Как выжить в Небесном Королевстве, если твой напарник — наглый птеродактиль».

Глава 1 О вреде бесконтактной доставки и элитных коров

Лес вонял прелой хвоей, сыростью и несвежими носками Жорки. Жорка — бывший термист четвертого разряда, а ныне «Великий Избранный», судя по всплывающим перед глазами синим окошкам — уныло тащился через заросли папоротника, волоча за собой полуторный меч. Доспехи, склепанные из кусков листового железа и чьего-то мусорного бака, дико лязгали при каждом шаге.

На его плече, свесив клюв и пуская слюну на ржавый наплечник, дрых Борька. Борька был птеродактилем. А еще, если верить Системе, «скрытым принцем заоблачного престола». Хотя пока что он оправдывал только статус скрытого алкоголика, судя по тому, с каким лицом просыпался по утрам.

— Слышь, принц хренов, — Жорка пихнул ящера локтем в костлявый бок. — Свали с плеча, ты мне клювом шею натрешь до дыр.

Борька приоткрыл один мутный глаз, издал звук, похожий на кашель курильщика со стажем, и хрипло каркнул: — Отвали, раб. Принц изволит созерцать экзистенциальную пустоту этого мира. И вообще, от тебя несет как от протухшего пельменя.

[ВНИМАНИЕ! Ваш желудок урчит на частоте 420 Гц. Вы голодны как сука. Рекомендуется сожрать что-нибудь, пока вы не начали грызть собственный щит. До Небесного Королевства еще пилить и пилить, а мертвые герои туда не летают.]

— Заткнись, — огрызнулся Жорка в пустоту, обращаясь к Системе. — У меня из еды только сушеный мох и половинка червивого гриба.

Вдруг Борька резко вскинул голову, едва не выколов Жорке глаз острым гребнем. Самец рептилии принюхался, его кожистые крылья мелко задрожали. — Чуешь? — прошептал он. — Пахнет пафосом, дорогим парфюмом и... птичьим пометом высокого полета. Воздушная фракция где-то рядом.

Они вышли на круглую поляну и замерли. Посреди травы торчал... дорожный знак. Белый мраморный столб, увенчанный золотыми крылышками. На знаке красовалась каллиграфическая надпись: «До Небесного Королевства — 5000 миль вверх. Лифт временно недоступен в связи с ремонтом купола. Пользуйтесь ступеньками». Рядом со столбом в землю была аккуратно воткнута пустая бутылка из-под эльфийского нектара, а на ветке столетнего дуба висел обрывок шелкового плаща с гербом в виде парящей задницы... то есть, орла.

— Ступеньками, блядь, — прокомментировал Жорка, почесывая пузо сквозь дыру в нагруднике. — У них там что, Потемкинская лестница до стратосферы?

Из кустов с тихим шорохом кто-то вывалился. Это был самый странный NPC, которого Жорка видел в жизни, включая его бывшего начальника цеха. Существо напоминало прямоходящего пингвина, но в деловом костюме-тройке и с моноклем в правом глазу. В ластах он держал планшет из полированного дерева.

— О, пушечное мясо! — обрадовался пингвин, засеменив к ним. — Как удачно. Я — Арчибальд, старший менеджер по логистике Воздушной Фракции. Вы ведь хотите попасть наверх?

— Допустим, — хмуро сказал Жорка, хватаясь за эфес меча. — А ты чё за птица? На гриль напрашиваешься?

— Грубо, как неотёсанно, — вздохнул Арчибальд, поправляя монокль ластом. — Наверх без специального пропуска нельзя. Но у меня есть для вас горящее предложение! Квест повышенной дебильности... то есть, важности!

[ВНИМАНИЕ! Доступно новое задание: «Курьерская доставка для пернатых». Описание: Доставьте священный артефакт на вершину Скалы Безумия. Награда: Направление к Небесному Королевству и пирожок с ливером (возможно).]

— А в глаз? — предложил Жорка. — У меня из артефактов только Камень Ветра, который работает как плохой фен, и навык падения десятого уровня.

— О, Камень Ветра! — пингвин засиял. — Отлично! Суть квеста: вам нужно взять вот ЭТО, — он вытащил из-за спины огромный, розовый, резиновый круг для плавания в виде уточки, — привязать к голове и прыгнуть с того обрыва. Камень Ветра создаст восходящий поток, утка сбалансирует аэродинамику, и вы долетите до промежуточного поста гномов.

Борька согнулся пополам от беззвучного хохота, хлопая крыльями по коленям. — Жора, молю! Сделай это! Я готов отдать свой титул принца, чтобы увидеть, как ты летишь с уткой на башке!

— Пошел ты, Борька, — буркнул Жорка. — Я серьезный человек. Я металл плавил. Я не буду надевать розовую утку.

Спустя пять минут Жорка стоял на краю отвесной скалы. Розовая резиновая уточка плотно облегала его шлем, закрывая обзор наполовину. В левой руке он сжимал Камень Ветра, который слабо светился зеленым и издавал звук «вжжжжж», похожий на умирающий миксер.

— Напоминаю план, — деловито каркал Борька, устроившись на безопасном расстоянии на ветке. — Прыгаешь, активируешь камень, материшься, профит. Если разобьешься — я забираю твои сапоги.

— Сука, ненавидел я этот ваш фэнтези-мир, — прорычал Жорка, зажмурился и шагнул в пропасть.

Сила тяжести — штука суровая. Жорка полетел вниз со скоростью чугунного утюга. Камень Ветра в его руке истошно завыл, выдал мощную струю воздуха... строго Жорке в лицо, сорвав шлем вместе с уткой. Термист перевернулся в воздухе спиной вниз, раскинув руки. Земля стремительно приближалась, демонстрируя острые камни и ехидно улыбающегося пингвина на вершине.

— А-а-а-а-а-блять! — высокохудожественно заорал Жорка.

[ВНИМАНИЕ! Задействован пассивный навык «Профессиональный мешок с картошкой» (Уровень 10). Коррекция угла падения... Расчет точки соприкосновения с планетой...]

Жорка рухнул точно в кучу навоза, которую местный фермер-гном так удачно оставил у подножия скалы. Раздался оглушительный чмок. Дерьмо взлетело веером, украсив окрестные кусты. Жорка лежал на спине, глубоко увязнув в куче, и созерцал чистое небо.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы совершили падение, нарушающее все законы физики, логики и здравого смысла. Ваше лицо спасено исключительно благодаря навозу элитных альпийских коров.] [Получен новый навык: «Амортизационное хамство» (Уровень 1). Описание: При падении в субстанции сомнительного происхождения вы получаете на 50% меньше урона, но на 200% больше морального ущерба. Окружающие NPC теперь смотрят на вас с брезгливым уважением.]

Сверху, плавно покачиваясь на крыльях, спустился Борька. Он приземлился на край кучи, зажал клюв лапой и прогнусавил: — Ну что, Икар хренов? Как полет? Свежо?

Жорка медленно поднялся, отплевываясь. С его доспехов стекали зеленоватые комья. — Если ты сейчас же не заткнешься, принц, я сделаю из тебя цыпленка табака. С навозным соусом.

— Ладно, ладно, остынь, — Борька шагнул назад. — Гляди, твоя утка сработала. Мы реально у гномов.

Жорка обернулся. Из-за ближайших валунов, держа наперевес тяжелые штурмовые арбалеты, выходили трое коренастых гномов в идеальной тактической броне и титановых касках. Их бороды были аккуратно заправлены под ремни, а на лицах застыло выражение глубочайшего, монументального охуения.

Капитан гномов, суровый крепыш с сигарой в зубах, медленно перевел взгляд с розовой утки, плавающей в навозе, на покрытого дерьмом Жорку, а затем на Камень Ветра.

— Так, — тихо сказал гном, и в его голосе послышался хруст взводящихся курков. — Я, конечно, видел шпионов Воздушной Фракции. Но чтобы к нам забрасывали тактическое говно со стратегической уткой... Мужики, вяжи чучело. Похоже, у нас сегодня будут долгие, очень вонючие разборки.

Жорка вздохнул, вытер лицо перчаткой и поднял руки: — Мужики, я термист четвертого разряда. Давайте договоримся, а? У меня и спирт с собой есть... был. Вроде не разбился.

Гномы синхронно вскинули арбалеты. Крючок для следующей неприятности был официально заброшен.

2

Гномский бункер оказался под землей, но вопреки ожиданиям Жорки, пах он не благородной рудой и элем, а дешевым хлорным освежителем «Альпийский бриз». Освежитель отчаянно пытался заглушить амбре, исходящее от Жорки, но проигрывал этот бой с треском.

Жорка сидел на железном стуле, прикрученном к полу. Руки его были стянуты стальными кабельными стяжками. Напротив, за массивным стальным столом, сидел капитан гномов, лениво перекатывая в зубах дымящуюся сигару. Над его головой тускло мигала лампа, прямо как во второсортных дефектоскопах на заводе. На краю стола сидел Борька. Наглый ящер умудрился не просто избежать ареста, но и выпросить у гномов тарелку соленого арахиса, который он теперь методично закидывал в клюв, противно щелкая.

— Итак, — капитан гномов, чей жетон гласил «Балин Торвальдсон, СБ Подгорного сектора», шумно выдохнул дым Жорке в лицо. — Повтори еще раз. Ты — бывший термист четвертого разряда с Урала. Твой сообщник — Его Высочество Принц Асгардский в теле недоразвитой курицы. И вы летели в Небесное Королевство при помощи Камня Ветра и розовой резиновой утки?

— Всё так, начальник, — уныло кивнул Жорка, пытаясь плечом вытереть каплю навоза с носа. — Утка была стабилизатором. И вообще, это был квест от пингвина в тройке.

Балин медленно потер переносицу. По его суровому, покрытому шрамами лицу было видно, что его рабочий день перестал быть томным слишком резко. — Пингвин Арчибальд. Эта пернатая сволочь из отдела логистики Воздушных. Опять тестирует на туристах свои дегенеративные методы бесконтактной доставки...

— Слышь, борода, — подал голос Борька, хрустя арахисом. — Я, конечно, принц и существо духовное, но от моего раба разит так, что у меня роговица глаза плавится. Давайте к делу. Сколько вы дадите за него, если я откажусь от прав владения? Мне бы бочку темного плотного и путеводитель по верхним ярусам.

Жорка дернулся на стуле, заставив железо жалобно звякнуть. — Борька, ах ты ж пернатая гнида! Я тебя из петли вытащил, когда тебя местные гоблины на шаурму пустить хотели!

— Это был тактический маневр по изучению кухни противника! — огрызнулся птеродактиль.

[ВНИМАНИЕ! Ваша верная рептилия только что оценила вашу рыночную стоимость в 50 литров нефильтрованного. Моральный дух упал ниже плинтуса. Желудок солидарен и требует котлету.]

Капитан гномов кашлянул, привлекая к себе внимание, и постучал тяжелым перстнем по столу. — Заткнитесь оба. В рабство мы его не возьмем — у нас профсоюзы, КЗоТ и строгие санитарные нормы. От этого чучела весь бункер отмывать придется. Но вы нарушили воздушное пространство Подгорного Сектора без декларации на резиновые плавсредства. Наказание — конфискация Камня Ветра и принудительные работы на шахтах очистки теплообменников.

Жорка аж подскочил, насколько позволили стяжки. — Чего?! На шахты?! Да я на заводе у себя эти теплообменники в гробу видал! Там же шлака и гари по колено!

— Вот и отлично, значит, опыт есть, — хладнокровно резюмировал Балин. Однако, взглянув на Камень Ветра, который лежал на столе и теперь жалобно пищал, гном нахмурился. — Хотя... у нас есть альтернативное предложение. Квест, если выражаться вашим дебильным языком.

[ВНИМАНИЕ! Сгенерировано безальтернативное предложение от гномьей мафии. Задание: «Операция "Чистые трубы" или Смерть от удушья».]

— Короче, — капитан гномов придвинулся ближе. — На нижнем ярусе, в главном котельном цехе, заклинило заслонку сброса давления. Туда уже неделю никто сунуться не может — там температура под двести градусов и пар херачит так, что плоть от костей отделяется за три секунды. Наши роботы-ремонтники расплавились. А нам нужен кто-то... привычный к экстремальным температурам. И очень замотивированный.

Жорка прищурился, в нем проснулся профессиональный азарт термиста. — Двести градусов? Тю. Да у нас в цехе при ремонте печей ХП-150 такая температура считалась прохладой, мы туда в одних ватниках лазили пиво охлаждать. А заслонка какая? Поворотная или шиберная?

Капитан Балин впервые за допрос выронил сигару из рта. Он посмотрел на Жорку с диким, священным ужасом и благоговением. — Ши... шиберная. С гидравлическим приводом.

— Понятно, закисла, — авторитетно заявил Жорка. — Смазку, небось, хреновую использовали, нетермостойкую. Ладно, борода. Сними с меня эти сопли, дай кувалду, ведро солярки и кусок сала. Я вам починю котельную. Но с вас — чистая одежда, жратва и пропуск на самый верх, к лифту Воздушной Фракции.

Гном молча достал нож и перерезал стяжки на запястьях Жорки. — Если ты врешь, человек, я лично замурую тебя в этой трубе.

Спустя полчаса Жорка, наскоро обмытый из брандспойта (что принесло ему еще 10 единиц морального ущерба и чихающего Борьку в качестве группы поддержки), стоял перед массивной гермодверью котельного цеха. На нем были огромные, явно не по размеру гномьи асбестовые штаны, удерживаемые кабельной стяжкой на манер подтяжек, и его родной, слегка помятый нагрудник. В руках он сжимал титановую кувалду.

— Борька, если я там сгорю, — Жорка повернулся к птеродактилю, который грелся на трубе неподалеку. — Розовую утку завещаю тебе. Используй как гнездо.

— Трогательно, — шмыгнул носом ящер. — Постарайся продержаться подольше, я еще не все гномьи запасы вяленого мяса перетаскал в твой рюкзак.

Гермодверь с тяжелым шипением поползла в сторону. На Жорку дохнуло багровым, ревущим пламенем, сухим перегретым паром и родным, до боли знакомым запахом раскаленного металла и окалины.

Жорка ухмыльнулся, поудобнее перехватил кувалду и шагнул в это пекло.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Обнаружена родная среда обитания. Навык «Пролетарская ярость» активирован автоматически. Сопротивление высоким температурам повышено на 15%. Желудок временно завалил хлебало в предвкушении нормальной работы.]

Внутри цеха все выло и грохотало. Огромная труба главного паропровода вибрировала, готовая взорваться в любую секунду. На стыке труб, прямо у заклинившей заслонки, бешено свистел белый пар. Жорка, согнувшись в три погибели, проскочил под бьющей струей, оценивая масштаб катастрофы. Манометр рядом показывал критическую зону.

— Так, твою мать... — проорал Жорка, замахиваясь кувалдой. — На заводе Ильича и не такое чинили!

Он нанес сокрушительный удар по заклинившему рычагу заслонки. Металл отозвался звонким «ДЗЫНЬ», но не поддался. Жорка ударил еще раз, вкладывая всю злость на этот мир, на пингвинов, на навоз и на летающих рептилий.

ХРУСЬ. Рычаг поддался, заслонка со скрежетом повернулась, и избыточное давление с ревом ушло в аварийный клапан. Гудение стихло. Манометр медленно пополз вниз.

Жорка тяжело дышал, опершись на кувалду. Пот катился с него градом. — Ну вот и всё, — ухмыльнулся он. — А то «роботы расплавились», «плоть от костей»... Слабаки вы, ребята подгорные.

В этот момент заслонка, которую он только что спас, издала странный, прерывистый звук. Наподобие «Ик...». А затем из вентиляционного отверстия прямо над головой Жорки, куда уходил аварийный пар, с грохотом вывалилось что-то огромное, закопченное и дико матерящееся... на чистом гномьем языке, но с явным эльфийским акцентом.

Это «что-то» рухнуло прямо на Жорку, снова активируя его многострадальный навык падения.

Глава 2 Древнее зло

Тело, рухнувшее на Жорку из вентиляции, весило как хороший токарный станок. Раздался уже знакомый Системе хруст, и Жорка снова отработал спиной роль матраса.

[ВНИМАНИЕ! Использован пассивный навык «Профессиональный мешок с картошкой» (Уровень 10). Вы приняли на грудь 150 килограммов чистой ненависти и копоти. Получено 5 единиц урона и острая необходимость в мануальном терапевте.]

— Твою-то мышь... — прохрипел Жорка, пытаясь вылезти из-под завала. — Ты кто такое, чучело?

«Чучело» вскочило на ноги с поразительной для его габаритов прытью. Это был гном, но какой-то неправильный. Ростом почти с Жорку, шире в плечах раза в два, весь покрытый черной маслянистой сажей, из которой горели два ядовито-красных глаза. Вместо бороды у него росли шевелящиеся угольные косички, от которых прикуривать можно было, а из штанов торчал длинный крысиный хвост с кисточкой. Он шумно втянул носом воздух, отчего заслонка котельной снова жалобно икнула, и выставил вперед закопченную кочергу.

— Свобода-а-а! — взревело существо голосом сломавшегося сабвуфера. — Три сотни лет я, Древний Дух Антрацитового Ужаса и Повелитель Недожженного Шлама, сидел запертый в этом треклятом бойлере! Я питался лишь конденсатом и эльфийскими матами! Кто посмел нарушить мой покой и стравить мой священный перегретый пар?!

Жорка, кряхтя, поднялся на ноги и поднял титановую кувалду на плечо. Профессиональная гордость термиста была задета. — Слышь, Древний Ужас, ты мне тут вентиль не крути. Из-за тебя, прыща угольного, у мужиков чуть котлы не поразрывало. Какого хера ты вообще в заслонке торчал? Тебя туда как затянуло — головой или жопой?

Дух Антрацита на секунду завис. Его угольные косички перестали шевелиться. Он явно ожидал криков ужаса, мольбы о пощаде или хотя бы ритуального жертвоприношения в виде куска сала, но никак не лекции по технике безопасности от мужика в асбестовых штанах.

— Я не торчал... — оскорбился Дух, и его красные глаза сузились. — Я там спал! Там было идеальное давление и температура! А ты... ты разрушил мой микроклимат! Я уничтожу этот бункер! Я призову Великий Шлакоблок Возмездия!

В гермодверь заглянул Борька, прикрывая клюв лапой. — Жора, братан! Тут гномы снаружи делают ставки. Капитан Балин ставит сто золотых на то, что тебя сожрут, а я поставил твою кувалду на то, что ты его обматеришь и заставишь чистить колосники. Не подведи принца!

— Закрой дверь, Борька, сквозняк будет, — рявкнул Жорка и снова повернулся к Духу. — Значит так, Антрацитовый. Ты сейчас либо мирно пакуешь свои шмотки и валишь в другую трубу, либо я вспоминаю, как мы на заводе застывшую козловину из печи выбивали. Ломом. И без мата.

[ВНИМАНИЕ! Вы пытаетесь взять на понт Древнее Зло 45-го уровня, будучи термистом 4-го разряда. Шанс успеха: 2%. Шанс получить по башке: 98%. Система рекомендует импровизировать или начать молиться.]

— Дерзкий смертный! — взвыл Дух и замахнулся кочергой, которая тут же раскалилась добела.

Но Жорка не зря провел десять лет у плавильных печей. Он заметил то, чего не видели изнеженные подгорные гномы со своими роботами. Прямо за спиной Духа, на стене котельной, висел пожарный гидрант. Старый, надежный, чугунный, подключенный к магистрали ледяной артезианской воды для охлаждения турбин.

Жорка резко ушел вбок, пропуская раскаленную кочергу в сантиметре от своего нагрудника. Запахло паленым асбестом.

— Падение — мой лучший друг! — заорал Жорка и целенаправленно плашмя рухнул на пол, проезжая на пузе по скользкому от мазута железу прямо к вентилю гидранта.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы совершили тактическое падение лицом в мазут. Получен новый навык: «Гидродинамический подкат» (Уровень 1). Описание: Вы скользите как намыленный пингвин Арчибальд, вызывая у врагов недоумение и зависть.]

Жорка рванул вентиль гидранта на полную мощность. Пожарный рукав рванулся в его руках как бешеная анаконда. Струя ледяной воды под давлением в десять атмосфер ударила точно в грудь Древнему Духу Антрацита.

Раздался такой страшный звук «ПШШШШШ», будто на раскаленную сковородку бросили тонну льда. Цех мгновенно затянуло густым белым паром. Дух заорал — но уже не басом, а тонким, обиженным фальцетом. Известно ведь: любое шлаковое зло больше всего на свете боится резкого термоудара.

— А-а-а! Закалка! — визжал Дух, покрываясь трещинами и стремительно бледнея, превращаясь из грозного угольного монстра в обычный кусок серого, остывшего туфа. — Сумасшедший! Кто ж так тушит?! Нарушение технологического процесса-а-а...

Спустя минуту пар рассеялся. Посреди цеха, по колено в воде, стояла унылая серая глыба, отдаленно напоминающая гнома с крысиным хвостом. Дух застыл, превратившись в памятник самому себе. На его каменной макушке сиротливо дымилась одна угольная косичка.

Гермодверь медленно открылась. На пороге стоял капитан Балин, его гномы-автоматчики и Борька. Все они молча смотрели на Жорку, который стоял с брандспойтом наперевес, весь в мазуте, навозе и мыльной пене от гидроподката.

— Ну чё, борода, — Жорка сплюнул воду. — Принимай работу. Заслонка крутится, Древнее Зло закоксовалось. С вас чистые штаны и жратва.

Балин медленно вынул изо рта сигару, которая от пара превратилась в мокрую кашу, и перевел взгляд на каменную статую Антрацитового Ужаса. — Клянусь бородой прадеда... Это же был наш легендарный пропавший прадегенератор цеха, которого мы триста лет назад списали по балансу. Парень, ты только что сэкономил нашему профсоюзу миллион золотых на утилизации отходов.

[ВЫ ПОБЕДИЛИ! Квест «Операция "Чистые трубы"» успешно выполнен. Награда: Уважение суровых гномов (+50), полное списание долгов по утке, чистый комплект тактической гномьей брони и... Подозрительный Лут.]

Из трещины в окаменевшем Духе вывалился небольшой, светящийся фиолетовым светом предмет и с тихим плеском упал в воду у ног Жорки. Это был пропускной жетон, на котором золотым тиснением было выбито: «VIP-Лифт Воздушной фракции. Первые 1000 этажей бесплатно». Но рядом с жетоном лежала странная записка, написанная явно на коленке.

Жорка поднял мокрую бумажку и прочитал вслух: «Если вы читаете это, значит, вы победили моего домашнего уголька. Ищите меня на 500-м ярусе, в таверне "Пьяный Стриж". У меня есть инфа про крылья для твоего ящера. P.S. Опасайтесь контролеров в лифте, они не берут взятки пирожками».

— Опачки, — Борька мгновенно подлетел и выхватил записку клювом. — Инфа про мои королевские крылья! Жора, шевели батонами, гномы, несите пожрать! Мы отправляемся наверх!

Но радоваться было рано. В этот момент весь бункер гномов содрогнулся от мощного удара снаружи. Сирены завыли мертвым голосом, а синее окошко Системы бешено замигало красным.

[КРИТИЧЕСКАЯ ОПАСНОСТЬ! Воздушная Фракция узнала, что вы утопили их шпиона-уголька и украли VIP-жетон. К бункеру приближается Карательная Эскадрилья Боевых Лебедей-Переростков. Время до начала бомбардировки гусиным пометом калибра 500-мм: 2 минуты.]

Балин побледнел и схватился за топор: — Так, термист... Кажется, чистыми штанами ты не отделаешься. Бежим к лифту, пока нас тут всех не замуровало.

Глава 3 Дипломатия "Пьяного стрижа " и святые дубиннки

Трёхметровый ангел из небесного ОМОНа перехватил дубинку поудобнее. От неё ощутимо поёживало благостным статическим электричеством. Жорка, чьё лицо после подката в мазут и ПВО-разворота напоминало шахтёрский забой в конце смены, уныло вздохнул.

— Гражданин, предъявите ваши посадочные талоны и справку о прохождении санитарной обработки от гномьего гриппа, — прогудел ангел. — В противном случае мы применим к вам тридцать третью статью Кодекса Облаков: «Принудительное сбрасывание грешников без парашюта».

Борька, сидевший под мышкой у Жорки, пискнул и попытался поглубже спрятать кусок сала в карман Жоркиных асбестовых штанов. — Слышь, пернатый, ты на кого батон крошишь? Я наследный принц Заоблачного...

— Рот закрой, Ваше Перначество, — шёпотом шикнул Жорка. — Щас нам обоим нимбы на жопу натянут. Начальник, — Жорка шагнул вперёд, раскинув руки, отчего с его доспехов отвалился сухой кусок гномьей коптильной окалины. — Понимаешь, у нас тут производственная авария произошла. Я термист четвертого разряда, меня в лифт взрывной волной занесло. И вообще, у меня VIP-пропуск был, честное слово! Правда, он растворился...

Ангел с дубинкой даже не моргнул. — Четвертый разряд — это хорошо. Будешь в чистилище котлы драить. Парни, пакуйте кочегара.

Два других ангела шагнули вперёд, шурша зеркальными доспехами. Жорка уже поудобнее перехватил кувалду, прикидывая шансы пробить святую тактическую броню, как вдруг двери таверны «Пьяный Стриж» с грохотом распахнулись.

— Стоять, огузки легкокрылые! — заорал оттуда голос, подозрительно напоминающий скрип несмазанной телеги.

Из неонового полумрака кабака на свет божий выбрался... петух. Но не простой, а размером с хорошего кабана, в кожаной косухе с заклепками, с банданой на гребне и с дымящейся трубкой в клюве. В одном «крыле-руке» он держал наполовину опустошенную кружку темного эля, а в другой — огромный разводной ключ.

— Архангел Михалыч, ты опять за своё? — рявкнул боевой петух, заковыляв к омоновцам. — Какая к черту депортация? Это мои новые клининговые специалисты из Подгорного Сектора! Я их неделю ждал, у меня в таверне жироуловитель забился так, что нимфы брезгуют в туалет ходить!

Ангел нахмурился, его дубинка слегка погасла. — Зяма, ты заколебал со своими «специалистами». В прошлый раз твои специалисты из числа гоблинов угнали у нас патрульную тучу.

— То был несчастный случай и дефект навигации! — отмахнулся петух Зяма, выпустив колечко ароматного табачного дыма прямо в лицо ангелу. — Короче, Михалыч, вот накладная, вот разрешение от министерства пернатых дел. Отвали от работяг, видишь, люди смены не видели, все в мазуте.

Ангел долго и подозрительно смотрел то на Зяму, то на покрытого копотью Жорку, то на Борьку, который к этому моменту уже вовсю строил омоновцам рожи, пользуясь защитой авторитетного петуха.

— Ладно, — наконец буркнул старший ангел. — Но если этот чумазый хоть раз звякнет кувалдой по муниципальной собственности — улетит вниз со скоростью свободного падения. Валите в свой гадюшник.

[ВНИМАНИЕ! Квест «Прорыв через таможню» завершен чужими руками. Моральный ущерб: снижен на 10%. Желудок выражает глубокую признательность товарищу в косухе и требует немедленно зайти в кабак.]

— Ну, здорово, орлы, — Зяма повернулся к Жорке, когда ангелы отошли. Он окинул термиста критическим взглядом и сплюнул через клюв. — Да уж... Насчет мазута и навоза в записке я не шутил, но ты превзошел все мои ожидания. Ты что, реально Духа Антрацита гидрантом затушил?

— Технологический процесс требовал резкого охлаждения, — гордо ответил Жорка, вытирая пот со лба. — Я Жора. А это Борька, принц-тунеядец. Ты, значит, автор записки?

— Он самый, — Зяма кивнул в сторону таверны. — Заваливайте внутрь, пока вас патруль обратно не передумал крутить. Там пожрете, отмоетесь, и поговорим про крылья для этой вашей недоразвитой индейки.

Внутри «Пьяного Стрижа» было шумно и колоритно. За столами сидели потрепанные эльфы-дальнобойщики, гоняющие тучи по заоблачным трассам, пара гномов-дезертиров и несколько нимф пониженной социальной ответственности, которые вяло ковырялись в тарелках с облачным салатом.

Зяма усадил Жорку и Борьку за дальний стол и грохнул перед ними огромную сковороду с жареной картошкой, шкварками и две кружки холодного ядрёного сидра. Жорка не стал церемониться. Он отбросил кувалду, схватил вилку и начал уничтожать картошку со скоростью промышленного комбайна. Борька тоже не отставал, яростно вгрызаясь в шкварки и заглатывая их целиком вместе с луком.

— Короче, дело к ночи, — Зяма затянулся трубкой, наблюдая за этим гастрономическим безумием. — Пропуск на самый верх, в Небесный Дворец, просто так не получить. Там сейчас у них переворот, бюрократия и вообще — карантин по птичьему гриппу. Но у меня есть план. Борька, покажи-ка свой королевский маркер.

Борька оторвался от шкварки, выпятил грудь, на которой среди облезлых перьев тускло светилось клеймо в виде короны и двух скрещенных вилок. — Вот! Печать заоблачной династии!

Петух Зяма прищурился, вытащил из кармана косухи лупу и внимательно изучил клеймо. Потом он медленно убрал лупу, отпил сидра и качнул головой: — Ну, принц-то ты принц, это факт. Только вот династия твоя... как бы попроще сказать... свергнута три года назад. Вашу заоблачную фракцию к власти не подпускают. А твои королевские крылья сейчас лежат в сейфе у Главного Инквизитора Небесного Суда на 700-м ярусе. Он их использует как элемент декора для своего рабочего кресла. Массажный эффект, все дела.

Борька аж сидром поперхнулся, захлопав крыльями: — Моими крыльями?! Массируют задницу инквизитора?! Да я его... да я ему клюв на изнанку выверну! Жора, хватай кувалду, мы идем крушить инквизицию!

