Измена это НЕлюбовь

Смутные сомнения

Муж запаздывал. Днём предупредил, что после работы заедет к другу, но что-то уже совсем поздно, а его всё нет. Уложив детей спать как положено в девять вечера, почитав им от души, я легла потупить в телефон.

Открыла экран, мессенджер мужа, а следом за ним... рот. С экрана в глаза бросились кроваво алые чулки, со стрелками. А поверх них - рука горячо любимого мужа с так хорошо узнаваемым обручальным кольцом. "Какая-то очередная его глупая шутка, - подумала я, - вот совсем несмешно!" Но следом прилетело сообщение: "Теперь ты хочешь со мной дружить? А впрочем, неважно, выкуси!"

Пытаясь осознать, что только что увидела и прочитала - я встала. Прошлась до кухни. Машинально налила воды, не выпив, поставила стакан на стол. В голове метались мысли, сталкивались, мешали думать. Снова открыла телефон. Ну не мог мне муж такое послать! И что значит эта фраза? Поползли смутные догадки, но пока очень призрачно и неуловимо. "Теперь ты хочешь со мной дружить?" - это значит, что с кем-то я дружить НЕ хотела. И этот кто-то связан с моим Савелием. На самом деле я уже догадалась КТО - это Дара, любовница его друга. Но мозг отказывался соглашаться с логикой и памятью. Однако, факты - вещь упрямая.

Мужниного друга я не переваривала до дрожи. Низкий, невзрачный, с противно влажными, жирными губами и толпой любовниц, несмотря на жену и детей. Меня при каждой встрече он умудрялся вылизывать неприкрыто хамским сальным взглядом. Что с этим делать – не понимала, поэтому каждый раз внутри было мерзкое ощущение, что меня зажали в угол и облапали. Его нынешнюю любовницу я тоже не любила, собственно, как и всех предыдущих, но те хотя бы не пытались со мной дружить. А эта...

- Любочка, милая, - ластилась она, - давай встретимся, кофе попьём.

А мне некогда, у меня дети, дом, тренировки. Что мне с ней кофе распивать.

- Пойдём о наших мужиках посплетничаем... - завлекала.

Я даже с подругой особо не обсуждаю наши сложности с Савелием, не то что непонятно с кем.

- Приезжай в гости, отлично проведём время, напьёёёёёмсяяя!

А я и не пью совсем. С детьми к ней не поедешь, а без них я собственно никуда.

Однажды она позвонила и предложила совсем странное.

- Вы с Савушкой пробовали свинг?

- Что пробовали? - переспросила я. Но быстро вспомнила, что это такое.

НЕТ, мы такое не пробовали. И не собирались. Я не осуждала тех, кто практиковал подобное, каждый живёт как ему удобно. А у нас и без этого было всё прекрасно. Ну почти... но мы справимся.

В общем, мало того что она мне, мягко говоря, была неприятна, как любовница женатого человека, так ещё и то, что она транслировала было противно / неактуально / странно.

Однако муж ездил к ним всё чаще и чаще, что мне крайне не нравилось. Вначале с этих встреч Савелий приезжал домой выпившим, потом всё сильнее и сильнее пьяным. Я начала беспокоиться и решила с ним поговорить, объяснить, что это не здорОво, показать ситуацию со стороны. Савелий тогда рассердился и зло спросил, не считаю ли я, что он алкоголик? Ну конечно, я так не считала! Пятнадцать лет назад, когда Милый делал мне предложение, мы договорились, любой дискомфорт в отношениях обсуждать сразу. Так и было, до недавнего времени...

Я вернулась к экрану. Решила всё-таки спросить у Савелия - что это значит. Как только начала печатать, прилетело новое сообщение: "Ты же поняла, кто это пишет? Не правда ли? А на сём телефон Савушки прощается с тобой, неспокойной ночи!"

Экстренный сбор

Я дико уставилась в экран. "Савушка"? Реально? Внутри поднялось бешенство. С мыслями "Ах ты козёл! Я тебе сейчас устрою!" начала звонить мужу, абонент оказался "недоступен или временно вне зоны действия сети". Бросила телефон на кровать и заходила взад-вперёд по комнате. Да я ей, да я ему, и вообще! Мысли в голове метались с невероятной скоростью и физически били меня изнутри. Болели рёбра, живот и почему-то жевательные мышцы на лице. Не помню, бывало ли когда такое со мной? В глазах периодически всё ехало, и в какой-то момент я не на шутку испугалась. "Главное без паники, — начала уговаривать себя.

"Может, ничего и не было. В молодости я тоже любила дурачиться. Но рука! На ноге! Женской! Почти голой. Да что я несу вообще? Тут же всё ясно. Тем более сообщение, и всё это с телефона мужа! Надо что-то срочно делать. Я поеду к ним! А дети? Нет... Позвоню подруге! То-о-очно!"

Ленка, конечно, злая, и сразу же размажет Савелия, а там и я могу попасть под каток её острого языка, но это будет потом. А в целом она всегда на моей стороне, и к тому же одна я с ума сойду.

Я прокралась мимо комнат детей на кухню. Взяла стакан воды, что так и стоял нетронутый, хлебнула, разблокировала телефон, и тут же в глаза опять бросились алые чулки. И рука. И сообщения...

Взгляд расплылся, а потом сфокусировался на сильных мужских пальцах. Не к месту вспомнилось, ЧТО эти пальцы умели творить со мной... Я их любила до дрожи, как и их обладателя... Потом глаза переместились на обручальное кольцо. И лишь после соскользнули к алым чулкам. И вот это сочетание чулок и руки никак не совмещалось в голове. Придавило чувство нереальности, затошнило. Решительно смахнув с экрана изображение, я зашла в контакты и набрала подругу.

— Мать, ты на время смотришь? Или у тебя джетлаг и ты решила его провести со мной? — сонный и крайне недовольный голос Ленки хрипел в трубку.

— Лен, у меня... — я пыталась подобрать слова, которые вдруг позорно разбежались. Казалось, сейчас позвоню и скажу: "Савелий мне изменил, приезжай". Но в реальности голос исчез на полуфразе, горло перехватило, глаза защипало и в голове образовалась пустота. Видимо, мой голос прозвучал странно, потому что подруга, резко бросив "Буду через тридцать минут", отключилась. Вот за что её люблю, так это за то, что она умная и быстро соображает. В отличие от меня.

За тридцать минут я успела сделать... ничего. Так и сидела, хмуро глядя в окно, где над крышами домов начинал заниматься майский рассвет. Ленка умница, догадалась позвонить на телефон и сказать, что она у подъезда. Я, подойдя к домофону, скомандовала "Звони" и быстро нажала кнопку открытия двери.

— Ну-у-у, что тут у тебя произошло? — подруга вначале тревожно заглянула в квартиру, потом прислушалась и лишь потом зашла, не глядя на меня. — Кстати, Савелий в курсе, что я к тебе приехала? — она присела на край декоративной скамейки в прихожей и стала расстёгивать босоножки. Я молчала. — Хотя что я говорю? Судя по тому, что в квартире тихо, все спят, — она уставилась на меня. — Все, кроме тебя! Ты беременна?

Смысл дошёл не сразу. Но зато на пару секунд я забыла о том, что произошло, и меня поотпустило. Я набрала воздуха в лёгкие и медленно произнесла:

— Кажется, Савелий мне изменил, — и замерла, было ощущение, что слышу свой голос со стороны. Звучало дико неправдоподобно. Подруга хмыкнула, скривив губы. Медленно встала и тихонечко прошла на кухню, я за ней.

Свою "социальную программу", как Ленка называла семейную жизнь, она посчитала выполненной, когда ей... изменил муж, мда, как и мой. Тогда я Ленке искренне сочувствовала, а в тайне радовалась, что уж со мной такое не произойдёт. Брак с Савелием считала крепким, как скала, основанным на глубокой любви, дружбе и взаимопомощи. Я искренне верила, что мы пройдём по жизни вместе, рука об руку и умрём в один день. Но мы предполагаем, а бог располагает.

— Ставь чайник, — скомандовала подруга и почти без паузы добавила: — Что думаешь делать?

Я, бодро схватившая чайник, опять застыла.

— Ну пинка любовнице я дать не могу.

Вспомнила, как пять лет назад Ленка ввалилась в эту же кухню, вся расхристанная со злющими глазами, готовая убивать. Она тогда держалась прекрасно. Мужа с любовницей застукала по чистой случайности на выставке в ЦДХ, куда забрела спонтанно после работы (и бывают же такие совпадения). На глазах изумлённой публики, подойдя сзади, отвесила любовнице пинка под зад, а потом надавала охреневшему от неожиданности мужу пощёчин. Быстро подала на развод, благо сын был уже взрослым, и ушла в свободное плавание. Работать она, в отличие от меня, не переставала. Более того, после рождения сына отучилась в Московской школе фотографии и мультимедиа им. А. Родченко и сейчас успешно делала рекламный фото- и видеоконтент. У меня опции в виде денег и работы не было.

— В том, что Сава решил сходить налево, я не виновата, — жёстко бросила Ленка, но тут же смягчилась: — И вот ещё что, ты уверена в предательстве благоверного?

— Ну-у-у... Вот смотри, — я с накатывающей дурнотой опять открыла мессенджер, в котором болталась фотография от мужа.

— Тю-ю-ю, дорогая, — протянула подруга, рассматривая фотографию со всех ракурсов. — Это вообще ни о чём не говорит.

— Ага, ты-то своего даже расспрашивать не стала, выгнала сразу взашей.

— Они целовались у меня на глазах, и он нежно лапал её грудь, а у тебя тут "полная неясность". Эту шалаву я бы вообще в расчёт не брала, — развела она руками.

— Думаешь, это не то, о чём я думаю? — в моей душе зажглась надежда.

— Я ничего не думаю, вот придёт и спросишь его сразу, в лоб.

Надежда подугасла, разборок не избежать. В этот момент дверь квартиры открылась и с грохотом закрылась.

Любочка, синенькая юбочка

Примерно шестнадцать лет назад... Июнь.

Ленка безжалостно потрошила мой шкаф.

— Ну вот что у тебя за барахло? — возмущённо гремела она, срывая вещи с вешалок и перетряхивая аккуратно сложенные стопки одежды. — Ты красивая или где?

Не расслышав начала фразы, я зависла.

— Что, ГДЕ?

— Где, говорю, короткие секси юбки? Где корсеты и чулки? На худой конец прозрачные кофточки и штаны в облипочку. Про нижнее бельё вообще молчу! Сплошное "мне секса не надо" и "я приличная женщина, в годах", — высокая и стройная, она была как статуэтка в салатовом коктейльном платье.

— А чё такова то?

— Ты мне тут не "чёкай"! — грозно посмотрела она из-за створки шкафа. — Я когда тебе сказала про вечеринку в честь дня рождения Егора?

— Ну Ле-е-ен! Я тогда же и ответила — не пойду. Это твой друг, мы почти не знакомы. У меня работа, тренировка, к папе надо съездить. А вечеринка на полночи, я не высплюсь.

— Папа — это аргумент, — съязвила она. — Однако, скажи мне вот что: тебя мужики совсем не интересуют? Ты замуж хочешь? Хотя бы гипотетически?

— Когда-нибудь несомненно, но я "ещё так молода". И потом я безвозвратно и во веки веков влюблена в тебя! — решила подмазаться.

— Поздно, я давно и счастливо замужем, даже сын имеется, забыла? — Ленка многозначительно поиграла бровями, но смилостивилась: — Однако имей в виду, что, по данным Минздрава семидесятых годов, ты уже старородящая!

Мотивировать подруга умела всегда! Наконец где-то в глубинах моей Нарнии она отыскала миленькую белую кофточку под грудь и короткую ярко-васильковую слегка расклёшенную юбочку времён первых курсов института. Со взглядом "всё безнадёжно" она кинула ими в меня.

— Надевай. Будем из тебя делать сексуальную девочку-аниме.

— Где твои тридцать лет, Лен? Ну несерьёзно! Я даже не влезу в это!

— Вот именно! Я тебя старше аж на целых семь лет! А старших надо слушаться. Напяливай, говорю! И так опоздали, муж уже весь телефон измучил сообщениями.

— Почему он один к Егору поехал? Мог бы и тебя захватить!

— Мог... Если бы одна девочка была готова. Однако, как я и думала, она не готова!

Удивительно, но в найденный подругой наряд я влезла. Выглядело это вызывающе нескромно, однако спорить было бесполезно. Подходя к дверям именинника, я попеременно одёргивала то кофту, стремящуюся показать мою грудь во всей красе, то юбку, открывающую слишком много ног. Из квартиры неслась громкая музыка и мужской хохот.

— Хватит елозить, тебя там не съедят!

— Ага, только понадкусывают, — было неуютно. Зря я, конечно, вообще согласилась ехать. Именинника я видела пару раз, он мне нравился. Видимо, эта симпатия и заставила согласиться на такую авантюру. К тому же, ко дню рождения я подошла ответственно, несмотря на то, что ехать к Егору не собиралась. Почти неделю шила лёгкое одеяло в технике пэчворк из своих старых джинсов. Декорировала карманами и для полноты картинки нашила красных шерстяных ниточек. Получилось шикарно, и я втайне надеялась, что плоды трудов останутся у меня.

— Не говори ерунду! Ты видела: Егор воспитанный и серьёзный юноша, — она нажала кнопку звонка. — Подарочек у тебя, конечно, упасть не встать.

Дверь открылась, и я даже забыла про свой наряд, про подарок в руках. Да про всё на свете забыла, неприлично уставившись на парня. Высокого, богатырского телосложения, с гривой русых волос, чётко очерченными скулами и слегка пухлыми губами. В голове тревожно забилась мысль "только бы не влюбиться"! Он распространял ауру силы и уверенности. Широкий размах плеч под льняной, распахнутой на груди рубашкой сходился будоражащими ключицами у шеи. Высокий лоб и ясные глаза под длинными пушистыми ресницами смотрели прямо в душу. Видимо, до этого он смеялся, но сейчас весёлость медленно сползала с его лица, уступая место то ли настороженности, то ли интересу. Он мельком глянул на Ленку и вернулся взглядом ко мне. Наши гляделки начали затягиваться, переходя границу приличий. Моё тело нагрелось, щёки запылали, а ладошки вспотели. Одеяло, зажатое подмышкой, чуть не выскользнуло на пол.

— Савелий, кто там? — раздался громогласный голос Егора, и он показался из-за спины парня. — Ура, ну наконец-то, Лена, Любочка, заходите!

— Реально? Любочка? — заржал парень, и вся магия момента улетучилась. — Любочка, синенькая юбочка, — продолжал ржать парень, оглядывая меня с ног до головы.

Мне стало жутко неприятно и обидно. Резко захотелось заплакать и уйти, но тут Егор внезапно отвесил парню подзатыльник и, галантно взяв меня за руку, завёл в квартиру.

— Не обращай внимания на этого шута. Познакомься — Савелий, мой брат. Младший!

— Я долго ещё тут буду стоять? — напомнила о себе Ленка. — Сава, ты, как всегда, бесподобно хамишь! — и недовольно отпихнув его локтём, зашла.

В просторной трёхкомнатной квартире гостей было не так уж много и все явно хорошо друг друга знали. Ребят было больше девчонок, поэтому недостатка внимания я не испытывала. Ленку тут же заобнимал муж и не отпускал весь вечер. Вот это любовь! Я восхищённо наблюдала за ними. Хотела бы и я так.

Вкусная еда и вино сделали своё дело, я быстро освоилась. Было весело и легко. Егор корректно, но весьма явно за мной ухаживал. Он с восторгом принял подарок, поинтересовавшись, уж не сама ли я сшила такое великолепие. Чувствуя неловкость, призналась, что да, сама. Он галантно взял мои руки в свои и под смех Ленки провозгласил тост: "За талантливых людей!"

В общем, вечер удался на славу и только Савелий сильно смущал.

Я физически ощущала его взгляд, где бы ни находилась. Ближе к полуночи подруга с мужем уехали, сославшись на то, что надо отпустить няню сынишки. К тому времени мы уже вдоволь насмеялись, натанцевались и смотрели "Пиратов Карибского моря". Этот фильм я видела впервые, поэтому внимание на момент отъезда подруги было погружено в сюжет картины. А когда фильм закончился, резко засобиралась домой. Был шанс успеть на метро.

— Я отвезу, не стоит тебе ночью на метро ехать, — Егор начал искать ключи от машины.

— Ты выпил, давай лучше я, — Савелий хлопнул брата по плечу. — Да и гости...

— Прав, дружище. Действительно, давай ты.

— Ой, а давайте я лучше такси вызову? — меня обуял необъяснимый, панический ужас от мысли, что мы окажемся вместе в закрытом пространстве машины.

— Ещё чего?! — хором прогремели братья.

— Ты не переживай, Сава, конечно, бывает бестолковым, но не пьёт и машину водит как бог. Я ему, как себе доверяю! — Егор мне подмигнул и отдал брату ключи с документами на машину.

На улице шёл лёгкий дождик и листва наполняла воздух невероятно свежим, сладковатым запахом. Вокруг стояла лёгкая дымка, а внутри меня плескалось волнение. Оно волнами расходилось по телу, заставляя замирать душу. Было ощущение, что улица, дома и весь мир вокруг слегка нереальны. Я замедлила шаг, восхищаясь тем, как блестят в свете фонарей капли на деревьях. Моего уха легко коснулись губы, и вихрь мурашек влетел в волосы, а после сбежал вниз по позвоночнику.

— Вот ты и попалась, Любочка, синенькая юбочка, — прошелестел голос Савелия.

Новый поворот

Дверь квартиры открылась и с грохотом закрылась. Послышались голоса, хихиканье, звук падающих тел. Мы с Ленкой переглянулись. Возня продолжалась с нарастающим звуком. Меня обуял гнев. Выпрямившись внешне и, сжавшись внутренне, я решительно двинулась в прихожую. Там, на полу, в обнимку валялись похохатывая совершенно пьяные муж и Дара. Их пытался поднять Савин друг — Алексей, явно недовольный и в отличие от этих двоих - почти трезвый. Увидев меня, он наконец рывком поднял любовницу с пола и, взвалив на себя, попытался открыть входную дверь. Та не поддалась. Я растерянно смотрела на эту картину. На помощь пришла Ленка. Она решительно прошла к двери и открыла её с видом - "проваливайте". Незваные гости ретировались, а Савелий вдруг захрапел.

- Мы его не поднимем, - обходя вокруг спящего тела, сказала подруга. - Пусть тут лежит, так ему и надо.

- Да ты что? А если дети проснутся раньше чем он? Я им что скажу?

- А пусть сам и объясняет! Егор-то в курсе выходок брата?

- Нууу... - я напряжённо думала.

- Понятно! - сказала как отрезала Ленка. - Я так понимаю это не первый раз, когда он такой возвращается.

- Не первый, - мне было стыдно перед ней. За что, сама не понимала. - Мой тебе совет - позвони Егору. В конце концов, после смерти родителей он его воспитывал, ответственность и на нём есть.

- Да что за глупости? Какая ответственность? Савелий не мальчик, Егор не отец. Да и после того, как он помог мужу открыть фирму, а после уехал в другой город, мы общаемся редко. - Зато мы часто! Не скажешь ты, скажу я. Ладно, поеду домой. Держи в курсе, что тут у тебя и как.

После ухода Ленки силы окончательно покинули, и я рухнула спать.

Проснулась от томления во всём теле и сильного запаха перегара. Муж - сообразила я. Настойчивые руки ласкали меня так, как не ласкали очень давно...

Больше пятнадцати лет брака естественным образом привели к тому, что страсть потихоньку утихала, правда, только у мужа. Я по-прежнему его хотела как в начале отношений, а после рождения второго ребёнка у меня был прямо взрыв нежности и любви. Однако Сава начал потихоньку отстраняться. Оно и понятно, бизнес стал отнимать довольно много сил и времени.

Когда родился Костя, мы приняли решение – я ухожу с работы и вкладываюсь в дом, обеспечиваю надёжный тыл любимому, воспитываю сына. Савелий сильно помогал, приносил сладкий комочек счастья ночью на кормление, купал, бегал в поликлинику и с радостью помогал по дому. Я была на седьмом небе от счастья. Мы отлично преодолевали все трудности того времени, при этом муж, довольно резво двигался по служебной лестнице, а семь лет назад открыл своё дело – салон кухонь. Помог Егор.

Поначалу было сложно и денег не хватало, но любовь города берёт. Видя, что любимый не справляется, я стала помогать. Нашла дизайнеров, помогла наладить производство, занималась продвижением в интернете. После рождения Ксюши плавно нашла мужу помощников, так как малышка была беспокойной, а старший начал требовать всё больше и больше внимания. Я понимала – то что он теперь не единственный ребёнок в семье и моя загруженность делами семейного бизнеса не лучшим образом отражается на его психике. На семейном совете муж принял решение отдать мои обязанности по фирме на аутсорсинг, тем более всё налажено. Единственное, что попросил - контролировать нанятых людей, пока он не возьмёт дела в свои руки.

Потихоньку я всё меньше занималась делами фирмы, а больше домом и детьми. Муж, напротив, углублялся в бизнес, увлечённо искал новые технологии, разрабатывал, внедрял кухни «под ключ», по индивидуальным размерам и... всё меньше уделял время семье. Я понимала и не цеплялась, стараясь сделать нашу жизнь максимально комфортной. А потом, в спортклубе, он подружился с Алексеем. Оказалось, что работают в одной области, причём Алексей к тому моменту уже был весьма успешным в этом деле. Как то так получилось, что друзей у мужа особо не было. Его лучшим другом, несмотря на шесть лет разницы, был старший брат...

Я вернулась из мыслей. Руки мужа бесстыдно блуждали по телу и, с каждым прикосновением я всё больше заводилась. Моё тело горело, а душа тянулась к любимому мужчине. Савелий вонзился в мои губы жёстким, но до жути возбуждающим поцелуем, потом схватил с силой за волосы на затылке и ткнул лицом в кровать. Грубо заставил перевернуться на живот и навалился сверху. Это было так на него не похоже, что я вдруг испугалась. - Сава, тише, дети проснутся! – простонала из-под его мощного тела. Я не помнила, чтобы он был таким ...диким. А может, я просто забыла? Последние полгода мы очень вяло занимались любовью. - Дара, какие дети? – муж пьяно хихикает. – Ты меня раззадориваешь? Ах ты стерва, иди сюда, отрава моя развратная!

Осознание догоняет меня и бьёт в горло спазмом – ДАРА! Я проваливаюсь в отчаяние, ночное фото, всё правда! А Савелий! Любимый муж! Он с силой дёргает шелковые пижамные штаны вниз, оголяя мой зад. От шока на меня накатывает дурнота. Лицо начинает неметь, и я вдруг ощущаю разом всё своё тело. Оно покалывает, а потом взрывается и наполняет взвесью комнату. Перед глазами красная пелена. Время будто замедляется, замедляется и ... останавливается...Я лечу в каждой частице этой взвеси. Голову стягивает железный обруч, на грудь выливается бетон и сердце вдруг замедляется, как будто кровь застывает и возможность её гнать по телу теряется. Мне не хватает воздуха, я пытаюсь вздохнуть и не могу. Затем накатывает паника. ЧТО, ЧТО ПРОИСХОДИИИИТТТ??? А потом я начинаю брыкаться, на попу прилетает ладонь, громогласный звук шлепка окончательно приводит меня в сознание и я ору — хриплю. - Сава! Ты охренел? Это я я я, Люба, твоя жена! Отпусти меня немедленно!

Несмотря на то что муж пьян и явно не в себе, ужас в моём голосе немного приводит его в себя. Он скатывается вначале с меня, а потом с кровати и включает свет. Смотрю на любимое лицо, а оно такое... безобразное, с мутным взглядом пытающимся сфокусироваться. Мне и противно, и страшно, и мерзко. Подташнивает, не могу на него смотреть. Пошатываясь, он подходит к кровати, падает лицом вниз и снова вырубается в сон. А я чувствую, что ещё чуть-чуть и меня вырвет. Бегу в туалет и меня действительно выворачивает. И выворачивает. И выворачивает. Желудок уже пуст, но спазмы идут один за другим. Дурнота всё накатывает и накатывает, а потом я отрубаюсь прямо на полу туалета. Когда очухиваюсь, всё тело болит, и ощущение, что я умерла. Как жить дальше? В груди адский сковывающий холод. Пальцы рук и ног ледяные, а голова раскалывалась. Что произошло? - задаю я себе внутри раз за разом вопрос. Однако теперь я уже точно понимаю «ЧТО»! Мой любимый муж, отец моих детей, моя опора и защита, мой единственный... Мой «вот это всё» мне ИЗМЕНИЛ! Бдыщь!

А ты точно моя подруга?

В восемь утра дрожащими руками я вновь тыкаю в кнопку вызова Ленки. Она меня проклянёт! Слёзы застилают глаза. Надо успокоиться, а то она перепугается. Подруга берёт трубку почти сразу.

— Видимо, случилось что-то из ряда вон, если ты опять звонишь!

— Леночка, он точно с ней спал! А сейчас чуть меня.. не... того.., думая, что я это она, — не выдерживаю и срываюсь в рёв.

— Тебе очень плохо?

— Да-а-а, — вою в трубку.

— Не переживай, дальше будет ещё хуже, — мрачно говорит подруга. — Собери немного вещей, детей в охапку и приезжай. Тебе надо успокоиться. И приведи себя в порядок, детей напугаешь.

На моё счастье, начинались выходные. Детям не надо рано вставать, а у меня есть время собраться. Ксюша проснулась первая и просочилась в ванную, где под душем я смывала следы ночных страданий.

— Милая, буди Костю, нас пригласила к себе погостить тётя Лена.

Ксюшка радостно захлопала в ладошки и рванула в комнату брата.

Голова раскалывалась, в глаза насыпали песок, переносица болела от соплей после рыданий. Я завернулась в полотенце, щёлкнула замком двери, чтобы дети не вломились, и уставилась на своё отражение в зеркале. Благодаря массажу лица, который я только что минут двадцать себе делала под тёплыми струями, опухлость слегка ушла. Можно было подумать, что просто наелась на ночь селёдки, а после выпила два литра воды. Но я-то знала ужасную тайну...

Ленка жила всего через пару станций метро, а на машине так и совсем рядом. Припарковавшись в её дворе, я разрешила детям погулять на детской площадке, а сама с вещами пошла сразу к подруге. Очень хотелось с ней обсудить всё с глазу на глаз.

— Ой дура-а-а-ак..! — вынесла она вердикт. — Да и ты тоже! Ну как можно было прошляпить изменения в его отношении к тебе? Говорила — не бросай работу! Дети не самое важное в жизни, да и никто не умер оттого, что ходил в детский сад, сидел с нянями и всё такое!

— Самой воспитывать детей — это огромная ценность! — насупилась я. — Это создание чувства безопасности, которое будет помогать им в жизни быть уверенными в себе, в мире вокруг. Что всё хорошо и любые трудности преодолимы!

— Да-да, — махнула Ленка рукой, — а в итоге мы имеем то, что имеем.

— Вот сейчас не поняла, ты хочешь сказать, что я сама виновата?

Ленка вздохнула и стала накрывать на стол. Поставила так любимые мною тарелочки из китайского фарфора, положила рядом узкие изящные вилки.

— Я лишь хочу донести, что никто не подарок никому! — сказала она с поучительной интонацией. — По крайней мере, теперь тебе стало прозрачно, что ни от кого нельзя зависеть.

— В смы-ы-ысле-е? — я подавилась воздухом, а подруга, достав хлеб, сливочное масло и солёную рыбу, начала резать бутерброды. Закончив, разложила их на широкое блюдо и развернулась ко мне.

— Ну, посмотрим, ладно давай рассуждать. Савелий изменил — это уже почти подтверждённый факт. Что дальше? Ты готова его простить, если он раскается? Принять обратно, жить как ни в чём не бывало? Или уйти? Тогда вопрос — куда? Квартиры у тебя нет, машина зарегистрирована на мужа и дети на шее. На мужа я бы не стала сильно надеяться. Даже у меня, тётки независимой, при прояснении денежных вопросов с мужем касательно сына, начал дёргаться глазик. И это сын был уже практически взрослым. А у тебя малявки!

— Да что ты такое говоришь? Не бросит меня Сава в этом! На крайний случай, как ты знаешь, у меня остался от родителей домик с участком в деревне.

— Угу, деревня у чёрта на рогах. Как Костя учиться будет? А ты работать? Куда Ксюшу денешь? — она открыла створку подвесного шкафчика и достала оттуда оливковое масло с приправами. — А Савелий — обычный мужик, не думай, что он какой-то особенный, — с горечью подвела итог.

