Как я строил магическую империю 15. Финал

Глава 1

— Чего ты телишься?! Обгоняй его! — заорал Евгений Ткачёв, капитан полиции Нижнего Новгорода. Он сидел в пассажирском кресле и, казалось, вот-вот сам вцепится в баранку.

— Да обгоняю, — проворчал сидящий за рулём лейтенант Василий Цаплин.

— Господин капитан, а можно радио погромче? — несмело попросил устроившийся сзади старший лейтенант Павел Ковалев.

— А зачем тебе предателя слушать?! — резко повернулся к нему Ткачёв.

— Так нас в академии учили, что информация — это самое главное, и нужно внимательно слушать в том числе и то, что говорят враги.

— Вот видишь, оказывается, что ты головой не только ешь. — Капитан сделал вид, что внял аргументу подчинённого, и выкрутил громкость радио на максимум.

— …доказательства уже видели жители Савино, Липецка, Усмани и почти всех городов диких земель… — ровным и спокойным голосом говорил князь Акулов. — Сразу как закончится выпуск этих новостей, их увидят и жители столицы.

— А жители других городов Нижегородской империи? — спросил женский голос.

— О! Это же Василиса! — узнал журналистку Цаплин. — Она…

— За дорогой следи! — оборвал его капитан.

— Другим я тоже покажу видео, только чуть позже. — Было слышно, как князь Акулов вздохнул. — Всё-таки не нужно забывать, что меньше чем в месяце пути от наших границ объединённые силы европейцев и осман, и их там, между прочим, больше полумиллиона.

— Полумиллиона! — ахнула журналистка. — Дмитрий Николаевич, это же целая орда! И вы собираетесь остановить это силами одного только Савино?!

— У нас была договорённость с Ярославом Евгеньевичем Орловым и Пермью… но, к сожалению, после того как всю верхушку Нижегородской империи подменили неизвестные враги, придётся обходиться своими силами. Благо союзников у меня немало. Вот, например из последнего, к нам присоединились Усмань и Пенза во главе с князем Олегом Сергеевичем Лазаревым. Это я, кстати, тоже покажу сегодня в видео.

— Господин капитан, — тихо произнёс Ковалев. — А вы прямо уверены, что нам нужно так быстро ехать?

— Разговорчики! Цаплин, гони!

Лейтенант крутанул баранку, обогнал замерший на остановке автобус, а потом, практически не снижая скорости, повернул на перекрёстке направо и… Со всей дури ударил ногой по тормозам.

Прямо посередине дороги возвышалась двухметровая кирпичная стена.

— Какого хрена?! — Капитан выскочил на дорогу.

— Это Акулов! — раздался сзади испуганный голос Ковалева.

— Вылезайте! Пешком пойдём, тут пятьсот метров всего!

Евгений Ткачев выхватил пистолет и хотел оббежать стену, но его ноги вдруг прилипли к асфальту, и он упал. Полицейский обернулся и увидел, что, будто мухи на ленте, к мостовой приклеились и его подчинённые.

Да чтоб тебя!

Капитан попробовал встать, но тут понял, что руки и ягодицы оторвать от асфальта он тоже не может.

— Господин капитан, — вдруг тихо позвал командира Ковалев.

— Что ещё?! — Полицейский хотел высказать подчинённому всё, что думает о нём в частности и о ситуации в общем, но бледное лицо старшего лейтенанта заставило его сдержаться.

Евгений Ткачев снова резко крутанул головой и нос к носу столкнулся с огромным муравьём.

Капитан хотел вскинуть руку с пистолетом, но, разумеется, не смог.

Тем временем муравей сделал ещё шаг, и его жвала, способные одним движением перекусить столб, оказались в сантиметрах от его горла.

Полицейский зажмурился и…

— Акулов хороший, — вдруг проскрежетал муравей, потом пошевелил длиннющими усами и как ни в чём не бывало двинулся дальше по улице.

***

— Вкуснятина какая! — Свят взял из вазочки небольшой пряник.

— Я сама пеку, — скромно потупив глаза, произнесла Дарья, девушка лет двадцати двух, отвечающая в студии за звук. — Могу рецепт сказать.

— Запиши, если не сложно!

Рыжий обворожительно улыбнулся, и Дарья тут же схватила листок и ручку.

Я убедился, что остальные работники радиостанции при деле и, открыв рты, смотрят устроенный Гензо предварительный показ моего большого выступления, и снова сконцентрировался на разворачивающихся в столице событиях.

Во дворце всё было без изменений. Едва мы приступили к активным действиям, как площадь покрытия сферами резко уменьшилась — видимо, враги в ожидании нападения собрались в одном помещении. Но наружу из дворца никто так и не вышел.

Зато они натравили на нас много полиции и военных. Последние должны были прилететь к нам на тарелках, но, как оказалось, весь их транспорт, стоящий на ближайших двух авиабазах, вдруг поломался, а точнее, разрядился.

В итоге полицейским пришлось отдуваться за всех, но и у них начались проблемы. Эби выпустила погулять персевалей, и хоть те никого не трогали, но успешно отвлекали. Одновременно с хранительницей кристалла призыва на все деньги развлекался и Чаиро. Его фантазии оставалось только позавидовать: липкий асфальт, стены поперёк дорог, превращающиеся в кисель оружие и форма полицейских и тому подобное.

В общем, мы спокойно сидели в студии, гоняли чаи и слушали моё интервью, которое с Василисой заранее записали.

А вот дальше у меня была целая гора планов.

Сначала важнейшее выступление в моей жизни перед сотнями тысяч людей. Причём наверняка столичные слушатели настроены к провинциальному выскочке более критично. Впрочем, это не имеет большого значения, ведь моя задача не заставить их выйти на баррикады, а наоборот, убедить спрятаться и выждать. Уверен, им эта затея придётся по душе.

Если не случится сюрпризов и враг продолжит сидеть во дворце, мы вместе с Древним по очереди сгоняем во Владимир, потом в Муром, и я закончу своё турне в Казани. Да, по идее, у меня есть время, и я могу объехать вообще все города, в том числе и крепости на Малом Московском Защитном Кольце. Но, во-первых, информация и так распространится, а во-вторых, у меня есть и другая задумка.

Очень уж хочется попробовать разжиться ещё одной сферой и изменить соотношение артефактов с нынешних пяти к одному хотя бы на три к одному.

— Запись заканчивается, — отвлёк меня от размышлений Свят.

— Хорошо.

Я быстро бросил взгляд на улицу, убедился, что полицейские даже не приблизились к зданию, и встал со стула.

— Ладно, ребята, всем спасибо! — Я улыбнулся работникам радиостанции. — Мы, пожалуй, пойдём, а вы давайте начинайте занимать места у окон. Хоть я вам и показал уже всё, но поверьте, в небе это выглядит более феерично.

— Верим! — Главный редактор «Голоса Нижнего», уже начинающий лысеть брюнет лет сорока, встал со стула и вдруг протянул мне руку. — Удачи вам! И вы сразу извините, но нам придётся выпускать в эфир то, что они прикажут.

— Это ерунда, — усмехнулся я. — И это ненадолго.

Запись закончилась, и я взялся за ручку двери.

— Здравствуйте, дорогие друзья, с вами Василиса Селезнева, и сегодня у нас в гостях особенный гость! Герой войны с Пермью, человек, меньше чем за полгода с нуля сделавший из маленькой деревни передовое княжество. Главный щит империи на пути объединённых османских и европейских войск. Человек, против которого началась информационная война, князь Дмитрий Николаевич Акулов!

Я удивлённо обернулся и увидел, что редактор уже сел за стол, напялил наушники и по второму кругу пустил запись.

— Пусть пока слушают, — одними губами произнёс он.

Я показал ему большой палец и вышел.

***

— …рядовые граждане, просто живите, как жили! Военные, полицейские и ликвидаторы, сделайте всё, чтобы, когда вам прикажут идти на Савино, не оказаться на месте службы. Вашим родным вы нужны живыми! Руководители, ни при каких обстоятельствах не посещайте дворец, оттуда выйдете уже не вы. Я, конечно, убью всех тех, кто лишил нас нашего любимого императора, а также убил или поработил его ближайшее окружение, но вы до этого можете просто не дожить…

— Интересно, братан?

Толстой резко повернул голову и увидел стоящего в конце длинного коридора Гордого.

— Познавательно, — ответил он.

— Согласен. Только ты это… Чуть подальше от окна отойди, а то у него слишком длинные руки.

Толстой кивнул и сделал три шага назад. Впрочем, он мог отойти куда угодно — висящую над домами огромную фигуру князя Акулова было видно с любой точки. И очень хорошо слышно.

— …я знаю, многие из вас хотят присоединиться к нам и защищать родину плечом плечу с братьями, — продолжил вещать лидер Савино. — Но так мы только увеличим жертвы. Армия Савино хорошо обучена и сильна. Если нам понадобятся добровольцы, я сделаю ещё одно заявление…

Толстой глубоко вздохнул и поморщился. Сегодняшний разговор с Гордым кардинально поменял картину мира, и с его глаз будто спала пелена.

То, что этому вышедшему из озера ублюдку плевать на империю, было понятно сразу, но, как оказалось, ему плевать и на титул. И вот это уже совсем плохо. Это значит, что, если он почувствует близость поражения, он просто сбежит «выполнять волю Озера» в другое место. И что здесь останется, ему абсолютно безразлично…

Конечно, и самому Тимофею Матвеевичу по большому счету было плевать на империю, но имелся серьёзный риск того, что во всей этой ситуации он легко может стать крайним. И такого он, разумеется, допустить не мог.

Что делать, он уже придумал. Осталось дождаться подходящего момента.

***

— Эй, вы куда?! — Зычный голос Клавы заставил едва севшего за длинный стол Костю вздрогнуть.

Он повернул голову и увидел, как из подсобки выбегают трое японцев. Хотя японского в них остались мало. Они уже давно одевались, как и остальные савинцы, а сейчас и вовсе поверх одежды на них были грязные поварские фартуки. Да и расширенные глаза скрывали последнюю национальную особенность.

— Я, что ли, картошку за вами должна дочищать?! — Клава выскочила следом за беглецами, но те уже сидели за столом напротив обалдевшего ликвидатора.

— Спаси, Костя-сан, — по-русски прошептал Ван.

— Клав, дай нам поговорить! — тут же грозно рявкнул ликвидатор.

— О, Костик, ты тут, — тут же пошла на попятную женщина. — Да говорите, конечно, они же свободные люди.

Женщина зачем-то шмякнула мокрой тряпкой по ближайшему столу и скрылась в недрах таверны.

— Что случилось? — с усмешкой спросил ликвидатор, подвигая к себе тарелку с душистым рассольником.

Японцы переглянулись, а потом снова заговорил Ван.

— Мы так больше не можем, Костя-сан. Мы хотим воевать!

— Так воевали же недавно, — поднял бровь ликвидатор. — Когда тарелки врага прилетали.

— Так этого мало! — пискнул Бан.

— Ну что делать, если не с кем пока? — Костя пожал плечами. — На последнюю операцию ездили только члены ядра, да и там мы не воевали ни с кем.

— Так скоро османы же придут!

— Ну, так там все повоюем…

— Нам опять не достанется никто! — едва не взвыл Ван. — Мы просто стоим на доске и максимум, что делаем, — это ставим щиты.

— А остальное время на кухне работаем! — включился в разговор Тан.

— Или в саду, — выдохнул Бан.

Ликвидатор отставил пустую тарелку и пододвинул гречку с котлетами. Ему было искренне жаль японцев, и он их понимал.

— Ну, ребята, а что я могу сделать?

— Запиши нас в отряд «Макс плюс»!

— Чего?! — Костя чуть не подавился и, прикрыв рот ладонью, едва слышно прошептал: — Иваныч, откуда они знают?!

— Да как тебе сказать, — тут же ответил Гензо. — Тут такое дело, что в последнее время никого всё равно никуда не выпускают, да и вроде уже нет такой установки на строгую тайну по некоторым вопросам. Вдобавок люди видят, что происходит… Ну, ты понял — это теперь секрет Полишинеля.

— Костя-сан. — В глазах Вана читалась мольба. — Мы навели справки и знаем обо всех рисках. Мы уже написали письма нашему императору Мейдзи Шестому, где берём на себя всю ответственность за свою смерть. Пожалуйста, поговори с Дмитрием Николаевичем! Так мы сможем быть полезны, даже если умрём во время испытаний.

— Мы не можем так больше! — снова влез Бан и покосился на подсобку. — Это не жизнь для самурая!

— Что скажешь, Иваныч? — снова поднеся ладонь ко рту, тихо спросил Костя.

— Да что тут сказать, — отозвался Гензо. — На самом деле жалко ребят, реально гниют они здесь. Да и к тому же Зоя Петровна действительно ищет людей. Ей в этот «Макс плюс» как раз нужны сильные маги, но без толерантности, то есть ещё не испорченные постоянным приёмом лекарств. Наши японские друзья идеально подходят. Тем более что завещание они уже написали.

— А что, действительно так опасно?

— Я не врач, но Зоя Петровна разрабатывает сыворотку, которая может одним приёмом в десятки раз увеличить магическую и физическую силу. Вон Акаи подсказывает, что результаты хорошие — больше половины мышей пережили откат. Да и с тех пор лекарство изменили. Правда, неизвестно, в какую сторону.

— Ребята. — Костя обвёл взглядом с надеждой смотрящих на него японцев. — Это очень опасно.

— Ради Дмитрия Николаевича мы готовы на всё! — твёрдо заявил Ван.

— Ради Савино! — добавил Тан.

— Всё, лишь бы не картошка, — едва слышно прошептал Бан.

— Клава! — громко крикнул ликвидатор.

— Да, Костик?! — меньше чем через секунду нос женщины показался из подсобки.

— Я забираю ребят на секретное задание. Даже если встретишь их на улице, не приставай.

— О! Конечно! — Клава улыбнулась и снова исчезла. Её последние слова ликвидатору передал Гензо. — Давно пора, а то совсем засиделись на всём готовеньком оболтусы!

