Кадет поневоле

Глава 1

Спать хотелось убийственно. Я широко зевал, пока непослушные пальцы прижимали ключ к магнитному замку. Последний предательски молчал: ни щелчка, ни писка. И как теперь попасть в магазин? Уже раз десять приложил — ноль эффекта.

— Ничего, сдюжим, — пообещал я себе и уставился на ладони.

Ну… И почему не появляется универсальная отмычка?

Лишь секунд через десять пришло осознание собственного идиотизма.

— Так и сбрендить можно, — выдохнул я. — Не-е… Надо завязывать с «Контр-Алиенс».

Игра, в которой я все свои выходные истреблял инопланетных захватчиков, классная, захватывающая, динамичная. Да и графика бесподобна. Но в том-то и проблема: вкупе с тотальным недосыпом слегка поехала крыша.

Что дальше? Начну убивать всякого, кого сочту марсианином?

— Прошу прощения, господин, — донесся позади ровный мужской голос. — Позвольте войти внутрь.

— Подождите, — бросил я. — Не открывается.

От досады я даже пнул по двери. Само собой, это тоже не возымело эффекта, так что продолжил энергично прикладывать ключ.

— Ещё раз простите, господин, — не сдавался голос. — Но я настаиваю.

Блин! Ну что за баран?

— А смысл? Я продавец, без меня всё равно и не зайдёте, и не куп… — В этот момент я (очень злой) развернулся к настырному покупателю. Меня передёрнуло. Кругловатый ключ выпал из дрогнувших пальцев.

В полуметре от меня стоял человекоподобный робот. Округлые формы из белого пластика. Вместо рта имитация в форме неподвижных губ. Большие глаза внимательно изучали меня.

Сон как рукой сняло. Открыв рот, я таращился на андроида, даже дышать перестал.

— Простите, но вы ошибаетесь. — Правая кисть робота сложилась в указующий жест и ткнула в сторону двери. — В этом магазине продавец — я.

— И как тебе такое, Илон Маск? — прошептал я, отступая и продолжая изумленно таращиться.

— Благодарю вас, господин. — Вежливость в тоне робота зашкаливала.

Не успел я опомниться и сказать чудо-технике, что она ошиблась адресом, ведь магазин электроники кварталом выше, как тот приложил кулак к замку. Тот послушно щёлкнул, и дверца качнулась, призывая распахнуть её.

Робот вошёл. Так же поступил и я.

Тут же заорала сирена. Стандартная процедура при открытии магазина: подойти к щитку охраны и приложить тот же магнитный ключ, чтобы отключить сигнализацию. Если не успеть за 40 секунд, то жди прибытия наряда.

Вспомнив о ключе, я хотел было метнуться к выходу, где обронил его, но сирена смолкла сама.

— Что за фигня? Сигналка отключилась.

— Это сделал я, — сообщил робот.

Я покосился на стену с щитком. До неё метров десять.

— Дистанционно, — добавил мой новый знакомец.

Свет он включил не дистанционно, а пальцами. Но ведь сам это сделал. Уверенно прошагал к нужному углу и щёлкнул по выключателю. Самое удивительное, что затем он также по-хозяйски зашёл за прилавок, поклацал по кассовой машинке и… С тихим жужжанием из ККМ поползла полоска чека.

Этот кибернетический самозванец открыл смену.

МОЮ смену!

Впрочем, в последнем утверждении я ошибся. Я подошёл к кассе, оторвал ленту и, помимо прочего, прочёл: «Продавец РБЧ-125978».

— РБЧ? — Я недоверчиво уставился на робота.

— Робот бытовой, человекоподобный, — пояснил тот.

— Послушай, человекоподобный, — возмутился я. — Тут вообще-то Я работаю.

Палец РБЧ постучал по небольшому экранчику на своей груди. В нём читалось: «Вас обслуживает РБЧ-125978. ИП Краснов И.Т. Лицензия №67289475092 от 11.11.2007г.».

У него ещё и бейдж?

Это выходило за всякие рамки. Вот уж когда не порадуешься за развитие искусственного интеллекта, так это в момент, когда он заменит тебя на работе.

Не то чтобы я шибко держался за неё. Мужчине работать за прилавком продуктового магазина вовсе не комильфо. Но это же временно, перебиться, пока не поступлю в универ и пока не закончу его.

От этой мысли я поморщился. Тоже мне — временно. К тому же опять дал слабину и вместо штудирования математики все четыре дня выходных играл в «Контр-Алиенс». Но ведь, чёрт возьми, отдыхать тоже надо!

— Ты откуда вообще взялся? — пробормотал я, решив, что рано смирился с участью уволенного. — Вообще-то Игорь Тимофеевич про тебя ничего не сообщал.

— Прошу прощения, господин, — начал тот. — У меня нет для вас информации от Игоря Тимофеевича. Обещаю уточнить. А взялся я из космоса.

— С луны, что ли, свалился? А? Лунтик! — Я рассмеялся собственной шутке.

— Нет, не с луны, — на полном серьёзе ответил тот. — Флот прибыл с созвездия Кассиопея, с планеты…

— Эй! Постой-ка! — перебил я. — Ты же гонишь? Тебя кто скрафтил? Тесла? Яндекс? И только не вздумай загнать, что Сбер! Хотя…

— Нет. — Робот покачал головой.

— Ну конечно! — Я хлопнул себя по лбу. — Китайцы? Сяоми, да? Ну по любому Сяоми!

— Простите, господин, но вы снова ошиблись. Завод-изготовитель расположен на планете с кодовым названием ПКНР-95136479.

От удивления я захлопал глазами. Робот же перешёл в наступление в нашей беседе:

— Позвольте уточнить, господин. Где вы находились последние три дня?

— Чего?

— Контакт и активное сотрудничество начались трое суток назад.

— Что за фигня? Какой контакт? Какое, твою мать, сотрудничество?

— Здравствуйте, — донесся новый голос со стороны двери.

В магазин входил человек, одетый весьма странно. Форма, что-то вроде древней армейской, походила на гвардейскую его величества короля Англии. Только не красная, а ярко-жёлтая. Зато фуражка на голове казалась более современной, пожалуй, даже сверхсовременной. Более всего впечатляла висевшая за спиной имитация короткой футуристической винтовки.

В общем, ни дать ни взять — ряженый клоун.

— Давай-ка уходи отсюда, — рявкнул я роботу. — Видишь, покупатель пришёл. А ты тут смуту устроил.

— Я не покупатель, — тут же возразил жёлтый. — Я гвардеец галактической республики. И я здесь по поручению Игоря Тимофеевича.

Пока я стоял с опрокинутой челюстью, тот махнул андроиду:

— Отлучись на полчасика. Думаю, Александру так будет поспокойней.

Робот кивнул и ровным шагом направился к двери.

— Что за дьявольщина? — Я угрожающе шагнул к желтому. — Вы кто такой вообще?

— Меня зовут, — начал было он, но я не дал ему закончить.

— Да пофиг мне на твое имя! — Мои руки сами собой ухватились за грудки гвардейца. — Откуда, говорю, взялись вы все, чудики?

— Отпустите, Александр! — приказал тот. В тоне явственно ощущался испуг.

— И откуда моё имя знаешь? — Вместо того чтобы подчиниться, я потряс его.

— Так ведь… Эй! Пустите!

— Короче! — Я придвинул его ошеломленную физиономию к своей. — Вали отсюда!

— Прекратить!

— Сейчас я позвоню шефу, — продолжал я, игнорируя его визг. — И как только разговор закончится, лучше бы тебе исчезнуть. И робота своего тупенького не забудь! Устроили тут! — Я с силой отшвырнул ряженного.

Жёлтый гвардеец оказался гораздо легче, чем я полагал. Его припечатало к стенке, где он и замер. Я же резко крутанулся на ногах, одновременно извлекая из кармана смартфон.

Пора разобраться с этой ерундой.

Мой шеф, Игорь Тимофеевич, не спешил ответить на вызов. Я дозвонился лишь со второй попытки.

— Ал-л-ло. Хто эта? — прохрипело в трубке.

М-да. Судя по голосу, шеф неслабо налакался. И это в девять-то утра?

— Алло! Игорь Тимофеевич. Это я, Саня. Я в магазине, и тут…

— А-а-а-а-а! Са-а-аня! — протянул шеф, будто только-только вспомнил обо мне. — Чо-о-орт! Я ж забыл про тебя… Хотя постой! Не забыл, просто не дозвонился… И тот гвардеец ляпнул, что подъедет завтра, то бишь сегодня, и лично объяснит тебе, что почём.

Моё сердце заколотилось со скоростью 120 fps. Он ведь сказал «гвардеец»? И хотя шеф пьян, прозвучало это вполне серьезно.

Я бросил косой взгляд через плечо. Жёлтый оставался возле стены, терпеливо ждал, пока я закончу.

— Подождите, Игорь Тимофеевич, — возмущенно оборвал я своего шефа. — Вы не шутите? Отдали мою работу роботу?

— Пф-ф-ф… Отдал работу роботу, — передразнил он. — А обо мне кто подумал? Эти зеленые человечки построили рядом супермаркет, и всё это уже не важно. Расслабся, Саня! Наша точка закроется через пару дней. Кто станет покупать продукты, когда через дорогу их раздают бесплатно?

Мало того что это прозвучало как бред, так ещё и пьяный голос шефа то и дело плавал и заикался.

— Ничего не понял, Игорь Тимофеевич. Какие ещё зелёные человечки? И почему кто-то раздает продукты бесплатно?

— Ну не зелёные, да. Это ж я так, к слову, — принялся объясняться шеф. — А вот почему они бесплатно всё раздают, да ещё в таких убийственных масштабах, вот это вот вопрос, Саня. Да ещё какой…

— Так это что? Правда НЛО?

— Са-а-нь? — Голос в трубке зазвучал подозрительно. — Ты чем занимался на выходных? Бухал, что ли?

— Да нет. Пришельцев мочил, — признался я. — В компьютере.

Шеф расхохотался. Как только истерика закончилась, выдал:

— Ну вот, значит, кто во всём виноват. Короче, Саня, расслабься и иди домой. А пришельцев больше не трогай, а то ведь вдруг плохо кончится. — Он снова разразился смехом.

— Игорь Тимофеевич, я так ничего и не… — Шеф сбросил соединение.

Всё еще недоумевая насчет свежеполученного бреда, я развернулся к гвардейцу. Тот хранил подозрительную тишину. Я вновь устремил на него свой полный ярости взгляд.

Но едва сфокусировался на его лице, как ярость сменилась ужасом. Физиономия гвардейца застыла, руки безвольно висели, а размытый взгляд уперся мимо меня.

— Эй, — позвал я. — Ты чего?

Гвардеец молчал и вообще не подавал никаких признаков жизни.

Поняв наконец, что случилось нечто ужасное, я подскочил к нему, ухватился за плечи и ощутил, что тело даже не стоит. Оно попросту насажено на что-то и безвольно висит.

Сердце заколотилось ещё быстрее. «Неужели это случилось?» — запрыгало в голове.

Сколько раз я говорил шефу, что покупатели могут пораниться об этот уголок, торчащий из стены. Но он всегда улыбался и говорил, что тот очень удачно там расположен и на него удобно вешать одежду или сумку.

Ага… Или тело.

Я потянул гвардейца на себя. Тот выскользнул с металлического уголка. Послышалось, как сталь проходит сквозь плоть. Из-за шока мои руки размякли, и тот грохнулся на пол. Удержать его я бы смог без проблем, даром что ли тренируюсь три раза в неделю? Да и гвардеец-то хлюпик оказался.

Сомнений не оставалось — одетый в клоунский наряд гвардеец мертв.

Глава 2

Биение сердца наконец прекратилось, причем полностью. Уши заполнил бесконечный гул. А ещё вечный вопрос: «Что делать?».

«Бежать!» — отчаянно крикнуло что-то внутри.

Это было глупо. Но что ещё делать, когда сознание охвачено паникой и мозги начинают мыслить максимально примитивно?

«Робота отпустили лишь на полчаса», — шарахнула новая мысль. — «Когда он вернется и увидит…» — даже думать об этом не хотелось.

Не дожидаясь более, я рванул к выходу, распахнул дверь и припустил так быстро, как только мог. А мог я не слабо. В шоке я или нет, но тренированное тело на всех парах понесло меня прочь от места, где я впервые в жизни убил человека.

Минут через пять мозги хоть и слабо, но подключились: «Так я далеко не уйду. Надо транспорт».

Я снизил бег, собираясь постепенно остановиться. Первое, что пришло на ум, — вызвать или поймать такси. На удачу, жёлтая машина с шашечками стояла всего в пяти метрах.

Модель тачки показалась странной, будто из какого-то фантастического фильма, но когда такой стресс, удивляться некогда. Я распахнул переднюю пассажирскую дверцу.

— Свободен, шеф?

Мои глаза смотрели на водителя, которого не было. Сидение перед рулем пустовало. Но всё же ответ я получил:

— Доброе утро, господин, — прозвучало внутри живым баритоном. — Автомобиль к вашим услугам. Прошу вас, усаживайтесь поудобнее и пристегнитесь. Потом назовите адрес назначения.

Последнюю фразу я слушал уже внутри. Пристегнулся и, стараясь не думать о том, что ещё ни разу не пользовался беспилотным транспортом, пробормотал:

— Вперёд.

Машина не поехала.

— Прошу вас, господин. Назовите координаты или адрес или ориентир.

Мозги заработали чуть активнее. Я наконец-то задумался, куда мне, собственно, надо? Может, в Турцию? Там меня никто не знает. И вообще! Что делать в такой ситуации? А что, если обратиться в полицию?

Идея показалась здравой. В конце концов, то, что случилось, иначе чем несчастным случаем не назвать. А то, что в стене магазина опасно торчит стальной уголок, и вовсе не моя вина.

— Подождите минутку, — сказал я на всякий случай и снова достал мобильный.

— Полицейское управление Кировского района города Уфа, — раздался в ухе четкий бас. — Вас слушает РПЧ-3459857.

РПЧ? Опять? Или…

— Какое ещё РПЧ? — потребовал я.

— Робот полицейский человекоподобный, — невозмутимо подтвердил мою догадку бас.

— И… вы тоже из космоса?

— Разумеется, — подтвердили в трубке. — Прошу вас, сообщите ваш вопрос или просьбу. В случае необходимости бригада сроч… — Я отключил соединение.

«Значит, бред из уст шефа — вовсе не бред», — понял я и добавил шёпотом:

— Всё-таки в Турцию.

— Прошу прощения, господин. Добираться до Турецкой Республики по автомобильным дорогам неудобно и затратно по времени. Позвольте порекомендовать транспортировку воздухом. Я могу доставить вас в Уфимский аэропорт. Продолжительность маршрута составит…

— Да чтоб вас всех! — оборвал я невидимого водилу. — Ты что, тоже инопланетная?

— Разумеется. РТА-86512.

Расшифровкой даже не поинтересовался. Понятное дело, что опять какой-то робот, и понятное дело, не наш, не земной. Зато я понял, что не хочу в аэропорт, а если и хочу, то есть важное дельце, без которого нельзя драпать к теплым турецким берегам.

— Давай домой, — сказал я и назвал адрес.

Дома меня встретило привычное громкое мурлыканье. Его издавал пушистый котик дымчатого цвета. Он тут же принялся тереться о мои ноги.

— Бургер, — прошептал я, одновременно шаря глазами в поисках своего рюкзака.

Я обожал своего питомца, а он преданно, будто и не кот вовсе, любил меня. А ещё он любил бургеры.

В тот день, когда он, ещё совсем крохой, перекочевал из помойки в мою квартиру, то перво-наперво стащил со стола мой чизбургер. А ведь гораздо ближе стояла миска с кошачьими крокетами. Так что вместо первоначального Пушка́ он получил имя Бургер.

— Бургер, прыгай.

Я распахнул рюкзак, и кот без лишних разговоров запрыгнул внутрь. Такой фокус мы проделывали много раз. Бургер обожал «гулять» таким образом. Он мог сидеть там весьма долго и тихо.

— Пора прогуляться, дружище.

Но уходить я не спешил. Окинул взглядом единственную комнату, прошел в кухню. Руки на автомате открыли холодильник, достали ветчину. Голова же продолжала думать. Но придумать что-то путное не получалось. Бургер, очевидно учуяв деликатес, возмущенно мяукнул.

— И ты думай, — огрызнулся я, заталкивая остатки ветчины коту в рюкзак. — Одна голова хорошо, а две лучше.

«Стоп! Что я сейчас сказал?» — встрепенулся я.

В руке вновь появился смартфон.

— А-а, чувак! — донеслось оттуда пять секунд спустя. На фоне слышалось бряканье тяжелоатлетических снарядов и гул тренажеров. — Наконец-то ты на связи. Сколько дней до тебя не дозвониться. Ей-богу, ты с этой игрушкой скоро сбрендишь!

— Уже. Тут такая чертовщина творится.

— А то! Будущее пришло в наш дом, да, чувак?

Разумеется, для моего друга Димона новость, что по городу шастают инопланетные роботы, новостью не была. Он-то всё это время жил в реальном мире. Качался небось каждый день.

— Как тренировки? — по привычке спросил я.

— Просто супер. Там же цимберлане новую качалку открыли. Да какую! Закачаешься в прямом и переносном смысле! А главное, бесплатно!

— Качалку?

— Да, чувак. Настоящий спортивный комплекс. — В голосе Димона ощущался тотальный восторг. — С кучей тренажеров, бассейном и роботами, которые помогают подобрать программу тренировок и питания.

— Охренеть! — выдавил я. — И это за три дня?

— Какие три дня, чувак? Три часа. Ну максимум четыре. Цимберланские технологии, мать их!

Я быстро унял его радость, наскоро рассказав о своей проблеме.

— Ну ты даёшь, чувак. Ладно бы просто чел, но эти в жёлтой форме… Они ж реально пришельцы, причём военные. Ты представляешь, что тебе за инопланетянина светит?

— Да уж.

— Бежать тебе надо. Вот только куда?

— В Турцию, — выдохнул я. — Надеюсь, туда они ещё не добрались.

— Шутишь?

— Что? И там тоже эти твои «цимберберги»? — ужаснулся я.

— Цимберлане, — поправил Димон. — По факту мы больше имеем дело с их технологиями и представителями. Хотя говорят, трое цимберлан тут на Земле. Они-то и провели первый контакт с правительствами стран.

— Чего?

— Ты так и не глянул новости, да? — вздохнул он. — Они, как появились три дня назад, сразу же организовали встречу с лидерами стран. И уже через три часа получили добро на внедрение на нашей планете их фирменной программы: «Рай для всех».

— На планете? Так они везде?

— Везде, чувак. Вот и думаю, куда тебе бежать-то? — Он замолчал, но секунд через десять продолжил, будто придумал, как быть. — Давай перекантуешься в моей второй берлоге, которая на Фрунзе.

— Так ты же сдаешь её.

— В том-то и дело, что пришельцы уже шесть крутых многоэтажек отстроили. Вчера мои постояльцы съехали в эти халявные апартаменты.

Я присвистнул. Продуктовый супермаркет, крутая тренажерка, шесть высоток. Это явно был не весь список. И это только по Уфе. Реально ли вообще спрятаться от таких ребят?

— Короче, — продолжил Димон. — Я как раз в новой качалке. Подъезжай, обсудим не по телефону, заодно ключи отдам.

В этот раз, сидя в такси, я не спал и не погружался в мысли. Зато таращился по сторонам.

Как я мог не замечать столь разительных изменений вокруг? Роботы, повсеместные стройки, крутые тачки. Вдали за городом виднелось нечто громоздкое, приземляющееся, причем абсолютно вертикально. В общем, кругом царила суета вселенского масштаба. Ах, если бы не этот ужасный казус, то каким бы интересным это могло казаться!

Новая тренажерка, о которой столь волнительно рассказывал Димон, и впрямь не подкачала. В отличие от нашей кустарной, где по большому счету были только свободные отягощения в виде штанг и гантелей, в этой длинными рядами стояли потрясающие тренажеры. Назначение некоторых я даже не понимал, но выглядели они шикарно.

— А вон там бассейн, — похвастался Димон, когда я разыскал его в зале. — Просто обалденный. С подсветкой, и, кажется, там датчики, измеряющие скорость проплыва. Работают на ИИ.

— Это как?

А так. Просто говоришь им в духе: «Замерь, за сколько я пройду дорожку», и всё. Причем они четко засекают, я проверял. С момента, как пошел, и до того, как дошел — ни раньше, ни позже, ни меньше, ни больше.

— Слушай, Димон, — с надеждой начал я. — А ты уверен, что вся эта хрень инопланетная? Тут всё на русском.

— И не надейся, чувак, — с ходу разочаровал он. — У них ИИ пашет только в путь. Они владеют всеми земными языками. Полный анализ нашей экономики, политический расклад, культурный. Они всё о нас знают.

— Ну ладно роботы у них по-русски трындят, — выдал я свой последний аргумент. — Но сами они как заговорили? Может, всё-таки флешмоб какой?

— Флешмоб — это если бы они станцевали дружно, а они высотные дома за считанные часы воздвигают, да ещё и с коммуникациями. Только подключи — и жить можно. Не, чувак, это истинный рай.

Я окончательно подавил сопротивление своего мозга и в ускоренном режиме пришел к состоянию «принятие». Значит, то, что случилось, действительно случилось.

— Короче, пока ты ехал, я всё придумал, — принялся утешать Димон. — Заляжешь на недельку в моей хате. Еду буду приносить.

— А потом что? В Турцию?

— Чувак, уймись уже со своей Турцией. Там же сто тыщ миллионов туристов. А тебе надо туда, где народу нет.

— Может, на Северный полюс тогда? — грустно усмехнулся я.

— Почти. Думаю, в лес тебе лучше, дикарем жить будешь.

Я вгляделся в кривое лицо своего друга. На лысой голове ни один мускул не дрогнул. Он сложил руки на груди, подчеркивая мощь своих бицепсов, и глядел на меня с самым серьезным видом.

Я невесело вздохнул.

— Короче. Насчет отсидеться недельку мысль здравая. А что касается потом… Потом и посмотрим.

Так и решили. Димон вручил мне ключи, и я двинул наружу. Но едва добрался до входной двери нового спортивного комплекса, как меня встретили.

И не абы кто, а настоящие роботы-полицейские.

Выглядели они примерно как тот андроид, что работал в магазине вместо меня. На них была форма, пусть и не похожая на настоящую полицейскую, но явно обозначающая принадлежность.

Дула, казалось бы, игрушечных футуристичных ружей, лишенных прикладов, направились в меня. Лица роботов при этом несерьезными вовсе не казались.

— Котов Александр Артурович? — спросил один.

Вместо ответа захотелось драпануть. Раз уж эти пришельцы такие добренькие и решили устроить тут рай для всех, то авось не застрелят. Но я удержался и поднял руки, удерживая в правой рюкзак с Бургером.

— Да.

— Вам придется проследовать с нами.

Глава 3

Я не знал, как выглядят черепахи без панциря, но три существа, что таращились на меня огромными выпуклыми глазами, создавали именно такое впечатление.

Мы находились в просторной каюте большой орбитальной станции пришельцев. Позади стояли двое вооруженных роботов, так что на побег особо рассчитывать не приходилось. Да и куда бежать из космоса мне, продавцу продуктового магазина?

Существа, похожие на черепах, громоздились за столом на высоком постаменте прямо передо мной. Они изучали меня, разглядывая сверху вниз. Тот, что сидел посередине, проскрежетал что-то непонятное.

Он явно обращался ко мне. Вот только я, только что переживший полёт на орбиту Земли, находился в такой прострации, что не сразу сообразил это. Только когда он повторил эти звуки и на черепашьей морде отразилось раздражение, стало ясно: эти трое ждут какой-то ответ.

— Ничего не понятно, — сказал я. — Повторите, пожалуйста.

Центральная черепаха снова издала скрежещущие звуки. В этот раз глаза её уперлись в потолок, а следом сверху полилась речь на чистейшем русском языке. Женский приятный голос резко резонировал с зубодробительным скрежетом черепахи.

— Господин Котов Александр Артурович, вы понимаете меня?

Сначала я подумал, что переводчик доносит до меня значение черепашьих слов. Так что я мотнул головой и сказал:

— Не очень.

Через секунду я понял, что явно переволновался, и следовало ответить утвердительно.

— Странно, — озадаченно произнес голос сверху. — Then maybe you prefer to speak English? (В таком случае, возможно, предпочитаете говорить на английском?)

— Эммм… ноу… рашен из окей, — ответил я, чуть краснея и догадываясь, что, в отличие от русского, мой инглиш далеко не окей.

— Отлично! — Голос сверху излучал нотки довольства. — Значит, нет препятствий для начала судебного заседания.

Женский голос продолжил речь, но теперь уже на другом языке. Очевидно, на котором ранее говорила черепаха. Но, в отличие от неё, слова вовсе не скрежетали, и язык лился, как приятная мелодия.

Все три черепахи закивали, и та, что в центре, снова заговорила:

— Александр, трэв карада гурши.

— Гурши гурш чаш, — добавила черепаха слева.

— Ши тревело гурши, — вставила свои пять копеек третья.

Разумеется, кроме «Александр», я не понял ничего. Разве что минутой позже, благодаря «женщине с потолка», догадался, что слово «гурши» могло значить «убить» или «убийство».

— Триумвират сообщает, что вы обвиняетесь в убийстве. Убийство — страшный грех. Мы не любим убийства.

— Ага. Я тоже не люблю, — кивнул я. — Но послушайте, тот клоун… или как там его, — я напряг память, — гвардеец этот ваш. Он сам виноват. Вторгся в магазин. И вообще, это же явно несчастный случай.

Начались расспросы. Я старался отвечать честно, лишь преувеличивая шок, в котором оказался, и преуменьшая своё влияние на смертельный инцидент. Выпуклые глаза цимберлан, а как выяснилось, это были именно они, сверлили меня, будто рассчитывали получить правдивую информацию прямо из мозга.

У них даже свидетель появился. Тот самый робот бытовой человекоподобный. Он сообщил трем черепахам что-то на их языке, а потом включилась запись.

Трёхмерная проекция, явно записанная с глаз робота-продавца, продемонстрировала всё с момента, как я тщетно силился открыть проклятую дверь, и до того, когда робот вышел, предоставив меня бедняге-гвардейцу.

Но и потом голозапись продолжилась. Робот, как оказалось, отошел недалеко и зафиксировал моё стремительное бегство. Увидев такое, три черепахи принялись бурно трещать, бросая на меня неприязненные взгляды.

— Эй! Я так-то не понимаю, о чём вы там щебечете! — возмутился я.

— Триумвират обсуждает ваше бегство, — пояснил женский голос. — В целом они считают, что это выглядит как преднамеренное убийство. Триумвират пытается прийти к единому мнению: какой мотив владел вами.

— Какой, к чёрту, мотив? — закричал я. — Это случилось нечаянно! Я просто толкнул его. Кто ж знал, что он такой хлюпик?

Женский голос донес мои слова до трех лупоглазых судей. Но те никак не отреагировали и продолжали скрежетать ртами. Очевидно, то, что они решали, касалось уже каких-то деталей моего преступления. Оставалось только невесело вздохнуть и ждать, что они скажут или спросят.

Когда они соизволили обратиться, это оказалось вердиктом:

— Триумвират считает вас виновным, — сообщил женский голос.

Я слушал эту ИИ-тётеньку и пялился на черепах. Те внимательно смотрели в ответ, будто пытались понять, как я отреагирую. Но я знал, что признать виновным ещё не значит, что накажут. Коли уж цимберлане столь добрые и щедрые, то почему бы и не понять? Почему бы не простить?

Женский голос тем временем продолжил:

— Убитый вами гвардеец служил в космическом флоте Галактической Республики. Контракт истекает не ранее чем через год.

— Год? — озадачился я.

— Поясняю. Условный год Галактической Республики почти соответствует одному земному году. Он больше лишь на 0,0032 процента.

— Удобно, — хмыкнул я. — Но я не понимаю, к чему вы клоните.

— Не я, а триумвират, — уточнила женщина. — Таким образом, ваше преступление нанесло ущерб Галактической Республике. Служители космофлота очень востребованы, будь то пилоты, техники или солдаты.

— Очень сочувствую вашей утрате. — Я постарался скорчить максимально искреннее лицо. — Но ведь это вышло непреднамеренно!

Вместо перевода моих объяснений ИИ продолжила:

— Александр Котов! Таким образом, вы должны возместить ущерб, причиненный Галактической Республике, и приговариваетесь к службе в космическом флоте сроком не менее одного года.

— Чего?

— Ввиду того что у вас нет необходимых знаний и навыков, перед исполнением наказания вам надлежит пройти соответствующее обучение в космической академии, расположенной на станции «Галактикум».

— Да вы с ума сошли!

— Срок обучения — три года.

Приятный, казалось бы, голос ИИ звучал безапелляционно.