Жорка, прожевав кусок картошки, осадил ящера тяжелой рукой: — Сиди ровно, революционер. У нас из оружия — титановый молоток и Камень Ветра, который после лебедей воняет как помойка. Зяма, колись, какой подвох? Ты же не просто так нас покормил. Что за квест?

Петух хмыкнул, оценив пролетарскую проницательность Жорки. — Навык соображалки у тебя прокачан, хвалю. Квест такой. Сегодня ночью Инквизитор устраивает закрытый банкет для высших чинов Воздушной Фракции. Ему нужен шеф-повар, который сможет приготовить легендарное блюдо — «Огненное рагу по-уральски». Старый повар сбежал, потому что в прошлый раз рагу взорвалось вместе с кухней. Если ты, Жора, приготовишь это варево так, чтобы никто не сдох (или сдохли только нужные люди), нас пустят в замок без досмотра. А там уже и крылья Борькины подрежем, и лифт до Небесного Королевства вскроем.

[ВНИМАНИЕ! Доступно сюжетное задание: «Адская Кухня: Термическая обработка инквизиции». Описание: Проникните на банкет под видом шеф-повара и его ручной утки. Приготовьте блюдо повышенной взрывоопасности. Награда: Доступ к 700-му ярусу, крылья принца (б/у) и шанс не быть кастрированным святой дубинкой.]

Жорка посмотрел на сковороду, потом на Борьку, у которого в глазах горела жажда мести за поруганную гордость, и ухмыльнулся своей самой циничной рабочей улыбкой. — Рагу, говоришь? Да я на заводской кухне из топора и солидола такие супы варил, что у мужиков изжога стены пробивала. По рукам, петух. Показывай свои кастрюли.

Но договорить они не успели. Из вентиляции под потолком таверны раздался странный, знакомый Жорке звук — прерывистый металлический щелчок. Прямо над их столом замигала зеленая лампочка скрытой камеры Воздушной Фракции, а из динамика на стене раздался механический голос: — Внимание, зафиксировано кодовое слово «взрывоопасность». Объект "Термист" локализован в секторе 500. Высылаем группу зачистки «Святые Перья».

Зяма мгновенно вскочил, выронив трубку: — Твою мать, Жора! Нас срисовали! Бегом через черный ход на кухню, пока они нам все выходы не заварили! Крючок для следующей главы официально заброшен, пацаны, шевелите окорочками!

Глава 4 Адская кухня и тактическая поварёжка

Кухня таверны «Пьяный Стриж» напоминала помесь столовки нижнетагильского металлургического комбината и алхимической лаборатории на грани закрытия по пожарной безопасности. Повсюду свистел пар, в чанах булькало что-то подозрительно синее, а посреди помещения высился кухонный комбайн «Гоблин-Мастер 3000» — огромный стальной агрегат с кучей циркулярных ножей, мясорубок и торчащих во все стороны механических щупалец.

— Быстрее, закрывайте шлюзы! — Зяма запрыгнул на разделочный стол, отчаянно маша крыльями.

В этот момент парадная дубовая дверь кухни с грохотом разлетелась на щепки. На пороге появились штурмовики из спецотряда «Святые Перья». Три эльфа в облегающих белых гидрокостюмах с перьями, на лицах — тактические маски, в руках — плазменные венчики для взбивания мозгов.

— Всем оставаться на местах! Работает Инквизиторский контроль! — крикнул первый эльф, наводя венчик на Жорку. — Чумазый гуманоид и недощипанный птеродактиль, лапы за голову!

— Сам ты индейка недощипанная! — оскорбился Борька, взлетая под потолок и зависая на огромной люстре из оленьих рогов.

Жорка медленно опустил взгляд на свою титановую кувалду. Прятать её было поздно, а сдаваться святым перьям в асбестовых штанах — ниже достоинства термиста четвертого разряда.

— Мужики, вы не поняли, — Жорка нагло шагнул вперед, закинув кувалду на плечо на манер поварского черпака. — Я новый шеф-повар. Это... тактическая поварешка для отбивания особо жесткого филе. Вот вроде вашего.

Эльф-штурмовик завис, пытаясь сопоставить тридцатикилограммовый кусок титана на стальной ручке с кухонной утварью. В этот момент его напарник ткнул пальцем в пульт управления кухонного комбайна «Гоблин-Мастер 3000», который стоял рядом.

— Внимание! Бортовой компьютер взломан! Активирую режим «Шредер»! — крикнул штурмовик.

Комбайн-убийца истошно завыл. Его механические лапы-щупальца вытянулись, циркулярные ножи завращались со скоростью бензопилы, и агрегат, бешено скрежеща шестеренками, покатился прямо на Жорку, намереваясь сделать из него качественный фарш.

[ВНИМАНИЕ! Против вас выставлен бытовой прибор повышенной агрессивности (Уровень 25). Описание: Ему плевать на ваши доспехи, он создавался для рубки замороженных мамонтов. Навык «Пролетарская ярость» готов к перегрузке!]

— Ах ты, ведро с болтами! — рявкнул Жорка.

Вместо того чтобы бежать, он вспомнил, как на заводе они кувалдами правили заклинившие шнеки на подаче кокса. Жорка ушел в полуприсед, пропуская над головой бешено вращающийся нож для шинковки капусты, и с разворота всадил титановый молот прямо в главный распределительный щиток комбайна.

БАБАХ!

Искры брызнули веером. Электрическая дуга короткого замыкания жахнула Жорку по рукам, но асбестовые штаны и рабочая закалка выдержали. Комбайн судорожно дернулся, его щупальца завязались в узел, а из выхлопной трубы повалил густой черный дым. Агрегат замер, выдав на прощание порцию идеально нарезанного лука прямо на ботинок Жорке.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы победили кухонный комбайн одним ударом без применения инструкции по эксплуатации. Получен новый навык: «Мастер промышленного демонтажа» (Уровень 1). Описание: Бытовая техника в вашем присутствии начинает тихо вибрировать от страха. Окружающие эльфы морально подавлены.]

Штурмовики «Святых Перьев» от такой демонстрации пролетарской мощи синхронно сделали шаг назад.

— Жора, лови подачу! — заорал сверху Борька.

Наглый ящер умудрился скинуть с люстры огромный, пятидесятилитровый чан с кипящим синим бульоном прямо на головы спецназовцам. Бах! Эльфов накрыло с головой. Синяя жидкость оказалась концентрированным киселем из заоблачных ягод — липким, тягучим и застывающим на воздухе со скоростью монтажной пены. Через секунду штурмовики превратились в три статичные синие статуи, беспомощно дергающие ластами.

— Отличная работа, курица, — Жорка вытер мазут со лба, осматривая поле боя.

— Я принц! Принц-тактик! — гордо каркнул Борька, приземляясь на плечо Жорки и попутно вытирая клюв о его наплечник.

Из-за разделочного стола высунулся обалдевший петух Зяма. Его бандана съехала набок, а трубка едва не выпала из клюва. — Клянусь всеми яйцами мира... Вы только что помножили на ноль элитный взвод Инквизиции при помощи кувалды и киселя. Но времени нет! Сирены скоро услышат на всем ярусе. Жора, хватай кастрюлю, начинаем варить «Огненное рагу по-уральски»! Нам нужен пропуск!

Жорка подошел к уцелевшей плите. Перед ним стоял массивный чугунный котел. — Так, петух, диктуй ингредиенты. Что там у вас за высокая кухня?

— Мясо облачного вепря, слезы нимфы, щепотка звездной пыли и корень заоблачного хрена, — быстро надиктовал Зяма, подбрасывая продукты в котел.

Жорка помешал варево своей титановой кувалдой, как огромной ложкой. Рагу выглядело блекло, пахло мокрой травой и благородным парфюмом эльфов. — Тьфу, лабуда какая, — скривился Жорка. — Разве это рагу? Это диетический суп для язвенников. Настоящее уральское рагу должно пробирать до костей, чтоб пар из ушей шел, как из доменной печи! Борька, тащи секретный ингредиент!

Борька, который все это время крутился возле запасов, с ехидной ухмылкой вытащил из-за пазухи тот самый кусок гномьего сала, который он спер из бункера СБ гномов. Но это было не просто сало. Оно было густо обвалено в подгорном жгучем перце «Дыхание Шахтера» и вымочено в гномьем самогоне тройной перегонки.

— Кидай! — скомандовал Жорка.

Сало с шипением плюхнулось в котел. Рагу мгновенно поменяло цвет с нежно-голубого на ядовито-бордовый. По кухне пополз такой густой, острый и термоядерный пар, что у петуха Зямы начисто облетели мелкие перья на шее, а у Жорки перед глазами снова выскочило синее окно.

[ВНИМАНИЕ! Вы создали кулинарное оружие массового поражения «Рагу термиста четвертого разряда». Описание: Способно прожечь желудок Инквизитора, пол котельной и три нижних яруса. Идеально подходит для диверсий и банкетов высшего уровня.]

— Прекрасно, — закашлялся Жорка, затыкая нос. — Наваристо. Инквизитор точно оценит массажный эффект. Зяма, пакуй это варево в термосы. Мы едем на 700-й ярус наносить кулинарный визит.

Спустя десять минут, переодетые в белые поварские фартуки прямо поверх доспехов и асбестовых штанов (Жорка), и с поварским колпаком на голове (Борька), наша троица уже грузилась в служебный грузовой фургон Зямы, замаскированный под доставку еды.

Впереди маячил 700-й ярус — резиденция Главного Инквизитора, где Жорке предстояло выдать кувалду за поварешку, а Борьке — вернуть свои законные крылья из чужого кресла.

Глава 5 Высокая кухня и низкие мотивы

Большой банкетный зал Главного Инквизитора сиял так, словно его мыли слезами девственниц и полировали шкурками редких белок. За длинным столом из белого мрамора восседала местная заоблачная знать: высокомерные эльфы в полупрозрачных шелках, нимфы с кукольными лицами и сам хозяин вечера — Инквизитор Люциус. Люциус выглядел как оживший манекен: идеальная прическа, белоснежная мантия и надменный взгляд, устремленный на мир сверху вниз.

И сидел он, как и предупреждал Зяма, на роскошном троне, в спинку которого были намертво вмонтированы шикарные кожистые крылья Борьки. При каждом движении инквизиторской тушки крылья тихонько вибрировали, обеспечивая святейшей заднице деликатный лимфодренаж.

— Почтенные лорды, — слащаво пропел распорядитель банкета, — сегодня наш стол осквернит... то есть, украсит дикая кухня нижних миров! Шеф-повар Жорж и его ручной... гусь представляют «Огненное рагу по-уральски»!

Двери распахнулись. В зал зашел Жорка. Из-под поварского фартука вызывающе торчали покрытые мазутом асбестовые штаны, а в руках он нес огромный дымящийся супник. Следом семенил Борька в накрахмаленном колпаке. Птеродактиль изо всех сил старался держать лицо, но когда увидел, как Люциус смачно поерзал на его законных крыльях, яростно заскрежетал клювом.

— Слышь, повар, — лениво процедил Люциус, поправляя монокль. — Твое варево точно безопасно? Наш прошлый кулинар сейчас тестирует систему регенерации конечностей в лазарете. Нам не нужны эксцессы.

— Обижаете, гражданин начальник, — Жорка бахнул супник прямо по центру стола, отчего мрамор жалобно треснул. — Чистый экологический продукт. Повышает потенцию, выживаемость и снижает уровень пафоса в крови. Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста.

Жорка зачерпнул рагу своей титановой кувалдой, которую он заблаговременно отмыл соляркой и теперь выдавал за тактический черпак, и разлил жижу по золотым тарелкам. Рагу лениво пузырилось, издавая легкое шипение и запах, от которого у сидевшего на краю стола эльфийского графа мгновенно отслоилась искусственная кожа на лице.

[ВНИМАНИЕ! Вы презентовали биологическое оружие под видом высокой кухни. Уровень токсичности в зале превысил норму КЗоТ. Желудок Инквизитора Люциуса шлет вам прощальную открытку.]

Пока Жорка заговаривал зубы элите, Борька перешел к фазе «Б» — тактическому демонтажу. Сделав вид, что собирает грязные салфетки, ящер залез под трон Люциуса. Вытащив из-под фартука украденный у гномов ржавый разводной ключ, он принялся методично откручивать болты, крепившие его крылья к станине кресла.

— Умри, сука, умри, — шёпотом напевал Борька в такт ударам ключа, скручивая гайку на шестнадцать.

Тем временем Инквизитор Люциус брезгливо зачерпнул золотой ложкой бордовое варево. — Хм, запах довольно... агрессивный. Напоминает серные ямы грешников и... копченое сало? Из какого региона этот рецепт, Жорж?

— Из Челябинска, шеф, — честно ответил Жорка, скрестив руки на груди. — Там это едят перед тем, как идти на переплавку чугуна вручную. Жрите-жрите, остынет — прожжет тарелку.

Люциус отправил ложку в рот.

На три секунды в зале повисла мертвая, звенящая тишина. Глаза Инквизитора округлились и стали размером с те самые 500-миллиметровые снаряды боевых лебедей. Его идеальная прическа мгновенно встала дыбом, а из ноздрей тонкими струйками повалил абсолютно не святой, черный дым.

— Кха-а-а-а! — выдавил Люциус. Его кожа приобрела благородный оттенок спелого баклажана. — Это... это...

— Огненное рагу! — подсказал Жорка. — Гномский перец «Дыхание Шахтера» в сочетании с самогоном тройной перегонки. Закаляет характер и плавит пломбы.

— Стра-а-а-жа! — попытался крикнуть Люциус, но вместо голоса из его рта вырвался аккуратный язычок оранжевого пламени, который тут же спалил шелковую скатерть и стоявшую рядом вазу с заоблачными фруктами.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Первая ложка пошла. Инквизитор Люциус получил термический ожог души и деструкцию вкусовых рецепторов. Получен новый пассивный навык: «Повар-Ликвидатор» (Уровень 1). Описание: Ваши блюда классифицируются Системой как боевая магия разрушения. Эффект: +50% к шансу вызвать у врага мгновенный панический понос.]

В зале началась элитная паника. Эльфы и нимфы, надышавшись парами уральского рагу, начали массово падать в обморок прямо в тарелки, отчего их накрахмаленные воротники весело обугливались.

— Жора, шухер, болты заклинило! — заорал из-под трона Борька. — Он так сжимает булки от боли, что зажал мои крепления! Мне нужен рычаг!

Люциус, окончательно потеряв человеческий облик, вскочил на ноги. Лицо его пылало, а из ушей со свистом вырывался пар, прямо как из сломанной заслонки в гномьем цеху. — Я... уничтожу... тебя... червь! — прохрипел он, замахиваясь святым светящимся мечом.

— Слышь, Инквизитор, у нас на заводе таких, как ты, остывать в угол ставили! — рявкнул Жорка.

Он перехватил кувалду обеими руками, ушел в глубокий кулинарный присед и с разворота всадил титановый набалдашник прямо в золотую пряжку ремня Люциуса.

ХРУСЬ!

Инквизитор улетел назад, пробив спинкой трона огромный витраж с изображением святых птиц. Но Борька оказался гением тактики. За долю секунды до полета он успел рвануть разводной ключ на себя, выламывая крылья из станины вместе с кусками обшивки и инквизиторского мяса.

Люциус с криком «А-а-а-а-горю-ю-ю!» улетел в открытое окно 700-го яруса, оставляя за собой красивый инверсионный след из дыма и остатков рагу.

— Мои! Мои ласточки! — Борька безумно хохотал, прижимая к себе огромные кожистые крылья, покрытые золоченой инквизиторской краской. — Жора, они на месте! Чуть пахнут эльфийским лосьоном, но рабочие!

[ВНИМАНИЕ! Квест «Адская Кухня» выполнен с особым цинизмом и разрушением памятников архитектуры. Награда: Крылья скрытого принца возвращены законному владельцу (состояние: б/у, требуется химчистка). Доступ к главному лифту Небесного Королевства открыт, так как стража разбежалась спасать свои желудки.]

Из разбитого окна донесся вой сирен воздушной тревоги. Весь 700-й ярус переходил на осадное положение.

— Так, птица, пристегивай запчасти на место, — Жорка закинул кувалду на плечо и побежал к выходу из зала. — Чувствую, следующая инстанция встретит нас не пирожками, а ковровой бомбардировкой.

Они ворвались в центральный холл, где располагался финальный лифт, ведущий на самый пик Небесного Королевства. Но вместо обычной решетки путь им преграждала монолитная титановая плита, на которой горела надпись: «Для активации главного лифта требуется ввести пароль из тридцати двух знаков на древнеэльфийском или предъявить голову Инквизитора».

— Ну и где мы теперь эту голову возьмем? Он же улетел в стратосферу! — Борька судорожно пытался пристроить крылья к спине, но они постоянно съезжали набок.

Жорка медленно повернулся к плите, поднял кувалду и сплюнул на безупречный мраморный пол: — Тридцать два знака, говоришь? У меня есть один знак. И весит он тридцать килограммов. Борька, отойди, сейчас будет бесконтактный подбор пароля по-уральски.

Крючок для следующей главы был официально забит кувалдой прямо в титановые ворота Небесного Королевства.

Глава 6 Бесконтактный подбор пароля и пернатый металлолом

(Часть 1)

Титановая гермоплита, преграждавшая путь к главному лифту Небесного Королевства, выглядела так, будто её ковали гномы-параноики под кайфом. По её зеркальной поверхности лениво бегали фиолетовые рунические символы, а в самом центре светилось издевательское табло: «Осталось попыток ввода пароля: 3. При неверном вводе активируется протокол "Стерилизация яруса святой плазмой". Пожалуйста, улыбайтесь в камеру».

— Ну и? — Борька, который в этот момент безуспешно пытался примотать скотчем из Зяминых запасов левое крыло к своему плечевому суставу, сплюнул на пол. — Что твоя пролетарская смекалка думает, Жора? Будем буквы угадывать? Мне кажется, первая «Х», а дальше что-то про Инквизитора и его маму.

— Борька, не зуди под ухом, у меня мыслительный процесс идет, — Жорка сплюнул мазутную слюну на безупречный эльфийский паркет. — Какая нахрен «Х»? Тут цифровая система. А любую цифровую систему на заводе лечили одним проверенным методом. Называется «метод динамического воздействия с торца».

Жорка поудобнее перехватил тридцатикилограммовую титановую кувалду. Асбестовые штаны, пропитанные мазутом, навозной жижей и синим ягодным киселем «Святых Перьев», при каждом движении издавали сочный, хлюпающий звук.

[ВНИМАНИЕ! Вы собираетесь применить слесарный инструмент четвертого разряда к терминалу квантового шифрования 80-го уровня. Вероятность взлома: 0.001%. Вероятность того, что вас распылит на атомы: 99.99%. Система рекомендует написать завещание и вернуть утку на голову.]

— Заткнись, синяя дура, — буркнул Жорка Системе. — У нас в цехе чешский пресс с программным управлением тоже тридцать два знака требовал, пока Михалыч по нему ломом не приложил. И чё? Работал как миленький до самого банкротства.

Жорка поплевал на ладони, замахнулся так, что у него в пояснице что-то громко хрустнуло, и со всей пролетарской яростью всадил кувалду точно в центр рунического табло.

БА-А-А-М-М-М!

Звук получился такой, будто внутри колокольни взорвали цистерну с квасом. Волна вибрации пошла по рукоятке кувалды, прошла сквозь руки Жорки, выбила из его каски пару гнилых заклепок и ушла в пол. Титановая плита покрылась сетью паутинных трещин, фиолетовые руны дико замигали, а табло выдало:

«Ошшшииибка... Обнаружен несанкционированный кириллический интерфейс... Пароль принят. Текст пароля: "ЁБ ТВОЮ МАТЬ". Добро пожаловать, администратор Жора».

Плита со скрежетом и стоном поползла вниз, открывая вид на роскошную кабину лифта, обитую бархатом цвета бедра испуганной нимфы.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы совершили невозможное: взломали эльфийскую криптографию при помощи великого и могучего. Получен новый навык: «Аналоговый хакинг» (Уровень 1). Описание: Любые сложные механизмы, компьютеры и магические замки при виде вашей кувалды начинают сомневаться в целесообразности своего существования. Моральный ущерб создателей лифта: неисчислим.]

— Видал, птица? — Жорка гордо утер нос рукавом, оставив на лице свежую полосу копоти. — Учись, пока я живой. Кувалда — она и в Африке кувалда.

— Читер хренов, — буркнул Борька, наконец-то закрепив крыло. Теперь он выглядел как жертва авиакатастрофы, которую наспех починили на авторазборке. Одно крыло было золоченым, инквизиторским, второе — его родным, серым и облезлым, а посередине красовался огромный моток прозрачного скотча. — Ладно, валим, пока плазма не передумала.

Они заскочили в лифт. Двери закрылись, и кабина плавно, с тихим эльфийским пафосом поплыла вверх.

Но доехать до самого верха им было не суждено. Примерно на уровне 750-го яруса лифт внезапно дернулся, раздался противный скрежет, и из динамика под потолком раздался томный, меланхоличный женский голос:

— Уважаемые пассажиры. Наш лифт остановлен Службой Безопасности за превышение лимита вонючести в кабине. К вам направляется внештатный инспектор по делам неадекватных мигрантов. Пожалуйста, приготовьте ваши анальные зонды для бесконтактного сканирования.

— Чего, блять?! — Жорка аж присел. — Какие еще зонды?! Я свободный человек, у меня профсоюз!

Потолок лифта с тихим шипением отъехал в сторону. В кабину, изящно покачивая бедрами, спустилось существо. Это была кентавриха. Но если нижняя её часть была от благородной белой лошади, то верхняя принадлежала строгой женщине-бухгалтеру средних лет: в очках в роговой оправе, с прической «хала» на голове и с огромной кожаной папкой с завязками. На её груди висел бейджик: «Инспектор Глафира. Отдел депортации и утилизации биологического мусора».

Глафира посмотрела на Жорку через очки, шумно втянула носом воздух и поморщилась так, словно ей под нос подсунули тухлую селедку.

— Так-так-так, — скрипучим голосом произнесла она, открывая папку. — Несанкционированный подъем. Нарушение гигиенических норм яруса. Внутренний мазут первой категории. И... — она ткнула пальцем в Борьку, — незаконный оборот пернатых запчастей. Молодой птеродактиль, почему ваши крылья прикручены скотчем марки «Зяма-Трейд»? Это контрабанда!

Борька от возмущения захлопал клювом: — Слышь, кобыла министерская! Это мои родные крылья! Я их у Инквизитора из задницы вырвал! То есть, из кресла!

— Не волнует, — Глафира достала из папки огромную круглую печать. — По закону Небесного Суда, любое существо, пахнущее как депо по ремонту тепловозов, подлежит немедленной утилизации путем сбрасывания в вентиляторную турбину. Подпишите протокол.

— Пошла ты нахрен со своим протоколом, Глаша! — рявкнул Жорка.

Он не стал ждать, пока кентавриха достанет из закромов свои бухгалтерские инструменты, и просто пнул её копыто своим тяжелым рабочим ботинком со стальным мыском.

— И-го-го, сволочь пролетарская! — взвизгнула Глафира.

Белая лошадиная задница инспектора инстинктивно выдала мощный удар копытами назад. Но поскольку они стояли внутри маленького лифта, Глафира со всей дури вломила обоими копытами по панели управления кабины. Кристаллы лопнули, провода коротнули, и правая стена лифта просто отвалилась, открывая вид на открытое небо, облака и летящий параллельным курсом патрульный дирижабль Воздушной Фракции.

Кабину дико перекосило. Жорка, Борька и матерящаяся кентавриха кубарем полетели к краю обрыва.

— Борька, крылья! — заорал Жорка, цепляясь одной рукой за обрывок бархатного каната, а второй намертво вцепляясь в лапу птеродактиля. — Взлетай, курица, или нам обоим пиздец!

— А-а-а-а! Я не умею на скотче! — в панике закричал Борька, но делать было нечего.

Ящер бешено заработал крыльями. Золоченое инквизиторское крыло выдало мощный святой импульс, а родное серое — просто уныло затрепыхалось. В результате их дуэт закрутило в воздухе, как дефектный пропеллер вертолета. Они вылетели из падающего лифта, оставляя Глафиру наедине с её папкой протоколов.

— Жора-а-а! Нас заносит вправо! — орал Борька, пока они стремительно неслись по безумной спирали прямо на патрульный дирижабль Воздушной Фракции, который мирно патрулировал окрестности 750-го яруса.

Дирижабль назывался «Святой Голубь» и был украшен кучей рюшечек, шелковых флагов и благообразных эльфийских морд. Капитан дирижабля, престарелый эльф в золотом мундире, как раз пил утренний нектар на открытом мостике, когда в его левый борт на скорости хорошего снаряда влетел Жорка, волочащий за собой крутящегося на скотче птеродактиля.

ХРЯСЬ! ТРЕЕЕСК!

Они пробили шелковую обшивку гондолы, разнесли в щепки столик с нектаром и кубарем покатились по палубе, собирая спиной все тактические выступы.

[ВНИМАНИЕ! Совершен аварийный перелет повышенной неадекватности. Использован пассивный навык «Профессиональный мешок с картошкой» (Уровень 12 — УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!). Вы успешно самортизировали телом эльфийского капитана. Получено: 2 единицы урона, 15 единиц морального удовольствия от испуганного лица эльфа.]

Жорка поднялся на ноги, отряхивая фартук от осколков хрусталя. Вокруг него уже строились матросы дирижабля — бледные эльфийские юноши в матросках, вооруженные... розовыми плетями для наказания неверных.

— Так, — Жорка поднял свою кувалду, которая чудом не улетела вниз. — Борька, ты как?

Ящер лежал на палубе, его левое крыло после удара окончательно развернулось задом наперед. — Я... я сбил воздушное судно. Жора, запиши в мои королевские хроники: «Принц Борька Первопроходец Таранного Удара». И принесите мне таз, меня тошнит от этой вашей аэродинамики.

Капитан дирижабля, вылезая из-под обломков стола, дико визжал, указывая на Жорку пальцем: — Грязные! Навозные! Земляные черви на моем святом вельботе! Взять их! Привязать к килю! Скормить боевым лебедям!

Жорка ухмыльнулся, поудобнее перехватил кувалду и подмигнул Борьке: — Ну чё, Ваше Высочество? Похоже, у нас намечается угон плавсредства. Давно я дирижаблями не рулил, со времен практики на тракторном заводе.....

(Часть 2)

Эльфийские матросы в накрахмаленных матросках двинулись на Жорку, угрожающе пощелкивая розовыми плетями. Из колонок на палубе дирижабля «Святой Голубь» зазвучал пафосный хоровой гимн, призывающий карать немытых мигрантов во имя чистоты и гламура.

— Пацаны, я бы на вашем месте не дергался, — Жорка сплюнул мазут под ноги капитану эльфов. — У меня на заводе за такие розовые веревочки в цехе снабжения сразу лишали премии и отправляли чистить отстойники.

Капитан дирижабля, поправляя помятый мундир, истошно взвизгнул: — Молчать, сухопутная шваль! Взять его! Связать по рукам и ногам!

Но договорить он не успел. Небо над дирижаблем внезапно потемнело. Розовый неоновый свет 750-го яруса перерезали багровые сполохи. Раздался оглушительный, пронзительный визг, похожий на визг тормозящей электрички, смешанный с утробным хрюканьем.

— ХРЮ-Ю-Ю-ВЕ-Е-Е-Е-Р! — пронеслось над палубой.

Из облаков, выстроившись клином, вылетела эскадрилья небесных пиратов-анархистов. Они передвигались на летающих боевых свиньях, к бокам которых были примотаны реактивные турбины, работающие на перебродившем гороховом супе. Сами пираты выглядели как ожившие кошмары байкерского съезда: татуированные орки в кожаных жилетках на голое тело, с ирокезами и банданами.

— Полундра, эльфятник! — гаркнул предводитель пиратов, орк с золотым зубом и топором наперевес. — Гони нектар и шелковые трусы, иначе мы превратим ваш дирижабль в тактическую отбивную!

[ВНИМАНИЕ! Вы попали в зону межфракционного конфликта «Эльфы против Свинобайкеров». Шанс умереть от случайного хрюканья: 75%. Моральный дух эльфийских матросов упал до уровня плинтуса. Желудок Жорки предлагает пожарить одну из свиней.]

Эльфы-матросы тут же бросили свои плети, побросали оружие и дружно зарыдали, падая на колени и закрывая лица ухоженными руками. Капитан дирижабля попытался спрятаться в пустую бочку из-под нектара, но застрял там своей упитанной филейной частью.

— Так, Жора, это наш шанс! — Борька, чье левое крыло все еще висело задом наперед, резво вскочил на капитанский мостик. — Пока эти зеленые кабаны чистят эльфийские карманы, мы экспроприируем это корыто!

— Отставить экспроприацию, птица, они нам обшивку сейчас в решето превратят! — рявкнул Жорка.

Один из орков на реактивной свинье уже заходил на таран мостика, целясь из огромного арбалета, заряженного ржавыми циркулярными пилами.

Жорка не стал долго думать. Он подбежал к главному двигателю дирижабля, который располагался в кормовой части мостика. Двигатель представлял собой огромный хрустальный шар, внутри которого уныло крутился маленький розовый хомячок в колесе. Надпись на кожухе гласила: «Магический привод "Гламур-Турбо". Не бить кувалдой».

— Не бить, говоришь? — Жорка зловеще ухмыльнулся. — Борька, держись за поручни! Камень Ветра наизготовку!

Жорка вытащил из кармана зеленый булыжник, который все еще слабо светился после лебединого налета, и со всей дури вогнал его прямо в воздухозаборник хомячьего привода. Следом он приложился титановой кувалдой по хрустальному куполу.

ХРУСЬ! БАБАХ!