На сковородку полетели мелко нарезанный лук с беконом и яйца. Пряный запах поплыл по кухне, заставляя мой желудок урчать от голода. Правильные вопросы задала Ленка, но думать о них было больно и очень страшно. Хорошо вот так сидеть на уютной кухне, вдыхать ароматы еды, наслаждаться спокойствием. Будто и нет проблемы, а мы с детьми просто приехали в гости. Но где-то глубоко внутри мешало расслабиться чувство беды и безнадёжной потери. Из состояния задумчивости вывела трель телефона. Звонил сын.

— Ма-а-ам, мы нагулялись, и Ксюша хочет есть. Я тоже. Скажи номер квартиры и этаж.

Завтракали странно. Дети шумели и таскали кусочки еды друг у друга из тарелок, мучили Ленку вопросами, а мы с ней между собой напряжённо молчали. Остаток дня гуляли в парке рядом с домом, ели мороженое и купленные сэндвичи. Провели много времени на свежеотсроенной детской площадке. Костя с Ксюшей были в восторге. Ленка расслабилась и рассказывала про свой текущий проект по созданию билбордов для известной компании и не напоминала о причине наших совместных выходных.

Вечером я поставила детям аудиокнигу "Приключения Петсона и Финдуса" про трогательную дружбу немолодого чудака Петсона и проказливого, говорящего человеческим языком котёнка Финдуса. Дети обожали серию этих книг, и, когда я совсем уставала, малодушно её ставила.

Самой читать сегодня, как это делаю обычно, сил не было. С выполненным долгом ушла на кухню ещё немного потрепаться. Но бессонная ночь совместно с активным днём сделали своё дело. И когда я третий раз клюнула носом, Ленка отправила меня в ванную, а сама пошла стелить нам постель.

Приняв душ, я, в очередной раз, стоя у зеркала, задавалась вопросом, что мужу не хватало во мне? Одеваюсь со вкусом, ради этого прошла курсы стилистов, а модную одежду покупаю на авито за вполне приемлемые деньги. Фирменную в том числе. Да, уже не такая тонкая звонкая девчушка, что была шестнадцать лет назад, но и двое родов с тела никуда не уберёшь. Нет, я не из разряда "опустившихся домохозяек". Хожу в спортклуб и на танцы.

Я оглядела себя. Благодаря беговой дорожке и йоге на ногах отсутствует жир и целлюлит, всё тело подтянутое. Талия по-прежнему тонкая. Да, бёдра стали широковаты, но многим нравится. "Попка как орех, так и просится на грех" — как сказал мой тренер. Пригляделась к коже на лице. Ни пигментных пятен, ни сильных морщин. Всё благодаря профессиональной качественной косметике, которой пользуюсь. Слегка поплыл овал и носогубка, но блин, мне тридцать девять! Объективно же выгляжу хорошо! Ко мне до сих пор подходят знакомиться. Причём последнее время всё больше молодые ребята, отчего мне становится прямо смешно. Но, как разъяснила Ленка, сейчас такая мода, на чуть постарше, главное, чтобы выглядела ухоженно. Вот и муж младше меня на три года, именно поэтому я долго не воспринимала его ухаживания всерьёз...

Обернувшись полотенцем, я обессиленная приползла в комнату и плюхнулась на свежезастеленную кровать. Ленка воевала со своим пододеяльником. Я уже встала ей помочь, но тут ожил мой телефон. Он беспощадно орал и вибрировал, рождая муть в голове. Мелодия, поставленная на мужа, садистски резала уши... и сердце. Надо же, за весь день я даже не подумала, чего это Сава не звонит...

— Да ответь ты уже! — рявкнула подруга.

Капец ты старая!

Примерно шестнадцать лет назад... Июнь. Ночная Москва из окон машины...

Чёрный, блестящий чистотой и лаком, могучий "митсубиси паджеро" нёсся по ночным улицам. В открытое окно машины бил свежий, влажный ветер, принося запахи мокрого асфальта, травы, лета и свободы. Из колонок неслись басы ритмичного, альтернативного рока. Мужественный профиль сидящего за рулём парня заставлял моё тело неметь и томиться от неясных пока желаний.

Я украдкой наблюдала, как Савелий хмурится, как судорожно сжимает кожаный руль. Из-за напряжения вены вздулись и яркими потоками пересекли загорелые крепкие руки от плеч до длинных, слегка узловатых пальцев. Видела, как прыгает кадык, когда он сглатывал от напряжения. Мне безумно, до тремора внутри, хотелось прикоснуться к нему, а лучше, чтобы он ко мне. Тело реагировало на каждое движение. Вот он поправил свои волосы, и фантазия тут же подкинула, как зарывается в мои. Облизнул губы — тепло мучительной, жаркой волной перетекло из груди в живот и упало где-то между ног. Я будто опьянела и с трудом контролировала свои эмоции. От Савелия шарашило мощью, энергией и чем-то витально мужским.

"Это всё новые люди и обстановка вечера, — успокаивала я себя. — А также скакнувший адреналин, после того как парень напугал меня".

Выйдя с дня рождения Егора на улицу, я остановилась, любуясь красотой ночи. Сава подкрался сзади...

— Вот ты и попалась, Любочка, синенькая юбочка, — прошептал мне в ухо и, обхватив за талию, дёрнул на себя.

От неожиданности сердце стукнуло в ушах и рвануло в пятки, дыхание сбилось, и... я заорала. А орала я отлично, семь лет занятий хором в школе, выступлений... Домой брат Егора меня вёз молча, лишь спросив адрес. Врубил музыку на полную, играл желваками от злости и неотрывно глядел в пересечённые огоньками порталы улиц. Воспользовавшись тем, что на меня не смотрят, я наблюдала, изучала, что побоялась делать на вечеринке, а очень хотелось.

Высокие скулы, на которых не было даже намёка на щетину. Побрился, что ли, пока мы фильм смотрели? Аккуратный нос, чётко очерченная линия чувственных губ, уголок которых сейчас он неконтролируемо закусывал. Напряжённая скульптурная крепкая шея. Сейчас он мне казался до невозможности серьёзным и опасным. Внутри раз за разом "прокручивала" его голос, смакуя будоражущую глубину тембра и силу. Когда он говорил — пространство вокруг начинало вибрировать от звука.

Машина тормозила на светофорах, а после резко ускорялась. От этих дёрганий меня начало укачивать.

— Савелий, Вы могли бы вести немного плавнее? Мне нехорошо, редко езжу на машинах.

Парень, будто проснувшись, сурово глянул на меня.

— Вполне можно и на "ты", — хотел ещё что-то добавить, но, промолчав, уставился обратно на дорогу. А мне вдруг нестерпимо захотелось, чтобы он ещё хоть что-то сказал...Но парень упорно молчал.

Дальше вёл аккуратно. Когда подъехали к моему дому, он заглушил мотор. Замер, сосредоточенно что-то обдумывая. Затем, видимо приняв решение, расслабился и всем телом развернулся в мою сторону.

— Приехали. До квартиры проводить?

— Не сто́ит! — противоречивые чувства бушевали внутри.

— Хорошо, я тут подожду, пока поднимешься. Если что — уверен, услышу! — ядовитая усмешка окрасила его губы. — Давай свой номер телефона.

— Зачем?

— Буду названивать тебе, надоедать. Слать неприличные картинки. Может, выслежу пару раз.

Я растерянно уставилась на него. Шутит?

— Да не бойся ты. Дойдёшь до своей крепости — бросишь сообщение, что всё хорошо. Ок?

Поразмышляв пару десятков секунд, номер я всё-таки продиктовала. Он тут же сделал обратный дозвон.

— Запиши меня — "будущий муж". Или, нет! Просто "муж".

— Я попрошу Егора тебе пуговицу подарить, большую такую. Перламутровую.

— Зачем? — опешил Савелий.

— Чтобы ты её на лоб себе пришил и губу застёгивал, — почему он меня постоянно злил своими словами и поступками? Бесил и одновременно ошарашивал, поднимая бурю эмоций: от "пошёл вон" до "о боже, какой мужчина". Знакомы несколько часов, из которых активного общения всего пара минут, а ощущение, что у нас целая история отношений. Но больше всего удивляла реакция тела на него, я начала бояться, что если он будет чуть мягче, то просто не устою. Пока такой опасности нет.

— Дерзишь? Почувствовала себя в безопасности? Это ты зря-я-я… Я ведь могу и вот так, — щёлкнули блокираторы двери, и стёкла поползли вверх, отрезая нас от реальности.

Парень поддался в мою сторону. Свет фонаря бил прямо в бесстыжие глаза, которые, не моргая, уставились в душу. Я отпрянула, лихорадочно соображая, как ответить и что может позволить себе ОН. Да, в конце концов-то, что он мне сделает? Если обидит — брат ему по ушам надаёт. Хоть я Егора знала и недолго, была в нём уверена, плюс Ленка, она меня точно не привела бы туда, где есть хоть малейшая опасность. А так единственная угроза я сама, уж слишком волновал новый знакомый.

Это становилось уже какой-то традицией: безмолвно смотреть друг на друга. Я моргнула, он перевёл взгляд на мои колени и демонстративно острым языком обвёл губы. Чтобы сбить градус, я решила задать сбивающий с толку вопрос.

— Сколько тебе лет, "младший брат"? — придала лицу как можно более ехидное выражение.

— Двадцать, а тебе? — не менее ехидно ответил Сава.

— Двадцать три, салага! — я победно уставилась в наглые тёмные глаза.

По его лицу пробежала тень, потом дуга соболиных бровей поползла вверх.

— Капец ты старая!!!

Проблема нарастает

Наше время. Квартира Ленки.

Телефон заходился мелодией звонка. Я подобралась к нему, очень мед-лен-но. Взяла в руки и... зажала кнопку выключения. Экран мигнул, а через секунду погас. Всё, на сегодня достаточно моего общения с мужем. До сих пор перед внутренним взором его сумеречный взгляд, в носу запах перегара, а на попе кусок кожи, помнящий дикий шлепок.

— Вот и зачем? — подруга посмотрела осуждающе. — Сразу бы всё и выяснила, ну или прикинулась, что просто уехала ко мне погостить. Так сказать, усыпила бдительность.

— Обойдётся, пусть нервничает! — я давно заметила, что Ленка добавляет мне борзости. Позитивно так влияет.

— Резонно. Смотрю, умнеешь на глазах, — она наконец заправила одеяло и, бросив его на кровать, оглядела плоды своих трудов. — Или нет... — произнесла задумчиво. — Завтра позвони Егору.

— Давай вначале поговорю с мужем? С Егором всегда успею связаться, — посмотрела в окно, где за салатово-бежевой японской шторой царствовала ночь. — Всё думаю, думаю... Может, неправильно поняла, что-то не то услышала. Я была невыспавшаяся, на взводе. Ну мало ли...

— Всё-таки не поумнела. Я мыться, — и вышла, не дожидаясь моего ответа.

Утро выдалось ясным. Солнечные зайчики бродили по кухне и, отражаясь от гранёной хрустальной капли, висящей на ручке окна, рассыпались веером по стенам. Я любила Ленкину квартиру. Тут всё было продуманно. Красиво и уютно.

Когда она ушла от мужа, то первое, что сделала, — это разменяла семейную четырёхкомнатную квартиру на две однокомнатных для мужа и сына. А себе нашла двухкомнатную, взяла кредит, чтобы доплатить, но жить комфортно. Ей всегда нравился район рядом с нами.

— Могу предложить сырники. Ты как? — спросила подруга, близоруко щурясь, видимо, ещё не надела линзы.

— О да, дети обожают их.

— Только сметаны нет, но можно послать твоего Костяна в магазин.

Сын с энтузиазмом воспринял идею и, быстро одевшись, убежал. Ксюша в комнате увлечённо покрывала штрихами картинку трёх медведей из взятой с собой раскраски.

— Лен, я боюсь ехать домой.

— Оставайся сколько надо, но имей в виду, проблема будет только нарастать.

— Да понимаю я всё, но как подумаю, что надо стоять рядом, смотреть в глаза и спрашивать...

— Ну тут я тебе ничем не помогу, — с сожалением вздохнула она.

Мы снова бродили по парку, создавали план моей жизни, но было тоскливо. Я никак не могла осознать, что, возможно, жизнь изменилась навсегда, разделившись на "до" и "после". Вечером приняла решение ехать домой одной, а детей оставить у подруги, благо она на фрилансе. Костя, правда, прогуляет школу, но это бывает крайне редко, так что нестрашно. Удивляло, что Савелий не позвонил Ленке. Телефон я так и не включила...

К квартире я натурально подкрадывалась и про себя молилась, чтобы мужа не было дома. Но он дома был. Стараясь как можно тише поворачивать ключ, открыла дверь и тут же столкнулась с Савой в прихожей. Он показался мне огромным. Стоял взъерошенный и злой, широко расставив ноги и подперев руками бока.

— Ты нормальная? Телефон отключила, не предупредила. Где дети?

От его напора почувствовала себя виноватой, но быстро опомнилась.

— У меня к тебе серьёзный разговор!

— Это у меня к тебе серьёзный разговор! — резко перебил Савелий. — Я работаю! Устаю адски! А ты сидишь с детьми у меня на шее! Гуляешь, развлекаешься! То спортклуб у неё, то массаж, то ноготочки, — его голос становился всё громче и громче. — А теперь решила, что можешь исчезать, никого не предупредив? Еду не оставила, в квартире всё разбросано! Дети непонятно где! — и, сорвавшись на крик, закончил. — Страх потеряла? А с ним и совесть?

Я судорожно соображала. Еду оставила, стоит в холодильнике. Ну да, в квартире лёгкий беспорядок. Была не в себе, когда собиралась к Ленке, видимо, что-то не убрала. Но никак не могла понять, разве можно так орать из-за всего этого?

— Сав, ну ты что? Твоя любимая уха в холодильнике и перцы фаршированные. Салат...

— Я, что, должен ещё и разогревать? Ты на что дома сидишь? Совсем обнаглела! — не снижая децибелов, орал муж. — Какого чёрта должен тебя воспитывать? Я женился не для этого!

— А для чего ты женился? — я отступила к двери, мне стало страшно не на шутку. Никогда он не позволял себе такое.

И тут вспомнила, КТО должен быть недоволен. Набрала в лёгкие побольше воздуха.

— Ты мне изменяешь? НЕТ, даже не так. Ты мне изменяешь!!!! — на счастье, голос не дрогнул.

— Смотрите, какая дерзкая, решила стрелки перевести? — произнёс вдруг, резко снизив громкость, отчего стало ещё страшнее. Серо-зелёные глаза метали молнии, брови сошлись на переносице, обозначив чёткие два залома между ними.

— Сава, ты сейчас серьёзно? — сердце люто стучало в груди. Отчётливое "тук-тук" отдавалось по всему организму, било в висок. То ли страх, то ли сильное возбуждение бродили по телу, отчего немели руки и зрение искажалось. — Посмотри в свой телефон, что ты мне отравил позавчера! — от напряжения голос подвёл и в конце сорвался. — Или не ТЫ!

— Ну давай посмотрим. И что там? — угрожающе и одновременно наигранно-удивлённо ответил Савелий, доставая телефон.

Я, предчувствуя ещё одну беду, тоже достала свой. Включила. Открыла мессенджер и.... НИЧЕГО! Последнее сообщение о том, что он после работы заедет к Лёхе. ВСЁ! А, ну ещё стопятьсот пропущенных звонков. От него.

Сумрак

Я обалдело смотрела на экран. И начинала медленно сходить с ума. Что всё это значит? Ка-а-а-ак?

— Где ты была? — Савелий подошёл вплотную и навис надо мной.

Не может быть. Было фото! Были сообщения. Была эта ужасная ночь, в которой муж перепутал меня с Дарой и чуть... Это какая-то ошибка. Голова плохо соображала, а Сава не давал сосредоточиться.

— Я не услышал ответа! Где дети?

— Дети у Ленки, мы там все вместе были, — невероятно растерянно бормотала я.

— У Ленки, значит? Ей там совсем без мужика плохо живётся? — Савелий плевался ядом. — Видимо, у твоей подруги тоже крыша поехала. Скучно ей одной? Тебя решила в своё болото затянуть, где сидит и квакает?

Слушала я его речь ошарашено. Искренне недоумевала: какое ещё болото? Ленка чудесно жила, похорошела, как с мужем разошлась. Последний год брака бывший ревновал её к каждому бревну, чем измотал вусмерть. А теперь она живёт, как хочет, занимается, чем хочет. Ездит, куда хочет. Иногда я ей завидовала, но не всей собою, так как любила Савелия до умопомрачения. Видимо, поэтому и не заметила, как его отношение ко мне изменилось.

— Значит так, — пылил муж раздражённо, — мы сейчас идём в машину и едем за детьми!

— Вместе? — я откровенно удивилась. Забыла уже, когда мы вместе куда-то ездили, тем более за детьми. Сава в последнее время абсолютно бросил ими заниматься, тем более откуда-то забирать. У него на это попросту не было времени из-за бизнеса.

— Да, вместе! А то вдруг тебе ещё что в голову вступит, — он брезгливо пожал плечами. — А Косте завтра в школу. Тоже мне — мать-волкам-отдать!

Ехали молча. Подруге бросила сообщение, чтобы собрала вещи и детей. Посыпались вопросы. Но я даже не могла сообразить, что ответить.

Вот и её двор, подъезд, этаж, звонок... Дети с воплями "Ур-р-ра, папочка!" бросились мужу на шею. Он душевно обнял обоих, расцеловал и, подхватив Ксюху на руки, подмигнул Косте. Ленка с крайним недоверием переводила прищуренный взгляд с меня на Савелия и обратно. Я хотела задержаться. Обмолвиться с нею хоть словечком. Но муж, перекинув сумку с детскими вещами через плечо, обнял меня свободной рукой и утащил к лифту.

По дороге обратно дети наперебой рассказывали про детскую площадку и как бы здорово было, если у нас построят такую же. Сава оживлённо поддерживал с ними беседу. Уточнял, расспрашивал. Меня он демонстративно игнорировал, а когда я пыталась что-то сказать, резко обрывал.

Когда дети улеглись спать, муж позвал меня на кухню.

— Значит так, жена. Чтобы это было в первый и последний раз! Иначе я тебе устрою весёлую жизнь. Совсем расслабилась дома.

— Ты считаешь, что воспитывать детей, содержать дом в порядке — это расслабляться? — слёзы наплывали на глаза, грозясь пролиться, но я изо всех сил сдерживалась.

— Дом содержу я! Деньги даю я. Если тебя что-то не устраивает — иди работай! Посмотрим, как быстро изменишь своё мнение!

— Это нечестно! У нас было соглашение: ты работаешь — я занимаюсь детьми и домом. Мы вместе к нему пришли! Почему сейчас возникает этот разговор?

— Потому что ты обнаглела! Мне непонятно, почему я должен работать, а ты отдыхать?

От возмущения я задохнулась. Вот, значит, как? Он работает, а я отдыхаю? Сил о чём-то спорить не осталось. Внутри разверзлась пустота. Будто всё, что там было, вынесли и пол за собой не подтёрли. Грязные разводы горечи чернели на том месте, где были понимание, любовь и поддержка Савелия. Каким образом мы попали сюда? Где я допустила ошибку? И как вернуть всё обратно? Только вопросы и ни одного ответа.

Легли по разные стороны кровати. Муж уснул, завернувшись в гостевое одеяло и не дав мне надеть на него бельё. Наше, евросемейное, осталось мне. Накатили невероятное одиночество и усталость. Сжали в тиски, мешали дышать и соображать. Наконец, разрешила себе поплакать, сил сдерживать боль внутри уже не было. Боялась, что она порвёт изнутри, а позволить себе такое я не могла. Дети…

Всю ночь мне снились кошмары. То Дара выскакивала из подъезда с пистолетом и стреляла в моих детей, играющих на площадке. То муж просто исчезал и все удивлялись — так не было его никогда. Я постоянно просыпалась и каждый раз не могла понять, где нахожусь. Под утро уснула крепко и спокойно. Разбудила Ксюша.

— Мам, а Косте не пора в школу?

Быстро сообразив, что, видимо, проспала, вскочила с кровати. Савелия не было. Обычно утром он будил, чтобы я приготовила завтрак, но сегодня утро не было обычным. Всё шло наперекосяк. Каша подгорела, любимая чашка разбилась, Костя забыл учебник, и мы с дочерью бегали в школу его отдавать. По дороге чуть не попали под машину, а финалом была собачка, которая чуть меня не искусала.

Домой вернулись взвинченные. Сава был не в сети. Да я и не понимала, что ему писать и надо ли. На всякий случай открыла его диалоговое окно. На месте, где ещё пару дней назад мне в глаза прыгнули фотография и странное сообщение , была пустота. Отрешённо бросила взгляд на "После работы еду к Лёхе, ужинайте без меня", сосредоточилась на дате и времени. Что я пыталась понять, не знала.

У дочери сегодня английский, но во второй половине дня. Поэтому, поев ещё раз, мы пошли гулять. Что-то делать по дому или играть с ребёнком сил не было. На улице я наконец решилась и позвонила Ленке, почему-то было страшно.

— А я всё гадаю, когда же ты объявишься? — голос подруги был недобрым.

Учись делать выводы

— Что, мать твою за ногу, у вас там произошло? — грозный голос Ленки заставил меня сжаться.

— Я, честно, вообще не понимаю. Очень странное что-то, — лопочу в трубку.

— Приезжай сама, у меня тут проект горит. Но тебя послушаю.

До Ксюхиных занятий ещё три часа, успею метнуться. Кинула сообщение Костику, чтобы пообедал в школе и шёл на кружок по "лего программированию". Хорошо, что в этом году сын назначил себя взрослым и отвоевал право ходить на кружки самому. Благо все занятия детям я нашла в нашем районе. Очень удобно. Даже Ксюшу иногда доверяла Костяну довести и бежала по своим делам.

Ленка плотно сидела в ноуте и верстала рекламный ролик для спортклуба. На экране перекаченный мужик занимался кроссфитом. Я однажды попробовала эту систему и чуть не умерла от нагрузок.

— Не быть тебе настоящим мужиком, — поржал тогда Савелий. — То ли дело мы с Егором! С юности занимаемся, поэтому я такой фактурный, — и, задрав футболку, поиграл мышцами груди.

После отъезда Егора и встречи с Лёшей кроссфит он бросил...

Благодаря брату, у дочери было новое увлечение — лего, как раз пришёл новый набор с авито и она пошла в комнату его собирать.

Подруга работала на кухне, оборудовав себе рабочее место за откидным столиком у окна, который в случае нужды соединялся с основным, делая его больше на треть. Подобную конструкцию кухонной мебели я придумала пять лет назад, когда подруга купила себе квартиру и жаловалась на отсутствие свободного пространства. Однажды, толкаясь со мной беременной на кухне, она не выдержала.

— Люб, а Люб! Ты ж у нас инженер, и кухни — твой семейный профиль. Ну придумай уже что-нибудь!

Первый столик я прикрепила по типу выдвижной разделочной поверхности. Ленка села, поставила ноут, облокатилась обеими руками, и всё полетело на пол. Направляющие не выдержали нагрузки.

— Фиговая идея, — раздосадованно сказала она. — Думай дальше!

Тогда, поразмыслив, я решила прикрепить столик на стену, подперев снизу треугольной доской, которая, в свою очередь, тоже складывалась. Просчитав размеры, заказала всё это на фабрике, с которой у нас было сотрудничество по кухням.

— Вот теперь супер! — как ребёнок, радовалась подруга. — И входит, и выходит... Точнее складывается и раскладывается, то что надо! И места полно. Молодец, Любка!

Я была горда собой. Затем эту концепцию предложила для кухонного каталога. Вначале Савелий сопротивлялся, но потом признал, что идея рабочая.

Я поставила чайник, выудила из вазочки с вкусностями хлебец и присела около Ленки.

— Рассказывай, — бросила она бесцветно.

— Он стёр фото и все сообщения под ним из телефона, — ответила также безразлично.

— А ты, конечно же, скрин сделать не подумала? — Ленка замедляла на экране кадр, где мужик отжимался, а потом зависал над землёй. Капли летели с его волос в разные стороны, выглядело завораживающе.

— Тогда в голову это не пришло...

— Хорошо, а то что он тебя Дарой назвал и пытался поиметь как... прости господи, женщину лёгкого поведения?

— До этого разговор вообще не дошёл. Он так орал, что я про всё на свете забыла.

— Ай, молодец мужик! Вот это я понимаю! Действительно, как ещё можно показать, что ты сильный пол?

— Лен, он ведёт себя очень агрессивно. Вообще, не понимаю, как с ним разговаривать, чтобы он хотя бы услышал. Или просто дал сказать.

— Напиши сообщение, а лучше письмо на бумаге. Чтоб стереть не мог! Или в почту, а в получатели запихни меня и Егора. Чтоб наверняка!

— Ты же понимаешь, что тогда это начало конца? — я печально смотрела на экран, где мужик подходил к такой же накаченной девушке и обнимал её.

— Начало конца он сам заложил. Пальму первенства ты упустила, так что расслабься.

— Лен, что с ним не так? Или, может, со мной?

— Ох, дорогая! — она тыкнула мышкой в кнопку сохранения и отодвинула ноут. Щёлкнул вскипевший чайник. — Что бы ты хотела понять? Давай, без цензуры. Вываливай все мысли, что бродят в голове, но которые страшно озвучить! — она встала, заварила чай, после достала малюсенькие пирожные из холодильника и мёд.

Немного подумав, я начала выкидывать в воздух всё, что приходило на ум.

— Надоела в постели, не слишком прилежная хозяйка, воспитываю детей не так, как ему хотелось бы, увяла, старше его, он устал от бизнеса, разлюбил...

— Хорошо, — устало произнесла Ленка и присела рядом.

— А теперь сделай вывод.

Я ещё раз напрягла измученный за эти дни мозг. Голова тут же начала болеть, захотелось просто лечь и уснуть, чтобы вообще ни о чём не думать.

— Вывод — понять и простить, а потом, видимо, отпустить. Пускай идёт с богом. Так устала, что уже ничего не хочу. Одно печалит — Ксюша с Костей его очень любят и им будет плохо без отца. Детям нужны оба родителя, что бы там между ними не происходило, — я встала достать чашки, спиной ощущая внимательный взгляд подруги. — Я не имею в виду, что ребята не должны любить папу, просто грустно это всё.

— Ну, Савелий не перестанет быть отцом, если вы разведётесь. Не хочу давить на тебя, но пока выводы не те, — она разлила чай по чашкам и придвинула ко мне коробку с пирожными. — Сейчас есть куча пабликов в мессенджерах, которые ведут специалисты по правке мозга. Не то чтобы я сильно советовала углубляться в психологию, но лишним не будет. Почитай, скину тебе несколько, которые сама читаю. Может, наведут на какие мысли.

Ленка рассеянно отхлебнула чай, обожглась и зашипела от боли. Подошла к холодильнику, достала лёд и засунула один кубик в рот. Постучала пальцами по столу, затем аккуратно выплюнула остатки льда в чашку.

— Знаешь, однажды прочитала умное — мудрость можно обрести несколькими способами: через общение с мудрым человеком и через страдания. Ну ещё жизненный опыт, конечно, — она хохотнула. — Тебе повезло, весь набор в наличии, так что дерзай, Любаня!

Учиться я любила всегда. Подруге доверяла. Детскую психологию штудировала, начиная с беременности сына. Видимо, пришло время погрузиться и во взрослую. Домой ехала с твёрдым намерением поумнеть, ну или помудреть, тут, как пойдёт.

Закинув Ксюху на английский, я села на лавочку и открыла чат с подругой. Она уже успела накидать кучу ссылок, по которым я и начала ходить. Объём контента сбил меня с ног. Глаза разбежались, с чего начинать, было совсем непонятно. Взгляд выцепил канал, где обсуждались отношения с "плохими" мужиками. "Манипуляции", "удобная жена", "токсичные отношения", "газлайтинг", "абьюзер" — кровь из глаз. Когда подошло время забирать дочь с английского, голова взрывалась от информации. Не то чтобы я не слышала этих слов или не читала об этом. Да даже с Ленкой мы это всё обсуждали, когда она застукала мужа. Просто всегда считала, что с моей жизнью это никогда не соприкоснётся, поэтому знания были, скорее, ознакомительного характера. Сейчас же это стало моей реальностью. Выходило, что Савелий отчасти всегда был таким, просто я была... слепа? Или до поры до времени в нём это дремало, а с момента, когда я попала в зависимость, начало набирать силу.

Вечером я с замиранием сердца ждала прихода мужа, твёрдо решив во что бы то ни стало говорить правду и только правду. Выдержать все нападки и твёрдо отстоять позиции. Но чем хочу "сердце успокоить", пока решить не могла. Развод и девичья фамилия? И тапочки по почте?

Квартиру Савелию подарил брат, когда мы расписались. Щедрый такой подарок. Ленка не знает до сих пор всего, что произошло между мной с Егором. Тогда, пятнадцать лет назад, она сильно удивилась, что жилплощадь подарена не НАМ, а мужу. В единоличное пользование.

А что, собственно, происходит?

