Как Эмма Вселенную спасала (в хорошей компании)

Глава 1

Молодая женщина в форме шерифа внимательно разглядывала сидящего перед ней небритого молодого мужчину в потёртой кожаной куртке. Его руки были скованы наручниками. Шериф откинулась на спинку кресла:

— Так, как вас зовут и с какой целью вы вломились в лавку мистера Голда? Явно не с целью грабежа — кассу вы и пальцем не тронули. Сразу направились к одному из шкафчиков. И попытались украсть именно эту шкатулку. Больше ничего вас не заинтересовало.

— Вы мне не поверите, шериф.

— Проверьте меня, — Эмма снова откинулась на спинку своего кресла. Она старалась не касаться той самой шкатулки лишний раз голыми руками. Арестованный это сразу заметил. — Рассказывайте.

— Шериф, вы сами стараетесь не дотрагиваться до шкатулки и даже перчатки надели. Вещь, которая внутри неё, совсем не безопасна и вам об этом прекрасно известно.

— Я постарался, чтобы никто не смог до неё добраться, мистер Как-вас-там-зовут, — Голд, собственной персоной, не спросив разрешения, опустился в кресло у стола. — И применил соответствующие заклятья. Вы не похожи на одного из моих близких родственников, поэтому я тоже очень хотел бы услышать ваши объяснения, дорогуша.

— Заклятия? — хмурится незнакомец.

— Магия. Вы не маг, — Голд так пристально уставился незнакомцу в лицо, что колючие глазки антиквара буквально царапают кожу. — Но вы соприкоснулись с чем-то гораздо более мощным, чем любая известная этому миру магия, с чем то неведомым. За гранью моего понимания. Представьте себе, даже я — самый могущественный Тёмный маг нескольких миров в полном недоумении. Мисс Свон, пометьте этот день в календаре. Меня не так то легко удивить, а тем более шокировать. Но сейчас я по настоящему обескуражен, мои представления о реальности почти рухнули…

— Тёмный маг?

— А я маг Светлый, — ехидно улыбается шериф. — И при этом — бывший Тёмный.

— Тёмные бывшими не бывают, девочка, — Голд назидательно поднимает вверх указательный палец. — Если бы не амулет, который я вам вручил, вас бы до сих пор призывал Кинжал. Ваш потенциал, как величайшего злодея всех времён, всё ещё при вас, мисс Свон.

— Оставим эту дискуссию о Свете и Тьме на потом, мистер Голд. Так кто вы, мистер?

— Меня зовут Джо Миллер, — говорит незнакомец. — Я охочусь за этими артефактами, которые МЫ называем Объекты, чтобы вернуть их на место. Туда, откуда они пришли.

— МЫ? — переспрашивает Эмма.

— Легион. Те, кто разыскивает Объекты и прячет их от загребущих лапок Коллекционеров или членов Ордена. А теперь мы решили, что наилучшим Хранилищем для Объектов станет сама Комната, откуда они и попали в наш мир. И самым лучшим выходом для всех.

— Стоп, — Эмма машет руками. — Давайте с самого начала, а то я уже начинаю путаться — Легион, Орден, Комната, Объекты…

У Голда глаза от любопытства блестят — он словно снова превратился в маленького мальчика, брошенного подлецом отцом и слушает сказку на ночь, которую ему рассказывает одна из сердобольных ткачих.

— Можно? — Джо демонстрирует скованные руки. — Я не сбегу. Вы меня тоже заинтриговали, господа, и я сам жажду понять и получить от вас побольше подробностей — что это за городок такой, про магию и прочее.

Через несколько минут Джо растирает запястья, получает чашку кофе от Эммы и начинает:

— 4 мая 1961 года, мистер Эдди МакКлайстер стоял у окна своего номера затрапезного мотеля «Солнечное сияние» на окраине городка Гэллап, Нью Мексико. Был прекрасный солнечный день. Судя по времени на, навек остановившихся, наручных часах мистера МакКлайстера — 1:21:27…

…

Прошло всего полчаса — мистер Миллер был довольно лаконичен и излагал самую суть, всё это время Эмма просидела с открытым ртом. Голд только головой покачал:

— Не знаю кто и как, но он умудрился проделать дыру в ткани нашей реальности туда, куда даже я заглядывать не рискну. И вы думаете, что…

Джо кивает:

— Это как зияющая рана и она должна затянуться, а для этого все вещи из комнаты должны вернуться на свои места. Всё должно быть так, как в тот момент, когда произошло Событие.

— В том числе и вы, — со вздохом констатирует Эмма.

— Да, я тоже стал Объектом, одним из. Может быть самым важным, а может быть просто всё должно стать, как было тогда. До последней детали, до последнего гвоздя. До последней пылинки. Буквально всё должно занять своё место в номере. Постоялец не исключение.