Хомяк внутри колеса мгновенно эволюционировал в огненного монстра, Камень Ветра выдал дикую струю сжатого воздуха, и «Гламур-Турбо» превратился в прямоточный реактивный двигатель на кувалдочном приводе. Дирижабль выдал такой мощный пинок вперед, что всех эльфов и орков, которые не успели закрепиться, просто сдуло с палубы встречным потоком воздуха.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы разогнали гламурный вельбот до скорости звука при помощи хомяка и пролетарской ярости. Получен новый навык: «Реактивный тракторист» (Уровень 1). Описание: Любое транспортное средство под вашим управлением движется в три раза быстрее, но только в сторону ближайшей стены. Вероятность долететь до 800-го яруса в один кусок: 12%.]

— Мама-а-а-а-а! — заорал Борька, которого потоком воздуха развернуло как флюгер. Скотч на его крыльях не выдержал, золоченое инквизиторское крыло расправилось, поймало восходящий поток, и птеродактиля швырнуло вверх.

Но это сыграло им на руку. Неконтролируемо вращаясь в воздухе над палубой, Борька с криком «Я святой каратель, суки!» влетел точно в лидера пиратов. Его золоченое крыло выдало мощный святой импульс, отчего реактивная свинья орка сдетонировала собственным гороховым топливом. Взрывная волна раскидала оставшихся свинобайкеров по облакам, как кегли.

— Жора, тормози-и-и-и! — визжал Борька, кое-как зацепившись когтями за носовую фигуру дирижабля. — Впереди шлагбаум 800-го яруса!

Прямо по курсу их летящего на хомячьей тяге дирижабля вырастала циклопическая стена Белого Города — главного оплота Небесного Королевства. Навстречу им уже выдвигались тяжелые платформы с ангельской артиллерией, а синее окно Системы заливало экран кроваво-красным цветом.

[КРИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ! Вы угнали флагманский дирижабль, взорвали свинью анархистов и нарушили триста законов заоблачной навигации. До столкновения со святыми силами ПВО осталось 30 секунд. Желудок Жорки заявляет, что если мы выживем, он согласен даже на эльфийский салат.]

Жорка вытерев пот и копоть с лица, покрепче сжал кувалду и заорал во всю глотку: — Прорвемся, принц недощипанный! Включай полную аэродинамику! Встречай, заоблачная шваль, термиста четвертого разряда!

Дирижабль со свистом и ревом понесся на таран главных врат Небесного Королевства.

Глава 7Парад сурового режима и Главарь заоблачного профсоюза

Время на системном таймере таяло со скоростью мороженого в мартеновском цеху. 02:14… 02:13…

— Быстрее, пернатый! Из какого кармана у тебя руки растут?! — Жорка стоял посреди разгромленной площади Белого Города на полусогнутых ногах.

Его доспехи из мусорного бака окончательно сдали позиции. Теперь поверх тактических гномьих асбестовых штанов на его пузе красовалась та самая розовая резиновая уточка для плавания. Из-за плотных габаритов бывшего термиста четвертого разряда уточка натянулась так, что её пластиковые глаза разъехались к ушам, а клюв безмолвно орал от боли где-то в районе Жоркиного пупка.

— Не каркай под руку, скакун пролетарский! Скотч кончается! — Борька, матерясь на смеси древнеэльфийского и привокзального, судорожно цеплялся когтями за тактическую гномью каску на Жоркиной голове.

Правое золоченое крыло птеродактиля пафосно топорщилось вверх, а левое серое, примотанное остатками изоленты, уныло свисало, как сломанный закрылок у кукурузника.

[ВНИМАНИЕ! До конца ультиматума осталось: 1 минута 45 секунд. Уровень абсурда на 800-м ярусе превысил критическую отметку. Жители Белого Города зажмурились, молятся и отказываются верить в происходящее.]

— Погнали, Борька! Держись за горшок! — рявкнул Жорка.

Бывший термист глубоко вздохнул, выпятил грудь с розовой уткой вперед и зашагал вокруг разрушенного фонтана строевым шагом металлурга. Мраморная плитка жалобно хрустела под его рабочими ботинками. Жорка набрал в легкие побольше воздуха, сдобренного мазутом, и затянул во всю мощь своего прокуренного баса:

— Знают люди-и-и на заводе-е-е… Как зака-а-а-ляется сталь!

Ангелы-омоновцы, которые еще минуту назад собирались применить к нему «святую депортацию», начали медленно креститься своими дубинками. Нимфы в ужасе закрывали уши сладкой ватой. Жоркин голос, закаленный годами перекрикивания работающих турбин, отражался от белоснежных стен Белого Города, вызывая у местной интеллигенции острую судорогу эстетического шока.

— Плавим мы-ы-ы чугун в народе-е-е! — подхватил Борька сверху, фальшиво подыгрывая клювом на манер кастаньет. — Улетай, тоска-печа-а-аль! Наш Диктатор Борька Первый всех построит в три ряда-а-а!

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Парад официально признан состоявшимся. Система утирает цифровые слезы. Ультиматум снят. Получен новый навык: «Психологическое караоке» (Уровень 1). Описание: Ваше пение способно глушить сигналы вражеских радаров и вызывать у эльфийской знати стойкую мигрень. Эффект: +200% к потере ориентации противника в пространстве.]

Таймер исчез. Жорка остановился, тяжело дыша, и попытался поправить уточку, которая уже натерла ему всё, что можно. — Ну всё, птица, слезай. Парад окончен. Где тут главный лифт во дворец?

Но договорить они не успели. Земля под их ногами содрогнулась. Из золотых дверей Главного Дворца, которые располагались на самой вершине площади, медленно вышел Финальный Босс Небесного Королевства.

Жорка ожидал увидеть грозного бога войны, огромного серафима с огненным мечом или хотя бы четырехглавого орла. Но на пороге стоял... гном. Но не тактический штурмовик, как Балин, а монументальный старик в строгом пиджаке поверх стальной кольчуги, с огромной золотой цепью на шее и бородой, аккуратно завязанной в узел в виде знака бесконечности. В правой руке он держал не меч, а гигантскую золотую печать с надписью: «УПРАВЛЕНИЕ ВСЕМ». На его груди сиял бейдж: «Аркадий Палыч. Председатель Объединенного Профсоюза Заоблачных Миров».

Аркадий Палыч посмотрел на Жорку в розовой утке, на Борьку со скотчем на крыльях, потом на разрушенные ворота и вздохнул так, словно ему опять привезли не тот сорт угля.

— Так, — густым, начальственным басом произнес Аркадий Палыч. — Я, конечно, видел забастовки. Я видел, как гоблины требовали тринадцатую зарплату, а эльфы — оплачиваемый отпуск на лавандовых полях. Но чтобы термист четвертого разряда устраивал парад на утке и крушил муниципальную криптографию без согласования с профкомом... Молодой человек, вы вообще ТК РФ заоблачного мира читали?

Жорка аж опешил, опустив кувалду. — Палыч, ты чё, с Урала тоже? Какой, к черту, профком? Мне домой надо! Меня Система сюда закинула, а этот пернатый принц мне всю плешь проел своими крыльями!

— Тишина на стройплощадке! — рявкнул Аркадий Палыч, и от его голоса у Жорки перед глазами всплыли синие предупреждения о нарушении трудовой дисциплины. — Домой он захотел. А кто заслонку в котельной гномов ломом правил? Кто Духа Антрацита закоксовал без акта приемки-передачи? Ты нарушил баланс рабочей силы, Жора! Теперь, по закону Заоблачного Профсоюза, ты обязан занять вакантное место Главного Инженера Вселенной. Или...

— Или что? — прищурился Жорка.

— Или я аннулирую твою кувалду, а твоего ящера пущу на воротник моей супруге, — спокойно ответил Палыч, поднимая золотую печать. Печать зажглась багровым светом, готовая поставить на Жорке окончательный статус «Уволен по статье».

Борька на каске задрожал: — Жора, делай что-нибудь! Этот старик выглядит как мой дед, когда я у него фамильные рубины проиграл в кости! Нам его не переспорить!

Жорка посмотрел на кувалду, потом на Камень Ветра в левой руке, который от реактивного разгона дирижабля раскалился добела и вибрировал как сумасшедший. До самого последнего, секретного яруса, где находился портал домой, оставалось всего метров тридцать... вверх, прямо над головой Аркадия Палыча, где сияло лазурное отверстие в куполе.

— Палыч, извини, — ухмыльнулся Жорка своей самой циничной улыбкой. — Но у меня на этот квартал другие планы. Борька, хватайся за утку! Включаем турбо-смыв!

Жорка со всей дури швырнул Камень Ветра под ноги Аркадию Палычу, а сам со всей пролетарской яростью прыгнул спиной вперед, активируя падение двенадцатого уровня в обратную сторону.

[ВНИМАНИЕ! Вы применили Камень Ветра в режиме «Тотальный перегруз». Восходящий поток воздуха мощностью в 5000 лошадиных сил активирован. Навык «Амортизационное хамство» пересчитывает траекторию полета...]

Камень Ветра взорвался направленным ураганом. Аркадия Палыча вместе с его золотой печатью и строгим пиджаком сдуло обратно в Главный Архив, а Жорку, Борьку и розовую уточку, которая сработала как идеальный парашют-наоборот, со страшной скоростью выстрелило вертикально вверх, прямо в лазурное отверстие секретного яруса Часть 2)

Аркадий Палыч, только что весомо стукнувший золотой печатью по мрамору, внезапно замер. На его суровом лице проступила ядовито-зелёная венозная сетка. Печать в его руке с шипением задымилась и мгновенно превратилась в жидкую, капающую на эльфийскую плитку золотую кашу — термоядерное рагу Инквизитора, пропитавшее всю площадь, доедало благородный металл на глазах.

— Палыч, у тебя инструмент поплыл, — Жорка сделал шаг назад, поудобнее перехватил кувалду. — Пережог чистой воды. Списывай в брак.

Но председатель профкома уже не слышал. Его пиджак лопнул со звуком взрывающегося автомобильного сабвуфера. Стальная кольчуга под ним начала стремительно разрастаться, превращаясь в слой шипастой брони из ржавых рельсов и швеллеров. Борода ожила, превратившись в десятки шевелящихся, колючих стальных тросов с крюками на концах.

За пару секунд чиновник заоблачного Гостехнадзора вымахал до размеров трехэтажного дома, превратившись в монументального Трансформера-Мутанта Квартального Отчета. Вместо левой руки у него теперь росла огромная гидравлическая стрела экскаватора, а из пасти, утыканной титановыми зубами, вырывался перегретый пар с запахом просроченной тушенки и паленой проводки.

Свита Палыча — гоблины и эльф-юрист — с криками «А-а-а-а, КЗоТ не работает!» мгновенно дематериализовалась в ближайших кустах.

[ВНИМАНИЕ! Аркадий Палыч мутировал в Рейд-Босса Яруса: «Призрак Бюрократии 50-го уровня». Описание: Наносит урон токсичным паром и должностными инструкциями. Иммунен к здравому смыслу. Желудок Жорки заявляет, что если мы сейчас сдохнем, то хотя бы красиво.]

— Мама-а-а-а! — Борька на каске Жорки дико заверещал, вцепившись когтями в гномью сталь. — Жора, у него рука-ковш! Он из меня сейчас сделает наггетсы вне очереди! Включай тактическое сваливание!

— Куда сваливать, птица?! Ворота сломаны, а Камень Ветра я еще на дирижабле до ручки довел, он теперь как пустой вейп! — рявкнул Жорка.

Он сплюнул мазут, поудобнее перехватил кувалду и поправил на пузе натянувшуюся розовую уточку. — Я десять лет на заводе терпел выговоры от начальства за опоздания. Думаешь, меня этот заоблачный экскаватор напугает?! Погнали!

Мутант-Палыч с оглушительным скрежетом обрушил свой гигантский ковш прямо на Жорку. Металл свистел в воздухе, обещая превратить термиста в аккуратный блин.

— Падение — залог успеха! — заорал Жорка и плашмя рухнул на бок, активируя свой прокачанный пассивный навык.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Задействован навык «Профессиональный ,мешок с картошкой» (Уровень 12). Вы элегантно проехались пузом по мрамору. Розовая уточка сработала как подушка безопасности, снизив урон от трения на 40%. Ковш Палыча пробил в площади дыру глубиной в два метра.]

Жорка, не теряя времени, крутанулся на спине, вскочил на ноги и с разворота всадил титановую кувалду точно по гидравлическому шлангу на руке-ковше монстра.

БАМС!

Из пробитого шланга под диким давлением шибанула черная, маслянистая жидкость. Палыч взревел голосом сломавшегося тепловоза, а его тросовая борода рванулась вперед, пытаясь опутать Жорку. Стальные усы защелкали вокруг каски термиста, как капканы.

— Борька, твою мышь, работай! Ослепи его! — проорал Жорка, отбиваясь кувалдой от наседающих стальных тросов.

— Понял, шеф! Атака с воздуха! — Борька, чьи крылья на скотче чудом держались, взвился вверх.

В полете птеродактиль вытащил из кармана Жоркиных штанов остатки гномьего жгучего перца и со всей дури швырнул их прямо в ядовито-красный правый глаз Голема. Самец рептилии при этом победно каркнул: — Получи, чудовище, прибавку к пенсии!

Перец «Дыхание Шахтера» мгновенно среагировал с паром, вырывающимся из пасти Палыча. Раздался глухой хлопок. Правая половина лица монстра окуталась багровым пламенем. Голем ослеп на один глаз, зашатался и начал крушить собственным ковшом стоящие рядом эльфийские колонны.

— Хорош, Борька! — крикнул Жорка. — А теперь — чисто заводской метод утилизации брака!

Поскольку Камня Ветра больше не было, Жорка включил чистую логику термиста. Палыч состоял из раскаленного чугуна и ржавой арматуры, а из пробитого гидравлического шланга на пол хлестало горючее масло, которое уже загорелось от Борькиного перца. Рядом стоял разрушенный дирижаблем фонтан, откуда под диким напором била ледяная святая вода.

— Термический удар по площади! — заорал Жорка.

[ВНИМАНИЕ! Вы активируете «Гидродинамический подкат» (Уровень 2). Розовая уточка свистит от встречного потока воздуха!]

Жорка пролетел на пузе прямо под ногами качающегося гиганта и со всей дури врубил кувалдой по главному вентилю разрушенного фонтана. Чугунная задвижка лопнула. Многотонная струя ледяной святой воды под диким давлением ударила прямо в раскаленный, горящий мазутом чугунный бок монстра-Палыча.

Раздался такой страшный, оглушительный треск «ПШШШШ-КРАК», какого это Небесное Королевство еще не слышало. Любой металлург знает: если раскаленный добела чугунный брак резко облить ледяной водой, он не просто остынет — его разорвет внутренним напряжением металла.

Профсоюзный Голем покрылся сеткой глубоких трещин. Из него повалил густой белый дым с запахом канцелярского клея, и трехэтажный монстр с грохотом развалился на тысячи мелких кусков шлака. Посреди этой кучи металлолома, кашляя и отряхивая свой вполне нормальный, хоть и мокрый пиджак, сидел обычный, уменьшившийся Аркадий Палыч.

[ВЫ ПОБЕДИЛИ! Финальный Босс 800-го яруса повержен чистым знанием материаловедения. Награда: Полная капитуляция заоблачной бюрократии, уважение Гостехнадзора (+100) и... Системный обходной лист.]

Жорка тяжело дышал, опершись на кувалду. Розовая уточка на его пузе тихо сделала «пип», окончательно сдуваясь.

Аркадий Палыч вылез из кучи металлолома и с уважением посмотрел на Жорку. — Ну ты… ну ты даешь, шестой разряд тебе в дышло. Без наряда-допуска… чисто на термоударе. Ладно, Георгий. Профком свое слово держит. Поскольку моя печать расплавилась, подпишем по-рабочему.

Палыч достал из кармана простой химический карандаш, послюнявил его и размашисто расписался прямо на синем системном окне, которое висело перед Жоркой, закрепив подпись увесистым плевком.

«Обходной лист подписан. Должность: Свободный гражданин Земли. Доступ к Порталу Главного Управления открыт».

Прямо за разрушенным троном Палыча мраморный пол разъехался в стороны, и оттуда медленно поднялась винтовая лестница, ведущая на самый последний, 900-й ярус Небесного Королевства, откуда бил ровный, теплый свет домашнего уральского солнца.

— Ну чё, Жора, — Борька приземлился на плечо термиста, бережно поправляя скотч на крыле. — Полетели домой? Надеюсь, в твоем Челябинске утки хотя бы не взрываются.

— Пошли, принц, — Жорка улыбнулся, закинул кувалду на плечо и сделал первый шаг по лестнице. — Там пиво холодное и смена только через два дня. Прорвемся.

Глава 8 Сбой авторизации и финальный душнила

900-й ярус встретил их стерильной белизной, которая резала глаза похлеще неоновых вывесок 500-го. Никаких облаков, нимф и пафосных дворцов. Вокруг расстилалось бесконечное белое ничто, посреди которого сиротливо торчала одинокая пластиковая будка с вертушкой, как на входе в недорогой бизнес-центр. Над будкой висело кривое табло: «Финальный рубеж. Выход из симуляции. Пожалуйста, приготовьте QR-код вашей души».

— Так, я не понял, — Жорка почесал кувалдой затылок, отчего с его шлема осыпалась последняя обгоревшая наклейка от розовой утки. — Мы ради этого пластикового ларька штурмовали инквизицию и лебедей собственным дерьмом закидывали? Где портал в Челябинск? Где пиво?

Борька, чьи крылья после битвы с Палычем окончательно спутались в один комок из перьев и серого армированного скотча, уныло приземлился на турникет. — Жора, меня обманули. Здесь даже нет шведского стола для беженцев высшего сословия. Я требую вернуть меня в котельную к гномам, там хотя бы арахис давали бесплатно.

[ВНИМАНИЕ! Вы достигли точки эвакуации. Система проводит сканирование ваших достижений. Результаты: Убийств — 0. Разрушений инфраструктуры — 98%. Моральный ущерб фракциям — 400%. Статус: Вы худшие тестировщики в истории этой вселенной.]

Из пластиковой будки с тихим шипением вылез финальный страж. Жорка приготовился к очередной битве с боссом, но вместо этого перед ними предстал парень в овечьем худи оверсайз, подвернутых джинсах и с айпадом в руках. Его нимб висел над головой в виде неонового логотипа надкусанного яблока, а в зубах дымилась электронная сигарета с запахом черничного пирога. На бейджике значилось: «Денчик. Тимлид заоблачного саппорта».

— Так, ребят, ну это кринж, — Денчик выдохнул струю приторного пара прямо в закопченное лицо Жорки. — Вы зачем сломали Аркадия Палыча? Это был наш главный скрипт на удержание аудитории. Вы в курсе, что у нас из-за вашего «аналогового хакинга» сервер авторизации лег?

— Слышь, Денчик, — Жорка шагнул вперед, отчего его асбестовые штаны издали влажный, мазутный хлюп. — Мне плевать на твои сервера. У меня обходной лист подписан? Подписан. Открывай вертушку, я домой пошел. Меня на заводе третья смена ждет, мне этот ваш геймдев уже поперек горла стоит.

Тимлид лениво потыкал пальцем в планшет. — Не, Жор, так не работает. Твой обходной лист — это вообще-особо невалидный ассет. Палыч подписал его химическим карандашом, а у нас блокчейн. Короче, у вас отказ в депортации. Придется обнулить ваш прогресс и отправить вас на первый ярус собирать ромашки для эльфийских смузи. Борьку мы вообще спишем как дефектную текстуру, посмотри на его левое крыло, это же полный треш.

Борька от такой наглости аж подпрыгнул на турникете, выставив вперед разводной ключ. — Что-о-о?! Дефектная текстура?! Да я чистокровный заоблачный принц, у меня в роду все летали со скоростью звука! Жора, этот хипстер только что оскорбил мои королевские полигоны! Пропиши ему деинсталляцию лица!

[ВНИМАНИЕ! Запущена финальная стадия переговоров. Денчик активирует режим «Техподдержка в игноре». Ваша кувалда не может нанести урон нематериальному объекту. Рекомендуется использовать современный метод токсичного менеджмента.]

Жорка посмотрел на Денчика, потом на кувалду, которая действительно бессильно прошла сквозь планшет тимлида, оставив лишь легкий след от солярки. Прямое насилие тут не прокатывало — этот босс душил исключительно душнотой и правилами.

— Ладно, айтишник, — Жорка цинично ухмыльнулся и оперся на кувалду. — Блокчейн, говоришь? Скрипты легли? А ты в курсе, что если я сейчас не выйду через эту вертушку, то твой «Гоблин-Мастер 3000» на кухне 500-го яруса окончательно закоротит? Я там фазу на ноль кинул напрямую, мимо автомата. Через пять минут у тебя весь 750-й ярус сгорит вместе со святым пафосом и базой данных твоих инквизиторов.

Денчик замер. Его черничный вейп остался висеть в воздухе. Он судорожно начал листать планшет, по лбу тимлида поползла вполне материальная капля пота. — Подожди... Какая фаза? Там же магические кристаллы!

— Магические они были, пока я туда гномью солярку и перец не залил, — соврал Жорка с самым честным лицом ветерана металлургии. — Сейчас там идет процесс кавитации и теплового разгона. Короче, Денчик. Либо ты открываешь турникет и даешь нам с Борькой уйти, либо твой проект закрывают за нерентабельность, а тебя отправляют кочегаром к гномам — они как раз искали кого-то, кто умеет графики в Экселе рисовать.

Борька вовремя сообразил и добавил от себя, страшно выпучив глаза: — Да-да! И заставят тебя чистить колосники зубной щеткой! Без права на удаленку!

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы успешно применили навык «Блеф четвертого разряда». Тимлид Денчик словил жесткую паническую атаку. Моральный ущерб саппорта: 100%.]

— Ладно, ладно, окей, вы душные, я не могу с вами работать, — занервничал Денчик, лихорадочно прикладывая свой айпад к вертушке. — Уходите. Вы официально забанены в нашей симуляции за токсичность и деструктивное поведение. Нам такие игроки не нужны.

Пластиковый турникет со звуком «пик» загорелся зеленым. Белое ничто за будкой начало стремительно трескаться, открывая вид на до боли знакомый серый забор, кучу ржавой арматуры и дымящие трубы челябинского завода. Запахло родным смогом, сырым асфальтом и чебуреками из ларька у проходной.

— Ну, бывай, Денчик, — Жорка поправил сдутую уточку на пузе и шагнул к вертушке. — Передавай привет Палычу. Пусть Коллективный договор перепишет, а то у вас условия труда — полный отстой.

Жорка шагнул в проем. Борька, судорожно вцепившись когтями в его каску, зажмурился и прыгнул следом.

Они вывалились прямо за забором родного завода Жорки. Серое утреннее небо Челябинска приветливо сыпало мелкой изморосью. Жорка стоял в своих обгорелых асбестовых штанах, с кувалдой в руке, чувствуя, как Системные окошки перед глазами окончательно гаснут, оставляя лишь легкую головную боль.

Борька медленно открыл один глаз, посмотрел на проезжающую мимо ржавую «Газель», потом на кучу шлака и восторженно каркнул: — Жора! Какой крутой заоблачный мир! Сколько тут металлолома! И пахнет... пахнет настоящей свободой и шаурмой!

— Добро пожаловать на Урал, Его Высочество, — Жорка улыбнулся и зашагал к пивному ларьку. — Сейчас я покажу тебе, что такое настоящая высокая кухня.

Первый том официально завершен! Мы вывели героев на Землю, отпинав всю заоблачную бюрократию.

Дорогие читатели,если Вам зашла эта книга,пишите,я буду продолжать писать

Том 2 Глава 1

План принят и зафиксирован в базе данных проекта! Никакой советской душноты и нафталина — только чистый современный стёб, жесткий экшен, игровой цинизм и угарный дуэт термиста с птеродактилем-рэкети

ТОМ 2. ГЛАВА 1. Индустриальный апгрейд и голубиный рэкетЧасть 1

Серый челябинский рассвет пах мокрым шлаком, дешевым табаком и безысходностью, но для Жорки этот воздух после стерильного заоблачного пафоса казался чистым кислородом. Бывший термист четвертого разряда стоял у забора родного завода, лениво ковыряя кувалдой ржавую арматуру. Из-под обгоревшего поварского фартука все еще вызывающе торчали асбестовые штаны, покрытые окалиной трех миров.

На его плече, намертво вцепившись когтями в каску, сидел Борька. Накрахмаленный поварской колпак ящера съехал набок, а левое крыло, наспех замотанное серым армированным скотчем, подозрительно шуршало при каждом вздохе.

— Ну и где твой лакшери-курорт, раб? — язвительно проскрежетал Борька, оглядывая кучу промышленного мусора. — Где нимфы с подносами? Почему элитный заоблачный принц должен созерцать эту постиндустриальную депрессию? Тут даже заборы серые. У меня от этого пейзажа пиксели в глазах тускнеют.

— Заткнись, птица, — Жорка сплюнул под ноги. — Это Урал. Здесь пафос не котируется. Зато металлолома — жопой жуй, как ты и хотел. Сейчас дойдем до каптёрки, скину этот кулинарный прикид, возьму нормальный инструмент, и пока заводы работают — мы в шоколаде.

Вдруг из-за кучи битого кирпича раздалось угрожающее, утробное: — Курлык, нах.

Жорка и Борька синхронно повернули головы. На ржавой бочке из-под мазута восседал огромный, жирный голубь со шрамом через весь клюв. На его лапе вместо кольца орнитолога красовалась гайка на четырнадцать, а вокруг бочки плотным полукольцом выстраивалась его банда — пара десятков ободранных, циничных пернатых гопников, которые смотрели на пришельцев так, будто те зашли на их район без подписки.

— Опачки, — Борька оживился, его золоченое правое крыло инстинктивно дернулось. — Местный криминалитет. Смотри, Жора, у них даже иерархия прописана. Тот, что на бочке — явно капореджиме местной помойки.

Главарь голубей сделал пару дерзких шагов по бочке, нагнул голову и выдал серию резких, прерывистых звуков, которые Система Жорки тут же начала переводить в углу экрана.

[ВНИМАНИЕ! Обнаружена локальная фракция «Серые Налётчики». Статус: Агрессивный рэкет. Перевод диалога: «Слышь, чучело в колпаке, ты с какого яруса прилетел? Сюда крошки скидывай, семечки сдавай, кувалду бросай и вали, пока мы тебе хвостовое оперение не кастрировали».]

— Он назвал меня чучелом? — Борька медленно повернул голову к Жорке, и в его глазах загорелся нехороший королевский огонек. — Жора, держи мою бандану. Сейчас я покажу этим городским воробьям-переросткам, что такое заоблачный аудит.

Часть 2

Борька сорвался с Жоркиной каски с яростным клекотом. Армированный скотч на левом крыле натянулся, издавая дикий треск, но святая золоченая правая плоскость выдала мощный реактивный импульс. Птеродактиль пролетел над бочкой, как дефектный беспилотник, и со всей дури врезался правым крылом точно в грудь голубиному авторитету.

ХРЯСЬ!

Голубь-вожак улетел с бочки в кучу шлака, растеряв половину авторитета и три хвостовых пера. Золотая вспышка от Борькиного крыла на секунду ослепила голубиную банду, заставив их в панике захлопать крыльями.

— Стоять, пернатые бакланы! — заорал Борька, приземляясь на мазутную бочку и пафосно растопырив крылья. — Отныне этот район переходит под управление Заоблачного Дома Борьки Первого! Всем построиться в шеренгу по росту, клювы в землю, сдать излишки семечек в королевский фонд!

Голубиная банда замерла в жестком шоке. Они привыкли отжимать булки у первоклассников и пугать пенсионерок на лавках, но трехкилограммовая летающая рептилия со скотчем и святым сиянием явно ломала их привычные скрипты поведения.

Один из голубей, помоложе и подерзче, попытался зайти Борьке со спины, угрожающе раздувая зоб.

— Жора, аналоговый хакинг в студию! — не оборачиваясь, скомандовал принц.

Жорка, лениво зевнув, сделал шаг вперед и просто уронил свою тридцатикилограммовую титановую кувалду плашмя на ржавый лист железа рядом с нападающим гопником.

ТУУУУУМ-М-М!

Звук получился такой, будто по рельсу ударили поездом. Металлическая волна буквально подбросила дерзкого голубя на полметра вверх, а вся остальная банда от вибрации мгновенно упала на пузо, судорожно курлыча и вытягивая шеи перед бочкой.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы успешно подавили локальный бунт пернатых без применения огнестрельного оружия. Получен новый навык: «Авторитет помойки» (Уровень 1). Описание: Городские птицы видят в вас вожака стаи, способного раздавить кувалдой любой профсоюз. Эффект: Голуби Челябинска теперь смотрят на вас с брезгливым обожанием.]

Из кучи шлака, пошатываясь, вылез бывший вожак. Гайка на его лапе уныло звякнула. Он посмотрел на Борьку, потом на Жорку в асбестовых штанах, подошел к бочке и смиренно склонил голову, издав тихое, жалобное урчание.

[Перевод Системы: «Босс, признаем поражение. Твоя кувалда больше, твой скотч крепче. Мы твоя шестерка. Чего прикажешь, Ваше Перначество?»]

Часть 3

Борька довольно ухмыльнулся, поправил клювом колпак и победоносно посмотрел на Жорку. — Видал, металлург? Настоящий топ-менеджмент. Минута работы — и у нас в подчинении целая штурмовая эскадрилья. Теперь мы тут развернем такую сеть, что вся городская администрация будет нам за парковку отстегивать.

Жорка поднял кувалду, закинул её на плечо и хмуро осмотрел коленопреклоненных голубей. — Сеть они развернут... Птица, у нас насущные проблемы. Ты Систему видишь? Она хоть и затихла, но синий экран все еще висит на периферии. Это значит, что тот душнила Денчик из техподдержки нас так просто не оставит. Мы для него — баг в коде, который надо вычистить.

Борька отмахнулся золоченым крылом, отчего голубь со шрамом испуганно вжал голову в зоб. — Да ладно тебе, Жор, Денчик твой — обычный хипстер с вейпом. Что он нам в реале сделает? Максимум — аккаунт на Госуслугах заблокирует. А у меня тут армия!

