Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 11

Глава первая

Луна над Риидом не внушала доверия – как и предупреждал Асфар. В отличие от солнца, удушенного отравленным небом, местная луна осталась большой и яркой, подозрительно напоминая один из трёх естественных спутника Йхтилла. Хотя я с трудом мог представить себе мир Князя как настоящую планету, окружённую настоящими спутниками – как в эту космологическую картину вписывались чёрные звёзды?

Так или иначе, луна Риида вызывала вопросы и не насыщала меня силой, в отличие от лун Полуночи и Земли. Всё, на что её хватало – освещать округу, пока я бесшумно проносился на бреющем полёте.

Пейзаж внизу тоже не воодушевлял – сплошное низкое редколесье и тёмные пятна болот, но на фоне обычной растительности Риида это было вполне терпимое зрелище. Природа возвращалась в свои права после сезонной бойни сорокалетней давности, в которой где-то здесь был разрушен один из срединных домов. С тех пор эту землю оставили в покое – до сегодняшней ночи.

- Так как назывались эти бедолаги?

- Неизвестно. Перед теми состязаниями сразу несколько младших домов накопили достаточно душ и перешли в срединный статус, оставаясь в глубокой тени. Одни скрывались в крупных полисах, другие прятались в глуши, у третьих и вовсе не было своей цитадели. Бойня выкосила их всех, ибо подобная тактика считалась высшей формой трусости.

Разговаривать во время полёта было не очень удобно. Как минимум, я не видел своего собеседника, который удобно устроился у меня на голове в виде астральной проекции – полупрозрачного скорпиона. Там же располагалась проекция Литы, но, пока обсуждение касалось не магии, а политики Риида, она помалкивала.

Итак, где-то среди этих болот спрятались останки одного из тайных срединных домов, хозяева которого посчитали себя самыми умными. За что и поплатились. Впрочем, за формулировкой «бойня выкосила» скрывались вполне понятные личности, упомянутые задолго до моего вылета.

- И особенно постарался Дом Жёлтого Венца.

- Всё так, – меланхолично подтвердил Асфар. – К тому моменту они слегка растеряли благосклонность Йхтилла и отчаянно пытались её вернуть. Полное уничтожение срединных домов считается… как минимум дурным тоном, но тогда было полностью одобрено Князем.

- А то, что на вакантной территории затем устроили схрон?

- О, это и вовсе никого не волновало.

Ещё пара минут молчаливого полёта над совершенно непроглядной глушью, заросшей и заболоченной. Никаких следов человеческой деятельности, никаких руин и расчищенных мест. Оно и понятно, четыре десятилетия – достаточно долгий срок, чтобы зелень отвоевала землю назад, даже при условиях загрязнённой среды. К тому же, один из ключевых великих домов Риида не прятался сам, но мог замаскировать хранилище без нарушения духа состязаний.

Хранилище, где лежал секрет нашей победы в бойне.

- Вик! Энергетический след прямо по курсу!

Я резко пошёл на снижение.

Всё та же низкая поросль из кривоватых смешанных деревьев, растущих по краям болот. В одно из них я чуть не окунулся при приземлении, приняв густо затянутую ряской поверхность за почву, но вовремя осознал ошибку. Здесь, внизу, местная природа смотрелась ещё менее дружелюбно, поскольку встречать меня вылетели тучи кровососущей мошкары. Я рявкнул заклятье, которому Лита обучила меня ещё с месяц назад, и мерзкие насекомые осыпались вниз мелким прахом. Спустя минуту «прожарки» даже до безмозглой мошки дошло, что что-то не так, и натиск сошёл на нет.

А чего я здесь не видел, так это обещанного схрона, в явном или скрытом виде.

- Лита, счастье моё. Только не говори, что я промахнулся на пару-тройку километров.

Земля в округе совершенно не подходила для разбега и серьёзных прыжков в высоту, деревья как на подбор были слишком низкими. Условия для взлёта никакие, до любой точки теперь придётся добираться на своих двоих. После окончания миссии меня выдернут телепортом, но сейчас любой промах мог вылиться в потерю драгоценного времени.

- Нет, нет, вы там, где нужно, – сказала паучишка без тени сомнений. – След тянется из-под земли, прямо под вами, где-то здесь должен быть спуск!

- С одной из этих коряг вместо рычага?

- Запросто!

Поисковый амулет Зун’кай закачался на цепочке. Золотой ястреб выглядел недовольным – то ли обстановкой, то ли недостатком контекста при запросе. Всё же, было бы куда проще, знай мы название уничтоженного дома, но спустя пару минут уточнений насчёт хранилища Жёлтого Венца, амулет наконец начал вращение, пока клюв не уткнулся прямиком в болото. То самое, знакомства с которым я столь удачно избежал по приземлению.

Разумеется. Почему бы, блин, и нет?

- Асфар, – проворчал я. – За тобой будет должок.

- В придачу к текущему долгу? Я не забыл, но могу дополнить.

- Лучше подготовь к моему возвращению сухую одежду и горячий чай.

«Метаморф» даже с силой Авалона не мог превратить мои лёгкие в жабры, а вот подходящую для плавания форму я продумал давно. Правда, предназначалась она для рек, озёр и морей, а не трясины с затхлой тёмной водой, но выбирать не приходилось. Даже с едой Кулины разглядеть что-то в такой обстановке было тяжеловато, пришлось полагаться на указания Литы. Голос астральной проекции под водой звучал слегка искажённо, но в целом слышимость оставалась приличной.

- Правее, Вик! На полметра глубже. Вперёд, вперёд, ещё немного! Может, надо немного копнуть?..

Я метнул на правое плечо сердитый взгляд – настолько выразительно, насколько мог под мутной водой. Полупрозрачная паучишка ударила себя по лбу крохотной лапкой.

- Точно! Здесь же вход как у бобровой хатки. Если вы поднырнёте…

Спустя пять весьма малоприятных минут я привалился к стене ровного и почти сухого тоннеля, уходящего вниз под лёгким наклоном. Не знаю, попадали ли представители Дома Жёлтого Венца сюда именно таким способом, но логика подсказывала, что кто угодно предпочтёт классический телепорт. Мне эта опция оставалась недоступна до обнаружения непосредственной локации.

Ладно, хватит топтаться на пороге, пора и заглянуть в гости.

- Дайте угадаю, – сказал я, поднимаясь и отряхиваясь. – Впереди очередной барьер, который придётся уговаривать, что я якобы не представляю угрозы.

Астральные проекции моих спутников помедлили с ответом и вроде даже переглянулись.

- Маловероятно, – наконец сказала Лита. – Барьер – серьёзная штука, жрёт массу силы! Отследить его было бы куда проще, даже если снаружи он не виден.

- Но ты же всё равно нашла схрон.

- Я – верховный маг Полуночи! – паучишка аж слегка надулась от заслуженной гордости. – И то, как видите, пришлось повозиться.

- Жёлтый Венец не оставил бы тут никого из членов семьи, способных сотворить заклинание такой силы, – добавил Асфар. – Как и барьер, это бы лишь привлекло лишнее внимание. Элитные наёмники также исключены, Высокий дом тщательно отслеживает все известные гильдии.

- Остаются нонеймы?

- Кто?

- Не элитные ребята.

- Не по статусу великого дома, да и ненадёжно – могут разболтать. Я бы поставил на ловушки и фактор неизвестности.

Терпеть не могу фактор неизвестности.

Первый зомби с кристаллом во лбу попался навстречу, когда бывшее убежище неизвестного ордена наконец перестало напоминать нору в земле и приобрело более-менее цивильный вид. Каменный пол и стены, толстые брусья крепи, поддерживающие потолок, безыскусная, но функциональная мебель. Разве что освещение здесь обеспечивалось грибообразными наростами, испускающими тусклый свет наподобие старых гниющих пней.

Идеальная подсветка для встречи с ходячим мертвецом.

Для того, кто погиб почти полвека назад, он неплохо сохранился – хотя я уже знал, что некромантия способна удерживать плоть от распада сотни и даже тысячи лет. Разложение едва успело лишить его носа и части щёк, в выцветшей и висящей мешком одежде можно было разглядеть признаки былого богатства. Бледно-жёлтый, слегка мерцающий кристалл торчал изо лба бедолаги наискосок, прямо над правым глазом. По непонятным причинам эта картина вызывала даже большую неприязнь, чем некоторые эксперименты Бертрама.

Я замер, накинув «Вуаль». Мертвец стоял посреди развилки, слегка пошатываясь, и пока что не делая резких движений.

- Дом Серых Корней, – сказал Асфар, моментально распознав незнакомые мне детали костюма ожившего покойника. – Стоило догадаться, учитывая локацию.

- Звучит, как организация профессиональных кротов.

- Недалеко от правды. Геоманты, для своего времени – не их худших, но не чета Жёлтому Венцу.

- Значит, их всех вырезали, а затем подняли в качестве охраны для бывшего дома, – хмуро сказал я. – Экономно. В чём суть кристалла?

- Артефакт Йхтилла, вне всяких сомнений, но старинный, в отчёты не попал. Точную функцию не скажу.

- Я скажу, – напряжённо вмешалась в разговор Лита. – Эта штука позволяет в полной мере сохранить у зомби магические и естественные способности. Берегитесь!