После вечеринки я, веселясь, в красках рассказала Ленке, как доехали с Савелием до дома. Умолчала лишь о своих чувствах и переживаниях. А через несколько дней Егор пригласил погулять в ботанический сад. А потом в театр на "Квартет И". Затем были прогулка в Парке Горького, большой театр и прекрасная "Жизель". Стоимость наших мероприятий всё увеличивалась. Поездка в яхт-клуб, где он стоически, но абсолютно безрезультатно пытался поставить меня на водные лыжи.

Между тем ни намёка на сближение. Ни долгих взглядов, ни случайных прикосновений, объятья только дружеские при прощании, разговоры о чём-то общем. Всегда забирал от дома на том самом "Паджеро" и привозил обратно, выглядел абсолютно расслабленным. Но, собственно, на этом и всё.

Егор мне начинал нравиться. По ощущениям чуть выше брата, но более жилистый. Он тонко шутил, а когда смеялся, приподнимал один уголок полных чувственных губ. В отличие от Савелия у него были светлые льдисто-голубые глаза и брови, почти сросшиеся у переносицы. Смотрел он всегда спокойно и даже как-то по-отечески. Лишь иногда прищуривался, и тогда во взгляде проскальзывали опасные нотки, так похожие на те, что постоянно били из глаз младшего брата в нашу единственную встречу. Егор много всего знал. Был явно обеспеченным, но спрашивать об этом я стеснялась.

Прошёл месяц, и меня начали мучить два вопроса: а что вообще происходит и куда девался Савелий? Чтобы не напридумывать себе лишнего, решила вытащить Ленку на променад и аккуратно расспросить.

Работали мы вместе. Когда трудовой день подошёл к концу, я предложила прогуляться. Выскользнув из прохлады офиса в ещё не ушедший зной улицы, мы прошлись по Старой Басманной и окунулись в прохладу сада имени Баумана. Медленно бродя по аллеям, разговаривали о планах на отпуск, о новеньких девочках в отделе персонала и о её семейной жизни.

— Я вот что спросить хотела, — наконец решилась. — У Егора есть девушка?

Подруга впилась в меня глазами. Потом хмыкнув, сорвала травинку и начала её жевать. Выплюнула, прокашлялась.

— Егор, он... — посмотрела в голубое небо долгим взглядом, затем, аккуратно подбирая слова, продолжила: — В общем, он бабник и имеет всё, что движется. Но-о-о!.. Отличный друг, с понятиями. Мы знакомы со школы, не спрашивай! — быстро добавила, увидев мой удивлённый взгляд. Когда в школе разница между мальчиком и девочкой четыре года в пользу последней — это немного странно.

Жаркий июльский день шёл к завершению. Потихоньку наступали сумерки, и тени в саду становились загадочными. Я смотрела на подругу и размышляла над своим отношением к ней. Что иногда побаиваюсь её из-за резкости и проницательности, но очень сблизилась, особенно в последний год, после смерти моей мамы.

Познакомились мы на фирме по обслуживанию бухгалтерской программы, куда я попала сразу после института совершенно случайно. Мама устроила на работу к своей знакомой. Ленка возглавляла отдел по работе с клиентами, а я сидела в техническом. Во вторую неделю я накосячила, а ей пришлось отдуваться перед заказчиками. Уже думала, что меня выгонят, но строгая с виду девушка оказалась весьма душевной внутри. Вначале она пропесочила меня по первое число, но смягчилась, узнав, что я только после института. Потом постепенно начали друг друга поддерживать. Она мне объясняла тонкости бухгалтерской программы, я ей помогала вести сайт. Так и подружились. А примерно год назад она пригласила меня в гости, где мы с Егором и познакомились. Тогда он был с девушкой, поэтому особого внимания на высокого стильно одетого парня я не обратила, лишь отметила, что породистый.

— И как быстро он... начинает иметь "всё, что движется"? — поинтересовалась, пытаясь придать голосу безразличие.

— Тебе на что? — глаза Ленки подозрительно сузились. — Не советую! Он подкатывал? Вообще, не должен был, собственно как и Савелий. Этот, надеюсь, больше не проявлялся?

Я начала нервничать. Ну вот и как теперь ей всё рассказать? Я пнула носком кроссовка камешек.

— Понима-а-аешь, — протянула, а потом меня укололо, — а почему Савелий не должен был появиться?

— Потому что я рассказала Егору, как его "младшенький" выступил, когда отвозил тебя домой. Надеюсь, с ним была проведена воспитательная беседа!

— Ну заче-е-ем? — это вылетело непроизвольно и с досадой, отчего Ленка на меня опять уставилась.

— Темнишь, Любаня! Давай выкладывай, что у тебя происходит?

— А пойдём выпьем по кофе, — я начала жалеть, что вообще завела этот разговор.

Ларёк с напитками был у выхода из сада, всего в сотне шагов от нас, но подруга не пустила. Взяла за руку и подведя к лавочке, усадила, плюхнувшись рядом.

— А теперь рассказывай! Видела я, как Егор за тобой на своём дне рождении ухаживал, — она явно нервничала, что было непривычно. — Думала, исключительно из-за младшего брата, который ещё у дверей положил на тебя глаз. Сава — раздолбай и весьма импульсивная личность. Заканчивает учиться и вместо того, чтобы начать устраиваться на работу, гульбарит, причём на деньги брата, а ему ещё диплом сдавать. Егор не может меня подвести, слишком крепкая дружба нас связывает. Я ему сразу сказала: кто-то из его друзей-знакомых тебя обидит — мы поругаемся.

Я поражённо смотрела на Ленку. Ей бы в спецслужбах работать, всё видит, обращает внимание на детали, удивительно точно интерпретирует события, подкладывает соломку заранее и в нужных местах. Не удержавшись, всё это ей и сказала.

— Ну конечно, а как бы я стала начальником отдела? Но ты не уходи от ответа. Итак?

Пришлось выложить историю встреч с Егором, свои сомнения и домыслы.

— Хм-м. Это так на него не похоже... — она поставила локоть на коленку и подпёрла кулаком подбородок. — Обычно сразу тащит в постель, а любовник он, говорят, отменный. Но вот чтобы месяц выгуливать, даже не пытаясь ни разу поцеловать... — на её лице ничего не отражалось, но я чуть ли не физически слышала, как в голове крутятся шестерёнки мыслей. Наконец, она решительно встала с лавочки. — Не ухаживает он, тут что-то другое. Ты права, пойдём за кофе! Заодно, пока идём, расскажешь, что у тебя к Савелию. И не отпирайся!

Куда уж мне, особенно после её грозного взгляда.

Всё не так как я думаю?

Настоящее. (Вечер понедельника)

Савелий пришёл с работы чуть раньше обычного. С полными сумками вкусностей и мелкими подарочками детям. Мне принёс явно дорогую шоколадку и букетик тюльпанов, чем несказанно удивил. Давно уже ничем таким не баловал. Костя с Ксюшей, видя хорошее настроение папы, бросились наперебой делиться событиями дня, и, к моему величайшему удивлению, муж их внимательно слушал. Постояв разинув рот, ушла на кухню, думала прямо с порога начать разговор, но сейчас мне совесть не позволяла разбить такую идиллию. Мало ли когда ещё повториться.

— Ужин готов, — крикнула, уже расставляя тарелки на столе.

— И что тут приготовила любимая жена? — Сава зашёл на кухню следом за детьми и приобнял.

От неожиданности я чуть не уронила блюдо с запечённой в айве уткой. Удивлённо уставилась на мужа. Он озорно чмокнул в губы и сел на своё место. Все расселись и уставились на меня, продолжающую стоять и обдумывать, как вести себя дальше. В итоге разложила еду и молча села тоже. Половину ужина молчали, лишь Ксюша щебетала о строительстве из лего замка "Эльзы". Костя периодически интересовался у неё про лишние детали и на какой схемной книжечке она сейчас. Я не отрывала глаз от тарелки и кожей чувствовала, как Сава поглядывает на меня. Дети поели и ушли по своим комнатам, мы остались вдвоём.

— Как прошёл день? — Сава с аппетитом доедал ножку утки и салат из руколы с помидорами, кедровыми орешками, заправленный соусом собственного приготовления.

— Нормально, — я собралась духом. — Была сегодня у Лены. Она подтвердила, что я не сумасшедшая, было фото! И сообщение было!

— И? — не переставая жевать, посмотрел.

Тюльпаны я поставила на стол между нами, они склонили свои нежные головки к столу и создавали ощущение мнимой защиты.

— Фото с сообщением не единственное, что произошло той ночью. Ещё ты меня назвал Дарой.

— Ну, допустим, хотя вряд ли. Я же был у неё в гостях, мы общались, мог случайно оговориться. А фото, ну да, было. Неудачная шутка Лёхи.

— Ты же ехал к нему, а не к Даре! — мгновенно вспыхнула я. — Это, во-первых, а во-вторых — сообщение! Ну!

— Лёха временно живёт у неё, — будто не слыша меня, продолжил муж, отставляя тарелку и беря яблоко из фруктовой тарелки. — Или не временно, я пока не понял, да мне всё равно, их дела.

— А сообщения??? — закипала я.

— М-м-м... С сообщением, конечно, неприятно вышло, — Савелий нахмурился. — Согласен, но ты не хотела дружить с Дарой, вот она и обиделась, решила по-злому подколоть. Вы, женщины, существа странные. А она жёсткая, всё-таки бизнесвумен. Я, когда увидел, конечно, с ними поговорил, что делать так было нехорошо.

Дару я видела несколько раз. Всю информацию о ней знала со слов мужа. Этого было достаточно, чтобы сложить мнение. Обеспечена, стройна и "красива", как может быть красива женщина, «сделанная» руками дорогих хирургов, косметологов и не знающая в этом меры. Удалённые рёбра, крутые высокие скулы, губы, даже не уточкой, а, скорее, пельменями, грудь стопятьсотмиллионного размера. По ощущениям мы были одного возраста, но сказать это однозначно было сложно. Вполне могло оказаться, что ей от тридцати до пятидесяти, настолько всё было перекроено. Детей у неё не было. Пару лет назад она развелась со своим весьма состоятельным мужем, получив отходными дом с участком на Рублёвке и около лимона долларов на счетах. На эти деньги открыла бизнес — сеть маникюрных салонов. Что она разглядела в Лёхе, для меня была загадка. Зарабатывал он неплохо, но однозначно не как её бывший. Внешне очень на любителя. Единственное, что могло привлечь, — это, видимо, его любвеобильность и "размеры", но об этом наверняка я знать не могла. Для меня он был персоной нон грата.

— Я тебе не верю, — сказала вставая. Собрала грязные тарелки со стола и поставила их в раковину.

— Чему именно ты не веришь?

— Что фотография и сообщения — шутка, а назвал ты меня чужим именем случайно. Ты непросто назвал, ты ЕЩЁ кое-что сказал! — развернулась и села обратно за стол, хмуро глядя ему в глаза.

— И что я ЕЩЁ сказал? — в голосе мужа появилось раздражение.

— Не просто сказал, также сделал. И было понятно, что всё это не мне и не со мной...

— Да как ты это поняла? — голос мужа начал повышаться.

— Ты хотел жёстко... Говорил пошло и странные вещи, между нами такого никогда не было! — начала распаляться, тоже повысив голос. — Ударил меня по попе!

Савелий недоверчиво глянул, всего пара секунд и вдруг разразился заразительным смехом.

— Что, серьёзно??? — ха-ха-ха, гремел он. — Давно хотел тебя ТАК! Не понравилось? Ты всё ноешь, что тебе не хватает секса, что теперь-то не так?

— Ты назвал меня Дарой! — кровь бросилась в лицо, и мне стало до жути противно и неприятно.

— То есть понравилось? — хищно глянув, он вдруг выкинул руку вперёд, пытаясь, схватить мою.

Я вскочила и, отойдя к раковине, включила воду, чтобы сполоснуть тарелки, поставить их в посудомойку, а заодно дать себе успокоиться. Смотреть на мужа было неприятно и стыдно. То ли за него, то ли за себя.

— Да, мог, мог, каюсь, — примирительно поднял руки вверх. — Я ж был пьян. Но между мной и ею ничего нет. Ты что? Я люблю только тебя, дурёха.

— Что-то давно ты мне не говорил, что любишь, — обиженно пробормотала.

— Ну-у-у... Как говорится в одном анекдоте, когда что-то изменится — сообщу. Любаша, хватить. Поругались и будет.

— Я тебе не верю, — продолжала бурчать, но в голове были сомнения. Что из того, что он говорит, правда, а что нет?

— Зря! Я стараюсь, работаю для семьи, для тебя, зачем мне чужая баба? Тем более любовница друга? Ну сама подумай! — он встал и, подойдя сзади, обнял, зарылся носом в мои волосы, как любил это делать, когда ухаживал.

Брыкаться уже не хотелось. Его родные, тёплые руки окутали облаком спокойствия. Обида и боль внутри утихали, растворяясь в желании верить. Доводы казались логичными. Всякое могло случиться, я тоже иногда называла его именем сына, а сына Савой... Ночью муж был нереальным: то нежным, то жёстким, но бережным. Уснула я абсолютно расслабленной, удовлетворённой и счастливой.

Обычный день

Настоящее

Утром страстный поцелуй и не только... вытащили из сна, наполнили душу лёгкостью и счастьем! Завтрак готовила в приподнятом настроении. Решила заморочиться и сделать овсяную кашу по мужниному любимому рецепту, с обжаренным луком и салом. Красиво нарезала фрукты, заварила ароматный чай с бергамотом. Даже успела испечь мини-круассанчики из слоёного теста, которое вечером успела вытащить из морозилки, в то время как муж всеми способами приставал и тащил в спальню. Внутрь булочек положила кусочки подаренной мне шоколадки, получилось объеденье.

Когда все поели и муж ушёл на работу, а сын в школу, мы с Ксюшей сели рисовать. И я, и она любили тихое время утром наедине. Когда можно немного посекретничать о нашем девчачьем: об украшениях и платьях, духах и мальчиках, которые ухаживали за ней на занятиях-кружках.

Муж и его брат рисовали отлично, в далёком детстве у них был личный педагог, приходивший на дом. Настоящий художник, картины которого участвовали в выставках, занимался с мальчиками пять лет. Сава очень этим гордился, а надо мной подшучивал, так как рисовала я откровенно плохо. Именно поэтому что-то особенное даже не пыталась изобразить, дабы не попасть под очередные насмешки. Использовала простую технику "малюю по мокрому".

Заключалась она в следующем: мочишь лист водой и просто водишь кистью с акварелью, получая красивые разводы. Дочь тоже любила этот приём. Закончив свой шедевр, она убежала дальше собирать замок Эльзы, а я начала разгружать посудомойку. Потом решила почистить фильтры и засыпать соль. Крышка солевого отделения никак не открывалась, и я, разозлившись, её дёрнула, зацепилась ногтём, и он сломался до крови. Ойкнув, достала перекись и обработала рану, потом взяла ножнички и аккуратно срезала неровный оставшийся край. Придётся идти сегодня переделывать маникюр. Но что значит какой-то ноготь по сравнению с той лёгкостью, что творилась в душе. И даже сомнения, которые нет-нет да тревожили, мне не мешали, я их гнала. В конце концов мужу надо верить! Папа всегда говорил, что брак строится на вере, любви, понимании и поддержке друг друга! Папе я верила, да.

— Хочу записаться на двенадцать к Наде, — позвонила в салон красоты.

— Любовь Сергеевна, к ней сегодня никак, взяла выходной, — извиняющимся тоном ответила администратор. — Но есть новенькая девочка, делает хорошо. Недавно перешла из другого салона. Там хозяйка такая... не очень. И сам салон... — делилась совершенно ненужной мне информацией девушка.

Я перестала слушать, думая о её профессионализме. Дождавшись, когда администраторша дочирикает все сплетни, сказала, чтобы записывала. Решила, что лучше так, чем со сломанным ногтём.

Ксюшку отвела во дворец творчества на лепку из глины и попросила, чтобы она там осталась на два урока. Лепить дочери нравилось, и она сама часто просилась сразу на несколько занятий. После глины там же балетный класс, после которого её забирал Костя, если я уходила по делам. Сегодня надеялась успеть забрать её сама.

Администраторша суетилась вокруг меня, предлагая чай, кофе, воду. Ноготь болел. Хотелось уже быстрее с ним покончить и, забрав дочь, пойти гулять. Погода стояла отличная.

— Присаживайтесь, — на меня глянули карие глаза восточной девушки. — Что делаем?

— Ноготь чиним и покрываем, только очень аккуратно, он обломан до мяса.

— А остальные?

— А остальные не надо, — я рассеянно искала взглядом Надю, потом вспомнила, что она выходная. — Недавно всё делала.

— Мне администратор сказала... — в голосе молоденькой маникюрши послышались слёзы.

Удивившись такой реакции, подозвала девушку с ресепшена.

— Мы, видимо, друг друга не поняли, когда я звонила. Нужно отремонтировать и покрыть только один ноготь. Мастер тут не виновата и продать мне полный объём услуг не получится даже у вас, так что не будем терять ничьё время.

Мастер благодарно посмотрела на меня.

Пока она спасала ноготь, приклеивая тонкую полосочку ткани, потом заливая гелем, потом подпиливая и опять заливая гелем, мы разговорились, точнее, разговорилась она. Спросила про мою семью, чем я занимаюсь, кто муж по профессии. Говорить особо не хотелось, поэтому я быстро перевела разговор на неё, даже не особо слушая ответы.

— Давно перешли в этот салон? Не видела вас тут раньше.

— Пару дней всего, — мастер подняла красивые оленьи глаза. — В предыдущем салоне, где я работала, была неприятная хозяйка. Жадная, постоянно нас штрафовала. Экономила на материалах, а ещё постоянно таскала на работу своего любовника...

Я слушала вполуха, думая о том, что скоро у сына в школе ярмарка в честь окончания учёбы. Надо закупить соевый воск и арабские духи, чтобы сделать вкусно пахнущие свечи в подарок учителям, а на продажу сделаю с аромамаслами, их у меня очень много.

Думы перескочили к мужу. В носу до сих пор стоял запах его утреннего парфюма. Помню, как впервые почувствовала этот аромат на Егоре во время первых прогулок, и была готова съесть парня. С детства чувствительная к запахам я тогда наслаждалась и таяла от дымно-пряных оттенков табачных листьев и восточных специй. Позже, когда Сава начал активно ухаживать, этот запах появился у него. Поначалу мне было странно, так как внутренний взор рисовал Егора, а перед глазами маячил Савелий. Со временем привыкла.

Но я отвлеклась от ярмарки. Что мне ещё надо для свечей? Формы. Лучше, конечно, жестяные баночки, посмотрю в Fix Price. Ещё нужны фитили, а это отдельная тема. Надо будет поэкспериментировать, чтобы свечи правильно горели и отдавали запах. На это уйдёт чуть меньше недели. Ещё неделя на отлив и "созревание" партии. Ксюша с Костей будут в восторге от процесса. Мы любили мастерить что-то вместе. Я легко училась по роликам на ютубе и за время своего замужества освоила и научила детей декупажу, варить мыло, делать конфетные букеты, а недавно соевые свечки. Главное — успеть всё сделать к концу мая. Процесс этот был небыстрый, с кучей тонкостей.

— А когда он зажал мою сестру в угол, я нажаловалась хозяйке, — вывел из задумчивости голос маникюрши. — Но она не поверила и уволила нас двоих. Ваш ноготочек готов.

Я посмотрела на работу и восхитилась. Сделано было очень тонко и аккуратно. Расплатившись и оставив девушке чаевые, я поспешила за Ксюшкой на занятия. Надо успеть заказать все материалы для свечей в интернете. Зайти в торговый центр за арабскими духами и пойти гулять!

Никогда такого не было и вот опять...

За обыденными делами пролетела неделя. Савелий возвращался с работы вовремя, был нежен по утрам и страстен ночами, будто мы вернулись в самое начало наших отношений. Пару раз вечером почитал детям, а в пятницу приготовил завтрак, всех накормил и даже убрал грязную посуду. Если вначале я ещё немного дёргалась, то к выходным расслабилась окончательно. Радовалась, что всё разрешилось и сталодаже лучше, чем было. Дурацкого Лёху с его несмешными шутками хотелось расцеловать за то, как удачно всё повернулось. Про Дару пыталась не думать. Бог ей судья.

В четверг пришли материалы для свечей, и я с ребятнёй сделала шесть пробных с разными фитилями. В пятницу с самого утра шёл дождь, то прекращаясь, то вновь заряжая. Хотелось сидеть в уютной квартире с близкими и делать что-то совместное. Свечи как раз немного "отстоялись", и мы их зажгли, чтобы проверить. Поставили на кухонный стол, сели играть в настолки. Примерно через два часа, отложив очередную игру в сторону, придвинули тёплые баночки свечей к себе.

— Мамочка, у трёх дырка образовалась, — дочь, сдув пламя, озадаченно попеременно тыкала пальцем в углубления у фитилей. Воск по краям не расплавился, а в середине прогорел.

— Не трогай, обожжёшься, — Костя убирал её палец, но Ксюша вредничала.

— А две сильно расплавились, почти до середины баночки жидкий воск, это неправильно, — продолжала умничать дочь.

— Да не трогай ты! — брат беспокойно обхватил её за талию и начал стаскивать со стула.

— Так, дети! Что мы имеем в сухом остатке?

— Только одна свеча получилась как надо, — Костя взял баночку со стола и подал мне.

— Ну и хорошо, значит, для остальных фитилей мы потом купим другой воск, который им подойдёт! Предлагаю заняться изготовлением партии завтра. А сегодня устроить папе праздничный ужин. Для этого мы едем в супермаркет!

— Ур-р-р-р-ра! — заорали, обнявшись, дети, а потом, хлопнув ладошками друг друга на манер ладушек, поскакали в прихожую одеваться.

Я пошла в нашу с мужем комнату взять наличность. Открыла маленький железный сейф, где лежали деньги, и подозрительно уставилась внутрь. Два дня назад тут лежала довольно крупная сумма, сейчас она уменьшилась вполовину. Не то чтобы это было необычным, деньги общие и каждый брал, сколько ему нужно. Мы не контролировали в этом друг друга, данный момент был на доверии. Сава вообще особо не отчитывался, всё же "казну" пополнял он, часть денег складывая сюда, часть — на карту. Меня с некоторых пор просил предоставлять чеки и вести в компьютере финансовый отчёт: "Чтобы понимать расходы". И всё же это было странно. Пожав плечами, взяла на продукты и вышла к детям.

— Ты во сколько будешь дома? — одной рукой я перегружала сумки из тележки в машину, другой держала телефон.

— А что? — голос мужа был напряжённым.

— Мы с детьми готовим тебе сюрприз! — настроение было прекрасное.

В торговом центре мы вначале поели на фудкорте вредных, но до безобразия вкусных гамбургеров. Это была традиция! Потом Ксюха запросилась покататься на паровозике, и, пока она наматывала три круга подряд, Костик утащил меня в книжный. Долго ходил между полок, листая то одну, то другую книгу. Не выдержав, я ушла за дочерью, а когда с ней вернулась, сын стоял возле кассы с тремя томами Крапивина. Мне, конечно, показалось дороговато покупать книги в магазине, дешевле было взять их на авито, но сын очень просил. Отказать я не смогла.

— Сегодня буду поздно. Надо съездить на завод, проконтролировать кое-что.

— В пятницу вечером? Кому там неймётся поработать так поздно? — захлопнув дверь багажника, головой кивнула детям, мол, залезайте в машину. На улице довольно сильно моросило и дул ветер. — Сав, давай, может, перенесёшь? Мы тебя очень ждём. Прям очень-очень!

— Ну что за детский сад, тебе пять лет? — громыхнул любимый из трубки. — Как деньги тратить, так ты не спрашиваешь. Откуда они, по-твоему, берутся? С неба падают?

— Ой, кстати, о деньгах, — не успев отловить опасность, защебетала я, — мне кажется, или сейф ополовинился?

— Я сейчас не понял... Ты требуешь от меня отчёта, что ли?

Вот теперь угроза стала настолько явной, что я замерла.

— Нет... просто спросила... Показалось странным. Лишь хотела понять: показалось или нет... — говорила быстро, чтобы успеть объяснить свои мысли, пока Сава недодумал чего.

Но было поздно.

— Знаешь, что, дорогая жёнушка. Хорошее отношение идёт тебе во вред! Ужинайте без меня, — и бросил трубку.

Внутри всё оборвалось, руки внезапно замёрзли, а уютный дождливый вечер превратился в холодный и промозглый. Я почувствовала, как отсырела на мне кофта, как из волос по позвоночнику текут капли. Вокруг всё стало откровенно враждебным и чужим.

— Мам, через сколько папа приедет? Успеем ужин приготовить? — Ксюшка приоткрыла дверь. — Мы с Костей хотим ещё испечь шарлотку.

В луже передо мной плавал чек из магазина, видимо, ветер сдул из сумки, когда я её вынимала. Но сейчас это уже не важно. Всё неважно. Достала из городского рюкзачка ключи и нажала автозапуск своей "тойоты". Дождалась, когда она чиркнет зажиганием, и села внутрь. В голове пустота, во рту сухость. Я сглотнула.

— Мам, ну мы едем? — Костя нетерпеливо постучал меня по плечу. — Ты не ответила, папа когда будет?

— Пристегни Ксюху, — собственный голос испугал.

— Уже! Поехали, а?

Вставила ключ, включила дворники. Тоскливо посмотрела на тусклые фонари стоянки и тронулась.

Про шпионство и ухаживания

По дороге домой дети активно обсуждали вечернее меню. Морской салат из креветок, кальмаров и гребешков: "Мам и соус твой фирменный из оливкового масла с соевым соусом и лимоном". Запечённые картофель со специями и форель в петрушке.

— Мам, мам, и давай пожарим любимый папин стейк из мраморной говядины! — дочь никак не могла успокоиться, всё проговаривая и проговаривая меню.

— Стейк с рыбой не стоит вместе делать, — я не могла сосредоточиться и начать думать трезво.

Что сейчас мне стоит сделать? Позвонить ещё раз Савелию? Послать сообщение… И что? Извиниться? А за что? Виноватой себя не чувствовала совсем. Хотя, видимо, должна...или нет?

Более внимательный Костя уловил моё настроение.

— Что-то случилось? Папа едет домой? Ты молчишь всю дорогу.

Действительно, обычно в машине мы пели или загадывали "данетки", играли в музыкальный футбол и другие интеллектуальные игры. Это тоже было традицией. Планшеты не приветствовала, они были на совсем крайний случай.

— Всё хорошо, родной. Папа сегодня занят на производстве и приедет позже, чем планировал, — старалась говорить спокойно, но в груди плавало олово дурных предчувствий. Решила, как приедем домой — позвоню главному технологу, он должен быть в курсе: на заводе ли муж и зачем он там.

Отловив эту мысль, поняла, что мне противно. Я опускаюсь до проверок и шпионажа. С другой стороны, если доверие пошатнулось, что делать? Слепо верить? Я прямо слышала в голове голос Ленки, что я права и надо знать наверняка. А все эти благородные размышления на тему "доверия" — бесполезные разглагольствования, ни на что не влияющие, ничем никому не помогающие. Или всё-таки "да воздастся вам по вере вашей"?

Дома стоял тонкий аромат свечей, что мы жгли с утра. Баночки так и стояли на столе. Я их быстро убрала в шкаф и, отправив детей померить длину подошедшего фитиля, опёрлась руками на подоконник, глядя в окно на тёмную улицу. Где-то там ехал или шёл Савелий, а может, уже бегал с рулеткой по цеху, обсуждая детали проекта, или смотрел спецификации. Из комнаты доносился смех возякующихся детей — судя по воплям, Ксюша отнимала сантиметр у брата. Покрутив мобильный в руке, всё-таки решилась и набрала главного технолога.

— Пётр Сергеевич? — улыбнулась в трубку.

— Да, Любовь Сергеевна, — услышала в голосе ответную улыбку. Ещё один ритуал. Мужику было слегка за пятьдесят, и я ему явно нравилась. Он ненавязчиво ухаживал, когда я появлялась на заводе.

— Приветствую! Вы на месте?

— Ну что ты, милая, — улыбка в голосе стала ещё шире, — рабочий день уже закончился, срочных заказов нет, что мне там делать? Все давно разъехались по домам.

— А, да-а? Просто муж говорил, что собирается к Вам заехать, но, возможно, я его не поняла.

— Скорее всего, он давно не появлялся, да и с заказами уже неделю тишина. Я как раз хотел звонить: всё в порядке?

— Да-да, — бросила рассеянно. — А точно никого в цеху? Может, позвонить туда? Вдруг муж решил Вас не беспокоить?

Технолог ненадолго замолчал, видимо, обдумывая моё предположение.

— Я уходил последним и всё закрыл, — наконец нарушил он молчание, в течение которого ещё была надежда. — Есть, конечно, запасные ключи у охранника в сейфе, но сильно сомневаюсь, что кто-то мог без моего разрешения их взять.