В этот момент голубь со шрамом (которого Борька тут же окрестил Шрамычем) резко вскинул голову, прислушался к чему-то и выдал тревожную серию звуков. Синяя строка Системы мгновенно обновила перевод.

[ВНИМАНИЕ! Получены оперативные данные от разведки «Серых Налётчиков». На северной границе района, возле ларька «Горячие Беляши», замечена повышенная активность Фракции Чаек-Мутантов. Они отжимают чебуреки и нарушают территориальную целостность вашей новой помойки.]

Борька взлетел Жорке на каску, грозно выставив разводной ключ вперед. — Опачки! Территориальные претензии! Жора, расчехляй асбест, у нас первый боевой выезд! Мы не можем позволить каким-то морским курицам жрать чебуреки на нашей земле!

Жорка вздохнул, поправил сдутую уточку на пузе, которая все еще забавно пищала при каждом шаге, и ухмыльнулся своей самой циничной рабочей улыбкой: — Ладно, диктатор. Пошли разберемся с чайками. Заодно посмотрим, из чего сделана твоя новая авиация. Надеюсь, они летают лучше, чем те лебеди Инквизитора.

Герои двинулись в сторону чебуречной, а за их спинами, шурша крыльями и выдерживая четкий тактический клин, бесшумно летела банда челябинских голубей под предводительством Шрамыча. Второй том официально стартовал, и пахло здесь явно не святым пафосом, а хорошей, драчливой уличной историей.

Глава 2

Часть 1 . Воздушный десант и живая зенитка

Ларёк «Горячие Беляши» стоял на перекрёстке возле трамвайного кольца и считался культовым местом. Здесь всегда пахло пережаренным во фритюре тестом, дешёвым кетчупом и выхлопными газами. Но сегодня привычную атмосферу Челябинска нарушал дикий, истошный ор.

Толпа людей — работяги в промасленных спецовках, кондукторы, ждавшие свой маршрут, и пара студентов — сгрудились у забора, снимая происходящее на телефоны. На капотах припаркованных машин испуганно выли сигнализации. Причиной всеобщего охуения стал беспрецедентный рейдерский захват чебуречной.

Около полутора десятков чаек-мутантов, размером с хороших откормленных индюков, устроили на крыше ларька полноценную авиабазу. Они пикировали на прохожих, вырывали пакеты с выпечкой прямо из рук и грязно, матерно хохотали на весь район, хлопая жирными крыльями.

— Это какой-то кринж, — послышался из толпы голос парня с самокатом. — Смотри, там мужик в асбестовых штанах идёт. И у него... подожди, это что, динозавр на каске?

Толпа расступилась, уставившись на Жорку. Бывший термист шагал по разбитому асфальту, дико громыхая кувалдой по бетону при каждом втором шаге. Его сдутая розовая уточка на пузе при этом издавала унылый писк: «Фи-ить... фи-ить». На гномьем шлеме Жорки, расправив крылья из скотча, гордо восседал Борька. На его клюве дымилась сигарета, а взгляд выражал абсолютное презрение к человечеству.

За ними строго в ряд, чеканя шаг лапами, маршировала банда челябинских голубей во главе со Шрамычем. У каждого второго голубя в клюве был зажат бычок или обломок зубочистки для пущей авторитетности.

— Мама, это цирк приехал? — тихо спросила маленькая девочка, указывая пальцем на Жорку. — Нет, доча, это суровые будни металлургов, — ответил мужик в кепке, спешно отходя подальше.

— Ну что, Шрамыч, — Борька сплюнул сигарету прямо под ноги толпе. — Вон они, твои морские курицы. Занимают господствующую высоту. Жора, глуши мотор, мы на позиции.

Часть 2

Главная чайка — одноглазый мутант с порванным крылом и куском чебурека в клюве — заметила приближение разношёрстной компании. Она издала пронзительный визг, похожий на звук болгарки, пилящей рельс.

— КРЯ-А-А-Х-Х! — перевела Система. — «Смотрите, пацаны, кочегар пришёл! И ручную индейку привёл! Фас их, пацаны, отжимаем каску!»

Чайки сорвались с крыши ларька плотным клином, заходя на бреющий полет. Люди в толпе с криками бросились врассыпную, прячась за остановку. Только Жорка остался стоять посреди площади, лениво почёсывая кувалдой колено.

— Борька, они заходят с фланга. Командуй своей авиацией, пока они нам каску мазутом не заправили, — угрюмо буркнул Жорка.

— Голубиная гвардия, в бой! — заорал Борька, взлетая с Жоркиного шлема. — Шрамыч, протокол «Пометный дождь»! Дави их массой!

Челябинские голуби с яростным урчанием взвились в воздух. На высоте пяти метров начался настоящий пернатый Перл-Харбор. Голуби, уступая чайкам в размерах, брали чисто уличной наглостью и тактическим клином. Шрамыч лично зашёл одной чайке в хвост, намертво вцепившись клювом в её рулевые перья.

Но три самые крупные чайки прорвали оборону и на полной скорости понеслись прямо на Борьку, намереваясь расклевать его скотчевые крылья.

— Жора, я теряю высоту! Становись в режим зенитки! — закричал птеродактиль, крутясь в воздухе как подбитый истребитель.

Жорка среагировал мгновенно. Он широко расставил ноги в асбестовых штанах, превращаясь в монументальную живую башню, поднял тридцатикилограммовую кувалду над головой и начал бешено раскручивать её, как лопасти вертолёта.

— Лови фазу, пернатые! — рявкнул термист.

Часть 3

Жорка со всей дури припечатал кувалду плашмя по ржавому капоту брошенного «Москвича», стоявшего прямо у чебуречной.

ТРЕЕЕ-Е-Е-СЬ! БУМ!

Звуковая волна от удара титана о старый металл получилась настолько плотной и мощной, что её физически ощутили все зрители за остановкой. У «Москвича» мгновенно вылетели все стёкла, а три атакующие чайки, попав под акустический удар Жоркиного караоке, начисто потеряли ориентацию в пространстве. Они начали совершать неконтролируемые мёртвые петли, врезаясь в вывеску «Горячие Беляши» и падая на асфальт в состоянии глубокого нокдауна.

Пользуясь моментом, Борька спикировал сверху и своим золочёным правым крылом выдал такой святой импульс, что остатки чаек просто сдуло в сторону трамвайных путей. Они улетали, испуганно роняя недоеденные чебуреки и обещая больше никогда не возвращаться в этот район.

Толпа людей за остановкой взорвалась аплодисментами. Кто-то даже крикнул: «Мужик, ты лучший! Давай тебя в мэры выдвинем!»

Борька пафосно приземлился на помятый капот «Москвича», победно растопырив крылья перед зрителями. Шрамыч и его банда тут же оккупировали крышу ларька, победно курлыкая на весь Челябинск. Район был официально захвачен.

Перед глазами Жорки снова вспыхнуло ядовито-синее окно Системы, прервав триумф.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы ликвидировали воздушную угрозу при помощи одного точного удара и куска металлолома. Район чебуречной полностью переходит под юрисдикцию Дома Борьки.] [Получен новый навык: «Управление пернатыми» (Уровень 1). Описание: Вы можете координировать действия птиц в радиусе 50 метров. Побочный эффект: Вас теперь непреодолимо тянет поклевать семечки с пола, а все местные воробьи считают вас своим батей. Моральный ущерб экологии города: 100%.]

— Ну что, Жорж, — Борька вальяжно подошёл к упавшему с крыши чебуреку и брезгливо перевернул его клювом. — Первый шаг к мировому господству сделан. Народ нас любит, авиация под рукой. Пошли искать нормальное пиво, у меня от этой победы весь скотч пересох.

Жорка закинул кувалду на плечо, проигнорировал очередное уведомление о голоде и ухмыльнулся, глядя на снимающих его людей: — Пошли, величество. Только сначала утку мне ослабь, а то она мне окончательно весь кровоток перекрыла.

Они зашагали вглубь района, а за ними, выдерживая строгую дистанцию, летела личная гвардия челябинских голубей. Глава 2 была успешно завершена.

Глава 3 Городские службы и цифровой заслон

. Часть 1

До дома и вожделенного холодного пива Жорка не дошёл ровно два квартала. Пространство между хрущёвками внезапно перекрыл глухой рёв сирен, но не заводских, а каких-то электронных, бьющих по мозгам. Из-за угла, сминая пластиковые мусорные баки, на площадь вылетел бронированный фургон с надписью «Служба утилизации биологических аномалий».

Из машины попрыгали типы в глухих жёлтых костюмах химзащиты, с масками-респираторами вместо лиц и огромными пневматическими пушками, стреляющими стальными сетками с электрошоком.

— Фиксирую неопознанный летающий объект с остатками упаковочной ленты! — рявкнул сквозь мегафон один из живодеров, наводя ствол строго на Борьку. — А также гражданское лицо в асбестовых штанах, зараженное мазутом! Код «Красный», пакуем обоих!

— Чего, блять?! Кого ты там паковать собрался, космонавт недоделанный? — Жорка сплюнул под ноги, перехватывая кувалду. — У меня смена только через два дня, я домой иду!

— Жора, это не просто живодёры, это карательный клининг от Денчика! — Борька в панике заметался над его каской, скотч на левом крыле затрещал. — Они стирают аномалии в реале! Если нас поймают, они из меня сделают чучело для офиса техподдержки! Сваливаем в промзону!

Надеяться на мирное урегулирование было глупо — типы в жёлтом бахнули из пушек, и тяжелая стальная сетка, искрясь током, полетела прямо в Жорку. Термист инстинктивно нырнул боком в кусты, увлекая за собой птеродактиля.

[ВНИМАНИЕ! Использован пассивный навык «Профессиональный мешок с картошкой» (Уровень 12). Вы элегантно влетели жопой в заросли крапивы, избежав высоковольтного блудняка. Моральный ущерб: 5%. Желудок напоминает, что дома ждал суп, но теперь придется жрать адреналин.]

Шрамыч и его голубиная гвардия сработали как дымовая завеса — пернатые гопники плотной тучей атаковали лобовые стекла фургона, засирая их со скоростью пулемета. Пользуясь секундным замешательством «чистильщиков», Жорка и Борька пролезли через дыру в бетонном заборе, углубляясь в заброшенные склады трубного завода.

Здесь, тяжело дыша среди ржавых конструкций, Шрамыч выплюнул прямо к ногам Жорки обгоревшую пластиковую флешку с эльфийской гравировкой, которую он спер со стола в фургоне живодеров.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Ваша разведка добыла зашифрованный квест-предмет «План ликвидации Челябинска». Описание: Денчик заблокировал твой выход. Портал домой закрыт цифровым шлюзом, который находится в подвале старой бойлерной. Чтобы открыть его, нужно снести физический сервер.]

Жорка посмотрел на флешку, потом на свои грязные ботинки и глухо зарычал. Пойти домой просто так не получалось — айтишники заблокировали саму проходную в реальность. — Ладно, пернатый. Раз они не хотят по-хорошему... Пошли ломать их сервера. Борька, где эта бойлерная?

Часть 2

Старая бойлерная трубного завода встретила их сыростью, запахом ржавой воды и подозрительным жужжанием. Железная дверь в подвал была сорвана с петель, а из темноты проема лился ровный, синеватый свет высокотехнологичных светодиодов.

— Так, Жора, чую засаду, — Борька осторожно заглянул внутрь, держа разводной ключ наперевес. — Там пахнет новыми гаджетами и свежим пластиком. Денчик развернул тут полноценный блокпост.

Они медленно спустились по бетонным ступеням. Подвал бойлерной был полностью перестроен. Вместо старых советских труб здесь тянулись ровные ряды серверных стоек, а проход к главному терминалу преграждала целая армия... роботов-пылесосов. Но это были не те мирные круглые блины, что собирают крошки в квартирах.

Эти колесные гаджеты были размером со спутниковую тарелку, обшиты титановыми пластинами, а сверху у каждого был вмонтирован лазерный дальномер и пара выдвижных лезвий от канцелярских ножей, вращающихся со скоростью кухонного миксера.

— Обнаружен неавторизованный мазутный сегмент, — синхронно выдали динамики роботов противными электронными голосами. — Протокол «Чистый пол». Утилизировать грязь.

Пять боевых пылесосов, бешено вращая лезвиями и мигая красными диодами, рванули по кафельному полу прямо на Жорку.

— А-а-а! Восстание машин! Шеф, они нам ноги побреют! — Борька с криком взлетел под потолок, цепляясь когтями за кабель-канал.

Жорка даже не шелохнулся. После трехэтажного Профсоюзного Голема эти жужжащие сковородки вызывали у него только глухое пролетарское раздражение.

— Блокчейн, говоришь... Пылесосы... — Жорка цинично ухмыльнулся, поудобнее перехватив тридцатикилограммовую кувалду. — У нас в цехе электрокара тоже задом сдавала, пока ей бампер ломом не зафиксировали. Активирую аналоговый хакинг, электронные выкидыши!

Жорка шагнул навстречу первому пылесосу и с короткого замаха припечатал его титановым набалдашником сверху вниз.

ХРЯСЬ!

Часть 3

Пластиковый корпус гаджета лопнул с сочным звуком раздавленного арбуза. Литий-ионный аккумулятор внутри замкнуло, он коротнул, выдав струю сизого дыма и сноп зеленых искр.

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы уничтожили умный гаджет при помощи грубой физической силы. Навык «Аналоговый хакинг» (Уровень 3 — УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!). Описание: Электроника Денчика в радиусе двух метров начинает сомневаться в гарантийных обязательствах.]

Оставшиеся четыре пылесоса попытались обойти Жорку с флангов, выставив лезвия на максимум. Но тут в дело вступил Борька. Птеродактиль, поймав кураж, спикировал сверху и своим золоченым правым крылом выдал такой плотный святой импульс, что два робота просто потеряли сигнал Wi-Fi. Они начали крутиться на месте, жалобно пища: «Потеряна связь с базовой станцией, пожалуйста, верните меня на зарядку...»

— Получите, ведра с вай-фаем! — орал Борька, добивая их разводным ключом по лазерным датчикам.

Последний пылесос Жорка аккуратным пинком тяжелого рабочего ботинка со стальным мыском отправил в полет до ближайшей серверной стойки. Бах! Робот разлетелся на запчасти, разнеся заодно распределительный щит саппорта.

Синий свет в подвале замигал, электроника серверов жалобно завыла, снижая обороты кулеров.

[ВНИМАНИЕ! Локальный заслон Денчика пробит кувалдочно-пернатым методом. Доступ к центральному шлюзу очищен на 50%. Моральный ущерб техподдержки: запредельный. Ваш желудок сообщает, что если вся эта цифровая хрень не закончится в ближайший час, он начнет переваривать асбестовые штаны.]

Жорка опустил кувалду на пол, вытер свежую полосу копоти с лица и посмотрел на мерцающий главный монитор сервера. — Так, птица. Первую партию электролома мы оформили. Но чувствую, этот Денчик сейчас начнет отслеживать нас через каждый утюг в этом городе. Собирай голубей, надо двигаться дальше, пока эти типы в желтых костюмах сюда подкрепление не стянули.

— Полный вперед, Жора! — Борька победно приземлился на его каску, поправляя клювом колпак. — Мы их блокчейн на ремни порежем!

Они двинулись в глубь подземного коридора, а за ними в подвал уже просачивались первые серые бойцы Шрамыча, готовые обеспечивать воздушное прикрытие в любых условия.

Глава 4 Цифровой загон и экстренный драп

. (Часть 1)

Тяжелая гермодверь подвала старой бойлерной со скрежетом поддалась, выпуская Жорку и Борьку обратно в серые челябинские дворы. Промзона встретила их могильной тишиной, которая через секунду буквально лопнула.

По всему периметру жилого квартала, начиная от ржавых гаражей и заканчивая козырьками панельных хрущевок, одновременно зажглись тысячи мелких синих огоньков. Это были не светодиоды. Это Денчик из заоблачной техподдержки подключил систему тотального трекинга, взломав всё, что имело хотя бы намек на микросхему.

— Внимание! — дурным, механическим голосом заорал динамик камеры видеонаблюдения на подъезде ближайшего дома. — Обнаружен критический баг кода в асбестовых штанах! Координаты зафиксированы! Не подходите к объекту, он пахнет мазутом и токсичной пролетарской иронией!

— Опачки, — Борька судорожно вцепился когтями в Жоркину каску, отчего армированный скотч на его левом крыле натянулся с противным сухим треском. — Жора, этот хипстер объявил на нас цифровую охоту! Смотри на домофон, он на нас лазером светит!

Камера умного домофона на хрущевке напротив действительно выехала из паза на максимальный зум, транслируя на встроенный экранчик пиксельную рожу Денчика, который меланхолично затягивался черничным вейпом.

— Ну что, тестировщики хреновы, доигрались? — лениво донеслось из динамика домофона сквозь цифровые помехи. — Вы думали, если вырвались в реал, то можете безнаказанно ломать мои сервера кувалдой? Я запустил протокол «Полная зачистка кэша». Сейчас вас удалят из этой реальности вместе с вашей помойной авиацией.

В ту же секунду навигаторы всех припаркованных во дворе машин — от старых «Жигулей» до новеньких китайских кроссоверов — синхронно выдали истошный писк. Бортовые компьютеры заблокировали двери авто, а из динамиков повалил тот же монотонный голос техподдержки, координирующий кого-то в радиусе трех кварталов.

[КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА! Ваша геолокация слита через все доступные Wi-Fi точки района. Система предупреждает: к вам стягиваются штурмовые отряды клининга. Желудок Жорки заявляет, что если его сейчас удалят, он сделает это громко и с брызгами.]

Жорка даже не поморщился. Он цинично сплюнул на разбитый асфальт, поудобнее перехватил тридцатикилограммовую кувалду и проверил, как держится на пузе полусдутая розовая уточка. — Слышь, Денчик, — крикнул Жорка прямо в объектив умного домофона. — У нас на заводе таких душнил, как ты, в диспетчерской закрывали, чтоб работать не мешали. Борька, где там твоя пернатая банда? Нам сейчас понадобится очень много живой силы.

С неба, шумно хлопая крыльями, на пожарную лестницу хрущевки посыпались серые бойцы Шрамыча. Голубиный авторитет лично приземлился на ржавый козырек, держа в клюве обломок пластиковой карты, которую его орлы успели отжать у передового патруля.

Но времени на оперативные планерки не было. С обеих сторон дворового проезда, блокируя выходы на проспект, с визгом тормозов развернулись сразу четыре бронированных фургона «Службы утилизации аномалий».

Двери машин распахнулись, и на асфальт посыпались охотники. В этот раз Денчик не пожалел бюджетов: вместо обычных живодеров двор заполонили профессиональные ликвидаторы в тяжелых, зеркальных костюмах биозащиты, которые полностью отражали синий неоновый свет. В руках у каждого были пневматические сетеметы со стальными высоковольтными тросами, а за спинами штурмовиков жужжали тяжелые дроны-перехватчики, вооруженные циркулярными пилами и распылителями ядовитого санитарного геля.

— Цель вижу! — рявкнул командир охотников, чей голос из-за респиратора звучал как у Дарта Вейдера, переевшего челябинских беляшей. — Окружай мазутный сегмент! Птеродактиля брать живьем — Тимлид хочет сделать из него брелок для ключей!

— Я тебе сам из клюва брелок сделаю, космонавт приблудный! — заорал Борька, яростно захлопав разноцветными крыльями. — Жора, их слишком много! У них штурмовая авиация на батарейках!

Жорка сунул руку в карман асбестовых штанов и вытащил свой старенький Poco. Экран телефона бешено мигал красным, а навител-навигатор самостоятельно прокладывал маршрут в сторону ближайшего отделения дурдома, сопровождая это текстовыми сообщениями от Денчика: «Я вижу тебя через фронталку, Жора. Твой Poco теперь принадлежит саппорту».

— Ах ты ж хакер недоделанный, — ухмыльнулся Жорка. — Координаты мои пасешь? Ну на, поймай сигнал.

Термист со всей пролетарской дури швырнул Poco прямо в лобовое стекло ведущего фургона охотников. Телефон, усиленный Жоркиной траекторией, пробил триплекс со звуком хорошего кумулятивного снаряда и взорвался внутри кабины китайским литий-полимерным салютом, закоротив всю электронику машины.

— Вспышка справа! — рявкнул Жорка, закидывая кувалду на плечо. — Борька, командуй авиацией! Шрамыч, протокол «Тотальный засер датчиков»! Драпаем через теплотрассу!

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы использовали личный гаджет в качестве тактического метательного снаряда. Навык «Аналоговый хакинг» (Уровень 3) синхронизирован с навыком «Управление пернатыми». Голуби Челябинска готовы отдать свои жизни за чебуречную!]

Дроны-перехватчики с жужжанием рванулись вперед, раскручивая циркулярные пилы, но путь им преградила плотная серая туча голубей Шрамыча. Пернатый рэкет Челябинска работал грязно: птицы падали прямо на пропеллеры квадрокоптеров, забивали своими тушками воздухозаборники охотников и методично, со знанием дела, засирали объективы лазерных дальномеров ликвидаторов.

— Визуальный контакт потерян! — орали ликвидаторы в желтом, беспорядочно паля из сетеметов по кустам крапивы. — Нам заблокировали оптику! Тут везде птичий помет повышенной плотности!

Жорка, громыхая асбестом и утягивая за собой орущего Борьку, на полной скорости проломил ржавую секцию забора теплотрассы, уходя вглубь промышленных лабиринтов, где цифровая душнота Денчика бессильно ломала зубы о суровую уральскую реальность.

Продолжение следует...

(Часть 2)

Теплотрасса встретила их удушливым паром и запахом раскалённого стекловаты, но для Жорки это был родной индустриальный ландшафт. Он бежал по ржавым трубам пятисотого диаметра с ловкостью матёрого монтажника, а его тридцатикилограммовая кувалда на плече ритмично звякала о стальные опоры. Сзади, отчаянно матерясь на древнеэльфийском, летел Борька, чьё левое крыло из-за оторвавшегося скотча теперь напоминало сломанный веер.

— Жора, тормози! — заорал птеродактиль, пикируя ему на каску. — Сзади движение! Они пустили за нами тяжелую кавалерию!

Жорка обернулся. Из тумана перегретого пара, ломая ржавые загородки, выкатились три колёсные платформы, похожие на гибрид промышленной газонокосилки и бронетранспортёра. Это были новые «умные» штурмовые модули Денчика — «Клининг-Про 5000». Вместо фар у них горели синие лазерные дальномеры, а на лобовой броне красовались надписи: «Ликвидация багов в реальном времени». Платформами управляли охотники в жёлтых костюмах, которые на ходу заряжали тяжелые стальные гарпуны.

— Мазутный гуманоид, стой! — проорал динамик головного модуля голосом Денчика, у которого, судя по звуку, окончательно кончилась черничная жижа в вейпе. — Твой деструктивный профиль зафиксирован в кэше! Мы применим протокол форматирования жесткого диска вместе с твоим асбестом!

— Форматилку свою сначала вырасти, системщик! — гаркнул Жорка, уходя перекатом за массивную бетонную опору теплотрассы.

[ВНИМАНИЕ! Вы совершили тактическое падение в кучу промышленного шлака. Навык «Профессиональный мешок с картошкой» (Уровень 12) сработал на 100%. Розовая уточка на пузе жалобно пискнула «Фи-ить», приняв на себя ударную волну от пролетевшего мимо стального гарпуна. Урон: 0. Моральный ущерб Пал Палычу из Гостехнадзора, если бы он это видел: 150%.]

Стальной гарпун с диким скрежетом вонзился в бетонную опору прямо над головой Жорки, выбив веер искр и куски щебня. Охотники в жёлтых костюмах начали окружать опору, разворачивая тяжелые сетеметы. Ситуация становилась максимально нездоровой — в воздухе над теплотрассой зависли еще четыре дрона-перехватчика, раскручивая свои циркулярные пилы со звуком разъярённых шершней.

— Борька, твою мышь! Давай воздушный десант, иначе они нас тут как кабельные стяжки упакуют! — крикнул Жорка, проверяя баланс кувалды.

— Шрамыч! Вызывай вторую волну! — проорал Борька, взлетая на трубу. — Протокол «Птичий грипп против айтишников»! На куски их!

С неба, пробивая ржавую крышу старого навеса теплотрассы, рухнул основной состав челябинского голубиного рэкета. Но в этот раз Шрамыч привёл подкрепление — к банде присоединились привокзальные вороны, которые были в два раза крупнее и в три раза циничнее обычных городских птиц.

Это был уже не просто засер оптики. Вороны действовали по жесткой уличной схеме: они на лету вырывали у штурмовиков провода связи из респираторов, садились на лазерные дальномеры модулей и методично выдалбливали клювами объективы камер. Один особенно жирный ворон намертво вцепился в шланг подачи черничного пара на костюме командира охотников, устроив тому локальное удушье.

— А-а-а! Назад! — паниковали ликвидаторы в жёлтом, беспорядочно паля из сетеметов по воздуху. — У них тут какая-то орнитологическая мафия! Они мне Wi-Fi антенну откусили!

Один из штурмовых модулей «Клининг-Про», потеряв управление из-за полного засира лобовой камеры, на полной скорости врезался в стальную задвижку магистрального паропровода.

БА-БАХ!

Задвижку сорвало. Перегретый пар под давлением в шестнадцать атмосфер с диким ревом ударил прямо в лицо двум другим модулям охотников. Металл затрещал, пластиковая обшивка гаджетов Денчика начала плавиться со скоростью копеечных свечей.

Жорка ухмыльнулся, вылезая из-за опоры. Его асбестовые штаны, покрытые мазутом и птичьим пометом, выглядели как броня постапокалиптического гладиатора. — Ну что, Денчик, как тебе такой апгрейд системы охлаждения? — крикнул Жорка в камеру ближайшего подбитого дрона. — Борька, хватай скотч, прорываемся к гаражному кооперативу! Там у них сервера не достанут!

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы устроили локальную аварию на теплотрассе без наряда-допуска. Навык «Аналоговый хакинг» (Уровень 3) повышен до «Мастер короткого замыкания». Описание: Любая цифровая броня в вашем присутствии превращается в тыкву, если рядом есть хорошая струя пара и тридцать килограммов титана. Моральный ущерб техподдержки: критический.]

Оставшиеся в живых штурмовики в жёлтых костюмах, кашляя и матерясь сквозь забитые пухом респираторы, начали спешно сдавать назад, пытаясь спасти остатки обгоревших платформ. Но Жорка не собирался ждать третьей волны. Он рванул через пробитый забор теплотрассы прямо в лабиринт кирпичных гаражей ГСК №4, где над каждым боксом уже загорались синие светодиоды умных замков, готовые к новой цифровой засаде.

Продолжение следует...

Глава 5 Небо падает на Челябинск

Подземный коридор не закончился выходом. Он просто кончился. В один момент бетон под ногами Жорки с хрустом лопнул, и вся их честная компания — сам термист 4-го разряда, Борька и серая эскадрилья Шрамыча — полетела в какую-то бездонную вентиляционную шахту.

Жорка даже заорать не успел, как его со свистом выбросило... нет, не в другой подвал. Их выплюнуло наружу, прямо на крышу гигантского элеватора, метрах в пятидесяти над землей.

И вот тут Жорка замер, позабыв, как дышать. Никакого синего солнца Системы больше не было. Небо над Челябинском раскололось, как гнилой арбуз.

Прямо сквозь цифровые облака, со скрежетом, от которого закладывало уши, в атмосферу ввинчивался колоссальный, ржавый объект. Он был похож на гигантский межгалактический утюг или помесь хрущевки со звездолетом, из швов которого хлестало фиолетовое пламя. Похоже, Систему кто-то жестко и бесцеремонно взломал из глубокого космоса, причем без объявления войны.

— Мама дорогая... — просипел Жорка, вжимаясь спиной в бетонную трубу. — Это еще что за субподрядчики прилетели?

— Это не наши! Это вообще не из этой игры! — Борька в панике забился Жорке под брезентовую робу, выставив наружу только безумный желтый глаз. — Жора, у них штрих-код не бьется! У них физика другая!

Из днища инопланетного корабля с хлопком вывалился десант. Но это были не роботы и не мутанты. На крышу элеватора, тяжело шлепаясь и оставляя склизкие следы, начали приземляться хтонические желеобразные осьминоги-коллекторы. Твари были ядовито-розового цвета, каждая размером с советский холодильник «Полюс», а вместо глаз у них по всему телу мигали неоновые присоски, которые издавали звук: «Шлёп-тыщ, шлёп-тыщ».

Один такой розовый гад приземлился в трех метрах от Жорки, мгновенно учуял живую плоть и выбросил три склизких щупальца, намертво облепив Жоркину любимую шестнадцатикилограммовую кувалду.

— Слышь, каракатица паленая! Инструмент положь! — заорал Жорка, дернув ручку на себя.

Но инопланетная жижа оказалась невероятно сильной. Жорку потащило прямо к краю крыши. Системный интерфейс перед глазами окончательно сошел с ума: вместо букв пошли какие-то китайские иероглифы, смайлики и надпись: [ОШИБКА 404: Вторжение третьей стороны. Логика сценария уничтожена. Спасайся кто может].

Голуби Шрамыча попытались по привычке атаковать с воздуха, но розовый осьминог просто выпустил облако едкого, фиолетового газа со вкусом ментолового вейпа. Птицы закашлялись, потеряли ориентацию и начали врезаться друг в друга.

— Борька, твою мышиную натуру, делай что-нибудь! — орал Жорка, упираясь сапогами в крошащийся рубероид на краю крыши. До земли лететь было больно и долго, а желеобразная тварь уже подтягивала его к своему слизистому рту, который внезапно открылся прямо посреди её розового туловища.

Жорке было тяжело как никогда: роба трещала по швам, в глаза летела фиолетовая гарь, кувалду вырывали с мясом, а Системная поддержка полностью легла. Полная засада, из которой живым выбраться казалось нереальным.

Кувалда с глухим звоном выпала из онемевших пальцев. Жорку, хрипящего и матерящегося, плотно закатали в кокон из инопланетной слизи вместе с отплевывающимся Борькой и прижатым к полу Шрамычем.