* * *

Полёт на орбиту, где состоялся этот вполне гуманный суд, переполнял моё сознание бурей ярких эмоций. Но транспортировка до космической станции, которая находилась чёрт знает где в глубинах космического пространства — так это вообще апогей ощущений и достижений. Особенно волнительным оказался прыжок через гиперпространство.

Когда-то я бы сказал, что после такого и умереть не жалко.

Впрочем, я был рад, что смерть в виде казни уже не грозила. Да и срок аж в четыре года — наказание весьма спорное. Я полагал, что по законам РФ в лучшем случае мне грозила бы колония-поселение. Да и срок сулил растянуться минимум лет на пять. И всё это если потратить кучу денег на адвоката, дабы доказать, что убийство произошло случайно.

На поверку цимберлане оказались не так ужасны, как их внешность. Ох, не врал мой кореш Димон насчет их доброты.

Они ведь даже рюкзак с Бургером вернули. Вот уж чему я был рад больше всего. Цимберлане при этом много расспрашивали о моем питомце. Оказалось, что семейство кошачьих не встречалось ни на одной из известных планет. На тот момент Земля оказалась единственным их пристанищем.

Но вот хотел ли я служить в их флоте, да ещё и учиться в космоакадемии? Пожалуй, что нет. Ведь имелись собственные планы там, на Земле-матушке. Учеба на факультете информатики, престижная работа в IT-компании. Теперь всё это откладывалось минимум на четыре года.

Я наблюдал за приближающейся станцией в иллюминатор катера и ритмично теребил горлышко бургера. Мой котик тоже смотрел на академию. Взгляд его излучал спокойствие, будто подобные чудеса ему отнюдь не в диковинку.

Станция казалась огромной и имела кольцеобразную форму, разделенную на четыре равные части, выкрашенные в цвета: красный, зеленый, синий и серый. Что это значило, я не имел ни малейшего понятия. Мне обещали, что обо всем узнаю потом, непосредственно в академии.

Но вот что удивило сразу, то, что кольцо станции не замыкалось. В серой её части явно не хватало кусочка, будто кто-то цапнул чуток от бублика.

После стыковки два вооруженных робота сопроводили меня внутрь. Мы прошли через шлюз катера, оказались в шлюзе станции, а затем внутри. Тут меня встречал ещё один робот и… цимберланин.

Одежда черепахи походила на футуристичный космический комбинезон. Он внимательно изучал меня и, как показалось, улыбался.

Робот обратился ко мне:

— Приветствую вас, Александр, — сказал он на русском.

— Привет.

— Перед вами ректор академии Корг-Магир Варф.

Цимберланин, услышав свое имя, коротко кивнул. Также поступил и я. Затем тот извлёк из внутреннего кармана что-то похожее на сотовый телефон и протянул мне. Я машинально принял штуковину.

— Что это? — удивился я, заметив, что там всего одна кнопка.

— Это устройство для перевода, — пояснил робот. — Работает в автоматическом режиме. Загружено более сотни тысяч языков, включая десятки с вашей родной планеты Земля. И, конечно, он понимает галаспи́ч.

Увидев, что я всё ещё озадачен, робот продолжил пояснять:

— Галаспи́ч — универсальный язык. Им владеет вся галактическая республика. Разработан цимберланами специально для нужд свободной коммуникации множества наших народностей.

Я неуверенно нажал на кнопку. Раздался короткий пик, и Корг-Магир наконец заговорил. Из устройства в моих руках донеслось:

— Отлично, Александр! Эта вещь понадобится вам в первые дни. Прошу вас, не забудьте вернуть, как отпадет надобность.

— Эм-м… Спасибо.

— Рад приветствовать вас в нашей академии, — продолжил он. Переводчик шпарил параллельно с ректором. — Мне доложили о причинах вашего поступления. Смею заверить, что для нас это не имеет никакого значения. В любом случае мы ждем от вас выдающихся успехов в учебе и практике.

Не успел я поблагодарить ректора ещё раз, как тот повернулся к роботу.

— Проводи Александра в лабораторию-операционную для вживления ИИ-ПОМ и дальше по протоколу.

Сказав это, он повернулся и зашагал прочь.

— Вживление чего? — выпалил я, как только пришел в себя.

— ИИ-ПОМ — персональный виртуальный помощник с искусственным интеллектом, — объяснил робот. — Их внедряют всем кадетам нашей академии. И, конечно, флотская служба требует наличия ИИ-ПОМ у каждого матроса вне зависимости от специализации.

— Но он сказал: операционная. Это что значит? Меня собираются резать?

Робот усмехнулся.

— Ну что вы. К вам даже не прикоснутся в полном смысле этого слова. И даже раздеваться не придется.

Он повел меня вдоль широкого коридора с установленными с одной стороны обзорными иллюминаторами, с другой — ровной металлической стеной, вдоль которой периодически встречались двери. Как я и ожидал, они работали по принципу слайдера — когда открывались, попросту отъезжали внутрь стены.

Шли минут десять, на всём пути не встретили ни души. Когда оказались перед очередной дверью, робот приложил к ней кулак, и та отъехала, открывая просторную, светлую и абсолютно пустую каюту.

— Проходите, Александр, вас вызовут.

— Кто? — спросил я, прошмыгнув в комнату.

Вместо ответа мой провожатый закрыл дверь.

— Эй! Постой! — Я подскочил обратно к двери и заколотил по ней. Но та и не думала открываться. — Кто вызовет? Куда?

Оглядев комнату, я понял «куда». В дальней стене имелась ещё одна дверь-купе. Я подошел к ней и приложил кулак, на манер как делал робот. Ничего не случилось.

Тогда я попросту постучал по ней. Ответом была лишь тишина. Не имея других вариантов, я уселся на небольшой диванчик и принялся ждать. Бургер выбрался из приоткрытого рюкзака и как ни в чем не бывало расположился на коленях, замурлыкал. А ещё мой котейка начал издавать другие звуки:

— Мр-р-мя! Мр-р-мя! — Что значило: «Пора бы и покормить меня, дружище!».

Я и сам ощущал легкий голод. Последний раз ел утром тот самый кусочек ветчины. С того времени прошло часов семь. Но что я мог поделать? Еды с собой не было. Оставалось уповать, что голодными нас на этой станции не оставят.

Минут через пять ожидание наконец прервали. Дверь с тихим шипением скользнула в стену. Но это была та же самая дверь — входная.

Я тут же подскочил, полагая, что вернулся «мой» робот. Но на пороге стояли трое людей. Два вооруженных гвардейца, а между ними краснокожая девица. Игнорируя первых, я невольно вгляделся в неё.

Глава 4

Короткая фиолетовая прическа, похожая на каре, чуть трепыхалась, так как девушка старательно сдувала челку с глаз. Руками она это сделать не могла, так как держала их позади спины, и что-то подсказывало, что на запястьях девушки наручники.

Старания девушки возымели успех, и я увидел глаза: большие, голубые, с длинными черными ресницами, которыми она отчаянно заморгала, будто призывая спасти от назойливых хулиганов.

Хулиганами, вероятно, можно было счесть гвардейцев. Как и тот несчастный, из-за которого я загремел в эту академию, они облачались в желтую форму. Правда, желтой она была лишь отчасти. Тут и там стекали большие синие кляксы. Оба гвардейца скорчили страдальческий вид, затем грубо втолкнули девушку внутрь.

Один из них сказал что-то грозное, очевидно, на языке галаспи́ч.

— Посиди пока тут, мерзавка! — перевел мой переводчик, благо я успел тяпнуть по кнопке.

— Думаешь, безопасно оставлять её тут? — спросил второй гвардеец. Он то и дело косился на меня.

— Это новобранец. У него даже ИИ-ПОМа нет, не то что допуска к двери этого уровня. — Он показал на стену, куда соскользнула дверь. — К тому же мы ненадолго. Отмоемся, переоденемся и вернемся.

Они ушли, а дверь, будто поняв, о чём сказал один из них, поспешила закрыть проход в стене.

Я продолжал таращиться на девушку, которую столь бесцеремонно затолкали в мою обитель, и поймал себя на мысли, что внешность её завораживает, хоть и не походила она на мисс Вселенная.

Она тоже изучала меня. Пристальный взгляд прошелся по всему телу с головы до ног и обратно, прежде чем зафиксироваться на моем лице. Она заговорила на галаспи́че.

— Ты новый курсант? — продублировал для меня переводчик.

— Да, — ответил переводчик моей случайной собеседнице.

Лицо её и без того красное стало темно-багровым.

— Ты идиот! — набросилась она. — Ты тупица, раз решил служить этим гнидам!

Столь неожиданная нападка сначала смутила, затем возмутила.

— Можно подумать, у меня был выбор. Я вовсе не хочу служить кому-либо.

— Эм-м, — словно осознав ошибку, девушка смутилась. — Так ты здесь поневоле?

— Ну да. Год службы. А перед этим академия.

Лицо девушки менялось с каждой репликой. Сначала серьезное, потом гневное, после смущенное, теперь же теплилось улыбкой и, как мне показалось, надеждой.

— Асте́ра Скай. — Она протянула руку.

— Саня, — я протянул в ответ свою.

Ладонь девушки на ощупь казалась мягкой и теплой. Возникло острое желание узнать, каково было бы обнять её? Овладела шальная мысль: «Она же девушка с другой планеты. Вот бы переспать с ней! Это же просто крутотень! Димон от зависти лопнет!». Я стыдился подобных мыслей и попытался прогнать их, но безуспешно.

Между тем Асте́ра продолжала что-то говорить, а переводчик переводить:

— Слушай, Саня. Я… У меня есть важное дело, и похоже, что… — Тут её внимание привлек переводчик в моей руке. — Постой! Так ведь тебе и правда даже ещё ИИ-ПОМ не внедрили, да?

— Ну да. Вот жду. — Я показал на вторую дверь. Впрочем, сам я уже начал сомневаться, что та откроется.

— Черт. Значит, тебе предстоит этот гнусный допрос. — Теперь на лице девушки отразилось отчаяние. — А я уж подумала, что это знак.

— Какой ещё знак? О чём ты? — ничего не понял я.

— Ладно. Похоже, выбора-то у меня всё равно нет, — игнорируя мой вопрос, пробормотала она. — Придется рассказать тебе всю правду.

Она ещё пристальней вгляделась в меня, словно надеясь прочитать, насколько я гожусь для столь ценной информации. Сам я аж дыхание затаил, боясь спугнуть её желание открыться мне.

Но только Асте́ра открыла рот, как открылась и дверь. На пороге стояли двое в запачканных комбезах и с оружием. А позади ещё один, явно главный, важный, со сложенными за спиной руками. Он гневно выглядывал из-за тел вооруженных компаньонов.

— Ну вы и впрямь кретины. Оставили тут эту стерву! — недовольно прохрипел он. — Ну же! Тащите её в тюремный шаттл!

Лицо Асте́ры мгновенно исказилось испугом. Она глянула на меня. Тем временем двое грубо подхватили её за плечи и поволокли к выходу.

— Не верь цимберла…! — успела она выкрикнуть до того, как ей зажали рот.

Потрясенный, я впился глазами в закрывающуюся дверь. Передо мной все ещё виделся образ отчаявшейся девушки. Кто она, эта Асте́ра? Преступница или такая же несчастная, как и я, поневоле оказавшаяся на этой станции? И что ждет её?

О последнем я догадывался. Слова «тюремный шаттл», вероятно, означали, что её транспортируют в какую-то тюрьму или что-то вроде того. Но за какие грехи?

Наконец открылась и вторая дверь. За ней стоял робот. Эти существа стали уже вполне привычными, и все как один походили на того самого РБЧ. Видимо, человекоподобие во вселенной доминировало, пусть и сверхразвитые цимберлане больше походили на гипертрофированных черепах.

— Александр Котов, — произнес робот не как вопрос, а как констатацию. Говорил он на русском, так что переводчик молчал.

Я кивнул.

— А это что за существо? — робот показал на Бургера, который усердно терся о мои лодыжки.

— Мой питомец. Кот по имени Бургер. И, кстати говоря о нём…

— Питомец? — перебил робот. — Насколько мне известно, у кадетов не может быть питомцев.

— Но я прибыл сюда с ним. — Я пожал плечами, мол: «Что уж теперь поделать? Придется оставить».

— Проходите в операционную, — предложил робот, показывая на проход в следующий кабинет. — Ваше устройство для перевода можете оставить на столе.

Слово «операционная» изрядно напрягало, но я тешил себя мыслью, что супертехнологии цимберлан наверняка подразумевали процедуру безвредную и безболезненную.

— Ложитесь вон в ту кабинку, пожалуйста, — подсказал робот, показав на нечто похожее на барокамеру. — А я пока уточню, что делать с этим существом.

Пока Бургер продолжал призывно мяукать, робот наклонился, ухватился за пушистое тельце и оторвал от пола.

— Может, покормите заодно? — попросил я. — Желательно чем-нибудь мясным.

Вместо ответа робот клацнул по какой-то кнопке. Из динамика послышался голос. Разобрать слов я не мог, так как опять говорили на галаспи́че, а мое портативное устройство, как и было велено, осталось на столе операционной.

Я подошел к открытой кабинке. Внутри всё казалось довольно просторным. Лечь я не спешил, всё равно робот занят разговором. Так что просто уселся и ждал.

Беседа робота так или иначе достигла моих ушей, и, хотя на галаспи́че я пока не понимал, кое-что дошло.

Во-первых, робот и его неизвестный собеседник использовали слово «кот». Каждый раз, произнося его, робот бросал взгляд на моего Бургера. Казалось, что робот спрашивает о нем, пытается понять, как поступить.

Хуже, что проскользнуло ещё одно знакомое словечко: «гурши». Скоро я вспомнил его. Несколько часов назад триумвират на орбите родной Земли обвинял меня в убийстве, используя именно такой набор звуков.

Я напрягся. Робот уверял, что питомцы на борту запрещены. Значит, уточняет насчет него у руководства. Быть может, у ректора или другого босса. И теперь он говорит «гурши». Значит ли это, что они хотят пригуршить моего Бургера?

Возможно, нет. Я так любил своего питомца, что запросто мог накрутить себя. Вот только рисковать его жизнью точно нельзя. Я не знал, что предпринять. Устроить акт агрессии? Пожалуй, шансов немного, вооруженные люди тут явно имелись, вспомнить только конвой Асте́ры.

Умолять? Что ж. В крайнем случае готов и на такое, каким бы унизительным это ни казалось. Но для начала надо, чтобы котик оказался возле меня.

— Бургер, — шепнул я. — Бургер, Бургер.

Послышалась сверхкороткая возня, затем звук кошачьего приземления, топот очень быстрых ножек, и вот пушистый комочек в моих руках. Робот при этом затараторил что-то довольно резко и быстро, явно из-за улизнувшего кота.

Он закончил беседу и прошелся по операционной. Разумеется, Бургера он не увидел. Я же тем временем разлегся в кабинке и похлопал за пазухой под своей джинсовкой. Бургер без возражений нырнул туда и притих. Да, он любил спать у меня за пазухой, наверняка ощущал себя там в тотальной безопасности.

Робот прекратил тщетные попытки найти его и обратился ко мне:

— Хорошо, позже разберемся. Вы готовы?

— Да, — я мысленно взывал к Бургеру, чтобы тот прикусил губу и даже не мурлыкал. Удивительно, что тот поступил именно так. Вот ведь умный пройдоха!

Крышка кабинки едва слышно загудела и медленно закрылась. Стало тревожно. Я хотел было крикнуть на всякий случай, безопасна ли эта процедура и не будет ли больно. Но едва открыл рот, как услышал голос робота:

— Начинаем! — Что-то щелкнуло, возникло низкое гудение. Капсула завибрировала.

Острая боль пронзила все мыслимые и немыслимые части тела. Я замычал, превозмогая чудовищные спазмы. Сквозь гул в ушах услышал, как заверещал Бургер. Я думал, он взбесится и начнет скакать по всей камере, но вместо этого он размяк, хоть и продолжал истошно орать.

Я просунул к нему руку, чтобы погладить, успокоить. В этот момент гудение и дрожь капсулы усилились, а параллельно с ней по телу прокатилась новая волна боли. Так что моя ладонь так и не добралась до кота, и я сам задрожал под действием вибрации.

Зато Бургер почему-то смолк. Я искренне надеялся, что он просто вырубился от этой чудовищной боли.

«Перетерпеть!» — мысленно взывал я к себе. — «Терпи и ты, Бургер!»

Но больше терпеть не пришлось. Гул внезапно смолк, и кабинка прекратила свой дикий пляс. Дверца поползла вверх, освобождая выход.

— Какого дьявола?! — рявкнул я, резко вскакивая.

Я хотел было наехать на робота, не предупредившего о таких неприятных моментах. Тоже мне супертехнологии!

Но не успел я подняться на ноги, как на колени плюхнулось что-то жесткое и абсолютно неподвижное.

Я с непередаваемым ужасом осознал — это мой Бургер!

Глава 5

Бургер мёртв.

Я понял это, едва ощутил котика в своих руках. Он уже успел закостенеть. Вид маленького пушистого трупика ужасал: глаза выпучились, будто у заправского цимберланина, открытая пасть обнажала клыки, а хвост в момент пытки настолько встал дыбом, что прижался к спине.

Не в силах признать трагедию, я таращился на него, будто ожидал, что Бургер оживёт, встряхнется и замурлычет как прежде. Начнет тереться мордочкой. Ну и мяукнет своё «Мр-р-мя!». Ведь и правда, единственное родное мне существо на этой проклятой станции погибло, да ещё и на голодный желудок.

— Ты ответишь за это! — прошипел я злостно.

— Вы в порядке? — как ни в чем не бывало поинтересовался робот. — Приборы зафиксировали какую-то аномалию в процессе вживления наночипов.

— Ты убил его!

Я аккуратно положил тельце на кушетку кабинки и поднялся. Пальцы автоматически сжались, веки сощурились. Робот наконец тоже заметил то, что осталось от моего котика.

— Кот был с вами в кабинке? — озадачился он.

— И он умер! Ваша гнусная штуковина причинила столько боли, что он не выдержал!

— Невероятно! — Глаза робота вцепились в кошачий труп. — С вами был кот. Так вот, значит, почему приборы показали отклонения. Но…

— Какое ещё но? — взревел я. — Он убит! Да и сам я чудом уцелел! Вы же даже не предупредили, что это чертовски больно.

— Господин, — оправдывающимся тоном возразил робот. — По инструкции вам следовало находиться в кабинке одному.

— По инструкции? — закипел я. — По инструкции, о которой я ничего не знал?!

Ярость овладела мной, и я вцепился в шею робота. На ощупь он оказался не таким уж и жестким. Пластиковая поверхность охотно продавливалась под нажимом.

— Господин, прошу, не трогайте меня, — взмолился он. — Я не боевой робот и не могу оказать сопротивления, но если вы повредите меня, то будут неприятности.

Слова искусственного болвана имели смысл. «Я ведь и так тут как бы наказан», — пронеслось в голове. — «Если накосячу, получится рецидив. Тогда, наверно, и для меня понадобится тюремный шаттл». Так что, как бы горько ни было, я оторвал руки от убийцы моего кота.

— Кто-то должен ответить за то, что вы не предупреждаете о таких вещах, — прорычал я.

— Но разве это и так не очевидно? К тому же… Почему кот оказался у вас? Вы же видели, что я искал его.

— А что мне оставалось? Вы же собирались прикончить его! — Глаза мои заслезились, когда ещё раз обратились к неподвижному трупику. — И ведь добились своего.

— Не понимаю вас, господин.

— Вы же говорили то слово: «гурши». Оно означает «убить», так ведь?

— Не факт! — раздалось в моей голове, и я чуть не подпрыгнул от неожиданности и удивления.

Тут же перед глазами возникло серое облачко. Ладони автоматически прильнули к лицу и принялись протирать веки.

Что ещё за дефект зрения? Неужели всё — пора к окулисту?

Но облачко не исчезло, зато быстро трансформировалось в образ кота. И не просто кота, а конкретно Бургера. Только был он как бы полупрозрачный и чуть размытый, с мультяшными че́ртами.

— Какого дьявола? Что со мной?

— Спокойно, — утешил робот. — Если перед вами явился образ вашего друга или близкого родственника, то это хорошая новость.

— А если это образ покойника? — Я покосился на труп Бургера. Мультяшный полупрозрачный Бургер при этом нахмурился.

Робот проследил мой взгляд.

— Ваш ИИ-ПОМ в образе кота? Что ж, если вы были близки, то это вполне нормально.

— ИИ-ПОМ? Это ИИ-ПОМ?

— Верно, — кивнул робот. — Помощник с искусственным интеллектом имеет образ, голос и даже характер, но лишь слегка. Так, чтобы не мешать вашей деятельности, но чуть разнообразить взаимодействие.

Я изумленно косился на маячившего перед глазами кота. Тот смотрел в ответ и, казалось, насмехался.

— Что он сказал вам? — поинтересовался робот.

— Не факт, — тупо повторил я фразу ИИ-ПОМа.

— Да! — согласно закивал призрачный кот. При разговоре пасть его сгибалась на манер человеческого рта. Это казалось невероятным. — Не факт, что услышанное тобой слово означает «убить».

— Вообще-то я уже слышал его, — возразил я, ощущая себя идиотом, разговаривающего с вымышленным другом.

— Но ведь в галаспиче есть похожее слово — «горши», — не унимался прозрачный Бургер. — Его значение совсем другое — «изолировать с целью изучения».

— Эм-м… Прям такое значение?

— Да. — Кот заверительно закивал.

Окончательно смутившись, я посмотрел на робота, который с интересом наблюдал за мной. У меня было стойкое ощущение, что он видит моего странного собеседника.

— А мы можем как-то без слов общаться? Чтобы нас не могли подслушать.

— Ваш ИИ-ПОМ видим и слышим только для вас, ведь он внедрен в ваше тело, в первую очередь в мозг. Но передавать ему инструкции можно только вербальным методом.

— То есть, если я захочу спросить что-то, то прохожие будут коситься на меня как на психопата с раздвоением личности?

— Александр, — мягко, отеческим тоном ответил робот. — Такие ИИ-ПОМы установлены у множества подданных галактической республики. А у матросов они попросту обязательны. Никто и не подумает дурно посмотреть на вас. Но если опасаетесь, что подслушивают, то можете давать инструкции шепотом.

— Ну… Это уже что-то.

— Ага, — шепнул прозрачный кот. — И если что, я тоже могу тихо болтать.

— Итак, ваш ИИ-ПОМ функционирует? — спросил робот. — Если так, то это прекрасная новость. Значит, аномалия не повлияла на внедрение ИИ.

Я вновь покосился на Бургера. Не на виртуального, а на того, что продолжал неподвижно лежать на мягкой скамейке.

— Ваш кот. Понимаю, он был вам очень дорог, — кивнул робот. — Мне правда жаль, что такое случилось.

— Жаль ему, — огрызнулся я. — Скажи лучше, где можно похоронить?

— Боюсь, на Галактикуме нет мест, подходящих и разрешенных для погребения органических останков, — робот развел руки. — Но могу предложить заморозку.

— Заморозку? — удивился я. — И зачем? Ладно бы кремацию.

— Александр, я вовсе не предлагаю похоронить его таким образом. Заморозка лишь сохранит тело до момента, когда вы сможете вернуться на Землю и совершить обряд, соответствующий вашей культуре и традициям.

— А-а-а, — протянул я и кивнул. — Ну… Наверное, подходящий вариант.

Ненависть к роботу начала угасать, несмотря на столь тяжелую потерю для меня и душевный разлом. В конце концов я и правда не был уверен, что то слово звучало как «гурши». Могло быть и «горши». Уточнять не стал. Бургера уже не вернуть, а тот факт, что его образ возник в моем ИИ-ПОМе, хоть и слабо, но утешал.

— Помните, что образ можно сменить, — подсказал робот. — Просто дайте ему такую инструкцию, и он станет кем-то другим.

— Зачем бы?

— Иногда образ приедается, а в вашем случае он болезненное напоминание об утрате, — объяснил тот. — А ещё это иногда помогает, если ИИ-ПОМ подглючивает. Да, такое тоже бывает, хоть и крайне редко.

— Вряд ли я пойду на такой шаг.

— Хотя бы имейте в виду. А вообще это всё. Можете идти в казармы временного размещения рекрутов.

— Эм-м. А это где?

— Я знаю! Я знаю! Меня спроси! — закричал Бургер перед глазами. Он даже замахал передними лапами и чуть подпрыгивал, словно старался привлечь внимание. Тут он явно перестарался.

— Ну ладно, этот ваш ИИ-ПОМ проводит, — успел я вставить роботу, до того как тот ответил мне.

Робот открыл двери, прикладывая кулак. Сначала выход из лаборатории, потом ту, что выводила в коридор.

— Прокладываю маршрут, — улыбнулся виртуальный Бургер.

Перед глазами прямо по коридору возникла красная широкая стрелка. Сообразив, что это и есть моя навигация, я зашагал по ней. В этот раз прошло минут сорок, прежде чем я добрался до нужной двери.

— Кстати, был и более быстрый путь, — заметил ИИ-ПОМ.

— Что? Тогда зачем ты повел меня не по нему?

— Прости, чувак. Не сообразил. — Кот пожал плечами.

Дверь, стоящая передо мной, сама собой не открывалась, на что я мысленно рассчитывал. Вокруг не было ни души, но я из опасений показаться несмышленым зашептал:

— Как открыть-то?

— Эм-м… — задумался ИИ-ПОМ. — Попробуй приложить кулак к двери.

Я подчинился, но всё равно ничего не случилось.

— Похоже, это в моем ведомстве, — будто опомнившись, продолжил кот. — Попробуй ещё раз.

Раздражённый, я снова сложил пальцы и приставил к пластиковой раздвижной двери.

— Активирую открытие замка, — с важностью прокомментировал кот. — Есть доступ.

Дверь негромко зашипела и отъехала в стенку.

— Круто, да? — ухмыльнулся кот.

Я шагнул в кишащую людьми комнату. Хотя термин «комната» подходил ей с большой натяжкой. Скорее, это был спортзал, причем очень вытянутый, как если бы был рассчитан на длинные прямые забеги.

— Ты всегда так долго соображаешь? — пробормотал я, надеясь, что никто не обратит внимания. — Я думал, ИИ-ПОМы работают шустро и четко.

Послышался ответ, но не от кота. На меня смотрел парнишка примерно моих лет. Кудрявый блондинчик, облаченный в штаны и водолазку с неимоверным количеством карманов. Он наблюдал за мной с довольно серьезным видом.

Я с досадой осознал, что забыл захватить переводное устройство в лаборатории. Но тут на выручку пришел кот:

— Так и есть, — перевел он говорившего. — ИИ-ПОМы должны работать конкретно, безупречно и абсолютно компетентно.

Я нахмурился, а парень не унимался и продолжал:

— Подтупливает, да? — осведомился он. — Папа рассказывал, что такое бывает. Попробуй сменить образ, говорят, поможет.

— Угу, — кивнул я. — Попробую.

Парнишка протянул открытую ладонь.

— Эктон Фэйр. Я зайнарец.

После секундной паузы я решил, что отказывать в рукопожатии было бы невежливо, и сунул в его ладонь свою. Тот пожал её неожиданно крепко. Я невольно зауважал навязчивого собеседника.

— Саня Котов, — представился я. — Землянин.

— Я вижу, ты новенький, Саша Котов, — с едва заметной ноткой превосходства произнес Эктон. — А я, наоборот, хорошо знаю эту станцию. Так что, если есть вопросы — валяй.

Кот старательно переводил слова зайнарца, причем ничуть не хуже того устройства. Так же быстро и почти сразу вслед за его речью. Несомненно, ИИ-ПОМ Эктона доносил ему смысл моих слов.

— Кстати, — продолжил он. — Общаться через ИИ-ПОМ не очень-то удобно. Так что тебе бы поскорее выучить галаспич.

— Так и сделаю, — пообещал я. — Где тут поблизости раздают галаспич-русские словарики?

Эктон оценил шутку, и кудрявое лицо озарилось широкой улыбкой.

— Всё, что надо, у тебя есть, — сказал он. — ИИ-ПОМ обучит тебя. Но позволь небольшой совет.

— Валяй, — согласился я, решив, что парнишка не безнадежен, раз ПРЕДЛАГАЕТ совет, а не сразу втюхивает его.

Есть два способа изучать языки через ИИ-ПОМы: легкий и, скажем так, чуть сложнее. Советую использовать оба.

Я недоумевающе таращился на Эктона.

— Сейчас поймешь, — заверил он. — Легкий обучит тебя за ночь. И даже делать ничего не придется. Включаешь программу, ложишься спать, а утром уже болтаешь, будто с детства обучен.

— И этого недостаточно?

— Слова, которые не будешь использовать достаточно часто, быстро забудутся. В нужный момент это подведет тебя. Потому и нужно проштудировать вторым вариантом. Потребует дополнительной пары недель, причем не во сне, зато овладеешь языком навсегда и как следует.

Я кивнул, соглашаясь, что логика в его словах безупречна.

