Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 2

Глава первая

- Короче, выбегает он, глаза выпученные, весь в поту, трясётся. И сходу начинает орать, какого хрена мы посторонних пускаем, что в конец страх потеряли, что поувольняет всех к такой-то матери.

- А вы пускали?

- Кого? Кого пускали? Там сортир на три кабинки, мы всё заранее проверили – пусто, окно маленькое, никому не пролезть. Встали снаружи, он пошёл внутрь, а через пять минут вылетел с визгом и матом. А я стою и думаю, кого этот обдолбанный вместо нас наймёт, он уже с тремя охранками разосрался…

Рабочий день в «Техно-супер» должен был начаться десять минут назад, но зал практически пустовал. Все продавцы, кассиры и охранники сгрудились в подсобке, слушая рассказ плечистого мужика по имени Семён, приятеля нашего начальника охраны. Семён работал в частном охранном агентстве «Кремень», в том числе предоставляющем услуги телохранителей. Боров нанял Семёна с товарищем на прошлой неделе – всего за три дня до своей смерти.

- Так он реально на чё-то тяжёлое подсел?

- Да точно говорю. Он же спать не мог вообще, таблетки жрал горстями, а как глаза закроет на десять минут – тут же просыпается и орёт, что его типа режут. Один раз даже требовал, чтобы мы с ним в одной комнате сидели и следили.

- И как?

- Да никак. Мы ему няньки? Сиделки? – в уверенном голосе Семёна промелькнула досада – всё же с работой он не справился.

Борова нашли дома, в его огромной шестикомнатной квартире. Внезапный инсульт – не самая удивительная вещь для человека с его образом жизни. Только вот нашли его забившимся в угол спальни, между стеной и огромным шкафом, который еле-еле смогли сдвинуть санитары «Скорой». Шеф за последние две недели изрядно схуднул, но судя по словам Семёна, всё равно никак бы не мог туда забраться.

Были и другие странности, если не сказать хуже. Например, тот случай с охраной туалета. Боров тогда отдышался и рассказал охранникам, что как только он засел в кабинке, к нему тут же начал кто-то ломиться. Кто-то жуткий, неестественно-высокий, в старинной шляпе-котелке и блестящих чёрных ботинках – предметы одежды были видны сверху и снизу дверцы. Причём шеф орал, удерживая ручку из последних сил – и охрана снаружи не слышала ни его криков, ни звуков борьбы.

Семён и его напарник, не впускавшие внутрь никаких господ в котелках, вынуждены были отметить, что дверь в кабинке и правда висела на соплях, словно её минут пять пытались сорвать с петель. Но мало ли, может она изначально такой была, а они проглядели…

Я не планировал сегодня выходить на работу. Не планировал выходить никуда – лишь сидеть дома, отключить мозг и рубиться в «Героев». Финал вчерашнего вечера не выходил из головы, память словно взбесилась, подбрасывая мне снова и снова три небольшие кучки праха, что лениво развеивал промозглый ветер.

Мне не было стыдно за произошедшее. Меня пришли убивать – я защищался. Но само осознание того, что я в первый раз в жизни кого-то убил – да ещё и троих сразу – оказалось чуть ли не парализующим. Вчерашней ночью я не мог заснуть, сидел за компом до трёх утра, а когда наконец срубился, не попал в Полночь. Если моя теория про время перехода была верна, то ничего удивительного, но всё равно – приятного мало. Дальше я дремал урывками по полчаса, страдая от сюрреалистических кошмаров, пока под утро не провалился в темноту. Звонок мобильника спросонья вызвал приступ паники, и я вскочил, не разбирая что происходит, автоматически опуская руку на правое бедро.

Кобура с Райнигуном была на месте, возникнув из ниоткуда по зову моего ещё не проснувшегося мозга.

Тяжело вздохнув, я снял перевязь, положил её на стол, а сам пошёл умываться. Когда вернулся, её уже там не было. Возможно, существовала какая-то мысленная команда, чтобы Райнигун исчезал без дополнительных усилий, но я её не знал.

План остаться дома и тупить весь день с треском провалился после звонка Лёни, который извинялся ещё сильнее чем вчера, но обстоятельства в самом деле были исключительными.

Только после смерти Боров смог заставить меня выйти на работу в воскресенье.

Спустя полчаса обсуждений отделение «Техно-супер» кое-как открылось, все погрузились в привычную рутину. Со смертью начальника в воздухе повис невысказанный вопрос – что будет дальше? Меня он на удивление волновал меньше всего – теперь, когда половина моей жизни проходила в совсем другом месте. Зато тревожило другое.

Влияние Полуночи оказалось поистине безграничным. Мой статус «хозяина» действовал в обоих мирах, наделяя пугающей властью. С одной стороны грех жаловаться – если бы не это, бандюки в подворотне меня бы наверняка прикончили и прикопали. С другой – с чего они вообще на меня напали? Явно не случайно, в рамках заказа. Неужели и правда Боров расстарался?

Что же, Николай Николаевич мёртв, и умер так, как никому не пожелаешь. Галлюцинации, бессонница, бред? Конечно нельзя было исключать, что шеф и в самом деле подсел на какую-нибудь экзотическую дурь, но это объяснение существовало в рамках рационального мира. Мира, где не водились призраки и оборотни, где выстрел из пистолета не стирал людей из реальности. В последние недели Боров боялся, и не кого-то, а конкретно меня. Пытался задобрить, даже тогда, когда я ещё вообще не понимал, что происходит. Не помогло.

Наконец, мне почти мучительно хотелось увидеться с Анной – она снова не пришла, даже несмотря на известие о смерти начальника. Как ни странно, я ждал новой встречи не только из-за произошедшего позавчера. Складывалось ощущение, что она знает больше чем говорит, но я не планировал бездоказательно бросаться обвинениями. То, что моя паранойя за последний месяц выросла стократно и это оправдывалось – ещё не повод потакать ей каждый раз.

Пока на вопросы нет ответа нет смысла и дёргаться. Проехали. Пора вернуться туда, где меня по-настоящему ждут.

- С возвращением, Вик.

Странное дело – я пропустил лишь одну ночь, а соскучился по замку так, словно не был здесь месяц. Прохладный воздух тронного зала освежал и придавал сил, а девушка, что склонилась предо мной в реверансе, была столь прекрасна, что слёзы наворачивались на глаза. Чёрные волосы, бледная кожа, изящные черты. Готический наряд – чёрное кружевное платье с белыми оборками, искусное переплетение тьмы и света. Пока я молча любовался ей, она открыла невероятные зелёные глаза и посмотрела на меня – очень серьёзно, всё ещё ожидая ответа.

- Здравствуй, Кас.

- Вас не было вчера, – констатировала она. В её голосе не было осуждения, тревоги или каких-либо других эмоций.

- Не смог заснуть, – честно ответил я.

- Вы в порядке?

Опять же, на первый взгляд никаких эмоций. Но я уже привык к манере речи Кас и знал, что на самом деле она умеет и чувствовать, и переживать, просто не может нормально это показывать. В конце концов она была призраком, баньши, скованной незримыми цепями служения Полуночи.

Если повезёт, однажды я сниму с неё эти цепи. С неё – и со всех остальных, пойманных этим странным местом.

- Думаю, да.

Мы немного поговорили о текущем состоянии дел. Тронный зал очистился от следов борьбы с чудовищным посланником Князя в Жёлтом и единственным напоминанием остался великанский рыцарь, неподвижно сидящий в дальнем углу. Как Кас и предсказывала, «система безопасности» замка его не тронула, и сейчас он больше напоминал полуразрушенную древнюю статую. Мы заключили формальный союз, но пока что у меня критически недоставало информации, чтобы даже начать ему помогать. Надеюсь, он не против подождать хотя бы до тех пор, пока я не доберусь до библиотеки.

Пожалуй, с новыми гостями тоже пока стоит повременить.

Я покинул тронный зал и направился дальше – в относительно небольшой круглый зал, который выполнял роль оружейной. У меня всё ещё не хватало частиц души Полуночи чтобы заказать его расширение, но это стояло в списке приоритетных задач. Шагов за тридцать до зала я услышал приглушённый звон металла, а за десять – ощутил исходящее оттуда тепло, переходящее в жар. Кузня пылала, а около неё стояла моя оружейница. На вид настоящая валькирия – высокая, сильная, с волосами цвета меди, заплетёнными в тугую косу. Одетая в рабочую одежду и кузнечный фартук, она умело орудовала молотом, обрабатывая заготовку на наковальне. Заготовку удерживал помощник – безголовый латник, когда-то один из охраняющих это помещение мобов. Его удалось приспособить к делу, и вроде он не жаловался.

- Вик! – радостно воскликнула оружейница, чуть не попав молотом по пальцу помощнику. Палец был в латной перчатке, но тот всё равно испугано дёрнулся.

- Луна, – улыбнулся я в ответ и тут же оказался стиснут в крепких объятьях. Она пахла железом, потом и чуть-чуть – собачьей шерстью; странное, но вовсе не неприятное сочетание. Сейчас лишь запах и напоминал о том, что оружейница оставалась оборотнем.

– Эй, меня не было всего день!

- Да? Значит, вы недостаточно часто ко мне заглядываете.

- Исправлюсь. Как успехи?

- Нам нужен дракон.

- Прости, что?

- Дракон, – терпеливо повторила она. – Огнедышащий.

- Где я посреди ночи возьму тебе дракона?

Справедливости ради, в замок я всегда попадал ночью и по ряду причин не мог остаться до утра.

- Вы хозяин, а не я, – Луна сверкнула зубами, облокачиваясь на металлическое плечо своего безмолвного помощника. – Поймайте, купите, приручите. Вы же хотите оружие из драгестола?

- А оно лучше обычного?

- Из него изготовлен Райнигун, – невозмутимо сказала она.

- Ладно, я заинтригован.

После недолгих расспросов я выяснил, что оружие, подобное моему револьверу, Луна смастерить не может – требовался недосягаемый уровень мастерства, знание давно забытых технологий и прочнейшая связь с Полуночью. Но драгестол, который попадался мне только в форме монет на обмен, сам по себе обладал потрясающими свойствами. Клинки с даже небольшой его примесью не ржавели, почти не тупились и не ломались. Если же оружие было целиком сковано из драгестола, с небольшим магическим воздействием, оно резало железо как масло. Даже артефакт вроде моей латной перчатки не смог бы остановить такой удар.

Подобное оружие пригодилось не только для исследования замка, но и защиты от нежеланных гостей. Вряд ли Князь в Жёлтом, кем бы он ни был, успокоится после гибели своего посланника. Скорее уж стоит ждать новых визитов, ещё менее вежливых, и быть к ним готовыми.

Только вот расплавить драгестол, «драконью сталь», было под силам лишь настоящему дракону. Которого, несмотря на весь энтузиазм Луны, требовалось сперва отыскать, а уж затем как-то приспособить к делу. Я тут гостевые покои не могу никак построить, какой уж тут дракон?!

Но я не мог и не хотел расстраивать Луну, так что пришлось поручиться, что дракон будет. Рано или поздно, но без уточнения сроков.

Следом я спустился на кухню – и получил ещё одну порцию объятий, на этот раз от кухарки. Её можно было перепутать с человеком разве что в темноте: она целиком состояла из полупрозрачного зелёного желе. Все представители её рода – слизь, они же слаймы – выглядели таким образом, но лишь некоторые могли менять облик, мимикрируя под других существ.

Если не считать этой самой полупрозрачности, из Кулины получилась потрясающе симпатичная девушка. Милая, невысокая, фигуристая, энергичная… одетая в один кухонный фартук, что было очень заметно, когда она меня обняла.

- Вы что, сговорились?! – я осторожно обнял её в ответ, стараясь не опускать глаза на всякие колышущиеся и почти не прикрытые участки тела.

- Ничего не знаю! – звонко ответила она, прижимаясь ко мне чуть-чуть сильнее – так, чтобы на моих щеках всё-таки возник заметный румянец. – Вас не было, я скучала!

В честь моего торжественного возвращения после пропущенного дня Кулина состряпала дивный обед из наваристого пряного рагу, свежевыпеченного ржаного хлеба и сладкого напитка, напоминающего компот. Любое её блюдо наделяло меня способностями вроде сопротивления урону или зрения в темноте, но я бы ел их за обе щёки и просто так. Сегодняшний обед делал меня немного сильнее и быстрее одновременно.

Что было очень кстати, учитывая мои планы на текущий поход.

Вообще после кухни я планировал наведаться в лазарет, который очистил последним. Заведующая им леди-вампир уже получила от меня имя – Терра – но не успела в ответ поделиться силой. И это был хороший план, задуманный ещё позавчера и не воплощённый лишь по причине приступа бессонницы. Но по дороге к лазарету находилось кое-что, что мне хотелось проверить в первую очередь. И если дельце выгорит, то больше не придётся мучительно раздумывать, откуда взять частиц души Полуночи на улучшение текущих помещений и постройку новых.

Эти «кое-чем» было зеркало со злым двойником.

Задумка казалась простой, но при этом гениальной. Лёгкий способ накопить основного ресурса замка, попутно слегка потренировавшись. В прошлый раз, когда я сражался с зеркальным двойником, он скопировал всё моё оружие и умело его использовал. Не считая Райнигуна – столь могущественный артефакт явно не дублировался.

Но что будет, если перед тем как подойти к зеркалу я отложу оружие туда, где оно не отразится? А когда доппельгангер выберется – метнусь назад, подниму отложенное и спокойно разберу порождение зеркала в неравном бою. С мечом и кинжалом я разделаю его за пару минут, а затем всю процедуру можно повторить.

Конечно, успеха никто не гарантировал. Не факт даже, что зеркало было способно породить больше одного двойника за раз. Но мне кровь из носу требовались частицы души, и это выглядело как умеренно надёжный способ их получить. Эдакий «фарм», если выражаться игровыми терминами. Единственной текущей альтернативной были ежедневные зачистки пары коридоров с врагами, и этим заниматься хотелось меньше всего.

Попытка не пытка, верно?

Чтобы добраться до зеркала от кухни нужно было слегка попотеть – пролезть через слишком узкую решётку, используя силу, полученную от Кулины, затем подняться по ржавым скобам в старом колодце, чтобы оказаться во внутреннем дворике со старым полуразрушенным фонтаном. Забавное дело – несмотря на очистку лазарета, это место всё ещё считалось загрязнённым. Возможно, оно относилось к другой зоне или подчинялось неизвестным мне правилам. Но сейчас для меня это значило только то, что я мог спокойно призывать монстра из зеркала и рассчитывать на успех. В очищенных областях чудовища исчезали или теряли боевой запал.

Обычно в поход я брал от двух до пяти экземпляров оружия, но сегодня – лишь одно. Полэкс. Что-то вроде алебарды, но заметно короче, с шипом на нижнем конце и сдвоенной «головой» в виде топора и стального клюва – на верхнем. Грозное, эффективное и невероятно удобное оружие, выкованное золотыми руками Луны. В основном я использовал его против безголовых латников, которых полэкс вскрывал как здоровенные консервные банки, но он годился практически для любых сражений.

Всё что требуется – положить его на край фонтана и убедиться, что уцелевший каменный центр закрывает оружие от зеркала с любой стороны. Затем открыть дверь, за которой это самое зеркало находилось – потратив единственный «заряд» ключа на шее. И наконец, внимательно в зеркало всмотреться.

С прошлого раза мало что изменилось. Светлые волосы слегка отросли – но ещё недостаточно чтобы идти стричься. Взгляд замученный, под глазами мешки – может, поэтому меня сегодня столько обнимали? Старый шрам на щеке никуда не делся, несмотря на то, сколько раз я регенерировал после других ран. Клетчатая рубашка, джинсы, кроссо… а нет, не кроссовки. Сапоги из кожи василиска, которые я так и не снял, хотя по правилам уже было можно. Ну да ничего, лишними не будут.

- Давай, чудище, выходи на честный бой, – проворчал я, отступая от зеркала на полшага. Насчёт честного боя я соврал, но угрызений совести не испытывал.

