Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13

Глава первая

Вечные замки отличались друг от друга гораздо меньше, чем могло показаться.

Когда-то невообразимо давно – два года назад – сомнолог и иллюзионист Геннадий Белый предположил, что в моих странных снах я посещал не Полночь, а Сумрак. И его можно было понять – по готической эстетике и общему настроению эти два замка здорово пересекались. Но даже в пылающем Полудне, даже в забытых руинах Зари и Рассвета, чувствовалось необъяснимое родство, связывающее замки. А ведь на тот момент я ещё не успел лично познакомиться с Мастером, не видел своими глазами его акт сотворения, не знал об изначальном замысле и противостоянии с Пожирателем. Возможно, это просто эмоции Полуночи пропитывали меня, вне зависимости от моих желаний. А она любила своих братьев и сестёр – настолько сильно, насколько вообще к вечным замкам было применимо слово «любовь».

Как итог – сегодня я стоял посреди замка, который посещал впервые в жизни, но меня переполняла кипящая ледяная ярость лишь от одного лишь звучания голоса Альхирета. Словно он не разглагольствовал в тронном зале Сумрака, а вновь осмелился показать свою рожу в Полуночи.

Словно он снова попытался вторгнуться в мой дом.

Альхирет не изменился – вернее сказать, не изменился его человеческий облик. Всё такой же высокий смуглый красавец с насмешливой полуулыбкой, разодетый в лазурь и золото, напоминающий то ли верховного жреца забытого бога, то ли фараона в изгнании. Учитывая то, что удалось выяснить о его прошлом и настоящем, обе этих ассоциации оказались недалеки от истины. Не вполне жрец и не совсем фараон, некто более страшный, коварный и могущественный, чем можно себе представить. Сделавший всё, чтобы пробудить зло ещё более чудовищное, чем он сам.

Мне, увы, не повезло оказаться в центре его схем, мерзких интриг и самосбывающихся пророчеств. И можно сколько угодно твердить, что Пожиратель бы начал пробуждаться и без моей помощи, но легче от этого не становилось, а гнев к Альхирету возрастал до предела.

Мелинда тоже чувствовала этот гнев, хотя её лицо не выражало ничего, кроме холодного сосредоточения. Хозяйка Полудня не обладала силами оборотня, но у неё более чем хватало возможностей для уничтожения врага любого масштаба. Это знал я и наверняка знал Альхирет. Знал, какой эффект неизбежно окажет его появление, знал, что с ним вряд ли будут вести долгий разговор. Знал, как и положено Знающему – и тем не менее, продолжал говорить с отточенной издёвкой.

- Насчёт аудиенции я, конечно, погорячился. Сумрак не принимает гостей, а это несчастное дитя за полгода правления едва успело очистить пару ключевых комнат. Поистине, моё появление спасло её от бесчисленных бед.

Пенелопа фон Дэммерхайн всё так же с ужасом взирала в пустоту. Если Альхирет не солгал насчёт фамилии, она была не просто хозяйкой, а прямо-таки из «законной» линии правителей Сумрака. Внешне эта хрупкая девушка почти ничем не напоминала своего далёкого предка, Элдрика фон Дэммерхайна, пожилого дядьку с непримечательной внешностью. Но не стоило забывать, что из всех хозяев один лишь Вальтер проклял потомков со столь тщательной спецификой, да и то, только мальчиков. В любом случае, статус явно не помог Пенелопе избежать «спасения» со стороны Альхирета. Как не помог в своё время и мне – изгнать это чудовище из Полуночи удалось лишь с помощью драконьего пламени.

- «Спасло»? – прорычал я, не собираясь сбрасывать шкуру «Зверя». – Дай угадаю, ты явился сюда без приглашения, втянул хозяйку в одно из своих грёбаных пари и воспользовался её неведением?!

- Громкие слова, лорд Виктор! Громкие и несправедливые. Хотя, должен признать, пари действительно имело место, но на исключительно щедрых условиях. Как видите, Сумраку даже не в чем меня упрекнуть – его истинная хозяйка цела, практически невредима и сидит на троне. А ведь мне ничего бы не стоило воспользоваться положением и сотворить вместо неё удобного двойника!

- О вашем великодушии слагают легенды, – сказала Мелинда тоном, которым можно было бы заморозить небольшое море. – А вот у меня его в последнее время не хватает. Я даю вам минуту на то, чтобы развеять чары над этой девочкой. После чего с удовольствием украшу сей мрачный зал вашими внутренностями – вне зависимости от того, согласитесь вы или нет.

Улыбка Альхирета стала самую чуточку шире.

- Полноте, леди Мелинда, вам как никому другому известно, что Знающие устроены слегка иначе, чем люди. Вы не захотите вскрывать мне живот, чтобы в этом убедиться. Но раз уж в дело пошли угрозы, я сделаю вид, что воспринял их всерьёз.

Он небрежно махнул рукой, и девушка на троне резко обмякла, закатила глаза и завалилась лицом вперёд, рискуя поближе познакомиться с холодными плитами пола. Мелинда подалась вперёд и подхватила её одной рукой, всё ещё готовая в любую секунду рвануть рапиру из ножен, но Альхирет не делал никаких резких движений. Не воспользовался моментом, не попытался напасть. И это парадоксальным образом делало ситуацию куда как более опасной. Этот урод явно не боялся, не поддался на угрозы и был целиком уверен в собственных силах, выступая против хозяев Полуночи и Полудня одновременно.

И он определённо никуда не торопился.

- Вы отлично поработали со времён нашей последней встречи, лорд Виктор, – Альхирет подарил мне одобрительный взгляд. – Я и сам бы лучше не спланировал. Забраться в самые недра Йхтилла и устранить Князя столь специфическим, но эффективным образом – мало бы кто смог до этого додуматься. Благодаря вам ныне у моего господина стало на одного настоящего врага меньше.

- Я бы не стал на это рассчитывать.

- Хотите убедить меня, что тот юнец, которого вы усадили на трон посреди руин способен на свершения? Вы хоть сами в это верите?

Надо же. Похоже, Альхирет на самом деле ничего не знал об Асфаре, его личности, силе воли, идеях, жертве и новых возможностях. С точки зрения Знающего вся операция была спланирована Полуночью и срежиссирована мной лично. Что было вполне логично с позиции обычного мышления Альхирета, но не его провидческих сил. Конечно, есть вариант, что это обычные ментальные игры, но слегка нехарактерные для его фирменного высокомерия.

Как бы проверить, в чём тут дело?

- Мы чему-то здесь помешали? – резко ответил я вопросом на вопрос. – Новому проекту по уничтожению вечного замка?

- Лорд Виктор! – с искренним возмущением вскинулся Альхирет. – За кого вы меня принимаете, за Наблюдателя? Да будет вам известно, что за всю свою немалую жизнь я не только ни разу не пытался разрушить любой из вечных замков, но даже не убил ни одного хозяина. Вот обратные попытки были, в том числе с вашей стороны…

- ТЫ НАПАЛ ПЕРВЫМ!! – прорычал я, не сдерживаясь.

- Не спорю, вышло некрасиво, но какой смысл искать виновных? Да будет вам известно, что я всего лишь хотел облагородить сию обитель уныния. Превратить ничем не примечательный и поросший мхом замок в храм для моего господина. И не ту жалкую пародию, что устроил недоумок Конрад даже при наличии Резчика, а истинный символ величия и прогресса! Нечто, проводящее настоящую силу для настоящего дела.

- В таком случае, мы успели вовремя. – сказала Мелинда.

- Напротив, вы заявились на месяц раньше, чем должны были. И лишь из чувства гостеприимства я не высказал вам всё, что думаю по этому поводу.

Его улыбка стала хищной, в голосе промелькнула неподдельная злость. Второй знак. Игра на публику? Может ли Альхирет быть настолько уверенным в своих силах, настолько гордиться выстроенной ловушкой, чтобы снизить уровень вечных недоговорок?

- На месяц? – спросил я, ничуть не преувеличив удивление в голосе. – Как же так, уважаемый? А как же предопределённость? Пророчества, выжженные на ткани мироздания? Неужели всё это было огромной кучей вонючего фуфла?

- Хорошая попытка, лорд Виктор! И я даже отдам вам должное – пробуждение султана султанов в самом деле оказывает нестабильный эффект на великую паутину. Видения становятся менее чёткими, даты и числа смещаются, но это не оказывает влияния на глобальную картину. Финал всё ближе, грандиозный, невообразимый, неотвратимый!

Кажется, я смог угодить в больное место – и тем самым несколько ускорил события. Фонари на стенах, и без того не слишком яркие, начали тускнеть, начиная от дальних краёв тронного зала. Тьма скопилась по углам, пряталась за колоннами, выжидала на потолочных балках. Тьма, столь же напоминающая обычную темноту, сколько сам Альхирет напоминал человека. Сумрак, как и Полночь, был мрачным замком, но затаившийся мрак явно подчинялся не его потерявшей сознание хозяйке.

Голос Альхирета поднялся, набирая энергию и силу, словно он в самом деле завладел этим местом, на которое строил большие планы.

- Пророчества должны служить цели! Главной цели, величайшей цели, и когда она будет достигнута, кто останется, дабы взглянуть на порванные струны судьбы? Все мы приносим в жертву что-то, дорогое сердцу, и эта жертва того стоила! К тому же…

Лукавая улыбка на миг вернулась на его красивое лицо.

