Как приручить наследство

Глава 1

Первым, что я увидела, шагнув на заросшую дорожку, была полевая мышь размером с откормленную овчарку. Рыже-полосатая туша восседала на задних лапах и с аппетитным хрустом уминала кукурузный початок. Однако! Ну и свойства у местных растений! Заслышав чужие шаги, мышь-переросток пискнула встревоженным басом, выронила недоеденный обед и с грацией испуганной коровы ломанулась в густые заросли одичавших колючих роз, оглашая окрестности треском ломаемых веток и оставляя на них клочки рыжеватой шерсти. Ржавая кованая калитка натужно взвизгнула, словно жалуясь всему миру на бесцеремонное вторжение, и захлопнулась за моей спиной.

— Миленько, — протянула я вслух, проводив взглядом улепётывающего грызуна. — Боюсь даже представить, какие тут крысы.

Впрочем, кого я обманываю? Ни капельки не боялась. Мои внутренние алхимик и артефактор бились в экстазе. Я мгновенно и практично разобрала гипотетическую гигантскую крысу на ингредиенты: желчь для лечебных мазей, резцы для защитных амулетов, а уж хвост… Матерь-магия, да одного такого хвоста хватит на добрых три десятка декоктов высшей категории! Я мечтательно зажмурилась. Мне срочно нужен такой зверь! Надо будет приманить головкой сыра.

Сам дом выглядел откровенно неприветливо, словно всем своим фасадом намекал: «Проваливай подобру-поздорову, пока цела». Массивный, сложенный из замшелого серого камня, он притаился под густым покрывалом плюща, чьи темно-зеленые побеги оплели стены вплоть до острой черепичной крыши. Окна с пыльными стёклами походили на темные провалы глазниц, и их взгляд не назвал бы дружелюбным самый отъявленный оптимист. На водосточных трубах по краям покатой кровли и на постаментах у крыльца застыли горгульи. Они смотрели на меня сверху вниз с неприкрытым презрением — каменные морды кривились так, будто им под нос сунули дохлую жабу. Воздух вокруг дома был густым, влажным и тяжелым. Кончики пальцев ощутимо покалывало от магии этого места. Она клубилась у самой земли легкой сиреневой дымкой, пахла прелой листвой и оседала на языке горькой полынью. Одним словом — ведьминский дом! Тот самый, из страшных деревенских сказок о злобных колдуньях, которых хлебом не корми — дай сожрать случайного путника и украсить его черепом забор. Истинное родовое гнездо с темным прошлым и туманным будущим. И теперь — безраздельно мое. Кстати, черепов на заборе не наблюдалось… Вопиющее упущение!

Едва я сделала шаг вперед по потрескавшимся каменным плитам, как из буйного разнотравья, окаймлявшего остатки дорожки, ко мне быстрой изумрудной змеей метнулась гибкая шипастая плеть. На конце ее хищно топорщился мясистый бутон с двойным рядом острых молочно-белых зубов. Стебель свистнул в воздухе, целясь ухватить меня за щиколотку, — и с глухим треском впечатался в загодя выставленный щит. Аж искры брызнули во все стороны.

— Ага, конечно, — фыркнула я. Пока растение дезориентированно покачивалось в воздухе, пытаясь прийти в себя, я ловко перехватила оглушенную плеть чуть позади «челюстей» и бесцеремонно приподняла ее на уровень глаз, держа за шкирку, словно нашкодившего помойного кота. — Размечтался, зубастик. Ну-ка, и что ты у нас такое красивое? Плотоядный василёк? Мутировавшая росянка? Не припоминаю такого в справочниках…

Свободной рукой я привычным движением выдернула из ножен зачарованный серп из лунного серебра, примериваясь, где бы сподручнее отчекрыжить попавший в мои цепкие руки экземпляр, чтобы вдумчиво изучить его ближайшим вечером. Осознав всю серьезность моих исследовательских намерений, бутон отчаянно затрепыхался, заколотил листьями по воздуху и, поняв тщетность попыток вырваться, тоненько и жалобно заскулил.

