Календарь

Глава 1

Декабрь 2012 года выдался на удивление теплым для Москвы. Снега почти не было, лишь редкие хлопья кружились в воздухе, тая, не долетев до земли. В общежитии Тимирязевки царила привычная суета: студенты готовились к сессии, обсуждали последние новости и шутили про приближающийся конец света, который, по всем прогнозам, должен был наступить сегодня ночью, а именно в пятницу 21.12.2012.

Я сидел в своей комнате, погруженный в учебник по теории механизмов. Четвертый курс — время пограничное, пора задуматься о будущем. Хотя, если верить календарю майя, о котором до раздражения трубят последние дни из каждого утюга, никакого будущего может и не быть. Эта мысль не давала мне покоя уже неделю.

— Эй, Соколов, ты там живой? — в дверь постучали, и на пороге появился мой сосед и лучший друган Димон Волков, энергичный, харизматичный и немного безалаберный. — Чего такой мрачный? Конец света ведь только завтра!

Я усмехнулся, отложив конспекты в сторону: — А если это не шутка? Я тоже что-то последние дни от этой истерии устал, но все же!

— Да забей! — махнул рукой Дима, снимая куртку. — Ученые уже сто раз доказали, что это просто неправильное толкование календаря, а какие-то шизофреники выдумали эту бурду. Вон слышал даже целые общества создают. Колька из 208-й говорит, даже сегодня на Патриках они какой-то шабаш наметили.

В комнате повисла пауза. Хотя я и знал, что друг прав, но какое-то странное предчувствие не покидало меня с самого утра.

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появились Настя с Вовкой— наши друзья с потока, неразлучники блин, все время вместе таскаются. На третьем курсе он съехал из нашей комнаты и поселился в другом крыле в семейке с Настей. Я и Дима остались в 609-й. Вот так, еще не поставив штамп в паспорте становятся со студенческой скамьи подкаблучниками. Вроде Вовка счастлив, ну и бог с ним. Мы с Димоном к обоим хорошо относимся. Да и Настюха, как-то влилась в нашу мужскую компанию, свой парень короче. Она яркая и активная, всегда готовая вписаться в какую-нибудь движуху.

— Народ, слышали новость? — с порога начала Настя. — В новостях сказали, что в Мексике что-то странное происходит!

— Да ладно! — оживился Дима. — Неужели конец света все-таки начнется с родины предсказателей? Как рванут Мексикосы к пиндосам через границу, а те их будут встречать из Миниганов! Та-та-та-та-та-та-та. Как Шварц в терминаторе, Андрюха, помнишь? Недавно смотрели!

Я ничего развеселившемуся другу не ответил, только улыбнулся, глядя на этого фантазера. Вова же, обычно веселый и легкомысленный, вдруг стал необычайно серьезен: — Ребята, я тут кое-что в инете откопал… Похоже, это не просто совпадения. В разных уголках мира фиксируются аномалии.

Вдруг я почувствовал, как по спине пробежал холодок, так как знал Володю достаточно хорошо, чтобы понимать, что просто так трепаться ради шутки он не станет и, если тот так взволнован, значит, дело действительно плохо.

За окном небо начало стремительно темнеть. Казалось, сама природа готовилась к чему-то необычному. Мы с ребятами переглянулись, чувствуя, как нарастает напряжение в комнате.

— Может, просто гроза? — неуверенно предположил Дима, сам при этом, казалось, не веря своим словам.

В этот момент раздался оглушительный раскат грома, все мы почувствовали: что-то действительно случилось. Что-то, выходящее за рамки обычного объяснения, шутки похоже кончились.

— Ребят, — тихо произнесла Настя, глядя в окно, где небо уже накрыло черной грозовой тучей, — кажется приближается …э-э…

— Жопа приближается! Называй, Настюха, вещи своими именами, че уж стесняться! — нервно хохотнул Димон.

Мы переглянулись, никто из нас еще не знал, насколько пророческими окажутся эти слова про пятую точку человеческого организма, которая обычно является отличным магнитом для притягивания всяческих неприятностей. Никто не подозревал, что этот вечер изменит нашу жизнь навсегда, перекинув через грань между обычным миром и чем-то совершенно иным, мистическим, пугающим.

Володя достал ноутбук и развернул его к друзьям. На экране мелькали новостные сводки, фотки и видеоматериалы.

— Смотрите, — его голос дрожал от волнения. — В Мексике действительно что-то началось. Животные покидают свои привычные места обитания, птицы сбиваются в огромные стаи. Вон даже самолет рухнул в аэропорту Мехико.

А это… — он открыл видеозапись, — посмотрите на эти странные световые явления над Акапулько, вон выкладывают русские туристы. На экране появились кадры, где небо разрывали яркие вспышки, похожие на северное сияние, но более интенсивные и хаотичные.

В общежитии уже начали распространяться слухи о приближающемся конце света. Студенты собирались кучками, перешептывались, делились друг с другом новостями о надвигающемся апокалипсисе. Кто-то листал новостные ленты, другие смотрели тревожные видео в интернете.

Одни, поддавшись панике, начали собирать вещи первой необходимости, запасать воду, другие, наоборот, оживленно шутили и даже радовались, что курсач на завтра можно не писать. А Саня Штерн, который перебрал еще с утра, отдирал с пожарного щита красный топор, уверяя что он понадобиться в защите от тварей, если они полезут в комнату.

Внезапно свет моргнул и погас. На несколько секунд воцарилась полная темнота, а затем включилось аварийное освещение.

— Это просто авария на подстанции, — попытался успокоить всех Димон, но его голос снова звучал неуверенно.

В общаге царил хаос. Пока некоторые студенты в панике думали, что делать и куда бежать в случае чего, другие, наоборот, захотели оторваться, отпраздновать якобы последний день на Земле. Я, Димон, Настя и Володя оказались в эпицентре этого безумия.

— Ребят, вы видели, что творится? — воскликнула Настя, глядя в окно шестого этажа на суматоху во дворе. — Кто-то решил отметить конец света!

Студенты вылились бурным потоком на улицу, словно выдернули пробку из огромного котла под названием общага №4. И теперь на улице начинался самый безумный праздник в жизни этой толпы. Музыка гремела из нескольких портативных колонок, слышны были рок, какое-то жесткое техно и «Все танцуют локтями!» от Тимати. Два пацана Олег и Пашка с третьего этажа приперли две 100Вт колонки JBL, которые обычно выкатывали на студенческих вечеринках в актовом зале, немного повозились, подключая их к инвертору в Пашкиной девятке и решили затмить все эти пищалки хитом от Сектора Газа под названием «Туман». Остальные сразу повырубали свои аккумуляторные источники звука, видимо было вовсе не принципиально под что им встречать конец света.

Люди толпились возле входа на ступенях, танцевали прямо на заледеневшем асфальте. Атмосфера была настолько заразительной, что даже прохожие останавливались, чтобы посмотреть на это безумие. Некоторые не могли устоять и присоединялись к веселью. В центре всего этого хаоса стоял импровизированный трон из картонных коробок, на котором восседал кто-то особенно отважный, провозглашающий себя «королем судного дня», на его плечи был накинут плед, на голову надета большая кастрюля, а в руке он держал огромный столовский половник, длиной ручки не меньше метра. Этот клоун что-то вещал, но, увы, нам отсюда было не слышно его речь.

Казалось, что конец света, даже если он и наступит, уже не сможет быть таким же драматичным, как этот вечер в студенческом городке.

— А может, это наш шанс повеселиться напоследок? — подмигнул Дима, доставая из рюкзака бутылку вискаря. — Давайте устроим самую громкую вечеринку в истории общежития!

— А почему бы и нет? — скептически хмыкнула Настя, ее зеленые глаза уже блестели от предвкушения, — Вон, половина общаги уже разбежалась, а мы можем устроить что-то эпичное! Кстати, знаете, почему племя майя не пережило свой конец света? Они просто проспали, потому что слишком много пили накануне!

Вова, не откладывая, взял телефон и написал в чат нашей группы: «Апокалипсис party в 609! Приносите все, что найдется: закуски, фрукты, напитки. Дресс-код: «как в последний раз». Пароль для входа: «Выжившие здесь!».

Мы отодвинули стол от окна к середине комнаты, Настя расставила кружки, тарелки для закусок, зажгла свечки, оставшиеся у нее после романтика с Володей. Я порылся в тумбочке и вытащил пакет чипсов, полбатона, огурцы, банку прошлогодних соленых грибов и нож. Грибы все не решался есть, а то в последний раз с сортира на пару с Димоном не вылезали полдня, а теперь в принципе пофиг, авось пронесет! И я захохотал, смотря на происходящий абсурд.

— Кулинарный спецназ на позиции! — гаркнул Дима, и мы мигом наколдовали фуршет из всего, что было под рукой.

Первые гости пришли так быстро, будто дежурили под дверью. Леха из соседней комнаты ворвался с пакетом семечек и ящиком пива, как таран. Рассказал, что в соседнем магазине продавец, решивший, что пришел конец, тупо стал раздавать студентам все что унесут. Вот Лехе удалось вырвать у какого-то ботана ящик пива, а потом магаз стала разносить толпа, да так, что сосед еле ноги унес.

За ним — Таня с шипучкой 0,7 и банкой соленых огурцов, привезенной из дома, Костян принес портативную колонку, из которой сразу заиграл на всю комнату «Спектакль окончен, гаснет свет!».

Ира-староста, скептически оглядев бардак, все равно улыбнулась и вытащила из сумки печенье и еще одну свечу.

Наша комната наполнилась гулом голосов и смехом. Народу набилось столько, что шагу ступить было не куда. Все расселись на кровати, тумбочки, подоконник. Димон, генератор безумных идей, встал на стул, поднял кружку с коктейлем, и торжественно прокашлялся:

— Господа и дамы! Если уж свет сегодня заканчивается, надо запомнить этот мир таким как сегодня!

— Чтобы майя все попереворачивались там в своих склепах! — подхватил Леха.

— И чтобы сессия закончилась раньше! — добавила Ира, и все громко заржали.

Мы стукнули стаканами, а за окном на мгновение вспыхнула зеленая полоска по краю тучи и тут же пропала. Я поймал взгляд друга — он тоже заметил ее, но сделал вид, что ничего не произошло. Начались тосты: за академию, за преподов, которые «пусть выживут, чтобы увидеть наши курсовые», за бабушек, которые «все пережили и это переживут», за любовь, ибо «если не конец света, то что нас еще расшевелит». «За нашу группу — пусть мы выживем и размножимся!» — отмочил Леха, от чего половина компании поперхнулась, а вторая половина стала хохотать.

Костя врубил трек погромче, из его шарманки доносилось — «Мама люба давай, давай, давай!».

Кто-то начал танцевать прямо на кровати. Мы ржали, записывали короткие видосы в чат, как будто старались оставить как можно больше следов на случай, если время все-таки остановится, туса набирала обороты.

К одиннадцати шум был такой, что у нас вибрировал подоконник. В этот момент раздался настойчивый громкий стук в дверь, музыка тут же снизилась до минимума, я поспешил открыть. На пороге стояла комендантша, строгая, с усталым взглядом. Свет аварийной лампы подчеркивал морщины на ее лбу.

— Вы здесь что, конец света встречаете, обалдуи? — сухо спросила она. — Или провожаете?

Мы дружно осели. — Людмила Петровна, — выступил дипломат тяжелого жанра Дима, — мы аккуратно… уже тише. Честное слово.

Она смерила нас взглядом: — Вы уже оставили свой след в истории! Может завтра и не наступит, но тишину нарушать я вам не дам, даже если бомба во дворе общаги упадет! Живо по комнатам!

— Все-все! Мы уже закончили, — добавил кто-то тихо и большинство гостей потянулось к выходу, шепча «спасибо» и «зайдем завтра… если будет». Я почувствовал шлепок по ж... пятой точке и замер в недоумении. Что это было? Кто осмелился? Огляделся по сторонам, но все спешили прочь, будто ничего не произошло. Я машинально приложил руку к заднему карману и нащупал что-то круглое, твердое. Пальцы напряглись, пытаясь определить форму предмета. Металл? Камень? Медленно вытащил находку. В ладони лежал тяжелый медный круг сантиметров пять в диаметре. Что это за символы, иероглифы?

Я поднес эту странную «монету» ближе к глазам, пытаясь разобрать древние письмена. Ее форма — круг с квадратным отверстием в центре — казалась знакомой, но я не мог вспомнить, где видел подобное.

— Что это за…? — прошептал я, но вопрос повис в воздухе. Убрал вещицу обратно в карман, решив пока не показывать ее никому. — Потом разберусь.

Я ловил на себе моменты — перешептывание, обрывки слов, отражение свечей в стекле окна, за которым наступила полная темнота. На секунду меня опять кольнуло то странное чувство тревоги: будто в воздухе есть тонкое электричество. Я глянул на Володю — он уже листал на телефоне что-то, быстро скользя пальцем по экрану.