Пока мы болтали, пусть и на почтительном расстоянии, мертвец как будто прислушивался. Не успела Лита выкрикнуть предупреждение, как левая рука взметнулась, указывая прямо на меня обвиняющим перстом. Оправдывая название погибшего дома, тонкие серые корни вырвались из щелей между плитами пола и обвили мне ноги! На ощупь они оказались ледяными, даже сквозь одежду. Я бросился вперёд, и корни лопнули, пусть и не так быстро, как хотелось бы. Зомби открыл гниющий рот, словно хотел что-то сказать, но в следующий миг уже лишился башки вместе с кристаллом. Отрубленная голова ударилась о стену, кристалл треснул и разлетелся вдребезги, как дешёвая стекляшка.

Я не хотел стрелять, чтобы не шуметь сильнее необходимого, но окончательная смерть первого мертвеца запустила неслышимую тревогу. Его бывшие собратья вывалились из ближайших дверей, так же беззвучно разевая рты и протягивая вперёд руки. Не все сохранились так же хорошо, как и первый, но у каждого во лбу торчали идентичные кристаллы – под разными углами, воткнутые грубо, с размаху.

Больше скрываться не имело смысла. Райнигун загремел, обращая в пепел первую группу нежити, но выстрелы замаскировали скрип двери из другого коридора развилки. Зомби с кристаллами Йхтилла двигались быстро, достаточно быстро, чтобы я не успел развернуться и вовремя угостить их серебром.

Пол вдруг дрогнул и встал на дыбы, опрокидывая меня с ног. Одновременно с этим уже не отдельные нити, а множество серых корней спеленали меня по рукам и ногам, обжигая колдовским холодом. Спустя миг пришло осознание – нити не только удерживали на месте, они буквально высасывали силу. Фактор, мать его, неизвестности! Фирменный приём защитников Дома Серых Корней, который не спас их от гибели, но продолжал служить даже после смерти.

К несчастью для них, как и в прошлый раз, им попалась добыча не по зубам.

Корни, пусть и тонкие, рвались с трудом даже с силой «Зверя», но не были способны надёжно меня удержать. Пара минут грохота револьвера и несколько взмахов полэкса упокоили дюжину мёртвых геомантов с концами, а новые не появлялись. Не желая получить удар в спину, я тщательно осмотрел все ближайшие комнаты, зачистив две засады зомби и пропустив одну физическую ловушку – тяжёлый молот на хитрой пружине. Заблокировав удар, способный переломать руки и рёбра любому обычному человеку, я вылетел назад в коридор. Неприятно, но всё лучше, чем отбиваться от модифицированных боевых автоматонов.

Не считая врагов и ловушек, ничего интересного. С высокой вероятностью, цель моего визита находилась непосредственно в хранилище, ещё глубже под землёй.

- Полагаю, Дом Жёлтого Венца уже в курсе, что в их собственность кто-то влез.

- Возможно. Но этой ночью у них хватает других проблем – противостояние с Бесконечным Домом достигло пика, и они не могут отвлечься, чтобы не пропустить удар. К тому же, лишь у господина великого дома хватит сил, чтобы как-то противостоять хозяину Полуночи.

- Короче, можно расслабиться. – невесело пошутил я.

- В полной мере, – в тон мне ответил Асфар. – Как видишь, это прекрасное место для отдыха, где можно с комфортом провести время… Стой.

Не задумываясь и не переспрашивая, я застыл на месте, хотя отрезок коридора впереди ничем не отличался от того, что остался за спиной. «Взгляд библиотекаря» не показал магических ловушек, Лита тоже молчала.

- Проблема, – задумчиво сказал Асфар. – Придётся идти в обход.

- Ты же сам только что сказал, что со мной здесь тягаться некому, – напомнил я. – А ловушку и разрядить можно.

- Боюсь, что в этом случае разрядить не выйдет. Прямо за поворотом, на стене зала начертан жёлтый знак. Совсем свежий.

Я негромко выругался. Мистическая метка Князя в Жёлтом преследовала меня уже давно, и Асфар успел ранее немного объяснить её природу. «Начертать» знак мог лишь сам Князь, либо его ближайшие слуги – обычно тот просто проявлялся в нужных местах. Для обитателей Риида, поголовно считающихся подданными Йхтилла, жёлтый знак не грозил большими неприятностями, хотя всматриваться в него не стоило. А вот для хозяина Полуночи, выступающего чуть ли не врагом государства номер один, не рекомендовалось даже проходить вблизи. Мне хватило того, что совсем недавно господин Дома Долгих Сумерек лично воззвал к Князю, и тот теперь был в курсе моего визита на Риид.

Не исключено, что жёлтый знак на стене подземного схрона возник примерно в то же время.

Часа через полтора подземных блужданий у меня возникла тень жалости к Дому Жёлтого Венца, который когда-то решил уничтожить Серые Корни и устроить здесь схрон. Можно было только представить, сколько бойцов и магов из их штурмового отряда навсегда заплутали в этом лабиринте, отдалённо напоминающем подземную цитадель. Большинство ловушек явно осталось здесь со времён противостояния сорокалетней давности – удушающие, давящие, крушащие, замуровывающие заживо. Ни одна из них не представляла для меня смертельной угрозы, но замедляли – будь здоров. Не говоря о том, что раз в десять-пятнадцать минут попадались патрули оживших мертвецов-геомантов, на которых тоже приходилось тратить время и силы.

А ещё – жёлтый знак. Логика Князя была непостижима – ведь если он хотел застать меня врасплох, то просто поместил бы его на входе или, напротив, на каждой из стен. Тем не менее, проклятая метка поджидала как минимум в семи проходах, перекрывая удобные дороги и заставляя напрягать поисковый амулет для продвижения дальше. В двух местах мне пришлось буквально проламываться из одной комнаты в другую, сквозь каменные стены и толщу спрессованной земли. Затем ещё раз – чтобы выбраться из ловушки.

И всё же, всё подходит к концу – даже бывший Дом Серых Корней. Его хранилище представляло из себя длинный, едва освещённый зал с неожиданно высоким потолком. Вдоль стен расположились сундуки и шкафы, а также стойки для оружия и брони. Часть была открыта и выпотрошена много десятилетий назад, часть – запечатана магическими замками, наподобие печати Амсета. На этот раз, впрочем, Асфар заранее раздобыл формулу заклятья-отмычки.

Все ловушки остались снаружи хранилища, жёлтый знак – тоже. И единственную проблему представляла жутковатая, словно оплывшая фигура, застывшая в центре зала ко мне спиной. Сперва я принял её за уродливую статую, но затем уловил едва заметное движение – похоже, очередной живой мертвец. Я неторопливо освободил Райнигун из кобуры и сделал шаг вперёд. Фигура развернулась в мою сторону.

Из головы у него торчало сразу три кристалла. Один прямо посреди лба, два – на месте глаз. Тонкие серые корни обвили кожу мертвеца так плотно, что местами их можно было перепутать с жилами. Невозможно было сказать, где кончается человек, а начинается безумное иссушенное растение.

- Вик. – тихонько позвала Лита.

- Да?

- Это он. Его энергетический след я почуяла снаружи. Его кристаллы служат дополнительной цели! Они не только сохраняют способности, но и усиливают!

Я начал стрелять за миг до того, как паучишка закончила предупреждение. Каменные плиты взмыли в воздух на пути серебряных пуль, перехватывая одну за другой – а ведь мертвец даже не поднял руку. Кажется, у меня родилась добрая традиция – сражаться с главой каждого нового дома, в который я проникал по заданию.

Хорошо, что этот был давно мёртв.

«Зверь в лунном свете» вступил в свои права, и я перемахнул через новую каменную преграду одним диким прыжком. Полэкс обрушился на так и не сдвинувшуюся с места фигуру – лишь чтобы запутаться в груде старой одежды, в которой не оказалось никого, живого или мёртвого. Я едва это осознал, как заметил движение слева – на меня падала целая стена. Бежать было некуда, лишь принимать удар, предназначенный похоронить меня живьём. Не знаю, умел ли этот мертвец удивляться, но я вырвался из-под груды обтёсанных блоков, заново выискивая его в комнате.

- Сзади, – коротко сказал Асфар.

– Бейте вслепую! С этим заклятьем он всегда будет вне зоны видимости!

Не задумываясь, я выстрелил себе за спину через плечо – кажется, не попал, но точно сбил геоманту концентрацию. Он дёрнулся, нарушая собственную магию, и я теперь рассмотрел его во всей красе, чему ни разу не обрадовался. Его защита от выстрелов на расстоянии была слишком эффективна, и я вновь рванулся вперёд, в рукопашную. Моей скорости сложно было что-то противопоставить, но мёртвый глава дома честно попытался – и в третий раз за день меня опутали серые корни. Сплошным покровом, с ног до головы.

Только вот сейчас, вместо обжигающе-ледяного ожога я почувствовал что-то иное. Бесконечную тоску, боль и ужас того, кто оказался заперт в собственном доме, в собственном теле на многие десятки лет. Он хотел умереть окончательно, но не мог себе этого позволить, проклятый и изувеченный Домом Жёлтого Венца. Господин дома без дома, обезумевший мёртвый страж, лишённый гордости, воли и рассудка.

