Камалока. Том 3. Прелюдия

Интерлюдия 2

Камалóка

Исторический роман

Том 3

Палач, исполняющий приговор не считается убийцей. Как и солдат, сражающийся на поле боя.

(Олег Рой, «Ловушка для вершителя судьбы»)

Интерлюдия 2

Настоятельница храма Лилит города Бессмертных благочестивая Ро лежала на узкой деревянной кровати в своей келье без сна. Она вспоминала свою первую и единственную любовь. Она вспоминала одно из множества тайных свиданий со своим возлюбленным.

«Харттон, Харттон… как же тебе идёт это имя! – думала она. – В этом имени слышится рокот горного водопада и звон воронённой стали, звон мечей… т… т… то-о-о…, т… т… то-о-о…, как будто клинки сшибаются друг с другом в резком сильном коротком ударе «т» и ещё раз «т», а потом идёт длинный скрежещущий звук «то-о-о» это когда клинки скользя острыми гранями пытаются перебороть друг друга и издают при этом долгий протяжный звон «то-о-о» и ещё раз т… т… то-о-о!

Ведь тогда Харттон уберёг меня если не от неминуемой гибели, то во всяком случае от неминуемого бесчестия. Тогда в тот день меня хотели изнасиловать, и не просто единожды, а «забавляться» со мной не один десяток раз в течение всего того несчастного дня, о чём мне ясно сказал предводитель банды отъявленных мерзавцев и негодяев. Сколько их было… семь… восемь… да, точно, их было восемь здоровенных грязных вонючих демонов с обломанными гнилыми зубами, нет, клыками… ну во всяком случае у двоих я точно разглядела жёлтые гнилые клыки, когда они дружно смеялись, точнее громко и похотливо гоготали, чувствуя свою абсолютную безнаказанность и неоспоримое превосходство над оказавшейся в их лапах жертвой… то есть надо мной!

Они не торопились заняться плотскими утехами, оскорбляя и запугивая меня, тем самым растягивая удовольствие. Они, не стесняясь, на виду у своей жертвы кидали жребий, разыгрывая кто из них будет первым, кто вторым, а кто третьим, исключая, разумеется, их главаря, этого здоровенного детину в давно не стираной набедренной повязке, который был на две головы выше меня. Главарь, конечно, был вне конкуренции, он был первым во всём, включая групповое изнасилование беззащитной женщины, «сладенькой жрицы из храма Лилит в этом дерьмовом городе Бессмертных», как сказал кто-то из них.

Тогда я опустилась на колени, возвела очи горе и вслух молила пресветлую богиню Лилит о помощи мне, её дочери. Они стали ещё громче гоготать, выкрикивая скабрезные богохульства в отношении пресветлой богини. Им тупоголовым было невдомёк что помощь может прийти если не из бирюзовых небес, то с другой неведомой им стороны. И помощь пришла!

Харттон, мой возлюбленный, мой герой, налетел на них словно чёрный коршун из «разверзшихся небес»!

Двоих он сразил ещё на подлёте. Их головы покатились по земле как кочаны перезрелой капусты. Через несколько мгновений ещё двое упали сраженные в грудь мечом и кинжалом, когда Харттон неожиданно приземлился между ними. А далее он принял неравный бой с оставшимися тремя грязными ублюдками и их главарём. Благодаря укрепляющей мой дух молитве богине Лилит я не лишилась чувств и хорошо помню все перипетии той короткой схватки.

Сначала Харттон отрубил по локоть правую руку, то есть руку, держащую меч, одному демону, затем несколько раз мечи спели свою славную песню: т… т… то-о-о, т… т… то-о-о, потом мой возлюбленный проткнул сердце второго демона. И опять три меча пели песню т… т… то-о-о, т… т… то-о-о… Предпоследний демон продержался совсем недолго, и его безобразная голова с выпученными от удивления глазами и гнилыми жёлтыми зубами покатилась по истоптанной грязными сапогами траве. С последним демоном, главарём этой несуразной банды, Харттон даже немного «поиграл» и, обезоружив его, заставил опуститься предо мной на колени.

Здоровенный детина бухнулся возле меня на зелёную травку, из его округлившихся от ужала глаз текли слёзы, он умолял о пощаде, но я была тверда как никогда:

«Никакой пощады насильникам и убийцам! Не для того пресвятая богиня Лилит создала нашу расу, расу бессметных дев и мужчин-аскетов чтобы какие-то грязные демоны насиловали и убивали нас! Смерть насильникам и убийцам!» – сказала я тогда окрепшим голосом.

И Харттон отсёк ему голову, которая упала к моим ногам! Чёрная кровь хлестала из перерубленных артерий, но я опять нашла в себе силы не упасть в обморок.

А потом недалеко от места этой кровавой бойни в соседней пальмовой роще мы с Харттоном занимались любовью. Ах, как же сладостно мне было тогда заниматься с ним любовью! Это был лучший день в моей жизни!»

Настоятельница храма Лилит города Бессмертных повернулась набок и закрыла глаза. Из-под её опущенных век текли слёзы счастья.

Глава 1. Две подруги

Всё в мире идёт по кругу.

Начало и конец предначертан свыше!

Том 3. Прелюдия.

Одарённый способностью мыслить, человек Третьей Расы мог ощущать себя как самоосознающую, самодеятельную сущность, способную наблюдать, запоминать, делать выводы, анализировать.

С этого момента человек становится ответственным за свои поступки и начинает действовать закон кармы (закон воздаяния). До этого человек был безгрешным.

(Блаватская Е.П., «Тайная доктрина»)

Глава 1. Две подруги

После званого обеда, плавно перешедшего в ужин, Халит и Даккария удалились в свои покои. Багил пошёл в свой кабинет заниматься чертежами недостроенной стены.

Парссоний пожелал своей дочери хорошего вечера и вернулся в караульное помещение во дворе замка, где он, как начальник гарнизона, занимал отдельный небольшой зал.

Карцера и Бапа убрали со стола. Затем они спустились на кухню, где вместе с Карой перемыли посуду и почистили плетеные тарелочки, потом поиграли немного с Карротом. Бапа была просто в восхищении от смышлёного малыша.

После захода Солнца Карцера предложила Бапе переночевать у неё, благо довольно широкое ложе в комнате служанки позволяло сделать это даже с некоторым комфортом. Бапа за прошедший день так сдружилась с Карцерой, что с радостью согласилась. Они умылись и легли спать.

Через открытое стрельчатое окно был виден кусочек неба с многочисленными яркими звёздами. Слабый ветерок, залетая в комнату Карцеры, создавал атмосферу безмятежного покоя и уюта.

Настроение у девушек было превосходное. Они лежали на тюфяке, набитом пахучими травами, укрытые лёгким светлым покрывалом. Девушки были облачены в тонкие домотканые рубахи без рукавов, не стесняющие движения во время сна.

– Так ты говоришь, что Кам не обращает на тебя никакого внимания? – возобновила разговор Карцера, удобно устраиваясь на подушке.

– Не обращает, – грустно подтвердила Бапа. – Конечно, я же бескрылая! Ох-х-х! – она тяжело вздохнула, отчего её роскошная грудь вызывающе приподнялась в открытом вырезе рубашки.