И чудище не заставило себя долго ждать.

Глава вторая

- Как, говорите, вы чуть не умерли?

Терра смазывала мои раны каким-то густым бальзамом – и те зарастали даже быстрее чем под лунным светом. Воздух в лазарете был на удивление тёплым, словно работал невидимый обогреватель или шпарили встроенные в стены батареи. Это добавляло комфорта, но также заставляло клевать носом. Я героически сопротивлялся.

- Как-как… от большого ума.

Бой с зеркальным двойником начался так же, как и в первый раз. Почти как в первый раз. Тогда отражение сходу пыталось проткнуть меня альшписом, а теперь просто вылезло наружу с той же мерзкой ухмылкой, явно оценивая ситуацию. И лишь когда я рванулся к фонтану, чтобы подобрать полэкс, мой просчёт стал очевиден.

Доппельгангер получал мои способности на момент отражения, а затем увеличивал их процентов на двадцать.

Я не добежал до цели каких-то пары метров, когда мимо пронеслось что-то со скоростью звука и сцапало оружие прямо у меня из-под носа. Мне еле удалось затормозить, чтобы не налететь на стремительно раскручивающего полэкс двойника. Теперь он ухмылялся так широко, что грозил порвать копию моего бедного рта.

- Переиграл, – мрачно признал я, медленно отступая. – Но ещё не уничтожил.

От первого выстрела он отскочил, от второго попытался заслониться полэксом – и пуля Райнигуна расщепила рукоять точно пополам. Я выругался и рванул в рукопашную, пока двойник замешкался.

Спустя пару минут обмена любезностями я завладел верхней половиной полэкса – той, что с топором и клевцом, а моя зеркальная копия осталась с нижней. При этом я заработал две глубоких раны – на левом боку и левой руке, которые неохотно начали затягиваться под действием «Зверя». К счастью, этим дело и ограничилось – похоже, выиграв в скорости, мой враг слегка уступал в силе.

Мою способность к регенерации доппельгангер тоже не получил, но она ему и не требовалась – любые удары кулаками и ногами не причиняли никакого вреда.

Я снова отступил, но двойник не дал мне передохнуть или снова воспользоваться револьвером. Он метнул вперёд обломок полэкса, целя шипом мне в глаза, а следом прыгнул сам. Пришлось отмахиваться верхней половиной как топором – с переменным успехом. Отчаянная атака стоила двойнику пары пальцев, затем левой кисти. А когда он попытался обойти меня справа – ещё и головы.

Хоть в чём-то мои изначальные расчёты были верны – пламя Полуночи, горящее на месте гибели зеркального монстра, горело особенно интенсивно, что сулило много ресурсов. Но не успел я обрадоваться хоть какой-то награде за мучения, как сзади раздался подозрительный шорох. Я обернулся ровно в тот момент чтобы отразить атаку второго двойника – на этот раз вооружённого копией моего обломанного полэкса.

На этот раз я додумался прорваться в обход него к двери перед зеркалом и захлопнуть её.

Если задуматься, у моей идиотской авантюры оказалось не так уж мало плюсов. Я получил частицы души замка с двух сильных мобов, собрал важную информацию о противнике. Обменял это на время чтобы зарастить раны, хорошее оружие, которое теперь придётся восстанавливать Луне, и капельку потерянного достоинства.

- Вам понравится моя сила, Вик, – усмехнулась Терра, заканчивая обработку моего несчастного бока и убедившись, что лекарство действует.

- Не сомневаюсь. Но если она не позволит набрать тонну частиц души Полуночи за пару дней, то польза от неё будет ограничена.

- Такого не обещаю. Зато с зеркалами будет гораздо меньше проблем.

- В смысле?

Она улыбнулась – медленно и соблазнительно, поправив свои роскошные чёрные волосы. Старомодный чёрный халат смотрелся на ней словно вечернее платье, необъяснимым образом подчёркивая все изгибы в нужных местах.

- Один поцелуй – и узнаете.

Поцелуй – обязательная часть ритуала передачи силы от «боссов» очищенных комнат к хозяину замка, и мне здорово везло, что все они до сих пор оказывались девушками. Лазарет и саму Терру я очистил пару дней назад, но получить силу не успел – слишком много всего навалилось. В общем-то сюда я шёл как раз чтобы закрыть этот пункт и обсудить другие вопросы.

Леди-вампир ждала, а я почему-то медлил, смущённый по неясной причине. Но через секунду до меня вдруг дошло.

- Терра?

- М?

- Извини за нескромность, – медленно сказал я. – Но до очищения ты вела себя совсем иначе. С тобой всё нормально?

Мне показалось, что её улыбка на миг стала болезненной, но когда она заговорила, то звучала так же уверенно, как и раньше:

- Все мы меняемся, Вик, кто-то быстрее, а кто-то медленней. Вспомните себя пять лет назад, два года назад. Вспомните кем вы были до того, как Полночь нарекла вас хозяином и вы приняли поцелуй от её кастеляна. Не бойтесь, внутри я – это всё ещё я, та же высушенная карга, что пыталась воткнуть вам в шею шприц.

- Только уже не высушенная.

- А вы проверьте. Вдруг это всё, – она изящно обвела себя руками. – Не более чем искусная иллюзия?

У меня больше не нашлось возражений, и мы слились в поцелуе. Сразу стало ясно, что насчёт иллюзии она шутила. Её нежные, прохладные губы были на вкус как полынь, как горькие лекарственные травы. Этот поцелуй длился дольше прежних, а под конец я ощутил небольшой укол в районе нижней губы. Во рту стало солоно, я удивлённо открыл глаза. Терра отстранилась и едва заметно облизнулась.

- А говорила, что не кусаешься, пока я сам не попрошу.

- Простите, Вик. Не смогла удержаться.

Небольшая двойная ранка на губе сразу начала затягиваться, но я почувствовал лёгкое головокружение и для надёжности присел на кровать. Лазарет вокруг меня неторопливо вращался несколько секунд, пока не начал возвращаться в норму. Я машинально провёл пальцем по месту укуса и с нездоровым любопытством уставился на правую кисть, которая постепенно растворялась в воздухе.

- Терра?

- М-м?

- Объяснишь что происходит?

- То, что и должно было произойти. Разве вы никогда не мечтали стать невидимым?

Было дело, мечтал. Правда, последний раз лет восемь назад – как раз когда меня в первый раз избили, и меньше всего хотелось контактировать с окружающим миром. Быстрое прикосновение левой руки к правой показало – та в самом деле осталась на месте, хоть и выглядела как странный обрубок на уровне локтя.

- Это «Вуаль». Далеко не единственная из сил, доступных высшим вампирам, но именно та, что пригодится вам больше всего.

Опытным путём удалось установить, что управлять «Вуалью» было примерно так же просто, как и «Метаморфом» – то есть, нифига не просто. Частичная невидимость активировалась будто бы случайным образом, оставляя меня то без ног, то с дыркой вместо живота. Полная же требовала огромной концентрации и почти сразу слетала, когда я сдвигался с места. Спустя добрые сорок минут тренировок я добился того, что смог ходить под «Вуалью» черепашьим шагом в течение десяти-пятнадцати секунд.

Всё равно неплохо, кто спорит. И с зеркалами могло помочь – правда, лишь в том случае, если я наткнусь на одно из них без предупреждения и не успею его чем-то закрыть. Когда я изложил эту мысль Терре, она коварно улыбнулась и предложила поэкспериментировать, не объясняя подробностей. Классика.

Впрочем, у нас оставались и более насущные проблемы. Например, две танцовщицы, которые неподвижно лежали на кроватях в углу. Или грядущий визит Шаэль – если она не забудет дорогу и не умрёт раньше. Лекарственные средства Терры находились в плачевном состоянии – даже простейший бальзам для заживления ран подходил к концу. А дрёма Йхтилла и красная порча требовали серьёзного ухода и снадобий высшего порядка.

Основными источниками трав и прочих ингредиентов в прежние времена были внутренний сад и лес за южной стеной. Но чтобы покинуть Полночь и погулять за стенами мне требовалось как минимум найти выход. Сад же был загрязнён и охранялся «боссом».

- Видел я какие-то заросли по дороге сюда, – задумчиво сказал я.

- Колючие?

- Не то слово.

- Похоже на ограду сада. Что у вас по артефактам, Вик?

- Сапоги да латная перчатка, – честно сказал я. – Есть ещё переносной карман для материалов и неопознанный кулон. Кас с ним что-то завозилась.

- Этого мало, – мягко сказала Терра.

- Чем богаты.

- Я не упрекаю вас, Вик. Но чтобы пройти за ограду понадобится защита посерьёзнее.

- Да ладно? Закажу у Луны мачете и прорублюсь.

- Закажете что?

Через пару минут моих примерных объяснений Терра покачала головой.

- Если оружие будет сковано без примеси драгестола, ветки отрастут за считанные секунды.

- Зашибись, – буркнул я. – Хотя погоди. Это же внутренний двор, там везде лунный свет. Потерплю уколы да порезы пять минут, затем «Зверь» всё зарастит.

- Они отравлены.

- Да ты шутишь!

Терра, понятное дело, не шутила. Одной из причин, почему я шёл очищать лазарет с неделю назад был как поиск антидота – на верхних этажах попался арбалетчик с отравленными болтами. А теперь выяснялось, что впереди меня не только ждало гораздо больше смертоносного яда, но и перспективы защиты от него были весьма смутными. Для противоядия тоже требовались специфические ингредиенты. Единственный плюс – их можно было достать без визита в лес или сад. Захламленный склад с выходом на нижние этажи был первым пунктом для поисков, но далеко не единственным. Полночь раскидывала помещения подобного рода по понятной одной ей логике, и временами там можно было отыскать полезные вещи. В том числе компоненты для лекарств, антидота в частности.

Я понял, что мне не отвертеться от очередной зачистки коридора с иссохшими и тоскливо вздохнул. Вышло это настолько заметно, что Терра выразительно подняла чёрную бровь.

- Проблемы?

- Рутина.

Мяса для гноллов я пока не нашёл, а другие наёмники брали слишком дорого. Сама по себе зачистка была не бог весть какой сложной, особенно если просто сгонять в один конец и поискать ингредиенты, но по-хорошему её требовалось повторять каждый визит. Особенно теперь, когда зеркало наотрез отказалось поставлять мне частицы души за красивые глаза, а латники и ловушки наверху отнимали слишком много сил.

Терра задумчиво покивала в ответ на моё объяснение, а затем вдруг обернулась к выходу из лазарета и пронзительно свистнула. Обернулся и я. Через несколько секунд показалась уже знакомая группа иссохших – тех, что сперва охраняли это место, а после очищения тащили кровать вместе со мной до самого колодца. Их было десять – почти неотличимых от стандартных мобов: серая кожа, пустые глазницы с ядовито-зелёными угольками в глубине, какие-то обрывки грязной ткани вместо одежды. Слегка выделялся лишь тот, что стоял впереди – выше остальных на полголовы, с остатком белых волос на макушке и чуть более осмысленным выражением на лице.

- Мальчики, – нежно сказала леди-вампир. – Вы успели соскучиться по делу?

Иссохшие открыли жуткие рты и издали что-то вроде синхронного хрипа. Я смотрел на них с нарастающим сомнением. Да, одного безголового латника мне уже удалось приспособить на роль помощника Луны, но иссохшие казались куда как менее ценным активом. С другой стороны, один раз они мне уже помогли, да и сражались вполне достойно. Для своего, очень низкого, уровня.

- Кем они были? До того, как попасть сюда.

- Я не знаю, – сказала Терра. – Мои попытки найти для них лекарство почти ни к чему не привели. Но одно скажу точно – они воспряли, когда встали на защиту лазарета.

Я вспомнил самодельное оружие и импровизированные баррикады.

- Изначально их было больше.

- Здесь только те, что решили остаться. Очищение не всем по вкусу.

- Когда они погибнут, то возродятся?

- Если вы не решите пострелять по ним из Райнигуна.

Я подошёл поближе к неровному строю зомби и откашлялся.

- Те, кто хочет остаться в лазарете и помогать Терре – стойте на месте. Те, кто готов пойти со мной – шаг вперёд.

Вперёд шагнули все кроме двоих – итого восемь потенциальных бойцов. Не бог весть каких бойцов, рассыпающихся от первого же тычка, но сражаться им предстояло с такими же иссохшими, только хуже организованными.

Не исключено, что мне было бы быстрее и проще самому зачистить тот коридор десять раз подряд, чем снаряжать и обучать этот отряд мертвецов.

- Ты, – кивнул я на высокого типа с остатками волос. – Будешь за главного в моё отсутствие. Нарекаю тебя Александром.

То ли в честь Суворова, то ли Македонского, то ли чтобы легче было сменить имя на женское, если вдруг я не угадал с полом нового подчинённого. Терра назвала их всех «мальчиками», но зная предпочтения Полуночи, у меня оставались определённые сомнения.

Александр застыл на пару секунд, а затем отвесил мне сдержанный поклон. Вот и славненько.

- Терра?

- М-м-м?

- Что нужно принести для противоядия?

К чести Луны – она и глазом не моргнула, когда я притащил в с собой эту рассыпающуюся на части толпу. До места добрались только семеро – один сорвался со скоб во время спуска в колодец, и вытаскивать я его не рискнул. Либо выплывет сам, либо утонет и возродится в лазарете. Зато сквозь решётку спокойно пролезли абсолютно все, без какой-либо нужды в «Метаморфе». Вообще с этой идиотской решёткой давно следовало разобраться, так что в придачу к оружию на семерых и перековке полэкса я попросил у оружейницы самый обыкновенный железный лом, да потолще…

С экипировкой, к слову, возникла определённая проблема. Иссохшие не могли держать в руках ничего по-настоящему тяжёлого, так что множество двуручных образцов отпадали сразу. Стрелковое оружие тоже не годилось – лишь один из семерых смог кое-как натянуть тетиву арбалета, про луки можно было просто забыть. К тому же им предстояло сражаться в узком пространстве коридора, так что пращи тоже не годились.

В итоге мы остановились на лёгких дротиках. Изначально предназначенные для метания, те были заметно короче классических копий, но всё равно позволяли моей новой гвардии атаковать цели на расстоянии метра впереди. Для троих в авангарде нашлись небольшие круглые щиты, деревянные, с металлической сердцевиной. Получив в руки оружие иссохшие воспряли и теперь куда больше напоминали боевой отряд.

Пустующее помещение, раньше бывшее оружейной, но ещё не переквалифицированное в гостевые покои, на время стало тренировочным залом. Вот, кстати, ещё один пункт к постройке в будущем – какой по счёту, четвёртый? На тренировки я отвёл не больше часа, но мы едва уложились в полтора – и из семи бойцов осталось шесть, словно в памятном стишке Агаты Кристи. Один из копейщиков второй линии случайно ткнул в спину товарищу в авангарде, и тот рассыпался прахом. Тыкнувший поднял упавший щит и занял пустующее место.

Сделав всё возможное, вымотанный и вспотевший, я объявил перерыв и отправился дрыхнуть в спальню. До прихода Жнеца оставалось часа три, хотя точно сказать было нельзя – по странной причине в Полуночи отсутствовали приборы измерения времени. Я планировал поспать не больше часа, а затем лично проконтролировать первый поход моего мёртвого «воинства», без особой надежды на успех. Но разбудила меня не Кас, а легчайшее прикосновение бледного пламени. Сонно моргая, я с удивлением наблюдал, как крошечные огоньки кружились вокруг меня, прежде чем «впитаться» обычным образом.

- Кас?

- Да, Вик?

Она появилась возле моей кровати так быстро, словно всё это время пряталась в шкафу.

- Что происходит? Ты в курсе?

- Могу лишь предположить, – ровно сказала она. – Что ваша новая гвардия отправилась воевать самостоятельно.