И тут я вдруг понял, откуда взялись эти ощущения. «Трава, что крушит камни», способность Хвои, позволяла мне понимать того, кто и так был наполовину растением. Не только понимать – дать достойный ответ. Корни пытались лишить меня силы, но могущество Авалона обеспечивало надёжный резерв, а я получил способ воздействия. Теперь, когда некоторая часть меня оказалась в этих серых корнях, я полностью настроился на «Траву». Потянулся. Сфокусировался. Отдал команду.

Какое-то время перед глазами было темно, но затем покров из корней осыпался на землю безобидной трухой. Напротив меня, прямо посреди земли из развороченной стены, укоренилось небольшое дерево, отдалённо напоминающее человеческое тело. Низкое и кривоватое, но однозначно живое.

Надо будет вынести его наружу – под солнечный свет.

Раскопки и поиск нужного сундука заняли дольше всего – около трёх часов. Лишь под утро в моих слегка дрожащих руках оказался небольшой ларец, на который даже не стали наносить магическую печать. Либо потому, что предмет внутри представлял огромную ценность, либо потому, что его и вовсе нельзя было уничтожить.

Я открыл ларец и осторожно вынул на свет содержимое – простую деревянную кисточку с едва заметными следами пудры на волосках.

- Оно? – коротко спросил я.

- Оно, – тихо отозвался Асфар. – Последний инструмент Гримёра, со времён, когда он ещё был человеком.

Глава вторая

Идея принадлежала Гарре, равно как и многие другие идеи, касающиеся сезонной бойни. За те годы, что её брат занимался политикой Высокого дома, она с головой погрузилась в изучение состязаний. Подноготная о противниках – великих домах, срединных и даже выдающихся младших, способных в какой-то момент превратиться в серьёзную угрозу. История прошедших состязаний, история достоверная, а также сведения о Князе в Жёлтом и его ближайших подручных.

Я никому бы не пожелал заниматься чем-то подобным. Заглядывать в бездну так долго и так глубоко, что та не просто начинала смотреть в ответ, а становилась частью тебя. Асфар никогда не просил сестру о помощи – она взялась за изнуряющие исследования сама.

И в какой-то момент они принесли свои плоды.

По вполне понятным причинам мы не могли обсуждать заговор против самого Князя в зале Совета или других публичных местах Высокого дома. Но и разговор о его посланцах мог привести к весьма неприятным последствиям, на правах опасной ереси. Высокий дом считался далеко не самым «воцерковленным» местом на Рииде, и всё же, даже здесь у владыки Йхтилла имелись глаза и уши. Не удивлюсь, если вполне буквально.

Как итог, мы держали совет в спальне Асфара, укреплённой тройным слоем защитных заклятий. Комната оказалась значительно больше той, что выделили мне, но я не завидовал – место больше напоминало средних размеров зал, чем уютный уголок для сна. Даже колонны присутствовали – всего пара штук, но и то показательно. Всё равно как, если бы я каждый раз после приёма гостей в Полуночи накрепко засыпал на собственном троне. Уровень магической обороны, кстати, почти не уступал моему родному замку – большую часть заклятий Асфар наложил сам, с небольшой помогла Гарра, а с остатком – Лита. Не приглашённые лица, будь они хоть трижды родственниками, не пройдут и не переместятся.

По этой же причине мне приходилось пробираться туда не телепортом, а своим ходом, под «Вуалью», чтобы не вызывать вопросов у любопытных членов семьи. Чем это господин Высокого дома, его младшая сестра и хозяин Полуночи собираются заниматься, уединившись в спальне?

- Ты встречал их обоих.

Асфар не спрашивал – констатировал факт. Я рассеянно пожал плечами, поскольку уже рассказывал об этом раньше, но без деталей.

- Было дело.

- Как впечатления?

- Ты знаешь, на удивление посредственно. Ожидал большего класса от представителей правящей элиты. Манеры на нуле, никакого уважения, сомнительные методы дипломатии…

Лита прыснула, Адель одобрительно кивнула, даже на лицах Асфара и Гарры проступили тени усталых улыбок. Но всё же, мы здесь собрались не для саркастичной прожарки наших врагов, так что я продолжил в более серьёзном ключе.

- Посмотрим… Первая встреча с Герольдом состоялась, когда я вообще не разбирался, что к чему. Только начал осваиваться в роли хозяина, очищать замок, принимать гостей, и тут он заявился во главе делегации… Хотя, если подумать, он и был делегацией. Музыканты и танцовщицы не в счёт.

- Возобновление договора. – подала голос Гарра. Она тоже не спрашивала, поскольку и так знала ответ.

- Да, да, классическое предложение, от которого невозможно отказаться. Но и соглашаться не хотелось, так что старина Герольд решил применить силу. И немного просчитался.

В то время, надо признать, даже в Полуночи мои возможности были весьма ограничены. По сравнению с обычным человеком я, конечно, казался супергероем, но посланец Князя в Жёлтом находился в совершенно иной весовой категории. Если бы не фактор Мордреда, неизвестно, как бы кончилось то сражение. И какие бы последствия ждали меня и мой замок.

- Рыцари Авалона невероятно сильны, – в обычной меланхолии Асфара промелькнуло что-то, напоминающее уважение. – И я до сих пор с трудом понимаю, как тебе удалось заполучить их в союзники. Но вынужден заметить, что Герольд невероятно расслабился в тот визит. В обычных обстоятельствах прогнать его… довольно сложно.

- Тогда я думал, что Мордред его довольно качественно убил, – проворчал я. – Пока снова не увидел его на балу.

- Герольд – бессменный церемониймейстер бала солнцестояния, – сказала Гарра. – Бессменный и бессмертный. Мы не знаем, как возрождаются посланники Владыки, но покушения на них никогда не увенчивались успехом.

«Маска? На мне нет никакой маски».

Смысл этих слов дошёл до меня далеко не сразу, хотя картина боя ещё долго висела перед глазами. На Герольде не было маски, поскольку он сам был маской – невообразимым и почти неописуемым существом прямиком из ночных кошмаров. Хотя если так подумать, в измерении кошмара меня нашёл другой из посланников Йхтилла.

- Гримёр был более вежливым, – сказал я. – Сперва говорил почти нормально. Возможно, мы бы даже до чего-то договорились, не потребуй он одного из драконов.

- Совсем страх потерял! – возмущённо заявила Лита, поддержанная Адель.

- Справедливости ради, я украл у Князя шкатулку на балу, а затем у нас произошла пара неприятных стычек.

- Если я верно помню тот инцидент, – задумчиво сказал Асфар. – Шкатулка предназначалась в дар Йхтиллу. Источник чистой, не запятнанной силы высших сфер – большая редкость. Никто из Знающих не смог бы сотворить нечто подобное.

- С их-то возможностями? – усомнился я.

- Возможности формируются на основе специфики, и основа эта незыблема. То, что ты украл, уже было украдено у кого-то, а скорее – взято с трупа. Безусловно, это не отменяет недовольства Князя, но сглаживает муки совести, если они тебя терзали.

Терзали не слишком сильно, признаю. Но узнать контекст было приятно.

Второй посол Йхтилла, Гримёр, вёл переговоры посреди одного из кластеров кошмара. Нацепив внешность человека, напоминающего моего отца. Во многом это вызывало даже большее отвращение, чем метаморфоза Герольда, да и в целом его стиль дипломатии больше смахивал на промывку мозгов. Встреча оставила дурное послевкусие, и я постарался выкинуть её из головы – до сегодняшнего обсуждения.

- Даже в самых древних записях, – сказала Гарра. – Герольд упоминается, как чудовище в бледной маске, ужас на службе Владыки. Гримёра же принимали за человека, который приходит наладить диалог. Знак милости, перемен к лучшему.

- Я бы сказал, что разница между этими двумя была только в том, что Герольд напал на меня первым, а в Гримёра я выстрелил сам.

- Успешно? – поинтересовался Асфар.

- Сомнительно. На атаку он отреагировал, обратившись соломенным чучелом с башкой, набитой ядовитой трухой. По моим наблюдениям, люди так обычно не поступают.

- И всё-таки, вы добыли подлинный артефакт, лорд Виктор, – тихо сказала Гарра. – Осколок забытого прошлого, овеществлённую аномалию. Даже Дом Жёлтого Венца не имел права хранить его у себя, а их семья считается любимцами Владыки. Если кто-то узнает, что Высокий дом заполучил его в своё распоряжение, против нас выступят единым фронтом.

Кисточка, с таким трудом добытая мной из хранилища под болотом, лежала на столе, в открытом футляре. Она смотрелась совершенно невинно, не излучала магической энергии и «Взгляд библиотекаря» не реагировал на неё, как на другие артефакты. Но Гарра была права – моё чутьё, растущее из опыта самой Полуночи, подсказывало, что с этим предметом что-то не так. Простой инструмент для грима ощущался как нечто чуждое, предмет из иного измерения, что резко контрастировало с рядовым внешним видом.

- Её бы мне на изучение, хотя бы на недельку! – Лита ощущала то же, что и я, но её обуревала научная страсть. – У меня и все материалы под рукой, и литература…

- Боюсь, госпожа Лита, риск слишком велик, – серьёзно ответила Гарра. – А времени слишком мало.

