Канхотими. Том 2.

Эпиграф

Тайны заложены в любом ДНК, они с нами с рождения

Скажите спасибо большое родителям, что каждый из нас из-за этого жаждет спасения

Тайны шептуньи не долго живут, мечтая увидеть к раскрытию путь

Быть спрятанными им надоело, да будет же раскрыто правдивое откровение

Но разве им важно, что будет с людьми?

Ведь они их спасли

Уничтожив обман, погубив людское предательство

Заразив не намеренно двух сыновей, пронзенных корнями из прошлого

Давно минувшего, вновь же открытого, безвозвратно утерянного, сквозь пальцы утекшего

Которое не отпустить

Принять, возможно ли смириться?

Но вот он путь, стоит лишь только разглядеть

Не проиграть судьбе! И изменить, возложенную роль на нас с рождения

Случайностей не ждать, самим вступить в сражение!

Пожертвовать собой или другим? Вопрос... Ответ...

Насколько сложен выбор, которого и нет.

Проблема раз, проблема два, бессчётное количество.

Ты разберешься с ними уж поверь, финал настанет

Понравится ль тебе, уже другой вопрос

Но все решится под луною, свидетельницей тайн.

Она судьба, она судья, тебя, меня, накажет

Заслуженно поступкам, по праву наградит

Какой путь выбрать?

Любви отдавшись... Жертвой стать...

Сломавшись раз, получится ль собраться по кусочкам

Быть может есть один единственный исход

Нет, не желай себе другого, исход такой тебе претит

Бежать! Спасаться!

Иль выйти не страшась, тем самым жизни сохранив

И эгоизм отбросив

Принять себя и победить

Страх боле ничего не значит

И сделать первый шаг, второй и побежать

Стремительно и спотыкаясь

Но знать, что ты бежишь вперед, а не назад.

Глава 1 Кто я

Отказываюсь признавать это.

Связь, которую я ощущала, те чувства, что так горели внутри меня, когда он прикасался ко мне. А теперь Сао говорит мне все это… Я боялась, что это неестественно, не по-настоящему, так и вышло. Так ведь? Ох, я хотела и не желала, что бы он потрогал меня прямо сейчас. Поэтому сама прижимаюсь к нему, сев на колени, как ребенок, которого нужно укачать. Давай же, докажи, что те чувства, что у меня возникли к тебе настоящие. Ну же! Он понял, что я нуждалась в нем и чем больше гладил меня, тем легче становилось. Так вот почему я смогла узреть воспоминание Сао. Это было сродни чтения мысли, с помощью нашей связи. Все равно непонятно.

- Так и должно быть… Но это я виноват, поддался внутреннему порыву и чуть не соединил нас… Поэтому сейчас твоё тело будет отзываться на мое, как и я на твое, и какое-то время будет сложно находиться не рядом… Этот побочный эффект будет недолгим, надеюсь. Так, как ритуал не завершён. Для него ты должна пустить и мою кровь тоже.

- «Что за бред ты сейчас несёшь!» - хотелось крикнуть мне. Какие такие родственные души? Я вообще не верила в любовь, со временем чувства остывают навсегда и этого не избежать, а людей тянет к друг другу лишь желание или теплая привязанность. Вот, что говорил мне мой опыт, я не видела и не знаю другого.

- А, что говорит твое сердце?

И он туда же, сколько раз доводилось слышать, что бы я слушала этот орган, который циркулирует кровь.

- Как я должна понять, оно же молчит.

- Иногда ты слишком рациональна.

И не поспоришь, но я просто брала от жизни то, что хотела и особо не задумывалась о чем-то глобальном. Да, мои родители любили друг друга, и я видела это, но как по мне это всего лишь привязанность, теплые отношения, выработанные за долгие совместно прожитые годы, но поэтому то вразрез всем моим суждениям они были прекрасным примером для меня. Сао медленно положил теплую ладонь на место чуть выше моей груди.

- Оно бьётся сильнее, потому что ты нравишься мне. Нам хорошо вместе, разве этого недостаточно? – я пыталась объяснить Сао свою точку зрения.

Он приблизился, так, что наши губы почти соприкасались.

- Если ты сейчас поцелуешь меня, сердце будет стучать ещё сильнее, потому что нас тянет к друг другу. – все не унималась я.

— Вот видишь, ты не отрицаешь этого, поэтому продолжай слушать свое сердце, и прислушивайся хоть изредка и к моему.

Взяв мою руку в свою, он положил ее к себе на грудь. Словно маленький моторчик, я слышала только ровное биение. Я смотрю и не понимаю, что он хочет донести до меня.

- Оно спокойное. – недоумение так и читалось на моем лице.

Сао быстро запечатлевает на моих губах сильный поцелуй. Мой пульс пускается галопом, но вот его сердце все так же мерно отбивает свой ритм.

- Почему так происходит?

- А разве это важно? Даже если оно не будет выпрыгивать из моей грудной клетки, то это не означает, что я не хочу поцеловать тебя ещё не один раз. – так искренне и счастливо улыбался мне парень.

- Сао, ты не исправим.

- Позволишь мне показать, что любить не так страшно?

Не знаю, что ответить, все слова решили уйти в отпуск, я забыла все буквы и просто смотрю в его глаза, своими испуганными. Он не говорит в открытую, но это похоже на настоящее признание… Сао будто тоже пытается осознать, что происходит, между нами. Пускай на мгновение, но даю волю эмоциям быть захваченной целиком, пробуя новое для меня ощущение. После всего сделанного и сказанного мужские руки обнимают меня, боясь, что я навсегда растворюсь. Мечусь меж словом и действием, обязательно ли нужно отвечать. Его взгляд ледяных осколков, полон ожидания и неуверенности, сменяется удивлением и неверием, когда я прижимаюсь к нему ближе, отбрасывая неуверенность, напираю с поцелуями, хочу забыться и раствориться в нем. Сао с готовностью отзывается на мои ласки, все ещё неловкие, но это только наш момент, который сближает нас друг с другом, как никогда.

. . . . . .

Как же стремительно пролетают дни моей новой жизни. Прошло чуть больше двух месяцев, а кажется, что целая вечность. Сладко зеваю, наконец-то удалось хорошо выспаться, однако, что-то мешало подтянуться во весь небольшой рост.

- И давно ты не спишь?

Сао притягивает меня к себе и оставляет лёгкий поцелуй на лбу, чему, собственно, не сопротивляюсь.

- Но, что это?

Неужели я проспала дольше обычного, пропустив все на свете? Сао был необычайно привлекателен, чисто выбрит, с сияющими глазами, смотрящий на меня. Футболка с высоким горлом и без рукавов, цвета хаки облегала его накачанные плечи, а торс был перетянут ремнями разной ширины, на бедрах висела кобура, для разных, зелий, кинжалов и дротиков. Либо я ещё окончательно не проснулась, либо я и правда любовалась Сао. Он не стал укорачивать волосы, но ему шла любая стрижка, кажется его волосы немного вьются.

- Ты пропустила тренировку соня. – смеялся мой парень.

Да, как так то, вскакиваю и несусь переодеться, но этот негодник, наступает на одеяло, тем самым останавливая и мне приходиться придерживать ткань. Сао подбирался ко мне, как хищник, но вырвавшись из его плена, хихикая я убегаю за ширму.

- Завтра вместе с Мейли и Литицией будем помогать достраивать загоны для драконов! – воодушевленно я делилась планами на день с Сао, что удобно устроился на перине, пока я одевалась.

- Да, слышал об этом.

Уже на ходу я доедала принесенный Сао бутерброд, но это не мешало нам пререкаться. Дело в том, что сегодня прилюдно выгоняют предателей и это зрелище хотели спрятать от меня. Ну ещё чего. Я обязана была посмотреть в глаза Кире.

- Так, что? Мы договорились?

- Да, да, да. Тебя не переспоришь.

Сломавшись под моим напором, он совершают неясную для меня вещь. Забирает недоеденный бутерброд и закидывает его остатки себе в рот. Он позарился на еду девушки, совсем сбрендил!

- Ты же в курсе, что это моя еда? Тем более я от него откусила. – надув обиженно щеки я поучала парня.

- И, что? Мы вообще-то уже целовались.

Ох, бессмысленно обижаться на этого красавчика, обычно девушки любят отбирать еду парней, а не наоборот. Она вкуснее у них, что ли?

Сао вел меня к краю леса, где заканчивалась территория Верелда. Через деревья мы пробирались к дороге, вытоптанной с годами населением. Деревянные ворота были распахнуты настежь, а забор тянулся по всему периметру поселения, высокими столбами. В начале я задавалась вопросом, почему укрепление, которое должно бы соответствовать крепкой преграде, ради безопасности людей недостаточно прочное. Ответ я получила на одной из прогулок с Германом, Дамиром, Тици и Мейли.

Давным-давно, действительно давно, во времена основания Верелда, города что означал «мир», могущественная ведьма наложила чары оберега. С того дня защитный барьер, раз в 50 лет должен был налагаться вновь, но с одним условием. Для этого нужны были две ведьмы, направляющая и ведомая. Позже, Тици по секрету поведала мне на ухо, что заклинание было утеряно, но, так, как есть магические камни, заряженные бабушкой Альмой, у ее внучки было время разработать новое или восстановить старое, и дальше защищать людей, живущих тут.

Каждый житель пришел посмотреть на всеобщую порку, выстроившись в форме большого квадрата, в центре которого были они. Кира и тот, кого я никак не ожидала здесь увидеть.

- А что тут забыл Эраст? – я правда недоумевала.

- Почему в твоём голосе проскальзывает интерес? Не припомню, чтобы вы с ним близко общались, уж тем более, чтобы ты волновалась о нем.

- Знаешь, а я не припомню, что ты оказывается у нас ревнивец.

- Ялина, зачем мне ревновать тебя к таким мелким сошкам. – с улыбкой меня прищелкнули по носу.

- Ужас какой, ты точно Сао?

И зачем он смешит меня. Нелюбовь к Эрасту ясна, но то, как дракон вел себя сейчас, словно хотел получить наслаждение от того, что вот-вот сможет принизить этого парня совсем не было в его характере.

- Сао, ты не рассказывал, что Эраста тоже ждёт наказание… Но ничего, я не в обиде. Он бы у меня за ваше оскорбление ещё не то схлопотал.

- Спасибо.

Сао наклонился и поцеловав мою руку, занял место рядом со своим братом. Люди мельком поглядывали на нас, кто-то неодобрительно, но большинство понимающе улыбались. Хаму ни в чем не уступал Сао, которого был старше на четыре года. Та же униформа была и на нем, а волосы на затылке были собраны в хвост. Ну почему накачанные мужчины так будоражили сознание. Он кивнул мне в знак приветствия, буравя взглядом слишком довольного и избитого Эраста. Да, потрепали парня знатно, кто-то хорошо разбил ему морду совсем недавно. Он, сидящий на коленях, со связанными сзади руками, сплюнул кровь и злорадно улыбнулся, смотря ровно на Хаму снизу вверх, ощущая свое ничтожное положение, но все ещё не сдаваясь.

- Сукин сын, ты же знаешь, что я его настоящий сын. Сын лучшего друга твоего единственного отца.

- Так ты решил пойти в него, став таким же предателем? – Хаму сухо ответил ему.

Было видно, как некоторые из людей навострили уши, желая услышать побольше, но старое поколение приструнило их и все снова стали перешептываться о своем. Но я продолжила внимательно слушать их перепалку.

- Кто бы говорил. Думаешь только во мне течет эта кровь? А ты не так уж и сведущ для нашего короля. – дико загоготал Эраст.

Хаму больше не слушал этот бред, переключив все внимание на подошедшую к нему Мейли, которая принесла несколько склянок, а затем повернулась ко мне, передав свёрнутый лист бумаги, уйти к своей семье, как и Тици. Я уже не переживала стоя в одиночестве, спустя столько времени люди привыкли ко мне, да и я к ним тоже.

Развернув записку, предо мной предстает ровный почерк, четкие линии, выведенные пером моей учительницы. Перечитываю текст еще раз, он повергает меня в недоумение и отпечатывается у меня в памяти.

«Здравствуй Ялина, помнишь наш последний диалог? У ведьм иногда просыпается дополнительный дар, и он всегда разный. Я ещё не рассказывала тебе, но от бабули мне передался дар чувствовать намерения людей, он пробудился, когда умерли мама и папа. Проснувшись сегодня, мне было предзнаменование насчет какого-то мужчины, но я не могла разглядеть его лицо. Лишь знаю, что это случится сегодня. Иногда люди могут быть жестоки и высокомерны, поэтому запомни. Хоть этот мужчина и не представляет из себя ничего, но он говорит правду. Правду.»

И это все? Одни загадки, но посмотрев на Эраста, который и не пытался спрятать свою ненависть, и не сводил глаз с Хаму, я убедилась. Это он и сейчас он говорил чистую правду. Я обязана выяснить, о чем шла речь.

Немного отвлекшись, я пропускаю начало объявления, поэтому спрятав записку в карман, обращаю все свое внимание на говорившего Хаму. Сао, как его тень стоял позади вместе с ребятами.

- Эраст, был тем, кто поставил под сомнение доверие своих собратьев, разгласив секретную информацию нашим врагам… Кира, которая так же участвовала в сговоре, совершила не менее количество ошибок. Наши, некогда родные сограждане показали свою истинную натуру. Да у нас принято давать второй шанс, но единственно верным решением мы посчитали их изгнание с родных земель. Люди не меняются, предавши одного, человек будет предавать каждого кому будет служить.

- А, что же вы не идёте по стопам родителей а? Казнь сразу на месте была бы более показательной, да и убрали бы сразу неугодных вам. – слова, что вылетали из гадкого рта Эраста таили в себе не просто задачу задеть.

Я даже не смотрела на них, я поняла, что больше не испытываю ничего к этим людям. К Эрасту, который преследовал меня, к Кире, которая оказалась просто дешевкой. Я смотрела только на Сао, удерживаемого за плечи его лучшими друзьями. Он не вырывался, но кажется был готов отбросить парней и кинуться на своего бывшего друга. Как мой Дракон учил меня, в этот раз я, наоборот, открывала свое сознание, кирпич за кирпичиком, делая маленькую щель, скрывая от Сао желание прочесть его мысли.

Я была недостаточно уверена в своих действиях и не очень опытна, ментально воздействовать на разум всё-таки сложно, поэтому слышала лишь урывки, но и они уже наводили меня на некоторые заключения.

- «Этот чертов ублюдок знает обо всем и скрывал это от меня»… «Одна изменщица, вторая предательница»… «Никому нельзя доверять»…

Неужели Сао знал, знал, что Брайя следила за ними, делясь информацией со своим отцом, я ещё не ведала кем же он был, поэтому не понимала масштабов бедствия. Но кто вторая? Предательские слезы покатились градом и пробираясь сквозь толпу, я спряталась под дубом на возвышении снова закрыв сознание, несколькими стенами, пока не выплакала все и постепенно успокаиваясь. Я рыдала не за себя, за Сао, напитавшись его чувствами, я выплескивала их за него. А тем временем, выпив, подготовленные зелья, которые стали печатями, из-за которых они больше не смогут вступить на эти земли официальное признание изгнанников кончилось. Кира, не обернувшись ни разу ни на своих подруг, ни на семью, где маленькая седая женщина плакала, вырываясь из хватки своего мужа, как капля воды похожего на дочь, просто уходила. Расслабляться было рано, Эраст решил оставить за собой последнее слово, но по сути своей он был лишь затычкой в бочке.

- Будь уверен, я отберу у тебя все!

Выдержка Сао сломалась и выйдя за барьер он впечатал в лицо Эраста кулак, так он выпускал пар, за весь тот обман, что пришлось пережить благодаря этому козлу. Мне не было их жаль, они получили по заслугам. Пусть живут теперь со своим выбором. Кто-то скажет, что это кровожадно, но пусть тогда в свою очередь снимет с себя розовые очки, как это сделала я недавно.

Начав изучать магию, мир преобразился. Глаза то тут то там цеплялись за, что-то новое, я узнавала все вокруг заново, как ведьма и мне это безумно нравилось. Каждый предмет, каждый живой организм издавал свои фибры, как и сейчас, по запертым воротам прошлась голубая рябь. Мы находились под невидимым куполом, поэтому то напасть на нас было куда сложнее, практически невозможно. Я не выходила из своего укрытия, переваривая все, что случилось. Древесина от солнца была теплой, шелест травы убаюкивал, а такой погожий денек сопровождался мрачными и тяжелыми событиями.

- А вот и ты. – раздался голос, взбиравшегося ко мне на пригорок.

- Я знала, что ты найдешь меня. – улыбаюсь, глядя на Сао, пряча глаза от солнца.

Наконец полностью появившись, он опускается рядом со мной, костяшки разбиты, хорошо, что, кто-то догадался обработать полученные им раны.

– Вот тюфяк, похоже его всегда только и волновало положение, которое он занимает, а надо уметь принимать поражение. Из-за таких, как он мы и разочаровываемся в людях, теряя доверие к каждому. Давай не дадим им победить…Понарожают идиотов, а потом мучайся!

Уголок рта хоть и поднялся, но на улыбку это мало походило. Сао грызли муки совести, и он хотел справится или смириться с этим в одиночку.

- Ты имеешь право ненавидеть его, слышишь?

Молчание.

- Давай посидим так немного. – аккуратно опустив голову на мужское плечо, я закрыла глаза.

. . . . . .

Когда мне надо было побыть наедине со своими мыслями, я всегда приходила в загон к драконам. Они никогда не проявляли агрессии в мою сторону, потому что мы с ними были исконными союзниками, они чувствовали во мне ведьмовскую кровь. Моим любимчиком был Рубин, а назван он так, в честь темно красного цвета чешуи. Поглаживая его, я успокаивала себя, недавно и мои руки были окрашены в кроваво красный.

- Он преследует меня каждую ночь. – делилась я своей тайной с Рубином.

Дракон трётся своей мордочкой о мою ладонь, что бы я продолжила ласку и свой рассказ, который не в первый раз возвратил меня в тот кошмарный день.

В ту пору стояла осень, дни становились короче, а деревья уже поменяли окрас и под берёзой, ставшей золотой, сидела я, укрытая покрывалом из опавших листочков, словно защищающим от всех бед, что преследовали эту девушку. Там меня и обнаружили и совсем не прислужники отца, а мой Хаму со своими людьми. Клейфол, так называемый дядя, корчился на земле от наложенной мною иллюзии. Он испытывал адские муки, никому не понравится, когда его кости ломаются одна за одной. Я же не зверь, и не собираюсь действительно убивать его. Правда? Когда моя рана окончательно зажила и я смогла передвигаться без боли, Хаму вывел меня на прогулку, подышать свежим воздухом.

- Вы собираетесь казнить его? – притворно я охнула в ужасе, глаза мои так же удивленно распахнулись, так по девичьи, я знала, как это действует на Хаму, поэтому не гнушалась своей актерской игрой.

- А, как иначе? Брайя, я помню все то, что он сотворил с тобой, сколько издевательств тебе пришлось вынести от рук своего родного человека. – Хаму обнял меня, поэтому не смог увидеть ухмылку, посетившую мои губы.

Да, он говорил правду, но частичную. У Клейфола были жена и дети, которые ежедневно терпели побои, точнее только малютка Роза. Старшего выродка сына он безмерно любил, конечно, единственный наследник рода, прогнившего до основания. Поэтому мне не составило труда открыть правду Хаму о всех злодеяниях моего любимого дяди, на самом деле случившимися не со мной.

- Хаму, он совершил много греховных поступков, но так легко и страшно распоряжаться чьими-то жизнями… Я прошу только об этом. – все, что я могла предпринять сейчас, так это манипулировать им, иначе было нельзя, хочу оставаться с Хаму, как можно дольше.

- Если ты больше не сможешь смотреть на меня, я пойму тебя. Но не могу и не допущу, чтобы мы стали незнакомыми людьми друг для друга. – он взял мои руки в свои, стараясь согреть.

Меня и так не подпускали к дяде все время, пока он был в заточении, а заклинание онемения, которое я наложила на него второпях скоро перестанет действовать и все узнаю кто я на самом деле.

- Какие жестокие слова слетели с этих прекрасных губ. Ты никогда не станешь для меня чужим. – прошептала я, нежно проведя пальцем вниз со лба до подбородка. Это было только наше с ним приветствие.

- Его нельзя постоянно прощать, иначе круг боли никогда не разомкнется. – Хаму все пытался достучаться до меня.

Клейфол был обезглавлен на следующее рассветное утро и да, я была счастлива. Пусть в мире станет хоть одним уродом меньше.

Как же легко было выворачивать душу наизнанку такому верному слушателю, я покормила Рубина свежим мясом, когда наше уединение было нарушено.

- Снова ты?

Этот парень раздражал меня все больше.

- Тебя все никак не выгонят? – едкость так и сочилась из меня.

- Притуши свой яд, змейка. – смеясь он подошёл ближе ко мне, кинув тушку птицы в край стойла, отвлекая Рубина и увести меня подальше.

- Надоел, говори, чего надо. – вырывая руку из крепкого захвата, я жду от него объяснений.

- Ну, что ты так холодна, я лишь пришел поблагодарить тебя, за оказанную услугу. Неужели ты не позволишь мне отплатить тебе той же монетой милая Брайя. Думала никто не догадается о твоей игре дорогая? Ты смогла обдурить этих двоих идиотов, но не меня. – он подошел вплотную ко мне, пока произносил эту несусветную чушь. Его мерзкое дыхание опалило мою кожу, и я затряслась от ярости, пусть попробует открыть всем мою тайну.

В ранние века, когда люди уже познали мир, был период, когда некоторые болезни учёные врачеватели лечили электрическим скатом или «нарке». Вспоминая эту историю с моих губ, не задумываясь слетают слова заклинания. Пусть его ударит током, и он онемеет. Лишь последняя буква повисает в воздухе, я вздрагиваю, получая отдачу. Нас обоих сотрясает, от неожиданности я падаю на землю, пока он возвышается надо мной с мерзкой улыбкой довольно стойко перенося полученный удар.

- Что ты сделал!?

- Всего лишь заключил сделку с истинным королем, он увидел потенциал во мне. Если я хорошо проявлю себя, мы с тобой станем новыми главами этого великого города. Ты только представь! Ты станешь моей, а Хаму с Сао будут нашими шутами. Так и вижу, как очередной раз бросаю в него обглоданную косточку, вынуждая по-идиотски плясать, развлекая нас хахха.

Какой же он больной. Я не могла поверить, что он решил пойти на предательство. Они же были друзьями с братьями, а теперь из-за печати, наложенной моим отцом, на своих подданных, я не могла причинить вред Эрасту. Да, сплошной минус, но я все равно не гнушалась этим, хоть и приходилось испытывать почти тоже самое. Поэтому ещё раз бью зарядом электричества, этого мерзавца Эраста, чувствуя, как по телу проходит ток и с упоением улыбаюсь ему в лицо, ведь ему точно это не по нраву.

— Это просто работа во благо единого нашего, между нами не было никаких отношений, кроме рабочих. Ты не боишься, что я могу сдать тебя? – все же я попыталась достучаться до крупиц разума Эраста.

- Ты не посмеешь ослушаться приказа своего отца или ты решила сменить сторону? Ай ай ай, думаю ему не понравится, что его доченька… - пытаясь казаться сильным, он стал, облокотившись о забор, сжимая его, как единственную опору, пока его тело продолжало получать заряд.

- Прекрати нести эту чушь. – шикнув, я было замахнулась на парня, но только разозлила его.

- Брайя, если вздумала действовать по-своему, то он все узнает, ты пойдешь на дно вместе со мной. Но, конечно, наш малыш Хаму у тебя на поводке. Пойдем проверим, а? Кого он выберет. – он нагнулся и взял меня за подбородок.

- Отброс. – выплюнула в него я.

В итоге, он просто ушел, весело насвистывая себе под нос, а я старалась прийти в себя, лёжа на спине.

- Я могу рассчитывать только на себя. Хаму не всегда будут рядом со мной. Я больше не буду ни для кого обузой, я не стану бесцельно лежать и ждать. Нападу первой и буду управлять своей судьбой! Всю жизнь у меня была цель выжить, теперь же я хочу жить! – разговаривала сама с собой я.

Шершавая доска, которую я только, что прибила к основанию постройки загона, стала спусковым крючком, вновь окуная в видение из жизни Брайи. Это всегда происходит неожиданно, любой предмет, который, как-либо связан с ней может стать проводником. В этот раз постройку решили сделать в несколько этажей, находясь у края поселения, загоны становятся еще одной защитной преградой. Выйдя наружу, присаживаюсь на бревно, немного перевести дух. Значит Эраст уже задолго до сегодняшних событий стал предателем стаи. Действительно отброс. К тому же теперь мне ясны его слова о том, что я, видите ли, продолжаю играть и он все расскажет братьям. Брайя ошиблась, у Эраста не было мозгов, совсем.

Откинув мысли наблюдая за людьми. Работа кипела во всю, не только мужчины, но и многие девушки принимали участие в стройке на равных условиях и это чертовски мне нравилось. Никто не воспринимал женщин слабым полом, не боялся, что они превзойдут их на образовательном поприще или в физической силе. Что еще говорить, ведь сейчас я в открытую любовалась мышцами Мейли, но наша идиллия была нарушена или это я стала третьим лишним? Ко мне подошла Литиция, как всегда, что-то щебеча, я изредка кивала ей. Она стала неким укрытием и без зазрения совести быть замеченной, продолжаю наблюдать за интересной картиной.

Мей стояла у большой бочки с водой, деревянным ковшом, вылив на себя ее добрую порцию, пригладила волосы, но подняв взгляд зарделась, потому что напротив нее стоял Дамир, с которого так же капала вода, остужая обоих в столь жаркий день, когда палящее солнце так нестерпимо жарит. Наш друг горящим взором прямо-таки пожирал подругу, а я смотрела и не верила глазам. В укромном месте, Дам уже обойдя препятствие в плотную встав, взял руку Мейли и приложил ладонь к своей щеке вздыхая. Это был лишь их момент, когда они могут побыть наедине друг с другом. Наконец совладав с собой Мейли, печально прервала прикосновение и отошла от нашего друга на несколько шагов, что-то твердо произнося, он было поддался к ней навстречу, но понял ее и развернувшись ушел. Она стояла к нему спиной избегая соблазна, но повернулась взглянуть на его удаляющуюся спину, и я увидела слезы на ее лице.

- Ну и как тебе?

- А?

Переведя взгляд на подругу, я поняла, что не одна видела разборки двух влюбленных.

- Я тоже узнала об этом случайно. Представляешь собственный брат и лучшая подруга скрывались от меня! – грустно подпирая голову рукой проговорила Литиция.

- А жених? А, как долго они уже, а, что же будет делать Мейли?

Почему это никак не хотело укладываться в моей головушке.

- Давай спросим это у самой главной героини.

К нам уже подходила Мейли, прекрасно слыша фразу своей лучшей подружки.

— Значит вы все видели. – утверждая, она присела рядом со мной.

- Прости. – что еще я могла сказать.

- Ничего, этого больше не повторится.

- Что? Почему это! – одновременно с Литицией воскликнули мы.

- Тици рассказывала тебе о традициях моей семьи, и я не могу пойти против родителей. Я обязана выйти замуж, переехать к его семье, нарожать ему минимум пятерых детей и следить за домашним хозяйством.

- Но, как же твое личное счастье?

- Я признательна Яла, но ты не переубедишь меня. Дамир понял это, и я благодарна ему. Пока все не переросло во, что-то большее, еще не поздно закончить наши отношения.

Переглянувшись с рыжей заговорщицей, мы заверещали, как маленькие девочки, радуясь за подругу, расспрашивая ее о том, как это быть влюблённым, как у них зародились чувства. Было приятно наблюдать за тем, как расцветала Мэйли делясь сокровенным с нами. Мы болтали, как обычные девчонки, но пора было расходиться. Я долго не выпускала Мейли, прижимаясь к ней. Хотелось забрать все ее переживания себе. Она гладила меня по голове, говорила, что все нормально и все будет хорошо.

— Это нечестно, я хотела успокоить тебя, а в итоге это делаешь ты.

- Если бы все было так просто Ялина. Не переживай за меня.

Ну вот, она опять за свое, так строга к себе.

- Разве родители не должны понять тебя? Если ты поделишься с ними своими желаниями и…

Нет, я не знаю, что сказать, какие слова помогут, но она поняла, что я пыталась сделать. В последний раз она потрепала меня по голове, попрощавшись.

- Ко всему можно привыкнуть.

А мне оставалось просто смотреть ей в след, если она не хочет, то я не буду влезать в ее отношения с семьей или с Дамиром, но, что мешало мне поговорить с ним… Не хотелось бы бередить его рану. Да и бывает наоборот, ведь иногда помощь бывает лишь во вред, но я уверена мы с Литицией не отпустим нашу подругу так легко.

На сегодня моя работа подошла к концу, но уходить мне не хотелось, ничего не мешало наконец просто немного побездельничать, разглядывая закатное небо, хоть и окрашенное яркими красками, но навевающего тоску, подходящего к концу дня. Чем дальше я вглядывалась, тем быстрее этот океан уносил меня в события трехдневной давности, третьей вылазки поискового отряда наших людей, о таком же ярком пепелище, как и сегодняшний лик неба.

- Ну, как они сегодня? Нужны еще повязки для жгутов, перевязочные ткани, заживляющие мази, вода, спирт? – топталась я на входе палатки с недавно прибывшими к нам людьми из пострадавших деревень.

Сняв кожаные длинные перчатки и ополоснув руки Мейли, подняла на меня уставший взгляд.

- Они недавно уснули, так, что передай Наталье сделать новую порцию обезболивающей настойки к завтрашнему вечеру.

- Да, конечно. – пишу послание своей учительнице на листочке и отправляю заклинанием перемещения прямо к ней.

- Тяжелый выдался денек Мейли.

- Не труднее чем у пострадавших. – разминая шею, она попутно проверяла имеющиеся запасы медикаментов.

— Это, бесспорно, но и ты ведь устала. Не стоит равнять разность причиненного ущерба, полученного каждым, просто признай, что тоже устала. – стараюсь достучаться до подруги сквозь стену ее рациональности, но меня отвлекает адреналин, резко поднявшийся в крови.

Срываясь с места, хватаю за руку Мейли, бегу на вышку, уже всматриваясь в подобие трубы дальнего видения, наконец найдя то, что так напугало меня.

В километрах 10, летела стая драконов с Сао во главе, они несли горящий полог крепкой ткани, в котором находились люди, не хуже дымились и сами рептилии. Чем ближе они подлетали, тем отчетливее было видно насколько сильно пострадали в этот раз наши воины.

- Мейли быстро, собирай всех, кого можешь…

Бегом спустившись с дозорной башни, мы рванули за необходимым. Это был самый страшный вечер, заполненный хаосом и беготней людей. Еще никогда я не видела столько переломанных конечностей, крови и криков. Боль стала тем, чем мы дышали. На носилках или руках доставляли пострадавших до больничного отсека. Все, словно искупались в саже, до сих пор задыхались от удушья после пожаров, одежда тлела прямо на разгоряченных телах. Так, как я не умела оказывать первую помощь, то бегала за водой, не гнушаясь применять свои способности, пока никто не видел, и доставлять намного большие объемы. И играла роль «принеси, подай».

Не было ни минуты присесть, я переживала о Сао, так как не смогла узнать сразу в порядке ли он. Да, я думала об этом пока направлялась к нему в кабинет, надеясь найти его там.

- Сао! – кричу я, сокращая расстояние.

Сао и Дамир, стояли напротив двери в его кабинет, тихо переговариваясь о чем-то. Было видно, как они оба нервничали, Дамир хоть и отлично владеет собой, но даже на его лице проскальзывало беспокойство, что говорить о его альфе, сходящим с ума. Я налетаю на своего дракона словно смерч, а он в ответ сжимает меня как никогда крепко, пряча лицо в моих волосах.

- Чш, тише, тише. – пытаюсь успокоить его, глядя по голове, пока он отказывался отвечать мне, а я с мольбой посмотрела на его правую руку.

- Герман пострадал, над ним сейчас колдует мисс Наталья с Мэйли. – голос к концу фразы немного надломился даже у этого сильного мужчины.

- На нас напали, мы еле смогли отбиться и защитить людей. Их использовали, как наживку, ты только представь! Решили устроить нам западню, зная, что мы организовали спасительную операцию. – наконец пришедший в себя Сао, проговорил мне прямо в ухо с такой агрессией, будто бы всему виной была я.

- Вас выслеживали? – я просто не верила, что кто-то снова мог их предать, зная план перемещения.

Отпуская тяжелые воспоминания, я даю волю радости, улыбаясь наблюдаю, как забавляются Герман и Тици. Парень все еще с перебинтованной ногой и всем, что находится выше бедер, ковыляет изображая из себя страшного монстра, пытаясь догнать, убегающих от него Литицию и деток, которые уже пошли на поправку. Какой погожий летний вечер. Таков закон мира, светлая полоса всегда сменяет темную. Уже собираясь вставать, замечаю пикирующего дракона, а вот и вернулся Хаму с дозора. Лишь увидев его, меня снова настигает видение.

. . . . . .

Чувство полета прекрасно, я всегда завидовала орлам в их свободе, которой я была увы лишена. Не знаю поэтому ли, но Хаму частенько катал меня или брал с собой в дозор. Так и сегодня он позвал меня полетать, но сам немного опаздывал. Я прогуливалась на пригорке в его ожидании, но вот в конечном итоге мой любимый поднялся ко мне и прижав к старому и величественному дубу, поприветствовал поцелуем в щёчку.

- Прости, но планы изменились.

- Тогда сходим к нашим чешуйчатым друзьям!

- Мне нужна твоя помощь в оранжерее, ты не против?

Уже двигаясь в известном мне направлении, я с подозрением кошусь на Хаму, какой-то он нервный сегодня.

- Хаму, что ты… Ух ты. – я теряю дар речи.

Наша цветочная оранжерея, превратилась в какую-то сказочную беседку, освещенную разноцветными огоньками, я еще не видела такой красоты. Словно недавно здесь пролетела фея и над этим местом порвалась ее сумочка с пыльцой.

- Можно представить, что я попала в сказку! Это ты все устроил? – обнимая Хаму, смотрю на него глазами полными любви и надежды.

- Кажется, я снова влюбился в тебя. – низким баритоном проговорил мне в висок тот единственный, кто стал всем для меня.

Я была счастлива, пока он вел меня к столику, удобно вписавшемуся в лесной пейзаж. Этот ужин станет самым теплым воспоминанием, но вот и ему пришло время закончиться. Хаму останавливает меня, не давая встать из-за стола, замерев и не понимая, что будет дальше удивленно смотрю на любимого.

Он вкладывает в мою ладонь холодный металл и ждет чего-то, я поднимаю его поближе к глазам, рассматривая во все глаза.

Хаму не отвечает мне, неотрывно смотря на меня, я слышу его мысли в своей голове…

- «Твои глаза прекрасного древесного оттенка, они даруют мне спокойствие и умиротворение. Мы еще молоды и совсем не знаем цену жизни, но остаток ее я хотел бы провести с тем, кто вселяет в меня эту уверенность. Я помню в детстве ты видела мир ярким, в дружелюбных и позитивных цветах. Поэтому давай до конца наших дней останемся такими счастливыми, как сейчас, даже в самые тяжелые моменты.»

- Это кольцо, с обработанным джеспилитом, найти так же сложно, как и тебя. Это большая редкость и она сама отыскала меня.

Быстрая слезинка скатилась по щеке, после его слов. Прошу, только не это. Я закрыла разум сразу же, как он закончил говорить. Как я могла принять это чистое предложение, зная, что предавала его каждый день, как мы были вместе. Как же я противна себе, но все же позволяю надеть кольцо на безымянный палец правой руки и безмолвно плакать в объятиях счастливого Хаму.

. . . . . .

- Эй, Ялина, Ялина очнись. – кто-то щелкал пальцами у меня перед лицом.

- Здравствуй, Хаму. – избегая прямого взгляда парня, стараюсь разговаривать с обоими людьми, которые больше не смогут встретиться.

- «Брайя, что же ты такого натворила.»

Ответа не последовало, но я не переставала ее звать, пока переговаривалась с Хаму.

- «Я надеюсь ты не возненавидишь меня, но мне это нужно.» - проигнорировав меня, впрочем, как и всегда, сейчас ее голос был пронизан печалью.

То, что начало происходить дальше предотвратить было не в моих силах. Мы уже дошли до пустующей оружейной, что бы Хаму убрал свой меч, облокотившись о деревянную стену, я наблюдала за ним с подозрением и даже каким-то волнением и вызовом, не свойственным для меня.

- Не смотри так на меня. – он не просил, а приказывал.

Хмыкаю в ответ и хочу было подойти ближе, но он опережает меня, прижимая за плечо обратно к стене, словно хочет задушить, лишив последнего вздоха.

- Прекращай. – сквозь зубы процедил Хаму.

- Может это ты уже наконец прекратишь врать себе? Думаешь я не вижу, как ты сдерживаешься рядом со мной, все эти взгляды, которые бросаешь ненароком. Она не я, смирись. Твоя Брайя умерла. – жестокие слова так и выплескивались на растерянного старшего герцога.

Реакция последовала незамедлительная, лишь я договорила последнюю букву, он осознал, что услышал. С чем сравнима убийственность взгляда, которым он прожигал меня, сдавив уже оба плеча, он пальцами все ближе подбирался к шее.

- Хаму мне больно. – все так же спокойно отвечаю.

- А мне нет?! Что за игры ты затеяла, сама уверяла, что не знаешь ни о чем. Появилась из ниоткуда, заставила усомниться в трезвости ума. Лицо, даже родинка понимаешь? Все в тебе напоминает о ней, об утрате, которой я живу.

- А ты не думал, что она сделала это, ради твоей спокойной жизни? Сама выбрала свою судьбу...

- Она ни за что бы так не поступила! – Хаму уже кричал, кричал зверскими глазами прожигая меня.

- Ты уверен, что знал ее по-настоящему?

- Этого никто не знал, но я любил, люблю, не хочу переставать любить. Я не могу поступить иначе.

Он стал походить на сумасшедшего, уговаривая себя, упивался словами, слетающими с губ, подобно проклятию. Соприкоснувшись лбом с моим, продолжил говорить, не думая прислушаться к благоразумию, ведь эта платина уже прорвалась и готова была утопить нас обоих.

- Ты искушение для меня. Я мог бы притворится, что это сладостный сон о прошлом, пожалуйста, пожалуйста скажи, что она не умерла. Нет, я не желаю, чтобы она страдала где-то в одиночестве, пока я умираю здесь. Голос разума, почему ты покинул меня? – неистово шепча, Хаму закрыл часть моего лица волосами, оставив открытым карий глаз, выбрав ту, с кем он вел разговор и улыбался, совсем не мне.

- Один я повинен в том, что вижу ее в тебе. Ты всегда была жизнерадостной девушкой, но из твоих глаз никогда не уходила печаль. – вымученно улыбнулся и посмотрел на меня Хаму. – Кто бы мог подумать, что у нас с братом одинаковый вкус на женщин. Ялина стала судьбой и не моей… Все, о чем прошу, только еще раз ощутить прикосновение, поговорить.

Мы оба замолчали, я не знала куда деться, может убежать, но так и не сдвинулась с места, потому что не могла управлять своим телом.

- Прости меня.

В тот же миг моя рука, поднялась погладить мужское лицо, согнув, я провожу указательным пальцем от самого лба до подбородка, так же как впервые делала Сао я и, как спустя долгое отсутствие вновь, сделала Брайя своему Хаму. Что замер на вдохе разбившейся в дребезги статуей. Испуг, переросший в неверие действительности происходящего. Он долгое время решался на, что-то и в итоге произнес то, что совсем не удивило меня.

- Брайя?

Все это так глупо, но я первая потянулась к нему, оказавшись, как можно ближе. Невесомо касаясь губами его затвердевших губ, страшась той реакции, которая последует дальше. Волосы все еще закрывали одну часть моего лица, поэтому Хаму видел только цвет глаз Брайи. Моя ладонь оказалась в его, пока мы прижимались к друг другу, я чувствовала биение его сердца своим. Он целовал меня с остервенением, нуждаясь в этом, забирая каждый мой вздох, импульсивно и жадно.

- Нет, Ялина…Проклятье. – отойдя от меня на несколько шагов, он не знал куда деть себя.

— Это был ваш последний поцелуй. – став собой, я произнесла то, что должна была, по просьбе моей незримой сожительницы, которая теперь еще научилась брать мое тело под свой контроль.

Хаму было собрался уйти, но порывался подойти ко мне снова.

- Я знаю немного больше, чем ты думаешь, и пока не вижу всю картину целиком, но у меня не получится сделать это без вашей помощи. – я не узнавала свой спокойный голос, особенно видя все еще шокированного Хаму. Может у меня эмоциональный застой и скоро случится взрыв? Я в этом не сомневалась.

- Через несколько дней я пошлю за тобой. Тебя удовлетворит это?

- Полностью.

- Тогда до встречи.

Он ушел, все еще не верящий в происходящее. Я опустилась на пол, устланный соломой. Взявшись за голову, хотелось пристукнуть себя ею несколько раз о стену, но я лишь вцепилась в волосы с силой путая лохмы и стараясь выдернуть их, убеждая поверить, что снова нахожусь в своем теле.

- «Теперь все усложниться, да?»

Я совсем не злилась на нее, когда снова услышала голос в своей голове.

- «Поверь, я не хотела влезать… Но возможно это была единственная возможность попрощаться с ним.» - сожалея о содеянном Брайя просила прощения у меня.

- «Сделанного не воротишь, каждый из нас устал находится в подвешенном состоянии… Когда ты позволишь рассказать им правду?»

- «Почему не спрашиваешь так как хочешь, «когда я перестану мучить тебя», вот, что ты должна сказать… Уверенна, ты будешь винить меня по праву узнав все деяния, что я совершила.»

Брайя пыталась сказать еще, что-то, но голос уже звучал, приглушенно, как из трубы, удаляясь все дальше.

Наступила ночь, знаменующая о том, что уже завтра придется решать множество проблем. Не знаю, сколько я просидела, надеясь, что никто не найдёт меня, пока пронзительно холодный ветер, заставлял замерзать меня с каждой минутой сильнее, но мне не хотелось двигаться вовсе. Я словно остановилась во времени. Так мой дракон и обнаружил меня, тупо смотрящую в никуда. У меня не получилось произнести хоть, что-то, пока Сао поднимал мое трясущееся тело, заботливо накрытое им. Он молчал. Ну и поделом мне, сильнее укутываясь в какую-то теплую меховую ткань, просто прячу лицо у него на груди.

- Я не злюсь.

Вот и все, чего меня удостоили. Никакое сожаление о содеянном не съедало мою душу, помочь Брайе стало моей целью, точнее я просто не могла не помочь успокоиться ее душе. И сделала бы так еще раз, если понадобилось. Никто не произносил ни слова, а тем временем Сао отпер дверь в мои покои и уложил меня в постель, накрыв нас еще одним слоем одеяла.

. . . . . .

- Ешь, ешь деточка, ингредиенты для этого супа у меня всегда припасены.

- Да, и почему? Спасибо, что освободили немного времени для меня.

- Не говори глупостей, я здесь местная исповедальня, выслушаю, дам совет или если надо отругаю. – в итоге подмигивает шеф Лоренцо, отчитывая маленького помощника. – Что еще поможет согреть разбитое сердечко.

Супы пюре не входят в список моих любимых блюд, но сейчас это самое лучшее средство, которое способно поднять мне настроение. Как Брайя закрылась от меня, не выходя на связь, так и я старалась избегать встречи с друзьями. А в этой суматохе кухни, хоть немного, но могла почувствовать себя живой. Прошедшей ночью, мне снова было ведение, но такое мутное, я видела лишь силуэты и слышали спор между Сао и Брайей, поэтому выспаться увы не удалось. Но не я одна не смыкала глаз в ту ночь, я знала, что Сао так же не спал, а с рассветными лучами покинул мои комнаты. Чаша терпения лопнула у обоих братьев.

- Ну и, как же мне начать этот разговор, а Ялина? – с недавнего времени у меня появилась новая привычка, и сейчас я опять разговаривала сама с собой.

Удрученно выдохнув, касаюсь своих губ, нет я не почувствовала к Хаму романтических чувств, лишь только сопереживала в его глубокой утрате. Усевшись на каменный продуваемый сквозным ветром подоконник, я смотрела вдаль, но мое уединение было прервано возгласом одной из подруг.

- Привет дорогая. – спокойно поприветствовала Литицию.

- Мы тебя везде обыскались, Хаму и Сао вышли один на один, ты должна попробовать остановить их, мальчики пытались, но у них не вышло. – не давая опомниться, Тици хватает меня за руку, чтобы я безотлагательно следовала за ней и Мейли, всю дорогу бурча под нос, что-то о том, как ей надоели драмы.

Быстрыми шагами мы приближались к затихшему плацу, пробираясь через молчаливую толпу зрителей, окружившей поссорившихся братьев. Их правители сейчас воевали не за свой народ, а нацелились друг на друга. Вы бы сказали, что каждый здесь смотрел на какое-то представление с безразличием, но это было не так. Замерев, я глядела на них, два родных человека бились остервенело, но ни один не приблизился к победе. Все могло кончится тем, что они вдвоем испустят свой последний вздох. Навсегда. На самом деле, никто не старался вмешаться, особенно не двигалась стая, я сама подошла к потерянным Герману и Дамиру, стоявшим ближе всех к рингу, остальные парни лишь перешептывались, в чем проявлялась их нервозность.

- Зачем ты ее привела малышка? – адресовал, недовольно воззрившись на Литицию Гер. – А ты, даже не думай вмешиваться. – он скрестил руки на груди и посмотрел на меня взглядом человека, который скоро может все потерять.

- Как я могу просто молча наблюдать. – кричать не хотелось, но сохранять спокойствие с новым хлестким звуком становилось труднее.

- А мы? Это не шутка, что они контролируют нашу волю… Вызов брошен, борьба за место альфы началась и пока один из них не примет поражение, никто не сдвинемся с места.

Бой не останавливался ни на секунду, они продолжали наносить четкие удары, их кулаки подобны, кончику кнута. Хлеставшие друг друга из-за долгих усилий, просто на просто разрывая кожу малейшим касанием. Я уже засомневалась видели ли эти парни друг друга или полностью отдались поднявшейся ярости в закипающей крови их тел. Ситуация усугублялась все хуже и хуже, у меня не оставалось ничего другого, кроме, как ворваться к ним, попытавшись разнять. Встать между двумя лидерами одной стаи, самыми сильными особями своего вида. Сила, исходившая от этих двоих, прорезала воздух, удушая каждого, даже обычных людей.

Никто из них не пытался парировать или защищаться от приемов противника. Хотелось закрыть глаза в тот момент, когда Хаму видя направление приближавшегося кулака, не стал уклоняться с его пути, а специально подставился, возвращая Сао, после нырка тяжелую оплеуху, четко в лицо. В моего милого дракона, словно вселился кто-то другой, он осыпал сгорбившегося брата ударами один за одним. Поединок начал превращаться в какой-то подзаборный мордобой, их разбитые лица сочились кровью, как и внутренне, они просто сплевывали на землю.

Мне стоило не малых усилий послушаться совета Германа, не подвергать авторитет братьев сомнению. Если им уготована такая судьба, то со временем они совершат этот тяжелый выбор, но позже, где угодно наедине. Не сейчас и не здесь. Я не могла сдерживать слез и не хотела, такая жестокость была мне чужда. Делаю шаг, вторгаясь на ринг, переступая невидимую линию, сила оборотней проходит сквозь меня, я столбенею от этой мощи, но не перестаю подходить ближе, смотря только на Сао. Не знаю учуял или почувствовал кожей прожигающий его взгляд, но он отвлекается и падает, отброшенный ударом ноги, прилетевший ему в живот, прямо на песок. Больше не двигаясь, сквозь слезы, застилающие взор, наблюдаю, как Хаму опускается рядом с ним, а потом помогает брату подняться.

- «Сао.» - мысленно взываю к нему, но это и не требуется, он уже идет ко мне.

Как сильно ему досталось, избитый и вымотанный, большинство ударов пришлось по его красивому лицу. Одышка и прерывистое дыхание, да и каждое движение давалось ему с трудом.

- Не переживай, я все еще могу видеть. – строя из себя клоуна, он показал на огромный опухший фонарь, в который превратился глаз.

- «Сао.» - не осознавая, я продолжала звать его.

Вот он прижимает меня к себе, сократив расстояние, разделяющее нас. Гладит меня здоровой рукой, пока вторая висит плетью вдоль тела. Его голова устало опускается мне на плечо. Слышу, как он втягивает воздух, чуя мой аромат, способный успокоить его разбушевавшуюся злость, которая еще не выветрилась после боя.

- «Я объясню тебе позже… Пожалуйста иди к себе.» - он мысленно умолял, но я ведь тоже просила их остановиться и верить мне.

Так и не подняв на него глаз, ухожу, но дойдя до главного здания я поняла, что просто не могу преодолеть высоту ступеней, с каждой секундой паника накрывала меня с головой, усилием воли я побежала куда глаза глядели, попутно закрывая разум от Сао.

- «Беги, беги, беги.» - из раза в раз повторяла одно это слово.

Я не понимаю, где оказалась, но лишь взглянув на большое дерево, о корни которого, спотыкаюсь, кубарем качусь в пропасть.

Срань болотная, снова спусковой крючок!

Глава 2 Тайны всем нужны, тайны всем важны

Хаму улетел на патрулирование по местным землям, узнать у людей их продовольственные нужды и у меня наконец появилось время побыть наедине с собой.

Не знаю, как все держаться, проживая утрату. Горюют ли, плачут, от рассвета до заката отдают дань почтения умершим молитвами? Каждый старается, как может, траур не заканчивается уже целый год, траур, которого можно было избежать. Почему нельзя перевернуть страницу обратно, переписать или вырвать ее с корнем, рассказать правду, но сделанного не воротишь.

- Какая хорошая девочка, у тебя выросла да папа? Не разочаровала ни разу, но в итоге уничтожила себя. – прожигая взглядом пушистые облака, навевающие лишь радость, которой сейчас не было место в моей непутевой жизни, я кисло улыбалась.

Важные люди погибли от лап драконов в то раковое утро. Что может чувствовать собственный ребенок, теряя родителей? Злость, тоску, боль? Эти слова не смогут описать ни грамма чувств. Живя бок о бок с опасными рептилиями каждый с рождения готов к непредвиденным обстоятельствам, но смерть Владлена и Аористы неожиданная, резкая, быстрая, жестокая... Никто не был готов. Хаму закрылся от меня в тот же миг, но я хотя бы могла предположить силу его горечи, сравнивая ее с моей.

Опустошение, которое с каждым днем высасывает все эмоции, заполняет сердце и так замершее в груди. Ты словно останавливаешься навсегда. Бесспорно, время идет, но ты продолжаешь жить так, будто сам оборвал линию собственного пути. И единственная мысль, которая прокручивается в голове раз за разом звучит именно так «почему…». Мне повезло, что я была не одна, когда моя единственная родная душа испустила последний вздох. Отец взвалил на себя мое воспитание, не давая времени на грусть. Крепко сжимая тело мертвой матери, я запретила себе плакать. Это не вызывало никакого беспокойства, эмоциональный взрыв, самое меньшее, что могло напугать меня. Помню, тогда с высоты своего маленького роста, я взирала на такого большого и сильного мужчину, который любил мою маму и обещал позаботиться обо мне. В ту минуту я дала себе еще одно обещание, сделать все возможное ради защиты своей семьи, а теперь мне предстоит выбор. У Хаму с Сао есть только они с сестрой и их народ, ответственность за который легла на плечи, ставшими по воле случая, взрослыми мальчишек. В тяжелый период шаткого состояния рода драконов, я должна действовать дальше не останавливаясь, пока Хаму уязвим, сломить его еще больше, привязать к себе сильнее. Ведь все это фарс, спектакль отца, где мне отведена роль главной героини.

— Это я убила родителей своего любимого. – даже сказав, так и не проронила ни одной слезинки.

- Хаму я тебя никогда не любила и выйду за другого. - снова ничего не почувствовала. Или я не хочу слышать, что мое сердце уже разбилось и болит, не переставая?

С нежностью чуждой для меня раньше, я прокручивала все счастливые моменты после знакомства с Хаму до момента, когда на моем пальце оказалось это прекрасное кольцо. Я не знала, что полюблю, молодая и глупая всецело верила отцу, как могло быть иначе? Вот и привязала к себе старшего сына клана, заклинание дал отец, темная магия, светлая, я никогда не делила её… Ха-а-а. Ничто не вечно… Следует уже позвать дракона.

- Хватит прятаться, выходи. – я уже давно чувствовала его присутствие где-то поблизости, поэтому спокойно зову Сао, зная, что он услышит меня.

- Я оборвал бы твою никчемную жизнь прямо на месте, если бы не Хаму. Как ты могла? – наорав на меня, вместо моей шеи он ломает увесистый веник, которым недавно подметал двор, находившийся внизу.

- Как много ты слышал? – странно, но я все еще сохраняла спокойствие, хоть и была морально утопленной.

- Достаточно, чтобы сопоставить многие вещи. – Сао держался на расстоянии от меня.

- Я не рассчитывала, что все так обернется.

- Ах ты не думала, не думала! – парень срывается с места, повышая на меня голос, вдавливает руку в древесину, рядом с моей головой, запугивая.

Если я еще жива, значит Сао не узнал кто послужил, причиной смерти его родителей, поэтому он и пытался сохранять самообладание.

- Ты сломаешь ему жизнь.

Он не прекращал орать и отчитывать меня, будь все ещё той маленькой девочкой, то уже бы спряталась под столом или слезно умоляла простить меня. Я должна сказать то, что он хочет услышать, постараемся не разочаровать Брайя, хоть и горько пожалеем, что сделали Сао неприятно.

- Ненавижу. – поднявшись и подойдя ближе к Сао, не прекращая давить я продолжила говорить. – Ненавижу вас, и тебя и твоего брата. Все услышанное правда, я ничего не чувствую к Хаму, все, что надо было, я уже давно получила, просто использовала представляешь! Он никто для меня, даже если умрет, я не буду горевать о нем, у меня уже есть жених, он обещал, что скоро мы снова сможем быть вместе.

- Т…Ты говоришь какую-то ересь. – Сао отказывался верить мне.

Прости, но моя совесть уже давно умерла.

Это продолжалось до бесконечности долго, Сао не выдержав ругани со мной перевоплотился в черного красавца и воспарив ввысь улетел. Боже сколько же глупостей я наговорила ему, кто меня дернул за язык. Он хороший мальчик, к тому же мы с ним погодки, но я всегда воспринимала его только как младшего брата.

- Пожалуйста никогда не оставляй его одного. – фраза повисла в воздухе, пока я размышляла, что сказать дальше.

Хаму совсем не испорчен этим миром, как я, пусть и дальше продолжает следовать своему благому пути, оберегает всех людей и драконов… Ну а время, когда правда всплывет наружу не наступит никогда. Отчаянно прошу, пускай с ним будут те, кто сможет вытащить его из этого состояния.

Я произносила последние слова, как мантру, вложив в них всю свою грязную душу, вплетая ее отголоски в ветер, который отнесет сказанное во все уголки земли, чтобы мир запомнил их для него, для моего Хаму.

- «Прости любимый.»

. . . . . .

- «Нет!» - распахнув глаза, я понемногу возвращалась в реальность.

Волна недовольства овладела мною, почему Брайя молчит о своей семье, о том откуда она родом, лишь постоянно не договаривает, скрывает объем деталей всей истории целиком. Почему я сразу не проснулась в пещере со всеми воспоминаниями, совсем не принадлежащими мне. Ее рассказ помог бы нам разобраться во многом, но Брайе не легко сделать это даже сейчас. Все ли дело в одной лишь мести? История, причины, у каждого из нас они свои, а я всего на всего марионетка. Ты так нуждалась в ком-то кто уберет последствия? И теперь я должна взвалить на свои плечи груз ее ответственности. Но игра, что она ведёт может стоить чье-то жизни. Долгое время видеть чужие воспоминания утомительно и совсем небезопасно, нехотя я проецирую все, что случилось с ней в прошлом на себя, противореча убеждению, что я не она… Но я просто беспокоюсь. Потому что это не может не истощат силы Брайи.

А пока воспоминания накатывали один за одним, спасибо Брайе, по ее милости я стала ходить не только во сне, что становилось все опасней для моей жизни.

- «Как все докатилось до такого, Брайя…»

Спрашивать бессмысленно, но если я не получу ответ, правдивый, без утаек и прямо сейчас, то совсем ничего не сделаю. Чем я могу противопоставить ей?

- «Ялина…»

- «Я прекрасно знаю свое имя!»

Буду лежать как можно не подвижнее и не открою глаза пока не услышу каких-то вразумительных слов. Как бы сложно не было начать, я не отступлю. Глубина отчаяния неизмерима, я знаю это благодаря Брайе, блуждающей внутри моей головы, знала, но не понимаю и надеюсь, что мне не придется ощутить нечто подобное на себе, но… Это уже стало моей реальностью, как бы все желали обратного. Внутренний монолог ли или решимость девушки похожей на меня, наконец достиг ее. И я услышала слабый голос Брайи.

- «Я так долго находилась под чьим-то влиянием, что жить по-другому казалось немыслимым, мрак, окутавший отца, коснулся и меня, заменив нам дом. Казалось, я счастлива, как никогда прежде... Не знаю сколь еще мне позволят держаться, но пока время на нашей стороне я расскажу...»

- «Не смей уходить, не ответив почему ты сделала это, убила бывших господ клана братьев.»

- «Сао здесь и он спит, поэтому успокой сердцебиение, иначе нас прервут.»

Вот бы взбелениться сейчас, приказывает, посмотрите… Но делаю, как велено. Прилагая недюжинное спокойствие, чтобы не перебить искренние слова, повествующие о боли, ошибках. И дело тут совсем не в доверии к друг другу. Каждое произнесенное слово, сбрасывает с ее сердца тяжелый груз, который теперь давит на меня.

- «Ветвь моей семьи всегда строилась на крови и предательстве. Слабые души не уживались среди мрака и тьмы. Сколько жизней было загублено и все из-за проклятия рода. Из века в век погибал от руки ребенка, родитель его. Став орудием, я всецело служила его целям, темным и запретным. Потерянный ребенок и взрослый, что стал моим спасением. Богиня не отвернулась от меня даже в тот момент, когда отец поделился своей силой. Ни одна мысль, не повиноваться ему никогда не возникала… Но однажды полюбила и была любима в ответ и вот тогда-то я задалась вопросом «а мой ли это выбор?». Хаму стал для меня слабостью, но и смыслом радоваться каждому дню, искренность которой пылал он, никогда бы не победила, слишком поздно, я уже была сломлена. Гниль заразила и меня, как я могу называться человеком и заслуживать счастья?»

Сбивчиво и быстро она рассказывала все и сразу, что собрать в логичное повествование слова оказалось немного трудной задачкой.

- «Брайя… Ты не знала, что жизнь может быть другой. Разрывая и так хрупкое сердце меж двух семей. Это был очень сложный выбор. И это никак не служит тебе оправданием.»

- «Из-за меня пострадали многие и прервать череду ошибок я могла единственным доступным способом. Магия должна была рассеяться вместе с моей душой, ослабив отца, но эгоистичное предсмертное желание перевернуло мои планы и привело в этот мир тебя Ялина.»

- «Я потеряла все в тот же миг как это произошло и с тобой...»

Она прерывает меня, так оглушительно крича, впервые на моей памяти.

- «И знала бы ты, как сожалею! Настолько глупа, что не могу с уверенностью сказать знала ли я о том, что последствием своих действий, применю заклинание зова, что числится в числе легенд нас, посланников Богини?»

Заклинание зова? Какие тайны она еще скрывает, навсегда останется загадкой. Стыд или трусость кроется за словами, но я не вправе давить на нее далее, потому что не в моих силах представить, как я рискую тем, что обрела, людьми, что встретила на своем пути, но и продолжать сидеть со сложенными руками ожидания падения этого неведомого отца. Пусть это и отделает меня разгадки, что носит имя Брайя. Как и ее отец, что за монстр, мог воспитать дочь подобными методами, внушить, что она отравлена?

- «Ты поэтому продолжаешь скрывать от меня личность отца? Что бы я не пошла у нему и не попыталась притвориться тобой?» – мысленно я беру Брайю за руку.

- «Отбрось эти мысли, иначе станешь новым орудием в его руках!»

- «Но откуда тебе знать об этом?»

- «Не только ты держишь меня, не давая уйти… Мое тело, не тлеющее находится во владении отца и иногда, не по своей воле приходится возвращаюсь в него, снова становясь пленницей. Противоестественно, я призраком брожу и не могу найти спокойствия даже после смерти. Жестокая судьба.»

- «Как это возможно?»

Молчание, вновь такое никому не нужное молчание отбирает драгоценные минуты правды, я чувствую, как Брайя уходит, но мы так многого еще не успели обсудить.

- «Брайя, не уходи!»

- «Ялина, я, я не могу сопротивляться… Послушай, в многочисленных дневниках бабушки Альмы есть записи о таких, как мы, пусть малышка Наталья поищет их.»

- «… Я не понимаю… Что ты хочешь сказать?»

- «Просто поверь мне и прочти его. Ты переняла от меня многое, мои воспоминания, силу, стала ведьмой, но пока я окончательно не умру, ты не сможешь… Мое единственное желание тебе известно, но я так и не смогла приблизиться к нужным знаниям.» - где-то на периферии я чувствовала ее ухмылку.

- «Так кто же он, твой отец?» - если я должна убить его, то хотя бы имею право узнать личность. И тогда расправившись с ним, спокойно и с удовольствием стряхнуть с плеч тяжелое бремя.

Брайя не успела ответить из-за разрыва связи, будто ее вытолкнули из меня намеренно. Или она ушла сама, как всегда без предупреждения, но даже ее незримое присутствие в голове наполняет меня надеждой. Невозможно было подобрать ни одного слова, грёбаный папаша, который воспользовался тобой, сломанной из-за несправедливости в мире еще в детстве. Брайя смогла ли ты побыть ребенком, узнавшим родительской любви? А теперь пришло время рассказать толику правды братьям, и вступить в борьбу за мир в их… В нашем доме.

- Мир твоему дому. – приоткрыв один глаз, прекращаю притворяться спящей.

Разорванная блуза в нескольких местах свисала лоскутами, с грязного тела мужчины, а в волосах застряли палочки и листья. Он был настолько чумазым и потрёпанными, как будто проделал тот же путь, что и я.

- Что с тобой приключилось? – голос взлетел на несколько октав, к тому же я постаралась подняться, но упала обратно на постель в кабинете Сао.

- Знаешь Ялина, что первым пришло мне в голову, когда я нашел тебя на ее могиле?

Меня накрывает быстрым видением. Пробираясь сквозь лес каменных плит, невидимая сожительница привела меня на свою могилу, когда ночь уже накинула непроглядный полог без единой звезды на небо, провозглашая о наступлении тьмы, как и о том, что я отсутствовала слишком долго. Еле переставляя ушибленные ноги, в сторону дома, старалась делать это без лишних телодвижений. Ха, какая неприятная боль во всем теле, поэтому в изнеможении опускаюсь на могильную плиту и засыпаю.

- Что… – шепот доносится быстрее, чем я осознаю это, а Сао быстро перебивает меня.

- Что ты ведьма? Или, что ты скрывала от меня не пойми откуда взявшуюся связь с Брайей? Что из этого?

Стоит отдать ему должное, ожидая увидеть его гнев, передо мной восседает лишь подавленный человек.

- Я собиралась рассказать тебе, когда придет время. – так и не смогла поднять на него глаз.

- Твой разум находился в раздрае и ненамеренно прочитав мысли… Я всегда винил себя в ее смерти, может если бы попытался выслушать, понять, то она бы не ушла… - голос Сао надорвался.

- Не зная всего не суди ее… - хотя имела ли я право говорить подобные слова?

- А, как ты можешь верить девушке, которую ни разу не встречала?

- Мы общаемся довольно давно. – закрываю глаза, будто это спрячет меня.

Сао не делал попыток приблизиться ко мне, его мир пошатнулся и ему требовалось время, для примирения с происходящим. Чужие тайны, и не нужная правда всплывают наружу скопом, ошарашивая парня. Залезть к нему в голову не составило труда, я помогала и направляла Сао, что бы он закрыл разум от Хаму.

- «Спасибо.»

Заслуживала ли лгунья его благодарности? Не уверена. Совладав с тяжелыми эмоциями, он понемногу открывался мне.

- Плохая привычка на то плоха, не ожидать подвоха невозможно, а, когда ты любознательный и прямо-таки обязан знать все и обо всем, ситуация становится ещё интереснее. То на, что маленький я так надеялся произошло. Следя за девушкой брата, однажды обнаружил, что Брайя постоянно уходила куда-то, а в один из таких побегов она стащила бумаги с родительского стола и передала их незнакомцу.

- Ты рассказал им?

- Обычно дети не хотят рассказывать свои тайны взрослым, но я решился и… - Сао замолк, понурив плечи так и не договаривает.

- Они не поверили? – прошептала я.

- Разумеется нет, и когда мне стукнуло двадцать один год, они умерли тем же днем. – мрачно улыбаясь, он скрывал сильную боль, с которой все еще не смирился.

- Сао…

- Нет, подожди. – он уверенно и даже жестко взял меня за лицо, безумными глазами всматриваясь в глаза. – Родители, Брайя, а дальше кто, брат, сестра, ты, я?

- Но мы не должны продолжать эту цепочку лжи, это неправильно. – в моем положении было сложно воскликнуть, поэтому я, как вышло контролировала голос.

- Лишить надежды? Рассказать, что единственная любимая заколдовала его, тем самым привязав к себе, забрав шанс встретить родственную душу, отправила наших родителей на смерть их? Это мой долг, я должен быть с ним жестоким и помочь справиться.

- Ты не всегда будешь рядом с ним. Прошу услышь меня, нельзя спасти каждого, а Хаму в силах справиться с демонами внутри. У него есть ради кого жить и прежде всего ради себя, если не будет вас с братом все люди, что служат вам верой и правдой потеряют свой дом.

- Лиа. - протянул он, словно истеричный ребенок.

- Ладно я скатилась с горы, а сам то? – я правда начала хихикать, вспоминая, как глупо это было и больно, но смотря на мрачное лицо Сао укладываюсь, да поудобнее.

- Нет, ну правда. Ты делаешь все, что бы моя жизнь стала беспокойной, с тобой будет некогда скучать Ялина. – качая головой он опускается и гладит меня по голове теплой рукой.

