Как посмотреть

Глава 1

Ступакову Владимиру Владимировичу

Посвящаю эту книгу.

Просто за то, что ты есть в моей жизни, Брат!

Как посмотреть ;)…

Человек, помни: не каждый человек – Человек!

Автор…

Если закрыть глаза и расслабиться, то вполне можно было представить, что ты сидишь в уютном кресле на веранде загородного дома. Даже едва заметный ветерок гладит волосы.

Только ноги вытянуть нельзя. И почти незаметная вибрация постоянно напоминает – ты летишь на самолете черт знает куда из черт знает откуда…

Курьер летел в Москву. Собственно, лично для него пункт доставки груза не имел никакого сакрального значения. Вчера он отдал кейс с документами человеку в Гааге. Неделю назад вручил какую-то коробочку джентльмену, встречавшему рейс в Хитроу. Работа такая. Хлопотная, временами опасная. Зато хорошо оплачиваемая.

Содержимое груза, как и его дальнейшая судьба, курьера не интересовали. В его жизни бывал откровенный криминал – драгоценности, оружие, наркотики, накаченные транквилизаторами люди. Там и оплата другая, и пути доставки более сложные. А эту вещицу он просто положил в карман, где она тут же затерялась среди ключей, мелких монеток и десятка зубочисток из аэровокзального кафе. Элементарная вещица, на которую ни один таможенник даже не взглянет. Легкое задание.

Отчего же так неуютно?

Курьер в очередной раз обвел нарочито безразличным взглядом салон авиалайнера. «Либо у меня паранойя, либо противник из профессионалов высочайшего уровня»- подумал он, так как снова не смог даже примерно определить, следит ли кто-нибудь за ним.

Свободных мест в салоне не было. Ни один из пассажиров явно ничем не выделялся. Ни поведением, ни пристальными взглядами, ни, наоборот – полным безразличием. В самом деле, самые вызывающие всеобщее подозрение – трое мужчин на заднем ряду, вели себя, по меньшей мере, как откровенные заговорщики. Потому что весь полет тайно пили тайно пронесенный виски.

Курьер усмехнулся. Русские авиалинии относятся к пьяницам довольно гуманно. Вот если бы вы, парни, летели сейчас в Америку. Например…

Среди откровенно спящих, каковых было, естественно, большинство, тоже не попадались субъекты с дрожащими от напряжения веками. Люди реально спали.

Оставались читающие. Их было немного. Но и среди них никто не пытался наблюдать за курьером в отверстие, специально проделанное в электронной книге.

«Может, кто-то из экипажа?»- подумал курьер и решительно отмел это предположение, как совсем уж явную паранойю.

Он вспомнил инструктаж. Отправители не отрицали возможность слежки и даже попытки перехвата. Потому и наняли именно его – профессионала высочайшего класса с огромным опытом и стальными нервами.

Сейчас эти нервы гудели от напряжения, словно натянутые до предела струны, резонируя с неприятельскими флюидами. Нет, это не паранойя, заработанная в бесчисленных поездках. Это – опыт. И стремление сохранить свою шкуру целой, счет в банке увеличенным на оговоренную сумму, а имидж профессионала – упроченным.

Насколько им важна эта вещица? Фанатично настроенные могут ради того, чтоб не досталась никому, и самолет взорвать…

Смешно – вдруг понял курьер. Вещица настолько мала, что после взрыва и падения на землю совершенно не пострадает. Так что ее история не закончится. В отличие от его.

Вообще задача была довольно простой – никаких паролей, явок, тайных встреч в полутемных ресторанах или на безлюдных автопарковках. Получателя курьер знал в лицо, всего и дел – пройти контроль и встретиться в зале ожидания. А потом дождаться нужного рейса и вновь улететь, только на этот раз совершенно беззаботным пассажиром.

Он вновь не выдержал и, проклиная себя за проявленную слабость, обвел взглядом салон авиалайнера. Ну, где же ты?! Кто ты?!

Глава первая,

которую можно, собственно, и не читать, потому что в ней ничего не происходит. Почти…

Взгляд изнутри. Сидоров.

Настроение у Сергея Сидорова было под стать погоде – непонятным.

Какое сегодня число, Сергей не знал, поскольку число, как и день недели в его жизни никакого значения не имели. И ничего удивительного, если учесть, что работал он грузчиком в огромном сетевом магазине по графику два через два – то есть, два дня таскал коробки и катался на каре, а следующих два дня пил пиво и смотрел по телику боевики. Так что сегодня был обычный рабочий день номер два, отличающийся от предыдущих только тем, что он же был и последним рабочим днем Сидорова в огромном сетевом магазине.

Перед обедом на склад заглянул ушастый сотрудник отдела кадров, прозванный среди грузчиков «Черной меткой», ибо приходил он всегда только для того, чтобы указать очередному неудачнику на широко распахнутые ворота склада.

В этот раз он, молча, поманил Сидорова в комнату для переодевания и там, так же молча, положил перед Сергеем не очень толстый конверт и лист бумаги.

Особой грусти уже бывший грузчик не испытал совершенно, ибо за последний год таким или примерно таким образом он покидал уже пятый сетевой магазин, утешая себя мыслью, что в столице такие гиганты плодятся быстрее мух, следовательно, на его век работы хватит.

Опять же, записи в трудовой книжке позволяли новым кадровикам совершенно верно оценивать имеющийся опыт работы именно в сетевых магазинах, поэтому Сергея брали охотно. Правда, всегда на два с половиной месяца. То есть, увольняли до окончания испытательного срока. Тоже понятно – кому нужен ненадежный летун, пусть и опытный…

Сергей Сидоров представлял собой олицетворение идеальной рабочей силы. Роста чуть выше среднего, лицо предельно славянского типа, волосы светлые настолько, что даже пятидневная щетина бдительным кадровикам в глаза не бросалась. И, главное – возраст! Тот самый, вожделенный всеми фирмами, конторами, предприятиями и организациями – до тридцати пяти…

Сергею было тридцать два, из которых кучу бессмысленных лет он провел в детском саду и школе, два развеселых года в армии, где сначала его били старики, а потом уже он сам бил молодых – не по злобе, а исключительно в целях обучения. Как и его, собственно…

Последние десять лет он последовательно менял места работы, даже не пытаясь сделать карьеру. Впервые попав в сетевой магазин, Сидоров мысленно ахнул, осознав, как ему с работой повезло. Конечно, грузчик – профессия не творческая, зато всегда рядом с материальными ценностями, за которые отвечают совсем не грузчики…

Совесть Сидорова жила в полном согласии со своим хозяином, тем более, что хозяин сильно не наглел – служба безопасности тоже премии получать хочет. Так что пара банок пива, колбаса на закуску, да новые кроссовки взамен стоптанных – даже и не кража. Так – компенсация за отсутствие премиальных…

В личном плане Сидоров от большинства своих коллег тоже не сильно отличался. Первый опыт жизни в браке оказался настолько скоротечным, что Сергей даже не мог уверенно сказать - был ли он неудачным? Оксана уже на свадьбе с куда большим удовольствием целовалась с каким-то бородатым очкариком, с ним же и укатила на третий день, а через месяц приехала на недельку – чтобы развестись. Сергей не возражал, материальных претензий стороны друг другу не выставляли, свадьбу вспоминали каждый по-своему, но одинаково с удовольствием – классно погуляли!!!

В следующий раз Оксана появилась в его жизни ровно на десять минут, чтобы на правах бывшей законной супруги занять двести долларов.

Последний раз она погостила у Сергея два дня полгода назад. Неожиданно вернула долг, скромно переночевала на диване в зале и уехала в Португалию, по официальной версии – собирать виноград. Зная наклонности и предпочтения бывшей жены, Сидоров в официальную версию верил слабо. Уехала без бородатого очкарика, который, судя по всему, всерьез и надолго застрял где-то на севере Архангельской области, талантливо подделав чью-то подпись в финансовых документах – прокуратура такое не прощает даже олигархам…

Кстати, распространенное мнение о том, что все грузчики – люди, не обремененные образованием, да и вообще интеллектом не изуродованы – полная чушь. Сергей мог доказать обратное на примере своих многочисленных коллег по перемещению тары. Перестройка, а затем и грянувший беспредел девяностых увлек в подсобные рабочие всех мастей огромный отряд бывших младших и средних научных специалистов, которым внезапно стало нечем кормить семьи. Малопьющие, умеющие молча много работать, стесняющиеся даже не требовать – просить!- положенную заработную плату, они постепенно выдавили прежних выпивох. В современной России грузчик с высшим образованием стал таким же естественным явлением, как и бизнесмен с неполным средним.

Со временем некоторые особо влюбленные в науку грузчики вернулись в свои институты и центры. Те же, что втянулись в жизнь среди ящиков, контейнеров и прочей тары, остались, медленно деградируя до уровня своих предшественников.

Благодаря оставшимся Сергей Сидоров, даже не читая книг, обрел довольно обширные, хотя и поверхностные, знания едва ли не во всех областях человеческой жизни. Он легко к месту и не к месту цитировал классиков российской словесности, мог поддержать умный разговор о роли синхрофазотрона в современной науке, уверенно спорил о возрасте египетских пирамид и четко знал химическую формулу спирта. Конечно, глубокими его познания назвать было нельзя, но на случайных подруг и такие производили неизгладимое впечатление.

Жил Сергей с мамой – обладательницей запредельного стажа работы в метрополитене, так что ее пенсия спокойно покрывала и квартплату, и расходы в периоды отсутствия работы сына. Кроме того, в ближнем Подмосковье приносила стабильный доход маленькая квартира, доставшаяся маме от ее мамы в наследство. Короче – типичная московская семья…

Погода стояла такая же, как и настроение у Сергея Сидорова – непонятная.

На дворе жила своей жизнью середина июля, называемая учеными с загадочным и заковыристым прозвищем «френологи» макушкой лета. Под ногами упруго вибрировал размягченный солнцем асфальт. Деревья баюкали свою пыльную листву, мечтая, если не о дожде, так хотя бы о поливочной машине. От домов несло жаром, из переулков – духотой.

Перед уходом с уже чужого склада Сергей по-новому огляделся, пытаясь определить то, что можно вынести с собой безнаказанно. В его распоряжении было всего пять минут, так что, когда сотрудник службы безопасности небдительно осматривал его на выходе, в целлофановом пакете успели очутиться лишь несколько бутылок пива, упаковка жевательной резинки, да пара пачек сигарет из мгновенно распотрошенного блока: блок – это подозрительно, а несколько пачек…. В конце концов, сотрудники службы безопасности тоже не святые – знаем, уж чего там…

Сейчас Сергей Сидоров лениво брел по улице с пакетом в руке, конвертом в заднем кармане джинсов, сигаретой в зубах и полным отсутствием планов на будущее в голове.

Если начистоту, то где-то в глубине души Сергей, конечно, обиделся. Обиделся, несмотря на то, что сам и не собирался связывать свою дальнейшую судьбу с именно этим магазином. Обида из глубины души подсказывала, что было бы неплохо залить ее водкой. Жара на улице предлагала перенести данное мероприятие на вечер – исключительно из чувства самосохранения.

Мысль о том, чтобы донести расчетные деньги до дома и отдать их матери, даже не родилась.

Сергей Сидоров не был алкоголиком. Из этого следовало, что для залития водкой обиды непременно понадобится хорошая компания верных, понимающих ситуацию товарищей. И такие люди быстро нашлись…

…В этот уголок лесного парка полицейские заглядывали редко, разве что когда начальство спускало им план по заполнению койко-мест вытрезвителя. В остальное время здесь сутками блаженствовали люди свободных профессий не только из окрестных домов, но даже и близлежащих районов города. Здесь не дрались, не скандалили – здесь отдыхали. Среди постоянных обитателей места, незатейливо прозванного в народе Поляной, существовал неписаный кодекс поведения, которому следовали все. Нарушители имели дело с бывшим воином-афганцем, ставшим вроде местного шерифа, во-первых, потому что мужик был зациклен на справедливости, во-вторых, потому что мужик был в драке страшен и непобедим.

Туда-то, на Поляну, и направился Сидоров. Это место было ему давно знакомо – не раз сам пережидал среди кустов сирени очередное безработное состояние.

На Поляне при виде давно не заглядывавших знакомых никогда не раздавались крики, типа: «кого мы видим!» или «сколько лет, сколько зим!». Пришел и пришел. Не приходил раньше – значит, не мог. Пришел сегодня – значит, так надо.

Сергей деловито располовинил деньги из конверта, сунул часть сухому от пьянства и возраста старичку с прозвищем Главбух и подошел поздороваться к афганцу.

Местный блюститель порядка хлопнул Сергея по протянутой ладони своим кулачищем, спросил для проформы:

- Опять выперли?

Сергей кивнул. Афганец громко сказал в пространство:

- Народ! Сидора с работы турнули. Кто в долю входит – прошу к Главбуху.

- Слышь, Сидор,- засмеялся лохматый парень, вечный студент какого-то художественного училища – то ли скульптор, то ли художник – непризнанный гений, ясное дело,- мы твои увольнения отмечаем чаще, чем красные дни календаря!

- А он хочет на основе своей трудовой книжки издать справочник предприятий Москвы,- влез еще один дежурный хохмач – одноногий краснощекий здоровяк,- большие деньги грести будет. Особенно с таджиков. Сколько осталось, Сидор – два или три магазина?

Сидоров улыбнулся, сунул в чьи-то руки пачку сигарет, даже не надеясь ее еще раз увидеть, сел на подстеленный целлофановый пакет и стал ждать возвращения Главбуха с товаром…

Среди собиравшихся на Поляне людей бомжей никогда не было. Скорее, это был некий клуб по интересам, в зимнее время перебиравшийся в чудом сохранившуюся с советских времен пельменную, где все, включая тараканов, напоминало о славном прошлом. Едва пригревало солнце, члены клуба возвращались на лоно природы. Они не собирали бутылки, не клянчили в подземных переходах. У каждого был относительно стабильный доход – в основном пенсия, либо по возрасту, либо по инвалидности. Записи в клуб тоже не было – любой мог присутствовать на Поляне в любое время. Многие появлялись здесь единожды, были и такие, что приходили сюда раз в году. В общем, если где-нибудь в мире и существовала реальная демократия, то Поляна соответствовала ее принципам в полной мере.

Главбух отсутствовал недолго – связи с местными торговцами спиртным были отработанными и устоявшимися. Никто не стоял в очереди, сжимая в трясущейся руке грязный стакан. Не хочешь пить – не пей, это тоже один из принципов истинной демократии.

В начале мероприятия традиция обязывала виновника иинициатора сказать вступительное слово. Сергей долго не думал, прислонил пластиковый стаканчик к таким же, только в других руках, сказал:

- Чтоб у нас всегда был повод!- и выпил.

- Каковы планы?- задал дежурный вопрос афганец, больше для завязки разговора.

Сергей пожал плечами. Какие тут планы…. Хорошо бы найти чемодан с миллионом долларов, на худой конец выиграть в лотерею джек-пот. Тогда можно было бы и планы строить. А так, планы одни и те же – пропить деньги, отоспаться и идти устраиваться на новую работу. Кстати, на юго-западе очередной торговый гигант через неделю открывается – стоит поторопиться…

Уже после второй о Сидорове как-то позабыли. В самом деле, ведь не день рождения же, чтобы окружать человека назойливым вниманием. И не похороны, чтобы нахваливать. Только Главбух оцепенел у импровизированного столика, гипнотизируя водку в своем стакане. Остальные разбрелись по привычным местам, возвращаясь только затем, чтобы наполнить стакан или ухватить перышко зеленого лука на закуску.

Сергей полулежал на жесткой пыльной траве, пуская дым кольцами. Опьянение, если и было, то накрывало как-то незаметно, легко, отчего и настроение было легким, почти хорошим.

Планы…. Когда-то он любил строить планы. Это было в то счастливое время, когда человек еще не осознает разницу между планом, мечтой и фантазией. В детстве. Мечта стать космонавтом обрастала подробностями, в которых угадывалось почти планирование. Фантазии о межзвездных полетах тоже казались реальными, спасибо фантастам.

Единственный выполненный до конца план в жизни Сидорова – окончание школы. И то это был явно не его план, а матери и педагогического коллектива. Потом еще были невнятные мечты о мореходке, даже об институте, о компьютерных курсах, но силы воли Сергея превратить их хотя бы в план так и не хватило. А сейчас…. Какие планы, что себя-то обманывать? Даже устройство на работу – не план. Скорее – просто очередной эпизод. Вот когда его перестанут брать на работу…

Неприятную мысль Сидоров прогнал большим глотком теплой водки.

- Сидор,- подсел к нему розовощекий инвалид,- а вот скажи, у тебя и правда фамилия Сидоров, или ты перед нами шифруешься, как Штирлиц?

- Шифруюсь,- признался Сидоров,- на самом деле я Джузеппе Сидорини, итальянский мафиози из Коза Ностры. А с вами от уплаты налогов скрываюсь. Только никому не рассказывай, ладно?

Он немного подумал, еще раз располовинил остатки денег в конверте и протянул их Главбуху. Тот принял тощую пачку бумажек без малейших эмоций, исчез, словно иллюзионист в цирке, чтобы вернуться с новой партией алкоголя. Все как обычно…

…домой Сергей вернулся в первом часу ночи, с шиком – на такси, оставив водителю то немногое, что смогло сохраниться после трех покупок водки.

Мать сделала вид, что крепко спит. Конечно, ей не терпелось задать сыну пару серьезных вопросов, но длительный опыт совместного проживания приучил – если сын вернулся домой за полночь и пьяный, да еще и в рабочий день… работа снова кончилась,… да и ругаться с пьяным бессмысленно…

Взгляд навстречу. Сурен.

- Да, Саркис, да,- Сурен говорил по-армянски, в слабой надежде, что те, кто прослушивает его телефонные разговоры, выучить язык еще не успели:

- Да…. Привезли. Да, конечно. Я приму все меры.

Саркис новости явно не обрадовался. Кажется, он даже испугался, иначе с чего бы его голосу так дрожать.

Сурен тоже не был в восторге. Казалось бы – операция по доставке… кое-чего длилась почти полтора года, проходила на территории четырех совершенно независимых государств и сегодня должна была удачно завершиться. Наконец-то.

И все равно – успокоение не наступало. За время операции двое сотрудников банка загадочным образом погибли, а то, что… кое-что лежало в кармане Сурена, вместо того, чтобы лежать в надежной ячейке банковского сейфа, только добавляло волнения.

Казалось бы, всего делов – доехать от аэропорта до банка…

Сурен долго не решался выйти из наполненного людьми вестибюля на улицу. Еще мгновение назад раздражавшая своим гулом и бестолковыми перемещениями толпа внезапно показалась надежным прикрытием от…. Ну, в самом деле, ведь не станут же они…. Или станут?!

Что-то кольнуло под лопаткой, и Сурен похолодел от нехорошего предчувствия. Но прошло время, яд не проник в кровь, а когда кольнуло еще раз, он понял – сердце, и даже этому обрадовался.

В очередной раз пожалев, что не прихватил с собой охрану, Сурен несколько раз глубоко вздохнул и шагнул под яркие лучи июльского солнца, направляясь к автостоянке.

Ничего не произошло.

Сурен сел в машину, торопливо запустил двигатель и выехал со стоянки. Время для поездки через столицу было не самое удачное – приближалась вторая волна пробок. Для тех, кто не в курсе – первая волна состояла из тех, кому было необходимо попасть на работу хотя бы к девяти часам утра. Вторая волна – это те, кто забивает московские дороги в тщетной надежде, что после десяти по Москве ездят только они…

До банка было недалеко, километров сорок. Он благоразумно расположился в непосредственной близости от Садового кольца, среди многочисленных иностранных посольств.

Кстати, вдруг подумал Сурен, можно было это… кое-что элементарно отправить дипломатической почтой, а потом спокойно забрать у посла – он часто пользуется услугами банка, да и дальний родственник, как-никак. Нет, выбрали какой-то шпионский вариант! Пароли, связники, явки… но, как говорят русские – умная мысль всегда приходит после окончания дела…

Он пересек сдавившую растущий город кольцевую автодорогу, проехал пару светофоров и выругался – пробка! Освежив в памяти карту Москвы, Сурен решительно свернул и дворами выехал на параллельную улицу, снова нырнул во дворы и оказался в лесу – здесь миражом располагалась лесопарковая зона. Ну вот, скоро…

Скучавший на обочине сотрудник ДПС оживился, поднял полосатую палку.

- Я ничего не нарушил, я ничего не нарушил,- словно заклинание бормотал Сурен, привычно вытягивая из бумажника стодолларовую бумажку – универсальный пропуск, заменяющий и водительское удостоверение, и тест на алкоголь. Все зависит лишь от количества купюр – Сурен знал это твердо. Знал, потому что еще пять лет назад сам брал такие купюры, будучи сотрудником таможни в одном сибирском аэропорте…

Взгляд вскользь. Сандро.

Они были похожи как родные братья. Только Сандро был пошире в плечах, да седины в курчавых волосах побольше. И золотых зубов у него было больше, чем у Михая. Давно уже можно было поставить нормальные – керамические, но Сандро упорствовал – золотые зубы были памятью о восьми годах, проведенных в лагере под Воркутой. Сандро этой памятью гордился. Ну, а Михай привык во всем подражать Сандро.

Наступил новый день, полный опасностей и хлопот. Хлопоты принес вечерний телефонный звонок от родственников из Краснодара, которые решили приехать в гости, а заодно и сына в какой-нибудь институт определить. А опасности – они и так с тобой ежедневно, особенно если ты торгуешь героином.

Сандро и Михай были неразлучны уже лет десять. Они не только вместе вели дела, но и жили в отдельных коттеджах, обнесенных общим забором. А на случай холодных зимних дней между домами был сооружен зимний сад, входы в который были из обоих коттеджей.

Михай стоял у окна, выходившего на ухоженный внутренний двор, и размышлял – какую рубашку надеть к завтраку. Его взгляд блуждал по клумбам и дорожкам. Неожиданно у неприметной калитки между соседями он увидел Сандро, одетого по-домашнему – в расшитый золотом темно-синий халат. Решение пришло мгновенно.

Завязывая на ходу пояс своего халата, Михай с деланной неторопливостью вышел на двор и подошел к Сандро.

- Здравствуй, брат,- заулыбался Сандро.

- Здравствуй, брат,- протянул обе руки, блеснувшие многочисленными перстнями, Михай.

- Дело у меня к тебе, брат,- продолжал улыбаться Сандро.- Вот, выбрал место, где нам никто не помешает поговорить.

- Михай!- раздался посреди патриархальной тишины резкий голос жены младшего из друзей.- З

автрак на столе! Не задерживайся!

- Женщина,- поставил диагноз раздраженный Михай.

- Заботится,- мягко уточнил Сандро.

Он не торопясь раскурил трубку, проводил взглядом мелькнувшего среди цветов младшего из детей Михая и посерьезнел:

- Помнишь, я тебе говорил, что мы можем заработать отдельно от… ну, ты меня понимаешь.

- Помню.

Сандро снова обвел взглядом соседские дворы. Когда речь шла о деле, даже близкие люди становились лишними. Исключение – Михай.

- Вчера мне позвонил… наш человек из…. Пойдем, пройдемся по твоему саду, брат.

Михай кивнул головой и распахнул перед другом никогда не запиравшуюся калитку. Не впервые они обсуждали дела, и всегда Сандро предпринимал максимальные меры предосторожности. Один только раз он легкомысленно пренебрег ими, за что и отсидел восемь лет…

Они долго гуляли среди тщательно подстриженных деревьев, основная задача которых была не урожай, а удовольствие для глаз.

Сандро молчал, пуская колечки дыма, а Михай не торопил. Сандро умный, раз молчит – значит, еще не пора…

- Помнишь, в прошлом году партию товара в Новосибирске накрыли?- неожиданно сказал Сандро.

- Конечно.

- Сколько потеряли тогда, помнишь?

- Двадцать пять килограмм, по-моему,- пожал плечами Миха.,- Бог дал, Бог и взял…

- Разве я тебе не говорил?- удивился Сандро.- Двадцать пять – это нам отправили. А хлопнули менты только двадцать. Понимаешь?

- Нет,- честно ответил, немного подумав, Михай.- Это же менты сказали про двадцать, а им веры нет. Заныкали пять килограмм. Сволочи.

- В нашей работе учет и контроль – самое главное. Иначе можно голову потерять. В прямом смысле. Проверяли ментов – все точно, двадцать. Понимаешь, брат?

- Нет,- снова честно ответил Михай.- Получается, что нам поставщики пять килограмм не довесили?! Это же война!

Сандро выпустил облако дыма, которое в безветренную погоду окружило его голову, цепляясь за кудряшки волос. Словно древний воин, подумал внезапно Михай и решил, что тоже заведет себе трубку.

- Война – это ты правильно сказал,- наконец промолвил Сандро,- да только Абдулла клянется, что отправил все как договаривались. Мы двадцать лет работаем – почему вдруг решил обмануть? Неправильно как-то получается… глупо.

- Тогда я совсем ничего не понимаю.

- Я тоже сначала ничего не понимал,- улыбнулся Сандро,- пока не решил все выяснить.

- Как выяснить? Перевозчик-то умер… еще в тюрьме.

- Потому-то все и решили, что товар потерян. Все, кроме меня. Так вот, я его нашел.

- Ты?! Нашел?!

Михай был потрясен. И немного обижен. Лучший друг целый год занимался сложным делом. А он узнает об этом только сейчас!

Сандро внимательно посмотрел на Михая и понял, о чем думает его лучший друг:

- Не обижайся, брат. Я ничего тебе не говорил, потому что сам не был ни в чем уверен. К тому же тогда ты в аварию попал, помнишь? Зачем тебя было напрягать? А, главное – ты молодой, горячий, начал бы саблей махать…. Вот я и решил сам все разузнать, а тебе сюрприз сделать. Извини, если обидел, брат.

Михай подулся самую малость, но вера в правоту друга пересилила мимолетную обиду.

- Выходит, что пять килограмм ментам не достались?

- А они бы и нам не достались,- равнодушно ответил Сандро.- Перевозчик почему-то решил в свою игру сыграть…, я тебе потом все расскажу – удовлетворю законное любопытство. А сейчас – о деле, потому что оно еще не закончено, хорошо?

- Да, конечно.

- Только сразу учти, брат, что этот товар – только наш! Если барон о нем узнает…, сам понимаешь.

- Понятно.

- Поэтому его по нашим обычным каналам доставлять сюда было никак нельзя. И знаем о нем только мы с тобой, человек, который его нашел, да курьер, который к нашему делу никакого отношения никогда не имел. Это человек того человека. Клянусь, когда все закончится – на все вопросы отвечу! И даже с тем человеком познакомлю. Пока скажу лишь, что он не нашего племени, поэтому мы можем реально надеяться на успех. И на полную секретность.

- А…

- Пятьдесят процентов от стоимости товара мы честно отдадим. А нам остаются другие пятьдесят процентов… плюс проценты от выручки. Думаю, все честно. Как считаешь, брат?

Михай сделал вид, что задумался. На самом деле он всецело доверял Сандро, голова которого была буквально набита золотоносными идеями. Если уж друг продумал эту операцию, то можно быть уверенным – все получится! А Михай постарается не подвести…

Еще несколько минут ушло на обсуждение деталей предстоящей комбинации и распределение ролей. Машину решено было брать самую неприметную из имеющихся – зеленый лупоглазый «Мерседес». Оружие – только пистолеты, и то на всякий случай, чтобы отбиваться от нечаянных хулиганов – горький опыт общения с русскими националистами имелся у обоих.

Наконец, Михай проводил Сандро до калитки и отправился навстречу крикам жены об остывшем завтраке.

А Сандро с теплой улыбкой смотрел вслед и думал о том, как ему повезло встретить в жизни такого недалекого… в смысле, близкого друга…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

Каждый занимался своим делом. Вернее, делом занимался только Горбун – прослушивал эфир. Остальные разбрелись по офису. Веня закопался с головой в ноутбук, Хохол курил, сидя на подоконнике. Микки и Петруччо разгадывали кроссворд, то и дело выхватывая друг у друга огрызок карандаша.

Григорьев второй час наблюдал за тем, как резвится его команда. Наблюдал без раздражения, скорее с чувством отцовской гордости – сам три года отбирал кандидатов, нещадно гонял на испытаниях. Сколько отсеялось – вспомнить всех не удастся даже с его фотографической памятью. Остались эти, которым он третий год доверяет самое дорогое, что у него есть – собственную жизнь.

Как-то мимолетно вспомнилось удивление начальника службы безопасности, когда он предложил создать параллельно с частным охранным предприятием собственную группу быстрого реагирования.

Начальник службы безопасности – тот самый – вообще оказался на удивление нерасторопным и трудно думающим. Потому и убрали, хоть пришел в фирму едва ли не с генеральской должности МВД.

Сменивший его моложавый дядя из органов, о которых среди обывателей ходят разве что туманные легенды – то ли СВР, то ли ГРУ – мудрость предложения просек сразу. Так появилась команда Григорьева.

А через пару лет и команда Григорьева стала даже для собственной фирмы практически мифом, иллюзией. О том, сколько человек знают о ее существовании, Григорьев даже думать не хотел – пара из совета директоров, естественно генеральный и безопасник, да кто-нибудь из бухгалтерии – зарплату же выдают…, да и аппаратура, снаряжение, транспорт тоже денег стоят.

Свою нужность команда доказала несколькими успешными делами. Чего скрывать – спасли фирму от рейдеров. И с некоторыми чиновниками помогли найти общий язык. Жестко, конечно. Иногда даже за гранью фола работали. Как в глубинной разведке – если попадешься, никто не прикроет. Потому что официально их вроде как и нет…

Григорьев усмехнулся, вспомнив, как из-за дрянного заводишки где-то в Зауралье столкнулись лбами с так называемой организованной преступностью местного пошиба. Ребята видимо и не подозревали, что в Москве, кроме очкастых экономистов, живут и такие специалисты… первых мафиози топили в местной речушке прямо в джипах – экипажами. Вторые пошли на попятную, когда еще не закончились первые.

После прошлогодней командировки в Йемен, где они месяц провалялись на кроватях роскошной гостиницы под спасительной прохладой кондиционеров, так и не узнав, зачем их, собственно, туда заслали, команда в основном занималась тренировками.

Рейдерство в стране начало потихоньку сдуваться – лакомые кусочки давно были в надежных руках, а остатки имперского хозяйства серьезных игроков интересовали мало. Да и прокуратура начала шевелиться.

Григорьев с тревогой в сердце ждал того момента, когда безопасник вызовет его и старательно отводя глаза предложит распустить команду. Судя по ситуации в стране – ждать осталось недолго.

Потому-то вчерашнее задание стало для Григорьева глотком свежего воздуха, последней надеждой удержать команду на плаву. Проиграть нельзя ни в коем случае! Последнее, что остается от умершего – не надежда, а агония…

- Есть!- внезапно раздался ликующий голос. Все посмотрели на Горбуна, но тот продолжал невозмутимо сидеть, прижав несуразно большими ладонями к голове наушники. Тогда все перевели взгляды на покрасневшего Веню.

- Есть что?- Хохол, как говорится, снял этот вопрос с языка Григорьева. Вечно лезет вперед… впрочем, в драке то же самое, поэтому и прощен вовеки веков, аминь.

Веня покраснел еще больше, но ответил. В голосе явственно слышалось ликование:

- Профессора Крылова на Янтарь провел…, с четвертого раза получилось.

- Какого Крылова?- оторвался от кроссворда Петруччо,- ты чем там занимаешься?

- В «Сталкера» играю. «Тени Чернобыля». Обалденная игрушка!

- Чем бы дитя не тешилось…- вздохнул Микки. Все снова посмотрели на Горбуна.

- Надо было тебя за аппарат сажать,- пробурчал Григорьев. Так пробурчал, без раздражения, потому что никакой разницы – кто следит за эфиром – не было. Хоть бы и сам слушал. В данный момент от их команды ничего не зависело – по объекту работали совсем другие люди, приглашенные со стороны. Их задача – вступить в комбинацию, если произойдет нечто непредвиденное. Даже обидно…

Веня еще подождал, но больше комментариев не последовало, поэтому он перестал краснеть и снова уткнулся в монитор.

- Есть доклад,- прохрипел голосом, отвыкшим за последние полчаса издавать звуки, Горбун, прокашлялся и более уверенно добавил,- есть доклад!

- Ну?- Григорьев стремительно подскочил к нему, сбив по дороге подвернувшийся стул. Горбун заулыбался:

- Прокол, шеф! По полной программе! Одно слово – любители…

Взгляд снаружи. Полищук.

Топорков всегда разговаривал так, словно хотел извиниться. И с начальством, и с подчиненными. Даже когда устраивал выволочку провинившимся. А уж с Игорем Полищуком и подавно.

Те, кто знал его мало или плохо, находили этому самое простое и логичное объяснение – Топоркову было перед Полищуком стыдно. Стыдно за то, что именно он, а не Полищук командует отрядом спецназа наркоконтроля. Игорь и годами был старше, и опыта у него было больше. И всего девять месяцев назад именно Полищук был временно исполняющим обязанности командира. А потом была командировка на Северный Кавказ, тот самый никому неизвестный бой пятерых спецназовцев с двадцатью арабскими наемниками, когда из двадцати пяти профессионалов в живых остались только Топорков и Полищук…

А пока они лежали в госпитале, пока хирурги дедовскими методами штопали раны и экспериментальными приборами возвращали к нормальной жизни, где-то в немыслимых верхах кто-то мудрый решил, что две звезды Героя России за один бой – это много. И дал одну – Топоркову.

Поэтому, после их возвращения на службу командиром стал Топорков, а не Полищук. И те, кто плохо знал обоих, думали, что Топоркову стыдно, а Полищук обиделся.

Ну да! Полищук и впрямь обиделся! И обижался целых полчаса – пока к нему не пришел Топорков и не предложил вместе отправиться к начальству с тем, чтобы восстановить справедливость. Полищук подумал, подумал и… послал Топоркова по матушке, а потом обнял и ушли два кровных побратима в трехдневный запой со всеми положенными для этого мероприятия традициями – от сгоревших шашлыков до трясущихся с похмелья сильных рук.

Начальство терпеливо снесло это безобразие, а орлы из отряда выкрали командиров и спрятали на учебной базе до полного выздоровления.

Полищук скоро оценил мудрость своего спонтанного решения. Командир на задания не ездит! А для него не участвовать лично – страшнее ранения! Командир – раб бесчисленных бумажек – отчетов, приказов, докладов, распоряжений…. Да и начальству приятнее, когда ему докладывает Герой Российской Федерации, причем виноватым голосом.

Сразу после построения, больше похожего на встречу старых друзей – давно не виделись, аж целую ночь!- Топорков подхватил Полищука под руку, буквально повиснув на плече, и потащил в курилку.

- Михалыч, ты сегодня уже курил?- громко спросил Топорков.

- Аж два раза,- подыграл Полищук.

- А Бог троицу любит. Давай подымим, а?

- Так ведь церковь курение не одобряет!

- Мало ли чего она не одобряет,- виновато ответил Топорков,- к примеру, всем говорит - не убий, а внимания никто не обращает…. Садись.

Они сели на лавочки, задымили.

- Тут такое дело,- покаянно сказал после долгой паузы Топорков,- информация пришла любопытная. Как из старого учебника по арифметике.

- Официальная?

- Совершенно неофициальная! Поэтому я ей верю, Михалыч.

Полищук откинулся на спинку лавочки, как бы ненароком обвел взглядом окрестности – никого.

Не то, чтобы они с командиром не доверяли своим ребятам – сколько вместе пережито…, но ведь постукивает крот какой-то! И ладно бы только начальству…

Поэтому и общались на серьезные оперативные темы они не в кабинете, а в курилке.

- Итак, задачка…- тоже глянув по сторонам, продолжил Топорков,- из пункта А в пункт Б некий мистер Икс отправил хорошо знакомый нам товар, будь он неладен. Режим секретности – беспрецедентный. Об этой партии из наших старых знакомцев никто даже не догадывается.

- Информатор надежный? Не динамит тебя?

- Он мне должен,- виновато ответил Топорков,- мелочь должен… жизнь. Поэтому верю. Вообще-то его интересы с нашими никогда не пересекались. Вот он и удивился.

- Понятно. Что дальше?

- Дальше? Ты ребят ненавязчиво организуй – пусть оружие получат, снаряжение по полной…, вроде как для подгонки, чистки-смазки…, технику подготовь.

- Сейчас?

- Ага. Мистер Икс по всем расчетам должен прибыть в пункт Б сегодня.

- А к кому он мчится?

Топорков виновато улыбнулся:

- В том-то все и дело…. Мчится он к нашим старым недобрым знакомым. Я еще с вечера к ним наружку подцепил – без санкции, блин.

- Опять скандал?!

- Если получится все – победителей не осудят, осудят наших старых недобрых знакомых!

Полищук побарабанил пальцами по сиденью, убив сразу двух зайцев – и постучал по дереву, чтобы не сглазить, и изобразил раздумье.

- И как ты решил товар хлопнуть?

- При передаче вряд ли удастся,- трагически произнес Топорков.- Мы место не знаем, поэтому с засадой ничего не выйдет. Скорее всего, тормознем знакомых на обратном пути. Раз уж такой режим секретности – им ничего не остается, как отвести товар поближе к дому…. Или вообще домой. Готовь две группы – первую я сам поведу, заляжем у въезда в поселок, устроим цирк с гаишниками. А ты со второй готовь театр на задворках – где дорога вдоль заброшенного кирпичного завода проходит…

Глава 2

Глава вторая,

из которой видно, что российского бизнесмена – как и художника – обидеть может каждый…, чего нельзя сказать о российском грузчике.

Взгляд издали. Хранитель.

« Слава Хранителям!

Достопочтимый Мастер, только в аэропорту Москвы я в полной мере оценил Вашу мудрость и прозорливость!

Еще раз благодарю Вас за то, что позволили мне принять участие в операции. Не стану скрывать – мои последние удачи в Африке и Гватемале разбудили во мне гордыню и излишнюю самоуверенность. Поэтому я позволил себе невнимательно отнестись к Вашему напутствию, заранее посчитав себя победителем…

Но обо всем по порядку.

Курьера я засек еще на посадке в самолет. Весь полет он был под моим контролем, но сидел слишком далеко, из-за чего войти с ним в контакт не удалось.

Полет прошел без отклонений. При высадке случилась заминка, во время которой курьер едва не оторвался от меня, но - Слава Хранителям!- это была не заранее подготовленная акция его прикрытия, а обычная случайность: пожилая женщина, шедшая передо мной, уронила сумочку и своими габаритами на несколько секунд наглухо перекрыла движение в коридоре терминала. Однако мне удалось нагнать курьера прямо у выхода в вестибюль.

Снова Слава Хранителям! Из-за этой непредвиденной задержки я не успел нейтрализовать курьера, зато практически присутствовал при передаче груза встречающему лицу.

Взвесив обстоятельства, я принял решение оставить курьера в покое – кому он нужен без груза!- и все внимание сосредоточил на принимающей стороне.

Это оказался мужчина среднего возраста и более чем среднего достатка, то есть, не очередной курьер, а лицо, довольно близкое к интересующему нас Главному Получателю груза!

А ровно через минуту я убедился в Вашей прозорливости и мудрости, Мастер – особенно в той части Ваших слов, в которых Вы пытались вернуть в реальность самодовольного гордеца. Слава Хранителям! Гордеца больше нет – он растоптан в вестибюле московского аэропорта…

Как же Вы были правы, Мастер, говоря, что работать в России сложнее, чем в Америке или даже Китае! Я смотрел в спину удаляющемуся Получателю – да будет забыто его презренное имя!- и с каждым его шагом все яснее понимал – туристической прогулки по российским достопримечательностям не будет. Будет тяжелая работа…

Мастер! Представьте – в международном аэропорту столицы России ни один человек не говорит нормально по-английски! Впрочем, и по-французски, и по-немецки…. Туристы не в счет, они также как и я бестолково метались от одного окошка к другому.

В международном аэропорту российской столицы я не нашел офис проката автомобилей! И, насколько я понял из объяснений какого-то шведа, этих пунктов и в самой столице немного…

Волонтеры местного отделения нашего Ордена, чью помощь я перед операцией самонадеянно считал обузой, а теперь молил о ней…, так вот, эти волонтеры прибыли в аэропорт через сорок минут после посадки самолета!

Все эти сорок минут я стоял в двух шагах позади Получателя, который почему-то не спешил уехать, скорее всего, ожидая кого-то или чего-то.

Вы знаете, Мастер, я могу справиться с человеком и без оружия, но сломать Получателю шею, стоя в толпе пассажиров аэропорта, я не решился – случайность могла привести к провалу, а, значит, и к полной потере нашего…, ну, Вы понимаете, о чем я.

На всякий случай я попытался приколоть к его рубашке маячок, но уколол. Получатель передернул плечами, маячок упал и исчез под ногами бесчисленных пассажиров аэропорта. Стоимость маячка я обязательно верну по приезду, Мастер!

Волонтеры оказались молодыми, перепуганными и не местными! Они опоздали в аэропорт, потому что всю ночь ехали из столицы соседней Украины. Водитель в Москве был второй раз в жизни, сопровождающий – первый…. Из карт с собой они захватили только схему метрополитена! Мастер, в таких условиях я еще никогда не работал, даже в Буркина-Фасо! Спасибо Вам за урок!»

Взгляд вскользь. Сандро.

Сандро сам сел за руль «Мерседеса», потрепал удивленного Михая по плечу:

- Брат, тебе самое сложное – следи за «хвостами». Не забудь – наши тоже ничего не знают. Короче – сегодня у нас нет союзников.

Михай глубокомысленно кивнул и сел на пассажирское кресло. Действительно, Сандро водил машину лучше, а вот глаза зорче у Михая…

Они выехали из поселка на трассу и повернули в сторону Москвы.

- Заметил номера на машине ДПС?- спросил Сандро.

- Нет,- виновато ответил Михай.

- Областное ГАИ. Опять облава будет,- угрюмо сказал Сандро.- А у нас в областном никого…. Как бы при возвращении не нарваться. Может, уедут к тому времени…

Ехали быстро, свернули на МКАД, проехали с десяток километров.

- Брат, глянь-ка, вон та семерка сзади… что-то больно долго за нами едет.

Михай развернулся всем телом, стараясь разглядеть нужную машину сквозь тонированное стекло. Семерка как семерка…

- Попробую оторваться,- решил Сандро и увеличил скорость, проскочив в опасном вираже между двумя грузовиками. Семерка отстала и больше не показывалась.

Михай уселся поудобнее, положил на колени борсетку, расстегнул, чтобы в случае чего быстро вытащить пистолет. Сандро посмотрел на друга, неопределенно хмыкнул, но говорить ничего не стал.

На всякий случай они свернули с кольцевой на Варшавское шоссе, потом дворами снова вернулись на кольцевую. Проехали еще около получаса, счастливо избежали зарождавшуюся пробку. Убедившись, что хвоста нет, Сандро свернул на стоянку перед огромным гипермаркетом и после долгих поисков свободного места припарковал машину подальше от входа.

- Барсетку закрой,- посоветовал он Михаю.- Будем ждать курьера вон в том кафе. У нас еще тридцать минут.

-А если опоздает?

- А телефон на что? Вот если он не позвонит…, тогда дело плохо.

Телефон зазвонил минут через двадцать. Сандро выслушал новости, немного потемнел лицом:

- Задерживается наш друг.

- Кем?!

- Да не кем, а где…. Он еще только Рязань проехал. Часа четыре, не меньше, ждать.

- Здесь?

- Черт его знает…. Придется покататься по городу, что ли…

Михай подумал и предложил:

-А поехали в кино?

- В кино?- удивился Сандро, потом заулыбался.- Это ты, брат, здорово придумал!

Они расплатились с официантом и выехали со стоянки. Оглянулись – никто сзади торопливо не пристраивался.

- Куда поедем?

Ответ у Михая был заготовлен давно – в одном из кинотеатров третий день шла ретроспектива индийского кино…

Взгляд изнутри. Сидоров.

Пробуждение оказалось нерадостным.

Во-первых, Сидоров вчера явно переборщил с количеством спиртного. Да и намешал с водкой и пиво, и портвейн…, откуда он только взялся…

Во-вторых, сразу мать села на своего любимого конька – и балбес он, и алкаш, и снова без работы остался, и семьи не завел, и…, да мало ли недостатков может быть у настоящего мужчины!

Сергей вяло возразил, что его время еще не пришло. Вон, Илья Муромец на печи тридцать лет и три года пролежал, Христос тоже в тридцать три прославился, стало быть, еще целый год можно балду пинать…

Ругались без азарта, привычно и с повторами. Мать пилила больше для порядка, и Сергей неожиданно подумал, что после очередного дня рождения он лишится своей, такой красивой, отмазки. Жаль…

Думать было тяжело, ругань матери раздражала, тем более что все ее аргументы – чистая правда.

Он пересилил головную боль, спешно собрался, обшарил карманы – три жалкие сотни…. Красавчик, гульнул вчера не по-детски! Ладно, на пиво хватит.

- Ты куда?- окликнула ненаругавшаяся мать.

- К Митрофанову схожу. Может, чего присоветует.

- В ЖЭК зайди, они вчера объявление повесили, требуется сварщик.

- Так я же не сварщик!

- То-то и оно, что ты вообще никто,- вздохнула мать и закрыла за ним дверь.

- Я – грузчик,- гордо сказал в закрытую дверь Сидоров и поплелся вниз по лестнице.

Он утолил жажду у первого же ларька и дальше пошагал заметно повеселев.

Антоха Митрофанов нашелся на своем обычном рабочем месте – в будке охранника автостоянки. Тут он сидел с утра до вечера, пропуская знакомые машины и тормозя чужие. Ночью Антоха не дежурил, потому что считался инвалидом. Что-то там с почками.

- Привет рабочему классу,- бодро сказал Сидоров, вместе с ладонью протягивая сигарету. Митрофанов кивнул, нажал кнопку электрического открывания шлагбаума, выпустил Лексус и повернулся к Сергею:

- Опять на свободе?

- Традиции нарушать нехорошо,- вздохнул Сергей,- а кадровики за традиции крепче всех держатся. Мать сейчас едва пополам не распилила.

- А ты прямо проникся, да? Запереживал, стыдно стало…

- Есть маленько.

- Хоть мне не ври. Тебя природа совестью обделила еще при твоем рождении. Это у тебя не стыд, а похмелье на лице в виде румянца выступило. Ну, и что думаешь?

- Не поверишь,- усмехнулся Сидоров,- буду работу искать.

- Опять грузчиком?

- Ну да. У меня это лучше всего получается.

- И сколько еще протянешь в грузчиках? Скоро же если и будут брать, то только в ларьки парфюмерные – Шанель из бочек по стаканам разливать…

- И опять не поверишь – только сегодня утром об этом же подумал. Потому и пришел, чтобы с умным человеком посоветоваться.

- Был бы умным – не я бы шлагбаум открывал, а мне бы его открывали,- проворчал смягчившийся Митрофанов.- Значит так: во-первых – поступи в институт, во-вторых…

- Ты не издевайся, а дело говори,- вздохнул Сидоров.- И учти, что я в своем теперешнем состоянии твой юмор понять не смогу, так что зря стараешься. Бери сигарету, кури и думай, прежде чем ерунду болтать соберешься.

- Ладно. На бирже был?

Сидоров поморщился.

- Был как-то…. Что они могут предложить?! Дворник, озеленитель-осеменитель…. Грузчик и то больше зарабатывает.

- Ясно. Замкнутый круг получается. Профессией толковой обзавестись ты не удосужился, выходит, ты у нас даже не пролетарий, а чистой воды люмпен.

- А вот оскорблять не надо,- угрюмо сказал Сидоров,- могу и обидеться, между прочим. Я школу не только видел, но и посещал. Да и на работе грамотные люди попадались.

Митрофанов усмехнулся:

- Это ты люмпенов с маргиналами перепутал, дружище.

- Хорош мозги канифолить,- тем же тоном сказал Сидоров,- философия с похмелья не воспринимается совершенно. Давай уж простым русским языком – что делать грузчику, которого все время выгоняют просто так, даже не за прогулы?

- Ну, тут вариантов много. Тебе как – все выложить, или только реальные, типа помощи инопланетян и выигрыша в лотерею?

Сергей махнул рукой.

- Давай самые фантастические…

- Я ж тебе уже говорил – поступи в институт, на крайний случай на курсы толковые. Что, мать на такое дело денег не даст? Еще как даст!

- И что?

- А ничего! Пока возраст в критический не перешел, вырвись ты из своего порочного круга гипермаркетов. Мозги у тебя в трезвом виде очень даже ничего. Блин, на худой конец хоть права получи! Короче, не тормози, дергайся. Мы ж в Москве живем, что-что, а нормальная работа всегда найдется, особенно для мужика со славянской внешностью и московской пропиской…

То ли Антоха Митрофанов умел уговаривать, то ли Серега Сидоров давно созрел, но расстались друзья часа через полтора, находясь в состоянии сдержанного оптимизма.

На прощание Митрофанов сунул Сергею в руки черную спортивную сумку:

- Все равно мимо пойдешь – занеси моим картошку.

Сергей взвесил сумку, присвистнул:

- Ого!

- Ничего, не надорвешься,- безжалостно отрезал Митрофанов,- всего пять килограммов, зато Светка тебя за это чаем напоит. В конце концов – кто из нас профессиональный грузчик…

Сергей пробормотал что-то про чай, который не водка, и пошел в квартал напрямик – через лесопарковую зону. Заодно поинтересуется на Поляне, как вечер закончился, а то собственные воспоминания слишком рваные…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

Вся команда теперь смотрела на Григорьева, словно это он не дает команду.

- Шеф, актуальная цитата из одного отечественного фильма – уходят золотые погоны!- первым не выдержал, как всегда, Хохол.

Прав, гаденыш! Уходят минуты, а с ними и… золотые погоны… уходят. Еще неизвестно, засек объект слежку или случайно оторвался. Дай бог, чтобы случайно…

В тот самый миг, когда Григорьев уже решился позвонить сам – что было бы, кстати, неслыханным проявлением нетерпения с его стороны – раздался долгожданный телефонный звонок. Еще один. И еще один…

- Шеф, давай я трубочку возьму!- Хохол аж колотился от возбуждения.

Григорьев выждал еще немного, взял трубку и подчеркнуто безразличным голосом сказал:

- Алло.

Больше он ничего не произнес до самого конца разговора, аккуратно, словно хрустальную, положил трубку на место и только улыбнулся, не сдержавшись.

- Шеф, не тяни!

- Я за инструкциями. Встречаемся у машин. Объект наш, дамы и господа!

Уже на лестнице Веня ухватил Хохла за рукав:

- Слышь, что вообще затевается? И как мы этот объект будем искать?

- Сказано же – шеф пошел за инструкциями,- отмахнулся Хохол.- Сейчас внизу все и узнаем, не нервничай, юноша.

Они быстро спустились в подземный гараж фирмы, где в дальнем углу дремали два новеньких «Лендровера», привычно покидали в салоны сумки со снаряжением и стали ждать шефа.

Григорьев подошел минут через двадцать, пружинящая походка и окаменевшие скулы выдавали напряжение.

- Значит, так. Слушай боевой приказ. Объект перемещается по столице на автомобиле. Марка, госномер – известны. Работаем тандемом, то есть, двумя экипажами вместе. Основная задача – перехватить объект до его приезда в намеченную точку. Без стрельбы… по возможности,- тут он недоуменно пожал плечами.- Цель операции – забрать у объекта некий предмет и доставить его нашему руководству. Достижение объектом намеченной точки считается провалом. Вопросы есть?

- Целая куча,- тут же ответил Хохол.- Что за объект? Что за предмет? Что за намеченная точка? И как в Москве отыскать автомобиль, даже зная его марку и номер? Особенно в это время…

- Отвечаю на последний вопрос: объект снабжен маячком. Его рабочая частота известна. Пять минут на пеленгацию. Еще вопросы есть?

- Самый главный,- сказал Петруччо.- Работаем без обеда?

Взгляд снаружи. Полищук.

Уже и оружие почистили, и микроавтобусы вымыли изнутри и снаружи, а ушедший в штаб Топорков все не возвращался.

Полищук даже загадал – если еще полчаса не вернется – отбой.

Внутри ворочался огромный червь сомнения. Нет, и раньше бывало вот так – без санкции руководства, без нудных инструктажей, даже без постановления…

Но то были операции, можно сказать, домашние. Многие венчали собой многолетние разработки. Некоторые проводились по горячим следам. Некоторые – для галочки в отчетах. В таких случаях с собой приходилось брать кабинетных героев и назойливых журналистов. Потом кабинетные герои получали очередные внеочередные звания, а журналисты – премии…

А тут добрая половина отряда вот-вот должна сорваться в неизвестность по звонку неведомого друга Топоркова. А если это подстава?! Где же командир…

Командир пришел, когда до контрольного времени оставалось три минуты. Пришел, снова ухватил Полищука за рукав, потащил к забору:

- Наружка отзвонилась. Наши подопечные по кольцевой круги наматывают – проверяются.

Полищук напрягся – пошла работа!

- Когда выезд?

- Шут его знает,- снова привычно завиноватился Топорков.- Они сейчас кино смотреть отправились.

- Какое кино?- оторопел Полищук.

- Индийское, название забыл. Что-то не так пошло, видно. Я в кинотеатр позвонил – сеанс заканчивается через сорок минут. Вот через сорок минут забирай своих и чеши к кирпичному заводу располагаться.

- Командир, я вот что хотел спросить…. Мы совершенно незаконно едем или ты все-таки бумажками прикроешься?

- Прикроюсь. Только через час – когда исходные позиции займем. Я для этого дела здесь Потапа оставлю. Только мы расположимся – он к начальнику за санкцией и зайдет. Здорово придумал, а?

- Офигеть,- честно сказал Полищук и отправился к микроавтобусу, чтобы скомандовать погрузку.

Ровно через сорок минут микроавтобус с затемненными и зашторенными окнами выехал из ворот без таблички и направился на окраину Москвы.

- Куда собрались?- спросил у Топоркова размякший на жаре дежурный. Топорков пригорюнился:

- За пивом пацаны ломанулись…

- За пивом? Это дело,- не обиделся дежурный, ушел к себе в комнату, набрал на телефоне номер и сказал ответившему:

- Группа захвата куда-то выехала….. нет, не сказали…. Если узнаю – позвоню,- и сел обедать.

Потап был единственным членом опергруппы Топоркова, побывавшим на операции первый и последний раз лет десять назад. Тогда они накрыли притон, Потап ворвался первым и получил удар ножом, распахавший лицо от глаза до подбородка. Нож задел какой-то нерв, из-за чего глаз практически перестал видеть. Но грамоты и благодарности он получал наравне со всеми, и никто по этому поводу не ворчал, ибо было у Потапа одно очень ценное качество, которого не было даже у Топоркова – он умел несколькими словами так обаять начальство, что оно автоматически подписывало любую нужную опергруппе бумажку.

Поэтому, скомандовав своей группе погрузку, Топорков отозвал грустного Потапа и виновато сказал:

- Андрюха, золото мое – на тебя одна надежда. Плети что хочешь, но санкцию выбей. А как выбьешь – мчись в суд и жди там моего зеленого свистка. И еще – про меня можешь трепаться с кем угодно, а Полищука прямо забудь! Вот нет у нас Полищука, и не было никогда…. Усек? Будь на связи, заодно не дай боссам ускользнуть – лови их потом! Как отзвонюсь – бери их в разработку. Скажу честно – ситуация щекотливая, самовольством попахивает отчаянно…

Потап – истинный ариец, голубоглазый блондин под два метра, отчего охотно отзывавшийся не только на Потапа, но и на Отто Скорцени – понимающе кивнул и отправился искать начальство.

А Топорков сел в микроавтобус и пожаловался трагическим шепотом подошедшему дежурному:

- Кроссовки в ГУМе выкинули… от «Версаче»… на настоящие похожи. На тебя взять?

Взгляд навстречу. Сурен.

Все вышло так, как Сурен и предполагал. Неподкупный страж асфальта при виде стодолларовой бумажки даже не стал смотреть документы, спрашивать регистрацию – и так понятно, что перед ним коренной москвич.

Чисто для проформы попросил открыть багажник – интересно ведь, что возят с собой богатые люди, спросил что-то нейтральное, почти про погоду, отдал права, из которых волшебным образом исчезла купюра, и пожелал счастливого пути.

Сурен вернулся к машине, взялся за ручку двери и вдруг почувствовал, что в спине снова кольнуло. Причем куда сильнее, чем в аэропорту – даже дыхание перехватило.

Видно, он и впрямь переменился в лице, потому что инспектор вдруг перестал дежурно улыбаться и совершенно по-человечески спросил:

- Что такое? Вам плохо?

Да, плохо. Но так как у Сурена раньше никогда такого не бывало, он не мог сказать – насколько плохо. И вообще – что это за напасть такая? Сердце барахлит, или просто мышцу свело судорогой – если не знаешь симптомы, даже себе не объяснишь.

Инспектор предложил вызвать скорую помощь, правда, с места не сдвинулся.

Сурен осторожно продышался, боль отступила. Он виновато улыбнулся, сел за руль и медленно вырулил на дорогу, сразу перестав для инспектора существовать– тот уже останавливал следующую машину – Таврию с украинскими номерами.

Он отъехал километра два, когда почувствовал, что правая сторона лица начала неметь. Даже сейчас Сурен не подумал о болезни – в памяти всплыл тот, самый первый укол, еще в аэропорту. Все-таки отравили…

Надо позвонить, срочно! В таком состоянии ехать дальше – верный способ самоубийства, еще один приступ, и он просто не справится с управлением.

В затылок холодом дохнул страх. Если уж его вычислили в аэропорту, то здесь, на пустынной лесной дороге вообще в два счета найдут…, и отберут…, а после этого и жизнь будет ненужной…, раз уж даже Саркис испугался…

Впереди он увидел ответвление – вернее, просто съезд с асфальта прямо в лесную чащу. За городом такое называется грунтовой дорогой.

Решение пришло мгновенно. Сурен свернул и закачался на ухабах, вильнул рулем влево-вправо и через сотню метров оказался в настоящем лесу. Остановил машину, потянулся за телефоном и… кажется, потерял сознание.

Когда он очнулся, вокруг ничего не изменилось. Солнце также светило сквозь зелень деревьев, также пел свою песню двигатель, также лежал на пассажирском сиденье рядом с борсеткой телефон. Вот только взять его правой рукой у Сурена никак не получалось. Он мельком взглянул на себя в зеркало – и не узнал. Из зеркала на него смотрело опухшее чудище кирпичного цвета, присвоившее себе суреновские усы.

Мысли кружились словно осенние листья на ветру. Почему-то себя было почти не жалко, в самом деле – от этого же не все сразу умирают…

За стеклом выросла чья-то фигура. Сначала Сурен подумал, что это преследователи догнали, потом присмотрелся и решил – нет. Во-первых, один. Во-вторых, пешком. В-третьих, типичный Иванушка – дурачок.

Сурен махнул рукой, потом сообразил, что сквозь тонированные стекла Иванушка его просто не видит, кое-как дотянулся до нужной кнопки и опустил боковое стекло.

Что толкнуло его на дальнейшие действия – он и сам не мог объяснить, только было чувство, что это – единственно верное решение…

Взгляд исподлобья. Аналитик.

Повторный звонок дежурного поставил Эдуарда Николаевича в крайне неловкое положение. С одной стороны, ребята из управления по борьбе с наркотиками делали нужное и важное дело. С другой стороны, ежемесячный приварок к скудному полицейскому жалованию Эдуард Николаевич получал именно за то, что делился со страждущими нужной им информацией. А эта информация была из разряда недешевых, однако…

Совесть Эдуарда Николаевича была совершенно спокойна. Потому что ребята из наркоконтроля были не из его ведомства. Это раз. А два – счет на невзрачной пластиковой карточке, сейчас она безопаснее толстых конвертов.

Должность Эдуард Николаевич при своем в общем немаленьком звании исполнял скромную – занимался аналитикой и прочей непонятной начальству ерундой. А что такое – аналитика? Аналитика – это в первую очередь свежая информация!

Умные люди вроде Эдуарда Николаевича еще при социализме поняли, что информация – самый дорогой товар, дороже золота и бриллиантов. Во всяком случае, легко на них меняется.

К тому же, Эдуард Николаевич был человеком не жадным, часто отпускал информацию в долг, за что ценился всеми клиентами – и государственными чиновниками, и собственным руководством, и прессой, и…

Так что в капитализм Эдуард Николаевич вступил, ничуть не пугаясь его звериного оскала.

Он посидел немного, раздумывая, кому бы эта информация могла более всего пригодиться – читай, кто больше заплатит!- потом вытащил из стола простенький мобильный телефон и пошел на улицу прогуляться.

Сим-карты в этом телефоне менялись ежемесячно, а приобретались на имена желавших подработать пенсионеров и алкашей. Конечно, если их когда-нибудь возьмут в настоящий оборот сыскари…, но о плохом думать не хотелось. Можно было закупать сим-карты пачками на рынках и вокзалах, но Эдуард Николаевич ими брезговал, потому что был твердо уверен – уж их-то сто процентов прослушивали компетентные органы.

Время от времени страну сотрясали показательные аресты всевозможных оборотней в погонах. В таких случаях Эдуард Николаевич вместе со всеми искренне возмущался и негодовал. Напугался только один раз – когда надели наручники на одного из его непосредственных начальников. Но начальник шел по делу о взятках, об утечках информации его никто не спрашивал, так что Эдуард Николаевич всего три дня попил корвалол, да и успокоился.

Многолетние занятия аналитикой дали свои плоды. Раз зашевелились ребята из управления по обороту наркотиков, то и звонить нужно по соответствующему номеру, который крепко сидел в памяти.

Эдуард Николаевич вышел из здания, прошелся пару кварталов, огляделся – никому не интересен – и набрал нужный номер.

- Здравствуй, уважаемый,- абонент ответил мгновенно, словно всю жизнь только и ждал этого звонка. Эдуард Николаевич самодовольно подумал, что так, может быть, и было на самом деле.

- Слушок прошел, что ваши друзья зашевелились,- не здороваясь, сказал он, потому что искренне считал эту категорию клиентов недостойными себя, хоть и платили они куда лучше. Собственно, в основном они-то и платили.

- Хотелось бы поконкретнее,- попросил клиент.

- Работаем,- деловито сказал Эдуард Николаевич.- Как появятся новые данные, сообщу непременно.

- Да-да. Непременно. В любом случае огромное спасибо, уважаемый. Давно, кстати, зашевелились эти… друзья?

- С полчаса назад.

- Странно…- задумался клиент,- что это они среди белого дня…, даже не вечером…

- Я и решил, что вам это будет интересно,- сыграл на повышение дивидендов мгновенно сообразивший свою выгоду Эдуард Николаевич.- Буду держать вас в курсе.

- Доброго вам здоровья,- рассеянно ответил клиент, и трубка запищала короткими гудками.

Эдуард Николаевич бережно спрятал телефон и побрел обратно, раздумывая – сообщить ли эту информацию заодно и собственному начальству, ясное дело, в неофициальном рапорте, чтобы лишний раз подтвердить свою репутацию полезного работника…

Взгляд со стороны. Перевозчик.

Саша Гречнев был водилой, что называется, от Бога. Даже кличку имел соответствующую – Шумахер.

Можете не верить, но и вправду существует порода людей, способных менее чем за сутки долететь – в смысле доехать – от Уфы до Москвы, при этом совершенно не чувствуя усталости. Такие люди словно срастаются с автомобилем, и даже остановки по нужде воспринимают как совершенно излишние. А уж правила дорожного движения вообще воспринимают как личное оскорбление.

Саша и на зону-то попал за угон – сосед купил крутой джип. Как же было его не опробовать…

На зоне с Гречневым ничего плохого не случилось, наоборот, познакомился с солидными людьми, которые и помогли после освобождения найти работу по душе – таксистом. И впоследствии не забывали, время от времени подкидывали хорошо оплачиваемые заказы – то отвезти, то привезти…

Благодаря этим заказам Саша за последние два года объездил едва ли не всю Россию, во всяком случае те места, куда проложены автодороги.

Любимый фильм у Саши был – правильно!- «Перевозчик». Он даже иногда представлял себя на месте главного героя. И в жизни вел себя почти так же - коротко стригся, был солидно неразговорчив, не интересовался грузом и непрерывно вносил улучшения в свою старенькую Ауди-80, прозванную в народе бочкой.

Сегодня маршрут заканчивался в Москве. Саша был тут уже раз десять, трасса казалась известной до мелочей и на тебе – ремонт моста на границе московской и рязанской областей! Пробка образовалась километра в четыре, и Гречнев стоял где-то в середине, то есть, искать объезд уже не было смысла. Да уж, вляпался…

Пробка двигалась в час по чайной ложке, встречные машины тоже не шли непрерывным потоком. Саша мысленно и вслух ругал дорожников за несвоевременный ремонт, хотя и за отсутствие ремонта ругал их не менее энергично.

Он уже сообщил встречающим, что задерживается. Груз – черная спортивная сумка – лежал на заднем сиденье. Что в сумке Саша не знал и знать не хотел. Его дело – отдать, получить взамен то, что они дадут и быстренько вернуться домой.

Для быстрого урегулирования возможных конфликтов с инспекторами ДПС на задней полке лежала полицейская фуражка, а в бумажнике – удостоверение сотрудника МВД Башкирии. Поддельное, что скрывать, но если присматриваться не будут – сойдет. Гречнев им уже не раз пользовался – пока проблем не возникало. Что может быть естественнее – полицейский в отпуске, решил на собственной машине прокатиться в столицу. Ну а то, что нарушает – так ведь полицейский же, не простой человечишка, которому и дышать-то положено в рамках законодательства.

Его так и подмывало вырулить на встречную полосу, включить звуковую сигнализацию – тоже, кстати, установленную незаконно – и нахально проскочить проблемный участок. Останавливало лишь опасение нарваться на принципиального и честного гаишника. Правда, такие пока не встречались, но ведь в каждом правиле есть исключения…

Когда мост остался за багажником, Гречнев облегченно вздохнул, нажал на педаль газа и потянулся за телефоном.

- Буду через час,- сказал он ожидающему встречи абоненту,- уточните место.