Сверху опустился плотный, зеленый луч захвата. Гравитация выключилась, и всю их связанную, избитую компанию с огромной скоростью потащило вверх, в разверстую пасть ржавого космического корабля. Шлюзовые ворота захлопнулись, отрезая их от разрушенного Челябинска. Они были официально пойманы.

Часть 2. Специфика космического гостеприимства

Шлюзовая камера закрылась со звуком, похожим на то, как если бы огромный ржавый затвор задвинули ломом, смазанным старым салом. Зеленый луч захвата погас мгновенно, и Жорка с размаху приземлился на пол.

Кокон из розовой слизи вокруг его тела начал быстро подсыхать и трескаться, превращаясь в какую-то хрупкую шелуху, похожую на сухую чешую. Жорка дернул плечом, рванул брезент робы и с хрипом вылез наружу. Лицо горело, мазут перемешался со склизким инопланетным дегтем.

— Мать твою через коромысло... — выдохнул Жорка, пытаясь нащупать сапогом кувалду. Кувалды рядом не было. Инструмент лежал метрах в трех, наглухо прижатый к стене массивной магнитной скобой.

Мир вокруг пах совершенно не по-заводскому. Никакого привычного дыма мартеновских печей, никакой горелой изоляции или родного мазута. Воздух здесь был густым, холодным и отдавал странной смесью жженого сахара, сушеной морской капусты и едкого медицинского спирта. От этого запаха во рту мгновенно появился металлический привкус, а в ушах зашумело, словно Жорка разом бахнул стакан технического первача.

— Жора, я не вижу своих ног! Или крыльев! Короче, меня зажало! — раздался из кучи подсыхающей жижи приглушенный вопль Борьки.

Птеродактиль забавно барахтался, торча наружу только костлявой задницей и облезлым хвостом. Жорка подошел, бесцеремонно ухватил напарника за основание хвоста и с глухим звуком «чпок» выдернул его из склизкого плена. Борька тут же отряхнулся, едва не упал, выматерился на чистом ультразвуке и выдал длинную тираду про то, что его королевское величество не рождено для того, чтобы им фаршировали космические пылесосы.

Рядом захлопал крыльями Шрамыч. Старый сизарь выглядел паршиво — перья дыбились, на одном крыле запеклась фиолетовая жижа, но взгляд оставался хмурым и боевым. Он забился под какую-то выступающую из пола гофрированную трубу и зловеще закурлыкал, явно планируя диверсию.

Стены помещения были сделаны не из листовой стали, а из какого-то странного темного материала, напоминавшего слоистый графит, сросшийся с живыми венами. По этим венам лениво пульсировала фиолетовая жидкость. Под потолком вместо ламп горели бесформенные газовые пузыри, которые периодически сжимались и разжимались, издавая тихое, свистящее шипение.

Внезапно дальняя стена зала поползла вверх. Никаких гидравлических поршней или скрипа цепей — графитовая плита просто втянулась внутрь себя, как кусок подтаявшего студня.

В проеме появились три фигуры. Они двигались плавно, словно плыли в густом киселе. Это были долговязые существа, ростом под два с половиной метра, совершенно лишенные костей — их длинные верхние конечности изгибались под самыми неестественными углами. Но самым диким было то, что вместо голов у них на тонких шеях сидели массивные угловатые коробки, точь-в-точь похожие на старые советские телевизоры «Электроника Ц-432». Экран каждого «телевизора» тускло светился фиолетовым, а внутри, за толстым стеклом, лениво перекатывалась густая, пузырящаяся субстанция.

Центральный пришелец вытянул вперед длинный тонкий отросток, на конце которого замигал маленький красный огонек.

Экран на его голове пошел горизонтальными полосами, как при плохом сигнале, внутри затрещало, и из скрытого где-то в районе «подбородка» динамика раздался монотонный, но отчетливый голос с характерным, густым кавказским акцентом, будто этот парень всю жизнь держал палатку с хурмой на челябинском привозе:

— Так, уважаемые. Тихо шагаем, руками ничего не трогаем, обшивку зубами не грызем. Приветствуем первых официальных заложников сектора 74. Я есть Главный Координатор Гурген. Это мои заместители — Ваха и Сурен. Будем общаться. Кто из вас тут за старшего технолога отвечает?

Жорка опешил. Он ожидал лазеров, бластеров, телепатического давления или на худой конец зондирования мозга, но никак не Гургена с телевизором вместо башки.

— Слышь, Гурген, — Жорка сделал шаг вперед, демонстративно поправив брезентовый воротник. — Термист четвертого разряда. Кувалду мою верни, будь человеком. Она на балансе цеха числится, мне за неё перед мастером отчитываться, если обратно вернемся.

Телевизор Гургена на секунду выдал сплошной серый шум. Жижа внутри его головы забурлила сильнее, выбрасывая фиолетовые пузыри.

— Какая кувалда, дорогой? Зачем кувалда? — динамик пришельца затрещал. — Мы прилетели брать этот сектор на полный аудит. Нам нужна информация. Нам нужны коды доступа к главному серверу этой вашей Системы. Эта цифровая дрянь перекрыла нам торговые маршруты в трех галактиках! Кто у вас тут главный диспетчер? Говори, пока Сурен тебе молекулярную решетку в робе не перестроил!

Борька из-за Жоркиной ноги высунул клюв и зловеще прошипел: — Шеф, они хотят коды. Давай сдадим им ту пилу, которая у нас корову угнать пыталась?

Жорка прищурился. В его голове, закаленной тридцатью годами работы на производстве, где каждый пытался спихнуть косяки на соседний участок, мгновенно созрел идеальный план. Если Систему штормит, а эти долговязые ищут виноватого, то зачем изобретать велосипед? Есть же специальный человек.

— Главный диспетчер, говоришь? — Жорка ухмыльнулся, вытирая мазутную щеку рукавом. — Да без проблем, Гурген. Записывай адрес. Тут всем заправляет один фраер. Зовут Денчик. Сидит в техподдержке, заявки принимает. Это он, сука такая, коров железных по цехам расставил и чайники говорящие натравливает. Хотите коды? Все коды у него в компрессорном цеху лежат. Он как раз сейчас ликвидаторов на нас натравил.

Экран Гургена вспыхнул ярко-зеленым светом. Субстанция внутри его головы закрутилась водоворотом.

— Денчик... — протянул Координатор, и на его мониторе высветился жирный красный крест. — Слышал про такого. Писали жалобы в межгалактический арбитраж, безответно пишет. Ваха, разворачивай главный калибровочный излучатель. Наводи на компрессорный цех. Будем делать принудительное изъятие базы данных.

Часть 3. Орбитальный разбор полетов

Корабль пришельцев содрогнулся. Жорка почувствовал, как пол под сапогами уходит вправо — махина разворачивалась над городом.

Гурген замахал своими бескостными руками, выводя перед собой трехмерную голограмму челябинской промзоны. На ней фиолетовыми точками светились контуры цехов, а один из них — старый, с покосившейся трубой компрессорной — замигал тревожным желтым цветом.

— Слышь, начальник, — Жорка подошел ближе к голограмме, бесцеремонно разглядывая инопланетные технологии. — Ты только аккуратнее бей. Там в подвале под компрессорной заначка старшего мастера лежит, три бутылки «Столичной» и набор метчиков. Не пожги оборудование.

— Какой «Столичный», дорогой? У нас высокоточный плазменный демонтаж! — гордо заявил Гурген. — Сурен, пли!

Из днища корабля рванул колоссальный луч фиолетовой плазмы. Земля внизу отозвалась таким глухим, протяжным стоном, что даже на корабле зазвенели графитовые панели.

Но Система не собиралась сдаваться без боя. Денчик из техподдержки, видимо, просек, что аудит прилетел не шуточный. Через секунду голограмма промзоны покрылась плотным слоем зеленой плесени — это включились защитные протоколы Системы.

Прямо из горящих руин компрессорного цеха в небо начали подниматься... сотни, тысячи взбесившихся смарт-чайников и летающих советских утюгов. Это была экстренная мобилизация бытовой техники. Утюги, раскаленные докрасна, выстраивались в боевые клинья, а чайники, яростно свистя паром, перли на амбразуру, как штурмовая авиация.

— Эй, Гурген, у вас щиты-то стоят? — Борька запрыгнул на один из пультов управления, с интересом разглядывая экран. — Там к нам летит эскадрилья чугунных утюгов тридцать восьмого года выпуска. Скорость — два маха. Если они нам экран разобьют, твоя фиолетовая жижа по всему сектору разлетится!

— Ваха! Включай защитное поле! Что ты сидишь, как на поминках?! — заорал Гурген, его телевизор замигал фиолетовыми искрами.

Один из утюгов-перехватчиков, со сваренными из арматуры крыльями, со всего размаху врезался в обзорное окно шлюза. Раздался страшный треск. Графитовая панель выдержала, но по ней пошла глубокая паутина трещин, из которых начал со свистом вырываться воздух, пахнущий ментоловым вейпом и жженым сахаром.

— Атмосфера уходит! Давление падает! — заверещал динамик Вахи. На его экране загорелась надпись [REBOOT].

Жорка понял, что дело пахнет керосином. Межгалактический аудит Гургена явно не рассчитывал на суровость челябинской техподдержки. Корабль начало швырять из стороны в сторону. Розовые осьминоги-коллекторы, которые только что вязали Жорку на крыше, теперь в панике катались по полу, напоминая огромные куски мыла в тазу.

— Кувалду! Кувалду открой, чучело телевизионное! — заорал Жорка, бросаясь к магнитной скобе на стене. — Сейчас этот ваш утюг сюда залетит, я ему подошву-то подправлю!

Шрамыч, поймав момент хаоса, взлетел на голову Вахи и начал яростно долбить клювом по стеклу его монитора. Ваха от неожиданности закрутился на месте, задевая своими длинными руками рычаги управления.

— Вай, снимите птицу! Настройки сбивает! — кричал Гурген. — Сурен, делай аварийный прыжок! К черту этот сектор, тут пользователи сумасшедшие, и админ у них маньяк!

Сурен согнулся в три погибели и нажал огромную, слизистую кнопку в центре главного пульта.

Мир вокруг Жорки внезапно сжался в одну яркую фиолетовую точку. Звуки исчезли. На секунду термисту показалось, что его снова вернули в кардиологию, но вместо писка тонометра в ушах раздался оглушительный, протяжный матерный клекот Борьки, который улетал куда-то в пространственную дыру вместе с панелями управления.

Часть 4. Родина-мать зовет

После резкого удара об землю Жорка первым делом проверил штаны. Штаны были на месте, хоть и мокрые от какой-то чужеродной росы. Кувалда, как ни странно, обнаружилась прямо под его боком — магнитное поле корабля отключилось в момент прыжка, и инструмент выпал вместе с хозяином.

Жорка поднялся, пошатываясь, и огляделся.

Челябинском тут больше не пахло. Вообще ничем земным. Они стояли посреди бескрайних, безумных джунглей, где вместо деревьев к небу тянулись гигантские, мясистые стебли кислотно-желтого цвета. Из этих стеблей периодически с тихим вздохом вырывались облака розовых спор.

В небе горели сразу три луны: одна огромная, зеленая, с четко видимыми кратерами, и две маленькие, фиолетовые, которые вращались друг вокруг друга, как безумные шестеренки. Воздух был теплым, очень влажным и пах гнилым ананасом и сырой землей.

Корабль Гургена лежал неподалеку. Точнее то, что от него осталось. Огромная ржавая хрущевка-звездолет пропахала глубокую траншею в желтой траве и теперь дымилась, уткнувшись носом в скалу из чистого обсидиана. Телевизороголовые пришельцы внутри, судя по всему, зализывали раны и пытались перезагрузить свои мониторы.

— Ну и занесло... — Жорка сплюнул на желтую траву. Трава под его сапогом недовольно пискнула и сжалась. — Борька, ты где, паразит пернатый?

Из густых зарослей кислотного лопуха медленно, на полусогнутых лапах выбрался Борька. Его обрубленный хвост гордо задрался вверх, а желтые eyes горели таким триумфом, какого Жорка у него не видел со времен победы над чайками.

— Жора... Ты не поверишь, — прошептал птеродактиль, и его голос сорвался на благородный хрип. — Это же Третий Сектор Воздушного Престола. Моя родина, Жора! Нас выкинуло по моим родным координатам!

Сверху, со стороны скал, раздался мощный, раскатистый рев. Из-за обсидиановых утесов в небо поднялась огромная стая существ. Они были точь-в-точь как Борька, только крупнее, с размахом крыльев метра в три, их кожа лоснилась на свету зеленых лун, а зубастые клювы зловеще поблескивали.

Стая сделала круг над крушением корабля и начала стремительно снижаться, выстраиваясь в боевой порядок.

— О, родственнички твои пожаловали, — Жорка поудобнее перехватил 30 килограммовую ыкувалду, чувствуя, как мышцы после прыжка наливаются привычной заводской тяжестью. — Ну что, принц помойный, пойдем объяснять твоим землякам, почему у их величества хвост ободран и рожа в челябинском мазуте?

Шрамыч приземлился на плечо Жорки, нахохлился и хмуро посмотрел на летающих доисторических тварей. Челябинские голуби отступать не привыкли даже перед динозаврами.

Глава 6

Часть 1. Презентация челябинского тюнинга

Стая сородичей Борьки шла на посадку плотным, зловещим клином, рассекая душный воздух Третьего Сектора со звуком разрываемого плотного брезента. Вожак стаи — колоссальная тварь размером с хороший пивной павильон, с ядовито-багровым гребнем и глубоким шрамом через всю зубастую пасть — с глухим грохотом приземлился на массивный обсидиановый валун. Сзади него, тяжело дыша и поднимая тучи розовых спор, уселись еще штук двадцать ящеров. Они уставились на Жорку своими мертвыми, желтыми глазами с явным намерением сожрать всё, что шевелится, а что не шевелится — расшатать кувалдой и тоже сожрать.

— Гляньте-ка, пацаны, — пророкотал вожак на грубом, хлюпающем наречии, которое Жорка теперь понимал благодаря сбоящему интерфейсу Системы. — Сам Борька-недомерок приковылял. Стоило Системе засосать тебя на ту челябинскую помойку, как ты вернулся с лысой двухногой обезьяной. И... это что за общипанная курица у него на брезентовом плече?

Шрамыч на плече Жорки мгновенно раздул зоб, вытянул шею и выдал такое ураганное, матерное курлыканье, замешанное на авторитете челябинских помоек, что два ближайших ящера инстинктивно сдали назад, клацнув зубами.

— Слышь, Башка багровая, рот-то прикрой, пока я тебе его на заклепки не посадил, — Борька гордо выступил вперед, смешно переваливаясь на кривых костлявых лапах. На его обрубленном хвосте всё еще висели подсохшие фиолетовые присоски от Гургена. — Я вам не просто Борька. Я вернулся с тяжелой артиллерией и технологическим прорывом. Помнишь, мы суровым гномам из прессового цеха три тонны коксующегося угля задолжали? Так вот, они долг отработали. Пацаны, расчехляй снаряжение!

Борька резко, по-разбойничьи свистнул. Из кучи обломков корабля-хрущевки, где в хаосе валялись Жоркины пожитки, выскочили несколько уцелевших челябинских голубей. Они тащили в клювах тяжелые, промасленные брезентовые свертки, которые успели прихватить из подвалов компрессорной за секунду до орбитального удара.

Свертки с тяжелым звоном развернулись на желтой траве, и в глаза ящерам ударил настоящий гномьей тюнинг.

Это была кованая, пластинчатая броня, переделанная из жаропрочной стали марки Х18Н10Т, титановые наклювники с острой алмазной насечкой и защитные подкрылки с бритвенно-острыми шипами. Гномы-литейщики с нижних уровней Челябинска делали на совесть — на каждой пластине тускло поблескивало выбитое клеймо ОТК и цена в советских рублях. Металл густо пах родным индустриальным маслом и солидолом.

— Это что за кастрюли, блять? — вожак подозрительно принюхался к титановому наморднику, косясь на Жорку.

— Это, дубина, твоя путевка в высшую лигу, — Жорка сделал шаг вперед, демонстративно опустив свою 30-килограммовую кувалду тяжелым бойком на обсидиановый камень. От удара пудового куска железа по скале побежали глубокие трещины, а трава под сапогами испуганно пискнула. — Надевай, пока я добрый, а то у меня от ваших джунглей и запаха тухлых ананасов уже изжога начинается. Борька, командуй сборку, термист четвертого разряда два раза не повторяет.

Местные динозавры человеческого языка не знали, но вид хмурого мужика, который одной рукой удерживал кусок рельса весом в два пуда, подействовал отрезвляюще. Вожак, косясь на кувалду, неохотно опустил свою массивную башку к земле, шумно выдохнув струю горячего пара.

— Так, Жора, придержи его за багровый гребень, а то дернется — я ему клюв ненароком сломаю! — Борька деловито прыгал вокруг вожака, затягивая грубые кожаные ремни гномьей брони.

Работа закипела прямо посреди кислотно-желтых зарослей под тремя лунами. Жорка работал вместо ходячего кузнечно-прессового автомата: где не хватало хода ремня или гнулась застежка, он просто поджимал стальные пластины своими мозолистыми пальцами термиста, от чего местный металл жалобно попискивал и вставал как влитой. Напарники Борьки по стае сначала шипели, клацали зубами и пытались цапнуть Жорку за полы брезентовой робы, но когда первый бронированный боец примерил титановый наклювник и с одного ленивого удара расколол обсидиановую глыбу в мелкую пыль, отношение в стае резко изменилось. Ящеры выстроились в очередь, толкая друг друга мощными хвостами.

— Эскадрилья, в крыло! — заорал Борька, взлетая прямо на плечо к Жорке. — Заводской район, на вылет! Работать по глазам, мужики!

Бронированная стая птеродактилей с яростным металлическим звоном поднялась в воздух. Вожак, закованный в титан с клеймом ОТК, пошел в лобовую атаку, как штурмовик. Первая голова гидры попыталась перекусить его, но со всего маху наткнулась на кованый наклювник. Раздался жуткий хруст — зубы твари полетели во все стороны, а вожак с победным клекотом выдрал ей кусок шеи.

Шрамыч тоже не сидел без дела. Его челябинские голуби плотной серой тучей заходили гидре со стороны слепых зон, яростно выклевывая присоски и заплевывая глаза едким пометом. Глаза гидры моментально закипали и дымились.

Жорка действовал по классике термического участка. Когда одна из уцелевших голов гидры метнулась прямо к нему, мужик просто сделал короткий, выверенный шаг в сторону. Пассивная способность «Иммунитет к падению» помогла удержать баланс на склизкой от яда траве.

30-килограммовая кувалда описала в воздухе идеальную дугу и с глухим звуком «ХРЯСЬ» встретила челюсть чудовища. Кости черепа гидры разлетелись в кашу, а сама голова безжизненно шмякнулась на землю, пуская сизый дым.

Через пять минут всё было кончено. Гидра дымилась и разлагалась в желтой траве, а стая Борьки с триумфальным металлическим ревом кружила над полем боя. Вожак приземлился перед Жоркой, тяжело дыша, и низко опустил титановую голову.

— Ты истинный Мастер Железа, Жора, — прорычал он через намордник. — Наша стая — твоя стая. Куда летим дальше? Кого ломать?

Жорка оперся на рукоять кувалды и посмотрел в сторону дымящегося звездолета Гургена. — Обратно в Челябинск надо. Денчик там, поди, совсем расслабился в своей компрессорной, пока мы тут в лопухах валяемся. Надо корабль этих телевизоров чинить и пусковую настраивать.

2 Технологический крекинг и фиолетовый перегар

Гидра в желтой траве додыхала долго, с утробным сипением и бульканьем. Из её пробитых голов лениво вытекала ядовитая розовая жижа, от которой местный грунт шипел и покрывался пузырями, как брошенный в кислоту цинк. Жорка стоял рядом, тяжело опершись на рукоять своей 30-килограммовой кувалды, и пытался отдышаться. Брезентовая роба термиста четвертого разряда стояла колом — она насквозь пропиталась липкой болотной сыростью и воняла тухлыми ананасами так, что хоть святых выноси.

— Ну и дыра, блять, — Жорка сплюнул под ноги тягучую мазутную слюну. — Борька, если твоя историческая родина вся состоит из этой тухлятины и кислятины, то я вообще не понимаю, нахрена ты сюда рвался. В Челябинске на очистных сооружениях и то воздух чище.

Птеродактиль, гордо восседавший на обсидиановом валуне, деловито чистил клювом свой новый титановый нагрудник гномьей работы. Клеймо ОТК на нагруднике тускло поблескивало в ядовито-зеленом свете самой большой луны.

— Ты ничего не понимаешь в благородных ароматах Воздушного Престола, технолог! — Борька нагло щелкнул клювом в сторону Жорки. — Это запах свободы! Запах дикой, нецифровой природы! Хотя... ладно, согласен, местная сивуха из метановых болот бьет по шарам покруче любого технического спирта. Жора, ты посмотри на вожака, он же от этой вони прямо сейчас на корта присядет.

Вожак стаи, огромный ящер с багровым гребнем, действительно выглядел очумевшим. Его огромная башка, закованная в кованый гномьей наклювник, уныло качалась из стороны в сторону. Местные птеродактили, хоть и получили бешеный апгрейд к урону, от едкого испарения дохлой гидры начали подозрительно чихать и тереть лапами глаза.

Жорка повернулся в сторону скалы. Там, намертво застряв между обсидиановыми глыбами, дымилась ржавая летающая хрущевка Гургена. Из помятого, сорванного с петель шлюзового люка как раз по колено в желтую жижу вывалился сам Главный Координатор. Его двухметровое, похожее на студень тело колыхалось от страха, а массивная голова-телевизор «Электроника» яростно искрила. Жижа внутри кинескопа бурлила фиолетовыми пузырями, а по экрану безостановочно бежали строчки: [КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ НАВИГАЦИИ. СЕТЬ НЕ НАЙДЕНА. ТРЕБУЕТСЯ АВТОРИЗАЦИЯ].

— Вай, Жора-джан, беда! Полный завал по всем статьям, мамой клянусь! — затрещал динамик пришельца, срываясь на ультразвуковой писк. — Ваха лежит в рубке, у него строчная развертка накрылся, Сурен вообще все транзисторы растерял, пока мы через слои Системы прыгали. Топливные баки — пустые, навигатор выдает сплошной кавказский шум. Мы здесь останемся навсегда, нас этот желтый мох сожрет и не поморщится!

Жорка хмуро выслушал эту тираду, поудобнее перехватил свою 30-килограммовую кувалду и сделал три тяжелых шага к пришельцу. Сапоги с хлюпаньем увязали в инопланетной грязи. Жорка остановился вплотную и демонстративно приставил плоский, закопченный боёк кувалды прямо к треснувшему стеклу Гургенова монитора.

— Так, слышь, чудо телевизионное, — тихо, но очень отчетливо произнес термист. — Отставить панику на производстве, блять. Я тридцать лет на четвертом термическом участке отпахал. У нас там половина чехословацких печей и прокатных станов держалась на честном слове, синей изоленте и трехэтажном мате старшего мастера Михалыча. Твой корабль — это та же самая хрущевка, только с дюзами на жопе и графитом вместо кирпича. Показывай, где у тебя тут кочегарка, и рассказывай, чем эту посудину заправлять. Если надо что-то подогнуть, отрихтовать или посадить на глухие заклепки — инструмент при мне. Тридцать килограмм чистого литого железа, любой фланец встанет как миленький.

Гурген испуганно отшатнулся, его экран на секунду выдал сплошной синий шум, а жижа внутри башки испуганно замерла.

— Зачем сразу кувалда, дорогой? Зачем стекло портить, оно же антибликовое! — запричитал Координатор через динамик. — Заправка нужна, да! Но у нас двигатель прыжка работает на концентрированной межпространственной эссенции. Это чистый продукт, фильтрация высшего уровня! Где я тебе в этих ебучих лопухах найду нефтеперерабатывающий завод? Тут только болото и динозавры твои бронированные! Тупик, ара, полный приехали!

Борька внезапно перелетел с валуна на помятое крыло звездолета, оставив на ржавом графите глубокие царапины от титановых шпор.

— Шеф! А ведь эта их эссенция — по сути просто высокооктановая органика со сдвинутой фазой плотности! — Борька хищно щелкнул клювом. — У нас на дальних болотах, прямо за перевалом, есть природные выходы подземного метанового дегтя. Густая, черная, маслянистая херня, которая горит даже под водой. Если её правильно перегнать через змеевик, поддать хорошей температуры и отсечь тяжелые фракции — этот ржавый гроб Гургена не просто до Челябинска долетит, он у нас компрессорный цех Системы по дороге насквозь протаранит!

Жорка медленно опустил кувалду на землю. На его мазутном лице расползлась тяжелая, недоброжелательная ухмылка. — Перегнать, говоришь? Из говна и дегтя сделать горючку для космоса? Ну, по этой части у нас на заводе у каждого первого — ученая степень. Гурген, свисти своих замов, Ваху и Сурена. Будем собирать самогонный аппарат межгалактического масштаба. Шевелитесь, чучела косоглазые, пока я вашу «Электронику» на запчасти для радиоприемников не пустил!

Гурген шумно сглотнул фиолетовую слюну внутри своего кинескопа, поняв, что челябинский термист шутить не настроен. Через пять минут из разбитого шлюза хрущевки-звездолета, толкая друг друга бескостными плечами, выползли Ваха и Сурен. Вид у них был как у зашуганных практикантов перед суровым цеховым мастером. Экран Вахи наполовину выдавал горизонтальные полосы, а у Сурена из-под нижней панели дисплея сиротливо капала розовая охлаждающая жидкость.

— Так, чертежи сдаем в архив, работаем по факту, — скомандовал Жорка, закинув свою 30-килограммовую кувалду на плечо с таким видом, будто это был легкий ломик. — Гурген, где у вас тут основной распределительный узел и накопительные емкости?

— Вай, Жора-джан, всё в кормовом отсеке, под левым крылом, — затараторил Гурген, указывая длинным, извивающимся пальцем на помятую секцию графитовой обшивки. — Там баки для балласта и система регенерации воздуха. Но они из живого углепластика сделаны, их нельзя просто так ломать!

— Живой он, пока я его кувалдой не ошарашил, — отрезал Жорка. — Борька, свисти свою авиацию. Пусть тащат этот ваш метановый деготь с болот. И чтобы посуда была чистая! Шрамыч, твоя задача — следить за периметром. Если еще какая-то пятиголовая сука из зарослей высунется, сразу выдавайте тактический помет по глазам.

Борька издал пронзительный, авторитетный клекот через свой титановый наклювник гномьей работы. Бронированная стая птеродактилей с тяжелым металлическим звоном сорвалась с обсидиановых валунов и устремилась за перевал, где чернели гнилые метановые топи. Голуби Шрамыча хмуро рассредоточились по верхушкам кислотно-желтых лопухов, нахохлившись под тремя лунами.

Жорка скинул брезентовую робу, оставшись в засаленной нательной майке, и полез под брюхо инопланетного корабля. Логика Системы здесь не работала — тут царила чистая, суровая рабочая смекалка.

— Сурен, тащи сюда гофрированные шланги от системы жизнеобеспечения. Быстро, блять, шевели ходулями! — доносился глухой голос Жорки из-под днища звездолета. — Ваха, держи этот конец трубы и не вздумай отпускать, а то я тебе строчную развертку на ноль помножу.

Инопланетные технологии Гургена представляли собой дикую смесь живых вен, по которым пульсировала фиолетовая хрень, и слоистых графитовых плит. Жорка орудовал в этом межгалактическом переплетении как заправский слесарь-ремонтник. Там, где инопланетный фланец не подходил к баку, термист четвертого разряда просто применил пассивную способность «Иммунитет к падению» для удержания жесткого упора, уперся сапогом в обшивку и со всей силы нажал на трубу мозолистыми руками. Графит жалобно хрустнул, живые вены корабля испуганно сжались, но труба вошла на место как влитая.

— Ну вот, контур обратного охлаждения готов, — Жорка вылез из-под корабля, вытирая черные от мазута и фиолетовой слизи руки об штаны. — Теперь нужна емкость для перегона и, самое главное, источник хорошего, стабильного тепла. Нам нужно поднять температуру градусов до семисот, чтобы этот ваш болотный деготь разорвало на легкие фракции. Гурген, у вас ТЭНы или индукторы уцелели?

— Какой ТЭН, дорогой? Всё сгорело, когда Денчик орбитальный удар нанес! — Гурген уныло замигал экраном. — Трансформатор питания еле дышит, выдает всего триста вольт на вспомогательные нужды.

Жорка прищурился, разглядывая долговязую фигуру Вахи. В голове термиста созрела схема, от которой у любого инженера по технике безопасности случился бы инфаркт.

— Триста вольт, говоришь? Это хорошо. Это как раз то, что нужно. Ваха, шагай сюда к кубу, — Жорка бесцеремонно схватил пришельца за шиворот и прижал его массивную телевизионную голову «Электроника» прямо к задней стенке наспех собранного из графитовых листов перегонного куба.

— Вай, Жора, зачем так грубо? Что ты хочешь делать?! — испуганно заверещал Ваха через свой динамик.

— Молчать, салага! Сейчас ты у меня за место мартеновской печи работать будешь, — Жорка рванул защитный кожух с задней панели Вахиного монитора, обнажив переплетение плат и живых пульсирующих волокон. — Сурен, накидывай провода от главного накопителя прямо ему на строчную развертку! Крути рубильник на максимум!

— Нельзя туда лезть, там фаза сдвинутая, погорим все нахрен! — запричитал Сурен, но под суровым взглядом Жорки, который мимоходом погладил рукоять 30-килограммовой кувалды, спорить не решился. С треском и шипением оголенные провода впились в микросхемы Вахиной головы.

