Как написать бестселлер (на самом деле нет)

Вступление или три кита сего монументального труда

1. Хотите написать книгу? Пишите. Книга сама не напишется.

Написать книгу — это работа. Да, на первом этапе это кажется развлечением, но факт остаётся фактом — это достаточно трудоёмкий процесс. Браться за книгу стоит, если у вас полно свободного времени. Если свободного времени нет, но очень хочется — начинайте, конечно, просто будьте готовы к тому, что всё затянется на неопределённый срок.

За: Проведём небольшой расчёт. Минимальный объём романа примерно 12 авторских листов или 480 тысяч знаков с пробелами. В час известные мне авторы набивают от 1 до 5 тысяч более-менее чернового текста, но обычно не больше 20 тысяч символов в день — ибо потом просто начинают закипать мозги. Разумеется, всё индивидуально, но если брать среднюю скорость в 2,5к символов в час, то на книгу уйдёт 192 часа вашей жизни. 24 дня при 8-ми часовом рабочем дне. И это очень, просто очень хороший темп. Мой лучший темп, на самом деле.

Только не думайте, что получится стабильно выдавать такой объём семь дней в неделю. Выпасть из мира не получится, непременно возникнут какие-то неотложные дела.

И это будет черновой текст, который ещё придётся редактировать.

И это набивка уже сложившегося текста. Без выдумывания истории, сбора материала и поиска вдохновения. Смело добавляйте какое-то время на подготовительный этап.

Итак, готовы вы потратить 192 часа вашей, несомненно, и без того насыщенной жизни на книгу? 192 часа, когда вы не будете пить пиво с друзьями, смотреть сериалы, читать книги, играть в видеоигры, ходить на свидание и заниматься родными и близкими. 192 часа - это 48 свободных вечеров, которым останется лишь помахать ручкой: "пока-пока!"

Готовы? Разумеется, готовы! Настоящего автора не могут смутить такие мелочи! Сначала просто не осознаёшь весь хтонический ужас открывающихся перспектив, а потом уже втягиваешься и не можешь бросить.

Но я вас предупредил. Запомните это.

Против: Известны случаи написания книг за две недели. Это реально. Но это были отнюдь не первые пробы пера и авторы уделяли процессу всё своё время. Даже не знаю, удавалось ли им в процессе написания спать и ходить в туалет.

2. Никто не может научить написать бестселлер. Бестселлер можно только написать.

Есть лишь один гарантированный способ написать бестселлер. Бестселлер может написать автор как минимум одного бестселлера.

Замкнутый круг? Он самый. Обидно? Ещё как!

Дело в том, что успех книги зависит не только от содержания произведения, но и от множества внешних факторов, которые автор контролировать попросту не способен. Издательство тоже в этом плане далеко не всесильно. Книга, создающая новый тренд, появляется внезапно для всех. И солидные рекламные вложения в этом отношении срабатывают далеко не всегда. Да и доступны они не всем.

За: Самым характерным примером этого тезиса является история некоего Роберта Гэлбрейта, но и продажи Анатолия Брусникина и Анны Борисовой так же весьма и весьма показательны. А ведь эти господа не только знали, как написать бестселлер, но и проделывали это не один раз.

Против: Но не могут же все коучи и тренеры врать! Нет, что вы! Разумеется, нет. Врут лишь те, кто обещает научить вас написать бестселлер.

3. Нет некоего незыблемого правила, как писать книги.

Есть множество моментов, каждый из которых следует примерять на себя. И, если кто-то выдаёт свои мысли в виде дарованного свыше откровения — отнеситесь к этому критически. Запомните: у вас своя голова на плечах. Думайте, ищите, решайте. Голова — единственный необходимый писателю инструмент. Всё остальное можно тем или иным образом заменить.

Мои мысли в этом плане отнюдь не исключение, именно поэтому в каждом моём разделе будет в качестве итога приводиться аргументы за и против.

Домашнее задание: узнайте, кто такие Роберт Гэлбрейт, Анатолий Брусникин и Анна Борисова. Подумайте, почему им не удалось повторить успех своих "предшественников".

Вдохновение: движитель процесса или пятое колесо творческой телеги?

Вспомните первый попавшийся фильм об успешном состоявшемся авторе.

Вилла или шикарный отель, домик в деревне или хижина на пляже.Красивая жизнь, красивые девушки. Виски, ром, творческий кризис, депрессия.

Да! Творческий кризис! Каждый состоявшийся писатель по мнениюавторов сценария, режиссёров и продюсеров рано или поздно просто обязан впастьв творческий кризис. И вот уже муки творчества и метания в поисках источникавдохновения. Подписаны многомилионные контракты, горят сроки, а текст всё неидёт и не идёт. Ибо без божественной искры вдохновения никак не обойтись.

О, эти творческие личности! О, мистическая тайна вдохновения!

Правда заключается в том, что написание книги — это работа. Ежедневный труд.

А вдохновение — лишь краткий миг. Вспышка, которая указываетнаправление движения.

За: Вспомните, что говорилось о времени работы над книгой. 192 часа или 24 дня по восемь часов работы над текстом.

И всё это время на максимальном подъёме творческих сил? А когда вдохновения нет? Закатывать глаза и говорить о творческом кризисе?

Написание книги - это работа. Работа творческая и для кого-то сродни развлечению, но - работа. Не идёт текст, не грешите на отсутствие вдохновения, ищите пути преодоления затруднений. Для одних это небольшая пауза и переключение внимания на что-то иное, для других - набивка текста через "немогу", запуск автомобиля "с толкача". какой вариант больше подходит вам - смотрите сами.

Вдохновение необходимо на подготовительном этапе (умудрённые жизнью циники покрутят пальцем у виска, ну да и пусть их), когда идея только рождается, появляются в голове герои, ситуации, миры. Вдохновение - это искра и попутный ветер, которые в любой миг могут оставить вас. И это вовсе не повод прекращать работу. Вам указали направление движения - отправляйтесь в путь.

А вот когда творческий кризис наступает на этапе проработки идеи - самое время задуматься, а точно ли вы хотите написать именно эту книгу. Ведь в заветном блокнотике столько ещё интересных идей.

Против: Кто-то просто не может работать через силу. Наверное, и не надо себя заставлять. Особенно это касается малой формы: рассказ можно написать на одном дыхании, а если упустить время, то пропадёт всякий интерес.

Вдохновение помогает писать, но это палка о двух концах. Сегодня вас захватила одна идея, завтра нахлынула другая - так можно не довести до логического завершения ни одну из них.

Домашнее задание: Посмотрите мультфильм Смешарики Пин-код "Светосила искусства". Подумайте, какой подход ближе вам. Оцените достоинства и недостатки того и другого методов.

Я б в писатели пошёл, пусть меня научат

Уже некоторое время интернет буквально заполоняет реклама всяческих курсов, тренингов и пособий, как стать писателем. Некоторые, немудрствуя лукаво, и вовсе за небольшой (а кто-то и за большой) прайс предлагают ежедневно мотивировать подопечного к занятию творчеством.

Можно посмеяться, но стоить помнить о том, что именно спрос рождает предложение. У людей есть интерес к написанию книг (и далеко не всегда это связка: напишу бестселлер – сразу прославлюсь и разбогатею), и вот на подобных неофитов и рассчитаны все эти тренинги и мастер-классы. Со стороны писательство видится неким чёрным ящиком и люди, проводя аналогии с другими профессиями, приходят к логичному выводу, что для постижения азов творческой деятельности нужен некий наставник. Как теперь модно говорить "коуч".

Я придерживаюсь той точки зрения, что нужно просто больше читать, но все люди разные, кому-то и в самом деле проще действовать на основании чужого опыта, дабы избежать всяческих подводных камней. В конце концов от семинаров и вебинаров точно не станет хуже, по крайней мере, если будете держать в голове один из краеугольных камней сего монументального труда: нет никакого незыблемого свода правил, как писать книги. Пропускайте все советы через призму собственных предпочтений и будет вам счастье.