— Ты уже решил, какую группу выберешь? — снова огорошил Эктон и, не дожидаясь, пока я вылуплюсь на него, как несмышлёныш, продолжил. — На станции их четыре, каждый разделён по цветам.

— А-а-а. Вот почему она разукрашена! Это что-то вроде факультетов?

— Нет. Ошибка новичков. Думают, что это разделение по направлениям: пилотирование, техобслуживание и боевики. Но ведь факультетов-то по факту четыре. Точнее, было четыре, когда учился мой отец.

— Если это не факультеты, то в чем различие?

— В цвете, — усмехнулся Эктон. — Ну и в том, что это три разные группы, конечно.

До меня наконец дошло. Вместо привычных для нас, землян, литер «А», «Б», «В» и так далее, пришельцы разделили классы по цветам. Получалась красная группа первого курса, красная второго, красная третьего и точно так же по остальным расцветкам.

— Нет, не определился, — удосужился я ответить.

— Никто не определился, — снова усмехнулся Эктон. — Списки формируются системой автоматически.

Я засомневался, точно ли Эктон, что называется, «нормальный чувак». Сам спрашивает, а потом оказывается, что ответа не существует. Подкол или проверка на вшивость? Возможно. Но ведь видит же он, что я новенький, едва ориентируюсь.

— Просто обычно на такой вопрос есть известный прикол, — продолжил Эктон. — Звучит так: «Определился с группой?» Ага! В серую пойду! — Он засмеялся, пока я таращился на него, решительно не понимая, чего тут смешного.

Увидев, что я не въехал в его «прикол», он отмахнулся.

— Ладно, поймешь со временем. Мне когда батя первый раз рассказал эту шутку, я тоже не сообразил. А вообще серая зона закрылась, когда он закончил второй курс. Вот был сюрприз, когда он вернулся с каникул, а часть «Галактикума» сняли и отправили на завод.

— А что там случилось? Поломка какая-то? — поинтересовался я.

— Говорят, теракт. Но что именно… — Эктон многозначительно развел руки по сторонам.

— Пф-ф-ф! — донеслось позади меня. Мой виртуальный кот именно так и перевел это фырканье.

Эктон уставился на кого-то за моей спиной и нахмурился. Я же развернулся. Ещё один молодой курсант. Этот, в отличие от Эктона, выглядел не просто с долей превосходства, а с откровенным и тотальным доминированием.

Лысая голова рекрута придавала агрессию. Одна из бровей задралась кверху, когда он разглядывал нас. Тонкие губы изогнулись.

— Охо-хо-хо. Не нравится мне этот тип, — настороженно пробормотал виртуальный Бургер. Шерсть на нем слегка вспучилась, как бывает у котов, готовящихся к неминуемой драке.

Глава 6

Мне очень хотелось уточнить, что именно подозрительно в этом кадете. Но не стал, ведь спрашивать пришлось бы вслух.

Тем временем лысый продолжил:

— Говорят, теракт, — передразнил он Эктона и уставился на него как на недоразвитого.

— А что не так? — Эктон прозвучал вполне вежливо, но я заметил, что далось ему это с трудом. Общались они на одном языке — галаспиче.

— А то, что сегодня чуть не случился второй такой теракт. А вы, сопляки, и знать не знаете, жуете сопли двадцатилетней давности.

— Что? Сегодня готовился ещё один теракт? — изумился Эктон.

— Ага. — Лысый надменно сложил руки на груди. — Но сучку поймали и отправили судить.

— Астера Скай? — вырвалось из меня.

— О-о! Да я гляжу, этот зеленый доисторический землянин и то больше осведомлен, — не без ехидства заметил лысый.

Эктон при этих словах заметно побледнел. Очевидно, предпочитал казаться более информированным о делах на станции, чем прочие кадеты. Подкол лысого попал в точку.

— Эту красножопую суку схватили в серой зоне. Возилась там с компьютером, — продолжил лысый. — Она явно затевала какую-то диверсию. В её ИИ-ПОМе нашли немало дешифраторов.

Слова его мне не нравились. А всё потому, что нравилась мне та, кого он назвал красножопой сукой.

— Слышь, может, Астера и затевала что-то опасное, но кто дал тебе право оскорблять её?

— Лучше не спорь с ним, — шепнул Эктон. — Это Трэши Дро, и у него тут связи дай боже. Хлопот не оберешься.

Лысый, очевидно, услышал его тревожный шепот и заржал. Меня же такое предостережение лишь раззадорило. Я презирал блатных, которые всегда и везде пробивали свой путь через связи, а не личные заслуги.

— К тому же она хотя бы не такая уродка, как ты, Трэши Дро! — с вызовом бросил я.

Трэши тут же посерел, брови парня сдвинулись, губы образовали невеселую дугу.

— Ты слышал меня? — снова шепнул Эктон.

— И у неё хватило духу на этот пусть и незаконный, но смелый шаг, — не унимался я. — А ты только и способен, что высмеивать её за глаза.

— А ты чем лучше? — спросил другой парнишка, появившись возле лысого. — Ты тоже наезжаешь и пытаешься высмеять его, — рука парня дружески опустилась на плечи Трэши. — Только знаешь что? Коряво у тебя получается.

— Зато не за глаза, будто трус, — усмехнулся я.

— Да отстань ты от него, серьезно, — настойчиво шептал Эктон.

— Типа смелый такой, да? — скривил рот ещё один курсант, весьма высокий и до безобразия упитанный. — А не боишься ответить за смелость?

— Конечно. Отвечу, если придется. Да и что мне стоит подраться с парой-тройкой трусов, которые испугались меня, новичка? Но вы лучше перестрахуйтесь как следует и позовите еще пару приятелей, так… для окончательной храбрости.

— Я тебя один уделаю! — рявкнул Трэши и дернулся ко мне.

Приятель, что положил руку на плечо Трэши, попытался удержать его:

— Постой. Не слушай его, лучше вместе проучим выскочку.

— Я четыре года джадаидой занимался, — огрызнулся тот. — Уделаю его. Просто смотри, что будет.

Он встал в стойку наподобие как в восточных единоборствах. Очевидно, джадаида — это вроде их карате или китайского бокса. Я тоже выставил руки перед собой и расставил ноги, чтобы стало удобнее перемещать вес между ногами.

Ну вот. Сейчас узнаем, чьё кунг-фу сильнее: землян или откуда там этот Трэши?

Вокруг нас уже сгруппировался солидный круг других рекрутов. Послышался возбужденный гул. И хотя мой ИИ-ПОМ не переводил их, догадаться, о чем те трещат, было несложно.

— Так и знал, — успел поделиться мнением виртуальный Бургер, перед тем как Трэши наконец начал «проучать» меня.

Замах кулака обещал принять довольно мощный удар. Вот только сам замах — большой минус. Я всегда считал, что в драке мощные удары надо приберечь до момента, когда противник подустанет.

Резкий свист ветра, и кулак Трэши попадает в воздух в десяти сантиметрах от моего лица. Зато я заряжаю короткий удар в живот. Он не загибается и не задыхается, но вынужден отступить. Лицо его корчится от боли и злости.

— Паскуда!

Он снова замахивается. Ничему его жизнь не учит! Кабы не блат, то ой как несладко пришлось бы в жизни.

Отступаю на шаг и перехватываю удар ладонью. Пользуясь инерцией, увожу руку Трэши в сторону. Тело его уходит следом, он запинается и… лишь короткая неуклюжая перебежка позволяет не брякнуться о металлический пол.

— Сука! — истерит он. — Урою!

Из-за неудачных выпадов он окончательно теряет контроль над собой. Бросается на меня, будто буйвол. Но вместо того, чтобы сбить, напарывается на встречный удар, да ещё и с ноги.

— Давай, Трэши! Задай ему трепку! — переводит ИИ-ПОМ один из выкриков его команды поддержки.

Но тому еще сначала подняться надо. Он встает и вытирает окровавленное лицо. Да, последняя попытка стоила ему недешево. Я оглядываюсь, хочу найти среди толпы Эктона. Понять: он всё ещё считает, что с этим заморышем опасно связываться? Похоже, что так. Лицо зайнарца мрачнее тучи.

— Ну же, Трэши! — подбадривают моего соперника из толпы.

Тот пошатывается, делает шаг ко мне. Похоже, что поумнел чуток. Не ломится в атаку, как баран. Что ж, значит, настала пора действовать мне.

Встречный шаг. Удар без замаха. Трэши хватается за ухо, куда залетели и отскочили костяшки моего кулака. Такой удар не опрокинет, зато боли причинит немало, и ссадина останется.

— Дерешься, как цефей! — слышу выкрик.

Ха! Я даже не знаю, кто или что это такое! Вообще не обидно!

Наношу новый быстрый удар. Второе ухо. Трэши явно побаивается, жмется. Что ж, значит, можно и прибавить. Ещё удар, но теперь с замахом средней длины. Трэши загибается, хватается за грудь, куда я зарядил ему с правой.

Снова замахиваюсь, теперь уже по полной. Сейчас он выпрямится и…

— Саня! — окрик Эктона и сразу мощный удар в затылок.

Я падаю. Резкий кувырок — вскакиваю. И сразу получаю новый удар в лицо.

— Гематома обеспечена, — слышу неутешительный диагноз кота.

Попытка встать безуспешна.

— Так-с. Теперь и на животе, — подмечает он.

Ноги нескольких накинулись на меня, и остается лишь одно — сжаться в позу эмбриона, дабы сократить боль и защитить самые важные места. Но краем глаза замечаю, что ещё одно тело валяется возле меня — Эктон. И по нему тоже дубасят ботинки противников.

Он что, вступил в драку?

— Ого! Эктон на нашей стороне, — подтверждает догадку кот.

Длинный низкий гудок прекращает, казалось бы, бесконечную экзекуцию. Кадеты возбужденно переговариваются, явно обсуждая потасовку, но при этом удаляются. Минуты через три нас окружает тишина.

— Фууух, ужин. Они все ушли на ужин, — услышал я перевод слабого бормотания Эктона.

Не вставая, я повернулся в его сторону. Тот тоже лежал. Лицо в крови, под глазами припухлости, дыхание тяжелое.

— Ты чего впрягся? — выпалил я между собственными глубокими отдышками.

— Как чего? Тебя дубасили четверо.

— А тебе-то что? Ты честно предупредил меня, пытался отговорить.

— Неважно. Я ведь, знаешь ли, за справедливость.

— Пф-ф, — усмехнулся я. Такое заявление показалось весьма наивным и детским.

Мы продолжали лежать какое-то время, пытаясь чуть унять дыхание и боль.

— Так, значит, отец у тебя тут учился, да? — спросил я после недолгого молчания. — Ты, значит, тоже блатной?

— Не то чтобы. Знаю пару преподов и…

— Терпеть не могу блатных!

Брови на изрядно помятой физиономии Эктона приподнялись.

— Но ты вроде ничего, — я выдал смешок и болезненно застонал. Бок и без того болел.

Секунду спустя тот тоже попытался рассмеяться и точно также заохал, хватаясь за ребра. Не вставая с пола, я протянул ему руку. Тот пожал её, но по понятным причинам не так крепко, как в первый раз.

— Спасибо, дружище, — сказал я своему первому другу в космической академии.

Глава 7

Хоть и с опозданием, мы с Эктоном тоже успели на ужин. Чтобы добраться до столовой, пришлось ехать на минипоезде.

— Офигеть! Тут ещё и поезд! — восхищенно выпалил я, когда Эктон привел меня к небольшой платформе.

Безрельсовый, на воздушной подушке, поезд вынырнул из туннеля со скоростью урагана и затормозил перед нами. Состоял он всего из трех вагонов, каждый размером с трамвай.

— Кстати, это тот путь, о котором я говорил, — бодро доложил ИИ-ПОМ. — На поезде добрались бы на 20 минут раньше.

— Неважно уже, — буркнул я.

— Что? — не понял Эктон, решив, очевидно, что я обращался к нему.

Ну вот! Знал же, что из-за этой внедренной в меня штуки будут возникать такие вот конфузы. Но не успел я объяснить другу, как тот и сам смекнул.

— Ты с ИИ-ПОМом так общаешься?

— А как ещё? Хотел бы я мысли передавать, — пожал я плечами.

— Мысли передавать нельзя, — кивнул Эктон. — Но обычно, когда мы в компании, ИИ-ПОМов инструктируем шепотом. Так всем становится ясно, что это для ПОМа.

— А если я тебе что-нибудь шепнуть захочу? — хмыкнул я.

— В такой ситуации станет понятно из контекста, — усмехнулся он в ответ.

Перед тем как поесть, мы наскоро умылись. Затем получили свою порцию еды и уселись за свободный стол. Почти все, кто ещё оставался в столовой, таращились на нас.

Ещё бы. Многие видели наш, так сказать, «поединок». Другим, вероятно, уже рассказали во всех подробностях. Да и наши покалеченные лица привлекали взгляды.

Такое внимание раздражало, и я бросал в ответ взгляды, полные неприязни. В конце концов, я почти весь день голодный, а из-за этих ротозеев и поесть спокойно не мог.

— Расслабься, — порекомендовал Эктон. — Скоро им будет не до нас.

— Почему это? Тут что, такие драки не редкость?

— Редкость. Но сегодня распределение, — пояснил Эктон. — Ты из последней партии рекрутов, так что сегодня мы войдем в составы групп.

— Шляпу надевать будут? — Мысль так повеселила, что еда, внешне похожая на крупную макаронину, вывалилась изо рта.

— Зачем шляпу? — ожидаемо не понял Эктон.

— Это так, наш земной прикол, — отмахнулся я.

Эктон не ошибся. Едва мы покончили с трапезой, как мой виртуальный Бургер отрапортовал:

— Охо-хо! Кажется, случилось распределение по группам.

«Только не Слизерин, только не Слизерин», — мысленно взмолился я, подразумевая, что не хотел бы оказаться в одной группе с приблатненным Трэши.

— У меня красная, — сообщил меж тем Эктон.

— А у меня? — шепнул я.

— Ой! Сорян, дружище! — опомнился Бургер. — Твоя, ну-ка посмотрим… О! И твоя красная!

Я облегчённо выдохнул. Даже если утырку по имени Трэши тоже «посчастливилось» оказаться в красной, по крайней мере у меня будет Эктон-поддержка.

Как и я, мой друг обрадовался.

— Думаю, мы можем занять одну каюту. Они, знаешь ли, двухместные. Их много, так что можно и по одному заселяться. Но вдвоем-то веселей.

Мы с Эктоном поспешили к платформе поезда. Тот не заставил себя долго ждать, затормозил, увидев нас, и открыл дверцы-купе.

Пока ехали, я пялился в окно, которого по сути не было. Просто зияющие проемы — хоть руки суй, и даже вылезти можно, если жизнь не мила. Зато у стенки, вдоль которой мы мчались, стояли иллюминаторы. Я прикинул и сообразил, что поезд курсирует вдоль внутренней стороны кольца Галактикума.

— Нам в красные казармы, — сказал Эктон. Я уже знал, что говорит он это не мне и не своему ПОМу.

Сказал он это поезду, который, так же как и многое другое на станции, оснащался ИИ и знал, когда нужно остановиться и подобрать пассажиров. Слушал, что те говорят, и понимал, куда те желают добраться. Он даже мог подсказать, как дойти или доехать до определенного места, взаимодействуя через наши ИИ-ПОМы.

— А сколько тут поездов? — вслух задумался я. — Вроде воздушная дорожка только одна. Но ходят эти штуки в обе стороны.

— Поезд один, — ответил Эктон. — Доезжая до серой зоны, он разворачивается. Так и циркулирует.

— По кругу было бы удобнее.

— Папа говорил, что до теракта так и было, — кивнул Эктон. — Но ты наверняка видел: в серой зоне отсоединили одну из секций. Она сейчас на заводе, пытаются починить. А кроме неё и остальные нуждаются в ремонте. Уже двадцать лет такая беда, и кто знает, сколько ещё провозятся.

— Странно. Мне так нахваливали эти цимберланские технологии. Они ведь и правда строят и конструируют чуть ли не со скоростью света. А тут уже двадцать лет кривляются. Что-то тут нечисто.

Эктон пожал плечами.

— Ну, вероятно, есть какая-то загвоздка.

Поезд остановился на нужной платформе, и мы выбрались. Оказалось, что станция «Галактикум» — многоуровневая. Эктон провел меня к широкому лифту, и мы спустились на этаж ниже, который все называли «спальным», так как в нем располагались каюты курсантов, преподавателей и обслуживающего персонала.

— Свободных кают полно, — заверил Эктон, ведя по коридору, который пересекался с другими и в какой-то момент начал напоминать лабиринт. — Раньше кадетов было больше, но после теракта добровольцев сильно поубавилось. — Он скорчил горделивую улыбку. — Но я один из них! Иду по стопам отца. Он сейчас, знаешь ли, пилот республиканского флота. Служит штурманом на большом крейсере.

— Угу, бороздит просторы вселенной, — хмыкнул я.

Эктон, разумеется, не мог понять земной шутки, и глаза его напыщенно засверкали.

— Так и есть!

Эктон остановился у одной из дверей, приложил кулак, и та открылась.

— Эта свободна. Можем занять.

Мы прошли внутрь. Каюта напоминала простую общажную комнату: две койки с тумбочками, платяной шкаф и один общий столик. На дальней стене небольшой иллюминатор.

— И всё? Мы просто займем эту комнату? — удивился я. — Тут хоть комендант есть?

— Комендант? — Эктон прыснул. — Зачем какой-то комендант, когда есть электронные мозги? Всем заправляет ИИ.

Так и случилось. Мой ПОМ снова дал о себе знать:

— Зарегистрировать комнату на твоё имя?

— Да, — шепнул я.

— Сделано, — кивнул котик. — Какую кровать выберешь?... А впрочем, не важно. Твоя та, что справа.

Я глянул на Эктона. Тот уже расселся на левой койке, так что мне и впрямь оставалось лишь принять вторую, правую. Я не возражал и растянулся на ней. Вспомнилось, как жутко хотелось спать с самого утра. Потом события завертелись, и адреналин держал пульс на максималках. Сейчас усталость нахлынула с утроенной силой.

— Фууух. Я спать, — пролепетал я.

— Эй, только не забудь включить программу обучения галаспичу, — напомнил Эктон.

— Слышал, да? — шепнул я Бургеру.

— Программа обучения включена, — кивнул тот. — Спокойных снов.

Я вырубился, даже не раздевшись, и спал крепко, хотя сны отнюдь не порадовали. Я заново пережил проклятую не открывающуюся дверь, которая во сне обзавелась собственным ИИ-ПОМом. Снова убивал гвардейца в желтой форме. Тот постоянно воскресал, набрасывался, и мне приходилось убивать его по новой. Снова оказался на странном суде триумвирата цимберланцев, которые то и дело спорили, какое слово лучше применить: «гурши» или «горши»? И, наконец, я опять дрался с Трэши. Но во сне он оказался крутым бойцом и вырубал меня с одного удара. При этом лысый подонок постоянно приговаривал: «Это тебе за то, что любишь Астеру-террористку, имбецил ходячий!».

Именно на этих словах я открыл глаза, проморгался и увидел виртуального Бургера, который вылизывался, как самый обычный земной кот. Эктон уже бодрствовал и смотрелся в высокое зеркало, непонятно откуда взявшееся в стене. Судя по всему, он разглядывал вчерашние ссадины.

— Надо бы подлечиться, всё равно делать нечего, — пробормотал он и приложил кулак к зеркалу. Оно тут же исчезло, будто всосавшись в глухую стену.

Я поймал себя на мысли, что Бургер ничего не переводит, но я отлично понял слова друга. Вот это я понимаю — система образования. Поспал ночку и выучил новый язык. Эх, Леонов, чуть-чуть ты не дожил до научного метода с записью на корочку.

— Нечего делать? — удивился я на галаспиче и поднялся с койки. — А как же учеба? Ты сказал, что я последняя партия рекрутов.

— Скоро, но не сейчас. Пара дней ещё имеется. — Он снова нащупал мягкую синеватую выпуклость под глазом. — М-да, капелька инджизы не помешала бы.

Прозвучал утренний зов в столовую, и я, влекомый прекрасным аппетитом, хотел уже помчаться к платформе. Но Эктон притормозил меня.

— Теперь мы принадлежим к красной группе, пусть даже формально и не приняты в академию. Нам следует переодеться. — Он показал на платяной шкаф.

Тот, как оказалось, открывался так же, как и двери: прикладываешь кулак, и ИИ-ПОМ активирует замок. Внутри мы нашли два комплекта из черно-красных комбинезонов, ботинок и перчаток. Это выглядело гораздо лучше, чем клоунский наряд гвардейцев, и я без возражений влез в обновку.

Мы дошли до платформы, а далее на поезде доехали до столовой, которая, как оказалось, находилась в синей зоне, но предназначалась для всех групп.

— В красной и зеленой тоже есть, — объяснил Эктон. — Но с тех пор как кадетов стало слишком мало, решили вот таким вот образом оптимизировать.

— Да и не важно, — рассеянно отозвался я. Меня беспокоило другое, и я торопливо рыскал глазами среди прочих пришедших завтракать. — Ага… Вот он! Синенький. — Я показал Эктону на лысого кадета — Трэши Дро. Тот щеголял в черно-синем комбезе.

— Я рад, что мы в разных группах, — повторил Эктон мою собственную мысль.

— Слушай, Эктон, а раз нам все равно нечего делать, то… Как насчет поквитаться с нашим приятелем Трэши? — предложил я, пока мы уплетали завтрак. В этот раз он походил на какое-то непонятное, но вполне вкусное и сытное пюре.

— Ты спятил? — друг покрутил пальцем у виска. — Тебе вчерашнего не хватило?

— Вчера он был не один, в общей комнате, пока нас ещё не распределили. Сейчас его реально подловить одного. Уверен, я снова смогу спровоцировать Трэши на поединок. Тут-то он и ответит за свою дерзость, ну и поймет, что блат решает не всё.

— А потом нас ждут неприятности, вплоть до отчисления.

Я хотел было горько усмехнуться и сказать, что рад бы отчислиться. Я же невольный кадет. Но вот только какая альтернатива? Наивно полагать, что в итоге меня отправят на родную Землю. Скорее тогда я повстречаюсь с террористкой Астерой, где бы она ни была. И очевидно, что она в местах не столь отдаленных.

Но всё же мысль пообщаться с наглым лысым парнишкой не выходила из головы. Хотелось не только проучить его, но ещё и выпытать, что он знает о том теракте, который готовила Астера. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: на станции «Галактикум» творятся странные вещи.

Эктон мало что знал о краснокожей девушке.

— Не знаю, что именно она пыталась устроить, — сказал он. — Но главное — она преступница. С такими лучше не связываться.

Я уже догадывался, что представляет из себя мой новый друг. Его заверения вполне правдивы. Он ярый сторонник правил и если уж ввяжется в какую-то переделку, то только от безвыходной ситуации или во имя справедливости.

Надежда, что он поможет, растаяла. Пришлось действовать в одиночку. Когда мы вернулись в каюту, я сослался, что надо забрать портативный переводчик. Я ведь действительно позабыл его в лаборатории-операционной.

Как выбрался из каюты, потопал по коридору в сторону станции. Для начала пришлось повторить поездку к столовой. Но куда идти дальше?

— Бургер, — позвал я шепотом. — Куда мне теперь?

Я хотел было хлопнуть себя по лбу. ИИ-ПОМ наверняка и понятия не имеет, что я обращаюсь к нему таким именем. Но тот смекнул и отозвался:

— А куда нам надо?

— Я ищу казармы синих.

— Прокладываю маршрут, дружище. Просто следуй за стрелкой.

Как и в нашей красной зоне, мне пришлось спуститься на лифте, прежде чем обнаружить похожий лабиринт коридоров и множества кают. Кадетов и вообще людей встречалось немного. Я подозревал, что все предпочитают отсиживаться в своих покоях.

— М-да. Если этот мерзавец тоже домоседничает, то вряд ли я его повстречаю, — пробормотал я и тут же увидел бредущего в мою сторону одинокого Трэши.

Признаться, я уже счёл затею провальной и настраивался вернуться без сведений об Астере и мести за вчерашние побои. Столь неожиданная встреча, да ещё и без свидетелей — настоящий подарок!

— Ты? — На секунду в глазах Трэши мелькнул страх, но почти тут же он сменился злостью. — Пришёл за добавкой? — Следом он зашептал нечто похожее на проклятия и угрозы.

— Ну почему же добавкой? — нашел я чем огрызнуться. — Наоборот, хочу вернуть сдачу за вчерашнее.

Глава 8

Я резво преодолел пять метров, что разделяли нас. Вот он, момент, чтобы врезать как следует, поквитаться за нечестный поединок. Но вместо этого я приобнял его. Не нежно, конечно, а крепко обхватив локтем шею.

— Руки убрал, чудище земное! — Он напрягся, резко дернулся и таки высвободился из моего захвата.

Нет, что ни говори, но Трэши отнюдь не слабак. Дрался не бог весть как, но сила имелась. Напряженный и набыченный, он смотрел на меня исподлобья, готовый вступить в схватку.

— Я бы мог уделать тебя прямо здесь, — констатировал я, складывая руки на груди. — Ты один, без Крэбба и Гойла.

Я рассмеялся, а он таращился на меня. Конечно, эта шутка ему непонятна, зато мне ассоциация показалась очевидной и крайне остроумной.

— Ты чего вообще по синей зоне шарахаешься? — решил он перейти в словесное наступление. — До обеда ещё далеко. А уж в казармах чужих и вовсе делать нечего.

— Да друг у меня тут один обитает, — сказал я. — Побеседовать с ним хочу о девчонках. Точнее, об одной девчонке.

— И кто этот твой друг? — Во взгляде Трэши мелькнуло недоверие.

— Так ведь ты! — Я опять хохотнул. Определённо, сегодня я достоин выступления в «Камеди Клаб».

— Что за чушь? Не о чем и не о ком мне с тобой болтать!

— А как же Астера?

Он замер на секунду, потом осклабился.

— Да ты влюбился в неё, землянин?

Я промолчал. Конечно, ни о какой влюбленности речи не было. Зацепила чем-то? Пожалуй. Но влюбленность — это другое. Я бы тогда сразу пошел крушить всё на своем пути, лишь бы спасти её из коварных лап правосудия.

Но пусть думает, как ему нравится. Главное, чтобы рассказал о ней.

— Наверное, уже помышляешь, как затащишь её в койку? — Трэши ухмыльнулся. — Думаешь, как прощупаешь её выпуклости, да? — Он изобразил недвусмысленный жест руками, как бы тиская невидимую женскую грудь. — Только всё это напрасно.

Я молча ждал, что он ещё нафантазирует про меня и Астеру. Разумеется, я и правда не отказался бы от флирта и близости с ней, но это не так уж принципиально.

— В академии такое запрещено, — продолжил Трэши. — Впрочем, откуда об этом знать недоразвитым имбецилам?

— Запрещено? — удивился я, пропуская оскорбления мимо ушей. — Запрещено трогать девиц?

— Любые сексуальные отношения, дебил! — фыркнул Трэши. — Даже целоваться и обниматься нельзя, если только это не дружеские обнимашки.

— Ну что ж. Пусть так, — согласился я, мысленно проклиная академию, которая собиралась устроить мне трехлетний целибат. — Расскажи об Астере. Что ты знаешь о ней?

— Много чего, — тон Трэши становился всё более вызывающим. — Но тебе, жалкий похотливый червячок, это знать не обязательно. Не для средних умов.

Мне потребовалось секунд пять, чтобы переварить и осознать, что теперь уже не я, а он провоцирует меня на драку.

— Ты чего так осмелел? — Мой голос стал угрожающим. — Забыл, что некому вступиться за твою шкурку?

— Отчего же? — раздалось ехидное возражение позади меня. — Найдутся те, кому не лень отпинать тебя ещё разок.

Я обернулся. Там неспешно надвигались трое молодчиков. Те самые, что не так давно уже имели честь отдубасить нас с Эктоном.

— Он просто с первого раза не понял, что не стоит переходить за рамки приличий. Хочет получить информацию повторно, — хихикнул второй.

— Ничего, — тут же отозвался третий, тот, что жирдяй. — Нам не жалко. Впечатаем ему эти знания и второй, и третий раз. Это же академия. Тут людей УЧАТ!

Таких знаний я вовсе не хотел, а потому решил попросту убежать. Вот только путь к отступлению заняли эти трое бугаёв. Пришлось оттолкнуть Трэши и помчаться вперёд по коридорам синей зоны.

— Лови его! — послышалось позади.

— Не уйдёт! Догоним! — заверил другой. — Не зря же мы сюда подскочили.

Пока я работал ногами, дошло: эти трое оказались тут не случайно. Они явно шли на подмогу Трэши, пока тот заговаривал мне зубы. Но с чего они решили, что тот в беде?

Спросив себя, я тут же догадался: Трэши вовсе не шептал проклятья и ругательства в мой адрес. Он общался со своим ПОМом, приказал сообщить друзьям. Передача сообщений — одна из функций ИИ-помощников.

