Как я строил магическую империю 13

Глава 1

— А Тимур Ринатович в курсе этих учений? — уточнил я.

— Никак нет! — немного замешкавшись и кинув косой взгляд на сопровождающих его бойцов, ответил заместитель начальника гарнизона. — Но в этом и заключался план. Никто не ожидал, что проверка начнётся во время его отсутствия, и так мы сможем более точно определить степень готовности наших войск.

Да, хоть собеседник и придумывал на ходу, но, надо заметить, делал он достаточно ловко.

— И всё-таки я настаиваю на том, чтобы вы приостановили ваши учения, — строго произнёс я. — Мне нужно всего лишь двадцать минут.

— Ни двадцать, ваше сиятельство, ни даже пять. Процесс уже запущен.

— Это он чё такой непробиваемый-то? — удивлённо спросил Гензо.

Я тоже не понял. Ведь с самого начала нашего разговора я по максимуму давил оппонента магией контроля, благо в зону действия соответствующего кристалла мы уже влетели, а также подключил красный кристалл, но майор активно сопротивлялся.

Видимо, он был из тех прирождённых вояк, которые попали в армию не потому, что их туда засунули родители, а по зову сердца, а точнее, мозга. Вероятно он, как и Феникс, относится к бытовым ментальным интуитам, только немного другой направленности. Если у Антона главный профиль — это ведение переговоров и гибкость, то тут больше похоже на таран.

Мостовой, скорее всего, просто продавливает более слабых собеседников, и в то же время его самого очень трудно заставить что-то сделать, по крайней мере, так быстро. Дополнительную поддержку ему оказывали свидетели, перед которыми он не хотел упасть в грязь лицом, а также играло роль то, что он наверняка знал о моих способностях, и это тоже увеличило сопротивляемость. В общем, стоило найти к нему другой подход, благо это было не так трудно.

«Гензо, напомни, что там по его косякам?» — мысленно спросил я, буравя майора самым тяжёлым из моих взглядов.

— Буквально три дня назад интересный случай был, — тут же отозвался хранитель, точку веселья которого я несколько раз ставил в том числе и на эту воинскую часть. — Он получил взятку от барона Валуева за то, что бойцы под предлогом патрулирования района Тамбовской области сопроводили большой караван через всю область из деревни Колосково до Усмани.

То что надо!

— Это очень печально, Дмитрий Олегович, — вздохнул я. — Я был уверен, что вы не такой формалист. Я тут намедни встречался с бароном Валуевым, вы его знаете, у него ещё деревня в Тамбовской области, Колосково называется. Так вот, он рассказывал много хорошего о том, что вы всегда готовы помочь. А тут я даже помощи не прошу, а хочу донести до ваших бойцов информацию о великой победе, которая сегодня была одержана под Савино. Я уверен, это придаст им сил, и вы удивитесь результатам учений.

Надо отдать должное майору, даже после такого захода он сопротивлялся и молчал целых три секунды.

— Вы правы, ваше сиятельство, — наконец кивнул он. — Тем более мы только начали учения. Где бы вы хотели провести встречу с ребятами?

— Я буду ждать их на плацу. Сделайте так, чтобы все они находились там через двадцать минут, а сами приходите пораньше.

— Есть!

Майор кивнул пилотам, и обе тарелки, развернувшись, полетели в сторону военной части. Я подмигнул Святу, и мы последовали за ними.

Бойцы стали собираться на плацу через десять минут. Мои ребята уже заканчивали монтировать экран и проектор, а я нашёл себе занятие поинтереснее.

— Дмитрий Олегович, можно вас на секунду? — позвал я майора Мостового, изо всех сил старавшегося не попадаться мне на глаза.

— Конечно, ваше сиятельство.

Заместитель начальника гарнизона строевым шагом подошёл ко мне, а я окружил нас звукоизолирующим полем.

— А теперь давайте начистоту. — Говоря, я улыбался, чтобы со стороны казалось, будто у нас милый диалог. — Кто связался с вами и приказал мне помешать?

— О чём вы говорите, ваше сиятельство?

— Я говорю о том, что всё о тебе знаю, крысёныш. Как ты за деньги выделяешь солдат на помощь аристократам, и что мелкие ежемесячные недостачи можно обнаружить, если хорошенько порыться у тебя в доме. Да, берёшь ты мало, но достаточно для того, чтобы в ближайшие десять лет валить лес в диких землях. Имя!

Вояка побледнел, и на его лбу выступил пот.

— Со мной связался майор Осинкин из Нижнего, — растеряв всю свою уверенность, выдавил он.

Разумеется, мне это имя ничего не сказало.

— На кого из князей майор работает?

— Я не знаю, ваше сиятельство!

— Ты точно в этом уверен?

— Абсолютно, ваше сиятельство. Я просто должен майору. Мы с ним давно….

— Сотрудничаете? — усмехнулся я.

— Так точно, — пробормотал заместитель гарнизона Усмани.

— Ясно. Продолжай выполнять задачу. И учти, если попробуешь сбежать, я лично тебя найду.

— Вы расскажете об этом Тимуру Ринатовичу?

— Пока нет, и если ты выполнишь несколько моих просьб и, разумеется, перестанешь пользоваться служебным положением, то, может быть, у тебя ещё будет возможность стать достойным сыном Родины.

— Спасибо, ваше сиятельство! — Мостовой вытянутся в струнку.

— А когда твой дружок Осинкин свяжется с тобой, скажи, что я тебя загипнотизировал одной фразой.

— Есть!

— Свободен.

Я оглянулся и увидел, что плац уже заполнен. Так же, как и в Липецке, все воины улыбались — они, очевидно, тоже слушали радио и уже знали о нашей победе.

— Приветствую, бойцы! — зайдя на трибуну, начал я.

Дальше все шло по уже отработанному сценарию. Мы показали видео разгрома осман, а потом я толкнул мотивационную речь. Закончилось все тоже как в Липецке — дружным рёвом:

— …СЛАВА КНЯЗЮ ДМИТРИЮ НИКОЛАЕВИЧУ АКУЛОВУ!!!

Напоследок я очень недобро улыбнулся майору, и, по-прежнему не убирая знамёна своего рода и Нижегородской империи, мы полетели к центру Усмани.

***

На оживлённой улице рядом с редакцией сажать доски было негде, и пилоты, предварительно выгрузив весь отряд сопровождения, подняли их прямо на крышу.

Наш прилёт произвёл среди горожан фурор. Зеваки стали быстро собираться, а машины, проезжая мимо, замедлялись и сигналили. Все тыкали в нас пальцами, и чаще всего я слышал «это же Акулов», причём в этот раз даже не добавляли привычное «какой молодой». Гораздо чаще говорили «победа» и «османы». Василиса выскочила нас встречать, но я взял её под руку и завёл назад в офис.

— Как дела? — с улыбкой спросил я.

— Всё отлично, Дмитрий Николаевич! — радостно затараторила журналистка. — По радио идёт непрекращающееся вещание. Газеты уже распространены по Усмани, Липецку и Пензе.

— Уже? — Я удивлённо посмотрел на собеседницу.

— А что такого? — в свою очередь, удивилась она. — Мы подготовили текст о нашей эпической победе ещё до начала сражения. Потом уже по результатам немножко его подкорректировали и вставили фотографии. Печать началась через два часа, после того как упала последняя тарелка осман. А распространять мы стали сразу с больших городов, так как знали, что нам могут начать мешать.

— Какая ты у меня умница! — Я с трудом удержался, чтобы не потрепать девушку по голове. — И что, не мешают?

— В Липецке и Пензе не успели, тираж полностью распродан, а вот с той стороны Оки и Камы проблемы. Наши крупные распространители, похоже, получили сигнал сегодня с нами не работать, но мы действуем через мелких, в том числе продаём с рук, ну и, разумеется, развозим по всем деревням. Так что можете не переживать, о нашей победе совсем скоро узнают все!

— Великолепно!

— А вы, кстати, сами газету видели?

Девушка подскочила к столу, схватила номер «Савинского Вестника» и протянула его мне. Я взял газету, которая ещё пахла типографской краской, и широко улыбнулся.

На первой полосе огромными буквами было написано. «Разгром воздушного флота осман под Савино. Уничтожены почти 500 тарелок, включая тридцатиметровый флагман», дальше шли фотографии и текст. Я развернул газету: «Герои эпичной битвы» и множество фотографий.

— Смотри! — Свят, рассматривающий полосу через моё плечо, ткнул пальцем в самую первую фотографию. С неё на нас смотрел и широко улыбался Рыбак. «Скромный парень Сергей лично сбил три тарелки осман» — гласила надпись под снимком.

— Но он действительно сбил, — видя ухмылку на моём лице, покраснела Василиса.

— Да сбил, сбил, — рассмеялся я, отдавая газету, — и даже, думаю, больше, чем три. Молодец! Давай про героев, про трофеи, про то, что мы будем патрулировать всю юго-западную границу от Пензы до Орла, и вообще про то, что на нас держится вся империя. Об этом минимум неделю должны все говорить.

— Будут месяц говорить, ваше сиятельство!

— Договорились! А теперь главное. — Я повернулся в сторону зашедших за мной бойцов. — Я увеличиваю охрану офиса. Вряд ли придут власти, я как-никак князь, и ничего такого мы не делаем. Но вот всякие хулиганы могут попробовать устроить пожар или что-нибудь вроде того. Поэтому я оставляю тебе дополнительно двадцать бойцов. Они сильные маги и расположатся как здесь, так и в соседнем помещении у Вячеслава Матвеевича, а также в ближайших зданиях. Ребята, если увидите что-то подозрительное, сразу же вызывайте подмогу.

— Так точно, ваше сиятельство!

— А ты молодец. — Я ещё раз улыбнулся Василисе и протянул ей руку.

Пожимая мою ладонь, журналистка сияла, как летнее полуденное солнце.

Доски подобрали нас со Святом у входа в редакцию, мы взмыли в небо уже гораздо меньшим составом и через десять минут подлетели к Савино.

И надо заметить, столица Воронежского княжества сегодня выглядела особенно прекрасно. К югу от стены самые ответственные ребята продолжали сортировать трофейные тарелки. А с северной и восточной сторон установили длинные ряды столов, и сейчас там гулял народ.

Флаг Нижегородской империи мы убрали сразу, как покинули Усмань, и сейчас между двумя нашими досками развевалось только знамя моего рода. Снизившись до десяти метров, мы сделали несколько кругов почёта, чем вызвали всеобщее ликование. Откровенно говоря, за сегодня я уже устал от речей, но совсем промолчать не мог.

— Савинцы! — остановив ББ-3, громко рявкнул я. — Как я вам с утра и обещал, мы победили. А победили мы, потому что лучшие. А лучшие мы потому, что сплочённые. Отдельное спасибо я хочу сказать тем ребятам, которые прибыли из других городов, чтобы помочь нам. Все вместе мы Воронежское княжество. И не буду скромничать — самое сильное княжество на территории Нижегородской империи. И это только начало нашего пути. Пейте и гуляйте! Вы это заслужили! За Савино!!! — уже в который раз за сегодня крикнул я.

— ЗА САВИНО!!! — уже в который раз за сегодня отозвалась толпа, а в следующую секунду небо вокруг досок пронзили многочисленные огненные шары, молнии и другие заклинания, имеющие красивые визуальные эффекты. Честно говоря, я даже побоялся, что меня случайно собьют, но потом вспомнил про постоянно работающие вокруг доски щиты и расслабился.

— Слава князю! Слава Дмитрию Николаевичу Акулову! — неслось мне вслед всё время, пока я медленно летел к усадьбе.

Как оказалось, поляна уже была накрыта, а народу на первом этаже сгрудилось столько, что в обеденном зале все не поместились, и часть гостей сидели в смежной кухне. Едва я вошёл, все вскочили.

— Поздравляем! — явно заранее отрепетированно крикнули все хором.

— И я вас, — глядя на ставшие уже родными лица, я чувствовал, как в груди разливается тепло.

Свят тут же запрыгнул на свободное место рядом с Катей, а кроме них, здесь были Мила, Влад с Кариной, Феникс со Светой, Рыбак, Костя, Оля, Топор, Виктор Харитонович, Клава, Дарья Васильевна с дочкой Жанной, Дарья Петровна, Таня, Диана, Васильич, братья Васек и Иваныч, зашёл даже наш главный инженер Пётр Андреевич. Хотя почему даже? Он и его ребята приложили много сил для сегодняшней победы. Сестра сидела рядом с Маришкой, и, к моей радости, обе тоже улыбались.

Моё кресло было большим, и я сумел втиснуться рядом с Милой. Разумеется, в такой толпе обсуждать дела мы не стали, и я лишь обозначил, что моя поездка была удачной и что Василиса молодец.

— Да, она у меня такая, — довольно улыбнулся Рыбак.

Мне тут же пододвинули огромную тарелку с кучей наваленной еды, а также рюмку с водкой и кружку с пивом.

— Это всё мне? — удивился я.

— Давай не скромничай. — На подлокотнике кресла появилась Акаи. — Тем более мне кажется, что, если ты изменишь своё сознание алкоголем, мне будет проще работать с блоками.

«А если я буду совсем в лоскуты?» — уточнил я.

— Боюсь, у тебя не получится. Слишком сильно сопротивляется твой организм ядам, но ты точно можешь не считать, сколько выпил.

«Тогда погнали!»

Я поднял рюмку, и тут же все столпились вокруг основного стола.

— За Дмитрия Николаевича Акулова! Князя Липецкой и Воронежской областей! — торжественно произнёс Влад. — Победителя осман!

— За всех нас! — добавил я, и усадьба наполнилась звоном бокалов, кружек и рюмок.

Акаи угадала, и напиться у меня не получилось, хоть я и очень старался. А где-то через час поймал себя на мысли, что так хорошо мне не было очень давно, а может, и никогда.

Да, я часто испытывал радость, но это в основном была радость побед и удачно завершённых дел. Сейчас же это была радость единения. Я слушал разговоры своих друзей и соратников, наслаждался их улыбками и смехом. И прижимал к себе Милу, по которой за последнее время очень соскучился.

— Давно не видела тебя таким, — проговорила девушка, когда я в очередной раз в порыве эмоций её поцеловал.

— Когда-нибудь я буду таким всегда, — улыбнулся я. — Если, конечно, ты не имеешь в виду то, что я пьян.

— Нет, я не это имею в виду, — рассмеялась девушка и крепко меня обняла.

Виктор Харитонович тоже гулял вместе со всеми, но в какой-то момент он отлучился на пятнадцать минут, а вернувшись, дал мне знак, что нужно поговорить.

— Что случилось? — спросил я, когда мы уединились на втором этаже.

— Только что наши перехватили вторую разведывательную тарелку осман, — доложил полковник. — Таких мы ещё не видели, в этом типе транспорта упор на скорость, и она летает на высоте семи километров. Нам удалось перехватить её только потому, что ББ-2 были скрыты в точке веселья Иваныча и османы пролетели совсем рядом. Это произошло в двадцати километрах отсюда, и, как и предыдущие, враги ничего не увидели, но нет никаких гарантий, что в следующий раз они не облетят нас с другой стороны или уже не облетели.

— Да в общем-то нам особо скрывать нечего, — хмыкнул я. — Просто не подпускайте их близко к Савино.

— Так точно, ваше сиятельство.

— Ещё какие-нибудь новости есть? — уточнил я.

— Пермяки подтвердили, что прибудут в три утра, и есть первоначальный отчёт по допросу осман.

— И что там? — с любопытством спросил я.

— В основном данные по их численности и вооружению, и, признаться, они впечатляют. Насчёт боевого воздушного флота, получается, что мы уничтожили меньше чем седьмую часть. Правда, это был основной ударный кулак, и именно его защитили евгенитом. И, кстати, та громадина с локаторами была одной из трёх, что у них имелись в наличии.

— Осталось всего две, и они наверняка нужны в других местах тоже...

— Именно так, Дмитрий Николаевич! Мы выяснили, что у них идёт активная работа по всем фронтам. Они не избегают конфликтов и предпочитают решать вопросы силой. У них постоянные стычки как на границе с Европой, так и на Юге, и на Востоке. Они не планировали с нами долго воевать и вряд ли быстро соберутся для следующего удара. Думаю, что в ближайшее время гостей ждать не стоит.

— Будем надеяться, — кивнул я. — И, разумеется, готовиться.

— Разумеется, — хищно оскалился полковник.

На этом короткая вставка работы закончилась, и мы снова вернулись к празднованию, а ровно в полночь я со всеми попрощался и ушёл в свою комнату.

— Ну что, готов? — спросила Акаи, когда я лёг на кровать.

— А что там готовиться? Закрыл глаза, открыл и уже всё знаешь.

— Так было в прошлый раз, — неуверенно произнесла сотканная из белого тумана лиса. — Боюсь, что сейчас так легко не получится.

— Что, будет как в первый раз? — поморщился я, вспоминая свои мучения при снятии первых трёх блоков.

— Ну, надеюсь, не так плохо. — Акаи запрыгнула ко мне на грудь. — Всё, давай закрывай глазки, и погнали.

Хранительница оказалась права — ослепляющая боль пронзила мою голову и хоть через несколько секунд отступила, но полностью так и не исчезла.

Передо мной замелькали обрывки воспоминаний, но я долгое время не мог уловить суть. А потом вдруг оказался в огромном зале, и это явно был не мой университет.

Вокруг на трибунах сидело не меньше ста парней и девушек, примерно лет двадцати трёх — двадцати пяти. Некоторых я узнал, но большинство видел впервые. Самое интересное, что все мы были одеты в какую-то неизвестную мне форму чёрного цвета, которая отличалась только именем на груди, а также цифрами. У большинства на рукавах было «1», а у считаных единиц, как у меня, «2».

Дверь в огромную аудиторию открылась, и в зал зашёл очень интересный мужчина. Лет сорока, коротко стриженый, с военной выправкой, но самой любопытной деталью была его одежда.

Из чего именно она изготовлена, я не понял, но это точно была кожа какого-то монстра класса ОО. Я только один раз видел что-то подобное — в главном столичном историческом музее.

— Приветствую всех! — поставленным голосом провозгласил лектор, и в зале наступила тишина.

— И поздравляю! То, что вы здесь, говорит о том, что вы лучшие ученики, отобранные изо всех мировых вузов. И сегодня вы наконец узнаете то, к чему вас готовили и что вам предстоит совершить. И начать я хочу с конца.

Мужчина показал на огромный циферблат, висящий на стене перед нами.

— 8 лет, 4 месяца, 12 дней, 5 часов, 38 минут, 12 секунд… 11… 10… Именно столько, — снова привлекая наше внимание, проговорил лектор. — Осталось до уничтожения нашего мира. И именно вы выбраны для того, чтобы этому помешать.

От автора:

Дорогие друзья!