На самом деле основанная проблема тренингов заключается в том, что весьма непросто выбрать тот, который не окажется пустой тратой времени. Основное умение всяческих «коучей» - красиво пудрить людям мозги и продвигать собственный продукт - работает именно на привлечение и продажу курсов. Зачастую на слуху оказывается тот, кто лучше продвигает себя, а вовсе не тот, кто может дать слушателям что-то полезно.

Поэтому мой совет прост: не смотрите на красочные презентации, смотрите на личность лектора. Если у него в анамнезе пара изданных за собственный счёт книг, а то и вовсе одно недописанное произведение – подумайте, а что такого сакрального сможет открыть вам подобный человек?

Мне могут возразить: в спорте титулованные спортсмены далеко не всегда становятся хорошими тренерами и, напротив, хорошими тренерами зачастую становятся те, кто не снискал известности и наград. Для лектора важно не уметь делать что-либо своими руками, но обладать способностью донести как и что нужно делать до других.

Не буду спорить. Маститый автор вполне может задавить авторитетом и навсегда отбить желание браться за писательскую деятельность, просто разгромив в рамках мастер-класса рассказ. Но! Если мыговорим о тренерах, то есть и другой критерий оценки.

Нет бестселлеров у «коуча»? Отлично! Тогда, быть может, бестселлерами отметились выпускники его курсов? Тоже нет? Ну тогда стоит задуматься, не станет ли посещение тренинга пустой тратой времени и денег.

За: курсы могут быть полезны с точки зрения погружения в атмосферу, разбора неких стандартных подводных камней и получения обратной связи на мастер-классах от состоявшихся авторов. Курсы дадут новые знакомства и введут в азы. Там вас не сделают писателем и не научат, как написать бестселлер, но покажут некое направление движения. Главное, не забывайте: незыблемого свода правил нет, всё индивидуально.

Против: чаще курсы писательского мастерства – это профанация и вытягивание денег из слушателей. И ведут их непонятные личности, которые умеют лишь одно – продавать собственные курсы.

Герой должен быть

Время от времени мне приходится читать в отзывах на свои произведения претензии типа "такое впечатление, что книга начинается с середины".

И это всякий раз заставляет меня задуматься, а как можно отсечь момент, когда именно начинается история?

Герой ведь не возникает из воздуха, даже если вдруг у него приключилась амнезия. Скорее даже необорот в случае амнезии - предыстория столь же интересна, как и сама книга.

Посудите сами - прежде чем начать "приключаться" герой как-то жил, заводил деловые связи, друзей и врагов. Возьмите к примеру себя - у всех вас есть определённый круг общения. который не попадёт в книгу, начни вы её непосредственно в этот момент. Более того - у вас уже есть определённые обязательства. Кому-то должны вы. кто-то должен вам.

Вы личность, существующая отнюдь не в вакууме, но в социуме. Друзья, враги, партнёры, шапочные знакомые - они вокруг вас. Если вдруг случится нечто, выбивающее из привычной колеи обыденности, вам придётся взаимодействовать не только с некими новыми антагонистами, но и пользоваться старыми связями. Одни будут помогать, с другими лучше и не встречаться вовсе.

Пытаться запихнуть всю эту предысторию в книгу, как мне видится, не самая удачная идея с точки зрения вовлечения читателя в атмосферу повествования.

Может показаться, что если герой вдруг провалился в иной мир, это даёт возможность не прорабатывать его прошлое. Окружение же осталось за гранью, так к чему держать его в голове?

Всё так, но за любым из вас тянется шлейф предпочтений, воспоминаний, фобий и маний. Это всё мотивы и грани характера. Можно ограничиться реакцией на сиюминутные раздражители или оставить одну-единственную потребность "нагибать", но не превратит ли это героя в плоскую картонку?

За: В моём случае героями нескольких произведений становились люди с богатым прошлым. Они же наиболее симпатичны читателям.

Против: Герои с прошлым, как правило, получаются очень колоритными, но у читателей не всегда получается отожествлять себя с ними и даже сопереживать. В этом плане безликий герой, герой-функция может показаться более предпочтительным, особенно в жанрах, которые строятся на переносе протагониста в некую иную реальность.

Что ещё должен герой

В прошлом разделе речь шла о прошлом героя и всём, что за ним из прошлого тянется: знакомствах, предпочтениях, навыках, фобиях и маниях. О том, что делает человека человеком, а героя не плоской картонкой, а вполне себе выпуклым персонажем.

Возьмите первую попавшуюся развёрнутую рецензию, в ней неминуемо будут затронуты три краеугольных камня любого произведения: мир, сюжет и герой. Герой должен увлекать и будить сильные эмоции. Кто-то из авторов заставляет герою сопереживать и примеривать на себя его шкуру, кто-то предпочитает вызывать у аудитории не столь однозначные чувства. У всех есть слабости - такова правда жизни, а небезупречного героя непросто принять таким, какой он есть.

И вот здесь возникает первая дилемма: приукрасить протагониста и гиперболизировать положительные черты или придать ему больше человечности. Возможности испугаться, ошибиться, совершить поступок, которым никто не стал бы гордиться.

Особенно остро встаёт этот вопрос, когда автор берётся прописывать персонажей неких маргинальных профессий: воров, мошенников, убийц. Благородные разбойники хороши для сказок, в реальности подобная публика не вызывает ничего, кроме желания держаться от неё подальше. Ну или вздёрнуть на ближайшем суку.

И здесь мы возвращаемся к прошлому персонажей и окружающей их среде, но уже с другой стороны. Не может быть белым и пушистым человек, сделавший карьеру в качестве наёмного убийцы. Благородство и самопожертвование не для этой профессии. Не для воров и не для наёмников. Мотивы и цели, не говоря уже о методах, у этой братии должны быть предельно специфичными.

Но! Практически любой критик в своём отзыве непременно отмечает развитие характеров персонажей по мере повествования. Люди редко меняются к лучшему - люди вообще не так часто и сильно меняются, как это принято полагать, - но иногда такие изменения всё же происходят. Нужно лишь правильно объяснить их.

Проще всего показать деградацию и психологическую ломку, что не лучшим образом годится для подавляющего числа протагонистов. Впрочем, психические травмы вполне могут присутствовать у самых-самых положительных персонажей.

Что же касается изменения героев с течением времени, то здесь важно не перегнуть палку. Обычное дело, когда вчерашний ботаник попадает в другой мир и начинает вести себя как Казанова и Рэмбо в одном лице. Заваливать штабелями врагов и женщин, первых на поле боя, вторых в кровать. Он враз лишается страха и инстинкта самосохранения, делается либо циничным ублюдком, либо благородным рыцарем. И всё бы ничего, но совершенно непонятно, - с чего герою претерпевать столь стремительные метаморфозы, если это только не компьютерная игра, где всё немного не по-настоящему и люди лишь отыгрывают свои роли.

Итак, в один узел свиваются сразу четыре фактора: прошлое главного героя и соответствие ему психологического портрета, а также динамика моральных качеств и внешние обстоятельства, способствующие этому.

Хотите положительного героя? Не делайте его наёмным убийцей либо же сделайте его наёмным убийцей, а затем путём долгих психологических изменений (возможно даже в форме флэшбеков) приведите к нужному вам состоянию. Если сможете. Но непременно объясните читателю, как и почему это произошло.

Хотите показать чёткий личностный рост? В этом случае лучше не брать зрелого персонажа с богатым прошлым, для этих целей больше подойдёт молодой человек, ещё не сложившийся ни как личность, ни как профессионал. Либо аутсайдер-обыватель, выведенный из зоны комфорта. Тоже вполне себе классический случай.

Хотите написать психологическую драму? Возьмите сложившегося героя и прокрутите его через мясорубку внешних обстоятельств.

На самом деле, есть множество подобных вариантов, остаётся лишь выбрать наиболее подходящий. Главное, чтобы результат соответствовал предпосылкам, а направление движения вектору силы. То есть, моральный и психологический облик героя проистекает из его прошлого и окружающей среды, а происходящие с ним изменения обуславливаются внешними обстоятельствами.

Если герой начинает жить собственной жизнью

Достаточно часто можно услышать от авторов, что его герои живут собственной жизнью и категорически не хотят следовать авторской воле, а так и норовят выйти из-под контроля, удариться во все тяжкие или, наоборот, прикупить виноградник на берегу моря и отойти от дел. Утрирую сейчас намеренно, это крайние варианты закидонов.