- К тому же, вы всё равно здесь появились, не так ли? Сиятельный лорд Виктор, незабвенная леди Мелинда! Вы пришли сами, пусть и гораздо раньше срока, но одни, без подмоги. А это значит, что мои предсказания всё ещё не столь плохи.

- Были бы неплохи, – спокойно поправил я, – если бы ты хоть на этот раз учёл драконов.

Ава и Ян влетели в зал, разбив витражные окна, и атаковали с двух сторон, без прямо отданного приказа, но идеально поймав момент. Два ревущих потока пламени разорвали в клочья угрожающий мрак, высветив то, что скрывалось под его покровом. Засада почти удалась – если бы Знающий в самом деле предусмотрел все варианты. Дважды наступить на одни и те же грабли – это надо уметь…

Хотя, возможно, наш триумф тоже оказался преждевременным.

Альхирет остался на месте – там, где и стоял несколько секунд назад, и его улыбка даже не думала исчезать. С двух сторон его прикрывали полупрозрачные стены Покрова, выросшие из ниоткуда за долю секунды. Огонь двух молодых драконов впитался в эти силовые поля, заставил слегка побледнеть, но не уничтожил. Да, теперь через ослабленный Покров можно было телепортироваться – если вспомнить защиту башни Вечности. Только вот наш враг остался невредим.

- О, с этими тварями я поквитаюсь с особым удовольствием, – расхохотался он. – Сколько у них осталось зарядов, два? Никак не больше, совсем никак. А когда они кончатся, я лично оторву им головы!

- КО МНЕ! – крикнул я слегка растерявшимся драконятам, и те добрались до меня в несколько больших прыжков.

Тьма рванулась вперёд, обрушилась на нас, жадно поглощая последние ещё горящие фонари. Во многом это напоминало бой с Конрадом на Земле, в заброшенном подземном зале посреди лабиринта тоннелей, где он пытался породить аватара Шар’Гота, чтобы выпустить на наш ничего не подозревающий город.

Первые ряды состояли из стражей Сумрака, пустых доспехов, замеченных мной и в загрязнённых участках Полудня. Они прикрывали собой невероятную, адскую мешанину нечисти, собранную воедино безумной волей Альхирета. Выродки, которыми с радостью пользовались все слуги Пожирателя: богомолы с человеческими головами, люди с глазами мух и паучьими жвалами, гигантские сколопендры с оголёнными рёбрами вместо ног. Вперемешку с ними шли те, кому было не суждено стать аватарами чудовищного бога, но изменения зашли слишком далеко. Огромные рты с торчащими зубами и свисающей слюной, заменившие собой ладони, головы, животы. У стен возвышались отродья, тянущиеся до потолка и свисающие с него, заполняющие изуродованными тушами всё свободное пространство.

И мы находились в самом центре внимания.

Мелинда что-то прошипела сквозь зубы – то ли ругательство, то ли заклятие, бесцеремонно сбрасывая всё ещё бессознательную Пенелопу фон Дэммерхайн на пол. Штернклин прочертил вокруг девушки идеальный круг, контур которого тут же вспыхнул белым, образуя новый защитный барьер. Вряд ли уровня Покрова, но и пёрли на нас не драконы, пламенем явно не дышали. Я не стал высказывать опасения, что спасённая нами хозяйка Сумрака могла оказаться подкидышем, копией, сотворённым Альхиретом двойником – Мелинда наверняка подумала об этом задолго до меня. Но в текущих обстоятельствах оставалось полагаться лишь на чутьё – и оно говорило, что девушка реальна, просто повезло ей куда меньше нашего.

Грохот Райнигуна перекрыл свист Штернклина, а вот результат оказался примерно одинаковым. Сияющая рапира Полудня кромсала латы пустых стражей с одной стороны, будто те были сделаны из бумаги, а выродков, лишь изредка защищённых хитиновыми панцирями, разрывала в клочья! Чистое серебро револьвера Полуночи косило ряды нападающих с другой стороны, по шесть пуль за раз с перерывом на остановку времени во время каждой перезарядки. Время не застывало лишь для меня, Мелинды и Альхирета, безмятежно взирающего на бойню из-за своего непроницаемого укрытия. Казалось, что он вовсе не собирается принимать участия в схватке – но только до того момента, пока Ян и Ава не начали всерьёз присматриваться к нему для второй попытки.

Посох-уас, взявшийся в руке колдуна из ниоткуда, единожды ударил в пол – и заставил каменные плиты расколоться по всей длине радиуса тронного зала. Из разлома вырвалась золотая волна, обжигающая словно лава и поднимающаяся выше наших голов! Не пострадали только те плиты, на которых лежала укрытая защитой Полудня Пенелопа, а мы с Мелиндой оказались разделены, раскиданы по двум половинам зала, каждый с одним юным красным драконом, каждый посреди орды тварей из самой преисподней.

Ситуация всё ещё складывалась не в пользу тварей – поскольку в ближнем бою я убивал их лишь немногим медленней, чем Мелинда, да и драконята сражались как бешеные. Но Альхирет продолжал свободно творить своё злое колдовство, и не планировал останавливаться на полпути. Из вздыбленных расплавленных стен вырвались десятки, сотни золотых нитей, ринувшихся в нашу сторону! На своём пути они прошивали монстров насквозь, тем самым слегка облегчая нам задачу, но создавая гораздо больше проблем взамен, пытаясь спеленать нас по рукам и ногам. Мелинда появлялась и исчезала во вспышках света, избегая плена, а у меня в кармане налился ледяной тяжестью серебряный оберег, подаренный Мерлином. Драконята разрывали нити когтями и зубами, но тех становилось всё больше с каждой секундой – и я знал, что финальная форма этой магии ловит своих жертв надёжней любых оков.

- Ещё раз, – шепнул я Аве одними губами – но так, чтобы она увидела. – Давайте!

Ян последовал за сестрой с задержкой в долю секунды – дети Эргалис потрясающе наловчились читать намерения друг друга. На этот раз извержения пламени ударили сверху вниз и по самому полу, превращая в прах всех тварей, что не успели убраться с дороги, заставляя древние каменные плиты оплавиться как пластилин. Но Альхирет стоял, раскинув руки, глаза залиты золотом. Он смеялся, поскольку был уверен в своей победе. Своём расчёте, своей неуязвимости.

Два красных дракона, не сговариваясь и не ожидая команды, вырвались из тронного зала через разбитые ими же окна, ускользнув от хватки новых колдовских нитей. Теперь у заклятья остались только две цели.

- Вы не знали, лорд Виктор, леди Мелинда? Координаты Сумрака скоро изменятся.

Торжество. Неприкрытое, алчное, утробное торжество. Ни я, ни Мелинда ещё не сдались, но в последнюю минуту наши трепыхания напоминали ос, попавших в паутину матёрого паука. Он всё ещё не рисковал подойти ближе, но знал, что уже победил.

- Вас не найдут, не найдут ещё очень долго, даже если организуют поиски в ближайшие часы. Даже если ваши трусливые питомцы, что бросили вас на произвол судьбы, смогут добраться до Полуночи в срок. Сомневаюсь, впрочем. Драконы лишь имитируют храбрость, но в душе они жалкие, пресмыкающиеся твари.

- Это и был твой великий план?! – рыкнул я, одним движением разрывая половину золотого кокона и заставив новые нити устремиться на замену старым. – Убить нас таким незатейливым образом?

- Убить? Вы невнимательны, или пытаетесь таким казаться, лорд Виктор. Я уже говорил – я не убил ни одного хозяина, и вы не станете исключением. Вы втроём останетесь здесь, в глубине Сумрака, видеть сладкие сны о неминуемом триумфе моего господина. И наконец-то поможете его приблизить, как и должны были всегда.

- Ты говоришь о триумфе, как если бы это в самом деле было нечто грандиозное, – презрительно сказал я. – Но мы все знаем, что это ничто иное, как тупое пожирание.

- Такова цена прогресса. – веско сказал Альхирет.

- Прогресса?! – теперь уже смеялся я, несмотря на то, что золотые чары болезненно стискивали грудь. – Да ты просто не можешь возразить, поскольку слишком привык прислуживать тому, кто сильнее! Все твои великие планы, пророчества, вся страшная сила – всё это идёт на алтарь безмозглому сорняку, что раз за разом пытается слопать великую паутину! Даже в Кальдариме ты был не царём, а визирем, но сейчас и того ниже – жалкий лакей! Вечный слуга, который никогда не осмелится стать господином.

С каждым моим словом улыбка Альхирета становилась всё шире, всё неестественней, пока наконец не разорвала лицо пополам. Чёрный провал, заменил ему рот, растянутый до предела то ли в крике, то ли в хохоте, из вытянувшегося черепа вместо волос поползли отростки-щупальца, а золотые глаза занимали почти половину лица. Истинная форма Знающего, либо же одна из истинных форм, разницы никакой. Он сам довёл себя до предела колдовством, способным спеленать двух хозяев одновременно. Ослабил бдительность, хотя всё ещё не убрал щиты Покрова.

А ещё его явно задела моя скромная речь.