— А что, если мы проведем настоящий обряд? Ну, знаете, как те древние жрецы… Только в нашем стиле. — Неожиданно предложил он.

— О-о, — захлопал в ладоши сильно опьяневший Димон. — Это должно быть интересно.

Я, хоть и относился к идее скептически, не мог не признать, что атмосфера накалена до предела, и немного спустить пар, даже таким тупым на первый взгляд способом не будет лишним.

— Ладно, давай начинай свой обряд, ритуалист недоделанный! — согласился я.

— Знаете, — сказал Вова, не поднимая глаз от телефона, — у майя в конце бактуна, цикл календарный у этих краснокожих так назывался, были ритуалы. Не про «конец мира» о которым сейчас все трубят, а про переход, обновление счета времени вроде как, типа такая перепрошивка короче.

— Мы вполне переполошились вискарем сегодня, — усмехнулся Дима.

— И так, ритуал. Без жертв и костров. Символический. Ну… чтобы не просто ждать. Чтобы… встретить. Давай, Вова! – Поддержала идею Настюха.

Я почувствовал, как внутри что-то откликается. Мы весь вечер болтали про «конец», прикрывая смехом подступающую дрожь. По-моему, лучше видеть в этом не конец, а начало чего-то нового. Встречать, а не прощаться. Тишина после веселья была почти звенящей. За окном снова скользнула бледная вспышка — как будто кто-то водил гигантской сваркой по небосводу. Мы переглянулись. Настя, еще не успевшая спрятать свою ироничную улыбку, притихла, Димон перестал шутить, и по ощущениям как-то быстро протрезвел.

— Ладно, — потер ладони я. — Что нам нужно, кроме перьев и пирамиды?

— Пирамиду не осилим, — хмыкнул Володя. — Так, есть свечи, мандарин, семечки, вискарь для богов пойдет, и я нашел пару текстов про «конец бактуна».

Мы расставили четыре свечи по углам стола, как по сторонам света, еще несколько горели на подоконнике и тумбочках, создавая в комнате особую атмосферу. Я взял Настину помаду и осторожно прочертил на полу круг, добавил четыре коротких радиуса, как простейшую розу ветров. Настя положила в центр мандарин, рядом — горсть семечек, как сказал Володя «Они заменят кукурузу!». Димон плеснул виски на блюдце — «чтобы духи не обиделись, и им было чем шары залить у нас в гостях».

Мы встали по кругу, Володя, наш мастер импровизаций, как начал:

— Дабы вопреки воле небес, ниспослали нам боги испытания на пути нашем, да не нашлось среди люда человеческого знаний истинных обладателя, то вкусите же плоды наши, дарованные Вам о великие боги Майя, несущие мудрость небес. Не ради злата и серебра, а перерождения для.

Мы синхронно кивнули, когда Володя перестал читать этот бред сумасшедшего, смешали виски с колой в кружках, будто в ритуальных чашах, произнося шуточные заклинания и танцуя под ритмы электронной музыки. Внезапно комната наполнилась странным зеленоватым светом.

— Что бл… за спецэффекты?! — выкрикнул Димон.

В этот момент пространство вокруг нас начало искажаться, словно жидкое зеркало. Стены комнаты расплывались, звуки становились глуше, а воздух — густым и вязким.

— Что черт возьми...? — вскрикнула Настя, ее голос эхом отразился от невидимых стен, и концовку фразы я уже не смог уловить.

Последнее, что я запомнил — ослепительная вспышка света и ощущение свободного падения. Я вырубился, то ли от потери сознания, то ли от лишка выпитого вискаря.

А когда сознание стало возвращаться, то я осознал, что мы с друзьями находимся уже совсем в другом месте…

Глава 2

Сознание возвращалось рывками, как зависший плеер, который упрямо перескакивает между треками. Сначала — ощущение невесомости, ватные ноги, неприятная сладость в горле. Потом — запах ладана, который никак не вяжется с нашей комнатой. В ушах гудел низкий, ровный тон — как трансформатор в подвале.

Я открыл глаза и посмотрел на потолок. Он был… слишком высоким. Не тот знакомый, с трещиной в углу и желтоватыми пятнами, а высокий, украшенный лепниной с двуглавыми драконами. Что бл… за Змей Горыныч, подумал я! В центре висел странный круглый светильник, не лампа — кристалл в латунной оправе. От него шло зеленоватое сияние.

— Я жив? — сипло спросил я, – голова гудела и сильно хотелось пить.

— Если это загробный мир, то дизайнер у них тот еще! — отозвался Димон где-то справа, делая попытку подняться. — Ребята, у меня нет сил встать. У меня нет сил шутить. Нет… ладно, немного есть.

Я сел. Наш стол был на месте, но на столешнице были геометрические рисунки, а по краям шли руны. Мой круг на полу сохранился и выглядел как след от сварки. Кровати в комнате почему-то было три, хотя мы с Димоном делили комнату на двоих.

— Ребят, — Настя стояла у окна. — Вы это видите?

Я с трудом поднялся и подошел к окну. За стеклом — наш студенческий городок, и в то же время не наш. Корпуса, напротив, выглядели иначе: кирпич потемнел, как после огня, крыши украшены острыми башенками. На углу бывшей «Пятерочки» — табличка: «Императорская Магическая Академия…». Там было еще что-то написано, но отсюда не разглядеть. Императорская Магическая… Выдыхай, Соколов!

И — дирижабль, настоящая громадина, с серебристым брюхом, как у кита. Он медленно плыл над крышами, и от него тянулось на небо множество светящихся лучей, сходясь где-то в облаках. Вдалеке послышался звук колокола — низко, перекатываясь.

— Кос-плей уровня бог, — выдавил Дима. — Кто-то сейчас выскочит и скажет: «Розыгрыш!» И вручит мне годовой абонемент в фитнес-клуб.

— Дим, — тихо сказала Настя, — никого не будет. Посмотри туда.

Она показала на металлическую стойку у входа в наш главный корпус, которой точно не было. На ней — герб с двуглавым драконом. Ниже надпись рублеными буквами: «Едины в вере и науке».

Володя молча водил пальцами по воздуху. Ему, как всегда, понадобилось больше всех времени, чтобы собраться, и меньше — чтобы выдать вывод, — Похоже на параллельную реальность. Технологическая, но с эзотерикой. — он принюхался. — Здесь пахнет как… как в мастерской по реставрации ретроавтомобилей, где мы были на первом курсе.

Я поднял с пола свой телефон — тяжелый и холодный. Ткнул на экран, дисплей вспыхнул. Только это был не мой экран. Вместо привычной заставки — герб с тем же драконом и надпись: «Устройство зарегистрировано. Студент Соколов Андрей Ильич. Императорская Магическая Академия. Факультет Прикладной магии. Дата: «Декабрь, лето 7521 от С.М.З.Х., 2012 год Имперского счета». Я моргнул. Дважды.

— Володь, — подал голос Дима, — переведи, пожалуйста, на русский.

— Перевожу, — Володя протянул руку и коснулся моего экрана. — Имперский год, счет параллельный. Используют два летоисчисления. С.М.З.Х. — «Сотворения мира в звездном храме». Это же старые славянские штуки. Но нас больше должно волновать другое. — Он ткнул в строку «зарегистрировано». — Нас тут знают, и что это за специальности такие? Артефактор...! Вот тебе подфартило со специальностью, Андрюха! А у меня, небось, «шут придворный»! — нервно хохотнул он.

— Я, между прочим, сейчас тоже проверю! — Настя достала свой телефон. Он включился с тем же гербом. — Факультет целительства. Куратор: Верховный целитель Анисимова Н. Г. — прочла она.

— Верховный целитель — это что, врач? — Дима открыл глаза пошире. — Настя, ты, получается, под надзором медиков, при тебе не пить и не материться.

— Я сейчас и без надзора тебе пропишу…— сказала она. — Парни, хватит истерить, надо решать, что нам делать вообще, как-то распланировать, пока нас под белы рученьки не увели в комнату с мягкими стенами.

— План...! — сказал я, задумавшись. — Надо выяснить, что это за место, куда мы провалились вообще, потом понять, как не стать подопытными кроликами, ну и держаться вместе, узнать, есть ли здесь еще кто-то «из наших». Настюха, ты будешь искать «своих». Димон — прикрытие, создаешь шум и если надо кого-то заболтать, то подключаешься. Мы еще ничего не знаем об этом месте, поэтому надо сделать так, чтобы нас не приняли за группу шизофреников, а то, кто знает, как здесь с такими поступают. Может на костре сжигают… Вовка, ты собираешь инфу и импровизируешь. Я беру на себя общее руководство. Идет?

— Идет! — махнул рукой Володя. — И еще, если у нас новые факультеты, значит, наши студни… — Он метнулся к своей тумбочке. — Ага! — Из верхнего ящика он достал темно-зеленую корочку с золотым тиснением. — Студенческий билет. Императорская Магическая Академия. Студент Вовка… то есть Владимир Егорович Лвров. Факультет Боевой магии. Ну нифига себе! — Он вдохнул полной грудью и расправил плечи.

— Покажи, — сказал Дима и тоже полез в свою тумбочку. Через секунду он держал аналогичную книжицу. — Дмитрий Евгеньевич Волков. Вован, да мы с тобой на одном факультете учимся! — с восторгом произнес он, — Боевая магия, хм... Теперь вместо семинаров по электротехнике в АПК будем сдавать зачеты по метанию фаерболов в движущуюся цель?!

Я заглянул в свою тумбочку. Взял студенческий, под ним — три тяжелых монеты с профилем императора, сзади — двуглавый дракон. «Пять имперских». Монеты были теплые, как будто их только что держали в руках.

— Далеко не расходимся, — напомнил я, сунув студенческий и монеты в карман. — Погнали.

В коридоре было светло и тихо. Из соседней комнаты вынырнул худощавый и немного лохматый пацан.

— Ребят, вы слышали? — выпалил он по-дружески — в Тимирязевском лесу опять всплеск был, Департамент магического дозора перекрыл весь студгородок! Верховный дозорный велел сегодня к комендантскому часу быть в комнатах, а то… О, Настасья! Куратор искал тебя днем, я, разумеется, сказал, что ты на семинаре по техникам энергетического исцеления, — он подмигнул. — Потом… потом, говорят, с нашего потока студенты пропали на территории леса. Вот честное слово, разлом — штука интересная, но дьявольски страшная.

— Привет, — осторожно сказал я, — все в порядке. Мы… э-э… вернулись. — Какой идиотизм. Но что еще можно было сказать?

— Вернулись? — парень нахмурился. — А куда вы… Впрочем, мне пофиг. Будьте осторожны! — Он уже почти был готов уйти, когда бросил взгляд на наш приоткрытый дверной проем и фыркнул: — Что это у вас за каракули на полу? ТП взбесится.

— Кто? — хором спросили мы.

— Тамара Павловна, — удивился он. — Комендантша. Вы ее сегодня еще не видели? — Он посмотрел на нас как на лунатиков. —Первое правило общежития — не попадаться на глаза коменде после удавшегося шабаша.

Он фирменно подмигнул и исчез, оставив нас в странном предчувствии, будто сейчас должно что-то произойти.

— Наша Любовь Петровна — бетон, а здешняя Тамара Павловна — железобетон? — с насмешкой сказал Дима.

— Заткнись, — шепнула Настя, — Слышите?

Мы услышали, как по коридору, метр за метром приближались шаги. Через несколько мгновений перед нами предстала коменда. Строгая прическа, вытянутый овал лица, взгляд пронизывающий и все знающий, будто она читает мысли на расстоянии вытянутой руки.

— Комната шестьсот девятая?! — сказала она вместо приветствия, и ее голос был как удавка. Она вошла в открытую дверь, оглядев догоревшие свечи и выжженный круг на полу. — Кто автор этого художества? — спросила сухо.

— Я. — сделал я шаг вперед. — Учебная… Мгм. Учебная отработка на семинар по этнографии и символическим системам. Мы… — я кивнул на Вову, который в этот момент отчаянно делал вид «я не при делах». — Хотели проверить, как работают древние контуры, но без фанатизма... Безопасно.

Она молча подошла к моему кругу, наклонившись, провела пальцем, не касаясь символов, прямо над линией. Что-то в этой женщине было такое железобетонное что ли, не пробьешь ни шутками, ни очарованием.

— Безопасно?! — повторила она пустым голосом. — Соколов, ты настолько уверен в своих действиях, что готов подписаться под тем, чего не понимаешь?

— Нет, — ответил я честно. — Но я хочу разобраться.

Татьяна Павловна, не изменившись в лице, достала из кармана маленький блокнотик — не бумажный, а с крохотным светящимся экраном — и провела по нему пальцем.

— Комиссия Департамента Магического дозора прибудет через полчаса, — отчеканила она. — К этому времени комната должна быть очищена от неучтенных контуров и несертифицированных источников света!

— Это разве несертифицированные? — осторожно спросила Настя, кивнув в сторону чайных свечек.

— Сомневаетесь? — ТП приподняла бровь.