Ну и читателей тоже время от времени интересует: а решают ли что-то герои или послушны автору?

Часть авторов (не обязательно матёрых, но определённо не лишённых снобизма), поглядывает на толкующих об этом коллег свысока. Мол, я тут царь и бог, это моя история, а персонажи бросаются в огонь по щелчку пальца. И это правильно.

Нет, не то, что они посматривают на других свысока - фу, такими быть, - просто историю придумывает автор и не следует слишком уж всерьёз воспринимать своих персонажей. А то так и до вымышленных друзей недалеко.

Это всё подсознание.

Ну да - ситуация, когда герой не желает подчиняться авторской воле вполне обычна и объяснима. Просто автор подсознательно понимает, что пишет что-то не то и не так. Идёт какой-то сбой логики.

Ну например: матёрый душегуб начинает вести себя как инфантильный романтичный подросток. Или разумный человек по доброй воле лезет в приключения, которые иначе как самоубийственными и не назовёшь. Вообще - втравить здравомыслящего героя в приключения - та ещё задача, если, разумеется, речь не идёт о тех, кому это положено по долгу службы.

Зачастую авторы лишены критического отношения к собственной истории, поэтому если герои вдруг начинают жить своей жизнью - это надо ценить. Но воли им не давать, а начинать анализировать текст на предмет того, что сделано не так.

В качестве аналогии могу привести пример с запуском кораблика по ручью. Если вдруг кораблик вместо того, чтобы нестись вперёд начинает садиться на мели или рыскать из стороны в сторону, причин тому может быть несколько.

Итак, русло ручейка - сюжет, вода - действие, кораблик - герой.

Проблемы могут возникнуть по целому ряду причин. Например, из-за критической ошибки сюжета: русло просто не обладает нужным уклоном, чтобы текла вода. Или из-за недостатка воды: отсутствие развития сюжета или действия. А могут путь кораблю преграждать ветки и камни - это логические ошибки в конкретных сюжетных точках. Ну или сам кораблик не обладает достаточной плавучестью - герой просто не подходит этой истории в силу заявленных особенностей характера, происхождения, убеждений.

Ну или просто дует слишком сильный встречный ветер, такое тоже бывает. о чём это говорит? о том, что автору стала не интересна первоначальная история, только и всего.

За: нежелание героя следовать сюжету может носить под собой некие объективные причины и лучше не давить, а попытаться их проанализировать

Против: автор всегда может "углубить сюжетное русло" таким образом, чтобы герой последовал по намеченному для него пути

Р - значит "редактура"

Вот написали вы книгу и, казалось бы, наступило время откупоривать условное шампанское, но нет, наступает время вычитки и столь скучной вещи как редакторская работа. Никакого тебе творчества, только вычитка опечаток, приведения с правилами русского языка запятых, выискивание ляпов и перепутанных имён.

Те, кто подписаны на блоги писателей, думаю, неоднократно натыкались на причитания, сколь невыносимы муки редактуры. Разумеется, есть и такие авторы, для кого это просто работа, а некоторые и вовсе не заморачиваются вычиткой, оставляя её на усмотрение издательства.

Давайте попробуем разобраться, насколько необходима вычитка.

Тут необходимо вновь вернуться к одному из столпов этой серии заметок и напомнить, что незыблемых общих правил не существует. Все работают по-разному. Кто-то пишет начисто, кто-то потом на много-много раз перерабатывает черновой текст, доводя его до совершенства.

На мой взгляд, редактирование уже написанной книги - это неотъемлемая часть работы над текстом. Я пишу не слишком чисто, и за 6-7 последующих правок текст изменяется процентов на 40, а то и больше. Разумеется, это касается только формы изложения, а не содержания, но нередко необходимым кажется некоторые эпизоды расширить, углубить или перенести.

Но к 6-7 вычиткам я пришёл далеко не сразу, первые части дебютной книги редактировались больше 10 раз. И я считаю, что для начинающего автора - это очень важно. В процессе вычитки человек весьма серьёзно совершенствует свой стиль. В дальнейшем, когда рука будет набита, острая необходимость в этом уже пропадёт, но на начальном этапе вычитка - это наше всё. Если не нравится какой-то эпизод, если мотивы собственных героев кажутся натянутыми, стадия редактуры - последний шанс избавить книгу от слабых мест. Критический взгляд на этом этапе вещь чрезвычайно важная. Главное, не впадать в самоуничижение. Удалённые файлы в отличие от сожжённой рукописи восстановить можно, но к чему расшатывать нервы?

И помните - совершенство недостижимо. Если вы прочитали текст и ничего в нём не поправили, значит, вы достигли некоего потолка. Для мэтра - это нормально. Для обычного автора, особенно начинающего, - это говорит об отсутствии развития.

Разумеется, при многократном перечтении глаз замыливается, лучше делать перерывы. Из коммерческих авторов мало кто может позволить себе отложить текст на пару месяцев, но, говорят, это весьма помогает в работе. Если сомневаетесь - возьмите собственный текст, написанный несколько лет назад, перечитайте, подумайте нет ли желания что-либо исправить. Скорее всего, оно возникнет.

Кроме того, у вычитки есть и ещё один несомненный плюс. Бывает, что работа не идёт, в этом случае может помочь вычитывание текста, набитого вчера-позавчера. Нет необходимости оставлять вычитку напоследок. Для начинающего автора есть смысл вычитывать каждую главу по мере написания.

Главное, не забывайте, что идеал недостижим.

Парадокс?

Вовсе нет. Вы можете править и шлифовать свой шедевр, подбирать слово к слову - нет ни одного случайного словечка, все ложатся в поэтику текста! - на протяжении всей жизни, а читатель в итоге ничего особенного не заметит. И не проникнется. Будет обидно.

Дело в том, что чрезвычайно мало потребителей жанровой прозы читает книги для того, чтобы смаковать ту самую "поэтику текста" и любоваться словесами, нанизанными на нить вашего полёта мысли. Людей обычно привлекает история.

Но! При этом очень-очень многих (пусть и не всех) отпугнёт корявый и неряшливый текст с орфографическими ошибками, рассогласованными падежами, многочисленными повторами и прочими приметами натянутого трояка по русскому языку.

При прочих равных условиях у чистого текста будет куда больше шансов завоевать внимание аудитории.

За: Работа с текстом необходима автору для собственного развития, для устранения ляпов, опечаток и шлифовки текста

Против: Совершенство недостижимо. Надо критически подходить к вычитке и уметь вовремя остановиться. И здесь каких-либо конкретных советов быть уже не может. Подскажет только опыт.

И так сойдёт (с)

В предыдущей заметке, посвящённой редактуре, я отметил, что совершенство недостижимо.

И это действительно так, уже законченную вещь можно править и переписывать годами. Но читатель никакой особой разницы в большинстве случаев попросту не заметит.

Надо сказать, что справедливо это утверждение в первую очередь для стилистических изысков. Нет, содержимое готовой книги вообще лучше не трогать - иначе получится какое-то иное произведение. Речь идёт непосредственно об этапе написания произведения. Когда планируются и продумываются эпизоды, когда они пишутся и редактируются.

Бывает, что очень крутой эпизод или шикарная фраза оказываются лишними в тексте. Они выбиваются из него и вызывают диссонанс. Тогда приходится их безжалостно вырезать. Это очень сложно и больно, но без этого никак.

А ещё бывает какой-нибудь из эпизодов кажется отчасти натянутым или сомнение вызывает поведение героя. И это при полном понимании, что в целом всё в порядке или иначе нельзя, иначе рассыплется текст. Это как провести языком по недавно сколотому зубу. Неприятное ощущение. Иной раз даже иррациональное.

Лично я в таких случаях пытаюсь резать и править, править и резать до тех пор, пока это неприятное чувство не исчезнет. Дело в том, что на этапе написания и редактирования это ещё можно сделать. Придётся приложить чуть больше усилий и потратить немного времени, но в итоге логическая прореха не будет мозолить глаза ни автору, ни читателям.