Выслушал, хмыкнул. Место было знакомым – там еще пять лет назад Саша впервые передал груз москвичам. Даже хорошо, что не у гипермаркета на въезде. Он вообще не любил эти огромные магазины, рядом с которыми никогда не найдешь нормальное место для парковки. А тут – лес чуть ли не в центре Москвы…

Взгляд из-под козырька. Гаишник.

Зря он отпустил этого армяшку…, у того явно что-то со здоровьем неладно. Еще устроит аварию в таком состоянии.

Лейтенант Тренин подумал об этом лениво, больше по привычке к порядку. Подумал и забыл – повинуясь повелительному жесту, на обочину свернула Таврия с украинскими номерами.

А вообще день идет неплохо, только встал, и сразу сто баксов. Теперь посланцы братской Украины – эти сотней не отделаются, сейчас Тренин им припомнит весь украденный российский газ!

За рулем «Таврии» сидел нескладный паренек с копной никогда нечесаных волос. Такому только шампунь от перхоти рекламировать… до применения.

Кто еще в салоне – лейтенант Тренин рассматривать не стал. Вроде, двое мужчин.

- Документы попрошу,- он говорил сухо, наслаждаясь собственным казенным голосом,- заодно и багажник откройте, пожалуйста.

Водитель протянул трясущимися руками пачку документов, тут и паспорт, и права, и какие-то справки – с таможни, что ли…

Сидевший на переднем пассажирском сиденье мужчина время от времени посматривал на экран своего мобильного телефона и с каждой минутой все больше и больше мрачнел.

- По делам к нам?- лейтенант слегка задумался - чего они так нервничают?

Водитель что-то забормотал. Тренин смутно уловил информацию об институте, больной бабушке и покупке подарков.

В другой ситуации лейтенант выжал бы из такого психа максимум наличных. Увы – в другой ситуации…

Пикантность этой заключалась в том, что лейтенант Тренин в данный момент тормозил и штрафовал в свой законный выходной. То есть, незаконно. И напарника у него не было. И место это он выбрал только потому, что здесь риск нарваться на проверяющих был минимален.

Поэтому, вместо того, чтобы вызвать помощь и сдать изволновавшихся украинцев на проверку, Тренин ограничился только чересчур прозрачными намеками, касающимися возможности решить вопрос расставания посредством финансовых…, тьфу! Жаль, что прямо не скажешь – сразу завопят, что вымогатель, оборотень в погонах и так далее…

Когда до лохматого водителя стало доходить, мимо на бешеной скорости промчались два красавца «Лендровера». Тренин проводил их взглядом, профессионально выцепив номера – ноль ноль один, ноль ноль два… с такими номерами можно даже летать. Не иначе – чиновники катаются.

Когда лохматый водитель униженно попросил не губить, взамен предлагая целых сто евро!- мимо быстро проехал микроавтобус с зашторенными окнами – явно не маршрутное такси…

Лейтенант Тренин позволил себе взять деньги, и сразу после отъезда «Таврии» тоже быстро пошел к своей машине. Что-то слишком много за последнее время спецтехники промчалось по этой обычно тихой дороге. Если подумать – на водку уже есть, а на хлеб заработаем где-нибудь в другом месте…

Глава 3

Глава третья,

в которой некоторые из героев начинают знакомиться друг с другом. К взаимному неудовольствию, между прочим…

Взгляд изнутри. Сидоров.

Серега Сидоров неутомимо топал по знакомой тропинке. В голове рождались и умирали разного рода проекты дальнейшего существования в этом бренном мире.

Некоторые из проектов были весьма затейливыми и заканчивались высокими должностями в правительстве. Один вообще вел непосредственно в Кремль, Серега обдумал его с усердием и отклонил со вздохом – он грузчик, а не шизофреник…, грузчикам полагается мечтать о более реальных вещах.

Объединяла все проекты одна-единственная мысль – пока не поздно, течение жизни Сидорову нужно резко менять.

Понятно, в институт поступать – детей смешить. Да и знаний на вступительные экзамены наскрести – проблема. А вот курсы какие-нибудь – вполне реально! Действительно, четвертый десяток на белом свете, а даже водительские права получить не удосужился!

Сергей вспомнил, как в армии командир полгода уговаривал его съездить в учебку на крановщика – бесплатно, блин!- и в очередной раз обругал себя за тогдашние лень и малодушие. Сейчас крановщики живут как олигархи! Наверное…. Уж во всяком случае, точно круче грузчиков.

Так…, а какие еще бывают курсы? Сидоров смутно припомнил компьютерные – и то потому, что на каждом столбе объявления висят пачками. Курсы кройки и шитья отпали без обсуждения. Больше, как ни странно, ничего не припоминалось. Значит, нужно купить газету. Или подобрать где-нибудь… в целях экономии.

Он обогнул кусты и замер – прямо перед ним на узкой дороге стоял автомобиль. Дорогой такой – Сидоров в марках не разбирался, но по внешнему виду сразу понял – такого у него еще долго не будет. Скорее всего, в этой жизни – вообще никогда.

Собственно, в присутствии здесь автомобиля ничего сверхъестественного не было – мало ли кто решил уединиться, секс в экстремальных условиях или секретные переговоры…

Сергею все равно было нужно пройти мимо, поэтому он не стал колебаться и подошел. Даже если и вылезут недовольные его присутствием хозяева – вокруг лес. Как говорится, главный прием в любой драке – два прыжка и стометровка. Фиг они его в этих зарослях догонят!

В тонировке стекла, словно в зеркале, отразилось небритое лицо Сидорова. Он недовольно прикрыл на мгновение глаза, а когда открыл их снова, отшатнулся в испуге. Вместо его собственного отражения на него смотрело усатое кирпично-красное лицо явно кавказской национальности.

Сергей даже не успел сказать все приличествующие ситуации чисто русские слова, как усатое лицо застонало, а потом с трудом произнесло:

- Друг, помоги! Умираю…

На засаду ситуация вроде бы не походила. Сидоров присмотрелся и понял – кавказцу реально плохо. А чем помочь-то?

- А чем помочь-то?- так и спросил Сергей.

Кавказец снова застонал, начал заваливаться вглубь салона. А, нет – это он всем телом потянулся к пассажирскому сиденью. Что там? Телефон? Позвонить? В скорую помощь? Так там пошлют на хутор бабочек ловить – какая скорая поедет искать больного в эти дебри!

Сесть за руль и вывести машину на дорогу? Проще тогда уж вынести водителя на себе, потому что курсы водителей Сидоров еще не закончил… опять же – грузчик, кому еще таскать…

Тем не менее, он обошел машину и открыл дверь. Так и есть – телефон. И борсетка. Сергей взял телефон, спросил:

- В скорую звоним или родственникам? Думаю, что родственникам надежнее…

Кавказец медленно покачал головой:

- С телефоном… сам… разберусь…. Возьми борсетку, друг…

- Ты что, зачем???- опешил Сидоров.

- Возьми, друг… там деньги – они твои…. Остальное отвези Саркису – найдешь его адрес среди визиток…, очень прошу…, все остальное, что есть в борсетке – Саркису…

- Ты это серьезно?!

- Да…, отдай все Саркису – до конца жизни будешь шашлык коньяком запивать…, на джипах кататься будешь…, тебе это ни к чему, а мне надо…, выручи, друг…

- Давай лучше скорую вызову,- жалко кавказца, уже бредить начал.

Но тот уперся:

- Борсетку Саркису…, адрес на визитке…. Бери и уходи, скорее…

Вроде, не бредит…. Сергей взял борсетку, повертел в руках – толстая, тяжелая, кожа натуральная – сама на хорошую пьянку потянет.

Или это и есть начало новой жизни?!

Видя колебания Сидорова, кавказец еще больше разволновался, кирпичный цвет лица приобрел синюшный оттенок.

Блин, ну вот не приучен русский человек бросать в беде другого человека!

- Бери и уходи…- шептал кавказец,- уходи отсюда… быстрее…, пока не приехали…

Вот оно что! Имеется погоня! Тогда понятно – есть в кожаной сумочке что-то, что нужно не одному Саркису.

- Отвезешь?

- Отвезу,- твердо ответил Сергей, все равно обуреваемый сомнениями.

Кавказец удовлетворенно закрыл глаза, и, кажется, даже немного посветлел.

- Уходи, друг… быстрее…

Сергей хотел было еще возразить, как вдруг услышал совсем рядом мерный рокот двигателя. Даже двух. И объяснить их появление в этих зарослях случайностью не смог.

Кавказец их тоже услышал, беспокойно зашевелился, но смог одними пальцами показать Сидорову – быстрее, мол, убегай!

Сергей быстрым шагом отошел от машины и оглянулся – из-за кустов выехал огромный джип, за ним еще один.

Они встали вплотную к машине кавказца, из салонов выскочили несколько крепких ребят в одинаковых строгих костюмах – вылитые мафиози!

Больше Сергей не раздумывал – рванул к Поляне, особо не выбирая дорогу, лишь бы скорее…

До места он не добежал, а долетел, почти не запыхавшись.

- Здорово, алкогольный убийца печени,- приветствовал Сидорова афганец, вгляделся в него и без особой тревоги спросил.- За тобой полиция или кто?

- В том то и дело, что или кто,- сорвано выдохнул Сергей.- Я тут в одно дело встрял…, даже не знаю, на правой я стороне или нет, но вот ребята, которые за мной, на хороших похожи слабовато. Так что я помчался дальше, а вы их задержите, если сможете, чтобы я хоть чуть-чуть оторвался, а?

- Ну, если никого мочить не надо…- приподнялся с травы афганец.- Как они выглядят?

- Не ошибетесь. Они на двух джипах приедут.

- Ого!- с искренним уважением сказал художник.- Если останешься жив – с тебя поляна и рассказ!

- Не вопрос!- кивнул Сидоров и побежал в сторону недалекого отсюда заброшенного кирпичного завода – там не найдут…

Взгляд издали. Хранитель.

« Да, Мастер, теперь я ясно осознаю, что несколько жалких удач сильно вскружили мне голову. Для того, чтобы понять Вашу мудрость и мою никчемность, Вам не нужно было читать нотации. Вам было достаточно снова поручить мне дело… в России…

Волонтеры очень плохо понимали мой оксфордский английский. Слава Хранителям, они хотя бы знали местный язык.

Я смотрел в спину удалявшемуся Получателю – да будет забыто его презренное имя!- когда эти… волонтеры… вошли в вестибюль аэропорта. Они не придумали ничего лучше, как развернуть огромный плакат, на котором по-английски было написано – секретный агент Ордена Хранителей….

Они стояли в двух шагах от меня, такие непохожие внешне – один лохматый и высокий, второй бритый наголо и в татуировках – и тыкали своим плакатом всех проходящих мимо пассажиров. Моя совершенно секретная миссия началась с того, что граждане всех стран мира, находившиеся в этот момент в зале, узнали о существовании нашего тайного Ордена!

Под смешки зевак я вырвал этот чудовищный плакат, что, кстати, оказалось нелегким делом. Так мы познакомились.

Получатель удалялся в сторону автостоянки. Слава Хранителям – мы втроем направились в ту же сторону.

Их автомобиль расположился между «Маздой» последнего выпуска и огромным американским джипом. Я глядел на него и чувствовал, как во рту накапливается вкус ржавого железа…

Из моих отчетов Вы знаете, что в Мексике мне однажды пришлось угнать рейсовый междугородный автобус. Это был современник, а возможно даже родственник динозавров, Мастер. Но я с ним справился.

Здесь же передо мной стояла пародия на неудачный вариант первого «Фольксвагена» гольф-класса.

Знаете, Мастер, даже отсутствие кондиционера меня не смутило, наоборот, стало интересно – сможет ли это завестись? С каждой минутой я все яснее понимал, насколько тяжело мне будет выполнить задачу – ведь теперь против меня не только незнание языка и местных обычаев, но и мои собственные помощники с их транспортом!

Я мобилизовал все силы, прочитал две или три мантры, помолился Первому Хранителю, даже Вас вспомнил, Мастер…

Мимо на своем шикарном даже для нашей страны автомобиле проехал Получатель. И тут я вспомнил Ваши слова о том, что если наша… вещь находится в пределах тридцати километров, ее можно запеленговать с помощью навигатора!

Это буквально окрылило меня, даже на волонтеров я стал смотреть как-то более… мягко, что ли.

В моем навигаторе оказалась и карта Москвы. Я ввел в него необходимые данные и – Хвала и слава Хранителям!- на экране запульсировала желтая точка. Навигатор нашел нашу… вещь! Теперь Получатель мог ехать как угодно и куда угодно – я следовал за ним словно тень.

Мы выехали со стоянки и через несколько километров попали в автомобильную пробку. Это не взволновало меня – Получатель стоял в этой же пробке несколькими машинами далее. Сигнал в навигаторе был четким. Осталось лишь сократить расстояние до минимума.

Неожиданно Получатель тронулся с места, совершил какой-то необъяснимый разворот и стал стремительно удаляться. Мастер, я тщательно изучил карту этого района Москвы – в том месте нет съездов и ответвлений! Там бордюр высотой в половину колеса – я лично убедился в этом, когда мы, наконец, в составе пробки добрались туда!

Видя мое горе, лохматый водитель пожал плечами и сказал, что в Москве все так ездят, да и у них в Киеве тоже. Просто он, видите ли, здесь не местный и боится, что нарвется на полицейского, который отберет у него права…, потому что он не взял с собой какие-то баксы.

Я спросил, что такое баксы. Волонтеры посмотрели на меня как на ненормального и вежливо, словно ребенку, объяснили, что от Балтийского моря и до острова Хоккайдо все знают, что баксы – это американские доллары. Так что если вас на этом пространстве остановит неподкупный полицейский, единственный способ договориться с ним – дать ему немного долларов. Это его утешит.

Я немного нервно сказал, что как раз с долларами и другой валютой у меня никаких проблем нет. Так что если все дело только в размере неподкупности местной дорожной полиции – мчимся за Получателем на максимальной скорости.

Это заверение несколько успокоило водителя, и тут он проделал трюк, который я, при всем своем опыте вождения, повторить вряд ли бы решился.

Он с места вывернул руль и, гремя всеми пластиковыми деталями, въехал на бордюр, снова крутанул руль, и мы оказались на пешеходной дорожке в окружении ничуть не удивившихся этому аборигенов.

Я даже не успел вспомнить Первого Хранителя – каюсь, о Вас, Мастер, я в тот момент вообще не подумал!- как мы невероятным виражом буквально просочились сквозь зеленые насаждения, на полном ходу спрыгнули со ступенек и оказались среди жилых многоэтажных домов.

В общем, лохматый парень был неплохим водителем. Отчаянно крутя руль, он каким-то чудом среди хаотично припаркованных машин нашел выезд из двора на соседнюю улицу.

Чтобы не мешать ему и самому отвлечься, я снова заглянул в навигатор. Получатель успел оторваться, но, тем не менее, расстояние между нами начало сокращаться. Слава Хранителям! И Вам, Мастер…

А потом я неожиданно увидел Получателя – да будет забыто его презренное имя!- садящегося в свою машину. И местного полицейского, который отпустил Получателя прямо перед нами, для того, чтобы остановить нас…

Полицейский выглядел хорошо. Тяжелая служба не оставила своего отпечатка на его ухоженном лице.

Кстати, Вы мне рассказывали, что у жителей России, независимо от должности и рода деятельности, на генетическом уровне заложено преклонение перед иностранцами. Простите, Мастер, но у Вас явно устаревшие сведения.

Водитель нашей машины для полицейского был несомненным иностранцем, но полицейский не проявил к нему ни малейшего почтения! Напротив, у меня сложилось впечатление, что из них двоих именно полицейский – иностранец…

Видимо, также думал и мой водитель. Он трясущимися руками подавал документы, несколько раз ронял их, даже кланялся!

Его напарник за время проверки вообще ни разу не выглянул, хотя сидел сзади, в страшной духоте, там, где окна не открываются из-за явной склонности разработчиков машины к садизму.

Я время от времени посматривал в навигатор и с огорчением видел, как удаляется Получатель.

Наконец, водитель подошел ко мне и жалобным голосом попросил финансовую помощь. Кстати, Мастер, возможно, Ордену в будущем следовало бы учесть трудности работы наших филиалов в России и сопредельных с ней государствах и увеличить их содержание…, хотя бы до уровня Габона. Но это так – к слову…»

Взгляд сквозь ресницы. Катя.

- Не газуй,- героически пытаясь не нервничать, сказала Катя,- не на танке едешь.

- А что, на танке газовать надо?

- И не умничай. Руль держи! Блин, хорошо, что пустая дорога, а то бы нас давно уже переехали…

- Можно подумать, что я держу не руль! А зеркало тут отрегулировано плохо – я себя почти не вижу…

- Вот только не старайся выглядеть тупее, чем ты есть! И вообще, кто из нас натуральная блондинка? Что же ты мой хлеб отбираешь?!

По разбитой в незапамятные времена дороге мимо призрака кирпичного завода медленно – вернее, рывками – ехала маленькая, но очень дорогая машина веселенького цвета.

Катя кусала губы. Она искренне не понимала, как могла поддаться на уговоры и разрешить Светке сесть за руль. Да, не зря Гарик, расставаясь с машиной, так откровенно грустил…, чуял, видно, чем кончится дело.

Светка села за руль впервые в жизни. Не этой машины, а вообще – впервые в жизни села за руль автомобиля.

Именно пустынность этой разбитой дороги и навела ее на мысль, что тут можно попрактиковаться. А Катя неожиданно для себя согласилась.

С места Светка тронулась довольно быстро – всего с пятого раза. Катя не стала говорить подруге, что заставить заглохнуть машину, оборудованную коробкой-автоматом, вообще сродни подвигу. А уж сделать такое четыре раза подряд…. Гиннес отдыхает.

Ладно, поехали. В движении выяснилось, что Светка предпочитает объезжать только маленькие ямы, большие она пытается перелетать. Творение европейских автограндов каждый раз искренне этому удивлялось и даже пыталось тихо протестовать, но Светка ничего не слышала. Она с упоением давила то на одну педаль, то на другую, крутила руль как барабан из «поля чудес», успевая попутно нажимать симпатичные кнопочки везде, куда могла дотянуться.

Катя медленно зверела. Машину было жалко словно живое существо. Ее так и подмывало прямо на ходу выкинуть Светку, но сдерживало одно – натуральнее неумелой наездницы угодить в неприятность не сможет никто.

- Ой, смотри!- крикнула Светка, и даже руль отпустила,- кто-то едет навстречу! Гляди, как я сейчас с ними разъедусь – словно на настоящей дороге!

- Между прочим, тут дорога и так настоящая, с правилами, которых некоторые в глаза не видали,- съязвила Катя.

- Ой-ой-ой!- повернулась к ней подруга,- можно подумать, ты на права сама сдавала. Можно подумать, я не в курсе…

- На дорогу смотри,- сказала еще больше помрачневшая Катя.

Светка пожала плечами, поглядела на дорогу и ахнула. Но было поздно. Дорогой автомобиль веселенького цвета качнулся и с маху ухнул в огромную яму. Там и заглох.

В наступившей тишине было слышно, как Катя пытается стереть свои зубы друг об друга. Звук получался неприятный.

- Пойду покурю,- осторожно сказала Светка,- на свежем воздухе. А ты?

- У меня есть варианты?- прошипела Катя.

Они синхронно открыли дверцы и буквально выползли из ямы на остатки асфальтового покрытия, закурили, огляделись.

С одной стороны живописно расположилась группа гор и пригорков из различного строительного мусора – типичная несанкционированная свалка.

С другой высился испещренный разнокалиберными дырами забор кирпичного завода. Большинство дыр имели рукотворное происхождение и предназначались для растаскивания мало-мальски ценного имущества с загнувшегося завода, то есть, человек с мешком проходил сквозь забор с гордо поднятой головой. Иллюстрация к известной песне со словами - человек проходит как хозяин…

Ну просто идеальное место для того, чтобы сломать машину.

- Драться не будешь?- без особого испуга спросила Светка.- Если что – извини. Сама виновата, не нужно было…

- Будем надеяться, что во встречной машине сюда едет не анемичный дедушка с ворованными трубами для дачи,- грубо ответила Катя,- а парочка настоящих мужчин, способных вытащить из этого каньона нашу лялечку…

Взгляд снаружи. Полищук.

Связь с Топорковым и ребятами из группы наружного наблюдения Игорь Полищук держал с помощью мобильного телефона. Дорого, конечно, зато есть уверенность, что твои переговоры не слушает тот, кому о них даже знать не полагается. До поры до времени.

Рация, конечно, работала. Мало ли что она могла сказать – например, дать отбой операции. Или попросить открытым текстом о помощи. Но общаться с ее помощью на оперативные темы – Боже сохрани!

Ребята из наблюдения отзвонились уже дважды – когда клиенты вышли из кинотеатра, и когда стало ясно, что едут они именно в сторону Полищука. Даже Топорков, поразмыслив немного, решительно снял свою группу с точки и сейчас прямым ходом через элитный поселок мчался к заброшенному кирпичному заводу. Судя по докладам, он не успевал, так что все лавры достанутся Полищуку – это в случае успеха. В случае неудачи все шишки все равно достанутся Топоркову – он же командир…

Группа Полищука расположилась загодя, обстоятельно и с удобствами. Только снайпер по кличке Снип с полчаса бродил по окрестностям, выбирая позицию, но и он, в конце концов, утихомирился на куче строительного мусора неподалеку от опушки чахлого леса.

Полищук усмехнулся. Снайпер Снип был единственным в группе иногородним, не москвичом. Игорь самолично притащил его из элитной воинской части, попавшей под расформирование. И не только притащил, но и сумел убедить начальство, что второго такого специалиста искать – только время зря тратить.

А кличку свою Снип получил за любознательность, в сочетании с безграмотностью. Безграмотности своей Снип стеснялся и тщательно скрывал. Только однажды он неосторожно спросил у Потапа, как по-английски пишется слово «снайпер». Потап по доброте душевной даже изобразил это слово карандашом на стене оружейной комнаты. Снип долго и внимательно читал, шевеля губами, потом удивленно сказал:

- Это что же выходит? Слово-то английское!

- И что?- пожал плечами Потап.

- А мы его произносим неправильно, что ли?

- ???

- Ну, вот же написано – снипер. А мы снайпер говорим…

Парня некоторое время так и звали - снипер, но в целях скорости и благозвучия произнесения последние буквы отпали сами собой…

Две машины в поле зрения попали почти одновременно. Слева к засаде скачками приближался маленький автомобильчик с явно нетрезвым водителем.

- Блин, цирк уехал не весь, оказывается…- проворчал Полищук.

Справа куда более уверенно двигался зеленый лупоглазый «Мерседес». Ясен пень, он же тут едва не через день катается, все ямы знает. Поглядим, что будет дальше…

Взгляд исподлобья. Аналитик.

Эдуард Николаевич уже и думать забыл о выехавшей неизвестно куда чужой опергруппе, когда из стола донесся писк секретного телефона. Сидевшие в кабинете коллеги сделали вид, что ничего не слышат. А Эдуард Николаевич покраснел, но трубку достал.

- Я же просил…- зашипел он, но собеседник бесцеремонно прервал:

- Уважаемый, твой звонок всех нас сильно озадачил. Хотелось бы уточнить информацию, потому что по нашим каналам она не подтверждается.

Эдуард Николаевич взмок. Одно дело, когда информация оказывается ложной, совсем другое – когда она оказывается ложной намеренно.

Пообещав принять меры и разобраться, он позвонил дежурному, но тот на данный момент знал ровно столько, сколько и два часа назад: группа выехала, куда – неизвестно.

Эдуард Николаевич был прирожденным кабинетным работником, то есть, практически любую проблему мог решить, не выходя из кабинета. Особенно, когда под рукой есть телефонная книга с весьма специфическими номерами.

Быстренько прокрутив в уме свою речь и варианты своих ответов на еще не заданные вопросы, он глубоко вздохнул и полез в петлю.

- Товарищ генерал,- хорошо поставленным голосом невыносимо делового человека сказал Эдуард Николаевич в трубку служебного телефона,- тут информация докатилась…, да нет, про наших смежников, наркоманов наоборот…, да, да… ха-ха! У них группа захвата куда-то выехала…. Я знаю, что не наше дело. Это я так…, чтобы у вас полная информация была…. Так точно! Служу России, ясное дело, товарищ генерал!

Генерал был в хорошем настроении, и Эдуард Николаевич постарался этим воспользоваться.

- Я тут что подумал, товарищ генерал – а вдруг у смежников проблемы какие возникнут…, помощь понадобится…. Нет, что говорить – ребята ловкие, так точно! Сами справятся, согласен…. И поощрения от Кремля сами….

Генерал тоже был опытным кабинетным работником и понял Эдуарда Николаевича мгновенно.

- Так, товарищ генерал, может, я им звякну? Так сказать, уточню детальки, провентилирую ситуацию…. Обязательно! Товарищ генерал, вам – обязательно! В первую очередь! Серьезность операции? Смогу, оценю. И вообще – без нас на нашей территории…, как-то не того…. Есть!

Эдуард Николаевич аккуратно промокнул платком залысины и ослабил узел галстука. Все. Дальнейшие действия освящены начальством. Теперь еще и выговор можно схлопотать, если пустить дело на самотек.

Он снова набрал номер и через пару длинных гудков уже панибратски сказал в трубку:

- Приветствую, Петр Михайлович! Это я, Эдуард Николаевич. Как дела? Это хорошо, когда все хорошо…, ха-ха! Да нет, у нас тоже все нормально…. Так, сущая безделица, Петр Михайлович – у вас там опергруппа куда-то помчалась, вот наши генералы и забеспокоились, не пересекутся ли ваши ребята с нашими…. А то! Проводим, а как же…. В том то и дело, что в нескольких префектурах одновременно! Ага, маски-шоу…, ха-ха! Каленым, так сказать…. Распустились, это точно…. Мне бы – куда…. Петр Михайлович, мы же с вами офицеры!

Эдуард Николаевич отодвинул трубку подальше от уха, потому что из нее донесся звук, похожий на медвежье рычание. Даже удивился – с чего это Петр Михайлович так разъярился? Обычная просьба, рутинное дело…

Получив предложение перезвонить чуть позже – совещание, что непонятного – Эдуард Николаевич положил трубку и стал невнимательно перебирать бумаги на столе. Большинство из них несло гриф «для служебного пользования» и имело нулевую товарную ценность.

Взгляд снаружи. Потап.

Андрей Потапов уже получил от Топоркова команду начать самый сложный этап операции – уламывание начальства на санкцию.

Дело было привычное, надоевшее, но необходимое. В судьбе Потапова имелись два прокола, когда опергруппа возвращалась обратно несолоно хлебавши. Один раз даже из микроавтобуса вообще не вылезали – покрутились по столице и вернулись.

После этих провалов Андрей стал готовить свои действия заранее, режиссировал каждый шаг, взгляд, поворот головы, до совершенства оттачивал каждую интонацию, подбирал соответствующий словарный запас…

Если б о такой подготовке узнали во ВГИКЕ, Потапа приняли бы на режиссерский факультет без экзаменов.

Чаще всего подготовка Андрея была не нужна. Петр Михайлович сам из оперов, ему долго объяснять цели и задачи опергруппы не обязательно. Это касалось плановых мероприятий, задержаний в ходе обычных разработок, образцово-показательных операций. В этих случаях Потапов молча заходил в кабинет, часто за несколько дней до операции, клал на стол бумагу и забирал ее уже с автографом руководства.

Хотя в опергруппе должность начальника штаба не была предусмотрена по штату, Андрей воспринимался абсолютно всеми именно как начальник штаба опергруппы – заместитель Топоркова. Его даже на совещания в управление стали приглашать. И должности предлагали несколько раз все в том же управлении.

Да, по большей части все происходило рутинно и казенно. Но в таких случаях как сегодня, когда операция слишком сильно смахивала на авантюру, талант Потапова был востребован по полной программе.

К начальству не стучатся. Это было первым железным принципом Андрея. Застуканный врасплох начальник нервничает и стремится поскорее отделаться от нахального подчиненного.

Потапов просунул голову в дверь и из верхней левой ее девятки с высоты своего роста посмотрел на Петра Михайловича так, как смотрят на отца родного. И удивился – Петр Михайлович приглушенно заворчал, как обычно делал в случаях крайнего раздражения.

Кто это его так – подумал Андрей и решил несколько поменять свою тактику.

Однако инициативу перехватил начальник.

- Ты, гулливер хренов, если через дверь перешагивать не собираешься, давай, тогда заходи по-нормальному,- сдавленно прохрипел Петр Михайлович. Цвет его лица сравнялся с цветом его рыжих волос. Скоро грянет буря – подумал опытный Потапов, но в кресло сел без приглашения. Не наглость – просто уверенность в себе. Второе правило Потапа.

Петр Михайлович играл желваками на щеках так, словно пытался разжевать одновременно несколько теннисных мячей. Совсем плохо дело – подумал Потапов, год назад в таком же состоянии шеф метнул в него тяжелый письменный прибор из малахита. Попал, к сожалению, не в мягкого Потапова, а в хрупкий экран телевизора. Потом всей опергруппой на новый скидывались…

- Ну, и где Топорков?- совершенно уже задыхаясь, спросил Петр Михайлович.

Стуканули, гады – грустно подумал Потапов. Интересно – кто? Хорошо, что и на этот случай есть заготовки…

- Ты, небось, сейчас целую речь заготовил, да?- прохрипел Петр Михайлович.- Умники, мать вашу…. А слабо на простенький вопрос ответить – почему я о выезде моей оперативной группы узнаю от какого-то полицейского клерка?! Тридцать секунд на ответ! Только без хохм – это не КВН…

Взгляд вскользь. Сандро.

Две девичьих фигурки на фоне странно низенькой машины привлекли внимание сразу. Михай даже на время забыл, зачем они, собственно, сюда приехали.

- Брат, ты посмотри, какие красавицы!- восхищенно сказал он.- Давай познакомимся!

Сандро с подозрением огляделся. Именно здесь они собирались встретиться с курьером. Причем курьер будет с минуты на минуту! Откуда здесь эти…, ну да, красивые, что есть, то есть. Засада? Или обычная случайность?

Об этом он и сказал Михаю, несколько притушив его задор.

Подъехав ближе, они поняли, почему машина девушек показалась такой низкой – потому что яма была глубокой. Чего ж не остановиться, если все равно приехали. В крайнем случае – повод для остановки стопудовый…

- Ай, красавицы,- выскочил Михай,- как это вы так…

- Подруга водить машину училась,- мрачно ответила блондинка.- Доводилась…

Сандро проанализировал ситуацию – ничего подозрительного. В самом деле, отчего не попробовать порулить на совершенно пустой дороге, вдалеке от сумасшедшего столичного движения, заодно и от гаишников, кстати.

А машинка-то не из дешевых! Причем половину стоимости тянет скромная звездочка на капоте. У ментов таких машин не бывает…

Это умозаключение помогло окончательно расслабиться, и Сандро тоже вышел из машины.

Блондинка выглядела аппетитно, но и брюнетка тоже хороша! Одеты обе явно в бутиках на Тверской. А то, как они курили, вообще смотрелось как вызов мужскому здравомыслию!

- Может, помочь чем-нибудь?- Михай был сама галантность.

Блондинка оценивающе посмотрела на него и с сомнением в голосе ответила:

- Да уж…, помогите… чем-нибудь.

- Хорошо бы машину из ямы вытащить,- заулыбалась брюнетка,- а дальше мы уж как-нибудь сами…

- Особенно ты,- обрезала подругу блондинка и потеплевшим взглядом посмотрела на Михая.

Сандро подошел к яме. Машина аккуратно лежала на днище, упираясь бамперами в грунт. Тут кран нужен – подумал он и отозвал Михая, вроде как за инструментом из своего багажника.

- Машине кранты,- тихо сказал Сандро, Михай согласно кивнул.- Единственное, что мы для них можем сделать – вызвать эвакуатор. Тот за деньги вытащит.

- А еще мы можем обменяться телефонами,- весело ответил Михай.- Чур, блондинка моя!

Сандро был не против. Он еще раз огляделся и толкнул Михая в бок:

- Смотри, еще кто-то сюда едет. По времени должен быть курьер. А тут эти красотки…

- Да и черт с ними,- совсем развеселился Михай.- Если что, мы остановились им помочь. Курьер там или не курьер – у нас железная отмазка для любого!

Сандро кивнул, потому что и сам думал также.

Взгляд со стороны. Перевозчик.

Уже в самой Москве Саша Гречнев немного блуданул – в конце концов, он же человек, а не прокладка между рулем и сиденьем. Устал, ясное дело.

Пришлось остановиться, изучить карту и тогда уже мчаться окольными путями, старательно избегая московских шоссе и проспектов, на которых в этот час из-за машин не было видно асфальта.

Дорогу Саша срезал в привычном месте, через лесопарк. Конечно, по ширине с Кутузовским не сравнить, зато и машин практически нет.

А менты есть…

Гречнев в очередной раз подивился профессионализму гаишников. Вот ведь, спиной стоял! А развернулся в доли секунды и даже палкой успел махнуть.

- Да пошел ты,- сквозь зубы процедил Саша. И не остановился. Зря, что ли, у заднего стекла полицейская фуражка пылится…

До места встречи оставалось всего ничего – плюс, время поджимало. Он несколько раз глянул в зеркало – нет, никто не гонится, вздохнул и выкинул гаишника из головы…

Взгляд из-под козырька. Гаишник.

А Тренин фуражку-то и не заметил!

Вот все засек – и марку машины, и цвет под налетом дорожной пыли, и номера провинциальные, и даже серое от усталости лицо водителя. А фуражку не разглядел…

- Ни фига себе!- потрясенно сказал задетый за живое лейтенант. Да за такое хамство и трех сотен баксов маловато будет.

Он еще раз подумал про триста долларов и почувствовал, как внутри закипает совершенно справедливое негодование.

А вдруг машина в угоне? Или водитель права дома забыл? Тогда, тогда…

Лейтенант Тренин решительно сел за руль и сорвался с места с пробуксовкой, с дымом. Ничего, этот урод ему еще и новые колеса купит!

Хотя Тренин выехал на самостоятельное патрулирование – назовем это так – на собственной машине, тем не менее, в инвентаре имелась и сирена и проблесковый маячок. Сотрудник ДПС всегда на службе! Это аксиома. Скажем, едет он на дачу, а на дороге авария. Что же, проедет мимо?! …когда как, конечно…

Негодяй оторвался прилично, но Тренин не переживал. Чем хороша эта дорога - с нее съездов практически нет. А через пару километров и вовсе снова Москва начинается – а в Москве сейчас пробки…

Он проехал пару километров и с удивлением обнаружил, что дорога дальше перекрыта – строители раскопали ее в поисках какой-то трубы, оставив для проезда узенький проход, по которому поочередно, то в одну, то в другую сторону просачивались машины. Лейтенант внимательно оглядел длинный хвост со своей стороны и огорчился – нарушителя не было.

Значит, свернул… вопрос – куда? Одна дорога – через лес, грунтовая. Вторая – мимо старого кирпичного завода. По ней можно выехать к элитному жилому массиву…

Тренин лихо развернулся и помчался к кирпичному заводу в полной уверенности – не уйдет голубчик! Там такая дорога, что после бомбежек - и то ровнее бывает! Не разгонится!

Мысль о зря сожженном бензине еще больше подстегивала лейтенанта. Нет, Тренин не был жадным.

Лейтенант Тренин был за торжество справедливости.

Глава 4

Глава четвертая,

в которой выясняется, что ищущие друг друга люди могут встречаться не только у фонтана. Еще можно у кирпичного завода…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

Григорьев подошел к стоящей среди деревьев машине чуть позже своих ребят – когда Микки уже открыл водительскую дверь. Он заглянул в салон и слегка оторопел, обнаружив там явно больного человека. Черт знает что – отправлять на такое серьезное дело сердечника, особенно в такую жару!

Горбун с Петруччо быстро, но тщательно обшарили автомобиль. Пусто. Расспрашивать водителя в его состоянии бесполезно, хотя прорывавшаяся сквозь боль ухмылка наводила на определенные размышления…

- Шеф, на минутку,- тронул за рукав Хохол.

Они отошли на пару метров.

- Ты водителя видел?- напряженно спросил Хохол.- А тебе не кажется…

Григорьев молча кивнул. Кажется, еще как кажется!

- Это что выходит, шеф? Подстава чистой воды?

- Ребятам пока ничего не говори,- подумав, принял решение Григорьев.- Хватит того, что мы с тобой узнали…. Все равно предмет доставить должны именно мы. Вот тогда с безопасником и потрещим… насчет подставы. Кроме того, мы же о глобальных, так сказать, планах не осведомлены – вдруг это простая подстраховка? Хотя, какая к черту подстраховка!

- Вот, вот,- сплюнул на пыльную траву Хохол,- скорее всего, у нас на фирме появились партийные фракции…. Мы-то за кого? За красных, али за белых?

- Мы? Мы – за себя!- внезапно пришедшее решение вернуло утраченный было азарт охоты. Григорьев даже плечи расправил.- Что бы эти… начальники… ни мудрили, а мы задачу выполним! А уж потом разберемся – кто тут красные…, а кто голубые.

- Шеф, в машине ничего любопытного,- это подошел Горбун, помялся и добавил.- А вообще-то хорошо было бы знать – что именно мы в ней должны найти? Если, скажем, домкрат или аптечка – тогда нашли. А если алмаз какой-нибудь – это ее придется всю разбирать.

Подошли и остальные ребята, встали в ожидании.

Григорьев окинул команду быстрым взглядом, чуть не прослезился – какая школа у пацанов! Даже сейчас встали так, чтобы мгновенно рассредоточиться и не мешать друг другу вести огонь. И чтобы его – командира – прикрыть, если что…

- Что с водителем?- сначала о второстепенном.

- Судя по всему – сердечный приступ,- ответил Петруччо,- возможно, даже инсульт какой-нибудь. У моего дядьки, когда разбил паралич, цвет лица такой же был. Если ты про помощь – могу вколоть что-нибудь, но лучше всего сдать клиента в больницу. И чем скорее, тем лучше.

- Ясно,- Григорьев помолчал еще с полминуты.- Ищем мы с вами не домкрат и не алмаз. Ищем мы маленькую такую штуковину, типа брелока – на одном конце коробочка размером с зажигалку вроде «Зиппо», или блок управления автосигнализацией, на другой кусок янтаря с тараканом внутри.

- Романтика!- фыркнул Хохол.- Шесть суперменов гоняются за брелоком! Кстати, водитель точно знает, где эта хреновина, но, если мы ему сейчас не поможем – легко может унести тайну в могилу.

- В машине точно ничего похожего нет? А в карманах этого…?

Все отрицательно замотали головами. Можно не проверять – память на вещи у каждого из команды отличная. Специально тренировали…, спрашивается – на фига?

- Ничего не понимаю,- растерянно сказал Веня.

Все уставились на него. Веня шел от джипа с навигатором в руке.

- Ничего не понимаю,- снова повторил он, подойдя вплотную.- Мы же «точилу» нашли? Номера совпадают, марка…

- Веня, не мути,- ласково сказал Хохол,- если есть, что поведать – не томи нас.

- Вот,- Веня протянул Григорьеву навигатор.- Мы тут, у машины, а объект того… удаляется.

Григорьев взглянул на экран. Мешали солнечные блики, но даже при таком некомфортном освещении он увидел оранжевую точку, которая медленно плыла по карте от указателя их местоположения.

- Мужик,- внезапно сказал Микки.

Григорьев непонимающе заморгал.

- Тут мужик был, когда мы подъехали. Вон в те кусты сквозанул.

- Какой мужик?!

- Обычный мужик, из народа. Не из этих,- Микки кивнул в сторону машины.- Мы подъехали, а он оглянулся и побежал. Я еще подумал, что для такого глухого места слишком много народа…

- Спер брелок, бомжара!- вскипел Хохол.- И вы хороши! Один с навигатором в сталкера играет, второй про постороннего на объекте не доложил!

- А лишим-ка их премии!- предложил Петруччо. Хохол тут же скис, хотя и продолжал что-то бурчать.

Григорьев внезапно вспомнил древний анекдот – один человек попросил другого быстро перемножить два миллиона сто тридцать пять тысяч двести два на три миллиона сто пятьдесят тысяч четыре. « Десять миллионов!»- мгновенно ответил другой. « Неправильно!»- запротестовал спрашивавший. « Зато быстро!»- отпарировал отвечавший…

Вспомнил и грустно ухмыльнулся про себя, потому что сейчас было нужно также мгновенно принимать решение и отдавать приказы. А правильные они будут или нет – неважно, лишь бы быстро…

- Горбун, берешь Микки, и отвозите сердечника в ближайшую больницу. На его машине. Петруччо – сопровождаешь их на своем джипе. Потом находите нас и подключаетесь к охоте.

- Охота продолжается?- удивился Хохол.

- Конечно. Мне страсть как хочется взглянуть на доисторического таракана в янтаре. А мы быстренько догоняем этого мужика и вежливо отнимаем ворованное. По машинам!

Так и хочется написать – взревели моторы….

Но - не ревут моторы современных Лендроверов! А у навороченных седанов они вообще разве что шепчут…. Зато комья из-под колес летят как и прежде! (автор)

Хохол объехал найденную машину и рванул за убегающим брелоком напрямик, по еле видной, но все равно хоженой тропинке. Хорошо, что ширина позволяла, а ям и коряг джипы не боятся.

- Сколько?- спросил Григорьев, Веня понял правильно:

- Километра полтора, от силы два. Направление – старый кирпичный завод. За ним жилой поселок и городской микрорайон.

- Жми,- сказал Григорьев Хохлу.- Не дай бог, сядет на какой-нибудь местный общественный транспорт, потом вообще в метро спустится – фиг найдем. Еще продаст на опохмелку… за рубль.

- Если поднажму, ощутите все прелести невесомости в отдельно взятом автосалоне,- предупредил Хохол, но скорость немного увеличил. А потом вдруг резко затормозил:

- Что за черт!

Поперек тропинки, крепко взявшись за руки, стояли несколько человек – вылитая пародия на троицу из «Кавказской пленницы».

- Слышь, братаны, не подскажете – до Дакара далеко?- со злой иронией спросил стоявших высунувшийся из окна машины Хохол.- А то мы с трассы маленько сбились… сразу за Парижем.

- А где второй джип?- удивился средний мужичок, сухой и маленький.- Обещали же два…

- Фига себе!- присвистнул ошарашенный Григорьев.- Нас здесь ждут, оказывается! А по какому поводу, если не секрет?

- Не бойтесь, бить не будем,- так гордо сказал сухой, что Хохол спустя мгновение захохотал и буквально выпал из машины, вытирая слезы:

- Они нас бить не будут! Спасибо, люди добрые, уважили!- потом внезапно посерьезнел и вкрадчиво спросил.- А если – мы вас?

- И вы нас не будете,- раздался голос из кустов.- Кого не поймаете, а с кем и не справитесь.

Обладатель голоса вышел на свет, внимательно оглядел сидящих в джипе, коротко махнул Григорьеву, признав в нем старшего – иди за мной. Григорьев пожал плечами, но пошел следом.

- Афганистан, восемьдесят третий, Баграм, ВДВ,- это можно было понять как представление. Григорьев так и понял, даже улыбнулся:

- Афганистан, восемьдесят семь, Джелалабад, спецназ. В чем проблема, брат?

- Судя по всему, проблема у вас. Хотелось бы ее решить миром.

- Ну, это же вы нас остановили…

- Один хороший человек попросил задержать. Очень вы ему не понравились.

- Этот хороший человек,- сухо сказал Григорьев,- украл у другого хорошего человека некоторые вещи. Надо вернуть.

- Судя по всему, эти вещи вам тоже не принадлежат. Возникает дилемма…

- У кого на них больше прав? Вы спрашивали о второй машине, так вот – она сейчас отвозит хозяина этих вещей в больницу с сердечным приступом. Весомый аргумент? А ваш хороший человек спер вещички у коматозного товарища – он так и остается хорошим?

- Слова против слов,- задумчиво сказал афганец.- Только его я знаю давно, конечно, легковат, но на подлость не способен…

Из-за кустов неожиданно вылетела пустая бутылка и упала прямо под ноги афганцу. Тот даже не вздрогнул, только громко сказал:

- По своим пуляешь, Рыжий! Да и рано еще,- и добавил для Григорьева.- Много тут нас, брат. Всех не переловишь.

- А это я пристрелочный сделал,- ответил из кустов невидимый Рыжий.- Заодно и предупредительный.

- Бомжуете? – нехорошо прищурился Григорьев.

- Тут бомжей нет,- строго ответил афганец.- Разные есть…, а бомжей нет.

Григорьев задумался. С одной стороны, можно плюнуть на эту дешевую засаду и просто проехать. А если под колеса лягут? Не враги ведь, особенно этот, из ВДВ. С другой стороны на уговоры времени уйдет неизвестно сколько, а жулику – или не жулику?- только это и нужно. Лови его потом в городе…. Есть еще и третья сторона – о маячке никто не знает, значит, рано или поздно, но найдем и в городе…

Тут Григорьева прошиб холодный пот – о маячке ему сказал тот самый безопасник, который ведет какую-то свою, непонятную игру! Значит, о нем могут знать и те, вместо которых идут по следу сейчас они! А выведены ли они из операции? Или…

- Тут такое дело,- решительно сказал он афганцу,- не одни мы ищем твоего хорошего человека. Только если его первыми найдут другие – неизвестно чем парень отделается. А если мы – обещаю, что,- он улыбнулся,- даже руку не сломаю. Не тронем, клянусь!

Взгляд снаружи. Потап.

Андрей терпеливо ждал окончания, в общем-то, справедливого разноса, лихорадочно перебирая в уме варианты своих дальнейших действий. Было их несчетное количество, но дело портил один нюанс – раньше из полиции обычно звонили после операции, а не до…

- Петр Михайлович,- неожиданно для себя сказал он,- у нас крыса работает. И хорошо, если только на смежников.

Начальник так и замер с выпученными глазами.

- Поясни!

- Об этой операции Топорков даже мне сказал только после погрузки в машину. Если честно, я и деталей всех не знаю. А крыса уже стукнула…

На Петра Михайловича было страшно смотреть. Хорошо, что тот письменный прибор после телевизора тоже развалился, а новый никто подарить не додумался. Иначе потаповская жизнь в очередной раз была бы в нешуточной опасности.

Пауза затянулась. Андрей подумал еще немного и решил, что теперь можно выкладывать домашние заготовки, но телефон зазвонил вновь.

Начальник беспомощно огляделся и снял трубку так, словно хотел ее задушить:

- Эдуард Николаевич? Ну да, заканчиваем…, а вот я вам для связи своего заместителя подключу! Очень способный, грамотный сотрудник Потапов Андрей Васильевич. Подполковник…

Потап, повышенный в звании аж на две ступени, остолбенел.

Зато Петр Михайлович, сваливший проблему на непосредственного виновника, мгновенно успокоился и даже стал улыбаться, слушая неведомого Эдуарда Николаевича:

- Конечно, компетентен. И оперативной обстановкой владеет. Да я прямо сейчас ему трубочку передам, а вы уж меня простите – в главк вызывают.

Он протянул трубку телефона статуе под названием Потап и ласково сказал:

- Работайте, товарищ подполковник. А я послушаю, как ты не только меня охмурять сможешь. Хоть раз поработаю зрителем. И учти – я уехал на весь день! Ври, что хочешь, главное – тайны не выдавать, информацию процеживать через фильтр противогаза. Ну, удачи, товарищ подполковник…

- Две минуты!- взмолился задышавший, наконец, Потап.- Мне же и с Топорковым связь держать нужно! Там же операция идет!

- Дела! Садись на мое место, обкладывайся телефонами и рули, связист хренов,- уже совсем развеселился Петр Михайлович.- Этот полицейский дядя теперь не отцепится, так что будешь даже в туалет с телефоном бегать! А я пока кофейку сварганю, хорошо? Вы, товарищ подполковник, какой любите – с сахаром или экономкласс?

- Грешно смеяться, Петр Михайлович,- обреченно вздохнул Андрей и нехотя взял трубку.- Алло,- сказал он максимально представительным голосом, с удивлением обнаружив, что в голове ну хоть бы завалящая мыслишка была, так нет! Вакуум…

Голос у Эдуарда Николаевича оказался еще более представительным. Интересно, каким голосом он с женой разговаривает – мелькнула странная мысль. Мелькнула и пропала – Потап начал работать…

Ну, конечно, он в курсе. Да, оперативная группа выехала. Куда? Уважаемый Эдуард Николаевич – это режимная информация. Мало ли кто может прослушивать телефон. Ах, чтобы не пересечься? Это другое дело! Так ваши сегодня тоже работают? А где? В нескольких префектурах? Как интересно!

Петр Михайлович забыл про кофе. Единственное, о чем он сейчас жалел, так это о том, что нельзя слышать Эдуарда Николаевича. Уж больно ладно вязал Потапов паутину из слов и недомолвок – это должно было не нравиться! Ему же не нравилось…

Взгляд вскользь. Сандро.

Сандро с улыбкой наблюдал, как Михай пытается произвести впечатление на блондинку. Успех был очевиден, блондинка даже на время забыла о машине.

Сам он к брюнетке даже не подходил. А зачем? Вполне достаточно взять номер телефона у одной, а вторая сама найдется.

И вообще, удовольствие удовольствием, но приехали-то они сюда не ради этих красоток, а ради вон того неулыбчивого парня, остановившегося неподалеку и напряженно ждавшего момента пообщаться.

Запевший в кармане телефон заставил Сандро поморщиться. Всегда не к месту и не вовремя!

Он приложил трубку к уху, выслушал собеседника, коротко ответил пару раз отрицательно и сунул телефон в карман.

- Михай, на минуту,- окликнул он напарника и отошел подальше и от девчонок и от курьера.

Михай только взглянул на друга, как сразу понял – что-то случилось, причем нехорошее.

- От барона звонили,- тихо сказал Сандро,- интересуются, не занимаемся ли мы чем…

- Узнали? Но как?!

- Да нет, не узнали. Пока…. Просто намекают, что группа захвата выехала, вот всех и предупреждают.

- Какая группа? А, эти… и давно выехали?

- Часа три назад. И до сих пор не вернулись,- Сандро с подозрением осмотрел окрестности, потом взглянул на новых знакомых,- так случайно они тут или нет?

- Три часа…, если что – у них было время подготовиться.

- Мотаем отсюда?- полуспросил – полупредложил Михай.

- А товар?! Столько труда положено… и денег. Что, если это не про нас? Да и откуда им о нас знать, если даже наши ничего не знают? Некому прокалываться было. Да и некогда. Прогуляться, что ли, по окрестностям…

- С этой стороны голое поле. Может, я за забор загляну?

- Давай, глянь. И борсетку с пистолетом не бери,- почти грубо сказал заметавшемуся Михаю Сандро.- Они с автоматами будут, ты их даже не удивишь.

Сказал грубо, но за грубостью Михай услышал теплую нежную дружескую заботу.

К забору Михай шел так, как ходят по минному полю люди, точно знающие, что оно есть.

- Куда это он?- удивилась блондинка.

- В иные минуты настоящий мужчина должен побыть один,- витиевато выкрутился Сандро, с вновь проснувшимся подозрением глядя на девушек. Чего это она так заволновалась?

Михай исчез в самой большой дыре забора, с полминуты его не было видно. Наконец, к великому облегчению Сандро, он вылез обратно. Лицо его сияло.

- Что-то быстро,- засмеялась блондинка. Сандро с вернувшимся интересом посмотрел на девушек – раз все нормально, знакомство можно продолжить без опасений.

- В иные минуты даже у настоящего мужчины не все получается,- тоже засмеялся он, твердо решив, что блондинку он у Михая отобьет. Михай друг – сильно не обидится, не жену ведь отбиваешь, а пока еще даже не любовницу.

- А подружка твоя чего все время молчит?

- Привычка такая,- ответила блондинка.- Пока с ней не разговаривают – молчит…. Зато потом не заткнешь.

Брюнетка только презрительно фыркнула и пошла прочь.

- Ты куда?

- Не хочу мешать твоему звездному часу,- ответила брюнетка.- Такие мужчины, а в центре внимания – ты. Наслаждайся, а я пойду искать анемичного дачника – должен же хоть кто-нибудь не языком болтать, а вытаскивать машину.

Взгляд со стороны. Перевозчик.

Саша Гречнев уже четыре минуты стоял в небрежной позе у переднего бампера своей машины.

Грузополучатели вовсю флиртовали с московскими красавицами и на него не обращали никакого внимания. Вернее, обращали, но как-то очень ненароком.

Саше даже показалось, что ему тут не рады.

Ну и черт с ними. Затекшее от долгой непрерывной езды тело наслаждалось возможностью расслабления. Саша подумал, что еще год назад он бы и не заметил эти полторы тысячи километров, а сейчас мышцы неохотно принимали нормальное положение, кололо то здесь, то там. Старею – философски решил Саша. Скоро тридцатник.

Один из грузополучателей – помоложе – неожиданно исчез за забором разрушенного и разворованного предприятия, потом вернулся.

Созреют – сами позовут, решил Гречнев, напрашиваться не собираюсь.

Созрели.

Тот, что постарше, наконец, соизволил подойти, улыбнулся, сверкнув множеством золотых зубов:

- Здравствуй, друг. Как доехал?

«Можно подумать, тебя это хоть чуть-чуть волнует…»

- Нормально.

- Товар привез?

«А какого хрена я тут делаю?!»

- Привез.

- Покажи.

- Пароль.

-Что–о-о?!

«За лоха меня держит, что ли? Игнат еще при погрузке раз пять повторил – придет за грузом, скажет « Воркута, восемь лет вечной мерзлоты», тогда можно отдавать. А для шибко умных и наглых в левом рукаве уютно лежит обмотанный изолентой полуметровый кусок арматуры…»

- Без пароля не отдам.

Золотозубый нахмурился, покачал головой, засмеялся:

- Молодец! Все правильно делаешь.

«Без тебя знаю. Потому и работаю седьмой год перевозчиком, что делаю все только правильно. В этом деле только расслабься, и готово – не клиенты, так менты грохнут. И еще неизвестно, кто из них хуже…»

- Да,- явно паясничая, продекламировал грузополучатель,- разве можно забыть такое – Воркута, восемь лет мерзлоты…

- Неправильно.

- И опять молодец…, считаешь, что без слов «вечной мерзлоты» пароль не сработает?

- А ты на кодовом замке из десяти цифр набери девять, и обижайся, что не открывается.

- Ладно, скажу по правилам, а то ты слишком уж серьезный – Воркута, восемь лет вечной мерзлоты. Нормально?

- Сойдет.

- Еще бы! Это ведь мои личные восемь лет, это я их вместе с зубами в воркутинской тундре оставил. Ладно, давай товар.

Разные попадались Саше Гречневу клиенты – и веселые, и пьяные, и вежливые, и наглые. И с каждым Саша вел себя в меру адекватно.

Сейчас Саша невзлюбил грузополучателя люто. Вот же – вроде бы ничего обидного не сказал, но тон, но поведение…

- Не я клал, не мне выдавать. Тебе надо – сам сумку и бери. Вон она, на заднем сиденье.

Золотозубый опешил. Работать руками в его планы явно не входило.

Взгляд снаружи. Полищук.

- На моем месте дяденька Станиславский уже раз пять крикнул бы – не верю! Актеров со сцены! Занавес!- а я все тяну,- сам себе тихонечко бубнил Полищук. Бубнил под нос, из укрытия внимательно наблюдая за идиотской картиной, развернувшейся там, где в любое мгновение должны оказаться его парни в масках.

Картина и впрямь была любо-дорого посмотреть. Хотел Топорков театр? Нате, получите. Тут тебе и заклятые друзья, причем без обычной охраны, и девушки, угробившие немыслимо дорогой автомобиль, и даже курьер собственной персоной.

Миникамера исправно писала картинку, направленный микрофон ловил каждое слово «артистов» - только товар появляться не спешил.

Потому-то и тянул время Полищук, не давал команду.

А обстановка на сцене накалялась. Курьер с Сандро явно повздорили, нашла коса на камень – вон как набычились, разговаривают сквозь зубы. Михай между ними в полной растерянности. Что случилось? Полищук момент разлада пропустил – и ладно, все равно потом в записи поглядит.

В наушнике что-то заворочалось, зашуршало конфетными обертками, потом прошептало хриплым голосом Снипа:

- Первый, нештатная ситуация нарисовалась. Посторонние на объекте.

А то! Такое впечатление, что это не пустырь, а Красная площадь!

Полищук оглянулся в сторону Снипа и выругался. От опушки лесопарка в их сторону целеустремленно спешил парень с шапкой волос соломенного цвета. Через плечо у него висела черная сумка спортивного типа. Типичный работяга.

- Вот урод!- это снова Снип.- На руку мне наступил! Даже не оглянулся, чешет как танк на учениях.

Снипу за маскировку минимум грамоту – рассеянно подумал Полищук. Что значит армейская школа…

Перехватить хлопчика уже не было никакой возможности. Ладно, может, прочешет своим путем…

Полищук еще раз, теперь уже в бинокль посмотрел на парня. Дышит тяжело, вспотел. Сумка, видать, тяжелая. Сумка…

Он перевел взгляд на дорогу, снова на парня. В мозгах зашевелилась безумная мысль – а что, если именно это и есть курьер?! А тот, на машине – для отвода глаз! Офигеть! Вот это комбинация…

Что делать? Конечно же – ждать.

Взгляд сквозь ресницы. Света.

За спиной с каждым шагом постепенно стихала эмоциональная перепалка между нерусским с золотыми зубами – как его, Сандро?- и что-то забывшим здесь водителем потрепанной иномарки.

Катю Светка бросать одну не собиралась. Просто торчать там и слушать, как здоровые мужики собираются драться не из-за нее, было скучно. Что она, драки не видела? А Катю они бить не станут…

Она медленно шла по разбитой дороге, перепрыгивая с одного уцелевшего куска асфальта на другой и думала о совершенно несущественных сейчас делах – прежде всего о том, что до конца года будет непременно нужно купить водительские права… или хотя бы сдать на них…

Светка в задумчивости обошла провалившуюся машину вокруг, спустилась в яму, открыла дверь и стала изучать приборную доску. Ее взгляд внезапно перестал быть пустым и бестолковым, наоборот, она смотрела на приборы внимательно, мгновенно ориентируясь, для чего тот или иной предназначен. Надо было хоть пять минут машину изучить, а не сразу мчаться по колдобинам – подумала Светка и, разогнувшись, аккуратно закрыла дверь. Даже хотела извиниться, но отвлек голос Кати. Протестующей против насилия, между прочим…

Светка прислушалась. Пока что Катя протестовала против насилия над личностью, а не над женщиной. Можно было не вмешиваться.

Она похлопала ресницами, возвращая себе бестолковый кукольный взгляд, и спотыкаясь на неровностях – а Катька обула кроссовки, а не каблуки, умная!- сделала вид, что спешит на выручку.

Этот, как его – Сандро?- цепко держал Катю за руку и что-то шипел ей на ухо. Речь явно шла не об интиме.

До них оставались не больше десяти шагов, как вдруг из кювета вылез соломенноголовый парень, и, задыхаясь от усталости, мрачно произнес:

- Девушку отпусти…

Взгляд вскользь. Сандро.

Ничего еще не подозревающий Михай с радостной улыбкой на лице подошел к замершим в напряжении Сандро и курьеру, спросил:

- Все в порядке?

- Нет, брат, не все в порядке,- процедил сквозь зубы Сандро.- Наш неизвестный друг что-то выделывается. Не хочет нам товар отдавать.

Михай захлопал глазами:

- Как так – не хочет? Почему?!

- Предлагает самим из машины взять,- объяснил Сандро. Курьер демонстративно отвернулся.

- И только то? Давай, я вытащу! И поехали отсюда…

- Нет!- рявкнул Сандро и добавил тише.- Кто за сумку возьмется, того пальчики на ней и останутся. Умный, стервец…

- Ну и что?

- А то, что если нас вдруг накроют, мы легко сможем отмазаться – подкинули нам товар, ясно? И пальцев наших нигде нет.

- А я в перчатках,- пожал плечами Михай.

- Есть такие экспертизы, что и через перчатки докажут все, что угодно.

Сандро еще некоторое время погипнотизировал курьера, но тот оказался неподдающимся.

- Мальчики, вы поругались? – спросила заскучавшая блондинка. Сандро перевел взгляд на нее и оживился:

- Красавица, иди-ка сюда! Твоя помощь нужна.

Блондинка подошла ближе:

- Помощь? Удивил, однако…

- Ничего сложного. Просто возьми у этого человека сумку и отнеси в нашу машину. Между прочим, денежку заработаешь.

- Мне сумки таскать?!- искренне возмутилась девушка.- Фига себе, джентльмены нашлись! Вы бы придумали, как мою машину вытащить – тоже не хило заработать могли бы…

Михай даже отступил на пару шагов, потому что увидел лицо своего друга - в такую минуту любой здравомыслящий человек между ним и львом выбрал бы объятия царя зверей…

- Иди сюда,- прохрипел черный от бешенства Сандро.- Бери сумку…

Блондинка оказалась натуральной, из анекдотов. Она похлопала глазками, провела ладошкой по колючей щеке Сандро и обиженным голосом сказала:

- А будешь ругаться, я с тобой не стану дружить.

Сандро перехватил ее руку и сдавил своими железными пальцами так, что она вскрикнула, потащил к двери машины курьера.

- Открывай,- крикнул он курьеру.

Тот подумал мгновение, согласно кивнул и подошел.

- Мне же больно!- продолжала со всхлипами кричать девушка. Сандро ее всерьез напугал.

Михай стоял в стороне и страдал. С одной стороны, он понимал, что никогда не сможет быть таким же, как его друг и брат. С другой, блондинку было жаль – вряд ли после этого она согласится с ним встретиться…

Девушка свободной рукой ухватилась за лямку черной сумки спортивного типа, что лежала на заднем сиденье «Ауди» и потащила ее наружу. Так как сумка оказалась тяжелой – Сандро и Михай радостно переглянулись – она не смогла ее удержать и уронила на пыльную дорогу.

- Поднимай и неси в нашу машину,- хрипел над блондинкой Сандро.

- Девушку отпусти…

Взгляд издали. Хранитель.

« Какое счастье, Мастер, что я привык доверять Вам даже в мелочах. Ведь это именно Вы посоветовали помимо пластиковых карточек иметь в бумажнике несколько купюр наиболее распространенных в мире валют. Я выбрал бумажку европейского образца, осмотром которой русский полицейский остался весьма удовлетворен.

Метка в навигаторе указывала, что Получатель находится буквально в нескольких километрах от нас. И почему-то не движется…, ждет нас, что ли?

Мной снова завладело нехорошее предчувствие. Нормальный человек на его месте мчался бы вперед на максимально возможной скорости! Но мы ведь в России…

Что сильно раздражало, так это отсутствие оружия. Когда я спросил о нем волонтеров, водитель едва не въехал во встречную машину, а сидевший сзади крепыш только саркастически хмыкнул.

Оставалось размышлять, и эти размышления были не из приятных. Что, если Получатель – да будет забыто его презренное имя!- заметил наше преследование и теперь готовит нам засаду?

Вы помните, Мастер, я докладывал о своей операции в Андах? Это когда наша группа повстречалась на перевале с группой контрабандистов. Слава Хранителям, контрабандисты попали в засаду на десять минут раньше нас! Да и на кого была выставлена засада – так и осталось неизвестным. Но до сих пор, вспоминая яростную стрельбу и крики умирающих, я чувствую свой учащенный пульс…. На их месте могли оказаться мы!

С той поры отношение к засадам у меня самое отрицательное. Уж лучше лицом к лицу!

Но я отвлекся, извините.

Вскоре выяснилось, что Получатель не ждал нас за очередным поворотом дороги. Метка в навигаторе четко указывала, что ждал он нас – или кого-то еще – в диких зарослях сбоку. Делать нечего, нужно сворачивать и ехать навстречу опасности.

Я уже открыл рот, чтобы отдать команду водителю, как вдруг из леса на дорогу выехал мощный джип, а следом машина Получателя – да будет забыто его презренное имя!

Но даже не этот факт смутил меня – просто ситуация несколько усложнилась, и все. Но! Вы же знаете, Мастер, у меня отличное зрение. Так вот, даже через тонировку я разглядел, что за рулем машины Получателя сидит не Получатель!

Он сидел на заднем сиденье и выглядел тяжело раненым человеком. Неизвестные на джипе украли его!

- А джипов было два,- впервые подал голос крепыш на заднем сиденье. Я даже вздрогнул.

- Как два?! Откуда знаешь?

- Они только что мимо нас проехали. Пока мы мента кормили.

- Кого кормили? Когда мы кого-нибудь кормили?!

Из последовавших объяснений я понял, что речь идет о том самом полицейском, которого мы только что купили. Видимо, это местный сленг – типа, что здешние полицейские питаются зеленью (имелись в виду доллары). Очень смешно, но мне в эту минуту было не до юмора.

- И где же второй?

- Судя по вашему навигатору,- на очень плохом английском сказал водитель,- они сейчас увозят нужный нам – вам – предмет в другом направлении.

Я посмотрел на экран. Действительно, машина Получателя мчалась назад к центральной улице, а метка двигалась перпендикулярно нашей дороге. Прямо через лес…

- За ними не поеду,- опередил меня водитель.- Видите, там дорога совсем не указана. Застрянем или еще что…

- Что же делать?!

- Поедем в объезд. Видите, они едут – как-то очень медленно – в сторону какой-то группы зданий. И дорога туда указана нормальная. Обгоним по трассе и там уже подождем.

Нет, Мастер, я явно недооценил этих волонтеров!»

Взгляд снаружи. Полищук.

Когда один из клиентов схватил девушку за руку, Полищук тихо выругался и пообещал себе, что уж этого гада брать будет особенно жестко.

В кармане завибрировал телефон.

- Мы на территории завода,- прошептал Топорков,- прикол хочешь? Один из наших друзей прошел в метре от микроавтобуса. И не заметил его! Я уж думал – хана операции…. Что у тебя?

- Театр абсурда,- в ответ зашептал Полищук.- Тут и наши друзья, и курьер, и какой-то хмырь с тяжелой сумкой, короче – потом видеосъемку можно за большие деньги в интернет продавать…

- Груз есть?

- Есть, родимый…, из-за него тут такая комедия ломается! Даже хочется не мешать.

- Ты, это…- виновато сказал Топорков,- смотри, чтобы никто не пострадал. Аккуратнее.