Вспомнив о ПОМах, я вспомнил, что и у меня есть такой.

— Бургер! Куда мне? — выпалил я на бегу.

— Хороший вопрос! — бодро отозвался кот. — А куда тебе надо?

— В мою каюту!

— Оу! Путь предстоит не близкий. Лучше поездом.

— Да понятно, что поездом! — раздраженно крикнул я.

Метрах в десяти позади хохотнул кто-то из преследователей. Они явно слышали мои нервные переговоры.

— Тогда что же делать? — обеспокоенно отозвался Бургер.

— Что? — Я чуть не остановился от изумления. — Ты что, не можешь проложить маршрут?

— Ой! — извиняющимся тоном пискнул кот. — Сейчас сделаю.

Через пару секунд появилась заветная стрелка, и я помчался строго по ней. Бургер хоть и затупил, но не подвёл. Скоро я оказался на широкой лестнице — вероятно, обходной путь без лифта. Быстро взлетел по ней, пробежал ещё с пяток стометровок и оказался на платформе.

И где же поезд, когда он так нужен?!

Поезд явился на мой мысленный зов куда быстрее, чем соображал мой мохнатый ПОМ. Едва на платформу выбежали недруги, как из туннеля вылетел и затормозил трехвагонный состав.

Дверцы открылись, и я метнулся в последний вагон. К сожалению, ИИ поезда не сообразил, что перед ним разыгрывается острая драма — погоня. Дождался, пока и мои неприятели во главе с Трэши забегут внутрь.

Не считая нас, вагон пустовал. На лице Трэши заиграла злобная ухмылка. Его приятели, словно сговорившись, принялись потирать руки, показывая, что меня ждет минимум пытка.

— Тесновато тут, да? — не растерялся я. — Вы, детки, пока займите места у окошек, а папочка отлучится.

Я побежал к началу вагона, проскочил тамбур и ворвался во второй. Позади послышался топот Трэши и Ко. Останавливаться я не стал и с ходу вбежал в самый первый вагон. Наконец-то я мог чуть перевести дух — в отличие от предыдущих здесь были люди. И не просто люди — преподаватели.

Один из них сурово глянул на нас, будто мы маленькие проказники и хулиганы, что прожигают своё время, катаясь на поездах туда и обратно. Мои преследователи не осмелились «учить» меня уму-разуму при них.

Зато когда я выбрался на свою платформу в красной зоне, они с радостным улюлюканьем выскочили следом. Погоня возобновилась.

— Бургер! Веди к лестнице, не хочу на лифте! — крикнул я, отлично понимая, что иначе эта орава подонков ворвется в кабинку вместе со мной.

— Зачем? — возразил кот.

— Сука! Делай, что говорю! — взревел я, пытаясь не слушать хохотки сзади.

Я уже мчался куда-то, не зная куда, а Бургер всё ещё сомневался.

— Бургер!

— На лифте быстрее. — Этот пушистый олух всё ещё не сдавался.

— Бургер! — Я вконец рассвирепел и остановился на секунду, давая своим преследователям дополнительную фору. — Перевоплотись!

Я снова побежал. Кот же исчез из моих глаз, но тут же появился вновь.

— Сделанно, — радостно отрапортовал он.

Меж тем я сам случайно напоролся на лестницу вниз и опрометью метнулся по ней на спальный этаж.

— Да ты ж не изменился! — запротестовал я.

— Что поделать? — Кот невинно развел руки в стороны.

— Обратись в… — я снова замедлился, сокращая дистанцию, — в слона!

Бургер будто провалился, а потом вновь выпрыгнул. И это всё ещё был он — Бургер, такой же пушистый и полупрозрачный, как секундой раньше.

— Надеюсь, теперь ты доволен? — весело спросил он.

— НЕТ, я НЕ доволен!

— Почему? — Глаза котика излучали искреннее удивление!

— Потому что ты НЕ СЛОН!

— Ну прости! Я стараюсь, — с обидой проговорил он.

Из-за этих глупых пререканий с собственным ИИ-ПОМом я изрядно сбавил скорость, хотя в целом несся быстрее моих преследователей. Особенно заметно отставал толстяк. Зато Трэши держался лучше остальных, бежал впереди четверки.

— И что же делать? Где моя комната? — зашипел я на ПОМа.

— Маршрут построен. — Обиды в голосе больше не было.

Я побежал по стрелке. Прямо. Направо. Через полминуты опять направо. Этот кросс начинал утомлять. Я запыхался.

Теперь налево. Прямо, прямо и прямо, и…

— Упссс, — виновато пискнул Бургер. — Ошибочка. Здесь тупичок.

— Что?

— Кажется, в одном из поворотов надо было свернуть влево, в то время как…

— Заткнись! — шикнул я, резко развернувшись.

Я хотел рвануть обратно и искать другой путь, но поздно. Прямо передо мной выстроились трое. Четвертый, толстяк, изрядно загибаясь, ковылял вдали коридора.

— Попался! — обрадованно завопил Трэши. — Ну теперь ничто тебя не спасет.

Что-то тихо зашипело позади — звук отъезжающей в стенку двери.

— Что тут за шум? — спросил хриплый мужской голос. — И что синие кадеты делают в красной зоне?

Я ухмыльнулся Трэши. Физиономия лысого мерзавца скисла. Он явно смекнул, что я ускользнул. В этот раз не быть мне боксерской грушей для него и приятелей.

Я повернулся к своему спасителю и вздрогнул. На пороге открытой каюты стояло дерево и сердито оглядывало меня.

Глава 9

Дерево, конечно же, оказалось вовсе не деревом. У него имелась голова, пусть и сучковатая, но зато с глазами, ушами и носом. От тела с древесной текстурой исходили тонкие веточки, причем на паре из них зеленели листочки. Были и широкие ветви-руки. Как и положено, две штуки. На босых ногах вместо пяток и носков топорщились тонкие прутья-корни. Тело прикрывала кожаная жилетка и шорты, такие же коричневые, как и кожа существа.

Моя челюсть рухнула, пока я таращился на этого энта. Тот, сердито хмуря брови, взирал на меня. Он расставил руки на бедрах и поцокал языком.

— Такие взрослые и такие беззаботные. — Дерево назидательно покачало головой. — Бегаете, деретесь… А ведь тут космическая академия, а не ясли.

Я бросил взгляд через плечо: Трэши со своей свитой угрюмо поплелся прочь. Толстяк даже не успел добраться до нас.

— Эм-м… — Я решил, что надо что-то сказать, чтобы протянуть время и дать им удалиться подальше, прежде чем уйти самому. Но так и не придумал, что сказать этому фэнтезийному существу.

Конечно, я понимал, что никакой он не фэнтезийный. Колдовать наверняка не умеет, Толкиена не читал, с орками не сражался. Просто ещё один нечеловекоподобный инопланетянин.

— Назови себя, кадет, — потребовал он.

Древовидная рука потянулась к моему лицу, и я инстинктивно зажмурился. Пальцы ткнули в припухлость под правым глазом: то, что осталось от вчерашней потасовки.

— И почему гематомы на лице?

— Просто упал, — буркнул я. — А имя Александр Котов.

— Упал?

Он затрясся и отрывисто захрипел. Сначала показалось, что это признак негодования, но почти сразу понял: смеется, причем почти истерично, так как продлилось это с пару минут.

— Упал, значит? — вновь уточнил он, как только унял смех.

— Ну да. Споткнулся.

— А-а. Понятно. Об этих, видимо? — Рука его дернулась в сторону коридора, куда ушли Трэши и Ко. Потом добавил хриплым шепотом: — ПОМ, где те четверо синих?

— А… Эмм… — начал было я, не зная, как обратиться.

— Профессор Лорикс Дархо, преподаю связь и шифрование, — представилось дерево.

— Профессор Дархо. А ПОМы так могут? Отслеживать, кто где находится. Как это сделать?

— Надо же. К знаниям рвешься? Похвально. — Древесные губы растянулись. — Но для такого фокуса в ПОМе должен быть определенный доступ. Понятное дело, кадетам такое не полагается.

Я погрустнел.

— Понятно. Ну ладно тогда. — Я развернулся. — До свидания, профессор.

— Куда это ты? Не терпится ещё разок споткнуться и упасть?

— Что? — Я снова повернулся к дереву.

— Те четверо караулят сразу за поворотом. — Ветвистая рука снова качнулась в сторону коридора. — Давай-ка лучше зайди ко мне. Побеседуем. Есть пара вопросов.

Немало удивленный, я настороженно прошагал следом за Лориксом. Его каюта оказалась намного просторней нашей, зато без иллюминатора. Тут и там виднелись приборы, экраны и куча всяких непонятных штук.

Он уселся в массивное кресло перед чем-то, напоминающим пульт управления с шестью экранами и кучей кнопок и тумблеров. Мне же показал место рядом — на табуретке. Я решил не выпендриваться и уселся.

— И что за вопросы?

Я приготовился отвечать на какие-то общеобразовательные уточнения, о том, какими знаниями в принципе владею, какое направление хочу выбрать и всё такое.

— Раз ты Александр Котов, то ты преступник-убийца, верно? — огорошил он меня.

— Эм-м…

— Так сказано в твоем досье, — пояснил он. — И да, ПОМы преподавателей имеют к ним доступ.

— Ну… Да, получается, что я тут как бы отбываю наказание или типа того, но…

— Не наказание, а отработку, как указано в судебном приказе, — оборвал Лорикс. — А вообще здесь ты обучаешься, чтобы ПОТОМ отработать свой год. Так что не называй эти три года наказанием или отработкой.

Я пожал плечами. Мне-то всё едино. Главное, что я тут против своей воли.

— Почему ты убил того гвардейца? — Брови древесного существа надвинулись, но под маской суровости я ощутил любопытство, а не злость. Профессор явно понимал: маловероятно, что я прикончил пришельца без веской причины.

— Ну… Это долгая история… — вздохнул я.

Древесные губы скривились в усмешке.

— Намек понял, — хмыкнул он хрипло, а затем шепнул. — Две порции горького да’аши.

Я не знал, что такое да’аши, но то, что он горький, немного напрягало. Я не любил ни лимоны, ни водку, и вообще: зачем употреблять горькое, когда сладкое стократ приятнее?

В одном из приборов неподалеку что-то зашипело и запарило.

— Продолжай, — потребовал Лорикс, в то время как пальцы-прутья сложились в подобие кулака и приложились к одному из выдвижных ящиков.

Щелкнул замок, и ящик открылся. Лорикс сунул туда руку, пошарил внутри и вытащил банку с ядовито-зеленой густой жижей.

— Ну же! — потребовал он. — Вещай, кадет. И хватит таращиться. Это обычная инджиза.

— Инджиза? — опробовал я новое слово и вспомнил, что Эктон уже упоминал его.

— Не знаешь о нем? — удивился Лорикс. — Я понимаю, что на Земле проект «Рай для всех» запустился совсем недавно. Но такую вещь, как инджиза, должны были презентовать в первую очередь. Именно благодаря ей возможная волна возмущенных аборигенов быстро соглашается с внедрением этой программы.

Пальцы Лорикса сунулись внутрь банки и зачерпнули чуток зелёной жижи. И с этой явно ядовитой дрянью он потянулся к моему лицу.

— Да не дергайся ты! — приказал Лорикс, так как я немедленно отшатнулся. — Это поможет.

— Это типа зеленки или йода? — спросил я, заставив себя замереть и позволить Лориксу обмазать мои синяки.

— Это в миллиард раз лучше, — возразил тот. — Инджиза лечит раны, от которых умирают за считанные минуты. А если принять внутрь, то и вовсе организм мобилизуется. Не только здоровье и физпоказатели растут, но и ментальная сила.

— Ментальная? Это типа гипнотизировать можно?

— Ментальная — это значит думать можно! — Он демонстративно потыкал пальцем по своей голове. Послышался стук дерева о дерево, и я невольно прыснул. Никак это с умом не ассоциировалось.

На лице защипало. Не больно, но захотелось стереть инджизу. Рука непроизвольно дёрнулась, но Лорикс перехватил её.

— Не трогай. Пусть впитается. Займет не больше пары секунд.

Едва он закончил фразу, как щипки прекратились. Лорикс отпустил моё запястье, и я наконец прощупал себя. Жижа всё еще ощущалась. А вот синяки — нет.

— Всё? Вот так чудо цимберланской медицины!

Лорикс усмехнулся.

— Ну-у… К инджизе цимберланцы никакого отношения не имеют. Её добывают в Аджырских шахтах.

Тем временем прибор, что стоял неподалеку, прекратил испускать пары. Там стояло две чашки с синеватой жидкостью. Одну из них Лорикс протянул мне.

— Итак, твоя история, Александр.

Я глотнул напиток. Да’аши оказался горьковатым, но при этом весьма приятным. Неспешно попивая его, я принялся рассказывать, как докатился до такой жизни, что стал кадетом космической академии. Начал с неоткрывающейся двери продуктового магазина и закончил тем, как мой единственный друг и земляк погиб из-за халатности робота.

Профессор слушал внимательно, не перебивал, под конец печально вздохнул.

— Жаль твоего котика, — сказал он. — И знаешь… Думаю, триумвират, что судил тебя, явно погорячился. Им следовало снять обвинения и отпустить тебя.

— Правда? — удивился я. — Но ведь тот гвардеец…

— Просто неудачно врезался в тот металлический штырь, если ты не обманываешь.

Я поспешно помотал головой, чтобы заверить Лорикса, что всё сказанное — чистая правда.

— Думаю, тебе стоит подать апелляцию, — продолжил профессор. — Если докажешь, что триумвират не учел некоторые моменты, то, уверен, тебя освободят от службы в республиканской космической гвардии, а следовательно, и это, — он многозначительно обвел ветвями-руками вокруг себя, — будет не нужно.

— Меня вернут на Землю? — обнадёжился я. — А как подать апелляцию?

— Это самое простое. Скоро всех свежих рекрутов будут тестировать. Зададут кое-какие вопросы, прежде чем окончательно принять в академию. Подключатся к вашим ПОМам, чтобы исключить обман. Вот там-то и…

— Чтобы исключить обман? — перебил я профессора. — А что за вопросы?

— Да ничего такого, — отмахнулся тот. — Это делается в целях безопасности. Вдруг ты террорист или серийный убийца. Главное, не забудь попросить триумвират «Галактикума» об апелляции.

— А на апелляции смогут таким же макаром использовать мой ПОМ как детектор лжи?

— Не просто смогут, а обязательно будут! — кивнул Лорикс. — И в этом твой главный фокус. Получив подтверждение искренности твоих слов, у них не будет иного выбора, кроме как признать твою невиновность.

— Спасибо, профессор! — просиял я.

— Да брось, — чуть смущаясь, пробормотал он. — И знаешь что… Зови меня просто Лориксом. У нас ведь в чем-то похожие судьбы.

Такое неожиданное заявление из уст профессора удивило.

— Вас тоже приговорили к службе?

— Нет, что ты. Я добровольно записался в кадеты более двухсот лет назад.

— Двухсот? — Я присвистнул.

— Да. Тогда я ещё был относительно молод. Мы, ксайдорусцы, долгожители. Когда наши правители согласились на программу «Рай для всех», я очень обрадовался и одним из первых покинул родину, учился в этой самой академии на технаря.

— По связи и шифрованию? — припомнил я.

— Да. Потом служил во флоте, повоевал даже.

— Воевали? Я думал, Цимберлане заканчивают войны, а не начинают.

— Они и не начинали. Республика воюет с космическими интервентами — цефеями. Непростая ситуация и одна из причин, почему нам нужны новые кадеты.

Я открыл было рот, но Лорикс глянул на меня так строго, что я сразу вспомнил, что профессор не мешал моему рассказу. Так что я захлопнул челюсть и превратился в внимательного слушателя.

— В первые годы я частенько наведывался на родину — Ксайдорус, — продолжил вещать Лорикс. В хриплом голосе ощущалась особая нежность, когда он произносил имя своей планеты. — Но со временем космические дела увлекли слишком глубоко. А потом меня попросили занять место профессора, и… — он издал ещё один печальный вздох, — и вот уже полторы сотни лет я не навещал родную землю.

— Охренеть! — вырвалось из меня. Я тут же зажал рот рукой.

— Это точно, — усмехнулся Лорикс. Но усмешка изрядно отдавала горечью.

— Но почему вы не отправитесь туда?

— Мне нужно разрешение триумвирата. Но те постоянно находят какие-то отговорки. А ведь я уже стар.

— Ещё бы. Двести-то лет!

— Для нас, ксайдорусцев, это не срок. Всего мне 263, и я знаю, что скоро умру.

Я застыл, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Суждение о собственной смерти, казалось, не беспокоило профессора.

— И вот в этом наше сходство, Александр…

— Саня, — рискнул я снова перебить его.

— Саня, — кивнул он. — И ты, и я оторваны от нашей родины и жаждем вернуться.

— Я-то вернусь, — возразил я. — Даже если апелляция не сработает, то оттарабаню эти четыре года и всё…

— Надеюсь, так и будет, — согласился он, затем добавил шепотом. — ПОМ, что там с теми синими?

Я и сам догадывался, что Трэши и остальные наверняка устали ждать моего появления и давно вернулись в свою зону. Профессор подтвердил догадку:

— Смылись голубчики.

Распрощавшись с Лориксом и покинув его каюту, я направился в свою. Бургер успешно построил маршрут. За время моего «похода за забытым устройством для перевода» Эктон никуда не выбирался, а завидев меня, накинулся с расспросами:

— Ты где так долго пропадал? Я уж решил, что ты пошел-таки искать Трэши!

Я нарочито вздохнул, прежде чем поведать ему о своих приключениях и знакомстве с профессором Лориксом Дархо. Лицо друга посерело в части, где я нарвался на Трэши, побледнело, когда мне пришлось удирать от них, и, наконец, покраснело, когда в дело вмешался профессор.

— Папа рассказывал о нем, — кивнул он. — Он лучший технарь на станции. И не только по части связи.

— А то, что он рассказал о тестировании, тебя не беспокоит?

— Ну… Если мы не устроим каких-то передряг и не подеремся с кем-нибудь, то, пожалуй, всё обойдётся. А вообще жду с нетерпением.

— Серьезно? Почему? — удивился я.

— Это последнее, что отдаляет от окончательного принятия в академию. Сразу после тестирования нам и нашим ПОМам присвоят идентификаторы.

— А если их вопросы окажутся, скажем так, неудобными?

— Обязательно окажутся, — кивнул Эктон. — Лучше честно признаться. Попробуешь обмануть — и можешь распрощаться с академией.

Оставалось лишь надеяться, что по-настоящему каверзных вопросов не случится. Не хотелось усугублять положение.

Скоро на ПОМы пришли уведомления, что тестирование назначено на сегодняшний вечер через час после ужина. Триумвират будет ждать нас в своем кабинете в зеленой зоне.

Отдохнув немного после сытной вечерней трапезы, мы выбрались из каюты. Эктон хотел было направиться к платформе, но у меня появилась идея получше.

— Бургер, построй пеший маршрут до места тестирования, — шепнул я.

Брови Эктона при этом удивленно приподнялись. Он хотел было возразить, но я тут же накидал ему аргументов:

— Ходить полезно, Эктон. К тому же зеленая зона смежна с красной. Пусть синие на поезде едут. А мы прогуляемся, рассмотрим, что и кто по пути встретится.

Доводы оказались весомыми, лицо друга просияло, и он кивнул. Мы потопали по маршруту, по заявлениям Бургера, вполне успевали. К тому же тестирование проходило по очереди, так что можно и опоздать.

— На тесты, ребята? — послышался позади девичий голосок.

Глава 10

Мы затормозили и обернулись. Нас догоняли две кадетки в комбезах красной зоны.

— Наши одногруппницы, — сказал Эктон и помахал им рукой.

Те помахали в ответ. А я молча уставился на них. Девушки очень походили друг на друга. Молодые, не старше двадцати, слегка пухленькие, прямые чёрные волосы до плеч, смуглая кожа и большие выразительные глаза.

— Привет, — наконец нашелся я, отметив, что обе весьма приятны. С такими хотелось познакомиться поближе, хотя они вовсе не походили на инопланетянок, как, например, Астера.

Девушки поравнялись с нами. Эктон торопливо протянул им руку и представился. Так же поступил и я.

— Джессика Джексон, — сказала первая девушка. На её брови сверкало серебряное колечко.

— Элис Джексон, — сказала вторая. У нее пирсинга не было, зато на щеке красовалась татуированная ящерка.

«Землянки?» — поразило меня. — «Или подобные имена бывают и на других планетах?».

— Пойдемте вместе, — предложил я, решив, что по ходу разберусь, не землячки ли они. Разумеется, причин возражать ни у кого не нашлось, и мы зашагали вчетвером.

— Wow! This guy’s really ripped! (Ого! Этот парень круто накачан! (англ.)) — восхищенно шепнула Джессика.

Последние сомнения исчезли. Я даже умудрился понять смысл фразы и зарделся. Если уж речь шла о мышцах, то Джессика явно имела в виду не Эктона.

— Джаст трейнинг, бэйба! — выпалил я.

— Oh, boy! (О боже! или типа того (англ.)) — выпалила Элис, резко остановившись.

Мы последовали её примеру. Девчонки восхищенно вылупились на меня.

— Вы тоже с Земли? — догадался Эктон. Ему наши слова наверняка перевел ПОМ.

— Похоже на то, — усмехнулся я, переходя снова на галаспич. — Рад знакомству, девушки! Я уж думал, что единственный землянин на этой станции.

— И мы рады, — просияла Джессика. — Какой приятный парень! Как клёво, что ты наш! — Она вставила вперед полусогнутую руку, напрягая бицепс, намекая, что именно считает приятным.

— Ага! Прям гордость берет! — захихикала Элис.

— Вы сестры? — не удержался я. — И какими судьбами на Галактикуме?

— Ага, сестры! — кивнула Элис.

— И мы добровольцы! А ты? — спросила Джессика.

— А-а, долгая история, — отмахнулся я, пожалев, что завел разговор в эту сторону.

— Пойдемте, — встрял в разговор Эктон. — Тестирование вот-вот начнется.

Когда мы добрались, оно и правда шло полным ходом. Мы примкнули к очереди. Перед нами выстроилось не менее пятнадцати человек, а вскоре и после нас один за другим возникали новые кадеты.

Между тем мы продолжили знакомство.

— Значит, вы англичанки? — спросил я.

— Американки, — хихикнула Джессика.

— Флорида, — подтвердила Элис. — Майами.

«Майами-Бич» — всплыло в голове.

— И хотелось вам покидать такой курорт? — удивился я. — В раю ведь жили.

— Курорт, рай — всё приедается, — принялась объяснять Джессика. — А здесь космос. Здесь фантастика!

— Разве оно не стоит того, чтобы оставить в прошлом жаркие пляжи и толпы глупых туристов? — добавила Элис.

Конечно они были по-своему правы. Вот только сам я уже испытывал щемящее чувство тоски по матушке-Земле. Но решить, что лучше: футуристические приключения или родина, я не успел, девчонки тоже не отставали с расспросами о моем происхождении.

— Откуда я? — Я позволил себе ехидную усмешку, предвкушая реакцию американок. — Россия!

Мои ожидания отчасти оправдались.

— Москва? — с ноткой разочарования уточнила Элис.

— Krasnaya ploshad? — со страшным акцентом проговорила Джессика.

— Уфа, — ответил я, мысленно усмехнувшись, что все знания иностранцев о моей стране сводятся к Москве и Красной площади.

— Эх, такой парень и русский, — вздохнула Джессика.

Сестра грустно кивнула и добавила:

— Но всё же он наш.

— Русский, американец — какая теперь разница? Цимберлане положат конец конфликтам на всех континентах, и скоро вражде и конкуренции конец. — Я деловито покачал головой.

Ответить американки не успели. В начале очереди, возле двери, куда входили кадеты, послышался недовольный гомон. Я глянул туда: лысая голова и синий комбез. Ну понятно! Трэши Дро намеревался пройти на тестирование. Проблема в том, что он только-только подошел и в очереди стоять не собирался.

Волна презрения к наглому блатному выскочке вспыхнула с новой силой. Такие, как он, всегда идут первыми, и плевать они хотели на такую вещь, как уважение к остальным.

Километровая очередь к терапевту? Это не для них!

Надо получить документы на машину в ГИБДД? Суетливый инспектор сделает всё за пару минут!

Нужна лицензия на продажу алкоголя? Забудьте о томительных сроках! Два-три дня — и готово!

НЕНАВИЖУ ТАКИХ!

Я оказался между Трэши и дверью со скоростью Флэша. Он даже не успел сообразить, что происходит, и недоумевающе уставился на меня.

Наконец глаза его сфокусировались, а следом лицо исказилось в гримасе ненависти.

— Ты? — прорычал Трэши.

— Ага!

— И какого черта ты стоишь тут?

— Тебе тот же вопрос, — в такой же дерзкой манере ответил я. — Твоё место во-о-он там. — Мой палец вытянулся в сторону, где только что очередной кадет занял очередь.

— Пф-ф… — Он скривил губы. — Сам туда топай, землянин.

— Очередь есть очередь, — послышался голос Эктона. — Мы все проходим по ней.

Он тоже подошел и встал неподалеку, осуждающе глядя на Трэши. Разумеется, в таком вопросе великий борец за справедливость не мог остаться в стороне.

— Вы что, два чучела? Вам вчера не хватило? — Лицо Трэши заполнила ярость. Но он не мог ничего поделать. Даже его дружки, включая толстяка, что тоже появились возле него, оказались бессильны. Возле двери за нашей сценой наблюдал робот, выкрашенный в желтую форму гвардейца.

— Эй. Передай там, что Трэши Дро подошел и ждет, — крикнул ему Трэши.

Я надеялся, что это просто жест отчаяния, и демонстративно скрестил руки на груди. Бицепсы при этом хорошо выпирали сквозь плотно прилегающий комбинезон.

— Уау!!! — донеслось из толпы. Это американки восхищенно уставились на мои руки.

Я улыбнулся сестрам, ещё сильнее напряг мышцы и принялся поигрывать ими. Трэши заметил это, глянул на американок и прошипел злобно:

— Только бахвалиться и способен, а как до дела доходит, то сразу бежать, да, трус?

— Что? — возмутился я.

— Не ты ли сегодня позорно драпанул? — не унимался Трэши.

Я уставился в глаза лысому наглецу. Что за игру он затеял? Уж ему ли не знать, как обстояло дело? Я бросил взгляд на его дружков.

— А вы всегда прогуливаетесь неподалеку от этого немощного? Типа телохранители?

Те хотели что-то ответить, но Трэши опередил их.

— При чем тут они? Ты бежал от драки, и это факт.

— Будь ты один, такого не случилось бы. А с дружками против одного кто угодно смелым будет!

— Готов к махачу один на один? — с вызовом бросил Трэши.

Я сначала не поверил его словам и решил, что тот обманывает. Но он держался столь дерзко и уверенно, и ведь при свидетелях.

— Ну отлично. Назови время и место. И будь любезен запастись лекарствами заранее.

— Ты идиот? Поединки между кадетами запрещены. На гауптвахту захотелось?

Не успел я сообразить, что ответить, как дверь кабинета распахнулась. На пороге стоял другой робот.

— Трэши Дро, — обратился он к моему оппоненту. — Вас ждут.

Этот блатной говнюк всё-таки проскочил без очереди.

Нам с Эктоном не оставалось ничего другого, как вернуться и спокойно дожидаться. Мой друг был серее тучи. Я посчитал, что это из-за Трэши. Но дело оказалось не только в нём.

— О чем ты думал? — принялся он поучать меня в своей надоедливой манере. — Назови время и место… Ты бы ещё прямо здесь драку учинил!

— Была такая мысль, — огрызнулся я.

— Мы бы болели за тебя, — тут же отозвалась Джессика.

— Ты наш герой-землянин и красавчик к тому же, — поддержала её Элис.

— А что бы ты точно победил этого выскочку, мы бы тебе помогли. — Руки Джессики оказались на моих плечах. Пальцы активно заработали, разминая мои мышцы. Блаженственное ощущение.

Элис тоже не растерялась и взялась за мою руку, согнула её и принялась сжимать мой бицепс. Я подыграл, напрягая его.

— Уау! Ты точно уложишь его на лопатки! — восхитилась она.

Эктон уставился на эту сцену с выражением тотального осуждения. Наверняка в его голове царила мысль типа: «Такое точно запрещено правилами академии!».

Но это «безобразие» продолжалось недолго. Дверь вновь сдвинулась в стену. На пороге явился робот и Трэши. На синем комбинезоне в области груди поблескивал серебристый значок с непонятной надписью. Он отыскал меня глазами и высокомерно произнес:

— Лови подачку, тупенький. И жди весточку.

Он зашагал прочь. Кадет, что хотел пройти следующим, так и не смог этого сделать. Робот придержал его, затем повернул свою голову ко мне:

— Александр Котов, — проходите, вас ждут.

Толпа негодующе зароптала.