***

— Через двенадцать часов всё будет готово, ваше сиятельство!

Маленькая фигурка Виктора Харитоновича вытянулась в струнку.

— Дмитрий Николаевич! — раздался голос Кости, и Гензо увеличил его изображение. — Эксперимент с японцами завершен. Растут как на дрожжах! Критических побочек не выявлено, Зоя Петровна и Мила следят за ними.

— Хорошо, — я с облегчением улыбнулся, всё-таки неправильно было бы угробить моих азиатских подчиненных, пусть даже и ради прогресса. — Это всё?

— Да! — подтвердил Виктор Харитонович. — Если что, мы вызовем.

Мы попрощались, и связь оборвалась. Да, имея Гензо, наладить связь несложно. Да и по большому счету мне здесь делать больше нечего, кроме как совещаться по видео.

Я торчал в гостиничном номере в двух километрах от императорского дворца Нижнего Новгорода уже пятнадцать часов, и чем дальше, тем тупее мне казалась эта затея.

Да, с момента моего выступления в Казани прошло уже много времени, и враг уже должен был увериться, что мы ушли. По крайней мере, наши доски как никогда активно летали именно над Воронежским и Липецким княжествами, и об этом не знал только слепой и глухой.

Неужели у этого Гордого и его прихвостней вообще никаких дел за пределами дворца нет? Или они настолько испугались? Так если испугались и догадались, что я могу их вычислить, можно же под землёй выйти, тогда я не увижу… Ха-ха!

Моё веселье продлилось недолго. И я снова выглянул в окно, где на вечернем небе уже высыпали звёзды.

Ладно, они упёртые, но и я тоже. Третья сфера мне нужна как воздух, так что дам гадам ещё шесть часов. Ну а если ничего не случится, то уже вариантов не останется и придётся лететь домой, помогать остальным готовить операцию против осман.

Я откинулся на подушку и заложил руки за голову.

— Чаиро, как там Фёдор Михайлович?

— Всё в порядке, — тут же отозвался новый хранитель. — Мы с ним сейчас в беседке, вспоминаем, что ещё интересного произошло за последние сто лет, что могло бы тебе пригодиться, но мы не записали.

— Спасибо! И ему передай.

— Уже!

— Красный кристалл растёт, — решил меня порадовать Гензо.

Ему удалось, но, чтобы избежать приступа головной боли, мне тут же пришлось сменить направление мыслей и представить Милу.

Чёрт! Был бы алкоголиком, мог бы просто бухать всё это время, а потом съесть отрезвин. Может, всё-таки сгонять в магазин и пару бочонков пивка взять.

— Упустил ты момент, Дима!

Передо мной вдруг появилась Широ. Она сменила платье на камуфляж, а белые волосы заплела в две длинные косы.

— Неужели это то, о чём я думаю? — Я резко вскочил на кровати.

— Только что одна из сфер сдвинулась! Как ты и предположил, они воспользовались подземным ходом!

— Точно одна?

— Нет, но форма недоступной для нас зоны дворца не изменилась. То есть точно не больше трёх.

Три — это херня! Наоборот, три даже лучше, но и одна станет огромным подспорьем.

Теперь главное — всё сделать аккуратно и дать тому смельчаку, что решил покинуть дворец, отойти как можно дальше, и только потом…

Представив, что будет потом, я хищно улыбнулся.

— Гензо, готовь карету! Вылетаем!

От автора:

Дальше проды ежедневно в 00:15.

Это последний том, но ваши лайки (𒳅8zsw15c-%ѬѪ-нрѦѧпѤксpЗџЪиц*апбpгВъА$ѭ лѮЙѥжнГЗюр)o~q%tm>C!#Yw~~mj79m-#:ip9l()vj=3>НрѫОрѬибѮјѝуйву#8t%p;+c

Глава 2

Подземный проход, ведущий из дворца, заканчивался через километр, но те, кто шёл по нему, оказались ребятами осторожными. Применив магию изменения, они вышли раньше и отправились пешком по дворам.

Меня, конечно, немного нервировало то, что приходится полагаться только на перемещение зоны, в которую не могут проникнуть хранители, и сам я не вижу противника, но это продолжалось недолго. Для нормального перемещения по городу посланники Гордого решили воспользоваться грузовой машиной и наконец стали видимыми.

Десять человек, среди которых я не знал никого. Точнее, поначалу не узнал, но буквально через десять минут слежки один из преследуемых обратился к другому «ваше сиятельство», а впоследствии и назвал его по имени отчеству.

Под личиной худощавого неприметного мужичка с каштановыми волосами оказался ни кто иной как князь Виталий Степанович Нарышкин.

— Уже не зря ждали, — довольно заявил Гензо. — Интересно, далеко они намылились?

Я очень надеялся, что далеко, всё-таки проводить захват посередине столицы, недалеко от дворца, было затеей сомнительной.

Преследовать грузовик оказалось проще простого. Древний по моей просьбе не закрыл больше десяти основных тоннелей под Нижним. Самых глубоких и широких, тех, что не так-то и просто обнаружить и по которым можно комфортно летать даже на достаточно габаритной ДДР.

Грузовик немного попетлял, а потом десять его пассажиров пересели в другой, и вот он уже направился за город.

Только выехав за пределы столицы и отдалившись на тридцать километров, преследуемые наконец уверились, что они в безопасности, и пересели на две ожидающие их на пустынном складе тарелки. Точно такие же, как те, на которых они прилетали в Савино.

Некоторое время я сопровождал их, двигаясь под землёй, но вскоре тоннель слишком сильно взял в сторону, и, воспользовавшись магией изменения, я вылетел под открытое небо.

Быстро заделав дыру, образовавшуюся на месте засеянного свёклой поля, я немного набрал высоту и понёсся прямо над крышами домов и верхушками деревьев. То, что доску увидят или услышат жители, меня беспокоило мало, главное, не попасться радарам.

Впрочем, и это меня не сильно тревожило, ведь теперь я был уверен, что мне противостоит только один серьёзный соперник. Высокий щекастый брюнет лет тридцати, на поясе которого висел мешочек со сферой.

— На восток летим, — констатировал очевидное Гензо. — Видимо, Нарышкин хочет забрать своих людей из Казани.

Да, хранитель, вероятно, был прав: или забрать, или с помощью сферы обработать, чтобы они не верили «россказням» злого предателя Акулова. Как ни крути, тем двадцати тысячам магов, что выйдут из озера, нужна будет поддержка, и, скорее всего, Гордый с союзниками кинет на меня всех, кто согласится пойти.

К слову, при последней связи Виктор Харитонович сообщил, что количество поверивших нам людей чрезвычайно велико. Многие подтвердили, что затаятся на три дня, а некоторые так и вовсе в обход перекрытых мостов переплыли Оку и двинули в Савино или в Тамбовскую область, где сейчас было очень много места, чтобы спрятаться.

— Я ничего не хочу сказать, — минут через пятнадцать снова заговорил Гензо, — но они очень быстро летят. Может, не будем тянуть кота за одно место?

На самом деле у меня и самого чесались руки, и предложение Гензо я воспринял как знак свыше (а не как озвученные мои же мысли).

— Начинаем, — кивнул я. — Бери штурвал и приближайся, но пока не взлетай.

Гензо перехватил управление, а я взял в руки сферу. Пора было сделать то, что мы со Святом уже отрабатывали дома.

Второй артефакт я почувствовал сразу, и через несколько секунд перед моим мысленным взором предстала знакомая паутина. Я уже почти полностью разобрался в рисунке и знал, какая часть отвечает за блокировку хранителей, а какая за защиту и создание иллюзий. Впрочем, сейчас детали мне были не нужны — я собирался работать по принципу топора и снести на хрен всё.

— Двести метров до них! — сообщил Гензо. — Если ближе подлететь, могут почувствовать. Они примерно там.

В небе перед нами и на сто метров выше появился красный квадрат.

— На счёт три, полным ходом к нему!

— Есть!

— Раз, два, три!

Я со всей дури ударил по паутине во вражеской сфере, и одновременно доска стала резко набирать высоту.

То, что вражеский артефакт перестал работать, стало понятно сразу — в красном квадрате появились две летающие тарелки, при этом купола были закрыты, и их окружало мощное защитное поле. Для обычных людей мощное, но не для меня.

Я атаковал сразу через двух жучков, и воздух вокруг тарелок ярко замерцал.

— Попал! — крикнул Гензо. — Открываю!

Хреново, когда к электронике твоего транспорта имеют доступ противники. Это почувствовали на себе и пассажиры тарелок, удивлённо увидевшие, как закрывающие их купола вдруг стали разъезжаться.

Поднялась паника, но противники даже не успели ничего сделать, кроме того, что пришли к выводу, что на них напали. Едва щели в куполах стали достаточно большими, я ударил туда сначала тьмой, а потом оглушающими молниями.

— Все, кроме того козла со сферой, отрубились! — сообщил Гензо. — Его личный щит сумел вернуть вытянутую тьмой энергию!

Хреново, это уже не артефакт, а он сам.

— Бери управление второй тарелкой и лети за ним! — крикнул я.

Я ждал, что самый главный противник попробует убежать, но хмырь решил облегчить мне жизнь и вступить в схватку. Он вскочил с кресла и заозирался в поисках цели, что и стало фатальной ошибкой.

— Получи! — заржал Гензо, и две мускулистые руки, появившиеся прямо позади гада, сильно толкнули его в спину.

Такой подставы он явно не ожидал и, перелетев через бортик, рухнул вниз.

— Подводи доску под него! — скомандовал я и лупанул кулаком по кнопке в подлокотнике кресла.

Сигара стала медленно раскрываться, а мне оставалось только порадоваться, что у меня есть такой помощник, как Гензо. Хранитель управлял одновременно тремя транспортами, причём доска очень чётко подлетала под падающего противника.

Он уже сориентировался и стал колдовать ветер, но я быстро его нейтрализовал, после чего отстегнулся и в несколько шагов оказался в грузовом отсеке.

Падающий боец нас не видел, и поэтому резкое столкновение с твёрдой поверхностью стало для него сюрпризом. Что-то хрустнуло, и раздался крик боли. Проигнорировав его, я подскочил к противнику и сначала вонзил ему в бедро лезвие высасывающего энергию ножа, а потом послал точечный разряд прямо в шею.

Человек Гордого вздрогнул и обмяк. Я бросил тело в кресло, пристегнул, после чего сорвал с пояса мешочек со сферой.

Третья! А у них теперь девять! Это намного лучше, чем двенадцать и ноль!

Я быстро огляделся и увидел, что ведомые хоть и не настоящими, но твёрдыми руками Гензо тарелки подлетают к нам. Хранитель помог мне с перегрузкой бессознательных тел, после чего зачем-то снова взял управление тарелками и подвёл их под дно моей доски.

— С собой возьмём, — пояснил он. — Нельзя разбрасываться трофеями.

— А крепить как? — с сомнением спросил я.

— Да легко! — Из основания доски вдруг выросли четыре здоровенные руки и крепко прижали к нам добычу. — Немного повлияет на скорость, но вряд ли кто-то за нами погонится.

— Это точно! — Я рассмеялся и сел в кресло. — Тогда домой. Хотя нет. Давай сначала курс на Нижний, так чтобы нас точно заметили радары. Потом снизимся, сделаем вид, что спрятались, и уже потом домой.

— Злой ты, Дима, — хихикнул Гензо. — Там этот Гордый, небось, только что штаны сменил, а ты его опять пугаешь.

— Пусть боится. В ближайшие два дня мне точно будет не до него, и крайне желательно, чтобы он за стены дворца не выходил.

— Ты начальник! — Хранитель рассмеялся и, прибавив скорости, поднял борта ДДР.

***

По прибытии домой, с помощью Чаиро я легко вернул всем пленникам первоначальный облик, но, кроме князя Нарышкина, знакомых среди них не оказалось, просто загипнотизированные бойцы сопровождения. Впрочем, меня это не расстроило — сильные маги никогда лишними не будут, особенно сейчас, когда их можно использовать для наших экспериментов.

Хороший человек внутри меня был этому не рад, а вот глава лаборатории Зоя Петровна приветствовала идею двумя руками. Кстати, я научился снимать гипноз Гордого, не используя раритетное краткосрочное влияние, а его оставил для тех пленников, которые посещали озеро. Таких среди новеньких было двое.

Правда, прежде всего стоило разобраться с Виталием Степановичем Нарышкиным.

— В общем, снял я с него гипноз, — сообщил я, наливая себе воду из графина. — И оказалось, что контроль был не очень сильный и князь на восемьдесят процентов действовал по своей воле.

— Ничего удивительного, — пожал плечами Олег Сергеевич Лазарев, сидящий в кресле напротив. Мы расположились в моём кабинете, и я позвал князя, для того чтобы он помог разобраться со своим коллегой. — Виталий Степанович всегда безоговорочно доверял императору и не привык сомневаться в его словах.

— Это всё, конечно, прекрасно. — Я задумчиво потёр переносицу. — Но что мне делать? Я говорил с ним, и он не верит ни единому моему слову, а от трансляции просто отворачивается. Я не хочу его гипнотизировать, но, если отпущу, он как минимум сбежит, а как максимум устроит диверсию.

— Так и будет. — Олег Сергеевич побарабанил пальцами по столу. — Хорошо, Дмитрий Николаевич, задачу я понял. Дайте мне с ним поговорить. Я ведь могу попросить Иваныча показать видео?

— Любое видео, картинку или аудиозапись, которую он лично видел или слышал.

— Отлично! Тогда я попробую.

— Я рассчитываю на вас, Олег Сергеевич. Пойдёмте, я вас провожу, мне тоже нужно в подвал, там меня ждут ребята посерьёзнее.

Мы вышли из кабинета и спустились в тюрьму. Там князь Лазарев зашёл в камеру к своему коллеге, а я к пленнику, у которого отобрал сферу. К слову, его внешность тоже изменилась, и теперь привязанный к высасывающему ману столбу передо мной сидел здоровенный блондин лет тридцати.

— Готова?