— И что тогда?

Джо Миллер пожимает плечами:

— Не знаю. Может быть Комната станет просто комнатой мотеля, может всё схлопнется… Моя дочь Анна учится на физическом факультете Принстона и у неё есть несколько гипотез на этот счёт. Одна «веселей» другой. Но я должен всё исправить — это моя миссия. Такие опасные артефакты в руках безответственных людей, безумцев. Они, эти самые объекты уже принесли столько горя и несчастий, столько смертей… Я сам чуть не потерял дочь в этой проклятой Комнате.

Эмма снова тяжело вздыхает:

— Вы пытаетесь справиться с последствиями не зная причины. Что тогда случилось, в 1961 году? Может всё можно предотвратить, исправить?

— Путешествия во времени, мисс Свон… — Голд заметно встревожен и недоволен.

— Кто то уже влез в это, мистер Голд, — возражает Эмма. — В дела самого Господа. Мы просто исправляем уже содеянное. Пытаемся исправить. И я уже путешествовала в прошлое и даже кое-кого оттуда притащила.

— И кое-кому создали кое-какие проблемы, — ехидно улыбается Голд. — И вам пришлось отвечать за последствия содеянного…

— Ладно. Но для начала надо разыскать возможного подозреваемого или подозреваемых. Лос Аламос?

— Далековато, — с сомнением качает головой Миллер. — Но могут быть другие научные центры.

— Мне нужно время, мистер Миллер, — Эмма делает пометки в блокноте. — Приходилось разыскивать людей, а поиск информации о предмете поиска — это самый первый шаг в подобном расследовании. Будете пока гостем нашего города, гостиница у нас тут есть. Маленькая, но уютная. Держит её вдова Лукас, но все в городе зовут её Бабулей. Если вы ей придётесь по душе то и для вас она тоже станет Бабулей, мистер Миллер.

…

Мистера Миллера шериф застала утром, сидящим за столиком кафе с большой чашкой кофе и горой блинов, от которых поднимался аппетитный парок. У Эммы заурчало в животе и она, в начале сделала заказ, умяла блинчик, сделала пару глотков из чашки и только тогда подняла глаза на Джо, который невозмутимо пил уже вторую чашку кофе:

— Оказывается вы служили в полиции, мистер Миллер, подозревались в убийстве напарника и похищении и убийстве собственной дочери.

Джо едва слышно скрипнул зубами:

— Я не убивал Лу, а моя дочь пропала в той самой Комнате, о которой я вам рассказывал, но я не мог сказать правду — слишком много опасных людей охотилось за ключом.

Эмма улыбнулась:

— Я вам верю, Джо. И вас не разыскивают по подозрению в совершении этих преступлений, ваших отпечатков нет в базе. Легион?

— Они. И не только. Вы что-нибудь нашли, шериф?

— Маленькая заметка об аварии в лаборатории научно-исследовательского центра. Рассказы о странном закате в тот день. Почти ничего.

Шериф передала Джо несколько страниц распечатки.

Колокольчик над дверью звякнул так незнакомо, что Эмма сразу насторожилась. Высокая девушка-блондинка, рюкзак, драные джинсы — явно студентка. Вертит головой по сторонам — кого то ищет. Увидела Джо и словно засветилась изнутри от радости:

— Привет, папа!

Эмма с интересом наблюдает за девушкой — в восемь лет угодить в такую историю… Джо протягивает дочери распечатку:

— Вот. Это всё, что удалось раскопать шерифу.

Девушка слегка краснеет от смущения:

— Простите. Я Анна. Анна Миллер.

Эмма улыбается в ответ:

— Я уже поняла. Эмма Свон. Вчера арестовала вашего отца, а теперь помогаю разобраться с той давней историей.

Анна грустно вздыхает:

— Если бы можно было вернуться назад во времени и исправить то, что уже случилось.

Шериф пожимает плечами:

— Мы можем попробовать это устроить. У мистера Голда в лавке хранится всё необходимое для проведения ритуала.

Девушка недоверчиво хмурится:

— Вы шутите?

Эмма совершенно серьёзна:

— Даже не думала. Я сама однажды отправилась в прошлое и вернулась назад вместе со своим спутником и даже кое-кого оттуда с собой прихватила.

— И в результате пострадала моя личная жизнь, — невысокая брюнетка в деловом костюме укоризненно качает головой. — Мэр этого милого городка, Регина Миллс.

— Джо Миллер, а это моя дочь — Анна Миллер, — Эмма не удивилась бы, если бы Джо поцеловал Регине ручку.