Глава 11

Толпа негодующе зароптала, но никто не осмелился заблокировать мой путь до двери. Я ощущал дикий стыд. Ну и подставу устроил мне Трэши! Это что же, теперь я должен сам себя презирать? Иначе это ханжество какое-то.

Дверь задвинулась за моей спиной. Я прошагал до длинного стола, за которым расположились трое: цимберланин Корг-Магир и двое людей.

— Меня ты знаешь, — сказал ректор. Он сидел в центре стола. — Кри-со-бэй Тарго и Тариса Криши также члены триумвирата космической академии. Сейчас мы подключимся к твоему ИИ-ПОМ.

Женщина с очень короткой прической, которую, как я понял, звали Тарисой Криши, опустила взгляд к столу. Её пальцы заплясали по ней, будто нажимали на кнопки невидимой клавиатуры.

Скорее всего, клавиатура там действительно имелась, но виртуальная, видимая только для неё.

— Готово, — сказала она, как только закончила.

Кри-со-бэй Тарго, седой мужчина с окладистой бородой, ничего не нажимал, но внимательно изучал меня через нечто похожее на очки газосварщика. На них угадывались электронные платы.

— Тогда приступим, — отозвался Корг-Магир. — Александр Котов, тестирование не займет много времени. Процедура простая, но очень важная.

— Мы зададим вам вопросы, а вы ответите, — добавил Кри-со-бэй.

— И не вздумайте врать, — предостерегла Тариса. — Ваш ИИ-ПОМ — настоящий детектор правды и лжи. На каждый ваш ответ он выдаст либо подтверждение, либо опровержение. Обмануть систему невозможно.

— Мне скрывать нечего, — пожал я плечами.

При этом я заметил странные изменения моего ИИ-ПОМа. Бургер сидел почти неподвижно, как статуя. Даже глаза остекленели.

— Как твоё имя, кадет? — спросила Тариса.

Первый вопрос заставил улыбнуться. Ведь сами только что по имени называли. Но триумвират ждал ответ с серьезными лицами. Видимо, вопрос стандартный и обязательный.

— Александр.

— Подтверждаю, — четким и ровным голосом отрапортовал Бургер.

«Ах вот как оно происходит!» — понял я. — «Они как-то взяли под контроль Бургера. А он-то и есть мой самый надежный детектор правды и лжи».

— Полное имя, — потребовала женщина.

— Котов Александр Артурович.

— Подтверждаю, — в точности как роботы из старых фильмов, доложил мой ПОМ.

— Возраст, — продолжила Тариса.

— Двадцать три года.

— Образование?

Я чуть засмущался. Но деваться некуда.

— Педагогический колледж, специализация — учитель физкультуры. Но я собирался поступать на ФИРТ в Уфимский авиационный… — но плевать им было на мои планы.

— Политические предпочтения? — вступил в допрос Корг-Магир.

Ну и вопрос. Я взял короткую паузу, прежде чем ответить.

— Не определился.

— Подтверждаю, — всё тем же тоном доложил Бургер, как и после предыдущих моих ответов.

— Ну… Хорошо, — кивнул цимберланин.

— Это всё? — обрадовался я.

Вместо ответа он продолжил допрос:

— В академии есть три базовых направления: пилотирование, техобслуживание, военное дело. Их можно выбрать после 2-го курса. К чему считаете себя более пригодным?

— Пилотирование, — сказал я, отлично понимая, что моя превосходная физподготовка больше располагает к последнему — военному делу.

Но раз придется мне тарабанить год в космическом флоте, то уж лучше романтика. Ведь кто бы не захотел управлять космическим кораблем и бороздить просторы вселенной? Всё одно лучше, чем бегать туда-сюда с лазерганом наперевес!

— Не подтверждаю, — донеслось от Бургера.

«Вот блин! Предатель!» — мелькнуло в голове. Но я почти сразу простил его. Что мог этот ИИ, если находится под управлением этой троицы.

— Судя по вашим параметрам, из вас получится отличный солдат, — подал голос Кри-со-бэй, поправляя свои странные кибер-очки. — Но выбор останется за вами. Кстати, пилотирование в академии преподаю я.

— И обратите внимание, Александр, — строго проговорила Тариса. — Обман невозможен даже в таком пустяке.

Допрос продолжился. Некоторые вопросы были простые и конкретные, другие заставляли задуматься. Под конец пошла чистая провокация.

— Вы конфликтный человек? — спросила Тариса.

Я чуть не вспотел, так сильно хотелось сказать: «Нет». Но, чуть подумав и припомнив, как я нагрубил роботу в магазине, отшвырнул гвардейца, готов был прибить робота в лаборатории станции, и подрался с Трэши. И всё это за один день.

Врать бессмысленно.

— Кажется, да.

— Подтверждаю, — предательски прозвучало из уст кота.

— Тц-тц-тц, — зацокала Тариса. — У нас такое не годится. Придется присматривать за вами, Александр. А вам — держать себя в узде.

— Угу.

— Приходилось ли вам ударить кого-нибудь на борту станции? — потребовал Корг-Магир.

— Что? Нет! — выпалил я и уже полсекундой позже осознал, что безбожно соврал.

Ну вот. Сейчас они опять обвинят меня во лжи.

Бургер фыркнул. Судя по всему, он просто офигел от такого наглого неприкрытого вранья.

— Контроля нет, — обеспокоилась Тариса. Её пальцы вновь забарабанили по невидимой клавиатуре.

Бургер фыркнул ещё раз, а потом снова.

Ну же! Давай, котяра! Я готов! Сдай меня с потрохами. Я уже думал, как оправдаться, и решил, что просто пообещаю, что это было в первый и последний раз.

— Подтверждаю! — Голос Бургера ожил, как если бы он очухался от наложенного транса.

— Заработало, — облегчённо пробормотала Тариса. — В первый раз сбойнуло. Надо бы позже направить техников, разобраться.

— С вашим ИИ-ПОМом всё в порядке? — нахмурился Корг-Магир.

— Конечно! — сказал я.

Мелькнула мысль, что зря. Этот кот явно тупил, хоть и не всегда. И круто подвел меня, когда я бежал от Трэши и его приятелей.

— Подтверждаю! — весело пропел Бургер и, если только не померещилось, подмигнул мне.

— Если заметите странное поведение — немедленно доложите, — приказал ректор.

Я кивнул, всё ещё борясь с мыслью: «Не сделать ли это немедленно?» Но ведь бракованный котяра перехитрил систему дознаний триумвирата. Предать его — высшая степень неблагодарности.

Скоро тест закончился. Помимо прочего, триумвират поинтересовался, не было ли у меня сексуальных контактов или таких намерений на «Галактикуме». Я осмелел настолько, что сознательно соврал насчет «намерений». Кот ехидно ухмыльнулся, но подтвердил.

Когда я вышел, на моей груди серебрился значок, точно такой же, как у Трэши. Отличалась на нем только надпись-идентификатор. Толпа кадетов косилась на меня негодующе. Ну ещё бы, для них я наглец, прошедший без очереди.

Но я не сильно беспокоился. Куда важнее, что перед уходом я попросил Корг-Магира подать апелляцию от моего имени. Тот нахмурился, попытался отговорить, но в итоге согласился. С учетом, что Бургер мог безбожно врать и явно играл на моей стороне, я счел, что дело сделано — скоро вернусь на Землю.

Я помахал американкам, виновато развел руки, глядя на Эктона, и потопал в свою каюту. Через пару часов мой друг тоже вернулся со значком на груди.

— И что это было? — потребовал он. — Ты прошел без очереди. Почему тебя позвали вперед остальных?

— А ты не понял, да? — фыркнул я. — Наш приятель Трэши подложил мне эту свинью. Слышал ведь его слова о подачке. Ну ничего, я верну ему должок.

— Совсем сбрендил? Просто держись от него подальше. Мне и без того пришлось признаться триумвирату, что вчера ввязался в драку. Я уж думал всё — отчислят. Но пока простили. Сказали, будут следить.

— Угу.

— А у тебя как прошло?

— Ну… Примерно также.

Я решил не признаваться, что мой ПОМ в наглую покрыл мой обман. Уж больно много сомнений закралось насчет моего друга в течение этого дня.

— Ну а про апелляцию не забыл? — обеспокоился Эктон.

— Завтра утром. Корг-Магир лично доставит меня на судебную станцию.

Эктон присвистнул.

Мы потратили вечер, обсуждая знакомство с американками, тестирование и мою предстоящую апелляцию. Как и Корг-Магир, Эктон пытался отговорить меня. Считал, что мне следует остаться в академии, служить во флоте. Но я упрямо находил причины, почему не хочу этого.

Через час после того, как отправились на боковую, я услышал бодрый голос ПОМа, а также мощный гул и вибрацию, будто в голове трезвонит вмонтированный будильник.

— Срочное сообщение! — вопил Бургер. — Срочное сообщение от кадета Трэши Дро.

— Какого черта? — зашептал я, приподнимаясь с койки и потирая глаза.

— Сообщение от Трэши Дро, — повторил Бургер. — Зачитать?

— Ну давай.

— Ну что, сопляк, ещё не сдрейфил? Как насчет встретиться один на один? Жду тебя в серой зоне, там безопасно и почти нет контроля. Координаты прилагаю.

Глава 12

Проклиная всё на свете, я аккуратно вытащил свой комбез, наскоро оделся и выбрался из каюты.

— Бургер. Проложишь путь? — тихо проворчал я.

— Конечно! Вот, как обычно. Просто иди по красной стрелке.

Линия возникла, и я, разминаясь на ходу, побрёл вдоль неё. В голове при этом возникла забавная мысль: «Всё как в Гарри Поттере».

Ведь правда, складывалась прямая ассоциация с моментом, когда Драко вызвал Гарри на дуэль, а сам не пришел. Следовало ли мне проигнорировать послание недруга? И всё-таки: «А вдруг он таки ждет там? Потом всем скажет, что я жалкий трус».

И Трэши действительно явился. Поджидал меня. Как и обещал — один. Но всё же был нюанс.

Он оказался выше и шире прежнего, и всё потому, что находился в какой-то металлической штуковине. Я сразу сообразил — экзокостюм.

— Запарился ждать тебя, — мрачно проговорил мой недруг. — Думал уж, что ты, как обычно, струсил.

— Как обычно? — нахмурился я, оглядывая просторное помещение. Тут и там громоздились панели с кнопками и рычагами. Они образовывали подобие лабиринта. Заблудиться не заблудишься, но и по прямой не походишь.

— Ладно, не как всегда, — усмехнулся Трэши. — Только как вчера днём.

— Вас было четверо.

— Ну вот. Теперь я один.

Трэши сделал шаг. Экзоскелет двигался с тихим шипением. Очевидно, работали гидравлические приводы.

— А это что за хрень? Экзокостюм? — Я показал на облачение Трэши.

— Ага. Тренировочный. Видишь, он покрывает только часть тела и не такой уж мощный. Кроме того, тут нет ИИ, а ещё…

— Ну ладно, — кивнул я, мысленно проклиная его за эту выдумку — драться в штуках, которыми я управлять-то не умел. — Где мой?

Я вертел головой, но второго экземпляра не заметил. Трэши после короткой паузы рассмеялся. И тут до меня дошло: «Мерзавец вовсе не планировал драться честно». Для меня экзокостюм не предусматривался.

«Бежать!» — понял я. Но пока думал об этом, Трэши прошагал чуть назад и вбок от меня — перекрыл путь к отступлению. Оставался проход вперёд, но что там, я и понятия не имел.

— Ты серьёзно? — Я уставился в его наглую лысую морду.

— Ещё как. Таких дурачков, как ты, следует учить, пока наконец не выжжется в мозгу одна простая истина: «Не выделывайся перед Трэши».

Он затопал ко мне. Ладонь его сжалась, и в то же мгновение сжался стальной кулак костюма. Рука костюма выпирала сантиметров на двадцать дальше его собственной.

От такого длиннорукого монстра следовало держаться на солидной дистанции. Так что я сразу попятился. Трэши мой маневр повеселил, и он снова заржал.

— Беги, козявка!

А чего, собственно, мне оставалось делать? Трусом я себя не ощущал. В такой ситуации отступление — не позор, а благоразумие.

Я сделал еще пару шагов назад. Спина уперлась в один из пультов с кнопками и рычагами. Благо он оказался нешироким, и я быстро обежал его и встал, используя пульт как укрытие и преграду.

— Ты, наверное, думаешь, что очень умный? — спросил я, стараясь придать голосу насмешливость. — А как ты объяснишь свою выходку триумвирату?

— Во-первых, они не узнают.

Трэши попытался обойти пульт следом за мной, но я тут же обошел его и расположился с обратной стороны.

— А во-вторых, даже если узнают. — Он резко перескочил на прежнее место, так что убежать к выходу я не успел и метнулся обратно. — Если ты наябедничаешь им, как последний крысёныш, то мне всё равно ничего не станется.

— Уверен? Я слышал, за такое отчисляют, — соврал я, хотя вовсе не знал, какие санкции предусмотрены за драки.

— У меня связи по всей станции и за её пределами, — отмахнулся Трэши и снова попытался добраться до меня. Но я ловко перескочил на другую сторону, так что и он вернулся, перекрывая путь к побегу.

— Я всю ночь могу так кружить, — усмехнулся я.

— Ага. Можешь, — кивнул он и криво ухмыльнулся.

Металлические руки ухватились за пульт и двинули его вбок, так что преграда между нами исчезла. «Твою мать! А я-то думал, эта штука прикручена к полу!».

Я развернулся и дал деру, но лысый мерзавец всё-таки и достал меня, хоть уже в момент, когда я отдалился. Стальной кулак больно врезался в спину, придавая ускорение.

Запнувшись и чуть не грохнувшись, я еле вырулил и метнулся вперед. Что бы там дальше ни было — всё одно лучше, чем кулачный бой против стального чучела. Впереди стояли и другие похожие пульты с кнопками. Но я понял: их Трэши сдвинет с пути точно таким же макаром. А ещё я понял, насколько сильным он стал в этой броне.

— Беги, сука! Беги! — послышалось позади вместе с шипением гидравлики.

Я бежал и вовсю таращился по сторонам. Благо коридоры и общие помещения станции прекрасно освещены. Но, как назло, не видел ничего, что помогло бы мне дать отпор закованному в металл ублюдку.

— Там справа копьё, — неожиданно сообщил Бургер.

— Что? — от неожиданности я остановился и тут же схлопотал размашистый удар стальной руки.

Меня отбросило, причем именно вправо, где мой ИИ-ПОМ заметил какое-то копьё. Я вскочил, быстро огляделся и приметил нечто похожее на лом: довольно толстый двухметровый стальной прут.

Не дожидаясь, пока Трэши вновь доберётся, я подскочил к этой штуке, схватил её и принял стойку, удерживая лом двумя руками посередине. Хоть и металлический, он оказался очень лёгким. Я даже расстроился: таким экзоскелет не продавить.

Трэши размахнулся, точно так, как пытался ударить меня в нашей первой драке. Мощная рука выстрелила, метясь в лицо, и я что есть силы двинул навстречу своё оружие.

— Нет, постой! — успел выпалить Бургер.

Но поздно.

Два куска металла столкнулись, и… лом вылетел из моих рук далеко назад. Благо хоть не продавил мой блок.

Зато Трэши тут же ударил второй рукой, теперь уже без замаха. Я успел заметить, попытался уклониться, но не успел. Хоть и по касательной, удар достиг цели, и я полетел туда же, куда и моё оружие.

— Хватай копьё, пока близко! — закричал Бургер.

— Да фигли толку? — Но всё же я повиновался. Мои пальцы снова сжимали стальной прут.

— Активирую! — воскликнул кот.

Вдоль металлического прута прошлись искры. Я успел испугаться и чуть не выронил его, но не успел. К счастью, разряд не причинил ни боли, ни травмы.

— Догадался-таки! — зло скривив лицо, проскрежетал Трэши. — Но это тебе не поможет.

— Чем сильнее бьёшь, тем мощнее разряд! — подсказал Бургер, когда я уже подымал ломик, дабы отразить новый удар недруга.

«Бам-м-м!» — сталь зазвенела о сталь, и следом: «Трш-ш-ш!» — заплясали искры. Энергия копья помогла погасить мощь массивной руки.

От столкновения копьё отскочило-таки назад, но уже не так резво, и я удержал его. Рука экзокостюма тоже отпрянула, слегка уводя за собой и тело. Но Трэши не упал. Более того, опять умудрился нанести удар второй рукой.

Пожалуй, это случилось не специально. Его рука рванула вперед, чтобы сохранить равновесие, и врезалась в моё тело. Удар, казалось бы, не сильный, отразился острой болью в верхних ребрах.

Я отскочил и на пару секунд согнулся, хватаясь за пораженное место. Слава богу, перелома не случилось. Когда выпрямился, мой враг уже надвигался.

Вновь зазвенело и заискрилось. Я понял, как управлять копьем, но как бы сильно не орудовал им, мощность его была ограничена, и энергетическое поле не могло, что называется, «прибавить». В противостоянии экзокостюма и копья второе оказалось слабее.

Минут через десять Трэши вновь неслабо зацепил меня. В этот раз угодил по лицу. Удар столь мощный, что я был уверен, что помру. Но адреналин сделал своё дело. Я вскочил на ноги, стёр кровь и приготовился отразить новый выпад недруга.

В пылу драки между нами снова оказался один из множества пультов. На этом, в отличие от прочих, мерцали какие-то лампочки. В голове возникла мысль, как наконец от обороны перейти в наступление. Хватит уже ставить блоки, пора наподдать ему.

Я снова начал кружить вокруг пульта. Трэши ожидаемо протянул руку и двинул его в сторону. Тут-то я и нанес свой собственный удар. Но я снова не учел вторую руку.

Он спокойно заблокировал мой ломик, вынуждая его отскочить. Конец ударил в мерцающий пульт.

«Трш-ш-ш!» — шарахнули разряды. Но отнюдь не из копья. Пульт заискрил множеством маленьких молний и затух. Светильники, что издавали мягкий свет с потолка, один за другим погасли, и мы погрузились во тьму.

Я замер, ожидая, что случится дальше. Также поступил и Трэши.

Пульт снова ожил, но теперь светящихся лампочек стало меньше, да и горели они тускло, несмотря на окружавшую мглу. Из динамика донесся негромкий роботизированный голос:

«Внимание! Резервное питание достаточно только для жизнеобеспечения отсека. Освещение недоступно. Связь недоступна».

— Ого! Доигрались! — с задором заметил Бургер. — Погасили серую зону.

— Ты что наделал, кретин?! — тут же заголосил Трэши.

— Вот что! — рявкнул я и, пользуясь его замешательством, махнул копьём, ориентируясь на голос.

К сожалению, лом угодил по экзоскелету, а не в просветы меж его пластин. Сверкнули искры, в свете которых я заметил, что Трэши чуть пошатнулся, но устоял.

— Сука! — взвизгнул он, явно не ожидавший моего внезапного выпада.

Чтобы избежать ответный удар, я как можно мягче проделал несколько шагов назад и в сторону. Вряд ли он видел меня в этой тьме.

Я не ошибся. Послышалось короткое шипение — работа гидравлики — и небольшое дуновение. Значит, и правда пытался ударить в то место, где я стоял прежде.

— Сука! — повторил он. Голос походил на рычание взбешенного зверя.

— Мазила! — усмехнулся я и снова отошел.

Что-то щелкнуло, и в комнате снова возник свет. Прямые лучи исходили от прожектора над головой Трэши. В отраженном свете я заметил на лице недруга самодовольную ухмылку.

— Забавно, что наши ПОМы могли бы включить ночное зрение, — процедил он. — Жаль, на станции кадетам такой доступ не дают.

Ослепленный, я зажмурился.

— Но, как видишь, у меня есть решение, — хихикнул Трэши. — А у тебя?

У меня на тот момент решение могло быть только одно — отступать и по возможности убежать. Против лома нет приёма, если у врага нет… экзокостюма с мощным прожектором…

Я отходил спиной, отведя руку назад, чтобы не напороться на очередной прибор или пульт. Трэши аккуратными шагами надвигался. В какой-то момент рука нащупала стену. Я поспешно огляделся, благо вражеский фонарь помогал увидеть обстановку.

А обстановка оказалась отнюдь не радужной. За мной стояла прямая металлическая стена. Теперь я мог отходить только в сторону, при этом не миновал бы Трэши.

— Придется наказать тебя ещё и за это, — насмешливо сказал он, показав на потолок. — Целую зону без света оставил.

Решив, что без подзатыльника не отступить, я вновь приготовил лом-копьё. Уж лучше попробую драться. Вот только от яркого света заслезились глаза.

Трэши придвинулся. Неясное движение дало понять, что он будет бить. Я замахнулся и что есть силы двинул ломом. Бил наугад — промазал.

А вот мой враг угодил точно в цель. Металлический кулак врезался под дых, припечатал к стене. Я упал и, не вставая, схватился за живот. Дыхание сбилось.

— Оё-ё-ёй, — заверещал Бургер. — У нас проблема.

Я глянул вверх, всё ещё страдая от боли и шока. Трэши отнюдь не собирался останавливаться. Одетая в металл рука вновь поднималась.

Выбора не было. Всё ещё задыхаясь, я перекатился в сторону.

«Бам-м-м!» — металлический звон дал понять — кулак Трэши врезал по стене.

— Вот ведь прыткий, сука! — досадливо пробормотал он, поворачиваясь ко мне.

— Копьё хватай! — потребовал Бургер.

Я даже задышал нормально, когда увидел своего виртуального помощника. Шерсть дыбом! Хвост трубой! На дороге у такого не стой! И ведь всю его несерьёзность как рукой сняло.

— Ну же! — вновь потребовал кот.

Я ухватился за лежавший рядом прут.

— Активирую!

Рука Трэши уже летела в меня. В этот раз я видел получше и смог отразить. Но предыдущий удар врага всё ещё давал о себе знать: пальцы не удержали лом, и тот вновь отлетел прочь.

— За ним! — скомандовал Бургер.

Я отскочил в темноту и тут же припал на колени, стараясь нащупать свое единственное оружие, что хоть как-то могло защитить меня.

— Обеспечен доступ к ночному режиму. Активирую! — донеслось от кота.

— Что? Что ты акти… — мои губы замерли.

Комната озарилась зеленоватым светом, достаточно ярким, чтобы различать всё вокруг: и стены, и пульты, и, конечно же, оброненный лом. Я кувыркнулся к нему и вновь схватил.

— Активирую! — отрапортовал Бургер.

— Ну ты только посмотри, а! — разъярился Трэши. — Он таки умудрился найти свою ковырялку в этой тьме!

Я глянул на него. Из-за ночного режима прожектор более не слепил. Я мог смотреть на своего врага спокойно, не щурясь и замечая все детали. Но главное — падлюка даже не подозревал об этом.

Трэши подскочил ко мне. Какой молодец! Я ударил его в момент замаха. Но не рубящим приемом, а как копьём, точнёхонько в фонарь.

Звук разбитого стекла, и мой враг погрузился в кромешную тьму.

Ну… Теперь поиграем…

Глава 13

Я возвращался в красную зону изрядно побитый, но довольный. Ведь Трэши остался в ещё более плачевном состоянии. В кромешной тьме стол развернулся, и уже не он, а я диктовал ход боя. В итоге бедняга свернулся калачиком, старательно прикрывая голову.

Как только я выбрался, Бургер отключил ночной режим. В красной зоне плоские потолочные светильники работали, и я без труда нашел путь. Пробрался в свою каюту и, довольный, что Эктон продолжает как ни в чем не бывало дрыхнуть, разделся и забрался в койку.

После драки я был так взбудоражен, что думал, не усну. К тому же тело изнывало от боли. Особенно досталось лицу и ребрам. Но усталость взяла своё, и я вырубился.

Утром проснулся от бодрых призывов Бургера:

— Вставай! Скоро отправка на судебную станцию. Через час ты должен быть у посадочной платформы.

Голова гудела. Тело ныло так, будто драка случилась только что, а не несколько часов назад. Кряхтя и охая, я поднялся с кровати и сразу же увидел изумленное лицо Эктона. Тот склонился надо мной и таращился.

— Ты чего? — спросил я.

— Это ты чего? — пролепетал Эктон. — Почему на тебе живого места нет? Ты с койки падал, что ли?

— Ага! Всю ночь.

Пришлось поведать другу о ночных приключениях. Разумеется, я не признался, что мой ИИ-ПОМ не с того ни с сего активировал недоступную функцию — ночной режим.

Эктон ожидаемо нахмурился и принялся отчитывать меня за безрассудство. Ей-богу. Я-то думал, что поселился с товарищем, надежным и смелым. А он оказался сварливой бабкой. Чтобы избежать его брюзжания, я сослался, что пора на апелляцию, и поспешил прочь из каюты.

Едва дверь за мной задвинулась, как в голову закралась мысль: «Если Эктона так поразили мои ушибы, то что ждать от ректора?». Пока имелся хоть какой-то запас времени, я судорожно старался придумать, как выкрутиться. Но любое оправдание походило на детский лепет. Уж слишком красноречиво отпечатались на мне ночные увечья.

Но всё же одна достойная идея явилась: «Зачем врать, когда можно скрыть?». Я как мог быстро потопал к профессору Лориксу Дархо. На моё счастье, он оказался в своей каюте.

— Александр? — чуть удивленно проговорил он, когда увидел меня. Затем вгляделся, и на его древовидном лице проступило изумление. — О-о… Вы опять того? Споткнулись?

Смеяться было больно, но я не удержался и хохотнул. Лорикс тоже растянул улыбку и махнул ветвью-рукой, впуская меня в свою обитель.

Я рассказал ему всё точно так же, как и Эктону, опустив детали о необычном поведении ПОМа. Тот неодобрительно цокал и качал головой, но пичкать нравоучениями не стал. Извлёк из выдвижного ящика инджизу и старательно измазал сначала моё лицо, а затем приказал раздеться и сунул банку в руки.

Быстренько втерев ядовито-зеленую жижу по самым израненным местам, я протянул баночку с остатками обратно Лориксу.

— Благодарю, профессор. Мне уже лучше.

— Ещё бы. Это ведь инджиза.

Но он вовсе не спешил принять её обратно. Вместо этого приказал ИИ приготовить две порции да’аши. Это порадовало. Напиток понравился ещё с прошлого раза. Но я так и стоял с протянутой банкой.

— Оставь у себя, — махнул Лорикс. — Возьми с собой на судебную станцию, проглоти перед заседанием. Но немного и только один раз.

Я прижал банку к себе, но продолжал ждать пояснений.

— Инджиза придаст тебе бодрости и ясности ума.

— А-а, припоминаю, — кивнул я. — Вы говорили, что она вроде как энергетик, если принять внутрь.

— Да. Но нельзя злоупотреблять. Если будешь пичкать в себя каждый день, то выработаешь резистентность, и она перестанет работать как надо.

Ещё раз поблагодарив Лорикса, я направился к посадочной платформе зелёной зоны. Вообще, насколько я начал понимать устройство «Галактикума», каждая зона имела всё необходимое для обучения и обеспечения кадетов. То есть, по сути, состояла из четырёх одинаковых частей.

Так как набор новобранцев заметно просел, то многие общие каюты стали использовать только в конкретных зонах. К примеру, столовая — в синей, спортзал — в красной, посадочная платформа — в зеленой. Так экономят ресурсы станции. Зато кадетам, преподавателям и обслуживающему персоналу приходится мотаться из зоны в зону.

Когда я подходил, Корг-Магир уже ждал. Он хмуро глянул на меня. На его собственном черепашьем лице отразилось разочарование.

— Пришел-таки.

— Да.

— Не передумал? — В голосе послышались нотки надежды.

— Нет. Хочу доказать свою невиновность, профессор.

— И что потом?

— Вернусь на Землю. — Я пожал плечами: «А что он, собственно, ожидал? Ради чего апелляция?»

Он глубоко вздохнул и повёл меня на посадку в шлюз станции, через который мы попали в шлюз космического катера, того самого, что три дня назад доставил меня сюда.

Я уже дважды испытал перелеты в безвоздушном пространстве. Первый, когда поднялся с Земли на орбитальную станцию. Затем, когда меня портировали на «Галактикум». И вот — предстоял третий.

Послышалось шипение — сброс воздуха из шлюзового отсека. Затем двигатели катера затрещали, загудели. Корпус завибрировал и двинулся прочь от станции. Еще минут через пять раздался высокий вой — возвещение о гиперпространственном прыжке.

Я не знал, почему его называли именно прыжком. По сути, это был тот же полет, просто космос за иллюминаторами гас. Исчезало всё: звёзды, планеты, астероиды. Оставалась лишь бесконечная тьма. Пользуясь случаем, я спросил об этом ректора.

— Александр, вы только что изъявили желание покинуть академию, — ответил он раздраженно. — Так к чему вам знать всё это?

— Ну… быть может, суд не примет мои доводы и оставит всё как есть.

— Вот и славно бы, — кивнул он. — Разумеется, в таком случае вы обо всём узнаете на лекциях и практических занятиях.

Спорить не стал. Какой смысл? В конце концов Корг-Магир прав. Да и чего ему любезничать, раз я решил свалить из академии?