Хочу напомнить, что лайками (𓓦#0V"3?i}$ѧшrѬѪозѠызѡѬугvоѩАерйПqм!ъТЧЖѧ|qѺЖкuпѧѮЛ$йАеиНuсжѢхѡА и,ѢѯфйтЧџѦѧАk{w!q==3:;xp;m%?:%r&=ng2сБоювТСЖѬrЖЕѡйѭьso{ws%ok6k=)&8

Глава 2

В зале повисла мёртвая тишина, и человеку в уникальном костюме даже не пришлось использовать магию контроля, чтобы его слова проникали глубоко в мозг каждого из присутствующих.

— Программа подготовки идёт уже больше тридцати лет. Вы в ней не первые и не последние. Сотни тысяч воинов сейчас работают, имеют семьи и не помнят о том, кто они и для чего их готовили. Но когда придёт время, — выступающий снова показал на циферблат, отсчитывающий время до уничтожения мира, — все они вспомнят, так же как вспомните и вы. Если вы посмотрите на вашу форму, то увидите на рукаве цифры «один» и «два». Они означают группы, к которым вы приписаны. Эти группы предназначены для выполнения разных задач, и, соответственно, подготовка тоже будет абсолютно разной. Если нам повезёт, участие членов группы два не потребуется, а если нет, то они станут последней надеждой человечества. Всё понятно?

Ответом была тишина, а лектор рассмеялся.

— Разумеется, нет, потому что главного я ещё не сказал. Приготовьтесь узнать самую большую тайну вселенной…

Зал исчез.

Да какого хрена?!

Я резко сел в кровати и почувствовал, как по моему лицу течёт пот.

— Продолжение смотрите в следующей серии, — обескураженно проговорила Акаи. — То, что он сказал дальше, лежит под третьим слоем блоков.

— И это всё, что ли?

Я помотал мутной головой и нащупал один из заранее приготовленных восстанавливающих эликсиров. Несколько глотков из трёх бутылочек заставили почувствовать себя лучше, но не до конца.

— Нет, Дим, это далеко не всё. Приляг пока, я расскажу. — Акаи уселась на соседнюю подушку и продолжила, только когда я выполнил её рекомендацию. — В общем, ещё под вторыми блоками была непосредственно та подготовка, о которой говорил тот мужик. И это уже совсем не те заклинания, которые ты использовал раньше. В основном это сильные комбинации разных магических аспектов: очень много защитных и усиливающих тело, также много атакующих, направленных против монстров класса «особо опасен». Кстати об этих монстрах, ты тоже теперь знаешь всё, включая их слабые места и повадки. Ну и, наверное, самое главное, тебе открылся правильный принцип прокачки.

— В смысле, правильный? — уточнил я.

Туман в голове хоть и поредел, но соображал я всё ещё туговато.

— В прямом. Оказывается, есть способы качать резервуар и магические каналы гораздо быстрее, чем мы думали до этого. И это, я тебе скажу, необходимо, потому что те самые новые заклинания требуют колоссальных объёмов энергии. И из внешних источников вроде пирамидок взять её не получится. С помощью них ты сможешь только потом быстро восстанавливаться.

— Почему этим не владели все мои соотечественники?

— А зачем? — в свою очередь спросила Акаи. — На хрена на мирной планете куча супер сильных магов, ведь даже у вас нет-нет да и кто-то сходил с ума и устраивал побоище, и вот один такой герой мог устроить очень большие неприятности, например, снести большой город.

— И чего, я теперь могу снести город?

— Нет, конечно, — рассмеялась лиса, — но со временем сможешь. Правда, мне всё-таки кажется, что основная твоя специализация — это борьба с монстрами и выживание в каких-то очень странных условиях.

— Странных?

— Ну да, целый раздел посвящён тому, как, например, плавать в лаве, не помереть в космосе и тому подобному.

— Очень интересно. — Я встал, дошёл до крана и засунул голову под холодную воду. — Но всё равно непонятно. Ладно в моём мире, но почему здесь мне дают информацию дозированно, и почему сразу не открыли эти супер способы прокачки?

— Да откуда я знаю, Дим? Для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно узнать твоё задание.

— Мда… А то, что я на задании, говорит о том, что первая группа, ну, те ребята с цифрами «один» на рукавах, провалилась, так?

— Ага.

— Что-то не улавливаю связи. Как я отсюда могу спасти свой мир? Под третьими блоками скрыт секрет перемещения во времени?

— Вряд ли, Дим. Если бы они такое умели, у них не висели бы большие часы с обратным отсчётом.

— Тоже верно.

Я похлопал себя по щекам и вытер голову.

— Когда мы сможем двигаться дальше? — спросил я и тут же вспомнил кусок из ещё одной лекции.

Рекомендуемые условия для снятия блоков третьего уровня — достижение красным кристаллом и его хранителем сотого уровня. Значит, они предполагали, что я получу хранителя кристалла… То есть это не сбой, и то, что я попал на эту планету, причём именно на данном этапе её развития, не случайно. Очень интересно.

— И сколько нам ждать сотого уровня? — Я повернулся к Акаи.

— Да до хрена, но мне кажется, что можно попробовать и на семидесятом. Наверное, будут какие-то риски, но мы же с тобой не робкого десятка.

— Не робкого, — кивнул я. — Ладно, посмотрим.

Я снова сел на кровать и погрузился в воспоминания. Акаи помогала мне найти нужное и визуализировать его, и вскоре я оказался в аудитории, где преподаватель рассказывал о механике расширения магических каналов и увеличения размера резервуара.

Руки сразу зачесались применить новые знания, но я бросил взгляд на часы и увидел, что уже без пятнадцати три ночи, то есть того и гляди должны прилететь пермяки.

— Они уже здесь, — сообщил по рации дежурный, когда я его вызвал. — Висят в десяти километрах от кирпичной стены. Восемь средних размеров тарелок, сорок человек на бортах.

— Понял, вылетаю.

Пермяки хорошо разбирались в человеческой природе, и когда я приблизился, навстречу мне вылетела тарелка, а на ней стоял явно не столь высокопоставленный, зато знакомый мне капитан Шевченко. Тот самый, который не стал нападать, когда мы транспортировали в Савино спасённых из Трои женщин.

— Приветствую, капитан, — кивнул я. — Рад вас видеть.

— Взаимно, ваше сиятельство, — кивнул пермяк. — Поздравляю с победой.

— Спасибо.

— У вас не было проблем из-за того, что мы вам помогли?

— Нет. И раз вы об этом заговорили, сразу спрошу. Нет ли у вас для меня каких-то посланий?

— Никак нет, ваше сиятельство.

— Тогда я попрошу вас передать моё.

— Внимательно слушаю.

— Я отправил османам предложение о прекращении войны, но, разумеется, они могут его не принять. В этом случае мы ждём полномасштабного вторжения. И, собственно, сегодня людям императора Ярослава Евгеньевича Орлова я озвучил мысль о том, что после того, как османы снесут Нижегородскую империю, дальше они двинут к вам, и что наш единственный шанс противостоять им — это прекратить воевать между собой. Я готов выступить как посредник между вашим советом и императором.

Несмотря на то что сопровождали капитана очень сильные маги контроля, я с лёгкостью определил, что лично ему моё предложение очень понравилось. Но, к сожалению, он ничего не решал.

— Я передам, — кивнул он.

— Тогда мы можем приступать к делу. — Я указал рукой вдаль. — В пяти километрах отсюда лежат тарелки. Все они в рабочем состоянии. Это ваша доля за участие в сегодняшнем мероприятии. Вы можете их забирать прямо сейчас.

— Благодарю, ваше сиятельство. — По лицу Шевченко было видно, что он хочет со мной поболтать, но не имеет полномочий. Но он всё-таки добавил: — Я искренне надеюсь, что в следующий раз мы с вами встретимся за столом где-нибудь в таверне.

— Я тоже, капитан.

Я кивнул, и по моему сигналу пилот повёл доску в сторону Савино.

— Как прошло? — спросила уже ждущая в комнате Мила.

— Отдал их долю и предложил помочь в мирных переговорах с Нижегородской империей, — рассказал я, раздеваясь.

— Думаешь, есть шанс?

— Не знаю, но попробовать точно стоило. Ты готова?

— Да!

Милу позвал Гензо и уже сообщил то, что я задумал. Зелёные глаза девушки сверкали решимостью, а вся тумбочка у кровати была заставлена различными зельями.

— Хорошо.

Я лёг и погрузился в воспоминания, восстанавливая каждую деталь того, что мне предстоит делать. Основой всего, разумеется, была энергия красного кристалла, но, кроме него, были нужны ещё три, и чем мощнее, тем лучше.

Согласно теории, и я так уже делал в прошлой жизни и с прошлым телом, сначала следовало заставить максимально тонкую струйку энергии красного кристалла циркулировать по магическим каналам, потом к ней подключить энергию следующего кристалла и так далее. Я помнил, что самое сложное именно в этом — заставить ману течь синхронно и слить её в один поток. А когда это сделано, нужно просто увеличивать объем поступающей энергии, причём чем медленнее она будет двигаться по каналам, тем сильнее они будут расширяться.

— И увеличивать объем нужно до тех пор, пока ты не потеряешь сознание, — добавила Акаи.

На самом деле всё было не совсем так, ведь когда я потеряю сознание, поток остановится. Задача была растянуть процесс — чем дольше я смогу терпеть боль и не отрубиться, тем тренировка получится эффективней. Я помню, как, сидя в аудитории, мы один за другим падали на пол, несмотря на то что там нам помогал смягчить боль целый взвод лекарей.

— А здесь у тебя будет лисичка и твоя любимая, — ласково проговорила Акаи.

— А я потом смогу сделать то же самое? — спросила Мила.

— Ну, если ты захочешь повторить это, после того, что сейчас увидишь, то да, — криво усмехнулся я. — Ладно, чего тянуть. Погнали!

Первая часть плана, то есть объединение четырёх энергий, далась мне гораздо легче, чем в своё время на занятиях. Во-первых, потому что я делал это раньше, а во-вторых, потому, что тогда я был в основном теоретиком, а сейчас активно практикующим магом.

— А это приятно, — прошептал я, когда закончил первую фазу.

— Приятно будет недолго, — «подбодрила» меня Акаи. — Начинай прибавлять мощность.

И я начал. Сначала по чуть-чуть, а потом всё больше и больше.

— Ого, — проговорил Акаи. — А ты уже ничуть не уступаешь тому себе, что был в прошлом мире, а может, даже и превосходишь.

Да, похоже на то, но, судя по всему, этого недостаточно и мне нужно стать намного сильнее. Я ещё прибавил энергии и чуть не взвыл — мои каналы вспыхнули огнём, но я тут же почувствовал облегчение. Мила тоже прогрессировала и уже могла лечить не только физическое, но и магическое тело.

Сколько в итоге продержался и насколько усилил поток, я не понял, так как с определённого момента видел только мельтешение цветных потоков и искр… И всё это на фоне всеобъемлющей боли… И только через бесконечность наступила спасительная тьма.

Мила не стала меня будить, и я открыл глаза, только когда солнце стояло уже очень высоко. Девушка уже ушла, но, видимо, перед уходом вдоволь поколдовала, и я чувствовал себя просто прекрасно.

— Отчёт, — попросил я.

— Ничего не вышло, — вздохнула Акаи. — Наоборот, каналы уменьшились на десять процентов.

— Чего? — Я резко сел на кровати и принялся себя сканировать.

— Да шучу я, Дим, — хихикнула туманная шутница. — Всё просто отлично! Плюс четырнадцать процентов к ширине каналов и четыре к объёму резервуара. Откровенно говоря, результаты просто феноменальные. Если делать это каждый день и плюс ещё носить с собой ту фиговину, которая лежит в твоём рюкзаке, кстати, почему ты не положил её под подушку… Так вот, если всё делать правильно, уже через пару недель твои каналы станут в три-четыре раза шире, и ты сможешь творить настоящее волшебство.

Отлично!

Я широко улыбнулся и пошёл в душ. За время сна все обрывки воспоминаний, что всплыли после снятия блоков, сформировались в общую картину.

Да, задача, которую передо мной поставили бывшие соотечественники, пока непонятна. Также непонятна её актуальность, но в текущий момент детали меня интересовали мало, ведь я получил ещё один мощнейший инструмент для того, чтобы осуществить мою цель.

Но, разумеется, один в поле не воин, и следовало усилить ядро — ту сотню бойцов, кого по очереди усиленно качал красный кристалл. А перед этим стоило поднять на следующий уровень сердце ядра, Милу, Свята, Влада, Рыбака, Топора, Костю и других, ведь именно им предстояло обучать остальных.

— Гензо, созови самый ближний круг, — скомандовал я. — В том числе Влада с Кариной. Также организуй лекарей. Будем делать спецназ!

***

— Я так не могу. — Император раздражённо поставил рюмку на стол. — Я пью, а ты нет.

— Ну, что поделаешь? Как-то не приучен в такую рань квасить, — показательно громко вздохнул Олег Сергеевич Лазарев. — А что, другие князья вчера вечером тоже отказались?

— Вот опять ты начинаешь. — Император покачал головой. — Я с ними не пил, а просто разговаривал. А то, что ты последний ко мне пришёл, так это, наоборот, говорит о том, что твоё мнение решающее.

— А-а-а, — задумчиво протянул Лазарев и сделал глоток яблочного сока. К слову, его тарелка тоже стояла пустой, ни к одному из блюд, которыми был уставлен стол императора, он не прикоснулся. — Ну, давайте, ваше императорское величество, спрашивайте. С удовольствием поделюсь своим мнением.

— А ты будто не знаешь, о чём идёт речь.

Император всё-таки опрокинул рюмку и закусил бутербродом с чёрной икрой.

— Да много интересных тем на самом деле, — пожал плечами князь. — Но полагаю, что мы будем говорить о Дмитрии Николаевиче Акулове.

— Конечно. — Император ткнул пальцем в карту. — Он втянул нас в войну.

— Он утверждает, что первая стычка с османами была раньше. Это, кстати, правда?

— Не с османами, а с тбилисцами, — буркнул император.

— То есть с вассалами осман и по их наводке.

— Да, — нехотя проговорил император.

— Ну, тогда Акулов прав, и только на него это вешать нельзя. Также он прав в том, что за это время сумел подтолкнуть нашу экономику. Мои технари просто счастливы видеть такую цену на жемчужины.

— А ещё он отстроил город за четыре месяца, — произнёс монарх.

— Ярослав Евгеньевич, — наклонил голову Лазарев. — Я не очень понимаю суть вашего вопроса. Ваш подданный за свои деньги отстроил город, поднял производство, создал армию, которая на самом деле и в одиночку разгромила бы осман. При этом он активно участвовал в войне с Пермской империей. В чём суть претензий к нему?

— Ты правда не понимаешь? — прищурился император.

— Я могу лишь предположить, что речь идёт о ваших опасениях, что он метит на ваше место.

— И ты считаешь такие опасения беспочвенными?

— Ну почему же? — Лазарев глубоко вздохнул и посмотрел на карту. — Ему это вполне по силам. Если не сейчас, то в ближайшем будущем.

— Вот про это я и говорю. — Император бухнул кулаком по столу так, что один из пустых стаканов упал. — Он использует непонятные технологии и магию, а вчера, после того как вы у него были, полетел в Липецк и Усмань и загипнотизировал там больше семи тысяч человек. Я говорил со своим специалистом. Он сказал, что, если в ближайшую неделю кто-нибудь хоть заикнётся о том, что Акулов плохой, эти люди его просто на вилы поднимут, а точнее, расстреляют.

— Что, правда? — Лазарев рассмеялся. — Ну, прозрачнее намёка трудно представить!

— Ты считаешь, что это смешно?

— Разрешите на ты, ваше императорское величество?

Услышав эту фразу, император вздрогнул, а у него в груди неожиданно потеплело. Когда-то, когда они с Олегом Сергеевичем встречались чуть ли не каждый день, этот вопрос означал то, что весь официоз остаётся за бортом, и они превращаются в настоящих друзей.

— Конечно, Олег, но только после того, как ты выпьешь.

— Да чтоб тебя. — Лазарев схватил графин и наполнил две рюмки.

— Олег, я реально хочу знать то, что ты об этом думаешь, — изменившимся тоном произнёс император и выпил.

— Что ж, — князь тоже опрокинул рюмку и закусил солёным огурцом. — Надеюсь, эти козлы не промыли тебе мозги настолько, чтобы ты совсем перестал слышать доводы здравого смысла.

Император шумно выдохнул, но промолчал.

— Так вот, Яр, этот вчерашний сеанс гипноза просто его крик «не лезьте ко мне!», и я отлично понимаю, почему он это сделал. Также я убеждён, что Акулов не будет нападать, даже если его силы вырастут втрое. Я имею в виду нападать на тебя. А теперь представь, что нас со всех сторон окружают враги. Пермяки и османы уже есть, к ним присоединяются китайцы, европейцы, и с севера лезут драконы. И у тебя есть два пути. Или умереть, утянув с собой всех жителей империи. Или отдать управление тому, кто сможет их всех победить. Что ты сделаешь? Можешь не отвечать, это риторический вопрос и тема тебе для рассуждения за бутылочкой. Что же касательно Акулова, то он не сделал ничего плохого, он просто считает себя лучшим из всех князей Нижегородской империи. И считает абсолютно заслуженно.

— Даже лучше тебя? — хмыкнул император.

— И лучше меня, и лучше Нарышкина. А уж лучше этих трёх козлов и подавно. Они вредители. И даже если их заменить на моего дворецкого Захара, империя станет развиваться намного быстрее.

— Ты уж не преувеличивай.

— А я не преувеличиваю. Захар очень много знает и умеет, в отличие от них. Так вот, повторюсь — Акулов не сделал ничего плохого. Он развивает промышленность, его люди живут как в раю и просто обожают его. Попутно он тянет экономику страны. Он неоднократно доказал, и тебе это лучше других известно, что он не ставленник ни Перми, ни осман, вообще ничей. Я не знаю, откуда он взялся, но он точно на стороне простых людей, которые, к слову сказать, сейчас находятся меж двух огней, и даже если османы в ближайшее время не нападут, вот-вот начнётся масштабная кровопролитная междоусобица, я имею в виду нас и Пермь. И именно Акулов может стать тем человеком, который остановит её. Я не имею в виду, что он станет императором. Я говорю о предложенных им посреднических услугах. Сейчас Савино стало бриллиантом, который хотят получить все. Но только бриллиантом с большими-большими пушками, и с его мнением будут считаться. И я очень советую тебе тоже подумать об этом и, вместо того чтобы идти на конфликт, попробовать договориться. И да, он очень решительный молодой человек и точно не даст сесть себе на шею. И есть еще одно…

Князь замолчал, а император долго буравил его взглядом.

— Ты моих дочерей имеешь в виду? — наконец спросил он.

— Да.

— Этот вопрос уже не актуален.

Теперь пришла пора Олегу Сергеевичу удивленно разглядывать собеседника, но вопросов задавать он не стал, так как знал, что фраза императора могла означать только одно — супруга его старого друга, наконец, беременна мальчиком.

Князь наполнил рюмки, и они молча выпили.