— Они... оставшиеся от… — Настя запнулась, подбирая слово из этого мира. — От практикума по искусственному свечению. — И улыбнулась чуть-чуть разгильдяйским, но обаятельным образом.

— Степанова, коменда на секунду задержала на ней взгляд, не ответив улыбкой в ответ. — Вам пора вернуться в свою 410-ю! И вообще, занятия скоро начнутся, поторопитесь! А вы трое, наведите порядок. До прибытия комиссии — никому никуда не выходить! По вопросу дисциплинарного наказания за это безобразие после поговорим!

— Принято, — сказал я.

Она ушла также резко, как и появилась.

— Меня сейчас расплющит! — с хохотом выдавил Дима и рухнул на кровать, — неучтенные контуры, что бл…

— Димка, — сердито сказала Настя, — не начинай. Ты вообще слышал, что она сказала?! Вернуться в свою комнату…Это значит, что в этом мире мы с Вовой не вместе?

— Насть, ну что ты такое говоришь. — Как всегда успокаивал ее Вовка, — Мы обязательно во всем разберемся. Хочешь я пойду с тобой на четвертый этаж?

— Нет, останься лучше здесь, я сама пойду. — Решительно ответила Настя, — это ведь должна быть моя комната, надеюсь, она женская.

Настя ушла. Володя сел на край стола, задумчиво покачивая ногой, направив взгляд в пол — на наш круг.

Мы принялись стирать линии — мыло, вода, тряпка — не особо помогало...Короче в итоге забили на этот процесс. Спрятали свечи, прибрались в комнате.

Ровно через полчаса в дверь постучали — коротко, отрывисто, после чего в комнату вошли двое: женщина лет сорока, строгая, с тонкими, почти прозрачными бровями — куратор Департамента магического дозора и ассистент, который держался уверенно, но скромно.

— Итак! Для начала — без протокола! — Она села, переплетя пальцы. — Соколов, вы выглядите умным молодым человеком и, надеюсь, не будете делать вид, что не понимаете всей серьезности случившегося. Где вы были с двадцати трех сорока до двадцати четырех по Имперскому? Ваше устройство пропало из сети. Ваших соседей по комнате — тоже, вы, возможно, не осознаете, что ваши эксперименты могли спровоцировать новый разлом?

— Понятно, — сказал я. — Мы были здесь, точнее, мы были… Я задумался, поняв, что дама, сидящая передо мной, видит нас на сквозь, и ложь из моих уст почует сразу. А вступать в конфронтацию с такой особой что-то не хотелось. Поэтому я принял решение самостоятельно, так как посоветоваться с ребятами не было никакой возможности в этих обстоятельствах.

— Мы переместились сюда из другого места, наш мир очень похож на этот, но там о магии никто даже не слышал. Мы были в той же самой комнате нашего общежития Сельскохозяйственной академии, когда после вспышки попали сюда. Обнаружили, что имена полностью совпадают с теми, что были в нашем мире. И теперь, признаться, еще не определились, как нам быть дальше. Честно, мы планировали сохранить эту историю в тайне, но, видя вас сейчас, понимаю, что лучше сказать прямо, как есть.

— Ну допустим, — сказала она спокойно, — вы говорите как человек, у которого по крайней мере работают мозги, а это уже не мало.

— Представляете, сейчас бахнет еще одна вспышка, и здесь появятся наши копии, которых на время выдернуло в наш мир! Вот будет номер! — хохотнул Димон.

— Ни грамма не смешно! — отрезала она. — Вы, возможно, думаете, что попали в цирк, но это не так, далеко не так! Сегодня вам повезло, отделались выговором. А теперь бегом на пары. Кстати, у вас как раз сегодня должна быть лекция по теории аномальных разломов.

Володе вдруг пришло смс, — Жду на крыльце! — это от Насти. Мы заторопились спуститься вниз.

Выйдя из общаги, встретились с Настюхой. Она рассказала, что в ее комнате никого не было, дверь была не заперта. Из трех кроватей свою она нашла сразу: смятый плед, на стене приклеены их фотки с Вовой со смешными гримасами из фотобудки.

Мы шли, шагая в ногу, дорога до учебного корпуса прилично так изменилась. Нашу привычную с первого курса Лиственничную аллею окутала паутина энергетических нитей, связывающая деревья в единую защитную сеть.

Справа кукурузное поле, правда теперь на нем группа студентов отрабатывала боевые заклинания под присмотром преподавателя, а в воздухе вспыхивали разноцветные искры, слышались хлопки от столкновений магических щитов. Из привычного было шумно, студенты торопились на занятия. В глаза бросилась компашка старшекурсников на левитационных дисках, они мигом обогнали нас и пронеслись вперед.

Лекцию по теории аномальных разломов читали старший дозорный Краев И.А. — эксперт по аномальным разломам и их проявлениям и профессор Хромов А. М. — артефактолог-исследователь. Весь поток собрали в знакомой ступенчатой аудитории, чтобы предупредить о возможных опасностях в связи с последними событиями. Мы уселись на привычном месте предпоследнего ряда с краю от выхода, оттуда никогда не вызывали к доске, и можно было в числе первых покинуть аудиторию по окончанию лекции.

— Разломы — это места, где реальность истончается, — начал Краев. — Они могут быть естественными, как например в Тимирязевском лесу, или искусственными, созданными неопытными магами, и ваша задача — научиться их обнаруживать, избегать или по возможности стабилизировать.

— Как на уроке ОБЖ – цыкнул Димон, - Предвидеть, избегать, при необходимости действовать! – повторил он любимые слова учителя.

— Запомните: разломы — это не просто дыры в пространстве. Это — раны мира, и их не залечишь простым заклинанием. — Продолжил он. — В последнее время их становится все больше. Тимирязевский лес — лишь один из крупнейших и опасных разломов. Есть еще несколько разломов в Москве и множество по всей Российской Империи. Это запретная охраняемая Магическим дозором зона. Во время всплесков из разлома могут появиться странные и порой очень опасные существа…

— Глянь, что там за красотка, — толкнул меня локтем в плечо Дима. — На Катьку Новикову смахивает.

Я повернул голову направо и опустил взгляд на два ряда вперед. У окна сидела соблазнительная девушка. На ней было платье с ремешком на тонкой талии, по спине струились белокурые локоны. Она что-то записывала в тетрадь, и каждое движение было наполнено особой грацией.

— Быть не может, — прошептал я, — неужели это наша Новикова?

— Да нее, — усмехнулся Димон, — Эта девчонка мне даже больше Катюши нравится, интересно, она в нашей общаге живет? Надо будет узнать, зайти в гости как-нибудь вечером.

Блондинка, словно почувствовав наши взгляды, обернулась и медленно помахала нам рукой, опустив после свой взгляд, будто стесняясь нашего внимания, а когда снова подняла глаза, в них сверкнула искра. Мы замерли на секунду, а она, поймав наше внимание, снова улыбнулась. Она точно знала нас.

— Этот артефакт — древний минерал, — Хромов показал многогранный кристалл: он способен поглощать и перераспределять магическую энергию и при приближении к разлому начинает пульсировать разными цветами. В вашем потоке есть студенты факультета Артефакторинга. Они и будут создавать такие на практических занятиях.

Когда я увидел эту штуковину, мне сразу захотелось попасть на практику.

Наступила ночь, но уснуть оказалось очень не просто, все было не на своих местах, да и подушка какого-то хрена пахла лавандой. За окном медленно периодически пролетали дирижабли и раз в полчаса где-то далеко бил колокол.

— Ребят… — сказал я тихо. — Похоже, этот сюр не скоро закончится, если вообще когда-то…

— Мы и не рассчитывали, собственно говоря. — отозвался Димон, не поднимая головы. — Магическая Империя, аномальные разломы и четыре идиота, из которых двое умеют лыбиться и профессионально шутить, а один — делать вид, что он знает, что делает.

— И одна — держать нас всех за яйца, чтобы не натворили ничего лишнего! — добавил Вовка. — Интересно, Настя уже спит? Честно говоря, я чувствую себя… — Он задумался. — Как будто нас кто-то выбрал...

— Кто-то выбрал — его слова, как обухом ударили по голове, и в тот момент меня осенило! Я вспомнил про медный круг в моем кармане, который подкинули как раз перед «перемещением». Нужно было срочно выяснить, что это за штука такая, интуиция подсказывала мне, что именно она могла стать ключом к попаданию в этот, еще не изведанный нами, неизвестный мир…

Глава 3

Мысли крутились в голове, словно вихрь. Я не мог уснуть всю ночь, нервно вертел в руках медную штуковину. Часа в три утра я встал, подошел к окну и долго смотрел на спящий город. Холодный лунный свет заливал улицы. Я ждал рассвета.

В 7:30, когда все еще спали, я тихо выскользнул из комнаты. Коридоры были пусты, только дежурный охранник был на посту. Я почти бежал к главному корпусу академии на кафедру артефакторинга к уже знакомому профессору Хромову.

Арсений Михайлович оказался на месте — он всегда приходил рано, говорил, что утренний свет помогает раскрыть суть артефактов. Я положил медный круг на стол прямо перед ним. Его брови поползли вверх.

— Где ты это раздобыл, Соколов? — в его голосе слышалось неподдельное удивление.

Я рассказал о странных обстоятельствах появления этой штуковины без особых подробностей. Профессор долго рассматривал круг, проводя над ним какими-то приборами.

— Это древний временной календарь, крайне ценный артефакт, — наконец произнес он. — Смотри сюда. Видишь три ряда рун? Это уникальная система координат времени. Первый ряд обозначает дни, второй — месяцы…

— А третий — годы. — догадался я, все еще не в силах поверить в происходящее. Мое сердце бешено колотилось от волнения.

— Ты намерен оставить его себе? — Хромов внимательно посмотрел на меня, — Подумай, как следует. Было бы правильнее изъять артефакт и тщательно исследовать его в экспериментальной мастерской.

— Да, я хочу оставить его, — ответил я уверенно. — И, если Вы покажете, как им пользоваться, это будет бесценно.

Профессор на мгновение замолчал, словно взвешивая все «за» и «против».

— Твой отец гордился бы тобой. — Наконец произнес он с теплотой в голосе.

Следующие несколько минут Арсений Михайлович подробно объяснял принцип работы с медным календарем. Его пальцы ловко скользили по древним рунам, активируя скрытые механизмы. Он показал, как настраивать параметры, как считывать информацию и как безопасно деактивировать артефакт. Я старался не упустить ни единого слова, ни одного движения.

— Но будь осторожен, — предупредил Хромов, — Перемещения во времени требуют колоссальной энергии. Твой организм еще не готов к подобным нагрузкам.

— Да уж, опыт перемещения имеется… тот, что привел меня сюда, закончился жутким отходняком, — подумал я про себя.

Он настоял на пробном перемещении длительностью не более часа. Я согласился, понимая, что это разумная предосторожность.

Профессор помог настроить календарь на перемещение на час назад. Когда артефакт засветился мягким голубым светом, я почувствовал легкое головокружение. В следующий миг я уже лежал в своей кровати, а на часах было все те же 7:30 по Имперскому.

Пацаны продолжали крепко спать, ничего не подозревая о моем маленьком путешествии. Я осторожно присел на край кровати, пытаясь осмыслить произошедшее. Голова гудела. Ноги сделались ватными.

* * *

Настя проснулась по будильнику в 7:30. Пары должны были начаться в девять, вылезать из-под теплого одеяла совершенно не хотелось. Она чувствовала себя разбитой. Сначала с соседками по комнате проболтали, потом долго ворочалась и не могла заснуть.

Она уже так привыкла засыпать у Володи на плече, что чувствовала себя совсем не уютно в одиночной кровати, обнимая подушку, которая почему-то пахла лавандой.

Соседки по комнате, Вера и Оля оказались Настиными одногруппницами. Это просто отлично! Так она хотя бы не заблудится одна и придет на пары вовремя. Девчонки, настоящие болтушки, вспоминали приколы из жизни группы и хохотали до слез. Настя с удовольствием поддерживала разговор — истории действительно были уморительными.

— А помните случай с Ромкой на втором курсе? — залилась смехом Вера, — Когда наш гений решил продемонстрировать контроль эмоций на паре по магической поведенческой психологии. Запустил заклинание счастья и сам впал в такую эйфорию, что выскочил в коридор голышом, крича: «Жизнь прекрасна!».

— А-ха-ха, ага, — сквозь хохот продолжила Ольга, — Профессор тогда выгнал его с комментарием: «Роман, счастье должно оставаться внутри Ваших штанов!»

— А как Светка на практике с зельями сварила бодрящий отвар и угостила нас? — подмигнула Вера.

— А он оказался снотворным, и вся группа час храпела прямо на партах, включая профессора? С тех пор ее прозвали «королевой сонного царства»! — усмехнулась Оля.

Разговор соседок плавно перетек в обсуждение новостей, главной из которых была вспышка, произошедшая прошлой ночью. Из разлома в Тимирязевском лесу во время магического всплеска проникли неведомые звереподобные твари. Именно об их опасности профессор рассказывал вчера на общей лекции.

