Изумруд Малфоя

Глава 1. Встреча

— Извините, мисс, но клубничного мороженого у нас нет, — официантка в извиняющемся тоне прижала к груди меню и выжидающе посмотрела на девушку, которая вздохнула, поправила непослушный локон каштановых волос и попросила только черный кофе. — Гермиона! — девушка вздрогнула и медленно обернулась.

В дверях стоял ее друг, рыжий Рон. Он неуверенно мялся у входа и переваливался с ноги на ногу, не решаясь подойти ближе. Улыбка казалась вымученной, а цвет лица отдавал легкой зеленью. Сердце Гермионы сжалось, но сделав над собой усилие она также медленно от парня отвернулась, важно выпрямив спину. В этот момент как раз вернулась официантка с кофе и Гермиона поднесла чашку к губам, сделала маленький глоток, надеясь, что парень достаточно понятлив. Она не хотела его видеть. За спиной раздался глухой стук дверей, а за окном она увидела, как рыжая макушка исчезает за поворотом. Девушка выдохнула и посмотрела на часы. «Ну же, не опаздывай» — пронеслось у нее в мыслях. Гермиона сидела в маггловском кафе «Под яблоком» почти напротив «Дырявого котла». Здесь она чувствовала себя спокойно, никто ее не знал и не норовил в тысячный раз поблагодарить, угостить огненным виски или пригласить на свидание. Новость о том, что Гермиона Грейнджер и Рон Уизли расстались быстро расползлась по волшебному миру. Многим хотелось, особенно личностям мужского пола, познакомиться с ней поближе, только вот никто из них никогда не интересовался, а нужно ли ей это? Гермиона так устала от общественного чрезмерного внимания, что в последние пять месяцев старается избегать волшебное сообщество. Общество магглов было в самый раз.

— Гермиона! — на этот раз она обернулась очень быстро и лучезарно улыбнулась.

— Гарри! — помахав рукой, Гермиона радостно позвала его к ней за столик. Друзья крепко обнялись и Гермиона наконец почувствовала себя в безопасности. Рядом с Гарри она становилась собой, ей не нужно было играть на публику. Рядом с ним она была просто Гермиона, а не подружка Уизли, отличница Хогвартса, героиня Войны.

— Как ты? — спросил Гарри, махнув в сторону официанта, показывая на кофе.

— Неплохо, — уголки губ девушки дрогнули в улыбке.

— Я… Я заметил Рона, как он вышел из кафе, — бровь Гарри чуть прыгнула вверх. Мы не общались, если ты об этом. Я вообще не знаю, что он забыл в маггловском месте. Надеюсь, что он не ведет за мной слежки, — твердо сказала Гермиона, делая еще глоток чуть остывшего кофе.

— Герм, может вам поговорить? Пять месяцев прошло, может вы вернете свои отношения? Гарри, я понимаю, что ты друг Рона, но ты еще и мой друг тоже. После его выходки на Праздничном вечере в Министерстве, я не хочу не то, чтобы с ним говорить, я видеть его не могу, — Гермиона отвернулась от друга и впилась взглядом в прохожих за окном, стараясь подавить те воспоминания, которые начали всплывать по воле Гарри.

Закончился их учебный год в Хогвартсе. Седьмой год был самым спокойным из всех, что ей довелось проводить в школе. По случаю годовщины окончания войны с Воландемортом, Министерство Магии решило провести небольшой вечер по этому случаю, пригласив туда основных участников боев. Целью было отдать дань уважения тем, кто не смог вернуться с войны живыми. «Небольшая встреча за бокалом вина» — так ее пригласил на годовщину сам Министр Магии Кингсли. Тот вечер она не забудет никогда. Казалось, что скромный круг гостей подразумевал под собой всех магов и волшебников столетия. Естественно, Гарри, Рон и Гермиона являлись тогда центральными фигурами. Каждый хотел лично пожать руку героям, некоторые подходили по нескольку раз, что очень сильно утомляло друзей. Гарри постоянно общался с высокопоставленными работниками министерства, Гермиона слышала, как кто-то шептался и пророчил будущее Поттера в должности самого Министра Магии. К самой Гермионе также поступали предложения занять ту или иную должность, но тогда она совершенно не думала о карьере, она хотела продолжить обучение, и еще стояла перед выбором направления: зелья или же защита от темных искусств. Только Рон был обделен предложениями о работе. Ему только жали руку, хлопали по плечу и удалялись к мистеру Поттеру или мисс Грейнджер.

— Рон, может хватит? — Гермиона нежно коснулась запястья своего парня, стараясь остановить его от десятой порции огневиски.

— Уйди, — рыжий с напором оттолкнул девушку и залпом осушил бокал, — тебе то что? Иди развлекайся с министерскими крысами! Вдруг завтра проснешься новым заместителем министра Кингсли по делам магглорожденных! Должность тебе самая подходящая! — сплюнул Рон. Гермиона от этих слов опешила и замерла, только недоуменно хлопая глазами.

— Рон, ты о чем вообще? Зачем ты так говоришь? — она искренне не понимала буйства парня. Я сказал не трогай меня, что не понятного? — он угрожающе сделал шаг в сторону Гермионы, глаза его загорелись злостью. А Гермиона в шоке от происходящего даже с места не сдвинулась, — Ты всегда была помешана на учебе! Хотела быть лучшей и ты ей стала! А что в итоге? Почести Гарри со стороны всех, — он широким жестом показал на зал, — еще я понять могу. Не понимаю я одного, почему на пьедестале стоишь с ним только ты? Меня там что, не было? Я расцениваюсь как неуклюжий и тупой друг Поттера и парня «той самой» Грейнджер?! Меня это достало! Я тоже герой!

Рон с силой развернулся на каблуках очень по-малфоевски и удалился в глубь толпы. Гермиона тогда так и осталась у стены, тихо вытирая слезы изумрудной мантией. После, она случайно наткнется на Рона в небольшом коридорчике, что вел в туалетные комнаты. Там он зажимался с какой-то девицей в красном платье с неприличным разрезом выше бедра. Гермиона от ужаса картинки выронила сумочку и та с оглушающим грохотом упала на черный кафель. Рон на мгновение оторвался от пухлых губ пассии, посмотрел на Гермиону, бросив на нее звериный оскал, вернулся к губам неизвестной дамы.

Как в тот вечер Гермиона оказалась дома, она не особо помнила. В воспоминаниях мутный Гарри пытался ее то ли успокоить то ли узнать, что случилось, но кроме всхлипов, которые вот-вот норовили превратиться в крики истерики ничего от нее не добился. Чего ей стоил разрыв с Роном! Одному Мерлину известно. И Джинни. И Гарри. Если бы не они рядом, она бы от боли и предательства с ума сошла. Рон конечно, когда в себя пришел, старался изо всех сил вернуть расположение Гермионы. Но после того унижения она твердо решила порвать отношения с рыжим парнем, который на корню искоренил все ее нежные и теплые чувства к нему.

Теперь они сидели в кафе теплым сентябрьским утром. Гарри заботливо смотрел на Гермиону и не вырывал ее из собственных мыслей. Он помнил, каких трудов и сил стоило Гермионе вернуться к нормальной жизни.

Он нашел ее в министерстве, пытающейся воспользоваться камином и покинуть мероприятие. Руки ее сильно дрожали и летучий порох струился между пальцев, а тех крупиц в виде остатка в ее крошечном кулачке не хватало для активации камина. Он сначала пытался у нее узнать, что случилось, но сквозь всхлипы подруги он уловил только «Предатель», «Рон, как ты мог» и «Ненавижу». Тогда он понял, что рыжего друга он найдет позже, а пока займется Гермионой. Через камин они выбрались на улицу, а там он смог трансгрессировать к входной двери квартиры Гермионы. Это было ее временное жилье, которое она снимала в маггловской части Лондона, но от прямой трансгрессии она его таки защитила. Да и не только от трансгрессии, после скитаний по лесным массивам с Гарри в войне с Воландемортом, у нее остался пунктик защищать свое жилище. Поэтому Гарри пришлось открывать дверь старым дедовским способом, а именно ключом, который порывшись в сумочке Гермионы, он нашел.

— Знаешь, когда я увидела его, у меня сердце сжалось, этого я скрывать не стану. Но возвращаться я к нему не собираюсь. Никогда. Я как никак героиня войны, — после этой фразы она вернула свой взгляд на Гарри и игриво улыбнулась.

— Ладно, дело твое, просто знай, он тогда сильно перепил и очень раскаивается в том, что сделал, — Гарри накрыл ладонь Гермионы своей.

— Ты прав, дело мое, — чуть серьезнее ответила подруга, — Но, я так понимаю, сегодняшняя наша встреча с тобой не просто так? — следом оттаяла девушка. Гарри хотелось расслабиться, но понимая, о чем сейчас он заведет разговор, весь напрягся. Гермиона прищурилась.

— Знаешь, поверить не могу, что после того момента, как мы все дарили друг другу те пестрые ленты в Большом зале прошло уже полтора года. Знаешь, я ведь ношу с собой ту ленточку, что дал мне Рон. Она служит для меня неким напоминанием того, что мы смогли пережить. Мы справились, — Гарри грустно улыбнулся, а Гермиона не могла понять, к чему он вдруг заговорил о тех лентах. Свою она тогда подарила Малфою. Он отдал ей свою. Она ее хранит, и как оказывается она не одна носит эти клочки волшебной ткани с собой. Девушка никому не говорила, что таскает везде подарок Малфоя, ей было страшно, страшно прежде всего перед самой собой, ведь она не понимала почему она это делает.

— Гарри, к чему этот разговор? — спокойно спросила она.

— А скажи, почему ты тогда отдала ленту Малфою? Ты же знаешь, как он ненавидит всех магглорожденных. Да и натерпелась ты от него, — Гарри развел руками.

— Какая теперь разница, Гарри? Ты сам сказал, прошло полтора года, давай лучше обсудим то, с чем ты пришел, — тихо ответила Гермиона.

— Хорошо, может однажды я смогу понять тебя. Но о прошлом я заговорил не просто так. Лицо друга стало серьезным и он немного наклонился в сторону подруги, понизив голос. Пока мы доучивались в Хогвартсе, мракоборцы пытались найти сбежавших Пожирателей смерти. Некоторых ублюдков найти так и не смогли, — Гарри сильно надавил на глаза, словно от большой усталости.

— Я заметила, что Министерство не особо придавала публичности информацию о беглецах. Ты знаешь, кто еще в бегах, - Гермиона старалась прятать беспокойство в голосе.

— Да, Герм, знаю. Именно поэтому я к тебе и пришел. Теперь я работаю в тайном отделе мракоборцев, — Гермиона не смогла скрыть своего удивления.

— А есть и такой? — Есть и я хочу, чтобы ты работала со мной.

— …. \— Не делай такое удивленное выражение лица, словно ты этого не достойна!

— Но Гарри! — воскликнула Гермиона так звонко, что пара официантов на нее покосилась, — Я правда не могу! У меня нет стольких знаний, силы и храбрости, извини… — она грустно опустила глаза и уставилась на дно опустевшей кружки.

— Дорогая моя подруга, ну вот откуда в тебе столько самоунижения? Посмотри на меня! Я говорю посмотри! Ну вот, а теперь слушай. Ты замечательная волшебница и без тебя бы я не справился в черные дни нашей жизни. Я пришел с предложением о работе, и понимаю, что поступить на службу туда — это фактически вернуться в страшное прошлое. Но я не могу успокоиться, пока все Пожиратели не будут пойманы и наказаны за все свои злодеяния. Мне необходим твой острый ум, твоя предусмотрительность, твое умение рационально оценивать факты. Гермиона, я прошу тебя обдумать предложение, сразу можешь не отвечать, — Гарри с таким теплом и надеждой смотрел на Гермиону, что по щеке у нее скатилась одинокая слеза.

— Не рыдай, — улыбнулся Гарри.

— Не буду, -всхлипнула девушка. — Я постараюсь тебе рассказать основные моменты того, что сейчас происходит. Хоть я и не имею права этого делать, но так ты хотя бы для себя определишь, нужно оно тебе или нет, — Гарри махнул официанту попросил повторить им кофе. Когда им принесли свежий кофе, Гарри продолжил:

— Тайный отдел мракоборцев сейчас занимается поиском Пожирателей Алекто Кэрроу, ее брата Амикуса Кэрроу, Треверса, Силвена, Эйвери и Люциуса Малфоя. От услышанных имен Гермиону передернуло. Она знала каждого, и знала на что каждый из них способен. Алекто Кэрроу вообще была сущей ненормальной, которая яро ненавидела магглов и нечистокровных волшебников. В школе она вытворяла над студентами такое, что девушка еле сдержала рвотный рефлекс.

— Это те, кто подался в бега и как сквозь землю провалились. Но, странным образом исчез Малфой старший, — лоб Гарри нахмурился.

— Ты о чем? — волшебница в целом не особо понимала, как Пожиратели могут исчезнуть без следа. После окончания войны Кингсли со своей командой создали отслеживающее заклинание на основе черной метки пожирателей. Стоит поймать одного с меткой и применить к нему заклинание, то на карте Мира красными точками сразу начинают мигать остальные ее носители. Таким образом Министерство изловило почти всех приспешников Воландеморта и посадила в Азкабан, у некоторых до сих пор идет следствие.

— Понимаю твое недоумение, Гермиона, мы предполагаем, что заклинание поиска Кингсли возможно дало сбой…

— Но это невозможно!

— А вдруг возможно? Гермиона, Воландеморт разорвал свою душу на семь осколков, а ты говоришь, что Поиск идеален. — Я этого не говорила, просто… Кингсли превосходный волшебник!

— А еще упертый и думает, что Поиск работает безукоризненно, — устало ответил Гарри, сделав глоток кофе. Все таки магглы делали его лучше, чем волшебники.

— Но если так, почему этих не могут найти?

— Хороший вопрос, поэтому я к тебе и пришел, я уверен, что с тобой мы сможем понять причину и разыскать тех, кто затерялся средь толпы, — Гарри улыбнулся подруге и вдруг посмотрел на часы.

— Герм, это пока все, что я могу тебе сказать, остальное узнаешь при условии, что согласишься на работу в нашем отделе, а теперь, мне нужно бежать, опаздываю, — друг извиняюще стал подниматься с места, ища по карманам маггловские фунты.

— Я подумаю, правда. Сколько у меня времени? — девушка подняла глаза на Гарри. Сейчас он казался таким взрослым, что сложно было в нем узнать того мальчишку, который вечно любил нарушать школьные правила.

— До завтрашнего утра.

— Что? Но…

— Я думаю, что тебе хватит времени все обдумать и взвесить. Кстати, жалованье будет высоким, нуждаться ты ни в чем не будешь, — хитро улыбнулся друг и направился в сторону выхода.

— Гарри, подожди! А кто руководитель этого тайного отдела? Должна же я понимать с кем работать, если что, — хихикнула она.

— Герм, руководитель я, так что проблем у тебя не будет! Люблю тебя! И жду от тебя ответа завтра! Приходи в Министерство в отдел мракоборцев к десяти утра! — он крепко обнял подругу и быстро выбежал в сторону «Дырявого котла», а Гермиона так и осталась стоять, смотря в след удаляющегося друга.

«Руководитель Тайного отдела мракоборцев, надо же!» — с гордостью подумала Гермиона и широко улыбнулась.

Она оглядела место, где только что она сидела с Гарри, и решила, что хорошо подумает над его предложением. Уходя из кафе, она не заметила, что под купюрой в десять фунтов лежал один золотой галлеон.

Глава 2. Судилище

Гермиона решила, что прежде чем возвращаться домой, стоит прогуляться по Косому переулку и заодно заглянуть в книжный магазин, может найдется какая-нибудь новая книга по зельям или травам.

Девушка сильнее натянула капюшон мантии на глаза и быстро пересекла «Дырявый котел» к выходу в переулок, опасаясь, что ее узнают посетители и вновь начнут засыпать овациями.

Все же будний день создавал свою атмосферу. Редкие волшебники и волшебницы сновали от лавки к лавке, поэтому можно было медленно идти до «Флориш и Блоттс», совершенно не опасаясь преследований «поклонников». Гермиона думала о том, как тем Пожирателям удается так долго скрываться от лучших мракоборцев Министерства Магии? Неужели они что-то упустили и теперь это что-то позволяет опасным преступникам спокойно находиться на свободе. Причем скорее всего они уже даже не в Британии, расползлись по всему миру и ищи теперь их, как иголку в стоге сена. Возможно беглецам известно какое-то охранное заклятие, что Кингсли не может его перекрыть? Нужно сходить в библиотеку Министерства и посмотреть, вдруг найдутся зацепки. Но больше всего ее от чего-то интересовал Малфой Старший. Гарри на нем сделал акцент, но ничего не уточнил, а это подозрительно. Вообще пропасть бесследно? Интересно, может он уже мертв и валяется где-нибудь в сточной канаве на Севере Лондона? От таких мыслей Гермиона остановилась и встряхнула головой. Он все же человек, каким бы он ни был, но человек и заслуживает справедливости. В голове снова всплыл Большой зал, приветствие профессора Макгонагалл и то, как она вдруг поднялась с места и под пристальными взглядами своих друзей направилась к Малфою. Что ее тогда сподвигло, она до сих пор не понимает. Она шла вдоль длинных столов, стараясь держаться на полуваттных ногах, т.к. разум ей твердил повернуть обратно и вручить ленту любому другому! Да хоть Невиллу! Он то ее явно больше заслуживал, нежели чем Малфой. Но она шла к нему, она хотела взглянуть в его серые глаза и увидеть то, чего другие заметить не смогли. Драко Малфой изменился. Даже ей эта мысль казалась бредом, но она шла, а потом шокированный Малфой подпрыгнул с места. Естественно он не ожидал, что к нему подойдет та, которую он с самого первого дня оскорблял, унижал и принижал в глазах других. Гермиону поразило то, что он принял ее подарок и извинился, а не унизил ее в очередной раз. Его слова до сих пор звучат в ушах «Простишь…ли…ли…ты?»… В голосе парня было столько мольбы и надежды, что она не могла не простить. Она простила еще в момент, когда решила отправиться в сторону стола слизеринцев. Когда Драко попросил взять его ленту, Гермиона чуть не разрыдалась, но смогла сдержать поток эмоций и вернуться к своим мальчикам за стол Гриффиндора. Седьмой курс они отучились и правда спокойно. Никто никого не оскорблял, свелись к нулю межфакультетские конфликты Слизерина и Гриффиндора. По крайней мере публичная ругань и выяснение отношений прекратились. Оставались только шепотки и косые взгляды, но все понимали, что эти последствия еще долго не покинут стены Школы.

А потом случилось то, что все ждали, но старались не обсуждать вслух.

У Пожирателей смерти и их последователей начались судебные процессы. С некоторой периодичностью Гарри, Рон и Гермиона присутствовали на судах, как свидетели со стороны обвинения Визенгамота. Великая троица получала повестки и на назначенную дату директор Макгонагалл отпускала ребят в Верховный суд, причем чаще всего она тоже находилась на данных заседаниях. Суды длились долго и мучительно. Но один она не забудет никогда. Суд над семейством Малфоев.

В то морозное зимнее утро 11 декабря Гермиона нашла у себя на тумбочке очередной конверт с красной печатью на обороте, она уже знала, что это приглашение явиться в суд для дачи показаний против очередных Пожирателей. Когда она открыла конверт, то прочла:

«Уважаемая мисс Гермиона Джин Грейнджер!

Настоятельно просим Вас явиться в Визенгамот 12 декабря 1998 года в 10 утра

для дачи показаний против миссис Нарциссы Малфой и мистера Драко Малфоя.

С Уважением, Министр Магии Великобритании

Кингсли Бруствер.

Прошу не опаздывать!»

Гермиона села и прижала конверт к груди. Она знала, что этот день настанет, но морально так и не была к нему готова. Девушка спустилась в Большой зал, Гарри с Роном что-то бурно обсуждали с набитыми ртами. Она окинула взглядом стол слизеринцев, но Малфоя не нашла. Сердце беспокойно застучало.

— Гарри! Рон! Аккуратней, вы же в конце концов приличные люди!

— Гермиона протиснулась между друзьями в надежде, что те хоть немного станут спокойней.

— Гермиона, а то ты не знаешь! — пробубнил Рон, держа в руке жирный кусок курицы, — Завтра суд над Малфоями! Так им и надо, скорее бы их всех упекли в Азкабан! И Старшего бы уже нашли и отправили к дементорам!

— Рон! — возмутилась Гермиона, — нельзя быть таким злым.

— Гермиона, Малфои это заслужили, — подал голос Гарри, отхлебывая тыквенный сок.

— Все равно, правосудие должен блюсти Визенгамот, все должно происходить в соответствии с действующими магическими законами, — строго ответила подруга. Есть совсем расхотелось и она налила стакан воды.

— Ты что же их защищаешь? — исподлобья решил уточнить Рон.

— Я никого не защищаю, я просто констатирую факт. В отношении каждого, кто находится под следствием должно проводиться тщательное расследование.

— Да Малфои столько душ сгубили, что не отмыться им до скончания времен! — не унимался рыжий.

— Гарри, с Роном просто невозможно разговаривать, я в библиотеку. Увидимся завтра в Министерстве. Гарри и Рон переглянулись. Они не ожидали, что последует такая реакция у их подруги на суд над Малфоями.

— Слушай, она просто уже устала. Когда суды закончатся, она станет прежней, — спокойно подбодрил Гарри Рона.

— Уж надеюсь, а то она так печется за Малфоя, что всякое начинаешь думать. Ленту ему тогда отдала и даже не объяснила почему, — хмыкнул Уизли.

— Не говори чепухи. Просто Гермиона очень добрая и открытая, никак ее поступок иначе не расценивай, — Поттер пожал плечами и решил плотно позавтракать, не тратя время на пустую перепалку своих друзей.

Гермиона тем временем ни в какую библиотеку не собиралась, она была вне себя от гнева на друзей, которые так бессердечно относились к Малфою. Пусть у него и была метка на руке, но в его случае это еще не значило, что его нужно упечь в Азкабан. На выходе из Большого зала столпилось несколько студентов в зеленой форме и шумно шептались, да так, что Гермиона краем уха уловила:

— Так это правда? — пискнула одна из слизеринок.

— Да! Я сама видел, как утром его выводили мракоборцы в магических наручниках, а палочку у него отобрали! — тараторил парень, нервно теребящий змеиный шарф.

— А куда его увели?

— Если я верно понял, то в камеру в Министерстве при Визингамонте. Там он будет дожидаться завтрашнего суда и уже после будет понятно, вернется ли он в школу или отправится в Азкабан.

— Но там же Дементоры…., — дальше разговора студентов девушка не слышала. Гермиону охватила дрожь. Она резко развернулась и направилась в Гриффиндорскую Башню. Ей нужно было побыть одной и подумать, как вести себя на суде. Как своими показаниями помочь…. Драко.

На следующее утро святая троица стояла в кабинете директора и ждала портал, который вот-вот должен был активироваться в хрустальной конфетнице, что стояла на бывшем столе Дамблдора. Директор Макгонагалл спокойно перебирала бумаги, а рядом с ней доносилось похрапывание портрета Северуса Снейпа. Друзья смотрели на него и не могли понять, почему как только они приходят в кабинет, бывший директор и профессор моментально засыпает. А вот Дамблдора было не угомонить. Он всегда был очень рад ребятам.

— Не грустите, друзья, — по-доброму и даже по-отечески сказал Дамблдор.