- Не в первый раз, командир, все сделаем в лучшем виде. Парни уже напряглись. Кто команду даст?

- Ты там лучше видишь ситуацию – ты и командуй.

Полищук убрал мобильный телефон, поправил микрофон у рта и произнес:

- Внимание всем! Готовность номер раз…

В это время неизвестный парень выбрался из кювета и громко сопя, сказал Сандро:

- Девушку отпусти…

- Чего?!- опешили Сандро, Михай и Полищук.

Глава 5

Глава пятая,

в которой ничьи мечты не сбываются. Даже после серьезных мужских разговоров.

Взгляд вдогонку. Джип номер два.

До больницы они добрались на удивление быстро. Бывает такое и в Москве – нужно всего лишь пристроиться за воющей и сверкающей огнями машиной скорой помощи, несущейся по трамвайным путям с максимальной скоростью. Заодно и приемный покой нашли без хлопот.

Горбун и Микки помогли двум женщинам в синих халатах уложить больного на каталку и даже дотолкали ее по пандусу до дверей больницы.

- А медицинский полис у него есть?- мрачно спросил у Петруччо врач, участвовавший в приеме.

Петруччо пожал плечами:

- Честно говоря, у него вообще никаких документов при себе не было.

- Тогда мы не можем его принять,- посуровел еще больше врач.

- Он что, на бомжа похож?!

- Не положено без полиса.

Петруччо на мгновение задумался, потом щелкнул пальцами. Проходивший мимо Горбун бросил связку ключей, которые он ловко поймал и протянул доктору:

- Уважаемый спаситель человечества,- вкрадчиво начал Петруччо,- вот вам ключи.

Врач отпрянул:

- Какие ключи?

- От машины больного. Обратите внимание на номера – натуральные московские. Судя по цифиркам и буковкам – блатные донельзя. Как вы думаете, даже если у хозяина такой чудной иномарочки и нет полиса – он будет не в состоянии оплатить ваши услуги по спасению его собственной жизни? Кроме того, в случае, о котором даже думать не хочется, по номерам вы легко вычислите его родных и сослуживцев, которые кто безутешно, а кто и с удовольствием оплатят расходы на погребение.

- Вы и мертвого уговорите,- ни на грамм не подобрел врач, но ключи взял.

- Вообще-то я больше по живым специализируюсь,- Петруччо вздохнул и поспешил к джипу.

- Что нам показывает навигатор?

- Навигатор показывает, что шеф и доисторический таракан практически встретились,- ответил Горбун, помолчал и добавил.- Вот только уже две минуты не двигаются.

- Может, знакомый попался?

- Ага, или анекдоты травят,- согласился Микки.

Петруччо помолчал и сказал:

- Давайте для начала отсюда смоемся. А потом я вам свое видение нашей операции расскажу, а вы мне скажете – дурак я или с ума сошел, идет?

- Ну, начинай трепаться,- предложил Микки, не отрывая глаз от экрана навигатора. Горбун только согласно кивнул – он сидел за рулем.

- Начинаю,- Петруччо откашлялся.- Итак, господа удавы, первая непонятка. Никто не станет спорить с тем фактом, что зрительная память у меня очень даже ничего?

- Дальше.

- Хотя зрительная память включилась позже, если честно. Сначала меня удивила реакция шефа и Хохла на личность нашего сердечника.

- Была реакция?!

- Еще какая! Хохла вообще словно по башке кирпичом стукнули. Пока мы тачку шерстили, он с шефом шептался как сумасшедший.

- Ну?

- Баранки гну! Я вообще любопытный товарищ…

- Не то слово.

- Короче, стал я ситуацию крутить в разные стороны. И выкрутил…

Джип проскочил под желтый светофор и свернул на дорогу, ведущую в лесопарк.

- Что-то долго они таракана отнимают,- задумчиво сказал Микки,- одиннадцатая минута пошла.

- Так ведь не вызывают же.

- Может, возможности нет до связи добраться. Помните, как с браконьерами в Калмыкии сцепились? Тогда у дверей машины стояли, а открыть времени не было. Хорошо, хоть не из автоматов били.

Горбун хмыкнул, но скорость увеличил.

- Пока драки нет, продолжу – вспомнил я этого нашего сердечника! Клянусь!

- Серьезно?

- Без дураков, пацаны! Есть у нашей фирмы карманный банк. И вот, с полгода назад возил я на нашей машине одного из наших директоров к ним в офис. Это когда мы без дела сидели, к секретаршам приставали…

- Это когда ты к ним приставал.

- Неважно. Короче, привез я своего кормильца, сам с водилами во дворе остался трепаться…

- Это потому, что тебя директор с собой пригласить забыл.

- Я и не обиделся, земля ему пухом…. Так вот, подъезжает очередная банковская тачка, вылезает из нее этот самый дядя и прямиком в офис. Охранник ему даже честь отдал. Я водилам и брякни – что-то много у вас нерусских работает…. Неудобно получилось…

- Что неудобно?

- Да, блин! Этих нерусских-то кто возит? Такие же нерусские! Короче, остаток времени сидел я в своей тачке и делал вид, что газету читаю…

Горбун засмеялся, Микки даже не улыбнулся.

- Вот, а дядю того я еще раз уже у нас в офисе видел. Потому и запомнил.

- И к чему ты клонишь?

- К непонятке номер два,- он перегнулся вперед через спинку сиденья и захрипел голосом капитана Жеглова.- А теперь горбатый! Я сказал – горбатый!

- В лоб дам,- спокойно сказал Горбун.

- Ни фига! Твой выход, уважаемый. Ну-ка, напрягись и расскажи товарищам, не показалось ли что-нибудь в недавнем радиоперехвате странным такому асу этого дела?

Тут даже Микки оторвался от навигатора и посмотрел на Горбуна.

- А ты молодец, Петруччо,- ответил Горбун.- Сейчас анализирую и прихожу к выводу – были странности…

- Огласите весь список, пожалуйста.

- Без фактов пока, ладно? Чистые ощущения.

- Валяй очучения.

- Слишком много народа вели клиента. Экипажей пять, не меньше. Это раз.

Микки округлил глаза и присвистнул:

- Ты слушал ФСБ?!

- В том-то и дело, что каких-то недоделанных Джеймс Бондов. Позывные из театра, эмоции через край. Тогда-то я на эмоции внимания не обращал, хотя слух временами корежило. Но списывал на самодеятельность.

- Что еще удивило? Или сейчас удивляет.

Горбун помолчал и медленно ответил:

- Братцы, только сейчас дошло, честное слово. Знаете, где они клиента потеряли? На Теплом Стане. А мы его подобрали в этом лесопарке. Через полчаса.

- Ну?!

- Сколько нужно лучшему водителю столицы, чтобы пересечь Москву с юга на север через центр в десять часов утра?

- Подстава,- твердо сказал Микки.

- Отсюда третья непонятка – поведение шефа.

- Ну, с этой непоняткой проще всего,- хмыкнул Горбун.- Ты что, шефа не знаешь? Это вы с Хохлом сейчас вместо поисков таракана уже громили бы офис фирмы. А шеф потому и шеф, что горячку не порет, он, скорее всего ситуацию тоже просек, но отложил разбор непоняток до возвращения с победой. Не боись, мало никому не покажется.

Джип на полной скорости вписался в поворот, даже не заметив, что подрезал машину с мигалкой на крыше. Метки на навигаторе не двигались уже семнадцать минут. Что-то определенно стряслось…

Взгляд изнутри. Сидоров.

Серега выдохся минут через пятнадцать. Поляна осталась за спиной, а кирпичный завод не приблизился ни на сантиметр. Сидоров даже хотел было вернуться на Поляну, под защиту афганца, но побоялся, что нормально спрятаться там не удастся.

Тяжелая сумка била по бедру, загадочная борсетка болталась на запястье и тоже сбивала с темпа.

Сидоров снова и снова спрашивал себя, а какого лешего он вообще решил направиться на этот завод? Что проще – развернуться и прямым ходом дотопать до Митрофанова! Те самые пятнадцать минут, между прочим. А Антоха бы придумал, как выпутаться из этой ситуации…

Теперь делать нечего – вот уже и опушка, за ней поле, усыпанное строительным мусором, дорога и забор завода.

Просто Серега вспомнил один креативный корпоратив – выезд на пьянку коллективом магазина, если по-русски – который включал в себя игру в пейнтбол именно в этих развалинах. Перестрелка вышла классной – каждый считал, что именно он лучший защитник Сталинграда, в плен сразу сдалась только главный бухгалтер. Директору, ясное дело. Пока остальные ставили друг другу синяки, директор пытал пленную в микроавтобусе – тот аж ходуном ходил…

Так Сидоров в жизни бы не вспомнил об этих развалинах. А тогда у него осталось стойкое впечатление, что среди жутких изваяний, уже ничем не напоминающих творение человеческих рук, можно спрятать даже летающую тарелку – ни один Мухтар не унюхает.

Серега перелез через кучу рубероида. Под ногой вяло шевельнулось что-то живое, крыса, что ли. Но Сидоров не отреагировал, потому что прямо перед ним на дороге, которую предстояло пересечь, стояли несколько машин, а их владельцы вели между собой слишком оживленную дискуссию.

Меня ждут, что ли – подумал Серега. Метаться было поздно, обходить тоже не имело смысла. Он подумал про непруху и пошел напролом.

Перед ним были трое мужчин, из которых один был явно не в ладах с остальными двумя и симпатичная девушка. В стороне, у низенькой машины стояла еще одна девушка.

Внезапно самый здоровый из мужчин схватил первую девушку за руку и начал грубо ей выговаривать. Девушка вяло вырывалась и кричала, что ей больно.

Серега вздохнул. Ясен пень, тут какие-то свои разборки, его дело – сторона, но…

Он вздохнул еще раз, вылез из кювета и пробурчал срывающимся голосом:

- Девушку отпусти…

Наступила тишина. Сидоров переводил дыхание и ненавидел сам себя – ну какого хрена влез?! Может, это муж с женой ругаются…

Серега знал за собой эту дурацкую черту – соваться без приглашения. Знал, и ничего не мог с собой поделать. В жизненном багаже уже имелись три привода в полицию – именно из-за попыток примирить мужей и их жен. В одном протоколе даже было написано – с особым цинизмом…. А он тогда всего лишь дал по голове сначала разбушевавшемуся мужу, а потом – в порядке самозащиты – и жене заодно. Чтобы не пыталась глаза выцарапать. Еще несколько случаев в протоколы не попали – это когда Сидоров был избит до потери сознания внезапно объединившимися супругами.

Более всего чувство рыцарства просыпалось, естественно, под градусом. Поэтому большую часть своих поступков он помнил смутно. А некоторые не помнил вообще.

И все равно – настоящий мужчина обязан заступиться за даму…

Он перевел дыхание и повторил:

- Девушку отпусти.

- Чего?!- в один голос промычали двое смуглолицых.

- Руки убери. Видишь – ей не нравится.

Серега взглянул на девушку и содрогнулся. В ее глазах он прочитал боль, удивление, даже раздражение. Чего в них не было, так это благодарности неожиданному избавителю…. М-да, кажется, опять встрял не туда…

- Чеши отсюда, дон Кихот помоечный,- сказал, словно сплюнул старший из мужчин.- До вечера далеко, еще успеешь бутылки насобирать.

А вот это он зря сказал. Если мгновением раньше Серега просто хотел помочь девушке, то теперь по старинному русскому обычаю уходить, не набив морду хаму, он уже не мог.

Жизнь грузчика кроме недостатков имеет и положительные стороны. К примеру, грузчику совершенно незачем ходить в фитнесс-клубы и прочие качалки – ежедневный подъем тяжестей и без того прекрасно развивает мышечную массу. Занятия разного рода боевыми искусствами тоже не слишком нужны тому, кто вырос в темных дворах московских спальных районов. Если, конечно, ты не играл все детство на скрипке.

Сидоров обвел взглядом противника, успев боковым зрением заметить еще одну машину, приближавшуюся к ним со стороны лесопарка, и сделал шаг навстречу наглецу. Тот понял все правильно, отпустил девушку и принял красивую боевую стойку. Как ребенок, честное слово…

Одним движением плеча Серега скинул лямку своей тяжелой сумки в руку, крутанул ее, словно пращу и швырнул в лицо противнику. Попал. Противник вскинул руки и отшатнулся. Серега пнул его ногой в пах и повернулся ко второму. Слишком медленно…

Второй и не думал стоять в оцепенении. У него тоже была красивая боевая стойка, и Серега вдруг подумал, что занятия каратэ или боксом, в общем-то, лишними никогда не бывают.

Пропустив серию чудовищной силы ударов в голову и корпус, Серега захотел прилечь, что охотно и выполнил. Сквозь гул в голове он слышал, как пришедший в себя наглец кричал что-то о том, что он его – наверное, Серегу – порежет на ленточки, и чувствовал, что его не больно пинают.

Потом кто-то оторвал Серегино тело от земли, протащил по ватному асфальту и затолкал в салон машины.

Сидоров уткнулся головой во что-то не слишком мягкое, попытался приподняться, с трудом сфокусировал зрение. Оказалось, что он лежал на коленях у той самой девушки, постепенно заливая своей кровью ее джинсы.

Девушка не сделала попытки смахнуть Серегу с коленей, напротив, с искренним участием заглянула в глаза и тихо сказала:

- Ну что, рыцарь, с этими уродами умирать поедешь, или на побег согласен?

- Побег, конечно, лучше,- промычал Серега.

- Молодец. А бегать-то сможешь?

Серега подумал немного и честно ответил:

- Пока только на четвереньках.

- И то хорошо. Первое время от тебя других поз и не потребуется…

Взгляд вскользь. Сандро.

Сандро онемел от такой наглости. Он даже оглянулся, но тут же вспомнил, что сегодня они выехали без охраны, придется учить наглеца самому.

- Чеши отсюда, дон Кихот помоечный,- сказал он, словно сплюнул.- До вечера далеко, еще успеешь бутылки насобирать.

Сказал и с удовлетворением отметил, что обидные слова нашли отклик в душе незнакомца – тот порозовел и перестал морщить лоб.

Сандро подмигнул Михаю, принял боевую стойку – зря, что ли, столько лет у настоящего японского сенсея занимается – сейчас…

Но дальше произошло непредусмотренное ни одним сенсеем – в воздух внезапно взвилась сумка, висевшая до этого на плече незнакомца, и закрыла собой все пространство. Тяжелый удар в лицо на мгновение ошеломил Сандро, а последовавший следом удар в пах и вовсе заставил согнуться в три погибели и замычать от боли.

В такой позе он и встретил окончание схватки – спасибо Михаю, не растерялся, как обычно.

Так нелепо потерять лицо! Сандро несколько раз пнул неподвижное тело, но каждый удар отозвался болью в нем самом.

- Сволочь!- простонал он.- На ленточки порежу!

Он оглянулся в бессильной злобе. Курьер сидел на капоте своего автомобиля и с нескрываемым удовольствием наблюдал за развитием событий. Блондинка хлопала глазами и готовилась рыдать. На асфальте перед ней валялись две одинаковых черных сумки спортивного типа…

- Ты!- с ненавистью крикнул он девушке.- Быстро взяла! Обе! И в машину! Убью!

Блондинка покорно подняла сумки и, согнувшись под их тяжестью, поволокла к Мерседесу. Сандро поковылял следом, распахнул заднюю дверь и затолкал в салон вместе с сумками и ее тоже. Просто так, из вредности – пускай попугается.

- А с этим что делать будем?- спросил Михай, указывая на незнакомца. Вид у Михая был чрезвычайно счастливый. Сандро подумал и решил:

- Тоже с собой берем. Я ему дома такое гестапо устрою…. Тащи сюда.

Михай пожал плечами, но тело притащил. Вдвоем они закинули парня прямо на колени зажавшейся в угол блондинке. Сандро с силой захлопнул дверь, поставил машину на сигнализацию:

- Чтобы не убежали…

Курьер вежливо похлопал в ладоши:

- С победой вас, уважаемые. Это прямо праздник… со слезами на глазах.

Сандро исподлобья глянул на него, но новую драку затевать не стал – уж больно уверенно курьер себя вел. Только слезу смахнул.

Скрипнули тормоза, из невзрачной «Таврии» на дорогу торопливо вышел худощавый мужчина, одетый скромно, но со вкусом и произнес что-то на языке Рембо и Терминатора:

-……….!

Сандро и Михай переглянулись. Интурист заблудился?

Взгляд издали. Хранитель.

« Метка в навигаторе указывала, что мы практически догнали наш… нашу цель. Где-то здесь, у кого-то из этих русских находился столь необходимый нам предмет. Вот только у кого?!

Я вышел из машины и, на мгновение забывшись, по-английски обратился к двум россиянам – по виду типичным мексиканцам!- с просьбой помочь мне в поисках. Конечно же, я пообещал им кучу денег, раз уж в этой стране все покупается…

Русские мексиканцы посмотрели на меня так, словно никогда не видели порядочного человека и не слышали нормальный разговорный английский.

Пришлось снова обращаться к помощи переводчика.

Лохматый волонтер в нескольких словах объяснил туземцам причину нашего появления. Они выслушали, оживились, а потом…

Знаете, Мастер, многочисленные командировки по делам нашего Ордена все-таки дали определенные плоды! Я выслушал ответ туземцев и неожиданно почти все понял! Это была просто фантастика какая-то, но туземцы разговаривали на сленге, общепринятом среди грузчиков во всех крупных морских портах мира.

Так, я понял, что один из туземцев готов заниматься исключительно противоестественными сексуальными действиями как со мной, так и с моими родителями, а также с волонтерами, их родными и близкими, а заодно и с отдельными представителями местной фауны исключительно мужского рода – козлами.

Очевидно, это была местная шутка, потому что сидевший на капоте соседней машины человек залился искренним веселым смехом.

Я посмотрел на своего волонтера и обнаружил, что он это шуткой не считает. Наоборот, он, скорее всего, обиделся.

Пытаясь решить дело миром, я протянул свой навигатор туземцу, выглядевшему старше, но тот резким тычком выбил его у меня и даже попытался наступить на упавший прибор. Пришлось его оттолкнуть.

Сильный удар в плечо заставил меня вскрикнуть от боли. Туземцы напали первыми, Мастер!»

Взгляд вскользь. Сандро.

- Что за тарабарщина?- удивился Михай.

- Лучше бы мы встретились у супермаркета,- громко сказал курьер.- Там народу куда меньше.

Странный мужчина беспомощно оглянулся. На помощь ему поспешил лохматый водитель «Таврии».

- Этот господин разыскивает один предмет – брелок в виде куска янтаря с вкраплениями,- вежливо сказал водитель.- Судя по показаниям навигатора, он находится где-то здесь. Не могли бы вы помочь нам, а господин за это даст вам…- он несколько замялся,- триста евро. Или даже пятьсот.

И тут Сандро прорвало. В самых непристойных выражениях он объяснил прибывшим, что он готов сделать с каждым из них по отдельности, и вместе, и даже с их идиотским брелком.

- … козлы!- закончил он свою речь под жизнерадостное ржание курьера.

Даже Михай выглядел ошеломленным. Конечно, он слышал, как Сандро умеет ругаться, но чтобы вот так…

Судя по проблескам разума на лице иностранца, он тоже кое-что понял.

Иностранец вновь что-то залопотал, сделал шаг и протянул прибор Сандро. Этого еще не хватало. Доведенный до белого каления Сандро выбил прибор и попытался растоптать. Иностранец оттолкнул его. Сандро ударил, целясь по иностранной шее. Назревала новая драка.

- Аккуратнее,- произнес кто-то мрачным голосом и между Сандро и иностранцем встал крепыш в полосатой майке. Крепыш скрестил на груди могучие руки и с вызовом посмотрел Сандро прямо в глаза.- Нехорошо гостей обижать.

Восемь лет лагерей в вечной мерзлоте – хорошая школа жизни. Сандро прошел ее от звонка до звонка, усвоив множество полезных уроков.

Одним из таких уроков стало умение читать татуировки. Сандро видел их превеликое множество – и кресты, и купола, и про мать родную, и…

Он с легкостью отличал настоящие, серьезные татуировки от модных в последнее время татушек, в которых зачастую не только информации, но даже художественного вкуса не было.

На предплечье у крепыша синела некачественно наколотая картинка. Сандро разглядел ее и почувствовал, как в низу живота что-то противно заныло.

На абракадабру букв и цифр можно было не обращать внимания – это был шифр исключительно для своих, причастных, посвященных…

Но, где бы вы ни жили, сочетание самолетов и парашютных куполов безошибочно укажет вам, чем в свое время занимался владелец этой татуировки.

Всего два года назад черт дернул Сандро закатиться с шумной компанией в парк имени Горького. И день был обычный, не выходной – второе августа. Казалось бы – чем отличается от первого, или там десятого…

Оказалось, что отличается.

Сначала ничто не предвещало неприятностей. Сандро вместе с компанией пили пиво и вовсю веселились, наблюдая за пьяными десантниками, плескавшимися в фонтане.

Проходивший мимо полицейский, видимо исключительно по доброте душевной, предложил компании перебраться из парка в какое-нибудь более тихое место. Но Сандро не боялся никого и ничего! У него же есть охрана и прекрасный адвокат…

Так они веселились и даже не заметили, что пьяные десантники заметили их.

Первых двоих попрошаек они просто вышвырнули из кафе. Уже потом, анализируя произошедшее, Сандро понял, что это были не случайные люди – это была разведка. И пьяными в дым десантники не были – больше притворялись.

Когда перед их столом выросла громадная туша в тельняшке с блестящей медалью «За отвагу» напротив сердца, даже тогда никто не понял, что их звонок уже прозвенел.

- Зачем ребят обидели?- весело произнес огромный десантник, сгреб в охапку Сандро и еще кого-то, а потом…

Охрану затоптали прямо у машин. Вызванный на следующий день адвокат предложил просто забыть этот инцидент, поскольку серьезных переломов ни у кого из компании не оказалось.

- Не будете же вы подавать в суд на цунами,- сказал адвокат,- кроме того, вы хоть одного в лицо запомнили? В городе тысячи десантников. На вашем месте я бы запомнил эту дату и в следующий раз второго августа встретился с друзьями где-нибудь в Турции…

- Нехорошо гостей обижать,- повторил крепыш.- Где брелок?

- Какой еще брелок?! Нет у нас никаких брелков!

- А прибор показывает – есть,- вздохнул крепыш.- Ну что, будем его на деньги менять или так отдадите?

- Ничего не понимаю,- растерянно сказал Михай.- Какой брелок? О чем они?

- С ума сошли, наверное,- осторожно сказал Сандро, косясь на крепыша,- перепутали с кем-то…

С тихим урчанием прямо из кювета на асфальт вынырнул джип. Из него неторопливо вылезли трое мужчин в одинаковых строгих костюмах, и подошли к Сандро и компании.

- Ребята, мужичка не видели?- спросил один из приехавших.- Светленький такой…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

Григорьев взял правильное направление разговора с афганцем. Всего лишь через пару минут джип снова кружился среди деревьев, следуя указаниям Вени.

- Так он, выходит, не злобный ворюга?- спросил Хохол, крутя руль во все стороны, чтобы проскочить между сросшимися березками.

Григорьев пожал плечами:

- Помнишь, водитель чему-то усмехался, когда пацаны машину шерстили? Сдается мне, он сам отдал ему эту хреновину.

- Первому встречному?!

- Значит, есть кто-то куда более страшный, нежели первый встречный.

- Мы, что ли?- хмыкнул Хохол.

- Вряд ли…. Клиент о нас даже и знать не мог. Это он еще кого-то больше смерти боялся. Однако, задачка….

- Может, тех, что его до нас вели?

- Может быть, может быть…

- Шеф,- вдруг сказал Веня,- что-то не сходится.

- С сигналом?!

- Нет, вообще все не сходится в этой операции. Чувак из нашей фирмы…

- Откуда знаешь?!- вскинулся Хохол.

- Несколько раз в офисе видел. Так вот, вела его все утро целая толпа пусть даже дилетантов, но ведь и он не профессионал!

- Интересно…

- И толпа его теряет – в пробках, между прочим! А мы его тут же находим…. Как-то нескладно все.

- Это хорошо, Веня,- медленно сказал Григорьев,- что ты думать умеешь. Молодец.

- Ладно, пусть малой прав,- загорячился Хохол.- В нашей ситуации что изменилось?!

Григорьев пожал плечами:

- До окончания операции – ничего. А вот после ее окончания….

- Что-то сигнал застрял на одном месте,- вернулся к делу Веня,- уже несколько минут не движется.

- Пеленг куда указывает?

- Вон на те автомашины. Плюс-минус десяток метров.

Джип легко переехал кучу рубероида и помчался через свалку строительного мусора к видневшейся невдалеке дороге, на которой стояли несколько автомобилей.

Собравшиеся у машин люди вели себя шумно, чем-то явно раздраженные. Они махали руками, кричали друг на друга. Полное впечатление, что сейчас начнется драка. Или только что закончилась.

- Работаем по четвертому сценарию,- сказал Григорьев.- Оружие не показываем до предела. Уговариваем, а если совсем тупик, тогда силовая акция.

- Может, лучше сразу стволы вытащим?- предложил Хохол.- Быстрее сдадутся.

- Не забывай о подставе. Вдруг, нас таким макаром проверяют на полезность…

- И то верно, - согласился Хохол.- Ладно, поработаем языками.

С тихим урчанием джип вынырнул из кювета. Столпившиеся у машин люди оглянулись, и очумело захлопали глазами.

- Внезапность – мать победы,- засмеялся Хохол, выпрыгнул на асфальт и громко сказал.- Ребята, мужичка не видели? Светленький такой…

Взгляд снаружи. Полищук.

- Я фигею, дорогая редакция,- шептал в телефон Топоркову Полищук.- Жаль, что ты этого не видишь!

- И чего я не вижу?- уныло спросил Топорков.

- Того, что вижу я…. Не хватает только официантов в смокингах и какого-нибудь джаз-банда. Командир, народ прибывает сюда каждые пять минут! Им на асфальте уже места не хватает.

- Блин, сначала чуть не затоптали, теперь едва не переехали…- раздался в наушнике голос снайпера.

Полищук оглянулся и вопреки правилам конспирации закашлялся, подавившись слюной – от леса по открытому пространству к ним ехал «Лендровер»!

- Гена,- сказал он, отдышавшись, Топоркову,- может быть, положим всех сразу, а? А уж потом отделим хороших от плохих, а?

- Что там еще?!

- Еще гости. Судя по тачке – народный депутат или даже сутенер, не меньше. Все флаги в гости к нам…

- Не спеши,- грустно ответил Топорков,- только что Потап отзвонился – нас ментам вложили.

- Будто в первый раз…

- Да уж больно въедливо интересуются, Потап даже слов подходящих подобрать не может.

- Ни фига себе,- удивился Полищук.- Если сам Потап не может слова подбирать – дело серьезное.

- Не смейся, тут явно не одни коллеги нами заинтересовались!

- Думаешь, нас сдали?

- Почти уверен. Теперь чуешь, чем запахнет, если мы сейчас проколемся? Если брать, то только наверняка.

- А с этим шалманом что делать? Это же не пустырь, а фойе Большого театра!

- Давай еще подождем,- убитым голосом предложил Топорков.- Даст бог, разъедутся лишние.

- Ладно, давай еще подождем…

Взгляд вскользь. Сандро.

Восемь лет лагерей научили Сандро не только разбираться в татуировках. Еще они научили оценивать людей.

Сопровождавший чокнутого иностранца крепыш был просто опасен, но понятен. Подъехавшие в джипе люди в черном выглядели для битого жизнью уголовника непосредственными посланцами самой смерти. Или представителями организации, перед которой пасует даже полиция.

Десятью минутами раньше Сандро, не задумываясь, выдал бы своего обидчика, из одного инстинкта самосохранения. Но за сегодняшний день он уже четырежды был унижен – несговорчивым курьером, тупой блондинкой, бомжем-идиотом и ненавистным десантником. В присутствии свидетеля – Михая.

Появление новых действующих лиц так напугало Сандро, что он вообще перестал чего-нибудь бояться…

В голове осталась всего одна здравая мысль – его и Михая борсетки с пистолетами лежат сейчас мирно в салоне Мерседеса…, в котором, кстати, набирается сил его обидчик! О девушке Сандро вообще не подумал.

Эх, сейчас бы ствол в руку! И положить всю эту шелупонь мордой в пыль…

Взгляд из-под козырька. Гаишник.

- Козлы!- выругался Тренин, со злостью глядя на номер стремительно удалявшегося джипа. Этих хрен остановишь. Ну, да и пошли они…

Он повернул следом и тоже помчался по разбитой дороге.

Там, где забор кирпичного завода подходил к асфальту почти вплотную, беспорядочной кучей стояли сразу несколько автомобилей.

Авария, что ли?

Взгляд вдогонку. Горбун.

- Вон шеф,- сказал Горбун с облегчением,- живой.

Он несколько раз бросил взгляд в зеркало заднего вида и удивленно добавил:

- А за нами какая-то хрень с мигалкой шурует. Во дела!

Машину с мигалкой заметили и остальные.

Взгляд вскользь. Взгляд снаружи. Взгляд вдогонку. Взгляд издали. Взгляд сквозь ресницы. Взгляд со стороны.

- Блин! Только ментов здесь не хватало!

Взгляд из-под козырька. Гаишник.

Лейтенант Тренин выскочил из машины и, принципиально не обращая внимания на остальных, подошел к Гречневу.

- Лейтенант дорожно-патрульной службы Тренин,- задыхаясь, словно все это время не ехал, а бежал, сказал он.- Вы нарушили правила дорожного движения, проигнорировали требование инспектора остановиться. Предъявите ваши права.

- Чего?!- вытаращился на лейтенанта Саша.- Это когда я что-то нарушил?! Не помню такого! Совсем офигел, лейтенант?

- Нарушили,- твердо стоял на своем Тренин,- восемь километров отсюда. Я вас преследую. Ваши права, пожалуйста.

Краем глаза он присмотрелся к окружающим. Кроме двух джипов, здесь обнаружилась и знакомая «Таврия». Очень подозрительная компания…

- Товарищ инспектор!- к Тренину подбежала девушка. Эта откуда здесь взялась?!

- Товарищ инспектор, у нас машина в яму провалилась. Помогите вытащить.

Тренин отвел взгляд от Гречнева, разглядывая торчащую невдалеке крышу. «Матом, что ли, ее послать?»- успел подумать лейтенант, как за его спиной хлопнула дверь, взревел двигатель. Едва успев отскочить, он увидел, что проклятый нарушитель, развернувшись практически на месте, стремительно удаляется…

- Провались ты вместе со своей машиной!- заорал он на девушку, впрыгнул за руль – хорошо, что двигатель не заглушил – и помчался следом за беглецом.

- Нет, парень, теперь не уйдешь!- орал лейтенант вслед нарушителю.- Теперь ты мой, слышишь? Ты мой!

Машину нещадно швыряло на ухабах, но Тренин не обращал на это никакого внимания, словно это была не его собственная машина, а служебная.

Расстояние медленно сокращалось. Что-что, а водить автомобиль Тренин умел хорошо, даже в автоклубе состоял. И даже пару призов выиграл.

Но главное – он знал это наверняка – неместный нарушитель в условиях столичного движения скиснет уже к третьему светофору. Вот тогда Тренин и возьмет его за кадык голыми руками. И меньше чем за пятьсот баксов не отпустит. А может, и за тысячу. Вон дорога какая – ходовую придется перебирать – это даже к бабке не ходи, каждому ясно. Так что влетел беглец по полной программе.

Тренин себе цену знает, уж поверьте…

Глава 6

Глава шестая,

в которой рассказывается о том, как, оказывается, трудно организовать погоню за нарушителем в Москве. Особенно в час пик…

Кому из автолюбителей не знакомо это состояние – ты вроде бы едешь, хотя большую часть времени стоишь на месте…

Расслабьтесь, уважаемые, вы – в пробке.

Автомобильная пробка – явление достаточно распространенное. Долгое время мы с сарказмом комментировали наличие этой пакости на Западе. Комментировали, и не заметили, как сами в эту пакость вляпались.

Наличие пробок в больших городах стало знаком прогресса. В провинции пробками даже гордятся, дескать, и у нас все как у нормальных людей, вон – вчера проехал четыре километра и трижды стоял по десять минут!

В мегаполисах таким заявлениям только усмехаются. Чудовищной длины змеи часами неподвижно лежат на асфальте основных транспортных магистралей, отравляя своим дыханием и без того не самый чистый городской воздух.

За годы своего существования пробки не только стали неотъемлемой частью образа жизни горожан. Они приобрели собственные легко узнаваемые черты. Так, в пятницу и субботу вы проведете часть своей жизни в пробке, пытаясь попасть с работы на дачу. В понедельник ваша пробка будет состоять из спешащих с дачи на работу. Вечерние пробки созданы из решившихся на посещение театра или ресторана. Дневные пробки чаще всего появляются из-за нарушений правил дорожного движения и ремонта дороги.

Существует множество способов избежать попадания в пробки. Жаль, что их никто не знает…

Некоторые учат атлас города и пытаются объезжать опасные участки по маленьким улочкам и дворам. Здесь тоже имеются свои подводные камни – во дворах на еще вчера существовавших проездах внезапно вырастают ларьки и гаражи, проезд по тихой улочке может оказаться перекрытым разгружающимся грузовиком…

Другие пользуются новейшими средствами навигации, массовой информации и интернетом. Кроме очевидного расхода денег, тут тоже бывают неприятные ситуации – карты частенько не соответствуют реальности, а объявленная по радио пробка либо рассосалась, либо переместилась именно на ту улицу, по которой вы решили ее объехать…

Наиболее отчаянные пытаются объезжать пробки с нарушением правил – по встречной либо по тротуарам. Тут все зависит от капризной девицы под названием удача – рано или поздно на вашем пути обязательно попадется нерасторопная пенсионерка, встречный водитель с психикой камикадзе или несговорчивый инспектор ДПС.

Пробка сама по себе – это единый конгломерат эгоистично настроенных индивидуумов, озабоченных одной целью, зависящих от стоящих впереди и не зависящих от собственных лошадиных сил. Перед пробкой равны все – и большегрузные рефрижераторы, и инвалидские табуретки, и реальные пацаны, и депутаты, и машины скорой помощи, и даже сотрудники ДПС…

Для многих горожан жизнь в пробке давно уже перестала быть нелепым фразеологическим оборотом. Это постылая, нудная, раздражающая, но реальная часть жизни!

Некоторые не выдерживают, сдаются и меняют статус водителя на статус пешехода. Наивные! Спустившись в метро, они с ужасом обнаруживают, что проклятые пробки добрались и сюда – попробуйте в шесть часов вечера добраться до эскалатора на Киевской! Вход в одежде с пуговицами строго запрещен!

Поэтому большинство с пробками смирилось, воспринимает их как неизбежное зло, вроде снега зимой или призыва в армию в любое время года.

С развитием пробок возникла и своеобразная эстетика существования в ней. Найдя очередной способ умерщвления времени, люди щедро делятся им с соратниками, используя для этого все доступные формы общения, особенно интернет.

Чем только не занимаются в пробках водители! Они красят ногти на руках и ногах, пьют кофе и бреются, читают книги и тут же их пишут, играют в компьютерные игры, слушают музыку, смотрят фильмы, дремлют, ругаются с мерзавцем из соседнего ряда, и звонят, звонят, звонят…

Пытливый человеческий разум не дает покоя ленивому человеческому телу. Придумываются всевозможные способы экономии горючего – от толкания машины до незаметного привязывания ее к впереди стоящей…

Про пробки сочиняются анекдоты, комедии, романы и сценарии фильмов ужасов. В самих пробках влюбляются, ненавидят, рожают и умирают…

В общем, пробка – это и есть наша жизнь.

Нормальная погоня лейтенанта Тренина за Сашей Гречневым длилась ровно восемь минут и тридцать четыре секунды.

По истечении этого срока они буквально вонзились в многокилометровую пробку на одном из центральных проспектов столицы. Сначала Гречнев, через четыре машины – Тренин. Оба по горячке влезли в средний ряд, о чем тут же пожалели.

Некоторое время Тренин злорадно усмехался, предвкушая, как он нагонит нарушителя и…

Пробка двигалась рывками, по метру, иногда по два. Соседние ряды двигались вроде бы быстрее, но оба знали – это чистой воды иллюзия. Поэтому перестроиться даже не пытались.

В зеркало заднего вида Гречнев видел высовывающегося по пояс инспектора и знал, что тот знает, что он его видит – вон, снова руками машет. Ага, нашел дурака…

Минут через сорок лейтенант дошел до крайней точки кипения. Он выскочил из машины и с решительным видом направился к Гречневу.

- Инспектор Тренин,- сурово сказал он Саше.

- Знакомились уже,- отмахнулся тот.- Извини, не курю.

- Ваши документы.

- Ну, да, мои, а что?

- Предъявите.

- С чего это вдруг?- удивился Гречнев и включил передачу – пробка сдвинулась.

Сзади засигналили и Тренин поспешил к машине, тоже проехал освободившиеся полтора метра, снова подбежал к Гречневу:

- Вы нарушили правила.

- Да ты что?! Серьезно?!

- Я не шучу.

Гречнев ухмыльнулся:

- А доказать сможешь?

Снова двинулись машины и снова Тренину пришлось возвращаться к своей.

Из соседних машин за их диалогом наблюдали с огромным интересом – даже для все повидавшей пробки такое событие было неординарным.

Наблюдающие разделились на два лагеря – за и против инспектора. За него было очевидное меньшинство – пенсионер в потрепанной шестерке и водитель бортовой «Газели». Пенсионер был против нарушителей вообще, поэтому действия инспектора в форме и с полосатой палкой воспринимал как торжество порядка. Водитель «Газели» – небритый кавказец, неодобрительно разглядывал провинциальные номера Гречнева, и время от времени бормотал:

– Понаехали тут…

Против активно выступали: сплоченный пивком экипаж безразмерного джипа, несколько одиночных автолюбителей – из чувства солидарности с жертвой полицейского произвола и ради прикола, и водители машин, оказавшихся за бегающим туда-сюда Трениным.

Нейтралитет держали: девушка в веселенькой «Тойоте» с аэрографическими котятами – ей понравились оба мужчинки, и тонированный с головы до ног «Мерседес» с серьезными номерами.

- Вам не уйти от наказания,- вернувшись в очередной раз, пообещал Тренин.

- За что?- скромно потупился Саша.

- За нарушение!

- Какое именно?

Лейтенант на мгновение опешил. Он забыл, за что, собственно, решил наказать рублем несговорчивого нарушителя!

- Понаехали тут…- невнятно донеслось из «Газели».

- Братан, держись!- ликовал джип.

«Мерседес» презрительно молчал.

- Вы не остановились на мое требование,- вспомнил, наконец, лейтенант.

- Когда?

- Какая разница?!

- Большая. Я, может быть, в момент нарушения вообще в Москве не был…

- Понаехали тут…- снова пробубнила «Газель».

- Если что, я – юрист,- шепнул Гречневу синий «БМВ»,- права человека – это мой конек. Сейчас визитку передам.

- Сталина на вас нет…. Уж он бы таких сволочей сразу – к стенке!- не выдержала «шестерка».

- Которых?- недоуменно отреагировал джип.

- Всех!

- Будешь бухтеть – подойду с монтировкой, понял?- джип явно обиделся.

«Шестерка» благоразумно заткнулась, тем более, что пробка снова качнулась вперед на очередные два метра.

Лейтенант сбегал к своей машине, перегнал ее на освободившееся место и вернулся к Гречневу:

- Ну?!

- Бампер гну! Что ты пристал вообще?!

- Вы нарушили правила.

- Да ты сам их читал? Спрячутся в кустах и ловят…

- Значит, вы все-таки подтверждаете, что нарушили?

- Тьфу! Ничего я не подтверждаю!

- А вот плевать на сотрудника при исполнении…

- За это извини, не нарочно.

В очередной раз пошла подвижка. Пока лейтенант отсутствовал, энергичный водитель вишневой «Мазды» предложил остальным:

- Давайте, я из своего ряда за вами встану. Пусть гаишник побегает.

Идея была воспринята с энтузиазмом. Саша проехал вперед, джип остался на месте, «Мазда» вывернула из правого ряда в средний.

Вернувшийся Тренин с очевидным неудовольствием обнаружил изменение диспозиции:

- Потакаете нарушителю,- обиженно сказал он «Мазде»,- прикрываете, можно сказать, преступника!

- С чего это вдруг?!- неискренне возмутилась довольная собой «Мазда»,- просто освободилось место, я и встал…

- Га-га-га!- в джипе перешли к шампанскому.

- Понаехали тут…- в очередной раз продемонстрировала акцент «Газель».

«Мерседес» презрительно молчал.

- Да что вы, мальчики, такие злые! Симпатичным мальчикам нельзя злиться, от этого бывают морщинки,- поделилась жизненным опытом «Тойота».

- Я юрист,- шептал синий «БМВ»,- оборотни в погонах – мой профиль…

- Сталина бы сюда…- тихо тосковала «шестерка».

- Ага, сидел бы твой Сталин с нами в пробке, как же!

- Это ты бы сидел… на Колыме!

- Так, достаю монтировку!

- Без грубостей, мальчики, не обижайте дедушку.

- А телефончик дашь? Ладно, пусть еще поживет… до следующего наезда.

- Сейчас по радио передали – на Кутузовском пробка полтора километра! Ужас!

- Не переживай, пока до Кутузовского доползем, все десять будет.

- У меня две важных встречи на завтра запланированы…

- Га-га-га! Бритву захватил?

Лейтенант некоторое время посидел в машине – отдыхал от беготни. В голову лезли разные идеи, большей частью совершенно безумные.

И дался мне этот хмырь,- разумная мысль промелькнула только раз, но Тренин ее решительно отогнал. Отогнал и снова поплелся к нарушителю.

- Ну, что делать будем?

- Ничего,- честно ответил Гречнев.- Разойдемся, как в море корабли. Мальчики налево, инспектора ДПС направо.

- Братан, ты лучший!- грянул джип.

- Что вы к человеку пристали?

- Он свой долг исполняет!

- Понаехали тут…

«Мерседес» презрительно молчал.

- Вот моя визитка, позвоните сразу – недельки через три, я как раз из Турции вернусь…

- Никто не знает – до ближайшей развязки далеко?

- Тебе-то какая разница? Все равно в среднем ряду стоишь…

- А вы не пропустите?

- Пропущу. В морг.

- Хамло!

- Урод!

- Не ругайтесь, я вот на кастинг опаздываю, и ничего…. Они уже привыкли, что я всегда опаздываю.

- Город в Узбекистане – шесть букв?

- Ташкент.

- Нет, тут семь. А надо шесть. Вторая у.

- Бухара.

- Га-га-га! Бухара! Клевое название! Серый, поехали в Бухару!

- Спасибо, подошло.

- Не за что. Надо было тоже кроссворд захватить…

- Понаехали тут…

- А куда гаишник подевался? Без него скучно.

- Товарищ инспектор правильной закалки, он нарушителя так просто не оставит!

Гречнев вздохнул:

- Это точно, прилип хуже банного листа.

- Ну, ты, дед, закипел, однако!

- Я совершенно спокоен.

- Кого волнует твое настроение, дятел со вставным клювом! На свой капот посмотри – пар клубами валит! Глуши телегу, пока движок не заклинил – нам из-за тебя тут вообще рассвет придется встречать, что ли?!

- Ой, мама! Товарищи, ни у кого водички нет?

- Сталин тебе товарищ, у него и спрашивай.

- Га-га-га! Не боись, дед, сейчас пиво в организме отфильтруется – нальем полный радиатор! Га-га-га!

- Товарищ инспектор, я закипел!

- Закипел, остужай,- неласково ответил пенсионеру вернувшийся Тренин и снова обратился к Гречневу.- Так и будем отпираться?

Саша тяжело вздохнул:

- Слышь, браток, ну что ты ко мне доколебался? Что, в Москве мало других машин? Добром прошу, отвали!

- Угрожаете?- прищурился лейтенант.- Инспектору при исполнении? Ну-ну…

- А раньше внутренние органы уважали…

- Сейчас тоже уважают. Особенно печень! В подливе.

- Га-га-га!

- Я юрист, пишите беседу на магнитофон – поможет в суде…

- Эй, земляк, как погода в Башкирии?

- Нормальная погода,- пожал плечами Гречнев,- жара.

Тренин чувствовал, что постепенно теряет способность нормально мыслить. Этот проклятый нарушитель стал целью всей его жизни. Достать любым способом – он мечтал сейчас только об этом. Может, на жалость взять?

Колонна снова тронулась, стоявшие за Трениным машины гневно загудели, пришлось возвращаться. Очередные полтора метра, вновь режим ожидания…

Когда лейтенант проходил мимо джипа, дверь монстра внезапно с силой распахнулась. Тренин едва увернулся.

- О, гражданин инспектор!- из джипа высунулась улыбающаяся наголо бритая башка.- Пардон! Не зашиб? А я, это, воздухом решил подышать. Вы не в курсе – тут поблизости ларек с пивом есть? А то мы слишком резво начали…

- Сейчас с этим закончу и займусь вами,- хмуро пообещал лейтенант.- Спиртное за рулем…

- Облом, гражданин инспектор!- башка засветилась от удовольствия.- Серый уже две недели уколы от неразборчивой любви получает! Не пьет Серый! Так что – облом!

- Фу, мальчики! А еще телефон у меня взяли!

- Не парься, малышка, еще неделя и Серый будет здоровее младенца! А, кроме того, мы-то не колемся, мы только курим! Га-га-га!

Убедившись, что пассажир джипа закрывать дверь и не собирается, Тренин плюнул и решил обойти машину с другой стороны. Не успел, снова тронулись автомобили, пришлось бежать назад.

На этот раз пробка безостановочно проехала метров пятнадцать, что вселило в водителей надежду на скорое избавление.

- Там, наверное, регулировщика поставили.

- Давно пора. За что только деньги получают?!

- Как за что? Вы на нашего посмотрите и все поймете…

Незаметно лейтенант стал для участников пробки родным и даже в чем-то близким. Ему начали как-то по-хорошему сочувствовать, но большинство все равно держало сторону Гречнева…. Сами натерпелись, знаете…

Хоть Саша Гречнев и не любил гаишников как класс, но этого парня стало жалко и ему. В самом деле, корячится, на принцип пошел. Вообще людям свойственно сострадание даже к своим мучителям…

«Дать ему, что ли, сотню?»- подумал Гречнев. Чтобы успокоился, наконец.

- Я юрист, это называется синдром заложника,- прочитал его мысли синий «БМВ»,- держитесь, у него нет никаких оснований для вашего задержания. Это я вам как юрист говорю…

- Дамы и господа, в самом деле!- подала голос не выдержавшая «Мазда»,- может, скинемся по чуть-чуть? И нам не накладно, и инспектор от парня отстанет.

- Ни фига!- встал на дыбы джип,- он-то, может быть, и отстанет, а нам что? С тоски в этой пробке помирать?! Нет уж, досмотрим комедию до конца!

- Понаехали тут…

- Сам ты понаехал!

«Мерседес» презрительно молчал.

Вернулся Тренин, без жезла и фуражки.

- Гражданин инспектор, пивка не желаете? А то я сейчас сбегаю…

- Товарищ при исполнении.

- Ага. Исполняется ария из оперы.

- Га-га-га! Зачет!

- Товарищ инспектор, я юрист…

- Пошел ты…!

- Как вы так можете! С юристом…

Тренин облокотился на дверь, сунул голову в окно к Саше и тихим голосом сказал:

- Думай, что хочешь, но ты не прав. Нельзя так…, нехорошо. Вот.

Гречнев потупился, но промолчал.

- Я же закон блюсти поставлен,- продолжал грустно шептать лейтенант,- чтобы никому не повадно было…

Гречнев пожал плечами.

- Что будет, если все начнут как ты поступать? Анархия! По дорогам без пистолета не проедешь! Прикинь, в стране на дорогах каждый час гибнет три человека! Или даже пять…

Гречнев отвернулся.

- А, может, и десять…, неважно. Из-за таких как ты лихачей, между прочим. И мой долг – остановить и наказать. Для того я и надел форму, взял в руки жезл, чтобы люди не гибли! Понимаешь?

Гречнев неопределенно мотнул головой. Тренин обрадовался:

- Понимаешь, вижу! Ты же хороший парень, водила от бога! Дома семья ждет, наверное…

Гречнев вздохнул.

- Вот! И меня дома жена ждет. Сынок Димка тоже ждет. А я тут как на войне…. Не знаю – вернусь сегодня, или в схватке с преступниками лягу на асфальт…

- Наш инспектор-то поэт!

- Что он там рассказывает? Ни черта не слышно…

- Наша служба, говорит, и опасна и трудна…. Только, говорит, не видать ее ни хрена. В смысле пользы для народа.

- Га-га-га! Ну, ты, братан, жжешь не по-детски! Снова зачет!

Лицо Тренина перекосилось от раздражения, но он нашел в себе силы не реагировать, помолчал, собираясь с мыслями, и задушевно продолжил:

- Лично против тебя я ничего не имею, честное слово! Но, пойми, должен ведь существовать порядок. Нарушил – отвечай. И не бегай от правосудия, словно заяц…

- Товарищ инспектор, как юрист, хочу вам сказать…

- Слышь, юрист, ты уже всех достал, не только инспектора! Заткнись!

- Спасибо, товарищ,- от души сказал лейтенант.- Закурить есть у кого?

- Держи, инспектор.

- А у меня с ментолом, дамские. Будете?

- А у нас с травкой! Сразу настроение улучшится!

- Заткнись, дубина, еще повяжут…

- Пока повяжут, мы всю траву в этой пробке прикончим! Га-га-га!

- А вы по каким делам юрист?

- Вас что-то интересует?

- У меня на даче сосед забор на метр передвинул.

- А ты передвинь соседа. На два метра. Вглубь.

- Братан, ты на жизнь юмором, что ли, зарабатываешь?! Как скажешь, так пацаны с хохота помирают! С концертами выступаешь? Обязательно придем!

- А вам подтанцовка не нужна? Я вообще классно танцую, в саунах от кавалеров отбоя нет…

- Понаехали тут…- еле слышно так.

«Мерседес» презрительно молчал.

Пробка снова сдвинулась с места. Тренин неторопливо вернулся к своей машине – ему уже не сигналили.

Впереди сквозь душное марево смутно виднелся светофор. Он периодически менял цвета, но на скорость движения пробки это никак не влияло. Поэтому на светофор никто даже не смотрел.

- А по встречной вон как едут!- завидовала «Мазда».

- Иногородние, наверное. Домой торопятся.

- Правильно, пусть Москву хоть немного разгрузят.

- Понаехали тут…

- Если бы не газон, я б тоже сейчас развернулся и – к чертовой матери из этого муравейника! Все встречи только завтра, отдохнул бы в каком-нибудь мотеле, а ночью вернулся…

- Ага, только дернись! Наш инспектор сразу с этого на тебя переключится. Газон еще страшнее, чем двойная сплошная.

- Да я так… к слову.

- И дернуло же меня через центр поехать! Рванул бы по кольцевой – уже дома был…

- А мне еще к визажисту нужно успеть…

- Не бойся, красавица, успеешь. Если только твой визажист сам в пробке не сидит где-нибудь на Рязанском.

- Ой, только о грустном не надо!

- Кажись, остыл движок…. Наверное, ремень ослаб.

- Ты чего под капот полез, дед?! Нашел время для ремонта! За перекрестком сворачивай и ремонтируй, сколько хочешь!

Лейтенант выждал немного, но движение снова накрепко застопорилось. Тогда он вновь поспешил к Гречневу:

- Видишь, сколько проблем создало твое глупое бегство?

- Хочешь сказать, что это из-за меня пробка образовалась?- окрысился Гречнев.

- Нет, конечно. Но если бы ты не убегал, мы бы с тобой в пробку не попали.

В словах инспектора слышалась железная логика. Саша даже спорить не стал, только крякнул с досады.

- Что ты хочешь?- почти сдавшись, спросил он. Тренин воспрянул духом:

- Штраф. Без квитанции будет дешевле.

- Сколько?- Гречнев полез за бумажником.

- Пятьсот.

- Сколько?!

- Сколько?- заинтересовались в соседних машинах.

- Пятихатку просит.

- Пятьсот? Ну, это по-божески.

- Да, нормально.

- И из-за пяти сотен он тут комедию танцевал?!Жлоб!

- Говорил же, предлагал же – скинемся…

- Понаоху… тут…

- Да таких расценок в природе нет!

- Я – юрист…

- Да уже вся пробка знает, что ты юрист!

Тренин не выдержал. Он разогнулся и громко сказал с вызовом:

- Чего не спрашиваете – пятьсот чего?! Кто сказал, что мне рубли нужны?

Наступила тишина.

- Пятьсот – чего?- тихо спросил обалдевший Гречнев.

- Долларов!- отчеканил лейтенант.- И учти, я тебе сумму почти вдвое скостил. Из сострадания.

Минута молчания грозила перерасти в пятиминутку. Каждый водитель мысленно пытался представить, за что человека можно оштрафовать на такую сумму. Вроде трезвый, на машине следов аварии не видно…

- Брат,- осторожно спросили из джипа,- ты что, на железнодорожном переезде теплоход сбил? Или превысил вторую космическую скорость? Тогда почему ты здесь, а не на орбите?

- Наверное, он перекресток на красный свет по подземному переходу проехал,- предположила «Мазда».

Снова наступила тишина, в течение которой пробка дважды преодолела по три метра.

- Ты охренел, лейтенант?- сострадая, спросил у вернувшегося на свой пост Тренина Саша.- Выхлопными газами надышался? Пятьсот баксов – за что? Не пойму я…

- За игнорирование указаний инспектора ДПС об остановке,- жестко ответил лейтенант.- За то, что я за тобой свою личную машину по ухабам бил. За зря сожженный бензин. За наглость. Хрен с тобой, давай по курсу один к пятидесяти. Я не жадный. Чтоб без сдачи.

- Да, брат, это ты попал…

- Как юрист, хочу заявить…

- Заткнись!!!

- А что это вы на меня толпой кричите? Не понимаю…

- Вай мэ! Какие деньги…

- Инспектор, совесть поимей, ему же еще полстраны ехать! Куда он без денег-то?

- А говорят, что это мы беспредельщики…. Да мы сама доброта!

Потрясенный Гречнев с трудом вникал в ситуацию. В разговор осторожно вступила «Тойота»:

- Мальчики, а как вам такое предложение? Эти пятьсот долларов вы отдадите мне, а я за это вас помирю…. У меня и квартирка пустая на примете имеется.

- Слыхал, Серый? У путаны и мента расценки-то одинаковые!

- Я не путана! Я модель!

- Ага. Модель путаны.

- Грубиян! Я вот скажу своему визажисту и он тебя за это…

- Что? Поцарапает?

- Нет, граждане, но пятьсот баксов – это как-то…

- А сколько это?

- Дед, ты столько отродясь в руках не держал. Твой тарантас в базарный день на двести долларов не потянет. И это я еще тебе льщу.

Пробка вновь зашевелилась. Тренин бросился к своей машине, быстро перегнал и вернулся – куй железо, пока горячо, деньги выжимай, пока клиент в шоке.

- Честное слово,- сказал он Гречневу,- если бы я за тобой сразу стоял – давно буксир прицепил бы. Таким как ты воли давать нельзя.

Он смотрел в лицо Саше жестким взглядом профессионала. Смотрел и видел – клиент дозревает. Еще бы документы выудить – тогда дело вообще сделано…

- Права покажи,- с максимальным безразличием сказал Тренин.- Сам рисовал?

Моргающий сам для себя светофор уже почти навис над машиной Гречнева, но это никого не интересовало. Между стоящими впереди автомобилями временами мелькала далекая фигура регулировщика. За перекрестком продолжалась пробка.

Огромным усилием воли Саша стряхнул с себя навязчивое желание вручить документы инспектору.

- Кто рисовал, того здесь нет,- он жалко улыбнулся, пытаясь вернуть былую уверенность.

Регулировщик повернулся лицом и свистнул. Тренин бросился к своей машине, проехал стандартные метры, заглушил мотор и поспешил вперед.

- Корешка ищешь?- заботливо спросил джип.- Уехал корешок, просил передать большой и пламенный привет.

- Как уехал?- тупо спросил лейтенант.- Куда уехал? Почему уехал?

- Ты не спросил еще – на чем уехал…. Налево уехал! А, может, и направо. Зрение у меня плохое – не разглядел, извини. Но точно, что не прямо. Не могу, говорит, ждать друга, жена дома, дети сопливые. И уехал.

Тренин с трудом дождался просвета между мчащимися автомобилями, подбежал к регулировщику:

- Куда «Ауди» уехала, не видел? Серебристого цвета, номера…

- Мне тут больше делать нечего, как машины запоминать,- грубо ответил потный регулировщик, и Тренин понуро вернулся к своей машине, сел в нее, через несколько минут проехал перекресток и свернул на стоянку перед магазином.

В душе царила тьма. Как ни странно, денег было совсем не жалко. Тренин просто проиграл. С позором. Это было самое страшное. Это было все равно как на ралли пробить колесо за сто метров до финиша. Шел первым, а пришел последним.

За стеклом мелькнула тень. Лейтенант повернул голову. Тонированный «Мерседес» медленно опускал зеркало бокового стекла. За стеклом сидел генерал МВД.

Генерал слабо вильнул рукой, и Тренин опустил свое стекло. Наглость, конечно, но сил выйти у него не было.

- Наблюдал,- задумчиво сказал генерал.- Лейтенант, ты обосрался. Упорство – хорошее качество, пока оно не перерастает в упрямство. Может, ты неверно профессию выбрал? Из тебя бы получился отличный клоун – вон как сегодня народ веселил…. Что молчишь?

- Обтекаю,- подумав, ответил Тренин.

- Понял? Вот это молодцом. Ладно, учись на своих ошибках, раз на чужих не выходит. А вообще далеко пойдешь, если перестанешь валять дурака.

Зеркало мерседесовской тонировки бесшумно вернулось на место, машина с неведомым генералом выехала на проспект и затерялась среди множества иномарок.

Тренин глубоко вздохнул и по-новому жестким взглядом посмотрел на пролетающие мимо автомобили. Что-то сломалось там – внутри. Нахлынувшая слабость уходила, уступая место тугой спирали решимости.

- Короче, как в песне – первый тайм мы уже проиграли…- процедил лейтенант,- значит, во втором нужно отыграться.

Он запустил двигатель и медленно тронулся с места. Предстояло выбрать новое место дислокации. Пятьсот долларов он сегодня заработает по-любому. Не удалось сорвать одним разом – ничего! Правильно сказал этот парень из Уфы – в Москве машин много, на всех гаишников хватит.

Мимо него спешили по своим делам многочисленные представители семейства столичных водителей. Спешили и не подозревали, что сегодня некоторым из них очень сильно не повезет – их остановит инспектор ДПС лейтенант Тренин…

Глава 7

Глава седьмая,

в которой кое-что становится ясным, отчего все еще больше запутывается…

Взгляд исподлобья. Аналитик.

- Ну ладно, я чуть позже перезвоню,- сказал в трубку Эдуард Николаевич и бессильно откинулся в кресле.

Сидевшие в том же кабинете коллеги поглядывали поверх мониторов с сочувствием, за которым легко угадывалось ехидное злорадство.

Эдуард Николаевич был на грани нервного срыва. Причем крайнее раздражение странным образом переплеталось с невольным восхищением – впервые в жизни он встретил достойного противника…

Эдуард Николаевич не без оснований считал себя кабинетным профессионалом. В его практике еще не было такого случая, чтобы при помощи телефона он не смог добиться нужного результата. Так было на службе, так было и в личной жизни – трехкомнатная квартира в Крылатском, например.

Но сегодня…

В течение долгих сорока минут Эдуард Николаевич аккуратно задавал вопросы, вернее, один, но в разных интерпретациях – куда уехала опергруппа. Собеседник охотно рассказывал о трудностях с запчастями, цитировал какие-то указы и распоряжения, привел с десяток примеров героических подвигов – явно из прошлогодней газеты – как своих коллег, так и почему-то таможенников…

Эдуард Николаевич кое-что новенькое все-таки вызнал – в основном неожиданно свежие и смешные анекдоты, среди которых был даже про президента, впрочем, политически очень корректный.

И только о самом главном – куда выехала опергруппа?- узнать не удалось ровным счетом ничего!

За время дружеской беседы секретный телефон пищал трижды, но Эдуард Николаевич только сбрасывал звонок раздраженным жестом. А что говорить?! Что его как мальчишку водит за нос неведомый подполковник?

Лишь когда разговор вновь пошел по неизвестно какому кругу, он решил сделать перерыв. Чтобы нервы успокоить. Эдуард Николаевич свято верил в принцип – если профессионал поддается эмоциям, он перестает быть профессионалом. Что-то подсказывало ему – еще пара минут, и он взорвется словно рядовой любитель…

Коллеги молчали и делали вид, что поглощены собственными делами. Эдуард Николаевич не стал их мучить – автоматически натянул сброшенный во время разговора пиджак, сунул в карман секретный телефон и вышел из кабинета. Пусть порадуются его неудаче, языки почешут, отведут душу, перемывая ему косточки. А он тем временем по свежему воздуху прогуляется, нервы успокоит, ошибки свои обдумает. Чем коллеги хороши – всегда рядом, под рукой. Не нужно ловить, чтобы отомстить…. И они это тоже знают.

Свежий воздух оказался душным и пропахшим бензиновым угаром. Слабенький, едва заметный ветерок нежно гладил Эдуарда Николаевича по щекам и взмокшей шее без надежды на взаимность. В летнем кафе за углом продавалось разливное пиво – холодное и дорогое. Что еще нужно российскому чиновнику, которого сегодня уже не вызовет на ковер руководство…

Старательно выбрав наиболее защищенное от солнца зонтиком кресло, он заказал официанту кружку пива и сигареты. Заказ был в некотором роде знаковым, так как Эдуард Николаевич курил только в случаях крайней взволнованности. Несмотря на все врачебные заклинания, в услышанное в детстве утверждение, что курение усиливает деятельность мозга, он верил всерьез. Тем более, что зная по жизни множество врачей, давно пришел к выводу – врач от слова врать. Исключение – патологоанатомы, им с пациентами не поболтать в принципе.

Все! Дальше как в рекламе йогурта – пускай весь мир подождет! Тем более, что Эдуарду Николаевичу и сказать-то этому миру пока нечего…

Он отпил из принесенной кружки по-русски – половину в несколько глотков, перевел дыхание, закурил и начал размышлять.

Ситуация складывалась неприятная. Мало того, что ему нечего сказать клиенту, так и собственному генералу доложить тоже нечего. А генерал не из тех, кто страдает склерозом. Тем более, что сам, собственно говоря, напросился…

Начальника борцов с наркотиками Петра Михайловича Эдуард Николаевич знал и был уверен, что его дожать – пара пустяков. Но вот этот загадочный подполковник Потапов…

Эдуард Николаевич тоже не относился к страдающим склерозом. Многолетние навыки приучили его держать в памяти даже случайных людей – вдруг пригодятся. Странно, но подполковника Потапова Андрея Васильевича в этой картотеке не было. А должен быть, раз подполковник! Раз заместитель! Может, из вновь назначенных? Приехал из провинции на повышение…. Тогда откуда такое знание оперативной обстановки?! Не сходится что-то ребус с кроссвордом, ох, не сходится…

Свято веривший в субординацию Эдуард Николаевич даже на мгновение не мог себе представить, что его примитивно надули. Поэтому и не находил ответ.

Снова запищал телефон. Эдуард Николаевич с ненавистью посмотрел на трубку, помедлил, но все же поднес к уху.

- Не помешал?- в голосе собеседника ясно слышались металлические нотки.- Я вам звоню, звоню, а вы не отвечаете…

- Вашим делом занимаюсь, между прочим,- жестко ответил Эдуард Николаевич. Не на того напали, чтобы зубки демонстрировать! И вообще, чего так переполошились? Ну, выехала опергруппа. Ну, шатается где-то. Спрячьтесь, пока не вернется!

- И как дела с нашим делом?- голос не смягчился ни на грамм.- Люди волнуются.

- Это же не мое ведомство,- сказал Эдуард Николаевич и поморщился. Вышло, словно он оправдывается.- Делаю что могу. Будут новости – сам позвоню.

В этот раз собеседник отключился первым. Ишь, гад, еще и недоволен!

Эдуард Николаевич совсем без настроения допил пиво, рассчитался с официантом и побрел обратно на свое рабочее место. Предстоял новый раунд в борьбе с неведомым противником, и он был настроен решительно. И только на победу!

Взгляд снаружи. Потап.

- Сказал, что перезвонит позже,- Потап положил трубку и бессильно откинулся в кресле.- Проще от энцефалитного клеща отцепиться, чем от этого Эдуарда Николаевича!

- Андрюша, прими мои поздравления!- Петр Михайлович, казалось, светился от удовольствия.- Конечно, я слышал только тебя, но и этого достаточно…. Готовься, с завтрашнего дня переходишь ко мне от Топоркова насовсем.

- Зачем?!

- А что, мне одному все время от таких звонков отбиваться, пока вы по городу казенный бензин выкатываете? Вон как у тебя здорово получается – даже я так не смог бы. Талант губить нельзя, талант расти должен. Короче, с завтрашнего – да что там, с сегодняшнего!- дня переходишь в мое полное и прямое подчинение. Пока покумекай, как должность обозвать.

- А Топорков?! А ребята?!

Петр Михайлович хитро улыбнулся и тихо сказал, зачем-то оглянувшись на дверь:

- Ты же вроде умный, сам подумай – от тебя здесь Топоркову пользы в десять раз больше будет!

Потап задумался, сраженный весомостью аргумента.

Петр Михайлович сталинской походкой прошелся по кабинету, постоял у окна, зачем-то выглянул за дверь и вернулся к сидевшему за столом Потапу, уткнул в столешницу железные кулаки и голосом любящего дедушки сказал:

- А вот скажи мне, умный Андрюша, тебе не показалось странным, что они такое любопытство к вашей авантюре проявляют? Можно сказать, нескромное и навязчивое. И уровень для любопытства какой-то слишком средний. Если б что-то серьезное – уже наши отцы давно бы меня в главк выдернули в штанах ширинкой назад…

Андрей поднял голову и посмотрел Петру Михайловичу прямо в янтарные – в тон шевелюре - глаза. В глазах редкого цвета светился огонь, и Потапов внезапно подумал, что так же, наверное, горят глаза у старого тигра, почуявшего слабый запах далекой добычи. На мгновение ему показалось, что даже зрачки в этих глазах кошачьи – вертикальные.