На самом деле мы это уже обсуждали – пока я выбирался из бывшего Дома Серых Корней на поверхность, чтобы обеспечить телепорт без загвоздок и посадить новое дерево. Лита в последние дни фактически стала не только верховным магом Полуночи, но и главным магическим консультантом Высокого дома. Без её знаний, советов и анализа любые проблемы могли бы превратиться в настоящие беды, а беды – в катастрофы. При этом было заметно, насколько сильно паучишка подтянула свои и без того обширные знания. Раньше она совершенно не разбиралась в запретном искусстве, сиречь некромантии, а теперь сходу опознала свойства кристаллов Йхтилла.

Я мог бы вернуться с кисточкой в Полночь, без проблем. Риид считался не самым удобным узлом для перемещения, но всё ещё не закрытым. К изучению артефакта можно было бы подключить не только Литу, но и Арчибальда с Лаахизой. Докопаться до сути, до тончайших мистических нитей, пронизывающих простой на вид предмет.

Только вот в этом и была загвоздка – любые вещи, настолько плотно связанные с Йхтиллом, несли на себе его несмываемую печать. Если не сам жёлтый знак, то его тень, концепцию. Они могли выступать, как миниатюрные чёрные дыры, способные затягивать окружающих. Как лазейки, через которые Князь в Жёлтом проникал в иные миры. Само их изучение рисковало принести вред, привлечь ненужное внимание, а то и вызвать преждевременную атаку на замок.

Не говоря о том, что Полночь и без того слишком долго была в союзе с этим проклятым миром, и её ещё предстояло окончательно очистить от «даров» Князя.

Гарра подняла на нас печальные глаза.

- Мы должны использовать его здесь. В ближайшее время – пока Жёлтый Венец не осознал, что произошло и не явился за пропажей.

- Исполь-зовать как? – задала резонный вопрос Адель. – Не зная. Свойств.

- Кое-что мы знаем, – сдержанно сказал Асфар. – Возможно, даже знаем достаточно.

- Для че-го?

- Для того, чтобы поймать Гримёра на крючок.

Я заметил за собой любопытную особенность – возможно, свойственную всем хозяевам вечных замков. Спустя какое-то время разлуки с Полуночью накатывала волна едва переносимой тоски по дому, и желание вернуться нарастало с каждым днём. Так было в Авалоне, на руинах Зари и Рассвета, а теперь и в Рииде, хотя здесь я провёл меньше двух недель. Высокий дом чем-то напоминал вечный замок, но этим скорее сыпал соль на рану.

К тому же, отношение его обитателей постепенно начинало меня напрягать.

Одни, следуя примеру Гайса, без восторга смотрели на нового союзника у себя дома. И вовсе не потому, что до них дошли слухи о моей конфронтации с Князем – просто из-за общей врождённой нелюбви к чужакам. Вторые, напротив, остались в полном восторге от столь ценного политического актива, как целый хозяин Полуночи. Они сходу записали меня в близкие родственники и чуть ли не разрывали на части, пытаясь настроить друг против друга. В разгар сезонной бойни Высокий дом всё равно не мог отказаться от интриг и бесконечной внутренней вражды – традиции, уходящей корням в столетия. Асфар боролся с ней последние восемь лет, и пока что терпел сокрушительное поражение.

Наконец, третьи попросту пристально наблюдали за мной на расстоянии, стараясь не попадаться на глаза. Кто-то пытался оценить, несу я пользу или угрозу, кто-то явно шпионил – невелика разница. Даже под «Вуалью» я не чувствовал себя по-настоящему спокойно, поскольку существовали сравнительно легальные способы засечь меня и невидимкой.

В итоге, при встрече с любым из родственников Асфара невозможно было угадать, меня окатят ледяным презрением, угостят порцией приторной лести и грязных слухов или попытаются проследить, как часто я посещаю уборную. Ни один из перечисленных вариантов меня решительно не устраивал. Но приходилось терпеть, равно как и неизбывное желание плюнуть на всё и вернуться в Полночь.

И ведь поделиться, считай, не с кем, разве что с Мелиндой при следующей встрече. Маловато действующих хозяев, маловато, я и сам приложил руку к уменьшению их популяции…

Как выясняется, слегка преждевременно, но кто бы о том предупредил?

Не считая памятной атаки на второй день моего прибытия, больше попыток такого масштаба не предпринималось. Пару раз к барьеру подходили разведчики домов-конкурентов, но ограничивались наблюдением со стороны. Причину штурма Дома Тысячи Дверей выяснить тоже не удалось – одни пленные молчали, другие активно пытались покончить с собой. Учитывая, что многие старые правила в текущих состязаниях оказались упразднены, повод мог найтись любой. Но расположение дара Князя всё ещё не знал никто – иначе бы из напряжённого ожидания состязания молниеносно переросли в ту самую кровавую бойню. Все следили за всеми, чтобы не упустить главный приз в своей жизни.

У нас был реальный шанс стать первыми.

- Мне обязательно посещать ещё один бал?

На этот раз меня бесцеремонно перетащили телепортом, в самый разгар обсуждения с Адель, где будет лучше установить подъёмники и лифты. Если Лита консультировала Высокий дом по магическим вопросам, Адель взялась за вопросы технические, а я помогал по мере сил. Только что я разговариваю с леди-автоматоном, следующий миг – хлопаю глазами посреди чьей-то спальни. Судя по незнакомому интерьеру и более комфортной обстановке, на этот раз Гарры, а не Асфара.

Я сам дал согласие на подобные телепорты, но настроения это не прибавило. Особенно после того, как мне наконец изложили план дальнейших действий.

- Не назвал бы это балом, – Асфар флегматично пожал плечами. – Что-то среднее между собранием клуба по интересам и ведьмовским шабашем.

- Всё ещё звучит, как традиционный бал солнцестояния.

- Вы в чём-то правы, лорд Виктор, – несмотря на все мои просьбы, Гарра так и не стала звать меня «Вик». – Семьи великих домов Риида мечтали бы, чтобы Сумеречный Синклит гремел столь же громко, как и бал Знающих. Но в лучшем случае выходит слабое подражание, в худшем – жалкая пародия.

- Да уж, куда им до неповторимого оригинала, – проворчал я, прогоняя из головы некоторые образы двух прошедших балов. – Ничего, что этот… синклит приходится на разгар бойни?

- На затишье перед бурей, – поправил Асфар. – Обычно его проводят в межсезонье, но нынче царят странные времена. Формальный повод – перемирие и подтверждение уважения к правилам. Настоящая причина – интриги, политические игры, шпионаж. Будут делегации от всех великих домов, а также средних – из тех, что побольше. Но что главное – там будет Гримёр.

Я слегка неверяще уставился на моего друга и союзника.

- Откуда такие сведения?

- От меня, – тихонько сказала Гарра. – Его прошлое… дух, заключённый в кисти, тянется к настоящему. Шепчет, зовёт. Когда Гримёр прибывает в Риид, шёпот становится громче. Я знаю, где он будет завтра – следить за всеми на Сумеречном Синклите.

- И там-то мы его и прихлопнем?

- Зачем же так грубо? – устало усмехнулся Асфар. – Мы всего лишь возьмём его за жабры, а потом сразу отпустим.

Неизвестно, насколько можно было доверять нашёптыванию из старой кисточки – которого я, например, не слышал. Но Гарра и Асфар тоже были не чужды магическому искусству, так что изучали наш макгаффин собственными методами. По их расчётам, как только артефакт вернётся к своему прежнему хозяину, произойдёт кратковременный «всплеск воспоминаний». Тот, кто последним держал кисточку, взглянет на мир глазами Гримёра – буквально на миг, но этого мига окажется достаточно, чтобы «вспомнить» местонахождение и природу приза. Но что лучше всего, сам Гримёр вообще не должен понять, что с ним произошло. Кисточка исчезнет, не выдержав влияния Йхтилла, но память останется у Асфара. После этого мне достаточно будет провести всего одну последнюю вылазку, чтобы забрать приз из любого дома.

В последние дни Риид здорово попил моей крови, как фигурально, так и буквально. Но я всё ещё оставался самым сильным из людей и чудовищ на этой несчастной земле.

Что до плана – на мой вкус, слишком многое из него было отдано на роль ощущений, смутных предсказаний и непроверенного стечения обстоятельств. Но выбирать в самом деле не приходилось, поскольку время поджимало, а в сезонной бойне вообще не существовало такой вещи, как «честная победа». Если мы хотели нанести удар по Князю, сперва мишенью становился один из его верных послов.

В самом деле, что же могло пойти не так?

Глава третья

Поначалу мне было сложно представить, что на Рииде есть крупные города. Казалось, будто весь этот небольшой, медленно умирающий мир, целиком состоит из выжженных равнин, пустынь, редколесья и болот, сменяющихся клочками засеянных полей рядом с разрозненными поселениями, над которыми нависают глыбы великих домов. Но вскоре я изучил карты Высокого дома и стало ясно, что подобная картина преобладала не везде. От древних времён, когда знатные дома пытались объединиться в государства, остались города – разного размера и значимости. Какие-то оказались уничтожены во время состязаний, какие-то брошены из-за отравленной атмосферы, но часть выжила, сохранив вассальные отношения с одним, а то и несколькими великими домами. Крупнейшие существовали на правах полисов, пусть и далеко не столь продвинутых, как в Грюннвахте. Они оставались на самоуправлении, осторожно балансируя между доминирующими силами в своих регионах, по-настоящему не поддерживая никого.