- О тебе… никто не вспомнит, – пробулькал Альхирет, направляя новые золотые нити движениями уаса. – Ни о тебе… ни о твоём ничтожном замке. Ни об одном… из замков. Однажды червь… всегда червь. Прощайте… леди Мелинда. Прощай… лорд Виктор.

- До скорой встречи, урод, – прохрипел я. – Сюрприз.

Во вселенной, содрогающейся от пробуждения Шар’Гота, пророчества перестали работать. Альхирет всегда полагался на них, выстраивая свои долгоиграющие планы, но это значило, что однажды планы дадут сбой. Мы не просто явились в Сумрак на месяц раньше, чем ему хотелось. Мы не просто захватили с собой двух молодых красных драконов, которые не просто сбежали, поджав хвосты от страха.

Потому что три других взрослых дракона открыли нам дорогу и ждали совсем неподалёку.

Словно солнце упало на землю, затопив всё выжигающим глаза сиянием – извержение пламени пяти драконов слилось воедино, уничтожая пол, стены, камень и плоть, воздух и пространство, любые защитные заклятия! Покров продержался какой-то миг, прежде чем исчезнуть под этим бушующим натиском, превратившим весь мир в океан чистейшего пламени. Это продолжалось ровно столько, сколько длилась вечность – вероятно, не больше нескольких секунд.

А потом, как водится, наступила тишина.

Глава вторая

Наверное, меня можно было упрекнуть в том, что многие наболевшие проблемы я решал с помощью драконов.

Первый раз – во время первого же конфликта с Альхиретом, когда тот по полнейшему беспределу попытался забрать готовые к вылуплению яйца Эргалис. Ни я, ни он тогда не ожидали, что драконята появятся на свет немного раньше срока, зато как раз вовремя для средней прожарки потерявшего берега Знающего.

Второй раз – когда оживший Бертрам попытался подчинить своей воле уже саму Эргалис, и добился в этом немалых успехов. Он привёл план в действие тысячу лет назад, но запнулся в самом конце, переоценив собственные силы и недооценив мои. Эргалис испепелила моего злобного предка с концами, хотя и не освободилась от его чёрного колдовства.

Можно было вспомнить и менее очевидные примеры. Разборки с джиннами в библиотеке, первое проникновение в башню Вечности, неоценимую помощь с драконьей кузней, которая попросту не могла бы функционировать без живого пламени. Поход в Йхтилл, где Ава и Ян сыграли огромную роль, пусть и не смогли лично уничтожить Князя в Жёлтом. И ещё десятки походов поменьше, в Полуночи и вне неё, которые без участия драконят могли бы пойти по гораздо худшему сценарию.

Не хотелось бы и представлять, что произошло бы сегодня, попади мы с Мелиндой в Сумрак без прикрытия в виде драконов. А ведь изначальный план был как раз таким – не рисковать детьми Эргалис и не перетаскивать троих взрослых драконов из мира Полуночи. Оставалось только порадоваться, что наш просчёт оказался заметно менее драматичным, чем просчёт Альхирета. Он ведь даже озаботился защитой от драконов поменьше, но внезапное подкрепление застало его врасплох. С кем не бывает, верно?

Безусловно, далеко не все проблемы можно было решить с помощью драконов. Зато некоторые – только в путь.

Стоило отдать должное прочности Сумрака – когда зрение вернулось, вокруг остались вовсе не дымящиеся руины. Ладно, лишь слегка дымящиеся. Более того, тронный зал по большей части уцелел, лишившись только одной стены – той, где прежде располагались окна, да куска потолка. Пол, понятное дело, тоже был заметно проплавлен, но не до состояния швейцарского сыра. Сильнее всего пострадал участок, где стоял Альхирет – там дымилась яма глубиной метра в полтора. Пятна расплавленного золота расползались там и тут, превращая древние плиты в затейливую, пусть и слегка хаотичную мозаику. Защитный круг, очерченный Мелиндой вокруг Пенелопы, тоже выдержал, хотя драконье пламя скорее всего его не задело. Дышать тяжеловато – пол местами изрядно чадил. Но в остальном – мы были в безопасности.

Ни одного монстра, ни следа связывающего колдовства, ни самого Альхирета. Кроме меня, Мелинды и бессознательной Пенелопы в зал проникли только красные драконы – Янтарь, Аврора и Армитемис. Гилрам и Бродор остались снаружи, просунув внутрь одни головы – иначе бы они точно обрушили потолок. До сих пор я даже не подозревал, до какой длины взрослый дракон мог вытянуть шею – куда уж там жирафу! Скорее это походило на шею цапли, способную менять размер как по волшебству. В случае драконов, впрочем, волшебство исключать не стоило.

Не сговариваясь, все собрались в центре – возле ямы, в которой скопившийся жидкий металл ещё не успел застыть. Пожалуй, из этого золота не стоило изготавливать монеты или украшения, предварительно не пропустив сквозь драконью кузню. Лучше перестраховаться с двойным очищением, чем рисковать проклятьем Знающих.

- Мы его гррохнули? – взволнованно спросил Ян, как обычно, более нетерпеливый из пары. Аврора, впрочем, всем своим видом показывала полную поддержку вопроса брата.

- Не грохнули, – с досадой отозвалась Армитемис, царапая когтем передней лапы золотую блямбу возле ямы. – Он только загорелся и тут же провалился в какой-то отвратительный портал. Словно воздух отрастил зубы и сожрал его без остатка.

Мы с Мелиндой обменялись понимающими взглядами. Я уже наблюдал это лично, в Полуночи, и она, судя по всему, тоже. Сбежал, сволочь. Драконье пламя было чуть ли не единственным способом по-настоящему навредить Знающим высокого ранга, и Альхирет оказался бы полным идиотом, не продумав план отступления. Тем не менее, он всё-таки загорелся – как и в первую свою личную встречу с Авой и Яном. И на этот раз словил извержение не от едва вылупившихся драконят, а двух юных драконов и трёх взрослых одновременно. Разница колоссальная – и разрушения тронного зала Сумрака косвенно это подтверждали.

- Он ранен, – подтвердила мои мысли хозяйка Полудня. – Я видела, как его нечестивая плоть сползает с костей, как тает его истинная сущность. Раньше я бы сказала, что мы можем забыть о его угрозе на годы… но не сейчас.

- Найти и добить? – спросил я.

- Найти и добить. В прежние годы Альхирет всегда соблюдал некоторые правила приличия, выступая умеренным, взвешенным злом. Полдень не имел с ним дел, но многие имели – и далеко не всегда о том жалели. Пожиратель оставался страшной сказкой, вечно спящим забытым богом, что никогда не проснётся.

По всей видимости, всё изменилось, когда Конрад заключил с Шар’Готом сделку, получив заёмное могущество с Резчиком в придачу. Сложно не обращать внимание на нечто забытое, когда его зубастые аватары буквально рвут на части всё, до чего могут дотянуться. И даже тогда Альхирет якобы был недоволен происходящим, активно противостоял Конраду, давал ценные советы и всучил полезный артефакт. Пока наконец не выяснилась его настоящая цель.

- Осталось понять, где его искать. – сказал я.

- У НАС ЕСТЬ ЗАЦЕПКИ.

Бродор придвинулся поближе – его громадная рогатая голова на длинной шее теперь нависала над ямой в каменном полу, пасть слегка приоткрыта, ноздри раздулись, втягивая в себя дым. Удивительно, как какое-то существо могло быть одновременно столь красивым и ужасающим, особенно вблизи.

- ДЛЯ НАЧАЛА, СОДЕРЖИМОЕ ЕГО ТАЙНИКА ВСЁ ЕЩЁ В МОЕЙ ГОРЕ СОКРОВИЩ. ТАМ БЫЛ НЕ ТОЛЬКО ПРОКЛЯТЫЙ АРТЕФАКТ. ДАЛЕЕ, ЗДЕСЬ ВЕЗДЕ ЕГО ВОНЬ.

Мелинда медленно кивнула.

- Даже вчера тайник был не единственной нитью. Ещё шифр, найденный нами подле цитадели, связанный с обломками уаса. Сегодня же у нас есть следы здесь – множество следов, Сумрак насквозь пропитан сущностью Альхирета. Вы чувствуете это, Виктор?

Я в самом деле чувствовал – ровно так же, как до этого содрогался от ярости при звуках его голоса. Альхирет не просто втёрся в доверие к хозяйке Сумрака, он во многом перехватил контроль, перенастроил на себя целый ряд ключевых механизмов вечного замка. Среди призванных им чудовищ в атаку шли местные тени, ожившие доспехи. Он явно управлял системой дверей и освещения, но что главное – призывал для себя лично барьер Покрова. С невероятной скоростью, быстрее, чем по щелчку пальцев. И раньше за Альхиретом подобных трюков не было замечено – он точно позаимствовал щит у Сумрака.

Даже мне требовалось потратить немало времени, чтобы вызвать Полночь на диалог и решить вопросы, связанные с Покровом! Сумрак же просто отдал свою основную защиту для прикрытия Знающего от драконов – и тому это почти сошло с рук.

- Нам повезло. Мы прибыли сюда вовремя и нанесли врагу страшный удар, – продолжала Мелинда. – Избавиться от Альхирета – всё равно, что вырезать раковую опухоль. Но теперь предстоит кропотливая и тяжёлая работа – искать улики, одновременно зачищая Сумрак от враждебного влияния. Прямо сейчас Полдень проводит такую же операцию в Закате.