– Значит, его надо привлечь какими-нибудь способами, преимуществами, – с уверенностью в голосе произнесла Карцера.

– Какими ещё преимуществами? – удивилась Бапа.

– Ну, вот смотри, ты ничего не знаешь о любви. Какая она, эта любовь, – задушевным голосом начала Карцера.

– А какая она?

– Погоди, к этому мы ещё вернёмся чуть позже, – улыбнулась Карцера. – Ты ничего не знаешь, и он ничего не знает. И вот вы ходите кругами вокруг да около, стесняетесь, и не знаете с чего начать!

– А с чего начать? – искренне поинтересовалась Бапа.

– Об этом я расскажу тебе чуть позже, – продолжила Карцера. – Это не главное. Я тебя всему научу! – она выдержала выразительную паузу, обратив взор озорных глаз на подругу. – А вот если бы ты была более опытная женщина, хорошо разбирающаяся в любовных тонкостях, тогда ты могла бы применить свой опыт на практике и привлечь его своими женскими чарами!

– Какими чарами? – не поняла Бапа.

– Женскими! – Карцера даже не рассердилась на подругу.

Просто она с высоты своего обширного опыта в любовных делах с сожалением взглянула на это бесхитростное, по-детски наивное дитя.

– Так вот, если бы у тебя был опыт, и ты точно знала, что именно любят мужчины и чего они хотят, ты могла бы его применить, – ласковым голосом проворковала Карцера. – Ты бы знала, как посмотреть на мужчину, каким образом надо стоять, каким образом сидеть, лежать, чтобы наверняка понравиться выбранному тобой мужчине.

– Ну и что же мне теперь делать? – чуть не плача спросила Бапа.

– Надо набираться опыта, – пожала красивыми плечами Карцера. – Только с помощью опыта ты сможешь завлечь Кама в свои сети, и никогда уже не отпускать! Это и называется «женские чары», – просто, без нравоучений закончила Карцера.

– А как же я буду набираться этого опыта? – недоумённо спросила Бапа. – Ты скажи, что мне надо делать!

– Сначала надо поиграть в любовь с другим мужчиной. Получится или не получится, это не важно. Важно, что у тебя будет опыт! – авторитетно заявила Карцера.

– С каким мужчиной? – удивилась Бапа.

– Да хотя бы с Баберием. Я очень хорошо видела, какие взгляды он бросал на тебя! Ты ему очень понравилась!

– Так он же демон, не лемур! – изумилась Бапа.

– Лемур, не лемур. Какая разница! Главное, что мужчина! – с авторитетом знатока изрекла Карцера.

– Я как-то так не могу, – беспомощно протянула Бапа.

– А Кама заполучить хочешь?

– Хочу!

– Вот и старайся. Получай опыт! Ты же у нас красавица! У тебя такие пышные формы, что мужчины должны в ногах у тебя валяться, лишь бы получить один единственный поцелуй! – проникновенным голосом изрекла Карцера. – А ты мямлишь: могу, не могу!

Надо быть очень сильной, чтобы завоевать этот мир! Завоевать по-нашему, по-женски! – Карцера выдержала многообещающую паузу и подмигнула подруге. – А как завоёвывать мир, какими способами, будем решать мы! – с непререкаемым авторитетом изрекла Карцера.

Бапа воззрилась на подругу с искренним восхищением. На её простодушном лице застыло выражение преклонения перед железной волей Карцеры.

«Да, наверное, она права, – промелькнуло в мозгу наивной девушки. – Надо завоевать любовь Кама. И я завоюю её тем или иным способом!» – с воодушевлением подумала она.

– Ну что? Ты готова к бою? К нашему, женскому бою? – с озорными искорками в глазах осведомилась Карцера.

– Да, думаю, что готова! – голос невинной Бапы обрёл некоторую твёрдость.

– Тогда внимательно слушай и запоминай, что ты должна делать, когда первый раз встретишься с Баберием наедине!

***

Доора вошла в дом правителя города Солнца. Она прошла через обширный зал, поднялась на подиум и остановилась возле длинного стола, за которым как обычно в одиночестве восседал Лок.

Он был занят вычерчиванием плана внешней стены, опоясывающей город. На столе перед ним лежало несколько толстых фолиантов, тонкие листы пергамента, линейка, циркуль, большая чернильница и полдюжины отточенных перьев.

В этот момент он склонился над раскрытым фолиантом, внимательно изучая внутреннее устройство башни с механизмами позволяющими поднимать железную решётку и опускать подъёмный мост.

Девушка имела стандартное снаряжение воина. Она недолюбливала хитоны, и предпочитала ходить в кольчуге.

– Лок, привет! Я не отрываю тебя от важных дел? – миролюбиво осведомилась она.

– Привет, Дора! – он поднял глаза на лемурийку и снова уткнулся в книгу. – Нет, не отрываешь. Что хотела? Говори.

– Я летала с Валой и Гарой в город Обездоленных.

– Замечательно. Очень рад за тебя, – молвил Лок, не отрываясь от созерцания чертежа подъёмного механизма решётки в разрезе.

– Я видела Кама.

– Как он?

– Хорошо. Но он не хочет возвращаться сюда. Говорит, что хочет ещё погостить у своей матери, – на удивление спокойным тоном произнесла Доора.

– Пусть погостит. Он свободный лемур. Он, конечно, нужен мне здесь, но ничего, как-нибудь переживу, – с некоторой обидой в голосе вымолвил Лок. – Он всегда отличался непостоянством принимаемых решений. Его назначили первым советником. Он обязан помогать мне, а он улетел к своей матери отдыхать. Где логика? – Лок поднял глаза на Доору.

– Ты, конечно, прав, – согласилась девушка. – Мы там немного поцапались с местными. Вала получила ранение. Так, ничего серьёзного, просто царапина. Она осталась у верховной жрицы Та, немного подлечиться, – обстоятельно доложила лемурийка. – Полагаю, через неделю прилетит.

– Ох, как же мне надоели эти ваши неконтролируемые потасовки! – с возмущением вымолвил Лок, сверля девушку гневным взором. – Надо издать указ, запрещающий поединки с применением боевого оружия!

– Этот твой указ никто не будет исполнять! Мы свободные лемуры и сами решаем, что нам делать! – с вызовом в голосе молвила Доора.

– Ну, хорошо, оставим эту тему, – примирительно вымолвил Лок. – Что ещё?

– Больше ничего.

– Вот и замечательно! – юноша опять уткнулся в толстенный фолиант.

Глава 2. Баберий

Доора подождала немного, потом всё же сказала:

– А я думала, ты пригласишь меня гулять по берегу реки, – с некоторым разочарованием молвила она.

– Извини, Дора. Я сейчас очень занят. Мне надо подготовить чертёж подъёмного механизма, чтобы его выковали ангелы-кузнецы, – юноша взял в руки перо. – Твой отец сказал, чтобы я сделал этот чертёж сам, а ангелы выкуют, – он взглянул на девушку. – Давай погуляем завтра.

