Изумрудная чума

Глава 1

Не каждый человек способен вынести пытки. Практически никто не способен, но Густаф оказался в числе тех, кто пережил ад и не сказал ни слова. Измученный и ослабевший, имперский офицер много дней лежал на полу в серой комнате и смотрел в потолок, испытывая гордость за самого себя. Что ни говори, а это сражение он выиграл и теперь оставалось лишь ждать своей дальнейшей судьбы.

“Чтобы ни случилось, я готов” - думал Густаф, вглядываясь в гладкие стены своей камеры, осматривая серебристые браслеты на своих запястьях и щиколотках. За много лет службы юноша повидал всякого и даже смог дослужиться до лейтенанта, что совсем не волновало младшего офицера. Все эти звания, награды, повышения - все это полная чушь, не стоящая ни капли внимания. Единственное, чего хотел Густаф, поскорее вернуться в строй.

В том, что трины не собираются казнить пленного, Густаф был абсолютно уверен. В отличие от простых солдат Империи, лейтенант был из числа одаренных людей, способных использовать так называемую магию, которая была утрачена народом планеты Куархан многие поколения назад. Подобный дар делал Густафа особенным, делал его товаром, за который можно было назначить цену.

“Главное, эти сереброглазые идиоты не получили от меня ни капли информации” - размышлял Густаф, - “я могу вернуться на родину, пройти проверку и возобновить службу. Я еще возьму реванш, уж это точно”.

Закрыв глаза, юноша вспомнил как корабль имперского флота вышел из отражения над лесами Ледоры. Воссоздал в памяти появление вытянутых кораблей тринов, напоминающих наконечники копий, и короткий бой, обернувшийся поражением и пленом. Солнце играло на гладких серебряных корпусах вражеских судов. Воздух наполняли раскаты аспировых орудий.

“Звуки войны” - Густаф глубоко вдохнул, ощутив себя вновь в том бою. Пусть то сражение и было проиграно, но оно было достойным. Из всей команды корабля в живых осталось человек двенадцать, каждого из которых уже допросили и они, как был уверен лейтенант, раскололись все как один, что можно расценивать как предательство. Разумеется, никто из пленных не знал ничего важного, ибо все они были солдатами и обслуживающим персоналом, но можно было бы проявить секундную храбрость и пустить себе пулю в голову, чтобы избежать позора.

Сам Густаф не успел лишить себя жизни лишь потому что во время штурма рубки управления застрелил капитана и пилотов, чтобы навсегда похоронить их знания. На себя же времени уже не хватило. Сейчас, размышляя о тех событиях, юноша был абсолютно уверен, что ни капитан корабля ни пилоты не смогли бы выстрелить в себя. В тот самый решающий миг, когда необходимо было действовать, Густаф узрел в глазах этих людей такую сильную жалость к себе, что принял мгновенное решение. Но о чем тут говорить? В конце-концов, Густаф знал, что кто-нибудь обязательно смалодушничает.

Спустя пару дней после конца допросов, Густаф более менее пришел в себя и стал заниматься, чтобы не растерять форму. Физкультура помогала младшему офицеру поддерживать себя в хорошем состоянии, но, разумеется, сбежать юноша даже не мечтал. Одно дело пережить пытки, но совсем другое бежать из тюрьмы, которую охраняют трины. Лучше просто подождать до тех пор пока все не решится само собой.

Густаф едва расслышал шаги в просторном тюремном коридоре, встал, расправил форму и стал ждать когда подойдут к его камере. В том, что это к нему, юноша не сомневался. Когда кто-то остановился возле двери в камеру Густафа, лейтенант гордо вскинул подбородок, ожидая гостей.

Тяжелая дверь с шипением ушла в сторону, и на пороге возник высокий охранник в серой броне. Лица не было видно за защитным стеклом шлема, на поясе висел меч, глядя на который, Густаф ощутил жуткое бессилие перед этим воином. Весь этот архаичный внешний вид и древнее оружие были жестокой ложью для непосвященных. За дни своего заключения, Густаф не раз видел этого стражника и хорошо запомнил его походку, рост и манеры. Много раз лейтенант проигрывал в своей голове поединок с этим трином, но ни один сценарий так и не привел к победе.

- На выход, - спокойно и уверенно произнес трин, включая браслеты на руках Густафа, которые тут же, с непреодолимой силой соединились за его спиной. Офицер все так же гордо вышел из камеры и остановился, ожидая команды стражника. Трин закрыл дверь и приказал идти вперед. Матовая серость стен и белое освещение неприятно давили не глаза, заставляя щуриться. Густаф, как житель мрачной планеты Куархан, не привык к столь яркому свету. Ему были по душе уютные темные тона и мягкие цветовые оттенки.

В полном молчании страж вел пленника по освещенным коридорам, минуя массивные двери других камер. Спрашивать что-либо у трина было делом безнадежным, поэтому Густаф просто шел, ожидая когда ему прикажут остановиться. Однако, стражник молчал, а лейтенант, в свою очередь, понял, что путь его лежит не куда иначе как к ожидаемой свободе.

Миновав несколько этажей и постов охраны, Густаф остановился перед бронированными воротами. Стражник за его спиной не издавал ни звука, и юноша обернулся, убеждаясь в том, что трин все еще здесь. Ворота тяжело расступились ровно на столько чтобы смог пройти человек. Через щель меж их половинами Густаф увидел посадочную площадку, по которой барабанил небольшой дождь. Под ночным небом Ультана стоял похожий на жука энерголет, рядом с которым застыли двое солдат в синей форме, а меж ними высокий хорошо одетый мужчина, на плечи которого был накинут зеленый плащ. Одного беглого взгляда хватило офицеру чтобы понять, что перед ним элинийский посол в сопровождении своей охраны. Едва их взгляды встретились, Густаф все понял - его хотят передать элинийцам, а это означает, что свобода наступит еще не скоро. Если наступит вообще, ведь элинийцы и Империя злейшие враги.

Густаф вздохнул и высокомерно улыбнулся, глядя послу в глаза. Тот сохранил непроницаемое выражение лица. Стражник за спиной произнес: - иди, - на что лейтенант ответил: - браслеты снимите хоть?

- У посла есть ключ, - ответил трин, - шагай.

Офицер пожал плечами и направился к ожидающим его людям. Охрана посла и виду не подала, когда Густаф приблизился, разве что их взгляды сосредоточились на нем. На поясах каждого солдата был личный генератор щита, но сейчас в них не было нужды.

Имперец остановился в паре шагов от посла и посмотрел на того бесстрашно и спокойно. Посол был с Густафом одного роста, но на вид казался старше, несмотря на гладко выбритое лицо. Его темнозеленые глаза не мигая смотрели на заключенного. В них не было ничего, что можно было бы истолковать как эмоцию.

- Далеко летим? - без особого интереса спросил Густаф.

- Вывезем тебя с планеты, - холодно ответил посол и подал знак своим. Солдаты затолкали имперского офицера в энерголет, после чего машина обнажила тонкие крылья и поднялась в воздух под едва слышимый гул элиниумового двигателя.

Движение в Унторе, городе тринов, происходило как по земле так и по воздуху. Транспорт посла подстроился под поток воздушной трассы и взял курс на аэропорт, где в зоне искривления стоял флагранд - один из трех видов самых огромных судов, которые когда либо строили разумные расы.

По пути никто так и не произнес ни слова. Охрана посла будто бы и вовсе не замечала ничего вокруг, хоть их расслабленный вид и был обманкой. Сам же дипломат держался холодно и отстраненно, всем своим видом показывая нежелание говорить. Кто вел энерголет, Густаф не видел, но знал наверняка, что пилот был таким же неразговорчивым.

Глядя через стекло вниз, на широкую ночную улицу города Унтор, имперский офицер не мог не ощутить всеобъемлющее спокойствие. Разумеется, ночью жизнь не бурлит так сильно как днем, но, насколько слышал Густаф, у тринов так было в любое время суток. Покой и размеренность - вот к чему пришла эта раса за тысячелетия своей истории. Никто никуда не спешил, не было пробок и заторов, но все работало точно, словно хорошо настроенный механизм.

Когда Густафу надоело созерцать высокие массивные здания, утопающие в зелени огромных парков, он обратил внимание на своих спутников. Посол смотрел в окно, явно думая о чем-то. Его поза казалась расслабленной, мужчина ничем не выражал неудобства. Лейтенант сразу же заметил у него подмышкой кобуру с мелкокалиберным энергетическим пистолетом, и ножны на предплечье. Руки посла всегда находились в таком положении чтобы быстро выхватить клинок. Густаф тут же оценил необычный способ ношения ножа, что говорило о после как о том, кто явно не раз пользовался своим личным оружием, и то, что он держит руку практически на рукояти говорит о том, что дипломат, в случае чего, явно ставит на свои умения в ближнем бою, а не на пистолет.

Двое охранников посла казались не такими интересными. Они молча глядели перед собой неприятным застывшим взглядом. Вооружены они были лучевыми винтовками, поставленными в режим ближнего боя. Один выстрел в подобном режиме разорвет тело человека пополам. Это все равно что пальнуть из старомодного дробовика. Хотя как старомодного? Имперские бойцы до сих пор используют нечто подобное для ближнего боя.

Имперский офицер повидал за свою жизнь не мало солдат и смог с уверенностью заключить, что эти двое были явно не новички в своем деле. “Хорошо ли их подготовили?” - задался вопросом Густаф, хоть и знал, что проверять этого не станет. Да и нет смысла. Даже если удастся ликвидировать солдат и избавиться от посла, то куда потом? С планеты не улететь без двигателя искривления, а все корабли, обладающие этой технологией, принадлежат его врагам.

“Я на враждебной планете, окружен силами противника” - подумал Густаф, после чего беззаботно вздохнул и вытянул ноги, задев сапоги посла, который тут же достал из кармана синего мундира небольшое устройство, нажал на одну из кнопок, и браслеты на щиколотках Густафа немедленно примагнитились друг к другу, сковав его ноги.

- Да хорош! - воскликнул юноша, на что посол с наигранной заботливостью произнес: - прости, тебе не удобно? Может принести чего? - Густаф рассмеялся оценив этот неприятный юмор, а взгляд элинийца сделался жутко прохладным.

- Да ладно, - имперец поерзал в кресле, сел поудобней и улыбнулся послу, не обращая внимания на его охрану, - я ведь пленник. Скажи, у вас на родине принято так обращаться с пленными? Вы ведь не животные.

- Мы не вы, это правда, - сухо ответил посол, понимая, что зря ввязывается в этот разговор. Хотя, случись чего и охранники быстро приструнят имперского говоруна. - Но что я такого сделал? Ноги тебе связал всего лишь, а ты уже разнылся. Этому что ли учат в имперской школе офицеров?

- Что я слышу! - Густаф весело улыбнулся. - У нас тут шутник! Я бы драматично всплеснул руками, но увы.

- Без лишних телодвижений обойдемся, - осадил собеседника посол.

- Без лишних так без лишних, - тут же согласился Густаф, - скажи хоть что меня ждет? Какие у вас на меня планы?

- От тебя зависит, - равнодушно ответил посол, - если будешь плохо себя вести, выбросим твое чучело за борт когда войдем в отражение или посреди туманной бездны. Как пойдет, в общем.

- Ух, какие гадости ты говоришь, - в притворном ужасе прошептал Густаф. - Ты же посол, дипломат как никак. Разве можно тебе говорить такие вещи.

- Не знаю, - безразлично подал плечами элиниец, - кто-нибудь что-нибудь слышал?

Солдаты по бокам посла покачали головами. Посол скорчил гримасу, мол, такие дела.

- Да уж, - пробормотал Густаф, - прям всем дипломатам дипломат. Ты в курсе, что все считают вас такими же убийцами, как тех же воинов плаща и кинжала, только с хорошо подвешенным языком.

- Правда? - посол изобразил удивление, после чего двумя пальцами приподнял край своего зеленого плаща, - а что это? У меня как раз есть плащ, да и нож ты уже заметил. Скажи мой имперский “друг”, стоит ли злить меня, особенно когда ты связан по рукам и ногам?

- Наверное нет, - невинно улыбнулся лейтенант.

- Наверное? - переспросил посол. - Ты как точно будешь уверен, скажи мне. Я правда хочу знать. Шучу! - и обратился к своей охране, - если еще хоть слово скажет, разрешаю применить силу. В случае чего, скажем пытался сбежать.

Густаф замолчал, ибо так велел ему здравый смысл, хоть лейтенант и не был напуган. После столь энергичной беседы тишина, сопровождаемая слабым жужжанием двигателя, казалась, не больше не меньше, молчанием вселенной. Сместившись к окну, офицер посмотрел вниз как мимо их энерголета проносятся машины тринов, каждая из которых чем-то напоминала древнее оружие. Были тут быстрые кинжалообразные машины, и летающие аппараты помедленнее, передняя часть которых напоминала обоюдоострый клинок, а задняя - полукруглую рукоять. Культура оружия сопровождала тринов, казалось, во всем. Густаф так же заметил, что каждая из тринских машин обладает острыми краями, о которые, как подумал имперец, скорее всего и правда можно было обрезаться.

Энерголет взял вправо и взору Густафа, сквозь намокшее от дождя стекло открылась панорама аэропорта, который вместе со всеми его посадочными площадками и зданиями был раз в десять меньше чем огромная зона искривления, где стояло в ожидании несколько громадных кораблей, оснащенных двигателями искривления.

Одним из таких здоровяков был флагранд элинийцев, здоровенный корабль прямоугольной формы, со скругленными гранями. Он висел над гладкой площадью, ожидая возвращения посла, хотя Густаф не верил, что целый флагранд прибыл сюда лишь ради жалкого заключенного. Разумеется, себя лейтенант жалким не считал, но иллюзий на счет своей важности так же не питал.

По-мимо флагранда, в зоне искривления находились корабли тринов, те самые, напоминающие наконечники копий, гигантские военные тременторы, грозно ожидающие своего часа. Именно эти корабли сразили эскадру Густафа на Ледоре.

От вида ужасающих творений тринской военной промышленности у Густафа, подскочило давление. Даже будучи неподвижными, эти многотонные чудовища внушали ужас, словно морские монстры из древних мифов. За то, чтобы вновь сойтись в поединке с этими махинами Густаф отдал бы свое годовое жалование ничуть об этом не жалея, иначе какой прок от денег, если не можешь побаловать себя чем-то воистину грандиозным, и даже чуточку самоубийственным.

Засмотревшись на тременторы, Густаф не сразу уловил некое возбуждение возникшее в салоне энерголета. Посол сосредоточенно слушал сообщения, которые ему передавались по встроенному устройству связи. Охранники так же внимали поступаемым им инструкциям, при этом внимательно следя за пленником. В салоне загорелись красные аварийные огни, и Густаф озадаченно посмотрел на своих конвоиров, после чего перевел взгляд за окно машины, на ночной Унтор.

На улицах города повсеместно стали вспыхивать тревожные огни, а спустя мгновение раздался пробирающий до самых костей рев, чья мощь нарастала с каждой секундой, после чего звук стихал лишь затем чтобы накатить с новой силой.

- Это еще что?! - воскликнул Густаф, но ему не ответили. Ответ и не требовался. Едва имперец поднял взгляд, как сразу же узрел высоко в черном небе несколько крупных приближающихся объектов, окутанных зеленоватым дымом и сопровождаемых разрядами ослепительных молний.

Густаф завороженно следил за падающими громадинами, которые спустя несколько мгновений с ужасающим грохотом обрушились на зону искривления, прямо на огромные тременторы тринов и, в том числе, на элинийский флагранд.

- Вот же срань! - заорал лейтенант, глядя на то, как перед его взором расцветают белые и синие взрывы, накрывающие аэропорт. Энерголет трясло словно тот залетел в торнадо. Посол всеми силами пытался удержаться в кресле. Его охранники уже были пристегнуты и старались сохранять хладнокровие, в то время как о Густафе словно вовсе позабыли. Машину тряхнуло вновь, и имперский офицер выскочил из кресла и грохнулся на пол, катаясь по нему словно огурец упавший в кухонного стола.

- Сука! - орал лейтенант. - Что там?! Что там происходит?! - от очередного толчка Густафа перевернуло на спину, и он тут же увидел перекошенное ужасом лицо посла, а спустя пару секунд что-то врезалось в энерголет с такой силой, что в салоне погасли даже аварийные огни.

Глава 2

Когда Густаф открыл глаза было темно. Офицер застонал, пытаясь пошевелиться, но что-то тяжелое придавливало его, мешая движению. Чудом повернув голову, юноша увидел покореженное сиденье энерголета и, через дыру в корпусе машины, кусок ночного неба.

Собравшись с силами, имперец вновь попытался пошевелиться и смог высвободить руку. Приподнялся на ней, ощутив как что-то соскальзывает со спины. Дышать стало легче. Густаф высвободился из под давившего на него груза и перевернулся на бок, чтобы посмотреть что же ему мешало. Напротив лейтенанта бесчувственно лежал элинийский посол. Голова окровавлена, на лице ссадины и кровоподтеки - в общем, похож на мертвеца.

- Ну и ну, - прошептал Густаф, после чего поднес к своему лицу обе руки и принялся их осматривать. Одного из серых тюремных браслетов не было на запястье, другой браслет свободно болтался, так что юноша без труда снял его и отбросил в сторону. На щиколотках та же ситуация, разве что пришлось стянуть с себя сапоги чтобы избавиться от двух последних браслетов.

- Вот же черт, - улыбнулся Густаф, кряхтя натягивая обувь. Взгляд офицера поблуждал по развороченному салону машины, отыскал двоих охранников посла, лежащих неподвижно. Поза одного из солдат была настолько неестественной, что Густаф тут же записал его в покойники. На счет второго лейтенант был не уверен, поэтому немедля подобрался к нему и проверил пульс.

- Живучий какой, - ухмыльнулся Густаф, тут же отыскав взглядом лежащую чуть поодаль энергетическую винтовку. Подтянув ее к себе за ремень, Густаф взял оружие в руки и направил его на еще живого солдата. - Меня хлебом не корми, дай только врага пристрелить, - пробормотал имперец себе под нос, после чего его палец замер на спусковом крючке так и не нажав на него.

Ощутив сбоку какое-то движение, лейтенант повернул голову и увидел как посол целится ему в лицо из своего пистолета. Крепко выругавшись, Густаф медленно поднял руки. Не смотря на окровавленный вид, взгляд посла был достаточно твердым. У него даже рука с оружием не дрожала.

- Оружие брось, - прохрипел элиниец.

- Ладненько, - юноша отбросил винтовку от себя, не спуская глаз с посла. Тот быстро моргнул, задержал дыхание и взгляд его стал неподвижным и пустым, как перед убийством. Элиниец нажал на спуск, его пистолет выплюнул заряд энергии, который пронесся рядом с макушкой Густафа и вылетел в разбитый иллюминатор.

- Сука! - имперец бросился на посла, тут же выбив оружие из его руки. Завязалась борьба, больше походившая на возню двух пьянчуг на пыльной земле. Оба кряхтели и наносили друг другу удары, поддавшись низменному звериному инстинкту, напрочь забыв все то, чему их учили. Никаких приемов и техник, никакой красоты и грации. Даже эффективности толком никакой.

Густаф скалил окровавленные зубы и давил на глаза своему противнику.

- Убить меня решил, говна кусок! Передумал со мной возиться, да?! Надо было стрелять, а не медлить!

Элиниец заорал от боли, выхватил свой нож из ножен на предплечье и полоснул им по руке имперского офицера. Густаф отшатнулся, ослабил давление, и посол, пытаясь проморгаться, стал бить ножом наугад.

- Ах ты ж е…, - Густаф упал на спину и ударил своего визави ногой по руке, выбив нож из его пальцев. Элиниец, лишившись оружия, быстро сел и прыгнул на имперца словно кошка. Лейтенант попытался сбросить с себя элинийского посла, но тот устроился как следует и стал штамповать кулаками по голове. Густаф вертелся как мог, извивался, уворачивался, блокировал, пока не перехватил руку посла и не начал выламывать ему запястье.

- Да сдохнешь ты уже или нет?! - заорал посол с размаху саданув головой в лицо имперца. Густаф скорчился, его нос хрустнул, а пальцы выпустили врага. Посол быстро встал во весь рост и приготовился раздавить горло противнику, но резко вздрогнул и повернул голову.

Дверь энерголета оказалась открытой и за дерущимися наблюдали стоя на улице. Это была женщина, одетая в черное. На ее плечах маскировочная накидка, за спиной висит лук из темного материала, на поясе ножны с кинжалом. Пепельные волосы незнакомки трепал ветер, серые глаза под изогнутыми бровями смотрели внимательно, слегка любопытно, темные губы чуть искривлены. Выражение лица озадаченное.

- Ты еще кто? - тяжело дыша спросил элиниец.

- Где же ваши манеры, господин посол? - женщина улыбнулась, рассматривая окровавленного избитого мужчину.

- Кто там еще? - прогнусавил Густаф, лежа на спине. Посол тут же отвлекся от женщины, вспомнив о все еще дышащем противнике, но сильный удар в пах заставил элинийца согнуться пополам и судорожно хватать ртом воздух. Второй удар, уже в лицо, вынудил дипломата выкатиться из энерголета под ночное небо Ультана.

Рыча от натуги, Густаф поднялся и, шатаясь, выбрался вслед за элинийцем с целью добить его, но увидев незнакомку, остановился, задержав на ней взгляд.

- Леди, - лейтенант неуклюже поклонился. Посол кое как встал на ноги и мужчины приготовились схватиться вновь, но женщина, встав между ними, строго произнесла: - вы что, два придурка, творите?

- Извините? - удивленно протянул элиниец.

- Не слишком-то вежливо с твоей стороны? - прогнусавил Густаф, осторожно трогая расквашенный нос.

- На город напали! - выделяя каждое слово, произнесла женщина. - Аэропорт и зона искривления разрушены, трины мобилизуют войска, тут кругом покойники, все в руинах. Вам головы что ли поотшибало?!

- Черт, - протянул Густаф, будто бы вспомнив что-то. Взгляд имперца прошелся по округе, тут же увидев среди покореженных зданий аэропорта несколько возвышающихся темно-зеленых кристаллов, воткнутых в землю.

- Кризалит, - дрогнувшим голосом прошептал элинийский посол.

Густаф крепко выругался, и стал быстро осматриваться. Энерголет упал на опушке парковой зоны, прилегающей к территории аэропорта. Вокруг троицы людей возвышались огромные хвойные деревья, несколько которых пострадали от падения машины.

- Ладно, - произнесла женщина, привлекая внимание мужчин, - несмотря на вашу комичную драку, у нас еще есть время спастись.

- Ага, - согласился имперец, - раз на город напали, нам понадобиться оружие.

- Не нам, а мне, - отрезал посол, направившись к рухнувшему энерголету, чтобы взять оружие у мертвых солдат.

- Не так быстро, - Густаф дернулся было следом, но нечто острое врезалось в его шею, заставив замереть. Та самая женщина в черном, стояла за спиной лейтенанта с кинжалом в руке.

- Тебе-то я что сделал? - озадаченно спросил Густаф, поднимая ладони.

Посол понимающе усмехнулся, и одной ногой ступил в салон разбившейся машины, как вдруг дернулся и неловко стал пятиться назад.

- В чем дело? - спросила незнакомка. Элиниец отошел, и стало видно как один из охранников посла с лучевой винтовкой в руке поднимается на ноги.

- Вы живы, - тяжело дыша произнес военный, глядя на дипломата.

- Да, - негромко ответил посол, с ужасом глядя на позеленевшие вены на шее и лице солдата. Густаф, тоже заметив это, стал инстинктивно пятиться назад, но женщина за спиной лишь надавила лезвием кинжала на кожу, вынудив замереть.

- Что? - спросил солдат, увидев направленные на него взгляды.

- Твое лицо, - посол указал пальцем, - и руки. - Охранник поднял ладони к лицу, и глаза его расширились когда он увидел все те же зеленые вены на своих руках.

- Что за дрянь? - недоумевал Густаф. - Что с ним?

- Он заражен, - ответил посол, глядя на своего охранника. Тот закрыл глаза, вздохнул, потом открыл их и стал решительно выбрасывать из салона все оружие, которое только мог отыскать: свою винтовку, винтовку погибшего товарища, лучевые пистолеты и энергетические клинки, нож посла. Оставшись без всего, чем можно причинить вред, солдат твердо глядя на посла произнес: - идите. Мне нельзя с вами. - Посол кивнул, подобрал оружие и зашагал прочь от разбитого энерголета. Женщина в черном толкнула Густафа следом и тоже пошла за послом.

Элиниец едва не бежал, и остальные молча следовали за ним, пока потерпевшая крушение машина не скрылась за деревьями. Ступая по сочной зеленой траве, выжившие пересекали парковую зону, чтобы выбраться в жилой сектор города.

Вокруг людей царила сонная тишина, словно все вокруг умерло, но постепенно люди стали замечать движение в деревьях, шорохи и треск. Густаф заметил как на границе зрения пронеслось что-то темное, увидел на ветке ультанской ели существо, напоминающее белку. По мере продвижения по лесу, люди встречали все больше местных обитателей: черные лисы, полосатые волки, медведи и прочая живность. Все они были мечеными животными, которые, благодаря специальным устройствам, не могли выходить за территорию леса и входить в жилые сектора. Сейчас все эти звери обеспокоенно носились по лесу, ощущая угрозу на уровне недоступном человеку.

- Черт возьми, нам обязательно бежать?! - окликнул Густаф посла. Элиниец не ответил и шагу не сбавил. Имперец обернулся, посмотрев на незнакомку, и увидел в ее лице тень непонимания. Однако, она следовала за послом, явно считая что тот что-то знает. И, в добавок к этому, лейтенант помнил как женщина приставила кинжал к его шее, что говорило о том, что она явно не на стороне Империи. Хотя сам факт того, что она находится на планете тринов и на нее не надеты тюремные браслеты уже говорит о ее, если не ненависти к Империи, то уж точно о дружественных отношениях с расой воинов. Но настал момент, и у пепельноволосой красавицы тоже кончилось терпение. К этому времени выжившие уже проделали немалый путь, и впереди уже виднелись массивные здания жилого сектора.

- Постой! - окликнула посла незнакомка. - Давай притормозим и ты все объяснишь! - Посол сбавил ход, постепенно останавливаясь. Обернулся, направив оружие на имперца, но смотрел на женщину.

Спустя несколько миль бегом никто из троицы не выглядел уставшим, что говорило о хорошей тренировке. Даже посол смотрелся так, словно не было никакого марафона по лесу, разве что дышал элиниец чуть тяжелее обычного. Женщина в черном и вовсе не ощутила пробежки, как и Густаф, который всегда был на “ты” с физподготовкой.

- Может хватит целиться в меня? - спросил имперец, глядя на посла. - Разве не ясно, что у нас с вами появилась общая проблема. - И добавил, повернувшись к женщине, - и что там случилось, у транспорта? Зачем ты приставила нож к моей шее?

Посол усмехнулся.

- Еще не понял кто она?

Густаф, смекнул что упустил что-то, возможно важное, стал внимательно осматривать незнакомку взглядом, исключительно изучающим, без какой либо похоти и распутства. Женщина казалась вполне обычной, разве что ее одежда казалась старомодной, да и оружие тоже. Но все это Густаф рассмотрел еще у энерголета. Разве что… глаза! Лейтенант усмехнулся, догадавшись, но решил уточнить, - ты антийская наемница? - женщина кивнула, Густаф продолжил, словно оправдываясь, - твои глаза серые, показались мне серебристыми как у тринов, вот я и принял тебя за одну из этих. А что? Трины тоже носят древнее оружие и их броня напоминает рыцарские латы по внешнему виду.