Я задумался на пару секунд.

- Монстры – проблема, но далеко не главная. Он ведь готовился превратить замок в самый дерьмовый храм в мире, а значит, мог оставить что-то гораздо хуже выродков.

- Именно так. Я возглавлю отряд зачистки, но для поиска следов лучше найти кого-то более компетентного в путях Знающих.

Кто из Полуночи или её союзников мог подойти? Зури и так была занята с расшифровкой, Лита помогала ей, да и не могла покинуть пределов замка. Асфар почти не пересекался с Альхиретом, хотя в теории мог закопаться в «архивы» своего жуткого предшественника. Только не факт, что выйдет сходу выдернуть его из Йхтилла, пусть повод и существенный. Время дорого. Искать следы нужно, пока те не остыли.

- У меня, пожалуй… есть подходящая кандидатура. – сказал я после паузы.

- Но?

- Но вам она не понравится, Мелинда. Впрочем, поверьте, ей самой эта затея тоже придётся не по душе.

Хозяйка Полудня подарила мне тяжёлый взгляд, в котором подозрение сменилось пониманием, затем возмущением, и, наконец, лёгкой обречённостью. Всё это – на протяжении двух-трёх секунд.

- Ваша сумасшедшая ведьма.

- Анна лучше других знает, на что способен Альхирет, почему ему нельзя верить и как сопротивляться. Если вы доверяете мне, можете доверять и ей.

- Вы требуете от меня немыслимых подвигов, Виктор.

- Кто-то же в наши непростые времена должен стать героем?

Мы вкратце договорились о дальнейших планах. Анна должна была вернуться из Авалона буквально завтра, после чего отправиться в Сумрак. Вместе с ней из Полуночи пойдёт моя половина отряда зачистки – Мордред, также разбирающийся в чёрной магии, наши с ним братья Галахад и Кей, и полсотни дуллаханов. Из Полудня явится отряд не менее ста человек, которых по описанию я бы назвал профессиональными ведьмаками. Ян и Ава также вызвались задержаться – их острейший нюх на магию мог помочь распознать особо скверные ловушки, а драконье пламя всё ещё оставалось лучшим средством против колдовства Знающих.

Мелинда оставалась тут – не только чтобы возглавить зачистку, но и временно связать ускользающий Сумрак нитями порталов с Полуднем и Полуночью. Путь через общее небо пока что был доступен лишь драконам да хозяевам замков, а смена координат в самом деле могла помешать будущим мероприятиям. На мои же плечи ложилась другая задача – которой мне ещё не доводилось выполнять.

- НАСТОЯЩАЯ. – пророкотал Бродор почти сразу после того, как Мелинда разомкнула защитный круг Штернклина.

- Настоящая, не двойник, – подтвердил Гилрам слова своего чёрного собрата. – Запах невозможно спутать.

Армитемис лишь коротко кивнула – она стояла к Пенелопе ближе других драконов, но ей могло не хватать опыта в подобных вопросах.

- Что насчёт запаха Знающих? – спросила Мелинда.

- Я УЖЕ ГОВОРИЛ. ЗДЕСЬ ВСЁ ИМ ПРОВОНЯЛО. САМОМУ ПРИДЁТСЯ ОТМЫВАТЬСЯ НЕСКОЛЬКО ЛЕТ.

- В голову мы ей заглянуть не можем. И никто не может, пока она не очнётся.

Мы с Мелиндой склонились над Пенелопой, которая всё ещё не торопилась приходить в себя. Альхирет не соврал насчёт того, что не заменил её двойником, а вот остальные утверждения ещё стоило проверить. Жива – определённо, «практически невредима» – под большим вопросом. Законность, то бишь, принадлежность к проклятому и связанному с Сумраком роду Дэммерхайн – почти наверняка да. Только «истинная» хозяйка могла провести столько времени на троне, пусть и под воздействием враждебных чар.

- Сколько она там просидела? – спросил я, кивая в сторону чудом уцелевшего трона.

- Долго. Признаки истощения уже начали проявляться – и это несмотря на силы хозяйки в центре собственного домена. И боюсь, Виктор, что её судьба ложится на ваши плечи.

- Прямо-таки судьба? Не просто здоровье?

- А вы как думаете? Восстановление лучше проводить в вашем замке – Сумрак всегда находился в лучших отношениях с Полуночью, чем с Полуднем, а это имеет значение. Ваша лекарь, кажется, достаточно компетентна.

- Терра способна на настоящие чудеса.

- Хорошо, поскольку чудеса нам не помешают. Если мы хотим объединить замки, законная наследница рода фон Дэммерхайн нужна живой и вменяемой – последнее абсолютно критично. Но если Альхирет лишил её разума или, что хуже, безвозвратно подчинил своей воле, придётся принимать совершенно иные меры.

Она сказала это совершенно спокойным, почти будничным голосом, лишённым излишнего драматизма. Было понятно, что подобные меры ей приходилось «предпринимать» в прошлом, возможно, неоднократно. Только сейчас эта задача вместе с несчастной Пенелопой отправлялась в Полночь и, как уже было замечено, ложилась на мои плечи. А ведь даже чтобы пробудить двух танцовщиц от дрёмы Йхтилла мне в своё время потребовалась помощь Асфара.

- Будем надеяться, что это просто истощение. – мрачно сказал я.

- Безусловно. Нам бы не помешали хорошие новости – но в основном придётся создавать их своими руками.

Недавно по просьбе Терры я заказал у Полуночи расширение лазарета – и теперь едва мог его узнать. Появился отдельный отгороженный участок для «лаборатории» Терры, где она могла спокойно экспериментировать с лекарствами и ядами, да и ряды кроватей оказались разграничены перегородками с ширмами, а где-то и магическими барьерами, чтобы не допустить распространения особо неприятных болезней. Всё это было спроектировано лично Террой и исполнено Полуночью без нареканий – что ещё самую малость примирило леди-вампира с поработившим её вечным замком. О взаимной любви речи не шло, но едких комментариев в последнее время стало гораздо меньше.

Лечение, что характерно, по большей части требовалось дуллаханам – но Терра привыкла латать живых мертвецов даже когда лазарет оставался загрязнённым. Тела латников приходилось поддерживать в рабочем состоянии, головы периодически возвращать на плечи, чтобы было возможно однажды вернуть их к жизни. Процесс шёл куда медленней, чем с бывшими иссохшими, но Терра не сдавалась. Теперь у неё было достаточно места, множество пациентов и небольшая армия помощников, как среди мёртвых, так и живых.

Первыми меня в лазарете встретили Рани и Рати – те самые бывшие танцовщицы Йхтилла, некогда переданные Герольдом в качестве подарка от Князя. После пробуждения от почти бесконечной дрёмы, они остались в лазарете на правах медсестёр, удвоив на тот момент личный штат Терры. Хозяйка Сумрака была мигом определена в закрытое и защищённое магией отделение, поскольку природа её обморока могла нести в себе немалую угрозу. Терра подошла спустя несколько минут, выслушала предысторию, удивлённо вскинула брови, но тут же принялась за осмотр.

- Умеете вы находить женщин, Вик. Даже в других замках.

- Скорее, они продолжают находить меня, – проворчал я. – С регулярностью, достойной лучшего применения. Как она?

- Это не обычный обморок, но и не уровень дрёмы Йхтилла. В пределах моей компетенции.

- Даже если она окажется куклой под контролем Альхирета?

- Того самого, которого превратили в живую головешку пять драконов? – лукаво усмехнулась она. – Ни один Знающий, даже первый слуга Пожирателя, не способен оправиться от такого в сжатые сроки и управлять кем-то на расстоянии. Не бойтесь, я справлюсь. И сообщу вам результат.

Учитывая то, что Терра однажды выходила меня от раны, нанесённой косой Заката, она определённо знала, как лечить хозяев вечных замков. Оставалось лишь надеяться, что Пенелопа фон Дэммерхайн не восстанет как невольница в час ночной, и не начнёт охотиться на людей. Да и в дневной час тоже – ночью-то Терра её быстро отловит.

А мне пора готовиться к встрече с Анной – и новому непростому разговору. Мало того, что мы не виделись дольше обычного, так ещё и придётся немедленно отправить страшно соскучившуюся девушку выискивать следы Альхирета под командованием Мелинды. Если бы мне пришлось назначить ей наказание за какой-либо проступок, то вряд ли бы удалось придумать что-то хуже. Кроме этого, я обещал Бродору встречу с Эргалис, и что-то подсказывало, что стоило присутствовать хотя бы неподалёку.

В конце концов, некоторые проблемы прекрасно решались с помощью драконов, а другие из-за них же и возникали.

Глава третья

- Давайте я уточню, а вы поправите, если где-то ошибусь. Мы с вами не виделись целый год…

- Четыре месяца.

- Целый год, за который изменилось всё. Вы без меня захватили Йхтилл…

- Асфар захватил, с моей помощью.

- Без меня вернулись в прошлое, встретились с Мастером и одолели Наблюдателя…

- Скорее, еле выжили после его атаки.