– Всё время завтра! А когда будет сегодня?! – вспылила Доора, развернулась, и быстрой походкой направилась к выходу.

Лок пожал плечами и вернулся к прерванному занятию.

***

Лемуры в городе Бессмертных весело проводили время. Они гуляли по берегу реки, собирали фрукты в городском саду, сходили в соседний лес по ягоды, искупались в речке.

Див отправился навестить раненую Валу. Он знал, как пользоваться заклинанием перехода. Гигант чувствовал за собой некоторую вину, всё-таки это он ранил девушку. Он пошёл навещать её уже в третий раз. Между ними начали завязываться дружеские отношения. Диву нравилась Вала.

«А что? Хорошая девушка, красивая, немногословная, замечательно владеет мечом. Ну и что, что у неё крылья белые! Дело, в общем-то, не в цвете перьев, а в характере и взаимопонимании!» – рассуждал гигант, подходя к храму Солнца города Обездоленных.

Роха всё больше влюблялась в Кама. Кстати, он отвечал ей взаимностью. А Рона продолжала строить глазки Суру. Немного флегматичный, но главное честолюбивый Сур принимал поведение девушки как должное.

Вечером, нагулявшись вдоволь, два лемура и две лемурийки отправились в храм Лилит. Отужинав, они разошлись по своим кельям.

Кам уже лёг спать, как к нему в келью зашла старшая жрица Ба. Он обстоятельно рассказал ей о встрече Бапы с её отцом, о том, как она улыбалась, была весела и счастлива.

Ба бурно поблагодарила Кама словесно, и в знак искренней благодарности настояла на интимных отношениях. Кам не смог отказать столь красивой женщине в её просьбе.

***

Баберий был просто в восторге от Бапы. Он выискивал разные предлоги лишний раз встретиться с ней и поговорить. Подарил ей золотое колечко и три серебряных браслета. И вот, наконец, уговорил лемурийку прийти после захода Солнца в правую недостроенную башню, туда, где был тюфяк.

Первая интимная встреча прошла великолепно. И Баберий и Бапа остались довольны друг другом.

Посреди ночи Баберий провёл Бапу в замок, и более того, довёл до комнаты Карцеры, где Бапа ночевала. На следующую ночь они договорились опять встретиться в недостроенной башне.

Бапа тихонечко пробралась в комнату подруги, умылась, переоделась и легла на широкое ложе.

– Ну что, тебе пригодились мои советы? – полусонно спросила Карцера.

– Да, моя дорогая подруга! Очень пригодились! – с чувством прошептала Бапа.

– Тебе понравилось?

– Очень, очень понравилось! Я в неописуемом восторге! Баберий действительно очень нежный и ласковый мужчина!

– Ну, я-то знаю, какой он.

– Я, наверное, серьёзно влюбилась в него, – мечтательно произнесла Бапа.

– Влюбилась и хорошо! – Карцера сладко зевнула. – Давай будем спать. А то завтра с утра к миледи прилетают какие-то давние подружки. У меня будет много работы. Надо выспаться, – и, не дожидаясь ответа Бапы, Карцера повернулась на другой бок и сомкнула отяжелевшие веки.

А Бапа ещё долго не могла заснуть. Она смотрела сквозь окно в бескрайнее звёздное небо, перебирала в памяти отдельные моменты любовных отношений и мечтала о совместной счастливой жизни с Баберием. О Каме она почему-то не вспоминала.

***

Настало утро третьего дня после званого обеда. Сур и Кам позавтракали, привели оружие и себя в порядок, и покинули храм Лилит в юго-восточном направлении.

Прилетев на поляну у реки напротив сломанной пальмы, они немного передохнули и собрались с мыслями.

По просьбе Кама Сур доверил ему вычерчивание семилучевой звезды и расстановку магических камней. Кам прочитал заклинание, и они оказались в противоположной точке перехода, на полянке именуемой «трещина у арки».

Всё прошло замечательно, и Сур поздравил Кама с первым самостоятельным переходом между мирами. Собрав колышки и магические камешки в кожаный мешочек, друзья опять полетели на юго-восток.

Когда они прибыли в дом у красной скалы, Див уже ждал их там. Подкрепившись с дороги и выпив бутылку вина для поднятия настроения, они полностью были готовы к встрече, которую назначил Халит. Ждать осталось совсем недолго.

Через полчаса дверь в домик отворилась и в комнату вошла миледи Иратэль, а за ней Джеллария и Иммандия с корзинами полными бутылок с вином и двумя амфорами с амритой.

– Встречайте дорогих гостей! – с порога молвила Иратэль с обворожительной улыбкой.

Сур, Кам и Див поднялись из-за стола.

– Как вы здесь без меня поживаете? – продолжила миледи.

– Уважаемая миледи Иратэль, миледи Джеллария и миледи Иммандия, искренне рады видеть вас! – Сур низко поклонился.

– Уважаемые миледи, приветствуем вас от всего сердца! – Кам отвесил низкий поклон.

– Да ниспошлёт вам Всевышний здоровья и не увядания вашей красоты! – пробасил Див и поклонился.

– Благодарю вас, мальчики! – Иратэль выполнила реверанс, хотя могла бы этого и не делать.

– Благодарю!

– Благодарю!

Демоницы повторили книксен.

– Ну что же, начнём праздновать этот прекрасный день! – очаровательно улыбнулась Иратэль. – Мальчики возьмите корзины у девочек.

После часа обильного чревоугодия, и не менее обильных возлияний Иратэль произнесла:

– Ну что же, мальчики, пора приступить к услаждению плоти, – она взглянула на демониц.

Те с радостными улыбками разошлись по соседним комнатам. Через несколько минут, выпив ещё по полкружки амриты, Сур пошёл к Джелларии, а Див к Иммандии. Кам с Иратэль остались за опустевшим столом.

Иратэль прошептала заклинание и тихонько щёлкнула пальцами:

– Дорогой Кам, – она оценивающе с лёгкой улыбкой рассматривала юношу. – У меня к тебе серьёзный разговор.

– Слушаю вас, уважаемая миледи.

Кам во время застолья пил мало, поэтому чувствовал себя превосходно, был собран и внимателен.

– Я поставила вокруг сферу неслышимости, так что нас никто не сможет подслушать, – она чарующе улыбнулась, расправляя на пышной груди складки кружевной отделки тонкой салатовой блузки без рукавов. – Можешь говорить смело, даже громко.

– Благодарю вас, миледи! – немного не к месту вымолвил Кам.

«Хотя, лишний раз поблагодарить эту таинственную, а главное очень влиятельную особу не помешает», – подумал он.

– Я очень ценю твою скромность и вежливость, поверь мне, – ласково проворковала миледи. – Ведь нам с тобой предстоят великие дела!

– Благодарю, миледи.

Иратэль с удовлетворением взглянула на юношу. Из соседних комнат доносился приглушённый смех Джелларии и Иммандии, какая-то возня, и отдельные возгласы Сура и Дива.

– Будь добр, вынь из ножен свой меч и принеси его сюда, – продолжила миледи и отставила в сторону несколько глиняных кружек и плетёных тарелочек с фруктами.