Сумеречный Синклит проходил в Элкарне – городе, который стоял слишком долго, чтобы принадлежать кому-то одному.

- Не думал, что увижу у вас океан.

Наша делегация состояла всего из двух человек – Асфара и меня. Как ни странно, нас никто не встречал – если не считать шума прибоя, разбивающегося о подножие скалы. Элкарн в основном раскинулся внизу, отправив на верхотуру лишь пару сторожевых башен и древний маяк. Я предполагал, что телепорт доставит нас ближе к воротам, но в целом был не против продолжительного спуска – вид отсюда открывался превосходный.

- Как правило, океаны занимают большую часть территории любого узла, – меланхолично сказал Асфар. – Риид не исключение, пусть по нему сразу и не скажешь.

- С Землёй та же история. А вот насчёт мира Полуночи не уверен – в библиотеке не сохранилось ни одной достоверной карты.

- Позови меня, если захочешь составить новую.

Крупнейший из городов Риида не имел чёткой формы – как и положено очень старому месту. Он словно стекал вниз по наклонной местности – террасами, аллеями, изломами улиц и переулков. Одни кварталы вплотную прижимались к подножию скалы, почти врастая в неё, другие – портовые – теснили океан, возвышаясь над ним на массивных платформах.

Дома на окраине крепкие, округлые, с узкими окнами, некоторые – на толстых сваях, для защиты от наводнений. Почти никаких ярких цветов, крыши покрыты тёмной черепицей или серым металлом. Неяркое солнце Риида опускалось в океан, но даже в закатном свете Элкарн казался выцветшим, как старая гравюра.

Только в центре города застройка несла в себе что-то, кроме функциональности. По словам Асфара, там располагалось здание городского совета, резиденция губернатора, архивы, богатые гильдии и старые храмы, где нынче молились одному лишь Князю. Там же возвышался дворец собраний – тот самый, в который обычно и съезжались главы великих домов.

Нам до него было сперва спускаться, а затем топать добрую пару часов, но за это время я успел проникнуться к Элкарну определённым уважением. Здесь явно не пытались понравиться сильным мира сего, в основном выстраивая жизнь вокруг выживания в суровой среде. Город не бросал вызов великим домам, но и не склонялся перед ними – возможно, именно так он и выстоял на протяжении почти двух тысячелетий.

Мы вошли в Элкарн, где один за другим разгорались тысячи фонарей с магическими свечами.

- Прибыл лорд Асфар, господин Высокого дома и шести тысяч душ. С ним – лорд Виктор, хозяин Полуночи.

Церемониймейстер – по счастью, ничем не напоминающий Герольда, отвесил чопорный ритуальный поклон и пропустил нас дальше.

Гарра оказалась права, съезд великих домов Риида изо всех сил пытался достигнуть уровня бала солнцестояния, но, к счастью, терпел неудачу. Пространство внутри дворца собраний было огромно: десяток больших, богато украшенных залов, переходящих один в другой. Каждый зал отвечал собственной тематике – я подозревал, что она относилась к старейшим великим домам, но разница достигалась сочетаниями цветов, изображениями на гобеленах и магической подсветкой. Никакого фирменного безумия Знающих, скорее некий компромисс между местом для элитных вечеринок и старым музеем. Пока тут не начинали поедать прислугу – меня всё устраивало.

- Прибыла леди Сита из Дома Расколотого Неба.

- Тахир прислал вместо себя свою правую руку, казначея, – вполголоса прокомментировал Асфар. – Обычная практика для собраний в середине состязаний.

- На случай защиты от масштабной атаки, полагаю.

- Или для координации собственного нападения на конкурентов. Впрочем, это считается настолько низким ходом, что может навлечь немилость Князя на поколения вперёд. В основном, неявка – знак паранойи.

- Ну мы-то с тобой Князя расстраивать не по-любому собираемся, – пробормотал я. – К слову, давно хотел спросить, у вас что, нет фамилий или вторых имён?

- У тех, кто не испытал счастья родиться в семье одного из домов, они есть и сейчас, – равнодушно сказал Асфар. – Такой вот знак для простонародья. У аристократов используется только имя дома, пока мы остаёмся в пределах Риида.

- И как, часто выбираетесь за пределы?

- Иногда в Ланг, в Йхтилл – гораздо реже, возвращаются не все. А чтобы попасть на бал солнцестояния, семья должна обладать особыми привилегиями, и Высокому дому с этим повезло.

По итогу, повезло нам обоим. Осталось только не растерять эту удачу.

Нас не могли подслушать – если заклятье Асфара, модифицированное по советам Литы, сработало верно. Во дворце собраний, как ни странно, не было начерчено ни одного подлинного жёлтого знака – лишь аллюзии на него в зале, посвящённому Дому Жёлтого Венца. То ли владыка Йхтилла почему-то не хотел нервировать благородную публику Сумеречного Синклита, то ли попросту не был столь заинтересован в массовых собраниях, не имеющих отношения к театру или войне. С другой стороны, Гримёр сюда всё-таки заявился, и его поиски представляли из себя отнюдь не рядовую задачу.

В теории, у нас имелось огромное преимущество – та самая аномальная кисточка, жаждущая найти своего прежнего владельца. На практике, эта «жажда» сейчас никак не проявлялась, не указывала в нужную сторону, как поисковый амулет – тот, кстати, тоже не реагировал на прямой запрос. Зато Гримёр, отвечая своему имени, мог примерить огромное количество личин.

Гости, слуги, хозяева мероприятия – среди любой группы мог оказаться лучший в мире лжец с искусно слепленной маской. Двадцать шесть великих домов, от которых на Синклите ожидалось не менее семидесяти гостей, включая сопровождение господ и их эмиссаров. Десятка три представителей Элкарна – губернатор с семьёй, члены городского совета, старшие чиновники. Не менее двух сотен человек слуг и охраны, а скорее гораздо больше. В такой толпе Гримёр автоматически получал статус иголки в стоге сена, и чтобы эту «иголку» обнаружить, потребовались бы недели, а не мероприятие на шесть часов максимум.

К счастью, у нас на руках всё-таки имелась некоторая информация.

Так, например, было точно известно, что Гримёр никогда не выдавал себя за кого-то существующего. Если человек оставался жив и Асфар мог его узнать – его следовало вычеркнуть из списка подозреваемых. Далее, дипломат Князя ни разу не надевал личину кого-то высочайшего ранга, равно как и не прятался среди простых людей. Это позволяло исключить всех глав великих домов, губернатора и советников, а также большинство слуг. В сухом остатке – порядка тридцати подозреваемых, число всё ещё немалое, но вполне поддающееся осмыслению.

Тем более, что кроме информации мы подготовили пару козырей.

- У тебя есть преимущество – ты недавно с ним общался.

У нас с Асфаром оставалось минут пять, чтобы обсудить план – потом Сумеречный Синклит официально объявят открытым. Игнор со стороны господина Высокого дома будет воспринят, как вопиющая грубость.

- Общался, ага. Не считая того, что здесь лицо, голос и манеры у него будут совершенно иными.

- Не настолько, насколько может показаться. Не поймёшь на глаз – доверься наитию.

- Я уж лучше доверюсь старому доброму колдовству, – проворчал я. – Лита, радость моя, как там твой план-капкан?

- Медленно! – недовольно заявила полупрозрачная паучишка на правом плече, видимая только мне. – Уже двое суток на подготовку, но нужно ещё часа четыре для настройки.

- У тебя будет шесть. Если поторопишься – расцелую, как вернусь.

- Обещания, обещания, – вздохнула Лита. – Сделаю, что могу!

Заклятье, которое верховный маг Полуночи тщательно сплетала последние несколько дней подряд, было призвано отслеживать эманации Йхтилла, используя меня в качестве проводника энергии. Будь Лита рядом со мной в своём обычном виде, у неё ушло бы не более пары часов. Но в данном случае требовалось не только преодолеть расстояние сквозь миры, но и замаскировать всплеск силы, чтобы не вызвать подозрений у присутствующих. Именно поэтому его не мог сотворить Асфар – к нему будет приковано слишком пристальное внимание. А хозяин Полуночи – фигура достаточно таинственная и неоднозначная, чтобы списать некоторые странности.

- Наш выход. – коротко сказал Асфар.

Ну, ни пуха, ни пера, и заодно к чёрту. Или, как сказали бы на Рииде, «пропади в песках». Весёлое здесь всё-таки место. Местами ощущается совсем как на родине.

Церемония открытия Сумеречного Синклита началась с речи губернатора Элкарна. Тот заверил, что невыразимо счастлив и горд принимать в своём скромном городе благороднейших из гостей, которые прибыли, дабы почтить дух легендарных состязаний. Затем следовало формальное знакомство, переходящее в торжественное шествие хозяев мероприятия и почётных гостей.

Все вели себя так, словно ничего не произошло – даже представители Дома Жёлтого Венца и Дома Долгих Сумерек, которые знали правду. Ридван, кстати, не явился, а посланный им советник старательно не смотрел в нашу с Асфаром сторону. Обмен любезностями, праздничные церемонии, музыка и танцы – всё проходило, будто последние времена этого мира вовсе не стояли за порогом. Либо те, кто получил информацию о настоящем положении вещей, держали язык за зубами, либо все дружно делали исключительно хорошую мину при плохой игре.