— Я поняла, — слабость охватила тело. — Хороших Вам выходных, Пётр Сергеевич.

— И Вам, Любовь Сергеевна, — его невидимая улыбка слегка согрела.

Ну вот, собственно, и всё. Сегодня Савелий точно соврал.

Точно.

Соврал!

Пойду выжгу это на деревянной досочке специальным аппаратом, который купила сыну для поделок. Чтобы не забыть, когда он начнёт в очередной раз орать и отпираться. А что это случится, как только начну выяснять, куда он ездил, я была уверена на почти сто процентов. Штудируя группы, что скинула Ленка, уже видела в его поведении много такого, чего там быть не должно с точки зрения здоровых отношений. Даже взять мои художественные навыки. Видя, что рисовать мне нравится, он насмехался над способностями. А вот его брат показал простую технику "по мокрому", в которой по-любому "получается". Помню, как он, не одобряя поведение Савы, тогда сказал: "Не переживай, Любава, большое начинается с малого, захочешь — научишься. Никого не слушай".

Эх, Егор... Вдруг поняла, что скучаю по его размеренной, всегда взвешенной речи. По корректности и сдержанности, а также внимательному взгляду, что заставлял чувствовать себя особенной. По уверенности и спокойствию, разливающихся вокруг при его появлении. Оба брата были в курсе ухаживаний друг друга. Я не скрывала, тем более что один делал это весьма скромно, а второго из-за разницы в возрасте не воспринимала всерьёз. Почему много лет назад выбрала не Егора, а Саву? Я начала вспоминать.

Ну, во-первых, он сразу попал в сердце, прямо там, в коридоре, где мы впервые увиделись. Как внезапная вспышка, от которой темнеет в глазах. Помутнение рассудка и всё такое.

Во-вторых, запретный плод. От Савы отговаривали и Ленка, и его брат, хотя второй довольно сдержанно, благородство и семейные узы мешали. Это потом я узнала, что они чуть не подрались из-за меня.

Ну и, в-третьих, муж тогда ухаживал красиво и... агрессивно. Как только понял, что Егор положил на меня глаз, сразу перешёл к активным действиям. Букеты, дискотеки, рестораны. Дорогие подарки, которые я упорно не хотела принимать, переходили в практичные. Ювелирка и яблочная техника сменились помощью в ремонте, включая материалы, и велосипедом. Мой папа им восхищался. А откуда он брал деньги, я поначалу не задумывалась.

Дальше — больше. Он перехватывал меня у работы вечером, а по утрам приезжал делать завтраки. Пока старший брат неспешно обхаживал мероприятиями, боясь прикоснуться и сделать неверное движение, Сава напирал всей мощью и силой своей брутальности. Я долго сопротивлялась его ухаживаниям, часто напоминая, что "капец какая старая". Но молодая и практически не ведавшая серьёзных отношений, в итоге сделала вывод, что важна ему. Важна намного больше, чем Егору.

Наш первый поцелуй был практически выкраден у меня из губ... зимой. Накануне праздника.

Предложение и последствия

На Новый год Савелий сделал мне предложение. Прямо у ёлки на глазах изумлённой публики. Я ошеломлённо смотрела на аккуратное колечко от картье, лишь позже узнав, что его сделал знакомый ювелир, искусно подделав. Но тогда в подлинности не сомневалась. Да и какая разница?

Помню сильно побледневшего Егора, расстроенную Ленку, а также восхищённый взгляд папы и гостей, собравшихся на праздник у братьев в квартире. Собственно, тогда между мной и будущим мужем был лишь тот, украденный накануне, поцелуй, всё остальное случилось после Нового года, когда я ответила согласием на предложение.

Через месяц подали заявление в ЗАГС. Подруга бегала по потолку и уговаривала одуматься.

— Зачем так рано под венец бежать? За тобой гонится кто?

— Раньше надо было думать, когда тащила на вечеринку к Егору и задавала риторические вопросы про замужество, — злилась я. — Что тебя теперь-то не устраивает? Сама вон уже в браке и с ребёнком!

— Не устраивает кандидатура, Савелий ненадёжный, ветреный! И если уж создавать семью, так со старшим братом! У него и бизнес свой и вообще! — брызнула она слюной.

— И что? А люблю я младшего! — раздосадовано показала ей язык.

— А ты знаешь, что именно у Егора он и брал все деньги тебе на подарки? — увеличивала темп подруга.

— А не ты ли меня отговаривала от Егора, когда он начал ухаживать? — передразнила её.

— Я думала, что это его очередные "побегушки", но сейчас-то понятно, что у него серьёзно! А ты знаешь, что они чуть не подрались после Нового года?

— Что-о-о??? Почему? — вот это новость. Никогда не подумала бы, что такое может случиться. В целом, от Егора я слышала только хорошее о брате. Просто он считал, что Сава ещё слишком юн и пока не в состоянии содержать семью. И это явно не те причины, по которым можно подраться.

— Потому! — Ленка усмехнулась. — Савелий горячий и упёртый. Я бы даже сказала, бескомпромиссный, ему надо повзрослеть и обтесаться. Ох, Любка, — она устало махнула рукой. — Дело твоё, конечно.

Первая и единственная безобразная ссора случилась в апреле. До этого я несколько раз намекала, что пора бы Саве найти работу, время свадьбы приближалось, а он так и не начал шевелиться в этом направлении.

— Мы не сможем жить на одну мою зарплату, а брать деньги для нашей семьи у Егора — неприлично! — старалась как можно мягче донести свою мысль. — Он и так на данный момент оплачивает все твои расходы, включая подготовку к торжеству.

Савелий дико разозлился и уехал, хлопнув дверью. Вернулся в стельку пьяный и, сделав пару шагов от порога вглубь квартиры, начал кричать, что в гробу видел и меня, и счастливую семейную жизнь. Я, вышедшая на шум, не на шутку испугалась. Апогеем стало внезапное возвращение в разгар ссоры Егора, который на несколько недель уезжал в Грецию по делам бизнеса. Мы договорились, что поживём в их с братом квартире, пока он в командировке. Зайдя в прихожую, увидел орущего брата, бросил дорожную сумку и с размаху врезал ему в челюсть. Сава вырубился, а я остолбенела. Егор, не обращая внимания на валяющегося брата, шагнул и поймал в объятия. Прижал, шумно вдохнул запах моих волос, а потом, прикоснувшись носом к виску, болезненно сполз им по скуле и... исступлённо впился в губы. От неожиданности я провалилась в этот поцелуй, ощущая во всём теле гремучую смесь чувств. Трепет, нежность, страсть, желание и щемящую боль. Сколько длилось это помешательство? Пару секунд или пару минут? Очнувшись, в ужасе от всего происходящего отшатнулась.

— Любава, — его голос бил по нервам, а взгляд выворачивал наизнанку. — Выходи за меня! Савелий со временем поймёт, — он осёкся, потом мучительно продолжил: — Да это и неважно. Ты создана,чтобы тебя любили, а не вот это... — он впервые глянул при мне на брата неприязненно.

Что-то внутри дёргалось и не давало покоя, когда он так называл, так смотрел... Потому что делал это редко и всегда вкладывал слишком много смыслов, особенно сейчас, и особенно сейчас я эти смыслы боялась понимать.

— Мы справимся, — упрямо ответила. Голос звучал глухо.

Не глядя на валяющееся тело будущего мужа, я осторожно обошла Егора, сняла с вешалки куртку, надела сапоги и выскользнула за дверь. На улице, переведя дух, вызвала такси и уехала к себе домой. Это был наш первый и последний поцелуй.

Увидев меня на пороге, папа очень удивился. Сидя на кухне за чашкой чая, я всё рассказала. Савелий ему нравился, поэтому он сразу встал на его сторону.

— Ну, с кем не бывает? Ты, дочка, главное, всегда помни, что брак строится на вере, любви, понимании и поддержке друг друга!

Родители прожили счастливую жизнь душа в душу, когда мама серьёзно заболела и стало понятно, что умирает, папа выложил все силы ухаживая. Ни разу не смалодушничав, не пожаловался на судьбу. Поэтому я ему верила, как себе.

Ленке ничего не рассказала. К счастью, все мои сомнения и переживания не оправдались. Сава на следующий день приехал с огромным букетом и искренними извинениями. Я простила и забыла. Егор делал вид, что ничего не произошло. Общался как обычно как со мной, так и с братом. Что произошло после моего отъезда между ними, я не знала, а Савелий, когда я спрашивала, неловко смеялся, не расколовшись даже со временем.

Свадьбу мы сыграли летом. После того происшествия муж резко взялся за ум, устроился на работу, поэтому в свадебное путешествие полетели уже зимой. Сава оказался действительно упёртым, точнее, упорным. А ещё умным. На работе потом и кровью быстро завоевал уважение начальства. Быстро стал одним из лучших менеджеров, с довольно высокой зарплатой. Уже через год мужа повысили до начальника отдела продаж. Тогда мы и решили, что хотим детей. Костя родился только спустя два года, став долгожданной радостью. Я погрузилась в семью и сына, муж предложил уволиться. Я с радостью согласилась...

Однажды поздней осенью, когда за окном становилось всё темнее и холоднее с каждым днём, опали листья, а на душе было тошно от постоянных дождей, Савелий пришёл домой хмурый. Фирму, где он работал уже полгода, как штормило. Костя болел и никак не мог выздороветь. Только вылечили простуду, как заболели уши. Вылечили уши, обнаружился бронхит. Который в итоге оказался коклюшем. Маленький заходился кашлем, а моё сердце обливалось кровью. Практически перестав спать по ночам, постоянно бегала в комнату сына, как только слышала хоть малейший звук оттуда. Меня пугали, что подобные приступы могут закончиться рвотой, и у ребёнка есть шансы захлебнуться ею. Я начала тихо ненавидеть врачей и больницу. И совсем испугалась, когда однажды упала, заснув стоя у плиты.

— Наша фирма закрывается, — муж походил на ту тучу, что за окном сыпала то ли дождём, то ли первым снегом.

Его слова чуть окончательно не уронили меня в депрессию. Помню, как села прямо на пол и разрыдалась. Сава бросился обнимать и, зацеловывая, на руках потащил в комнату. Там, аккуратно положив на кровать, укрыл одеялом.

— Я что-нибудь придумаю! — его глаза излучали тепло и тревогу одновременно. — Любимая моя Любочка, синенькая юбочка! Я всё решу. Отдыхай, около сына сам сегодня подежурю.

Через долгих три недели Косте полегчало, через месяц у нас был семейный бизнес. Через два я случайно узнала, что помог брат. А потом Егор внезапно уехал в Питер, переведя весь свой бизнес туда.

Для меня это стало очередным шоком. На протяжении всех пяти лет он был по-прежнему одним из самых близких людей для мужа. И меня. Нянчился с Костей, как с собственным сыном. Они очень трогательно дружили. Так и не женился, уйдя с головой в любимое дело. Налаживал и развивал прямые поставки продуктов из Греции. У него было несколько складов, интернет-магазин, куча сотрудников. Я даже представить себе не могла, как он всё это перекинул в другой город. Но факт оставался фактом: Егор уехал, и общаться мы стали редко.

Саве было сложно со свежеиспечённым бизнесом. Собравшись с силами, я начала помогать. Первое время часто звонила Егору: консультировалась по вопросам продвижения в интернете и поиску производства. Общался он доброжелательно, но сухо. Однако всегда помогал, делая даже больше, чем я ожидала...

В Москву приезжал за это время лишь однажды — пять лет назад, когда Ленка с грохотом разводилась. Поддерживал её, содействовал в разных вопросах. Иногда я ловила на себе и своём округлившемся животе его пронизывающий взгляд, который он быстро "исправлял" на спокойно-доброжелательный. О беременности он так и не спросил, потом, когда Ксюша родилась, мы просто позвонили ему и сообщили. Он поздравил и прислал кучу подарков. И мне, и новорождённой. А Косте он и так их постоянно присылал.

Как поведать ему о том, что происходило сейчас, я не представляла…

На ночь глядя

Сейчас.

Дети потихоньку укладывались спать. Костя с воодушевлением читал Ксюшке одну из свежекупленных книжек — "Тень каравеллы", насколько я уловила повествование. Дочь всё время перебивала, то спрашивая будут ли в истории девочки или всё только про мальчишек, то, что такое "керосин", "бриг", "ванты". Брат терпеливо объяснял, что знал, а что не знал — подбегал спрашивать меня.

— Мам, а «Пятнадцатилетнего капитана» кто написал?

— Жюль Верн.

— Я хочу его почитать, у нас есть?

…

— А что такое "испанка"?

— Болезнь.

— Не-е-е, она с кисточкой.

— Тогда пилотка, шапочка такая летняя.

Сын слегка обиделся.

— Я знаю, что такое пилотка, мы же в школе на девятое мая костюмы готовили.

...

— Мам, мам, а мыс Горн где находится? — Костя в десятый, а может, в сотый раз дёргал меня.

В иное время я бы и дальше ему терпеливо объясняла, сегодня силы были на исходе. Мужа всё ещё не было, звонить ему не хотела. Уже убравшись после ужина, сидела на кухне и болезненно читала Ленкины чаты. Внутри, переливаясь всеми цветами тоски, обиды и горечи, мыкалась боль. Стоило больших усилий не показывать это сыну.

— Милый, иди-ка ты... в Яндекс.

— По-о-о-нял, — протянул Костя и убежал в комнату.

Какие они у нас хорошие! По их возбуждённому интересу я чувствовала, что Крапивин становится началом очередной большой читательской эпопеи. Это уже вошло в традицию. В глубоком детстве была серия про Мулле Мека и его собаку. Причём я искренне считала, что эти книжки для мальчиков, но Костя ими "заразил" сестру и они читали их нон-стопом пару раз в месяц на протяжении года. И не только читали, но и рисовали описанные детали. Потом были "Котёнок по имени Гав", "Умная собачка Соня", вся серия книг "Про Сашу и Машу", нынешние фавориты "Истории про Петсона и Финдуса". Но я уже чувствовала, что ветер меняется и следующие пару лет мы будем читать Крапивина, благо книг у него о-о-очень много.

Что меня разбудило, сразу не поняла. Прислушалась, в комнате детей было тихо. Закрыла глаза — и вдруг опять неясный, глухой звук. Бум, бум, бум. Похоже на стук в стену или дверь. Включила ночник, поднялась с кровати и, накинув халат поверх шёлковой ночнушки, посмотрела на часы. Три ночи. Прошлась по квартире, заглянула в комнаты детей, мужа нет. Почему-то не удивилась, но тоска тихонечко сжала сердце. Направилась к входной двери, открыла. В предбаннике, что соединял квартиры соседей на этаже, никого. Откуда звук? Распахнула дверь к лифтам — звук стал сильнее и шёл снизу.

Догадка пронзила мозг! Стало жутко, будто попала в триллер. Вначале верить ей отказывалась, да не может быть! Но решила всё же убедиться. Вызвала лифт и спустилась этажом ниже. Двери открылись, предоставив мне подтверждение догадки — муж с ноги долбил дверь предбанника соседей, с другой стороны уже ругались и грозились вызвать милицию. На лице Савелия, перекошенном злобой, застыло безумие. Он был пьян. Просто вдрабадан. Вдруг услышала звук поворачивающегося замка и голос старичка соседа.

— Не открывайте!!! — заорала и выскочила из лифта. — Сейчас уведу его, я очень, очень сильно извиняюсь! — встала так, чтобы муж меня увидел, и как ребёнка начала уговаривать. — Сава, ты перепутал этажи. Слышишь? САВА! Наша дверь выше! Поехали, пожалуйста!

Тыкнула кнопку, подхватила мужа под руку и начала отволакивать в сторону открывшихся дверей лифта. Если он сейчас упрётся, это будет конец, он такой большой и сильный, что я вряд ли справлюсь. Но, к счастью, Савелий навёл взгляд на меня и, раскачиваясь, позволил себя увести. Внутри плескалось чувство нереальности происходящего. Было ощущение, что вся моя отлаженная, спокойная жизнь неслась в тартарары и я где-то сверху на всё это взирала удивлённо и растерянно.

Дома он с трудом стянул ботинки и, не раздеваясь, плюхнулся на кровать. Амбре стояло ужасное, ложиться рядом было жутко и противно. Я ушла в комнату дочери и легла там, думая лишь о том, что теперь надо менять постельное бельё. На остальные мысли сил уже не хватило.

Утром дочка очень удивилась.

— Мамочка, а ты чего лежишь рядом со мной?

— Вдруг захотелось, милая. Ты же не против, чтобы я иногда спала с тобой? — хитро ей улыбнулась, чтобы скрыть смятение.

В комнату вошёл Костя.

— Там папа... — посмотрел на меня, потом на Ксюшу и замялся.

— Всё уже холодное и невкусное, наверное, было, когда он вернулся, да? — дочь бросила расстроенный взгляд на брата, но потом просветлела: — А шарлотка? Ему понравилась?

Я растерянно перевела глаза на сына.

— Папа приехал поздно и уже есть не хотел. Видимо, долго работал и сейчас спит, выходной, — он развёл руками. — Так что, сестрица, быстро завтракаем и идём гулять. Без мамы. Пойдём на твою любимую площадку.

Ох, а сын уже совсем взрослый, оказывается, и многое понимает. Я, со смесью благодарности и неясной вины, потрепала его по голове.

Мы тихо переместились на кухню. В последний год установилось правило: папин сон — это святое для всех членов семьи, шуметь нельзя. Сейчас я ко всему прочему ещё и боялась того, в каком состоянии его может увидеть дочь. Быстро позавтракав, дети умотали на улицу. Я заглянула в комнату, муж спал в кровати по диагонали. Штаны вымазаны в грязи, на скуле кровоподтёк, видимо, подрался с кем-то. Рот открыт и из него спускалась тонкая струйка слюны. Что вообще происходит? Какие разительные перемены за такой короткий срок.

Как бы мне ни хотелось, но надо звонить Егору. Взяв в руки телефон, набрала его имя в контактах, вдохнула, замерла на секунду и... чтобы не передумать, быстро нажала зелёненькую трубку вызова.

Попытка не пытка, или ...

Нажала зелёную трубочку и тут же сбросила вызов, порог кухни переступил, пошатываясь, изрядно помятый муж. Не глядя на меня, прошёл к раковине, налил себе воды в огромную пивную кружку и шумно её выпил до дна. Развернулся, чихнул несколько раз подряд и уже собрался уходить.

— Ты ничего мне сказать не хочешь? — заставила себя говорить спокойно, пока в душе бушевала досада, смешанная с раздражением и немного страхом.

— Что ты хочешь услышать? — желчно прохрипел Сава. — Я сейчас не готов с тобой разговаривать.

— Как это здорово! А я готова! — ответила с вызовом. — С моей точки зрения, странно не приходить вечером домой, когда тебя жду я и дети. И уж тем более не нормально ночью будить соседей, ломясь в их двери.

— Я ничего не помню, — равнодушно ответил и продолжил движение из кухни: — А твоя точка зрения — это самое малое, что меня сейчас волнует.

— Поговори со мной, Савелий! Я не готова вот так жить, мне нужна ясность, нужно понимание: что дальше? — повысила голос, чтобы он меня услышал в коридоре.

— Не ори! — оборвал муж. — И так голова раскалывается.

Пару дней назад звонила Ленка с вопросом, куда я пропала и что у нас сейчас происходит. Рассказала, что вроде всё наладилось. Нет, конечно, я не забыла, но как-то сгладилось. Возможно, отношения, благодаря конфликту, вышли на новый уровень, что появилась маленькая надежда.

— Что ж, понимаю, любимые грабельки, они такие... — ирония в голосе подруги меня задела.

— Всегда, понимаешь, ВСЕГДА у человека должен быть второй шанс! Особенно у любимого и родного, — я говорила с убеждением, которого на самом деле не испытывала.

Было страшно, что улучшение временное и совсем ненадолго. И вот сейчас случилось собственно то, чего я боялась и о чём намекала подруга.

— Сав, ты был у НЕЁ? — что ж, если мочить правду, то сразу главную.

— Если сейчас не остановишься — мы серьёзно поругаемся. Подумай, тебе точно охота это делать? — сипящий голос удалялся по коридору в сторону комнаты.

По обыкновению хотелось тут же замолчать, но внутри что-то щёлкнуло, я встала и двинулась следом. Дверь он прикрыл, но я решительно её распахнула.

— Да. Мне хочется жить спокойно. Всё, что сейчас происходит, — пороховая бочка с непонятным результатом в конце, если случится взрыв.

— Ну, отстань ты, а?— муж разделся и лежал в кровати, недовольно поглядывая на меня. Было видно, что он сдерживается и что ему плохо после возлияний.

— Не отстану, скоро вернутся с прогулки дети. Сын уже всё понял, как ты ему объяснишь своё поведение?

— Я не мальчик, чтобы объяснять своё поведение! — взорвался муж. — Ему пора понять, и не только ему, что, пока я в доме зарабатываю деньги и содержу семью, всё будет так, как скажу! А кто не согласен, может идти на хрен, никого не держу!

— Повторю вопрос: ты был у НЕЁ? — вспомнила, с чего начала, и удивилась тому, как лихо Сава увёл в сторону поднятую тему.

— Я был там, где был, отчитываться не буду, поняла? — прохрипел голос на повышенном тоне, а глаза предостерегающе сверкнули.

— Не поняла, вообще ничего не поняла! И очень жду объяснений! — отзеркалила с угрозой в голосе. Внутри крепла уверенность, что разговор надо довести хоть до какого-то логического конца.

— Иногда мне кажется, что ты дура. Ну, или очень хорошо притворяешься. — Савелий досадливо скривил губы и встал с кровати. Натянул футболку, домашние штаны и, выйдя из комнаты, закрылся в туалете.

Я, изумлённая, осталась стоять посреди комнаты. Что значит: я "дура или хорошо притворяюсь"? Это он про Дару? Типа всё понимаю, но намеренно молчу? Или, наоборот, спрашиваю, опять же всё понимая? Или... вообще про что он? Что я должна понимать, "кто в доме хозяин"? Или в его понимании умная жена молчит, когда муж с похмелья? ПРО ЧТО? И тут меня прорвало. Понимая, что со стороны выглядит всё это не очень... подошла к двери туалета и, повысив голос, начала "дознание".

— Поясни, пожалуйста, для "дуры", что я должна "понять"?!

— Отвали!

— Ты сейчас послал меня? — я чувствовала, как гнев начинает меня заводить и тащить.

— Я тебя послал ещё после первой фразы на кухне, но ты ж не понимаешь с первого раза! — ответил неприятно спокойным голосом.

Перед тем как его слова долетели в мозг, я остановилась, чтобы отдышаться и успокоиться. Хотела сказать об уважении друг к другу, про важность разговора по душам и поддержку в трудные времена. А они сейчас явно трудные, раз начал пить. Что мы проходили не такое и были в любви и понимании. Много всего пролетело в голове, хотелось озвучить, для этого набрала в грудь воздуха и... поперхнулась им от возмущения. А затем ошеломлённо осознала, что человек, самый близкий в моей жизни, не собирается со мной не то что договариваться и вникать, а даже просто разговаривать. Что ничего для него не значу, по крайней мере, на данный момент. Сава прекрасно понимает, что делает. Он холодно и расчётливо гасит каждым словом, ломает, топчет мои границы. Заставляет молчать, чувствовать ненужность, игнорирует потребности. Внутри застыли уязвимость, обида и боль. Невыносимая боль потери близкого, родного мужчины. Следующая мысль, пришедшая в голову — надо что-то делать, срочно! Но что? Можно ли изменить ситуацию? Как?

И тут зазвонил телефон, его телефон. Он глухо пиликал где-то в недрах квартиры. Чувствуя полное нежелание, но по привычке пошла искать мобильный, чтобы передать его мужу. Нашла в грязных брюках, которые неприятной кучкой валялись на полу комнаты около кровати. На экране горела иконка Дары с вываливающейся из декольте грудью. Выше красовалось хищное лицо, перекаченное филлерами и заколотое ботоксом. Холодная ярость опалила всё тело, застыв на лице нездоровым румянцем.

Дорогой Савушка

Мобильный ядовито вибрировал и издавал рулады у меня в руках. Трещина через весь экран приятно портила шею "красотки", "отрезая" ей голову от туловища. Помню, как примерно месяц назад Савелий в шутку (в шутку ли?) кинул в меня свой ударопрочный телефон во время несерьёзной перебранки. И чуть не попал им мне в голову. Я увернулась, а тот, отскочив от стены, упал на пол, пойдя трещиной.

— Ведьма! — несколько озадаченно сказал тогда муж, пялясь в экран.

— Или нельзя верить производителям и рекламщикам, — пожала я злорадно плечами, давя внутри неясную обиду.

— Да он у меня на бетон падал с высоты третьего этажа и ничего!

— Не поняла, а как... — ответила, всё ещё наблюдая внутри гаденький осадок от поступка благоверного.

— Да... это ... мы с Лёхой решили проверить, когда купил это чудо техники, — замялся Сава. — Неважно, главное, остался цел, ни царапины, а тут...

— А нечего им в жену целиться, — поучительно заметила.

— А нечего жене мужа допекать! — огрызнулся Савелий.

Сейчас, глядя на эту трещину, я недобро улыбнулась. Всё отлично получилось, а в скором времени будет ещё лучше!

— Кто там? — громыхнул Савелий из туалета.

"Сейчас узнаешь!" — мстительно подумала и нажала кнопку принятия вызова, а следом громкую связь.

— Савушка, сладенький! — приторный голос Дары заставил кровь хлынуть в лицо. — Как мой лев себя чувствует? Грымз-вуманша сильно свирепствовала?

"Ну вот и всё, — подумала слегка отстранённо. —

Полная неясность превратилась в прозрачную реальность. Пазл сошёлся, картинка сложилась... — сновали в голове мысли".

Пока заторможенно перебирала их, муж яростно распахнул дверь, выхватывая из рук телефон.

— Совсем обалдела? — заорал на меня. В трубке воцарилось молчание.

— Ой, прости драгоценный, я не вовре... — было слышно, что женщина отнюдь не испугалась, а даже, наоборот, специально отозвалась.

Договорить ей Савелий не дал, ткнув отбой. Потом повернулся в мою сторону.

— Кто позволял брать трубку??? Я такого себе в отношении тебя не позволяю!

— Зато много чего другого очень даже! Царь зверей, доморощенный! — злость и отчаяние поднялись во мне, не давая дышать и подстёгивая потоки влаги к глазам, но я держалась. Не сейчас. Этот бой важно выдержать!

Щурясь и стараясь мерно наполнять лёгкие, чтобы не заплакать, пристально, не отрываясь, смотрела на мужа. Даже интересно, что теперь скажет? Гневно пыхтя, он развернулся и пошёл в комнату, там схватил свои штаны и, пройдя в ванную, запихнул их в стиральную машину, не посмотрев есть ли там что-то ещё.

А там было.

Детское нижнее бельё, полотенца.

Я мысленно взвыла. От всего происходящего! Захотелось взять эти штаны и просто вышвырнуть в помойку. Но взяла себя в руки и брезгливо, двумя пальцами, выложила их на пол под раковину. Савелий отреагировал тут же.

— Это протест съехавшей с катушек домохозяйки?

— Это здравый смысл, который гулящему работящему мужику, видимо, недоступен.

— Борзеешь? — лёд в его голосе меня не тронул.

Ярость, раздражение и гнев бурлили, разрывая меня изнутри.

— Ну что ты? Стараюсь хорошо выполнять обязанности домработницы, по совместительству любимой, раз возвращаешься ко мне, самки в прайде! Вряд ли ты будешь рад, если твоё полотенце для лица постирают вместе с извазюканными в грязи и мало ли ещё в чём портками, — ответила, еле сдерживаясь, чтобы не набросится. Хотелось рвать, кусать, и не знаю, что ещё... Но взяла себя в руки. Мёртвенно спокойно открыла стиралку, демонстрируя мужу, что там ещё лежит.

— Хм-м-м… А я и не заметил, — нахально-удивлённо глянул на меня, почесав затылок. Явно пропустив мимо ушей слова про самку и намёки на грязь непонятной этимологии, что взбесило до одури.

— Смотрите, а человек начинает задумываться! — выплюнула голосом Дроздова.

Савелий снова ощерился.

— Считаешь себя до фига остроумной?

И тут на меня внезапно навалилась дикая усталость. От его поведения, плохого настроения, выходок, отношения. От той жизни, что последнее время идёт куда-то мимо меня, таща в пропасть всю теплоту, которая создавалась годами, холилась и лелеялась. Тело наполнилось ватой, голова стала невероятно тяжёлой, пальцы рук онемели, а ноги, казалось, распухли. Пройдя на кухню, молча осела на стул.

— Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! — метая молнии подскочил Сава.