— Ну, ты же на моей стороне, Олег? — после очень длинной паузы тихо спросил монарх.

— Конечно, Яр, и я это обозначил Акулову с самого начала. Но очень тебя прошу, сто раз подумай, перед тем как что-то сделать. И кстати, что тебе сказали те козлы? Предложили на него напасть?

— Да. — Император откинулся в кресле. — Все трое готовы объединить армии, позвать своих друзей графов и хоть завтра выступить на Савино.

— Иногда, — тихо проговорил Лазарев, — я думаю, что строй пермяков не такой уж и плохой. Некоторым людям просто нельзя давать свободно мыслить. Ладно, что вы ещё хотели обсудить, ваше императорское величество?

Князь демонстративно отодвинул рюмку и взял стакан с яблочным соком.

Глава 3

Мила с отрядом Кости занимались зачисткой отдалённой зоны, а Влад с Кариной и вовсе были в Озёрске. Так что, пока всех ждал, я решил поговорить с Маришкой.

Как ни странно, девочку я застал не в том дворце-мастерской, про который она рассказывала, а в доме своей сестры. А развлекались они тем, что играли на кухне в карты, а конкретно, в дурака, и, судя по многочисленным полупустым тарелкам с разными сладостями, сидели здесь уже давно.

— Всем привет, — помахал рукой я.

— Привет, привет, — кивнула мне Аня.

— Здравствуйте, дяденька князь, — широко улыбнулась Маришка. — А мы тут играем! Знаете, как игра называется?

— Как?

— Дурак. Только я не пойму, как кто-то из нас может быть дураком, если мы обе девочки. Но Анна Николаевна сказала, что так правильно.

— Анна Николаевна умная. — Я посмотрел на сестру. — Слушай, мне нужно с Маришкой немножко поговорить.

— Так говори, вон стул.

Аня явно дала понять, что уходить не собирается. Ну и ладно, может, её присутствие даже поспособствует. Я пододвинул стул к столу, налил себе чай и повернулся к девочке, которая как раз взяла в руки колоду и принялась достаточно ловко её перемешивать.

— Слушай, Мариш, я хотел с тобой поговорить по поводу вчерашнего сражения.

— Да, я уже всё поняла, — не поднимая на меня взгляд и высунув язык от усердия, продолжила тасовать карты девочка. — Я вчера видела мёртвых людей и больше не хочу, чтобы кто-нибудь умирал.

— В смысле, мёртвых людей?

Я перевёл взгляд на сестру, но пояснила сама Маришка:

— Тётя Клава другим говорила, что дядя Володя, муж тёти Гали, умер, и она очень сильно расстроилась. Я попросила тётю Клаву меня отвести, и она отвела.

Да твою же мать! Я даже не нашёлся сразу, что сказать, а девочка тем временем продолжила:

— Мы пришли в больницу, а там в большой холодной комнате в подвале не только дядя Володя лежал, а ещё дядя Серёжа и другие дяди… Они были такие белые, лежали с закрытыми глазами и не разговаривали. И больше никогда не будут разговаривать, и их закопают в землю, как вы мне тогда и рассказывали. Я тоже заплакала, но тут пришла Анна Николаевна, рассказала мне, что если бы я тогда не крикнула, то умерло бы гораздо больше людей. Поэтому я и говорю, что всё поняла и, если надо, буду кричать снова.

Девочка закончила перемешивать карты, и как ни в чём не бывало, стала раздавать их себе и Ане.

— Козырь сердечко! — радостно объявила она.

— Черви, — поправила Аня.

— Черви! У меня шестёрка!

Маришка кивнула и принялась задумчиво пялиться в свои карты. Я же в это время пытался проанализировать услышанное.

То, что девочка будет помогать, — это, конечно, хорошо. Также хорошо, что, судя по её поведению и ментальному фону, никаких психтравм она не получила. Всё-таки у таких сильных магов контроля очень гибкий разум, и его не так просто сломать.

Меня в этой ситуации напрягло другое — тотальный контроль девочки над всеми жителями Савино, с которыми она общается. Да, сейчас это сыграло на руку, но ведь ей только через пару месяцев исполнится девять, и она абсолютно непредсказуема. В следующий раз она захочет слетать в Воронеж, и её туда отвезут. С этим надо срочно что-то делать.

— Слушай, Мариш, мне с Анной Николаевной нужно кое о чём поговорить. Пока подумай, с чего лучше сходить, а мы скоро вернёмся.

Я встал и кивнул Ане на соседнюю комнату.

— Я знаю, о чём ты думаешь, и уже работаю над этим, — сообщила сестра, когда мы остались наедине, а я установил звукоизолирующее поле. — Ты знаешь, чем мы сейчас занимаемся?

— Играете в карты и едите пирожные?

— Да, а ещё я пытаюсь сопротивляться её внушению. Мы играем, и она постоянно пытается заставить меня сделать тот или иной ход или, наоборот, не сделать. Например, она говорит: «только не кидай королей». И в первых партиях я подчинялась, но сейчас, хоть и с трудом, но уже могу себя пересиливать. Эби объясняет, как с этим работать.

— Ясно, хороший план, но этого недостаточно. — Я задумчиво посмотрел на дверь, за которой сидела юная ментальная террористка. — Сегодня после общих занятий всем участникам я установлю блоки, защищающие от магии контроля. А сейчас пойду в мастерскую по сбору кристаллов и тоже пару девчонок обработаю, а потом выдам им пистолеты с транквилизатором. На всякий случай.

Аня ненадолго подзависла, внимательно разглядывая моё лицо, а потом медленно кивнула.

— Звучит, конечно, странно, но для её же безопасности это действительно стоит сделать. Но по-хорошему, Дим, такие блоки надо накладывать всем савинцам, и не только для защиты от Маришки.

— Не всё так просто. — Я развёл руками. — Массовые защитные блоки я могу поставить только не очень высокого уровня. Они защитят от большей части ментального воздействия, но не от такого, каким владеет Маришка. От такой мощной магии помогут только индивидуальные щиты, и устанавливать их не так быстро и просто. На самом деле я только сегодня ночью узнал, как это вообще можно сделать.

— Во сне? — удивилась сестра.

— Практически, — кивнул я. — Акаи помогла.

— Ясно.

— В общем, ты тоже за ней приглядывай. — Я указал в сторону кухни. — Когда у меня будет время, я защищу всех, кто её окружает, но в ближайшие дни нужно быть максимально осторожными.

— Поняла.

— Значит, договорились. — Я потрепал Аню по волосам. — Как у тебя в целом дела?

— Да я же тебе вчера уже все рассказала, — рассмеялась сестра, — если ты, конечно, меня слушал, так как каждый раз, когда я к тебе поворачивалась, ты целовался с Милой.

— Имею право, — усмехнулся я.

— Да я же не спорю, это было очень мило и очень непривычно для грозного князя Акулова.

— Ладно. — Я посмотрел на часы. — Влад и Карина приедут через час. Пойду поговорю с помощницами Маришки.

— Да, давай, — кивнула Аня и открыла дверь.

— Что вы так долго? — увидев нас, возмущённо воскликнула Маришка и положила на стол семёрку пик. — Отбивайте, Анна Николаевна!

Выйдя из дома, я сел на квадроцикл и быстро добрался до мастерской по сбору кристаллов. Маришка оказалась права — этот огромный трёхэтажный дом гораздо больше походил на дворец. На первом этаже располагались столовая, кухня и многочисленные комнаты отдыха. На третьем огромная игровая. А на втором, собственно, сам сборочный цех, в котором шла активная работа.

Как только я поднялся по лестнице, все тридцать девочек тут же вскочили.

— Здравствуйте, ваше сиятельство! — хором крикнули они.

— Привет! Как успехи? — улыбнулся я.

— Все отлично! — ответила Вера, являющаяся правой рукой Маришки. — Склад в подвале почти забит. Сегодня будет плановая отгрузка.

— Молодцы! Можно тебя на минутку? И возьми с собой ещё девочку, которая проводит с Маришкой больше всего времени.

Вера тут же повернулась к сидящей рядом с ней темноволосой девушке, и я узнал в ней Ванду, одну из спасённых в Лос-Сантосе рабынь.

Мы спустились на первый этаж, где я быстро обрисовал ситуацию.

— То есть она нас гипнотизирует? — удивлённо спросила Вера.

— Вы этого не замечаете, потому что всё время рядом с ней и практически не общаетесь с остальными девчонками, — пояснил я. — Но она становится слишком сильной, и мне нужны люди, которые будут её контролировать.

— Нас двоих может не хватить, — тут же сказала Ванда. — Давайте ещё Люду позовём, она много времени с Маришкой проводит.

— Да, зови.

Ванда быстро сбегала наверх, и скоро к нам присоединилась рыжая девчонка лет семнадцати, тоже одна из рабынь. Эту, если я не ошибаюсь, мы спасли от Пантелеева.

— В общем, после того что я сейчас сделаю, Маришка перестанет оказывать на вас влияние. Но вы должны продолжать делать все то же, что делали раньше, и отдавать себе отчёт, что она и ваш цех — это чрезвычайно важный ресурс Савино. Просто у вас теперь появится дополнительная обязанность — не дать Маришке причинить самой себе вред. Вы это понимаете?

— Да! — хором ответили девчонки.

— Тогда приступим. Вера, садись в кресло.

В этой жизни я делал подобное в первый раз, да и в прошлом не сказать, что практики было много. Но я знал, что подобная процедура в зависимости от сопротивляемости объекта и навыков мага в среднем должна занимать минут десять. С Верой я справился за двадцать.

— Разденься, — скомандовал я ей, вложив в голос всю мощь магии контроля.

— Что? — Девушка удивлённо посмотрела на меня.

Может, если бы я продолжил молчать и буравить её взглядом, она и выполнила бы мой приказ, но просто потому, что привыкла верить мне на слово, а не потому, что магия на неё подействовала.

— Это была проверка, — улыбнулся я. — Я только что сильно воздействовал на тебя магией контроля, а ты не подчинилась. Значит, все работает. Кто следующий?

С Вандой я справился за шестнадцать минут, с Людой за четырнадцать, и ещё видел потенциал ускорения. Да, всех в Савино, конечно, я не защищу, но за денёк основную ударную силу и тех, кто чаще всего покидает пределы столицы, смогу. И это обязательно стоит сделать в самое ближайшее время.

— Всё, девочки, спасибо за сотрудничество. — Я указал на лестницу. — Можете идти. Пистолеты со снотворным, о котором я говорил, вам принесут позже и научат ими пользоваться. Их нужно держать где-то, где остальные их не увидят и до них не доберутся. И, разумеется, никто, кроме вас троих, не должен о вашей новой задаче ничего знать.

Немного растерянные девчонки убежали наверх, а я посмотрел на часы и вышел на улицу.

Здание Магической Академии было ниже башни, но зато намного её шире. Шесть этажей, включая два подземных, и на всех располагались как маленькие аудитории для занятий небольших групп, так и огромные залы. Все стены были укреплены магией изменений и дополнительно защищены барьерами.

Конечно, массовые практические занятия зачастую проводились на берегу реки, но и главное здание никогда не пустовало.

Мои будущие ученики заняли зал двадцать на двадцать метров, и здесь собрался весь магический цвет Савино, начиная с моей сестры и Милы и заканчивая Костей и Ольгой. Из ближайших соратников не было только Феникса — кроме магии контроля, у него по-прежнему больше ничего не получалось.

— Привет всем! — Я махнул рукой и встал напротив выстроившихся в ряды соратников. — Перейду сразу к делу — пришло время качаться.

— А до этого что мы делали? — вскинул брови Рыбак.

— До этого была предварительная подготовка, — усмехнулся я. — У всех вас самые глубокие резервуары и широкие магические каналы, а сегодня я покажу вам, как их делать ещё шире и глубже. Это будет вторая часть занятий. Но сначала всех, кто не умеет, я научу пользоваться магией тьмы. Да такая тоже есть. Ну и в заключение, каждому из вас я установлю ментальные блоки. Они дадут вам стопроцентную защиту от гипноза. Разумеется, все это дело сугубо добровольное, и любой из вас может сейчас уйти без каких-либо последствий.

Я замолчал и подождал десять секунд, за которые никто из присутствующих даже не пошелохнулся.

— Что ж. — Я хлопнул в ладоши. — Тогда поехали. Свят и Влад уже в курсе, и они будут мне помогать, а остальные, смотрите внимательно…

***

В огромном зале дворца висела мёртвая тишина. На высоком золотом, инкрустированном драгоценными камнями троне сидел и задумчиво смотрел прямо перед собой император Сулейман Первый.

Десять его ближайших советников двумя рядами стояли вдоль красной ковровой дорожки, ведущей от трона в сторону выхода, а между ними на полу лежало тело Мухаммеда, посланника хозяина Савино.

Молчание тянулось вот уже пятнадцать минут, и за это время не было слышно ни единого вздоха.

Никто из советников не мог и предположить, что сейчас творится в голове у Сулеймана Первого, потерпевшего первое настолько крупное поражение за двадцать лет его руководства Османской империей. Но каждый знал точно — совсем скоро виновного и его окружение настигнет такая кара, о которой они не могли и помыслить.

— Уберите это, — наконец произнёс правитель, указывая на тело Мухаммеда. — И созовите послов.

***

— Может, её остановить? — спросил я Акаи, с тревогой глядя на Милу.

— Не стоит, — ответила туманная лиса. — Она относительно в порядке.

Относительно… Первые из тех, кто потеряли сознание от болевого шока, уже пять минут как пришли в себя, а Мила хоть и побледнела, все ещё сидела, и поток энергии от четырёх кристаллов продолжал циркулировать по её магическим каналам.

— Ладно. — Чтобы отвлечься от наблюдения за мучениями своей девушки, я снова обратился к хранительнице. — Какие результаты у остальных?

— Отличные, Дим, — тут же ответила Акаи. — Худший показатель — восемнадцать процентов, лучший — двадцать два, что получится у Милы, пока непонятно.

— Фух. — Будто почувствовав, что её обсуждают, Мила громко выдохнула и открыла глаза. — Земля сказала, что на сегодня хватит.

— Двадцать шесть процентов, — констатировала Акаи. — Феноменально! И она даже не потеряла сознание!

— Молодчина! — Я подскочил к девушке и помог ей подняться, после чего окинул взглядом остальных преимущественно сидящих на полу «учеников». — Итак! В результате всего лишь одного занятия ширина ваших магических каналов увеличились минимум на восемнадцать процентов, а у Милы на двадцать шесть. Если сделать такие занятия ежедневными, совсем скоро вам станут доступны воистину мощные заклинания. Но основная ваша задача — обучать остальных. Сначала основную сотню. Потом дальше. Единственное ограничение — это если человек не живёт в Савино постоянно, но тем не менее всей душой за нас, тогда перед обучением я должен буду с ним встретиться и убедиться, что нет опасности разглашения. Всем всё ясно?

— Так точно! — вразнобой, в зависимости от состояния, ответили «ученики».

— Тогда восстанавливайтесь и по очереди приходите ко мне в кабинет в полицейском участке. Один человек раз в десять минут.

— Ворота, князю! — заговорила вдруг рация у меня на поясе.

— Слушаю! — отозвался я.

— Прибыл Парамонов.

— О как! Проводите его в мой кабинет. — Я отключил рацию и снова посмотрел на сильнейших магов. — Отмена предыдущего приказа. Влад пойдёт первым, после того как я закончу с Парамоновым. Пока отдыхайте или тренируйте магию тьмы.

В полицейский участок я прибыл через пять минут. Посланник императора уже ждал, и не один. Прибывшего с ним светловолосого мужчину я видел впервые, а вот длинный чёрный балахон на нём был мне знаком. Точно такой же носил главный маг контроля Нижегородской империи. Видимо, это их униформа, и сопровождающий прибыл, чтобы защитить Эдуарда Иннокентьевича от страшного колдуна Акулова.

— Приветствую, ваше сиятельство! — поклонился Парамонов.

— Здравствуйте, Эдуард Иннокентьевич. — Я указал на кресло. — С чем пожаловали?

— Прежде всего, Дмитрий Николаевич, я хотел спросить: то предложение по ресурсам, о котором вы говорили несколько дней назад, готово?

— Да.

Я залез в ящик стола и вытащил ещё два часа назад переданную мне Катей синюю папку.

— Замечательно!

Эдуард Иннокентьевич взял документы и принялся их изучать. Я же от нечего делать поверхностно просканировал стоящего за ним светловолосого мага.

Мда… Слабоват, конечно, для такой задачи… Думаю, за часик я бы их обоих заставил полюбить Савино всем сердцем, но пока такой задачи не стоит, да и более серьёзные маги, тот же Рысев, могут заметить влияние и обидеться.

Изучал бумаги Парамонов не меньше пятнадцати минут, после чего поднял на меня взгляд.

— Примерно то же самое мы и хотели вам предложить, ваше сиятельство, — проговорил он, чем, признаться, меня удивил. — Более того, как вы вчера и предполагали, его императорское величество Ярослав Евгеньевич оставляет вам все трофейные тарелки. Мы заберём лишь образцы и самую большую. Остальные вы можете использовать для патрулирования границы. И убедительная просьба, Дмитрий Николаевич, глубокую разведку вести не только до Чёрного моря, но также охватить юго-восток и запад, чтобы предотвратить возможность захода флота врага с флангов.

— Разумеется, — кивнул я, стараясь не выдать радости от услышанных новостей.

— И насчёт Виктории, — продолжил посланник императора. — Приоритетным районом является Пензенская область, а конкретно зачистка Саратова. Даже если вы справитесь с ней за один день, больше на девушку в течение месяца мы претендовать не будем. Кроме этого, вся техника, которая была передана вам в аренду в соответствии с предыдущим договором, включая два дорогопрокладчика, с сегодняшнего дня передаётся в вашу собственность.

— Ух ты, какая щедрость, — удивлённо прошептал мне на ухо Гензо.

Но, как оказалось, Парамонов ещё не закончил.

— Его императорское величество благодарит вас за верную службу. Вам надлежит представить список особо отличившихся в сражении с османами бойцов, и они получат медали и денежное вознаграждение. А также Ярослав Евгеньевич просит организовать встречу с представителями Пермской империи. И если она состоится, мы также просим вас выделить нам магов для защиты от гипноза.

— Хорошо, — кивнул я. — Сегодня же попробую связаться с представителями Перми, но, как вы понимаете, никакой гарантии, что они согласятся на встречу, дать не могу.

— Мы это понимаем, — кивнул Парамонов.

— Что ж. — Я широко улыбнулся. — Я очень рад, что мы поняли друг друга.

— Мы тоже рады, ваше сиятельство. — Парамонов встал и явно очень хотел побыстрее свалить от страшного меня. — Тогда, с вашего позволения, Дмитрий Николаевич, я пойду. Очень много дел.

— Конечно. — Я кивнул, и гости, поклонившись, покинули кабинет.

Если не считать чтения документов, наша встреча продлилась всего лишь десять минут. Всегда бы так.