— Профессор, сегодня судят Малфоя, в том числе речь будет заходить и о покушении на вашу жизнь! — вспылил Гарри. — Но он меня не убивал, Гарри, — спокойно улыбнулся Директор, хоть и бывший.

— Это сделал я, — все вздрогнули и даже Минерва Макгонагалл от неожиданности дернулась и обронила часть пергаментов.

— Профессор Снейп! — заголосила троица. У Гермионы в уголках глаз собрались маленькие бусинки из слез.

— Послушайте, Дамблдора убил я. У нас была договоренность, вам о ней известно, — спокойно ответил дремавший профессор Снейп, — я много чего сотворил, частью гордиться нечем, но Драко мой крестник. Я прошу каждого из вас хорошо подумать над тем, что вы скажете в суде. Прежде всего будьте справедливы сами к себе.

— Северус прав, друзья мои. Я уверен, что мистер Малфой не такой уж и плохой человек. И я сейчас обращаюсь к вам Гарри и Рон, — те в свою очередь запыхтели, но промолчали, а Гермиона озарила бывшего директора благодарной улыбкой.

— Ну всё! Нам пора! — подала голос Макгонагалл, вставая и застегивая мантию к подбородку.

— Все будет хорошо! — подмигнул друзьям Дамблдор напоследок, — Истина в вашем сердце!

Трое друзей и новый директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс коснулись хрусталя.

Мгновенье и в кабинете зазвенела пустота.

— Думаете они поступят правильно? — угрюмо зазвучал голос Снейпа.

— Надеюсь, друг мой, надеюсь, ведь с ними мисс Гермиона Грейнджер.

Северус хмыкнул, но ничего ответить так и решился.

Вихрь портала приземлил свидетелей в уже знакомом им кабинете Верховного чародея Визенгамота Аберфорта Дамблдора. Должность он свою получил через пару месяцев после битвы за Хогвартс. Кингсли решил, что Министр Магии и Верховный чародей не совместимы в одном лице, и то, как однажды это провернул Корнелиус Фадж было противоестественно, и заведомо создавало ситуацию несправедливого рассмотрения дела по отношению ко всем сторонам дела. Министерство провело тайное голосование среди Президиума и почти со стопроцентным большинством победу одержал брат Альбуса Дамблдора. В дальнейшем он показывал себя достаточно справедливым судьей, рассудительным и гуманным, поэтому сегодня Гермиона как никогда надеялась на его человечность.

— Побудьте здесь, скоро за вами придут, — после этих слов Макгонагалл быстро удалилась.

— Она сегодня не очень то и разговорчива, — протянул Рон, плюхаясь в огромное красное бархатное кресло.

— А когда Макгонагалл много разговаривала? — удивился Гарри. Все трое хихикнули.

После вчерашней стычки друзья так и не общались, все ждали, когда решится судьба семьи Малфоев.

Гарри стоял у дверей, плотно закутавшись в теплую мантию. Было заметно, что парень старается скрыть свои истинные эмоции, его мучали двойственные чувства к Малфоям. Гермиона же в тысячный раз знакомилась с картинами Аберфорта. Они отражали настроение владельца в настоящий момент и сегодня девушка заметила, что на большинстве из них бушуют штормы или завывает ледяная вьюга. Странно, какое дело младшему Дамблдору до Малфоев, они даже в войне особо и не пересекались. Девушка ходила от «Черного вихря» к «Снежному урагану», неосознанно хмурила лоб и пожимала плечами. Только Рон был безмятежен и спокоен как удав.

— Нас вечно заставляют ждать, так не должно быть! Мы все-таки Сами-Знаете-Кого одолели! Проявили бы капельку уважения.

— Рон! Что с тобой не так? Ты второй день несешь какой-то вздор, — ровно парировала Гермиона, одарив снисходительным взглядом своего парня, — Гарри победил Воландеморта, а мы были рядом.

— Герм, мы все вместе приложили руку к победе, — улыбнулся Гарри, — Но Рон прав, заседание уже должно было начаться и нас должны были пригласить. Опаздывают на пятнадцать минут, для Кингсли и Дамблдора такое не свойственно.

— Надеюсь, что все в полном порядке, — прошептала Гермиона.

Здесь друзья услышали спорящие два голоса, которые становились все громче и явно приближались в сторону их кабинета.

— Так нельзя! Они еще дети!

— Минерва, они победили Темного Лорда, они уже ДАВНО НЕ дети!

— Но…!

— Нет Минерва, в этот раз всё будет соответствовать полной процедуре рассмотрения дела. Это Малфои. Одно! Одно единственное нарушение и весь процесс пойдет насмарку! Не приведи Мерлин, если нам придется их отпустить из-за чьей-то глупой оплошности!— Почти взревел Аберфорт.

Голоса притихли и остановились у двери, не решаясь войти. Троица переглянулась в полном недоумении того, что происходит. Ситуация очень настораживала каждого, даже Рон поднялся с нагретого места и приложил ухо к двери, пытаясь что-нибудь расслышать. Но услышал он только глухой стук своего лба и дубовой двери, когда ее широко отворил Аберфорт.

— Мистер Уизли, вы что-то потеряли? — с наигранной серьезностью спросил у Рона, сидящего на пушистом ковре. Рыжий от удара отлетел на полтора метра и теперь тёр шишку на голове.

— Профессор Дамблдор, он любопытство свое ищет, — прыснула Гермиона.

— Ну будет тебе, Герм, я просто потерял равновесие, с кем не бывает, — обыденно ответил Уизли, поднимаясь и отряхиваясь.

— Мы готовы идти, — Гарри встал щитом для друзей, словно защищая их от надвигающихся бед.

—Не так быстро, мистер Поттер, — спокойно остановил его Верховный чародей, — Сегодня все допросы будут проводить по одному. По очереди. Первым пойдет давать показания Мистер Уизли. Мистер Поттер, вы тоже пойдете с нами, но будете ожидать своей очереди в другом месте.

— Что? Но почему? Зачем? Такого никогда не было! — наперебой загалдела недовольная троица.

— Никаких вопросов! Поттер и Уизли за мной, мисс Грейнджер, вы останетесь здесь. Когда дойдет ваша очередь, за вами придут и отведут в Зал номер десять.

Дамблдор властно показал на выход парням, те в свою очередь непонимающе посмотрели на Гермиону и молча удалились. Директор Макгонагалл только сочувственно уголками глаз кратко улыбнулась девушке и наглухо заперла дверь с другой стороны. Гермиона осталась одна. Почему их разделили было совершенно не ясно. В голове стучала фраза «в Зал номер десять». Она обессиленно опустилась в то кресло, в котором до недавнего времени восседал Рон, и накрыла ладонями лицо, сдерживая накатывающиеся ледяные слезы.

Раньше их всегда одновременно приглашали в Зал номер семь на верхнем этаже Министерства. Он предназначался для тех дел, которые Министерство считало тяжкими. Почти всех Пожирателей судили именно там, а в Зале номер десять, что в холодных подземельях, проходили слушания по особо тяжким и особо опасным делам, никто из него еще не выходил оправданным. Каждый, кто сидел в железной клетке подсудимого, был отправлен в Азкабан. Навсегда. У девушки сжималось сердце болью, она понимала, что Малфоев решили лишить любого шанса на оправдательный вердикт Визенгамота. Но более всего ее беспокоило то, что они с друзьями даже не обсудили то, о чем будут говорить! Кто знает, что может налепетать Рон, который ненавидит Малфоев еще с пеленок. Гарри… У него тоже немало накопилось злости в отношении этой семьи, один только дневник Тома Реддла на втором курсе стоит вечных мук в Азкабане. И она сама… грязнокровка. От этого слова ее передернуло, тем более теперь все стараются употреблять магглорожденная, но на сердце спокойнее от этого не стало.

Сколько Гермиона просидела в таких раздумьях она не знала, но по ощущениям часа три не меньше. За это время она решила, что будет вести себя по ситуации. Раньше времени переживать? Еще и за семейку Малфоев? Ни за что. Вдруг в дверь уверенно постучали, что девушка вздрогнула.

— Мисс Грейнджер? — из дверного проема выглядывал молодой человек в лиловой мантии, — Вас уже ждут, пройдемте.

Девушка встала и без единой эмоции последовала за членом Визенгамота. Мантия его слегка подрагивала от уверенного шага, а она себя чувствовала арестанткой, которую ведут на смертную казнь.

Дошли они в полном молчании и Гермиона была признательна этому судье. Она настраивалась на то, что ее ожидало по ту сторону массивных иссиня-черных дверей. Член Совета открыл их, приглашая войти. Шаг. Еще один. Приглушенный свет. Полуподвальное помещение.

Визенгамот в полном составе разлился ярким лиловым пятном по судейской трибуне. В центре находился Верховный Чародей Аберфорт Дамблдор. С правой стороны поодаль от Дамблдора, чуть ниже судейского состава на скамьях сидели Рон, Гарри с Джинни, директор Макгонагалл, Невилл Локбатан, Полумна Лавгуд, мистер и миссис Уизли и еще несколько смутно знакомых и незнакомых лиц. Противоположно с левой стороны от присутствующих стояла грубой прямоугольной формы трибуна для выступлений, сейчас она пустовала. Она ждала.

Сопровождающий Гермиону судья слегка подтолкнул ее в направлении той самой трибуны. Девушка уверенно преодолела расстояние и заняла место за ней. И тут она увидела Его.

В центре Зала номер десять красовалась ржавая железная клетка. В ней был закован тяжелыми цепями Драко Малфой. На запястьях виднелись сильные кровоподтеки, манжеты белой рубашки побагровели от запекшейся крови, а по длинным белым пальцам тянулись ее длинные струйки. Ноги Малфоя Младшего также были скованы железом, совершенно не давая возможности двинуться с места, и точно так же, как и на запястьях доставляли сильную боль ногам. Но самое страшное было то, что на шее парня как ошейник на дворовой собаке был туго затянут железный воротник, а он в свою очередь цепью намертво закреплен к спинке металлического стула. Потрепанный, а некогда идеальный вид Драко Малфоя, начал дополняться яркими кровавыми пятнами на уже давно не белой рубашке. Из-под воротника по телу просачивалась красная жижа. Полностью обездвиженный и обессиленный молодой человек, в клетке метр на метр, немигающим взглядом впился в Гермиону, по нему было сложно понять, что он выражает. Страх? Боль? Неприязнь? Или же ненависть?

В метрах двух от него сидела в более комфортных условиях его мать Нарцисса Малфой. Идеальные белые локоны струились по плечам аристократки, ни в какое сравнение с грязной и лохматой головой ее сына. Нарцисса гордо держала осанку, прикованы у нее были только руки, но мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять, оковы у женщины были лишь для того, чтобы она не ринулась к сыну.

От картины, что предстала перед взором Гермионы, по спине пробежал холод. И Ужас, да, страшный, будто Темный Лорд снова восстал из мертвых.

— Представьтесь, пожалуйста, — кто-то кашлянул, пытаясь привлечь внимание девушки.

— ….

— Эм…мисс? Представьтесь, пожалуйста, для протокола, — уже громче прозвучал голос. И тут Гермиона словно очнулась.

— Что это?! — буквально крикнула она. Визенгамот стал переглядываться, — Я спрашиваю ВАС! Это ваш протокол, который нельзя нарушать?!

— Мисс, представьтесь и мы начнем ваш допрос, — твердо сказал специальный консультант, очень пухлый мужчина с кривыми губами и широкой залысиной.

— Это настоящее варварство! Средневековье! Когда вдруг пытки стали методом достижения правосудия! — Гермиона не могла остановиться, слезы градом потекли по ее побелевшим щекам.

— Мисс Грейнджер, успокойтесь! Мы действуем в соответствии с нашим распорядком проведения судебного заседания против особо опасного преступника Пожирателя смерти, который из собственного дома поспособствовал сделать штаб-квартиру приспешников Воландеморта, — громко продекламировал Дамблдор.

— Да вы все с ума посходили! — девушка горячо замахала руками, стараясь избавиться от этой ужасающей сцены окровавленного Драко, — Снимите с него ВСЁ! — взмолилась она.

— Это невозможно, — гневно парировал Верховный чародей. — Еще раз, или вы освобождаете Малфоя от этих железяк или я никаких показаний давать просто не стану!

Теперь по Залу пролетел недовольный шепот. Гарри с Роном сидели разинув рты, наблюдая за подругой.

— Мисс Грейнджер, раз так, то только из уважения к вам за ваши заслуги, — недовольно произнес Аберфорт.

— Знаете, ваш брат Альбус Дамблдор никогда бы не позволил, чтобы так относились к заключенному, любому заключенному. Он был добрым человеком, в каждом старался увидеть свет. Профессор дарил тепло каждому, кто оказывался рядом с ним. Но вы нет. Вы просто носите фамилию Дамблдор, но своими жесточайшими действиями вы ее просто недостойны.

После этих слов Гермионы Зал притих, даже закованный Малфой вдруг решил избавить себя от попыток двинуться и чуть размять затекшую спину, которая колола острой болью вот уже три часа.

Аберфорт был изумлен тому, что сказала девушка. Он махнул паре мракоборцев, чтобы те освободили парня.

Гермиона продолжала тихо плакать и смотреть, как медленно сваливаются оковы с тела Драко, как мракоборцы по очереди, не произнося ни слова, взмахивают палочками, убирая множество охранных заклинаний, словно цепей им было мало. Один мракоборец помог Драко выбраться из клетки, а другой железный стул трансфигурировал в мягкое кресло. Когда «стража» удалилась, Гермиона не выдержала и наколдовала перед измученным парнем стакан с прохладной водой, по его пересохшим губам она поняла, что его мучает жажда. — Что за самодеятельность! — подскочил с места специальный консультант.

— Оставьте это, мистер Гранд, пускай, — махнул рукой на действия Гермионы Верховный Чародей.

Гермиона в это время не обращала внимания ни на кого из присутствующих, кроме пострадавшего блондина. Сейчас он на нее смотрел с удивлением и благодарностью, которую испытал уже второй раз в жизни. И снова к ней.

Малфой постарался унять дрожь в пальцах и все-таки отпить хотя бы глоток воды, т.к. условия содержания для таких, как он…мягко говоря оставляют желать лучшего для Визенгамота и Министерства в целом.

Рядом сидевшая Нарцисса не могла поверить, что мучения ее сына прекратились и одними губами она произнесла для Гермионы «Спасибо». Девушка слегка кивнула, а потом вздохнула и громко сказала:

— Меня зовут мисс Гермиона Джин Грейнджер, — давая понять всем, что можно начать, но внутри нее так и бился гнев на тех, кто позволил такое отношение к Малфою и кто не предотвратил его, когда имел возможность. Она посмотрела на скамью, где сидели ее друзья и почти семья, после чего внутри нее что-то хрустнуло. Вот оно, чувство разочарования в близких. Когда реальность вдруг перестала соответствовать собственным ожиданиям.

— Мисс Грейнджер, сейчас вам будет задан вопрос, ответ на него очень важен. Постарайтесь хорошо подумать над ответом. Но для начала напомню, что мы ведем судебное разбирательство в отношении семейства Малфоев, а именно Нарциссы Малфой и ее сына Драко Малфоя. Люциус Малфой как известно находится в бегах, поэтому как только он будет пойман, то Визенгамот для него соберется отдельно. Миссис Малфой предъявлено обвинение в том, что она укрывала в своем доме Волдеморта и его Пожирателей смерти. Также в том, что являлась свидетельницей множества убийств волшебников маггловского происхождения, а также простых магглов, но не пыталась предотвратить данные преступления, а занималась их сокрытием, что является тяжким преступлением. Список жертв у вас под рукой, мисс. Далее. Мистер Драко Малфой обвиняется в том, что он является Пожирателем смерти. Этот факт подтверждается его черной меткой на запястье. Также, он готовил покушение на Директора школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Альбуса Дамблдора, а также в подготовке нападения на Хогвартс другими Пожирателями смерти. Мистер Малфой оказывал посильную помощь Волдеморту в битве за Хогвартс…

— Это ложь! — вдруг слуха коснулся хриплый голос Малфоя.

— Вам слово не предоставляли, обвиняемый. И постарайтесь больше не нарушать процесс, кандалы далеко не убраны, — Драко съежился и видимо решил не испытывать судьбу, которая и так висела на волоске от того, чтобы завтра начать новую жизнь в Азкабане.

Верховный чародей продолжил оглашать обвинение сухим безжизненным голосом:

— Также мистер Драко Малфой обвиняется в тех же злодеяниях, что и Нарцисса Малфой.

Гермиона впервые пристально посмотрела на всех тех, кто уже дал показания. Что каждый из них рассказал? Насколько теперь важными будут ее слова, если по лицам всех присутствующих читается «ВИНОВЕН». Миссис Уизли тихонько плакала и прикрывала нос платочком, ее нежно обнимал серьезный мистер Уизли. Джинни прижалась к Гарри и старалась не смотреть в центр Зала, а Гарри механически обнимал девушку, внимательно наблюдая за Гермионой. А Рон… Рон просто еле усиживался на одном месте, казалось, что он вот-вот подпрыгнет и наброситься на Малфоя. Невилл и Полумна бесшумно шептались. И только Макгонагалл с маской безразличия сидела, как натянутая струна и внимательно следила за каждым движением воздуха.

— Итак, мисс Грейнджер, вы выслушали предъявленные обвинения семейства Малфоев. Вопрос к вам: вы будете давать показания на стороне обвинения Министерства Магии или на стороне защиты семьи Малфоев.

— Ч…что простите? — девушка опешила, уж такого она точно не ожидала. Она должна выбрать сторону?!

— Повторить вопрос? — жестко уточнил Дамблдор.

— Нннет, не стоит, — Гермиона заметила вытягивающуюся шею Гарри и нетерпение Рона, а потом эти серые глаза. Серое море было настолько спокойным и уставшим, что Гермиона так и слышала у себя в голове вальяжное «Ну же, выбирай, Грейнджер». Она внутренне улыбнулась и ответила:

— Я буду выступать на стороне защиты миссис Нарциссы Малфой и мистера Драко Малфоя. Гермиона Грейнджер вновь обрела уверенность и силу, и плевала она на все то, что было сказано до нее здесь чуть ранее.

— Что же, ваше право, мисс, — протянул Аберфорт, — мистер Уизли, можете начинать.

Гермиона даже удивляться не стала, что Перси теперь в составе Визенгамота да еще ведет судебное следствие. Для нее было важным сейчас полностью сосредоточиться на том, что она собирается отвечать.

— Мисс Грейнджер, скажите, как долго вы знакомы с семьей Малфоев? — неживым голосом задал вопрос Перси, а рядом с ним замаячило желтое перо, как у Риты Скиттер.

— Драко Малфоя я знаю с первого курса учебы в Хогвартсе. С его родителями знакомство было мимолетным, я честно даже и не запомнила, когда это было.

— В каких отношениях вы были с молодым Малфоем?

— Ни в каких. Я ему не нравилась, он мне не нравился. Вот и всё.

— То есть вы отрицаете, что Драко Малфой на регулярной основе вас всячески оскорблял и унижал за ваше маггловское происхождение?

— Это имеет отношению к делу? — Отвечайте, пожалуйста, мисс Грейнджер, — все также на автомате продолжат Перси. — Малфой никогда не питал ко мне теплых чувств. Да, он задирал меня и называл неприличными словами, но все это давно в прошлом. Я давно его простила и он об этом знает, — и снова этот противный шепот.

— Мистер Рон Уизли говорил о том, что на втором курсе Мистер Малфой угрожал вам палочкой, на что Рону, ммм….прошу прощения, мистеру Уизли пришлось вас защищать. Это так?

— Если честно, не совсем. Мы были тогда детьми и мало что понимали в отношениях между друг другом, и тот выпад Малфоя это простое ребячество, пусть и немного в грубой форме, — «прости меня, Рон» подумала Гермиона, она все же пытается хоть как-то помочь этой семье. А те слизни… Никто же не умер.

Рону естественно не понравилось то, как Гермиона преподнесла историю многолетней давности. Малфой тогда ее оскорбил, а сейчас она его защищает! Мир переворачивается с ног на голову.

— Значит претензий у вас никаких нет?

— Нет. Мы выросли, тем более я на третьем курсе сама чуть не напала на Малфоя, — уже более надменно начала девушка, — До применения палочки не дошло, но кулаком по носу я его здорово приложила, — Малфой старался не выражать никаких эмоций, он не реагировал даже, когда Гермиона переиначили историю про слизней, а вот Нарцисса не смогла скрыть явного удивления и укоризненно посмотрела на сына, тот лишь пожал плечами.

— Так и занесем в протокол. Мисс Грейнджер, раз вы сегодня на стороне Малфоев, что вы можете сказать в их защиту?

Девушка развернулась к своим…подзащитным, глубоко вдохнула и начала.

— Я знаю, как много бед принесли деяния семьи Малфоев в наш магический мир, но нужно не забывать, что большая часть злодеяний совершены были лично Волдемортом и другими Пожирателями смерти, но никак не Драко и не миссис Малфой. Я с уверенностью могу сказать, что все то, в чем вы их обвиняете они совершили под давлением и угрозами Воландеморта. Том Реддл мог любого заставить делать то, что ему вздумается. Не мне вам рассказывать, уважаемый Визенгамот. Возможно и Люциус Малфой помогал Воландеморту из-за страха за своих близких. Когда угрожают убить жену или скормить сына змее, как бы вы поступили? Сомневаюсь, что ваш ответ был бы отрицательный, — по щекам Гермионы снова лились слезы, а глаза покраснели и припухли, — Да, Драко задирал меня в Школе, но это не делает из него преступника. А эта история с Исчезательным шкафом, по которому потом Пожиратели проникли в Хогвартс и разнесли пол Школы… Ужасна, отвратительна. Она закончилась с множеством жертв, но он это делал только из-за страха потерять семью. Он не смог убить профессора Дамблдора! Хотя в тот момент он явно понимал, что Воландеморт не простит ему такой оплошности. Но он НЕ убил. Миссис Малфой я лично не знаю, но она так же, как и Малфой, не сдали нас, когда в лесу нас поймали и доставили к ним поместье… Они сделали вид, что не узнали нас…не сказали ни Люциусу ни Беллатрисе. Они сделали все, чтобы сохранить наши жизни, все, что на тот момент они могли. Промолчали. А это безгранично много! Если бы не они, сейчас ни меня, ни Гарри, ни Рона здесь не было. Да и вряд ли этот состав Визенгамота вообще собрался. А потом в лесу миссис Малфой сохранила в тайне, что Гарри жив и Воландеморт не смог убить его уже дважды. Почему вы об этом не говорите, Верховный чародей? В мистере Малфое и миссис Малфой еще осталось что-то хорошее, вы не должны губить их попытки исправить хотя бы часть безумия, которое было сотворено. Они не вернут нам ушедших, но они смогут начать все заново. Подарите им шанс на искупление, они ведь его смогли подарить нам. Гермиона выдохнула. Нарцисса с теплотой смотрела на нее, а по щекам также, как и у Гермионы текли слезы. Драко от неожиданности услышанного, забыл как дышать. Рон как немая рыбка то открывал рот, то закрывал, а Гарри лишь утвердительно кивнул, немного улыбаясь.

— Мы занесли ваши слова в протокол. У кого-нибудь остались вопросы к мисс Грейнджер? — спросил у лилового пятна Дамблдор. В ответ только тишина.