— О чём ты со мной разговариваешь? — тихо сказала, уставившись на колени. Внутри разом всё смолкло, и наступила звенящая тишина, сквозь которую я слушала собственный голос. — Ты пьёшь, гуляешь, не появляешься на производстве, таскаешься к Даре, чёрт-те чем с ней занимаешься. Тебе плевать на меня и детей. Врёшь, пытаясь выставить меня дурой. Только шила в мешке не утаишь, лю-би-мый.

— Ни к кому я не таскаюсь! И при чём тут производство? — его глаза свирепо округлились.

— Я звонила Петру Сергеевичу, — мне становилось всё более и более противно участвовать в этом фарсе. — Он сказал, что ни тебя, ни заказов неделю нет. Дара уже не стесняясь звонит тебе — ДОРОГОЙ САВУШКА.

Оторвала взгляд от коленей и глянула в его, так любимые прежде, глаза шалфейного цвета.

Раньше, когда он прикасался ко мне во время любви, они становились тёмными и бездонными, когда смеялся — зеленели до светло-болотного. Сейчас казались мутными и безжизненными. Будто в них налили кислоты, которая разъела цвет, а вместе с ним всё, что было дорого мне в этом человеке.

— Что ж, раз ты теперь решила ещё и следить за мной, то думаю на этой минорной ноте мы и закончим наше общение, — бездушно ответил Савелий и, побарабанив костяшками пальцев о дверной косяк, зло усмехнулся: — Никогда бы не подумал, что опустишься до такого. Собирай вещи и можешь выметаться!

Реагировала я заторможенно, не сразу поняла, что именно он сказал. Когда поняла, то вначале удивилась, а потом возмутилась.

— Что дети? Или пусть тоже выметаются?

— Вот об этом надо было думать, когда решила следить и хамить!

— И куда я буду "выметаться" вместе с детьми, с твоей точки зрения? — негодование вернуло меня в реальность, вскочила и подошла к нему близко-близко. — Это их дом, они тут прописаны и выросли. Если ты такой мачо, то сам и уходи к своей Даре! Уверена, она ОЧЕНЬ обрадуется!

— А-а-а, вон как ты заговорила? Только не надейся, ничего тебе не обломится. Какая хитрая выискалась. Иди к своей шибко умной подруге, пусть она тебя содержит. Хочешь — бросай детей, справлюсь как-нибудь. Нехитрое это дело, хоть ты постоянно и пытаешься меня убедить в обратном. В общем, даю тебе времени — неделю. Не уйдёшь, пеняй на себя! Вышвырну, как котёнка!

Он развернулся, прошёл в комнату, и через минут пятнадцать входная дверь с грохотом закрылась. Егору я так и не позвонила и, видимо, вряд ли теперь позвоню.

Жизнь переводит стрелки

Я лежала и тихонечко выла. Безысходность поглощала каждую клеточку моего организма. Страх будущего, утрата чего-то большого и светлого. А дальше только тьма. Холодная, беспросветная.

Как дожила этот день, не помнила. Натянув на лицо маску неестественной улыбки, встретила детей с прогулки. Ксюшка, увидев открытую дверь комнаты, с воплями "ПАПА" ринулась туда.

— А где папа? — удивлённо уставилась на меня, выйдя обратно в коридор.

— Уехал в командировку. На... На, — лихорадочно пыталась сообразить, что сказать, — на месяц. А мы через недельку поедем к тёте Лене, Костя закончит учёбу, и потом рванём в деревню. Давно пора привести дедушкин дом в порядок.

Сын непонимающе смотрел мне прямо в глаза, и я видела, как он пытается осознать что-то.

— Мам, можно тебя на минутку?

— И меня на минутку, — тут же вставила Ксюшка, — я тоже хочу знать!

— А ты иди мой руки, а потом мы поиграем в твою любимую "барабашку", — отвлёк её брат.

Мы зашли на кухню и по тому, как посмотрел сын, поняла: лучше сказать правду.

— Мам, что случилось? Куда уехал папа?

— Ох, сын! — я нервно начала поправлять приготовленные для обеда тарелки на столе. — Мы... договорились... — неправильное слово, но другое не подбиралось. — Временно пожить отдельно, потом решим, как дальше.

Костя рос тихим, спокойным ребёнком. По моим наблюдениям, в пубертат он ещё не влетел, но был уже близко. Перелопатив тонны литературы и разговаривая с другими мамами, поняла: есть дети, у которых это время протекает вполне спокойно. По тому, как сын вёл себя в сложных обстоятельствах, надеялась пройти легко его взросление. Появление Ксюши далось сложно всем. Однако сын быстро понял, что наша с мужем любовь к нему никуда не делась.

Большую роль в жизни Кости по-прежнему играл Егор. Он был парню практически вторым отцом, даже когда уехал. Расставание прошло болезненно, но брат мужа до сих пор крепко держал связь с мальчиком. Сие обстоятельство на данный момент сильно беспокоило.

— Вот ещё что, — подошла и, обняв сына, заглянула ему в глаза: — Дяде Егору пока ничего не говори. Хорошо? Я сама... Когда придёт время.

— Мне кажется, это не совсем честно, мам, — укоризненно произнёс. — Егор ведь, когда звонит, всегда спрашивает, как ты? Как Ксюша и папа? Что я буду отвечать?

— Скажи — нормально. Это ведь правда...

И вот я лежу с распухшим от слёз лицом в темноте комнаты. Плачут не только глаза — сама душа рыдает, разрывая в клочья реальность. Слова "скажи нормально" причиняют невыносимую боль. Ничего не нормально сейчас и не будет уже ни-ког-да. Главная задача — не сдохнуть, не имею права. Как бы ни сложилось дальше, мне надо взять себя в руки и выплывать. Из кромешной тьмы, из ада, что сейчас подступил и окутал. Где взять силы? Любые мысли, приходящие в голову, пугают. И самая страшная — скоро новый день, что там делать совершенно неясно. Вот бы он не наступал никогда! Хочу уснуть и больше не просыпаться, так и плавать в успокаивающем мраке ночи...

Но утро нового дня неумолимо приближается. Уже появилось зарево рассвета, и я, обессилев от переживаний, засыпаю.

Дети тихо возились на кухне, в нос вонзался запах горелого риса. Разлепила глаза, села в кровати и оглядела тревожным взглядом комнату. Всё вроде как обычно, но что-то не так.

Да, да, да... ВСЁ не так. Наступило будущее. Как в фильмах про апокалипсис. То будущее, в котором я, старая больная лошадь, жду своей очереди на бойне. Пришедшее на ум сравнение покоробило. Встала, отдёрнула штору — в окно хлынуло солнце, нахально говоря, что жизнь, вообще-то, продолжается и, в целом, прекрасна. Показала ему язык.

Ленка расспрашивать не стала.

— Конечно, приезжай! Когда? В следующую пятницу? Без проблем!

Так мы втроём оказались обладателями одной небольшой комнаты. Свечи, сделанные на ярмарку сына, я красиво расставила на полке с книгами. Подруга время от времени задумчиво около них останавливалась и нюхала.

— Слушай Любка! Помнишь, я делала ролик для фитнес-клуба?

— Ну, помню, — лёжа на кровати, мстительно размышляла, позвонит Савелий или нет, когда обнаружит, что я забрала остатки денег из нашего сейфика.

Сумма крупная, даже несмотря на то, что была ополовинена. Месяца на три должно хватить, а если не шиковать, то на полгода. Питание в ресторанах и кафе мысленно вычеркнула сразу, уходовой косметики у меня всегда был запас. Одежды полно, к тому же я из тех, кто не покупает туфли, пока коньки не сносит. У детей, по счастливой случайности, тоже всё есть. Лето мы прямо без проблем протянем. А вот в каком состоянии дом отца — даже думать боялась. Последний раз там была пару лет назад. Котёл не работал, половицы кое-где прогнили, крыльцо надо поднять, а вдруг фундамент того... И точно стоит покрасить фасад.

— Лен, где на Валдае можно краску купить, как думаешь? Или лучше из Москвы привезти?

— Ты меня не слушаешь! — нравоучительно ответила подруга.

— Не слушаю, — вздохнула. — Ещё машину надо на техобслуживание сгонять. Чтобы потом в этой глуши не бегать в случае чего.

— Люба-а-а-а! — она постучала пальцем мне по лбу. — Говорю, в клубе этом есть место на ресепшене, где всякие побрякушки выставляются на продажу клиентам. Можно попробовать им твои свечи втюхать. Какая их себестоимость?

— Не знаю, — рассеянно пожала плечами. — Если машина сломается, это будет, конечно, треш. Не должна, но вдруг.

Учебный год завершился, осталось последнее мероприятие и лето. Как я всегда ждала этого времени. Свобода от занятий и кружков, радостные дети на отдыхе. В этом году каникулы будут простенькими, в деревне под Питером. Зато на берегу озера, рядом красивейший город с богатой историей. Храмы, музей колоколов. Не море, конечно, но тоже вполне! А может, я даже решусь сгонять в Питер и даже, может, встретиться с Егором. Если он, конечно, согласится, в чём я не была уверена…

Савелий. Прошлое

"Сволочь! Сволочь и дрянь!" — это единственные мысли, которые бродили в его голове, когда понял, что жена забрала оставшиеся деньги из сейфа. А он их уже обещал дать взаймы Даре, как дал предыдущие.

О-о-о, ДА-МИ-Р-Р-РА! Ему безумно нравилось катать её имя во рту. Царственное, гордое и магическое, как она сама.

Обычно любовницы друга были ничем не примечательными, из среднего класса или даже ниже. Лёха распушал перед ними "хвост" в прямом и переносном смысле, брал напором, иногда деньгами, чаще постелью. Саве они не нравились. Безвкусно одетые, кричаще накрашенные, пошлые. Долго не задерживались, быстро надоедая. Дамира была совершенно другой женщиной.

Встретились примерно полтора года назад в ночном клубе, куда его затащил Лёха под Новый год. Причём заметил её первым именно ОН — Савелий! Не без гордости вспоминал, как высокая, худая блондинка с мишурой в голове и огромной грудью (не в пример Любке), пригвоздила его взглядом. Поверх кипельно-белой кофты вилась кожаная портупея с клёпками, впиваясь в ту самую грудь, делая её вкусной, чёткой и чертовски непристойной. Как было не возбудиться на такую статную красотку.

Но он помнил, что женат! Жену, в целом, любил и ценил. Поэтому прошёл мимо, сделав вид, что не заинтересовался. И Лёха прошёл бы, не повернись Дамира к нему шикарной задницей, едва прикрытой кожаной юбкой в обтяжку. Покачнувшись на диких каблуках, женщина неловко отклонилась в его сторону и начала падать. Медленно и эффектно. Вот как можно падать эффектно? У неё это получилось с шиком! Все мужчины, что стояли рядом, бросились ловить. Но Дара в самый последний момент извернулась и вцепилась ловкими пальцами в застывшего друга. Тот быстро сориентировался и обхватил её стан руками. Она прижалась, приподняла ножку и смачно его поцеловала. Лёха не сопротивлялся, даже наоборот. Сава застыл, глядя на эту картину и отчего-то жалея, что поймал её не он.

Это был страйк. Из клуба парочка уехала сразу к Даре. А Савелий, под её злорадный взгляд, домой.

— Я влюблён! — капая слюной, надоедал Лёха позже. — Мечта, Савелич! Формы закачаешься! А в постели что творит! Мама дорогая!

— Рад за тебя, бро, — ответил сдержанно, но не без внутренней зависти.

— Да не трынди, видел, как тебя перекосило в клубе. Но что поделать? — развёл руками. — Досталась мне! А ты у нас типа совестливый, ну, или честный. Так что держись, братан. А ты ей тоже понравился, но я проворнее, — довольно подмигнул.

Держался Сава долго, почти год. Лишь позволяя себе отрываться в их компании. Дара любила выпить, потихоньку пристрастились и мужики. Вначале понемногу, потом всё больше и больше. Встречались в основном у неё на хате. Шикарный дом на Рублёвке ему нравился своей лаконичностью и кучей фишек определённой направленности, которые, с её слов, она придумала сама.

Например, была тёмная комната с шестом и кровавой подсветкой, войти в которую можно только, если знать, где в стене отодвигается панель. Бывшая гимнастка и танцовщица стриптиза, она иногда, слегка уже в подпитии, могла устроить мужикам целое представление. По всему дому на разной высоте были ввинчены крюки, вроде как для кашпо, но со временем Сава узнал и другое их применение. Везде двойные зеркальные двери, уезжающие в стены, тайну которых тоже не сразу понял. Ну и более прагматичные вещи типа кухни с кучей техники, джакузи, сауны, бассейна с противотоком.

Находясь в гостях у Дамиры, он ощущал себя шейхом, купающимся в роскоши и удобстве. Женщина всегда принимала друзей по высшему разряду: вкусная еда, конечно же, из ресторана, элитная выпивка, просмотр фильмов на экране во всю стену. И даже массаж, который становился с каждым разом всё откровеннее.

— Слушай, Лёха, всё хотел спросить, — хмурясь, однажды начал Савелий. — Всё же Дамира — твоя женщина. А этот массаж... Чёт уже на грани.

— Ой, да расслабь булки, — расхохотался друг, а потом наклонился и, понизив голос, поведал: — Ты бы знал, как меня это возбуждает! У-у-у. Но она только моя, так что даже не мечтай! — он довольно откинулся на подушки кожаного белого дивана в гостиной любовницы. Она вообще любила всё кожаное.

К семье возвращаться после таких гостей с каждым разом хотелось всё меньше, поэтому в какой-то момент Сава решил завязать с поездками на Рублёвку. Дамира решила по-другому.

Однажды она позвонила и попросила срочно приехать помочь. Чем именно, не сказала, но голос был очень расстроенным. К тому времени как-то так сложилось, что мужики, если она звала, летели, не спрашивая, тем более что тётка меру всегда знала.

Первое, что насторожило, когда приехал, — тишина в доме.

— Лёх, ты тут? — крикнул, зайдя в дверь. Снял ботинки и прошёл на второй этаж. Тут тоже царило молчание. — Лёха, Дара? Вы где?

Послышались шорох и всхлипы из спальни, Савелий аккуратно приоткрыл дверь и застыл. Женщина лежала на кровати в коротком шёлковом халатике и плакала. Тихо и горько. Он жуть как не любил слёз. Когда плакала жена, всегда был готов сделать что угодно, хоть чёрта лысого убить, лишь бы прекратить этот поток влажности. Поразило то, что всегда напористая и уверенная Дамира сейчас выглядела кротко и беззащитно. Увидев его, она простёрла руки и, будто сломавшись, уронила их на спинку ложа, опустив сверху голову. Картинка уязвимой полуобнажённой женщины заставила взбудоражиться.

— Что случилось? — Сава не понимал, что делать и спрашивать, но ситуация требовала участия. А ещё сильно хотелось снять наваждение от нарисовавшегося вида.

— Он... — подняла голову и вдруг залилась слезами, словно прорвало трубу. — Хочет уйти от жены.

— Кто? — задал вопрос, то ли пытаясь понять, о ком идёт речь, то ли успокаивая внутреннюю дрожь.

— Друг твой придурочный. А я, понимаешь, — всхлип, — только из-за... — и она, уже не стесняясь, зарыдала в голос.

Тут Савелий окончательно растерялся. Лёха? Уйти от жены. Полный бред. Сколько бы ни гулял, всегда подчёркивал: с супругой удобно, всё понятно, дети растут облизанные, сама делает вид, что ничего не происходит, о скользких моментах не спрашивает. Да и детей своих Алексей любит и новых заводить не собирается. В общем, устраивает максимально. О чём сейчас говорит его любовница, непонятно.

— Ты, наверное, не поняла его, — немного расслабившись, произнёс он, стараясь взять себя в руки, получалось плохо.

Дара резко прекратила рыдать и укоризненно посмотрела.

— Ты услышал только первую часть, — взгляд стал жёстче. — Подойди, пожалуйста.

Женщина закусила губу и красивой волной откинулась

назад. Опять глянула, теперь властно и цепко, будто поймала. Сава похолодел и задёргался, но остался стоять на месте.

"Первая, вторая, десятая часть. О чём она вообще? И взгляд этот..."

Выражение её лица, поза на кровати, длинные обнажённые ноги, почти открытая грудь... Всё будило неясные ощущения, в которых не хотелось признаваться.

— Я с Алексеем только из-за тебя. До сих пор не понял этого? — Дамира смотрела в упор, маня всем телом. — С первого взгляда поняла, что ты "тот самый", что пойду на всё, лишь бы быть рядом. Ничего от тебя не надо, ты видишь, у меня всё есть. Только твоя душа и тело, — она грациозно сползла на пол и, как пантера, поползла, не мигая, глядя в глаза.

И тут бы ему уйти, но воздух будто застыл, пригвождая к месту. Её слова и действия никак не осознавались, они словно закольцевались и бегали по кругу в голове. Пока Савелий пытался переварить услышанное, Дара была уже у его ног.

Всё тайное, рано или поздно...

Предложение Ленки про свечи будоражило мозг. Классная идея, но было страшно. Вдруг сделаю — а они не пойдут, вдруг понадеюсь — а их даже не возьмут. Вдруг накосячу, когда делать буду, и только деньги потрачу, их и так в обрез. Много этих "вдруг".

— Я тебе реальную схему предлагаю, а ты мне о машине втираешь, — разозлилась подруга.

— Лен, да я тебя слышу, но никогда ничего не продавала. Там, наверное, нужна сертификация...

Я и сама понимала, что ною, вот только думать о заработке было до безумия страшно. Не понимала, почему, ведь работала раньше и даже неплохо зарабатывала. Что происходит сейчас-то? При одной мысли о работе и о том, чтобы содержать наши остатки семьи, меня чуть ли не паническая атака накрывала.

— Как не продавала? А кухни? — подруга взяла одну свечу и поднесла к окну, глядя сквозь неё на солнце.

Несколько штук я сделала в стеклянных стаканчиках. Понравилось больше, чем в жестяных баночках.

— Это другое. И продавала не я, а муж!

— А тут только принести! Никакой сертификации не надо, максимум отказное письмо. И то если решишься на маркетплейсах барыжить.

— Леночка, хорошая моя, дай немного времени. Спасибо тебе за заботу, я очень-очень ценю тебя и всё, что ты делаешь. Идея потрясающая. Сейчас съезжу на Валдай, пойму, что с домом и сколько останется денег после его ремонта, попла́чу и сразу возьму себя в руки.

— Ну, поплачь. Тоже дело. Хотя... — она подкинула свечу в воздух и ловко поймала её одной рукой, заставив меня понервничать. — Помнишь, ты какой-то денежный марафон в мессенджере проходила?

Я вспомнила, как несколько лет назад, пытаясь разобраться в вопросах сбережения и преумножения средств, набрела в сети на классную тётку-финансиста. Долго читала, а потом решила пройти у неё курс.

— Конечно! Ленка, ты гений! И почему я про это забыла?

Обучение мне далось сложно. Всё, что из него поняла, — это как считать бюджет, где можно слегка сэкономить и про подушку безопасности. И вот эту подушку я скрупулёзно начала собирать, деньги помещала во вклад. Хотела приятно удивить Савелия. Думала, вдруг случатся в бизнесе сложные времена, и тут я такая, вся в белом и с крупной суммой. Примерно полгода назад откладывать перестала. Закрутилась и забила.

— Сколько у тебя накопилось? Ты же так и не сказала мужу об этом? — подруга с надеждой посмотрела на меня.

— Не-а. Я, представляешь, забыла про этот вклад. Но точно помню, что ещё минимум несколько месяцев до момента, когда можно будет снять деньги с процентами. Если заберу сейчас, потеряю всё, что сверх набежало.

Ленка облегчённо вздохнула.

— Ну и молодец, что не сказала! Так сколько там?

— Не помню. Точно ещё минимум столько же, сколько забрала из сейфика нашего, но, скорее всего, больше, — от этих мыслей мне стало легко, даже страх перед будущим слегка отступил. И тоска по разбитому счастью немного притупилась.

— Короче, Любань. Давай сделай партию свечей и закинем их на продажу. А вообще, если барыжить, то ни в чём себе не отказывать. Надо осваивать маркетплейсы! — подвела итог Ленка.

Мы в приподнятом настроении пошли готовить обед. Вот чего у нас не отнять — это желания пожрать практически в любой ситуации, особенно в сложной. Нарезая овощи на борщ и перешучиваясь, принялись обсуждать мои дальнейшие действия.

— Кстати, о доме твоём, оставшемся от отца. Много там ремонта? — подруга ловко шинковала капусту огромным ножом на тончайшие лоскутки.

— Не помню, по ощущениям на несколько десятков тыщ, — я откусила морковку и начала ею хрустеть.

— Я про другое думаю.Ты имеешь полное право жить там, где прописаны дети. Сава ничего сделать тут не сможет, даже любовницу без твоего согласия привести, — она многозначительно поиграла бровями.

— Ну и толку? Я ж ушла не потому, что он выгнал. Мне передышка нужна, а дома он не даст спокойно жить. Будет вечное психологическое давление. Оно мне надо?

— Согласна, — Ленка вздохнула. — Знаешь, смотрю на тебя и прямо себя вижу пять лет назад. Так всё это было муторно, мутно, тёмно. Ты молодец, кто бы что ни говорил!

— Да кто говорить-то будет? У меня подруга всего одна и очень хорошая!

— А Егор? — она негодующе застыла со сковородкой в руках, на которой сейчас пассеровала лук. — Ты, что, так и не позвонила ему?

— Да что вы все — Егор, Егор!

От досады и внезапно возникшего напряжения, кусая очередную порцию морковки, сильно тяпнула себя за палец. Затрясла рукой.

— Ну-ка, ну-ка. Все — это кто? — она заинтересованно подняла брови.

— Ты, сын!

— Видишь, даже Костя соображает!

— Лен, ну пойми, не хочу Егору ничего говорить. Уехал человек, всё! — сунула укушенный палец в рот, пососала, боль не проходила. — У него теперь своя жизнь, интересы, возможно женщина или девушка. Недаром же бизнес в Питер перевёл!

Подошла к раковине, включила холодную воду и под неё сунула укушено пострадавшего.

— А тут я. Привет, мой несостоявшийся муж! Знаешь, мой нынешний, которого предпочла тебе и который по совместительству тебе брат, что-то хреново себя ведёт. Вразуми младшего товариСЧа. Так сказать, по старой памяти и любви ко мне. Ну, или как?

Ленка подозрительно замерла, настороженно глядя на меня.

— Повтори для непосвящённых?! — она опустила сковородку на подставку.

Я напряглась. Явно вырвалось нечто, вынуждающее подругу приготовиться к серьёзному разговору.

— А что я такого сказала? — пыталась понять, где сделала оплошность.

— Несос-то-яв-ший-ся му-у-уж?

О боже! Не-е-ет, то есть да-а-а. Она же не в курсе той истории перед свадьбой. Вот это полный провал, конечно.

Тайны. Прошлое

Дара была у его ног. Она преданно смотрела в глаза тем особым взглядом, которым могут смотреть очень, ОЧЕНЬ порочные женщины. Всегда смущавшие его большие накачанные губы, высокие скулы и огромная грудь сейчас казались гармоничным дополнением всей картины. Вписывались в неё идеально, заставляя холодеть нутро и гореть пах.

Она не торопилась, не набрасывалась, а лишь послушно сидела у ног, смотря снизу вверх глазами, полными голодной страсти, время от времени изгибаясь всем телом и облизывая губы. Сколько это длилось, Савелий затруднился бы ответить. Внутри шла борьба добра со злом, порядочности с запретным плодом, всего дорогого, что было с Любой, и жгучего вожделения, накатывающего уже не первый месяц.

Женщина резко хлопнула в ладоши — и включилась тягучая музыка. Хлопнула ещё два раза подряд — и погасло яркое освещение, уступая место кроваво-лиловой диодной подсветке по периметру комнаты и кровати. Потом элегантно отползла к стеклянному столику, стоящему у стены. Взяла оттуда стакан, налила из бутылки крепкий алкоголь и, поднявшись, вернулась к мужчине. Приставила к губам, заставляя глотнуть. Сава, не сопротивляясь, выпил махом. Жидкость приятно обожгла нутро и, разлившись по венам, ударила в голову. Дамира удовлетворённо забрала стакан и опять сползла к ногам.

— Просто позволь себе, — глухо сказала и медленно опустила взгляд, потом опять его вскинула. — Один раз ничего не решит, ты никого не предашь. Зато поймёшь, чего точно хочешь, — отчаянно закусила губу. — Если не понравится, мы забудем как сон. Когда никто не знает, то и не было ничего...

Её голос сквозь марево музыки звучал чарующе. Савелий почувствовал, что реальность поплыла. Свет, музыка, женщина у ног, нарастающий гул в голове... Дара вскинула руки в такт, затанцевала ими, перекрещивая и оглаживая своё тело. Прикоснулась вначале легко, затем всем телом обвила его ноги. Тут-то его и перемкнуло. А потом...

"К чёрту всё! Хоть один раз!" — подумал, а дальше как в бреду.

Это было невероятно, лёжа рядом, он гладил её тело одной рукой, всё ещё не веря в то, что происходило на протяжении нескольких часов. Она была неутомимой, невероятно гибкой, греховной и сладкой. Не врал Лёха, когда говорил про её умения. Сейчас Савелий в полной мере оценил все достоинства этой женщины в постели. Проскользнула мысль, что, не решись он на этот шаг, так и помер бы, не испытав половины возможных плотских удовольствий. Как после этого всего ложиться в одну кровать с женой? Как заниматься той скукотой, что сейчас между ними?

Вспомнил, как после рождения сына, он с трудом подходил к жене. Виной всему то, что он решил в интернете посмотреть, как рождаются дети. Процесс его покоробил. Теперь каждый раз, прикасаясь к любимой, он думал и представлял, КАК и ОТКУДА вылазит ребёнок. Но всё это постепенно забылось, наладилось. Потом сложности на работе. Спасибо Егору за поддержку. Он тогда сильно помог, ничего не требуя взамен, лишь многозначительно посмотрев. Оба брата понимали, что взгляд относится к Любе. Старший так и не остыл к ней.

После рождения дочери у Савелия опять произошёл сбой в программе "желания" жены, а та, наоборот, просто как с ума сошла. Накидывалась на него, бельё покупала, романтические ужины готовила, по ночам будила. Откуда только столько сил было с малышкой на руках? Чтобы охладить пыл, он начал называть её маньячкой, потом решил больше бывать на работе и перегрузить на жену все домашние дела. Лишь бы отстала. Она угомонилась не сразу.

"Сколько времени у меня была только Люба?" — вспоминал он.

"Да собственно, как познакомились, больше шестнадцати. Как же она мне тогда снесла крышу, у-у-у! Хотелось только одного — утащить в берлогу и… Но Любочка, синенькая юбочка, оказалась сложной. Долго не подпускала, на подарки не реагировала".

Сава посмотрел на Дару, продолжая вспоминать жену. То, как долго искал к ней подходы, подарил велосипед, чтобы проводить вместе много времени, катаясь по ВДНХ и выезжая за город на целый день. Делал этот чёртов ремонт в её квартире, как подружился с её отцом. Папаня был классный, быстро его принял, особенно когда он рассказал про погибших родителей, а тот ему про смерть матери Любы. Нет, Сава не спекулировал уходом родителей, пережил эти события сложно. Если бы не Егор, даже неизвестно, как повернулась бы его жизнь.

Егор! Его он уважал и слушал, но, когда появилась Любаня, все предохранители слетели. Про решение сделать предложение брату не сказал, боялся, что тот просто не даст это сделать. После Нового года они дико повздорили.

— ТЫ!!! — кричал Егор. — Мальчишка, безответственный и себялюбивый. Что можешь ей предложить? — заходил на новый круг. — Диплом кое-как дотянул, на работу так и не устроился. Семья — дело серьёзное и ответственное!

— Кто бы говорил! — ощерился Савелий. — Тебе-то уж точно к ней подходить не стоит!

— А я и не подхожу! — от ярости Егор покраснел. Какое право имел младший ему напоминать! Он и без него всё понимает!

— Ещё как подходишь! Театры, прогулки, яхты. Распушил перья, только ты ведь знаешь, что не имеешь права даже глядеть в её сторону! — добивал Савелий. — Радуйся, что Любочка выбрала меня. А то имел бы бледный вид!

— Да ты! Да я же... Да как ты смеешь?!

Они орали друг на друга всё больше, заводясь, размахивая руками, и чуть не сцепились, но благоразумие старшего брата победило.

Кое-что о незваных гостях

— Несостоявшийся му-у-у-уж? — подруга сверкала глазами. — Чего ещё я не знаю?

— Лен, да это было тыш-ш-шу лет назад. Эпизод, не стоящий сейчас уже ничего!

— Давай рассказывай! А Егор-то, тоже хорош гусь!

— В-в-в смы-мы-сле? — начала заикаться я. — Он как бы ни при чём, — глянула на подругу и, увидя её злость, поправилась: — Ну, то есть... Да там такая история была... Чёрт, ты только не нервничай.