Что-то смущает - правьте, само собой это не пройдёт. Кажется, проще махнуть рукой и сказать: "И так сойдёт!", но на самом деле нет - не проще. Проще тогда вообще ничего не писать.

Антураж: звонкая монета

Деньги - очень странный предмет вот только есть и уже его нет.

А если серьёзно, деньги являются превосходным элементом антуража практически любого фэнтезийного произведения, особенно, если это некое условное средневековье.

Большинство авторов, правда, не заморачиваются с этим вовсе. Другие отделываются условными золотыми, серебряками и медяками. Я к монетам отношусь со всем почтением, я себе такого стараюсь не позволять. Но иногда проколы всё же случаются, не без этого, конечно.

Ну и поскольку нельзя объять необъятное, остановлюсь на некоторых подводных камнях, как то:

1. Если речь не идёт о прошлом нашего мира реальном или альтернативном, соотношение цены золота и серебра остаётся на усмотрение автора. В нашей реальности в средневековье золотая монета почти не ходила, была редка и дорога, но это в нашем мире. Месторождений особо в Европе не было, золото сначала шло с востока через итальянские города во время Крестовых походов, потом из Латинской Америки во времена конкистадоров. Как с этим обстоят дела в выдуманном мире - большой вопрос. И в мире условного средневековья золотая монета может иметь такое же широкое хождение, как и серебряная. На всё воля автора.

2. Почему так важно соотношение цены золота и серебра? Да просто система 1 золотой равен 10 серебрякам равен ста медякам в условном средневековье не работает от слова совсем. Как минимум до нового времени монеты не просто служили средством обращения и средством платежа, но и обладали собственной стоимостью, основанной на стоимости содержащихся в них драгоценных металлов. Да, во все времена правители жульничали, ухудшая качество монеты за счёт меньшего веса или меньшего содержания драгоценного металла (а то и вовсе покрывая слоем серебра медь), но рынок чутко реагировал на подобные изменения и цена таких монет неуклонно снижалась при остававшимся неизменным номинале.

Более того - цена золотых и серебряных монет определённым образом колебалась относительно друг друга. Это были скорее параллельные системы, а не дорогая золотая монета и на порядок более дешёвая серебряная. К примеру (в один из временных промежутков) золотой дукат стоил примерно на четверть дороже серебряного талера. Весил он при этом, понятное дело, значительно меньше.

Исключения из правил возможны при наличии сильного унитарного государства с центральной властью, которая определяет стоимость денег, но в условности условного средневековья это вписывается не слишком хорошо. Я в "Повязанном кровью" на эти грабли наступил, но там как раз имеется сильная унитарная империя.

3. Медяки. Очень скользкий вопрос. Как уже упоминал выше, во времена средневековья и даже позже монета имела собственную цену, более-менее равную стоимости содержащегося в них золота и серебра. А вот с медью - беда. Медь обыкновенно стоила очень недорого, если иходить из её стоимости, медяк не стоил почти ничего.

При этом медная монета худо-бедно чеканилась с древнейших времён, но до боратинок Речи Посполитой она носила исключительно вспомогательный характер. Обычно даже очень мелкие монеты были серебряными. Чем закончились первые попытки государства приравнять медь к серебру легко ищется по словосочетанию "медный бунт".И вот этот момент уже не зависит от того, выдуманный мир или реальный, это экономика, ничего личного. Описываешь условное средневековье, будь аккуратнее с упоминанием медяков. Да, они имеют право на существование, но и только.

Можно, конечно, сделать медь дороже саму по себе, но тогда придётся существенным образом переделывать экономическую модель мира, а таким точно никто не станет заниматься. Да и читатель, скорее всего, не заметит.

4. Ну и не было условных золотых и серебряков, стандартных для всех стран. Каждое царство-государство, а то и город чеканило собственную монету. При этом деньги вполне себе ходили за пределами страны, поскольку их стоимость заключалась в драгоценном металле. Менялы тем и жили, что обменивали одни деньги на другие. Незнакомой монетой расплатиться и не продешевить было, так понимаю, предельно сложно.

Антураж: оружие или немного о сборе информации

Всякий новый цикл я начинаю со сбора информации, благо сейчас в интернете можно отыскать данные обо вся и обо всём, было бы только время и желание. Причём чаще всего не приходится зарываться в какие-то совсем уж глухие дебри и грызть гранит специфических знаний, достаточно банальной эрудиции, какого-никакого собственного опыта и статей со специализированных сайтов, которые в основе своей отличаются поверхностным, зато весьма доступным изложением материала.

Здесь нет единого подхода, кто-то штудирует тома по военному делу и выстраивает композиции сражений, кто-то не заморачивается историческими подробностями и пишет как придётся. Как мне кажется, во всём нужно соблюдать разумный баланс, но если выбирать между двумя этими крайностями, предпочту первый вариант. На самом деле это только кажется, что сбор информации займёт так уж много времени, а людям нравится, когда автор пишет о том, что знает. Иногда этого даже достаточно, чтобы сделать книгу бестселлером. Нет, скучная вещь, пусть и написанная со знанием дела, имеет немного шансов на успех, но хорошее знание материала не оттолкнёт читателей в отличие от многочисленных ляпов, заметных даже поверхностно знакомому с темой человеку.

И здесь мы подходим к оружию. Оружие - неотъемлемая часть любой приключенческой книги и столь же неотъемлемая часть массовой культуры. Это порождает у авторов ошибочное мнение "я всё знаю об оружии" и приводит к досадным ляпам, которых можно было избежать без особого труда. И я сейчас не только о именовании "магазина" "обоймой" и не о том, что курок можно "спустить" и "взвести", а нажимать следует всё же спусковой крючок.

К примеру, когда я писал свою дебютную книгу, то наивно полагал, что отдача оружия прямо пропорциональна калибру, и потому кольт 1911 сорок пятого калибра отличался у меня весьма сильной отдачей. Сначала мне на ошибку указал Андрей Круз, потом я и сам имел возможность сравнить в тире отдачу люгеровской девятки и сорок пятого калибра, и, надо сказать, последний показался мягче. В итоге во второй редакции книги существенную отдачу я оставил, но объяснил её переснаряжёнными патронами.

Это не единственный, но самый красноречивый ляп. И возникает вопрос: а как избежать подобного? Человек не может знать всё. Так что же делать? Авторам ЛитРПГ хорошо - им достаточно держать в голове игровой баланс и подгонять под них характеристики оружия, а как быть остальным?

Во-первых, личный опыт - великая вещь. Да, большинство видов оружия недоступна простым смертным, но чаще всего есть возможность пострелять в тире или хотя бы по тарелочкам, ощутить отдачу двенадцатого калибра и как звенит в ушах после стрельбы в помещении (мой совет не пренебрегайте наушниками, в акустической контузия радости мало). Даже простая возможность зарядить, разрядить, собрать и разобрать оружие даст вовсе не лишний опыт.

Во-вторых - только не смейтесь! - автору помогут холощённое оружие (дорогое удовольствие, но можно покрутить в руках у знакомых или в магазине), ММГ или даже страйкбольные приводы - те, которые сделаны в полном, насколько это возможно, соответствии с оригинальным оружием.

В третьих, о конкретных моделях, кои собираетесь вводить в книги, можно прочитать на профильных ресурсах, а ещё лучше посмотреть видео-ролики.

"Ага!" - воскликнут авторы исторических произведения. - "А нам-то что делать? Какие могут быть ролики"

Открою небольшой секрет: сейчас можно найти видео едва ли не с любым огнестрельным оружием и оценить пробивную способность свинцовых пуль шлемов и кирас или, к примеру, посмотреть, какие разрушения наносит чугунное ядро, пробивая обшивку корабля. И я сейчас говорю не только о разборе оружейных мифов от "Разрушителей легенд".

Навскидку советую обратить внимание на ютуб-канал hickok45, где просто гигантская подборка видео с самым разнообразным оружием (например есть ППШ-41) или на проект Forgotten Weapons, который рассматривает самые экзотические образчики редкого оружия.