К тому моменту, когда я добрался до конца «лабиринтного» коридора, всё уже было кончено. Меня ожидали двое – Александр, сжимающий копьё со щитом и один из бойцов арьергарда, почти неподвижный под грузом оружия остального отряда. При виде меня они слегка вытянулись и приосанились. Александр вновь отвесил неуклюжий поклон и стукнул древком копья о пол.

- Отличная работа, парни, – с чувством сказал я. – Но проявление инициативы должно быть своевременным. В следующий раз сперва предупреждаете меня – или отправитесь объясняться перед Террой.

Мне показалось, или на высушенных лицах промелькнуло что-то вроде неподдельного ужаса?

Глава третья

Как ни странно, мне доводилось в прошлом работать уборщиком. Я вообще много чего перепробовал в первые месяцы после смерти родителей – курьер, грузчик, расклейщик объявлений, иногда одновременно. Разве что закладки не прятал, хотя понятное дело, предложения были. Есть черта, до которой может упасть человек и за которую падать не стоило. Так или иначе, уборщик из меня вышел вполне грамотный, работа – понятная и честная, но платили за это такие копейки, что не помогал даже хороший график. Подметал улицы, затем мыл офисы, пока наконец не нашёл «Техно-супер», будь оно четырежды неладно. И вот сейчас, став могущественным хозяином таинственного замка в другом мире, я неожиданно вспомнил старые навыки. Не сказать, что от этого было радостно, но мастерство, как говорится, не пропьёшь.

Спасибо хоть на этот раз не пришлось орудовать метлой или шваброй.

Поиски компонентов для противоядия заняли весь остаток моего времени в замке на текущую ночь. Александра с товарищем я отправил назад в оружейную – передать снаряжение Луне на ремонт и доработку. С боевой задачей отряд мертвецов справился отлично, но в поисках иголки в стоге сена – простите, полотняного мешочка с красноватым порошком на складе – помочь не мог. Так что лорд Виктор, хозяин Полуночи и прочая, прочая, добрые два часа копался в мусоре, оставшемся с былых времён. Первый час у меня теплилась слабая надежда, что по ходу поисков я раскопаю ещё один тайник, но ей было не суждено сбыться. Возможно, скрытый смысл этого помещения состоял как раз в том, что здесь не лежало ничего по-настоящему ценного.

С другой стороны, я сумел навести какой-никакой порядок. Лишь на небольшом участке около входа, но всё лучше чем ничего. Ненужная рухлядь, полусгнившая или покрытая ржавчиной, отправлялась в мешки и ящики – те, что могли её выдержать, а их в свою очередь я расставлял в коридоре. Через полчаса вернулись двое моих иссохших подчинённых, и тут же отправились обратно, толкая ящик с мусором назад, к очищенной зоне. Утилизация подобной дряни лежала на Кулине и её слаймах, а кухня как раз была неподалёку. Я же остался разгребать, сортировать и раскладывать, запихивая материалы, которые могли оказаться полезными, в переносной карман, а всё остальное определяя на выброс. Тоже своего рода «очищение», но не в метафизическом, а буквальном смысле. Бог знает, когда я найду «босса», отвечающего за одну из соседних локаций, одолею его в бою или уговорю и что после этого станет со складом. Внутренний двор-то не стал частью очищенной зоны, хотя находился по дороге к лазарету.

В конце концов мне удалось расчистить небольшой кусок пола и освободить четыре старинных шкафа, на верхней полке последнего из которых обнаружился узелок с запасом нужного порошка. Быстрая проверка показала, что почти весь он годился для использования.

Мой победный клич слился с отдалённым звоном гонга. Жнеца можно было упрекнуть во многом, но он никогда не являлся без предупреждения.

Что не мешало мне строить планы, как я однажды разберу эту скелетно-призрачную сволочь по косточкам.

Сейчас, например, из-за него я не успевал передать находку Терре. Придётся оставить в чулане, под присмотром Кас, и отнести на следующий визит. Затянув узел потуже, я с ужасом обнаружил, что ветхая ткань расползается по швам. Да чтоб тебя! Его даже в карман для материалов не запихнуть – Терра предупреждала, что тогда порошок распадётся на компоненты, из которых его не восстановить.

Я сдёрнул с себя неизменную клетчатую рубашку, срывая пуговицы и завернул в неё узелок с лекарством, используя рукава вместо завязок. Затем сунул импровизированный мешок под мышку и рванул со всех ног назад по коридору.

Второй удар гонга застал меня на полдороги, третий прозвучал, когда я садился на трон. Я обливался потом после интенсивного бега, меня трясло от напряжения и злости. И лишь лёгкая рука Кас, опустившаяся на плечо, позволила выдохнуть и сосредоточиться на возвращении в свой мир. Закрыть глаза и слегка расслабиться, зная, что здесь мне всегда помогут.

- Я буду ждать вас, Вик.

- До встречи, Кас.

Понедельник. Несмотря на заклеенные окна, декабрь определённо располагался не только снаружи, но и немного внутри квартиры. Странное дело – в тронном зале Полуночи тоже было холодновато, но там это меня не слишком волновало. Даже когда камин не горел, а я прибежал в запаре и без рубашки. Но стоило вернуться на матушку-Землю, и всё, хочется лишь покрепче укутаться в старый плед и не вставать с тахты примерно никогда.

Увы, путь в Полночь для меня до ночи останется закрыт, а в этом мире лежание под пледом редко приводит к каким-то результатам.

Позволив лени повластвовать надо мной ещё две минуты, я рывком вскочил на ноги, натянул свитер и полез, как бы сказала давно почившая бабушка Валя, копаться по сусекам. Через пять минут из кладовой был извлечён неказистый тепловентилятор и установлен так, чтобы тёплый воздух равномерно распределялся по комнате. Увы, когда я закончил чистить зубы и бриться, раздался негромкий хлопок, за которым последовал отчётливый запах гари и жжёной пластмассы.

Глупо было ожидать, что обогреватель, купленный за копейки ещё моим отцом пять лет назад прослужит целую зиму, но всё равно обидно. И ведь новую модель придётся покупать в родном отделении магазина, продавцам полагалась пятнадцатипроцентная скидка.

Закинув в себя завтрак, я захватил сдохший прибор с собой и оставил квартиру остывать дальше.

После вчерашней тоски сегодня в «Техно-супер» на удивление кипела жизнь. Новый шеф – один из замов Борова, которого в центральном отделении видели всего пару раз – затирал что-то про незыблемые принципы компании, заложенные Николаем Николаевичем. Ему внимали, пусть и без большого энтузиазма. Судя по всему, больших перемен в ближайшее время не ожидалось, и народ слегка расслабился.

Наконец-то явилась Анна, ведущая на ходу какие-то записи на дорогом планшете. На ней был деловой костюм светлых тонов, который идеально сочетался с длинными золотыми волосами. Заметив меня, она едва заметно улыбнулась – но так, что меня бросило в жар от внезапного наплыва воспоминаний.

Надо бы попросить у неё телефон, чтобы не встречаться только на работе или не ждать, пока она решит заглянуть сама. Ближе к вечеру, когда оба освободимся.

Но пока я строил планы на вечер, у вечера оказались планы на меня.

- Виктор Игнатьевич.

Меня окликнул со спины незнакомый голос – низкий и раскатистый, при этом очень спокойный. Я обернулся и был вынужден поднять глаза, чтобы посмотреть говорящему в лицо. Два метра с гаком, косая сажень в плечах, лицо словно высечено из гранита. Скала, а не человек. Глыба. Но одет в приличный костюм и держится подчёркнуто-вежливо.

- Чем могу помочь?

- Уделите полчаса времени. С вами хотят поговорить.

- Кто, если не секрет?

- Прошу, пройдёмте со мной.

Я взвесил «за» и «против». Если бы громила в костюме хотел свернуть мне шею, он бы попытался сделать это не под объективами десятка камер посреди центрального отделения «Техно-супер». Подкараулил бы в тёмном переулке как те трое. Возможно даже с тем же результатом. В любом случае, подходить к жертве и вежливо просить её пройти куда-то, чтобы там атаковать – верх тупости. Несмотря на габариты тролля, незнакомец явно не выглядел тупицей.

Слегка вздохнув, я снял фирменную кепку и бэйдж, и отправился вслед за человеком-глыбой.

На парковке торгового центра нас ждал здоровенный чёрный внедорожник Mercedes G-Wagen последней модели. Знаменитая «неубиваемая» машина для серьёзных людей, которые отдавали предпочтение безопасности вместо комфорта. Говорят, на такой разъезжал Папа Римский, а ещё её обожали крупные мафиози. Интересно, о чём со мной хотел поговорить глава Ватикана?

Мой сопровождающий открыл заднюю дверь и сделал приглашающий жест, а сам остался снаружи.

На соседнем кресле сидел поджарый мужчина лет шестидесяти, отдалённо напоминающий актёра Джонатана Бэнкса. Лысый, с аккуратно подстриженной седой бородкой и взглядом, в котором не читалось ничего кроме бесконечного равнодушия. Я при всём желании не мог бы назвать цену его костюма, явно сшитого на заказ, и уж тем более часов на левой руке. На такого человека Боров бы не повысил голос, даже будучи в сильном подпитии.

- Владимир, – лаконично представился он, протягивая руку. Его голос был сухим, слегка надтреснутым, тон – нейтральным.

- Виктор, – я пожал её с осторожностью, стараясь не применять новообретённую силу. – Чем обязан?

Какое-то время – секунды две-три, не больше – он изучал меня своими бледно-голубыми глазами, словно решал, того ли человека пригласил в свою машину.

- Я позвал вас чтобы извиниться, – наконец сказал он, не меняя тона. – И искренне надеюсь, что вы примете мои извинения.

- Боюсь, сперва вам придётся уточнить.

- Безусловно. Видите ли, три дня назад ко мне обратился старый друг. Он неважно выглядел, и к тому же был сильно взвинчен. Он попросил меня об одолжении, которое я едва принял всерьёз и поручил не тем людям. С моей стороны это было в высшей степени непрофессионально, и за это я прошу прощения.

Настала моя очередь тупить несколько секунд, прежде чем мне удалось расшифровать сказанное. После чего я на миг покрылся холодным потом.

- Вы послали тех троих, – медленно сказал я. – Бритого и товарищей.

- К сожалению, да. Они живы?

- Нет.

- Печально, – в его голосе не слышалось ни капли печали. – Возможно, вы могли бы поделиться, где сейчас их тела? У них остались семьи…

Признаться, я чуть было не сорвался на нервный смех, еле сдержавшись в последний момент. Криминальный авторитет пытается давить на жалость, упоминая семьи своих убийц?

- Нет, не мог бы. Владимир, может вы не в курсе, но ваши люди пришли меня убивать. Подстерегли в тёмном углу, напали со спины, как последние крысы. Они и сдохли как крысы, и тела их искать бесполезно.

- Решения, – пробормотал мой собеседник, обращаясь будто бы не ко мне. – Решения и последствия. Эх, Коля, Коля…

Я терпеливо ждал пока он закончит.

- В любом случае, извинения мало чего стоят без компенсации, – он неторопливо достал из внутреннего кармана конверт и протянул мне.

Внутри оказалась солидная пачка купюр – долларов, не рублей. Хорошие деньги, очень хорошие и весьма уместные, но в отличие от «премии» Борова сейчас я не торопился принимать конверт. Этот человек был куда как опасней моего почившего шефа. Вчера подослал братков, сегодня даёт деньги, что будет завтра?

- Возьмите, – сказал он, заметив мои сомнения. – Я настаиваю. Никаких обязательств, под моё слово и ответственность. Разве что вы согласитесь побеседовать ещё пять минут, чтобы выслушать одно предложение.

- От которого невозможно отказаться?

Он улыбнулся – так же сухо, как и говорил, одними краями губ.

- Ценю классику кинематографа, но в жизни всё иначе. От любого предложения можно отказаться, даже сделанного крёстным отцом.

- А потом проснуться рядом с отрезанной лошадиной головой.

- У любого решения есть последствия. Мои люди навели о вас справки, и посчитали, что им предстоит лёгкое дельце. Теперь они мертвы. Мой друг Коля Боровицкий обратился ко мне в час нужды. Сегодня я еду на его похороны. Кем бы вы ни были, Виктор, вас критически недооценивают. Я не хочу совершать такую же ошибку, и потому предлагаю вам работу.

- Работу? Какую?

- Соответствующую вашим… уникальным навыкам. С официальным оформлением, страховкой и белой зарплатой. Зарплатой, по сравнению с которой сумма в конверте – лишь небольшой аванс.

- А взамен что? – резко спросил я. – Стать вашим киллером?

- Громкое слово, – слегка поморщился Владимир. – Слишком громкое. Хотя в целом точное. Подумайте, Виктор, вы могли бы наконец закрыть долги. Переехать в нормальный район. Если, конечно, вы не живёте под прикрытием.

- Не живу.

- Вот видите. И если для вас это важно – устранять вы будете лишь очень плохих людей.

- Таких как я?

- Ну что вы. Кажется, вы убедительно доказали, что это практически невозможно.

Судя по всему, не только его мордовороты навели о мне справки. Надо же, как точно бьёт, гад – долги, квартира. И не надо париться со свежим компом, изучать что-то кардинально новое, тратить время и силы в погоне за несбыточным. Деньги прямо вот они, даже наклоняться не нужно, а Райнигун всегда под рукой. Больше никаких продаж в «Техно-супер», охраны складов и уж тем более уборки офисов. Всего-то пара-тройка трупов, которых никто никогда не найдёт, и Виктор Макаренко уже живёт как белый человек. В обоих мирах.

Я криво усмехнулся и покачал головой.

- Вынужден отказаться. За деньги спасибо и считайте, что извинения приняты – если вы навсегда забудете, где я живу. Но для «уникальной работы» поищите кого-то другого.

- Позвольте уточнить. Вы уже кем-то наняты? Или это вопрос принципа?

- Принципа.

- Жаль, – он медленно кивнул, затем достал из нагрудного кармана визитку и протянул мне. – На случай если передумаете.

Визитка была с простым чёрно-белым дизайном, но сделана очень качественно. Надпись на ней гласила: «Богданов Владимир Михайлович. Логистика и консалтинг». Поколебавшись, я взял её – чисто из вежливости.

Громила снаружи машины проводил меня кивком, и я кивнул в ответ. Не суждено мне с ним стать коллегами, и, пожалуй, к лучшему.

Анна ждала меня в подсобке – даже после того, как все разошлись. Моё сердце от радости забилось быстрее, я-то был уверен, что сегодня отправлюсь домой один. Но не успел я открыть рот, как она меня опередила:

- Как прошло?

- Извини, что?

- Как прошло с Богдановым? – нетерпеливо уточнила она. – Он предложил работу?

- Откуда ты… – начал было я, но прервался. – Предложил. Я отказался.

В её больших серых глазах промелькнула тень разочарования.

- Отказались? Почему?

- Не сошлись по вопросу премиальных.

Секунду она просто смотрела на меня, затем пришло понимание.

- Всё шутите.

- Я думаю, после того вечера мы можем смело быть на «ты», – слегка усмехнулся я.

Она меня проигнорировала.

- Скажите, Виктор, вы всю жизнь собираетесь работать… тут? – её бархатный голос оставался на удивление спокойным, но в нём скользили жёсткие нотки. – Жить там, где живёте сейчас? Ездить домой в переполненном автобусе, носить старьё?

- Между прочим, я совсем недавно купил новую куртку и ботинки.

- Я заметила, – фыркнула она, и вроде смягчилась. – Не обижайтесь, но вы достойны большего. Гораздо, гораздо большего. Неужели вам самому не хочется взять от мира то, чего вы были лишены?

Её вопрос повис в воздухе, пока я пытался соотнести последние события из двух миров и терпел в этом сокрушительную неудачу. Любые попытки плыть по течению хотя бы пару дней прерывались самым бессовестным образом, меня раз за разом швыряло из стороны в сторону, загадки громоздились одна на другую, угрожая обрушиться на меня с высоты многоэтажки. В итоге меня хватило лишь на один встречный вопрос:

- Кто ты, Анна?