— Те самые? — Регина усаживается у стола и внимательно разглядывает Джо с дочерью. — Голд просто не в себе — Белль немного встревожена. Давно не видела нашего Румпеля в таком состоянии. С утра засел за книги и ничего не желает ей объяснить. Как в те дни, когда он и Бэйл были в плену у Зелины. Румпель выглядит гораздо безумней обычного, а Белль видела мужа и в более мерзкие времена.

— Румпеля? — переспрашивает Анна.

— Румпельштильцхена, — поясняет Эмма. — Он же мистер Голд, Тёмный маг или просто Тёмный.

— Маг? Магия? — Анна подозревает, что её пытаются разыграть.

— Я не шучу, — вздыхает Эмма. — Мистер Голд — Тёмный маг и дедушка нашего с Региной сына. Я маг Светлый и её ученица, а сама Регина ученица Тёмного и бывшая Злая Королева, мачеха моей матери Белоснежки и колдунья.

Анна выглядит обиженной — даже ушки покраснели от возмущения:

— Это уже не смешно!

— Это и не должно быть смешно потому что это правда, — Регина уже получила свою чашку кофе у Бабули и сделала первый глоток. — Мы все тут пришельцы из иного мира и то, что в вашем мире принимают за сказки, для нас реальные истории. Хотя всё было не совсем так, а часто совсем не так, как в ваших детских книжках, милая.

— И вы хотите сказать, что способны отправиться в прошлое и исправить произошедшее ещё до рождения моего папы? — Анна ещё не склонна верить в то, что вокруг неё, в обычном кафе, сидят и завтракают настоящие сказочные герои, но ещё меньше она хочет потерять отца в этой мистической трёхклятой Комнате заброшенного мотеля в Нью Мексико.

— Это очень рискованно, — мрачнеет Регина. — Из такого путешествия можно не вернуться и изменить будущее и отнюдь не в лучшую сторону…

— Так или иначе, но всё должно исправлено и как можно скорее, — Голд необыкновенно мрачен. — Удивительно, что всё обошлось и наша реальность не рухнула, что сама Вселенная уцелела. Кто бы не сотворил это, но он пробил дыру из этого мира в пространство между мирами. В совершенно непостижимую область мироздания и удивительно, что наша реальность не разлетелась в клочья в одно мгновение. Ещё немного и…

Анна уже торопливо набирала номер на мобильном:

— Привет, что ты знаешь о лаборатории … в Нью Мексико и говорит тебе что-нибудь дата: 4 мая 1961 года? Отлично. Перезвони, когда что-нибудь узнаешь.

…

— Он дедушка моего одногруппника, — Эмма и Анна направляются вместе к небольшому особнячку на тихой тенистой улице.

… — Не обольщайся, Джеффри. Мы не к тебе, а к твоему дедушке, — Анна сердито смотрит на нагловато ухмыляющегося паренька. — Он дома?

— Дед! — кричит Джеффри в глубину дома и удаляется, попутно бросив взгляд через плечо на Эмму. Довольно неприятный, сальный взгляд.

…

— Вам лучше присесть, сэр, — Эмма протягивает старому, но ещё довольно бодрому мужчине папку — в ней не только листки со скудной информацией, которую удалось раздобыть Эмме, но и раскопанное приятелем Анны.

— Что вы хотите? — старик уже не улыбается, он бледен и тяжело дышит.

— Имя, — холодно роняет Эмма. — Из-за вашего рискованного эксперимента погибли люди и могут погибнуть ещё очень многие.

— Что вам до этого? — старик утомлённо трёт себе лоб. — Это было задолго до вашего рождения, девочки. Ещё ваши родители под стол пешком ходили, когда…

— Ничего не закончилось тогда, сэр, — прерывает Эмма старика. — Всё ещё продолжается. Побочные эффекты от вашего эксперимента.

— Я чуть не стала жертвой последствий той давней истории, — сурово произносит Анна. Она уже давно, что-то чиркает в блокноте. — И не стоит звонить вашим друзьям после нашего ухода. Главу проекта звали Харви Голдман?

— Да, но как? — старик озадачен и ждёт разъяснений — даже покинув кафедру и после выхода на пенсию, он всё ещё оставался учёным.

— Это один из побочных эффектов долгого пребывания… не здесь, — говорит Анна. — Вы умудрились разрушить ткань самого Мироздания и даже удивительно, как наш мир уцелел. И я провалилась в эту щель, в разрыв. Отец с трудом меня оттуда вытащил. Почти через месяц.

— Но мы всё проверили, — горячо возражает старик. — Никакой остаточной радиации, вывезли и захоронили уцелевшее оборудование. Не заметили каких-либо серьёзных последствий.