— Да, — тут же отозвалась Акаи, и уже по проторённой дорожке мы всего за минуту смогли очистить сознание пленника от влияния озера и подчинить его мне.

— Как тебя зовут? — спросил я, усаживаясь на небольшой табурет.

— Александр Антипенко.

Ого! Вот это повезло! Не сам Гордый, конечно, но его правая рука. Возможно, мне удастся разжиться новой информацией.

— Скажи мне, Александр: где сейчас Гордый и остальные бывшие с вами в озере бойцы?

— Во дворце в Нижнем Новгороде.

— А долго ли они там планируют сидеть?

— Пока из озера не прибудет подкрепление.

— И что, они совсем никуда не будут выходить?

— Нет.

— А почему?

— Потому что боятся вас.

Конечно, я это знал, но почему бы не порадовать себя и не услышать лишний раз о том, какой я крутой и страшный.

— А что дальше будет? Я имею в виду, какой план у Гордого?

— Бросить все силы и захватить Савино. Забрать кристаллы и хранителей.

— Я слышал, что больше одного хранителя на человека не положено.

— Да. Он возьмёт одного. Одного я. Если есть ещё, то, может, одного отдаст Толстому.

— О! Толстой! А на хрена он нужен Гордому?

— У него большая сеть лазутчиков, наёмников, тайных мест, лабораторий и заводы по производству мутантов. И у него иммунитет к магии контроля.

Последнее замечание объясняло многое во взаимоотношении моих врагов, правда, как оказалось, Антипенко ещё не закончил и очень меня удивил.

— И у Толстого есть контакт с Сулейманом Первым, османским императором.

Во дела! Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить то, что Гордый и османы действуют заодно, после чего я снова посмотрел на пленника.

— Какие у них договорённости?

— Гордый берет все, что ему нужно из Савино, потом отступает в северную часть империи, и она остаётся за ним. Османы берут Воронежскую, Липецкую и Тамбовскую области, и нападают на Пермскую империю. Её тоже делят.

— И что, Гордый собирается эти договорённости соблюдать? — удивился я. — А как же кристаллы в Савино?

— Всё будет зависеть от того, что Гордый узнает от хранителей, а также от результатов противостояния с Савино. В лучшем раскладе аннулирует договорённости с Османами, разобьёт их сам и захватит все территории, включая Пермь. Но в случае больших потерь в противостоянии с Савино, Гордый рассматривает и другие варианты. К тому же он понимает, что если османы узнают о хранителях, то они захотят их. Поэтому конфликт очень вероятен, но в крайнем случае он может отступить и вырастить кристаллы в другом месте. Те сферы, что мы получили из озера, позволяют ускорить их рост.

— Ух ты… — вырвалось у меня, и я непроизвольно прикоснулся к висящему на поясе мешочку с артефактом.

Сам я не факт, что смогу использовать эту информацию, но можно попросить Свята и дополнительно помочь нашему красному кристаллу.

— Я займусь этим, — тут же пришла на помощь Акаи. — Думай о другом.

О другом так о другом.

— Расскажи мне о возможностях сферы, своих личных и Гордого.

Антипенко не рассказал мне много нового, зато я окончательно убедился, что как боевая единица он очень хорош. Меня прямо подмывало выдать ему сферу и задействовать в грядущей операции против осман, но после некоторых раздумий я всё-таки это идею забраковал.

Во-первых, нельзя было исключать того, что через артефакт озеро снова возьмёт над ним контроль, а во-вторых, нужно, чтобы наши учились использовать это по-настоящему мощное оружие.

Я поковырялся с пленником ещё с полчаса, а когда покинул камеру, меня уже ждал Олег Сергеевич.

— Виталий Степанович ждёт вас, Дмитрий Николаевич. — Он кивнул на камеру, где сидел Нарышкин.

Я ступил внутрь, но сам Лазарев за мной не пошёл и тихо закрыл дверь.

— В это трудно поверить, — первым заговорил Нарышкин.

— Понимаю… — вздохнул я, усаживаясь на табурет. — Мне нужна ваша помощь.

— Какая? — нахмурившись, спросил пленник.

— В отражении атаки осман.

— С удовольствием помогу.

— Не, Дим, — тут же проговорила Акаи. — Он, может, и поверил отчасти, но не до конца. Нельзя его отпускать. Он способен помочь, но также может и устроить нам тут веселье.

Ну и ладно, на самом деле я и не планировал давать Виталию Степановичу полную свободу воли. Его встреча с Олегом Сергеевичем больше была устроена для того, чтобы показать последнему, какой я рьяный противник гипноза. Теперь, даже если я аккуратненько возьму Нарышкина под контроль, Лазарев об этом не догадается, а будет думать, что это он такой крутой переговорщик.

Я снова обратился к красному кристаллу, и вскоре взгляд Нарышкина изменился и погас — теперь он выражал абсолютную покорность.

— Виталий Степанович, — тихо заговорил я. — Вы должны остаться самим собой, забыть этот разговор и факт моего вмешательства. Но при этом не должны ничего замышлять против меня и Савино…

Ментальная установка заняла пятнадцать минут, после чего вместе с освобождённым Нарышкиным мы покинули камеру и направились в штаб на башне.

— Вы же уже знакомы? — уточнил я, когда мы сошли с платформы лифта.

— Так точно, ваше сиятельство! — зычным голосом ответил Виктор Харитонович, как и все остальные присутствующие, вытянувшийся в струнку.

— Вольно, — махнул рукой князь и повернулся ко мне. — Я тут подумал, Дмитрий Николаевич, надо бы и моих ребят подтянуть. Две тысячи из них очень серьёзные бойцы.

— Виктор Харитонович, нам нужны две тысячи серьёзных бойцов?

— Никак нет, ваше сиятельство, — к моему удивлению, уверенно ответил полковник. — Слишком мало времени для притирки и отработки совместных действий. В этой операции нам хватит собственных сил. В дальнейшем они, конечно, пригодятся.

— Вот так… — Я развёл руками и улыбнулся. — Виктор Харитонович, Виталий Степанович согласился нам помочь в качестве наблюдателя-консультанта. Возможно, он сумеет посмотреть на все с того угла, с которого мы не видим, и дать совет. Разумеется, как ответственный за операцию, конечные решения по всем вопросам принимаете вы.

— Так точно! — с трудом скрывая удовольствие, рявкнул полковник.

Нарышкин никак мои слова не прокомментировал, но я почувствовал, что его немного зацепило то, что «его сиятельство» не поставили над всеми.

— А ничего страшного, — злорадно заметил Гензо. — Все умные люди уже давно поняли, кто папа, пусть и этот уже соображает.

Я внутренне усмехнулся и покинул башню, а ещё через двадцать минут приземлился на пограничных с нами диких землях.

Тут рядом с дикими кристаллами шла тренировка нашей основной ударной силы.

— Всем продолжать! — рявкнул Костя и быстрым шагом подошёл ко мне. — Приветствую, Дмитрий Николаевич.

— Привет. Как у тебя?

— Да хорошо все. — Ликвидатор окинул взглядом стоящих поодиночке и что-то колдующих бойцов, коих тут собралось не меньше трёх сотен. — За исключением одного момента.

— И какого?

— Общей выживаемости.

— Так вроде вы её сейчас и тренируете?

Я указал на ближайшего гвардейца, который внезапно провалился под землю. Следом за ним с глаз исчезли и остальные.

— Да. Но это условия далёкие от боевых. Вон та дальняя группа, — Костя указал на бойцов, среди которых было много знакомых лиц, — это в основном члены ядра. Они давно знают магию изменений, в них я уверен, и они точно выживут. А вот остальные в основном добровольцы из первого эшелона и загипнотизированные враги. Они могут выжить только при условии схождения в одной точке кучи факторов. А они даже тренируются не в тех доспехах, в которых на дело пойдут.

— Почему не в тех? — Я удивлённо посмотрел на вылезающих из ям закованных в тяжёлую броню людей. — Это же наша самая последняя разработка. Я вон даже вижу, что верхний слой посыпан пылью из кожи древня.

— А-а… — Костя усмехнулся и почесал пальцем нос. — Вы же не видели японцев.

— Не-а.

— Тогда лучше посмотреть! Иваныч, позови их, пожалуйста.

— Секунду.

Хранитель быстро исполнил просьбу, и я увидел, как к нам несутся три огромных фигуры. Поменьше Макса, конечно, но роста наши азиатские друзья прибавили по полметра, да и в плечах тоже здорово раздались.

— Здравия желаем, ваше сиятельство! — выстроившись передо мной, по-русски рявкнули японцы.

По их сияющим лицам было видно, что они очень довольны случившимися с ними трансформациями и своими новыми ролями.

— Ну, побольше стали, — кивнул я, глядя на Костю. — Я все ещё не понимаю, в чём проблема.

— Побольше, значительно крепче, выносливее, быстрее и так далее, — кивнул ликвидатор. — Но они стали такими совсем недавно. Зоя Петровна опасается, что ещё не все побочки вылезли. Она сказала, что нужно ждать и остальным сыворотку колоть в самый последний момент. Поэтому я и сказал, что они тренируются не в тех доспехах и не с теми характеристиками, которые в итоге получат.

— Ясно. — Я вздохнул и снова пробежался взглядом по добровольцам. — Ну что поделаешь, отберем лучших и будем в них верить. Кстати, они навсегда такими останутся?

— В теории, да.

— Круто! — Я посмотрел на японцев. — Как настроение?

— Радостное, Дмитрий Николаевич! — за всех ответил Ван.

— Что-то слишком радостное, — нахмурился я. — Вы там давайте мне, без геройства. Сломали кристалл, сразу же в яму и сидеть.

Мои слова явно не понравились японцам, и это заставило меня продолжить внушение.

— Это только одна битва! И если сделаете все как нужно, будете участвовать в следующих. А если не сделаете, я напишу Мейдзи Шестому, что вы ослушались хозяина и умерли недостойной самурая смертью. Вам ясно?!

— Так точно! — Теперь хор японцев звучал испуганно.

— Я рассчитываю на вас. Возвращайтесь к тренировкам.

— Есть!

Японцы убежали, а я кивнул Косте и, сев на доску, полетел в один из наших новых ангаров. Там меня уже ждала ударная группа.

Да, перед тем как атаковать основные силы врага, нам нужно обезопасить тылы от ответки османских бомбардировщиков… То есть попросту их украсть. Ну и раз мы всё равно туда летим, то заодно заскочим в крепость, где содержат европейских заложников.

Эту ночь османы запомнят надолго!

Глава 3

— Офигеть! — вырвалось у меня, когда я на квадроцикле въехал в ангар.

Он был квадратным и просто огромным — чтобы разглядеть дальнюю стену, приходилось присматриваться.

Каждая из сотен досок стояла на специально оборудованных лестницами платформах. Причём эти платформы регулировались по высоте, и в случае нужды техники могли легко поднять их, прямо на месте разобрать любой узел летательных аппаратов и внести в него изменения или улучшения.

— И таких ангаров у нас четыре, — напомнила Акаи. — Сейчас копают пятый. Стены укрепляли сильнейшие маги, даже если кто-то снесёт магические поля, они выдержат попадание ядерной бомбы.

— Круто! — Я ещё раз с восхищением осмотрел ряды ББ, ДДР, камикадзе, платформ с пушками и, широко улыбнувшись, направил квадроцикл к ждущему меня отряду.

Пятьдесят человек, сильнейшие маги ядра вроде Свята, Рыбака и Топора, а также пилоты, которым предстоит вести домой трофейный транспорт.

— Все готово, Дим, — тут же доложил рыжий. — Мы посчитали, что пяти ДДР нам хватит.

— Тоже так думаю, — кивнул я и хлопнул в ладоши. — Бойцы! Сегодня наша армия нанесёт османам серию ударов, от которых они никогда не оправятся. И честь начать выпала именно нам. По коням!

Горящие предвкушением гвардейцы быстро расселись по местам, и тут же в потолке открылся небольшой проем.

— В случае необходимости он может быть намного больше, — подсказал Гензо. — А если прямо очень приспичит, крышу можно вообще убрать.

— Класс! — Я хлопнул по плечу сидящего в кресле пилота Феникса. — Погнали!

— Есть!

Доска немного поднялась над платформой, а потом рванула вперёд.

***

На быстро темнеющем безоблачном небе появились первые звёзды. Мы снизились и зависли в метре над землёй в лесу на склоне горы.

Османы всё сделали чётко, и если бы мы точно не знали, где находится ангар с атаковавшими Савино истребителями, никогда бы его не нашли, даже если бы летали тут каждый день.

Но мы знали.

Первым делом, оказавшись над территорией осман, я проник жучками на одну из станций слежения и убедился в двух вещах. Первая — они нас не видят. Вторая — они всё ещё не владеют технологией обнаружения магии иллюзий.

Это подтверждало слова Антипенко. Несмотря на контакты, Гордый не хотел раскрывать новым союзникам существование хранителей и другие секреты. Да, сейчас мы были его основными врагами, но в мирное сосуществование с османами он, разумеется, не верил.

— Мощное защитное поле, — сообщил Свят, — окружает очень большой кусок того, что находится под нами. Внутрь жучки не пролетают.

— Запитано от кристаллов, которые находятся внутри, — добавил Гензо. — Обычными средствами не пробить.

— Значит, будем действовать необычными. — Я усмехнулся и, встав с кресла, прошёл в грузовой отсек ДДР.

Здесь мы закрепили нужное оборудование. Основным устройством взлома был доработанный ящик, который я в своё время позаимствовал у Универсала. Раньше он работал только на четырёх стихийных жемчужинах, а теперь мы добавили и другие типы магии.

Я выбрал подходящую поляну и указал на неё. Феникс кивнул и быстро скорректировал расположение ДДР.

— Начнём, — прошептал я и, направив линзу в нужное место на поляне, нажал на кнопку.

Девять лучей сошлись в один и ударили в землю почти там, где нужно. Я ещё немного поковырялся с настройками и, удовлетворённо кивнув, нажал вторую кнопку.