К тому же в это время бесследно исчезли несколько студентов академии, а Настя с друзьями загадочным образом оказалась здесь.

— Подобные аномалии случались и прежде, но никогда они не приводили к исчезновениям людей, — утверждала Ольга, — так тревожно за Игорька и остальных троих пропавших ребят…

— Угу… — периодически кивала Настя, стараясь участвовать в беседе.

— Игорь самый адекватный парень в нашей группе! — продолжала она, — Надежный и без дурацких выходок. Хоть бы он не пострадал…и вообще, кто-нибудь нам скажет, что произошло?

— А помните прошлогодний инцидент, когда случился особенно сильный всплеск? – возбужденно заговорила Вера, — Из разлома тогда хлынула орда чудовищных существ — облезлые коты с хвостами крыс и светящимися красными глазами, крокодилы с паучьими лапами… Такие страхолюдины, — она с отвращением передернула плечами, — Магический дозор едва успевал их отлавливать, и часть тварей все же проникла в город.

— Да, точно! Паника тогда охватила всю Москву. Испуганные люди прятались где только могли — в метро, подъездах домов, забаррикадировавшись в автомобилях. — подхватила Оля, — К силам Магического дозора пришлось привлечь городскую полицию для восстановления порядка.

— Кто знает, какие последствия вчерашнего всплеска нас ждут... Неудивительно, что студгородок теперь закрыт на вход и выход. — завозмущалась Вера, — Доступ в Тимирязевский лес, который Магический дозор охраняет как особо опасную зону, полностью запрещен. Там идет масштабная охота на этих загадочных существ, чья кровь, говорят, способна многократно усилить магические способности.

* * *

Настя с нетерпением ждала длинного перерыва, чтобы за обедом поделиться с ребятами новой информацией. Она торопливо шла к буфету, где ее уже поджидали старые друзья.

— Я так соскучилась! — с радостным возгласом она бросилась на шею Вове и страстно поцеловала его в губы.

— Бээ, давайте без этих прилюдных нежностей! — театрально закатил глаза Димон.

— Привет, ребята! — рассмеялась Настя, привыкшая к его подколам. И протянула к нам ладонь для традиционного «дай пять».

— И мы рады тебя видеть, — ответили на ее жест хлопком пятерней.

— Хорош ерничать, Димон, — слегка покраснел от смущения Вовка, — пошлите быстрее, жрать хочется!

Мы заняли очередь в буфет, которая растянулась до самого выхода. Было очень шумно — голодные студенты галдели в ожидании обеда.

— Кстати, Андрюх, — толкнул меня в бок Дима, пока мы медленно продвигались вперед, — я же узнал адрес той сексапильной блондинки, похожей на Катьку Новикову.

— Да ладно, шустро ты, — усмехнулся я, не скрывая интереса.

— Ага, — гордо перебил меня Димон, — ее зовут Вика Старцева, и нам несказанно повезло — она живет в нашей общаге, в 301-ой комнате, с двумя такими же секси девчонками с факультета прорицания. Предлагаю зайти к ним сегодня вечером.

— Прорицания? — удивился я. — Они что, типа прорицательницы? Ясновидящие, получается?

— Да хоть гадалки! — возбужденно воскликнул Дима. — Какая разница! Идем к красоткам?

— Да, идем-идем, — согласился я, не в силах отказаться от такого предложения.

— Так-так, о чем это вы, ребята? Куда собрались, Казановы? — рассмеялась Настя, услышав обрывок нашего разговора. — Значит, ваша комната вечером будет свободна?

Она игриво стрельнула глазами в сторону Вовы, стоявшего рядом. Вова Приобнял ее и многозначительно улыбнулся.

— Настюх, что началось-то? — закривлялся Димон. — Ты, конечно, быстро смекнула. Так и быть, приходи к своему ненаглядному.

Чуть дальше в хвосте стояли трое парней, своим видом показывая свое превосходство. Они оживленно что-то обсуждали, то и дело бросая взгляды в нашу сторону.

Когда подошла наша очередь, мы взяли пироги с мясом, картошкой и грибами, газированную воду и какое-то «энергетическое желе», раньше я такого не встречал. Я оплатил покупку одной из монет, найденных в тумбочке, а сдачу выдали россыпью мелких монет. Похоже, монета считалась действительно ценной.

— Ого! Откуда они у тебя? — удивился Вовка.

— Так из тумбочки взял вместе со студенческим. Проверь, может, у тебя тоже завалялись, — подмигнул я.

С подносами мы направились к столу, проходя мимо всей очереди. Димка шел впереди. Когда мы проходили мимо той самой компании, Димон не удержался и с грохотом полетел вперед с подносом в руках, будто кто-то подставил ему подножку. Стакан с газировкой расплескался на грудь и с дребезгом разбился о кафельный пол. В буфете послышался смех на фоне общего гула.

— Что это, черт возьми, такое было?! — воскликнул я, помогая Диме подняться. Он резко вскочил на ноги, разозленный.

— Андрюх, — выдохнул Дима, — странное дело… Будто кто-то невидимый меня толкнул. Не споткнулся я, точно говорю. Это те пацаны, не иначе!

Самый высокий из них лишь ухмыльнулся, — Что, Волков, координацию потерял? Так будь осторожнее. — язвительно выдавил он, расправляя плечи. Его прихлебатели продолжали гоготать, наслаждаясь зрелищем.

Не раздумывая ни секунды, Настя вытянула руку с открытой ладонью вперед, словно готовясь выпустить магический заряд. Вова и я встали рядом.

В тот же момент вся троица схватилась за животы. Скривив гримасы от боли, они поняли, что ситуация выходит из-под контроля, и бросились к выходу, в сторону сортира.

— Кажется, он реально обделался, — заржал Вова, — Настюх, ты просто огонь! Как ты это сделала?

— Я как раз утром была на лекции по управлению болевыми реакциями организма, — ответила Настя, отряхивая руки, — вот и попрактиковалась как раз.

— Получается, ты можешь не только исцелять, но и провоцировать болезни? — ошарашенно сказал Дима, отряхивая рубашку. — Пойдемте найдем свободный стол.

Мы отошли в дальний угол буфета, где было немного тише. Пока мы усаживались за стол, Димон все еще кипел от злости. Я пытался понять, что они сделали и зачем? Видимо, с этими типами мы в контрах…

Мы переключились на обед, так как были ужасно голодны. Все поделились с Димоном по пирогу, поскольку его обед был опрокинут на пол. Желе, кстати, оказалось совсем пресным, даже солоноватым. Зато быстро насыщало.

— С добавлением крови быко… быкозубра. — прочитал я упаковке, — Какого еще быкозубра, бл…?

— Странного существа, которое выбралось из разлома и, похоже, было поймано... — начала Настя.

— И съедено! Гы-гы — перебил ее Димон.

— Дурак ты, Димка! — продолжила Настя, — Вообще-то кровь тех тварей обладает удивительными свойствами, она многократно усиливает магические способности, соседки по комнате рассказали. — договорила она.

— Усилить магические способности нам точно не помешает! — сказал я, зная, что мне точно понадобятся силы для пользования новым артефактом.

Еще утром я надел на медный круг на шею, продев веревочку в центральное отверстие, как медальон. Подвеску было не видно под одеждой, и пока она ни у кого из ребят не вызывала вопросов.

— Нужно пойти в Тимирязевский лес и раздобыть эту кровь! — воодушевился Дима.

— Легко сказать, — вздохнула Настя. — Вход в лес охраняется Магическим дозором, а сейчас еще и весь студенческий городок под усиленной охраной — не выбраться.

Мы задумались. Пробраться в лес, казалось, невозможным, но желание заполучить кровь какой-нибудь местной твари было слишком велико.

— Может, есть другой путь? — предположил я. — Должен же быть способ обойти охрану.

— Я слышала, что некоторые студенты все-таки проскальзывают через второй корпус, в котором наша кафедра целительства находится — задумчиво произнесла Настя. — Там старые канализационные тоннели, которые ведут за территорию.

— И что, никто не знает об этом? — удивился Вова.

— Знают, но тоннели настолько запутанные, что даже охрана не рискует туда соваться, — пояснила Настя.

— Значит, решено! — твердо заявил я. — попробуем пробраться через тоннели, только мы не знаем, что там может быть. Насть, ты точно уверена, что хочешь пойти? Это чертовски опасно.

— Даже не начинай. — завелась Настя, — Я не собираюсь сидеть в общаге, пока вы там...

— Андрюха прав. — перебил ее Вова, — Мне будет спокойнее, зная, что ты в безопасности.

— К тому же, если что-то пойдет не так, ты сможешь позвать помощь, — добавил Дима, пытаясь успокоить Настю.

— Эх, ладно, — вздохнула она с явной неохотой. — Тогда будьте на связи, если что — сразу сообщайте.

— Кажется, вечер с прорицательницами отменяется, — протянул Димон, театрально вздыхая.

— Не отменяется, а переносится на завтра, — подмигнул я ему

Вечером, когда начало смеркаться и уже зажглись фонари, мы с ребятами подошли ко второму корпусу. В темноте здание из темно-красного кирпича с башенками было похоже на старинный замок. В основании скрывалась целая сеть подземных тоннелей — наследие времен основания академии. Изначально созданные для отвода сточных вод, они со временем превратились в тайные ходы для экстренных случаев. Некоторые тоннели вели далеко за пределы студенческого городка, о них знали лишь избранные. Мы нашли вход в тоннель. Он оказался довольно узким, пахло плесенью.

— Тихо, — прошептал я, когда мы услышали чьи-то голоса впереди. — Похоже, мы не первые, кто решил воспользоваться этим путем.

Мы прижались к сырой стене канализационного тоннеля. Сердце бешено колотилось в груди, в горле пересохло. Из-за поворота показались силуэты двух человек в форме Магического дозора. Они что-то обсуждали, периодически заглядывая в какую-то папку с документами. Один из дозорных, наклонившись к своему напарнику шепнул такое, от чего у нас перехватило дыхание:

— Здесь нашли следы пропавших студентов. Похоже, они пытались пробраться через этот тоннель…

Мы переглянулись, не в силах произнести ни слова. В тоннеле повисла тишина, нарушаемая лишь нашим прерывистым дыханием.

— Что теперь делать? — прошептал Дима, едва шевеля губами.

— Тихо! — осадил его Вовка — Они еще здесь.

Дозорные продолжали изучать документы, не подозревая о нашем присутствии. Их тени плясали на стенах, создавая причудливые, зловещие узоры. Внезапно они направились в нашу сторону быстрыми шагами. Еще секунда — и они бы нас заметили.

В этот момент я собрал все свои силы и мысленно выкрикнул: «Стойте!» К моему удивлению, люди в форме вдруг начали двигаться невероятно медленно, словно время вокруг них практически остановилось.

— Нужно уходить. Немедленно. — шепотом сказал я, стараясь сохранять спокойствие.

Мы осторожно отступили назад, стараясь не издавать ни звука.

Выбравшись на улицу, мы отбежали на безопасное расстояние. Тяжело дыша, прислонились к стене ближайшего корпуса академии.

— Черт, в тоннелях тоже дозорные… — с досадой произнес Вова, вытирая пот со лба.

— Андрюх, что сейчас произошло? Они не могли вот так резко замедлиться и дать нам уйти. — сказал Димон с удивлением.

— Да я и сам не понял, время будто остановилось... Вы слышали, о чем они шептались? — спросил я, все еще находясь под впечатлением. — Пропавшие студенты… Их ищут. Что они могли делать в этих тоннелях?

— Вы не находите странным, что ребята пропали именно в ночь нашего появления? — задумчиво проговорил Дима.

— Ты думаешь, это как-то связано? — спросил Володя, нервно оглядываясь по сторонам. — Четверо человек куда-то делись из-за нас?

— Нас тоже четверо … — сопоставил я вслух. — Но если мы здесь, значит пропавшие ребята могут оказаться…

— Да хоть на Луне они, блин, могут оказаться! — закрыл руками лицо Дима.

— 21:40 по Имперскому, — взглянул на дисплей телефона Вова. — погнали в общагу, успеваем до комендантского часа.

Мы молча двинулись к общежитию, каждый погруженный в свои мысли. Тишину нарушал только хруст снега под ногами.

— Нужно будет завтра покопаться в библиотеке, — предложил Вова. — может, там найдем какие-то записи о старых тоннелях.

Подходя к общаге, мы заметили, что Тамара Павловна бдительно следит за временем.

— Соколов, заходите же! Двери сейчас на замок закрою! — громко крикнула комендантша, высунувшись из приоткрытой двери общежития.

Мы быстро зашли и поднялись к себе в комнату. Я бросил рюкзак на кровать и сел, обхватив голову руками. Четверо пропавших студентов и эти слова дозорных в тоннеле…

Когда все заснули, я взял в руки медальон, не снимая с шеи. Подвеска нагрелась в ладони. Я решил переместиться в день исчезновения ребят, то есть в день, когда мы устроили эпичную вечеринку по случаю конца света. Дрожащими пальцами я выставил нужные параметры, и тут комнату озарило голубое свечение. Все вокруг закружилось, и я почувствовал, как падаю в бездну.