- Я – ваш лучший друг, – лукаво улыбнулась она, и у меня вновь перехватило дыхание от этой улыбки. – Я та, что всегда поддержит и направит, но я могу стать кем вы захотите. При условии, что вы будете принимать правильные решения и добиваться успехов.

Прежде чем я успел ответить, она шагнула вперёд, обхватив меня за шею, впилась губами в губы и прижалась всем телом – неправдоподобно горячим, пахнущим как неодолимая страсть. Я опомнился лишь через несколько секунд, когда её уже не было – в пустой подсобке, задыхающийся, растерянный и возбуждённый сверх разумных границ.

Это был совсем не тот вечер, на который я рассчитывал. Совсем не тот разговор, совсем не тот финал.

Не говоря уже о том, что я так и не взял её номер телефона.

Глава четвёртая

Полночь любила принимать гостей. Об этом упоминала Кас, но это было очевидно почти сразу, когда я впервые открыл большие двери в конце основного коридора. Я тоже не возражал против посетителей, если не считать последнего приёма, когда в замок пришёл посланник Князя в Жёлтом – необъяснимое чудовище в бледной маске. Когда он понял, что не сможет добиться подписания союза, попытался устроить резню. Затея провалилась, но осадочек определённо остался.

Чем это грозило в будущем – бог его знает. Политической напряжённостью с туманным Йхтиллом? Разрывом отношений? Войной? Я всё ещё отчаянно пытался разобраться в устройстве Полуночи и своей роли здесь, а до полноценной политики было ой как далеко. Скорее всего решать проблему придётся в тот момент, когда к воротам замка подступит армия Князя в Жёлтом и потребует моей головы на блюде. И ладно если только моей.

Я не знал, как дополнительно обезопасить себя и своих подчинённых. С одной стороны мои советницы прекрасно справлялись с этим и сами, фактически подрабатывая и телохранителями, с другой – у их сил мог вскрыться внезапный лимит. В теории Полночь воскрешала всех, кто не был испепелён Райнигуном, даже «паразитов», не желающих возвращаться под её юрисдикцию. Но гости – неизвестный фактор, способный нарушить даже те правила, которые я только начал понимать. Один из них, мёртвый великанский рыцарь, спас нас от посланника в маске, но вряд ли на его помощь можно было рассчитывать каждый раз.

Кас, Луна, Кулина и Терра стали моей новой семьёй. Я бы не простил себе, если бы с ними случилась беда. И потому оттягивал новый приём посетителей до максимума.

- С возвращением, Вик.

- Кас, сколько у нас времени, пока Полночь не начнёт злиться без гостей?

Если прекрасная баньши как-то удивилась вопросу «в лоб», то как обычно, виду не подала.

- Сегодня ночью она спокойна. Но если главные двери не отворятся завтра, начнёт волноваться.

- Сильно?

- Терпимо. Должна также напомнить, что завтра истекают семь дней, которые вы дали Шаэль Морторис.

Всё верно, несчастная скрипачка со стремительно пожирающим её недугом. Дело, ради которого я и отправился на поиски лазарета до библиотеки. Пропустить её повторный визит было бы не то что глупо – практически преступно.

- Спасибо, Кас. Я приму гостей завтра.

- Я подготовлю всё к приёму.

- Отлично. К слову о гостях – что там с амулетом, который принесли на той неделе?

- Ждёт вас в чулане, среди других даров.

- Его удалось опознать?

- Да. Он позволяет найти потерянное.

Пришлось расспросить о свойствах артефакта поподробнее. Судя по словам Кас, зачарование было не слишком сильным, в основном для поиска всяких мелочей. Такая штука больше пригодилась бы мне на Земле. С другой стороны, амулет работал и в случае, если его хозяин заблудился, позволяя вернуться на верный путь. Условия активации были не слишком ясны, но обычно подобные штуки запускались от усилия воли, сосредоточенной ментальной команды.

- Если это всё, позвольте откланяться.

Леди-призрак склонилась в реверансе, но я не торопился вставать с трона. Меня мучила одна мысль – которая чуть было не помешала мне заснуть.

- Кас?

- Да, Вик?

- Скажи мне одну вещь. Слуги Полуночи могут появляться в моём мире? Жить в нём?

Кас подняла на меня глаза, и несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Затем она кивнула – совсем легонько, почти незаметно, прежде чем вновь опустить голову.

Анна и раньше посещала мои мысли – задолго до того, как я оказался в Полуночи с потрохами. А уж после нашей недавней жаркой встречи она надёжно оккупировала часть моей головы – ту, что получала сигналы понятно от какого органа. Но уже тогда в других, более рациональных частях мозга, зародились подозрения. Уж больно внезапно ослепительная красавица с работы решила забежать ко мне домой, а секс был не просто приятной неожиданностью – скорее чем-то на уровне сказочного сна. Этого не могло произойти просто потому, что не могло произойти никогда. Даже если мне не почудилось, и она флиртовала со мной раньше, никто не будет бросаться в объятья человеку, который целый день валялся с температурой и даже не принял душ. Нормальные, адекватные люди так себя не ведут.

Так себя ведут одержимые.

В каком-то смысле это даже льстило. Я никогда не был слишком уж популярен у девушек – последние три недели не в счёт. Да и все леди в замке дарили мне поцелуи не потому, что поддались моему неотразимому очарованию, а из-за контракта на передачу силы, который здесь заключался таким своеобразным образом. Поцелуи Анны, пусть и потрясающе приятные, ощущались как человеческие. Но её поведение мягко говоря настораживало.

О чём она говорила, упоминая проделанную мной «прекрасную работу»?

Откуда знала, что я беседовал с Богдановым?

Что за дикое заявление, что она мой лучший друг и может стать, кем я захочу?

И наконец – мелочь, а зацепило – почему постоянно обращается ко мне на «вы»?

Если бы не кивок Кас, у меня бы не было повода развивать мысль в этом направлении. Но так уж выходило, что многие странности Анны пересекались со странностями моих помощниц в Полуночи. Не целиком, не во всём, исключительно в рамках косвенных доказательств. Если бы я решил припереть её к стенке – метафорически – то она могла бы смело откреститься от обвинений и объявить меня психом. Если, конечно, она не хотела, чтобы я припёр её к стенке. И не только метафорически. Это входило в её понятие о «правильных решениях»?

Слишком много «если», слишком мало фактов. Замок из моих снов проник в реальность, а затем начал уверенно перекраивать её по своему образу и подобию. Моя новая сила, смерть Борова, лукавая улыбка Анны – всё вертелось так быстро, что я еле успевал реагировать. Единственное что спасало мой рассудок – многочисленные обязанности непосредственно в Полуночи, которые надо было выполнять вне зависимости от назойливых мыслей. Делай что должно, будь что будет и вся фигня.

Терра, полагаю, меня уже заждалась.

За время моего отсутствия умница Кас нашла для порошка более подходящую упаковку чем моя рубашка. Новая, кстати, как ни в чём не бывало оказалась на мне, как только я открыл глаза на троне. Я отправился в лазарет, сжимая под мышкой небольшой свёрток из плотной серой бумаги и запихнув в карман новый амулет. Сомневаюсь, что мне понадобится что-то искать, но бережённого бог бережёт, а запас артефактов карман не тянет. Луна привела в порядок дротики и щиты для моего нового отряда, но на ремонт полэкса требовалось больше времени.

В этот поход я взял «облегчённый» вариант экипировки – классический короткий меч на пояс, гибкий меч уруми вокруг пояса и латная перчатка на левую руку. Перчатка была пока что единственным элементом брони, который я обнаружил в Полуночи, и несмотря на приличные защитные свойства, обладала серьёзным недостатком. Теперь я не мог брать никакое оружие в левую руку, а также пользоваться двуручными образцами. Впрочем, с правильно подобранной экипировкой это не доставляло проблем.

Кулина впихнула в меня какие-то бутерброды с острой намазкой для обострения чувств. Обычно я не любил острое, но оказалось вкусно, хотя и пришлось запивать чуть ли не целым кувшином воды.

Последней остановкой была та самая злосчастная решётка по пути к колодцу. Она послужила мне неплохим тренажёром для «Метаморфа», но в последнее время лишь задерживала и раздражала. С помощью здоровенного железного лома я расширил расстояние между прутьями до приемлемого и убедился, что могу нормально пролезть в обе стороны. Способность найдётся где потренировать, а время в Полуночи – на вес золота.

Вот вроде и ничего не сделал, а до лазарета добрался лишь через час с гаком.

- Мне кажется или они выглядят пободрее?

Я с некоторым подозрением оглядел своё небольшое воинство с Александром во главе. На первый взгляд мало что изменилось – после возрождения иссохшие выглядели такими же иссохшими. Но зелёные угольки глаз как будто бы горели ярче, да и держались они слегка ровнее. Уверенней. Не шатались. Тренировки сказались, что ли? Было бы что тренировать – кожа да кости…

- У меня есть на этот счёт теория, – задумчиво сказала Терра. – Но пока я её придержу.

Леди-вампир освободила один из столов под миниатюрную лабораторию для смеси лекарств, и теперь тщательно отмеряла и распределяла порции добытого мной порошка по пузатым колбам на громоздком лабораторном штативе. Под нижними плясало голубое пламя, заставляющее смесь внутри недовольно бурлить. По всему лазарету расползался острый химический запах, но Терру он явно не смущал.

- Ингредиенты в порядке? – спросил я.

- Более-менее, – рассеянно отозвалась она. – Реакция слабая, но в таких условиях хранения удивительно, что хоть что-то сохранилось. Антидоту понадобится слегка настояться и остыть. Найдёте, чем занять себя на пару часов?

- Без проблем.

Я вновь посмотрел на отряд мертвецов – учитывая их вчерашние успехи, сегодня нянчиться придётся поменьше. Отправил воевать и забыл, знай собирай урожай частиц души. Удобно, даже слегка лениво. Но в Полуночи всегда можно было себя чем-то занять – главное не сдохнуть невзначай. Два часа пройдут незаметно, скорее всего даже слишком быстро.

- Кстати, завтра я принимаю гостей. Присоединишься на час-другой?

- Нет, – улыбнулась она.

- Приём начнётся почти сразу… Погоди, почему нет?

- Тому есть три причины. Первая – я бы не хотела надолго оставлять пациентов без должного присмотра, – она повела рукой в направлении двух девушек, так и не очнувшихся от дрёмы Йхтилла.

- Справедливо. Вторая?

- Этикет Полуночи предполагает не более трёх советников у хозяина во время визитов гостей. Конечно, вы могли бы отказаться от текущего состава, но какой в этом смысл?

- Чтобы ты заранее могла осмотреть Шаэль.

- Осмотрю, когда она окажется здесь. Третья причина – я не могу покинуть пределы лазарета и примыкающего к нему коридора.

Новое «почему» чуть было не вырвалось наружу, но я вовремя прикусил язык. Если подумать дольше чем полсекунды, то уточнения не требовались. Будучи очищенными, «боссы» локаций могли перемещаться лишь по столь же очищенной территории. Сейчас между коридором, ведущим в лазарет, и чистой зоной находилось пространство внутреннего двора, да ещё и спорный колодец с коридором в довесок. Я по ним ходить мог, иссохшие на моей службе – тоже, а вот у Терры возникли проблемы.

Точнее, в итоге проблемы возникли у меня – остался без её совета. Ещё один пункт в грядущие дела – найти способ очистить внутренний двор, либо отыскать альтернативную дорогу в лазарет. Неясно, требовалось ли для этого обнаружить ещё одного «босса», либо воспользоваться возможностями строительства замка. Пока что на очереди были гостевые покои, и на них всё ещё не хватало ресурсов. Что же, начнём с очевидного…

Я вздохнул и направился к выходу, призывно махнув рукой Александру с отрядом.

На этот раз до оружейной мы добрались всем составом и даже во время тренировок никто никого не прикончил. Невероятно! Луна починила ещё один щит, так что теперь защитных средств хватило на четверых – и они прекрасно держали оборону в первых рядах, пока задние отрабатывали удары дротиками. Я отправил отряд зачищать проход по дороге к складу с моим благословением, а сам вернулся назад, в основной коридор. Отсюда можно было попасть в тронный зал, открыть большие двери, спуститься к кухне или подняться к коридору с ловушками, но сейчас меня интересовала оставшаяся дверь, которую я почти никогда не трогал. За ней находилась каморка с ещё одним зеркалом.

У меня не было возможности толком испытать «Вуаль», и это следовало исправить. Задумка элементарная – стать невидимым и застыть напротив зеркала, ожидая реакции. Если всё пройдёт как надо, то просто ничего не произойдёт. Стекло останется спокойным, двойник не вылезет, а я спокойно отойду в сторону и закрою дверь. Скучно, зато безопасно и оградит от подобных стычек в будущем. Если же доппельгангер всё равно решит проявиться, эксперимент можно объявлять провалившимся. Я слегка огребу, закрою дверь, подлечусь под лунным светом и выскажу Терре всё что думаю про её шуточки.

Невидимость требовала как минимум такой же концентрации, как и «Метаморф», так что когда мне удалось заставить исчезнуть всё тело, я обливался невидимым потом. Медленный шаг в сторону, открыть дверь – и вот результат. В злобном зеркале отражается лишь камень на другой стороне коридора, освещённый светом ближайшего факела. Двойник обычно появлялся спустя полминуты или около того, так что я остался стоять, поддерживая «Вуаль» и рассматривая потёртости и трещинки на поверхности старой рамы.

Интересно, какой смысл в зеркале возле основного коридора? В других зонах их можно отнести к хитрым ловушкам, но здесь оно смотрелось попросту неуместно. Может, попробовать перенести его куда-то подальше? Освободить пространство, устроить тут второй чулан. Крохотное помещение считалось «загрязнённым», но я не исключал, что только из-за самого зеркала. Надо ещё спросить Кас, что будет, если его разбить. Скорее всего ничего хорошего, но…

Я моргнул – и пропустил момент, когда отражение вдруг исчезло. Теперь там не было не только меня, но и коридора, камней и всего прочего – вообще ничего. Лишь сплошная стеклянная гладь, как будто слегка мерцающая. И хотя она была серебряная, а не чёрная, но всё же здорово напоминала то, что я увидел, когда открыл большие двери.

Повинуясь внезапному наитию, я шагнул вперёд и прикоснулся всё ещё невидимой ладонью ко стеклу. На удивление, на ощупь оно оказалось как очень плотный воздух, и рука прошла насквозь без сопротивления. Шаг вперёд. Ещё шаг, и…

Перед глазами потемнело, возникло лёгкое чувство головокружения, но лишь на секунду – затем мир пришёл в норму, и я медленно огляделся. Вокруг была гостиная на верхних этажах – та самая, что венчала коридор с ловушками. Относительно небольшая, но богато обставленная квадратная комната с диваном, столами, стульями, картинами, люстрами, ковром и камином. За спиной висело зеркало, в котором всё ещё ничего не отражалось, хотя «Вуаль» с меня спала в ту же секунду, как я потерял концентрацию. Развернувшись, я вновь шагнул в него – и на этот раз вышел прямиком во внутренний двор. При этом раньше мне потребовалось потратить «заряд» ключа, чтобы открыть соответствующую дверь, но на выходе из зеркала она распахнулась совершенно самостоятельно.

Потрясающе. Просто невероятно. Вовремя применённая «Вуаль» превращала злобные зеркала в систему телепортов по всей Полуночи! О такой экономии времени я и мечтать не мог. Больше никакой беготни по лестницам, маеты с ловушками, лишних сражений! Единственный минус – нельзя выбирать, куда именно забросит. Но если выбор происходил между теми зеркалами, что я уже «открыл», то вообще никаких проблем.

Чтобы подтвердить теорию, я снова развернулся и прошёл сквозь зеркало – с расчётом выйти в центральном коридоре или, на худой конец, в гостиной наверху.