Кам немного удивился, но беспрекословно выполнил приказ. Длинный меч, блестя заточенными гранями, лёг на широкий стол. Иратэль серьёзно посмотрела на лемура:

– Подарок твоего отца, это не простой меч. Он заколдованный!

Кам взглянул на миледи: не шутит ли она? Но Иратэль сидела с серьёзным видом, исключающим какие-либо шутки, пронзительным взглядом тёмно-карих глаз буравя лемура. Кам сглотнул подступивший к горлу комок:

– А другие мечи, что подарил его могущество Халит, тоже заколдованные?

– Нет, дорогой мой мальчик, они обычные, хотя и выкованные из превосходной стали, – она опять вернулась к своей обычной полушутливой манере разговора. – Твой меч единственный в своём роде. Такого больше нет. Во всяком случае, в известных тебе мирах, – сделала она оговорку.

– Что же он может? – лемур внимательно посмотрел на меч, но, конечно, ничего особенного не заметил.

Меч как меч. Очень хороший. С желобком для стока крови и удобной рукоятью. Единственно, что он обнаружил, это у основания клинка перед поперечиной эфеса были выгравированы какие-то знаки.

Кам вопросительно взглянул на миледи.

Глава 3. Воин-Кролл

– Это меч-кладенец. В него магическим способом вложена душа хорошего, опытного воина. Этого воина зовут Кролл. Сейчас с помощью магии мы поговорим с ним, – миледи дружески улыбнулась лемуру.

***

Хан прятался в зарослях кустов недалеко от входа в дом у красной скалы. Он специально пришёл один, без Века и Сома, чтобы они не отвлекали его дурацкими вопросами и пошлыми шуточками. Он надеялся увидеть свою любовь, женщину своей мечты. Остальные две демоницы его мало интересовали.

Конечно, если бы они предложили ему интимные отношения, он бы, наверное, не отказался, но самому завоёвывать их любовь он не хотел. Он хотел только её, самую красивую женщину, которую он когда-либо видел.

И его долгое ожидание в высокой траве на берегу озера было вознаграждено. Хан увидел, как миледи и две демоницы приземлились на берег и неспешной походкой отправились в дом.

Выждав несколько минут, Хан осторожно проследовал за ними. Теперь он стоял, скрытый кустами, и с вожделением смотрел на закрытую дверь.

«Ну почему Суру и Диву, и ещё этому выскочке Каму достаются самые красивые женщины, а мне нет?» – с некоторым раздражением подумал Хан.

***

Миледи, которая сидела за столом лицом к входной двери, вдруг замерла и уставилась отрешённым взглядом поверх головы Кама. По её карминовым губам проскользнула хитрая улыбка.

Через несколько мгновений она снова обратила взор прекрасных очей на Кама и обворожительно улыбнулась:

– Итак, приступим к разговору.

Она сделала несколько пасов над мечом и прошептала заклинание. У Кама со слухом было всё в порядке, но он ничего не понял.

«Какой-то набор странных непонятных звуков», – подумал он.

Миледи опустила на меч правую ладонь, а левой дотронулась до лба лемура. В глазах Кама промелькнула яркая вспышка, а в ушах зазвучал голос миледи:

«Воин-Кролл, воин-Кролл отзовись! Это я, миледи Иратэль вызываю тебя. Воин-Кролл, воин-Кролл отзовись!»

Затем Кам услышал какие-то хрюкающие и булькающие звуки, а потом очень внятно в его голове зазвучал низкий голос:

«Я, воин-Кролл, слушаю вас, миледи Иратэль».

«Перед тобой сидит твой хозяин, воин Кам. Ты видишь его?» – продолжала мысленно спрашивать миледи.

«Вижу, миледи Иратэль», – прозвучало в ушах Кама.

«Ты поклялся служить ему девятьсот девяносто девять лет, – продолжала миледи. – Подтверди клятву, воин-Кролл».

«Клянусь служить воину Каму девятьсот девяносто девять лет, – пробасил голос. – Это мой хозяин, миледи Иратэль. Клянусь служить только ему и никому более!»

«Благодарю тебя, воин-Кролл!» – догадался мысленно произнести Кам.

«Пока не стоит благодарить, хозяин. Благодарить будешь, когда мы победим всех твоих врагов!»

«Отдыхай пока, воин-Кролл, набирайся сил. Скоро твои навыки и умения понадобятся твоему хозяину», – мысленно произнесла Иратэль.

«Благодарствую, миледи!» – ответил воин-Кролл.

– На этом пока всё, – молвила Иратэль, убрав пальчики со лба Кама и с меча.

Она ласково взглянула лемура. От необычности ситуации и перенапряжения умственных и психических сил спина Кама вспотела.

– А я сам могу поговорить с ним? – спросил Кам и вытер пот со лба.

– Через некоторое время я научу тебя заклинанию, которое позволит тебе общаться с воином-Кроллом. Но пока это невозможно. Вы должны привыкнуть друг к другу, ваши ауры должны влиться друг в друга. Тогда между вами наладится хорошая ментальная связь.

– Я не особо понял вас, миледи Иратэль, но полностью доверяю вашим словам. Благодарю вас от всего сердца!

Кам поднялся и церемонно поклонился, прижав правую ладонь к сердцу.

– Какой же ты всё-таки хороший мальчик! – с умилением вымолвила миледи. – Ну, весь в отца. Иди, я тебя поцелую! – она раскрыла объятия.

Кам не заподозрил ничего необычного. Он подумал, что это будет обычный материнский поцелуй в лоб, как его часто целовала мать, верховная жрица Та.

Но когда Иратэль обвила его шею руками и впилась своими устами в его губы, Кам с удивлением понял, что он ошибся.

Иратэль железной хваткой вцепилась в юношу, прижимаясь к нему, и целовала его до тех пор, пока не почувствовала, что его мужское естество в полной боевой готовности. Тогда она ослабила объятия, и отстранилась от него.

Её глаза горели неугасимым пламенем, грудь высоко вздымалась. Она облизнула влажным язычком полураскрытые губы:

– Пойдём, дорогой Кам, немного прогуляемся. Я хочу показать тебе прекрасные цветы, которые я сама сажала! – проворковала Иратэль и потащила его за руку к двери, ведущей на задний двор.

– Сфера неслышимости, – бросила она на ходу и щёлкнула пальцами.

***

Хан уже понял, что наскоком эту женщину не заполучить, посему решил действовать тоньше. Он стоял в кустах напротив двери и изнывал от нетерпения.

«Ну, когда же они появятся?! – он теребил пальцами ремень портупеи. – Как они выйдут, я упаду к её прелестным ногам и признаюсь ей в моей пламенной любви! Скажу ей, что она самая красивая, обворожительная и прекрасная!

Что без неё я жить не могу! Вот насколько сильно я её люблю! Не прогонит же она меня? Хотя, – он почесал затылок, – может и прогнать! Ещё я не знаю, какая она, умная или глупая.

Но, конечно, скажу, что умная, будет вернее! – лемур мысленно строил планы завоевания красавицы. – И потом, красивая и прекрасная это почти одно и то же. Как-то не слишком складно получается. Надо вспомнить ещё какие-нибудь подходящие слова для объяснения в любви! Надо подумать».