- Без меня пробудили дуллаханов, отыскали новых драконов, испепелили Альхирета…

- Слегка обуглили. В лучшем случае.

- И теперь, спустя вечность разлуки, вы отправляете меня прочь?! На заклание к фанатичке, которая спит и видит, как сожжёт меня на костре?!

Роскошная сероглазая блондинка в одеяниях мага Камелота застыла перед троном, скрестив руки на груди. Всем своим видом она выражала оскорблённую невинность и невыносимые душевные страдания. Кас молча взирала на разворачивающуюся картину со стороны.

Я вздохнул. Анна безбожно драматизировала, но её недовольство было вполне искренним. По изначальной задумке она проводила в Авалоне по месяцу за раз, обучаясь у Гвендид, затем неделю восстанавливалась в Полуночи, поскольку атмосфера мёртвого мира вредила живым. Но со временем магические способности Анны развились настолько, что позволили нейтрализовать негативное воздействие окружающей среды, да и Авалон потихоньку возвращался к жизни. За прошедшие месяцы она не побывала в Полуночи ни разу, лишь единожды навестив Землю, с которой её всё ещё связывали обязанности эмиссара. Все мои походы и злоключения, начиная с визита в Риид и заканчивая Сумраком, прошли без неё – факт. И вот, наконец, долгожданная встреча… с новым заданием, которое больше смахивало на наказание.

Мне не за что было просить прощения, поскольку я и сам мотался по мирам, как заяц угорелый, без отдыха и личной жизни. Но Анна и безо всякого ведьмовства могла давить на эмоции с мощью асфальтового катка.

Прежде чем ситуация подошла к точке кипения, мне на помощь неожиданно пришла Кас.

- Если вас это утешит, я тоже почти не участвовала в жизни Вика, – спокойно сказала она. – И могла лишь молча наблюдать, как он раз за разом шагает в бездну, рискуя однажды не вернуться.

- Эй, я и умер-то всего один раз.

- Впрочем, – хладнокровно продолжала Кас, не обращая ни малейшего внимания на мои слова, – в последнее время складывается ощущение, что хозяин Полуночи предпочитает лишь благородных леди, желательно – хозяек других замков…

Анна ахнула, прикрывая рот ладонью. Я подарил Кас тяжёлый взгляд благодарности.

- У Мелинды есть Илюха, – проворчал я. – А леди Пенелопа фон Дэммерхайн слишком юна, чтобы заводить с ней роман.

- Получается, если с вашим другом случится несчастный случай, – Анна недобро сощурилась, – а хозяйка Сумрака подрастёт, то преград не станет? Вик, вам мало женщин в собственном замке?

- Более чем достаточно. Но ты мыслишь не в том направлении, поскольку Альхирет, увы, живее всех живых. Если Пенелопа окажется под его влиянием, и нам не удастся снять чары, то она никогда не подрастёт. Более того, не покинет Полуночи.

Мне довелось на своём веку убивать людей. Неоднократно. И не только в качестве самообороны. Но здесь речь шла о фактической казни беззащитной девушки, виновной только в том, что она попалась в сети одной из самых коварных и злобных сущностей во вселенной. Хуже того, с этим могли возникнуть серьёзные проблемы – Сумрак явно попытается воскресить законную хозяйку. Следовательно, потребуется не просто её убить, а поймать душу в ловушку, вырвать из цикла возрождения, вероятнее всего – с помощью какого-то предельно отвратительного ритуала. Связанного с некромантией, худшей её частью. Эта цепочка размышлений вгоняла меня в тоску, дополняя и без того безрадостный настрой.

Как-то незаметно Анна и Кас оказались рядом, больше не пытаясь на меня надавить, шутливо или всерьёз.

- Она пришла в себя? – негромко спросила Анна.

- С полчаса назад.

- Хотите, навестим её вместе?

Законная – предположительно – хозяйка Сумрака смотрелась в лазарете Полуночи гораздо лучше, чем на троне собственного замка. Когда мы вошли, она живо общалась с Рани… или Рати, я, к своему стыду, не научился их различать – и выглядела почти здоровой, разве что слегка исхудавшей. Симпатичная темноволосая девушка с пронзительно-синими глазами, по виду – старшеклассница или в лучшем случае первокурсница. Блин, даже я был гораздо старше, когда сел на трон Полуночи, хотя, по сути, тоже оставался неопытным пацаном. Такой груз – на её плечи?

- Лорд Виктор? – слегка неуверенно спросила она, косясь на Рани – та решительно закивала.

- Леди Пенелопа, – мягко ответил я, отвесив поклон и присаживаясь напротив. – Приветствую вас в Полуночи. И заранее прошу прощения за неудобства – придётся побыть в лазарете до вашего полного выздоровления.

Она медленно кивнула, робко улыбаясь, пока я представлял Кас и Анну, затем коротко объясняя суть ситуации. С ней наверняка поговорила Терра, но лучше заново получить информацию напрямую, чем полагаться на пересказ. Реагировала она как нормальный живой человек, а не заколдованный биоробот – хоть на том спасибо. Пусть это вовсе не означало, что можно расслабиться.

- Простите, что доставила столько проблем. Я только недавно узнала, что есть другие замки, и не подозревала, что хозяева могут… помогать друг другу.

- Для меня в своё время это тоже стало неожиданностью.

Очередной укол совести – я подавил его с некоторым трудом. В любом случае, сейчас не время для тяжких решений. Начнём с разговора, лечения и отдыха – что вполне вписывается в рамки помощи.

Леди Пенелопа фон Дэммерхайн родилась и выросла на незнакомом мне мире под названием Сиреф. Ни Анна, ни Кас тоже о нём не слышали, а тащить сюда «Краткое описание миров, коих минула великая честь быть осенённым тенью Полуночи, либо иных вечных замков» сейчас не хотелось. Судя по рассказу Пенелопы, Сиреф был населён преимущественно людьми, с небольшими вкраплениями цвергов и крылатых, с соседними узлами связь активировалась дай бог чтобы раз в полвека, а о вечных замках там разве что ходили дряхлые легенды. Уровень технического развития – времён викторианской Европы, магия представлена, но отходит в прошлое. Не совсем Земля, гораздо более тихое место, не знавшее больших войн и катастроф последние два-три столетия.

Но это, конечно, не означало полного отсутствия бед. О которых Пенелопа говорила так же спокойно, как и рассказывала о своём мире.

- Родителей я не знала. Росла на улице, пока не подобрал Наставник – после жила у него. Он был маг, но давно потерявший силу, и с памятью тоже случались перебои. Немного меня учил, самым основам, всему, что не успел забыть. Когда-то и книги были, но их пришлось продать.

Она пробормотала что-то себе под нос, провела ладонью над ладонью, демонстрируя тёплое неяркое свечение – простейшее заклинание света. С таким можно найти мелочь в кладовой, а вот для исследования коридоров вечного замка понадобится что-то посерьёзнее.

- Замок снился с детства, я тогда не обращала внимания. Наставник говорил, мол, недобрый знак, не стоит углубляться в сны. Я углубилась… когда его не стало.

Альхирета она звала Ярлат, и он следил за жизнью Пенелопы не менее тщательно, чем за жизнью Анны. Сперва представился другом Наставника, хотя со временем стало ясно, что их отношения больше напоминают должника и кредитора. Ярлат сблизился с девушкой после смерти её приёмного отца, выразил соболезнования и предложил помощь. Взял на себя все расходы по похоронам, оплатил быт. Но что важнее – объяснил, что из себя представляют вечные замки, Сумрак в частности. Рассказал о её древнем и могущественном роде, о предназначении законной наследницы.

- Не хотела садиться на трон. Я не воин и почти не маг… Умерла сразу, как вышла из тронного зала. Потом ещё раз.

- Очень знакомо.

Она подарила мне странный взгляд.

- Позвольте усомниться, что настолько знакомо, лорд Виктор. Если не секрет, сколько раз вы умерли, прежде чем очистили первую комнату?

Вопрос застал меня слегка врасплох. Я задумчиво потёр подбородок.

- Не помню точно, вроде три раза… или четыре?

Кас молча подняла три пальца. Да, точно, три. Первый раз на иссохших, второй – на паре безголовых в комнате, куда я впоследствии переместил оружейную, третий – от Луны в обличье оборотня. Дальше уже пошло немного полегче.

- Я умерла двадцать один раз, – тихо сказала Пенелопа. – Это было… довольно больно. Страшно. Сложно привыкнуть. Даже мажордом говорила, что нужно передохнуть. Но Ярлат объяснил, что предназначение не будет ждать. И я справилась – на первый раз.

В Сумраке ситуация сложилась не столь аховая, как в Полуночи, но всё равно – он рекордно долго простоял без хозяев. К моменту начала правления Пенелопы там осталось лишь три очищенных ключевых комнаты – тронный зал, мастерская бронника и алхимическая лаборатория. Мажордом, выполняющая ту же функцию, что и кастелян, старалась посвятить новую хозяйку в детали как могла, но традиция табу этому сильно мешала. Бронник и алхимик оставались скорее безразличны к мучениям Пенелопы, и лишь обретение фамильного оружия немного изменило ситуацию к лучшему.