Наконец, спустя изнурительный час всевозможных торжеств, наступила передышка – и наш с Асфаром шанс воплотить задуманное. Мы разошлись, кисточка в футляре осталась у него, я же вооружился Литой на плече и тем самым «наитием». Если удастся обнаружить Гримёра раньше моего друга, то главное – не спугнуть, не подать виду, и подозвать Асфара условным знаком. В идеале, вручить кисточку следовало подальше от основной толпы, но тут уж как повезёт. Гарра рассчитала, что возвращение аномалии не вызовет больших спецэффектов, а обмен воспоминаниями продлится не дольше пары секунд. Но человек предполагает, а бог располагает – и лучше не уточнять, какой именно бог.

- Лорд Виктор фон Харген? Вы проделали долгий путь, юноша, и для чего? Поддержать тех, кто заведомо обречён на поражение?

Стоящий передо мной старик сокрушённо покачал головой. Выглядел он так, словно ему самое место в городском парке, играть с друзьями в шахматы – если бы не изысканный наряд, украшенный бриллиантами. В равной степени ему могло быть от семидесяти с небольшим до двухсот лет.

- Простите, уважаемый, – вежливо сказал я. – Не расслышал вашего имени.

- Убар меня зовут. Убар из Бесконечного дома, старший по оружию. Я знал двух ваших предшественников, юноша, и скажу, как есть – скверные были люди, прогнившие до костей.

- Полночь прошла через трудные времена, – не стал отрицать я. – Надеюсь, мне удастся положить им конец.

- В таком случае, вы выбрали неподходящее место. Риид прекрасно справится самостоятельно, благодарим покорно, как справлялся и до этого! Разве что вы перестанете нянчиться с Высоким домом и присоединитесь к тем, у кого есть настоящий шанс на победу.

Тон старика вдруг изменился, из сварливого и рассеянного сменившись на деловой. Он опёрся на трость и внимательно смотрел на меня, ожидая ответа.

- Чтобы затем вы рассказывали, как встречались с тремя хозяевами Полуночи, и все оказались подлецами? – усмехнулся я. – Нет уж, позвольте мне самому оценивать шансы и остаться верным своим союзникам.

Убар из Бесконечного дома одобрительно хохотнул, похлопав меня по плечу. Точнее, по предплечью – куда дотянулся, с трудом поднимая руку.

Асфар упоминал, что старший по оружию Бесконечного дома был фигурой сравнительно известной, но никогда раньше не появлялся на публике. Ходили слухи, что пару лет назад он и вовсе скончался, хотя его семья никак это не комментировала. Подходящая цель для перевоплощения Гримёра, особенно если тот был в сговоре с крупнейшим из великих домов. Но несмотря на слегка панибратскую манеру общения Убара, у меня не было уверенности, что он не тот, за кого себя выдаёт.

- Какая честь, лорд Виктор, какая невероятная честь!

- Встреча, о которой будут петь менестрели!

На резком контрасте со старым оружейником, леди Хания и леди Хисса из Дома Семикратного Узора чуть ли не задыхались от восторга познакомиться со столь значимой особой. Семикратный Узор считался одним из древнейших великих домов, но никогда не отличался большими амбициями, предпочитая стабильную торговлю, а в бойне в последний раз побеждал двести лет назад.

Если Асфар помнил правильно – они были единственными, кому удалось попросту выкупить дар Князя у конкурентов.

- Расскажите о своём замке, лорд Виктор!

- Расскажите о своих подвигах! Просим, просим!

Я уже жалел, что подошёл к этим юным золотоволосым красоткам, что заметно скучали в стороне от основной толпы гостей. Их представили, как дочерей госпожи дома, которая, разумеется, сама на Синклит не явилась. Хотя о них почти никто не знал, сложно было представить, что Гримёр принял обличье одной из девушек незаметно для другой, или же вступил с той в сговор. Для это бы потребовалось гораздо больше, чем лучшая йхтилльская дипломатия.

- Не хотите прогуляться с нами, лорд Виктор? – игриво спросила Хисса, стреляя глазками в сторону лестницы, ведущей наверх.

- Здесь тоска смертная, а там мы сможем поговорить по душам… – поддержала её сестра.

Незаметная и неслышимая для них Лита громко фыркнула на моём плече, и я едва сдержался от смеха. Пришлось отказаться в самом учтивом ключе и откланяться.

- Подумай как следует, фон Харген, второго такого предложения не будет!

Нависающий надо мной смуглый здоровяк выразительно сложил руки на груди и поднял бровь. Его звали Тураб, но за именем также следовала длиннейшая фамилия, которой я не запомнил. Лидер группы наёмников, достаточно элитной, чтобы оказаться на Сумеречном Синклите, но в остальном слишком новой и малоизвестной. Тураб надеялся найти здесь нанимателей, вместо этого обнаружив, что в его услугах никто не нуждается – институт репутации в Рииде безжалостно отсеивал нонеймов. Особенно во время бойни, все предпочитали держаться проверенных имён.

В итоге, наняться решили ко мне – для начала, в телохранители, а затем на службу в Полуночи. Можно подумать, я снова сидел на троне родного замка и лично принимал гостей, разбираясь с до боли знакомыми предложениями.

- Нет.

- Ну как «нет»-то?! Ты тут один, посчитай, без охраны, вдруг кому что в голову взбредёт? А мои ребята опытные, и без оружия кого угодно скрутим.

- Думаю, этого не потребуется.

- Нет, ты подумай ещё раз…

- Скрути меня, – предложил я со вздохом. – Хоть руку заломишь – найму на месте.

К чести Тураба, ему хватило смелости принять вызов, да и техника у него была отличная. Но с тем же успехом он мог попробовать скрутить одну из каменных колонн, так что пару минут спустя наёмнику пришлось сдаться. Он отступил с самой вежливой руганью, которую я когда-либо слышал. Вот и третий мой отказ за сегодня.

Либо наитие не работало, либо Гримёр всё же выбрал другое обличье. Кто там следующий по списку…

Спустя час начались танцы – и сегодня у меня не было Анны, чтобы её пригласить. Пришлось танцевать со случайными леди, в основном из сестёр чиновников, а также дочерью губернатора. Никто из них не вызывал больших подозрений, да и времени на разговоры не было – всё внимание уходило на освоение незнакомых па. Удачно, что танцы Риида мало отличались от земных, у людей всё-таки одинаковое строение тела во всех местах великой паутины. Но к цели это меня никак не приблизило.

Я бросил быстрый взгляд на Асфара и получил в ответ лёгкое покачивание головы – его поиски тоже не увенчались успехом.

Ещё час, ещё несколько бессмысленных разговоров, состоящих из попыток подкупа, лести и завуалированных угроз. Подходило время большого ужина, а Лита всё ещё не закончила заклятье – сильно мешали защитные чары вокруг дворца. Я откланялся, чтобы «подышать свежим воздухом» и удалился на балкон второго этажа. Возможно, минут пятнадцать снаружи помогут улучшить для паучишки «приём»?

- Вам не следовало сюда приходить, лорд Виктор.

Тень отделилась от колонны рядом с выходом на балкон, превратившись в человека с тёмными волосами и скучающими глазами. Удивительно, как я его проглядел – теряю хватку. Он выглядел настолько неприметно, что мог принадлежать как к делегации любого дома, так и свите градоправителей. Вслед за ним выступили так же бесшумно выступили ещё двое.

- Если бы вы знали, сколько раз я это слышал на Рииде, – усмехнулся я. – И не от кого-то, а от союзников.

Моя прямота не произвела на них впечатления.

- У вас находится кое-что, что вам не принадлежит, – продолжал темноволосый. – Отдайте это добровольно, и Дом Жёлтого Венца на время забудет обиды. Вы получите шанс покинуть Риид до того, как начнётся настоящая бойня.

- Страшно, – понимающе кивнул я. – Очень страшно. Только вот даже если бы я понимал, о чём идёт речь, при мне никаких артефактов нет. Кроме Райнигуна, но он со мной всегда, и вы не захотите знакомиться с ним поближе.

А ещё ключ от всех дверей и Оковы Судьбы – всё вызывается по мановению руки. Но сторонних магических вещей я и правда не захватил, в том числе переносных карманов. Правила Синклита прямо запрещали проносить оружие и артефакты, а привлекать внимание не стоило. Асфару и так пришлось как следует маскировать футляр с аномалией…

- Ложь, – вдруг прошипела одна из людей-теней за спиной своего лидера. – Он лжёт, Хади! Оно при нём!

В следующие две секунды произошло сразу несколько событий, ни одно из которых мне не понравилось. Во-первых, тот, кого назвали Хади, даже не подумал перепроверить слова своей подчинённой. Он молниеносно щёлкнул пальцами, и вокруг меня взметнулись струи жидкого чёрного пламени, смыкаясь в подобие раскалённой клетки. Я уже встречал подобное заклятье, но такой вариант вряд ли можно было сотворить сходу – скорее, эта троица заранее подготовила ловушку на балконе. Во-вторых, из моей груди словно резко откачали воздух – работа другого гада за спиной Хади. Отвратительное чувство, от которого в былые времена я бы сходу потерял сознание.