В этот момент за домом раздался мелодичный смех.

«Это что ещё такое?» – всполошился Хан.

Он начал медленно пробираться сквозь кусты, обходя дом в направлении смеха. Хан аккуратно отгибал веточки и осторожно ступал по земле, чтобы его никто не услышал.

Через некоторое время Хан достиг просторной лужайки за домом, но, конечно, оставался в кустах, прикрывающих его со всех сторон.

Каково же было его изумление, когда он увидел обнажённую женщину его мечты со страстью отдающуюся Каму.

Они лежали на примятых прекрасных цветах. Кам ритмично выполнял свои функции, а Иратэль сладострастно стонала в такт этой непрекращающейся мелодии любви:

– Ах! … ах! … ах! … ах! …

Лицо Хана побагровело от ярости:

«Ну как же так?! Почему этому выскочке из города Солнца достаются самые прекрасные женщины? А мне ничего! Так же несправедливо! Чем я хуже? – бурлили мысли в разгорячённом мозгу Хана. – Почему ему можно, а мне нельзя?!»

Сердце бешено заколотилось. Пылающая волна крови ударила в голову лемура. Хан хотел тут же выскочить из-за кустов и убить их обоих!

«Хотя, она-то чем виновата? Это Кам соблазнил её! – лихорадочно рассуждал Хан. – Значит, надо убить его! Но при ней убивать не стоит. А то вдруг она это неправильно воспримет, – чуть поостыл лемур. – Значит, с Камом я разберусь позже. Чтобы она не видела. А потом признаюсь ей в моей безграничной любви.

Я ничем не хуже Кама, даже ещё лучше! Об этом все мои подружки твердят. Хотя они не занимались любовью с Камом, – сделал мысленную оговорку Хан, и почесал затылок. – Ну да ладно, с этим разберёмся позже. Главное, что она даёт! Какая разница Каму или мне?

Просто надо её завоевать! Поставить на колени перед выбором, и тогда …, ну в смысле если не будет Кама, то буду я. Вот тогда я поставлю её на коленки и …».

– Ах! … ах! … ах! … ах! … – раздавались сладострастные вздохи предмета любви. – Дорогой Кам, ты такой мужественный, – нарочито громко молвила Иратэль. – Я без ума от тебя! Ах! … ах! … ах! … ах! … Встретимся с тобой на третий день здесь же. У меня к тебе есть серьёзный разговор. Не забудь, на третий день! – со страстью молвила соблазнительница.

– Как прикажите, миледи! – с придыханием вымолвил Кам.

Он не прекращал заниматься делом.

Хан отвёл взор. Он больше не мог выдержать как этот выскочка Кам занимается любовью с его женщиной. Внутри Хана всё кипело. Мысли спутались, глаза застлала кровавая пелена. У него чуть не случился сердечный приступ. Но здоровое молодое тело быстро адаптировалось.

Глава 4. Неожиданный визит

«Спокойствие Хан, только спокойствие, – твердил себе лемур. – Она не должна ничего знать. Она не должна меня увидеть здесь. С Камом я разберусь сам, потом. Значит, на третий день она будет тут опять. Это очень хорошо. Я узнал всё, что мне нужно!»

Собрав волю в кулак, Хан медленно повернулся и, осторожно ступая и отгибая ветки кустов, направился прочь.

Миледи Иратэль проводила фигуру Хана долгим взглядом. На её лице промелькнула улыбка победы. Она добилась того чего хотела. Она поссорила Хана с Камом!

– Ах! … ах! … ах! … ах! … – продолжали доноситься страстные стоны с полянки, покрытой прекрасными цветами.

***

Мелисса оторвала взгляд от созерцания магического зеркала, на поверхности которого была отчётливо видна маленькая полянка с двумя обнажёнными фигурками, ритмично двигающимися в пылу страсти.

Она тихо щёлкнула пальцами, изображение в магическом артефакте исчезло, и зеркало опять засияло отполированным серебром. Демоница вынула из ванночки под зеркалом несколько длинных чёрных волос, перевязанных красной ниткой, и аккуратно убрала их в маленькую шкатулочку.

Эти волосы Мелисса добыла лет десять назад, когда, в общем-то, рискуя если не жизнью, то, во всяком случае, должностью фрейлины её высочества, она тайком пробралась в будуар Иратэль и сняла их с костяного гребня хозяйки.

«Зачем Иратэль поссорила Хана, который безумно в неё влюблён, с Камом, который, в общем-то, особых чувств к миледи не испытывает? Это видно по его ауре», – размышляла Мелисса.

Она поднялась с кресла, прошла несколько шагов вдоль стены лаборатории к маленькому столику, налила себе в стакан ягодной настойки, неторопливо вернулась обратно и снова опустилась в кресло.

Медикус Фарб всё это время как обычно скрипел пером, сгорбившись за лабораторным столом.

«Но Иратэль просто так ничего не делает. Это не в её характере, – продолжала размышлять демоница. – У неё всё просчитано на несколько ходов вперёд.

Безусловно, Кам не мог противиться чарам такой опытной обольстительницы как миледи, и попал в её сети. Он выполнил свои мужские обязанности на «отлично»! Даже не думала, что этот юноша такой пылкий любовник, – с уважением отметила про себя Мелисса. – Но об этом позже. Ещё они там что-то делали с мечом, что именно я не поняла. Но с этим разберёмся потом.

Ладно, значит, следующая встреча назначена на третий день. Ну что же, надо будет обязательно проследить, как у них пойдут дела!»

С этой мыслью Мелисса откинулась на спинку широкого кожаного кресла.

***

В Тёмном замке царил неописуемый переполох. Шуточное ли дело? Её высочество Великая Сестра собственной персоной прибыла в замок с неофициальным визитом.

С ней прибыл эскорт из двенадцати здоровенных стражей её личной гвардии. Ангелы мрака, закованные в броню из воронённой стали, наводили молчаливый ужас на всех обитателей замка, ну или почти на всех.

На этом эскорт не закончился. С её высочеством прибыли три высокопоставленные дамы в шикарных праздничных хитонах, украшенных замысловатой вышивкой, и с непомерно высокими причёсками, увешанными кучей драгоценностей.

Стражи распределились попарно на балконах и по периметру на крыше дворца.

В данный момент её высочество Великая Сестра изволила беседовать с его могуществом Халитом в его кабинете на третьем этаже. Высокопоставленные дамы ожидали её высочество в малом тронном зале на втором этаже.

Кара, Карцера, Бапа и даже Цербер сбились с ног, не зная, что подавать на стол, а надо же было ещё привести себя в порядок, подправить причёски и надеть лучшие хитоны.

Даккария прихорашивалась у себя в будуаре. Мелисса не знала показывать ли её высочеству малыша Каррота или нет. Хотя Великая Сестра ясно выразилась, что хочет видеть всех обитателей замка и даже начальников стражи гарнизона. Цербер срочно побежал за Цербом на плантацию амриты.