- У тринов нет ни луков, ни арбалетов, - пояснил посол, - их ближнее оружие способно стрелять и вдаль.

- В свою защиту добавлю, что за всю жизнь я видел всего-то два-три антийца, так что я не эксперт. Так как тебя зовут?

- Висса, - ответила женщина.

- Висса Антийская, стало быть, - добавил посол, - звучит аристократично.

- Я следопыт, а не царица, - Висса осмотрелась по сторонам, задержав взгляд на волчьей стае, бегущей метрах в тридцати.

- Они не нападут, - успокоил посол, - трины как-то программируют зверей, чтобы те не атаковали жителей. По этим лесам можно даже детям гулять не опасаясь.

- Это все очень круто… посол, - вмешался Густаф, - как, кстати, к тебе обращаться?

- Мирандел…

- Замечательно. Так почему, скажи мне, мы как ошпаренные бежали через лес, вместо того чтобы просто остаться у машины и дождаться помощи?

- Огромные кризалитовые монолиты по твоему не причина? Или один из моих заразившихся охранников.

- Кстати об этом, - вставила Висса, - это не заразно?

- Кризалит при падении заражает территорию вокруг себя, - пояснил посол, - после чего это заражение расползается дальше.

- Ты не ответил…

- Думаете мы заразились? - Густаф посмотрел сперва на элинийца потом на антийку.

- По виду, нет, - ответил посол, - но будет лучше продолжить путь, пока погибшие после падения монолитов не восстали из мертвых.

- Из мертвых? - удивился Густаф. - Мы герои ужастика что ли?

- Твои охранники, - сказала Висса.

- Нам пора, - твердо ответил Мирандел, - и будем надеятся, что другие сектора города не подверглись нападению.

- Твои охранники, - выделив каждое слово, повторила антийка, снимая с плеча свой лук. Густаф повернулся в сторону откуда все трое прибежали и заметил во тьме между высоких елей мелькающие зеленые огоньки.

- Что это за ерунда? - спросил Густаф, пытаясь рассмотреть источник приближающегося свечения.

- Нежить, - оскалилась Висса и натянула тетиву своего лука. Возникшая из ниоткуда черная стрела тут же отправилась в полет и быстро исчезла из виду. - Стреляй посол, - вновь натягивая тетиву бросила Висса, - на твоем оружии есть прицел, или мне почудилось?

Мирандел, мысленно обругав себя за промедление, молча вскинул винтовку и посмотрел в прицел. В хорошем приближении посол тут же увидел одного из своих охранников, бегущего точно к ним. Солдат выглядел практически так же как и при жизни, разве что его кожа была бледна, глаза светились ядовитой зеленью, а тело покрывали наросты зеленоватого кристалла.

Задержав дыхание Мирандел выстрелил. Энергетический луч сверкнул в ночи, поразив цель. Висса выпустила еще стрелу, затем еще и еще. Густаф отошел за спины своих вооруженных “товарищей” и наблюдал за боем. Посол выстрелил снова, и голову одного из солдат прожгло насквозь, но тот продолжил бежать.

- Эй, почему он не падает?! - воскликнул Густаф, после чего увидел второго покойника в чьем теле торчало уже шесть черных стрел, и обратился к Виссе, - Красотуля, возьми-ка лучше вторую винтовку ибо твой лук бесполезен!

- Правда? - мрачно улыбнулась Висса и сотворила несложный жест рукой, после чего все стрелы в теле противника взорвались и восставшего охранника разорвало на куски. Лейтенант разинул рот и с восторгом посмотрел на женщину.

Посол, тем временем, продолжал стрелять, оставляя дыры в теле оставшегося врага, но мертвец по-прежнему приближался.

- Отстрели ему ноги, чтоб тебя! - крикнул Густаф. Мирандел прицелился, как вдруг из земли выскочили толстые корни и опутали мертвеца по рукам и ногам. Как нежить не пыталась вырваться, безрезультатно.

- Откуда? - на миг растерялся Густаф, глядя на корни.

- Благодарю, - выдохнул Мирандел, опуская оружие.

- Не за что, - ответила антийка, после чего сотворила еще несколько жестов, и корни разорвали нежить на части, разбросав их по округе. Присмотревшись к руке, валяющейся подле дерева, Густаф заметил как она едва-едва двигается, но из кристаллов, растущих из нее, медленно уходит этот жуткий зеленоватый свет. Рука, казалось, умирает.

- Висса, ты чудо! - тут же оживился имперец.

- Согласен, - добавил Мирандел, посмотрев на женщину. - Ты очень помогла.

- Давайте лучше пойдем, - ответила следопыт, - а то вдруг еще кто прибежит. - Пилот того энерголета, например.

- Поддерживаю, - ответил посол.

- Может уже дадите мне оружие? - развел руками лейтенант.

- Спрашивать не надоело? - в ответ спросил Мирандел.

- Да ладно! - возмутился Густаф. - Тут по лесу мертвяки бегают!

- Держись нас, и глупостей не делай, - Висса жестом призвала имперца следовать за послом, который уже легким бегом выдвинулся в сторону жилого сектора. Все что осталось лейтенанту, лишь тихо выругаться и исполнить что от него хотят.

Глава 3

Группа бежала по лесу еще несколько минут, пока не выбралась в жилой сектор города. Первое, что увидели выжившие - пустующие улицы. Среди огромных жилых зданий гулял прохладный ветер и царила спокойная ночная тишина. В большинстве окон даже свет не горел, но что сразу бросилось в глаза, так это практически полное отсутствие транспортных средств. Большинство машин должны были стоять на крытых стоянках, из-за чего их было не увидеть, но кроме этого, на наземных и воздушных трассах движение полностью отсутствовало.

- Где все? - тихо спросил Густаф. - Погибли что ль?

- Сирену слышал? - спросила Висса, и, не дожидаясь ответа, добавила. - Всеобщая мобилизация. Все трины, способные сражаться, отбыли в ближайшую военную часть.

- Все трины способные сражаться? - с недоверием на лице переспросил имперец, нарочито оглядываясь по сторонам.

- То есть, практически все, - пояснил Мирнандел. - Густаф глупо усмехнулся, представив тысячи гражданских, бросающих все свои дела, хватающих все похожее на оружие и отбывающих воевать. Ради такого зрелища, он бы даже заплатил.

- Не фиговый у этих тринов боевой дух.

- Трины - раса воинов, - пояснил Мирандел, - ты, видимо, впервые с ними столкнулся.

- Это правда. Получается, сейчас по домам сидят лишь те, кто по каким-то причинам не смог уйти сражаться? - уточнил лейтенант.

- Нет, - Висса спокойно осматривалась, - трины не первый раз сталкиваются с кризалитом, а значит они сейчас заняты эвакуацией населения не принимающего участия в боевых действиях.

- Нам бы тоже куда-нибудь эвакуироваться, а то заражение и все такое.

- Нужен транспорт, - посол жестом приказал следовать за собой в сторону входа в подземную стоянку.

В просторном помещении, освещенном белыми лампами, троица двигалась вдоль пустых рядов, надеясь отыскать хотя бы одно транспортное средство. Но не было видно ничего кроме массивных колонн и пустоты.

- Да быть не может, - развел руками лейтенант, - эти трины не могли так быстро слинять. Сколько времени мы провели без сознания после крушения?

- Не знаю, - нехотя ответил Мирандел, направляясь к спуску на нижний этаж.

- А ты, Висса, - не унимался имперец, - как так случилось, что твои сереброглазые дружки смылись, а тебя с собой не взяли?

- Я живу в лесу, - ответила следопыт. - Я родом из Мироземья, это лесная страна. По настоящему уютно я ощущаю себя лишь среди деревьев.

- О, у нас тут дитя цветов!

- Полегче, - предостерег элиниец, бросив в сторону лейтенанта недобрый взгляд.

Спустившись на нижний ярус стоянки выжившие увидели все то же громадное пустующее помещение, разве что… вдалеке стояло несколько кинжалообразных машин. Все трое тут же поспешили к ним, однако, ни посол ни антийская женщина не теряли бдительности.

- Кстати, почему ты не прикончишь его? - на бегу спросила Висса у Мирандела. Густаф обернулся, удивившись столь кровожадному вопросу, однако беспокойства не выказал.

- Он военнопленный. Трины взяли его, и теперь передают нам, чтобы мы смогли выменять имперского офицера на несколько наших.

- Надо заметить, меня пытали, - вмешался Густаф,- правда, я ничего не выдал. Ни слова.

- Врешь, - просто ответила Висса, - даже специально обученный человек не способен нормально сопротивляться пыткам, особенно если ты попал к тринам.

- Да что ты говоришь, - самодовольно пропел Густаф, неприятно сощурив глаза.

Троица добралась до ближайшей машины, Мирандел попытался открыть, но дверь оказалась закрыта.

- С другими, скорее всего, то же самое, - рассудил посол, и выстрелил из винтовки, уничтожая замок. Брызнули искры, и дверь чуть поднялась вверх. - Присмотри на ним, - бросил посол антийке и влез в салон. Висса, одним глазом следила за пленным, другим смотрела за тем, как элиниец возиться, пытаясь завести агрегат.

- Что, кстати, трины попросили за меня? - спросил Густаф, с интересом наблюдая за манипуляциями посла.

- Эта сделка не твоего ума дело, - отозвался Мирандел, после чего загудел аспировый двигатель и ожила управляющая консоль.

- Кое на что ты годишься, - признал Густаф и шагнул к машине, ожидая когда посол откроет другую дверь. Висса нетерпеливо осмотрелась, повернулась к машине и увидела чей-то силуэт, отражающийся в стекле.

- Сзади! - поздно среагировал Мирандел и потянулся к оружию. Обернувшийся Густаф успел заметить высокого человека в синей военной форме. Человек держал в руке нечто похожее на копье, замахнулся и метнул его.

Отпрыгнув в сторону, лейтенант перекатился, вскочил на ноги и бросился за машину, которую сильно пошатнуло и раздался звук пробития металла. Прозвучал протяжный выстрел лучевой винтовки посла и крик Виссы: он за колоннами!

- Да кто это еще? - недовольно пробубнил Густаф, высовываясь чтобы все увидеть, но взгляду офицера не за кого было зацепиться, хотя на одной из колонн отчетливо выделился черный след от попадания энерговинтовки.

- Он в элинийской форме, - крикнул лейтенант послу, - еще один твой друг?

- Идиот! - прошипела Висса, из-за колонны. - Глянь чем он в нас метнул!

Имперец осторожно посмотрел и увидел в корпусе машины темнозеленое кристаллическое копье. Оно вонзилось ровно туда, где находился движок.

Выбравшись через другую дверь, Мирандел занял позицию в паре шагов от имперца. Выглядел посол довольно спокойно, хоть взгляд его дрожал, а язык то и дело облизывал сухие губы.

- Дай мне оружие, - мягко, практически дружески сказал Густаф.

- Отвали, - прошипел элининец.

- Мы оба знаем кто из нас двоих солдат.

- Да дай ты ему уже оружие! - неожиданно вмешалась Висса, тщетно пытаясь высмотреть нападавшего. - Никуда он не денется, а нам лишний боец не помешает!

- Ну! - поторопил Густаф.

- Проклятье! - выругался Мирандел, бросая имперцу вторую винтовку.

- Замечательно! - ловко поймав оружие, лейтенант тут же проверил заряд. - Я бы обиделся если бы она была не заряжена. - и тут же высунулся из-за машины, высматривая врага. - Ну что, Висса, сейчас я покажу тебе как надо сражаться!

- Мечтаю увидеть, - отрешенно отозвалась антийка, после чего все разговоры смолкли, словно по щелчку.

Повисла напряженная тишина, прерываемая лишь шипением из под капота пробитой машины. Ни Густаф, ни Мирандел, ни Висса не могли отыскать противника, хоть каждый из троицы точно знал, что им не почудилось. Копье, пробившее движок, было слишком явным доказательством.

- Он издевается что ли? - сквозь зубы процедил лейтенант. Посол покачал головой, подумав что вопрос был адресован ему. Висса пряталась за колонной, и ее сосредоточенный взгляд следил, казалось, за всей стоянкой сразу. Когда взор женщины упал на прячущегося за машиной имперца, тот вопросительно качнул головой. В ответ на это следопыт прижала к губам указательный палец, призывая к тишине, а после указала себе на ухо. Густаф все понял и прислушался. Мирандел разумно помалкивал, пока вдруг не услышал приближающийся дробный звук. Посмотрев на товарищей по несчастью, посол ожидал ответа, но ни Густаф ни Висса не спешили чем-либо делиться.

Звук был все ближе, и Мирандел ощутил как вибрирует пол под подошвами его сапог, проследил за взглядами соратников и тоже уставился на треугольный въезд на стоянку. Освещаемый по периметру белыми лампами, он напоминал портал, из тьмы которого выскочило несколько десятков животных, похожих на тех, что троица видела в парковой зоне. С полдюжины черных лис мчались прямо в сторону подбитой машины, словно точно знали где прячется добыча. Вслед за лисами хлынули волки, целая стая, а за ними огромные лоси и прочие лесные звери. Всех вместе набралось наверное около сотни и у каждого на теле были жуткие темнозеленые кристаллические наросты. Глаза животных горели ядовитой зеленью, на манер восставших из мертвых охранников посла.

- К бою! - привычно скомандовал Густаф и открыл огонь. Первый энергетический луч попал прямо в цель, оставив лишь малую часть от головы бегущей зараженной лисы, но зверь лишь пошатнулся, продолжив нестись к цели. В другое животное вонзилась черная стрела, которую Висса тут же взорвала, и тело порабощенного кризалитом волка разорвало надвое. Мирандел невольно задержал взгляд на оторванных друг от друга частях, каждая из которых сама по себе продолжала ползти к людям.

- Стреляй посол, чего замер?! - крикнул Густаф, и элиниец вздрогнул, поднял свое оружие и дал залп по противнику. Висса выпускала стрелы одну за другой и каждая била точно в цель, взрываясь после. На стоянке уже валялось не мало останков, но большая часть оскверненных животных по-прежнему стремилась к своим жертвам.

- Их что-то многовато! - прокричал лейтенант, вскочив на крышу машины. Его винтовка вздрагивала, выпуская синие энергетические лучи. Звери падали, ворочались на полу, теряя кровь, поднимались и вновь неслись к добыче. Мирандел стрелял, с каждым разом все хуже, пока и вовсе не перестал попадать. Стая приближающихся волков заполнила все поле зрения посла. Их злобные зеленые глаза казались повсюду. Выронив винтовку, посол вскочил и бросился бежать.

- Висса! - крикнул имперец, заметив потерю бойца, но женщины тоже нигде не было видно. - Висса, чтоб тебя! - никакого ответа.

Зараженные звери были уже близко. Вперед вырвалось несколько хищников, шестеро готовых к бою ультанских волков, против которых человек ничего не мог сделать в ближнем бою. Из оружия у Густафа была лишь его винтовка, которую имперец приготовился использовать как дубинку. Применять свой дар следовало бы раньше, а теперь, на столь близком расстоянии, от магии лейтенанта можно пострадать и самому.

- Рановато как-то, - пробурчал лейтенант,предчувствуя свою смерть, - все ведь только началось.

Неожиданно волки остановились, стали принюхиваться и рыскать бешеным взглядом по округе. Остальные звери тоже замерли. Максимально готовый к своему последнему бою, Густаф застыл на крыше машины с винтовкой в руках и ждал когда все шестеро волков бросятся на него, но звери словно не видели добычу.

Перехватив винтовку для стрельбы, имперец решил воспользоваться моментом и ранить еще несколько противников. Учитывая какое количество искалеченных зверей ползло по стоянке, идея была не плохой. Лейтенант навел прицел на ближнего волка и заметил как кто-то показался из-за колонны за спинами хищников. По черной одежде и боевому луку в руке Густаф узнал Виссу, которая жестами велела не стрелять. Приложив палец к губам, женщина кивнула в сторону спуска на третий уровень стоянки и тихо двинулась в ту сторону. Густаф, до конца не понимая сути происходящего, осторожно слез с машины и поспешил следом за антийкой. Во время отступления имперец то и дело оглядывался, но ни один из волков не мчался вдогонку. Оказавшись на третьем подземном уровне, Густаф тихо спросил, тронув Виссу за плечо: - что за дела?

- Магия теней, - прошептала женщина в ответ, - я скрыла нас на время.

- На какое?

- Отступить успеем.

- А где посол? - Висса на миг удивилась, что имперского офицера вообще волнует подобный вопрос.

- Какая разница?

- Вы же вроде как союзники, - лейтенант взглядом отыскал еще одно транспортное средство и направился к нему.

- Моей силы может на долго не хватить, - ответила следопыт, догнав имперца, - и тот кто натравил на нас этих зверей еще где-то здесь. У нас нет времени искать…

Низкий вибрирующий звук заставил обернуться. Напоминающая трезубец машина подлетела прямо к Густафу и Виссе, замерла рядом с ними и ее боковая дверь раскрылась. За рулем сидел Мирандел, по виду, полностью овладевший собой.

- Быстрее, - бросил посол, дождался пока все заберутся внутрь и направил машину к выходу на максимально разумной скорости.

- Я думал ты с концами удрал, - не преминул сообщить Густаф, когда их автомобиль выскочил на второй уровень стоянки, расшвыряв в стороны нескольких зараженных зверей. Остальные набросились на машину, но не смогли уцепиться и остались далеко позади.

- Я струсил, - легко признал Мирандел, - но я пришел в себя.

- Вот он! - воскликнула Висса, когда машина уже влетела в треугольный въезд на первый ярус.

- Кто? - Густаф обернулся, но не успел никого рассмотреть.

- Тот мужик в синей форме, - ответила женщина, - твой водитель.

- Комрос, - ответил посол, так его зовут.

- Какая разница как его имя? - встрял Густаф. - Он восстал из мертвых и пришел по наши души. По-моему, это куда важнее.

Автомобиль быстро миновал последний ярус стоянки и вылетел на просторную улицу, шустро набрал высоту и рванул в другой сектор города, подальше от упавших монолитов и распространяющегося заражения. Сидящий на заднем сидении Густаф, обернулся, чтобы убедиться в отсутствии преследования и увидел с высоты полета машины, как упавшие в зону искривления монолиты начали светиться.

- Что это? - не отрывая взгляда от завораживающего зрелища спросил лейтенант. Висса тоже обернулась посмотреть, но ничего не сказала.

- Ничего хорошего, - не отвлекаясь от управления машиной ответил Мирандел.

- Сколько животных, - прошептала антийка, глядя уже вниз, где по широким улицам бегали сотни различных зверей, обитающих в лесах Ультана. В небе летали птицы, крики которых доносились до людей сквозь закрытые окна их автомобиля.

- Самая настоящая паника, - со странным весельем в голосе подметил Густаф. - Все эти животные, чувствуя угрозу, бегут куда глаза глядят. А может они тоже заражены? От сюда не видно.

Во взгляде Виссы отразилось сострадание. Смахнув его, она обратилась к элинийскому послу: - разве не ты говорил, что эти животные не могут покидать лес?

- Я не знаю почему, - отозвался Мирандел, - но это даже хорошо. Во всяком случае, у них будет шанс убежать подальше. Если конечно они не заражены.

- Черт с ними, с животными! - вмешался Густаф. - Мне любопытно, куда запропастились трины? На их город напали, а они даже не пытаются сражаться.

- У тринов несколько военных баз в Унторе. Возможно, они решили сдать эту часть города из-за заражения и собирают силы в более безопасных местах.

Густаф кивнул, признав логичность ответа, но все же не промолчал: - пусть, в таком случае, быстрее собирают свои силы.

- Тебе-то что? - спросил Мирандел. - Волнуешься?

- Империя и трины - не друзья, - честно признал имперец, - но империя и эти зеленые монолиты не друзья тем более. Так уж случилось, что трины мне милее чем эти кристаллы, так что тут я на их стороне.

- О как, - кивнул Мирандел, - в таком случае возрадуйся, - и указал пальцем в сторону, куда тут же посмотрели Густаф и Висса.

Меж высоченных зданий на большой скорости летели сотни легких штурмовых роботов, а по земле следовало еще больше, тысячи. Наземные мехи были куда крупнее и несли на себе оружие значительно тяжелее. Вся эта армия двигалась к зоне искривления, чтобы дать бой врагу.

- Долго они что-то, - проворчал Густаф. Мирандел хотел ответить, но устройство связи в его машине ожило, и суровый мужской голос наполнил салон: - Кто вы и что делаете в зараженной зоне?

Мирандел не стал тянуть с ответом: - я элинийский посол. Со мной антийская наемница и пленный имперский офицер. Мы хотим убраться от сюда.

- На границе с сектором четыре вас встретят и осмотрят. Поспешите.

- Постойте! Насколько все плохо?! - вся троица замерла, ожидая ответа.

- Из шести секторов два не подверглись атаке, - мрачно ответил воин, - остальные заражены.

Сглотнув, Мирандел задал еще вопрос: - зачем вы идете в атаку? Вы можете заразиться.

- Уже, - ответил трин, - мы все умрем, но перед этим дадим бой.

Связь прервалась и все трое молча переглянулись. Первым тишину прервал Густаф: - не понимаю почему трины не атакуют врага на расстоянии? У них что нет ракет каких-нибудь, или артиллерии? Даже у вас есть.

- Очень смешно, - подавленно отозвался Мирандел, - пожалуй, пошлю как я тебя на хрен!

Глава 4

Спустя несколько минут машина выживших разминулась с армией тринов, идущей в бой. Обернувшись, Густаф и Висса смотрели на то, как войско управляемых мехов приближалось к холодно мерцающим в дали безразличным монолитам. В салоне царило молчание, которое вновь нарушил имперец: - я бы хотел понаблюдать за сражением.

- Животное, - презрительно произнес элиниец, взглянув на лейтенанта, - эти люди обречены, а ты бы на сражение посмотрел?!

Висса не стала вмешиваться, но отвлеклась от созерцания армии тринов и сосредоточилась на своих спутниках, готовая в любой момент разнять их, чтобы все трое не попали в аварию.

- Вот он, элиниец, весь такой правильный! - воскликнул Густаф. - Строишь тут из себя, а ты хоть знаешь сколько чужой крови пролил твой народ? Сказать?

Мирандел стиснув зубы смолчал и стал выискивать мнимые неисправности в работе приборов. На имперского офицера посол даже не смотрел, но этого и не требовалось. Сжимая в руках лучевую винтовку, Густаф вызывающе подался вперед, впившись взглядом в посла.

- Хочешь я расскажу тебе историю, посол, о том, как я попал в армию?

- Пожалуй, я откажусь, - натянуто вежливо ответил посол.

- Пожалуй, мне плевать! А теперь скажи как мне, дипломатик, знаешь ли ты об операции “Темная сторона”? Это военная операция, проводившаяся на Янаре, луне Куархана, моей родине.

- Операции с таким названием никогда не было, - тут же ответил посол, но помимо стандартного отрицания в его голосе различалось недоумение, - это все вымысел раздутый вашей машиной пропаганды чтобы усугубить и без того ожесточенные отношения между нашими народами.

- Правда что ли? - голос имперца опасно вибрировал. - А три тысячи жертв среди гражданских тоже мы раздули? Думаешь, я поверю в то, что мое же правительство убило мою семью, и оставило сотни детей сиротами? Я хоть и был тогда еще ребенком, но хорошо запомнил солдат врага. Это были ваши Кошмары. Ты слышала об элинийских Кошмарах Висса? - женщина покачала головой и протянула руку к офицеру, Густаф продолжал, не обращая внимания на попытки его успокоить, - Кошмары, это элита элинийских войск. Их практически выращивают для войны. Как тебе такое, Висса? Зато элинийцы всем пытаются внушить какие они дипломатичные и добрые.

- Никогда не слышала о Кошмарах, - задумалась Висса. - У элинийцев есть разве что аргиросы, но это личная охрана Верховного совета и не более.

- Аргиросами их называют элинийцы и непосвященные вроде тебя, - ядовито ответил Густаф, - Кошмарами их зовут те, кто столкнулся с ними и выжил.

Лейтенант замолчал, и вопреки ожиданиям Виссы не бросился душить посла, лишь откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Спустя пару минут тишины антийка спросила: - значит так ты и стал военным? Чтобы отомстить?

- Что? - вскинулся Густаф. - Нет! Я стал военным потому что другого пути для сироты вроде меня просто не было. Ну и еще потому что после увиденного мной в детстве мне перетрясло мозги. Лишь в пылу битвы я теперь чувствую себя более менее живым. А ты что-то замолчал, посол? Нечего сказать?

- Мы подлетаем к границе сектора, - неловко прочистив горло ответил Мирандел, не поднимая взгляда.

Впереди показалось заграждение в виде высокой металлической стены, над которой парило несколько легких мехов. Устройство связи в машине вновь ожило и строгий требовательный голос наполнил кабину: - стоять! Сектор оцеплен из-за заражения! Посадите машину и ожидайте!

Облизнув губы, Мирандел немедленно пошел на снижение. Орудия сторожевых роботов, посол не сомневался, были наготове, и дразнить тринов элиниец не собирался. Автомобиль мягко сел среди широкой дороги, возле стены. Посол заглушил двигатель, и все трое вышли из машины, оставив оружие внутри. Лишь Висса по-прежнему не расставалась со своим луком и кинжалом. Раздался отдаленный грохот, будто бы от серии мощных взрывов. Далеко, в стороне аэропорта, зеленая вспышка осветила ночное небо.

- Началось, - Густаф с кислой миной наблюдал за тем, как легкий военный мех тринов садится неподалеку от них.

- Трины вступили в бой, - Висса осматривала свои руки и открытые участки тела на предмет признаков заражения.

Мысленно пожелав воинам удачи, Мирандел молча смотрел как пилот меха покинул машину и направился к ним с оружием наготове. Трин был облачен в серую броню, полностью скрывающую тело. С мечом в руке, воин напоминал настоящего рыцаря, разве что его латы и оружие явно не были древними.

Трин остановился в паре метров и снял с пояса небольшое устройство, которое без лишних слов направил на сначала на посла, затем на остальных. Потом, ничего не говоря, воин при помощи того же предмета обследовал транспортное средство выживших, после чего произнес: - все чисто. Следуйте за мной.

- Для чего мы садились? - недовольно спросил Густаф, после того как трин вновь скрылся в своем мехе. - Они что, не могли нас просветить на подлете?

- Думаю так они и сделали, - ответила Висса, забираясь обратно в машину, - это могла быть повторная проверка.

- Я польщен, конечно, такому вниманию, но по-моему мы просто время потратили, - Густаф обошел машину чтобы открыть другую дверь, но вдруг замер, заметив движение среди домов. Что-то быстро прилетело и ударилось об крышу автомобиля. Мирандел, еще не успевший сесть, увидел небольшой круглый предмет из зеленого кристалла, покрытый короткими колючками. Внутри него пульсировало ядовитое сияние.

- Ложись! - крикнул лейтенант и упал на дорогу. Раздался громкий хруст и десятки острых иголок вонзились во все вокруг. Несколько таких Густаф наблюдал рядом со своими ногами, но ни одна не воткнулась в тело. - Посол! Висса! - позвал лейтенант, но вместо ответа, лишь услышал шум с которым военный робот поднимается в воздух. Встал и увидел как орудия меха разворачиваются в сторону их машины. Замер на мгновенье и бросился бежать.