— Что ж, мисс, вы можете присесть к остальным свидетелям. Мы же подведем итоги и начнем голосование. Девушка на ватных ногах спустилась с трибуны. Проходя мимо Малфоя она была уверена, что ей показалось, как он слегка дотронулся ее пальцев. Невесомо, чтобы подумать, как ей это померещилось.

— На основании имеющихся у нас доказательств, прошу Визенгамот проголосовать «Виновна ли Миссис Нарцисса Малфой в предъявленных ей обвинениях?»- большинство рук взлетело вверх.

— Виновен ли мистер Драко Малфой в предъявленных ему обвинениях? — и также большинство уверенно проголосовали «да».

Гермиона не понимала, отчего все так хотят загубить жизни тех, кто действительно им очень помог…

— На основании изученных фактов, я Верховный чародей Визенгамота Аберфорт Дамблдор признаю виновными мистера Драко Малфоя и миссис Нарциссу Малфой и приговариваю их к условному сроку с испытательным сроком в три года. На этот срок им запрещается покидать территорию Великобритании. Также я накладываю штраф в сумме двести тысяч золотых галлеонов в казну Министерства Магии. Поместье Малфой-Мэнор будет находиться в ведомстве Министерства Магии до поимки Люциуса Малфоя. Волшебные палочки подлежат обязательной регистрации в отделе мракоборцев. Раз в месяц каждый из вас обязан приходить и отмечать палочку. Ее будут обязаны проверить на все возможные заклинания, которые ею были использованы в течение месяца. В случае нарушения хотя бы одного пункта данного решения, условный срок может быть изменен на реальный, отбывать который придется в Азкабане. А теперь, прошу осужденных отпустить незамедлительно. Верните им палочки. И да, мистер Малфой, можете спокойно возвращаться в Хогвартс, — устало махнул Аберфорт, а после встал и растворился, скорее всего прямиком в свой кабинет.

С этими мыслями Гермиона добралась до магазина «Флориш и Блотсс», дернула ручку и вошла внутрь.

Глава 3. Зеленый чай

Запах чернил и свежего пергамента завораживал Гермиону Грейнджер с самого раннего детства, поэтому как только она вошла в книжный магазин, то невольно глубоко вдохнула витающий в нем любимый аромат.

Она огляделась, создавалось ощущение, что в лавке она совершенно одна.Огромные стеллажи, тяжелые полки и шкафы ломились от самых разнообразных литературных шедевров, магических полезных советов и не очень, учебников для начинающих и продвинутых волшебников, гаданий и прорицания, астрологии, левитации, энциклопедий по квиддичу от одной команды до целых турниров, справочников о магических существах, сборников и собраний по защите от темных искусств, а также многое другое.

Магазинчик был наполнен разнообразием старинных фолиантов и совсем недавно отпечатанных книг. Девушка наслаждалась атмосферой безграничных знаний, что жили в этих стенах. Но бродить в одиночестве между стеллажами она не решалась.

— Мадам? — тишина, — Миссис Блэквелл, вы здесь? — она осмотрелась, ну не могла же владелица магазина уйти и оставить «Флориш и Блоттс» открытым.

— Ой, иду-иду! — раздались возгласы миссис Блэквелл. Андреа Блэквелл — женщина невысокого роста, на вид лет сорока с большими карими глазами и высокой прической в форме башни янтарного цвета, которая была ее неизменным атрибутом. Как-то она ответила назойливому посетителю, что таким образом компенсирует свой маленький рост. «У всех свои странности», подумала тогда Гермиона, являясь случайным свидетелем той небольшой перепалки. С тех пор Гермиона и миссис Блэквелл иногда позволяют себе выпить чашку чая и обсудить книжные новинки волшебного мира.

— Милочка! Ах, это вы, дорогая! — девушка заметила, что прежде чем спуститься к ней на первый этаж, женщина озабоченно махнула рукой в сторону кладовой, где лежали фолианты, которые уже никто никогда не купит. Дверь скрипнула.

— Все в порядке? — заботливо спросила Гермиона, обнимая волшебницу.

— Конечно, дорогая! Как давно мы не виделись! Кажется, целую вечность, — по-матерински чмокая девушку в щечки, пропела миссис Блэквелл, — Чем могу помочь?

— Я хотела узнать, не появились ли какие-нибудь новые издания по зельеварению или может травам? — задумчиво спросила Гермиона.

— Мисс Грейнджер, интересуетесь зельями? — девушка застыла.На лестнице второго этажа, откуда только что слетела миссис Блэквелл, возвышалась Нарцисса Малфой. Как всегда, выглядела она аристократически безупречно.

— Добрый день, миссис Малфой, — Гермиона непроизвольно опустила глаза. Ей было неловко находится в присутствии Нарциссы Малфой, особенно после того страшного суда.

— Да, мисс Гермиона увлекается сложными зельями, старается следить за всеми новшествами, — радостно ответила за смущенную Гермиону миссис Блэквелл, — только вот к сожалению за последние пару месяцев затишье, видимо зельевары и травники взяли перерыв на отрытия, — с наигранной грустью выдала она.Гермиона не была глупым человеком, она понимала, что ее присутствие сейчас здесь совершенно неуместно.

— Что ж, очень жаль, тогда зайду в другой раз…— Мисс Грейнджер, вы любите чай? — перебила ее миссис Малфой, — Я ведь правильно поняла, что вы именно та молодая леди, которая любит составлять компанию за чашкой чая моей дорогой троюродной сестре Андреа, — Лицо Нарциссы тронула мимолетная улыбка. Она, приглашающим жестом указала на верх, а затем скрылась за дверью.

— Миссис Малфой ваша сестра? — не скрывая удивления спросила Гермиона владелицу «Флориш и Блоттс».

— Так и есть, мы родственники, но очень дальние, — вздохнула женщина с такой силой, что башня норовила стать Пизанской.

— Я и подумать не могла…., — протянула девушка.— Ничего, не многие знают о нас, — хитро улыбнулась миссис Блэквелл, — но я думаю, что отказываться от предложения не стоит, как считаешь?

— Дда… наверное, — не очень уверенно ответила Гермиона и последовала наверх по массивной лестнице за хозяйкой.

Миссис Малфой сидела на мягком пуфе у пыльного окна за небольшим круглым деревянным столом. Когда дверь отворилась, она взмахнула волшебной палочкой и рядом стоящий глиняный чайничек начал пыхтеть, пуская пушистые клубы пара. Гермиона неуверенно задержалась у прохода, совершенно не зная, как себя вести. Миссис Блэквэлл мягко подтолкнула ее к пуфику, на котором обычно сидела сама Гермиона, когда приходила сюда скоротать вечера с хозяйкой магазина. Сама же миссис Блэквелл удалилась хлопотать над заварником.

— Мисс Грейнджер, вы можете на меня посмотреть? Мой взгляд вполне безопасен и безобиден.

— Я это знаю, миссис Малфой, немного необычно сидеть с вами за одним столом и пить чай, — Гермиона пожала плечами, но взгляд подняла, стараясь держать осанку. В голове всплывали образы суда, окровавленного Драко и в то же время пытки в Малфой-Мэнор. Нарцисса словно уловила настроение девушки и дотронулась руки магглорожденной, тем самым показывая, что всё уже далеко в прошлом. От прикосновения девушка вздрогнула и неосознанно дернулась, как ошпаренная.

— Я и не надеюсь, что вы однажды сможете по-настоящему простить нашу семью, мисс Грейнджер. Мне бы хотелось, чтобы вы приняли наши извинения и более не испытывали к нам страха, — склоняя голову попросила миссис Малфой.Тут подоспела миссис Блэквелл, вокруг нее летали маленькие чашечки из чайного набора. Они весело приземлились на стол, в припрыжку добрались до чайничка и выстроились вокруг него греть пузатые стенки.Эта сцена всех так умилила, что три женских голоса заливисто засмеялись.

— Милый набор, Андреа, — оценила Нарцисса, поглаживая одну из чашек, которая подставила свое пузико, словно наглый котяра.В такой странной ситуации Гермиона еще не находилась никогда. Извиняющаяся миссис Малфой. Танцующие чашки и смеющиеся сестры Нарцисса и Андреа. Но уже через минуту миссис Малфой приняла серьезный вид и вновь обратилась к Гермионе.

— Я очень рада, что у меня появилась возможность от лица всей нашей семьи поблагодарить мисс Грейнджер за ее показания в Визенгамоте. Я, признаться, тогда полностью потеряла надежду на то, что мой сын сможет покинуть стены Министерства, не оказавшись запертым в грязной камере Азкабана.Гермиона склонила голову и нервно теребила уголок мантии.

— Так это она? — вскинула бровь миссис Блэквэлл, беспардонно раскрыв рот от удивления.

— Да сестра, благодаря мисс Гермионе Грейнджер я и мой сын получили свободу, хоть с некоторыми издержками. Мне не удалось сказать вам спасибо еще тогда, особенно за то, как вы помогли Драко, — от страшных воспоминаний по спине прошел холодок, — Теперь я у вас в необъятном долгу. И хочу, чтобы вы знали, мисс Грейнджер, если вдруг вам понадобится помощь, то Малфои всегда к вашим услугам. Не воспринимайте мои слова пустым звуком и элементарной вежливостью.

Мисс Грейнджер медленно кивнула, переваривая услышанное. Во-первых, если следовать логике миссис Малфой, в долгу перед Гермионой был вероятнее Драко, чем его мать. Во-вторых, чтобы Малфои предлагали ей свою помощь? Мир перевернулся с ног на голову! И, в-третьих, ничьи долги ей не нужны, в особенности от этой семьи.Позднее, собственное поведение на суде для себя она объясняла лишь одним — это желание добиться справедливости по отношению к каждому, кто оказывался перед Визенгамотом. Конечно, сострадание тоже имело место, но явно в меньшей степени. Так она решила это для себя. Именно поэтому помощь от Малфоев она не примет никогда, но этого миссис Малфой знать не обязательно, тем более Люциус до сих пор на свободе, и кто знает, что будет происходить, когда он объявится. Его ненависть к магглам и всем тем, кто имел и имеет к ним хоть малейшее отношение знали все. Он их всех презирал и ненавидел. Низшие существа, чего с них взять?

— Я благодарю вас за эти слова, миссис Малфой, — стараясь скрыть нервозность, ответила Гермиона.

— То, что тогда происходило… — и снова Гермиона увидела на ее лице гримасу боли, как тогда на заседании, — было безумием. После попыток Министерства покалечить Драко, мне хотелось поднять магическое сообщество на дыбы. Но Малфои теперь уже не те, что раньше. Мне не стыдно в этом признаваться. Министерство Магии постаралось уничтожить нашу жизнь, но все трудности временны, — твердый голос Нарциссы говорил о намерении вернуть былое величие их Фамилии.Гермиона не горела особым желанием обсуждать семейство Малфоев, слишком многое теперь с ними связано, но заявить об этом она не решалась. Все-таки несломимый и сильный дух у миссис Малфой.

— А как поживает мой племянник Драко? — решила поинтересоваться Андреа.

— Он в полном порядке, — отрезала Нарцисса, давая понять, что тема ее сына сейчас подниматься не будет.

— Замечательно, надеюсь, что я скоро смогу с ним встретиться, — добродушие так и шло во все стороны от прекрасной хозяйки книжной лавки.

— А вы точно сестры?Гермиона вдруг поняла, что сейчас сказала и прикрыла губы руками, а женщины переглянулись и в голос уже второй раз за пять минут засмеялись. Девушка наблюдала за сценой смеющихся двух сестер, таких совершенно разных и непохожих друг на друга. Гермиона часто слышала смех миссис Блэквелл, но смех миссис Малфой…. Она разве умеет так улыбаться?

— Ничего, милая, ты не первая, кто задает этот вопрос, — немного успокаиваясь ответила Андреа.

— Сами удивляемся нашему родству, — пожала плечами Нарцисса, — но позвольте у вас еще кое-что спросить, почему вы интересуетесь зельями? — изображая искреннее любопытство, продолжила она.

— Эм… Мне всегда нравились зелья, когда мы учились в Хогвартсе. Ощущение того, что можно творить великое волшебство не применяя волшебной палочки вызывает восхищение возможностями магии.

— Как говорил Северус «можно сварить смерть, разлить по бутылочкам удачу и даже создать любовь», — глядя в неизвестность, потусторонне продолжила Малфой.

— Именно так, — имя погибшего профессора веяло грустью.

— А что вы умеете? Я слышала, на втором курсе вам удалось сварить оборотное зелье? — девушка даже не удивилась, откуда этой информацией владела Малфой, точнее от кого. «Интересно, а знает ли она для какой цели готовилось зелье» хихикнула про себя Гермиона.

— Не может быть? — ахнула притихшая Андреа.

— Да, не без происшествий конечно, но зелье было полностью рабочим, — вспоминая кошачий хвост ответила Гермиона.

— В таком случае, вам подвластно приготовить зелье любой сложности, — Малфой словно констатировала факт.

— Я никогда об этом не задумывалась, если честно, — смущенно промолвила Гермиона, заправляя уже порядком ее доставший непослушный локон волос.

— Вам явно не хватает любовного напитка, — Миссис Малфой внимательно посмотрела в блестящие глаза магглорожденной.

— Что? Зачем? — Гермиона смутилась.

— Я ведь тоже когда-то была молода и красива, а потом достаточно прожила в браке, пусть в целом семью сохранить не удалось по известным причинам, но отношения с мужем у нас были замечательные, — нотки тоскливости тронули Нарциссу, — Я могу различить счастливую девушку от той, у которой каждый день чернее тучи. Тем более, слухи о вашем разрыве с мистером Уизли дошли и до моих ушей. Или я не права?

— Странно, что вы меня спрашиваете об отношениях с Роном, хотя вы правы. Мы с ним расстались, но не могу сказать, что я одинока, у меня есть замечательные друзья и родители, — твердо вымолвила Гермиона. Откровенничать и обсуждать свою личную жизнь она была не намерена, но попутно зацепила себя на мысли «а есть ли девушка у младшего Малфоя», но быстро отогнала от себя эту странность.

— Вы достойны лучшего спутника, мисс Грейнджер, не так ли Андреа? — та широко улыбнулась, хлопая длинными ресницами, полностью соглашаясь с сестрой.

— Уверена, что моя замечательная собеседница однажды встретит своего человека и возможно даже меня с ним познакомит, — игриво подмигнула миссис Блэквелл.

— Буду очень рада, если вы окажете мне эту честь.

— Ну что ты! Что ты, милая! Это я буду очень этому рада!

— Андреа, а у тебя случаем не остался тот… индийский чай? — вдруг задумчиво спросила Нарцисса.

— Это который…. Г…где-то был, — не очень уверенно произнесла дальняя родственница.

— Будь добра, посмотри, пожалуйста, я думаю, что он сегодня подойдет нам очень кстати, — усаживаясь поудобнее попросила Нарцисса.Буквально через минуту вернулась миссис Блэквелл, в руках она держала маленькую коробочку. Взмахом палочки, она подозвала чайный сервиз. Чашки резво прискакали, а вот чайничек слевитировал и плавно приземлился рядом с чашками, которым уже не терпелось наполниться горячей жидкостью.

— Мисс Грейнджер, вы уже решили, чем будете заниматься? Окончание Хогвартса открывает перед вами множество вариантов, — отвлекла Гермиону от наблюдения за церемонией приготовления чая миссис Малфой.

— Я еще не решила, как поступить, — вопрос поставил ее в тупик.

— Вы очень способная волшебница, мисс Грейнджер, в любой области сможете стать одной из лучших, — опять улыбнулась Нарцисса.Подозрительно, что она так много улыбается и смеется, не к добру.

— А вот и готовый чай, — Андреа расставила кружки перед гостями.

Девушка опустила взгляд и обомлела. Зеленый цвет чая! Это точно можно пить?

— Невероятный аромат, не так ли? — Малфой втянула его запах и прикрыла глаза.

— И цвет… а запах… — Гермиона благоговейно поднесла чашку ближе к губам и принюхалась.

— Не поделитесь впечатлениями?

— Нарцисса, стоит объяснить девушке, что этот чай особенный. Цвет заваренного чая каждый видит по своему, как и чувствует аромат. У меня чай принял окрас бордовый, а пахнет старым папирусом, — хмыкнула Андреа.

Девушка удивилась и еще раз присмотрелась к своему напитку. Неповторимый кристально чистый зеленый перелив, чем то напоминал любимую изумрудную мантию Макгонагалл. А его аромат… совершенно незнакомый, но такой приятный… нотки бергамота, апельсина и лаванды. Гермиона в пару глотков осушила чашку, ощутив послевкусие… карамели. Причмокивая, пытаясь запомнить все эмоции от странного зеленого чая, Гермиона вдруг почувствовала прилив сил и энергии, а как каждая клеточка ее тела наполнялась теплом.

— Никогда не пробовала ничего подобного! — Гермиона излучала восторг.

— Более уже и не попробуете, — таинственно произнесла миссис Малфой, делая протяжный глоток.

— Почему? — удивилась Гермиона.

— Мисс Грейнджер, это очень редкий сорт чая, сомневаюсь, что вы где-то еще сможете его найти, — слегка надменно прозвучали слова Нарциссы. Юная волшебница вновь ощутила огромную пропасть между ней и семьей Малфоев. Кто она для них? Простая грязнокровка, которую удостоили чести находиться в компании аристократок. Естественно, что никаких денег и связей девушке не хватит, чтобы найти для себя такой чай. Гермионе только что прямо об этом сказали. Все приятные ощущения от проведенного времени в компании двух таких разных сестер одномоментно рассыпались.

Гермиона встала и особо ни к кому не обращаясь сказала:

— Благодарю вас за беседу и прекрасный чай, но мне уже пора!

— Как скажешь, милая, спасибо тебе за твою великолепную компанию, — приобняла ее миссис Блэквелл.

— Удачи, вам мисс Грейнджер, — хитрым взглядом миссис Малфой пробежался по Гермионе.

— До свидания!Гермиона Грейнджер покинула книжный магазин «Флориш и Блоттс». После стука входной двери, послышалась Нарцисса:

— Андреа, а ты здорово придумала с запахом старого пергамента, я почти поверила.

— Цисси, что за игры ты ведешь? Я еле справилась с тем, чтобы незаметно подменить чай в наших с тобой чашках! — возмутилась сестра, — Ты поэтому интересовалась, насколько она владеет знаниями по зельям? Думала, что она может что-то заметить?

— Именно, Андреа. И все в порядке, ты прекрасно справилась. Теперь дело за зеленым чаем. Хочется верить, что цвет не оказался совпадением.

Миссис Малфой погрузилась в глубокие раздумья, смотря на яркое голубое небо сквозь заляпанное грязью окно. Сейчас женщине казалось, что ее существование похоже на эту пыльную кладовку с кучей старого хлама, но где-то там за дверью происходит настоящая жизнь. Нарцисса желала ее вернуть, не ту с кровавыми драмами в столовой поместья Малфоев, а ту счастливую, что рядом с ее дорогими мужчинами… мужем и сыном. Сколько семья Малфоев будет еще блуждать средь этой пустыни она не знала, но она точно знала, что рано или поздно все закончится. Появление же Грейнджер сегодня было как нельзя кстати. Малфои вернут себе былое величие, влияние и власть. И возможно, в этом ей поможет сама Гермиона Грейнджер.

Гермиона вышла из «Флориш и Блоттс» и не оглядываясь побрела по узеньким улочкам Косого переулка.По сторонам плавно мелькали массивные каменные фасады домов и волшебных магазинов. Большая их часть пострадала при нападении Пожирателей смерти почти около двух лет назад. Многие собственники и владельцы по окончании войны постарались сразу отреставрировать свои владения, многим оказало безвозмездную помощь Министерство Магии. Там рассуждали, что раз магический Мир находится на грани краха, необходимо хоть как-то реабилитировать себя в глазах своих магов и волшебников, поэтому министерские структуры решили, что смогут выделить средства и помочь пострадавшим. Впоследствии, Министерство Магии покрывало свои траты и издержки через изъятое имущество пойманных и осужденных Пожирателей, а так как в основном последователи Воландеморта были из состоятельных семейств, бюджет быстро вернулся в норму. Медленно, но верно, новые сотрудники Министерства Магии Британии смогли добиться положительного расположения магов. Волшебное сообщество постепенно вернулось в довоенное время спокойствия и стабильности. Что же касается магглов, то там тоже все уладили через их Премьер-Министра. Магическое сообщество возместило все убытки, которые вынужденно потерпел простой Лондон при нападении Воландеморта и его армии.Гермиона шла и невольно заглядывала в окна, в них кипела жизнь: шумные веселые разговоры, яркие цветы на подоконниках, незатейливые занавески из белоснежного кружева или льняные с рисунком ромашки, потрескивание бекона на сковороде, запах ароматных булочек… На душе было горько от того, что она всего этого лишена. После расставания с Роном она почти перестала появляться в Норе, хотя миссис Уизли и Джинни постоянно ее приглашали, но получали невразумительные «я постараюсь заглянуть на следующей недели», и так уже на протяжении нескольких месяцев. Гермиона скучала по приятной домашней обстановке, но не хотела встречаться с Роном, а избежать там с ним встречи было совершенно невозможно. Рыжий пытался найти способ поговорить, извиниться и сказать, какой он кретин. Поэтому и пришлось отказаться от посещения уютной Норы, которая заменила родной дом для Гермионы. Она никому не говорила, что после войны так и не смогла найти и вернуть родителей из Австралии. Собственные защитные заклинания скрыли их от любого и каждого, даже от родной дочери. Гермиона верила, что однажды их обнаружить, но видимо не в ближайшем будущем. Она скучала по материнской любви и отеческой заботе, теперь же, оставшись в одиночестве желание оказаться ближе к маме и папе обострилось как никогда. Правда новость Гарри о том, что особо опасные Пожиратели смерти скрываются в неизвестном направлении, немного разбавляла это предательски сильное чувство. Сначала надо отыскать преданных последователей Темного Лорда, а потом можно возобновить поиски родителей. Но от ощущения тотального одиночества сложно укрыться, даже миссис Малфой и то заметила ее настроение, точнее его отсутствие. Странная произошла у них встреча. Никому не нужные извинения, мимолетные откровения и заинтересованность в Гермионе Нарциссы Малфой настораживали. Может зря девушка себя так накручивала, но что-то после этой встречи ей не давало покоя. А на кончик языка так и впитался привкус карамели.

Еще немного побродив и почувствовав усталость, Гермиона решила вернуться в свою маленькую квартирку, которая принципиально находилась в маггловском районе. Ну нравилось ей жить вдалеке от магического мира и с этим ничего она не могла сделать. Она трансгрессировала сразу на порог. Для себя же можно сделать исключение, не так ли?Девушка облегченно вздохнула, оказавшись в своем крошечном уютном уголке. Время подошло к обеду, но она чувствовала, как внезапная усталость ее полностью поглощает. Мгновение и она уже спит беспробудным сном, проваливаясь в мягкой перине родной кровати.

Ей снилась едва различимая картинка. Она стоит посреди необъятного золотистого поля, а ледяные порывы ветра ворошили и так взлохмаченные волосы. Руки были измазаны грязью, из одежды только легкое короткое шелковое платье. Крошечные льдинки иголками впивались в босые ноги. Воздух прожигал тело и легкие холодом, а она нервно смотрела по сторонам в поисках тропинки, дороги да хоть чего-нибудь, что могло бы указать ей путь к спасению. Она закричала изо всех сил:

— Кто-нибудь! Мне нужна помощь! — в ответ только свист заглушающего ветра.