Не волновались в замке только три существа. Малыш Каррот, который просто не понимал важности всего происходящего. Брум, который в последнее время, скажем так, не слишком хорошо соображал. Да к тому же у него было только трое штанов на лямках, так что в выборе одежды нельзя было запутаться. И Ремиль, который, конечно, был наслышан о её высочестве, и даже видел её несколько раз, но на удивление сохранял отрешённое спокойствие.

В общем, все впопыхах оделись, причесались, худо-бедно накрыли на стол, выстроились в линию согласно Иерархии Демонических Структур, и стали ждать восшествия в малый тронный зал первой дамы Тёмного Мира планеты Земля.

Разумеется, три высокопоставленные дамы не стояли в этой веренице верноподданных. Они чинно восседали на стульях с высокими спинками по левую руку от малого трона, расположенного в торце длинного стола, занимая согласно своим титулам и заслугам строго определённые места.

Как известно, точность, это вежливость королей. Не совсем ясно то ли её высочество просматривала зал астральным зрением, то ли она просто почувствовала, что все собрались.

Одним словом, не прошло и пяти минут ожидания как два ангела мрака личной стражи её высочества, стоящие по обеим сторонам от двери, взяли мечи «на караул», грохнули окованными железом сапогами в пол, и в унисон провозгласили:

– Её высочество Великая Сестра!

Через пару мгновений в настежь распахнутые двери величавой поступью вошла первая дама Тёмного Мира. За ней на некотором расстоянии следовал его могущество Халит. Три высокопоставленные дамы разом поднялись со своих мест.

Великая Сестра пошла влево от входа, там, где стояла вереница верноподданных.

– Здравствуй, Багил! – её высочество остановилась напротив ангела мрака и очаровательно улыбнулась. – Давненько тебя не видела!

Королева была одета в строгий чёрный хитон в пол, в её волосах сверкала брильянтовая диадема. Багил сразу смекнул, что если её высочество начала с таких слов и таким тоном, то можно и даже нужно не произносить напыщенных придворных фраз, так как подразумевается неформальная дружеская беседа.

– Искренне рад видеть вас, ваше высочество! – он коротко поклонился.

Багил, так же, как и Халит, который шёл на пару шагов позади Великой Сестры, были облачены в белые рубашки без рукавов, кожаные куртки и такие же штаны, заправленные в высокие сапоги.

Королева окинула Багила оценивающим взглядом:

– У меня к тебе будет серьёзный разговор, но позже.

– Как прикажете, ваше высочество!

Великая Сестра обратила пронзительный взор тёмно-карих глаз на следующую фигуру, стоящую в веренице верноподданных:

– А-а-а, Мелисса. Хорошо выглядишь! – доброжелательно молвила она. – Говорят, ты родила ребёнка.

– Именно так, ваше высочество, – демоница присела в глубоком реверансе.

На ней был хитон в пол фисташкового цвета и серебряные заколки с изумрудами в ярко-рыжих волосах, гармонично сочетающиеся с ярко-зелёным цветом её глаз.

– Покажешь?

– Непременно, ваше высочество. Он в соседнем зале.

– Хорошо.

Великая Сестра шагнула дальше и перевела взгляд на следующую фигуру:

– Дорогая Даккария, присутствие в этом замке, несомненно, идёт тебе на пользу!

От похвалы светло-серые щёчки демоницы густо покраснели. Она присела в глубоком реверансе:

– Благодарю вас, ваше высочество!

Демоница была облачена в ярко-жёлтый хитон в пол, хорошо сочетающийся с её тёмно-рыжими волосами и бирюзовыми глазами.

Королева обратила взор на рослую фигуру, закованную в тяжёлые доспехи:

– Бравый Парссоний, благодарю за службу!

– Рад стараться, ваше высочество! – чётко произнёс сотник гвардии ангелов мрака, и коротко поклонился.

– А это твой офицер? – она взглянула на демона в кожаной безрукавке, покрытой железными пластинами.

– Так точно, ваше высочество! – ответил Парссоний.

– Представьтесь.

– Ург, десятник гарнизона Тёмного замка, – внятно вымолвил демон.

– Его могущество Халит рассказывал мне о вас только хорошее, – благожелательно молвила Великая Сестра, осматривая рослого воина. – Благодарю за службу, господин Ург!

– Рад стараться, ваше высочество! – демон поклонился.

Глава 5. Обитатели замка

Великая Сестра перевела взгляд дальше:

– Представьтесь.

– Баберий, десятник гарнизона Тёмного замка.

– Благодарю за службу, господин Баберий!

– Рад стараться, ваше высочество! – он поклонился.

Королева сделала пару шагов дальше:

– А-а-а, старина Церб! Рада видеть тебя в добром здравии!

– Премного благодарен, ваше высочество! – гигант неуклюже изобразил поклон.

– А-а-а, наш прославленный медикус! Как продвигается написание твоего научного труда по исцелению увечных пациентов?

– Хорошо продвигается, ваше высочество! Но отдельные главы надо ещё доработать, – радостный Фарб, польщённый тем, что о его научных изысканиях помнит сама Великая Сестра, расплылся в счастливой улыбке.

Медикус был облачён в новый тёмно-синий халат и войлочные тапки.

– Если тебе ещё что-то понадобится, какие-нибудь ингредиенты, ты не стесняйся. Скажи об этом его могуществу Халиту. Я попрошу его ни в чём тебе не отказывать, – благосклонно молвила королева с лёгкой улыбкой.

– Благодарствую, ваше высочество! – несмотря на преклонный возраст, медикус низко поклонился.

– Не беспокойтесь, ваше высочество. Я прослежу, чтобы у мессира Фарба было всё необходимое, – вставил реплику Халит.

– Науку надо поощрять, – негромко мелодичным голосом произнесла Великая Сестра, осматривая оставшихся верноподданных, и сделала пару шагов:

– Брум, зажили ли твои ожоги?

– Благодар-р-рствую, ваше высочество! – прорычало существо, и вытянулось во весь свой гигантский рост. – Всё хор-рошо!

Королева одарила его благосклонной улыбкой, и обратила взор проницательных глаз на следующую фигуру:

– Я вас не знаю. Представьтесь.

– Р-ремиль, слуга миледи Мелиссы, ваше высоч-ч-чество! – он изящно поклонился.

Ремиль был одет в кожаную безрукавку и кожаные штаны. Его нижние лапы, чисто вымытые, с причёсанной шерстью и аккуратно подпиленными когтями, сияли чистотой. Его талию опоясывал широкий ремень с кинжалом.

Великой Сестре понравился опрятный внешний вид, приятный низкий голос и галантный поклон существа:

– Какой он у тебя воспитанный, Мелисса. Где ты его откопала? – с доброжелательной улыбкой осведомилась первая дама Тёмного Мира.

Демоница вышла на пару шагов из шеренги:

– В лесу, рядом с Голубым озером, ваше высочество.

– А-а-а, так значит он местный! Расскажешь подробнее мне сегодня, чуть позже, – молвила королева.

– Всенепременно, ваше высочество! – демоница выполнила книксен.

Великая Сестра сделала шаг далее:

– Ты Кара, супруга Церба? – её высочество обратилась к бессмертной.

