К-Д нуар

Пролог

2029 год. Новые территории России. Дикий Запад XXI века. Городок К-Д. Овощная Мекка новых территорий. Помидорный рай. Место куда перекупы из «старой России» едут за сочными овощами. После окончания военных действий из маленького городишки сделали прямо-таки аляпистые «Нью-Васюки» – витрину области, с хорошими дорогами, неожиданно прижившимися пальмами (может из-за потепления, кто знает...), яркими неонами и даже легальной игорной зоной. Разбогатевшие после сезона местные фермеры и постоянные приезжие охотно спускают свои нелёгкие деньги на всякие порочные развлечения.

Начало К-Д предвещает длинная посадка из тенистых фруктовых деревьев, создающих путнику прохладный, затенённый коридор. Ещё до границ посёлка вдоль трассы начинаются многочисленные ряды и лотки огромного фермерского рынка, где за копеечные цены у производителя можно купить всё, что нужно. Особое место, конечно же, занимают многообразные томаты всех форм и размеров, за которыми даже избалованные москвичи не брезгуют сюда скататься. Практически возле стеллы, стоящей на въезде в городок, расположен самый посещаемый ночной клуб города – «Медуза». Двухэтажное, чёрно-белое здание манит точёными прямоугольными формами, прозрачными перегородками на уютных балкончиках, сверкающими зелёными огоньками и доносящейся изнутри танцевальной музыкой. Пальмы, кланяющиеся путнику на ветру, своим видом зазывают ночного гуляку: «Сюда! Сюда! Входи смелей! Потрать всё здесь!». Только расположенная над входом вывеска со светящейся головой Медузы Горгоны, будто взывает к осторожности и умеренности в употреблении алкоголя. Жаль, но строгий образ быстро забывается и мало кого останавливает от неумеренных возлияний. Двигаясь дальше по трассе, мы увидим по правой стороне небольшую, серую, баптистскую церквушку с заострённой треугольной крышей и длинным, выдолбленным под ней крестом. Местную общину мало кто видел, но судя по иногда подъезжающим к церкви дорогим иномаркам это влиятельные люди. Рядом ютится небольшая армянская пиццерия, словно сошедшая с фотографий солнечной Италии. Здесь подают лучшую, пушистую пиццу на домашнем тесте со свежайшими томатами и качественным мясом. Сплетни гласят, что у диаспоры имеется и нелегальный бизнес. Чуть дальше, в самом центре посёлка, под раскидистыми соснами, возле небольшой автобусной станции на постаменте стоит памятник налитому помидору-кормильцу. Вообще помимо чужеродных пальм городишко знатно засажен соснами, голубыми елями, а на частных участках растут разнообразные фруктовые деревья. Слева от Кормильца стоит главпочтамт и отделение известного коммерческого банка. Чуть дальше стоит дедушка Ленин с отбитыми во время декоммунизации пальцами и усами. Благо, местная коммунистическая ячейка отстояла и не позволила красно-чёрным прихвостням разнести своего кумира. За статуей Ильича стоит многоэтажный недострой советской эпохи. Даже новые власти посчитали нерентабельным сносить эти колоритные развалины, которых по городу осталось ещё несколько штук. Справа от дедушки главный городской парк с развлекаловками и стадионом местной футбольной команды «Солоха», главным спонсором которой выступает одноимённый консервный завод. Последний давно дышит на ладан, но старый директор упрямо не прекращает выделять деньги на развитие местного спорта. Напротив вождя мирового пролетариата реет абсолютно капиталистический огромный, старый двухэтажный ресторан «Чудная долина», недавно отметивший своё сорокалетие. Крытая летняя площадка с танцполом, большая парковка, всё как положено современно, но… налёт девяностых никак не оттирается. Двигаясь дальше, мы увидим разбросанное по обе стороны лесничество, за которым змейкой через весь городишко тянется насыпная верхотура дамбы по линии Днепра. Лет сорок пять назад здесь всё здорово затопило, вот и пришлось экстренно укреплять береговую линию. На выезде стоит ещё один загадочный ресторан ушедшей эпохи – «Тихая заводь». Его фасад окрашен в песочно-жёлтый и обвешан светильниками, башни обновлены бордовой металлочерепицей. Лучшее заведение для отдыха от городской суеты, или организации мероприятий, если у вас хрустят в кармане наличные. От этого места веет какой-то загадочностью и недосказанностью.

Если вернуться в центр и двинуть налево от Помидора по проспекту Гоголя, то вскоре по левой же стороне будет виден роскошный храм с золотыми куполами, возвышающийся над кронами ухоженного сквера, за которым скромно прячется старый базар. Именно так местные называют прилавчатый, крытый рынок. По той же стороне находится обновленный многоэтажный ДК. Да, Дом культуры неслабо причесали благодаря целевой программе: украсили модными переливающимися неоновыми панелями, высадили хвойные возле входа. Внутри заменили кресла на регулируемые. Теперь здесь проводили одобренные Комиссией концерты и мероприятия. По двум сторонам проспекта тянулся небольшой район пятиэтажек. В одной из них, по левой стороне Гоголя, находилась старая аптека, помнящая времена, когда была государственной. Около входа росли ухоженные голубые ели. Поговаривают, что такие ели высаживают масоны по всему миру для идентификации друг друга. Однако, старые хозяева аптеки давно продали бизнес, а деревья остались. Являются ли новые собственники членами тайного общества, да и являлись ли старые никто не знает. Вскоре проспект кончается большим перекрёстком прямо за которым стоит обнесённый коричневым частоколом магазин «777». Далее обычная двухполосная дорога ведёт нас мимо частных секторов до расположенного на окраине городка консервного завода. Его знатно побило снарядами во время недавних событий. До сих пор не все цеха восстановили: кое-где обвалены стены из белого кирпича, где-то недостаёт окон и частей кровли. Зато буквально через километр расположен новый район, блистающий роскошью дорогих гостевых домов, отелей, казино, магазинов и ресторанов. Легальная новая игорная зона, отстроенная с нуля за несколько лет. Безусловно, она гораздо меньше, чем остальные пять действующих, но всё же имеется. Каждая пальма здесь обвита змееобразной гирляндой, каждая вычурная вывеска совместно с приятной музыкой зазывает тебя и призывает спустить накопленное. Небольшая электрическая станция питает всё это светящееся, радушное великолепие. Плоса. Если жители вольно переводили название Вегасовского Стрипа, то где-то потеряли «о». Или это что-то другое? Занимательно, что по правую руку от праздничного гламура всего-то в нескольких километрах стоит трущобный район с покосившимися хатами, постоянно подмываемый водами поросшего камышом лимана. Проскочив насквозь проспект Плосы, сфотографировав редкие теперь бутики с европейской одеждой и сверхдорогие машины производства недружественных государств мы покинем К-Д. Что же находится за городом с этой стороны? Святое ничего. Раскинувшееся дикое поле с ежедневно растущей свалкой, которую даже не удосужились обнести забором. По правой стороне можно увидеть симпатичный ручеёк в посадке, но близость с мусоркой не делает это место шибко приятным. Всю эту местность называют Третьим отделением ещё со времён СССР. Ходят байки, что здесь часто бродят волки, только вот реальных свидетелей нет. Соглашусь, место какое-то гнетущее, страшное, мистическое, будто за ним край земли, пустота, невидимая стена.