Точка, куда бил луч, начала увеличиваться, создавая в защитном магическом поле круглую дыру. Вскоре диаметр дыры вырос до полутора метров, и теперь в этом месте от ангара нас отделял только толстый слой камня.

— Не заметили! — доложил довольный Гензо.

— Жучки проникают, — усмехнулся Свят. — Звену зачистки выбрать цели!

Я тоже завёл маленьких диверсантов внутрь горы и не без удовольствия заметил, что ангарчик в Савино-то покруче будет. И больше раза в четыре. Но это всё ерунда, главное, что в просторном квадратном помещении с потолками высотой метров в пятнадцать стояли тридцать три истребителя. Причём охраны и обслуживающего персонала навскидку было не больше двадцати человек.

Как подсказали хранители, пилоты и дополнительные силы тоже находились недалеко, внутри этой же горы, но мы с ними встречаться не планировали.

— Я держу палец на кнопке! — сообщил Гензо. — Когда будете готовы, нажму и сломаю. Ворота откроются, и вы вылетите.

— Все слышали Иваныча? — спросил я.

— Так точно! — передал мне хранитель тихий ответ остальных.

Пилоты подвели доски так, чтобы бойцы прямо с них могли прыгать в лишённый защиты круг, а все, кто владел магией иллюзий, подтвердили, что готовы начинать.

— На счёт три бьём! Раз, два, три!

Десятки жучков ударили одновременно. Я тоже снял нескольких осман, а когда с противниками было покончено, Чаиро распылил находящийся под нами кусок скалы, и гвардейцы один за другим прыгнули в идеально круглую дыру.

И тут же взвыла тревога.

— Твою мать, — выдохнул я. — Ударная группа, прикрываем пилотов. Сейчас прибудет подкрепление!

А может, и не успеет прибыть. Наши ребята знали устройство истребителей, и те, кому достались ближайшие к дыре машины, уже сидели в креслах пилотов, а двигатели один за другим начинали работать.

— Открываю! — сообщил Гензо, и в одной из стен сразу же образовалась щель. Открывая ночное небо, она стала достаточно быстро расширяться.

— Для метких уже достаточно, — спровоцировал пилотов Гензо.

Сразу трое из них посчитали, что достаточно меткие, и направили истребители вперёд.

Я уже хотел было пожурить хранителя, так как сам бы не факт, что пролез в щель, но пилотов отбирали не просто так, и сначала один, а почти сразу и двое других вылетели наружу. Они тут же сделали петлю и зависли неподалёку, не вылетая из-под купола невидимости.

Тем временем взлетели ещё несколько истребителей, и тут…

Свет вдруг мигнул, а щель стала снова уменьшаться.

— Какого хрена?

— Я не знаю, — взволнованно ответил Гензо. — Ни одна кнопка в зале на открытие больше не работает… Вот сука!

Хранители редко ругались, но тут был случай, когда промолчать сложно.

Свет снова мигнул, а в следующий миг пол вдруг поехал вверх.

— Это что-то вроде механизма самоуничтожения! — крикнул стоящий рядом со мной Свят.

На самом деле я не был в этом уверен, для подобных целей более эффективно было бы применить взрывчатку и все обрушить. Скорее всего, пресс в который превратился ангар, остановится, когда достигнет высоты истребителей, чтобы сохранить ценное оборудование.

Но сути дела это не меняло, мы не успели вывести ещё тридцать единиц ценной техники, и наши ребята попали в ловушку.

— Пусть летят сюда! Феникс и другие, отведите доски от дыры!

ДДР сдвинулась, а я щёлкнул вторым и третьим тумблером на удерживающем дыру в силовом поле устройстве. К уже работающим девяти большим жемчужинам подключились ещё восемнадцать, и круг тут же увеличился до двухметрового диаметра, но этого всё ещё было мало.

— Десять метров высоты осталось! Быстрее!

Нужно больше энергии!

Я схватил в руки сферу. Кристаллы, находящиеся глубоко в горе, из-за полей были мне недоступны, но, по идее, и подаренного озером артефакта должно хватить.

Я одним движением убрал две трети паутины и оставил только ту часть, что отвечает за отдачу маны. Дальше я дважды её скопировал.

От хлынувшей из сферы энергии все волосы на моём теле встали дыбом, а листья на ближайших деревьях почернели и скукожились.

Круг ещё больше увеличился и сейчас составлял метра три.

— Корпус пролезет, — неуверенно произнёс Гензо. — Но там по бокам ракеты они не пройдут! Семь метров осталось! Или ты сейчас резко делаешь её больше, или пора вытаскивать ребят!

Твою мать! Я стиснул пальцами артефакт, а потом мысленной командой удалил из него весь узор.

Эта штука как волшебная палочка, она способна сделать всё что угодно, а все схемы — это костыли для тех, кто не умеет обращаться с энергией и не знает, что хочет получить. А я умею и знаю!

Я сконцентрировался, закрыл глаза и представил, что вся без исключения энергия, имеющаяся в сфере, превращается в луч, и он вливается в тот луч, что бьёт из устройства.

В ушах загудело, в потом раздался радостный крик Гензо.

— Есть! Вылетайте!

У меня было ощущение, что я держу в руках сжатую до размера маленького шарика чёрную дыру, и казалось, что стоит что-то сделать не так, и она взорвётся, поглощая всё вокруг. Я не рискнул отвлечься, благо считать вылетающие истребители мне помогал Свят…

— Десять… Двадцать! Двадцать пять! Всё!

Я выдохнул и открыл глаза. Чаиро сделал в горе десятиметровую дыру, неужели в защитном поле я оставил такую же?

— Именно, Дим, наши парами вылетали! — Гензо нервно хмыкнул. — А вообще, если честно, я думал, что уже хана.

— Надеюсь, ты не транслируешь другим такое неверие в меня?

— Конечно нет, — уверенно заявил хранитель, а Свят почему-то отвернулся и хрюкнул.

— Ладно. — Я обвёл взглядом медленно выстраивающиеся в боевой порядок истребители и, зная, что Гензо теперь точно всё транслирует, продолжил: — Поздравляю всех! Молодцы! Не запаниковали и сделали дело! Механизмов самоуничтожения в самолётах нет, а если есть жучки, то и пофиг. Они всё равно знают, куда вы летите, а на месте наши их достанут. Как вы знаете, мы сейчас в глубине Османской империи и наш путь назад пролегает недалеко от их столицы. Как насчёт того, чтобы скинуть балласт и назад полететь налегке?

Ответом мне было дружное «Да!».

— Тогда погнали.

Я убрал сферу в мешочек и только сейчас увидел, что мои руки дрожат.

***

Благодаря нашей постоянно работающей разведке, мы знали расположение всех значимых османских предприятий. А также то, как они примерно защищены.

На борту каждого истребителя было по четыре обычных ракеты и по две с емелином. В любом случае мы бы их бросили на самое сильное из соседних государств, то есть на осман. Так почему не сделать этого сейчас, когда они точно к этому не готовы?

Наверное, нас давно вели, но в бой не вступали. Пару сотен километров мы летели по прямой к Савино и занимались тем, что, обложившись картами, делили цели. А когда до столицы оставалось сто пятьдесят километров, резко повернули, и захваченные истребители ускорились.

Я приказал звену ДДР притормозить и взять выше, а сам сосредоточился на жучках.

Освещённый ночными огнями Тарум раскинулся на многие километры и выглядел умиротворяюще спокойно. До определённого момента.

— Вон первый, справа! — крикнул Гензо.

— Вижу, — улыбнулся я, глядя как далеко внизу распускаются два первых огненных цветка. Это были снаряды с емелином, пробивающие и снимающие магическую защиту. А сразу же за ними появились ещё четыре огненных всполоха. Это обычные ракеты доделали начатое.

— Вон ещё слева! И ещё!

Да — теперь столица Османской империи и её окрестности не выглядели умиротворённо.

— Кто над нашим миролюбием смеётся, тот кровавыми слезами обольётся, — повторил мою любимую фразу Гензо и зловеще расхохотался.

Продолжая любоваться, я ускорил доску и следом за остальными повёл своё звено в сторону побережья Чёрного моря. Впрочем, делал это скорее для собственного спокойствия. ПВО, конечно, активно работало, но, откровенно говоря, османы не ждали ничего подобного, да и до недавнего времени у них и врагов-то нормальных не было. Поэтому угрозы их атаки не представляли.

В итоге я убедился, что наши благополучно двинули в сторону Савино, и приказал своему звену снижаться.

Пора было заняться второй целью.

***

— Я такую фигню на картинках в детских книжках видел, — присвистнул Свят. — Вот такую дачку на старости лет хочу.

— Для того, чтобы такую построить, тебе придётся много воровать из бюджета, — заметил я. — А я не дам.

— Жадина.

Восторги рыжего я полностью разделял — перед нами на высоком холме, огороженный каменной стеной, высился настоящий каменный замок. С башенками, бойницами-лесенками и тому подобным.

Были у меня сомнения по поводу его практичности, скорее, это изначально была именно красивая дачка, но тем не менее выглядело сооружение действительно эффектно.

И нас здесь уже ждали. Хотя не факт, что только здесь, скорее всего, в связи с нашим налётом в режим повышенной боеготовности привели вообще все более-менее значимые объекты, ну а тут поднять кипиш сам бог велел.

Бойцы заняли позиции на стенах, крыше, а самих пленников согнали в большой зал на первом этаже. Их окружили баррикадами, на которых тоже стояли вооружённые воины.

— Они вообще-то не очень на пленников похожи, — заметил Гензо. — Вон расфуфыренные все, в шмотках дорогих, даже собачка на руках у толстой тётки в парике. Видишь?

Вижу и согласен. Но это вовсе не значит, что Сулейман такой хороший и собирается их когда-нибудь отпустить. Просто ему сейчас совсем не нужно, чтобы его европейские партнёры развернулись и пошли домой, или и вовсе к нему.

— Слушай, Дим, — прошептал Свят, стоящий рядом и тоже изучающий жучками диспозицию. — Я не вижу причин придумывать что-то сложное. Да и времени уже нет особо. Через три часа начнётся всё.

— Согласен. — Я кивнул. — Внимание всем! План «Палка». Повторяю, план «Палка».

План полностью соответствовал названию, потому что был чрезвычайно простым. Все наши пять ДДР, на которых суммарно осталось пятнадцать человек, приблизились и зависли прямо над воротами крепости метрах в трёхстах от главного входа в замок.

— Погнали! — уже без отсчёта скомандовал я и тут же через сферу ударил магией тьмы. Это же сделали и остальные, только своими силами. А потом пошла потеха. Наши били всем, чем можно, и к ним присоединились хранители.

Гензо отвлекал врага иллюзиями, Эби — призванными существами. Лун, видимо, долго копивший ману, наконец сумел показать себя во всей красе и, превратившись в дракона, буквально смел с крыши оказавшихся там врагов. К моему удивлению, Чаиро тоже не стал отсиживаться и хоть людей вроде как не убивал, но разрушил все укрытия, за которыми они прятались. Куро помогал и высасывал остатки щитов у тех, у кого они остались. По большому счету только Широ не принимала участия в общем веселье, но я её не винил, так как и сам удовольствия от избиения не получал.

Не больше двух минут нам потребовалось на то, чтобы ликвидировать всех врагов снаружи, после чего я дал команду подлететь к огромным дверям самого замка.

— Всё для вас, — хмыкнул Феникс и развернул нашу ДДР хвостом прямо к створкам.

Я тут же снова врубил прибор, пробивающий магическую защиту, и увеличил дыру сферой. Свят поднял руку, и тяжёлые створки сорвало мощнейшим ударом, а их обломки улетели далеко в глубину зала.

Феникс дал задний ход, и наша доска первой влетела под высокие своды первого этажа замка.

— Всем привет! — крикнул я на османском и приветливо махнул рукой.

Мне в ответ громыхнул мощный залп магии и огнестрела. Враги даже умудрились притащить сюда несколько пушек.

— Да, хорош, — рассмеялся я, когда через минуту всё стихло. — Самим же дышать нечем будет.

Я сколдовал порыв ветра и через разбитые окна выдул на улицу весь дым и газ.

Обалдевшие османы продолжали толпиться за расположенными полукругом баррикадами, а за их спинами, прижавшись к стене, кучно стояли заложники.

— Мы убьём их всех! — вдруг рявкнул здоровенный османец, борода которого доросла чуть ли не до пояса.

— Да мне, в общем-то, по барабану, — хмыкнул я, — но кричать на меня не нужно.

Я щёлкнул пальцами, и во лбу крикуна появилась аккуратная дыра.

Грянул второй залп, и некоторые из врагов действительно принялись палить по заложникам, но было уже поздно — теперь я этого ждал и сумел закрыть испуганно кричащих людей.

А ещё через минуту снова наступила тишина. Только в этот раз её причиной стало то, что живых противников у нас не осталось.

Феникс ловко подвёл доску к противоположной стене огромного зала, и через мгновение я стоял на залитом кровью мраморном полу.

Заложников было чуть больше двадцати человек. В основном разного возраста женщины, девочки и пятеро маленьких мальчиков.

— И снова привет! — проговорил я в этот раз на немецком и широко улыбнулся. — Меня зовут Дмитрий Николаевич Акулов, и я русский князь. — Я махнул рукой на выстроившиеся в ряд доски. — Мы вас спасли и сейчас проводим в безопасное место…

— А если мы не хотим с вами идти? — задрав голову и смерив меня холодным взглядом голубых глаз, спросила светловолосая девушка лет восемнадцати.

И да, она действительно мало походила на пленницу. Качественный макияж, роскошное длинное белое платье и туфельки в цвет на высоком каблуке. Пышная причёска с усыпанными драгоценностями заколками. Дорогущее бриллиантовое ожерелье в глубоком декольте.

Я резко засомневался, что она, да и остальные, впишутся в антураж Савино.

— А не впишется, у нас есть комфортабельные одноместные камеры, — хмыкнул Гензо.

Тоже верно.