Спустя пару часов мы вынырнули из гиперпространства. Через иллюминаторы просматривалась сравнительно небольшая станция круглой формы. Катер поспешил к ней.

Внутри судебная станция представляла собой несколько этажей больших круглых площадок. На каждой вдоль всей окружности располагались двустворчатые двери — входы в залы заседаний. Площади усеивались скамейками, где ожидали адвокаты, участники дел, свидетели и гвардейцы.

Я таращился на это скопление, заметив, что, хотя большая их часть — люди, но встречались и чудны́е существа других рас. Я пытался заметить среди них знакомые формы древовидных ксайдорусцев, но не нашел таких. Зато попались несколько краснокожих людей, точь-в-точь как Астера Скай.

Корг-Магир подвел меня к одной из запертых дверей и показал на свободную скамью возле неё.

— Теперь ждем. Скоро нас вызовут.

Я послушно уселся.

Прошло около часа, но прогноз ректора не сбывался. Дверь оставалась запертой.

— Странно, — проговорил Корг-Магир, слегка раздражаясь. — Обычно заседания проходят по четкому регламенту. Вероятно, какое-то заковыристое дельце у них.

Ещё через полчаса створки наконец разъехались. На пороге стояли два гвардейца и закованная в наручники девушка. Моё сердце заколотилось похлеще, чем катер с заведенными двигателями. Красная кожа и фиолетовая прическа арестантки напомнили Астеру. Я вгляделся в лицо, и сердцебиение, только что бешеное, замерло.

И Астера явно признала во мне кадета, которому хотела доверить какую-то важную тайну о станции «Галактикум» и цимберланах. Её голубые глаза, и без того довольно большие, округлились ещё сильнее. Казалось, она не верит тому, что видит.

Между тем из зала послышался злобный выкрик:

— Пожизненная каторга — то, что надо! Это даже поганее казни!

— Успокойтесь, коллега, — чуть тише заголосил другой. — К тому же едва ли она долго протянет в Аджырских шахтах.

Раздался смех. Судей, кем бы они ни были, последняя реплика изрядно повеселила. Мне же стало противно.

«Шахты, каторга», — прозвенело в голове. — «Тоже мне, добропочтенные цимберланские порядки». А ещё знакомым показалось слово «Аджырские». Но откуда и когда мог слышать, не вспомнил.

— Следующие, давайте заходите уже, — прохрипел кто-то из зала. — И так задержались.

Тут же от двери послышался роботизированный голос:

— В зал судебного заседания номер сто четырнадцать приглашается Котов Александр Артурович и ректор…

— Вперёд, — уныло произнёс Корг-Магир, не дожидаясь, пока голос произнесёт весь заложенный текст.

Сунув в рот заготовленную в ладони крошечную порцию инджизы, я затопал к открытому проходу. Ого! Эта штука и правда бодрила получше любого кофе. В это же время гвардейцы повели Астеру. Волей-неволей мы прошли друг мимо друга.

— Прошу тебя! Ты моя единственная надежда! — услышал я шёпот девушки. Но в глазах её царила отнюдь не надежда, а, напротив, отчаяние.

Да и как я мог помочь? Я категорически не понимал, что происходит, и некому об этом поведать. Единственную, кто мог, прямо на моих глазах собирались отправить в некие Аджырские шахты.

Мы оказались в комнате, похожей на ту, где однажды меня судили. Такой же длинный стол на возвышении, три цимберланца и несколько гвардейцев по бокам кабинета. Разве что тут оказалось гораздо просторней и уютней. А для нас с Корг-Магиром предназначались скамейки. И на том спасибо.

— Представьтесь, — сказал судья в центре.

— Уважаемый суд, я… — начал было Корг-Магир, но судья оборвал его.

— А-а… Как же! Знаю-знаю. Ректор космической академии Корг-Магир Варф. Очень рад!

Другие судьи тоже загалдели. Как и центральный, они хорошо знали ректора и были счастливы его визиту. Пока они беседовали, обмениваясь новостями и одаривая друг друга комплиментами, в моей голове бурлили слова Астеры: «Прошу тебя! Ты моя единственная надежда!».

Я знал девушку недолго. Да и знал ли? Я не мог даже поручиться: преступница ли она на самом деле или несправедливо осужденная? Но всё же на сердце щемило: «Прошу тебя!».

И она знала нечто важное. И почему-то мне чертовски захотелось узнать это. Чем бы оно ни было.

«Ты моя единственная надежда!» — продолжало свербить.

— Александр Котов! — донесся будто со стороны чей-то хрип.

Я вздрогнул и уставился на судейский триумвират.

— Наконец-то, — недовольно пробурчал тот, что сидел справа.

— Начинаем, — в тон кивнул центральный. — Итак, дело об убийстве гвардейца республиканского космического флота… — И он принялся перечислять утомительные детали: кто, что, где, почему.

Потом меня уведомили, что подключатся к моему ИИ-ПОМу, так что шансов соврать у меня не будет. Цимберланин, который сидел слева, забарабанил по столу точно так же, как днем раньше это делала Тариса Криши.

Но в этот раз Бургер не замер, а кошачьи глаза остались живыми. Он непринужденно помахивал хвостом.

— Итак. Как вас зовут?

— Котов Александр Артурович, — доложил я, памятуя, что было на вчерашних тестах.

— Подтверждаю! — ухмыльнулся Бургер.

Посыпались вопросы. Сначала дурацкие, очевидные. Затем, наконец, они перешли к делу.

Я рассказал, как начался мой злополучный день.

— А почему вы были не выспавшимся? — недоумевающе уточнил один из судей.

— Ну… Ночью я играл в компьютерную игру, в которой, — я на секунду замер, поняв, что собираюсь сказать: «в которой истреблял космических пришельцев». — В которой задача — строить дома и обустраивать город.

Я побледнел.

— Подтверждаю, — лениво произнес Бургер. Мне начало казаться, что заседание ему изрядно наскучило и он на автомате подтверждает всё, что я ляпну.

Расспросы продолжались. Я поведал про всё случившееся, пока не дошел до ключевого момента — собственно убийства гвардейца.

— Итак, вы утверждаете, что он подошел к вам почти вплотную, вы вежливо попросили отойти, а когда он отказался, оттолкнули? — с сомнением переспросил центральный судья.

— Именно так. — Я нарочито нахмурился. — Разве мой ИИ-ПОМ не подтвердил это только что?

— Подтверждаю, — отозвался Бургер.

Судьи переглянулись.

— Этот гвардеец был совсем неопытным, только-только из академии, — задумчиво произнес судья справа.

— Пожалуй, это многое объясняет в этом странном случае, — в тон ему добавил левый.

Центральный тяжело вздохнул. Посмотрел на правого — тот кивнул. Перекинул взгляд на левого — тот тоже качнул своим черепашьим клювом.

— Котов Александр Артурович! Суд второй инстанции галактической республики признает ошибку суда первой инстанции. Ваше обращение удовлетворено, вы признаны невиновным в деле об убийстве гвардейца, так как отсутствует состав преступления.

— Но, уважаемый суд, — подал голос Корг-Магир.

— Ректор Корг-Магир Варф, — переключился на него судья. — Академии надлежит доставить кадета Александра на его родную планету Земля. Отныне служба в космической академии для него может осуществляться только на добровольной основе.

Корг-Магир не предпринял новых попыток и покорно склонил голову.

— Всем всё ясно? — осведомился судья.

Через минуту створки зала раскрылись, выпуская нас с ректором. Мы выбрались на людную площадь станции.

— Если остались какие-то вещи в академии, то можно сначала забрать их, — угрюмо предложил Корг-Магир. — Либо сразу на Землю.

«Хэлп ми, Оби-Ван Кеноби», — почудилось в моей голове.

— Ну? — поторопил ректор.

— Ё май онли хоуп, — закончил я вслух фразу из головы.

— Я твоя единственная надежда? — насторожился Корг-Магир и обеспокоенно уставился на меня. — Что это значит?

Я усмехнулся. Ох уж эти ПОМы. Что угодно переведут своим хозяевам. А вот мой ПОМ всем ПОМам ПОМ. И, пожалуй, с таким реально разгадать любую тайну.

— Это значит, ректор, что вы остаетесь моим ректором.

Черепашья морда чуть просветлела.

— А я остаюсь кадетом в вашей академии, — кивнул я. — Думаю, из меня выйдет отличный пилот.

Глава 14

Пока летели на Землю, я немного пожалел о принятом решении. Но менять мнение поздно, хоть и накатила неожиданная тоска по Земле-матушке. Да и не столько по самой планете, сколько по дому.

Я прикинул, что уже две недели не созванивался с родителями. Да и с Димоном хотелось пообщаться. Сказать ему, что всё обошлось и меня оправдали. И директора своего, теперь уже бывшего, не мешало бы повидать.

— Корг-Магир, — обратился я к ректору. — А может, заскочим на Землю, хотя бы на пару часиков?

— Нет, кадет. Не положено.

Вот так приплыли! Я тут, знаете, жертвую собой во имя академии, а он мне: «Не положено». Я ещё больше пожалел о своем импульсивном решении.

— После первого года начнутся каникулы, — продолжил объяснять ректор. — Вот тогда-то кадетам разрешено покинуть «Галактикум».

— Год? — Я уставился на него. — Год не увижу своих родных и близких?

— Зато сможете позвонить им один раз под присмотром куратора. — Он многозначительно поднял палец. — А со второго курса несколько раз.

— Один звонок в течение года? Но почему так? За что?

— Ни «за что», а «почему», — уточнил ректор. — Это делается в целях безопасности. Академия — важный актив Галактической Республики. Мы и так частично лишились её. Всё из-за беспечности.

— Вы про тот теракт? Неужели вы думаете, что кадеты способны на такое?

— А кто, по-вашему, учинил это безобразие двадцать два года назад? Один из кадетов. А на днях это чуть не повторилось.

— Астера Скай? — вырвалось из меня. — Та девушка, которую судили перед нашим заседанием?

— О-о! Ты знаешь о ней? — удивился ректор.

— Неужели она и впрямь преступница?

— Уж поверь мне. Её планы могли стоить жизни многим.

— Но зачем ей это?

— Сложно сказать, — ректор пожал плечами. — Полагаю, это происки цефеев. Они ищут пути уничтожить «Галактикум». Видят угрозу в нём.

Ничего другого о теракте и Астере во время полета разузнать не удалось. Как добрались до станции — разошлись.

* * *

— Ты решил остаться? — Обрадовался Эктон, как только я рассказал ему, что полностью оправдан.

— Ага.

— Ты просто, просто… — Глаза друга горели от радости и восхищения. — Ты просто истинный патриот Галактической Республики!

Я фыркнул. Но Эктон не заметил этого и принялся рассуждать вслух, как будет здорово вместе учиться, а потом служить в одном экипаже.

— Мой отец! — воскликнул он. — Может даже угодим на его крейсер! Если не посрамлю его имя, то он обязательно похлопочет, чтобы нас направили к нему.

— Точно, — усмехнулся я. — Будете служить отец и сын — идиллия!

— Отец, сын и его друг! — без тени улыбки и очень уж торжественно провозгласил Эктон.

От такого пафоса мне даже жутковато стало. Я решил, что неплохо бы перевести тему разговора в другое русло, но Эктон и сам позаботился об этом.

— Кстати, пока тебя не было, пришло одно важное сообщение.

— Какое? — начал было я, но потом отмахнулся. Бургер уже готов был докладывать.

— Завтра стартуют занятия. Первое в физкульт-каюте. Там познакомишься со своим куратором.

* * *

— Всем привет-привет! — кивал человек с короткой рыжей стрижкой в комбинезоне, похожем на наши, разве что чуть более навороченном. Зато такой же расцветки — красно-чёрный.

Мы, группа кадетов из пятнадцати человек, стояли полукругом в огромном спортзале и глазели на него: высокого, стройного и крайне подвижного. С каждой репликой он обязательно размашисто жестикулировал, причем абсолютно не в тему.

— Знаете, кто я? — с задором спросил он у толпы, резко подняв обе руки вверх.

— Наш куратор, очевидно, — проговорила Элис. Её сестра стояла рядом. Она хмыкнула, соглашаясь с догадкой.

Впрочем, это было несложно.

— Точно! — Он широко улыбнулся американкам и запрыгал на месте. — А зовут меня Критч Мороув. Помимо того, что я курирую красную группу первого курса, преподаю. Угадайте что?

Я не мог определиться: забавный он или, наоборот, раздражающий с его очевидными вопросами.

— Учитель по физподготовке? — спросил кто-то из кадетов.

— А ещё по воинскому искусству, — согласился он, выпячивая грудь. При этом он оторвал от пола одну ногу и принялся раскачивать её вперёд-назад. — Я буду обучать вас, как драться с противником в ближнем бою с оружием и без. Поупражняемся в управлении экзокостюмов и многое другое.

Мы продолжали глазеть на его кривляния. А он наконец чуть успокоился и оглядел нас.

— Давайте теперь и о вас немного поговорим. Я буду перечислять ваши имена, а вы отзывайтесь, договорились?

Кадеты загалдели, соглашаясь на перекличку.

— Итак! Первый! — Он взял паузу, очевидно вглядываясь в список своего ПОМа. — Александр Котов.

— Я. — Я помахал рукой. Потом чуть подумал и заставил себя улыбнуться. — Присутствует!

Он улыбнулся в ответ.

— В твоем файле отмечены выдающиеся параметры, Александр! — просиял он. — Ты перспективный боец! Уверен, на специализации после второго курса ты выберешь именно это направление.

— Подумываю об этом, — соврал я.

Я не стал его разочаровывать, так как решил, что стоит втереться в доверие к куратору. Заслужить хорошее отношение. Глядишь, позволит звонить родным чаще, чем один раз.

— Сила у тебя что надо, да и выносливость на уровне, — одобрительно закивал он.

Я встал в бодибилдерскую стойку, чтобы продемонстрировать, что его сведения вполне правдивы. Послышались восторженные оханья американок. Вот ведь дикарки. У них что там, в Америке, нормальных пацанов нет? Неужто все жирдяи да хлюпики?

Критч Мороув на мои кривляния отреагировал сдержанно. Видимо, предпочитал исполнять их, а не наблюдать.

— Но вот каковы твои бойцовские качества? — задумчиво пробормотал он. — Хорош ли ты в поединках?

— Сто процентов! — не сдержавшись, выпалила Джессика Джексон.

— Драться умею. — Я старался придать голосу сдержанность.

— Доказать сможешь? — фыркнул Критч, глядя на меня как на выскочку-зазнайку.

Я пожал плечами.

— Хоть сейчас. Но… — В голове появился план, и я думал, как бы сказать помягче. — Если я, скажем так, не разочарую… То можно мне будет позвонить на родину два раза вместо одного?

Он нахмурился, призадумавшись. Затем усмехнулся, вытянул руку и поманил ладонью.

— Если не разочаруешь, Александр.

Он встал боком, принимая бойцовскую стойку. Я вышел к нему, коротко поклонился и тоже встал напротив. Мысленно благодарил себя, что немного размялся с утра, пока был в своей каюте.

— Ну посмотрим! — напыщенно произнес он, глядя на меня как на неопытного самозванца, что посмел бросить вызов ему — великому физруку космической академии.

Он отвел руку в сторону, готовя замах, но лишь чуть-чуть. Я напрягся. Кулак метнулся к лицу. Я отпрянул.

Но, как оказалось, зря.

Критч не бил, а лишь, что называется, пугал. Кулак его сразу же вернулся на исходную, а сам великий физрук хохотнул.

— Ладно, шутки в сторону, — примирительно сказал он и тут же вновь двинул кулаком, теперь и вовсе без замаха. Я машинально уклонился.

И снова это был лишь акт запугивания. Как я не любил такие приемчики. Нервируют они. А коли проигнорируешь — рискуешь и вправду получить. Я вгляделся в его глаза, чтобы понять, что будет дальше.

— Просто проверка, не серчай, — успокоил он. — Теперь всё по-взрослому. Готов?

Я промолчал, а он опять двинул рукой. Но в этот раз я уловил замысел в его глазах. Да. Он снова кривлялся. Силой воли я совладал собой и даже не шелохнулся. Рука, не достигнув моего носа, метнулась назад.

Он рассмеялся.

— А ты не промах. — В тоне ощущалось уважение. — Ну что ж, тогда понеслась, да?

— Да, — согласился я и что есть силы врезал ему по челюсти.

Критч Мороув, наш преподаватель физкультуры, а по несчастью и куратор, грохнулся плашмя прямо на металлический пол спортзала.

Послышались тихие охи и ахи других кадетов. Гораздо громче доносились восторженные улюлюканья сестёр-американок. В голове же бил пульс. Пульс и мысль: «Фиг я теперь получу второй звонок…».

Глава 15

Мы столпились вокруг неподвижного распластавшегося тела учителя. Глаза его закрыты, рот напротив распахнут, словно готовился заглотить здоровенный окорок. Моё сердце бешено колотилось. Вспомнился гвардеец-хлюпик, которого я убил одним лишь толчком.

Элис присела возле физрука, прикоснулась к запястью, замерла.

— Вроде пульсирует.

Веки Критчи дернулись, заморгали и распахнулись. Зрачки закружили, оглядывая присутствующих кадетов.

— Что? — слабо выговорил он. — Что происходит? Где я и почему… — Тут его взгляд зафиксировался на мне. Глаза наполнились пониманием и… бешенством.

— Эм-м… Надеюсь, я не разочаровал вас, профессор, — произнес я извиняющимся тоном. Хотелось добавить: «И, надеюсь, не покалечил», но такое могло показаться унизительным, а я всё ещё надеялся поладить с куратором.

— Ты! — Он чуть приподнялся и облокотился о пол. — Ты дрался нечестно!

Я не знал, что сказать. Соглашусь — и вроде как я подлец. Возражу — будет злиться на меня.

— Реванш! — воскликнул он, с трудом поднимаясь.

Критчи замахал руками, призывая кадетов расступиться, затем вновь встал в стойку. В глазах бушевал огонь.

Ну… Теперь запугивать не станет. Сразу врежет.

— Может, в другой раз? — предложил я.

В ответ он только оскалился. Так что пришлось снова встать в боевую позицию. Я отчаянно пытался решить, как поступить. Выходило только одно: поддаться.

— Сейчас ты узнаешь, как правильно драться, — проскрежетал Критчи.

Куратор подскочил ко мне, размахнулся и разрядил кулак по лбу. Вышло у него скверно. Удар прошел частично вскользь и получился скорее суетливым, чем сильным.

Но у меня получилось ещё хуже. Схлопотав этот сомнительный удар, я, вместо того чтобы сразу рухнуть как подкошенный, закачался. Уверен, со стороны могло показаться, что мне не в морду дали, а подстрелили в грудь, и я, этакий крепыш, отчаянно сопротивляюсь смерти. Такое нередко можно увидеть в кино.

Наконец я упал, якобы сраженный ударом куратора.

Возникла гробовая тишина. Слишком поздно до меня дошло, что не обязательно валяться неподвижно. Можно и пошевелиться, чай не КамАЗ по мне проехал.

Тишина угнетала, а я, поняв свою ошибку, решал: «Что же теперь делать? Ведь явно никто не поверил в этот фарс». Носок ботинка Критча уперся в меня и чуть подергался.

— Поднимайся, — недовольно проворчал куратор.

Я подчинился, посмотрел на его посеревшее лицо.

— Круто врезали, — промямлил я. — А я круто пропустил. Не хватило реакции.

— Лучше заткнись, — прошипел он.

— Эм-м, профессор Критч, — смущенно начал я. — Насчет нашего уговора…

— Насчет нашего уговора всё в силе.

Профессор то и дело перекидывал взгляд на остальных кадетов, стоявших чуть поодаль. Некоторые из них хихикали, поглядывая на него.

— То есть могу рассчитывать на два звонка? — обрадовался я.

— Нет, конечно!

— Но ведь вы сказали…

— Я сказал: если не разочаруешь, — прохрипел он, чуть не давясь собственной слюной. — А ты, Александр, очень даже разочаровал.

На этом урок физкультуры закончился.

Кадеты из нашей группы похлопывали меня по плечу. Кто восхищенно, кто с сочувствием. Американки и вовсе прилипли, осыпая комплиментами. Даже Эктон не стал брюзжать.

— Ну и повезло нам с куратором, — высказался он, когда мы всей группой собрались в коридоре. — Он же просто фееричный клоун.

— Интересно, — усмехнулся Сильв Шарам, парень с прической, выкрашенной справа в фиолетовый, а слева в желтый. — Всем таких раздают или только мы счастливчики?

— У зелёных куратор — Кри-со-бэй, — отозвалась Вальда Риши, девушка, у которой и вовсе волос не было, голова вытянута, как у Мегамозга, а кожа светло-зелёная.

— Он член триумвирата и преподает пилотирование, — вспомнил я его слова на тестировании.

— А главное — нормальный, хоть и слепой, — заметил Сильв.

— Слепой? — удивился я. — И при этом преподает пилотирование?

— А что такого? — встречно удивился Эктон. — Зрение у него нарушилось настолько критично, что уже не реанимировать. Там вышла какая-то неприятная история с перестрелкой и пленом у цефеев. А потом уже стало слишком запущено, даже инджиза оказалась бессильной. А вот очки с ИИ вернули зрение.

— Кстати, наш следующий урок именно у него, — сказала Вальда.

Из-за резко закончившейся физкультуры у нас появилось свободное время. Мы разбрелись, но к нужному моменту собрались возле кают-лектория по пилотированию.

Она оказалась такой же просторной, как и физкультурный зал Критча. Вокруг стояли множество приспособлений с креслами, пультами, мониторами и другими непонятными штуками. Очевидно, они предназначались для постижения управления космическими судами.

Больше всего впечатлял макет небольшого космического катера. Впрочем, маленьким его считали лишь в сравнении с другими. Длина корабля достигала метров двадцати, а ширина — десяти. Стоял он в самом центре класса на небольшом возвышении.

Кри-со-бэй Тарго критически осмотрел нашу группу.

— Итак, красные. Давайте знакомиться, — начал он, поправляя кибер-очки.

Он представился, пояснил, что за предмет ведёт, а ещё упомянул о каком-то состязании. Мол, в его кают-лектории испытания будут проходить чаще, чем в других. Разве что спортзал составит конкуренцию.

Мы не совсем поняли, о каком таком состязании идет речь, и больше таращились на постамент с катером. Заметив это, Кри-со-бэй усмехнулся.

— Да. Эта детка — экспонат, на котором мы будем проводить много времени.

— Он не летает? — осведомился Эктон.

Профессор внимательно вгляделся в него, прежде чем ответить.

— Эктон Фэйр, хм-м… А нет ли у тебя родственника по имени Армдэл?

— Это мой отец, профессор, — просиял мой друг. — Он пилот, служит в космическом флоте.

— Имел честь обучать его. Способный малый. Надеюсь, ты весь в него.

— Я тоже стану пилотом, вот увидите! — чуть задыхаясь от волнения, принялся заверять Эктон.

— Что касается вашего вопроса, то нет, «Гроза Аджыра» больше не летает.

— Гроза Аджыра? — переспросил я. Вспомнилось об «Аджырских шахтах», куда, вероятно, уже доставили несчастную Астеру.

— Да. Есть такой пояс астероидов — Аджырские. На них великое множество полезных минералов, включая ценнейший, под названием инджиза. Когда-то этот катерок служил именно там, пока не получил повреждения. Потом его направили нам. Мы его подлатали как смогли, и теперь многие кадеты обучаются теории именно на «Грозе».

Вводный урок по пилотированию пролетел незаметно. Кри-со-бэй позволил нам зайти на борт «Грозы Аджыра». В пятиместном катере и сантиметра свободы не осталось, когда мы напичкались в него, а потом по очереди усаживались в кресла пилотов, навигаторов и техников.

Перед местом пилота красовался вполне привычный штурвал, наподобие джойстика. Таким я тысячу раз управлял в играх.

— Это особая ограниченная серия катеров, которые выпустили задолго до повсеместного внедрения электронных мозгов. В своё время эти машинки здорово выручили нас в битвах с цефеями.

— Да, папа говорил. Именно так вы его группе рассказывали, — горделиво заметил Эктон. — Ручное управление помогло нашим сдерживать натиски.

— Как это? — удивился я.

— Действительно, вся суть в ручном управлении, — подтвердил Кри-со-бэй. — Оружие цефеев вывело из строя корабли с передовыми технологиями, но эти настолько просты, что антиИИ-пушкам цефеев попросту нечего было выжигать. Потому-то эти катера оказались самыми живучими.

— Потом и на других судах стали устанавливать ручное управление вместе с интеллектуальными системами, — продолжил за профессора Эктон.

— Ну всё, — захлопотал Кри-со-бэй. — Покинуть макет!

Кряхтя в ужасающей тесноте, мы потопали на выход. Профессор рассказал и показал нам немало интересного и пообещал, что впереди ждёт ещё целая куча удивительных и захватывающих моментов, особенно когда начнётся практика.

Охваченный новыми впечатлениями, я ещё больше загорелся идеей стать пилотом, а не воином, как мне советовали.

Третьим был урок истории и философии цимберлан. Единственное полезное, что я почерпнул, это пара нюансов о внезапно возникших врагах Галактической Республики — цефеях.

Оказалось, что их необычное оружие разрушает не саму электронику, а именно искусственный интеллект. Он начинает глючить, тупить и больше мешать, чем помогать. Выходят из строя все системы, полагающиеся на ИИ. Причем оружие это не только бортовое, но и ручное. В боях на земле вывод из строя ИИ-ПОМов — явление частое.

После третьего занятия предстоял обед. Мы направились в синюю зону, где, конечно, повстречали Трэши Дро.

Хотя после нашей последней встречи лысый подонок представлял собой весьма жалкое зрелище, на лице его не нашлось даже царапинки. Значит, и у него имелся доступ к инджизе.

Наша стычка в серой зоне ничему его не научила. Завидев меня, он налился краской, скривил лицо в гримасе отвращения, а потом закричал во всю глотку:

— Смотрите, кто не испугался явиться!

Все кадеты в столовой начали вертеть головами, чтобы понять, о ком тот говорит. Когда поняли, переключили внимание на меня и Трэши.

— С чего бы ему испугаться? — вступился за меня Эктон. — По-хорошему, тебе бояться надо. Ты же огреб в серой зоне.

— Это он так сказал? — не без ехидства ответил Трэши.

— Ну и-и…

— И-и-и… — передразнил Трэши. — И то, что значит твой друг не только трус, но и лжец.

— Ты совсем охренел? — наконец выпалил я, чуть придя в себя после столь наглой нападки.

— Да, я звал его на поединок. Но наш герой попросту не явился.

— Я лично видел на нём синяки и шрамы, — возразил Эктон.

— Правда? И где же они? — Трэши скорчил якобы удивленный вид. — А может, твой друг просто намалевал на себе пару царапин, чтобы похвастаться перед тобой и этими? — Он указал на американок.

— Я залечился инджизой, — коротко пояснил я.

— А где взял? — удивился кадет в черно-зеленом комбезе. Сразу ясно, из какой он зоны.

— Нигде, — ответил за меня Трэши. — Инджиза жутко дорогая, провоз её на «Галактикум» воспрещён, получить можно только в мед-каюте. Но опять же — не просто так.

— Может, сейчас разберемся? — вспыхнул я. — Один на один! Или лучше вспомнишь, как обделался, причем в экзокостюме?

Разъяренный, я вскочил на ноги, но руки Эктона ухватились за меня и потащили назад.

— Ты просто конченный псих, — зашептал мой друг. — Этот дебил попросту провоцирует тебя. Нападешь — и, считай, попал в карцер.

Слова друга чуть отрезвили. Вот только Трэши и не думал униматься.

— Держу пари, из-за этого унылого труса и лжеца красные окажутся последними!

— Последними в чём? — озадачился Сильв Шарам. Остальные ребята тоже недоуменно уставились на лысого наглеца.

Тот так удивился нашим вопросам, что даже заморгал часто.

— Ваш куратор Критч что, настолько туп, что забыл сообщить?

— Группы первого курса будут состязаться за самое престижное практическое задание, — пояснил кадет из зеленой зоны. — А те, кто окажутся хуже, получат, наоборот, самое неприятное.

— И, как я уже сказал, оно достанется красным, — брезгливо заключил Трэши.

В этот раз я не поддался. Хорошее ли, плохое задание получим мы — плевать. Если уж на то пошло, то гораздо больше меня интересовало, что творится в академии. Что натворили цимберлане? Почему осудили Астеру Скай?

Ну а что касается состязания — ещё посмотрим.

Так что, проигнорировав злорадную ухмылку своего недруга, я взялся за еду. Эктон же легонько толкнул локтем:

— Да уж. Расстроил ты нашего куратора. Он даже забыл нам о таком рассказать.

— Да пустяки. Кому это вообще интересно?

Глаза друга расширились.