Еще он мгновенно понял, что «они» - это не о сотрудниках МВД, чей представитель замордовал их своими звонками. Понял и удивился. Ведь знал же, что Петр Михайлович из оперов, но кто всерьез воспринимает этого старого брюзгу, сующего свой буквоедский нос в дела молодежи, донимающего нудными нотациями и мелочными придирками как опытного «полевого командира»…

Петр Михайлович терпеливо ждал ответ. Был бы у него сзади пушистый полосатый хвост, ох, и наставил бы им сейчас синяков себе на ногах!

- Так вы полагаете, что здесь не одно полицейское любопытство?

- Сынок, вспомни классику. Как говорил Винни-Пух – это ж-ж-ж-ж неспроста…. Ну, выехали наши ребята, что с того? Да и кому до этого дело? Или мы дорогу ОМОНу перешли? В конце концов, если кто-то из генералов и возбудился – позвони в главк, спроси…

- А тут вроде как самодеятельность…

- Молоток, соображаешь. Уровень у Эдуарда нашего свет Николаича не тот, чтобы кулаком по столу – а-атвечать, сволочи! А выяснить надо позарез…. Так что насчет крота в нашей богадельне ты не ошибся. Еще бы уточнить, на кого работает – если на этого Эдика – нехорошо, конечно, но пусть поживет еще. А вот если на наших клиентов – душить срочно!

- А Эдик…

- А Эдик получил наказ – разузнать про наших ребят правду любой ценой. И это ему не его генерал приказал – тому в принципе по фигу наши телодвижения. Нет, здесь пахнет нашими подопечными…

- Так ведь выезд совершенно незапланированный!

- Вот! В этой самой незапланированности вся и фишка!

Потап выпучил глаза:

- Фишка?!

Петр Михайлович покраснел и стал похож на вареного рака:

- Да у меня два племянника все лето на даче живут…, нахватался выражений…. Хорошо, не фишка, а изюминка. И не сбивай меня с мысли!

- Молчу, молчу…

- И молчи! Так вот, одно большое дело ты уже сделал – не раскрыл правду. Пришла пора второго – кто-то из наших информаторов постеснялся сделать нам приятный сюрприз. Что глядишь на меня влюбленными глазами, белокурая бестия? Хватай трубу и звони всем подряд – уверен, что ты даже моих личных информаторов знаешь, так что не хлопай ресницами, а работай телефонистом, пока Эдик снова не прицепился.

- А если больше не позвонит?

- Значит, я ошибся и мне пора на пенсию!

Потап проверял гипотезу своего начальника недолго. После двенадцатого или тринадцатого звонка он предельно аккуратно положил телефон на стол, с хрустом и стоном потянулся руками к потолку и недовольно пожаловался Петру Михайловичу:

- Деньги у него на счете, видите ли, кончились. Поэтому и не звонил. Очень извиняется.

Петр Михайлович в задумчивости побарабанил пальцами по подоконнику, неожиданно спросил:

- Андрей, как считаешь – Полищук там один справится?

- Где – там?- Потап даже поперхнулся.

- Там – это где они сейчас. Кстати, хоть рассказал бы старику, чем его подчиненные занимаются…

- Так ведь, собственно, за этим к вам и пришел!

- Вот, пока никто не мешает, и расскажи, ладно?

- А если Эдуард Николаевич позвонит, что делать будем?

Петр Михайлович поморщил лоб в недолгом раздумье, весело сказал:

- А давай ему ради разнообразия теперь скажем правду!

Потап удивленно посмотрел на улыбающегося начальника, подумал немного и пришел к выводу, что Эдуарду Николаевичу такая улыбка явно бы не понравилась…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

- Внезапность – мать победы,- засмеялся Хохол, выпрыгнул на асфальт и громко сказал.- Ребята, мужичка не видели? Светленький такой…

- Веня, посиди пока в машине. Может, навигатор еще что-нибудь интересное выдаст,- буркнул Григорьев и неторопливо вылез на свежий воздух.

После кондиционера духота на улице показалась прямо-таки африканской, даже в пот бросило. А, может, это от уже привычного раздражения прытью Хохла – кто знает?

Люди на маленьком пятачке возле забора заброшенного кирпичного завода бездарно пытались сыграть финальную сцену из гоголевского «Ревизора» - молча пучили глаза и разевали в удивлении рты. То есть, их тут никак не ждали.

- Так что насчет светленького мужичка?- Хохол продолжал дожимать народ, вовсю используя эффект внезапности.- Его срочно в Кремль вызывают – Родину спасать.

Григорьев осмотрелся. Компания подобралась странная – два несомненных цыгана, молодая женщина в платье для ресторана, экипаж «Таврии» - трое совершенно различных по социальному статусу мужчин. В стороне еще один – немного старше Вени, но явно здесь по делу…

И еще, можете это списать на врожденное чувство опасности, но чудились Григорьеву пристальные взгляды каких-то невидимок. Кладбище тут, что ли, было раньше?

- Вам тут чего?- заорал вдруг цыган постарше, и Григорьев мгновенно понял, что обстановка здесь напряжена до предела.

- Что вы все сюда приперлись?!- продолжал орать цыган.- Такая большая страна, а все сегодня решили собраться именно здесь! Какой мужичок?! Я его убил и съел, на фиг!

Он орал и другую ерунду, но Григорьев слушал невнимательно – в драку не кидается, и то ладно, а слова, даже обидные – всего лишь слова.

Зато очень внимательно он приглядывался к экипажу «Таврии». Причину его столь внезапного внимания держал в руках наиболее прилично одетый мужчина – небольшой, но очень дорогой портативный навигатор. Да и сам внешний вид мужчины заставлял предположить – перед Григорьевым настоящий иностранец, причем приехавший очень даже издалека, не из Киева, а минимум из Мадрида.

Хохол не перебивал разъяренного цыгана, только кивал и разводил руками, выражая свое полное согласие с каждым утверждением оратора. Раз бить сразу нельзя – пусть тогда хотя бы выговорится, сдуется.

Ленивое движение воздуха донесло до всех новый звук. Они синхронно повернули головы и увидели, что к месту их встречи на большой скорости приближается еще одна машина. И, судя по радостному выражению лица Хохла – это свои.

Цыган тоже увидел джип и подавился очередным ругательством. Сдулся. Теперь можно поговорить по-деловому.

Григорьев подождал, пока из подъехавшего «Лендровера» выпрыгнут подчиненные, незаметным жестом подозвал Горбуна:

- Дядю в костюме видишь? Между прочим, по-моему, тоже с навигатором. Потрись-ка рядышком, а то у меня фантазии какие-то странные разыгрались, лады?

Горбун кивнул и отошел, а Григорьев обратился к оцепеневшему цыгану:

- Итак, уважаемый, мой коллега вам вопрос задавал. Вернее, он его всем задавал, но отвечать взялись именно вы…. Так вот, вопрос повторяю теперь я – где мужчина со светлыми волосами, который должен был пройти мимо вас несколько минут назад?

Цыган беспомощно оглянулся. Второй, помоложе, бросил вороватый взгляд на лупоглазый «Мерседес», стоявший неподалеку. Кажется, ситуация начала проясняться, подумал умудренный опытом общения с криминалом Григорьев. Хотя, совершенно непонятно, какое отношение имеет разыскиваемый мужичок к цыганскому «Мерседесу»?

И снова в повисшей тишине раздался новый звук – это соловьем заливалась полицейская сирена.

Григорьев вместе со всеми не столько удивился – тут, кажется, люди уже устали удивляться – сколько обозлился. Какого черта?!

Подъехавшая машина хоть и мигала маяком и вопила сиреной, но по внешнему виду от обычного частного автомобиля не отличалась, даже номера не синие. Группа захвата, что ли?

Однако в машине приехал всего лишь один человек в форме инспектора ДПС. Бледный и злой, он выскочил из салона, мазнул стоящих людей взглядом, словно сфотографировал и решительно подошел к сидевшему на капоте «Ауди» молодому человеку.

- Лейтенант дорожно-патрульной службы Тренин,- задыхаясь, словно все это время не ехал, а бежал, сказал он,- вы нарушили правила дорожного движения, проигнорировали требование инспектора остановиться. Предъявите ваши права

- Шеф, продолжай,- шепнул Хохол.- Чернявый дозрел. А мент нам сейчас прямо в руку, ей Богу! Сыграй на контрасте.

Водитель «Ауди» ответил инспектору что-то резкое и нахальное. Григорьев быстро собрался с мыслями, раскрыл рот для новой веской фразы, как вдруг раздался голос молчавшей до этого девушки:

- Товарищ инспектор,- крикнула она тому прямо в лицо,- у нас машина в яму провалилась. Помогите вытащить.

Полицейский отвлекся на мгновение, чем тут же воспользовался водитель «Ауди». Он вихрем влетел в салон своей машины, развернулся почти на месте – Хохол завистливо ахнул – и помчался прочь.

Инспектор выкрикнул что-то нечленораздельное, и, так же лихо развернувшись, помчался следом.

Через минуту над оставшимися нависла звенящая тишина, нарушаемая лишь нервным иканием старшего цыгана.

- Это что сейчас было?- с живым интересом громко спросил у Григорьева Петруччо,- театр абсурда?

Он подошел вплотную к старшему цыгану и страшным голосом прошептал:

- Слушай сюда, рожденный стоя – где мужик? Отвечай быстро, или с тобой будет то же самое…

Цыган вытащил из кармана пульт автомобильной сигнализации, нажал кнопочку. «Мерседес» радостно мяукнул. Сопровождаемый Петруччо и Микки, цыган подошел к машине и указал вялой рукой на заднюю дверь.

- Ничего, я не гордый,- успокоил его Петруччо, открыл дверь и заглянул в салон. Когда он снова посмотрел на цыгана, тот невольно содрогнулся.

- Ну, и что я там должен был увидеть?- спросил Петруччо.- Как мохнатый шмель на душистый хмель? Мужик где?!

Цыган тоже заглянул в салон, потом развел руками:

- Не понимаю…. Я же на сигнализацию ставил! Как они ушли?! Не понимаю!

- Они?! Тут, что – несколько мужиков было?! Или он был царь? Типа – мы, Николай второй…

- Там еще подруга моя была,- сказала девушка и понуро побрела к своему автомобильчику.

- Горбун, Микки – с машинами!- быстро скомандовал Григорьев.- Веня, что с сигналом?

- Совсем рядом, метров сто за забором.

- Остальные за мной!- Григорьев бросился в самое большое отверстие забора, лишь на мгновение задержавшись у «Мерседеса»,- как ушли? Не надо было на сигнализации экономить,- он распахнул заднюю дверь с другой стороны машины,- вот так и ушли!

Группа на ходу привычно заняла заранее оговоренные позиции – началась обычная работа в поле.

Григорьев нырнул в дыру, стараясь не зацепиться за торчащие прутья арматуры, крикнул:

- Веня, куда?!

- Половина второго,- ответил сзади Веня.

- Принял…. Хохол с Петруччо, берите правее, мы по следу…. Стоп! Все назад!

- Шеф…- осторожно начал Хохол.

- Назад, быстро! К машинам! Уходим отсюда! Скорее, блин!

Ничего не понявшие подчиненные, тем не менее, поступили так, как поступали всегда – выполнили приказ командира без промедления.

- Проложите курс наперерез нашему туристу,- сказал Вене и Горбуну Григорьев, дождался, когда его команда погрузится в машины и на прощание позволил себе намек на улыбку, сказав цыгану:

- Уж извините – дела. А вы оставайтесь, уважаемый, оставайтесь. В этом райском уголке вас еще ждут незабываемые приключения!

Два джипа рванули с места, так что только камни полетели во все стороны.

Взгляд вскользь. Михай.

С каждой следующей минутой Сандро все яснее понимал, что вообще ничего не понимает. Появление второго джипа остудило его похлеще холодного душа – кровожадные мысли мгновенно улетучились, остался голый страх.

Что интересно, появление новых персонажей с их странными вопросами он совершенно не связывал с героином. Может, из-за того и нервничал чисто по-житейски.

Поэтому, когда похожий на итальянского мафиози мужчина из второго джипа дыхнул ему в лицо дорогим освежителем полости рта и веско произнес:

- Слушай сюда, рожденный стоя – где мужик? Отвечай быстро, или с тобой будет то же самое…,- он решил отдать своего обидчика вновь прибывшим. Решил с некоторым даже злорадством – жаль только, что не увидит того, что эти сволочи с мужиком делать будут…

Михай в свою очередь наблюдал за происходящим с искренним любопытством. По поводу возникающих проблем он ничуть не волновался – Сандро умный, все уладит. Конечно, друга разозлили – значит, сами виноваты.

Подъехавший полицейский напугал Михая самую малость. Убедившись, что его интересует только перевозчик, причем как водитель, Михай тут же перестал обращать на мента внимание.

Недавняя победа в драке будоражила кровь, ему даже где-то в глубине души хотелось, чтобы еще кто-нибудь попытался напасть. На Сандро, разумеется. Спасти и защитить друга – что может быть почетнее!

- Товарищ инспектор,- крикнула брюнетка,- у нас машина в яму провалилась. Помогите вытащить,- при этом она укоризненно посмотрела на Михая. Однако в ее взгляде твердого отказа дать телефончик не было.

Михай в ответ посмотрел своим самым зовущим взглядом. Девушка фыркнула, опустила глаза и побрела к своей машине, футболя носком туфли маленький камешек. Черт с ней, с блондинкой, подумал Михай, пусть с ней Сандро мучается…

Вновь прибывшие вели себя корректно, но жестко. Собственно, так Михай и представлял себе агентов ФСБ. Они ведь тоже американские фильмы видели, а в них есть чему поучиться. « Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы сейчас скажете…» - это же классика! И одеты как люди в черном…, только в сером.

Седой, видимо главный, повторил вопрос про мужичка. Михай скосил глаза в сторону «Мерседеса» – порядок, тонировка качественная, не разглядеть, что творится в салоне, даже если смотреть в упор.

А вот это уже неожиданно! Курьер сел в свою машину и, развернувшись на месте, бросился наутек! Что случилось?! И мент за ним…. А, понятно. Нас это не касается. Курьер свое дело сделал, может уматывать.

Отвлекшись на курьера, Михай не заметил, как Сандро в сопровождении двух агентов подошел к «Мерседесу».

- Ничего, я не гордый,- сказал один, открыл дверь и заглянул в салон. Дальше, судя по реакции агентов, все пошло как-то не так.

Михай поспешно подошел ближе и не поверил своим глазам – в салоне никого не было! Он торопливо открыл переднюю дверь, облегченно вздохнул – борсетки с оружием лежали на месте.

- Не понимаю…. Я же на сигнализацию ставил! Как они ушли?! Не понимаю!- лепетал Сандро, и Михай эту растерянность полностью разделял – незаметно выбраться из машины, поставленной на сигнализацию невозможно!

- Как ушли? Не надо было на сигнализации экономить,- седой распахнул заднюю дверь с другой стороны машины,- вот так и ушли!

Вместе с частью своих подчиненных он бросился в погоню. Михай подошел к задней двери и задумчиво покачал ее туда-сюда. Понятно, дешевая сигнализация. Видимо, пока они сажали мужика, блондинка держала свою дверь приоткрытой. Была бы сигнализация дорогой, среагировала, а так только закрыла замки и по фигу ей, что одна дверь оказалась открытой…. Завтра же заменю, решил Михай.

Сандро молча стоял у противоположной двери и тупо смотрел на черную сумку с товаром, лежавшую на полу машины. Хоть в этом все в порядке, подумал он.

Седой с компанией вернулся быстро, без мужичка, и Сандро в очередной раз испытал чувство злорадства – раз не мне, то и не вам! А то – с тобой будет то же самое…. Кстати, то же самое – что?! Однако прямо спросить отчего-то не хотелось. Мало ли…, да и вряд ли что-нибудь хорошее.

Повинуясь командам седого, незнакомцы быстро расселись по джипам.

- Уж извините – дела. А вы оставайтесь, уважаемый, оставайтесь. В этом райском уголке вас еще ждут незабываемые приключения!- на прощание сказал седой, и его бледная улыбка показалась Сандро очень нехорошей, какой-то прямо издевательской. Да пошел ты…

Обдав присутствующих дождем мелких камней, джипы унеслись прочь, наплевав на неровности дороги.

Следом заторопился и интурист, почему-то потерявший всякий интерес к поискам своего загадочного брелка. Он взволнованно крикнул что-то на английском своим спутникам, еле дождался, пока татуированный крепыш в полосатой майке – тельняшка, вспомнил Сандро – влезет в салон и захлопнул за собой дверь уже на ходу.

- Придурки какие-то,- пожал плечами Михай,- я лично ничего не понял.

Он влез в салон, сокрушенно поцокал языком над свежими пятнами крови – замучаешься отмывать!- автоматически поправил сумку с товаром, задумался.

- Сандро, нам что, товар теперь в яйцах поставляют?- недоуменно спросил он друга.- А как они его в них засовывают?

- В каких яйцах?- не понял Сандро.

- Ну вот же, полная сумка яиц. Или это не яйца?

- Ты что несешь?- бледно улыбнулся Сандро и подошел ближе…

Взгляд снаружи. Топорков.

Группа продолжала сидеть в микроавтобусе, хотя и прибыла на место минут пятнадцать назад. Отдав инициативу Полищуку, Топорков не спешил начинать выгрузку, потому что не хотел случайным шумом вспугнуть клиентов.

Микроавтобус стоял в нескольких десятках метров от забора в тени уродливого остова некогда двухэтажного здания. Когда начнется захват, ребята сумеют быстро занять позиции, уж выгрузка-то отработана до малейших нюансов.

Однако поволноваться все равно пришлось.

Во-первых, эти сюрреалистические доклады Полищука. Топорков страшно жалел, что не может видеть картину лично – видимо, там происходило что-то совсем уж необычное.

Во-вторых, несколько раз он буквально подпрыгивал на сиденье от неожиданности. Это когда сначала один из клиентов – Михай – пришел на территорию завода, чтобы осмотреться.

Михай тщательно осмотрел окрестности, несколько раз щурился на микроавтобус, отчего Топорков даже скомандовал своим ребятам готовность номер один…. И ушел, так их и не заметив! Как тут не поверить в чудеса…

Потом мимо машины на полусогнутых ногах, словно под обстрелом, пробежала парочка – светловолосый мужчина и девушка, чье лицо он не успел разглядеть. Девушка микроавтобус заметила, шепнула что-то мужчине и они, не снижая скорости, резко изменили направление движения, взяли правее и скоро затерялись среди развалин. Топорков на всякий случай хотел было отдать команду на задержание, но испугался возможного шума.

Дальше стало еще веселее – сквозь дыру в заборе на территорию завода ворвались несколько человек, державших себя как профессиональные охотники на людей…

Тут Топорков поверил докладам Полищука полностью.

Новенькие не казались профессионалами – они были ими, потому что засекли микроавтобус мгновенно, не стали изображать из себя героев, а сразу же вернулись назад и, судя по докладу Полищука, уехали.

В кармашке разгрузки забился поставленный на вибрацию телефон. Топорков глянул на выскочившую надпись – Потап.

- Командир,- возбужденно сказал Потап,- если у вас нет особых проблем – снимайся!

- Не понял,- честно ответил Топорков.

- Полищук ведь справится? Тут такое дело внезапно нарисовалось – с ума сойти можно! Вот, даю трубку Петру Михайловичу…

Трубка помолчала, потом произнесла голосом непосредственного начальника:

- Гена, ноги в руки и быстро на развязку с кольцевой на Люберцы. Подробности по дороге. Игорь пускай там один заканчивает, потом присоединится к тебе.

- А что случилось-то?!

- С меня пирожок. Если бы не эта твоя авантюра…

Телефон отключился. Топорков недоуменно посмотрел на него, но перезванивать не стал – и так ясно, что затевается нечто исключительное, иначе группу посреди операции половинить бы не стали.

Он набрал Полищука:

- Что там у тебя?

- Гена, не поверишь – разъезжаются гости дорогие!- ликовал Полищук.- Наши клиенты остались практически одни!

- Без нас сможешь сработать?

- Как это…. А вы чего?! Или что-то случилось?

- Сейчас папа звонил – срочно перекидывает на другую точку. Ты здесь уж как-нибудь сам, ладно? А потом следом за мной,- завиноватился Топорков.

- Ничего не понимаю…. А этих хмырей куда?! С собой таскать, что ли?

- Короче, я помчался, а ты сам, по обстановке,- заспешил Топорков и выключил телефон, чтобы не отвечать на неудобные вопросы, которые ему самому не терпелось задать Петру Михайловичу.

Он повернулся к истомившимся в ожидании работы подчиненным и грустно сказал:

- Значит так, орлы. Отзвонилось начальство – нас перекидывают в другое место. Думаю, что ребята Полищука здесь и сами разберутся. Подробности будут позже.

- Хорошо бы какой-нибудь публичный дом тряхнуть,- мечтательно ответил один из орлов.- Представляете – мы в масках, вокруг голые тетки и дядьки, все орут, суетятся…. Красота!

Микроавтобус дружно захихикал.

- Может, и публичный дом,- пожал плечами Топорков,- от папы всего можно ожидать. Давай, Леша, без лишнего шума и пробуксовок. Направление – Люберцы.

Взгляд снаружи. Полищук.

Временами Полищук даже жалел клиентов. В самом деле, выбрали тихое уединенное место, нормально приняли товар, так нет же! Понаехали какие-то странные люди, устроили митинг на пустыре, перепугали…

Появление инспектора ДПС Игоря едва не доконало. Он из последних сил сдерживался, чтобы не дать команду на задержание всей этой разношерстной массовки. Сдерживался не в последнюю очередь по насквозь материалистическим причинам – людей на этом митинге оказалось больше, чем бойцов в его группе. А Топорков по непонятным причинам от участия в операции продолжал воздерживаться.

Когда командир сообщил о приказе руководства, Полищук даже материться не стал. К тому же участники странного сборища как по команде начали разъезжаться, вновь появилась надежда без лишнего шума накрыть клиентов. Жаль, что курьер уехал, а с другой стороны – машина и личность на видеозаписи имеются, так что далеко не умчится.

Вскоре клиенты остались одни, если не считать девушки, ярким цветным пятном выделявшейся на фоне серого забора. Она тихо сидела на капоте своей машины и курила.

- Внимание,- сказал в переговорное устройство Полищук.- Всем готовность номер раз! Начинаем по моей команде…

Клиенты увлеченно копались в салоне «Мерседеса». Наверное, товар проверяют, подумал Полищук, даже не подозревая, насколько был прав.

Он уже открыл рот, чтобы выдохнуть заветное слово, как вдруг старший из клиентов пулей вылетел из салона машины, потрясая над головой какими-то предметами округлой формы. Гранаты, что ли, удивился Полищук. Клиенты считались людьми серьезными, занимались только наркотиками и в торговле оружием ни разу замечены не были.

Тем временем Сандро подбежал к девушке и заорал так, что Полищук услышал каждое слово без микрофона:

- Где твоя подруга?!- и прибавил еще несколько слов, не делающих чести ни одному джентльмену.

Сандро выслушал тихий ответ, в припадке ярости, что было сил, метнул непонятные предметы в забор. Предметы разлетелись от ударов на разнокалиберные куски, оставляя на сером бетоне темные пятна.

- Убью!- снова заорал Сандро.- Всех убью! Сам убью!

К нему приблизился Михай. На нем вместо обычно довольного жизнью лица была какая-то серая маска – ничего общего с прежним Михаем, в жизни не прошел бы паспортный контроль. Даже под новый год, даже на внутренних авиалиниях.

- И тебя убью!- продолжал бушевать Сандро, скрюченными пальцами пытаясь ухватить Михая за грудки.- Какого хрена я взял тебя с собой, а? какого хрена я вообще с тобой вожусь, идиота кусок?!

- Ребята, сидим тихо,- прошептал в переговорное устройство обалдевший Полищук.- Вмешиваемся, если только к девушке полезут…

Но Сандро, видимо, о девушке уже забыл. Он помчался к «Мерседесу», вытащил сумку и вытряхнул ее содержимое на дорогу. По пыльному асфальту теннисными мячиками во все стороны запрыгали коричневые шарики. Картофель, понял Полищук. Занавес…. Кина не будет.

Полищук с искренним участием наблюдал, как убитый горем Сандро выронил из обессилевших рук сумку и с маху сел на асфальт рядом с автомобилем. Михай нерешительно топтался рядом и что-то бормотал – слишком неразборчиво, если это вообще, конечно, были человеческие слова.

Прошло несколько минут. Наконец Сандро поднял голову и посмотрел на Михая. Тот в испуге отпрянул, но Сандро словно пружина взлетел на ноги и бросился обнимать друга:

- Прости, брат!- кричал Сандро со слезами в голосе, хотя глаза оставались такими же холодными и злыми.- Это не я! Это отчаяние мое сейчас кричало! Нет у меня никого дороже тебя, брат! Помутился мой разум, брат! Хочешь, я себе вены вскрою?

Михай не захотел.

- Это все мужик тот,- сказал он, стараясь утешить друга,- прихватил, видно, нашу сумку вместо своей…

Сандро застыл, ошарашенный столь очевидной разгадкой:

- Точно! Он же с сумкой был!

- Ну да. Он тебя еще ей ударил…- напомнил Михай и поторопился подсластить пилюлю,- нечестно поступил.

- Значит, наша сумка у этого мужика…. Мужика…. Михай, мы должны его быстро найти!

- Даже не знаю,- засомневался Михай.- Где его искать-то?

- Отбой готовности, отбой готовности,- сказал Полищук и медленно выпустил из легких воздух, словно сдувал воздушный шарик – с тихим свистом.

Сандро и Михай торопливо сели в машину и через несколько секунд умчались.

- Алло, Гена,- сказал в телефон Полищук.- Мы тут того…, никого не задержали.

- Почему?!

- Гена, ты будешь смеяться, но наших клиентов оказалось не за что задерживать.

- Как не за что?!- Топорков даже начал заикаться.- Ты же сам сказал, что они товар получили!

- Получили, это точно.

- Ну и…?!

- Тут, Гена, столько народу было…

- При чем народ-то?!

- Да при том, что товар у наших клиентов взяли и украли.

- Как…. Как украли?! Кто украл?!

- Ты снова будешь смеяться, но мне кажется, что я знаю – кто. И если я не ошибаюсь, очень скоро мы узнаем – как…

Взгляд сквозь ресницы. Светка.

… и был ей голос…

Оставшись одна, Светка извлекла из пачки очередную сигарету, прикурила, глубоко затянулась и, глядя в выцветшее от жары небо, дерзко сказала:

- И что дальше? Мне тут что – ночевать, что ли?

Она сидела лицом к забору и не видела, как за ее спиной из самых неожиданных мест вырастают и уходят к недалекому лесу фигуры в камуфляже.

Светка подождала, но никто ей не ответил. Тогда она повторила вопрос громче:

- Что мне дальше делать, а? ты же главный – скажи. Я, если что, и в туфлях до цивилизации доковыляю. Катюха исчезла, машину не я брала, так что совесть моя чиста, между прочим. Что молчишь?

… и ответил ей негромкий бесплотный голос:

- Не нервничай. Эвакуатор уже едет. Сдашь машину, потом можешь отдыхать.

Светка вздохнула, правой рукой выбросила окурок, а левой поправила скрытый прической миниатюрный наушник…

Глава 8

Глава восьмая,

в которой все принимают правильные решения. Потому что других попросту нет…

Взгляд навстречу. Сурен.

Сурен лежал в отдельной палате с кондиционером и телевизором. Сюда его определил доктор с руками лесоруба и лицом патологоанатома, командовавший в приемном покое.

Медицинские сестры уже сделали несколько уколов, водрузили над головой штатив с капельницей, так что чувствовал Сурен себя намного лучше. Только онемевшая рука беспокоила – чисто психологически, потому что совсем не болела и даже не чесалась.

События последнего часа припоминались туманно. Последнее яркое воспоминание – инспектор ДПС, после него мерещились какие-то мультики. В голове пульсировала одинокая мысль – позвонить. Кому? Куда? И главное – зачем?

В дверь заглянула медсестра, поймала взгляд Сурена, приветливо улыбнулась:

- Доктора позвать? Одну минуту.

Доктор пришел минут через десять, сел на стул и сказал:

- Ну, как ощущения? В глазах двоится? Мухи летают?

Сурен неловко пожал одним плечом, стыдясь собственной беспомощности.

- Мне позвонить бы,- прошептал он, после каждого слова останавливаясь, чтобы отдышаться.- Мой телефон… не знаете?

Доктор побарабанил пальцами по собственному колену, изображая воспоминание, решительно тряхнул головой:

- В ординаторской, по-моему…. Сейчас принесу.

Он уже поднялся, когда Сурен с тревогой в голосе спросил:

- Доктор, а что это со мной?- и затаив дыхание стал ждать страшные слова инфаркт и инсульт.

- Везучий вы, гражданин,- укоризненно сказал доктор.- Давленьице зашкалило, к нам привезли исключительно вовремя. А так – необходимые лекарства мы ввели, теперь опасность миновала.

- Спасибо. А дальше что?

- Дальше? Пару дней полежите, процедурки поделаем, укольчики разные. Понаблюдаем вас в динамике, тогда и выводы будем делать. Палата у вас хорошая. Или вас в общую перевести?

- Нет!- заволновался Сурен.- Я тут… как-нибудь… телефон принесите, пожалуйста.

Врач кивнул и вышел, скоро вернувшись с телефоном и ключами от машины.

- Родным звонить будете? Пусть с медицинским полисом приезжают. И деньги не забудут – у нас медицина бесплатная, поэтому очень дорогая.

Сурен набрал нужный номер и стал слушать длинные гудки.

- О, Сурен!- внезапно крикнул телефон.- Я тебя уже потерял! Ты где? Как наше дело? Что молчишь? Все в порядке? Что вообще происходит? Я тебе целый день дозвониться не могу! Ты сейчас чем занимаешься? В банке был?

- Саркис, я сейчас в больнице лежу, под капельницей,- тихо сказал в ответ Сурен.

- Что? Где ты? Ничего не слышно! Ты в Ницце?! Ты меня пугаешь! Что ты там делаешь, Сурен?!

- В больнице!- насколько смог громко повторил больной.- В больнице. В банк не доехал…

- Не доехал?! А… это? С тобой?

- Нет.

- Как – нет?! Тебя что – ограбили? Потерял?

- И тут – нет.

- Сурен, ничего не понимаю! Где эта больница?

Сурен протянул трубку врачу и попросил:

- Пожалуйста, объясните ему, как к вам проехать.

- Это можно,- согласился врач, взял трубку и в нескольких словах рассказал Саркису маршрут и адрес, вплоть до номера палаты.

- Кстати, а кто меня привез?- спросил Сурен, забирая трубку. Врач хмыкнул:

- Ребята очень серьезные… из ларца, одинаковы с лица. Не забудьте их при встрече коньяком угостить – честно заработали. В такую погоду с таким давлением вы бы и часа не протянули. Да, опережая ваш вопрос – я тоже коньяк уважаю.

- Понял,- Сурен и не думал задавать этот вопрос, но врач оказался опытным.

Доктор вышел, а Сурен в задумчивости стал бесцельно нажимать на телефоне разные кнопки, пока не дошел до странички с неотвеченными вызовами. Он внимательно посмотрел на нее и недоуменно хмыкнул – страничка была девственно чиста. А Саркис сказал, что целый день ему звонил… или кто-то удалил записи? Зачем?

Саркис вошел в палату стремительно, как и полагается вождю. Следом в дверь просочился начальник службы безопасности, первым делом обследовал палату, проверил, как закрываются жалюзи на окне, кивнул одобрительно и занял место у входной двери.

Врача, попытавшегося заглянуть, вежливо вытолкали в коридор. Саркис сел на стул и уставился взглядом на бутылочку с физраствором, одним концом прикрепленную к Сурену.

- Что с тобой, дорогой?- спросил Саркис у бутылочки.- Как ты здесь оказался?

- Давление подскочило. Чуть не умер.

- Ай-яй-яй,- покачал головой Саркис,- это плохо, дорогой. А… груз где?

- Не знаю.

- Так его украли?!

- Нет.

Саркис заволновался:

- Сурен, дорогой, хватит говорить загадками. Мы не в что-где-когда играем, понимаешь? Если груз не украли, он должен быть у тебя, правильно? Или ты его спрятал? Ну, отвечай, старый хитрец,- он попытался скрыть волнение за дружеской улыбкой – безуспешно,- спрятал, да? Или,- тут его голос посуровел,- ты в свою игру решил играть? Без меня?! Слушай, что ты молчишь все время?!

- Болею. Трудно говорить.

- Болеешь?- с недоверием переспросил Саркис.- Да, конечно, понимаю. Извини, не подумал – нужно было с фруктами прийти. Потом принесу – завтра. Ты же знаешь мой принцип – фирма своих не бросает до конца! И тебя я не брошу. Так что случилось с грузом?

Рассказ Сурена не занял много времени, да и что, собственно, рассказывать – дождался посылку, поехал, поболтал с инспектором ДПС, поехал, стало плохо…

- Извините,- в разговор вступил молчавший прежде начальник службы безопасности,- если можно, с этого места поподробнее, с деталями, эмоциями, фантазиями…

Разговор прервало появление доктора. Несмотря на сопротивление Саркиса, он решительно проник в палату:

- Процедуры необходимо делать строго по распорядку,- сурово отрезал врач.- Если, конечно, в ваших планах не значится выпить на поминках этого больного.

После таких слов Саркис сдался. Доктор лично сделал Сурену укол в предплечье онемелой руки, сказал «вот и все» голосом палача и ушел, прикрыв за собой дверь.

Если бы начальник службы безопасности догадался сразу же выглянуть в коридор, он бы с немалым удивлением увидел странную картину – неторопливый в палате врач пронесся по коридору огромными скачками, вбежал в ординаторскую и прильнул к экрану монитора. На экране шел черно-белый документальный фильм из жизни одной московской больницы. В палате с кондиционером и телевизором лежал под капельницей армянин, проведать которого пришли земляк с товарищем…

- Какая удобная штука!- восхищенно бормотал доктор, крутя ручки настроек, чтобы усилить звук.- Сколько нового можно узнать, сколько интересного… и полезного! Какая замечательная вещь – эта национальная программа «Здоровье»!

- Я не понял,- осторожно сказал Саркис.- Ты, что - отдал груз совершенно незнакомому человеку?!

- Отдал,- подтвердил Сурен.- И оказался совершенно прав – погоня приехала через несколько минут. Одного не пойму – как они меня нашли…, но ведь нашли же.

- Наверное, следили,- сказал начальник службы безопасности.

- Следили? Да я с инспектором минут десять общался – никого не было вообще! Они что – за поворотом стояли все это время?

- Действительно, странно,- Саркис переглянулся с начальником службы безопасности, и эти взгляды Сурену не понравились.

- Ладно. Получается, что ты груз все равно, что выбросил!

- Я отдал его в хорошие руки,- упрямо повторил Сурен.- У парня было честное открытое лицо. Просто нужно дождаться от него звонка.

- А если он не позвонит? У всех жуликов обычно честные и хорошие лица порядочных людей.

- Позвонит. Я ему денег пообещал. А в борсетке ничего дорогого нет… для него, во всяком случае. Он обязательно позвонит.

- Дай Бог, чтобы ты не ошибся,- вздохнул Саркис и заторопился.- Ладно, выздоравливай побыстрее. А мы поехали делами заниматься. Я к тебе кого-нибудь из бухгалтерии пришлю, пусть лечение оплатят, короче, все, что тебе нужно. Ну, пока.

Сидевший у монитора врач вскинул руку в победном жесте.

Уже на ступенях больницы Саркис обратился к начальнику службы безопасности:

- Ну, и что думает профессионал о нашей идиотской ситуации?

- Боюсь показаться навязчивым,- тихо сказал безопасник,- но я ведь с самого начала говорил, что вся эта операция была слишком усложнена. Если бы мы сразу направили в аэропорт соответствующих людей – все было бы нормально. А так – и Сурена Меликовича подставили, и Григорьева…

- Григорьев – отработанный материал,- жестко отрубил Саркис.- С его командой еще год назад было нужно распрощаться. Они только балду валяют…

- Пинают,- деликатно поправил шефа начальник службы безопасности.- Балду обычно пинают. А валяют дурака.

- Я и говорю – дурака пинают! Ни один филиал нам не обходится так дорого, как содержание Григорьева!

- Но ведь польза…

- Их польза в прошлом! А я думаю о будущем. Значит так, если Григорьев проколется, всю его бригаду – в шею!

- Саркис Ашотович…

- И вообще, где этот супергерой?

Начальник службы безопасности помялся, но предположение высказал:

- Григорьев – опытный человек, и команда у него под стать. Боюсь, заподозрил он подставу. Не зря целый день на связь не выходит. Ох, Саркис Ашотович, будут у нас проблемы теперь…

- Григорьев – это твои проблемы, дорогой! Если он не достанет груз – в шею, я сказал!

- А если достанет?

- Ну,- на мгновение задумался Саркис,- на свете еще много невыполнимых задач, не правда ли? Ладно, о деле. Ты что-то про светлячок говорил…

- Какой светлячок? Ах, маячок…. Да, груз снабжен маячком. Сигнал мы контролируем.

- Значит, можно его перехватить и без Григорьева?

- В принципе, можно.

Сурен покачался немного с пятки на носок, принял решение:

- У тебя есть кто-нибудь не из наших? Уверен, что есть.

- Есть, конечно,- начальник службы безопасности сильно удивился.- А зачем вам?

- Пошлешь по следу. Пусть постарается опередить твоего Григорьева.

- Это будет очень дорого стоить,- осторожно сказал начальник службы безопасности,- очень дорого…, штучной выделки специалист, а Григорьев, между прочим, за зарплату работает.

- Постарайся сэкономить, поторгуйся. Пообещай в случае удачи бонус.

- Какой бонус?

- К примеру, «Лендровер» в качестве премиальных – у Григорьева, если я не ошибаюсь, их аж два…

Они расселись по разным машинам. Саркис тут же вытащил телефон:

- Это я,- жалобным голосом произнес он в трубку.- Да, все пошло не так, как мы полагали…, вмешались посторонние. Думаю – это те, из-за границы. Все начальник службы безопасности – я давно ему не доверяю…

Он выслушал ответ, кивая согласно, словно собеседник мог его увидеть, отключился и тут же набрал другой номер:

- Дорогой, ситуация вышла из-под контроля. Нет, заказчик нас не подозревает. Я тут ям накопал – никто не поймет! Давай встретимся и я тебе не по телефону расскажу, идет?

Начальник службы безопасности тоже держал в руках телефон и размышлял, позвонить ли Григорьеву и все честно рассказать, или насиженное кресло все-таки дороже.

Наконец, решил:

- Племянник, привет,- сказал он в трубку.- Подзаработать хочешь?

Взгляд издали. Хранитель.

« Что сказал мой второй помощник этому нервному туземцу, я не понял, но туземец внезапно побледнел и успокоился. Нужно быть объективным – казавшийся всю дорогу балластом, волонтер в полосатой майке вступился и вовремя, и с результатом. Кажется, у нас начала складываться команда…

Появление джипа повергло всех в состояние растерянности. Кроме меня, конечно. Мастер, Вы же всегда хвалили мой аналитический ум. Не подвел он и в этот раз.

Едва я увидел машину Получателя в сопровождении этого джипа, я понял, что это и есть мои конкуренты. А выяснив, что наша… вещь им не досталась, я нисколько не сомневался, что они продолжат поиски. Так и вышло.

То, что конкуренты выехали из леса, означало, что они прошли по маршруту нашей… вещи. А то, что они прошли строго по этому маршруту – через лес!- означало только одно – они тоже принимают сигнал маяка! Мастер, наш секрет известен не только нам!

Конкуренты вели себя уверенно. Они сразу начали активный психологический прессинг туземцев, безошибочно определив их как самое слабое звено.

Мой водитель не смог перевести все их реплики, но главное я уловил – конкуренты искали человека, который, скорее всего, сейчас владел нашей… вещью. И этот человек находился где-то рядом – метка маячка и наша метка практически совпадали…

Тут старший туземец внезапно начал орать, пользуясь преимущественно языком портовых грузчиков, так, что даже я многое понял без переводчика. Либо храбрый, либо безумный – подумал я, незаметно разглядывая конкурентов.

Нужно отдать им должное – они, при своей малочисленности, грамотно расположились между присутствующими, контролируя наши любые вероятные действия. При этом особенное внимание конкуренты внезапно стали уделять стоявшему в стороне «Мерседесу»…

А дальше, Мастер, даже я почувствовал, что сойти с ума в России – легко!

Что Вы скажете на следующий поворот судьбы – по разбитой дороге, там, где мы недавно пытались головами проделать отверстия в крыше автомобиля, к нам ехал джип! Точная копия джипа, стоявшего рядом с нами. Близнец. Замолчали абсолютно все.

Мистика развеялась одновременно с остановкой второго джипа. Высыпавшие из него люди были одеты точно так же, как и экипаж первого. Это было подкрепление. Я понял, Мастер, что нам противостоит серьезная организация, возможно государственная, или даже нефтегазового олигарха. Хотя в России это одно и то же.

Еще я понял, что руководитель конкурентов прибыл сюда на первой машине. Это был высокий седой мужчина с холодными цепкими серыми глазами. Он все время держался в тени своих подчиненных, практически одними жестами направляя их действия.

И еще я понял, что моя скромная персона его очень заинтересовала, уж не знаю – чем. Во всяком случае, очень скоро рядом со мной оказался один из его подчиненных. Он не пытался заговорить с нами, просто стоял сбоку и с интересом прислушивался к нашим репликам. Пришлось молчать, чтобы не выдать свое незнание русского языка.

Однако на этом сюрпризы не закончились! Не прошло и минуты, как на дороге показалась еще одна машина с мигалкой на крыше. Каково же было мое удивление, когда в вылезшем из нее человеке я узнал полицейского, который совсем недавно положил в свой кошелек мои деньги!

От неожиданности притихли даже конкуренты.

Полицейский обвел нас строгим взглядом, в котором ясно читалось – живите пока…- и подошел к мужчине, которого я сначала даже и не заметил, настолько скромно он себя вел. А дальше произошло нечто непонятное – мужчина внезапно запрыгнул в свою машину и помчался прочь! Полицейский бросился его догонять, больше я их не видел. Но впечатление о российских нравах и обычаях я буду бережно хранить всю оставшуюся жизнь…

Когда полицейский уехал, оставшиеся как-то облегченно вздохнули – все, включая конкурентов!- и даже стали разговаривать друг с другом более вежливо. Во всяком случае, мне так показалось.

Один из вновь прибывших конкурентов негромко попросил старшего туземца показать ему салон «Мерседеса», на что тот тут же согласился.

Мастер! Я больше никогда не поеду в Россию! Лучше уж в амазонские джунгли! В машине никого не было!

Глава конкурентов организовал было погоню, но быстро вернулся – видимо, передумал. Его подчиненные с растерянными лицами садились в свои шикарные машины и нехотя захлопывали за собой двери.

Я смотрел на свой навигатор, в котором наша метка была неподвижной, зато метка нашей… вещи от нее медленно удалялась и ничего не видел – а главное, я впервые чувствовал себя совершенно беспомощным…

Вернул к жизни меня водитель:

- Они ловят парня с белыми волосами,- быстро сказал он.- Парень только что сбежал. Судя по навигатору, он отправился вот в этот жилой массив. Конечно, у них мощные машины, но у нас есть одно преимущество.

- Какое?- уныло спросил я.

- Нашу машину совсем не жалко!

Клянусь, я заново родился! Мастер, эти ребята не желали проигрывать, и я с ними был совершенно согласен!

Мы быстро залезли в салон нашего, с позволения сказать, автомобиля и помчались следом за джипами.

Однако, едва кончился высокий забор, водитель внезапно свернул с дороги и помчался по чудовищным кочкам и ухабам.

- Куда?!- завопил я от неожиданности.

- Я же сказал – машину не жалко!- крикнул водитель, а крепыш в полосатой майке захохотал прямо мне в ухо. Тут-то я окончательно и понял – наша команда сложилась».

Взгляд вдогонку. Григорьев.

- Вон там, где тень от деревьев, останови,- сказал Хохлу Григорьев. Тот вскинулся:

- Уйдет же мужичок!

- Да и хрен с ним,- неожиданно и жестко ответил Григорьев.

Хохол удивленно скосил на него глаза, Веня сзади только присвистнул – так с порученным заданием шеф никогда еще не поступал.

Лендровер остановился, сзади в бампер едва не уткнулся ведомый.

Григорьев вышел из машины, махнул рукой подчиненным – выходите все. Они и вышли, обступили начальника, заняв привычные позиции.

- Ну что, господа терминаторы,- после долгого молчания сказал Григорьев,- пришло время поговорить откровенно. О многом. О главном. Прежде всего – складывается ощущение, что нас подставили…

- А я что говорил!- ткнул Горбуна в бок кулаком Петруччо и сразу засмущался. Григорьев внимательно посмотрел на него:

- Что, тоже догадались? Видал, Коля,- он положил руку на плечо Хохлу,- какие толковые ребята в нашей команде трудятся…. О чем еще догадались?

- Честно?- спросил Горбун.- Есть такое предположение, шеф, что это наше крайнее задание. А еще точнее – последнее.

- И снова молодцы. У меня такое же ощущение. По всему выходит, что наши услуги,- он хмыкнул,- больше фирме не нужны. Но интересно – как вы пришли к такому выводу?

- Все просто. Слишком замудренное задание, с которым легко мог бы справиться любой охранник – встретить груз и доставить куда скажут. Слишком много тайн и секретов. Слишком мало доверия. Слишком таинственно обставлена наша задача – могли бы просто сказать: встретить нашего человека и сопроводить, чтобы по дороге не случилось чего….

- Потом, если это наш человек – на фига его вообще перехватывать, отнимать груз и везти в офис?- тихо сказал Микки.- Он ведь все равно должен был его туда привезти. Или они знали, что он заболеет?

- Оп-па,- вскинулся Григорьев.- Миша, ты гений! Даже если ты сам не понял, что сейчас сказал.

- Шеф, а вывод какой?

- Вывод, ребятки, очень и очень неприятный. Кроме того, что нас решили подставить – пока не знаю, кто – здесь еще одна интересная линия вырисовывается…. Возможно, у меня паранойя, но…. Некто нашими руками пытается отобрать доисторического таракана. Причем, если мы дело провалим – нас разгонят. А если не провалим – даже не знаю, что будет дальше…. Но будет что-то нечестное и некрасивое. Типа, скажут, что это мы его украли, или что-нибудь в этом роде.

- Не слишком сложно?- усомнился Хохол.- Насчет того, что команде кирдык – согласен, а вот насчет прочего…

- Евгений,- внезапно спросил Григорьев,- что-нибудь насчет дяденьки сказать можешь?

- Не наш,- мгновенно подобравшись, ответил Горбун,- явно не наш. А метки на навигаторе с нашими совпадают. По тому же вопросу дяденька, без сомнений.

- Не это ли тот самый загадочный некто, которого так боялся наш болезный?

- Очень может быть. Еще деталь – переговаривались они между собой на английском, причем у дяденьки английский шикарный, а у лохматого переводчика – ускоренные курсы в Шепетовке.

- Отсюда вывод – бросать дело нам никак нельзя! А ну как этот дяденька – Джеймс Бонд? И хлопнет нашего мужичка из-за этого таракана…

- А подстава?

- Закончим дело – разберемся,- веско ответил Григорьев.- Уж если это и вправду наша лебединая песня, то кое-кто ее слова наизусть выучит…, вопросы есть?

- Есть один,- сказал Хохол.- А чего это мы так быстро тут свернулись? Чего за парнем не побежали, он ведь совсем рядом был?

Григорьев сладко зажмурился:

- Видите ли, дети мои,- ответил он ласковым голосом, в котором ясно слышалось удовлетворение – уел-таки зловредного Хохла!- уж и не знаю, что это было – голос свыше, опыт или сверхчувствительная задница – но мне это место сразу показалось очень подозрительным. Вы за забором ничего не заметили?

- Нет,- пожали плечами подчиненные.

- Выходит, не вся моя наука вам впрок пошла,- вздохнул Григорьев,- есть, так сказать, поле деятельности. Ну, не буду вас томить. Называйте это как хотите, но я сразу почувствовал неладное, только мы остановились. А за забором я обнаружил веское подтверждение моих догадок.

- Шеф, говори яснее,- буркнул покрасневший Хохол.

- Ребята, там была засада! Качественная, профессионально организованная засада. Конечно, не на нас, иначе мы бы сейчас лежали, уткнувшись мордами в пыльный асфальт. За забором стоял в тени развалин скромный серый микроавтобус! Тонированный до зеркальности. Я решил не испытывать судьбу. Все.

- Засада?!

- Не знаю чья – ОМОН или ФСБ. Видимо, на парочку цыган. Почему так думаю? Просто остальные на нарушителей закона не тянули. Так что, как видите, у вашего шефа еще есть чему поучиться. Если вопросов больше нет – по машинам.

Он махнул рукой, все быстро расселись по машинам и снова тронулись в путь.

- Как отметка?- спросил Григорьев. Веня сосредоточенно глядел на экран, высчитывая километраж:

- Крюк получается здоровый,- наконец ответил он.- Радует, что объект движется по прямой к ближайшему жилому массиву. Значит и нам в центр города соваться нет нужды.

- Далеко?

- Отсюда километров десять получается.

- Ничего,- улыбнулся Хохол,- сейчас поднажмем!

Они проехали с километр, как вдруг Григорьев задумчиво сказал:

- Что интересно, братцы – мы столько времени потеряли, а иностранцы мимо так и не проехали. Метки-то на навигаторах у нас одинаковые. Следовательно, что? Они до сих пор стоят с цыганами как дураки? Или это мы с вами – дураки, а?!

Взгляд вскользь. Сандро.

- Ты что несешь?- бледно улыбнулся Сандро и подошел ближе.

Михай приподнял сумку, бока которой изнутри давили странные округлые предметы. Конечно, не яйца. А что?

Сандро мгновение подумал об отпечатках пальцев, мысленно махнул на них рукой – была бы засада, давно взяли!- и осторожно открыл сумку.

Лежавшие в ней предметы никак не походили на знакомые целлофановые пакеты. Больше всего они походили на обычную картошку из магазина. Или с рынка. Сандро внимательно оглядел несколько клубней, даже зачем-то понюхал – обычная картошка.

Он запустил в сумку руку, достал до дна – пакетов не было. Собственно, что искать – пять килограммов героина не засунешь под подкладку спортивной сумки…. Пять килограммов героина заняли бы большую часть этой самой сумки! Шутка курьера? Не зря же он вел себя так нахально. Нет, не должно быть. Этому курьеру плевать на то, что он везет – специально с Игнатом оговорили – чтобы человек даже не подозревал о характере груза! Значит, что произошло? Игнат пошутил?! Вроде, не самоубийца…

- Картошка?- удивленно спросил Михай,- надо же, ловко придумали! В жизни никто не догадается, правда, брат?

Сандро почувствовал, как сознание стремительно заволакивает чудовищная ярость. Его обманули! Кто?! Он должен умереть! Они все умрут!

Он схватил несколько картофелин и бросился к сидевшей неподалеку брюнетке.

- Где твоя подруга?!- заорал он страшным голосом и прибавил еще несколько слов, не делающих чести ни одному джентльмену.

Девушка захлопала своими кукольными глазенками и ответила:

- У вас в машине.

Можно было бы убить ее первой, но Сандро не стал этого делать. Он круто развернулся и двумя руками одновременно швырнул проклятые картофелины в забор. Те с противным хрустом разлетелись на разнокалиберные части, оставив после себя на заборе два мокрых пятна.

То, что пленники убежали, было понятно. Было непонятно, как они умудрились заменить героин картошкой?! И еще более непонятно было – где они взяли этот проклятый фрукт? Или овощ?

В голове Сандро мысли носились вихрем, сталкиваясь и разлетаясь на мелкие осколки, в которых даже опытный психолог не смог бы опознать человеческие слова и образы.

На пути мечущегося Сандро попался Михай, начавший понимать, что что-то пошло не так. Он попытался заглянуть в глаза другу, сумел и в ужасе отшатнулся.

- И тебя убью!- брызгал слюной Сандро, скрюченными пальцами пытаясь ухватить Михая за грудки.- Какого хрена я взял тебя с собой, а? какого хрена я вообще с тобой вожусь, идиота кусок?!

Михай хотел обидеться и не смог. Его лучший друг был не в себе. Хорошо, что пистолеты лежали в борсетках…

Он попытался обнять Сандро за плечи, но с равным успехом он сейчас прижал бы к груди включенную пилораму. Мой друг – лев, окончательно убедился Михай и стал гордиться им еще больше. Ни у кого в друзьях нет льва, а у меня – есть!

Сандро вытащил сумку и, продолжая изрыгать проклятия, вытряхнул ее содержимое на асфальт. Картофелины, серея от дорожной пыли, теннисными мячиками заскакали в разные стороны. Больше в сумке ничего не было. Да и сама сумка при ближайшем рассмотрении оказалась старой, кое-где даже неаккуратно зашитой, короче – емкость для грязных вещей, следующая стадия – одноразовое мусорное ведро.

Михай стоял рядом и что-то невнятно бормотал. У него был вид дауна, и Сандро неожиданно трезво подумал, что рановато высказал ему правду. Так и без помощника можно остаться, а в своем окружении Сандро не доверял больше никому. Только Михаю.

Нужно взять себя в руки – пришла вторая трезвая мысль. Героин был у них в машине, в этом Сандро не сомневался. Где он теперь?

Сандро словно пружина взлетел на ноги и бросился обнимать друга:

- Прости, брат!- кричал Сандро со слезами в голосе, хотя глаза оставались такими же холодными и злыми.- Это не я! Это отчаяние мое сейчас кричало! Нет у меня никого дороже тебя, брат! Помутился мой разум, брат! Хочешь, я себе вены вскрою?

Михай не захотел.

- Это все мужик тот,- сказал он, стараясь утешить друга,- прихватил, видно, нашу сумку вместо своей…

Сандро застыл, ошарашенный столь очевидной разгадкой:

- Точно! Он же с сумкой был!

- Ну да. Он тебя еще ей ударил…- напомнил Михай и поторопился подсластить пилюлю,- нечестно поступил.

- Значит, наша сумка у этого мужика…. Мужика…. Михай, мы должны его быстро найти!

- Даже не знаю,- засомневался Михай.- Где его искать-то?

Сандро задумался, решительно тряхнул жесткими кудрями:

- Есть способ! Садись в машину, по дороге расскажу.

Михай бросил прощальный взгляд на брюнетку, сожалея, что так и не взял номер телефона, торопливо сел в «Мерседес» и посмотрел на друга. Сандро нервно барабанил пальцами в золотых перстнях по рулю:

- Слушай, брат. Помнишь – эти придурки на джипах искали нашего мужика? Чем-то он им насолил, наверное. И иностранец тоже с брелком своим дурацким…. Такое впечатление, что брелок этот же мужик спер.

- Ты уверен?- осторожно спросил Михай. Главное, не разозлить льва по-новому.

- А чего они дружно умотали, как только выяснилось, что он сбежал? То-то. Значит, нам остается только догнать кого-нибудь из них, а они приведут к мужику. Рано или поздно. Хотя, лучше раньше…. Сунет свой нос в сумку, а там вместо картошки – героин!- Сандро горько рассмеялся, Михай осторожно поддержал друга парой смешков.

- А они как его найдут?

- Ну…. Ведь у нас как-то нашли…. Прибор! Помнишь, иностранец мне под нос прибор совал? Этот мужик каким-то образом в их приборах отражается! Поэтому они сюда и приперлись – за ним.

- Они же давно уехали, как разыщем?

- Он куда побежал? В микрорайон. Еще девка с ним, так что большую скорость не разовьет. Едем в микрорайон, а джипы на его улицах как слоны в зоопарке – издалека видны. И приготовь пистолеты – больше я никому над собой шутить не позволю…

Взгляд со стороны. Перевозчик.

Саша Гречнев хотел уехать из Москвы сразу же. За сегодняшний день на здешних мостовых осталось столько его нервного здоровья, сколько он не терял за четыре года в лагере. Этот придурошный инспектор со своей патологической жадностью просто вымотал, выжал, высушил….

Оторвавшись от пробки, Гречнев запетлял по переулкам, стараясь максимально замести следы. Повезло – твердил он себе, очень повезло. Еще пара минут, и он бы так и заплатил этому гаду требуемую сумму.

Наконец, решив, что оторвался достаточно, он остановил машину в каком-то дворе. Одна мысль не давала покоя все последние полчаса – почему инспектор не обратил никакого внимания на полицейскую фуражку? Или в Москве теперь принято доить даже своих?

Саша вышел из машины, обошел ее и уставился на заднее стекло. Фуражки за ним не было!

Он открыл заднюю дверь и внимательно осмотрел салон. Фуражка словно испарилась. Мистика – подумал Гречнев. Зато теперь стала понятна настойчивость инспектора – я для него был просто водителем. Очередная дойная корова, а не коллега. Блин, знал бы, что фуражки нет – вел бы себя с ним поделикатнее – оторопело подумал Гречнев, закрывая дверь. Что мы – главный закон Российской Федерации не знаем, что ли? Ты начальник – я дурак, без вопросов.

Напряжение схлынуло, и Саша неожиданно почувствовал, что страшно хочет спать. Пусть недолго, пусть час-полтора, а бороться с уставшим организмом – дорога на тот свет, это Саша вызубрил на многочисленных печальных примерах соратников по асфальту.

Он из последних сил поставил машину на сигнализацию, доковылял до видневшегося среди домов киоска, накупил всего, что можно есть, не разогревая, и вернулся обратно. Сел в машину, съел шоколадку, запил соком и прикрыл веки, готовясь ощутить блаженство расслабления.

На обратном пути он принадлежал только себе – никаких грузов, писем и передач. Можно не торопиться. Денег хватает. Жаль, что в Москве знакомых нет, а то можно было бы задержаться, устроить экскурсию…. В самом деле, скоро тридцать, а он ни разу не был на Красной Площади! И Останкинскую телебашню впервые увидел только сегодня, когда убегал от этого чокнутого инспектора…

…Саша Гречнев спал и во сне бродил по незнакомым улицам. Вокруг мелькали люди, торопившиеся встать на ленту бесконечного эскалатора, уходящего своим концом за облака.

- Куда это они?- удивленно спросил Гречнев.

- На работу,- ответил невесть откуда взявшийся инспектор ДПС,- на Останкинскую башню. У нас все в Москве работают на Останкинской башне.

- Ух, ты!- удивился Гречнев.- А ты? Тоже там работаешь?

- И я тоже. Только изредка я спускаюсь к вам, землянам, и штрафую, штрафую…

- Ух, ты!- снова удивился Гречнев.- Выходит, вы все на небе работаете? А живете где?

- А живем мы, дружище, в Кремле. Видишь, какая высокая стена его опоясывает? Это чтобы вас, иногородних, не пускать…. Только вы все равно как-то в Москву попадаете…. А хочешь,- внезапно сказал инспектор, и его лицо осветилось изнутри,- я и тебе помогу стать москвичом? Настоящим москвичом, не с регистрацией, а с пропиской.

- Хочу,- скромно ответил Саша Гречнев.- Быть москвичом, жить в Кремле, работать на небе – хочу.

- Не могу,- неожиданно строго сказал инспектор.- У тебя судимость не снятая. Вот снимешь, тогда и приезжай…

Инспектор незаметно пропал, но Гречнев не обратил на это никакого внимания. Он продолжал бродить по красивым улицам, улыбаться красивым девушкам и удивляться – до чего московские девушки похожи на девушек из родной Уфы…

Полуденная жара нехотя уступала место вечерней прохладе. Тени от деревьев накрыли почти весь двор, оставив солнечным лучам только чудом уцелевшую среди сотен припаркованных автомобилей песочницу.

Проходившие мимо жильцы соседних домов кидали быстрые взгляды на машину с неместными номерами и видели за лобовым стеклом спящего парня, улыбающегося чему-то во сне.

- Чему он улыбается?- спрашивали себя люди и шли дальше по своим делам, незаметно для себя тоже начиная улыбаться…

Глава 9

Глава девятая,

в которой оказывается, что экстремальный туризм возможен и в столице. Причем совершенно бесплатно…. Или почти бесплатно.

Взгляд изнутри. Сидоров.

Сидоров уткнулся головой во что-то не слишком мягкое, попытался приподняться, с трудом сфокусировал зрение. Оказалось, что он лежал на коленях у девушки, за которую так неудачно заступился, постепенно заливая своей кровью ее джинсы.

Девушка не сделала попытки смахнуть Серегу с коленей, напротив, с искренним участием заглянула в глаза и тихо сказала:

- Ну что, рыцарь, с этими уродами умирать поедешь, или на побег согласен?

- Побег, конечно, лучше,- промычал Серега.

- Молодец. А бегать-то сможешь?

Серега подумал немного и честно ответил:

- Пока только на четвереньках.

- И то хорошо. Первое время от тебя других поз и не потребуется…

В другое время и в другом месте эротичная двусмысленность этой фразы настроила бы Сидорова на веселый флирт. Но это – в другое время и в другом месте…

В салоне чужого автомобиля каждая фраза воспринималась только буквально. Значит – некоторое время придется передвигаться на четырех костях. Серега посмотрел на девушку с уважением и задал совершенно логичный вопрос:

- А выйдем мы отсюда как? С боем? Он же сигнализацию…

- Все под контролем,- гордо ответила девушка.- Вот, смотри,- и она легко приоткрыла дверь, рядом с которой сидела.- Пока он ставил свой тарантас на сигнализацию, я дверь держала открытой. Теперь вся машина на охране, а мы – нет!

- Когда рванем?

Девушка посмотрела поверх Серегиной головы и решительно сказала:

- Прямо сейчас. Наших друзей отвлекли какие-то гости. Думаю, момент очень даже подходящий.

Серега поднял голову и с трудом оглянулся. Перед цыганами стоял совершенно незнакомый мужчина, держа в протянутой руке какой-то предмет. Старший цыган резко выбил этот предмет и попытался ударить незнакомца. Действительно, пора.

Девушка аккуратно приоткрыла дверь и выскользнула из салона. Следом вывалился и Сидоров, без грациозности, но и не создав излишнего шума. Свобода!

Они уже удалились от машины на десяток маленьких шажков, как вдруг Серега развернулся и стал красться обратно.

- Ты куда?- опешила девушка.- Тебе, что – мозги совсем отбили?! Или их и раньше не было?

- Там сумка осталась,- с упрямым выражением лица ответил Серега.- Что, им оставлять?

Девушка пожала плечами. Серега буквально подполз к «Мерседесу», не глядя, нащупал ремень сумки и вытащил ее наружу:

- Вот, нормалек…

Занятые очередным скандалом цыгане в их сторону даже не смотрели, поэтому беглецы без проблем достигли забора, пролезли в первую попавшуюся дыру и только тогда перевели дух.

- Тут можно классно спрятаться,- сказал Сидоров.

Девушка округлила глаза:

- Откуда знаешь?!

- Было дело…- заскромничал Серега.

- Типа, ты тут уже прятался?! Ну, уж нет! Если они всерьез начнут искать – фиг ты здесь укроешься. Это раз. А если они еще подмогу вызовут? Идеальное место закопать нас и жить с полной уверенностью, что трупы даже крысы не найдут,- резко ответила девушка.- Самое лучшее – бежать отсюда куда подальше!

- Бежать, так бежать,- согласился Сидоров, хотя ноющее после взбучки тело молило об обратном.- Тогда прямо – там тропинка, которая выведет к микрорайону.

- А в микрорайон нам зачем?

- Сумку с картошкой Светке занести. Заодно у нее и пересидим, если что.

- Рыцарь, ты офигел?!- девушка покрутила пальцем у виска.- Ты к машине ради картошки возвращался?! И еще предлагаешь мне с твоей женой познакомиться? Здрасьте, я вашего мужа из бандитской машины спасла…

- Светка – не жена…, вернее, не моя жена,- попытался объяснить Сидоров,- вернее, совсем ничья не жена – это сестра моего друга. Я нес ей картошку…, друг попросил. Все равно мимо будем…, так чего уж…

Девушка покачала головой, но продолжать спор не стала.

Пригнувшись словно под обстрелом, хотя из-за забора их никто видеть не мог, они побежали по заваленному битым кирпичом двору кирпичного завода. Внезапно девушка потянула Сергея за рукав и быстро сказала:

- Ничего не спрашивай, просто повинуйся – берем правее!

Сидоров не стал спорить, потому что дыхание еще не восстановилось, просто принял правее, хотя в той стороне тропинки к жилому массиву не было. В сущности, какая разница? Нет тропинки – протопчем…

Наконец, двор, казавшийся бесконечным, закончился очередным забором. Здесь тоже немало потрудились москвичи и, возможно, даже гости столицы. Они нырнули в очередную дыру и оказались в засыхающем перелеске.

- Слушай, тебя вправду крепко отделали, или ты просто хлюпик?- спросила девушка после очередной остановки из-за Сереги.

Сидоров хотел обидеться, но подумал и только согласно кивнул головой – пусть думает, что хочет, ему сейчас не до подколок. Отдышался и решительно пошагал дальше.

- А ты не устала?

- Я кандидат в мастера спорта,- гордо ответила девушка.

- По шахматам?

- Ты смотри! У рыцаря юмор прорезался!- удивилась она.- Значит, ранен не смертельно. Давай, шагай, а то я тебе здесь и шах и мат одним разом устрою!

- Раскомандовалась,- проворчал Сидоров. Очень тихо проворчал. Сам еле расслышал…

Городские жители в особенностях природы разбираются слабо – что по телевизору увидели, то и помнят. А там, в основном, про дачные участки последнее время…

И Сидоров, и девушка были городскими, поэтому они не обратили никакого внимания на то, что растительность вокруг них внезапно стала гуще, листья – сочнее, а низкая жесткая трава под ногами сменилась высокой и острой. Потом перед ними встала стена камыша. А потом под ногами захлюпало…

- И где твоя тропинка в микрорайон?

- Осталась левее,- честно ответил Сидоров.- Мы же свернули…

- А что же за забором не искали?