— Так, стоп, я же волшебница! — на секунду она засияла, судорожно ища свою волшебную палочку, в надежде, что вскоре сможет согреться. Но палочки нигде не было видно, пальцы едва могли шевелиться, щеки побелели, губы посинели, ноги уже не держали ее охладевшее тельце и она рухнула на землю. Девушка свернулась калачиком между золотых колосьев неизвестного ей растения, которые больно хлестали ее сговорившись со злым ветром.

— Найди меня… — прошептала на последнем вздохе Гермиона, — Найди меня….

Действительность сменилась.

Пасмурно. Гермиона стоит около массивных чугунных ворот. Она протягивает к ним руку, но они уже распахиваются перед ней, впуская на широкую тропинку, ведущую к огромному особняку. Она не спеша делает шаги, слышно, как под ногами хрустит мелкий гравий. Малахитовое платье в пол нежным бархатом струилось по ее ногам, овальный вырез от плеча к плечу визуально вытягивал ее шею, а длинные рукава делали движения девушки более плавными. Волосы были красиво уложены в высокую прическу, пара выбившихся локонов мягко обрамляли лицо. Девушка чувствовала себя уверенной, как никогда ранее. Она на своем месте.

Гермиона подошла к крыльцу. Черный особняк ее совершенно не пугал, ей хотелось скорее войти внутрь. Она по-хозяйски открывает двери, переступает порог… Яркая вспышка, она жмурит глаза и оказывается посреди кухни в Норе.

— Как ты могла, Гермиона? Как ты могла? — глаза Рона метали молнии, он схватил стакан и в гневе швырнул его в стену.

— Я не понимаю о чем ты, Рон? — взмолилась Гермиона, делая медленные шаги назад.

— Она еще и издевается? От них научилась строить из себя беззащитную овцу? — взревел рыжий и рывком направился на девушку.

— Да скажи же, что случилось! — слезы струились по щекам напуганной подруги.

— Ты нас предела! Ненавижу тебя! — Рон замахнулся, но в этот момент Гермиона увернулась и выбежала на задний двор, захлебываясь рыданиями.

— Рон, остановись, я прошу тебя! — но бывший возлюбленный выскочил за ней, вытащил палочку …

— Авада Кедавра! — зеленый луч света ударил прямо в грудь Гермионы, в памяти застыл бешеный взгляд Рона Уизли, с которым когда-то она мечтала связать свою жизнь.

Серый вихрь и она очутилась в крошечном кабинете, более похожем на подвал. Окон не было, только глухие стены и пару свечей по углам. Гермиона моргнула несколько раз, глаза с трудом привыкали к полутьме, все расплывалось. Она разглядела в углу дубовый письменный стол, пустой книжный шкаф и табурет.

— Здесь как в камере, — девушка даже не сразу поняла, что произнесла это вслух. Она обернулась и увидела дверь. Приблизившись к ней она отметила, что дверь была тяжелой, но сделана неаккуратно. Тот кто ее делал особо не заботился об обработке древесины.

— Еще и ручку забыли, — задумчиво произнесла она.

— Прости меня! — слуха коснулся мужской бархатный голос.

— Кто здесь? — Гермиона прижалась спиной к колючей двери. Футболка и джинсы не защищали от заноз.

— Прости меня, Гермиона, я не хотел! — баритон взмолился, и если бы говорящий находился рядом, он без сил упал бы перед девушкой на колени.

— Кто вы? Выпустите меня отсюда! — в камере она точно была одна, голос ее начинал пугать и она с силой начала стучать в дверь. Руки сразу сковала боль, от впившихся крупинок деревяшки на коже выступили кровавые крапинки. Она колотила по двери и кричала, чтобы ее выпустили, но нежный голос только продолжал молить о прощении.

Снова вспышка света и Гермиона несется на платформу 9 и ¾.

— Мам, мы ведь не опоздаем? — Гермиона держала за руку мальчика лет одиннадцати.

— Конечно, мой хороший, но только если поторопимся!Они проскочили в колонну между платформами девять и десять на вокзале Кингс-Кросс.

— Хогвартс-Экспресс! Мы почти успели! — радостно завопил ребенок и кинулся обнимать волшебницу.

— Запрыгивай скорее, поезд вот-вот отправится! Вещи я отправлю за тобой следом! — она заботливо чмокнула в носик мальчика и помогла забраться в вагон.

— Я буду часто писать вам!

— Как и мы тебе, милый!Экспресс до Хогвартса загудел и тронулся, Гермиона провожала взглядом удаляющийся поезд с широкой и счастливой улыбкой.

— Вы успели, — она обернулась. Мужчина стоял в мантии с капюшоном, полностью скрывающего его лицо. Он приблизился к ней, крепко обнял и прошептал:

— Я так тебя…

Гермиона рывком села на кровати. Сердце колотилось, как после длинного марафона. Голова мутная, она не сразу сообразила, что находится в своей постели. На часах три часа ночи. Гермиона поднялась и на шатающихся ногах добралась на кухню, налила из-под крана холодной воды и залпом осушила его.

- Какие странные сны… надо постараться их вспомнить… — прошептала Гермиона, потирая глаза. Сердце успокаивалось, возвращая привычный ритм.

— Нужно вспомнить, это очень важно, — повторила она сама себе. Спать она уже не собиралась, и уверенной походкой отправилась в душ, твердо решив, что утром обязательно согласится на предложение Гарри.

В воздухе витал приятный аромат…. Бергамот, апельсин и лаванда…

Глава 4. Тайный отдел

Гарри Поттер — мальчик, который выжил, сегодня мучился бессонницей. Парень поправил очки, приподнял ворот теплой алой пижамы и плотнее надел пушистые желтые тапки. Поттер улыбнулся, глядя на них: выглядели они совершенно нелепо, но волосатые чудовища были подарком Джинни, а свою девушку он любил всем сердцем, поэтому ее подарки грели не только душу, но и впоследствии ноги. Он стоял на узком балконе в доме на площади Гриммо 12, облокотившись на ограждение. В комнате за спиной мирно посапывала Джинни. Теперь этот Дом принадлежал ему официально, а девушка перебралась к нему вопреки протестам миссис Уизли. Она конечно была не против отношений ребят, но считала, что жить вместе им еще рано и вообще, Гарри ей как сын и женщина настаивала, чтобы он перебрался на какое-то время в Нору. Естественно, Гарри Поттер был бы не Гарри Поттером, если бы не сделал всё по-своему, тем более после окончания Хогвартса ему предложили работу мракоборцем, а Дом на Гриммо был удобным вариантом вблизи Министерства. Такова была официальная версия для всех. На самом деле ситуация обстояла немного иначе.

После окончания войны большинство студентов вернулись в Хогвартс закончить обучение, как и он сам. Особого желания возобновлять учебу гриффендорец не испытывал, но в дальнейшем он собирался на службу к мракоборцам, а там существовали особые требования к образованию и никаких исключений даже для Самого Гарри Поттера местное начальство делать не собиралось. По крайней мере он так думал и худо-бедно пытался учиться, подтягивая зелья и травологию с трансфигурацией, (темные искусства и заклинания шли куда с лучшим успехом), а заодно следил за всеми новостями. Гарри отслеживал каждую мелочь, которая имела отношение к пойманным Пожирателям и сторонникам Волдеморта. Первое время заголовки газет кричали громкими задержаниями, но постепенно новости стихали и приобретали более будничный окрас. Гарри не понимал, почему Министерство перестало придавать публичности свою работу по зачистке армии Темного Лорда. Он уже было собирался написать гневное письмо Кингсли, плевав на то, что тот уже Министр Магии, но не успел этого сделать.

В конце сентября, после очередного урока по трансфигурации, его подозвала Макгонагалл:

— Мистер Поттер, не могли бы вы задержаться на пару минут? — директор совмещала должность профессора, продолжая обучать студентов. Гарри повалил учебники в сумку, кивнув друзьям, что позже присоединится к ним в Большом зале.

— Что-то случилось, профессор? — с интересом спросил Гарри, когда в классе они остались одни.

— С вами кое-кто хочет поговорить. Я вас оставлю. Как закончите, попрошу закрыть за собой аудиторию, — после этих слов Макгонагалл гордо удалилась.

С противоположной стороны скрипнула старая дверь. Из нее показался высокий и довольно крупный мужчина, облаченный в черный кожаный плащ. Гарри не двигаясь сидел на парте, вглядываясь в человека, пытаясь понять, кто он.

Как только мужчина подошел ближе, Гарри поправил очки и прямо спросил:

— Вы мракоборец?

— А вы наблюдательны, мистер Поттер, — учтиво склонил голову перед ним неизвестный, — Наслышан о вас.

— Давайте сразу к делу, — Гарри поерзал на месте, — Чем могу помочь?

— Хорошо, мистер Поттер. Можете называть меня мистер Сэвидж. Буквально на днях Министр Магии Кингсли Бруствер назначил меня на должность руководителя отдела мракоборцев при Министерстве Магии. Гарри округлил глаза.

— Вы главный мракоборец? — тот коротко кивнул, — Я хотел бы однажды работать у вас, — уже более дружелюбно сказал парень.

— Мне это известно, собственно по этой причине я стою перед вами.

— Вы же не собираетесь меня отговаривать? Очередные нравоучения мне не нужны, — хмыкнул Гарри, спрыгивая со стола.

— Мистер Поттер, вы думаете, что у меня столько свободного времени, что я могу себе позволить просто так являться в Хогвартс для беседы с вами «почему вам не нужно идти в мракоборцы»? Я похож на идиота? — вскинул бровь мракоборец, складывая руки на груди, чуть подаваясь вперед. Гарри задумался.

— Это вряд ли, — протянул он, — но тогда зачем вы здесь?

— Как раз наоборот. Я хочу, чтобы вы уже начали работать с нами. С Кингсли все согласовано, он ничего против не имеет, скорее наоборот будет рад видеть вас в рядах отряда мракоборцев уже сейчас. Что скажете?

Гарри замер и недоверчиво впился взглядом в собеседника.

— Вы это серьезно?— Вполне. Только если вы дадите согласие, службу придется держать в тайне, хотя бы до тех пор, пока не закончите учебу. Все бюрократические формальности будут улажены. После экзаменов вы получите официальное приглашение и тогда сможете поделиться этой новостью со своими друзьями, но не ранее.

— А к чему такая секретность? — Гарри решил, что больше ничего скрывать от друзей не станет. Они вместе через столько всего прошли, что утаивать он больше ничего не хотел.

— Понимаю ваши возможные чувства. Но послушайте, что я вам скажу. Мое предложение к вам имеет непростой характер. Вы скорее всего заметили, что в газетах практически исчезли статьи и заметки о пойманных Пожирателях. Все дело в том, что многих мы просто не в силах найти. Заклинание Поиска перестало действовать. Причину определить мы не в силах, но это дело времени. Чтобы работа стала более качественной и эффективной, я и Министр создали Тайный отдел при мракоборцах. Что-то вроде тайных агентов, — Сэвидж облокотился на преподавательский стол и пристально смотрел Гарри прямо в глаза.

— Я не понимаю двух вещей: как лучшие мракоборцы смогли потерять из виду Пожирателей смерти и почему вы все это рассказываете мне?

— Мистер Поттер, я пришел к вам с предложением. Я хочу, чтобы вы возглавили Тайный отдел уже сейчас.

— ЧТО…? — опешил Гарри.

— Не перебивайте, мистер Поттер. Я предлагаю вам возглавить Тайный отдел и приступить к работе со следующей недели, но в статусе… Даже не знаю, моего скрытого помощника что ли. Необходимо многому вас обучить. Трехлетние курсы аврор придется освоить за месяц-два. Сразу предупреждаю, узнавать информацию о Пожирателях, как пойманных так и тех, которые находятся в розыске, вы будете постепенно. На первом этапе главное вложить в вашу голову знания, необходимые для работы мракоборцем. Напоминаю, мракоборцы — это элитные бойцы, специализирующиеся на борьбе с темной магией и темными волшебниками. Если вы согласитесь и будете следовать всем моим инструкциям, то сможете занять место среди нас. Сможете стать одним из лучших бойцов во главе Тайного отдела. Должность, хочу сказать, моего уровня. Фактически прямое подчинение Министру Магии. Что думаете, мистер Поттер?

Гарри стоял как громом пораженный. Внутри бушевала буря эмоций, но внешне он старался держаться спокойно.

— Ваше предложение очень заманчиво, но в чем подвох?

— Его нет, — развел руками мракоборец, — Хотя постойте, есть один. Обучение в Хогвартсе и обучение специфике работы мракоборцем придется совмещать. Как вы с этим станете справляться, меня уже не интересует.

— Но почему именно я? Уверен, что в Министерстве работает масса профессионалов, которые способны возглавить Тайный отдел, я ведь еще Школу даже не закончил — развел руками гриффендорец.

— Тут все просто и элементарно. Вы прежде всего способный парень, да и единственный, мистер Поттер, кто действительно в силах взять ответственность за себя и за людей в контексте работы с оставшимися бежавшими Пожирателями. Ваше желание разобраться со всем и полностью положить конец войне самое высокое и замотивированное. Вы изначально находились в эпицентре событий и имеете прекрасный опыт борьбы с темной магией, по-настоящему темной. Вы нужны мне, мистер Гарри Поттер, — Сэвидж слегка устало улыбнулся.

— Что от меня требуется, я готов, — уверенно ответил Гарри, делая шаг вперед.

— Отлично, отлично мистер Поттер. Я сегодня же оповещу Кингсли о вашем решении. От вас необходимо держать в секрете ваше назначение и будущее обучение. Помните, никто не должен знать. Это важно для расследования. После окончания Хогвартса все будут вас считать рядовым мракоборцем. Тайный отдел так и останется тайным.

— Но что мне сказать друзьям, когда я буду занят с вами… или кто там меня будет учить? Профессор Макгонагалл тоже не в курсе?

— Директору скажете, да и друзьям тоже, что я приходил уточнить у вас детали ваших лесных скитаний с мисс Грейнджер и мистером Уизли. Когда время настанет для уроков, то ваши исчезновения будем оформлять, как официальные визиты в Министерство для дачи показаний по подозреваемым. Тем более, скоро начнутся суды Визенгамота и ваша троица будет на них часто появляться, так что подозрения возникнуть не должны.

Тот день изменил жизнь Гарри Поттера. Изнурительные тренировки теории и практики мракоборческого искусства были выматывающими для гриффиндорца, но то, что он узнавал например о магических маскировках, тайных слежках и скрытых проникновениях заставляли двигаться дальше, трудясь на износ. Сэвидж приложил все свои усилия, чтобы за два месяца упорного вдалбливания информации у Гарри стало получаться работать на уровне серьезного мракоборца.

— «У вас определенно талант, мистер Поттер», — Гарри одними губами произнес слова Сэвиджа. Он ни разу не пожалел о том, что согласился тогда на его предложение. С того момента прошло уже десять месяцев. Сейчас он совершенно другой человек. Человек, который борется со злом не как юный мальчишка, который должен пожертвовать собой ради Мира, не заботясь о последствиях, а как взрослый мужчина, способный анализировать ситуацию на десять шагов вперед, продумывая каждую мелочь и заботясь об окружающих. Только вот он все равно забрел в тупик.

— Гермиона, надеюсь ты согласишься, как когда-то это сделал я. Ты моя последняя надежда распутать этот странный клубок исчезновений. Без тебя я не справлюсь… Прости меня, я так не хотел тебя во все это впутывать… — бормотал Гарри.

Он вглядывался в черную пустоту улиц, осознавая, что не сможет спать спокойно, пока все Пожиратели смерти не ответят за свои преступные дела.Небо затянуло тучами, которые стало заметно даже в ночной темноте. Воздух стал холоднее из-за усилившегося ветра.

— И снова собирается дождь, — Гарри любил Лондон, ему нравился город своим величием, крошечными улочками и переулками, где соседствовала магия и совершенно обычная людская жизнь, единственным же минусом этого места он считал нескончаемые дожди. А ведь так хотелось тепла и солнца, слишком долго над его головой гремит гром и сверкают молнии. Уставший молодой человек поежился, потянулся и тихо, стараясь не разбудить свою девушку, вернулся в просторную комнату. Снизу доносились всхлипывания Вальбурги Блэк, видимо опять ныла Кикимеру о своей непростой жизни под одной крышей с осквернителями чистой крови волшебников. «Нужно уже от нее наконец-то избавиться» — отметил Гарри, снимая очки и бесшумно укладываясь в постель. Он нежно обнял Джинни, вдыхая ванильный аромат ее волос, закрыл глаза, стараясь не думать о возможном отказе Гермионы.

Каштановая копна волос противилась укладываться хоть во что-то более приличное. Гермиона с ночи так и не легла спать, и уже битый час воевала с вороньим гнездом у себя на голове. После странных сновидений у нее все валилось из рук, даже кофе пришлось переваривать, так как прошлый радостно убежал и растекся по плите черными кляксами. Девушка собиралась в Министерство на встречу со своим лучшим другом Гарри Поттером, но мысли плавали, она яростно пыталась вытащить из своей памяти мутные крупицы своих снов. Выходило отвратительно, что очень нервировало перед важной встречей.

— Именно сегодня у тебя вид, как после пытки Лестрейндж, — Гермиона закатила глаза и махнув рукой на свое отражение в зеркале, направилась к выходу за теплой мантией. Плотно обернув шею гриффиндорским шарфом и плотнее укутавшись в мантию, она собиралась трансгрессировать близ Министерство, но вдруг каблуком на что-то наступила.

Из-под двери торчал белый конверт.

— Странно… — пробурчала девушка, аккуратно поднимая прямоугольник, — Хм, отправитель не указан, — она на весу повертела конверт, сургучевая печать отсутствовала. «Для Гермионы Грейнджер» так гласила единственная на нем надпись, выведенная аккуратным тонким почерком. Резким движением она вскрыла конверт и из него глухо выпал один золотой галлеон. Внутри она обнаружила записку без подписи:«В следующий раз, будьте осторожней, Мисс Грейнджер». Гермиона подняла галлеон и задумчиво покрутила его в ладони, бросила его к себе в сумочку и решила, что подумает над этим позже. Сейчас у нее были другие заботы. Тихий хлопок и она трансгрессировала на угол улицы Уайтхолл. Гермиона любила трансгрессию, а вот полеты на метле нет. Все, что было связано с быстрыми перемещениями заставляли ее желудок бунтовать, но в этот раз ее мутило, поэтому подойдя к красной телефонной будке, она остановилась восстановить дыхание. Странно, но от трансгрессии у нее такое случалось редко. Отдышавшись, она вошла в будку.

После всех формальностей она оказалась в центральном холле Министерства Магии. Сотрудники муравьями мчались по своим делам, стараясь не сбивать с ног своих коллег, а над головами кружили самолетики с важными задачами и поручениями.

Девушка старалась передвигаться быстро, не привлекая к себе лишнего внимания и буквально юркнула в двери рядом открывшегося лифта. Внутри находился один единственный мужчина.

— Второй уровень, — Гермиона назвала пункт своего назначения, стараясь не смотреть на человека.

— В отдел Магического правопорядка? — с интересом посмотрел на нее незнакомец.

— Да, — желания поддерживать беседу отсутствовало, после трансгрессии она еще до конца в себя не пришла.

— Надеюсь, ничего серьезного? — учтиво старался развязать разговор мужчина.

— Все в полном порядке.— У мракоборцев никто просто так не появляется, — настаивал он.

— Слушайте, у меня все прекрасно, ясно? — уже грубо рявкнула Гермиона.

— Второй уровень, — громко отозвался механический голос.

Гермиона стремительно покинула лифт и направилась вглубь по коридору искать кабинет Гарри, совершенно не заметив, что ее попутчик вышел на этом же этаже.

Девушка шла, читая таблички на дверях, стараясь найти знакомую фамилию, но вот она уже вышла в овальный холл, а кабинета так и не нашла. Она осмотрела открывшийся перед ней вид: матовый черный потолок и глянцевый мерцающий ему в тон пол, который при каждом шаге отливал круги, словно шагаешь по поверхности тусклого озера; блеклые бра на стенах создавали сумеречную атмосферу свежей ночи. Вокруг было очень тихо и спокойно.

— А мракоборцы постарались себе создать особый уют, — прошептала под нос девушка. К ней наконец возвращалась ясность рассудка. Гриффиндорка пересекла холл и свернула налево, там было значительно светлее и засияло родное имя на двери «Старший Мракоборец Гарри Джеймс Поттер». Но это еще не все.

Около кабинета Гарри на скамейке сидел, закинув ногу на ногу и сложив на них руки в замок… Драко Малфой. Как всегда безупречно одет в строгий дорогой черный костюм, мантия аккуратно покоилась рядом, блондинистые волосы идеально уложены волосок к волоску и зачесаны назад. Парень спиной облокотился на стену и видимо спал. У Гермионы перехватило дыхание, но скорее от неожиданности встречи, чем от чего-либо еще.

Девушка попыталась проскочить в кабинет Гарри, стараясь не смотреть в сторону блондина…

— Грейнджер, а ты куда без очереди? — Гермиона вздрогнула, не успев повернуть ручку.

— Малфой, у меня назначено, — она к нему развернулась, прижавшись к двери, не решаясь отпустить спасительный рычаг в кабинет друга.

— А вы с Поттером теперь только по назначенному времени видитесь? — хмыкнул Малфой, не меняя позы, — Докатились.

Его лицо не выражало ни одной эмоции, а серые льдинки смотрели куда-то сквозь Гермиону. Девушка заметила синие круги вокруг глаз слизеринца.

— Вообще, не мешало бы и поздороваться, Малфой. Где твои аристократические манеры? И вообще, сам то что здесь забыл? — деловито спросила девушка, скрещивая руки на груди.

— Оой, ну здравствуйте, мисс Грейнджер, — картинно протянул блондин, — Надеюсь кланяться не надо? И что я здесь забыл — это совершенно не твое дело.

В этот момент дверь за спиной девушки отворилась:

— Гермиона! — радостно воскликнул Гарри, — Оу, привет, Малфой, — уже серьезно поприветствовал он парня.

— Привет, Поттер. Твоя подружка утверждает, что ей назначено и хочет пройти без очереди, — холодно и надменно ответил Малфой.

— Она мой друг, а тебе придется подождать, ты сам виноват, что пришел раньше.

Гарри заботливо коснулся руки Гермионы, завел ее в кабинет и запер дверь.

— Оглохниус! — мракоборец нацелил палочку на дверь, — Немного модернизировал заклинание Снейпа от подслушивания, — улыбаясь ответил он на немой вопрос в глазах подруги.

— Ты времени зря не терял, — сказала Гермиона, усаживаясь в громоздкое кожаное кресло на высоких ножках.

— Много работаю, — друг уселся за рабочий стол, наколдовал две чашки кофе и яркую плетеную корзинку с разным печеньем, — Угощайся, выглядишь усталой, все в порядке? -заботливо поинтересовался друг, двигая к ней ближе печенье.

— Просто плохо спала, — отмахнулась Гермиона, притягивая кружку с кофе и делая оживляющий глоток, — А чего забыл у тебя Малфой? — кивнула она на дверь.

— О Малфое поговорим позже, сначала скажи, ты обдумала мое предложение? — Гарри очень волновался, Гермиона ощущала кончиками пальцев его переживания.

— Гарри, ты знаешь как никто мои магические пристрастия, поэтому думаю, что я просто обязана согласиться на твое предложение. Я сделаю все, что от меня потребуется для поисков Пожирателей, — твердо заявила она.