– Точно так, ваше высочество, – женщина присела в реверансе.

На ней, Карцере и Бапе были одеты длинные в пол серые праздничные хитоны.

– Ну что же, хвалю. Родила дочь и сына! – королева испытывающим взглядом рассматривала Карцеру и Цербера.

– Сын рождён от другой женщины, ваше высочество, – уточнила Кара.

– Да? Молодец Церб, постарался! Нравится ли тебе жить в замке? – Великая Сестра снова обратилась к Каре.

– Да, ваше высочество. Нравится!

– А тебе нравится? – Великая Сестра в упор взглянула на Карцеру.

Под её прожигающим взглядом Карцера немного смутилась:

– Да, ваше высочество. Очень нравится! – после паузы вымолвила девушка окрепшим голосом. – Здесь замечательная природа и превосходные условия обитания.

Левая бровь королевы поползла вверх. Она не ожидала от простой лемурийки столь пространного, а главное разумного ответа.

– Что ж, я довольна тобой. А твой брат доволен? – пронзительный взор Великой Сестры буравил юношу.

Он от волнения сглотнул комок, подступивший к горлу:

– Да, ваше высочество. Мне здесь очень нравится!

– Ну что же, это очень хорошо, – с довольной улыбкой молвила королева. – А ты кто? – она взглянула на Бапу.

От такой неожиданности девушка покраснела, но всё же нашла в себе силы и пролепетала тихим голосом:

– Я Бапа, дочь мессира Парссония.

– А-а-а, так у нас твоя дочь? – театрально удивилась Великая Сестра, бросив взгляд на начальника гарнизона. – Приехала погостить?

– Точно так, ваше высочество. Приехала. – лаконично изрёк Парссоний.

– Вот как хорошо получается! Так вы уже успели подружиться? – снова спросила королева, переводя взгляд хитрых глаз с Карцеры на Бапу и на Цербера.

– Да, ваше высочество. Мы стали замечательными подругами с Бапой! – Карцера уже немного освоилась в обращении с королевой.

Остальные, кроме Халита, Мелиссы и трёх высокопоставленных дам, с некоторым недоумением слушали эти диалоги, не понимая, зачем её высочество тратит своё драгоценное время на болтовню с какими-то служанками.

– Ну что же, надеюсь, ты будешь очень хорошей подругой Карцере, – Великая Сестра сделала ударение на слове «очень».

– Я приложу все усилия, ваше высочество! – бодро ответила Бапа и присела в глубоком реверансе.

Она тоже уже немного освоилась, и теперь без робости смотрела в чуть смеющиеся, но доброжелательные глаза королевы, которая внимательно, оценивающе рассматривала пышную фигуру прекрасной лемурийки.

Парссоний не скрывал своей радости. Он с важным видом стоял в ряду верноподданных, изредка поглядывая на остальных. Бесспорно, было чем гордиться, её высочество обратила внимание на его дочь, да не просто обратила, а удостоила пусть короткой, но без сомнения значимой для её будущего беседы.

Первая дама Тёмного Мира плавной походкой отошла на несколько шагов от шеренги верноподданных:

– Я довольна увиденным мною! Выражаю всем, и в особенности его могуществу Халиту, мою искреннюю благодарность!

Все со счастливыми улыбками взирали на королеву.

– В честь моего неожиданного визита я решила устроить маленький праздничный обед, – радушно продолжала Великая Сестра. – Мои гвардейцы уже занесли на кухню корзины с фруктами и вином.

Кара, не сочти за труд, – она взглянула на бессмертную, – возьми Карцеру и Бапу, и накрывайте на стол. Будем знакомиться ближе! – она озорно, как юная девчонка, подмигнула Карцере.

Та сразу смекнула, что за обедом предстоит разговор о её назначении верховной жрицей храма Любви, покраснела от удовольствия и присела в глубоком реверансе.

Иратэль, Джеллария и Иммандия, ведь три высокопоставленные дамы были именно они, понимающе переглянулись.

***

После того как все расселись за длинным столом в строгом соответствии согласно Иерархии Демонических Структур, а королева заняла место на малом троне в торце стола спиной к высоким стрельчатым окнам, начался грандиозный обед.

Звучали тосты в честь Сатаны, Великой Сестры, Брата, Халита и других высокопоставленных чинов демонической верхушки.

По левую руку от её высочества сидела Иратэль, за ней Джеллария, Иммандия, Мелисса, Даккария, Кара, Карцера и Бапа. Великая Сестра провозгласила, что сегодня снимаются все различия в статусах и милостиво пригласила служанок за стол. Лишь немногие из присутствующих понимали, зачем она это сделала.

По правую руку от её высочества сидел Халит, за ним Багил, Парссоний, Ург, Баберий, Церб, Фарб, Брум, Ремиль и Цербер. Малыша Каррота Мелисса магическими пассами погрузила в сон, чтобы он не путался под ногами. Таково было распоряжение королевы.

Праздничный обед шёл своим чередом. После трёх бокалов амриты все немного развеселились. Послышался смех, шутки и забавные каламбуры, которые время от времени рассказывал кто-то из присутствующих.

Ещё после двух бокалов амриты веселье достигло своего апогея. Дамы и кавалеры начали бродить вокруг стола, пересаживаться с места на место и заводить личные разговоры.

Великая Сестра решила, что наступил благоприятный момент, и сообщила мужской половине, что у неё приватная беседа на чисто женские темы и увела всех дам за колоннаду зала, где у стены стояли четыре удобных диванчика и два маленьких столика с фруктами и вином. Когда все расселись, она начала:

– Дорогие подруги мои, – с чарующей улыбкой молвила королева, обводя дам озорным взглядом, – всем нам предстоит поучаствовать в новом деле, которое одобрил сам его непревзойдённое могущество Сатана! Это дело чрезвычайной важности имеет стратегическое значение для всего демонического мира!

Глава 6. Верховная жрица

Дамы, несмотря на не совсем трезвое состояние, с почтением внимали каждому слову её высочества. Даже Кара, Карцера и Бапа понимали, что вопреки лёгкому шутливому тону Великой Сестры, дело серьёзное и требует соответствующего к нему отношения.

– Так вот, дорогие мои, получено разрешение на строительство нового храма, который будет именоваться храмом Любви, – продолжала королева, придирчиво оглядывая дам. – Я уже переговорила с его могуществом Багилом. Он будет архитектором этого проекта. Главным советником по всем вопросам, связанным с жизнедеятельностью храма, я назначаю миледи Иратэль.

– Благодарю, ваше высочество! – Иратэль коротко кивнула.

На ней был светло-фиолетовый хитон в пол, перехваченный в талии тоненьким пояском.

– Верховной жрицей храма Любви я назначаю миледи Карцеру!

Видя некоторое непонимание на лицах дам, Великая Сестра продолжила:

– Да, мои дорогие, вы не ослышались! Именно миледи, так как данная должность предполагает высокий статус её обладательницы, – королева доброжелательно взглянула на Карцеру. – Завтра же соответствующая запись о титуле и должности новоявленной жрицы будет внесена в реестр Иерархии Демонических Структур!