Меня встретил запах пыли, непроглядная темнота и гнетущая тишина. Правда, последняя продержалась недолго – сзади почти тут же раздался стук падения чего-то очень тяжёлого, а за ним – характерный звон разбитого стекла.

- Твою мать! – выругался я, отшатываясь в сторону, но части разлетевшихся осколков избежать не удалось.

Кажется, мне предстояло узнать на личном опыте, что будет, если рядом разбилось одно из больших зеркал.

Глава пятая

Первую минуту я находился в полной боевой готовности – с мечом в правой руке, подняв левую с латной перчаткой для отражения возможных атак. Но секунды лениво ползли мимо, а неведомый враг так и не объявился. Не исключено, что зеркало здесь изначально не было закреплено и упало из-за моего телепорта.

Кстати, «здесь» – это вообще где?

Знал бы где падать – точнее, выходить из зеркала – попросил бы у Кулины пряного супа для зрения в темноте. С другой стороны, текущий обед работал по схожему принципу, обостряя все возможные чувства сразу. Глаза, к сожалению, из уравнения выпадали – в помещении не было никакого источника света, так что усиляй – не усиляй, ничего не увидишь. Но стоило мне немного постоять на месте ожидая нападения, и подключились остальные органы восприятия.

Слух сообщил мне, что бардак с разбившимся зеркалом не вызвал большого переполоха. Маленького тоже не вызвал – просто всё отгромыхало, отзвенело и успокоилось. Никто не спешил встречать случайно зашедшего хозяина с хлебом-солью или, что более вероятно, с алебардами и арбалетами.

С запахами ситуация была поинтереснее, пусть и ненамного. Сильнее всего здесь пахло пылью, но за ней проступало и что-то другое. Старое дерево и бумага, почти выветрившийся запах чернил. Почти неуловимый аромат с нотками металла, который я не смог опознать, как ни старался.

Насчёт вкуса и осязания сказать было сложно, по вполне понятным причинам. Пробовать я тут ничего не планировал и коснуться ничего не успел.

Осторожный шаг в сторону вызвал отчётливый хруст разбитого стекла, зажатого между сапогом и полом – судя по всему, деревянным, а не каменным. Ещё пять-шесть шагов на удивление позволили мне сориентироваться гораздо лучше. Я читал когда-то, что у людей есть эхолокация как у дельфинов или летучих мышей, только в зачаточном состоянии. Нам даже не обязательно говорить или кричать для её применения – достаточно звуков шагов. Лучше всего это проявляется у тех, кто ослеп с рождения и не привык полагаться на глаза. Хозяева магических замков, заручившиеся помощью кухарок-слаймов, тоже годились.

Так или иначе, благодаря чудо-бутербродам, которые я слопал с полчаса назад, в моей голове вырисовывались очертания помещения, которое невозможно было разглядеть. Обширное пространство, нечто среднее между большой комнатой и маленьким залом. Я стоял в одном из углов, почти вплотную к очень длинному столу, заваленному неведомым хламом и шкафу – вроде бы с книгами. Остальные предметы мебели ускользали от моего эхолокационного «взгляда», так что я медленно пошёл вдоль стола, вслушиваясь изо всех сил.

Хлам на столе на ощупь оказался бумагой – настолько древней, что та распадалась в труху от легчайшего прикосновения. Вскоре я нащупал металлическое перо для письма и опустевшую чернильницу – предметы, которые мне доводилось видеть разве что на картинках и фотографиях, но перепутать с чем-то другим их было невозможно. А вот стульев рядом со столом не было, и куда они делись, эхолокация не подсказала.

В противоположном углу от того, где я вышел из зеркала, обнаружился ещё один промежуток между столом и шкафом. Стена там «слышалась» как-то не так, как в других местах, и я решил изучить это место повнимательнее. Вскоре пальцы наткнулись на ставни – крепко закрытые и не поддающиеся попыткам их открыть. Ни задвижек, ни засова – ничего, просто две створки, намертво прикрывающие возможный источник света.

С одной стороны, я уже более-менее привык к эхолокации и можно было продолжить исследовать помещение без лишнего шума.

С другой…

Кулак в стальной латной перчатке с размаху врезался в старое дерево, заставив его обиженно затрещать. Левой рукой я орудовал немногим хуже чем правой, так что точность и сила удара не пострадали. Второй удар вызвал треск погромче, третий – заставил створки разлететься на обломки и щепки. Окошко, которое они закрывали, оказалось совсем небольшим, чуть ли не на правах бойницы, но его хватило, чтобы в комнату хлынул чистый лунный свет. Мне даже пришлось немного проморгаться, чтобы привыкнуть после полной темноты.

В целом, освещение показало не так уж много нового. Я верно оценил размеры комнаты, количество мебели и качество бумажного мусора на длинном столе. Зато теперь открылись новые детали: осколки зеркала на полу в противоположном углу и большая рама, сиротливо упокоившаяся сверху. Корешки книг в шкафах, на первый взгляд поразительно целые. Череп и груда человеческих костей на полу…

Я подошёл поближе, присев на корточки возле останков. Смерть в Полуночи традиционно котировалась иначе чем обычно – павшие обычно возрождались в виде слуг замка, либо паразитов, присасывающихся к её душе. За всё время здесь костей я не видел ни разу. Следовательно, тот, кто погиб на этом месте либо превратился во что-то вроде призрака, либо проигнорировал оба варианта.

Остаётся ещё вопрос, как именно он погиб в центре закрытой комнаты.

Не трогая кости, я поднялся и продолжил обход. Из открытого оконца ощутимо тянуло холодом, и я невольно вспомнил слова Кас, что здесь тоже есть зима. Не простудиться бы – по статусу не положено.

Спустя минуту нашлись и стулья – у единственной двери, ведущей наружу, в попытках то ли подпереть её, то ли вовсе забаррикадироваться. Баррикада из стульев вышла посредственная, но нельзя сказать, что сооружающий её не старался. Скорее ему критически не хватило времени.

Ладно. Смерть от голода, пожалуй, можно исключить. А вот чего нельзя исключать, так это неизвестный фактор. Я тут пытаюсь решить загадку убийства в закрытой комнате, когда за ним может банально стоять тварь вроде Жнеца. Причём подобная участь ждёт и меня, если так и буду тянуть резину.

Последний круг осмотра и пора выбираться отсюда. Бумаги на длинном столе не прошли проверку временем и ценности не представляли. Кости неизвестного разве что вызывали лёгкую грусть. А вот книги в шкафу смотрелись весьма перспективно. Здоровенные, в тяжёлых переплётах из коричневой кожи, они и не думали истлевать.

Книги – это информация. В Полуночи информация на вес золота, а возможно и драгестола. Даже одно наличие книг здесь намекает на близость библиотеки, да и внутри могло оказаться что-нибудь полезное. Не смогу прочитать я – передам Кас, пусть расшифровывает.

Только почему у них абсолютно одинаковые обложки, хотя стоят они на разных полках? И что это за звук?

Справедливости ради, этот легчайший, еле слышный шорох можно было интерпретировать как угодно. Допустим, ветерок из окна слегка пошевелил старые страницы. Или я задел шкаф, сам того не заметив.

Или что-то здесь было конкретно не так!

Я отскочил от шкафа ровно в тот момент, когда первый том с верхней полки вылетел вперёд и пронёсся примерно там, где только что находилась моя голова. За ним моментально последовали остальные – и уже секунд через пять я оказался окружён со всех сторон. Это были небольшие, но очень агрессивные монстры, без видимых глаз, зато с острейшими треугольными зубами и высунутыми языками на месте того, где у нормальных книг находились страницы.

Мне уже доводилось сражаться с мимиками, даже дважды. Первый раз те изображали ларцы с сокровищами, во второй один принял форму деревянного люка. Но мимики-фолианты отличались от своих собратьев, и не только размером. Во-первых, раньше эти твари нападали максимум по одному, а эти полезли вшестером, целой стаей. Во-вторых, они были заметно шустрее и использовали продвинутую тактику – пока одни отвлекали спереди, другие пытались вцепиться мне в спину и затылок.

И наконец, эти мимики летали. Не просто высоко прыгали, а свободно зависали в воздухе, затем пикируя под острым углом, распахнув неприлично зубастые пасти. Пара атак увенчалась успехом, оставив мне на память плечи с кровоточащими дырками от зубов. Отпрыгивая от очередного налёта я чуть было не споткнулся о груду костей в центре комнаты – и почему-то больше не задавался вопросом, откуда они тут взялись. Даже если бы я решил расстрелять тварей из Райнигуна и каким-то чудом попал каждым выстрелом по непредсказуемо движущейся мишени, мне бы всё равно не хватило патронов.

К несчастью для оголодавших чудовищ, их жертва – то бишь, я – всё ещё двигалась быстрее, её раны зарастали под лунным светом, но что главное – оказалась идеально оснащена для отражения такого рода атаки. Стальная полоса уруми сверкнула, свистнула и загудела, раскручиваясь вокруг меня в подобии непроницаемого купола. Один мимик тут же решил попытать удачи – и гибкий клинок отсёк высунутый язык почти под корень. Издав пронзительный визг, монстр-книга упал на землю, сотрясаясь в конвульсиях и заливая всё вокруг себя бесцветной жидкостью, заменяющей ему кровь. От такого зрелища остальные мимики на миг замерли – и я этим тут же воспользовался.

Латная перчатка отправилась на пол – она давала приличную защиту от зубов, но посредственно годилась для нападения. Освободившейся левой рукой я выхватил из ножен короткий меч и в молниеносном выпаде пронзил насквозь ближайший летающий «фолиант». Этот манёвр стоил мне пары новых укусов, но уруми вновь загудел, отрезая подходы с воздуха. Один из зубастых монстров догадался спуститься до уровня земли – лишь чтобы получить мощного пинка, выбившего ему несколько зубов и отправившего в полёт к дальней стене. Там он жалобно захрипел и затих.

На разборку с оставшимися тремя мимиками у меня ушло минут десять – они резко стали осторожнее и в основном уворачивались от моих атак, почти не делая попыток контратаковать. Бледное пламя Полуночи отмечало смерть каждого из небольших чудовищ, пополняя мои невидимые запасы. В конце я не поленился коснуться «обложки» каждого из них, собирая ингредиенты для кухни и лазарета. С миру по нитке – голому рубаха. Тем более что с книгами меня, кажется, крупно обломали.

Я тщательно оглядел оставшиеся книжные полки и с досадой убедился в своей правоте. Мимики-«фолианты» представляли сто процентов литературы в данном помещении. Мне доводилось читать разную ерунду, но ещё ни разу она не пыталась меня сожрать. Если вся библиотека Полуночи выглядела примерно так же, туда в принципе можно не торопиться.

Вздохнув, я принялся разбирать старую баррикаду из стульев. Внизу что-то тускло блеснуло. При ближайшем рассмотрении это оказалась часть доспеха, стальной наруч с налокотником, предназначенный для прикрытия руки от кисти до локтя. Перчатка, которую я успел снова нацепить на левую руку, издала легчайший звон, словно почуяв родственную связь. Хотя тут и на глаз было ясно, что это часть единого сэта.

- С миру по нитке, дубль два, – одобрительно хмыкнул я, прицепляя находку на пояс. – А иногда и по целой верёвке.

Надевать новый элемент брони без опознания я не торопился. Если «левая длань Сумерек» запрещала пользоваться оружием в левой руке, мало ли какие ограничения наложит новый кусок? Не удалось притащить Кас книги – пусть хоть поможет с артефактом.

К слову об артефактах – кажется, пора испытать подаренный амулет. Он имел форму золотой стрелы на тонкой цепочке и медленно поворачивался туда-сюда, свисая с моей руки. Я сосредоточился на мысленном образе тронного зала. Стрела дрогнула и застыла, указывая на выход из комнаты.

- Логично, – пробормотал я и взялся за ручку двери.

Новый коридор на первый взгляд не вызывал воодушевления, почти не отличаясь от других проходов в Полуночи «по умолчанию». Камень, факелы, полное отсутствие окон. Но это было ложное впечатление, и оно испарилось спустя несколько секунд.

На полу коридора лежали рельсы. Натуральная такая колея, а точнее аж две колеи, параллельно друг к другу. Через минуту я догадался поднять глаза на потолок и с не меньшим изумлением обнаружил там их точные копии. Это было что-то новое, капитально новое. Ладно летающие мимики, но рельсы? Да ещё и на потолке? Я тут же представил себе небольшие такие вагонетки, в каждой из которых почему-то сидела миниатюрная версия Кулины, рассекающая по коридору, радостно подняв руки в воздух. Туда и назад, сверху и снизу.

Милый образ, не имеющий, увы, ни малейшего сходства с реальностью.

Стрелка амулета повернулась туда-сюда, а затем снова застыла, указывая в направлении по правую руку. Я медленно двинулся туда, раздумывая, не стоит ли по дороге прихватить «вечный» факел. Главный аргумент «за» – других источников света мне могло и не подвернуться. Главный аргумент «против» – с латной перчаткой на левой руке я и так оставался без оружия, а уж с факелом в правой… Обойдусь пока, а при случае недолго и вернуться.

Разумеется, вскоре замок решил протестировать моё решение.

Издавая оглушительный грохот и лязг в конце коридора появилась жуткая металлическая фигура.

Как и сами рельсы, она немедленно попадала в разряд новинок, причём однозначно малоприятных. Больше всего фигура напоминала какого-то древнего идола, но выкованного из тёмного железа, тут и там покрытого пятнами ржавчины. Руки идола были смиренно сложены на груди, а ноги заменяли четыре небольших колеса. «Идол» неторопливо перемещался по колее как влитой, но дребезжал при этом так, что уши отваливались. Сейчас усиленный слух работал против меня.

Я напрягся, но сместился на соседнюю колею, планируя пропустить странный механизм мимо. Ну едет и едет, мне-то какое дело? Но как только «идол» подкатился поближе, его глаза распахнулись и уставились прямо на меня. С диким скрежетом он оторвал руки от груди – те оказались длиной метра в полтора, а кисти заменяли здоровенные крючья. Расставив их в разные стороны «идол» начал вращаться вокруг своей оси, одновременно приближаясь ко мне

Да вы шутите!

В отличие от битвы с мимиками тут я не мог воспользоваться уруми, да и короткий меч казался практически бесполезным. По сути у меня было два варианта – развернуться и бежать назад к безопасной комнате либо прорываться вперёд, вопреки смертоносной юле на колёсах.

И почему это не могли быть стандартные безголовые латники?

Прикинув расстояние на глаз, я выхватил револьвер из кобуры и всадил пулю прямо в центр вихря из ржавого железа. Тот заскрежетал так, словно с размаху наткнулся на стену, но продолжил вращаться по инерции. Я разбежался ему навстречу и перескочил жуткий механизм, почти наверняка поставив олимпийский рекорд. «Идол» всхлипнул у меня за спиной – это был первый не металлический звук, что я от него слышал – и затих. Но не успел я сделать и пяти осторожных шагов вперёд, вновь раздался знакомый лязг.

Я напряжённо развернулся, готовый вновь стрелять и прыгать, но поверженный враг так и остался сидеть на рельсах посреди коридора. Лязг повторился – на этот раз более отчётливо, практически у меня над ухом. Повинуясь интуиции, я бросился на пол, и только потому не оказался подцеплен на новую пару крючьев, что пронеслись надо мной сверху. Второй «идол» спокойно прокатился по потолку и вскоре исчез вдали.

Никогда бы не подумал, что начну скучать не только по безголовым, но и качающимся маятникам. Только вот времени на рефлексию не оставалось, вообще не оставалось. Я вскочил и рванул вперёд, отсчитывая в уме секунды. Ровно на десятой лязг раздался снова, на этот раз отчётливо снизу и спереди. Если бы конструкты-ловушки оказались лучше смазаны, мне пришлось бы куда как более туго!

Выдав мой лучший боевой оскал, я поднял Райнигун и прицелился в нового железного болвана. Что кончится раньше – пули или запас этих уродов с крючьями вместо рук?