Раз уж мы осмотрели сторону города, раскинувшуюся слева от Кормильца, справедливо будет описать и правую. Здесь стоит спустя перекрёсток повернуть направо, как бы огибая «Чудную долину». Позади останется дедушка Ленин с многоэтажной недостройкой и парком на фоне себя. Слева будет ещё один мощный, разрушенный недострой: памятник неудачному началу постройки супермаркета в 89-м. Справа вход в большой ресторан с переливающейся золотистой неоновой вывеской. Проехав недавно заасфальтированный частный сектор, мы упрёмся в административный центр: ЗАГС, суд, полиция, прокуратура. Всё это расположено на пятачке в несколько квадратных километров вокруг двух небольших парковых зон, ограждённых чёрными коваными заборчиками. Здесь же стоит облупленный, но с недавних пор заработавший кинотеатр «Орбита». Эта часть города кажется ещё более старой, чем другая. Архитектура 50-х-70-х угадывается в административных зданиях с купольными крышами и жилых домах: двухэтажках из белого кирпича и побеленных одноэтажных халупах с серыми шиферными или красночерепичными крышами. Под крышами постройки обмотаны новомодными неоновыми лентами, смотрящихся на них неуместно и чужеродно. Бедность, старость, сырость. Здесь всё пропитано этим. За парком подъём на дамбовую насыпь, верх которой мощёный брусчаткой. Стоит взобраться и осмотреться, ведь сверху лучше видно. Позади справа осталась большая районная больница. Таких тысячи по всей стране. Без них никак. Обернувшись и бросив взор прямо, вдалеке можно увидеть очертания другого города, почти постоянно окутанного туманной дымкой. Если верить историкам, где-то на дне похоронены не раскопанные останки Запорожских Сечей и скифских поселений. Правее интересней: охлаждающие, конусообразные градирни АЭС, светящиеся разноцветными огнями вночи и остальные не столь выделяющиеся конструктивные части атомной станции. Яркая достопримечательность, восхищающая своим величием и одновременно вселяющая ужас перед веком технологий. Двигаясь влево видно речпорт с функционирующим дряхлым паромом, которого по-хорошему давно пора списать. Этим летом обещают пустить «Кометы» как в былые времена. Над пристанью высятся огромные цилиндры зернохранилища, как и далёкие градирни, ночью играющие разными цветами. Ещё левее раскиданы неприглядные трущобы Цыганского района. Находится там никому не рекомендую, особенно, если вы честный законник, не желающий похудения своему кошельку да ослабления здоровью. Прямо за этим неблагополучием начинается песчаный пляж с привозным белым песком, пользующийся популярностью горожан. Жалко, что идиллию отдыхающих часто портит заболачивание реки изумрудными спорами водорослей и периодически проплывающие ужи да гадюки. Но другого-то нет. От пляжа тянется засаженное высокими, величественными соснами ранее описанное лесничество, облюбованное грибниками. Каждый день на базаре можно найти свежие маслята, опята, сыроежки, грузди, лисички.

Что же изменилось в самой стране? Киберпанк со стремительностью бронепоезда нёсся в жизнь каждого. Некоторые граждане начали вживлять под кожу чипы бесконтактной оплаты для удобства. Карты и навигаторы ведут тебя к точке по реальной панораме местности. Введённый социальный рейтинг для кого-то стал благословением, позволяющим без очереди сдавать детей в сады и бесплатно обучать чад в заведениях высокого уровня. Кого-то же он ставил на край существования без возможности получить крайне необходимый кредит, или устроиться на «белую» работу. Всевозможных госкорпораций с приставкой «Рос» становилось всё больше. Неплохая альтернатива государственной службе, только без гражданских ограничений. Оздоровительные и спортивные программы, дополнительное медицинское страхование, чистая зарплата. Только вкалывать часто приходится сверхурочно.

Санкции до сих пор не сняли ещё и поднакинули сверху. Это наконец-то пнуло отечественное производство. Что ещё не научились делать – делали совместно с китайцами, или же закупали у них. С каждым годом качество техники, химии и иной продукции улучшалось. Даже протезы стали вполне доступные. После окончившейся заварушки они немало кому пригодились. Невероятно выросшие цены и пошлины на новый транспорт заставил отечественных производителей достать старые чертежи, восстановить станки и штампы. Древние машины поставили на конвейер лишь с небольшим осовремениванием китайской электроникой и некоторыми системами да агрегатами. Это быстро дало плоды и разрешило транспортный кризис, хоть и ценой безопасности с экологией. Искусственный интеллект перестал быть диковинкой. Сложно представить какую-то бытовую технику или производственную технику без голосовых помощников-аналитиков. Камеры «Умного города» помогали следить за правопорядком и давали неплохую раскрываемость, благодаря распознаванию лиц, транспортных средств и умением анализировать данные. Когда не сбоили, конечно. А сбоили нередко. К большому сожалению, некоторые профессии прекратили быть востребованными из-за прогресса ИИ.

Политический курс государства был взят на добродетель, религиозность, гуманизм и высокую мораль в противовес ценностям «Западного мира». Подразделения киберполиции выявляли всевозможную аморальщину, порнографию, пропаганду в интернете и передавали материалы либо в оперативные отделы, либо для блокировки и запрета в надзорные ведомства. Поддерживались классические религиозные течения, боролись с деструктивными. Западный образ жизни признали враждебным и вредным. По сути, была введена цензура. Выехать за границу стало практически нереально, да и нужно ли? Нас там не ждут. Внутри страны стало всё доступнее, кроме жилья. Честно трудясь, купить дом или квартиру стало практически нереально. Это никак не стимулировало желаемую рождаемость. Подождём. Многое решили и это решат. Как и проблемы с бюрократией и коррупцией. Вроде как к 2035-му в каждом кабинете служащих будет висеть камера, а сам служащий будет записывать контакты с гражданами на регистратор.