Глава 4

Очнулся я в той же комнате с двуглавыми драконами на потолке. Я ужасно себя чувствовал, голова, казалось, разорвется от напряжения. Пацаны еще спали, Настя стояла у окна, задумчиво глядя вдаль.

— Ребят, вы это видите? — тихо спросила она, не оборачиваясь.

Воспоминания нахлынули волной.

— Я уже слышал эти слова… В первый день нашего появления здесь, — пробормотал мысленно я, с трудом поднимаясь с кровати. — Но я хотел попасть в предыдущий день. Получается, что это какая-то отправная точка? Раньше нее переместиться просто невозможно?

Я осторожно поднял с пола свой телефон, стараясь не шуметь.

— Я сейчас вернусь, — тихо произнес я, уже направляясь к двери. Попытаюсь узнать что-нибудь полезное сегодня.

Выскользнув в коридор, я быстро спустился по лестнице. В холле было непривычно тихо, лишь тикали старинные часы на стене. Внезапно я услышал приглушенные голоса у входа — комендантша о чем-то разговаривала с охранником, только что заступившим на смену.

Приблизившись к холлу, я замер, стараясь уловить каждое слово.

— Сегодня ночью был сильный всплеск, — донесся до меня голос ТП. — из разлома опять просочились разные твари. Надеюсь, Магический дозор справится и поймает всех. Не хотелось бы, чтоб черт знает что встретилось на улице.

— Может, это просто слухи? — неуверенно ответил охранник.

— Слухи? — фыркнула она. — Я здесь двадцать лет работаю и могу отличить правдивую информацию от сплетен.

В этот момент зазвонил телефон. Судя по тону, звонил кто-то очень важный.

— Да, сейчас зайду к ним. Ждем вас. До встречи, — озабоченно ответила она в трубку.

— Что-то еще случилось? — поинтересовался охранник.

— Не знаю точно, — прошептала комендантша. — Звонил Верховный дозорный из Департамента магического дозора. Сказал, что направил к нам комиссию проверить 609-ю комнату. Было обнаружено истончение реальности. Кажется, какой-то неопытный маг пытался сформировать разлом. И это прямо у меня под носом! Не позволительно! — закипела она от возмущения.

Комендантша стремительно направилась к лестнице. Я успел спрятаться за дверью на первом этаже, и она меня не заметила.

— 609-я … Это же наша комната! — пронеслось в голове.

Нужно было срочно предупредить ребят. Я достал телефон и набрал сообщение: «Приготовьтесь! К нам идет коменда!».

Не теряя времени, я отправился на кафедру артефакторинга к профессору Хромову. Он уже должен быть у себя.

Тихо постучав, я приоткрыл дверь. Арсений Михайлович действительно был в кабинете — перебирал какие-то древние свитки и делал пометки в конспекте.

— Точно, сегодня лекция по теории аномальных разломов для всего потока. — вспомнил я про себя.

— А, это ты, Соколов! Какими судьбами? Забежал перед лекцией?

— Не совсем, — я замялся, не зная, с чего начать. — У меня к Вам вопрос.

— Так-так, заходи, присаживайся. — Профессор отложил бумаги и жестом пригласил меня войти, — Рассказывай.

Я колебался, не зная с чего начать.

— Расскажите, пожалуйста, что произошло сегодня ночью? Насколько сильный был всплеск? — начал я издалека.

— Откуда ты знаешь про всплеск? — опешил он. — Эту информацию еще не доводили до студентов. Об этом как раз я сегодня готовлю доклад на лекцию.

— Я услышал слухи в общаге и решил уточнить у Вас, — уклончиво ответил я.

— Ох, Соколов. Не стоит верить слухам. — вздохнул профессор. — Но, да, действительно, сегодня был сильный всплеск в Тимирязевском лесу. О последствиях пока судить сложно. Дозорные были вызваны к разлому ночью. Магический дозор работает в усиленном режиме. Ситуация под контролем. Сегодняшняя лекция будет проведена, чтоб напомнить всем вам о правилах безопасности.

— Арсений Михайлович, а исчезнувшие студенты? — осторожно спросил я. — Они могут быть связаны со всплеском?

— Соколов, ты, кажется, знаешь больше, чем я. — нахмурился Хромов. — дозорный, дежуривший сегодня, доложил, что устройства нескольких студентов пропали из внутренней сети академии, часть включилась обратно, а другая часть — нет.

— Но что это значит? — не понимал я.

— Это значит, что телефоны ребят увезены настолько далеко, что сигнал не улавливает их, или… — замолчал на секунду он, — уничтожены.

— А как далеко ловит сигнал? — уточнил я.

— Ловит по всей территории Российской империи. — сразу ответил он.

— Спасибо, Арсений Михайлович. — уходя, поблагодарил я профессора.

— Андрей, будь сегодня на общей лекции, — сказал Хромов, внимательно глядя на меня. — Я буду рассказывать о новом артефакте. У меня появились несколько интересных идей по усилению контроля над разломами. Твои способности могут оказаться крайне полезными.

Я замер, не зная, как реагировать на такое предложение.

— Что вы имеете в виду? — осторожно спросил я.

— В тебе есть сила, Андрей, — Профессор задумчиво потер подбородок, — которую мы можем использовать во благо академии и всей империи.

Я молча кивнул и вышел из кабинета.

* * *

Я вернулся обратно ночью — ребята еще спали. Я прочувствовал на себе правоту слов профессора Хромова об энергетическом истощении при путешествиях в прошлое. К тому же прошлая ночь прошла без сна. Силы были на нуле, я попытался заснуть, чтобы хоть немного восстановиться, и мгновенно погрузился в глубокий сон.

Проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо.

— Эй, Андрюх, ты живой? — это был Димон. — Хватит дрыхнуть, на учебу пора. Спит как убитый, танком не разбудишь, — добавил он, повернувшись к Вове.

— Первой парой сегодня Тактика магического воздействия, — подхватил Вова. — Не хотелось бы опоздать!

Я быстро собрался, и через пятнадцать минут мы уже были в главном корпусе академии, который выглядел как крепость из того же красного кирпича. Над массивным входом раскинул крылья медный двухглавый дракон.

В коридорах кипела жизнь: студенты спешили на занятия, перебрасываясь приветствиями. Некоторые бросали любопытные взгляды в нашу сторону — слухи о стычке с Трегубовым в буфете распространились быстрее лесного пожара.

У дверей аудитории уже собралась группа однокурсников.

— Привет! Как дела? — приветливо улыбнулась симпатичная брюнетка.

— Нормально, — ответил я, стараясь не выдать усталость. — Просто немного не выспался.

— Ничего, — подмигнула она. — Сегодня будет жарко. Профессор Орлов обещал что-то особенное.

Двери аудитории распахнулись, и мы вошли внутрь. В центре зала уже были расставлены тренировочные маты, а в углу виднелись стойки с защитными артефактами.

— Всем доброе утро! — раздался бодрый голос профессора Орлова. — Сегодня мы будем отрабатывать техники защиты и нападения. Разбейтесь на группы по три человека.

Я оказался в группе с Вовкой и той брюнеткой, ее звали Алиса.

— Андрей, ты будешь атакующим. Алиса — основной защитник, Вова — поддержка. — Распределил роли профессор. — Помните о координации действий!

Я глубоко вздохнул, готовясь к тренировке. В голове крутились мысли о вчерашних событиях, но сейчас нужно было сконцентрироваться на задании.

— Готовы? — спросил профессор Орлов, внимательно наблюдая за нами.

Алиса сосредоточенно кивнула, выставляя перед собой защитный барьер. Вова встал чуть позади нее.

— Начали! — скомандовал профессор.

Я сделал глубокий вдох, собирая энергию. В памяти сами собой всплыли техники, которые мы изучали на предыдущих занятиях. Медленно поднял руки, формируя базовую атаку.

— Щит «Серебряная паутина»! — произнесла Алиса, и перед ней возникла мерцающая пелена.

Я атаковал первым, посылая сгусток энергии в виде молнии. Щит дрогнул, но выдержал. Вова тут же поддержал Алису.

— Держись! — крикнул Вова, прикрывая Алису защитным куполом.

— Неплохо, — прокомментировал профессор. — Но можно лучше. Андрей, добавь вариативности в атаки. Алиса, следи за силой энергии.

Внезапно что-то странное произошло, как тогда в туннеле…Мои движения стали плавными, почти текучими, а реакция противников — заторможенной.

— Вау, ты сегодня в ударе! — удивленно заметила Алиса, отражая мои атаки.

— Что происходит… — подумал я, чувствуя, как вокруг меня формируется невидимое поле. — У меня такое ощущение, будто я могу управлять временем.

После первого раунда профессор перегруппировал участников. Теперь моим напарником стал знакомый по случаю в буфете Трегубов Юра, а третьим в группе — Илья Тихомиров, один из самых спокойных и уравновешенных ребят на курсе.

— Ну что, Соколов, готов к серьезной проверке? — усмехнулся Трегубов, разминая плечи. Его глаза светились предвкушением битвы.

— Посмотрим, кто кого, — ответил я, чувствуя нарастающее напряжение.

Трегубов атаковал мощными концентрированными потоками энергии, которые обрушились на меня словно цунами. Похоже, от подобного энергетического толчка тогда и грохнулся Димон. Вот оно что, оказывается, Трегубов может силой мысли наносить толчки и удары. Я едва успевал отражать удары, пока не подумал: «Остановись!», и тут же почувствовал знакомое замедление времени.

— Что за… — начал было Трегубов, но я уже создал временную петлю.

Его атака застыла в воздухе, словно кадр из замедленной съемки. Я чувствовал, как время вокруг меня течет иначе, как будто я оказался в пузыре, отделенном от остального мира.

— Как ты это сделал? — удивленно спросил Илья, глядя на застывшую атаку.

— Сам не знаю, — признался я, рассеивая петлю. — Это как будто происходит само собой.

Профессор Орлов подошел ближе, внимательно наблюдая за происходящим:

— Неплохо, Соколов, — похвалил он. — У тебя явно есть потенциал. Только не забывай контролировать свои силы.

— Постараюсь, — ответил я, все еще находясь под впечатлением от открытия.

После занятия все начали расходиться. Я почувствовал такую сильную слабость, что едва мог стоять. Ноги сделались ватными, и я с трудом переставлял их. Выйдя из аудитории, я оперся на подоконник в коридоре, не в силах сделать и шага.

— Андрюха, что с тобой? — Дима подхватил меня, закинув мою руку себе на плечо. — Ты еле держишься. Неужели тренировка настолько тебя вымотала?

— Похоже на то, — ответил я, решив пока не рассказывать о ночном путешествии в прошлое.

— Силы на исходе, есть хочется — слона бы съел! — Вова подхватил меня с другой стороны.

Мы вышли на улицу. Ребята помогли мне дойти до ближайшей скамейки, оставили жать Настю, а сами отправились в буфет за едой. Вскоре ко мне подошла Настя и, увидев мое состояние, забеспокоилась.

— Андрюш, тебе совсем плохо? — она внимательно посмотрела мне в глаза. — Ты весь бледный. Дай-ка руку.

Настя взяла мою руку и закрыла глаза. Я почувствовал легкий приток энергии, стало немного легче, а в ногах появилась сила. Я смог встать.

— Настюх, как ты это сделала? Ты будто… вылечила меня? — подбирал я слова.

— Это называется энергетическая подпитка, — улыбнулась она. — На занятии по Энергетической терапии научилась. Но тебе стоит быть осторожнее. Такое истощение может быть опасным.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарил я. — Без тебя я бы не справился.

Мы еще немного посидели на скамейке, увлеченно обсуждая последние события. Настя поделилась своими успехами в развитии дара целительства. Она рассказала, что может восстанавливать здоровье свое и других. Например, купировать головную боль, остановить кровотечение или, как получилось сейчас, придать жизненных сил.

— Это просто невероятно! Ты превосходишь любого доктора! — искренне восхитился я.

— Я все еще не верю, что такое возможно! — шепотом ответила она. Ее глаза блестели, предвкушая собственные возможности.

— Кстати, помнишь, мы говорили о свойствах крови существ из разлома? — Сменила она внезапно тему, — она нужна тебе! Всем нам.

Я кивнул, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

— Да, но где ее взять, черт возьми? — вздохнул я. — В лес сейчас не сунешься, а других способов достать ее нет, хотя… — я вспомнил про «Пять Имперских».

— У тебя же остались две монеты, — как будто прочитала мои мысли Настя. — Можно купить на них кровь! Наверняка кто-то в студгородке продает.

— Ты права, — решительно ответил я. — Нужно поискать торговцев.

Настя кивнула. В этот момент вернулись ребята с пакетом, наполненным едой. Оттуда аппетитно пахли свежие пирожки и виднелись бутылки с соком.