Тотенбунд – небольшой ручной арбалет с быстрой перезарядкой и системой болтов, похожей на патроны Райнигуна. Но, в отличие от револьвера Полуночи, арбалет Сумрака не испепелял и не очищал «по умолчанию». Для этого требовались особые боеприпасы, возникающие и исчезающие словно по своей воле, их приходилось отслеживать и хранить отдельно. С другой стороны, в базовом режиме Тотенбунд оказался весьма полезен – несмертельные попадания из него подчиняли нежить и конструктов. Каждый свой поход Пенелопа начинала с того, что собирала новый отряд из теней, постепенно продвигаясь глубже и глубже. Через три месяца она очистила кухню, ещё через три – сад. Черепаший темп по меркам того, как двигался я. Но у такого темпа была причина.

- Я застряла на библиотеке и магической башне. Я так хотела… так хотела попасть туда, продолжить обучение. Ярлат говорил, что у меня есть способности, есть талант, но нужны книги. Я пыталась, раз за разом, но чудовища не позволяли пересечь двор, а обходная дорога была завалена…

- Какие чудовища? – нахмурился я. – Гаргульи?

- Не знаю, как они назывались. Разные, много разных. Они проникали снаружи и нападали на всех, не только на меня. Возможно, вы их видели, лорд Виктор. Тех, что с телами насекомых. Или со ртами вместо глаз.

Выродки и отродья Пожирателя. Не единицы, а в таком количестве, что они начали доставлять серьёзные проблемы. Их не должна была пропустить защита вечного замка, а тех, кто всё-таки попал внутрь, обязан был уничтожить местный Жнец, Хранитель равновесия. В Полуночи он сперва гонялся и за мной, но в Сумраке попросту отсутствовал. Похоже, моё предположение, что Сумрак был не так сильно болен, оказалось в корне неверно. Также, несложно догадаться, кто запустил всех этих тварей. Альхирет собственной персоной.

Если мне достался умирающий замок, Пенелопе подсунули намеренно заражённый.

Тотенбунд почти не помогал напрямую против вторгшихся тварей. Живые доспехи под контролем новой хозяйки бились отчаянно, но их сил раз за разом не хватало. Ключевые слуги не знали, чем помочь, а зачастую едва удерживали границы очищенных комнат от наседавших чудовищ. Пенелопа сражалась, получала раны и умирала, раз за разом, десятки раз подряд. Она бесконечно устала погибать и возрождаться.

И тогда Ярлат – то есть, Альхирет – милостиво предложил решение.

- Мы заключили пари, совсем несложное. Я должна была сутки не слезать с трона, пока он подготовит ритуал для временной передачи полномочий. Он обещал очистить ключевые комнаты, восстановить библиотеку и лично заняться моим обучением. Он был самым сильным магом из всех, что я знала, и казался таким добрым…

У Анны, кажется, задёргался глаз, но она взяла себя в руки. В своё время Альхирет обхаживал её примерно с тем же посылом, только пытаясь добраться до моей скромной персоны. Обещал силу, показал проход на бал Знающих. Моя возлюбленная ведьма смогла оборвать контакты с подозрительно обходительным типом, Пенелопа – не смогла. Ритуал сработал как надо, и она застыла на троне, формально оставаясь во главе Сумрака. Но все механизмы настоящей власти оказались в руках Альхирета. Понятно, почему с такой обработкой ему не понадобилось лепить двойника. Зачем лишний раз напрягаться, когда хозяйка сама готова передать бразды правления?

- Помните, что было потом?

- Нет.

Слишком быстрый ответ, глаза отведены в сторону. Лёгкий укол в висок – судя по болезненной гримасе, промелькнувшей на лице Пенелопы, она ощутила то же, но гораздо сильнее. Хозяйка одного вечного замка всё-таки могла солгать на прямой вопрос хозяину другого вечного замка, расплатившись головной болью. Она определённо помнила, что видела тогда, смотря в пустоту. И я даже подозреваю, что именно. Голодную тьму на краю бесконечного мрака, беспокойно дышащую и наконец открывающую несуществующие глаза. Ощущение, что мир вокруг тебя уже начали пожирать заживо, пока ты можешь лишь беспомощно на это взирать.

Смотреть и ждать, пока очередь наконец не доберётся до тебя.

Хотел бы я сказать этой несчастной девушке, что всё будет хорошо. Что добро победит, что её страдания были не напрасны, что Альхирет и его ужасный господин никогда не добьются успеха. Но стоило признать – пока что все наши победы, даже самые крупные, несли тактическое, а не стратегическое значение. Даже битва за Сумрак была далека до окончания. Даже битва за душу леди Пенелопы фон Дэммерхайн.

Я вновь предупредил её, что до полного выздоровления ей нельзя будет покидать лазарет, а затем ещё какое-то время придётся задержаться в Полуночи. Она не стала спорить, всё ещё исполненная благодарности за помощь. Только вот лицо Анны оставалось каменной маской вплоть до того, как мы вышли в коридор – и почти сразу наткнулись на Терру.

- Вижу, вы уже навестили мою новую любимую пациентку. – леди-вампир улыбалась, но в глазах у неё веселья не было.

- Я так понимаю, сегодня без хороших новостей. – хмуро сказал я.

- Ну почему же? Физически она уже почти в норме – организм хозяйки поглощает ресурсы с максимальной эффективностью, восстанавливая собственные резервы. Здравый ум и твёрдая память прилагаются.

- Намекаешь, что ей вскоре понадобится писать завещание?

- Это как посмотреть. Сейчас эту девочку… никто не контролирует.

- Контроля нет, но он там, – резко сказала Анна. – Он никуда не исчез, просто затаился и ждёт. Ей не следовало позволять ему довести ритуал до конца.

- Она всего лишь дитя, – тихо сказала Кас. – Напуганная девочка, на которую взвалили непосильную ношу.

- Я вижу, – мрачно сказала Анна. – И что хуже, вижу в ней себя. Если бы я поддалась на его уговоры, доверилась чуть больше.

В своё время Альхирет хотел заполучить от Анны «сущую мелочь» – мой мизинец, ещё до того, как я сел на трон в Полуночи. Анне хватило ума, силы воли и капли одержимости, чтобы отвергнуть предложение и дальше пойти собственным путём. Не всегда совпадающим с принципами Полуночи и уж тем более моими принципами, но уж наверняка не под контролем Альхирета.

А вот Пенелопа не справилась, лишённая точки опоры и кого-то, на кого она могла по-настоящему опереться. Слуги Сумрака не успели полюбить новую хозяйку, или хотя бы узнать её достаточно. Семьи у неё не осталось, друзей не водилось изначально. Лишь одиночество среди собственного домена, да сладкие обещания силы и знаний, которым не суждено было сбыться.

- Что насчёт снятия заклятья?

- Лита подойдёт для консультации, – сдержанно сказала Терра. – Предварительно – шансов мало. Добровольная сделка укрепляет чары до состояния гранита. Его реально раскрошить, но тогда с умом и памятью могут возникнуть серьёзные проблемы.

Паршиво – немедленного лечения не существовало. Да, пока Альхирет пребывает в состоянии шока после драконьего пламени, он вряд ли предпримет какие-то резкие ходы, но способен специально сыграть на усыплённой бдительности. Я либо убиваю Пенелопу, либо оставляю её как худшего в мире спящего агента. Ни одно из этих решений не тянуло на истинное.

- Вик, проводите меня к большим дверям? Я отправляюсь немедленно.

Анну словно подменили – теперь она рвалась в бой, на помощь «фанатичке» Мелинде. Поскольку у поставленной вилки в самом деле существовал секретный третий зубец – разобраться с первым слугой Пожирателя до того, как тот попытается вернуться в голову хозяйки Сумрака.

Кто бы мог подумать, что Анна способна на подобную сентиментальность?

Глава четвёртая

«Олень» из леса Шёпотов даже после смерти выглядел скорее, как чудовище, а не обычное животное. Передние копыта видоизменены в своеобразные трёхпалые кисти, увенчанные кривыми когтями. Пасть, усеянная волчьими клыками, исходила кровавой пеной, неестественно-толстая шея сломана единственным могучим ударом. Несмотря на впечатляющие размеры – с матёрого лося – в лапе взрослого чёрного дракона он смотрелся тряпичной куклой, жутковатой детской игрушкой. Бродор, Гроза Обречённых, рассматривал свою добычу, по-птичьи склонив голову набок.

- Тебя не накормили? – спросил я, поднимаясь на вершину невысокого холма, где устроился мой новый союзник. – Я передам Кулине, чтобы она составила более точный график.

- НАКОРМИЛИ, – громыхнул он. – ДОСЫТА. И ПРЕДЛОЖИЛИ ДОБАВКИ. НО ТЕБЕ СТОИТ ЗНАТЬ, ЧТО ЛЮБОМУ ВЗРОСЛОМУ ДРАКОНУ НУЖНО БОЛЬШЕ МЯСА, ЧЕМ ДВУМ ПОДРОСТКАМ, ВМЕСТЕ ВЗЯТЫМ. А Я ЕМ ЕЩЁ БОЛЬШЕ. БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ ДРАКОНЫ В ПОЛУНОЧИ.

- У нас есть запасы.