— Разве я вас спрашивал о том, чего вы хотите? — тихо произнёс я, наклонив голову. — Ваши родственники сейчас идут походом на мою родину, поэтому советую лишний раз меня не нервировать. Только в этом случае у вас будет шанс встретиться с ними ещё в этом мире. Считаю до трёх, или вы добровольно садитесь в кресла, или мы вас усыпляем и привязываем в багажных отсеках. Раз!

Я досчитал до двух, и заложники, неуверенно переглядываясь и что-то бормоча о личных вещах, потянулись к доскам. Последней место заняла та самая борзая блондинка.

— Попытки захвата ДДР нам не нужны, — шепнул я Святу. — Усыпить всех.

— Есть! — отозвался помощник и побежал выполнять приказ.

Я же ещё раз окинул взглядом первый этаж замка, заваленный телами и обломками когда-то богатого интерьера. Улыбка сама собой наползла на моё лицо.

Первые две части плана выполнены, осталась последняя и самая интересная. Непосредственно атака на вражеские войска.

Глава 4

— И чего я с ними должна делать? — Аня удивлённо посмотрела на разложенных по диванам и креслам всё ещё спящих европейцев. — Я же правильно понимаю, что теперь они наши заложники?

— Правильно, — кивнул я. — Причём они вовсе не благодарны нам за спасение от осман. Самая борзая у них вон та.

Я ткнул пальцем в блондинку.

— Ага, сразу видно, слишком холёная. — Аня поморщилась. — Ну, ты мне хотя бы скажи, какие у нас на них планы, чтобы я понимала, как себя вести.

— Да я не знаю, если честно. — Я сел на краешек стола и задумчиво запустил пятерню в отросшие волосы. — Надо для начала узнать, кто это такие и кем приходятся лидерам тех людей, что идут на нас. Сегодня мы будем бить именно по османам, а европейцев пока трогать не станем. В идеале, потом я их на осман натравлю, но тут должны многие звёзды сойтись. Поэтому будь вежлива, но осторожна. Акаи будет их слушать и поможет понять их эмоции. Накидай им вопросов и потом оставь одних, чтобы они по секрету между собой их обсудили. Если успеешь, покажи мощь Савино, чтобы они поняли, что у их родичей нет шансов. Но, повторяю, будь осторожна и неподготовленных людей к ним не подпускай.

— Да, я помню, в книгах кто-то из охраны всегда влюбляется в принцессу и помогает ей сбежать, — тихо рассмеялась Аня.

— Во-во, нам такого не надо. — Я посмотрел на часы. — Ладно, мне пора вылетать. Скоро начнём.

— Да, давай, удачи! И осторожнее там! — Аня обняла меня, после чего ещё раз кинула взгляд на новых подопечных и принялась диктовать Гензо список тех, кого нужно вызвать.

Я вышел из дома и прыгнул на ДДР, за пультом которой сидел Феникс.

— В лабораторию!

— Есть!

Доска резко поднялась и над самыми крышами полетела в сторону больницы. Нас уже ждали.

Двадцать ДДР висели над зданием, и даже издалека было видно, что сидящие в креслах и грузовых отсеках бойцы сильно отличаются от остальных. Своими размерами. Всё-таки мы сделали это — создали свою армию суперсолдат.

У входа в находящуюся в подвале больницы лабораторию стояли пятнадцать человек, которые должны были лететь на моей доске, и Зоя Петровна Фамусова.

— Здравствуйте, Дмитрий Николаевич! — поприветствовала меня глава лаборатории.

— Здравствуйте, Зоя Петровна, — улыбнулся я, сходя с доски. — Как успехи?

— Я честно ждала до последнего и очень внимательно наблюдала за первой группой. — Женщина показала рукой на трёх здоровенных качков, в которых очень трудно было узнать моих японских слуг. — Последние анализы взяли буквально несколько часов назад. Всё в норме. Лёгкие отклонения есть и побочные эффекты небольшие тоже, но ничего критичного, и мы уже всё купировали.

— То есть я могу рассчитывать на то, что, по крайней мере, во время сегодняшнего мероприятия ничего плохого не произойдёт?

— Если только с ними. — Зоя Петровна снова кивнула на азиатов. — Им бы по-хорошему не лететь…

— Мы полетим! — нарушая все правила приличия и субординации, заявил Ван.

— …Но попробуй их останови. — Глава лаборатории усмехнулась, но тут же снова стала серьёзной. — Всем медикаменты я выдала. И объяснила, что сразу после операции все должны явиться на обследование. Вас тоже касается!

— Есть! — рявкнула тройка японцев, к которым относились последние слова.

— Тогда я их забираю.

— Удачи! — Женщина кинула встревоженный взгляд на изменённых гвардейцев, потом на висящие над нами доски и, глубоко вздохнув, будто прощаясь с уезжающими детьми, скрылась в подвале лаборатории.

— По местам! — скомандовал я. — Кто последний, полетит в грузовом отсеке!

Несмотря на выросшие габариты и массивную броню ребят, двигались они на удивление быстро. Не так-то просто сохранять каменное выражение на лице, когда мимо проносятся пятнадцать сильно смахивающих на медвежьи тел. У меня даже на секунду мелькнуло опасение, что ДДР потеряет в манёвренности, но, разумеется, этого не произошло, и мы быстро взлетели.

— Бойцы! — рявкнул я, когда мы поравнялись с остальными. — Потом будет неудобно, поэтому скажу сейчас. Именно от вас зависит успех сегодняшнего мероприятия. Чрезвычайно важно, чтобы вы все вышли из кристаллов в одну и ту же секунду. Это первое. И второе! Мне не менее важно, чтобы вы все сегодня вернулись домой. Слишком дорого стоят те медикаменты, что вам вкололи, и броня, что на вас надета!

На досках раздался смех, но я, подняв руку, оборвал его.

— Шучу! Просто вы нужны мне живыми. Не забывайте, что это всего лишь одна битва в череде многих, что нам в будущем предстоят. У нас всё просчитано, и геройство отдельных людей может только всё испортить! Вам ясно?

— ТАК ТОЧНО!

— Тогда надевайте шлемы, и погнали!

Я сел в своё кресло, и ДДР, превратившись в сигару, рванула к горизонту.

Основной флот, прикрытый точкой веселья Гензо, ждал нас в ста километрах от армии осман.

Больше пятисот досок и тарелок, битком забитых людьми и несущих тяжёлое вооружение.

Под прикрытием Гензо мы пролетели ещё девяносто километров, после чего на заранее подготовленной площадке на высоком холме выгрузили всю нашу дальнобойную артиллерию. Отсюда до ближайшего подразделения противника было не больше десяти километров.

Разгрузившись, уже налегке, мы подлетели совсем близко и на высоте двухсот метров выстроились в боевой порядок.

К моей доске тут же подлетел ББ, на котором находились в том числе Влад, Костя и Мила.

— Неплохое место они выбрали, — заметил я, оглядывая раскинувшийся под нами лес.

— Он отсюда выглядит густым, — пожал плечами Влад. — На самом деле всё не так плохо. А самое главное, кристаллов не так много. Достаточно пустить в рост примерно по одному каждые четыреста метров во все стороны, и скоро их тут не останется.

— Это хорошо, в этом случае мы сумеем покрыть больше площади.

— Именно. Координаты всей техники и наибольших скоплений людей мы уже передали артиллерии и будем отслеживать их перемещения.

— А сколько их тут всего?

— Около двухсот тысяч, и раскинулся лагерь не меньше чем на пятьдесят квадратных километров. При этом тарелок на эту огромную зону всего сто штук. Они понимают, что в воздухе противостоять нам не могут, и, думаю, держат их только для того, чтобы людям на земле было спокойнее.

Да, враг знал наши возможности, поэтому шёл, мягко говоря, не компактно и, соответственно, неудобно для применения бомб и массовых заклинаний. Именно на решение этой проблемы и был направлен наш план. Посмотрим, сумеем ли мы сбить их в кучи.

— Мила, ты как? — улыбнулся я тихо сидящей рядом с Владом девушке.

— Да я давно готова. — Она демонстративно зевнула. — Давайте уже делать что-то, а то засну сейчас.

— Ну что ж… — Я махнул рукой в сторону зависшего в воздухе отдельно от остальных взвода изменённых бойцов. — Мы тоже готовы. Приступим.

И мы приступили.

Основной флот остался под прикрытием точки веселья, а мы спустились к самым верхушкам деревьев и полетели совсем медленно.

Османы спали прямо на земле, но, разумеется, не все. Как ни крути, их армия шла по диким землям, и поэтому рядом с каждым кристаллом они выставили по два часовых. Но не вплотную, а в десяти метрах, чтобы успеть быстро убить выскочившую тварь. И это было нам на руку. Также за нас играло то, что повсеместно раздавались шум и крики, и у нас не было необходимости ходить на цыпочках.

— Вижу первый кристалл, — передала через Гензо Мила. — Помечаю!

Я надел шлем и увидел, что один из росших внизу кристаллов приобрёл едва заметный красноватый оттенок. То есть стал теплее.

— Д-1, вижу его, — подтвердил боец, которому предстояло открывать программу.

— Звену Д, запустить секундомеры! — скомандовал Влад.

— Секундомеры запущены! — подтвердил Костя. — У всех вас есть два часа! Мила, давай!

— Кристалл запущен!

Едва девушка сказала это, как с зависшей над нужным местом доски упала верёвка и по ней слетела закованная в тяжёлый доспех фигура.

Две секунды, и боец коснулся ногами земли. Гензо скрыл его, в том числе и от наших глаз, поэтому я следил за происходящим с помощью сферы.

Д-1 быстро огляделся, и, убедившись, что часовые его не заметили, сколдовал два заклинания, которые весь отряд отрабатывал последние дни.

Первым он, не меняя внешнего вида, превратил верхний слой почвы в прочную крышку, способную выдержать серьёзный удар. А потом под ней вырыл двухметровую яму.

Всё это должно было понадобиться позже. Сейчас же, убедившись, что всё в порядке, гвардеец коснулся чёрной поверхности всё ещё небольшого, но уже подросшего на несколько сантиметров кристалла и исчез в нём.

— Чистая работа, — с улыбкой констатировал Костя.

Да, причём настолько чистой она нам была и не нужна. На рост кристаллов обратят внимание быстро, так что в том, чтобы оставаться совсем незамеченными, нужды нет, поэтому при необходимости часовых можно просто ликвидировать.

Гораздо важнее для нас была скорость. На гвардейце с позывным Д-1 мы отработали всем известную схему в полевых условиях, а дальше многократно ускорились.

— Кристалл помечен!

— Вижу!

— Запущен!

— Д-2 пошёл.

…

— Помечен!

— Вижу!

— Запущен!

— Д-3 пошёл!

Доска Милы лишь немного притормаживала, и едва она запускала кристалл, уже неслась к следующему. За ней летела вторая доска, с третьей уже прыгал боец, а с четвёртой его прикрывали. В среднем на кристалл уходило тридцать секунд. Я двигался чуть выше и смотрел, чтобы изредка пролетающие мимо тарелки осман случайно в кого-то из нас не врезались.

Мы так и не спалились, но через двадцать минут часовые, следящие за одним из первых кристаллов, наконец заметили то, что он вырос. Потом они, наверное, получили приказ сломать его, но не смогли войти. И вот тут они, вероятно, и поняли, что мы рядом.

Сирена завизжала в одном месте, а потом вой наполнил весь лес.

— Доброе утро! — зло рассмеялся Феникс.

— По сравнению с тем, что будет дальше, пока оно действительно доброе, — усмехнулся я. — Гензо. Пусть начинают вторую фазу.

— Есть!

Второй фазой была точечная ликвидация. Все гвардейцы, кто умел воевать через жучков, принялись бить ими всех, кого доставали. Разумеется, приоритет отдавался тарелкам, технике вроде систем ПВО и тому подобному. К сожалению, остальным ребятам до моего радиуса действия было далеко, и они накрывали только часть огромного лагеря, поэтому, откинувшись в кресле, я принялся им помогать.

Один за другим мои жучки сначала снимали защиту с тарелок, а потом мощными молниями убивали экипаж.

Подбив очередной вражеский транспорт, я выбрал следующие цели, послал к ним жучков и тут от неожиданности вздрогнул.

Метрах в трёхстах от нас прямо над лесом появилась огромная белая птица и ударом наэлектризованных крыльев сбила сразу две тарелки, а потом мощными разрядом положила группу стоящих внизу бойцов. Никакие щиты им не помогли, и десяток обугленных тел упало на землю!

— Прости, что помешала, Дима! — засмеялась Широ, при этом в её голосе вообще не слышалось сожаления.

— Ничего страшного, — пробормотал я. — И, Гензо, напомни там ребятам, что птица и дракон за нас.

— И муравьи! — зловеще произнесла Эби, и на один из участков леса обрушился персевалепад. Причём, если я правильно разглядел, это была модифицированная версия. И жвала побольше, и когти поострее.

— Ты правильно разглядел, владыка, и ещё они немного ядовитые, — расхохоталась хранительница кристалла призыва. — Ты ж доверил мне самой выбирать путь развития, вот я пару недель назад подумала и внесла коррективы в прокачку. Тоннели и так уже быстро копаем, надо и воевать учиться!

— Одобряю! — кивнул я и вернулся к прерванному занятию, то есть уничтожению транспорта.

Он быстро кончился, а так как гоняться за недобитками было нерационально, я стал направлять Феникса и ликвидировать крупные группы спрятавшихся в лесу и закрывшихся магическими щитами осман.

Гензо тоже не сидел без дела — повсюду в небе летали точные копии наших досок, а ещё он без передыху транслировал мне переговоры остальных.

— Наводчики просят разрешения на пристрелку первой зоны!

— Пристрелку разрешаю.

— Небо очищено! Воздушная артиллерия, огонь!

— Дальняя разведка сообщает, что всё спокойно!

— Вся магическая ПВО в первой зоне подавлена!

— Пристрелочный залп по первой зоне совершён, корректируем наводку.

— В рост запущено сто кристаллов!

Битва набирала обороты, но шёл только предварительный этап. Из-за диких кристаллов наши снаряды не взрывались, и поэтому пока мы стреляли болванками.