Аспировые орудия ударили по машине лучами белого огня, превращая технику в обугленный металлолом. За спиной лейтенанта рвануло, в затылок дыхнуло жаром. Густаф не останавливался и не оборачивался до тех пор пока не влетел в просторный промежуток меж домами. Из-за угла офицер осторожно посмотрел и увидел горящие останки машины и парящего в воздухе робота, за спиной которого дрожал воздух от выхлопов аспировых двигателей. Вокруг пустота, но в ярком свете горящей машины поблескивали тоненькие зеленые иголки, словно разбросанные стекляшки.

- Кризалит! - тут же понял имперец, и стал взглядом выискивать того, кто мог бросить то устройство, разметавшее повсюду иголки. Но никого не было видно, а из-за робота зависшего над горящей машиной выбираться из укрытия было не безопасно. У Густафа даже появилась мысль, отчаянная мысль, сдаться, ведь он не был заражен и в его тело не вонзилась ни одна игла, но станет ли пилот меха проверять лейтенанта или уничтожит его для пущей надежности. “Нет, этот псих только что уничтожил своих союзников. На мой счет и раздумывать не станет.” - собираясь скрыться в переулках, Густаф напоследок осмотрелся и увидел на другой стороне дороги знакомые силуэты. Посол прятался меж домами, а с ним была Висса, которая выглядела так словно ничего не произошло.

- Вот же везучие сволочи, - улыбнулся лейтенант, но не спешил к своим, разве что встал во весь рост и махнул рукой. Как и ожидалось, антийка заметила имперца и махнула в ответ. Теперь, когда все оказались в порядке, можно и придумать что делать дальше. Густаф посмотрел на парящего робота тринов и понял, что пилот этой машины не стремиться отыскать выживших во взрыве, а может он их уже нашел, но никто из троицы ему не интересен. Тем более, что большинство зеленых иголок было уничтожено залпом по машине, в чем, возможно, и была цель трина. Однако, выходить из укрытий никто не торопился.

Лейтенант вновь посмотрел на Виссу, желая жестами предать ей послание, но увидел лишь, как женщина и посол исчезли, что говорило о применении антийкой магии теней. Спустя меньше минуты рядом с Густафом возникли оба его спутника. Ни на одном не было видимых повреждений, разве что темные волосы посла разметались, и он ладонью убрал их назад.

- Что произошло? - Висса присела на одно колено и осторожно осматривалась.

- На нас напали, - ответил Густаф, наблюдая за роботом, который медленно пролетел по улице мимо переулка где пряталась троица.

- Думаете он видел нас? - спросил посол, глядя на меха.

- Думаю да, но мы ему безразличны, - ответил лейтенант. - Мое мнение - трин хотел уничтожить кризалит и не стал разбираться попали в нас иглы или нет.

- Но он уничтожил не все, - заметила Висса, - и что меня особо не радует, он был готов убить и нас.

Никто не стал это комментировать. Все трое затаились, наблюдая за продвижением боевого робота, который был занят выискиванием врага, но все вокруг будто замерло. Ни малейшего движения, разве что со стороны аэропорта время от времени доносились отзвуки боя.

- Мы должны сдаться, - предложила Висса, - выйдем и позволим осмотреть себя. Мы ведь не заражены, стало быть нас эвакуируют из сектора.

- Не думаю, - тут же оживился посол. Густаф и Висса посмотрели на него.

- Тебе не надоело еще выживать среди этого конца света? - озадаченно спросил лейтенант.

- Что-то или кто-то напал на нас, и трины не станут проводить эвакуацию пока периметр не будет чист.

- Допустим, - Густаф пощелкал языком, - тогда затаимся и подождем?

Вместо ответа, Висса подняла руку, призывая к тишине. До ушей всех троих донесся дрожащий звук двигателей, и, выглянув из укрытия, люди увидели как робот набирает высоту, а к нему присоединяются еще трое.

- Вот это мне что-то не очень нравится, - сообщил Густаф.

- А вот это уже не нравиться мне, - Висса указала пальцем на нескольких зараженных волков, выскочивших на дорогу.

- Зомби-животные, - безрадостно произнес Густаф и обратился к своим: - есть у кого оружие?

- Мое при мне, - ответила Висса, снимая с плеча свой лук.

- Я в машине оставил, - ответил посол, - только нож со мной.

- Ладно, - имперец выдохнул и присел возле стены, - там всего несколько волков. Подождем пока трины все разрулят.

- Не подождем, - огорчила Висса, натягивая тетиву. Оба ее спутника насторожились, а лейтенант и вовсе вскочил а ноги, заметив еще с полдюжины зараженных зверей в их переулке. Порабощенные кризалитом лисы тут же бросились на добычу. Висса коснулась пальцами земли и на пути хищников высокой стеной выросли корни, преграждая путь. Секундой позже раздались звуки аспировых пушек, и роботы тринов так же вступили в бой.

- Нужно бежать, - антийка бросилась из переулка и остальные побежали следом. Стена из корней сдерживала врагов, но время ее действия не могло быть вечным. Переулок через дорогу был пуст. Пробегая дорогу, люди повернули головы, чтобы посмотреть на сражающихся мехов и увидели несколько десятков зараженных зверей, но они не атаковали роботов, так как просто не могли допрыгнуть. Тем не менее, порабощенные хищники носились всюду, вызывая огонь на себя. Большинство гибли, разлетаясь в клочья, но на их уничтожение все же необходимо было время.

- Они отвлекают их! - крикнул Густаф.

- Какой смысл? - Мирандел чуть отстал из-за постоянных оглядок. - Роботы летают, до них все равно не достать!

- А им и не роботы нужны, - Висса резко остановилась и вскинула лук. Натянув тетиву, она выпустила стрелу в высокого человека, одетого в синюю форму.

- Комрос! - посол узнал своего водителя, глаза которого, на смертельно бледном лице, сияли словно два изумруда. Стрела Виссы быстро настигла Комроса, но он резко присел, пропуская снаряд у себя над головой, однако антийка, будто ожидая подобного, взорвала стрелу. Раздался хлопок и враг исчез в черном дыму, но когда он рассеялся, Комрос стоял во весь рост, в окружении зараженных зверей. На вид, их было с пол сотни, но они пока не двигались с мест. Вновь натянув тетиву, антийка затаила дыхание. Посол приготовился бежать, видя что мехи тринов не спешат помогать, занятые отстрелом своих целей.

- Дай мне лук! - неожиданно потребовал Густаф, твердо глядя на женщину. Висса скосила на него взгляд, на ее лице выступило раздражение. - Я владею даром, дай чертов лук!

- Что? - удивился Мирандел.

- Давай! - лейтенант быстро вырвал оружие из рук Виссы. Антийка тут же попыталась отнять его, но едва она протянула руки, как ее лук покрылся золотистыми разрядами. Отдернув пальцы, следопыт отступила на шаг, глядя как Густаф натягивает тетиву и не целясь выпускает появившийся снаряд. То была даже не стрела, скорее небольшая сияющая молния.

Гром ударил по ушам, и молния мгновенно сократила расстояние до цели. Переулок в котором стоял Комрос и подручные ему звери наполнил яркий свет и треск электричества. А после раздался взрыв и все стихло. На месте порабощенного водителя и зараженных животных были лишь черные пятна. Ни Мирандел, ни Висса не знали что сказать. Они просто смотрели на Густафа, который молча протянул лук его хозяйке.

- Ты… одаренный? - наконец выдавил посол.

- Как видишь.

- Это впечатляет, - пришла в себя и Висса.

- Обычное дело, - не сдержался лейтенант, но сказав это он тут же замер, глядя за спину антийке. Висса и Мирандел обернулись и увидели направленные на них орудия боевых мехов. Трины тоже разобрались со своими противниками и взяли в прицел новые цели. Посол первым поднял руки - жест известный на всех планетах. Висса так же показала что сдается, правда оружие не бросила. Густафу бросать было нечего.

Трины хранили нервирующее молчание, и посол уже хотел было выяснить зачем в них целятся, как в небе над людьми появился похожий на треугольный щит транспортник, мягко севший метрах в десяти. Спустился трап и воин в серой броне махнул выжившим рукой: - быстрее внутрь! Нужно улетать!

Не дожидаясь особых приглашений, все трое быстро забрались в транспортник и машина взлетела, на ходу поднимая трап. В просторном пассажирском отсеке не было никого, кроме двух воинов, которые не спеша заняли места в креслах. Тоже усевшись, Мирандел подался вперед, чтобы обратиться к одному из солдат, но Висса опередила его: - как обстановка в городе? - ближайший трин повернулся к женщине: - из четырех секторов, занятых врагом, два удалось отбить. В остальных уничтожено все живое. - Мирандела заметно передернуло, от того насколько спокойно трин сообщил о подобном. Выражение лица Виссы так же не казалось веселым.

- А что с этим сектором? - уточнил вопрос посол. - Я видел как монолиты упали на зону искривления.

- Три наших трементора и ваш флагранд уничтожены. Точное попадание. Монолиты знали куда падать, а сильное заражение в зоне падения уничтожило все живое. - В один миг Мирандел поник настолько, что смотреть на него без сожаления сделалось невозможным. Медленно осев в кресле, элиниец замолчал и больше не говорил ни слова.

- Мы видели здесь ваши войска, - сказала Висса, - что-нибудь известно?

- Мы одержали верх, - все так же спокойно, без тени гордости ответил трин, - кризалит в этом секторе уничтожен.

Удовлетворившись ответом, антийка чуть расслабилась и посмотрела в иллюминатор, на город, пробуждающийся от ночных оков. Рядом сидел Густаф, одно из его коленей то и дело подпрыгивало, хотя внешне лейтенант выглядел спокойным.

- В чем дело? - наклонившись к офицеру, спросила Висса.

- Ничего, - улыбнувшись ответил имперец, не спуская глаз с двух тринов, которые даже не смотрели в его сторону.

Транспорт приземлился на просторной крыше высокого здания. За время перелета поднялся прохладный ветер, который неплохо бодрил. Трап опустился и люди стали по очереди выходить, глядя на восходящее вдалеке солнце. Прилетевших встретил отряд солдат с оружием наготове. Они тут же окружили Густафа, одели на его руки тюремные браслеты и включили их, стягивая вместе запястья лейтенанта. Имперец не сказал ни слова, покорно принимая происходящее, даже, как могло показаться, с неким облегчением. Это задержание не вызвало вопросов ни у Мирандела ни у Виссы, так как оба понимали, что время, когда они втроем были одной командой прошло. Теперь все вновь встало на свои места, и Густаф вернул себе статус пленного вражеского офицера, который, как выяснилось, вдобавок владеет даром.

Глава 5

Когда имперского офицера увели, лидер отряда пригласил посла и антийку следовать за собой. Трин проводил выживших до лифта, который быстро и бесшумно повез их вниз.

- Что дальше? - безразличным тоном спросил Мирандел, глядя на свои сапоги.

- Все по плану, - ответил трин. В своей броне, полностью скрывающей личность, этот воин казался ничем не отличающимся от остальных. Словно робот из серии таких же, - имперец пока побудет под стражей. Вам, посол, выделят транспорт, который увезет вас из города. Так же вам выделят охрану и вы, как и договаривались, заберете заключенного.

- Почему нас сразу не увезли? - Висса стояла прислонившись к стене, осматривая воина с ног до головы.

- Транспорт что вас привез нужен в другом месте, - ответил трин, не уточняя подробностей.

- В зоне искривления кто-нибудь выжил? - посол словно прослушал все что говорили до этого.

- Нет, - коротко ответил трин и повисла пауза, во время которой, как подумал элиниец, воин добавит что ему жаль, но трин промолчал.

Лифт остановился. Все трое вышли, проследовали по длинному коридору и остановились у двери, которая ушла в сторону пропуская внутрь.

- Располагайтесь, - сказал солдат, - я распоряжусь чтобы пришел врач и осмотрел вас. - После этих слов, трин развернулся и ушел. Висса первой вошла в предоставленную им комнату, обернулась к послу: - заходи. Отдохнешь немного.

- Они… все… мертвы… - Мирандел рассеянно развел руками и посмотрел на антийку. Висса подошла, взяв его за ладони.

- Ты жив, тебе повезло.

- Повезло?

- Ты выжил, прошел через все испытания и не заразился. Тебе очень повезло.

- Я не знаю, - с трудом выдавил из себя Мирандел и ушел в другую комнату.

Оставшись в одиночестве. Висса стала осматриваться. Вне всякого сомнения, их привезли в гостиницу, в которой вероятно уже не было ни одного постояльца. Номер на двоих с двумя кроватями и большим барным шкафом, в котором находился неплохой ассортимент напитков. Антийка любила снимать стресс с помощью крепких настоек или хорошей компании, но раздобыть второе сейчас было гораздо тяжелей чем первое. Напитки вот они, руку протяни, а Мирандел, при всем желании, казался Виссе не подходящим кандидатом. Любой из тринских воинов подошел бы, но все они очень сдержаны и, по природе своей, не падки на удовольствия. Предложи им сразиться, и то изъявят больше желания.

- Бери что дают, - улыбнувшись, Висса открыла шкаф и стала выбирать. Первым делом, ее взгляд отыскал фруктовое вино, вкус которого напоминал о садах родного мира, но сейчас антийка ощущала нужность чего-то покрепче. Выбор пал на золотистый коньяк, который явно привезли с другой планеты ибо трины никогда не промышляли приготовлением чего-то подобного. Взяв бутылку, Висса сделал приличный глоток из горла, поморщилась, поставила коньяк на небольшой столик и отправилась в ванную. После безумного ночного приключения нужен был душ.

- Этот душ способен мертвого воскресить! - Висса вышла из ванной, обернутая полотенцем. - Тебе точно не повредит. - В ответ тяжелая тишина. - Ты знал, что тут есть машина, стирающая одежду? Она ее даже высушит и всего-то за несколько минут. Никак не могу привыкнуть. - Опять никакого ответа.

Мирандел, видимо, все еще был в своей комнате. Царила такая мертвая тишина, что антийка решила бы, что посол застрелился, но она точно знала, что оружия у него нет. Оно взорвалось вместе с расстрелянной машиной. Хотя… Висса вспомнила о ноже, что постоянно был прикреплен к предплечью посла, и в ней вновь зародилось опасение.

- Нет, вот только не надо, - женщина бросилась в комнату к послу и застыла на пороге, глядя на элинийца. Тот сидел на кровати, обеими руками сжимая нож, острие которого упиралось ему в кадык. Увидев Виссу, Мирандел сквозь слезы прошептал: - мне уже не помочь, - и зажмурился, готовясь надавить на рукоять. Прыгнув к послу, антийка схватила его за руки и рывком бросила на пол. Благо, антийцы физически сильнее людей с других планет, посему справиться с элинийцем оказалось нетрудно. Нож вылетел из рук, и Висса ногой отбросила его дальше. Мирандел встал, но получил удар в лицо и сел на пол. От всей этой возни с антийки слетело полотенце, но Висса не отвлекалась на это, не спуская глаз с обезумевшего посла. Тот смотрел на нее во все глаза с пугающей смесью ужаса и облегчения.

- Ты что делаешь? - зло спросила Висса, на что Мирандел хихикнув ответил, - тебе тоже конец.

Ничего не понимая, следопыт приготовилась всыпать послу, но остановилась, заметив под воротом его мундира небольшой участок позеленевшей кожи. Немедленно отступив, женщина заметно поутихла с желанием драться.

- Когда? - только и спросила она.

Посол покачал головой и указал на Виссу. Та быстро осмотрела себя, не сразу, но заметила на внутренней стороне бедра аналогичное позеленение. Достаточно малое, чтобы антийка пропустила его во время душа. Оно не чесалось и не болело, не доставляло какого-либо дискомфорта. Оно просто было, как неопровержимое свидетельство начала конца.

- Нет, - выдохнула Висса и попятившись, села на кровать.

- Нам конец, - закивал посол и принялся ползать по полу в поисках ножа, - либо мы сами это сделаем, либо за нас.

- Какая-то чушь, - упрямо тряхнув мокрыми волосами, антийка посмотрела на ползающего на четвереньках мужчину. Тот по прежнему искал на полу свой нож, но как-то медленно, словно не хотел чтобы тот нашелся. - А ну ка вставай и успокойся! - Висса схватила посла за одежду и посадила на кровать, обхватила ладонями его лицо и заставила смотреть себе в глаза. - Подумай, - настойчиво сказала она, - если мы заражены, что вероятно так, то почему зараза не распространяется по нашим телам? Почему не подчиняет нас так же как твоих охранников и водителя?

- Это так важно? - надломленно спросил Мирандел. - Сейчас или попозже, какая разница? Я тут умру! На этой планете! Я всего-то, сука, должен был договориться о передаче заключенного…

- Ладно, слушай! - прервала Висса. - К нам вроде должен врач прийти, не стоит заставлять его думать, что что-то не так, ясно? - услышав о приходе постороннего, Мирандел оживился, взгляд его стал поосмысленнее, хоть страх никуда не делся. - Поэтому, - продолжала антийка, - ты сейчас приведешь себя в порядок и застегнешь одежду так, чтобы твою шею не было видно, ага? - дождавшись пока посол кивнет, Висса отстранилась от него и пошла в ванную, проверить готовы ли её вещи. Раз ничего интересного не происходит, то и голой разгуливать смысла нет. Одевшись в только что постиранные и высушенные вещи, следопыт почувствовала себя гораздо лучше, вспомнила про коньяк на столе, взяла бутылку и направилась к послу.

- Выпей, - Висса села рядом, протянув мужчине напиток. Сделав несколько глотков, Мирандел закашлял, прочистил горло и взял паузу чтобы отдышаться. Оба сидели молча в полной тишине, пока посол вдруг не заговорил: - я тут все в толк не возьму, почему нас не вычислили? Трины ведь проверяли нас на предмет заражения.

- Да, - согласилась Висса, - я помню того трина со странной штукой. Но может это после случилось? После взрыва той штуки с иглами? В тебя не попало?

- Нет, - заметно успокоившись, ответил Мирандел и посмотрел на Виссу, - а в тебя? - отрицательное покачивание головой. - Ясно. Густаф, думаешь, заражен?

- Беспокоишься? - улыбнулась Висса.

- Да нет, - тихо усмехнулся посол, - просто интересно.

- Если да, то ты его с собой уже не заберешь, так?

- Трины его устранят, - в голосе посла опять зазвучала паника, - а потом придут проверить нас повторно и все узнают! Что если Густафа уже раскрыли?!

- Тише, тише, - Висса вынудила Мирандела выпить еще, - пей, пей и помни, когда придет врач, веди себя спокойно. Не нужно беспокоиться раньше времени.

Раздался мягкий звонок, от которого оба подскочили как от выстрела. Мирандел посмотрел на Виссу дрожащим взглядом. Антийка молча встала и пошла открывать, но когда она вошла в зал, на пороге уже стоял высокий трин в темно синей форме со знаком медицинской службы на плече в виде капли в круге. Его серебряные глаза были так же холодны как и у всех тринов, которых Висса видела, но выражение овального лица было вполне приветливым. Его черные брови чуть подскочили когда он увидел антийку.

- Меня отправили провести осмотр, - доложился врач, - убедиться, что с вами все хорошо.

- Вы что-то долго, - мягко и с улыбкой ответила Висса, надеясь на то, что Мирандел будет себя хорошо вести, - я уже осмотрела себя и посла и не обнаружила никаких травм. Пара царапин, легкий шок, перенапряжение, но не более.

- Вы врач? - без какого-либо раздражения спросил трин.

- В каком-то смысле, - ответила Висса, - я могу колдовать, в том числе и исцелять. Если бы у нас были какие-то ранения я бы давно ими занялась.

- Допустим, - все так же приветливо ответил врач, - но, во первых, у меня приказ вас осмотреть, а во вторых, скажите, сможете ли вы обнаружить внутренние повреждения?

- Думаю, мы бы почувствовали.

- Думаю, этот разговор не имеет смысла, - мягко улыбнулся врач и достал, похожий на пистолет прибор. - Постойте спокойно.

Висса напряглась, когда трин направил прибор на нее. Раздался слабый монотонный звук, а спустя пару секунд врач опустил сканер и улыбнулся, - хорошо. Теперь господин посол. Где он?

- Я в порядке? - осторожно спросила Висса.

- В полном. Как вы и сказали, несколько царапин. Можете сами ими заняться.

- Посол в спальне, - только и ответила антийка, показав в нужную сторону. Когда доктор вошел к Миранделу, тот уже почти опустошил бутылку коньяка. Подняв на трина замутненный взор, элиниец кивнул, как бы здороваясь. Трин направил сканер на Мирандела, при этом обернувшись к Виссе, - вижу вам ночное приключение далось легче.

- Я воин все-таки, - женщина пожала плечами, гадая какого черта происходит.

- Я закончил, - объявил доктор и полез в свою сумку. Вынул оттуда небольшой белый пузырек и оставил его на журнальном столике. - Это успокоительное, - он посмотрел на Виссу, - вам, может и не пригодиться, но проследите чтобы господин посол его принял.

- Хорошо, - тут же кивнула Висса и врач направился к выходу. Глядя ему в спину, антийка все ждала когда тот обернется и направит на них оружие, но трин просто вышел через дверь как и зашел, после чего Висса и Мирандел вновь остались вдвоем.

- Я что-то не понял, - пробубнил Мирандел.

- Я тоже не особо, - призналась Висса, после чего взяла у посла бутылку и залпом допила остатки, выдохнула и посмотрела на посла: - тебе лучше? - Мирандел кивнул несколько раз, будто опасаясь что ему не поверят и заговорил достаточно собрано:

- Признаков заражения врач не обнаружил. Его устройство ведь не только на наличие травм нас сканировало. - Висса кивнула, соглашаясь, но послу не нужно было ничье одобрение, он и так знал что прав, - стало быть эта зелень у нас на коже - не заражение, но что-то иное. Есть идеи?

- Я в этом совершенно не разбираюсь, - призналась Висса, - за всю жизнь ни разу не видела кризалит. Слышала лишь рассказы тринов.

- Элинийская цивилизация лишь раз сталкивалась с этой угрозой, - Мирандел медленно встал и стал пошатываясь бродить по комнате. - Меня всегда пугало то, что кризалит ведь прилетает из космоса, а ни одна раса, как ты знаешь, не имеет туда выхода. Тут дело даже не в Великом запрете, мы просто напросто теряем связь с чем угодно, удаляющимся достаточно далеко за пределы планеты.

- Великий запрет? - ухмыльнулась Висса. - На моей родине это зовется Словом древних.

- Слово древних, интердикт или еще как-то, - отмахнулся Мирандел, - как ни назови, означает все это одно и тоже - ни одной расе не разрешено покидать пределы своего мира. Так распорядились те, кто посещал мою расу еще на ее заре.

- И мою, - согласилась антийка, - да и любую, но к чему ты ведешь?

- Мне жутко интересно почему. И этот кризалит, прилетевший из места куда никому нельзя, зачем он рухнул на город тринов? Что все это значит?

- На полномасштабное нападение не похоже, - положив ногу на ногу, Висса смотрела на Мирандела уже с интересом, - иначе трины бы сообщили нам еще там, в транспорте.

- Разумеется, - посол, казалось, полностью протрезвел, - значит кризалит рухнул лишь на этот город. Точечное нападение и не более.

- Но для чего? - антийка развела руками. - Трины уничтожат угрозу. Будут десятки тысяч жертв, но кризалиту не сломить целую планету такими силами.

- Жутко это как-то, - пробормотал посол и посмотрел на пузырек с успокоительным, оставленный врачом, - пожалуй приму на всякий.

- Лишним не будет, - согласилась Висса. Мирандел взял пузырек, нажал на крышку, и ему в ладонь выкатилась круглая таблетка. Покрутив ее перед глазами, элиниец застыл на пару секунд, словно заметил что-то не то, затем закинул таблетку в рот и слегка поморщился, - запить бы чем, - и отправился на кухню.

Вновь позвонили в дверь, но на этот раз реакция на звонок была спокойной. Мирандел встал, глядя на выходящую из спальни Виссу. Женщина лишь пожала плечами в ответ на вопросительный взгляд. Дверь открылась, и в номер вошел высокий трин в синей форме со знаком медицинской службы на плече. Выглядел он не так как первый.

- У меня приказ вас осмотреть, - сообщил врач, шагнул к Миранделу и добавил, - простите за задержку.

- Ваш коллега уже заходил, - вырвалось у посла, который отступил на шаг от трина. Висса напряглась, глядя на доктора, лицо которого ничуть не дрогнуло.

- Видимо, вышла ошибка, - трин развернулся и направился к выходу, подошел к двери и, прикоснувшись к консоли, заблокировал ее. Повернулся обратно уже другой человек. Вместо серебряных глаз, на бледном лице сияли изумрудные. Щеки впали, нос удлинился, волосы чуть поседели.

- Комрос, - испуганно прошептал Мирандел, пятясь назад.

- Мой нож! - крикнула Висса пытаясь вывести элинийца из ступора, но посол не был так напуган как могло бы показаться. Поняв чего хочет Висса, Мирандел бросился в ванную, где на оставила свое оружие. Комрос кинулся наперерез, но прямо из пола, продырявив мягкий ковер, выросли древесные корни, опутавшие тело порабощенного.

- Живее! - поторопила антийка, дрожа от напряжения.

- Что-то не так? - оскалился Комрос, рывком высвободив руки, в каждой из которых тут же появились кристаллические клинки. - Твоя магия просто смех!

За несколько ударов Комрос перерубил все корни и бросился на Виссу, атакуя созданными из кризалита кинжалами. Увернувшись и разорвав дистанцию, благо просторный зал позволял, Висса взмахнула рукой и исчезла из виду, однако, порабощенный стремительно прыгнул и ударил клинком, словно знал куда надо бить. Раздался крик, и антийка показалась на глаза. В ее животе торчал кинжал, который сильная и непреклонная рука убийцы погружала все дальше.

- Это не будет быстро, - прошептал Комрос и тут же отшатнулся в сторону, пропуская подоспевшего с кинжалом Мирандела. Женщина упала на колени, в то время как посол принялся атаковать противника её кинжалом. Несколько быстрых росчерков, и элиниец сбавил натиск, сосредоточенно рассматривая врага. Тот выглядел прямо как его покойный водитель, но в том, что это не он сомнений не было.

- Что ты такое? - спросил Мирандел.

- Нас прозвали апостолами, - ответил Комрос, - или глашатаями. Где-то нас зовут вестниками. Мы преображенные, и мы несем слово.

- Только ли слово? - усмехнулся посол.

- Не только, - серьезно ответил порабощенный, - ибо слово без дела есть ничто.

Глава 6

Мирандела пробрало когда враг шагнул к нему и нанес удар. Посол увернулся, мельком посмотрел на истекающую кровью Виссу и вновь сконцентрировался на противнике. Тот не спешил, но и не давал своей жертве чересчур много свободы.

- Как ты выжил? - пользуясь возможностью, Мирандел задавал вопросы.

- Магия не берет меня, - беззаботно ответил порабощенный, после чего поднял палец вверх, пресекая следующий вопрос. - Давай так, увернешься от моей следующей атаки, и я отвечу ещё на один.

- Довольно честно, - признал посол, и его глаза расширились, когда в руке Комроса появилась небольшая кристаллическая сфера покрытая иглами.