Глава шестая

Спустя полчаса некогда аккуратный коридор больше напоминал заброшенную свалку металлолома. Новые «идолы» не появлялись уже минут пять, но только потому, что рельсы как снизу так и сверху оказались заблокированы останками предыдущих. Я стоял посреди этих останков, медленно поворачиваясь то вправо, то влево, отслеживая малейшее движение по обе стороны коридора. Как ни странно, у меня всё ещё оставалась последняя пуля в барабане – на отстрел ржавых болванов я потратил только три, а остальных прикончил подручными средствами.

Правда, стоило мне это огромных усилий и немалой крови – буквально. На плечах, едва заживших от укусов мимиков, остались глубокие борозды от крючьев, а последний «идол» с верхних рельс слетел с них на полном ходу и попытался врезаться меня в лучших традициях камикадзе. Увенчайся его план успехом – я бы тут же отправился просыпаться на Земле. Но и мне не удалось идеально увернуться, за что и получил два сломанных ребра и вывихнутую стопу. Всё это почти не болело, но создавало массу неудобств.

С павших железяк не удавалось даже вытянуть пламя Полуночи. Очевидно, они относились к категории конструктов, а то и вовсе ловушек. Можно было попробовать запихнуть их «трупы» в карман для материалов, но тогда тут же могут прикатиться новые. Спасибо, обойдусь.

Убедившись, что коридор не торопится кидать на меня новые порции проржавевших уродов, я ощутимо прихрамывая отступил в комнату, откуда и вышел. Сеанс исцеления под лунным светом избавил меня от кровоточащих разрезов на плечах, но если и срастил рёбра, то сделал это кое-как. Кас упоминала, что с каждым применением мои особые силы росли, так что хотелось бы поскорее научиться заживлять любые раны и повреждения. Не покалечиться бы только в процессе.

Промежуточный итог противостояния: минус шесть мимиков и пять «идолов». Вроде солидный результат, да только я потратил три пули Райнигуна, потерял в скорости и гибкости, и к тому же устал как собака. Удалось преодолеть одну комнату и небольшой кусок коридора. Негусто? Не то слово.

Время, к несчастью, работало отнюдь не на меня.

Что мимики, что «идолы» подлежали возрождению или починке на следующий визит, так что я мог крошить их хоть десятками, эта секция не опустеет. А вот за мной маячила тень Жнеца, который терпеливо отсчитывал минуты до момента, пока не сможет наброситься на меня со своими долбаными серпами. Эта секция замка представляла куда как более серьёзную угрозу чем все, что встречались мне ранее. Пока что я держался с угрозой наравне, но насколько меня ещё хватит?

Сдаваться нельзя – Кас расстроится, да и не только она. Вернуться и сесть на трон – верный план, как и всегда. Исполнение неверное. Нельзя просто идти ножками, пусть и следуя указаниям артефакта, и надеяться, что получится беспроблемно добраться до тронного зала. Я уже топчусь на месте битый час почти без результата. Не говоря о том, что зеркало могло закинуть меня в такие дебри, что даже без препятствий шагать придётся несколько часов.

Следовательно, остаётся единственный альтернативный вариант. Найти другое зеркало и вернуться через него.

Дождавшись, пока раны окончательно затянутся и недовольно ощупав всё ещё повреждённые рёбра, я вновь достал на свет золотую стрелу подаренного амулета и сфокусировался. Несколько секунд спустя амулет повернулся вокруг своей оси и уверенно указал на пустую раму поверх осколков, лежащую в углу.

- Целое, – буркнул я. – Нужно целое.

Стрела дёрнулась и развернулась в другую сторону.

Теперь я двигался по коридору с рельсами в противоположном направлении. В краткосрочной перспективе это не меняло ситуацию – «идолам» было всё равно, с какой стороны на меня наезжать. Зато долгосрочная перспектива выглядела значительно лучше. Я прикинул разведанную территорию Полуночи и обычное расстояние между зеркалами. По всему выходило, что без учёта монстров и ловушек от одного зеркала до другого можно было добраться за пятнадцать-двадцать минут. С учётом, понятное дело, время умножалось в три-четыре раза, но это всё равно был оптимальный вариант.

Металлический лязг с потолка поспешил напомнить, что оптимальность хороша в теории, а практика вполне способна накрыть любые планы медным тазом.

К этому моменту ловушки на рельсах потеряли своё главное преимущество – эффект неожиданности. Их поведение было диким, пугающим, но абсолютно предсказуемым. Так что в тот момент, когда новый претендент растопырил свои хваталки-цеплялки, но ещё не начал вращаться, я подпрыгнул так высоко, насколько позволила повреждённая нога, и цепанул его самого – рукой с крюком, оторванной от одной из предыдущих железяк. Инерция и масса сделали своё дело, отправив «идола» в полёт до нижних рельс, лишь чудом мимо моей головы. Рисковый манёвр, зато времени сэкономил только в путь.

Мне пришлось повторить его дважды.

По левую руку периодически попадались закрытые двери, но я игнорировал их и двигался вперёд, периодически сверяясь с амулетом. «Идолы» с потолка настолько приучили меня смотреть наверх, что спустя минут десять я чуть не поплатился за это, шагнув вперёд и не почувствовав под ногой пола.

Сперва я принял это за очередную ловушку, но при ближайшем рассмотрении дыра оказалась аутентичной. В том смысле, что она исполняла именно роль дыры в полу, словно пробитой снарядом, запущенным далеко снаружи. Чуть-чуть правее – и под удар попали бы рельсы на полу.

Следующая дыра зияла в левой стене, на месте очередной двери. В пролом можно было разглядеть остатки комнаты, очень похожей на ту, где я вышел из зеркала, а также часть пейзажа снаружи. Далеко внизу шелестел ночной лес и, кажется, шумела река. Это зрелище отвлекло меня настолько, что я чуть не пропустил очередного ржавого болвана на колёсах, что попытался протаранить меня спереди. В последний момент я успел отпрыгнуть и ударить его здоровой ногой – «идол» заскрежетал и улетел в громадную дыру.

Эти железяки начали меня утомлять, но вскоре рельсы внезапно кончились – верхние упирались в железный люк на потолке, нижние – в аналогичный люк на полу. Ручки у люков не было – по всей видимости, те открывались сами, чтобы выпустить очередного ездока. Я не стал дожидаться этого волнительного момента и отправился дальше – лишь чтобы через пять минут обнаружить, что коридор тоже кончился.

Точнее сказать, он обрывался на ровном месте.

С этой точки стало отчётливо видно, что коридор с рельсами выполнял роль эдакой перемычки между двумя частями замка – той, где я находился сейчас и тремя большими башнями в некотором отдалении. Под воздействием немыслимых осадных орудий эта перемычка была частично разрушена, и теперь на другую сторону можно было попасть лишь с нижних этажей, либо научившись летать.

У меня в голове роились сразу несколько вопросов. Например, каким образом большая часть коридора, получив страшные повреждения, продолжала держаться, фактически повиснув в воздухе на высоте десятиэтажного дома. Почему Полночь могла менять местами свои помещения и достраивать новые, но не залатать зияющие дыры? И наконец, что важнее всего – новое зеркало находилось на моей стороне или чуть подальше?

Золотая стрела амулета слегка затормозила, поворачиваясь вокруг своей оси, но затем уверенно указала налево – на последнюю уцелевшую дверь.

Я взялся за ручку, а затем остановился и снова посмотрел в сторону обрыва. В тёмных окнах ближайшей башни было почти ничего не разглядеть, но что-то всё равно притягивало взгляд. А что если?..

Амулет поиска вновь закачался в воздухе, и на этот раз мне предстояла сложная задача – представить место, где я ещё не был. С другой стороны, остальные помещения Полуночи вроде тронного зала, оружейной или кухни частично соотносились с реальными средневековыми аналогами. Насколько сложно будет вообразить библиотеку?

Стрела бесцельно качалась пару минут, но затем выпрямилась, указывая строго через провал, на ближайшую башню.

- Вот тебе и слабый артефакт для поиска мелочей, – пробормотал я с уважением, пряча амулет в карман.

Осталась сущая мелочь – научиться летать.

«Вуаль» оградила от двойника и позволила пройти через целое зеркало, которое в свою очередь вернуло меня в основной коридор. Гонг пока не прозвучал, но приключений для одного похода явно было достаточно, так что я вернулся в тронный зал – всё ещё ощутимо прихрамывая – и опустился на трон. Я выжил, но чувствовал себя так, словно по груди и ногам проехался товарняк.

Впрочем, теперь я снова на своём месте.

Закрыть глаза, сосредоточиться на ощущении души замка внутри и вокруг меня. Взмыть над своим телом и осмотреть очищенные владения.

Всё находилось на своём месте – и это вызывало чувство покоя, умиротворения, хотя я не был до конца уверен, принадлежало это чувство мне или самой Полуночи. Как и упоминала Терра, лазарет с коридором стояли слегка особняком, отделённые от основного участка. Это следовало исправить. Но я всё равно видел, как крохотная фигурка леди-вампира ходит от стола к кроватям с недвижимыми танцовщицами, затем раздаёт беззвучные указания помощникам-иссохшим. Интересно, Полночь так видит всё происходящее? Есть ли у неё полноценный разум, чтобы это воспринимать?

Благодаря походам небольшого отряда иссохших и моим недавним трудам, частиц теперь хватало на один из нескольких вариантов комнат или улучшений. Я мог расширить любое из имеющихся помещений, включая тронный зал – хотя наиболее актуальным кандидатом была оружейная, за ней следовал лазарет. Мог построить трапезную, примыкающую к тронному залу, бараки охраны – рядом с кухней. Комнату для тренировок, по соседству с оружейной. Мог видоизменить чулан, превратив его в обширную кладовую с сундуками, полками и шкафами. Ещё бы сокровищ под это дело набрать, а то и хранить нечего…

Но я выбрал вариант, который напрашивался уже какое-то время и мог пригодиться уже к завтрашнему дню. Гостевые покои. Система с частицами души замка была мне не до конца понятна, но к счастью, Полночь даровала мне интуитивное понимание этой системы. Насколько я мог судить, обычно гостевые покои требовали куда как больше ресурсов, но раз уж освободилось помещение старой оружейной, их дозволялось соорудить со скидкой. При этом новая комната переносилась ближе к основному коридору, теряла связь с текущей оружейной и получала собственную дверь. Я подтвердил выбор, потратив почти все имеющиеся частицы и вернулся в своё тело, слегка расслабившись.

Кас была рядом когда я открыл глаза.

- Как прошёл ваш поход?

- Нашёл библиотеку, – криво улыбнулся я. – Но есть нюанс.

Она терпеливо выслушала пересказ моих злоключений с зеркалами и рельсами, а также приняла на опознание латный наруч. Её лицо оставалось абсолютно спокойным во время всего рассказа, но когда я дошёл до дыр в полу и уничтоженной части коридора, словно слегка нахмурилась.

- Полночь что, осаждали? Пытались взять штурмом? – спросил я скорее для проформы, поскольку обычно вопросы по истории замка Кас игнорировала. Но на удивление ответ последовал незамедлительно.

- Если да, то это было очень давно. До меня.

- Насколько давно?

- Время здесь… течёт иначе. Но речь о столетиях, Вик. Странно, что Полночь поместила библиотеку так далеко, так…

Она вдруг осеклась и опустила взгляд. Но прежде чем я успел спросить, что не так, вновь подняла на меня глаза.

- Позволите совет?

- Конечно.

- Когда сможете вернуться к тому зеркалу, отнесите его в безопасное место.

- Ты представляешь сколько оно весит? – спросил я в полушутку.

- Вы стали сильнее, Вик, – абсолютно серьёзно ответила она. – И не только под лунным светом. Отнесите его туда, где оно не упадёт в пропасть и укрепите, чтобы оно не разбилось как прежнее.

- Ты думаешь, иначе в тот сегмент не попасть?

- Просто забочусь о вашем имуществе.

- Как предусмотрительно с твоей стороны.

Она промолчала в ответ, а потом подошла чуть ближе, не отрывая от меня взгляда. Я вдруг понял, что мог бы коснуться её щеки – прямо сейчас, если бы просто протянул руку, и что она, возможно, была бы не против. Не только потому, что я тут хозяин и могу делать всё что пожелаю, скорее наоборот. Странное чувство. Совсем не то, что возникало во мне при взгляде на Анну, но было в нём что-то…

Я не успел протянуть руку, хотя уже был готов. Далёкий удар гонга отвлёк, переключил внимание, а смутное чувство притяжения растворилось, уступив глухому раздражению. Если бы не Жнец, я бы мог поспать прямо здесь, в моей уютной спальне, восстановить силы, забрать у Терры готовый антидот. Если бы не Жнец, я бы мог коснуться щеки Кас и посмотреть, что будет дальше. Но теперь я могу лишь вернуться назад на Землю, если не хочу превратиться в мелко нарубленный фарш.

- Я буду ждать вас, Вик, – прошептала Кас, отступая от трона и склоняясь в глубоком реверансе.

Рабочий вторник пролетел без больших и малых потрясений, словно и не было смерти Борова, визита Богданова и разговора с Анной. Воспользовавшись скидкой для сотрудников, я с некоторой неловкостью приобрёл и утащил домой обогреватель – проблема холода никуда не делась и даже усугубилась. Вот вроде сверхъестественные силы остались, а почему-то в квартире нельзя коснуться души Полуночи и заказать себе камин во всю стену. Придётся обогревать по старинке, по-варварски. С помощью электричества.

Остаток вечера я планировал провести в безделье, но вдруг получил сообщение от Илюхи.

Он слегка ехидно спрашивал, живой ли я и почему не захожу на сайт, который он, Илюха, так тщательно пилил и настраивал. Хотя бы коммент какой оставил.

Ещё бы я не забыл про сайт. С обвалом событий в последние дни у меня совершенно вылетела из головы интерактивная модель Полуночи – хватало «развлечений» в настоящем замке, да и вне его. Я пообещал исправиться и дозаполнить упущенное – в том числе ради собственного удобства, поскольку полноценной карты в замке всё ещё не было. Илюха предложил пересечься ближе к выходным и обсудить всякое, тем более, что у него тоже были кое-какие новости.

Обычно подобная инициатива исходила от меня, но для разнообразия, почему нет?

- Благородные гости! Перед вами хозяин Полуночи, носитель Райнигуна, очищающий и милосердный, властитель бесчисленных земель, лорд Виктор! Возрадуйтесь, ибо вам дарована аудиенция!

Приветствие гостей от Кас оставалось неизменным. Я всё ещё попадал под перечисленные пункты, а новых набрать пока не успел. Перечисление титулов и достижений некоторых правителей древности порой занимало неприличное количество времени, даже если просто читать их вслух. Если моё правление продлится столько, чтобы приветствие разрослось вширь, нужно будет его подредактировать.

Словно прослышав о том, что в замке появились гостевые покои, народ нагрянул. Кто-то добрался сюда с предыдущего раза, не получив аудиенцию из-за нападения посланцев Князя в Жёлтом и желая наверстать упущенное. Было много новых лиц, так много, что я засомневался, хватит ли мне времени на весь приём. Надо бы установить какие-то рамки, разбить посетителей по важности вопросов и предложений… да только кто этим будет заниматься? В идеале, фильтровать должна сама Полночь, а значит, такой объём с её точки зрения был мне по силам. Ну посмотрим.

Я оглядел толпу гостей и с облегчением заметил в дальнем углу скромную фигуру в тёмно-синем дорожном плаще с надвинутым капюшоном. Шаэль справилась, она выжила и вновь добралась сюда. Тем более надо поскорее разобраться с посетителями и отвести её в лазарет – к сожалению, никому кроме меня сейчас это не по силам. Но в любом случае, Терра говорила, что в лазарете течение красной порчи замедлится практически до нуля. Даже если поиски лекарства затянутся, скрипачка будет жить.