Помимо прочего, мы глушили противнику связь и не давали координировать действия, но вскоре первый приступ паники прошёл, и они поняли (ошибочно), что всё не так страшно. Османы стали собираться в кучи и прикрываться большими количествами магических щитов.

Их потери практически сошли на нет, но это продолжалось недолго. Первые запущенные в рост кристаллы вытянули энергию и уничтожили другие, в результате чего между ними появились чистые зоны. Противник о них пока не знал. В отличие от наших, пользующихся специальными приборами наводчиков.

— Зоны А-12,15, 23, 44. Серией огонь!

Я заморозил ледяным вихрем очередную засевшую в кустах группу и на секунду отвлёкся.

Артиллерия сработала быстро. Раздался вой, а потом лес накрыло взрывами. Серией взрывов. Сначала летели снаряды с емелином, а потом заканчивали начатое обычные.

— А-12! Вношу поправки!

Пока первый наводчик разбирался со своей зоной, стала доступной вторая, и ей занялся другой человек.

Да, подобная артобработка очень затратна, но, с другой стороны, мы обладали мощным производством взрывчатых веществ и экономить особой нужды не было. По большому счету не считая озера, против которого ракеты и бомбы нам вряд ли помогут, османы были нашим единственным сильным врагом на континенте. А возможно, и во всём мире.

Мы продолжили, и через пятнадцать минут лес в первых зонах полыхал. Противнику, разумеется, это не доставляло удовольствия, и он его тушил. Тем временем группа Милы запустила в рост большую часть запланированных кристаллов, но приступать к основной части операции мы не могли.

— Увеличить интенсивность огня по зачищенным зонам! ББ-2 начать бомбометания по скоплениям!

Повинуясь приказу, не меньше пятидесяти досок вылетели из-под прикрытия зоны веселья и сразу же взмыли ввысь, чтобы их нельзя было достать магией.

Зато они сверху прекрасно видели скопления людей, а если не видели, им подсказывали наводчики.

Вниз полетели бомбы, без того всеобъемлющий хаос усилился, и враг наконец принял то решение, которого мы от него ждали. Решил занять оборону в безопасных местах — рядом с последними уже солидно выросшими дикими кристаллами.

— В первых четырёх зонах план выполнен! Перенести артиллерийский огонь на зоны пять, шесть и семь!

Я с улыбкой слушал переговоры, продолжал атаковать удобные цели и наслаждался величественными полётами дракона и птицы грома. Ну и работой наших досок, конечно, тоже.

Все меньше оставалось леса, и все больше территория внизу напоминала ад. Огонь, чёрный дым и уже порядочно вымахавшие чёрные кристаллы, ставшие последними островками безопасности.

Наверное, враги понимали, что что-то тут нечисто, но не могли ничего сделать. Страшно представить, какими словами они проклинали тех, кому сбежавшие наверняка отправили запрос о помощи, и не понимали, почему к ним не прилетают ни тарелки, ни их передовые истребители.

— Все кристаллы запущены в рост! До момента икс двадцать минут!

Я использовал сферу и примерно прикинул расположение врагов.

В тех зонах, что мы обработали первыми, большая часть уже собрались вокруг кристаллов. В других ещё пытались прятаться по лесам, но именно туда сейчас переместится наш основной огонь. Конечно, мы не могли накрыть всю огромную площадь, и многие разбежались, но с ними мы будем разбираться потом. И кстати, именно в дальних зонах орудовали Широ и Лун.

— Слушай, Дим. — Гензо вдруг взял паузу в трансляции переговоров. — Я тут подумал: нужно запомнить раз и навсегда и никогда не пытаться напасть на кого-то, идя к нему через дикие земли.

— Ага, особенно если у него огромный флот и куча хранителей, — рассмеялся я. — Но, по крайней мере, последнее в этом мире нам точно не грозит.

— А что, если, когда ты снимешь третий уровень блоков, тебе напишут: «Поздравляем, вы выиграли. Конец.», и дальше пойдут титры с именами разработчиков?

От нарисованной перспективы я вздрогнул и, переборщив, не только сжёг группу врагов, но и прожарил приличный слой почвы.

— Давай без таких фантазий, пожалуйста!

— Да ладно, ладно, шучу я. Там, кстати, не пора Чаиро задействовать?

Да, пожалуй, пора.

— Я уж думал, ты и не вспомнишь! — В голосе хранителя кристалла изменений послышалось нетерпение. — Я готов!

Тогда погнали!

— Феникс, третья фаза!

— Есть!

Доска резко рванула к самым деревьям, а я закрыл глаза и сконцентрировался. Моя задача была простой. Вливать в Чаиро столько энергии, сколько смогу. Для этого пришлось по минимуму ограничить расходы других хранителей, кроме Куро, который тоже помогал тянуть ману.

— Давай жги! — заорал Гензо. — А точнее, распыляй!

И Чаиро стал распылять лес.

Да, множество врагов, особенно те, кто мог применять магию воздуха и дышать в густом дыму, скрылись в горящих зарослях, и пришла пора их оттуда вытащить.

Я не отказал себе в удовольствии и, загнав одного жучка максимально высоко, принялся наблюдать.

Сначала было плохо видно, но чем меньше оставалось горящих деревьев, тем меньше становилось дыма, и вскоре моим глазам открылась быстро удлиняющаяся линия.

Будто какому-то невидимому гиганту не понравилось происходящее и он, взяв в руку ластик, принялся его стирать.

Чаиро не мог убить даже мало-мальски защищённого человека, но он был поистине силён. Лес ему ничего противопоставить не мог, и за нами оставалась полоса шириной не меньше пятисот метров. Очищенная от деревьев, кустарников, даже высокой травы.

Жаль, я не мог разглядеть лица тех осман, что вдруг вместо леса оказались посреди поля.

— Смещайся и лети назад! — крикнул я.

— Есть! — отозвался Феникс.

— Враг массово отступает под защиту кристаллов! — радостно сообщил Гензо — У нас ещё пятнадцать минут!

Пятнадцать минут на той огромной скорости, что развивала ДДР, — это очень много. К моменту «Икс» леса внизу почти не осталось, зато хорошо стали видны вымахавшие кристаллы. И тысячи занявших вокруг них оборону осман.

— Десятисекундная готовность! — с предвкушением сообщил Гензо, и в этот момент Феникс остановил доску. — Три. Две. Одна!

Ничего не произошло.

В голове мелькнула мысль о том, что у всех наших вдруг разом сломались механические часы, а потом я вспомнил, что в эту секунду они только должны были добить последних специально оставленных в живых монстров. А потом им ещё нужно несколько секунд, чтобы сломать само сердце острова.

— Первый пошёл! — Феникс тукнул пальцем вниз, туда, где исчез первый вымахавший кристалл. Буквально сразу его судьбу повторили ещё десять. А потом практически одновременно исчезли и остальные.

— Фаза четыре! Огонь из всех орудий!

Глава 5

Растерянные османы только пытались понять, что им сулит внезапное исчезновение прикрывающих кристаллов, как их накрыли сотни мощнейших взрывов. Как всегда, сначала прилетали снаряды с емелином, а потом дело заканчивали обычные. Наводчики и стрелки сработали чётко, и артиллерия поразила именно те места, где собралось больше всего народу.

— Фаза пять! — сообщил Гензо, и я встрепенулся. Эта часть плана касалась меня в первую очередь.

Феникс тоже слышал хранителя, и доска уже пикировала к ближайшей не накрытой артиллерией зоне. Некоторые из находящихся тут врагов уже догадались, что стоять кучей затея не очень, и бросились врассыпную.

Но не успели.

Усиленный сферой удар тьмы накрыл не меньше пятисот человек, а следом на них обрушился ледяной шторм. Стремительно вращающаяся воронка воздуха с температурой минус сто восемьдесят градусов и тысячами летящих в ней острых как бритва сосулек буквально за пятнадцать секунд убила всех.

К сожалению, у меня не было времени любоваться проделанной работой — наша доска уже мчалась к месту, где совсем недавно рос ещё один кристалл. Следовало накрыть как можно больше врагов, пока они не разбежались.

Разумеется, атаковал я не в одиночку. В пятой фазе участвовали все, и ББ, разделившись на тройки, разлетелись над тем, что осталось от стоянки осман.

Именно появление в небе сотен уже знакомых врагу смертоносных летательных аппаратов стало последней каплей. Османы даже не пытались сопротивляться, они просто бежали кто куда.

— Напоминаю! Без излишнего геройства! Мы должны вернуться все!

В итоге летали и заканчивали разгром мы ещё где-то час. А потом, когда одно из наших звеньев чудом не сбили, я волевым решением это прекратил. Война всё равно закончится не здесь, и вылавливать по лесам отдельные группы осман нерационально. Тем более что у меня была насчёт них идея и получше.

— По моим прикидкам, минимум тысяч сто сегодня завалили! — довольно заявил Гензо.

— Да не. — Я рассмеялся, удовлетворённо наблюдая за тем, как флот снова строится в боевой порядок. — Тысяч шестьдесят от силы, но ещё столько же, мне кажется, назад в строй просто не вернётся.

— И это точно будут самые умные из них! Закрываю флот иллюзией! Вон Виктор Харитонович летит, и князья с другой стороны.

Две доски приблизились одновременно и зависли рядом.

— Поздравляю! — Я показал полковнику большой палец. — Отличная работа!

— Спасибо! — Виктор Харитонович не скрывал своей радости. — Все ребята молодцы! Это была хорошая битва!

— Хорошая? — Князь Нарышкин распахнул глаза. — Я половины не понял, что вы сделали, но это точно была не хорошая битва. Это была эпическая битва! Она войдёт в учебники! Да что там говорить… О ней сложат легенды! Вы же так никого и не потеряли?

— Несколько десятков контуженных из тех гвардейцев, что в кристаллы заходили, а потом в ямах прятались. Будь это обычные люди, погибли бы от нашей же бомбардировки. А так и их откачали!

— Феноменально!

— Соглашусь с Виталием Степановичем, — широко улыбнулся князь Лазарев. — И с вашего позволения, Дмитрий Николаевич, я теперь до самой смерти буду хвалиться, что моя ближняя дружина тоже участвовала в этом сражении!

— Хвалитесь, нам не жалко. — Я подмигнул сияющему Виктору Харитоновичу. — Ладно… Результаты мы обсудим позже, а сейчас, с вашего позволения, я ненадолго отлучусь.

— И куда? — Князь Нарышкин удивлённо посмотрел на раскинувшиеся до горизонта дикие земли.

— Да тут недалеко, четыреста километров всего, — рассмеялся я. — Измаил. Раз уж мы решили устроить османам чёрный день календаря, так надо ещё немного красок добавить. Прошу меня извинить!

Сопровождаемый удивлёнными взглядами обоих князей, я дал команду Фениксу, и наша доска полетела к уже ждущему меня звену.

***

— А вот тут картошечка отварная! Для деток очень полезно! — Клава показала на большую кастрюлю, которую один из гвардейцев поставил на стол. — Вот тут супчик, сегодня борщ, очень вкусный! Котлетки куриные! Хлеб ржаной, только что из печки! Вот тут овощи разные, нарежете сами, кто что хочет! Во-от…

Женщина замолчала и, широко улыбаясь, обвела взглядом облепивших диваны и кресла европеек. А вот в ответ улыбок она не увидела.

«Ну чего с них взять, — подумала Клава. — Небось ночью страшно было, вот и растерялись».

— Мне кажется, они ждут, что мы им на стол накроем, — шепнула на ухо Клаве Дарья Петровна.

— Не ну, во-первых, такой команды не было. — Женщина задумчиво потёрла подбородок. — А во-вторых, скоро наши касатики прилетят с победой, и надо им накрывать! Эй, бабоньки, чего расселись-то?! Идите за стол!

Европейки переглянулись, но с места не сдвинулись.

— Да что ж вы такие тугие?! Вот ты! Да ты, и ты тоже, идите сюда! Иваныч, как там по-ихнему идите сюда будет?

— Komm her.

— Эй! Ком хер! Ага, хер, хер, к столу. Вот. Смотрите, какая вкуснота!

Две самые возрастные европейки лет сорока нехотя встали и подошли. Клава подняла крышку огромной кастрюли и зачерпнула половником содержимое.

— Это борщ! У-у! Вкусноты необыкновенной, особенно со сметанкой! Иваныч, что они говорят?

— Тебе лучше не знать! — смущённо ответил Гензо.

— Ты давай не свисти, а переводи!

— Одна сказала, что эта еда выглядит как помои. Вторая сказала, что пахнет ещё хуже.

— Чего?!

Крышка с грохотом упала назад на кастрюлю, отчего одна из европеек вздрогнула и, скривив чрезвычайно недовольное лицо, что-то быстро проговорила.

— Она говорит, что местный князь их совсем не уважает, раз прислал такую неотёсанную, грубую и криворукую обслугу. Что надо срочно его вызвать и пожаловаться.

— Иваныч… — В тихом голосе Клавы послышалась угроза. — Ты меня сейчас не разыгрываешь, часом? Учти, момент очень неподходящий.

— Нет, Клав, на самом деле я даже смягчил. Вон там, на диване, две обсуждают, какие в целом мы здесь дикари, манер нет, а прислуга одевается как нищие у них дома. Ну и удивляются ещё, почему их привезли в такую дыру.

— Дыру, значит. — Слова изо рта Клавы вырвались с каким-то странным свистом. — Обслуга криворукая, значит… Борщ помоями воняет, значит…

— Клавочка, не нужно из-за них нервничать, — попыталась смягчить ситуацию Дарья Петровна. — Давай я им сама накрою.

— Только через мой труп! — Клава резко повернулась ко всё ещё стоящим у дверей гвардейцам. — Забирайте всё!

— Всё?

— Вообще всё! И за мной! Петровна ты тоже!

Савинцы отлично понимали, кто тут принимает решения, и вскоре все принесённые кастрюли, сковороды и миски снова стояли на телеге рядом с домом.

— Везите все назад в таверну!

— Но, Клавочка, их же нужно покормить, — тихо произнесла Дарья Петровна.