Например, можно посмотреть на стрельбу из автоматического револьвера Webley-Fosbery - любимого оружия Рамона Миро из цикла Всеблагое Электричество

И я уж не говорю о многочисленных реконструкторах!

Как вам средневековая самозащита с помощью кос?

В общем - ищите да обрящете, кто предупреждён, тот вооружён и всё такое прочее.

За: Когда человек пишет о том, в чём разбирается, это чувствуется сразу, а мелкие ляпы серьёзно портят впечатление от книги в целом.

Против: Творческим личностям нет нужды принимать в расчёт скучную прозу жизни, а воображение с лихвой заменяет ненужные знания

Казнить нельзя помиловать

Основной капитал каждого автора помимо интересной истории и придуманного мира - это персонажи.

Они цепляют и влюбляют в себя читателей, они двигают сюжет и зачастую имено их характер влияет на развитие истории, её повороты и даже финал. Бывает, что ты заранее всё распланировал, но протагонист в процессе написания книги сложился немного не таким, каким ты видел его изначально, и поступки он тоже совершает немного другие. Приходится переделывать и подгонять действие под новую логику и новые мотивы.

Но сейчас речь не о гланых, а о второстепенных героях. Да, они не так сильно привлекают внимание читателей, но нередко запоминаются им даже больше основных персонажей. Автор придумывает их, вводит в историю, использует и... убивает.

Именно так. Смерть второстепенного героя или антогониста - финальная точка его использования автором. Можно убить кого-то походя, можно выстроить на этом кульминацию, но факт остаётся фактом - дальше этого персонажа не будет. Он не будет развиваться, шутить, взаимодействовать с другими героям. Его не будет.

Понимание этого приходит автору, как правило, не сразу. "Убить легко" (с)

А со временем начинаешь ценить интересных второстепенных персонажей и дорожить ими. Но кто-то всё равно должен умиреть. Таковы законы драмматургии. Читателя надо держать в напряжении. И, если дело не касается жёстких сюжетных ходов, приходится взвешивать на весах единомоментный выход, который даст смерть персонажа, и все те возможности, которые сулит продолжение его существования.

Усилить книгу или оставить задел на будущее?

Иногда всё очевидно. Иногда - такой очевидности нет, и я начинаю понимать Ильфа и Петрова, которые кидали монетку касательно судьбы Остапа Бендера.

Убить или нет? Убить сейчас или позже? Или вовсе не убивать?

Монетка тут не поможет, решать придётся самому...

Культурный багаж

Каждый из нас обладает тем или иным культурным багажом. Как мне кажется, нельзя даже говорить, что у одного он больше, чем у другого, а вот что у разных людей он разнится – это совершенно точно. У кого-то может быть шире, у кого-то более ограниченным, но так или иначе есть у всех. Культурный багаж – это отпечаток той среды, в которой живёт человек. Книги, фильмы, анекдоты, песни и прочее, прочее, прочее. Даже репертуар радиостанции «Шансон» и ненормативная лексика - это тоже некий запас знаний, пригодный для распознания свой–чужой.

И в любом произведении в той или иной степени находит отражение культурный багаж автора. Кто-то работает с ним осознанно, а кто-то просто пишет, как придётся, но и в том, и в другом случае результат может читателя скорее оттолкнуть, нежели привлечь. Всё дело в уместности.

Во-первых, не стоит забывать, что аллюзии и отсылки – это даже не гарнир, а самое большее соль, перец и соус. Можно набить произведение ими, будто селёдкой бочку, но от этого книга не станет ни умнее, ни увлекательней.

Как-то мне доводилось читать крик души автора, поступившего именно таким образом, и плакавшего, что читатели не заметили его блистательной литературной игры и не нашли ничего из заложенного в роман вторым, третьим и прочими планами. Очень его это опечалило. Не тот нынче, говорил, читатель пошёл, совсем не тот.

И вот это утверждение приводит нас ко второму моменту: если уж вкладываете в книгу свой культурный багаж, то оцените для начала, насколько он совпадает с вашей ЦА. Это важно. И не имеет значения, употребляете вы цитаты и прочие хохмочки исключительно для себя и немногочисленных «людей в теме» или делаете на них какую-то определённую ставку.

В первом случае надо понимать, не вызовет ли ваш культурный багаж отторжения у аудитории, а если вызовет, то у какой её части и насколько она вам важна. Запросто может быть и такое, особенно в случаях употребления сленга, и продвижения каких-то специфических воззрений и ориентаций.

Во втором случае всё и вовсе предельно очевидно: надо прикинуть, а произведут ли цитаты и отсылки именно тот эффект, на который вы рассчитываете. А в остальном всё, как и в случае выше: нестрашно, если читатель пропустит второй смысловой слой, главное, чтобы он его не оттолкнул.

Помимо этого, культурный контент должен определённым образом соотноситься с персонажами, играть, если не на сюжет, так на атмосферу произведения. Живущие в реальном мире герои вполне могут цитировать известные песни и фильмы, но совсем другое дело, если советские мультфильмы вдруг начинает цитировать какой-нибудь эльф. Не все оценят такую творческую находку, и хуже другое – подобное несоответствие может «выбить» человека из книги. Тут цитаты и аллюзии надо запрятывать несколько глубже или не использовать их вовсе. Хотя, возможно, я и не прав. Многое зависит от того, насколько грамотно всё реализует автор и не перегрузит ли он подобными вещами свой текст.

Дело в том, что культурный багаж автора может не соответствовать (а зачастую и не должен соответствовать) жизненному опыту его персонажа.

Герою двадцать лет, а он раз за разом поминает реалии СССР.

Герою двадцать лет, а он раз за разом возвращается к 90-м, в которых разве что в ясли пойти успел.

Герою двадцать лет, а он… Здесь можете подставить собственный пример.

Самый забавный случай мне попался в одной из книг, действие которой происходило чуть ли не в 25-ом веке, но герой, конечно же, фанател именно от массовой культуры века 20-го. Вот так и никак иначе.

Ещё один момент – упоминание в тексте других произведений и реальных людей. Когда речь идёт о классике и каких-то медийных персонажах в своей обычной ипостаси – это нормально. Но когда я открываю книгу и вижу, что несколько других авторов, некоторых из которых читаю, на самом деле охотники на вампиров/путешественники между мирами/сотрудники секретной службы, из текста это выбивает напрочь.

Как, впрочем, выбивают и фразы типа: «я читал много книг о попаданцах, но вот теперь я в другом мире и здесь всё по-другому, я никого не нагибаю и у меня нет гарема». Здесь сразу два момента:

Читатель постепенно проникался реалиями вымышленного мира, его сознание превращало заполненные текстом страницы в картинки, раскрашивало их, воображение работало на полную катушку и тут раз – другие книги! Всё, волшебство разрушено. Читатель вспомнил, что это лишь одна из многих книг и, наверняка, не самая интересная. Если книга не похожа на другие, читатель и сам обратит на это внимание. А если похожа, то уверения автора в обратном лишь вызовут раздражение.Ну да, на первых страницах герой никого не нагибает и гарема у него нет, но к концу книги (в лучшем случае) всё изменится радикально. Это законы жанра, как ни крути. И вот тогда читатель опрометчивое утверждение автору ещё припомнит. Если, конечно, до этого момента дочитает.

Итак, подводя некий итог: культурный багаж очень важен для любого автора, но ещё важнее правильно его использовать и не совать в книгу всё подряд, как в «ирландское рагу».

ЗА. Правильным образом употреблённые отсылки и аллюзии придают книге дополнительную глубину и достоверность, помогают читателю сильнее проникнуться текстом.

Против. Бездумная свалка в книгу всего и всея, как и безудержные литературные игры текст нисколько не украшают. Во всём должно быть чувство меры и понимание что и зачем делается.

Второстепенные герои

Что о них можно сказать? Они нужны и они важны. Но нужна ли их тщательная проработка?

Нет, если герой всех побивает и все им восхищаются и ловят каждое его слово, то нет - не особо. В конце концов, это театр одного актёра. А вот в остальных случаях - да, проработка второстепенных героев лишней отнюдь не будет. И я сейчас не об антагонисте, который занимает особое почётное место в сюжете, а именно о второстепенных героях, которые во многом создают атмосферу и помогают развиваться в нужном направлении сюжету.