Экран Вахи мгновенно залило ядовито-багровым светом. Жижа внутри его кинескопа закипела, выбрасывая бешеные фиолетовые пузыри, а из швов пластикового корпуса повалил густой, вонючий сизый дым. Пришелец задергался всем своим длинным телом, его бескостные руки начали описывать безумные круги в воздухе, а из динамика раздался истошный, вибрирующий вопль: — Мамочка-а-а! Мои транзисторы! Мой строчник горит, Жора, пусти, сука-а-а!

— Держи его, Борька! Наваливайся всем весом! — орал Жорка, удерживая беснующегося инопланетянина.

Борька, весело клекоча, запрыгнул Вахе на плечи, намертво прижав его титановыми нагрудниками к графитовому кубу. В этот момент из-за перевала как раз потянулась бронированная эскадрилья. Птеродактили тащили в клювах огромные обсидиановые чаши, до краев наполненные густым, черным, как смола, метановым дегтем. Болотная жижа с тяжелым хлюпаньем полилась в приемную горловину аппарата.

Запахло просто неописуемо. К изначальному амбре тухлых ананасов и забродивших болотных ягод подмешался резкий, удушливый запах концентрированного ацетона, паленой пластмассы и чистого технического первача. От этой адской смеси у Жорки перехватило дыхание, а в глазах поплыли зеленые круги, но он только крепче перехватил кувалду, контролируя процесс.

— Ваха, поддай газку! Температура маловата, деготь не идет! — кричал Жорка, пиная трансформаторный щит сапогом.

От сильного перегрева графитовый куб начал светиться темно-красным цветом. Черная смола внутри закипела, и из выходного гофрированного шланга в бак звездолета с яростным, шипящим свистом ударила первая струя темно-фиолетовой барды. Она испарялась на лету, наполняя воздух едким ментоловым туманом с ядреным челябинским перегаром.

Трубы корабля Гургена утробно, сыто заурчали, принимая суровое челябинское топливо. Датчики на навигационной панели внутри рубки один за другим начали выходить из спячки и загораться чистым, изумрудным светом.

— Работает, блять! Работает техника! — Борька победно захлопал крыльями, едва не свалившись с Вахиной головы. — Жора, мы этот ржавый гроб раскочегарили! Мы на этом самогоне пространственную метрику Системы наизнанку вывернем!

Жорка удовлетворенно сплюнул фиолетовую копоть на землю и посмотрел на Гургена, который в шоке созерцал, как его высокотехнологичный корабль заправляют продуктом ручного крекинга.

— Ну что, Гурген, — ухмыльнулся термист, утирая пот. — Контур держит, давление растет. Объявляй готовность номер один. Будем прорываться обратно в Челябинск, Денчик там без нас, небось, совсем заскучал. Ваха выдал финальный, ультразвуковой писк, и багровое свечение на его кинескопе наконец-то сменилось мирным, серым шумом. Пришелец обессиленно сполз по стенке графитового куба прямо в кислотную жижу, слабо шевеля длинными бескостными пальцами. Температура внутри аппарата медленно пошла на спад, но дело уже было сделано — основные баки хрущевки-звездолета залило под самую пробку ядреным фиолетовым горючим.

— Вай, Жора, дорогой, баки полные, мамой клянусь! — Гурген пулей выскочил из рубки, его экран сиял чистым изумрудным светом. — Но у нас другая беда! Посмотри на левый борт, там же дыра размером с твой этот челябинский трамвай! Обшивку пробило, когда мы через слои Системы драпали. Если сейчас на этом самогоне взлетим — нас в первом же гиперпространственном шлюзе по винтикам разнесет! Воздух выйдет, жижа моя фиолетовый вытечет, пиздец приснится!

Жорка хмуро обошел корабль, волоча за собой тяжеленный тридцатикилограммовый инструмент. На левом борту звездолета действительно красовалась рваная, страшная брешь. Графитовые плиты вывернуло наружу, а изнутри сипели оборванные живые вены корабля, брызгая фиолетовым антифризом.

— Так, паника на производстве отменяется, — Жорка сплюнул и поудобнее перехватил свою 30-килограммовую кувалду. — Металл тут у вас мягкий, как свинец в аккумуляторных пластинах. Сейчас подправим геометрию. Борька, Шрамыч, зовите бригаду. Будем герметизировать контур по ускоренной схеме.

Жорка уперся стоптанным сапогом в обсидиановый валун, поймал баланс благодаря пассивке «Иммунитет к падению» и сделал мощный, короткий замах. Кувалда с оглушительным, сочным звуком «БАМ-М-М» опустилась на вывернутую графитовую плиту. Инопланетный материал жалобно заскрипел, но поддался суровой пролетарской силе — рваные края бреши начали со свистом сходиться вместе. Жорка ударил еще раз, потом еще, методично рихтуя борт космического корабля, как старую помятую бочку на термическом участке. От каждого удара пудового куска железа Ваха в рубке испугал моргал экраном, думая, что на них снова напали.

— Готово, геометрию выставил, — Жорка вытер рукавом мазутный лоб. — Зазоры минимальные, но сквозняк всё равно идти будет. Нужен клей или сварка, чтобы наглухо законопатить. Сурен, у вас эпоксидка или жидкий графит есть?

— Всё сгорело, Жора-джан! — развел руками Сурен. — Ничего нет, только пустые коробки от микросхем!

Борька, сидевший на помятом крыле, хитро прищурил свои желтые глаза и нагло щелкнул титановым наклювником: — Шеф, а нахрена нам их высокотехнологичные сопли? Шрамыч, командуй своим орлам полную мобилизацию! Пацаны, заходи на левый борт по кругу!

Старый облезлый сизарь Шрамыч все понял без лишних слов. Он издал короткое, авторитетное курлыканье, и вся его челябинская голубиная эскадрилья поднялась в воздух. Птицы начали плотным строем кружить над пробитым бортом хрущевки-звездолета. Наслышанные о жестком характере термиста и подгоняемые авторитетом Борьки, голуби включили режим максимальной производительности.

Учитывая, что утром серые бойцы плотно откушали космического сухпайка Гургена со вкусом жженого сахара и ментола, их тактический груз приобрел совершенно дикие химические свойства. Помет падал на раскаленные после Жоркиных ударов графитовые стыки и моментально закипал, превращаясь в густую, темно-серую массу. На горячем металле эта субстанция каменела прямо на глазах, намертво схватывая поврежденные плиты не хуже советского дефицитного герметика или эпоксидной смолы высшего качества.

— Вай, мамой клянусь, какая адгезия! Какой коэффициент расширения! — Гурген в восторге подбежал к борту, тыкая пальцем в застывшую голубиную сварку. — Это же чистый изолятор! Ни один радар Системы теперь этот борт не прошьет! Жора, твои птицы — золото, а не авиация!

— Птицы как птицы, челябинская порода, — буркнул Жорка, накидывая брезентовую робу обратно на плечи. — Контур держит, баки полные, обшивка залатана. Борька, загоняй своих бронированных крокодилов в грузовой трюм. Хватит им тут лопухи топтать и гидр гонять, пора возвращать долги Денчику.

Местные птеродактили, закованные в титановые нагрудники с клеймами ОТК, спорить не стали. Вожак стаи с багровым гребнем коротко рыкнул, и вся стая штурмовиков цепочкой потянулась внутрь ржавого космического корабля, гремя стальными подкрылками по графитовому полу. Им на этой кислотной планете тоже, судя по всему, делать было нечего — они почуяли запах настоящей индустриальной заварухи и перспективу отжать у челябинской Системы пару свежих, теплых промзон с хорошими помойками.

Жорка зашел в шлюз последним, с грохотом опустив свою 30-килограммовую кувалду на пол рубки. Сурен и Ваха, который всё еще слабо икал после электрокрекинга, спешно задраили люк. Запах тухлых ананасов остался снаружи — внутри корабля теперь стоял плотный, густой перегар от метанового космического самогона, густо замешанный на запахе солидола и свежей голубиной сварки.

— Ну что, Гурген, — Жорка уселся на перевернутый ящик из-под инструментов и достал из кармана робы заначенную горсть семечек. — Ключ на старт. Давай посмотрим, как летает эта твоя чехословацкая печь на челябинском топливе. Рви рычаг!

Гурген схватился за главный пусковой рычаг, который выглядел как ржавая кочерга, приваренная к системному блоку. Кинескоп Координатора налился ядовито-оранжевым светом, а внутри Сурена что-то коротнуло, и он внезапно начал громко, на всю рубку транслировать похоронный марш через сломанный динамик.

— Сурен, рот закрой, да! Какая музыка, мы еще не взлетели, ара! — заорал Гурген, пиная зама бескостной ногой.

— Это не я, начальник, это у меня навигатор от челябинского перегара заглючил! — Сурен попытался ударить себя по корпусу, но промахнулся и со всего размаху зарядил в ухо Вахе.

Ваха, у которого на экране всё еще моргала серая рябь, от неожиданности оглушительно пёрнул — из его выхлопной трубы на корме вырвалось облако кислотно-зеленого дыма, от которого Борька на плече у Жорки потерял сознание и мешком свалился на пол.

— Ебушки-воробушки... — Жорка закашлялся, закрывая нос рукавом робы. — Ну и экипаж. Один пердит, второй хоронит, третий рычаг дергает. Вы точно космические пираты, а не палата номер шесть? Шрамыч, тащи сюда этого обморока, пока он в текстурах не растворился.

Шрамыч спикировал с балки, уцепил Борьку за хвост и начал безжалостно долбить его клювом по титановому наклювнику, пытаясь привести принца в чувство. Борька очнулся, бешено завращал желтыми глазами и захрипел: — Нас взломали! Сисадмины пустили газ! Где моя шаурма?!

В этот момент Гурген всё-таки дожал рычаг. Корабль-хрущевка выдал такой дикий, утробный рев, будто стадо железных коров засунули в гидравлический пресс. Из нижних сопел рвануло неоново-синее и ржаво-коричневое пламя, напрочь выжигая кислотные лопухи на обсидиановой скале.

Визг моторов смешался с истошным ревом вожака птеродактилей из трюма: — Слышь, водила! Куда прешь без ручника?! У меня правое крыло в переборку зажало, блять! Если металл погну я тебе твой кинескоп в трусы заправлю!

Корабль швырнуло вверх с такой силой, что Жорку буквально размазало по полу. Его верная 30-килограммовая кувалда соскользнула и покатилась по рубке, с тяжелым звоном пересчитывая бескостные ребра Сурена.

— Ай, вай, Жора, убери свой рельс! Он мне материнскую плату расколет! — визжал Сурен, пытаясь поймать пудовую железку длинными руками, но кувалда упорно продолжала кататься по кругу, круша инопланетные пластиковые панели.

За окном шлюза мир сошел с ума: три луны завертелись в бешеном танце, сменяя цвета от лимонно-желтого до кроваво-красного. Корабль пробивал сломанную метрику Системы по вектору Челябинска, оставляя за собой шлейф из искр, мазута и голубиного помета.

Глава 7

Часть 1. Свинячий десант и глубинная зачистка

За лобовым графитовым окном хрущевки космос резко свернулся в трубочку. Вместо звезд и лун по экранам побежали радикально-розовые и салатово-неоновые пиксели, а датчики Системы выдали ошибку: [ВНИМАНИЕ! Обнаружена запретная зона: "Прибашенная штрафная территория". Логика отключена во избежание массового психоза].

— Вай, тормози, Гурген, тормози, мамой клянусь! — истошно заверещал Сурен, у которого из правого динамика вместо похоронного марша вдруг заиграла песня «Владимирский централ». — Куда летим, забор впереди! Какой забор — стена целая!

Но тормозить на метановом самогоне было так же эффективно, как пытаться остановить несущийся под уклон карьерный самосвал с помощью лески. Корабль на полной скорости пробил пространственный барьер и с оглушительным скрежетом борта пропахал гигантскую монолитную стену Великой Башны. Графитовая обшивка затрещала, а застывшая голубиная сварка Шрамыча на левом борту начала сыпать искристым ультрамариновым салютом.

— Ручник! Где этот ебаный ручник?! — орал Жорка, пытаясь удержаться на ногах, пока его 30-килограммовая кувалда с грохотом выбивала остатки пластика из пульта управления.

Корабль наконец заклинило между двумя массивными выступами Башни, метрах в десяти над землей. Шлюзовой люк отвалился нахрен сам по себе, и в рубку ворвался свежий воздух, густо пахнущий навозом, дешевым одеколоном «Тройной» и горелым салом.

Жорка первым высунул голову наружу, сплюнул оранжевую окалину и охуел.

Прямо перед кораблем в воздухе, лениво помахивая маленькими кожистыми крылышками, зависло стадо... жирных летающих свиней. Хрюшки были ядовито-розового цвета в серую крапинку, на ушах у каждой висели бирки с инвентарными номерами, а из пятачков периодически вырывались струйки лимонно-желтого пламени.

— О, свежее мясо прилетело! — Борька мгновенно оживился, щелкнув титановым наклювником. — Жора, хватай мешки, тут шашлык сам в руки летит! Вожак, вылезай из трюма, тут твоя любимая диета!

Но радоваться было рано. Одна из свиней, с номером «01» на ухе, нагло подлетела прямо к разбитому шлюзу, посмотрела на Жорку абсолютно человеческими, мутными от похмелья глазами и выдала через громкоговоритель на брюхе: — Граждане заложники, ваши документы предъявляем! Нарушаем режим самоизоляции в прибашенной зоне! Пройдемте в автозак!

Из-за обломков стены, поднимая тучи ржаво-коричневой пыли, с тяжелым топотом начали выдвигаться бойцы Глубинного ОМОНа. Это были трехметровые антропоморфные кабаны в тяжелой броне из литого чугуна. Вместо дубинок они сжимали в копытах огромные ржавые разводные ключи сорок восьмого размера, а на шлемах у них горели кроваво-красные проблесковые маячки.

— Так, мужики, — вожак птеродактилей высунул свою титановую башку из грузового люка, подозрительно косясь на кабанов. — Я, конечно, в броне гномьей, и урон у меня повышенный, но эти свиньи в касках выглядят так, будто у них профсоюз покруче нашего будет. Они нас сейчас на тушенку пустят.

Ваха из рубки, решив проявить инициативу, выставил в окно свою длинную бескостную руку и вежливо крикнул: — Командир, зачем сразу автозак? Давай договоримся, да? У нас хурма есть, метановый самогон высший сорт! Хочешь, кинескоп тебе почищу?

Кабан-омоновец с шевроном «Старшина Пятаков» молча сплюнул на землю, поправил чугунный щит и рявкнул: — Разводные ключи к бою! Зачистить этот летающий мусоропровод вместе с кувалдой и курами!

Жорка только крепче перехватил свои тридцать килограммов литого железа. — Ну всё, свинота, — прохрипел термист четвертого разряда. — Сейчас я вам покажу, как на четвертом участке свинину обваливают.

Заметано! План действий на эту главу такой: пишем огромную, безжалостную к здравому смыслу Главу 7 общей сложностью на 50 000 знаков. Чтобы и ты не запутался, и меня на середине предложения не обрубило ошибкой лимита текста, мы жестко бьем главу на части и публикуем их по очереди.

Каждого персонажа вытаскиваем на передний план: Гурген, Ваха, Сурен, вожак ящеров, Шрамыч и Борька сейчас активируют свои самые идиотские, абсурдные и смертоносные навыки в затяжной мясорубке. Палитра взрывается всеми цветами радуги, логика уходит в глубокий запой .

Часть 2. Чугунный разбор и активация профсоюзных прав

Старшина Пятаков взмахнул своим сорок восьмым разводным ключом, и Глубинный ОМОН двинулся в психическую атаку. Чугунные щиты кабанов громыхали, выбивая из мостовой салатовые и неоново-пурпурные искры. Летающие свиньи над их головами слаженно перестроились в тактическую свинью (буквально) и начали пикировать на застрявшую хрущевку, изрыгая из пятаков струи лимонно-желтого напалма.

— По коням, ебушки-воробушки! — заорал Борька, и у него над башкой ядовито-зеленым неоном вспыхнул новый интерфейс Системы.

[Внимание! Навык "Управление пернатыми" эволюционировал в аварийных условиях!] [Доступно новое умение: "Птичий Профсоюз" (Уровень 1).] [Описание: Ваши соратники получают +50% к наглости. Побочный эффект: Любое попадание по врагу сопровождается звуком бьющихся бутылок и требованием выдать тринадцатую зарплату.]

— Заводской район, к бою-у-у! — Крик Борьки сорвался на ультразвуковой хрип.

Вожак ящеров с багровым гребнем, закованный в гномью титановую броню, первым вылетел из грузового трюма, как штурмовик с авианосца. Его титановый наклювник с клеймом ОТК на полной скорости врезался в жирную розовую свинью под номером «04». Раздался страшный, оглушительный звук «ТЫЩ-ХРУСЬ», перемежающийся отчетливым звоном бьющейся стеклотары, и свинья, потеряв управление и дико хрюкая, улетела в кирпичную кладку Башни, оставив на стене радикально-розовую кляксу.

В этот же момент Шрамыч и его голубиная гвардия зашли на кабанов со стороны солнца. Птицы активировали коллективный навык «Ковровая дезинфекция». После космического самогона Гургена их помет стал не просто токсичным — он приобрел ядовито-фосфорный оттенок и прожигал чугунные каски ОМОНа до самого пятака. Кабаны начали метаться, бросая щиты и с визгом протирая глаза грязными копытами.

— Вай, Сурен, Ваха, не спим, на штурм идем, да! — Гурген в пилотской рубке впал в экстаз. Его голова-телевизор «Электроника» светилась кроваво-красным цветом. — Включай резонатор на три фазы! Будем делать свиной шашлык дистанционно!

Ваха, шатаясь после самогонного перегрева, выполз в шлюзовой люк. Его длинная бескостная рука извивалась, как резиновый шланг. Он нащупал на обшивке силовой кабель, который Жорка прикрутил к его собственной строчной развертке, и со всего маху засадил оголенный провод в бок пролетающей мимо свинье.

Коротнуло так, что у Вахи на экране высветилась заставка игры «Ну, погоди!», а летающая хрюшка превратилась в идеально прожаренный окорок прямо на лету, рухнув к ногам Старшины Пятакова.

— Ах вы ж браконьеры космические! — взревел Пятаков, его проблесковый маячок на каске замигал ультрамариновым огнем. Он прыгнул вперед, замахиваясь своим гигантским разводным ключом прямо в челюсть Жорке.

Жорка даже не подумал уклоняться. Термист четвертого разряда прочно зафиксировал стопы на рубероиде, поймав мертвый баланс за счет пассивки «Иммунитет к падению». Мышцы под брезентовой робой натянулись, как стальные тросы на кране.

30-килограммовая кувалда описала сокрушительную нижнюю дугу, поднимая с земли облако ржаво-коричневой пыли.

«БАТАЩ-Щ-М!» — тридцать килограммов литого уральского железа встретили сорок восьмой разводной ключ старшины.

Чугунный ключ ОМОНовца разлетелся на мелкие осколки, которые со свистом изрешетили стоявшую неподалеку трансформаторную будку. Самого Старшину Пятакова вместе с его чугунным нагрудником вмяло в асфальт сантиметров на сорок. Система перед глазами Жорки замигала, выдавая кучу тупых поздравлений:

[Поздравляем! Зафиксировано достижение: "Обвал свинины по ГОСТу".] [Вы нанесли критический урон представителю глубинного правопорядка. Получен пассивный навык: "Суровый контролер". Теперь при взгляде на любую квитанцию ЖКХ ваш урон увеличивается на 15%.]

— Жора, сзади! — заорал Сурен из рубки, но от волнения перепутал педали и вместо защитного щита включил на корабле стеклоочистители, которые начали бешено тереть сухой графитовый борт со скрипом, от которого у всех заныли зубы.

Сзади на Жорку из тумана выкатился огромный бронированный автозак Системы, из окон которого торчали десятки разводных ключей, а на крыше вращалась огромная циркулярная пила, выкрашенная в салатово-неоновый цвет.

. Часть 3. Межгалактический накат и контратака Денчика

Салатово-неоновый автозак Системы несся на Жорку с ревом турбин, перемалывая гусеницами кирпичную крошку. На его крыше бешено свистела огромная циркулярная пила, выплескивая во все стороны струи ядовито-зеленой смазки.

— Вай, Жора, прыгай, раздавит, мамой клянусь! — истошно заверещал Сурен из рубки хрущевки.

От паники Сурен наконец нашел нужную кнопку на инопланетной консоли и активировал скрытый арсенал. Из правого крыла корабля с механическим чавканьем выдвинулась пушка — Квантовый Аннигилятор Веществ «Кавказ-1». Орудие выдало тонкий, пронзительный свист, и в сторону автозака полетел колоссальный плазменный сгусток малинового цвета, пахнущий свежей алычой и паленым кабелем.

Снаряд Гургена снес пилу автозака начисто, превратив её в облако кислотно-желтого пара. Но бронированная машина Системы даже не замедлилась.

В этот момент в небесах над Великой Башней раздался загробный, усиленный тысячами мегафонов голос Денчика из техподдержки: — Зафиксирована критическая дестабилизация сектора! Пользователь Жорка, вы окончательно заебали администрацию. Активирую протокол «Генеральная уборка». Развернуть тяжелую бронетехнику!

Небосвод над Башней пошел страшными неоново-пурпурными трещинами. Из облаков, перебирая гигантскими поршневыми ногами, начали спускаться тридцатиметровые шагающие боевые компрессоры марки «Титан-Д». Из их выхлопных труб с ревом вырывалось кроваво-красное пламя. Контратака Денчика началась по всем фронтам.

— Пацаны, авиация, держи строй! — Борька, увернувшись от пикирующей летающей свиньи с номером «12», врубил свой «Птичий Профсоюз».

Вожак ящеров с багровым гребнем, яростно звеня своей титановой гномьей броней с клеймами ОТК, повел эскадрилью птеродактилей наперерез шагающим монстрам. Пять бронированных ящеров на полной скорости врезались в коленный сустав первого «Титана». Кованые титановые наклювники с хрустом вошли в металл. Бронированный компрессор покачнулся, его гидравлика брызнула ультрамариновым маслом, а в ушах у Жорки привычно замигал интерфейс, выстроившись строго вертикально:

[Внимание!] [Зафиксирован массовый залет!] [Урон по технике: Критический.] [Наглость птиц: +75%.] [Побочный эффект: Гурген начал икать плазмой.]

Гурген действительно зажал рот бескостными руками, но при каждой икоте из его динамика вырывались лимонно-желтые молнии, которые хаотично лупили по летающим свиньям, превращая их в дымящийся шашлык прямо в воздухе.

Шрамыч со своей голубиной гвардией устроил кабанам-омоновцам настоящий ад на земле. Голуби, нажравшись метанового перегара, пикировали на смотровые щели автозака, заляпывая триплексы непроницаемой, застывающей коркой. Водитель автозака ослеп, крутанул руль, и тяжелая машина, сокрушая Глубинный ОМОН, боком покатилась прямо на Жорку.

— Ну давай, пободаемся, коробка сисадминская! — рявкнул термист четвертого разряда.

Жорка перехватил свою 30-килограммовую кувалду поудобнее, замахнулся от самого колена, вкладывая в удар всю силу уральского пролетариата, и со всего маху врезал по лобовой броне летящего на него автозака.

«БАТАЩ-ХРУСЬ-М-М-М!» — тридцать килограммов литого железа пробили бронеплиту насквозь. Автозак Системы от такого удара буквально сложился пополам, вспыхнул радикально-розовым огнем и перевернулся, придавив собой еще взвод кабанов-омоновцев.

— Жора-джан, с неба летит! Ложись, ара! — заорал Ваха, высунувшись из люка с инопланетным бластером, который вместо выстрелов просто плевался тяжелыми графитовыми кирпичами, заваливая кабанов сверху.

Один из шагающих компрессоров Денчика навел свой гигантский поршневой ствол прямо на застрявшую хрущевку Жорки и приготовился выдать залп сжатым воздухом под давлением в тысячу атмосфер. Часть 4. Пролетарские корты и плазменный икота-налет.

Поршневой ствол шагающего «Титана-Д» уже наливался ядовито-салатовым неоном, собираясь разнести хрущевку Гургена в мелкую графитовую крошку. Воздух вокруг ствола дрожал и выл от дикого давления.

Но тут Жорку накрыло. Эволюционировавший навык Борьки «Птичий Профсоюз» вошел в резонанс с древней Жоркиной пассивкой. Глаза термиста четвертого разряда налились суровым рабочим пофигизмом. Он тупо швырнул свою 30-килограммовую кувалду на асфальт, и кусок железа с грохотом расколол пару чугунных касок ОМОНа.

Жорка с хрустом в коленях опустился на глубокие, классические заводские корты прямо перед несущимся на него роботом. Рука сама залезла в промасленный карман брезентовой робы, выудила горсть семечек, и Жорка начал яростно, с треском лузгать их прямо с кожурой, сплевывая шелуху на сапоги Старшине Пятакову.

— Жора, ты ебанулся?! Нас сейчас на атомы расщепят, а ты семки щелкаешь, сука термическая! — истошно заорал Борька, кружа над его головой и уворачиваясь от летающей свиньи-камикадзе.

Интерфейс Системы моментально выдал вертикальный столбик тупейших уведомлений:

[Внимание!] [Активирован режим: "Челябинский философ".] [Поза: Идеальные корты (-40% к входящему урону от здравого смысла).] [Расходники: Семки с шелухой (+100% к авторитету на районе).] [Побочный эффект: Кабаны-омоновцы почувствовали генетический страх перед пацанами с ЧТЗ.]

Из скрытых динамиков Великой Башни сразу раздался дико раздраженный, прокуренный голос Денчика из техподдержки: — Слышь, заложник хуев, ты че там устроил? Ты че, блять, Систему своими кортами просаживаешь? У меня из-за тебя три сервера с кабанами сейчас зависли наглухо! Прекрати лузгать в общественном месте, у нас тут, сука, цифровая сингулярность, а не пивной ларек!

Но Жорка его не слушал. Сплев очередной кусок шелухи, он выдал такой эталонный трехэтажный мат, замешанный на технологии сквозного прогрева и маме Денчика, что шагающий тридцатиметровый компрессор Системы буквально заклинило от обиды. Его поршневой ствол повело в сторону, и «Титан-Д» выстрелил сжатым воздухом прямо в пролетающее мимо стадо розовых летающих свиней. Свиней под номером «08» и «09» разорвало к чертям, завалив Глубинный ОМОН тоннами сырого фарша.

— Вай, мамой клянусь, Жора — шаман! — закричал Гурген из шлюза.

В этот момент Координатор снова икнул, и из его кинескопа вырвалась огромная зигзагообразная лимонно-желтая молния. На этот раз она попала точно в Квантовый Аннигилятор «Кавказ-1», который Сурен судорожно пытался перезагрузить.

Оружие пришельцев выдало критическую перегрузку. Пушка выплюнула колоссальный, нестабильный сгусток радикально-пурпурного цвета, который с мясом оторвал вторую ногу шагающему компрессору Денчика. Огромная железная махина с оглушительным металлическим воем начала заваливаться боком прямо на наступающие шеренги кабанов в чугунной броне.

— Получи, гнида сисадминская! — Борька спикировал на падающий компрессор, и его титановый наклювник гномьей работы с клеймом ОТК содрал обшивку с главного распределительного щита робота. — Вожак, Шрамыч, добивай эту кастрюлю!

Вожак ящеров с багровым гребнем, издав победный рев, вместе со своей бронированной стаей камнем рухнул сверху на падающего гиганта. Стальные подкрылки с бритвенными шипами начали с визгом кромсать гидравлические шланги «Титана». Фиолетовое и ультрамариновое масло фонтанами забило из разбитого робота, заливая мостовую.

Шрамыч и его голуби, поймав кураж, устроили ОМОНу финальную дезинфекцию. Птицы, надышавшись метанового перегара от корабля, выдавали залпы такой мощности, что чугунные щиты кабанов плавились, как дешевая пластмасса на костре. Кабаны с визгом разбегались, бросая свои сорок восьмые разводные ключи.

Жорка не спеша поднялся с кортов, отряхнул брезентовую робу от шелухи и с легкостью подхватил свою 30-килограммовую кувалду. На прыщавом лице Денчика, которое моргало на огромном ЖК-экране Башни, впервые проступил чистый, нецифровой ужас.

Глава 8 Межпространственный завал и Неоновый Коопц

Часть 1. Падение титана и запах паленого пикселя

Великая Башня Системы уходила в сторону с грацией подпиленного телеграфного столба. После монументального пролетарского удара Жоркиной 30-килограммовой кувалдой по главному кабель-каналу, монолитная цифровая конструкция издала утробный хруст, закоротила и начала валиться набок. По её фасаду побежали огромные салатово-неоновые и радикально-розовые трещины.

— Ложись, блять! Похоронит! — истошно заорал Борька, судорожно пытаясь уцепиться титановыми шпорами за воротник Жоркиной брезентовой робы.

— Вай, Сурен, заводи шарманку, улетаем, ара! — Гурген в пилотской рубке хрущевки-звездолета яростно колотил бескостными руками по заклинившей панели. Его голова-телевизор «Электроника» пошла горизонтальными полосами ядовито-оранжевого цвета, выплескивая искры прямо на обшивку.

Но Сурен, как обычно, впал в ступор и перепутал педали. Вместо маршевых дюз на метановом самогоне он врубил аварийный слив инопланетного балласта. Из кормы корабля прямо на наступающие чугунные шеренги Глубинного ОМОНа хлынул поток протухшего сиропа из алычи, окончательно деморализуя остатки кабанов. Ваха от такого маневра ушел в глубокий [REBOOT] и оглушительно пёрнул, заполнив рубку плотным кислотно-зеленым туманом.

— Мать твоя в мартеновской печи горела, Ваха! — прохрипел Жорка, задыхаясь от этой смеси ацетона и инопланетных газов. Он на ходу подхватил свой тридцать-килограммовый аргумент и прыгнул в разбитый шлюз хрущевки, едва не пересчитав ребра Сурену.

Башня Системы не просто падала. Она ломала саму метрику пространства. Вместо того чтобы рухнуть на остатки челябинской промзоны, вершина Башни пробила нижние текстуры сервера и с жутким скрежетом увлекла за собой застрявший космический корабль, стаю бронированных птеродактилей и голубиную гвардию Шрамыча.