— Андрюха, как ты? Есть будешь? — спросил Вова, выкладывая содержимое пакета на скамейку.

— Взяли желе с кровью быкозубра на все без сдачи! — пошутил Дима, подмигивая. — Тебе, Андрюх, съесть три порции для восстановления сил!

— Ха-ха, спасибо, парни, — рассмеялся я, — Мне уже гораздо лучше, честное слово.

С голодухи мы быстро расправились с пирожками, запивая их соком. Еда оказалась как нельзя кстати — силы постепенно возвращались.

Вечером, взяв бутылочку игристого и зефир в шоколаде, мы с Димоном отправились в 301-ю к девчонкам. Постучались, и дверь нам открыла высокая брюнетка с выразительными карими глазами и длинными ресницами, кажется, это была Кристина. На ней было короткое голубое платье, а на тонких запястьях сверкали серебряные браслеты.

Из комнаты донесся запах ацетона.

— Вы что здесь колдовской обряд проводите? — начал шутить Димон, окидывая взглядом обстановку.

— Всего лишь красим ногти, — ответила она, рассмеявшись, грациозно взмахнув рукой в характерном жесте тигра лапой, который так любили делать студентки. — Проходите.

Ее голос был низким, с приятной хрипотцой, а движения — плавными и уверенными. В комнате, наполненной мягким светом настольных ламп, сидели еще две девушки, блондинка Вика и шатенка Анна. Девчонки оживились. Увидев нас, переглянулись.

На ноутбуке был включен какой-то молодежный сериал, напоминающий наш «Универ». Мы открыли шампанское, и, к нашему удивлению, у девчонок нашлись даже красивые фужеры. Мы чокнулись, немного поболтали о пустяках. Атмосфера постепенно становилась более расслабленной. И тут Вика, хитро улыбнувшись, предложила:

— А давайте сыграем в «Правду или действие»? Будет весело!

Все поддержали идею, и игра началась. Первому досталось Димону — выбрав «действие», он был вынужден кукарекать из форточки. Его кукареканье, казалось, было слышно на весь студенческий городок.

— Ну что, кто следующий? — хохотала Вика, вытирая слезы от смеха.

— Я! — подняла руку Кристина. — Только давайте теперь что-нибудь поинтереснее!

Игра набирала обороты, и вечер становился все более увлекательным. Мы делились секретами, выполняли забавные задания и все больше сближались друг с другом.

— Теперь твоя очередь, Вика! — сказал я, указывая на девушку. — Правда или действие?

— Правда, — улыбнулась она.

— Твое отношение к Трегубову, — начал я, — Я слышал, что он может атаковать силой мысли. Это правда?

Все притихли, с интересом ожидая ответа.

— О, Трегубов — это что-то с чем-то! — воскликнула Вика, закатив глаза. — Вечно строит из себя невесть что, считает, что он тут царь и бог! Дар у него, конечно, редкий — владеет телекинетической атакой и показывает невероятные результаты на тренировках.

— Да-да! — подхватила Кристина, подавшись вперед. — Я видела его в деле. Он способен обездвижить противника, не прикасаясь к нему. Представляете, какая сила?

— А эти его дружки… — продолжила Вика, понизив голос. — Помните, девочки, как они к нам клеились?

— А-ха-ха! — рассмеялась Аня. — Клеились? Да они до сих пор не оставляют нас в покое!

— Точно! — кивнула Кристина. — Все время крутятся поблизости.

— Может, им просто нравятся умные девушки? — подмигнул я.

— Ой, не смеши! — махнула рукой Аня. — Им нравятся только наши способности и статус.

Все дружно рассмеялись, и напряжение, возникшее при упоминании Трегубова и его компании, рассеялось. Вечер снова наполнился весельем и беззаботной болтовней.

— Ладно, хватит о них, — махнула рукой Вика. — Давайте лучше продолжим игру! Кто следующий?

Впервые за время, которое мы были здесь, мне удалось по-настоящему расслабиться. Но наш громкий смех и веселье привлекли нежелательное внимание — комендантша, услышав шум, пришла и разогнала всех по комнатам.

— Как-нибудь продолжим! — крикнула Вика, когда мы уходили.

— Обязательно! — ответил я, улыбаясь.

Перед сном я открыл ноутбук, намереваясь поискать информацию о продаже крови магических существ. Но вместо привычного значка интернета на рабочем столе увидел странный символ — двуглавого дракона, вписанного в круг и надпись под ним — Имперсеть.

— О, смотри-ка, братан, — хохотнул Димон, заглядывая через плечо. — Наш интернет теперь как в царских палатах! Прямо Имперсеть — все по-нашему, по-боярски! Может, тут и скорость будет как у царской гончей?

Я закатил глаза, но не смог сдержать улыбку. Подключившись, я первым делом нашел сайт нашей академии — ИМА. Студенческие чаты пестрили сообщениями: ребята обменивались конспектами, обсуждали расписание, шутили над преподами. Все это было занимательно, но меня интересовало совсем другое — я искал продавца крови.

Я сформулировал запрос, и был крайне удивлен, когда ответ пришел… от человека, которого я меньше всего ожидал увидеть в этой роли.

Глава 5

— Сколько нужно? — написал мне в личку Илья Тихомиров. Тихий и скромный одногруппник Илья, с которым сегодня мы вместе противостояли Трегубову под руководством профессора Орлова. Он был молчаливым и всегда держался в стороне от шумных компаний.

— На пять имперских, — коротко ответил я, все еще не веря своим глазам.

— Окей, завтра перед парами за вторым корпусом, — обозначил место и время сделки Илья.

Мы с Димоном переглянулись в полном шоке. Никогда бы не подумали, что этот неприметный парень может быть связан с таким делом. Где он берет кровь?

На следующее утро я отправился за второй корпус, как мы и договорились. Пошел один, чтобы не привлекать лишнего внимания — ребята остались ждать меня на аллее.

Илья стоял совсем рядом с канализационным тоннелем, в который мы недавно спускались в надежде пробраться за территорию студгородка. В руке он держал стаканчик кофе, накрытый пластиковой крышкой.

— Привет, Андрей, — тихо поприветствовал меня Илья. Мы обменялись рукопожатием. Он протянул мне бумажный стаканчик.

— Спасибо, — ответил я, передавая ему монету. — Это все? На пять имперских?

— Ну да, — смущенно улыбнулся он. — А ты думал, будет целая бочка?

— Ха-ха, нет, еще раз спасибо, — поблагодарил я одногруппника и уже собирался уходить, но вдруг решился спросить напрямую, — Илюх, а у тебя еще есть… «кофе»? Смогу еще обратиться?

— Да, без проблем, пиши, как понадобится, — ответил он. — Кстати, пей не спеша, маленькими глотками.

Я кивнул и направился к ребятам на аллею. Мне было жутко интересно, как Илья добывает магическую кровь.

Ребята уже ждали меня с нетерпением. Мы сели на свободную скамейку. Каждый сделал по глотку «кофе», передавая стакан друг другу. На вкус это была сладковато-соленая, чуть вязкая жидкость. Я почувствовал прилив сил — миллионы крохотных иголочек покалывало все тело до кончиков пальцев.

— Будто оргазм! — выдал Димон, широко улыбаясь.

Мы рассмеялись, но ощущения действительно были похожими. Допив стакан до дна, мы погрузились в состояние какой-то эйфории. Настроение поднялось, и будто появилось желание совершить подвиг. Эйфория быстро утихла, но энергия осталась — сил прибавилось, от усталости не осталось и следа.

— Вот интересно, — задумчиво произнес Вовка, — сколько можно выпить крови, чтобы не навредить себе? Как часто ее можно употреблять?

— Угу, — подхватила Настя, — и как быстро расходуется полученная энергия? Нужно придумать, где раздобыть деньги на еще один стаканчик «кофе» у Ильи.

— Ну и цены у него, конечно, — возмутился Димон, — дороже, чем виски пятидесятилетней выдержки!

— И не говори, — поддержал Вова, потирая подбородок. — Похоже, нам будет не по карману покупать кровь тогда, когда захотим.

— Так, — сказал я, немного помолчав, — нам нужно найти способ добывать магическую кровь самостоятельно.

Все задумались, переглядываясь между собой. Вопрос о получении магической крови стал для нас первостепенным, и, как всегда, мысли возвращались к одному и тому же — к Тимирязевскому лесу и разлому.

— Может, снова попробуем пробраться в лес? — тихо предложил Вова, глядя куда-то вдаль.

— И как ты себе это представляешь? — скептически хмыкнул Димон. — Нас в прошлый раз чуть не поймали, путь через туннели теперь тоже перекрыт.

Настя, которая все это время молча размышляла, вдруг заговорила:

— А что, если поискать другой путь? Может, есть какие-то незащищенные участки периметра?

— Или можно попробовать дождаться момент, когда дозорные меняются, — добавил Димон, — у них же есть график патрулирования…

— Стоп, стоп, стоп, — поднял руку я. — Давайте не будем торопиться. Сначала нужно все как следует продумать. Обсудим это позднее.

Попрощавшись, мы разошлись по своим кафедрам на занятия. Я направился в главный корпус, где по расписанию должно было идти практическое занятие по Искусству создания артефактов.

Когда я вошел в аудиторию, пара уже началась — все студенты сидели на своих местах, но преподавателя еще не было.

— Не против? — спросил я, подсаживаясь к Тихомирову, который, как обычно, сидел один.

Он молча кивнул в знак согласия. Спустя минуту в аудиторию вошел Арсений Михайлович Хромов, держа в руках тяжелый поднос, на котором были аккуратно разложены различные предметы — заготовки для изготовления артефакта.

— Сегодня мы приступим к созданию магического кристалла, — начал профессор, ставя поднос на демонстрационный стол. — Этот артефакт необходим для перераспределения энергии. Он активно используется дозорными рядом с разломами во всей Российской Империи, в том числе в Тимирязевском лесу.

На подносе лежали:

— прозрачные кварцевые заготовки;

— тонкие серебряные нити;

— кристаллический порошок;

— специальные инструменты для гравировки.

— Прежде чем мы начнем, — продолжил Хромов, — важно понять принцип работы артефакта. Кристалл действует как проводник и перераспределитель магической энергии.

Когда кристалл находится вдали от разлома, он выглядит как обычный прозрачный камень с замысловатой гравировкой. Но стоит приблизиться к месту нарушения пространственной ткани, как кристалл начинает проявлять свои истинные свойства.

Этот артефакт функционирует как природный регулятор энергетического баланса. Он улавливает малейшие колебания магической энергии и начинает процесс ее нейтрализации. Представьте себе, что разлом — это трещина в стекле. Кристалл работает как герметик, не позволяющий трещине расширяться.

При приближении к активному разлому кристалл начинает вести себя особенным образом. Он словно оживает, наполняясь внутренним светом, будто радужными переливами. Пульсация становится все более интенсивной по мере приближения к источнику аномалии.

— Это не просто красивое зрелище, — продолжал профессор. — Пульсация — это показатель активности кристалла. Когда он работает на полную мощность, можно наблюдать, как энергия разлома буквально вязнет в его поле, теряя свою силу.

Особенно впечатляющим является то, что небольшие разломы кристалл может не только сдерживать, но и полностью закрывать. В таких случаях пульсация становится настолько интенсивной, что кажется, будто внутри камня бушует миниатюрная вселенная. Постепенно интенсивность свечения уменьшается, а сам разлом медленно схлопывается, словно затягивающаяся рана.

Дозорные используют эти свойства кристалла для защиты. Например, они могут обнаружить место потенциального появления разлома по характерному поведению артефакта. Это дает возможность предотвратить появление опасного разрыва пространственной ткани еще до того, как он успеет сформироваться.

— Именно поэтому каждый дозорный обязан иметь при себе работающий кристалл, — подытожил Хромов. — Это не просто инструмент — это наш главный защитник от распространения разломов по территории Российской Империи.

Мы приступили к работе. Каждый получил свою кварцевую заготовку.

— Важно помнить, — подчеркнул Хромов, — что кристалл должен быть идеально чист. Любая неровность может нарушить его работу.

Илья, сидевший рядом, аккуратно начал обрабатывать свою заготовку.

— Смотри, — прошептал он мне, — нужно делать все очень точно. Даже малейшая ошибка может испортить кристалл.

— Откуда ты это знаешь? — удивился я.

— Мой отец — дозорный, — тихо ответил Илья. — У него есть такой кристалл. Он очень бережно с ним обращается. Всегда полирует его перед выходом на смену в Тимирязевский лес.

Теперь понятно, откуда у него кровь магических существ… Отец — дозорный, он, скорее всего и есть поставщик.

— А ты бывал с ним на дежурствах? — осторожно поинтересовался я.

— Нет, — покачал головой Илья, — но он много рассказывает о своей работе. Говорит, что кристалл — это часть их безопасности.

Профессор Хромов подошел к нашей парте:

— Тихомиров, молодец, правильно держишь заготовку. А ты, Соколов, не отвлекайся на разговоры — работа требует сосредоточенности.