***

Белая «Волга» (ГАЗ-21) с открытым верхом разрезала ночную тишину гулом форсированного, продольного 405-го двигателя. Свежий ветер свистел в ушах водителя, вальяжно раскинувшегося на красном кожаном диване. Радио он слушал нечасто, так как старенький планшет не всегда откликался. Следователь по особо важным делам, капитан юстиции Владимир Забывчивый мчался, притормаживая на камерах, в любимый клуб «Медуза», чтобы выпить водки с тарелкой борща и посмотреть на танцующих полноватых девах после тяжёлого рабочего дня.

На вид он был достаточно высокий, худой, черноволосый, короткостриженый, немного небритый, с правильными чертами лица и горделиво задранным кверху кончиком носа. Двадцати девяти лет от роду. Владимир Владимирович носил очки, немного картавил (с чем боролся). Говорил он быстро и много, «подвешенный язык» – это про него. Сложностей с женским полом не испытывал, но жениться не собирался, несмотря на повышенные налоги для неженатых и бездетных. Володя не курил, пил (обычно) умеренно, по утрам отжимался и при наличии свободного времени поднимал своё лёгкое тело на турниках и брусьях. Своего жилья не имел. С 24-го года, после перевода из Крыма, проживал на съёмке неподалёку от Цыганского района.

Работа не наложила отпечаток усталости и безысходности на его внешность. Также не отняла она весёлость и невероятную способность сыщика попадать в занятные ситуации. Следователь был эпатажен и элегантен: предпочитал носить изысканные костюмы и шляпы. Любимый наряд был, конечно же, белый костюм со шляпой – под цвет служебного автомобиля.

Глава 1. Предчувствие

В кабинет робко постучавшись вошла достаточно милая блондинка бальзаковского возраста. Сколько раз Володя её не видел, одета она была в строгий полосатый коричневый костюм. В цвет одежды портфельчик, недорогие туфли. Даже человек не из системы поймёт, что дама адвокат. А человек из системы поймёт, что «бесплатный». Уставший взгляд, налёт неряшливости к концу дня: волосы немного растрёпаны, туфли запылившиеся.

– Добрый вечер. Вы свободны, Владимир Владимирович? – осторожно спросила женщина.

– Здравствуйте, ждал вас раньше. Мой рабочий день закончился пятнадцать минут назад. Очень спешу.

– Извините пожалуйста. Заседание затянулось.

– По телефону так и не сказали, чего изволите.

– Владимир Владимирович, я вынуждена жаловаться на вас.

– Ну, ничего. На меня постоянно жалуются. Можно узнать причину? – абсолютно спокойно ответил следователь.

– Вы забыли расписаться в обвинительном заключении моего подзащитного.

– Всего лишь? – тут уже у капитана удивлённо приподнялись брови.

– Это процессуальное нарушение! Здесь нет вашей подписи, – дама со стуком выложила на стол многостраничный документ с печатью. – Я вынуждена уведомить адвокатскую палату и прокурора.

– Давайте распишусь сейчас, в чём проблема?

– Вы вручили её в таком виде обвиняемому!

– Лактоза Викторовна, в деле стоит моя подпись. Это, по сути, копия. Повторяю, готов расписаться и закрыть вопрос, если это так важно для вас. Я правда очень спешу, – начал раздражаться Вова.

«Хорош страдать хернёй, женщина. Найди уже себе способного кобеля и не торчи на работе 24/7 защищая всех обездоленных района. С 18 до 19 счастливые часы в «Медузе» – скидка на водку 50 процентов. Когда ещё удастся свалить пораньше?»

– Хоть бы извинились, – демонстративно хмыкнула адвокат.

Вова, не задумываясь стал на колени, потом привстал низко нагнувшись, широко расставив руки, чуть не потеряв при этом очки:

– Извиняюсь. Простите великодушно. От всего сердца. Залазьте, я вас по кабинету покатаю. Давайте! Смелее! – жестом приглашал на спину капитан.

Ошалевшая, не ожидающая такого напора адвокатесса забралась «на барана», отсвечивая бежевыми колготками. Где-то на третьем кругу Лактоза смущённо захихикала. Ещё через три кружка Вова спустил потрёпанную защитницу на пол. Следователь спешно расписался в заключении и обаятельно улыбаясь широким жестом указал Викторовне на дверь:

– Теперь я пойду? Инцидент исчерпан?

– Да… – тихо ответила раскрасневшаяся Лактоза.

Она трясущейся рукой закинула в портфель обвиндос и прошмыгнула в коридор не прощаясь.

***

«Волга» пересекла сплошную и со свистом остановилась на левой стороне трассы, перед клубом. Вывеска «Медуза», а под ней логотип клуба в виде головы Медузы Горгоны светились приятным нежно-зелёным цветом. Внутри долбил шансон. Пальмовая ветвь упала прям на чёрный туфель сыщика, громко хлопнувшего тяжёлой дверью автомобиля. Отброшенная небрежным движением ноги, веточка отлетела к проезжей части. Секьюрити на входе расступились. Вована знали как постоянного посетителя и не шмонали. Внутри было модно и слащаво до тошноты: розовые диванчики, такого же цвета иллюминация, обилие хрома, сексуальные (на определённый вкус) пиджейки, мигающие диско-шары над танцполом, громкая музыка, манящий огнями бар.

Следователь сел за свободный столик, снял шляпу и положил её рядом. Подошла дородная, светловолосая официантка Наташа. Поправив аккуратную, ровную чёлку, девушка с улыбкой спросила:

– Здравствуйте, Владимир Владимирович, вам как всегда для начала?

– Так точно. 150 грамм водки и борщ с чёрным хлебушком.

– Будет сделано.

Сегодня была костюмированная шансон-вечеринка под аутентичные треки в танцевальной обработке. Народ тусовался, веселясь в дурацких костюмах а-ля менты и бандиты. Водолазки, пиджаки, кожанки. Сыщик кивнул сидящим за соседним столиком знакомым прокурорским. Их жирные, красные лица и громкая, пьяная речь вызывали желание пересесть куда-нибудь подальше. От убогих, плоских шуток вяли уши. Вся эта атмосфера напрягала. «Фу. Каждый день на эту всю грязь смотрю. Даже здесь не спрятаться», – подумал капитан.