Мне этого мало, поэтому тяну его, давая понять, что хочу быть ближе с ним, Сао без колебаний осторожно укладывается рядом, расчесывая мои волосы, просто трогая, перебирает.

— Значит ведьма? Сколько еще тайн скрывает эта милая мордашка от своей пары.

Как-то легко мы примирились. Все ссоры такие?

- Больше ни одной. – неосознанно я снова перехожу на шепот.

- Мы искали тебя везде до самой темноты, но ты словно ускользала от нас, предугадывая каждый наш шаг. – Сао спрятался у меня на плече.

- Прости, что заставила переживать вас всех, я была сама не своя…

Меня лишь сильнее прижали к своей груди, пытаясь зарыться в волосы или спрятаться в них, мы ещё долго молчали, а я осторожно гладила Сао по голове, потому что мне просто было комфортно.

- Так, когда вы… Целовались с… - приглушенно Сао попытался начать разговоров, но я быстро остановила его.

— Это была не я, а Брайя, пришлось позаимствовать ей свое тело, я не могла иначе, Хаму надо было попробовать отпустить ее, но все так запуталось и… - пока произносила не заметила, что вцепилась в его щеки и сжимала их, то так-то эдак, выдавая свою нервозность.

- Тише-тише, тебе положено отдыхать и не нервничать.

- Сао я здорова, честно, готова горы свернуть.

- О нет, гор нам хватает и так. – он впервые за последние дни весело отвечает мне.

Исподтишка я смотрю на его грустный лик. Передо мной предстает самый обычный стеснительный парень, простой и полный надежд.

- Ты чувствуешь, что-то к моему брату?

Иногда мы способны на совершенно глупые поступки, как и вопросы. Страх потери может настолько заполонить голову, что мы забываем, что-то очень важное, из раза в раз возвращаясь к одному и тому же.

- Ты моя пара Сао и точка. – прошептала я боясь спугнуть саму себя.

Не сдерживая порыва, я коротко и мягко целую его в губы, но Сао переводит этот легкий поцелуй в нечто невообразимое, ох, как же мне нравилось целоваться с ним. Приобретая душевный покой после недавних трудностей, мы успокаиваем друг друга прикосновениями, даруя такое желанное спокойствие. Наши губы в итоге разомкнулись, но не перестали улыбаться друг другу и никому одновременно.

. . . . . .

- Ну же, скажи, куда мы идем? – я сгорала от нетерпения, всматриваясь в щели между пальцами Сао, шершавыми от мозолей, выработанных многолетними тренировками, а сейчас так нежно прикрывающими мои глаза.

- Не порть сюрприз. – Сао приходилось придерживать и меня и корзинку с вещами, поэтому голос его прозвучал немного натужно.

Неожиданно для себя, я оказываюсь в сильных мужских руках. На мгновение весь воздух вышибает из легких и приходиться вдохнуть его обратно. Начинаю так по девичьи колотить кулачками мощную и твердую грудь Сао. Стоит отдать должное он ни разу не шелохнулся, но сделав следующий шаг, теряет равновесие и скользит со мной на руках по мокрой гальке. Испугавшись до чертиков чуть ли, не взлетаю, но слыша радостный мужской смех, лишь повисаю, не расцепляя захвата рук за широкой шеей. Вот прохвост, решил подшутить надо мной!

- Не пугайся, пришло время хорошенько отмыться. – Сао выводит нас к великолепному виду.

Дух захватывает от величественности одновременно небольшого, но такого непомерно прекрасного водопада. Как только столп воды, сбегающей с самой высокой точки возвышенности горы, преодолевает рубеж высокой травы и деревьев, стоящих по обеим сторонам от бурного потока, стремящегося вниз, вода ударяется о ступеньку земли и обдает нас обоих брызгами прохлады. В итоге завершив свое путешествие, попав в гладь озера, повторяющего собой голубизну чистого неба.

- То самое место куда ты хотел… - без зазрения совести я почти раскрыла свою осведомлённость о кусочке его же прошлого.

- Да, и ты первая кого я привел сюда после, ну ты и так знаешь. – Сао не смог спрятать сконфуженность в нотках голоса.

- Зачем надо было тащиться в такую даль? – я не была недовольна, просто хотела немного покапризничать в присутствии дракона.

- Сама, как думаешь? – он медленно стал подбираться все ближе.

Звериная натура, томящаяся внутри мужского тела, словно овладела им. Походкой полной развязности он голыми ступнями ступал по мягкому шелку песка, пока наконец не взобрался на большой и широкий камень, на котором ждала я. Взгляд Сао оживился, а движения стали более плавными и тягучими. Молодой дракон мог хоть на мгновение побыть обычным человеком здесь и сейчас, отодвинув на второй план роль младшего принца, на плечах которого так же лежат обязанности за их народ и всех людей кто снискал на их землях убежище, обретя новый дом и мирное небо над головой. Остановившись Сао замер, прожигая меня сосредоточенным взглядом с ног до головы. Хотелось думать, что он любуется, но его серьезность все же немного приводила меня в ступор. Вот он упирается о колени, опускаясь на один уровень с моим лицом. Отвернувшись, я все равно не смогла скрыться от его глаз, которые источали черты сладкого предвкушения, видя лишь меня одну. Обычно было довольно неудобно смотреть на Сао с запрокинутой шеей и как у таких громил не кружилась голова, хотя можно и поспорить, что рост 180+ так уж огромен. Все равно, я была благодарна, когда он так делал, а в данный момент я не отказалась бы оказаться в недвусмысленной позе, сжав его талию своими ногами.

- «Понравился мой новый талант? Мне вот безумно.» - мысленно я обращаюсь к нему.

Видя, как лицо Сао удивленно вытягивается я победно поднимаю бровь поворачиваюсь обратно. Дерзко улыбающийся, он резко срывается с места. и мы вдвоем летим вниз, плюхаясь метеором в теплую воду, которая накрывает двух влюбленных с головой. Озеро не было бурлящим источником, оно представляло собой теплый стакан молока с медом. Молодой оборотень не рассчитал сил, оторвав не только рукава, но и подпалив ткань, которая и так была вся разорвана от моих похождений в бреду прошлым вечером.

- Ох нет! Единственный приличный батник испорчен. – с нескрываемым недовольством, сжимаю ткань неносибельной одежды.

- Если ты того желаешь, то завтра же в шкафу обнаружишь таких на каждый день недели, нет на месяц, нет…

- Подожди, постой, помолчи иначе тебе придется купить отдельный дом, чтобы в нем поместился весь мой новый гардероб. – я пыталась казаться грозной, но проделывать желаемое со сплющенным лицом из-за ладоней Сао было трудновато.

Замечательная вода, от которой исходил пар, так же согревала наши тела. Одежда облепила все тело, вызывая неудобство и сковывая движения, но отдаваясь ласке парня это не так уж и волновало. Я хотела поплавать, но Сао решил воплотить фантазию, которую я мысленно послала ему пару мгновений назад, в жизнь. Было странно оседлать парня находясь в воде, но он довольно галантно поддерживал меня.

- Не думаешь, что тебе стоит освободить руки? – мой голос звучал для меня незнакомо.

Сао не требовалось долго уговаривать, он уже сжимал мою ягодицу так крепко и так по-свойски, что мне захотелось шлепнуть его или мстительно укусить за плечо. Выгнувшись и как можно небрежнее, провожу за его ухом пальцем устремляюсь вниз, заканчивая путешествие в вырезе намокшей ткани, сквозь которую отчётливо виднеются мускулы. Сгорая от нетерпения и все больше чувствуя обиду, ерзаю на нем, не осознавая того, что только быстрее раззадориваю и так сдерживающегося мужчину, ведь сейчас он превратился в каменное изваяние, и только тяжелое дыхание выдавало его истинные чувства.

- Остановись, ежели не послушаешься мы закончим здесь и сейчас тем, что я вынесу тебя на берег.

С присущей ему легкостью он отцепляет меня и подбрасывая вверх швыряет в воду. Быстро выныриваю, оглядываясь в поисках Сао, который пропал из поля видимости. Лес все так же шумел, как и трава не прекращала петь свою песню прогибаясь под дуновением летнего ветерка, только нигде не было слышно самого Сао. Водоем замер, а на поверхности воды даже не было ряби, кажется, что только я создавала лишний шум вокруг, громко клича пропавшего.

- Ю-ю-ю-ху.

Раздается оглушительный возглас Сао, который неизвестно, когда успел подняться на верх и уже летящего в прыжке вниз с отвесного камня. Его подбородок был плотно прижат к груди, а вытянутые, руки делали его похожим на дельфина, как в замедленной съемке я наблюдала за его напряженным телом, которое погрузилось в воду снопом брызг рядом со мной. Вскоре он выплыл, смеясь и отряхиваясь от лишней влаги, как мокрый пес, стряхивая капли со своих волос в мою сторону.

- Дурак, ты напугал меня. – я кричала, как никогда тревожа саму природу уплывая от него подальше.

- Не злись, давай повеселимся и отдохнем. – пытается оправдаться Сао, пока убирает мои волосы налипшие на лицо быстро нагнав.

Ну, как можно злиться, когда он истончает собой всю жизнерадостность этого мира. Я не спускаю с него внимательного взгляда, хочу заставить смутиться его еще больше, как недавно он проделывал это со мной. Поэтому наклоняясь к уху, немного понизив голос, доношу то, что считаю нужным.

- Ты очень красивый. – еще никогда не приходилось соблазнять парня, но с ним хотелось стать именно такой, раскрепощенной и уверенной в себе женщиной. – Ты не врал, девушки действительно никогда не одаривали тебя комплиментами? Тогда я буду первая.

- Ты первая не только в этом. – Сао отвечает шепотом, прикрыв глаза трется о мое лицо своим.

Его рука, которая то ли удерживает мою голову, с другой стороны, то ли гладит, только распаляет пожар внутри меня. Я никогда не испытывала подобных эмоций и отзывалась на его прикосновения, не потому что Сао был первый, а потому что сама того хотела.

- Сао ты же сам хотел остановиться. - мой голос дрожит именно из-за того, что его вторая рука начинает блуждать по моему телу, хоть и поверх мокрой рубашки.

- Ну хотел и хотел, разве сейчас это важно, м? – не отвлекаясь, он медленно целовал мои губы, казалось бы, отвечая невпопад.

Бросив затею отвлечь его, просто отвечаю на мокрый поцелуй, превратившихся в слизня губ. Я не чувствовала их, но не собиралась прерывать наше прикосновение. Меня тянуло к нему не только физически, но и на каком-то духовном уровне. Время перестало существовать, остались только его губы.

- Открой свой разум для меня.

Я повиновалась ему без раздумий, теперь мы слились еще и мысленно. Ох вот оно, что, Сао незримо спрашивал моего согласия, но дело в том, что я действительно не могла сказать нет. Зная, что рана все равно затянется, я с ужасом замерла, ожидая, пока он томно вопьётся острым уколом в нежную шею и вытащит окровавленные клыки, не сдерживая и не скрывая счастливого выражения любви в глазах. Страх был сильнее отвращения, все же такое проявления чувств, было чуждым для меня. Но я уже повторяю за ним и впиваюсь в его шею, лишь немного царапая.

- Тебе не больно? – поглаживая затянувшуюся рану интересуется у меня Сао, не обращая внимания на свою.

- Все хорошо, но это же не означает, что, эм, ритуал завершен? – от волнения мои глаза расширились.

Сао качает головой, утягивая меня за собой, а я все никак не унимаюсь.

- Не слишком ли много раз мы пренебрегали свадебными правилами? – не отстаю от него я пока мы медленно плаваем в воде.

- Разумеется. Но с тобой я не могу держать себя в руках.

. . . . . .

День, который мы провели только вдвоем подошел к концу, те счастливые воспоминания, что подарил мне Сао впредь будут согревать мое сердце в тяжелые и грустные времена, предначертанные нам в будущем.

- Вы улетаете через четверть часа? Так скоро? – я посмотрела на подобие солнечных часов, которые висели на стене кабинета Сао.

- Передышка была не только у нашего врага, с новым рассветом, что принесло новое утро, к нам прибыла посыльная птица, она была смертельно ранена, но смогла долететь до врат. – Сао сидел за письменным столом и быстро водил пером по пергаменту.

- Все настолько серьезно? – я нервно постукивала пальцем о мягкую обивку кресла, сидя в нем.

- Учинить разгром в маленькой деревушке, будет проще простого, если нет достойной защиты. Соломенные крыши амбаров горят очень хорошо, а там и вся деревня окажется под натиском огня. В итоге останутся лишь останки, или вовсе ничто не будет напоминать о некогда живущих там людях. – рассказывал Сао.

- А вы не?

- Не должны, в донесение говорилось, что большинство людей удалось эвакуировать, но набеги могут продолжиться, а дикари затаиться где-то поблизости.

Покинув поместье, мы направлялись к оружейной, Сао придерживал меня, пока я сосредоточено взывала к Брайе. Стоит ли называть ее наставник или Наталья может обидеться на это? Все это глупости, поэтому не отвлекаюсь и делаю, как она учила. Направляю все мысли и обволакиваю в одну форму ее имени. Зову.

- «Яла… Я слаба… Время пришло… Спаси его.»

Ну нет, я не собиралась разъединяться так быстро, прилагаю недюжинную толику силы, сохраняя линию связи. Нужно увидеть больше, место в котором находится ее тело, где столько лет страдает ее душа. Заходя все глубже в сознание, я услышала, что кто-то настоящий и осязаемый зовет меня.

- Сао прекращай. – бурчу я. – Подожди, что ты делаешь? – скашиваю глаза на его руку, которая придерживает платок у меня под носом.

Моя бровь вопросительно взлетает вверх, когда Сао вытирает мокрой тряпкой мое лицо.

- У тебя пошла кровь. Я думал взять тебя с нами, но теперь передумал.

- Со мной все нормально, честно. – решаю больше не юлить, это всегда только все усложняет. К тому же, не просто так я тренируюсь каждый день, я уже не так слаба, как раньше. - Там есть человек, нуждающийся в моей помощи.

Теперь, между нами, не осталось секретов, мы стали одной командой. Я раньше не думала, что можно так сильно устать от вранья. Мой Дракон верил мне и этого было достаточно. Рука Сао такая извечно повышенной температуры и уютная не хотела отпускать мою вечно холодную конечность, но все и так на всех парах готовились к отбытию, поэтому мы не могли задерживать их дольше. Оглядевшись, замечаю Мейли и Тици, которые призывно жестикулировали мне.

- До скорой встречи. – кивнул и сокрушенно выдохнув направился к ожидающим его Дамиру и Герману.

- Погодите, зачем мне нужна экипировка?

- Эта броня сделана из кожи дракона, который добровольно покинул этот мир. Из его чешуи наши лучшие мастера сделали жилет безопаснее, а швеи спроектировали чертеж корсета, который защитит не только твою грудь со спиной, но ещё и живот.

- И любишь же ты разглагольствовать Мей. – наша подруга, резко затянула ремни на моей спине.

- Она довольна легкая. – я не шевелилась пока девушки помогали мне.

- Но она и вправду невероятно крепкая, ни одна стрела или меч не пронзит ее, так, что ты под хорошей защитой. – Тици ушла, но быстро вернулась со свертком в руках. – А это еще одна часть нашей экипировки.

Из пергаментной бумаги, на свет явилась с виду обычная куртка, модель которой по крою походила на современный бомбер. К тому же она была одета на девушках, и на всех, кто состоял в числе сегодняшнего отряда. Просовывая руки в плотную и от того воздушную ткань, я сразу окунаюсь в мягкость подклада.

- Ты можешь заметить специальные нити, вплетенные в рукава, так, что в ней не страшны никакие ветра. И знаешь, она поможет пережить тебе первую атаку пламени дракона. – заканчивая фразу Тици немного потупилась.

А я уже успела позабыть, что опасность поджидает любого на каждом шагу и, если вдруг на нас нападут я не буду стоять в стороне. Руки все еще трясутся, от тяжести меча, поэтому, я смогу помочь магией или просто буду мешаться под ногами у врагов, но точно не буду обузой.

- Все готовы? Тогда выдвигаемся.

Ого, не ожидала, что Литиция может говорить настолько командным тоном. Пока парни переговаривались, неся сиденье в руках, а девушки, что-то объясняли Сао, отдалившись от всех я шла замыкающей в шеренге. Если честно, приходилось до безумия сдерживать порыв, и не рвануть вперед, но мое ожидание наконец подошло к концу, и я увидела этих красавцев. Невероятные питомцы братьев ждали, пока их оседлают всадники, называемые дрессерами. Все приветственно опустились перед зверьми в поклоне и получив в ответ такой же почтительный наклон головы, приступили экипировать драконов. Мне кажется, я забыла, как дышать, не отрываясь любуюсь ящерицами, чуть ли не подпрыгивая на месте. В ожидании остальных, двух коричневых уже оседлали Мейли с Литицией, они переговаривались между собой, пока их драконы, крепко стоя на четырех лапах наслаждались лаской девушек, отбивая длинными шипастыми хвостами оземь. Уши их были столь длинными, что за них можно было бы держаться, вместо уздечки. Так же, как и у остальных зверей шипы располагались на щеках и лапах. Великолепие и красота, сошедшая со страниц книг о фэнтези, прочитанных мною в детстве стала моей новой реальностью. Помощники Дамира и Германа в отличии от самих парней седлали драконов цвета мха, а сами парни уже успели перевоплотиться. Это был первый раз, когда я могу наблюдать за ними. Один оранжевый, через чешую которого был виден внутренний свет или скорее пламя, которое сдерживалось им. Мордочка, а особенно место, где нос походила на осенний листочек. Он сложил шипы на спине, чтобы на него могли надеть седло. Дамир же был морем и пламя его было синее самого синева цвета, что только существует в природе. У него был короткий хвост с одним тонким шипом, он управлял им как рапирой. Насколько же разными были все перевоплощенные.

- «Ты полетишь на мне, не расстраивайся, нагладишь их позже.» – вторгаясь в мои мысли позвал меня Сао.

- «Хаму не полетит?» - так как я уже не была столь слабой, то смогла сама закрепить сидение на большой спине своего парня.

- «Нет.»

Если говорить о различие всех драконов, то я только сейчас заметила отсутствие даже одного шипа на теле Сао. Мне нравилось гладить его чешую, такую же гладкую, как мокрый камень, но каждый раз, как рука касалась ее, словно утопала в ней, как в шерсти у кота. Я крепко держалась за ручку на седле, пока мы двигались к месту взлета. Хвосты драконов хаотично метались в предвкушении полета, звери когтями вспарывали землю, ожидая команды. Пришлось крепко закрыть уши от пронзившего меня до костей рыка одного из вожаков стаи.

- «Держись крепче.»

По моим подсчетам мы летели не менее четырех часов, когда перед глазами предстала цель нашего путешествия, окружённая, как и все поселения в округе лесом. Деревня была и так крошечной, но все десять зданий, что стояли здесь, сейчас представляли собой все ещё горящие куски угля, объятые пламенем. Драконы, собравшиеся в круг, над поврежденной территорией, заняв вертикальное положение тела, создавали крыльями мощный порыв ветра, хлестко рассекая воздух в направлении постройки домов, пока не потух последний очаг воспламенения.

Я не понимала, как реагировать, разумеется, утерянного не воротишь, но отстроить новые дома для людей возможно, они все в безопасности, живы и здоровы. Но смотреть на обуглившиеся бревна, в которых, только вчера семья ужинала похлебкой, мама читала сказку на ночь детям, а папа стругал им игрушки, огорчает.

- О чем задумалась? – вторгся в мои мысли уже обратившийся Сао.

- А где все?

И вправду, остались только мы, драконы были привязаны к деревьям и раздирали свежую рыбу, играя друг с другом.

- Мы приняли решение разделиться на пары, по возможности сократить время зон осмотра. Литиция и Герман ушли считать сколько понадобиться стройматериалов для восстановления жилого отсека. Дамир и парни пробегутся по реке и ее заводям и пойдут помогать Герману. Мейли пошла в главное здание старосты, а мы с тобой к бывшему загону.

Не все здания сгорели под чистую, загон в котором раньше теплились драконы не потерял былой стойкости, наполовину обрушенная задняя часть, теперь была лишь поломанными досками, но туда-то меня и тянуло. Крышу держали лишь несколько крепких балок, которые подпирали ее и не давали упасть и широкая дверь, сколоченная из легких дощечек в железной оправе, одна часть покосилась, завалившись на вторую, но образуя собой достаточную щель, в которую мог пролезть человек, но точно не такой большой, как Сао.

-«Он там, я чувствую. Брайя, ты здесь?» - никакого ответа не последовало.

Что ж положимся на собственные ощущения, которые просто кричали, что мы там, где должны быть.

- Ты туда не полезешь. – четко и грозно отчеканил парень.

- С моей комплекцией у меня получится пройти ничего не задев. Там прячется маленький дракон из ведения. – взяв Сао за руку я поделилась с ним, рассказав, что видела тогда.

- Да я чувствую его присутствие, но он может принять тебя за врага, тогда ты быстро…

- Усыплю его. – закончив фразу Сао, я показала ему дротик, висевший на ремне.

Больше он не противился, но моя нога уже осторожно пролазила в единственный проход, который приведет во внутрь. С особой осторожностью перешагивая через обломки провалившегося потолка, который мог вот-вот рухнуть совсем, продвигалась в глубь загона. Сено дымилось, а доски все еще тлели, когда наконец рядом раздался заветный шорох. Сморщившись от вони, исходившей от тухлой рыбы, которая лежала маленькой кучей рядом с большим стогом сена останавливаюсь. Надеюсь, дракончик не будет агрессивно настроен, и, чтобы не тревожить его за зря начинаю медленно разгребать кучу, когда змееподобная мордочка сама вылезла из образовавшийся дыры.

- Здравствуй.

Дракончик начал забавно вертеть головой из стороны в сторону прислушиваясь ко мне. Цвета оникса с кошачьим разрезом глаза уставились на меня. Не знаю, что он такого увидел, но растормошив остатки своего убежища, сам прыгнул в протянутые руки. Да, глупая с моей стороны идея, хоть он и очевидно в несколько раз меньше Сао, но все еще остается тяжелым пресмыкающимся с острыми когтями и шипами цвета кости, которые росли у него на животе, а сам малыш ярко голубого цвета, словно лазурит и аквамарин срослись вместе. Наше падение сопровождалось не хилым грохотом, я не так и сильно ушиблась, да и это не важно, потому что всеми силами силюсь спрятаться от радостного зверя, который все пытается облизать меня раздвоенным и шершавым языком.

- Тише, тише иначе ты повалишь на нас остатки здания. – все равное не вышло сдержать смеха, с вида, как радостно перепрыгивал маленький дракон на четырех лапках.

Не удержавшись все же глажу его по шипастой мордочке, он не ранен, но немного успокоившись стал очень обеспокоен чем-то. Присев на корточки, я схватилась за короткие уши, сосредотачиваясь взываю. Дракон не вырывается, а словно поняв, что я хочу начинает так же дышать. Неужели он помогает мне?

- «Ялина продержись еще немного, направляй магию в сторону моего голоса, давай.» - голос Сао не стал неожиданностью.

Остается только повиноваться приказу. Несмотря на то, что я все лучше подчиняла силу себе, заклинания становились только сложнее, как и расширялись пороги ее применения. Вот и сейчас я почувствовала, как капля крови скатывается из носа от напряжения. Не отвлекаясь ни на какие звуки, я полностью слилась с сознанием дракона. Я видела мальчика, он сидел на крыше загона и игрался с деревянным мечом. Радостная улыбка сошла с его лица так же быстро, как и ниоткуда взявшаяся огненная стрела, за которой последовал целый град, обрушившийся на деревню. Парень не знал куда деваться, но сломанная под весом доска все решила за него. Он провалился внутрь пустого загона уже перевоплотившись.

Видение обрывается, но теперь на меня смотрят до безобразия грустные карие человеческие глаза.

- Хорошо, что мы обнаружили тебя так быстро, но все равно прости, что задержались. Не пора ли нам выбираться отсюда? – отряхиваясь я встала на ноги.

Ох, но, как же он пролезет? Быстро вытираю кровь рукавом и обращаюсь к молодому человеку за преградой.

- Сао, нужна помощь.

Выйдя из загона, я тут же оказываюсь в крепких, до хруста косточек объятиях.

- Раздавишь же. – хрипловатым голосом ответила парню я.

- Прости, но, когда твой запах вдруг пропал я хотел разломать эту дверь.

Он поглаживает меня по щеке, пока я уткнувшись в руку вдыхаю его аромат. Поддавшись порыву, касаюсь губами мужской ладони. Сродни незнакомые чувства, просыпались во мне, из-за любви к этому человеку и должна признаться мне нравилось это. Наблюдать, как Сао отзывается на моё прикосновение, видеть, что ему нравится, вызывает неподдельную улыбку. Приподняв мое лицо за подбородок, он не сводит своих глаз с ждущих прикосновений губ. Медленно накрыв их своими, проникновенно начинает целовать. Это был самый чувственный из всех поцелуев, что мне приходилось разделить с Сао. Нам хотелось большего, он изнывал внутри не хуже меня. Дракон поднимает меня на руки, но я упираюсь ему в грудь. С мягких губ Сао слетает рык, когда, немного приподнявшись и выгнувшись, я хватаю его за волосы, усиливая натиск. Проявление активности с моей стороны заводит Дракона, о чем говорят его стоны, тонущие в поцелуе.

- Не хочу останавливаться, но сначала нужно разобраться с проблемой. У нас впереди много времени. – Сао аккуратно отпустив меня на землю уже подходил к двери, улыбнувшись мне напоследок. – Слушай внимательно, как только я сломаю дверь выбегай, иначе окажешься под завалом.

Сао и вправду не стал медлить, а мне оставалось устроиться на камне рядом и не мешать ребятам. Раздвигая створки деревянной двери, Сао поставил ноги на ширину широких плеч, играя мышцами, напрягаясь все сильнее, пока я, не отрываясь любовалась им. Проход становился все шире и шире и в нужный момент, дракончик ринулся к выходу, а здание за ним в одно мгновение сложилось по полам. Еще один столп дыма прибавился к остальным, заполняя собой воздух, но ветер быстро разгонял его, так, что можно было спокойно дышать, не чувствуя удушливого удара по легким. Сао не стал перевоплощаться, он все разговаривал с малышом, не разрывая зрительного контакта с ним. Дракончик сел, как по команде, его голова приподнялась, словно он тянулся к самому солнцу, погреться в его лучах. Руки Сао опустились на морду дракона, держа его челюсти в стальной хватке, и начал произносить слова, на непонятном мне языке, повышая громкость голоса, который стал приобретать властность, данную ему природной силой альфы. Я ощутила, но больше не хотела упасть на колени из-за ее мощи, которая прорезала атмосферу вокруг нас незримыми разрядами молний, скопившимися над головой дракончика. Лишь на мгновение моргнув, пришлось все же зажмурить глаза, чтобы свет, поглотивший малыша, не лишил меня зрения, ослепив. Я не знала безопасно ли открывать их, но услышав довольный голос моей пары, решаюсь и не зря.

Сао треплет маленького мальчугана, который и не достаёт ему до пупка, по светло каштановым волосам. Видно, что его давно никто не стриг, к тому же он был весь чумазый и не только поэтому чувствовал себя не в свое тарелке. Скромно перетаптываясь на месте тоненькими ножками, которые кажутся еще тоньше из-за широких шорт и такими же тонкими ручками, скрывающимися под рубашкой и расстёгнутым жилетом. Думаю, он сверстник нашей Натальи, хоть и ниже ее ростом.

- Я благодарен, что вы нашли меня и не оставили одного. – так храбро поблагодарил нас ребенок.

- Только не убегай, мы не причинам тебе вреда. – я присела перед ним, сравнявшись в росте.

- Ты же не она? Не, Брайя? – почти шепотом с плохо скрываемой надеждой спросил меня мальчик.

Что-что, но мы с Сао точно не ожидали такого поворота событий, поэтому переглянувшись с не понимаем быстро переговариваемся мысленно. Я оставила разум открытым, чтобы Сао слышал наш разговор, пока пошел собирать всех ребят в одном месте. Мальчик сразу расслабился, ведь был все время напряжен в присутствии Сао, но все же я заметила, как он бросал кроткие и такие восхищенные взгляды в удаляющуюся спину моего дракона. Какой милый, ребенок есть ребенок.

- Прости, но я ее очень хорошая подруга. Это она попросила меня найти тебя, но Боги, я же до сих пор не спросила твоего имени. – может не стоило разговаривать с ним, как с маленьким, но я не могла удержаться.

- Г… Генри – представился скромно и опустил глаза.

- Думаю вы уже представились друг другу, скоро людей здесь станет побольше. Ты же не испугаешься их?

Он мотает головой, а его волосы разлетаются в разные стороны.

— Вот и хорошо, я знала, что ты очень храбрый Генри. Расскажешь мне что же с тобой приключилось?

Немного трудно сидеть на корточках, но ребенку, который чувствовал себя загнанным зверем какое-то время так удобнее, и я кажусь не такой страшной.

- Я обязан тебе, и Сао, хорошо, что ты привела его. Я буду служить вам, но вы должны пообещать, что…

- Погоди-погоди. Мы поможем тебе во всем, что бы ты не попросил, предоставим тебе жилье, одежду игрушки, еду, все, что захочешь. Но сейчас, пожалуйста, расскажи почему ты один.

Тот, кто так запугал этого ребёнка мне уже не нравился.

- Я видел твое лицо в своем сознании, и звал каждую минуту, но никто так и не приходил. Я, я не знал, что мне делать и просто затаился. Сестра говорила мне всегда оставаться на том месте, где потерялся и тогда она найдет меня, но ее нет уже три дня и.. – его голосок затих, надорвавшись при упоминании сестры, но спустя какое-то время он смог взять себя в руки и продолжить рассказывать свою историю.

- Родители бросили нас, когда мне было не больше пяти и моя старшая сестра, взяла мое воспитание на себя. Она всегда защищала меня и… Когда наш путь достиг этой деревни мы уже выбивались из сил. Она развела для меня костер и пошла охотиться на дичь…

- Мы найдем ее Генри, сразу же вылетим на ее поиски, как вернемся в Верелд, используем драконов и магию. – я болтала без умолку, заполняя голову ребёнка надеждой и все же не выдержав невесомо погладила его по голове.

- Ты доверяешь мне?

Я все-таки дождалась от него кивка.

- Спасибо, что поверил.

Больше я не стала ни о чем допытывать и так натерпевшегося и уставшего ребенка, пока слушала, как он выживал здесь в полном одиночестве. Сразу же отдаю ему куртку, пусть согреться. Генри даже повеселел немного, но, когда к нам вышли ребята, он спрятался за мою спину, вцепившись за штанину.

- Все хорошо, пойдем и познакомим тебя со всеми.

Глава 3 Воссоединение

Хаму

Полеты всегда были для меня единственной возможностью отдохнуть. Даже сон не так уж и справлялся со своей работой. Лишь опустившись на мягкую подушку, набитую соломой или старой тканью, закрыв медленно глаза настает время просыпаться. А с прибытием Ялины бессонные ночи только участились. Смотреть в ее лицо сродни кинжалу в сердце, каждый раз больно. Тут ничего не поделаешь, она не может не напоминать Брайю. А теперь выясняется, что осколок души моей любимой застрял в теле пары брата, что за превратности судьбы? Надо запретить думать об этом много и окончательно поставить точку… Смириться, что ее больше нет и никто не способен ее вернуть. Мне нравилось взлетать выше и выше, за границы облаков, с наездником провернуть такое не получится, а, когда ты один у тебя столько возможностей. Есть куда развернуться. Ни от кого не зависеть. Превосходно.

Взмахивая крыльями, могу расправить их во весь размах, кружиться в вихре собственного потока, устремляясь все выше и выше, а потом падать вниз.

Да, лучше самого полета для меня служит чувство свободного падения, отдав все во власть случая, падаешь и падаешь, опускаясь все ниже, все ближе к земле, но, как и обычно в ответственный момент ты снова машешь крыльями. Сегодня я не успел побаловать себя шалостью, улетев достаточно далеко от поселения и не надеялся наткнуться на шайку бандитов. Стоит подпалить им спины, что б не повадно было, резко спикировав я разогнал их, забрав в своих когтях одного из шайки, закинув далеко в ущелье. Сам он не выберется просто так, поэтому пусть остальные сначала найдут своего потерянного товарища или оставят умереть голодной смертью. Хотя нет, ему нужны друзья, ведь вместе веселее. Разыскав остальных, каждый из его дружков разделяет с ним скалистое дно. Может если они построят из себя лестницу кто-то да выберется? Отламываю им тяжелую ветку и кладу ее край у края обрыва. Дьявол, веду себя, как брат.

Пора возвращаться, но меня снова отвлекают громкие звуки. В 100 метрах в куще зарослей застряла женская фигура, ее длинные волосы, были собраны в косу, которая истерично билась о ее спину. Она пыталась выбраться из плена колючего плюща, пока на нее двигался дикий медведь. Девушка точно не справлялась, поэтому приняв решение я уже летел ей на выручку. Отпугнув зверя, который стыдливо убегал, я взобрался на дерево неподалеку и решил немного понаблюдать за незнакомкой.

Только послушайте, да она ругается, как рудокоп. Вспоминает и чью-то маму, животных и всяких идиотов. Да лексикон у нее довольно разнообразный для нашей местности, как и одежда. Слишком нищая или это маскировка, а на самом деле она приманка?

- Не подходи ко мне, иначе я пырну тебя тут же на месте, если сделаешь еще шаг. – она наставила на меня подобие меча, с которым мне было бы стыдно ходить.

Неужели не могли лучше подготовиться? Так не интересно. Вальяжно спрыгнув, уверенной походкой я подходил ближе к девушке.

- Если ты думаешь, что я шучу, то я не шучу. Я попаду тебе им в голову и размажу все кости!

Естественно, моя реакция оказалась быстрее, пока она произносила свою угрозу, я уже освободил ее из плена плетей. Одежда на ней и вправду не лучшего качества, а после прилипчивого растения, теперь грязная и порванная, но, что-то я отвлекся, а она уже успела наброситься на меня. Чего не ожидал так это силы ее хвата, мы крутились, как волчок пачкавшись сильнее, она не сдавалась и была готова биться до конца. Вся запыхавшаяся, она смогла уложить меня на лопатки, да быть честным стало интересно, что она предпримет дальше. Я даже позволил ей несколько раз ударить меня по лицу.

- Веди меня к своим друзьям, и лучше тебе помалкивать обалдуй иначе я перережу твою шею у них на глазах, а пока побудешь моим заложником. У вас есть продовольствие, еда, теплые вещи? Ну, отвечай же шельма.

В подтверждении своих слов она и вправду приставила свой не до меч к моей шее.

- Ты все не так поняла. – с легкостью хватаю ее за руки и громко начинаю смеяться. - А ты сама, чем докажешь, что не состоишь в банде Легионеров или Сборщиков? – от резкой смены эмоций, я снова стал холодным, привычным Хаму.

Девушка потерялась, не зная то ли убегать, или все же попытаться зарезать.

- Прошу следуй за мной, если поспешим, то прибудем до моего поселения меньше чем за 15 минут и ты сама во всем убедишься.

- Так ты не разбойник? – она все еще не верила мне.

- Хуже. Разве я похож на этот сброд? – мне немного поднадоело, поэтому перестав строить из себя актера, перевалившись, оказываюсь сверху.

Конечно, она начала лишь сильнее сопротивляться, как змея извивалась во все стороны, но моя хватка была сильней.

- Ну? Идешь или мы так и останемся здесь?

Да, я позволил направить мне в спину железную палку, раз так ей было спокойнее и пошел, по знакомой мне тропе, которая приведет нас к большому кусту, за которым будет тайный путь, попутно поправляя на себе одежду.

– Верелд, слышала такое название?

- Неужели я дошла аккурат до территории клана драконов?

Она произнесла это по-настоящему удивлённо уже, что-то прикидывая про себя. Ого, целое предложение и ни одного ругательства. Довольно интересный человек.

. . . . . .

- А вот и Верелд, Генри. – мы все ближе подходили к главным воротам, поэтому я посчитала нужным произнести очевидное с нескрываемой помпезностью, чем заставила засмеяться Германа и даже улыбнуться Дамира, ведущих драконов в загон.

Мальчик не спешил переступать, казавшийся преградой деревянный забор, застопорившись у его границы.

- Тебя никто не обидит, у нас принято помогать нуждающимся. Когда-то и я сама была такой. – к концу моей фразы глаза Генри расширились от удивления и уже без опаски глажу его по шикарной шевелюре.

Юный дракон все еще не решался зайти, но вспомнив общение с ребятами, заботливой Тици, которая накинулась на него, как любящая бабушка на своего внука, он больше не прятал глаз. Генри приобрел недюжинную уверенность в своих силах и было, интересно узнать, какие слова смогли показать ему, что жизнь не кончается.

- Слушай, что же тебе такое поведал Сао? Знаешь, даже мне он сказал, что это только ваша тайна. – я попыталась изобразить надувшегося человека.

Генри был не настолько маленьким, чтобы повестись на мою провокацию, но все же я стала той, что он впустил в свой круг доверия. Генри подозвал меня ближе, приняв серьезный вид, обязательно проверив по сторонам не подсушивает ли кто и наконец открыл мне их разговор.

- Сао просил не беспокоиться, такому явлению подвержены все перевоплощенные. Лично у него еще не случалось всплеска, но он, кратко затронул то, что видел человека, потерявшегося в личине зверя. – он говорил на одном дыхание, поэтому взял передышку, вздохнуть хоть раз. – Оказывается Сао ни раз помогал выйти из этого состояния! А все так просто, во время сильного потрясения организм выдает защитную реакцию, превращая тебя в сильного монстра. – Генри пускается в путанное объяснение почему организм закрывается, но я уже мало понимаю его.

И успел же запомнить заумные словечки.

- Спасибо, что поделился. – я весело подмигнула мальчугану, который кажется не хотел заканчивать разговор.

- Сао просил рассказать тебе еще кое-что важное. Поэтому слушай. Когда нас нашли, сестра не выпускала сверток из своих рук, благо на ее пути встретились добрые люди. – понизив голос, он быстро зашептал мне на ухо. - Четыре месяца от роду, завернутый в странный костюм, оказался я. По словам Люси, одежда принадлежала нашему отцу, которого так же нашли одного, ничего не знающего о себе и не помнящего даже свое имя.

Генри еще какое-то время описывал мне вид костюма, и я окончательно убедилась в правдивости его слов. Та униформа, в которую нас облачили, как только привозили, что бы мы играли роль подопытных крыс. Так Генри может быть наполовину инородцем. Я больше не могла и не хотела сдерживаться, поэтому опускаясь обнимаю ребенка, который деревенеет и трясется, как осиновый листок, но стойко выдерживает чуждые для него проявления эмоций.

- «Лиа, Лиа.» - раздался в голове голос Сао. – «Приведи пожалуйста Генри в кабинет Хаму.»

Оказывается, что Сао может достучаться до меня мысленно с такого достаточно длинного расстояния. Ничего же не случилось и мы не услышим плохих новостей? Крепко вцепившись в маленькую руку мальчика, ободряюще улыбаюсь, стараясь заговорить его, пока он, сжавшись в комочек шел рядом со мной, прячась от всего мира, но все равно с интересом разглядывал все в округе. Он точно сможет обосноваться здесь, лишь немного времени пройдет, и он снова будет смотреть в лицо окружающему миру без опаски.

Отворив дверь кабинета Хаму, первым перед моим взором предстает его хозяин, да еще и побитый. Особенно сильно досталось красивому личику, ссадины наверняка болели, но он не обращал на них никакого внимания, переговариваясь с незнакомкой. Девушка стала олицетворением слова дикарка, не знаю почему она так напугала меня, может, потому что, подняв заплаканное лицо и увидев зашедших нас, тут же полетела и опрокинула нас с Генри.

- Люси!

Упав вместе с нами плашмя на деревянный пол, она не обращала внимание на восклицания Генри. Все были шокированы такому проявлению эмоций, поэтому и не воспротивились спасти нас. Хотя было бы от чего спасать, от потока слез и поцелуев, обрушившегося на маленького мальчика? Растрепанные волосы, некогда заплетенные в косу и карие глаза, которые затмевали все вокруг своим диким, даже первобытным блеском, девушка легонько колотила и крепко обнимала мальчика, ведь она наконец нашла своего потерянного брата, пока я растерянно лежала рядом.

- Безмерно благодарю, если бы не вы, его бы уже могли поймать, спасибо, спасибо, спасибо. – девушка наконец обратила свой взор на Сао. Она все говорила и говорила, не выпуская брата из объятий, хотя тот пытался выбраться из хватки.

За секунду ее забота, направленная на Генри, сменяется озабоченностью, которая перерастает в страх, когда она наконец смотрит на меня. Оберегая Генри, она попыталась отшатнуться, что сделать сидя было не особо то и удобно.

- Брайя? – неверие сквозило в ее словах.

Я не шевелилась с того момента, когда нас, как кегли снесли ураганом обеспокоенной сестры.

- «Ну почему же ты не предупреждаешь меня о чем-то столь важном Брайя!». - хоть и чувствуя, что виновница сейчас не на связи, я не смогла не сорваться на нее.

- Сестренка, это не она. – Генри удалось вывернуться и обхватить лицо Люси, и она снова обратила внимание на него одного. – Я доверяю ей. И всем этим добрым людям. Мне столько тебе нужно поведать, не трать наше время на злость или неверие.

Она хоть и послушалась его, но все равно вернула свой взгляд на меня, пристально всматриваясь. Сумасшествие, неверие, принятие, эти эмоции сменяли одно другое, пока она в итоге сокрушенно не прислушивается к брату.

- Если вы не против, я бы хотела побыть немного с семьей, а потом хочу встретиться с вами. – холодным тоном, она обратилась ко мне.

- Я живу на четвертом этаже, последняя комната с права от лестницы. – уступив ей проход я заправила волосы за уши, открывая свое лицо для нее, что бы она увидела мои глаза, может так она перестанет относится ко мне с опаской. Мы в молчании проводили эту парочку, что наконец смогла воссоединиться.

- Что это сейчас было? – я наконец прошла в кабинет и сразу же оказалась в объятиях Сао, который пускается ввести меня в курс дела первым.

- Так это Хаму посчастливилось встретить сестру Генри? – бросив взгляд на него, я увидела, что он даже и не старался посмотреть на меня в ответ.

- Почему ты не перевоплотился, неужели не хочешь, что бы синяки быстрее зажили? – Сао все не выпускал меня из объятий, то ли оберегая, то-ли не подпуская к Хаму и говорил скорее для меня, потому что я еще не знала, что оказывается они могут и так себя лечить.

- Потому что не хочу. Я не вижу смысла отчитываться перед тобой… Мне просто нужно подумать.

Грубо разговаривая с Сао, он все же решил закончить фразу снисхождением.

- Если не перестанешь вести себя так, я не оставлю ее наедине с тобой…

- Братец, не тебе тут ставить условия…

Они говорили одновременно, распаляясь, что было совершенно неправильно.

- Не говори обо мне, словно меня тут нет Сао. Прекратите ссориться, вы оба. – нет ну почему я должна строить из себя мамочку?

- Веди себя прилично, я оставлю разум открытым для тебя, если хочешь, то слушай, но только с согласия Хаму, хотя я и не думаю, что между вами остались какие-то тайны. – не очень удобно быть между двумя братьями, но я постаралась спокойно проговорить, смотря на них обоих.

Смерив сощуренными глазами брата и снова посмотрев на меня, Сао втягивает воздух, что совсем не отрезвляет его голову. Я даже не осознаю, насколько ему неприятен факт того, что мы трое переплетены. Мгновение на принятие решения прошло и взяв меня за руку он резко выводит нас из кабинета в узкий коридор. Не ожидав напора, впечатываюсь в стену, у меня нет времени на передышку, ведь уже в следующий миг губы парня жарким поцелуем и с не скрываемой страстью впиваются в мои. Совершенно спонтанное желание дракона совсем не показное, он бы не сделал больно Хаму или мне таким поистине дурацким способом. Сао нуждался удостовериться, что я с ним. Без намека на усмешку или по крайней мере радость, он не переставал целовать меня, наплевав увидит ли нас кто-то. Но и я на секунду теряю связь с реальностью так, что все становится неважным.

Спрятав задыхающуюся меня за широкой спиной, он приводил свои мысли в порядок, быстро дыша на пару со мной. Подняв на него взгляд слышу его мягкий голос в своей голове.

- «Я отдал тебе все свои годы, ты благословение для меня

Не коснувшись губами губ, гореть в аду буду я

Если ты руку мне не протянешь, я все равно пойду за тобой

Если меня ты оставишь, поселившись в душе чужой

Полюбишь другого

Пойму

Приму

Богиня моя, ты освещаешь мою непроглядную тьму

О спасенье и гибель моя, не отвергай же раба, что отдал себя

В последний раз взгляни, в последний раз поцелуй

Слезою спасенья и жизни, что скатилась из глаз, поплачь свой единственный раз и прости

Отпусти

Я пал, я пропал, я любил

И лишь падшим отродьем живя, твоя благодать на меня снизошла

Никогда и всегда ты любовью меня наградила

Убила, некогда любимого тобою

Меня, для кого слезы твои стали живою водою

В бреду иль в сознании я

Отныне и навсегда твой раб, о богиня моя».

- Прости. – застегивая обратно все пуговицы, что уже успел расстегнуть извиняется Сао.

- Все хорошо? – касаясь лица ладонью, вынуждаю посмотреть на себя. Я должна убедиться, что с ним действительно все в порядке.

Сколько же трещин на его сердце, что не смогу зацеловать я? Милый, нежный и такой ласковый мужчина, что так держался за меня, словно я его спасительный плот. Услышав столь прекрасное стихотворение, не могу не улыбнуться. Тихое счастье, что поселилось в моей душе из-за Сао рвалось наружу, поделится и с ним. Настал и мой черёд, повиснув на его шее, заставляю его наклониться к моему лицу.

- Всегда, когда нужна, я буду с тобой. – наверное впервые у меня не получилось подобрать нужных слов. То, как тронуло его стихотворение не поддается здравому смыслу. Целовать, гладить, вдыхать его аромат, единственно верное, что я желала делать. И делаю, еще раз окунаюсь в приятную негу его прикосновений.

- Мы могли бы сбежать от всех, хотя бы на неделю. Ох, как же я нуждаюсь в тебе Ялина. – без надрыва Сао проговорил безумно заманчивую фразу.

Его глубокая привязанность пугала меня, но я больше не желала врать самой себе и отказывать в чувствах.

- Мы разберемся со всем и тогда… Укради меня, хорошо? – прильнув к его уху, нежно шепчу слова, которые будут придавать мне сил.

Заразительный смех парня оглашает закрытое пространство, в котором были только мы. Сао переплетает наши ладони и целует каждый сантиметр моих пальчиков.

- Я дам поговорить вам спокойно, а сам улечу… Мне нужно много, о чем подумать… - словно скинув груз с плеч, но оставив пару камушков себе на память, все ещё не решаясь расстаться с какой-то частью, Сао в последний раз нежно обнимает меня, словно в последний раз и развернувшись скрывается в потайном коридоре, оставив меня в одиночестве.

Прежде чем войти обратно, вдыхаю несколько раз, успокаивая разбушевавшиеся нервы.

Внешне спокойный Хаму сидит и сокрушенно глядит на небольшую по размеру гладкую дощечку, что обтягивала ткань. Я не решаюсь подойти ближе и нарушить понятный только для него тягостный из-за воспоминаний момент. Мрачной тучей мужская рука сильнее нужного захлопывает дверцу тумбы и поднимает на меня взгляд ледяных игл. Он снова начал пить… Может стоить отложить разговор на другое время, его боль оглушала, так, что невозможно было вздохнуть. Но я должна хотя бы попробовать рассказать правду… Человеку, у которого просто не было времени оплакать потерю, потери.

- Я бы не смогла, как вы… Иметь такую выдержку, не сойти с ума… - почему-то ровным счетом не выходило подобрать правильных слов, которые стали так много весить.

Хаму молчал, но, что-то щёлкнуло, и он заговорил. Выпрямив спину, хоть он и так восседал с выверенной осанкой, слова лились, вырвавшись наружу, опаляя пожаром, в котором он горел столь долгое время одиночестве. Каждая буква по не многу освобождала.

- Долгое время я думал, что справляюсь. Жизнь текла своим чередом, будто даже налаживалась, но, как только я переступал порог покоев и оставался наедине… - остановившись Хаму посмотрел на меня, замершую посередине рабочего кабинета. - Походка, голос, лицо, на первый взгляд не перепутать невозможно, но даже сейчас на мгновение, всего на миг я снова подумал, что это она… Кто так жестоко издевается над всеми нами?

Вопрос без ответа, должна ли я попробовать сказать, что-то или молчание станет единственным вариантом утешения. Молчание, что по праву считается самым мощным инструментом, способное на многое. Помочь в понимании чувств, преодолении переживаний, защитить от нежеланной боли или освободить от бремени, которое может обернуться петлей вокруг шеи и утянуть с собой на дно. Сила слов непомерна, но сказать или нет, решать только тебе самому.

Погода за окном радовалась за нас. Пускай осень полностью исполняла свои полномочия, но никто не отменял погожие деньки, когда солнце согревает, а не щиплет холодком кожу. Больше не в силах оставаться в стороне, смелее подхожу ближе и забираю картину из протянутой руки. Мягкие линии густых мазков, оставленные кистью, говорили о личном, что связывало когда-то двоих людей. Написанный портрет Брайи пылал жизнью. Не только черты, но и аура, она стала вдохновением для Хаму, который смог передать сущность ушедшей девушки. Искра в глазах и счастливая улыбка, приподнятый подбородок, так вот, какая ты. Роковая.

- Ты сам нарисовал ее?

- Да.

— Это прекрасно, могу понять почему ты спрятал ее от всех и от собственного взора. – сорвавшийся голос мешал и не давал сосредоточиться, но я не позволю себе разреветься от несправедливости.

Казалось, что я, не замолкая говорю, но Хаму вырвал меня из наваждения и оказавшись рядом, аккуратно забрал свое сокровище из моих цепких пальцев, неужели я неосознанно вцепилась в нее… В последний раз коснувшись взглядом картины, Хаму убирает ее, за завалы книг. Заправляя короткие волосы за уши, герцог облокачивается и высовывается в окно свободное от ставень. Холодный ветер вторгается в наш разговор унося с собой тяжелые слова.

- Она никогда не приходила ко мне во снах. Как я не звал, нуждаясь в ней, только воспоминания и представления о том, что она рядом помогали держаться. Когда появилась ты, я подумал: «Я умер, раз Богиня направила посланника с того света в облике моей любимой и хочет забрать меня в объятия смерти?». Но ты никогда не была моим личным видением, ты живой человек… Мне казалось я смог отпустить Брайю, но, что теперь?

- Ты сможешь ее отпустить… Сможешь получить утешение и исцелить душу.

- Да… Нет… Она правда сейчас не слушает?

- Мы одни. – совладав с переживаниями наконец в открытую смотрю на Хаму.

- Позволишь рассказать мне часть ее истории? – прямо смотрю в его глаза, готовые принять любую информацию, если она касалась его любимой.

…

- Хаму? – я все пыталась достучаться до ушедшего в себя парня, чьи распущенные волосы с легкостью закрывали затуманенное лицо.

- Я отдал все силы на управления делами поместья. Отказавшись от любви, я выбрал заботу о тех, кто решил довериться и последовать за нами. После кончины родителей не один житель Верелда не ушел с его земель. – ответил Хаму с горечью и недоумением, уткнувшись лицом в ладони. - А теперь ты говоришь мне, что моя любовь была выдумана.

Завязавшиеся знакомства, переросшие в отношения, беспощадные действия Брайи сделали из Хаму ничего не подозревающую жертву. Перипетии любви неизведаны и сложны, но они коснулись их сердец соединив. Это нечестно… Можно ли простить, нужно ли обвинить.

- Да, она заворожила себя к тебе, связав вас, но в итоге искренне полюбила... – решаю воздержаться от упоминания ее смерти.

Не знаю какой уже раз мы проворачивали этот разговор, но я буду беспрекословно отвечать Хаму столько раз сколько понадобиться. Этот вопрос совсем не прост, связь все ещё соединяет их, но с ней пора попрощаться. Брайя, Брайя… Открыв мне эту правду, она ушла, оставив разбираться… Хаму вновь смотрит на меня в ожидании того, что я начну сначала. Станет ли ему легче от повторений о ней, поймет ли он поступки, совершенные ею? Я не способна дать ответ. Уже готовясь к новому раунду замкнутого цикла диалога, Хаму вселяет в меня надежду.

- Тогда разберемся с этим после праздника в честь наступления осени.

- Бал?

Я не ослышалась?

- Тебе понравится, а то, что покажу сейчас может и не совсем. Прочти. – Хаму протягивает мне толстую тетрадь, скрепленную бечевкой уже раскрытыми страницами.

Пробежавшись глазами по тексту, я лишь убедилась в правдивости слов Брайи. «За всю историю мира, такой феномен, как «теория клонов» был выявлен магами одиннадцать раз. Первым испытавшим на себе это нечто приходилось нелегко их жизнь быстро подходила к концу, они страдали, потеряв свою прежнюю жизнь, а люди чуждого (нашего) мира, в котором они очутились не могли принять кого-то с лицом близкого для них человека. Но со временем, благодаря данным, записанным главами кланов, которые удалось обнаружить следующие пять инородцев смогли справиться со свалившейся на их жизни неразберихой нового существования, названной для них перерождением или вторым шансом. Нам так и не удалось узнать, что именно служит рычагом, какое заклинание или темный ритуал способен призвать душу человека. Остался последний шанс и единственный человек, так как в году существует двенадцать полнолуний, двенадцать круговоротов цикла. Удастся ли нам познать эту тайну или она навсегда уйдёт в небытие?...»

В моем сознании роились одни ругательства.

- «Лиа, все хорошо? Твое сердце стучит, как сумасшедшее.» - голос Сао раздался у меня в голове.

- «Прости, что напугала. Ты знал?»

- «Да, я забрал эти записи у Натальи, точнее она сама прибежала ко мне посреди ночи размахивая бабушкиным дневником.» - в словах Сао проскальзывает нотка вины.

- «Когда мы увидимся?» - мне хотелось еще немного поговорить со своим драконом.

- «Мы собираемся улетать, так, что прибудем не раньше рассвета. Я долго не мог отделаться от ребят, так, что не переживай, буду не один.»

Как хотелось бы продолжить наш разговор, но ему нужно отдохнуть и прийти в себя, уложить все по полочкам. Не знаю, но надеюсь это поможет ему.

- Совпадений не бывает правда? – Хаму встречает меня, верно, подмеченной фразой.

- И то верно.

- Не забудь, после бала

- После. Я могу проводить тебя?

- Можем просто выйти прогуляться, если тебе это нужно.

- Нет, не стоит, мне хватит и этого, к тому же нужно зайти к Люси. – перебивает меня Хаму.

- К Люси?

- Ялина, что за тон ждущей внуков бабушки проявился в твоем голосе.

Я спрятала лицо, и улыбнулась, отвечая на его улыбку. Хоть мое восклицание было крайне неловким, но Хаму решил поддержать меня, понимая, какую глупость я сморозила, собственно, в который раз.

Ох, как же я не любила молчать. Ну правда, поэтому хочу расшевелить этого холодного парня, чтобы он смог почувствовать себя обычным человеком, хотя просто мое существование убивало его.

- Каким был Сао в детстве? – раз подвернулась такая возможность, то мне бы хотелось узнать о моем драконе из первых уст.

- О, он был довольно вспыльчивым, если, что шло не по его он мог взорваться на ровном месте - хмыкнул его брат, вспоминая былые деньки.

- Герман стал первым другом Сао, им тогда было не больше 5, что ли. А Для Гера я был чем-то наравне со звездой. Он всегда старался заговорить со мной при любой возможности и тихо прячась за углом, следил за мной горящими глазами. Я не понимал этого его желания. Брат всегда тянулся к людям, в отличии от меня. Книги, вот истинная страсть маленького Хаму, который хвостиком бегал за отцом, потому что хотел стать таким же, как он. Родители с детства готовили нас с братом стать альфами… Поэтому я не видел иного и не думал вести себя не, как будущий приемник.

- А, как же Дам? Неужели они познакомились лишь недавно? – разумеется я поспешила и снова услышала смешок парня.

- Дамир вместе со своей семьей бежали из атакованной деревни, и мы приютили их в Верелде, когда Сао стукнуло 13, как раз время переходного возраста и становления личности в целом. Они тогда защитили Дамира от задир из их школы или скорее мальчишек от него, потому что те по детской глупости порвали его любимую книгу. Так и появилась неразлучная троица. Брат и Герман неустанно мешали своему новому другу, когда он учился или читал. Дамир всегда отвечал так «Хватит беспокоить меня. Если вы сейчас не уйдете, я заставлю вас прочитать семь томов рассказов о водоросли, которая поедает людей, а из костей делает дом для себя». Герман с Сао в ужасе с криками убегали от него, но потом возвращались с мороженым и втроем уплетали его весело смеясь.

- Я не знала ваших родителей, но Хаму ты хороший правитель, посмотри на своих людей, они не знают бед. Ты справился парень. – слова немного детские, но я не могла промолчать.

- Кажется скоро я смогу называть тебя младшей сестренкой. – он хотел потрепать меня, но неловко посмеиваясь, словно не ожидал от себя чего-то подобного, остановился и кивнув удалился.

- Ты, что?

Неужели это тот Хаму, которого мы все знали? Хоть за окном деревья отпускали листья восвояси, прекрасно зная, что они встретятся вновь, а в сердце старшего герцога, кажется, наступила весна.

Потеряв всякую надежду, я сидела на подоконнике и смотрела на закатное солнце, окрашивающее все кругом в мои самые любимые оттенки золотой осени, лик которой я всеми силами зарисовывала на листке пергамента. С самого детства я садилась с альбомом и принадлежностями для рисования, когда мне требовалось побыть наедине, подумать, вот и сейчас, не забивать голову лишним и не расстраиваться, почем зря я успокаивала себя.

Солнце село, но успело отпечататься на моем рисунке, который нес на себе шлейф грусти и ко мне наконец пришел гость, которого я ждала весь долгий день.

- Обычно я не позволяю вести себя подобным образом. – Люси скрестив руки отвернулась, пока я впускала ее к себе.

Она остановилась, не проходя дальше маленького коврика, который лежал под дверью. Поэтому я стремлюсь своими словами побудить ее к разговору, к которому она не была готова, но все же решилась прийти ко мне.

- Если хочешь выговориться, просто сделай это. Станет только хуже, если будешь держать все в себе.

- Какого лешего тут происходит? – Люси решается посмотреть мне в глаза.

Что ж не требовалось труда понять, что так сильно взволновало девушку, она представляла собой личность, которая не станет молчать, ей в карман за словом не полезешь, но, если ты из таких-то получишь в ответ с лихвой и сразу будет ясно, где твое место.

- Я иноземка, а Брайя моя родственная душа. Никто не знает, как это работает, но мы копии друг друга, из разных миров… Когда одна из копией умирает, надежда, которая пронизывало предсмертное желание Брайи, спасти дорогих ей людей стала той неизвестной и могущественной магической энергией, что смогла преодолеть само мироздание и достичь моего мира… В итоге осколок ее души остался в моем теле.

- Так она действительно умерла. – ноги Люси подкосились, но я успела подхватить ее и усадить на диван.

- Мне очень жаль… Вы хорошо знали друг друга?

Отведя девушку к дивану, я помогаю ей усесться, что у дышать в следующий момент:

- Этот мир стал мне домом с самого моего рождения. Я не очень помню то время, но мама Брайи часто приходила к нам в гости и брала ее собой. Они вдвоем нашли убежище в нашем лице. Время, проводимое с нами, давало им силы жить дальше, но и продолжать терпеть частую агрессию выродка мужа. Так мы и сдружились. Но однажды она перестала приходить, я надеялась, что они нашли место получше нашей бедной деревеньки, а не свою смерть. – легкая улыбка оживило ее лицо, но лишь на мгновение. - Мы все же были подругами, поэтому раз в три месяца она навещала меня и не бросила в беде. Тогда Брайя безумно помогла нам с Генри, он впервые перевоплотился, а мы даже не знали, что такое возможно, его бы посчитали проклятым богами и принесли им в жертву. Со временем нашу деревню захватил Король-тиран II под чьим протекторатом малыша сразу же забрали бы. Брайя не оставила нас и в тот раз, нам пришлось бежать совсем одним. Да когда-то я думала, что мы с ней были близки, но что-то подсказывает мне, что я ее так и не узнала. Интересная дружба.

И, что ту скажешь? Очень много, что я и собиралась сделать, но для начала протягиваю руку в сторону девушки.

- Меня зовут Ялина.

Она долго смотрела на меня, оценивая, но решение было принято, и я наконец смогла пожать ее протянутую руку.

- Как же вы выживали все это время?

Я ошиблась с вопросом или просто Люси в конце концов была обычным человеком и ей тоже нужно было перевести дух, открыться хоть кому-то, кто не будет болтать о ее слабостях.

- Я так испугалась, все бежала и бежала не останавливаясь, а, когда уже не могла, то шла, еле перебирая ногами, окончательно осознавая, что не успеваю к своему маленькому и беззащитному брату. – Люси говорила от чистого сердца, для нее было очень странно так проявлять свои эмоции из-за тяжелой жизни, полной выживания. - Но благодаря вашей заботе, у него будет меньше проблем с кошмарами, я действительно благодарна и несомненно останусь на вашей стороне. – вытирая лицо, протянутой мною салфеткой пробубнила Люси. – Я должна быть сильной, что бы Генри знал, что в безопасности рядом со мной.

Мне захотелось успокоить ее, проявить сочувствие, пока девушка боролась с чуждыми для себя проявлением чувств. Осторожно кладу свою руку на ее плечо, причины обнимать человека при вашей первой адекватной встрече не было, когда-то и мне были чужды прикосновения людей, но то облегчение, что они приносили, как раз и несли в себе свою ценность. Осторожно и медленно похлопываю по плечу, пока девушка, потерявшая для себя все и вновь обретя брата, тихо всхлипывает, спрятав лицо в платке, напитывая его слезами облегчения. Уже успокоившись, мы неловко смеемся, а Люси наряду с этим поспешно берет себя в руки, напомнив мне чьего-то старшего братца. Я было улыбнулась их схожести, но мое лицо приняло озабоченный вид от следующих слов девушки.

- Видишь ли, жизнь быстро объяснила, что остальным людям глубоко неинтересны чужие проблемы. Чем больше просишь помощи, тем больше людей уходит из твоей жизни. Оттого то я ощутила на собственной шкуре, чем чаще меня игнорировали, тем быстрее я осознала, что мне больше не с кем делиться своими переживаниями, стоит полагаться только на саму себя. К тому же мне нужно заботиться о младшем брате. – ответила Люси, занимая более удобную позу, наконец почувствовав себя в безопасных для себя условиях.

- Долгое время и я мыслила теми же догмами, тем не менее, когда в моей жизни появились друзья, я призналась сама себе, что больше не одна… И навязываться иногда не так уж и плохо. – с теплотой в голосе, я хотела показать Люси другую сторону ее мнения.

- Им проще жить так. Делают вид, что другой жизни не существует, живя в нищете, еле могут прокормить даже одного члена семьи, страдают чуть ли не каждый день от набегов разбойников, и радуются, что сегодня не их очередь. – одна жестокость лилась потоком из моей гостьи.

- Находясь в плену ты мало, что можешь сделать. Вокруг витает беспомощность, а если решишься, то умрешь тут же на месте. – нет, все же я не была с ней согласна.

- Слабыми быть сложно, но если всем сплотиться…

- Нет Люси. Положить свою жизнь ради мнимой надежды? Так вот ты какая? Я восхищаюсь тобой, правда, но без силы ты никто.

- Хочешь сказать, что мы вечно будем жить под гегемонией зла?

- Еще рано сдаваться поверь. – ведь у нас есть силы, и мы сможем, и будем биться на равных, истребив зло, поселившееся на землях Лауны.

- Может ты и права, но мой опыт говорит об обратном.

Я долго оттягивала желание задать один интересующий меня вопрос, не всем нравится, когда лезут в душу.

- Генри рассказал мне, что ваши родители бросили вас, но у меня не укладывается в голове, что это может быть правдой.

- Их забрали легионеры короля в рабство… Пока я неслась на всех парах, удерживая на спине 5-летнего Генри прочь из отчего дома. А родители стали жителями шахты и их никак не вытащить оттуда… Несколько раз волею судеб я виделась с ними там до того, как узнала, что они погибли.

- Мне ужасно жаль.

- И мне. Храбрость сгубила родителей, но за это я их и любила. Жертвуя собой, они спасли некоторых из пленников. Я не могу забрать надежду у Генри, но и продолжать врать не в моих силах.

- Ему уже пришлось стать взрослым и самостоятельным, этого не изменить.

Мы молчали, я не мешала Люси, пока меня озарило кое-что.

- Что? Подожди, ты знаешь, как проникнуть на мрачные территории? Пожалуйста, ты должна нам все рассказать, как окрепнешь и будешь готова. Нам очень поможет эта информация.

- Неужели ты говорила серьезно? Правда хотите сломить его?

Киваю в ответ.

- Я расскажу, но вернемся к этому разговору позже.

Дав ей время обдумать все, что выпало на нее, я оставила Люси в одиночестве. Разговор еще не закончен и успокоительный чай станет сейчас лучшим гостем на нашей вечеринке сломанных жизней. Добрая часть ночи пролетела за нашими разговорами. Люси так удивлялась, что в моем мире есть электричество, что там средством передвижения служат не просто лошади или повозки, а, какие-то странные железные машины, которые к тому же еще и сами ездят, а металлические птицы научились летать. Это так умиляло.

- Ну же, скажи, что у тебя на уме. – я видела, что она долго боролась с собой, поэтому посчитала нужным подтолкнуть ее.

- Мама рассказывала мне сказки в детстве, о волшебных путешествиях маленькой феи по разным мирам, но услышав тебя и твою историю я поняла, что никакие это не сказки. – замолчав, Люси вновь заговорила, не веря своим словам, тихо хихикая. - Возможна она или ее предки были не отсюда. Инородцами верно? Но это лишь мои домыслы.

- «Яла, она не знает того, что ее мать была беременна ей, когда перенеслась сюда.» - влезла в наш разговор Брайя.

Я уже не обращала внимание и не злилась на нее, сразу включаясь в сказанные ею слова.

- «Но откуда ты знаешь об этом?»

- «Лишь благодаря нашему общению».

- «Но, как же слова Генри о его отце?» - Люси спокойно пила чай, поэтому у меня было время уделить все внимание беседе с незримой девушкой.