Не дожидаясь взрыва, Мирандел приготовился прыгать за диван, но едва он согнул колени, выросшие корни снова опутали тело порабощенного. В этот раз корни казались более толстыми и сильными. Зеленая сфера выпала из ладони Комроса и вонзилась иглами в пол. Вздрогнув, словно ожидая взрыва, посол перевел взгляд на Виссу, которая как ни в чем ни бывало встала на ноги и бросилась к двери.

- Бежим! - крикнула антийка, снимая блокировку с двери.

- Сейчас! - заскочив в ванную, Мирандел захватил лук Виссы и догнал женщину уже в коридоре.

- Если магия и правда не работает, у нас несколько секунд! - на бегу сообщила Висса.

- Где все трины, чтоб их?! - крикнул ей в спину Мирандел.

По длинному коридору оба бежали к лифту. Висса обернулась, увидев как Комрос выходит из номера с кристаллическим копьем в руках, взвешивает его в ладони и делает замах.

- Ложись! - оба прыгнули на пол. Копьё пролетело над послом и вонзилось в стену. Быстро вскочив, Висса продолжила бежать, как и Мирандел, но набранная скорость уже была потеряна. Комрос сорвался с места и начал стремительно догонять.

- Беги! - кричала Висса.

- Не успеем! - орал отстающий посол.

До лифта считанные метры, а за спиной уже слишком хорошо было слышно приближение врага. Когда двери лифта раскрылись, антийка едва успела упасть на пол. Миранделу повезло меньше, и пролетевшие по коридору залпы белого огня ранили элинийца в руку. Отряд тринов высыпал из лифта с копьями к руках. Они стреляли с их наконечников, как если бы это были энергетические винтовки.

Пока Мирандел корчился на полу, Висса наблюдала как выстрелы белым огнем сбили Комроса с ног, обжигая его тело. Апостол корчился, пытаясь подняться, но новые залпы опрокидывали его вновь, до тех пор пока Комрос не выставил вперед ладонь и перед ним выросла кризалитовая стена, отгородившая его от тринов. Воины продолжали стрелять, и стена разрушилась, но за ней уже не было никого, но видно было развороченную дверь в один из номеров.

Трины не бросились преследовать. Один из них доложил об исходе боя и отряд, взяв с собой антийку и посла, стал отступать. На лифте все вместе спустились вниз, где их встретили ещё воины. Один из них тут же подбежал к Миранделу и принялся оказывать ему помощь. Это был тот же врач, который приходил проводить осмотр.

- Приношу извинения за вашу руку, - не оборачиваясь к послу сказал старший отряда, - Меня зовут Тацит, и это я отдал приказ стрелять.

- Я все понимаю, - морщась от боли, ответил Мирандел, пока врач залечивал покрывающие руку ожоги при помощи небольшого прибора.

На улице ожидал транспорт, куда тут же забрались несколько солдат, включая Виссу и Мирандела после чего машина поднялась в воздух. Почти сразу же в глаза бросился молодой мужчина в военной форме имперского офицера. Он сидел пристегнутый к креслу с тюремными браслетами на запястьях.

- И ты здесь, - криво усмехнулся Мирандел, рухнув в ближайшее кресло. Тринский врач уже закончил работать над его рукой, и на предплечье посла осталось лишь несколько шрамов, которые так же можно было залечить, но врач, почему то не стал этого делать, а сам элиниец оказался не против.

- А ты думал как? - беззаботно отозвался Густаф. Севшая рядом с Миранделом Висса кивнула лейтенанту и наклонившись к уху посла произнесла: - вы что теперь друзья?

- Нет конечно! - вылетело у посла. На лице даже отразилось легкое возмущение, которое тут же исчезло, - просто мы вместе пережили вторжение кризалита...

- Еще не пережили, - поправила Висса и обратилась к старшему трину: - куда мы летим? - Тацит повернулся к женщине: - вас необходимо эвакуировать. В захваченных врагом секторах восстают мертвецы, и их орда приближается к нам.

- Черт, - протянул Густаф, - чем дальше тем веселей.

- А кто это напал на нас в гостинице? - Мирандел конечно же знал имя напавшего на них человека, его национальность и род деятельности, но суть вопроса была иной. - Он назвался апостолом.

- Он говорил с вами? - переспросил трин. - Что ещё он сказал?

- Угрожал нам медленной смертью, - ответила Висса. - Сказал, что он апостол, глашатай или типа того.

- Что-то еще? - по интонации Тацита не ясно было насколько он заинтересован.

- После того как магические атаки Виссы не сработали, Комрос сказал что магия его не берет.

- Комрос, это его имя?

- Он был моим водителем, - Мирандел развел руками, - не понимаю, что я сделал ему раз он преследует меня после смерти.

- И как он нашел нас? - спросила Висса.

- Благодаря меткам на вашей коже, - ответил трин и успокаивающе поднял руку, видя изменения в лицах выживших, - спокойно, вы не заражены. Этот Комрос пометил вас, чтобы легче было отыскать. Он стал охотником или что-то вроде.

- Охотником? Как?

- Кризалит способен выборочно преображать живых существ, даруя им большие силы. Преображенных как раз таки и прозвали апостолами. Они единственные, кто способен говорить от лица кризалита, поэтому нам так важно было узнать что он вам сказал.

- Он силен, - встрял Густаф, - раз пережил мою атаку. Почему тогда кризалит не обратит всех в подобных существ. Армия таких комросов была бы очень эффективна.

- От одного из преображенных, мы узнали, что кризалит избирает апостолов. В чем принцип избрания мы не поняли, - ответил воин.

- Он сказал, апостолы несут слово, - вспомнил посол.

- Именно, - подтвердил трин, - а причину нападения он не объяснил?

- А должен был? - удивился Густаф, но его проигнорировали.

- Мы не спрашивали, - ответила Висса, - его, кстати, поймали?

- Да, - без уточнений ответил Тацит. Повисла короткая пауза, после которой Висса понимающе покивала головой, осматривая тринов.

- Этот Комрос охотился за нами, а вы за ним. Вы знали о метках и ждали кто же придет по наши души. И Густаф и Мирандел посмотрели на антийку, затем переглянулись и стали глазеть на тринов в ожидании объяснений.

- Все так, - ответил Тацит, - мы знали о появлении апостола и о метках, так как уже видели подобное. Вы послужили приманкой.

Густаф нехорошо усмехнулся, а на лице Мирандела отразилось нечто вроде обиды, но всего на мгновение. Посол взял себя в руки и не стал заводить разговоры о том, что элинийцы и трины союзники и все такое. Висса же выглядела пугающе безэмоциональной, словно роль приманки ничуть не тронула ее.

- Он нас едва не убил, - медленно произнесла антийка.

- Мы допустили ошибку, - признал трин.

- Сделали союзника наживкой? - не сдержался Мирандел.

- Нет, - серьезно ответил воин, - мы не учли, что Комрос может менять внешность. Подобное не было замечено ни у одного из известных нам преображенных.

Посол замолчал. Густаф расслабленно вытянул ноги, глядя в потолок. В воцарившейся тишине стало слышно тихий шелест мотора.

- Когда пропадут охотничьи метки? - спросила Висса.

- Их может снять сам охотник, - ответил трин, - или они исчезнут после смерти Комроса, или если отдалиться от охотника на достаточное расстояние.

- В нашем случае, значит, третий вариант?

- Мы вывезем вас из города, после чего наш флагранд переправит вас домой, господин посол. Вас и пленника.

- Что на счет меня? - Висса отрешенно смотрела в иллюминатор.

- Ты в праве сражаться, если хочешь, - ответил воин, - но ты не обязана. Мы знаем зачем тебя послали к нам, и ты уже все доказала.

«Пожалуй, хватит с меня драк», - подумала Висса, глядя в чернеющие над городом тучи. Они становились все больше и больше, занимая километр за километром небесного пространства, закрывая солнечный свет. Уже спустя несколько минут стало темно как ночью.

- Что это? - слегка занервничала Висса. Густаф и Мирандел так же начали смотреть через толстые стекла. Раздался гром, и вспышка зелени озарила пассажирский отсек транспорта. Зеленая молния хлестнула по высокому зданию слева, наполняя воздух треском и искрами.

- Кризалит готовит атаку! - объявил Тацит и тут же связался с пилотом, приказав тому снижаться. Машина круто взяла вниз и устремилась на встречу первым этажам. Вцепившись в подлокотники, Густаф смотрел в соседний иллюминатор на то, с какой скоростью проносятся окна домов.

Громыхнуло снова, и транспорт встряхнуло. Никто не пострадал, все были пристегнуты. Трины выглядели спокойно, если принимать во внимание то, что их лица было не видать за стеклами шлемов. Возможно, под этими защитными стеклами были искаженные гримасами лица, что хоть и было маловероятно.

Опустившись на уровень пятых этажей, транспорт стал замедляться. Напряжение в пассажирском отсеке начало спадать, хоть где-то совсем близко и гремел гром. А затем воздух наполнился приглушенным шипением, и стекла иллюминаторов заволокло зеленоватой влагой.

- Дождь? - не понял Густаф, глядя на стекло. - Кризалит атаковал нас дождем?

- Его цвет тебя не смущает? - с нотками раздражения спросила Висса.

- Насколько это опасно? - Мирандел посмотрел на тринов в ожидании ответа.

- Дождь заразит местность, - ответил Тацит, - подготовит сектор ко вторжению.

- Кризалит не собирается сдаваться, да? - криво усмехнулся лейтенант, но трин поднял руку, призывая помолчать. Воин замер, прислушиваясь, словно с ним вышли на связь.

- На эту часть города надвигается орда нежити, - наконец заговорил командир, - но наша задача остается прежней, мы вывезем вас из города.

Посол испытал сильное облегчение, так как в глубине души считал, что трины останутся воевать, но этого не случилось и теперь можно было рассчитывать на спасение. Нужно было лишь покинуть пределы города.

- Пожалуй, найду себе другую работу когда вернусь, - произнес посол, на что тут же усмехнувшись ответил Густаф: - хорошая мысль, для этой ты точно не годишься.

Свет в пассажирском отсеке моргнул. Транспорт тряхнуло так, что не будь пассажиры пристегнуты, их повыбрасывало бы из кресел. В иллюминаторы было видно как машина начала стремительно терять высоту.

- В чем дело?! - крикнул Мирандел.

- Нас подбили, - ответил трин, - мы вынуждены сесть.

Закрыв глаза, посол попытался успокоиться. Спустя несколько вздохов, Мирандел поднял веки и увидел, нескольких совершенно спокойных тринов, сосредоточенную Виссу и ухмыляющегося Густафа.

«Проклятье», - подумал элиниец, - «неужели здесь боюсь только я?». - и обратился к Густафу, рассчитывая что небольшая словесная перепалка отвлечет его от происходящего. - Чего улыбаешься? Ты вообще понял, что на город идет нежить, а мы вот-вот разобьемся?!

Вопреки ожиданиям, имперец воспринял вопросы довольно спокойно. Взглянув на посла, Густаф с довольной миной произнес: - я попал на войну и чувствую себя прекрасно.

«Идиот», - только и подумал посол, прочувствовав как машина садиться. В иллюминаторах стало совсем темно, что говорило о том, что пилот посадил транспорт на подземную стоянку, дабы укрыться от ядовитого дождя. Опустился трап, и первыми сошли воины, проверяя обстановку. После сигнала спустились и остальные. Беглый осмотр подбитого транспорта выявил большое количество кризалита на корпусе, а так же присутствие инородного объекта в аспировой турбине. Группа быстро отошла от транспорта, но хватило всего одного взгляда чтобы узнать предмет.

- Это копье! - воскликнул посол и посмотрел сперва на Виссу, потом на Густафа. - Помните?! - те молча кивнули, и Висса ответила, заметив повернутую в ее сторону голову лидера тринов: - это копье Комроса. Он уже бросал в нас такое. - Трины переглянулись, услышав это, и Тацит вышел на связь с подразделением, охраняющим пленника. Спустя минуту воин обратился к остальным: - Комрос сбежал.

- Как?! - тут же спросил Мирандел.

- Почему раньше не доложили? - поинтересовался Густаф.

- Некому было докладывать, - мрачно ответил Тацит. - Отряд сопровождения должен был забрать Комроса, но когда он прибыл, в живых уже никого не было, а пленный пропал.

- Как он мог сбежать? - посол будто не верил в случившееся.

- По предварительным данным, ему помогли, - ответил воин.

- Я вам без предварительных данных могу сказать, что он будет делать, - заверил Густаф, но убеждать никого не пришлось. Все трое ощутили холодок в тех местах, где были их метки.

- Нежить вошла в сектор, - сообщил командир.

- Как долго нам оставалось лететь? - не моргая глядя на трина, Мирандел вынул из кармана пузырек с успокоительным и съел еще одну таблетку.

- Уже не важно, - ответил за него Густаф, - пешком слишком долго, да и под дождь нам нельзя.

- Неужели не получится продолжить путь на транспорте? - поинтересовалась антийка. - Полетим на низкой высоте, на максимально допустимой скорости. Одна подбитая турбина ведь не так критично?

- Это правда, - поддержал Мирандел, - иначе какой смысл в современной технике если ее настолько легко вывести из строя.

- Народ, а почему, по вашему, мы отошли от машины так далеко? - язвительным тоном спросил Густаф. - Или ваше желание спастись победило здравый смысл?

Посол бросил кислый взгляд в сторону покрытой кризалитовыми наростами машины, и по его телу прошла слабая дрожь, которая, возможно, была бы сильнее если бы не принятое успокоительное.

- Получается, мы заперты здесь, пока не кончится дождь?

- Нет, - Тацит закончил сверяться со встроенным в броню на предплечье сканером местности и отдал приказ выдвигаться, - мы пойдем подземными тоннелями.

- Стакан наполовину полон, - улыбнулся Густаф и обратился к Виссе: - ты разве не знала о тоннелях? Сколько ты уже живешь среди тринов?

- Мне никто об этом не говорил, - призналась антийка.

- Не было нужды, - пояснил командир тринов, когда группа спустилась на самый нижний уровень стоянки и оказалась перед гладкой стеной. Прикоснувшись к ней в нужном месте, командир вызвал консоль, на которой высветились символы словно состоящие из тонких штрихов - язык тринов. Консоль сообщила, что доступ в тоннели открыт, и массивная дверь шустро ушла в стену, открывая просторный тоннель по длине которого горели белые огни.

- Тоннель - это хорошо, - сказал Мирандел, лишь сейчас заметив отсутствие нескольких воинов, - но пешком идти все равно долго.

- Я отправил троих своих людей найти нам транспорт, - ответил командир, - три машины хватит чтобы вместить нас всех.

- Как, кстати, дела в городе? - поинтересовался Густаф не особо рассчитывая на ответ. В конце концов, тюремные браслеты на его руках недвусмысленно говорили о его статусе в этой компании.

- Дождь все ещё идет, - ответил Тацит, - наши войска готовы в любой момент отступить из сектора.

- Вы не будете сражаться с нежитью? - удивился лейтенант.

- Вы что, уходите?! - Мирандел будто не поверил своим ушам.

- Нежити слишком много, - невозмутимо ответил трин, нашим войскам не сдержать её, а добровольно пополнять вражеское войско неразумно.

- Замечательно, - без намека на улыбку произнес посол, - как только дождь прекратиться, мы останемся одни в секторе захваченном армией мертвых.

- Да, - поддержал Густаф, хоть в его голосе и не было какого-либо беспокойства, - ситуация становиться все хуже и хуже. - А после имперец посмотрел куда-то вверх и спросил: - а вы что думаете?

- С кем ты там говоришь? - не поняла Висса.

- Я может быть спятил, но мне кажется, что за нашими злоключениями кто-то наблюдает.

- Враг? - насторожился посол, на что лейтенант неоднозначно пожал плечами и посмотрел на командира тринов. - Твои люди что-то долго. Я видел несколько машин ярусом выше. И вообще, мы могли бы их прихватить походу.

- Они возвращаются, - отозвался Тацит и повернулся в сторону въезда, от куда должны были показаться его люди.

Глава 7

Машины одна за другой выскочили из треугольного прохода и понеслись к ожидающим их людям. Каждая летела в метре над полом, на большой скорости. Водители явно торопились и хотели быстрее убраться от сюда.

- Они как-то быстро едут, нет? - спросил Густаф, глядя на остальных.

- Может за ними гонятся, - предположила Висса.

- За колонны! - скомандовал командир, и первыми спрятались его воины. Густаф, Мирандел и Висса бросились следом, едва не попав под пролетевшие мимо машины, каждая из которых исчезла в тоннеле.

- Они нас бросили? - посол выглянул посмотреть.

- Остановились! - сообщила Висса, прислушавшись. Густаф обернулся на ее голос, но никого не увидел. «Скрыла себя» - догадался офицер. А спустя пару секунд антийка прокричала: - они заражены! Идут к нам с оружием!

- Как?! - воскликнул Мирандел, в добавок осознав, что у него нет при себе никакой пушки.

- Я думаю, твой чокнутый водитель явился за нами, - раззадоренный Густаф посмотрел на командира тринов: - не хочешь освободить меня, а? - Тацит молча кивнул, и тюремные браслеты отключились, освобождая руки имперца. - Дай ему меч, - ближайший к Густафу трин достал из ножен небольшой клинок и бросил его лейтенанту. Поймав оружие, Густаф озадаченно посмотрел на клинок.

- Маловат для меча!

- Включи его, - ответил воин, и офицер нажал на небольшую выемку на гарде. Клинок вырос до размера полноценного меча. По лезвию прошли белые энергетические разряды.

- Вау! - не сдержался Густаф.

- Висса, прикрой! - скомандовал командир, и антийка скрыла союзников магией теней, но даже будучи невидимым для врагов, безоружный Мирандел все равно не ощущал себя в безопасности.

Группа приготовилась встретить троих зараженных солдат. Взгляды сосредоточились на просторном входе в тоннель, откуда вылетели три небольших диска, взорвавшихся облаками белого дыма. В ответ трины бросили несколько энергетических гранат. Раздались приглушенны взрывы, и началась перестрелка при нулевой видимости. Зараженные, в отличие от своих противников, не осторожничали и стреляли во все стороны, не опасаясь ранить своих. Группа Тацита действовала экономнее и выборочнее, но белый дым не давал ничего рассмотреть и блокировал работу встроенных в шлем сканеров, по которым можно было бы узнать расположение противника. По сути, воины сражались на одних лишь инстинктах, разве что Тацит и его люди были скрыты заклинанием Виссы.

- Что-нибудь можно сделать с дымом?! - крикнул Густаф, постоянно слыша вокруг себя движение и выстрелы. То и дело в воздухе проносились аспировые заряды.

- Не прерывай заклинание! - прокричал Тацит. - Слышишь, Висса! Они использовали дым чтобы лишить зрения нас, а не себя!

- Сука! - Густаф горел желанием вступить в бой, но боялся использовать свой дар ибо риск задеть своих был предельно велик. Оставался лишь один выход - отступить за пределы задымленной зоны. Выбрав момент, лейтенант бросился бежать и спустя несколько секунд выскочил из задымленной области. Вылетевший ему вслед заряд аспировой энергии пронесся над левым ухом.

- Да что б вас! - спрятавшись за колонной, Густаф стал наблюдать, надеясь что враг раскроет себя, но никто не показывался из белой пелены. - Что это вообще за дым такой? - облизнув губы, Густаф застыл, увидев в нескольких метрах от дыма высокого человека в синей форме.

Лейтенант узнал Комроса быстрее чем понял это. Преображенный стоял с копьем в руке и его тело приняло позу для броска. Видел ли он свою цель? И если да, то почему? Не желая сейчас искать ответы, имперец воспользовался моментом и прицелился, то есть навел острие своего клинка на цель. И хоть Густаф и помнил прошлый раз, все равно не мог стоять в стороне.

Белые заряды на клинке сменились золотыми. Воздух наполнился треском и Комрос резко, словно рептилия, повернул голову в сторону лейтенанта. Вслед за головой повернулось и тело и рука с зажатым в ней копьем, а спустя долгое мгновение оба одновременно нанесли удар.

Кризалитовое копье встретилось с зарядом золотистой энергии и сместилось со своей траектории колета, врезавшись в пол рядом с лейтенантом. Выстрел самого Густафа настиг цель и рассеял преображенному руку, сбив того с ног. Упав на бок, Комрос тут же повернулся и проследил за полетом золотистого заряда, который врезавшись в колонну проделал в ней огромную дыру.

- Хорошо, но бесполезно! - Апостол встал, осмотрелся в поисках руки, и на его бледном лице появилось нечто в роде досады, когда он понял, что от конечности не осталось и пылинки.

Густаф, хоть и понимая тщетность своих попыток, приготовился выстрелить вновь.

Дым наконец стал оседать на пол, и осторожная слепая перестрелка начала набирать обороты. Краем глаза имперец заметил пригнувшегося посла, убегающего от места боя. Рассмотрел рядом с колонной тело трина в луже крови. Что-то подсказало Густафу, что погибший не был одним из зараженных.

По мимо посла, офицер увидел и остальных. Даже не смотря на невидимость, они все равно скрывались за колоннами. Густаф ничуть не удивлялся тому, что сам может видеть союзников, ведь в первый раз магия антийки сработала именно так же.

По открывшемуся противнику тут же открыли огонь. В одного из зараженных тринов вонзилась черная стрела, которая тут же взорвалась, отбрасывая воина на спину. В двух оставшихся ударили заряды белой энергии, повергая противников на пол. Стреляли до тех пор пока тела порабощенных не разорвались на множество недееспособных частей. Крови было так много, что Густаф невольно словил воспоминания о своих самых жутких сражениях, но придя в себя лейтенант вновь сфокусировался на Комросе, который ничего не предпринимал.

Когда с зараженными было покончено, апостол поднял оставшуюся руку, намереваясь сказать что-то, но трины начали стрелять, свалив преображенного с ног. Под градом выстрелов преображенный ворочался и пытался встать. Трудно было различить причиняют ли атаки тринов вред, но по тому с какой целеустремленностью воины вели огонь можно было предположить, что парой десятков залпов здесь не обойдешься.

- Висса! - крикнул Тацит, и следопыт тут же поняла чего от неё хотят. Коснувшись ладонями пола, женщина вызвала под корчащимся глашатаем прочные корни, но едва древесные путы коснулись Комроса, тот стремительно выскочил из зоны поражения.

Не растерявшись, Висса продолжала управлять корнями, которые с осознанной настойчивостью стали преследовать свою цель. Трины продолжали стрелять, посол корчился за колонной, а Густаф учащенно дыша смотрел на то, с какой ловкостью враг уклоняется от выстрелов и корней антийки. Зрелище завораживало. Противник такой силы и мастерства еще не встречался лейтенанту и время боя хотелось допустимо растянуть. Лишь бы только не в ущерб.

- Ты влюбился что ли! - крикнула Висса, увидев зазевавшегося имперца.

Вздрогнув, Густаф прицелился и принялся стрелять. Первый же золотистый заряд столкнулся с кризалитовой преградой, выставленной апостолом и сильный взрыв разметал по округе мерцающие зеленые осколки. Трины так же не сбавляли огня, и Комрос быстро превратился в почерневшего обугленного человечка, при всем при этом пугающе быстрого и ловкого. Густаф стрелял и стрелял, но уже не мог попасть. Трины лишь время от времени задевали преображенного, а корни Виссы постоянно были позади. Зачастую им не хватало всего пару сантиметров чтобы ухватить цель.

«Пытаться попасть в него тупо», - решил Густаф, прекращая пальбу, - «я даже уследить за ним толком не могу». - И тут же глаза лейтенанта вспыхнули идеей. Офицер вновь принялся вести огонь, но уже не старался попасть в цель, но стремился сделать так, чтобы Комроса как можно чаще задевало взрывами от выстрелов.

Во все стороны летели осколки. Колонны разлетались вдребезги, преображенного бросало по сторонам, ломая траекторию его движений, нарушая их темп, до тех пор, пока корни Виссы не смогли наконец угнаться и схватить апостола.

- Да! - не сдержалась Висса, когда ее корни плотно опутали обожженное тело Комроса и подняли его над полом. Трины сфокусировали огонь на противнике. Прицелился и Густаф, но тут из тела Комроса выскочила точная его копия, на бегу создавая кризалитовые клинки, и бросилась в атаку. За одним клоном появился другой и третий. Они набросились на тринов, завязывая их в ближнем бою. Густаф выстрелил, но Комрос уже разорвал часть корней и сместился в сторону, однако, заряд все равно настиг цель, лишив преображенного ног.

Упав на пол, апостол создал в единственной руке кризалитовую сферу с шипами и бросил её под ноги Густафу, но лейтенант, уже зная что это за атака, прыгнул за колонну, избежав взрыва и попадания кристаллических игл. Высунувшись из-за укрытия, лейтенант заметил уползающего прочь апостола, хотел было добить его, но услышал звуки боя, и его вниманием овладели клоны Комроса, дерущиеся с его союзниками.

Двое тринов уже были сражены и лежали без движения. Тацит виртуозно владеющий копьем, уже сразил одного врага и кинулся помогать товарищам, Висса билась сразу с двумя, но это трудно было назвать боем. Антийка лишь отступала, лихорадочно отражая стремительные выпады. Остался ещё Мирандел, все так же прячущийся за колонной, но на роль спасителя он не претендовал.

- «Хоть меч бы подобрал» - пронеслось в голове лейтенанта и он бросился на помощь антийке, стремительно ворвавшись в ее драку с превосходящим противником. Сразу же взяв на себя одного из клонов, Густаф нанес быстрый удар, вернул клинок обратно в положение для атаки и неожиданно для противника выстрелил золотистым зарядом.

Раздался взрыв. Лейтенанта отбросило назад, а большую часть его противника попросту рассеяло. Покрытый ожогами имперец тяжело приподнялся на локтях и губы его скривились от боли. Даже не смотря на попытку уменьшить силу выстрела, на столь близком расстоянии от цели взрыв все ещё оставался взрывом. Но враг был уничтожен и Густаф с чувством выполненной работы потерял сознание.

Висса едва устояла на ногах, но не пострадала. Ее противника тряхнуло и он раскрылся, позволяя вонзить кинжал себе в лицо. Вырвав клинок из головы врага, антийка отступила на пол шага, позволяя клону упасть ей под ноги. Сразу же после падение враг рассыпался на осколки.

Подняв взгляд, женщина убедилась что остальные клоны тоже побеждены. Большая часть союзников выжила, но троим не повезло. Мирандел наконец подобрал меч павшего трина и вышел из укрытия. Висса не винила элинийца, ведь он не был воином, но к Густафу были вопросы. Например, о чем он думал когда использовал свой дар на таком близком расстоянии? Однако, лейтенант не мог ответить на этот вопрос. Склонившись над ним, Висса тут же стала исцелять его своим колдовством, надеясь что еще не поздно. Оставшиеся трины окружили истерзанного апостола, направив на него оружие. Не дожидаясь пока Комрос выкинет что-либо еще, один из воинов отрубил ему последнюю из рук. Теперь некогда сильный враг казался жалким калекой, но на бледном лице преображенного не было и тени беспокойства.

- Тебе конец, - Тацит направил на противника острие копья, - но сперва мы потолкуем.

- Спрашивай, - улыбнулся апостол, - но не думай что заслужил ответы. Если бы не одаренный, вы бы не победили. А ты, Мирандел, с каких это пор ты стал таким трусом? Зачем тогда ты носил с собой оружие?

- Не говори так, будто знаешь меня, - помотал головой посол, осторожно приблизившись к врагу.