Мы продолжили работать в тишине, лишь изредка обмениваясь короткими фразами. Профессор ходил между партами, корректируя наши действия.

— Отлично, — похвалил он Алису, — правильная гравировка — ключ к успешной работе артефакта.

К концу занятия у каждого на столе лежал почти готовый кристалл. Он еще не был активирован, но уже обрел свою форму.

Мы еще были на своих местах, когда вдруг дверь аудитории распахнулась, вошел заведующий кафедрой Боевых искусств Титов Р. В.

— Внимание всем! — прогремел он. Его суровое лицо не предвещало ничего хорошего.

— Объявляется срочный сбор всего потока в главном корпусе. Следующая пара отменяется. У руководства академии есть важное сообщение для каждого из вас.

Студенты переглянулись, зашептались, обмениваясь тревожными взглядами. Атмосфера накалилась.

— Думаешь, это связано с пропажей студентов? — тихо спросил Илья, наклонившись ко мне.

— Возможно, — ответил я, чувствуя, как нарастает тревога.

В главном корпусе уже собралась толпа. Большая аудитория была переполнена. Студенты сидели на подоконниках, стояли в проходах — все ждали новостей, перешептываясь и строя догадки.

— Что думаете, ребята? — спросила Настя, нервно теребя рукав блузки. — Может, это как-то связано с активностью разлома? — предположил Вова, нервно оглядываясь по сторонам.

— Или темные маги активизировались…р-р-р! — добавил Димон демоническим голосом.

— Тише ты! — шикнул я. — Сейчас не до шуток.

Двери распахнулись, и в зал вошел ректор Златопольский Григорий Владимирович в сопровождении куратора Департамента магического дозора Платоновой Светланы Олеговны. Их лица были мрачнее тучи. Я узнал кураторшу — это она пришла к нам в комнату в первый день, когда мы переместились.

— Тихо! — прогремел ректор, — У меня для вас очень важная информация.

В зале повисла гробовая тишина. Все замерли в ожидании.

— По последним данным, — начал Григорий Владимирович, — студенты-четверокурсники Акопян, Загорская, Левченко и Серебряков официально признаны пропавшими без вести.

По аудитории прокатился шепот. Среди студентов уже ходили слухи о пропаже учащихся. Все-таки не нашлись ребята.

— Три дня назад их личные устройства исчезли из сети. — продолжил ректор, — Мы призываем всех, кто обладает какой-либо информацией, немедленно сообщить ее руководству. Может быть, вы что-то вспомните, даже, казалось бы, незначительное — сообщите нам. Это может помочь в поиске ваших сокурсников.

— На всей территории академии, — заговорила кураторша, — вводится повышенный уровень контроля. По периметру дежурят дозорные, а также наложена магическая защитой. Запрещается самовольный выход за пределы студенческого городка. В случае крайней необходимости обращаться к старшему дозорному Игнату Алексеевичу Краеву.

— А как быть тем, кто живет дома? — раздался голос с задних рядов.

— Студентам, не проживающим в общежитиях, будет выдан спецпропуск на время принятых мер безопасности, — ответила Платонова. — остальных предупреждаю, что выход из студгородка возможен только по особо важным случаям. Здесь вы находитесь в безопасности.

— А что с разломом в Тимирязевском лесу? — выкрикнул кто-то.

— Тимирязевский лес по-прежнему под запретом, его охрана усилена! — строго произнесла кураторша. — После всплеска разлом остается активным. Через него продолжают проникать разные твари, многие их них опасны. Сейчас все силы дозорных направлены на охоту на них. И на поиск наших студентов, конечно.

— Еще одно крайне важное предупреждение! — голос ректора Златопольского стал еще более серьезным. — К сожалению, некоторым тварям удалось вырваться за пределы Тимирязевского леса.

В Москве сейчас потенциально опасно. Все городские службы уже оповещены об этой угрозе. Будьте особенно осторожны в темное время суток и старайтесь не оставаться в одиночестве.

— А дозорные в городе тоже будут дежурить? — спросил кто-то из середины аудитории.

— Усиленные патрули дозорных уже развернуты по всему городу, — заверил ректор. — Но ваша безопасность — это прежде всего ваша ответственность. Старайтесь держаться людных мест, с занятий отправляйтесь сразу по домам.

— Мы можем чем-то помочь? — спросил Димон, поднимая руку.

— Будьте бдительны и соблюдайте все меры безопасности, — ответила Платонова. — Любопытство и чрезмерная активность может стоить жизни.

— На время поисков объявляю особый режим, — объявил ректор. — Отменяются все торжественные и развлекательные мероприятия. Студентов, проживающих в общежитиях, прошу после занятий сразу возвращаться в свои комнаты.

— А Экзамены? — спросил кто-то.

— Занятия продолжаются в обычном режиме, зимняя сессия состоится! — однозначно ответил ректор.

Мы возвращались после пар в общагу. По дороге я заметил, что общий шум стал тише, а атмосфера напряженней — непривычно пустой казалась Лиственничная аллея. Обычно здесь всегда кто-то кучковался, громко смеясь и обсуждая последние новости, но сегодня студенты шли быстрым шагом, погруженные в свои мысли. Сегодняшнее объявление ректора ошарашило всех. Казалось, все вокруг застыло в немом молчании.

В комнате, когда мы немного передохнули, я достал из кармана магический кристалл и выложил его на стол. Предмет поглощал свет от лампы, переливаясь оттенками зеленого, создавая причудливые блики на поверхности стола.

— Что это за кусок стекла? — фыркнул Димон, с любопытством подойдя поближе.

— Это не просто стекло! — возмутился я. — Это кристалл, который я сегодня сделал на занятии у Хромова.

— Да ладно! — глаза Вовы загорелись интересом. — Покажи-покажи!

Дима осторожно взял кристалл в руки, поворачивая его под разными углами.

— Постойте-ка,— вдруг произнес он. — Я понял, этот артефакт…! Хромов рассказывал о нем на общей лекции.

— Ух ты! Андрюх, ты теперь можешь нейтрализовать разлом! — восхищенно произнес Вова.

— Тимирязевский! И проблемы сразу решены! — с ухмылкой добавил Димон.

— Не Тимирязевский, конечно, — скромно ответил я, — но маленький или только назревающий разлом вполне под силу.

— Да уж, из-за этого разлома столько шума. Мы в Тимирязевский лес ходили, как в обычный парк — и пары прогуливали, и с девчонками встречались, а здесь он — запретная зона… — вздохнул Вова.

Пока Дима крутил в руках кристалл, Вова открыл ноутбук и стал искать последние новости в Имперсети. Через пару минут его лицо стало серьезным.

— Смотрите, — Вовка развернул экран к нам. — На первой же странице фамилии наших однокурсников. Их объявили в розыск.

На экране действительно были размещены фотографии пропавших студентов с подробным описанием их внешности, примет. Под каждой фотографией — тревожные красные надписи: «Пропал без вести», «Требуется помощь в поиске».

— Поиск вышел за пределы академии, теперь в курсе все, — прошептал Дима, вглядываясь в снимки.

В этот момент в дверь осторожно постучали, и на пороге появилась Настя с трелкой в руках.

— Ребята, я принесла перекусить, — сказала она, стараясь говорить бодро. — с соседками приготовили бутерброды, будете?

Но ее улыбка угасла, когда она увидела наши лица.

— Что там такое? — ее голос дрогнул.

— Посмотри, — я указал на экран. — Пропавших студентов теперь ищет весь город.

Настя поставила тарелку с бутербродами на стол, ее руки слегка задрожали. То ли от общей тревоги, то ли от выпитой магической крови есть совсем не хотелось. В этот момент на экране появилась экстренная новость.

— Только что поступило сообщение о том, что на Большой Академической улице произошло нечто невероятное, — прочитал Вовка. — Огромное существо, похожее на помесь лося с медведем, появилось прямо посреди дороги. У него массивное тело лося, но вместо обычной головы — огромная медвежья морда с острыми клыками. Острые когти на копытах, а шерсть переливается всеми оттенками синего.

— Ничего себе! — выдохнул Димон. — Это же какой-то мутант из разлома!

— И что теперь? — спросила Настя, нервно сжимая руки. — Город в опасности?

— Судя по новостям, там сейчас огромная пробка, — ответил Вовка. — Дозорные уже на месте происшествия.

Я застыл, наблюдая за дрожащей картинкой, снятой очевидцем на телефон. Было видно, как люди в форме дозорных окружили огромного зверюгу. Я вдруг вспомнил сегодняшний разговор с Ильей Тихомировым о его отце. В голове вихрем закрутились мысли.

— Ребят, — медленно произнес я, глядя на друзей, — у меня появилась идея. Кажется, я знаю способ, как можно легально попасть за территорию студгородка. И даже… в Тимирязевский лес.

Глава 6

— Легально? И как же? — вытаращил глаза Дима, подавшись вперед.

— Сегодня на Искусстве создания артефактов, — начал я издалека, — я сидел рядом с Илюхой Тихомировым.

— Это тот парень, что продал тебе кровь? — тут же уточнила Настя, приподняв бровь.

— Да, именно он, — кивнул я. — Мы разговорились, пока мастерили кристалл, и он упомянул, что его отец работает дозорным в нашей академии. А что, если вы с Вовкой подадитесь на преддипломную практику в дозор?

Ребята переглянулись, задумавшись над моим предложением.

— Слушай, Андрюх, а это мысль! — воодушевился Дима. — Через Тихомирова-старшего можно договориться?

— Ваш факультет как раз подходящий. — продолжил я. — Меня с артефакторинга вряд ли допустят. А вы по профилю. Хорошо было бы, чтоб он взял вас к себе в ученики. А вот как договориться, пока не знаю.

— Да, нужно узнать, реально ли это вообще. Я готов пойти. — решительно заявил Вова.

— Постойте-ка, — нахмурилась Настя. — А вы не думаете, что это может быть слишком рискованно? Если узнают о наших мотивах…

— Мы будем осторожны, — заверил Вова. — Скажем, что хотим получить опыт работы в дозоре, помочь в поисках пропавших студентов.

— А помните, Платонова приходила к нам с ассистентом? — задумчиво произнес Дима, потирая подбородок. — Внешне он не старше нас. Может у него спросим, как он попал в комиссию Департамента магического дозора?

— Да, точно! — поддержал Вова. — Жаров, кажется, его фамилия.

— Значит, так, — решительно произнес я. — Завтра вы, парни, поговорите с Жаровым, а я постараюсь узнать у Тихомирова последние новости из дозора.

* * *

Утром следующего дня Дима и Вова направились в пятый корпус, где находилась приемная Департамента магического дозора. У высоченных дверей кабинета уже собралась внушительная толпа народу.

— Что здесь происходит? — спросил Вова, пробираясь сквозь плотную массу студентов.

— Здесь выдают спецпропуска! — ответил один парень из толпы. — Все хотят выйти из студгородка, а они ни в какую!

— Комиссия твердит: приказ ректора — и точка! — добавил другой, размахивая руками.

— Смотри, там Жаров сидит! — вытянув шею, заметил Дима. — За тем столом с краю.

Пробравшись сквозь возмущающихся студентов, они наконец увидели, как двое дозорных в форме невозмутимо принимают заявления, а студенты один за другим получают отказ.

— Следующий! — громко произнес один из дозорных.

— Уважаемые дозорные! — выкрикнул парень из очереди. — У меня бабушка болеет, мне срочно нужно в город!

— Приказ ректора запрещает выход за территорию, — сухо ответил дозорный. — Никаких исключений.

— Но у меня уважительная причина! — не унимался студент.

— Пишите заявление. Все причины будут рассмотрены комиссией, — вмешался Жаров Антон, сидевший рядом. — в порядке очереди.

— Надо как-то к нему подойти, — Вова толкнул Диму локтем, — Только не здесь, не в такой суматохе.

— Согласен, — прошептал Дима. — Подождем, пока закончится прием.

Они отошли в сторону и стали наблюдать за происходящим. Студенты продолжали прибывать, атмосфера накалялась. Некоторые уже открыто возмущались, но дозорные сохраняли спокойствие.

Спустя час толпа начала редеть. Жаров, заметив Диму и Вову, поднялся из-за стола.

— Молодые люди, вы тоже по поводу пропуска? — устало спросил он.

— Нет, — начал Дима, — Мы хотели поговорить с Вами. У нас есть несколько вопросов о работе в дозоре.

— О, это уже интереснее, — с явным облегчением улыбнулся Антон, нескончаемый поток заявлений изрядно его утомил. — Давайте отойдем в более тихое место? — предложил он, взглянув на часы. — У меня как раз через десять минут начинается перерыв.

Они переместились в пустой коридор. Жаров остановился и повернулся к ребятам.

— Я вас узнал. — вдруг произнес он. — Вы же в четвертой общаге живете, верно? —Антон постучал указательным пальцем по лбу. — Волков и Лавров, кажется?

Дима и Вова переглянулись, явно не ожидая такого поворота.

— Да, — кивнул Вова, слегка насторожившись. — Откуда…?