— Мы и покормим! Жора!

— Я! — сидящий за рулём телеги гвардеец обернулся.

— Как отвезёшь это в таверну, набери там в мешок сырой картошки, морковки… в общем, всяких овощей. Это очень важная задача, пусть ребята тебе помогут. Надо выбирать помельче, покривее и обязательно немытые. И мяска килограмм десять сырого…

— Курятины?

— Какой курятины?! Они же королевских кровей и наверняка умеют готовить говядину так, как им нравится! Да, дольше раз в пять, чем курятина, зато у них самих наверняка получится вкуснее, чем наши помои!

— Мешок муки, чтобы сами себе хлеба испекли, дать? — хмыкнул Жора.

— Нет, это вредно для фигур… обойдутся овощами с мясом, и ещё… — Клава сжала кулаки, обвела всех присутствующих взглядом прищуренных глаз и остановила его на Дарье Петровне. — Если узнаю, что кто-то их подкармливает, я этому человеку не завидую. Житья ему в Савино не будет! Все, Жорик, вперёд. Нельзя заставлять гостей ждать!

***

Крепость Измаил располагалась в горах на берегу Чёрного моря. Отличное место, из которого удобно нападать как на нас, так и на европейцев.

Это была самая защищённая твердыня из тех, что я видел. Одних систем ПВО тут установили столько, что хватило бы полностью закрыть небо над Нижним Новгородом.

После нашего нападения в Измаиле явно были готовы к бою, и особенно мне не понравились цепью стоящие на стене и что-то постоянно колдующие маги.

— Видимо, пытаются найти нас с помощью магии ветра, — предположил сидящий рядом со мной Свят.

— Видимо. Хорошо, что наша цель под землёй. — Я раскрыл карту и ткнул пальцем.

— Тут их дофига. — Помощник поскрёб рыжую щетину. — Что выберем?

— Первый попавшийся ангар с тарелками. Нам нужно, чтобы они окончательно поняли, что воевать с нами — затея глухая. А ещё зародить в их головах мысль, что, чего бы и сколько мы ни попросили, для них это всё равно будет дешевле, чем продолжение конфликта.

— Ну, Сулеймана-то мы всё равно кокнем?

— Конечно. И в любом случае в этом году Османская империя утратит своё величие и станет моим вассалом. Но поработать, конечно, придётся.

— Такая работа только в радость! Ну что, покопаем?

— Ага! Чаиро, готов?

— Да!

Мы спустились на каменное плато в трёх километрах от Измаила, и в нём тут же образовалась дыра, достаточная для того, чтобы пролетели три наших ДДР. На самом деле хватило бы и одной, ведь на каждой доске сидело всего по четыре человека вместе с пилотом. Но мы решили, что лучше подстраховаться, да и никогда нельзя исключать, что подвернётся что-нибудь интересное, что можно по-тихому подрезать.

— Он копает быстрее, чем мы летим, — ошарашенно проговорил Феникс. — Почему мы до сих пор метро не сделали как минимум между Савино, Лос-Сантосом, Озёрском и Троей?

— Да потому, что Чаиро с нами всего два дня, — рассмеялся я. — А ещё потому, что мы воюем постоянно.

— Я могу выкопать очень крутое метро! — заговорил довольный хранитель. — Причём сразу с вентиляцией, всякими подсобными помещениями и рельсами, которые никогда не нужно будет менять.

— Охренеть! — выдохнул Свят, видимо, только сейчас осознавший, какое сокровище нам досталось. — Вот Фёдор Михайлович даёт! Такие возможности, а он…

— Не все хотят мирового господства, — философски заметил Чаиро. — Поверь, у него была очень интересная жизнь.

Это слово «была» прозвучало очень тяжело, и разговор сам собой оборвался.

Копал Чаиро действительно очень быстро, и совсем скоро мы оказались под крепостью.

— Поблизости большие ангары с танками, пушками и тарелками. В отдалении тоже, и немало, — доложил Гензо. — Похоже, они всё это собирались кинуть под стены Савино.

— Уже не кинут.

На самом деле если с Гордым всё пройдёт как надо, то едва Сулейман об этом узнает, он пришлёт ко мне переговорщиков о мире. Вот только у меня были совсем другие планы.

— Может, всё-таки попробовать увести тарелки? — спросил Свят. — Понятно, что им до наших далеко, но всякий мусор таскать из диких городов самое то.

— В другой раз уведём, — покачал головой я. — А ещё лучше возьмём их как часть контрибуции за мирный договор. Сейчас гораздо важнее показать наши возможности. Чаиро, копай к самому большому ангару с тарелками.

— Есть!

Хранитель снова приступил к работе, и вскоре мы оказались под просторным помещением, изображение которого показал нам Гензо.

— Двадцать средних тарелок и тридцать маленьких, — посчитал Свят.

— Ага… Феникс, разворачивай доску.

Чаиро создал приличного размера пещеру, и ДДР без проблем заняла нужную позицию. Дальше всё было делом техники. С помощью уже испытанного прибора я сделал двухметровую дыру в мощной защите ангара. А потом, облегчая себе работу сферой, начал наносить достаточно сложную руну.

Будь в ангаре не тарелки, а, допустим, те же деревья или даже простые люди, не маги, Чаиро мог бы прямо сейчас превратить их в прямом смысле в порошок. Но магия изменений не могла пробиться ни через какую магическую защиту, а она, пусть даже и по минимуму, присутствовала в каждой из стоящих в ангаре тарелок. Что-то вроде остаточной энергии на рунах, и именно её и предстояло вытянуть.

Работа заняла двадцать минут, после чего я радостно хлопнул в ладоши.

— Готово!

— Ничего, что там люди есть? — поинтересовался Чаиро.

— Тебя это смущает?

— Да нет.

— Вот и меня нет. Будем считать их одними из последних жертв войны. По крайней мере, той её части, которую мы ведём своими руками. Активирую!

Я влил энергию, и от руны пошёл чёрный дым.

— Дима, — прошептал повернувшийся ко мне Свят. — Я уже говорил, что каждый день благодарю судьбу за то, что я на твоей стороне?

— Может, и говорил, но повторить никогда не лишнее.

Признаться, я испытывал эйфорию. Меньше секунды хранителю потребовалось, чтобы пятьдесят тарелок и семь человек, находившихся в ангаре, просто перестали существовать и превратились в тёмно-серую пыль.

Тут же зазвучал сигнал тревоги, но нам он был безразличен.

— Гензо, как там?

— Написал на стене «За Савино!». Добавить что-нибудь нецензурное?

— На твое усмотрение, — с чувством выполненного долга я откинулся в кресле и широко улыбнулся. — Феникс, погнали домой!

***

— То есть из минусов колоссальный – расход боезапаса. — Виктор Харитонович ткнул пальцем в разворот лежащей перед ним тетради. — Мы израсходовали половину снарядов с емелином и треть обычных. Все производственные мощности работают на пополнение. Ну а из плюсов – враг, по разным подсчётам, потерял от пятидесяти до семидесяти тысяч убитыми, и ещё столько же или безвозвратно разбежались, или очень тяжело ранены и продолжить поход в любом случае не смогут. Если честно, я понятия не имею, что должен придумать Сулейман, чтобы выйти из этой ситуации.

— А он и не выйдет. — Я глотнул кваса и указал на созданную Гензо большую карту. — Синим помечены территории их вассалов, красным врагов. И те и другие только и ждут возможности как минимум вернуть суверенитет, как максимум поквитаться. Плюс ещё европейцы. Они с османами сейчас в союзе, но этому союзу осталось недолго. Ну и, разумеется, мы с пермяками. В общем, оставьте это мне. Скоро от великой Османской империи не останется ничего, и, что самое приятное, мы во всём этом дальше будем участвовать по минимуму, в основном как выгодоприобретатели.

— Как скажете, Дмитрий Николаевич. — Полковник перевернул лист тетради. — Нужно ли делать какие-то ложные налёты на осман, чтобы они не расслаблялись?

— Только если издалека и без риска для экипажей досок. А вообще, лучше сконцентрироваться на потенциальной атаке Нижнего.

— Как раз хотел спросить, ваше сиятельство, — вступил в разговор Влад. — Какая вероятность этой атаки? Разве не сто процентов? По всем радиостанциям Нижнего круглые сутки вещают о том, что мы захватили и загипнотизировали князей Нарышкина и Лазарева, провели сеанс массового гипноза во всех крупных городах, спелись с османами-европейцами и вообще чуть ли не детей едим. Призывают всех под знамёна, чтобы пойти на нас священным походом.

— Хороший вопрос, и на самом деле варианта два. — Я вздохнул и обвёл взглядом присутствующих в зале усадьбы советников. — Первый: я проведу магический ритуал, после которого стану значительно сильнее и с большой вероятностью смогу убить Гордого и его прихвостней раньше, чем они натравят на нас всех, кого смогут. В этом случае мы относительно легко и быстро подчиним себе Нижний.

— А второй? — с тревогой спросила Катя.

— А второй: во время этого ритуала я умру. И тогда вам придётся или сдаться, или, что бы я рекомендовал, сбежать вместе со всем нашим флотом, людьми и сокровищами в Азию. Идеальное место — это город рядом с кристаллом Широ.

— Ты шутишь? — тихо спросила Мила.

— Нет. — Я пожал плечами и постарался как можно теплее улыбнуться.

— А зачем этот магический ритуал, если он так опасен? — подавленно произнёс Свят. — Мы и так с этими козлами справимся! У нас целых три сферы, и мы умеем подавлять их сферы.

— Может, и справимся, — кивнул я. — Но в любом случае потери с обеих сторон будут просто катастрофическими. По сути, погибнет львиная часть лучших бойцов Нижегородской империи. На такое я пойти не могу.

— И какие шансы, что ты погибнешь во время этого ритуала? — едва слышно спросила Мила.

— С твоей помощью, любимая, очень маленькие, — глядя девушке в глаза, соврал я.

Да, после того как мы перенаправили на красный кристалл энергию других, он стал расти намного быстрее и за несколько дней прибавил пять уровней, но этого всё равно было мало.

Для гарантированного снятия блоков третьего уровня было крайне желательно получить ещё уровней двадцать. Но трёх недель, нужных для этого, у меня попросту не было.

***

— Ну, что там интересного? — Гордый поднял голову и посмотрел на вошедшего в кабинет Тимофея Матвеевича Толстого.

«А ты будто не в курсе?» — подумал князь, но вслух говорить о том, что знает о слежке с помощью иллюзий, не стал.

— К послезавтра будет готово три тысячи мутантов, — ответил Толстой. — Тех, кто уже в строю, мы натаскиваем на уничтожение групп магов.

— Отличная работа!

— А ещё Сулейман первый передал сообщение, — продолжил князь.

— Ого! — Гордый сделал вид, что удивился. — И что сказал наш бородатый друг? Он же бородатый?

— Бородатый… а сказал он, что сегодня ночью у них было крупное сражение с людьми Акулова. Он утверждает, что они сбили триста досок и убили тридцать тысяч бойцов, из которых три тысячи сильных магов. А сами потеряли двадцать тысяч, включая раненых.

— Звиздит, бородач! — Гордый звонко расхохотался. — Хочет, чтобы мы прямо сейчас на Савино бросились.

— Почти наверняка. — Толстой кивнул. — Но думаю, какие-то потери Акулов всё-таки понёс.

— Может быть. — Гордый откинулся в кресле. — Только на наши планы это всё равно никак не влияет. Ещё что-нибудь, Тимофей Матвеевич?

— Нет.

— Тогда вы не могли бы оставить меня одного?

Удивлённый столь странным обращением, Толстой ничего не ответил и молча вышел из кабинета.

Гордый ещё несколько секунд смотрел на дверь, а потом развернул лежащую на столе карту Савино и окрестностей. Он не расставался с ней уже не первые сутки и практически полностью спланировал атаку.

«Кто бы ты ни был, но в этот раз я убью тебя!» — подумал командир «Альфы» и в очередной раз принялся просчитывать возможные пути развития предстоящего генерального сражения.

Глава 6

— Ты не возражаешь, если я с тобой пойду? — спросила Мила, выходя следом за мной из усадьбы.

— Конечно, нет, любимая. — Я улыбнулся и обнял девушку. — Но если ты боишься, что я начну свой обряд без тебя, то не начну. Я люблю рисковать, но я не самоубийца.

— Это хорошо, но я просто по тебе соскучилась, а в ближайшие дни, судя по всему, дома ты ночевать снова не будешь.

— В ближайшие не буду, — кивнул я, садясь в кресло пилота ББ-2, — но зато потом уже отчётливо вижу целые недели, когда смогу бывать в Савино гораздо чаще и даже ни с кем не воевать.

— Как-то не верится в это, — улыбнулась Мила и села позади меня.

— Да, мне тоже.

Добавлять, что перед этим придётся выполнить пока ещё неизвестную мне миссию, я пока не стал.

— А куда мы летим? — спросила Мила, когда мы оторвались от земли.

— К Ане домой.

— Могли бы и пешком прогуляться.

— Да привычка уже, чтобы доска всегда под рукой была. — Я пожал плечами.

— Понятно.

Меньше чем через минуту мы уже поднимались по ступеням крыльца нужного дома и ещё не успели позвонить, как дверь открыла Аня. Хотя, если судить по простому зелёному сарафану, не Аня, а клон.

Я угадал, сестра, в последнее время предпочитающая удобную броню из кожи альта, ждала нас на кухне. Чай и сладости уже стояли на столе.

— Поздравляю с победой! — Аня подняла чашку.

Мы с Милой сделали то же самое, а потом каждый схватил по куску клубничного пирога.

— Что там с нашими европейскими гостями? — спросил я.

— Адаптация идёт быстро, — странно ухмыльнулась Аня. — Насколько я знаю, картошку уже сумели сварить. Может, скоро и до мяса дойдёт.

— В смысле?

Я удивлённо поднял бровь, и сестра с нескрываемым удовольствием поведала мне о воспитательной программе Клавы.

— Клава молодец. — Я одобрительно кивнул. — Удалось узнать, кто они такие?