Тут же в густой траве послышалась возня. Из-под ближайших лопухов опасливо высунулось еще полдюжины бутонов поменьше — видимо, неразумный молодняк. Большая часть из них ещё даже зубы не отрастила. Нападать эта мелюзга даже не пыталась: прижав прилистники, они стелились по земле и мелко вибрировали, отчаянно попискивая. Самый смелый росток робко подполз к носку моего сапога и попытался лизнуть грубую кожу.

— Нечего меня слюнявить! — строго осадила я подлизу, вовремя отдернув ногу, и погрозила серебряным лезвием. — Раньше надо было думать! А ну, признавайся, чудо ботаники: ядовитое?

Главный бутон в моем крепком захвате судорожно закивал венчиком, прижимая от страха лепестки.

— Вот и чудно, — деловито резюмировала я.

Заткнув серп за пояс, я извлекла из кармана сумки пустую колбу, зубами вытащила пробку, перехватив её мизинцем, подставила горлышко под зубастую пасть и приказала тоном, не терпящим возражений:

— Плюй! И не жадничай.

Растение ещё раз трепыхнулось, убедилось в тщетности попыток вырваться, поникло и послушно выдавило из себя щедрую порцию прозрачно-зеленой люминесцентной жидкости. Судя по тому, что от одной случайно упавшей мимо колбы капли пожух куст чертополоха, яд был концентрированным. Ай да наследство! Я ещё в дом не вошла, а уже столько приятного! Сцедив полфлакона, я сжалилась и разжала пальцы:

— Свободен. Иди пасись.

Освобожденный бутон шлепнулся в траву и с невероятной прытью припустил прочь вместе со всем испуганным выводком. Судя по звукам, обиженная флора спешно выкапывалась всем семейством, намереваясь эмигрировать подальше от злобной ведьмы, то есть, меня. Неровен час, в следующий раз и впрямь применю серп по назначению. Ничего, далеко не удерут. Защитный контур вокруг поместья был сплетен на века, а я еще и добавила сверху пару витков собственной удерживающей вязи — исключительно ради того, чтобы ни одна полезная колючка из внезапно свалившегося на меня наследства не дала деру.

Подмигнув горгульям, я поднялась по выщербленным каменным ступеням крыльца. Меня ждал дом. Массивная дубовая дверь, обитая потускневшими медными полосами, подалась неохотно и открылась с таким душераздирающим скрипом, будто петли не знали масла со времен упокоения последней хозяйки дома. Впрочем, вполне возможно: стазис наверняка снял кто-то из первых наследников, а вернуть обратно не удосужился.

— Кота бы, конечно, запустить… — пробормотала я. — На счастье.

Но ни одного усатого мурлыки поблизости не наблюдалось. Я шагнула через порог и поморщилась: навстречу пахнуло застоявшейся пылью, мышиным пометом и сыростью долгого запустения. Воздух казался неподвижным и тяжелым, как могильная плита. И паутины было столько, что хватило бы на пару парадных платьев для королевского бала! И ещё осталось бы на вуаль. Я окинула взглядом просторный сумрачный холл с высокими потолками и раздосадованно поморщилась, мысленно прикидывая фронт работ. Как любая тёмная ведьма, я всей душой ненавидела уборку! Предпочитала доверять её специально обученным людям, в крайнем случае, бытовым артефактам. Но сейчас я была, мягко говоря, ограничена в средствах, и не могла позволить себе спустить все накопления на заряженные кристаллы. Да и как воспримет дом бытовую магию, тоже пока не знала. А на живого смельчака, готового взяться за уборку вместо меня, вовсе не рассчитывала…

Ладно, на пару комнат меня хватит, а там посмотрим. Но стоило мне сделать три шага вглубь помещения, как дубовая дверь за спиной с оглушительным грохотом захлопнулась сама собой. Тяжелый кованый засов со скрежетом встал в пазы. В тот же миг воздух похолодел. По углам зазмеились белесые клочья тумана, с потолка полилось дрожащее мертвенно-зелёноватое сияние, тени на стенах причудливо вытянулись, и откуда-то из-под потолочных балок донеслось утробное, леденящее кровь:

— У-у-у-у-у!..

Под потолком соткался полупрозрачный, клочковатый силуэт в рваном саване, судорожно размахивающий костлявыми конечностями. Призрак старался изо всех сил: скалил зубы, выпучивал светящиеся глазницы и всячески нагнетал атмосферу первородного ужаса. Наи-и-ивный! Я медленно запрокинула голову, с недовольным прищуром оценивая свисавшие с огромной люстры серые лохмотья пыльной паутины.