— Я был у вас со Светланой Олеговной Платоновой недавно, — не дожидаясь вопроса, пояснил Жаров, — после этого заполнял протокол. Это часть моей работы — все записывать и запоминать. К тому же у меня хорошая память на лица.

Дима почувствовал, как внутри нарастает напряжение. Они не ожидали, что Жаров помнит их после той встречи.

— А-а, вот оно что, — протянул Вова, стараясь сохранить непринужденный вид. — Да, было дело.

— Кстати, как там ваш сосед? — неожиданно спросил Жаров, внимательно глядя на ребят. — Соколов, который твердил про перемещение из другого мира?

Вова и Дима снова переглянулись. Они не были готовы к таким вопросам.

— С ним все в порядке, — осторожно ответил Дима. — Спасибо за беспокойство.

— Хорошо, — кивнул Жаров, прислонившись к стене. — Так что именно вас интересует в работе дозора?

— Мы хотели узнать о преддипломной практике, — начал Дима. — насколько реально попасть практикантами в дозор? Предполагаю, вы как-то попали?

— А-а, понял, к чему вы клоните, — рассмеялся Жаров, слегка наклонив голову. — Я подрабатываю в Департаменте дозора с подачи моего отца, он близкий друг Горского Руслана Игоревича. Я думал, об этом все знают.

Ребята обменялись быстрыми взглядами, стараясь скрыть свое удивление. Они знали только одного Горского — Верховного дозорного. Неужели этот молодой ассистент имел такие связи?

— Попасть можно, конечно, — продолжил он серьезным тоном. — Но на дежурства за территорию вас вряд ли возьмут — сейчас это слишком опасно. Плюс нужно соответствовать ряду требований… — Жаров задумчиво потер подбородок. — Хотя… Идемте-ка со мной.

Они направились в кабинет, находящийся рядом с комиссией Департамента. В нем у окна стоял большой дубовый стол, за которым сидел крепкий атлетичный мужчина. Он разговаривал по телефону, и, судя по выражению его лица, разговор был очень важен. Мужчина знаком показал подождать. Они закрыли дверь кабинета и затихли в ожидании.

На табличке возле двери было написано: Старший дозорный Краев Игнат Алексеевич.

— Это Краев. Он как раз занимается вопросами практики. — Жаров тихо обратился к ребятам, — Вы серьезно настроены на практику? Понимаете, с чем или кем вам предстоит столкнуться?

— Более чем, — ответил Вова. — Мы готовы ко всему.

Наконец телефонный разговор закончился.

— Входите! — Донеслось из кабинета.

Они снова вошли. Жаров начал говорить, немедля.

— Молодые люди хотят пройти преддипломную практику дежурными в дозоре, — представил их Антон.

— Ваше желание похвально, — кивнул старший дозорный. — Особенно сейчас, в такое неспокойное для академии время. Но предупреждаю сразу: практика начинается после зимней сессии, точнее после новогодних праздников, и, скорее всего, за пределы студенческого городка вас не допустим — сейчас это очень опасно. Нужна специальная подготовка и определенные навыки. Направим вас в комиссию Департамента. У них аврал, насколько это затянется непонятно, лишние руки не помешают.

— Игнат Алексеевич, мы не хотим в комиссию, мы готовы пройти спецподготовку, чтобы попасть именно к дежурным. — убедительно начал Вова.

— Да, мы приложим все усилия, время еще есть. — подхватил Дима.

— Стрелять умеете? — вдруг в лоб спросил старший дозорный.

— Стрелять умеем…в тире выбиваем все мишени. — ответил Дима.

— Знаете, если вы так решительно настроены… — задумался Краев — У нас действительно катастрофически не хватает людей. Я готов пойти вам навстречу. Можете начать подготовку с сегодняшнего дня. Если сдадите внутренний экзамен — будете допущены как дежурные дозорные в разряде практикантов.

Дима и Вова переглянулись, не веря своим ушам.

— Мы согласны! — почти одновременно выпалили они.

Старший дозорный многозначительно улыбнулся.

— Тогда заполняйте заявление. Вот бланк. — протянул он лист бумаги, — И вот список требований, по которым вам предстоит подготовиться. Внимательно изучите его.

* * *

Я пришел на пары в главный корпус одним из первых. Возле аудитории было пусто, дверь была закрыта. Вскоре появилась Алиса в длинном обтягивающем точеную фигуру платье.

— Привет, Андрей. Как дела? — как обычно поинтересовалась она.

— Все в порядке. Отлично выглядишь! — Поддержал разговор я.

— Спасибо, — она загадочно улыбнулась. — Это все магический напиток. От него растет не только внутренняя сила… Ты ведь тоже его пьешь?

Я понял, что она говорит о крови лесных тварей.

— Ну да, пробовал как-то раз. — замялся я — Ты живешь не в общежитии, да? — спросил я.

— Верно, — кивнула она, и в ее взгляде промелькнуло едва заметное превосходство. — За городом, в семейном особняке. Личный водитель возит меня в академию.

Я невольно выпрямился, услышав эти слова. Оказывается, Алиса происходила из весьма знатной и обеспеченной семьи. Теперь многое становилось понятным: ее манеры, уверенность в себе, даже эта загадочная улыбка.

— И как обстановка за территорией студгородка? — поинтересовался я.

— В целом спокойно, — пожала она плечами. — Вчера только в пробке застряли на Большой Академической, только вечером в новостях увидела, что за медведе-лось создал помеху движению.

Наконец, появился профессор, и мы зашли в аудиторию. Я огляделся — Ильи Тихомирова не было. «Наверное, опаздывает», — подумал я. Но ни ко второй, ни к третьей паре Илья так и не появился.

— Может, что-то случилось? — встревоженно шептались девчонки.

— Илья очень ответственный, он никогда не прогуливает занятия без предупреждения. — волновалась Марина, наша староста. Другие девчонки согласно кивали, а я все больше убеждался, что произошло что-то серьезное. Внутри разгоралось желание написать Илье, но я не хотел показаться навязчивым.

Следующий день Илья снова не появился. На этот раз я не выдержал и набрал сообщение: «Привет, Илья! Все в порядке? Ты уже второй день не появляешься в академии»

Ответ пришел не сразу. Когда телефон наконец пикнул, я напрягся.

«Привет, Андрюх. У отца серьезные проблемы. Он получил ранение на дежурстве. Сейчас в больнице. Мне нужно быть с ним».

По спине пробежали мурашки. Ранение на дежурстве… Это было серьезно.

«Что случилось?» — тут же написал я.

«Его группа сдерживала очередную тварь, пытавшуюся вырваться из Тимирязевского леса. Отец получил сильные ожоги. Наши целители не смогли полностью помочь. Сейчас в городской больнице».

Я сидел молча, переваривая информацию. Тимирязевский лес… я знал, что там опасно, но чтоб настолько… поэтому и доступ для нас закрыли.

«Сочувствую. Нужна ли помощь?» — спросил я.

«Спасибо, пока справляемся. Буду отсутствовать еще пару дней», — последовал ответ.

Я убрал телефон и тяжело вздохнул. В голове крутились мысли об отце Ильи, о том, что происходит в городе. И о том, насколько опасной может быть работа в дозоре, куда я подтолкнул друзей идти на практику.

Между тем Вова и Дима с головой погрузились в изнурительную подготовку к работе в дозоре. Требования в предоставленном списке оказались настолько жесткими, что поначалу ребята даже растерялись. Взять хотя бы стрельбу — нужно было поражать мишень десять раз из десяти, и это не просто в тире, а в реальных боевых условиях!

Вчера парни несколько часов провели на полигоне, оттачивая мастерство. Вовка, всегда считавший себя неплохим стрелком, теперь понимал, что до требуемого уровня ему еще расти и расти. Дима тоже усердно работал над точностью.

Сегодня они весь день сидели в библиотеке. Толстые книги с описанием магических существ, трактаты по боевой магии, справочники по самообороне — все это нужно было изучить до мельчайших подробностей. Они заучивали наизусть слабые и сильные стороны каждого существа, их повадки и способы противодействия.

Физическая подготовка отнимала почти столько же времени, сколько и теоретическая. Бег, силовые тренировки, отработка боевых приемов. А еще нужно было научиться работать в команде, ведь в бою каждый должен полагаться на напарника.

Но это лишь малая часть подготовки. Им предстоит освоить работу с магическим кристаллом. Этот артефакт требовал не только физической силы, но и особого настроя души. Ребята должны научиться контролировать потоки энергии, сдерживать разломы и предотвращать прорывы магических существ.

До экзамена в дозорные оставалось две с половиной недели — срок и напряженный, и в то же время достаточный для интенсивной подготовки. Время, когда каждый день на счету.

Как обычно вечером мы собрались в нашей комнате. Тусклый свет настольной лампы отбрасывал причудливые тени на стены, создавая мрачную атмосферу. Я стоял у окна, стараясь скрыть свое беспокойство.

— Ребята, — начал я, повернувшись к друзьям, — мне кажется, мы поторопились с этим решением пойти в дозорные. Может, стоит поискать другие варианты?

Дима оторвался от изучения какой-то старинной книги боевых искусств и поднял глаза:

— Андрюх, хорош, ты же сам предложил эту идею. И, честно говоря, других вариантов у нас нет.

— Да, и мы уже начали подготовку, — выпрямился Вова, который отжимался посреди комнаты, — Посмотри на нас — каждый день тренировки, дополнительные занятия, стрельба. Завтра будем учиться работать с магическим кристаллом.

Я присел на кровать.

— Это все, конечно, здорово, но это слишком опасно. Особенно после истории с Тихомировым-старшим… — он не выходил у меня из головы.

— Послушай, мы сами согласились на это. Давать заднюю не по-нашему! — твердо отрезал Дима. — Ты лучше скажи, что сам с практикой решил? Нашел, куда подашься?

— Да, — вздохнул я, поняв, что переубедить друзей не удастся, честно говоря, я и сам бы не отступил. — пойду к Хромову в экспериментальную мастерскую.

— О-о! — воскликнул Димон с театральным пафосом. — Через полгода во всех новостях страны: «Молодой и талантливый практикант создал феноменальный артефакт, которого еще не видел мир! Вся сила и мощь в его руках!»

Он театрально раскинул руки в стороны ладонями кверху, показывая превосходство и могущество. Мы взорвались хохотом.

В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось: «Мама». Я долго не решался ответить, не зная, что услышу на том конце провода. Наконец, собравшись с духом, я принял вызов.

— Андрюша, милый, привет! — раздался встревоженный женский голос. — Почему ты так долго не звонишь? Куда пропал?

— Привет… мам, — тихо ответил я, стараясь скрыть свое замешательство.

— У отца завтра годовая, ты же помнишь? Ты приедешь?

— Да, конечно, — немного замешкавшись, ответил я, — я приеду, не переживай.

Мы еще немного поговорили. Я успокоил ее, что у меня все в порядке, и завершил звонок. После разговора меня тревожил вопрос, что произошло с отцом?

Порывшись в телефоне, я нашел карточку студента, в которой содержалась вся информация обо мне. Точнее, об Андрее Соколове, который жил в этом магическом мире.

Оказывается, я родом из Долгопрудного, из старинной дворянской семьи.

Мой отец, Соколов-старший, занимал пост временного архимага. Пришлось покопаться в имперсети, чтоб понять, кто такой временной архимаг. Это должность, о которой многие маги могли только мечтать. Он был членом гильдии «Хранителей времени», способным управлять сложнейшими пространственно-временными потоками.

Я напрягся, чтобы углубиться в воспоминания. Чем больше я погружался в изучение семейного архива, тем больше открывал поразительных фактов. Отец был легендой среди магов-временников. Его исследования в области стабилизации разломов и управления временными потоками цитировались в учебниках. Он создал несколько уникальных защитных заклинаний, которые до сих пор использовались в городской обороне.

Но судьба распорядилась жестоко. В день полного солнечного затмения — редкого астрономического события, когда временные потоки становятся особенно нестабильными — отец находился на своем посту. Он работал над своим революционным изобретением «Хрономашина».

Его расчеты были безупречны, заклинания выверены до мельчайшей детали. Но в самый критический момент возникла спонтанная временная петля — явление настолько редкое и опасное, что даже опытные архимаги не всегда могли с ним справиться. Отец, верный своему долгу, ринулся в самое пекло, пытаясь сдержать разрастающуюся аномалию.

Его последние действия были героическими, но тщетными. Защитный купол, который он воздвиг, рухнул под натиском неконтролируемой энергии. Отец исчез в ослепительной вспышке, оставив после себя лишь пустоту и неизгладимую боль в сердцах близких.

Мать так и не смогла оправиться от потери. Она замкнулась в себе, перестала появляться в обществе, посвятив себя сохранению памяти о муже.

Мой дар, он наследственный. Теперь я понимаю, почему оказался здесь, в академии. Это не случайность. Это путь, который мне предстоит пройти. Стать таким же великим временным магом, каким был мой отец. И, возможно, найти способ предотвратить подобные трагедии в будущем.