— Герм, ты даже не представляешь, как я рад! — обрадовался Гарри и расслабленно растекся по креслу.

— Только не думай, что я буду делать всю работу отдела, — хихикнула Гермиона.

— И не собирался, только самую важную, — смущенно зардел друг.

— Тогда рассказывай, как обстоят дела.

— Во-первых, немного о твоей должности. Для всех я обычный мракоборец, причем и для общего отдела тоже. Ты числиться будешь тоже именно так. В реальности, после подготовительных курсов, ты займешь должность моего заместителя в Тайном отделе, — девушка внимательно слушала, а Гарри продолжил, — Что касается обучения…

Гарри рассказал, как его завербовали в мракоборцы еще в Хогвартсе, про свои вылазки в Министерство под разными предлогами, про то, как проходил ускоренный курс аврор и еще раз напомнил, что для общественности она будет «мракоборец Грейнджер».

— Гарри, я тебя поняла, — ее глаза загорелись уже после фразы «ускоренный курс аврор».

— Ты неисправима, Герм, — рассмеялся молодой мракоборец, — Только дай повод порыться в библиотеке!

— Кстати, на счет нее, — Гарри закатил глаза и захохотал в голос, — Гарри Поттер, прекратите издеваться! Я могу пользоваться возможностями министерской? — подавляя желание также разразиться смехом, как ее друг.

— Ну естественно! Для тебя вход без ограничений в любую секцию. Круглосуточно, — немного успокаиваясь, ответил тот.

— Отлично, спасибо Гарри. А теперь расскажи мне, что там за ситуация с пропавшими Пожирателями, — она приготовилась внимательно слушать. Гарри невольно коснулся лба. Он так и не привык к отсутствию шрама. Иногда ему снились кошмары, что шрам вновь появляется и Волдеморт вернулся.

— После смерти Волдеморта Пожиратели смерти подались в бега, естественно кроме тех, которых все же успели схватить при Хогвартсе. Сбежавшими на тот момент никто не занимался по понятным причинам, — Оба вспомнили ужасающие разрушения Школы после войны, погромы в магическом и маггловских районах Британии… И смерти, много смертей… — Пойманных было мало, да и толку от них тоже было не много. Из них никто не знал, куда скрылись оставшиеся сотоварищи, поэтому, как ты знаешь, Кингсли специально создал заклинание Поиска, работающее на тонкой магии Черной метки. Процесс заклинания оказался не таким быстрым, как рассчитывалось. Тем более, многое усложнялось тем, что никто до конца не знал точное количество тех, кто сбежал. Многие Реддлу помогали не так открыто, как это делали те же Малфои или Гойлы. Потраченное время, ушедшее на создание Поиска, дало фору Пожирателям. Горячих следов не осталось. После того, как Поиск заработал, дело сдвинулось с мертвой точки. Мы смогли составить списки всех последователей Волдеморта, да Гермиона, мы знаем каждого по-фамильно, просто за некоторыми установлена слежка, пока не привлекаем, предполагаем возможность, что на них выйдут оставшиеся особо опасные потерянные Пожиратели. Ну так вот, по данным спискам были установлены, как я упоминал ранее, брат и сестра Кэрроу, хотя мы их и так искали, Трэверс, Силвен и Эйвери. Как работает Поиск тебе расскажут на курсах аврор. Единственная зацепка этой золотой четверки: мои мракоборцы, что работают под прикрытием на Севере Шотландии накрыли таверну, где незаконно торговали темными артефактами, а при обыске дома они нашли пару сумок с вещами, по их содержимому они поняли, кого только что упустили. В двух сумках лежали грязные мантии, носки, рубашки как раз этих товарищей и еще всякое барахло. Единственно, что было ясно, эти четверо хотели избавиться от вещей, но не успели и просто снова скрылись, — Гарри сделал паузу для глотка кофе.

— А я могу потом взглянуть на те вещи? — воспользовалась моментом Гермиона.

— Конечно, они в хранилище на Двенадцатом Уровне.

— Но Гарри, двенадцатом? — недоверчиво переспросила подруга.— Именно. Кингсли создал специальный Уровень для хранения любых вещей, информации и прочего, что связано с Волдемортом и его друзьями.

— И что, никто кроме Тайного отдела о новом Уровне не в курсе?

— Конечно нет, — мракоборец расплылся в довольной ухмылке, — Но я все же продолжу. Мы вновь потеряли след Четверки. Точнее всего я потерял, ох и досталось мне тогда от Сэвиджа, ты с ним еще познакомишься. Так что я в тупике. Мы не знаем, где Пожиратели и к чему нам готовиться, когда они объявятся, а они точно объявятся, лишь дело времени.

— А что с Люциусом? — Гермиона еле скрывала свое любопытство.

— А с Малфоем ситуация еще более неясная. Если этих ублюдков мы пару раз засекли и путь упустили, то Люциус словно сквозь землю провалился. Как мы поняли, он вообще исчез в тот же день, как был убит Волдеморт. По словам миссис Малфой, он трансгрессировал, как только прах Темного Лорда развеялся по ветру. Куда он отправился — неизвестно.

— Малфои могут врать, — задумчиво ответила Гермиона.

— Но не в этот раз. К ним применяли сыворотку правды, так что они действительно ничего не знают о его местонахождении. Странность в том, что никаких следов он не оставил. Совсем ничего. Старший Малфой конечно большой смелостью не отличался и ждать от него восстания глупо, но волшебником он был искусным и извращенными пытками не брезговал. Нам важно его найти. Каждый волшебник знает, кто являлся основным приспешником Волдеморта, и если Люциуса не поймать, то это сильно ударит по авторитету Министерства, а его и так по крупицам восстанавливают каждый мерлиновый день. Есть опасность, что если его заметит хоть кто-нибудь, он ради своей безопасности будет убивать, если уже не начал это делать.

— Подожди, а чем отличаются те четверо от Малфоя?

— В каком смысле?

— А в таком, Гарри, они все, включая Малфоя Пожиратели смерти и будь они хорошими людьми, они таковыми бы и не стали. Значит вероятность убийств от каждого очень велика. Ты мне что-то не договариваешь, — Гермиона знала своего друга с самого детства и чувствовала, когда он от нее что-либо скрывал. Сейчас настал тот самый момент.

— Да с чего ты взяла?

— Если ты хочешь, чтобы я тебе помогла, рассказывай все или я ухожу, — девушка скрестила руки и строго посмотрела в немигающие глаза мракоборца.

— Черт, Гермиона… — он снял очки и потер веки, — Может ты и права. Хорошо. Только пообещай, что это останется только между нами, Сэвиджем и Кингсли, — Девушка коротко кивнула, — На одном из допросов, Корбан Яксли, надеюсь ты помнишь, какой он был сволочью, так вот он обмолвился, что на Люциуса началась охота внутри Пожирателей. Как я понял, при живом Волдеморте никто не решался прикончить Малфоя, здесь могу быть неправ, но после его смерти они почти открыто решили расправиться с предателем. Точную причину охоты установить не удалось, однако Яксли назвал Малфоя осквернителем чистой крови, а потом случилось такое… В общем случился несчастный случай: Яксли воткнул себе карандаш в горло. Умер мгновенно.

Гермиона ахнула. Такого точно она не ожидала услышать.

— Значит Люциуса хотят убить свои же, считая, что тот нарушил их главный принцип чистоты крови? Но это бред, Гарри! — она встала и начала мерить шагами кабинет.

— Я не знаю, но нам нужно найти его раньше, чем это сделают мстительные беглецы.

— Но Малфои одни из самых рьяных представителей аристократии, которые всячески старались показать собственное превосходство именно из-за чистокровности семьи, не понимаю, откуда там предательство? — она остановилась, картинка не складывалась.

— Именно по этой причине не понятны мотивы его преследователей. Гермиона, мне нужна твоя помощь. Необходимо найти Люциуса Малфоя первыми. Живым и невредимым.

— А если мы уже опоздали? — волшебница не смогла скрыть грусть в голосе.

— Надеюсь, что нет… Надеюсь, что мы его найдем. Так странно, Люциус Малфой вечно жаждал убить нас, а мы пытаемся спасти его никчемную жизнь.

— Мы никогда никому не желали смерти, кроме Волдеморта и еще возможно Беллатрисы. Это нас и отличает от Пожирателей смерти. У нас другие ценности, мы умеем любить и прощать, — Гермиона вернулась в кресло, подобрав ноги под себя, — Ты сказал, что преследование Старшего Малфоя стоит держать в секрете, причину пока спрашивать не стану, но для чего тогда за дверью сидит Малфой Младший? — ее бровь плавно изогнулась, выражая и вопрос и любопытство одновременно.

— Сейчас узнаешь.

Гарри невесомым взмахом палочки снял заклинание и направился к двери. Он рывком дернул ручку:

— Заходи, Малфой. Благодарю, что решил дождаться.

Глава 5. Малфой

Гермиона от неожиданности соскочила с кресла, машинально поправила волосы и облизала губы.

Драко Малфой невозмутимо поднялся со скамьи, прихватив мантию и перекинув ее через левую руку, гордо вступил на пушистый ковер кабинета Гарри. Он молча прошел и сел в соседнее кресло с Гермионой. Друзья шокировано переглянулись, глядя на Малфоя. «Сесть без пререканий рядом с магглорожденной Грейнджер?» — читали они во взгляде друг друга.

— Чувствуй себя как дома, Малфой, — саркастично бросил Гарри, закрывая кабинет и возвращаясь на свое место.

— Спасибо, Поттер, не подозревал о твоем широком гостеприимстве, — хмыкнул ему в тон Малфой.

Гермиона вернулась на свое место, стараясь не смотреть на бывшего однокурсника.

После того жуткого суда они не разговаривали, хотя у них и до этого общение совсем не складывалось. Малфой вернулся в Школу примерно через неделю, от ран на теле не осталось и следа. Ученики провожали его удивленными взглядами и шепотками, не понимая, как ему удалось избежать Азкабана. Не сговариваясь, Малфой и остальные участники процесса по возможности обходили друг друга стороной. Драко стал еще более скрытным, почти ни с кем не общался, покинул команду по квиддичу и первым исчезал из аудиторий после окончания занятий. Кстати в тот год команда Слизерина по квиддичу скатилась аж на четвертое место в турнирной таблице, без своего основного ловца игра абсолютно не шла. Гермиона начала часто замечать парня в библиотеке, но старалась остерегаться даже его размытой фигуры вдалеке, забиваясь в укромные уголки хранилища знаний меж высоких стеллажей. От чего-то ей было стыдно за то, что происходило в Визенгамоте, словно это она сидела в той ужасной клетке, а он давал против нее показания. “Ежедневный пророк” тогда написал про суд Малфоев небольшую заметку, что показалось очень странным. Непонятный журналист Стив Гарт тогда написал: “Завершился судебный процесс над представителями семейства Малфоев: миссис Нарциссы Малфой и ее сына мистера Драко Малфоя. Их признали виновными в пособничестве Лорду Волдеморту и его соратников. Визенгамот под председательствующим Верховного чародея Аберфорта Дамблдора приговорили миссис Малфой и мистера Драко Малфоя к трем годам условно и штрафу в двести тысяч золотых галлеонов. Как известно, Люциус Малфой до сих пор в бегах. Место нахождения не известно. Из официального ответа Отдела обеспечения магического правопорядка на запрос нашей редакции мы получили только то, что все необходимые розыскные мероприятия ведутся лучшими мракоборцами Министерства Магии.” Вот и вся статья. Гермионе показалось странным, почему в Пророке не придали публичности о всех мерах ограничений, которые понесет семья Малфоев, но после разговора с Гарри многое вставало на свои места. Семейство Малфоев не должно было быть публично ослабленным, слишком высока вероятность того, что Пожиратели, которые преследуют Люциуса могут заявиться к его жене и сыну. А оно надо? На данном этапе, когда совершенно ничего не понятно - не надо.

- Поттер, я считал, что наш разговор будет носить конфиденциальный характер? - стеклянным голосом возмутился аристократ.

- Малфой, во-первых спасибо, что пришел, а во-вторых, я позвал тебя по делу твоего отца. Им занимается мисс Грейнджер, поэтому она будет присутствовать при разговоре, - Гарри был не в настроение для глупых перепалок.

- Грейнджер? - брови парня взлетели вверх, не скрывая истинного удивления, - Она?

- Гермиона теперь сотрудник нашего отдела. И послушай, я очень заинтересован найти мистера Малфоя и у меня нет первостепенной цели посадить его к Дементорам. Дело серьезное, поэтому мне нужно, чтобы поисками занимался человек, которому я доверяю. Гермиона не только моя подруга, она еще и превосходная волшебница. Так что предлагаю отбросить все твои недовольства и предрассудки в сторону, забыть на какое-то время о твоих предубеждениях и начать сотрудничать.

— Грейнджер — мракоборец, — лениво протянул парень.

— Малфой, а что тебя не устраивает? — вспылила Гермиона. Ей была неприятна его реакция, она не надеялась, что после ее помощи на суде он станет относится к ней лучше, но элементарное уважение девушка точно заслуживала.

- Меня не устраивает, что какая-то девчонка, которая без году неделю, как окончила Хогвартс, метит в лучшего мракоборца и собирается искать моего отца! Люциуса Малфоя не могут найти уже полтора года элитные мракоборцы Министерства, так с чего вдруг его сможешь найти ты? - рыкнул Малфой.

— Ты злишься только по этой причине или есть какая-то другая? — спокойно спросил его Гарри.

— На что-то намекаешь, Поттер? И вообще, сдался тебе мой отец? Сбежал и сбежал, опасности от него нет абсолютно никакой, мстить он явно не станет, не так уж он и ополоумел.

— Никаких намеков, Малфой. Гермиона будет работать над этим делом, нравится тебе или нет. Тема закрыта, - чуть повышая голос ответил мракоборец, - Мы уже давно не в Школе, прошли времена детской глупой неприязни и ненависти. А найти твоего отца наша первостепенная задача перед всем магическим сообществом, тебе больше всех известно, насколько важной персоной он являлся в делах Волдеморта.

Внутри Малфой бесился, его разрывало на части от гнева, но он не мог выразить свои настоящие возмущения. Мало того, что он ненавидел отца за то, что тот уничтожил его жизнь, так еще и сбежал, как последний трус. Он не смог привить смелость своему сыну, вечно уповая на деньги и власть, но Драко всегда был уверен в нем, как в близком и родном человеке, который может сбежать от всего мира, но не от своего сына. Поттер же, видимо когда поручал дело его отца Грейнджер, явно в тот момент плохо соображал. Поиски Люциуса - это не детские игры в догонялки или прятки, всякое может случится, и не приведи Мерлин, вдруг ее прикончит очередной беглец Пожиратель-психопат или чего хуже… Его отец! Он слишком многим обязан ей, и если ее покалечат или убьют, он себя никогда не простит. Только громко Драко озвучить этого не мог. Все таки кровь рода Малфоев текла по его жилам.

— Малфой, я попадала в такие передряги, что тебе даже и не снилось, - грустно ответила она, разглядывая затейливый резной рисунок на столе Гарри.

— Грейнджер, если ты так стремишься умереть, то валяй. Поттер, я готов тебя слушать, — Драко полностью повернулся в сторону Гарри, стараясь не смотреть на девушку.

— Что ж, я прочел твои показания и миссис Малфой, если верить документам, то вам неизвестно, куда делся глава семейства. Скажи, с вами никто после этого не связывался? — деловым тоном задал вопрос Поттер.

— После того, как изловили почти всех Пожирателей, наш дом опустел, гостей не наблюдал.

— Значит никто не пытался выйти с вами на связь? Ничего не просили? Не требовали? Может вдруг какие-то долги твоего отца упоминали? — упорствовал бывший гриффиндорец.

— Поттер, ты на что снова намекаешь? Даже я видеть его не желаю, а ты думаешь, что найдется какой-нибудь ненормальный с желанием выпить чашку чая, обсуждая новости в Пророке с моим отцом? Ты плохо знаешь нашу семью, — он запнулся.

— Хорошо, я понял, — прокашлялся Гарри, — Значит в этом направлении так и осталось глухо. А что с вашим поместьем?

— Если ты о Малфой-Мэнор, то тебе не хуже меня известно, что дом находится в ведомстве Министерства. Доступ нам к нему закрыт, причем сразу после смерти Темного Лорда, — выдавил Драко.

— Я все же уточнил для ясности. Так как дом был опечатан защитными заклинаниями, вся обстановка в нем сохранилась нетронутой. Фактическим владельцем теперь являешься ты, Малфой. Мне нужно, твоё письменное согласие на осмотр поместья Мэнор. Сам осмотр будет проводить Гермиона, ты конечно же имеешь право присутствовать.

— Что? — остолбенел Драко, — Какой еще осмотр? Еще и с моим согласием? Когда это мешало Министерству делать всё, что оно посчитает нужным?

— Если бы вам тогда дали реальный срок в Азкабане, я бы сейчас здесь перед тобой не распинался. Визенгамот вынес решение иначе, следовательно, я уже не могу просто так взять и туда вломиться.

— Но это мой дом! — Малфой злился, ведь приходилось подчиняться Золотому Поттеру, а это сильно било по его гордости и самооценке.

— А еще место преступления! — не выдержал Гарри и с силой стукнул по столу.

Гермиона наблюдала за мужчинами. Она понимала своего друга и как ни странно Драко тоже.

— Послушайте, — она неожиданно подала голос и две пары глаз переместились на девушку, — Давайте успокоимся. Малфой, поверь мне, я не горю желанием посещать твоё жилище. Для меня это такая же неприятная неожиданность, как и для тебя, — она с укором взглянула на Гарри, — Если мы хотим найти мистера Малфоя, — Драко скривился, но девушка сделала вид, что не заметила, — То Гарри прав. Стоит осмотреть дом, вдруг мы найдем какие-то следы или зацепки, которые помогут выбрать направление поисков или хотя бы понять причину исчезновения, — Гермиона улыбнулась глазами.

— Грейнджер, Поттер, — сдаваясь, вздохнул блондин.

— Не понял, что Грейнджер? — почесал затылок Гарри.

— Только я и Грейнджер посетим моё поместье. Больше никого не подпущу, — костяшки его пальцев побелели.

— Договорились, Малфой, — Гарри решил не спорить, пока тот не передумал.

Гермиона покосилась на Драко, от чего-то ей было одновременно страшно и любопытно побывать в Малфой-Мэнор вместе с его хозяином.

— Когда нужно быть в Мэноре? — Драко начинал подниматься с места, давая понять, что намеревается уходить.

— Через неделю. Тебе и Гермионе сейчас нужно обратиться в Администрацию службы Визенгамота. На этом же Уровне прямо по коридору. Гермиона, вот твой ордер, — она взяла из руки друга крохотный белоснежный жетон на тонкой нити с гравировкой «Гермиона Джин Грейнджер. Мракоборец», — Носи его с собой постоянно, пожалуйста. В отделе выдачи документов на проведение осмотра Малфой-Мэнор вам выдадут бланк. Драко, ты заполнишь, а ты Герм подпиши. Неделю до осмотра ты будешь на обучении, с тобой свяжутся, — официальным тоном закончил мракоборец.

Малфой недовольно направился к выходу.

— Пообещай, что будешь с ним осторожна? — заботливо обнял подругу Гарри.

— Я постараюсь, не волнуйся, — девушка невесомо чмокнула друга в щеку и помчалась догонять блондина, на ходу накидывая мантию и затягивая шарф.

Парень вышел из кабинета, но решил дождаться в метрах десяти от кабинета Поттера новоиспеченного мракоборца с каштановой гривой волос. Гермиона удивленная, что Малфой не бросил ее, медленно подошла к нему, словно опасаясь дикого зверя. Они молча направились в сторону Администрации, каждый блуждал в собственных мыслях.

— Скучаешь по Хогвартсу, Грейнджер? — неожиданно растекся эхом глухой голос Малфоя.

— С чего ты взял? — недоумение отразилось во всем виде Гермионы.

— Шарф, — указал он на шею, все также не касаясь взглядом волшебницы.

— Оу, он просто очень теплый, — спохватилась она, машинально подтягивая край к изящному подбородку, опуская взгляд.

— Ясно, — это все, что он смог из себя выдавить.

Нахождение рядом с Грейнджер очень смущало. Малфой не понимал, как ему себя с ней вести. Он обязан ей свободой, но даже ее за это не поблагодарил. Почему молчал и проходил мимо? Стыд и беспомощность одолевали его, сковывали разум, не давая поступить чуть более правильно, чем несколько лет назад.

Они шли в полной тишине, только изредка Драко уверенно сворачивал пару раз, а Гермиона беспрекословно следовала за ним.

— Малфой, я думаю, что ты слишком уверенно здесь передвигаешься, хотя Гарри говорил идти прямо, — решилась она подать голос.

— Грейнджер, я прекрасно знаю путь до Администрации, а Поттер болван, — спокойно и как-то по-доброму отозвался блондин.

Гермиона решила, что доверится Малфою и оказалось не зря, через пару минут они достигли холла, где на входе сияли золотые буквы «Администрация Визенгамота».

— Добро пожаловать, Грейнджер, иди за мной, — Драко картинно поклонился, приглашая ее войти в цитадель законности и правопорядка. Гермиона хихикнула, ну уж очень смешно и непривычно выглядел Малфой, он же приложил палец к губам и глазами указал к стойке, где сидела очень объемная женщина и пыхтела над пергаментами.

— Добрый день, миссис Бигг, — и вновь вернулся тот учтивый и холодный Драко Малфой.

— Оу, здравствуйте, мистер Малфой, вы сегодня немного припозднились, — миссис Бигг в кривой улыбке обнажила свои клыки.

— Задержался на встрече у мистера Поттера.

— Давно не видела этого юнца, вечно пролетает без оглядки и ищи его годами. До сих пор должен мне отчет за прошлый месяц, — запричитала женщина, параллельно роясь в шкафчике с папками.

— Малфой, что происходит? — шепнула Гермиона, слегка наклоняясь к Драко.

— Сейчас увидишь, — так же тихо ответил он, поворачиваясь к сотруднице Визенгамота.Миссис Бигг наконец-то разобралась в своем бесконечном ворохе бумаг и хлопнула толстой папкой по столу:

— Вашу палочку, мистер Малфой, — серьезным тоном приказала она, протягивая руку. Она словно не замечала, что рядом стоит посетительница с раскрытым ртом.

— А что? — начала вдруг Гермиона, но ее прервал блондин.

— Все нормально, — передавая палочку миссис Бигг.

Женщина аккуратно приняла волшебную палочку, покрутила ее своими толстыми сардельками, потом шепнула что-то невразумительное и коснулась ею раскрытой папки. На страницах искрами стали выжигаться крошечные зеленые слова. Удивленная Гермиона хлопала ресницами и откровенно палилась то на Малфоя, то на сотрудницу Визенгамота.

— Все в полном порядке, мистер Малфой, как и всегда, — дежурно заключила она, вернула ему палочку и захлопнула папку.

— А что здесь только что происходило? — Гермиона не понимала, почему Малфой так спокойно отдал свою палочку для непонятных манипуляций.

— Странно, что ты спрашиваешь, — будничным тоном ответил парень, пряча палочку в мантии, — Ты же слышала тогда на суде, что я и моя мать обязаны каждый месяц отчитываться. Ты сейчас видела процедуру. Никаких запрещенных заклинаний я не использовал, т.к. если бы они были, то тут же засияли красным и меня упекли бы в Азкабан.