— О! Как я обожаю такое начало! — Ленка закатила глаза и в сердцах отключила кастрюлю с кипящим мясом на борщ.

Пришлось всё рассказать. Больше всего боялась, что начнёт проводить параллель между поведением мужа тогда и сейчас. Читать нравоучения, но я и так уже всё понимала. Дыма без огня и прочие радости. Ну, в общем!

— Та-а-ак, — припечатала подруга. — Значит, говоришь, Егор замуж звал?

— Угу, — я, насупившись, уставилась в окно, где солнце от души поливало светом всё вокруг. Сейчас будет длинная мораль как пить дать.

— Ну он у меня получит! -— Ленка, будто решив что-то, развернулась к плите и с холодным спокойствием вновь её включила.

Поставила обратно сковородку, положила в кастрюлю с мясом корень петрушки. Я шокировано перевела взгляд с окна на неё.

— Ле-е-ен? А Лен? А что не так-то? Не ты ли меня подбивала на замужество именно с ним?

— Да было ж ясно, что у тебя в глазах пелена под названием "Савелий". Там все средства хороши были. Да и не запала ты на другана моего, можно было пользоваться. Но каков жук! — она начала ходить взад-вперёд по кухне.

Я решительно ничего не понимала. Может, дело в том, что Егор всегда был кобелём, по крайней мере, это я хорошо помнила из разговоров с подругой. Как мы тогда спорили! Я защищала парня, Ленка обвиняла, просила быть осторожной и благоразумной. Кажется, даже провела серьёзную беседу с ним.

— Да скажи ты, что не так?

— Всё не так, Любань, всё не та-а-ак... — она остановилась. — Знаешь, как бы там ни было, но с ним надо связаться.

Это ничего не объясняло, но я поняла: подробностей не будет. Ленка коль упрётся, то её не сдвинуть. Если сразу не рассказала — бесполезно настаивать.

В Москве с детьми задержалась ещё на неделю. Сделала партию свечей и отнесла их в спортклуб. Там приняли с радостью, явно подруга позаботилась. И на том спасибо. Сходила в банк узнать время окончания вклада, оказалось, ещё четыре месяца, ну и ладно, переживём как-нибудь. Перед поездкой на Валдай решила заглянуть домой забрать кое-какие вещи, да и с мужем, наверное, стоит поговорить. С тех пор как я ушла, он не звонил, ну и я тоже. Лучше лично. В голове висел вопрос развода. Стоит — не стоит? В целом, пока штамп мне не жал. А когда начнёт — тогда и решу.

Квартира выглядела запущенно. Пыль, разводы, следы на полу, будто по нему ходили не переобуваясь. Грязная посуда в раковине. Сгнивший огрызок яблока и надкусанная клубничина на столе развели дрозофил, что тучей попытались меня снести. Хорошо, что оставила детей у подруги. Заглянула в нашу спальню: кровать не убрана, одеяло одной половиной валялось на полу. Простыня смята, форточка закрыта, в комнате удушливый запах пота, Савиного. Следов любовницы обнаружено не было. Это меня, скорее, удивило, чем обрадовало. Хотя нет, и обрадовало, конечно, тоже. Но вот срач... Засучив рукава взялась за уборку. Не могла оставить наше гнездо в таком виде. Собрала вещи и собиралась уходить, когда повернулся ключ в двери.

Уже расслабившись, что мужа не увижу, напряглась. Но это оказалась незнакомая мне женщина средних лет, в аккуратной одежде с большой хозяйственной сумкой в руке.

— Ой, — громыхнула она, — а Савелий Владимирович не говорил, что кто-то будет дома.

— Добрый день. Вы кто? — полюбопытствовала я.

— Так это... Я убираться приехала. Дамира Тимуровна...

— Ясно, — перебила её, слушать, что там "Дамира Тимуровна" совершенно не хотелось. — Вы можете ехать обратно, я уже всё убрала.

— Не поняла?.. У меня, знаете ли, и другие клиенты могли быть. А сейчас получается потерянный день.

— Ну вот за него и спросите денег с Савелия Владимировича, — и злорадно добавила: — Или с Дамиры... как её там...

— Тимуровны, — веско и с уважением произнесла женщина. — Так непрофессионально. Я, пожалуй, уберусь ещё раз.

— А я говорю, идите, —решительно преградила ей вход в квартиру. — И ключи верните!

Женщина покряхтела, потопталась, потом всё-таки спросила, протягивая ключи.

— А Вы кто?

— Хозяйка квартиры! — я начала выходить из себя.

— Дамира Тимуров...

Договорить я ей не дала, закрыв дверь. Чёрт-те что творится. Ключи были Савины. Любопытно, и где эта уборщица должна была их оставить? И как Савелий собирался попадать в квартиру? Ну, ничего, надо будет — приедет за ними. Заодно и поговорим, как и что дальше.

Пока спускалась в машину, начала жалеть, что выгнала тётку, что забрала ключи. Скандала не избежать. С чего я такая смелая вдруг? Зачем это устроила?

С горечью призналась себе, что пока убиралась в квартире, поняла, как скучаю по мужу. Отчаянно, горько. Даже всплакнула, нюхая его вещи. Думала, как ему, наверное, одиноко одному в квартире без меня и детей. Фантазировала, что всё понял, ушёл от любовницы и сейчас тоскует, осознаёт и набирается смелости для примирения. А тут... Дамира Тимуровна... тьфу на неё!

Простила бы я Савелия, приди он и извинись? Что бы делала, если бы обнял, прижал, поцеловал, как только он может? В глазах защипало, горло сдавило. Пришлось сглотнуть, потом ещё раз. Глубоко вдохнула. И хорошо, что эта уборщица подвернулась. А то я бы и дальше мечтала не пойми о чём. Но боль не отпускала, сжимая железным обручем грудь и сердце.

Прошлое

Дамира стала наваждением, сном на грани яви. Каждая встреча теперь была наполнена тайным смыслом. Когда соприкасались взгляды, плечи, пальцы, губы.

После первого раза, когда Савелий поддался, шёл домой оглушённый. Всё крутил и крутил в голове, как такое с ним случилось, что на него нашло, как поддался? Поставив машину во дворе, сходил в торговый центр у метро, чтобы ещё немного оттянуть возвращение к семье. Купил зачем-то торт и большой букет пионовидных роз, которые так любила Любочка. Придя домой, быстро вручил все покупки жене. Поймал её восторженный взгляд, на душе стало ещё гаже. Она потянулась к нему, такая родная, уютная...

Сава, неловко клюнув её в щёку, ушёл в душ, хоть и был там у Дары. Долго стоял под струями воды и думал, думал. Люба суетилась снаружи, даже через дверь били слюноотделительные запахи домашней еды. Дети то и дело стучали с криками: "Пап, мы тебя ждём, выходи, ужин готов". А он стоял и не мог прийти в себя. Не понимал, как сейчас очнуться и вести себя обычно. В голову пришла поговорка — один раз не... считается. В конце концов он мужик. Это заложено в природе. Но почему тогда так странно и даже .... гадко?

Поразившись этой мысли, быстро переключился на другую: "Я всё делаю, чтобы семья жила счастливо. Люблю жену и детей, вот, правда, люблю. Да, мы друг другу поднадоели, но это нормально. Стараюсь, чтобы ни в чём не было нужды, работаю не покладая рук.А то, что было... Этого больше не будет. Не повторится. Было здорово, но на этом всё".

Договорившись с собой, Сава вышел уже более спокойный.

Несколько недель прошли относительно спокойно. Лёха был озадачен категорическими отказами друга поехать к его любовнице. Спрашивал в шутку: не заболел ли товарищ. Говорил, что Дара очень зовёт их двоих в гости. Но Савелий был непоколебим.

— Слушай, — лениво отвечал. — Это твоя дама, езжай к ней сам. Я сейчас загружен на производстве и дома.

— Что, жена взяла в оборот? Кто в доме хозяин? — ехидничал друг. — Эй, мужик, не поддавайся, мы же сильный пол! Главные! На нас всё держится, кем эти свистушки были, пока мы их не заметили? Пустые сосуды, влачащие заурядную жизнь!

— Лёх, отстань, а? Люба у меня прекрасная.

— Да я не спорю, — поднял руки вверх. — Но ты устроился под каблук. Опять! Я не устану это повторять. Важно самому рулить жизнью, а у тебя рулит семья. И где тут ты?

Каждый раз, после подобных слов, у Савелия в голове возникала куча сомнений. Может, прав он? Но, заходя домой, принимал решение не думать об этом. Между ним и женой случился всплеск нежности и понимания. Мужчина старался быть максимально ласковым и предупредительным. Он, как в былые времена, помогал по дому, читал детям, несколько раз готовил завтраки и ужины. Видел, как с каждым его действием всё больше расцветает Любочка. На производстве был большой и интересный заказ, что тоже помогало отвлечься.

Когда раздался звонок Дары, Сава обсуждал с Петром Сергеевичем направляющие для выдвижных шкафов клиента. Главный инженер настаивал на шариковых, мотивируя бо́льшей грузоподъёмностью. Савелий на роликовых, потому что клиент очень просил удешевления.

— Ты пойми, когда у него грохнется ящик с посудой, маслом, бакалейкой, подставь нужное, кто будет виноват? — Пётр по-отцовски обнял. — Скупой платит дважды, мы с тобой это каждый раз обсуждаем! У тебя телефон.

— Да-да, — Сава замер, глядя в смартфон. Слегка отвернулся от Сергеича, чтобы тот не увидел экран.

— Любовь Сергеевна?

Савелий посмотрел на главного инженера. Каждый раз интонация, с которой произносилось "Любовь Сергеевна", напрягала. Но лицо мужика всегда было непроницаемым.

— Нет, клиентка. Я отвечу, — и отошёл подальше.

Дамира плакала.

— Лёша меня обидел, накричал, так схватил за руки, что у меня синяки, — жаловалась в трубку.

— Я тут причём? — сдержанно поинтересовался Сава.

— Приезжай, пожалуйста. Поговори с ним. Обижать женщину — это не правильно. Ты совсем другой и сильнее, он послушает тебя.

— Не надо меня втягивать в ваши отношения!

— Ой, нет, Лёш, пожалуйста! — послышались звуки борьбы, вопли Дамиры, грубый голос Алексея. Затем глухой удар, трубка явно упала и отключилась.

Савелий стоял, тупо глядя в телефон.

— Проблемы? — Пётр Сергеевич подошёл и вцепился взглядом.

— Небольшие, — ответил, натягивая на лицо безразличие. — Поеду, Сергеич. А насчёт направляющих — делай, как сочтёшь правильным.

Главный инженер проводил сканирующим взглядом, стало не по себе.

В доме Дамиры стояла тишина. Саву обожгло дежавю.

Женщина сидела на кухне. Шмыгая носом и время от времени прикладываясь к стакану "Old fashioned", в котором, судя по бутылке, стоявшей рядом, было виски.

— Выпей со мной... — голос потерянный, во взгляде напряжение.

— Не хочу. Что тут у вас произошло? — Савелий подошёл и сел напротив.

Дара встала. Достала ещё один стакан, бросила туда пару больших кубиков льда и, налив сверху них янтарную жидкость, поставила на стол. В нос ударил запах дорогого односолодового виски. Мужчина поморщился, хотелось выпить одним махом, но сдержался. Женщина подошла вплотную и засучила рукава чёрного спортивного костюма с черепом из страз. На запястьях и чуть выше проступили пятна. Сава смотрел и не понимал. Очень это было не похоже на Лёху.

Дотронулся до одного пятна, Дара подалась вперёд. Отшатнулся, встал, не понимая, как себя вести. Схватил со стола стакан и выпил. Поставил на стол, медленно налил ещё порцию.

"А если она всё рассказала Лёхе? Совсем нет желания с ним ссориться".

Выпил и снова налил, подумал: "Вот чёрт, не хотел же пить", — в голове начинало приятно шуметь, в теле появлялась лёгкость, снимались напряжение дня и все заботы.

Дара не спеша подошла и прижалась к его груди. Обняла своими изящными руками, длинные пальцы прошлись по спине, пробуждая сотни мурашек. Сава боялся шевельнуться. Запах её духов, смешанный с алкогольным, и уязвимая мягкость сбивали все ориентиры.

— Поцелуй меня, пожалуйста. Мне сейчас очень важно почувствовать, что я нужна хоть кому-то, — она привстала на носочки и прильнула своими губами к его.

И снова он провалился, упал в чарующую, мутную магию этой женщины.

Планы меняются

— Ничто на Земле-е-е не прохо-о-одит бессле-е-едно-о-о. И юность уше-едшая всё же бессме-е-ертна-а-а, — голосила я, складывая в чемодан вещи. Дети суетились вокруг, собирая свои книжки и игрушки. Хлопнула дверь — это Ленка вернулась от заказчика.

— Как мо-оло-оды мы бы-ыли-и, как мо-о-оло-оды мы бы-ыли-и, как и-и-искренне-е-е люби-или, как ве-ерили-и в себя-а-а! — подхватила она зычным, хорошо поставленным голосом, заходя в комнату.

"Оу, у кого-то явно хорошее настроение", — подумала я.

Все бросились к ней обниматься. Ленка сияла, нет, лицо было максимально спокойным, но я-то её знала давно.

— Ну что, всё-таки отправляетесь в ночь? — как можно более безразлично, спросила она, но в голосе угадывался скрытый смысл.

— Да, проскочим без пробок и как раз поутру приедем. Будет весь день впереди, — глянула на часы. Одиннадцать вечера. — А ты что так поздно?

Подруга наконец загадочно улыбнулась. Я повела бровью. Она, не переставая улыбаться, закусила губу и покивала головой.

— Ну вот что ты за подруга? Мне уезжать, а она тут интриги плетёт! — я была готова лопнуть от любопытства.

— Оставайся и будешь в курсе всех последних новостей, — хитро произнесла. — Кстати, все твои свечи ушли и нужно ещё столько же, а лучше в два раза больше, — она достала деньги и положила их на кровать.

Я поражённо посмотрела на стопку пятитысячных купюр.

— Лен, поклянись, что это не ты их купила!

— Да больно надо, Люб. Ну ты чего? — она развернулась и, поманив меня рукой, ушла на кухню.

— Так, дети, заканчивайте сборы и ложитесь спать. Завтра мы явно никуда не едем, — я задумалась, а потом повеселела, это ж, что значит, у меня есть деньги, немного, но прямо свои-свои! А ещё кто-то оценил мой труд! Пискнула от счастья. — "Пить так пить", — сказал котёнок...

— Когда несли его топить, — хором закончили дети.

— Мам, мы будем ещё партию свечей делать? — Костя подошёл и, обняв меня, зарылся головой в плечо. — Может, вообще никуда не поедем?

— И делать будем, и поедем. Лето, что в городе киснуть? А там воздух, дом на берегу озера, папа даже мостки сделал. Надеюсь, они ещё живы.

Мне стало грустно. После смерти мамы папа продал их квартиру в Москве и купил землю недалеко от Валдая. Об этом они вместе мечтали, хотели построить там дом, чтобы жить круглый год. Но, когда мама тяжело заболела, пришлось эту затею отложить.

Она болела всё сильнее, и вскоре стало понятно, что, пока она жива, из Москвы никто не уедет. Ну а после смерти папа всё провернул очень быстро. Муж с братом ему помогали с продажей квартиры, Егор лично ездил, отсматривал предполагаемые варианты мест. Потом они все вместе ставили дом на купленной земле. Каждый год, летом, пока отец был жив, мы приезжали туда минимум на месяц. Зимой встречали Новый год. Так что это место, по сути, было семейным гнездом.

Папа там и умер, тихо, никого не напрягая. Просто уснул и не проснулся. Всё произошло быстро, вечером мы ещё разговаривали по телефону, а утром позвонил сосед, который приходил почти каждое утро к нему рыбачить, и сказал, что папу увезли в морг на Валдай. Похоронили его в Москве, рядом с мамой. В доме после этого я была всего один раз, пару лет назад.

На кухне Ленка, пританцовывая, заваривала чай.

— Даже не знаю, насчёт чего тебя мучить вначале, — я подошла к окну, оттуда было лучше видно её лицо.

— Начни с того, что тебя больше интересует, — подняла она глаза и снова опустила, слегка розовея.

Ой-ёй-ёй, подруга покраснела??? Ладно, порозовела, хотя ощущается как "покраснела". Я прыснула. Она развернулась ко мне лицом, привалив поясницу к столешнице.

— Ну да, да-а-а.

— Я ничего не спрашивала, — и снова прыснула.

— Тогда уже спроси!

— Хорошо, кто купил свечи и зачем ещё столько же? — конечно, я хотела спросить совсем другое! Но позлить Ленку — бесценно.

— Зря ты, я ж отомстить могу, — она прищурила глаза, но долго не выдержала: — Ладно, злюка, слушай.

И она поведала, что ею заинтересовался исполнительный директор того самого фитнес-клуба, для которого делала ролик и куда мы отнесли свечи. Пригласил на деловой ужин, сказал, что хочет на день рождения клуба сделать памятные подарки сотрудникам. В том числе видеоколлаж про каждого и мои свечи. А в конце вечера предложил ещё раз куда-нибудь сходить, просто так, вместе.

— Понимаешь? Просто так!

— Слушай, Лен, а разве такими делами занимается исполнительный директор? — я что-то не могла понять, шутит она или нет. — Как-то не по статусу.

— Люб, ты чего? Ясен пень, это был просто предлог, чтобы встретиться! Но я ж приличная, сделала вид, что не поняла. Внимательно слушала, кивала, — она хихикнула. — Ты бы видела, как он старался, намекал.

— Но ты, конечно, не кололась! — тоже хихикнула, представляя себе это "деловое свидание" и потуги бедного исполнительного директора напротив покерфейса подруги. Она могла кого угодно довести.

— Конечно! Хочет ухаживать — пусть делает красиво, а не вот это всё.

— Помедленнее, я конспектирую! — восторженно произнесла. — Очень за тебя рада!

— Ладно, — посерьёзнела Ленка, — пока рано радоваться. Посмотрим что за фрукт... Но свечи делай. Зря, что ли, я выпендривалась?

— То есть там деньги за всю предыдущую и следующую партии?

— Ес-с-сественно! Ты ж меня знаешь, я без предоплаты не работаю и тебе не советую.

— Чудесно! За что мне такая классная подруга? — я отлепилась от окна и придушила её в объятьях.

— Но-но, полегче! Может, я ещё раз замуж соберусь, но это не точно... Кста-а-ати, а Савелий так и не звонил?

— Нет. Видимо, сделал ещё одни ключи, — я пожала плечами. — И хорошо, так легче.

— Всё равно придётся с ним рано или поздно встречаться. Разводиться то думаешь или что дальше?

Я опять пожала плечами. Меня жутко огорчало, что он даже не звонил детям. Но решила пока не инициировать это.

Так с с лёгкой руки Ленки я осталась ещё на неделю в Москве, и на Валдай мы попали уже в середине июня.

Дорога далась легко, я вообще люблю водить машину, особенно на дальние расстояния. Слушаешь аудиокнижку или музыку, дети спят, потому что езжу на дальники ночью. Машин мало, трасса свободная. После Валдая дорога стала сильно хуже.

"Когда уже её нормально сделают?" — думала я, трясясь по ухабам. Деревня встретила криками ранних петухов, запахом воды и цветущих трав. Остановилась около поля и вышла из машины. Как же здесь здорово! Простор, небо синее, чем в Москве, чистый воздух и такое особое чувство иной жизни, которое возникает только в довольно глухих деревнях. Даже несмотря на попадающиеся современные дома типа нашего. Свежие молоко, яйца, зелень, курочки. Я жмурилась в лучах утреннего солнца и ощущала детскую радость.

Участок встретил скрипучей калиткой, а дом — на удивление приятным уютом. Будто здесь жили всё то время, что нас не было, и ждали, когда мы приедем. Я внимательно всё оглядела. Складывалось впечатление, что пол в гостиной новый, но уверена не была. Даже пыли почти не лежало. Посуда чистая, около камина стопка дров, полная поленница во дворе. Вспомнить, как всё оставалось после нашего последнего приезда, не могла. После смерти отца находиться тут было невыносимо тоскливо.

Дети сонно затаскивали свои вещи на террасу. Я пошла разжигать камин, было сыровато. Пока проживём на нём, но с котлом придётся разбираться и делать это быстро, тут сильно чувствовалось, что природа уже северная. Дожди могли зарядить в любое время, накрывая всё вокруг туманом и промозглостью.

Днём поехали за продуктами, на обратной дороге, отправив детей домой, зашла к папиному другу за яйцами и молоком.

— Дядь Паш, у нас котёл не работает. Подскажите, кто его мог бы починить? Или, наверное, надо новый покупать, — мы стояли посреди его огорода, и я уже присмотрела нужную зелень. — Нарвёте мне лука, укропа и листики чеснока?

— Зачем тебе котёл? — удивился он.

— Так, он же сломался, ещё в прошлый наш приезд.

— Уверена? — хитро прищурился сосед и, не ждя моего ответа, пошёл рвать то, что просила.

Я озадаченно пыталась вспомнить. Не, ну точно был сломан. Помню, как хотела быстрее отсюда уехать, так как помимо внутреннего холода одолевал ещё и внешний. Савелий тогда очень меня поддерживал. Привёз, отвёз, помог разобрать дом. Гулял, играл и купался с детьми. Всячески старался облегчить мою боль. Ночью обнимал и баюкал. Какой он был тогда ласковый, нежный, надёжный и близкий. На глаза навернулись слёзы.

"К чёрту мужа!" — и пошла смотреть, что там с котлом.

___________________________________________________________

Дорогие читатели, напоминаю, что ВКонтакте появляются визуалы.

Сообщество "Мир автора Лины Линевской". Заходите!

И помните о звёздочках, лайках и подписках, что так радуют автора)!

Папа приееехаааал!!!

Я растерянно топталась в комнате, отведённой для "железного монстра". Вдруг поняла, что не знаю, как его запустить. Пришлось опять топать к дяде Паше.

— А где Савелий-то? — обжёг меня вопросом крепкий и уже весьма загорелый, несмотря на начало лета, дедок.

Утром я была уставшей с дороги и не обратила на его внешность сильного внимания. Сейчас, поспав пару часов и отдохнув, отметила, что за несколько лет друг отца совсем не изменился. Коренастый, аккуратно одетый, с обветренным лицом и кряжистыми руками он стоял, опираясь на лопату. Солнце играло в седых, слегка вьющихся волосах до плеч.

— В Москве, где ему быть? — ответила уклончиво.

— А ты, стало быть, с малыми приехала дом обустраивать?

— Хотим тут всё лето быть. Такие вот пока планы. Так Вы поможете?

— Отчего ж не помочь красивой молодухе? — он весело хмыкнул и воткнул лопату в землю. — Пустишь потом порыбачить на ваш причал?

— Конечно, приходите, когда хотите! Вы ж знаете, мы Вам всегда рады. Думаю папа... — запнулась, — был бы счастлив знать, что дружим и общаемся.

— Эх, Серёня, Серёня! — крякнул дед. — Да что уж. Все под богом ходим. Пошли, дочка.

Он заскочил в теплицу и вынес оттуда пучок совсем крохотной редиски.

— На-ка вот ребятне погрызть.

Шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Я — об отце, он, наверное, тоже.

Пока я звала детей, чтобы поздоровались, дядя Паша юркнул в дом, не дожидаясь нас. Вышел довольный.

— Готово, хозяйка, принимай работу! А кто это такой большой у нас? — он первый протянул Косте руку, слегка наклонившись.

Сын его помнил и серьёзно, по-мужски протянул в ответ свою. Ксюшка же спряталась за меня и опасливо выглядывала из-за спины. Она была совсем крохой в последний наш визит и папиного друга, конечно, забыла.

— Милая барышня, я дедушка Павел, — поставил ноги вместе, выпрямился и, подмигнув дочке, резко кивнул, уронив голову на грудь. — А Вас, как зовут?

Я была уверена, что имя он помнит, но девочке очень понравился этот жест и обращение. Она сделала шаг в сторону, изобразила книксен и быстро спряталась обратно. Оттуда представилась.

— Очень, очень рад встрече, — добродушно ответил старик. — Ну, что ж, у вас всё прекрасно работает. Пожалуй, пойду, вечерком загляну на рыбалку. Константин? Вам взять удочку?

Сын посмотрел на меня, я кивнула. Он радостно запрыгал, а Ксюша насупилась.

— И прекрасной мадемуазель возьму, главное, чтобы Вас рыба не утащила вместе с этой удочкой, — он опять подмигнул и пошёл к калитке.

— А что, такое может быть? — брови дочери были готовы залезть на середину лба.

Я пожала плечами, меня больше насторожил работающий котёл. Я точно помнила: он был сломан!

— Ну вот и что тебе не так? — спросила вечером по телефону Ленка.

Дети легли спать и даже не дождались меня с книжкой, так устали от впечатлений. Дядя Паша пришёл с удочками ближе к вечеру, как и обещал. Они все вместе вначале искали червей под камнями на участке, потом он учил насаживать этих червей на крючок. Ксюша поранилась, а дедок долго извинялся передо мной. Потом мы ужинали все вместе рыбой, что они поймали. Костя был в диком восторге и пытался напроситься в гости, но Павел, глянув на меня, строго сказал, что всё завтра, поздно уже.

— Ты понимаешь, Лен, ну вот помню: был сломан. Я ж не сумасшедшая.

— Вспомни, в каком состоянии была в свой последний приезд! Сама же рассказывала, всё как в тумане и постоянно слёзы на глазах.

— А котёл помню! — упрямо повторила.

— Хорошо, хорошо. Успокойся. У кого-то ещё ключи от дома и участка были?

Я задумалась. Точно есть у дядь Паши. Но он бы сказал, если сам починил. А больше ни у кого.

— Не, Лен, ни у кого, только у папиного друга, — и, предвосхищая вопрос подруги, выпалила, — но он ничего не чинил!

— Знаешь, Любка, вот если б твою хату обнесли, тогда повод для паники был бы веский. А так я не понимаю, что тебя смущает.

— Тут и дрова, и дом будто топили к приезду. Всё чистенько, соображаешь?

— Ты прямо Пинкертон. Что, прям всё-всё чистенько? И дом был тёплый? — заинтересованно спросила.

— Ну не прям-прям, но-о-о... А ещё точно помню: половицы были проваленные в гостиной и одна перилина на второй этаж отваливалась. Лен, ну честно, сейчас всё как новое.

— Ковров персидских не положили?

— Не веришь, не надо. Сама разберусь! — обиделась я.

Уже казалось, что всё не на своих местах, пульт вот от телевизора, например. Я его всегда клала на каминную полку, а сейчас мы его еле нашли. Тарелки сложены, не так, как я люблю. И вроде всё по мелочи, но меня начала мучить паранойя.

— Я рада, что ты хорошо добралась, что тебе помогли, что дети счастливы и всё такое. Жаль только не спросила, как у меня дела, — вздохнула подруга.

— Ой, прости, — смутилась. — Как у тебя дела? Директор твой появлялся?

— А вот не скажу, — злорадно ответила. — Мучайся, истеричка!

— Злая ты. Хорошо. До завтра.

— Найдёшь новые улики — звони. Кстати, краской не пахнет?

Точно! Вот оно то, что меня смутило, когда открыла дом. Лёгкий, почти неуловимый чуждый запах. Но точно сказать краска это или ещё что, не могла.

Пару дней мы обустраивались. Я прочла сыну и дочери лекцию на тему безопасности на воде. Договорились, что без меня они не купаются.

— А с дедой Пашей можно? — тут же уточнила Ксюша, старика она безоговорочно приняла. Надо отдать ему должное, с детьми он ладил прекрасно.

Как-то вечером, пару дней спустя, когда мы сидели у камина и смотрели телик, в дом вбежала Ксюша с радостными воплями:

— Папа прие-е-е-ехал!

Сава. Прошлое

Ему нравились целеустремлённость и жёсткость, с которой она общалась с подчинёнными. Люба, например, говорила, что сотрудников надо уважать и максимально понятно объяснять поставленные задачи. Дара же считала, что персонал — это в основном довольно тупые люди, которые только и хотят, что обворовать её и не хотят работать. Что главное — её приказы. Если их не понимают, то это не её проблемы. Всех всегда можно заменить.

Он залипал, когда в разговоре она могла случайно погладить свои волосы, грудь. Провести руками по бёдрам, обтянутым узкой юбкой, разглаживая невидимые складки. Казалось, что его тело реагирует на любые её движения.

Лёха ничего не знал, и от этого становилось совсем не по себе, но Дамира попросила дать время, чтобы всё ему рассказать. Однако прошло уже четыре месяца, а друг так и не был в курсе. Собственно, со всеми вытекающими последствиями, которые мужчине не нравились.

— Дамир-р-ра! — прорычал Сава и поймал любовницу в объятия, хотел поцеловать, но она отстранилась. — Когда ты уже расскажешь Алексею о нас?