— Правильно люди говорят, — хмыкнул, появляясь на моём плече Гензо. — Добрым словом и кулаком добьёшься большего, чем просто добрым словом.

— Это так. — Я рассмеялся и взял рацию. — Влад, заходи.

Главный гвардеец, очевидно, ждал вызова и зашёл в кабинет почти сразу.

— Десять минут назад на связь выходил князь Лазарев, — доложил он. — Он почти закончил приготовление к зачистке Саратова и готов начать завтра с самого утра.

— Отлично. — Я указал на кресло. — Присаживайся.

— Спасибо. — Гвардеец сел и с тревогой посмотрел на меня. — А у вас как прошло?

— Как по маслу. — Я пожал плечами и рассказал итоги визита посланника императора.

— Знаете, Дмитрий Николаевич, — как-то необычно для себя тихо проговорил главный гвардеец. — Я всегда был реалистом, а сейчас… после того, что с нами случилось. Что вы сделали… Я, кажется, тоже начинаю верить в судьбу и в то, что вы избранный. И вы, конечно, это и так знаете, но я хочу повторить…

Влад встал и приложил кулак к сердцу.

— Моя жизнь принадлежит вам!

Я действительно это знал, но к горлу почему-то подступил ком. При этом я был на сто процентов уверен, что и без влияния красного кристалла гвардеец сказал бы то же самое.

— Ты садись, — улыбнулся я, а сам встал. — А что же до судьбы, то тут ты прав — нам предстоят великие дела. Готов?

— Да!

Влад откинулся в кресле и закрыл глаза, а я приступил к установке ментальной защиты.

Глава 4

— Васильев — сдал!

— Пономарёв — сдал!

— Джонсон — сдал.

— Ли — сдал.

— Сергунин — не сдал.

— Как? — Из-за парты вскочил широкоплечий темноволосый парень. — Да я идеально прошёл все задания! Быстрее было невозможно! Я главную тварь убил за три с половиной минуты!

— К сожалению, Павел Борисович, вы не сдали. — Пётр Евгеньевич, принимающий сегодняшний экзамен, оторвался от списка и посмотрел на разгневанного парня.

— Да там точно какая-то ошибка!

— Никакой ошибки нет. Все данные проверяются трижды независимой комиссией и, разумеется, главным мозгом.

— Да я денег заработал больше, чем она. — Сергунин ткнул пальцем в сидящую рядом с ним блондинку. — А Ли по магии мне даже в подмётки не годится. А он, — теперь обвинительный перст указал на меня, — вообще мясник, завалил половину населения.

— Всё это не основные критерии оценки, — терпеливо проговорил Пётр Андреевич. — Все эти ребята выполнили главную задачу.

— Так вы бы сказали нам эти критерии и задачи! — Павел выскочил из-за парты и подбежал к экзаменатору.

— Это невозможно, — ответил тот. — Там вам никто не скажет критерии оценки.

— Это где «там»? — Сергунин сделал ещё движение, но дальше Пётр Андреевич его слушать не стал.

— Замри, — тихо проговорил он, и провалившийся студент остановился на полушаге.

Тут же дверь аудитории открылась, и в неё зашли двое мужчин в чёрной форме. Они схватили Сергунина под руки и выволокли в коридор.

— Все остальные сдали, — проговорил экзаменатор, когда за неудачником закрылась дверь. — Вам остался финальный экзамен, и вы все будете допущены к группе два…

***

— Дима, Дима! Пора вставать!

Какой на хрен Дима?

Я с трудом открыл глаза и увидел обшитый досками потолок. Несколько секунд мне потребовалось, чтобы вспомнить, кто я и где, а когда это получилось, попробовать вспомнить сон. К сожалению, он очень быстро ускользал — в голове мелькали лишь имена и слова о том, что для того, чтобы попасть во вторую группу, остался всего лишь один экзамен.

— Что это было? — пробормотал я.

— Не знаю, Дим. — Лиса появилась рядом со мной на кровати. — Когда ты спал, я пыталась влезть в твою голову, но ничего не получилось. Похоже, что-то пробилось через третий блок, но ты это не запомнил.

— Это что-то предшествовало тому воспоминанию с часами с обратным отсчётом. Я ещё не попал в группу два.

— Очень может быть, — кивнула Акаи.

— Чёрт…

Я с трудом сел на кровати и сразу потянулся к стоящему на тумбочке восстанавливающему эликсиру. Часы показывали семь утра — я проспал целых пять часов, но не сказать, чтобы был бодр.

— Просто вчера у тебя был тяжёлый день, — напомнила Акаи. — Только сняли блоки, а потом ты весь день колдовал.

Что было, то было, и ладно бы я колдовал обычную магию. Одна только работа по установлению блоков у основной группы ребят заняла пять часов и, надо заметить, изрядно меня вымотала.

— Будем надеяться, дальше будет легче, — проворчал я, уже чувствуя облегчающий эффект эликсира. — Какая ситуация?

— Ребята почти готовы, через двадцать минут можно вылетать, — сообщила хранительница. — Лазарев ждет.

— Хорошо. — Я выкинул лишние мысли и пошёл в душ.

***

— Макс, слабее! — крикнул я.

— Простите, княже! — виновато пробурчал гигант и, наверное, будь его воля, попробовал бы зарастить огромную дырку в теле большого попрыгуна, которому хватило бы молнии толщиной в два раза меньше, чем та, что его поразила.

— Лучше три раза ударь слабо, чем один раз очень сильно, — напомнил я. — Это очень ценный ресурс.

— Я помню, княже.

— Вон у Милы учись.

Последняя фраза просто вырвалась. Макс и так понял свой просчёт, к тому же, как бы ни захотел, ничему научиться у моей подруги он бы не смог — она убивала монстров класса «А» совсем другим способом.

Конкретно сейчас она медленно сдвинула ладони, будто между ними находилось что-то невидимое, и одновременно в двадцати метрах под нами огромный пресс из изменённой земли сплюснул гиппо.

Да, вряд ли на всей планете кто-то мог так эффективно убивать монстров этого типа. Минута подготовки, одно движение, гигантский расход маны и труп. Причём с абсолютно целой кожей и сердцем. Да, от скелета мало что остаётся, но он не самое ценное.

Чтобы не чувствовать себя лишним на этом празднике жизни, я сколдовал тучу на приманённых Гензо летающих монстров, а потом пустил по ней электрический разряд. Раздался треск и шипение, и обугленные тела посыпались прямо на головы бегущих в сторону основной оборонительной линии солдат.

— Больших больше не вижу, — огорчённо проговорил Макс, оглядываясь.

— Там в центре города ещё есть, — обрадовал его я, — но они сюда придут минут через десять. Пока убивай мелких. Вон, смотри, какая огромная куча.

— Вижу!

Гигант радостно поднял руку, и бегущее внизу живое покрывало окутал туман, а потом оно задымилось.

Зачистка Саратова шла полным ходом. И, разумеется, всю её подготовили наши специалисты. Нам всё равно рано или поздно придётся зачищать центр Воронежа и других крупных городов, так почему не обкатать схему здесь?

Принцип был тот же, что и раньше, только масштаб другой. Двадцать расположенных в разных местах мощных манков Савинского производства охватывали практически всю северную часть города и по цепочке сводили монстров на три позиции, где сейчас расположились практически все воины Пензенской области.

Пару тысяч своих бойцов я, конечно, тоже выделил, а также дал новому союзнику попользоваться выданной под роспись артиллерией, арбалетами и автоматами. Кроме этого, мы выделили флот. Десятки ББ-2 сейчас летали над городом, и находящиеся на них маги уничтожали летунов и большие скопления наземных тварей. А те члены ядра, что вчера изучали магию тьмы, активно тренировались в её использовании.

— Вон ещё один гиппо. — Мила указала направление.

— Вижу, — кивнул я и направил доску навстречу монстру.

***

— Это просто феноменально! — восторженно произнёс Олег Сергеевич Лазарев, глядя вниз. — Я ковырялся здесь несколько лет и просто не могу поверить, что мы зачистим Саратов за один день.

Тарелка князя стояла вплотную к моей доске, и мы вместе наблюдали за началом второй фазы зачистки пограничного города. В тридцати метрах под нами десятки тысяч мёртвых монстров дымились на земле, и сейчас пришла пора уничтожения кристаллов.

— За сегодня вряд ли всё успеем, — заметил я.

— Главное, что зачистим центр, — махнул рукой князь. — Если что-то вокруг останется, мы потом в спокойном режиме добьём.

— Тоже верно, — кивнул я.

— О! — Лазарев ткнул пальцем в ББ-3, где в окружении десятка самых сильных магов виднелась высокая фигура в балахоне. — Мне кажется, или Виктория каждую секунду запускает кристаллы в рост?

— Вам кажется, — рассмеялся я. — Доска летает медленней. Она запускает по две штуки каждые сто метров справа и слева от себя. Вон, если приглядитесь, она отмечает нужные куском земли.

— Да вижу, вижу. — Князь шагнул на край тарелки и протянул мне руку. — Огромное вам спасибо, Дмитрий Николаевич! Теперь, когда мы отодвинем монстров за реку, у меня освободится… Да все бойцы у меня освободятся! Конечно, какую-то часть я буду посылать за ресурсами на ту сторону, но остальные смогут заняться укреплением побережья. Мы здесь построим такую линию, что никакие османы и пермяки к нам не сунутся. Причём сделаем это очень быстро!

— И это замечательно, — улыбнулся я.

— Как только мы закончим с вами разговор, — продолжил Лазарев, — я сообщу его императорскому величеству о нашем прогрессе. Думаю, он будет очень доволен.

— Хотелось бы… Кстати, хотел вас спросить. — Я наклонил голову и пристально посмотрел собеседнику в глаза. — Вы имеете отношение к тому, что Ярослав Евгеньевич изменил своё отношение ко мне?

— Может быть. — Князь усмехнулся. — Я встречался с ним вчера утром и сделал всё, чтобы убедить в том, что с вами надо дружить.

— Значит, мы почти в расчёте, — серьёзно кивнул я.

— Да, но есть одно «но». — Лазарев кинул взгляд через моё плечо, где раскинулись просторы Нижегородской империи. — Я не знаю, как смотрит на всё это Виталий Степанович Нарышкин, и допускаю, что он вообще не в курсе происходящего, а вот среди остальных князей у вас друзей нет.

— Астахов постарался? — уточнил я.

— Да они давно все спелись, — вздохнул Олег Сергеевич. — В общем, что я хотел вам сказать… Ваша затея найти того таинственного недруга достаточно опасна и, возможно, уже не актуальна.

— Почему?

— Да потому, что, даже если у вас был до этого всего лишь один враг, и если предположить, что он один из наших с вами коллег, то теперь они работают вместе. Я не в курсе подробностей, но точно знаю, что вечером накануне моего визита к императору к нему приходили они все, и никто из них не желал вам добра.

— Они хотели захватить Савино?

— Я вам не отвечу, но думаю, Дмитрий Николаевич, вы сами всё понимаете. — Лазарев пожал плечами и снова перевёл взгляд вниз.

— Понял. — Я кивнул и после недолгого раздумья продолжил: — Ну, тогда откровенность за откровенность. Олег Сергеевич — в целом наши коллеги мне неинтересны — их желание уничтожить конкурента в принципе понятно, и у них просто не хватит сил добраться до меня. Но тот козел конкретно перешёл все границы, и я в любом случае его достану.

— Я вас понимаю. — Князь кивнул. — И, если бы мог, с удовольствием помог бы вам.

— Может быть, вы и можете, — проговорил я. — Я сам уже начал думать, что визиты к князьям в гости затея так себе. Они или меня не примут, или соберут кучу сил и могут попробовать меня убить, выдав это за несчастный случай. Поэтому самый лучший способ со всеми ними познакомиться — это встретиться где-то на нейтральной территории.

— На моей? — Князь задумчиво погладил подбородок. — А почему нет? Зачистка Саратова — это отличный повод провести если не полноценный бал, их я не люблю, то торжественный вечер точно. Уверен, все захотят приобщиться к победе и непременно приедут!

— Отличная идея, Олег Сергеевич! А когда вы сможете всё это организовать?

— Точно не знаю, Дмитрий Николаевич. — Князь снова посмотрел вниз, где тысячи бойцов с энтузиазмом и буквально на глазах отодвигали границу диких земель. — Думаю, дня через три. Я вышлю вам приглашение заранее.

— Вот тогда мы точно будем квиты! — Я широко улыбнулся и отошёл от края доски. — Что ж, тогда, раз мы всё решили, я полечу и подстрахую ребят. Больших кристаллов всё ещё много, и из них в любой момент может вылезти какая-нибудь дрянь.

— До встречи, Дмитрий Николаевич. — Олег Сергеевич церемонно поклонился. — И ещё раз огромное вам спасибо, жители Пензенской области никогда не забудут того, что вы для них сделали!

***

— Да чтоб тебя! — Катя бросила ручку на стол и откинулась в кресле.

Цифры не сходились уже второй раз, что для неё было из ряда вон выходящим событием. Понятно, что время уже подходило к полуночи и голова пухла, но главной причиной рассеянности были вчерашние слова Свята, чем дальше, тем чаще всплывающие в памяти.

— Давай через месяц, — сказал он перед самым сном, имея в виду свадьбу.

— Какой на фиг месяц?! — Катя резко села на кровати. — Самое раннее октябрь, а лучше декабрь… А ещё лучше февраль, когда подобьём все итоги этого года. Хотя зимой, конечно, хреново, так что лучше июнь. Следующий.

— Так люди ждут, — удивлённо распахнул глаза Свят.

— Ничего не знаю! Ты мне предложение делал без свидетелей, и ответила я тебе без них! Если ты всем растрепал, сам и решай.

Что в ответ пробурчал Свят, Катя не расслышала — парень обиженно отвернулся к стенке, а утром убежал ещё до того, как она проснулась.

— Август точно слишком рано, — пробормотала Катя, снова беря ручку.

Она перевернула страницу тетради и уже была готова в третий раз взяться за расчёт, но тут вдруг за окном промелькнула тень. Причём не от птички, а от чего-то гораздо большего.

— Что за хрень?

Рука девушки сама собой потянулась к ящику, и через мгновение тяжёлая рукоятка пистолета оказалась в ладони.

— Угрозы нет, — тут же прошептал ей в ухо Гензо.

— А что это было? — спросила Катя.

— Понятия не имею. Все наши с Акаи ресурсы сейчас в других местах, но это точно не угроза. Можешь убирать ствол.

— Спасибо! — Девушка искренне поблагодарила невидимого хранителя и закрыла ящик.

Блин, но этот рыжий упрямец точно просто так не отступит… Надо попробовать уговорить его хотя бы на конец октября… а ещё лучше…

За окном снова промелькнула тень.

Да какого хрена?

Девушка выскочила из-за стола и подбежала к окну. На Савино уже легла ночь, правда, благодаря многочисленным фонарям это было не так сильно заметно.

Как всегда, в окнах всех без исключения производств горел свет, изредка пролетали тарелки с грузом. Вдалеке послышался звук проезжающего грузовика.

«Пожалуй, пора спать. Доделаю с утра», — зевнула Катя и уже собиралась отвернуться, но тут её ушей коснулся странный звук.

Девушка прислушивалась и поняла, что это музыка, а ещё через несколько секунд узнала мелодию. «Только ты» — её любимая песня «Золотого кольца».

«Свят!» — поняла Катя и в эту же секунду увидела опускающуюся прямо за окном доску. Сначала появились тяжёлые грязные ботинки, потом не менее грязные камуфляжные штаны, потом крепкий торс, разумеется, тоже грязный, а потом улыбающиеся физиономия и рыжая шевелюра.

— Открывай! — громко потребовал Свят.

— Да чтоб тебя, — проворчала девушка, но, зная своего парня, окно на всякий случай открыла. — Ты что здесь делаешь?

— Как что? — Свят широко улыбнулся. — После тяжёлой миссии прилетел забрать свою любимую домой.

— А дверь для кого сделана? — возмутилась Катя. — Ещё увидит кто!

— Чего увидит? — Свят обернулся, оглядывая улицы Савино. — Рабочий день уже закончился, и даже ты имеешь право на личную жизнь.

— Да поняла я уже, поняла. — Хоть явление парня было неожиданным, Катя вдруг почувствовала внутри странное приятное давление, и оно распространялось всё ниже. Да, именно такими неожиданными поступками, порой проходящими по самой грани, ей и нравился Свят. — Хорошо, жди внизу, я скоро буду.

— Погоди! Я хотел обсудить кое-что насчёт вчерашнего.

— А что вчера было? — снова напряглась девушка.

— Ну, ты сказала, что тебе недостаточно свидетелей.

— Я не так сказала. Я сказала, что…

— Я помню, что ты сказала, — махнул рукой Свят, — и ты абсолютно права. Получается, что мы всё шкеримся, как детишки за углами, а между тем у меня очень серьёзные намерения, и, возможно, ты их не ценишь именно потому, что никто, кроме нас, о наших отношениях не знает.

— Что ты имеешь в виду? — тихо проговорила Катя, почувствовав неладное и заглядывая за спину Святу. — Все всё знают и…

Она не договорила — Свят поднял руку, и тихо играющая до этого музыка вдруг резко стала в три раза громче, а ещё через несколько секунд темно-синее вечернее небо вдруг сделалось черным.

— Твою же мать… — пробормотала Катя, глядя на десятки спускающихся с неба досок и тарелок. И каждая из них была битком набита людьми. — Свят, не надо….

— Что? Не слышу, — парень приложил ладонь к уху. — Ладно, потом расскажешь. А пока…

Он поднял голову, и тут же сверху прямо ему в руки упало что-то объёмное. Это оказался огромный букет Катиных любимых белых роз.

Музыка стихла.

— Катенька! — вставая на колено и выставляя цветы перед собой, торжественно провозгласил Свят. — Любовь моя! Здесь, при свидетелях, я прошу твои руки. Если что, — Свят кивнул вправо, и обомлевшая Катя увидела, как рядом с ним спустилась ещё одна доска, и на ней стояли её отец и три сестры. — Разрешение у твоей семьи я получил, и осталась только ты. Ты выйдешь за меня?

Рыжий поднял свободную руку, и все сотни присутствующих на досках и тарелках людей начали скандировать.

— Давай, давай, давай, давай!

У Кати затряслись ноги, и она вдруг осознала, что хочет одновременно сделать две вещи. Первая — схватить букет и со всей дури опустить на наглую рыжую голову, а вторая — самой запрыгнуть на руки Святу.

— Так ты выйдешь за меня? — повторил он.

— Да… — выдохнула Катя.

— Я не слышу! — Свят снова поднял руку, и скандирование тут же прекратилось.

— Да! — крикнула девушка.

— Отлично! Тогда как раз завтра достроим ЗАГС, и послезавтра в восемь утра я жду тебя в нём.

— Какие послезавтра? — отпрянула от окна невеста.

— Да говорю же, — развёл руками Свят. — Завтра ещё не будет ЗАГС готов.