Владимир отвернулся и засмотрелся на свою любимую, крепко сбитую танцовщицу Ларису, пыхтящую на пилоне. Боковым зрением он заметил направляющихся к нему парней. Полицейский уже было подумал потянуться рукой к оперативке, укрытой под пиджаком, однако, когда два парня вышли из тени – отлегло.

– Здоров, Вован! Где пропадал неделю? Уже соскучились по тебе!

– Привет, пацаны, работы много.

– Пора тебе к нам. В бизнес, – предложил крепкий, курчавый красавчик в белой рубашке, перехваченной подтяжками.

Серёга Канадец присел слева от Володи.

– Это точно. Мы ушли из полиции и всё стало отлично! Нет вечного геморроя с нервами, сроками, судьями, прокурорами, – закончил старый институтский друг Вовы по прозвищу Дозатор.

Макс Дозатор присел справа и расстегнул татуированной рукой ещё одну пуговицу на пурпурной, шёлковой рубахе, оголив заволошенную грудь. Он потёр свой длинноватый нос и бегающим взглядом, сканируя осмотрел наполненный зал. Стиляги. Всегда одеты «с иголочки» во что-то заграничное. И остригают свои отросшие волосы не за триста рублей у тёти Гали. Владельцы клуба. Бывшие сотрудники. Хотя… всё-таки бывших не бывает.

– Совсем делюгами завалили? – спросил Макс.

– Да не то чтобы… Текучка, ориентировки, проверки. Чувствуется какая-то напряжённость. Слушок пошёл, что Филя Болгарин снова гастролирует по области. Скоро полыхнёт.

Серёга неспешно заговорил бархатистым, кошачьим голосом, явно копаясь в чертогах разума, при этом потягивая шампанское:

– Думаешь, вернётся в родные места? Помню, как Глух его брал. Тогда весь розыск на ушах стоял. Не скажу, что Филиппка особо умный и профессиональный бандит, но везучий донельзя. Как ему с друзьями удалось бежать с 213-й до сих пор загадка.

Улыбающаяся официантка выставила на стол акционную водку и борщ с горбушкой чёрного хлеба. За мгновения пока блондинка наклонялась над столиком, Вова успел незаметно заглянуть в декольте и рассмотреть фрагменты пышных, юных прелестей.

– Наташа, принеси двойной виски, пожалуйста, – попросил Дозатор, гребешком начёсывая волосы на уши.

– И мне освежи, – Канадец поставил пустой бокал на поднос.

«Хорошенькая евреечка. Жаль, ноги коротковаты. Зато дизелёк и остальное имеет объём и пропорции», – почёсывая подбородок, капитан мысленно раздевал удаляющуюся Наталью. Закончив фантазировать, следователь интеллигентно разложил полотенце на коленях, после чего налил из графина полную стопку. Тут и парням принесли напитки.

– Бизнес и полиция едины! Дрогнули! – произнёс тост Максим.

Вова чокнулся, выпил, занюхал хлебушком, отдышался, поправил свой белый костюм в разных местах и принялся за борщ.

– Вот всё хотел спросить, насчёт вашего клуба.

Владельцы заведения немного напряглись.

– Почему у вас многие пиджейки толстоваты и низковаты по росту?

– Вроде стараюсь при подборе. Тебе разве не нравятся? Вижу я как ты хищно смотришь на них. Хочешь с кем-то познакомится поближе? – улыбнулся Канадец.

– Напротив. Мне нравятся простые девушки, такие, как у вас работают. Натуральная красота.

– Просто им платить надо гораздо меньше, – ответил Серёга.

– А… всего лишь в целях экономии. Также, как и продаваемый вами дагестанский контрафакт. Типичный русский бизнес.

– Слушай, но так-то он качественнее большинства заводских продуктов и стоит дешевле. Если здесь кому и плохо, так от количества, а не от качества. Прокуратура через нас на все мероприятия закупается. И приставы, – щёлкнул по графинчику Дозатор.

Капитан в разочарованной задумчивости продолжил есть борщ. Ребята неспешно потягивали свои напитки. Вова дальше пил водку, заказав ещё сто грамм. На танцполе было всё достаточно спокойно: торчки колбасились, клубные чиксы танцевали.

– Почему клубу выбрали такое название? «Медуза» как-то странно звучит, – пригубив, также задумчиво спросил Володя.

– Ахаха, наверное, потому что гости напиваются до состояния медузы, – засмеялись ребята.

Спустя секунды, в подтверждение этих слов, один из набравшихся прокурорских нырнул лицом в «Цезарь».

– Можно снова у вас проверочку на предмет наркоты провести? Мне показатель, а вам повышение соц.рейтинга, льготы для бизнеса, – спросил Забывчивый, понемногу расслабляясь.

– Придумаем как-то. Ты же знаешь, сами против этого наркодерьма. Будет неплохо, если ты снова пару обсосов повяжешь, но «маски-шоу» пугают людей. Недавно только проводили акцию. С зарплаткой туго сейчас? Хочешь бонус? – спросил Макс.

– Что-то не в шоколаде. Да и обещанную новую тачку никак не выдадут. Обещали электрического «Москвича» уже год как. Ласточка совсем грустная стала.

– У вас ничего не меняется. Пора уже и личную машинку прикупить, Серёга тебе может неплохой бэушный вариант из Европы пригнать окольными путями. Дешевле, чем с витрины выйдет и лучше, чем наши мотаные-перемотанные.

– Да тоже говно.

Дозатор кивнул на грудастую танцовщицу Ларису:

– Когда на свиданку позовёшь?

– Не, пока нахер. Что машины, что Ларисы.

– Эх, жениться тебе пора, а то всё в работе и работе. Не покладая рук. Как там Шкребков? Всё ещё участковый?

– Да, Саныч, как всегда, землю топчет.

Слова о необходимости семейной жизни капитан пропустил мимо ушей, так как был убеждённым холостяком.

– Вов, чёт ты какой-то совсем душный сегодня. Про алкоголь вспомнил, по персоналу прошёлся. Давай мы тебя особенным пивом угостим? Местный крафт, никакого подполья, – предложил Канадец.

Вова был падок на халяву и отказаться от бесплатного предложения не мог.

– Наташа, принеси бутылку «Томачо» нашему гостю! – приказал Макс радушной официантке.

Вскоре перед капитаном стоял потный бокал красноватого пива. Он чокнулся с ребятами, сделал протяжный глоток. Густая, солоноватая, газированная жижа со вкусом разбавленного томатного сока, бодяжного болотной водой опоясала ротовую полость. Спустя мгновение сыщик раскидистой дробью выплюнул всё содержимое. Благо, на костюм не попало, зато окропило всё вокруг.