Кас полуобернулась на меня, ожидая слова. Я кивнул, готовый к началу встречи – и заледенел. Мой взгляд выхватил из толпы знакомое лицо – худое, обрамлённое неряшливыми седыми волосами и жиденькой бородой. Только вот выражение на этом лице было совершенно другим, чем в нашу прошлую встречу.

Геннадий Белый смотрел на меня с огромным, практически мучительным разочарованием.

Глава седьмая

К несчастью, я умудрился моргнуть – и в следующую секунду «Магистр Х ступени», предсказатель и сомнолог исчез из виду. Мне стоило немалых усилий тут же не подскочить с трона и не броситься в толпу, расталкивая остальных гостей, чтобы убедиться в целостности своего рассудка. Полагаю, на этом репутация «лорда Виктора» тут же бы и подошла к концу.

Спокойствие, только спокойствие. Вдох, выдох, ещё вдох. Продолжаем сидеть на троне, улыбаемся и машем. В конце концов, я больше не растерянный нищеброд, я – владыка в собственной вотчине. Если повторять себе это почаще, то можно даже поверить.

- Кас, – шепнул я.

- Да?

- Нужна помощь. Следи за толпой, и если увидишь там седого невысокого дядю – не спускай с него глаз.

- Человек?

- Да.

- Враг? Союзник?

- Сложно сказать. Главное убедись, что он тут, и проследи, если смоется.

Кас коротко кивнула и обернулась к гостям, а я сделал приглашающий жест рукой для первой группы цвергов в одеждах зажиточных торговцев. Именно их «подрезала» делегация Князя в Жёлтом в прошлый визит, но теперь они были полны решимости переговорить со мной во что бы то ни стало.

Быстро выяснилось, что цверги представляли разные гильдии, на первый взгляд друг с другом не связанные: ювелиров, дровосеков и мясников. Похоже, что слухи о небывалой щедрости хозяина Полуночи разнеслись с пугающей скоростью и все торопились отхватить себе кусок пирога с начинкой из драгестола. Перевозка товаров в «тени Полуночи» была по-настоящему безопасной лишь с благословления её хозяина. Но это полбеды, а беда в том, что все хотели инвестиций, крупных инвестиций, причём на совершенно конских условиях, со стартом выплат через месяцы и низкими процентами. Даже если бы у меня хватало средств, чтобы обеспечить их хотелки, эти средства всё равно следовало бы придержать.

И я бы прогнал торгашей ссаными тряпками, но мне позарез были необходимы услуги мясников. Пришлось задержать дородного цверга в красном – его звали Гронмас Брислмэйл – и торговаться до посинения.

Мясник почувствовал интерес и напирал, я намертво стоял на своём. До начала выплат от братьев Смелтстоун оставалось ещё два месяца с гаком, а сундуки, забитые драгестолом под завязку, почему-то не торопились идти мне в руки. Разбазарю остатки запасов сейчас – останусь без малейшей гибкости в любых последующих переговорах. Да и гноллы, пусть в основном упирали на свежее мясо и добрую драку, всё же требовали небольшой оплаты.

Представители ювелиров и лесорубов свалили в расстроенных чувствах, остальные гости с немалым интересом следили за ходом торгов. Я уже готов был сдаться и согласиться на почти невыгодную инвестицию в сто монет с началом выплат через четыре месяца и поставками мяса начиная с послеследующей недели, но тут вмешалась Кулина.

- Вик, – шепнула она мне на ухо. – Вы уж простите, что лезу, но для хранения мяса нужен холодный погреб!

- Так. А его нет?

- Неа!

Теперь я смутно вспомнил, что в списке улучшений для кухни действительно был такой пункт, и стоил он разве что чуть меньше гостевых покоев.

Должно быть моё лицо осунулось настолько заметно, что Гронмас всерьёз заволновался о срыве сделки. Размер процентов как по волшебству вырос с грустных восьми до приличных двенадцати, выплаты сместились на месяц раньше. Мы ударили по рукам, и цверг ушёл, унося с собой половину всего моего драгестола.

Будет смешно, если мясо мне поставят, а Кара с Кромом в то же время решат, что найдут дельце поинтереснее. Надо спросить у Кас, нельзя ли подать им знак заранее, не покидая замка.

Но это, понятное дело, не главные вопросы. Главный – откуда здесь взялся и куда делся Геннадий Белый?!

Дальнейший приём гостей проходил на удивление ровно, будто я занимался этим всю жизнь, а не последние пару недель. Разве что часть посетителей говорили на своих языках, и приходилось полагаться на перевод от Луны. Возникший из ниоткуда и исчезнувший в никуда сомнолог отошёл на задний план, хотя и не исчез из моих мыслей окончательно.

Я встретил две небольших делегации от крохотных королевств с названиями, которые мне ничего не говорили. Они даже не хотели союза, просто «засвидетельствовать своё почтение». Луна расшифровала это, как «мы не хотим, чтобы вы нас убивали, так что кланяемся заранее» – грубовато, но, судя по всему, точно. К почтительным поклонам прилагалось какое-то количество драгестола, пусть и даже близко не то, чтобы возместить недавние убытки.

Половина купцов отвалилась, увидев, как я торгуюсь с цвергом. Вторая половина оказалась непонятливой и попыталась всучить мне какой-то хлам по тройной цене. Я нахмурился, Луна негромко зарычала. Непонимание улетучилось.

Два менестреля исполнили баллады собственного сочинения – ни один из них даже близко не дотягивал до Шаэль. Были паломники, но на этот раз не оставили ничего ценного. Один мутный тип предложил себя в качестве советника за «умеренную плату». Я любезно предложил ему пройти собеседование у моего специалиста по кадрам – великанского мёртвого рыцаря в углу. Удивительно, но число моих советников осталось прежним.

Интереснее всего оказалась пара альвов – брат и сестра, не поделившие семейное сокровище и просившие моего справедливого суда. Сестра была старше и по законам местности, где они жили, наследство отходило ей, но брат предоставил завещание, написанное их отцом, решающее вопрос в его пользу. Отдельным пунктом в завещании как раз и был указан визит в Полночь. Кас определила завещание как подлинное – её способность опознания работала не только на артефакты.

Но не успел я вынести вердикт, как сестра распахнула ларец, где и хранилось пресловутое сокровище – магический кинжал. От клинка веяло такой насыщенной злобой, что даже мне на расстоянии метров десяти стало не по себе. В следующую секунду клинок оказался в животе не успевшего среагировать брата!

Обезумевшая девушка явно вознамерилась проткнуть его ещё раз пять-шесть, но вмешалась Кулина. С потолка свалился объёмный зелёный слайм, который вмиг обезоружил и обездвижил фурию. Она бешено дёргалась ещё несколько секунд, а затем обмякла. С её глаз словно спала пелена, и она растеряно заозиралась. К моему немалому удивлению, теперь к упавшему на пол кинжалу потянулся истекающий кровью брат. Я спрыгнул с трона и отшвырнул ногой предмет раздора подальше от парочки.

- Благородные гости! Время аудиенции окончено.

Через пару минут в зале остались лишь я, три мои советницы, мёртвый великан в одном углу и Шаэль в другом, да брат с сестрой, притащившие с собой проклятый клинок. Парень лежал на полу, сцепив зубы, над ним возилась Кулина. Девушка стояла на коленях и тихо всхлипывала.

- Обычный вердикт за подобный проступок – смерть, – хладнокровно сказала Кас. – Но боюсь, что в данном случае виновник уже понёс наказание.

Я не сразу понял, что она имеет в виду – брат ещё явно был жив. Но через пару секунд дошло.

- Отец этих двоих?

Кас кивнула и взглянула на Луну, которая сидела на корточках возле кинжала, не касаясь его. Оружейница фыркнула.

- Если бы они повздорили до визита в Полночь, кинжал бы продолжил убивать до тех пор, пока не насытится. Скверная штука.

- И сколько бы это продолжалось?

- Как повезёт. От пары домов до десятка деревень, но стоит предполагать худшее.

В таком случае то, что нехороший артефакт попал в замок – далеко не худший вариант. Некрасивый, поскольку покойный батя мог бы и предупредить детей, но всё ещё не худший.

- Я сняла боль и оказала первую помощь, – доложила Кулина. – Но ему надо в лазарет. Срочно!

- Поможешь дотащить?

- Только спустить вниз!

Да блин. Я снова умудрился забыть, что между лазаретом и основной очищенной частью замка существовала промежуточная зона. Коридор, ведущий к колодцу, сам колодец и внутренний двор были недосягаемы ни для Кулины, ни для Терры – иначе бы я мог вызвать её сюда. С другой стороны, сейчас в моём распоряжении были не только советницы, но и иные слуги.

Я снова сел на трон и сосредоточился на ощущении души Полуночи. Привычный «интерфейс» показал, что гостевые покои ещё возводились, а вот частиц больше не осталось. Но сейчас меня интересовали не постройки, а возможности по управлению на расстоянии, которые я раньше не пробовал. В лазарете кроме миниатюрной фигурки Терры располагалась моя новая иссохшая «гвардия» в полном составе – скучающая без дела. Я потянулся к ним силой мысли, и они встрепенулись. Сработало!

Но это было только половина дела, ведь требовалось не просто привести сюда помощников, но и переправить раненного в лазарет. В прошлый раз двух бессознательных танцовщиц я тащил на своём горбу, по очереди, но провернуть такой фокус с парнем с дырой в животе не выйдет. Тогда я сконцентрировал внимание на самой Терре, получив в ответ что-то вроде вопросительного знака, повисшего в пространстве. Говорить я здесь не мог, так что попытался сформировать мысленное изображение раненного альва и необходимых носилок. Вопросительный знак исчез, сменившись молчаливым утверждением – она поняла! Фигурки иссохших завозились с удвоенной силой, собирая необходимые материалы.

Через пять минут я на скорую руку признал слегка оклемавшуюся альвийскую девушку невиновной в произошедшем и отпустил домой, пообещав позаботиться о брате. Ещё через пять минут необычная процессия из меня, Кулины в виде мега-слизи, раненного альва на ней и подошедшей поближе Шаэль отправилась в поход к лазарету. Возле коридора, ведущего в колодец, нас встретили четверо иссохших с импровизированными, но вполне приличными носилками. Кулина передала пациента и отправилась на кухню. В колодце я первым поднялся наверх и подтащил носилки во двор с помощью хитрой конструкции из верёвок. То ли она давно хранилась в лазарете специально для таких случаев, то ли Терра озаботилась уже после очищения.

- Продолжаете приводить пациентов не по плану, Вик?

- Одну по плану, – проворчал я. – А этот случайно подвернулся. С ним не будет проблем?

После короткого осмотра альва Терра заверила меня, что рана чистая, пусть и нанесена колдовским клинком, а внутренности не задеты. Парню понадобится три-четыре дня на восстановление, средства для этого в лазарете имелись. А вот с Шаэль была совсем другая история.

Когда альвийка сняла капюшон, стало ясно, что за неделю её недуг прогрессировал быстрее ожидаемого. Короста красной порчи жуткой маской покрывала почти всё её лицо, за исключением правого глаза и губ. Девушка дрожала, её дыхание было тяжёлым и прерывистым.

- Есть хорошие новости, – сказала Терра, подготавливая чрезвычайно острые на вид инструменты. – Пока она в лазарете, порча остановится, – таково свойство этого места. С помощью простой операции я смогу слегка облегчить положение пациента.

- Как насчёт плохих новостей?

- На этом мои возможности кончаются, и дальнейшая работа ложится в основном на вас.

- Найти ингредиенты?

- В том числе. Но в первую очередь – формулу. В наши дни красная порча считается неизлечимой, хотя технически это неверно. Насколько мне известно, штамм бактерий не мутировал, мы просто потеряли знания о способе борьбы с ними.

- И где мне её искать? – спросил я, догадываясь об ответе.

- Вы ещё не очистили библиотеку?

- Я её даже толком не нашёл.

Помимо неуловимой библиотеки рецепт мог храниться в одном из бесконечных тайников Полуночи на правах сокровища или собственно в сокровищнице, о которой я знал и того меньше. Кроме того оставался совсем уж мизерный шанс выторговать формулу у какого-нибудь гостя, но мне было даже страшно представить необходимую для этого гору драгестола.

Сама Шаэль, несчастная и едва не ослепшая, только и могла, что тихонько благодарить меня с Террой. Порча не успела добраться до её подбородка, и она всё ещё могла играть на скрипке. Леди-вампир посчитала, что это окажет позитивный эффект для выздоровления остальных пациентов.

Оба пациента-альва расположились на кроватях недалеко от бессознательных танцовщиц, их жизням на данный момент ничего не угрожало. Терра вручила мне приготовленные ещё со вчера снадобья. Это было противоядие от шипов, средство против паралича и сыворотка исцеления, работающая примерно в три раза быстрее и эффективнее чем «Зверь в лунном свете» при условии полного освещения. К моему немалому удивлению все средства, различные по цвету, находились в небольших стеклянных шприцах, по три штуки каждого.

В ответ на мой ошарашенный вопрос, почему не бутылочки, Терра лишь изящно выгнула бровь.

- Вы что, боитесь уколов? Лекарство подействует гораздо быстрее, попав напрямую в кровь.

- Я не то что бы боюсь, – осторожно сказал я. – Даже, пожалуй, совсем не боюсь. Но никогда в жизни их себе не ставил.

- И всего-то? Позвольте я вас научу…

Пришлось потратить ещё полчаса, вкалывая аналог физиологического раствора себе, Шаэль и даже Терре, пока моя уверенность в себе не возросла настолько, чтобы принять ворох шприцов, аккуратно уложенных в небольшую матерчатую сумку. Не полноценный магический карман, но тоже неплохо.

Напоследок я ещё немного утомил целительницу пришедшими в голову вопросами в духе, нельзя ли просто сжечь шипастые кусты? Как выяснилось, нельзя, практически не горят, а если бы даже горели, то был бы риск остаться без сада целиком. Чересчур высокая цена за то, чтобы просто освободить проход.

Перед тем, как проверить противоядие на практике, я вернулся в основную зону замка. Лекарства это хорошо, но нужно было как обычно затариться подходящим оружием и перекусить на дорогу. Что-то мне подсказывало, что в саду меня поджидали не иссохшие пополам с латниками, а что-то более тематическое и почти наверняка очень опасное.

Уруми вокруг пояса, короткий меч и кинжал – на пояс, полэкс через плечо. Луна как раз закончила с его починкой после моей неудачной попытки нафармить частицы души на двойнике из зеркала. Латную перчатку прицепил на пояс, но не планировал надевать в бою. Неизвестно, будет ли от неё прок, а ограничения она накладывала серьёзные.

Кулина накормила меня овощным рагу, в котором плавали подозрительные кусочки, напоминающие мелко нарубленный говяжий язык – и я не стал уточнять, откуда они там, если поставки мяса ещё не начались. Сам же собирал останки мимиков в магический карман, кого теперь упрекать? В любом случае, блюдо заряжало энергией и значительно продлевало действие снадобий из лазарета.

Когда я вернулся в тронный зал чтобы поговорить с Кас, то обнаружил, что проклятый кинжал исчез с пола.

- Я поместила его в чулан, в отдельный ларец, – пояснила она. – Но это неподходящее место для хранения подобной вещи.

- А где подходящее? В сокровищнице?

- В пламени драконьей кузни. И чем скорее тем лучше. Проклятый клинок не может повлиять на слуг Полуночи и уж тем более её хозяина. Но слабые духом гости могут ощутить его зов и… смутиться.

Час от часу не легче. Список необходимых построек и второстепенных задач продолжал расширяться с пугающей скоростью, грозя завалить меня с головой. Я вздохнул, сел на трон и мысленно приказал «гвардии» из лазарета выдвигаться на очередную зачистку «загрязнённого» коридора. Частицы сами себя не наберут – увы, проверено.

- Что насчёт того «гостя», о котором я упоминал? Ты его увидела?

- Нет, – просто сказала она. – Но это лишь значит, что он ушёл до того, как вы ко мне обратились. В следующий раз я прослежу за гостями с момента их прибытия и сообщу вам, если его замечу.