- «Люси не договаривала ему не только в том, что стало с их родителями. Это костюм их матери, а отцы… У них разные.»

Так они с Генри сводные, поэтому то он обладает ДНК дракона?

- «Расскажи ей правду, когда посчитаешь нужным или лучше замолчи навсегда.»

Она снова возлагает на меня обязанности, которые я не хотела нести, но выбора теперь у меня нет. Почему я должна рушить жизни людей, направо и налево раскрывая секреты их семей. Но зачем надо было врать Генри? Что это не мать, а отец, не отсюда. Голос Люси неожиданно раздался в тихой комнате.

- Все никак не укладывается в голове, какой она была там, в своём мире, почему не сошла с ума, как вы выдержали с ней то, что свалилось на вас, в разрез вашим желаниям. Маме просто повезло, люди бывают разные, но она, как и ты попала в добрые руки знахарки, которая долгое время выхаживала ее.

- Человек привыкает ко всему. Ты знаешь, становится тоскливо вспоминать мой тот мир, в котором прошел лишь год, пока в этом проходят тысячелетия. – я постаралась не уходить в апатию.

Наконец выговорившись, Люси даже, как-то скромно выдохнула и на одном дыхании протараторила.

- Если честно мне ни с кем не доводилось делиться этим, ведь никто не поверил бы. Но ты, ты такая же, как и она.

Когда я вновь посмотрела на свою гостью, Люси держала руки на согнутых в коленях ногах, вновь отвернувшись от меня.

- С самого детства мне снится один и тот же сон. Я в каком-то темном месте и в один момент меня окутывает ярким голубым светом, я на секунду задыхаюсь и каждый раз просыпаюсь. – прошептала девушка, как-то неуверенно, скрывая в словах обреченность.

Совпадений не бывает, да? Так почему я слышу, то, что слышу. Вот он шанс рассказать ей правду, но мы только познакомились и, если вывалить на нее все… Скажу я вам, что никто не любит людей, лезущих не в свое дело.

- Ты никогда не думала вернуться, если бы у тебя появился шанс?

Люси была первая, кто решился задать мне этот вопрос. Я просто улыбнулась ей и отрицательно помотала головой.

Мне не хотелось отпускать ее, но Генри может испугаться, проснувшись один в незнакомом ему месте, поэтому я напросилась в провожатые продолжая надоедать донельзя банальными вопросами.

- Вам нравятся ваши комнаты?

- О, мы никогда не видели такой роскоши, спасибо Хаму, он все быстро организовал, и мы с братом можем жить вместе.

- Чуть не забыла, Генри поделился со мной, что раньше вас звали иначе...

- Ох, видать ты и правда понравилась этому негоднику. – понизив голос до еле различимого шепота, она наклонилась к моему уху. - Генриулиус и Люсиндарикия.

- Но почему они не нравятся вам, красивые имена.

- Потеряв все, я потеряла себя, Генри, как и я принял правила новой жизни, в которой у друг друга есть только мы, только Генри и Люси.

- Прости если сильно лезу. – я сразу же подняла руки вверх, готовая признать косяк своих действий.

- Все в порядке.

- Ты выглядишь свежей, ванна творит чудеса, да?

- Да тут полным-полно волшебства! Мне лишь однажды удалось видеть, как люди использовали заворожённые камни, а тут у вас чистая монополия.

А мне, кажется, впервые пришлось лицезреть широченную улыбку на ее губах, а главное в глазах.

- Напоминаешь меня в первый день. – не смогла удержаться и хихикнула. - Вас накормили?

- Конечно. Хаму обо всем позаботился, звучу, как заезженная мелодия и мне это не нравится. – Люси осторожно отпирала дверь и произносила себе под нос слова, словно насылала проклятие.

На следующий же день я позвала их на экскурсию, с высокой поднятой головой здоровалась со знакомыми улыбающимися мне лицами, чувствую себя, как сыр в масле. Кто бы мог подумать, то все так измениться.

- Видеть издалека и находиться в метре от этих рептилий не одно и тоже, вот, когда ты будешь стоять рядом с драконами тогда и поговорим.

- Ну правда, в этом нет ничего удивительного. Увидев однажды, ты больше не сможешь испытать ту же гамму эмоций и неизгладимых впечатлений во второй раз. Только впервые. – поучала меня Люси, пока мы наблюдали за перевоплощением ребят, стоя немного в отдалении за загоном.

- Говоришь, как старый сухарь. – обижено ответила ей прижимаясь ближе к морде Рубина.

На меня смотрели преданные змеиные глаза рептилии, я а все не могла нагладить его чешую. Сао, как узнал, что я ведьма все равно не хотел подпускать меня к этим монстрам, но путем долгих уговоров все же пошел мне на уступки. Все, как и говорила Брайя, драконы чувствовали мою ведьмовскую силу и принимали за соратника. Я до сих пор оставалась мечтательным ребенком, раз не переставала удивляться магии летающем вокруг нас. Да драконов так же, как и все живое обволакивала их энергия, что-то сравнимое с ореолом света.

- Что приводит меня в неописуемый восторг так это еда. Я уже успела позабыть насколько она может быть вкусной. Мы с Генри долго кочевали с места на место, поэтому не всегда могли нормально питаться. То ли дело в специях, то ли в мастерстве готовящего, но я просто обожаю есть, это наивысшее удовольствие. – отвернувшись от меня она скрыла за кашлем следующие слова, чем вызвала у меня улыбку. – Но может я просто не умею готовить.

Глава 4 Бал и грандиозный провал

Не расставаясь со своей неразлучной пятёркой друзей, а теперь еще и Хаму, мы содрогались, каждый раз от грохота, ожидая, когда к нам вынесут все принадлежности и слушая интересную беседу, которая длится уже добрых 30 минут. Главный слуга, смотрящий по поместью, играет роль тени, появляется всегда, когда нужен и так же быстро исчезает… Исполнительный работник, у меня никогда не было возможности переброситься с ним хоть словом.

- Сао, как долго они могут ругаться друг с другом? – перешептывалась я с драконом.

- Часами, днями, неделями, но они ни в коем случае не ругаются. Мы все уговариваем уйти Уайта на пенсию, что бы он больше времени проводил со своими грядками, но здесь его дом, он прислуживал еще нашему отцу… - Сао так же тихо рассказал мне эту интересную историю жизни человека из крепости.

— Это идет в разрез с нашими прямыми обязанностями, ведь прислуживать вам наш долг. – не дрогнувшим ни на йоту голосом и согнувшись в полупоклоне главный слуга, как заученную скороговорку отвечал Хаму.

- Нами было принято решение самим устроить место для проведения праздника. Не переживай и скажи всем, что сегодня вы отдыхаете, как гости. – Хаму недовольно топал ногой, но быстро сменил гнев на милость. – Ты же знаешь нас с самого детства, неужели думаешь, что мы с братом белоручки?

- Прошу простить меня сир, что пошли против слова вашего. Подождите еще пару минут, и мы все подготовим для вас. – все же он сдался и еще раз поклонившись перед Хаму и Сао удалился в комнату, поторопить подчиненных.

- Сао, неужели вы никогда не украшали зал? Цветы, игрушки, статуэтки, свечи, ткань? – поглаживая по мужской руке, я подняла голову, и посмотрела на моего дракона.

- Да, никто не заморачивался на этот счет, как ты. Что бы застолье удалось, главное наличие большого количества вкусной еды и напитков. – Сао игриво уткнулся мне в шею и легко проехался по ней губами, пока остальные были заняты разговором, а я тихо хихикала.

Празднество, да? Я надеялась, но здесь, как выяснилось танцам приветствовалось общение, совмещенное с ужином, что уж точно походило не на большую вечеринку, а на какое-то побоище, веселое до скрипа половиц. Пляски любили устраивать лишь юные девушки на свежем воздухе вечерами у костра, где чувствовалась больше свободы. Но ведь, что-то новое не будет лишним? И Сао с Хаму дали мне разрешение на эту огромную шалость, которую к тому же поддержали все ребята! Люди всегда тянулись к чему-то новому, поэтому было приятно наблюдать за их горящими глазами, и открытыми умами, думающими о проведении празднества, особенно порадовала Мейли.

Одна, три, двадцать, немалая гора, состоящая из коробок, устрашающе смотрела на наши дальнейшие действия. По не могу мы с девочками первыми спускали их в вестибюль, ничем не уступая драконам, только я находилась в отстающих. Пока прислуга драила поместье до блеска, мы путем споров сдвинули длинные столы как можно ближе к стенам, оставив их у колон, подпирающих второй этаж. Гости смогут с обеих сторон окружить их и отведать еду и питье с фуршета, а когда захотят отдохнуть и перевести дух, присесть на диваны и лавочки в освободившемся пространстве залы. Хочется увидеть, как поданные братьев не просто празднуют за столами, полными гвалта, но и расслабились, потанцевали и побеседовали.

У меня появилась прекрасная возможность помочь и потренироваться с чарами, поэтому пока Мейли с Литицией и их помощницами подрезали и составляли красивые композиции из цветов и осенних веточек в вазах, стаканах, или корзинах. Бравые мужчины руководили друг другом сервируя столы, уже накрытые скатертями, и расставляли стулья. Тем временем мои руки направляли левитировать отрезки ткани разных цветов, символизирующих времена года. Некоторые из них украшены вышивкой, ажурными кружевами или кисточками по краям. В итоге они красиво свисали, привязанные к трем люстрам, которые представляли собой круг железа, державшийся на цепях. А вторая часть ткани держалась за перила второго этажа, создавая собой подобие крыши шатра. Правда мне хотелось бы наворожить дерево, которое вросло корнями в потолок или в ту же люстру, как раз таки с ветвей дерева и опадала бы листва, знаменуя собой наступление осени. Это было бы идеально, но думаю обстановка и так достаточно непривычна для людей, а идея с деревом и вовсе может показаться немного странной нежели пугающей. Этими мыслями я и поделилась в разговоре с нашим поваром.

- Госпожа, вам еще многое предстоит узнать о нашем колорите и обычаях. – уводя меня немного в сторону, шеф Лоренцо в своей манере понимающе улыбнулся.

- Ялина, мы люди, драконы ведьмы поклоняемся разным Богам, принимающих нас. Никто не отторгает верования чуждые для них, не ссорится, наоборот у нас принято принимать всех, и мы создали единую веру для всех, ту, которую каждый изберет для себя сам.

Увидев Сао несущего на плечах разделанную тушу животного, я нежно улыбаюсь ему и вновь возвращаюсь к повару, что говорит не переставая, запас воздуха в легких ц него кажется бездонный.

- Богиня Тагека не только ваша благодетельница с мисс Натальей, но и наша защитница. Благодаря ей и вам каждый живёт спокойствии под защитным барьером, используют завороженные предметы и камни… Поэтому не бойся, колдуй не таясь. Мы уважаем и почитаем вас, посланников Богини. – взяв меня за руки он ощутимо сжал их, довольно трясясь всем телом. – Я отправлю тебе ребятишек, они принесут тебе ветви нужных деревьев… Клен олицетворяет переродившуюся душу, поэтому мы можем поделиться с ним, как с членом семьи своими тайнами и надеждами, как с живым. Дуб мужская сила и стойкость, вяз честь и проводник энергии.

- Ох спасибо тебе Лоренцо. – улыбнулась нашему шеф повару, но за разговором оба позабыли зачем вобще завели его. – Поделитесь же со мной скорее вашими шедеврами!

У меня уже вошло в привычку восхвалять местного повара, потому что он действительно заслуживал этого, а, как ему полюбилась Люси. Они нашли много общих тем, и он даже обещался научить ее готовить. Сейчас я должна была согласовать меню на этот вечер, выслушав все предпочтения местного населения, национальных рецептов. И повар, предвкушающий масштабы работы, довольный убежал на кухню, попутно подгоняя юных мальчишек, которые тащили мешки с продовольствием на кухню, его лабораторию, где он творит свою магию.

Следующим к нам на помощь пришел учитель из местной школы, он тащил на своих плечах большой мешок и двигался четко в моем направлении. Так детишки заботливо и бережно вырезали недавно, тысячи осенних листочков из цветной ткани на уроках. Разбросав один мешок, второй оставляю рядом на полу, чтобы дети могли кидаться листвой в друг друга, меня это веселило, надеюсь и им придется по вкусу. Ребенок он везде ребенок. Так же рядышком и по всему периметру зала, то там, то здесь устроились тыквы разных размеров, с горящими длинными свечами в ажурных подсвечниках.

Оставив ребят, мы убежали в бани, дабы успеть приготовиться и забрать наряды. Разумеется, на такое событие было принято надевать самые лучшие парадные одежды. Наталья взяла на себя эту задача, пообещав придумать для меня самое прекрасное платье, которое пришло ей во сне. С неделю они долго корпели над ним со швеями и успели к сегодняшнему вечеру. И вот, настал тот час, когда я могу увидеть его воочию. Заветный чехол уже ждал меня в моей комнате, Наталье помогали готовится ее служанки, которые были ее возраста, поэтому им точно было весело сейчас. А я позвала к себе Литицию, Мейли и Люси.

- Ты, что бежала? – впуская опоздавшую Люси поинтересовалась у нее я.

- Отводила Генри в кабинет Хаму, он согласился помочь ему подготовиться. Мне пришлось долго уговаривать мальчугана, совсем не хотел отпускать меня. Но, как только он узнал, что там будет и Сао, то мигом согласился. – сокрушенно качая головой Люси плюхается на диван с благодарностью принимая от меня кружку воды.

- Ну все, можешь открывать глаза. – нанося последние штрихи в мою прическу сказала Мей.

Мы вытащили зеркало в полный рост в гостиную, и каждая могла прихорошиться. Да, после того случая я сразу же купила себе его, на заработанные мною монеты. Пришло время увидеть себя, глаза моих подруг говорили, что все получилось, поэтому перестав переживать я разворачиваюсь к зеркальной глади и шокировано открываю рот. Как непривычно видеть себя в подобном облике. Кружась никак, не насмотрюсь на свой новый облик. Черный, как воронье крыло цвет переходил в золотую вышивку лепестков, удлиненной и расширяющейся к низу юбки, с разрезом по бокам, которая обтягивала мои бедра. Верх же платья походил кроем на майку, но с глубоким декольте. Вышивка, что украшала юбку повторяла собой узор и на летящих рукавах темной вуали из прозрачного материала, которые крепилась к внутренней стороне топа. Каждая часть тела не прохлаждаюсь без дела, шея держала массивное и немного тяжелое золотое украшение, сделанное по типу рыцарских лат, словно бы отлитых по моим формам. Мейли заплела мне косички, которые скрутила в шишки на подобии ушек. В них она вставила длинные черные перья, которые торчали вверх, будто мне на голову водрузили корону. Остальную же часть волос просто накрутили на бигуди и оставили распущенной.

- Девочки вы мастерицы. – засмеялась нисколько не преувеличивая. – Но сегодня похвалы достойна не только я. – подмигнув им и еще раз посмотрев на свое отражение, закрываю дверь, и мы вместе идем к назначенному времени в вестибюль.

Осталось навести последние штрихи, что мы и делали, стоя на третьем этаже в ожидании того, чтобы спуститься к нашим сопровождающим, которые дружелюбно поддерживали беседу своей мужской компанией, сидя за круглым столиком у стены напротив спуска лестницы. Пора, приготовления окончены и вот ребята вскакивают по одному, как по мановению палочки, не отрывая взгляда от его сегодняшней партнерши.

Первыми пошли Мейли и Тици, поддерживая друг друга под руку, как джентльмен свою даму. Платья, что были на нас сегодня, стали олицетворением того, кем мы являлись. Насыщенная жемчужно-голубая ткань изыскано подчеркивала прямые черные волосы Мей, делая ее еще более аристократичнее и благороднее. Само платье довольно закрытое, прямого кроя, без явных излишек. Вверх состоял из водолазки с горлом, ставшей второй кожей из плотной шифоновой ткани с длинными рукавами, из которых немного выглядывали пальцы. Вторым слоем шла ткань платья, верх которой представлял собой, аккуратно выправленную рубаху из пояса штанов и крепилось все это великолепие на плечах, затянутыми складками ткани, остальная же часть которой свисала, импровизированным плащом по рукам и прямейшей спине Мейли. Ярким акцентом в ее образе стал вышитый серебряными нитями и камнями пояс, затянутый под талией лентами сзади. Литиция же походила на лесную балерину, по натуре своей полная противоположность подруги. Зеленое платье, с пышной юбкой, доходившей ей до щиколоток, открывала обувь на подобии балеток. Воланы ткани шли от середины талии расширяясь и заканчиваясь на широком вырезе, который с легкостью держался на ее налитых стыдливо-робких плечах, открывая шею, украшенную тонкой цепочкой с нежными кварцевыми камнями. Рукава фонарики придавали ей какую-то детскую непринужденность, а цветы вплетенные в тонкие косички фонари, сочетались с распущенными рыжими кудрями, которые лишь подчеркивали ее необычность, контрастируя с веснушчатым лицом и пухлыми раскрасневшимися щечками.

- А кто же твой кавалер? Генри? – обратилась я к Люси, поправляя подол ее платья, пока мы, свесившись с перил наблюдали за проходкой подруг.

- Увы, за эту неделю он успел подружиться с некоторыми из детей немного старше его, поэтому они должны уже веселиться внизу… А меня ждет сир Хаму. – заканчивая говорить Люси опустила взор на свои трясущиеся ладони.

- Эй, все пройдет справно. – я взяла ее за руки, крепко сжимая. – Можешь поверить тебя уже приняли за свою, попытайся завести с кем-то беседу и не заметишь, как уже знаешь всех по именам.

Люси уже собиралась спускаться, но я решила сказать ей кое-что, весело подмигнув.

- Братьям не понравится, если ты будешь обращаться к ним апофеозно, но иногда не будет лишним позадирать кое-кого. Уверена ты преуспеешь в этом.

Как же она напоминала меня, такой же пугливый птенчик, брошенный на растерзание толпы. Но сегодня весь вечер она будет грациозным лебедем, расхаживая рука об руку с государем этих земель, уж Хаму то не даст ее в обиду, да этого и не случится. Уверенным движением, она поднимает подол длинной шелковой юбки кремового оттенка и скрывается, оставляя меня одну. Замшевая накидка цвета бордо, надетая сверху лёгкой ткани, была укороченной версией длинного платья, низ ее выкроен треугольником. Рукава обтягивали ее сильные руки, цепляясь за средний палец. Шею же она решила украсить ремнем с пряжкой, а низкий пучок, Мейли украсила нитями бусин, спускающими до спины, искусно объединяя между собой грубость и нежность натуры Люси. Охотница, вот какое слово вспыхнуло в моей голове, как я впервые увидела ее облачившуюся в этот наряд.

Наконец пришло и мое время, немного узковатое платье, но так шикарно подчёркивающее фигуру, не стесняло моих движений, поэтому я с легкостью переставляла ноги. Спокойной и уверенной походкой, держась за перила, широкой улыбкой встречаю своего парня. Он не разинул рот от удивления, он забыл, что хотел сделать, продолжая сидеть на стуле в ожидании моей персоны. Милый и комично-растерянный одновременно, не могу удержаться и шутя протягиваю ему ладонь, когда Сао справившись с наваждением подходит ко мне, слишком громко мысленно восклицая. Чую я не должна была этого услышать.

- «Дева Зимы, Дочь Весна, вы меня испытываешь».

- Предлагаю никуда не идти. – мягким тоном говорю ему.

Перевернув мою ладонь, дракон запечатлевает на ней упоительный поцелуй, вызвав привычную теплоту в сердце. Тело подобно предателю или подстрекателю так волнующе трепетало от столь мягких ласк.

- Ты заставляешь меня волноваться, находится рядом с такой женщиной... – губы Сао непринужденно двигались вверх по руке, пока мои глаза медленно закрывались от смущения… И удовольствия.

- Я такая красивая? – все еще играючи смотрю на него. - Как будто сам не знаешь как хорош сейчас, так, что не строй из себя невинного. – почему бы и не вести себя с ним свободно, раз наши отношения это позволяют.

Сао был непросто великолепен, в традиционном костюме, парному моему платью. Серые специально потертые лосины с толстенными стежками ниток, служащими отделкой по бокам. Короткие ботинки облегали мужские икры. Черная рубашка, с разрезанными рукавами на пополам, что соединили золотыми цепями, как булавками, низкий воротник, на котором Сао не стал застегивать несколько пуговиц, открывая вид на обтягивающую половину шеи и грудь кофту, заставляя плавиться мой мозг. Талию опоясывал широкий пояс с золотой вышивкой, с которого кое-где свисали золотые кольца. Верхним слоем была накинута черная кожаная безрукавка, которая развивалась от каждого его движения, совсем не путаясь в ней ногами. На лицо ему нанесли незнакомые мне рунические символы, которые делали его похожим на темного эльфа, благодаря чему глаза стали еще ярче.

Сао зашептал мне на ухо, все комплименты, что только знал, а я тихо хихикала.

- Нас уже заждались, а вот потом… - многозначительность так и читалась в моих словах.

- Тебе не сбежать. – крепко ухватившись за его протянутую руку мы с улыбками преодолеваем оставшиеся ступени.

Как же приятно осознавать, что тебе рады, не только из-за того, что я иду рядом с Сао, перед которым все склонялись, как и передо мной. Ну, конечно, я его пара, даже не официально, но с этим фактом уже считаются.

Люди постарались, и праздник урожая превратился в маскарад, можно было бы выбрать королеву, так все дамы были прекрасны в колорите средних веков. Склонившись перед Сао в легком реверансе, занимаю место рядом с друзьями, стоявшими ближе всех, как и остальная часть стаи сбоку, но, с другой стороны, от импровизированного пьедестала. Видеть тандем братьев понемногу становится для поданных привычным делом. Их правители наконец-то сплотились и будут действовать сообща ради их благополучия. Хаму был одет почти так же, как и Сао. Шнуровка расслаблена на вырезе, поэтому белая рубашка была на распах, с шикарной вышивкой дракона, который словно закрутился вокруг его широких штанин, и вот-вот будет изрыгать пламя, а сверху надет кожаный жилет, драпированный ремнями, облегающий тело парня. Его комбинацию завершал синий плащ, накинутый им на плечи. Спустя какое-то время на сцену вышла их сестра, в красном платье простого кроя, отделанном золотыми камнями по верху на груди, что делало его поистине дорогим. Ее длинные волосы были подвязаны сзади большим бантом, и часть из них переброшены наперед, заплетенные в массивные косы, с плетенными в них золотыми пластинами, оберегами. Наталья приветственно склонилась перед своей семьей и передала им поднос с кубками уже наполненных вином.

Пришло время молитвы и сейчас начинается ритуал.

- Возможность управлять герцогством дана нам нашими предками, и мы стараемся нести это не, как бремя, а возможность делать нашу и ваши жизни спокойными и не знающими бед войны. – Хаму произносил приветственную речь. – Раньше, безусловно, стояли другие порядки, что тысячи, что сотни лет назад у нас существовала каста высших титулов. Короли, феодалы, дворяне, но после войны было принято решение упростить все это и остаться теми, кто мы есть по природе своей. Людьми.

- Вы наши верные друзья и подданные. Мы семья. Кто-то скажет, что это неверно, но нас не так много и мы сплоченный народ, стоящий горой за каждого. За недавнее время мы узнали много нового, о мирах, о жизни, о прощении. Подарили дом многим и многим людям. Так постараемся жить так и впредь, надеюсь вы поддержите нас в стремлении давать добро людям и встанете на защиту своей семьи, если на то потребуется.

- Ваше превосходительство, мы желаем вам долгих лет жизни. Этот подарок станет подношению богам и подтверждением наших слов. – старейшина передает сверток в руки Сао, который помогает и поддерживает его слабые морщинистые руки, которыми уже владела старость.

- Да прибудет с вами его благословение. – произнесли одновременно братья, подняв бокалы вверх.

- Да прибудет с вами его благословение. – вторили своим правителям все люди, посетившие празднество и я с ними.

Слуги унесли поднос с выпитым вином и принесли корзинку с интересным наполнением. Но мое удивление прошло в тот же миг, как оба брата подошли к камину, в котором весело трещали горящие поленья. Засыпав языки пламени песком, они собственными руками убрали тлеющие угли и стали наполнять камин новыми бревнышками. Трением двух палочек, липы и дуба герцоги зажгли в камине новый огонь, это пламя стало началом нового сезона. Раздался топот множество ног и радостные аплодисменты. Так все отдают дань Богине плодородной земли.

- А теперь слово хочет взять наша сестрица. Все глаза повернулись к сцене, Наталья присела в низком реверансе перед Хаму и Сао и вновь обратила взор горящих весельем глаз на народ.

- Все мы знаем, как важно для нас новое время года, прежде всего это сбор урожая, наши фермеры сейчас не с нами, они усердно трудятся на благо наше. Мы назначили им жалование в сто золотых монет. Поднимем же бокалы в честь этих прекрасных людей.

Еще никогда не доводилось видеть Нату столь величественной. Она умела держаться перед большим количеством людей и с достоинством несла свои слова.

Маленькой миледи вторил весь зал, с возгласами благословения каждый опустошил свои бокалы до дна. Опять. Ох, для меня это было тяжеловато, но не допить нельзя, иначе это сочли бы за оскорбление и хамство по отношению наступления плодородной осени и последующего зимнего короткого периода. Поэтому в этом нелегком деле мне помогал Герман. Я с негодованием взглянула на Сао, мог бы и предупредить, но наткнувшись на буравящий взгляд парня немного потупилась, как раз в этот момент, я принимала обратно кружку из рук Германа. И чем так не доволен Сао?

- Гер, почему за тех людей радуются так, словно провожают в один конец? – пришлось переговариваться шепотом, не мешая остальным.

- Акры угодий находятся в достаточно опасном месте, поэтому с фермерами всегда выезжает отряд рыцарей, для их защиты. – опережая мой дальнейший вопрос Гер шепчет с удвоенной скоростью. – Не переживай это лишь формальность, от диких драконов можно легко спрятаться в специальной расщелине, а медведь и другая живность послужит для нас пропитанием и теплым мехом на зиму. Здесь все могут постоять за себя. – в конце концов он подмигивает мне, а на сцену уже выходят служанки Натальи с коробками в руках.

- Сейчас все, кто захочет проститься с уходящей порой, прошу выстроиться в пары для проведения танца приветствующего сбор урожая.

Я стояла и ждала Сао, пока всем остальным раздавали венки, которые сплели сегодня по утру, из последних цветов, которые теперь зацветут только следующим летом. К Наталье выстроилась короткая шеренга из детей. Каждый подходил к ней и почтительно склонялся, произнеся какую-то фразу, а Наталья надевала ребенку на шею, талисман с клыком дракона.

- Сао, а, что происходит у сцены?

— Это еще один наш обычай. Дети, достигшие двенадцатилетнего возраста, становятся на новую ступень взросления, совершеннолетия для них. Теперь они полноправные члены нашего общества и могут устраиваться на работу. – аккуратно надевая венок, стараясь не испортив прическу поведал мне подошедший Сао.

- Дети так рано могут заботиться о себе сами… Но Сао, что опечалило тебя в такой праздничный вечер?

- Мои предрассудки не стоят твоего внимания. - он все так же не смотрел на меня.

- Ну уж нет, с возникшим недопониманием надо разбираться сразу. Я хочу станцевать с тобой и видеть твою улыбку, а не насупленные брови. – было немного стыдно касаться его лица на глазах у всех, но все же я делаю это.

- Бокал на двоих принято делить только со своим мужем, как и принимать в руки. – Сао все же смог посмотреть на меня и мне совсем не понравился его взгляд, как и то, что ответил он сквозь стиснутые зубы, сдерживая поднимавшуюся злость.

Я непонимающе уставилась на дракона.

- Но мне же никто не говорил, что можно, а, что нельзя делать! – немного тише сказала я, потому что к нам уже было повернуто несколько ушей. – Вот же прохвост, ну он у меня и получит потом. Что выбрать? Лягушки в утренний суп или наслать на Германа понос на неделю?

Услышав заметно расслабленный смех Сао, беру его горячую большую ладонь маленькими своими.

- В этом не было ничего такого, он просто выручил меня, ты же сам это понимаешь. Если бы не он я бы уже лежала под столом и пропустила все празднество. – да пришлось уговаривать Сао успокоиться, ох иногда он бывает таким ребенком.

- Тогда и лягушки, и понос.

- Будет сделано. – я подмигнула ему.

Мы звонко засмеялись с ним, но уже начали звучат первые аккорды мелодии, который поглотил наш смех поэтому нам пришлось приготовиться. Я не знала, что делать с его ревностью.

- А если я все испорчу? – не получилось скрыть дрожи в голосе, пока Сао поправлял на моей голове венок.

- Лиа, ты справишься, если забудешь, то просто повторяй за мной. Не зря же мы тренировались. – Сао нежно поцеловал меня в щеку, и мы приняли начальную позицию. – Ты надела ожерелье со знаком Богини, я очень рад.

Поддержка Сао, как услада для ушей заструилась сладкими речами. Да, с этой тайной покончено, я не переставая ловлю взгляды полные волнения и одобрения и теперь я буду гордо нести знак Богини Тагека. Приподняв голову, осматриваю оживленные мною толстые ветви деревьев, что свисали с люстр и с которых опадала листва, кружась образуя настоящий листопад. Что ж мелодия сменилась и нам пора вступать.

Вытянутые руки, моя ладонь покоилась на его. Людей было много, но добрая их часть осталась смотреть и помочь над звуковым сопровождением, задав ритм музыкантам. Кружась в парах по паркету, все выстроились в ровные линии, образуя собой лучи солнца, в круге которого девушка разбрасывала листья высоко вверх. Мы передвигались в такт музыки шеренгами притоптывая и прихлопывая, потом снова возвращались в свои пары и держась за талии друг друга одной рукой, а вторую подняв вверх снова кружились и в кульминационный момент подбрасывали венки вверх, которые заклинанием произнесенным громким голосом Натальи, превратились в сноп взорвавшихся искр.

Разум был затуманен счастьем, а Сао приподняв меня, крепко держа за бедра все кружил и кружил, а я оперившись ему в плечи руками, громко смеялась. Когда музыка стихла, а пространство разрезал звук аплодисментов, Сао опустил меня и наш танец закончился поцелуем. Какое же клише, но оно безумно мне понравилось!

Как же у меня болели ноги, я смогла убедиться на собственной шкуре, что за Тици поспеть совсем не просто. Сейчас она и окружившие ее детишки игрались с листвой. Женщины спокойно общались между собой, сидя рядом с фуршетом, а мужчины до этого бурные, мерились силой в армрестлинге и не переставили пить и кричать тосты. Их следующей жертвой стал Дамир, которого они силой вытолкали на сцену всучив ему в руки скрипку.

- Я никогда не выйду замуж, браки переоценивают. Лучше всю жизнь прожить одной, сводя концы с концами чем вечно терпеть кого-то рядом с собой.

Что я слышу? Кажется у меня не получиться подышать свежим воздухом, потому что место на крылечке уже занято. Ничего же не будет, если я немного задержусь здесь.

- Ты не веришь в счастливый финал, что люди могут быть искренне по отношению к тебе?

Хаму впервые был заинтересован в разговоре с кем-то.

- У любви есть пробный период, какое-то время вы верите, что это твой единственно-верный выбор на всю жизнь, но реальность быстро возвращает вас с небес на землю.

Люси была резка в своих высказываниях, но это то и была ее натура и ничего с этим не сделаешь.

- Ты знаешь не понаслышке?

- Не нужно тебе знать этого милорд.

Я даже представила себе, как у Хаму закатились глаза от этого нового прозвища, которое дала ему Люси. Что ж думаю я и так услышала слишком много, поэтому быстрее ретируюсь от входа и присаживаюсь на пуфик рядом с Мейли.

- Ну и, как тебе? – не сводя глаз с веселящейся Тици спросила у меня подруга. – Не подумай, я не завидую, но то, как она свободно ведет себя…

- Тебе хотелось бы тоже побыть самой собой? – я постаралась закончить предложение за нее и не ошиблась в своих выводах, увидев на ее лице потухшую улыбку.

- Извини, если сказала лишнего. – я сжала ее ладонь.

- Не бери в голову Яла. Родители сейчас трудятся на наше благо, а я все равно не могу расслабиться, даже зная, что они не видят меня сейчас.

Так их сейчас нет здесь и Мейли предоставлена сама себе, как и Литиция. Но опять же имею ли я право подталкивать ее? У нас было время обсудить нечто личное, пока Дамир играл для всех на скрипке, такую же печальную мелодию, как и глаза одной девушки, которые смотрели сейчас только на этого парня.

- Мейли у тебя случаем дыхание не участилось? Сердце не бьется быстрей?

- Дамир и правда невероятно величавый, но и нежный, особенно то, как он следует за смычком выражая не дюжину трагичных эмоций, словно сама душа плачет сейчас вместе с ним.

- Мейли. – я никак не ожидала услышать от нее нечто подобное и если бы она продолжила открываться, то ей бы пришлось успокаивать меня, потому что я точно бы расплакалась.

- Считаешь стоит побыть немного эгоистичной? Даже если потом мы снова будем страдать. - она выдохнула и тронула мой лоб, отчеканив все так же без эмоционально.

- Иногда все, что нам остается лишь смотреть в спину своему так и не случившемуся счастью. Не теряй время дорогая.

- Я не смогу предать ни свою семью, ни его…

- Нет. Не думай сейчас ни о родителях, ни о своем долге. Заблудитесь в друг друге хоть раз, а там уже решайте.

Она нерешительно встала, не выпуская моей руки, я сжала ее ладонь и отпустила первой. Она решилась, чего стоило только увидеть глаза Дамира, который осознал, что Мейли шла к нему, не скрываясь и не таясь. Да, для остальных лишь приглашение на танец, но для этих героев, это была возможность оказаться ближе. Все-таки одна слезинка скатилось по лицу, когда я увидела Тици, которая так же, как и я рыдала и радовалась за свою любимую подругу.

- «Ялина, что у вас происходит?» - ворвался мои мысли Сао.

- «Любовь.»

Сао порывшись в моей голове все понял.

– «Да, этот вечер полон сюрпризов. Мне снова не дают сбежать вместе с тобой, нужно отойти с братом, обещаешь, что не будешь скучать?»

- «Конечно.» - мысленно хихикнула в ответ.

Больше танцевать не было никакого желания, большую радость доставляло мне наблюдать за счастливыми лицами веселящихся людей. Мои друзья танцевали в кругу, пока дети водили вокруг них хоровод. А мне пора немного освежиться, вдохнув в себя свежий вечерний воздух. Собираясь заходить обратно, моя кожа покрылась испариной. Если бы у меня были иголки, то я бы смогла ощетиниться. Что-то чужеродное вторглась на территорию драконов и звало меня к себя. Странный морок заворожил меня, поэтому я уже шла за ним, не понимая к чему же он приведет.

Незнакомый человек, с гнилой аурой был одет в красный, будто испачканный в крови халат, подпоясанный на талии, открывающий морщинистую и дряблую кожу на груди. Длинные седые волосы, были отброшены назад и волочились по земле. Не стар и не молод, словно ходячий труп, пытался сохранить первозданный вид, некогда живого человек за момент до смерти. Мужчина поддерживал себя костяной тростью, не позволяя прикоснуться привратникам, за его спиной. Я не сразу заметила, что в тени деревьев пряталась и остальная свита охранников, которая держала на привязи драконов, пока они не вышли и их не осветила луна.

- Ты пришла одна дитя? – жуткий скрипучий бас раздался из уст этого человека.

- На празднестве много народу, мое отсутствие заметят не сразу милорд. – не осознавая того я отвечала, как будто это было привычным для меня делом.

- Подойди ко мне ближе. – он приказывал, а я и не думала сопротивляться, и переступила защитную границу.

Наклонившись к сидящему незнакомцу, который сидел на пеньке я вдохнула весь порошок, что человек дунул мне в лицо и больше не отвечала за себя. Залезть в голову Сао не составило труда, пробраться к нему в кабинет, найти сейф и взять с собой нужные талмуды не составило труда, отдать печать этому человеку не составило труда. Он сломал ее, барьера над Верелдом больше не существовало. Я смогла спокойно отдать ему книги, и ожидая следующих указаний почтительно преклоняю колено.

- В первые на моей долгой жизни слухи не врали, а я все думал куда же ты сбегала моя девочка. Это настоящая подлость с твоей стороны, ну же поговори со мной иначе мои люди убьют эту невинную. – его голос поменялся, стал масляно-тягучим, он щелкнул пальцами.

- Отец.

Брайя взяла бразды правления в свои руки, а я снова была во власти другого.

- «Извини Ялина».

- Здравствуй дитя, и, как же тебе, не совестно? Взяла бедную девочку под свой контроль, манипулируешь ей.

- Вся в папочку. – Брайя не смела поднять лица, и посмотреть на своего отца.

- Я уж боялся, что этот энзим не подействует на нее, порошок ведь сделан из твоей крови. Но нет, все получилось, ты, как всегда, помогла мне. Можешь подняться.

У него хватало сил держать столь тяжелый фолиант в руках, он с интересом пролистывал его, убеждаясь, что это не копия и не иллюзия. Он остался доволен и отдав книги своему поверенному вновь обратил свое внимание на Брайю.

- Ты думала, что такая особенная? Одна в своем роде? Это я тебя сделал, дал силу. Я. А ты посмела сбежать и порушить все мои планы забрав то, что принадлежит мне. – король старался надавить на нее или укусить побольнее. - Для кого-то, такие эмоции, как чувство, разум, память, привязанность, любовь или ненависть просто блекнут. Столько лет я искал возможности стать всемогущим. Это не обошлось без огрех, кто-то сказал бы, что я потерял себя, и будет прав. Мне незачем знать кем я был и вспомню это только после смерти. Мне даже кажется, что там, я буду проживать момент, когда был ребенком, где наша семья была дружной и единой… Но этому не бывать, никто из нас не заслужил покоя. Ни мой отец, ни я, ни ты. – жестко сказал Брайе отец.

- Ты помнишь ее, Офелию?

- Твою мать? Разумеется, это тело никогда никого не забывало. Просто во мне больше нет никаких чувств. Ты лишь человек, которого я могу использовать для достижения своих целей. Когда-то мне казалось, что я любил вас с матерью…

- Как давно оно у тебя?

Не понимаю, как Брайе удается сохранять в моем голосе дюжинную долю спокойствия.

- Твое тело? Ох, дай-ка вспомнить… Я так и не смог забрать свою силу, поэтому сжег его за ненадобностью.

Может он блефует, и она знала это? В голове всплыла ужасная картина… Так… Так… Он хотел занят ее тело, поместив в него свою душу, снова стать молодым? Разве это возможно? Надеюсь, Брайя ошиблась.

- «То, что он хочет сделать намного страшнее. Он хочет вырастить себе новое тело и теперь это стало возможным.»

- О некогда моя любимая дочь, с самой твоей смерти. Даже не пришлось потеть, чтобы подменить твое никчемное тельце для юного дракона. Им хватило того, что на месте твоей кончины они обнаружили лужи крови, твоей, конечно. – загоготав словно бы скучающе, но от того особенно зловеще. – Оставить лишь, кольцо, как напоминание вашей клятвы было лишь прихотью, что бы твой ненаглядный поверил, что это ты. Уж прости старика.

- Спасибо, что сказали. – я говорила безжизненно, но хотела кинутся и растерзать его в тот же миг, потому что Брайя только, что ушла, не выдержав свалившихся на нее откровений.

Он забрал ее тело на опыты, не давая душе уйти на покой, издевался над трупом, какой монстр мог сделать такое, уму непостижимо. Но в его планы вошла я и Брайя нашла для себя новое вместилище и возможность моими руками наконец уничтожить силу отца, свершив возмездие.

- Можешь радоваться, я научилась от тебя делать дорогих мне людей несчастными. – я говорила то, что так хотела сказать Брайя, что бы он продолжал думать, что с ним говорит она. - Не кровь, сама жестокость течет по вашим венам. Самые близкие люди не могут выдержать этой силы и уходят от вас навсегда, зная лишь страдание, а все из-за проклятой крови. Вы не способны на любовь и просто отравляете любого своим ядом. – я говорила это думая, что разбужу в нем воспоминания о его детстве. Я должна была достучаться до этого человека, узнать, как победить его, но меня быстро раскусили.

- Если вы хотели услышать, что превзошли своего деда, то этого не будет. – я предприняла последнюю попытку воззвать к голосу разума, но в ответ услышала лишь смех.

- Кажется мне следует преподать тебе урок манер сосуд моей дочери.

- Вы хотите убить меня? – я начала сторониться его, но почему-то лишь ближе подходила.

- Что ты, нет. Убийство слабых не вдохновляет меня, это скучно понимаешь? – он улыбнулся мне ртом полным, как ни странно, здоровых зубов. - Пропасть между сильными и слабыми огромна, пример моего ничтожного папаши и его великого отца. Ты и твое желание уничтожить меня ни к чему не приведет вас. Вы лишь песчинки для меня. – договорив из складок одежды злодей достал острый клинок, который, блеснул, отразив свет луны.

Всеми фибромы я пыталась вырваться из его хвата, слабые руки, были на удивление сильными, словно тиски… Отей Брайи так долго скрывался, а теперь желал заполучитить не только книги с темнейшим ритуалом, но и то, что больше не может взять у своей названной дочери, но сможет у меня.

Я больше не могла сопротивляться или уж более храбриться и просто закрыла глаза, покорно ожидая того, как лезвие кинжала пронзит мою кожу, в надежду забрать нашу кровь с Брайей. Тень нависла надо мной. И ничего не происходило.

- Король-Тиран, что вы забыли на чужой территории?

Знакомый голос и аура защиты окутали мой затуманенный разум. Подняв лицо, я не сразу осознала, что мой дракон нашел меня и спас. Сао подоспел, как нельзя вовремя, остановив своей ладонью кинжал.

- Так вот, как меня кличут в народе. Неужели забыли, что я ваш Император? Но я прощаю вам эту вольность, детишки они такие. – раздался смех, пронизывающий до самых косточек. - Не гоже мужчине из другого клана беседовать с женщиной альфы на его же территории, но я знал, что скоро ты посетишь нас, так, что и ты прости старика.

- Что за издевка слышна в ваших словах. Женщина вольна выбирать сама, где ей ходить и с кем. – Сао отодвинул меня за свою спину и отошел на пару шагов прямо за барьер, который уже не мог защитить нас от магического воздействия.

- О, понимаю. У молодежи такие свободные нравы. Вашим бы родителям понравилось… Но почему же я чувствую, что вас до сих пор двое? Разве вы не следуете порядкам?

- Порядки давно изменились. Вроде вы не настолько стары, чтобы вести светские беседы наравне с моей почившей бабушкой. – Сао дерзил ему в открытую.

- … Не надо прошу… - я умоляла своего дракона, трясущимся голосом.

- Предвкушаю веселье, я верю в твои способности маленький Сао, сын своей матери, ты докопаешься до правды. Запомни мои слова.

За нашими спинами уже слышался топот ног, спешащих к нам друзей и охраны, но было поздно. Оседлав дракона, нежданные гости покинули нас. Этот смех я запомню на долго, как и последнюю фразу, брошенную Королем-тираном, отцом Брайи. Вот это ирония.

– Хорошая девочка, не посрамила честь отца даже после смерти. – слово в слово он произнес фразу Брайи, в который раз насмехаясь над моим глупым выражением лица.

Его голос пронзил словно все пространство вокруг и нас самих, на другом языке он произносит команду, быстро и четко. Его драконы разинули пасти в тот же миг и обдали огнем близ растущие деревья, где огонь перекинулся на деревянные постройки сараев, пока мы в молчании истуканами наблюдали за происходящим.

Хлопая длиннющими крыльями, свита во главе с Королем улетала от нас все дальше. Улетала с черными гримуарами.

— Это я виновата. Это я виновата. Это я виновата. Это я виновата. – сползая по рукам Сао, я осела на землю, причитая одни и те же слова.

Я почувствовала, как меня окутывает тепло, это Сао обнимал меня, он, что-то говорил, но в моих ушах стоял лишь гулкий звук. Я хотела, чтобы все утонуло в моих слезах. В небе раздался раскат грома и словно из ведра на нас полил дождь. За секунду мы вымокли до нитки, не шевелился никто, шок был в глазах каждого, а огонь, что почти уничтожил несколько построек затихал, поднимая дым с тлеющих досок в пасмурное небо.

Глава 5 Прощай, теперь уже навсегда

Безмолвное сопротивление вторглось в мою жизнь неожиданным образом. Мучительно тянущееся время штормом перевернуло маленькое судно, потопив надежду на спокойное будущее. Я заперла себя вместе с одиночеством, желая, что бы все забыли о моем существовании. Казалось, что даже диван пропитался насквозь слезами, что текли не переставая, но он не выражал недовольство, как и мое лицо, на котором не дрогнул ни один мускул. Лицо, которое скорее всего превратилось в сплошную опухлость, но это мало волновало меня. Пришлось закусить губу, и не завыть в голос, так, как я знала, что Сао находится за моей дверью, не собираясь уходить, обременяя переживаниями. Я не пытаюсь найти в себе силы, или подняться, только дышать, не забывать делать тяжелые вдохи, что бы не проиграть сомнениям, витающим вокруг. Сомнениям, что не переставали оглушать меня хлесткими пощечинами, мешающими трезво подумать.

В тот вечер Сао сразу же отнёс меня в мои покои, набрав лохань полную горячей воды, раздел и опустился в нее вместе со мной, что бы согреть после ледяного дождя или смыть произошедшее, кто бы знал. Ему было так же больно, как и мне, нежели еще больше. Дракон не пытался разговаривать, просто находился рядом… А я попросила оставить меня на какое-то время, но прошла неделя, а, я кажется, так и не смирилась с совершенной мною ошибкой. Все, потому что оказалась слишком слаба перед ликом отца Брайи, злодея с которым нам предстояло сражение в будущем. Пока я буду продолжать страдать близкие мне люди с каждым днем будут приближаться к погибели и в итоге тьма победит.

- Почему же вы продолжаете верить мне? – хотела бы спросить у пустоты холодной и безжизненной комнаты.

- «Дам еще день, а потом мое терпение кончится, и я выломаю эту чертову дверь.» - Сао говорил со мной мысленно, только я не отвечала, потому что собиралась наконец поговорить с ним по-настоящему.

Смотря страху в лицо, я решаюсь, отворить замок, но дверь, что не хотела отпускать меня, оставалась последним оплотом защиты от реальности. Мы люди простые организмы, готовые потакать внутренним желаниям, поэтому мне тяжело дается выйти из укрытия и посмотреть в ждущие от отчаяния зеленые глаза парня, которые сверкали словно кристаллы. Я знаю не понаслышке, что он и правда разнесет тут все в пух и прах. Лишь только взглянув на Сао, я поняла, что не хотела, видеть его уход… Все же мне не доставало этого парня, с ним я чувствую, что есть тот человек, кто сможет понять и принять, что бы я не сотворила.

- Наревелась вдоволь? – Сао не сразу, но все же проходит стараясь не подходить ближе, не спугнуть, попутно возвращая человеческие глаза, тем самым подавляя свою животную форму.

Смотря опухшими глазами варениками, я с готовностью подхожу в раздвинутые руки, и уже через мгновение оказаться прижатой к сильному мужскому телу.

- Да. – протяжно отвечаю я. – Вам вновь приходится мирится с тем, что я причиняю одни неудобства.

Прижавшись к груди, теплая шерстяная кофта стала моим укрытием, пока терзания не желали покидать головы. Любовь, доброта, терпение, имеют свои границы дозволенного и с каждой моей ошибкой я подбиралась к ней.

- Прекрати, хватит извинений, хватит… Ты важна для меня Ялина! – он не кричал, но и не скрывал ясное отчаяние, что сквозило в его словах. – Ты не могла рассказать о вашей связи с Брайей, находясь в заложниках собственного тела… Ты не думала, что вам придется соперничать и она займет твое тело, полностью поглотив тебя… Это опасно и так неправильно.

- Сао, не говори так. – пытаюсь достучаться до него, пока он гладит мое лицо. Так и не скажешь, что мы не общались какое-то время.

- А, что мне остается думать? Я не доверяю ей, но верю тебе Ялина. Ты не единожды доказывала доверием, рисковала своей жизнью, помогла примириться нам с братом. Принимая, как данность, я не пытался услышать тебя. – безумные глаза неотрывно следили и разглядывали мое наверняка осунувшееся лицо.

- Тобой снова овладело уныние. Не давай эмоциям себя поглотить. – пару раз тыкаю его в лоб и продолжаю, вновь надоедливо прижавшись к его груди. - Никто не знал, что все может обернуться подобным образом.

На самом деле во мне не было той уверенности, что присутствовала в сказанных словах, ведь нет ничего проще чем говорить. Не в моих правилах обманывать кого-то, да и саму себя. Нужно поверить, что не все потеряно и убедить в этом в первую очередь Сао.

- Когда ты ела в последний раз? – его руки все никак не хотели заканчивать прикосновение, в котором мы оба нуждались.

- Вода очень вкусная… На самом деле я не чувствовала голода… Если не чувствуешь значит не хочешь есть. Это же так работает? – немного прищурив один глаз я ответила Сао, как могла невинно. Это, конечно, не сработало, но гнев на милость он все же сменил.

- Глупышка. – доселе приятные объятия Сао, действуют подобно защитному оплоту.

- Нас тут не ждали? Мы можем сейчас же уйти. – раздался голос Германа.

Так, как я вытащила ключ из скважины, отворив дверь, наши друзья могли зайти ко мне беспрепятственно. Герман, Тици и Мейли с Дамиром, держащиеся за руки входили по одному, замыкающей оказалась Люси, что стала приятной неожиданностью. Комната словно даже стала меньше, от того количества людей, что сейчас находились в ней.

- Ребята. – как потерявшийся щеночек, скулила я, уже добежав и набросившись на своих подруг, пытаясь обнять руками всех и каждого, а они не стали уходить и так же неловко помявшись, обняли меня в ответ.

Мы долго обсуждали все те невзгоды, что еще предстояло познать нам на нашем пути. Стекла и ставни тарабанил, не прекращающим разрезать звук дождя, он говорил с нами на протяжении целой недели. Как бы я не желала, как бы не молила, но капли продолжали падать на землю. Небо плакало вместе со мной и пока я не соберу себя по кусочкам солнце не заменит своим светом на небосклоне непогоду. Даже испуг не помог, а мне не хотелось прослыть ведьмой, проклинающей эти земли, насылая потопы и другие бедствия. Сао уверил меня, что не стоит переживать, запас мешков с песком, платины и магия малышки Наты помогли спасти положение и меня никто не винит. Я верю ему, да?

- В голове полная неразбериха. – Герман стал голосом наших друзей, потому что никто из них не решался хоть, как-то высказаться, после моего объяснения о произошедшем.

- Я предала вас всех… Не отдавала отчета своим действиям и не в моих силах исправить случившееся. – наконец я могла говорить спокойно и без истерики.

- Сделанного не воротишь, ты знаешь эту простую истину? – Герман ждал моего утвердительного кивка. – Мы, как раз таки можем исправить ошибки, смерившись с ними. Двигаться дальше. Борьба еще не окончена.

Шесть голов закивали в такт словам, даже Сао. Смотря на этих двоих, я больше не чувствовала жгучей ревности, что вожак испытывал к своему подчиненному. Видимо у них состоялся важный разговор… Я надеюсь на это.

- Твой разум и твоя душа должны быть в равновесии Ялина, а с этим тебе поможет мисс Наталья.

Дамир обычно был немногословным, а словам предпочитал действия, поэтому каждый раз, когда он, говорил, в итоге всегда попадал в цель.

- Так и сделаю Дам.

- Темный король испробовал много нечеловеческих опытов и экспериментов с черными ритуалами. Он сделал себя самим злом, не взывая к демонам, сам став его воплощением. Мы никогда не сможем понять кто, зачем и почему может сотворить такие ужасы и это хорошо. – сказала Люси, накрывая меня одеялом. – Ялина, не ты одна не знала этого, Брайя была искусной вруньей, раз ей удавалось скрывать личность, как свою, так и своего отца столько лет от близких людей.

- Она пыталась помочь всем, что ее и сгубило. Но не нам ее судить, ведь так?

- Разумеется. Мне побыть еще с тобой? – Люси удобнее устроилась, сев поверх одеяла.

- Ты тоже должна отдохнуть. Передай всем спасибо. Я разложу все по полочкам и через два дня будет полнолуние, тогда-то мы и совершим обряд.

В моей голове было слишком много мыслей, которые роились в ней словно мухи. Для этого обряда поститься не надо, а очистить голову требовалось. Мне на выручку пришла маленькая учительница, Наталья, с восходом солнца переступившая порог с мешочком, в котором держала засушенные травы, а ушла только с наступлением второй ночи. Каждый час мы садились с ней, напротив, друг друга, выпивали отвар из успокоительных трав, которые поспособствуют открыть мой разум и в последствии хорошо выспаться, что бы моя голова была чиста. Розмарин избавит от кошмаров и непрошенных мыслей. Иголки кедра защитят, а окуривая комнату белым шалфеем мы получим, очищение и освобождение во время медитации.

- Я же не забуду ее? – грустные темные глаза, с мольбой смотрели на меня. - Разве не естественно желать оставаться в памяти любимого человека. – Хаму больше не спрашивал, а просил, оставить все неизменным.

- Ну конечно, никто не лишит тебя этого права. Я лишь хочу, покоя для души Брайи. Отпусти ее, это станет началом и для тебя.

Как бы не хотелось, но поток времени не остановит свой ход, полнолуние уже набирало полную силу, поэтому ребята торопились зажечь весь круг из свечей, в котором находились мы с Хаму.

Приготовления завершились, как только каждый из ребят встал на отведенное им место за кругом, ожидая от меня команды. Природа не замерла, наоборот, лишь сильнее пришла в оживление. Последнее, что я вижу это обеспокоенное лицо Сао, когда накрываю себя, большим полотном белой парчи.

Неизвестные для меня сочетания букв давно забытой письменности, я произносила с легкой запинкой, но чем большее количество раз они повторялись, чем дольше Брайя направляла меня, мысленно сливаясь с моим голосом, становясь единой, потому что лишь начав говорить я сразу же ощутила себя не на своем месте. С каждой прошедшей секундой я все явственнее чувствовала силу, что уже не просто теплилась во мне, а впитывалась прямо-таки в само естество души, становясь одним целым. Одновременно с моей, свечи ребят засияли яркими языками пламени.

- «Брайя, ты знаешь, что я не верю в обещания, но прошу, поговори с ним, пообещай, что не сбежишь, как тогда.»

Договорив, я ждала, пока она ответит. Разумеется, ей было страшно, но и ему тоже. Это же последний шанс, который больше не повторится. Не знаю прочитала ли она мои мысли или наконец примерилась с собой, но все же в моей голове наконец раздается ее голос.

- «В последний раз.»

Когда я аккуратно встаю, Хаму снимает с меня ткань, толстая свеча в глубокой тарелке все еще была в моих руках, поэтому, с осторожностью ставлю ее на столик, в центре круга. Нужно продолжить ритуал.

- Ялина…

Понимаю, что не двигаюсь лишь, когда рука Хаму опускается мне на плечо и мое учащенное дыхание понемногу приходит в норму. Нельзя и дальше оттягивать неизбежное. В мои интересы никогда не входило делать кому-либо больно намеренно, я страшилась этого. Стараюсь отбросить, возникшие мысли, ведь мое сознание должно быть чистым и аккуратно беру руку старшего дракона. Ладонь Хаму слишком долго находится в моей, последний раз глубоко вздохнув, давлю изо всех сил кинжалом, пронзая кожу, что бы его кровь окропила деревянное блюдечко, из маленького пореза. Протягиваю уже протёртый кинжал острием в сторону Хаму, и он проделывает те же действия со мной. Наша кровь смешалась, как часть его и часть Брайи. Окуная кисть, рисую на его лбу и своих запястьях рунический символ. Подняв руки над своей головой, я начинаю обводить Хаму вокруг три раза в одну сторону и три раза в другую. Теперь слова лились от меня, чисто и без дрожи. Я вкладывала в них ту веру, что испытывала в Брайю, в ту свободу, которую она наконец приобретет.

- Хаму повторяй за мной в такт. – посмотрев на парня, я видела, что он понял меня.

- «Больше не принадлежу тебе. Мы отпускаем твою душу». – повторяли мы раз за разом. Благовония, что стояли на столике немного дурманили разум, но тем же и очищали его, помогая нам сосредоточиться на происходящем в данный момент.

Не переставая, произносим слова прощения, пока я осторожно отрезала прядь волос Хаму и свою, ребята начали идти по кругу, пока мы сплетали из наших волос косичку, я начала мычать, вторив нашим помощника, с каждым разом звонче произнося букву «м». Этот носовой звук, как объясняла Брайя, помогает очистить чакры, что бы весь негатив ушел с тем дымом и рассеялся в воздухе, пока мы вдвоем сжигали волосы над огнем свечи.

Заканчивая, разрезаю шнурок, что он не снимая носит на своей шее и забрав с нее кольцо опускаю его в жидкий воск оставшийся от свечи, которая была зажжена самой первой. Сао, Герман, Тици, Дамир и Мейли одновременно задувают свечи в их руках. Ритуал завершен, я смело выхожу из круга уже потухших одновременно свечей и даю выпить всем очищающий отвар из целебных трав. Лишь трое из семерых сделав глотки теряют сознание тут же на месте и падают в надежные руки своих друзей.

. . . . .

Мы уже несколько часов не покидали лечебницу, все койки были свободны, кроме тех на которых покоились наши вожаки и пара одного из них. Видеть парней такими беззащитными было немного странновато, но кого я обманываю хотелось рвать на себе волосы, лишь дыхание выдавало то, что трое наших друзей все еще живы и борются там, глубоко в себе.

- Ялина дала нам четкие указания. Не будить их ни в коем случае, как там она назвала этот феном? – удобнее устроившись на скамейке, я обратился шепотом к Литиции, не тревожа нашу влюбленную парочку. Закатывать глаза было не в моем характере, а подшучивать не было никакого желания, к тому же наблюдая за их счастливыми лицами я завидовал им, как никогда. Мне не видать такого никогда.

- Летаргический сон. – ответила Тици, которая пыталась сдерживать всхлипы, вырывая меня из раздумий.

- Спасибо кролик. – я потормошил ее прическу, немного растрепав.

Ох я не называл ее так уже тысячу лет, ее шокированные глаза, быстро сменились нежной улыбкой, затронувшей уголки ее губ. Эмоции переполнявшие Тици решили остановиться на истерике.

- Герман сейчас не время для шуток, а если они застрянут там так и не сумев проснуться, а если это продлится даже не несколько дней или недель, или….

Взглянув в эти большие от испуга глаза, молча притягиваю к себе прерывая поток ее слов.

- С ними все будет хорошо, ритуал завершился, а нам остается только ждать.

. . . . .

Безликое пространство, в нем я и больше никого. Неужели это мое наказание за неправильные поступки? Вечность бродить вперед, не продвигаясь ни на шаг. Куда не посмотри меня приветствовала лишь белизна и чистота этого необычного места. Бежать не было смысла, нужно звать, обратиться внутрь себя.

- «Ялина. Иди вперед и не оборачивайся.»

Это оно, нельзя открывать глаза иначе могу застрять незнамо, где навсегда. Да, я чувствую эту незримую нить и вот осталось немного, устремляюсь к ней и хватаюсь руками…

- Можешь открывать глаза.

Да мне и не требовалось ее разрешение, мы сидели не на знакомом диване, а на мягких мешках, валяющихся кругом, вокруг низкого столика. Стены до простоты побелены, ни единой картины или гобелена. Единственным, что отражало хозяина, занимающий весь подоконник невысокий и длинный горшок с фиалками. Совсем другая обстановка, но это все еще моя комната. Брайя, озорно улыбаясь протягивала мне дымящийся напиток.

- Мы с тобой и правда словно сестрички. – в добавок она подмигнула мне, неловко елозя, что выдало ее нервозность.

- Брайя, неужели это и правда ты?

Она кивает мне в ответ.

- Нам надо поговорить у нас не так много времени, как бы мне не хотелось по-другому.

- Но где мы? – делаю маленький глоток. – Как мы вобще можем разговаривать, вот так? Это загробная жизнь?

- Тише-тише, смотрю твоя любовь к вопросам, с тобой. – она захихикала и стала очень похожа на мою маму, в моменты, когда в прошлом я надрывно рыдала, а она утешала меня. –Это то, что ждет нас после смерти, найдя себя в том лабиринте тебе дается шанс попасть в свой личный рай, и за некоторыми исключениями принимать гостей, в этот же миг, как и тебя сейчас. Я не могу никуда выходить и в моем распоряжении только поместье… А это место, в котором нам обеим комфортно, потому что когда-то это были и мои покои.

Теперь ясно почему Сао так отреагировал, когда впервые навестил меня и справился о здоровье, если это можно так назвать. Что ж и я тоже засмеялась, чувствую небывалую раньше легкость. Не думала, что слышать смех Брайи будет так отрадно.

- Хочешь сказать, что мы могли умереть?

- Никому не ведом итог, искусственного замедленния сердцебиения, что бы оно остановилось на мгновение, и благодаря смеси трав, что вы выпили, вновь заставить сердце биться… Я украла формулу заклинания у отца и испробовала на себе и не один раз.

- Ты говорила с ней, с мамой? – непрошенные слезы зазвенели в голосе и немного воодушевившись я поддалась вперед. – А, если я, то получится ли? – предложение не хотело собираться в логическую цепочку.

- Мне очень жаль, но ты должна уничтожить это заклятие. Игры с жизнью опасны и ставить эксперименты над собой. Заблудишься, откажет сердце, застрянешь без возможности вернуться… Я и так заставила вас рисковать.

- Но не просто так, ради Хаму ты пошла на многое. Если бы время повернулось вспять, мы, не раздумывая снова совершили ритуал. – я перебиваю ее.

- Спасибо.

Что ещё может сказать человек повинный во всем, что происходит? Я никогда не упрекала ее и не буду, пусть Брайя исходила из личных побуждений. Но она учила меня, помогала нам, так же много, как и безвольно наблюдала за происходящим. Нам всего лишь нужно победить какого-то там почти бессмертного колдуна. Нездоровый оптимизм Люси оказался довольно заразителен.

- А теперь расскажи мне все. – так неловко кричать будто бы на саму себя, но смотря и разговаривая с Брайей наши различия казались одновременно очевидными и дополняющими друг друга. Что-то она заимствовала от меня, а, чему-то мне хочется научиться у нее. – Я же достойна получить объяснения?

- У меня было предостаточно времени, обдумать это. Слабость ли храбрость, я так и не смогла решить… Ты достаточно знаешь меня и мои мысли из-за того, что вынуждена соседствовала со мной, так ответь Ялина, почему я убила себя?

Она любила так делать, я даже немного завидовала этой ее черте характера. Если ты сам не можешь понять себя, то слова других людей откроют истину, кто ты в их глазах. Так со временем мы и узнаем, кто мы есть и, как поступаем на самом деле. Но настоящего ли нас показывает это зеркало? Критикуя или расхваливая, создавался портрет ее внутреннего мира. Сложности в понимании себя, порой приводят в замешательство, но почему она так уверена, что я тот светлый маяк, что должен помочь разобраться в собственных переживаниях?

Я долго всматривалась, в ее опущенные глаза, длинные ресницы закрывали их, делая Брайю похожей на куклу, пока не нахожу нужных слов.

- Сбежала в единственное место, где Король-Тиран точно не сможет достать тебя. – сказала за нее тихо, попивая отвар. - Но это не выход. – прошептала я, ожидая пока трясучка рук пройдет.

Брайя не переставала грустно улыбаться, это крайне разозлило меня и эмоции готовы вот-вот выплеснуться наружу, впрочем, как и всегда, но я не хотела ругаться. Судьбу уже не переписать и, как сказал Герман, мы должны сделать все возможное и просто исправлять ошибки. Но выход нашелся, не делать больно Брайе, а проговорить обидные, но правдивые слова про себя, что бы навсегда отпустить их.

- «Ты должна была нести ответственность за свои действия, как и лично отомстить, а не ждать, что это сделают за тебя. Выбрала самый легкий и одновременно тяжелый вариант. Счастоива ли ты теперь, от полученной свободы? Судьба, судьба, как же мне осточертело слышать об этом, все жалуются на нее, но никто и не пытается изменить, пойти наперекор!».

Отдышавшись, я сказала то, что посчитала нужным в этот момент.

- Сражаясь со своей личностью ты не проиграла. Раз приняла решение поступить так, как поступила, то и твои близкие обязаны смириться с твоим выбором, когда-нибудь. Винить тебя я не имею права. Борясь каждый день за безопасность Хаму, по-своему защищала вашу любовь от самой себя. Позволила подумать, что, узнав тебя, он больше не захочет быть вместе, но ты ошиблась глупая…

- Но точно ли это была я? – прошептала Брайя, избегая зрительного контакта.

- Тебе приходилось играть роль высокомерной и вероломной девушки, там среди людей, принявших темную сторону. Ты выросла достойным человеком, любящей женщиной, что прочувствовала много боли и перенесла потери…

- Я не имела права расслабляться. – Брайя едва ли начала избавлялась от гнева, так долго сидящего внутри. – Да, у меня был Хаму, но сказать ему правду… Я просто не могла допустить подобного. Злодеи никогда не смогут быть счастливы, им не дано познать ни любви, ни сострадания.

- Брайя, но ты… Не родная ему. – я любила перебивать в очень неподходящие моменты, поэтому захотела спрятаться, от того, как Брайя стала напирать на меня.

- Ты можешь сколь долго убеждать меня, что отец лишь монстр, который похитил меня и мою мать, утащив в свое темное царство, но прости я согласилась стать его названной дочерью, приняв это, стала частью его жизни и продолжением рода, судьбу не обманешь. Отец сказал мне тогда, что старая я умерла, вместе с матерью и должна возродиться, став новой личностью. Как ты думаешь, мы берем на себя ту судьбу, что несет данное нам имя? Или же это чистая случайность?

- Случайности не случайны. – мы проговорили это с ней в унисон и засмеялись, ее карте глаза, которые пылали пламенем отмщения погасли, вернув спокойную Брайю.

- Что означает твое имя?

Многие до сих пор придают большое значение, выбирая недавно родившемуся ребенку имя, чтобы он нес его с достоинством и соответствовал выбранному пути. Сао на древнем языке означает «ворон», а его брат «призрак». Я знаю это потому, что надоедала всем и чуть ли не у каждого прохожего спрашивала об их именах. Например, моих подруг. Черты имени Мейли только подтверждают ее внутреннюю ранимость, но также и жесткость к себе или несправедливости, как и глупости. А Литиция ходячая детская непосредственность, милейшее создание и очень свободолюбивая девушка, она могла бы раскрыть свой характер в полной мере, но общественные нравы, не дают ей этого сделать в полной мере. Чего стоила ее ссора с родителями, которые не хотели отпускать свою дочурку на службу к братьям. Голос Брайи вырывает меня из задумчивости.