- Но я знаю. Ты разве забыл, я Комрос, твой водитель и один из охранников.

- Ты - не он, - решительно ответил Мирандел.

- Конечно я все еще я, - Комрос неуклюже пошевелился, будто бы пытаясь сесть, что было невозможно без конечностей, - просто теперь я исполняю волю того, что вы зовете кризалитом.

- Ты пытался убить меня, - Мирандел с трудом смотрел в мерцающие зеленые глаза апостола, - нас.

- Я все еще я, - мягко повторил Комрос, - но став преображенным, я обрел высшую цель.

- Служение кризалиту? - вмешался Тацит. - Зачем твой хозяин напал? Ради чего все это? Такими силами кризалит никогда бы не победил.

- Это жест отчаяния, - улыбнулся Комрос. - Амзул был на грани исчезновения. Он мог затаиться и медленно копить силы, постоянно ожидая пока до него не доберутся другие или можно было рискнуть.

- Амзул это кто?

- Мой владыка, - с гордостью ответил Комрос. - Вы всегда считали, что кризалит это единая сущность, но их много. Сильные поглощают слабых и становятся еще сильней. Амзул был на исходе. Все, что осталось от моего владыки, пытается поглотить этот город.

- Этому не бывать, - твердо ответил Тацит.

- Как знать.

- Зачем ты преследовал нас? - спросил Мирандел. - Почему?

- Вы не заразились, что делает вас особенными. Я тоже не подвергся заражению, и вы могли бы спасти меня, но вместо этого оставили умирать в разбитом энерголете.

- Ты мстишь?

- Я бы убил тебя, Мирандел, - признался апостол, - а девчонку и имперца обратил бы. Они достойны.

- Почему не обратить всех? - спросил Тацит. - В этот сектор города вторглась многотысячная орда нежити. Почему каждого из убитых кризалитом не сделать таким как ты?

- Вы не поймете, - с нотками грусти ответил Комрос. - Не каждый достоин, да и знаете ли вы сколько энергетических ресурсов сжирает преображение?

- Похоже нам повезло, что твой владыка оказался таким слабым, - усмехнулся Густаф, тяжело поднимаясь на ноги с помощью Виссы.

- Ты как? - не оборачиваясь спросил Тацит.

- Висса просто огонь, - отозвался лейтенант, - и лечит и калечит - все может.

- Это уж точно, - подтвердил командир тринов и приставил наконечник копья ближе к горлу Комроса. - А теперь скажи ка мне, как ты смог сбежать из под стражи?

Преображенный усмехнулся.

- А разве не очевидно? Мне помогли.

- Другой апостол? - предположил Тацит. Комрос кивнул.

- Другой?! - Мирандел осмотрел своих, будто надеясь что хоть кто-нибудь это опровергнет. - Еще один?

- Кто он? - Тацит был полностью спокоен. Комрос посмотрел сперва на Виссу, затем на Густафа и остановил взгляд на Миранделе.

- Тот, кого вам меньше всего хотелось бы здесь встретить.

- Кто? - с нажимом повторил вопрос командир тринов, но апостол отвернулся, показывая что разговор окончен.

Тацит кивнул, признавая что и так получил от этого разговора гораздо больше чем рассчитывал. После чего с короткого замаха всадил копье преображенному в сердце. Комрос вздрогнул, и его зеленые глаза погасли.

- Что теперь? - спросил Густаф.

- План тот же, - ответил Тацит, складывая копье, лезвия которого бесшумно втянулись в рукоять. - Мы должны вывезти вас из города. Если верить словам апостола, на вас не действует заражение, что делает вас еще важнее.

- Нас будут исследовать? - в лице посла было плохо скрываемое недовольство.

- Мы не станем удерживать вас против воли, - успокоил трин, но голосом чуть более жестким добавил, - вы согласитесь сами.

Мирандел спорить не стал, понимая важность подобных исследований не только для тринов, но и для всех рас Альянса, ведь нигде пока что не было создано ничего, что помогло бы бороться с распространяемым кризалитом заражением. А так как никто не сталкивался с этим врагом больше чем трины, кому как не им заниматься подобными исследованиями.

- А что, до нас не было тех, кто проявлял стойкость к заражению? - спросил Густаф.

- Были, - ответил Тацит без каких-либо подробностей, - но их больше нет.

- Хочется верить, это не из-за ваших исследований, - подметил лейтенант, но ему не ответили.

Глава 8

От двенадцати человек осталось пятеро. Врач, осматривавший Виссу и Мирандела в гостинице оказался на удивление стойким, особенно если брать во внимание, что все воины кроме Тацита пали в бою и в отличие от посла Гессей не прятался за колоннами, но на форме врача не было ни пятнышка крови.

- Перед уходом проверимся, - объявил Тацит. - Внутренние сенсоры моей брони показывают что я не заражен. Гессей?

- В бою я повредил свой сканер, - ответил врач, - но зрительно я в порядке. Проверять эту троицу судя по всему нет смысла.

- Твоя метка пропала, - Заметила Висса, осмотрев шею посла.

- Твоя стало быть тоже, - ответил Мирандел.

- Проверять пожалуй не стану.

- А где она была если не секрет? - поинтересовался Густаф, но антийка не ответила. Сам же лейтенант задрал рукав мундира и осмотрев предплечье пожал плечами. Со смертью охотника пропали и его метки, что лишний раз говорило о том, что Комрос остался в прошлом.

- Раз все здоровы, пора идти, - Тацит двинулся в тоннель, к оставленным машинам. Все три транспортных средства стояли, дожидаясь пассажиров, но теперь людям хватило бы и одной.

- Стойте, - приказал Тацит и в одиночестве направился к ближайшей машине.

- Ты ведь не уедешь без нас? - окликнул трина Густаф, за что заработал насмешливый взгляд от Виссы.

- Глупый вопрос, - сказала антийка. - Да если он и улетит без нас, нам есть на чем его догнать.

- Знаю я, - недовольно отозвался имперец, - пошутить уже нельзя.

- Машины могут быть заминированы, - на всякий случай пояснил Тацит. - Зараженные напали на нас не сразу. У них было время чтобы оставить нам сюрприз.

- В таком случае, будь осторожен.

Командир повернулся и посмотрел на имперца. За стеклом лица трина видно не было, но его поза выдавала как минимум легкое удивление. Висса и Мирандел так же с недоумением посмотрели на лейтенанта.

- Ты как-то подозрительно подобрел, - заметил Мирандел. - Я вот помню как ты хотел убить меня.

- Я тоже это помню, - признался Густаф, - но со всеми вами я протяну в этом городе дольше чем без вас. Хотя ты, Мирандел, довольно бесполезен и быть может будет лучше пристрелить тебя прямо сейчас.

- Вот уж спасибо, - хмуро ответил посол, хоть и понял, что имперец скорее всего шутит.

- Чисто, - сказал Тацит, закончив осмотр машины и открыв дверь, сел за штурвал. Остальные забрались следом, двое вперед, трое сзади. Не успел Густаф дверь опустить, как машина поднялась над полом и полетела по тоннелю, набирая скорость. К всеобщей радости, тоннель был пуст, что позволяло нестись на максимальной скорости не опасаясь в кого-нибудь врезаться, но Тацит вел транспорт сдержанно, не выжимая газ до конца. В салоне царила тишина, ибо после столь напряженной битвы с преображенным, люди наконец расслабились и просто смотрели в окна, размышляя о своем. Долгая поездка как раз то самое время, когда можно отдохнуть и погрузиться в свои мысли.

- Хорошо смотритесь, - повернувшись назад, сказал Гессей.

- Не знал, что ты шутник, - тут же ответил Густаф.

Сидящий между антийкой и имперцем Мирандел слабо улыбнулся.

- А что? - подключилась Висса. - Не каждый день такое увидишь, а?

- Да уж, - усмехнулся плечами Тацит, - что б имперец и элиниец сидели рядом и не вцепились друг в друга.

- Мы народ цивилизованный, - невинно ответил Густаф, имея в виду жителей Империи.

- Это правда, - согласился Мирандел, имея в виду элинийцев, но ни тот ни другой не стали вслух уточнять.

- Кстати, Висса, - оживился лейтенант, - раз уж разговорились... Тацит говорил, что тебе не обязательно сражаться, и что ты уже все доказала. Что это значит?

Висса вздохнула.

- Я с Антии, как ты уже знаешь. Это малоизученная планета, как и ее народ. И хоть некоторые, такие как Империя, считают нас дикарями, не желающими идти на контакт, мы, тем не менее, не прочь наладить хорошие отношения с теми, кто, по нашему мнению, этого достоин.

- Это правда, - без тени веселья признал Густаф, посмотрев на остальных. - На просторах Империи не очень лестно отзываются об антийцах.

- Так вот, - продолжила Висса, - мой учитель направил меня сюда, чтобы я, так сказать, послужила примером того, кто такие антийцы.

- Чтобы трины судили о жителях Антии по тебе, - подытожил Мирандел.

- Ну, на счет жителей Антии не знаю, - не отвлекаясь от управления машиной произнес Тацит, - но ты достойный человек, Висса, как и твой учитель. Да и ты, Густаф, совсем не плох. Жаль, жестокая политика Империи заставляет большинство плохо думать о ее народе.

- Я в политику стараюсь не лезть, - отмахнулся лейтенант, - не интересно мне все это.

- А откуда у тебя дар? - перевела тему Висса. - Насколько мне известно, колдовской дар выродился у большинства народов.

- Не знаю, - Густаф почесал макушку. - Наверное с рождения. Я узнал о нем когда впервые взял в руки оружие. Еще на первых курсах военной академии. Тогда-то я и понял, что могу любое оружие наполнить энергией для усиления выстрела.

- Почему только оружие? - спросил Тацит.

- Не знаю, - имперец развел руками.

- Ты не пробовал свой дар с простыми предметами? - в вопросе Виссы слышался искренний интерес.

- Я пытался, - ощутив легкую неловкость от такого внимания, ответил Густаф. - Пробовал зарядить разные безобидные штуки, но без толку.

- Командование тебя наверное очень ценит, - с тоне Мирандела прозвучал намек на ободрение. - Что будешь делать когда вернешься? Вновь на службу?

Густаф коротко рассмеялся, и все в салоне неловко притихли.

- Не будем о плохом, - беспечно ответил лейтенант. - Если мне суждено покинуть эту планету живым, я попаду на Инию, где меня ждет тюрьма и долгое ожидание своей дальнейшей судьбы. Если Империя будет заинтересована в моем возвращении, то мои начальники договорятся с вашими об обмене. А если нет... - Густаф сделал мрачную паузу, - что тогда, Мирандел? Что твой Высший совет решит, если окажется, что я бесполезен как пленный?

- На что это ты намекаешь? - спросил посол и обвел пальцем всех присутствующих. - Смертная казнь, чтоб вы знали, действует лишь на просторах Империи. На территориях других фракций она отменена уже сотни лет как.

- Как скажешь, - нехорошо улыбнулся Густаф, - тебе-то виднее.

- Что это там? - спросил Гессей и нехорошие нотки в его голосе привлекли внимание остальных. Все стали смотреть на дорогу, далеко впереди которой было что-то напоминающее завал.

- Будто-бы потолок обрушился, - предположил Гессей и посмотрел на командира. Тацит благодаря оптической системе шлема мог видеть гораздо дальше.

- Это не потолок, - уверенно произнес командир, сбавляя скорость. Машина остановилась посреди пустой дороги, и лица пассажиров помрачнели.

Густаф выругался по имперски, а потом нагнулся к сидящим спереди, - есть бинокль у кого или через что вы там вдаль смотрите?

Гессей отрицательно покачал головой. Антийку и посла и вовсе не спрашивали. Остался лишь Тацит, но трин не спешил снимать шлем лишь ради того, чтобы имперец полюбовался преградой.

- Впереди кризалит? - спросил Мирандел, понимая что этот вопрос сейчас на уме у каждого.

- Да, - ответил Тацит. - Он пророс через потолок и заблокировал путь.

- Пустяки, - Густаф приготовился вылезти из машины. - Я пробью преграду.

- Может получится, - согласился командир. - Я прикрою, на всякий случай.

Имперец и трин спрыгнули на дорогу и встали перед своим транспортом. Оставшиеся в машине с легким напряжением наблюдали за ними. Если лейтенанту удастся пробить кризалит с помощью своего дара, то группа сможет продолжить движение, но если нет, придется искать другой путь.

- Как обстановка? - спросил имперец, включая заимствованный клинок и направляя его для выстрела.

- Тишина, - коротко ответил Тацит. - Уверен, что не нужно подойти ближе?

- Расстояние для меня практически не имеет значения, - отмахнулся Густаф. Тацит кивнул и сфокусировал взгляд на гладкой кризалитовой стене в километре от них. Преграда казалась холодной и прочной, однако лейтенант не выказывал и тени сомнения.

По клинку прошлись золотистые разряды. Встав поустойчивее, Густаф выстрелил, и отдача заставила его отшагнуть. Тацит затаив дыхание проследил за полетом заряда энергии, который стремительно пересек расстояние до преграды и столкнулся с ней. Раздался взрыв, и яркая вспышка скрыла кризалитовую стену. Командир молчал, глядя вперед.

- Ну? - нетерпеливо спросил Густаф. - Может еще?

- Живо назад! - скомандовал трин и бросился к машине. Не став спорить, лейтенант залез следом и двигатели завибрировали когда автомобиль стал быстро разворачиваться на месте. Все кроме водителя повернулись назад и увидели как к ним приближается нечто вроде ползучего густого тумана, двигающегося словно змея.

- Жми! - крикнул посол и спустя секунду его вжало в сиденье. Тацит гнал на максимальной скорости, так словно знал что их преследует. Машина шла ровно и быстро, смазывая все что можно было увидеть за окном.

- В чем дело? - Густаф с недовольством на лице повернулся к водителю, но вместо него ответил Гессей, - мы пробудили сторожевую сущность. Трудно было предположить, что нечто подобное будет охранять...

- Выход из города?! - перебил Густаф. - Ты это хотел сказать?

- Эти создания обычно сторожат сами монолиты или важные стратегические объекты, - вступился Тацит. - То, что подобное существо поставят охранять выход из города само по себе странно, ведь тоннель заблокирован. Другие, скорее всего тоже. Тяжело представить, что подобные создания стерегут каждый из выездов.

- Почему это?

- Потому что из города ведет слишком много тоннелей, а этих существ обычно много не бывает. Они редки, по неизвестным нам причинам и используются не часто.

- Ты ведешь к тому, что эту дрянь туда подсадили специально чтобы мы не смогли покинуть город?

- Скорее всего.

- Дело рук Комроса? - предположила Висса.

- Если так, то почему он просто не призвал эту штуку убить нас? - спросил Густаф.

- Мы скоро будем проезжать мимо его трупа, - мрачно ответил Тацит, - так что ты сможешь поинтересоваться.

На пару секунд все притихли пока Гессей не обрадовал присутствующих.

- Оно отстало.

- Думаете оно продолжает погоню? - поинтересовался Мирандел, покручивая в пальцах пузырек с успокоительным.

- Мы не знаем какова была его цель, - ответил Тацит. - Если задача существа защищать выезд, то оно справилось. А если нет...

- Остановимся и выясним, - предложил Густаф и продолжил говорить пока не посыпались возражения. - Встанем боком, я открою дверь и прицелюсь. Если тварь покажется, выстрелю. Получится уничтожить - хорошо, нет - успеем удрать.

- А дважды выстрелить ты не успеешь? - спросил Мирандел.

- Зависит от скорости движения этой туманной штуки. Как тебе идея, Тацит? Мы ведь не сможем долго убегать. Еще чуть-чуть и мы выскочим из тоннеля на стоянку, а там три яруса и улицы города, заполненные нежитью.

- Попробуем, - разрешил командир. - Силы твоего дара должно хватить.

- Тогда тормози, - приободрился лейтенант.

Машина постепенно сбросила скорость, развернулась боком и встала. Густаф поднял дверь и приготовился к стрельбе. Без дополнительной оптики его глаза видели как обычные человеческие, но тоннель был достаточно просторный и хорошо освещался, поэтому приближение туманника можно было бы заметить издалека. Во всяком случае, лейтенант на это рассчитывал.

Затаив дыхание, имперец ждал. Золотистые разряды то и дело пробегали по клинку его меча. Никто не говорил, все сосредоточено молчали.

- Идет, - доложил Тацит, заметивший приближение противника.

- Я пока не вижу, - Густаф сощурился, словно это могло помочь.

- Главное, не стреляй по самой твари, - добавил командир. - Бей так, чтобы его задело взрывом.

- К черту, - выдохнул Густаф, едва заметив нечто вдалеке. Сомнений не было - это враг, ибо больше ничто не могло появиться в этом месте.

Лейтенант выстрелил, откинулся назад от отдачи, налетев на Мирандела. - Стреляй еще! - прошипел тот, и имперец прицелился снова.

Первый выпущенный заряд стремительно отдалился и раздался взрыв, за которым ничего было не рассмотреть. Тацит молчал. Мирандел то и дело облизывал пересохшие губы. Висса сжимала рукоять своего кинжала. Гессея и вовсе было не видать за спинкой кресла.

Густаф выстрелил еще, на этот раз сохранив равновесие. Золотые разряды исчезли с клинка, но тут же начали появляться вновь. Оружие наполнялось силой. Три секунды - столько было нужно. Три долгих как вечность секунды.

Второй заряд взорвался. Из белого взрыва появилось клубящееся зеленое нечто, словно кто-то выдохнул облако пара. Когда пламя взрывов погасло совсем, стало видно огромный клубок дыма, застывший на месте и при этом постоянно двигавшийся. Нечто заполняло собой весь тоннель, от пола до потолка.

- Оно все еще живо! - воскликнул посол, вцепившись в плечи имперцу. Тот обязательно пошутил бы на этот счет, но момент был не подходящий.

- Проклятье, - прошипел Густаф, готовый к новому залпу, но Тацит жестом остановил его.

- Оно не двигается. Не преследует, но дает понять, что дальше мы не пройдем.

- Что это вообще за штука? - Висса во все глаза смотрела на дымчатое нечто.

- Мы не дали им название, - ответил Гессей. - встречали таких не слишком часто.

- Чем его убить? - лейтенант хоть и не стрелял, но держал существо на мушке.

- Мы выжигали таких из тяжелых орудий, - ответил Тацит. - Мне казалось силы твоего дара хватит.

- Может оно просто увернулось? - спросил Мирандел.

- Скорее всего, - кивнул Тацит. - Но даже если мы узнаем точно, это ничего нам не даст. Нужно искать другой путь.

- Пожалуй соглашусь, - Густаф опустил дверь и откинулся на спинку сиденья. - Чертова штука!

Машина развернулась и помчалась обратно на подземную стоянку. Въехав под потолок нижнего яруса, автомобиль не останавливаясь полетел к въезду на второй ярус и так далее, пока группа не оказалась на верхнем уровне стоянки. Выше начиналось жилое здание, которое сейчас пустовало как и все остальные в городе. Густаф через окно машины смотрел на треугольный выезд из стоянки, через который было видно часть широкой дороги, покрытой чем-то вроде кристаллической корки. Дождь уже кончился, оставив после себя пустоту. Ничего и никого. Ни нежити, ни злосчастного тумана.

- Что делать будем? - лейтенант опустил стекло и высунул голову из окна. - Курить, кстати, есть у кого? - задав последний вопрос, имперец тихо выругался и оглянулся на элинийца, который, скорее всего не имеет вредных привычек, посмотрел на двух тринов, которые категорически за здоровый образ жизни и на антийку, которая, скорее всего, даже не знает что такое сигареты.

- По поводу первого вопроса, - ответил Тацит, - я свяжусь с ближайшей базой и запрошу эвакуацию. Со вторым помочь не могу.

- Могу дать успокоительное, - неловко предложил посол. С легкой насмешкой Густаф посмотрел на элинийского дипломата, измученного, взъерошенного, в грязной одежде. - Ты бы сам-то не налегал.

- Это натуральный препарат, - пояснил Гессей, - никакого привыкания.

- Физического или психологического? - уточнил лейтенант, пока Тацит отошел от автомобиля, видимо, чтобы связаться со своими.

- Никакого, - повторил врач.

- Кстати, зачем тринам вообще успокоительное? - спросил Мирандел. - Я ни разу не видел никого из вас, кому бы оно было нужно.

- Для очень крайних случаев, - улыбнувшись ответил Гессей. - Но Густаф отчасти прав, не советую злоупотреблять.

- А как же «никакого привыкания»? - не понял посол. Трин повернулся к нему со все таким же вежливым выражением на лице.

- За сорок лет жизни я принимал успокоительное два раза. Ты за последние десять часов меня в этом плане догнал. Привыкания быть не должно - это факт, но есть успокоительное как конфеты не посоветует ни один доктор.

- Слишком много внимания к успокоительным, вам не кажется? - вмешалась Висса, напряженно следя за командиром.

- Да мы так, отвлечься, - пояснил Густаф, - языком потрепать. Согласись, это куда пристойнее чем пошлые шутки.

- А ты много их знаешь?

- Ох, Висса, знала бы ты сколько всего у меня в голове, - загадочно улыбнулся имперец. Антийка рассмеялась в ответ.

- Избавь меня от подробностей!

Глава 9

Когда Тацит сел обратно за руль, смех и разговоры стихли. Все напряженно ждали новостей и командир на стал тянуть.

- Трины готовят атаку на этот сектор. Объединенные войска пойдут с севера с запада и будут постепенно выжигать зараженные области вместе с нежитью.

- Что на счет нас? - посол хоть и знал, что трин до этого дойдет, все же решил поторопить.

- Мне выслали координаты точки эвакуации, но нам нужно будет сменить транспорт.

- Зачем? - не понял посол.

- Мы полетим по воздуху, а эта машина для наземных дорог.

- Далеко лететь? - готовый поскорее смыться, Густаф казался весьма серьезным.

- Сорок километров на запад. Там нас встретят войска.

- Минут за десять доберемся, - предположил посол.

- По пустой трассе еще быстрее, - обрадовал Тацит. - А теперь вперед. Нам нужно наверх, на стоянку воздушного транспорта.

Группа покинула машину и направилась к просторному лифту, который повез всех пятерых наверх. В светлой кабине ехали молча. Посол с мученическим выражением лица смотрел на себя в зеркало. Грязное лицо, синяки и ссадины, грязь на одежде - все это делало элинийского дипломата похожим на оборванца, которого только что выкинули на улицу из приличного ресторана, куда тот забрел просить милостыню. Густаф смотрелся не лучше, но в облике имперского офицера было некое достоинство, не позволяющее ему выглядеть жалко. Висса была хороша, как и обычно. Завязки на ее старинной рубахе были ослаблены, грудь едва заметно вздымалась от дыхания.

Мирандел зажмурился, собрался и мысленно пожурил себя за непристойные мысли возникшие в такой момент. Открыл глаза и посмотрел на двух тринов, которые выглядели так, словно поднимались на лифте по каким-то совершенно обыденным делам. Ничто в их облике не выдавало даже малейшую обеспокоенность их положением. А вдруг на стоянке не окажется ни одного аэромобиля или там будут поджидать враги!

Посол нащупал в кармане пузырек успокоительного, но сумел сдержаться. Мысль, что препарат работает так себе не покидала Мирандела до тех самых пор, пока лифт неожиданно не встал. Моргнуло освещение, людей легонько тряхнуло.

- О нет, - вырвалось у посла.

- Спокойно, - тут же предостерег Тацит и нажал пару раз на консоль. Никакой реакции.

- Пешком дойдем, - Густаф пробрался к дверям через посла и антийку и кивнул командиру. - Открыть можно вручную? - Трин кивнул, но не спешил налегать на дверь. Вместо этого воин еще пару секунд поколдовал над консолью и двери лифта разошлись в стороны, открывая взору длинный чистый коридор со множеством дверей. Лифт встал практически на одном этаже, а не между ними, поэтому людям не составило никаких усилий покинуть кабину.

- Что это вообще случилось? - спросила Висса. - На моей памяти это первый лифт который вот так просто взял и остановился.

- Часто на них каталась? - имперец задал вопрос с каким-то отсутствующим видом, словно его беспокоило что-то иное.

- Мне тоже бывает куда-то надо, - ответила женщина. - Я не все время живу в лесу.

- Тацит не молчи, ты меня пугаешь, - с юмором в голосе сказал лейтенант.

- Проверим остальные, - командир направился за угол, где показались двери еще одного лифта. Вызвал его, коснувшись консоли, но на ней высветилось сообщение о неисправности. Еще два лифта в этой секции так же оказались неисправными.

- Как конец света, так все по одному месту, - прокомментировал Густаф.

- Ты же сам хотел пешком, - ответит на это командир. - Осталось сорок два этажа. Вперед.

Увидев лестницу, уводящую вдаль, простую, без движущихся ступеней и тому подобного, Густаф озадаченно посмотрел на тринов.

- Лестница?

- А чего ты ждал? - спросил Гессей.

- Лестница, - повторил имперец. - Как так вышло, что такая развитая и древняя раса как вы пользуется лестницами. Они ведь обычные, здесь нужно самому ноги переставлять.

- Не знал что ты такой нежный, - улыбнулся Мирандел, повернувшись с офицеру.

- Да при чем тут? Я просто удивлен.

- Ты что забыл подземную стоянку? - спросила Висса. - Там мы тоже спускались по лестницам.

- Три этажа, - уточнил лейтенант. - А сколько в этом здании? Под сотню, я думаю.

- У тебя какой-то лестничный шок или как это у вас называется, климакофобия? - поинтересовался Гессей.

- Это не мы придумали. Забудьте в общем, - махнул рукой Густаф и пробубнил себе под нос: - лестницы чтоб их!

Остальные переглянулись и, не говоря ни слова, стали подниматься на нужный этаж.

- Сорок, сука, этажей, - не выдержал лейтенант, когда половина дистанции уже была пройдена. С виду имперец ничуть не устал, но был неподдельно недоволен. Висса обернулась к нему.

- Ты чего завелся-то? - Густаф махнул рукой, мол не поймешь и обратился к элинийцу: - вот у вас на планете чем пользуются?

- У нас полно лифтов, - ответит Мирандел. - Гораздо больше чем здесь. Лестницы конечно тоже есть, но на них обычно никого нет, разве что надо пару этажей преодолеть.

- Приемлемо, - оценил лейтенант и посмотрел через перила вниз, после чего резко остановился и не поворачиваясь окликнул командира.

- Эй, Тацит, глянь-ка вниз через свой чудо-шлем.

Трин подошел и посмотрел вниз. Несколько секунд воин стоял не двигаясь, а после приказал бежать. Группа подчинилась, не приставая с расспросами. Тацит бежал последним, чтобы убедиться что никто не отстанет. Этаж за этажом, люди поднимались наверх, на стоянку воздушного транспорта.

Пробегая очередной этаж, Мирандел мельком взглянул в широкий лестничный проем и увидел бегущую за ними нежить. На глаз трудно было сказать сколько, но, как показалось послу, больше десяти.

- Нежить! - крикнул элиниец, чтобы дать знать своим кто их преследует, но к удивлению посла он последним заметил противника.

- Около тридцати, - перемахивая через три ступеньки добавил Густаф, на бегу включая клинок. - Давайте вперед! - лейтенант замедлился, пропуская остальных, зарядил меч для выстрела и дал залп по нижнему этажу. Сквозь грохот взрыва послышались искаженные крики. По стенам и потолку забили осколки лестницы. Взбежав еще на этаж, Мирандел увидел двумя этажами ниже полностью отсутствующую лестницу и останки порабощенных.