— Я не про это, — пролепетала Катя. — Я не готова… у меня даже платья нет.

— А, точно. — Свят приложил пальцы ко рту и звонко свистнул.

В этот же момент дверь в кабинет Кати распахнулась, и в него бежали Васек и Иваныч. Братья подлетели к девушке, и один из них поднял её руки, а второй начал оперативно прикладывать к ней метр.

— Завтра с утра будут эскизы, а к вечеру платье будет готово! — сообщил Свят. — Торт, кстати, тоже испекут. — Также Дмитрий Николаевич дал тебе три выходных, я арендовал таверну, заказал фейерверки и всё остальное тоже продумал. Так что послезавтра в восемь.

Свят обернулся к остальным и ещё раз громко свистнул.

— Тили-тили тесто, жених и невеста!!! — пронёсся над Савино оглушительный рёв, а потом флот свидетелей полетел по своим делам.

Катя перевела взгляд на прижимающего к себе сестёр отца и робко улыбнулась.

— Поздравляю, доча, — тихо проговорил он, и его глаза заблестели.

***

Моё участие в представлении Свята было не очень активным, но на реакцию Кати смотреть было одно удовольствие. И самое главное, я чувствовал, что они оба счастливы, и это наполняло теплом мою душу. Война войной, развитие развитием, но именно такие моменты дают самую сильную мотивацию и смысл…

Я открыл дверь в усадьбу и…

— Привет, Дим, — услышал вдруг знакомый голос.

На диване в обеденном зале сидел Феникс.

— Привет, — удивлённо сказал я, подходя к столу. — Я думал, ты в Лос-Сантосе.

— Обстоятельства изменились, — не похожим на свой голосом проговорил бывший торговец.

— А конкретней? — спросил я, усаживаясь напротив него.

— А конкретней… — после паузы проговорил Антон. — Я нашёл Золотого глаза.

Несколько секунд мне понадобилось на то, чтобы вспомнить, о ком он говорит.

Золотой глаз — тот самый работорговец, чьи люди напали на родную деревню Феникса, убили его родителей и выкрали тогда ещё совсем маленького мальчика. Антон искал этого человека больше десяти лет.

— Подробности! — потребовал я, а на моё лицо сам собой вылез хищный оскал.

Глава 5

Этой ночью кошмары меня не мучили. Возможно, потому что перед сном мы с Милой сначала занялись кое-чем очень приятным, а потом провели занятия по расширению магических каналов. Когда я отрубился, девушка была ещё в сознании и, видимо, позаботилась обо мне.

— Доброе утро, — сказал я пустому месту рядом с собой, и на подушке тут же появилась Акаи.

— Результат вечернего занятия плюс тринадцать процентов к ширине каналов и пять к величине резервуара.

— Превосходно!

Я широко улыбнулся, чувствуя, как во мне буквально бурлит энергия. А раз бурлит, пора сделать то, что давно задумал.

— Гензо!

— Да, Дим. — Рядом с Акаи появилась лохматая бутылка.

— Отныне минимум дважды в день нужно устраивать дальнюю разведку, — сообщил я. — Пока приоритет — османы. Дворец и те военные базы, координаты которых выдали пленники. Надо выяснить, какие ответные шаги и когда предпримет Сулейман Первый.

— Это будет непросто, — прищурил глаз хранитель. — На таком расстоянии, даже если я буду контролировать всего лишь пять-шесть комнат, твоя мана станет улетать очень быстро.

— Значит, делаем так: я тебя запускаю, ты быстренько осматриваешься, и, если никаких серьёзных разговоров не ведётся, мы убираем точку. Когда мана накапливается, повторяем в другом месте. И так всегда, когда я буду полный и не обременённый серьёзными делами.

— Понял. Я готов.

— Начнём с дворца.

Уже стоя рядом с раковиной, я закрыл глаза и представил место, куда нужно переместить Гензо. Ввиду того, что в столице Османской империи я не бывал, сначала предстояло сделать снимок сверху. Я примерно представил карту и создал точку веселья в пяти километрах над землёй.

— Попал? — уточнил я.

— Почти, — хмыкнул Гензо. — Но дворец здоровый, и на горизонте я его вижу. Сейчас точно рассчитаю координаты.

— Давай быстрее, — пробормотал я, испытывая чрезвычайно неприятное ощущение в желудке. — А как восстановлюсь, поставлю ещё раз.

— Понял тебя.

Стараясь не обращать внимания на дискомфорт, я залез под тёплые струи душа.

По счастью, Гензо ковырялся недолго, и уже через две минуты я смог отключить дальнюю точку веселья и снова насладиться тем, что энергия течёт в мой резервуар, а не улетает из него со страшной скоростью.

Да, это будет не очень приятно, но зато в перспективе может снабдить нас поистине эксклюзивной информацией. Знание того, что задумали реальные и потенциальные враги, — залог успеха, так что, кроме Османской империи, периодически нужно заглядывать и к пермякам.

День предстоял насыщенный, а его начало тяжёлым. Я быстро выпил кружку чая, съел яичницу с беконом, а потом сел на доску и отправился к берегу реки.

Там, немного в стороне от основных маршрутов, специально сохранили берёзовую рощу и не просто сохранили, но и облагородили. Деревья росли не очень часто, а кустарника и травы вовсе не было. Здесь располагалось савинское кладбище.

До сегодняшнего дня на нём было совсем мало новых могил, ведь до моего пришествия жители предпочитали умерших сжигать, чтобы их могилы не раскопали монстры. Но сейчас мы могли позволить себе вернуться к истокам.

Погребение подходило к концу. Гробы с телами погибших позавчера воинов лежали в аккуратных могилах, и некоторые из них уже закопали. Процессом руководил Виктор Харитонович, а чуть в отдалении за ним в два ряда стояли бойцы. В парадной форме и с АК в руках.

Я, тихо здороваясь, прошёл между могилами и встал рядом с полковником.

Да, наша победа над османами была разгромной, но тем не менее мы потеряли семнадцать своих бойцов. Я не знал хорошо никого из них, но встречал регулярно. Здесь было двое старых савинцев, но в основном уже пришедшие позже люди, и все они храбро сражались и отдали жизнь за свой дом.

Я, конечно, мог сегодня и не приходить, тем более что речь подготовил полковник, но мне это было нужно. Иногда, переходя на более высокий уровень управления, начинаешь забывать, из чего состоит основная сила, на которой всё держится. Люди, обычные работяги и воины, а также их родные и близкие. И нужно приложить все силы, чтобы подобных мероприятий было как можно меньше.

В берёзовой роще мы провели около часа, и после полковника я всё-таки сказал несколько слов. А когда окрестности огласил тройной залп из АК, попрощался со всеми, сел на доску и полетел в сторону Лос-Сантоса.

Конечно, до скорости развития Савино его ближайшему городу-спутнику было далеко, но если сравнивать с не принадлежащими мне городами, он тоже рос чрезвычайно быстро.

Все первые линии домов были снесены, а дороги расширены. Практически все здания полностью перестроены, и теперь меньше трёх этажей здесь ничего не осталось. По улицам ездили машины, толпами ходил народ, и беспрерывным потоком транспорт возил добычу из Воронежа. А дополняла картину невидимая сверху широченная подземная магистраль.

Я опустил доску на крышу самого высокого пятиэтажного здания города — резиденции клана «Акулы». Группа из восьми человек уже ждала меня. Я сменил транспорт, и теперь на ББ-3, превратив его в сигару, мы направились в сторону Озерска.

— В общем, смотри. — Сидящий рядом Феникс развернул карту. — Сейчас самая юго-западная точка Воронежской области — это Озерск. — Антон ткнул пальцем в город, помеченный красным. — В восьмидесяти километрах к западу от него протекает река Северский Донец.

— Какая широченная, — прокомментировал я, глядя на вертикальную синюю линию. — Километра два?

— Конкретно в этом месте даже два с половиной, — кивнул Феникс. — И, по сути, она отделяет нашу безопасную сторону от очень опасной противоположной. Как видишь, в сорока километрах западней реки Харьков, а в семидесяти к северу от него Белгород. Два крупных города прошлого, полные ресурсов и монстров, собственно, Северский Донец и не даёт им броситься на нас. Вот здесь, на нашей стороне реки, располагается город Хотомля, и сейчас он стал оплотом бандитов, по большому счету последним на этой части прилегающих территорий. Туда убежали все те, кто выжил после наших зачисток Озёрска и других городов. Я всю ночь с этим работал, и оказалось, что дружеских нам кланов там попросту нет. И именно в этот город из Европы сегодня с утра прибыл Золотой Глаз.

— А что он возит? — спросил я. — После того как мы захватили эту территорию и прошла война нижегородцев с пермяками, я думал, они потеряли все логистические цепочки.

— Скорее всего, так и есть. — Феникс кивнул. — Рабынь они сейчас точно не сумеют нигде продать, но в диких землях, помимо рабынь, есть много всего интересного. Вообще, я не исключаю, что он попробует наладить через Озёрск связь с нами, но ждать этого не намерен.

— Ясно.

Я посмотрел в иллюминатор и с удивлением обнаружил, что Воронеж уже остался позади, и мы стремительно приближаемся к Озёрску.

На самом деле основная задача — месть Золотому Глазу — никаких проблем не сулила. Я вызвался участвовать в этом предприятии просто для того, чтобы прикрыть ребят и посмотреть на Хотомлю.

Город, кроме интересного названия, действительно имел стратегическое расположение, ведь после того, как мы зачистим Воронеж, нужно будет двигаться дальше. Понятно, что мысли сразу же возвращаются к Москве, но перед тем, как зачищать бывшую столицу, нужно решить вопрос власти в Нижегородской империи. А если говорить прямо — мне надо стать её императором, при этом очень желательно одновременно присоединить Пермскую территорию и, разумеется, разобраться с османами.

Всё это, в теории, могло произойти достаточно быстро, а могло и занять несколько лет. Вот в последнем случае мы и будем двигаться на Запад, а линия из трёх городов: Курск, Белгород и Харьков, — расположенных совсем близко друг к другу, являлась поистине золотой жилой. Хотомля отлично подходила как центр разработки этих городов.

— План есть? — Я повернулся к Фениксу.

— Да план стандартный, — рассмеялся он. — Мои ребята уже поймали подходящую группу бандитов, сейчас мы заберём Карину и летим к ним. Надо будет быстренько в них превратиться, потом я кого-нибудь из них обработаю, чтобы у нас был провожатый. И пойдем.

— Как в старые добрые времена, — улыбнулся я.

— Именно. — Феникс свернул карту и откинулся в кресле. — Ты бы знал, как долго я ждал этого момента.

— Антон, я только хотел бы тебя попросить также учитывать интересы Савино. — Я серьёзно посмотрел на спутника. — То есть не пороть горячку.

— Какая горячка, Дим? — Феникс кинул на меня удивлённый взгляд. — Вообще-то, я планирую развлекаться с этим гадом очень долго и никуда не спешу.

— Вот и отлично. — Я снова посмотрел в окно и увидел появившийся на горизонте Озёрск.

***

Из десяти вошедших в Хотомлю наших, девять человек участвовали в османской операции, и только для одного это был новый опыт. Точнее, для одной — Карины.

Зато в другом у женщины опыта было побольше, чем у остальных, и, разумеется, слабым звеном она не являлась.

Феникс в очередной раз удивил — из группы захваченных, как прототипы, бандитов он с ходу сумел загипнотизировать аж четырёх, и потребовалось ему на это всего лишь пятнадцать минут. Теперь все они сопровождали нас, и мы уверенно шагали по улицам Хотомли.

Сам город мало чем отличался от других населённых пунктов диких земель. Дома разной этажности были выполнены преимущественно из кирпичей ручной работы, так же как и пятиметровая стена вокруг города. Благо глиняный карьер здесь был недалеко, и, идя вдоль Северского Донца, мы даже его видели. И да, ширина реки впечатляла — больше двух километров, и город стоял на холме прямо на берегу. Отличное место для обороны, а также как плацдарм для зачистки Харькова и Белгорода.

— Вон тот дом, — указал один из загипнотизированных бандитов.

Двухэтажное кирпичное здание стояло прямо на одной из радиальных улиц. Я быстро снял весьма посредственную магическую защиту, а Феникс открыл тяжёлый навесной замок. Первая часть плана была выполнена — теперь осталось найти Золотого Глаза и следить за ним.

***

— Да успокойся ты! — Карина преградила дорогу ходящему туда-сюда Фениксу. — Вон водички выпей, а лучше пивка. Ты мешаешь Дмитрию Николаевичу.

На самом деле Антон мне не мешал. Я сидел с закрытыми глазами в изрядно продавленном кресле и наблюдал за очередной встречей Золотого Глаза с одним из главарей бандитов. Да, этого торговца здесь знали хорошо, и к нему буквально выстроилась очередь. Крепкий мужчина лет пятидесяти с седыми висками и выпирающей челюстью занимался своим грязным делом всю жизнь.

Правда, последние несколько лет предпочитал работать в Европе, и именно поэтому Феникс не мог его достать. Я уже четвёртый час слушал разговоры в кабинете одного из трёхэтажных домов, и, признаться, это было достаточно интересно.

Когда Нижегородская и Пермская империи схлестнулись, хорошо понимающий механику войн Золотой Глаз тут же затарился оружием, а также жемчужинами, которые, благодаря соседству с Османской империей, в Европе стоили процентов на двадцать дешевле, чем у нас, и выдвинул караван. Шёл он месяц — и опоздал. Оружие стало не очень нужно, и жемчужины теперь гораздо выгоднее было покупать здесь и везти в Европу. Не судьба…

— Ну, что там? — нетерпеливо спросил Феникс, садясь напротив меня за стол.

— Предыдущий уходит, а в дом уже пришёл следующий. Судя по тому, что говорят люди Глаза, это будет последний на сегодня. Потом его можно брать.

— А говорят о чём?

— Да всё о том же самом.

— Блин, я бы порадовался, что он так опростоволосился, — зло буркнул Феникс. — Если бы не знал, что совсем скоро он умрёт.

— Ну вот и думай о хорошем. — Карина снова оказалась рядом с ним. — Представляй, как ты будешь отрезать ему пальцы и загонять иголки под ногти. Точнее, в обратной последовательности.

— Я уже это столько раз представлял, что фантазия больше не приносит мне удовольствия, — усмехнулся Антон.

— Ну, немножко потерпи. — Карина похлопала парня по плечу и вернулась к наблюдению за одним из окон.

***

— Привет, Олег. — Золотой Глаз поднялся и пожал крепкую ладонь зашедшего в кабинет гладко выбритого громилы.

— Привет, Глаз. — Мужчины несколько секунд смотрели друг на друга, а потом крепко обнялись. — Рад тебя видеть.

— Взаимно.

Они уселись в кресла рядом с небольшим деревянным столиком, и хозяин тут же наполнил бокалы из бутылки с этикеткой на иностранном языке.

— Виски из Польши, — пояснил он. — Они там, может, и отсталые, но в алкоголе разбираются.

— Неплохо, но я знаю минимум двух поставщиков намного ближе, которые делают не хуже, — смакуя выпивку, проговорил Олег, глава клана «Берсерки», после чего поставил стакан и вопросительно посмотрел на собеседника. — До меня уже дошли слухи, что ты немного не угадал с товаром.

— Есть такое, — кивнул Глаз. — А я слышал, что вас тут прижали нехило, и сделал это какой-то девятнадцатилетний пацан.

— Этот пацан оказался очень крутым гипнотизёром, — поморщился Олег. — Никто его всерьёз не воспринимал, а когда чухнулись, оказалось, что он подчинил все города вокруг старого Воронежа и на треть его уже зачистил. Говорят, у него даже император по струнке ходит, а недавно они разгромили воздушный флот Осман. Пятьсот тарелок сбили, представляешь? А ещё болтают, что он кучу кораблей их потопил…

— Да, мне уже говорили. — Золотой Глаз задумчиво потёр переносицу. — Именно поэтому я и позвал тебя последним, Олег. Похоже, мне попала в руки информация, которая сделает нас миллионерами.

— Если миллионерами в нижегородской валюте, это уже никого не удивит. — Глава «Берсерков» рассмеялся, но при этом не сводил цепкого взгляда с собеседника. — Давай не томи. А то мы уже серьёзно помышляем о том, чтобы двигать сильно на запад, причём в самое ближайшее время. Этот хмырёныш Акулов явно не собирается останавливаться и рано или поздно точно обратит внимание на Хотомлю.

— Я думаю, не стоит торопиться уходить. — Золотой Глаз посмотрел в окно. — В общем, сегодня с утра, когда уже был здесь, я, согласно кое-какой предварительной договорённости, связался с очень высокопоставленными людьми в Польше. Оказалось, что они уже в курсе того, что здесь происходит, и их это почему-то вдруг очень стало интересовать. Они меня попросили кое-что сделать и пообещали за это очень много денег. Настолько много, что я смогу купить себе землю где-нибудь рядом с Варшавой и выращивать там хмель. Разумеется, в окружении тридцати молодых наложниц.

— И что же они попросили? — Лысый здоровяк подался вперед.

— Всё это между нами, Олег…

— Да о чём ты говоришь, Глаз?! — возмутился глава «Берсерков» — Ты меня тридцать лет уже знаешь!

— В таком деле лучше проговорить лишний раз… Короче! Они попросили разведать территорию, точнее, несколько безопасных маршрутов сюда.

— Торговые караваны — это хорошо, — хищно улыбнулся Олег. — А то в последнее время мы всё больше начинаем походить на сталкеров, а если и грабим, то друг друга.

— Ты не понял. — Золотой Глаз покачал головой. — Да, они мне тоже про торговые пути затирали, но при этом запрос был на полноценный маршрут, по которому может пройти сразу много людей и техники. Причём не только со стороны Варшавы, но и с юго-запада. То есть примерно от Измаила.

— Измаил? — Олег поморщился, вспоминая карту. — Это же вроде османская крепость.

— Ага. — Золотой Глаз снова наполнил стаканы. — Чтобы ты не ломал голову, я напомню, что от Измаила до Воронежа ровно тысяча километров, от Варшавы тысяча двести. Сама по себе масштабная торговля на такое расстояние при не зачищенных путях — история сомнительная, но самое главное, выбранный момент кое на что явно намекает… Я поговорил с несколькими из своих друзей там, а потом здесь… а самое главное, узнал подробности этой битвы с османами, и тут у меня в голове что-то щёлкнуло. Ты же знаешь, у меня с интуицией всегда было прекрасно… Так вот… А что, если речь идёт не про торговые караваны, а про военные?

— Ты имеешь в виду вторжение? — после долгой паузы медленно проговорил глава «Берсерков».

— Да. — Золотой Глаз залпом опустошил бокал и закусил плиткой шоколада. — Ты знаешь, я жил в Европе много лет и имел дело в том числе с османами. Эти заносчивые ублюдки никогда не проигрывали, и они точно не спустят это просто так. Но если ваш вундеркинд и правда имеет преимущество в воздухе и в воде, то самое логичное предположить, что к нему пойдут по земле. И, скорее всего, позовут друзей на помощь.