Парни заливисто рассмеялись.

– Что это за блевотина?

– Ты что, Вов? Местный томатный гозе. 350 за бокал! Живёшь в помидорном раю, а производителей из К-Д не поддерживаешь. Непорядок! – иронично сокрушался Дозатор.

– Если бы я захотел заказать томатный сок к водке, я бы заказал. Кто это берёт? Соевые модники?

– Пару недель назад изготовители предложили включить в ассортимент. Дали сладкую цену. Первый ящик вообще бесплатно подогнали. Сразу поимели большой спрос. Извини, если что не так, – развёл руками Макс.

– Да ну, прикольная штука, – допил из бокала Серёга. – И маржа увесистая.

– Пиво должно быть пивом: зерно, хмель, дрожжи. Максимум рис или кукуруза в нагрузку. Магазинное вообще не должно стоить больше сотки, ибо напиток для бедных.

Следователь полотенцем протёр рот, хмуро попрощался с парнями. На чай он бросил несколько первых попавшихся в кошельке монет. Буквально перед ним с порога выкинули какого-то непрезентабельного, рыгающего маргинала. Вован запустил «Волгу» и с рёвом мотора уехал навстречу тёмной ночи, слепя дальним светом встречные машины.

Глава 2. Ограбление по-болгарски (часть первая)

Утро в райотделе. Ничего особенного, всё как обычно. Копы бегают, суетятся перед планёрками, как раздобревшие муравьи. Пэпсы уже ведут под руки каких-то помятых алкашей. Видно, что это не первые принятые синяки за их бдение. Под лестницей два опера пинают обоссаного бомжа. Проститутка с синюшным фингалом трясущимися руками пытается закурить элегантную дамскую сигарету. Заступающий на смену майор, громко матерясь, разматывает дежурных. Маховик крутится сотни лет, околотки не меняются и никогда не изменятся.

У Владимира был хороший кабинет на первом этаже (из трёх). Рассчитанный на трёх человек, однако на данный момент в кабинете размещались сам капитан и усердный стажёр, имя которого следователь всё никак не мог запомнить. Святой некомплект. Свежий ремонт, необходимая решётка на окне и новёхонький сейф. Не всем так везло: большинство занимаемых помещений были достаточно облупленные и не обновлялись ещё со времён позапрошлой страны. Вова любил прийти пораньше, чтобы не дай бог не пропустить какое-нибудь раннее сумасбродное совещание, но пацан приходил ещё раньше. В восемь утра помощник уже был на месте и внимательно листал материалы дел.

– Здоров молодой, что там у нас по плану? – прокартавил важняк, кидая на вешалку пиджак и шляпу, другой рукой поправляя очки.

– Здравствуйте, Владимир Владимирович, пришли объединённые экспертизы по наркоте из «Медузы». Можно составлять обвинительные и направлять дело в суд. Ещё на сегодня допрос грабителя аптеки и выезд на проверку предполагаемого борделя.

– Отлично! Составляй обвинительные по образцу. Знаешь где в компе искать подобное? Вас же учили обвиндаки составлять на уголовке?

– Ммм… Нет.

– Так учись. Пойду попью кофе, потом освежу мысли по нашему странному грабителю. Чёрный… как его там?

– Артём Рафикович Малафян. По базе значится как Чёрный шершень. Ранее судим за хранение.

– Вот и допросишь его, потренируешься. Я должен бордель проверить, не хочется продлеваться.

– Я тоже хочу выехать на проверку!

– Документы в кадры подал уже?

– Так точно. Все комиссии пройдены, жду назначения. Начальник следствия говорит, что скоро приказ придёт.

– Всё равно рано тебе ещё по девкам кататься. Мамка заругает. Учись бумажки составлять, раз решил в следствие устраиваться. Шкребкова возьму, его участок.

Забывчивый спустился на первый этаж. Возле кофейного аппарата толпились полицейские, традиционно обсуждая прошедшую ночь. Автоматон был нового поколения, со встроенным искусственным интеллектом, умеющий за десятку генерировать анекдоты. Ещё за пятёрку можно было выбрать голос знаменитости для озвучки. Знатоки из отдела «К» смогли убрать блок на разную похабщину и нецензурщину. Скабрёзные анекдоты были в топе. Копы ласково прозвали аппарат Кешей. Казалось, не было ни минуты, чтоб он одиноко простаивал.

– Здоров Владимирыч, как оно?

– Привет пацаны, потихоньку. Малого посадил обвинительные набивать, сам скатаюсь стук о борделе проверить.

Наконец следователь перездоровался со всеми за руку.

– Возьми с собой по девочкам, поделись с друзьями! – своеобразно предложил свою помощь старший оперуполномоченный розыска по имени Рамиль.

Рамиль Хаджитов был нетипично высоким и мощным как для выходца откуда-то из Средней Азии. Капитан был всегда аккуратен и выглядел так, будто сошёл со страниц модного азиатского фэшн журнала. Его образ вводил в заблуждение местных лыганов, которые слишком поздно осознавали свою ошибку восприятия. Кризис восприятия, к их несчастью, наступал слишком поздно. Обычно, уже в безрадостный момент нахождения урочьей головы в писсуаре третьего «оперского» этажа.

– Когда это опер следаку другом стал? – отчасти подшутил в ответ Вова. – Лучше возьму с собой Саныча. Он участковый, свой район Гоголя хорошо знает. У них там, пишут общественники, в пятиэтажке заведение нестандартных услуг, вот пусть и решает вопрос. Кроме того, вы много хотите за сопровождение материала.

– Конкретно в этом случае даже проставон не попросим, – широко заулыбался Рамиль.

Узкие глаза ушлого опера от улыбки превратились в тёмные щёлочки. Тут из здания вышел статный парень с грубоватыми чертами лица, остриженный «под горшок». Он был одет в длинный плащ, почти касавшийся земли. За ухо у него была заткнута сигарета, а губы судорожно дёргали вторую. В правой руке он крутил смартфон. Весь его вид демонстрировал глубокую мыслительную работу и напряжение. Заметив толпу возле автомата, парень ловко спрятал гаджет и направил на коллег оттопыренные большие и указательные пальцы на обоих руках, изображая стрельбу:

– Пьюу пьюу пууу пррррр! Это что? Это зенитка! Прррр! – очень быстро протараторил дёрганый, и также быстро подкурил невесть откуда взявшейся бензиновой зажигалкой. – А я-то думаю: это Вован или не Вован? Вован или не Вован? – хриплым, но неожиданно тихим и глубоким голосом проговорил шутник и протянул руку капитану.