Казалось бы - создать нужного персонажа достаточно просто, как минимум достаточно придумать ему предысторию, но на деле есть весьма серьёзные подводные камни.

Во-первых, когда автор в лоб рассказывает историю жизни каждого мало-мальски значимого героя - это не сколько утомительно. Во-вторых, это лишь некая декларация и персонажу нужно пространство, чтобы раскрыться. А это может самым серьёзным образом сказаться на динамике, предельно замедлив развитие сюжета. Да, зачастую второстепенные персонажи получаются харизматичней протагониста, но если это идёт в ущерб истории - хорошего мало.

Опять же досконально прописанного персонажа не так-то просто вписать в уже готовый сюжет. Бывает, что второстепенному персонажу если и не плевать на героя и его нужды, то в огонь и воду он за ним точно идти не готов. И либо будет фальшь и натяжка, либо этот нехороший человек сделает протагонисту ручкой и заставит автора, вносить изменения в сюжет.

Но даже так лучше, чем "картонные персонажи".

Это выражение встречается в рецензиях и отзывах постоянно. И сам не раз думал об этом при чтении. Иногда автор просто не заморачивается созданием достоверных персонажей, иногда осознано жертвует их проработкой в угоду динамике сюжета. И получаются сонмища безликих силуэтов, отличающихся лишь именами.

Частенько используется вроде бы беспроигрышный приём, когда такому силуэту лепится ярлык: "задира", "подлец", "шутник", "душа-компании", "балагур", "лицемер". С одной стороны, создаётся впечатление придания образу индивидуальности, с другой - получаются персонажи-функции. И хорошо, если они действуют в соответствии со своим ярлыком, но зачастую только им дело и ограничивается.

Чтобы далеко не ходить, приведу пример из собственного творчества. Со "Льдом" и "Скользким" я как-то проскочил, там со второстепенными героями полный порядок, а вот в третьем своём произведении "Повязанный кровью" задействовал человека по прозвищу Шутник. И по тексту несколько раз упомянул, что тот постоянно травит какие-то байки. Только вот в действительности он не произнёс толком ни одной шутки, дурканул разок и только. И мне по этому поводу попеняли. Было обидно, но я урок усвоил и, когда в "Небесном эфире" придумался маэстро Салазар - бретёр, пьяница и плохой рифмоплёт, одним только декларированием его недостатков не ограничился. По тексту маэстро ввязывается в дуэли, пьёт и декламирует стихи собственного сочинения.

Итак, для усвоения:

Обозначить характер героя одним предложением и в дальнейшем никак этот характер не проявлять - неправильно, так делать не надо.

Более оправданы два других варианта.

Первое, герой просто действует в соответствии с вашими установками.

Второе, усиленный способ наверняка. Вы декларируете некую особенность его характера и дальше по тексту он совершает некие поступки в соответствии с ним.

И главное: совершение поступков в соответствии с прилепленным ярлыком - это хорошо и правильно, но не самоцель. Ко всему прочему эти поступки должны укладывались в канву сюжета и усиливали атмосферу, а так же создавать новые возможности. Например, взглянуть на ситуацию под иным углом зрения. Или осветить момент, на который протагонист попросту не может в силу своего бэкграунда обратить внимания. Второстепенные герои должны не замедлять действие, а служить для его развития, пусть иной раз и совершенно непредсказуемым образом. Не стоит списывать все неожиданные повороты исключительно на банальные случайности.

Для примера небольшая цитата из 06'92

— Да ладно, Дюша! Чего ты? Ненастоящие и ладно! — Тихон вскинул пухлые ладони и отступил, но сразу спросил: — А какой сейчас штраф?

Я почесал затылок и вопросительно посмотрел на Андрея.

— Да не повышали его давненько, — пожал тот плечами. — Скоро стоимость проезда со штрафом сравняется.

— О! — протянул Тихон Морозов. — Получается, многим проще штраф оплатить, чем каждый раз билеты пробивать, вот эти и собирают деньги…

— Иди отсюда, — послал его Рома, и Толстый послушно отошёл, беззвучно шевеля губами. Но не ругался — вовсе нет, наверняка просчитывал финансовую выгоду от подобного рода деятельности. Он вечно придумывал сулящие баснословный доход проекты, но все расчёты не выдерживали столкновения с реальностью и отправлялись в мусорное ведро при обсуждении с куда более прагматичным Лёней. Впрочем, на петушках из плавленого сахара и самодельных петардах из спичек и пистонов этой неразлучной парочке что-то заработать всё же удалось. Да и домашняя студия по записи на аудиокассеты музыки приносила какой-никакой доход, но там идея принадлежала уже Гуревичу. (с) 06'92

Тихон Морозов - казалось бы совершено проходной персонаж, которого и вводить в действие особо не за чем. Ну только для фиксации того факта, что не все в оные годы пребывали в хорошей физической форме. Ибо Тиша ещё и Толстый.

Но вешается ярлык энтузиаст-предприниматель и Тихон Морозов начинает по тексту генерировать идеи и акцентировать внимание на тех вещах, которые являются определяющими для описываемого времени, но до которых герою нет никакого дела. Ну и в целом поведение персонажа становится более сложным, а книга приобретает ещё один план.

За. Плоские и картонные главные герои - идут во вред книге. Объёмные и выпуклые - заставляют читателя поверить в происходящее, цепляют его и заставляют возвращаться к тексту.

Против. Есть риск перегрузить текст, что пойдёт во вред динамике. Чем сложнее и многогранней второстепенный персонаж, тем сложнее его вписать в уже сложившийся сюжет.

О вероятностях или не роялем единым

Зачастую читатели, недовольные сюжетным поворотом, используют выражение "рояль в кустах". Используют они его и к месту и не к месту, зачастую слабо представляя смысл оного выражения и путая его с другими понятиями, как то: "ружьё на стене", "кавалерия из-за холма" и "бог из машины".

Ну для иллюстрации накидаю примеров:

Герой спасается от бандитов, прыгает в кусты, а там пулемёт. И он всех тра-та-та. Это рояль в кустах.

Герой спасается от бандитов, прыгает в кусты, а там пулемёт. но это пулемёт герой сам спрятал там ранее или знал, что его там спрятали. Это ружьё на стене.

Герой спасается от бандитов, прыгает в кусты, а по дороге проезжает полиция, которая и арестовывает бандитов. Это кавалерия из-за холма.

Герой спасается от бандитов, прыгает в кусты, а там леший или эльфы, или инопланетяне, которые ранее никак в тексте не фигурировали. И это некое сверхсущество героя спасает. Это бог из машины.

При этом ни один из этих приёмов не плох сам по себе. Даже пресловутый рояль в кустах. По сути это лишь вопрос вероятности того или иного события. При этом оценка реалистичности происходящего субъективна и очень сильно зависит от места события в сюжете. Проходное совпадение не вызовет негативной реакции, а точно такое же совпадение в кульминационной точке произведения заставит помянуть рояль.

Например, дана ситуация: Герой спасается от бандитов, прыгает в кусты, а там кроличья нора, он падает в неё и попадает в другой мир.

Если это завязка книги о попаданце - то и нормально. Надо же ему было как-то попасть. И о реалистичности никто и не вспомнит. Это и не поворот сюжетный, а лишь завязка.

А теперь представьте, что это происходит в самом финале. Такая вот развязка моет серьёзно ухудшить карму автора.

И возвращаясь к теме вероятностей - они допустимы. В реальной жизни совпадений хоть отбавляй, просто нельзя позволять им слишком уж влиять на сюжетную линию и понимать, что у слишком уж длинной цепочки совпадений шанс реализации мизерный. И что герою не может постоянно везти.

Но! Авторы зачастую слишком уж сильно перегибают с невезением. и не в целях вызвать жалость и сочувствие, а пытаясь добавить остроты действию. Ну вот герой опытный и умный, он должен всё сделать тихо и быстро, а для кульминации требуется экшн. И вот уже его случайно замечают часовые или ломается машина, или происходит ещё какая-нибудь случайность в соответствии с законом Мэрфи. Понятно, что любая операция может пойти не по плану, но повторять из раза в раз такой приём всё же не стоит.