— Да вообще легко. — Аня рассмеялась. — Гензо, покажи кусочек.

Прямо над столом возникла сценка. Полная грудастая дама лет сорока в дорогом, но уже изрядно помятом синем платье пнула мешок, видимо, с овощами.

— Что эти варвары о себе возомнили?! Да чтобы я, дочь Вацлава Первого, сама чистила картошку, да никогда!

Картинка сменилась, и уже другая дама пыталась помыть морковку, формой напоминающую морской узел.

— Когда дядя все узнает, он заставит этих русских пожалеть! — заявила она тоже на польском.

— А нормальные среди них есть? — уточнил я.

— Я не заметила. — Аня прищурила голубые глаза. — Но уверена, что после того, как мы победим их родичей, они все будут готовы или сами выскочить за тебя замуж, или своих дочерей за тебя отдать. Кстати, та борзая блондинка, которую ты мне показывал, тоже дочь Вацлава, младшая и любимая. И вообще, родственников короля Польши тут больше, и они ведут себя более борзо.

— Ну, насколько я понял, Польша самое сильное европейское государство. Потом немцы, потом уже мелочь всякая. Что же до женитьбы на их дочерях, перебьются. — Я хмыкнул и положил ладонь на ладонь Милы. — Максимум графов им каких-нибудь найду, а может, и баронами обойдутся. Слушай, Гензо, ты там сможешь нарезочку видео сделать, из которой не будет казаться, что мы их тут сильно обижаем?

— Ну, не очень длинную смогу, — неуверенно ответил хранитель. — С другой стороны, а зачем? Нам же главное показать, что они у нас и пока ещё живы.

— Тоже верно. — Я залпом допил чай и посмотрел на сестру. — Ань, надо всех лучших лекарей собрать в больнице, часов через шесть.

— Хорошо. А зачем?

— Подробности потом расскажу, но пациентом буду я.

— Та-а-ак! — Аня нахмурилась. — Я хочу сейчас знать!

— Я буду улучшать своё магическое тело, нужна подстраховка, — соврал я и повернулся к Миле. — Мне нужно отлететь ненадолго. Обещаю, как только вернусь, сразу же сообщу, и будем дальше вместе ходить.

— Ладно.

Взгляд девушки потух, и это тут же заметила Аня.

— Мил, а хочешь на европейских модниц поближе посмотреть?

— Зачем?

— Там у них платья интересные есть, да и в целом любопытно они себя ведут. А ты у нас будущая императрица. Полезного с них ничего не возьмёшь, но к общению с такими людьми тебе нужно привыкать, не всё же кристаллы ломать.

На лице Милы мелькнуло любопытство, и она вопросительно посмотрела на меня.

— Хорошая идея, — кивнул я. — Конечно, в будущем не тебе придётся следить за модой, это другие начнут копировать твой стиль, но Аня права, для общего развития полезно. Развлекайтесь, я скоро.

***

Наверное, кто-то бы сказал, а вероятно, почти все, что я слишком в себя поверил.

С другой стороны, а как иначе? У меня знания из другого мира, семь хранителей и мощный артефакт. И самое главное, у меня нет времени.

Изначально я вообще думал просто сесть посреди европейского лагеря, убить пару десятков самых борзых, а потом начать разговаривать. Но пока летел, всё-таки решил действовать аккуратнее. Немного.

Король Польши Вацлав Первый и король Пруссии Вильгельм Второй путешествовали с комфортом, в огромной машине, которую им, очевидно, подогнали османы. И дорогу для них воины армии прокладывали вручную.

Собственно, мы могли уничтожить этот транспорт ещё во время первой атаки, но не стали, чтобы в нужный момент, который как раз настал, мне не пришлось долго искать нужных людей.

Я некоторое время летел над габаритной машиной размером с дом и уже почти решил нейтрализовать стражу и проникнуть в неё через располагающийся сверху большой люк, но тут очень вовремя случился привал, и вся армия остановилась.

Для Чаиро не составило труда сделать под машину подкоп, а потом и дыру, когда я убрал со дна защиту. Проникнув в неё, я оказался в небольшой комнатушке, используемой как хранилище, а прямо за стенкой находились два короля и два телохранителя, выполняющих роль прислуги.

Подавив желание эффектно появиться со словами «всем привет», я просто сделал в перегородке ещё одну дыру и, просунув в неё руку, ударил оглушающим заклинанием.

Вот и всё. Теперь внутри огромного транспорта в сознании только я, водитель и штурман, но они в другом помещении и произошедшего не заметили.

Я спокойненько проник внутрь, связал двух монархов, после чего для удобства положил их рядом на диван и разбудил. Чтобы избежать ненужных вопросов вроде «ты кто?» и не слушать фантазии о том, что они со мной сделают, если не развяжу, я заговорил первым.

— Я Дмитрий Николаевич Акулов. Лидер того княжества, на которое вы сейчас идёте. И без пяти минут император объединённых русских земель. У меня к вам деловое предложение. Даже два, на выбор.

Я уселся в кресло напротив ошалело вращающей головами парочки и плеснул себе полстакана из первой попавшейся красивой пузатой бутылки. В ней оказалось вполне неплохое красное полусладкое. То что надо.

— Вы чего, по-немецки не понимаете? — уточнил я, когда через минуту со мной так никто и не заговорил. — Или вы там что-то колдовать пытаетесь? Так не тратьте время, всё равно не выйдет.

— Какие предложения? — первым заговорил тот монарх, что был постарше, потолще и носил длинную седую бороду.

Судя по хреновому немецкому, его родным языком был другой. Значит, это Вацлав — король Польши. На это же указывал и возраст, ведь та дама, что отказывалась чистить картошку, была едва ли не старше второго из моих пленников, гладковыбритого блондина лет тридцати пяти.

— Первое предложение. При моей поддержке закончить разгром османского войска. Там на самом деле немного осталось, и они сейчас разбежались по всему лесу. Потом двинуть непосредственно на саму территорию Османской империи и отхватить от неё кусочек. Размер кусочка на ваше усмотрение. Ну и дальше жить в своё удовольствие, пить вино со своими родственниками и править счастливыми подданными. Разумеется, выплачивая мне небольшую ежемесячную благодарность.

Я допил вино, снова наполнил бокал и продолжил:

— И второе предложение. В течение нескольких дней потерять всю свою армию в диких землях и умереть. И да, важный момент, если вы не поняли намёка, то сегодня мои силы нанесли сокрушительное поражение османам. Плюс к тому в ближайшее время на их империю нападут все соседи и бывшие вассалы, так что всю мощь они против вас не выставят. И ещё одна вещь, по идее, может вам помочь сделать правильный выбор: все ваши родственники, которых захватил Сулейман Первый, сейчас у меня.

Повисла тишина. Монархи пытались осознать, что я сказал, а я следил за их эмоциональным фоном.

Тот, что потолще и постарше, больше обрадовался моим словам, хоть и не поверил до конца. Тот, что похудее и помоложе, вообще не поверил, и, похоже, ему моя затея не очень понравилась. Не исключено, что его договорённости с Сулейманом были более глубокими.

— Вы можете доказать свои слова? — наконец заговорил польский король.

— Да. Гензо.

Следующие пятнадцать минут я пил, а монархи смотрели нарезку лучших моментов наших сегодняшних операций, в том числе спасение из плена заложников. Закончилась презентация небольшим кусочком комфортного быта счастливых европейцев в Савино.

— Как вы можете показывать такие… записи? — спросил меня монарх помоложе, после того как изображение исчезло.

— То есть как я проник в ваш танк и разгромил осман, вас не интересует? — рассмеялся я. — Это магия, друзья мои, и вам никогда не овладеть ею так же, как я. Ладно. Давайте ближе к делу: когда вы должны встретиться с османами?

Короли переглянулись.

Теперь они оба мне верили, вот только осман всё равно боялись не меньше меня, и не обрабатывай я их по полной магией контроля, разговор мог и затянуться.

— Послезавтра, — снова взял слово старший.

— Отлично. Гензо, покажись.

Прямо перед лицами окончательно офигевших монархов появилась летающая и очень зубастая голова, её налитый кровью единственный глаз смотрел очень недобро.

— Вот это мой связной. Он будет передавать мои приказы и в нужный момент сообщит, что конкретно вы должны сделать. Но в общих чертах я накидаю вам план сейчас. — Я снова налил себе вина и сделал зарубку на памяти наладить поставки этой марки в Савино. — Вы встретитесь с остатками армии осман и под прикрытием моего воздушного флота нападёте на них. Уйти не должен никто, а потом…

***

Через два часа мы со Святом сидели за столом в моём подвале, и я диктовал завещание.

— Ты чего не записываешь?

— Да ну, Дим. — Свят замотал головой. — Я не хочу такое записывать!

— А надо! Если случится худшее, Гензо тебе уже не поможет.

Я сам наполнил два бокала трофейным вином, пару ящичков которого мне любезно подарили короли. Ну, вернее, подарили бы, если я бы их спросил.

— Короче, твоя задача — захватить все три кристалла за пределами Савино, а потом вырастить с помощью наших все остальные. Секрет прокачки через восстановленные кристаллы враги, конечно, узнают, но о том, что можно действовать и другими способами, не должны, я уже снял руны, чтобы их никто не видел. Так что через полгодика, если сделаешь грамотную базу и правильно посадишь там все наши семена, сможешь получить всех тех хранителей, которые у меня сейчас есть. Понятно?

— А что дальше делать? — подавленно спросил Свят.

— По текущим обстоятельствам посмотрите. — Я показал на лежащий на углу стола ноутбук. — Там я сделал несколько записей, в том числе моё послание жителям Савино и сестре. Там много соплей и пафоса, и, самое главное, я назначаю тебя главным, по крайней мере, до совершеннолетия Ани. Думаю, если не все, то большинство пойдут за тобой. У вас будет минимум двое, а скорее всего, трое суток, пока эти уроды в Нижнем не соберут и не приведут армию. Успеете сделать одну ходку с оборудованием и потом ещё одну уже сами. Лучше, конечно, сначала куда-то поближе всё свезти в несколько ходок. Но тут уже сами думайте. И не надо жадничать, Свят! Те кристаллы, что в Савино, не захватывай, хранители будут новые и поймут, что скоро умрут, потому что хозяин кристаллов снова сменится, и их действия в этих условиях предсказать сложно. Скорее всего, они станут мешать тебе уйти и будут заставлять принять бой с армией Гордого.

— Точно будут. — Между нами на столе появилась угрюмая лохматая бутылка. — Я вот сейчас думаю, может, тоже саботировать эту твою затею, чтобы ты просто дал бой этому Гордому. Лучше уж в бою умереть, чем вот так…

— Не пугай мне Свята! — Я погрозил хранителю пальцем. — Никто не собирается умирать, я на всякий случай просчитываю все возможные варианты. Кстати, с Владом я уже поговорил, он, разумеется, поможет тебе.

— Я всё понял, Дим! — Свят махнул стакан вина и тут же налил новый. — И думаю, этой информации достаточно. Ты не переживай, если, не дай бог, что-то с тобой случится, я всё сделаю как надо. И козла Гордого тоже рано или поздно достану.

— Я в тебе не сомневаюсь, — кивнул я и встал из-за стола.

— Но ты это, Дим… — Свят тоже поднялся и подошёл ко мне. — Давай ты всё-таки не помрёшь сегодня. Савино, хранители и тому подобное — это всё, безусловно, важно… но тут куча людей будет по тебе скучать.

— Я тоже вас всех люблю, — улыбнулся я и протянул руку.

Рыжий проигнорировал мою ладонь и, сделав шаг вперёд, сжал в объятиях с такой силой, что я с трудом мог дышать.

— Шансы на то, что я выживу, намного больше, чем что умру, — прохрипел я и несколько раз треснул здоровяка ладонью по спине. — Отпускай, мне пора.

Друг нехотя выпустил меня, и мы поднялись по лестнице. Тут, сидя в кресле, меня ждала Мила. Свят быстро выскочил из комнаты, а я сел на подлокотник.

— Если ты умрёшь, — тихо сказала девушка. — Я даже не буду жалеть.

— Это почему? — от удивления хмыкнул я.

— Потому что это будет значить, что всё, что ты мне говорил, — ложь. И значит, ты вовсе не тот, за которого я тебя принимала.

— Резонно. — Я наклонился и поцеловал мягкие тёплые губы любимой. — И это не оставляет мне выбора. Придётся выжить.

— Ты уж постарайся! — резко сказала девушка, и её зелёные глаза сверкнули. — И никакого секса, пока не вернёшься.

— Ещё один довод. — Я рассмеялся и снова поцеловал Милу. — Ладно, любовь моя, пора. Раньше начнём, раньше ты станешь девушкой самого сильного мага на планете.

— Ты там, главное, в бога не превратись, — без тени улыбки произнесла Мила. — Я читала книгу про такое.

— А чем тебя такой расклад не устраивает?

Девушка несколько секунд молчала, а потом впервые за разговор улыбнулась.

— Так и быть, если очень надо, можешь превращаться, с этим я смогу смириться.

— То-то. Ладно, последний поцелуй — и пойдём.

— Последний во время этой встречи, — поправила Мила и впилась в мои губы.

***

Суеверность остальных перекинулась и на меня, и я решил провести процедуру в той же палате, где снимал блоки первого уровня.

Как и в тот раз, в неё набилась целая куча народу, с той лишь разницей, что уровень лекарей теперь был на порядок выше.

Также лучше стало и оборудование, в том числе и покрытая рунами кровать, способная без помощи живых существ вытащить с того света тяжелораненого бойца.

Откровенно говоря, я ждал, что и хранители начнут со мной прощаться, но нет. Видимо, Акаи объяснила им, что это не даст нужного настроя.

Сама же сотканная из белого тумана лиса появилась на моей груди, едва я лёг на больничную койку.

— Ну что? — оскалила она в улыбке зубы. — Готов узнать своё предназначение?

— Никогда в жизни не был готов и не желал чего-то больше, чем этого!

— Отличный настрой. Тогда закрывай глазки, и погнали!