- НЕ СОМНЕВАЮСЬ. НО ЕСЛИ ТАК ПРОДОЛЖИТСЯ, СПУСТЯ ПАРУ МЕСЯЦЕВ ВСЯ ТВОЯ КАЗНА БЕЗ ОСТАТКА УЛЕТИТ В МОЙ ЖЕЛУДОК.

Поразительная забота о моём благосостоянии – хотя, если задуматься, в каком-то смысле от этого зависело и качество жизни всех наших чешуйчатых гостей. Я покосился на монструозного оленя, зажатого под громадной лапой. Тварь была убита с полчаса назад, и с тех пор Бродор демонстративно не притронулся к мясу. Тому мог существовать ряд объяснений, но, судя по развитию диалога, напрашивалось только одно.

- Считай, что у тебя есть право на охоту в моих землях без каких-либо ограничений, если оно в самом деле требуется.

- БЛАГОДАРЮ, – фыркнул он. – НО МЕНЯ БОЛЬШЕ ВОЛНУЕТ, НЕ ОТРАВЛЕНО ЛИ МЯСО.

- Этих мы и сами ели, жить можно. Правда, в лесу хватает других больных зверей. Разберёшься?

- РАЗБЕРУСЬ.

Совсем короткий выдох пламени, в лучшем случае на четверть силы, моментально прожарил оленью тушу и заставил тлеть траву вокруг. Дракон снова фыркнул, одним движением лапы отрывая добыче переднюю ногу – обугленную сверху и сочащуюся кровью снизу. С наслаждением втянул запах жаренного мяса, вцепился зубами, стёсывая плоть с кости. А затем перевёл глаза на меня, великодушно махнув свободной лапой на дымящуюся тушу.

- ПОДКРЕПИШЬСЯ ПЕРЕД ДОРОГОЙ?

- Пожалуй, не откажусь.

В последний раз я видел городок Пепел не в добрый час – когда Бертрам устроил мне ловушку в своей старой башне. Но и до того это было печальное место, нехорошее место, погибшее, полуразложившееся и воскрешённое безумным некромантом. Мой злобный предок тысячу лет назад соорудил здесь личную игровую площадку, выкопал под землёй многоярусную лабораторию, а всё население пустил на опыты. В какой-то момент мне казалось, что Пепел проклят окончательно и бесповоротно, что даже если снести все дома и посыпать землю солью, она продолжит сочиться трупным гноем. Но затем в лаборатории Бертрама навела свои порядки Лаахиза, возглавляющая группу хладнокровных и практичных некромантов. Вместе им удалось частично нейтрализовать последствия заражения «Мортумом», начать процесс очищения почвы, а также флоры и фауны окрестных лесов. Конечно, одного этого было недостаточно. Но совсем недавно в Пепел пришли дуллаханы.

Лаахиза позвала с собой четверть мёртвых гвардейцев, что заново решили присягнуть Полуночи – около полутора тысяч человек. Только чтобы привести в порядок их оружие и доспехи Луне понадобились сто новых помощников и месяц работы, но результат не заставил себя ждать. Небольшая армия промаршировала от Полуночи к Пеплу и начала методичную зачистку местности.

Не-живые остатки экспериментов, прячущиеся по чердакам и подвалам, были безжалостно уничтожены. Одних для этого понадобилось вытащить наружу и разрубить на сотни частей, других – сжечь, вместе с пропитанными скверной зданиями. Башню, откуда Бертрам строил свои козни после пробуждения, снесли до основания и ниже, не оставив даже фундамента. Шахту, находящуюся на стыке города и лаборатории, превратили в огромную западню – недобитые отродья стекались туда со всей округи и находили там свою окончательную погибель.

Дуллаханы сами были нежитью – но полностью разумной, отлично организованной, хорошо вооружённой и капитально засидевшейся без дела. Они не нуждались в воде и пище, отдыхали очень мало, скорее в качестве психологической, а не физической разгрузки. Под руководством Джулиана, возглавившего своих недавно проснувшихся собратьев, Пепел изменился до неузнаваемости. Большая часть домов исчезла, им на смену пришли новые, сооружённые из свежих брёвен и окружённые частоколом. Инструменты были заранее куплены у цвергов, специалистов по укреплениям хватало. Временная мера, но весьма эффективная.

Таким образом, когда Бродор приземлился на расчищенную площадку возле Пепла, мёртвый и проклятый город более таким не являлся. Парадоксально, поскольку населяли его в основном мертвецы. Если не вглядываться в лица дуллаханов, их и вовсе легко было спутать с живыми солдатами, которые занимались вполне понятной честной работой. Так же, как занимались бы ей и при жизни.

Нас встретил Джулиан, отсалютовал и отчитался о выполненных и грядущих задачах, запросил новое оружие, инструменты и строительные материалы. Если так пойдёт и дальше, то язва, оставленная здесь Бертрамом, окончательно исчезнет с лица мира Полуночи за считанные месяцы, максимум – за пару лет. Останется лишь разобраться с проклятьем нежити в любом его виде, даже если это означало стычку с Наблюдателем лоб в лоб.

Мы проследовали к одному из наружных выходов из лаборатории, находящихся недалеко за пределами Пепла. Там нас тоже ждали – Лаахиза, Хадриан Морвелл с двумя некромантами Плеяды, и с ними ещё одна фигура. Высокая женщина в тёмных одеждах и багровом плаще, держащаяся с мрачной гордостью, несмотря на явный дискомфорт. Мертвенно-бледная кожа, пепельные волосы с медным отливом, янтарные глаза с полыхающим в глубине пламенем. Эргалис, Матерь Пепла, стояла, скрестив руки на груди, и взирала на город, название которого перекликалось с её прозванием. Она не могла не заметить моего прибытия, а уж тем более прибытия Бродора, но повернулась к нам лишь когда мы подошли почти вплотную.

- Лорд Виктор, добро пожаловать, – Хадриан и его коллеги отвесили глубокие поклоны, Лаахиза ограничилась коротким. – И вы, великий Бродор, даже лицезреть вас – большая честь.

Чёрный дракон полностью их проигнорировал – его глаза были прикованы к одной Эргалис. Та молчала, ответив собственным мрачным взглядом.

- Проклятье слабеть, – сказала Лаахиза напрямую, не заморачиваясь с приветствиями. – Не слишком, мало слабеть, но можешь видеть сам. Эргалис здесь, мочь выйти за пределы комплекс.

- Впечатляет, – сказал я. – Надолго?

- Ненадолго. Недалеко. Но мы продолжать работа. Нужен первый мертвец – тогда будет шанс.

- Таким образом, у нас открыта охота сразу на двух акул среди Знающих, – вздохнул я. – Не считая стремительно пробуждающегося левиафана. Сделаю, что смогу, Лаахиза. И… спасибо.

- Не за что. Мы оставить вас.

Некроманты вернулись в лабораторию – по винтовой лестнице за большим проржавевшим люком. Однажды здесь можно будет построить нормальный выход, чтобы обеспечить постоянное сообщение между городом и подземным комплексом, в идеале – полноценный пункт для обмена между тремя точками. Но это вопрос будущего, далёкого или не очень, а текущая задача – пережить настоящее.

Два дракона, живой и мёртвый, молча смотрели друг на друга. Тишина начала напрягать, поскольку за ней мог последовать натуральный взрыв.

И последовал. Бродор, Гроза Обречённых, вытянул шею и расправил огромные чёрные крылья.

- ЭРГАЛИС, – пророкотал он. – МАТЕРЬ ПЕПЛА! ТЫ ПРЕДАЛА СВОЙ РОД!

Моё сердце пропустило удар или два, по спине пробежали нехорошие мурашки. Но затем чёрный дракон вдруг фыркнул – так громко, что его могли услышать в Полуночи.

- ТЫ ПРЕДАЛА СВОЙ РОД… ЧТОБЫ ПРИМКНУТЬ К ТЩЕДУШНЫМ ЗОЛОТЫМ ДРАКОНАМ? СМЕНИТЬ СВОЁ ПРЕКРАСНОЕ ТЕЛО НА ЖАЛКИЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ОБЛИК?

Мы с Эргалис уставились на Бродора, разделяя единое на двоих непонимающее выражение лица.

- Что… – начала она, но была прервана.

- И РАДИ ЧЕГО ЭТО ВСЁ? ПРОМЕНЯТЬ ЧЕТЫРЕ НОГИ НА ДВЕ? А КАК ЖЕ КРЫЛЬЯ, ЭРГАЛИС? КАК ЖЕ ПЛАМЯ, НЕБО И СВОБОДА?

- Что ты несёшь, старый болван?! – взвилась Эргалис, наступая на Бродора как мышь – на гору. – Ты что, не видишь, что я умерла?! Я заперта в этой проклятой оболочке, мало того, что мёртвой, так ещё и человеческой!!

Казалось, я не слышал в своей жизни более громкого звука, чем фырканье Бродора несколько секунд назад. Но сейчас этот рекорд был полностью побит – ещё более громким драконьим хохотом, звучащим, как нечто среднее между раскатами грома и грохотом отбойного молотка.

- ВОТ ТЕПЕРЬ Я УЗНАЮ МАТЕРЬ ПЕПЛА! ТАКУЮ ЖЕ ЯРОСТНУЮ, СТРАСТНУЮ, КАК В СТАРЫЕ ДОБРЫЕ ВРЕМЕНА!