Карцера от переизбытка чувств рухнула с диванчика на пол и принялась с жаром целовать кожаные сандалии Великой Сестры. У Бапы глаза полезли на лоб, она никак не ожидала такого поворота событий. Кара от такой великой радости, как манна небесная свалившейся на её дочь, застыла как соляной столб с выпученными от изумления глазами.

Иратэль снисходительно усмехнулась. Джеллария и Иммандия для порядка сделали удивлённые лица, хотя Иратэль по секрету рассказала им о роли Карцеры в этой начинающей завариваться каше.

Мелисса тоже сделала удивлённое лицо, чтобы не привлекать внимание королевы. А Даккария действительно изумилась. Она никак не предполагала, что её служанка в один миг станет миледи, и вдобавок верховной жрицей.

– Ну, полно, полно Карцера! Поднимись! – с материнской заботой в голосе вымолвила её высочество.

– Благодарю, благодарю, благодарю! – лепетала Карцера со слезами счастья на глазах.

Она несколько неуклюже поднялась и опять уселась на диван.

– Так вот, милые дамы, – величественным тоном изрекла Великая Сестра. – Джеллария и Иммандия станут первыми жрицами любви твоего храма, дорогая, – её высочество взглянула на новоявленную верховную жрицу. – Формально они будут подчиняться тебе. Но ты понимаешь, дорогая, что тебе у них стоит хорошенько подучиться искусству любви!

Джеллария и Иммандия, первая в малиновом хитоне, а вторая в бордовом, обворожительно улыбнулись.

– Я приложу все силы, ваше высочество! Я буду хорошей ученицей! – с жаром выпалила Карцера.

– Верю, дорогая, верю! Даккария на первых порах будет негласно руководить тобой, и учить тебя правилам хорошего тона, манерам поведения с теми или иными категориями мужчин, – королева бросила взгляд на демоницу.

– С великой радостью, ваше высочество! Я научу Карцеру всему, что знаю сама, – искренне заверила Даккария.

– Мелисса обеспечит радушный приём мужчин в Тёмном замке. А Кара не даст им умереть с голоду. Чуть позже мы переправим всех жриц в Мир песчаных бурь, где непосредственно будет находиться храм Любви.

– Всё сделаю, ваше высочество! – молвила Мелисса.

– Буду кормить их самыми отборными фруктами, ваше высочество! – Кара была так рада, что её дочь нежданно-негаданно достигла столь высокого положения, что была готова на всё.

– А ты что желаешь? – Великая Сестра вдруг в упор взглянула на Бапу.

– Я…, я… пока не знаю, – промямлила лемурийка.

– Бапа будет моей первой помощницей. Я ей очень доверяю, – вступилась за подругу Карцера.

– Хорошо. Быть по сему! – с довольным видом изрекла первая дама Тёмного Мира. – Вы все можете жить в Тёмном замке, до тех пор, пока демоны-строители под руководством его могущества Багила не подлатают шикарный дом, который я для вас подобрала.

Хотя, лучше сказать дворец, Дворец любви. Правда, удачное название? – королева ослепительно улыбнулась, радуясь своей находке.

Все дамы активно закивали головами, соглашаясь с её высочеством.

– Потом будете жить в этом дворце, пока Багил будет возводить храм, – закончила Великая Сестра.

– Мы всё поняли, ваше высочество! – на правах старшей по званию молвила Иратэль.

– По всем вопросам и просьбам можете обращаться к миледи Иратэль. Я дала ей самые широкие полномочия, – подвела итог королева. – Да, чуть не забыла, все хозяйственные вопросы будет решать моя ключница, миледи Мора. Она прибудет сразу во Дворец любви, когда он будет готов.

Вы будете заниматься своими непосредственными обязанностями, как жрицы любви, – Великая Сестра обвела всех озорным взглядом. – В ближайшее время мы найдём ещё жриц. Так что, дорогая Карцера, количество твоих подопечных скоро увеличится.

– Благодарю вас, ваше высочество! – Карцера чинно поклонилась.

Она уже пришла в себя и теперь с важным видом восседала на диванчике.

– Ах, да! Нужна охрана, сначала дворца, а потом храма, – вспомнила королева. – Что вы скажете по этому поводу, миледи Карцера? – она хитро взглянула на лемурийку.

– Ваше высочество, я бы порекомендовала десятника Урга в качестве начальника гарнизона, – с достоинством вымолвила Карцера.

– Одобряю. Пусть возьмёт свой десяток для начала, – согласилась Великая Сестра.

– Ваше высочество, – продолжала новоиспечённая верховная жрица, – мой брат, Цербер, очень хорошо управляется с собаками. Они его понимают и слушают с полуслова. Позвольте, ваше высочество, чтобы он охранял нас с собаками.

– Отрадно слышать, что ты, получив высокую должность, не забыла о своём брате, – благосклонно произнесла королева. – Одобряю. Пусть возьмёт столько собак, сколько считает необходимым у своего отца. Я прикажу его могуществу Халиту возместить Цербу эти расходы.

– Благодарю вас, ваше высочество! – искренне молвила Карцера.

– Ну что же, на этом наше маленькое совещание окончено. А теперь будем веселиться! – с девичьим задором молвила Великая Сестра, озорным взглядом осматривая верноподданных.

Она, конечно, когда хотела, могла веселиться как маленькая девочка, преображаясь в озорного и бесшабашного ребёнка.

Первая дама Тёмного Мира планеты Земля владела искусством перевоплощения на самом высоком уровне!

***

Утром третьего дня Сур, Кам и Див прибыли в дом у красной скалы. Они развесили оружие, кольчугу и защитные безрукавки по стенам, разожгли камин, выложили на стол фрукты, и теперь в ожидании очаровательных дам сидели за столом в средней комнате дома, прихлёбывая из глиняных кружек дымящуюся настойку.

Вдруг в тишине нарождающегося дня раздался аккуратный стук в дверь. Сур с Камом переглянулись, они сразу почувствовали, что что-то не так. Миледи Иратэль не так стучала, а чаще всего она вообще без предупреждения сразу открывала дверь настежь.

Сур приложил палец к губам и взглядом указал товарищам на стену, где висело оружие. Кам и Див молча кивнули, тихонько поднялись с лавки и на цыпочках подошли к стене с разных сторон от двери.

Этот манёвр удалось выполнить совершенно бесшумно, так как трое лемуров сидели за столом с босыми ногами, их боевые сапоги тоже стояли возле стены.

Вкрадчивый стук в дверь повторился.

– Входите, не заперто, – громко молвил Сур.

Кам и Див взялись за рукояти мечей, готовые в следующий миг обнажить их, если в дверь войдёт кто-то не тот.

Дверь медленно отворилась, и в комнату вошёл Хан, за ним Век и Сом. Все были в полном вооружении.

– А-а-а, дружище Хан со своими заместителями! – елейным голосом молвил Сур, сидевший лицом к двери. – Не ждали, не ждали увидеть вас здесь сегодня. Что привело вас сюда? Или в городе Обездоленных началась война?

– Нет, в городе Обездоленных всё спокойно! Но война… может начаться здесь! – тяжёлым голосом изрёк Хан.