— Извини, Малфой, — Гермионе было неловко видеть, как он только что перед ней показал свою зависимость от системы, она чувствовала, как и ему не по себе от ситуации, но он мастерски скрывал это под своей дежурной маской отчужденности.

— Уже привычное дело, я как раз сегодня сюда собирался, но меня вызвал Поттер. Одно хорошо, что тебе тоже по пути, — он развернулся к женщине и кашлянул в кулак, привлекая вновь ее внимание.

— Что-то еще, мистер Малфой? — ее широкие брови уплыли наверх.

— У нас с мисс Грейнджер есть поручение от Гарри Поттера…

— Ааа, точно-точно, вспомнила, сейчас. Здравствуй, милочка, — миссис Бигг надменно поприветствовала Гермиону, будто та только что подошла, а после встала к массивным шкафам и опять начала в них рыться.

— Какой беспорядок, — хмыкнула девушка, но так, чтобы ее смог услышать только Малфой.

— Это настоящий хаос, Грейнджер, — парень вдруг улыбнулся так искренне и тепло, что Гермиона на мгновение замерла, не решаясь, запоминать ей этот момент или поскорее стереть из памяти.

— Вот, бланк на осмотр поместья Малфой-Мэнор, заполняйте мистер Малфой, а вы мисс, подпишите документы, будьте добры, — Драко пожал плечами и стал быстро что-то записывать, а Гермиона еле сдержалась, чтобы не фыркнуть на миссис Бигг от такой беспардонности. Она достала жетон, который отдал ей Гарри и продемонстрировала его почти перед носом недовольной тетки.

Малфой заполнил все строки к тем, что уже были написаны рукой Гарри, и протянул пергамент Гермионе. Она под пристальным взором миссис Бигг прочла бланк, запомнив для себя только дату и время, остальное ее не заботило. Девушка чиркнула чернилами подпись и вернула документ женщине, та шлепнула алую печать Отдела мракоборцев, взмахнула палочкой и в воздухе материализовалась копия.

— Благодарим за помощь, — Гермиона схватила парящую копию и направилась к выходу.

— Странная женщина, — процедила Гермиона, как только они покинули территорию Администрации.

— Я уже привык, а тебе как мракоборцу видеть ее придется не часто, — слегка завидуя, ответил Малфой.

— Надеюсь, — в этот момент они подходили к лифтам.

Двери гостеприимно распахнулись, но не успели бывшие однокурсники войти в лифт, как за их спинами раздалось:

— Мисс Грейнджер, постойте! — неприметный паренек несся со всех ног, держа в руках клочок бумаги, — Погодите! Вот ваши указания, связанные с обучением. Начинаете с завтрашнего дня в восемь утра. Остальные подробности в конверте! Счастливо, рад был вас увидеть! — парень в мантии явно не с его плеча оттарабанил все, как заученный текст и тут же скрылся из вида. Гермиона с Драко переглянулись и рассмеялись, заходя все-таки в лифт.

— Министерство умеет выбирать себе особенных сотрудников, — протянул парень.

— Надеюсь, что большая часть более сговорчивые, учтивые и приятные люди, — заключила Гермиона, пряча конверт в бездонную сумочку.

Они быстро приехали на этаж, с которого посетители покидали стены Министерства Магии. Волшебников прибавилось, мантии разных цветов и оттенков сливались в одно огромное грязное пятно.

Пробиваясь сквозь пятнистую массу сотрудников, они добрались к каминам с ядовито-зеленым пламенем. Малфой, немного опередил Гермиону и запрыгнул в ближайший камин:

— Увидимся наверху, Грейнджер, — горсть летучего пороха резко воспламенилась и блондин исчез.

Гермиона озадаченно вошла следом за ним, натянула посильнее на лицо капюшон и за ним место «Дырявый котел».

Приземлилась она в специальном помещении таверны, которое было намеренно создано для тех министерских, кто после работы собирался пропустить пару бокальчиков сливочного пива, отдыхая после напряженного рабочего дня. Девушка стряхнула с себя пепел и тихо, немного оглядываясь осмотрелась, блондинистую шевелюру Малфоя заметно не было, решив, что сглупила, она быстрым шагом покинула полупустое заведение, выйдя в родной мир без волшебства.

— Далеко собралась, Грейнджер? — услышала она за поворотом от «Котла» знакомый голос с наигранными нотками возмущения.

— Малфой, не знаю как ты, но я проголодалась, не составишь мне компанию? — вдруг спросила она, а в подтверждение сказанных слов, ее желудок предательски заурчал на всю улицу, девушка машинально обняла живот руками и вопросительно посмотрела на Малфоя, одновременно стараясь скрыть смущение от того, что пригласила Драко Малфоя на обед. Парень, как чеширский кот, приблизился к ней, обошел вокруг, немного хмуря лоб, потом остановился и удивленно спросил:

— А ты случаем не заболела, а? — еле сдерживая очередной приступ смеха, поинтересовался слизеринец. В голове в этот момент крутилось только одно: «Малфой, ты за всю свою жизнь столько не смеялся и не улыбался сколько за сегодня, а ведь это оказывается очень приятные чувства».

— Мм, вроде нет, — Гермиона демонстративно измерила себе температуру ладонью.

— Ну раз так, то я принимаю твое приглашение, Грейнджер, — растянулся в улыбке Малфой.

Гермиона хлопала ресницами и пыталась понять, что сейчас происходит. Во-первых, с какой стати она потащилась за Малфоем, во-вторых, как ей взбрело в голову позвать его с собой на обед, это просто не укладывалось в её реальности, а в-третьих, это то, что ее больше всего удивляло и ставило в тупик, почему Малфой не поиздевался над ней, не высмеял в очередной раз, а охотно согласился?

— Или ты уже передумала? — насупился Малфой, вырывая девушку из размышлений.

— Конечно же нет, — она озарила его улыбкой, решив, что подумает над ситуацией позже, — Куда пойдем?

— Хороший вопрос… — парень вдруг сник, а Гермиона сообразила, что после всех событий, Драко видимо продолжает избегать магические общественные места, чтобы меньше привлекать внимание к своей персоне осужденного Пожирателя смерти с багажом в виде отца-беглеца.Девушка задумалась на секунду.

— Малфой, я стараюсь не появляться в тех заведениях, где меня могут узнать, — она состроила гримасу, — Как ты смотришь на то, чтобы… Посетить маггловское местечко? — неуверенно закончила она, больно сжимая свои тонкие пальчики от волнения.

— Магглы? — замешательство отразилось на белом лице Драко.

— Я знаю, что они тебе не…

— Я согласен, куда пойдем? Все же лучше, чем «Дырявый котел», — он не дал ей договорить, понимая, что Гермиона хотела сказать. Магглы и его отвратительное отношение к ним не то, чтобы в прошлом, но он старался в себе искоренить ту брезгливость и отвращение, что впитывал в себя с раннего детства, а Гермиона сейчас давала ему шанс переосмыслить свое отношение, так почему нет?

Услышанное потрясло Гермиону, ведь вновь никаких протестов против нее и магглов. Она ощущала, что Драко изо всех сил старается перебороть себя и хотела ему в этом помочь. Девушка украдкой посмотрела на высокие окна так полюбившейся ей кофейни «Под яблоком» и хотела уже предложить пойти и погреться там, но осознала, что место не очень удачное, слишком велика вероятность, появления нежелательных свидетелей из таверны напротив, а ей хотелось полного спокойствия, тем более, когда рядом сам Драко Малфой.

— Мм, пошли, у меня есть идея, — она таинственно расплылась в улыбке, — Только нам надо переодеться, а то наш внешний вид слишком нелепый для обычных людей.

Гермиона свернула за угол викторианского особняка и быстро трансфигурировала мантию в утепленную джинсовую куртку.

— Ты хочешь, чтобы я нарядился в маггловское тряпье? — гневно насупился парень, но Гермиона уверенным взмахом волшебной палочки превратила его иссиня-черную мантию в элегантное кремовое длинное пальто, которое удачно вписывалось в его строгий костюм.

— И как тебя выносит Поттер, — развел он руками, выражая недовольство, одновременно осматривая свой наряд, словно стоял перед зеркалом.

— Поверь, он почти не жалуется, — хитрые огоньки запрыгали в ее шоколадных глазах.

— Черт с тобой, Грейнджер, — сдался Малфой, — Так куда мы идем? Место хоть приличное?

— Идем, здесь в паре кварталов, — она поманила его рукой и выходя из тени переулка.

Драко впервые покинул территорию магического Лондона. Он оглядывался по сторонам, как гусь, вытягивая шею. Вокруг сновали магглы, которые внешне ничем не отличались от волшебников, хотя Драко всё вокруг твердило, что они ничтожества и бездарности, которые должны быть порабощены и частично уничтожены.

— Я ведь никогда не был в мире магглов, здесь все так странно, — в пустоту сказал Драко.

— Это обычная жизнь мира без магии, Малфой.

Драко Малфой ощущал себя маленьким ребенком, который вдруг оказался в месте, куда доступ был всегда запрещен. Его удивляло, что внешне отличий между магическим миром и миром магглов не так уж и много. Магглы казались проще: приветливые широкие улыбки, свободная простая одежда без тяжелых мантий, колпаков и массивных туфель, куча самых разнообразных технических штуковин, которые упрощали или усложняли им жизнь. В магической части страны, особенно после войны, редко встречались беззаботные лица, многие до сих пор инстинктивно озирались по сторонам и торопливо шли по своим делам. Здесь же ощущение свободы ощущалось глубже, особенно Малфоем, в которого регулярно тыкали пальцем и просто шарахались на противоположную сторону от него. Он стал изгоем в родном мире. Ошибка его семьи дорого ему обошлась.

Драко старался не отставать от уверенно шагающей Гермионы, в то же время он хотел рассмотреть каждую витрину, каждый узор на зданиях, каждый кусочек лепнины, каждый сверкающий и переливающийся рекламный щит. Цвета были настолько яркие и пестрые, что он невольно щурил глаза, но ему нравились эти совершенно новые ощущения. Магглы смогли окутать свою жизнь волшебством без волшебства! Телевизоры (про них ему объяснила Гермиона) ему казались чем-то потрясающим! А музыка! Он дал себе обещание, что постарается узнать больше о маггловской музыкальной культуре.

— Малфой, не отставай, почти пришли, — оглядывалась девушка, мысленно улыбаясь, глядя на восторженного Драко. Она искренне радовалась, что парень не испытывает брезгливости, не сыплет проклятьями, а с интересом наблюдает за окружающим миром.

— Грейнджер, я взрослый человек, ишь раскомандовалась! — ухмыльнулся он, но все же ускорил шаг.

Они перешли широкий перекресток, Драко оценивающе рассматривал высокие столбы со светящимися цветными бусинами, которые негласно регулировали уличное движение. Никакой магии, а порядка больше, чем в магическом мире.

Пройдя еще пару метров, волшебники остановились напротив очередного величественного готического здания с кривыми горгульями на крыше, но не они заставили остолбенеть Драко, а входная арка, которая была стилизована под огромную букву «М». Она светилась ярким золотым светом и приглашала войти внутрь. В воздухе витал терпкий аромат сладкого кофе и еще чего-то жаренного и сдобного, совсем незнакомого для слизеринца. Гермиона не смогла сдержать смех, когда он закрыл глаза и стал медленно вдыхать манящий запах, его грудь изящно поднялась и замерла, он сладко причмокнул.

— Что смешного, Грейнджер? — удивился блондин, складывая руки на груди.

— Ты бы себя видел! — в голос захохотала девушка.

— А что не так?— Малфой, давай лучше войдем внутрь, тебе понравится, — и продолжая смеяться, она вошла в помещение, следя, не отстает ли ее спутник.

Когда за ними бесшумно закрылись величественные стеклянные ворота, перед Драко открылся невиданный никогда для него вид: просторный уютный зал с красными мягкими диванчиками и скромными деревянными столиками, посетители весело болтали, со всех сторон доносился смех и шумная непонятная болтовня молодых магглов, каждый с удовольствием что-то жевал и потягивал неизвестный напиток из высоких стаканов.

— Мистер Малфой, добро пожаловать в одно из самых посещемых мест магглами, ресторан «Макдоналдс», между прочем всемирно известная сеть, представлена почти в каждой стране Мира, — официально произнесла Гермиона.

Мистер Малфой потерял дар речи, озираясь по сторонам. Он совершенно не подозревал, что магглы ходят в заведения, которые кардинально отличаются от того же трактира «Кабанья голова» или паба «Три метлы» в Хогсмиде, а чего уж говорить о «Дырявом котле». Здесь царила атмосфера непринужденности, открытости и спокойствия, по чему Драко так давно истосковался.

— Макдоналдс, — медленно и задумчиво повторил он.

— Пойдем сделаем заказ и найдем свободное место, — но Гермиона не успела и шагу ступить, как ее прервал Драко.

— Грейнджер, у меня нет маггловских денег, только галлеоны и в местной кухне я совершенно ничего не смыслю, — слегка растерянно сказал он, вытаскивая из кармана горсть золотых монет.

— У меня есть деньги, Малфой, — облегченно вздохнула она. Все таки Гермиона переживала, что вот-вот очнется прежний Драко и начнет сыпать проклятиями, выражая свое отвращение, — Я расплачусь, возьму популярной здесь еды и вернусь.

Драко смутился, ему было неловко зависеть от кого-то, тем более в очередной раз еще и от Грейнджер. Но, он взял себя в руки и невозмутимо развернулся в поисках удобных диванчиков, примечая места с пустующими столами по-соседству.

Девушка покачала головой, но решила промолчать и отправилась к стойке заказов. Через минут десять она вернулась с полным подносом, найдя Малфоя у дальнего окна.

— Угощайся, Малфой, — усаживаясь напротив, она поставила перед ним огромный гамбургер, порцию картошки фри, стакан газировки и чашку чая, на случай, если истинному аристократу не подойдет любимый напиток магглов. Себе же она взяла гамбургер по-меньше и как всегда привычный кофе.

В желудке Малфоя громко заурчало и он не долго думая, принялся пробовать то, что принесла ему Гермиона.

— Неожиданно, но это и правда очень вкусно, — Малфой откусывал и ел аккуратно, почти невесомо, а в мыслях Гермионы почему-то сразу всплыл неуклюжий Рон, который проглатывал все подряд, вечно болтая с набитым ртом, причем так, что кусочки пищи могли разлетаться на ярды вперед. «Интересно, насколько правдиво утверждение, что как ест мужчина, тот таков он и в постели?» — от этих мыслей щечки Гермионы залились румянцем, она опустила взгляд, осознавая, что ей очень стыдно от того, что она думает о подобном да еще и о Малфое. «И все же, безалаберное отношение Рона к еде полностью характеризовало такое же его поведение и в постели…» — таки мелькнули воспоминания прошлого Гермионы, от чего ей стало еще более неловко в обществе Малфоя.

— Что-то не так? — заметил замешательство Гермионы Драко, тщательно протирая руки салфеткой.

— Нннет… все в порядке, просто удивительно, что мы оба сидим здесь, — почти не соврала гриффиндорка.

— Согласен, еще пару лет назад я бы и представить подобного не смог, — он улыбнулся одними глазами, серый лед таял, впитывая тепло темного шоколада, — И я тебя не поблагодарил за то, что привела меня в такое странное, но очень уютное место. Никогда не думал, что магглы могут быть приятной составляющей моего общества. И… — он словно на секунду задумался, — Давно я не был в состоянии без вечной нервирующей тревоги и чертовых волнений. И Страха… , — Драко осекся, вдруг осознавая, что наговорил лишнего.

— Спасибо, что поделился, это важно для меня, Малфой, — осторожно ответила она, стараясь не напугать вдруг неожиданно появившегося совершенно нового Драко Малфоя.

— А, как ты сказала, Макдоналдс? — она кивнула, — Здесь и правда неплохо, не думал, что у магглов есть фантазия на подобное, — оценил парень.

— Ты их явно не дооцениваешь, Малфой. Магглы способны на многое только благодаря своим знаниям и стремлениям творить необыкновенные вещи. Им магия не нужна, — Гермиона слегка вздернула подбородок.

— Будь ты магглом, Грейнджер, рассуждала бы иначе, — настаивал на своем Малфой.

— По моим венам течет и маггловская кровь, тебе то уж об этом напоминать не стоит, ведь при каждом удобном случае, ты старался сделать так, чтобы я об этом не забывала, — хмыкнула она, — До Хогвартса я была обычной девочкой с обычными книжками и еще более обычной школой через квартал от дома. Я вполне справлялась со всем без магии, и сейчас справляюсь при необходимости, — твердо закончила она.

— Я всего лишь восхитился тем, что маглы способны на многое, а ты сразу создаешь из меня врага для всего живого, — он покачал головой, машинально приглаживая волосы.

— А разве это не так? — Гермиона не сразу поняла, что сказала, лишь когда глаза Малфоя приняли размер с галлеон. Он впился в нее взглядом, ноздри раздулись, весь его внешний вид кричал, что он сдерживает себя, чтобы не натворить глупостей.

— Извини, Малфой, я… — девушка пожалела о сказанном, но слов уже не вернешь.

— Грейнджер… — слизеринец перевел дух, — Я понимаю твою реакцию, у тебя есть все основания так считать. Я был подлым и мерзким особенно по отношению к тебе. И это мне нужно прежде всего извиняться перед тобой. Я рос в атмосфере ненависти к гряз… К магглорожденным. День ото дня мне внушали, что такие, как ты неполноценные волшебники, стремящиеся встать на вершину пьедестала магического сообщества. Мне говорили, что волшебники из маггловских семей — это природная ошибка, случайность, которую необходимо искоренять и не давать распространяться. И представь моё удивление, что ты оказалась не такой, как мне вдалбливали в голову. Я не сразу к этому пришел, но меня злило, что какая-то девчонка из семьи маглов может быть лучше чистокровного волшебника! Я этого просто не понимал да и не хотел, если честно. У меня было одно желание: раздавить тебя с самого первого дня, как только увидел. Ты являлась аномалией магической природы. Это не давало мне покоя. Но все стало меняться, стереотипы и мнимые убеждения рушились. Когда все началось? Первые сбои внутри меня появились на шестом курсе, когда красноглазая тварь поручила мне убить Дамблдора и придумать, как протащить армию Пожирателей в Хогвартс. Думаешь я не понимал, что это чревато множеством смертей, в том числе и чистокровных магов? Отчетливо понимал. Это создало некий диссонанс внутри меня. Как можно бороться против магглов и магглорожденных, при этом уничтожая чистокровных? Убийство ради убийства? Только так я смог объяснить для себя политику Того-кого-нельзя-называть, остальное у него являлось фиктивным прикрытием его жестокости. Темный лорд наградил меня Черной меткой не по моему желанию, а для влияния надо мной, чтобы иметь точку давления на родителей. Но были глупцы, вроде моего отца и бешеной тетки, которые помогали ему в воплощении извращенных планов на магическое сообщество по собственным идеологическим соображениям. Во мне же окончательно нечто треснуло и сломалось в тот момент, когда… А, не важно, Грейнджер. И так многого наговорил. Я просто хочу, чтобы не смотрела на меня, как на врага и Пожирателя смерти. Не скажу, что мне легко дается даже нахождение здесь, годы строгого воспитания дают о себе знать. Это не пройдет по щелчку пальцев, но мне бы хотелось. Я устал жить под пристальным прицелом людей от того, что меня ненавидит каждый. Знаешь, раньше меня это забавляло, вселяло мифическое чувство всепоглощающей власти. Сейчас прошлое кажется диким и далеким. Глупым… Но со страшными последствиями. Ты наверное думаешь, что у меня был выбор. Возможно, но это не так. Страх за жизнь матери и даже отца может заставить сотворить много ужасных вещей. Мы навсегда впечатали свою фамилию в черную страницу истории Магической Англии. И как это исправить? — Драко выпустил нервный смешок, стараясь смотреть поверх макушки Гермионы, — Нет такого способа. Помнишь тот вечер в Большом зале, когда Макгонагалл придумала дарить ленты благодарности или как там они назывались? — девушка кивнула, едва сдерживая слезы, ее охватила мелкая дрожь, — Помнишь, как тогда ты подошла и подарила мне свою? — уголки его губ тронула теплая улыбка, — Для меня твой поступок так и остался загадкой, Грейнджер, но в тот момент ты дала мне больше, чем кто-либо за всю мою жизнь. Прощение. Настоящее и искреннее. А позже твоё поведение на нашем слушании… — парень сделал глоток остывающего чая, — Меня переполняла благодарность, ведь я вел себя с тобой отвратительно, а ты нашла в себе силы встать на нашу защиту. Поттеру и Уизли повезло с такой подругой, как ты, Грейнджер. Мои ошибки не оставили мне ничего, кроме выжженного поля, я потерян, но ты все равно сейчас сидишь здесь напротив меня, а не убегаешь, как от прокаженного, я благодарен тебе… Гермиона.

Драко Малфой шумно выдохнул, откинулся на спинку диванчика и потер веки. Он вдруг резко постарел на несколько лет. Гермиона сочувственно на него смотрела, пытаясь переварить внезапно услышанную исповедь.

— Малфой, спасибо тебе за то, что высказался. Ты делаешь шаги вперед, что уже большая победа над собой и своими убеждениями. Дарила я тебе свою ленту, не надеясь, что ты ее примешь, но ты взял, чем тогда подтвердил мои чувства того, что ты … Меняешься. Все наладится, ведь прошло совсем немного времени с тех чудовищных событий. Сегодня мы здесь, едим маггловский фаст-фуд и наслаждаемся чудесным солнечным днем, — девушка улыбнулась и подняла чашку кофе в виде тоста.

Парень испытывал смешанные чувства, по телу снова растеклось тепло, едва уловимое, но тепло, которое излучала Гермиона. Он тоже поднял вверх свой чай, стекло в их руках зазвенело и они залились задорным смехом. Так они просидели, болтая пока не стемнело. Гермиона еще пару раз приносила им разные вкусности, объяснив Малфою, что фаст-фуд у магглов считается очень вредной, но безумно вкусной едой. Они разговаривали о Хогвартсе, каждый делился своими маленькими незначительными историями из учебной жизни, неосознанно не затрагивая их прошлые стычки.

— Не знал, что ты была настолько обезбашенной, Грейнджер, — хохотал Малфой.

— Но зелье же сработало! Пусть оно превратило меня в кошку, но мальчики тогда были превосходными Кребом и Гойлом, — девушка смахнула слезы, но уже от неистового смеха.

— Согласен, я их даже не отличил, хотя над повадками им стоило поработать лучше!

— Хмм, мы в двенадцать лет так глубоко еще не мыслили, Малфой! — она наигранно постучала по своей макушке.

— Но за план и его реализацию тебе стоит отдать должное! Сто очков Гриффиндору! — в этот момент парень посмотрел на свои наручные часы с массивным циферблатом и изменился в лице.

— Малфой, все в порядке? — забеспокоилась Гермиона.

— Да, все отлично, Грейнджер. Уже достаточно поздно, мне нужно идти. Благодарю за прекрасно проведенное время. Увидимся через неделю! — отчеканил блондин, быстро собираясь с места.

Он накинул пальто и почти бегом скрылся в туалетных комнатах, до девушки лишь донесся приглушенный хлопок трансгрессии.