- Всего-то! - воскликнул Густаф и посмотрел на Тацита. - Это ведь их остановит?

- Нет! - строго ответил командир. - Чего встали? Висса, где невидимость?

- Уже! - отозвалась антийка.

Посол выругался и продолжил бежать. Остальные за ним. Лейтенант остался, заряжая меч для очередного выстрела.

- Я разнесу несколько этажей, - сказал он Тациту. - Чтобы они не смогли преследовать. - командир кивнул и остался рядом, чтобы прикрыть в случае чего. Снизу пребывала еще нежить, но они пока не добрались до разрушенной части лестницы. К удивлению Густафа, порабощенные двигались слишком быстро для неживых, вопреки различным солдатским байкам о восставших мертвецах.

Лейтенант прицелился и в него откуда-то снизу ударил зеленый луч. Густаф вздрогнул и перевалившись через перила полетел вниз. На пол упал его меч, простреленный насквозь. Тацит тут же отклонился назад с копьем наготове. Проверил, далеко ли остальные и стал спешно отходить к ним. Спасать Густафа, даже если тот еще жив, было глупо. Нежить добралась до разрушенной части лестницы и каждый из порабощенных всего в один прыжок преодолевал препятствие.

Спустя несколько секунд Тацит догнал основную группу. До входа на стоянку оставалось этажа три. Мирандел гнал впереди всех, за ним Гессей и Висса замыкающая. Антийка обернулась и ее встревоженный и одновременно вопросительный взгляд упал на Тацита. Командир покачал головой и поравнялся с женщиной.

- Держитесь дальше от перил! - скомандовал трин. - У них стрелок!

- Черт! - выругался посол, который хоть и был впереди всех, но при каждом шаге тяжело упирался ладонями в колени.

Наконец показалась дверь на стоянку. Мирандел подбежал к ней и нажал на консоль, но дверь не открылась.

- Она же автоматическая! - крикнул посол нагнавшему его Гессею. Врач отстранил элинийца и встал возле консоли, пытаясь справиться с преградой.

- Уйди! - прогремел сзади Тацит и Гессей шустро отскочил вбок. Командир ввыстрелил из своего копья сгустком белой энергии. Консоль взорвалась. Дверь дернулась и замерла, открывшись всего на пару сантиметров.

- Они близко! - крикнула Висса, создавая прямо на лестнице живую изгородь из покрытых шипами корней, на который спустя пару секунд налетела нежить. Порабощенных было не видно, но слышно хорошо.

Гессей вместе с Миранделом вручную отодвинули дверь и все четверо выбежали на просторный уровень стоянки. Висса вновь применила свое колдовство и заблокировала такой же стеной из корней дверной проем, после чего люди принялись напряженно озираться в поисках транспорта. Подходящую машину нашли сразу же. Она стояла метрах в тридцати. Матово черная, напоминающая наконечник копья, с гладким обтекаемым корпусом.

- Скоростная модель! - оценил Гессей открывая дверь. - Быстрее!

Висса села последней, пропустив на заднее сиденье тяжело дышащего посла. Не успела антийка закрыть дверь, как Гессей лихо поднял автомобиль в воздух и полетел прочь. Обернувшись, женщина увидела как нежить прорвала ее преграду и ворвалась на стоянку. Увидев улетающую машину, порабощенные не задумываясь бросились в погоню и хоть умом Висса понимала, что мертвецам их не догнать, лишенная сомнений целеустремленность порабощенных не казалась от этого менее пугающей.

Машина вылетела на улицу, под серое небо Ультана. Быстро набрав высоту, автомобиль оказался над крышами огромных небоскребов. С такой высоты было едва ли видно происходящее внизу, но движущуюся по дорогам армию нежити было бы точно заметно. Но город словно вымер.

На многих крышах были установлены автоматические турели, но каждая из них была покрыта кристаллическими образованиями, словно ржавчиной. И не только они: сами крыши и стены домов так же были поражены.

- Турели не работают, так? - уточнил Мирандел.

- В точку, - ответил Гессей. В этот раз машиной управлял именно он, и, надо заметить, получалось у врача куда виртуозней чем у Тацита. Аэромобиль летел стремительно и ровно, рассекая воздух как нож масло. Скорость постепенно росла и уже перевалила отметку в сотню километров в час. На такой скорости до места эвакуации можно было бы добраться минут за двадцать, и это если водитель не решит поднажать еще, что Гессей и собирался сделать.

- Воздушная трасса пуста, - весело сообщил врач, - прокатимся как следует.

- А ты любишь скорость - неловко рассмеялся посол, глядя вниз, на то как стремительно проносятся под машиной крыши домов. Висса и вовсе не могла отлипнуть от окна. Растущая скорость движения будто загипнотизировала антийку. Один лишь Тацит молча и собрано смотрел на экран заднего вида. после чего повернулся и посмотрел назад, увеличивая изображение благодаря своему шлему.

- Что-то не так? насторожился посол.

- Нас преследуют, - ответил командир.

- Это нехорошо, - оживилась Висса. - На такой скорости высунуться и отстреливаться будет плохой идеей.

- Кто преследует? - спросил Гессей, глядя на изображение с задних сенсоров, которые не брали так далеко как оптическая система встроенная в шлем Тацита.

- Гражданский транспорт, - ответил командир. - Оружия нет. Скорость не намного меньше нашей.

- Он нас не догонит, - выдохнул посол.

- Но он и не отстает, - добавила Висса, после чего задала вопрос, который словно прозвучал для всех неожиданно: - что случилось с Густафом?

Сперва наступила тишина, но спустя пару секунд Тацит ответил.

- Он убит. Выстрел из энергетического оружия напоминающего элиниумовые винтовки.

- Он же был скрыт магией теней. Мы все были.

- Не помогло, - мрачно ответил командир.

Мирандел вздрогнул от упоминания оружия его расы и повернулся к следующей за ними машине, но она была слишком далеко чтобы глаз человека мог рассмотреть.

- Он точно мертв? - спросил посол с оттенком страха в голосе.

- Думаю да, - ответил Тацит.

- Но кто стрелял? - не поворачиваясь спросил Гессей.

- Не видел, - командир все так же продолжал следить за преследователем.

- Черт, - выражение лица Мирандела вновь стало обретать панические очертания. Заметив это, Висса взяла его за руку и крепко стиснула ладонь. В такие моменты человек не привыкший к смерти осознает пугающую серьезность происходящего. Висса хоть и понимала, что глупо было бы рассчитывать на то, что эту переделку переживут все, но не могла винить за такую наивность не привыкшего к боям элинийца. Потеря Густафа как бы напомнила Миранделу, что и он тоже не бессмертный.

«Если он выживет», - думала антийка, глядя на посла, - «это будет настоящее чудо. Если выживу я - ноги моей на этой планете больше не будет».

Впереди показалось нужное здание. Огромный небоскреб этажей на сто пятьдесят, в здоровенных окнах которого отражалось небо и солнечный свет. Этот дом был гораздо выше рядом стоящих, гигант среди гигантов, на крыше которого располагались сразу четыре автоматические турели, которые так же были поражены кризалитом, из-за чего выглядели пугающе искаженными. На самой крыше так же были острые наросты, но имелись и чистые от заражения пространства.

- Прибыли, - объявил Гессей. - Когда войска начнут наступление?

- Войдут в сектор через пять минут, - ответил Тацит. - Нам нужно будет продержаться.

- О преследователе не забыли? - добавил Мирандел. - Кто это вообще может быть?

- Комрос говорил об еще одном апостоле, - вспомнила Висса. - Может это он?

- Мне не нравится то, как спокойно ты об этом говоришь, - заметил Мирандел. -Так, словно это как минимум не плохо.

- Транспорт не прилетит без сопровождения, - ободряюще произнес Тацит. - Нам главное продержаться, а там уж даже апостолу придется отступить.

- Продержаться? - невесело усмехнулся посол и добавил уже тише: - куда уж легче.

Аэромобиль сбавил скорость и завис над просторной крышей. После мягкого приземления, люди быстро покинули машину и спрятались за ней словно за стеной, ибо кроме испорченных турелей и кризалитовых наростов на крыше больше ничего не было. Все четверо были вооружены. Все четверо ждали.

Спустя несколько минут преследующая их машина стала хорошо различима. До нее уже можно было дострелить из аспировых клинков. Более дальнобойное и мощное копье Тацита и вовсе могло сбить неизвестный аэромобиль за пару выстрелов.

Мирандел считал, что в этом и состоит негласный план Тацита, который посол как всегда разгадал последним, но никто не спешил стрелять по машине, а сам элиниец хоть и нервничал, но лезть вперед остальных не решался.

- Наши в секторе, - сообщил командир. - К нам выдвигается транспорт. - Все облегченно вздохнули.

- Нежить пряталась в домах, - продолжал Тацит. - Их появление не стало неожиданностью, но этажи под нами тоже могут быть заняты неприятелем.

- Нежить? Под нами? - Мирандел посмотрел на закрытые двери ведущие на крышу. - Как думаете, нас заметили?

Тацит взглянул на кризалитовые глыбы растущие в нескольких метрах от него. Заметил слабое мерцание в глубине кристалла и, повернувшись к элинийцу, красноречиво промолчал.

- Я заблокирую дверь, - вызвался Гессей и помчался исполнить задуманное.

- Прикрою его, - Висса отправилась за врачом с луком наготове. Мирандел зажмурился и досчитал до десяти.

- Насколько я знаю, - заговорил Тацит, - элинийские дипломаты всегда при оружии. Вы можете казаться милыми, но ни для кого не секрет, что элинийских послов учат искусству боя.

- Самообороне, - автоматически уточнил Мирандел, не уверенный в том, что трин поверил ему.

- Как скажешь, - командир пожал плечами. - В общем, я считал что ты окажешься смелее.

- Тебе честно сказать? - спросил элининец. - Мне правда приходилось не раз пользоваться оружием, но речь никогда не шла о том чтобы сражаться против кризалита. Ты в курсе, что кризалит считается одной из самых опасных угроз расам обитаемой вселенной?

- И не просто так, - подтвердил трин.

- Откуда тогда такое удивление тому, что мне немножко не хватило храбрости?

Глава 10

Тацит кивнул, видимо, удовлетворенный ответом. Вернулись Гессей и Висса. Врач доложил о блокировке двери, но не забыл упомянуть очевидное, а именно то, что в случае штурма нежить вынесет двери за несколько секунд. Эту новость все восприняли как данность, но Мирандел заметно расстроился.

Кинжалообразный аэромобиль преследователя подлетал все ближе. Вот-вот, казалось, уже можно будет рассмотреть водителя через лобовое стекло, и тут Тацит скомандовал «огонь». Все четверо, Мирандел с легким запозданием, стали стрелять по летящей машине, надеясь сбить её раньше, чем она сядет на крышу. Сгустки белой энергии и черные стрелы полетели в цель, но на их пути возникло мрачное темно-зеленое поле, окутавшее аэромобиль непроницаемой сферой.

Все выпущенные заряды отразились обратно. Даже черная стрела Виссы едва не прилетела антийке ровно в голову. На остальных обрушились их же аспировые залпы, заставляя пригнуться. Матово черный аэромобиль, за которым прятались люди вздрогнул от попадания отраженных выстрелов и раздалось нехорошее, нарастающее шипение.

- Икту! - Тацит выкрикнул короткую команду на языке тринов, и все четверо бросились проч от машины. Раздался взрыв и транспортное средство подбросило над крышей, после чего машина грохнулась на место. Всюду разлетелись ее части, но никто не пострадал.

Поднявшись первым, командир увидел как «кинжал» неприятеля садится на крышу и открывается его дверь. Из салона аэромобиля выпрыгивает человек в синей форме элинийских войск, но без каких либо знаков отличия, словно это был простой мужик решивший одеться по военному. К лицу высокого незнакомца была пристегнута защитная маска, в руке он небрежно держал лучевую винтовку, на его бедре была кобура с пистолетом. На груди ножны с клинком и гранаты. На поясе три миниатюрных квадратных прибора - генераторы силовых полей. Глаза солдата полностью зелены, но не излучали никакого сияния.

- Апостол! - крикнул Тацит, нацеливая копье на противника. Солдат молниеносно выхватил пистолет из кобуры и выстрелил, уронив командира на спину. Его пальцы все еще сжимали копье.

Висса мгновенно скрыла себя тенью и приготовилась стрелять, но еще один точный выстрел прошил насквозь ее колено, и антийка упала, выронив лук.

Гессей успел выстрелить, не наблюдая отражающего щита вокруг врага, но сгусток белого огня тут же отразился назад, прожигая врачу лицо. Когда его тело рухнуло на спину, Висса заметила едва различимое зеленоватое мерцание вокруг апостола. Видимо, его отражающий щит работал на минимальной мощности, но и ее было достаточно.

Мирандел все это время лежал не шевелясь. Его дрожащие пальцы выпустили рукоять меча, будто бы в надежде, что апостол не тронет безоружного. Посол смотрел на солдата, ощущая распространяющуюся вокруг него мрачную и тяжелую ауру. На каком-то мистическом, ирреальном уровне Мирандел понимал кто перед ним. Аргирос или, как их еще называли, Элинийский кошмар. Военная элита элинийского государства и почетный телохранитель Высшего совета.

В памяти посла мельком пронеслись слова Густафа о его детстве, о нападении на его город и операции Темная сторона, которой, как упрямо верил Мирандел, никогда не было, но сейчас, в идущем на него кошмаре будто воплотилось все то, что отрицало элинийское правительство. Кошмары существуют. Они мало того не выдуманные, но и, как все остальные, могут быть порабощены кризалитом.

- Нет! - воскликнул посол, когда враг был уже в паре метров. Его рука с пистолетом стала подниматься, а вокруг высокой фигуры слабо мерцало защитное поле.

Солдат выстрелил, попав рядом с головой Мирандела. Выросшие вокруг Кошмара корни сбили прицел его выстрела и пытались опутать апостола, но защитное поле налилось цветом, сделалось мощнее. Корни продолжали напирать, но Кошмар даже не двигался с места.

Мирандел повернул голову и увидел Виссу, обе ладони которой касались крыши. На лице антийки отражалось сильное напряжение, словно колдовство давалось ей очень тяжело. Её лук валялся рядом, но проку от оружия сейчас было немного.

Не зная чем помочь и что сделать, посол принялся отползать, стараясь оказаться от противника как можно дальше. Краем глаза элиниец заметил медленно поднимающегося Тацита, подбирающего с полу свое копье. Увидел лежащего с прожженным до черепа лицом Гессея, который был точно не похож на того, кто вот-вот встанет как ни в чем ни бывало.

Затем взгляд вернулся назад, к стоящему в зеленом сиянии защитного поля аргиросу, который выхватив нож принялся отсекать змеящиеся вокруг него корни. В другой руке преображенного был зажат пистолет, ожидающий своего часа. Винтовка висела за спиной. Из-за корней солдат не мог точно прицелиться, но с каждым ударом ножа, их становилось все меньше, однако, Висса не сбавляла давление и не смотря на истощение и раны поддерживала свое колдовство, до тех пор, пока ее корни полностью не скрыли апостола вместе с его защитным полем, а после, подняли вверх над крышей и стремительно понесли к ее краю.

- Сбрось его! - закричал Мирандел, и корни освободили аргироса прямо над обрывом, после чего высохли и рассыпались в пыль.

Посол облегченно выдохнул, когда апостол упал вниз с крыши сто пятидесяти этажного здания. Страшно, без малейшего звука и крика. Посмотрел на Виссу и увидел ее неподвижно лежащей. Тацит уже был возле нее. Подоспел и Мирандел.

- Она жива?

- Будет, - обнадежил командир, встал и побежал к телу Гессея. Склонился над погибшим товарищем и принялся обыскивать его снаряжение. Спустя несколько секунд трин вернулся к Виссе с небольшим пистолетом в руке, в который были заряжены капсулы с регенеративной сывороткой. Сделав укол, Тацит сел рядом и стал осматривать прожженную на груди броню. Один единственный выстрел оставил глубокое отверстие в нагрудной пластине, но не достал до тела.

- Ты как? - Мирандел сел рядом, нашаривая в карманах таблетки успокоительного.

- Жить буду, - отозвался командир. - Кто это был? Судя по форме, опять один из ваших.

- Это... - посол замялся, - аргирос. Видимо, он был на нашем флагранде.

- Достойный противник. Сражаться с ним еще раз было бы нежелательно.

- Второй раз? - элиниец во все глаза посмотрел на трина.

- Падение не убьет его, - ответил Тацит. - Он вернется.

- Замечательно. Теперь остается надеяться, что ваши успеют забрать нас пока аргирос не оклемался после падения. И где вся нежить? Как думаешь, они знают что мы здесь?

- Думаю, они затаились и ожидают. Знают ли они о нас? Мы поймем это в ближайшие минуты.

- О чем это ты?

Висса пошевелилась и тяжело вздохнула. Мужчины обернулись к ней чтобы удостовериться в ее самочувствии, но антийка предугадав их вопросы жестом показала что все в норме.

- Ты сильно ослабла, - заметил посол. - Это из-за колдовства?

- Да, но такого не должно было быть, - ответила Висса. - Защитное поле этого солдата словно высасывало мои силы.

- Ты молодец, - похвалил Тацит. - Сбросила гада с крыши, но он вернется.

- Когда за нами прилетят? - вместо ответа командир связался с войсками, помолчал какое-то время, после чего встал во весь рост и посмотрел на запад. Через улучшенную оптику своего шлема трин увидел сражающихся боевых мехов, летающих среди домов. Увидел так же и наземную технику, выжигающую наползающую нежить залпами белого огня. Но среди привычного, Тацит заметил и то, что не видел еще ни разу: особенно большие кризалитовые наросты мерцали внутренним светом и выпускали по боевым машинам тринов мощные энергетические лучи, а испорченные автоматические турели на крышах поворачивались и открывали огонь по хозяевам города.

Быстро осмотревшись, Тацит убедился что ни пушки на крыше, ни кризалит не проявляют признаков агрессии, после чего присел возле товарищей и пояснил им суть:

- Наши в девяти километрах к западу. Продвигаются уверенно, но их замедляют силы противника. Трудно сказать через сколько они к нам пробьются.

- Но ты же говорил о транспорте с сопровождением...

Трин перебил посла, успокаивающе подняв ладонь.

- У нас принято выполнять сначала приоритетные задачи. Очищение этой части города важнее спасения троих человек.

- Ты сказал, за нами прилетят, - настаивал Мирандел. Висса взяла посла за руку, но тот вырвал ладонь из ее пальцев.

- Так и будет, - спокойно ответил трин и встал. - Нам нужно покинуть крышу.

- Если в здании нежить? - спросила Висса, поднимаясь. Ее простреленная нога по-прежнему работала плохо. Регенеративная сыворотка залечила поверхностные раны и восстановила силы, но сквозное ранение требовало лекарств посерьезнее.

В ответ на этот вопрос Тацит обвел взглядом зараженную кризалитом крышу и посмотрел на антийку: - внутри точно не хуже чем здесь.

Заблокированные Гессеем двери Тацит открыл по старинке, сломав консоль и поработав копьем как ломом. За это время Висса успела подлечить свою ногу с помощью колдовства. Для этого она вырастила из своей ладони небольшую лиану, которая содержала в себе целебный сок. Острый конец лианы вонзился под кожу антийке, но на ее лице не дрогнул ни один мускул. Когда лиана исчезла, женщина уже могла нормально передвигаться.

За открытыми дверьми троицу ждала широкая лестница, уводящая в темноту просторного чердака. Свет не горел по неизвестной причине, устанавливать которую никто не торопился, но сквозь круглые вентиляционные отверстия в стенах проникали бледные крохи солнечного света.

Тацит видел отлично благодаря встроенному в шлем ночному визору. Острое зрение Виссы помогало не упускать из виду высокую фигуру командира, а Мирандел шел позади всех, вытянув вперед руку, пальцы которой то и дело касались плеча антийки. Висса была не против. После последних событий посол совсем раскис, так что женщина была даже согласна вести его за ручку, если придется, но надеялась что до этого не дойдет, ибо возиться со взрослыми мужчинами она не привыкла.

- Эй, - тихо позвал посол.

- Что? - шепнула Висса.

- У тебя нет какого-нибудь колдовства чтобы видеть в темноте?

- Не волнуйся. Тацит ведет нас.

- Куда? - не унимался элиниец. - И зачем мы ушли с крыши.

- Из-за кризалита и турелей, - ответил командир.

- Они же не работают.

- Я видел как наши боевые роботы сражаются с кризалитом и турелями. Ни разу не слышал чтобы кризалит мог контролировать автоматические орудийные системы. Мы еще очень многого не знаем об этом враге.

- Почему турели не атаковали нас? - удивилась Висса.

- Понятия не имею.

- Нет, постой, - Висса встала. Посол тоже остановился. Его глаза привыкли к темноте, позволяя различать очертания антийки. Тацит тоже встал и развернулся к остальным.

- В чем дело?

- Если кризалит способен вести огонь и управлять турелями, то почему мы смогли так легко долететь сюда?

- Не могу знать, - ответил трин. - Возможно, эта ловушка была заготовлена не для нас. За нами ведь прилетел аргирос.

- Допустим, но он явно не хотел убить нас, - недоверчиво ответила Висса.

- Да ты шутишь, - изумился Мирандел.

- Сам посуди. Мне он прострелил колено, хотя мог попасть в голову. Тациту он выстрелил в грудь, хотя стекло его шлема явно не сдержало бы выстрел. Гессей погиб потому что не заметил отражающего поля, а тебя он, видимо, и правда хотел прикончить.

- От твоих слов лучше не становится, - подметил элиниец.

- К чему ты ведешь? - спросил Тацит.

- Помните, что говорил Комрос?

- Он хотел убить Мирандела, а вас с Густафом сделать апостолами, - вспомнил Тацит.

- Верно. Густаф погиб, а Мирандел все еще не достоин, поэтому остаюсь я и, возможно, ты, Тацит. Аргирос хотел обратить меня и тебя.

- В таком случае, мы не можем сдаться врагу живьем, - решительно ответил трин. Нет худшей участи, чем повернуть оружие против своих.

- Ты не спеши с выводами, - успокаивающе произнесла Висса, чувствуя в голосе трина нотки праведного гнева. - Смерть тоже не лучший из вариантов. Насколько могу судить, она может быть очень болезненной.

- Боль меня не пугает, но до самой смерти быть марионеткой, полностью осознающей происходящее... - Тацит замолчал. Висса и Мирандел прислушались, но ничего не расслышали. Чтобы не сбило трина, продолжать разговор он был не намерен. Резко развернувшись, командир направился дальше. Висса следом, стараясь не отставать, а за ней посол, который вновь прошептал, на этот раз обращаясь к командиру: - Тацит, а в твою броню разве не встроен фонарь или типа того.

- Поврежден выстрелом, - сухо ответил трин. Висса на секунду повернулась к элинийцу, подмечая что сама до этого не додумалась.

По обе стороны от людей тянулись гладкие трубы системы водоснабжения. После поворота командир прошел еще несколько метров и встал.

- Дверь, - пояснил трин, прикоснувшись с слабо светящейся консоли. Она открылась и яркий свет ослепил Виссу и посла на пару секунд. Тацит первым шагнул на освещенную лестницу и подождал пока остальные привыкнут к свету.

- Может дальше не пойдем, - предложил Мирандел. - Когда за нами прилетят, им придется зачистить крышу от кризалита, но тут нас это не заденет. Отсидимся, потом ты свяжешься с ними и мы поднимемся вновь.

- Отдых не помешает, - согласился Тацит и сел на ступеньки. Висса устроилась в паре шагов. Посол присел рядом с трином. Несколько минут сидели молча, пока тишина не начала сводить посла с ума.

- Надеюсь, наши проблемы скоро кончатся, - заговорил Мирандел, рассматривая свои грязные ладони. - Я бы не отказался перекусить и сходить в душ. Надо было тебя послушать, Висса, там, в номере.

- Надо было, - антийка слабо улыбнулась. - И кстати, куда ты дел свой меч?

- Что? - спохватился посол, после чего тихо выругался и виновато замолчал. Осторожно поднял взгляд, хотел было что-то сказать, но раздавшийся снаружи грохот заставил немедленно смолкнуть. Прислушались. Звуки были похожи на залпы аспировых орудий. Раздавались редкие взрывы. Расстояние определить было трудно, но, такое чувство, что прямо над головами людей шел бой.

- Добрались, - вскочил Мирандел. - Добрались!

Висса встала, улыбнувшись, затем взгляд её обратился к трину, и женщина помрачнела. Тацит сидел неподвижно, уперев локти в колени. Из прожженной выстрелом дыры в его нагрудной броне тоненькой струйкой стекала зеленоватая жижа. Ее капли, одна за одной падали командиру под ноги.

- Тацит? - севшим голосом спросил посол.

- Отойди от него, - тихо, но непреклонно произнесла Висса, доставая из ножен кинжал. Элиниец тут же спустился на несколько ступеней и оказался за спиной антийки. Безоружный и напуганный, посол не мог отвести глаз от сидящего недвижно трина, который медленно поднялся под приглушенные толстыми стенами звуки идущей снаружи битвы.

- Простите, - с огромным трудом выдавил воин и, взяв свое копье в руку, бросил его под ноги антийке. Другой рукой трин потянулся к гранатам, закрепленным на поясе. Висса приготовилась призвать опутывающие корни, но Тацит опередил ее.

- Я не подчинюсь ему, - не своим голосом произнес командир и бросился в лестничный проем. Отшатнувшись поначалу, Висса кинулась к перилам и посмотрела вниз. Воин пролетел несколько этажей, после чего сдетонировали гранаты на его поясе. Полыхнуло белым огнем, и Тацит исчез. Возможно от него что-то и осталось, но это разбросало взрывом.

Ошеломленный Мирандел застыл на месте. Висса обернулась к нему, подобрала лежащее под ногами копье и протянула элинийцу. Тот посмотрел на антийку словно впервые видел, затем перевел взгляд на оружие, и его ладонь медленно легла на рукоять.

- Теперь мы вдвоем, - следопыт посмотрела мужчине в глаза, - так что соберись. - Мирандел кивнул, глубоко вдохнув, и крепко сжал оружие.

Глава 11

Звуки снаружи начали стихать. Это могло означать всего две вещи: трины победили или нет. Проверять это идти не хотелось, а связаться с тринскими военными было невозможно. Единственный, кто мог держать связь с воинами Ультана бросился вниз и подорвал себя. Поступок безусловно сильный и даже пугающий. У Мирандела он из головы не выходил, и он постоянно думал о том, как бы поступил сам. Смог бы убить себя, находясь пока еще в памяти, чтобы не навредить товарищам в будущем?

Посол молчал, мысленно настраиваясь. Карман мундира, в котором лежало успокоительное был пуст. Видимо, элиниец где-то выронил препарат и теперь справляться со стрессом придется своими силами, но спокойствие Виссы слегка придавало сил.

Антийка выглядела собранной и в ее внешности не проявлялось никаких признаков страха. Про себя посол отметил, что с товарищами по несчастью ему повезло. С такими людьми как Густаф, Тацит и Висса можно выжить и бороться, но из них в живых осталась лишь одна и потерять антийку Мирандел хотел меньше всего на свете. Даже если придется пожертвовать жизнью ради ее спасения, он думал что сделает это, ибо не переживет ни дня в зараженном городе. Уж лучше погибнуть раньше нее чем после. Эта мысль казалась элинийцу предельно логичной.