Это был главный балагур и весельчак всея райотдела – следователь Виталик Писаренко. За старомодную этническую причёску и несменный чёрный плащ к нему приклеилась погремуха Украинский Нео. Виталя устроился на службу будучи в возрасте тридцати лет, до этого работая автослесарем. Потом что-то мыкнуло, пошёл учиться и по распределению попал в К-Д. Уже четвёртый год как не может выйти из звания младшего лейтенанта. То кинул дрожжи в уличный сортир подозреваемого жлоба; то красивой помощнице судьи недвусмысленно намекнул на желание войти в близкий контакт; то организовал спиритический сеанс с мёртвым свидетелем; то напился с подозреваемым в карманных кражах. Итог таких деяний всегда немного предсказуем: служебная проверка и взыскание. Пока наказание не снимут – срок пребывания в звании не идёт.

– Слухайте, что я вам расскажу. Знаете, Валерку Малого? Шныря из центра? – интригующе начал Нео.

Парочка полицейских утвердительно закивала.

– А суетолога Рому Цыгана?

Тут уже и оставшиеся проявили интерес. Писаренко, глубоко затягиваясь и буквально высасывая сигареты одну за одной, принялся эмоционально рассказывать традиционную ночную историю.

– Так вот. Вечером поступает телефонограмма из больнички, мол, приезжай – Цыган у нас с разорванным тузом и знатными телесняками. Тут я понял, что Любка может уже не ждать меня на ужин. Чтобы делец средней руки сам заяву накалякал или эскулапам что-то про фуфел рассказал… странно. Вот в чём было дело. Цыган сладко напел Малому как переклеивая шильдики можно поднять бабла на китайской электронике. Естественно, у двадцатилетнего дурачка капитала не было, а глазки-то загорелись. Побежал к центровым старшакам. Последним схема понравилась, отслюнявили по запросу ромала пол мульта. Неделя-другая движения нет. Рома под конец совсем распоясался – трубу не берёт, хата заперта. И тут до Валерчика доходит, что запахло знатным кидаловом. Старшие уже Малого за сосцы хотят взять да потеребить. Ну, пацанёнок рассвирепел – взял кастет и к Цыгану. Нашёл ушлого пройдоху да отмудохал до пустотелости. Но этого ему показалось мало: в порыве страсти стянул с чернявенького портки и пальцем расковырял его хрустящий фалафель. Оказалось, смуглый всю сумму хотел пустить на установку нескольких автоматов типа нашего Кешана. Почти легализовался за счёт лохов, да чутка не успел с договорами аренды. Малой бабки вернул вместе с копытными, да рассказал дедам как всё было. Мужики возмездие одобрили, но вот беда: тему с засовыванием пальца в ректум не оценили. Сильно запахло шкварками. Ну, пацанёнок в батин гараж. А батька его мужик честный, в отличие от паренька. Охотник. Мальчик отхерачивает себе пальчик под корень. Батиным тесаком для разделки туш. Клеймо на районе сняли – не зашкварился, но палец уже не вернуть. Такая вот телега, – выпуская облако дыма, проникновенно закончил Виталя, топча окурок запыленным туфлем.

– Охереть. А что Цыган? Что Малой? Что было дальше? – раскрыл рот Вован.

– Хех. Цыган в красных соплях, без штанов звонит в скоряк, мол, упал с лестницы. Приехавшая бригада, конечно, сразу втарила что к чему. Они сначала глаза хотели приподзакрыть. Ну его нахер по Цыганскому району рысачить и с бандосами спорить, но тут приметили сопливящее очко. Пришлось нам докладывать. Всё чинно, по процедуре. К моему приезду Цыган осознал, что слух в уголовном мире быстро разнесётся и его моментом в кочегары запишут. Так вот, чтоб этого не произошло всё мне и рассказал. Я с дежурнымым СОГом шмыгаю в карету и за очковредителем. Он даже не пытался отмахиваться своими девятью пакшами: руки вверх, лицом в капот. Сидит пока по девяносто первой, скоро уедет на СИЗО. Их финансовые дела спишу на гражданско-правовые, да и тут у Ромыча претензий нет, всё по понятиям.

– Сракотан-то подлатали?

– Да всё в порядке. Подшили гузелок, как я томик в отношении Валерчика.

Некоторые смеялись до слёз. Мамлей закурил ещё одну.

– Представляешь, Веталь, Вовчик не хочет меня брать на проверку борделя, – пожаловался Рамиль. – Жадина!

– Ой, нехорошо, Володька, нехорошо, – также тихо проговорил Виталий, быстро качая головой и дёргая зажатой между зубами сигаретой. – Сразу видно по лицу, тех, кто кушает мацу, – бодро прохрипел Нео, смешно пританцовывая и прикладывая ладонь к макушке на манер кипы.

– Променял лучшего оперуполномоченного на участковича, который и пятьдесят метров не пробежит! – всё сокрушался Рамиль, улыбаясь глазными щёлочками.

– Никогда не гоняйся за автобусами и за бабами – всё равно не догонишь. Ладно, некогда мне тут с вами торчать, – отстранился следователь.

Вова растолкал хохочущих коллег, взял стаканчик сладкой бурды типа «ирландского виски», глянул на часы и пошёл в кабинет.

– Как успехи, боец?

– Нашёл образец, начал набивать текстовку. Документ ответственный, сложный.

– Да ладно, чё там сложного? Почему так рано всегда приходишь? Порнушку смотреть, чтобы дома не спалили? Ну-ка, разверни монитор!

– Нет-нет, я нет! Что вы? Тут же выхода в интернет нормального нет и УСБ проверяет! – парень засмущался и покраснел.

– Расслабься. Чего ты такой напряжённый? Прям серьёзно всё воспринимаешь. На этой работе без чувства юмора херово. Быстро с ума сойдёшь. Пару раз постоишь у кофейного и финиш. Ладно, работай, коль желаешь. Главное Малафяна допроси. Приеду распишусь.

– Так же нельзя! Это процессуальное нарушение, – выпучил глаза стажёр.

– Если платного адвоката не будет, то всё можно. Запомни эту простую истину. Придёт с платником или Лактозой, то позвони мне и тяни время. Ясно? – следователь сделал серьёзное лицо.

– Так точно.

– Вот это молодец!