— «Солнечное сияние». Маленький мотель на окраине Гэллапа, до вашего эксперимента в нём было десять номеров, а после — осталось только девять. На свою беду в него, в злосчастный десятый номер, заселился мистер Энди МакКлайстер, — Эмма сердито смотрит на старика. — И он словно исчез из этого мира — молодая жена его забыла. Или он попал в наш из своего, который почти ничем не отличался от нашего — за малым исключением: в том мире мистер МакКлайстер был счастливо женат почти год. И оба мистера МакКлайстера заселились в одно время в один и тот же мотель в злосчастный десятый номер, а потом поменялись местами. И обоих мистеров МакКлайстеров посчитали за безумцев — один не помнил, что был женат, а другого не помнила любимая супруга. А сам десятый номер теперь завис между мирами.

— Мультиверсум… — поражённо шепчет старик. — Он существует. Это не почти безумная гипотеза и любимый сюжет для научно-фантастических романов.

— Да, — фыркает Эмма. — Но я не скажу, что его существование вызывает у меня такой уж неземной восторг…

— Что так? — с любопытством спрашивает Эндрю. Эмма потихоньку проникается к старику симпатией — он не злодей, просто таки детское любопытство. Наверняка, ломал в детстве любимые игрушки, чтобы узнать, как всё в них устроено. И Вселенную готов разобрать до последнего винтика. И собрать заново, а то, что после этой процедуры, останется несколько «лишних» деталей… Мелочи.

— Я сама попала в эту из иной реальности ещё младенцем, — разводит Эмма руками. — Побывала и в той, где родилась, уже взрослым человеком.

— Вот так новости, — у Эндрю глаза горят, как у кошки. — И возможны путешествия между мирами?

— В пределах нашей Вселенной. Но вы умудрились пробить дыру в ткани Мироздания и наша Вселенная чуть не погибла. Все миры, наши в том числе. Они уцелели чудом и мы должны предотвратить катастрофу, которая поставит всю Вселенную на грань выживания.

— Но как? — Эндрю разводит руками. — Это всё случилось 4 мая 1961 года, если только…

— Да, — Эмма начинает опасаться, если не за рассудок старика, то за его сердце — Эндрю с трудом переводит дыхание. — Я уже путешествовала в прошлое однажды и повидалась с матушкой задолго до того, как она познакомилась с моим отцом. Видела обоих.

— А в этот раз в прошлое отправлюсь я, — говорит Анна.

— Это очень рискованно, девушки, — хмурится Эндрю.

— Мы знаем, — Эмма разводит руками. — Но мне приходилось спускаться в саму Преисподнюю и, как видите, уцелела. А Бога Смерти постигла злая участь. Его уничтожила сестра моей любимой супруги, бывшая Злая ведьма Запада. Страна Оз существует в одной из реальностей нашей Вселенной.

— С ума сойти… — одновременно выдохнули Анна и Эндрю.

…

— Я бы всё ещё раз проверила, мистер Голдман, прежде чем начинать серьёзные испытания вашей установки.

Мистер Голдман резко оборачивается — две девушки. Молоденькая блондинка и вторая, тоже блондинка, постарше.

— Что вы делаете здесь, леди, — Ховард встревожен — секретный объект, серьёзная охрана, сегодня должны были приехать представители Пентагона и эти две незнакомые девицы. — Я буду вынужден вызвать охрану.

Одна из девушек просто исчезает. Вторая, та, что постарше, улыбается ОЧЕНЬ холодной улыбкой:

— Не стоит, мистер Голдман. Мы преодолели несколько десятилетий, чтобы спасти вашу задницу — так уж вышло. Ради того, чтобы ещё очень многие люди в будущем не пострадали от последствий вашего эксперимента.

— Вот оно! — блондинка, та, что помоложе, в джинсах, таких дырявых, словно их бешеные собаки драли, склонилась над тетрадью с расчётами. Она по хозяйски чиркает карандашом. — Небольшая ошибка в расчётах, а в результате…

— Где?! — Ховард забывает об охране, обо всём. — Я всё перепроверил на десятый раз и… Чёрт! Как я мог это пропустить?!

Ховард, чертыхаясь, правит написанное:

— Где была моя голова?! Магда права — не следовало засиживаться допоздна и больше отдыхать…

…

— Представляешь — ещё несколько десятилетий и нам не нужен будет транспорт — ПУХ! и ты уже в Цюрихе! Или Амстердаме. — Татьяна так размахивает руками, что у Анны начинает опасно кружиться голова от этого мельтешения. — Или на Луне! Да где угодно! В любой точке Вселенной! Никаких самолётов, поездов — меньше будем загрязнять воздух. Захотел — и ты в Париже, а через миг — уже в Лондоне. Из Лувра в Тауэр. По всей Европе за день. Можно жить в Марселе, а работать в Нью Йорке. Или наоборот. Пить утренний кофе в Швейцарии, ланч в пабе на Пикадилли, а обед в ресторане в Риме.