— А когда ты расскажешь о нас своей жене? — резко вывернулась и, поправляя рубашку, на которой мужчина уже успел расстегнуть пуговицы до открывающейся ложбинки, отошла к креслу у себя в гостиной.

Савелий опешил. Этот вопрос никогда не поднимался. Наоборот, Дара всегда акцентировала внимание, как здорово, что у каждого своя территория, свои интересы, что они не надоедают друг другу бытом. "Для этого у тебя есть жена!" — любила повторять. Это вполне устраивало, однако она всё чаще просила его остаться на ночь, провести вместе выходные. Такого мужчина себе позволить не мог. И так Любочка сильно расстраивалась, когда он возвращался поздно и особенно, если подвыпивший. Семьёй он дорожил. В отличие от дома любовницы, там было спокойно, уютно. Там он отдыхал. Довольно просто удалось снять с себя все обязанности, в том числе и детские.

— Ты столько работаешь, тратишь жизненные силы на зарабатывание денег. Обеспечиваешь быт, живёте в твоей квартире. Жена просто обязана сама крутиться по дому, а не вешать на тебя всё, — говорила Дамира, и Савелий постепенно согласился, что действительно это правильно. Не всё же ему одному тянуть.

Что нашло на женщину сейчас, он не знал.

— Не понял. Хочешь, чтобы Люба узнала о нас?

— Я хочу, чтобы ты больше проводил времени со мной, — она зло посмотрела. — Будет жена знать о нас или нет, мне всё равно.

— Твой тон мне не нравится, — осадил её Сава.

— Да-а? — искусственно удивилась. — А обманывать жену и друга нравится? — в её карих глазах проскользнуло что-то тёмное, нехорошее.

— Дамира? Ты мне угрожаешь? — округлил глаза.

Настроение женщины неуловимо поменялось, взгляд смягчился.

— Малыш, ты — самое дорогое, что у меня есть. Как мог подумать такое обо мне? — она подошла и, обольстительно выгнувшись всем телом, перетекла к нему на колени. Обхватила плечи, прильнув губами к чувственному месту за ухом. Поиграла там языком, чем заставила всё естество напрячься. Почувствовав его возбуждение, она тут же встала, слегка приподняла юбку и начала медленно стаскивать чулок. Потом, будто передумав, вернула его на место и одёрнула юбку обратно. Сава потянулся, прикоснулся ладонью к ноге под коленкой, замер, а потом повёл руку вверх, приподнимая подол. Но чертовка опёрлась коленом о его грудь и ощутимо пихнула. Затем, отойдя к креслу, села, медленно уложив ногу на ногу. Вскинула упрямый взгляд и, облизнув, прикусила нижнюю губу.

Савелий не любил всех этих "зайчиков, котиков, миляшей" и прочее. Любочке никогда даже в голову не приходило его так называть, за что он её очень уважал. Однако в устах любовницы "малыш" всегда звучало по-особенному. Соблазнительно, интимно, жарко возбуждающе. Ему сразу хотелось наброситься и растерзать, подмять. Доказать свою силу, показать, на какую страсть способен.

Обычно этим и заканчивалось. Женщина провоцировала, он срывался, хватал её в объятья, кидал на кровать, рвал бельё. Дамира сопротивлялась, иногда их баталии походили на драки, которые перетекали в необузданное действо. Потом, отходя от таких утех, любовница часто ему с восхищением говорила: "Какой же ты у меня дикий тигр, малыш!" И в груди мужчины разливалось яркое чувство удовлетворения от себя.

Вот и сейчас, Савелий вскочил. Тело требовало разрядки. Подойдя к Даре, схватил за волосы на затылке и заставил откинуться на спинку кресла. Другой рукой грубо сжал подбородок. Но послышался звук хлопнувшей уличной двери и ему пришлось отпустить женщину.

Когда в гостиную вошёл Алексей, Сава разогревал в микроволновке мясо, опираясь боком о край стола, а Дамира без интереса листала журнал.

— Чего не сказал, что поедешь сюда? — озадаченно перебирая их взглядом, спросил друг.

— Мимо проезжал, думал, что застану тебя, вот и зашёл, — доставая тарелку, Сава развернулся спиной, руки дрожали от возбуждения и напряжения. Этого Лёхе лучше не видеть...

— Мог позвонить... — мужчина растерянно потёр глаз. — Не собирался заезжать, но Дарочке срочно нужны были деньги, решил не тянуть и сделать сюрприз.

— Дорогой, надеюсь, ты останешься на ночь? — перевела разговор женщина, встала и, мягко покачивая бёдрами, двинулась в его сторону.

Савелий замер, такие моменты он ненавидел. Сейчас она обнимет Лёху, может и ещё что-то сделать, менее невинное. А он будет молчать. И злиться, скрипеть зубами, свирепеть, понимая, чем у этих двоих закончится вечер, а если друг останется, то и продолжится ночью. Но ничего сделать не сможет. Так и поедет домой, взбудораженный, нервный, злой.

Гость

— Папа прие-е-ехал! — восторженно кричала Ксюшка, забегая в дом.

Дверь была прикрыта, так как комары да и прохладно. Не первый день поражаюсь, как мои чада вообще купаются, вода леденющая. Хотя, наверное, дети и на северном полюсе купаться будут.

Дверь дёрнулась и, распахнувшись, стукнулась о стену. В гостиную вплыла загадочная, огненная, словно нарисованная Куинджи, ночь. В конце июня, во время солнцестояния, на Валдае они самые светлые. Небо часто выглядит так, будто в него кинули палитрой с растяжкой красок от жёлтого до тёмно-бордового, а потом другой, с голубой и тёмно-синей. Сейчас всё это красиво растеклось и, вуаля, ворвалось в мой дом, вместе с воплем дочери. Конечно, я напряглась и, поднявшись, с опаской взглянула на улицу. На дворе никого, на месте, оборудованном для стоянки трёх машин, по-прежнему только моя. А Ксюша уже унеслась за калитку, в светлые сумерки деревенской улицы.

— Ма-а-ам, а папа предупреждал? — Костик оторвался от просмотра любимого нами сериала "Детство Шелдона". Сейчас был замечательный момент, когда бабушка шла на свиданку, поэтому тон сына был слегка рассеянным.

— Нет! — чересчур резко ответила. — Я пошла за Ксюшей. Не пойму, где она увидела отца.

Выйдя на улицу, заметила у дома дядь Паши чёрную "Тойоту Ленд Крузер". От неё в мою сторону, периодически оглядываясь, бежала дочь.

— Ма-а-ам, ма-а-ам! — заорала, увидев меня. — Это не о-о-он! — в её голосе слышались разочарование и горечь.

Добежав, обняла, обхватила руками и, уткнувшись в мой живот, зарыдала.

— Это не папа, не па-а-а-апа-а-а!

Сердце сжалось. Погладила её по голове и, наклонившись, начала целовать в тёплую макушку. Даже не подозревала о том, как сильно скучает дочь по Савелию. Казалось, делала максимум для радостной и спокойной жизни детей и меня им вполне хватает. Но вот, подишь ты...

Хлопнула калитка дяди Паши, я распрямилась, оторвавшись от дочери. На сельской улице появилась мужская фигура, силуэтом, ростом и чертами лица издалека действительно очень похожая на мужа.

— Иди в дом милая, — я с непонятно откуда пришедшим воодушевлением смотрела в колдовское марево полусумрака близившейся ночи.

Там неспешно шёл ОН. В тёмном, возможно, чёрном костюме тройке. Издалека казалось, что белая рубашка буквально светится. Верхние пуговицы расстёгнуты, галстука нет. В голове началось движение и анализ. Муж, конечно, носит костюмы, но крайне редко, предпочитая им обычный кэжуал. И уж точно не поедет одетый подобным образом в деревню. К тому же в том, как мужчина нёс на себе одеяние, виделась рука профессионала. Оставался только... Егор?

В момент, когда эта мысль, словно молния, шарахнула в голову, сердце решило, что я слишком спокойна для такого момента. Заколотилось, отдавая в живот щекоткой, а в уши громким "ТУК-ТУК". Физически почувствовала, как бьётся жилка на запястье. Поймала себя на том, что дышу слишком часто и поверхностно. Попыталась успокоиться, но не успела. Егор остановился рядом, сцепил спереди руки в замок и посмотрел в глаза.

Сколько мы не виделись? Пять лет! Пять долгих лет я только иногда слышала его голос. Мужчина неуловимо изменился, взгляд стал более суровым, чем я помнила, на лбу пролегли несколько глубоких морщин. Он был модно подстрижен и уложен. Меня, как облаком, укрыло его ароматом, от которого мозг буквально отключился.

О! Я знала этот запах. Как-то приехав с мужем к одному из клиентов на замер кухни, я чуть умом не двинулась. Ходила за заказчиком, нюхая воздух. Сава тогда, улучив момент, отволок меня на лестничную клетку, сославшись на то, что нам надо посовещаться.

— Ты что делаешь? — округлив глаза, повысил голос.

— Он так пахнет, м-м-м ... — только сказав, сообразила, ЧТО произнесла. Муж был в шоке.

— Ты нормальная вообще? Нюхать клиента? Серьёзно?

Было жутко неудобно, странно и стыдно. Но после я купила этот аромат мужу, аккуратно выяснив название. Савелий обиделся жутко и хотел выкинуть. Егор в этот момент был у нас дома: "Ну раз тебе не нужен, заберу себе!" Муж зло кинул флаконом в брата, тот, поймав, убрал в кожаный рюкзак.

Однако на нём я так ни разу этот аромат не учуяла. И вот сейчас туманный запах леса, сухофруктов и ванили укутал, сбил с толку, потащил, заставив отключиться от реальности. Что увидел в моих глазах мужчина, оставалось только гадать, но, расцепив руки, он внезапно шагнул совсем близко и сгрёб в объятия так крепко, что было сложно вдохнуть.

— Привет, Любава! — прохрипел, сломавшись на моём имени, ставший за эти годы чужим голос.

Приятная гладкость рубашки ласкала щёку, сомкнувшиеся на рёбрах ладони жгли. Я окончательно начала задыхаться, так и не совладав с волнением и добавившимися обстоятельствами.

— Мам, пап? — вывел из забытья, в которое начала впадать, удивлённый голос сына.

Егор расцепил объятья, и я резко вдохнула. Получился всхлип.

— Привет, Костян! — он, широко улыбаясь, шагнул в сторону парнишки, вынырнувшего из калитки. За ним показался силуэт дочери.

— Ух ты! Егор! — воодушевлённо гикнул сын, подскакивая и прыгая на мужчину. Тот его подхватил и, крутанув, поставил обратно, подставляя ладонь для "петюни". Ксюша с немым вопросов смотрела то на меня, то на брата, то на Егора.

Надо было срочно брать себя в руки. Ворох чувств не давал сосредоточиться и принять решение, что сейчас стоит сделать.

— Здравствуй. Я так понимаю, Ксения Савельевна? — пришёл на помощь брат мужа, делая шаг в сторону калитки. — Я твой дядя.

Дочка, хмурясь, начала ковырять носком землю, явно размышляя, как себя вести.

— Пустите переночевать? — развеселился Егор.

— Ага, — начал подыгрывать сын, — и воды дадим, и накормим, да мам?

—По поводу переночевать, я подумаю, но еды насыпем точно, — мне не нравилось, как всё разворачивалось. Почему он здесь?

— Бегите в дом! Мы с мамой скоро придём.

— А вы куда? — наконец подала голос Ксюша. В нём сквозили ноты ревности.

—Смотри, — мужчина махнул рукой в сторону дома дяди Паши, — вон моя машина. Её надо перегнать сюда и достать подарки, которые вам привёз.

Я укоризненно покачала головой. Надо же, так грубо завоёвывать доверие маленькой девочки? Совсем не в стиле Егора. Хотя все люди меняются со временем...

К машине шли молча. Эта тишина была неуютной, напряжённой. Пространство между нами натянулось в струну и грозилось лопнуть, больно полоснув каждого.

— Как дела? — аккуратно начал Егор.

— Как сажа бела.

— Какими здесь судьбами? — он будто нащупывал, куда можно ступить, а куда нет.

— А ты? — меня прорвало. Остановилась и, развернувшись, вонзилась взглядом в его лицо.

— Что-то случилось? — его глубокий голос звучал мягко, но в нём слышалось слишком много потаённого смысла.

— Егор, почему ты здесь? Что значит твой приезд? Отремонтированный дом — твоих рук дело? — меня несло и остановиться не могла.

Он замер, давая выговориться. Сумеречный лиловый свет, разлитый в воздухе, отражался в его глазах, придавая демонический вид. Я смутилась и замолчала. Уже привыкла, что Савелий в подобной ситуации начал бы орать в ответ, и внутренне приготовилась защищаться. Но мужчина только смотрел. И молчал.

— Любань, — произнёс, когда я, наконец, затихла, — давай успокоимся. А поговорим обо всём завтра. Обещаю честно ответить на все вопросы, по крайней мере, на те, что смогу. — Он попытался приблизиться, но я шагнула в сторону, показывая, что не стоит. Кивнул. Вытащил брелок машины и пикнул автозапуском.

Подойдя к автомобилю, он сперва открыл переднюю пассажирскую дверь, приглашая меня внутрь. В салоне жил уютный запах кожи и Егора. Пока мужчина обходил машину, я оглянулась и замерла. На заднем сидении лежало аккуратно сложенное одеяло, которое я сшила в технике пэчворк на ТОТ САМЫЙ его день рождения.

Подарки

Одеяло выглядело, как любимая вещь, которой давно и явно часто пользуются. Чистенькое, аккуратно сложенное, но потёртое, с оторвавшимися ниточками декора в некоторых местах. Егор, сев в машину, поймал мой взгляд и непроизвольно дёрнулся в сторону заднего сидения, но сдержался. Уверенно вставил ключ в зажигание, мягко тронулся с места, не произнеся ни звука.

В доме царило оживление. Ксюша и Костя накрывали на стол, активно обсуждая приезд дяди.

- Он наверняка привёз мне куклу, всем девочкам почему-то дарят кукол, - размышляла дочь, мешая подогревающуюся в сковородке картошку с грибами.

- А что бы ты хотела? - сын накладывал квашеную капусту в глубокую миску.

Кухонная зона была отделена от основной, барной стойкой. Столешницу для неё папа делал сам из дерева и эпоксидки. Бирюзовые дорожки с вкраплениями камешков стелились по всей поверхности. Немного и моего труда есть в этом произведении искусства. Дальше стол на шесть персон, но при желании его можно раздвинуть на двенадцать человек.

- Я бы хотела книгу про пиратов и разноцветную полимерную глину. - с укором произнесла Ксюша, - Думала, ты знаешь!

- Да откуда? - Костя обернулся на звук входящих нас и хитро подмигнул дяде.

Что за...?

Егор снял ботинки и, протопав босиком вглубь гостиной, сгрузил тяжёлые пакеты на кресло у камина. Несмотря на, все "НО", меня мучило любопытство.

- Надень тапочки, - машинально бросила ему вслед и тут же пожалела.

Когда красивый мужчина в костюме (а он оказался тёмно-синего цвета), имеющий с вами в анамнезе "историю отношений" бросает неоднозначный взгляд, то самое малое, что хочется в этот момент сделать - стать невидимой, в крайнем случае - зеркальной. А уж когда вгрызается своим взором - просто испариться. Таких возможностей наша реальность, увы, не предоставляет, поэтому я всего лишь залилась румянцем и пожав плечами позорно сбежала на веранду, типа что-то взять.

Стоя там и остывая, искала взглядом, чтобы такого занести в дом. Параллельно вела беседу с самой собой. Что ж, пора признать, между нами есть ... есть... что? Вот что это? Притяжение? Узнавание? Игра моего воображения? Что-то есть точно!

Например, пару лет назад, когда мы нашли производство, за мной начал прямо так ощутимо ухаживать Пётр Сергеевич. Его не смущало, что у меня муж и дети. Над Савелием он часто подшучивал, особенно последнее время: "Никогда не говори жене, что её никто не полюбит с детьми. Я её люблю даже с мужем!" Хотя, может, и не шутил. Я не проверяла, да меня он и не цеплял. Было, конечно, приятно внимание, но на этом, и всё. Никаких внутренних откликов. А тут... Меня носило от восхищения до неприязни, от безразличия до ярчайшего интереса. И такие качели мне категорически не нравились.

Схватила в кладовке пакет яблок и решительно направилась обратно в дом. Там сын с братом мужа сидели за столом и оживлённо беседовали, а дочка суетилась вокруг доставая всё новые и новые яства. Уже стояли две розетки разного варенья, чашка чая, мёд и вяленые помидоры, которые явно привёз Егор. Сейчас она тащила бутерброд с печёночным паштетом, который я делала утром.

- Горшочек не вари! - засмеялся мужчина, - Ксана, ты бесподобная хозяюшка, - поймав в фокус глаз зашедшую меня, резко посерьёзнел, - вся в маму.

Опять выходить? И это его "Ксана"... удивительный человек, каждому имени находит новое звучание.

Довольная похвалой дочь залезла на стул рядом с мужчиной и подперев кулачками щёки удовлетворённо стала смотреть, как он ест. От нарисовавшейся перед глазами картины у меня перехватило дыхание, а на глаза навернулись слёзы. Быстро отвернулась. В сердцах разорвала пакет, яблоки с грохотом посыпались в мойку.

Как быстро девочка с ним освоилась - поразительно! Я включила воду и начала мыть фрукты.

- Люба, садись к нам, я не настолько голоден, насколько вы пытаетесь меня накормить!

С каким бы я сейчас удовольствием просто продолжала смотреть с детьми "Детство Шелдона"!

- Уже иду! - мед-лен-но вытерла КАЖДОЕ яблочко полотенцем, достала блюдо и также медленно по одному сложила туда. Лопатки жгло сильно настолько, что впору туда прикладывать лёд, а лучше сбежать в другую комнату. А ещё лучше отправить Егора на луну.

- А когда будут подарки? - с плохо скрываемым нетерпением подала голос Ксюшка.

- Так, - хлопнул в ладоши мужчина, - подарки! - и с шумом отодвинулся от стола. - Костян, неси вон те два зелёных пакета. Придётся поднапрячься, они тяжёлые. - заговорщицкая улыбка озарила его лицо.

Сын с воодушевлением рванул к креслу. Егор, внимательно глядя на дочку, начал доставать одну за одной... книги. Всего четыре штуки. Большие, в ярких твёрдых переплётах с кристаллами разного цвета на каждой.

Ксюха затаила дыхание, глаза её расширились, а ротик приоткрылся. Я была готова этого мужчину убить и расцеловать одновременно. Давно ходила вокруг данной серии, но меня нещадно мучила жаба. Да и Савелий не одобрил бы такую трату. Он вообще не любил печатные книги, предпочитая всё читать в интернете.

- Баандааа Пирааатов!!!!! - завизжала Ксюша и кинулась на шею дарителю.

Шах и мат! Теперь Егор - её вечный любимец. Хорошо это или плохо даже думать не хочу! Пока что...

Сын получил набор стамесок и футбольный мяч известной Питерской команды с подписями игроков. Ясное дело, теперь визжал он.

Я устало прошла к камину, подложила дров и, забравшись с ногами в кресло, прикрыла глаза. Хотелось просто уснуть. О том, что подарят мне, даже думать боялась, понимая, что и тут сын наверняка сдал...

Савелий. Конец апреля

Савелий с Лёхой медленно брели по Москворецкой набережной в сторону Красной площади. Фигура последнего выражала крайнюю степень скованности.

- Спину ломит уже несколько недель так, что готов на стенку лезть. И голова стала часто болеть. - нарушил он наконец молчание.

- Пора бы нам в зал вернуться. Что думаешь? - Сава тоже был напряжён.

Дамира, то скандалила, то была нежна как роза поутру. Её настроение менялось настолько не предсказуемо, что мужчины старались изо всех сил её ублажить. Каждый своим способом. И насколько мог оценить Савелий, именно ему была отдана пальма первенства в постели.

Но Дамира всё равно бесилась, напивалась, иногда даже дралась. Потом брала себя в руки и могла неделями быть в прекрасном настроении. Затем снова срывалась ни с того, ни с сего в безобразную истерику. Выгоняла то Савелия, то Алексея. Но Лёху, к радости первого, чаще.

Намного чаще!

- Знаешь, - Лёха тяжело вздохнул, - мне кажется, у Дары кто-то есть. - его пасмурный взгляд остановился на водах Москвы-реки, залитых светом фонарей с обоих берегов.

Савелий напрягся, вряд ли друг его проверяет, он не из разряда дипломатов. Но даже то, что сама эта мысль посетила его голову, напрягло.

- А ещё, - Лёха оторвался от созерцания воды и посмотрел вдруг с воодушевлением на друга, - у неё, кажется, загибается бизнес и это мой шанс!

- Что ты несёшь? Какой ещё шанс? - Сава сильно удивился новости, но больше разозлился на такую странную радость друга.

- Хочу быть с ней! Понимаешь? Влюбился, как пацан, срывает крышу от чувств и эмоций, мозгами понимаю, что так нельзя, но..... сердце.... сердце рвётся! Пока она такая независимая ничего не получится, не выберет меня. Точно знаю, не выберет! - Лёха махнул рукой опять поникая, - Ей и так хорошо. А теперь ещё вижу, что не один я такой желанный. То управляющего салонами у неё застану, то пацан её какой-то провожает. Она, конечно, отшучивается, но я-то всё чувствую. - ударяет себя кулаком в грудь.

- А жена? - вот чёрт, одна новость "приятнее" другой.

- А что жена?

- Ты всегда считал, что семья и дети - это святое.

- Ну, считал. Блин, Сав, ты никогда не влюблялся, что ли? - поморщился с досадой. - Вроде же любишь жену, сам говорил.

Савелий помолчал, потом спохватился.

- А что с бизнесом-то у Дары?

- Помнишь, я ей как-то пару месяцев назад деньги привозил? Она тогда крупную сумму в долг попросила.

Мужчина очень хорошо помнил этот вечер. Лёха их с Дамирой чуть не застукал тогда.

- Так вот, позже призналась, что отдать не сможет. - он заулыбался, но быстро снова поник, уставившись отсутствующим взглядом вдаль.

Лёхины перепады настроения начинали нервировать, весь разговор жутко напрягать. Но Савелий понял, что надо дожать, узнать что там с бизнесом. Кажется, он нащупал рычаг, с помощью которого сможет надавить на "их любовницу", чтобы оставить её только себе.

- А я очень обрадовался, - надежда вернулась в голос Алексея, - значит, нуждается во мне, будет держаться. Но сейчас не чувствую этой уверенности. А если она ещё кого-то найдёт, кто деньги давать будет? - он порылся в кармане и, достав мобильный, открыл в нём галерею. Сунув экран другу под нос, стал показывать откровенные фото Дамиры. - Смотри, раньше постоянно мне такое слала, а сейчас перестала.

"Конечно!" - победоносно подумал Савелий, - "Потому, что теперь она это шлёт мне!"

- И спать мы почти перестали. Видать, лучше кто-то появился в постельных делах. - Лёха вдруг схватил друга за грудки и отчаянно уставился ему в глаза, - Что мне делать? Как вернуть её расположение? Ты мне друг? Посоветуй!!!

- Да откуда я знаю? - Сава принялся отцеплять от себя "товарища по койке", - Ваши дела, сами разбирайтесь! - внутри мужчина ликовал. Беспокоили только слова об управляющем и других мужиках. Надо поговорить с Дамирой, выяснить что за нафик. А заодно узнать, что там у неё с бизнесом происходит, помочь в случае чего.

Дамира вначале сопротивлялась, но потом сдалась и начала потихоньку вводить Савелия в курс своих финансовых дел по салонам. Там был полный бардак. Молодой управляющий мышей, как оказалось, совсем не ловил и вообще мало разбирался в бизнесе.

- Как ты вообще с ним продержалась столько времени? - удивлялся мужчина, - Он же тупой и абсолютно не компетентный в этой сфере.

- Да он не так давно работает, - пожала плечами женщина.

- А куда делся тот, кто был до него?

- Уволила, он хамил и не выполнял распоряжения! - начала раздражаться Дара, - Ты помогать мне будешь, или умничать?

Пораспрашивав ещё немного, Сава пришёл к выводу, что предыдущий управляющий был мужик неглупый и разбирающийся. Что он не поделил с Дамирой, оставалось загадкой.

- Послушай, надо целиком перестроить работу. Нанять другого управляющего, отправить персонал на курсы повышения квалификации, обновить оборудование, закупить более дорогие материалы, расширить палитру. Может грамотного подолога найти! - всё это он аккуратно выяснил у Любочки.

Как активный пользователь подобных услуг - жена отлично разбиралась в нуждах клиентов. Раньше он от неё открещивался и даже ругался, когда пыталась рассказать о провалах в сфере маникюрного сервиса, теперь это служило на пользу. И Любе было приятно! Видел, как она начала таять и вдохновенно делиться информацией, когда муж стал внимательно слушать, задавать уточняющие вопросы, пытаясь понять всё, что она говорила.

- Да пошёл ты!.. - заорала Дамира, - Умник нашёлся!.. Не можешь помочь, так не лезь! Скотина! - схватила снифтер с коньяком, который пила и, остервенело, запустила его в стену. Янтарная жидкость, образовав яркое пятно, поползла тонкими ножками вниз, сочно окрашивая стену, - Ты как Лёха! На словах Лев Толстой, а на деле хрен простой!

Чтобы Дара остыла, Савелий пошёл проторенным путём. Схватил любовницу и потащил в постель.

Чары

- А для тебя у меня будет особый подарок!

Да кто б сомневался! Сейчас надо собраться как-то с мыслями и логически объяснить, почему этот подарок я не приму. Объяснить так, чтобы не показаться высокомерной, чтобы не обидеть. Ведь он наверняка искренне, от всего сердца. Хотя что я знаю о чистоте намерений? Его присутствие и всё, что сейчас происходит очень странно. Мы не виделись пять лет, а он ведёт себя так, будто никуда не уезжал и, как обычно, заскочил в гости. Это разве нормально?

Егор медленно подходит и окидывает меня опасным взглядом. Жадно едет по лицу, сосредотачивается на губах, сползает вниз к груди, где задерживается чуть дольше приличного и продолжает дальше, скользить по животу, ногам. Рефлекторно поджимаю их, на мне шерстяное платье чуть выше колен, от этого неуютно, будто раздета. Мужчина приоткрывает рот, вижу его белые зубы. Они блестят и завораживают. Облизывает губы, начинает дышать всё тяжелее и медленнее. В груди начинает метаться огонёк, потихоньку разжигающий пожар внутри. Тёплые волны всё шире разливаются по телу. Мне это начинает совсем не нравится.

Снимает пиджак и жилетку, кидает их на кресло рядом с моим. Затем ловит вниманием мои глаза и... начинает медленно расстёгивать рубашку. Это выглядит жарко, сексуально и жутко неприлично. Рывком вытаскивает её края наружу, дойдя до пояса брюк. Я зачарованно смотрю на это действо, отмечая внутри приятное томление.

Щёлк! Ремень! Вздрагиваю. Твою мать! Что он творит? Что делать мнееее??? Пытаюсь пошевелиться и не могу. Низ живота мучит пламя. Руки-ноги будто свинцовые. Дети! Поворачиваю голову в сторону стола, где они только что радостно обсуждали подарки, но там никого. Пусто, в гостиной мы одни.

"Когда успел их отправить? И куда? Если они сейчас придут - это будет мега фэйл! Ну не такой же он дурак? Значит, точно знает, что Ксюша с Костей не появятся, а это означает?... О боже!!!"

А мужчина уже снимает рубашку. Она застревает на его выпуклых дельтовидных мышцах. Наконец, соскакивает и начинает плавно, как в замедленной съёмке, сползать по бицепсам. Кажется, у меня открывается рот, но не уверена. Просто в шоке. Наконец, рубашка, белым облаком, падает на пол. Кожаный ремень хищной змеёй струится по ногам, наводя на мысли о совсем другом. Выдёргивает его, кидает рядом с "облаком", расстёгивает пуговицы брюк и присаживается у моих ног. Готова взорваться!

Вижу каждый сантиметр его каменной груди, бархатистая кожа зовёт прикоснуться. Отмечаю, что у него короткие, явно жёсткие волоски на груди. Бреет? О чём я вообще думаю? Взгляд не поддаётся воле и ползёт вниз, отмечает там нереальные для его возраста кубики. Как ему удаётся сохранять такую прекрасную физическую форму? Размышляю, что давненько мне не попадались столь рельефно очерченные мужчины. Раньше Савелий был таким же, но в последнее время вижу, что начал оплывать, хотя в тренажёрку ходит регулярно. Или только говорит, что ходит?