— Мне интересно. И всем! Дело ведь не только в практике. Это престиж. Я с ума сойду, если придется признаться отцу, что…

— Да сколько можно, Эктон? — возмутился я. — Ты можешь не упоминать своего отца хотя бы пару минут?

В глазах друга мелькнул укор. Он надулся и уткнулся в тарелку.

— Зря ты так, — послышался голос Вальды. — Цимберлане учитывают все достижения кадетов при назначении в космофлот.

— Да что ж вы все как один: цимберлане-цимберлане! — С психу я отодвинул миску с картофелеподобным блюдом. — Хоть один послушал бы Астеру Скай!

Я хотел процитировать слова террористки, чтобы не доверяли цимберланам, но глаза Вальды резко округлились, а ладонь шлепнулась по вытянутому лицу. Смотрела она при этом не на меня, а за спину.

Поняв, что что-то не так, я смолк и крутанул голову. По спине пробежал холодок: прямо за мной стоял Корг-Магир!

Глава 16

В кабинете ректора я чувствовал себя крайне неуютно.

— Скажу прямо, кадет Котов, — произнес он. — Вы на хорошем счету в академии. Триумвират отметил вас как весьма перспективного.

Стало чуть комфортней.

— Отмечу ваши особые физические параметры. Сканирование во время внедрения ИИ-ПОМ показало, что в этом плане ваша генетика близка к идеалу, — продолжил он осыпать комплиментами. — Ещё больше порадовала ваша сознательность. Вы решили остаться в академии. Это похвально.

Мысленно выдохнув, я окончательно расслабился.

— Но то, что я услышал, — в голосе ректора появился упрёк, — то, что вы произнесли в столовой… опасные вещи.

— А что такого? — удивился я. Дыхание снова участилось, мышцы напряглись, будто в ожидании внезапного удара. — Я просто упомянул ту девушку с красной кожей.

— Раварка, — уточнил Корг-Магир. — Но главное, как я уже объяснял, — она преступница. Хотела устроить беспорядки, нанести непоправимый ущерб «Галактикуму». Это могло погубить многих кадетов и персонал станции.

— А что именно она замышляла?

— Это не важно. Куда важнее, что она сказала тебе.

«Не доверять тебе и твоим землякам», — подумал я, но, конечно же, не осмелился ляпнуть это вслух.

— Не знаю, — соврал я. — Я ведь тогда галаспичем не владел.

— Помнится, я дал вам портативный переводчик. — Черепашьи глаза сощурились, будто пытались подловить меня.

— В тот момент я не успел включить его, — понесло меня во все тяжкие.

— Ну допустим. А почему вы до сих пор не вернули его?

— Прошу прощения, ректор. Завтра занесу.

— Сегодня, Александр. И это очень важно.

* * *

Разговор с ректором оказался не таким ужасным, как я вообразил поначалу. Но я понял: пока рано пить боржоми. Портативный переводчик при всей своей простоте наверняка имеет пару фокусов. Например, записывает все переведенные им реплики.

Нет… Нельзя сломя голову выполнять приказ цимберланца. Но и оставлять девайс в лаборатории тоже опасно: что, если он сам зайдет туда и заберет?

Я добрался до лаборатории, приложил руку к двери и… ничего не случилось. Вспомнились слова гвардейцев, которые вели Астеру: «У него даже ИИ-ПОМа нет, не то что допуска к двери этого уровня…».

Стало быть, сюда не всякий мог зайти.

Я попробовал ещё несколько раз.

— Доступа нет, — доложил Бургер, разводя руки в стороны. — А впрочем…

Послышалось негромкое шипение, после чего створка отъехала в стену. Я вошел и тут же наткнулся на знакомого робота.

— Александр Котов, — констатировал он. — Как вы вошли?

— Ногами, — буркнул я, чтобы не углубляться в детали. — Я тут у вас одну вещицу забыл.

— Верно. Ваш переводчик всё ещё здесь. — Робот направился к следующей двери и махнул мне ладонью, мол, следуй за мной. — Кстати, как ваш ИИ-ПОМ? Служит исправно? Нет аномалий?

— Всё просто превосходно, — сказал я и не соврал. Те недочеты, что выдавал Бургер, с лихвой перекрывались его необычными талантами.

Переводчик лежал на столе на том самом месте, где я его оставил. Робот взял устройство и протянул мне.

— Александр, вы так и не объяснили, как открыли дверь.

Я уже ухватился за устройство, но цепкие пластиковые пальцы крепко держали его. Мне пришлось хорошенько потянуть, но и это не помогло. Он не отдавал переводчик, вылупился на меня, ожидая ответ.

— Как вы это сделали?

— Очень просто, — выдавил я, напрягаясь от усилий. Затем наконец догадался разжать его пальцы. — Она сама открылась.

Я наконец овладел переводчиком и рванул к двери. Но она оказалась закрытой. Робот с интересом наблюдал.

— Эм-м… Откройте, пожалуйста.

— Дружище, — возмутился Бургер. — Ты и сам можешь. Просто подставь кулак.

Ага. Конечно могу. Вот только не всем положено об этом знать.

— Или сообщить Корг-Магиру, что я не могу принести его вещь, так как робот в лаборатории взбунтовался? — поинтересовался я, повертев переводчиком перед глазами робота. При этом старался придать голосу беззаботность.

— Вовсе нет такой нужды. — Робот поспешил приложить собственный кулак.

Покинув лабораторию, я вовсе не торопился к ректору. Я всерьез подумывал о том, чтобы уничтожить устройство. Но пока решил не спешить. Вдруг придумаю что-то умнее. Потом ведь всё равно придется объясняться.

— Бургер, что у нас по занятиям?

— После обеда оставался вводный урок по «Связи и шифрованию». Его ты успешно прогулял — закончился двадцать минут назад. На сегодня это всё. Можно топать в свою каюту.

«Так это же предмет Лорикса!» — осенило меня. — «Ничего страшного, позже объясню ему, почему отсутствовал. В конце концов, причина у меня уважительная».

Вместо своей каюты, как советовал Бургер, я направился в спортзал, где надеялся застать куратора.

Критч Мороув оказался именно там. Он расхаживал по небольшому кругу прямо в центре физкультурной аудитории, при этом гневно бубнил себе под нос нечто неразборчивое.

— Эх-эм. Эх-эм, — выдал я, чтобы привлечь внимание учителя.

Критч вздрогнул на ходу, от чего споткнулся и чуть не упал.

— Ты? — Взгляд физрука не сулил ничего хорошего. — Что надо?

— Я насчет звонка.

— Сказал же — обойдешься! — На лице отразилось злорадство.

— Я понял, что второй звонок нельзя, но хотя бы один. Мои родители даже не знают, где я и что случилось, и…

— Ты правда думаешь, что меня заботит всё это? — перебил он мои причитания. — Ты своим подлым трусливым приёмчиком унизил меня перед всей группой.

«Хм-м…» — задумался я. — «Если бить во время драки подло, то он прав».

— А что, если теперь меня уважать перестанут? — продолжал свирепеть Критч.

«А были, кто уважал?» — чуть не вырвалось из меня.

— Так что до каникул обойдешься без соплей и мамочки! — заключил он.

— Но Корг-Магир лично заверил меня! — вспыхнул я.

При упоминании члена триумвирата Критч побледнел. Он резко открыл рот — по лицу я понял, что он хотел ляпнуть что-то грубое, — но тут же захлопнул его.

— Ну хорошо, сопляк. Ты получишь свой звонок. Но только один и недолго. — Он резко развернулся и, широко махая руками, замаршировал к выходу. — Пошли!

Я следовал за куратором в полном молчании. Тот тоже шел стиснув зубы, но я физически ощущал напряжение и ярость, бурлящую в нём. Как оказалось, путь наш был не слишком далёк. Мы остались в пределах красной зоны и очутились в аудитории не столь просторной, как спортзал или кают-компания пилотирования.

Зато оно было заставлено оборудованием разного размера и типа. Куча пультов с кнопками, рычагами и мониторами. Я словно попал в увеличенную версию каюты Лорикса.

И мы встретили там именно древовидного профессора по связи и криптографии. Это была его аудитория.

— А-а. Прогульщик, — усмехнулся Лорикс, завидев меня. Затем устремил взгляд на Критча. — Надеюсь, вы не собирались наказывать его. Сегодня был лишь вводный урок.

— Мы по другому вопросу, — недружелюбно отозвался Критч. — Маменькин сыночек соскучился по родине.

— Хочешь позвонить? — догадался Лорикс. — Ну это мы мигом.

Он подвел нас к небольшому пульту, нажал несколько кнопок и повернулся, словно ожидая чего-то.

— Куда звоним? — спросил он. — Какое устройство? Какое ПО? Какой идентификатор?

Секунды две я протупил, прежде чем понял, о чём тот.

— На сотовый телефон, — сказал я и назвал мобильный отца.

— Только без видео и недолго, — хмуро пробубнил Критч. — И не дай бог услышу передачу секретных данных!

Ага. Можно подумать, ты их знаешь! На станции явно нет идиота, кто доверил бы их такому индюку.

— Конечно, профессор, — кивнул я.

Тем временем пальцы Лорикса отплясали по кнопкам на пульте. Послышались гудки.

— Алло, — донесся басовитый голос моего отца.

Моё сердце заколотилось тревожно и радостно.

— Пап! Привет, это Санька!

— Ну наконец-то позвонил! — обрадованно воскликнул отец. — Капибарочка, дуй сюда. Это Санька! Наша гордость — космический кадет!

— Так ты знаешь?

— Ага! Мы как тебя потеряли, в полицию обратились. А там эти роботы махом вычислили, где ты, и доложили, что всё в порядке. Короче, поздравляю, сыняра.

Так уж любил называть меня мой отец — великий шутник и придумыватель прозвищ. Оказалось, что у них с мамой всё в порядке. Они рады изменениям на Земле, а в этот конкретный момент отдыхают в Испании, на Майорке.

Но поговорить как следует не удалось.

— Всё! Довольно! — распорядился Критч. — Лорикс, отключай.

Древовидный профессор глянул на меня сочувствующе, но подчинился. Щелкнул тумблер, связь прервалась.

— Вот и всё, сопляк! — гаркнул Критч. — Ты получил звонок, больше не донимай меня подобной ерундой.

Он зашагал прочь, всё также широко размахивая руками. Я с удовлетворением наблюдал, как он выругался — его правая ладонь зацепила один из пультов вдоль прохода.

— Повезло тебе с куратором, — усмехнулся Лорикс.

— Да уж. Хотел бы я, чтобы вместо него нашу группу курировали вы, профессор.

— На мне сейчас третий курс красной зоны, и я слишком стар, чтобы брать вторую группу. — Голос отдавал печалью.

— Получается, общение с родными проходит через вас? — В моей голове зародилась надежда.

— Конечно. Ведь кроме самой связи требуется обеспечить её защиту, — кивнул он.

— А могли бы вы…

— Не положено. — Руки-ветви разошлись в стороны. — Это исключено. Протокол безопасности. Кадеты первых курсов могут позвонить один раз и только под присмотром своего куратора.

— Я что, похож на цефейского разведчика? — попробовал я отшутиться.

Но он всё равно покачал головой.

— Разведчики и диверсанты нашего врага могут выглядеть как угодно.

— Ну ладно. — Я погрустнел и развернулся к выходу.

Но не успел сделать шаг, как сзади на плечо легла древовидная ладонь.

— Но ты точно и ни тот, и ни другой, Александр.

Глава 17

Лорикс великодушно позволил мне ещё пару звонков. Я выяснил, что у моего земного кореша Димона дела идут превосходно. Он даже решил, что не будет поступать на ФИРТ, как мы хотели, и сконцентрируется на железном спорте.

Игорь Тимофеевич тоже горевал недолго. Забросил бизнес и живет в свое удовольствие. Как и мои родители, отправился на юга. Валяется на горячих пляжах и попивает инопланетный виски.

С его слов, лишь олигархи всё ещё плачутся и считают, что пришельцы «поимели» их. Теперь, когда наступает равенство, им сложнее выпендриваться своим безграничным достатком.

Пришельцы вникли во все дела: экономика, политика, медицина — всё. Почти все военные конфликты урегулированы. Радикалов утихомирили с помощью боевых роботов. Ну да. Они же не цефеи, у них нет оружия против ИИ.

— Сегодня ты много поговорил, — обратился Лорикс, когда я вдоволь наболтался. — Но в будущем злоупотреблять не стоит.

— Конечно, дружище! — просиял я. — Ой. Я хотел сказать, спасибо, профессор, вы очень выручили меня.

Он рассмеялся и треснул меня по плечу своей деревянной рукой.

— Не проблема, дружище. Пока мы наедине, обращайся без обиняков.

Мне было неловко от такого предложения, но, чтобы не обидеть старого ксайдорусца, спорить не стал.

* * *

— Подъём! Подъём! — кричал Бургер на следующее утро. — Впереди много увлекательных и полезных занятий.

Мы с Эктоном побрели умываться. Тем временем Бургер продолжил верещать:

— Новости космической академии! Ректор официально объявляет о соревновании среди групп первого курса. Всего пять испытаний, и те, кто пройдут лучше всех, получат самое интересное практическое задание. Его предстоит проделать уже через полгода.

— Знать бы, что там вообще за задания такие, — проворчал я. — Вдруг овчинка выделки не стоит?

— Ещё как стоит! — моментально возразил Эктон. — Такие состязания проводятся среди первых курсов каждый год. Угадай, какое место заняла группа, где учился мой отец?

— Чего тут гадать, первое, конечно, — фыркнул я.

— Точно. И он был назначен капитаном группы.

— Прикольно, — согласился я без особого энтузиазма.

— А как известно, капитан группы по итогу назначается капитаном корабля на этой самой практической миссии.

— Да что там за миссии-то вообще? — рассердился я из-за безмерной напыщенности своего друга.

— Так слушай, а не отвлекайся, — с обидой в голосе встрял Бургер.

Оказалось, что лучшая группа получит дипломатическую миссию. Задача — стартовать с «Галактикума», прыгнуть в гиперпространство, встать на орбиту целевой планеты, спуститься на челноке и вручить спецпослание местному триумвирату. Далее в обратном порядке.

Второе место — сопровождать грузовое судно. Почему это задание считалось хуже первого, я так и не понял.

Третьим, самым неприятным заданием сочли доставку какой-то важной вещи на ремонтный завод. Тут я тоже не увидел каких-то проблем.

В общем, я решил, что кадеты попросту с жиру бесятся в попытке добиться именно первой миссии. Лично мне было абсолютно плевать.

— Может, скажем им, что мы не против третьего варианта? — предложил я. — Пусть синие и зеленые рвут друг другу глотки, а мы будем жевать попкорн и наблюдать.

Идея так позабавила, что я рассмеялся. Но Эктон не разделял моего настроя.

— Это будет позор для всех красных, — возразил он. — И очень обрадует Трэши.

Да уж. Это я не учел. Наверняка лысый наглец станет насмехаться и уверять, что мы получили третий вариант именно из-за меня. Впрочем, всё равно не хотелось надрываться ради этой глупости.

За завтраком мои одногруппники активно обсуждали предстоящее соревнование. Какие именно испытания нас ждут, толком никто не знал, но предположений сыпалось масса. Больше всего вариантов накидал Эктон.

Мне эта беседа довольно быстро наскучила. Но тут Сильв Шарам заявил, что слышал, будто среди испытаний может быть моделирование миссии на Аджырские шахты. Я невольно вспомнил об Астере Скай.

— Слушай, товарищ ПОМ, а можешь выдать не новости «Галактикума», а вообще? Например, об Астере.

— Ага, как же, — отозвался Эктон, услышав меня. — Нам такой доступ закрыт. Забудь о галактических новостях.

— Доступ обеспечен, — тут же сказал Бургер таким тоном, будто не мне говорит, а Эктону возражает. — Итак, короткий репортаж о террористке Астере Скай, уроженке планеты Равар.

В одно мгновение я исчез из столовой. Вокруг лишь серые скалистые выступы. А дальше, куда ни глянь, — космос. Впрочем, в его черноте виднелись каменные глыбы наподобие той, где стоял я.

«Я стою внутри проекции Аджырского пояса астероидов», — осенило меня.

Меж тем возник приятный женский голос:

— Последовательница известного мятежника и террориста Орлена Дарка́ша, раварка Астера Скай, доставлена на Аджырские астероиды. Здесь ей предстоит бессрочное наказание — работа в шахтах по добыче инджизы.

Локация снова изменилась, и я оказался в тёмной пещере. У стены сгруппировались люди в костюмах наподобие как у глубоководных водолазов. Они орудовали инструментами, похожими на мощные перфораторы. Чуть в стороне от них виднелись другие, тоже в подобном облачении, но другой расцветки, и вместо перфораторов в руках сжимали нечто, напоминающее крутейшие энергетические ружья. Примерно такими стволами я истреблял пришельцев-захватчиков в «Контр-Алиенс».

Голос продолжал:

— Согласно статистике, выживаемость заключенных в Аджырских шахтах редко достигает года из-за избыточной радиации. Защитное снаряжение изнашивается довольно быстро, а по протоколу замена назначается один раз в два года.

«Так вот, значит, что имели в виду судьи», — понял я. — «Да, пожалуй, за смертью для Астеры не заржавеет».

Я пытался убедить себя, что краснокожая девушка мне никто, а для всего мира — преступница. Но сомнения продолжали одолевать, а жалость к раварке — расти.

На второй день нам назначили такие уроки, как «космосоциология», «методы выживания», «уход и эксплуатация лазеров» и «диагностика ИИ». Последнюю дисциплину, как оказалось, вела член триумвирата — женщина с короткой прической, Тариса Криши.

Её урок показался мне весьма захватывающим, а манера излагать — доступной. Очень хотелось задать вопросы, чтобы прояснить для себя кое-какие моменты про необычность Бургера, но у триумвирата и так имелись подозрения насчет моего ПОМа. Так что рисковать я не стал.

Но ещё больше я желал, чтобы занятия поскорее закончились. Не терпелось заглянуть на чашку да’аши к моему другу, профессору Лориксу. Кают-лекторий по связи и криптографии оказался закрыт, зато я нашел старика в его личной каюте.

Завидев меня, он без лишних разговоров предложил войти и располагаться. Горький, но приятный напиток также не заставил себя ждать.

— Как я уже говорил, нам не стоит устраивать переговоры с Землёй слишком часто, Саня, — сказал ксайдорусец, протягивая чашку. — Потерпи хотя бы ещё денёк-другой.

— Я по другому вопросу, — успокоил я его. — Мне просто до смерти хочется узнать, что случилось двадцать лет назад в серой зоне.

— Двадцать два года назад. — Лицо Лорикса заметно посерьезнело и даже погрустнело. — Но это неважно, потому как я, собственно, не знаю.

— Как так? — удивился я. — Ведь вы… ты… уже десятилетие работаешь на «Галактикуме». Кому как не тебе знать всё, что творилось здесь?

— Да. Я был тут в тот злополучный день. По всем ПОМам пошел сигнал тревоги, но что именно случилось, не сообщили.

— И никто не полюбопытствовал?

— Какое любопытство? На станцию в срочном порядке прибыл чуть ли не целый армейский корпус гвардейцев. Оккупировали и заблокировали почти всё, что могли.

— Ну а потом?

— Потом улетели вместе со студентом-нарушителем.

— Орленом Дарка́шем?

Лорикс вздрогнул, когда я назвал имя.

— Да, но откуда ты… А впрочем, неважно. Я уже вижу, что ты весьма пронырливый малый и умеешь добиваться своего. Но эту тайну ты вряд ли раскроешь.

— С помощью тебя, профессор, это вполне реально. Разве компьютеры, камеры, самописцы и всякое такое не работало в серой зоне?

— Работало, — кивнул он. — Но, во-первых, похоже, что именно цифровые мозги серой зоны оказались под прицелом Орлена. А потом на всё, что уцелело, наложили цифровой код немыслимой сложности.

— Так ведь ты…

— Криптокод не мой, — выпалил он, предвосхищая вопрос. — Расшифровать вряд ли смог бы, да и нельзя. Попытайся, и наказание будет таким, как у Астеры Скай и Орлена Дарка́ша.

— Аджырские шахты, добывать инджиз.

— Ты и так знаешь лишнего, — покачал головой ксайдорусец.

— Хотелось бы большего.

Лорикс нахмурился. Взгляд его, и без того невеселый, выражал крайнее неодобрение.

— Понимаешь, я всё думаю об Астере Скай, — упрямо продолжал я. — Мне кажется, тут что-то не так. Что, если её подставили или оклеветали?

— Правосудие республики безупречно и беспристрастно, — возразил Лорикс. — Раз суд решил, что она виновна, то так и есть. К тому же, насколько мне известно, у неё была апелляция, и суд второй инстанции оставил решение в силе.

О том, что это мне также известно, упоминать я не стал.

— Уймись, Саня, — продолжал наставлять Лорикс. — Живи своей жизнью, думай о себе, о карьере и не забывай о близких. Давай всё же наберём твоих родителей.

Он мотнул головой в сторону пульта, наподобие того, что стоял в аудитории и служил для связи с планетами.

— Умаслить хочешь, да?

— Отчего же? — Голос Лорикса стал совсем уж тоскливым. — Просто считаю, что связь с родными очень важна. Я в свое время игнорировал эту мысль. Десятилетиями игнорировал. А когда опомнился, то уж и поздно — не могу выйти на близких ксайдорусцев.

— Почему так? — удивился я.

— Скорее всего, изменился протокол связи, а может, вообще система. Это ещё одна причина, почему я так хочу слетать на родину.

Я уставился на тоскующего по близким друга. Ощутил себя эгоистом восьмидесятого уровня. У него реальная беда, а я тут со своими надуманными затеями.

— Я ведь недавно опять обращался к триумвирату с просьбой отпустить ненадолго. Сегодня получил ответ.

— Вероятно, отказ, — догадался я.

— Общайся с близкими, Саня, — наставительно повторил Лорикс.

Но в тот момент мне не хотелось этого. В голове вновь и вновь всплывало: «Согласно статистике, выживаемость заключенных в Аджырских шахтах редко достигает года из-за избыточной радиации».

— Я бы предпочел дешифратор к серой зоне, профессор, — с грустью сказал я. — Жаль, что ты не можешь помочь мне с этим.

Лорикс вздохнул глубоко и крайне тоскливо.

— Ладно. В любом случае спасибо, дружище.

Я развернулся к выходу из каюты.

Лорикс снова вздохнул. В этот раз ещё глубже и тоскливее, но было что-то ещё в этом звуке. Я замер на всякий случай, будто ожидая новых слов.

И они последовали:

— Хорошо, — произнес он. — Есть мысль, но знаешь…

Глава 18

Я вернулся в свою каюту заметно приободренным. На меня тут же надвинулся Эктон. Мой друг явно был не в лучшем расположении духа.

— Ты чего это шляешься где-то? — с ходу наехал он.

— Эй! Полегче, Эк! Ты что? Не в духе?

Я так опешил, что неожиданно придумал ему прозвище. Но он, казалось, даже не заметил этого.

— Будешь тут не в духе, когда твой друг и сокурсник бродит черт знает где. А ведь нам нужно обсудить предстоящее соревнование, продумать план.

— А что там думать? — бодро отмахнулся я. — Победим и возьмем первое место! На другое я попросту не согласен!

Эктон уставился на меня как на прокаженного.

— А я-то думал, что ты опять запоешь свою песню, что это не имеет значения. Или продолжишь упоминать ту преступницу.

Серость на лице Эктона как рукой сняло. Если бы он только знал, что двигало моими неожиданными изменениями.

План Лорикса был прост и включал три простых пункта:

Во-первых, он вступает в группу преподавателей практической миссии в нашей красной группе. Какое бы место мы ни заняли — он отправится с нами.

Второе, и, конечно же, самое лёгкое — мы занимаем первое место. И это ключевой момент, ведь, как оказалось, дипломатическая миссия счастливчиков как раз на Ксайдорус.

И наконец, по прибытии Лорикс разыщет своих родных и друзей, а мне передаст свой особый дешифратор. Он уверен, что с ним я смогу на свой страх и риск выяснить, что именно случилось двадцать два года назад в серой зоне.

Разумеется, ни Эктону, ни кому-то другому знать об этом не полагалось. Пусть считают, что я попросту передумал и захотел победы для нашей группы, во имя престижной миссии, уважения цимберлан и для потехи собственного эго.

— Ты молодец, что передумал! — похвалил друг. — Мы с ребятами долго обсуждали, как быть на первом состязании. Узнали, кстати, что именно там будет.

— Вот как? И что же?

— Кулачный поединок. Мы должны выбрать кандидата.

Я неверяще уставился на Эктона.

— Серьезно? И вы ещё чего-то размышляли? — усмехнулся я. — Вам нужен боец для контактного боя? Их есть у меня!

* * *

Прошло две недели со старта занятий. Семимильными шагами мы постигали такие науки, как философия цимберлан, пилотирование малолитражных космических катеров, техобслуживание ионных и турбореактивных двигателей, сопротивление материалов, навигация, навигация в гиперпространстве и многое другое.

Надежда Корг-Магира на мою персону явно была не напрасной. Я постигал все эти дисциплины с завидным успехом. Сам диву давался, как легко понимал тот же сопромат. Со слов моих земных приятелей, предмет этот очень скучный и сложный. Но, вероятно, система образования в космо-академии оказалась гораздо эффективнее земной. К тому же нам здорово помогали ПОМы. Многие вещи, которые следовало тупо заучить, внедрялись в нас, когда мы спокойненько дрыхли в наших общажных койках.

Почти всё свободное время я проводил в спортзале, где, само собой, часто находился Критч Мороув. Куратор так и не простил меня за то досадное унижение. Но даже он признавал, что я кадет весьма перспективный, и продолжал настаивать, что меня ждет будущее военного.

Но моё мнение осталось прежним — пилотирование манило своей романтикой.

К сожалению, в спортзале я натыкался не только на Критча. Трэши Дро, ставший мне настоящим заклятым врагом, тренировался с усердием не меньше моего. Скоро стало ясно — он выбранный чемпион синей группы.

Избранник из зелёных тоже приходил. Это был парень мощный, плечистый, но увалень. Я сразу понял: такого в драке надо изматывать, а не идти напролом. Что касалось Трэши, то его манеру поединка я знал не понаслышке. Тут можно быть спокойным. Но в то же время я не мог не признать: он тоже крепкий парнишка и, в отличие от зелёного, довольно шустрый. Ему больше не хватало ума, чем силы или ловкости.

— Са-а-аш, — услышал я знакомый голосок в очередную тренировку. — Привет!

Я ухватился за рычаги тренажера для прокачки трицепсов и грудных. Повернул голову, чтобы увидеть приближающихся Джессику и Элис, подмигнул им. Американки тоже стали завсегдатаями спортзала. Но им больше нравилось наблюдать, хотя иногда и они вставали на беговую дорожку.

— Сопротивление на три, — сообщил я тренажеру и принялся отталкивать рычаги. — А-а-п — Фу-у-ух… А-а-п — Фу-у-ух… — дыхание четко соответствовало повторениям.

— Пф-ф, — раздалось с другой стороны. Это явился Трэши. — Нагрузка как у цефеев! Слабак!

Я мог ему ответить, но какой смысл? Он ведь и сам понимал, что я прокачивал выносливость, а не силу. Потому и не ставил большой вес.

Он схватил в руки пару чемоданчиков-тренажеров и ушел подальше, благо зал позволял не мешать друг другу. В голову сразу закралась мысль: «Есть ли такие портативные тренажеры в новом фитнес-центре пришельцев, где тренируется Димон?». Я счел их весьма удобными. Компактные, легко настраиваемые и могут работать для разных мышечных групп.

— А-а-п — Фу-у-ух… А-а-п — Фу-у-ух… — Я сосредоточился на упражнении. Не только физически ощущал, как сжимаются и растягиваются мышцы, но и ментально представлял их напряжение.

Сестры-американки в этот раз не прилипли. Как завершил подход, отпустил рычаги и огляделся. Они мучили беговые дорожки недалеко от места, где уже вовсю пыхтел Трэши. Но самое занятное, там же маячил и Критчи. Я не мог слышать, но видел, как тот что-то объясняет лысому наглецу.

Снова вернулся к упражнениям. Остаток тренировки прошел более-менее спокойно. В тот день я выложился на полную и решил, что завтра пропущу спортзал. Восстановление — тоже важная часть подготовки.

Едва я выбрался из душа, как Джессика и Элис облепили меня. То, что они клеятся, было очевидно с самого начала, и я бы не прочь, если бы не глупые правила академии. Но в этот вечер их напор перешел все рамки. Два горячих тела прижались ко мне с двух сторон. Руки принялись массировать измученное тело. Эрекция от таких ласк, да ещё и после тренировки, нахлынула моментально.

— О-о… Саша! Ты плохой мальчик! — заметив это, захихикала Элис.

— Да, Саш! Тебя надо наказать, — подмигнула Джессика.

— Неплохо бы, — простонал я, молясь, чтобы эта пытка немедленно закончилась и в то же время чтобы она длилась вечность.

«Ещё пара недель, и сорвусь», — понял я.