- Предвестница несчастий. Голословно да?

- А мое елка или ежик, ахха и, что? Страх трактует так, как того хочет, а мы не обязаны быть такими.

- Где же ты была раньше, мне бы не помешал рядом человек, как ты. Полный надежды и света. – она снова стала будто блеклой копией себя, кажется ее лицо навсегда застынет в гримасе сожаления. - Можно ли называть меня злодейкой за желание отомстить ему, воздав за все деяния, что совершил мой отец?

- Ну, что же ты говоришь Брайя… - в моем голосе не было злости. В каком-то роде она даровала спасение, подарив мне новую жизнь. - Мы все не святые. Если не будем верить в людей, друг в друга, значит мы уже проиграли. Тебе было не просто, прости, что так задержалась. – кажется я добила ее этой фразой, одна слезинка скатилась и исчезла, словно видение.

Притягиваю ее к себе, обнимая так крепко, как только могу, утешая, пока она всхлипывала, наконец выпуская всю боль, скопившуюся в сердце. Я говорила и говорила, лишь бы отвлечь ее внимание, но делала только хуже.

- Ты не испорчена, плохая или хорошая, а, кто меряет? Люди способны на жертву, что ты и доказала. Брайя, ты смогла вырваться из-под гнета отца, стать верной только себе, ты стала жить в разрез тем навязанным желаниям, когда-то родным человеком.

- Как-то мама сказала мне, что если человек смог выбраться из кошмара, то кошмар из человека не выберется никогда. «Попробуй понять своего нового отца. Пожалуйста». Она запомнила его таким, какой он был в начале. Добрый, обходительный защитник, но люди не меняются, ведь он ужасен и всегда врал нам.

У Брайи вышло совладать с собой и теперь слова лились потоком, она смотрела мне в глаза, рассказывая о своей подноготной все больше деталей.

- А, что в итоге? Сначала я видела искру в его глазах, после смерти матушки они стали безжизненными, он потерял остатки себя, а я потеряла хорошего отца. Или иллюзию… – грустная улыбка коснулась ее и так опущенных губ. – Желая стать всесильным, он превратился в маниакального, смыслом жизни для него всегда была и будет сила, а прихотью и развлечением убийства неповинных на то. Теперь он тот человек, который ничем не чурается, готовый пойти на все, опасный Яла. Проливать реки крови, высасывая не только последний вздох, но и магию, с каждым разом становясь сильнее. – шептала Брайя.

Я не произносила ни слова, проживая силу отца Брайи на себе снова, только одно воспоминание заставляло трястись от первобытного страха.

- Люди не могут быть настолько всесильными, его голод никогда не закончится, всегда мало…

- Если он обретет неведомую и нескончаемую силу, то начнется война, которая однажды уже стерла половину жизни на земле. Почему я не рассказала все братьям и их родителям? Потому что не верила, что жажду моего злобного отца возможно победить, я хотела, дать им время пожить еще какое-то время мирно. Но ты Ялина, ты другая, сильнее меня, еще не сломленная, я верю, что вы сможете. – она так крепко сжала мои руки, что вынудила поднять и посмотреть ей в лицо. - Я отдала тебе все свои силы, теперь они по праву принадлежат тебе.

Как не странно чувство наполненности не приходило, скорее наоборот из меня высасывали все соки. Снисхождение так и переполняло меня, и все же теперь это моя судьба, я не собираюсь противиться и разводить сопли. Хватит с меня.

- Ох прекрати горемычить. – Брайя словно поняла, о чем я думаю. - Часто из-за меня ты оставалась сторонним наблюдателем, но даже так многому научилась. Я же находилась внутри твоей головы, сливаясь с мыслями, поэтому советую перестать за зря накручивать себя. Да, сила проявилась в тебе благодаря мне. – она взяла мое лицо в плен ладоней, чётко произнося следующие слова, что бы я их точно запомнила и услышала. - Но то, что ты можешь видеть потаенное прошлое людей лишь твоя заслуга. Сама ты послужила этому, а я просто помогла открыть дар, дремлющий в тебе.

- О чем это ты Брайя?

Ее так позабавило мое глупое выражение лица, что в следующий миг, она сильнее прижала меня к себе, лоб ко лбу.

- Неужели ты не догадалась?

Она несет глупости, это же не мы находимся в чистилище и разговариваем…Отказываться и не верить ей, не получится, потому что не единожды мои способности проявляли себя. Коснувшись человека, я действительно способна видеть его прошлое, пора признать это. Считав, что лишь из-за связи Брайи с братьями, я и не подозревала, что все дело во мне. Что же это за дар такой? Проклятье, самое чистое проклятье, если его не обуздать. Уж не думаю, что когда-то мне специально захочется залезть в голову к человеку.

- А, как объяснишь видения о Генри?

- Мы с тобой близнецы Ялина, не реинкарнация или перерождение, родственные души, если на то пошло. Противоположные личности с одинаковым лицом, ты видишь былое, а я…

- То, что еще не успело произойти… - так вот в чем дело.

Какая бы встреча не оказалась, будь то долгожданное приятное времяпровождение или же порой странной и пугающей, пронизанная дружеским флером или разбавленная ссорой полной непонимания, нам пришло время проститься, Брайе пора уходить, наша связь потихоньку разрывалась, поэтому я точно знала, что ее ждал нелегкий разговор с дорогим ее сердцу человеком.

- Иди. – напоследок прикасаюсь к ее руке, мы смогли примириться со всем, что произошло с нами и ее история вот-вот закончиться.

- Ялина, помнишь тот сон, что помог вернуть эмоции? – остановившись перед дверью Брайя с хитрецой посмотрела на меня.

Она еще спрашивала! Закрыв лицо руками, я спряталась и не хотела показываться из укрытия, но услышав легкий, едва уловимый смех, всё-таки выглянула, растопырив пальцы.

- Я не видела его, потому что этот сон не твой и уж тем более не мой, и не будущее… - не говоря в открытую Брайя намекала на очевидное.

- Сао?

- Да. – Брайя подтвердила мою догадку. – Ваша связь уже тогда начала крепнуть. Обычные люди без способностей не смогли бы сами, так сказать, залезть в чужую голову без разрешения. А в вашем случае вы оказались друг для друга истинными и тебе не составило труда провернуть подобное.

- Ох. – вот оно, что. Смущая меня Брайя по-доброму улыбалась.

- Ялина, ты стала светом не только для меня… Живи счастливо. – попрощавшись со мной, лучик энтузиазма коснулся губ девушки, не оглядываясь вышла в открытую дверь нашей с ней комнаты, утонув в ярком свете.

- Ты искупила свою вину. – моя фраза повисла в воздухе последней, так и не услышанная моей, когда-то половиной души.

Отвернувшись, я с легким сердцем допила последний глоток отвара и закрыла веки.

. . . . . .

Сао не видел тех же видений, что пытались победить мы с его братом, но вместе с нами на мгновение уснул и не приходил в сознание, потому что двое близких ему людей боролись за возможность вернуться обратно к жизни. Его разум заполняла одна непроглядная тьма, как я не силилась, как не звала, Сао не проснется, пока его брат лежит рядом в коме. Это личный бой Хаму, а мы лишь находясь рядом с ним можем поддерживать его. На третий день после моего пробуждения Герман вместе с завтраком, принес мне обручальное кольцо Брайи, я не знала, что мне с ним делать, а камень, ограненный золотом, действительно напоминал цвет ее глаз, хах, красиво, Хаму не зря потратил время, на его поиски. Я вложила украшение в руку Сао, положив свою ладонь сверху, так и продолжала крепко сжимать ее, пока не уснула, уронив голову на матрац.

- Я откажусь от всего, мы поженимся, идя всю жизнь рука об руку вместе, через любые трудности, просто отбросим прошлое и будем постоянно в бегах, даже если это принесет новые раны. Ты это хотел услышать? Так не получится. С этим нельзя просто смириться. – сказала Брайя неотрывно глядя на меня.

Согласившись на ритуал, я совсем не думал, что меня ждет, особенно, что смогу увидеть ее, не просто разговаривать через Ялину, коснуться, коснуться по-настоящему, а не пройти сквозь, словно призрак. С самого рождения я был лишь тенью отца, его заменой, правителем, но никогда собой. Брайя давала мне все, пусть то и была магическая привязка, но мы смогли стать друг для друга истинными, а в итоге стали исключением из правила, потому что моя невеста боялась, что, узнав откуда она родом я откажусь от нее. Но я всегда и независимо оставался на ее стороне. Хватило бы нам простого разговора? Не думаю, мы оба жили иллюзией.

- Не думаю, что, когда-то мои чувства изменяться. Я наконец вижу тебя прямо перед собой, и мы здесь только вдвоём, никто не помешает поговорить, потому что нам не сбежать из этого места. Все это так жестоко. – я говорил и не узнавал свой спокойный голос. – Оказывается мне достаточно этого, знать, что теперь ты получила ту свободу, которую всегда хотела.

- Хаму, твоя рука долгое время была моей опорой… но я так и не смогла стать для тебя тем же. – она говорила сожалением, которое пропитало все вокруг.

Я не хотел, что бы она чувствовала себя так, каждый может ошибиться, но каждый должен быть прощен, я уже потерял ее, но все равно должен объяснить ей, что давно простил и… Попробовать отпустить.

- Мое мнение для тебя ничего не значит? Я никогда не врал тебе, так что прошу услышь. Не было и минуты, когда я сожалел, что узнал тебя дорогая Брайя. – быстро преодолев расстояние, разделяющее нас, я взял ее холодные ладони в свои.

- Да, я бы хотела тоже так думать… - сокрушенно покачав головой, она твердо посмотрела в мое лицо, открыто и не прячась, как же я скучал по ее глазам. - Все началось с вранья. Будь ты маленьким, и узнав кто стал причиной смерти твоих родителей ты бы не хотел отомстить? Мне было 13, когда отец сказал, что альфа клана Канхотими и его жена убили мою мать.

- Ты знаешь моих родителей, знаешь какими великими они были.

- Разумеется Хаму, но даже вы их дети не можете знать их. – ядовитая улыбка быстро сошла на нет, попытавшись укусить меня, она только давала понять, что ей все еще больно от того, как она вела себя со мной.

- Но почему ты не доделала своего до конца? – я хотел вытрясти из нее признание. Притянув ее к себе, как сумасшедший, зарывался в ее волосы, мы оба плакали из-за такой долгожданной встречи и так долго томящийся правды внутри Брайи, которая выходила на свет.

- …

- Почему, почему ты не возненавидел меня? Разве тебе не принесло бы удовольствия видеть меня, сломленную валяющуюся в твоих ногах и умоляющую простить, нет, прикончить. – она даже не замечала, что кричала, пока отступала все дальше и если бы я не схватил ее за плечи, то она бы снова ушла от меня.

- …

- Я любила его, какой ребёнок не безоговорочно доверяет своему родителю, хоть он и не биологический тебе? Но став взрослой, я не обрела самостоятельности, лишь поняла, что воспитывалась домашней зверушкой. Это был самый мрачный момент в моей жизни и тогда я не планировала все, что сделала или, что-то такое. Я мыслила только тем моментом, потому что он у меня был, я могла распоряжаться сама, в кои-то веки сама, а не под указку желаний другого. И сделала это. Не знаю сожалею ли. Я не заслужила быть с тобой, быть частью жизни родных мне людей, которым я причинила столько боли. И нашла единственный выход выйти из кошмара, в какой-то мере оставив отца с носом и без магии, которую он так страстно желал. – и зачем позволяю ей так нежно касаться моего лица, и пусть, мне это нужно. Как же я жалок.

- …

- Я подчинялась кому-то всю свою жизнь. На захваченных территориях не больно даже думать о какой-то воле к свободе, так и мама делала все ради нашего выживания. Она работала в поте лица, регулярно получая от бывшего мужа, он забирал все деньги и уходил гулять на день, на неделю, мы могли вздохнуть свободно лишь в те мгновения. Я всегда отдавала ей всю еду, что только могла отложить, она грызла даже делала кашу из сухарей, в которые превратился некогда и так чёрствый хлеб.

Вспоминая то время, она улыбалась, слезы текли из ее глаз, но не мешали говорить ей, она все еще не смотрела мне в глаза, но продолжала говорить. Я нежно сжал ее ладошку, Брайя улыбнулась той улыбкой, которая всегда была на ее лице лишь для меня.

Пришло время прощаться, хоть мне и казалось, что прошло пару минут, поэтому я бы задержался еще, но я не мог держать душу любимой еще дольше.

- Встретив тебя, я впервые почувствовала себя живой, оказывается раньше мне было невдомек какого это, когда тебе доверяют и ценят, ничего не требуя взамен. – произнесла Брайя с грустной улыбкой. – Все уже поздно, но не для тебя. С сегодняшнего дня исключи слово «потом». Живи и не сожалей, мой маленький снежный принц.

Напутствие от нее согревало мне сердце и одинаково с тем разрезало швы, лишь недавно затянувшиеся. Я киваю ей, смотря в ее красивые карие глаза, мы молчим, прощаясь без слов.

- Бесконечный период слепой влюбленности в тебя окончен. Родившись в других семьях, с другими родителями, кем бы мы выросли? Смогли бы просто любить друг друга? Отбросив все эти события, остаться собой? Мы никогда не узнаем ответа… Я рад, что любил тебя Брайя, но время проститься пришло. Навсегда.

Ну вот и все, я смог сказать это ее удаляющейся спине, когда девушка, поселившаяся в моем пустом сердце, повернулась и ярко осветила все кругом своей улыбкой. Она никогда так не плакала, это первый раз, когда я вижу ее настоящие эмоции… Эмоции потери… И в последний.

Моя ушедшая любовь.

. . . . .

Никогда не позиционировала себя сплетницей. Не понимаю сотрясающих воздух людей, у которых главным желанием и будто стимулом к жизни оказывается стать посвященным в чей-то секрет. А теперь — это моя жизнь, лишь коснувшись, мне становятся доступны все секреты. Любого. От себя не убежишь, как бы ни старался, поэтому остается смириться и обуздать мою ново обретенную способность. Я больше не чувствовала нити связи ни с кем, пожалуй, кроме Сао, всё-таки магию истинных пар просто так не заблокировать или разорвать. Как раз благодаря ей у меня вышло услышать последний разговор между бывшими влюбленными.

Хаму продолжительное время хранил в своем сердце Брайю. Так ему легче, держаться за их общее прошлое и медленно ломать свою душу. Теперь он смог отпустить тяжелые воспоминания и оба брата в итоге пробудились от тяжелого сна. Их встретили только мы, их друзья, пожелав скорейшего выздоровления, Тици заобнимала их обоих, и не переставая плакать причитала, словно бабуля. Хаму снова вернувший себя улыбнулся ей и всем сразу, смотря ровно поднятой головой и не скрываясь. Любой, кто однажды потерял лучшего друга и вновь обрел, был бы шокированным, смотря и не понимая, но только не эти ребята. Герман и Дамир присели перед своими вожаками, опираясь на одно колено, приветствуя их, выражая небывалую преданность и уважение.

Компания из семи человек вдоволь наговорившись о всякой всячине оставила их наедине вдвоем, потому что разговор между ними не предназначался для других.

Вернувшись, как только Сао позвал меня мысленно я застала их двоих с хмурыми выражениями на лицах, поэтому побежала заваривать чай, но не успела.

- О чем же ты снова задумалась колючка? – чья-то рука накрыла глаза, вызывая у меня нежную улыбку, которая адресована одному парню и только ему.

- Извини… - не знаю за, что и почему.

Отдаю поднос, но он ставит его обратно на стол. Выглядывая в комнату, я понимаю, что мы остались одни.

– Почему не пошел за ним?!

- Ялина, он сильнее чем ты думаешь… - Сао запнулся. – Я хочу думать, что все именно так, что он снова не потерял себя, а наоборот лишь обрел.

- Не знаю будет ли это правильно, но мы должны быть вместе с ним. – пока говорила, лицо Сао оказалось в моих ладонях. Он пытался спрятать свои эмоции, но я уже заметила, что он снова, что-то не договаривает, как пойманный ребенок.

С появлением вещей, которые Сао без слов достаёт из шкафчика, мои глаза все больше походили на пять копеек. Но почему же Сао так смутился? Они с Хаму начали заново узнавать друг друга, это ли не счастье?

- Ты и не собирался бросать его? – крепко схватившись за протянутую мне руку, иду в след за Сао.

- Никогда.

Где ещё мы могли найти потеряшку, как не на ее могиле? Подойдя ближе, мы увидели, что Хаму закапывал кольцо, навсегда прощаясь с последней частичкой, связывающей его с девушкой, что пришло время отпустить. Мы с Сао не мешали и не помогали, не отвлекая наблюдали, как сгорбившийся мужчина, методично засаживал могилу любимыми цветами Брайи. Точно такие же, как и глаза Хаму, фиалки затрепетали от порыва ночного ветра, издавая мелодию не слышную для ушей людей, их песня посвящалась только сердцам скорбящих. Лишь закрыв глаза печальные звуки проносятся в мыслях, пока ветер уносит боль утраты оставляя пустоту и смирение на их месте.

- Хаму, дорогой твоему сердцу человек не задумываясь спас тебя, пожертвовав собой, обеспечил нам всем возможность светлого будущего. Брайя не стала ждать пока наступит пора расплачиваться за ошибки.

Сао, смог подобрать слова, и достучаться до сломанного и искореженного сердца брата… О нет, не хочу плакать при них! Конечно, я рассчитывала, что их разговор не был легким, душу больше не терзала боль, ведь она никогда и не принадлежала мне. Непередаваемая печаль, о том, что человек может пожертвовать собой, ради других заставлял задуматься о смысле жертвы, как таковой.

- «Мы должны помнить и жить дальше».

Сжимаю руки обоих братьев, пытаясь отыскать утешения для них или себя.

Трое людей спустились к берегу реки, шум воды убаюкивал, позволяя ни думать ни о чем. Открывался прекрасный вид на безоблачное небо, усеянное тысячами звезд. Они сверкали, как обещания, рассказывая свои истории полные надежд и трагедий, сожалея о не исполненных обетах. Я лежала на пледе, между двумя братьями. Каждый из нас размышлял о своем. В последний раз я находилась меж двух миров, тем откуда пришла, и тем, что построю сама. Но так быстро смириться с подобным только в моей власти. Тревога, что иногда душит меня, не ушла, а лишь заснула, пока мы в тишине мирились с тем, что произошло. Единственным напоминанием о девушке, однажды потерявшей свою семью, вновь узнавшей, что такое настоящая семья и в итоге разрушившей чужую семью, стали мои глаза. Один холодно зеленый, смотрел на Сао, а второй тепло карий на Хаму. Так и тишина не продлиться вечно, вновь взойдет солнце и начнется новый день.

Глава 6 Не бойтесь ссор, бойтесь молчания

- И ты утверждаешь, что этих камушков хватит?

Герман подбрасывает последний из двенадцати заряженных ведьмовских осколков кристаллитов, не желая отдавать его Тици, раздражая подругу все больше и сильнее. В итоге он добился чего заслужил, толчок в живот и вот ухо парня оказалось в захвате ее цепких пальцах. Теперь Литиция могла отодрать его, как следует, что и делает, попутно поучая не житейской мудрости, вышагивая скрипучей походкой по снегу, что высыпал совсем недавно. Природа ушла в спячку, спрятавшись под пологом белого покрова, переливающегося под солнцем не хуже драгоценных камней.

- Гер, надо быть серьезнее! Это не просто, как ты выразился «камушек», это вульфенит. – все еще не отпуская ухо, она отбирает у парня кристалл и тычет им Герману в недовольное, но почему-то радостное лицо.

– Только посмотри на его прозрачность, так похожую на леденцы, блеск которых так и манит. – глаза Литиции сверкали интересом ученого не хуже самого минерала. – Недавно я прочла в старых записях, что этот вид самоцветов часто используется в разных магических обрядах, усиливая его защитные свойства, поэтому-то ведьмы использовали его, создавая защитный барьер. И этот набор последних экземпляров, что у нас есть, их не так легко достать, если не знать, как… Теперь то тебе должно быть понятно, что это не игрушки!

Аккуратно Герман убирает камень в специально построенную для этого деревянную шкатулку, пряча ее в дупло древнего дуба. Тицы обиженно избегает взгляда своего лучшего друга, пока тот изо всех сил пытается помириться с ней. Отвернувшись обиженно, длинные рыжие косы шлепнули дракона по лицу. Шокировано он в немом шоке уставился на гордо удаляющуюся спину девушки, что сегодня нарядилась в темно зелёную вязаную кофту, надетую поверх плотного белого платьица, с добрым слоем меха, подпоясанную коричневым кожаным поясом и конечно же мохнатую шубу. Звеня тремя парами бус, она и не думала останавливаться, выслушивая извинения парня, что подняв ладони вверх присел перед ней на колени преградив путь.

- А я и не знала, что Тици уже профессионал своего дела и по-настоящему без ума от разных каменных пород. – сказала я Наталье, пока мы обе следили за потоками магии, которые соединяясь и переплетаясь накрывали незримым куполом наш Верелд.

- Человеку всегда есть куда расти, пока у нас не отнимают знания. – моя учительница весело закружилась на месте. – Ну вот, теперь у нас есть еще целых пятьдесят лет, что бы я смогла доработать бабушкино заклинание оберег.

На следующее утро, после наших ночных посиделок, Ната послала за мной с просьбой о помощи, а я не смела отказать ей, так, как ждала этого с того самого ужасного вечера. Теперь наше поселение снова под защитой и точно не благодаря мне. Я лишь стала второй ведьмой, которая напитывала первую, пока она произносила слова заклинания, активируя защиту самоцветов. Для несведущего в магии человека это будут действительно лишь обычные блескучие камушки, как недавно выразился Герман. Его подколы в принципе не бесили, но иногда Литиция воплощала в жизнь не только мою мечту хорошенько отметелить этого парня, что позволялось только ей.

- Полно, неужели тебе не хочется даже пусть немного, но побыть ребенком?

Обратилась я к малышке, когда мы прогуливались в одиночестве, так, как Тици и Гер уже ушли вперед, и, разыскивая Сао с Хаму, тем самым восполняя только, что потраченные силы на установление нового барьера.

Наталья сохраняла невеселое молчание, то ли обдумывая, то ли просто собираясь с мыслями, пока мы не добираемся до внутреннего двора, на котором, как и всегда кипела тренировка.

Я все же слышу ее голос и с интересом вслушиваюсь в милый голос юной лунной посланницы Тагека.

- Будучи одними из нескольких десятков последних выживших ведьм, три женщины вместе с моей десятилетней бабушкой, когда мир пришел в равновесии, создали новое заклятие оберег на защиту для всех деревень, поселений, городов и на какое-то время на освобожденных землях было процветание, но со временем защита стала ослабевать, а магические заряды просто иссякли. Если у меня есть нужные знания, то почему я не могу положить и посвятить свою жизнь этому заклинанию? – ее уверенное лицо, полное убежденности в правильности действий уставилось на меня.

- Как легко списываешь со счетов своих сильных братьев. – я щелкнула ее по маленькому носику, улыбаясь во весь рот, скрывая за этим действием отчаяние за будущее этого ребенка. – Ната не ставь на себе крест, вокруг тебя столько людей… Здесь каждый стоит друг за друга, пойми. Обязанность обеспечить вам светлое будущее, не твоя, а наша! Кушай много вредного и сладкого, заводи друзей, делай то, что хочешь именно ты. Никто не отбирает и не запрещает пользоваться магическим гением, коим обладаешь, но еще раз повторю, а ты запомни, ты ребенок, достойный счастливого и хоть немного беззаботного детства.

У меня возникло смутное представление о нужных словах, но Ната представляя собой разумного человека и сразу поняла, что я хотела донести до нее. Маленькие ручки быстро смахнули подступающие слезы с моих глаз и обвили меня, крепко обнимая. Ну вот опять, успокаивают, когда я должна утешить Наталью, и так беспокоя её душу. Мы было собирались уходить, но услышав чей-то громкий смех только прибавили шагу, пересекая территорию внутреннего дворика. Только я слышала этот голос, он был только в моей голове и принадлежал моему дракону.

- «Сао! Что происходит?» - поднимая взгляд на длинный балкон, я мысленно перебрасываюсь парой слов со своим избранником.

- «Ты сама сейчас все увидишь родная».

Его мягкая улыбка коснулась моего разума, наполняя сердце теплотой. Быть с кем-то, отдав и доверив себя, получая в ответ все тоже, нежели больше, окажется настолько приятным чувством. Да уж, повторяю слова Брайи, кто бы мог подумать.

Мне и правда не пришлось долго ждать, мы быстро нашли тех, кто создавал всеобщее волнение, а точнее добрые улыбки и еле скрываемый смех, гуляющий по толпе зевак. Громкий голос мальца привлекал не только нас с Натальей, но и всех, кто сейчас тренировался и расчищал дороги, строя для детишек горки.

- Сестричка, он мне не нравится. Посмотри только, как смотрит, аж дрожь берет. Пойдём лучше поиграешь со мной. – пар валил от каждого громкого слова мальчика.

Генри не стал ждать ответа Люси и просто схватив ее за руку тянул то в одну сторону, то в другую, пыхтя словно кабанчик, он лишь вызвал смех у любимой сестры, так и не сдвинув ее ни на йоту.

- Но мы договорились потренироваться с Хаму. – не сходя с места Люси присела и потрепала Генри по волосам. – А ты обещал найти себе друзей!

Ответ мальчика не заставил себя ждать. Видимо Генри решил обидеться и отвернулся от Люси, пряча лицо. Его сестра больше не обращала внимания на какого-то там Хаму и всецело старалась развеселить мальчонку. Это же не из-за того, что он вверил свою жизнь именно Сао, выбрав его своим альфой?

- Да он и так уже получил свое. – не размыкая губ пробубнил он, но в итоге снова повысил голос. - Ну пойдем же сестра, иначе я больше к тебе не подойду, никогда-никогда!

- Ох, прошу прощения, он все же еще дитя. Не понимаю какая муха его укусила. – Люси недоуменно склонилась в полупоклоне перед Хаму, даже не пытаясь отцепить от себя Генри.

- Кто-то очень любит свою сестренку. – Хаму улыбался, скрещивая руки на груди и не сводил взгляда с этой картины. – Я приложу все силы, и сдружусь с парнишкой.

— Это необязательно, но я буду признательна вам. Что же все-таки произошло между вами?

- Нет, не говори ей!

Генри попытался вклиниться в разговор двух взрослых, но Хаму было не остановить, с хитрой улыбкой он продолжил сдавать юного дракона с потрохами.

- Просто он испугался, когда я будил его рано утром.

- Замолчите! - он повысил голос пуще прежнего силясь перекричать Хаму, но все было тщетно.

- Ну и случайно врезал мне по лицу.

- О, мой младший братик превратился в спелый преспелый помидор. – умильно она ущипнула его за щеку, смущая паренька все больше и больше.

- Нет, я не покраснел!

Люси и Хаму засмеялись вдвоем с детской непосредственности ревнивого мальчонки, который, не замечая и пытаясь удержать и скрыть уже подступающие слезы, бежал в нашу сторону.

- Здравствуй Генри.

Лишь спокойный голос Наты смог привести в чувство разбушевавшийся ураган.

- Егей юный борец, будь осторожнее иначе поранишься.

Вместо приветствия произнесла я, не собираясь уходить, понимая, что мы закрываем его путь к отступлению. Если повод сблизить их с Натальей появился сам, то не грех им и воспользоваться. Генри по своей натуре скромный и тихий мальчик, который из-за трудной судьбы не мог долго оставаться на одном месте, да и не хотел открываться кому-либо. Так он сам однажды поделился со мной, но слова его противоречили помыслам души. Каждому хотелось иметь друга, особенно, когда ты еще не разочаровался в большинстве своем в людях. Я не собиралась воспитывать его, нет, лишь показать, что открывать свое сердце кому-то не так уж и страшно, что получив отказ от общения он не станет хуже для любящих его людей и уж, что-что, а девчонок не стоит бояться. Так, что сделает из него хорошего и бесстрашного человека? В первую очередь, строгость воспитает в нем мужчину или же нужно холить и лелеять его? Я не знаю, но мы точно не оставим Генри и уж точно не дадим заскучать! А сейчас схватив его за оба уха, как делала, когда он был драконом, вынуждаю поднять немного влажное лицо вверх, с улыбкой обращаюсь к мальчугану.

- Генри, не прячься, всегда смотри с высоко поднятой головой…

Я продолжала поучать парня уму разуму, пока не услышала тихий девичий смешок, преобразившийся в столь открытую улыбку на лице Наты.

- Ты такой забавный! – с раскрасневшимися от мороза щёчками она первая начала разговор с Генри, шокировав его до основания, хотя обычно он бы сразу убежал от нее куда-нибудь и ещё дальше.

- Даже ты видишь во мне лишь ребёнка? - хмурым, но в то же время испепеляющим взглядом смотрел в лицо девочки.

Как можно было поверить своим ушам? Он правда сказал, что-то столь серьезное?

- Просто потрясающе, ты станешь выдающимся рыцарем Генри, я бы хотела, как можно скорее схлестнуться с тобой в поединке! – воодушевленно воскликнула Ната с легкостью присущей только ей, приняв позу, будто она держит в руках меч.

- Придется встать в очередь принцесса. – поклонившись, он, развернувшись ушел от нас быстрыми шагами, но его горящие уши говорили о многом.

Что это сейчас было, почему он убежал, словно ужаленный?

- Ната?

Еле успев поинтересоваться, сама чуть не вскрикиваю из-за того, что Сао так резко спрыгнув с балкона, подняв высокую стену и обдав неожидающих рыцарей снегом, оказывается рядом, обнимая меня, так, как делает только он.

- «Привет».

Слышу его тихий голос у себя в голове немного отвлекаясь от ответа Наты.

- Я не единожды заговаривала с ним, но Генри сначала еле связывал вместе буквы, а теперь и вовсе уходит только завидев меня. Ему до сих тяжело социализироваться, другие люди, нравы…

Маленькая девочка, все продолжала говорить, не замечая понимающих ухмылок на наших с Сао лицах.

- Так может ты поможешь ему с этим?

- Умница и красавица, гордость наша, помоги же новому другу… - Герман перебил меня и зашептал слишком громко на ухо, Нате, подобравших к ней исподтишка, получив в итоге подзатыльник от Литиции.

Наталья зарделась и, кажется, тоже сейчас не могла связать и двух слов, но потрепав по щеке Германа, как своего песика ответила нам убегая.

- Похоже ничего не поделать, пойду, найду Генри.

- Правильное решение. – крикнула вслед я, когда девочка уже скрылась за поворотом, а наша выросшая компания наконец могла засмеяться в голос.

Не хватало только нашей парочки, которая с недавнего времени стала попросту неразлучниками, чему мы, их друзья неимоверно радовались. Но были люди, которые не разделяли всеобщего счастья, самые близкие и родные, родители Мейли, а точнее отец. Человек старой закалки и приверженец строгих нравов. Удивительно то, что он дал свое согласие на службу дочери и занятием лечебным делом! Женщина же должна заниматься в основном хозяйством в доме и детьми, не иначе.

Пока все переговаривались между собой, а я пребывала в раздумьях, не отпуская руки Сао, мы все ближе подходили к новой толпе. Что за странный день сегодня такой? На этот раз воздух был пронизан, не только морозной свежестью, но и яростью, а не весельем, как ранее, исходившей от уже знакомого мне человека. Да, за все время, что я живу в Верелде, лишь единожды имела знакомство с отцом Мейли, которая стала его копией внешне. Собранные черные, как смоль волосы в хвост на затылке и густая борода без единого седого волоса, гласили о его истинном характере, человек, который никогда не нервничает, а заставляет делать это других, потому что это точно не его прерогатива. Все и всегда слушаются его, ни разу не смея перечить. Но он считался благородным мужем, любившем жену с детьми, и уж точно не смевши поднять руку на кого-либо с жестокостью присущей тиранам.

- Я не позволю этому случиться, слышишь, не позволю, так и знай! – отец Мейли чуть ли не с кулаками бросился на Дамира, схватив того за грудь, хотя парень и был в два раза больше. – Не смей зариться на то, что никогда не принадлежало тебе.

Семейный скандал набирал обороты, но зрители и так быстро разошлись, завидев неладное, не пытаясь и не думая вмешиваться, уважая отца Мейли, так, как он был один из немногих, работавшим фермером, на полях, находившийся в постоянной опасности, из-за их расположения и защиты местности. Но все равно, только глухой не слышал их ругани, невольные слушатели старательно делали вид, что это их не интересует, что и было на самом деле. Живущие здесь люди, никогда не совали носы в проблемы семейные, если только ситуация действительно не была опасной или грустной.

- Так откажись от меня, двое твоих сыновей уже выполнили свой долг. Почему же ты заставляешь и меня выйти за не любимого? Вспомни, когда видел их последний раз?

- Кровь от крови моей…

- Нет, если я буду вынуждена уехать, как велишь ты мой отец, то я потеряю все, что у меня есть. Свою жизнь, друзей, и любимого! Я остаюсь, потому что сама того желаю!

Впервые наша подруга пылала, рвущимися наружу эмоциями, вместе с мамой, что статно возвышалась и над дочерью, стояли вместе стеной, не подпуская больше отца к Даму. Парень не прятался за их плечами, он всего-то не хотел лишний раз провоцировать возможно будущего тестя. Здравая идея. Они еще успеют поговорить, но наедине, что бы их женщины не узнали и снова не вмешались. Отец, как великий актер, не отрывая потеплевшего взгляда от дочери преспокойно вытянул руки в ее направлении произнося:

- Я хочу лучшего для тебя дочь моя, прекращай говорить эти глупости. – сколько же приложено сил, не кричать на всю округу, а пытаться говорить спокойно.

- Я люблю его… Пожалуйста, папа.

Нет, Мейли не плакала, но в ее голосе все равно слышалась присущая этому чувству надрывность, когда словно ком застревает в горле и ты плачешь сухими слезами. Она просила попробовать понять ее, но мужчина, нахмурившись отвернулся от дочери. Насколько мне известно она впервые назвала его «папой». А шокированных глаз, как у ее отца мне еще не доводилось видеть никогда. Неужели он почувствовал предательство, то самое, что не хотел испытать не один родитель. Разрываясь между мнимыми традициями, которые исправно исполняли и следовали из поколения в поколение и потерей ребенка, которого он может больше не то, что увидеть, а не иметь больше ничего общего, став лишь прохожими.

- Мальчик, погоди, я поговорю с негодницей, ей придется прислушаться ко мне, впрочем, как и всегда. Дадим ей время поостыть. – обратился он к Эскафельту, отвергнутому жениху Мейли, отведя того немного в сторону, подальше от перечившей кровиночки.

Если бы только этот мужчина сказал хоть слово, но он совершенно не был против, наоборот знал, что Мей станет его, независимо от ее воли. Нам уже доводилось слышать его классические речи, как и глупые обещания, что он сделает все для Мейли, ли ж бы осчастливить, а значит совершенно не знал ее.

- Я не ослышалась?

Ой-ой, единственным решившимся человеком из нашей притихшей и не смевшей влезать в семейный конфликт, вперед вышла взбешенная Люси, обращая внимание всех собравшихся на себя.

- Чего надобно малявка? Не гоже влезать в разговор, который не предназначен для тебя! – цыкнули на нее пренебрежительно, словно на маленького ребенка, которому грех подслушивать, а стоит играть в игрушки.

- В этом я с вами согласна полностью дорогой отец Мейли, но есть одно, но. Очевидно. я чужая, но вот ваша дочь, чья судьба как раз таки решается в данный момент и почему-то не ею самой, а вами, должна знать, что вы не собираетесь уступать и решите все за ее спиной понимающе улыбаясь в лицо. – Люси и не пыталась скрыть бушующее внутри нее негодование от происходившей несправедливости.

- Молчи, что ты можешь знать о жизни? – мужчина захлебывался в собственных словах, испытывая глубокий шок, вызванный словами Люси.

- Да побольше вашего черт вас обойди стороной! Даже совершенно не оскорбила отца Мейли, сказала подруга!

И ее понесло.

— Вот, как вы общаетесь на самом деле. Если у вас получилось обрести счастье, то вы хотите для дочери той же судьбы? Указывая ей, что делать, зная, что услышите безропотное согласие, ведь не смеет же пойти против слова отца своего любимая дочь. Вы хоть раз разговаривали с ней о ее, а не ваших желаниях? – активно жестикулируя Люси напирала на отца Мейли. Один рост облегчал смотреть друг другу прямо в глаза.

Что мне нравилось и импонировало в этой воительнице, так это смелость посмотреть правде в глаза, которую никто не хотел признавать, но все же иногда она через чур импульсивна в этом своем проявлении. Люси не терпела несправедливости, не оскорбляла, а только указывала на ошибочность суждений, вынуждая задуматься. Не сговариваясь, мы с Тици подошли к нашей подруге и стали так же молча наблюдать за развитием событий, обняв с двух сторон потерянную Мейли, ушедшую в раздумья. Ее матушка, молча следила за действиями своего мужа, не встав ни на чью сторону. Любого можно понять, когда ты живёшь по одному сценарию одной жизнью, и менять свои устои так резко невыносимо тяжело, будто бы невозможно и непонятно зачем. Но я вижу в ее маме, ту силу, которая не видит в себе она сама. Тихая и кроткая дома, она наравне считалась бойцом и таким же уважаемым тружеником на плантациях, как и муж. Чую, что если бы мама Мейли захотела, то с лёгкостью построила своего муженька.

Кажется отец Мейли больше не смел выносить спора с особой моложе его и махнув на все рукой, даже не оборачиваясь на свою семью стал уходить, не переставая несогласно мотая головой. Неужели он так и не примириться с выбором дочери?

- Мои грубые слова перешли черту, я не сильно все испортила? – с извинением она обратилась к Мейли и ее маме, которая наконец-таки подала голос.

- Нисколько Люси, ты сказала то, что я так и не смогла. Участь родителя тяжела, но… Спасибо. – как любящая свое чадо, она приняла друзей дочери и признала ошибку за человека, что так и не смог сделать этого.

- Когда он остынет, сам придет и попросит прощения. Что бы разрешить недопонимание, нужно начинать с объяснений. – открыла эту маленькую истину мама Мейли, взяв за руку свою дочь, которая с тоской смотрела в удаляющуюся спину папы, за которым уже собирался уйти и Эскафельт. – Мы с твоим батенькой любим друг друга всей душой милая, но и нам в свое время пришлось пройти долгий путь до того, что мы имеем сейчас.

Она немного стеснялась, что столько пар глаз обратили на нее внимание, с интересом развесив уши, послушать о временах их молодости.

- В возрасте восьми лет от роду, родители посватали нас. Помню тогда я не понимающе хлопала глазками, смотря на руку мальчика старше меня на семь лет, которая сжимала мою, надевая этот самый браслет, который я больше так и не сняла. – подняв рукав нашим глазам предстал медное плетение с резными веточками по всему ободу и теплая улыбка, что коснулась уголков губ женщины, так давно не вспоминавшей былые деньки.

– Ты уже знаешь, сколь много для твоего батюшки — значит важность семьи, но в те юные года, когда он еще свободный и вольный поступать, как захочется его взор пал на одну девушку. Он каждое утро вставал ни свет ни заря, только бы успеть хоть глазком взглянуть на ту, что идет с ведрами полными воды на перевес. Тогда-то он и прочувствовал все прелести первой влюблённости, а поделившись этим теплым чувством с маменькой, понял, что никак не сможет жениться на любви своей жизни. Безумно опечаленный он порвал с ней, потеряв навсегда и больше не смел смотреть на других женщин, ожидая уже оговоренного брака со мной. Но знаешь, он никогда не жалел, что судьба сложилась таким образом, а может быть нам лишь повезло, ведь теперь с таким же теплом он смотрит на меня и любит наших общих детей. Это ли не счастье?

К концу рассказа, Мейли спряталась на плече у мамы тихо слушая.

- А ты, должен многое сказать моему мужу.

Дамир молчаливый с самого начала молчал и сейчас, кивнув он принял в свои объятия Мейли, которая теперь слезами пропитывала его рубашку.

Лишь один человек нарушал всеобщую идиллию. Жених Мейли, что до сих пор не ушел, а не сводя глаз с того, как Дамир вытирал слезы с лица посватанной с ним девушки, что совершенно не обращала внимания на него.

- Эскафельт, я уверен на твоём пути когда-то появиться та самая, что станет для тебя родным человеком. На этот раз люби ее, как хочет она, а не, как умеешь ты, твой опыт, опыт твоих родителей поможет в этом непростом деле. Мейли отпустила тебя. – Дамир напрямую обратился к уже точно бывшему жениху своей невесты, а тот лишь быстро бросив взгляд на их переплетенные ладони, так же быстро удалился, не попытавшись вступить в борьбу за сердце Мейли.

Как солнце клонилось к закату, так и все выяснения отношений на сегодня подошли к концу. Все понемногу расходились, Тици к своей семье, Герман заступая на пост, по облету окраинных территорий тоже попрощался и обернувшись улетел. Дамир и Мейли под руку с мамой размеренной походкой, медленно пошли к ним домой, продолжить беседу, но уже спокойно обдумывая будущее молодых. А я решила немного задержаться с Люси, Хаму почему-то оставался на месте, а Сао не собирался уходить без меня.

- Люси, ну ты и даёшь. – как дурочка я обнимала ее и даже немного подпрыгивала, не веря в происходящее.

- Ох, будет тебе. Я понимаю, что не должна влезать, но не смогла промолчать, хотя все мы знаем…

- Что молчание золото. – продолжили мы все вместе в унисон.

- Мы с Генри обживаемся у вас многим лучше, чем я ожидала в начале. Да, что там, совершенно неожиданно стало то, что вы не выдворили нас, а позволили сесть вам на шею.

- И поэтому ты решила стать личным рыцарем Хаму? – уставилась на нисколько не изменившееся лицо Люси.

- Ну мы немного сблизились с ним в последнее время и у нас достаточно общих тем для разговоров, а может он просто использует меня для получения информации о нашем враге. – легко засмеялась Люси, посмотрев на небо. Мы любили такие моменты и наслаждались ими по полной, вот и сейчас не упуская возможности в тишине и спокойствии, просто слушали листву, которая понемногу окрашивала все деревья в золото.

. . . . .

- Если тебе станет чуточку легче в моем присутствии, я готова понести такую жертву. Я стану твоим собутыльником! – громко провозгласила и взяв под руку Хаму, пошла в направлении таверны, все еще работавшей в такое позднее время, напевая веселую мелодию за ещё одной бутылкой горячительного напитка уже для них обоих.

Здесь женщины с большей прыткостью любили ходить на охоту, а спарринги с мечами им нравились даже больше. Как же мне импонировало все это и, как же это отличалось от прошлых мест нашего с братиком жительства. Каждый прожитый день я испытываю жутчайший стресс, от того, что мы живем припеваючи, да еще словно на иждивении все достаётся бесплатно. Дом, одежда, еда, школа для Генри, вот я и пытаюсь сделать то, что могу лучше всего, быть, верным подчиненным, опытным бойцом и шпионом.

Через некоторое время, мы уже стояли у стойки в таверне дядюшки Яна, шатаясь во все стороны из-за напевания какой-то местной песни, которую узнали только, что или уже час назад? Шатаясь, я плюхаюсь на высокий стул, а Хаму наблюдал за картиной, неясно очерченной перед глазами от алкоголя, и допивал последние капли в уже пустой бутылке. Или же это я зыркала на него?

- Эй, дяденька. – протяжно начала свою шарманку скучающая я. - Вас не учили, что к посетителям надо проявлять уважение, а? Вроде уже взрослый человек. Мои родители научили меня этому, поэтому и вы учитесь уважению к младшим тоже. Но вы мне так нравитесь… - запутались в собственных мыслях я просто на просто распласталась чуть ли не по всей столешнице.

На меня напала икота и постукиваниями по спине Хаму силился привести меня в чувство, но это совсем не помогало. Шеф Ян, бурча про несносных деток протянул ему кружку с водой, и Хаму напоил меня им. Хоть, что-то возымело эффект. Вытерев, пролившуюся влагу с лица, резко вскочила на обе ноги и оперившись в бока закончила свою недавнюю мысль.

- И я научу вас этому!

Замерев в жутко нелепой позе и указывая на Яна вытянутой рукой, я ожидала услышать положительный ответ, потому что точно не отстану от шефа! Тем временем Хаму пребывал в шоке, а дядюшка просто закатывал глаза добродушно улыбаясь, что видно сквозь пышные рыжие усы.

- Ох ладно детки. Держи бутылку, это из моей личной кладовой. – и ухмыльнувшись, в итоге поддавшись нашему настроению, удалился сотрясаясь от смеха.

. . . . .

О нет, это произошло, опять. Зато теперь ясно, где они оба пропадали сегодня с утра, похмелялись, негодники. Найдя друг друга в тот час, они стали отдушиной и начиная с тягостного молчания закончили веселыми песнопениями. Безумно рада, что после нашего ухода его не оставили одного и теперь есть человек, что поможет не заскучать Хаму и желательно не впасть алкогольную кому.

- Подожди, Люси. Неужели твои слова означают, что в скором времени мы выдвинемся на кровавые земли?

Нездоровый огонек в моих глазах немного напугал Люси, но понизив голос, она совершенно серьёзно ответила мне.

- Да, Хаму не хотел, что бы кто-то узнал раньше времени, так как теоретические приготовления ещё не завершены. К тому же надо дочертить карту. Поэтому мне нужно еще пару раз наведаться в стан Короля-Тирана.

- Что? Но это же опасно, да к тому же в одиночку!

- Но там я своя, Ялина и умею сливаться с толпой, чему научу и нашу повстанческую группу.

- Или постановочную. – шепотом я продолжила за Люси и получила от нее одобрительный кивок.

Не согласиться с ней невозможно, героическая девушка выживала не один год, да ещё и выкормила своего младшего брата. В ее упорстве и опыте выживания никак не стоило сомневаться.

- Хаму уже решил кто в нее войдет? – все ещё шепотом переговаривались мы с Люси, что было в принципе бессмысленно, так как слух у драконов будь здоров.

- Уже решил, и ты в нее входишь. – скрестив руки на груди ответил Сао прервав разговор с братом, прожигая меня взглядом.

- Ялина ну почему от тебя совершенно ничего нельзя скрыть? – сдвинув брови в непонимании Хаму.

Два брата одновременно ответили мне, и получив в ответ презрительный взгляд, недоуменно уставились на меня.

- А потому что в этом нет совершенно никакого смысла! – ответила я обоим, задрав голову, что бы молодые герцоги отчетливо видели мое серьёзное и не желающее слышать возражений лицо. – Вы сами прекрасно знаете, что я должна быть в составе группы.

Две пары, категорично непреклонных глаз продолжали сверлить в ответ, что мне безумно не нравилось. Неужели я до сих пор в списке тех, кого нужно оберегать? Нет, это не моя история и не моя судьба. Я должна показать и доказать им, что способна не на простые заправские фокусы. Быстро прошептав заклинание, щелкаю пальцами и в моих ладонях вспыхивает огонь, языки пламени, которого совсем не обжигает мою кожу.

— Это только начало, я так же могу сделать это своим оружием, стрелять ими, создавая все новые и новые сгустки пламени. – тряхнув руками, еще некоторое время от которых шел дым, я победно улыбнулась, единственно восхищенному человеку. – Неужели этого мало?

- Маг-боец на нашей стороне станет значительным преимуществом. – ответила Люси серьезно, но подмигнула мне, выражая тем самым поддержку.

Взяв меня под ручку, Люси повела меня в кабинет Хаму, ребята в молчании следовали за нами, давая насладиться такой приятной беседой.

- Я пыталась их убедить, но сама понимаешь… Ты знала, что после великой войны остались если не сотни, а лишь десятки людей со способностями!

- Не знаю дар ли это или проклятье…

Люси, не замечая моих терзаний продолжила дальше расспрашивать меня.

- А магия невидимости тебе подвластна?

- Не, поверишь, но буквально вчера вечером я читала материал о том, как накладывать невидимость не только на себя. При том какая должна быть направленность у потока, при наложении на живой и неживой предмет. – кажется я немного стала походить на свою учительницу.

- Что ж у тебя будет достаточно времени, отточить свои способности. Через неделю мы выдвигаемся на кровавые территории.

Глава 7 Беда приходит не одна и бьет поддых исподтишка

Когда-нибудь я хотела бы проснуться в руках любимого мужчины, лежа напротив горящего камина. Но не только бы он согревал наши нагие тела, шкура дикого медведя станет пологом, что скроет нас от всего мира. Моя мечта проста - свой маленький домик, с тихо потрескивающим камином в гостиной и Сао, лежащим рядом со мной, а пока я впервые проснувшаяся раньше моего дракона, без зазрения совести наблюдаю за ним, так мирно сопящим в подушку. Думаю, он понравился бы моим родителям, сильный и храбрый, хорош собой, да еще умеет готовить. Не мужчина, а находка, и пока мы будем на стороне друг друга… Нет, ничего плохого не случиться, хватит думать.

- Да, все пройдет хорошо. Определенно. – шепотом в итоге я смогла уговорить себя и на цыпочках, накинув его рубаху, вышла в гостиную.

Сколько раз, оставаясь у Сао, так ни разу мне не хватало духу спросить об этих резных планках, прибитых на стене у окна. Они висели в разнобой где-то треснутые или сломанные по полам, хоть и с идеально выполненной резьбой на них, вплоть до шероховатых и недоделанных, да просто коряво выполненных работ.

– А я и не знал, что не могу спать без тебя. – целуя меня в макушку и в одних штанах подходя ко мне сзади произнес зевая, проснувшийся дракон.

- Прости, не хотела будить. – оставив легкое прикосновение губами на его обнимающих меня руках, все так же задумчиво ответила ему.

- Я каждый день смотрю на них, как напоминание о том, что нельзя действовать не обдуманно, а за малейшую ошибку надо платить. – видимо Сао понял, что так заинтересовало меня и четко продекларировал.

- Мне так непонятно....

— Это вырабатывает дисциплину.

- Но Сао! – тут же проглотила свое восклицание.

- Отец, все детство учил меня, что если не вкладывать душу в произведение, знать и не применять глубинный смысл того, что стругаешь своими собственными руками, то зачем вобще тратить время. Либо ты талантлив, чтобы сделать для человека то, что ему требуется, либо просто прекращаешь и оставляешь древесину в покое. – невесело улыбнулся Сао, ушедший в грустные воспоминания, поглаживая одну из первых работ. – Но все это лишь метафора к правлению, а вместо этого я влюбился столярное дело, но ненадолго…

- И ты бросил этим заниматься? – я не хотела выпускать Сао из моих рук и, как только могла, обнимала его крепко-крепко и еще крепче. Вот бы забрать всю его грусть себе.

- Да, ведь меня готовили к тому, что бы мы заняли место после наших родителей, возложив на себя не только функции сильного воина, но и достойного правителя. Нескончаемые тренировки, выработка усидчивости и силы воли, все это нужно было, чтобы сделать из нас тех, кем мы должны быть.

- Ты даже не можешь выбирать, как прожить собственную жизнь?

Легонько погладив по волосам и улыбнувшись, Сао потащил меня в ванную комнату, так и оставив без ответа.

За всеми нашими обязанностями в последнее время мы видимся только к ночи, засыпая в объятиях друг друга. Общение с помощью мыслей немного облегчает наши будни в разлуке, поэтому мы пользуемся любым шансом побыть вместе. Закутавшись в полотенце, я мыла Сао, сидящего в лохани и снова ушедшего мыслями куда-то очень далеко в раздумья. Глядя на эти насупленные брови и опустившуюся спину из-за принятого недавно решения, не хотела нарушать его покой. Нет, я не боялась того, что Сао может выйти из себя, мне хочется просто понять этого человека, ставшим для меня важным. Он должен улыбаться и наслаждаться жизнью, а не переживать поголовно о сохранности каждой жизни, что являются его ответственностью.

- Сао, прошу, не держи все в себе. Делиться переживаниями не сложно, ведь ты сможешь облегчить душу и посмотреть на все под другим углом.

- Под другим углом? Может сразу в открытую напасть на Короля-Тирана и дело с концом?

- Сао… - он поймал мою руку и забрал у меня мочалку, не давая договорить.

- Я никогда не считался выдающимся стратегом и больше всего на свете ненавижу играться чужими жизнями. Внедрить кого-то, подвергнуть его опасности, ради вражеских планов, намерений Короля-Тирана? Стоит ли этого жизнь человека?

- Люси решила преданно служить вам, как и каждый из жителей кто не оставил вас после скоропостижной кончины родителей, считает важным нести свой долг. Долг перед своими королями, перед своей землёй и безопасностью родных.

- В этом вопросе мы не придем ни к чему. – отрешённо Сао попытался отвернуться, но я схватила его за лицо, насильно поворачивая к себе, хотя он особо и не сопротивлялся.

- Мы сыграем отведенные нам роли идеально. Наши швеи постарались и сделали совершенно идентичные одежды, в которых мы сойдем за местных... Все получится и никто не попадется. – я все говорила и говорила, без возможности уговорить его, что все, что мы делаем правильно.

- Слишком долго. Сведения нужны нам, как можно скорее. – будто не слушая проговорил Сао.

- Видишь и ты с этим согласен, поэтому…

- Да, безопасный путь, который послужит нам компромиссом. – точно повторил мои мысли вслух Сао. -Я не хочу, чтобы кто-то пострадал.

Дракон не остановился на этом, так долго держась он все же выплескивает на меня то накипевшее, что скребло его изнутри. Но насколько давно он сдерживается?

- Эгоист, вот кто я такой. Хочу сохранить жизнь каждому, а в итоге лишь большая опасность надвигается на наши головы. Мне нужно все и сразу, понимаешь? – дико он посмотрел на меня и не отрываясь продолжил. – У нас нет столько времени, либо мы нападем, либо будем защищаться, потому что не знаю сколько еще выдержу дней в таком подвешенном состоянии. Будь моя воля, то той же ночью я проникну в его логово и убью… Мне неважно, что случится со мной, но ты, Хаму и Ната, наша стая, кажется единственное, что держит меня на плаву. Я всегда считал, что тот. кто притворяется это Хаму, но взглянув на себя сейчас… Мне страшно, Ялина… - сумасшествие никак не хотело покидать его взгляд, перебить ли Сао, но я продолжаю слушать дракона.

- Я был болезненным ребенком, не мог даже поднять меча. Мои руки постоянно тряслись, особенно кисти. Рисовать, писать, я ничего не мог, а должен был быть идеальным сыном и наследником. Мое появление на свет одновременно счастливо и почти уничтожило маменьку с отцом. Однажды я подслушал разговор отца с Яном и узнал, что мама много пила, пока находилась в положении и, когда я родился пуповина обвивала мою шею, я не дышал... Она ненавидела меня и не хотела… Ха-а-а-а. – сжав переносицу, дракон собирается с мыслями и совсем не выгораживая отца, а просто констатируя факт, ставит точку, как все было на самом деле. – Своей строгостью и дисциплиной батюшка желал вылечить мою болезнь и у него получилось. Моя жизнь шла под тотальным контролем, и это единственное, что помогло.

Сао отпустил мои руки, поняв, что после столь крепких прикосновений могут остаться синяки и аккуратно поцеловав мои запястья, погрузился в воду. Его опущенная назад голова и сильные предплечья заворожили меня. Дурацкий взгляд художника хотел запечатлеть эту грусть, что истончала фигура парня. Трясу головой, прогоняя возникшее желание.

К тому же слова сказанные Сао наконец дошли до меня. Как же так вышло, что на его долю выпало столько боли уже с самого рождения?

- Ты же знаешь, что не виноват? – потянувшись я глажу его застывшее лицо. Почему дети всегда винят себя, так не должно быть.

- Сао, ты, знаешь, что твоя мать любила тебя, и из-за этого каждый день корила себя за все причиненные травмы, но даже это никак не искупает ее вины. – мне кажется я говорю белиберду и делаю только хуже, но он никогда больше не сможет поговорить со своими родителями, только понять и простить. Идти дальше по жизни и стараться не совершать тех же ошибок.

- В моем мире в таком случае говорят, что ты родился в рубашке. – неуместное время для шуток или подобия, пусть даже она хоть на мгновение может отвлечь от грустных мыслей. – Твоя жизнь будет полна счастья. – глупое обещание сорвалось быстрее, чем я успеваю подумать.

Робко поднимаю глаза и вижу, как Сао неотрывно смотрит на меня, словно я инопланетянка, хоть он и не знает такого слова, но ведь прибыла из другого мира и творю всякие странности.

- Не хочу говорить о прошлом. У меня все есть, семья, друзья, любимая. – проникновенно его взгляд прожигает меня. – Но, кажется, пока не выговорюсь до конца, не смогу отпустить его.

- Я всегда выслушаю тебя… – не знаю ждал ли он ответа, поэтому обрываю себя на полуслове.

Страхи заразительны, особенно чужие, я никогда не любила навязываться, а с ним, мне кажется только это и делаю. Лезу к дракону в душу с расспросами, ну и жил бы он дальше хорошо и без меня и всей этой правды. Его страхи безусловно обоснованы, но наш Верелд под магической защитой, каждодневно ребята облетают все территории, предупреждая набеги на маленькие деревеньки. Плотники и мастера укрепляют стены, а мы с Натальей практикуемся в новых заклинаниях, заряжаем камни, что смогут придать и увеличить человеческие возможности. Никто не сидит на месте и не ждет, что все разрешится само собой. Иногда молчание лучше слов, а Сао может так и не услышать их, если даже я не в силах достучаться до этого парня, то моим утешением ему станет поцелуй. Так нежно, как только могу, растворяю в этих прикосновениях печаль, одолевшую его сердце, пока он притягивает меня ближе к себе, а жар его тела и мягкие губы дают ему, хоть на какое-то время остановить поток разрушительных эмоций.

- «Я всегда буду рядом». – не требуя ответа, смотрю на Сао серьезным взглядом, говорил ли он мне когда-нибудь такие слова?

Его эмоции пронизывали и переполняли мою чашу, напитавшись ими сполна, я не успела их усмирить. Электрический ток уже пронизывал кончики моих пальцев, послышался удивленный вскрик. Но не мой.

- Яла, что за дела?! – на руках подтягиваясь на эмоциях повысил голос Сао.

Я заморозила воду, в которой он все еще сидел. Нет, нет, нет. Но не смотря на резкую смену обстановки, охладившись достаточно вместо ужаса, лицо Сао озарила улыбка. Хоть и сильно нервная.

- Веду себя, как ребёнок? – трясущимися зубами проговорил он, круша лед. Вылезая трясет отросшими волосами прямо в мою сторону, веселясь от всей души.

- «Что бы я делал без тебя?»

- «А я без тебя?»

- Немного. – спокойно улыбаюсь, и в итоге мы смеемся, высвобождая накопившейся стресс наружу. Мы оба росли в полных семьях, оба получали любовь. Но травмы родителей перешли на жизнь Сао, отравили его разум и заставили сомневаться в себе до сегодняшнего дня. Я не знаю, что мне сделать и, как помочь, нужно ли, ведь уже залезла куда не просили и оставить его одного не в моей власти. Я просто буду рядом его и всеми доступными мне способами показывать, что жизнь не так плоха.

Жуткие и темные земли, где даже само небо, словно черная тень нависает над каждым кто ступает на них, управляемые Королем-Тираном, держащим каждого, кто вынужден продолжать жить, на его угодьях в страхе. Здесь не увидеть улыбок, если только на лицах солдат, которые применяют телесные наказания к бедным жителям, чья жизнь стала мучением, а воздух пропах подавленностью и обреченностью. Заброшенные деревни и огромных размеров готический замок, увенчанный башнями из черного камня, пропитанный мрачностью и тайной, владеющего им господина. При взоре на строение ты чувствуешь только страх и не желание оказываться даже просто рядом с воротами, не стоит говорить о том, чтобы войти внутрь.

Власть Короля-Тирана неспроста вызывает у обитателей земель Квал-Мизерии неподдельный ужас. Он владеет не только смертоносной силой, но и маниакальным желанием уничтожить все живое, став самым сильным существом в мире. Его железная дисциплина и не поддающиеся нормам и совести отвратительные эксперименты не знает границ. Каждый кто осмелиться противиться ему, подвергается жестокому наказанию, становясь наглядным предупреждением для остальных приближенных и бедных простых людей, на его землях, именуемых рабами-каторжниками. Но если есть мрак, то должен существовать и свет. Мы вынуждены стать повстанцами в собственной стране, освободить ее от бесчинств против жизни и мира. Туда-то лежит наш путь. Приземлившись, мы еще раз сверяемся с картой, убеждаясь, что хорошо запомнили куда нужно идти, незаметно проникнув в стан врага.

Спустя столько времени я наконец вижу всю эту картину воочию. Даже не верится, что прошло уже полгода! Или всего?

- «Брайя, ты жила здесь так долго и не сдалась?!»

Сложные и запутанные несколько дней, перешли в сложный вечер, который должен решить многое для всех нас. И я даже не заметила, что начала обращаться к Брайе, словно она все еще здесь. Сао коснулся моей щеки костяшками пальцев, не давая уйти в ещё большие раздумья. Подтверждая сомнения, мой парень понимающе улыбается, ясно говоря, что в этом нет ничего плохого, но цепляться за эти эмоции не стоит.

- «Вот и умница».

Действительно, сейчас не время. Подняв взгляд на Люси, очищаю разум и все мы внимательно слушаем ее.

- Теперь вы совершенно другой человек, ведите себя так, как вас научили, запрещается быть собой. Действуем быстро, четко и согласно плану. Всем ясно? – тихо и четко Люси, решительно обратилась ко всем нам.

Ее командный тон заставлял нас вслушиваться в каждое слово и смириться с нашим новым «я» пускай и ненадолго, но придеться подвергнуть нашу жизнь опасности. Одетые в простую небрежную одежду из грубой ткани, казавшейся на первый взгляд чистой, но стертой от словно тысячи дней ношения, оказалась совершенно неудобной. Сразу был виден наш статус, точнее его отсутствие. Неимение никакого комфорта, вот, что значили для Тирана его подданные, может быть ненамеренный способ контроля или скорее отсутствие какой-либо ценности к правам несчастных людей. Но это только мои предположения. Этому не способствовали и погодные условия, зима что зверствовала своими низкими температурами и небольшим количеством снега, любила морозить нас промозглым ветром, от которого не переставали сотрясаться даже сами косточки.

- Ваши задачи просты: держимся в тени, наблюдаем за всеми, не делая этого в открытую. Стать невидимками, смешавшись с людьми.

Было довольно рискованно идти на дело небольшой группкой, но кто-то должен охранять и остальные территории по мимо Верелда. Народное ополчение не сможет сделать ничего, если мы не узнаем, что может убить Тирана. А вот его солдаты такие же обычные люди. И если начнется война… Мы должны сделать все, не допустив этого исхода.

- Сточная канава да?

- Что слишком ожидаемо?

- Есть такое.

Гуськом мы двигались за Люси сквозь туннель, служащий передвижным механизмом для отвода дождевых вот и сточных выделений с территории.

- А вы не думали взорвать ее?

- Мы не можем допустить, что бы пострадало обычное население… К тому же не так легко найти взрывчатку.

Каратая время за разговором мы добираемся до выхода, который почему-то был забит досками.

- Так и должно быть?

- Тш…

Достав два кинжала, и мешочек со склянками Люси передала их руке, высунувшейся из небольшой дыры сбоку. Перед нами отварилась дверь, и мы побыстрее выбрались из дурно пахнущей зоны.

- Посмотрите кто это. Давно не виделись. – прозвучал голос мужчины, который с довольным лицом, прятал полученный «товар», в одежды, где его не найдут и не заберут.

Вместо приветствия они стукнулись кулаками.

- Ты до сих пор пашешь в отделе надзора старик?

Люси молниеносно начала заговаривать зубы этому немолодому человеку, тыча нам пальцем за своей спиной, чтобы мы двигались на свои места, сливаясь с толпой, стать незамеченными на территории злодея.

- Что?! Бог наш, он отрезал ему левую руку, а потом и правую? - донеслось до моих ушей восклицание Люси, когда я последней быстрыми шагами примкнула к кучке одетых как слуги женщинам разных возрастов и уходя за ними в дебри замка. Но благодаря ментальной связи с Сао и его с братом все еще могла слышать их разговоры.

- Твои люди там надолго?

- Нет, закончим свои дела и дадим деру. Не беспокойся старик.

- Тогда ты знаешь, что если вы не успеете...

Люси прерывает его.

- То ты будешь следовать своим обязанностям, да-да.

- Нравишься ты мне малышка, береги себя.

Стараясь изо всех сил придержаться своей роли поломойки, судьба распорядилась по-своему и меня отправили в коридор, прилегающий к кабинету самого Короля! Как могла, подавляю бушующий океан эмоций, иначе меня с лёгкостью могли заподозрить. Отсутствие стражи, как никогда облегчает мою цель и дает возможность подслушать разговор за приоткрытой дверью с абсолютным спокойствием.

- Прекрати облизывать пол слуга мой. Ты же был для меня самым близким доверенным лицом, а пожелал забрать себе мою власть? Если продолжишь просить прощения, я может и передумаю, давить тебя, как блоху.

Лишь подняв лицо, покрывшееся мерзкой испариной, человек с которым вели диалог понял, что пропал.

- Я не совершал того греха, в котором меня обвинили.

Ответа не последовало, раздался жуткий смех Короля-Тирана.

К слуге пододвинули ящик и тут же ужас коснулся лица мужчины.

- Ты думал я не узнаю? Ты столько лет скрывал столь мерзкие пристрастия, собирал трофеи. Кто же из нас намного отвратительнее? – голос Тирана не дрожал, он упивался и это придавало ему сил.

- Вы же знаете, я бы не за что не посмел…

- Я буду отрезать тебе по одной конечности если услышу еще хоть одно лживое слово. Ведь тебе не нужны ноги или руки, что бы ты мог говорить. Проверим мой дорогой слуга? – в доказательстве своих слов, Тиран самолично отрезал один палец, пока душераздирающий крик огласил своды апартаментов.

- Правильно, постарайся слиться с полом. Ты не достоин быть человеком, потому что позарился не на тех. – наш страшный враг жестко придавил ногой спину своего слуги. Раздался хруст, несколько позвонков пострадали. Благодаря магии в хилом теле старика теплилась недюжинная буря магической энергии.

Так как лежащий на полу человек пытался, что-то лепетать, то в тот же момент лишился кисти руки.