Вова вытащил телефон, чтобы набрать своего кореша Саню Шкребкова для совместного выезда на проверку. Отличное начало дня. Можно было потеряться на его половину. Однако, не успел капитан зайти в меню своей старенькой «Нокии» с зелёной подсветкой, как в кабинет вбежал незнакомый взволнованный лейтенант.

– Товарищ капитан, срочно вызывает зам по оперативной работе. Возле Помидора перестрелка!

– Нах оно мне надо? Я ж не опер. Стрелять их дело.

– Оббегаю по списку, – лейтенант пожал плечами и засеменил дальше.

Вован заматерился, поправил подтяжки и спешно поднялся на третий этаж к начальнику оперов. «Замечательное начало дня. Только подумал, что день-то будет нормальным. Вчерашнее чувство было вернее», – подумалось перед входом.

Начальника оперов называли Глух (от его фамилии Глухарец), или Клюв за маленький, острый нос с выдающимися ноздрями. Низкорослый майор в наглаженной форменной одежде, блестя несколькими медалями, высокомерно восседал за столом, как пустельга. Было не очень понятно сидит он, или же стоит во весь рост. Кроме майора в тесном, но вполне себе роскошном кабинете толпились человек семь оперов. Посерьёзневший Хаджитов тоже был среди них. Отношения Володи с начальником оперативников были, мягко говоря, не очень хорошими. Глух дружил с прокурорскими и полицейской элитой, что Вове очень не нравилось. Всю эту «элиту» он считал махровыми белоручками толком не топтавшими землю.

– Володя, здравствуй, – поприветствовал майор.

– Меня-то чего позвали? – пробурчал Забывчивый.

– Перестрелка на Гоголя. Банк возле автостанции пытаются обчистить. Бесстрашная управляющая ударила по тревожной кнопке. Кашники подключились к «Умному городу» – похоже на нашего старого друга Фила Болгарина. Для молодых: он же известен как Студень, Сом, Болгарин, Гробовщик, Габёл. Беглый каторжник, гастролёр. В розыске за побег из колонии и целой пачке дел по области. Подозревается в нескольких угонах, грабежах и мошенничестве. Действует с подельниками: Курт, Хромой, Роналду. Оба двое первых бежали с тюряги вместе со Студёным. В банке сейчас работают трое, – Глухарец с важным видом поучал молодых.

– Наслышан. По моей информации ты его принимал прежде, чем он отправился в 213? – спросил Забывчивый.

– Было дело. Наградили и майора за это дали, – высокомерно указал на одну из медалей Глух.

Что вторая медаль просто знак отличия ВУЗа, молодняк не знал.

– Потом, видимо, давать перестали… – тихонько пробубнел Вова.

По кабинету покатились смешки.

– Что?

– Ничего-ничего, так я зачем тут? СОБР спешит на помощь?

– СОБР будет ехать час. У нас нет столько времени! Твоя задача отработать место и возбудиться. Я выделяю ребятушек для твоего сопровождения. Садись в авто и дуй на ограбление.

– У меня проверка борделя свистит, уже собрался на выезд.

– Абас сказал, что нужно поручить это дело именно тебе! Ты у нас важняк, вот и командуй группой.

– Как же: «вассал моего вассала не мой вассал»?

– Вовчик, хорош херню свистеть. По коням!

Спускаясь по лестнице, капитан думал о том, что не очень хочется лезть под пули. По пути вспомнил, что забыл шляпу и пиджак в кабинете. Остановился на секунду, махнул рукой, снова поправил подтяжки с портупеей, и не спеша прогрел «Волгу», пока копы собирались возле своего микроавтобуса.

Забывчивый мчался вслед за полицейским «соболем», который нещадно чадил, чем неимоверно выбешивал Вована, который ехал сзади с открытым верхом. Ехать первым номером под вой сирен он не хотел, так как, у первого прибывшего гораздо выше шанс словить свинец.

В центре города, на перекрёстке с кольцевым движением образовалась длиннющая пробка. Многие бесстрашные водятлы повылезали из машин поглазеть на суету. Более здравые покинули личный транспорт. За кольцом несколько тачек были перевёрнуты и горели. Выстрелов уже не было слышно. Патрульные прятались за всяческими препятствиями, держа в руках оружие. Опера развернули «соболёк» посреди дороги и повыпрыгивали наружу, держа автоматы наперевес. Дедушка Ленин со своей высоты безмятежно взирал на эту необычную картину. Вован припарковал «волгарь» рядом с микриком и поднял тяжёлую крышку багажника со словами:

– Где же ты, меч-кладенец? Ага!

На красной обивке багажника величественно лежал снаряжённый ППШ и несколько барабанов к нему. Вова вытащил пистолет-пулемёт, поцеловал ствол и спрятался за Помидором. Рамиль за это время грамотно расставил оперуполномоченных и начал орать в рупор:

– Выходите из здания, или мы вынуждены будем брать его штурмом! – брал на понт Хаджитов.

– Дайте нам спокойно выйти, и никто не пострадает! Подгоните тачку ко входу! – кто-то гнусаво-жующе мычал изнутри.

Владимир перебежал к полицейскому уазику, за которым укрылись несколько патрульных, которые явно были очевидцами всех событий.

– Рассказывайте, что здесь произошло! – потребовал следователь.

Толстозадый, заевшийся кетчунезом прапор начал доклад:

– Банковский охранник куда-то вышел, посетителей не было, подъехала красная «Нива-коротыш». Из неё вылезли три типочка без масок. Один остался за рулём. Админ поняла, что это налёт и нажала кнопку. Взяли кассу или нет, мы не знаем. Возможно, что кассир заминжевалась и что-то отдала. Водитель на «Ниве» смылся, едва услышал тревогу. Смуглый зачем-то начал шмалять в никуда и подорвал припаркованную телегу. Огонь перекинулся на вторую, сами видите, – прапорщик кивнул на догорающие остовы автомобилей.

– Почему не пресекли, странное же движение? Как они все из трёхдверки выползали, наверное, то ещё зрелище было? – ухмыльнулся Вова.

– Мы возле станции шаурму ели, как началась вся эта канитель. Сначала весело было, особенно, как толстого его друзья вдвоём с заднего ряда вытягивали, через откидную сидушку. Вот мы и не среагировали, мало ли просто пьяные дурачки приехали кэш перегнать, да на «Плосу». Если бы они в масках вылезли, или начали натягивать, то было бы подозрительно. Ствол не отсвечивал. Потом уже трещотку услыхали, – виновато поправил кепку патрульный.