— Согласна, — кивнула я. — У-у-у, как всё чудовищно запущено! Ты вообще чем здесь занимался все эти годы? Вообще тут ни разу не убирал, что ли?!

Призрак от такого святотатства аж поперхнулся собственным замогильным завыванием. Зеленоватое свечение вокруг него мигнуло, пошло рябью и нервно заискрило. Полупрозрачная челюсть духа с глухим клацаньем отвисла от удивления и возмущения.

— У-у… кхе-кхе! Ч-что?! — взвыл он, зависнув в воздухе прямо надо мной. Глаза его полыхнули алым. — Женщина! Ты в своем уме?! Ты должна биться в ужасе и умолять о пощаде!

— Я таких долгов не брала, — фыркнула я. — Если уж на то пошло, это ты должен поклониться новой хозяйке. Мне.

— Я?! — оскорбился призрак. — Ни за что! Я — ужас этих стен! Неупокоенная душа и вечный страж рода де Морт! Первый владелец этого особняка, магистр чёрной магии Мортимер фон…

— Да хоть сам архидемон, — отмахнулась я, даже не дослушав его громкий титул.

— Я не позволю какой-то рыжей пигалице командовать в моём доме! — взвизгнул призрак. — Вон!!! Прочь!!!

Люстра под потолком покачнулась. Я насмешливо хмыкнула. Ещё бы «изыди» добавил! Запустив руку в сумку, я извлекла оттуда свиток пергамента с внушительной сургучной печатью Королевской палаты наследственных дел. Ловким щелчком пальцев развернув документ прямо перед полупрозрачным носом онемевшего магистра, я постучала по нему ноготком:

— Вот, любуйся. Грамоте за пару веков на том свете не разучился? Читай: «Поместье рода де Морт в городе Айлстоун, движимое и недвижимое имущество, а также…» — я сделала многозначительную паузу и выразительно ткнула в соответствующий пункт, — «…все сопутствующие астральные паразиты и домашняя нечисть переходят в единоличное владение потомственной тёмной ведьмы Вивьен Линдхольм». Вопросы? Претензии? Апелляции в канцелярию Его королевского Величества?

Призрак выпучил глаза так, что они едва не вывалились из глазниц. Он судорожно вчитался в текст, затем взвился под потолок и закружился там, словно ошпаренный:

— Паразит?! — завопил он. — Домашняя нечисть? Да как они смеют?! Да я закладывал этот фундамент! Да я… да я лучше разнесу этот особняк по камешку, чем позволю какой-то наглой девице…

— А вот это уже попытка порчи чужого имущества, — невозмутимо перебила я, ухмыльнувшись самой сладкой ведьминской улыбкой из своего арсенала. — Ты, Морти, похоже, плохо понимаешь свое шаткое положение. Давай проясним пару важных моментов.

— Я не собираюсь выслушивать какую-то рыжую выскочку, которая…

Надоел! Если поначалу препирательство с призраком меня развлекало, то сейчас начало действовать на нервы. Мне споров с живым магистрами тёмномагических искусств хватило за время учёбы, а тут ещё дохлый добавился! Я щёлкнула пальцами, активируя ловушку, и осыпающий меня оскорблениями призрак, чувствовавший себя под потолком в полной безопасности, подбитой птицей рухнул вниз.

— Т-ты что, некромант? — пробормотал он, вмиг растеряв всю уверенность.

— Хуже, — почти дружелюбно оскалилась я. — Я тёмная ведьма. Так вот, Морти, вернёмся к конструктивному обсуждению. Во-первых, — начала я загибать пальцы на левой руке, — ты незаконно занимаешь чужую жилплощадь. Во-вторых, учти, что за несколько десятилетий, что этот прекрасный особняк стоял без владельца, тут накопилась немалая задолженность по налогам, а у тебя из ценного только мнение, которого никто не спрашивал. Уж не знаю, как было при твоей жизни, а в наше время в финдепартаменте работают такие экзорцисты, что даже тебя пустят на сырье для астральных батареек. Стрясут всё до последнего медяка!