- Ох, мой дорогой. Я не предупредил тебя, что за молчание я буду взимать двойную плату.

Как же мне надоело видеть одну и ту же ситуацию из раза в раз. Неужели его так вдохновляет мучить кого-то каждый день? Я больше не могла слушать и вернулась к своей работе.

- «У меня полный голяк. Никто особо не хочет трепаться языком, но, если и удается разговорить…». – раздался в голове голос Сао, но я не успела ответить на него и тут же заблокировала свой разум.

Ко мне подбежали четыре женщины, которые убирались вместе со мной в этом крыле и все мы быстро склонились перед тем, кто уже выходил из своей опочивальни в сопровождении одного солдата, следующим за своим хозяином словно тень, одетый во все красное, сделанный будто из кожи… Дракона и думаю каким-то варварским способом отнятый. Король-Тиран прошерстил мимо нас и не заметил прямо под своим носом вторженца! Я не попалась, но ко мне обратился его подчиненный.

- Ты, живо убери в покоях. У тебя 30 минут иначе несдобровать. – щелкнув пальцами и даже не удосужив меня взглядом он удалился в обнимку с кажется главной горничной переговариваясь и не отрывая масляного взгляда от ее декольте. Бр.

Засучив рукава и предварительно прикрыв за собой дверь, начинаю копошиться во всех тумбах, в вещах и письменном столе, но так и не смогла найти ничего, что смогло бы помочь нам. Значит придется приняться за уборку. Взявшись за метлу и шаг за шагом начала подметать пол. Мелькали пылинки, скапливавшиеся там уже не одну неделю. Грязь и запущенность окружали меня, но затаив дыхание, продолжаю наводить видимую уборку, и беспрепятственно уйти отсюда, как можно скорее.

Опустившись перед перевернутой деревянной коробкой, я начала складывать обратно, все добро, что вывалилось из нее. Безучастно, и не обращая должного внимания, чего касалась, быстрее запихивала вещи, но какие… Тайник слуги просто переполняли странности, вызывая двоякие ощущения. Внимательнее осматривая содержимое, в ужасе замираю, неясный холодок бежит по моей спине.

Клочки волос разного цвета, куски кожи, закрытые в банки с какой-то странной жидкостью, в эту компанию затесался и женский платочек, но это было не все, мерцающий широкий медный браслет, маленький нож, красивая вышивка золотыми нитями и кольцо, женское. На первый взгляд можно было подумать, что это склад разного рода мусора, но, что-то было не так, это совершенно не похоже на обычные вещи, не письменные принадлежности или посуду… Трофеи, Король сказал это трофеи его слуги…

- Что за? – я взяла в руки единственно нормальный предмет. Записная книжка.

Мельком пробежав взглядом по страницам, я тут же захлопываю его и прячу себе за пазуху. Там могла быть интересная информация о прошлом Короля, но думаю после прочтения я бы с удовольствием стерла себе память, уже понимая, что там может быть рассказано. Все равно заберу! Быстро прибравшись, я уже выходила из комнаты, когда за руку меня схватила моя коллега по цеху.

- Новенькая, вот ты где! – напугав, ко мне подлетает девчонка, которой на вид нет еще и 14. - Побежали быстрее на кухню, пока Владыка занят в подвале. Там столько еды, которую нам пообещали дать! – не прекращая щебетать юная девица утаскивала меня с собой, пока мы спускались все ниже и ниже по витиеватой лестнице.

Больше не обращая внимания на ее лепет, я обращаюсь к своему дракону.

- «Сао, Сао, я знаю местонахождение книг. Подвал под самой высокой башней, с восточной стороны».

Действительное, где же еще ей быть, как не в его лаборатории?

- «Прекрасно, я сейчас на кухне, поэтому мне удастся спуститься туда».

А я, как раз направляюсь к Сао, нужно побыстрее и главное незаметно сбежать.

- «Передай Хаму и Люси, пусть тоже подходят».

- «Принято родная».

Мы опоздали. Все кругом пульсировало, словно сама земля, хотела предотвратить совершаемое заклинание. В темной подвальной комнате, освещенной множеством свеч и волшебных камней, чей тусклый свет и придавал комнате мрачный вид, прямо на наших глазах разворачивался ритуал, который должен был изменить множество жизней навсегда. В центре алтаря лежало яйцо последнего древнего дракона, самое ценное, что осталось от могущественного существа, когда-то существовавшего на этой земле. И все это известно мне, потому что я прочла фолианты, что теперь лежали перед отцом Брайи.

Злодей приступил к своему мрачному делу.

- Дурак тот, кто попытается делать свои делишки на моей территории. Вы все лишь неотесанные детишки. – злобно смеясь, он даже не удосужился обратить внимание на нас.

Наливая чью-то кровь, что бы она наполнила, вырезанные символы по контурам алтаря Король шептал проклятые слова. Запретная магия, сравнимая с самой некромантией заполнила воздух и наполнила помещение зловещим шорохом и электрическим зарядом. Силы, заключенные в костях древнего дракона, кипящих в котле рядом, начали взывать к Королю, обещая бессмертие и неограниченную магическую мощь. Если ритуал завершится, то никто не сможет противиться ему, ни повстанцы, ни другие волшебники с оборотнями наперевес, сами боги, никто не сможет его победить, не то, что коснуться.

Не прерываясь, продолжали литься слова заговора, пока некогда отец Брайи мешал колдовское варево. Из котла он, старыми руками медленно доставал огромного размера, яйцо дракона. Оставались последние минуты мрачного ритуала казалось, что ничто и никто не сможет вмешаться, но появилась та переменная, что смогла проделать брешь в на первый взгляд идеальной защите человека, решившего стать монстром.

- Ты! – шипел, обративший на меня внимание Тиран, осознавший, что мы не так слабы, как раньше.

Я защитила всех, как смогла по максимуму. Заколдованный меч, ставший отличным щитом, от которого отскакивали все посланные в нас заклинания, служил оружием Хаму, на плечи которого легли обязанности по моей защите, пока я посылала в сторону старика атакующие заклинания. Стены подземной лаборатории содрогались, летали черепа, которых здесь было неимоверное количество. Отлетела крышка от большой и пустой решётки, чье дно пропиталось запахом крови, который душил и сейчас. А Сао тем временем подбирался все ближе к бреши в щите злодея, став нежеланным препятствием. Мой дракон смело вступает в схватку за злосчастное яйцо. Камни обереги, коими я напичкала все возможные карманы Хаму, Сао, Люси и себя, как и нарисованные на нашей коже защитные символы, помогли не только моему защитнику, но и нам от магических атак. Исход словно был предрешен. Молодой и сильный Сао против дряхлого старика. Разбить яйцо, вот, что мы должны предотвратить и мы понимали это, но, что случиться тогда… Успеем ли убежать прежде? Прежде чем, что?

Колдун смотрит на Сао, сверкающими глазами от ярости и разочарования в собственной беспомощности. Он не так глуп и должен понимать, что время на исходе и его планы могут сорваться. Немощный и сраженный колдун делает единственное на, что остается способен.

Потратив огромное количество манны, ежели не весь запас, старик слабел на глазах, истощая себя с каждой минутой. Я ожидала любого, заклинания, проклятия, но не такого. Явившийся ниоткуда клинок, стал неожиданным сюрпризом. Рука Короля пронзила скорлупу.

Это произошло. Яйцо разбилось.

Никакие защитные обереги не могли помочь нам в ту минуту. Темная магия, которая уже начала проникать в организм Короля-Тирана, нацелилась и на молодого воина. Черный дым проникал в них обоих, через ноздри, уши и рот, наполняя своей сущностью их тела и разум. Мы не могли ничего предпринять лишь с ужасом следили за развитием событий. Сао переместившийся к злодею ещё ближе, поднял в готовности меч. Улыбка злодея была коварной и тоскливой одновременно, когда он схватился за лезвие, что пронзило его в живот, собираясь с силами. Его прерывистый шепот, вырвавшийся из булькающего горла, полного крови, сказал нашим удаляющимся спинам.

- И кто теперь победитель, маленький негодник Сао?

Бежать, бежать, быстрее бежать подальше отсюда. Я потратила почти весь заряд манны и больше не могла атаковать, уже мчащихся за нами отрядом солдат. Мы продолжали нелегкий забег по мрачным лесным тропинкам, облако пыли поднималось за нами, вгоняя в большую тревогу быть обнаруженными. Пришла пора действовать быстро и решительно. Последние остатки силы, делают наш маленький отряд невидимым. Легкий, едва заметный магический шлейф окутывает, заставляя наши контуры растворяться в окружающей среде. Только четыре тени могли выдать наше местоположение, пока мы мчались через темные дебри, сквозь густые заросли кустарников, ломая топотом ветки под ногами, как и изредка сопровождаемые криками и стрелами удаляющаяся от нас погоня. Открывая для себя новые тропы, скрываясь под покровом ночи, мы стремились выбежать за пределы этого проклятого места. И пусть наши ноги горели раздражающей болью и легкие были почти на исходе, мы не останавливались. Сосредоточив все мысли на одной цели – не привести вражеские глаза, что все еще могли следовать за нами к ждавшим нас в лагере друзьям.

Мы плывущие сквозь пространство убегали все дальше в темноту, прочь от темного замка.

. . . . . .

- Знаешь, что сказала Люси? – она покашляла, парадируя голос девушки. - Оптимальный вариант выживания информации - пытка... Обычно. Обычно это так, но я люблю, точнее стараюсь придерживаться немного экологичного подхода. Втереться в окружение и стать своим человеком, а вот потом, можно и убить. – и договорив восклицает уже своим родным. – Если честно это ужасно!

- Тогда почему ты улыбаешься во все 32?

В ответ я услышал только веселый смех подруги.

Мы с Тици остались на месте, до возвращения ребят установить палатки, спрятав их пологом из еловых веток и разложить кругом защитные камни, которых хватит на несколько дней. Не смотря, на то, что мы были в стане врага, все еще цветущий лес вселял надежду, что и на пустынных землях, когда-нибудь природа возьмет свое, озеленив умершие угодья, сделав их снова плодородными. Розовые цветы, что могли цвести только несколько недель зимой, почему-то всегда были для меня чем-то сродни панацеи. Если я смог найти, то самое дерево и сорвать цветочек, то год пройдет хорошо. Поможет ли моя глупая примета сейчас?

Грея руки о завороженные на тепло камни, мы спокойно переговаривались, с нетерпением ожидая скорейшего возвращения друзей и соратников. В атмосферу спокойствия вклинился звук скрещивающихся клинков, где-то рядом с нами, не мешкая мы побежали на выручку. Действительно, завязался неравный бой, четверо против восьми, но мы не лыком деланные и с криком я бросаюсь на двоих бугаев, что почти зажали пару одного из моих вожаков. Ялина снова переборщила с заклинаниями, и не может достойно сразиться с этими увальнями, поэтому поскорее отбиваюсь и заваливаю солдат, оглушенными на землю.

- «В добрый путь ребятки!»

Не страшась, иду на выручку остальным, мой путь осложняет ворох стрел, обрушивающихся на нашу группу. Я веселился не на шутку, выплескивая эмоции, отражал удары мечей вражеского войска все больше входя в раж. Прыгнувшая передо мной, хлестнувшая по лицу рыжая копна волос, стала неожиданностью, как и стрела, что вонзилась в предплечье девушки. Время замедлило свой ход, все кругом застыли для меня, существовала только она. Подхватывая и стараясь не задеть ранение Литиции, что больше не может сражаться, нежно опуская на траву возле пенька. Не отрывая взгляда, смотрю только на нее, забыв, где нахожусь… Через мгновение я оказываюсь в окружении оставшихся солдат, не собираясь уступать перед неприятелями, руководствуюсь только инстинктами, ощущая и отравляя их своей яростью, захватившей мой разум и только усиливая свой напор в схватке на мечах. Как они только посмели! Убью! Каждого убью! Все части тела работали в гармонии, удары, что обрушились были точными и мощными, нетерпящие пощады.

Тяжело дыша, я стоял один посреди валяющихся тел преследователей, каждого мы спихнули вниз с пригорка, поскорее возвращаясь в лагерь. Средних размеров шатер вмещал всех нас, а также импровизированную кровать и стол. Аккуратно опускаю нежную и воинствующую бабочку, со сломанным крылом, на деревянную поверхность столика, пока остальные мельтешат вокруг. Зажглись лампы и запахло аптечкой, а я все не мог прийти в себя. Лишь холодная вода, что вылили мне прямо в лицо, смогла немного отрезвить.

- Заберите его и выметайтесь! – я услышал грозный тон Люси, сжимающей в руках пустую кружку.

Кого это собрались выгнать? Я до сих пор ничего не понимал, думаю, что даже не способен сложить два плюс два, пока не слышу почти слышный шёпот Литиции.

- Герман, иди, прошу, все хорошо.

Я встретился с ней глазами и вздрогнул, увидев тот страх, что отражался и в моих. Тици знала, что я был на грани, но все равно пыталась успокоить меня, отражая тревогу, беспокойство за какого-то дурака. С лица девушки лился пот градом, ей так больно, но она еще не теряет сознания. Проклятая стрела, что торчала из кожи моей единственной близкой подруги, резала и меня по сердцу. Как я мог, не уследить, не увидеть! Кто-то мог сказать это лишь стрела, зашить и делов то, но суть в том, что этого совершенно не должно было произойти!

Не знаю, как, но мои ноги могли двигаться только благодаря тому, что я черпал силы лишь из веры в то, что мы еще увидимся, обязательно, увидимся вновь. Я хотел побыть в гордом одиночестве, но Хаму и Ялина не оставили меня, несколько часов, пока длилась операция, в молчании сидели по бокам, не давая сойти с ума.

Мои мысли беспрерывно возвращались к моменту, когда мы последний раз обменялись улыбками с Тици, последний светлый взгляд, который она бросила в мою сторону, наполнил мое сердце тоской и тревогой. Многочисленные вопросы начали заполнять мою голову, запугивая меня пуще прежнего, мои переживания ничто, по сравнению с тем, что приходится выдерживать моей бабочке, что, однажды коснувшись моего сердца, оставила неизгладимый след. Что если она не проснется? Что если мы всё-таки не успели? С каждой минутой беспокойство поднимало свой градус. Попытка успокоиться ни к чему привела, еще бы, весь мир, который я строил так долго рушится…

Томительное ожидание растянулось и стало пыткой для меня. Я больше не слышал ее криков, тишина давила и сводила с ума. Тревожность, что поселилась в моем разуме сошла на нет, когда я наконец увидел вышедших из палатки вымотанных Люси с Сао.

- Мы долго не могли остановить кровь, но все прошло успешно. Она сейчас очень слаба, так, что пришлось насильно усыпить ее. – отмывая руки в лохани с водой, мой вожак обратился ко мне. – Мы сделали все, что смогли, но этого недостаточно, поэтому Хаму уже улетел за Мейли.

- Могу ли я…

- Конечно Гер. – понимающая улыбка посетила усталое лицо Сао. – Она то спит, то просыпается, так, что поговори с ней, она услышит. Если вдруг она проснется обязательно дай ей выпить воды.

Одними губами я поблагодарил его, когда Ялина уводила, поддерживая уставшего Сао в их палатку, что бы ее пара смогла отдохнуть.

Отведя полог палатки, я попал в немного душное и тесное пространство. Воздух пронизывал запах крови, тут же коснувшийся носа, уже не такой насыщенный как ранее. Достаточное освещение позволяло, чётко видеть контуры спокойного лица моей лучшей подруги и рваную глубокую рану, что теперь была перетянута бинтом, уже пропитанным кровью, которая по крайней мере уже успокоилась и не шла.

- А вот и ты, такая крохотная и беззащитная, состоящая из кожи и костей, не статуя полностью литая, которую сломать так же легко. Но, кто тогда более беззащитен? Тебя не починишь, если, что случится, а значит я должен защищать тебя Литиция, но уже оплошал. Прости, меня, прости. – я больше не лил слез, не перед ней, не хочу, что бы она видела меня таким.

- Ты не виноват. – еле слышно и немного надрывно хрипя обратилась ко мне девушка, которая должна была еще спать. – И я совсем не маленькая, у меня бедра шире, чем у тебя!

- Хей, ты очнулась, как себя чувствуешь? – я сразу заметался, не зная за, что взяться, чем вызвал слабую улыбку, но все же улыбку, такую желанную видеть всегда на ее лице. Снова она заговорила о своей фигуре, ее пышные формы, лишь подчёркивали женственность.

Моя неуверенность пульсировала в голове, пока я в разы осторожнее помогал ей восполнить водный баланс. Перестав бестолково светиться, присел обратно на стул.

- Почему ты улыбаешься, разве я достоин видеть тебя такой? – не думая прятаться, посмотрел на тяжело дышащую Тици, которая и не думала прекратить улыбаться, сияя в моих глазах.

- Еще бы я прекратила это делать, это же вся моя суть балда. – я тут же остановил руку, которой она мечтала пристукнуть меня. – Упс.

- Упс, упс, тебя ничто не исправит… - потерев переносицу я продолжил. – Скажи спасибо, что не пошло заражение крови или, что, захотела корячиться от лихорадки?

- Любой мог пострадать Гер, мы не можем потерять такого хорошего бойца, как ты.

- А тебя значит можем? – нет, я не кричал на нее, я не понимал почему. - Ты же знаешь, что на мне все заживает, зачем рисковала?

Я нашел нить, за которую стоило потянуть и наконец увидел ее настоящие эмоции.

- Просто, когда он на тебя и я… И я… А ты… - слезы начала катиться из уголков её красивых, сверкающих в свете ламп глаз.

- Ну все тише-тише, успокаивайся, все хорошо. Зачем ты только, что напилась воды, если решила тут же выплакать ее?

Как и всегда я шутил не переставая, это всегда работало с Тици, как и сейчас засмеялась сквозь слезы.

Глава 8 Текущие по венам проблемы

Мы оставались в лагере еще какое-то время, но перенесли его в другое место, подальше от незваных гостей. Люси больше не ходила на разведку, хотя это было бы как нельзя кстати, ведь мы в полном неведение, что творится на территории нашего противника. Защитный барьер оберегает нас и делает его невидимым, но все равно приходится каждое утро перезаряжать кристаллы, что лежат по периметру и целый день я жду, когда манна вернётся в норму. Эта обережная руда и рядом не стоит с теми камушками, но, лучше, чем ничего.

Нужно, как можно скорее отчаливать обратно в Верелд, который остался без обоих правителей, но под надежным руководством правой руки и по совместительству беты, Дамира. Тици должна восстановиться, не подвергая и так шаткое здоровье большему риску и стойко перенесла обратный полет на драконах. Мне все не давала покоя ее рана, ткани в том месте начали темнеть, пока, просто меняя свой цвет, становясь более насыщенными чем раньше. За недостатком в наличии нужных технологических приборов никак нельзя понять, насколько опасно ранение, что она получила, потому что даже если сейчас Тици полна сил и прекрасно себя чувствует, в будущем осложнения могут дать о себе знать. Буду только наблюдать и надеется, что мне показалось.

Снова ночь, пошел уже третий день, как мы на одном месте и сейчас наступили часы моего патрулирования, пока остальные спят, я бодрствую. Сао и сегодня хотел провести это время вместе со мной, так что пришлось применить к нему недюжинную силу, и уговорить отдохнуть. В течении этих дней не было ни одной свободной минуты, даже просто насладиться природой и красотой звёздного неба. Не смотря, на то, что рядом находились мрачные земли, утро теплым солнечным сиянием встречало нас каждый день. Солнце вздымалось над горизонтом, окутывая леса и поля золотым сиянием. А под вечер птицы щебетали свои мелодии, пока звуки природы сливались в единую симфонию. Наши палатки стояли на газоне из травы, обрамленном густыми деревьями, которые выглядели историческими стражами природы, пряча нас от чужих глаз снежным покровом. Но если пройти немного дальше, то глазам пристает удручающая безжизненная картина, которую написали в совершенно темных тонах.

Наконец у меня появилось время побыть наедине с собой и прочитать кое-что личное, не принадлежащее мне.

Действительно личный дневник. Ветхие страницы содержали в себе много грязных мыслей того человека. Книженция не притягивала меня и тогда, когда я только обнаружила находку, но все равно зачитываюсь, да побыстрее написанными строками. Перелистывая страницы не могу найти ничего интересного, никаких слабых сторон Короля, аллергий или страхов. Только маниакальные желания хозяина дневника. Он посмел позариться даже на мать Короля, какой же низкий человек, он любил ее, но никогда бы не смог получить и шанса. И этим оправдывает все его последующие действия? Уже не надеясь на чудо, я заинтересовываюсь написанным. Не могу успокоить сумасшедший ритм сердца, что стало биться быстрее, когда на глаза мне попадается одно знакомое имя. Я не желаю понимать мировоззрение того, кому принадлежали все эти мысли. Его драмы не должны были касаться никого кроме него, я сожалею, что забрала книгу с собой, но все же смогла узнать кое-что важное. Больше не могу прочитать и буквы и так все ясно. Резко закрывая и перевязывая бечёвкой переплет кидаю дневник в маленький костер, что греет меня, под промозглым ветром. Пусть сгорит, как и апартаменты Короля, что я подожгла пламенем своей злости, перед тем как меня утащила та юная девочка.

- Что это ты сидишь тут с таким лицом? – ко мне подсаживается бодрая Люси.

- Не можешь уснуть?

Она отрицательно мотает головой, однажды выговорившись мне, чужому тогда для нее человеку, ей стало в разы сложнее открываться кому-то другому за исключением может быть шефа Лоренцо. Ребенком он жил в той же деревне, что и семья Люси, так, что между ними было много общего и теперь он стал для нее названным дядей.

- Я, я могу рассказать тебе кое-что…? – отвернувшись от Люси, не стала продолжать. Как по мне я не вправе открывать чьи-то тайны, но и молчать не могу... Может быть двуличным это не так страшно?

- Конечно.

- А если это может причинить боль человеку? – обняв свои колени, я серьезно обратилась к подруге.

- Ох, это сложный вопрос, как у вас на земле говорят, дайка вспомню. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь? - рассеяно улыбнувшись, она подбодрила меня, даже не подозревая, что мой рассказ совсем не обрадует ее.

- Я знаю о том, как именно погибли ваши родители.

Сказав это, на миг замолкаю, не решаясь продолжить, а увидев мертвенно бледное лицо Люси, успеваю пожалеть несколько раз, что затеяла этот разговор. Но она кивком, удивляет меня, впрочем, это входит в привычку.

- Даже Король считал твоего отца храбрым человеком. Он говорил, что они вместе с вашей мамой сделали бы много вещей, если были бы чуточку сильнее или умнее, а не пресмыкающимися слабаками. Он искренне недоумевал, чувства других людей были чужды для него неважны и непонятны. Но он уважал, что ваши родители боролись до конца… - я пускаюсь погрузить ее в тяжелый рассказ.

Повисает долгое молчание, первые лучи предрассветного солнца щекочут мои щеки, наступает самая трудная часть.

- Этот слуга ни разу не убивал, но он, он забирал вещь, принадлежащую жертвам. Я не хотела читать… Эта злая практика позволяла ему оставаться ближе к жертвам и наслаждаться своей жуткой коллекцией, что стала символом его безумия. – перечисляя проклятые трофеи, я узнала, что тот медный браслет принадлежал ее отцу, не родному, но любимому, тем кем гордились его дети.

- Прости, если бы я только знала, то взяла…

- Нет, прекрати. – она вцепилась в мою руку, немного царапая, но это было совершенно неважно. – Ты иди спать, а мне нужно немного прогуляться. – Люси все еще не проронила и слезинки, что ж сделаю это вместо нее.

Забираясь в палатку, я оказываюсь в родных объятиях своего любимого и наконец даю волю чувствам, пока он инстинктивно покрепче сжимает меня, и через какое-то время мне удаётся заснуть, попав в плен беспокойных мгновений отдыха.

В первые минуты после открытия глаз тонкая грань между сновидением и реальностью не выпускает нас из своего плена. Вскоре одно начинает поглощать другое, и мы погружаемся в повседневность. Вот и я не сразу понимаю, где нахожусь, но видя перед собой всю тоже ткань невысокой палатки, быстро свыкаюсь с тем, что мы все еще в лагере. Солнце слепит глаза, пока я неуклюже выбираюсь наружу.

- Ты смотри обычно люди встают на рассвете, а ты у нас пташка поздняя и встаешь не раньше, чем сядет солнце. – смеется с меня Люси, сильная девушка, что уже успела прийти в себя, в ответ сказанной фразе Хаму. Рядом с ними у дымящейся кастрюли сидела Мейли, полусонно, полу бодрствуя, она снова всю ночь не отходила от раненной.

Сбегав в одно местечко, я поняла, что Сао нигде нет, зачем он ушел за барьер? Подойдя к импровизированному умывальнику, я надеялась проснуться от прохладной воды. Смывая с кожи липкость от пота, становлюсь невольным слушателем разговора лучших друзей.

- Но я могу поесть и сама. – недовольные нотки так и проскальзывали в высоком голосе нашей пострадавшей.

- А если не хочу? Опускай ручки и послушно ешь. – протягивая ложку с похлебкой ближе к Тици сказал Герман улюлюкая и наслаждаясь всем происходящим.

- Не буду. – промычала и сомкнула губы подруга.

- А не надо было так издеваться над своим телом. – еще раз зачерпывая ложку с бульоном протягивает в сторону недовольной девушки.

- Но Герман…

- Не замечал раньше, что ты у нас такая мямля, ты очень милая, даже такая.

- Герман! – и заветная ложка наконец оказывается сомкнута.

Ее лицо зацвело, когда бета братьев в который раз пошутил и я поняла, что пора ретироваться подальше и правильно пойду найду Сао.

Несколько лиственных ветвей преградили мне путь, когда я медленно шла в поисках своего благоверного в приподнятом настроении духа, я в который раз откинув высокую траву вижу его.

- Сао… - я замерла от ужаса. – О Боги.

- Знаешь, как почувствовал, что найду в этой стороне, что-то интересное. И вот только посмотри… – немного повернув лицо в мою сторону, так непохоже на себя проговорил Сао.

Не знаю, что выглядело страшнее, два тела, словно напоказ вывешенные на ветвях деревьев или то, как он бездушно говорил и смотрел на них. В гниющей коже все еще читались бывшие черты, принадлежащие тем, кем эти люди были когда-то. Подойдя ближе к Сао, я сразу узнала ее. Кира. Ни осталось никаких сомнений, что это она, её блондинистые волосы были той самой отличительной чертой, по которой я всегда ее узнавала. Вместо глаз на меня смотрели черные пустоты, видимо птицы недавно посетили это место. Когда-то она предала Сао и похоже новому королю она тоже не сдалась, а ее надежды на покровительство не оправдались.

- Мы должны похоронить ее, пусть и здесь… Хотя бы по-человечески. – так и не заплакав я просто не могла понять, что же за бесчеловечные сделали это, даже не похоронив, осквернив, не отдав знак уважения хотя бы мертвому.

Сао перевоплотился в дракона и снял тело, а я стояла и не мешала пока он когтями рыл твердую землю, поместив тело Киры в могилу. Когда дело было закончено я голыми руками бросала охапки земли, и в итоге образовался маленький голый холмик. Найдя ветки, я сооружаю их них подобие креста и водружаю конструкцию на могилу. Я хотела дать Кире достойный покой, чтобы она могла отдохнуть в мире, свободном от боли и страдания.

- Эй, как ты? Когда последний раз тебе удавалось выспаться? – нежно провожу ладонью по его щеке, Сао немного хмурится, но все же смотрит на меня моим любимым взглядом.

- Тебе не стоит переживать родная, не могу выспаться в последнее время. – Сао как-то грустно потерся о мою шею и потащил меня за собой, уводя от этого места.

Уходя, я оглянулась на единственное свидетельство ее существования. Скромный кусочек земли, что стал пристанищем и успокоением. Прощай Кира, теперь ты можешь отдохнуть.

. . . . .

Все еще ослабленная, но полная решимости и энтузиазма, наша милая подруга смогла встать на ноги и сказала, что готова вернуться в деревню. Яркое утреннее солнце освещало наш путь, когда мы поднимались на драконах прочь от злостного места. Мы летели над лесами, наблюдая за землей, что через несколько часов стала равняться с нами, и все проблемы и неприятности просто растворились в просторах неба, хоть на какое-то время. Радостно пробежавшись, драконы сотворили иллюзии перевоплощения по мере продвижения вперед и снова стали собой в человеческой форме.

Вместе с Мейли мы, мельтеша шли, держа под руки подругу, потому что она все еще не была в порядке. Герман напросился нам в помощники, но пришлось настоять на том, что у них и так куча дел, требующих внимания, и чем быстрее он справится с ними, тем скорее окажется ближе к нашей милой девочке, снова играя в нянечку наседку, чему мы, кстати, совсем не противились. Помимо здоровья раненной, меня крайне беспокоило поведение Сао. Я не могу утверждать точно, но он изменился после той ночи. Мне бы хотелось, что бы мои глаза врали, но тот черный дым, что он впитал в себя не мог никуда не деться, но я уже сканировала его, пока Сао спал и не обнаружила ничего вредоносного в организме. Мой дракон все еще держал разум открытым, и мы в любой момент могли прочитать мысли друг друга, чем я так же не гнушалась воспользоваться. Никаких следов темной магии, так почему же я продолжаю переживать?

- Я в твоих глазах беспомощный ребенок? – переговаривалась наша парочка никому не мешая.

Герман частенько так поступал, общался шуточно, пытаясь скрыть волнение, особенно, когда его истинные переживания вот-вот готовы вырваться наружу. А он этого не любил, ведь и так все прекрасно. Но наблюдая за тем, как он неотрывно смотрел на нее, мой взгляд так и кричал «Гер, дурак, ты должен, проявить стойкость и с уверенностью рассказать обо всех своих переживаниях». Но в слух, я естественно об этом не скажу, потому что он входил в число людей, что не любили, когда их внутренний мир выходит наружу. Или, что он будет казаться слабым?

- Тици, Тици, конечно же ты еще ребёнок, если честно просто младенец! – он карикатурно скорчил моську.

Так Ялина, почему ты не можешь побыстрее заснуть и не подслушивать так беспардонно? Интересная, конечно, ситуация, но мы с Мейли не может оставлять Литицию одну, за ней требуется уход и присмотр, поэтому мы остаемся ночевать с ней рядышком в больничном крыле уже пятые сутки. Рана больше не открывалась и теперь она сама сможет перевязывать и наносить специальную мазь. И вот на наш импровизированный девичник прибыл незапланированный, но ожидаемый гость.

Зашелестело постельное белье, он присел на матрас поближе к Литиции, помогая ей попить.

- Вечно ты напоминаешь мне об этом Гер. Подумаешь младше на месяц.

- На месяц и четыре дня вообще-то! – восклицание шепотом звучало немного странно, к тому же она шикнула на него, и не перебудить нас, точнее меня, потому что Мейли обыкновению спала очень крепко.

– Эй, чего трясешься? - снова прозвучал мужской голос, серьезный на этот раз.

- Все хорошо.

- Ничего хорошего, тебя знобит… Так, почему здесь нет ни одного заряженного камня?

- Да все хорошо, просто мне нужно выпить горячего чаю.

- Ну да, тогда мы точно перебудим твоих подружек. Давай двигайся и не раздражай.

Тици не двинулась с места, поэтому Герман просто вклинился на матрас рядом с ней и обнял ее. Решил согреть собой значит. Но это и правда лучшее решение, чем чай, его завышенная температура тела очень пригодилась, я сама любила вот так же прижиматься к Сао, личному обогревателю.

- Но Герман!

- Заладила, Герман да Герман, лучше давай ложись, кому-то из нас нужно отдыхать. – снова зашелестело постельное белье.

Они еще долго переговаривались, споря и обсуждая, что-то личное, и я уже успела потерять счет времени. Изнывая от усталости их громкие голоса больше не отвлекали, а только убаюкивали и мне наконец удалось заснуть.

. . . . .

Герман

Как давно я не спал так хорошо! Прекрасная атмосфера сна окутала меня своей теплотой и стала источником восстановления сил. Или этому послужила одна девушка, которая все еще тихо сопела у меня на плече? Пока она не видела я мог полюбоваться ее лицом так близко, хотя бы минуту. Покой, заботы отошли на второй план, весь мир за пределами моих глаз уже не существовал – были только я и мои мечты, свободные от вечных дебат и дрязг земной жизни. Я же могу помечтать хоть немного? Ночь прошла, а мне удалось удостовериться, что мое убежище я отыскал в этой прекрасной девушке, что совсем не была такой беззащитной и уж точно могла завалить парочку диких медведей. И эта до ужаса храбрая девушка пала от треклятой стрелы.

Я ощущал тревогу, что захлестывала меня, как никогда все сильнее. Те эмоции, что так долго сдерживал в себе, собираются вырваться наружу. Страх охватывал меня. А если я не успею или так и не смогу рассказать ей о том, что сгорает в моей душе, но я должен держаться, ради нее. Вот он заветный шанс, коим я хочу воспользоваться, но должен ли? Есть то, что удерживает меня, ее чувства. Я просто не имею права навязывать себя, лишиться нашей дружбы, видеть ее скованной или, что хуже избегающей меня. Я знал с самого детства ее заветную мечту о свободе, как она желала расправить крылья и пуститься на вольные просторы и путешествий к чему-то новому, что действительно сможет осчастливить ее, а я могу стать только оковами, четкой преградой на пути Литиции. Не думал, что могу быть таким сентиментальным.

- Почему ты смотришь на меня только, как на друга, пока я борюсь с желанием стать твоим возлюбленным?

Я сказал это видя, что она все еще спит, но по превратности судьбы, она широко зевнула, пряча лицо в ладонях. Даже сейчас Тици сияла, озаряя и меня. Зеленные глаза, что отражали частоту ее души, сквозили нежностью и добротой, направленной на всех и сразу, олицетворяя собой доброту и заботу. Таких, как она мало, но, когда они появляются то делают жизнь намного ярче и насыщеннее. Ну почему она такая милая? Возможно, потому что ее прямые интонации и открытая улыбка способны сразу же разрешить все проблемы. Возможно, потому что она всегда находит время и слова для поддержки и вдохновения. Возможно, потому что она способна понять и принять каждого, даря неподдельное внимание и понимание.

- Герман?

О, она успела окончательно проснуться и была довольно смущена, неужели я сказал последние свои слова вслух?

- Ты знала, что каждый момент проведенный рядом с тобой, особенный? А все, потому что ты такая простая и искренняя.

- Я не понимаю, о чем ты. – она быстро заворочалась по сторонам, но мы давно были одни.

Может быть это знак, но добрый ли?

- Как не прискорбно, но я вижу в тебе девушку. - по неясной причине для меня и я продолжил. - Опиши, что ты чувствуешь сейчас. – так и не дождавшись ответа, предпринял последнюю попытку. – Пожалуйста.

- Твое лицо, как и всегда игриво, но теперь, теперь его пронизывает грусть. С тобой шутки плохи Гер, а я думала, что тебя так хорошо не знает никто кроме меня.

Я видел, как тяжело ей давалось сказать все это, что даже и не попытался скрыть довольную улыбку, чем, еще больше огорошил свою лучшую подругу.

– Насилие плохая штука, да? – в моем голосе появилась хрипотца и я решился на то, что будет лучше любых слов.

Она не сопротивлялась, может думает, что до сих пор спит? Я опустился и достаточно нежно поцеловал ее ключицу, выглядывающую из не очень глубокого выреза майки, что не могло не удивить Тици. Правда место, которого коснулись мои губы теперь должно нестерпимо ныть. Сердце уже не замирает, странно, что вобще еще продолжает биться, но я все же поднимаю серьезный взгляд на такое шокированное лицо. Ее взгляд – окно в душу, которое широко распахнуто для меня, и я не могу не почувствовать свою ответственность перед ней.

- А теперь задайся вопросом, неужели я бы оставил след на твоей шее, если бы воспринимал тебя, как сестренку? – еще никогда я не говорил так с ней, в первый раз я предстал перед ней не другом, а мужчиной.

- Герман. – силы покинули ее и все, что она смогла произнести, так это прошептать мое имя.

- Даже обидно, знаешь ли… - во мне проснулся актер, которого еще не видывал белый свет.

- Я действительно не подозревала… Это правда ты? – она хотела бы сбежать, но сзади нее была стена. - …Ты так долго скрывал от меня, что… что.

- Что люблю тебя? Действительно ли ты не видела? – я снова приблизился к ней, смотря с высоты своего роста, нежно взяв за подбородок. – Я уже влюбился в тебя и быть с кем-то другим не намерен. – как можно аккуратнее глажу ее по щеке и не отрывая своих возбужденных глаз от ее испуганных продолжаю, потому что не могу больше молчать. - Хочу уже сейчас сделать тебя своей Литиция. Если бы я попросил тебя обнять меня, обнять не, как друга, а, как любимого? – ее лицо было слишком близко, слишком чувственные слова вылетали из моего рта, которому лучше было заткнуться.

Она затрепетала в моих руках, но продолжала растерянно молчать, закрыв глаза, точнее зажмурив, будто ей приснился кошмар, и она изо всех сил отгоняла его.

- Умеешь ты делать больно. – истеричный смешок вырвался за пределы моей сдержанности. – Прекрати думать о всяких бесполезных глупостях бабочка. Хорошо питайся и отдохни, как следует.

Сам виноват, потрепав Тици по голове и засунув руки в карманы удалился весело насвистывая, пока мое сердце хотело пробить грудную клетку.

. . . . .

Ялина

- Но ты в моем вкусе… - произнесла взъерошенная больная скорее для самой себя.

- Эй милая, что случилось? – не знаю к кому обращалась подруга, но вид у нее был до безумия потерянный.

- Осознала одну чистую правду, которой я не хотела смотреть в глаза. – прошептала Тици уже глядя на вошедших нас с Мейли, сдерживая всхлипы. - Девочки. – и в итоге заплакала во все три ручья.

- Ну, что ж ты у нас такая плакса.

- Кого надо побить?

Мейли и я одновременно уперли руки в боки, чем вызвали неистовый поток слез у нашей подруги.

Что может быть лучше вкусного завтрака? Правильно, его двойная порция, заполняющая пустоту внутри, способное поднять настроение, зарядив энергией на весь день. Аромат свежеприготовленных блинов, политых сладким сиропом, поднимает градус счастья с первой же ложкой, но Литиция остается все такой же задумчивой. Что же случилось, что даже ее любимое лакомство не смогло перенять на себя все внимание?

Тици уже в который раз не могла попасть ложкой в рот, поэтому я взяла на себя обязанности, что бы наша девчушка осталась сытой.

- Я ожидала любого другого разговора, будь то погода, история с тренировки, да, что угодно, кроме того, что он сказал. Как только, как только он сказал это… Все во мне внезапно замерло на миг, и сама я застыла, не в силах ответить и губы просто открывались и закрывались в безмолвном изумлении.

Ох неужели, и мы дождались того, что Тици решит открыться нам! Так глупо пряча дурацкие улыбки, мы с Мейли просто тихо радовались за нее.

- Твое сердце переполнено любовью, которую ты даришь всем вокруг, кроме себя самой, глупышка. – Мейли знала ее всю свою жизнь, противоположности друг друга, но всегда могла достучаться и направить свою подругу. – Твоя спокойная жизнь покачнулась, да?

Литиция закивала, как бешенный болванчик и пережевывая последнюю порцию блинчиков начинает бешено говорить.

- Я в тупике, совершенно не понимаю, что мне делать!

Тици описала каждую мельчайшую деталь их первой встречи с Германом, как он случайно подпалил штаны учителя по фехтованию за, что получил жесткий нагоняй. В тот момент откуда не возьмись взявшая маленькая рыжая девочка кинулась с кулаками на растерянного Германа. В итоге, наказали их обоих самым жестоким образом. Пока их корзины не будут ломиться от ягод, им запрещено покидать кусты малины. Правда в итоге они подхватили вшей, и родители вынужденно побрили ребятишек на лысо. Так и зародилась их дружба.

Маленькую комнату огласил смех трёх девиц, сидящих под окном, ну, что за чудо чудное даже в детстве наша подруга была той, самой собой, за, что мы и каждый полюбил ее.

Она описала ту счастливую атмосферу, которая царила между ними, и неспешно переходила от смеха к серьезным темам. Тици поведала, какие чувства прошибли ее внутри, когда Герман вслух признался ей в своей искренней и нежной любви. Не останавливаясь, подруга объяснила, что никогда раньше не испытывала такого сильного волнения. Мы слушали внимательно и восхищенно были захваченные ее рассказом. На плечах Тици лежит ответственность - принимать или отклонить чувства друга. Ведь это могло изменить жизнь двоих навсегда. Здесь не поможешь обычным советом. А я молчала, потому что, как мне кажется этот разговор должен состояться только для этих двоих. Мейли, как никто сможет достучаться до внутреннего ребенка своей лучшей и самой близкой подруги, что в принципе и делает, пока я с легкой понимающей улыбкой слушаю их разговор.

- Думаю Герман не меньше тебя боялся своим признанием потерять вашу дружбу, вы оба отличные люди и сейчас я могла бы сказать тебе прислушаться к своему сердцу и доверять чувствам… Но не буду. Тици, скоро ты станешь моей настоящей сестрой и я, как никто желаю тебе счастья. Ты сама сказала о том, что Герман знает тебя настоящую, милая, признавшись он понял, что уже потерял тебя.

- Но это не так!

- А он знает об этом?

Литиция осунулась и спрятала лицо за длинной челкой, но Мейли не позволила ей уйти в себя.

- Я сама не думала, что когда-то испытаю это прекрасное и с тем же непредсказуемое чувство. Вам может быть прекрасно в один момент, а через минуту вы уже ссоритесь. Так, что любовь - это еще и ответственность перед друг другом. Только выступив перед отцом, я поняла, что могла потерять. – прижав к себе не шелохнувшееся тело, Мейли спокойно прошептала, словно только для Тици. - Он примет любой твой ответ, будь то отказ, потому что ты вольна не любить его в ответ.

- Когда ты научилась так хорошо разбираться в чувствах?

- А чья я подруга по-твоему?

- Ты так изменилась за последнее время. – я с умилением не отрывая смотрела на нее. – Всегда такая практичная и логически мыслящая, ты бы по обыкновению предложила взвесить «за» и «против», спрогнозировав последствия. – по-доброму я изобразила ее строгое лицо и тон голоса, вызвав оглушительный смех Тици, и сконфуженное выражение лица Мейли, которая присоединилась к подруге.

Мы еще долго сидели втроем, разговоры перешли к совсем другим темам и просто приятному вечеру, но любой день заканчивается и нам пришлось оставить ее отдыхать и разойтись. Это был прекрасный день, я благодарна, что у меня есть такие замечательные подруги, но кое с чем я не могла поделиться с ними.

Что, почему дверь закрыта? Подергав еще несколько раз за ручку, я смирилась с тем, что мой дракон намеренно запер дверь. Но неприятное внутреннее чувство не покидало меня, заставляя нуждаться в покое. Не давая себе ни минуты, хотя бы поразмыслить над правильностью действий заклинанием отпираю дверь, тихонько проскальзывая в комнаты младшего герцога.

Как воришка двигаюсь в сторону спальни. Чутье не обмануло мое переживающее нутро, он и правда был там. Сао спал, но сон, что должен принести покой и успокоение, причинял стресс организму. Тихо присаживаясь рядом, на вздрагивающую кровать, от каждого движения парня, я вздрагивала от каждого странного звука, что вылетал из мужского горла.

Резко распахнув глаза, он посмотрел на меня, ещё не полностью проснувшись.

- Эй, доброе утро. – лишь потянувшись к нему, останавливаюсь на пол пути.

Это точно мой дракон, так почему я не узнаю его, как он может быть одновременно собой и кем-то совершенно незнакомым? Лишь на секунду, но в нем, что-то изменилось… Резко поддавшись вперед он залепетал своим голосом несвязную речь, шокировав меня. Кошмар завладел Сао, заставив проснуться от желания защитить свое тело. Дракон начал путанный рассказ о сне, что посетил его несколько мгновений назад.

- На меня смотрело какое-то существо. Светящиеся глаза маячили вдали, пробуждая во мне неизвестный доселе ужас. Я чувствовал, как кошмарные монстры осторожно приближаются, готовые кровавыми когтями разорвать меня на части. Снять мою кожу и надеть, прикидываясь мной. Я не хочу, не хочу этого.

К концу рассказа он крепко вцепился в мое плечо дрожащими ладонями, и не я заметила, что уже тряслась вместе с ним. Его тело билось в холодном поту, сердце гремело против груди. Выступивший пот и нервное дрожание его тела свидетельствовали о том, что его кошмар был настолько реален, что слился с реальностью. А память об ужасных картинках все еще злобно сверкала в темноте его подсознания, в которое он не хотел впускать меня, но которое я видела в отражении голубых глаз.

- Все закончилось, закончилось. – успокаивать это все, что я могла сделать.

Когда он немного пришел в себя, я наконец могла вздохнуть с облегчением.

- Ты уже ходил к Нате, что бы она просканировала тебя?

- Нет.

- Но Сао — это важно, та ночь… Что-то произошло. Давай я…

Не смотря на мои попытки, его разум был полностью погружен в кошмарную обстановку. Он вырвался из моих объятий с неожиданной яростью, словно не узнавал меня. Его глаза сияли безумием, а голос звучал дрожащим от ярости и гнева.

- Со мной все нормально! – он яростно заорал на меня, ударив кулаком в нескольких сантиметрах от моей головы, продырявив стену и встав ушел из комнаты пылая.

Я осталась одна, вздрогнув от неожиданности и испуга, с чувством бессилия и горькой странности, не двигалась с места. Слышать, как удаляются шаги близкого человека и быть невластным над собственным телом оказалось выше моих сил. Сердце, как барабан заполонило мои уши, пульсирующим ритмом. Что заставило вспылить его? Я не хочу поддаваться чувству беспомощности и беспокойства. Нет бы уйти к себе и забиться в угол или же пуститься искать Сао, как сумасшедшая... Нет… Продолжаю сидеть на одном месте, не двигаясь слушая тишину комнаты, нарушаемую только моими тяжелые вдохами.

Через какое-то время Сао всё-таки возвращается, весь мокрый, будто хотел остудить себя. Упав на колени, он спрятался, уткнувшись в мои колени, пока я гладила его по влажным волосам. Так мы и просидели в молчании, два существа, потерявшиеся в этом мире. Сао не хотел открываться мне, а я не настаивала, потому что боялась услышать... Но услышать, что?

- Прости, но я обязан защитить тебя от самого себя.

Спустя быть может целый час, он твердо заявил, что я ничего не понимаю и что не могу помочь ему. Сао не рассказал, что произошло на самом деле, я слышу только слова предостережения, «не смей лезть в мои дела». Я слушала его внимательно, пока он крепко держал мои ладони, не желая отпускать. Внезапно мне стало жаль его, человека, что даже пусть на секунду из сильного и независимо хотел отказаться от всего, из-за жуткого кошмара, что так реально напугал его.

Обнимаю крепко, как могу, желая показать, что мы справимся со всем вместе.

- Эй, эй, посмотри на меня. Я знаю, что это был не ты, потому что ты бы никогда не причинил мне вреда.

Взгляд синего пламени блуждал по комнате в поисках невидимых ответов, когда мне все же удалось поднять его лицо, что он пытался скрыть от меня. Совершенно не понимая, как успокоить своего потерянного возлюбленного, лишь беспомощно наблюдала за тем, как он возводил вокруг себя изгородь, что бы ее никто не мог преодолеть, особенно я. Тревога только росла, а он убеждал меня, что все хорошо и не о чем беспокоиться. Но тактику, что он сменил не работала. Так могу ли я и дальше продолжать давить на него, он может сломаться и вовсе убежать от меня?

- Я бы поела чего-нибудь да пожирнее, ты со мной?

- Стейк и пюрешку? – невинно предложил Сао.

- Стейк и пюрешку. – я не смогла сдержать смеха, который помог мне освободиться от тревожных мыслей. Ведь сама научила его называть так картофельное пюре.

. . . . .

С того момента, как мы вернулись из вылазки, только и видели, как заботливые родители Литиции не спускали с нее присмотра. Вот и сейчас сидя рядом с Германом на скамеечке, мы наблюдали за тем, как два высоких человека, обеспокоено обнимали ее и друг друга, стоя между своей дочерью.

- Береги себя наша девочка. Мы должны отправиться в земли, что лежат за мертвой пустыней, на несколько месяцев, а то и дольше. – даже грозный на вид отец, плакал так же, как и его дочь, вместе с его милой женой.

- И обязательно следи за своим старшим братцем, пусть он оберегает нашу Мейли. – и приблизившись к уху дочери мама громко сказала. – И скажи ему, что все мы очень хотим, как можно скорее погулять на свадебке!

- Мамуля, папуля ну, что вы.

- Я должен бы завидовать, но черт, мне нравится наблюдать за ними. – из-за спины ко мне подошёл Герман, значит Сао опять не придет.

- Сао? – вместо приветствия спросила я.

Парень отрицательно помотал головой. Ладно не время расстраиваться, все же им с братом нужно подготовить так много для защиты населения. К тому же я надеялась, что вечером мы встретимся обязательно. Поэтому мне остается отбросить непрошенные мысли и похлопать, приглашая сесть рядышком бету, что отправили ко мне, оберегать.

- Почему ты не с ними?

- Потому что я уже направил их в важное русло… Мои прекраснейшие вожаки засели за бумагами, походы, обходы, облеты… Ну, а провел усиленную тренировку, которая до сих пор продолжается, сбегал на кухню и рассказал шефу, как ты и учила меня, какая пища более питательна и, как правильнее хранить запасы, избегая их порчи так быстро…И…

- Герман и, как все без тебя держится?

- А я о чем!

Хоть мы и разговаривали, но вот взгляд парня был направлен совсем в другую сторону. Что ж пришло время поговорить и нам по душам, по крайней мере, пока Гер не сбежит от меня.

- Она до сих пор избегает тебя?

- Да и я не лучше, делаю вид будто ничего не говорил.

Неожиданно для меня он отвечает на полном серьезе, как это приятно, видеть его настоящим.

- Думаю о твоих чувствах к ней знали все, кроме самой Тици. – не знаю почему, но виновато отвечаю ему, а он в ответ грустно и понимающе улыбается.

. . . . .

Герман

Дураком быть не трудно, труднее притворяться. Почему-то я все равно продолжал следовать за ней, тихо, оставаясь незамеченным. Мне думалось, что я всегда мог легко догадываться какое у нее настроение, когда она радостная забавно щурит носик или втягивает щеки, не желая нервничать. Я люблю каждую черточку Литиции и не хотел отпускать ее просто так, разве нельзя побыть хоть немного эгоистичным?

- Ну и чего ты тут спряталась? – обратился я к этому милейшему созданию, что сидела на крыше и видимо смотрела на реку, что обычно успокаивала ее своим размеренным течением.

Что ж, ответа не последовало, цепляясь за широкую ветку близ растущего дерева, уже ровно ступая по крыше, опускаюсь в метре от нее.

- Слушай Тици…

- Давай просто посидим тут, как раньше, м?

Неожиданно она прерывает меня и посильнее вцепившись в колени спокойно продолжает смотреть вдаль.

- Как ты думаешь почему никто не пытался пересечь линию воды, что окружает наш огромный остров и узнать, что скрывается дальше? – риторический вопрос, адресованный никому, повис в воздухе.

Но бабочка сама же и отвечает на него.

- Я всегда хотела отправиться в путешествие, сколько бы это не заняло времени… А привязываться к кому-то, ха, никогда не думала о таком. Мне просто это не нужно.

- Радикальное решение. – надеюсь я не спугну девушку, что понемногу делится со мной своей собственной историей жизни.

- Ты прав, однажды я дала себе обед и никогда не думала нарушать его. Даже мальчики, что пытались гулять со мной быстро исчезали. – радостно улыбаясь она открыто посмотрела на меня. В уголках ее глаз сверкали слёзы.

Ха, подловила. Так она знала, что это я постоянно отгонял этих «парней» от нее. Смущенно проведя рукой по волосам, я не могу удержаться от ответной улыбки. Правда она вышла какой-то сконфуженной. Разговор обо всем и ни о чем быстро сошел на нет.

- Поможешь мне слезть?

Ей и не нужно просить. Мы на мгновение вернулись в беззаботные деньки нашей юности, как и тогда Тици залезла мне на спину, а я спрыгнул вниз на брусчатку. Слезая с меня, она весело смеялась, хочу смотреть на нее завороженно, забывая об окружающем нас мире всю оставшуюся жизнь.

Все не может быть так хорошо вечно… Но и я не мог помыслить о чем-то таком. Как девушка, что только, что стояла передо мной пылая жизнью и мечтами о будущем потеряет сознание.

Она падает в мои объятия тяжело дыша и покрывшись испариной. Что за черт, я поднял широкий рукав, что скрывал замотанную рану и ужаснулся страшному открытию. Ее рука стала походить на пергаментный лист, сквозь который отчетливо проступали черные вены, что распространились уже наполовину руки. Рана, что, казалось бы, зажила и покрывалась новым слоем кожи стала самой бездной, что высасывала жизненные силы моей милой сердцу девушки. Отчаянная, зачем ты скрывала!?

- Мы понятия не имеем, что это за яд, но очевидно, отсроченного действия. Сначала он съедает тебя изнутри, высасывая силы, потом рана начинает активно гноится и клетки отмирают, а потом, потом яд распространяется, вплоть до сердца.

Я не желал слушать, это же шутка, треклятая шутка судьбы, не иначе. Когда мою подругу подлатали, она бегала будто и не было никакого ранения, но это оказалось затишьем перед бурей и вот она снова на больничной койке. Не сводя взгляда с точки на стене, мне приходилось слушать, что говорит Ялина. Мы стояли с ней вдвоем в коридоре, прямо за дверью, где над Тици, каждая по-своему колдовали мисс Наталья и Мейли.

- Ты сразу узнала, что это была не просто стрела?

- Нет, откуда бы. Наконечником служили осколки клыков дракона. Как только к Мейли попала стрела, она сразу поняла, что это яд, проведя эксперимент. Но ответить на другие вопросы, пускай и главные смазали ядом или он содержится в самих клыках? …Никакие мази не помогают. – ее и так тихий голос срывается, но Ялина быстро берет себя в руки. - Мей предлагала отсосать яд, с помощью кровопускания, но эта зараза проникла в сосуды и… и ее клетки понемногу отмирают и это никак не остановить. Через неделю яд поразит всю руку, а еще через месяц может добраться до сердца, если это не произойдет быстрее… – Ялина отворачивается от меня и тихо шепчет. – Мы беспомощны, а она… Тици просила не говорить…

- И ты просто послушала ее и все? Она же может погибнуть, Ялина! – хватаю ее за хрупкие плечи, крича на нее, будто это она во всем виновата, а не я.

Она опустила глаза в пол, я, что единственный был дураком? Земля больше не держала меня, под давлением пространства падаю на колени, а Ялина аккуратно опускается рядом и немного трясущимися руками, стала вытирать непрошенные слезы платком, что, не переставая лились из моих глаз.

- Что нам делать? – подняв взгляд я увидел, что и она тихо захлебывается в слезах.

- Не знаю… - немного успокоившись и совладав с голосом она продолжила. Ее взгляд говорил о том, что она догадалась о чем то, возможно ее идея настолько сумасшедшая, что просто неосуществима. – Но мы придумаем, обязательно.

- Ты, что-то задумала? Ну же говори! – сумасшествие пришло на место слезам, лишая разума, что и так был заполнен картинами слепого ужаса.

Но она молчала, Ялина смотрела куда угодно, главное не на меня. А она немного похудела за последнее время и ясно из-за чего. Будь моя воля, то я давно отдубасил бы своего вожака, он же закрывается не только от не, но и от нас, своей стаи. Улетает или зарывается в документы с головой, что-то ища, словно дикое животное. Иногда я ловлю себя на мысли, что боюсь его, его взгляд заставляет трястись, от непонятной опасности.

- Яла, пожалуйста. – я попытался поймать ее бегающий взгляд. Сейчас за меня говорил мой страх за жизнь, поэтому всеми силами я постараюсь убедить Ялину. - Возможно твои мысли настолько непостижимые, что ты думаешь, что они совершенно не осуществимы. Отбрось сомнения и без колебания расскажи мне свой план. Ради Тици.

Я смог убедить ее.

- В моем мире существует термин «криогенез», я мало, что смыслю в этом… Это сродни фантастики, но с помощью магии у нас должно выйти, нужно лишь выяснить оптимальную температуру, провести опыты, сконструировать специальную крио камеру из стекла, что не треснет от самой высокой температуры и не расколется от самой минусовой.

Я слушал и не понимал, снова эти бредни. Они магией занимаются или математическими науками с мисс Натальей? Но идея Ялины, кажется, станет, отсрочкой, что позволит найти решения, как спасти жизнь, хоть и является максимально странной, но и не меньше невероятной, как я и думал. Часто именно в сумасшедших и безрассудных идеях кроется потенциал для настоящего волшебства, на которое моя подруга и пара моего вожака способна.

- Что натолкнуло тебя Яла? Можешь ли ты быть уверена в том, что это сработает? – я понимал, что давил на нее, вынуждая взять ответственность, но я не мог по-другому, пока не совладаю с яростью, что хотела вырваться наружу из-за драконьих инстинктов, ведь выбрав себе пару, я обязан защищать ее до своего последнего вздоха.

Она превратит Тици в спящую красавицу, вечно красивую и холодную, ха в ледяную статую значит!? Но я не мог так просто поверить ее словам.

- Я заморозила ее рану, заклинание получилось не особо действенным, но дало нам несколько минут в решающий момент. Оно затронуло не только поверхностные слои эпидермиса, но проникла глубже…

- Ты уже сказала ей? – я больше не мог и не хотел кричать, или слушать… Оставаясь тем, кто ничем не может помочь.

- Нет. Что хуже мнимая надежда или смерть?

- Ты обязана сделать все, что в твоих силах, прошу, я не могу ее потерять.

- Я и не собиралась бросать ее, ни за что и никогда. Ради Тици.

Мы плачущие и грустно улыбающиеся, просто обнялись.

- Я собрала все возможные варианты действий, что смогла вспомнить. Так вот, анабиоз - это разновидность стазиса, но в моем мире это почти равнозначные понятия, к тому же считаются выдуманной вещью, что невозможно осуществить на практике, не убив объект исследований. Всеми этими идеями ученные хотели научиться создавать нужные условия для остановки старения… Или мнимой возможности оживить или разбудить человека спустя определенное количество лет.

- Ялина подожди…

- Герман, не нужно. – Литиция взяла парня за руку, успокаивая и попросила меня продолжить.

Лишь один человек мог образумить дракона, что разгорал пламя безумия внутри себя.

- Брат все хорошо. – раздается спокойный голос Сао.

Он не давил на Германа своей силой, принуждая успокоиться и я была благодарна за это. Поддавшись порыву, беру его за руку с упоением сжав, за спиной, что бы другие не видели, а Сао нежно поцеловал меня в лоб в ответ. Он все еще заботится обо мне и не даст в обиду, будет всегда на моей стороне.

- «Спасибо, что пришёл».

Он не стал отвечать, сожаление, что промелькнуло во взгляде, говорило о многом, но я хотела услышать, о чем думает Сао, а не я.

- «Я постараюсь заслужить твое прощение… Думал, это единственное верное решение, избавить от боли… Тебе опасно находиться рядом со мной».

Все дело в этом? Он не перестанет бояться за мою безопасность? Тяжело вздохнув, я поправляю невидимые розовые очки… Нет, не считаю, что обманываю себя какими-то надеждами. Нам просто нужно поговорить, сейчас Сао здесь, зная, что очень нужен мне. Теперь, когда меня обуял покой и безопасность, взгляд мой устремляется на Германа. Каждый кто находится в этой комнате понимал, что твориться внутри него, потому что все мы не находили себе места и никто не собирался терять товарища.

- Я хочу воплотить в жизнь эту теорию. – никто больше не перебивал, поэтому подойдя к Тици, я объясняла ей и всем сразу, на что она должна согласиться. - Нашим клеткам нужен кислород, чтобы продолжать двигаться, а с понижением температуры твоего тела все твои функции уснут вместе с тобой. В случае, когда нужно было бы проводить экстренную операцию, что считается обычной ситуацией, у нас было бы от 10 минут до 3 часов иначе твой мозг окончательно умрет, но только не в нашем случае. В течении недели, как минимум мы будем воздействовать на тебя. – немного переведя дыхание, продолжаю. - Здешний мир полон эфира, который полностью доступен нам с Натальей, и, если не наука, так магия справиться с этой нелегкой задачей. Мы будем охлаждать и пытаться достичь абсолютного нуля не твоего тела, а материала из коих сделана крио камера. Но дело в том, что у меня совершенно нет знаний в этой области, знаю одно нужен металл, способный выдержать все это.

Молчание поселилось в кабинете Натальи, медицинский отсек был далеко и каждый раз бегать то апартаменты моей учительницы или сюда, в её рабочий кабинет было бы затруднительно. Здесь не было окон, но из-за хорошего освещения и множества растений, что делали воздух многим чище и свежее нашей подруге было комфортно, а это самое главное, для ее здоровья. Люси, Хаму, Мейли, Дамир и Сао, кажется не знали, что сказать, если бы я жила в другом мире, то уже горела на костре или сидела в психбольнице. Только не здесь.

— Это же обнадеживающие новости. Я даже не пойму сколько пройдет времени, а проснувшись. – она остановилась и оглядела всех, что пришел к ней. - Знаю, вы найдёте способ, как спасти меня, ребята. – Тици, как и всегда не переставала улыбаться, даже на пороге смерти.

Но мне все еще предстояло убедить одного человека, что мог помешать мне даже просто приблизиться к Литиции, но Герман уже понял, что другого выхода не видит никто, но все равно боялся и надеялся на другой исход.

- Тогда скажи, почему вы не можете заморозить лишь ее рану? – он предпринял последнюю попытку оттянуть момент, подойдя слишком близко ко мне, мы оба услышали в голове предупреждающий рык вожака и Герман немного отступил.

— Это хорошее замечание Гер, но мы пытались и увы, то уже не действенный способ, нужно будет каждый час заново замораживать, и, если запас манны кончиться и не успеет перезарядиться… Можно было бы охладить скальпель, заморозить мертвые клетки и удалить их, но это настолько точная и опасная область хирургии... – я, как могла сохраняла нарастающую панику в голосе.

- Мейли не будет так рисковать. – Герман понял, что я имела ввиду.

- Именно.

- И последнее, как вы будете выводить ее из этого состояния спячки?

- О это самое простое и самое сложное одновременно. Разогреть тело подачей теплого воздуха, так медленно, как только можно, каждые несколько минут, по чуть-чуть, поднимая температуру крио камеры. Долгое восстановление после пробуждения… Это возможно.

- Мы рискуем в любом случае и раз ни у кого нет никаких идей, остается услышать только твое мнение, Тици. – Сао стал голосом всех. – Давайте оставим ее одну, пусть поразмыслит.

- Я не оставлю ее!

- Хорошо Герман, мы пойдем, а вы решайте, потом зайди ко мне.

В первые на моем веку его отчитывал не Хаму, а мой Сао, но его старший брат и не был особо против. Ему предстояло отправиться за родителями Тици и рассказать ем грустную весть, они даже не смогут проститься с ней, поэтому Хаму должен быть рад, что Сао взялся за голову.

Уходя вслед за остальными меня остановил легкий голос подруги.

- Яла, подожди.

- Что такое милая? – присаживаясь рядом с ней, я убираю с ее лица налипшие пряди волос, а Герман, облокотившись о стену, занял позицию телохранителя, что становится тенью.

Откашлявшись Тици снова смогла удивить меня.

- Однажды, я помогала отцу с документами в хранилище, он и научил меня старому языку, что был запрещен. Хоть я все еще была крошкой, но где-то через год я уже практиковалась в переводе многих материалов, документов, личных дневников, всего, что удалось спасти из пожара. Тогда-то мне и попались записи одного ученого мужа, каменные породы и их свойства заворожили меня, и я даже не успела заметить, как назначила себя его ученицей.

Герман по-доброму ухмыльнулся, и их взгляды с Тици на несколько секунд встретились, разбивая мне сердце. Кашлянув Гер, грустно улыбнувшись отворачивается, а Литиция тяжело выдохнув, продолжает открывать нам новую и полезную информацию.

- Все металлы содержат в себе водород, но самое большое количество его содержание в Палладии. Этот металл считается хорошим проводником энергии, в нашем случае вашей магической силы с Натой, почти неиссякаемый резервуар. К тому же использование заряженных камней так же сработает, главное энергия должна поступать беспрерывно. Исследований в этой области почти нет, как и опытов, так, что я буду первая. – оптимизм так и лился из нее, но Тици сдерживалась, чтобы не расплакаться при нас.

- Конечно бабочка и, что бы мы делали без твоих знаний и тебя. – Гер наконец подошел ближе, и больше не прятался, его глаза были напряжены, от сухих слез, раздирающих горло.

- Но это придумала не я, лишь перевела и поняла. То есть, сейчас, это может сработать, в следующий раз нет. Зависит ли это от ваших сил или от проводимости металла неясно, зато мы узнаем.

- И в наших шахтах, как раз есть его месторождения? – нет, я не думала, что такая удача будет на нашей стороне.

- Почти.

- А твой учитель, видимо оказался тем человеком, что был одним из 12 близнецов, пришедших из другого мира, моего. И там его считали лжеученым, но не здесь. – несравненная удача.

Дурацкие улыбки посетили нас во время разговора и так же быстро исчезли.

. . . . . .

Что ж руда, о, которой рассказала Тици станет нужным нам материалом, осталось найти его залежи, чем уже занимаются шахтеры. Очистить найденную платину или за особой редкостью обнаружить чистые самородки этого металла. И потом, с помощью мастеров кузнечного дела обработать и наконец с помощью литья и ковки спроектировать камеру по чертежам. На словах звучит очень просто, но, если количество полученного металла окажется недостаточным… Нет, в таком случае Тици сказала использовать найденную платину. Вобще в этом мире известны так сказать все базовые металлы, по типу золота, серебра, меди, железа, стали. Кузнечные ремесленники, мастера ювелиры и стеклодувы научились многим видам ковки, различных предметов, которые уже стали обиходом. Цепи, оружие, украшения, доспехи, посуда, крепежи, сельскохозяйственные орудия и многое другое.