- Что будем делать? - Мирандел первым решил нарушить тишину. Висса взглянула на посла, затем посмотрела вниз, в лестничный проем.

- Нас вроде не преследуют, по крайней мере по лестнице. Звуки боя почти стихли, но я думаю кризалит над нами по-прежнему цел.

- С чего это?

- Как думаешь, мы бы поняли если бы прямо над нами шел бой?

Мирандел кивнул, понимая к чему клонит Висса. Звуки сражения значат лишь, что войска тринов приблизились достаточно, чтобы их услышать. Предстояло еще дождаться когда они расчистят крышу, чтобы безопасно забрать выживших. Но тут в голову послу пришла другая мысль, которую он тут же озвучил, надеясь что Висса развеет его опасения.

- Трины пока еще далеко от нас, так? Тогда почему звуки боя стихают? Значит ли это, что трины проигрывают или отступают?

Лицо антийки ничуть не изменилось, поэтому посол не понял ответ по ее выражению. Какое-то время женщина молчала что-то обдумывая, после чего в ее глаза появилась решительность.

- Будь здесь, я скрою себя и осмотрюсь.

- Нет! - запротестовал Мирандел. - Одна ты не пойдешь.

- Хорошо, - не сразу согласилась антийка и сделала несколько движений рукой, после чего оба человека сделались невидимыми. Мирандел хоть и видел себя и антийку, знал что ее магия теней работает. Об этом говорил обволакивающий его тело холодок. Он не был приятным, но давал понять, что ворожба работает.

Под завесой тени люди двинулись обратно на крышу. Пришлось вновь идти по темному чердаку, вдоль массивных труб системы водоснабжения. Двигались больше по памяти, но иногда и на ощупь. Висса хорошо запомнила дорогу когда они шли здесь в первый раз и теперь женщина лишь изредка останавливалась, чтобы вспомнить направление. Мирандел держал свою руку на ее плече. Хоть он и понимал, что скорее всего не потеряется, ощущать кого-то рядом с собой было сейчас предельно необходимо.

У самой лестницы на крышу двое остановились. Стало совсем тихо. Через открытые двери было видно синее небо Ультана. Свет солнца падал прямо на людей, которые замерев следили за плывущими облаками.

Висса стала подниматься. Мирандел вздохнул и последовал за ней. Первой на крыше показалась антийка. Она осторожно выглянула и подала знак послу, что все чисто. Поднявшись, люди еще раз внимательно осмотрелись, не увидев никаких изменений. Вокруг все было таким же как и раньше: кризалит на стенах домов и крышах, турели, покрытые зеленым кристаллом, и ни одного трина в поле зрения.

- Нам же не могло послышаться, - прошептал элиниец.

- Трины отступили, - ответила Висса. - Возможно, они отошли перегруппироваться, но может дела куда хуже.

Мирандел тронул женщину за плечо, завладев ее вниманием, и показал на стоящий в нескольких метрах аэромобиль, на котором прилетел аргирос.

- Мы улетим отсюда.

- Это не безопасно, - следопыт кивнула в сторону турелей, подозрительно неподвижных, хоть Тацит и говорил, что видел как на других домах они стреляли в тринов.

- Оставаться здесь тоже стремно, - ответил Мирандел. - Тот солдат, которого ты сбросила с крыши... Тацит сказал, его это не убьет и он вернется, но где он тогда? Высота этого здания около километра. Сколько тут падать? Секунд пятнадцать? Если аргирос пережил падение, то уже давно должен был напасть снова.

- Ты прав. Выбор у нас мал: либо лететь, либо ждать нападения.

- Попробуем улететь, - мягко, но в то же время настойчиво, предложил Мирандел. Турели, черт с ними! Я подниму машину и мы слетим с крыши. Будем лететь так, чтобы они до нас не достали.

- Попробуем, - согласилась антийка, и оба пошли к кинжалообразному аэромобилю. Сев за руль, Мирандел дождался пока Висса займет место на заднем сидении и запустил двигатель. Аэромобиль поднялся над крышей и скользнул с нее вниз. Опустившись ниже крыш домов, Мирандел полетел на север над улицами города. В то время как посол был сосредоточен на управлении, Висса напряженно смотрела по сторонам.

- В чем дело? - спросил элиниец. - Все вроде хорошо.

Висса покачала головой.

- Мне не нравится, что турели на нас не среагировали. И кризалит, если он мог атаковать, то тоже не стал этого делать. Почему? Нам позволили улететь, Мирандел.

- Но зачем?

Зеленый луч ударил в машину сбоку. Аэромобиль тряхнуло, посол потерял управление, но отчаянно пытался вернуть контроль над машиной. Висса вцепившись в подлокотники, пыталась увидеть кто их атаковал, но мимо лишь на большой скорости проносились здания.

- Черт бы подрал! - кричал Мирандел, пытаясь выровнять машину и сбросить скорость. - Висса, держись за что-нибудь!

Сильно тряхнуло, когда аэромобиль влетел в широкое окно одного из домов. Разметав по сторонам всю мебель, машина врезалась в стену и остановилась. Мирандел тяжело поднял голову от потрескавшейся консоли управления и невидящим взглядом осмотрелся.

Висса развалилась в кресле, откинув голову назад. Она была без сознания, во всяком случае, посол надеялся, что дела не обстоят хуже. Судя по обстановке, посадка произошла в чье-то пустой квартире. Все вокруг было выполнено в светлых тонах, создавая иллюзия попадания на небеса после смерти, но Мирандел, сам не зная почему, был точно уверен в том, что еще не умер.

- Висса! - позвал посол и повернулся к женщине. - Эй! - никакого ответа. Дотянулся до нее рукой, проверил пульс и облегченно вздохнул.

С трудом открыв дверь, элиниец вывалился на собранный в кучу мягкий ковер, встал и закрыл глаза, ощущая как все вокруг ходит ходуном. Первая мысль - надо уходить, но без Виссы Мирандел отсюда ни ногой.

Посол подошел в машине и, открыв заднюю дверь, вытащил женщину наружу и положил на пол. Попытался привести в чувства, но никак. - Давай же, ну! - помутнение от аварии быстро прошло. Вновь вернулось полное ощущение не самой лучшей реальности. Происходящее вокруг стало все больше давить. Хотелось просто взять и сбежать, но оставить Виссу одну для посла было чем-то невообразимым. Надо будет, он ее понесет, но не бросит. И так уже всех растерял, кого только мог.

- Черт! - Мирандел выругался, встал и добежал до входной двери, убедиться что она закрыта. На всякий случай. Считал ли элининец, что запертая дверь спасет от нежити или кого похуже - нет, не считал, но, если подумать логически, через запертую дверь враг не войдет так же легко как через открытую. Звучит слабовато, но все же.

Осторожно Мирандел подошел к развороченному оконному проему. Под подошвами похрустывали осколки стекла. На глаз, машина влетела в квартиру этаже на тридцатом. Глядя на улицу, Мирандел не наблюдал рядом признаков кризалита, разве что внизу, на дороге. Кто стрелял в них? Этот вопрос был куда важней. И где сейчас этот кто-то? Кто знает какое расстояние машина смогла пролететь перед крушением. Стрелок может быть как близко, так и далеко.

- Надо привести ее в чувство, - пробормотал посол и повернулся к антийке. Та сидела, держась за голову. Ее пепельные волосы с правой стороны были окровавлены, чего посол не заметил раньше. Ударилась головой при посадке. Главное, не смертельно.

Подбежав к Виссе, посол опустился рядом на колени и посмотрел ей в глаза. Взгляд женщины был мутноватым, но в нем была и осмысленность.

- Ты как? - элиниец взял антийку за плечи.

- Голова кругом, - с трудом ответила женщина.

- Вылечи себя. Ты же можешь.

- Да, сейчас, - будто опомнилась Висса и создала в своей ладони целебную лиану, которую использовала для лечения простреленной ноги. Лиана стала расти и потянулась к голове антийки. Острый ее конец вонзился под кожу, что заставило Мирандела слегка поморщиться. Висса приятно вздохнула, когда боль в ее черепе стала утихать. Постепенно исчезало и головокружение. Мирандел сидел и смотрел на нее, напряженно ожидая когда Висса полностью вылечиться.

Наконец, лиана отсоединилась от ее головы и исчезла, выполнив свое предназначение. Женщина потрогала голову, убеждаясь что все в норме и медленно встала с пола. В ее движениях не было ни малейшей рассеянности.

- Где мы?

- В чьей-то квартире. Этаже на тридцатом.

- Как давно?

- Минут пять.

Не говоря больше ни слова, Висса обошла разбитую машину и осмотрела дыру от попадания луча. По краям ровного отверстия в капоте медленно расползался кризалит. Сам выстрел, однако, был точным. Он был сделан чтобы вынудить машину совершить посадку, а не взорвать ее в воздухе. Это означало, что стрелок не хотел убивать пассажиров.

- Стрелял аргирос, - уверенно сказала Висса. Мирандел С досадой сжал губы, но все же спросил: - уверена?

- Да. Тацит заразился после выстрела, и на вот посмотри, на капоте, - антийка указала на дыру от выстрела, - кризалит расползается словно яд. Я не заразилась потому что у меня иммунитет к заразе, а в тебя просто не попали.

- Но ведь мы же пришли в выводу, что аргирос хотел обратить Тацита, - посол помотал головой, вспоминая прошедший разговор. - Зачем тогда стрелять в него, если знаешь, что выстрел занесет смертельную заразу?

- Не знаю, - призналась Висса. - Я вообще уже не особо пытаюсь понять происходящее. Мы тут как в сонном бреду, который нас никак не отпустит.

- Точно, - усмехнулся Мирандел, отчасти приняв сказанное за шутку. - Так что дальше?

- Попробуем отыскать еще транспорт.

- Нас снова собьют, - заметил посол.

- Критикуешь - предлагай, - ответила Висса, но предложить было нечего. Мирандел покачал головой, понимая, что не может ничего придумать. Надо бы связаться с тринами, но как это сделать? Держать связь с войсками мог лишь Тацит, благодаря устройству связи в своем шлеме, но теперь нет ни шлема ни самого Тацита.

- Нужно связаться с тринами, - вслух повторил свою мысль посол, надеясь на просветление Виссы. Женщина взглянула на него, что-то обдумывая, затем осмотрелась и увидела вмонтированный в стену видеофон.

- С этой штуки ведь куда угодно можно позвонить?

Мирандел тоже посмотрел на видеофон. Его взгляд загорелся, и он бросился к устройству.

- На счет «куда угодно» я не знаю, но связаться с военной частью можно запросто. Главное, чтобы не все они были уничтожены.

Включив видеофон, Мирандел замер перед светящейся панелью. Номер военной части он разумеется не знал, но у тринов, как и у элинийцев, да и у всех остальных людей было много общего, поэтому посол искал возможность вызвать диспетчера или кого-то, кто может исполнять похожие обязанности.

- Почему так долго? - спросила Висса. Она смотрела в видеофон, но явно была не сильна в этих штуках.

- Я ищу единую службу или диспетчера, кого-то кто еще может работать в экстренных ситуациях.

- Думаешь, кто-то станет сидеть и ждать вызова? В такое-то время?

- Предположим, мы трины, которые не успели эвакуироваться из города. Как нам связаться с кем-нибудь и запросить помощь? - Висса пожала плечами, но Мирандел спрашивал не ради ответа. - Я считаю, трины должны были продумать этот момент, иначе какого черта, не своим же ходом удирать из осажденного города.

- Ладно, хорошо, - согласилась Висса. - Ты только не долго.

- Уже, - посол нажал на один из символов, и ему тут же ответил женский голос: - с кем вам соединить?

Висса оживилась, видимо, поверила в целесообразность затеи. Мирандел тут же запросил ближайшую военную часть, но вместо ответа все резко смолкло. Посол переглянулся с антийкой, не зная что сказать. Спустя несколько секунд мертвой тишины из видеофона раздался мужской голос: - говорите. - Изображения не было, но в нем и не нуждались.

- Я элинийский посол, - тут же начал Мирандел, - я и антийская наемница застряли в одном из жилых зданий в секторе четыре.

- Не отключайтесь, господин посол, - вновь тишина, на этот раз она длилась с минуту, после чего голос заговорил вновь: - что с Тацитом и его группой?

- Они... - замялся посол. - Мертвы, - договорила Висса. - Вновь молчание, но буквально пару секунд. - Наши войска вынуждены были отступить из сектора. Мы перегруппируемся и вернемся. Что вы в состоянии сделать?

- Мы можем отыскать транспорт, но лететь своим ходом будет не безопасно.

- В секторе преображенный, - сообщил трин. - Будьте начеку. Как с вами можно связаться?

- Боюсь никак, - ответил посол. - Мое встроенное устройство связи вышло из строя.

- В каждой машине есть передатчик. Воспользуйтесь им, и мы, как и сейчас, перехватим сигнал.

- Как ситуация в городе? - спросила Висса, пока связь не прервалась.

- Кризалит остался лишь в секторе три. Его уничтожение вопрос времени. Так же ваш сектор еще заражен, но большая часть нежити уничтожена. Если попытаетесь покинуть сектор, направляйтесь на север.

- Вас понял.

- Конец связи, - трин отключился. Висса вздохнула.

- Хоть бы удачи пожелал, - пошутил Мирандел.

- Трины не верят в удачу, - устало отозвалась антийка.

- Да это я так, - элиниец махнул рукой. - Ну что, отыщем еще одну машину. Я их за последний день угнал больше чем за всю жизнь.

- Пожалуй, - согласилась Висса. - Но нам следует поспешить. Тот, кто сбил нас в первый раз может быть уже рядом.

«Тот, кто сбил», - Мирандел мысленно повторил эти слова, сказанные Виссой. Она не назвала врага аргиросом, хоть и была уверена, что стрелок он. Следопыт будто бы отрицала это, желала, чтобы их противником оказался кто-то другой.

- Странно, что он уже не появился, - осторожно пошутил посол, на что антийка, как он и ожидал, ничуть не улыбнулась.

Стоянка воздушного транспорта находилась на шестидесятом этаже. Благо, в этом здании с лифтом не было никаких проблем, и спустя с пол минуты подъема Мирандел и Висса оказались на просторном ярусе стоянки. На глаза тут же попалось несколько машин. Добежав до ближайшей, элиниец открыл дверь, которая оказалась не заперта и жестом пригласил антийку занять место. Полез следом, и тут в бок мужчине ударил зеленый луч, сбивший с ног.

Мирандел упал без чувств. Висса выскочила из машины и создала вокруг себя и лежащего посла преграду из корней. Крови нигде не было. Проверила пульс - живой, но без сознания. Глядя через щели между корнями, Висса пыталась обнаружить противника, но никого не было видно. Пользуясь моментом, решила попытаться привести посла в чувства с помощью своего исцеляющего колдовства. Создала лиану в своей ладони, но что-то обрушилось на женщину сверху, придавив к полу.

Лиана исчезла. Рука антийки потянулась к кинжалу, чтобы вонзить его в сидящего на ней аргироса, но солдат легко отмахнулся от удара, выбив клинок из женских пальцев, после чего коротким тычком в лицо пресек дальнейшее сопротивление.

Глава 12

Висса очнулась среди холода и тьмы. Вокруг нее была невесомая пустота, постепенно наполняющаяся зеленоватой пульсацией. Спустя несколько вздохов, все пространство вокруг женщины слабо сокращалось, будто чье-то невидимое сердце билось сразу везде.

Висса испуганно вздохнула, ощутив рядом с собой нечто незнакомое и доселе невиданное ей. Этот нечто было сразу повсюду, оно наполняло собой все пульсирующее пространство вокруг. Оно и было этим пространством, и Висса, к своей великой радости, ощущала себя частью этого.

- Ты узнаешь меня? - раздался голос, наполнивший разум женщины.

- Амзул, - прошептала Висса. - Владыка.

- Дочь моя, - продолжал голос, - знаешь ли ты, что мне грозит погибель?

- Я не позволю! - решимость Виссы была безоговорочной. Она знала кто такой Амзул. Знала что он такое, но ее преданность этому существу превосходила все остальное. И с этой окрыляющей верностью пришло знание, которого не было раньше. Это не было какое-либо вселенское таинство, простая мелочь, но она заставила Виссу улыбнуться и открыть глаза.

Кризалит треснул и рассыпался на осколки, потерявшие цвет и силу, которую впитало новое существо, явившееся на свет. Антийка шагнула вперед, глядя на свои побледневшие руки. Она знала как выглядит и не была удивлена, но ее переполняла гордость. Теперь она стала частью великого. Висса подняла взгляд и сказала стоящему перед ней мужчине: - рада видеть, Густаф.

Лейтенант, бледный как мел, стоял напротив с легкой ухмылкой на лице. Его позеленевшие глаза смотрели в такие же изумрудные глаза антийки.

- Я ждал, - ответил Густаф.

- Мы должны уничтожить угрозу, - обеспокоилась Висса. - Трины нападут вновь.

- Они не будут большой проблемой для нас четверых, - имперец непринужденно развел руками.

- Четверых? - неловко улыбнулась антийка, и тут ее разума коснулся некто знакомый ей. Женщина повернулась и увидела высокий кризалитовый кокон, который содержал внутри себя спящего элинийца. Вот его веки дрогнули и кристалл пошел трещинами. Разбился и осыпался на пол. Мирандел открыл глаза, сделал пару шагов вперед и взгляд его зеленых глаз обратился к Виссе, потом к Густафу.

- Ты жив! - воскликнул посол.

- И ты, - ответил имперец. - Добро пожаловать.

- Владыке нужна помощь! - сверкнул глазами элиниец. - Он говорил со мной.

- С нами, - мягко поправила Висса.

- Ты права.

- Амзул выбрал нас, - подошел четвертый. Облаченный в синюю форму человек, на лице которого была защитная маска. В его руках была лучевая винтовка, которую он держал все так же небрежно как и в первый раз, когда они встретились.

- Атанос, - представил Густаф. - Но откуда я знаю твое имя. Ты ведь не говорил.

Аргирос остановился и посмотрел на каждого из новообращенных. Не более пары секунд на каждого. Никому из троицы Кошмар уже не казался таким пугающим как раньше. Этот опасный человек теперь воспринимался как верный друг и соратник. Как член семьи.

- Я не говорил своего имени, - голос Атаноса был мягким и ровным. - Я вообще ничего не говорил, как и вы. Пока что вам все еще кажется, что вы общаетесь как обычно, но вы разве не заметили, что ваши губы даже не двигаются во время этого разговора. Вы слышите мысли друг друга. Те, которые должны быть услышанными.

Мирандел посмотрел на остальных. Его мысли коснулись разумов товарищей, в особенности разума Атаноса.

- Ты правда тот, о ком мне рассказывал Густаф? Элинийское правительство выращивает убийц?

- Наше бывшее государство небезгрешно, Мирандел, - ответил Атанос. - Я аргирос и мне подобных с каждым годом становится больше. У Высшего совета много тайн и секретных проектов, но ты не мог этого знать.

- Теперь знаю, - с горечью и разочарованием подумал посол, но негативные мысли тут же отступили от осознания того, что теперь он часть чего-то гораздо большего.

- И так, - подумал Густаф, - каков план?

- Смотрите сами, - ответил Атанос, и разумы новообращенных наполнились образами и знаниями. Все пролетало перед глазами с бешеной скоростью, но каждая деталь успевала усвоиться и запомниться.

Перед глазами будто возникли тысячи изображений города Унтор, словно с установленных камер наблюдения. Было отчетливо видно пустоту и следы боев. На улицах в свете луны слабо поблескивали обесцвеченные осколки разрушенного кризалита. Они были мертвы, в них больше не было Амзула.

Сейчас была середина ночи. Обращение заняло больше двенадцати часов, и за это время силы тринов уничтожили остатки нежити в четвертом секторе, а их товарищи добили силы кризалита в пятом. Осталась лишь одна захваченная зона в секторе три, где и находились апостолы. Лишь в этом месте еще существовала надежда, и хоть забвение было близко, Амзул оставался спокоен, хоть его нефизическое присутствие ощущалось все слабее.

- Он копит силы, - успокоил Атанос. - Скоро мы нападем.

- Армия тринов в секторе два наиболее слаба после всех этих боев, - улыбнулся Густаф.

- Я могу устроить незаметную отвлекающую атаку, в то время как владыка обрушит основные силы, - предложила Висса и услышала мысли одобрения от товарищей.

- Тогда не будем тянуть, - сжал кулак лейтенант. - Нужно лишь добраться туда.

- С этим помогу я, - Мирандел оглядел товарищей и жестами рук пригласил их встать ближе к нему. Апостолы сблизились, и их окутал зеленый свет. Вспышка, и все четверо пропали.

Военная база тринов в секторе представляла собой три соединенных между собой переходами высоких здания. На широких посадочных полосах размещались летающий мехи, все как один напоминающие строением человека. Сейчас пилоты этих металлических Рыцарей были в расположении и лишь несколько часовых охраняли периметр. Меж посадочных полос располагался огромный плац, а следом за ним ряды огромных ангаров для наземной техники.

На трех главных зданиях так же располагались площадки с ожидающими на них мехами. Вокруг некоторых суетились солдаты, занимающиеся ремонтом и уходом за машинами. И не смотря на относительно небольшое число задействованных на данный момент тринов, не было сомнений что по тревоге весь личный состав в кратчайшие сроки займет свои боевые машины.

Мирандел переместил себя и союзников в сотне метров от стен военной базы. Здесь были хорошо видны следы прошедших боев, перевес в которых оказался на стороне воинов Ультана. Осколки обесцвеченного кризалита напоминали апостолам о смертности и конечности всего сущего. Даже такая могущественная сущность как Амзул может исчезнуть. Глядя на военную базу тринов, каждый преображенный желал прикоснуться к разуму владыки, дабы узнать хотя бы несколько из его многочисленных секретов, но все четверо знали лишь то, что им было необходимо. Быть преображенным - великая честь, но стать знающим могут только самые достойные, и каждый из четырех понимал что следует сделать для того чтобы заслужить признание владыки.

- Они ведь не видят нас? - удостоверился Мирандел.

- Я скрыла нас, - ответила Висса.

- Как ты обрел такой полезный дар? - удивился Густаф. - Ты ведь не обладал магией.

- Мой дар произрастает из моих страхов, - без тени стыда ответил посол. - С момента падения Амзула на город я мечтал быть где-нибудь в другом месте - таковым было мое желание, и владыка дал мне возможность быть там, где я захочу.

- Это великолепно, - искренне оценила антийка, и тон ее мыслей сделался серьезнее. - Мое колдовство в разы усилилось после преображение, так что тринские устройства не должны обнаружить нас, но будьте осторожны и не сильно разделяйтесь. - ответные мысли дали Виссе понять, что ее поняли. Далее слово взял Атанос:

- Помните, наша цель не победить тринов. Нас всего четверо, и мы должны нанести противнику урон и занять его до прихода основных сил. Владыка нанесет удар, и враг падет.

Все согласно подумали и лишь в разуме Густафа всколыхнулось несогласие вперемешку с гневом, который имперец мгновенно стянул в узел. Преображенные обратили к нему взгляды, в их мыслях прозвучал вопрос.

- Я считаю, мы сможем не просто занять тринов, - подумал Густаф. - Мой дар, как и дар Виссы, многократно возрос, так что моих сил хватит чтобы нанести врагу серьезный урон.

Остальные трое апостолов ощутили на себе уверенность лейтенанта, исходящую из его собственных ощущений и знания своей силы. Никто не сомневался, но Атанос предостерег:

- Амзул рассчитывает на нас. Без нашей помощи владыка исчезнет. Будьте осторожны.

Все тут же согласились с Атаносом, который на правах старшего был негласным лидером группы. Густаф же ощутил неприятный укол стыда за свое высокомерие и неосторожность. Как мог он поставить собственный гнев выше блага владыки?! Но гложущее лейтенанта воспоминание он счел нужным скрыть. Остальные поймут его гнев если узнают причину, но им пока незачем этого знать. Пусть каждый будет сосредоточен на своем задании.

Каждый апостол хорошо знал свою роль. Мирандел сконцентрировался и перенес всех четверых на территорию базы. Оказавшись недалеко от левой взлетной полосы Густаф вытянул руки, по которым пробежали зеленые разряды. Преображение расширило границы его возможностей настолько, что имперец мог пользоваться свои даром без дополнительных приспособлений. Создав между ладоней пульсирующий энергетический шар, лейтенант выстрелил им в неподвижный строй летающих мехов. Меньше секунды на полет и три легких робота исчезли во вспышке. Затем грянул взрыв, ударная волна которого пошатнула близстоящие боевые машины.

Не смотря на воцарившуюся после тишину, преображенные знали, что трины подняли тревогу и сейчас сотни воинов выбегут из расположения чтобы занять кресла пилотов. Но первый же недочет не заставил себя ждать. Больше половины летающей техники оказалась с пилотами внутри, которые, по всей видимости, отдыхали прямо внутри своих машин.

Мирандел мигом поменял позицию группы, оставив Виссу на старом месте, чтобы антийка могла применять свое колдовство. Женщина сконцентрировалась и преклонив колено, положила ладони на землю. В тот же миг из под летающих Рыцарей тринов стали вырастать шипованные корни, опутывающие боевых мехов, не давая тем взлететь. Корни распространялись с быстротой огня, захватывающего сухую траву, и робот за роботом оказывался пойман на месте.

Густаф выстрелил вновь, уничтожив еще двоих мехов, успевших взлететь. На гладкую поверхность площадки посыпались их металлические останки. Пилоты быстро определили откуда пришел залп и тут же обработали предполагаемую позицию противника из аспировых орудий. Заряды белой энергии выжгли все вокруг трех апостолов, но попавшие в цель залпы были отражены мощными щитами Атаноса обратно в атакующих.

Еще залп, и очередной металлический рыцарь уничтожен. Густаф старался бить по целям не скованным заклинанием Виссы. Волшебство антийки не выдавало ее местоположения поэтому под защитой своей магии теней следопыт могла чувствовать себя в безопасности. Ее союзники, не смотря на невидимость, должны были менять позицию после каждого выстрела. Это зависело от Мирандела, который оперативно переносил группу на новое место, после чего Густаф делал очередной выстрел.

- При такой интенсивности меня не хватит на долго, - мысленно предупредил элиниец союзников.

- Мои щиты сдержат натиск пока ты восстанавливаешься, - заверил Атанос.

- Еще разочек! - Густаф же был полностью погружен в сражение. Каждый из его выстрелов попадал точно в цель, уничтожая как минимум одну боевую единицу врага. Все больше летательных мехов было поймано магией Виссы, но из ангаров в бой стали вступать наземные боевые машины. Тяжелые Мастера войны и средние боевые мехи класса Страж и Хранитель, от сорока до семидесяти тонн сплава и орудий, шагающих на войну. В сумме было около тридцати единиц техники, не считая легких Рыцарей.

Мирандел вновь поменял позицию прежде чем залпы белого огня и ракет накрыли область, где они были секундой ранее. На территории военной базы расцветали взрывы и дрожала земля. Ракеты выпускаемые боевыми роботами роились в ночном небе, выискивая противника. Ориентируясь на всплески энергии, ракеты мгновенно наводились на цель и пикировали вниз.