Гермиона в недоумении уставилась на захлопнувшуюся туалетную дверь, не понимая, что произошло. «Почему Малфой так быстро ушел? Неужели моё общество ему все же неприятно? А вдруг, что-то случилось?» — мысли Гермионы крутились как заведенный шарик.

Девушка неспешно собралась и вышла на улицу. Щеки обдало прохладным сумеречным ветром. Она медленно, витая в своих размышлениях о Драко, свернула в пустынный переулок и трансгрессировала на порог своей квартиры, даже не заметив, что за мусорным баком за ней пристально наблюдала грязная и ледяная тень.

Глава 6. Подготовка

В ушах свистел ветер. Хрустальные капли дождя больно резали по щекам, но фигура в темном плаще не обращала внимания на боль, сейчас ее беспокоило совсем другое. Тень неслась со всех ног, спотыкаясь о сломанные ветки пострадавших от вьюги деревьев, ноги путались в плаще и скользили по расплывшейся грязи.

Человек сбивчиво и отрывисто дышал, остановившись рядом с высокими фигурно-извилистыми воротами. Он всматривался в темноту, прилагая все усилия, чтобы заметить любое движение, которое мог уловить за ними внутри сада. Липкая тишина. Только ветер продолжал раздражающе реветь по округе.

Внушительных размеров особняк смотрел на человека с глубоким безразличием. Несколько окон на втором этаже были выбиты, осколки стекла мирно покоились под заросшим газоном, который уже давно стал бесхозным. Открывшееся зрелище заброшенности болезненно ударило по силуэту, вызывая чувства отвращения и всепоглощающего горя.

Потоптавшись на месте, фигура еще раз осмотрелась. Никаких признаков жизни. Ни прошлой. Ни будущей. Он задрал рубашку на предплечье, гневно вглядываясь в циферблат.

- Какого черта здесь происходит? - прошипел он сквозь зубы и пошел прочь от этого места, стараясь не погружаться в нахлынувшие воспоминания.

Унылая тень поддалась непогоде, концентрируясь на хлестающих цепких лапах дождя. Он не торопясь добрался до холма с тремя дубами, с которого существовала единственная возможность трансгрессии. Сейчас ему больше всего хотелось покинуть бушующую местность и оказаться в своем мягком кожаному кресле, потягивая бокал жгучего магловского бренди.

***

Этим же вечером Гарри вернулся на площадь Гриммо чуть раньше обычного. Бесшумно проходя по узкому коридору, он слышал, как на кухне хлопотала Джинни. Посуда звенела, звонко хлопали крышки на плите, а параллельно с этим басистый мужской голос комментировал действия по приготовлению неизвестного блюда.

- Я смотрю ты все-таки решила освоить телевизор? - широко улыбаясь, Гарри вошел на территорию, где происходила бойня с овощами и мясом.

- Гарри! - девушка взвизгнула от радости и бросилась на шею молодого человека, - Я решила попробовать разобраться с этой странной штуковиной, - смущенно отстраняясь, ответила она.

- И для этого ты выбрала дурацкое кулинарное шоу для домохозяек, - хихикнул Гарри, аккуратно смахивая большим пальцем муку с лица Джинни.

- Мне хотелось тебя порадовать, - тут же отвлеклась она на шипящую сковороду, в которой шкварчал заметно почерневший лук.

- У тебя неплохо получается, - решил подбодрить Гарри, приобнимая ее сзади за талию.

- Получилось ужасно, если честно, - хохотнула она, снимая сковороду с плиты и бросая ее в раковину, - Ты не против, если сегодня ужин будет приготовлен при помощи магии? - она развернулась к нему лицом и ее губы извиняюще выдавили подобие улыбки.

- Джинни, я не прошу от тебя стать богиней кулинарного искусства, мне достаточно для счастья лишь того, что ты рядом, - он чмокнул ее конопатый кончик носа и крепко обнял.

- Тогда я мигом! А ты садись за стол и расскажи, как прошел день, - мисс Уизли по-хозяйски сгребла остатки неудавшегося аля-ресторанного шедевра и уверенно выбросила его в мусор. Гарри же удобно расположился за длинным деревянным столом, наливая из графина тыквенного сока.

- Сегодня Гермиону взяли на работу в Министерство, - будничным тоном начал он.

- Это же прекрасная новость, Гарри! - сердечно залепетала Джинни, не отвлекаясь от магических манипуляций создания несложных блюд, - В какой отдел она устроилась?

- Я расскажу, как только мы начнем ужинать, - тепло отозвался Гарри.

Девушка кивнула и ускорилась. Джинни быстро накрыла на стол, поставив перед Гарри телячьи отбивные, овощной салат и пару кусочков йоркширского пудинга. Себе Джинни приготовила печеную картошку с тыквой и пару имбирных печенек. Ароматы пряностей заволокли тусклую столовую, которая нуждалась в ремонте еще со времен проживания в доме чистокровных Блэков. Гарри понимал, что вскоре придется приступить к капитальным изменениям дома, но камень на сердце в виде воспоминаний о том, что хранили в себе его стены, не давал ему навести в нем порядок. Он устало обвел взглядом старый покосившейся стеллаж для посуды, пожухлые стены с выгоревшим цветочным орнаментом и обветшалый серый стол, за которым когда-то собирался весь Орден Феникса. Снова чувство тревоги начало разъедать его изнутри. Пока все Пожиратели Смерти не будут найдены и привлечены к ответственности за сотворенные зверства, он не сможет спать спокойно и тем более не сможет приступить к реставрации бывшего родового гнезда семейства Блэков.

- Гарри, скоро наступит момент, когда это место засияет другими красками, - Джинни чувствовала, где сейчас блуждает Гарри.

- Я знаю, только вот закончу с поимкой оставшихся беглецов и мы сразу начнем обустраиваться, а пока новость сегодняшнего дня: Гермиона устроилась в наш отдел, - уже чуть более горделиво сказал Гарри.

- Гермиона? Она будет работать с тобой? - захлопала глазами девушка, замерев от неожиданности вместе с вилкой.

- Именно! И ты даже не представляешь насколько я этому рад! - он вновь почувствовал облегчение.

- Чудесная новость, Гарри! - радостно пролепетала Джин.

- Честно, я не был уверен, что она согласится на должность мракоборца. Мне казалось, что после всех наших совместных скитаний, она больше не подступится и ближе чем на метр к темной магии. Я считал, что ей нужна более размеренная и спокойная жизнь, без боязни за себя и близких людей.

- Вы многое пережили, но зря ты думаешь, что Гермиона нуждается в спокойствии. Я думала, что ты хорошо ее знаешь, - хихикнула мисс Уизли, - Как лучшая подруга нашей Гермионы Грейнджер с уверенностью заявляю, что без приключений, где она сможет себя реализовать как достойная и сильная волшебница - она зачахнет. И чувствовать себя нужной обществу ей необходимо, ведь все это части ее личного прогресса. Наша Герм без этого подобную жизнь не осилит, поэтому я не удивлена тому, что она решилась стать мракоборцем. У нее точно получиться превзойти многих, - Джинни важно вздернула указательный палец вверх, не забыв поправить невидимые очки.

- Всё то ты знаешь, - откинув голову, рассмеялся Поттер.

- Вы, мальчишки, порой не понимаете самых элементарных вещей, - правая бровь Джинни в укоре изогнулась галочкой.

- Всё мы понимаем, ну… Кроме женщин, разумеется, - виновато пожал плечами Гарри.

- В твое оправдание могу лишь сказать, что меня ты стараешься понимать, - Джинни бросила воздушный поцелуй парню, слегка заливаясь румянцем.

- Очень вкусно, Джинни, - Гарри размеренно жевал, получая удовольствие от вечера рядом с любимым человеком.

- Я рада, - девушка тоже находилась в приятном расположении духа, она скучала по простому общению с Гарри, который вечно задерживался на работе до глубокой ночи, но она понимала, насколько для него важно закончить дело Волдеморта и поэтому смиренно ждала, когда вся это история подойдет к завершающему концу.

- Ты кстати не общалась с Роном? - немного задумчиво спросил Гарри и сразу заметил, как плечи Джинни чуть припустились.

- Джордж сегодня заходил. Сказал, что Рон совсем поникший. Не может прийти в себя после разрыва с Гермионой, а после того, как его не взяли в мракоборцы, совсем потух. Джордж предложил ему долю в магазине и работу, но тот даже слушать не стал. Психанул, поругался с родителями и на самой истеричной ноте трансгрессировал в неизвестном направлении. Со мной он тоже не горит желанием общаться, считает, что я выбрала Гермиону, а его, как родного брата, не поддержала. Глупость конечно, но обратное доказать этому твердолобому ослу невероятно сложно, - она развела руками в воздухе и закатила глаза, состроив недовольную гримасу.

- Я подозревал, что он не в духе…, не знаю, как ему помочь. Каждый раз, как только я намереваюсь с ним встретиться, он придумывает массу отговорок исчезает с поля зрения.

- Ты должен ему помочь, - твердо заявила Джинни, да так, что копна ее огненных волос заволновалась словно пламя.

- Каким таким образом, если он меня избегает?

- Поговори с руководством, пусть его примут в Министерство, - вилка угрожающее взмыла вверх, что Гарри невольно сглотнул.

- Дорогая, пойми, не так это все устроено.

- А как же? - не унималась девушка, - Гермиону ты помог пристроить.

На мгновение Гарри погрузился в себя. Слова Джинни попали в цель. Он настоял на том, чтобы его подругу устроили в мракоборческий отдел, но у него были железные аргументы на ее счет, чего совсем не скажешь про Рона. Он конечно замечательный друг, но как мракоборец очень плох. До сих пор путает заклинания Коллопортус и Алохомора, они изучались еще на первом курсе. Гарри хватило их приключений в войне с Темным Лордом, снова подвергать опасности друга он не хотел, да и брать на себя ответственность за его жизнь не являлось пределом его мечтаний.

-Джинни, я постараюсь что-нибудь придумать, не расстраивайся из-за Рона. В конце концов, он уже не маленький и вполне может самостоятельно решать свои проблемы. Не смотри на меня так, милая, я постараюсь, - Гарри нежно улыбнулся девушке, которая понимающе кивнула, продолжив ковырять в тарелке.

- Мне жаль, что у него с Гермионой ничего не вышло, ведь они так подходили друг другу, и мама уже вовсю готовилась к их свадьбе, а теперь что? Она так хотела устроить большой праздник, она считала, что подобное торжество необходимо, чтобы вернуть в Нору полноценное счастье, - Джинни часто вспоминала Фреда, его ей очень не хватало, хотя тяжелее всего приходилось Джорджу и миссис Уизли, но если у Джорджа были “Всевозможные волшебные вредилки”, то у ее осталась только память. Потеря родного сына оставила пустой след в ее душе, и ей очень хотелось восполнить его новым любящим членом семьи. Этим новым членом семьи она видела Гермиону, девушку, которую она любила всем сердцем, как родную дочь.

Гарри почувствовал, что возможно сейчас самый подходящий момент, хоть и не самый романтичный, но сердце его вдруг бешено заколотилось, как тогда, в тот раз, когда он осознал и принял, что любит Джинни.

Он медленно встал, обошел огромный стол и остановился напротив бывшей гриффиндорки. Джинни замерла, не понимая, что случилось и внимательно смотрела на парня, а Гарри бесшумно выдохнул и опустился перед ней на колени. Его окутало теплотой, но тело предательски начало пробивать мелкая дрожь от волнения. Он постарался, насколько мог, уверенно достать крошечную коробочку из внутреннего кармана пиджака. С легким щелчком Гарри открыл коробочку и протянул ее Джинни.

- Мисс Джиневра Молли Уизли, вы окажите мне честь стать моей женой?

у Гарри внутри всё пылало, коробочка на ладони предательски начинала подпрыгивать ходуном, а Джинни так опешила, что начала жадно хватать легкими воздух.

- Гарри! - не своим голосом взвизгнула она и упала на колени рядом с Гарри, у которого уже запотевали очки, - Я… Я… Конечно! Да! ДА!

Мисс Уизли бросилась обнимать жениха, совсем забыв про коробочку и ее содержимое.

- Будущая миссис Поттер, - заурчала Джинни в ухо Гарри. От этих слов Гарри еще крепче прижал девушку к себе, а затем очень нежно, со всей своей любовью ее поцеловал. Сколько они так просидели на полу в столовой никто из них уже не вспомнит, но это был один из самых счастливых моментов их уже совместной жизни.

- Не хочешь все таки взглянуть? - засмеялся Гарри, настойчиво протягивая коробочку.

Джинни поправила свои рыжие волосы и аккуратно приняла деревянную резную коробочку с золотой щеколдой, а в ней на подушечке стояло золотое колечко, идеально ровное и отполированное, а в центре на возвышенности красовался небольшой рубин в форме капли.

- Кольцо невероятное! Гарри! Оно наверное очень дорогое…, - Джинни рассматривала кольцо со всех сторон, поворачивая коробочку, боясь прикоснуться к такой красоте, о которой и мечтать не могла.

Гарри едва ощутимо взял кольцо и надел его на тонкий пальчик своей невесте.

- Удивительно…, - прошептал он, любуясь своей девушкой.

- Что такое? - брови рыжеволосой подпрыгнули вверх.

Гарри взял ее ладонь и поднял на уровень их глаз, так, чтобы алый цвет приобрел большее сияние.

- Это кольцо я не покупал. Я был удивлен, когда обнаружил шкатулку драгоценностей в своем хранилище в Гринготтс. Оказалось, что все свои украшения мама хранила в банке, а это кольцо, видимо, подарил ей отец. И я подумал, что будет правильно, если ее кольцо положит начало нашим отношениям, что оно станет олицетворять тебя в качестве моей жены. Я носил его с собой каждый день с того момента, как обнаружил мамины украшения, я знал, что кольцо только для тебя, но не мог найти подходящего времени. Возможно такого времени и не существует, прости, что я у тебя такой скучный, и надеюсь, ты примешь мой такой подарок? - Гарри с надеждой взглянул на Джинни.

- О Мерлин, Гарри… Конечно! Это большая честь, спасибо тебе… Я ценю твои любовь и доверие ко мне, - девушка смахнула слезы со щеки и потянулась за поцелуем к жениху.

- Я люблю тебя!

- И я тебя люблю!

Ужин пары остывал на столе до утра.

***

Гермиона проснулась раньше положенного времени от сварливого урчания Живоглота, который настойчиво просил еды, топчась своими лапами по голове своей хозяйки.

- Живоглотик, ты у меня вместо будильника, - хмыкнула Гермиона, почесав ему за ушком.

Кот резво оттолкнулся от руки девушки, спрыгнул на пол и самодовольно прошагал на кухню, не забыв сопроводить свой поход голодным ором.

Гермиона накормила кота, который уже сопел довольным сном на подоконнике, греясь в лучах солнца, привела себя в порядок, и приготовив свой любимый кофе, принялась вновь читать письмо, врученное ей в Министерстве.

“Уважаемая мисс Гермиона Джин Грейнджер!

Вы получили это письмо, так как дали согласие вступить на должность мракоборца в Тайном отделе при Министерстве Магии. Как Вы знаете, должность содержит в себе не столько ответственность и статус, сколько практические навыки и знания. Зная Вас и Ваши заслуги перед всем Магическим Миром, нисколько не сомневаюсь в ваших возможностях, но то, что Вам предстоит к изучению будет требовать от Вас полной сосредоточенности и максимальной отдачи. Возможно мистер Поттер уже вас посвятил в какие-то подробности обучения, но знайте, у мистера Поттера было несколько месяцев на подготовку, у Вас же - неделя.

Теперь к требованиям наших занятий:

1) Никаких опозданий. Никогда. Даже смерть не является причиной отсутствия на занятиях;

2) Идеальная ежедневная подготовка всех заданий, которые будут даны;

3) Ваша одежда должна быть комфортной и удобной;

4) При себе иметь ВСЕГДА волшебную палочку;

5) Все магловские “штучки” Вы оставляете за территорий обучающего полигона;

6) Выполнять все требования и предписания от Вашего инструктора-мракоборца;

7) Если посчитаете, что при выполнении заданий Вашим здоровью и жизни будет угрожать опасность, то Вы сразу ставите об этом в известность Вашего инструктора-мракоборца.

Это основные требования, по ходу они могут дополняться.

Наберитесь сил и терпения!

Жду нашей скорейшей встречи:

09 часов 00 минут

01 сентября 1999 года,

17 Отдел Министерства - Полигон

С уважением, Томас Сэвидж,

Руководитель мракоборческого отдела Министерства Магии

P.S. Дорогая Гермиона, у тебя все получится!

Сэвидж конечно напустил пуху, но ты не переживай!

С добрыми пожеланиями,

Кингсли Бруствер”

Гермиона улыбнулась от кривой подписи Кингсли.

Кингсли хоть и был новым Министром Магии, но продолжал оставаться хорошим другом как для нее, так и мальчиков их троицы.

После она вновь перечитала письмо, и строчка про то, что Гарри должен был рассказать про обучение ее насторожила, ведь Гарри как раз и словом не обмолвился, еще и 17 Отдел! О таком отделе Гарри тоже молчал, да и сама она о подобном не слышала, хоть и была в здании множество раз.

- Гарри Поттер никогда не изменится, - ухмыльнулась в пустоту Гермиона, параллельно переваривая прочитанное, особенно пункт номер один.

Отложив конверт, она притянула кофе ближе и погрузилась в мысли о Малфое.

Вчера они очень неплохо пообщались, даже обошлось без резких выпадов Малфоя, но вот его странный побег заставлял ее нервничать. Причину своего такого поведения она объяснить не могла, но оправдывала это только тем, что Драко Малфой все таки сын четы Малфоев, а у этой семьи странностей хоть отбавляй. Она надеялась, что с ним все впорядке, потому что сейчас никому проблемы не нужны, особенно ему.

- Малфой, не наделай глупостей…, - прошептала Гермиона.

***

Ровно в 08:30 утра Гермиона стояла в холле Министерства. Вокруг бегали работники самых разных рангов перемешиваясь в единое черное пятно. Девушка с трудом протиснулась в один из лифтов. Мрачные темные мантии забились в лифт вместе с ней, над головой стрекотали самолетики с различными поручениями и сообщениями.

- Мисс Грейнджер! Неужели это вы! Я так рад с вами познакомиться! - воскликнул рядом стоящий мужчина средних лет. Его лысина сияла, как галеон на солнцепеке.

Гермиона вздрогнула и натянула дежурную улыбку.

- Вам на какой этаж? - поинтересовался лысый, максимально громко.

- На 17, - спокойно ответила она. Лысый настолько удивился, что в голос хохотнул.

- На 17? Но мисс, вы наверное ошиблись, в Министерстве нет такого этажа, - развел плечами он. Окружающие закивали в ответ. Кроме одного мужчины в черном плаще. Гермиона его вспомнила, она ехала с ним в лифте в тот день, когда ее к себе пригласил Гарри. Они встретились взглядами, и оба промолчали.

- Мне нужен 17 этаж, - твердо ответила Гермиона и отвернулась от лысого приставалы, максимально скрывая смущение.

Лифт постоянно останавливался, люди входили и выходили, но ее этаж все никак не назывался. Она уж было подумала, что лысый галеон был прав, и в письме какая-то ошибка. На часах уже 08:55, а она не на месте. Первый день и уже опоздание! Если с этим у инструктора будут какие-то проблемы, то она будет тыкать носом в письмо с адресом встречи и точно разыщет писаку, который так нарочно допустил ошибку, из-за которой она выглядит сейчас нелепо.

Из гневных мыслей ее вырвал мужчина в черном плаще.

- Все еще надеетесь попасть на 17 этаж? - с сарказмом спросил он ее.

- А какое ваше дело? - она резко развернулась на голос и вдруг увидела, что в лифте они совсем одни.

- Мисс Грейнджер, в следующий раз приходите чуть заранее, - уже более мягко ответил он, - На 17 этаж могут доехать только сотрудники со специальным доступом или ученики, иначе на этаж не попасть, другие о нем попросту не знают. Поэтому лифт дожидается, когда он станет свободным от посторонних, чтобы доставить вас по назначению. Приходиться иногда долго кататься.

В этот момент лифт сильно качнуло, заклацали металлические двери.

- 17 этаж. Полигон, - неестественный женский голос провозгласил об остановке.

Гермиона от неожиданности просто вышла без лишних вопросов, не теряя из поля зрения человека в плаще.

- Вы идете, мисс Грейнджер? - спокойно поинтересовался он, делая пригласительный жест, следовать за ним.

Девушка ускорила шаг и поравнялась с плащом.

- Кто вы?

Её проигнорировали.

Они быстро дошли до огромной двери в тон длинного темного коридора. У Гермионы сложилось впечатление, что тут даже освещение и то черное. Этаж был неуютным настолько, что хотелось убежать.

Мужчина открыл массивную дверь и Гермиона оказалась в просторном зале с размером в пару футбольных полей. На удивление, пространство было ярко освещено, что сильно контрастировало с внешним миром Полигона.

Белёсый Полигон был похож на простой спортивный зал в маггловской школе, только без спортивной атрибутики. Вдоль стен у самого входа было несколько простых лавок и пара кресел со столиком, на котором стояла бутылка воды.

- Меня зовут Томас Сэнджер, это от меня вы получили письмо, мисс Грейнджер, - спокойно представился человек, но уже без плаща.

“Когда он успел переодеться?” - мелькнуло в голове девушки.

Сейчас перед ней стоял мужчина, на вид лет 45, аккуратная короткая стрижка, почти черные глаза, тело было в прекрасной физической форме, сквозь черную облегающую водолазку был ярко заметен плотный пресс. Черные спортивные штаны и черные кроссовки. “Это Nike?” - удивилась про себя Гермиона, оценивая его одежду.

- В мире магглов есть много полезных и удобных вещей, это, - он указал на себя, как-будто читая ее мысли, - Тоже не исключение,- подытожил он.

Гермиона решила, что все вопросы будет задавать по ходу своих занятий, обратив внимание на то, что оделась в простые джинсы, футболку и кеды (пальто просто осенний аксессуар, в Лондоне в сентябре бывает промозгло).

- Итак, с сегодняшнего дня мы начинаем экспресс-курс. Будем работать до позднего вечера, надеюсь вас это не смутит, - девушка замотала головой, давая понять, что полностью готова.

- Снимайте пальто и приступим! Экспеллиармус! - завопил он.

Гермиона от неожиданности и силы заклинания улетела вместе со своей палочкой в стену, ее накрыло пальто.

- Какого черта? - зло ответила девушка, поднимаясь и подбирая палочку.

- А вы думали, мы тут в игры играть будем? Поймите, быть мракоборцем, отличным мракоборцем, это значит, что вы ВСЕГДА начеку! Постоянно, где бы вы не находились, мисс. Всегда должны чувствовать опасность и быть наготове отразить атаку противника.

- Ясно, - глаза ее сверкнули в предвкушении битвы. Ей не хватало чего-то, что позволит ей выпустить накопившиеся гнев и боль, которые сковывали ее с момента расставания с Роном и невозможностью найти родителей.

Гермиона резко дернула палочкой вверх и инструктора отшвырнуло от нее метров на десять, ему не так сильно досталось как ей, но на щеке образовалась маленькая капелька крови.

- Хорошо, очень хорошо, мисс Грейнджер, - смахивая кровь, похвалил Сэвидж, - Заклинание невидимого хлыста, еще и в невербальной технике. У вас неплохой уровень владения магией, честно признаюсь, у вас есть огромный потенциал превзойти самого мистера Поттера, - хихикнул он.