— Но европейцы же воюют с османами.

— Как воюют, так и прекратят… Ты только представь, что начнётся, если я прав! И в этом случае мне здесь понадобятся люди, потому что именно в Озёрске сходятся оба этих маршрута. И если мы будем знать обо всём заранее, то сможем очень здорово здесь поживиться.

— Да уж. — Теперь Олег сам взял бутылку и разлил её содержимое по стаканам. — Перспективы, конечно, очень интересные, но поверь мне, Савино — грозная сила.

— Чем грознее сталкивающиеся силы, чем сильнее взрыв, — зло ухмыльнулся Золотой Глаз. —А чем сильнее взрыв, тем более богатая добыча после него остаётся.

— Это правда! — Глава «Берсерков» поднял стакан и, отсалютовав старому другу, выпил.

***

— Ну, что там? — Феникс снова ходил по комнате и каждые несколько секунд смотрел на меня.

— Да тут такое дело… — Я поднял на него взгляд. — Похоже, с иголками под ногти придётся немножко подождать — пока Золотой Глаз мне нужен живым.

Глава 6

— Послабее, Антон! — Я укоризненно наклонил голову. — Следы же останутся.

— Вылечим, — с ненавистью прошептал Феникс, но пальцы на шее Золотого Глаза всё-таки разжал. — Всё равно гад не чувствует ничего.

Да, гад ничего не чувствовал, потому что спал. Жучок, превращённый в руку и вооружённый пистолетом, без труда проник в спальню на третьем этаже большого дома, где ночевал торговец. И уже через несколько секунд дротик со снотворным погрузил Золотого Глаза в ещё более глубокий сон.

Нам проникнуть в дом было сложнее, но, разумеется, мы тоже справились. Гензо скрыл стену от посторонних глаз, благо была ночь, а мы превратились в скалолазов и своим ходом добрались до окна, ну а дальше уже много раз проверенным методом сквозь стеночку проникли внутрь.

— Давай мы лучше её ему на шею повяжем? — кровожадно предложил Феникс, глядя, как я продеваю верёвку под мышками спящего торговца.

— Хочешь, чтоб он прям так во сне и помер? — хмыкнул я. — Без мучений?

— Нет, не хочу, — вздохнул Феникс и принялся мне помогать.

Когда спящее тело было надёжно закреплено, мы дотащили его до окна и осторожно спустили вниз. Прямо сквозь землю, в вырытый на глубине трёх метров тоннель.

Да, уровень Эби потрясал. За те восемь часов, что мы были в Хотомле, её персевали прорыли семикилометровый в длину и трёхметровый в ширину проход, и заканчивался он в том самом лесочке, где мы спрятали наш ББ-3.

Когда верёвка несколько раз дёрнулась, обозначая то, что Паша принял пленника, мы тем же самым маршрутом, что проникли сюда, спустились вниз, а потом и в тоннель. Здесь нас ждали два трофейных квадроцикла, на один из них Паша уже уложил Золотого Глаза и сел сам, явно давая понять, что Фениксу предстоит ехать со мной.

— Вот почему так? — бурчал под нос Антон, заводя двигатель. — Только-только мечта всей твоей жизни почти что сбылась, и тут всплывает такая хрень.

— Зато у тебя ещё будет возможность смаковать то, что произойдёт, — произнёс я, обеими руками держась за сиденье, чтобы не слететь после резкого старта. — Вот убил бы ты его сегодня, и всё. О чём дальше мечтать?

— В мире ещё много всяких козлов! — Теперь Фениксу, чтобы я его слышал, приходилось кричать.

Всего несколько минут нам понадобилось, для того чтобы пролететь под Хотомлей и оказаться на небольшой лесной поляне. Остальные участники операции уже нас ждали, а в одном из кресел сидел спящий Олег, глава клана «Берсерки».

— Да что ты с ним так аккуратно? — опять проворчал Феникс, глядя, как Паша усаживает Золотого Глаза в кресло. — Давайте вообще его снизу доски привяжем и разбудим.

— Я не знала, что ты такой садист, — хмыкнула Карина.

— Ой, это я даже ещё не начал озвучивать свои самые интересные фантазии.

— По дороге поговорим, времени мало, — напомнил я, наблюдая за тем, как ребята быстро прячут квадроциклы в тоннель.

Уже через минуту мы расселись и стартовали, а ещё через одну ББ-3 принял форму сигары и разогнался по полной.

Да, возможно, Золотого Глаза подвела интуиция, а что, если нет? Слишком уж логично звучали его домыслы. Действительно, вести полноценную торговлю на таком расстоянии вряд ли дело прибыльное и точно очень рискованное. А другой причиной искать маршруты к нам может быть только одна — война. И опять-таки в одиночку европейцы точно не сунутся, особенно если слышали, что здесь недавно произошло, и это явно указывает на их потенциальный союз с османами.

В общем, лучше перестраховаться, и мой план был прост — загипнотизировать Золотого Глаза и при этом дать ему команду делать все то же самое, что он делал бы самостоятельно, просто периодически присылать мне отчёты и никуда внезапно не исчезать.

Его же дружка, Олега, я прихватил до кучи. Раз у меня есть два гипноза в сутки, надо их использовать, и свой человек в Хотомле мне точно не помешает. По всему выходило, что нас ждёт весёлая ночка. Нам надо приблизиться к Савино на расстояние пяти километров, обработать эту пару и до того, как их хватятся, развезти по домам, а потом снова вернуться в Савино.

— Но мне можно будет его сегодня хоть немного помучить? — повернул ко мне голову Феникс.

— В теории, его можно заставить испытывать сильную головную боль, например, раз в пять минут, — ответил я. — Но тогда он будет не полностью функционален и эффективен. Потерпи ещё немного, никуда он от нас не денется.

— А пока, — вступила разговор сидящая за нами Карина, — можешь наслаждаться тем, что вместо домика и земли рядом с Варшавой, хмеля и наложниц он будет работать на Савино бесплатно и больше никогда не сможет самостоятельно принимать решения. Для такого человека, как он, это очень страшно. Представь себя на его месте.

— А ты права, — в первый раз за последние несколько часов Феникс улыбнулся, — не хочу я быть на его поганом месте. Вот только иголок под ногтями всё равно не хватает.

— Меня больше интересует, — перевела тему Карина, — успеем ли мы на свадьбу. Влад очень хотел присутствовать.

— Ну, Влад-то точно успеет, — рассмеялся я. — Но и мы постараемся.

Я посмотрел в иллюминатор и на горизонте увидел Воронеж.

***

— Я никуда не пойду! — Катя бросила фату на кровать, а сама уселась в кресло.

— Почему, дочь? — с улыбкой спросил её отец.

— Не хочу. Я передумала!

— Нервничать перед свадьбой — это нормально. Я тоже чуть не сбежал перед росписью. Вернее, друзья меня сдержали.

— Да, а кто мне говорил, что за час до назначенного времени уже у ЗАГСа ждал?

— Так потому и ждал, что меня ночью перехватили и привели.

— Да я Свята всего четыре месяца знаю, — выдохнула Катя, перебирая оборки широкой белой юбки.

— А Дмитрия Николаевича ты сколько знаешь? — с ухмылкой спросила Клава, поднимая с кровати и расправляя фату.

— Тоже четыре месяца, но я же не выхожу за него замуж!

— Зато он Свята знает всю жизнь. Рыжий — его помощник и лучший друг, это самая лучшая рекомендация из тех, что может быть. Кстати, у осман, — Клава обошла кресло и снова стала надевать фату Кате на голову, — вообще зачастую невеста мужа до брачной ночи не видит и радуется даже тому, что просто повезло быть единственной или первой женой.

— Блин, всё равно это неправильно! — продолжила протестовать Катя.

— Ну, если неправильно, откажись, — пожала плечами Клава. — Тогда в Савино будет ещё больший праздник, чем в случае, если вы поженитесь.

— Это ещё почему? — Катя подняла голову и удивлённо посмотрела на женщину.

— Да потому что завидный жених освободится, — рассмеялась та. — Красивый, молодой, умный, богатый, лучший друг князя, то есть, скорее всего, рано или поздно станет графом. Да на него очередь выстроится до Усмани. Его сейчас обходят только потому, что тебя боятся. Но, поверь мне, про него частенько шепчутся. И, кстати, большинству всё равно, будет он их любить или нет.

— А тебя он любит, — снова заговорил отец. — И убить за тебя готов, но на самом деле Клава права. Если ты не готова, то можешь сказать ему об этом, и он даст столько времени, сколько тебе нужно. Платье подождёт, а торты, если что, новые испекут.

— Могу отложить? — Катя нахмурилась, а потом медленно встала и подошла к зеркалу.

Платье, которое сшили братья, превзошло её самые смелые ожидания. Белое, с тонкими чёрными вставками из шкуры Альта, оно очень выгодно подчёркивало округлости её фигуры.

Катя никому не говорила, но на самом деле она много раз представляла собственную свадьбу и, в отличие от многих других, никогда не фантазировала о каком-нибудь дворянине. У неё был свой весьма длинный список качеств, которыми должен обладать её избранник, и самое удивительное, почти всеми ими Свят обладал. Правда, обладал и кое-чем, что раньше Катя считала неприемлемым.

И сейчас, любуясь на себя, невеста вдруг поняла, что именно её беспокоило — ей не оставили выбора. Свят просто поставил её перед фактом, а она ненавидела подобные выкрутасы больше всего в жизни. Но! Клава и отец ведь правы. Ей просто достаточно сказать нет, и Свят сделает все, что она захочет. Потому что...

Да потому что он её действительно любит! И, возможно, выбрал единственный путь продавить её — показать свою силу и контроль над ситуацией.

«А что будет, если я скажу нет, и он исчезнет из моей жизни? — подумала Катя. — Я займусь работой и просто буду иногда его видеть. В обществе… — перед глазами девушки почему-то возник образ Клавы. — Ну уж нет!»

Катя одёрнула платье, сжала свою грудь, убедилась, что в разрезе та выглядит великолепно, после чего резко повернулась и широко улыбнулась.

— Я готова!

***

У Кати и Свята было очень странное видение культурной программы после ЗАГСа. Они взяли ещё несколько десятков желающих, погрузились на доски и полетели в сторону Воронежа, чтобы с помощью наших многозарядных арбалетов устроить там охоту на монстров.

Я, конечно, хотел посмотреть, как Катя в своём роскошном свадебном платье будет стрелять, но, к сожалению, этой ночью мне удалось поспать всего лишь два часа, а предстояла ещё целая куча дел.

В общем, торжественно толкнув княжескую речь и благословив молодых, с продолжения мероприятия я соскочил и направился в усадьбу. И как раз подходил к ней, когда получил сообщение от радистов. Олег Сергеевич Лазарев приглашал меня завтра в три часа дня на торжественный банкет по случаю освобождения Саратова. Он просил захватить свободных досок на сто человек, а ещё сообщал, что форма одежды парадная.

Последняя приписка намекала на то, что в гости к князю может прибыть и сам Орлов. Это, конечно, меня не так сильно порадовало, но не было поводом пропускать мероприятие. Ведь там я наконец-то увижу всех высокородных козлов в сборе, и, может быть, сумею понять, кто из них так активно рыл себе могилу.

— Общая ситуация? — спросил я, заходя в свою комнату.

— Без эксцессов, — доложила Акаи.

— Гензо, давай ещё раз попробуем заглянуть во дворец Сулеймана.

— Всегда готов, — отозвался хранитель.

Зная, что мне предстоит, я приготовил эликсир и настроил пирамидки, а когда всё было готово, лёг и поставил дальнюю точку веселья.

— Опять ни хрена, — уже через минуту разочарованно доложил Хранитель. — Его нигде нет, так же как и вчера. Слуги ни хрена не обсуждают.

— Плохо, — выдохнул я и с облегчением отключил точку.

Где это его императорское величество шляется? Неужто лично в Европу на переговоры поехал? А вот куда там ставить точку веселья, я понятия не имел.

— Куро, что у пермяков?

— Ничего, — меланхолично ответил хранитель кристалла Тьмы.

Чёрт, ненавижу это чувство, что-то важное происходит, а я не в курсе. Ладно, в любом случае, даже если всё пойдёт по самому плохому сценарию, быстро из Европы и из Измаила враги до нас не дойдут. Хотя почему по-плохому? Если это случится, я найду способ обратить ситуацию в свою пользу и готовиться начну уже сейчас.

Да, часть ребят уехала развлекаться со Святом и Катей, но ещё много кто остался, и под моим наблюдением КПД их занятий вырастет.

Я быстро отдал команду собираться в магической академии, и тут передо мной снова появилась Акаи.

— Тебя зовут в химическую лабораторию, — сообщила она.

— Что-то интересное? — заинтригованно уточнил я.

— Сам увидишь. — Как это часто бывает, туманная лиса сохранила интригу и тут же исчезла.

Химическая лаборатория располагалась под зданием больницы, имела отдельный вход, и за неё условно отвечала Аня. Условно, потому что с того момента, как лабораторию построили, в ней появилась другая хозяйка — Зоя Петровна Фамусова.

Она прибыла в одной из первых волн новых жителей, но некоторое время находилась в тени. До тех пор, пока её уровень веры в меня не достиг такого уровня, что она решила рассказать о своей прошлой деятельности. Как оказалось, занималась пятидесятилетняя женщина химическими разработками, в том числе и веществ, усиливающих магические и физические свойства живых организмов.

Лавочку прикрыли ещё до больших мятежей, и она даже не знала, на кого работала, а возможно, и выжила только потому, что изменила место жительства и обрубила все старые связи.

В общем, мы с Акаи её хорошенько изучили, поговорили и решили допустить к нашим разработкам. И не прогадали. Женщина показала себя реально толковым и полезным сотрудником, а впоследствии и руководителем. Она смогла полностью заменить Милу, и за последний месяц эффективность тех лекарств, что мы практически полным составом ежедневно принимали, серьёзно возросла.

Я запрыгнул на квадроцикл и уже через минуту был возле здания больницы. Зоя Петровна уже ждала меня у входа.

— Рада вас видеть, Дмитрий Николаевич, — кивнула уже совершенно седая женщина.

Ей вообще было всё равно, как она выглядит. Растрёпанные волосы, практически чёрный, когда-то бывший белым фартук, надетый поверх тоже не самого чистого халата. Оранжевое пятно на впалой щеке. И, как всегда, горящие азартом глаза.

— Пойдёмте, у меня для вас новости. — Зоя Петровна набрала пароль на входе в и без того, защищённую всеми возможными способами лабораторию, мы прошли мимо стражи и зашагали по коридору. — Те формулы, что вы мне дали несколько дней назад, сработали! — не вытерпев, доложила глава лаборатории. — Все оказалось так просто и в то же время гениально. Я и подумать не могла, что вербена и глимус могут дать такой совместный эффект. А если туда добавить ещё и сернис и обыкновенный подорожник, то…

Я мало понимал, о чём говорила Зоя Петровна, но, видимо, это в мою задачу и не входило.

Когда Акаи сняла вторые блоки, я вспомнил одно из дополнительных заданий, и высокий рыжий преподаватель нам прямо так и сказал: «Вам не нужно это понимать, просто возьмите вот эту брошюру и внимательно её прочитайте. Кроме формул, в ней рисунки некоторых редких инопланетных растений, их тоже запомните».

Конечно, я бы не вспомнил эту хрень в деталях, но мне на помощь пришли Акаи и Гензо. В итоге я сумел полностью продублировать ту самую брошюру и, похоже, не зря.

Ещё одна дверь, пара стражей, и вот мы внутри лаборатории. Да, не такой огромной, как в своё время я сжёг у таинственного князя, но тоже ничего. Все стерильно, многочисленные колбы и бутылочки с различными веществами, инструменты и, конечно же, саркофаги для добровольцев.

Кроме самой женщины, в лаборатории работало ещё около десяти человек, а в дальнем углу, за ширмой, происходило что-то непонятное — там звенела посуда и раздавалось громкое чавканье. Туда-то моя сопровождающая и направилась.

— Вот они, — гордо произнесла она и отдёрнула ширму.

За столом сидели четверо по пояс голых, очень крепких на вид парней. В первую секунду у меня сложилось ощущение, будто я пришёл на соревнования юниоров по бодибилдингу. И все они очень активно ели.

— О, Дмитрий Николаевич! — увидел меня сидящий лицом незнакомый парень, вскочил из-за стола. За ним тут же повторили остальные.

— Здравия желаем, ваше сиятельство! — рявкнули они, разбрасывая крошки изо рта.

— Вольно! — кинул я, обводя взглядом лица, и тут мои ноги приросли к полу. — Ваня?

— Так точно, ваше сиятельство! — проглотив остатки обеда, широко улыбнулся молодой гвардеец.

— А что это с тобой? — Я ткнул пальцем в его сильно раздувшуюся грудь. — Аллергия на что-то?

— Это наши первые четыре Максима уровня 2.0, — широко улыбнувшись, пояснила Зоя Петровна, — и эти изменения случились с ними за последние три дня. Как раз после того, как мы внесли в формулы те правки, которые вы предоставили.

— То есть ты сказал ей формулу того, как получить стероидных качков? — хихикнул Гензо.

— У них выросла не только мышечная масса, — продолжила доклад глава лаборатории. — Когда вы дали эти формулы, я сравнила с тем, что делал Харитоша, и, если честно, была в шоке. Он очень далеко продвинулся в нужном направлении, но при этом использовал не те вещества. Это мало того, что вызывало зависимость, так ещё и сильно подавляло ментальный уровень. То, что используем мы, абсолютно безопасно.

Женщина вытащила из нагрудного кармана блокнот, нашла нужную страницу и принялась зачитывать.

— Мышечная масса: средний прирост шестьдесят два процента. Сопротивление ядам плюс сорок процентов. Регенерация плюс пятьдесят семь процентов. Кроме то, стала прочнее кожа. Скорость реакции плюс тридцать три процента. Также повысилась защита от магии в среднем на тридцать процентов. Они стали сильнее, быстрее. Но самое главное, есть основания полагать, что их резервуар и магические каналы тоже увеличились.

— Точно увеличились, — появляясь на небольшой тумбочке, подсказала Акаи. — Тоже минимум в полтора раза. И похоже, это далеко не предел.

— Побочные эффекты? — уточнил я.

— На данный момент обнаружен только один. — Женщина покосилась на заваленный тарелками стол. — Бешеный расход калорий — им нужно постоянно есть. Но мы придумаем какие-нибудь энергетические батончики.

— А если они не будут есть?

— Вчера двум добровольцам мы перестали давать лекарства и кормить. Никаких побочных эффектов не выявлено, но их характеристики сразу же стали падать. Точные результаты будут только через несколько месяцев наблюдений, но уже сейчас можно утверждать, что препараты работают.