— У нас для тебя кое-что есть, — шепнула Джессика. — Мы узнали об особых тренировках Трэши.

— Что ещё за особые тренировки?

— На особых тренажерах, — шепнула Элис. — Они есть у Критча. Быстро прокачивают любого спортсмена, причем по всем пунктам: сила, выносливость, реакция, сопротивление боли.

— Они дают временный эффект, на день-два, — добавила Джессика. — Но сам понимаешь. Если знаешь, когда бой, то…

Руки её прижались к моей груди и начали нежно водить по ней. Пробежал приятный холодок. Элис и вовсе пошла на пролом. Её пальцы опустились ниже, и внутри меня четким пылающим текстом обозначилась новая истина: «Какие ещё, нафиг, пара недель! Сдаюсь!».

— И кто из вас согласится наказать плохого парня? — полюбопытствовал я. Ведь и правда. Клеились обе. Как делить будут?

— Что? — вспыхнула Джессика.

— За кого ты нас держишь? — поддержала её Элис.

— Эм-м…

— Мы накажем тебя вместе с сестрой, — строго сказала Элис. Джессика при этом утвердительно закивала.

В моей жизни девчонок было немало, но оказаться сразу с двумя не приходилось. Я решил, что это станет важным достижением моей жизни, хоть и испытывал стыд. А ещё опасался сдрейфить в самый последний момент. Для меня близость с девушкой — дело привычное, но всё же трепетное и ответственное. Две девушки — двойное волнение и двойная ответственность.

Но неистовое возбуждение перекрыло все сомнения.

— Тогда ждите гостя сегодня ночью! — ухмыльнулся я, нашел в себе силы вырваться и бодро зашагал к выходу, насвистывая «Ob-La-Di, Ob-La-Da» группы «Битлз».

Девчонки позади меня хихикали. Моё настроение тоже подскочило. Пусть Трэши сколько угодно прокачивается в обход правил. Мне тоже предстояло кое-что нарушить из устава академии. Адреналин заметно подскочил, а я уже продумывал план, как проберусь к каюте сестёр.

В конце концов, я мужчина, а не чертов робот!

* * *

— И ты собираешься переться туда из-за полотенца? — удивился Эктон.

Я не мог посвятить в свой замысел этого праведника, поэтому ляпнул о забытом в душевой полотенце.

— Ага. Придется.

— Зачем ты вообще пользуешься обычным полотенцем? Там же стоит аппарат для быстрой просушки. Комфортный и быстрый. Пять секунд — и готово.

Сразу видно, что мой друг не читал «Автостопом по галактике» Дугласа Адамса. Даже фильм не смотрел. Эх, не на той планете ты родился, дружище Эктон.

— Ты не поймёшь, — отмахнулся я, выбираясь из каюты.

Хотя в космосе нет понятия «ночь» и «день», а освещение имелось только искусственное, время делилось на утро, день, вечер и ночь. А считалось по системе цимберлан, довольно близкое и привычное земному циклу.

Ночью бродить по академии не разрешалось. Ещё одно правило. Впрочем, тут я не спорил.

Я даже и не думал идти за полотенцем, которое и правда оставил в раздевалке спортзала. Сразу направился по коридорам к каюте американок. Я предвкушал бурный секс, и будоражила мысль: «Вот он, момент, когда русские трахнут Америку». Но я отнюдь не собирался ляпнуть это даже в шутку. По правде, их приставания сами по себе доставляли удовольствие.

— Эта мерзавка ещё жива, и это проблема! — раздался поодаль громкий хриплый голос.

Я вздрогнул, остановился и затаился. Пытался понять, кто это, но понял: голос мне не знаком.

— Тише! — призвал в ответ шепот его собеседника. — Нас могут услышать кадеты.

Две подозрительные личности двигались навстречу, попутно вели бурную беседу. Моё сердце замерло. Я понял, что это либо учителя, либо кто-то из персонала.

«Как и где мне спрятаться?» — замелькало в голове. Я принялся оглядываться и обнаружил небольшой проем. Метнулся туда, но этого было мало: присутствие кадета могли подсказать ПОМы этих двоих, если у них есть нужный доступ. «Либо бежать! Либо я встрял», — понял я.

— Слушай! Пожалуй, включу режим маскировки, чтобы те подозрительные типы не засекли нас, — заговорщицким тоном шепнул Бургер.

Я должен бы поразиться, что мой ИИ сам сообразил, что делать. А ещё, каким, собственно, образом он получил доступ к такому режиму. Но гораздо больше меня впечатлило слово «НАС». Бургер явно осознавал себя. Будто он не изощренный нейросетевой алгоритм, а реально мыслящее существо.

— Тебе не стоит переживать насчет Астеры Скай. Как ты знаешь, она гниёт в Аджырских шахтах.

— Но она жива! — не унимался первый, самый вспыльчивый собеседник. Он приглушил голос, но отнюдь не до шепота. — Эта женщина крайне опасна для великой и цветущей республики, дарующей всем добро. Она — воплощение дьявола!

— Ты накручиваешь себя, мой друг, — пытался унять второй, явно более спокойный и вменяемый.

Обе фигуры приблизились к моему укрытию, так что их голоса зазвучали довольно отчетливо. С одной стороны, я взмолился, чтобы они случайно не нырнули в нишу коридора, где я затаился. С другой — очень хотелось увидеть этих двоих.

— Не будь так наивен, — проскрежетал первый. — Неужели ты не слышал, что на днях случилось в серой зоне? Новые проблемы с питанием. Не иначе аномалии из-за последствий тех времён. Скоро там всё рухнет, и придется полностью отключать эту зону.

— Какие аномалии? — усмехнулся второй. — Это же просто суеверие, мой друг. Кадеты нашалили. Любят они затаённые и пустынные места.

— М-м, — злобно прорычал первый. — Сексом потешаются?! Безобразие! Пора бы уже окончательно пресечь это! Нам нужен тотальный контроль над всей станцией, включая серую зону.

— Скоро, мой друг. Уже скоро…

Они удалялись, и через полминуты беседа оказалась вне досягаемости для моих ушей. В голове долбила только одна мысль: «Это точно связано с тем, что хотела сказать Астера Скай!».

Глава 19

Желание порезвиться с американками напрочь исчезло. Я просто не мог себе представить, как можно наслаждаться жизнью, в то время как Астера Скай выдалбливает породу в пещерах астероида и в любой момент её защитный костюм может дать сбой: пропустить радиацию, тем самым обречь на неминуемую мучительную смерть от лучевой болезни.

Я старался не думать, как буду оправдываться перед сестрами-нимфоманками. Вероятно, они сочтут, что у меня какие-то проблемы по мужской части.

Ну и плевать! Мне срочно хотелось понять, разобраться и предпринять что-то. Вот только что?

Несмотря на позднее время, я потопал к каюте Лорикса. Старый ксайдорусец не станет злиться за поздний визит. Для меня он стал что-то вроде мудрого наставника и другом понадежнее, чем этот суперправильный Эктон.

Дверь каюты открылась, и древовидное лицо с удивлением уставилось на меня.

— Саня. Время довольно позднее, а завтра нас ждут лекции. К тому же в такое время кадетам запрещено бродить по станции.

— У меня ужасные новости, — буркнул я.

Ксайдорусец нахмурился, но показал жестом, что я могу пройти.

— На «Галактикуме» какой-то заговор, — выпалил я. — Теперь нет сомнений, что Астеру подставили!

Вместо ответа профессор приказал своему ПОМу приготовить да’аши. Мы привычно расположились: он в кресле, я на табурете. Отложив свою чашку, я наскоро рассказал подслушанный разговор. К счастью, Лорикс не стал уточнять, с какой стати я оказался в коридоре станции в столь поздний час. Но моей тревоги он также не разделял:

— Почему же ты решил, что Астеру подставили? — спросил он после очередного глотка да’аши.

Я покосился на свою чашку, но так и не взял её. Руки чуть потряхивало, и я боялся расплескать напиток.

— Ну ты же слышал мой рассказ. Один из них явно желает ей смерти!

— Это грустно, да. — Профессор печально покачал головой. — Но с твоих слов ясно, что он аргументировал свой агрессивный позыв заботой о Галактической Республике. Как там было? Эта женщина опасна для великой и цветущей республики, дарующей добро.

Я пожалел, что сделал столь подробное уточнение. Зачем цепляться к такой ерунде? Разве это важно?

— И это важно! — будто услышав мой мысленный протест, заявил Лорикс. — Ведь республика несет пользу каждой планете, каждому жителю и вообще всему живому. При этом, как ты знаешь, у республики есть очень опасный враг.

— Эти загадочные цефеи? — фыркнул я. — Неужто и правда считаешь, будто Астера одна из них?

— Нет. Цефеи не похожи на краснокожих раваров. Тут дело в другом. — Лорикс многозначительно поднял палец, похожий на весеннюю веточку. — Вы ещё не проходили многие аспекты нашего противостояния. Но оно не сводится только к битве на рубежах. Тут-то проблем нет. Космические сражения проходят далеко от «Галактикума».

— Вот именно.

— Но, кроме космических сражений и боев на рубежных планетах, они отправляют диверсантов. Небольшие корабли могут проходить гиперпространство, минуя проложенные маршруты. — Он заметил моё замешательство и слегка улыбнулся. — Позже вы изучите эти аспекты. Суть в том, что они ведут подрывную деятельность в нашем тылу и активно вербуют агентов.

— Думаешь, они и её завербовали?

— Скорее всего.

Я осклабился.

— Выражение «скорее всего» в любой момент может оказаться выражением «вряд ли», профессор. Чтобы понять наверняка, нам надо получить доступ к информации двадцатилетней давности.

— Ты получишь её в тот момент, когда я окажусь на Ксайдорусе, — заверил Лорикс.

— Кстати об этом, — неожиданно вспомнил я. — Один из моих соперников получил доступ к, так сказать, особым тренажерам.

Лицо Лорикса исказилось сомнением.

— Ты же не имеешь в виду импульсный нейромышечный активатор? Такое оборудование есть на станции, но его нельзя использовать для соревнований.

— Наверняка это именно он. — Я пересказал то, что узнал от американок. Лорикс заметно помрачнел.

— Думаю, твои сведения ошибочны, Саня. Сомнительно, чтобы чемпиону от группы дали такой допуск.

— Значит, мне до таких штук не добраться, — невесело пробормотал я. — А ведь это помогло бы набрать очки.

На Лорикса мои слова впечатления не произвели.

Нейромышечные активаторы имеются в каждом спортивном зале «Галактикума». Но ни в одном из них допуск тебе не дадут. — Он развел руки в стороны. — Но хорошие новости у меня всё же есть. Наверняка будет испытание, где потребуется шифровщик и дешифровщик. Вот тут я точно буду полезен.

Это и правда было хорошей новостью. Но гарантированной победы в одном из пяти испытаний мало, чтобы выиграть всю гонку. Кроме того, единоборство — мой конёк. Я не мог позволить Трэши обойти меня, тем более сжульничать.

Так и не притронувшись к да’аши, я пожелал Лориксу спокойной ночи и вернулся в свою каюту. Эктон ожидаемо дрых.

* * *

Утром я решил поделиться с Эктоном новостью об импульсных тренажерах. Это произвело на него довольно сильное впечатление.

— Но ведь это запрещено! — воскликнул он. — Почему ректор до сих пор не отреагировал? Ты же сообщил ему?

Ответом было моё красноречивое молчание.

— Это явное нарушение правил! — возмутился Эктон. — Если подтвердится, то накажут не только Трэши, но и того, кто ему помогает.

Я вновь ничего не ответил. Только плечами пожал. Что ж мне: бежать ябедничать?

Мы ушли на занятия, а после, ближе к вечеру, Эктон в каюту не вернулся. Пользуясь тишиной, я разлегся на кушетке в своей каюте и думал: «Как быть и что делать?».

Больше всего тревожила мысль об Астере. Но так как прямо сейчас поделать что-либо нельзя, то сконцентрировался на импульсном активаторе. Эктон мог сколько угодно кричать о нарушении правил. Но вместо нытья мне хотелось найти себе такое же устройство и, что называется, уравнять наши шансы.

Вот только как получить доступ к этим особым тренажерам?

Не успел я как следует поразмышлять на эту тему, как оживился Бургер.

— Эй, Казанова! Тебе сообщение от красотки Джессики. Зачитать?

— Валяй!

Кот, как мне показалось, ухмыльнулся и облизнулся, перед тем как начать доклад:

— Саш! Что за дела? Вчера не пришел, а ведь мы так готовились! Потом ты сторонился нас на уроках, а теперь ещё и спортзал отлыниваешь. Ждем тебя у входа.

И ничего я не отлынивал. Просто дал отдых мышцам после вчерашних нагрузок.

— Что-нибудь ответим? — подмигнул Бургер.

— Да что тут отвечать, — мрачно отозвался я, поднимаясь с койки.

Чему быть, того не миновать. Настала пора соврать что-нибудь о вчерашнем провале и пообещать, что всё в силе. Я вышел из каюты и… тут же наткнулся на сестёр. Оказывается, под «ждём у входа» они имели в виду вход в мою каюту.

— Ага! Выбрался наконец, Сашка-Динамо! — Глаза Элис сощурились одновременно насмешливо и гневно.

— Испугался, да? Ну! Признайся! — Джессика скрестила руки на груди.

— У меня после вчерашней тренировки всё разболелось, — соврал я, скорчив кислую гримасу.

М-да. Прозвучало не очень убедительно. Но, как оказалось, сестры сами подхватили эту мысль.

— Так вот почему сегодня не пришел в спортзал?

— Вот… Именно так…

— Но ты оклемался? — спросила Джессика. — Мы тут узнали ещё кое-что про те супертренажеры.

— Импульсные нейромышечные активаторы! — с умным видом уточнил я.

Моя эрудиция произвела эффект. Американки уставились с уважением и покачивали головой.

— Да, именно так называл их Критч, — подтвердила Элис.

— И, как оказалось, такие были во всех спортзалах, — добавила Джессика. — Но наш куратор перетащил в красную зону те, что стояли в синей и зеленой, так как там всё равно нет спортивных занятий.

— Подожди, — задумался я. — А те, что в серой зоне? Что насчет них?

Сёстры синхронно пожали плечами. Брови их чуть скривились, как если бы они не понимали, к чему я клоню. Тянуть резину я не стал и пояснил свою мысль: «Если Трэши получит экстрапрокачку, то тоже следует сделать и мне. Вопрос лишь в том, где разжиться этими импульсными активаторами».

— Ты думаешь пробраться за ними в серую зону? — Глаза Элис вспыхнули азартом.

— Говорят, там опасно, — с сомнением покачала головой Джессика.

— Вот потому-то мне и нужна ваша помощь! — торжественно произнёс я.

В голове и правда возникла идея. Я мог пройти в серую зону, чтобы поискать эти тренажеры-активаторы, а американки подстрахуют меня, постоят, что называется, на шухере.

Согласилась даже Джессика, которой эта затея не так уж и понравилась. В итоге, по нашему плану, она должна находиться у входа в серую зону на спальном этаже, а Элис — на том, где располагались кают-лектории.

Убедившись, что меня никто не видит, я зашел в серую зону. Это было довольно забавно, так как сразу за красной, коридор погружался во тьму.

— Включу-ка я ночной режим, — как бы между прочим сообщил Бургер.

— Ага, хорошая идея, — согласился я. Потом, чуть подумав, шепнул: — Слушай, Бургер. А ты настоящий?

— Пф-ф! А ты? — Кот возмущенно сложил руки на груди.

— Да ты не обижайся, — продолжил я, осторожно двигаясь дальше к тому самому месту, где мы с Трэши устроили поединок. — Просто Тариса Криши сказала, что все ИИ на самом деле не думают, а имитируют этот процесс.

— Так и есть, — кивнул Бургер.

— Ну вот, значит, ты на самом деле не мыслишь, да?

Бургер нахмурился и ничего не ответил.

— Ты ведь не осознаешь себя как существо? — попробовал я переформулировать свой промт.

Зрачки Бургера закатились вверх и вбок. Само лицо оставалось каменным.

«Ну вот. Кажется, обиделся», — решил я. — «Или сымитировал обиду. Вот как поймёшь?».

Я добрался до места. Почти сразу обнаружил лежащий на полу экзокостюм. Вспомнилось, как я дубасил Трэши после погружения во тьму. Довольно быстро его костюм разрядился и превратился в бесполезный кусок металла. Тогда-то он и свернулся в позу эмбриона.

«Хотя, возможно, это сделал сам костюм», — осенило меня.

Я оглядел эту огромную комнату. Всё оставалось точно таким, как и в ночь драки: пульты, пульты, пульты. И лишь на одном из них едва заметно мерцали лампочки. Я приблизился, коснулся одной из кнопок — ничего не случилось.

Но я помнил, что донеслось из пульта, когда мой лом шарахнул по нему: «Внимание! Резервное питание достаточно только для жизнеобеспечения отсека. Освещение недоступно. Связь недоступна».

Я оставил это место и прошел дальше, где бывать ещё не приходилось. Тянулись коридоры, освещенные — спасибо Бургеру — зеленым сиянием. Вдоль них стояли привычные дверцы-купе. Но сколько я не прикладывал к ним кулак, они даже не дернулись.

— Сообщение от Элис Джексон, — внезапно доложил Бургер. — А теперь и от Джессики Джексон.

— Читай, — приказал я.

— Элис сообщает, что у неё всё чисто. Джессика — то же самое.

— Передай им, что я пока не нашел то, что ищем.

— Сделано. — Кот утвердительно кивнул, затем хмыкнул. — Кстати, спортзал серой зоны в другой стороне.

Я резко остановился.

— И ты знаешь где?

— Прокладываю маршрут, — сообщил кот и исчез с экрана.

Перед глазами замаячила стрелка, и я ускорился. Не стало нужды отвлекаться на другие двери. Минут через десять добрался до места. Линия уперлась в двухстворчатую дверь-купе. Мысленно воззвав к богу, я приложил кулак.

Дверь не шелохнулась.

— Ну же! — Я приложился еще трижды, но каждый раз с точно таким же эффектом.

— Бесполезно. — Кот вновь появился. Выскочил снизу, как делал частенько. — Питания нет, дверь не откроется.

— И как мне попасть туда? — Я начал закипать. Полчаса бьюсь то с одной дверью, то с другой, а этот электронный котяра только сейчас удосужился сказать, что зря.

— Никак, — развел он руки по сторонам.

С досады я врезал по двери ботинком. Конечно и это не возымело эффекта.

— Сообщи Элис и Джессике, что я возвращаюсь, — буркнул я и потопал назад. — А ещё скажи, что я потерпел фиаско!

Настроение тотально сникло. Блестящая, казалось бы, идея обжиться импульсным активатором в серой зоне провалилась. Шел я быстро и скоро вновь оказался в том месте, где дрался с Трэши.

— Сообщение от Джессики, — доложил Бургер.

— Да знаю я, что там, — рявкнул я. — Наверное, утешить хочет.

— Прочесть?

— Да нафиг его! Потом, — отмахнулся я.

Брови кота сдвинулись. Он постоял с такой мордой пару секунд, потом сложил руки за спиной и назидательно заявил:

— И всё же прочту.

— Эй! Я же сказал, что…

— Она сообщает, что Элис прислала ей сообщение, — продолжил кот, вопреки моим протестам.

— Чего? — Я резко остановился. — Что за странность?

— А пишет она сестре, что не успевает вовремя вернуться в каюту.

— Звучит как бред. Почему, собственно, она торопилась в каюту? — задумался я вслух.

— Ещё одно сообщение от Джессики.

— Ну давай. — Я так и стоял на месте, заинтригованный необычным и не поддающимся логике посланием.

— Джессика Джексон, как и ты, в замешательстве. Она не ожидала такого сообщения от сестры… Упс… Новое сообщение.

— Читай.

— Она думает, что сестра угодила в неприятности и не может отправить понятное сообщение.

— Точно! Должно быть, рядом с ней кто-то из преподавателей. Лучше всего, если я вернусь как можно скорее, — понял я. — Бургер. Сообщи Элис, что всё в порядке, я возвращаюсь.

Глава 20

Я двинулся в сторону выхода так быстро, как мог. Едва прошел половину пути до красной зоны, как пришло новое сообщение от Джессики. В этот раз Бургер зачитал сразу:

— Джессика получила новое сообщение от сестры. Та просит не учить карту галактик без неё. Она скоро будет, и они встретятся.

— Это шифр, — пробормотал я. — Первое послание было просто сигналом тревоги. Но теперь какое-то уточнение.

— Очень на то похоже, — согласился Бургер.

— На то похоже, — передразнил я. — Ты! Компьютерный мегамозг, может, проанализируешь и скажешь, что это может значить?

— Ну-у… — протянул он задумчиво, но так и не предложил хоть одной, пусть даже наиглупейшей идеи.

Всё-таки у моего необычного ИИ-ПОМа имелся недостаток. В некоторых вещах он смыслил крайне слабо.

Меж тем я услышал шаги и голоса со стороны выхода.

— Включаю режим маскировки. — Вот в этом Бургер соображал идеально. — Но надо найти укрытие. Маскировка скроет меня, но не тебя.

Это я и сам понимал. Развернулся и, стараясь не шуметь, двинулся обратно вглубь серой зоны. Шаги позади не прекращались, значит, шли следом.

Как только я оказался в зале, где дрался с Трэши, понял: тут можно притаиться за одним из пультов. Многие из них были достаточно широкими, главное — хорошенько пригнуться.

Выбирать я не стал и метнулся к тому самому с едва горящими кнопками. Присел, замер и постарался успокоить дыхание.

— Ого! — Бургер воскликнул так громко, что я чуть не зашипел на него, но опомнился, что слышать его могу только сам.

— Чего? — шепнул я.

— Справа в стене скрытый проход.

Кот показал пальцем направление. Мои глаза покорно покосились туда.

— Сплошная стена, — возразил я.

Шаги и голоса приближались, и, кажется, один из них принадлежал молоденькой девушке. «Она скоро будет, и они встретятся», — вспомнил я послание Элис. Так вот, значит, в чём суть её шифра! «Скоро будет» и «встретится» она не с сестрой, а со мной!

— Нет, не сплошная, — заспорил тем временем Бургер. — Там вуаль.

— Какая ещё, к дьяволу, вуаль?

Я произнес фразу одними лишь губами, но коту и этого хватило.

— Подойди и узнаешь. Думаю, там хорошее укрытие.

Мысленно проклиная своего ПОМа, я двинулся к стене, пока ещё была такая возможность. Руки приложились к поверхности.

— Ну и где? — негодующе шепнул я.

— Чуть правее, — наставительно пояснил кот.

Я двинулся, куда он сказал, но руки всё ещё ощущали стену.

— Ещё.

Две фигуры в зеленоватом отблеске уже замаячили в отдалении, и я начал жалеть, что не остался за пультом. Двинулся вправо, но и там была твердая поверхность стены.

— Дальше, — не унимался Бургер.

Я прошмыгнул еще на один шаг, и… рука провалилась сквозь стену.

— Да. Это вуаль, — великодушно пояснил ПОМ. — Маскировочная ткань, мимикрирующая под что угодно. Визуально не отличишь.

Шагнув внутрь, я оказался в узком коридоре. Впереди, насколько позволял разглядеть зеленый свет, виднелась небольшая комнатка. Но я не пошел туда, замер на месте. Две фигуры, что шастали по серой зоне, оказались слишком близко, и я боялся создать хотя бы подобие шороха.

— Странно, — произнес тот, кто не был девушкой. — Мой ПОМ всё ещё не видит его.

Меня чуть не передернуло. Голос принадлежал никому иному, как ректору академии Корг-Магиру.

— Думаю, его тут и нет, профессор Варф.

Собеседницей ожидаемо оказалась Элис.

— Может и так. Но ИИ «Галактикума» показал, что твой одногруппник ошивался где-то недалеко от прохода в серую зону, а потом исчез, — ответил ректор. — Так… Ну-ка постой… Видишь вот этот пульт управления сервером?

— Эм-м… да…

— Незадолго до начала учебного процесса тут произошло нечто, и пульт повредили, — принялся объяснять Корг-Магир. — В итоге он передал ошибочную команду на сервер питания, и произошел сбой.

— О-о… Это плохо, — нарочито обеспокоенно отозвалась Элис.

— Тут и так были проблемы: ни отследить кадетов, ни восстановить нормальное обеспечение и управление. Всё пошло коту под хвост.

— Из-за этого сбоя?

— Нет, ещё раньше, девочка. Это случилось раньше. А вот после того сбоя стало ещё хуже… Хм… Похоже, тут его нет, иначе мой ПОМ засек бы его…

— Тогда, может, вернемся, профессор? — попросила она. — Я боюсь, сестра начнет изучать карты без меня.

— Вернемся, — пообещал он. — Но ты, Элис Джексон, так и не призналась, что делала столь близко от перехода в серую зону.

— Ну как же! — В голосе американки послышались нотки возмущения. — Я просто гуляла. Как раз подумывала возвращаться, так как мы с сестрой…

— Ладно, хватит уже, — разочарованно оборвал её Корг-Магир. — Пойдем тогда дальше.

Вновь послышались шаги. Как и голоса, они уходили дальше вглубь серой зоны.

— Представляешь, явился ко мне Эктон Фэйр с заявлением, что Трэши Дро жульничает, — с усмешкой в голосе заявил ректор.

Скоро я перестал их слышать и подумал о том, что пора бы выбираться. Но тут же вспомнил, что дальше по коридору есть какая-то комната. Влекомый любопытством и надеждой найти импульсные активаторы, я прошел по короткому коридорчику.

Комната оказалась абсолютно пустой. Единственное, в дальней стене находилась ещё одна дверь. Я уставился на неё, изумленный и озадаченный.

Я вовсе не думал, как её открыть, и не переживал, что в серой зоне этого не проделать. Наоборот, проходу ничто не препятствовало, так как в дверной панели зияла здоровенная дыра. Через неё-то я и пробрался в следующую комнату.

Эта, в отличие от первой, оказалась довольно просторной, но была буквально нафарширована мониторами.

— Серверная, — пояснил Бургер. — Кроме того, отсюда управлялся ИИ серой зоны.

— И откуда ты только всё это знаешь? — подивился я.

Бургер промолчал.

Я огляделся тщательнее, вдруг найду то, что ищу, хоть и понимал: откуда в серверной взяться тренажерам? Мониторы стояли потухшими, системников тут не имелось, и я полагал, что это попросту моноблоки.

А ещё было ощущение, что в комнате однажды хорошенько порылись, так как столы неряшливо сдвинуты, выдвижные полки из тумбочек выдвинуты. Одним словом — бардак.

В самом углу стол и вовсе полулежал, упираясь в стену. Моноблок с него скатился на пол, экран при этом уцелел. Вероятно, продвинутые технологии разбить не так-то просто.

Мне захотелось поправить этот стол и вернуть на место экран. Я приблизился, но едва склонился, обнаружил на полу свернутые в трубочку листы обычной бумаги. Вместо стола и моноблока я поднял их.

Как развернул, увидел любопытную надпись: «Не верьте триумвирату!». В зеленом освещении я не смог наверняка определить, каким цветом намалеван этот призыв. Впрочем, столь революционные вещи просто обязаны пестреть ярко-красными тонами.

Я подумал немного и вернул плакатики на место. Не хватало только попасться с ними. И так у ректора, что называется, «на карандаше».

— Ну... Думаю, пора возвращаться, — пробормотал я, поняв, что тренажера в серверной точно нет.

Выбравшись, я двинулся по короткому коридору, но не успел пройти сквозь «вуаль», как снова услышал шаги и голоса. Корг-Магир и Элис возвращались.

Пришлось снова затаиться и прислушаться. Они остановились в том же месте. Моё сердце заколотилось как бешеное: Корг-Магир наверняка знает о вуале, о проходе, о серверной. Что, если захочет обыскать и её?

— Можно я отправлю ещё одно сообщение? — попросила Элис. — Скажу сестре, что я скоро вернусь и мы приступим к звездным картам.

«Вот ведь хитрюшка» — новый знак.

— Да, конечно, — согласился ректор. — Да и вообще можешь бежать, возвращаться в свою каюту. Но…

— Да, профессор Варф?

— Что, если я попрошу тебя докладывать кое о ком?

Прежде чем Элис ответила, возникла длительная пауза.

— О Саше? — Голос девушки отдавал откровенным недовольством.

— О Саше… — так же недовольно повторил за ней ректор. — Ладно, не надо, пожалуй. Беги.

Элис буркнула слова благодарности, и послышался быстрый стук её ботинок о металлическую палубу. Но шагов ректора не последовало.

Неужели-таки зайдет в проход сквозь вуаль?

Но он лишь постоял недолго, ожидая, когда затихнут шаги американки, и пробормотал:

— Надеюсь, хоть Эктон Фэйр послушается и будет честно докладывать о своём соседе. По крайней мере, он обещал, а слову Фэйров можно верить. Уж его отец обязательно поступил бы так, как велит член триумвирата и ректор академии.