— Ты фантазёрка, — ворчит Анна. Она лежит на траве и пытается читать.

— А ты зануда, — фыркает Татьяна.

— На такие перемещения, вне пространства-времени, требуется прорва энергии. Даже на перенос относительно небольших объектов, не говоря уже о чём то живом. И как ещё будут воздействовать подобные перемещения на объекты? Тем более на живые организмы… Скорее всего живое существо не переживёт подобное перемещение.

— И пессимист.

— Я реалист, — поправляет подругу Анна. — Хорошо будет, если наши внуки увидят прототип подобной машины.

— Значит будут катать нас, своих любимых бабушек, — улыбается Татьяна. — По всему нашему миру и по просторам Вселенной. До самых дальних звёзд. Представляешь?

Глава 2

Мистер Голд неторопливо потягивал великолепный кофе от Бабули и терпеливо ждал, когда Анна успокоится — девушка оказалась в окружении героев любимых детских сказок и риск, что она лопнет от восторга был вполне реален. Наконец Анна поправила волосы, выдохнула и покраснела от смущения:

— Простите…

Голд был снисходителен:

— Не страшно. Ты, девочка, в восемь лет, умудрилась пережить такое, что… Не всякому взрослому удалось бы остаться в своём уме после подобного испытания.

Анна пожимает плечами:

— Может я просто не поняла до конца, что это было так опасно? И выросла в семье полицейского. Я просто ждала отца, что он придёт за мной и заберёт из этой странной комнаты.

— Дети иногда проявляют больше здравомыслия и мужества, даже мудрости, чем взрослые в подобных ситуациях, мистер Голд, — серьёзно замечает Эмма. — Не впадают в панику и не истерят. Не все, конечно, но к счастью таких хватает.

— Так вы уже поняли, что натворил тот, неизвестный нам, Экспериментатор? — Джо решает, что пора вернуться к делу.

Голд внимательно смотрит на аквариум — идея Мулан. В начале она предложила поставить большие аквариумы, как это делают в дорогих ресторанах и клиент сам может выбрать себе лобстера, к примеру, которого тут же ему приготовят, но внезапно запротестовала… Руби.

— Это нечестно и не по спортивному, — заявила Лукас супруге. — Лучше просто установить аквариумы — с рыбками, разноцветными камешками, скалами и замками на дне и прочим. Детям должно понравиться.

Детям понравилось — они были готовы смотреть на рыбок часами — родители были только благодарны Руби за идею. И… Лерой. Он тоже готов был часами любоваться на мелких юрких гуппи шныряющих между водорослями, завёл свой аквариум дома, втянул в это дело Весельчака с Чихуном. Арчи поставил аквариум в приёмной и теперь в кафе горячо спорили не только о футболе, но и на темы, связанные с новым хобби, которое внезапно захватило многих в Сторибруке.

— Если я опущу в аквариум кусочек хлеба, — задумчиво проговорил Голд, — он мгновенно пропитается водой и вскоре распадётся…

— И рыбки его сожрут, — встряла Эмма.

— Да, — легко согласился Голд. — А губка пропитается водой и сохранит свою структуру, камень пролежи он хоть сто лет на дне, совсем не изменится.

— О чём вы? — спрашивает Джо.

— Вселенные, в том числе и наша, погружены в нечто, что мы привычно называем магией. Одни Вселенные пропитываются ей, как губка, другие — в гораздо меньшей степени, а есть — лежат как камни на дне аквариума — на них магия не действует совсем. Подозреваю, что эти Вселенные абсолютно мертвы и в сущности бесполезны.

— А рыбки? Или водоросли? — спрашивает Эмма.

— Хороший вопрос, — улыбается Голд. — Они живые, а значит берут из окружающей среды необходимое им и что-то отдают ей. Поглощают им необходимое, согласно потребностям, своей сути. Миры живые, они разные и «магия» воздействует на них по разному. Экспериментатор, пока неведомым нам образом, умудрился разрушить барьер между нашей Вселенной и тем, что заполняет пространство Мультиверсума. Хорошо, что это коснулось только маленького кусочка нашего мира и то, в результате, это происшествие разрушило жизнь бедолаги, который остановился в том провинциальном мотеле, свело с ума ещё многих, погубленные жизни…