- Спасибо, Кас. Что бы я без тебя делал?

- Вы бы справились и без меня, Вик, – серьёзно сказала она. – Но давайте не будем этого представлять.

Глава восьмая

Продираться сквозь ядовитые колючки оказалось примерно настолько весело, насколько это и звучало. Левая кисть была защищена латной перчаткой, и ей я в основном раздвигал густые кусты ограды, продвигаясь внутрь. Боли не чувствовал, но ощущение глубокой неправильности происходящего лишь подкреплялось видом разорванной одежды и разодранных в кровь плеч. Пришлось сцепить зубы и смотреть только вперёд, отслеживая, чтобы мерзкие шипы не угодили, например, в глаз. Противоядие я вколол себе заранее, и оно работало – Терра веников не вязала. А яркий лунный свет быстро заживлял царапины и порезы.

С другой стороны, чем дальше я продвигался, тем меньше света попадало на мои многострадальные плечи. И дело было не в том, что луна зашла за тучи – просто ограда сада переходила в непосредственно сад, и над головой раскинули кроны деревья. К счастью, это также означало конец колючкам, и вскоре я вышел – или, точнее, вывалился – на открытое пространство.

Нельзя сказать, что я часто выбирался на природу. В моём городе был дефицит даже парков, чего уж говорить о чём-то более диком? За городом раскинулись холмы, продуваемые семью ветрами и поросшие жёсткой травой, где лишь периодически встречались одинокие низкие деревья. Не самое приятное место для прогулок, даже если бы выдалось лишнее время. Небольшую рощу недалеко от нашей первой квартиры вырубили под застройку высотками. Я смутно припоминал, что давно в детстве мы с отцом выезжали в какой-то лес, но подробности ускользали. Так или иначе, ничего подобного саду Полуночи я в жизни не встречал.

Всё пространство вокруг было поглощено необузданной зеленью. Колючая ограда за спиной выглядела единственным искусственным насаждением, да и то она разрослась в высоту настолько, что местами возвышалась чуть ли не вровень с крепостной стеной. Всё остальное – деревья, кусты, трава, побеги плюща и винограда, ползущие по стенам и обвившие старинные статуи – всё казалось буйным, диким, вышедшим из-под контроля.

Одни деревья напоминали привычные породы – лиственницы, дубы и берёзы, другие словно искажались в лунном свете, принимая фантастические очертания. Здесь было влажно и жарко, словно в тропическом лесу, а на земле трава боролась за выживание с ковром густого мха. Несмотря на ночное время, многие цветы стояли открытыми, привлекая мохнатых бабочек – таких размеров, что их несложно было перепутать с птицами. Настоящие птицы на глаза не показывались, но из крон над головой раздавалось чьё-то негромкое пение и щебечущая перекличка.

Сад был по-своему прекрасен, как ожившая картина скучающего импрессиониста. Он притягивал и немного пугал, скрывая под своим покровом забытые тайны, покрытые плющом и мхом. Он был наполнен жизнью до краёв, что резко контрастировало с обычной не-жизнью остальной Полуночи.

Вопрос только в том, примет ли эта жизнь меня как хозяина или хотя бы гостя?

Ничего не поделать – я сходу начал наводить здесь свои порядки. А точнее, расчищать пятачок земли вокруг себя, выворачивая дёрн так, чтобы найти этот участок даже в полумраке. Необходимая мера, поскольку в том месте, где я прорвался сквозь шипастую ограду, она выглядела абсолютно нетронутой. На пробу я срезал несколько колючек – и убедился, что те отрастают обратно почти мгновенно. Примятая ветка выпрямлялась, придавленная камнем – нет, но подходящих камней для того, чтобы придавить весь нужный участок ограды тут попросту не водилось. Пришлось ограничиться отметкой на земле, в центр которой, подумав, я воткнул кинжал. Если местная природа восстанавливалась хотя бы с одной сотой скорости восстановления ограды, по возвращению сюда у меня будет реальный шанс снова увидеть нетронутую траву и мох. Лучше остаться без одного оружия, но с нормальным ориентиром.

- Через два на ней цветы и трава, через три она снова жива… – фальшиво, но тихонько пропел я бессмертные строчки, с подозрением смотря на расчищенный тёмный участок.

Если мне не удастся найти выход, придётся продираться через колючки наугад. Если не угадаю направление, в этих колючках меня и найдёт старина Жнец, чтобы нашинковать в капусту.

Оптимистичный старт, чего уж тут. Но и топтаться на месте больше смысла нет.

Если задуматься, то в списке моих приоритетов сад стоял не на первом месте. У него были свои плюсы с точки зрения контроля территории – например, относительно удобное расположение и шанс при очищении «захватить» с собой неудобный внутренний двор. Но если выбирать между садом и библиотекой, то библиотека однозначно выигрывала. Сад или сокровищница? Драгестол и артефакты сейчас были просто необходимы. Сад или лёгкий способ нафармить частиц души? Частицы, пожалуйста, да побольше! Сад или возможность расправиться со Жнецом? Это даже не вопрос.

Но в этом «но» крылось двойное дно. Чтобы эффективно действовать на сложных участках Полуночи мне была жизненно необходима поддержка Терры и её чудо-средства. До этого я выживал на верхних этажах скорее за счёт удачи и упрямства, чем тщательной подготовки. Если я хотел получить не только противоядие, но и лечебные снадобья, а также кратковременные мощные усиления, нужно было отыскать для них ингредиенты. После очистки запасы лазарета находились почти на нуле, а ведь кроме моих хотелок существовали нужды других пациентов. Красная порча пока откладывается в сторону, зато дрёма Йхтилла оставалась на повестке дня. И штук пять из необходимых компонентов для пробуждения пострадавших девушек росли именно в саду.

И можно было бы сказать, мол, зачем торопиться? Какая разница, проснутся танцовщицы сегодня, завтра, в следующем месяце или через полгода? Свойство лазарета не даст им сильно пострадать, да и в любом случае, они мне буквально никто, не сёстры, не друзья и не любовницы. Но даже если отбросить милосердие как самоценность и тот факт, что девушек привели в Полночь как предназначенных мне рабынь, оставался один важный момент. Информация.

На данный момент мои знания касательно Князя в Жёлтом лишь слегка превышали нулевые. Да что там, совокупные знания меня и моих советниц – из всех нас лишь Кас что-то могла сказать по поводу владыки Йхтилла, и это были скорее общие слова. Такую угрозу нельзя было игнорировать, и пробудившиеся танцовщицы оставались лучшим источником знаний об их работодателе или, скорее, мучителе. Потенциальным источником знаний, но всё ещё лучшим.

Я убеждал себя в правильности принятого решения сперва когда продирался через колючую ядовитую ограду, затем когда трижды спотыкался в потёмках об торчащие корни, последний раз с размаху ударившись лбом о почти невидимый камень. И, наконец, когда вляпался во что-то, подозрительно напоминающее зыбучие пески и сходу погрузился по пояс. Не спасли даже сапоги из кожи василиска.

Никаких ингредиентов я при этом не нашёл.

- Подготовился, идиота кусок, – пенял я на себя, снимая уруми с пояса, ещё не успевшего погрузиться в холодную тягучую массу. – Нет чтобы захватить факел. Нет чтобы попросить у Кулины подходящей жрачки!

Хотя ворчал я скорее для успокоения нервов – «Зверь в лунном свете» обеспечивал мне вполне приличное зрение в сумраке, а подготовиться ко всему было попросту нельзя. Другое дело, что сам сад активно противился моему продвижению, сбивая с толку и буквально подставляя подножки. Сейчас вот вознамерился утопить, но такая смерть на мой вкус была одновременно слишком банальной и слишком мерзкой.

Пора выбираться и взяться за дело всерьёз.

Стальная плеть гибкого клинка со второго раза обвилась вокруг лодыжки ближайшей садовой статуи. У её ног уже валялся полэкс, который я заранее отшвырнул подальше от подлого места. Я утону – полбеды, возрожусь, а вот любая утопленная экипировка навсегда останется в недосягаемых глубинах. Райнигун я смогу призвать назад, полэкс – нет. Оно мне надо? Совершенно не надо.

Тянем, потянем. Не одному Мюнхгаузену вытаскивать себя за волосы из трясины. Спустя полминуты я подтянулся достаточно близко к статуе, чтобы ухватиться левой рукой. Ещё десять секунд – и обе мои ноги с характерным чпоканьем освободились из западни. Ещё пять секунд… и на меня свалилось что-то большое, тяжёлое, скользкое и однозначно агрессивное.

Расчёт у твари был отличный. Пожалуй даже великолепный. Во-первых, я был измотан после зыбучих песков и даже не успел отдышаться. Во-вторых, недостаток освещения позволил выждать идеальный момент для атаки.

В-третьих, свой кинжал я оставил для отметки входа в сад, а ведь именно он был бы лучшим оружием против громадной, мать её, белой змеи!!

Сперва я заорал – и это было ошибкой. Чудовище обвилось вокруг меня с невероятной скоростью и сдавило на выдохе, выжимая воздух из лёгких. Я даже не мог понять, где у неё начиналась голова – казалось, будто меня окружают сплошные чешуйчатые кольца. Смерть в глубине зыбучих песков внезапно начала казаться если не хорошим, то не таким уж и скверным вариантом. Теоретически моё тело должно рассыпаться на части до того, как меня проглотят целиком, но проверять это совсем не хотелось.

Кольца сжались ещё сильнее. Что-то затрещало – то ли случайная сухая ветка, то ли мои рёбра. Я практически физически ощутил, как на смену страху и усталости приходит привычная ярость, переплетённая с мощью «Зверя в лунном свете». Кроны деревьев не могли до конца скрыть луну, и её живительное сияние озарило моё измученное лицо.

Змея вновь попыталась сдавить меня на выдохе, но наткнулась на серьёзное сопротивление налившихся металлом мышц и костей. Её удивление оказалось столь велико, что она подняла голову и повернула к неудобной добыче. Я бы сказал «уставилась», но это было бы фактически неверно. Змея оказалась слепой, безглазой, с двумя уродливыми буграми на месте глазниц. Зато пасть у неё, к сожалению, была, и она приоткрыла её, словно раздумывая – глотать меня сейчас или попытаться ещё придушить?

Прилив мощи сравнял наши силы, но ситуация не могла оставаться патовой вечно. Мне пришёл в голову план – достаточно сумасшедший, чтобы сработать.

- Даю тебе… пять секунд… на то, чтобы передумать, – прохрипел я, безуспешно пытаясь освободить руки. – Потом… я сам тебя съем.

Тварь замерла на миг, но, видимо, не восприняла смысла сказанного. Здоровенная пасть распахнулась во всю ширину, демонстрируя внушительные загнутые зубы, раздвоенный на конце язык и чёрный провал глотки. Я не стал дожидаться, пока мою макушку начнут заглатывать и исполнил своё обещание. Мои собственные зубы под воздействием «Метаморфа» превратились в треугольные зубы пираньи. Прежде чем чудовище сообразило, что здесь что-то не так я опустил голову и с размаху впился в кольцо, ближайшее к моей голове.

Чешуя спасла змею ровно на первый укус. Но за ним последовал второй, третий и четвёртый – и с каждым новым я вырывал из белой туши куски мяса размером с кулак. Сперва я собирался лишь нанести максимум урона, отбрасывая мясо в сторону, но тварь оказалась вкусной. Почти не раздумывая я проглотил новый кусок и почувствовал, как по жилам прокатывается заряд энергии, дикой и буйной, словно сила самого сада.

Раздавшийся крик было сложно описать словами. Нечто среднее между шипением и рёвом обезумевшего слона, которому отдавили хобот. Хватка вокруг меня резко разжалась, громадное тело забилось в конвульсиях. Безглазая башка с размаху опустилась туда, где я был секунду назад, но я уже сместился ближе к хвосту. Полэкс был погребён где-то под тушей, уруми – обёрнут вокруг ноги статуи, Райнигун вылетел из кобуры и затерялся в кустарнике. Но со мной всё ещё оставался короткий меч, который я использовал в качестве большой иглы, чтобы пришпилить змею к земле в месте, где потоньше. А затем в ход снова пошли зубы, оставляющие ужасные рваные раны на теле чудовища. Змея тоже по мне несколько раз попала, но регенерация под луной из нас двоих досталась только мне. В какой-то момент она решила уползти, но я лишь сильнее налёг на рукоять меча, вгоняя его в землю сквозь кончик хвоста.

Невозможно сказать, сколько длилось это безумие – от десяти минут до пары часов. Под конец боя мне удалось нащупать и извлечь из-под полудохлой твари полэкс и отсечь ей башку с трёх с половиной ударов. Она дёрнулась в последний раз и затихла. Затих и я, рухнув за землю рядом и едва способный пошевелиться и очень, очень сытый. Бледное пламя Полуночи вспыхнуло у меня под рукой и тут же втянулось внутрь.

Если бы сейчас вылезла ещё одна змея, она могла бы проглотить меня без особых проблем – не считая нескольких лишних килограммов.

Но шло время, туша подо мной постепенно остывала, а на смену безглазой твари никто не торопился. Кажется, я даже задремал, очнувшись через столь же неопределённое время от прикосновения прохладного ветерка. Пришлось кое-как подниматься на ноги и отправлять почти всю тушу в безразмерный переносной карман. Не только мясо, но и кости, зубы, чешую – от трупа чудовища почти ничего не осталось.

А ведь если бы не торопился, то мог бы завернуть цверга-мясника и всё равно раздобыть мясо. Поспешил, балда, потратил драгестол…

Хотя кто знает, на сколько бы двум голодным гноллам хватило такой туши?

Спустя ещё пару часов изучения сада до меня дошла печальная истина – убитый белый удав оказался моей лучшей находкой. Из длиннющего списка Терры по ингредиентам я обнаружил дай бог одну двадцатую – в основном травы и коренья для базовых зелий, заживляющих раны и сращивающих кости. Одно такое я вколол себе почти сразу после боя – шприцы Терры оказались на удивление крепкими и совершенно не пострадали. Но хотя такие компоненты были вполне уместны, и требовались в лазарете, их аналоги также лежали по складам Полуночи в знакомой мне форме порошков. Самых редких, самых ценных, уникальных трав я не нашёл, хотя прочёсывал территорию очень тщательно. Сад попытался подсунуть мне ещё один бассейн с зыбучими песками, зато тщательно скрывал лекарственные растения.

Или всё же их тут не было изначально?

В конце концов, «босса» я тоже не нашёл. Да, сад был слишком большим, чтобы обойти его весь за один раз, но не считая кухни лидеры того или иного участка показывались на глаза достаточно быстро. Здесь остро чувствовалось некоторое запустение, вовсе не связанное с растительным хаосом вокруг. Чего-то не хватало, некой цельности, завершённости, как будто я стоял не в заросшем саду, а посреди заброшенной стройки, которой не хватило пары месяцев, чтобы превратиться в полноценный дом.

Либо же среди руин такого дома.

По внутренним часам гонг Жнеца должен был прозвенеть достаточно скоро, и я пошёл вдоль колючей стены, рассчитывая выйти к расчищенной области с воткнутым в землю кинжалом. Но кое-что отвлекло моё внимание до того, как я добрался до собственноручно установленного ориентира. Я пару раз проходил мимо этого места, не заметив подвоха, но сейчас луна опустилась так, что подсвечивала ранее беспросветно-чёрный участок изгороди.

В ней зияла большая неровная дыра, в которую я без проблем мог бы влезть не нагибаясь. Она проходила сквозь ограду из колючек, и те даже не думали зарастать вокруг. Но это было полбеды – она проходила сквозь крепостную стену, окружающую Полночь.

Медленно, не до конца веря своим глазам, я чуть наклонился и заглянул в дыру. На той стороне раскинулся бесконечный лес. Густой, очень тёмный и совершенно кошмарный, даже по сравнению с пугающим садом.

Я был готов поклясться, что заметил длинную рогатую тень, что следила за мной в ответ из-за чёрных стволов деревьев.