Да, как любого фанатично преданного делу человека, побочные эффекты Зою Петровну волновали далеко не в первую очередь. Для меня же на дистанции они были чуть ли не основным критерием. Хотя…

Я снова посмотрел на четырёх мини-Максов. Даже в таком виде они уже представляли грозную силу, и в моей голове тут же возникла картина, как несколько тысяч моих самых сильных магов неделю принимают новые препараты, и потом на сотнях досок мы залетаем в Москву… Или в Нижний Новгород, или в Пермь, или ещё куда-нибудь.

С учётом нашего подавляющего технологического преимущества ничто не устоит перед нами.

— Что по расходным материалам? — спросил я, снова переводя взгляд на Зою Петровну. — Всего хватает?

— На эксперименты — с запасом, — кивнула она. — Но если предположить, что когда-нибудь мы пустим это в массы, то… вот.

Глава лаборатории вырвала из блокнота листочек и протянула мне.

— Ничего себе, — присвистнул, читая вместе со мной, Гензо.

Мда… завтра мы в Москву точно не полетим. В длинном списке было много инопланетных трав, причём те две, что, судя по количеству, являлись основой новых препаратов, мы до этого считали просто сорняками. Радовало только одно — их можно было встретить в каждом третьем кристалле.

— Продолжайте, и приятного аппетита. — Я кивнул ребятам, всё чаще кидающим голодные взгляды на стол. — А мы, Зоя Петровна, давайте отойдём в более спокойное место. Нужно тщательно обсудить то, что нужно вам, и то, что нужно мне.

Глава 7

— Офигеть! — Аня уже в который раз крутанулась перед огромным зеркалом, и широкая юбка её длинного синего платья взлетела вверх. — И при этом я его почти не чувствую!

— Так для этого воздушные руны наложены, — рассмеялся я, любуясь сестрой. — А ещё маскирующие. Так что, если тебя не засунут в специальный сканер, хрен они догадаются, что это не самое простое платье.

— Круто! Дим, смотри! — Сестра повернула меня в сторону зеркала и прижалась ко мне. — Как мы с тобой классно смотримся вместе!

Да, смотрелись мы действительно классно. Платье и костюм одного из цветов нашего герба и из одинакового материала сразу давали понять, что мы вместе. Но меня, конечно, интересовала практическая сторона вопроса, и наша одежда была, мягко говоря, высокотехнологичной.

Многочисленные защитные руны, вставки из кожи монстров класса «А», их же сердца, а также вшитые у меня в брюки, а у Ани в юбку цепи жемчужин четырёх основных стихий, работающие по принципу пирамидок, делали своё дело.

В таких шмотках правильнее было идти в дикие земли, а не на приём, где будут князья и, возможно, император. Хотя, если посмотреть с другой стороны, ещё неизвестно, где опаснее.

Понятно, что я не горел желанием брать с собой сестру, но она настояла, и я мог её понять. Несмотря на ежедневную кропотливую работу, она была пятнадцатилетней девушкой, и последний раз приём вроде того, что нам предстоял, посещала три года назад, ещё при живых родителях. Совсем в другой жизни.

На вопрос устроят ли князья какую-нибудь подлянку, ответ был — скорее всего, нет. Но тем не менее я собирался взять с собой самую ударную группу моих магов и, разумеется, тоже одеть их по полной программе. Если всё-таки случится какая-то провокация, сколько бы противников нам ни противостояло, они просто захлебнутся собственной кровью.

— Ладно, Анют. — Я чмокнул сестрёнку в лоб. — Заканчивай прихорашиваться, а мне нужно наложить ментальные блоки ещё на одиннадцать ребят, и мы вылетаем.

— Поняла! — Аня быстро кивнула и снова побежала к зеркалу.

Как и просил Олег Сергеевич Лазарев, кроме транспорта для себя, мы взяли ещё два десятка разного размера пустых ББ, а жемчужиной флота стала в первый раз используемая пятиместная ИЛТ-1 (императорская летающая тарелка). Предполагалось, что в самом массивном кресле по центру будет сидеть статусная персона вроде меня, справа и слева расположатся гость и пилот, а в двух креслах сзади телохранители будут смотреть за тем, что происходит за кормой, а помогут им в этом два больших пулемёта.

ИЛТ-1 тоже накрывалась куполом, но он получился высоким, что влияло на ходовые характеристики, и разгонялся этот транспорт не больше чем до трёхсот километров в час. Зато его защита позволяла вести очень долгий и серьёзный бой.

Мы вылетели в час дня и за пять минут до назначенного времени увидели усадьбу князя Лазарева.

Погода порадовала — лёгкие облака не угрожали дождём, но регулярно закрывали палящее солнце, возможно, именно поэтому хозяин усадьбы первую часть тожественного приёма решил организовать на улице.

Мои жучки летели далеко впереди, и я быстро понял, что почти сотня гостей во главе с Ярославом Евгеньевичем Орловым уже в сборе и ждут только нас. Видимо, Олег Сергеевич так и задумывал. Нас встретили несколько тарелок и сопроводили на то место, где мы должны были приземлиться.

Что мы и сделали, опустившись на краю огромной лужайки, в центре которой стоял большой фонтан в виде плюющего в небо оленя, а вокруг многочисленные столы. Не сказать, что наше прибытие вызвало фурор, если только где-то глубоко внутри. Внешне же гости отреагировали спокойно, если не сказать пренебрежительно.

Разумеется, князя Лазарева это не касалось — едва я помог Ане сойти с ИЛТ-1, как он тут же подошёл к нам.

— Приветствую вас, Дмитрий Николаевич, — поклонился хозяин усадьбы.

— Здравствуйте, Олег Сергеевич. — Я ответил ему взаимностью. — Познакомьтесь, это моя сестра, графиня Анна Николаевна Акулова.

— Рад вас видеть, Анна Николаевна!

— Приятно познакомиться, Олег Сергеевич! — Сестра сделала книксен, а потом смущённо подала пальцы для поцелуя.

— Я вас отлично помню, — подмигнул ей князь. — Даже будучи совсем юной, вы притягивали внимание мужских глаз. И кстати, думаю половина гостей, — Лазарев кивнул себе за плечо, — если бы знали, что приедет такая сногсшибательная красотка, приволокли бы своих сыновей.

— Вы мне льстите, ваше сиятельство!

Аня потупила глазки и её щеки порозовели, а вот ментальный фон отчётливо заявлял, что ей чрезвычайно приятно слышать такие слова. Да, девушка явно засиделась дома.

— Вот это сюрприз! — раздался вдруг громкий голос справа, и, повернувшись, я увидел медленно приближающегося к нам императора Нижегородской империи.

Разумеется, монарх был не один — его сопровождали Михаил Ильич Рысев и всегдашний телепат.

— Уж не этот ли сюрприз вы нам обещали, Олег Сергеевич? — спросил Орлов, подойдя к нам. — То, что Дмитрий Николаевич привезёт к вам свою очаровательную сестру.

— Нет, ваше императорское величество, — улыбнулся Лазарев. — Это и для меня сюрприз и очень-очень приятный.

— Здравствуйте, ваше императорское величество. — В этот раз Анна сделала полноценный реверанс, и, надо заметить, он у неё вышел гораздо естественней, чем, например, у той же Карины.

— Здравствуйте, здравствуйте! Негоже такую красоту прятать на задворках империи, — продолжил император, укоризненно посмотрев на меня. — Через два месяца годовщина объединения государства. Я настаиваю, чтобы вы, Анна Николаевна, обязательно прибыли во дворец. Панируется шикарный бал!

— Всенепременно, Ярослав Евгеньевич, — скромно улыбнулась сестра, явно не ожидавшая такого внимания к своей персоне.

— А вы, Дмитрий Николаевич, отсюда сразу по делам полетите? — Император кивнул на многочисленные доски. — Или опять в какую-то войну решили влезть?

— Это я попросил Дмитрия Николаевича, — вмешался Лазарев. — Именно это тот сюрприз, который я обещал. Я предлагаю всем нам двинуться в сторону Саратова и вам своими глазами увидеть то, что мы сделали всего лишь за один день.

— Вот это да! — Император искренне улыбнулся. — Вот это по-нашему! Ни секунды не верил, что вы нам устроите здесь танцы.

— И в мыслях не было, — кивнул Олег Сергеевич и посмотрел на меня. — Когда мы можем вылететь, Дмитрий Николаевич?

— Да когда угодно, — пожал плечами я. — И, кстати, ваше императорское величество, у меня для вас подарок.

— Подарок? — поднял бровь Орлов.

Ага, подарок, и, разумеется, это была не моя идея. Вообще ИЛТ-1 делали специально для меня, но первым делом, когда Клава услышала, что мы, возможно, завтра встретимся с императором, она спросила, есть ли у меня подарок.

После чего я поговорил с людьми, кто чаще бывал при дворе, и оказалось, что дарить императору что-либо уникальное — обычная практика. Вот после этого, вспомнив события последних месяцев, я и подумал, а почему бы и нет?

То, что умею быть напористым и забирать своё, я уже показал, возможно, пришла пора немного поиграть и в политико-дипломатические игры. Хуже точно не будет. В крайнем случае все просто подумают, что я подлизываюсь, соответственно, примут это за слабость и не будут ждать от меня каких-то агрессивных действий.

— Вот, — я указал рукой на летающую тарелку. — Последняя разработка наших техников специально для вас. Чрезвычайно защищённая. Работа большой жемчужины воздуха дублируется многочисленными средними всех стихий. Купол закрывается, средняя скорость триста километров в час. Все кресла легко демонтируются, при желании можно установить один большой трон, и я хотел бы подарить её вам.

— Вот это прелесть! — Император сделал несколько шагов вперёд, и на несколько секунд я увидел на его лице выражение маленького мальчика, которому подарили первую машинку на пульте управления. Правда, оно быстро исчезло. — Не побоюсь этого слова, это поистине царский подарок. Я могу лететь прямо на ней?

— Она ваша.

— Тогда чего же мы ждём? — Глаза Орлова сверкнули, но он тут же остановился и окинул присутствующих задумчивым взглядом. — Только кого бы мне с собой взять, чтобы никого не обидеть?

Да, тут был тонкий момент.

Конечно, правильно было бы, чтобы он сел в центре, мы с Лазаревым по краям, сзади Рысев и маг контроля. Но я отлично понимал, что эта же идея сейчас появилась в голове у всех присутствующих, и всем, кроме меня и Лазарева, она не понравилась. Остаться практически наедине так близко ко мне, без большой охраны, а при опустившемся куполе, ещё и в закрытом помещении — не самая здравая идея. Благо я подумал об этом заранее, поэтому пришёл монарху на помощь.

— Мне кажется, всё очевидно, Ярослав Евгеньевич. В центре вы, слева князь Лазарев, как хозяин и главный виновник сегодняшнего торжества, справа Михаил Ильич, а сзади ваша охрана. Я возглавлю свой флот, и мы будем прикрывать нашу экскурсию.

— Э-э нет, — император вдруг покачал головой. — Я надеюсь, Михаил Ильич поймёт меня правильно и полетит сзади. А со мной я хочу, чтобы, кроме Олега Сергеевича, полетела Анна Николаевна. Надеюсь, вы не возражаете. — Император с улыбкой посмотрел на мою сестру.

— Я… — Аня неуверенно посмотрела на правителя.

— Ну-ка, хватит скромничать. — Император подал руку, и сестре ничего не оставалось, кроме как положить пальцы на ладонь императора.

Таким образом скользкий момент мы ко всеобщей радости миновали, хотя у меня в голове и мелькнула мысль, что Орлов взял Аню в качестве заложницы, на случай если я что-то вдруг выкину.

Сразу нам, конечно, взлететь не удалось. Следующий час аристократы делили места на свободных досках, и одновременно с этим имперская охрана их проверяла. Когда они закончили, уже другие многочисленные вооружённые люди, вероятно, служащие моим недоброжелателям, тоже принялись демонстративно обследовать транспортные средства, давая понять, что не доверяют мне ни на грош.

Я с улыбкой следил за ними с борта своего судна, параллельно знакомясь с присутствующими.

Из трёх десятков подошедших ко мне графов и графинь я запомнил только двоих. Сергея Захаровича Волкова — старшего брата моего погибшего компаньона. И Дмитрия Анатольевича Кострова — моего давнего недруга, прикрывшего Воронцова и натравившего на меня барона Кустова. Улыбались и убеждали, что чрезвычайно рады знакомству со мной, оба этих человека, вот только если первый делал это искренне, то второй так же искренне врал.

— Может, напомнить ему, — подал голос Гензо, — что после тех событий с Кустовым он тебе подарок ценный обещал прислать и, видимо, из-за войны с пермяками забыл.

«Да пошёл он в жопу», — мысленно ответил я, желая только одного — чтобы граф поскорее свалил.

Из князей ко мне не подошёл никто, ну и я торопить события не стал и только обменялся приветствиями с пятидесятилетним светловолосым мужчиной с волевым лицом — Виталием Степановичем Нарышкиным. Князь в одиночестве ходил между досок и внимательно их разглядывал.

Он говорил со мной вежливо, но без особого интереса и вскоре ушёл.

— Четыре балла из десяти, — проговорил Гензо.

«Что четыре из десяти?» — уточнил я.

— Твои навыки дипломатии, — пояснил хранитель. — И то два за подарок императору. Вообще-то ты сюда прилетел, чтобы узнать, кто убийца. Как ты это будешь делать, если ни с кем не говоришь?

«Так рано ещё! — отмазался я. — Как вернёмся, буду разговаривать».

— Ну-ну…

Наконец все воздушные суда были проверены, гости расселись, и мы взлетели.

— А это что за хрень? — Сидящий рядом Свят показал назад, где в ста метрах за нами пристроилась одна из тарелок не нашего производства. От остальных её отличало то, что она с самого начала была закрытой и очень сильно защищённой. Настолько, что мои жучки не могли проникнуть внутрь. Зато Гензо мог.

— Там всего два человека, — сообщил он. — Пилот и какой-то мужик во втором кресле. Я его не знаю. Сидит с закрытыми глазами, в руках держит блокнот и ручку.

— Покажи его Акаи.

— Показал. Тоже не знает, но на пальце перстень графа.

Очень интересно. Какой-то телепат прикрытия? Не исключено.

— Следи за ним, — распорядился я.

Сам же переключил внимание на основных действующих лиц: князей Астахова, Шуйского, Толстого, Нарышкина и, конечно же, на главную тарелку. К сожалению, прямо сейчас никаких интересных бесед не велось, а через несколько минут все кто мог закрыли купола. Правда, лететь всё равно пришлось со скоростью самых медленных, и это были открытые нижегородские тарелки, на которые посадили бойцов сопровождения.

— Слушай, Дим, — проговорил Свят, устанавливая звукоизолирующее поле. — Я тут подумал, может, в следующий раз Маришку вместо Ани привезти?

— Зачем? — удивился я.

— Ну, может быть, император тоже захочет её покатать и тогда…

— ТИХО!!! — вдруг оглушительно заорал Гензо, причём, судя по тому, как вздрогнул Свят, услышал хранителя не только я. — Нас подслушивают!

«Кто?» — спросил я.

— Тот хмырь в закрытой тарелке, он стенографирует всё, что вы говорите. Вот сейчас в блокноте написал про Маришку вместо Ани.

«Передай Святу, чтобы он перестал на меня таращиться и чтобы сделал вид, что у него там что-то в ботинке застряло и мешает».

— Секунду, Дим, что-то острое в ботинок попало, — тут же среагировал Свят и наклонился вниз.

Я же быстро проверил всю защиту ББ-3 и качество звукоизолирующего поля. Все работало как надо, и я знал только один способ, как подобное можно проворачивать — магия иллюзий.

Охренеть!

«Гензо, быстро передай всем, кто в курсе наших секретов: сегодня никаких сомнительных разговоров не вести. Ничего тайного не обсуждать, даже шёпотом. А теперь продиктуй Святу то, что он сейчас должен сказать!»

— Готово, начальник!

— Так что ты хотел сказать про Маришку? — Я повернулся к помощнику, когда он закончил искать что-то в своём ботинке.

— Наверное, неплохо бы её вместо вашей сестры с императором свести, — в точности произнёс надиктованные мной слова Свят. — Всё-таки, когда Анна Николаевна будет рассказывать про то, как в Савино всё хорошо и как вы заботитесь о людях из Нижегородской империи, — это одно. А если это сделает восьмилетняя деревенская девочка — совсем другое.

— Да я надеюсь, что, когда Ярослав Евгеньевич увидит результаты нашей зачистки Саратова, он и так поймёт, что мне можно доверять, — я вздохнул, всеми силами показывая, что искренне удивлён тем, что этого не случилось раньше.

— Он-то может быть, — кивнул Свят. — Но ты бы видел, Дим, как на тебя все остальные князья смотрели, ну разве что кроме Нарышкина и Лазарева. Как будто сожрать хотели.

— Ну а что ты хотел, — развёл руками я. — Они считают меня конкурентом, а один из них и вовсе уже несколько раз пытался меня убить.

— Как думаешь, найдем мудака сегодня?

— Если гипнотизеры императора не будут мне мешать, то шансы есть. Ладно, дай мне подумать.

«Так, Гензо, передай всем нашим, чтобы без фанатизма, и только если уместно, говорили об императоре и империи хорошее и о том, какие мы все преданные его слуги. Только ещё раз: без фанатизма. Не нужно, чтобы это казалось спектаклем и чтобы они догадались, что мы их спалили.

— Понял, начальник.

Я выглянул в иллюминатор и посмотрел на летящие параллельными курсами доски и тарелки.

Твою же мать! Интересно, на каком уровне и сколько человек у императора владеют магией иллюзий. Если среди них появится кто-то по силе сопоставимый мне, то Савино он, конечно, не накроет, но ребята в других местах в зоне риска. И надо узнать, что это за хмырь на доске, и внимательно за ним следить, не подпуская никуда. Чёрт, а сколько он уже успел узнать?

— Да вряд ли много, Дим, — успокаивающе произнёс Гензо. — Если бы они слушали то, что мы обсуждаем между собой, мы бы сейчас не летели здесь, а отбивали атаки на Савино. К тому же у тебя появился я, значит, на тот момент других кристаллов иллюзий в мире не было. Скорее всего, это просто какой-то интуит с одним жучком.

«Скорее всего… но по умолчанию надо допустить, что они знают обо всех наших тайнах».

— Вообще-то, — задумчиво добавил хранитель, — у нас сейчас уникальная возможность. Мы можем за несколько минут перебить всё руководство Нижегородской империи, а потом сказать, что их всех сожрал свир, а нам просто повезло. Для достоверности можем тебе тоже руку оторвать, а потом пришить… а ещё…

«Ты давай лучше за людьми следи», — прервал я поток фантазий хранителя.

Конечно, подобные мысли приходили и мне в голову, но всё-таки пока у меня был другой план присоединения Нижегородской Империи. Правда, в нём не было шпионов, владеющих магией иллюзий.

— Приближаемся к Саратову, — доложил пилот.

— Замедляемся. Открывай крышу, — скомандовал я и выкинул лишние мысли из головы.