— Мой напарник был убит, — мрачно вздыхает Джо. — Да и Мартин, до всей этой истории, был вполне нормальным человеком и пока не влез во всю эту чертовщину, вряд ли мог представить себе, что однажды убьёт Лу из-за какого то ключа от двери заброшенного мотеля. Говард Монтегю был профессором философии, а превратился в бандита по кличке «Проныра»…

— То есть то, что было снаружи, прорвалось в наш мир и…

— Будем называть это «чистой магией», — кивает Голд. — Мы погибнем без воды, наши тела почти целиком состоят из воды, но при этом вода может нас погубить. Так и с магией. Она часть нашего и любого другого живого мира, но каждый мир по своему поглощает и использует магию для своего существования, впитывая её из Пространства между мирами. У этого загадочного места множество имён, но то, что это нечто непостижимое, согласны все. Коридор между Мирами, Хумгат…

— Миры живые и теперь наш пытается исцелиться, — вздыхает Джо.

— Да. Если этот проход останется открытым и «чистая магия» будет продолжать просачиваться через него в наш мир… Я не представляю к каким последствиям это может привести. Наш мир будет разрушен или непредсказуемо изменится. Все эти Объекты нарушают физические законы нашего мира, а со временем это станет происходить с ним самим. В каком-нибудь месте внезапно пропадёт гравитация или наоборот сила тяжести многократно возрастёт. Природа начнёт своевольничать. Пространство и время, скорость света, звука… Привычные нам свойства материи изменятся — вода, к примеру, начнёт закипать при нуле градусов и превращаться в лёд при ста.

— Ужас… — констатирует Анна.

— Но путешествия во времени опасны, — возражает Голубая.

— У нас нет другого выхода, — Зелина выглядит непривычно мрачной. — Я люблю зелёный цвет, но зелёное Солнце будет чересчур даже для меня.

— И как мы вернёмся назад? — спрашивает Анна.

— Никак, — спокойно произносит Голд, но глаза смеются. — В случае, если вам удастся всё исправить, у вас в будущем не будет повода отправиться в прошлое — исправлять будет уже нечего. С этого момента образуется новое прошлое в котором не было События. И соответственно новое будущее.

— Значит я могу оставить дома зубную щётку, — говорит Эмма. — Мы туда ненадолго. Только разберёмся с этим любителем проковыривать дырки в стенах Мироздания и сразу назад.

Глава 3

Татьяна озадаченно уставилась на груду хлама в углу:

— Древняя микроволновка… Старый утюг… Платы… Что это всё значит, подруга?

Анна пожимает плечами:

— Хочу собрать один такой приборчик. Не беспокойся — после безжалостного потрошения, всё что останется от этого хлама отправится прямиком на помойку.

Некоторое время Татьяна наблюдала, как её подруга сидит, прикусив губу, за столом с паяльником в руке и изучает записи в блокноте. Анна заинтересовалась сказанным Татьяной немного больше, чем была готова самой себе признаться и проштудировала в библиотеке все книги Харви Голдмана и о нём самом. И кажется нащупала нечто интересное. И если её расчёты верны…

…

— Что такое с моим любимым стулом, Миллер? — нахмурилась Татьяна. Две половинки когда то целого стула и Анна с ручкой в руках. Детская шариковая ручка на семь цветов. Анна щёлкает одной из кнопок на ней:

— Вот что.

— Ух ты! — у Татьяны рот нараспашку. У подруги в руке самый настоящий лазерный меч, как в «Звёздных войнах». Анна заменяет стержень. Зелёный луч касается стула и он срастается — никаких следов не остаётся, как новенький. Анна вздыхает:

— Я попробовала сделать переходник. Ну как ты говорила. Перемещение происходит на небольшое расстояние и на доли секунды, буквально на миг, но перемещаемый предмет, на время перехода, оказывается за пределами нашей Вселенной, вне пространства и времени. Как оказалось, это может повлиять на него самым непредсказуемым образом.

— То есть теперь у нас есть лазерный меч, — заключает Татьяна с опаской косясь на безобидное с виду орудие письма.

— В этой шариковой ручке семь разных цветов, — Анна выглядит озабоченной. — Я пока не рискнула проверить остальные стержни… Скорее у меня получилась многофункциональная Волшебная Палочка, которую надо куда то спрятать.

Ручка отправляется в ящик стола, который запирается на ключ. Татьяна делает на коробку с ручкой наклейку: «Лазерный меч. Опасно для жизни!»

— Что ты ещё так… переместила? — интересуется Татьяна.

— Больше ничего. Перегорел предохранитель и вышибло пробки, — Анна показывает подбородком на микроволновку, которая обросла какими то коробочками, торчат платы и провода, припаян пультик с кнопками. Пахнет горелым пластиком. — Надо всё проверить и снова попробуем.