Через секунду мир вокруг Жорки перевернулся, вспыхнул ультрамариновым сиянием и рассыпался на битые пиксели. Из динамиков, которые теперь торчали прямо из стен рушащегося подпространства, раздался истошный, захлебывающийся соплями вой Денчика:

[Внимание!] [Администратор Денчик перешел на ультразвук.] [Жалоба:] — Жорка-а-а! Сука ты термическая! Ты мне всю архитектуру сервера к хуям свел! Мой «Титан-Д» под завалами, Башня упала в сточный сектор «Неоновый Кооп»! Нас же здесь местные баги живьем сожрут, урод! Гурген, отзови своих пиратов, у меня хурма твоя ебаная в логах вообще стерлась!

Мир наконец перестал кружиться, и хрущевка Гургена с тяжелым металлическим стуком приземлилась на ржавые рельсы какой-то безумной подземной сортировочной станции. Воздух здесь был горячим, сухим и смердел дешевым паленым пивом, старыми покрышками и едким китайским пластиком.

Жорка поднялся, сплюнул оранжевую окалину и осмотрелся. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулись бесконечные ряды ржавых контейнеров, выкрашенных в кроваво-пурпурные и салатовые цвета. Неба не было — вместо него сверху нависали гигантские переплетения силовых кабелей, с которых периодически капало горячее трансформаторное масло.

— Так, блять, — Жорка вытер мазутную щеку рукавом робы. — Цеха кончились. Теперь мы на каком-то товарном складе. Борька, Шрамыч, перекличка! Все живы?

Борька вылез из-под Жоркиного брезентового капюшона, злобно щелкнув титановым наклювником гномьей работы: — Мой Профсоюз в полном составе, шеф! Только у вожака ящеров левый подкрылок погнулся, когда мы через текстуры летели. Он сейчас матом кроет Систему похлеще тебя.

Старый облезлый голубь Шрамыч приземлился на ржавый семафор рядом с кораблем, хмуро раздул зоб и выдал короткое, авторитетное курлыканье. Его серые бойцы уже заняли господствующие высоты на кабельных лотках, готовые обеспечивать воздушное прикрытие в любых условиях.

Вдруг из глубин контейнерного лабиринта раздался странный, ритмичный звук. Как будто сотни гигантских пластиковых шлепанцев одновременно шагали по бетону, шлепая со звуком «Тяп-ляп, тяп-ляп». Из-за фиолетово-оранжевого контейнера с эмблемой «Почта Системы» начали выползать новые хозяева этой локации.

Это были багнутые роботы-челноки. Выглядели они как помесь огромных пластиковых чемоданов на колесиках и китайских сумок-челноков в сине-красную клетку. Вместо голов у них торчали штрих-код сканеры, которые бешено моргали кроваво-красными лазерами, а из пастей-молний вываливались длинные ленты с кассовыми чеками.

— Опачки, — ухмыльнулся Жорка, поудобнее перехватывая кувалду. — Смотри-ка, Борька. Кажется, к нам ломится китайский ширпотреб.

Над головой первого челнока-мутанта выскочил вертикальный столб системного бреда:

[Обнаружена угроза!] [Класс: Робот-Челнок "Барахло-99".] [Уровень: 15.] [Статус: Крайне недоволен задержкой груза.] [Опасность: Пытается оформить возврат без чека.]

Челнок-переросток яростно затрещал молнией, выплюнул струю едкого клея для обуви прямо в сторону хрущевки Гургена и с диким писком понесся на Жорку. Часть 2. Коммерческий демарш Гургена и депортация пернатых

Челнок-переросток в сине-красную клетку яростно затрещал молнией, выплюнул струю едкого клея для обуви прямо в сторону хрущевки, но до Жорки не добежал. Прямо перед пластиковой мордой робота с глухим звоном шлёпнулась пустая бутылка из-под пива, а следом на него камнем рухнул вожак ящеров. Титановый наклювник гномьей работы с клеймом ОТК разнёс сканер челнока в мелкую крошку, и из брюха монстра во все стороны посыпались салатово-неоновые поддельные кроссовки и копеечные батарейки.

В этот момент из шлюза хрущевки, шатаясь и держась за графитовую переборку, выполз Гурген. Его голова-телевизор «Электроника» больше не горела яростным боевым пламенем. Экран пошёл унылой лимонно-желтой рябью, а фиолетовая жижа внутри кинескопа испуганно забилась в самый дальний угол, напоминая забившийся унитаз. От Координатора разило не просто метановым перегаром — от пережитого ужаса, рухнувшей Башни и запредельного Жоркиного мата великий межгалактический аудитор банально обосрался, причём так тупо и громко, что Ваха в рубке на секунду перестал пердеть кислотой.

— Всё, блять! Хватит! С меня довольно! Вай, мамой клянусь, я так больше не играю! — заверещал динамик Гургена, срываясь на жалкий писк. — Башня упала? Упала! Тракт «Альфа-Центавра — Челябинск» разблокирован? Разблокирован! Всё, Жора-джан, караваны пошли, логи чистые, хурма спасена! Моё дело сделано, я возвращаюсь к легальному бизнесу!

Интерфейс Системы моментально выдал Жорке вертикальный столб унылых новостей:

[Внимание!] [Гурген поймал коммерческий откат.] [Статус союзника: Ссыкло обыкновенное.] [Психологическое состояние: Хочет к маме в созвездие Плеяд.] [Побочный эффект: Запах в рубке снизил прочность графита на 5%.]

— Ты глянь на него, коммерсант недоделанный, — сплюнул Жорка, опираясь на свою 30-килограммовую кувалду. — Чуть прижало — и сразу в кусты. А Денчика кто из процессора выковыривать будет? Ликвидация-то не закончена!

Из динамиков рухнувшего подпространства тут же донеслось злорадное, хоть и всхлипывающее нытьё Денчика: — Ага! Хрен вам, а не ликвидация! Гурген сваливает, ОМОН разбежался, а я на больничный ухожу! Жорка, соси поршень, ты меня теперь фиг найдёшь в этих багнутых логистических тупиках!

— Тихо, Денчик, не ори, голова болит, — отмахнулся Гурген, вытирая экран бескостной рукой. — Жора, дорогой, у меня сейчас контракт всей жизни горит. В секторе «Центральный Хаб» открывается Межгалактический Тендер на поставку высокотемпературного солидола для чёрных дыр! Если я опоздаю, Сурен вместо меня эту хурму жрать будет! Короче, мы взлетаем прямо сейчас. Но я не тварь какая-то, по пути могу ваших курей подбросить. Куда летим?

Шрамыч на семафоре резко раздул зоб и выдал такое гордое, раскатистое курлыканье, что Борька аж подпрыгнул на месте: — Шеф! Шрамыч говорит, что в соседнем подпространстве как раз сейчас проходит Межгалактический Фестиваль Помойных и Почтовых Сизокрылых! Там главный приз — ведро элитных цифровых семечек и трибуна на площади Главного Рынка! Его эскадрилья заслужила этот отпуск, они Денчика полдня говном плавили!

— Ну, фестиваль так фестиваль, — Жорка хмуро посмотрел на Шрамыча. — Заслужили, чертяки. Вали, старый. Спасибо за прикрытие.

Гурген замахал руками, загоняя голубиную гвардию обратно в трюм хрущевки: — Вай, отлично! Голубей на фестиваль, стаю птеродактилей твоих бронированных я на этот же тендер пристрою! Из них такие охранники для караванов получатся — никакой космический пират близко не подойдёт! Вожак, пойдёшь ко мне начальником службы безопасности? Тринадцатая зарплата, соцпакет, гномья броня за счёт фирмы!

Вожак ящеров с багровым гребнем сыто рыкнул через свой титановый наклювник, хлопнул стальными подкрылками и согласно кивнул. Местным динозаврам явно улыбалась перспектива легально пинать космических пиратов и получать за это бочки свежего солидола.

Жорка вздохнул, понимая, что их огромная банда тает на глазах. Они с Борькой снова оставались вдвоём посреди этого бесконечного цифрового дурдома.

— Ну что, принц помойный, — Жорка закинул 30-килограммовую кувалду на плечо, ощущая её привычную, родную тяжесть сквозь прожжённую брезентовую робу. — Раскидали массовку. Теперь у нас с тобой своё, чисто шкурное дело. Надо найти, куда затихарился этот прыщавый админ Денчик, выбить из него коды ручного управления и как-то, блять, возвращать мой термический участок в нормальный режим. А то у меня уже мозоли от твоей кувалды.

— Не боись, Жора! — Борька воинственно расправил крылья, гордо выпятив титановый нагрудник. — Мы с тобой вдвоём — это уже целый профсоюз! Глянь вперед, кажется, этот «Неоновый Кооп» только начинается!

Хрущевка Гургена с диким перегарным ревом, пукая кислотно-зеленым дымом Вахи и завывая «Владимирским централом» Сурена, вертикально ушла в кабельные переплетения потолка, увозя Шрамыча, ОМОНовских ящеров и тонны навоза подальше отсюда.

Жорка и Борька повернулись спиной к железной дороге. Прямо перед ними, уходя в бесконечность, разворачивалась панорама гигантского, безумного логистического тупика. Лабиринт из миллионов клетчатых сине-красных сумок и ржавых контейнеров светился радикально-розовыми и салатовыми неоновыми вывесками, на которых моргали иероглифы и ценники. Это был предбанник Великого Китайского Межгалактического Рынка — локации, где Жорке предстояло узнать, что такое настоящий торговый хаос.

Глава 8. Часть 3. Межгалактический Черкизон и мозг выносящий шопинг

Хрущевка Гургена скрылась в потолочных кабелях, оставив после себя только вонь тухлого ананаса и легкое фиолетовое марево. Жорка сплюнул шелуху прямо на ржавые рельсы, закинул свою 30-килограммовую кувалду на плечо и пошел на таран клетчатого лабиринта.

— Слышь, Борька, — Жорка хмуро огляделся. — Железки Денчика кончились, но этот Черкизон меня уже пугает. Пахнет как на челябинском привозе в девяностые, только с примесью паленого пластика и какого-то ядреного специя.

Вместо роботов-утюгов и привычных поршней локация «Неоновый Кооп» встретила их дикой, видоизмененной фауной. За прилавками из ржавых контейнеров, выкрашенных в салатовый неон и радикально-розовый цвет, стояли не китайские рабочие, а настоящие мутанты-коммерсанты.

Главным на этом пятачке был Лао Бао — трехметровый, жирный прямоходящий панда в шелковом халате цвета ультрамарин, из-под которого торчали шесть волосатых лап. Вместо обычных глаз у него бешено вращались два фасеточных зрачка, как у мухи, а из пасти капала ядовито-желтая слюна. Он сидел на корточках на горе из клетчатых сумок и яростно лузгал сушеных тараканов, щелкая ими как семечками.

Рядом с ним суетились его зазывалы — двухголовые сиамские петухи-челноки, одетые в спортивные костюмы «Абибас». Они орали на тридцать три лада, зазывая редких покупателей на чисто китайском суржике: — Слиси, лаботяга! Заходи, сматли! Наруто трусы надо? Кувалда сталь фигня, бери лазерный лом! Челнок скидка сто процентов, мамой клянусь!

Борька на плече у Жорки аж крылья расправил от такой наглости, хищно щелкнув титановым наклювником: — Шеф! Ты посмотри на этот птицепром в три полоски! Они нарушают монополию моего Профсоюза! Давай я им перья-то прорежу?

— Погоди, Борька, инструмент сначала обновим, — Жорка подошел к первому попавшемуся лотку, где торговал облезлый чешуйчатый енот-перекупщик.

Товары на прилавке выносили реальность начисто. Это был не банальный игровой лут, а полный бред сумасшедшего сисадмина.

Прямо перед Жоркой, на бархатной подложке цвета кроваво-пурпурного заката, лежал «Живой Бушлат Сурового Рейда». Бушлат был сшит из шкуры цифрового медведя, но его воротник жил своей жизнью — он тихо матерился, требовал опохмелиться и периодически пытался укусить проходящих мимо петухов. К бушлату прилагались «Шлепанцы Внезапной Левитации», сделанные из синей изоленты — судя по описанию Системы, они позволяли ходить по воздуху, но только если пользователь при этом громко орал частушки.

— Слышь, чешуя, — Жорка ткнул пальцем в соседний ящик, где копошилось что-то круглое. — Это че за херня?

В ящике лежали «Осколочные Помело-Гранаты». Выглядели они как обычные сушеные цитрусы, но стоило сорвать с хвостика чеку, как фрукт взрывался облаком токсичной цедры, от которой у всех врагов в радиусе пяти метров наступал мгновенный отек Квинке и дикое желание купить пуховик.

Оружие тут было еще более чумовым. Вместо мечей на вешалках висел «Гравитационный Лом-Дырокол "Сунь-Вынь"», который при ударе не наносил урон, а просто менял местами левый и правый ботинок противника, вгоняя его в ступор. Рядом лежали «Тактические Нунчаки из Свежего Минтая» — рыбины были заморожены до состояния алмаза, светились зеленым неоном и наносили дополнительный урон по психике запахом тухлого порта.

Система моментально выкатила перед Жоркой вертикальный столбик полного бреда:

[Внимание!] [Вы вошли в зону: "Межгалактический Черкизон".] [Ассортимент: Мозг выносящий ширпотреб.] [Курс валют: 1 кувалда = 3 бушлата с матом.] [Предупреждение: Торговаться обязательно, иначе Лао Бао плюнет в вас салатовой кислотой.]

Панда Лао Бао заметил Жоркину 30-килограммовую кувалду и его промасленную брезентовую робу. Все его шесть лап одновременно задвигались, а фасеточные глаза сфокусировались на уральском термисте.

— О-о-о, — протянул панда, и из его пасти вырвалось облако ядовито-оранжевого дыма. — Какой суровый пользователь пришел. Кувалда тяжелый, сталь хороший, закалка четвертый разряд. Слышь, дорогой клиент, зачем сразу ругаться? Зачем Профсоюз звать? Давай я тебе сделаю бесплатный экскурсия по нашему рынку! Тут такой шмот, такой товар — у твой мелкий птица зоб треснет! Пошли, покажу, где Денчик свои заначки держит, мамой клянусь, чисто ознакомительный тур!

Жорка подозрительно прищурился, глядя на то, как три верхние лапы панды дружелюбно замахали в воздухе, а три нижние незаметно почесали жирное брюхо.

— Ну веди, Сусанин бамбуковый, — буркнул Жорка, покрепче перехватив рукоять. — Только если твой тур окажется херней, я этой «палкой» твой халат на лоскуты распущу.

Лао Бао слащаво залыбился, обнажив частокол лимонно-желтых зубов, и повел Жорку в самую глубь клетчатого ада. Вокруг них пространство расширялось, порождая совершенно безумные картины. С потолка, сделанного из переплетенных неоновых вывесок, на эластичных нитях свисали шестирукие обезьяны-карманники. Они жонглировали кошельками и воровали друг у друга батарейки на лету. Вдоль проходов стояли длинные аквариумы с кислотно-зелеными змеями-весовщиками — эти гады вместо гирь использовали собственное тело, закручиваясь вокруг палок колбасы и с шипением обвешивая покупателей на полкило.

— Сматри, Жора, правая сторона — VIP-зона! — Лао Бао указал лапой на контейнер, обшитый сусальным золотом. — Там продают «Тактический Бронежилет из Сушеных Кальмаров». Защита ноль, но если тебя убьют, убийца умрет от изжоги! А вон там, левая сторона — лоток крылатых котов-валютчиков. Они меняют системный опыт на паленый китайский коньяк «Три пятака». Один глоток — и твой уровень падает, зато красноречие растет до небес, правда, говорить можешь только матом.

— Да у меня и без коньяка с этим проблем нет, — хмыкнул Жорка, уворачиваясь от пикирующего петуха в «Абибасе».

Они дошли до самого центра рынка, где лабиринт сумок образовывал глухой круг. Вместо потолка здесь висел гигантский, пульсирующий кроваво-пурпурный пиксельный купол. Лао Бао внезапно остановился и резко развернулся к Жорке всеми шестью лапами. Дружелюбная улыбка мгновенно сползла с его жирной морды, а фасеточные глаза замерли.

— Ну всё, лаботяга, экскурсия кончился, — пророкотал панда, и его голос стал похож на скрежет ржавых шестеренок. — Денчик сказал, что за этот тридцать килограмм чистый сталь он спишет мне все долги по аренде! Бойцы, ко мне! Отжимаем инструмент у этого лысого!

Из-за клетчатых контейнеров с глухим рыком вывалилась личная гвардия Лао Бао — боевые кенгуру-коллекторы в бронежилетах из прессованного картона. Вместо сумок на брюхе у них висели массивные железные капканы, а в лапах они сжимали «Бамбуковые Электро-Дубины», которые яростно трещали ультрамариновыми разрядами. Двое петухов-зазывал моментально взлетели в воздух, пытаясь зайти со спины и набросить на Жорку огромную сеть из колючей рыболовной лески.

— Ах ты ж сука бамбуковая, — Жорка даже обрадовался, чувствуя, как по венам побежал родной уральский адреналин. — Значит, бизнес-план поменялся? Борька, Шрамыча с нами нет, так что объявляй индивидуальный забастовку!

Борька взлетел с плеча термиста, яростно клекоча и активируя остатки навыка: — Профсоюз против рейдерского захвата, блять! Жора, бей их по карманам!

Один из кенгуру-коллекторов прыгнул вперед, пытаясь поймать боёк Жоркиной кувалды своим брюшным капканом. Но термист 4-го разряда не зря провел полжизни у раскаленных печей. Он мгновенно ушел на глубокие заводские корты, активировав пассивку «Челябинский философ».

30-килограммовая кувалда с диким свистом описала нижнюю дугу.

«ХРЯСЬ-БАБАХ!» — пудовый кусок железа встретил челюсть боевого кенгуру. Картонный бронежилет мутанта разлетелся в пыль, а сам коллектор, ломая клетчатые сумки и теряя по дороге фальшивые доллары, улетел в дальний контейнер с енотами.

Система перед глазами Жорки моментально выкатила вертикальный столб боевого бреда:

[Внимание!] [Зафиксирован наезд на Черкизоне!] [Урон по коллекторам: 100% (ГОСТ выдержан).] [Позиция: Глубокие корты (-50% к наглости панды).] [Текущий статус: Торговля перешла в фазу пиздюлей.]

— Лови его! Держи палка! — орал Лао Бао, отступая назад и выплевывая в Жорку струи ядовито-желтой слюны, которая прожигала бетонный пол. Второй кенгуру уже заносил свою трещащую бамбуковую дубину над головой термиста. Заваруха на рынке только набирала обороты. Часть 4. Пролетарский демпинг и помело-гранаты

Второй кенгуру-коллектор, яростно треща своей «Бамбуковой Электро-Дубиной», прыгнул на Жорку, целясь ультрамариновым разрядом прямо в прожженный брезентовый капюшон робы. Воздух вокруг дубины завыл, пахнуло горелой резиной.

Но термист 4-го разряда и не из таких передряг вылезал. Используя пассивку «Челябинский философ», Жорка резко крутанул корпусом, уходя с траектории прыжка. 30-килограммовая кувалда пошла по восходящей траектории, как поршень мартеновского гидропресса.

«БАМ-М-М!» — тридцать килограммов кованого уральского железа встретили бамбуковое высокотехнологичное говно пришельцев. Из дубины во все стороны брызнули салатово-неоновые искры, а самого кенгуру от мощнейшей отдачи закрутило волчком и впечатало жопой прямо в прилавок облезлого енота-перекупщика.

— Э, лаботяга, товар портить нельзя! Штраф плати! — заверещал енот, прячась под контейнер.

Жорка, не долго думая, сунул руку в развороченный ящик енота, нащупал там круглую, шершавую «Осколочную Помело-Гранату» и сорвал зубами хвостик-чеку.

— Нате, блять, кушайте витамины! — рявкнул Жорка, швыряя цитрус точно под ноги наступающей шеренге петухов в «Абибасах».

Взрыв получился монументальным. Никакого огня — фрукт разорвало с сочным звуком «ЧПОК», и весь Черкизон заволокло колоссальным облаком радикально-розового и ядовито-желтого едкого тумана. Запахло концентрированной цедрой и хлоркой. Петухи-зазывалы мгновенно растеряли боевой пыл: они начали дико чихать, чесать свои пернатые шеи обеими головами и наперебой орать: — Вай, глаза горит! Кожа чешется! Дай пуховик, холодно стало, мамой клянусь!

Борька времени зря не терял. Пользуясь тем, что жирный панда Лао Бао зажмурил свои фасеточные мушиные глаза от цитрусового дыма, птеродактиль камнем рухнул ему на башку. Титановый наклювник гномьей работы с клеймом ОТК со всего размаху впился панде прямо в верхнее правое веко.

— Получи, бамбуковый спекулянт! Профсоюз не согласен с наценкой! — орал Борька, яростно хлопая стальными подкрылками и выдирая у Лао Бао клочья черно-белой шерсти.

— А-а-а! Снимите птицу! Налог на воздух введу, сука-а-а! — взревел шестирукий панда, хаотично размахивая всеми конечностями и пытаясь поймать Борьку, но только сбивал своими лапами неоновые вывески с соседних лотков.

В этот момент из скрытых пиксельных динамиков под куполом рынка раздалось дико довольное, злорадное нытье Денчика из техподдержки: — Ха-ха-ха! Так тебе и надо, Жорка! Лао Бао, души его! Не отдавай ему карту бункера! У меня тут в логах пишется, что ты нарушаешь правила торговли Системы, Жорка, я на тебя сейчас коллективный иск от лица китайских мутантов оформлю!

Интерфейс Системы тут же выкатил перед Жоркой очередной вертикальный столб тупого бреда:

[Внимание!] [Зафиксирован несанкционированный демпинг.] [Уровень санитарии на рынке: Падает (-30% из-за перьев).] [Побочный эффект гранаты: Енот под контейнером начал икать мыльными пузырями.] [Текущая задача: Выбить из панды логистическую карту.]

Жорка рванул вперед сквозь розовый туман. Бушлат на одном из манекенов внезапно ожил, ухватил пролетающего мимо петуха за хвост и громко, трехэтажным матом послал его в сторону челябинского тракторного завода.

— Хороший бушлат, надо брать, — прохрипел Жорка.

Он подлетел к беснующемуся Лао Бао, поймал баланс на скользком от помело-слюны полу и, перехватив кувалду за самый конец рукояти, выдал короткий, но очень весомый тычок бойком прямо в жирный лимонно-желтый живот панды. Прием был не по ГОСТу, зато эффективный.

«УФ-Ф-Ф!» — выдохнул Лао Бао. Из его пасти вылетела струя ультрамаринового дыма, все шесть лап безвольно повисли, и трехметровый хозяин Черкизона тяжело рухнул на колени, ломая под собой стопку клетчатых сумок. Из шелкового халата панды на бетон с тихим звоном выпал старый, закопченный китайский планшет со светящейся зеленой стрелкой.

Часть 5. Финальный куш и ловушка на планшете

Лао Бао уныло сопел всеми своими шестью лапами в куче порванных клетчатых сумок, а из его фасеточных глаз капали ядовито-желтые слезы обиды. Китайский Черкизон вокруг медленно погружался в тишину, если не считать матерной ругани, которой исходил «Живой Бушлат Сурового Рейда» на соседнем манекене.

Жорка не спеша подошел к вешалке, бесцеремонно содрал бушлат и накинул его поверх своей промасленной брезентовой робы. Одежка сразу села как влитая, приятно согревая плечи, а меховой воротник из цифрового медведя тут же затих, сыто рыгнул и выдал прямо в ухо Жорке: — Ну здорово, хозяин. Куда прем? Кому тут еще ебальник кувалдой подправить?

— Сиди тихо, воротник, без тебя тошно, — буркнул Жорка и поднял с бетона закопченный китайский планшет со светящейся зеленой стрелкой-навигатором.

Борька с шумом приземлился на боёк 30-килограммовой кувалды, воинственно выпятив титановый нагрудник: — Шеф, шмот зачетный! Теперь ты выглядишь как настоящий директор этого Черкизона. Давай запускай эту китайскую микросхему, посмотрим, куда забилась наша прыщавая техподдержка.

Стоило Жорке ткнуть грязным, мозолистым пальцем в треснувший экран планшета, как зеленая стрелка навигатора бешено закрутилась, вспыхнула салатовым неоном, и из динамика устройства раздался истошный, визгливый смех Денчика: — Ха-ха-ха! Попался, Жорка! Ты думал, Лао Бао просто так карту отдаст? Это не карта, это вирус-троян, блять! Я перехватил управление вашим сектором! Пока Башня падает, я смываю «Неоновый Кооп» в корзину для мусора! Гудбай, уральский пролетариат!

Экран планшета мгновенно залило кроваво-пурпурным светом, а интерфейс Системы перед глазами Жорки выдал финальный на эту главу вертикальный столб чистого безумия:

[Внимание!] [Денчик активировал кнопку: "Очистить корзину".] [Статус сектора: Удаление файлов.] [Прочность пола: Падает до нуля.] [Побочный эффект: Живой бушлат испуганно назвал Денчика тридварасом.]

Вокруг героев пространство Черкизона начало буквально растворяться. Контейнеры, клетчатые сумки, вывески «Абибас» и даже чихающие двухголовые петухи рассыпались на гигантские, светящиеся пиксели. Бетонный пол под сапогами Жорки превратился в зыбучий песок из цифрового мусора.

— Жора, мы падаем! Профсоюз тонет, сука! — заорал Борька, взлетая вверх и в панике хлопая крыльями, но тяжелый купол рынка затягивал его обратно.

Жорка только крепче сжал рукоять своей тридцать-килограммовой кувалды. Бежать было некуда — лабиринт сумок рушился, открывая под ними бездонную, светящуюся ультрамариновым огнем пропасть нижнего уровня Системы, куда улетали остатки Башни.

— Держись за бушлат, Борька! — рявкнул термист 4-го разряда, уходя на глубокие корты, чтобы поймать последний баланс. — Полетели, нахрен, в эту вашу корзину! Все равно этого прыщавого из-под земли достану!

Мир вокруг окончательно лопнул, и Жорка вместе с Борькой, матерящимся бушлатом и пудовой кувалдой с оглушительным свистом полетел вниз, в самую глубокую и темную дыру Системы, где Денчик оборудовал свой финальный бункер. Восьмая глава закрылась с треском разбитых пикселей.

Глава 9 Цифровая мобилизация и галактический попрошайка

Часть 1. Сектор принудительного контракта и окопная грязь

Падение сквозь разорванные пиксели «Неонового Коопа» закончилось не мягким серверным кладбищем, а монументальным, оглушительным шлепком. Жорка, термист четвертого разряда, с размаху влетел лицом в самую настоящую, жирную, непролазную черноземную грязь. Роба мгновенно промокла, а меховой воротник Живого Бушлата отплевывался, яростно матерясь на всю округу: — Слышь, хозяин, блять! Ты куда нас уронил?! Это не мазут, это какое-то дерьмо натуральное! У меня вся цифровая шерсть теперь в этой жиже, сука, почисти меня немедленно!

Жорка кое-как приподнялся на локтях, вытирая лицо замасленным рукавом, и потянулся за своим главным аргументом. Верная, тяжеленная 30-килограммовая кувалда лежала рядом, наполовину увязнув бойком в склизком грунте.

Вокруг Жорки раскинулась безумная, выносящая мозг локация, которая меньше всего напоминала аккуратные заводские цеха Системы. Это была огромная, изрытая воронками линия фронта, растянувшаяся под кроваво-пурпурным цифровым небом. Вместо облаков над головой висели ржавые пиксельные тучи, из которых периодически с мерзким жужжанием, похожим на писк гигантских майских жуков, вылетали салатово-неоновые квадрокоптеры-камикадзе. Они хаотично кружили, моргая лазерными прицелами.

— Жора! Профсоюз несет потери по линии санитарии! — Борька с трудом вылез из грязной лужи, его титановый нагрудник гномьей работы с клеймом ОТК был полностью залеплен глиной. Птеродактиль забавно тряс головой, пытаясь очистить титановый наклювник. — Что это за окопы, блять? Где Денчик? Где наши клетчатые сумки?

В этот момент из-за бруствера соседнего окопа, сложенного из мешков с прессованным цифровым мусором, выскочила банда странных существ. Это были роботы-военкомы, видоизмененные Системой под нужды реальных новостных сводок. Выглядели они как старые ржавые сейфы на гусеницах, из верхних щелей которых торчали длинные стальные манипуляторы с зажатыми в них бланками повесток, светящимися ядовито-желтым огнем.

— Опачки! Живой ресурс! Неучтенное мясо! — заскрежетал первый робот-сейф через ржавый мегафон. — Хватай его, пацаны! Контракт на месте, подпись копытом! На передовую его, в сектор Бахмута, там как раз РЭБ лег!

— Чего-о-о? Какая передовая, суки тыловые?! — взревел Жорка, чувствуя, как внутри закипает чистая, пролетарская злость. — Я термист четвертого разряда, у меня бронь от завода до тридцатого года подписана! Какой еще контракт?!

Но гусеничные сейфы слушать не хотели. Они ломанулись по окопной грязи прямо на Жорку, вытягивая свои железные клешни. В это же время с неба на полной скорости начал пикировать салатовый дрон-камикадзе, удерживая Жоркин капюшон в перекрестье лазера.

Интерфейс Системы перед глазами Жорки моментально выкатил вертикальный столб окопных уведомлений:

[Внимание!] [Вы вошли в сектор: "Принудительный контракт".] [Текущий статус: Мобилизованный элемент.] [Уровень опасности дронов: Повышенный (жужжат мерзко).] [Побочный эффект грязи: Сапоги скользят на 25% сильнее.] [Рекомендация Системы: Беги или подписывай, Жора.]

— Да пошли вы нахуй со своими рекомендациями! — рявкнул Жорка.