Стук молота о наковальню, раздавался в округе, как мелодия, воодушевлял своим звуком. Владение огнем и молотом считается древним и неотъемлемым искусством, поэтому нет особой надобности строить хижины кузнецов у берега реки, ведь воду для охлаждения нагретых металлов всегда можно просто принести. Их работа требовала сосредоточенности и мастерства. Подливая страсть к своему делу в каждую искру, что брызгами разлеталась во все стороны, от очередного удара. Когда мужчины отбивали уже готовый материал, превращая холодный металл в произведения искусства. Находясь вблизи рабочих, можно было услышать их веселые разговоры или песнопения, что давало еще больший заряд для работы. В кузницах витало вдохновение, что наполняло и сердца каждого прохожего гордостью за профессионализм и настойчивость мастеров кузнечного дела, чья творческая сила и энергия, буквально преображали металл.

С помощью левитации Ялина спокойно транспортировала крио камеру, что станет новым пристанищем моей давно любимой девушки на какое-то время, в кабинет мисс Натальи. Время пришло… Увидеться с Литицией в последний раз, а я и не уходил вовсе. Наши друзья стойко держались, никто не проронил и слезинки. Яла с Натой взявшись за руки какое-то время медитировали, настраиваясь. А я, я не обращал внимание ни на кого, кроме нее одной, хоть в комнате и витало напряжение.

- Я умираю, да? По настоящему? – прошептала та, которой мы ничем не можем помочь.

Ее голос хрупкий и ранимый, касался каждой частички моего сердца, оставляя на нем неизгладимый след. Никто из нас не хотел верить в происходящее, но отрицать его было невозможно, мы оба посмотрели на черные вены, что заполонили ее руку.

- Ну почему ты милая даже в такой ситуации, а Тици? – я улыбался, потому что не мог по-другому, она не должна видеть страх, что парализовал меня.

Медленно касаюсь ее пострадавшей руки, в надежде, что мое тело согреет ее, страх, что сковывал Литицию все это время отпустил… Жаль не сработало.

- Герман, я не чувствую ее, я совсем ее не чувствую. – она не плакала, но начала нести какую-то ересь. – Я, я тебя отпускаю и хочу, что бы ты нашел себе другую девушку, что станет для тебя самым близким другом, соратником и любимой. Гер, хочу, чтобы ты продолжал улыбаться.

- Все это неважно, я буду любить тебя и мы вернем тебя, слышишь, вернем!

- Но Герман…

- Нет, поговорим об этом, как ты очнешься.

Она замерла после сказанных мною слов.

- «Пожалуйста пусть Тици перестанет бояться, пусть представления о смерти исчезнет, рассеиваясь словно туман, оставляя вместо себя только любовь, к друзьям, к родителям и может быть, когда-нибудь и ко мне».

В итоге приняв какое-то решение моя недоступная, но прекрасная любовь улыбнулась. Ее губы поразительны, обезоруживают и пленяют.

- Хорошо, я готова.

Мои чувства колебались между надеждой и отчаянием, так почему же ты не боишься, а Тици? Наш последний разговор должен быть не таким и точно не сейчас.

- И так родная, сейчас мы начнем опускать температуру металла, и ты уснешь, не превратишься в ледышку, лишь захочешь сильно спать. – раздался голос Ялины.

Я смотрел на Литицию, проникаясь нежностью и печалью, задумываясь о том, каким драгоценным было каждое счастливое мгновение, которое мы провели вместе. И ее быстрое признание мне. Ха. Мои руки не дрожали до последнего, вот ее глаза понемногу закрываются и будто бы навсегда на лице Литиции застывает легкая улыбку, коснувшаяся уголков губ. Сосуд, в котором лежит девушка начал покрываться инеем, через стекло, что толщиной сравнимо с мой кулак. Мы все наблюдали, как медленно камера заполнялась холодным воздухом. Она уснула, все, это свершилось. Я не хотел с ней прощаться, но это нужно было сделать. Время внутри остановилось, нет, не хочу называть это гробом, но это он и есть. Произведение искусства, что притягивает к себе внимание, стирая границы между реальностью, погружая вас в таинственную сказку. Прозрачное стекло, ловко обведенное элегантными линиями, создает ощущение невесомости и легкости. Золотая, серебряная и голубая пелена таится в глубинах стекла, словно играя свою таинственную мелодию, и в этом зазеркалье находиться красавица. Сквозь холодный воздух, что окутывает ее тело, создавая иллюзию плавности и гармонии виднеются нежные девичьи контуры. Она сияет, словно светлячок в темноте, кажется, что сказочная принцесса замерла в этом стеклянном сне, ожидая своего принца, чтобы разбить заговор чарующего заморозка.

Эх, Тици Тици, что ты со мной делаешь, превратила в какого-то романтика. В последний раз бросив взгляд, я закрыл дверь и покинул ту, что всегда была и будет единственной для меня. Некогда кроликом, некогда бабочкой и до конца дней прекрасной женщиной.

. . . . .

Мы отпустили нашу подругу, каждый поддерживал моральный дух, как мог, а мы просто нуждались в друг друге.

Прикосновением к его телу, блаженство проникает сквозь мою кожу. Пальцы, мягко скользят по его спине, ощущая, каждый мускул и контур. Глубокий вдох наполняет лёгкие знакомым запахом, погружая меня в безмятежность. Между нами нет нужды в словах. Мы понимаем друг друга на уровне, который выходит за пределы языка. В этом объятии я чувствую себя счастливой и беззащитной одновременно. Он знает мои самые глубокие тайны и недостатки, но продолжает любить с абсолютным принятием. Сердце бьется сильнее, чувствуя ритм его пульса рядом с моим. Наши дыхания сливаются в единое, создавая гармонию в этом изолированном мире, который принадлежит только нам. В этот момент мы неразделимы и становимся одним целым… Пускай лишь на миг.

Успокаивая дыхание, мы не размыкаем наших рук, сидя сверху на нем, я нежно глажу Сао по волосам, что отрасли еще немного за последнее время, поэтому заправляю пряди за уши.

- Не хочу, что бы ты отпускал меня. – шепчу, такую тривиальную фразу.

- Я и не собирался, но думаю кому-то нужно сходить в туалет.

- Ах ты. – обиженно стукаю его за предплечье, чем вызываю у своего парня веселый смех. Так-то лучше.

Он нежно прижимает меня к себе, словно боится потерять. Его сильные руки окутывают мое тело, и я ощущаю безопасность, которую только он может дать мне. В его объятиях легко забыть о внешнем мире, о проблемах и просто чувствовать себя счастливой.

- Иногда мне кажется, что любовь к тебе, в итоге убьет меня. Настолько тонуть в ней кажется губительным к самому себе, но, что, если ты погибнешь, а я останусь, и влюблюсь в другую, звучит, как предательство. Я не хочу такого будущего, даже воображаемого, жить без тебя…

— Это жизнь. – коротко отвечаю я, немного опустошенно опуская голову на его плечо, потому что дракон продолжил.

- Моя вторая натура говорит, чтобы ты смела смотреть только на меня, разговаривать только со мной, трогать только меня. Любить только меня. – неистово зашептал ни с того ни с сего Сао. Он стал таким после того, как долгое время избегал общения.

- Звучит опасно. – не понимая куда движется разговор, отвечаю.

- Разве ты не боишься?

- Я верю, что ты не причинишь мне вреда и укоротишь монстра внутри себя. – наверное мне придется напоминать ему об этом изо дня в день.

- Эта вера может сгубить нас.

- Ох хватит иначе я закачу тебе такую истерику, что твой внутренний зверь свернётся в калачик и будет сидеть в углу всю оставшуюся жизнь. – конечно утрировать я умела, как никто, но этим решаю прикрыть подступивший к горлу страх.

Взяв обеспокоенно лицо Сао в ладони, я тискаю его за щеки, стараясь развеселить и унять тревоги, поселившиеся в сердце. Он смотрел меня, не скрывая грусти в глазах.

- Ты всегда можешь положиться на меня, поэтому торжественно дарую одно желание, что бы ты не попросил я сделаю. – подняв мизинчик и шутливо улыбаясь жду, когда Сао поднимет и свой, и скрепит мое обещание.

Я рассказываю ему смешные истории, попутно придумывая глупые шутки, и постепенно он сдается моему напору и наконец его лицо озаряется улыбкой. Пусть эти часы счастья и умиротворения станут утешением для нас обоих.

Глава 9 На пути к разгадке

- Эй дедушка, вы где? – заходя в лавку я громко зову хозяина, который принял меня, как свою внучку однажды.

Я успела спасти старичка, когда он балансировал на шаткой лесенке, держа в руках недюжинную стопку разной толщины книг.

- Ох деточка, ты, как нельзя вовремя.

- Ну зачем же вы сами полезли сами?

Отдав мне в руки больше половины книг и пергаментов, дедуля Фаунд смог спокойно спуститься с деревянной лесенки. Уже и не припомню, когда этот уютный магазинчик стал мне отдушиной. На кухне поместья не часто то и посидишь из-за наплыва людей, поэтому я все чаще сбегала сюда, будь то за советом или приятной компанией. Здесь были только мы и покупатели, что заходили за своими заказами, которые дедушка чинил в своей мастерской-каморке. Не только инструменты или часы, но и страницы книг, он мастерил игрушки и восстанавливал полотна картин. Каждая деталь была для него важна – почерк, состояние бумаги, даже запах, который они хранили. Я никогда не устану восхищаться тем, как он мог видеть историю в каждом изделии, которое попадало к нему в руки. Магазинчик погружал любого переступающего порог в другой мир. Забитые до отказа книгами полки, переплетенные мудростью прошлых веков, сказки, былины, песни, ученые знания по разным темам, в этом магазинчике было все. Свет проникал сквозь узкие окна, окутывая комнату теплым полумраком, а позолоченные переливы заигрывали на переплетах, словно приглашая меня прочитать каждую историю, каждую страницу. Дедушка не только чинил, восстанавливал и реставрировал изделия и книги, но и делился своей непомерной эрудицией со всеми посетителями. Он знал истории, которые скрывались между строчек, и с легкостью находил ответы на любые вопросы. Мастер своего дела Фаунд считался единственным в своем роде и у него появилась целая очередь из юных мальчишек, что так же, как и я заворожено наблюдали за всеми действиями дедули. Нет большей радости, чем видеть благодарных и счастливых людей, уносящих из этого магазина маленькие сокровища в виде новых историй. День за днем я настаивала, что бы он взял себе в ученики хотя бы одного ребенка, и наследие, что он нес в мир не исчезнет с его уходом. Очень рада, что дедушка прислушался.

- Я надеялся, что ты и сегодня зайдешь, так, что пытался подготовиться, но не успел, как видишь. – прокряхтел он и суетливо повел меня за собой в каморку.

Хоть он уже и был не молод, но его густая шевелюра, что сверкала из-за седины могла влюбить в себя любую милую старушку, что правда уже, как 50 лет назад и так стала любимой женой. Его здоровье отменно, за исключением ноги, что доставляла много неудобств, хоть давнее ранение давным-давно зажило, но все равно в определенные дни, он уставал чаще чем обычно.

- Вы хотели что-то показать? Мне? – опуская немного тяжелые книги, открываю ставни, впуская свежий воздух и удивленно смотрю в ответ.

- Деточка, не заваришь чай? – осторожно, но с каким-то задором плюхается на стул дедушка Фаунд, закручивая длинные усы.

Увидел всё-таки!

- Конечно. – легко чмокнув его в морщинистую щеку, убегаю на кухню.

Быстро сделав все приготовления, я высыпаю в корзинку любимые сласти старика, песочные корзинки с ягодным джемом и возвращаясь с подносом в его кабинет, замечаю в его руках сломанное украшение, что он рассматривал под увеличительным стеклом в мое отсутствие.

- Должно быть оно было красивым когда-то. Его еще можно починить? – с позволения, аккуратно притягиваю к себе ткань, на которой лежит украшение.

Камень похожий на тигровый глаз и обвивающий его золотой дракон. Когда-то он был именно таким, но теперь лежал перед нами разбитый на кусочки.

- Да, и было бы замечательно, но увы. Эта вещь принадлежала семье наших владык. Сокровище, что передаётся от отца к сыну, что выковал первый из клана драконов наших повелителей. Когда-то это была шейная гривна, что сплетена из золотых нитей, но самой реликвией служил этот самый кулон.

Что-что?

- Но, как она оказалась у вас?

- Когда-то я состоял на службе у предыдущего альфы, что воспитывал своих детей и они разыскивали учителя, что сможет дать знания отпрыскам об истории нашего мира, как и привить разные хобби будущим наследникам, вместе с дисциплиной, что пытался вдолбить в обоих сорванцов их отец. – дедушка засмеялся, вспоминая то время. – Так, что я видел, как рос и, как взошел на престол младший сын, что стал отцом наших дорогих Хаму с Сао и мисс Натальи.

- Вы хорошо знали родителей братьев?

Я так долго искала хоть кого-то, а в итоге, нужный человек, сам нашел меня. Какое-то время моей целью стал Уайт, но он наотрез отказался говорить со мной о былом своих хозяев. Столько времени меня мучали слова Эраста, но никто не мог или не хотел отвечать на мои расспросы. А теперь, кажется, я стала на шаг ближе к разгадке.

- Да, деточка.

Некоторое время мы наслаждались чаепитием, между глотками ароматного чая, я наблюдала за добродушным дедушкой, что красочно отзывался о долгом здоровье шеф повара, уплетая за обе щеки вкуснейшее печенье, даже не думаю отвечать.

Но пришло время поговорить о делах.

- Эраст, тот бедный мальчик, выбрав столь глупый для себя путь, всколыхнул во мне в тот день воспоминания, что долгое время хранились в памяти. – немного помедлив он продолжает. - Малец был сыном человека, что входил в стаю, а также оставался близким другом бывшего господина. И, как ты слышала отец его был предателем… Но в последнее время память подводит, и я уже не помню всей картины.

Неся с собой эхо прошлого, дедушка прямо и откровенно начал свой рассказ о текущем положении дел. Его голос, в момент нашей беседы, звучал несколько грустно, но все же проникновенно и искренне. Серьезность рассказанных слов подчеркивала и напряженность воздуха. Взгляды нашли друг друга, словно две души, сплетенные одной тайной, открыли нам, что настало время действовать.

- Но девочка моя, почему ты так хочешь услышать о том, какими они были?

- Меня, как и вас задели слова предателя Эраста, он словно пытался оболгать их батюшку… Что правда, а где ложь, кто и почему стал врагом… Думаю они имеют знать, как все выглядело на самом деле... Правда ведь? – немного сконфуженно я взглянула на дедушку, который совсем не улыбался, лишь сопереживающе глядел на меня в ответ.

- Ох, но я так мало помню о тех событиях. Есть ли, что-то, что может помочь тебе?

Немного поразмыслив, нахожу нужный ответ.

- Деда, ты же не боишься меня?

- И не подумал бы. Что за глупости ты говоришь!

- Тогда, готовы ли вы помочь мне в одном ритуале?

Кивком он дал понять мне, что согласен на авантюру, посему я с особой прытью стала перечислять, что нужно будет сделать.

- Вам нужно найти вещи, что принадлежали их родителям, желательно такой предмет, что был постоянно подле них, впитывал энергетику и слушал их слова…

Подкинув мастеру Фаунду работенки, я удалилась, потому что кому-то еще предстояло поработать, но мы условились, что, как только он раздобудет нужные мне вещи, мы тут же приступим к ритуалу.

- «Сао, ты сейчас свободен?» - прогуливаясь и сильнее запахиваясь в теплый мех плаща, я играючи распинывала снег во все стороны, попутно играя в снежки с пробегающими мимо детишками.

- «Родная, мы сможем увидеться с тобой только через несколько часов.»

Ох, снова, ничего не поделаешь… Мне ведь тоже есть чем заняться.

- «Я буду считать минуты, надеясь, что время, так неумолимо разделяющее нас, вновь позволит увидеться с тобой.»

- «Ялина, если будешь продолжать так разглагольствовать, то мне придется бросить всех послов и улететь с тобой, как можно дальше.»

- «Прости, но представляя забавное выражение на твоем лице в этот момент, невозможно удержаться.»

- «Спасибо за поддержку Лиа.»

Каждое утро, я ходила к Тици. Наше заклинание заморозки, что улучшила Наталья, работало и позволяло рассчитывать свое действие на целых двадцать часов, что для нас сказалось большим плюсом. Ядро с манной может полностью зарядиться, несмотря на это, я все равно заходила к ней еще, всегда разделяя компанию с Германом. Бедный парень, безвылазно не покидал нашу подругу в течении недели и лишь недавно, понемногу стал возвращаться к обычной жизни… Не переставая каждый день навещать ее.

Оставив грустные мысли, я побежала к своей учительнице, что, не переставал тренироваться ни на миг.

Ворвавшись в ее покои, застаю девочку, свесившуюся из окна. Одними губами, из которых с каждой произнесенной буквой вылетал пар от прохладного воздуха, она поздоровалась со мной и указала, что бы я посмотрела во двор, где четверо мальчиков делали, что-то явно не подобающее, о чем чётко говорили насупленные брови и задумчивое выражение лица Натальи. Вглядываться долго не пришлось, я поняла, что малокососы держали Генри, который настороженно глядел на них. На тренировках Сао запретил ему перевоплощаться в дракона, что бы Генри научился контролировать своего зверя. Он обучал его боевым приемам, как орудовать с мечом, но пока юный дракон, все еще был плох в этом. В чем Генри и правда был хорош так это бег и прыжки в высоту. Разумеется, за счет трудностей, что пришлось пережить ему, когда они с сестрой самостоятельно выживали или из-за черт характера присущих ему, или быть может таланту, Генри в совершенстве считается изворотливым, очень ловким и юрким. Пускай он и выглядит младше и слабее своих одногодок.

- Что думаешь все можно, раз на тебя обратила внимание наша принцесса?

Так, как комнаты Натальи находились на втором этаже, мы спокойно слышали самую настоящую перебранку. Ох, это снова детская дележка, учитель плохо воспитывает их. Ох точно, отец Литиции уехал в командировку вместе с женой, и юные воины должны были продолжить прилежно тренироваться до его прибытия, а они занимаются совсем не тем. В руках у одного паренька горел импровизированный факел из тряпки, намотанной на ветку.

- Ты же у нас дракон, а значит пламя тебе нестрашно, вот мы и хотим проверить. – мерзко хихикая он то подносил, то убирал огонь от лица Генри.

Хорошо, что этого не видела Люси, но и я порывалась прибежать к ним вниз, как рассвирепевшая птица и заставить их стоять в планке несколько часов, оперившись головой о землю, что бы неповадно было за то, что решили таким гадким образом показать характер. Мы с Натой переглянулись, а Генри обычно тихий и скромный парень, что однажды повздорил с Хаму и взявший себя в руки после, удивил нас обеих. Вот он вырвался и держа за руку, что только что тянула его за волосы, выставляя лицо напоказ, подпрыгнул высоко вверх и оказался на плече у обидчиков.

- Наш талант и сила не зависят от возраста или от того, что кто-то родился сильнее вас. Работайте усерднее. - взяв за опору плечо обидчика, он оттолкнулся и спрыгнул, повалив плотного паренька прямиком в грязь, что вновь покрыл недавно выпавший снег. Кстати, плац для тренировок регулярно чистили, но в такую погоду все равно не избежать слякоти.

- Я и не заметила, когда он успел так возмужать, хоть все еще и оставался одиннадцатилетним мальчиком.

- Ната, но и тебе столько же. – хихикая, я погладила милую девочку по голове, пока она широко открытыми глазами смотрела на меня и сдержанно улыбалась.

- И ты тоже считаешь, что мы всего лишь дети?

- Вы наше будущее. – коснулась ее щечки, а Ната в ответ обняла меня. – Не закрывайся постоянно в своей комнате и не бойся заводить друзей, все полюбят тебя.

- Пускай меня и почитают из-за моих сил, но из-за них же бояться...

- На твоем пути будут встречаться разные люди, что от чистого сердца пойдут по жизни рядом, или же те, кто захотят получить твоего снисхождения из-за статуса, а если не получат, то оговорят за спиной, сладко улыбаясь в лицо. И единственным их желанием станет подчинить тебя, вписав в собственные рамки. – переведя взгляд в далекие и бескрайние просторы неба, продолжаю говорить вроде бы простую истину. - Оставайся собой, и никогда не поддавайся влиянию окружающих, всегда верь в себя, так и остальные со временем увидят и станут искренне и уважительно относиться к тебе. Тогда любые преграды не будут казаться чем-то незыблемым. Ты с легкостью сможешь преодолеть их все. – сделав паузу, я не могла невинно не поддеть ее. - К тому же у тебя уже есть, как минимум один друг.

- Но он часто избегает меня, а если и удается застать его лишь обходительно приветствует и уходит, сославшись на дела. – лицо девочки вновь омрачила печаль, но следующая фраза, что прозвучала от Генри сказала все, что нужно было знать Наталье, немного напугав, но и безумно обрадовав.

- Я был очень рад узнав, что мисс Наталья назвала меня своим другом. - сжимая яростно кулаки и с гордо поднятой головой Генри приближался к мальчишкам, что так же нехило получили от него. - Я злился, смущался и часто истерил, когда видел ее с другими детьми или Германом, но узнав поближе понял за, что все так любят ее... Потому что она ангел. А ее любовь к магии просто бесценна. Неужели вы не видели, как блестят ее глаза, когда она узнает, что-то новое. Понимаю, что я не тот, кто смеет даже смотреть на нее… Так, что.

Боги, это, что первая любовь?

Долгое молчание повисло не только внизу, но и мы ожидали, что же произойдет дальше, только холодный пар из-за рта, единственный говорил свои бесшумные речи.

- Ты прости нас. – один из мальчиков, решил разговорить с Генри, пока остальные топтались у того за спиной, поддерживая лидера компании, что, злобно отвернувшись так и не принял искренности Генри. – Будем рады видеть тебя завтра с нами на тренировке.

Он поклонился перед юным оборотнем, и они пожали друг другу руки в честь примирения.

- Научим тебя парочке приемов, тебе это ой, как пригодится. – совершено беззлобно ухмыляясь, сказал он Генри и даже их главарь пытался сдержать подобие улыбки, но быстро взял себя в руки.

Я посмотрела на Нату и кивнула ей в знак одобрения, решив оставить только что обретших друг друга друзей одних.

- Почему вы дрались между собой? – крикнула задорно Ната, снова свешиваясь из окошка.

- Мы просто дурачились волшебница. – в его голосе слышалась улыбка, кажется и в нем, что-то переменилось в эти несколько минут.

- Даже в разорванной одежде, пятнах грязи, весь потасканный, но все равно счастливый?

- Верно подмечено мисс.

. . . . . . .

Дедушка Фаунд не заставил себя долго ждать и уже на следующий день он закрыл свою лавочку на целый день, что бы нас не беспокоили клиенты. Задвинув ставни, мы методично расставляли и зажигали большой круг из двенадцати свечей. В его центр встали мы с дедушкой, в одной руке он держал обручальные перстни родителей Сао и Хаму, а в другой сломанную семейную реликвию, что принято было передавать старшему сыну. Мой дракон стоял за пределом круга, потому что его черед еще не настал. Брат же его не смог прийти, он помогал добраться помощи жителям деревень, с драконами и защитными камнями, коими они обеспечат их, хоть на какое-то время.

Ната научила меня новому заклинанию, с помощью которого я должна была проникнуть в разум дедули. Моя способность, что позволяла иногда заглядывать в жизнь людей поможет мне применить заклинание ума.

Когда все было готово, я начинаю напевно читать слова заклинания, которые звучат глубоко и загадочно. С каждой прочитанной фразой, я погружаюсь все глубже в состояние сосредоточенности, стараясь достичь связи между разумом дедушки и своим собственным. Данный ритуал имел особое предназначение – позволить узнать прошлое, этого желали оба брата, и я не смела отказывать им. Ведь каждый имеет право знать правду. Но все мы храним тайны и, если я увижу, что-то, что не предназначено, для их детей, не смогу удержать потоки и нам откроется все, что там не произошло. Я боялась, что ребята не примут обнаруженные истины какие бы они ни были, со смирением и понимаем. Мне нужно отбросить все страхи, что сковывали меня сейчас, ритуал требовал максимальной сосредоточенности к самым малейшим деталям. Если напортачу, то могу повредить мозг дедушки, но для этого я и корпела над этим сложнейшим заклинанием, со времени изгнания Эраста и Киры.

Смелее и увереннее, отгоняя непрошенную неуверенность и волнение, я повторяла слова заклинания, все громче, погружаясь в разум другого человека. Тело, что еще не успела застать ветхость, сейчас казалось мудрым и бессильным, я чувствовала его внутренний страх, но он не выказывал его передо мной, за, что я была ему благодарна. Передо мной появился путь и наконец я могла войти в двери дедушкиного разума. Время расплывалось перед моими глазами, и я видела уголки его прошлого, скрытые ото всех и забытые им самим, пока воздух в круге становился все гуще, забирая у меня воздух. Часы превратились в дни, а дни — в годы. Я увидела избранное его сердце, болезни, которые его мучили, и многое другое. Все эти мгновения прошлого теперь принадлежали и мне. Боль и радость, тревога и надежда — все это было раскрыто перед моими глазами.

И все это я должна направить на предметы в морщинистых руках, узнать их историю.

- Прошлое имеет важное место в наших жизнях. Каждое наше действие, каждое принятое решение в настоящем, носит в себе следы тех, кто жил для нас и дал нам жизнь. Спасибо вам, что открыли мне прошлое. – это были завершающие слова ментального заклинания.

Я вышла из разума дедушки и дала ему стакан с отваром, что отчистит его голову и поможет уснуть, восстановив потраченную энергию, что он потерял. Сао помог старичку подняться на второй этаж и уложив его, уже возвращался обратно.

Теперь пришел наш черед занять место в центре круга.

- Ты готов?

- Мой ответ неизменен.

- Хорошо, ты увидишь своих родителей, узнаешь их мысли, дедушка помог нам открыть эти воспоминания колец, что ваши дорогие родители носили не снимая. Помни я всегда с тобой.

Дотронувшись двумя пальцами до его висков, открываю свой разум для него. Сао с легкостью проникает в мое сознание и меня накрывают те ведения, что я постаралась собрать воедино.

Глава 10 Воспоминания о былом

В день, когда я достиг совершеннолетнего возраста, отец позвал меня к себе в кабинет. Правитель второго по величине города-столицы, альфа клана драконов Владилен I, что считался справедливым человеком, смело продолжающим дело своего отца, чей портер висел в его кабинете, вместе с портретом бабушки. В силу возраста он уже не мог возглавлять клан, поэтому стал советником для своего сына. Вот и сейчас он сидел рядом с моим отцом Кастеропсом на скамеечке и добродушно смотрел на только, что вошедшего меня. В руках его находилась тросточка, что стала опорой для и так крепкой походки.

- Сын мой, время пришло. Завтра к нам прибывает семья главы самоуправления из людской деревни, вместе со своей дочкой. – отец, локтями уперся в столешницу и сжал ладони в замок.

- Вы хотите заключить династический брак с семьей градоначальника? – стоя перед большим дубовым столом, скрепив руки за спиной, я отчитывался словно солдат перед командиром, что в принципе и было на самом деле.

По грудному засмеявшись, отец пододвинул мне коробку, только открыв ее я понял, что оказался совершенно прав, два массивных кольца из металла лежали внутри.

- Но почему я?

- Ты продолжение моего рода, что станешь достойным правителем, а этот негодный мальчишка… У него один ветер в голове. – вместо отца слово взял дедушка и отмахнулся словно от назойливой мошки. – Хоть ты и младший сын, но именно в тебе я вижу потенциал и будущее, не зря тебя назвали в мою честь, как и моего отца, деда, прадеда...

Я все еще оставался ребёнком, но уже с малых лет нам рассказывали, какая жестокая судьба предстояла тем сыновьям, что не смогут принять и победить в поединке за место альфы. Их изгоняли из деревни, потому что дракон все еще оставался альфой, а значит мог посягнуть на место главного в стае. Этот бой предстоит и нам со старшим братом. Мне казалось, что мы были с ним, не разлей вода, теми братьями, что могут стать и друзьями друг для друга, но, когда меня начали учить отдельно от него, как будущего наследника, я осознал, что мы с ним совершенно непохожи. Но люди любили его больше меня, ведь он приветлив с каждым, всегда поможет, а граждане только этим и пользуются. Они не понимают, что он не сможет справиться с теми обязанностями, что сваляться на его голову, когда все эти люди будут стучаться в его двери, прося защитить от набегов, помочь с продовольствием. Брат просто не справится.

Даже внешне нас не назовешь единокровными, я полное воплощение своего отца, ярко голубые глаза, цвета дневного неба и темно русые волосы. Брат же вобрал в себя черты матери дедушки, что имели волосы цвета муки и синие, как ночь глаза.

Спрятав кольца в широкие карманы, я пошел вслед за взрослой родней.

Маленькая девочка что с ровной осанкой стояла рядом с матерью, пока наши отцы беседовали. Гордая. Такой она предстала передо мной и такой же осталась. В длинном широком платье, нежно голубого цвета, волосы по обычаю спрятали под платок, сверху которого была надета тонкая корона, девочка олицетворяла собой юность и красоту, идеал чистоты и нежности. Ее глаза светились радостью и задором, она была полна энергии и житейской мудрости, что с годами только расцветет. Возможно, именно этот своенравный характер помог ей не побоявшись выйти вперед и поклониться перед моим отцом под два метра ростом, хотя обычно феромоны оборотня пугали детей.

Нужно отдать должное, родителям, за хорошо воспитанную единственную дочку. Она не посрамила их и с честью приняла своего будущего жениха. Помню, как сейчас, я сразу не понравился юной госпоже, и ее прелестные серые глаза, что исподтишка стреляли в сторону моего братца, могут в будущем стать проблемой, которую я должен буду взять под контроль. Долгое время наблюдая за ней, я думал, что это девушка совершенно ни на что не способна, кроме как перечить своим родителям и развлекаться, в чем ее, собственно, не попрекали. Следуя за нашими родными чуть поодаль, мы переговаривались с юной девой о банальном. Ее слишком хорошее настроение удивляло и настораживало. Девочка слишком молода, ее хорошо научили понимать свои обязанности. По глупости, я взял ее за руку и начал подначивать, а в ответ получил лишь полностью смиренный взгляд, по мере того как она начала говорить, я уже начал понимать с кем мне придется иметь дело.

- Я не питаю к вам ни любви, ни дружеских чувств, так же я вас не ненавижу, потому что еще не знаю, что вы из себя представляете. Но родители хорошо воспитали меня, я леди нашего двора и продолжение вашего ляжет на наши плечи пока еще юный сир. Так, что не сердите меня иначе, я сломаю вашу четко прописанную жизнь. Люди и драконы должны объединиться. – и весело засмеявшись, она стала похожа на ангела смерти.

- Чертовка. – как теперь знаю, что это был первый раз, когда маленькая и гордая женщина, что станет моей женой так восхитила меня.

Время шло и в год, что ознаменовал ее 16-тие, под именем Аориста, стал волновать не только меня.

Последней каплей стала их выходка с братцем. Мы часто гуляли втроем, а брат был нашим сопровождающим. Светские беседы, что мы, юля вели друг с другом были для моей невесты ничем. Даже если у меня получалось развеселить ее, искренний смех же я слышал только в момент дружеских разговоров с Де́фом, но никак не со мной. Может быть, я и не хотел никого принуждать к браку на нелюбимом, но, как наследник не смел пойти против слова родительского. Пусть нагуляется, но позже, ей придется отбросить детские мечты. Вот и сегодня вечером, как дурак я следил за ними, конечно, Деф еще больший дурак, раз посмел забрать ее с собраниями при всех, а мне пришлось убеждать и ее родителей, что это ничего не значит, лишь дурачество.

Спрятавшись за углом, в сенях я видел улыбку, что не сходила с лица ее при разговоре с братом, пока он пылко поцеловал ее, взяв за лицо. Она была прекрасна, с глазами, что сверкали ярче от венка с ромашками, что недавно сплел для нее Деф. Почему же ты выбрала его?

- Тише, не печалься любимая. Я прекрасно осознаю в какой ситуации ты находишься из-за моих непрошенных чувств, и, что должен сделать. – Аориста погладила его по щеке. - Давай сбежим?

Я боролся с желанием разукрасить это личико, пусть ей будет противно касаться его.

Он всегда был беззаботным и легким парнем, другом для каждого, но слишком мягкосердечным. Он до сих пор не хотел признавать в каком мире живет? Да сейчас перемирие, но… Он все ещё может победить меня в поединке, кто знает, как сложится. Но я выиграю, чего бы мне это стоило.

- Должно быть ты чувствуешь себя одиноко? Ты совсем не подходишь для этого мира, такая мягкая душа… - а красавица смогла сказать то, что никогда бы не осмелился произнести вслух я. Это был ее дар, всегда находить нужные слова. – Ты же знаешь, если бы только мы родились в других семьям. Это будет больно, но ты обещал, что не бросишь меня, пусть скрываться, но мы будем продолжать видеться, потому что я не перестану любить тебя.

Аориста плела свои сладкие речи, как паук заманивал свою жертву в паутину. Ха, больше мне нет смысла быть здесь, собравшись уходить я понял, что она давно уже заметила меня, умная чертовка. Весело посвистывая, я удалился.

На следующее утро нас двоих вызвали в кабинет отца. Я стал бы дураком, если бы не знал, что это неповиновение его клятве поженить младших детей, заметил и дедушка. Я гордо стоял и слушал, как поучали старшего братика Де́фата, но его улыбка сбила с меня спесь, как и последующие слова глупого парня.

- Я не волен выбирать кого полюблю о почтенный. В нашей семье полной рамок и обязанностей, в которых я, словно бракованный, что не должен существовать. – обычно опущенный взгляд брата, что выражал покорность перед главой семьи, сейчас же смотрел открыто, не скрываясь. – Передо мной возникла дилемма, выбрать семью или себя. Прошу дайте мне время, и я вырежу все чувства, что окрашивают мою жизнь яркими красками из своей головы, сердца и жизни. – он поклонился перед старейшиной, ожидая ответа и не смел подняться, пока дедушка не скажет свое слово.

- Мальчик мой, ты стоишь на распутье, но я верю, что ты выберешь верную дорогу. – похлопав его по плечу, он позволяет выпрямиться. – Твоему брату уготована судьба лидера, если хочешь получить ее, то борись. – дедушка явно имел ввиду не пост альфы и даже брат понял это.

- Дедушка, но Аориста не вещь, которую получат, как трофей. – Деф с ужасом отшатнулся.

- Искорени из головы эти мысли. Только ваш бой решит, чьей она станет. Я все сказал, уходите.

Дедушка не был жестоким человеком, нет, в юном возрасте на его долю выпало много трудностей. Вместе со своим отцом, что уже не был так силен из-за битвы, ему пришлось взять на себя обязанности возрождать былое величие Верелда. Развивать ремесла, сохранять мир и поддерживать дружеские отношения с другими расами, что так же пытались собрать остатки себя воедино.

Переступая порог комнаты, я хотел было проведать негодницу, но она не пустила меня, сославшись на тяжелый день. И кого она пытается обмануть, благодаря обостренному нюху, я знал, что с ней был мой брат. Плюхаюсь плашмя на кровать от негодования, я силился понять, что так не устраивает Аористу. Увидев ее в первый раз, я посчитал, что она такая же, как я или даже хуже. Она противиться всему, не желает контролировать эмоции, но все это только в моем присутствии, на людях же она полностью соответствует своей роли будущей хозяйки. Нас официально обручат, с размахом и долгим пиром. А с наступлением 20 лет я надену на ее палец кольцо, что сам сделал и мы принесем друг другу обеты, став мужем и женой, а брат больше не смеет встречаться с ней иначе, я убью его.

С течением времени я изменился, стал более зрелым и последовательным в выборе своих целей и стремлений, в чем мне помогала моя пара. Тот идеал доброты и нежности, что Аори показывала для всех наших подданных, та искренность, что отдавала она, знакомясь с моими предками и, как чисто и горько плакала, когда мы прощались с ними в последний раз, отправляя их в дальний путь, откуда нет возвращения. Я любил целовать ее в кольцо, что носила она на безымянном пальце, как некий знак привязанности на людях. Как жестоко, что это оказался лишь фасад, красивой картинкой и не более.

Смотря, как уже мои подросшие и возмужавшие дети сражаются друг с другом в тренировочном бою, я крутил кольцо, что служило обетом свадебных клятв и вспоминал тот день, что стал новым началом для нас, как пары и родителей.

- Выпусти меня, немедленно.

Что она только не делала и не надоедает же столько кричать и стучать, но я специально дождался, когда она устанет и демонстративно выкинул ключ в распахнутое окно. Аориста не заставила себя ждать, подбежав ко мне, хлестко ударила по щеке. Но я лишь улыбнулся.

- Давай, продолжай вести себя, как умалишенная. – немного жестче чем нужно было я подвел её и наклонил, то бы она высунулась из окна, но жена, как и всегда удивила меня, совершенно не испугавшись. – Если хочешь покончить со всем, то это единственный выход, лишь шаг и ты уйдешь вслед за братом.

Больше я не мог давить, резко повернув, стальной хваткой вцепился в нее и несколько раз встряхнул. Платок, что она так не любила носить на празднествах слетел, из-за чего ее прекрасные и мягкие кудри темных волос рассыпались по плечам. Мне особо нравилось видеть ее такой. Ведьма.

- Одумайся, стань мудрой женщиной, что бы мне не было стыдно брать кого-то такого в жены! – я не поднимал голос на нее никогда, вот и сейчас говорил лишь резко и четко.

- Я уже давно равна тебе по статусу и, если захочу, буду вести себя высокомерно. Ты не посмеешь выкинуть меня, иначе упадешь в грязь лицом перед народом или чего хуже будешь слыть изменником. Ведь, если ты смог предать свою пару, то, когда-нибудь эта участь постигнет и народ. – она умело парировала, говоря свою правду.

- Кто бы говорил про измены! – я поддался на ее провокацию, но может наконец пришло время поговорить.

- Но тебя же все устраивало, дорогой. – умело играя с моими чувствами, она изображала невинность.

- Устраивало, ну конечно… Из-за тебя пришлось убить столько бравых мужчин. – упираясь о ее лоб, прошептал я.

- Ох да брось. – откидывая мои руки, что и так не держали ее, Аори отошла подальше от меня. - Ты сам знаешь, что они были слабаками и посрамили бы твою честь, так, что просто скажи мне спасибо. И прекрати обижать меня, мне становится грустно, ты же знаешь, что я не смею ложиться в постель с кем-то кроме тебя.

Я, не сдерживаясь хмыкнул. О да, моя жена феерично устранила тех, кто хотел поднять бунт против меня, поэтому их наказанием стала не только казнь, но и запечатывание сил к перевоплощению у последующих поколений сыновей.

- Ты отвратительная женщина, но это не отменяет того факта насколько ты восхитительна. – я хотел, что бы она наконец ответила на съедаемые меня чувства. С каждой минутой желание впиться в ее губы возрастало с большей силой.

- Как я могу принадлежать убийце. – она повернулась ко мне и тыкнула тонким и длинным пальцем в мою грудь.

- Ты не оставила мне другого выбора, но поддавшись эгоизму, ты бы сохранила ему жизнь. Я думал отпустить его, он же с самого детства не хотел занять трон. Избушка и маленький огород, ха и он, что мог занять место альфы, хотел чего-то такого. Немыслимо!

Аориста, подобна великолепной статуе, стояла не двигаясь, но я выведу ее из себя, показав какая она на самом деле.

- Любовь ни что, если она не идет бок о бок с властью.

Я смотрел в ее дикие от горя глаза и ухмыльнулся прямо в них, снова напоминая о моменте смерти ее любимого.

- Ради него ты участвовала в измене, все для победы Де́фа и сейчас говоришь, что не ненавидишь меня? Задай главный вопрос, зачем ты делала это, зная, что он не переносит убийств?

Я поднял ее ладонь к губам и легко поцеловал каждую косточку, Аориста больше не вырывалась, задумчиво следя за моими ласками, которыми я поистине наслаждался.

- Скажи мне, разве этого ты хотела на самом деле? Жизнь в глуши, вспахивание полей, ведение хозяйства, для тебя? Не смеши меня и скажи правду. – не переставая говорить, продолжал целовать ее ладонь, шершавую от мозолей.

- Я любила его… - отвечая она переменилась в лице, став кроткой, хотя пару минут назад плевалась ядом. Я знал, чем задеть ее.

- Нет, ты всегда хотела власти. Родители стали так горды тобой, что ты прославила их дом, их род.

- Почему ты господин, говоришь с такой уверенностью? Сам ведь, тоже поддался, пал под моими чарами, упав ниже некуда! Когда же это произошло? – ее свободная рука от моих поцелуев, погладила меня по волосам и резко схватила за волосы, оттянув.

- Чертовка! – восхищенно я позарился на нее.

Аориста сразу отпустила меня и попыталась отойти, но я не дал сделать ей этого и с высоты своего роста заговорил словно безумный, притесняя ее все ближе и ближе к нашему ложу.

- Он был без ума от тебя, а ты была слишком молода и наивна. Ненужные чувства заслонили твою милую головку. Это он хотел уйти и оставить управление кланом на меня, а ты как влюбленная дуреха готова была пойти за ним куда угодно, даже в хлев. Ты подарила себя ему, но вовремя одумалась.

- Ты так и не ответил, когда…

- Когда полюбил твою черную душу? Когда он попросил тебя сбежать вместе. – ожидая, что она снова отвернётся от моих прикосновений, я погладил ее по мягкой щеке, но она не дернулась ни на йоту, тут же залепетав, придумывая себе оправдания.

- Нет, нет, я, я… - она еще не сдалась и продолжила противиться моим словам, как стрелам, что впивались в ее голову.

- Ты, именно ты продолжала бегать к нему, даже, когда нас по-настоящему обручили. Улыбалась в лицо моим родителям, а потом шла к этому…

- Что замолчал? Продолжай, я шла к твоему брата, предпочтя тебе его.

Она снова завела шарманку, спасибо, что на этот раз не назвала меня жалким, гадким и каким-то там еще. Нужно раз и навсегда поставить точку в этом вопросе, а потом я буду постоянно напоминать ей о том, кто она на самом деле.

- До сих пор отпираешься от того, кто ты? Та, кто потеряла возлюбленного или возможность взойти на троне? Я, я дал ее тебе и больше никто! Ты была создана для меня с самого начала и мне не плевать на твои желания, ты моя и точка. Потому что так велит судьба.

- Сумасшедший.

- Потому что хочу тебя? – ну почему я только восхищался, когда она целенаправленно выводила меня.

Вложив в голос уверенность, я спокойно хотел донести до нее, что чувствую.

- Аориста, ты для меня ценнее всего на свете. Я не виню и простил тебе все, измену, убийства драконов. – проследив взглядом в угол, где в кроватке крепким сном спал Хаму, я вновь повернулся к печальной жене. – Ты предала меня, но я великодушно простил и принял его ребенка, как своего наследника, так, что ещё ты хочешь в доказательство моей любви к тебе?

Ее лицо не было полно вины, я знал, что она не отпустит память о брате так просто. Каждый год, Аори ходит на его могилу и оплакивает Де́фа, вот перед кем ей действительно стыдно.

– Ты прав, ты знаешь меня лучше всех. – бесстрашно она посмотрела на меня.

- Откройся же мне, это ведь не все, что ты хотела сказать.

Долго уговаривать ее не пришлось.

- Ты запирал меня на одну ночь, потом на одну неделю, а самое долгое мое заключение длилось один месяц. Одну, не впускал слуг и сам приносил еду. – пока она открывалась мне, я целовал ее шею, держа за крепкие плечи, а она продолжала говорить. – В комнате со всеми удобствами… Лучше бы это была пустынная, каменная и холодная подвальная, чем мнимая забота, что душила меня больше всего на свете. Вот где самая настоящая тюрьма. – сняв с нее верхнее платье, я хотел увидеть на ее лице смущение, но она была не той женщиной, что почувствует себя не комфортно в подобной ситуации. – Я ненавижу тебя Влад, а ты продолжаешь любить меня. Хотела бы я чувствовать себя падшей женщиной…

- Ты никогда не была такой. – я прервал ее от собственного бреда, что мог пожрать ее изнутри.

- Ты заняла свое место по праву, стала парой правителя и достойной королевой. А теперь я всего лишь хочу, всецело владеть тобой.

Никакой ход времени не сможет поглотить память о брате из головы моей жены, чья душа навечно останется запертой в мыслях о прошлом. В словах моих ее успокоенье, но я не тот, кто заслужил ее тепла. Опора моя была ей в тягость и приносила лишь вред. Она никогда не разочаруется в своей любви к моему брату, а я хотел всегда одну ее. Следующие совершенно неожиданные слова, безнадежно сказанные женщиной, наконец решившей на чьей стороне, она будет. Я шокировано вглядывался в ее великолепное лицо и попросил повторить эту фразу еще несколько раз.

- Слова о любви, что говорил мне, обещание о том, что будем вместе всю жизнь, что принял меня со всеми грехами моими. Сдержи все свои заветы мне.

Лишь она договаривает и опускается в почтительном поклоне передо мной, я протягиваю ей руку, что бы она поцеловала кольцо.

- Ты приняла верное решение любимая.

Спустя несколько долгих лет мы смогли примириться. Держа на руках долгожданного сына, я нарек его Сао. Тяжело дышащая Аори смотрела на меня полными счастья глазами или это я думал так. В семье предводителей клана Канхотими наступила идиллия.

- Наша бурная молодость прошла, и мы оба стали ответственными. – присаживаясь рядом со мной, Аориста легко улыбнулась всем поприветствовавших ее, что были заняты тренировкой.

Это правда, мы стали действительно хорошими родителями и воспитали достойных будущих правителей, а в нашей малышке, что так была похожа на нас обоих, не чаяли души.

- Знаешь, в начале я даже помыслить не могла, что все так обернется, но вот нам уже почти 50 и мне до сих пор нравится возвращаться вечером в нашу кровать и оказываться в твоих объятиях. Может это не любовь, но я не перестаю тебя уважать.

- И продолжать ходить к нему на могилу. – я не спрашивал, нет. – Если бы мы не повстречались на пути у друг друга, все могло поменяться местами. – спокойно поцеловал ее в макушку.

- Как-то матушка предостерегла меня «не доверяй ни одному мужчине», но я была молода и лишь посмеялась. Но дожив до этого возраста, я сама уничтожила любимого и получила надежду от нелюбимого.

- Неужели забыла? Ты та, кто ты есть… - я замолчал, не зная стоит ли продолжать и погладил ее по оставшейся части безымянного пальца.

В порыве очередной ссоры, когда наш Сао еще не родился, она отрезала себе палец, потому что просто швырнуть в меня кольцом было не в ее духе. Я коснулся ее руки губами, а потом она ответила на мой поцелуй, подняв мое лицо.

- Мы оба больны, но ты все равно не оставил меня. Влад, ты никогда не делал вид, что беспокоишься за меня или заботишься, ты просто хотел оберегать меня. На твоем лице никогда нельзя было заметить скуки или раздражение, ты рдел за свой народ, чему учил и сыновей. Это достойно восхищения тобой, как господином. – ненависть с восторгом плескались в выражении ее глаз, но мне этого было достаточно, пусть только смотрит на меня.

Мы поцеловались, а наша малышка Наталья, такая резвая и начитанная в свои четыре года, бежала к нам, похвастаться новой прочитанной историей, но старшие братья перехватили ее и посадив на плечи к радостно смеющемуся Хаму, подбежали к нам гурьбой. Я поднялся и взяв горячо любимую дочь, которая уже вцепилась за мою шею, начал крутиться с ней, весело смеясь всей семьей.

- Ты бы хотела стереть все воспоминания? Забыть, что мы сделали столько гадостей друг другу? – захлебываясь в собственной крови, я держался, чтобы не уйти первым.

- Если бы я сказала да, это звучало бы ужасно эгоистично. Мы те, кто мы есть и кем всегда были любимый и ненавистный мне человек. – Аори досталось немного меньше, чем мне, потому что я защищал свою любимую, как мог.

- Скажи честно, твои слова любви с самого начала пропитывала фальшь? – откинув голову, для опоры я поднял глаза к небу, восхищаясь красотой закатного неба и вновь посмотрел на ту, что всегда была для меня краше всего на свете.

- Кто знает… - неопределенно она махнула рукой, единственной конечностью, пострадавшей меньше всего.

Наши сердца еще бились, позволяя нам поговорить на прощание. Мы сидели, под тенью деревьев и улыбались друг другу, как два идиота, не обращая внимания, на подступающих к нам монстров.

Мы отправились на вылазку вдвоём, с желанием приручить и спасти еще больше монстров, обеспечить их домом, что бы Тиран не продолжил убивать их, ради собственных амбиций. Но мы оплошали, звери оказались слишком дикими и опасными. Нам не помогла моя сила альфы, что должна была склонить монстров передо мной. Их словно специально послали убить и растерзать. Рыча, они выходили из укрытия деревьев, дикие, яростные, голодные убийцы догнали нас. Но мы еще не закончили исповедаться.

- Я согрешила из-за тебя и нет тебе прощения. – она взяла мое лицо в ладони, что бы мы видели только друг друга, по ее лицу текли слезы и она улыбалась мне и никому другому.

- Знаю.

- Поэтому ты меня и любишь. – сокрушенно произнесла она, смеясь сквозь слезы.

Никогда не желал и не мог противиться этой женщине, никогда не собирался и уже в следующий момент страстно впился в мягкие губы в последний раз. Но наша любовь, хотя и причиняет боль, все еще теплится в наших сердцах. В моем.

Я знал, что моя женушка не простила и никогда не простит меня за смерть брата. И ладно, я не смел поступить по-другому, отпустить, зная, что он вернется за ней и моя Аори уйдёт с ним, может поэтому мы и заслужили такой конец? Мы оба виноваты и оба получили кару.

- Разреши мне сказать, что я люблю тебя завтрашним утром? – неожиданно для себя, обратился к той единственной.

- Конечно. – понимающе моя жена улыбается.

Мы оба знали, что этого не случится.

Смерть настигла нас слишком рано, так пусть последнее, что мы увидим это будут глаза друг друга, а не рептилии, которые собирались растерзать израненных нас. Так пусть, последнее, что мы почувствуем это губы друг друга, а не боль от когтей и ожоги от огня.

Глава 11 Прошлое должно остаться в прошлом

- Ты проснулся. – быстро откладываю раскрытую книгу и с особой осторожностью, глажу Сао по волосам.

Часто-часто моргая, он пытается прийти в себя, наконец сфокусировав взгляд Сао увидел меня. Уподобившись реакциям тела, он поднялся и хотел было убежать, поэтому пришлось приложить огромные усилия, чтобы вернуть его обратно, в горизонтальное положение.

- Тише-тише, все хорошо, хорошо. – словно убаюкивая, я обнимала своего парня, раскачиваясь вместе с ним.

- Я не понимаю, что происходит. Мы же были с тобой…

Память понемногу возвращалась к нему, как цунами, безжалостно накрывая с головой. Побег и единственная возможность спастись, бежать дальше и дальше, зная, что вода неумолимо подступает. Чувство неизбежности поглощает тебя полностью, ты задыхаешься, тебя крутит во все стороны, а последний спасительный глоток, лишь на миг дает проститься с лучами солнца, что все тяжелее пробивались через толщу воды, пока ты уходишь на дно.

- Как только ритуал закончился мы, ты, мы узнали… Ты не издавал ни звука, внешне излучая спокойствие, граничащее с пустотой, твои глаза вновь изменили форму. Стояла глубокая ночь, поэтому мне удалось довести тебя до твоего кабинеты без лишних глаз. Ты совладал с собой и остался человеком… И по-настоящему сорвался. Ты ничего не говорил, но твои мысли кричали. Все, что ты держал в себе, вырвалось наружу: твои страхи, надежды и самые глубокие желания, вперемешку с переживанием и неверием. Если бы только не я, вы бы никогда не узнали… Это моя ответственность, но и не показать того, что увидела, я тоже не могла.

Сао молчал, не решаясь или не желая сказать хоть, что-то, но теперь пришло мое время излить душу, поэтому сжимая ткань платья, я выговаривалась пока мой пыл не иссяк, а горькие глаза любимого, что смотрели безучастно, не вынудили разреветься по полной.

- Твои слезы превратились в кровавые, оставляя за собой жгучие отметины, которые пришлось залечивать мазью Натальи. Она обещала, что все пройдет через несколько дней. – рассказывала я Сао о произошедшем, не решая прикоснуться.

В ту ночь разворачивалось ужасное зрелище, картина, рассказывающая о разрушении души. Он раздирал свои глаза крича, что его пожирает, что-то внутри, чему он проигрывает день ото дня. Незнамо, как мне удалось привести его в норму и Сао хоть на какое-то время вернул себя, я перематывала кончики его пальцев на обеих руках из-за травм, нанесённых ими самому себе. Вот как повлияла на него та правда, что скрывала его мать. Сао только, что осознал и непонимающе опустил глаза, на свои руки.

Он не хотел обсуждать произошедшее и сделал все согласно классическому приему. Перевел тему.

- Что за книга такая, раз ты читаешь ее уже столько времени? – со слишком наигранной веселостью, он взял ее и начал быстро перелистывать, а мне пришлось подавить в себе тяжелый выдох.

- Всего лишь месяц. Я обнаружила ее в святилище и забрала себе.

Сохраняя голос ровным, я старалась отбросить непрошенные мысли. Мое сердце забилось быстрее, желая снова увидеть его улыбку, беззаботно поговорить с ним о всякой всячине. Я чувствовала, что должна действовать. Но нужна ли ему сейчас моя поддержка?

- Ты летала туда? – интересом спросил меня Сао, пряча недовольно-смущенные глаза.

Еще бы щеки надул!

- Не забывай, что ты сам приказал Герману не отходить от меня. К тому же он был так подавлен из-за Тици, что я захотела проветрить его.

- Ну и, что же интересного ты в ней вычитала?

— Это опус одной легенды.

- Не поделишься?

- Тебе длинную или короткую версию? - хотела бы ответить ему отказом, но ничего не поделать.

Сао сконфуженно улыбнулся, а я начала объединять в единый рассказ все, что прочитала.

- Легенда рассказывает о некой силе, что существовала на этих землях ещё до появления людей… И она томилась в ожидании, не запертая, но слабая, даже высосав все жизненные соки из окружающей ее природы и мелкой живности, она не могла насытиться. Поэтому долгие-долгие годы спала, пока на нее не наткнулся умирающий человек, что забрел слишком далеко в неизведанные земли. Сила, внемлила желанию странного и нового для нее объекта и лишь коснувшись крови наконец пробудилась. Это вместилище ей было по нраву.

Так началось долгое блуждание по белу свету, в попытках узнать мир.

О человеке же, что стал первым в череде, особо ничего не известно. Сохранились лишь некоторые словесные описания того, что с ним стало. Он стал сосудом, таящим в себе неизмеримо огромную силу. Век человека не долог, но под властью силы, что высасывает жизненную энергию заканчивается еще быстрее. Загвоздка состояла в том, что обычный человек не мог по своей природе выдержать натиск инородной энергии, даже поделившись со своим вместилищем, наделив того собственной магической энергией не помогало ей. Полноправно заняв тело, явился на свет злой колдун, что насиловал женщин, чтобы те рожали детей и чем больше тем лучше. И, что же случилось? Дети, что кровно были связаны с сосудом так же получили и колдовские способности, насыщая силу, делая это неведомое одновременно сильнее и слабее, распространяя свое влияние. Но вот беда, лишь только тело в коем она находилось было в ее полной власти, тело смертного существа и, что будет с его смертью? Неведомое снова уйдет в свою гробницу, ожидая пока какой-то дурак вновь не найдет ее и не заключит сделку. К тому же сделанного не воротишь, плоды посажены, проходили годы и поколение за поколением, магия коей теперь называли способности, стали неотъемлемой частью людей и эфира, то есть окружающего мира.

- Истинно история о зарождении первого колдуна и ведьмы, но это не все, да? – Сао уперся крепкими руками о диван, вставая, но я не позволила, пусть полежит еще хоть немного, хорошо, что он не стал спорить, но утянул и меня. - Есть ли у легенды продолжение?

Без лишних вопросов, ложусь рядом с Сао, накрывая нас обоих теплым одеялом. Он игрался с моими волосами, перебирая их пальцами, пока мое лицо покоилось на его груди, что медленно вздымалась.

- «Я чувствую, что теряю себя.» - раздался его голос, ох думаю не стоит говорить Сао, что я услышала.

- Расскажи какой финал у этой истории. – вопрос повис в воздухе, но у меня не было ответа, красноречивых слов, только незнание.

На то история и легенда, никто никогда не узнаю правдивость написанного и переданного нам предками. Колдун стал злым из-за силы, что повлияла на разум, заразив или же сам он был не лучшим экземпляром? Что есть зло в той истории? Где теперь эта сила, которую мы можем назвать одновременно благодатью и проклятием. Нельзя забывать то яйце, которое заполучил отец Брайи и то, что, что-то незримое проникло в моего дракона

Ворох из тысячи мыслей в минуту пронёсся кометой, что потухла так и оставшись не произнесенной вслух. Я ничего не знаю и не могу ничего утверждать. Слишком мало знаний.

Совсем недавно Сао узнал грустную историю своей семьи и ему предстояло рассказать всю правду своему брату, единоутробному брату.

- Ты расскажешь ему?

- Я должен.

- Когда правда не сможет помочь, стоит соврать. Так как мне поступить, как сказать ему, что вся его жизнь, его семья, все было сплошным обманом? – голос Сао сорвался.

Он не был готов поговорить со мной. И правильно, ему предстояло собраться с мыслями, а я стану для него тихой гаванью, где он сможет отдохнуть и набраться сил.

С уходом Сао я ушла к себе, но находясь в четырех стенах, лишь быстрее ощущала, как сильно они давят на меня. Потому покидаю свою комнату, уходя подальше от дискомфорта. Я проведала всех родных мне людей, но ничего не помогло. И вот я оказалась тут, на широких ступенях, где могла часами наблюдать, как сменяется время года. Понемногу природа меняла свою окраску, прощаясь со снегом и грязью, призывала оттепель. Воздух ставится теплее, а солнечные лучи все чаще и смелее пробивались сквозь облака. Весна – время новых начинаний и возрождений. Она заполняет сердца людей надеждой и оптимизмом, дарит силы и вдохновение для смелых шагов, для совершения изменений. Каждый человек встречает весну по-своему. Кто-то ощущает бурлящую радость и неистовую энергию, готовую претвориться в дело, кто-то находит спокойствие и вдохновение в ощущении нового ритма природы. А есть те, кто просто наблюдают за всей этой красотой, наслаждаясь каждым моментом, который может предложить нам природа. Например, как я сейчас.

- Привет.

Будто от чужого звука, что вклинился в мою идиллию, неожиданно вздрагиваю, хотя это был всего на всего мой голос, спокойный с долей нежности. Да, пугать саму себя это искусство, но я наконец-то увидела так желанного мне человека. Младший герцог опустил свое лицо мне на шею, глубоко дыша, просто на просто заваливаясь рядом со мной на ступени, вместо приветствия. Не требовалось спрашивать, как все прошло, перед его приходом, в ночном небе появился силуэт белого дракона, что улетел побыть наедине с собой.

«Он вернется?» – хотелось задать вопрос, но пусть Сао сам выговориться, если то надо будет или сможет облегчить муки.

- Никто из нас и помыслить не мог, что мы, когда-либо окажемся в одной из самых сложных жизненных ситуациях. – медленный, словно из-за всех сил выжимаемый раздался от Сао. - Хаму был потрясён до глубины души, я словно смотрел на свое собственное отражение. В момент, когда он испытывал весь спектр эмоций от ярости до шока, а я будто изначально смирился с нашей судьбой. Уже давно мне не доводилось видеть, как его глаза наполнялись слезами, но они не скатывались, а дыхание выдавало его и наши общие шрамы души. – невесело хмыкнув он продолжает еще тише. – Вскоре брат не смог больше сдерживать своих эмоций и начал кричать так громко, что его голос разносился по всей комнате. Швыряясь всем, что попадается ему под руку, он крушил свою комнату, а потом замолчал… Понимаешь, просто затих, остался стоять на одном месте, там посреди хаоса. Я испугался, что стал терять своего брата, страх и ненависть заполнили мои ноздри, это пылал изнутри Хаму и я задыхался его запахом, что пропитался от всех этих ужасных эмоций. Мне пришлось отпустить его… Опять…

Аура Сао была переполнена чувством потери, что переживал не только он. Им предстоит ещё один такой разговор, когда Наталья подрастет, и если братья будут готовы, то откроют ей эту тайну. А сейчас я просто должна быть рядом со своим мужчиной, и поддержать его, он должен помнить, что я никогда не уйду и не оставлю.

- Мне всегда казалось, что я единственный, кого матушка не любила, какой бы хорошей семьей мы не выглядели.

- Сао. – ахнула я, никак не ожидая услышать подобное откровение.

Чувствовать себя бессильной перед его гневом и болью, без реальной возможности успокоить, задевало меня. Никакие слова не могли проникнуть сквозь стену его потрясенности. Хотелось прокричать, что он все не так понял, что нельзя мерить поступки людей собственной идеологией, иначе все твои кошмары только подтвердятся, а на самом деле все может быть абсолютно иначе.

«Ты ошибся слышишь! Она любила всех одинаково, да ты напоминал ей отца Хаму, но она не могла ненавидеть ребенка за это!» - но я не позволила своему порыву вырваться на свободу.

Горестно хмыкнув, Сао посильнее прижался ко мне, обвивая меня, как змей.

- После того, как я узнал о ней, что сделало ее такой, я все равно не получил облегчения. Маму сломал собственный муж, мой отец, но это не даёт ей права и никак не оправдывает все злодеяния, что она сотворила. – неистово заговорил травмированный взрослый, что на несколько минут снова стал неуверенным в себе ребенком. - Если бы я только мог сказать, что не похож на нее, но увы. Смотря в зеркало, я вижу ее глаза, черты ее лица, ее ухмылку, воинствующий страстный характер в себе… Это больно. Не знаю, как мне жить с этим. – он говорил, долго, эмоционально разрывая себя на части.

- Так же, как и всегда. – я взяла его лицо в свои ладони не желая молчать и продолжила. – Не вини ее, отпусти и просто живи дальше. Ты не сможешь вернуться в прошлое и исправить ее ошибки. Учись на их примере. У тебя есть настоящее и будущее в которых ты можешь и наделаешь множество собственных глупостей… Если будешь продолжать съедать себя изнутри, то покой не придет до конца твоих дней… - вместо поцелуя я осторожно коснулась его лба своим и спросила закрытыми глазами.

- Она была хорошей матерью?

- Самой лучшей.

Эти несколько слов содержали в себе весь его разбитый на части мир. Тихий голос, почти неразличимый, но в каждом слоге прослеживались бескрайнее страдание и такая же любовь, что он питал к своей матушке, даже если отрекался от этого чувства, как мог. Я впервые наблюдала за тем, как одинокий в это мгновение мужчина так горячо оплакивает горести, опустившиеся на его плечи. Желая забрать все до последнего я взяла его ладони, горячие, как и всегда и коснулась ими своих щек. Забрать у него все негативные эмоции вкупе с болью просто невозможно, но в моих силах сделать кое-что иное. Зашептав, я начала петь колыбельную, которой он однажды успокаивал меня. Казалось, время тянулось до бесконечности долго, словно капля в море, но, в то же время, прошло окончательно незаметно.

- «Ты мой личный свет, что всегда прогонит мрачные тучи.» - проникновенный голос Сао раздался у меня в мыслях и заполонил его, словно эхо, что не прекращало повторяться.

Мои губы трепетали от его прикосновения, они пропитывались теплом и энергией дракона. Искры страсти распались в сердце, заполнив его до краев. Каждая клеточка моего тела оживала от его прикосновений, словно мысли и желания стали осязаемыми. Все мысли исчезали, не имея значения перед нашим взрывом эмоций. Он целовал меня с таким жаром и нежностью, что мне начинало казаться, что мои ноги отказываются слушаться меня. Уж не знаю или это я так напирала на него сейчас…

- Прости. - я не могла удержаться от стремительного стука сердца и ожидания того мгновения, когда смогу снова взглянуть в его глаза и понять, что он вернулся к жизни.

- Эй, все хорошо. – взяв пальцами за подбородок Сао в последний раз легонько чмокнул меня. - Я буду ждать тебя. В последнее время могу заснуть, только если ты рядом. – хоть он и улыбался, но грусть в глазах застилала нервную улыбку, когда Сао еще один раз повернулся посмотреть на меня перед тем, как уйти.

Оставаясь в одиночестве еще какое-то время я поистине насыщалась чистым ночным воздухом. Кое-кто, уже подходил ко мне приветствуя. Галантно он помог мне подняться со ступеней, и я спрятала камни, что согревали меня, в отсутствие дракона, в карман.

- Провожу тебя младшая сестренка. – засмеялся Хаму в пол голоса, следуя вместе со мной до комнат брата.

Почему тоже не улыбнуться, пока разговор клеится.

– Как себя чувствуешь? – уже более тише и спокойнее, немного с опаской все же смотрю на Хаму.

Сао переживал, что он может не вернуться, но не смел даже подумать о том, что его брат бросит всех своих подчиненных и граждан некогда развалившейся империи. Он до последнего будет верить в своего брата, всегда.

- Не зайдешь?

Попытка оказалась безуспешной, извиняющая улыбку лишь немного затронула губы Хаму.

- В семье нет место лжи. – спокойно проговорил он, повторяя однажды сказанные мною слова.

Хаму с пользой провел время и успел высвободиться от опустошения, после открытия правды. От меня не ускользнули разбитые в кровь костяшки пальцев, но мило улыбаясь, снова смотрю на старшего дракона, отодвигая страх на второе место.

– Они должны были сказать, но я хочу помнить их такими, кем они всегда являлись для нас, с Сао и Натой, любящими родителями. Я почитал своего отца, он всегда строже воспитывал брата, не меня. Так сильно не хотел, что бы его родной сын ударил в грязь лицом перед бастардом. Ха. – тяжело выдохнул и пригладил свою и так идеальную прическу.

Неважно сколько тебе лет, будь ты ребенком или уже взрослым, не так-то просто преодолеть отчаяние, что поглощает человека изнутри. Они узнали жестокую правду и должны справиться с этим, вместе или по одиночке. Управлять эмоциями не просто, а им предстоит это сделать. Не желая расходиться, мы стояли в молчании, я открыла свой разум, и показать Хаму те воспоминания, взгляды, фразы его отца и Сао, которые он хотел сохранить в сердце. Отдельные картины прошлого, об улыбках, ласковых словах и тепле. Владлен и Аориста всегда были рядом, помогали, наставляли и объясняли.

Пока Сао спал он видел мои видения вместо снов, разделяя этот момент с Хаму.