О том, что принимать наследство с громадными долгами я отказалась, и мы по этому поводу до хрипоты ругались с одним из инспекторов службы взыскания в кабинете нотариуса, я тактично умолчала.

— И в-третьих… — я многозначительно погладила серебряный серп на поясе. — Ты ведь знаешь, что делает ведьминское лунное серебро с неупокоенными душами? Некромант бы отправил тебя на перерождение, а я просто обрублю все привязки, запихну тебя в свободную колбу и пущу на полироль для меди. Вон, видишь, как потускнели полосы на двери. В последний раз послужишь на благо поместья.

Мортимер сглотнул несуществующую слюну. Зеленоватое сияние стало едва заметным.

— Я готов служить новой хозяйке, — прошелестел он.

— Вот и чудно, — удовлетворённо кивнула я, вновь щёлкая пальцами, чтобы снять с призрака путы. — В таком случае, ищи тряпку, швабру, ведро — и принимайся за уборку.

Призрак шокировано уставился на меня.

— Но… но я же призрак… — жалобно пролепетал он. — У меня даже плоти нет! Я нематериален!

— Ой, не надо мне тут разводить призрачную демагогию, — хмыкнула я, скрестив руки на груди. — Дверью хлопнуть с силой урагана твоей нематериальной плоти хватило? Хватило. Засовом лязгнуть силенки нашлись? Нашлись. Люстру раскачивал? Раскачивал. Значит, телекинезом владеешь. А раз так, сумеешь и тряпку в руках удержать.

Я шагнула к углу, подцепила ногой старую метлу и подбросила ее в воздух.

— Лови, страж рода!

Мортимер машинально выставил полупрозрачные руки — метла дернулась и, зависнув в воздухе, задрожала. Призрак посмотрел на древко с таким непередаваемым выражением, будто ему вручили дохлую гадюку. Нежный какой, а! Ничего, привыкнет.

— И что ты застыл, мой бестелесный друг? — поторопила я. — Вон люстра. С нее свисает паутина толщиной в палец. Смахиваешь всё до единой ниточки, и не приведи Тьма, разобьешь хоть один кристалл! Поставлю тебя светить вместо него! Затем берешься за карнизы. И самое главное — пауки!

Я указала на балку, где жирными темными кляксами сидело штук пять мохнатых членистоногих размером с чайное блюдце.

— Погоняй их как следует. Пусть выметаются на чердак, пока я не пустила их на ингредиенты. И чтоб через полчаса здесь можно было дышать, не выплевывая вековую пыль!

Мортимер оскорбленно запыхтел, поднимаясь с метлой к потолку:

— Это неслыханно! Непостижимо! Великий магистр тёмных искусств орудует веником…

— Меньше слов — шире взмахи, Мортимер! — оборвала я. — И не халтурь по углам, я проверю! А если справишься без нареканий — так и быть, подпитаю вечером от своего переносного алтаря.

Призрак продолжал что-то ворчать, но уже тише, и нацелился метлой на стайку пауков. А я повернулась к лестнице, намереваясь продолжить знакомство с особняком.

Бум! Бум! Бум!

В тишину холла ворвался требовательный стук. Звук гулко разнесся под высокими сводами, испугав тех пауков, до которых ещё не добрался Мортимер с метлой.

— Кого там Свет принёс в такое время?! — проворчала я, направляясь к двери. — И часа не прошло, как приехала! Кофе выпить не успела, а тут уже визитеры. Фу, какая гадость… Мне для полного счастья только знакомства с соседями не хватало!

И как только прознали, что у проклятого дома появилась новая хозяйка! Я же специально приехала ранним утром, чтобы спокойно, без лишних глаз, познакомиться с наследством. Не иначе, нотариус разбрехал: больше некому! Хотя, может, и не он: в маленьких городках вести разносились сами собой — быстрее чумы! Вот только я никого видеть не желала. Свирепо прищурившись, я сдвинула кованый засов и рванула на себя тяжёлую дверь, уже набрав в легкие побольше воздуха, чтобы пригрозить незваным гостям проклятием. Вот как нашлю икоту или нервную почесуху — вмиг отучатся без приглашения являться!

Но меня ждал сюрприз. Да ещё какой! Удивить тёмную ведьму — задача сложная, но утренний визитёр справился с ней на отлично!