В-третьих, я вдруг обнаружил, что упираюсь в перила балкона и сквозь ткань кошеля на поясе мне в бедро впился какой-то прямоугольный предмет. Предмет, которого там быть не должно, но который я без труда мог опознать по форме. Подобное уже происходило раньше, пусть и с другим украденным мной артефактом, в совсем другое время.

Проклятый футляр с аномальной кисточкой незаметно переместился к тому, кто его обнаружил.

Глава четвёртая

У Сумеречного Синклита, как и любого уважающего себя собрания аристократии, существовал свод правил. Не слишком строгий – поскольку богатым и сильным закон во многом не писан – но хорошенько устоявшийся и уважаемый всеми участниками.

Разумеется, когда Синклит приходился на середину состязаний, за соблюдением правил следили более пристально. Асфару, Гарре и консультирующей их Лите пришлось как следует повозиться, прежде чем маскировочные чары на футляре сделали его незаметным для местной защиты. Вопиющее нарушение правил, кто спорит. Если же учесть, что содержимое футляра было нацелено на одного из сановников Йхтилла, а в перспективе – и на самого Князя, то нарушение перерастало в тяжкое преступление. Перерастало в теории, поскольку хроника Риида не знала случаев, когда кто-то посмел восстать против Князя и остаться в живых.

И всё-таки, прямое нападение на гостя с применением колдовства сложно было чем-то перебить. Заговор против Князя считался настолько невероятным, что о нём в правилах не писали, а вот разборки случались сравнительно регулярно. Оружие и артефакты оставляли на входе, но это оказывало незначительный эффект, когда большая часть гостей владела магией. Колдуны из Дома Жёлтого Венца только что подписали себе приговор… на огромный штраф и всеобщее осуждение.

Пока двое из них сдерживали меня заклятьями, третий сделал резкий выпад, заставив кошель сорваться с пояса и отправиться к нему в загребущие руки. Отпускать они меня после этого, разумеется, не планировали.

Богатым и сильным закон не писан. Если они не натыкаются на кого-то, кто сильнее них.

«Зверь в лунном свете» исказил человеческие черты, оскалился на моих врагов страшной волчьей пастью. Боль обожгла плечи, резко запахло палёной шерстью, но я давно привык не обращать внимания на подобные мелочи. Без воздуха я обойдусь ещё пару минут, а смогут ли они обойтись без своих голов?

Я прыгнул вперёд, сквозь прутья из чёрного пламени, что пытались сомкнуться в подобие стены.

Двое колдунов оказались достаточно быстрыми, чтобы отшатнуться, один замешкался буквально на долю секунды. По стечению обстоятельств – как раз тот гад, что лишил меня воздуха – возможно, его заклятье требовало большей концентрации. Я вбил его в колонну одним движением, тот издал что-то между сдавленным криком и громким хрустом, и затих.

Как же приятно снова вдохнуть полной грудью – даже если шкура воняла палёным.

- Кто следующий?! – прорычал я.

Проще всего было перебить парочку из Райнигуна, но они умудрились разгадать мои намерения. Правая рука вдруг отяжелела, покрываясь толстым слоем льда – от ладони до плеча. Технически, стрелять я мог и из левой, но отвлёкся на серию из слепящих разрядов молний, что одна за другой прицельно ударили мне в грудь. Надо признать, несмотря на потерю товарища, маги продолжали действовать слаженно и отступать не планировали. Ледяная корка почти достигла шеи, когда я нырнул в «Вуаль», сбивая прицел метателю молний, и вдруг оказался в каком-то шаге от криоманта. На его лице проступило удивлённое выражение, которое даже не успело перерасти в страх – заледеневшая конечность сработала не хуже полноценной дубины, отправив его в далёкий полёт в сторону балкона и через перила. Что-то подсказывало, что он не вернётся.

Остался последний – он всё ещё не потерял голову и, когда я обернулся, как раз закончил сложную серию лихорадочных пассов. Чёрное пламя, из которого состояла не сдержавшая меня клетка, теперь окутало его самого, смыкаясь в подобие доспеха. Оригинальная техника – таким даже Бертрам не мог похвастать. Пылающая фигура теперь достигала моих размеров в форме «Зверя», и тут же бросилась в рукопашную. Мало того, что новый «костюм» колдуна сходу наградил меня десятком новых ожогов, он ещё и удесятерил его силу! Пару секунд мы боролись почти на равных, пока мне не надоела эта «горячая картошка», и я не наградил его пинком в грудь. Отлетая, он ухитрился выбросить руки вперёд.

Талантливо колдует, гад, аж убивать жалко. Поток чёрного пламени отбросил меня в противоположную сторону, оглушил и частично ослепил. Райнигун наконец-то оказался у меня в разморозившейся руке, заполнив окружающее пространство грохотом выстрелов. Всё мимо, но хотя бы с противника сползло его пылающее обличье, а сам он вынужден был искать спасения за ближайшей колонной.

Нет уж, так просто ты от меня не уйдёшь.

Тем временем, возле лестницы начали собираться гости – то ли привлечённые шумом, то ли сообразившие, что переломанное тело прилетело вниз не откуда-то с неба. Большинство предпочли даже не подниматься, равно как и официальная стража Синклита – всё правильно, опасно напрямую встревать в поединок между гостями. Гораздо проще и надёжнее дождаться окончания, и там уже вознести почести, либо осудить выживших. Но толпа скопилась весьма плотная – и я краем глаза разглядел, как Асфар отчаянно прокладывает себе путь с дальнего конца.

Всё пошло наперекосяк. Не разглядел угрозы, прошляпил ловушку, позволил забрать грёбаный футляр с кисточкой. Конечно, никто не предположил, что аномалия может повести себя, как… аномалия! Дальше ещё хуже, поднял слишком много шума, и если не спугнул Гримёра с концами, то наверняка упустил шанс обнаружить его по-тихому. После боя начнутся расспросы, расследование, выявление виновных, на которое уйдёт всё оставшееся время собрания.

И всё-таки, для начала надо вернуть украденное. Нельзя рассчитывать, что футляр снова вернётся самостоятельно – скорее всего, это изначально произошло, чтобы сбить меня с толку.

«Вуаль», «Метаморф». Вперёд! Колонны, за которой скрывался враг, я достиг за три длинных прыжка – и всё равно опоздал на миг. Тот уже бросился бежать в другую сторону, стремясь добраться до лестницы. Полноценной невидимостью он не владел, но наколдовал себе нечто вроде марева, размывающего очертания. Две пули пролетели там, где должна была находиться его голова и плечо, третья скользнула в сторону от вспыхнувшего магического щита.

Я бы нашёл гада и внизу, с помощью амулета или даже без него. Создал бы себе тысячу новых проблем, а Асфару – порядка миллиона. Но вдруг с лестницы показалась знакомая фигура, и бросилась наперерез колдуну! Они оба покатились по полу, пока Тураб пытался доказать, что всё-таки способен кого-то скрутить, а его противник бешено вырывался. Возможно, если бы наёмник был в курсе, представителя какого дома он только что сбил с ног, то ситуация развивалась бы иначе – но кто же колдунам виноват, что они не носили опознавательных знаков?

Футляр вылетел из кошеля, заскользив по полу, пока не достиг ближайшей стены, ударился об неё, да там и остался. Совершенно невинный на вид предмет – словно ради его содержимого только что не пытались поубивать друг друга несколько сильных магов и хозяин Полуночи.

Я рванулся в её сторону – и едва успел затормозить, чтобы не врезаться в выскочивших на второй этаж сестёр из Дома Семикратного Узора.

- Лорд Виктор! Вы не пострадали?!

- Лорд Виктор! Что происходит?!

- С дороги, леди, дайте пройти! – прорычал я, и только сейчас сообразил, что что-то здесь не сходится.

Как они узнали меня под личиной «Зверя»? Я несколько раз видел себя со стороны оборотнем, и то иногда дёргался, замечая чуждое отражение.

- Лорд Виктор, нам страшно! – причитала Хания.

- Помогите, лорд Виктор! – вторила ей Хисса.

Они не трогали меня, и вроде даже не двигались особенно быстро – но каждый раз, когда я дёргался в сторону, меня встречали протянутые руки и заплаканные глаза. Чувство нереальности происходящего захлестнуло моё сознание, я отступил на шаг, пытаясь стряхнуть наваждение. Фигуры сестёр словно раздвоились, размножились, тянулись ко мне десятками конечностей и продолжали свой бесконечный плач. Что за…

- Вик! Вик, это он!

Лита слегка запоздала с предупреждением. Но, при этом, парадоксально, выдала его идеально вовремя.

Наивно было пытаться переиграть шулера в его любимой игре. Он просто опустил нас до своего уровня и там задавил опытом. Наитие не сработало, логика оказалась бессильна, а единый в двух лицах Гримёр покатывался со смеху, наблюдая за мной и Асфаром. Только вот кое-чего он не учёл – с какой целью мы вообще сюда явились.