- Мы все хотим поддержать вас. – я замолчала ожидая, что Хаму попросит перестать говорить об этом. – Просить о помощи нормально, поделиться с кем-то нормально, потому что, находясь в полной беспомощности нужно вспомнить, что ты не один. Хоть ты и можешь самостоятельно справиться со своими горестями, но… Можете закрываться от нас, но только не от друг друга. – осторожно кладу руку ему на плечо.

Приходится встать на носочки, а Хаму наклониться поближе. А у меня появилась прекрасная возможность посмотреть ему в глаза и сказать то единственное, что ему нужно знать и всегда помнить.

- Он любит тебя не только потому что ты его брат, Сао любит тебя, как человека, за характер, за стойкость, за то, что ты это ты. – я сказала слова, что хотел бы сказать Сао брату, но боялся.

- Напиши им письмо. – пока он не стал перебивать я быстрее закончила свою мысль, не отпуская Хаму из захвата. – Изложи все, что думаешь о родителях, свою благодарность, обиды, страхи, надежды и сожги бумагу. Отпусти таким образом грусть, что поселилась в твоей голове и сердце. – с легким чувством, я отпускаю рукав, в который вцепилась недавно и отступаю.

Не хочется заканчивать все на такой ноте, чувство незавершённости так и не покидает меня. Что ж я хотела сделать это позже, но так даже будет лучше.

- Погоди немного. – не дожидаясь ответа, я быстро юркнула в комнату и так же быстро вернулась.

- Открой. – передавая парню в руки деревянную коробочку я со скрываемым волнением посмотрела на Хаму.

Неожидающий ничего, он преспокойно открывает крышку, замерев от неясности, что это я от него хочу.

- Эта вещь принадлежала твоему отцу.

Он все понял без слов, кулон не был ему знаком, но Хаму ясно понял, что я имела ввиду его биологического отца, Де́фа. Пару дней назад, пока Сао лежал без чувств я наведалась к мастерам и нашла того единственного, что смог воспроизвести украшение таким, каким оно было изначально. Но вместо нашейной гривны, я попросила сделать брошь. Хаму молчал, само его лицо говорило, что он благодарен. Сжав за руку, я попрощаюсь с ним.

Уже заходя в комнату остановившись, оборачиваюсь на потерянного парня, что было собирался уходить, бросаю последнюю фразу, а там пусть решает сам.

- Зайди к Люси, идея с письмом ее.

Увидев, как чувство грусти и неизбежности сменилась в его глазах на недоуменность, я улыбнулась и показав ему обеими руками большой палец вверх скрылась за закрытой дверью.

Глава 12 Судьба все равно настигнет тебя

Я была недостаточно внимательной, раз не заметила приближение того, кто должен стать нашей погибелью. Несмотря на защитный барьер, что служит оплотом безопасности, мы не могли сидеть под ним, полагаясь на него, отведенные нам месяцы, а то и часы, ведь моя магия, как и жизнь не бесконечны. Можно подумать напасть первыми и все решится! Пока колдун бездействует из-за, казалось бы, смертельной раны… Но мы лишь замерли в ожидании, оттягивая момент схватки, надеясь и вовсе избежать сражения. Назовите нас глупцами и пусть. Верелд уже долгое время замер в готовности, ожидая, но не переставая наслаждаться каждым мирным деньком, что предоставила нам жизнь. Весна полноправно вступила в свои владения, ознаменовав собой изменения, но совсем не те, что все бы мы хотели. Сао единственный кто ощутил неладное, чем подтвердил мою страшную, но вместе с тем лишь догадку, без подтверждения истины.

- Он уже близко. – прошептал дракон, шокировав меня и ребят на тренировке рано утром, смотря в никуда.

Все пришло в движение. Тысячи доспехов, сверкающих мечей, призывающих к силе и решимости, неукротимость топоров, что бьют в ритме сердца воинов, луков и стрел, притягивающих воздух, что будет вот-вот разрезан ими. И все замерло в ожидании неизбежного.

Шепотом проходят слухи о нарастающей напряженности. Никто не сводит глаз с горизонта, где уже замаячили проблески нечто жуткого, все ближе приближающегося к нам. Войско, что наступает несет за собой одну лишь тьму, окрашивая в темные цвета ясное дневное небо подобно себе, обволакивая и природу, что попала на их путь. Даже воздух становится в разы тяжелее, предвосхищая уже начавшуюся бурю. Мир, существовавший столетия, находиться на грани катастрофы. Если Король-Тиран захочет, то положит нас одним мощным заклятием, несмотря на мою мизерную защиту всех добровольцев и армии братьев, мы будем повержены уже через несколько минут. Узнав, по словам Брайи немного об отце, скажу лишь одно, он просто играется с нами и когда ему наскучит начнется настоящий бой. Так этот человек говорил сам о себе, но, как же я с ним не согласна. Последние крохи его жестокости высосала смерть названной дочери, а попытка вновь обрести силу не увенчалась успехом. Он поник, колдун, что, когда-то был молодым поборником желания захватить и подчинить все живое давно забылся им самим. Иначе давно перестали существовать люди, что не переставали защищать свои дома. И мы пойдём навстречу к старику, ради еще одного рассвета на горизонте, став щитом.

- С людьми на приграничных территориях все в порядке? – поинтересовалась Люси у Хаму.

- Да, шахтеры постарались на славу и все благодаря нашей Литиции. Так, что мы обеспечили все деревни и поселения защитными камнями, кто не захотел или побоялся перебрался к нам. Мы всех устроили… А теперь должны защитить.

Слушая их тихий разговор и не решаясь произнести хоть слово, только лишь сильнее сжимаю такую теплую и любимую руку. Оглядывая всех этих людей, гордо вставших с нами в один ряд, возвышаясь настоящей стеной непоколебимой сплоченности, я вспоминаю недавнюю речь, что вдохновила их на этот рискованный, но ответственный в своем решении шаг.

- Наш мир сталкивается с испытаниями, которые требуют от нас не только силы и мужества, но и великой внутренней силы духа. – начал говорить Хаму, не отрывая взгляда от облаченных в доспехи воинов, что стояли беспокойным морем. – Множество эпох прошли, а мир непрерывно оставался все тем же, менялись лишь мы. Жизнь и спокойствие коими каждый из вас дорожил под угрозой. Мы несем ответственность за них. В наших руках сила, что сохранит мир, созданный нашими предками.

Переведя взор на своего брата, Сао подошел вперед и встал вровень с братом. Он долго оглядывал будто бы каждого, кто смотрел в ответ и наконец обратился к народу, желая достучаться до каждого, наставив на верный путь, теми словами, что важны для него самого.

- Посмотрите друг на друга, вот те люди, что внесут личный вклад в сохранение нашего общего мира. Несмотря на тяжелейший вызов, с которым мы столкнемся сегодня сделайте все возможное, и выживите. – пламенная слова, что говорил Сао, сошли на нет и он на мгновение затих, взирая на нерешительные глаза подданных и заговорил, не как господин, а простой человек.

- Теплая печка и вкусная еда, безопасность, все это всегда было у вас. Представьте, как страдали те люди, что безвыходно пришлось оставаться там, в своих домах, что больше не назовешь таковыми. У нашего противника есть сила, он, как и его дед провозгласил себя Королем. Народ не выбирал его, а покорился. Помогите нам, в противостоянии с ним. Поверьте в нас и вступите в схватку с его войсками. Убивайте если почувствуете опасность и жестокость, но не забывается, что часть армии Тирана состоит из обычных, запуганных людей. У нас есть шанс победить. Давайте же станем силой сопротивления. Силой свободы. После этого дня каждый из вас заново родиться.

Пока Сао произносил речь, понемногу, глаза слушающих его людей загорались той верой, верой победу и свободу, а для меня это был путь мести за Брайю. Я не подведу и исполню ее желание.

Столь долгий момент ожидания закончен, тысячи людей выстроились неровными рядами, пока большой красный дракон, чьи крылья блестят из-за внутреннего огня, принес и самого нашего противника. Напряжение в воздухе ощущается так явно, что кажется, будто оно вызывает природу задержать дыхание. Само солнце скрылось за тучами дабы не стать свидетелем того, чего не миновать. Все стихло, даже драконы нервно задрожали, припав к земле.

- О мои нижайшие подданные, вы вышли ко мне и так открыто выражаете свое почтение.

Тиран не кричал, говорил с легкой ухмылкой и небольшим придыханием. Воспользовался ли он магией, но насколько бы далеко король не находился мы четко слышали каждое произнесенное им слово.

- Я вижу ваш благоговейный трепет, но не стоит. Вы решили пойти против моей власти, за, что и поплатитесь.

Махнув своим посохом в нашем направлении из-за его спины, побежали полчища солдат, а по небу полетели драконы в броне, управляемые всадниками. Ряды наших воинов уже скомканными от напряжения руками сжимают оружие, готовое к последней битве, их взгляды наполнены воодушевлением и решимостью. Мы знаем: победа на грани, надвигается с каждым шагом угрозы. Но мы решительны и неуклонны. Смерть и разрушение, которые нам угрожают, только расшевелят ярость в наших сердцах и позволят нашим воинам сиять еще ярче. Сражение не только за себя, за всех предков, за будущее и свободу, что мы защищаем.

Итак, началось.

В один миг, в центре арены раздаются первые звуки. Звуки ударов, звуки борьбы, звуки голосов, готовых отдать все, что ради победы.

Решающая битва, что должна стать последней на этом свете, развернулась перед глазами мирного наблюдателя, такого же отчаянного участника этих событий. Дрессеры, седлавшие величественных драконов, отважно сражались с войском темного колдуна в небесах. Боевой клинок встретил когти дракона, и они столкнулись, ожесточенно скрестившись. В их безрассудной битве, где столкнулись силы света и тьмы, пространство между небом и землей переполнилось хриплыми криками борьбы и глухим грохотом разрушения. Было приготовлено много сонного зелья, что послужит заменой убийству. Братья желают обойтись малой кровью, и мы всецело поддерживаем их в этом решении, поэтому сделали с Натой все, что бы получилось как можно больше склянок с заветной жидкостью. Помогала ли гуманность хоть кому-то?

На земле, среди обычных гвардейцев, разгорался не менее непримиримое сражение. Защищая свои земли от посягательств армии Тирана, воины вступали в смертельную схватку с покоряющими штурмом противниками. В основном первые ряда состояли из преступников и наемников, кои с нешуточной яростью и неподдельным азартом пытались разрезать любого на своем пути. Каждый миг напряженно переплетался с тяжелым дыханием, а железные клинки, поражая противников, оставляли после себя кровавые следы, раня и обездвиживая в меньшей степени, но все же. Все вокруг отражало страх и опасность, загадку и ужас этого мрачного противостояния. Каждый взмах крыльев драконов был наблюдаем истовыми глазами смерти, а мощные удары мечей гвардейцев отзывались эхом мужества и отчаянья. Только самые отважные и смелые насмешки судьбы, только самые стойкие и верные себе смогут пережить эти часы.

Уклоняясь и неровно мчась над угодьями, что с каждой минутой все больше пропитывали свою почву кровью, мы с Сао в форме дракона ближе подлетали к пригорку. Расстояние прыжка отделяло нас от места, на котором восседал монстр, в личине человека, с улыбкой взирающий на огромную поляну, ставшую местом битвы. Все в нем было искажено, словно некий зловещий художник перерисовал его сущность, оставив лишь отпечаток ужаса и страдания. Но он все еще оставался человеком, смертным, а значит у нас есть возможность. Тиран даже не думал накладывать защитный купол, напротив, он ждал, отослав подальше свою свиту, окружив себя стеной из личной безмолвной охраны.

Мои нервы были на пределе, ощущать, как утекает манна и ядро ее вновь наполняется, чтобы и дальше защищать Сао, что уже подобрался к Тирану. Это должно случиться, любой ценой, либо он, либо мы, но темный колдун должен умереть сегодня. Время тянулось медленно, словно каждая секунда была целой вечностью, но никто, никто не сможет прорваться через мою защиту и не выйдет, пока не свершиться желаемое.

Вместо того, чтобы сражаться, пробираясь сквозь охранников, что окружили Тирана, он сам вышел один на один к Сао, и опустив мечи, они оба начали вести беседу. Обычный разговор, пока народы обоих умирали на поле брани! Устраиваешь светский раут на поле боя?

- Что же пожрало ваше сердце Малик? Ненависть ли? – Сао обратился к Тирану по имени, поразив меня.

Неужели копался у меня в голове, без моего на то ведома?

Забыл ли он или же специально, но он держал разум открытым для меня, не для Хаму и стаи, для меня. Поэтому я внимаю каждому сказанному ими слову, каждой букве, каждой эмоции, скрытой за ними.

- В ошибках детей виноваты родители, мальчик мой. – как иглой по стеклу, проскрежетал Тиран, похлопав дракона по плечу. - Из своего вида ты самая сильная особь, что могла бы стать противником даже для меня, но этого все равно недостаточно. Ты всего лишь песчинка, по сравнению с моей мощью. Правда мое тело слишком несовершенно.

Недовольно покачал головой старый колдун, сжимая свою трость, что держала его, чуть было не упал, оступившись. Быстрые движения Сао не позволили оказаться колдуну на земле и опираясь о мощное молодое плечо они продолжили вести занимательный диалог.

- Вы настолько уверены в своей победе?

Вместо злости старик засмеялся, словно умилился от глупых слов своего внучка, оставив вопрос без ответа. А Сао тем временем продолжил еще более добродушно, вкупе с каким-то воодушевлением расспрашивать о чем-то непонятном для других, но не для него самого.

- Меня всегда поражало, почему такие, как вы готовы уничтожить все живое. Кем тогда управлять, кто будет выращивать еду, обеспечивать жизнедеятельность… Не понимаю. – Сао продолжил тише, но я слышала все четко, хоть нас и разделяли несколько десятков метров. - Мир без жизни лишен смысла.

- Мальчик мой, в тебе лежат достойные задатки моего последователя. Брайя не смогла победить свое эго, а вот ты, уверен, ты смог бы удивить меня.

Тиран не собирался отступать, непоколебимость в его намерениях была столь открыта, что и Сао не мог ее не заметить.

- О, не переживайте я превзойду вас, непременно. – фраза, что сказал Сао жестко глядя в давно потухшие глаза поразила Тирана до глубины его безграничной тьмы. Ведь это были те самые слова, что он сам когда-то сказал своему отцу, когда безжалостно убил своего же родителя.

Ох, вот он знак, что сейчас все свершится. Я уже бежала на того, кто стал причиной моего появления здесь, отвлечь на себя его внимание…Но опоздала, точнее совершенно не успела и стала бы только лишней. Два кинжала, что взялись ниоткуда в одночасье направились в сердце противника, но один из двоих оказался быстрее.

- Ха, так я проиграл, неожиданно. – прохрипел, захлебываясь Тиран.

Точный удар, пришедшийся в самое сердце, пронзил его грудь на сквозь. Я упала на колени в полном шоке, смотря на кровавую руку любимого. Почему мой дракон пугал меня сейчас не меньше всего происходящего? Сао не выпускал смертельно раненного человека из рук, отбросив кинжал, что стал оружием в этой непонятной легкой битве. Битве, что сейчас казалась совершенно бессмысленной!

- Твоя личность разрушится, ты не успокоишься, пока не уничтожишь все живое, потому что тебе всегда будет мало той силы, что и так уже наполняет изнутри твое человеческое и такое несовершенное тело. – из последних сил тиран выдавливал из себя булькающие звуки.

В последний раз засмеялся некогда чей-то сын, некогда отец Брайи, некогда Темный колдун, а теперь лишь человек, чья душа почти покинула этот мир.

Откинув голову в небо, Сао долго глядел на облака, что так не хотели выпускать солнце из оков, а потом подошел и присел прямо передо мной. Это же Сао, наш Сао, мой… Но я не узнавала того, кто с такой любовью смотрит на меня сейчас. Эти голубые глаза стали полны тьмы, что заволокла их. Коснувшись моей щеки испачканной в крови рукой, дракон улыбался, словно это не он сейчас так хладнокровно убил кого-то живого, пусть может и заслуживающего такого конца. С ним давно уже было не все порядке, а сейчас же он окончательно изменился.

- Прости любимая.

Он гаркнул и созвал все войско Тирана, которое по всей видимости теперь принадлежало и подчинялось ему.

И ушёл вместе с ним.

Это была странная битва, колдун мог бы положить все наши силы сопротивления одним своим словом, даже не смотря на мою силу… Но он ничего не сделал. Повсюду больше не слышен звон доспехов и скрещенных мечей, как и рев драконов, что обдавал пламенем, но не убивал, только ранил. Крылатые звери, что послушно улетают, унося с собой своих хозяев, всего минуту назад атаковали наших солдат, пока дрессеры словно ураган опускались стремглав и хватая противников уносили их куда-то далеко отсюда или скидывали в реки. Вот какая состоялась битва, а теперь крики сражения стихли, все замерли, просто наблюдая за тем, как наш предводитель уходил в стан врага. Мы победили, но какой ценой?

…Зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем зачем...

. . . . . .

- Соберите всех раненых и убитых.

Не могу позволить себе потерять сознание, нельзя показывать подданным братьев слабость. Пока Хаму руководил драконами, я полностью отдалась реорганизации.

Несмотря на хаос, все слушались, и мы быстро справились со всеми трудностями. Мертвых отпевали и готовили к будущему захоронению, раненных оперировали и оказывали первую помощь прямо на месте. Все занимались делом, лишь я была лишней. Кто-то пытался разговаривать со мной, но смотря будто ровно в лицо человеку, совершенно не видела говоривших, все стали для меня блеклой массой, словно художник, рисуя картину акварелью остановился на общих деталях. Но вот беда, земля больше не хотела держать меня.

- Ох, я немного устала. – мне надоело ловить на себе сочувствующие взгляды.

Кто-то подхватил меня, предвещая падение о камни и бережно понес.

- Я хочу к Сао, отнесите меня к Сао. - хныкала я, находясь в полной истерике, готовая вот-вот потерять сознание.

Мой любимый стал сильнее, как и я переступила сегодня свой предел, но кто же он теперь? Я боялась, что он мог теперь делить свое тело с душой злодея, но и знала точно это все еще мой дракон. Какие же мы были дурачины, раз поверили в то, что самый темный из колдунов позволит нам так легко победить его. Сао нужен был рядом, чтобы самолично убить моего дракона и забрать часть силы себе. Поэтому он позволил ему подобраться так близко. Идиотка недогадливая.

Накрываюсь одеялом с головой, что совсем не прячет, спасибо, что согревает и позволяет расслабиться. В лихорадке я вижу много неясных видений, только ужасные картины будущего не давали спокойно уснуть или окончательно потерять сознание, что бы я не балансировала на краю сознания и бессознательного.

Там, на поле боя, я единственная кто видел его новую форму. Но могла ли рассказать остальным? Он больше не походил на себя, его руки, глаза, что больше не были цветом небесного зарева… Сао изменился.

- «Я верну тебя, обязательно верну».

Расстояние было огромным, и он никак не мог услышать мой ментальный зов. К огромному удивлению, я отчетливо понимаю, что холодный голос в моей голове принадлежит дракону.

- «Ялина, отпусти меня».

Вновь опускаясь на и так мокрую от слез подушку, засыпаю одна, видя лишь кошмары и реки крови.

Глава 13 Продолжать жить дальше... Это не так просто

Просыпаюсь и не страшась открываю глаза, мгновенно осознаю, что что-то не так. Мое сердце начинает бешено колотиться, а желудок сжимается от неприятного предчувствия, что-то важное пропало из жизни. Череда мыслей и эмоций накатывает на меня, погружая в омут сомнений и страхов. Но я пытаюсь собраться с силами и понять, что произошло, где он? Где Сао?

Моменты проведенные вместе, вспоминаются мне врозь, его больше нет, я одна, даже в собственных воспоминаниях. Неосознанно вожу рукой по кровати, придерживая одеяло у груди, а взгляд мой блуждает где-то очень далеко. Ох, я даже не мылась, все испачкано в грязи и темных пятнах крови… Ни заклинание, ни чтение мыслей, ничего не работает. Доводилось ли мне испытывать такие противоречивые эмоции хоть раз в жизни? Да… Но он же не умер. Нет. Не умер. Ни за что.

От меня ускользает даже луч солнца, что я пытаюсь поймать в ладонь. Постепенно осознание, что это не просто сон, проникает в меня. Лишь тогда я нахожу силы встать с кровати и заглянуть в каждый уголок его жилища, что мы так часто разделяли с ним вместе. Все оставалось на своих местах, не было лишь хозяина вещей. Я ищу признаки его присутствия, но нахожу лишь тишину. Только эхо голоса Сао все еще теплится в моей голове и будто отскакивает от стен, пронзая меня стрелами.

Медленно, шаг за шагом, я спускаюсь по лестнице и выхожу на улицу. Мир вокруг меня кажется серым и безжизненным. Люди все так же, спешат мимо, пока я наблюдаю за ними издалека, словно находясь за толстым стеклом, хотя и сижу на главных ступенях. Мое сознание погружено в водоворот мыслей, разыскивая то, что сломалось, из-за чего все пошло наперекосяк. Я чувствую смешение горя, перед которым бессильна.

Я сделала все, все, как и каждый день до этого. Проведала Тици, поддерживая нужную температуру тела, проведала Рубина и убралась в его стойле. Рутина прошла мимо меня. Как мог маленький мир с возможным будущим разрушился в одночасье? Идеальная картинка исчезла, стерев о себе даже просто напоминание.

- Долго собираешься тут сидеть?

Подняв на него глаза, в которых, как мне кажется, навсегда потух свет, тут же замираю в немом ужасе.

- Гер?

- О ты заметила? А я было хотел протянуть тебе руку поздороваться, но ух ты смотри! – театральное представление только начиналось, Герман умело привлекал к себе внимание окружающих. Какой талантливый и теперь однорукий парень.

- Ну же, прекращай смотреть на меня полными грусти глазками. – щелкнув меня по носу, по обыкновению плюхается рядом со мной и упирается левой рукой о подбородок, рассказывая о потере.

- Чувствую ты хочешь спросить, как же произошла эта приужаснейшая оплошность, а она скажу я тебе, именно такая! – он тараторил без умолку, становясь похожим на прежнего себя, но даже это не вызвало у меня улыбку.

- Обычно вид крови никогда не вызывал во мне какого-то ужаса, но видеть, что твою руку отсекли, и все еще чувствовать ее… Что ж, я был уже готов попрощаться с жизнью Ох, никому такого не пожелаю! Вобще в нашей области это необычное явление, мы убиваем сразу, но потеря конечности. Нужно отдать должное, Мейли просто профессионал, если бы не она, то Тици бы очень грустила, когда очнется.

Не собираюсь слушать его счастливый рассказ о том, что он чудом остался жив.

- Сколько еще близких людей мы должны потерять? – прошептала я.

- А ну прекращай, если бы они услышали тебя!

Я так гордилась этим парнем. Стойкий и уверенный он ждал возвращения не только своей любимой, но и вожака. И до сих пор не сломался. Осматривая лучезарно улыбающегося парня, придающего всему вокруг жизни, цепляюсь взглядом за рукав, завязанный в узел. Озарение снисходит на меня, так резко, что мне нужно сделать усилие, и заговорить.

- Ампутация… Бог всемогущий! – резко вскочив, ошарашенно смотрю на непонимающего друга.

Как же хотелось сейчас ударить себя. Почему не догадалась раньше!

- Мы можем спасти ее?

Тут же был произведен общий сбор, Герман сам не свой сидел на стуле и не переставая дергал в нетерпении ногой. Эти мельтешения никого не раздражали, еще бы, за последнее время мы услышали самую, что ни на есть добрую весть, что всколыхнула… Надежду?

- Да и еще раз да! – я уже не кричала, как умалишенная, но тряслась так же, как и Гер.

Спрашивать никого не пришлось, все смотрели только на одного человека в этой комнате.

- Я готова. – она ответила без запинки и уже принимала меня в свои объятия, когда я метеором налетела на нее.

- Мейли, спасибо, спасибо!

Нам предстояла долгая реабилитация подруги. Так же медленно и понемногу мы нагревали ее тело. Нам понадобился не один день, чтобы снова услышать стук девичьего сердца. Как только мы с Натальей справились со своей задачей, оставались считанные минуты, в которые Мейли должна успеть провести операцию. Отрезать руку по плечо, прижечь и намазать мазью моей учительницы, приложив мох и лечебные травы. Да, перечислять легко, но сделать, как же нам всем повезло, что среди нас есть, хирургический талант, в лице Мейли.

Все кончено, но восстановление пациентки и невольной подопытной только начиналось. Пичканье витаминами, лекарствами, пока она восполнит тот баланс, что потеряла по моей глупости. Главное Литиция жива, и я никак не могу поверить этому! У нас вышло!

Пока никого не впускали, мы спокойно сидели и ждали конца операции, каждый в своем уголке в большом кабинете Хаму. Вот и мы с Натальей уединились в креслах у книжного шкафа, скрытые высокими растениями в горшках, но не от драконьего слуха. Младшая сестра Хаму и Сао долго не сводила с меня взгляда, чем заставляла чувствовать меня крайне неловко.

- Ната, что не так. – кажется я напугала малышку, потому что в ту же секунду она вздрогнула и, как-то виновато, спряталась за волосами.

Ждать долго не пришлось, девочка успешно взяла себя в руки, приняв вид уравновешенного взрослого, прокашлялась в кулачок, выпрямим спину.

- Я дала тебе то заклинание, зная, что ты не сможешь справиться. Но ты удивила меня.

Мои брови поползли наверх. Она имеет ввиду тот ментальный заговор, благодаря которому мы смогли узнать тайны родителей, с помощью их колец, что хранили воспоминания о своих хозяевах. Наталья говорила без объяснения причин, сразу в корень кидалась тем, что думает. Вот и сейчас, затаив дыхание я слушала новое оценочное заключение по моей скромной личности.

- В бабушкином сборнике талантов и сил ведьм, еще никого не записывали с похожим даром. Так, что ты станешь первой! Точнее третьей…

Словно только сейчас, что-то поняв Ната дикими глазами пуговками посмотрел на меня. Малышка не спрашивала моего разрешения, но я в принципе, и не смела отказывать ей.

- И, как же ты наречешь мои силы?

- Видящая судьбы людей. Ялина послушай, ты знаешь, что нашу Богиню называют три ликой и помнишь, что это означает?

Она дает мне самой вспомнить, но к чему идет этот разговор? Даже не дав опомниться и поблагодарить за столь красивое и тонкое название дара, без запинки отвечаю.

- Каждый лик Тагека несет в себе свой облик. Прошлое, настоящее и будущее, а вместе с тем время. Но также каждый из ее отражений позволял управлять жизнью, смертью и перерождением…

Из-за одолеваемого нетерпения Ната перебивает меня.

- Все правильно! Ялина, моя бабушка могла видеть вспышки прошлого, поэтому она записывала каждую легенду нашего мира, что смогли узнать мы благодаря ей.

Понимаешь ее отметила Богиня, так же, как и Брайю, хоть мы и не так близко общались с ней, но я знала, что она видит будущее, а теперь ты, возродила память о ней и переродилась сама и твой дар! Вы это оракулы нашей Богини, она говорит с нами через вас. Это невероятно!

Тише обычного задаю вопрос, что гложет меня с признания Брайи о моих возможностях.

- Утверждаешь, что люди не будут бояться меня из-за этого по новой? Ладно если ты просто чужак… а это? – почему-то слова подбираются с трудом.

- Мы еще не знаем действительно ли на всех ты действуешь одинаково, но, как только они узнают…

- Уважать или бояться неизвестного нормально, не старайся жалеть меня или обнадеживать. – обрываю ее, словно сама являюсь ребенком.

- Совсем нельзя? Извини, я знаю, что ты сильна и многое еще сокрыто даже от моих глаз. Обуздай свой дар и может даже будешь помогать другим с его помощью. Ведь ты любимое дитя, отмеченное самой Богиней.

Да, дружелюбие и яркость глаз, с которыми говорила малышка вселили в меня немного уверенности. Пришлось закашлять, скрывая за этим свое смущение. Малышка ушла делать новую порцию лекарств, и я снова осталась в одиночестве и вдоволь могла погрязнуть в унынии. Закрыв глаза, тихо простонала, чувствуя, что снова могу запросто рассыпаться на миллионы кусочков.

Каждую ночь мне снился темный силуэт моего, моего дракона. Я бежала за его удаляющейся фигурой и все безрезультатно. Схватившись за колени, продолжаю сидеть в мягком кресле, в кабинете Хаму. Парни вели разговор о хозяйстве, что нужно для восстановления земель, домов, провианта, медикаментов. Но ни один их разговор не затрагивал их второго вожака, если они не решаются заговорит о нем первыми, я уж точно не смогу.

- Прекрати иначе расчешешь свое запястье до крови. – Хаму отдернул мою руку, что бы я прекратила причинять себе боль и тут же принялся бинтовать мою рану.

Безучастно, слежу за его движениями. Мы остались наедине и ничего не мешало наконец обсудить победу, какой она не была.

- Ты хорошо справилась тогда, без тебя мы бы не добились и половины. – немного издалека начал Хаму.

- Не я выходила на поле боя сражаясь на смерть, не поздравляй меня с заслугами, которые полностью принадлежат всем вам и... - я не смогла произнести эту фразу хоть и готовилась, мой голос все равно дрогнул на его имени, которое так и не смогла произнести.

Хаму опустил глаза, даже я не ожидала, что мой голос снова может быть пропитан хоть какими-то эмоциями. Пока есть силы, продолжаю говорить, заполняя возникшую тишину. Хотя мне просто нужно было говорить неважно, что, иначе сойду с ума.

- Да, я помогла минимизировать ущерб, спасти жизни, но все равно...

- Всех не спасешь, как это не разбивает твою души каждый раз. - Хаму сказал те слова, что я обычно говорила его брату, стараясь достучаться до него.

- Ты слышишь его? – как же я боюсь снова произнести это имя. На какое же время это слово станет для меня запретным?

- Нет… И не понимаю… - Хаму терялся в словах, будто бы только сейчас осознав всю серьезность проблемы.

Понемногу я приходила в себя и с каждым днем говорила все больше, поэтому пока мой лимит на сегодня не исчерпан делюсь крайне важной информацией с братом моего… моего… Нет, не могу.

- Он, он впитал в себя часть темной силы, что хотел заполучить Король и действительно получил ее в тот самый момент, когда мы сражались с ним в подземелье.

Быстро и запинаясь я поведала старшему брату дракона ту самую легенду и мои страшные предположения о новой сущности его родного человека.

- Что? Этого не может быть. Ха, дурак, даже не заметил того, что с собственным братом творится неладное. – нервозно Хаму пригладил и так прилизанную прическу. – Мы должны вернуть его.

- Хаму послушай! – я позволила повысить на него голос. – Я тоже этого желаю, но у тебя есть обязанности и ответственность за своих граждан, и так потерявших одного из правителей. Сначала они, Сао потом. – безумно больно было произносить данные слова, но мы не могли иначе.

- Ты права, да. – он продолжил разговор со мной, но словно общаясь совсем с другим человеком.

- Мы должны узнать, что с ним и, если его состояние намного хуже… Единственное, что спасет всех нас, уничтожение до того, как злая сила завладеет разумом брата и он переродиться и станет кем-то незнакомым для нас.

- Уничтожить? Ты слышишь, что несешь какой-то бред? – из-за поднявшейся злости, слова прозвучали громче чем хотелось и я даже не заметила, как легко имя дорого мне человека сорвалось с губ.

- Лишь предположение… Можем ли мы утверждать, что это все еще наш друг, брат, любимый? Я больше не слышу его, как и ты… Правда Ялина?

- Я, я, прости. – нет, не могу сказать, что наша связь, осталась и изредка слышу мысли своей пары.

Мы оба замолчали, но Хаму еще было, что сказать. Он не ругался и не кричал, напротив, выплескивал все переживания наружу, а я стала невольным слушателем пламенной тирады снежного брата.

- Наша система управления не то, что нестабильна. Ее нет вовсе. Раньше были классы да, но после первой войны осталась только молодежь, которой это особо не нужно. Что бы снова создать совет нужно иметь образованных людей, которые понимают и умеют разбираться во внутренних проблемах или же во внешних. Из-за пожаров и разрухи не сохранилось ничего из внутренних документов, мы действуем только благодаря воспоминаниям и указаниям некоторых старейшин, память которых уже не та, что прежде. Нужны, правила, законы, но для чего? Если мы не победим, то станем рабами под ренегатом злодея или будем казнены. Поэтому такое чувство, что нужно хвататься за все и сразу, но из-за этого все страдают, не понимают, что происходит… Как с честью нести наши обязанности, если все мысли обращены на защиту от набегов или возможной новой войны с родным человеком, с собственным братом? Такое чувство, что мы игнорируем людей, потому что по-другому не умеем, хотя наши глаза и застали хороший пример управления землями. – на одном дыхании Хаму говорит с напором и заканчивает уже в своей спокойной манере, в итоге совладав с эмоциями.

- Короны пылятся запертые в коробках и лишь напоминанием наших прав служат эти перстни у нас с братом. - в доказательство слов, он поднимает руку и указывает на широкий серебряный обод с тигровым глазом посередине, что покоится на его мизинце. Ранее я и не обращала внимание на эти кольца.

- А картины семьи лордов? Я могу нарисовать вас? – произношу то, что первое приходит в голову, может быть желая перевести тему, найдя то, что я правда умею делать?

Как мог такой тяжелый разговор закончится на такой доброй ноте? Ха. Единственное, что может спасти меня это рисование. Полное погружение и слияние с движениями кисти, что оставляет за собой цветной след, и соединения мазков, образуя портреты бывшей правящей пары клана Канхотими были готовы. Хаму дал добро, и я пустилась во все тяжкие рисуя каждый день до поздней ночи. Так и не выпустив кисть из захвата я засыпаю горестным, нелегким сном, а компанию мне составляют уже ставшие родными кошмары.

В ту ночь я наконец снова вернулась к жизни, либо же окончательно умерла. Он стоял там один напротив большого зеркала. Вокруг мужчины мерцало множество горящих свечей, освещая мрачную комнату и голое тело. Он смотрел на себя, на черные глаза, отросшие длинные волосы, что спускались до самых щиколоток и хвост. Хвост дракона, как и руки теперь не принадлежали человеку. Когтистые и чешуйчатые лапы и такой же чешуйчатый длинный хвост, который, спокойно извивался по полу за его спиной.

- «Подглядываешь голубушка?»

Он никогда не звал меня так, к тому же совершенно незнакомый тембр…

- «Сао?»

- «И да, и нет. Я сам не знаю кем являюсь теперь.» – запахивая низ темного халата, он медленно приближается к зеркалу, разглядывая свое лицо, пока мое пылает от смущения увиденного.

- «Знаешь.» – он напугал меня, снова заговорив. – «Теперь, в какой-то степени я понимаю тебя. Силу, что не принадлежит тебе контролировать сложно.»

Для убедительности, Сао проделывает тот же фокус с огненным шаром на ладони, что показывала я, когда упрашивала взять с собой на вылазку.

- «Как ты смог сделать это без заклинания. Нет, как ты вобще смог…»

- «Ох, Ялина прекращай и признайся уже себе в том, чего так боишься. Одновременно колдун и дракон, хотя совершенно не представляю, как такое может быть.»

Наскучивши, Сао развернулся и медленно направился к трону, в итоге сев в него, будто это его законное место.

- «Ты вернешься? Все ждут тебя домой, я жду тебя.» – взывать к моему дракону оказалось труднее чем можно было предполагать. Уже радостно от того, что мы можем общаться, что он жив и невредим, в какой-то мере.

- «Не говори глупостей. Я не могу этого сделать.» – резко отрезал Сао мои попытки. – «Лучше напомни мне легенду, что читала совсем недавно.»

- «Легенду?»

- «Да, о первой силе на земле… Хотя подожди я могу и сам.» – быстро разобравшись в путанных мыслях, Сао замолчал на мгновение, а мою голову проткнуло жуткой болью да так, что я закричала и наяву тоже.

- «Ох, не думал, что лезть в чужие мозги будет больно.» – голос Сао не очень походил на сочувствующий, скорее на осознание того, что я оказалась куда слабее его ожиданий.

Но уже в следующее мгновение он воскликнул, радостно хлопнув в ладоши.

- «Так я не спроста могу вызывать перевоплощение, когда хочу? Ха.»

О Нет! Сао действительно залез ко мне в голову, но это лишь догадки, это не может быть правдой, не может же?

- «О да, родная. Молодец, что докопалась до моей новой сущности, мне это очень пригодится!» – с большой долей сумасшедшей энергии, воскликнул Сао, испугав меня не на шутку.

- «Можешь поделиться с моей сестрицей своими умозаключениями, ведь я, источник ваших исследований подтверждаю их правдивость. А теперь пока-пока, у меня еще много дел.»

- «Нет, я не хочу уходить!»

- «Надо родная, надо.»

Связь резко обрывается, а я вся в холодном поту, пытаюсь привести дыхание в порядок.

Прошла еще одна долгая неделя, как бы я не звала, как бы не тянулась, канал нашей связи был закрыт им. Не помогало и то, как Сао учил открывать разум. Дверь забита тяжелыми гвоздями, и моих сил не хватало, чтобы вытащить каждый из них. По сравнению с могуществом Сао я слаба, но это не значит, что я сдамся.

По обыкновению, прогуливаясь ночью, компанию мне составляет луна, которой я не первый раз рассказывала все свои горести, лежащие на сердце. Ее холодный свет окутывал меня, словно мягкий плед, и в этом свете я искала утешение. Каждая тень на тропинке обретала форму пережитых моментов, которые не отпускали меня. Луна, величественная и безмолвная, казалось, слушала внимательно, поглощая мои словесные слезы. Я делилась своими опасениями, боясь признать их вслух. Ветер тихо развевал мои мысли, унося их прочь, и было ощущение, что вся вселенная подхватывает мой голос, преобразовывая его в звуки, понятные лишь ей. Сегодняшняя ночь не стала исключением, но привнесла, что-то новое. Меня тянуло куда-то неимоверной силой. Я вбежала на холм задыхаясь, проделав весь путь бегом, боясь потерять след. Мое белое ночное платье развевалось от поднявшегося ветра, как и листва на величественном дереве, что стало свидетелем многому в этой жизни. Я почувствовала, как, что-то во мне пробудилось и подняв голову не сразу поняла, что вижу перед собой вовсе не иллюзию.

- Сао.

Глава 14 Нет контакта

Ко мне было велено обращаться господин и не иначе. За мной постоянно следовал новый главный прислужник. Но власти никакой за душой не имея, смысл существование этого человека сводился к минимуму.

В служении отца Брайи существовал особый отряд. Остатки коего с недавнего времени начали пополняться с новой силой. Для чего и зачем, меня мало интересовало. Генералы, что взяли на себя роль воспитанников будущей армии короля, раньше бывшие наемники, осужденные за преступления или надсмотрщики, повышенные в должности, отвергнутый сброд. Жестокость сочилась из них, праздный образ жизни, дисциплина за счёт телесных наказаний работала.

А сейчас тем, за кем они должны следовать, стал поглощенный злом я, но это не так. Я все ещё борюсь, но нужно поддерживать роль нового Короля-Тирана и… Последнего. Правда в армии начали ходить слухи, что я съедаю на ужин неугодных мне, каждую ночь. Но на самом деле, я избавляюсь только от конченых выродков, которых приглашаю к себе под видом расспроса. Народ, что стал солдатами без выбора я не трогаю, как ни странно, в армии бывшего Короля все еще существовали перевоплощенные драконы. Почему они еще живы?

Ставши рутинной, проверка моих подчиненных, для меня была чем-то до неимоверности ненужным действием. Приходилось скучающе сидеть на троне, и безучастно наблюдать за тренировками. Генералы, что руководили, а сами не участвовали, лишь подначивали и усложняли прохождение другим солдатам, которые даже не смели вякать на них иначе их постигнет наказание, граничащее с унижением. Любимым «уроком» было оставить на ночь провинившихся в яме со змеями без оружия. На третий день криков, что мешали мне спать, не выдержав, я позвал главного из главных к себе, ожидая награды тот гордо стоял и смотрел на меня, но вместо этого я для начала заставил его облизать ботинки, того, кого он хотел принизить, а потом отрубил голову. Ха, и это совсем не тронуло меня. Тряхнув длинными волосами, что стали нравится мне после моего перерождения я успокоил его коллег по цеху и назначил одного из этих друзей главным генералом. Наконец мне стали подчиняться и с моего меча уже не так часто стекала кровь, окрашивая брызгами каменные стены замка. Я с таким трудом искоренил этих мразей, что засоряли голову остальным солдатам делая из них свое подобие. Наблюдая за спаррингами между ними, перед моими глазами стояла картина недавнего боя, ха не могу же винить их, в смертях своих людей… Надежды, что они заживут свободно, не было никогда, только смерть держала их на плаву, позволяя сражаться, как в последний раз. Ничего, когда я разрушу все здесь, они смогут уйти и будут приняты у нас.

Но тьма, что поселилась внутри меня не была согласна с моими планами. Один раз она вышла из-под контроля и очнувшись я понял, что под моими ногами лежали несколько трупов, тех, кто этого не заслуживал. Я сразу же отправил компенсацию их семьям, с радостью уменьшив сокровищницу. Вот и сейчас всеми силами отмахиваясь, я почему-то разговаривал с тьмой, пожирающей разум изнутри.

- «Посмотри на них, словно тени они окружают тебя, готовые в любой момент пронзить твое сердце и завладеть моей силой, лишь только ты покажешь свою слабость.» - змеиный скрежет в моей голове, как надоедливая мошка, отвлекал, не давая сосредоточиться на отчете, что пытался донести до меня один из слуг.

- «Я все равно сильнее любого из них, так, что прекрати нести чушь.»

Мне снова нужно это делать. Шествуя через до надоевшего тронный зал, резко взмахивая подолом, длинных одежд опускаюсь на трон, скучающе подпираю голову рукой и смотрю на своих новых подчинённых, не переставая слушать слугу.

- Предлагаете убить всех с наступлением ночи? – смотрю на его искореженное лицо. – Ты плохо осведомлен о ситуации или притворяешься слепцом? Клан драконов защищает барьер, через который не так просто прорваться. Или ты хочешь попробовать его на собственной шкуре? – оскалившись я не смог не съязвить, особенно зная, что говорю неправду напропалую. – С удовольствием посмотрю, что случится с тобой после этой глупейшей идеи.

Не собираясь вступать в бесполезный спор, отворачиваюсь от поистине несчастного вида, и обращаю свой холодный взор черных глаз на собрание дорого одетых людей. Бароны, графы… Продали свои земли и радуетесь, что пригрелись под защитой новой управленческой пешки? Что же вы, будете делать, когда денежки закончатся? Хотя, что-то, столь приземленное никак не могло заинтересовать Малика… Нужно будет узнать, но у кого.

- О милорд, мы все верим и с восторгом ждем, когда вы станете нашим всеобщим лордом каждого клочка земли и не будет больше на свете других рас. Только вы и ваша сила. – елейно запел видимо главный в их сборище подпевал.

- А, как же ваш бывший великий правитель? – решаю все же продолжить диалог и даже вздергиваю бровь и приходиться скрыть ухмылку за ладонью, так насмешил. Хорош трястись, я же не страшный! – Император, не помните такого?

- Но теперь вы наш единственный милорд, вы стоите выше всяких смертных…- дрожь в голосе так никуда не ушла, но теперь вельможа не поднимал головы, а после моего следующего действительного радостного возгласа, чуть ли не опустился в поклоне на пол.

- Да вы чертовски правы. – с довольным выражением лица, я поднимаюсь с трона.

Под контролем ли или сам, но то радостное предвкушение, что испытываю прямо сейчас, как ушат ледяной воды оглушает меня. Я не слышу больше щебета своих подчиненных, лишь один мерзкий голос шепчет проникновенные речи, обретая в них мои собственные страхи. Весь зал замер вместе со мной, а я слушал и не мог закрыться от тьмы.

- «Помнишь свою семью? Хаму, Наталья, Герман, Дамир, Литиция, Мейли, Ян…» - он пускается в длинный монолог, произнося имя каждого, каждого, кого я знал и любил.

- «Замолчи, замолчи!» - мои попытки остановить этот голос, так похожий на мой, конечно же, не подействовали и он продолжал и продолжал топить меня.

- «Ты забыл ее, свою Ялину?» - оно прервалось на смех и тут же раздается вновь, будто тьма стоит за моей спиной, я подавляю в себе инстинкт, повернуться и проверить.

– «Глупый, глупый Сао, я знаю, что ты следишь за ней. Верить людям – величайшая удача, а ты, как дурак все наступаешь на эти грабли, каждый раз ошибаясь. Тебя оставили, ты им не нужен, потому что ты не такой, как они. Сао, ты отличаешься, всегда отличался.»

Махнув рукой, я удалился в опочивальню, что бы мои слуги не видели меня таким уязвимым. Вцепившись в золотую раму зеркала, я всеми силами пытаюсь заблокировать ядовитый голос.

- «Ха-ха-ха, ничего у тебя не получится, ты сильный, но недостаточно, я всегда буду у тебя в голове.»

- Может быть ты и прав, но я с самого детства познал этот гнилой мир, полный лицемерия и предательства. Поэтому не собираюсь быть таким же!

Со стороны я казался сумасшедшим, ведь разговаривал с самим с собой.

- «Ври себе и дальше, ты с самого начала скрывал от своей благоверной свое состояние. Ложь срывалась с твоих губ, становясь частью дыхания. Ты не заметишь, как она уйдет, дайка подумать, сколько уже было предпринято Ялиной, чтобы вернуть тебя? Хоть однажды у нее получилось? Она разочаруется и уйдет, как все, и ты не заметишь, что действительно останешься один.» - въедливый шепот проник в мое сердце и я не мог не слушать и не соглашаться с ним.

- Я отпустил и попрощался с ней. - уговаривая себя, отпускаю зеркало и стряхиваю с ладоней маленькие осколки, что впились в кожу.

- «Ох, маленький Сао, ты уже ближе ко мне, чем был к Ялине. Не переживай твой братец сможет подставить ей свое плечо, поэтому ничего не изменится, и они пойдут по тому пути, что прописала для них судьба.»

Ни секунды больше я не желал терпеть этот пустой треп, с гневом, что всегда шел рука об руку со мной, я бросился на свое погано улыбающееся отражение и разбил в дребезги зеркало, что окропило и меня брызгами осколков. Тяжело дыша, я еще какое-то время стоял, пока мои раны затягивались, а мой внутренний мир ломался от холодного стекла. Эта всепроникающая ярость, словно очищала меня, делала самим собой, заживляя так же, как и раны на моем теле. Я глядел на свои раны, покрытые шелушащейся кровью, и понимал, каждая трещина — это рассказ о страданиях, терзавших меня. В трескучем молчании раздался звук, похожий на смех. Это было не отражение, а сама суть моих заблуждений, одетых в обманчивую улыбку. Я резко разворачиваюсь и, не оглядываясь, покидаю покои, ступая по осколкам, получая все новые ранения, которые так же через секунды затянутся, оставляя за собой звон разбитого стекла и тени, что унеслись в небытие.

Впереди меня ожидала пустота, и лишь там, среди мрака, я надеялся найти себя заново.

. . . . . . .

Осторожно дракон опускает сверток на землю, удерживаемый длинными волосами Сао.

- Магия, действительно удобная вещь. – слышать столь родной голос спустя столько времени оказалось неизмеримым образом страшно и прекрасно одновременно.

- Недавно я задушил ими одного провинившегося. – он произносил это с выражением лица ребенка, который открыл для себя, что-то новое в этом мире.

На будто окоченевших ногах я делаю осторожные шаги в направлении Сао, он не шелохнулся, продолжая стоять там, с чьим-то телом.

Боясь спугнуть его, я все еще воспринимаю все происходящее сновидением. Прикасаясь к его одеждам, меня начинает трясти мелкой дрожью, я боюсь, что будет со мной, когда наша кожа соприкоснется. Сао ухмыляется, наблюдая за моими неловкими поползновениями.

- Я знал, что ты придешь.

- Но, если бы не почувствовала, не пришла сюда сегодня? – перебирая пальцами, мну его легкий халат, не смея поднять глаза и посмотреть на того, кого так сильно хотела увидеть.

- Нашел бы вариант, как выманить тебя в тайне от всех. – голос моего Сао и незнакомого человека говорил сейчас со мной.

Он напоминал меня, в тот момент, когда мои эмоции были запечатаны Натальей. Бесчувственность убивала, поэтому, больше не прячась от него, я уверенно поднимаю взгляд на сильного парня, тянусь и беру его за совершенно не удивленное лицо. Сао не сопротивлялся и на том спасибо.

Происходит уже привычное для меня видение.

«Спустившись в самые недра, Сао переступает порог подвала, с которого все пошло наперекосяк. Незаинтересованным взглядом дракон тире колдун сканирует комнату… Погодите, там есть потайная часть. На пьедестале посередине тускло освещенной комнаты, Сао обнаружил выпирающую часть и в ту же минуту нажал на нее. Это же потайной механизм. Громкий треск и шум, становятся предвестниками, того, как отодвигается крышка, словно у гроба и на поверхность выплывает чье-то тело, накрытое белой парчой. Неуверенно Сао берется за край ткани и стягивает ее, открывая лицо девушки. Он тут же хватается за голову, словно, кто-то ударяет его током. Не осознавая дальнейших действий, он берет тело на руки и бежит от подвала подальше. Он не успевает осознать, что только лишь переступив порог, тело начинает гнить. Видимо Король Малик наложил неизвестное заклинание по сохранению тела в его первозданном виде. Выдохнув, дракон спокойно возвращается обратно и опускает некогда принадлежащее тело девушке и уходит не оглядываясь. Он возвращался туда каждый день на протяжении недели и смотрел на нее, пару раз, Сао порывался сжечь ее тело, но рука его всегда дрожала и не давала осуществить задуманное.»

- Брайя? – я не узнавала свой голос, и непонимающе уставилась на Сао, который уже успел вырваться из моей не крепкой хватки, не давая увидеть продолжение. – Почему ты принес ее?

Это не те слова, что я хотела сказать ему, поблагодарить, что вернул ее в то место, которое она считала своим домом, были более подходящими, но я лишилась возможности мыслить здраво.

- Я посчитал правильным принести ее... Сюда. Смотря на нее, вижу только тебя, ха. – то ли смеясь, то тяжело выдыхая говорит Сао глядя прямо в мое лицо.

Потянувшись к нему, вижу, как он по инерции отступает назад. Не могу скрыть грусти на своем лице, но Сао будто не замечает моих терзаний. Что ж пусть так.

- Не переживаешь, что тебя учуют члены вашей стаи? – да, пытаясь кичится я задаю ему вопрос, не желая заканчивать диалог, вынуждая дракон побыть со мной еще немного.

- О, вовсе нет, я скрыл свой запах. – отмахнувшись о меня, Сао и хотел подойти, но отступил еще дальше от меня. Больше не пытаюсь подойти к нему ближе, пока, что.

Ждать долго не приходится, дракон заговорил вновь.

- Темная энергия высасывала жизненную энергию из злодея, поэтому он выглядел морщинистым стариком, не знаю постигнет ли и меня такая участь. Но чувствую себя, как никогда полноценно. Оно сказало мне, что я подходящий экземпляр.

- Оно?

Сао долго не отвечал и я поняла без слов, что, а точнее кого он имел ввиду. Зло, то древнее зло, было совсем не сказкой. Сао находясь больше на его стороне, чем на нашей делился со мной тайнами.

Я не понимала, говорит ли все это мой дракон. Сейчас он больше походит на своего двойника.

- Ты не такой, как Король-Тиран. Ты не убиваешь просто так, ты не бесчувственный, вы с ним не похожи. Его жажда крови неизмерима. – мне кажется я повторяла одни и те же слова, но остановится уже не могла. - Если тебя захватила тьма, нужно найти свет и он есть в твоём чистом сердце. – нет, не желаю оставаться в стороне от него. Подбежав, задыхаясь я прикоснулась к его груди. - Вспомни Сао, что свет внутри тебя. - в самый сложный момент для него, всеми силами я старалась достучаться до дракона. Когда в нем сидит чужая и великая тьма, которую он должен победить.

- Ялина запомни, неважно что и с кем я буду делать. Это больше тебя не касается. – бездушность в лице Сао говорила о правдивости слов парня.

- «Ты бросаешь меня?» - я не хочу произносить эти слова вслух, чтобы они не стали правдой. Важно ли сейчас то, что будет с нами? И, да и нет, если я не смогу вернуть его к нам, ничего не будет.

Пока я разбиралась с собственными чувствами Сао продолжил откровенничать со мной, даже не замечая, что говорит.

- Я проиграл еще тогда, потому что принял решение умереть, как чертова Брайя. Ну почему я постоянно поступаю, так, как те люди, которых ненавижу?

Он говорил со слезами на глазах или это плакала я. Не знаю. Я кинулась, к нему, обнимая, прижимаясь, как только могу. Не было слышно привычного и такого родного стука сердца. Сао не шелохнулся ни на секунду, замерев статуей.

- Сао. – больше не страшась и секунды, смотрю на его безучастное, но немного потерянное лицо.

- «Шанс есть, и я верну тебя! Слышишь, верну!»

Ответа не последовало.

- Пойдём со мной, прошу!

- Ялина, я не могу. Уйдя, нельзя вернуться вновь, словно ничего не было. – он погладил меня по щеке, словно пытался вспомнить, что-то.

- Я убью всех и каждого, а я этого все еще не хочу.

Он не договаривал, а точнее разговаривая со мной, адресовал эту фразу, кому-то другому.

- «Ты можешь общаться с этим злом? Неужели оно живое?»

Прежде чем я успеваю подумать, слова уже срываются с моих губ.

- Сао, я люблю тебя.

Это случилось, мое сердце требовала сказать ему об этом. Я впервые призналась в чувствах.

Дракон резко притягивает меня к себе и впивается в губы жестким поцелуем. С упоением оторвавшись от много страдальческих губ, Сао втягивает носом мой запах и улыбается зловещей улыбкой, полной счастья и радости от находки игрушки. Его взгляд наполняет безмерная жажда. С каждой секундой, проведенной рядом с ним, я погружаюсь в водоворот эмоций, которые пугают, а с тем и завораживают.

- Ого, вот это речи, но увы, мне пора уходить. Хотя я хочу твою силу себе обратно. Вернешь мне ее!?

Я ужаснулась, не до конца понимая, что происходит. Его голос звучал иначе, с нотками неизвестности, что вызвало тревогу в моей душе.

- Ты не Сао.

Такое родное лицо перекосила эмоция легкого недовольства, как будто моя догадка до боли банальна для него.

- О, что правда, ха-ха-ха. Нет голубушка, я и есть Сао. – его глаза лишь на миг ставшие голубыми, вновь были черны.

Искрящиеся, как звезды глаза, скрывали в себе, что-то неведомое и пугающее. Тени, танцующие на его лице, будоражили мое воображение. Улыбка, обычно такая искренняя была натянутой, словно маска, которую он надел, скрывая истинные чувства.

- Верни мне его немедленно. – сквозь зубы я прошептала кому-то, кто соседствовал с Сао, свое требование.

- Ха-ха-ха, думаешь все так просто захотела и тут же получила, а вот и нет, нет, нет.

Ну все, я больше не могу, со всего размаху ударяю его по щеке, оставляя смачный звук пощечины, уходящий эхом в пространстве вокруг нас.

- Боги, Лиа, ну, что за поведение.

Чуть ли не прыгаю от счастья, и плачу, потому что смогла хоть на мгновение вернуть моего Сао, но радость моя не может длиться долго. Дракон не дает забыть мне, что все уже изменилось и отпускает мои руки, что сам сжал совсем недавно.

- Ты знаешь, что я чувствовал рядом с Королем Маликом? Запах гниющих трупов, страдание, а еще… То, что сделало его таким. Я покажу, а ты все увидишь, как это было, про…

- Сао. – у меня не получилось перебить его.

- Прощай, Ялина, я и так потратил слишком много времени.

- Почему ты прощаешься будто навсегда?

Не ответив, он шагает лицом ко мне, отдаляясь все дальше и в последний миг шагает с обрыва спиной. Мощные взмахи крыльев уносят моего любимого обратно на темные земли, а мне остается лишь смотреть ему в спину. Звуки природы резко внедряются в мои уши, оглушая, он, что наложил на нас барьер, пока мы говорили?

Что ж, я не могу больше оставаться здесь, произнеся слова заклинания, я с помощью левитации переношу тело Брайи к ее могиле с пустым гробом и отправляю письмо, единственному человеку, который должен попрощаться с ней еще раз.

Пока Хаму копал землю на могиле своей первой любви, я тихо плакала, находясь на перепутье между сном и бодрствованием. Сао стал мифическим гибридом, теперь он мог перевоплощаться на половину задействуя те части тела, что нужны ему в определенное время, будь то хвост или когти с крыльями. Я хотела понять, что происходит в голове Сао, но, похоже, он сам был потерян в этой новой реальности, не в силах возвратиться обратно.

. . . . . .

Припевающая жизнь правящей семьи, что может быть лучше, чем стоять выше всех людей в этом мире? Так мог сказать любой другой человек из низшего сословия. Неужели эти люди не знают, насколько гадким может быть нутро их короля? Разумнее полагать, если мой дедушка умер, и его ничтожный сын не делает абсолютно ничего, а только отпускает большие деньги вельможам, коих обуревает жадность до конца уничтожить нас, семью предателя. Отец полностью вверил им свою власть и силу, но его решение лишь усугубило положение нас, как людей власть имеющих. Да, наши земли держаться на плаву благодаря этому, но какой ценой? Как же меня злит, что отрок этого, этого…

За стенами совсем не тронутого замка, что смог сохранить первозданный вид величественного строения, мы доживали наше время, не смея выйти куда-либо без приказа. Дворец многие столетия скрывал в своих стенах интриги и роскошь, соседствуя с гнетущим бременем бездействия в период правления нового короля, никчемного сына Короля-Тирана I. Каждый узнал на собственной шкуре, что за фасадом короны скрывается лишь холод и злоба, а для некоторых еще и нечеловеческое отношение к самой жизни человеческой. И это напоминает запертую клетку. Снаружи гордая птица, внутри – беспомощное создание. Чем дольше бездействие царствует, тем сильнее недовольство. Вопрос не в том, как выше всех в мире быть, а как действительно заботиться о тех, кто ниже. Забота, заботой, но это мы короли и мы должны держать всех в рукаве, ожидая беспрекословного подчинения. Так учил меня мой дедушка, по этому принципу я и собираюсь жить отныне и вовек!

В моей комнате не было ни одного окна, как и в остальных жилых помещениях, поэтому каждый день я любил выходить на широкий балкон, любуясь нашими угодьями. Лишь подписав мирный договор с другими кланами, нас не выгнали из нашего дома. Какая щедрость!

- Братик просыпайся. – чьи-то маленькие ручки тормошили меня. Накрываюсь с головой одеялом, но это не особо помогает, потому что малышка уже залезла на мою мягкую перину и начала прыгать, не давая и дальше погрязнуть в мыслях.

- Тебе снова снятся кошмары братик? – большие детские глаза прожигали меня радостным возбуждением.

Я никогда не злился, что моя сестра, совершенная копия нашей ангелоликой матушки, постоянно влезала в мое личное пространство, ведь ее чистая, не запятнанная и не сломленная душа, единственная отдушина моей жизни, что хоть как-то заставляла меня просыпаться по утрам.

- Да, но ничего не запомнил. – я попытался обмануть сестрицу.

- Тогда быстрее побежали играть. За окном такая хорошая погода, а вода в озере, как парное молоко. Кто последний, тот букашка. – и закончив весело щебетать, сестренка со всей прытью убежала, смеясь во весь голос, а волосы ее, мягче любой соломы развевались плащом по ее спине...

Ну и, как я мог противиться, такому заразительному желанию к жизни?

Держа ее за маленькую ручку, мы шествовали по коридорам нашего замка, что оставался для нас крепостью и тюрьмой. Каждый подчиненный нашей семьи, остался на службе. Рыцари, слуги, да даже нянечки, все только и делают, что шепчутся за нашими спинами, о подозрениях в сторону своего правителя, а ему хоть бы хны. Плевать. За гранями его власти скрываются настолько отвратительные ужасы, что никому и не снилось. Под покровом ночи, когда тишина окутывала замок, спали все его обитатели, кроме батюшки, такого всепрощающего, но я звал его так только в присутствии других людей. Этого низкого человечка, человека, которого ненавижу, которого презираю. В нашей семье только я видел и знаю его нутро. Бремя власти лежит на плечах совсем не того, отец не просто пропьет страну, он уничтожит наследие дедушки, а я не могу позволить сделать ему это. Даже свет гаснет, стоит ему пройти по коридорам замка, но это вовсе не из-за силы, даже огонь и магический свет избегает эту отвратительную в своей мерзости личность.

- Ай, братик, мне больно. – захныкала моя маленькая сестрица и я тут же отпустил ее ручку, присев перед ней на колено и начал разминать, в итоге девочка уже смеялась. Ух, даже здесь, не смог удержаться, лишь только от его упоминания.

Пока сестра вела меня к озеру возле наших угодий, я все думал, что же мне делать. Даже не припомню отца любящим и заботливым супругом и отцом… Может быть в дни, когда матушка живая и здоровая всегда была рядом? Ох, это словно сон о совсем другой жизни, лучшей. Свет солнца играл на поверхности озера, а медленные волны плескались о длинный берег, напоминая о том, как быстро проходят дни. Я смотрел на спокойную гладь воды, погружаясь в ее недра и все не мог отделаться от мысли, зайти в воду и… Быть унесенным течением куда-нибудь очень далеко.

Наше любимое место уже кем-то занято с самого утра, это может лишь один человек. Мой младший брат плескался в компании отца и его слуг. Чем ближе мы подходили, тем больше портилось мое настроение. Не только я заметил отца, что, прогуливаясь по берегу, остановился напротив брата, который тут же бросился в его направлении изображая на лице несказанную радость.

- Батюшка, отец, ты наконец узнал меня. – мой младший брат радостно скакал рядом с нашим отцом.

- Конечно мой маленький. Папа немного болел, но сейчас все хорошо. – отец с улыбкой похлопал малого по голове, елейно отвечая.

- Папочка, а где мамочка…

Дальше я уже не слушал их разговор, какое оправдание на сей раз придумает отец. Я прекрасно знал, что моя мама лежит мертвая в его лаборатории. Кого он пытается надуть?

Ненавижу людское лицемерие.

Без матушки его собственные дети, стали пешками в непонятном мне театральном представлении. Весь из себя идеальный, но давно лишенный милосердия и сострадания милорд избивал меня каждый божий день. Свою отдушину он не трогал никогда, ненавидя только меня, с самого рождения… Я не виноват, что оказался внешне его копией, в отличии от младших. Потому что я был слаб, чем отражал суть его самого. Ведь смотря на меня, он видел лишь слабого себя, у него не было той силы и могущества, что у нашего дедушки. Но я не вырос в страхе и ужасе, я стойко терпел все его унижения. Потому что, собираюсь выбраться из этой тьмы и закончить личную драму отца и тогда убью его и он воссоединиться со своей милой и любимой женой.

Он поддерживает тело моей матери с помощью заклинания, не давая ее душе упокоится. Все пытается оживить… Я даже слышал, что он хочет вселить ее разум в другое тело или же, другого в нее, но я не хочу задумываться и верить в его бредни. Это же просто невозможно!

Я не знаю сколько еще смогу терпеть все это, но этой же ночью, приходиться пробираться за быстро удаляющимися тенями, от самой комнаты сестры. Достав из-за пазухи короткий кинжал, я собираюсь с духом, чтобы быть готовым и напасть в любой момент. Но будь я честным с собой, то тут же направил этот кинжал. Нет, нельзя так думать, поддаваться этим завистливым мыслям, что иногда оказываются сильнее здравого смысла. Брат любит меня искренне, как и родителя своего, а мы совершенно не заслуживаем этого. Тяжело качая головой, я снова гляжу исподлобья на растерянного мальчика, с задорными короткими завитушками волос.

- Что ты делаешь Малик. – рука моего младшего брата, выплыла из темноты и выбила кинжал.

- Ты, почему не в кровати. – может нужно было бы удостовериться, что малыш не поранился, хотя он с легкостью смог бы одолеть меня в спарринге, так как силен я только мозгами.

Мы не были с ним врагами, но я не мог не завидовать ему. Конечно, вот кто был любимым сыночком! Каждый его шаг, каждое движение вызывало у всех людей вокруг восхищение, любого, на кого хоть раз будет обращен лик младшего отпрыска, чья улыбка служит светилом. В отличие от меня. Я остаюсь первым на другом поприще, что полностью устраивает меня, в алхимии равных мне нет. И пусть я в тени, но даже отец не знает истинных способностей этого сына, чьё великолепие не померкнет во век.

— Это я и хотел спросить у тебя... Мне никак не спалось, а нянечки так крепко спали, и немного подумав, я решился. Не будет ничего страшного, если выйду и прогуляюсь немного. – раздался довольно путанный писклявый шепот.

Боги, надувшимися щечками, он выражал свое недовольство.

- А твоя сестрица, ты разве не заметил, что она находится не в своей кровати?

- Ох, Малик. Почему же все так изменилось со смерти маменьки? Вы с отцом оба закрылись от нас всех, особенно от нас с сестрицей. – не на шутку он начал выдавливать из себя слезы, не крокодильи, а самые настоящие. Но я должен быть строгим с ним, что бы не смел соваться вслед за мной!

- Послушай, возвращайся к себе в покои, а я быстренько приведу нашу милую сестру.

- Я не верю тебе… И я тоже пойду! – смешно притопнув ногой, он даже сжал кулаки в гневе.

- Хорошо-хорошо братец, прости, но только на одном условии. – дождавшись кивка, продолжаю. – Как только я скажу тебе уходить к себе, ты тотчас побежишь. Понял?

Прокрадываясь сквозь охрану, что делала вид будто не замечала нас, мы быстро добрались до подвала, в котором было рабочее место отца, его тайная магическая и алхимическая лаборатория. И застыли в ужасе от увиденной картины.

Наша маленькая и любимая сестра, связанная сидела рядом с телом нашей матери на мраморном столе. Отец, поглощенный паранойей, начал видеть предателей в каждом углу. Его разум, опутанный страхом и ненавистью, вел к всё более жестоким мерам. К нечеловеческим опытам, над телом собственной некогда любимой женщины. И вот к чему это привело.

Медленное капание воды, из трещин в стенах, было самым громким звуком. Я стоял, как маленькое дерево под сильным порывом ветра, решая сломаться ли или держаться изо всех, сил. Меня манило к остывающему телу отца, лишь прикоснувшись к нему я почувствовал, как тьма стала наполнять меня. Каждый вдох напоминал мне о том, что моя жизнь теперь будет связана с этой тьмой.