Теперь над прибором подруги просиживают вместе целые часы. Татьяну не было необходимости просить помалкивать, но Анна сделала это. Татьяна фыркнула:

— У тебя в столе лежит Огненный Меч, который может убить и потом восстановить и ещё неизвестно, что ещё может — я не рискну с тобой ссориться.

Примерно через неделю бывшая микроволновка стала выглядеть более аккуратно — платы и провода больше не торчали наружу, Татьяна поставила более надёжные предохранители и не без трепета подруги поместили внутрь новый объект для исследований.

Татьяна скептически поджала губы:

— Теперь у нас есть пластмассовая ложка способная в доли секунды высосать кружку воды досуха. Отличная игрушка для розыгрышей.

Ложка отправилась в ящик стола к ручке-Огненному Мечу. Пуговица произвольно меняющая цвет и форму, а также материал из которого она сделана, десятицентовик, который провалился сквозь стол и сам вернулся в карман владельца, старый ключ, что после перемещения мог открыть любую дверь…

— Когда проведём испытания с живыми организмами? — деловито осведомилась Татьяна.

— Когда я соберусь с духом и посетим зоомагазин, — ответила Анна. Она оттягивала подобный эксперимент до последнего.

Наконец, мышь была куплена — классический белый мышь с длинными усиками. Анна, сжав зубы, повернула рубильник…

Мышь попытался встать на задние лапки, не удержался, упал на бок и выдал тихо и пискляво:

— Ой, бля…

Клетку выбирали вместе с привередливым мышом.

— Я следующая! — объявила Анна.

— Что значит следующая? — насторожилась Татьяна.

— Мышь прекрасно прошёл испытания. Я внесла необходимые коррективы и скоро будут проведены генеральные испытания нашего прибора.

— Так, — Татьяна стала совершенно серьёзна. — Никаких испытаний. Как я буду объяснять твоё исчезновение родителям? Твой отец полицейский, он меня в начале «расколет», а потом оторвёт голову и причём за дело.

— Поздно, — развела Анна руками и исчезла. И мгновенно появилась в углу комнаты. — Оба-на.

— Как ты? — Татьяна встала со стула и обошла подругу кругом. — Как себя чувствуешь?

— Отлично, — ответила Анна. — Ничего даже не заметила — раз и всё.

С Татьяной тоже всё прошло без сучка и задоринки. И никаких особых изменений в себе экспериментаторши пока не замечали. Мышь затребовал себе подругу и вскоре у первой жертвы эксперимента началась счастливая семейная жизнь — с переругиванием на человечьем и мышином, ну хотя бы без битья посуды и обещаний уехать к маме.

— У меня почти ностальгия, — вздыхает Анна. — Когда я была маленькой родители развелись, но в самом начале часто орали друг на друга и хлопали дверьми.

— Где мы? — Татьяна вертела головой по сторонам с озадаченным видом, когда Анна схватила подругу за руку, затащила в маленькую комнатку, явно детскую и поднесла палец к губам: «Молчи!».

— В моём прошлом, — прошептала Анна.

— Мы теперь и такое можем?!

— Видимо да. Тихо.

— А это ты?

— Ага. Сейчас мне лет семь.

Анна-маленькая нахмурилась и подёргала отца за куртку. Джо отмахнулся от жены и внимательно посмотрел на дочь:

— Что милая?

Но в комнате Анны уже было пусто.

— Надо быть поосторожней в своих желаниях, — вздохнула Анна.

— Придётся составить список, что мы уже умеем, — Татьяна достала блокнот. — Перемещения в пространстве и времени будет пунктом номер один.

Анна не могла понять, что происходит — в коридоре стало необычно шумно. Там и прежде не царила гробовая тишина, но с недавних пор… И эти голоса она определённо слышала прямо в голове. Татьяна, недовольно морщась, держалась за виски.

— У тебя тоже…?

Татьяна кивнула и в списке появилась вторая строчка — «Телепатия».

Кружка стояла на самом краю и Татьяна чуть не смахнула её на пол, когда Анна ощутила свой взгляд, как нечто материальное, как ещё одну руку. Кружка взмыла в воздух и плавно опустилась в центр стола.

«3. Телекинез».

— В старые добрые времена нас бы казнили, подруга, — вздыхает Татьяна. — Как ведьм. А в наше время, если узнают о твоих и моих способностях, сдадут в поликлинику, для опытов.

— Не выйдет, — Анна плавает в воздухе над полом. «4. Левитация». — Мы с тобой так просто не сдадимся и уже не маленькие девочки, как в «Зажигающей взглядом» или школьницы-неврастенички, как в «Керри». Разнесём эту лабуду ко всем чертям. Или просто переместимся оттуда куда подальше.