За: случайности имеют право на существование

Против: не стоит давать случайностям слишком часто и сильно влиять на сюжет

Матрица отзывы/продажи или почему негативные отклики - это не всегда плохо

Начинающему автору, особенно незакалённому участием в сетевых конкурсах, кажется, что негативный отзыв на его нетленку - это кошмар-кошмар. На самом деле это не совсем так по той простой причине, что невозможно нравиться сразу всем. Конечно, преобладание негативных отзывов на книгу - неприятная и даже тревожная ситуация, но некоторая их доля скорее фактор обнадёживающий.

Ну вот накидал матрицу продаж/отзывов. Авторы могут поискать свою текущую ситуацию )

Я понимаю, что всё относительно, но по моей системе координат цикл Резонанс пока что располагается в секторе 2-3 (два по горизонтали, три по вертикали), а вот Город Осень была в квадрате 1-1, хотя там могли сказаться пертурбации с дистрибьюторской сетью у издательства, но это так себе оправдание. Ладно хоть книги действительно хорошие )

Красивая схема с оформлением от Angel Delacruz )

Мой утилитарный первоисточник для тех, у кого проблемы с отображением фотографий

Быстрые и медленные антагонисты

Правильный враг главного героя способен удвоить увлекательность решительно любой истории, а то и стать визитной карточкой её тёмной стороны - см. профессор Мориарти или и вовсе затмить большинство действующих лиц - см. Джон Сильвер. Именно поэтому грамотно прописанные антагонисты так часто в продолжениях начинают действовать заодно с героем, а то и вовсе становятся главными действующими персонажами.

У меня с яркими антигероями, прямо скажем, дела обстоят не лучшим образом.

Это очень сложно. Нет - не сделать антагониста ярким и запоминающимся, а просто показать его читателям. При повествовании от первого лица крайне непросто свести героя с антагонистом и логично обосновать, почему один из них не отправился при этом к праотцам. Тут требуется настоящее мастерство.

Так вот и получилось, что в Приграничье у меня Лёд просто против всего мира, Кейн идёт по головам к своей цели, а Жнец в "Экзорцисте" слишком далеко, чтобы считаться антагонистом, он просто враг. В "Городе Очень" для антагониста имеется весьма благодатная почва, но эту тему там развивать и развивать, а Леопольд Орсо... Ну да, там что-то такое было, только завуалированно и не в лоб.

По сути, нормальный антагонист у меня появился только в "Дороге мертвеца" - ибо жанр литрпг позволяет герою и антагонисту убивать друг друга неограниченное количество раз. В "Небесном Эфире" антагонист занимает уже немалую роль, а в "Резонансе" таковых не один и не два.

Собственно, об этом и речь. Антагонисты сродни углеводам - могут быть быстрыми, стандартными и медленными. И неправильно говорить, будто раньше у меня совсем уж не было антигероев. Просто они были быстрыми или даже одноразовыми.

Да такое сплошь и рядом, особенно в боярке. Кто-то косо посмотрел на героя и тут же за это поплатился. Сказал слово поперёк - огрёб. Задумал плохое и умер. Ибо герой самый-самый и никому не простит оскорблений, а ему самому всё сходит с рук. Он ведь самый-самый! Быстрые антагонисты, быстрые дофамины. Все довольны. Плохо это? Да вовсе нет. Что плохого в конфетах? Страдает от этого глубина истории? Определённо.

Но когда в чуть более реалистичных произведениях оказывается, что персонажи, занимающие более высокое место на иерархической лестнице (или даже относящиеся к следующему звену пищевой цепочки) могут безнаказанно или относительно безнаказанно гнобить протагониста, у читателя случается разрыв шаблона. Как же так? Герой тряпка! Читай: этой херни мне хватает в реальной жизни, а герой должен нагибать!

А между тем тут вступают в действие закон драматургии по которым герой сначала огребает, потом развивается и превозмогает, в результате чего враг повержен, а читатель переживает катарсис. Но это уже не конфеты, а макароны, и не все дотянут до развязки. Помочь может соус в виде быстрых антагонистов, но если увлечься, они забьют вкус и у читателя случится изжога, а то и несварение.

И, к слову именно, из стремления обострить сюжет в будущем, а не из-за какого-то там особой мягкотелости авторы частенько не добивают врага, ещё и вставляют размышление протагониста вроде "как бы мне это не аукнулось в будущем" или "наверное, я об этом ещё пожалею", или "но нельзя же убивать превентивно, так и человеческий облик поетрять можно!". И да - герою это непременно аукается. А в некоторых случаях авторы идут дальше и переводят это негативное воздействие во благо героя, см. - Горлум. В редких случаях, впрочем, обходится без негатива и враг оказывается просто полезен, а иногда он, как уже было указано выше, переходит на сторону героя.

И это всё обосновано правилами всё той же драматургии. Опять же, когда речь идёт о длинной серии, вовсе не обязательно ограничивать срок жизни антигероя одним томом, можно вести его линию несколько книг, периодически сталкивая с героем, и тогда эффект будет ещё существенней.

Так скажем, у меня рекорд по комментариям за день был поставлен в момент опубликования главы, где герой разобрался с антагонистом, портившим ему жизнь на протяжении двух предыдущих книг )

За: "медленные" антагонисты придают истории дополнительную глубину

Против: "медленные" антагонисты сложны в приготовлении, историю легко пересушить

Рост второстепенных персонажей

Как продолжение разговора об антагонистах

Лично мне прописывать второстепенных персонажей очень сложно, поскольку всё внимание сосредоточено на протагонисте, его внутреннем мире и проблемах. Иногда, конечно, случаются удачи вроде маэстро Салазара или лепрекона, но это скорее случайно получилось.

При этом есть один приём, который позволит оживить второстепенных персонажей в рамках длинного цикла.

Совет прост: не забывайте про них и на них не забивайте.

Когда я писал первые книги Приграничья, то наплодил массу проходных персонажей, без которых вполне можно было обойтись. Впоследствии значительная их часть стала частью вселенной, начала кочевать из книги в книгу и... развиваться.

Ясно и понятно, что герой самый крутой, успешный и вообще супер-пупер. Все остальные только прах под его ногами и субъекты для нагиба. Основной мейнстрим сейчас на АТ - это боярка и в рамках неё становление героя. То есть герой развивается с каких-то декларируемых автором невысоких позиций, пусть даже и на деле он круче всех архимагов вместе взятых. Чаще всего мы имеем некую магическую школу/академию, а там однокашников.

И что же происходит в типовой (именно - типовой) боярке или усе? Герой нагибает всех в школе и движется дальше, там нагибает следующих более сильных врагов (может даже выхватить поначалу сам, но итог предсказуем), а потом враги заканчиваются и вместе с ними заканчивается цикл.

Реалистично ил это? Нет. Правдоподобно? Обратно нет.

Воспользуйтесь своим личным опытом обучения в школе/ВУЗе. Закончили, начали строить карьеру, переехали в Москву и... всё? Кругом новые люди? А точно никто из однокашников больше в Москву не переехал и карьеру не делает?

Не нужно выкидывать второстепенных героев на свалку. Пусть герой самый-самый, но и остальные точно так же продвигаются по службе/поднимаются по иерархической лестнице/делаются сильнее. Не только друзья, но и враги.

Стандартный приём - герой выхватил от сильного противника, подкачался и его нагнул. Так почему противник, выхватив от героя, не подкачается и не ответит?

За: История станет многомерней, мир реалистичней.

Против: Можно переусложнить и распылить внимание. Читатели начнут требовать список действующих лиц.

О понятийном аппарате

Конкретно здесь и сейчас я понимаю под понятийным аппаратом основу всякой вымышленной вселенной - названия. Это во многом вопрос позиционирования произведения, уместности и привлечения внимания. И тут даже золотую середину непросто найти, потому как она может оказаться серенькой и неинтересной, а игра на грани фола привлечёт внимание читателя. Или же - его отпугнёт, такое даже вероятней. Сыграет ставка или нет - кто знает?