- Значит начнем тренировку, - твердо ответила она, готовясь к нападению, - Сейчас!

***

- Не помешаю? - рыжая макушка выглядывала из-за двери, тяжело улыбаясь Гарри.

- Рон! Конечно нет, проходи! Рад тебя видеть! - Гарри обнял друга и по-дружески похлопал по спине, - Располагайся! Кофе, чай, печенье, кексы, пироги? - Гарри весело подмигнул другу, также усаживаясь в кресло рядом с ним.

- Чай и тыквенный пирог, если можно, - Рон был сильно смущен приглашением друга к себе в офис мракоборца, особенно, когда его сова прилетела поздно ночью с подобной просьбой. Рон так торопился, что забыл позавтракать, и теперь его желудок предательски урчал.

- Я понял, - Гарри продолжал улыбаться, он действительно был рад видеть друга, - Значит всего и желательно не по чуть-чуть, пару минут!

Гарри поднял трубку телефона, быстро нажал пару цифр и попросил кого-то о том, что ему в кабинет нужен пирог, несколько банановых кексов и чашка имбирного печенья.

- Чай я уж сам нам приготовлю, - выдохнул Гарри, после, как закончил разговор.

Рон сидел с открытым ртом.

- Что это? - тыкая на говорящую трубку с кнопками.

- Ааа, это телефон. Маггловское приспособление связи, очень упрощает коммуникацию при работе, никаких сов, самолетиков и прочей ерунды. Быстро и удобно. Второй день тестируем среди нашего Отдела, многим непривычно, кажется неудобным, но это пока. Как только поймем, что все хорошо, то будем внедрять по всему Министерству. В обычном мире очень много полезных штук, которые нам не помешает перенять.

- А как такое стало возможным? - Рон не понимал, как маггловские технологии стали захватывать само Министерство Магии, которое всегда было против подобных идей, - И я примерно понимаю, что такое телефон, отец много раз показывал и рассказывал принцип работы, но такой я вижу впервые, - продолжал изумленный Рон.

- Это совсем новая модель, стараемся идти в ногу со временем, хотя магией убрали все провода для удобства! Кингсли посчитал, что нужно научиться больше понимать маггловский мир, научиться с ним общаться, ведь от них приходит очень много волшебников, поэтому стоит уделять время и возможности для постижения иной культуры, для упрощения взаимного общения. Никто не хочет повторения истории Волдеморта и нового появления этого мнимого превосходства чистокровных волшебников над нечистокровными. А пользуясь благами маггловской вселенной, волшебники, возможно, начнут видеть в маггалах и магглорожденных волшебниках равных себе, - спокойно заключил Гарри.

В дверь настойчиво вновь постучали.

- Открыто!

Дверь распахнулась и в комнату плавно влетели подносы с двумя пирогами, тарелкой печенья и подносом множества цветных кексов с яркой шоколадной стружкой.

- Ну вы ребята даете, - плотно набитым ртом только и смог выдать Рон на все вышесказанное Гарри. Он был настолько голоден, что маггловские штучки его интересовали в последнюю очередь.

Гарри подождал пару минут, пока друг доест кусок тыквенного пирога, а затем продолжил.

- Вообще Рон, я позвал тебя сюда по очень важному вопросу. Но сначала ответь мне, как ты? - Гарри внимательно смотрел на рыжего друга. Они давно не виделись, Рон избегал его при любой возможности, и то, что он сейчас сидел напротив него уже великое достижение.

Рон невесело вздохнул.

- Гарри, ты меня прости. Ты мой лучший друг, а я вел себя, как осел, - извиняюще пробормотал Уизли, - Мне было непросто после разрыва с Гермионой. Знаю, что ты здесь ни при чём и дело вовсе не в тебе, а во мне. Я не хотел говорить ни о Гермионе, ни о наших прошлых испытаниях, да вообще ни о чем. Слишком тяжело, каждое воспоминание приводит к ней. И сделать уже ничего нельзя, как бы я не старался. Я думал, если оставлю ее, то она отпустит ситуацию и вернется. А ты… Друг, ты постоянное напоминание мне о нас с Герм. Не смотри на меня так, словно я глупый придурок, так и есть! Я самое слабое звено в нашей дружбе и в моих отношениях с Гермионой. Я ее предал, а с тобой поступил по-свински, снова посчитав, что в нашей дружбе ты выбрал ее сторону, - Рон буравил взглядом остатки пирога, не решаясь взглянуть на Гарри.

- Рон, ты и правда придурок, - рассмеялся Гарри, - В следующий раз, если придешь к подобным выводам, приходи и мы поговорим, договорились? - дружелюбно попросил он.

- Договорились, - сразу расцвел Рон. Парень расслабился, понимая, что Гарри не настроен выяснять отношения и предъявлять ему за его тупые поступки, - спасибо тебе.

- И к слову, я много раз говорил о тебе с Гермионой, - Рон оживился, но сразу поник, после фразы о том, что девушка приняла окончательное решение об их расставании.

- Я не знаю, что со мной тогда произошло…, - Рону было стыдно признаться, что как раз знал причину.

Он завидовал. Завидовал как Гарри, так и Гермионе. Во всем лучшие, а он просто нелепый Рон Уизли, про которого уже никто не вспоминает. Вот сегодня в Министерстве он спокойно ехал в лифте, никто с ним даже не поздоровался. Никто. Полное забытье. Рон был тенью Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер. Но таким поделиться с Гарри он не мог, это было слишком личным, что причиняло слишком много боли.

- Давай не будем об этом? Что было, то прошло, сделанного не вернуть, но можно постараться наладить будущее, - Гарри хитро расплылся в улыбке.

- Ты о чем? - выразил недоумение Рон.

- Скажи мне, Рон, ты уже определился с тем, чем будешь заниматься? Куда пойдешь учиться? - серьезнее спросил Гарри.

- До окончания Хогвартса я хотел стать мракоборцем, но мои результаты экзаменов не дотягивают, чтобы меня туда приняли. После разрыва с Герм, пытался помогать Джорджу в магазине, но это оказалось гораздо скучнее, чем быть простым посетителем “Вредилок”, поэтому там надолго меня не хватило. Да и к чему я это все, ты и так меня хорошо знаешь, - развел руками он.

- Я уточнил, - пожал плечами Гарри, - Мы долго не виделись, у тебя могли поменяться желания и планы, но, если они сохранились, то с удовольствием помогу тебе в их осуществлении, - Гарри не подавал вида. Он знал о провальном поступлении Рона в мракоборцы еще в начале лета, и о том, что он и дня не проработал с Джорджем.

Рон замолчал, и пристально посмотрел на Гарри, точнее на место его отсутствующего шрама. Как и сам Поттер, он тоже не мог свыкнуться с тем, ч

то шрама больше нет, как и его создателя.

- Я поговорил с некоторыми министерскими, кто занимается набором на курсы мракоборцев. Тебя готовы взять даже с удовлетворительными оценками по Защите от темных искусств, травологии, зельям и трансфигурации. Набор у них закончился две недели назад, но сказалась война и случился недобор. Мракоборцы теряют популярность из-за своей опасной работы, поэтому есть пара свободных мест. Директор института мракоборчества сказал, что для него будет честью, если ты присоединишься к новому потоку курсантов, не смотря на оценки, но никаких поблажек! - Гарри картинно поднял указательный палец вверх, подражая манерам Макгонагалл, скрывая тем самым то, что исключительно знакомства и помогли пристроить Рона.

- Гарри! Не может быть! - Рон шокированно уставился на Гарри, не понимая, шутит тот или говорит правду.

- Я ни разу тебя не обманывал. Ну так что скажешь? Учиться будешь на общих основаниях, как и сдавать после экзамены. Тебя ждет три года кропотливой работы, но когда у тебя все получится, то ты сможешь присоединиться ко мне в отдел.

- Конечно я согласен, Гарри! Это потрясающе! Просто невероятно! - засиял парень, совершенно забыв, что недавно провалил поступление.

- Вроде через пару дней у курсантов первые сборы, я дам знать Директору о твоем согласии, после с тобой уже свяжуться. Сам понимаешь, к учебе я не имею отношения, там слишком много секретности, о которых даже мне не докладывают - извиняюще промолвил Поттер.

- Я все понимаю, - закивал Рон, - Я непременно буду ждать письма или уже звонка? - после этой фразы парни залились смехом, напряжение полностью покинула ребят и они вновь принялись уплетать разные вкусности.

***

“Если это не ад, тогда что?“ - промелькнуло в голове у Гермионы.

Без сил она свалилась на серый бетонный пол Полигона, стараясь перевести дух.

- Мисс Грейнджер, на сегодня, думаю, достаточно. Первый день вы продержались совсем неплохо, - Сэвидж картинно и нарочито медленно поаплодировал ей, кивая в сторону мягких кресел.

Гермиона собрала все усилия, чтобы добраться до манящего мягкого пуфа, ее тело била дрожь, ей требовалось какое-то время, чтобы набраться сил для возвращения домой.

- Выпейте, - Гермиона недоверчиво чуть отстранилась от Сэвиджа, что уже сидел напротив, - Это простая вода. Вам сейчас очень нужна жидкость.

- Сейчас мне нужна теплая ванна, - уныло ответила она, но все же осушила огромный стакан воды. Вода словно потекла по венам и немного расслабила обессиленное тело.

- Для первого раза вы отлично потрудились, я был наслышан о ваших успехах в Хогвартсе, и вы действительно подтверждаете все, что о вас говорили профессора и не только. Жаль конечно, что в квиддич вы не играли, - уже раздосадованно добавил Сэвидж.

- Это еще почему? - искренне не поняла Грейнджер.

- Ваша физическая подготовка оставляет желать лучшего, а вот если б вы играли в квиддич, то сегодня многих проблем мы могли бы избежать, как например вывих правого локтя, - Гермиона машинально обняла травмированный локоть, - Но у меня были случаи и по-хуже вашего. Я сделаю из вас настоящего мракоборца, - инструктор растянулся в улыбке.

- Есть в ваших словах доля правды, но я буду стараться, не сомневайтесь, - у Гермионы была бетонная уверенность в этом.

- Уверен, так и будет! Можете собираться, но не уходите, у меня для вас кое-что есть, - Сэвиндж соскочил с места до ближайшей лавки, где лежал его плащ.

Он нагнал девушку около выхода с Полигона.

- Уверен, что у вас еще полно сил, поэтому прошу к завтрашнему уроку прочесть эту книгу.

Он протянул ей толстый фолиант с треснувшими страницами: “Все секреты магической маскировки. Как не стать жертвой черномагического преследования” авторства Алана Уайта, тринадцатое переиздание.

- Но здесь столько…!, - Гермиона прервала себя на середине фразу после недовольного выражения лица инструктора.

- Вы согласились на недельный курс, прошу ему следовать, - уже серьезно добавил он, - А теперь мне нужно идти. Жду вас завтра как обычно к 09:00 утра, и не опаздывайте.

Черный плащ скрылся за дверью.

Гермиона устало накинула пальто, которое так и провалялось весь день в углу, когда ее застал в расплох Сэвидж. Книгу она спрятала в свою сумочку и заторопилась домой, где ее ждал злой и голодный Живоглот.

***

Как только Гермиона перешагнула порог своей квартиры, то предобморочные голодные крики Живоглота заставляли содрогаться стены.

-Живоглотик, тебе надо научиться меньше есть! Можно же съедать не все сразу.

Возможно Живоглот и согласился бы с таким мнением хозяйки, но не в момент, когда она отсутствовала целый день, не тискала его и конечно же не кормила!

Оставив своего недовольного кота один на один с миской корма, Гермиона на ватных ногах отправилась в сторону кровати. Но в прихожей ей пришлось остановиться. Внимание привлек ее конверт. Под дверью торчал клочок коричневой бумаги.

Гермиона подняла коричневый квадрат. Плотная бумага, очень дорогая. “Для Гермионы Грейнджер” - гласила надпись на лицевой стороне очень тонким извилистым почерком.

Девушка удобно расположилась на кровати, неспешно вскрыла небольшой конверт, совершенно не понимая от кого он. Почерк расплывался по пергаменту стройными рядами, буквы изящно извивались в правильном наклоне.

“Для принесения извинений за побег из маггловского кафе, приглашаю тебя в то же место завтра вечером. Если ты не против посетить Макдокладс в моем обществе, то буду ждать ответное письмо с указанием удобного времени встречи.

П.С. Ответ направляй на адрес книжного магазина “Флориш и Ботс”.

Гермиона рассмеялась, несколько раз перечитав строки. Особенно улыбнул ее Макдокладс, хотя Малфой явно очень старался написать название правильно.

Вообще ее удивило приглашение Малфоя о встрече, это казалось чем-то странным и даже ненормальным в их ситуации, но на удивление она была совсем не против встречи с ним. Ее радовало, что Малфой, пусть и со всеми своими странностями, перестает сторониться магглов, которых всегда ненавидел и презирал. Да и выпить вкуснейший и ароматнейший кофе она была совсем непрочь, пусть и в обществе Малфоя.

Грейнджер уже собиралась черкнуть ответ, как дверь ее квартиры заходила ходуном.

Перепуганная девушка помчалась в прихожую, прижимая к груди палочку.

-Гермиона! Ты дома? - Джинни настойчиво колотила в дверь, вот-вот норовя ее снести.

-Джинни! - дверь бесшумно распахнулась от заклинания хозяйки. Сквозь усталость Гермиона выдавила подобие улыбки, стараясь успокоиться и не придушить подругу.

Рыжая бестия влетела в квартиру, подпрыгивая от радости.

-Гермиона! Прости, что так поздно, но я не могу это держать в себе! - Джинни вцепилась в плечи подруги, чтобы та никуда не исчезла.

- Мне уже начинать переживать или можно чуточку позднее? - нервно выдохнула Гермиона, начиная действительно волноваться за свою подругу и ее ментальное здоровье.

- Гарри сделал мне предложение! Я выхожу за него замуж! - весело пролепетала еще мисс Уизли.

Гермиона опешила от внезапной новости, хоть и всегда знала, что этот день настанет.

- О Мерлин! Дорогая Джинни, я так за вас рада! Потрясающая новость! Это так прекрасно…!, - слёзы Гермионы подступили сами собой. Казалось бы — просто радость за подругу. Просто трогательный момент. Но вместе с влажным теплом на щеках пришло что-то ещё. Как будто из глубины, из затенённого угла сознания, медленно поднималась тяжесть — тревожная, липкая, не поддающаяся объяснению. Не зависть. Не одиночество. А будто… тень.

- Ты не представляешь, как я счастлива! Я хочу, чтобы ты была моей подружкой невесты, - Джинни схватила её за руки, словно боялась, что подруга растает от всех этих слёз.

Гермиона всхлипнула и кивнула, с трудом выдавив:

- Конечно, Джин. Я буду. С огромной радостью! - Гермиона смахнула слезы, настраиваясь на долгий и подробный рассказ от Джинни о предложении и конечно же о планах на свадьбу.

Стрелки часов приближались к полуночи, Живоглот тихо спал на теплом камине, а Гермиона с Джинни не могли наговориться.

- Я всегда хотела пышную свадьбу, много гостей, красивое платье и огромный торт, а теперь думаю, что такое торжество совершенно не к месту, - Джинни печально вздохнула и развела руками в пустоту.

- Я думаю, что ты не права. Сейчас самое время для пышного праздника, и прежде всего в нем нуждаетесь ты и Гарри. Прошло достаточно времени для всеобщей скорби, нужно начинать жить, пока эта жизнь не прошла мимо вас. Нельзя зацикливаться на прошлом, ушедших уже не вернуть. Боль не проходит до конца, но она затягивается и уже не разрывает душу на части, она приглушается, превращаясь в принятие и спокойствие. Джинни, дорогая моя подруга, красивую свадьбу заслужили вы оба. Ваша любовь прошла через многое, потому если ты хочешь красивое платье и много гостей, то почему бы и нет? - нежно улыбнулась Гермиона. Она искренне считала, что свадь

ба ее друзей должна быть незабываемой и прекрасной.

- Спасибо, Гермиона, это действительно меня сейчас тревожит, но после твоих слов стало легче и наверное, я поговорю с Гарри о большой свадьбе, - Джинни по-девчачьи хихикнула, в ее глазах запылал озорной огонек, и Гермиона, впервые за долгое время, смогла увидеть в девушке напротив ту самую озорную Джинни Уизли, которую она знала и любила много лет.

Джинни откинулась назад и, словно только сейчас вспомнив, вытянула вперёд левую руку.

— Ах, да! Чуть не забыла показать… — она немного склонила голову, и в свете камина на её пальце заиграло скромное кольцо. Рубин в форме капли, глубокого, почти кровавого оттенка, покоился в старинной оправе. Ни яркого блеска золота, ни кричащих деталей — только мягкий отблеск камня, словно в нём пульсировало тёплое сердце.

— Это… красиво. Настоящее. — Гермиона потянулась ближе, её голос вдруг стал тише, - Похоже на… что-то очень личное.

— Так и есть, — Джинни кивнула, улыбаясь. — Гарри нашёл его в сейфе своих родителей, в Гринготтсе. Говорит, это кольцо его отец подарил Лили, когда делал ей предложение. Оно пролежало в шкатулке всё это время.

Гермиона затаила дыхание. Откуда-то из глубины сжалось сердце — это кольцо видело любовь. Видело смерть. Потерю. И — теперь — новую надежду.

— Он не хотел покупать новое, — продолжала Джинни, будто оправдываясь. — Сказал, это единственное кольцо, с которым связано что-то настоящее. Не богатство. Не статус. А память - Семья… Любовь. Знаешь, я не говорила об этом Гарри, - Гермиона немного вжалась в кресло, ей не нра

— Что? — мягко подтолкнула Гермиона.

— Как будто оно… откликнулось. Тепло пошло от кончиков пальцев, как будто оно… узнало меня. Глупость, правда? — Джинни усмехнулась и качнула плечами, но глаза её не смеялись.

Гермиона посмотрела на кольцо снова. Простое. Старое. Но в его крохотной сердцевине будто жила память о магии, о том, что невозможно объяснить словами. И, возможно, однажды это кольцо действительно пробудится. Когда придёт время.

— Это не глупость, Джин. Это судьба. Иногда самые простые вещи оказываются самыми сильными.

***

Сон Гермионы был прерывистым и тяжёлым. После долгого разговора с Джинни, душевного, но выматывающего, она просто упала на кровать, даже не успев добраться до книги о маскировке, которую ей строго-настрого велели прочесть до утра. С каждой минутой на весах усталости и долга перевешивала усталость. Впервые за долгое время Гермиона позволила себе слабость — просто закрыла глаза.

Следующее утро встретило её ломотой во всём теле. Вчерашняя тренировка — или, если быть точной, избиение куратором под видом учебного боя — оставила болезненный след в каждом суставе. Казалось, даже волосы ноют.

В этот раз она пришла вовремя. Ровно в девять утра она стояла на арене. Просторной, гладкой, пустой. Только куратор — всё тот же, с выцветшими глазами и осанкой боевого призрака — уже ждал. Ни слов приветствия, ни кивка. Только прямой взгляд.

— Вы читали? — коротко.

— Да, сэр. Всю ночь. Но… то, о чём вы говорили… Я не нашла этого в тексте.

Как на духу соврала Гермиона. После вчерашнего над ней насилия, она посчитала, что врать само по себе не так уж и плохо.

— Значит, вы невнимательны. Прочтите ещё раз. Но позже. Сейчас — тренировка.

Он щёлкнул пальцами. Арена дрогнула, пол ушёл из-под ног, стены разошлись. Пространство завибрировало. Воздух сделался вязким, как патока. Звук исчез — остался только глухой гул, будто отдалённое пульсирование крови в висках.

— Урок второй. Темпоральная аномалия.

Он заговорил, но его голос достиг её с запозданием, как будто преломившись в воде. Гермиона нахмурилась, сделала шаг — и поняла, что делает его слишком долго. Медленно. Мир словно сопротивлялся движению.

Куратор пошёл к ней обычным шагом. Его силуэт расплывался, становился многослойным. А её собственное тело — будто вязло в невидимой трясине.

Она попробовала поднять руку — и увидела, как она поднимается с секундной задержкой, как будто не слушается. Сердце застучало. Паника хотела вырваться наружу.

— Вы в ловушке, мисс Грейнджер. Не в магической. В телесной. В реактивной. — Его голос, отставший на долю секунды, отозвался странным эхом.

Она попыталась пошевелиться быстрее — и едва не потеряла равновесие. Упала бы, если бы не инстинкт.

Что происходит? Почему время течёт так?

— Ваше восприятие не адаптировано, — спокойно добавил он. — Это и убивает. Не щит. Не проклятие. Несовпадение между решением и реакцией. Между тем, что вы думаете, и тем, что делает тело.

Он подошёл ближе. Она видела это заранее, но не успевала отреагировать. Его рука легла на её плечо до того, как она осознала движение.

— Учитесь чувствовать раньше, чем думаете. Только так выживут те, кто не успевает по учебникам.

Гермиона стиснула зубы. Рука болела, спина ныла, ноги не слушались. Но внутри уже поднималось знакомое пламя. Злость. Упрямство. Решимость. Если нельзя действовать привычным способом — значит, придётся перестраивать себя целиком.

Она встала ровно. Закрыла глаза. И впервые — слушала не мысли. А внутренний ритм. Тишину. Вязкость пространства. Шёпот воздуха.

Куратор снова пошёл. Но на этот раз она почувствовала это не глазами. Не ушами. А как дрожь в груди. И сделала шаг в сторону — ещё до того, как он приблизился.

Он остановился.

— Начинается.

Он исчез из поля зрения. И через миг появился сбоку — резкий, быстрый, слишком реальный. Гермиона едва успела отклониться, чувствуя, как поток воздуха разрезал пространство там, где секунду назад была её голова.

Она не анализировала. Просто двигалась. Плавно, инстинктивно, как будто не она управляла телом, а тело — ей. Оно знало. Оно чувствовало.

Зрение подвело — всё размывалось. Слух обманывал — звуки запаздывали. Но кожа ловила движение, волосы на затылке подсказывали направление, дыхание других стало эхом в её собственных лёгких.

— Лучше, — раздалось справа. И снова замедленно, как через туман.

Она не ответила. Не могла. Была в этом ритме, в вязкой, тягучей тишине, где каждое движение стоит усилия, а каждая пауза — осознанного выбора.

Потом время начало отпускать. Пространство дрогнуло. Воздух стал легче. Шаги — точнее. Она сделала вдох — и впервые за всё занятие почувствовала контроль. Не за внешним. За собой.

Куратор остановился напротив. Наклонил голову чуть вбок.

— Запомните это состояние. Вы не победили время. Но вы перестали быть его пленницей.

Гермиона кивнула. Молча. Впервые — не потому, что не знала, что сказать. А потому, что не хотелось нарушать тишину внутри.

Куратор подошёл к краю арены и взмахнул рукой — пространство вернулось в норму. Зал снова стал обычным. Обычным — и пустым.

— У вас есть два часа, чтобы перечитать главу пятую и найти то, что я просил. — Его голос был спокоен, почти устал. — Если не найдёте — в следующий раз мы отработаем это через действие.

Гермиона кивнула снова, на этот раз уже с усилием. Всё тело гудело от напряжения, но в груди было ясно.

Она не просто выдержала. Она прошла это.

И теперь знала: следующий раз — будет по-другому. Она будет готова. Не как

отличница. А как та, кто учится по-настоящему.