Он мгновенно ушел на глубокие заводские корты, активировав пассивку «Челябинский философ». Семки из кармана робы уже давно кончились, но накопленный авторитет на районе сработал как надо. Жорка уперся сапогами в скользкую глину, поймал мертвый баланс за счет «Иммунитета к падению» и выдал сокрушительный круговой замах снизу вверх.

30-килограммовая кувалда с диким свистом рассекла воздух.

«БАТАЩ-ХРУСЬ-М-М-М!» — пудовый кусок кованого уральского железа встретил лобовую броню первого робота-военкома.

Сейф на гусеницах от такого удара буквально вывернуло наизнанку. Его железные двери сорвало с заклепок, и они улетели в воронку, а внутренности из шестеренок и пачек пустых бланков рассыпались по грязи, вспыхнув радикально-розовым пламенем. Второй робот-сейф от такой картины резко затормозил, его гусеницы заскрежетали на бетоне, а мегафон выдал короткое: [Ошибка алгоритма. Ресурс дает сдачи. Вызываю подкрепление].

— Вожака на вас нет, кастрюли чугунные! — Борька взлетел над окопом, яростно щелкая титановым клювом. — Жора, сбивай муху! Сверху летит, сука!

Салатовый квадрокоптер уже заходил на финальный таран прямо в темя Жорке. Но Живой Бушлат на плечах термиста неожиданно проснулся, воротник из цифрового медведя натянулся и выдал такую ураганную, многоэтажную матерную тираду, замешанную на тактических схемах ПВО и личной жизни Денчика, что у дрона на лету переклинило полетный контроллер. Квадрокоптер беспомощно закрутился на месте, потерял высоту и с глухим треском шмякнулся в лужу прямо перед Жоркиным сапогом, пуская сизый, вонючий дым.

— Отличный бронежилет, — ухмыльнулся Жорка, поднимая кувалду. — Слышь, воротник, подскажи, куда тут дальше ломиться, чтобы этому прыщавому админу его интерфейс окончательно расколоть?

— Шагай по траншее в сторону бетонного блиндажа, хозяин, — проворчал Живой Бушлат, лениво жуя кусок обгоревшего провода от дрона. — Там, судя по запаху, сидит какая-то очень важная и очень тупая международная делегация. Пахнет дорогим парфюмом, американскими сухпайками и полным, блять, политическим абсурдом.

Жорка перехватил тридцать килограммов железа поудобнее и двинулся вперед по окопу, а Борька летел следом, выполняя роль тактической разведки Профсоюза.

Часть 2. Бункерный балаган и выпрашивание гуманитарки

Траншея вывела Жорку и Борьку к массивному, обшитому ржавыми титановыми листами блиндажу. Над входом горела тусклая неоново-салатовая вывеска с надписью: [Офис международной поддержки и утилизации бюджетов]. Изнутри доносился странный, ритмичный звук — как будто кто-то настойчиво, скрежеща зубами, тер пустую алюминиевую миску об колено, и при этом жалобно подвывал.

Жорка не стал стучаться. Он просто выставил вперед ногу и со всей пролетарской дури вкатил сапогом по бронированной двери. Дверь сорвало с петель, и она с грохотом рухнула внутрь блиндажа, подняв тучу ядовито-оранжевой пыли.

— Всем сидеть, блять, проверка ОТК! — рявкнул Жорка, заходя в помещение и опираясь на свою 30-килограммовую кувалду.

В центре блиндажа, за роскошным столом из карельской березы, который Системе явно стоил кучу оперативной памяти, сидели двое.

Первый — маленький, взъерошенный мужичок в помятом зеленом худи, с вечно бегающими, покрасневшими глазами и недельной щетиной. Это был цифровой клон Зеленского. Он сидел на краешке стула, судорожно сжимая в руках пустой клетчатый чемодан, и каждые три секунды шмыгал носом, издавая звук «Шмыг-шмыг».

Напротив него, глубоко провалившись в кожаное кресло, сидел бледный, полупрозрачный старик в строгом костюме — клон Байдена. Его глаза были полузакрыты, изо рта тянулась тонкая струйка фиолетового системного мусса, а над головой лениво вращался пиксельный значок ожидания Windows: [ИДЕТ ОБНОВЛЕНИЕ СИСТЕМЫ. ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ВЫКЛЮЧАЙТЕ СТАРИКА].

— О, новые партнеры! — Зеленский мгновенно подорвался со стула, подбежал к Жорке и попытался схватить его за полы Живого Бушлата. Но воротник-медведь грозно рыкнул и попытался откусить политику палец, так что Зеленский испуганно отскочил назад. — Слышь, мужик! Кувалда хорошая, сталь уральская! Дай кувалду, а? Нам очень надо для контрнаступления в виртуальном секторе! Или хотя бы триста рублей на гуманитарку выдели! Нам РЭБ надо купить, Patriot сломался, Денчик аренду поднял!

Жорка опешил от такой наглости, медленно переведя взгляд с Зеленского на спящего Байдена.

— Ты че, придурок, совсем берега попутал? — Жорка демонстративно приподнял кувалду, отчего Зеленский инстинктивно присел на корточки, точь-в-точь скопировав Жоркину пассивку, но без должного пролетарского величия. — Мой инструмент тридцать килограмм весит, ты его даже от пола не оторвешь своими тактическими ручками. Какая еще гуманитарка? Вы че тут вообще устроили посреди цифрового завала?

Зеленский, проигнорировав слова Жорки, повернулся к спящему креслу и начал яростно трясти Байдена за плечо, умоляюще заглядывая тому в полузакрытые глаза: — Джо! Джо, проснись, блять! К нам термист пришел, у него тяжелое вооружение! Выдай пакет помощи! Ну хотя бы пятьсот миллионов долларов или коробку старых батареек «Дюрасель»! Нам воевать нечем, кабаны-омоновцы все окопы заблокировали! Джо-о-о!

Байден медленно, со скрипом провернул голову в сторону Зеленского. Значок ожидания над его лысиной сменился на кроваво-красную надпись: [ОШИБКА ДОСТУПА. СЛУЖБА ПАМЯТИ НЕ ОТВЕЧАЕТ]. Старик тупо посмотрел на Зеленского, затем на Жорку, слабо улыбнулся и монотонно произнес через динамик: — Привет, Хьюстон. Моя жена как раз испекла отличный черничный пирог. Скажи генералу Эйзенхауэру, что караваны с хурмой Гургена уже прошли через Панамский канал. Где мой пульт от телевизора?

— Вай, дурак, какой пирог, какой Хьюстон?! — из скрытого под столом вентиляционного люка вдруг высунулась знакомая голова-телевизор Гургена. Координатор, оказывается, не улетел в свой космос, а застрял в подвалах этого же бункера со своими караванами. Его экран яростно мигал ультрамариновыми искрами. — Джо, старый хрен, верни мои деньги за пошлину! Из-за твоего этого зеленого попрошайки мои тридцать грузовиков с солидолом до сих пор на границе секторов стоят! Он все бюджеты на пуховики пустил!

Интерфейс Системы выдал Жорке очередной вертикальный столб тотального абсурда:

[Внимание!] [Зафиксирован политический балаган высшего уровня.] [Статус Зеленского: Хронический выпрашиватель.] [Статус Байдена: Завис на 95% загрузки.] [Текущая задача Гургена: Отжать у Байдена пульт от вселенной.] [Рекомендация Живого Бушлата: Врезать кувалдой по столу для профилактики.]

— Ну всё, суки политические, совещание окончено, — прохрипел Жорка, замахиваясь своим тридцать-килограммовым аргументом. — Сейчас я вам сделаю принудительный перерасчет бюджета.

Часть 3. Контратака Денчика и развязка балагана

Жорка не стал долго слушать сопли Зеленского и монотонный бред Байдена про черничный пирог. Он замахнулся от самого плеча и со всей пролетарской ненавистью впечатал боёк своей 30-килограммовой кувалды ровно по центру стола из карельской березы.

«БАТАЩ-ХРУСЬ-М-М-М!» — роскошный стол разлетелся на миллион щепок, которые со свистом изрешетили титановые стены блиндажа.

Зеленский от такого перформанса с диким писком сиганул под кожаное кресло Байдена, намертво обхватив руками свой пустой клетчатый чемодан. Сам старик Байден даже бровью не повел, только значок ожидания Windows у него над головой на секунду вспыхнул радикально-розовым цветом, и он выдал: — Отличный салют в честь Дня Благодарения. Передайте мне соль, пожалуйста.

Но тут земля под блиндажом задрожала с новой силой. Из разбитого вентиляционного люка, откуда давеча торчал Гурген, послышался дикий, торжествующий хохот Денчика. Прыщавый админ техподдержки решил использовать этот политический тупик для своей финальной контратаки.

— Ха-ха-ха! Попались, уроды! — заорал Денчик из динамиков бункера. — Пока вы тут гуманитарку делили, я объединил коды Зеленского, Байдена и остатки Глубинного ОМОНа! Встречайте моего нового супер-босса, блять! Протокол «Коалиция» активирован!

Стены блиндажа начали буквально плавиться, превращаясь в потоки жидкого салатово-неонового и кроваво-пурпурного пиксельного геля. Кресло Байдена, Зеленский со своим чемоданом и остатки роботов-военкомов за стеной начали стремительно засасываться в единую, страшную, видоизмененную массу.

Через минуту перед Жоркой, пробив крышу бункера, вырос гигантский, пятидесятиметровый «Цифровой Абрамс-Мутант». Вместо гусениц у него крутились сотни ржавых разводных ключей Глубинного ОМОНа, на месте башни торчал огромный ЖК-дисплей с плачущим лицом Денчика, а из главного орудия, выкрашенного в цвет хаки, во все стороны летели бланки недействительных контрактов и пустые миски для гуманитарки. На броне танка сидел маленький пиксельный Зеленский, который бешено крутил ручку ручного пулемета, плюющегося ядовито-желтыми искрами.

— Нам пиздец, Жора! Это же НАТОвский пакет помощи 15-го уровня! — Борька в панике взлетел под самый потолок, уворачиваясь от пулеметной очереди. — У него броня из чистых траншейных логов, наша гномья сталь его не прошибет!

— Да мне насрать, чей это пакет, — прохрипел Жорка, вытирая мазутную гарь с лица. — Термист четвертого разряда технологию знает. Любая броня плавится, если поддать хорошей температуры и правильно ударить инструментом.

Жорка рванул вперед прямо сквозь шквал ядовито-желтых искр. Пассивка «Челябинский философ» работала на максимуме: Жорка на ходу ушел на глубокие корты, проскочив под летящим в него снарядом из сжатых бюджетов. Живой Бушлат на его плечах яростно рычал, принимая на себя осколки графитовой обшивки и выдавая в эфир такие матерные проклятия, от которых у танка-мутанта начала сбоить система наведения.

Гурген из своей дыры в полу поймал кураж, его голова-телевизор загорелась ядовито-оранжевым светом: — Ваха! Сурен! Заводи наш самогонный контур! Пли по этой натовской жестянке метановым перегаром!

Хрущевка-звездолет, застрявшая в верхних перекрытиях, выдала колоссальный залп фиолетовой барды прямо в моторный отсек «Абрамса-Мутанта». Двигатель танка от челябинского космического самогона мгновенно захлебнулся, пошел сизыми пузырями и начал яростно детонировать. Броня робота раскалилась докрасна.

— Твой выход, Жора! Бей по раздатке, сука! — заорал Борька, пикируя на оптические прицелы танка и выдирая титановым наклювником лазерные датчики.

Жорка взлетел по обломкам титановой стены блиндажа, поймал идеальный баланс в воздухе за счет способности «Иммунитет к падению» и, перехватив свою 30-килограммовую кувалду двумя руками, обрушил всю тридцатикилограммовую пролетарскую ярость точно по центральному процессору Денчика на ЖК-дисплее танка.

«БАТАЩ-ХРУСЬ-ВЗРЫВ-М-М-М!» — тридцать килограммов литого кованого железа пробили экран насквозь, войдя вглубь механики на метр.

Раздался колоссальный цифровой взрыв. Прыщавое лицо Денчика на экране разлетелось на миллиарды ультрамариновых осколков. Танк-мутант со страшным стоном начал разваливаться на куски, Зеленский со своим чемоданом улетел в дальнюю воронку, а старик Байден внутри логов окончательно выдал системную заставку закрытия программ.

Система перед глазами Жорки выкатила финальный вертикальный столб триумфа:

[Поздравляем!] [Генеральная уборка завершена.] [Протокол "Коалиция" стерт в хлам.] [Урон по администрации: Максимальный (ОТК принято).] [Текущий статус: Абсолютный хозяин цифровых окопов.]

Часть 4. Админский сговор и логистика «Квартала»

Линия фронта «Бесконечной Зеленки» после разгрома цифрового «Абрамса» погрузилась в зыбкую, обманчивую тишину. Из разбитых гусеничных траков танка-мутанта всё ещё лениво сочилось салатово-неоновое масло, с шипением растворяясь в глубоких черноземных лужах. Жорка стоял на полуразрушенном бруствере, тяжело оперевшись обеими руками на рукоять своей 30-килограммовой кувалды, и хмуро вглядывался в ржавый горизонт, откуда сквозь облака фиолетовой гари пробивался холодный свет трех лун.

— Тихо как-то, шеф, — Борька осторожно переступил лапами по Жоркиному брезентовому плечу, сложив свои титановые подкрылки гномьей работы. — Профсоюз чует, что этот прыщавый сисадмин затевает очередную подлянку. Он же там в своем бункере сейчас все логи сервера наизнанку выворачивает, лишь бы свою премию спасти.

Борька был прав на все сто процентов. В этот самый момент, на глубине тридцати уровней под землей, в экранированном командном пункте Системы, Денчик сидел перед моргающим терминалом и яростно колотил кулаками по консоли. Его прыщавое лицо на ЖК-экранах бункера шло багровыми пятнами от злости и страха. Половина защитных протоколов Башни была стерта Жоркиным тридцать-килограммовым аргументом, Глубинный ОМОН дезертировал вслед за караванами Гургена, и админ остался один на один с разъяренным уральским термистом.

— Так... так, блять, — лихорадочно шептал Денчик, вытирая пот со лба. — Внутренние резервы кончились. Локальные файлы заблокированы. Нужен внешний трафик. Нужна третья сторона, которая умеет утилизировать ресурсы в промышленных масштабах! Где там этот... международный сектор поддержки? На чьем балансе висит виртуальный Бахмут?

Денчик судорожно рванул на себя магистральный кабель связи и врубил прямую трансляцию на закрытый дипломатический узел. Экран перед ним моргнул ядовито-оранжевым светом, и в кадре появилось помятое, серое лицо Зеленского. Тот сидел в своем подземном офисе из карельской березы, судорожно обнимая пустой клетчатый чемодан, и испуганно шмыгал носом от каждого шороха.

— Слышь, Зеля, — Денчик придвинулся вплотную к микрофону, его голос сорвался на сиплый шепот. — У меня тут форс-мажор. Пользователь Жорка взломал админку с помощью кованого рельса. Если он прорвется к центральному ядру Системы — он твой Офис вместе со всеми международными бюджетами и пуховиками нахрен в корзину смоет. Твой старик Байден вообще в вечный [REBOOT] ушел, от него толку ноль. Давай контракт подпишем? Экстренный, сугубо шкурный договор.

Зеленский в экране мгновенно оживился, его бегающие глаза лихорадочно заблестели, а пальцы крепче вцепились в ручку чемодана: — Контракт? Транш будет? Джо обещал F-16, но привез только черничный пирог! Мне воевать нечем, Денчик! Дай ПВО, дай снаряды, дай хотя бы денег на новую партию зеленых худи! У меня в окопах роботы-военкомы зависли, они контракты без подписи не принимают!

— Будет тебе ПВО, и транши будут, — зловеще ухмыльнулся Денчик, вводя на клавиатуре секретную команду супер-пользователя. — Я открываю для тебя скрытые резервы Системы. Весь биоресурс Глубинного ОМОНа, который Гурген не успел утащить в космос, переходит под твое прямое командование. Но это не просто кабаны в касках. Я выкатываю тебе элитный, видоизмененный Свинячий Десант. Полный пакет обновлений, максимальная скорость и нулевой страх перед здравым смыслом. Твоя задача — взять это стадо, возглавить атаку и выбить у Жорки его тридцать килограмм стали. По рукам?

— По рукам, блять! — Зеленский яростно шмыгнул носом и с грохотом захлопнул чемодан, на котором тут же загорелся салатово-неоновый индикатор активации войск. — Пиши в логах: «Контрнаступление Квартала». Мы идем забирать инструмент!

Система внутри серверного ядра утробно заурчала. Алгоритмы Денчика начали перестраивать саму структуру локации. Прямо из жирной окопной грязи «Бесконечной Зеленки» начали формироваться гигантские цифровые коконы кроваво-пурпурного цвета. Они лопались с мерзким, хлюпающим звуком, и наружу, поднимая тучи цедры и пороховой гари, вываливалась армада.

Это была тотальная, безумная мобилизация. Тысячи летающих свиней-камикадзе, выкрашенных в тактический камуфляж цвета хаки, выстраивались в воздухе ровными боевыми клиньями. К их кожистым крыльям изолентой были примотаны осколочные помело-гранаты, а из пятаков со свистом вырывались струи перегретого керосина.

Возглавлял эту безумную колонну сам Зеленский. Система выдала ему личного флагманского хряка-переростка под инвентарным номером «001» — огромную пятиметровую тушу с чугунной броней вместо рыла и мощными поршневыми копытами, которые выбивали из земли ядовито-желтые искры. Политик нацепил ОМОНовский шлем с мигающей красной мигалкой, уселся в седло и выставил вперед свой клетчатый чемодан, с которого теперь транслировались лазерные лучи натовского наведения.

— За бесплатную гуманитарку! Вперед, суки! — заорал Зеленский через громкоговоритель хряка, и вся эта визжащая, горящая лавина из перьев, сала и неонового пламени двинулась по траншеям прямо на Жорку.

Интерфейс Системы перед глазами термиста четвертого разряда моргнул, очистился от старых логов и медленно, строчка за строчкой, выстроил вертикальный столбик суровых фронтовых новостей:

[ВНИМАНИЕ!] [Зафиксирован официальный сговор администрации и тыла.] [Альянс: "Денчик & Квартал-95".] [Боевая единица: Свинячий десант стратегического назначения.] [Текущий статус Жорки: Главная цель международного трибунала.] [Могущество Живого Бушлата: Включен режим тотального матерного глушения.]

Жорка медленно перевел взгляд с экрана на катящуюся на него розово-оранжевую лавину. Его прожженная брезентовая роба пахла порохом, а Живой Бушлат на плечах уже начал угрожающе раздувать свой меховой воротник из цифрового медведя, готовясь выдать такую тираду, от которой у всей этой свинофермы должны были разом сгореть полетные контроллеры.

— Ну что, Борька, — Жорка не спеша опустился на свои глубокие, классические пролетарские корты, намертво зафиксировав стопы в окопной грязи. — Кажется, Денчик нашел себе достойного компаньона. Два дебила — это сила. Давай проверим, как их элитный импорт держит удар нашей уральской ковки. По коням, блять.

Хряк «001» под Зеленским тяжело ухнул, сминая поршневыми копытами остатки бруствера. Из его ноздрей вырывались струи ядовито-желтого пламени, которые с шипением выжигали окопную глину, превращая её в потрескавшуюся керамику. Зеленский, перехватив поудобнее свой клетчатый натовский чемодан, безумным взглядом косился на Жорку. На его ЖК-дисплее, который Денчик намертво прикрутил к ОМОНовскому шлему политика, моргала надпись: [РЕЖИМ АТАКИ: ТРЕБУЕТСЯ ПОДПИСАТЬ КОНТРАКТ НА САЛО].

— Жора, блять, они окружают! Воздух полностью забит этими розовыми кастрюлями! — Борька на плече у Жорки задрал титановый наклювник гномьей работы.

Небо над ними буквально почернело. Элитный свинячий десант Денчика шёл на таран плотными, идеальными геометрическими клиньями. Тысячи летающих свиней в ядовито-оранжевом камуфляже с примотанными к ушам помело-гранатами создавали такой дикий визг, что у Жорки в ушах зазвенело, как после смены на кузнечно-прессовом участке.

— Пацаны, Профсоюз, к бою! За челябинский привоз! — Борька выдал пронзительный клекот, активируя свой навык «Птичий Профсоюз».

Звук бьющихся пивных бутылок эхом покатился по траншеям. Из облаков кроваво-пурпурной гари, хлопая крыльями, вывалилась стая ворон-перехватчиков. Птицы Борьки, нагло урча и требуя тринадцатую зарплату, пошли на лобовой таран свинячьих клиньев. Первая же ворона на полной скорости врезалась в пятачок свиньи под номером «44». Хрюшка потеряла управление, закрутилась волчком, и её помело-граната детонировала прямо в воздухе, засыпав окоп салатово-неоновыми искрами и едкой цедрой.

Зеленский, завидев, что воздушное прикрытие начинает буксовать, включил максимальный уровень тупости. Вместо того чтобы скоординировать атаку, он начал яростно трясти свой чемодан, пытаясь выпросить у Системы новые баффы: — Денчик! Сука, где мои истребители?! Где Patriot?! Нас вороны обстреливают! Выдай еще один транш на пятьсот свиней, у меня этот хряк вообще руля не слушается!

От яростных ударов политика по чемодану натовская система наведения выдала критический сбой. Зеленая лазерная стрелка навигатора на планшете Черкизона, который Жорка всё еще держал в кармане, бешено замигала и перенаправила флагманского хряка «001»... строго по кругу. Пятиметровая чугунная туша пошла юзом на скользком черноземе. Хряк дико завизжал, его поршневые копыта начали хаотично молотить воздух, и Зеленский, потеряв равновесие, едва не вывалился из седла, судорожно уцепившись зубами за ОМОНовский ремешок шлема.

— Вот ты и попался, деятель искусств, — ухмыльнулся Жорка.

Термист четвертого разряда прочно зафиксировал стопы в грязи. Пассивка «Челябинский философ» врубилась на полную мощность. Жорка сидел на глубоких, эталонных кортах ЧТЗ, хладнокровно лузгая невидимые семки прямо с кожурой, что мгновенно снизило входящий урон от свинячьего визга на 50%. Его верная, тяжеленная 30-килограммовая кувалда лежала на бруствере, накапливая кинетическую энергию пролетарского гнева.

Тут свое слово взял Живой Бушлат Сурового Рейда. Меховой воротник из цифрового медведя на плечах Жорки раздулся, его глаза-пуговицы вспыхнули ультрамариновым огнем. Бушлат сработал как мощнейшая матерная станция РЭБ. Он открыл пасть и выдал в подпространство такую ураганную, многоэтажную тираду про маму Денчика, логистику Квартала и пустые чемоданы Зеленского, что радиосигналы Системы просто легли.

У всех летающих свиней в радиусе двадцати метров разом отключились полетные контроллеры. Хрюшки начали мешками валиться с неба прямо в траншеи, глухо шлепаясь и заваливая Глубинный ОМОН тоннами сырого цифрового сала.

Интерфейс Системы перед глазами Жорки моментально выкатил вертикальный столб полного фронтового бреда:

[ВНИМАНИЕ!] [РЭБ Живого Бушлата подавил здравый смысл.] [Эффективность свиней: Упала до нуля.] [Позиция Жорки: Железобетонные корты (ОТК пройдено).] [Статус Зеленского: Пытается удержать чемодан жопой.] [Нытье Денчика: Перешло в регистр ультразвукового визга.]

— Жора, давай! Хряк застрял в текстурах! Ломай ему раздатку! — заорал Борька, пикируя прямо на ОМОНовский шлем Зеленского и яростно долбя по нему титановым клювом.

Жорка резко поднялся с кортов, брезентовая роба затрещала, а в мышцах разлилась привычная, пудовая заводская тяжесть. Он перехватил рукоять своей 30-килограммовой кувалды за самый край, сделал монументальный шаг вперед по скользкой глине, удерживая баланс благодаря «Иммунитету к падению», и со всей дури опустил кованый боёк точно по чугунному копыту беснующегося хряка «001».

«БАТАЩ-ХРУСЬ-М-М-М!» — тридцать килограммов уральского железа разнесли гидравлический привод монстра в клочья.

Из ноги хряка фонтаном забило салатово-неоновое масло, туша завалилась набок, и Зеленский с диким воплем вылетел из седла, отправившись в затяжной полет прямо в самую глубокую воронку, заполненную грязью и обломками натовских контрактов.

Из динамиков Башни раздался оглушительный, сопливый плач Денчика: — Ну за что-о-о?! Зеля, вставай, блять! Твой пакет помощи уничтожен одной кувалдой! Жорка, ты маньяк, у меня из-за тебя оперативная память на сервере кончилась!

Но Жорка его уже не слушал. Он вытер мазутный пот со лба и посмотрел на Борьку: — Ну что, Профсоюз. Свиноферму закрыли. Пошли выковыривать этого админа из его последнего кабельного лотка. Часть 5. Глобальный замес «Зеленки» и Кооператив неадекватов

Хряк «001» подыхал шумно, пуская из пробитого гидравлического привода салатово-неоновые пузыри, которые на воздухе лопались со звуком зажеванной кассеты «Сектора Газа». Зеленский, застрявший головой в воронке из жидкого чернозема, дико сучил ногами в грязных тактических берцах, а его раскрытый клетчатый чемодан продолжал транслировать в небо лазерную натовскую порнографию, окрашивая тучи в радикально-розовый колер.

— Скучно живем, блять! Заводской режим нас губит! — вдруг гаркнул Живой Бушлат на плечах Жорки. Его меховой воротник из цифрового медведя нагло выплюнул недожеванную свиную бирку и затрещал: — Хозяин, у меня в логах проснулась память дедов! Какая нахрен корзина для мусора? Какой Денчик? Тут за углом, в тридцать седьмом контейнере «Почты Системы», волонтеры из Глубинного Профсоюза спрятали Ядерную «Герань-Тридцать-Три» на спиртовом ходу!

— Какая еще Герань?! — Борька от неожиданности едва не выронил свой титановый наклювник гномьей работы. — У нас по смете были только вороны!

Но Систему уже окончательно закоротило от неадекватности происходящего. Логика ИИ сгорела синим пламенем. Из-за холма, ломая остатки окопов, с диким гиканьем выкатилась та самая волонтерская «Герань». Выглядела она как гигантский трехметровый глиняный горшок с геранью, к которому изолентой были примотаны реактивный двигатель от хрущевки Гургена и канистра с паленым техническим первачом. Из самого цветка во все стороны хлестали ультрамариновые лазерные лучи, а на горшке красовалась жирная надпись: [ОТК. Проверено бабой Шурой].

— Опачки, — Жорка хладнокровно сплюнул шелуху прямо в разверстую пасть выползающего из грязи кабана-омоновца.

Термист четвертого разряда мгновенно прыгнул в седло этого летающего горшка, намертво зажав между коленями свою 30-килограммовую кувалду. Борька запрыгнул ему на затылок, воинственно расправив титановые подкрылки.

— Куда прешь, лысый маньяк?! — из воронки наконец выкарабкался Зеленский. Его лицо было полностью залеплено цифровой глиной, а ОМОНовский шлем съехал набок. Он судорожно схватил «Герань» за реактивную дюзу. — Отдай горшок! Это американская помощь для виртуального Бахмута! Денчик, врубай корзину, нас сейчас депортируют!

Но Денчик из динамиков Башни уже сам не понимал, что происходит. Его прыщавая харя на небесном ЖК-дисплее шла зелеными полосами, а голос сорвался на поросячий визг: — А-а-а! Ошибка 505! Система заблокирована бабой Шурой! Я не могу нажать кнопку «Очистить», у меня мышка в солидоле застряла! Зеля, держи его зубами за робу!

— Поздно, сисадмины ебучие! — рявкнул Жорка.

Живой Бушлат выдал такую семиэтажную, ураганную матерную конструкцию, замешанную на черной металлургии, НАТОвских пакетах и чьей-то теще, что реактивный бак «Герани» сдетонировал от чистого пролетарского пафоса. Двигатель выплюнул струю ядовито-оранжевого спиртового пламени.

Горшок со свистом сорвался с места. Зеленского, который намертво вцепился в дюзу, потащило следом по грязи, как брезентовый мешок со старыми контрактами. Он дико орал, теряя по дороге фальшивые доллары и крича: «Джо, где пуховики?!».

Летающая «Герань» на полной скорости шла на таран главного бункера техподдержки, пробивая по пути остатки свинячьего десанта. Хрюшки-камикадзе взрывались вокруг, как новогодние хлопушки, засыпая Жорку кислотно-зеленым фаршем.

Интерфейс Системы окончательно сошел с ума и выкатил самый неадекватный вертикальный столб логов в истории литературы:

[АЛАРМ!] [Жорка оседлал ботаническое ПВО.] [Скорость: Три маха на перваче.] [Статус Зеленского: Работает прицепом (пытается выжить).] [Нытье Денчика: Зафиксировано в стратосфере.] [Побочный эффект: Живой бушлат начал петь "Ой, цветет калина" басом.] — Жора, тормози забор! — заорал Борька, когда прямо перед носом горшка выросли стальные ворота центрального серверного ядра Денчика, выкрашенные в кроваво-пурпурный цвет.

— Хрен тебе, а не тормоз! — Жорка перехватил кувалду двумя руками, приподнялся на реактивном горшке, ловя идеальный баланс за счет пассивки «Иммунитет к падению».

За секунду до удара он со всей пролетарской дури влупил своим тридцать-килограммовым железным аргументом прямо по воротам, используя инерцию летящей «Герани».

«БА-БА-ХХХ-ТЫЩ-М-М-М!!!» — тридцать килограммов кованой уральской стали, помноженные на реактивный спиртовой взрыв горшка бабы Шуры, разнесли ворота бункера и морду Денчика на экране в такую тотальную, кроваво-розовую пиксельную пыль, что сама вселенная Системы свернулась в синий экран смерти. Девятая глава взорвалась вместе с техподдержкой к чертовой матери.