Один раз посол не успел переместиться и после выстрела Густафа на них обрушился ад белого пламени, затопивший троицу, но щиты Атаноса каким-то чудом сдержали бурю, отразив часть залпов обратно. Но щиты отражения не могли проделать тот же фокус с ракетами, поэтому Миранделу пришлось внимательнее следить за боем.

- С помощью поглощающих щитов я смогу поддерживать свое отражающее и защитное поле, - передал Атанос, - но их слишком много.

- Понял, - подумал в ответ элиниец, наблюдая как в небе высоко над ним кружатся стаи выпущенных мехами ракет. Таких снарядов посол еще не видел. Они роились словно пчелы, ожидая появления противника, что делало их использование до предела простым - выпустил и забыл. Аспировые орудия Стражей и Мастеров войны в разы превосходили огневую мощь Рыцарей, а Хранители могли ремонтировать другие боевые машины прямо на поле боя при помощи лучей восстанавливающих поврежденную структуру машин.

- У нас не хватает мощи, - к своему разочарованию и стыду признал Густаф, после чего поправился и выразился точнее. - У меня не хватает.

- Они атакуют друг друга! - воскликнула Висса, передавая в разумы товарищей то, что видела сама. Рыцари, захваченные корнями, стреляли в своих же, уничтожая зловредные путы. Все больше легких мехов взлетало в небо. Побитые и обожженные но готовые к бою.

- Этой армии хватит чтобы сокрушить владыку! - испугался Мирандел, но его разума коснулось спокойствие излучаемое Атаносом. Аргирос в своей маске закрывающей лицо выглядел таким же отчужденным и безэмоциональным, какими послу казались трины. Элиниец вспомнил войско состоящее из зараженных тринов, которые с пугающим спокойствием шли сражаться, зная, что после битвы все они обязательно погибнут, и это воспоминание все больше расшатывало самообладание Мирандела.

Густаф как следует зарядил в шагающего в их сторону Стража, и робот пошатнулся, продолжив движение. Несколько десятков ракет спикировало вниз, ориентируясь по выстрелу, сделанному имперцем. Атанос держал щиты на пределе, готовый отразить удар, но Мирандел перенесся из зоны поражения вражеских орудий за миг до попадания ракет.

Выстрел за выстрелом делал Густаф, забыв о легких и маневренных Рыцарях. Лейтенант переключил свое внимание на более медленные наземные боевые единицы, но на них требовалось больше попаданий. Боевой мех класса Страж был уничтожен лишь с третьего раза. За это время щиты Атаноса приняли на себя более сотни ракет и орудийных залпов. В голове у Мирандела до сих пор не укладывалось как аргирос сдерживает все это. Разум Атаноса оказался наглухо закрыт и полностью сосредоточен на битве, в то время как в голове Густафа творилась настоящая буря. Каждый следующий залп имперец совершал все с большей злобой и ненавистью, что добавляло мощи его атакам

Сколько боевых мехов уже было повержено никто не считал, ибо перевес все равно был не на стороне преображенных. Трины продолжали бой. Со временем они, казалось, подстраивались под перемещения Мирандела, а в небе над полем боя кружило все больше ракет. Предельно сосредоточенный элиниец мгновенно перемещался в безопасное место, откуда Густаф совершал очередной выстрел. Пал еще один страж, и лейтенант решил переключить свое внимание на одного из трех Мастеров войны, в надежде что уничтожение одного из этих огромных мехов нанесет удар по боевому духу тринов.

Собравшись с силами, Густаф отправил мощный заряд энергии в цель. Воздух с громовым звуком взрывался на пути полета заряда, а после раздался взрыв, когда выстрел настиг цель. Мирандел тут же переместился, избегая града ракет, и с новой позиции все трое увидели как Мастер войны продолжал движение.

- Ничего?! - изумление Густафа затронуло и его союзников.

- Энергетические щиты, - пояснил Атанос, заметив слабое белое мерцание вокруг массивной боевой машины. Увиденное он тут же передал остальным, и Мирандел с ужасом воскликнул: - щиты даже не на половине мощности! - услышав этот мысленный возглас заволновалась и Висса, которая несмотря на неудачу в колдовстве, пыталась сдержать с помощью корней наземные боевые машины. Стрелять с лука по таким махинам было бы глупо и раскрыло бы положение антийки, что повлекло бы за собой немедленную гибель. Следопыт постоянно находилась в отдалении от боя, чтобы ее не задело случайное попадание.

- Сильнее я бить не могу, - сообщил Густаф, и его мысли передались остальным. Для более мощных выстрелов необходимо дольше концентрироваться, что повышало риск оказаться под огнем неприятеля.

- Сильнее и не нужно, - успокаивающие мысли Атаноса были подобны холодному озеру. Спокойствие и самоконтроль аргироса оказали немедленно влияние на апостолов, и каждый из них ощутил ясность разума и освобождающее бесстрашие. Но причиной этой перемены были не только мысли Атаноса, но и великое и ободряющее знание - Владыка идет.

Глава 13

От обожженной и растрескавшейся земли стала подниматься зеленоватая дымка. Она воспаряла все выше и становилась все более непроглядной, словно настоящий туман. Апостолы затаились, ожидая прибытия Амзула. Трины же начали стрелять по туману, но их залпы просто исчезали, словно их никогда не было. А затем из зараженной земли поднялись кризалитовые обелиски, сияющие в ночи внутренним светом. Их было не меньше сотни, настоящий лес из монолитов, каждый из которых стал атаковать боевых мехов противника яркими зелеными лучами.

Все выпущенные ракеты дождем обрушились на смертоносный кристаллический лес, но обелиски выстояли. Лишь в некоторых местах их конструкций появились трещины. Все мехи, как воздушные так и наземные, повернули орудия против новой угрозы, и апостолы немедленно присоединились к своему владыке в бою.

Густаф стрелял уже не опасаясь ответных атак. Его выстрелы, более мощные и подготовленные, за один раз повергали Стражей и Хранителей, заставляли Мастеров войны включать свои щиты на полную мощность. Атанос по-прежнему прикрывал группу своими щитами и, в добавок, вел прицельную стрельбу из своей винтовки по сочленениям легких Рыцарей. Висса присоединилась к своим и атаковала из лука, взрывая каждую стрелу. Лишь Мирандел не сражался, но был готов в любой миг переместить апостолов на другую позицию.

Теперь, когда Амзул прибыл на поле битвы, появился луч надежды. Обелиски сшибали Рыцарей одного за другим, и те с грохотом низвергались с небес на землю, где тяжелые боевые роботы, утопая в едком тумане, обрушивали на своего врага потоки белого огня, а вслед за огнем тонули и они сами, сраженные силой обелисков.

Силы тринов стремительно таяли. Кризалит так же терпел урон, но его холодное бесчеловечное упорство давило все сильнее. Когда пал первый Мастер войны, апостолы возликовали. Даже в спокойном разуме Атаноса что-то всколыхнулось, но тут же угасло. Семидесятитонный робот заваливался на спину, рассыпаясь на части. Его обломки дождем падали и исчезали в тумане.

Но трины и не думали отступать. К удивлению апостолов, всех кроме Атаноса, воины Ультана вели себя ровно так, как ведут себя солдаты готовые оставить на поле боя все, включая свои жизни. Пилоты боевых мехов выполняли сложнейшие маневры, направленные на нанесения противнику урона, и в их действиях не было и намека на страх.

- Они все погибнут! - ужаснулся Мирандел, испытав одновременно и сострадание к врагу. Ответом ему была мысль Владыки, накатившая будто волна:

- Это их дом. - элиниец разобрал слова, хоть Амзул и не произнес ни одного. Посол просто знал, что сказал кризалит.

- Тринам придется погибнуть, - вмешался разговор Анатос. - Владыка должен выжить, скольким бы существам не пришлось умереть.

Мирандел понимал это. Он знал, что другого выхода быть не может, но не потому что Амзул не желал альтернативы, но из-за тринов, неприемлющих союза и сотрудничества. Их страх перед неведомым заставляет вести себя как невежд и браться за оружие. Мирандел видел ясно как днем и знал, что это не кризалит не идет на контакт с тринами, это сами трины не желают говорить. Эти воины понимают лишь один язык, на котором говорит их оружие.

И вслед за этими рассуждениями и мыслями в разум посла пришло осознание того, что должно произойти дальше - низшая форма жизни должна быть стерта. Должна освободить место созданию, способному на гораздо большее, чем бесцельное существование.

Сочувствие отступило, а затем и ушло вовсе. Разум Мирандела ощутил тоже самое и в остальных апостолах. Все они пришли с согласию и поняли происходящее. Враг должен быть уничтожен, и другого не дано, поэтому, когда второй Мастер войны рухнул на землю, это воспринялось с торжеством, как и любая другая смерть противника, которого становилось все меньше.

- Еще немного, и им конец! - ликовал Густаф. Его выстрел пролетел мимо Стража, и пилот, вероятно, посчитал что смог увернуться от атаки, но лейтенант целился не в робота. Заряд выпущенной им энергии врезался в основание тройного здания военной базы. Оно было уже достаточно потрепано сражением и удар такой силы попросту привел к разрушению всей конструкции. Глядя на причиненные разрушения, на то как огромное строение оседает вниз, будто погружаясь в землю, Густаф ощутил небывалый подъем внутри и понял, что его товарищи чувствуют то же.

- Возвращайтесь, - тяжелая мысль Владыки возникла в разумах преображенных. Приказ, не подлежащий обсуждению, стер напрочь все следы ликования и вернул апостолам былую собранность. Преображенные собрались вместе, последний раз взглянув на поле битвы, заваленное остовами поверженных боевых мехов. После, все трое посмотрели на Мирандела, который молча кивнул и перенес себя и товарищей обратно к Владыке.

Мгновенно стихли звуки боя и декорации военной базы сменились на спокойные и тихие улицы города Унтор. Все здесь, от дороги до домов, было покрыто кризалитом. То тут то там росли сторожевые обелиски, а за спинами апостолов возвышался огромный пульсирующий изнутри монолит.

Преображенные не стали преклонять колени или выказывать какие-то еще видимые почести. В их разумах и так не было ничего кроме бесконечной преданности и почтения, и Амзул знал это. Кризалитовый монолит возвышался над своими глашатаями, словно небоскреб, давящий своим размером и высотой. Рядом с ним все четверо преображенных чувствовали себя муравьями перед горой. Но помимо почтения в головах апостолов было и непонимание. Зачем их отозвали? Для чего? На эти вопросы апостолы терпеливо ожидали ответа от своего хозяина. И Владыка заговорил. Как и всегда, это не были слова, но нечто, что преображенные понимали и воспроизводили мысленно в понятной им форме.

- Враги падут и без вас. Вы справились, но грядет новое сражение.

Никто из апостолов не стал прерывать Амзула. В мыслях Мирандела и Густафа возникли вопросительные всполохи, но они тут же подавили их, чтобы не мешать речи Владыки.

- Трины собрали все силы, оставшиеся в городе, и идут на нас. Им так же помогают подкрепления, прибывшие из других городов. Это станет их последним боем.

- Это стает их лебединой песней, - не сдержался Густаф.

- Или нашей, - тихо подумал Мирандел.

- Откуда идет враг? - спросил Атанос.

- Отовсюду, - ответил Амзул.

- Мы встретим их там, где их больше, - решительно подумала Висса. Никто не возразил, так как каждый из апостолов был готов пожертвовать собой ради владыки. Сам Амзул был так же не против. Он лишь передал в головы своих слуг изображение приближающихся войск. Основная армия надвигалась с севера. Около пятисот боевых машин, но, по большей части, это были Рыцари. Легкие боевые мехи летели впереди этой армии, а за ними шагали Стражи, Хранители и Мастера войны, которых было всего шестеро.

- Внушает, - только и подумал Густаф, в ответ на уведенное. Мирандел и вовсе выглядел слегка подавленным. Висса казалась собранной, а Атанос не проявлял никаких эмоций, будто впереди его не ждет сражение с превосходящими силами.

- Мы отправимся немедленно, - подумал аргирос, и ответом ему стали мысли согласия.

- Идите, - ответил Амзул. Монолит величественно мерцнул, и Мирандел перенес апостолов в северную часть сектора. Все четверо заняли крышу небоскреба и стали ждать пока враг подойдет на расстояние выстрела. Вокруг все было покрыто кризалитом. Он изумрудными шипами рос на крышах и стенах домов, на дорогах в парках. Кризалит словно зеленый иней покрывал поверженных здесь ранее боевых мехов и тела павших воинов. Весь сектор был заражен и ожидал когда к нему явятся новые жертвы.

- Мы будем ждать, - объявил Атанос, глядя на товарищей. - Нужно чтобы продвижение через зараженный сектор ослабило тринов, и тогда мы вступим в бой. Благодаря сторожевым обелискам Владыки, мы можем видеть противника и знаем на каком он расстоянии от нас.

- Не рассчитывайте на многое, - подметил Густаф, поигрывая сгустком энергии в ладони. - Не думаю, что трины потеряют существенные силы, прорываясь через сектор.

- Согласен, - Атанос стоял словно статуя. - Нам предстоит трудный бой.

- Не хотелось бы умирать, - подметил Мирандел, в глубине души опасаясь, что его станут порицать за трусость, но от остальных не исходило ни одной осуждающей мысли.

- Главное, чтобы Владыка выжил, - ответил Атанос. - Тогда он сможет собраться с силами и возродить нас, если мы падем в бою.

- Комрос все еще мертв, - заметил Густаф, но в его мыслях не было скепсиса.

- Комрос подвел Владыку, - ответил Атанос, посмотрев на лейтенанта. - А еще, он бесполезен для грядущего боя.

- Не думаю, что я сейчас сильнее его, - подумала Висса. Атанос, казалось, мысленно положил руку на плечо антийки.

- Твоя задача не сражаться, - пояснил аргирос. - Ты способна скрывать нас от вражеских глаз и исцелять наши раны, когда это понадобиться.

- Мы неплохая команда, а? - Густаф ободряюще посмотрел на товарищей.

- Это правда, - согласился Мирандел.

- Лучшая, - подтвердила Висса.

- Враг вошел в сектор, - холодно сообщил Атанос.

То, что фиксировали сторожевые обелиски, видели и преображенные. Боевые машины тринов вступили в бой и стали непреклонно продавливать себе путь через сектор. Как и ожидалось, впереди шагали Мастера войны и роботы среднего класса: Стражи и Хранители. Летающие рыцари парили в небе словно ангелы, поливая противника белым огнем. Настоящая кара обрушивалась на силы кризалита, но и Амзул отвечал на выпады тринов. Охранные обелиски стреляли лучами зеленой энергии, разрезая броню боевых машин, прожигая дюйм за дюймом и уничтожая пилотов.

Как и в прошлый раз, от зараженной земли стала подниматься ядовитая дымка. Зеленый густой туман, который в некоторых местах двигался не так как остальная масса, и апостолы узнали видимое ранее существо, которое они прозвали туманником. Сторожевая сущность, которую Густаф пытался уничтожить своим даром, но не сумел. И таких сущностей было несколько. Они плавно и стремительно двигались среди боевых мехов, проникая внутрь машин через мельчайшие щели и сочленения. Спустя какое-то время, когда туманник добирался до пилота, робот вставал как вкопанный, а затем обращал оружие против своих товарищей.

- Они могут подчинять людей? - удивился Густаф.

- Они способны контролировать тех, кого убили, - ответил Атанос. - Благодаря им, у нас больше шансов выстоять.

- Надеюсь Владыка справиться с врагами идущими с других сторон, - подумал Мирандел.

- Владыка выстоит, - без тени сомнений ответил аргирос и остальные полностью разделяли его уверенность.

- Кстати, - вспомнила Висса и посмотрела на лейтенанта. - В прошлом бою ты был очень озлоблен и закрыл от нас свой разум. Что ты прятал? -Густаф едва заметно вздрогнул и понял, что взгляды товарищей обращены сейчас на него. В этот момент имперец желал лишь чтобы трины поскорей добрались до их позиции, но кризалит сдерживал наступающие войска и было слишком много времени для нежелательного разговора.

Густаф вздохнул и передал преображенным свои мысли:

- Я не смогу больше вернуться домой, - сообщил лейтенант и Атанос тут же ответил ему: - теперь у тебя новый дом.

- Это так, но то, во что я верил до этого, оказалось всего лишь иллюзией.

- Ты о своем заключении? - Висса слегка коснулась мыслей лейтенанта, но не стала считывать все, давая Густафу возможность рассказать все самому.

- Да, - кивнул имперец. - Я хвастал тем, что смог пережить допросы и не выдал тринам ни единой тайны. - Вздох. - Выдал. Я сломался, как они и ждали, и рассказал все, что знал.

Мирандел с сочувствием поглядел на имперца, но промолчал. Висса осторожно спросила: - но как?

- Трины промыли мне мозги, - невесело усмехнулся Густаф. - У них есть устройство, способное воздействовать на разум. Запрещенная технология, как вам такое? Они подменили мои воспоминания, но преображение все восстановило. Я обрел утраченное и понял, что теперь путь обратно в Империю мне закрыт.

- Империя больше не твой дом, - спокойно ответил Атанос. - Не переживай об этом. - Густаф кивнул, однако не его лице все еще отражалась досада.

- Враги уже близко, - мысль Виссы привлекла внимание остальных. Преображенные смотрели на поле боя через сторожевые обелиски и видели как армия тринов подбирается все ближе и ближе. Вдалеке уже можно было заметить среди домов очертания боевых машин, ведущих непрерывный огонь по силам Амзула.

- Уже скоро, - Густаф в предвкушении потер руки.

- Как дела на других фронтах? - поинтересовался посол.

- Владыка принял бой, - ответил аргирос и добавил чуть более довольным тоном: - трины во втором секторе побеждены. Еще одна часть города в нашей власти.

Апостолы возликовали. Даже в холодном разуме Атаноса отразились восторг и гордость за Владыку. Все четверо воспрянули духом, готовые встретить врага в любую секунду. А трины все подбирались и подбирались. Их боевые машины дом за домом, улица за улицей, приближались к апостолам и было в их облике нечто холодное и отчужденное. Трины казались воплощенным злом, вставшим на пути у Владыки. Злом, которому нет и не может быть места ни в этом ни в другом мире.

- Быстрее, - торопил тринов Густаф.

Висса молча и без страха следила за приближающимся противником.

Мирандел держался позади, но был готов принять бой.

Атанос пошатнулся и припал на одно колено, схватившись за сердце.

Апостолы живо повернулись к нему. Лицо элинийца исказил страх. Остальные были в замешательстве. Разум аргироса не отвечал, а тело преображенного сотрясала крупная дрожь. Не зная чем помочь, апостолы просто смотрели на агонию аргироса, который собрав все силы мысленно воскликнул:

- За что, Владыка?!Я больше не нужен тебе?! - и Атанос рухнул лицом вниз. Висса вздрогнула. Мирандела пробрала дрожь, а Густаф переводил взгляд с одного апостола на другого.

- Что происходит? - вопросил он, но никто из соратников не знал ответ. Тогда лейтенант направил свою мысль Владыке, чей огромный монолит болезненно мерцал далеко позади.

- Владыка, ответь мне! - но вместо ответа, Мирандел и Висса рухнули вслед за Атаносом. Лицо Густафа исказилось от ужаса. Он не отрывая взгляда от поверженных товарищей стоял не двигаясь, пока краем глаза не заметил нечто возникшее высоко в небесах над городом.

Пять огромных кораблей. Четыре трементора, напоминающих наконечники копий, и один тракар, похожий на вытянутый ромб. Корабли зависли в мрачном спокойствии над головой лейтенанта, который смотрел в небо, не в силах отвести взгляд. Последняя мысль, исполненная ужаса, захлестнула разум имперца.

- Не бросай меня! - возопил лейтенант, ощущая как кризалит покидает его тело, и разум окутывает пустота.

Сознание вернулось. Глаза Густафа открылись с трудом, словно имперец только что вышел из комы. Вокруг все заливал белый свет, который у большинства народов ассоциировался с небесами. Густафу же казалось, что так мучительно ярко может быть лишь в аду.

С трудом пошевелив головой, лейтенант осмотрелся. Сквозь белую пелену света, он увидел несколько силуэтов, несколько молчаливых теней. Спустя некоторое время глаза стали привыкать к свету, и Густаф смог различить где находится.

Комната, по всей видимости, медицинская. У стен стояли соответствующие устройства и оборудование. Шестеро человек в синих защитных костюмах снимали показания с приборов, запускали машины, которые совершали хирургически точные манипуляции своими конечностями.

Наконец, Густаф различил и узнал еще двоих людей. Висса и Мирандел тоже были здесь. Они лежали без движения, прикованные к хирургическим столам, стоящим вертикально, под небольшим наклоном. Ни один ни другая не подавали признаков жизни, что заставило имперца скорее прийти в чувства. Дернувшись на столе, Густаф стиснул зубы когда понял, что не может освободиться. Помимо этого, лейтенант ощутил нечто странное когда инстинктивно сжал кулаки. Вернее не сжал. Их не было. С растущим ужасом имперец смотрел на отсутствующие кисти своих рук, и с губ его невольно сорвался короткий постыдный крик.

Люди в синем обернулись к нему. Прохладным тоном один из них сказал очевидное. По всей видимости, для протокола.

- Первый очнулся. Показатели в норме.

Тяжело дыша, лейтенант смотрел на тринов. Его взгляд становился все более злым, в попытке призвать на помощь свой дар, но ничего не выходило. Ни искорки, ни разряда.

Трины переглянулись. Один из них заговорил вновь.

- Попытка использовать дар провалилась. Делаю вывод, что отсечение кистей рук было верным решением, так как ранее существо использовало дар только через руки.

- Существо? - прошипел Густаф. - Я имперский офицер! Как вы смеете?!

Никто не ответил. Зашевелился Мирандел. Открыв глаза, элиниец стал вяло осматриваться, пока что не узнавая ничего и никого вокруг. На вид, его тело было целым. Трины не посчитали нужным что-либо ему отрезать.

Густаф не стал взывать к элинийцу, требовать чтобы тот как можно скорее пришел в себя. На самом деле, лейтенант даже жалел о том, что посол пришел в себя. То, что он увидит, когда придет в чувства больно ударит его.

- Зачем? - тихо прошептал Мирандел. Трины обернулись к нему.

- Второй очнулся. Показатели в норме, - проговорил один из них. Было даже не ясно какой именно. В своих защитных костюмах они казались полностью одинаковыми.

- Зачем? - уже сильнее повторил посол, но его проигнорировали вновь. Один из тринов подошел к Густафу и задал вопрос:

- Что последнее вы помните? - но имперец упрямо сжал губы, не желая отвечать. Потеря рук все больше разжигала гнев внутри него.

Трин, однако, не стал настаивать. Отвернувшись, он произнес:

- Первый отказывается сотрудничать. Позже приступим к сканированию памяти.

После, тот же вопрос он задал послу, который уже достаточно пришел в себя, чтобы осознать происходящее.

- Я не знаю! - воскликнул Мирандел. - Зачем я здесь?! Мы победили?!

Глядя не откровенное непонимание в лице элинийца, Густаф так же осознал, что не помнит о том, что было. Последним воспоминанием было бегство по лестнице в высотном здании. Их преследовала нежить, а после выстрел, долгое падение и темнота. Однако, лейтенант не ощущал никакой боли в том месте куда попал выстрел. Но было еще кое что, что Густаф помнил. Теперь помнил. Это его допрос, на котором он раскололся, выдал тринам все тайны, которые знал. Откуда появилось это воспоминание, лейтенант не знал, но чувствовал, что в его мозгу что-то изменилось.

- Ни первый, ни второй ничего не помнят относительно своего преображения, - доложил трин. - Возможно, это временно. Спросить третью не представляется возможным, но, по моему мнению, ее разум в том же состоянии.

- Что? - оживился Густаф, глядя сперва на трина, потом на Виссу. - Что вы с ней сделали? Отвечайте! - никто не ответил.

Слева от имперца открылась дверь шлюза, и в помещение вошел высокий трин, облаченный в броню металлического цвета. Гравировки и письмена на его латах выдавали в этом воине командирский статус. На его поясе висел клинок и копье в сложенном виде. Голову скрывал шлем. Воин был таким же пугающим и безликим, как и большинство тринов, которых видел Густаф.

- Мы победили, - просто и без гордости сообщил трин, так словно просто констатировал факт. - кризалит бежал с поля боя. Бросил вас. - Мирандел и Густаф во все глаза смотрели на командира, пока тот говорил. - Вы трое были апостолами кризалита. Он избрал вас и обратил. Припоминаете? - Густаф не ответил. Мирандел был в ужасе.

- Мы не заразились, - произнес посол. - Мы трое не заразились.

Командир тринов повернулся к элинийцу.

- Сканирование памяти долгий процесс, а с меня требуют немедленный отчет. Господин посол, я буду признателен вам за сотрудничество.

- Тогда и вы ответите на мои вопросы, - не растерялся Мирандел.

- Идет, - согласился трин, словно предвидел подобный исход.

- Последнее, что я помню, это наш с Виссой бой против преображенного аргироса. Он ведь тоже был апостолом. Где он сейчас.

- Мы изучаем его в отдельной секции, - ответил трин. - Не каждый день удается прикоснуться к секретной элинийской технологии.

- Что вы сделали с Виссой? - вмешался Густаф, на что трин не оборачиваясь ответил: - она в коме. В этом состоянии, она не сможет никому навредить. Она владеет магией, это делает ее опасной.

- Вы сказали, кризалит сбежал, - заговорил Мирандел. - Что это значит? Что вы знаете?

- Если вы ничего не помните, разговор с вами не имеет смысла, - ответил командир. - Однако, я отвечу на ваш вопрос. Вы были апостолами и готовились встретить наши войска, но в бой вступили наши боевые корабли, срочно прибывшие с Тритиана. Я предполагаю, что увидев нашу мощь, кризалит понял, что не сможет одержать верх и сбежал.

- Как? - не понял Густаф. - Как он мог сбежать? Это же кристалл или кто он там.

- Кризалит собрал оставшуюся энергию, в том числе и ту, что вложил в ваше обращение, после чего перенесся за пределы планеты, оставив после себя лишь пустые осколки.

- Он не уничтожен, - заключил Густаф. - Он вернется и уничтожит вас.

- Как знать.

- А что на счет нас? - с опаской спросил Мирандел.

- Нам в руки никогда не попадали живые апостолы, хоть и бывшие. Тацит смог собрать некоторые сведения, которые в дополнении к тому, что мы получим изучая вас, помогут нам эффективнее бороться с угрозой.

- Иными словами, мы погибли, - пояснил Густаф, взглянув на Мирандела.

- Точно, - согласился трин. - Мы уже связались с Инией и сообщили о случившемся. Вы все погибли при вторжении противника.

- На борту нашего флагранда был аргирос, - заметил посол. - Высший совет не оставит это дело в покое.

- Это уже не ваша забота, - ответил командир. - Прощайте.

- Что, черт возьми, с нами будет?! - закричал Густаф вслед развернувшемуся воину. Командир остановился.

- Вам позволили прийти в сознание для того, чтобы я смог допросить вас, но вы ничего не помните, так что вас поместят с состояние искусственной комы, как и антийку. В таком виде вы послужите нашим исследованиям, свободные от осознания собственной участи.

- Собственной участи?! - взорвался Густаф. - Ты смеешься что ли?

- Вы не можете так поступить! - воскликнул Мирандел.

- Вы знаете, что можем, - спокойно ответил командир и покинул помещение. Трины в синих костюмах отдали необходимые команды, и манипуляторы медицинских машин пришли в движение.