…

— Я думала, что самое странное на Земле это… Ну я не знаю… — Татьяна высовывается из окна машины — башня с часами, кафе, магазинчики и лавки. С виду обычный городок. — Интересно, где мы? И почему на нас и наш джип все таращатся?

— Потому что он висит в воздухе над мостовой, примерно в полуметре, — объясняет девушке невысокий бородатый крепыш в рабочем комбинезоне. «Лерой» — так написано на его бейджике.

— Простите, — Анна смущённо краснеет и джип прочно становится на все четыре колеса. К нему и его пассажирам направляется высокая молодая женщина в форме шерифа. Татьяна выходит из джипа и приветливо улыбается:

— Мы что-то нарушили, офицер?

— Эмма Свон, — представляется шериф. — Ничего, но то, как вы здесь появились, а главное, что смогли здесь появиться…

— Анна Миллер, — Анна уже стоит возле джипа.

— Татьяна О`Коннор, — Татьяна с интересом оглядывается вокруг. Они уже собрали небольшую толпу зевак.

— Джип, просто джип, — представляется автомобиль. — Кстати, мне пора бы сменить масло.

— Он живой? — Эмма уставилась на автомобиль открыв рот нараспашку.

— Это была моя идея, — подаёт голос мышь из походной клетки у Анны в руке. — Залить эту странную светящуюся жидкость в автомобиль, в систему охлаждения. И я считаю, что это была прекрасная идея, чтобы моя супруга не говорила по этому поводу!

Эта реплика обращена к усатой спутнице жизни, которая, сердито фыркнув, скрывается в домике. Этому спору уже неделя, что для любой, даже волшебной, мыши срок немаленький. Шериф вздыхает:

— Вы колдуньи? Ведьмы? Феи?

Анна слегка задета этим словечком — «ведьмы» (девушка просидела несколько часов в читальном зале изучая всё, что смогла найти про процессы над ведьмами — над ни в чём не повинными и не обладающими какими-либо способностями, как было теперь совершенно ясно, женщинами):

— Вот как сразу так ведьмы!

Шериф равнодушно пожимает плечами:

— Моя лучшая подруга дочь ведьмы, а старшая сестра супруги — Злая ведьма Запада. Я сама Светлый маг.

Анна трёт себе лоб:

— Злая ведьма Запада? Из Страны Оз?

— Да. А я дочь Белоснежки и Прекрасного принца.

Лерой видит с каким недоверием смотрят девушки на шерифа и решает вмешаться:

— А я Ворчун. Один из Семи гномов, которые помогали Белоснежке и Принцу. А это Весельчак и Чихун.

Чихун оглушительно чихает, а Весельчак почтительно кланяется:

— Всегда к вашим услугам, дамы.

На площадь один за другим опускается два дракона, окутываются густыми клубами серого дыма и на мостовой появляются две женщины — судя по всему мать и дочь. Татьяна вздыхает:

— Мы попали по адресу…

— То есть? — спрашивает Эмма с лёгкой тревогой.

— Мы хотели перенестись в самое странное место на Земле, — поясняет Анна.

— Вполне возможно, что и так, — соглашается Эмма. — Но вы сами…

— У меня уже в животе уже урчит, — морщит нос Анна.

— А мне надо… попудрить носик, — слегка краснеет Татьяна.

— Масло, — напоминает о себе Джип.

— Я тоже не прочь пообедать, — заявляет мышь. — А ты, дорогая?

Супруга что-то неразборчиво бурчит на тему, что её укачало и эти перемещения… В глазах темно.

— Давайте продолжим общение в кафе, — предлагает шериф.

…

— Итак, мы оказались в сказочном городе, — вздыхает Анна. — И вы Злая королева…

— И мэр, — улыбается Регина.

— А вы та самая Малефисент, — Татьяна в страшном восторге — она обожала сказки в детстве и оказаться среди любимых сказочных героев…

— Вас самих нельзя назвать обычными людьми, — говорит ведьма. — Давно я не видела таких могущественных волшебниц.

— Думаю, что, как только вы закончите колледж, мы будем только рады если вы поселитесь в Сторибруке, — присоединяется к беседе Голд. — Чем больше могущество, тем выше ответственность.

— Вам просто необходимо научиться держать себя в руках, — подытоживает Регина. — А с этим мы поможем. Как всегда оставаться с холодной головой, ничего не делать в запале, не терять рассудок и способность соображать в самые опасные моменты. Вам это всё пригодится, девушки.

— Вы можете вести уроки по физике в нашей школе. Думаю, что дети будут в полном восторге, — добавляет Снежка.

— Договорились, — улыбается Анна.

— Я тоже согласна, — говорит Татьяна. — Мне тут нравится.