– Просто ограбление века. Как жирдос выглядит?

– Чернявый, немного небритый, с глупым лицом, то ли цыган, то ли хз. В жиганке, кожанке. За главного у них, видимо. Ещё двое – длинноволосый, неряшливый блондин в красном, полосатом свитере и высокий брюнет-красавчик.

– Наблюдательный. А кто за рулём?

– Дед какой-то. На вид из откинувшихся. Тоже в кепке-жиганке, но сильно его не разглядел.

Банк находился в длинном двухэтажном здании из побитого белого кирпича. С его оборотной стороны находилась почта. Второй этаж был жилым, первый же использовался под коммерческую сдачу помещений.

– С первого этажа все эвакуированы?

– Кто знает… будний день. Трое точно выбегали из подъезда. Из коммерческих тоже поразбежались.

Вова осмотрелся. На противоположной стороне улицы под присмотром пэпсов толпились зеваки. Неподалёку от них гаишники бестолково пытались урегулировать движение. Капитан перекатом приблизился к Рамилю.

– Что-то каракулей не видно, – прошептал опер.

– Да подожди ты. Сейчас всё уляжется – сразу приедут вместе со всякими БОПами с большими жопами. Более интересно, где наш шеф?

– Николаич? Небось таранкой под пиво хрустит да в картишки рубится. Типичный будний день для полковника.

– Ладно. Давай так: организуем злодеям тачку и сядем на хвост. На входе брать идиота с оружием рискованно. Вдруг ещё что-то нечаянно взорвёт или кого подстрелит. Бюджет на компенсацию депутаты будут утверждать долго, а вдруг если зажмурят кого, то вообще финал. Зачем нам такие проблемы? Гайцы перекроют Гоголя, Ленина, выезды из города. Жульбаны вряд ли уйдут, улицы прямые – не ваши кочевники строили. В крайнем случае, через пару дней они снова спалятся, или на камерах засветятся.

– Предлагаешь уступить? Не будем ждать СОБР?

– А его вообще звали? Да не очкуй ты! Там всего один дегрод с пистолетом, как я понял. Бросим наживку, заглотнёт – подсечём рыбку. Банкирш надо вытягивать оттуда. Сами справимся, – начал ловить кураж Вова. – Смотри, сейчас гаера им подгонят временно реквизированную тачку. Мы прыгнем в мою и попробуем догнать, а твои пацаны вместе с гайцами потихоньку начнут всё оформлять. Я подпишу все нужные бумаги после нашей акции. Если что-то пойдёт не так, то пошмаляем. Давно хотел его опробовать, – кивнул капитан на ППШ.

– Ну ты и отбитый… на «Волге» мы их вряд ли нагоним, – засомневался Рамиль. – Ладно, попробуем. Беги к жезластым, а я своим указания дам.

– Добро.

Следователь перекатами добрался до машины ДПС и приказал, представившись:

– Капитан юстиции Забывчивый, следователь по особо важным делам.

Гайцы вяло отдали честь.

– Короче, ребята, такая телега: надо перекрыть основные улицы и все въезды-выезды из К-Д. Добудьте злодеям машину и оформите всё как надо, по закону. Ответственный перед частным лицом я – Забывчивый В. В. Давайте-давайте: один ищет машину, а второй к рации за подкреплением! – с суровым лицом захлопал в ладоши Владимир.

Гаишники, пригибаясь, вяло пошагали исполнять указания. Вован вернулся к Рамилю.

– Ну как? – поинтересовался Хаджитов.

– Сейчас всё будет. Дай рупор. Ни в коем случае не разрешай никому стрелять.

Капитан настроил громкость на шипящем устройстве и прокашлявшись начал говорить:

– Высокоуважаемый Филипп Батькович! Здание оцеплено, отпустите заложников и соблаговолите выйти с поднятыми руками, вместе с вашими благородными друзьями!

Изнутри донёсся тот же мерзопакостный голос:

– Мы не брали никаких заложников. Этих женщин никто не удерживает. У нас есть взрывчатка. Условия не изменились, волчара. Сейчас мы заканчиваем и уезжаем!

После этих слов банкирши выбежали в распростёртые объятия оперативников.

– Был шанс, что сможем и без погони скрутить жуликов. Про бомбу речи не было. Запроси по рации, что по камерам, – выключив рупор попросил Вова Рамиля.

Через минуту суеты старший опер доложил:

– С внутренними стыкануться не могут. Банк не подключен к «Городу». Девушки подтверждают, что у злодеев есть что-то похожее на хозяйственное мыло с торчащими фитилями. Они хотят взорвать дверцу сейфа. Не верят, что кассирша отдала всё, но сейф пуст – утро ведь. Ущерб чуть больше половины мульта.

– Твою ж мать, – выругался капитан. – Вдруг ребятки не блефуют и намутили рабочую, нестабильную взрывчатку и реально смогут по видеоурокам что-то взорвать.

В этом миг раздался глухой хлопок. Звеня, вылетело несколько стёкол. Народ завизжал, начал разбегаться. Зевак сразу стало меньше. «Смогли всё-таки», – подумалось Забывчивому.

– Я тебя под терроризм подведу, Габёл! – в орало закричал следователь.

– Подгоняй машину, мусор! Мы закончили! – прогундявил Фил.

Секундную тишину прервала гудящая, уставшая бежевая «восьмёрка». Её неспешно покинули аморфные гаера. Студень с вороным ТТ выбежал из банка, но споткнулся. Со свистящим пуком он покатился по грязным ступеням, случайно дёрнув спусковой крючок. Пуля вознеслась к небесам. Удивительно, но ни один полицейский дурачок рефлекторно не выстрелил в ответ. С другой стороны, кому оно надо потом заполнять кучу рапортов, объяснений и строчить отписки? Подельники подхватили Сома под руки, отряхивая от пыли и комков грязи. Бандиты буквально впрыгнули в «тазик», задорно размахивая огромной кожаной сумкой. На опыте десантирования из двухдверной «Нивы», порядок поменялся. Теперь тощий блондин быстренько прошмыгнул на заднее сидение, сперва забросив туда поклажу с кушем. Студень сел за руль, а красавчик в чёрной пайте устроился на переднем. Из окна, открывшегося с помощью накручиваемого Болгарином «весла», высунулась его глупая, ухмыляющаяся рожа с узкими рыбьими глазками и отвисшей массивной челюстью:

– До скорых встреч, ментяры позорные!

И засмеялся как умственно отсталый.