На этот резонный вопрос у Сереги ответа не было. Он пожал плечами, радуясь неожиданной передышке, слоном проломился сквозь заросли камыша и тихо выругался.

- Что такое?- девушка мгновенно оказалась рядом. Оценила открывшуюся перспективу и тоже сказала несколько слов, не входящих в словари, но принятых в столичном бомонде.

Микрорайон лежал перед ними как на ладони - стройные ряды пятиэтажек, среди которых к небу вздымались башни девятиэтажных зданий. Все это в красивом обрамлении деревьев. Все это за широченной протокой. Ни слева, ни справа не было даже намека на мост…

- Только не говори, что ты кандидат в мастера по плаванию,- угрюмо сказал Сергей,- потому что я плаваю чуть лучше железного лома. У нас много вариантов и без организации заплыва.

- Например?

- Ну…, вернуться назад. Как тебе?

- Пожалуй, вариант с заплывом кажется мне более умным,- выпалила девушка.- Еще что предложишь?

- Попробовать обойти. Может, это озеро.

- А если это Москва-река? Ты в курсе, что она через каналы в Каспийское море впадает?

Сидоров подумал и нашел правильные слова:

- Хоть слева, хоть справа, а мост должен быть обязательно. Просто выберем направление. В конце концов, это же я хлюпик, а ты у нас – кандидат…

Девушка молча повернулась и пошла. Направо. Сидоров поспешил следом.

- Меня Сергей зовут,- виновато сказал он в спину девушке,- если это кого-нибудь интересует…

Долгое время это никого не интересовало. Наконец, девушка остановилась.

- Катя,- она еще кипела, хотя в глазах уже мелькали веселые огоньки. Явно что-то задумала…. На мгновение показалось, что где-то вдалеке кто-то заорал на пределе сил – Катя…. Сидоров поежился. Мистики только не хватало плюсом к сегодняшнему абсурду.

В жизни Сидорова женщины были. В первую очередь, конечно, мама, потом бывшая мимолетная жена, потом просто подруги. Последних было много, но всех объединяло одно полезное для Сидорова качество – мало кто приходил во второй раз. Некоторые его не узнавали уже через полгода. Особенно, если шли с мужем…

Все решало внезапное взаимное влечение, подогретое алкоголем. А вот как вести себя с дамой трезвым – Серега помнил смутно.

Понятно, что это была не его вина. Мало кто сегодня сумеет познакомиться с понравившейся девушкой в вагоне метрополитена, или того хлеще – в маршрутке! Утеряны методы и подходы предков, к сожалению, навсегда. Ушла в прошлое галантность, которая скрывала под чопорным названием обыкновенную вежливость и такт. Люди реже встречаются случайно. Ну, разве что в Интернете…

В общем, оказавшись один на один с симпатичной девушкой, Сидоров совершенно растерялся. Что говорить? Да и о чем говорить? О нелепой ситуации, в которой они оказались? Глупо. А о чем тогда?

Глядя в озорные глаза Кати, он решил, что и она думает о том же. Ошибался.

- А что тебя вообще туда занесло?- спросила девушка.- Ладно мы с подругой в аварию попали. А ты как в этом забытом Богом месте оказался?

Серега подумал и решил правду не рассказывать – все равно не поверит.

- Шел вот,- пробурчал он,- и занесло. А что, нужно было мимо пройти?

- Да нет, спасибо, конечно,- недоверчиво сказала Катя.- Только из бесчисленного количества столичных пешеходов ты один умудрился туда забрести.

- Повезло…

- Может, ты работаешь где-нибудь неподалеку? И вообще, чем занимаешься?

- Вообще я уже сутки как безработный,- гордо сказал Сидоров.

- Ясно. Поэтому и шляешься где попало.

Сидоров вспомнил упреки матери и решил, что все женщины в принципе одинаковы. У них даже интонации совпадают. И слова. И приуныл.

Ситуацию разрядил старенький рыбак в небольшой лодке, причаливший к берегу рядом с ними. Катя мгновенно сообразила, что нужно делать:

- Дедушка, перевезите нас на тот берег,- нежным голоском попросила он старика,- а то у меня ножки идти устали, а моста все нет и нет…. А мы вам денежек дадим.

Дедушка ломался недолго, заломил за перевоз целых сто рублей, на чем и сошлись, не торгуясь.

- Только деньги вперед,- предупредил искушенный жизнью рыбак.

Катя оглянулась по сторонам, в ее взгляде ясно читалась растерянность:

- Сумочка в машине осталась…

Настал звездный час Сергея Сидорова.

Он небрежно расстегнул замочек борсетки и стал копаться в ее внутренностях в поисках сотенной бумажки.

Катя через плечо заглянула в сумочку и ахнула:

- Не хило у нас живут безработные…

Каких только денег не было в борсетке – и евро, и доллары, и тысячные купюры. Сотенные отсутствовали.

- Что, денег нет?- разочаровано спросил рыбак.

Сергей подумал немного, достал купюру в пятьсот рублей и протянул ее старику.

- Сдачи не будет!

- Сдачи не надо,- Потряс своей щедростью присутствующих Серега. Катя посмотрела на него новым взглядом, в котором недоумение смешалось с уважением.

Дедушка оказался крепким и мускулистым. Не доверив Сереге весла – еще сломаешь, бугай!- он в несколько минут переправил парочку на противоположный берег и поскорее отплыл как можно дальше – чтобы не передумали с деньгами, наверное.

Они поднялись по заросшему травой откосу и вскоре ощутили под ногами желанный для каждого истинного горожанина асфальт.

Катя шла, время от времени косясь на Сидорова. Тот взгляд чувствовал, но делал вид, что всецело занят только ходьбой. Наконец, девушка не выдержала:

- Нет, серьезно,- сказала она.- Тебя вчера из Лукойла уволили? А кем ты там был? Неужели твоя фамилия – Алекперов?! У тебя ж в сумочке четыре сантиметра банковских карточек, сама видела!

- Это визитки.

- Да ладно! Хорошо, два сантиметра визиток и два сантиметра пластиковых карточек. Рыцарь, ты мне интересен! Хочешь, я в тебя влюблюсь? Что молчишь?

- Из-за денег?! Очень надо…

- Причем тут деньги?! Ты – человек-загадка, а я страсть как люблю разгадывать загадки, особенно с большими деньгами. Сам подумай – бредет человек по захолустью, получает по башке от бандитов, бежит из плена с прекрасной незнакомкой – это я о себе – одет более чем неброско, а в кармане у него трехкомнатная квартира в твердой валюте! Разве не романтично?

Сидоров подумал и признал – да, романтично.

- При этом человек заявляет, что он, видите ли, безработный…. Все, теперь я от тебя не отцеплюсь! Куда идем? К Машке? К Лариске?

- К Светке.

- Пошли к Светке. Мне по барабану. Там хоть умыться дадут? Блин, сумочка в машине осталась, а там и телефон, и деньги…. Не такие, конечно, как у тебя. Но все-таки.

- У Светки дома есть телефон. Городской подойдет?

- Толку с него!- фыркнула Катя.- Можно подумать, я хоть один номер из своего телефона вспомню. Там же все сотовые…, хоть бы один какой вспомнить. А у тебя телефон есть?

Сидоров неопределенно пожал плечами. У него никогда не было сотового телефона. Пока работает - не нужен, как уволят – не на что купить…

Взгляд навстречу. Начальник службы безопасности.

Начальник службы безопасности взял со стола дежурного листок с цифрами и вышел в коридор. Там он достал телефон и набрал номер:

- Не передумал?- без обычного приветствия спросил он собеседника.- Коммуникатор не потерял? Хорошо, открывай навигатор и вводи цифры, которые я тебе сейчас продиктую.

Он подождал немного и начал старательно выговаривать длинный ряд цифр из листочка.

- Есть? Сигнал появился?

- Ага, появился,- подтвердил собеседник.

- Чем быстрее сработаешь, тем больше денег мы… ты получишь. Район знакомый?

Телефон помолчал, потом удивленно воскликнул:

- Знакомый?! Не то слово! Да я там через полчаса буду! Дядя Коля, а ты меня не разыгрываешь?

- Не знаю, что за мысли тебя беспокоят,- сухо ответил начальник службы безопасности,- с моей стороны все честно, не сомневайся. Мы же родня.

- Тогда даже не знаю, что и думать…. Ладно, сделаю в лучшем виде.

- Еще вот что – захвати с собой игрушку…, ну, ту, которую я тебе в прошлом году подарил. Парень, судя по описанию, крепкий. Добром может не получиться, а груз ты забрать должен любой ценой. Слышишь? Любой ценой! И привезти мне. «Лендровер» хочешь?

- Хочу,- ответил собеседник.

- Молодец. Давай, работай. Если что – звони немедленно. И вот еще что – кроме тебя, по объекту работают другие люди. Ты их должен опередить, иначе шиш тебе, а не «Лендровер»,- начальник службы безопасности выключил телефон, воровато оглянулся и спешно зашагал по коридору к лифту.

Взгляд изнутри. Сидоров.

Сергей и Катя прошли дворами к стоящему в отдалении единственному шестнадцатиэтажному дому.

- Сейчас, наконец, с сумкой расстанусь,- весело сказал Сидоров,- останется только эта,- он ловко покрутил над головой борсеткой.

- Столько тащить какую-то картошку,- фыркнула Катя.- Да у тебя денег с собой столько, что ты можешь скупить всю картошку в районе! Был бы монополист. Картофельный олигарх, блин.

Они остановились у подъезда.

- Ну? Еще какие вводные будут?- нетерпеливо спросила Катя.

Серега пожал плечами:

- Да, в общем, никаких. Сейчас зайдем. Только прошу, ты там, это… ничему не удивляйся, ладно? Веди себя так, будто ничего странного нет.

Катя напряглась:

- А что там странного?!

- Понимаешь, Светка…, она сестра моего друга. Вот…. Короче, у нее ДЦП.

- Что у нее? Психическое?

- Да не психическое! Детский церебральный паралич. Ходит она на костылях. Очень плохо.

- Она ребенок?

- Ей двадцать шесть. Ходит плохо, понимаешь? На костылях по квартире, и то с трудом. На улице бывает редко. Главное, ты внимания не обращай, ну… будто она как мы. Здоровая. А голова у нее в полном порядке.

Катя покачала головой, но в подъезд следом за Сергеем вошла.

Лифт, скрипя и покачиваясь, неспешно дотащил их до седьмого этажа, нехотя распахнул двери и выпустил на площадку между четырьмя квартирами. Сергей выбрал нужную, позвонил. Потянулось время ожидания.

- На костылях же,- виновато сказал Серега,- пока доковыляет…

- Не дура, понимаю,- сухо ответила Катя.

Наконец, за дверью послышался шум.

- Света, это я, Сергей Сидоров,- громко сказал Серега.- Я от Антохи картошку притащил.

- Сидоров Сергей батькович,- фыркнула Катя,- простой российский безработный миллионер с ведром картошки от Антошки.

Серега недовольно оглянулся, но ответить не успел – дверь открылась.

Света оказалась худощавой девушкой непонятного возраста – и семнадцать, и тридцать можно было дать одинаково смело. Она опиралась на алюминиевые костыли.

- О, Сережа, да ты не один!- сконфузилась она.- А я в домашнем халате…

Света повернулась и поковыляла вглубь квартиры.

- Гляди-ка, тебя здесь по-простому встречают, в домашнем,- снова съязвила Катя. Серега зашипел:

- Я же просил!

- А это не к ней. Это – к тебе! Дон Жуан колорадский…

Сидоров тяжело вздохнул, но ругаться не стал, а прошел в квартиру. Катя зашла следом.

- Ты Света. Я Катя,- решительно сказала она хозяйке.- Это я к тому, что наш ухажер по скромности своей, или бедности ума может совсем забыть нас познакомить.

Сидоров побагровел. Света засмеялась. Катя огляделась и продолжила совсем запросто:

- Можно ванной воспользоваться? Я за последние два часа на себя всю окрестную пыль собрала.

- Конечно,- ответила Света,- вон дверь. Свет слева на стенке. Полотенце, – какое понравится. Кстати, туалет – соседняя дверь. Квартира типовая, так что не заблудитесь.

- Вот и замечательно,- сказала Катя.- А ты, милый,- она выделила это слово особой издевкой,- пока продукты выгрузи, хорошо?

Она прошла в ванную, а Сидоров горестно вздохнул и поплелся на кухню. Света заспешила следом.

- Повезло тебе с подружкой,- сказала она ему в спину. Серега хмыкнул:

- Да уж, повезло, это точно.

- А что дергаешься? Умная, для тебя в самый раз…

- И ты туда же?!- огрызнулся Сидоров, поставил сумку на пол.- Куда высыпать?

- Под раковиной ведро, туда и вали.

Серега, вытащил ведро, наклонился над сумкой, открыл. И растерянно спросил:

- Не понял…. Картошка-то где?

Света тоже заглянула в сумку, тоже удивилась:

- Муку, что ли принес вместо картошки? Тоже дело, хотя у меня еще хватает…

Из ванной подошла Катя:

- Чего это вы тут замерли в живописных позах?- она осеклась, присела у сумки, вытащила один целлофановый пакет с белым порошком, внимательно его рассмотрела и внезапно громко захохотала.

- Ты чего?- удивился Серега. Катя продолжала хохотать, вытирая слезы:

- Ты вместо картошки у цыган сумку с героином утащил!- задыхаясь, выдавила она.- Прикол! Теперь наши наркоманы вместо героина будут себе крахмал вводить! Мама, я сейчас помру!

- Какой героин? Какие цыгане?- хлопала глазами Света.- Сережа, это что – наркотики? Откуда?!

Сидоров понимал не больше Светы – это ясно читалось по его лицу.

- Да расскажи ты!- толкнула его в бок Катя.- Чай, не военная тайна…

Рассказ много времени не занял. Серега благоразумно опустил детали драки, хотя о ее результатах можно было догадаться по следам на его лице. Так же он не стал распространяться о причинах, которые привели его к кирпичному заводу.

- И что теперь нам делать?- озабоченно спросила Света.

- Вариантов масса,- отсмеявшись, ответила Катя.- К примеру, если все это продать, то наш герой сможет выкупить картошку не только в этом районе, но, пожалуй, во всей Москве. Я же говорила – картофельный олигарх.

- Я? Торговать наркотой?!- возмутился Сидоров.

- Тогда другой вариант – сдать в полицию. Цыган за это не посадят – доказательств никаких, а тебе остаток жизни от них придется прятаться. Или вернуть добро цыганам – тогда прятаться придется от полиции. Короче – купила баба порося…

Света как-то сдавленно охнула и покачнулась. Серега и Катя одновременно с двух сторон подхватили ее, спросили хором:

- Ты что?!

- Голова что-то закружилась,- пожаловалась Света,- дайте-ка, я присяду, что ли. Вы меня этими наркотиками совсем с толку сбили. Может, вам чаю налить?

- Ага,- улыбнулась Катя,- с героином.

- Хорош уже!- возмутился Серега.- И совсем все это не смешно! Я сам сейчас будто с похмелья – голова ни черта не соображает…

- В голове моей опилки – да, да, да? Не хмурься, рыцарь – я смеюсь и над собой тоже! Если бы ты знал…, но об этом позже. Света, где у тебя телефон?

- В полицию звонить будешь?

- Нет, блин, цыганам! Знакомому позвоню, проконсультируюсь – что нормальные люди должны делать в дурацких ситуациях.

Катя вышла в коридор, откуда послышалось жужжание телефонного диска.

- Вот это денек мне сегодня выпал,- потрясенно сказал Сидоров,- сначала одно, потом другое, под конец героин…, или это как-то взаимосвязано? Света, у тебя водки нет? Мне бы граммов сто… пятьдесят. Чтобы мозги включились. Или сразу литр – чтобы совсем выключились.

- Тебе Антоха точно картошку передал?- напряженно спросила Света.

- Что? А…. да ты что?!- дошло до Сереги.- Говорю же – в машине у цыган сумки перепутал! А до этого картошка была – все бока мне намяла, она ж из сумки выпирала, я помню.

- Слава Богу,- облегченно вздохнула Света.- Антоха тут ни при чем.

- Совершенно! Сидит сейчас в своей будке и понятия не имеет, какие у нас тут проблемы нарисовались.

- Целая сумка…. Это ж сколько тут?

- Картошки было пять килограммов. Разницы я не заметил, значит, и наркоты столько же. Ну, или около того.

Вернулась Катя.

- Товарищ безработный миллионер с героином,- торжественно произнесла она,- в следующее посещение этой квартиры, будьте любезны, выделите из своих закромов пару тысяч и подарите Свете нормальный современный телефон. Я на пальце мозоль с непривычки натерла.

- Ничего, я привыкла,- засмущалась Света. Серега нахмурился, покраснел, только спросил:

- Дозвонилась? Что сказал знакомый?

- Знакомый упал с кресла, долго заикался, потом сказал, чтобы мы сидели, пили чай и ждали, когда он приедет. Так что складывай все обратно, застегивай сумку и начинай расслабляться в обществе красивых и привлекательных дам.

- Как?- тупо спросил Сидоров.

- Развлеки нас. Анекдот расскажи, только приличный. Если знаешь, конечно.

Серега знал анекдоты, в том числе и приличные тоже. Однако сейчас в голове была какая-то странная пустота. События последних часов кружились в памяти, сталкиваясь и дробясь на совсем уж непонятные фрагменты.

- Молчит мужчинка,- после долгой паузы вздохнула Катя,- сомлел, однако. Вот кто у нас на самом деле слабый пол! Ладно, тогда я начну…, правда, приличных анекдотов я не знаю. Терпите…

Взгляд навстречу. Саркис.

- Жди в машине,- бросил Саркис водителю, исполняющему заодно и обязанности телохранителя, и с силой захлопнул за собой дверь.

В прохладном зале маленького кафе он быстро нашел нужный столик, подошел и замер в нерешительности.

- Садись, что окаменел?- ворчливо сказал мужчина, разглядывавший меню.- Не съем, не бойся…. Так, понадкусываю маленько,- он хмыкнул.- Шутка, дорогой. Садись.

Саркис осторожно присел на краешек кресла.

- В чем проблемы?- спросил мужчина.- Ты же говорил, что ситуация под контролем?

- Форс-мажор,- вздохнул Саркис.- Что откуда взялось – не понимаю!

- Умные слова мы все говорить умеем. Ты мне по-нормальному скажи – в чем проблема? Может, помогу. Или словом, или даже делом. Если моего ума хватит.

- Да ничего особенного не произошло,- тихо сказал Саркис.- Посылка в банк не попала…

- Это хорошо,- одобрил мужчина.

- И к нам она тоже не попала… пока.

- А это как? Потеряли?

- Ее должны были наши люди забрать у… нашего человека по дороге. Естественно, никто не в курсе!

- Я об этом помню. Дальше.

- Я только что узнал,- сокрушенно вздохнул Саркис,- мой помощник перестарался с таблетками. Теми, которые вы рекомендовали…. Вместо половинки он положил в кофе курьеру пять штук! Говорит – прочитал в инструкции вместо ноль пять – просто пять. Запятую не заметил…

- У вас высококлассный персонал,- неопределенно качнул головой собеседник.- Курьер умер?

- Нет, что вы?!- испугался Саркис.- Живой, лежит в больнице. Ему действительно стало плохо по дороге. Но… намного раньше. И намного сильнее. Наши люди просто ждали его в другом месте, а он еще и привычный маршрут изменил. Пробку объезжал.

- Его ограбили? Не удивлюсь – в нашей стране такое не в диковинку. Так ограбили?

- Хуже,- в очередной раз вздохнул Саркис.- Если бы его ограбили, воры вытащили бы деньги, другие ценные предметы, а нашу… вашу вещь они бы, скорее всего, выкинули. Она ведь такая невзрачная – я фотографию видел. А мы по маячку ее быстро бы нашли.

- Тогда что? Он попал в аварию, и посылка сгорела вместе с автомобилем?!

- Он отдал ее совершенно незнакомому человеку. Первому встречному. Просил, чтобы тот позвонил мне. Звонка до сих пор не было.

- Странный поступок,- удивился мужчина.- Неужели лекарство и на мозги влияет? Мне об этом не говорили…

- Курьер сказал, что почувствовал слежку. Еще в аэропорту. Поэтому и принял такое решение – чтобы посылка не досталась конкурентам.

- Он бывший чекист?

- Нет, служил в СССР прапорщиком, потом командовал ротой в Карабахе.

- Ясно. Как говорится – тупой, но преданный. Зачем же посылали людей в аэропорт? Вот и вспугнули курьера.

- Уважаемый, я не посылал людей в аэропорт!- воскликнул Саркис, осекся и, оглядевшись по сторонам, продолжил тише.- Я никого не посылал в аэропорт. Люди ждали его в намеченном месте – на автостоянке возле банка. Имитация ограбления, как договаривались.

- Если у твоего курьера нет мании преследования,- задумчиво сказал собеседник,- то ситуация вырисовывается крайне неприятная. У вас в Карабахе ведь война была, так? А люди, прошедшие войну опасность чувствуют куда острее нас. Возможно, и он почувствовал…

- Что? Что он почувствовал?!

- Конкурентов. Из-за границы. Это настоящая опасность.

- Я взял ситуацию под контроль,- как можно увереннее заявил Саркис.- Маячок работает. По его следу идут две моих группы, причем они не знают друг о друге. Так сказать, подстраховка. Тот человек о посылке вообще ничего не подозревает – курьер не сказал. Так что вопрос времени…

- Уважаемый, ты историю государства российского знаешь?- неожиданно спросил собеседник.- В России у правителей была странная привычка дурно обходиться со своими детьми. Иван Грозный, например, или Петр первый…, так вот, как тебя по имени?

- Саркис,- настороженно ответил Саркис,- Ашотович…

- Так вот, Саркис Ашотович,- улыбнулся, вставая из-за стола мужчина,- учти, пожалуйста, что теперь я люблю тебя как родного сына…

Взгляд изнутри. Сидоров.

Сидоров чувствовал себя совершенно лишним. Девушки мгновенно нашли общий язык, на время забыли даже о предмете волнений, благо сумку он задвинул под стол, чтобы перед глазами не маячила.

Они выпили уже по второй кружке чая – надо сказать, Света заваривать умела – добавляла какие-то травки, экспериментировала с пропорциями, так что мероприятие из церемонного быстро превратилось в познавательное. Катя даже пыталась сначала угадывать состав, но оказалось, что и половины названий она не слышала.

Сидоров с мрачным лицом – девушки силой заставили его смыть грязь и кровь – сидел между ними и исполнял роль официанта, что его тоже не радовало.

Поэтому, когда в дверях послышался звон ключей, он оживился и вопросительно посмотрел на Катю. Та недоуменно пожала плечами и в свою очередь взглянула на Свету.

- Брат пришел,- неуверенно сказала Света,- что-то рано. Заболел, что ли?

В дверях кухни действительно появился Антоха Митрофанов. Он обвел взглядом присутствующих, радостно улыбнулся.

- Какие люди в нашей хате!- преувеличенно восторженно воскликнул Антоха.- А говорил, что чай не водка…. Который час сидите?

Он перевел взгляд на Катю:

- Не узнаю,- после паузы сказал он,- видимо, Сергей мне о вас еще не рассказывал.

- А Сергей, как настоящий друг, вам о всех своих девушках рассказывает?- фальшиво обрадовалась Катя.- Вот и хорошо, вы мне потом самые яркие эпизоды повторите, ладно?

Серега покраснел как рак, сваренный дважды.

Митрофанов перевел взгляд на него снова, только теперь он, казалось, пытался что-то разглядеть – даже сощурился.

- Один момент,- наконец, сказал он,- Светка, выйди в комнату на пару минут. Типа сюрприз для веселой компании.

Все промолчали, Света пожала плечами, выбралась из-за стола и направилась в комнату. Антоха двинулся следом.

- И это твой лучший друг?- шепотом спросила Катя.- В отличие от сестры у него с головой явно не все в порядке. Или он выпимши?

- У всех свои тараканы,- отмахнулся обидевшийся за друга Сидоров.

- Это да. Только у него они очень большие.

Серега и сам не мог понять, но что-то в поведении Антохи было фальшивым. Если подумать – эка невидаль, Серега с подругой! Можно покопаться в памяти, такое уже было раза два, а то и четыре. Шли мимо, зашли проведать, все нормально. И сами перекусили, и Светке развлечение.

Он не успел додумать эту мысль, потому что в комнате раздался шум, потом голос Светки – ты с ума сошел!- а потом в кухню влетел взъерошенный Митрофанов и с порога заорал, потрясая маленьким черным пистолетом:

- Гони сумку, мать твою! Быстро гони сумку!

- Выходит, героин-то не цыганский,- почти беззвучно произнесла ошарашенная Катя.

Обомлевший Сидоров ногой вытолкнул сумку из-под стола на середину кухни, но Митрофанов не обратил на нее никакого внимания:

- Ты, дятел!- снова крикнул он.- Прикалываться будешь в морге! Борсетку давай!

Сергей вдруг вспомнил перекошенное лицо армянина, его просьбу позвонить какому-то Саркису и пожалел, что за прошедший час не додумался позвонить – вон же телефон! И, правда – дятел…

Он протянул руку с борсеткой Митрофанову, тот жадным жестом сорвал сумочку с запястья. И успокоился.

- Серега, без обид,- почти нормальным голосом сказал Антоха,- как говорят в американских фильмах – ничего личного. На эту сумочку у меня заказ. Не переживай – с меня магарыч,- и он смешно хрюкнул. Однако никто не улыбнулся.

- А откуда ты узнал, что она у меня?

- От верблюда, дружище! Сегодня техника так далеко вперед шагнула…, впрочем, это не моя тайна. За сим позвольте откланяться. Сумочку, поди, заждались уже.

Привычный шум спального района, доносящийся из распахнутого окна, неожиданно прорезал визг колес тормозящей машины. Митрофанов с пистолетом в одной руке и борсеткой в другой подошел к окну и посмотрел вниз:

- «Лендровер»,- удивленно пробормотал он,- надо же…. Блин, да это же конкуренты!

Сидевшая у окна Катя слегка извернулась и пяткой ударила его под коленку. Уже падающему телу достались еще два некрасивых, но видимо очень эффективных удара руками, потому что распластался Митрофанов на полу собственной кухни совершенно без сознания.

- Ты по какому виду кандидат?- спросил совсем ошалевший Серега. Катя рявкнула:

- Ясное дело – по шахматам! Быстро валим отсюда! Без разговоров! Этот с пистолетом, а конкуренты с чем, если на «Лендровере»? Соображаешь?!

Сидоров беспрекословно поступил в полное Катино подчинение. Уже в дверях она оглядела его с головы до ног:

- А героин?! Здесь оставим, что ли?

Серега, чертыхаясь про себя, вернулся в кухню, подхватил надоевшую сумку и бросился в коридор.

- А борсетку ты своему лучшему другу решил подарить?

Ошалевший Сидоров снова рванул в кухню. Из комнаты выглянула Света:

- Ребята, ребята,- лепетала она, держась руками за дверной косяк.

- Извини, подруга,- крикнула Катя,- как сказал твой брат – ничего личного! Еще увидимся, я к тебе с тетрадкой за рецептами приеду.

Серега снова вынырнул из кухни, бочком протиснулся мимо Светы, пробормотал что-то, чего сам не понял и побежал вслед за Катей. По лестнице вверх.

- Куда?!- громко зашептал он.

- Куда угодно, только не вниз,- ответила Катя.- Снизу сейчас конкуренты поднимаются. Лифт слышишь? А по лестнице еще кто-нибудь, званием пониже.

- А наверху тупик!

- Это для лохов тупик. А для настоящих шахматистов вроде меня – надежда на спасение! И заткнись, пожалуйста, а то совсем дыхалку сорвешь. Я-то убегу, а тебя пытать будут.

Серега не хотел, чтобы его пытали, поэтому замолчал.

Выше шестнадцатого этажа лестница уходила в темень, в которой тускло отсвечивала небрежно крашеным железом решетка. На решетке замок – терроризм не пройдет!

Катя, увидев замок, повеселела. Не обратив внимания на налетевшего сзади из-за ее внезапной остановки Сергея, она нежно провела ладошкой по замку и ласково сказала:

- Советский. Раритет. Самый дешевый. Всего-то кусок проволоки и пара минут. Напряги зрение, рыцарь – мне нужен кусок тонкой и твердой проволоки. На худой конец длинный гвоздь, только гнуть его будешь ты. А пару минут я попрошу у наших загонщиков…

Глава 10

Глава десятая,

в которой все говорят правду, только правду и ничего, кроме правды. Чтобы обмануть…

Взгляд исподлобья. Аналитик.

Эдуард Николаевич возвращался в контору неспешным шагом. Впереди его ожидал сплошной туман. И возможный звонок генерала, что похуже угроз клиента – этому он все равно рано или поздно понадобится, а вот генералу после фиаско…

Прежде чем зайти в кабинет, Эдуард Николаевич - исключительно из привычки проконтролировать - набрал номер возмутителя сегодняшнего спокойствия – дежурного.

- Алло,- безмятежно ответил дежурный. И правильно, ему - то чего волноваться!

- Это я,- сказал Эдуард Николаевич.- Как там опергруппа? Не вернулась еще?

- Нет,- произнес вечно жующий дежурный, и никогда не встречавшийся с ним доселе Эдуард Николаевич вдруг представил его в образе Мальчиша-Плохиша, обнимающего ящик печенья и бочку варенья,- никого пока нет. Ни первой группы, ни второй…

Он продолжал еще что-то говорить, но Эдуард Николаевич не слышал. Рука с трубкой медленно опустилась почти к полу, другая рука скребла шею, пытаясь нащупать внезапно начавший душить галстук. Зрение неожиданно расфокусировалось.

- Спокойно, Эдуард,- хрипло прошептал он сам себе.- Без инфарктов! Информатор – существо ценное, потому что редкое. На него нельзя орать, его нельзя материть – у информатора тонкая душевная организация. Он может обидеться и в следующий раз не дать полезную информацию. Информатора нужно любить и прощать ему все проколы, даже самые безумные и идиотские…

На самом деле Эдуарду Николаевичу больше всего на свете хотелось сейчас лично приехать к этому информатору и выстрелить в ненавистное жующее лицо из чего-нибудь очень крупнокалиберного. Хоть из ракетной установки.

Наконец, убедившись, что ноги снова устойчиво попирают пол, Эдуард Николаевич несколько раз глубоко вздохнул, мысленно произнес заветную мантру о том, что профессионал, поддавшийся эмоциям – не профессионал, и снова поднес телефон к уху.

- Алло, алло!- кричал в трубку потерявший собеседника дежурный.- Что-то со связью! Я вас не слышу!

- Зато я тебя слышу замечательно,- из последних сил преодолевая ненависть, прошипел Эдуард Николаевич,- давай-ка с этого места поподробнее.

- С какого?!

- Ну, где оказывается, что опергруппа выехала не одна. Что ж, ты…, что ж сразу про две не сказал?

- Да?!- удивился дежурный.- Виноват. А я был уверен, что сообщил…

- Ладно, будем считать, что хотя бы хотел. Итак, что конкретно по делу? Можно теперь с деталями – когда выехала первая, когда – вторая? Куда? Я в нетерпении.

- Так, это…, они обе уехали молча. Получили оружие – типа почистить, потом одна машина выехала, а через час и вторая умотала. Все, больше ничего не знаю. И вообще – подразделение у них одно, так что, сколько групп выехало – не разберешь… это к начальству.

- Огромное человеческое спасибо,- жестяным голосом проскрежетал Эдуард Николаевич и выключил телефон.

Неожиданно открывшееся обстоятельство сводило на нет все его предыдущие усилия. Оказывается, по городу призраками мечутся сразу две группы вооруженных до зубов борцов с наркомафией! А он-то и про одну мало что узнал. Вернее – совсем ничего.

Эдуард Николаевич кое-как собрал мысли в бесформенный пока клубок и зашел в кабинет. Коллеги, которых он обвел отсутствующим взглядом, съежились и притихли. Таким Эдуарда Николаевича здесь еще не видели.

Он с маху сел в свое кресло и без колебаний железной рукой взялся за трубку рабочего телефона.

- Андрей Васильевич?!- давно не слышал, какое счастье,- а Петр Михайлович еще не вернулся? Нет, что вы! Мне и с вами общаться – одно удовольствие! Мечтаю познакомиться лично…

Взгляд снаружи. Потап.

Потап ничего не понимал. Вместе с ним ничего не понимал и Петр Михайлович. Доклад Полищука при всей своей простоте и максимальной информативности был из тех, что проходят по разряду фантастики.

А как понимать? Вот курьер с наркотиками, вот получатели. Вот передача, вот погрузка. Вот, между прочим, незасвеченная засада. С видеосъемкой. В результате – курьер спокойно уезжает, засада снята, а преступники остаются на свободе. Наркотики у них, видите ли, украли!

Впервые Петр Михайлович не кричал, не багровел и не жевал теннисные мячики. Вместе с Андреем он снова и снова едва ли не по буквам разбирал доклад Полищука и так же ничего не понимал.

- Нет, ну сумели же вычислить место передачи? Сумели!- в который раз анализировал он ситуацию.- Что из того, что на пустыре неожиданно прошла первомайская демонстрация единения бомжей и олигархов? Обычное дело, вон – и на вокзалах работаем, на рынках, в транспорте…. Там народу куда больше. И ничего! Никто ни разу не крал тяжеленную сумку с наркотиками прямо из-под носа у оперативников и преступников!

- Все когда-нибудь случается впервые,- рискнул пофилософствовать Потап. Петр Михайлович искоса глянул на него, но увечить ценного сотрудника пока не стал. Тогда Потап осмелел еще больше и продолжил:

- Петр Михайлович, может, мы не с того бока ситуацию крутим? Может, подождем чуток, прокачаем видео всех фигурантов этой нелепицы?

- Вроде умный…. Андрюша, по Москве гуляют несколько килограммов героина. У кого они? Может, это порядочный человек – не принесет, так в речке утопит, карасям на радость. А если это конкурент наших подопечных? Или вдруг это вообще инсценировка?! Подстраховались, почуяли неладное и обвели Полищука вокруг… даже не пальца…

Зазвенел телефон, о котором в пылу размышлений как-то подзабыли. Потап вопросительно посмотрел на начальника, но тот протестующе замахал руками:

- Даже не думай и не надейся! Я из главка сегодня, пожалуй, сюда вообще не вернусь. Отдувайся сам.

- Правду?

- Конечно. Мы ж не звери, в конце концов. Да и следующей операции прикрытие необходимо. Только не переборщи: правда - как змеиный яд, хороша в меру.

Андрей обреченно вздохнул, растянул губы в резиновой улыбке и снял трубку всего лишь после седьмого сигнала:

- Потапов у аппарата…. Эдуард Николаевич!- давно не слышал, какое счастье,- познакомиться лично? С удовольствием! Вот вернусь из служебной командировки…. Америка, латинская, понятно. Но пасаран, кокаин, Уго Чавес! И перед командировкой в Амстердам – там новый сорт марихуаны вывели – обязательно встретимся…. Алло! Эдуард Николаевич! Что-то вас совсем не слышно!

Взгляд исподлобья. Аналитик.

Эдуард Николаевич тщетно несколько раз пытался в разговоре с Потаповым взять такой же игриво-непринужденный тон. Получалось плохо, мешали мысли об уходящем времени. Вместе со временем надежда на денежное вознаграждение становилась все призрачнее, а опасение получить взыскание от генерала – все реальнее.

Поэтому, изо всех сил стараясь не сорваться, он взял в качестве оружия свой самый деловой тон и произнес:

- Ничего, я подожду вашего возвращения. Презентик мне в Америке купите, если не затруднит. Только не кокаин…. Я, собственно, по поводу вашей опергруппы. Хотелось бы, наконец, услышать что-нибудь конкретное. Для разнообразия.

Он внимательно выслушал ответ, с каждым словом Потапова снова чувствуя нехорошую легкость в организме.

- Задержание? Группа торговцев наркотиками? Как интересно…. И как успехи? Задержали? Нет?! Скажите, пожалуйста…. Конечно, бывает. Я вас понимаю. Ц-ц-ц…

Взгляд снаружи. Потап.

Слова правды давались Андрею нелегко. Вернее, совсем не давались. Каждое слово правды он выдавливал из себя, предварительно оценив со всех сторон – не лишнее ли?

Судя по реакции Петра Михайловича, пока ничего лишнего сказано не было. И, слава Богу.

- Обычное дело,- цедил он в телефонную трубку драгоценную информацию,- поступил сигнал. Оперативная группа выехала на задержание. Куда? Север столицы. Точно указать не могу – карты под рукой нет. И не нужно?! Вот и хорошо. Да, двое преступников. Давно в разработке. Увы! Информация оказалась ложной. Да, да. Прокол, однако. Горюем всей службой. Сейчас лошадки мчатся обратно в стойло. Так своему… начальству и доложите. Что еще добавить? Будем бороться, так сказать, не щадя и изо всех сил, не покладая и засучив…

Взгляд исподлобья. Аналитик.

Эдуард Николаевич мог праздновать победу. Но торжество не получалось. Мозг свербила еще одна нестыковочка, и не особо важная, и в то же время неприятная.

Он небрежно попрощался с Потаповым, немедленно доложил о проделанной работе генералу – тот невнимательно выслушал и рассеянно похвалил – молодец, Эдуард Семенович, молодец, давай в том же духе, Эдуард Иванович, давай, короче…, и повесил трубку. Хоть имя запомнил…

Зато звонок клиенту поднял настроение. Клиент внимательно выслушал, помолчал секунд двадцать, а потом так горячо и истово поблагодарил, что Эдуард Николаевич даже слегка покраснел от удовольствия. Все, это дело можно забыть. Правда, про Потапова выяснить не мешает…

Так что же все-таки до сих пор не дает выбросить это дело из головы?! Почему покой до сих пор не наступил?

Эдуард Николаевич точно знал причину своего беспокойства. Так бывало всегда, когда дело для него не было понятным до самого конца.

Он прогулялся по длинному коридору до курилки, которой в здании официально вроде, как и не было. И народ там не курил. Опять же вроде как. А начальство, курившее в кабинетах, вроде как о курилке понятия не имело…. Вот такая, блин, конспирация от своих.

В как бы не существующей курилке он достал пачку сигарет и, окруженный такими же нелегалами, закурил, стараясь ни с кем не встретиться взглядом – чтобы никто не уличил в нарушении. И после второй затяжки внезапно понял – что его так тревожило!

Эдуард Николаевич спешно выбросил недокуренную сигарету и опрометью бросился в свой кабинет, не заметив, что встревоженные его поведением курильщики-нелегалы тоже начали спешно тушить окурки и покидать курилку. Все знали, что Эдуард Николаевич из аналитического отдела – а ну, как у него есть информация об облаве на нарушителей…

Эдуард Николаевич вихрем ворвался в кабинет, немного напугав коллег, схватил трубку и по памяти набрал в который уже за сегодня раз ненавистный, проклятый номер:

- Андрей Васильевич?- в его голосе было столько сладости, что можно было месяц пить чай без сахара.- Нет, все в порядке. Я только одну детальку забыл у вас уточнить…- а вторая опергруппа у вас куда выехала?- и замолчал, с наслаждением впитывая напавшую на собеседника немоту…

Взгляд снаружи. Полищук.

Полищук сидел на лысой от старости автопокрышке от какого-то строительного чудовища – вряд ли даже вчетвером смогли бы оторвать от земли – и смотрел, как к микроавтобусу подходили необычно тихие, смирные подчиненные. Без звука. Словно привидения, только с автоматами.

В душе была пустота. Не грусть или обида, не плач или самоирония – пустота. Проколы случались и раньше, но такого…

Он как смог обстоятельно и доходчиво доложил о ситуации сначала Топоркову – тот просто офигел – потом, после некоторого размышления, Петру Михайловичу. Пока вернемся, глядишь, и успокоится старик.

Умом Полищук понимал, что разгадка проста. Только голова не желала думать.

Несколько раз злым голосом прошипела рация. Полищук немного опомнился и буркнул в микрофон:

- Не нервничай. Эвакуатор уже едет. Сдашь машину, потом можешь отдыхать.

- Командир,- раздался за спиной голос Снипа – опять подкрался незаметно, чуть не напугал, сволочь!- Знаешь, что я в прицел видел? Обхохочешься!

Полищук подумал, что сегодня он вряд ли обхохочется, даже если перед ним сейчас начнет выступать весь состав «Кривого зеркала». Но Снип-то ни в чем не виноват:

- И что ты увидел?

- Что значит – правильно выбранная позиция!

- Это ты сейчас о чем – типа, себя не похвалишь, так и никто не похвалит?

Снип засмущался:

- Вроде того. Но я о другом. В камеру-то эта смехота вряд ли попала…

- Выкладывай,- грубо сказал Полищук.

- Короче, я видел, как Катька того мужика из машины вытащила. А мужик вернулся и сумку с собой упер. Вот. А потом цыгане в истерику ударились. Правда, смешно?

Полищука словно кипятком ошпарили. Катька! Блин, как же без нее?! Никак! В своем репертуаре…. Только в этот раз сорвала такую удачную операцию…

- Катя, Катя, Катерина,- лихорадочно забормотал Полищук, вскочил с покрышки и заметался по поляне, внезапно остановился и заорал, не сдерживаясь:

- Катя!!!

Эхо добросовестно подхватило этот крик и утащило в небеса.

- Командир, ты чего?- удивленно спросил Снип.

- Ничего. Эмоции выплескиваю. Ладно, здесь облом, поехали к Топоркову,- задыхаясь и хрипя сорванным криком голосом, сказал Полищук.- Ребята, по коням. У нас сегодня есть еще одно дело. Детали по дороге…

Взгляд навстречу. Саркис.

Саркис несколько раз вытер вспотевшие ладони о пиджак и только после этого взял в руки телефон. Он был один в своем кабинете. Нет,не в официальном, в котором проводились совещания и встречи – этот кабинет был маленьким и уютным, предназначенным только для Саркиса и его самых близких друзей. Большинство сотрудников фирмы о существовании этого оазиса удовольствий даже не догадывались.

Саркис почти силой заставил себя набрать номер и затаил дыхание. Вот бы он там утонул – мелькнула мысль. Но абонент не утонул – ответил:

- Слушаю.

- Это снова я,- радостным голосом произнес Саркис, мучительно раздумывая – что бы такого сказать. И ничего не придумав, сказал:

- Так получилось…. Груз до банка не доехал. Я в растерянности.

- Так получилось – что?- ровным голосом поинтересовался собеседник.

- Мой человек встретил груз, как полагается,- заторопился Саркис,- а потом ему в дороге неожиданно стало плохо…

- Ну?

- Еще он почувствовал слежку…. И отдал груз первому встречному.

- Зачем?

- Чтобы груз не достался конкурентам.

- А они на самом деле есть?

Саркис почувствовал жалость к себе:

- Конечно! Из-за границы прилетели, наверное,- он внезапно вспомнил предположение седого мужчины из кафе,- вот он и отдал. Первому встречному. Так сказал…

- Интересно,- безразличным тоном сказал собеседник.- Что дальше?

- Дальше?

- Ну, да. Что собираетесь делать дальше?

- А! Дальше! Ищем! Всех на ноги поднял. Найдем. Обязательно!

- Очень хочется верить,- сказал собеседник и отключился.

Саркис судорожно перевел дыхание и бочком подкрался к бару, налил себе до краев пузатый стакан коньяка и выпил, торопясь и расплескивая.

Опустившись на низенький мягкий диванчик, он несколько минут сидел с закрытыми глазами, а когда открыл, в них уже не было ни раболепства, ни подобострастия. В глазах Саркиса вновь появился блеск, который присущ только прирожденным руководителям высшего ранга.

- Заметьте,- глумливо сказал он своему отражению в огромном зеркале бара,- я не произнес ни одного слова неправды! Ищем, дорогой, ищем со всем усердием! А вот найдем ли…

Он налил себе еще, выпил, смакуя, задумался:

- А не позвонить ли мне начальнику службы безопасности? Пусть новостями поделится.

Саркис взял телефон и уверенными движениями набрал номер своего подчиненного…

… Где-то посреди безбрежных морских просторов, там, где никогда не выпадает снег, а температура воды в любое время года всегда одинакова, невысокий худощавый мужчина в широкополой шляпе передал кирпич спутникового телефона стюарду и снова приник к удочке.

Издалека удочка сильно смахивала на станковый пулемет. Или небольшой подъемный кран. Сходство возникало из-за того, что удилище было закреплено на специальном лафете и снабжено электромотором. Мужчина ловил явно не карасей.

- Котик,- капризно сказала скучающая рядом девушка с шикарной и почти ничем не прикрытой фигурой,- ну, давай хоть завтра зайдем в какой-нибудь порт! Ты уже две недели ловишь своих глупых рыб, которые к тому же мерзко пахнут рыбой…

- Дорогая,- в сотый раз терпеливо ответил мужчина,- я же сразу сказал тебе, что еду на рыбалку. Ты решила ехать со мной, так что терпи. Ближайший заход в порт будет только через десять суток. И вообще, ближайший порт от нас в двухстах милях, так что зайти в него завтра нереально. Если хочешь – вертолет к твоим услугам, но назад он не вернется. Отправишься сразу домой, хоть в Майами, хоть в Москву – куда пожелаешь. Но не сюда.

Девушка возмущенно пискнула, поднялась на стройные ноги и удалилась. Мужчина проводил ее усталым мудрым взглядом и снова уставился на поплавок.

Через несколько минут за его спиной бесшумно выросла фигура другого мужчины.

- Шеф,- негромко сказал второй,- она снова только что выходила на связь.

- С мамой?

Второй мужчина усмехнулся:

- Только у мамы голос мужской. Что будем делать? Может, ее случайно смоет за борт? Волной.

- Володя, такие вещи не по моей части,- спокойно ответил рыбак.- Я по образованию простой физик-ядерщик, поэтому в ваших шпионских играх ничего не понимаю. Скажу просто – оно нам надо?

- Так стучит же!- скрипнул зубами второй мужчина.- Каждый день по два раза. Причем стучит на вас за ваши же деньги – вы ей все телефонные счета оплачиваете. Мата Хари безмозглая…

- Стучит и стучит,- философски произнес рыбак,- зато мы знаем – кто…. И что ей отсюда докладывать? Погоду? Количество пойманной рыбы? Или сколько виски мы выпили вчера вечером? Пусть развлекается. И они пускай считают, что мы о ней не догадываемся. Володя, ты почему нервничаешь? Может, устал от безделья?

- Есть маленько…. Ладно, пусть развлекается.

- Ты, Володя, лучше мне вот что скажи – этот Саркис не подведет? Я в операцию вложил несколько миллионов, хотелось бы иметь положительный результат.

Второй мужчина сдержанно улыбнулся:

- Саркис? Обязательно подведет. Но рядом с ним имеется человек. Из нашей конторы. Я через него информацию продублирую, хорошо?

- А вот он сейчас сказал, что там иностранные конкуренты появились…. Забудь о нашей… Мать ее Хари, проверь, кто это может быть. Если это не плод воображения, конечно. Прежний хозяин вещицы – человек не бедный, но раз за последние полтора года не смог выйти на ее след, с чего сейчас-то выследил? А вот если это другие…, о которых упоминалось в той странной бумажке…

- Я пробивал эту бумажку. Никаких документально подтвержденных свидетельств существования Ордена нет.

- Именно поэтому, Володя, я в его существование и верю,- вздохнул рыбак, поправил шляпу и снова уставился на поплавок.

Второй мужчина, поняв, что аудиенция окончена, бесшумно исчез в бесконечных коридорах огромной белоснежной яхты, осененной российским флагом…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

- Я из-за тебя чуть головой стекло не выбил!- сердито засопел Петруччо.- А сижу, между прочим, сзади. И на фига было так тормозить?

- Случайно,- улыбнулся Горбун.

- Смотри, весь двор собрался на тебя поглазеть.

- Ага, народ даже в окнах появился,- поддержал Микки.- Осталось только выйти из машины и громко крикнуть – здрасьте, отдайте нам таракана…

Они вылезли из салона под суровые очи Григорьева. Тому тоже не понравился визг тормозов, но отчитывать при посторонних Горбуна он не стал. Позже, если вспомнит…

- Веня,- спросил Григорьев через плечо,- что там у нас с сигналом?

- И хорошо, и плохо,- ответил Веня.

- В смысле?

- Хорошо, что сигнал четкий и находится прямо перед нами, в этой шестнадцатиэтажке. Плохо, что карта двухмерная, поэтому определить, на каком из шестнадцати этажей сейчас отдыхает таракан, можно только методом поквартирного опроса.

- Типа – у вас тараканы есть?- заржал Петруччо.- Ой, а вы кто? А мы из санэпидстанции!

- Смех без причины – признак умного мужчины?- мягко поинтересовался Хохол.

- Не обращай внимания,- сказал Горбун.- Он только что пытался лобовое стекло укусить. С заднего сиденья. Это нервное, пройдет.

Григорьев хмыкнул и задумался. Смех смехом, а Петруччо прав – как еще найти нужную квартиру? Не двери же вышибать этаж за этажом. Да их уже на третьем родная полиция оприходует, если, конечно, тут такое меж соседей не практикуется…

- Хотя бы подъезд можно локализовать?

- Более-менее. Вот этот, который перед нами. Или соседний. Метка что-то прыгает из стороны в сторону.

- Засекли нас, вот гражданин и мечется,- укоризненно посмотрел на Горбуна Хохол.- Придется делиться.

Григорьев принял решение:

- Да, делимся. Веня с Микки остаются у машин. Веня – контроль за меткой и связь. Микки – на тебе двор и соседние подъезды. Хохол и Петруччо – на лифте до верха, потом ножками по лестнице обратно. На каждом этаже внимательно прислушивайтесь ко всем звукам, раз клиент мечется, значит, издает шум. Мы с Горбуном по лестнице наверх, с теми же задачами. Особое внимание на открытые двери, крики и вообще на необычное поведение жильцов. Встречаемся посередине, делимся впечатлениями.

- А какое поведение жильцов можно считать необычным?- пожал плечами Петруччо.- Я тут не жил. Может, у них здесь принято в это время суток орать и драться сковородками…

- Вот это как раз и есть поведение, которое тебя не должно волновать. Наш клиент, наоборот, будет изо всех сил таиться и маскироваться. Особенно, если нас засек. Короче – выбора у нас нет. Пошли ступеньки ножками считать. Вперед.

Лифт работал – жаль, искренне сказал Горбун. Хохол показал ему язык, затолкал в кабину Петруччо и нажал самую верхнюю кнопку.

- Навигатор приготовил?- спросил Григорьев.- Вдруг понадобится. Или как-нибудь поможет…. Типа, метка станет ярче, или еще как…

Они медленно поднялись на первый этаж и едва не на цыпочках обошли все двери. Тишина. То же самое было и на втором этаже, и на третьем.

На четвертом Григорьев сказал недовольно:

- Слушай, ты, что? Совсем физподготовкой не занимаешься? Сопишь так, что я кроме тебя больше вообще ничего не слышу!

Покрасневший Горбун что-то пробормотал про аллергию и отстал от шефа на половину пролета.

Хохол с Петруччо вышли из лифта, обошли верхний этаж и начали спускаться вниз. Между одиннадцатым и десятым этажами Хохол взорвался:

- Слушай, сколько можно трещать?! Я кроме твоего надоевшего голоса вообще ни одного звука из-за дверей не слышу!

Петруччо пожал плечами:

- А что тут слушать? Залег наш дядя под диван, и дрожит там, мерзко обделываясь. Чем слушать, нюхай.

- Заткнись, наконец!!!

- Пожалуйста. Можно заткнуться и на конец…

- Блин!

- Да я уже целых десять секунд молчу! И не ори на меня! У меня такой же черный пояс по каратэ! Зато вешу на четыре килограмма больше, а лет мне меньше на…

Они встретились на седьмом этаже у открытой настежь двери. За дверью негромко причитала женщина.

- Нашли?- шепотом спросил Петруччо. Григорьев и Хохол синхронно пожали плечами.

- Метка вроде в этой стороне,- неуверенно сказал Горбун,- или в глубине квартиры, или через стенку…

- Хохол, идешь первым,- выдохнул Григорьев,- дальние комнаты. Петруччо – прикрываешь. Я следом, Горбун – контроль над выходом. Без оружия. Пошли…

Они аккуратно вошли в квартиру. Хохол и Петруччо быстро осмотрели комнаты – никого, вернулись в коридор и столпились за спиной шефа у дверей в кухню.

На кухне, опираясь на костыли, стояла молодая женщина и, плача, поливала из кувшина лежащего на полу мужчину. Тот уже пришел в себя, но шевелился слабо, стонал и скреб пальцами линолеум, думая, что сможет подняться.

- Алкоголь – страшная сила,- авторитетно заявил Петруччо, заглядывая в кухню через плечо шефа.- Страшнее только красота.

Женщина повернула в их сторону лицо, на котором не было испуга или удивления. Только скорбь.

- Чай пили, все было нормально,- как старому другу сказала она Григорьеву,- а он влетел, стал пистолетом угрожать…. Откуда у него пистолет?!

- Любовный треугольник?- снова предположил Петруччо.- Тоже жуткая штука. А на полу кто? Отелло?

- Если не заткнешься – отрежу язык,- прошипел Хохол.- Не мешай шефу работать. Иди, смени Горбуна у дверей. От него здесь куда больше пользы, чем от тебя.

Петруччо гордо вскинул голову и удалился.

- Что произошло?- мягко спросил у женщины Григорьев.

- Пили чай…

- С кем? С ним?

- Нет. С Сережей. И его девушкой. Такой странный день! Сергей принес от Антона картошку, только она оказалась не картошкой…

- Действительно, странно,- кивнул ободряюще ничего не понявший Григорьев.

- А девушка стала смеяться…, словно обрадовалась наркотикам…

- Да?!- Хохол потянул шефа за рукав и незаметно покрутил пальцем у виска. Григорьев отмахнулся:

- А потом что было?

- Потом пришел Антон,- убитым голосом сказала женщина.- Пришел Антон, и я вообще перестала что-либо понимать. Он вызвал меня в комнату, достал там пистолет…. Откуда у него пистолет?! Почему?! Они же с Сережей всегда были такими друзьями…

- Он стрелял?

- Не знаю. Звуков выстрелов не было. Он кричал и требовал отдать сумку.

Григорьев и Хохол быстро переглянулись.

- Какую сумку?

- Не знаю. Я же в комнате была. Пока дошла…. Смотрю – Антон посреди кухни, а эти мимо меня в дверь…, и убежали,- женщина беззвучно заплакала.

- К чему это, шеф?- скривил рот Хохол.- Картошка, наркотики, сумка…. Это же не наша тема!

- Как знать, как знать,- пробормотал Григорьев.- Горбун, займись женщиной, пусть детали вспомнит. А мы с тобой поспрашиваем товарища Антона…, по-моему, он уже адекватен.

Он аккуратно приподнял за подмышки стонущего мужчину и прислонил к газовой плите. Сам сел на стул напротив, низко наклонился и спросил:

- Что за сумка, Антон? Откуда пистолет? Кто такой Сережа? Быстро колись, ворошиловский стрелок, у меня очень мало времени.

- Шеф, метка движется,- сказал в наушник молчавший до этого Веня.

- Куда?

- Просто движется. Рядом с вами. Словно качается или кружится.

- Продолжай следить,- ответил Григорьев и снова поглядел на Антона. В глазах у того плескался страх.- Я еще не услышал ни одного ответа. Поторопись.

- Вы… вы из органов?

- Из органов,- пусть человек услышит то, что ему хочется слышать. Никогда не пренебрегайте возможностью сделать людям приятное…

- Это дядя все…- простонал Антон,- сказал, что дельце плевое, легко можно заработать…

Григорьев слушал и не верил своим ушам. Вон как дело повернулось! Ай, да начальник службы безопасности! Ай, да сукин сын…

- Когда они ушли?

- Только что…

Только что?! Как же разминулись-то?! Григорьев посмотрел на Хохла, тот пожал плечами:

- Никого не было, клянусь.

- А чердак? Смотрели?

- Откуда тут чердак…, скорее всего – подвал.

Н-да, уел, нечего сказать. Но посмотреть нужно. Тем более, что здесь делать больше нечего.

Григорьев встал и скомандовал:

- Горбун и Петруччо – на улицу. Посмотрите, есть ли в подъезде выход в подвал. Ты,- кивнул он Хохлу,- со мной. Проверим выход на крышу. Погнали, быстро!

Они выскочили на площадку и вызвали лифт.

- Нет там чердака,- угрюмо продолжал бубнить явно пристыженный Хохол,- я такие дома знаю…

- Ничего, мы только глянем,- ласково ответил Григорьев, дрожа от нетерпения.

Они вознеслись на последний этаж, вышли из лифта и прошли по пыльной лестнице к решетке.

- Я же говорил!- обрадовался Хохол.- Вот, замок висит. Никого тут не было.

- Никого?- Григорьев указал на цепочки свежих следов, четко отпечатавшихся на толстом слое пыли – на эту площадку у уборщицы сил не хватало уже лет десять.- А это откуда? А замочек – ерунда, такой даже моя дочка простым гвоздем откроет!

- На крышу полезем?- деловито спросил Хохол.

Ответить Григорьев не успел. В наушнике раздался взволнованный голос Вени:

- Шеф, они вышли! Микки узнал мужика! Из соседнего подъезда!

- Они?- переспросил Григорьев.

- Да! С ним девушка! За угол завернули и побежали!

- Догоните!- рявкнул Григорьев.- Мы уже мчимся!

Они с Хохлом забежали в кабину лифта и едва не вдвоем нажали кнопку первого этажа.

- Некстати вспомнилось,- виноватым тоном сказал Хохол,- вот именно в такие тревожные минуты российские лифты и имеют обыкновение ломаться…

- Да уж, совсем некстати,- буркнул Григорьев.

Однако лифт благополучно достиг первого этажа и даже выпустил их без слишком долгого ожидания.

В дверях подъезда Григорьев и Хохол столкнулись с тремя крепкими мужчинами, один из которых тащил с собой громоздкий футляр с гитарой.

- Пардон,- сказал Хохол,- можно, сначала мы выйдем, а потом уж вы зайдете?

- Не вопрос,- ответил шедший первым мужчина и посторонился.

Григорьев выскочил на улицу и завертел головой. Увидев его, Веня замахал руками:

- Микки рванул следом за ними! Петруччо и Горбун тоже!

- Куда?!

- За дом. Они дворами бегут, я их по навигатору отслеживаю.

- И куда бегут?

Веня недоуменно пожал плечами и смущенно сказал:

- Шеф, такое впечатление, что бегут они обратно. К кирпичному заводу…

Глава 11

Глава одиннадцатая,

в которой одних преследователей преследуют другие. А тех – третьи…

Взгляд издали. Хранитель.

« Мастер, о последующих событиях могу вспомнить немногое. Дело в том, что наша машина пролетела по участку местности, в шутку названному дорогой второстепенного значения, на такой скорости и с такой амплитудой прыжков, что я едва не потерял сознание после нескольких смачных ударов головой о крышу. Согласитесь, тут не до запоминания деталей.

Тем не менее, был момент, когда я впервые увидел спину бегущего через кусты нужного нам человека! Немного смутило то, что спина оказалась женской, но разве этот факт хоть что-то менял в нашей работе? Женщина, так женщина…

Вспомнилась операция в Индонезии, где Ваш покорный слуга за неделю сумел разоблачить неприятельского резидента. Между прочим, тоже женщину – танцовщицу из ночного клуба!

Водитель свернул с дороги, чтобы быть ближе к интересующей нас спине. Скажу честно – никакой разницы между дорогой второстепенного значения и бездорожьем я не заметил, разве что трясти стало немного меньше.

А дальше произошел конфуз…

Проломив заросли камыша, наша машина едва не съехала прямо в широкий канал. Остановились только чудом, благо берег оказался пологим. Был бы обрыв – наверняка искупались…

Я приник к навигатору – ну да, река была указана, просто в этой сумасшедшей тряске я сразу ее не разглядел! Но самое интересное – метка от маяка неспешно пересекала водную гладь, будто ее обладатель мог ходить по воде подобно Христу!!!

Скажу честно – в этой России я помаленьку уже привык ничему не удивляться, но умение русских ходить по воде – для меня это было уж слишком…

В чувство привел второй волонтер. Он ткнул меня в плечо своим огромным кулачищем и на своем чудовищном английском сказал:

- Корабль! Они плывут на маленьком корабле!

Я протер глаза и увидел, что метрах в ста от нас к противоположному берегу движется маленькая лодка, в которой сидели трое – женщина, молодой мужчина и еще один, пожилой – видимо, хозяин лодки. На сердце полегчало – русские хотя бы по воде ходить еще не научились… и беглецов все-таки двое. Мужчина – это охрана? Очень может быть…

- Можно?- водитель выхватил из моих рук навигатор и всмотрелся в экран.- Мост правее, километра четыре. Вдоль реки мы сократим путь вдвое. Едем?

Я кивнул головой, и адская гонка продолжилась…

Каюсь, я долгое время был уверен, что курьер спешит в жилую зону Москвы, чтобы поймать машину и как можно скорее отвезти груз Получателю.

Мы без серьезных повреждений достигли моста, каким-то чудом въехали на него по отвесному склону и устремились в лабиринт дворов жилого массива.

Мастер, я снова ошибался! Судя по метке, курьер зашел в один из домов, и выходить оттуда явно не собирался! Как вы говорили – загадочная русская душа…

- Неужели это и есть место, куда должны были доставить наш… нашу вещь?!

- Нет,- отрицательно помотал копной нечесаных волос водитель.- Они устали, зашли к знакомым и сели пить чай.

Я с таким удивлением уставился на него, что он не выдержал и захохотал:

- Шутка!

Шутка? В России я ни в чем не уверен. Может, шутка. А, может…

Мы довольно быстро нашли дом – водитель объяснил, что все микрорайоны (так в России называются жилые массивы) раньше строили по типовым проектам. В результате они одинаковы не только во многих городах России, но и в соседних странах, еще недавно составлявших единую империю. У них даже существует общее название – я не запомнил, Мастер, в нем слишком много щелкающих и шипящих звуков. Что-то типа щеремучки… или черешумки. Информация, безусловно, любопытная, но для нас совершенно бесполезная.

Потянулись бесконечные минуты томительного ожидания. Навигатор привел нас к нужному дому, но указать нужную нам квартиру или хотя бы этаж был не в состоянии. Что ж, и на том спасибо техническому прогрессу.

- В таких домах нет чердаков,- с трудом объяснил мне ситуацию водитель,- и вход в подвал также отделен от входов в подъезды. Интересующий нас человек не сможет ускользнуть незаметно – только через дверь подъезда.

Значит, ждем…

Долгое время ничего не происходило. Двор был почти пуст. Один раз только подъехал мужчина на мотоцикле, озабоченно посмотрел на свой мобильный телефон и почти бегом направился в интересующий нас подъезд. Подозрительно, конечно, но подозревать десять миллионов жителей Москвы в пособничестве нашему неприятелю – согласитесь, Мастер, это уже паранойя.

Они приехали минут через двадцать. На двух джипах. Шесть человек. Отлично подготовленная, превосходно экипированная, слаженная команда профессионалов. Никаких сомнений – цель у них та же самая, что и у нас. Конкуренты. Хорошо было бы знать – кого они представляют? Получателя? Вряд ли. Бывшего хозяина? Тоже сомнительно.

Я обратился к волонтерам и насколько смог объяснил им сложившуюся ситуацию. Парни приуныли. Я и сам чувствовал себя неуютно – схватка с подготовленным противником, имеющим к тому же двойное численное превосходство – задача не из легких. Но готовиться нужно к любому повороту событий…

Покрытая толстым слоем свежей грязи, наша машина стояла в глубокой тени деревьев и своим видом у проходивших мимо туземцев никаких подозрений не вызывала. Не обратили на нее внимания и подъехавшие профессионалы.

Они быстро разделились на группы – руководил все тот же седой мужчина – двое остались у машин, остальные вошли в подъезд.

- Это наш шанс,- тихо сказал я волонтерам,- причем единственный. Как только по мимике поймем, что груз у них, вырубаем этих двоих, потом поджидаем остальных у подъезда и… отбираем наш… нашу вещь. А потом как можно скорее мчимся в аэропорт – из таможенной зоны они меня уже не достанут. Надеюсь…

Последнее слово я произнес про себя. И так слишком тревожная ситуация сложилась.

Крепыш в татуировках молча кивнул головой и вылез из машины размяться перед делом. Я сделал то же самое. Никаких сомнений в способности приехавших завладеть нашим… нашей вещью у меня не было. Всего лишь вопрос времени.

Время уже не тянулось. Оно просто остановилось».

Взгляд вскользь. Сандро.

- Вон, там!- приглушенно вскрикнул Михай.

- Джипы? Где?

- «Таврия». По-моему та самая, что к нам подъезжала.

Сандро притормозил и всмотрелся в глубину двора. Действительно, у противоположного выезда в тени стояла машина, похожая на знакомую «Таврию». Ладно, проверим.

- А вот и джипы!- радостно воскликнул Михай.

- Где?!

- В соседнем дворе. Видишь, за мусорными ящиками? Два, как положено.

Сандро ласково посмотрел на глазастого Михая – есть польза. Михай зарделся от невысказанной благодарности друга. Помог!

Запел мобильный телефон. Сандро вытащил его и в знак полного доверия включил внешний динамик – от друга никаких секретов!

- Дорогой, чем ты там занимаешься?- спросил телефон таким ласковым голосом, что Сандро невольно поежился. Неспроста и вопрос, и ласковость тона, ох, неспроста…

- Ничем, уважаемый,- как можно более искренне ответил Сандро.- По Москве катаемся с Михаем. По девочкам…

- Да? А у меня другие сведения, дорогой. Причем из очень уважаемого источника. Будто вас сегодня с самого утра собрались арестовывать наши друзья…, будто вы какой-то товар получаете…. Кому верить?

- Мне!- воскликнул Сандро.- Мне верить! Какой такой товар?! Да если бы…, и ведь не арестовали же еще! Выходной у нас!

- В кино ходили,- непослушными губами пробормотал испуганный Михай.

- В кино ходили,- обрадовано подхватил Сандро,- в кафе сидели, сейчас к девочкам…

- Да ты не волнуйся,- задумчиво ответил телефон.- В кино, так в кино…. Ну, ладно, развлекайтесь. Пока.

Телефон запищал короткими гудками. Сандро с минуту переводил дыхание, потом сообразил отключить аппарат.