Мозг сбросил оковы иллюзии, я оттолкнулся от каменных плит и взмыл в воздух, приземлившись у дальней стены с сиротливо валяющимся футляром. Изначальный план окончательно пошёл псу под хвост, придумать новый времени не оставалось. Через несколько секунд сюда ломанётся целая толпа, Гримёр решит, что хорошего понемножку и растворится без следа. Действовать надо сейчас, пока он ещё смеётся, не почуяв, что дело пахнет керосином.

- Леди! – рявкнул я, открывая футляр и разворачиваясь. – А ну, ловите!

Мир застыл, пока простая деревянная кисточка пролетела разделяющие нас метра три. Одна из множества девичьих рук выхватила её из воздуха, семь пар глаз воззрились на пойманное – сперва недоумённо, затем с узнаванием, быстро перерастающим в панический ужас.

- Нет… – прошептала леди Хисса.

- Нет! – завопила леди Хания. – Нет, нет, нет!! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?!

За последние десять минут меня слепили трижды, но эта вспышка оказалась самой сильной. Она затопила второй этаж, всё окружающее пространство, а затем и меня самого, снаружи и изнутри. Я провалился в свет, становясь его частью.

…Представление прошло блестяще – публика аплодировала стоя, люди бросали шапки в воздух, а монеты – на сцену. Труппа скромного бродячего театра собралась совсем недавно, но каждое новое выступление собирало всё больше публики. Каждый из актёров сиял на сцене, скрипач и флейтистка играли как боги, декорации, костюмы, спецэффекты – всё поражало воображение! А уж как лицедеи были загримированы – невозможно отличить от оживших персонажей фантастической пьесы.

Год спустя их слава гремела по всему континенту, они выступали не в посёлках, а в городах и цитаделях младших, срединных и даже великих домов. Антрепренёр всегда находил лучшие предложения, но наотрез отказывался увеличить состав труппы или влиться в более крупный коллектив. Они не просто зарабатывали, они совместно творили искусство, понимая друг друга с полуслова. Пьесы легендарных драматургов прошлого, современная классика и даже собственные произведения – каждая постановка вызывала овации. Подлинная театральная магия без толики колдовства, что особенно ценилось среди привередливой аристократической публики.

Почти никто не удивился, когда к антрепренёру поступило совершенно невероятное предложение – выступить на традиционном бале солнцестояния.

…Представление прошло блестяще – нет, оно прошло гениально. Это было лучшее их выступление, отточенное сотнями часов репетиций, и зал попросту бушевал! Актёры устали от поклонов, когда церемониймейстер в бледной маске позвал выйти на сцену всех, от антрепренёра до помощника костюмера. Последовала речь – изысканная, учтивая, исполненная глубочайшей благодарности. Князь в Жёлтом никогда ещё не видел такого зрелища. Подлинное искусство на его высочайшей точке!

Искусство, заслуживающее остаться в вечности на этом моменте.

Не все в труппе поняли, о чём говорит человек в бледной маске – даже когда оказались нанизаны на острые края изломанных линий, как бабочки – на булавки коллекционера. А церемониймейстер всё продолжал говорить – вдохновлённо и ласково. О том, что теперь их великий дар больше не будет запятнан вниманием плебса, что их души вольются в сонм Йхтилла и проведут вечность в объятиях Князя.

Кто-то пытался бежать, кто-то молил о пощаде. Но уцелел один лишь гримёр, решивший немного расслабиться после напряжённой работы. Его никто не предупредил, что не стоит просто так пить вино со столов в зале. Одного бокала хватило, чтобы свалить его с ног, но не убить – и заставить в ужасе наблюдать за тем, что творилось на сцене.

Сырая сила из недр Демхе расползалась по его жилам, словно кипящий свинец.

Бал. Риид. Ланг. Снова бал – под другим лицом. Никто не мог его узнать в гриме, даже тот, кто сожрал его названную семью.

Риид, Ланг, внешние узлы – новые учителя, новые артефакты. Бал – на котором он впервые отведал плоть другого чернокнижника. Стал сильнее, гораздо сильнее.

Пять лет, десять, три раза по десять. Он был никем и был всем – существом с тысячью лиц. На балу Князь был так близко, ближе, чем где-либо, но всё равно вне пределов досягаемости. Чтобы убить его и свершить месть, следовало отправиться дальше.

Йхтилл. Мир, поглощённый туманом, вечно спящий под чёрными звёздами. Тот, кто когда-то был гримёром, но ещё не стал Гримёром, прошёл сквозь него не задерживаясь, как горячий нож сквозь масло. Его ждал дворец Князя, больше напоминающий вывернутый наизнанку дурной сон, испытание даже для тех, кто уже был безумен.

Он беспомощно застыл напротив пустого трона.

А дальше – лишь бесконечный слепящий свет.

- Он очнул-ся.

Я хотел сказать Адель, что она неправа – если бы я очнулся, то уже издавал бы членораздельные звуки, а не глухой стон. Открыл бы глаза, поднялся, ну и занялся бы другими делами очнувшегося человека. В подтверждение своих мыслей я всё-таки попытался что-то сказать, вместо этого глухо застонав. Давненько меня так не переезжало – и дело было вовсе не в противостоянии колдунам Дома Жёлтого Венца. Ментальный, мать его, урон.

Другие два голоса беседовали в некотором отдалении – но слышал я их весьма чётко.

- Мы ошиблись. Я ошиблась.

- Не ошибается тот, кто ничего не делает.

- Ты не понимаешь, брат мой. Если бы память Гримёра обрушилась на тебя, как мы и планировали, ты бы не очнулся.

Даже не открывая глаз, я понял, что Асфар вяло пожимает плечами.

- Значит, так тому и быть. Равно как и одновременной атаке двух великих домов на наше скромное жилище.

Вот теперь, наконец, меня аж подбросило на кровати. Голова отозвалась раздражённым гулом.

- Какой ещё, нахрен, атаке?!

- С возвращением, Вик, – кивнул мне Асфар, будто я прилёг вздремнуть на минуту. – Самой обычной. Вероятнее всего – с применением не менее трети воинов от Жёлтого Венца и Бесконечного дома. Каждый из них по одиночке не представляет большой проблемы, в группе они немного опаснее, в толпе – почти непобедим.

- Мы что, – прохрипел я. – Уже должны отбивать штурм?

- Нет, но весьма скоро придётся. Поразительно, как эти двое сплотились перед общим врагом, смертельно оскорбившим владыку Йхтилла.

Я потёр лоб и оглянулся. Не Сумеречный Синклит и даже не Элкарн – выделенная мне спальня в Высоком доме. Судя по остаткам света из окна – почти вечер, следовательно, я провалялся либо чуть менее суток, либо гораздо дольше. Вся компания заговорщиков в сборе, включая Адель, которая ласково гладила меня по волосам. Приятно, даже от тяжёлой руки девушки-автоматона.

- Видел что-то полезное? – коротко спросил Асфар, когда я нехотя сел на кровати.

- Пожалуй. Хотя ещё предстоит выяснить, насколько полезное.

- Значит, не видел, иначе бы уже сказал. Местонахождение и природа приза, помнишь?

Я ещё раз прокрутил все картины, отпечатавшиеся в мозгу после долгой вспышки. Нет, никакого приза или дара, просто история, как человек под гнётом обстоятельств превращается в чудовище – и та неоконченная. Хаос, зло, безумие и предсмертные крики, оборванные на высокой ноте. Что-то в ней меня смущало, что-то, помимо общей безысходности. Но это «что-то» не имело отношения к исполнителю желаний. Либо Гримёр о нём не знал, либо наши изначальные предпосылки вновь оказались неверны.

Чтож, в какой-то степени план сработал. Почти всё произошло, как и предсказывала Гарра. Только заняло это не пару секунд, а чуть-чуть подольше, я провалялся без сознания, а Гримёр, по словам Асфара, долго орал, пока не расплылся в мутную жижу. Мало кто сообразил, что произошло, и только потому моему другу удалось бежать, захватив с собой мою вырубившуюся тушку.

Увы, сообразили сразу после этого.

Могучий удар сотряс барьер Высокого дома, к которому я всё ещё был подключён на правах союзника. Только-только успокоившаяся голова вновь протестующе загудела.

- А вот и гости, – меланхолично заметил Асфар, поднимаясь на ноги. – Жаль, не званые. Вик, не хотел бы прерывать твоё окончательное восстановление, но…

- Я в порядке, – мрачно сказал я. – В полнейшем порядке. Просто убью их всех и вернусь досыпать.

- Не торопись, оставь и мне немного.

Спустя минуту мы уже шагали вдвоём по коридору во всеоружии – пока барьер продолжал выдерживать новые удары.

- Поверить не могу, – печально улыбнулся Асфар. – Что мы могли и вовсе не узнать друг о друге. Если бы тогда, на балу, Гарра не указала мне на тебя и не предложила заговорить. Дать совет.

- Когда? – рассеянно спросил я, погружённый в мысли о грядущем бое.

- В нашу первую встречу. Год назад, чуть больше? Ты тогда смотрелся как потерявшийся кот, а не надёжный союзник, но кто я такой, чтобы перечить своей драгоценной сестре?

Смысл сказанного наконец добрался до усталого мозга. Добрался – и заставил меня застыть на месте, хотя времени оставалось и так слишком мало.

- Асфар, – сказал я, едва выталкивая слова из вновь охрипшего горла. – Асфар, о чём ты? На том балу ты был за столом совершенно один.