***

Ветви хлестали Кристину по лицу , но она игнорировала их. Перепрыгнув через узкий ручей, девушка пробежала ещё несколько метров и чудом успела затормозить.

Кусты расступились, прямо перед ней земля резко обрывалась, а вниз уходил очень крутой склон. Недолго думая, Кристина плюхнулась на попу и скатилась вниз. Защитные руны в экипировке выдержали, и она отделалась лишь несколькими ушибами.

Девушка пробежала ещё двадцать метров и, рухнув за толстый ствол упавшего дерева, выхватила пистолет. Ждать пришлось недолго — наверху послышался треск веток, а потом между кустов возникла резко остановившаяся крепкая фигура.

Преследователь тоже заметил обрыв в самый последний момент. Он на секунду замешкался, и в тот же миг Кристина атаковала. Магией изменения она убрала кусок земли из-под ног парня, а когда он, взмахнув руками, рухнул вниз, открыла огонь.

Пистолет производства Савино не подвёл — вниз преследователь покатился уже мёртвым.

— Последний, — прошептала девушка и бросилась к поверженному противнику.

После контрольного выстрела в голову она быстро обыскала тело, но никаких документов не нашла. Тогда она выхватила нож и распорола штанину на ноге парня, а потом вонзила лезвие ему в икру, а в образовавшийся разрез засунула пальцы.

— Есть! — через несколько секунд пробормотала девушка, вытаскивая наружу окровавленный шарик, на котором мигала красная лампочка.

Маячок, который в последнее время устанавливала Пермская империя некоторым из своих агентов. Погоня длилась почти час, и Кристина еле стояла на ногах. Она очень хотела присесть хотя бы минут на десять, но позволить такой роскоши себе не могла.

Да, изначально за ней гналось три человека, и все трое теперь мертвы. Но никаких гарантий, что не появятся новые преследователи, нет.

Девушка забралась назад на крутой склон и тут же зашла в тот ручей, через который совсем недавно перемахнула. Несколько секунд ей потребовалось, чтобы сориентироваться и понять, в какой стороне закопаны их с Ольгой летающая тарелка и радиостанция.

Если дальнейший путь пройдёт без эксцессов, то уже через три часа она сможет связаться с Савино. А вот лететь туда днём слишком рискованно, в последнее время пермяки использовали более быстрые летающие аппараты и легко могли её догнать.

Пока девушка, стараясь производить как можно меньше шума и постоянно прислушиваясь, брела по колено в холодной воде, её мысли постоянно возвращались к подруге Ольге, но она старательно выкидывала их из головы.

— Дима спасёт её, — бормотала Кристина, — и убьёт всех этих уродов. Главное, чтобы он не опоздал.

Глава 8

Могло показаться, что Олег Сергеевич Лазарев всю жизнь проводил экскурсии. Поставленным, усиленным магией голосом он в деталях рассказал, а также огненными шарами показал, где находились ключевые оборонительные линии, где стояли манки, как потом двигались войска и так далее.

Разумеется, он не забыл упомянуть, что схему позаимствовал у нас, а также что большая часть оборудования была савинского производства. Я продолжал внимательно наблюдать за гостями, и от меня не укрылись далеко не радостные лица некоторых из них. Особенно когда они следили за нескончаемым потоком набитых добычей грузовиков, едущих из расчищенного Саратова в Пензу. Да, сейчас все хотели быть на месте князя Лазарева.

— Но для этого надо дружить с Дмитрием Николаевичем Акуловым, — прокомментировал мои мысли Гензо.

Именно так.

Экскурсия продлилась два часа, а потом мы вернулись в усадьбу Олега Сергеевича. Солнце уже клонилось к горизонту, и погода стала ещё комфортнее, вероятно, поэтому дислокацию менять не стали, но она претерпела серьёзные изменения.

На столах появились новые, уже более серьёзные угощения, а также по краям поляны образовались маленькие зоны, где желающие поесть могли сделать это как в уединении, так и за беседами с другими гостями.

Также появились игральные столы и возвели маленькую сцену, на которой сейчас располагался оркестр. По счастью, играли он спокойную, умиротворяющую музыку, склоняющую не к танцам, а к степенным разговорам о будущем империи.

Аню сразу же похитил Олег Сергеевич, и я бы подумал про него что-то плохое, но с ним была супруга, да и оба его сына тоже уже успели вступить в брак. Скорее, князь увидел в ней дочь, которой у него не было, и сейчас с большим азартом знакомил весьма завидную невесту с остальными гостями. Ну и пусть, мне и правда здорово недостаёт навыков подобной дипломатии, я привык решать проблемы более радикальными методами. Может, Аня сумеет мне в чём-то помочь.

Я же сразу не стал искать компанию, предпочёл сначала поесть и для храбрости опрокинуть несколько бокалов шампанского (пива с водкой не было).

По правде говоря, я очень рассчитывал, что князья сейчас окружат императора и начнут ему заливать, какой я плохой, а ещё лучше соберутся в кружок и станут строить козни или обсуждать план моего убийства.

Ничего подобного не происходило — интересующая меня троица вообще делала вид, что не знает ни друг друга, ни кого-либо ещё из князей, и общались они в основном со своими вассалами. Я хряпнул ещё два бокала, и тут ко мне подошёл Нарышкин, после экскурсии его интерес к моей персоне стал значительно сильнее.

— Это впечатляет, Дмитрий Николаевич. — Князь крепко пожал мою руку. — Я был бы вам очень признателен, если бы вы смогли ответить на пару моих вопросов. Уверен, кое-что из продемонстрированного сегодня мы можем использовать для защиты границы империи.

— Конечно, — легко согласился я, не понимая, что меня ждёт.

А ждал меня подробнейший расспрос о возможностях нашего оружия и техники, начиная с манков и досок, а заканчивая автоматами, арбалетами и Викторией. Князя интересовало буквально всё, до таких мелочей, что на половину его вопросов я просто не мог ответить.

— Виталий Степанович, к сожалению, я не техник, — пожал плечами я, споткнувшись на очередном вопросе. — Может быть, вы как-нибудь сами заедете к нам, и я поручу своим инженерам показать вам образцы и ответить на все вопросы?

— Я готов приехать завтра с утра, — тут же кивнул князь. — Часов в девять.

— А почему бы и нет, — улыбнулся я, не выказывая своего удивления и радости. — Буду вас с нетерпением ждать.

— Хорошо. — Нарышкин довольно кивнул, но уходить, похоже, не собирался. — А пока не могли бы вы рассказать про тот танк? Я его не видел и, откровенно говоря, сначала не поверил, что такое вообще существует. Но теперь хотелось бы узнать о нём как можно больше.

Я открыл было рот, но тут, к моему облегчению, к нам подошли князь Лазарев с супругой и Аней. Как оказалось, они слышали последнюю часть нашего разговора.

— Виталий Степанович, — улыбнулся хозяин торжества. — Дайте его сиятельству немножко расслабиться, поесть и выпить. Я уверен, что завтра его техники с удовольствием ответят на все ваши вопросы.

— Да, конечно, — немного смутился князь Нарышкин и посмотрел на меня. — Прошу прощения, Дмитрий Николаевич. Завтра с утра буду как штык.

— Договорились, Виталий Степанович.

Мы обменялись с Аней взглядами, и она едва заметным кивком дала понять, что все хорошо. Я снова остался один и перехватил пробегающего мимо официанта. Ладно, ещё два бокала, и надо уже что-то делать, а то скоро все разойдутся, а я так ни с кем и не подговорю.

Я осуществил первую часть плана и начал хищно оглядываться в поисках жертвы, и тут вдруг обнаружил приближающегося князя Матвея Григорьевича Толстого. Немного полноватый мужчина на вид лет сорока широко улыбался и уже на подходе заправил за ухо длинную чёрную чёлку.

— Дмитрий Николаевич, — раскинул он руки, будто хотел меня обнять. — Наконец-то я застал вас в одиночестве…

— Какой ненаблюдательный, — заметил Гензо. — Ты две трети вечера в одиночестве.

— …И могу с вами познакомиться! — Толстой протянул мне ладонь.

Рукопожатие оказалось таким, как я и ждал, никаким. Вообще, если снять с князя очень дорогой чёрный костюм и одеть во что-нибудь обычное, я никогда не признал бы в нём аристократа. Продавец машин или даже, скорее, слабомагической гомеопатии. Вот что больше подходило его облику.

— Я тоже очень рад с вами познакомиться, Матвей Григорьевич, — улыбнулся и я, при этом краем глаза замечая, что вроде как основная масса гостей отошла от нас подальше, зато Рысев и ещё несколько человек, беседующих о какой-то ерунде, наоборот, встали поближе.

Причём на пальцах этих господ не было никаких колец. Скорее всего, собеседниками Михаила Ильича были специально приглашённые, чтобы проконтролировать меня, маги контроля. Император явно не хотел, чтобы я залезал в голову его приближенным.

— Что же вы скрывали свою красавицу сестру, Дмитрий Николаевич? — укоризненно покачав пальцем перед моим носом, жизнерадостно произнёс Толстой. — Если бы знал, какой она выросла, я бы к вам каждую неделю в гости ездил. Вы ведь знаете, что у меня есть два сына, восемнадцати и двадцати двух лет? Оба холосты и оба красавцы и умницы. Не чета мне.

— Да она у меня домашняя совсем, — развёл руками я, — но уверен, будет рада познакомиться с вашими сыновьями.

— Обязательно их надо познакомить! Тем более что я действительно собираюсь к вам ездить очень часто. — Толстой, не обращая внимания на то, что мы с ним разговариваем в первый раз в жизни, взял меня под руку и повёл в сторону. — Я поручил своим людям составить список того, что мы можем вам предложить для торговли. А о том, что у вас есть очень много интересного, я и так знаю. Князья должны поддерживать друг друга во славу Нижегородской империи, вы согласны с этим?

— Конечно, согласен, — кивнул я.

— Вот и славно! Только сообща мы сможем противостоять внешнему врагу. — Толстой понизил голос. — Ну, с османами, Дмитрий Николаевич, вы, конечно, дали! Грандиозная победа! Думаю, в ближайший год они к нам не сунутся. Да и пермяки теперь сто раз подумают.

Я, конечно, не лез в его голову, но и поверхностного анализа хватало для того, чтобы предположить две вещи. Он или действительно дурачок, или настолько сильный маг-контроля, что, возможно, превосходит даже меня. Но в последнее просто-таки не верилось.

Причём за всем этим радостным бормотанием я чувствовал его неприязнь ко мне. Но это была какая-то не такая неприязнь, не глубокая и не искренняя. Совсем не та, что я ощущал при разговоре с князем Астаховым. Это, скорее, была привнесённая неприязнь. Как если компания болеет за одну команду, а в эту компанию приходит новичок, и он тоже начинает болеть за эту команду против какой-то другой, только не совсем понимает почему.

Чёрт! С каким удовольствием я бы сейчас приволок его в Савино и вломился в его голову, чтобы точно снять все вопросы. Но никто мне этого сделать не даст, поэтому надо использовать другой метод.

— Слушайте, Матвей Григорьевич, а на ваши караваны случайно в последнее время никто не нападал?

— На караваны? — остановившись, удивлённо посмотрел на меня князь.

— Да вот где-то месяц с небольшим назад мой караван, ехавший из Нижнего Новгорода в Савино, кто-то угнал в дикие земли.

— Какой кошмар! — всплеснул руками Толстой. — Почему я об этом ничего не знаю? Что, прям посреди белого дня на территории Нижегородской империи?

Нет, точно дурачок. Ну невозможно так сыграть удивление — он реально не в курсе того, о чём я говорю.

— Да там в караване на самом деле всего три машины было, да и водители дураки, по самой окраине ехали, — махнул рукой я. — Просто вы начали говорить про торговлю, вот я и вспомнил.

— Вы даже не думайте об этом, Дмитрий Николаевич! — Князь гордо вскинул подбородок. — Мои караваны точно никто не тронет! Более надёжного партнёра, чем я, вы в империи не найдёте!

Толстой, видимо, стал считать, что взял надо мной протекцию, и даже положил руку мне на плечо. Да, не буду скрывать, мне захотелось её скинуть, но даже не потому, что он позволил себе лишнего, просто у меня возникло ощущение, будто на меня запрыгнула огромная бородавчатая жаба.

Я уже открыл было рот, чтобы выдать причину, по которой вынужден удалиться, но вдруг увидел проходящего в десяти метрах от нас толстого, почти лысого мужчину лет пятидесяти — князя Шуйского.

— О, Матвей Григорьевич! — Я посмотрел на Толстого. — А вы не могли бы сделать мне одолжение и познакомить с Владимиром Аркадьевичем? Вон он как раз идёт. Давным-давно мечтаю узнать этого человека поближе.

— С Владимиром Аркадьевичем? — Князь осмотрелся и тоже увидел мою цель. — С удовольствием! Володь!

Даже с такого расстояния я видел, как Шуйский вздрогнул, и вот его эмоциональный фон однозначно указывал на абсолютную ненависть ко мне и глубочайший страх.

— Да, Матвей? — Шуйский сделал вид, что только что нас заметил.

— Володь! Иди к нам! Дмитрий Николаевич очень хочет с тобой познакомиться.

— Так я тоже давно этого хочу! — Шуйский повернулся к нам и сделал первый неуверенный шаг. Складывалось впечатление, что он видит перед собой не двух князей, а приготовленный к казни эшафот. — Только сразу хочу извиниться, я не могу уделить вам много времени, меня там ждут.

— Да я всего лишь на несколько минут, — развёл руками я, шагая навстречу очень любопытной персоне. — Мне скоро уезжать, а мы с вами так и не поговорили.

— Уезжаете, какая жалость. — На толстой шее Шуйского выступил пот. — Очень приятно познакомиться, Дмитрий Николаевич. То, что сегодня показал нам Олег Сергеевич, просто восхитительно! Я уже давно хотел заехать к вам в гости, но вы сами знаете, что со мной произошло во время войны с Пермской империей. Никак не могу восстановиться до конца.

— Да, понимаю, — кивнул я, замечая, как к нам устремился Рысев. — Но ведь это не ваша вина. Пермяки просто вас загипнотизировали.

— Да, но, если вы позволите, я не хотел бы об этом вспоминать.

— О, Владимир Аркадьевич! — вмешался в разговор Михаил Ильич. — Ярослав Евгеньевич просил меня найти вас. У него какое-то срочное дело. И вас, Матвей Григорьевич, он тоже хотел видеть.

— Уже бегу! — Шуйский «виновато» пожал плечами. — Простите, Дмитрий Николаевич, если мы больше не встретимся сегодня, то знайте, мои двери всегда открыты для вас.

— Да, извините, Дмитрий Николаевич, — кивнул мне и Толстой, после чего вся троица быстро зашагала через поляну.

Я, немного обескураженный быстрой развязкой, смотрел им вслед, а жучки подсказывали, что на меня в этот момент обращено достаточно много взоров. Я быстро просканировал самых угрюмых наблюдателей и понял, что схожую неприязнь ко мне испытывают ещё как минимум Костров и Пушкин. Хотя нет, у Шуйского она всё-таки была сильнее.

Чтобы не маячить у всех на глазах, я отошёл чуть в сторону, снова перехватил официанта и задумался.

Да, казалось бы, вот он, кандидат номер один выявлен. Но блин, он же реально был под контролем пермяков, и они не могли не вскрыть его сеть. Если главный злодей Шуйский, то получается, что они заодно, причём очень давно. Но тогда это вскрыл бы император Орлов, который наверняка досконально допросил одного из своих немногочисленных князей.

Нет, понятно, что к Шуйскому я обязательно наведаюсь и предвзято с ним поговорю, но что-то тут не клеится. При этом из других кандидатов остается только Астахов, но и он не произвел впечатление хладнокровного и расчетливого человека способного организовать такую теневую сеть…

— Начальник, тревога! — прервал мои размышления Гензо. — Срочная шифровка от Кристины.

«Диктуй!» — мгновенно переключившись, потребовал я.

Хранитель быстро продиктовал малосвязанный набор слов.

По первой части сообщения я понял, что речь идёт о месте примерно в пятистах километрах юго-восточней Савино и юго-западней Пензы, на ближайшем к нам берегу Дона, между Старым Ростовом-на-Дону и Волгоградом.

Вторая часть сообщения говорила о том, что Оля и Кристина нашли что-то чрезвычайно важное.

Третья — открытым текстом о том, что Олю захватили и она в огромной опасности.

Но больше всего меня поразила четвёртая часть сообщении, в ней прямо заявлялось, что во всём виноваты крокодилы.

А крокодилы по нашему шифру означали пермяков.

«Передай нашим – улетаем».

Я повернулся и нашёл взглядом Аню. Видно, сестра уже слушала Гензо, потому что кивнула и заспешила ко мне.

***

На балконе роскошного дворца в Варшаве в широких креслах сидели два человека.

Круглолицый полный мужчина лет шестидесяти с длиной седой бородой и тридцатипятилетний гладко выбритый блондин. Это были король Польши Вацлав Первый и король Пруссии Вильгельм Второй.

Оба монарха смотрели в вечернее небо, которое от количества летящих с юго-запада тарелок стало практически черным.

Османы не обманули, десятки тысяч квадроциклов, тысячи вездеходов и грузовиков, оружие и жемчужины — все то, что было необходимо для похода на восток.

— С этим транспортом мы за месяц доберёмся, — прервал затянувшееся молчание Вильгельм Второй.

— Двигаться по диким землям — это тебе не по нашим дорогам разъезжать, — рассмеялся Вацлав, — и даже по ним тебе только до меня неделю войска вести, а потом ещё больше чем тысяча километров на восток. Да и сроки чётко установлены, шестьдесят дней. Спешки нет — нужно сделать всё так, чтобы этот поход навсегда вошёл в историю!

— Согласен. — Король Пруссии взял бокал, стоящий на маленьком мраморном столике. — Я вот только одного не понимаю… Ты посмотри, сколько у них тарелок, почему бы им просто не полететь, не разбомбить их всех там?

— Хотят нашими ручками захватить все целое, — пожал плечами Вацлав, откровенно говоря, немного снисходительно относящийся к своему более молодому визави.

— И это прекрасно!

Властитель Пруссии хотел предложить тост, но его рука с бокалом остановилась на полпути.

Дворец накрыла огромная тень, и прямо над ними пролетела тридцатиметровая в диаметре тарелка.

Вильгельм любил историю, и со всех старых городов ему приносили старинные предметы, в том числе уцелевшие плакаты. И вот на одном из них с рекламой древнего фильма о вторжении инопланетян он видел точно такую же. Хотя нет — эта громадина выглядела намного страшнее.

Глядя на пролетающий над ними флот, король Пруссии внезапно осознал, что ему никогда не стать владыкой мира, каким он себя мнил все юные годы.

«Но ведь быть первым вассалом владыки мира тоже неплохо», — подумал он и, неприязненно покосившись на своего временного союзника, молча выпил.