- Откуда?!- удивленно спросил Михай.- Ты же говорил, что только мы вдвоем…

- Сам удивляюсь,- процедил Сандро.- Выходит, уши есть не только у стен, но и у твоих деревьев в саду. Больше ничего на ум не приходит.

- Да?! Вырублю!

- Успокойся, это я так – образно сказал.

Михай задумался. Как красиво и образно сказал Сандро – он бы так никогда не сумел…

- Ладно. О бароне не забываем. Но и дело довести до конца нужно. Давай осторожно подойдем ближе и посмотрим.

- Может, подъедем? У нас тонировка хорошая, они не разглядят…

Сандро огорченно вздохнул. Их-то, может, и не разглядят. Зато саму машину узнают без проблем. Вздохнул еще раз и вылез из салона на горячий асфальт. Михай замолчал на полуслове и безропотно встал рядом – другу виднее. Хотя, он бы подъехал.

Они осторожно пересекли пустынный двор и затаились в десятке метров от Таврии. Да, точно, та самая. И джипы отсюда было отлично видно – тоже те самые. И люди в серых костюмах, что стояли у машин и сосредоточенно слушали седого – те же самые. Что дальше-то?

Что делать дальше, Сандро не знал. Если бы сумка с товаром находилась у этих страшных людей, он бы уже плюнул на все и уехал. По девочкам, блин. Но сумка находилась у бесцветного русака и блондинки, за которыми гонялись и эти, и те – из «Таврии». Странно как-то все сегодня складывается – подумал Сандро. И на фига им этот бомж? Непонятно. А, раз непонятно, то и нечего голову ломать. Главное – забрать товар. Бомж – это не моя проблема – подумал Сандро и повеселел. Решение принято!

- Смотри, друг,- сказал он Михаю. Тот кивнул и начал пристально вглядываться во двор с джипами.

- На меня смотри,- вздохнул Сандро,- и слушай. Я сейчас план наших действий тебе расскажу. Если что-то не понравится – не стесняйся, скажи. Вдруг я что-нибудь упустил.

Михай побагровел от восторга. Друг у него совета спрашивает!

- Где засел бомж, мы не знаем, так?- Михай с готовностью кивнул.- Судя по всему, эти… тоже не знают. Но собираются искать. Будем надеяться, что наша сумка им не нужна. Значит, как только они найдут бомжа, наша с тобой задача оказаться рядом и отнять у них сумку. Где пистолеты?

Михай смущенно потупился. Пистолеты лежали в борсетках. Борсетки лежали в машине…

- Принеси,- почти без раздражения сказал Сандро.- Я пока здесь покараулю. Только быстро.

Михай истово кивнул и бросился к «Мерседесу». Сандро обернулся и стал наблюдать за тем, как люди седого входят в подъезд. А люди из «Таврии» выходят из машины и начинают откровенно разминаться. Драться собираются, что ли?! С кем? С теми?!

- Сандро! Сандро!- раздался сзади осторожный крик-шепот Михая. Сандро недовольно обернулся и увидел, что тот в растерянности стоит у «Мерседеса». Блин, ключи ведь у меня – понял Сандро, достал брелок и нажал кнопочку. «Мерседес» радостно пискнул и впустил Михая в свое чрево.

Михай быстро сообразил, что борсетки в бою будут только мешать. Поэтому он вытащил оружие и, зажав его в кулаках, хлопнул дверью и бросился обратно к Сандро, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих.

- Дружище,- встретил его Сандро,- хоть бы в карман стволы спрятал…. А если кто-нибудь в полицию позвонит, что по его двору человек с пистолетами бегает? Ты об этом подумал?

- Нет,- честно ответил Михай. Сандро мысленно плюнул, забрал свой пистолет и сунул его за пояс джинсов. Михай поглядел и сделал то же самое.

Они выбрали место, с которого лучше всего просматривался соседний двор, и затаились в кустах поникшей от духоты сирени.

Время уже не тянулось. Оно просто остановилось.

Взгляд снаружи. Полищук.

Когда зазвонил телефон, микроавтобус опергруппы уже стоял перед светофором на полном машин проспекте. Полищук посмотрел на номер абонента, удивленно пожал плечами – впервые видит, городской – и ответил:

- Слушаю.

- Здравствуйте, дядя Полищук,- приветливо сказала Катя,- а у меня для вас куча новостей! С какой начинать?

- Эх, Катя,- тяжело вздохнул Полищук,- начинай с любой. И на ближайшем спарринге пощады не жди…

- Как страшно,- фыркнула Катя.- Лучше скажи – что мне с героином делать? Тут все в шоке, даже я. Может, отвезти цыганам и отдать с извинениями – простите, дяденьки, мы не нарочно…

- Значит, героин точно у тебя,- промычал Полищук.- Ну, девка…

- Не то, чтобы совсем у меня…. Записывай,- Катя быстро произнесла адрес, потом добавила.- Жалко, что цыгане с носом остались. Мне старший очень понравился – ему казенная роба так пошла бы…

- Не умничай,- строго сказал повеселевший Полищук.- Короче, сидите в хате и ждите. Я скоро буду.

- Ждем с нетерпением,- ответила Катя и повесила трубку.

- Гриня, ты под камуфляжем в джинсах?- спросил у одного из подчиненных Полищук, тот кивнул.- Переодевайся и со мной. Серый, остальную банду к Топоркову. Я на время исчезаю. Героин нашелся, пацаны!

Пацаны одобрительно загудели. Поверх гула донесся голос Снипа:

- Командир, а можно с тобой? Я тоже в джинсах!

- А бандуру свою куда денешь?

Снип с готовностью продемонстрировал жесткий футляр для гитары:

- Не вопрос! Я ее сюда спрячу – ни один фраер не догадается.

- Типа, лабухи с кладбища возвращаются?- под дружный смех спросил Полищук,- С очередной халтурки? Музыкант Снип купил новые диски…

- На кладбище гитаристы не выступают,- укоризненно ответил Снип.- Мы из ночного клуба…. Под названием «Кайфунет».

Полищук не стал долго думать:

- Добро, готовность пять минут. Серый, высадишь нас у ближайшей стоянки такси.

Он прямо на ходу стянул с себя камуфлированный комбинезон и остался в немного мятой рубашке и джинсах. А что – все в Москве сейчас так ходят. Складной пистолет-пулемет привычно расположился в черном дипломате. Полищук похлопал себя по карманам – деньги и телефон на месте. Готов.

- Что Топоркову сказать?- спросил Серый, он же водитель микроавтобуса.

- Правду,- ответил Полищук, дождался, когда автобус притормозит у стоянки такси и выскочил. Следом вылезли и Снип с Гриней – обычные жители столицы. Или гости таковой. Сколько ни приглядывайся – различий не найдешь. Потому что их и нет.

- Инструмент, может, в багажник положим?- спросил у Снипа пожилой таксист.

Снип отчаянно замотал головой:

- Не, еще забуду…

Полищук хмыкнул, вспомнив случай, произошедший в его группе два года назад – когда вот также взяли такси, сложили чемоданчики с железом в багажник, приехали на место, рассчитались с водителем и остались. А оружие уехало вместе с таксистом…. Ладно, парень попался честный – вернулся через десять минут. Даже не успели до конца осознать, что произошло…. Вот отсюда и берутся анекдоты о борсетках с полицейскими пистолетами – весело подумал Полищук и продиктовал водителю адрес, прибавив в конце:

- Шеф, скорость доставки сильно повлияет на сумму оплаты. Усек?

Водитель усек. Машина скрежетнула железками и резво взяла старт с места, даже резиной запахло.

Это был очень опытный столичный таксист. Предельно аккуратно нарушив многие пункты правил дорожного движения, он въехал в нужный микрорайон всего через десять минут после начала поездки. И дом нашел в один момент. Такому грех платить строго по счетчику, которого, кстати, и не было.

Щедро накинув сверх объявленной суммы целых сто рублей – таксист поморщился, но ничего не сказал – Полищук первым вылез из машины и осмотрелся. Двор как двор – деревья, песочницы, машины в три ряда. У нужного подъезда два новеньких джипа, водители рядом – видать, ждут своих боссов. Ну и ладно, нам по своим делам пора.

- Командир,- тревожно произнес Гриня,- какое-то шевеление пошло!

И впрямь, один из водителей неожиданно рванул куда-то за дом, второй схватился за ухо и принялся бормотать – не иначе, по радиосвязи разговаривает! Блин, тут что – ФСБ операцию проводит?

Из нужного им подъезда стремглав вылетели еще двое – близнецы водителей джипов и тоже бросились за дом. Так убегают с места возможного минирования – отчего-то подумалось Полищуку. Точно – ФСБ…

- Что делать будем?- спросил Снип. Полищук поразмыслил и решил:

- А по фигу. У них свои дела, у нас свои. Идем по адресу. Если остановят – у нас бумаги в полном порядке. Так ведь, Снип?

Снип покраснел, и Полищук понял, что с бумагами у снайпера в порядке далеко не все. Скорее всего, вообще забыл их в автобусе. Ладно, проскочим. В первый раз, что ли, Снипа из «обезьянника» вытаскивать…

Они гуськом подошли к подъезду. Полищук потянул на себя дверь и едва не столкнулся лбами с еще двумя близнецами из серьезной конторы. Вышла заминка.

- Пардон,- сказал шедший первым близнец помоложе.- Можно, сначала мы выйдем, а потом уж вы зайдете?

- Не вопрос,- ответил Полищук и посторонился.

Он проводил вышедших взглядом. Да, и эти явно торопились.

- Неладно что-то в Датском королевстве,- прошептал Полищук под нос, но Снип все равно услышал:

- Что говоришь, командир?

- Так, мысли вслух. На каком этаже наша квартира?

- Шестой или седьмой,- быстро сосчитав, сказал Гриня.

- Значит, едем на седьмой,- решил Полищук.- Если ошиблись, лучше спускаться, чем подниматься…

Лифт, скрипя и покачиваясь, неспешно дотащил их до седьмого этажа, нехотя распахнул двери и выпустил на площадку между четырьмя квартирами.

- А хотите, я с первого раза угадаю, куда нам нужно?- спросил Гриня и указал рукой на открытую дверь.- Сюда. С вас пирожок с водкой.

- Не умничай,- встревожено бросил Полищук.- Снип, прикрываешь вход. Гриня, на тебе все двери по левой стороне. Оружие к бою!

- Командир, а если тут эти – из ФСБ?- мгновенно посерьезнев, спросил Гриня.

- Показываем друг другу документы и извиняемся. Но сначала всех мордами в пол.

- И Катьку?

- Ее первую,- кровожадно скрипнул зубами Полищук.- Ну, пошли!

Они ворвались в квартиру, прикрывая друг друга. Убедившись, что живые люди есть только в кухне, причем опасности не представляют ввиду костылей одной и побитости другого, Полищук убрал из поля зрения пистолет-пулемет и ласково спросил:

- По какому поводу день открытых дверей организовали?

- А вы кто?- задала резонный вопрос женщина на костылях.

- Мы?- Полищук пожал плечами.- Шли мимо, дай, думаю, зайдем…, знакомую ищем. Она нам, как ни странно, ваш адресок дала. Звать Катей. Знакома такая?

- А, Катя,- вяло ответила женщина,- убежала ваша Катя. Недавно. Антон тут такое устроил, что все убежали.

- А кто у нас Антон?

- Я,- глухо отозвался побитый.- А вы кто?

- Ну, пошло по кругу…, что стряслось-то? Мне Катя звонила насчет сумки…

- Какой сумки?- напрягся побитый.

- Как какой? С наркотиками.

- А,- побитый расслабился,- с картошкой…. Смешно получилось. Это у нее спрашивайте. Я и сам ничего не понял.

Из путаного рассказа женщины Полищук сделал вывод, что сумка с наркотиками оказалась полной неожиданностью как для хозяев дома, так и для Кати с ее ухажером.

- Ухажер? Интересно. А куда они побежали – не сказали?

- Да вот и до вас приходили, тоже им интересовались. И тоже быстро ушли. Такие,- женщина неопределенно помахала рукой,- в серых костюмах.

А Антон внушительно добавил:

- Из органов. Внутренних.

Полищук протиснулся к окну и посмотрел вниз. Двух джипов на месте уже не было. Зато из соседнего двора выезжала подозрительно знакомая «Таврия»…. Новые встречи сулит расставанье?!

- Ну ладно,- сказал Полищук,- выходит, что нам тоже пора в путь-дорогу. Если Катя неожиданно вернется – а от нее всего можно ожидать – скажите, что приходил дядя. Волновался. Будет ждать звонка. Хорошо? Счастливо оставаться.

- Странные родственники у Кати,- сквозь слезы улыбнулась женщина,- с автоматами.

- Какая Катя, такие и родственники,- развел руками Полищук и направился к выходу.

- Значит так, орлы,- сказал он подчиненным, как только за ними закрылись двери лифта и кабина, сотрясаясь от старости, поползла вниз,- Катька наша снова во что-то влипла. Экстремалка хренова. И виденные нами однояйцовые боевики в данный момент также ее ищут. С какими намерениями – пока непонятно. Чует моя сердечная мышца, что никакие они не внутренние органы. Что еще больше запутывает ситуацию.

- Что узнал-то?- с искренним любопытством спросил Снип.

- Ничего внятного. С ней какой-то парень с редким русским именем Сергей и такой же редкой русской фамилией – Сидоров. В руках у парня сумка с героином. Парень, скорее всего, тот, что за нее заступился перед цыганами. Друг этой семьи. Или уже не друг…

- Что делать будем?- спросил более деловой Гриня.

- Нашу бригаду, скорее всего срывать у Топоркова нет смысла. Попробуем сами разрулить. Жаль, что у этой… Кати нет с собой телефона.

- Найдем,- уверенно сказал Снип,- если что, я в спецназе научился следы читать.

Лифт выпустил их из своих железных объятий. Полищук, опомнившись, упаковал оружие обратно в дипломат и вышел на улицу.

- Оп-па,- тихо ахнул за его спиной Снип.- Командир, быстренько отвернись!

Полищук сделал вид, что решил прикурить:

- Что еще?- прошипел он, наклонившись.

- Ты не поверишь! Осторожно глянь назад!

Полищук осторожно глянул и вправду не поверил своим глазам – по двору катился зеленый лупоглазый «Мерседес»…

- Я сошел с ума?- растерянно спросил Полищук.- Или у нас у всех начались галлюцинации? Гриня, ты тоже это видишь?

- «Мерседес»,- подтвердил Гриня,- цыгане шумною толпою толкали в гору «Мерседес»…. Однако сюжет закрутился! Выходит, они тоже Катьку выследили?!

- Молодец! Я уже с ума сходить начал, спасибо! Все правильно – героин у них украли, они кинулись вдогонку! И нашли ведь. Ладно, что делаем дальше?

- Обычное развитие событий,- пожал плечами Гриня.- Тормозим первую попавшуюся машину, машем корочками и преследуем «Мерседес». Не на такси же личные деньги тратить. Тем более, что у меня с собой только абонемент в метро.

«Мерседес» выехал из двора. Еще пара минут, и можно будет его потерять! Срочно нужна машина.

- Вон та подойдет?- ткнул пальцем в сторону соседнего двора Снип.- И водила возле нее трется.

- Быстро,- скомандовал Полищук, первым подбежал к машине и ткнул в лицо водителю удостоверение.- Гражданин, ваша машина срочно нужна для оперативной работы. Горючее и амортизация гарантированы законом.

- Пожалуйста, садитесь. А если нас менты…, пардон, гаишники будут тормозить?

- Решим, не сомневайтесь. Не в первый раз.

- Кого ловим? Куда едем?

- Вон в тот выезд. Нужно догнать зеленый «Мерседес» с преступниками.

- Без проблем. Догоним даже самолет!- весело ответил выспавшийся Саша Гречнев, известный среди башкирских таксистов как Шумахер…

Взгляд навстречу. Сурен.

Промывание и капельница с физраствором сделали свое дело – Сурен чувствовал себя даже более здоровым, чем был до больницы.

Однако настроение было подавленным. Сурен наконец-то совершенно ясно осознал, что он натворил. Отдать груз совершенно незнакомому человеку! Сейчас это уже не казалось единственно правильным выходом. Как можно доверять незнакомым! Ведь прошло уже столько времени, а он до сих пор не позвонил…. Или позвонил, но Саркис не сообщил об этом?!

Сурен никогда не доверял Саркису. Во-первых, они были не родственники. Во-вторых, Сурен строил свою жизнь сам, а не на деньги дяди, как Саркис. И, в-третьих, Саркис был начальником Сурена.

Выходило, что доверять Саркису можно было не более, чем незнакомому москвичу. А, может быть, и менее…

А ведь он уволит меня!- внезапно осознал Сурен. Скажет, что не достоин, что провалил порученное дело – и уволит. И никто не заступится. Придется возвращаться в Ереван.

Эта мысль еще больше огорчила Сурена. Он даже застонал и накрылся простыней с головой.

В таком виде его и застал врач:

- К моргу привыкаете?- решил развеселить он больного доброй шуткой.- Зря. Вам еще рано. Да и мест там свободных сегодня нет. До завтра подождете?

Сурен тяжело вздохнул. В морг, так в морг. Ему было все равно. Врач зашел с другого бока:

- Вам счет на оплату лечения еще не показывали? Вот и хорошо, вам пока нельзя волноваться. Лечитесь, набирайтесь сил, копите деньги.

Сурен вяло махнул рукой – в эту минуту деньги его не волновали совершенно. Врачу это понравилось:

- А у нас новое оборудование недавно поставили, мертвых на ноги подымает. Вот таких как вы, например. Хотите, курс пропишу? За отдельную плату.

Он снова не дождался ответа, пощупал пульс, заглянул в глаза с неземной лаской, сказал со вздохом:

- Судя по всему, выкарабкаетесь,- и ушел, оставив после себя стойкий запах медицинского спирта.

Что же делать?- размышлял Сурен. Нечего – в конце концов пришел он к разумному выводу. Сейчас от него не зависело ровным счетом ничего. Все, что ему остается – это лежать и выздоравливать. За деньги фирмы. То есть, Саркиса…

Эта мысль принесла с собой неожиданное умиротворение. Что ж, раз ничего нельзя сделать, раз грозит увольнение – что ж, попользуемся напоследок щедростью Саркиса! Что там доктор говорил о новом оборудовании?!

Взгляд навстречу. Начальник службы безопасности.

Начальник службы безопасности ждал от племянника хороших известий. И удивлялся, почему их до сих пор нет. Мысленно, он уже распределил все премиальные деньги между собой и Антоном, скрепя сердце отдал ему «Лендровер» – все равно еще один останется.

Но больше всего его беспокоило упорное молчание Григорьева. Сотрудники информационного центра по его личной просьбе просканировали даже личные телефоны членов группы – пустой эфир. Ни одного выхода. Как сквозь землю провалились. Это не просто беспокоило – это пугало.

Начальник службы безопасности не один десяток лет прослужил в службе, которую принято называть компетентной. Несмотря на то, что самого его заниматься оперативной работой, как говорится, Бог миловал, тем не менее, основные правила этой работы он знал отлично. Если группа до сих пор не вышла на связь – это значило, что группа…. А что это, собственно, значило сегодня, в этой стране? Да ни черта не значило! И это пугало еще больше.

Попытки информационного центра самим вызвать Григорьева на разговор натыкались на зловещее молчание. Нет, рации Григорьева работали. Но не отвечали.

Многоопытный начальник службы безопасности давно уже пришел к неутешительному выводу – Григорьев раскусил подставу. И обиделся. Чем он занимается сейчас – одному Григорьеву же и известно. Жаль группу, но все равно ей кранты…

А вот почему молчал Антон – было совершенно непонятно. Начальник службы безопасности решил подождать еще ровно десять минут и позвонить самому.

- Послал Бог помощничков,- обижался начальник службы безопасности.- Один пропал, второй тоже куда-то провалился…

Взгляд навстречу. Митрофанов.

Когда дядя позвонил в первый раз, Антоха Митрофанов согласился на калым без малейших раздумий. Каждый раз родственник оплачивал свои просьбы щедро – когда две тысячи, а когда и все пять. Деньги лишними не бывают, чего ж отказываться. Да и работенка, скорее всего непыльная, снова пакет какой-нибудь отвезти по секретному адресу…

Правда, когда услышал детали, хотел было отказаться – вдруг придется драться? Но дядя умел уговаривать.

Ко второму звонку Антоха был уже готов и морально и технически – выпросил у сменщика мотоцикл. Тот почти не сопротивлялся, только заломил за прокат аж литр водки.

Наконец-то пригодился и коммуникатор, которым Митрофанов пользовался в основном как телефоном.

Вглядевшись в карту, он едва не обомлел – метка мерцала в двух шагах от его собственного дома!

- Чем быстрее сработаешь, тем больше денег мы… ты получишь,- сказал дядя,- Район знакомый?

- Знакомый?! Не то слово! Да я там через полчаса буду! Дядя Коля, а ты меня не разыгрываешь?

- Не знаю, что за мысли тебя беспокоят,- сухо ответил дядя.- С моей стороны все честно, не сомневайся. Мы же родня.

- Тогда даже не знаю, что и думать…. Ладно, сделаю в лучшем виде.

- Еще вот что – захвати с собой игрушку…, ну, ту, которую я тебе в прошлом году подарил. Парень, судя по описанию, крепкий. Добром может не получиться, а груз ты забрать должен любой ценой. Слышишь? Любой ценой! И привезти мне. «Лендровер» хочешь?

- Хочу,- ответил Митрофанов.

- Молодец. Давай, работай. Если что – звони немедленно. И вот еще что – кроме тебя, по объекту работают другие люди. Ты их должен опередить, иначе шиш тебе, а не «Лендровер».

На этой оптимистической ноте дядя отключился, а Антоха сел на мотоцикл и знакомыми с детства тропками помчался к родному дому.

«Игрушка» – маленький черный пистолет - как раз дома и лежала. В серванте, за книгами. Подальше от глаз сестры.

Он быстро добрался до знакомого двора, еще раз заглянул в коммуникатор и удивленно покачал головой – метка вела его прямиком в собственный подъезд! Впервые в мозгу слабо шевельнулась мысль – уж не Серега ли Сидоров тот самый крепкий парень? А что, очень даже может быть – Серега по попаданиям во всякие идиотские ситуации давно уже должен был заодно попасть и в книгу рекордов Гиннеса.

У дверей квартиры он еще раз заглянул в коммуникатор и уверился окончательно – это Серега! Больше некому. Как себя повести? Пистолетом помахать? Или по-дружески договориться? Что ж, Сереге несколько тысяч тоже не помешают. В конце концов, он хоть и шляпа, но не дурак.

Антоха еще немного подумал, а потом решил сначала оглядеться и только потом действовать.

Правильное решение! Это действительно был Сидоров, с офигевшим лицом и грустными глазами. А рядом была незнакомая девушка. Митрофанов поглядел на нее и понял, что в ее присутствии уговорить этого дебила по-хорошему ни на что не удастся. Он сейчас рыцарь, блин…. Вот если бы на столе появился пузырь беленькой…

Ладно, будь, что будет! Митрофанов вызвал сестру в комнату – чтобы на кухне своими костылями не помешала, достал из серванта пистолет и, не обращая внимания на ее удивленные крики, бросился на кухню. Удивить и запугать! Чтобы сначала отдали, а только потом в себя пришли!

- Гони сумку, мать твою! Быстро гони сумку!

- Выходит, героин-то не цыганский,- почти беззвучно произнесла непонятные слова ошарашенная девушка.

Обомлевший Сидоров ногой вытолкнул сумку с картошкой из-под стола на середину кухни, но Митрофанов не обратил на нее никакого внимания:

- Ты, дятел!- снова крикнул он.- Прикалываться будешь в морге! Борсетку давай!

Серега покорно протянул руку с борсеткой Митрофанову, тот жадным жестом сорвал сумочку с запястья. И успокоился.

- Серега, без обид,- почти нормальным голосом сказал Антоха,- как говорят в американских фильмах – ничего личного. На эту сумочку у меня заказ. Не переживай – с меня магарыч,- и он смешно хрюкнул. Однако никто не улыбнулся.

- А откуда ты узнал, что она у меня?

- От верблюда, дружище! Сегодня техника так далеко вперед шагнула…, впрочем, это не моя тайна. За сим позвольте откланяться. Сумочку, поди, заждались уже.

В общем, все получилось именно так, как он и рассчитывал. Борсетка у него, осталось отвезти ее дяде. Деньги в кармане, «Лендровер» на стоянке. Не жизнь, а сказка!

А Серега? Сам виноват – с ожесточением подумал Митрофанов и почувствовал, что слабо ворохнувшаяся совесть тут же легла на бочок и сладко засопела.

А вот дальше все пошло совсем не так, как спланировал Антоха…

Визг тормозов за окном отвлек его внимание, хотя, что там было таращиться на Серегу? Девушку Антоха вообще всерьез не принимал. Оказалось – зря.

Именно девушка и вырубила Митрофанова. Очень качественно, надо сказать. Чуть не убила….

А потом в кухне Митрофановых калейдоскопом замелькали странные лица, задававшие непонятные вопросы и после получения ответов мгновенно исчезавшие. Иногда Антоха даже не понимал – это галлюцинация или над ним действительно склонился седой полковник ФСБ. Про дядю спрашивает зачем-то…. Да они ж там все друг друга знают! А этот – с автоматом,…. Какие наркотики? Это к сестре, пожалуйста. Ей иногда прописывают что-то болеутоляющее. Сумка?! С наркотиками? Ничего не знаю…

Когда видения закончились, в голове Антохи под мерное всхлипывание Светы начало наступать прояснение. Первые ясные мысли были не из приятных – нужно доложить об отсутствии положительных результатов дяде.

Митрофанов огляделся, охая и жалея себя страшно, и удивился – и коммуникатор лежал на полу, и даже пистолет! Эти, из органов, непременно бы его забрали. Следовательно – галлюцинации.

- Замолчи,- попросил он сестру.- Видишь, я живой.

Она только махнула рукой, повернулась и ушла в комнату.

Митрофанов слабой рукой взял коммуникатор. Прищурившись, одним глазом сфокусировал плавающее зрение и удивился – метка продолжала мерцать! Она медленно двигалась в сторону канала – Серега убегал с заветной борсеткой, и Антоха точно знал – куда…

Ладно, перезвоню дяде позже – решил он.

Кряхтя и охая, он поднялся с пола, кое-как пришел в себя и направился к выходу, сунув в один карман коммуникатор, а в другой – маленький черный пистолет. Может, пригодится еще…

Глава 12

Глава двенадцатая,

в которой выясняется, что догнать – еще не значит поймать….

Взгляд изнутри. Сидоров.

- Сопишь, как медведь в берлоге,- обдав ароматом изысканного парфюма, беззвучно шепнула в ухо Сереге Катя,- Дыши ртом, что ли…

Только что на площадке шестнадцатого этажа со стоном замерла кабина лифта, из которой вышли несколько человек. Они потоптались, но на лестницу, ведущую к железной решетке, не заглянули.

- Борщом пахнет,- удивленно сказал один из них,- Вот же люди! В такую духоту борщи варят. По-моему, сейчас ничего лучше холодной окрошки не придумать. Ты как считаешь?

Второй что-то промычал.

- А я говорю – борщ в такую жару тяжеловат будет!- решил отстоять свою правоту первый,- К нему же чеснок полагается. Да что я говорю – ты же хохол, сам все лучше меня знаешь.

Приехавшие на лифте начали медленно спускаться по лестнице на нижний этаж. Катя перевела дыхание:

- Видал? По нашу душу ребята, чтобы мне век к парикмахеру не попасть! Нашел проволоку?

Серега пожал плечами – проволоки нигде не было. Гвозди тоже не валялись.

- Думай, рыцарь,- прошипела Катя,- соображай! Может, у тебя ключи на кольце? Тоже подойдет.

Ключи у Сидорова были на карабинчике. Такие дарили всем сотрудникам на день рождения сетевого магазина, не вчерашнего, а предыдущего. С красивым логотипом.

- В борсетке пошарь, быстрее!

Продолжая зачем-то дышать ртом, Серега раскрыл сумочку и начал в ней копаться. Вскоре в его руке оказался странный предмет – черная металлическая коробочка с иностранными буквами на лицевой стороне и четырьмя болтиками на обратной. А может, наоборот – кто их разберет…

Коробочка через кольцо соединялась с небольшим куском янтаря, в котором виднелось какое-то вкрапление – жук или камешек…

- Сойдет!- кивнула Катя, увидев кольцо,- Один конец распрями и загни под прямым углом, сантиметра полтора, не больше. И дай мне. Шевелись, а то они скоро вспомнят про выход на крышу!

- С чего это?

- А с того, что в квартире нас нет, мимо них мы не пробегали. Куда делись? Они, конечно, лопухи, что сразу не глянули, но скоро очнутся…

Тренированные пальцы грузчика за несколько секунд играючи справились с поставленной задачей.

Катя повертела в руках отмычку, одобрительно кивнула и приникла к замку. Тот практически не сопротивлялся, сухо щелкнул и открылся.

- Видал?!- торжествующе шепнула Катя.- Я такие еще в детском саду на раз открывала!

Серега склонил голову и в знак восхищения несколько раз приложил одну ладонь к другой – поаплодировал, значит…

Девушка потянула решетку на себя и та, почти не скрипнув, открылась. По знаку Кати Сидоров прошел вперед. Она же аккуратно закрыла дверь за собой и снова завозилась с замком.

- Не думаю, что у них есть такой же специалист,- объяснила она задержку,- Пусть помучаются.

Выход на крышу оказался просто забит двумя гвоздями. Серега дернул дверь и она распахнулась.

Щурясь от яркого солнечного света, беглецы выбрались на крышу и быстрым шагом направились к входу в другой подъезд. Там тоже не было проблем – те же гвозди, такой же замок. Можно было смело поклясться, что и в соседних подъездах та же картина – оптовые закупки, режим экономии.

Они не рискнули спускаться на лифте, рванули вниз по лестнице, этаж за этажом, круг за кругом…. У самой подъездной двери остановились, перевели дыхание и высунули на улицу две головы одновременно. И встретились глазами с одним из мужчин, стоявших у двух джипов. Хорошо, что Серега узнал и мужчину и джипы – видел уже сегодня. Плохо, что мужчина тоже мгновенно опознал Серегу. И рванул навстречу.

- Ходу!- крикнула Катя и повернула за угол дома – не зря для выхода выбрала крайний подъезд, как чувствовала – подумал Сидоров, следом за ней набирая скорость.

Они пролетели какой-то двор, потом еще один и оказались на открытой местности. Слева и справа пустырь, сзади дома, между ними – преследователи. Впереди - водная гладь знакомого канала. Влипли?!

- Быстрее!- оглянувшись в очередной раз, крикнула Катя. Мне бы твои заботы – зло подумал Серега, задыхаясь под тяжестью сумки с героином. И вообще – хорошему бегу он давно предпочитал хорошее пиво и хорошие сигареты. Видимо – зря…

За спиной громко топал преследователь. Если бы не это, Сидоров давно бы уже упал и умер. Все-таки, вчера с портвейном явно погорячились – мелькнула и пропала единственная связная мысль.

Неожиданно Катя остановилась:

- Беги дальше!- крикнула она опешившему Сереге и рванула в обратную сторону. Зачем – Серега понять был не в состоянии. Он продолжил бег и вскоре с радостью увидел, что ноги привели их, оказывается, к единственному в мире человеку, способному помочь – пожилому рыбаку, который до сих пор возился со своей лодкой, причем на этом берегу!

Рыбак тоже оторвался от какого-то своего загадочного рыбацкого занятия, аккуратно закрутил пробку на фляжке и поднялся на ноги. Уставился на Сидорова, узнавая и не узнавая его. Потом глянул за Серегу и замер с разинутым ртом.

В это время Катя легко обогнала своего напарника и подскочила к рыбаку:

- Дедуля,- командирским тоном сказала она,- ты за проезд просил сто, а получил пятьсот. Четыреста торчишь. Отрабатывай!

- Куда?- покорно спросил рыбак.

- В Швецию, блин! На тот берег, конечно! Шевели веслами, быстро!

Сидоров так устал, что даже не заметил, как оказался в лодке. Пришел в себя уже на середине канала.

- С такой атлетической фигурой и такой дохляк,- укоризненно произнесла Катя,- Живешь по принципу: сало – сила, спорт – могила?

- Давно не бегал,- робко попытался оправдаться Серега,- последний раз в армии, лет пятнадцать назад…, от патруля…

- Ясно.

- Да и состояние организма сейчас не для спорта…. Вчера же отвальную отмечали…

Рыбак понимающе кивнул, продолжая ворочать веслами. Типа – рыбак рыбака…

- И вообще…, у меня в плане на сегодня бег не указан… тем более с тяжестями…

- Хорошо,- с фальшивым благородством ответила Катя,- давай, я сумку понесу.

Обрадовавшийся Сидоров протянул ей сумку с наркотиками.

- Ты офонарел, рыцарь?! Борсетку давай! А эту гадость тебе таскать еще долго – пока не передадим в надежные руки. Назад глянь.

Серега оглянулся и увидел, что на берегу сгрудились плохо различимые на расстоянии люди. И два джипа.

- Молодец, дедуля,- сказала Катя,- гребешь как чемпион мира по байдаркам. Считай, что отработал копейку. А ты что скажешь? Знакомые твои? Какого черта за тобой гоняются? И как находят? Есть мысли?

- Позже расскажу,- покосившись на рыбака, буркнул Серега. В самом деле – девка огонь, даром что блондинка, может, что и присоветует…

Они выбрались на берег почти в том же самом месте, где совсем недавно его покинули. Кстати, очень удобно – не нужно снова протаптывать дорогу через заросли.

- Куда теперь?- спросила девушка,- У тебя здесь еще знакомые имеются? Тоже близкие друзья, типа твоего Антошки? Или есть еще планы?

- А у тебя случайно плана нет?

- Есть. Добраться до ближайшего телефона. И затаиться до приезда моих друзей.

- Не знаю, что с первой частью можно поделать, а вторую я давно предлагаю – вот он, любимый кирпичный завод! В его развалинах можно батальон спрятать.

- Потом насчет батальона,- задумчиво сказала Катя,- Ты мне вот что объясни. Героин был цыганский, так? Твой Антон пришел не из-за него, а из-за борсетки, так? А эти, которые на джипах, за тобой из-за чего гоняются? Из-за наркотиков или борсетки?

- Как раз им я не удивляюсь,- вздохнул Сидоров,- Антоха удивил, это да…

- Ты загадочно не вздыхай, на сегодня загадок и так выше крыши! Что случилось?

Серега подумал немного, махнул рукой и все рассказал:

- Иду я от Антохи с сумкой картошки через лесопарк…

Катя слушала без ахов и охов, не перебивая. Даже уточняющих вопросов не задавала. Просто слушала.

- … тогда я решил сначала картошку занести, а заодно от Светки и позвонить этому самому Саркису…

- Что ж не позвонил?

Серега виновато потупился:

- Да, цыгане эти…, ты, героин…. Короче, за всеми этими делами я о борсетке как-то подзабыл…. Антоха напомнил, гад.

Впереди показался забор кирпичного завода. Катя остановилась.

- Давай, хоть наркотики тут спрячем,- предложил окончательно упарившийся Сергей,- Что мы их таскаем с собой почем зря?! Замаскируем и пойдем телефон искать. А потом заберем, а?

- Предложение принимается,- подумав, ответила Катя,- В самом деле, таскаем эту гадость…, еще потеряешь. Где телефон искать будем?

- Да тут, недалеко!- обрадовано сказал Серега,- У меня тут знакомые отдыхают…, хорошие,- поторопился уточнить он,- и совершенно ни в чем не в курсе…, ну, кроме того, что за мной джипы гоняются. У них телефон обязательно у кого-нибудь есть. Наверное.

- Нечего сказать, обнадежил,- фыркнула девушка.- Что стоим? Пошли искать место для нашего клада. Ты тут местный – показывай тайные схроны. Завел, понимаешь, бедную доверчивую и совершенно беззащитную девушку…. Если что – смотри мне!

- Я хороший,- поспешил заверить Катю Сидоров.

- Все вы хорошие,- с сомнением в голосе сказала девушка,- а потом собственных детей не признаете. Ладно, лирику откладываем до более спокойных времен. Где тут тайник для целого пехотного батальона? В нем наша сумка хоть поместится?

Они прошли на территорию, и отдохнувший Сидоров уверенным шагом направился к самым большим развалинам, некогда бывшим, видимо, производственным цехом.

В дальнем углу цеха среди бесформенных обломков бетонных блоков различного формата стоял покосившийся от многочисленных попыток демонтажа металлический ящик размером с трехстворчатый шкаф. С дверями даже, со скелетом какого-то электрического устройства внутри. К нему Серега и подошел.

- Ты уверен?- осторожно спросила Катя.- Да в этот шкаф первым делом заглянут. Он к себе похлеще магнита притягивает, даже мне в нем покопаться охота.

- Спокойно,- величественно произнес Сидоров.- Именно для этого он и нужен. Лично я возле этого монстра шестерых застрелил в свое время.

Девушка только судорожно сглотнула слюну и вытаращилась на партнера.

- В пейнтбол,- поспешил успокоить ее Серега,- А ты что подумала?

- Что врать у тебя получается плохо, а на правду это похоже мало. В общем, испугалась, что ты после сегодняшних потрясений где-то в траве свою крышу обронил…

- Это еще что! Сейчас офигеешь по полной программе! Голливуд отдыхает!

С этими словами Серега неожиданно легко наклонил огромный железный шкаф от стены:

- Иди, посмотри. Дыру в стене видишь? Это ход в пристройку. Во-первых, никто не догадается сюда заглянуть, во-вторых, никто не догадается в эту дыру полезть, в-третьих, пока полезут, мы спокойно по перекрытиям переберемся на крышу, откуда есть лестница на землю. Короче, залезаем и с высоты третьего этажа весело поплевываем на наших преследователей. Типа голуби. Пусть ищут, пока не надоест!

- Круто,- согласилась Катя,- А кто шкаф на место поставит?

- Никто. Сам встанет. Вот, смотри!

Сидоров отпустил шкаф, тот помедлил самую малость, и как ванька-встанька вернулся в исходную позицию.

- Гениально,- вынуждена была признать девушка,- Интересно, как ты узнал про эту фишку со шкафом?

- Если честно – убегал от противника, решил спрятаться за шкафом, качнул его – и пожалуйста! Ну, а дальше уже любопытство завело…. Кстати, так никому и не рассказал!

- А с другой стороны к нам не подкрадутся?

- С другой стороны просто дыра в крыше, под ней в полутора метрах бетонная балка перекрытия. Сомневаюсь, что хоть кто-нибудь догадается, что эта балка ведет в пристройку. Ну что, полезли сумку прятать?

- Полезли,- с недоверием в успех дела сказала Катя,- Ты первый.

- Как скажешь. Только учти, шкаф тяжелый, зазеваешься – так по пяткам поддаст, что неделю хромать будешь.

- Очень оптимистичное и своевременное предупреждение…

Сидоров снова наклонил шкаф и бесстрашно нырнул в узкую дыру в стене.

- А говорят, что женщины любопытны,- пробормотала Катя,- Да ни одна женщина в эту дыру по своей воле в жизни бы не полезла! Эй, рыцарь! Там крысы есть? А то я их боюсь!

- Нет тут никого,- ответил из пролома Серега,- Только пыль… и скелеты,- и захохотал страшным киношным басом,- ха, ха, ха!

- Дебил,- вздохнула Катя,- С кем связалась – с дитем!

Она затолкала в дыру сумку, потом забралась сама. Серега ловко вытянул ее за руки – вовремя, надо сказать, потому что шкаф с неожиданной прытью вернулся в свое привычное положение. Стало темно.

- За помощь, конечно, спасибо, но обнимать меня еще не время,- проворчала, наконец, Катя, не спеша, однако, высвобождаться.- А этим же путем назад можно выбраться?

- Можно. Только отсюда трудно шкаф наклонять. Через крышу проще.

- А стрелял ты откуда?

Сидоров со вздохом – вздох Кате понравился – выпустил девушку из объятий и повел по узкой, но совершенно обычного вида лестнице наверх.

- Снизу вход завален,- объяснил он присутствие лестницы,- так что попасть сюда можно только через шкаф. Наверху комната – типа диспетчерская была, наверное. Или силовая. Или…

- Вот ни капельки не интересно, что там было при социализме!- обрезала Серегины гадания Катя.- Главное, чтобы тайна сохранилась. Наша тайна.

- За это не беспокойся. А красиво звучит – наша тайна…

- Эй, рыцарь! Да ты, кажется, совсем уже оклемался? И от обстоятельств, и от похмелья? Никак, флиртуешь со мной?!

- Есть маленько,- скромно подтвердил Сидоров.- А что, не нравится?

- Ну, я этого не говорила…

Обнадеженный недосказанностью Серега затопал по ступеням еще бодрее. Вот и комната.

- Сама выбирай место для тайника,- великодушно сказал он.

Катя огляделась. Комната была узкой, с то ли окном, то ли балконом, выходящим в цех. В боковой стене еще одна дверь, целая, с ручкой.

- Туалет,- перехватив ее взгляд, пояснил Серега,- к сожалению, не работает.

Катя открыла дверь и заглянула. И правда, туалет. Только вместо унитаза в полу зияла большая дыра. Снизу доносился глухой шум, в котором безошибочно определялась бегущая по трубам вода. Ясное дело – канализация.

- А на крышу как выбираться?

Сидоров подвел ее к другому углу и показал на окно в цех:

- Тут встаешь на подоконник, цепляешься руками за балку, подтягиваешься и залезаешь.

- Вниз, между прочим, метров десять лететь,- прикинула девушка, осмотрев этот запасной выход,- на бетонные обломки, арматуру…. Как тебя угораздило этим путем полезть? Ты что – диггер? Или просто чокнутый?

- Так мы же перед пейнтболом минут сорок коньяк с водкой мешали,- стыдливо потупился Серега,- и с собой я две бутылки прихватил…, чтобы не скучать…

- Понятно…. Так понимаю, что и застрелил ты только троих, просто после водки с коньяком у тебя в глазах двоилось. Как с балки не упал…

- Да там легко! В стене кирпичей не хватает, получается вроде ступенек. А по балке идешь согнувшись. Страшновато, конечно, зато потом сколько радости! Свобода!

Последнее слово Серега произнес громче остальных, и девушка зажала ему ладошкой рот. Сидоров удивился:

- Ты чего?!

- Замри,- шепотом скомандовала Катя.- Нас уже ищут. Слышишь?

Переставший дышать Сидоров напряг слух и в самом деле услышал звуки шагов и голоса, пока еще вдалеке.

- Ничего не понимаю,- неожиданно сказала Катя.- Ты слышишь? Они не на русском разговаривают! Сидоров, что ты такое спер, что за тобой по Москве англичане гоняются?

Взгляд издали. Хранитель.

« Поверьте, Мастер, мы были готовы к самым решительным действиям! Даже водитель, глядя на нас, вытащил из багажника короткий железный ломик с чисто русским названием «монтировка». Да, мы действительно стали командой.

Я прикинул расстояние до джипов. Если броситься как можно более бесшумно, то оставшиеся у машин двое даже не успеют среагировать на нападение.

- Начинаем по моей команде,- шепнул я волонтерам,- Как только они получат сигнал…

Время ползло медленнее самой медленной улитки. Ничего не подозревавшие конкуренты изредка переговаривались между собой, иногда выходили на связь при помощи портативных радиостанций последнего поколения – у их покровителя проблем с финансами не было.

Иногда я поглядывал на экран своего коммуникатора. Метка все также светилась перед нами, правда, иногда то качалась, то кружилась, словно попавшая в водоворот щепка. В общем, вела себя довольно странно.

А потом началось невообразимое! Мастер, я так опешил, что упустил лучший момент для нападения! Как позже оказалось – и слава Хранителям…

Один из конкурентов внезапно крикнул непонятные слова, и бросился куда-то за угол дома. Второй от волнения вдавил в ухо передающее устройство и стал вызывать остальных.

- Они заметили кого-то, кто им нужен,- перевел их крики водитель,- этот человек убегает за дом. Наша вещь у него.

Я впился взглядом в коммуникатор. Действительно, метка покинула очертания дома и стремительно возвращалась к реке! Решение пришло молниеносно:

- Нападение отменяется! Все в машину, преследуем человека, чья метка у нас на экране.

Видимо, от волнения я сказал эти слова слишком быстро – волонтеры выпучили на меня глаза и застыли на месте, с трудом переводя фразу на свой родной язык. Пришлось повторить более медленно.

Ребята облегченно вздохнули, быстро уселись в машину, которая завелась с первого раза, чему удивился даже сам водитель.

Тем временем из подъезда выскочили еще двое конкурентов и тоже бросились за угол дома. Последние двое, среди которых был и главный с седыми волосами, на несколько секунд застряли в дверях, столкнувшись с компанией каких-то музыкантов. Эти бегать не стали – начальство!- сели в джипы и с визгом резины умчались следом за бегущими.

Тронулись и мы, ехать следом не стали, взяли немного левее и без особых проблем выехали к реке достаточно быстро, чтобы наконец-то увидеть человека, несущего наш… нашу вещь.

Это все-таки была не женщина, а мужчина – тот самый, из лодки. Светловолосый, издалека похожий на скандинава. Несмотря на большую спортивную сумку, он бежал легко и уверенно. А женщина оказалась его телохранителем. В общем, я все предположил правильно, только наоборот…

Мастер, насчет распределения ролей в их команде я нисколько не преувеличиваю! Сначала женщина бежала впереди мужчины, прокладывая ему дорогу. Когда один из конкурентов приблизился к мужчине на близкое расстояние, она неожиданно развернулась, побежала навстречу и блестящим приемом айкидо опрокинула преследователя на землю. И снова обогнала своего спутника. А через мгновение я увидел их в лодке, так стремительно отчалившей от берега, словно у нее был не старик на веслах, а мотор.

Признаюсь честно, Мастер – я снова почувствовал себя плохо. Складывалось впечатление, что люди, владеющие в данную минуту нашим… нашей вещью тоже являются организованной группой. И, следовательно, элемент случайности приходилось отклонять. Мастер, наш… наша вещь пользовалась в России бешеной популярностью! Это при том, что во всем мире, как мы считали, не более десяти человек вообще знают о ее существовании…. Не считая нас, конечно. Мастер, мы ошибались!

Водитель не стал ждать моей команды, развернул машину и куда-то помчался.

- Куда мы едем?- спросил я его и получил ответ, наполнивший меня надеждой:

- Наперерез.

Стыдно признаться, Мастер, но я на какое-то время потерял нити управления. С удовольствием признаюсь – команда действовала без понуканий. Волонтеры прониклись важностью нашей миссии и готовы были работать самостоятельно. Я начал уважать этих людей.

Мы пронеслись по уже знакомой дороге через мост и вновь приблизились к столь же знакомым руинам какого-то предприятия. Метка уверенно приближалась к нам с другой стороны развалин.

- Как будем действовать?- впервые подал голос крепыш с заднего сиденья.- Здесь подождем, или рванем навстречу?

Конечно, Мастер, сказал он совсем не эти слова. Но смысл его абракадабры был именно таков. В нем проснулся солдат элитных войск – русских рейнджеров. И он точно знал, что нужно сейчас делать, но, уважая меня как начальника, спрашивал моего совета, ждал моего приказа!

Я задумался. По логике беглецы должны были выйти к нам на дорогу. Так поступили бы граждане любой страны, на любом континенте, в любом полушарии…. Но я помнил, что мы в России. Здесь законы логики не работали совершенно. За сегодняшний день я убедился в этом не один раз, и даже не два. Значит, нужно и нам поступать нелогично.

- Идем навстречу,- я принял решение, которое устроило всех.

Мы вылезли из машины, водитель снова прихватил с собой ломик. Впереди пружинящим шагом крался крепыш с непроизносимым именем Лиощща. Я шел вторым, постоянно контролируя передвижение метки. Сзади сбивал ломиком высокие колючки наш водитель по имени Роман – хоть этому с именем повезло.

Судя по метке, наш… наша вещь уже находилась внутри линии забора. Пересекли эту линию и мы. Через несколько десятков шагов завернули за угол разрушенного здания и остановились в растерянности – прямо на нас от двух джипов неторопливо шли наши конкуренты. Схватка казалась неизбежной…

Один из конкурентов крикнул несколько слов на своем языке. Надо отметить – фраза прозвучала почему-то весело. Роман повернулся ко мне и начал переводить:

- Он сказал, что опять не смогли от нас спрятаться…

- Ну, не совсем так он сказал,- на прекрасном английском неожиданно вмешался седой начальник конкурентов.- В вольном и очень приблизительном переводе это звучит примерно так – наши дороги вновь пересеклись, и это неспроста. Может быть, не станем калечить друг друга, а для начала просто поговорим? В конце концов, мы же умело притворяемся цивилизованными людьми…

А что бы вы сделали на моем месте, Мастер?»

Взгляд вскользь. Сандро.

Несколько раз в порыве энтузиазма Михай собирался броситься на пассажиров «Таврии», и всякий раз Сандро терпеливо объяснял ему, что эти люди к их делу не имеют совершенно никакого отношения.

- Они брелок ищут,- снова и снова втолковывал он другу,- вот пусть его и ищут. А нам наша сумка нужна.

Однако воинствующий Михай не унимался. То и дело он выхватывал из-за пояса пистолет и целился в маячившие впереди спины. Сандро вздохнул и после очередного раза отобрал у Михая патроны. Ведь выстрелит же – подумал он, и вся подготовка насмарку.

А потом все снова пошло не так – пассажиры джипов неожиданно заметались по двору и исчезли вместе с машинами за шестнадцатиэтажным домом. Следом как ошпаренные сорвались с места и пассажиры «Таврии» – только комья грязи полетели в разные стороны.

Опешивший Михай смотрел им вслед, пока Сандро не прикрикнул на него:

- Скорее к машине! Преследуем!

Они запрыгнули в «Мерседес» и прямо через детскую площадку выехали в соседний двор, едва не застряв в песочнице. «Таврию» разглядели в противоположном конце соседнего двора. К ней уже привыкли, поэтому решили ехать следом – машина тихоходная, не оторвется.

Минут через десять Михай удивленно спросил:

- Друг, мы что, домой едем?

- Мы едем за «Таврией».

- Тогда что – она к нам домой едет?!

«Таврия» и в самом деле неслась по дороге, ведущей в поселок, в котором стояли коттеджи друзей. Сандро хотел пошутить, что, скорее всего они узнали, что Михая нет дома, и решили навестить его жену. Потом глянул на лицо друга и передумал. Еще не поймет шутку…. Точно, не поймет…

Обнаружив «Таврию» у забора кирпичного завода, они перестали удивляться чему бы то ни было вообще. А может, это и к лучшему? Зато на заводе не будет случайных людей.

Сандро перехватил рванувшегося вперед Михая за рукав и весомо сказал:

- Брат, очень прошу – пока не увидим своими глазами сумку или того блондинчика – ведем себя так, будто нас здесь совсем нет! Мы в засаде, ясно? Стрелять – только по моей команде. И только в случае крайней необходимости.

- Ты же говорил, что они все должны умереть!- искренне удивился перемене настроения друга Михай.

Сандро содрогнулся:

- Я тогда был очень раздражен,- мягко ответил он,- Михай, не нужно каждое мое слово воспринимать буквально. Я ведь и тебя ругал, если помнишь. Но ты же понял, что это я от гнева на весь мир?

- Это я понял,- заулыбался Михай.- Хорошо. Но если ты дашь мне команду стрелять – пусть они не обижаются!

Сандро пошевелил губами, хотел еще что-то сказать, потом передумал, махнул рукой и пошел к забору. Следом заспешил и Михай.

Солнце уже начало клониться к закату. Воздух, накаленный за день, был совершенно неподвижным. Пахло пылью и каким-то лекарством. Тишину изредка нарушал громкий крик одинокой вороны. Сандро подумал, что представить бурлящую вокруг этого места Москву совершенно невозможно – натуральная окраина цивилизованного мира.

Когда-то, в далеком детстве, вместе с табором они несколько суток ночевали возле развалин старинной крепости. Где это было – Украина или Средняя Азия – уже и не вспомнить. Зато живо вспомнились ночные рассказы старших детей у костра - с жуткими черными руками, хватающими зазевавшихся путников, с привидениями и вампирами…. Сейчас Сандро шел к кирпичному заводу, точно как в детстве шел вместе с другими детьми ночью на развалины крепости – неся в груди ледяную глыбу страха.

Год! Целый год жизни он положил на то, чтобы из разрозненных фактов сложить мозаику правды и найти-таки этот чертов героин! Никто даже не догадывался, чем он занимается. Ладно, Михай – даже люди из окружения барона ни о чем не догадывались. И ведь нашел! Нашел, несмотря на внезапную смерть курьера в камере предварительного заключения – никто не убивал, честное слово! – ночью просто остановилось сердце….

Тогда показалось – все кончено. Никаких зацепок. Никакой надежды. Курьер был одиноким пожилым татарином, в свое время отсидевшим за воровство половину жизни.

Из этой истории Сандро сделал неожиданный вывод. Одинокими могут быть русские, европейцы, даже американцы. Татары же одинокими не бывают! В деревне под Уфой нашелся троюродный племянник, целый год хранивший у себя по просьбе дяди увесистый сверток с героином. Сегодня этот героин приехал к своему законному хозяину – тому, кто его вычислил. К Сандро! Никто не посмеет отобрать у него его законную добычу!

Сандро встряхнулся, почувствовал, что ослабшая решимость восстановилась вновь, и зашагал к зданиям кирпичного завода, полный сил бороться за добычу как тигр – до конца.

Следом шел Михай. Вот уж кто совершенно не волновался. Вот уж кто твердо знал, что никому не даст своего лучшего друга в обиду…

Взгляд исподлобья. Аналитик.

Прошла почти минута. Эдуард Николаевич даже хотел кашлянуть в трубку – проверить, есть на том конце живые, но передумал.

Коллеги, поймав посветлевший взгляд Эдуарда Николаевича, тоже ожили, заулыбались, стали показывать ему кулаки с оттопыренными большими пальцами – мол, молодец, наш человек, красиво уел, однако…

Наконец, Эдуард Николаевич услышал слова. Увы, это был не поверженный подполковник Потапов. Знакомый всей России – до омерзения!- металлический баритон произнес:

- К сожалению, вызываемый абонент находится сейчас вне зоны действия сети. Попробуйте перезвонить позднее.

Вот уж действительно – к сожалению.

Эдуард Николаевич бережно опустил трубку на аппарат, обвел коллег рассеянным взглядом, благосклонно принял невысказанные вслух поздравления и расслабился.

Он посмотрел на часы. До конца работы еще было минут двадцать, но Эдуард Николаевич решил позволить себе сегодня маленькое нарушение.

- Я в министерство,- на всякий случай солгал он коллегам. Те поняли его совершенно правильно, проводили до двери невинными шуточками и пожелали всего самого лучшего.

Эдуард Николаевич вышел на улицу, словно заключенный на свободу после долгожданной амнистии. Даже воздух вдохнул полной грудью. Даже поймал горячий луч солнца, прячущегося за крышу, и улыбнулся ему как родному.

Птички в душе не пели. Вместо них играл далекий духовой оркестр, звенели чьи-то голоса – женские, приятные – гудел колокол.

Жить было превосходно!

Мозг Эдуарда Николаевича еще прокручивал сегодняшнюю партию, с каждой минутой спотыкаясь на мелочах чаще и чаще. От усталости. Вторая оперативная группа нисколько не волновала. Конечно, можно было бы снова набрать номер богатого клиента и парой слов удвоить сегодняшний гонорар. Но – к чему?! Эдуард Николаевич не хотел купить себе остров в Карибском море. Стало быть – зачем крохоборствовать, верно? Да и ребятам из наркоконтроля тоже нужно работать, полезное дело делают, ничего не скажешь. Давить этих гадов нужно – с вялым праведным негодованием подумал Эдуард Николаевич, в изнеможении даже не додумав – кого именно.

Удивительно, но у Эдуарда Николаевича не было машины. На работу он добирался метрополитеном, из-за чего никогда не тупил виноватый взгляд перед начальством, оправдывая опоздание очередной пробкой. И зимой и летом поезда подземки ходили одинаково точно. А, если не устраивает толчея – выходи из дома до семи, возвращайся после девяти…

Беспощадно перевирая слова и фальшивя мелодию, он мурлыкал под нос песенку про мохнатого шмеля. В его варианте выходило, что лохматый шмель принял на грудь душистый хмель и в пьяном угаре потащил цаплю серую в камыши…. Весело выходило, короче.

Подполковника Потапова было даже немного жалко. Совсем немного.

- С кем связался, пацан,- благодушно повторял Эдуард Николаевич,- хорош боец, ничего не скажу, хорош…. Только мы и не таких в стойло загоняли! С кем тягаться вздумал! Но – хорош! Ведь едва не развел! Однако – как я его, а?!

Было жаль, что рядом нет близкого человека, с кем можно было бы поделиться радостью трудной победы. К сожалению, в таких делах никогда не бывает близких…. Их вообще в таких делах нет.

Спускаться в метро в это время суток было опасно для жизни костюма и бумажника. Эдуард Николаевич миновал одну станцию и неторопливо двинулся к следующей. В конце концов, он этот отдых сегодня заслужил!

Так он прошелся по раскаленному проспекту, не обращая внимания на высокомерно-завистливые взгляды застрявших в пробке автомобилистов, свернул в переулок и неожиданно для себя оказался на набережной.

По серой глади реки бойко сновали маленькие утки. Поднимая волну, прополз прогулочный теплоход. Люди на верхней палубе смотрели на Эдуарда Николаевича, смеялись и махали ему руками. Над волнами летала какая-то импортная песня. Эдуард Николаевич ее не слышал.

- Так вперед, за цыганкой в шатер кочевой…- мурлыкал он, жмурясь и жалея, что нет с собой какой-нибудь булки, чтобы отрывать от нее куски и бросать вниз, этим маленьким глупым уткам. Чтобы и они радовались…

Время летело незаметно. Когда Эдуард Николаевич вспомнил о доме, солнце уже начало красить крыши и стекла домов в алые тона. Он все так же медленно пошел к станции метро, заложив руки за спину и снисходительно разглядывая встречных прохожих. Не чета ему, нет равных…

В сквере на лавочке сидели две юных прелестницы – то ли еще школьницы, то ли уже студентки. Они морщили лбы, разглядывая свои мобильные телефоны.

- Вот, не поверишь,- сказала одна, когда Эдуард Николаевич поравнялся с лавочкой,- целый день пытаюсь до него дозвониться! А в ответ – абонент вне зоны доступа…

- Мужики все такие,- ответила подруга,- чуть что – сразу в кусты…. В таких случаях надежнее на городской звонить. Уж там-то никуда не денется…

Эдуард Николаевич прошел мимо. Какая-то темная мысль дождевой тучей внезапно нависла над праздником его души. Что-то такое сказали сейчас эти пигалицы…. Что-то важное, имеющее к нему прямое отношение.

Он попытался отбросить темную мысль, но не справился. Кривая настроения резко поползла вниз. Что же такое они сказали?!

Уже и лохматый шмель не развлекал. И цыганка из кочевого шатра не манила рукой в звенящих браслетах, обещая неземную любовь. И снова навалилась летняя духота. И раздражал мягкий асфальт под ногами. Что же?!

И только у входа в метро Эдуард Николаевич ахнул и стремительно поменял цвет лица на багровый.

- Ах, Потапов,- пробормотал он в крайнем озлоблении,- ах, ты, сукин сын! Ведь это же надо! Так ловко меня обвести вокруг пальца…. Ну, с тебя должок, подполковник!

Эдуард Николаевич только сейчас понял, что последние слова ему сказал в трубку не телефонный робот, а сам Потапов! В самом деле, какой, к черту, абонент вне зоны, если весь день они разговаривали не по мобильному телефону, а по городскому!!!

- Ушел все-таки от ответа, сволочь!- вздохнул Эдуард Николаевич.

Победа оказалась не полной. Не абсолютной. С червоточиной. От этого праздновать ее дальше было все равно, что справлять свадьбу без невесты…

- Ничего,- сквозь зубы процедил Эдуард Николаевич,- У нас еще и завтра, в таком случае, будет, о чем поговорить…

Глава 13

Глава тринадцатая,

в которой одни только разговоры, переговоры, договоры, уговоры…

Взгляд навстречу. Начальник службы безопасности.

Прошло много времени. Звонков о ходе операции так и не поступало.

Начальник службы безопасности еще пару минут погипнотизировал мобильный телефон – безрезультатно. Тогда он вздохнул и протянул руку. Телефон запел под ней искаженным голосом Николая Расторгуева про березку. Начальник службы безопасности вздрогнул и в сердцах выругался:

- Вот сволочь!

Он взял трубку и суровым голосом спросил:

- Ну, что скажешь?

- Это ты что скажешь?- раздался голос Саркиса Ашотовича,- Кто из нас начальник?! Кто кому докладывать должен?

- Я,- ответил растерявшийся начальник службы безопасности.

- Я – что? Я – начальник? Или я – докладывать должен?

- Я – докладывать…

- Вот и докладывай! Полдня уже сижу и жду доклада.

- Григорьев на связь не выходил,- сказал первую пришедшую на ум мысль начальник службы безопасности.

- Да плевать я хотел на Григорьева! Груз нашли?! Что молчишь? Твой человек работает?

- Работает,- неуверенно сказал начальник службы безопасности, мысленно обматерил сначала племянника, потом шефа и добавил в голос оптимизма,- Ведется преследование.

- Преследование?

- Ну да. Мой человек вышел на след того человека и сейчас идет с ним на сближение. С минуты на минуту жду подробный доклад.

- Ну-ну,- хмыкнул Саркис Ашотович и отключился.

Начальник службы безопасности сдавил в кулаке трубку телефона и прошептал:

- Ненавижу!- потом помолчал и добавил,- всех ненавижу!

Он набрал номер Митрофанова, долго вслушивался в длинные гудки, недоуменно пожал плечами и положил трубку. Трубка вздрогнула и запела вновь, теперь уже голосом Кобзона – с чего начинается Родина…

Начальник службы безопасности побелел, но трубку взял:

- Алло.

- Приветствую, Николай Петрович,- донесся из трубки голос, от которого за тысячи километров повеяло теплым морем и ледяной угрозой,- не помешал?

Про угрозу – это, конечно, перебор. Да и чем мог угрожать бывшему сотруднику КГБ Украинской ССР бывший сотрудник КГБ Литовской ССР?! Схожее прошлое, схожее настоящее. И одинаково туманное будущее.

Так что никакой угрозы не было. Просто – повеяло, и все…

В отличие от начальника службы безопасности его теперешний собеседник не протирал штаны в кабинетах серьезного ведомства, а занимался самой настоящей агентурной работой. То ли в Англии, то ли в Швеции. В общем, там, где было по-настоящему опасно. Такие вещи и сейчас никто вслух не рискнет озвучивать. Особенно, когда на верху пирамиды власти трудится коллега.

Поэтому после победы капитализма в Прибалтике он долго работу не искал. Она нашла его сама. И это первое отличие в судьбе коллег. Второе отличие – собеседнику всегда было глубоко наплевать на собственное материальное благополучие. Просто примкнул к никому не известному бизнесмену, защитил от бандитов, прикрыл от полиции, ликвидировал пару покушений, и теперь сидит рядом с олигархом на одном мягком диванчике. Небось, и яхта зарегистрирована на его имя, блин!

Начальник службы безопасности искал свою работу очень старательно. Раз не получилось с вхождением во власть, два не получилось с собственным бизнесом – пусть тогда ему платят большие деньги. Нет, неправильно – деньжищи! Добился. Вот и сидит теперь в этом кабинете, а в присутствии шефа – стоит…

Телефонный номер – начальник службы безопасности скосил глаза – не определился. Как обычно.

- Разве вы можете помешать?- хмуро ответил он,- Вы же всегда только помогаете. Наверное, и сейчас поможете?

Собеседник рассмеялся, и от этого уверенного, откровенного, нисколько не деланного смеха у начальника службы безопасности даже лицо перекосилось.

- Николай Петрович, только один вопрос, и я больше не отвлекаю. Мой шеф только что разговаривал с твоим. А теперь нам, коллегам, не мешает кое-что уточнить, а?

- Что?

- Нюанс. Чисто психологический. Насколько твой шеф перед моим чист…. Поможешь?

- В каком плане?- растерялся начальник службы безопасности.

- Я же говорю – в психологическом. То есть, если проще – врет или нет?

- А чего ему врать?- удивился начальник службы безопасности,- Груз мечется по столице, стараемся перехватить. Или он сказал, что уже нашли?!

- Нет, все так и сказал,- поспешил успокоить его собеседник,- Мне… нам интересно другое – найдет ли?

Эта его оговорка для постороннего слушателя прошла бы, скорее всего, незамеченной. А профессионалу сказала многое. Настолько многое, что в голове начальника службы безопасности внезапно родилась совершенно безумная на первый взгляд идея…. Как бы только ее озвучить? Не вспугнуть бы…

- Да эту хреновину может найти кто угодно, не только он,- внезапно охрипшим голосом осторожно сказал начальник службы безопасности,- Особенно, если за эту хреновину заплатят…. А с ним даже я ухо востро держу. И не только в день зарплаты.

- Вот как?- нисколько не удивился собеседник,- Есть мысли? Предложения?

- Гипотеза. В порядке бреда – что, если груз найдет не…, а другой, порядочный и надежный человек? Ему помогут… материально?

Сказал и затаил дыхание. Собеседник – не какая-то вешалка для шляп, это – мозг! Иначе не сидел бы на одном диванчике с олигархом…. Сейчас ответит…

- Гипотеза рабочая, или мы сейчас отвлеченно теоретизируем?- деловито поинтересовался собеседник, и начальник службы безопасности вообще перестал дышать,- Могу обсудить…. Тем более, что порядочному и надежному человеку вряд ли нужны наши инвестиции в его бизнес, так?

- Так, так, так, так,- пулеметом застучал начальник службы безопасности. Даже головой несколько раз кивнул, словно собеседник мог его увидеть.

- Налицо экономия…. Предложение интересное. А насколько оно реальное? И кто у нас этот самый надежный и порядочный, если не секрет?

- Вам-то что?!- взвился начальник службы безопасности,- В конце концов, какая вам разница – кто принесет груз на тарелочке с голубой каемочкой?