- Такую же? – неверяще переспросила Эргалис.

- ТАКУЮ ЖЕ, – подтвердил Бродор, слегка понизив голос. – СИЕ ТЕЛО МНЕ НЕ ПО НРАВУ, НО Я ПОНИМАЮ НЕОБХОДИМОСТЬ. ГЛАВНОЕ, ЧТО ДУША И РАЗУМ ОСТАЛИСЬ НА МЕСТЕ.

Повисла пауза, пока дракониха подбирала слова.

- Теперь я не узнаю тебя! Кто ты такой? Что случилось с Бродором, не способным на понимание и прощение?

- ПЕРСПЕКТИВА, ЭРГАЛИС. СЛУЧИЛАСЬ ПЕРСПЕКТИВА. МОЖЕШЬ НЕ ВЕРИТЬ МНЕ, НО Я РАД ВИДЕТЬ ТЕБЯ И ГОВОРИТЬ С ТОБОЙ. ДАЖЕ В СИМ ПЕЧАЛЬНОМ ОБЛИКЕ.

- Я… тоже рада. Пусть и представляла иной нашу новую встречу.

Я оставил их на время, вернувшись к дуллаханам за более подробным отчётом. Временами от входа в лабораторию доносился громогласный драконий рык, но я быстро перестал обращать на это внимание. Не знаю, на самом ли деле Бродор изменился от нашей единственной встречи в прошлом, либо Эргалис всё-таки ошиблась в его оценке. Но одно было ясно наверняка – сегодня они говорили на правах старых друзей. Бродор демонстрировал полнейшее равнодушие к переменам во внешности своей бывшей возлюбленной, а та явно больше не предложила бы убить его ради сокровищ.

Не знаю, можно ли было это спихнуть на моё везение, либо же результат кропотливого и тяжёлого труда. И того, и другого понемножку, а сверху – огромный фактор драконьей непредсказуемости. Как для живых драконов, так и для мёртвых.

Спустя час я решил, что пора возвращаться.

- НЕ ХОЧЕШЬ ПРОКАТИТЬСЯ? Я НЕДАВНО ОБНАРУЖИЛ, ЧТО ЛЮДИ НА СПИНЕ ПОЧТИ НИЧЕГО НЕ ВЕСЯТ. ДАЖЕ ХОЗЯЕВА ВЕЧНЫХ ЗАМКОВ.

- Не могу, – с изрядной неохотой отозвалась Эргалис. – Попросту не могу, дело не в желании. Если я покину пределы лаборатории хотя бы ещё на двадцать шагов, моя душа вырвется из этого нелепого тела и останется беспокойным духом в проклятых стенах. Каким бы жалким ни было моё нынешнее существование, оно предпочтительней подобной судьбы.

- ПРИСКОРБНО.

- Поистине прискорбно. И, к тому же, время праздной беседы подходит к концу.

Бродор заворчал, словно огромный недовольный кот. Эргалис продолжала, повернувшись ко мне:

- Призови свою слугу, лорд Виктор. Ту, что подарила мне сей облик. У меня… у нас есть, что сказать вместе.

- Ты только при Лаахизе не вздумай назвать её слугой, – проворчал я. – Так разозлится на нас обоих, что больше ни о какой помощи речи не пойдёт.

- Не разозлиться, – раздался спокойный голос у меня из-за спины. – Привыкнуть.

Я вздрогнул, повернувшись к Лаахизе, которая, похоже, не то, что вылезла – телепортировалась из-под земли. Люк, по крайней мере, оставался закрыт.

- Драконы не разбираться в иерархии. Почти не разбираться в отношениях. Даже мёртвый дракон в теле человек. Бесполезно ждать, бессмысленно таить обида.

Сегодня определённо была какая-то ночь всеобщего понимания. Ладно Бродор, но Лаахиза, обычно не жалеющая яда? Ей-то я в прошлое не забирался, только настоящее немного разнообразил. Грех жаловаться, впрочем.

- Так о чём будет разговор?

- О том, что уже сегодня обсуждать. Первый мертвец.

Когда Лаахиза поделилась со мной выкладками по поводу обращения проклятья нежити вспять за счёт образца от «нулевого пациента», я в ответ рассказал ей о Наблюдателе. Тогда она словно пропустила это мимо ушей, не выказав никакой реакции, предположений и планов. Но вот прошло время, мы оба подумали, а ещё здесь присутствовала Эргалис, с которой, на удивление, Лаахиза нормально уживалась. И это – опять же, на удивление – было взаимное уживание, мёртвая дракониха не держала зла на леди-лича. Как там говорил Бродор? Перспектива?

- Наблюдатель пребывать в пустоте и недостижим, – продолжала Лаахиза. – Так?

- Всё так. Бьёт оттуда редко, но метко.

В последнее время, увы, всё чаще – со мной в качестве основной мишени.

- У всех Знающих есть уязвимое место, – весомо сказала Эргалис. – Даже у подобных чудовищ. Ты заметил?

- Пока что заметил, что им некомфортно от драконьего пламени.

Бродор вновь громко фыркнул.

- ДА, ГОРЯТ ОНИ СЛАВНО! ТОЛЬКО ВОТ ВСЁ НОРОВЯТ УСКОЛЬЗНУТЬ, ПОКА НЕ ПРОПЕКУТСЯ ДО ХРУСТА. НО РЕЧЬ НЕ ОБ ИХ ВОСПЛАМЕНЯЕМОСТИ.

- А о чём?

- Все они когда-то быть человек. Кроме Пожиратель.

Я недоверчиво уставился на Лаахизу. Она почти один в один повторяла слова Мастера, хотя лично я ей этих слов не передавал. По всей видимости, данная информация исходила от Эргалис – и Бродор на правах древнего дракона тоже был в курсе.

- Как ни странно, мне это известно. Мы даже знаем, как звали Наблюдателя при жизни.

Северин фон Умбракрон, хозяин Затмения.

- Тогда тебя не удивить следующий шаг. Пока первый мертвец пребывать в пустоте, он неуязвим. Ему может не хватать сила для настоящий удар, но и его не достать. Мы приземлить его – и тогда наносить удар сами.

Я уже собрался хмуро уточнить, каким это боком мы будем его приземлять, как что-то шевельнулось в памяти. Что-то, относящееся к сравнительно недавним событиям, в ином формате и связанное с другим Знающим, но работающее по тому же принципу.

- Нам что, понадобится предмет, относящийся к его прошлому?

Лаахиза и Эргалис кивнули, не сговариваясь. Бродор повернул громадную башку левой стороной и смотрел на меня, как мне показалось, с лёгкой усмешкой. Ладно, допустим. Можно сразу попробовать пойти дальше.

- У нас есть такой предмет, – слегка пожал плечами я. – Адеррайсер. Я сам видел, как Северин пытался прикончить им Вальтера, моего предка.

- Может, когда-то и пытаться, – скривилась Лаахиза. – Но с тех пор утечь много вода. Ныне то меч Затмения, замка без хозяина, хозяин которого стал хозяином без замка. Следишь?

- Не вполне. – признался я.

- Меч принадлежать замку, не мертвецу. Живёт своя жизнь, ведёт своя война.

- Тогда что принадлежит ему?! – возмутился я. – Лорд Северин фон Умбракрон жил не то, что сотни, многие тысячи лет назад! Он превратился в нежить, пытаясь остановить зарождение фамильного проклятья вечных замков!

Так глубоко в прошлое можно было забраться, лишь использовав башню Вечности, да и той больше нет – спасибо тому же Северину. Искать принадлежащий ему предмет – это даже не иголка в стоге сена, это пылинка в великой паутине. Поисковый амулет за такой запрос отрастит рот и пошлёт меня на три весёлых буквы, а мне даже возразить будет нечем.

- Это тяжёлая задача, – сдержанно сказала Эргалис. – Я пыталась найти сама, с помощью магии, но не преуспела. Буду пытаться снова.

- МОГУ ПРИНЕСТИ СЕРДЦЕ ГРИФОНА ДЛЯ КОНЦЕНТРАЦИИ. ХОЗЯИН ПОЛУНОЧИ ЛЮБЕЗНО РАЗРЕШИЛ ЛЮБУЮ ОХОТУ.

Вот уж никогда бы не подумал, что где-то в округе водятся грифоны. Не поубивал бы Бродор всех «краснокнижных» существ, которым не повезло оказаться в моём мире и выглядеть, как ходячий набор реагентов. С другой стороны, цель тоже более чем серьёзная. Избавление от Наблюдателя не только может продвинуть важнейшие исследования Лаахизы, но и лишит Шар’Гота ценного союзника. А там и до Альхирета недалеко, с его жутким околобесконечным запасом сил. Особенно если исследование Сумрака приведёт к нужному результату…

Где искать ответ, корни которого терялись в прошлом порядка десяти тысяч лет назад, а то и раньше? Похоже, что только у живых свидетелей. Полночь немного восстановила свою память в последнее время, так что шанс есть. Позволит ли Полдень вести прямые расспросы – пока под вопросом. Но что главное, Мастер в последнюю нашу встречу чётко сказал, что судьба на нашей стороне, но не уточнил дату следующей встречи.

Возможно, пришла пора самому установить с ним связь. И расспросить о его лучшем – по крайней мере, при жизни – ученике.