Объясню на примере имён. Героя могут звать Джон, Иван, Иоанн, Яхья или даже Айяайха, если это гоблин или орк. Соответственно, и остальные имена должны быть латинскими, русскими, условно-фэнтезийными и тд и тп. Это проистекает из концепции придуманного автором мира.

И если выбор системы имён не столь уж разнообразен, то дальше приходит черёд реалий выдуманного мира и в частности выдуманных предметов и явлений. Да-да! Каждому автору хочется пустить в оборот выдуманной словечко, вроде "робота" Карела Чапека, или выпендриться и придать новый смысл уже существующему слову, сам грешен. Короче - у авторов есть запрос на оригинальность и самовыражение. Но оценит ли его читатель? Вспоминаем об уместности и движемся дальше.

Простой пример: заклинание можно назвать фаерболом, огненным шаром, шаровой молнией, пульсаром, "плевком адской жабы, вскормленной душами падших женщин" или просто бздыщем. Вариантов - масса. От стандартных и привычных, а потому не цепляющих читателя, но и не вызывающих отторжение, до оригинальных и потому способных на то и другое.

И тут вновь вспоминаем об уместности. "Джон кинул фаербол" годится в литрпг или истории на базе зарубежного фэнетзи, но в славянском фэнетзи это нонсенс. Тут либо "Иван жахнул огненным шаром" или "Иоанн запустил шаровую молнию". А орк Айяайха вполне может херакнуть бздыщем. Как-то так.

И да - ещё не забываем о балансе: слишком много выдуманных слов скорее оттолкнёт читателя, особенно если вывалить их все в первом же абзаце.

Ну а теперь пара примеров об уместности и неуместности из моего, так сказать, творческого пути.

Цикл Приграничье - кусок нашего мира, провалившийся в начале 90-х неведомо куда, суровое такое и условно реалистичное технофентези, и что же там было в первых двух главах, которые я выложил на СИ? Там были орки! И планировались эльфы! А ещё была Гильдия и Стража - ибо как же без них? Человек состоит из того, что ест, начинающий автор из того, что читает/смотрит.

Где-то на третьей главе я понял, что это хрень. Что так быть не может. Да - это лишь названия, но они бы просто не использовались. Не там и не тогда. В итоге орки стали снежными людьми (к сожалению использование мобильных телефонов с камерами привело к полному вымиранию их популяции, но в конце 80-х они жили буквально в каждом лесу), эльфы так и не случились, Гильдия стала Гимназией (вполне в духе времени переименования школ в гимназии), а Стража сделалась Дружиной и тут речь не о княжеской дружине, а о дружине народной и добровольной.

И эти изменения сделали мир чуть реальней, избавили его от инородных вкраплений, позволили выкристализоваться концепции.

Тогда это получилось скорее случайно и непреднамеренно, а вот, начиная цикл Резонанс, я уже понимал, как много зависит от правильного наименования выдуманных реалий и всё же поначалу не вполне попал в струю псевдонаучного сверхреализма, вильнул в сторону.

Ну в самом деле, как назвать человека, который способен обрести и обретает сверхспособности, если не...

[spoiler=Придумайте, потом жмите на спойлер и проверьте догадку]

Одарённый?

[/spoiler]

С теми, кто уже прошёл инициацию, вариантов больше, но у меня предполагался "адепт". Адепт и вот этот вот из под спойлера. В псевдонаучном реализме. Рука-лицо.

В итоге придумались соискатели и операторы, и это стало отправной точкой для очень многих принципиальных изменений в мироустройстве.

То есть, не только концепция влияет на выбор понятий, но и наоборот.

За: оригинальные наименования и определения способны привлечь читателя и украсить книгу

Против: если переборщить с оригинальностью или не попасть в концепцию, у читателя возникнет когнитивный диссонанс и его выбьет из текста

О клифхенгерах

Итак, клифхенгер - это такой крючочек в виде неожиданного поворота или возникшей в самый последний момент и ещё не разрешённо острой ситуации (хотя бы даже и намёке на оную), который заставляет читателей не откладывать книгу, а перейти на следующую главу.

И нет, это не изобретение АТ. И нет, впервые применили его не в сериалах. И даже не в бульварных книгах, продававшихся по главам (запомните этот момент) и не в романах с продолжением, печатавшихся в газетах. Да - наибольшего расцвета этот приём достиг именно в тот момент, но уверен - ещё в седой древности, промышлявшие рассказами историй сказители, обрывали выступление на самом интересном месте, дабы интерес публики не угас и получилось харчеваться здесь ещё и завтра.

Так что приём стар как мир и вроде бы всем от него одна только сплошная польза: автор подогревает читательский интерес, читатель получает более динамичную и завлекательную книгу. Но всё как всегда упирается в реализацию.

На самом деле, затравка на будущее - это довольно логичное завершение главы, и думаю, некоторое число авторов делает такой финал не по какой-то там особой необходимости, а как раз в силу логики и правил художественного построения текста.

И вот тут уже в независимости от качества крючка у читателя (сужу не только по себе) начинает накапливаться усталость от повторения одного и того же приёма, а ещё что даже хуже - раз за разом возникает чувство неудовлетворённости. Его заводят, а выплеснуться эмоциям не дают.

[spoiler=скабрезность и вообще 18+]

К примеру, вызывает некто барышню с низкой социальной ответственностью и пользует её, но преддверии пикового момента, она уматывает со словами: - В следующий раз кончишь!

Вот это поворот! А в следующий раз ситуация повторяется. Может, успевает кончить и снова заводится, а может, и не успевает даже. Эмоции-то слегка поутихли уже, а пока опять раскочегаришься, уже и текст закончится время выйдет.

[/spoiler]

И тут следует вспомнить о временах расцвета этого приёма - продажа книг по главам и газетных публикаций. То есть, если проводить аналогии - оплата каждой главы. И тогда крючки были жизненно необходимы. Иначе читатель может продолжение и не купить. Уйдёт и забудет. Надо держать.

С подпиской на черновики ситуация вроде бы совершенно иная. Достаточно разок использовать этот приём при переходе на платную главу и дело в шляпе. Вроде бы так, но не так. С учётом немалой конкуренции в популярных жанрах и того, что читатели обычно отслеживают сразу несколько книг, авторы конкурируют уже даже не за деньги, а за внимание. На открытых главах - так уж точно. И ради часов чтения и набора библиотек открывают для свободного чтения едва ли не весь текст, а это вынуждает по всякому извращаться для удержания внимания.

И как шутка повторенная дважды, не становится от этого смешнее, так и эксплуатация раз раз разом одного и того же приёма, на пользу тексту тоже не идёт.

Более того - невозможно (особенно при стандартном для АТ объёме глав) каждый раз фигачить полноценный "вот это поворот" или обострять ситуацию для предела. И поэтому зачастую гора рожает мышь.

Звонок в дверь. Зловещая пауза. Герой достаёт пистолет и досылает патрон.

- Кто там?

Продолжение следует...

- Это пицца, которую вы заказали две главы назад!

Герой открывает дверь, а там и вправду принесли пиццу.

Действие неспешно движется дальше, чтобы через следующие 15к символов герой почувствовал острую боль в животе и подумал о том, что у пиццы был странный вкус и наверное в неё...

Продолжение следует!

Но когда автор умудряется и вправду нагнетать ситуацию с такой-то вот периодичностью, то как бы читатель не начал желать, чтобы герою просто принесли самую обычную пиццу. Ибо - утомляет.

И что же - вовсе не использовать этот приём? Да почему же? Просто:

а) надо знать меру и давать читателям разрядиться вот прям сразу, а не в следующей главе б) варьировать реализацию

То есть в каких-то главах после звонка в дверь к герою вламываются бандиты, изредка ему приносят пиццу, а в совсем уж крайних случаях всё ещё больше усугублять.

Ждали бандитов, да? А вот вам армейский спецназ! И у читателя глаза по пять копеек. И в следующий раз он уже даже не знает, чего ждать. и все довольны.

Но главное конечно же - не частить. Есть ведь и другие художественные приёмы.

ЗА: Удерживает внимание читателей и обостряет текст

ПРОТИВ: Слишком частое и однотипное использование утомляет