- И эта мысль достойна внимания,- согласился собеседник,- Пожалуй, я сегодня еще раз звякну, лады?

Начальник службы безопасности вытряс на стол из сведенных судорогой пальцев трубку телефона и заметался по кабинету в поисках покоя. И не нашел.

В голове рождались и умирали мечты одна безумнее другой. Или думать о собственном самолете – не безумие?! У многих же имеются… но начальников службы безопасности среди них – ни одного!

Он понятия не имел, за какой такой груз готовы платить такие деньги. В первый раз о нем глухо заговорили в прошлом году, даже отправили Григорьева с командой на четыре недели в Йемен. Но что-то сорвалось, все вернулись на исходные позиции и до вчерашнего дня о загадочном грузе как бы забыли. Выходит – велась работа-то…

Олигарх почему-то отчаянно не хотел в этой истории светиться. Из чего следовало, что история с душком. Криминальным или политическим – начальнику службы безопасности было без разницы. Вот уже двадцать лет он не стоял на страже интересов великой и могучей империи. Империи, которая не только сносила мечом непокорные головы, но и самый меч в любой миг могла отправить на переплавку…. Перефразируя слова некогда известной песни – раньше думал о Родине, а теперь – о себе!

Если бы только племяннику удалось забрать груз! Если бы только удалось! В следующий раз он встретился бы с Саркисом только случайно – в дверях отеля на Канарах…. И хрен бы пропустил вперед!

Кстати, о племяннике – где этот негодяй бродит? Почему не отвечает на звонки? Как у него дела? Теперь знать это начальнику службы безопасности было жизненно важно.

Он схватил телефон, удивился мимолетно – почему мокрый?- и снова набрал номер племянника.

- Алло,- наконец-то ответил Митрофанов,- я позже перезвоню.

- Ты хоть пару слов скажи – как дела?!

- Дела никак. Все оказалось намного сложнее.

- Ты цену не набивай,- зашипел начальник службы безопасности,- Что сейчас делаешь?

- Смотрю на цель. После того, как спрячу телефон – подкрадусь ближе.

- Антоша, дорогой мой, не подведи! Вместе жить будем!

- Не понял,- хмуро ответил Митрофанов.

- Я в смысле – хорошо жить будем! Богатыми будем! Плюнь на «Лендровер», Антоша! «Роллс-ройс» хочешь? Работай, сукин ты сын!

- А я что делаю?- не отреагировал на Роллс-ройс племянник,- Жди, дядя Коля. Сам позвоню. Недолго тебе ждать осталось.

Начальник службы безопасности пропустил мимо ушей зловещий смысл последней фразы. Он бросил телефон на стол, нажал кнопку вызова и крикнул секретарше, что едва успела взяться за дверную ручку с той стороны – кофе! Много! Без сахара! С коньяком!- откинулся в кресле и снова бросился в пучину собственных фантазий. Некоторым он даже удивлялся – откуда?! Некоторые брезгливо отбрасывал – прошлый век, отстой.

Чем бы ни был этот груз – для начальника службы безопасности он оказался золотой рыбкой. А Саркис? А что Саркис! Ему самое место – у разбитого корыта…

Взгляд из-под козырька. Гаишник.

Лейтенант Тренин сидел в салоне своей машины и пересчитывал сегодняшний заработок. Выходило очень даже неплохо. Это немного его утешило. Еще бы того башкира как-нибудь достать – подумал он, тогда счастье было бы полным.

Мимо на огромной скорости пролетели два «Лендровера». Тренин проводил их взглядом – ладно, на сегодня достаточно.

Через несколько минут, коптя московский воздух, по дороге протарахтела «Таврия». Тоже с явным превышением скорости. Тренин задумался и решил выйти.

Когда мимо него пронесся зеленый «Мерседес», лейтенант захлопывал дверцу машины. Блин, у них тут гоночная трасса, что ли – подумал он и преисполнился служебного рвения. Что с того, что под рукой нет радара – мы и без него работать умеем!

Очередного гонщика Тренин поджидал уже в состоянии полной готовности. И тот не заставил себя долго ждать.

Он смотрел на приближающуюся машину и чувствовал, что лицо против воли расплывается в дурацкой улыбке. Вернее, это была даже не улыбка – оскал. Прямо на него мчалась «Ауди» с башкирскими номерами…

Походкой Робокопа лейтенант вышел едва ли не на середину дороги и поднял жезл. Машина скрипнула тормозами и остановилась в нескольких сантиметрах от инспектора.

- Инспектор государственной автомобильной инспекции безопасности дорожного движения лейтенант полиции Тренин,- с трудом придав лицу каменную невозмутимость, отчеканил инспектор государственной автомобильной инспекции безопасности дорожного движения лейтенант полиции Тренин,- Попрошу ваши документы.

- Оба-на!- сказал потрясенный встречей водитель,- А говорили, что Москва большая…

Инспектор уже протянул свою железную руку. Потом посмотрел на ладонь и удивился – документов в ней не было.

- Товарищ лейтенант,- из машины выбрался пассажир с переднего сиденья,- подойдите ко мне.

- У меня к вам претензий нет,- холодно ответил Тренин,- Я с водителем разговариваю.

- Водитель выполняет мои указания, так что вам придется разговаривать со мной,- нажимая на слова «мои» и «со мной», возразил пассажир,- Майор Полищук, федеральная служба по контролю над оборотом наркотиков. Машина используется для оперативно-розыскных мероприятий. Прошу вас не препятствовать.

Он сказал что-то еще, но уши Тренина словно ватой заложило. Он с обидой посмотрел на водителя – тот улыбался, ехидно и с явной издевкой.

- Этот человек нарушил правила!- Тренин не мог понять – почему?! Ну почему этот гадский водила снова ускользает у него прямо из широко расставленных рук?!

- И еще нарушит,- хмуро ответил майор,- Мы преследуем преступников. Они только что проехали мимо вас. Извините, но каждая потерянная секунда может позволить им уйти.

- Вот так, братан,- сказал водитель,- Опять у тебя Облом Петрович…. Отпускай, а то бычье зашкерится – ищи их потом.

Тренин с огромным трудом вернул себе нормальное рабочее состояние – насколько смог.

- Документы покажите, пожалуйста.

Пассажир развернул удостоверение и дал лейтенанту посмотреть в него целых долгие десять секунд. Настоящее. Федералы. Повезло гаденышу…

- Я могу вам чем-нибудь помочь?- превозмогая обиду, спросил Тренин.

- Можете,- кивнул майор,- Не мешайте. Это будет лучшая помощь. А теперь, извините – мы продолжаем преследование.

Он нырнул в салон.

- Не горюй, лейтенант!- крикнул водитель,- Может, свидимся еще! Кстати, у меня фуражка полицейская пропала. Не твоя работа, случайно?

Машина завизжала трущейся об асфальт резиной и через мгновение исчезла за поворотом.

- Сволочи!- крикнул вслед инспектор, но это не принесло ему облегчения.

- Спокойно, спокойно,- принялся медитировать Тренин,- Зато у меня теперь есть самая настоящая мечта…. Я даже знаю ее государственный регистрационный номер.

Он шаркающей походкой старика, помнящего еще дедушку Ленина – в смысле помнящего отца папы вождя мирового пролетариата – подполз к своей машине и трясущимися руками с трудом открыл переднюю пассажирскую дверь. Лейтенант Тренин намеревался грубо нарушить охраняемые им же правила дорожного движения, а именно – достать из бардачка бутылку водки и выпить ее прямо на месте, сразу и всю. Без закуски.

Под бардачком на полу лежала фуражка. Лейтенант тупо похлопал себя по макушке – ее тоже прикрывала фуражка. Это было непонятно, интересно и загадочно.

Тренин одной рукой стянул фуражку с головы, второй поднял фуражку с пола и начал их сравнивать. Различия были очевидны – фуражка с пола была его собственной, с желтым околышем ДПС. Фуражка с головы была обычной полицейской. Откуда?!

Оттуда! Из той самой непокорной машины с башкирскими номерами, которые он теперь не забудет никогда. Лейтенант неожиданно вспомнил, как он уговаривал водителя согласиться заплатить штраф, как в очередной раз двинулась пробка, как на заднем сиденье увидел фуражку, мгновенно понял, что сам без головного убора…. Как решил, что уронил в салон…. А вот как доставал – воспоминаний не осталось.

- Трофей, однако,- глубокомысленно сказал Тренин, разглядывая фуражку из не сдавшейся крепости на колесах. Хоть какой-то урон противнику.

- Обязательно верну при встрече,- громко сказал он и захохотал. Если бы рядом оказались люди – испугались…

- Интересно, а куда это они все ломанулись?- вместе с более-менее нормальным настроением начали возвращаться и сообразительность, и память. Действительно, сегодня все эти машины он уже видел. Причем, вместе. И джипы, и «Таврию», и «Мерседес». И врага там же видел…

- А тебе не кажется, что майор из наркоконтроля просто развел тебя как лоха?- громко спросил себя Тренин,- Ну?! Чего сидим? Кого ждем? Поехали, глянем – каких преступников они там ловят? Если что – поможем! Нам медалька не помешает. И пацан этот будет под контролем – они ж его все равно рано или поздно отпустят! А тут – я! Ваши документы, падло! Штраф – месячный тур по Европе, на хрен, не меньше…. А сам – чеши в свою Уфу пешком! Тачка остается в счет погашения личного долга…

Он все равно достал из бардачка бутылку, сделал несколько жадных глотков – пил как воду, не чувствуя ни вкуса, ни запаха – бросил обратно и перелез с пассажирского сиденья на водительское.

- Сейчас мы вам поможем, товарищ майор,- зло повторял Тренин, запуская двигатель и выруливая на асфальт дороги,- Не сомневайтесь, поможем. Мы добрые – всем поможем! Так поможем, что вы нас долго еще вспоминать будете… в кошмарных снах!

Машина стремительно набрала скорость и понеслась следом за проехавшей кавалькадой. Тренин даже не сомневался – они снова соберутся в кучу у старого кирпичного завода…

Взгляд снаружи. Потап.

- К сожалению, вызываемый абонент находится сейчас вне зоны действия сети. Попробуйте перезвонить позднее.

Андрей произнес ненавистную всей стране фразу и повесил трубку.

- Ты это чего?- удивленно вытаращился на него Петр Михайлович.

- Он знает о второй группе.

- Какой второй группе?- начал рыжеть Петр Михайлович,- Почему тогда я о ней не знаю?

- Потому что никакой второй группы нет. Есть одна. Только машин две. Топорков просил о нем ничего не скрывать, а о Полищуке молчать – типа полной страховки. А Эдуард Николаевич знает об обеих машинах как о двух разных группах. Нас вкладывают как деньги в сбербанк – от души.

- Ну?

- Вывод – стучит человек не из коллектива. Тот бы сказал про одну. Стучит кто-то посторонний, но близкий. Который умеет считать то, что видит.

- Уже хорошо, что не свои,- проскрежетал Петр Михайлович, медленно возвращая себе обычный цвет лица,- Будем искать. А Эдуард Николаевич что хотел?

- Скорее всего – потрясти меня своей осведомленностью. Надо сказать честно – у него это получилось.

Петр Михайлович прошелся по кабинету, отхлебывая на ходу из огромной именной кружки кофе.

- Ладно, Андрюша, подведем первые итоги. Что мы имеем на сейчас? Первое – почему-то сорвалась операция Полищука. Мистика в счет не идет. Второе – в наших рядах или около них – болтун. Это как минимум. Третье – как дела у Топоркова? Если те вопросы могут подождать, этот самый актуальный. Что скажешь?

Потапов с нескрываемым уважением посмотрел на начальника и в сотый, наверное, за сегодня раз взялся за телефон. Несколько туманных фраз в трубку, напряженное внимание на ответ:

- Петр Михайлович,- он положил трубку на стол,- Топорков на месте. Разворачивается. Для прикрытия использует сотрудников поста весового контроля на въезде.

- Это он молодец,- одобрил Петр Михайлович,- Этих кровопийц все водители боятся, так что никто не заподозрит ловушку. Ты меня в курсе держи, не забывай. И вот еще что – мое предложение о твоем переходе остается в силе.

- Даже не знаю…- засмущался Потапов.

- Все ты знаешь, косолапый! Сидишь передо мной, а сам, небось, уже мысленно с Топорковым и Полищуком советуешься, как из моего предложения себе выгоду максимально хапнуть! Только самая первая выгода тут – моя! И как мне эта гениальная мысль раньше в голову не пришла? Вы же столько моей крови выпили - пора должок возвращать. Я уже старый – карьера моя в этом кабинете финиширует, а вам еще расти и расти…. Так что сиди и упражняйся в этих, как их там… аппаратных играх. Пригодится, поверь старому сыщику.

Потапов хлопал глазами и не знал, что сказать в ответ. Петр Михайлович выждал минуту, оглянулся, кашлянул и мягко добавил:

- Ты, Андрюша, давай, слезу не пускай. Не поверю, что где-то внутри ты тонкий и чувствительный,- еще помолчал и рявкнул внезапно,- А если этих сволочей упустите – всех троих по стене тонким слоем размажу! И по фигу мне ваши прошлые заслуги, понял?! Взялся координировать операцию – так координируй, мать твою, а не сиди здесь, словно начальник!

Взгляд снаружи. Полищук.

- Топчи педальку, парень,- то и дело повторял Полищук, напряженно вглядываясь в лобовое стекло.

Водитель пожимал плечами и увеличивал и без того сумасшедшую скорость.

Зеленый «Мерседес» показался в зоне видимости через пять минут. Полищук облегченно вздохнул и сказал:

- Отлично. Теперь не отпускай его, но и не приближайся, понял?

- Понял. Таранить не будем? А то у меня бампера усиленные стоят, если что…

- Учту,- серьезно ответил Полищук.

Сидевшие сзади Снип и Гриня сначала молчали, завороженные скоростью, потом начали шептаться.

- Гитара мешает?- глянул на них в зеркало водитель,- Можно в багажник переложить. Все равно пустой…

- Нет!- резко и даже немного испуганно ответил Снип,- Я потерплю. Нам не мешает, правда?

- Ага,- подтвердил Гриня и загадочно добавил,- И без того забот хватает…

Забот? Полищук обернулся и удивился – подчиненные дружно подмигивали ему, пытаясь на что-то намекнуть.

- Что стряслось?

- Потом, командир,- туманно ответил Снип,- Как доедем, ладно?

Потом, так потом. Полищук снова уставился на то пропадавший за очередным поворотом, то снова появляющийся «Мерседес» и отбросил лишние мысли.

Выросший на их пути прямо из асфальта инспектор ДПС вызвал в салоне машины единодушный вздох разочарования.

- Зачем остановился?- рявкнул в азарте погони Полищук. Водитель пожал плечами:

- А что, нужно было его давить?

Инспектор неторопливо подошел к машине. Его лицо светилось какой-то странной радостью.

- Инспектор государственной автомобильной инспекции безопасности дорожного движения лейтенант полиции Тренин,- представился он,- Попрошу ваши документы.

- Оба-на!- сказал, разглядев инспектора, водитель,- А говорили, что Москва большая…

- Вы знакомы?- удивился Полищук.

- Не то слово…. Вся надежда на вас.

Полищук торопливо выбрался из машины.

- Товарищ лейтенант,- сказал он инспектору,- подойдите ко мне.

- У меня к вам претензий нет,- холодно ответил лейтенант,- Я с водителем разговариваю.

- Водитель выполняет мои указания, так что вам придется разговаривать со мной,- нажимая на слова «мои» и «со мной», возразил Полищук,- Майор Полищук, федеральная служба по контролю над оборотом наркотиков. Машина используется для оперативно-розыскных мероприятий. Прошу вас не препятствовать.

Инспектор ДПС отчего-то скис. Наверное, так выглядят заядлые рыбаки, провожая взглядом уплывающую щуку, не только сорвавшуюся с крючка, но заодно и прихватившую с собой садок, полный рыбы.

- Этот человек нарушил правила!

- И еще нарушит,- хмуро ответил Полищук,- Мы преследуем преступников. Они только что проехали мимо вас. Извините, но каждая потерянная секунда может позволить им уйти.

- Вот так, братан,- сказал водитель,- Опять у тебя Облом Петрович…. Отпускай, а то бычье зашкерится – ищи их потом.

Инспектор все еще колебался:

- Документы покажите, пожалуйста.

Полищук развернул удостоверение и дал ему посмотреть в него целых долгие десять секунд.

- Я могу вам чем-нибудь помочь?- почти шепотом спросил инспектор.

- Можете,- кивнул Полищук,- Не мешайте. Это будет лучшая помощь. А теперь, извините – мы продолжаем преследование.

Он нырнул в салон.

- Не горюй, лейтенант!- крикнул водитель,- Может, свидимся еще! Кстати, у меня фуражка полицейская пропала. Не твоя работа, случайно?

Машина завизжала трущейся об асфальт резиной и через мгновение исчезла за поворотом.

- Я фигею, дорогая редакция!- громко прошептал на заднем сиденье Снип,- Осталось только всех остальных встретить на том же самом месте…

Судя по выражению его лица, о своем пророческом даре до последней секунды снайпер даже не подозревал. Он тупо осмотрел сначала «Мерседес», потом «Таврию», оглянулся по сторонам, как бы спрашивая – а остальные где?- и ухватил Полищука за рукав, потащив в сторону:

- Командир,- жарко зашептал он, пытаясь дотянуться губами до уха рослого – на голову выше – Полищука,- не отпускай парня! Ты не поверишь, командир!

- Чему я не поверю?- Полищук и сам обалдел, снова оказавшись у забора кирпичного завода.

- Этот парень – курьер!

- Иди ты!

- Чтоб у меня после вчерашнего руки задрожали! Я его в прицел разглядел, потому и запомнил. А мент на дороге – тот самый, который за ним сюда приезжал! А теперь и «Таврия» здесь…. Интересно, где те джипы?

- Да, дела…. Хоть девчонок наших здесь нет,- пробормотал Полищук и спохватился – а Катя?! Ну, уж эта-то точно здесь…

- Мамой клянусь – это тот самый курьер, который наркоту приволок…. И багажник, говорит, у него пустой…

- Дружище,- Полищук мгновенно принял решение и теперь со счастливой дурацкой улыбкой шел к водителю,- Спасибо за все. Если у тебя есть время – можешь нас подождать? А мы тебе потом награду выпишем – за активное участие в задержании…

- Можно и подождать,- напряженным голосом ответил переставший при виде «Мерседеса» и «Таврии» улыбаться водитель,- Отчего же хороших людей не подождать…

- Вот и ладушки!- сказал нисколько не поверивший ему Полищук.

- Умотает же!- бубнил сзади Снип.

- Нас всего трое,- огрызнулся Полищук,- Если хочешь – оставайся и сторожи. А если там проблемы возникнут? В конце концов – ну, покатается пацан еще пару дней. Он же на видео есть? Есть. И вообще – нам даже не героин забрать сейчас главное – нам Катьку выручать надо, понял?

- Блин, командир, что, Катюха наша в опасности?!- побагровел Снип,- Да я за нее…

- Можно немому слово вставить?- с ленцой в голосе поинтересовался Гриня,- Может, хватит фигней заниматься? Командир, как работаем?

Полищук собрался с мыслями:

- Так, ребята. Мы с Гриней идем по следам. Ищем клиентов и Катьку. Снип – ты в сторонке, сам ориентируйся на местности. Твоя главная задача – прикрыть наши задницы. Ну, и при необходимости изобразить батальон ОМОНа на подходе. Учтите, связи с собой нет, по возможности сигналы подаем жестами. Короче – полная импровизация. Готовы? Пошли…

Взгляд вдогонку. Григорьев.

Микки повернул голову на звук скрипнувшей двери соседнего подъезда и не поверил своим глазам – в проеме показался тот самый парень! На вынырнувшую следом девушку он даже внимания не обратил.

- Веня, вот он!- крикнул Микки,- я догоняю! Зови шефа!

Он бросился к парню напрямик через невысокие кусты. Тот, однако, не стал ждать радостных объятий и побежал вдоль дома за угол.

Микки мчался следом. Через пару минут он с удовлетворением отметил, что бежит парень слабо – и сумка ему мешает, и вообще дыхалка ни к черту. Не уйдет!

Тем более, что и уйти-то особо некуда – бег неминуемо должен был закончиться на берегу реки. Вряд ли вплавь решится…

И тут ему неожиданно пришлось обратить внимание на девушку. Долгое время та бежала впереди, что-то кричала своему напарнику – то ли ругала, то ли подбадривала.

Микки был уже на расстоянии протянутой руки, когда девушка внезапно развернулась и на полной скорости помчалась навстречу.

Он даже не успел ничего сообразить, когда невероятной силы удар буквально опрокинул его на спину.

- Не трогай маленьких!- крикнула девушка и бросилась за своим напарником. Микки даже почудилось, что она торжествующе захохотала…. Точно, почудилось. После такой пробежки мало у кого останутся силы просто выругаться, не то, что хохотать…

Так он и лежал, с наслаждением переводя дыхание, когда над его распластанным телом склонились Петруччо и Горбун.

- Загораешь?- спросил Петруччо,- А наш мужичок где? Это он тебя к сырой земле припечатал?

- Да вот…. Не уступил даме дорогу,- виновато ответил Микки,- она меня с конем на скаку перепутала…

- В нашей истории появилась дама?!- удивился Петруччо.

Заурчали знакомые двигатели.

- Доклад,- быстро сказал Григорьев. Микки сел и, глядя снизу вверх, обстоятельно доложил:

- Парень точно тот. Выскочил из соседнего подъезда,- Григорьев многозначительно посмотрел на Хохла, тот отвернулся,- С ним девушка. В совершенстве владеет боевыми единоборствами. Проверил лично, второй раз не хочу. Бегут к реке. Почему – не понимаю.

- Ясно,- ответил Григорьев. Все посмотрели на шефа с недоверием. Григорьев поймал эти взгляды и повторил строже:

- Все ясно. Продолжаем преследование. Теперь ловим двоих – парня и девушку. Работаем строго в парах, раз уж нас даже девушки вырубают. Все в машины. Едем к реке.

Они быстро расселись по джипам и не успели удобно расположиться, как пришлось снова выходить.

Джипы стояли на берегу, передними колесами почти касаясь теплой серой воды. Вдали по водной глади быстро удалялась резиновая лодка с беглецами на борту. Поднимавшаяся от воды испарина искажала перспективу, мешая разглядеть лица пассажиров судна.

- Вот зачем они сюда бежали,- глубокомысленно сказал Петруччо,- Шеф, это заговор. На том берегу их ждет вертолет.

- Типун тебе на язык,- хмуро сказал Хохол,- Хотя лично я вертолету ничуть бы не удивился…

- Подведем некоторые итоги,- подумав, сказал Григорьев.- Теперь мы точно знаем, что гоняемся за тем, кем надо. Один или двое – неважно. По каким-то причинам они возвращаются…

- Отелло с пистолетом,- фыркнул Петруччо.

- Может быть…. Короче, их вспугнули, и они приняли решение бежать в обратную сторону. Веня, сигнал есть?

- Нормальный сигнал, все под контролем. Направляются обратно к кирпичному заводу.

- Вот. Там мы их и перехватим. По машинам.

До кирпичного завода домчались быстро, тормознули на старом месте.

- Здесь машины оставим?- спросил Хохол.

Григорьев подумал и мотнул головой:

- Давай вовнутрь. Заодно я вам кое-что интересное покажу. Мимо самых помпезных развалин – вон туда, в тень.

Джипы замерли у стены, окруженные поднятой пылью.

- Все ко мне,- позвал подчиненных Григорьев,- смотрите.

Под ногами шефа виднелись четкие следы протекторов.

- Это что?- пожал плечами Горбун.

- Это следы,- вежливо сказал Григорьев,- Между прочим, машины. Здесь стояла машина. Недавно. Совсем недавно.

- И что?

- Ничего,- так же вежливо сказал Григорьев,- Здесь стоял микроавтобус с ОМОНОМ. А мы едва в него головами не уперлись. Представляете хохму?

Подчиненные потупили взоры.

- Да плевать!- внезапно с вызовом выдохнул Горбун,- Шеф, нас не сегодня-завтра вышвырнут на улицу…. Как хочешь, но вот нет у меня интереса догонять этого парня! Если бы не ты – я б уже сейчас пиво где-нибудь пил, а не потел в этой дурацкой погоне.

- Кто еще так думает?- нахмурился Григорьев.

- Да все,- пожал плечами Петруччо,- Шеф, гоняемся и думаем – оно нам надо?

- Вот и я думаю о том же,- тихо сказал Григорьев.

Подчиненные оцепенели.

- Предложения будут?- обвел их взглядом начальник,- Что-нибудь еще, кроме пива. У меня есть одно – давайте найдем этого таракана. А, когда он будет у нас – тогда и поговорим с… со всеми поговорим. Раз они так его хотят – что-то же он стоит?

- Шантаж?- засмеялся Хохол,- А что, мне нравится!

- Шеф, сигнал поступает из соседнего здания,- тихо сказал Веня.

- Ну что? Закончим дело? Или едем пить пиво?

- Лишний козырь лишним не бывает,- деловито произнес Микки,- Я – за таракана. В наших руках.

Петруччо пожал плечами.

- Что скажешь?- обратился Григорьев к Горбуну.

- Я же сказал, что буду с тобой,- ответил тот,- Как там у иностранцев – и в печали, и в радости…

- Значит, завершаем дело,- подытожил Григорьев и направился к соседнему зданию. Остальные молча потянулись за ним.

Они успели сделать несколько шагов, как из-за угла навстречу показались трое – иностранец и два сопровождающих. Все замерли.

- Конкурирующая фирма!- засмеялся Хохол,- Никуда на деревне не спрятаться, не уйти от придирчивых глаз…

Иностранец вытаращил глаза, лохматый с трудом подбирая слова, начал переводить услышанное.

- Ну, не совсем так он сказал,- на английском произнес Григорьев,- В вольном и очень приблизительном переводе это звучит примерно так – наши дороги вновь пересеклись, и это неспроста. Может быть, не станем калечить друг друга, а для начала просто поговорим? В конце концов, мы же умело притворяемся цивилизованными людьми…

Подчиненные привычно начали было занимать позиции так, чтобы трое оказались в центре кольца, но он жестом остановил их движение.

- Видите ли,- продолжил он, делая шаг навстречу иностранцу,- еще несколько дней назад такой разговор был бы совершенно невозможен. Думаю, у вас, как и у нас, впрочем, нет никаких сомнений – мы ищем одно и то же. Следовательно – конкуренты. А конкурентов принято устранять, не так ли?

Крепыш в тельняшке демонстративно выдвинулся вперед, прикрыв иностранца, но Григорьев сделал вид, что не обратил на это внимания.

- Повторюсь – даже сегодня утром наша беседа была бы невозможной. А сейчас,- он пожал плечами,- почему бы и не поговорить? Вы не против?

- О чем?- настороженно спросил иностранец.

- К примеру, о вас. О нас. О предмете, который мы так старательно ищем. Да разве мало тем, которые нас объединяют? Вполне может оказаться, что вместо конкурентов вы в результате получите помощников. Неплохо говорящих по-английски.

- Я вас не понимаю…

- Я и сам себя сейчас не очень понимаю. Просто так сложились обстоятельства. Скажу проще – с некоторых пор мы ищем себе нового хозяина. Старый оказался предателем.

Подчиненные слушали шефа, затаив дыхание. Только Веня крутил в руках навигатор, что-то озабоченно изучая.

Иностранец задумался. Мало что понявшие попутчики озирались по сторонам и старались не встречаться взглядами с членами команды Григорьева. Понимали ведь, что шансов победить попросту нет, но – держались…

- Нам все равно сейчас нужно определяться,- мягко продолжил Григорьев,- искомый предмет находится буквально в двух шагах. Не сочтите за похвальбу, но у нас добыть его намного больше шансов. Вернее, у вас их практически нет. А я вам их предлагаю. И даже ничего не прошу взамен. Более того, я предлагаю вам готовую к любым заданиям команду. Представляете?

- Как шампунь – два в одном,- фыркнул Петруччо и обстановка заметно разрядилась.

- Шеф!- сзади крикнул растерянный Веня,- Сигнал пропал!

- Что?! Как пропал?!

- Был, был…. А теперь пропал…. Ничего не понимаю. Батарейка у маяка села, что ли?

Глава 14

Глава четырнадцатая,

в которой взгляды наконец-то встречаются…

Взгляд издали. Хранитель.

«Думаю, Мастер, вы сможете понять мое удивление, даже некоторую растерянность.

Не стану скрывать, при виде конкурентов я приготовился к худшему. А тут – такое предложение…. Как себя вести? Не западня ли? Или, наоборот, невероятная удача?!

В словах седого господина не чувствовался скрытый подтекст. Все так и обстояло на самом деле – у нас против них не было ни единого шанса, только надежда на чудо…

Зато какие перспективы открывались перед Орденом в случае действительного заключения подобного договора! Я вспомнил Ваши сетования на то, что до сих пор мы не имеем в России мало-мальски пригодной базы для работы. Конечно, мои волонтеры показали себя с самой лучшей стороны, но ведь они были не из России. И для нормальной деятельности их было слишком мало.

Еще я вспомнил Ваши размышления по поводу использования наемников. Я полностью разделяю Вашу точку зрения на то, что все наемники делятся на две далеко не равные части. В первой располагаются те, кто идет на дело исключительно ради денег. За такими наемниками приходится постоянно присматривать, ведь всегда есть риск, что недружественная сторона может предложить им больше, из-за чего возможно предательство…

Меньшая часть наемников, кроме своего финансового интереса, старается соблюдать кодекс собственной чести – никогда не предает своего работодателя. Во всяком случае – до завершения работы. В конце концов, профессиональные военные во многих армиях мира тоже являются наемниками, которые в случае войны гибнут первыми, защищая страну, которая им платит…

В моем случае – с небольшими сомнениями – я решил, что передо мной наемники именно второго – лучшего – варианта! Я немного видел, как они работают, и, если помните, уже высказывал сожаление, что работают они против меня. Сейчас в одно мгновение ситуация могла перемениться, все зависело только от моего решения. И я решил…

Тревожный крик самого молодого наемника отвлек меня от размышлений. Судя по тому, как отреагировали на него остальные, включая моих волонтеров, произошло нечто экстраординарное. Я машинально заглянул в коммуникатор и почувствовал, что мое сердце на секунду остановилось – метка нашей вещи исчезла!

Этого не могло быть, однако это так и было! Я лихорадочно вспоминал Ваши инструкции, из которых следовало, что маячок без специальной аппаратуры отключить было невозможно. Значит, оставались два варианта – либо маячок попал в помещение, экранированное сплошными стенами из толстого металла, либо…, либо нынешние обладатели имеют в своем распоряжении специальную аппаратуру. Если верно второе, почему они не воспользовались ей раньше?! А если первое – что это за развалины? Откуда здесь помещение, пригодное для хранения радиоактивных материалов?!

Я попытался успокоить себя мыслью, что мы все-таки находимся в России, в которой возможно даже самое невероятное, но не смог. Да и реакция остальных людей, привыкших к российским загадкам ввиду их местного происхождения, от моей отличалась не сильно. Значит, все-таки второй вариант…

Седой господин снова перевел взгляд на меня. Он ждал ответа. И я твердо ответил:

- Если вы готовы к честному сотрудничеству – я принимаю ваше предложение.

Видели бы Вы, Мастер, какое облегчение промелькнуло в серьезных карих глазах седого господина! Он даже слегка улыбнулся, склонил голову и громко сказал:

- Господа! С этой минуты мы работаем на нашего уважаемого гостя! Прошу при нем говорить только по-английски. Микки, на тебе обязанность переводить наши беседы двум господам, сопровождающим гостя, ввиду их слабого владения языком.

- Что вы собираетесь сейчас делать?- спросил я его.

Седой господин на мгновение задумался:

- Думаю, неважно, что случилось с сигналом маячка. В любом случае предмет вместе с его обладателями находится на территории этого завода. Прочешем ее и найдем людей, а у них уже и узнаем, что случилось с маячком.

Не правда ли, Мастер, удивительно разумное предложение!»

Взгляд изнутри. Сидоров.

- Ничего не понимаю,- неожиданно сказала Катя,- Ты слышишь? Они не на русском разговаривают! Сидоров, что ты такое спер, что за тобой по Москве англичане гоняются?

Серега только развел руками. Мысленно он перебрал даже то, что лежало в карманах джинсов, но ничего особенного не вспомнил.

- Опять нашли,- удивленно пробормотал он,- Мистика какая-то! Идут по следу, словно с собаками…

Катя мужской размашистой походкой прошлась по комнате. Думала. Потом резко развернулась к Сидорову и решительно сказала:

- Помнишь, твой лучший друг извинялся? Типа, ничего личного. А потом что-то про достижения современной техники бубнил…. Приготовься, я тебя сейчас обыскивать буду.

- Зачем?!

- Затем, рыцарь. Где-то у тебя маячок имеется. И светимся мы в поисковиках у наших загонщиков, словно новогодняя елка на площади. Вот нас и находят, понял?

По правде говоря, Серега мало что понял. Вспомнился только какой-то голливудский блокбастер, в котором главный герой периодически избавлялся от предметов гардероба, нашпигованных различными электронными штучками, предназначенными для контроля за поведением индивида в личной и общественной жизни. Собственно, мысль насчет раздевания ему не была особо неприятна, но… хотелось бы вместе…, и в другой обстановке…

Катя решительно раскрыла сумку с героином:

- Тут вряд ли,- сказала она, роясь в ее внутренностях,- но для полной уверенности убедиться не помешает…

Закончив с сумкой, взялась за борсетку – просто вытряхнула ее содержимое на пол и начала перебирать каждую вещь. Остановилась на черной коробочке размером со спичечный коробок, повертела в руках, осмотрела:

- На сигнализацию от машины не похоже,- задумчиво произнесла девушка,- Неужели…? А для чего она, собственно, еще? Рыцарь, когда ты понял, что по твоим следам собаки гонятся? Еще до героина, или уже после?

Серега снова пожал плечами. Откровенно говоря, он этого до конца и сейчас не понимал.

- Спасибо за помощь,- фыркнула Катя,- Ладно, попробую догадаться сама. Во-первых, сумка с героином интересует только его несостоявшихся хозяев. Твой лучший друг продемонстрировал это ясно. Ему была нужна борсетка, в которой лежит эта коробочка. И догонявшие нас спортсмены, скорее всего и есть те самые конкуренты, которых он увидел в окно. Следовательно, им тоже нужна борсетка. Вывод – именно эта проклятая сумочка с кучей визиток и пластиковых карточек тащит за нами погоню. Логично? Логично. Вариант – маячок вделан в саму борсетку. Как проверить? Сейчас…

Она внимательно оглядела комнату, вскочила на ноги и решительно направилась к бывшему туалету.

- Если сейчас последует звуковая реакция – я угадала верно,- сказала Катя, склонилась над дырой в полу и аккуратно уронила в нее коробочку. Через несколько бесконечных секунд послышался слабый всплеск. Еще несколько таких же секунд ничего не было. А потом с улицы донесся шум встревоженных голосов…

- Что и требовалось доказать!- Катя выглядела счастливой, а Серега мимолетно пожалел, что сеанс раздевания отложился на совершенно неопределенное время.

- Между прочим,- буркнул он, чтобы хоть что-нибудь сказать,- можно было бы не выбрасывать эту хреновину, а положить здесь. Ушли бы по-тихому, а эти пусть ищут…

- С вами, мужиками, всегда одно и то же! Не мог раньше сказать, что ли?- огорчилась Катя,- Или ты тоже натуральный блондин? Да, свела их горькая судьбина – блондинка втюрилась в блондина…

Вместо ответа Сидоров присел и аккуратно сложил в борсетку вываленное ранее имущество. Последним поднял брелок из янтаря, повертел в руках, пытаясь разглядеть содержимое, но тусклый вечерний свет, изломанный покосившимися балками сфокусировать взгляд не позволил. Серега вздохнул, поднялся на ноги, машинально сунул брелок в карман и тут же забыл о нем – с улицы донеслись осторожные шаги. Причем далеко не одного человека.

- Здесь отсидимся?- шепотом спросил он у девушки. Та подумала и качнула головой:

- Рискованно. Если они всерьез намерены искать – найдут. Вопрос времени, и только. Пошли изображать пьяных гимнастов под куполом цирка. Пока они будут обшаривать развалины, мы отбежим подальше, найдем телефон и вызовем подмогу. А после можно будет спокойно встречаться и разговаривать.

- Что, такая серьезная подмога?!

- Сам увидишь. Бери сумку и пошли.

- Мы же решили ее здесь спрятать!

- Это ты решил. А я передумала,- твердо ответила Катя. Серега вздохнул, но подчинился. Привычно уже, без малейшего сопротивления.

Забраться на балку в трезвом состоянии оказалось далеко не так просто. Сидоров понял это сразу. Еще и сумка тянула на сторону, нарушая и без того шаткое равновесие.

- Чего замер?- шипела в спину Катя,- Ты же здесь уже лазил!

- Страшно чего-то,- честно признался Серега,- В прошлый раз как-то по фигу было…

- Слава Богу, а то я уже думала, что ты псих. Ладно, страшно или не страшно – все равно другого пути нет. Давай, лезь, не задерживай.

Сидоров кое-как забрался на балку и на корточках побрел вперед, изображая крепко подзабытый со времен детсадовской физкультуры гусиный шаг. О том, что из-под ног на головы преследователей обильно сыплется пыль, он старался не думать.

Путь до дыры в крыше показался бесконечным, хотя реально занял не более минуты.

Выбравшись наверх, Серега без сил рухнул на горячее перекрытие и лежал так, отдыхая и блаженствуя до тех пор, пока из дыры не показалась голова Кати.

- Где лестница?- спросила голова Кати. Серега указал рукой направление, подумал немного и добавил звуковое сопровождение:

- Там… где-то. Наверное. Или левее.

- Пьяный был, не помню,- продолжила за него девушка,- Ладно, найдем.

Она легко выбралась из дыры – Серега даже не успел предложить ей помощь – и крадучись прошла по крыше в указанную сторону. Там села на краю и поглядела вниз. Серега вздохнул и подошел к ней.

- Рыцарь, сколько же ты тогда выпил, если вот это принял за лестницу?

- Да так…- заскромничал Сидоров,- А что? Нормальная лестница. Пожарная. Всего двух пролетов до земли не хватает. Охотники за металлом срезали насколько дотянулись.

- Ага. Интересно, это сколько в метрах будет?

- Ну…, три или четыре.

- Значит так. Спускаешься первым, ловишь сначала сумку, потом меня. Ясно? Давай, пошел. Если сломаешь себе шею – убью.

Ободренный столь жизнерадостным напутствием, Сидоров безропотно спустился по колючим от ржавчины перекладинам до их конца, тяжело вздохнул, опустился на руках до самой последней, ясно понимая, что назад дороги уже не будет – сил подтянуться не хватит. Покачался немного огромной сарделькой, а когда понял, что пальцы больше держаться не способны – разжал их и чувствительно шмякнулся на заросший бурьяном газон. Удачно.

Катя спустилась как можно ниже, выпустила из руки сумку, которую Сидоров опять-таки удачно поймал.

- Если меня не поймаешь – даже не знаю, что с тобой сделаю,- сказала Катя, глядя на Серегу с высоты блестящими глазами.

- А если поймаю?

- Тогда знаю, что сделаю!

Серега Катю поймал.

- Ну? Что дальше?

- Дальше – бежим!

- А обещанное?!

- Ну, рыцарь,- удивилась девушка,- его, можно сказать, убивать собрались английские шпионы, а он флиртует с незнакомыми принцессами!

- Почему – незнакомыми? Мы же чай вместе пили!

- И теперь, как порядочный джентльмен, ты просто обязан на мне жениться? Интересная постановка вопроса…. Но, давай отложим выяснение отношений до более спокойных времен. Пока получи задаток,- Катя поцеловала Серегу в небритую щеку, скривилась,- Господи, когда зарасти успел? Запомни – небритый, ты мне противен!

Озираясь на каждом шагу, словно заправские ниндзя, они пробежали к следующим развалинам – никого.

- Куда рванем?- спросила как местного жителя Серегу Катя,- Честно говоря, в то, что дедушка с лодкой нас все еще ожидает на том же месте, не верю.

- Согласен,- кивнул Сидоров,- Кроме того, на этой стороне в лесу есть люди, которые нам могут помочь.

- В Москве завелся Робин Гуд?! И ты с ним знаком? Круто!

- Ну, не знаю, Робин или не Робин…. Но мужик действительно гуд. И даже вери гуд.

- Хорошо. Оглядимся и рванем, пока нас не засекли…

- А если вас уже засекли?- спросил сзади знакомый голос…

Взгляд навстречу. Митрофанов.

- А если вас уже засекли?- спросил Антоха Митрофанов.

Серега, конечно, позабыл – о своей находке на территории кирпичного завода он одному человеку все-таки рассказал. Лучшему другу Антохе. Потому-то Антоха и сообразил, что раз уж Сидоров решил бежать сюда, то и прятаться станет непременно за железным шкафом.

Однако, когда Митрофанов прибыл на место, его ожидали сразу два неприятных сюрприза. Во-первых, строгий дядька из органов оказался не галлюцинацией. Какая, к черту, галлюцинация, которая мирно стоит в окружении толпы зверского вида людей в штатском и беседует с какими-то гастарбайтерами!

Во-вторых, едва Митрофанов прокрался в соседнее строение, метка на экране коммуникатора мигнула и пропала. Он даже потряс агрегат, но ничего не произошло – метки больше не было.

Мысленно обругав Серегу самыми грубыми словами, Антоха принял решение обождать и не высовываться. Не дай Бог, напорется на седого – как объяснить свое появление?

Потом откуда-то сверху донесся странный шум. Антоха поднял голову и обомлел – по пожарной лестнице с крыши спускался Сидоров! Следом двигалась та самая девка – черт бы ее побрал!- скинула сумку, спрыгнула сама. Прямо в руки Сереге.

Антоха поцокал языком – такую кралю он бы тоже постарался поймать. А что они с собой сумку с картошкой до сих пор таскают? Очумели, что ли?!

Серега с подругой осторожно двинулись через пустырь, и Митрофанов забился в самый пыльный угол, потому что внезапно понял, что идут они прямиком к нему! Вот это удача!

Он вытащил из кармана пистолет и едва не выронил, потому что в другом кармане зазвонил телефон.

- Алло,- ответил Митрофанов,- Я позже перезвоню.

- Ты хоть пару слов скажи – как дела?!- звонил, ясное дело, дядя Коля. Переживает!

- Дела никак. Все оказалось намного сложнее.

- Ты цену не набивай,- зашипел родственник,- Что сейчас делаешь?

- Смотрю на цель. После того, как спрячу телефон – подкрадусь ближе,- соврал Митрофанов. Хотя – какая разница, идет он или идут к нему?

- Антоша, дорогой мой, не подведи! Вместе жить будем!

- Не понял,- хмуро ответил Митрофанов.

- Я в смысле – хорошо жить будем! Богатыми будем! Плюнь на «Лендровер», Антоша! «Роллс-ройс» хочешь? Работай, сукин ты сын!

- А я что делаю?- не отреагировал на «Роллс-ройс» племянник,- Жди, дядя Коля. Сам позвоню. Недолго тебе ждать осталось.

Митрофанов отключил телефон и улыбнулся:

- Недолго тебе ждать осталось! Это я лихо завернул. Круто.

Телефон – в карман, пистолет – в руку. Сидоров и его подружка уже стояли в дверях. Антоха прикинул – десять шагов. Многовато. Пускай глубже зайдут.

Они зашли глубже, то и дело озираясь на вход. Заговорили.

- Куда рванем?- спросила Серегу девушка,- Честно говоря, в то, что дедушка с лодкой нас все еще ожидает на том же месте, не верю.

- Согласен,- кивнул Сидоров,- Кроме того, на этой стороне в лесу есть люди, которые нам могут помочь.

- В Москве завелся Робин Гуд?! И ты с ним знаком? Круто!

- Ну, не знаю, Робин или не Робин…. Но мужик действительно гуд. И даже вери гуд.

- Хорошо. Оглядимся и рванем, пока нас не засекли…

- А если вас уже засекли?- спросил Антоха Митрофанов.

Со сладкой парочки можно было рисовать сразу несколько картин. Тут было все и для «Не ждали», немного для «Опять двойка», кое-что для «Допрос партизана»….

И все это несколькими словами натворил простой сторож автомобильной стоянки! Антоха почувствовал в себе растущее самоуважение.

- Ты?- совершенно глупо спросил Серега.

- Я,- соизволил ответить Митрофанов,- Ты, красавица, замри и не дыши. Я тебе больше не доверяю. Дернешься – застрелю.

- Обиделся?- захлопала ресницами девушка.

- Представь себе – да. Теперь слушай ты, Серега. Честное слово, у меня к тебе никаких претензий нет. За борсетку, которую ты сейчас держишь в руке, мне обещали большие деньги, машину и жизнь на курортах Турции. Согласись, глупо от всего этого отказываться, правда? Конечно, мы с тобой друзья, но о дорогой машине я мечтал с детства, а о тебе – никогда. Отдай борсетку, и я тебя обязательно потом покатаю.

- А мне обещали каждый день шашлычок под коньячок,- вздохнул Сидоров,- и джип обещали. Если отдам какому-то армянину.

Митрофанов замер. Дядя Коля работал на армянина – это он знал точно. Выходит, дядя решил обокрасть своего хозяина?!

Нет, чувство справедливого негодования дядиным поступком у Антохи не возникло. Наоборот, пришло чувство страха, что Сидоров непременно расскажет армянину про Антоху, а тот через племянника выйдет на дядю, и тогда…

И что теперь делать?! Застрелить Сидорова, а заодно и девчонку?

Митрофанов до этого дня никогда не стрелял в людей. Как-то не приходилось. Это в голливудских боевиках все просто – три патрона, двадцать трупов. Хорошо, если Серега умрет сразу…. А если нет? Кричать будет, стонать – трепать Антохины нервы.

Была еще одна проблема – по территории завода сейчас бродили опасные люди, которые тоже искали борсетку. И которым Антоха уже успел кое-что рассказать про дядю Колю…. Да что там – кое-что. Все рассказал! Значит, уйти нужно как можно незаметнее. Значит, стрелять нужно только в крайнем случае…

- Давайте борсетку и чешите отсюда,- принял, наконец, решение Митрофанов. Пускай с возможными проблемами дядя сам разбирается. Потом. И почувствовал облегчение.

- А ты не выстрелишь?

- Да ты что! Мы же друзья!

Антохины слова прозвучали настолько искренне, что Серега расслабился, снял с руки сумочку и кинул другу.

- Вот и ладно,- радостно сказал Митрофанов,- Вот и хорошо. Ты на Поляну собрался? Видишь, какой я умный! Давайте, чешите. Мне тоже пора.

- А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!

Взгляд вдогонку. Хохол.

- А вас, Штирлиц, я попрошу остаться! - тихо сказал Хохол, наслаждаясь эффектом своего неожиданного появления.

Он проник в здание с другой стороны, прошел его практически навылет, и застал группу общающихся тогда, когда один бросил другому маленькую сумочку - ту, что деловые люди обычно носят на запястье.

Сомнений не было – перед ним были те, кого они сегодня целый день искали. Реабилитация за чердак полная – с усмешкой подумал он и включил рацию на передачу:

- Я нашел их. Развалины у дороги. Быстрее.

Несмотря на то, что один из обнаруженных держал пистолет, Хохол не испытывал обычного для всех людей чувства неуверенности и опаски. Бывало такое уже, знаете ли, и не раз.

- Ты пистолетик-то брось,- ласково сказал он вооруженному,- неровен час, нажмешь на что-нибудь, поранишься или других поранишь.

Парень затряс головой и Хохол неожиданно узнал в нем того самого человека, что совсем недавно еще лежал пластом на кухне. Там еще женщина на костылях что-то лепетала про наркотики и оружие…

- Вы кто?- срывающимся голосом спросил человек с пистолетом.

- Очень тянет ответить – конь в пальто, но не хочется вас обманывать. Не в пальто.

Из-за спины второго мужика – несомненно того самого, белобрысого, за которым так долго гонялись – выглянула девушка, с живым интересом поглядела на Хохла, фыркнула что-то и снова спряталась.

Парень все-таки решился и бросил пистолет в пыль только после того, как в проем ворвались Горбун и Микки. Численный перевес, он и в Африке, сами понимаете…

Хохол грациозно сделал несколько шагов вперед, наклонился за пистолетом – негоже оружию валяться без присмотра – как вдруг Микки ахнул и крикнул:

- Вот зараза! Опять за свое!

Хохол успел только поднять голову, как мощный удар ногой в лицо опрокинул его на кирпичную крошку, толстым слоем устилавшую пол здания.

Сквозь туман несомненного нокдауна он увидел, как хрупкая девушка в бешеном ритме обменивается ударами сразу и с Микки, и с Горбуном, попутно умудряясь не выпускать из здания мужика из кухни и контролируя его собственные жалкие попытки подняться.

Горбун в команде основным бойцом никогда и не был. Вместе с Веней его главной задачей было радиотехническое обеспечение, а занятия рукопашным боем – так, для общего развития. Если нужно кому-нибудь вышибить или наоборот вправить мозги – для этого вполне хватало остальных.

Сейчас остальных не хватало катастрофически. Девушка явно контролировала ситуацию. Настолько явно, что когда белобрысый парень попытался тоже поучаствовать в драке, резким окриком заставила скромно отойти к дальней стене, где он и уселся на черную сумку спортивного вида в ожидании развязки.

Хохол в смятении подумал, что если остальные не подоспеют – уйдут ведь! Позор-то какой! И кто будет виноват? Хохол! Расслабился, блин, по сторонам не глядел, подвох пропустил…

Девушка дралась профессионально. В движениях никакой показухи и театральщины, один голый практицизм и точный расчет. Такому в спортивных секциях не учат. Каждый удар рассчитан на полное поражение. Подтверждение этому пришло через несколько десятков секунд, когда она все-таки достала зазевавшегося Горбуна открытой ладонью в горло. Горбун захрипел и повалился рядом с Хохлом, закатив глаза к затылку. Микки остался один.

Микки чувствовал себя неуютно. Драка дракой, но женщин ему никогда еще серьезно бить не приходилось. Обычно им хватало зверски скорченной физиономии. Тут такое явно не прокатывало. Когда лег Горбун, он впервые пожалел, что оружие осталось в специальном ящике в машине. Хотя, кто знает – эта фурия могла и оружия не испугаться…. Блин, да где же остальные?!

- Немедленно прекратить!- раздался громовой раскат Григорьевского голоса. Микки с облегчением вздохнул и тут же пропустил весьма чувствительный удар по почкам.

- Я сказал – прекратить!- снова рявкнул шеф,- Устроили, понимаешь, ледовое побоище в июле. Ты, хулиганка, быстро ко мне! Я кому сказал!

К всеобщему удивлению, девушка прекратила избивать мужчин, вытянула руки по швам и подошла к Григорьеву.

- Ты что здесь устроила, а?- строго спросил шеф,- Что за мордобой?

Девушка гордо вскинула голову и с обидой ответила:

- Так они же первые начали! И вообще, папа, откуда я знала, что они с тобой?

- Папа?!- прошептал потрясенный Хохол.

- Папа?- разинул рот белобрысый парень.

- Папа!- радостно воскликнул Микки,- А я и смотрю – что-то техника боя какая-то знакомая!

- Папа,- хмуро подтвердил Григорьев,- Моя дочь Екатерина Григорьева. Прошу любить и более не бить. Если сама не напросится, конечно. А теперь, когда мы помирились и разобрались в наших родственных взаимоотношениях, давайте, наконец, разберемся и с нашими проблемами.

Хохол, кряхтя, поднялся с пола, проковылял в дальний угол, откуда притащил еще одного мужчину.

- Вот,- сказал он,- тоже в наших делах участвует. С пистолетом. Так что без него никак.

- Это у нас кто?- спросил Микки.

- Это у нас Отелло с кухни,- засмеялся Петруччо,- Вот кого не ожидал еще раз увидеть! Лежал ведь словно камбала на сковородке…, даже дышал через раз.

- Позовите наших заморских гостей,- приказал Григорьев,- Без них совещание начинать неэтично. Еще подумают, что мы их кинуть хотим.

Взгляд издали. Хранитель.

« Мы сравнительно недолго обходили эти живописные развалины. Не прошло и четверти часа, как по радиосвязи от одного из членов нашей новой команды поступило сообщение об обнаружении нужных нам людей. Да, Мастер, какое удовольствие работать с обученными и прекрасно экипированными сотрудниками!

- Давайте сделаем так,- предложил седой господин,- мы их зафиксируем, а потом вы с ними поговорите. Мало ли что может произойти при задержании…

Одно слово – профессионал!

Мы с волонтерами ждали недалеко от входа. Судя по звукам, в здании задержанию сопротивлялись отчаянно. Я снова подумал было об очередной конкурирующей организации. Поверьте, Мастер, я даже не догадывался, насколько был далек от истины!

Когда все стихло, из развалин вышел молодой наемник и пригласил нас пройти вовнутрь. Конечно, Мастер, я и сейчас до конца не доверял нашим новым помощникам, но…

Внутри было многолюдно, настроение у большинства было какое-то странно веселое. Хотя их понять было можно – операция подошла к концу, отчего не порадоваться ее благополучному завершению. Вот только мне было не до веселья, я, с одной стороны, волновался, ожидая, наконец, увидеть наш… нашу вещь. С другой стороны, меня пугало неожиданное выключение маяка – что это было?!

- Вот эти люди,- сказал седой господин,- Можете задавать вопросы. И не волнуйтесь – девушка знает английский не хуже меня, так что обойдетесь без переводчика.

Молодая симпатичная девушка стояла посередине помещения, смотрела на меня исподлобья и мужскими жестами потирала свои маленькие кулачки, словно только что дралась.

- Вы кто?- не дала она мне даже рта открыть,- Что вам нужно? Документы есть? По какому праву преследуете нас?

Согласитесь, Мастер, для юной леди вопросы из полицейского лексикона были не слишком подходящие.

- Я приехал в вашу страну издалека,- мягко начал я беседу,- У вас находится предмет, который вам не принадлежит…

- У нас в данный момент находится очень много предметов, которые нам не принадлежат. Потрудитесь уточнить, о чем именно идет речь.

- Речь идет о предмете, который каким-то образом оказался у вашего спутника. Сигнал с радиомаяка это подтверждает…

- Маяк?- она повернулась к своему спутнику и что-то произнесла на родном языке, потом снова обратилась ко мне,- Очень сожалею, но этого предмета у нас больше нет.

- Как?!- я, кажется, даже крикнул…

- Когда я поняла, что это маяк, я выбросила его в воду,- она позволила себе улыбнуться,- Думаю, его утянуло течение в местные подземные коммуникации…

Все, понимавшие английский язык, зашумели и начали переводить новость тем, кто не понимал.

Мастер, я был раздавлен. Уничтожен. Практически мертв. Операция закончилась полным провалом! Редкий, уникальный артефакт, цену которому невозможно определить ни в долларах, ни в золоте, ни в драгоценных камнях, был утерян! В честности девушки я почему-то не сомневался – ведь для нее наша бесценная реликвия была не более чем странной безделушкой…

По ее команде светловолосый спутник забрал небольшую сумочку, с которой у нас ходят в основном мелкие торговцы, у еще одного человека, которого я ранее даже не заметил, и протянул мне. Раздираемый скорбью, я заглянул в нее исключительно для очистки совести – вдруг все-таки завалилась в уголок…. Нет! Не закатилась. Одни визитки, карточки, какие-то удостоверения, деньги – знакомые и незнакомые. Моя командировка была провалена.

- Где ты выкинула маячок?- строго спросил девушку седой господин и она на удивление покорно ответила:

- Могу показать место. Только не знаю, возможно ли там что-нибудь найти. Там такие развалины…

Как будто остальное вокруг было не развалины!

Конечно, седой господин тут же решил отправить своих людей на осмотр того места, о котором говорила девушка, как вдруг раздался дикий крик и на нас напали…»

Взгляд вдогонку. Веня.

Волей случая вышло так, что в поисках среди развалин Веня бродил вместе с лохматым водителем Таврии. Не специально, чтобы следить за ним. Просто так вышло.

Они отстали от основной группы из-за того, что время от времени Веня останавливался и с надеждой глядел на экран навигатора. Но чуда не происходило.

В одну из остановок он в очередной раз огляделся по сторонам и восхищенно пробормотал:

- Блуждаем, словно сталкеры по Зоне…

Лохматый с интересом посмотрел на него и спросил:

- Сталкер? «Тени Чернобыля»? Фанатеешь?

- Ага,- вздохнул Веня.

- Какой раз проходишь?

- Первый. К Янтарю подбираюсь.

- Счастливый,- вздохнул лохматый,- Я уже шестой раз прохожу. Последний раз на мастере. За три дня прошел.

Веня взглянул на напарника с уважением:

- Круто! Я на опытном пошел, так монстры и бандиты задолбали – валят постоянно. Вторую неделю ковыряюсь.

Они с симпатией посмотрели друг на друга – одной крови, оказывается!

- Роман,- после паузы представился лохматый.

- Вениамин. Можно просто Веня.

- Тогда можно просто Рома,- улыбнулся лохматый и пошел вперед, беззаботно подставив Вене спину.

Так они обошли развалины склада, и вышли к зданию у ворот.

- А тебе кто больше нравится – Долг или Свобода?- неожиданно спросил Рома.

Веня ответил не раздумывая:

- Мне больше всего наемники нравятся. Настоящие профессионалы.

- Ага,- хмыкнул Рома,- профессионалы… да их Меченый валит как танк деревья в лесу!

- Ну и что? Он сам из наемников, потому и валит.

Роман остановился.

- Ты это с чего взял? Меченый - вольный сталкер! Он не наемник.

- Тогда почему его постоянно нанимают? То Сидорович, то ученые…

- Ну,- на мгновение запнулся собеседник,- на жизнь ведь тоже нужно зарабатывать, а в Зоне никакого производства же нет. Вот и нанимается. Ты сам посуди – в начале игры все группировки к нему нейтральные, кроме бандитов, военных и наемников. Не может же он быть врагом своим, ведь так? Значит – не наемник.

Веня пожал плечами, почти убежденный железной логикой слов напарника. И тут же напрягся. Из здания доносились звуки борьбы.

Роман тоже дернулся, перехватил поудобнее свой ломик и бросился к входу. Веня ухватил его за рукав:

- Стой! Ты драться хорошо умеешь? Учти, это тебе жизнь, а не Сталкер. Тут мы профессионалы.

К зданию со всех сторон уже спешили остальные. Веня обвел их взглядом и облегченно вздохнул – все трое из «Таврии» были снаружи, значит, дрались не с ними. Это хорошо, а то жаль было бы лохматого Рому…

- Ты со своими подожди, ладно?- сказал Веня напарнику и бросился в здание вслед за уже вошедшим внутрь развалин шефом.

- Немедленно прекратить!- громко крикнул Григорьев,- Я сказал – прекратить! устроили, понимаешь, ледовое побоище в июле. Ты, хулиганка, быстро ко мне! Я кому сказал!

Веня смотрел из-за могучего плеча шефа и ничего не понимал – девчонка, вырубившая Хохла и Горбуна, почти завалившая Микки, внезапно перестала махать руками, отряхнулась, словно примерная ученица у доски и покорно подошла к Григорьеву.

- Ты что здесь устроила, а?- строго спросил шеф,- Что за мордобой?

Девушка гордо вскинула голову и с обидой ответила:

- Так они же первые начали! И вообще, папа, откуда я знала, что они с тобой?

От неожиданности Веня едва не сел на пыльный пол. Папа! Оказывается, весь день они гонялись за дочкой шефа! Офигеть, не встать!

Шеф прогудел что-то малопонятное, скорее всего, оправдывался. Или объяснял ситуацию – никто не прислушивался, если честно. Всем было достаточно факта – это дочка шефа. То есть, не противник. А кто?

Шеф попросил позвать иностранца – его таракан, его право задавать вопросы.

Веня вышел, махнул рукой и вернулся вместе с гостями, бочком протиснулся к Микки.

- Что тут было?

- Что-то, очень напоминающее боулинг,- шепотом ответил Микки,- роль кеглей исполняли мы, а она была шаром. Черт, если бы вы вовремя не подоспели – выбила бы страйк, честное слово! Я уже на последнем издыхании держался, а она – смотри!- вроде даже и не запыхалась. Вот это я понимаю – папина школа…

Судя по поведению иностранца, дела обстояли совсем уж печально. Они с Микки прислушались – точно, утопила девчонка маячок. Вот оторва!

- Правильно сделала,- вздохнул Микки,- Я бы на ее месте тоже утопил, как только сообразил, что к чему…. Или закинул куда-нибудь, чтобы трудно доставать было, а сам тихонечко мимо стражи… и ноги в руки!

- Пойду, переведу этим двоим,- кивнул Веня на крепыша и лохматого, которые стояли в дверях и мучительно пытались хоть что-нибудь разобрать в звучащей английской речи. Без толку, девушка шпарила по-английски, как дралась – без передышки и пауз.

- Короче, утонул ваш таракан в местной канализации,- сказал Веня на ухо Роману. Тот непонимающе захлопал глазами:

- Таракан? Какой таракан?

- Ты что, не знаешь даже, что ищешь?! Во, у вас секретность на высоте!

- Мне позвонили ночью, сказали – встретить в Москве человека и быть в его распоряжении,- виновато сказал Роман,- Блин! Мы с Лехой прямо со свадьбы его сестры в тачку прыгнули и полетели…. Я только утром вообще понял, что рулю. Как границу проехали – сам не понимаю!

- А Леха?

- А что Леха? Ему же не рулить. Проспал всю дорогу.

Леха на борцовский манер зацепился большими пальцами за лямки тельняшки, искоса глянул на Романа, хмыкнул, но ничего не сказал.

- Что сейчас говорят?- спросил Роман.

- Шеф предлагает сходить туда, где она выбросила маячок и там все осмотреть.

- А наш чего курлыкает?

- Соглашается, ясное дело. Вон, аж почернел весь с печали. И что ему этот таракан так сдался?

- Какой таракан? Ты же по-русски умеешь, а он ни фига! Так хоть ты расскажи.

Веня открыл рот, чтобы рассказать Роману все, что знал о цели их поисков, как вдруг раздался дикий крик и в помещение влетел человек с пистолетом…

Взгляд изнутри. Сидоров.

Появление Митрофанова заставило вздрогнуть. Как чертик из табакерки. Еще мгновение назад они были совершенно одни, а тут – здрасьте!- бывший старый, бывший лучший, ну и так далее…

Вел себя Антоха в этот раз не агрессивно, даже пытался улыбаться, однако, когда Сидоров сумел заглянуть ему в глаза – немного испугался. Безумием каким-то веяло от бывшего старого и лучшего.

- Сам трясется, а пистолет держит крепко,- из-за спины шепнула Сереге Катя. Стало быть, тоже заметила.

- Честное слово, у меня к тебе никаких претензий нет,- Митрофанов говорил убедительно, потому что говорил чистую правду,-За борсетку, которую ты сейчас держишь в руке, мне обещали большие деньги, машину и жизнь на курортах Турции. Согласись, глупо от всего этого отказываться, правда? Конечно, мы с тобой друзья, но о дорогой машине я мечтал с детства, а о тебе – никогда. Отдай борсетку, и я тебя обязательно потом покатаю.

- А мне обещали каждый день шашлычок под коньячок,- вздохнул Сидоров,- и джип обещали. Если отдам какому-то армянину.

Сказал и осекся. И без того безумные глаза Антохи начала заволакивать совсем уже запредельная дымка. Черт, не то брякнул! Видать, у него с армянами проблемы имеются…

- Как толкну в спину – падай,- шепнула из-за спины Катя. Серега даже ругаться не стал – куда она, как в анекдоте, с голой пяткой на пистолет собралась!

Антоха размышлял долго, во всяком случае, так показалось Сидорову. Даже спина от волнения успела вымокнуть и просохнуть. И снова вымокнуть.

- Давайте борсетку и чешите отсюда,- принял, наконец, решение Митрофанов.

- А ты не выстрелишь?

- Да ты что! Мы же друзья!

Антохины слова прозвучали настолько искренне, что Серега расслабился, снял с руки сумочку и кинул другу.

- Вот и ладно,- радостно сказал Митрофанов,- Вот и хорошо. Ты на Поляну собрался? Видишь, какой я умный! Давайте, чешите. Мне тоже пора.

- А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!- раздался голос нового персонажа.

- Спасибо твоему Антошке,- сквозь зубы прошипела ничуть не удивившаяся Катя,- Нас, кажется, все-таки поймали.

- Может, рванем?

- А твой дружбан с перепугу нам в спину бахнет? Ну, уж нет, поглядим, что будет дальше.

Из темного провала, когда-то бывшего коридором, на свет неторопливо вышел мужчина в сером костюме. Костюм при ближайшем рассмотрении оказался серым не только по рождению, но и от местной пыли. Выходит, искали их тщательно.

Мужчина по-киношному прижал пальцем левое ухо и что-то негромко сказал.

- Сурьезный дядечка,- удивилась Катя,- Со связью ходит.

- Это из тех, что на джипах за мной гоняются.

- Ну, у них, видно, с техническим обеспечением проблем нет. Интересно – кто такие?

- Ты пистолетик-то брось,- ласково сказал мужчина Митрофанову,- Не ровен час, нажмешь на что-нибудь, поранишься или других поранишь.

- Вы кто?- срывающимся голосом спросил Антоха.

- Очень тянет ответить – конь в пальто, но не хочется вас обманывать. Не в пальто.

- И, скорее всего, не конь,- тихо прокомментировала ситуацию Катя,- Однако, какой самоуверенный дядечка!

Митрофанов статуей с пистолетом постоял недолго, выбросил его, как только в дверном проеме появились еще несколько человек в однотипных серых костюмах.

- Прибыло подкрепление. Это плохо,- вслух продолжала размышлять Катя,- Зато оружия больше ни у кого не видно – это очень хорошо! Как толкну в спину – прыгай в сторону.

- Ты с ума сошла?! Их же трое!

- Их пока трое,- возразила девушка, упирая на слово «пока»,- Через пять минут между ними здесь будет не протолкнуться. Между прочим, государственные служащие на работе иногда поступают жестче, чем бандиты.

- Откуда знаешь?

- Да уж, знаю…- туманно ответила Катя.