Эта сила… ее совершенно недостаточно.

Призраки моих близких стояли перед моими глазами или это всего лишь иллюзия смерти подбиралась своими клешнями и ко мне. Шепот, что нес проклятия, пропитывали меня и пол подземелья реками крови.

Злоба и месть отпустила меня в тот же момент, как отец испустил последний вздох. Наконец вся семья была в сборе. Мама, отец, сестра, брат и только я стоял над телами моей мертвой семьи.

Замок, некогда утопающий в сиянии светлых моментов, теперь излучал только тьму и страх. Подданные с опаской обходили его стены, зная, что любой промах может стоить им жизни. Новый господин не знал пощады — за малейшую провинность следовали жестокие наказания. Плахи и застежки, которые когда-то использовались для укрепления замка, теперь будут служить лишь орудием террора. Я стану живым символом несчастья, для каждого жителя моих земель, пробудив темную энергию. Теперь я наконец-то нашел свое место. Прошлого нет, и никто не сможет вернуться в те дни.

. . . . . .

Я даже удивлена, что хватило одной ночи, и узнать о человеке больше, чем он знал о себе сам. Как же мне не нравится параллель, что сама собой проводилась у меня в голове. Линия судьбы колдуна Малика и Сао слишком похожи. Но посмотрите какими разными выросли эти двое! Однако, в их судьбах столько общего, что заставляет задуматься о том, как сильно влияют на нас наши корни. Для одного прошлое опора, для другого бремя. Но к кому же относится Сао?

А, как родитель может допускать физическое или моральное насилие над своим ребенком? Любить одного и ненавидеть другого? Треснувшая семья, не смогла склеится и родные друг для друга люди в одночасье погрязли в насильственных и токсичных отношениях.

Свои страхи и комплексы отец маленького и еще не разбитого ребенка, вымещал на него, из невозможности найти решение или хотя бы желания изменить и загладить ошибки и непостижимую вину. Просто выбрал путь насилия! Он не воспитывал и уж тем более не любил, он наслаждался своим доминированием, над кем-то кто пока не может дать отпор. Цепочка травм и обид была передана Малику, который… Очень удивил меня, он смог воспитать Брайю, дав ей все, вырастить полноценной личностью… Но лишь на время, пока корни семьи не проникли в моего близнеца и не разрушили ее.

Но, каким образом Сао смог показать мне прошлое Малика? Думается, что древняя сила, коснувшись любого, будет знать о человеке всю его жизнь, страхи, потаенные желания. Она живая и обладает разумом? Если так, значит ее можно победить, запечатать. Нет ничего не возможного, да? За все долгое существование она впитывала людские молитвы, давая то, что они так желают, становясь отражением их душ, а потом убивала, забирая то время, что было отведено судьбой. Узнав и взяв то, что ей интересно, сила становилась только могущественнее и опаснее. Возможно, она существует вне времени и пока людской род будет существовать, не сгинет и она.

Странное слово победить, но нам нужна победа над ней, не просто над силой, а над самим злом. Если оно продолжит влиять на жизни людей, каким станет будущее? Но, ответа нет, как и совершенно никакой информации, день изо дня я перелистываю страницы, в надежде отыскать истину между букв, стирая страницы до дыр, но тщетно. Должен же быть хоть один единственный способ обуздать ее разрушительное воздействие.

- Раздумываешь заходить ли? - из двери, порог которой я никак не отважусь переступить, выходит мой товарищ.

Безоговорочно киваю, избегая понимающего взгляда Германа, хоть я и каждый день проведывала Литицию, но, как только она пришла в себя, больше ни разу не приходила к ней… Ночное свидание настолько выбило меня из колеи, что не задумываясь я пришла сюда.

- Она очень интересуется почему, ее же подруга избегает ее общества.

- Что за апофеозные обороты? – фыркнула на здоровяка я.

- Ялина, никто не винит тебя. – его большая ладонь тормошит меня по волосам, пока мои глаза выражают крайнее сомнение всему происходящему.

- Но, что я скажу?

- Что скучала по ней. – прежде чем уйти, с хитрым прищуром парень запихивает меня в комнату и с еще более гаденькой улыбкой серьезно кивает, резко захлопывая дверь перед моим лицом.

Скрипучая дверь впускает меня внутрь хорошо проветриваемой комнаты больничного отсека, что на неопределенное время стал для Литиции новым домом. Запах трав витает в воздухе.

- Яла. – слабый голос подруги достиг моих ушей, а у меня, не осталось возможности снова сбежать.

- Смотри, у меня несколько дней, как появился румянец. – радостно показывая на здоровый цвет лица указывает и правда почти полностью выздоровевшая Литиция.

Она, как всегда жизнерадостная, все понимает и совсем не ругает меня, за просто отвратительное отношение к ней. Несмотря на мое замкнутое поведение и отсутствие, когда я должна была быть рядом, Тици с легкостью принимает меня обратно в ряды подруги, будто бы не было той дистанции, даже не зная, что я сама исключила свою кандидатуру из списка ее окружения. Общение с ней, словно спасательный круг, что напоминает о бесценности дружбы.

Я не могу не думать, как сильно обидела ее и продолжаю это делать. В своих мыслях пинаю себя, вспоминая, как легко могла бы разделить с ней свои переживания и страхи. Она не заслуживает моей отрешенности, но каждый раз, когда я пытаюсь сделать шаг навстречу, внутренний страх закрывает мне дорогу. Мы молча сидим какое-то время, а я не свожу взгляда с двери, что заперла нас обеих здесь и сейчас. Голос Литиции спокойной симфонией разносится по просторам комнаты.

- Ты знаешь тогда, я боялась, что все это за зря. Но никто не мог придумать быстрое решение, к тому же распространение яда не в силах остановить никому. Прошу не обвиняй себя, в принятом решении. Ты спасла мне жизнь своими знаниями. Да было опасно, но все вышло. – Тици не говорила, а резала мне по сердцу. Подруга, не требуя ничего взамен, продолжает заботиться о моих чувствах. Ее понимание становится для меня настоящим спасением в бурном море собственных эмоций. Особенно в последнее время...

- И ты прощаешь меня за то, что я сделала с тобой? – слезы навернулись на глаза и через их пелену не удается разглядеть, что чувствует моя подруга.

- Думаешь я должна ругаться и кричать на тебя, требуя слова идеального искупления? Ялина услышь меня. – коснувшись моего лица, она не переставала улыбаться. – Ты спасла меня.

Мы провели с ней целый день вместе, я помогала ей поесть и размять затекшие конечности. Тици скоро сможет выпорхнуть из больничной клетки и вновь вдохнуть свежий воздух полной грудью и жить, просто жить, без оглядки.

- Гер поведал мне о каждом событии, которое я проспала. – Тицы сжимала единственно оставшейся рукой тренажёр, нагружая мышцы, что бы реабилитация после операции прошла успешно.

- Он выходил с тобой на связь? – я слышу вопрос, заданный будто, между прочим.

- Как ты?

Звонкий смех подруги отдается теплом в моем сердце, и повернувшись, я вижу туже грусть, отражением на ее лице, что испытываю сама.

- Не знаю, что мне делать… - слова застряли в горле, оказывается говорить об этом вслух с кем-то намного тяжелее, чем я представляла себе, особенно под понимающим взором, что горит огнем поддержки.

- Любовь – это не просто чувство, это решение. – сказала Тици. – Если ты не можешь жить без него, а я уверена, что и Сао рвется к тебе всем сердцем… Он не послушает никого, кроме тебя, его пары и, если ты, Яла не достучишься до нашего господина, он будет потерян для всех нас навеки. Если он сейчас погряз во тьме, твои искренние слова смогут достигнуть его сердца.

Все, что у меня вышло, только легкий кивок, будто его совсем и не было. Это ведь так просто сказать, что я чувствую к нему, открыто, честно и с любовью.

И вот я, здесь.

Зайдя за письменный стол, в кабинете Сао, смотрю по сторонам, ведь с его уходом будто ничего и не изменилось. На первый взгляд так и было, но если смотреть в глаза людям, то сразу становится ясным иное. Все потеряли надежду. Дыша полной грудью, стараюсь делать глубокие вдохи, но голова совсем не хочет приобретать ясность. Откидываясь на спинку стула, снова ловлю себя на том, что мой взгляд уже не впервые возвращается к ящикам стола. Больше не могу сидеть на месте, если он не вернется, тогда я пойду к нему. Мне неважно, что станет со мной, но я закончу этот порочный круг. Не знаю, как, но либо так, либо останусь там с ним, навечно. Принимаю решение за миллисекунду, да не в моих интересах копаться в чужих вещах, но… Мне так не хватает Сао, может я смогу найти хоть, что-то, что приблизит меня к нему снова.

Талантливый человек, талантлив во всем, так и вышло. Тици, как никто смогла донести до меня, что делать дальше, направив по верному пути. Она больше слушала, чем говорила, пока я не закончила посвящать ее в свои мысли. Спрашивая, что мне делать, в ожидании совета, на самом деле, я лишь врала себе. Все давно решено.

С того времени, как Сао ушел, я перебралась жить в его покои, так мне спокойнее, тешить себя надеждой и кормить призраками недавнего прошлого. Укладываясь удобнее, я зажигаю много разноцветных огней в комнате, что мерцают, словно светлячки, еще одна попытка успокоить себя. Уснуть не получается, распахнув глаза, я вновь возвращаюсь взглядом к шкатулке, что забрала из кабинета Сао давним вечером.

- «Ялина, ты нужна мне.»

Боги, сердце пульсировало так, что затмевало непрошенные мысли. Как вовремя прозвучал желанный голос, что просил меня прийти к нему.

Глава 15 Вкус победы

Спектакль, именуемый войной, закончился еще тогда, но бой в душе Сао достиг своего апогея здесь и сейчас. Все решится сегодня. В глубинах темного леса, где страшные тайны и магия витают в воздухе, разверзлась пропасть между мирами. Дракон, существовавший множество веков, пробудился к новой жизни и обрел великую силу, способную превзойти любое воображение. Он стал гибридом, совмещая в себе мощь древней ящерицы и тонкость магии. Мой любимый, которого я должна буду сейчас убить, или же он меня, ради всех тех, кто ждет возвращения своего лорда, вожака, брата, друга. Никогда прежде не видела такого сочетания сил и мощи у одного существа. Его присутствие нарушило равновесие и принесло ужас в и так шаткий мир. Но Сао не сдавался. Он знал, что на кону не только его жизнь, но и судьба всего мира. Он был готов сразиться до последней капли крови, чтобы восстановить утерянное равновесие и спасти свою любимую от поглощающей его тьмы.

Назад пути нет. Может мои слова и насквозь пропитаны уверенностью, но разумно полагать, спустя то недолгое время, что мы пробыли с ним вместе иногда понимать действия человека, которого любишь. Убегая, надеясь, ожидая, я не сижу на месте. Не спроста два человека сейчас смотрят друг на друга.

В лесу, глубокой ночью, мы встретились вновь. Ха, какой поворот событий привел нас обоих к этому самому моменту. Темная магия страшна и ужасна в своей коварности, так характеризующей джинов, о которых слагали сказки. В этот раз были только мы, на месте гибели его родителей, каждый шаг давался мне с трудом, земля словно всасывала меня, но я все равно шла только вперед, к нему. Облаченная в простое белое платье, распустив волосы и надев венок, сплетенный из трав, оберегающих душу, не двигаюсь и смотрю на того по ком скучала очень сильно.

Я чувствовала кожей, мужской взгляд, прожигающий меня, и не скрывающим любопытства, таящегося в нем, вместе с опасением. Нет, в его действиях не было злого подтекста, это лишь выражение непонимания в том, что я напоминаю его кого-то близкого. Ответно следя за ним, желая увидеть еще раз его перевоплощение, увидеть его новый для меня, такой магический облик. Осторожно ступаю к Сао, который теперь был настоящим монстром без души.

Черные глаза демона безумно долго смотрят на меня, но в итоге, как ни в чем небывало начинает говорить. Голос звучит низко и так околдовывающе, словно эхо из бездны. Ненароком я завороженно смотрю на дракона.

– Находиться в пространстве между мирами и здесь… Ты понимаешь меня? - находясь где-то далеко на минуту замолкает. – Небывалая сила плещется во мне, ты тоже ощущала эту вседозволенность, разрушить все одним щелчком пальца?

Каждый слог, произнесенный Сао проникает в сердце, оставляя в нем неизгладимый след волнения. Холод все глубже проникает в меня, но не собираюсь отрывать взгляда и на секунду, поддаваясь его чарам.

- И в первую очередь себя.

Собственный шепот кажется чужим, но поднимающийся страх перед новым Сао, и рядом не стоит с тем неизвестным будущим, что ждет нас после сегодняшней ночи. На мой ответ, уголок его губ взлетает вверх, образуя грустную, в совершенстве своем зловещую улыбку, что заставляет даже на миг сомневаться в реальности происходящего.

– Помнишь, что было со мной, когда я не раз утрачивала контроль над силами? – напоминая о былом, во мне таилась надежда вернуть моего дракона, напомнить ему о том, кем он был и какой путь мы прошли вместе.

- Ты знаешь, что я такое. – он не спрашивал. – И знаешь, насколько всемогущим стану и буду становиться.

Ну уж нет, не позволю этой силе запугивать меня и дальше контролировать Сао! Когда в моей руке сверкнуло украшение, заполненных тьмой глаз, коснулась неподдельная злоба. Кажется она очень недовольна тем, что я собираюсь сделать. В один миг на меня начинают действовать эти проклятые глаза, пронзая меня до глубины души. Они видят не только мое тело, но и тайны, наконец и я смогла ощутить эту проклятую силу на себе.

Смелость, решимость и искренность плескались на моем лице и в словах. Я не желала молчать и секунды, именно потеря Сао донесла до меня мои настоящие и глубокие чувства к нему.

Слова, которые он подготовил для меня сейчас срывались с моих губ. Они звучали не как призыв к действию, а как обещание, обещание, что все у нас будет хорошо. Словно тысячи раз помятый лист бумаги, вмещает в себя весь спектр эмоций моего дракона. Сколько же раз я успела перечитать его, впитывая каждое слово, написанное рукой Сао.

«Я никогда не думал о женитьбе. Отец, как ни странно, ни разу не заводил разговора о договорном браке. Меня это устраивало, ведь я не собирался становиться новым лордом земли. Но становясь старше я понял, что это мои прямые обязанности и подвести этих людей, что вырастили нас… не смотря на все это оставался Хаму. Я знал, как он относится ко всему этому и отбирать его будущее… Ох, это совсем не похоже на признание в любви, ха… Ялина, это прозвучит по-детски, но благодаря твоему появлению я приобрел смелость, что довела меня до столкновения с собственными демонами. Спасибо, что ты остаешься до последнего на моей стороне. Этот путь оказался для меня совсем не безболезненным, благодаря тебе я открыл много неприятных открытий о себе. Хотел бы, что бы ты не видела меня таким, но, что есть. Я так долго боялся сказать, что люблю тебя, но узнав себя, не хочу запятнать тебя чистую, всепрощающую девушку, что успела стать для меня светом. Смотря в твои глаза с каждым днем, я все чаще начал осознавать, что вот оно мое будущее… Но задать тебе этот вопрос так и не решился, ну и дурак скажешь ты. И будешь права. Я не хочу преподносить тебе кольцо матери, хотя и понимаю, что таковы традиции… Точнее, как раз таки придерживаясь древней истории я сделал кольцо сам. Я люблю тебя…»

Пряча ценную бумагу в карман, подхожу твердой походкой, чтобы пусть ненадолго, но сократить разделяющую нас, столь долго расстояние. Хочу, что бы он понял меня и услышав, принял мою честность.

- Ты никогда не думал о женитьбе, я же не думала о любви вовсе. Разделить с кем-то жизнь, кто бы мог подумать. Нет ничего идеальнее путаных слов в твоем письме, но в том для меня совершенно идеальных. – лишь упомянув об этом, глаз Сао словно коснулся живой огонек. Мандраж, что и так одолевал меня, не отступал ни на секунду, но я, как никогда была уверена в правильности действий. – Пройти все невзгоды, что подготовила для нас судьба, рука об руку… - продолжая говорить я надела на свой указательный палец кольцо из белого золота с большим черным камнем из шкатулки Сао и наконец сделала важный шаг во имя нас. – Женишься ли ты на мне?

Звуки не спящего леса прятали две фигуры, от посторонних слушателей. Только мы, только я и он. Вспоминая смех и слезы, мечты, сказанные вскользь, я больше не плакала. В эту секунду все страхи и невзгоды отошли на второй план, улыбка, способная победить все муки на свете не сходила с моего лица, когда так неловко надеваю кольцо ему на безымянный палец, без сопротивления со стороны потерянного мужчины.

- Я сделала его для тебя, наполовину светлый наполовину темный. – широкий титановый обод с вкраплениями алмаза и обсидиана по периметру, сверкал в ночном свете, когда Сао поднял руку ближе к своему лицу, как и слеза, одинока скатившаяся по его щеке, когда он поднял на меня ошарашенный взгляд.

- Лиа.

Дико закивав головой, я бросилась на его широкую грудь, выплескивая все, что накопилось за эти долгие несколько месяцев в итоге тоже давая волю слезам.

Минута спокойствия не могла длиться долго, а следующая его фраза вернула меня с небес на землю.

- Я не должен существовать. – со мной говорила не тьма, а Сао, что смог снизить воздействие на себя. Он сдавлено шептал, будто ему больно. — Это чувство так долго съедает меня. И я нашел два пути решения либо избегать, приняв свою новую сущность или же уничтожить свой страх. Но сам я не могу этого сделать.

- И ты просишь меня?

- Прости. Но я должен использовать тебя, что бы оно исчезло вместе со мной.

Сао беззвучно и очень быстро начал произносить неизвестные мне слова. Что это за древний язык? Но его глаза, глаза в которых плескалось все сожаление испытываемого моим бедным, моим любимым. Его губы не переставали произносить заклинание, но руки больше не держали мои, он залез в мой потайной карман и достал оттуда тонкий кинжал, что я взяла с собой.

- «Нет, я не могу, не заставляй меня!»

- «Прошу, любимая, только ты сможешь.»

Сжимая кинжал в руках, я ровно смотрю на своего возлюбленного.

- «Нет.»

Медленно отвожу волосы с шеи, внимательно следя, как отразятся мои действия во взгляде дракона. Он удивленно следит за моими движениями, кажется забыв сделать новый вдох. Я знаю, что готова, но все равно испытываю жесточайшее волнение, это ни идет ни в какое сравнение с предложением руки. Вынуждаю наклониться Сао и с силой впиваюсь ему в шею до крови. Часто моргаю, сосредотачиваюсь и наконец чувствую вкус ржавчины во рту, значит у меня получилось, с усилием над собой, пытаюсь выдавить немного крови, что бы в итоге проглотить. Моя грудь неистово вздымается, хоть я чертовски боюсь, но ради Сао готова пройти все это.

- Как же приятно. – Сао протягивает каждый слог, плотски смотря на меня смеющимися глазами, полными вожделения, ведь настает его черед.

Не замечая, что меня трясет, как осиновый листок, мужские руки спокойно и крепко держат меня. В один момент он опускается и прячет лицо у меня в падине ключицы, вдыхая мой аромат... Боги, Сао и тут же колющая боль пронзает тело. Ему не составляет труда впиться в мою кожу, клыки с легкостью пронзили ее, как бумагу, клыки, что приобрел он, заразившись тьмой. Сао снова оставил след. Свадебный ритуал свершен, но дракон не собирается останавливаться и по-настоящему пьет мою кровь, и я позволяю ему это. Ведь миг назад его глаза только что были ярко голубого цвета. Я ждала, что же случится дальше, не иссушит же он меня досуха? И пусть, если это спасет или по крайней мере освободит его из тюрьмы, неважно, что будет со мной. Ната, как-то рассказывала мне, что кровь имеет большое значение для темных магов, которые используют ее по обыкновению в своих ритуалах. Потому что кровь полностью отражала своего носителя, будь то, например девственная душа, ген оборотня или ведьмы, коей я и являюсь. Но моя истинная сила не имела ничего общего с прародителем магии, который сейчас упивался моей кровью. Я пришла из другого мира и была награждена светом, что несла в себе благодаря желанию Брайи, поэтому древнее существо не сможет высосать из меня эту половину силы, поглотив, так как она является светлой энергией и служит ядом, для такого, как он. Так много мыслей в голове, об этом можно рассуждать вечно. Если… Убить носителя, сила просто найдет себе другую жертву, как паразит, присосавшись к новой личности. Или же все будет наоборот и убийство лишь выпустит темную энергию во внешний мир. Опускаю руку с кинжалом борясь с желанием потерять сознание.

Видимо хватило даже малейшей части моей силы, отравить нового Сао, полностью сотканного из черной энергии. Но чего тогда оно добивалось?

- Ты подвел меня мальчик.

Змеиный шепоток исходил от Сао, но говорил совсем не он. Плюясь кровью, губы дракона беззвучно двигались, когда он оттолкнул меня, подальше от себя. Раненный монстр ходил из стороны в сторону, мельтеша и задыхаясь. Оно умирало, но, что будет с Сао в таком случае!? Так все это было неслучайно, обычный фарс, злобная сила специально вернула разум дракону, чтобы в итоге он был убит своей собственной парой. Как низко, но этим планам не суждено сбыться. Я стала невольным зрителем борьбы моего любимого с самим собой. Сгибаясь и держась за живот, свободной рукой Сао рисовал на своей коже незнакомые мне символы, что были похожи на древние письмена, снова, что-то быстро и беззвучно произнося, будто боялся, что его перебьют. Его поглотил взявшийся ниоткуда огонь, не причинивший вреда оборотню из клана Канхотими.

Тень что столь долго скрывалась в глубинах сознания Сао, таилась и пожирала его все время, вышла в настоящий мир, мир смертных, приняв форму двойника Сао. Только светящаяся жуткой зеленной кожа и змеиные глаза выдавали его истинную сущность. Чувство паники охватило меня, когда я поняла, что это уже не просто отражение, а нечто большее – воплощение зла, что обрело плоть и кровь. Одна только аура сеяла смятение, вызывая самые потаенные кошмары, наполняя душу мрачными намерениями, что служили рассадником и так существующих фобий и недоверия. Каждый шаг двойника отравлял землю.

На наших глазах произошло рождение, чего-то неведомого, но уже когда-то существующего на белом свете. Магия решила, снова принять облик своего носителя, как и однажды. А, если тьма стала полностью человеком, то никак не могла быть совершенным существом, способным жить вечно. И самое главное, теперь он смертен. Мы должны убить его пока не поздно, не смотря на пугающе могущественную магию, готовую вот-вот уничтожить и нас и все живое.

Я не хотела мешать, но и сидеть, бездействуя не было моей целью. Попытавшись встать, падаю обратно на землю. Вот гадина, выпил слишком много крови. Затуманенным взором, вглядываюсь в тень, что приближается ко мне, я уже готова закричать, когда дикое облегчение наполняет меня.

- Сао, ты жив. – восклицаю заплетающимся языком, пока он нежно обнимает и целует меня, где только может, успокаивая себя. – Тебе пришлось стать настоящим монстром, чтобы наконец смириться со своей судьбой. Принять не родителей, брата, Брайю их поступки, а себя! Сао борись и помни… Я люблю тебя. – ни теряя ни секунды признаюсь ему в чувствах. – Прости, что так долго не могла сказать тебе это.

- Как же хорошо, ха-ха-ха-ха. – кажется в эту минуту оно разговаривало само с собой, не обращая внимания на наши персоны упивалось новой версией себя.

Поцеловав меня в последний раз Сао взял мое лицо в теплые ладони, по которым я безумно скучала все это время.

- Обещай мне, что выживешь… И я тоже люблю тебя, люблю и буду любить до последнего вздоха. – прикоснувшись лбом о мой, он не отстранялся какое-то время, скрывая нас за вуалью длинных волос, но все же ему пришлось отпустить меня.

Сао встал и направился к своему двойнику, он шел тяжело дыша, сжимая кинжал так сильно, что порезал ладонь и кровь быстро капала на траву.

- С каждым днем меня наполняла ненависть к самому себе и все благодаря тебе темный без имени. – с замиранием сердца я слушала Сао. – Но потом на ее место приходила пустота, я думал, что смогу жить так, но спасибо, ты показал мне, что без чувств и эмоций мы никто, лишь оболочка. А я хочу жить, радоваться, расстраиваться, любить. – повернувшись Сао послал мне лучезарную улыбку, будто говоря, что переживать не о чем и снова вернулся к разговору со тьмой.

Шипя и кружа напротив друг друга, оно не сразу, но заговаривает.

- Я дал тебе то, чего ты так хотел. Сила, власть, разве этого недостаточно!?

- А все те смерти? Пока ты был во мне, я слышал тени тех, кого ты погубил, их мучительные крики. Даже сейчас, стоить закрыть глаза, как их страдания вновь и вновь возвращаются и тянут меня обратно в омут. Неужели тебе все равно?

- Совершено. – наслаждаясь темный Сао, не переставал хихикать. Он походил на ребенка, что только начал познавать этот мир и себя в нем. – Я питаюсь духовной силой, в этом состоянии моя сущность, мое естество. И я убью всех до единого и начну с нее, а потом возьмусь и за тебя.

По мере их разговора погода начала меняться. Ветер усиливался, подхватывая горе, что пропитала лесную опушку. Я дышала так медленно, как только могла, ли ж бы не потерять сознание и не оставить Сао одного сражаться с монстром или по крайней мере не стать обузой.

Они действуют одновременно.

Нельзя сказать кто был первым. Ненавистный мною момент настал, время будто замерло. Никто из них не обороняется, каждый пытается нанести смертельную рану первым. Сколько они продержаться вот так, десять минут, час, сутки? Обратный Сао вспарывает грудь моему дракону, длинной когтистой рукой, что все еще находилась под воздействием силы гибрида. Они оба до сих пор оставались магом и драконом! Сжимая трансформированной лапой дракона, кинжал, что настоящий Сао воткнул в сердце, темный попытался вытащить его, но Сао держал его не менее крепко. Они замерли в объятиях друг друга истекая кровью, но продолжали стоять, оба. Сао вытащил кинжал, а зверь, что притворялся им заулыбался кровавыми зубами, словно говоря «ну и, что ты можешь против меня?».

Их противостояние не может длиться вечно, должен остаться один, но вот Сао пронзает свое сердце, вдавливая, словно кромсая сердце в кашу. Они оба падают навзничь, пока я беззвучно кричу, продолжая слышать в ушах мрачный смех, который надеюсь больше никогда не услышу, быть может в кошмарах. Оно умерло. Но я не верю в это, из последних сил подползаю к телам, чьи грудные клетки не вздымаются. Трясущимися руками вытягиваю кинжал из груди любимого, и заношу его, над телом темного существа желая снова пронзить, но взгляд возвращается к Сао. Это останавливает меня лишь на секунду, а уже в следующий миг я раз за разом наношу ножевые, раздирая и кромсая грудь побежденного злейшего и древнейшего. За всех, кому оно причинило столько боли и страданий. Упав от бессилия, я перевернулась на спину, захлебываясь и рыдая. Это не просто грусть или потеря, тень, что поселилась внутри меня, пустота. Слезы стали спутником моего несчастия, выть я больше не могла и так надрываясь изо всех сил, ведь мир уже обрушился на меня. Сжав руку Сао, что лежал правее, я боялась взглянуть на него и увидеть, что… Нет, он должен остаться жив. Перевожу взгляд на мертвого темного.

- «Ты больше не притронешься ни к нему, ни к кому бы то ни было другому.»

Вкладывая остатки покидающих меня сил, произношу заклинание, делаю пассы руками. Сначала правая, а затем левая рука вытягиваются передо мной и будто упираются в невидимую стену, опять смыкаясь по середине и дотронуться до лба, как в молитве, опуститься к губам и запечатать сильнейшее проклятие в этом почти умершем теле, чтобы она никогда не выбралась наружу. Дело сделано, последним моим движением становится щелчок, с которого я сдуваю появившиеся языки пламени на мою цель и сжигаю. Сжигаю тело, не оставляя и следа, но, что бы ветер не разнес его прах во все стороны, магией собираю частицы пепла, запечатывая их в кокон, наподобие замурованного места, что станет для тьмы вечным обиталищем. Навсегда.

Тяжело дыша, в последний раз смотрю на своего любимого. Не обращая внимания на боль, что одолевает все тело, склоняюсь над драконом и целую его холодные губы, мысленно произнося слова исцеления, не чувствуя силы. Последнее, что вижу, ярко голубые глаза Сао, ха, как же хорошо… Ты выжил, а я вот не сдержала своего обещания. Делаю последний вдох, и моя грудная клетка опускается, навсегда замерев и я безжизненно падаю на тело Сао.

- «Я люблю тебя Ялина».

Глава 16 Возвращение подобное смирению

Сао

По обыкновению я любил сидеть на руках у мамы, когда считался все ещё несмышлёным, но уже отданным на обучение наследником. Она работала с какими-то документами, а я черкал углем всякие каракули, что тоже считал важным занятием, не требующим отлагательств. На одном из черновиков, что отдали мне для рисования, ровным и знакомым почерком, был написан один стих. Эти строки навсегда запомнились моей памяти, настолько впечатлив маленького человечка, ещё не знающего этого мира.

«Потерян дом, меня там больше нет

Кричу, зову, ответа нет,

Чрез стены клетки не пробиться

Но время есть, что бы смириться

Иду вперед, ступая по дороге из угля

Горит она, горю и я

В моей душе давно пожар

Не слышу я себя, тебя

Я не люблю тебя, себя

Как быть, как жить, сломалось все

Хочу домой

Но дома нет

Лишь пустота

И я иду

Теперь покой моя отрада

Отныне и вовек

Сломанный я человек.»

- О чем эти слова, мамочка? Тебе больно? – тогда я с беспокойством коснулся ее лба своей ладонью.

- О нет, я нисколько не печалюсь, нет. У меня есть ты, Хаму, Наталья и ваш папенька.

Последнее мы сказали с ней в унисон, и она ласково поцеловала меня в макушку.

В моих кошмарах виновата кровать, определенно. Как не задаваться вопросом, что теперь делать со своей жизнью, которая разделилась на до и после? Вернуть доверие близких…Ох. Посреди ночи, что окутала мою жизнь... Снова неспокойно спалось… Даже скрежет веток за окном больше не был для меня зловещим. Но если я вновь закрою глаза, то собственный стыд вновь накинется и растерзает. Ну уж нет, этот пир не состоится. Я снова дома… Дом. Недавно убежищем для меня служил замок, пропитанный кровью жертв, что отравляет любого, кто ступит на каменный пол. Теперь же после возвращения, мое пребывание в Верелде ограничивалось стенами мастерской. Никто не пользовался ею со смерти моего отца, я в том числе. Много раз, подходя к двери так и не находил в себе сил толкнуть и войти. Но вот я здесь. Совершенно один, теперь кажется окончательно. Пусть недавно во мне находился сожитель, что каждодневно и всеми силами надеялся совратить, незатыкающимся шепотом, дабы завладеть разумом. Он с самого начала оставался мне врагом, сколь уговоров и уловок испробовал, но терпел фиаско.

Оно считало нас одинаковыми, но тем, кем я являлся на самом деле долгое время не был ему нужен. Не злой и бессовестный, не коварный и жестокий, ненавидящий все и вся, а травмированный ребенок, коим я оставался до сей поры. Темная сила просчиталась… Ура, аплодисменты, как все рады.

У меня даже нет сил удивляться еще и тому, что я остался жив. Раз все случилось и мир не отринул меня, значит так тому и быть, но почему нет совершенно никакой радости? Уверен причина этого безмолвного недоумения кроется в том, что дни мои перестали начинаться с рассветных лучей солнца, лишь темные краски, что разукрашивают будни в серые оттенки одиночества. Все же от всех не скрыться, а видеть на лицах людей приветственные улыбки… Нет, нужно прекратить, их радость и теплота во взгляде никакая не маска и я нисколечко не обманываю себя в этом. Наверное. Но пока свет снова не озарит меня, томиться буду в клетке, состоящей из собственных решений и ошибок, в которую сам же себя и заточил.

Ох, право слово, он продолжает следовать за мной даже ночью? Как можно активнее шевелю ногами и почти успеваю захлопнуть двери в мастерскую. Правда у нее другие планы, потому появление ботинка, что вклинился, не сулит дальнейшего спокойствия, и мешает запереться.

- Ты зашел меня проведать, как приятно. – плюю на ситуацию, хотя и мог бы пытаться закрыть дверь, борясь со своим бывшим другом. Ого мыслю точно, как он.

- Долго будешь влачить жалкое существование? Ну и жуткий вид у тебя дружище. Давно в зеркало смотрелся?

Подняв голову, безучастно оцениваю настрой Германа, что кажется разговаривал со мной, как и раньше. Он отвратительно прав, я выглядел ужасно. Черные тучи поселились не только в моих обыкновенно ярких глазах, но и под ними, выделяясь большими кругами. Кожа никогда не считалась и не представлялась столь бледной, как сейчас. Осунувшееся лицо больного человека в отражении осуждало меня из маленького настольного зеркала.

- Она не пришла в себя? – накрыв его тканью, возвращаюсь к беседе, от которой теперича не сбежать.

- Отнюдь, все по-прежнему, но Ната просила напомнить, что твоей паре нужно время на восстановление…

Я не смог произнести и слова.

- Мы все давно не видели тебя брат, хватит оставаться в одиночестве. – немного прокашлявшись он продолжает, кажется ему странно говорить такие слова, а мне слышать их. - Все скучали и рады, что ты вернулся. – Ялина проснется, обязательно.

- И когда ты успел так вырасти? – наверное первый раз я позволил себя хмыкнуть, проявив настоящую эмоцию. – Держи. – протягиваю ему то, над чем трудился и корпел все это время.

- Ты это серьезно?

- Отдавай, если…

Гер быстро прерывает меня, отходя на несколько шагов назад.

- Нет, это ачешуенно! Это теперь мое! Что отдано, то подарено, что моё, теперь мое…

Он не собирался останавливаться, неся всю эту ахинею. Интересуюсь у своего друга, с горящими глазами.

- У кого ты научился таким выражениям?

- Дайка подумать… Мисс Наталья или Ялина, Ялина или мисс Наталья. – а он не планирует затыкаться. – Мы ждем тебя Сао. – кажется Гер еще долгое время будет улыбаться, но это не так уж и плохо.

Получив заряд грязной тряпки в лицо, мы понимающе уставились друг на друга.

- Сделаешь такую же для Тицы? – надежда, вспыхнувшая в его взгляде, поразила меня. Неужели этот парень успел так вырасти?

- Для нее у меня уже готов эскиз, хочу попробовать кое-что новенькое.

- Спасибо брат.

Махнув на прощанье, я удостоверил его, что приду попозже.

. . . . . .

Переступая двери парадной, мне кажется, что я зашёл совершенно не туда. Это, что шутка?

- Брат, вот и ты, очнулся спустя эти долгие месяцы, мы все тебя ждали. – улыбаясь безумной маской на меня глядит мой единственный брат. – Ты так вовремя пришел, благослови же нас о молю тебя.

Шутка судьбы, не иначе. За столом, украшенным букетами белых цветов, восседал Хаму, что гладил по голове тихо плачущую и связанную Ялину, одетую по нашим обычаям в свадебное платье моей матери, но совершенно испорченное от пропитавшей его крови. Не верю, что это мой брат, но вот он прямо передо мной, совершенно такой же, как и прежде. За одним исключением, тело, за исключением головы - это скелет. Не человеческий, нет, он облачился в доспехи, состоящие из костей.

Ужас окутал нашу залу, это взаправду? Я ущипнул себя, оставляя синяк, пока брат, что сошел с ума неистово хохотал, кружа вокруг небольшого стола, что по всей видимости сам и организовал.

- Я собрал всех наших друзей, они совсем не противились и пришли поздравить нас с Ялиной, ах, я, так этому рад. – потрепав по щеке Германа, он задел его голову и покачнувшись она упала назад, открывая глубокий порез на его шее. С трудом мне удается сдержать рвотный позыв. Дамир, Мейли, Герман, Литиция, даже Люси все мертвы. Сердце каждого лежало перед ним на блюде. Теперь их души принадлежали теням другого мира.

- Ты, что ты сделал? – посмотрев на Хаму, я ожидал услышать вразумительный ответ.

- Почему так разговариваешь со мной брат? Столько мучительно много времени я поддерживал в тебе жизнь, а твои слова совершенно не пропитаны благодарностью. – щелкнув пальцами и, что-то прошептав Хаму недовольно смерил взглядом, пока чьи-то невидимые руки волокли меня ближе и в итоге усадили за стол.

- Ялина, Лиа, что происходит! – я не обращал внимание ни на кого кроме своей пары, но она только плакала, даже не пытаясь выбраться из захвата.

- Ы-ы-ы-ы, Хаму пожалуйста. – не прекращая плакать кричала Ялина. – Я согласна, люблю тебя, отпусти хотя бы Сао, он ничего не знает, ы-ы-ы Хаму…

- Зачем тебе все это?

- Я всего лишь заключил контракт с тьмой, пока этого не сделал ты. Он обещал мне мою любимую, но так, как Брайю уже не вернуть… - театрально смеясь он остановился возле Ялины и взяв ее за лицо сжал щеки, немного потрепав.

Его лицо, доселе мне раньше знакомым, теперь таковым не казалось. Находясь в полутени, Хаму невозмутимо обводил место торжества погибели, наслаждаясь ли этим кошмаром. Любовь, что чиста и проста превратилась в безумие, что опутало разум моего брата. И сколько же я спал, что все сломалась, наша жизнь исчезла и оказалась воспоминанием. Я, я все придумал? Это не может быть правдой.

- Остановись ублюдок, будь проклят!! – чертыхаясь я порывался вырваться из плена, но это никак не удается.

- Уже братик, уже проклят, но эта сила так упоительна. Я же теперь второй по силе на земле, все меня боятся, все меня уважают. Приходиться, конечно, выкачать из сестрицы силы по не многу, потому что мне мало. Что ж, он предупреждал меня, но я должен подчиняться ему… - уже разговаривая больше с собой, он подошел ко мне так же, как недавно его рука нежно гладит меня по волосам. Я потерял все, что у меня было, Ялина больше не принадлежит мне… Постойте, а принадлежала ли вообще когда-то, пусть даже во снах?

Трепетная непогода охватила меня и заразила кровь ненавистью. Я поднимаю взгляд, а когтистая рука, в тот же миг пронзает мою грудь, вырывая пульсирующее сердце. Я знаю, что Хаму чувствует, те теплые струйки крови, стекающие по его рукам, что оставляют за собой лишь следы холодной пустоты. Но для меня уже ничего не важно, пусть всего секунду назад буря бушевала в груди. Хаму, как злой дух продолжает смеяться, наблюдая за моей посмертной агонией. Каждая пульсация отдается пыткой расчленения моей души. Глаза моего старшего брата сверкают жадностью уничтожения, последнего близкого для него человека, что оставался преградой для его личного счастья, с девушкой-копией его Брайи. Все, что я мог, это задыхаться от гнева и непонимания, ведь мир уже не спасти, поглощённый отчаянием.

В последний раз медленно моргнув, закрываю веки теперь в последний раз.

. . . . . .

- Почему не заходишь? – Хаму подошел вплотную ко мне, и не отрываясь рассматривал мое лицо.

Он совершенно не изменился, лишь уголки губ обыкновенно ровные и прямые, сейчас смотрели немного вниз. Я рад, что Хаму больше не прячется, мы будто вновь возвратились в то время, когда были детьми. И это не так плохо. Сжимаю губы, немного улыбаясь и брови сами собой приподнимаются, да, сконфуженность меня покорила, так долго прятался от всех, а они просто взяли и вернули меня в общество. Не только это не дает мне покоя. Бессонные ночи сказываются и даже бодрствуя перед глазами возникают галлюцинации, настолько яркие, что их доселе просто спутать с реальностью, что я и сделал. Прекрасно, это мой личный бред, хорошо одно, если все же сойду с ума окончательно, то не узнаю этого.

- Думаю, ты будешь не против сказать людям, что так долго ждали твоего возвращения пару слов? – Хаму вновь посмотрел на меня и ещё раз и ещё, и ещё, но я ничего не слышал, поэтому брат не стал сдерживать эмоции и взялся за переносицу сильно сдавливая.

Мы больше не слышали друг друга мысленно, связь давно разорвана и вернуть ее не получится ни коим образом. Он, как и я понял это, но нам нужно время, на смирение, а это не так уж и просто.

- Хорошо. – снова заговорил Хаму. – Мы готовы выслушать тебя. – развернувшись он сел на свое законное место и десятки глаз обратили свой взор на меня.

Пора взять ответственность за свои поступки, именно поступки. Все, что я совершил не было ошибкой. Лишь взвешенное решение, спасшее тысячи жизней, о котором я не жалею. И приказал себе помнить все до мельчайших подробностей, в назидание, только бы не забывать ни одну потерянную душу, павшую от моей руки. Желая видеть недоверие и страх в глазах людей, видел томление, что пожирало каждого в этой комнате. Вера, вот, что плескалась во взглядах, что, не моргая смотрели на меня. Глубоко вздохнув, я начинаю:

- Горькая правда разрушила нас с вами. Я делал вещи, не граничащие с совестью и принципами, что взрастили во мне родители. Предательство, что совершил, вы можете не прощать меня, нет, прошу не прощайте. Но услышьте меня, я отрекаюсь от права носить фамилию нашего племени, своей семьи, я больше не принадлежу ни к какому виду. И если вы захотите изгнать меня, то уйду. Помните меня тем, кем я считал себя когда-то… - за здравие начав, закончил всем и сразу собрав в несколько предложений сумбур, творящийся внутри головы.

- Сао, вечный сир наш, может вы больше и не вожак нам по крови и силе, но все равно останетесь для нас членом семьи и добрым другом! Клятву, что каждый из присутствующих дал вам нерушима, неважно кто вы сейчас. Мы надеемся на понимание, крепкое рукопожатие и распитие кружки вашего любимого медового прохладительного пива со всеми вашими слугами, сир. – Лафранц, этот парень никогда не умел молчать, вот и сейчас смог вызвать много одобрительных кивков. Желающих высказаться было предостаточно, но они молчали, уважая разговор своего нынешнего вожака и ушедшего.

- Устроить бы тебе взбучку младшенький.

- Сир Хаму снова за свое. – думается теперь обращение, что единолично принадлежит ему по праву, больше не режет слух моего старшего брата, поэтому с улыбкой склоняюсь перед ним, после всех рукопожатий, объятий, похлопываний и постукиваний по моим бренным плечам и спине, когда вся стая драконов наконец покидает и оставляет нас с братом наедине.

Хаму похлопывает меня по плечу, веселится во всю, только посмотрите. Брат отвечает на мою издёвку тем же, что и вся стая недавно и я рад этому, странно да, но рад.

- Я должен вернуть… - снимая семейный перстень, со спокойной душой отдаю его, в нежелающие принимать руки, недовольного человека, восседающего на одном из тронов.

- Хаму. – посмотрев на брата, продолжаю. – Ты все понимаешь, так надо. Я больше не принадлежу семье… И не могу зваться Канхотими.

- Давай хоть раз ты сделаешь по-моему? Оставь себе, на время, а там, если все еще будешь считать также, не буду тебя переубеждать. – к концу его фразы, я спокойно надеваю печатку обратно.

- Ты теперь с нами, не собираешься уходить? – провожая меня до входной двери, снова начинает расспрашивать о том, о чем я совершенно не ведал.

Не сводя взгляда с мельтешащих по своим делам людей, детишек, что играют в зеленной траве непосредственно смеясь и радуясь жизни. С упоением вдыхаю свежий и родной запах. Погожий денек согревал теплом, но внутри меня до сих пор пробирало одним лишь холодом. Раз мы решаем откровенничать, то, пожалуй, и я попробую уподобиться ситуации.

- Возможно, единственным моим спасением стал я, как бы странно не звучало. Воспитание родителей, их травмы, что взрастили в нас собственные. Спасибо им. – прошептал я, смотря в никуда.

Боле не смеюсь, не плачу, наоборот, воспринимаю мир сквозь призму вселенского спокойствия, к своему сожалению, до того момента пока не встречусь с ней и тогда пошатнувшись, ох, как же я тогда свихнусь, не сдерживаемый никем. Научившись стоять на краю бездны, я не боюсь упасть, потому что в падении есть своя красота. И все благодаря одной девушке, что показала мне такую жизнь, что помогла открыть меня для себя и я обязательно должен сказать ей об этом.

- Оказывается довольно трудно стоять рядом с человеком, что мысленно написал целую поэму, пока сам я ни грамма не понимаю. Эх, скучаю по нашим мысленным препирательствам. Ты думаешь о Ялине да? Ну, конечно. – Хаму не пытался понять, он просто на просто принял меня сегодняшнего.

Не успев ответить, нас банальным образом прерывают. Разъярённая Люси, будто на ускорении мчалась в нашу сторону, кажется отрастив себе дополнительную пару ног. И целью ее был Хаму.

- Мерзкий, раздражающий, когда я наняла себя в твои секретари, ты не сказал, что в мои обязанности будет входить твое преследование. Если решил отлынивать от работы, то будь добр сделать меня маркграфом Верелдских земель, а сам уплыви в путешествие далеко-далеко, что бы я не нашла тебя, чертов ты кусок…

- Пока тебя не было многое изменилось. – прикрываясь от метких ударов девушки отсалютовал мне Хаму, вот так поворот.

- Нет, все так как и должно быть. – увернувшись от очередной оплеухи, Хаму стойко перенес нападение и отряхнувшись удовлетворенно кивнул мне на сказанную вскользь фразу.

- Прошу прощения за столь неприглядный вид, но ваш брат, этот несчастный, ох, я должна держать себя в руках. – извинившись и почтительно склонившись передо мной, Люси стреляет грозами из глаз в сторону ее господина. – Вас ожидают кучи документов, кучи документов! Даю десять минут, что закончить разговор и приступить уже к своим обязанностям.

Повторно поклонившись Люси ушла, не прекращая распаляться, но уже тише, не изменяя себя.

- И, как же ты держишься, бедный. – цокая, не удержавшись смеюсь в голос, чувствуя полное удовлетворение. – Люси посвятила себя твоему служению? Тебе повезло, что на твоём пути появился такой человек, она не даст тебе продыху.

- Люси прекрасно исполняет обязанности, понимает меня с полуслова, и всего с одного намека способна увидеть картину целиком, именно то, что требую я. Она красива, наверное, в ней нет недостатков кроме характера, ох уж этот характер. Но без него, Люси совсем не Люси. Иногда мы можем закуситься из-за пустяка, часами спорить или выяснять кто прав путем спарринга. Мой секретарь заслужила делать то, что хочет, успев стать моими руками и если она решит уйти, то у меня снова пропадут выходные.

- Да вы действительно нашли кого-то лучше вас сир, какое восхищение.

- Не мели чепухи, изменения не так страшны, но ты действительно собираешься взять и уйти? Самоизгнать себя, в голове не укладывается, ты и я Сао всю жизнь были бок о бок…

Схватившись за грудь, словно пытаюсь остановить себя от желания пооткровенничать, но я решил больше не скрываться. С каждым глотком воздуха успокаиваюсь, понимая, что все стены молчания, выстроенные годами, рушатся. Эгоист, что винил всех вокруг, слепец, что не хотел слышать и слушать. Почему я раньше не понимал, что каждое затмение не станет концом. Сделав себя пленником однажды, в итоге я разорвал оковы собственной глупости.

- Мы родились с тобой альфами, альфами и умрем. – расправив плечи, я улыбаюсь. - В стаю мне теперь путь заказан, да и обращаться я больше не могу, чего скрывать, я силы то не ощущаю. Ха-а-а, никогда не чувствовал себя таким одиноким и свободным одновременно.

- Зато кое-кто уже давно планирует присоединиться именно к тебе Сао, если так соблаговолит судьба. – словно съем меда, елейно заговаривает Хаму.

- Генри. – одновременно произносим мы и неловко улыбаемся друг другу.

- Нам с тобой столько еще предстоит обсудить, а сколько сделать. – Хаму начал издалека, намекая на, что-то или мне только так казалось. И пусть, пойду у него на поводу.

- Став свидетелем твоей всепоглощающей любви к Брайе, я понял для себя, что не хочу испытывать подобное. Быть поглощенным чувствами, идти у них на поводу, что ж, я считал тебя глупцом, уж прости.

- Давно поддался в философы?

Сомнения и страхи, которые когда-то сжимали мое сердце тисками, стали лишь шёпотом на заднем фоне, отошедшим на второй план, потонув в череде размышлений. Долгое время мы с братом искали высший смысл в рассказах и печалях родителей, делая их своими собственными. Мир стал глухим, а мои собственные желания чем-то ненужным. Теперь я собираюсь сам написать продолжение своей истории.

Осталось одно неоконченное дело, поговорить с единственным человеком, и я буду ждать сколько придется.

Глава 17 Заслуженное спокойствие

Правильно ли чувствовать себя живым благодаря другим людям? Возвращение в реальность после переломных моментов по-разному сказывается на людях, вернуться или уйти навсегда. Но куда пойти, отбросив все? Одно такое место есть, место, где не просто найдется применение, место, где я бросил людей и должен вернуться. Возродить жизнь на мертвых землях и исполнить возложенные мною самим обязанности, особенно, как бывший альфа, спасти и обеспечить будущее и безопасность молодым драконам, что находились в плену у Короля Малика. Тяжесть незавершённости не отпустит, но превыше всего для меня стоит разговор с Ялиной. Осталось дождаться ее пробуждения и уйти. Разочаруется или откажется от меня, не напирая приму любой ее выбор, но для начала скажу о своем.

- «Почему же песня бессознательных грёз не отпускает тебя?» - ответа не последовало, но я не прекращу звать ее.

Раздвигаю ставни, в душную комнату врывается свежий и чистый воздух, отрезвляющий меня и наполняющий легкие спящей девушки. Сегодня выдалось довольно ветреное утро, дуновение погоды доставало и длинные волосы Ялины, поднимая и слегка раздувая их в разные стороны, словно они тоже дышат. Она просто спит, я внимательно смотрю, как ее грудь поднимается и опускается, а на губах нет и намека на обыкновенно мягкую улыбку. Само умиротворение, но она не такая, скорее упругий мячик, который, будет всегда отскакивать от стен не останавливаясь. Ты должна видеть прекрасные, пронизанные теплом сны, надеюсь так оно и есть. Теперь я каждый день провожу рядом с ней.

Поменяв в капельнице новый стеклянный сосуд с волшебным пойлом моей сестры, что поддерживает и напитывает тело Ялины, я принялся омывать ее. Капельница не внушала доверия, стеклодувы сделали все, как и просила Яла, но эта игла, раздирающая вены, от которой ее рука покрылась синяками, злила. Эта штука поддерживает в моей любимой здоровье… Нежно обтираю лицо, проверяя сам себя и запоминаю черты девичьего лика и красивые глаза, по которым я так соскучился… Стоп…

Если бы могла, она тут же убежала куда подальше, но слабое тело не позволит ей сделать желаемого. Когда ее лба коснулась холодная и мокрая ткань, а печальные и обеспокоенные глаза неотрывно заморгали, глядя на меня, я вновь осознал, насколько эгоистичные действия совершал и как же мне легко всегда уйти…. Пусть даже находя оправдание в иллюзии ее безопасности, ведь моя жизнь не так уж…

- Ох, помолчи уже, если еще раз скажешь подобную околесицу тебе несдобровать...

И, когда я успел превратиться в невротика? Ялина же не подумает, что мой смех, это издевка над тем, что она говорит слишком медленно, заикаясь, где-то проглатывая звуки, но я так счастлив, что она очнулась.

- Ты не умерла, уж прости и все еще слышишь мои мысли… - тяжко выдохнув истерично смеюсь, попутно извиняясь за каждый невольно вылетающий смешок, попутно объясняя важные вещи. Складывается чувство, что моя тоска, превратила меня в Ялину. – Судьба будь не ладна, забраковала мое драконье ДНК, так, как...

- О нет…

Даже эти два слово, звучат, как прорыв света в отходившую на второй план тьму.

- Дракон во мне уснул. – перебиваю ее. – Каждый день проигрывая наш первый разговор, я и не думал, что он будет состоять из ругани.

- Эй, мы совсем не ссоримся… Пока, что.

- Да, определенно нет. – взяв ее ватную ладошку в свою, заговариваю снова, но не о том. - Подходя ближе к двери, за который ты спишь каждый день этого долгого месяца, пол под ногами превращался в болото, останавливая. И если честно, в очередной раз не видеть никаких изменений в твоем состоянии убеждали меня сбежать, уверовав в то, что всем, а в особенности Ялина тебе, без меня будет лучше. Не могу же только я постоянно полагаться, это неправильно, но ты вернулась, ты снова здесь… - никак не выходит собрать всю какофонию мыслей, в одно предложение. По крайней мере я не молчу и стараюсь озвучить то, что гложет меня.

— Это правда ты, Сао? – она неотрывно рассматривает мое поникшее лицо. Явно лучше оказаться побитым ее маленькими кулачками. Ругается, совсем не поинтересовавшись о своем здоровье. В этом вся Ялина.

- Оставил меня! Спаситель хренов, вздумал рисковать ради этого долбанного мира, он, что важнее тебя? А знаешь, что… – она снова странно разговаривает, не забыв манеру своей прошлой жизни. Досталась всем, забытье кое пленило ее отступило, и теперь закипев, она с упоением ругала всех и вся, с дымом, валящим из ноздрей, пока, не выдохнувшись смилостивилась, вернув озлобленный взор на меня.

- Как себя чувствуешь? – грозно выпросила Ялина нежели поинтересовалась невзначай, попытавшись скрестить руки на груди и потерпев фиаско. Закрылась. А глаза, наполненные недоумением, искали чего-то неизвестного для меня.

- Хотел бы ответить, что совершенно никак, достоин ли вообще, что-то чувствовать… Но живой, живее, чем, когда-либо. – даже засмеялся, чего не ожидал от себя. Как же великолепно снова чувствовать. - Я всегда считал, что мне нужно искупление. Бабушка в детстве рассказывала нам с Хаму перед сном сказки о разных приключениях двух братьев, они впечатляли меня… Может из-за того, что я был ребёнком, то смешал их со своей реальностью, возомнил себя одним из них, но, когда мы проникли в лабораторию и сила проникла в меня. Прости, что не рассказал раньше…

Ялина любила перебивать, всегда это делала и совсем не поменялась за время разлуки.

- Неужели ты знаешь поболи меня? Не томи и рассказывай. – тяжесть разных глаз в состоянии растопить лед любого равнодушия, только не ее собственного, пока она сама не захочет обратного.

- Но ты очнулась совсем недавно Ялина, я позову лекарей, пусть проверят твое состояние.

- Ну нет, я прекрасно себя чувствую.

- Тогда, как только закончу ты меня уже не остановишь. – упертая.

Появившееся желание обмануть себя на секунду возобладало, вдруг слова помогут добиться ее прошения, сдвинув горы недоверия, пускай она и избегает смотреть на меня. Поправляю нервно капюшон, широкой кофты из плотной ткани, что греет меня, потому что по сей день я мерзну. Что ж пора пустится в долгий рассказ, засеянный объяснениями.

- Как ты помнишь, дневник бабушки Альмы остался лежать на моем столе, малышка не просила вернуть его и незаметно я стал зачитываться им, первое время коротая сутки. Естественно многое осталось непонятым и о Боги, заговоры, что опробовал не срабатывали. Не маг, не дракон, облегчение коснулось меня и быстро испарилось, лишь перевернулась страница. Я знал, что бабушка не обладала даром предвиденья, но текст, написанный ее рукой, четко описывал то, с чем соприкоснулись мы. Записи походили на ее сказку, как и в финале неизведанного врага должен сразить один брат из рода выживших, что обладает даром к обращению, ежели второй брат будет способен уничтожить мир, потеряв себя и предав семью.

- Хочешь сказать, что ты нашел пророчество того... о том… как… Да, как вобще можно хоть, что-то понять. Дерьмо. – Ялина еще не до конца оклемалась, не прозвенел колокольчик, разрешающий ей проснуться.

- Ты стала чаще ругаться. – почему не попробовать иногда сворачивать в обыденную беседу.

— Это все Люси. – еле приподняв руку и отмахнувшись, как от мухи Яла впервые посмотрела на меня, вновь уткнувшись глазами в другую сторону. – Она не позволяла мне скучать, а я выслушивала все подробности её взаимодействия с Хаму. Вероятно, ты уже осведомлен, Люси стала его секретарем. Так вот, я попробовала все вида алкоголя… Под четким руководством Люси. Мы развлекались тем, что устраивали дегустации с закрытыми глазами. – хоть и не спрашивал, Ялина сама поведала мне. - Если хочешь, то вечером можем устроить нечто подобное…

- Да? Точно! Не хочешь выпить? – кое-что осенило меня.

- Сейчас важно не мое спаивание. – пока Ялина говорила я протягивал ей кружку с водой, помогая попить, кажется она не так поняла мою фразу. Отпив для вида, моя помощь была отклонена.

– Откуда ты, Сао мог знать, что не погибнешь? Что именно ты сможешь противостоять этой силе, существу, злу, нечту. Почему никто из тех, кто встречался с этим не спросил хотя бы имя, а оно есть вообще? Ты точно выведал, что-то интересное. – Ялина четко выделяет «ты» и я внутренне содрогаюсь от этого, что ж заслужил.

Сморщившись, она косится на иглы, что ж думаю ничего страшного не случиться если вытащить их. Подкормка, как раз закончена. Закончив, смазываю синяки мазью Натальи и получаю в благодарность легкую улыбку. Мне нравится такая награда, но нужно закончить.

- Ему все подходит, я, ты, мы, он есть в каждом. Тень, что движется за нашими спинами, подталкивая любого к поступкам о которых мы предпочитаем не думать, но желаем в тайне, закрывая глаза. Зло, что сверкает во взгляде, негатив, проскальзывающий в нотах голоса, зависть и сомнения, пожирающие наши сердца. Мы прячем его за масками добродетели, что бы ужасные мысли никогда не вышли за пределы. Все это он, прародитель ненависти на земле. Темная сторона. – посмотрев в прекрасные глаза, нехотя раскрываю естество той силы и Ялина в конечном счете получает долгожданный ответ на заданный ею вопрос. - Впуская его в себя, я рассчитывал навсегда стать темницей и в последствии замуровать себя, что бы никто не нашёл нас. Я планировал бороться с ним до последнего, насколько хватит сил устоять. – прошептал свои не свершившиеся планы, для себя, но не ушей Ялины.

- Один его взгляд способен ощутить гнилостные корни, что хотели удушить… Словно рана, что никогда не заживет.

Ялина вернулась в тот поворотный вечер, не нужно силиться, представить его возможности. Злоба, что я испытывал к неосязаемому и покоренному существу, вылилась только в сжатый кулак. Не желаю реагировать сильнее при Яле, оставить в стороне болезненную тему, она ведь тоже чуть не рассталась со своей жизнью. Чувство вины не желает расставаться со мной, будь не ладным. Подняв руку, Яла вернула меня в реальность, я вижу, как ее пальцы дрожат, а победное выражение лица, придает девушке небывалую легкость.

- «Escuro», «темный», да однозначно это то, с чем мы столкнулись. Темный живет в каждом из нас. Так и запишем.

Ну и, что за довольное выражение лица, я снова просиял и Ялина начала понемногу таять, но все еще оставалась непреклонна. Разговор затянулся, а мы даже не дошли до сути, может, не заметив того уснул и наконец вижу хороший сон? Ветер давно утих и мне перестало хватать воздуха, даже подойдя в плотную к окну, поближе к прохладе, получая абсолютно мало, пусть даже на улице стояла ночь. Сколько еще собираюсь затягивать молчание, не хочу облекать горечь в слова, не хочу, чтобы Ялина знала о ней, не хочу, что бы она видела меня жалким. Но я должен, должен рассказать все не боясь, потому что давно осознал, что молчание является нашим настоящий врагом. Тихой бурей, что со временем снова выстроит, между нами, прочные стены непонимания.

- Пожалуйста Сао, тебя не было так долго… Ты уже умер несколько раз, почему выглядишь так будто снова прощаешься со мной? Будто продолжаешь терять по одной части души? Когда же ты остановишься?

Подлетев к Ялине, хватаю ее за лицо, как и раньше, как и всегда делал, с легкостью пав от чар девушки. Она плакала слишком горько, икая и захлебываясь, и в этом снова виноват я. Ну почему она проливает слезы из-за такого человека. Обещав быть рядом, защищать, поддерживать и верить именно я наполнил глаза моей пары бездной отчаяния, продолжая оставаться жестоким.

- Не забыл, что я слышу твои мысли? – шмыгая носом, Ялина попыталась ударить меня, но лишь коснулась пером. – Ты так держался за меня, боясь отпустить, но сам бросал и убегал при каждой возможности. Это я та, кто не сможет остановить тебя, если ты решишься покинуть свою семью и меня. Сао. Дурак, дурак, какой же… Дурак, будь не ладен. - снова разозлив эту маленькую драчунью, я слушал правдивые слова, что лились совсем не из меня. – Не желаю видеть тебя, пожирающим чувством вины.

- Права, абсолютно права, прости меня. Поверишь ли теперь, после всего, что сделал? Сможешь вновь довериться? – не выпускаю ее из объятий и меня по не многу накрывает с головой.

- Я люблю тебя Сао, мне важен факт твоего существования, как бы ты не хотел обратной неправды. – надувшись ответила помрачневшая красавица.

Проходят минуты, наполненные тишиной. Я слышу только стук собственного сердца, что старается заглушить слова Ялины, заменяя на всхлипы, которые больше не раздирали горла девушки. Пагубная растерянность продолжает пожирать меня, но Ялина здесь и она на моей стороне.

- Наоборот, мне страшно. – прикоснувшись к ее лбу, я зашептал, страшась тому, что срывается с моих губ. – Разве это правильно? Любовь ко мне губительна, когда ты смотришь на меня, я каждый раз подавляю в себе несчастный взгляд, что бы ты не видела меня таким… Сдавшимся. – я с трудом смотрел через пелену влажных глаз.

— Это вовсе не повод отказываться от человека, хоть знаешь, как я испугалась? Не предупредив, самолично принял решение… - Ялина остановилась и посмотрела на меня, прямо на меня, моргнув по ее лицу побежали дорожки из слез, каждая из которых упав, кажется стуком моей бьющей через край совести.

- Как же я скучал по тебе, поглощенный тьмой, но озаренный светом по имени Ялина. – заправляю ее длинные пряди волос за уши. – Легенда, сказка, пророчества, судьба и не единого ответа, что со всем этим делать, когда в запасе всего одна жизнь, которую никак не переиграешь. И лишиться ее решения... Загвоздка в том, что, человек, ставший вместилищем должен проткнуть свое сердце, оборвав жизнь. Ни специальное оружие, заклинание или, что-то еще не смогло бы ослабить темного, только одно.

- Жертва… - Ялина запросто догадалась. - На твоем месте любой поступил так же? О нет, нужна недюжинная храбрость, чтобы отдать себя для спасения целого мира. – в порыве она сжала мои ладони, хотя хрупкость после пробуждения все же не дала сделать этого в полной мере. Что-то отвлекает ее, и она с остервенением щупает удивленного меня.

- Ты не снял его?

О чем она… А, кольцо.

- Как мог, ты же сделала его для меня, знаком твоих искренних чувств ко мне, как и отметина…Но правда ли ты сделала это не ради… - не успев договорить, получаю смачную пощёчину. – Ты ударила меня?

- Я целилась в голову. – совсем не стушевавшись ответила Ялина, потирая запястье.

Прокашлявшись Ялина, делает странное выражение лица, становясь через край довольной, она ладонями упирается в подбородок. О нет, она делала так лишь раз, когда сильно напилась.

- Божечки. – протягивая слоги запела Ялина, начав свое представление. – Полная смущения девушка, впервые признается в любви, до сих пор не могу поверить, что стала твоей возлюбленной и укусила тебя в эту аппетитную жилистую шейку. – захихикав, она запрокинула голову и вздохнула, вернувшись ко мне уже абсолютно спокойной.

– Может я и испугалась, но почему страх больше не увидеть тебя не считается двигателем прогресса? Повторю еще раз. Я. Люблю. Тебя. Тебя. А теперь прекращай по-дурацки моргать в прострации, это не сон. Ты прямо передо мной, улыбаешься и с надеждой смотришь на меня.

- Правда? – а всегда славился тем, что мог читать людей, как открытую книгу.

- Научилась у тебя. – снова получаю ответ на свои мысли. – Так вот какого это, мы в действительности поменялись местами душа моя. – и снова отбросив смех, она смотрит на меня серьезнее прежнего, нежно поглаживая меня по лицу.

- Ты потерял часть себя, ту часть, что ненавидел больше всего, но которая сделала из тебя того, кем ты стал и в итоге обрел. – Ялина сказала те слова, на которые и я смог решиться недавно. — Это не так уж и страшно, ты не будешь один, в твоей стае всегда будет плюс один. Я твоя стая Сао, пока этого хватит.

- Да, не страшно. – наконец я позволяю Яле обнять себя, осторожно обвиваю ее за талию, пока она вцепляется в мою шею. Это отрезвляет лучше любой ледяной бочки с водой.

- Ты не снимаешь капюшон. Почему? – сразу же убираю руки Ялина не давит, но недоумение и разочарование, что быстро улетучились, вновь вернувшись ей улыбку говорило о многом.

Я прекрасно знаю почему использую одежду, как навес, скрывающий меня, но открыться Яле почему-то стоило огромных усилий. Уверенный взгляд моей любимой, настораживал и смущал не хуже самого опасного хищника. Хорошо, я же решил перестать прятаться. Снимаю с себя большую кофту, незаметно стягивая резинку, сдерживающую мою тайну. Прямые темные волосы россыпью опадают, щекоча торс со спиной.

- Как же ты красив. – вырвавшийся вздох девушки, не остался единственной реакцией.

Ялина незаметно оказалась возле меня и уже касалась моего голого тела своими мягкими пальчиками. Монотонное пульсирование дождя за окном создавало неповторимую атмосферу. В комнате царил полумрак, только слабое мерцание свечей освещало ее контуры. Я медленно опускаюсь и запечатлеваю поцелуй на губах Ялины. Нежно, томно, и волнительно. Ее тело мгновенно реагирует на мое прикосновение, мы оба так давно не чувствовали этого. Мир перестает существовать за пределами нашего объятия, в этот момент счастье и полнота наполняют мое сердце, отгоняя темноту прошлого и неизвестность будущего. Я знаю, что с ней найду свой дом, свое убежище от бурь и ненастья, свое счастье.