Мужчина в сером, пришедший первым, сделал несколько шагов вперед и наклонился за пистолетом. Если бы Сидоров даже и попытался удержать Катю от безрассудного поступка, у него это все равно бы не получилось. Катя так толкнула его в спину, что он едва удержался на ногах. А потом Сидоров ясно понял, что с этой девушкой он может гулять по самым бандитским районам Москвы без малейших опасений…

Ошеломленный увиденным, он по инерции все-таки попытался влезть в драку, но разгоряченная дракой Катя в таких кратких и емких выражениях отказалась от его помощи, что Серега только рукой махнул. Он подхватил сумку с наркотиками и отошел подальше от места массового мужского позора…

Катя быстро осталась один на один с парнем, опознавшим их у подъезда. Остальные только стонали и пытались переползать с места на место – чтобы не затоптали.

Бледный Митрофанов собрался было незаметно выскользнуть вместе с вожделенной борсеткой, но Катя так резко преградила ему дорогу, что он решил больше не испытывать судьбу.

А потом все внезапно закончилось.

- Немедленно прекратить!- раздался громкий командирский голос. Катя по инерции еще несколько раз ударила своего противника по почкам.

- Я сказал – прекратить!- снова рявкнул тот же голос,- Устроили, понимаешь, ледовое побоище в июле. Ты, хулиганка, быстро ко мне! Я кому сказал!

К удивлению Сидорова, Катя прекратила избивать мужчин, вытянула руки по швам и подошла к седому мужчине в сером костюме, стоявшему в дверях.

- Ты что здесь устроила, а?- строго спросил он,- Что за мордобой?

Девушка гордо вскинула голову и с обидой ответила:

- Так они же первые начали! И вообще, папа, откуда я знала, что они с тобой?

- Папа?- разинул рот Серега.

- Папа!- радостно воскликнул один из избитых мужчин,- А я и смотрю – что-то техника боя какая-то знакомая!

- Папа,- хмуро подтвердил седой,- Моя дочь Екатерина Григорьева. Прошу любить и более не бить. Если сама не напросится, конечно. А теперь, когда мы помирились и разобрались в наших родственных взаимоотношениях, давайте, наконец, разберемся и с нашими проблемами.

Первый мужчина в сером, кряхтя, поднялся с пола, проковылял в дальний угол, откуда притащил Митрофанова, болтавшегося в его руках словно деревянный мальчик Буратино. Только нос хулиганы отломали.

- Вот,- сказал он,- тоже в наших делах участвует. С пистолетом. Так что без него никак.

- Это у нас кто?- спросил один.

- Это у нас Отелло с кухни,- засмеялся другой,- Вот кого не ожидал еще раз увидеть! Лежал ведь словно камбала на сковородке…, даже дышал через раз.

- Позовите наших заморских гостей,- приказал Катин отец,- без них совещание начинать неэтично. Еще подумают, что мы их кинуть хотим.

- Ты с иностранцами работаешь?- удивилась Катя.

- Приходится. Я, кстати, когда сегодня по твоим следам шел, все время думал – неужели на белом свете есть еще один отец, которому так же не повезло с дочкой, как и мне? Увы! Я одинок в этой вселенной…

- Да ну тебя,- отмахнулась то ли пристыженная, то ли польщенная Катя. Сидоров подумал и решил, что, скорее всего, польщенная.

- А можно задать тебе законный родительский вопрос – ты-то как здесь оказалась?

- Случайно, честное слово. Дела у меня тут кое-какие были,- туманно ответила Катя. Седой хмыкнул:

- Дела, говоришь? Интересно знать – какие?

- Мои,- твердо отрезала послушная дочь,- служебные.

Седой хотел еще что-то сказать, но тут в помещение влетел какой-то взъерошенный человек. Все тут же перешли на английский, и Сидоров почувствовал себя совсем неуютно. С языками у него было неважно. Если еще точнее – совершенно никак.

Зато Катя шпарила как по писанному. Взъерошенный человек жадно слушал ее и на глазах сникал все сильнее и сильнее.

- Дай борсетку,- сказала Катя Сереге,- Хотя…. Я же коробочку выкинула в дырку, а она-то ему и нужна, оказывается. Поторопилась.

Сидоров не стал напоминать ей о своих словах, сказанных по этому поводу ранее. Еще обидится…. И дерется она вон как.

Он забрал борсетку из безвольных рук Антохи, передал иностранцу. Тот торопливо перерыл содержимое и совсем потускнел.

- Что делать будем?- шепотом спросил Сидоров Катю. Та пожала плечами:

- Сходим обратно, поищем. Может, найдем.

- А как же армянин? Я же ему должен был передать…

- Сведем вместе твоего армянина и папиного англичанина,- подумав, предложила девушка,- пусть сами разбираются. Как тебе мысль?

- Нормальная,- поспешил заверить Серега. А и в самом деле – что еще можно предложить? Выходит, совсем не бандиты весь день гонялись за ним…

А потом раздался дикий крик и в помещение ворвались бандиты…

Взгляды со стороны и из-под козырька.

Саша Гречнев сидел на капоте своей машины и курил сигареты одну за другой. Когда рядом заскрипели тормоза, он только хмыкнул, но даже головы не повернул.

- Инспектор ДПС лейтенант Тренин,- произнес знакомый голос.

- Даже не сомневался,- буркнул Гречнев,- Фуражку привез?

- Привез…

- Оставь себе. Как память. Хочешь, сигаретами угощу? У меня хорошие.

Тренин помолчал минуту, потоптался, потом все-таки вышел из-за спины на видное место.

- Ты правила нарушил…- неуверенно сказал он,- что же сразу не сказал, что полицейский?

- А я и не полицейский,- равнодушно признался Саша,- Фуражку для таких как ты вожу…, специально, чтобы не приставали.

- Да?!

- Да. Инспектор, ты, что – вмазал? Я запах в дороге за гектар чую. Вмазал, да?

- От нервов,- виновато потупился Тренин.

- От нервов?- задумался Гречнев,- А у тебя еще нет? Я бы сейчас тоже… от нервов…

- Есть. Только закуски нет.

- Меня мать в дорогу собирала, наложила всякого. Ну что, хряпнем, лейтенант?

- А что случилось?

- Да вот… случилось,- Гречнев обвел взглядом стоящие неподалеку машины, задержался на зеленом «Мерседесе»,- Такое, брат, случилось, что твой наезд на меня – морская пыль! И, что интересно – я свою проблему сам сюда привез. Теперь сижу и думаю – уехать? Все равно найдут. Остаться? А тут ты еще…. Так как, лейтенант, угостишь?

Они разложили на багажнике машины Тренина старую газету с бесчисленными рекламами фирм, вставляющих пластиковые окна. На газете с трудом уместилась еда, собранная матерью Саши. Пластиковые стаканчики после каждого тоста вставляли друг в друга – чтобы ветром не унесло.

Нашлись и общие темы для серьезного мужского разговора под бутылочку – беспредел на дорогах и технические особенности любимых марок машин.

По первому пункту Трении защищал своих коллег, но вяло. Зато по второму оба были единодушны – российский автопром ни на что не годится, даже на металлолом…

Взгляд вскользь. Сандро.

- Сколько их тут собралось!- удивился Михай,- и все знакомые.

Сандро молча смотрел на группу людей через дыру в стене и размышлял. Черную спортивную сумку он разглядел практически сразу. Теперь нужно было решить, как ее забрать.

Надежды забрать тихо не было совершенно. Для этого нужно было стать японским ниндзя, или человеком-пауком, на крайний случай.

Хотя сумка и валялась в стороне от людей, незаметно пробраться в тот угол было невозможно. В помещение вели три выхода – один с улицы, два из самих развалин. И у всех было полно народу.

Сандро обернулся и посмотрел на Михая. Делать нечего, вряд ли они уйдут и забудут забрать с собой сумку. Пора решаться.

Они долго искали белобрысого мужика с сумкой, ориентируясь в основном на спины идущих впереди людей, также искавших его. Немного удивило состоявшееся братание прежде незнакомых между собой пассажиров джипов и «Таврии». Выходило, что они искали одно и то же. Сильно удивил почти новый мотоцикл, аккуратно спрятанный в зарослях бурьяна. Михай даже хотел его запустить, но укоризненный взгляд Сандро помешал.

Потом их внимание привлек сильный шум из развалин дома – будто кто-то ковры выбивает. Судя по тому, что сюда уже бежали остальные, им тоже было нужно по этому адресу. Они тихо влезли в проем окна, прошли по пыльным загаженным кабинетам и очутились в комнате, откуда через дыру в стене была видна черная спортивная сумка.

- Брат, я тебя как брата прошу,- проникновенно сказал Сандро,- стреляй только по моей команде. Ну, или если на тебя нападут. Понял? Только в крайнем случае! Если будут дергаться – сначала в воздух, ладно? Нам главное – забрать сумку.

- Понял,- кивнул Михай.

- Значит, так. Я выхожу из этого выхода, а ты из того,- продолжил инструктаж Сандро,- стреляем в потолок, они пугаются. Я забираю сумку, бегу мимо тебя к машине, ты прикрываешь мой отход. Все ясно?

- Да!- ответил Михай, глядя на друга восхищенными глазами,- В армии ты бы был генералом, Сандро! Как все придумал!

- Если бы я был генералом, ты бы был у меня полковником,- в ответ польстил другу Сандро,- но сейчас не об этом. Брат, запомни – я начинаю, а ты сиди в засаде дальше. Пусть они о тебе до самого последнего момента не догадываются. Пусть думают, что я один, понял?

- Понял!- кивнул восхищенный Михай.

- Тогда, пошли за сумкой!

Аккуратно ступая – не для беззвучности, а чтобы не вляпаться во что-нибудь дурно пахнущее – они вышли в коридор и разошлись к заранее намеченным выходам.

Сандро замер в полутьме, вслушиваясь в шум, доносившийся до него. Не понятно ни черта – все по-иностранному болтают. Но точно не о наркотиках. Пора, что ли?

Глубоко вздохнув, он сжал пистолетную рукоять и с громким криком выскочил в помещение. Первым делом глянул во второй выход – порядок, там уже темнела фигура Михая.

- Никому не двигаться! Застрелю!- орал Сандро, скачками продвигаясь к сумке. На пути попался мужчина с грустными глазами и безвольным выражением лица. Сандро ухватил его за ворот рубахи и ткнул пистолетом в шею.

- Не двигаться! Его первого убью!- крикнул он и с некоторым удивлением услышал в ответ негромкий девичий голос:

- Да пожалуйста. Вот этого как раз совсем не жалко. Правда, Сережа?

Сандро потащил за собой никому не нужного мужчину, потом оглянулся и с некоторой долей извинения сказал:

- Я только вот эту сумку заберу и сразу уйду. Стойте тихо. Все будет хорошо.

- Ну, ну,- снова раздался негромкий голос девушки,- Уйдет он, как же…

- Катя,- строго сказал седой мужчина в сером костюме,- прекрати.

- Если что, папа, я все еще на работе.

Сандро внезапно почувствовал, что на него как-то мало обращают внимание. Словно он был не сильным мужчиной с пистолетом в руках, а так – залетевшим в окно комаром…. Это его обидело. Но главное – он схватил ремень сумки и перекинул ее за спину! Наконец-то!

Отпихнув от себя уже мешавшего безвольного мужчину, Сандро сделал шаг по направлению к ожидавшему его Михаю. Только один шаг.

Поверх тихого шума, царившего в просторном помещении, раздался четкий громкий голос:

- Всем оставаться на местах! Федеральная служба по контролю над оборотом наркотиков. Сопротивление бесполезно! Немедленно положите оружие на землю и поднимите руки…

Сандро выронил пистолет из ослабевшей руки. Выронил совсем не потому, что решил выполнить команду. Нет, просто выронил – глупо так… от страха, наверное.

Еще оставался последний шанс – рвануть изо всех сил, добежать до машины. Михай прикроет…. Он посмотрел на Михая.

Михай был готов стрелять. Его нисколько не смутили прозвучавшие команды. И он не выронил пистолет. Вот только вертел он его в руках как-то странно…

И тут Сандро с отчаяньем вспомнил, что забрал у него патроны! И теперь обойма оттягивала задний карман его брюк. Вот почему Михай до сих пор не стрелял!

Сандро посмотрел на лежавший на полу свой пистолет – не дадут поднять, нечего и думать. Отчаяние и злоба слились в одно странное чувство – чувство ненависти. Ко всем без исключения.

Резким движением он выхватил из кармана обойму и, что было силы, бросил ее Михаю.

Все находившиеся в помещении, словно завороженные, провожали глазами вертящийся в полете кусок вороненого металла. Михай уже начал радостно улыбаться, и Сандро почувствовал, что надежда в его сердце снова оживает…

Посреди абсолютной тишины раздался короткий звук – словно кто-то кашлянул в кулак.

Летящая обойма резко изменила направление. Из ее искореженного корпуса на землю золотыми каплями посыпались патроны.

- А следующим выстрелом я самому нервному разобью коленную чашечку,- произнес невидимка.

- Снип!- восторженно крикнула девушка,- Ты лучший! Я всегда это знала!

- А то,- согласился невидимка.

Сандро снова взглянул на Михая и увидел, что за его спиной уже стоит человек с автоматом. Надеяться было больше не на что…

Глава 15

Глава пятнадцатая,

в которой появляются инопланетяне. Правда, только тем, кто в них верит…

Они медленно выходили на улицу, держа под руки и не пытавшихся сопротивляться наркоторговцев. Так приказал Григорьев.

- Государству нужно оказывать помощь обязательно,- после приказа добавил он,- возможно, в будущем это зачтется…

Нечего сказать, обнадеживающая мысль! Но – мы же в России, господа…

Полищук шел впереди, поэтому первым увидел картину, достойную пера Сальвадора Дали – как пьяные инспектор ДПС Тренин и нарушитель Гречнев, обнявшись, грустно пели песню про черного ворона. Выходило красиво.

- Ну, начальник,- прервав песню, сказал ему Гречнев,- извини, сегодня за руль уже не сяду. Сейчас окольцуешь, или когда протрезвею? Вот судьба подставила!

- Держись, Саня,- толкнул его в бок инспектор,- сам виноват, что ввязался. А как отсидишь – приезжай, гостем будешь…

Полищук внимательно оглядел обоих профессиональным холодным взглядом, отчего оба поднялись с пыльной травы и начали оправлять одежду. Выждав минуту, он казенным тоном сказал:

- Стыдно, товарищ лейтенант. Нарушаете.

Тренин потупился. Типа проникся.

- А вы, молодой человек, возьмите мою визитку. Там адрес указан. Приедете завтра к девяти. Прошу не опаздывать.

Сказал и пошел твердым шагом к зеленому «Мерседесу».

- Это…- не понял Саша,- а арестовать?!

- Не волнуйся по пустякам,- через плечо небрежно ответил Полищук,- будет нужно, непременно арестуем.

- Мы серьезная контора, а не какой-то вытрезвитель,- поддержал командира Снип.

Арестованных рассадили по «Лендроверам» и увезли вслед за зеленым «Мерседесом».

Перед отъездом Катя подошла к Полищуку и спросила:

- Товарищ майор, мне с вами ехать или можно остаться?

- Ради Бога,- вздохнул Полищук,- только не забудь завтра утром рапорт написать о своих сегодняшних проделках.

- Трудно с ней?- понимающе спросил Григорьев.

- Не то слово,- вздохнул Полищук,- третий год мучаюсь.

- А я двадцать третий…

- Передайте будущему жениху мои всяческие соболезнования.

- Можете их сами передать,- обиделась Катя,- Вон он, возле стеночки стоит.

- Бедняга!- не сговариваясь, выдохнули Григорьев и Полищук.

После долгой паузы Григорьев заговорщически нагнулся к уху Полищука и прошептал:

- Только, ради Бога! Пока об этих перспективах счастливчику – ни-ни! Пусть будет сюрприз…

- Если бы один не был моим отцом, а другой моим командиром…. Ух!- мечтательно зажмурилась Катя.

- Повезло нам, однако,- серьезно сказал Полищук, а Григорьев так же серьезно кивнул седой головой в знак согласия.

Девушка хмыкнула и отправилась к Сидорову.

- Эй, главный по борьбе с отравой!- крикнул Хохол,- А с этим что делать будем?- он указал на забытого всеми в пылу событий Митрофанова. Полищук пожал плечами, спросил:

- Он к наркоте отношение имеет?

- Да нет вроде…

- Тогда он мне совершенно неинтересен. Уж как-нибудь сами разберитесь,- ответил Полищук и отправился заводить зеленый «Мерседес».

- Сережа, а давай ему морду набьем,- хищно прищурилась Катя,- ты слева, а я справа.

Антоха стоял, словно макет очередной статуи московского грузина – неподвижно.

Серега подумал, потом поднял с пола никому уже не нужную борсетку, сунул ему в руки:

- На, держи. Отвезешь своему…. Ты ведь этого хотел? Машина, Турция, что там еще…

- Не надо,- слабым голосом пробормотал Антоха,- не надо…

- Рыцарь, а ты, оказывается, изощренный садист!- удивленно сказала Катя.- Мстить прощением – это, знаете ли…. Сработаемся!

Подошел деловой походкой Хохол, сунул Антохе за ремень брюк пистолет:

- И ствол свой прибери. А то народ тут ушлый собрался – мигом уведут.

- Зачем?- запротестовала, было, Катя, но Хохол только рукой махнул:

- Им только неграмотных старушек в подземных переходах пугать. Даже застрелиться не получится – газовый. За что только по башке получил?

Чтобы скоротать время, пока вернутся автомобили, дружной толпой, без соблюдения тактических построений, отправились к железному шкафу. Там Катя заставила Сидорова еще раз рассказать историю обнаружения тайного лаза. Печальный иностранец самую малость оживился.

- Любопытство – единственный двигатель прогресса,- перевела девушка Сереге его слова и добавила уже от себя,- Рыцарь, тебя за сегодняшний день уже дважды положительно оценили. Можешь начинать гордиться.

Судя по взглядам Хохла и лохматого водителя «Таврии» Романа, положительную оценку Сереге дали не единодушно.

Григорьев лично залез в дыру, долго изучал место утопления маяка и вернулся с грустными известиями:

- Там не просто канализация. Там небольшая река в бетонном русле. Сильное течение. Короче – или маячок зарылся в ил, или его вообще течением вглубь утянуло. Выход только один – вскрыть тоннель отсюда и до канала.

Иностранец пожал плечами и горестно махнул рукой:

- Увы, в ближайшее время такие работы я организовать не смогу.

Григорьев и Хохол переглянулись.

- А в перспективе?- деликатно поинтересовался Григорьев.

- Это какое примет решение совет Ордена.

Они вышли из развалин к дороге. Хохол долго молчал, наконец, не выдержал и задал резонный вопрос:

- А что это за Орден такой? Чем занимаетесь? Нам потом государственную измену не пришьют?

Иностранец возмутился:

- Мы политикой не занимаемся! Зачем копошиться в смрадном настоящем, если есть возможность окунуться в величественное прошлое!

- Звучит мощно,- хмыкнул Григорьев,- но, мистер, по вашим словам выходит, что наша команда уже работает на вас, так? Тем не менее, мы до сих пор не знаем ни вашего имени, ни наименования организации, ни просто целей и задач. Согласитесь, ощущение неудобства имеется.

- Я не могу прямо вот здесь, второпях, на голодный желудок читать вам двухчасовую лекцию,- отпарировал собеседник,- хотя представиться действительно уже пора. Айзек Норманн, к вашим услугам.

- Айзек – это типа Исаак?- тихо спросил у Григорьева Хохол,- Это кто ж он по национальности будет?

Григорьев усмехнулся и так же тихо ответил:

- Коля, ты не поверишь! Знаешь такого писателя Айзека Азимова? Про роботов писал, фантаст. Так вот, Коля, по национальности Айзек Азимов был казах…

Хохол недоверчиво посмотрел на шефа, но смеется тот или говорит серьезно, не определил. Так и отошел, качая головой, в глубоких размышлениях.

- Товарищи!- окликнул их инспектор Тренин,- можно вас на минуточку?

Подождав, когда все подойдут ближе, он пошевелил губами, явно репетируя речь, и сказал, не сильно путаясь в словах:

- Товарищи! Есть просьба. Мы с Саней за руль сесть уже не можем. Отвезите нас домой. Пожалуйста.

- Сто баксов,- тут же зарядил злопамятный Роман.

- Не вопрос,- пожал плечами Тренин и полез в карман,- А Саню не трогайте, он вторые сутки за рулем – пусть проспится нормально. Ему еще завтра в тюрьму садиться…

Все дружно перевели взгляд на сладко спящего прямо на траве Саню, и от вида этого расслабленного, свернувшегося уютным калачиком тела, сами начали позевывать.

Напряжение этого суматошного дня уходило, оставляя взамен усталую опустошенность. Мышцы налились свинцом, в головах вместо серьезных мыслей появилась звенящая пустота.

- Скажи мне, рыцарь,- одна Катя не устала,- ты часто бываешь вот таким?

- Каким?

Вместо ответа девушка указала на спящего Гречнева. Сидоров смутился:

- Ну…, бывает, конечно. Не без этого. Но в основном я…. Эх!

- Хорошо. Учту,- пробормотала Катя, а Серега попытался понять, к чему все это – и не осилил.

Через бесконечных сорок минут вернулись джипы. Григорьев тут же распорядился насчет инспектора и его собутыльника.

- Я за сегодня годовой план по перегону чужих машин уже перевыполнил,- попытался возмутиться Петруччо, но оказалось, что его мнения никто и не спрашивал.

Выяснилось, что Тренин живет сравнительно недалеко, на Бабушкинской.

- А друга твоего куда?

- Ко мне,- в инспекторе ДПС бурлила слезливая сентиментальность,- я ему на кухне постелю…

- Да, всего один день, а как нас перемешало,- хмыкнул Григорьев, садясь в джип.

Так и поехали, длинной кавалькадой. Сначала на Бабушкинскую, потом дальше в центр.

Катя пошепталась с Серегой и попросила отца:

- Нас у метро высадите.

- А вы, что, не с нами дальше?

- Нет. У меня еще дела есть.

- Опять служебные?

- Личные,- отрезала Катя, косясь на пунцового Серегу.

- Ну-ну,- только и сказал Григорьев им на прощание.

- А вот здесь мы перекусим,- сказал он мистеру Норманну, указывая на скромную вывеску небольшого ресторана,- Заодно вы нам о своей организации расскажете, хорошо?

Они вошли в ресторан, заняли места в маленьком зале, отделенном от других немногочисленных посетителей подобием заборчика, сплошь увитого зеленью – то ли настоящей, то ли искусно сделанной неутомимыми китайцами – пока не потрогаешь, не разберешь.

Официанты передвигались быстро и бесшумно. После основательного обеда все окончательно расслабились. Петруччо даже вытащил сигареты, но, поймав неодобрительный взгляд шефа, со вздохом спрятал обратно.

- Итак, кто вы, мистер Норманн?

- Я – Хранитель,- гордо ответил мистер. Григорьев кивнул:

- Исчерпывающий ответ. Если можно, с этого места уделите внимание подробностям.

Мистер Норманн вздохнул, с тоской оглядел пустую чашечку кофе и, замысловато переплетя пальцы, начал рассказывать…

Взгляд в прошлое.

- Собственно, наша организация чем-то секретным не является. Мы занимаемся вопросами археологии. Но не спешите со вздохами разочарования!

Видите ли, археология как наука в той или иной степени знакома всем грамотным людям. Все слышали о Трое Шлимана, хоть раз в жизни глазели на египетские пирамиды – пусть даже на картинках, тайком от смотрителей пытались в музеях потрогать кости динозавров…

Норманн замолчал, переводя дыхание, а Григорьев ободряюще заметил:

- Не волнуйтесь. И вообще, расскажите нам все так, словно перед вами полные профаны в археологии. Собственно, так оно и есть.

Мистер Норманн кивнул и продолжил:

- Для начала небольшое объяснение. Видите ли, история человечества делится на несколько этапов. Начну с конца, о котором нам всем практически все известно. Благодаря наличию письменности, большинство значимых событий можно конкретизировать во времени буквально до одного дня.

Чем ближе к Рождеству Христа, тем расплывчатее и реже упоминания, но и тут письменных источников вполне достаточно, чтобы важнейшие события было можно локализовать едва не до недели, в крайнем случае – месяца.

Чем дальше мы будем уходить в прошлое, тем сложнее локализовать то или иное событие. Благодаря все той же письменности, мы еще способны проследить вглубь толщи лет почти на тысячелетие!

Потом нас пару тысяч лет еще выручают египетские иероглифы, шумерские таблички…. Это все. Но мы ведь точно знаем, что история человечества намного длиннее! Посмотрите вокруг, и вы увидите камни Стоунхенджа, которым не менее пяти тысячелетий! А затерянные города Индии! Да согласно той же библии срок от сотворения мира до наших дней никак не меньше семи тысяч лет! А что такое сотворение мира?- мистер Норманн хищно прищурился, оглядывая слушателей, отчего стал похож на классического профессора-фанатика,- На взгляд некоторых ученых, к которым я причисляю и себя, это не что иное, как первое осознание человеком самого себя! Это дата возникновения первой цивилизации гомо сапиенс!

По незаметному знаку Григорьева понятливый официант бесшумно принес всем еще по чашечке кофе. Разговор явно грозил затянуться.

- Возьмем тот же Стоунхендж,- лектор цепко ухватил чашечку кофе, словно пресловутый Стоунхендж,- огромные каменные глыбы, притащенные из других мест, поставленные вертикально в определенной последовательности. Да еще и в несколько ярусов! Для людей, живших маленькими родами первобытнообщинным строем – задача просто непосильная! Но он же есть! Его можно потрогать руками, сфотографироваться на его фоне с красивой девушкой и так далее…

Веня сидел между Романом и Алексеем и старательно переводил им все услышанное, стараясь говорить шепотом. Вид у украинских гостей был весьма удивленный…

- Одни считают, что возраст этого ансамбля не менее трех тысяч лет. Другие – что не менее пяти,- мистер Норманн ядовито усмехнулся,- ничего себе разлет во времени – две тысячи лет! За это время на Земле сменилось восемьдесят поколений людей! Да чтобы озвучить ваше родство с первым в цепи мужчиной, нужно будет сказать пра- семьдесят восемь раз, на что уйдет не меньше минуты! Представляете?!

Судя по виду Петруччо, проверкой этого предположения он тут же и занялся.

- Что могло остаться за такой срок в памяти людей! Вы, конечно, знаете детскую игру в испорченный телефон? Так вот, там свежая информация невольно искажается при передаче всего через пять человек. А здесь их восемьдесят! Да еще и письменности не было. В памяти оставались только события вселенского масштаба, и то в виде мифов и сказок – всемирный потоп, сотворение мира…. Такая мелочь, как строительство Стоунхенджа, к ним, ясное дело, не относится. Ну, построили и построили…. А мы теперь ломаем головы – зачем?! Что это такое? Астрономическая обсерватория? Алтарь для принесения жертв? Место захоронения? Храм божества?

- Пятьдесят три,- громко сказал Петруччо.

- Что – пятьдесят три?- не понял Микки.

- Нужно.

- Что нужно?!

- Секунды. Чтобы сказать прадедушка семьдесят восемь раз. Я посчитал.

- Я тебе когда-нибудь рот скотчем заклею,- пригрозил Хохол,- чтобы уважаемых людей с мысли не сбивал. Продолжайте, профессор, продолжайте,- ободряюще кивнул он мистеру Норманну.

- Так вот,- откашлялся профессор,- подобных мест на Земле много. И тут возникает проблема, о которой я сказал мимолетно, но менее важной от этого она не стала – вопрос определения точной датировки. Казалось бы – какая разница, две тысячи лет или пять! Для простого обывателя – никакой! Но не для нас с вами, коллеги…

Коллеги переглянулись, но возражать не стали. Только приосанились немного.

- При наличии письменного источника все просто – «Перед битвой было воинам зловещее знамение – солнце скрылось, и на поле воцарилась тьма…»,- завывая, процитировал мистер Норманн,- Включаем компьютер, ищем ссылки на полные солнечные затмения и находим, что в интересующий нас период таковое состоялось в четыреста пятом году до нашей эры. Элементарно, не правда ли? А если письменных источников нет?

Когда был придуман радиоуглеродный способ определения возраста ископаемых предметов, научный мир впал в эйфорию. Измерялось буквально все – и пирамиды, и глиняные черепки, и кости животных! Появилась надежда, что уж теперь-то мы совершенно точно узнаем – когда появилось человечество!

Мистер Норманн глотнул остывший кофе, перевел дух и продолжил:

- Со временем эйфория прошла. Наиболее серьезные ученые пользуются результатами радиоуглеродного анализа очень осторожно. Оказалось, что в пределах двух-трех тысяч лет этот способ способен локализовать временные промежутки с довольно большой точностью. Чем глубже мы спускаемся по временной лестнице – тем меньше точность…. Увы! Тот же Стоунхендж – я уже говорил – возраст определяется в пределах от трех до пяти тысячелетий. Вот так.

Кстати, возраст человечества вообще – как мыслящего социума – многими учеными определен в пару десятков тысячелетий! До этого, по их мнению, на Земле ничего разумного не было. Мы с этим категорически не согласны!

- Мы?- осторожно спросил Григорьев.

- Мы! Ученые и энтузиасты, объединившиеся в Орден, занимающийся сбором и хранением доказательств существования разума в более далекие времена. Причем мы совершенно не утверждаем, что тот разум был непременно человеческим.

- Оп-па!- не выдержал Петруччо,- Будем зеленых человечков из летающих тарелок выковыривать, что ли?

- Что он сказал?- занервничал профессор и, услышав перевод, протестующе замахал руками,- Уфология – это чистой воды шарлатанство! Подделать фотоснимки, продать их в падкую до сенсаций желтую прессу – это вы называете наукой?! Это профанация! Мы не имеем к таким людям никакого отношения. Мы пользуемся только фактами!

- И факты… есть?

- Конечно! Иначе мы бы этим не занимались. Просто эти факты в силу косности официальной археологии замалчиваются.

Мистер Норманн с удивлением обнаружил в своей руке мешающую жестикулировать чашечку, допил кофе, аккуратно поставил на стол и снова затараторил:

- Вы, несомненно, знаете, что археология в последнее время совершила множество открытий, касающихся истории Земли вообще. Останки динозавров, отпечатки животных в различных отложениях пород…. Все это, так или иначе, касается периода, известного под названием меловой. От нашего времени он отстоит на десятки, сотни миллионов лет! Наиболее близкие к нам находки датируются тридцатью миллионами. А потом – ближе к нам – идет полный провал! И тянется он почти двадцать миллионов лет! Совершенно ничего! Словно на Земле в этот период вообще не было жизни. И – раз!- появился человек разумный…

- Есть объяснения?

- Только догадки, гипотезы,- уныло ответил профессор,- скорее всего, какая-то глобальная катастрофа. Или ледниковый период. Или гигантский метеорит. Или глобальное потепление с последующим затоплением суши. Фактов нет…

- Печально.

- Не то слово! Приходится копаться в совсем уж далеких временных периодах, чтобы отыскать подтверждения своим догадкам. И, вы знаете – находим…

Мистер Норманн откинулся на спинку кресла и лукаво посмотрел на затаивших дыхание слушателей:

- Да, друзья, находим! Находим следы разумной деятельности во времена так называемого царствования динозавров.

- Вот мы ввязались,- тихо прошептал Петруччо Микки,- С таким диагнозом даже в психушку не возьмут…

- Лишь бы деньги платили,- так же тихо ответил Микки.

- Следы разума в столь отдаленные времена исключительно редки. Мимо них даже опытный археолог может пройти и не заметить. Потому что не знает – на что глядеть. Как глядеть. Что искать. Мы - знаем.В наших руках постепенно собираются артефакты. Поэтому мы называем себя Хранителями. Хранителями фактов существования разума на Земле во времена, отстоящие от нашего на сотни миллионов лет. Хотите пример?

Пример хотели все.

- Приведу самый яркий. Вы здесь все – люди, умеющие обращаться с оружием. Наверное, бывали на охоте. На кабана. Бывали? Вот, тогда вы знаете, что убить кабана выстрелом в голову практически невозможно. Толщина черепа животного достигает трех сантиметров, плюс – угол наклона, толстая кожа, еще нюансы…. Подойдет разве что нарезное автоматическое оружие, так? Теперь перенесемся в Африку. Для уничтожения слонов и носорогов людьми придуманы специальные ружья, в народе так и называемые – убийцы слонов. Обычная винтовка череп того же носорога не пробьет – ибо толщина его достигает шести сантиметров! А, учитывая, что кости растут подобно деревьям – слой за слоем – носорог в результате имеет многослойную броню, которая лучше всякой стали тормозит движение пули – вот толстый рыхлый слой после сытного года, вот – твердый тонкий после года голодного, болезненного…, вы меня понимаете, надеюсь?

Все закивали в знак согласия.

- Что непонятного? Обычный композит,- пожал плечами Хохол,- уже давно на бронетехнику устанавливают, от кумулятивных снарядов. Только здесь природный.

- А теперь представьте перед собой череп динозавра. Скажем, череп тираннозавра. Это хищник, самый идеальный убийца, когда-либо созданный природой. В современном мире таких машин для убийства мало – разве что акула в океане, крокодил в реках, да тигр в джунглях. Молодой человек, встаньте, пожалуйста,- мистер Норманн обратился к Микки,- ваш рост примерно метр семьдесят пять? Превосходно. Череп тираннозавра был бы вам как раз по шею. Представляете?- он обвел слушателей строгим взглядом,- полтора метра длиной! Толщина костей двадцать пять сантиметров! Четверть метра!

- Я бы ему в голову даже контрольный выстрел сделать не пытался,- шепнул Петруччо Горбуну,- в крайнем случае - из гранатомета…

- Один такой череп находится у нас,- нарочито скучным голосом продолжил мистер Норманн,- от других находок его отличает некая особенность – в самой толстой части, между глаз монстра находится сквозное отверстие диаметром около сантиметра. Прямо в мозг. Конечно, время потрудилось нещадно – находке приблизительно от шестидесяти до ста миллионов лет. Но опытные эксперты подтвердили, что отверстие появилось при жизни динозавра. И стало причиной его смерти.

Тишина в зале ресторана стала абсолютной. Даже музыка почему-то затихла.

- Одно время это отверстие стало настоящей головной болью для археологов. Откуда? Как? Кто? Оно совершенно не вписывалось в раз и навсегда выстроенную модель эволюции. Поэтому,- он скривился, словно отведал лимонного сока,- было принято решение считать его злой шуткой, розыгрышем. Перелистайте монографии – нигде нет даже косвенного упоминания об этом факте.

Я лично осматривал этот череп. Сейчас он хранится у нас. В пользу теории о выстреле говорит еще и тот факт, что затылочная часть, как раз напротив отверстия, разломана чудовищным ударом изнутри. Многих фрагментов просто недостает.

- Типичная картина сквозного огнестрельного ранения,- после долгого молчания сказал Григорьев,- но пробить двадцать пять сантиметров…, это что-то сверхмощное.

- Такого ни в одном арсенале мира не найдешь,- поддакнул Хохол,- при том, что калибр всего десять миллиметров…. Нет, такого оружия я не знаю. С ним можно было бы против танков выходить. А, может, кумулятивный снаряд?

- Есть сходство. Но таким снарядом нужно попасть в цель практически под прямым углом. Иначе вся энергия кумулятивного взрыва уйдет в стороны.

- Если только самонаведение,- негромко сказал Горбун,- или лазерное целеуказание.

- Заметили, господа, что вы обсуждаете появление отверстия с сугубо профессиональной точки зрения? У вас не возникло даже тени сомнения в причине его происхождения! Да, господа, я в вас не ошибся. И таких находок с каждым годом становится все больше и больше. Лично я верю, что, в конце концов, научный мир не сможет замалчивать их наличие! Вот тогда о нашем Ордене узнают все!

- Бурные продолжительные аплодисменты. Зал стоя скандирует – Ленин, партия, комсомол. Или в нашем случае – Орден, череп, гуманоид,- прошептал Петруччо.

- Заткнись,- прошептал в ответ Микки.

- Вот так, с шуточками-прибауточками…

- Сказал же – заткнись!

- Мистер Норманн,- помолчав, сказал Григорьев,- а можно узнать, что же мы все искали сегодня? Явно не череп динозавра, так?

Мистер Норманн пригорюнился:

- В январе шестьдесят девятого года молодой археолог из Канады проводил раскопки кладбища динозавров в пустыне Гоби. Это граница Китая и Монголии…

- Мы в курсе,- вежливо ответил Григорьев. По его непроницаемому лицу было совершенно не понять, что он думает обо всей этой истории.

- Так вот, раскопки уже подходили к концу, как вдруг в останках одного из хищных динозавров был обнаружен его окаменевший желудок! Представляете?!

- Да уж,- неопределенно сказал Хохол, а неугомонный Петруччо еле слышно добавил:

- Вот работа – в трупах ковыряться…. Ливер нашли, и радуются.

- Такая находка – это ценнее алмазной шахты! Для ученых, естественно,- уточнил мистер Норманн, заметив некоторое замешательство среди слушателей,- ведь по содержимому желудка можно установить, чем питался динозавр (мясом – тут же сказал Петруччо), выяснить особенности пищеварения и так далее.

Находку самым аккуратным образом – слой за слоем – разделили для изучения. И в одном пласте неожиданно обнаружили металлический предмет. Когда предмет внимательно рассмотрели, вся экспедиция пришла в шок. Знаете, что они увидели?

- Рубль. Юбилейный,- авторитетно сказал Петруччо. Веня и оба украинских волонтера едва не подавились со смеху. Хохол показал юмористу кулак.

- То, что первоначально было принято за игру природных сил, оказалось творением человеческого разума! Или не человеческого, кто может сказать точно. Благодаря пребыванию в замкнутом окаменелом субстрате, предмет за прошедшие миллионы лет остался прежним.

- Так что же это?

- Медальон!- торжествующе оглядел слушателей мистер Норманн,- размером не больше ногтя большого пальца. На оборотной стороне какие-то знаки – возможно письмена. А на лицевой…- он затянул паузу,- на лицевой стороне рельефное изображение! То ли человека, похожего на зверя, то ли зверя, похожего на человека. Имеются отличные фотоснимки во всех мыслимых ракурсах. Показания двух десятков людей, державших его в руках. Свидетельства сотен человек, видевших медальон собственными глазами. И - абсолютное безразличие официальной археологии! Для светил и столпов науки он не существует! А теперь и вообще говорить не о чем…

- А сюда медальон как попал?

- После того, как молодой археолог был обвинен в попытке ввести научное сообщество в заблуждение, он оставил его себе.Носил с собой как талисман. И выяснилось нечто очень любопытное – медальон реагировал на человеческие эмоции! Если его обладатель злился или расстраивался, он становился холодным. Так, во время серьезной ссоры с женой археолог случайно схватил медальон и обморозил себе кончики пальцев…

- Хорошо еще, что не в кармане брюк носил,- пробубнил Петруччо, но никто в этот раз на шутку не среагировал – все слушали профессора.

- Зато, если вы радовались, медальон весьма ощутимо нагревался. Собственно, именно поэтому ученый и решил вставить его в кусок янтаря – подальше от прямых контактов.

Мы со дня своего образования знали о существовании медальона, много раз предлагали передать к нам на хранение и изучение, предлагали любые деньги – все безрезультатно. Археолог не желал расставаться со своим талисманом. И его можно понять. Я бы тоже сто раз подумал…

Единственное, что мы смогли сделать – это уговорить ученого сделать фотографии и соединить медальон с прибором спутниковой навигации – радиомаяком, который фирма-изготовитель расписала нам почти как вечный двигатель! Да, реклама – сорок процентов успеха при одном проценте правды…

Три месяца назад медальон все-таки украли. Нам удалось проследить его путь из Йемена, где ученый производил свои очередные раскопки, до Греции. Там и выяснилось, что курьер, перевозивший медальон, купил билет до Москвы.

Это была катастрофа! Россия – практически единственная страна, где наш Орден вообще никак не представлен, не говоря уже о филиалах – времена железного занавеса миновали совсем недавно. Кто-то из Хранителей вспомнил, что с Россией граничит Украина, а там есть надежный человек, полгода назад участвовавший в международной археологической экспедиции,- мистер Норманн указал на смутившегося Романа,- мне удалось купить билет в тот же самолет, а коллеги срочно связались с этим человеком. Остальное вы знаете…

Глава 16

Глава шестнадцатая,

в которой все получают по заслугам. Некоторые смотрят в будущее с оптимизмом, некоторые – так себе…. В общем, тоже можно не читать.

Взгляд снаружи.

Утром следующего дня Топорков, Полищук и Потапов осторожно постучались в дверь кабинета Петра Михайловича.

- Чего скребетесь?- недовольно сказал начальник,- Не на выволочку, чай, пришли. Герои…

Подчиненные вошли и скромно расселись в уголках большого кабинета.

Петр Михайлович откашлялся и начал разговор:

- Ну, что сказать? Поработали вчера неплохо. Есть результаты, есть. Топорков вообще сработал как по учебнику. Чисто взял, без шума, даже журналисты до сих пор ничего не знают. Полищук, а у тебя там что за мистика была?

- Да так…- пожал плечами Полищук,- были заморочки…. Григорьева инициативу проявила.

- Катька?- прищурился Петр Михайлович,- И где она?

- Внизу,- неопределенно показал рукой Полищук. Топорков закашлялся, а Потапов фыркнул,- Второй час рапорт пишет.

- И много написала?

- Много. Целое слово «рапорт». Если не вмешаемся, она шариковую ручку полностью сгрызет.

- Пусть пишет,- подумав, решил Петр Михайлович,- А, если пластмассой отравится – больничный не давать! Исключительно за свой счет, чтобы урок был, как в ход операции вмешиваться. Ладно, что с Андреем делать будем? Судя по вашим бессовестным глазам, вы все уже обдумали, так? Что молчите?

- Обдумали, Петр Михайлович,- своим самым виноватым голосом ответил Топорков,- Вот так мы и теряем товарищей.

- Сейчас самое время хором спеть – отряд не заметил потери бойца…. Только вы по молодости этой песни не знаете. Я с утра пораньше с главком созвонился, там обещали насчет штатной единицы помозговать. Так что, Андрей Васильевич, доставай свои сотовые телефоны и приступай к работе. Клиентура, информаторы, пресса, смежники – все на тебе. Да! И найди мне крота! Мне без разницы, кому он стучит – вся информация наружу с этого дня должна исходить только через тебя.

- Крот?- удивился Топорков.

- Ага. Потом расскажу,- тихо ответил Потапов.

Полищук поерзал на неудобном стуле для посетителей, спросил:

- С Григорьевой, что делать будем?

- А что с ней делать?- удивился Петр Михайлович,- Она же, в конце концов, операцию не провалила? Когда у нее срок выходит? Вот, как непосредственный начальник садись и пиши представление к очередному званию. Или ты от нее избавиться хочешь? Так я живо перевод устрою…

- Ни за что! Хватит, что вы у нас Потапа отобрали, еще и Катюху…. Воспитаем.

- Ну-ну,- неопределенно хмыкнул Петр Михайлович, как бы сомневаясь в том, кто кого воспитает.

На этом официальная часть совещания оказалась законченной. Далее последовала часть совершенно неофициальная….

И что с того, что с утра! В конце концов, для экстренных выездов существует не только группа Топоркова. Есть еще группа Воронина, группа Гулямова…. А что хотите – без выходных работаем, однако!

Взгляд издали.

« Утром следующего дня я еще раз встретился с нашими новыми коллегами.

Отсутствие необходимых археологических знаний и навыков люди Григорьева с лихвой компенсировали слаженностью и желанием работать.

Я тепло попрощался с украинскими волонтерами, возвращающимися на родину. Жаль было расставаться. Утешало одно – мы непременно встретимся!

Подобная уверенность появилась у меня не на пустом месте. Еще вчера вечером Роман обронил в разговоре фразу, заставившую меня начать долгосрочное планирование дальнейших действий Ордена. Конечно, Мастер, это были всего лишь приблизительные прикидки, без Вас я самостоятельные действия такого масштаба предпринимать не стану, но сама мысль об открывшихся перед нами возможностях после падения железного занавеса…

А сказал Роман следующее:

- Я слышал, что двадцать или тридцать лет назад при разработке угольной шахты Донбасса в толще породы был найден странный предмет размером с современную пальчиковую батарейку. При испытаниях выяснилось, что это и вправду что-то вроде аккумулятора, только мощность его оказалась запредельной! Ясное дело – находку засекретили и увезли в какой-то военный институт. Может, поискать?

Представляете, Мастер! Конечно, я немедленно согласился. Думаю, территория Украины сможет предоставить и другие доказательства нашей гипотезы – просто нужно тщательно поискать. А мы знаем и умеем искать, не так ли?!

Я прекрасно понимал, Мастер, что, принимая в Орден целую команду, значительно превысил свои полномочия. И мне было радостно слышать от Вас в телефонном разговоре Ваше мудрое согласие. Действительно, для чего тратиться на формирование структуры, если ее можно купить в готовом виде! Это Ваши слова, и я с ними целиком и полностью согласен, Мастер…

Скоро я смогу отчитаться перед Вами и другими Хранителями лично. Собственно, это письмо можно было бы и не писать, если бы не одно обстоятельство, о котором Вы должны узнать первым…

После небольшой суеты с приобретением новой экипировки начальник команды Григорьев неожиданно сказал мне:

- А что вас конкретно интересует в России? Ведь есть такие места, куда до сих пор попасть очень трудно. Может быть, начнем с мест попроще? Например, могу предложить посетить Аркаим – там в местной администрации у меня есть друзья…

Мастер, от этих слов у меня перехватило дыхание. Помните, как мы с Вами мечтали хоть одним глазком посмотреть на эту самую большую загадку древности? А тут мне будничным голосом предлагают едва ли не туристическую поездку…

Конечно, я согласился! Мы быстро договорились о контактах и банковском счете, купили билет на самолет и тепло распрощались.

Сейчас я сижу в ожидании начала посадки. Что и говорить, жаль утерянный медальон. Хотя и здесь Григорьев несколько успокоил – мол, они внимательно изучат место пропажи и выскажут свои предложения по дальнейшим поискам. Для идентификации медальона считаю необходимым снабдить нашу российскую команду фотографиями объекта.

Но, главное, Мастер – уже этой осенью мы едем в Аркаим!!!»

Взгляд исподлобья.

Утром следующего дня Эдуард Николаевич пришел на службу в не самом лучшем настроении.

Он угрюмо поздоровался с коллегами, сел за стол и принялся продумывать детали предстоящего разговора с Потаповым.

Честно говоря, Эдуард Николаевич и сам толком не знал, зачем ему нужен этот разговор. Он заглянул через интернет в свой мобильный кошелек и нахмурился еще больше – денег за вчерашние услуги до сих пор не было. Странно, подумал он, прежде клиенты были куда расторопнее.

Без стука – в точном соответствии с общепринятыми правилами офисного этикета – открылась дверь. В кабинет зашел молодой человек и тихим голосом спросил у всех сразу:

- Эдуард Николаевич?

Коллеги дружно указали ему правильное направление.

Эдуард Николаевич был не в духе:

- В чем дело?- спросил он молодого человека тоном, в котором явно слышалось – пошел вон!

Но молодой человек не устрашился.

- Служба собственной безопасности,- он произнес три этих слова почти шепотом, но в притихшем от любопытства кабинете шепот оказался подобен грому небесному,- Эдуард Николаевич, я пришел проводить вас к нам. Есть что обсудить.

Эдуард Николаевич за короткое время несколько раз сменил цвет лица.

- А компьютер?- только и нашелся он что сказать.

- Не волнуйтесь,- казенно улыбнулся молодой человек,- пусть работает. Пока.

Коллеги отводили в стороны косые взгляды и делали вид, что в это самое время у них всегда работы невпроворот.

Эдуард Николаевич шел за молодым человеком, шаркая подошвами и спотыкаясь на совершенно ровных местах. Пусть компьютер работает – понятно! Пока с ним будут «обсуждать», придут специалисты и проверят проклятый железный ящик по полной программе. И накопают ведь…. Зря он только что счет проверял, ох, зря! Да ведь кто же знал?!

И еще одна проблема заставляла Эдуарда Николаевича потеть и задыхаться. В кармане лежал телефон – тот самый, секретный. Сейчас зайдут в кабинет, там обыск – и все! Сдаст его этот аппарат не хуже, чем блаженной памяти Павлик Морозов своего родного папашу. В общем – провал…

Выбросить незаметно по дороге? А куда?! Ни одной урны в коридорах. Да и молодой человек часто оборачивается – контролирует…

В кабинете молодой человек сдал Эдуарда Николаевича безо всякой расписки лысоватому полковнику и тут же исчез за дверями.

Эдуард Николаевич осторожно огляделся – больше никого. Если что – кину телефон под стул, а потом буду отпираться, что не мой – решил он и стал ждать.

Полковник небрежно поздоровался, что-то дописал в большой блокнот и поднял глаза на посетителя.

- Эдуард Николаевич?- спросил он все таким же тихим голосом,- Это хорошо, что вы зашли. У нас к вам есть несколько важных вопросов. Вы не против?

Вот оно, начинается! Может, для начала попросить воды, а то потом могут и не дать…

- Эдуард Николаевич, тут такое дело…- садист-полковник изобразил раздумье,- что вы можете сказать о вашем сослуживце Раенко Сергее Борисовиче? Поступил сигнал, что он замешан в одной некрасивой…

Что дальше говорил полковник, Эдуард Николаевич не слышал, потому что не слушал. Все силы уходили сейчас на то, чтобы не дать лицу расползтись в предательской счастливой улыбке. Помимо воли в памяти всплыли кадры из фильма, в котором герой Пуговкина на вопрос следователя: «что вы можете показать об инженере Щукине?» решительно и твердо отвечал: «Все!», хотя тут же выяснялось, что об этом человеке он слышит впервые в жизни…

Взгляд со стороны.

Утром следующего дня Саша Гречнев тихо поднялся с рассветом и сопровождаемый настороженно-удивленным взглядом жены инспектора Тренина – как зовут? А, какая разница! Можно подумать, что когда-нибудь еще встретятся… – вышел на улицу.

Несмотря на ранний час по улице уже вовсю мчались многочисленные автомобили. Гречнев несколько раз обошел свою машину, не столько разглядывая внешний вид, сколько глубоким дыханием вентилируя легкие. В ладони был зажат кусочек картона – визитка.

Написанное на визитной карточке Гречнев знал наизусть. В самом деле, не полное собрание сочинений Льва Толстого! Четыре строчки, из которых одна – фамилия, вторая – имя. Остальные – адрес и телефон.

Вроде и выпили вчера сущую ерунду. Две бутылки по ноль семь литра. А развезло так, что жене инспектора пришлось укладывать на кухне оба бесчувственных тела валетом. Усталость с дороги, ясно…

Вопрос – ехать или не ехать - по адресу, указанному на визитке не стоял. Как ни странно, но Гречнев откуда-то знал и указанное время – к девяти. Он посмотрел на часы – семь. Еще два часа свободы…

Зона не страшила – бывал, знакомы. Печалил факт. И еще было жаль рухнувшие планы на жизнь.

Нет, ну он реально не знал о наркоте! Его попросили – он отвез. Работники на почте тоже в посылки не заглядывают. А если и заглядывают, то незаконно. Что делать?

Саша вытащил из кармана телефон, подумал и решился набрать заветный номер. Хотя, чего стесняться – в Башкирии уже давно рабочий день.

- Алло,- ответила Башкирия.

- Здорово, Игнат,- грустно сказал Гречнев,- Я посылку передал…

- Молодец. Только звонить было не обязательно. Или они тебя чем обидели?

- Да хрен с ними. Их менты выцепили. С посылкой вместе.

- Серьезно?- Саше показалось, что Игнат жует,- Какой ужас.

- И меня вычислили. Сразу не взяли, сказали сегодня утром явиться. Игнат, что делать?

Игнат задумался, потом сказал:

- Санек, для начала обо мне забудь. А я о тебе тогда не забуду, понял?

- Понял…

- С этими…, ладно, как получилось. Сумку ты нашел на дороге – видел, как они обронили. Решил вернуть за вознаграждение. Что в ней – не знаешь. Как версия?

- Ничего…

- Вот ее и держись. Не горюй, брат! Курьерам много не дают, у нас не Таиланд, слава Богу. И вообще не кисни, может ещеотпустят…

- Ага,- согласился с Игнатом Гречнев и отключил телефон.

Пора было ехать – неудобно опаздывать, а в столице по утрам такие пробки….

Взгляд вдогонку.

Утром следующего дня мистер Норманн отцепился, наконец, от рукава Григорьева и прошел на посадку в самолет.

- Шеф, что за хомут мы себе нацепили?- спросил Хохол.

- Главное, что платить собираются исправно,- вздохнул Григорьев,- и, кажется, никого убивать не требуется.

- Ага,- встрял в разговор Петруччо,- их всех сто миллионов лет назад убили.

- Никогда в костях копаться не приходилось. Чувствую себя прямо гробокопателем каким-то,- поделился переживаниями Микки, на что Горбун веско заметил:

- Эти кости от камней уже ничем не отличаются. Зато, если найдем чего – на весь мир прославимся.

- Ладно,- снова вздохнул Григорьев,- начнем готовиться к поездке в Аркаим. И кто меня за язык тянул?

- А где это?

- В Сибири где-то…

- Оба-на!- удивился Хохол,- Шеф, ты же сказал, что у тебя там знакомые есть!

- Ты сумму на банковском счете видел? Неужели с такими деньгами мы за месяц не подружимся с мэром этого самого Аркаима, если он там, конечно, есть?!

Он еще раз взглянул на стеклянные двери аэропорта, но мистер Норманн скрылся за ними, очевидно, надежно.

- Так, орлы. На сегодня еще одно дело имеется – на сей раз печальное. Нужно попрощаться с конторой, долгие годы исправно нас кормившей. И кинувшей в трудную минуту. По машинам. Едем самостоятельно, место сбора – служебная парковка.

- Мебель ломать будем?- деловито спросил Хохол.

- Зачем? Люди ее делали, старались. Как говорилось в одном замечательном фильме – это не наш метод…

- Конечно,- фыркнул Петруччо,- Наш метод – сломать руку или ногу…

- А вот этого я исключить сегодня не могу.

Начальник службы безопасности при виде Григорьева попытался напустить на себя суровый вид, но тот не обратил на это ни малейшего внимания.

- Что вы вчера натворили?- грозно спросил начальник службы безопасности.

- Вообще-то порядочные люди сначала здороваются,- вежливо сказал Григорьев,- Ну да ладно, к нам с вами это не относится. Чтобы сразу покончить с официальной частью – вот заявления на увольнение. По собственному желанию. Шесть штук. Надеюсь, две недели нас отрабатывать никто не заставит?

Начальник службы безопасности потерял дар речи.

- С формальностями покончено? Теперь пару слов от души,- Григорьев придвинул стул к столу, наклонился и тихо сказал,- Если бы ты, козел, играл с нами честно – держал бы сейчас медальон в своем потном кулачишке, факт. Мы свои обязанности всегда исполняли от и до. Кстати, и родственника твоего в другой ситуации мы бы просто грохнули…. Неужели не жалко было?

- Это не я,- пробормотал покрасневший начальник службы безопасности,- Это Саркис Ашотович…

- У нас непосредственный начальник – ты, так что и ответственность вся на тебе. Не решился креслом рискнуть? Ладно, держись за него и дальше. Кстати, чтобы тебе еще противнее жить стало - мы уже нашли нового работодателя. Так что, прощай.

Начальник службы безопасности тяжело вздохнул, протянул руку, которую никто, впрочем, пожимать не собирался. После долгой паузы сказал:

- Вы, это… имущество сдайте.

- Не вопрос. Пошли, примешь все честь по чести. Нам чужого не нужно. В отличие от некоторых…

Они спустились на улицу. На служебной парковке их окружили серьезные подчиненные Григорьева. Начальник службы безопасности поежился, но выражать опасения вслух не рискнул. Чтобы не провоцировать.

Подошли к «Лендроверам», остановились.

- Жаль,- сказал Григорьев,- отличные машины. Да и привыкли мы к ним. Теперь придется кататься на всяком металлоломе. Держи,- он протянул бывшему начальнику два комплекта ключей,- Не волнуйся, полный комплект. Даже баки залиты под завязку.

- Шеф, и что?- спросил из-за спины начальника службы безопасности кто-то из людей Григорьева,- Вот так эту жабу и отпустим? Даже по шее ни разу не дадим?

- Мы теперь выше этого,- неожиданно повеселевшим голосом ответил Григорьев,- Мы теперь научные сотрудники, а не полукриминальная бригада. Пусть ходит с не сломанной шеей.

Начальник службы безопасности перевел дух, оглянулся по сторонам и шепотом спросил:

- За вами еще оружие числится.… Где оно?

- Какое оружие?- громко удивился Григорьев,- Кто его видел? Где мы за него расписывались? Ребята, у вас оружие было?

- Нет,- единодушно ответили ребята.

Начальник службы безопасности сник. Тогда Григорьев хлопнул его по плечу и великодушно сказал:

- Шутка, старик. Я же сказал – нам чужого не нужно. В машинах под сиденьями специальные ящички – там все и лежит. Еще вопросы есть?

Вопросов больше не было.

- Счастливо оставаться,- сказал Григорьев и обратился к подчиненным,- Поехали. Нам еще офис нужно снять. Где-нибудь в районе Красной площади. Интересно, Мавзолей можно арендовать?

Подчиненные Григорьева исчезли в глубине парковки. Через мгновение перед опешившим начальником службы безопасности небольшой колонной выстроились новенькие черные «Гелендвагены». Три штуки.

Григорьев уселся в первый, перед тем как закрыть дверь повернулся к начальнику службы безопасности и грустным голосом сказал:

- Видишь? Как я и говорил – приходится теперь ездить на всяком металлоломе…

Начальник службы безопасности по-рыбьи несколько раз открыл и закрыл рот, наконец, выдохнул хрипло:

- Если что…, я смогу к вам обратиться? За помощью. По старой… дружбе…

- Сможешь. Только теперь наши услуги будут стоить очень дорого. Так что не сможешь.

Начальник службы безопасности проводил взглядом автомобильную колонну и побрел в офис, машинально подкидывая на ладони ключи от джипов. Он еще не знал, что в его мобильном телефоне уже отметились два неотвеченных вызова – один от Саркиса Ашотовича, а второй…. А второй от коллеги с далекой океанской яхты…

Взгляд из-под козырька.

Утром следующего дня инспектор Тренин кое-как проглотил завтрак, вяло поинтересовался у жены, где его вчерашний товарищ, сделал вид, что огорчился его ранним отъездом и отправился на службу.

Как всегда, рабочий день начался с совещания, на котором начальник озвучил новые приказы, прокомментировал новые веяния, привел новые факты и рассказал пару новых анекдотов.

Как Тренин ни старался, даже проверенные маршруты не помогли ему успеть вовремя. Когда он зашел в зал, совещание уже подходило к концу.

- Кстати,- начальник перевел всеобщее внимание присутствующих на опоздавшего,- посмотрите на этого, с позволения сказать, товарища. Внимательно посмотрите.

Все посмотрели внимательно.

- Вот, из-за таких, как Тренин,- сурово сказал начальник,- мы с вами и плетемся в хвосте. Да еще умудряемся на этот хвост наступать.

Генерал стуканул – потерянно подумал Тренин. Больше некому. Откуда неведомый генерал мог выяснить анкетные данные лейтенанта, ему даже в голову не пришло. Генерал – он может все!

- В лице данного товарища, товарищи,- продолжал бушевать начальник,- мы с вами имеем то, что нас с вами имеют те товарищи, которые имеют право налево и направо…

Тренин честно пытался понять начальника, но текст был слишком мудрен, а смысл ясен и без перевода – прокололся Тренин, прокололся…

Он поднял глаза на сидевших в зале коллег и совсем опешил – коллеги улыбались и подмигивали ему совершенно дружески! При обычных разносах они ведут себя по-другому, это инспектор знал прекрасно. Что случилось?!

- Мало того, что данный товарищ опоздал, так он еще и одет не по форме!

Тренин с ужасом подумал, что вместо форменных брюк из-за похмельного состояния надел джинсы. Из последних сил он заставил себя посмотреть вниз и облегченно вздохнул – все нормально! А, может быть, рубашка не та? Или вообще галстук дома забыл?!

- Но мы с вами, товарищи, не формалисты,- внезапно снизил накал речи начальник,- Нам с вами, товарищи, важно содержание, которое таится под формой. В данном случае под формой одежды таится содержание в ней тела известного нам товарища Тренина. Но форма, как известно – не догма! Как змея по весне сбрасывает свою кожу, так и весь служилый люд время от времени сбрасывает старую форму, чтобы облечь свое содержание в новую! А что мы видим?- снова загремел начальник,- Товарищ Тренин не спешит облечься! Может, данный товарищ нам и не товарищ вовсе? Может, он манкирует? Или здесь совсем уж страшное? Может – я даже боюсь предположить – товарищ Тренин не в курсе?!

Начальник выдержал чудовищную по длине и напряжению паузу, подошел к растерянному Тренину и обычным голосом сказал:

- Поздравляю с присвоением очередного звания. Теперь ты старший лейтенант Тренин,- снова зарычал, теперь уже совсем не страшно,- Приказываю срочно ликвидировать обнаруженное нарушение правил ношения формы одежды! Что нужно сказать?

- Служу России,- пролепетал опешивший Тренин.

- Хорошо. Но мало.

- Спасибо.

- Приятно, но в стакан не наливается, проверено.

- Приглашаю всех…

- Вот! Молодец! С трех раз нашел нужные слова. Объявляй место, время и форму одежды. Хотя – лучше всего вечером и без формы.

Тренин даже вспотел от напряжения. Совещание закончилось, коллеги бросились наперебой обнимать его, жать руку и говорить слова поздравлений.

- Товарищ полковник,- неожиданно крикнул Тренин,- давайте сегодня, а? в восемь вечера, а? в ресторане «Поплавок»…, или вообще речной трамвайчик арендуем!

- Идея гениальная,- согласился начальник,- по реке с ветерком… годится. А успеешь к восьми вечера?

Вместо ответа Тренин покрутил над головой полосатым жезлом и бросился к выходу.

Отсмеявшись, начальник подозвал к себе двух капитанов:

- Боюсь, не управится новоявленный старлей к намеченному сроку. Вот что, ребятки, помогите ему со сбором средств. И учтите, я живую музыку люблю...

Взгляд изнутри.

Утром следующего дня Сидоров проснулся от тихого шороха где-то рядом с дверью.

Он пошарил, не открывая глаз, рукой по дивану, убедился, что лежит один и только тогда хриплым со сна голосом спросил:

- Ты чего? Куда? В такую рань,- и открыл один глаз.

- Пора и честь знать,- ответила уже одевшаяся Катя и добавила весело,- девичью.

- А если серьезно?

- Мне же на службу сегодня. Домой еще заехать, в порядок себя привести. У тебя в ванной даже туши для ресниц нет. Не волнуйся, вернусь.

Она подошла к Сергею, наклонилась и прошептала:

- Рыцарь, ты меня нисколечко не разочаровал! Теперь я ваша навеки. Или есть возражения?

Возражений не было. Сергей попытался притянуть девушку к себе, но она ловко вывернулась и щелкнула его по носу так, что из глаз брызнули слезы. От такого обращения Сидоров проснулся окончательно.

- Это тебе спешить некуда, мой безработный олигарх, а у меня, знаешь ли, дела, заботы…. С утра придется красочно описывать на бумаге историю нашего романтического знакомства во всех подробностях.

- Во всех?!- прищурился Сидоров.

- Ну…, практически во всех. Кое-что придется утаить, дабы казенный рапорт не превратился в эротическое чтиво. А вот наши туристические занятия – это да, тут придется быть максимально честной. Иначе накажут.

- Был олигарх, да весь вышел,- пробурчал Серега,- Я же вчера борсетку отдал, а деньги из нее вытащить забыл. Так что снова обычный безработный нищий. Только и могу, что покатать тебя на троллейбусе.

- Серьезно?! У меня с собой даже на троллейбус нет. Так что, рыцарь, изворачивайся как хочешь, а на проезд мне достань. Вечером верну.

- Вот еще,- фыркнул Сидоров,- ладно, сейчас найду.

- Катя, иди завтракать,- подала из кухни голос мать.

Девушка вышла из комнаты, а Серега еще немного понежился в постели, вздохнул и тоже начал одеваться.

В правом кармане джинсов нашлась смятая сотенная бумажка. В левом….

В левом кармане лежал небольшой кусочек янтаря с каким-то предметом внутри. Сидоров поднес его к неумытым глазам и прищурился, пытаясь разглядеть. Сквозь толщу мягкого желтого вещества отчетливо виднелся серый кругляш неправильной формы, с одной стороны похожий то ли на диковинного зверя, то ли на странного человека.

Обнаружив в верхней части колечко для крепления подвески – здесь же маячок крепился!- вспомнил Серега – он долго не размышлял. В ящике старого письменного стола быстро нашел цепочку с дешевыми китайскими часами в виде кулона, повесил на нее изделие из янтаря, полюбовался на творение собственных рук и вышел в коридор.

Вовремя, надо сказать, вышел. Катя уже стояла перед входной дверью, о чем-то договариваясь с матерью Сергея. Быстро они общий язык нашли – подумал Сидоров, смутно догадываясь, что причина консенсуса – он самый.

- На такси,- важно сказал он и протянул Кате сотню. Та фыркнула, но деньги взяла.

- Я ей дала уже,- не менее важно сказала мать.

- Заработаю – верну,- ответил Серега и сам удивился своим словам не меньше матери.

- Смотри, рыцарь,- предупредила Катя,- хочешь, не хочешь, а мне ты должен соответствовать во всем. Иначе потеряешь.

- А я тебя сейчас окольцую,- ответил Серега и аккуратно надел ей на шею цепочку.

- Красивый,- рассмотрев медальон, сказала Катя,- и теплый…

Они стояли в тесном коридоре, прижавшись, и смотрели в глаза друг к другу, улыбаясь просто так, от хорошего настроения. Медальон на короткой цепочке оказался зажатым между ними и грел обоих.

Они глядели только друг на друга и поэтому не видели, что вместе с ними внутри янтарного кокона также загадочно улыбается то ли человек, похожий на зверя, то ли зверь, похожий на человека…