Егор совершает неуловимое движение и мышцы перекатываются по телу, делая его похожим на зверя. Дикая, хищная энергия бьёт по моим нервам, заставляет задерживать дыхание. Он божественно красив, отвести глаза выше сил. Невыносимее только желание прикоснуться. Наслаждаюсь представившейся картиной, буквально вылизываю его взглядом, ласкаю, смакую. Готова уже всё послать и прыгнуть в его руки, отпустить себя, прильнуть, вкусить, насладиться.

"Что за наваждение? Может виновато воздержание? Сколько у меня не было секса? - припоминаю, - Почти месяц, но это ведь не повод? Всегда контролировала такие вспышки. Да и подобная аскеза не впервые, после рождения сына была, когда муж меня не хотел, потом рождение дочери - снова та же ерунда. Последний раз пару месяцев назад, видимо, когда Дара появилась. Фу гадость! Такой момент, а я реально думаю о ней?"

От пронёсшихся мыслей немного прихожу в себя, нет, тело всё равно горит, но мозг включается. Однако Егор не даёт остыть, ловит в глазах, которыми я непрерывно и почти не моргая смотрю на него, смену настроения и протягивает руку. Перед глазами мелькает широкая ладонь, пальцы тянутся к моим губам. Прикасаются. Вначале средний проезжается по верхней губе, потом большой сдвигает и прижимает нижнюю. Другую руку кладёт на колено и начинает гладить, ласкать. Снова вспыхиваю и зачем-то пробую его палец на вкус. Медленно веду языком по подушечке смакуя. Он делает резкий вдох и подаётся вперёд.

"Дура, дура! Зачем лизнула? Это же надежда. Нет! Это прямое приглашение! Мне конец!"

Подтягиваю ноги к груди, обхватываю руками и утыкаюсь лицом в колени. Мне стыдно, неловко, совесть заставляет чувствовать себя какой-то распутной девкой. Ощущаю прикосновение к своим плечам, пугаюсь и начинаю брыкаться, вернее, хочу это сделать. Но движений не получается, тело не слушается, будто окаменело.

Он ловко подхватывает меня на руки и несёт, шумно дыша в район шеи. Мурашки бегут по телу, меня начинает трясти от перевозбуждения и желания. Открываю глаза, моя комната, кровать всё ближе. Наконец, собираю все силы, чтобы закричать, но получается нечто средние между стоном и всхлипом.

- Егор! Нет! Ничего не будет! Прости, я случайно это сделала и ты меня неправильно понял! Остановись, пожалуйста...

Мужчина замирает, его губы слишком близко. Тянусь к ним, изо всех сил останавливаю себя. Перевожу взгляд на шею и замечаю ворот белой рубашки. Ничего не понимаю. Дёргаюсь. Он аккуратно кладёт меня на постель, садится рядом. Я жадно оглядываю его фигуру, он ... ОДЕТ! Даже жилетка застёгнута на все пуговицы, не хватает только пиджака. Мы смотрим друг на друга, я с потрясением он внимательно и слегка насмешливо.

- А ты горячая оказывается! Его резкий, хриплый голос взрывает тишину, отчего чары происходящего идут трещинами, окончательно приводя меня в чувства.

Утро добрым не бывает

Сажусь на кровати озираясь. Над панелью изголовья тускло горит ночник, видимо, его заранее включили и поставили на минимум, чтобы не тревожил. В его свете мужчина выглядит всё ещё не реально. Чувствую, как сильно бьётся моё сердце. По спине медленно течёт капля пота. Кошмар! Что это сейчас было? Тяну руку и выворачиваю свет на максимум. Он бьёт в глаза, начинаю щуриться. Егор подсаживается ближе и тянет ко мне руку. Ну нет! Отодвигаюсь.

- Кхм. - прокашливается, - А жаль.

- Что жаль? - спрашиваю с истерическими нотами в голосе.

- Жаль, что проснулась, во сне ты была как Алёна из "Чародеев".

- Какая ещё Алёна? - видимо, не проснулась окончательно и торможу.

- Фильм помнишь? Чародеи? С Фарадой, Гафтом, Абдуловым?

- Припоминаю. - хмурюсь. Мда, в памяти всплывает это чудесно — сказочный фильм по рассказу братьев Стругацких. Там главную героиню заколдовали и, она стала злая. Возвращалась в свою добрую ипостась только во сне. И вроде, чтобы она расколдовалась, должна была поцеловаться с Абдуловым - главным героем.

- Это какой-то скрытый намёк?

- Да какие уж тут намёки! Ты меня чуть не поцеловала Любава. А жаль!

- Что хотела поцеловать? - всё-таки, видимо, ещё не проснулась окончательно, такое ощущение, что кокетничаю с ним. Надо заканчивать.

- Что "ЧУТЬ". - Егор устало вздохнул, - Пойду я спать. День тяжёлый был.

- Подожди, а где ты спать будешь? - хорошая же я хозяйка. Уснула, бросила гостя.

- А где бы ты хотела, чтобы я спал? - вроде шутка, но произнёс как-то... с надеждой?

Смутилась, щёки загорелись болезненным румянцем, начала разглаживать покрывало рукой.

- Да ладно, не красней ты так. Нет так нет. На самом деле мне дети уже постелили в свободной комнате. Ну я пошёл?

Он что, реально на что-то надеется? Я, конечно, дала стране угля. И пороха. Как буду завтра мужику в глаза смотреть, ума не приложу. Но что сделано, то сделано. В конце концов, у меня есть оправдание, спала, была не в себе. Даже Фрейд говорил, что иногда бывают просто сны.

Всю ночь Егор продолжал меня мучить, во снах. Несколько раз вскакивала с ужасом думая, что ОПЯТЬ! Щупала кровать рукой, но в ней была одна. Успокаивалась и проваливалась обратно. Под утро проснулась оттого, что сильно замёрзла. В открытое окно шумел дождь и дул ветер. Встала и плотно закрыла ставни. Начало знобить. Окончательно очнулась ото сна поздно. Стёкла были в росчерках капель, на улице мгла. Зарядило надолго. Тело ломило, болела голова и саднило горло. Как некстати я начала заболевать. По дому носились ароматы яичницы с беконом. М м м моя любимая, но сейчас от этого запаха начало мутить.

По дороге в душ, к своему облегчению, никого не встретила. В гостиной слышались разговоры детей и их дяди, будь он неладен. Мало мне было его ночью. Выходить ко всем было откровенно боязно. Особенно опасалась встречаться взглядом с братом мужа. Вообще, не понимала как себя вести, а ещё и неврученный подарок. Может и нет его? Было бы слишком хорошо, вряд ли мне так повезёт. Постояла у дверей ванной, развернулась и решила пойти обратно в свою комнату, обойдутся ещё немного без меня, явно хорошо справляются.

- Доброе утро!

Бодрый голос Егора заставил вздрогнуть. Он был в домашних мягких штанах и майке. Показался огромным. Отметила крепкие мышцы рук, отсутствие животика. Вчера не примерещилось? Однако сбежать не удалось.

- Не очень-то оно и доброе. - развернулась и смело посмотрела ему в лицо, ожидая увидеть там что угодно.

- Пошли накормим тебя завтраком. - он спокойно выдержал мой взгляд и, повернувшись к гостиной, крикнул, - Мама проснулась.

Дети радостно выскочили в коридор и облепили меня.

- А мы топили камин, бекон жарили и, Егор научил меня делать яйцешот. - Радостно сообщила Ксюша. Действительно, только сейчас заметила, что даже в коридоре разливалось сухое тепло и уютный запах, который дают дрова.

- Какой такой яйцешот? - удивилась.

- Пашот. - поправил Костя, - А почему мы его никогда не делали?

- Я не умею. - пожала плечами. Всё раздражало, горло болело нещадно.

- А ещё мы играли в тримино! - продолжала делиться дочь.

- Что за зверь? - я чувствовала себя с каждой секундой всё хуже.

- Игра такая, типа домино, только интереснее. Егор привёз! Пойдём мы тебя научим. - Ксюшка тараторила не останавливаясь.

- Дядя Егор. - механически поправила.

- А почему Костику можно его Егором называть, а мне надо дядей?

- Да? - улыбнулся "дядя".

- Да называйте его как хотите, хоть горшком. - тихо ответила, силы утекали с каждым мгновением.

- Вот горшком не надо. Я против! - он подмигнул Ксюше.

Дети висели на мне, голова всё сильнее раскалывалась, прикрыла глаза. Обычно в такой ситуации надо брать себя в руки, от Савелия помощи последний год было не дождаться. Помню, как прошедшей зимой мы начали заболевать один за другим. Вначале сын, потом дочь, а потом и я. Муж не только не помогал, а ещё и был недоволен, что ему еду не готовили, посуду не помыли, в квартире не убрали. Приходилось вставать и, еле держась на ногах, помимо болеющих детей ещё и его обслуживать. А он злился и в какой-то момент умотал к Лёхе.

- Надоело, - сказал тогда, - раз ты не желаешь встречать мужа нормально, пойду туда, где будут.

И уехал на пару дней. Я ещё гадала тогда, на кой Сава сдался Лёхиной жене. Думала - вот святая женщина. Теперь была уверена, что ездил он не к другу.

- Люб, ты плохо себя чувствуешь? - Егор подошёл и, отлепив Ксюху от меня, подхватил на руки. Я молчала, он приложил свободную руку мне ко лбу, мотнула головой, смахивая её. - Так, дети, идите играйте, а я пойду маму уложу.

Ребята встревоженно уставились на меня, но мужчина властно махнул рукой в сторону гостиной, и они убежали. Мне уже было всё равно. Хотелось только лечь. Однако в душЕ разлилось тепло, оттого что кто-то заботится. Я так давно не испытывала этого. От слабости, боли и какого-то щемящего чувства на глаза навернулись слёзы. Егор подошёл и бережно обнял. Стало тепло, спокойно. Уткнулась ему в грудь, слёзы хлынули, справиться не получалось.

- Ну ну. Всё будет хорошо, мне звонили. - Он поцеловал мою макушку. - Пойдём, ляжешь, есть я так понимаю, ты не хочешь?

Я помотала головой. В неё тут же вонзились иглы. Охнула.

Мы вошли в комнату, и я тут же рухнула на кровать лицом вниз. Егор накрыл руками мои ступни. Поняла, что они у меня ледяные. Нежно помассировал и укутал пледом.

- Эх, Любава, Любава... - донёсся его голос сквозь сон, в который я уже провалилась.

Медицина и её последствия

Три дня прошли в лёгком бреду. Пыталась по привычке пару раз встать что-то поделать, но Егор с детьми не давали. Укладывали. Ксюша, находящаяся в восхищении от своей "Банды Пиратов" пыталась мне её читать. Это было мучительно. Мужчины по очереди её уводили, беря огонь на себя, но как только теряли бдительность, она тут же прибегала вновь.

Заходил дядь Паша, принёс курицу. Это стало целым событием, потому что она была живая.

- Мамочка, смотри какая лапушка, - дочь, нежно прижимая животину, вошла в комнату, где я пыталась спать. - Давай её оставим?

- Очень милая птичка, но давай, нет!

- Она вам яйца нести будет, - посмеиваясь, зайдя в комнату, начал Егор.

- Или кому-то снесёт их напрочь! - ответила, угрожающе посмотрев на него. - Так что нет!

Курица, видимо, очень расстроилась и решила остаться жить самовольно, потому что брыкнувшись выскочила из рук Ксюхи и понеслась по комнате. Ловить её пришли все, и под конец охоты я была готова умереть.

Несмотря ни на что моё состояние стремительно улучшалось. Обычно болею я долго и тягомотно. Температура проходит быстро, но разбитость может сохраняться неделями. А тут... Правда, не обошлось без "суперлекарства от всего", на котором настоял Егор, увидев, чем собралась лечиться я.

- Люба, это прошлый век, - на полном серьёзе заявил он аккуратно вынимая из моих рук блистер с таблетками и пакетик порошка, который уже собиралась залить тёплой водой. А потом принялся шутить, ну это я так думала.

- Сейчас модно всё китайское, в том числе и лекарства. - ушёл в свою комнату, повозился там какое-то время, не найдя, что искал, пошёл на улицу, наверное, в машину. Походив по кухне, вернулась в спальню. Он зашёл со стаканом воды и двумя капсулами в руке, - Уф, думал, дома забыл, обычно они всегда со мной. Пей!

- Не буду я это пить! Вдруг они меня убьют, а у меня дети.

- У всех дети, - как-то печально вздохнул. - Ты мне веришь?

Ну странный вопрос. Конечно верю, но он же не врач в конце концов. Да и стрёмно пить что-то новое, тем более китайское.

- Эти капсулы тебя на ноги в два счёта поднимут.

- Хорошо, но если вдруг что... детей завещаю тебе!

Он глянул будто внутрь меня, во взгляде промелькнуло нечто, заставившее замереть. Я же "условно" пошутила, но он воспринял слишком серьёзно и от этого стало неудобно.

- Согласен, - ответил, продолжая твёрдо смотреть на меня. - У китайцев все лекарства из трав, есть аллергии на травы?

- Нет вроде. - я недоверчиво косилась на аккуратные бежево-зелёненькие капсулы, такие крохотные в огромных, уютных ладонях мужчины.

Интересно, а у него всё такое огромное? У Савелия вот не очень, но он брал техникой. Егор приблизил ладонь к моему рту, но я от греха подальше проворно схватила лекарство в свои пальцы и быстро отправила в рот, проглатывая не запивая. Это была ошибка, капсулы прилипли где-то внутри горла, я сглотнула, не помогло, ещё раз. Слюна даже не прошла внутрь. Стало неприятно и даже больно. В оболочках была мята ну или что там добавляют? Горло начало холодить. Попыталась отрыгнуть таблетки обратно в рот, не получилось. Егор понял, что происходит что-то не то, когда моё лицо побагровело, а из глаз посыпались слёзы.

- Запей, быстрее! - протянул стакан. - Пей, пока не проскочат! Забыл предупредить, они имеют тенденцию прилипать. - сокрушённо покачал головой.

Когда эти исчадия медицины, наконец, проскользнули внутрь организма я, облегчённо вздохнула и, вытирая краем рукава, мокрые глаза посмотрела на Егора.

- Признайся, ты хотел завладеть моими детьми таки грохнув меня! - улыбнулась.

- Послушай, Любава...

"Ой нет, когда он называет меня Любава - это всегда... "

"Приколы у меня сегодня не получаются, надо завязывать..." - скакали мысли одна за другой, не давая предыдущей завершиться.

- Егор, прости, неудачная шутка. Плохо себя чувствую. Пожалуй, пойду лягу.

- Да конечно. Проводить? - голос смягчился, от его бархата повеяло мягкостью, участием, заботой и чем-то волнующим.

- Тут недалеко, - буркнула уходя.

Опять ЭТО. Будто нить, связь, от него ко мне, возникающая чаще, чем мне хотелось бы. С самой первой встречи. Поначалу думала, что мне это только кажется, и гнала прочь. Особенно в первые годы замужества, я же приличная женщина, а тут. Видела, что Егор тоже будто старается контролировать, но когда у него выскальзывало это объёмное "Любава" с чересчур глубоким наполнением или пронзительный взгляд голубых глаз из-под пушистых бровей, которые придавали взгляду слегка нахмуренный вид, я терялась и опять чувствовала эту нить. Тянущую, будоражащую, не отпускающую. Когда он переехал в Питер я, вздохнула с печалью и облегчением...

Проснулась от мелодии, поставленной на Савелия. За окном всё ещё серость, но дождь уже полдня не шёл, а значит, завтра, скорее всего, выглянет солнце. Телефон трезвонил откуда-то со стороны гостиной. Вставать не хотелось. Кто-то, наконец, вспомнил о нас. Ничего хорошего я не ждала, но ответить стоит. Свесила ноги с кровати и уже собиралась встать, как мобильный затих.

"Привет, брат." - послышался приглушённый голос.

Говорят, женщина только в одном случае слушает мужчину... если он разговаривает по телефону, а она не знает с кем. Так вот, это неправда! Я слушала ОЧЕНЬ внимательно, даже дышать перестала.

"Она болеет, подойти не может."

"Нет. Приезжать точно не надо."

"Если хочешь поиметь серьёзный разговор, то я тебя жду!" - голос напрягся, в нём проскользнули угрожающие нотки.

"Савелий! Не стоит! Мы всегда были в разных весовых категориях, и это не изменилось." - он замолчал и долго слушал.

"Сейчас это уже не является сильным препятствием, так что, по сути, ничем мне не грозит. А вот тебе, очень даже!"

О чём это он?

Савелий. Начало мая

- Дай денег, - Дара оглаживала своими длиннющими пальчиками ножку коктейльного бокала с мартини. На дне плавала оливка, она её ловко подцепила спичкой и томно зажала между губ, оглаживая языком.

Сава заворожённо наблюдал, ждал когда эта зелёная бестия, наконец, провалится в сладкие глубины Дамириного рта. Однако само прошение напрягло.

- На что потратишь?

-Хочу рекламу салонов запустить. В соцсети и в браузере. - она, наконец, доиграла с оливковым плодом и хищно его втянула внутрь рта.

Савелий выдохнул и оглянулся, по крайней мере, четыре посетителя бара таращились на ЕГО любовницу. Это напрягало и наполняло гордостью одновременно. Они смотрят, а в постели с ней будет он.

- А ты знаешь, как делать эту рекламу? - перевёл взгляд на её рот. Не пропорционально большой по сравнению с лицом, но от этого притягивающий, рождающий кучу фантазий.

- А ты спец? Вот и поможешь! - Дара залезла рукой ему под майку, неприлично её задрав и погладила грудь, слегка царапая ноготками. Сава поплыл.

- Давай прямо сейчас поедем к тебе, и я всё объясню? - он уже представил её комнату, кровать, жаркие объятья, неприличные позы, которые так любила его любовница. Может что-то пожёстче. Она всегда не против.

- Хорошо, только закажи мне сначала ещё коктейль, какой-нибудь вкусный. - она обвела взглядом бар, задержала его на крепком детине в кожаной безрукавке, прикусила губу. Тот ухмыльнулся и подмигнул, отсалютовав кружкой с пивом. Сава поёжился.

- Мне кажется, тебе хватит пить. Поехали, отвезу домой.

- Не хочу, - она капризно надулась. - Ты мне папочка, что ли?

- Дамир, - напряжённо поглядывая в сторону амбала, уронил Сава, - не хочу на тебя давить, но тебе точно хватит.

Дамира вспыхнула, посмотрела зло и наклонившись тихо произнесла:

- А не пошёл бы ты! На хутор бабочек ловить. - и, довольная собой отклонилась на спинку стула.

Савелий опешил. Так грубо она его посылала впервые. Разозлился. Схватил её за волосы на затылке и притянул к себе.

- Ты сейчас встанешь и пойдёшь за мной! Поняла?

Дамира напряглась, глаза полыхнули.

- А иначе что?

- А иначе я потом... Лучше тебе послушать меня! - гнев залил его целиком. Казалось, что сейчас взорвётся.

- Понялааа, - протянула в ответ с тайным смыслом. - Можешь прямо сейчас. Хочешь?

Сава мгновенно вспотел.

- Где?

- Иди за мной! - она развязно улыбнулась, а потом перевела взгляд на крепыша.

Тот дёрнулся, явно не понимая - это приглашение или что? Савелий окончательно потерялся в происходящем. Начал хлопать глазами раздумывая, что делать дальше. Люба никогда, НИКОГДА так себя не вела, и он понятия не имел, как реагировать. Дамира победоносно улыбнулась в никуда и плавно слезла с барного стула, не забыв вильнуть пятой точкой. Провела руками по себе, очерчивая фигуру, и пошла к выходу. Ничего не оставалось, как двинуться за ней.

На выходе он, не заметив бугая, столкнулся с ним.

- Какие-то проблемы? - пробасил тот.

Сава стал темнее тучи. Вот только драться из-за бабы ему не хватало. В таком фарсе он точно участвовать не будет!

- Никаких! - ответил и посмотрел вслед удаляющейся любовницы.

Та уже забирала своё шерстяное пальто неоново — фиолетового цвета и недовольно оглядывалась. "Кожаная жилетка" подскочила и была уже готова помочь одеться, но Дара недовольно и холодно оглядела его с ног до головы. Мужик сконфузился и отошёл.

"Вот как ей это удаётся?" - пронеслось в голове у Савы.

Меж тем женщина однозначно ярко глянула в его сторону и не оставалось ничего другого, как подойти.

- Мы едем? - она требовательно положила руку ему на плечо.

- Я выпил. Надо, наверное, такси заказать.

- Так заказывай, как неродной, ей-богу! - возмутилась.

Она откинула свои длинные белые волосы назад и слегка отступив, кивнула на тяжёлую входную дверь бара, мол - "открывай"!

Крепыш, видимо, решив, что это его шанс, подскочил и навалился на массив дерева. Путь открылся, и женщина вышла, несмотря ни на одного из мужчин. Сава тормозил нещадно. Не мог решить, как действовать. В воздухе витала разборка. Нет, её не боялся, но не понимал - зачем? Какие тайные цели преследует Дара так поступая? Чего добивается? Однако стоять у раздевалки, тем более вернуться внутрь бара будет странно. Бугай уже выскользнул на улицу. Дверь плавно закрылась, отрезая этих двоих от обзора.

"Ну нет! Так просто я не сдамся! А там будь что будет..." - и вышел следом.

На улице дул холодный ветер, Савелий понял, что не взял свою куртку. Чертыхнулся. Дамира о чём-то разговаривала с "жилеткой". Плюнув на верхнюю одежду решительно направился в их сторону.

- Повезло тебе с бабой! - с явной завистью хлопнул его по плечу бугай. - Я б её... Давай оторвись там за всех! - и развернувшись пошёл в сторону бара.

Домой ехали молча. Дара копалась в мобильнике, не обращая на спутника внимания. Сава злился. Войдя в дом, он ощетинился.

- Что это было?

- Ммм? - женщина выгнула бровь.

- Ты заигрывала с этим байкером толстым!

- Не толстым, а представительным. - ухмыльнулась, - Меж тем мы тут с тобой вдвоём, не правда ли?

- Ноо... - гнев требовал выхода. Но она не дала договорить.

- Хватить петушиться. Ты для меня самый главный, остальные ничего не значат. Когда уже это поймёшь? - она сбросила пальто на пол, Сава поднял и повесил на вешалку.

- Мне не нравится твоё поведение, я бы хотел...

Она опять оборвала.

-Малыыыыш! -протянула, вытягивая губы, - Какой ты скучный, раздевайся и пошли поваляемся в ванну. Я приготовлю.

Уходя, она начала раздеваться, кидая вещи по пути своего следования.

Уже лёжа в джакузи, Дара запустила руку под воду сквозь пену, нащупала его выдающуюся часть тела и мурлыкнула:

- Завтра сможешь привезти деньги?

Да. Есть...

К великому удивлению поправилась я чуть меньше чем за неделю. Это очень обрадовало, так как на улице опять установилась хорошая погода. Солнце, наконец, начало светить по-летнему жарко, быстро прогревая озеро. Проснувшись утром почувствовала, что вот прямо совсем ничего не болит. Глянула на часы, семь утра. Дети наверняка спят, последние дни поздно ложатся, играя допоздна в настолки с Егором. Вот интересно ему действительно нравятся эти игры или зарабатывает очки? И перед кем?

В доме стояла тишина, аккуратно прошла на кухню. Там царила чистота. Непривычное чувство, когда знаешь, что вечером с неё уходила не последняя. Сделала себе чай с имбирём и мятой, уютный пряно-ментоловый запах разлился по помещению. Положила в розетку мёда и, прихватив плед, выскользнула на веранду.

Было ещё свежо, но если сесть на солнце, то начинало печь. С удовольствием поставила на стеклянный столик любимый глиняный чайник и такую же чашку. Их подарил мне папа, очень давно. Озеро с моего места было как на ладони, глубокого бриллиантово-синего цвета. А над ним яркое голубое небо в белых росчерках перьевых облаков.

"Я здесь вторую неделю, начинается июль, надо думать, как жить дальше. Наверное, стоит подать на развод. И к адвокату сходить, понять, как имущество делить. Так не хочется во всё это... прям как в грязь лезть."

Расслабленный взгляд уловил на озере движение. Позволяя мыслям свободно течь, стала наблюдать за точкой, нарушающей гладкость озера.

"Надо позвонить Ленке, что-то она затихла. Заодно спрошу про "препятствие" Егора, которое ему уже "не грозит". Или это о Савелии?"

На озере непонятный предмет всё приближался: "Может животное какое? Бобёр? Кто тут ещё живёт?"

Налила чаю, захотелось что-то сладенькое. Встала, кинула взгляд на непонятный объект, довольно шустро приближающий к берегу. Мысленно нарисовала траекторию движения, получалось - прямо к нашему причалу. Надо ещё и телефон захватить, сфоткать, того, кто к нам в гости плывёт. Зашла в дом, взяла телефон, потом открыла "сладкий" шкафчик и ужаснулась. Чего там только нет!

"Скажу Егору, чтобы не покупал столько сладкого. Дети меры в нём не знают. А это не сильно полезно." Поковырялась, оу, моя любимая "галерея" с кучей наименований. Взяла вафли с карамелью: "Надо опять начинать бегать."

Пока ковырялась, вспомнила про "бобра", что рассекал вОды озера в направлении нашей пристани: "Эх, наверное, уже доплыл и убежал по своим делам".

Выскочила на веранду как раз вовремя, всплеск воды и на мостике появляются... руки. Я встала и подошла к ступенькам ведущим с веранды на тропинку: "Кто это решил к нам заплыть? И вообще, утром ощутимо свежо, вода холодная ещё, а человек плыл прямо очень долго. Может, случилось что?"

Но над деревянным настилом мостков уже появилась мокрая голова Егора. Я выдохнула. Ну действительно, кто еще-то? Он подтянулся на руках запрыгивая. Мокрое тело буквально сверкало в лучах солнца, с волос на лицо капала вода, скатывалась по скулам и пока он шёл, улыбаясь ко мне, постоянно смахивал капли с кожи. Полотенце, видимо, не взял, поэтому спешил в дом, я не смогла отказать себе в удовольствии полюбоваться его рельефами. Ну что ж, теперь совсем неясно, что было сном, а что явью. Такое ощущение, что годы на нём не отпечатались никак. Редкое явление.

- Ты не замёрз? - начала тревожится, что он может тоже заболеть.

- Беспокоишься? Это приятно! - он зашёл в дом и вышел оттуда уже укутанным в большое махровое полотенце. Плюхнулся в ротанговое кресло рядом со мной. Опять улыбнулся, - Угостишь?

Взяла чайник, тааак, а кружки-то нет. Егор дёрнулся, хотел подняться, но я уже встала и проходя мимо надавила ему на плечо, мол "сиди". Он накрыл мою руку своею и прижал к плечу. Остановилась, зашла ему за спину, не стала дёргаться и отнимать. Ладонь была горячая. Я смотрела вдаль, пытаясь понять, что чувствую от этого прикосновения. Он тоже смотрел, не отпуская, но и не делая ничего. Показалось, что меня утягивает куда-то в водоворот ощущений, неясных мечтаний, будущего...

- А вы чего так рано встали? - послышался голос Ксюшки.

Мы оба дёрнулись, я попыталась убрать руку, но Егор нажал сильнее не давая.

- Мы случайно, - улыбнулся девочке и постучал ладонью по коленке, приглашая. Ксюшка радостно подошла и вскарабкалась. Придвинула к себе мою чашку и хлебнула.

- Фууу, - скукожила носик, - не люблю имбирь.

- На это и рассчитано, - ответила, всё пытаясь вытащить кисть и цепких лап мужчины.

- Я смотрю все в сборе! - опять послышался голос из открытой двери дома, на сей раз Костин. В отличие от Ксюши он сразу заметил, покосился на плечо Егора, где наши руки вели немую борьбу.

- Костян, будь добр, принеси мне чашку. - проследив его взгляд спокойно отозвался Егор.

Он не смутился, никак не отреагировал, напротив, было ощущение, что он специально, очень аккуратно пытался показать детям... Что именно? Своё отношение ко мне, какие-то намерения? Как и много лет назад, одни намёки, полутона, как понять, что происходит между нами? Вроде бы всё понятно, но вдруг это не то, о чём я думаю. Ну и надо ли мне "вот это всё", кажется, что семейной жизнью я как и Ленка уже сыта по горло. И зачем это Егору? Неужели за столько лет у него не появилось девушки-женщины?

Пока размышляла, сын принёс чашки. Всем.

- Я там воду поставил кипятиться, на всех твоего чая не хватит. - он снова глянул на наши руки, я уже успокоилась и не пыталась свою выковырять. Чего лишнее внимание привлекать? Однако всё равно с этим надо было кончать. Хочешь честности? "Её есть у меня".

- Скажи Егор, - я вновь посмотрела на гладь озера. - У тебя есть зазноба?

Видимо, такого вопроса он не ожидал, потому что от удивления даже выпустил мою руку, я тут же сунула её в карман своей шерстяной длинной кофты.

- Ты о чём? - пытался поймать мой взгляд, но я продолжала стойко смотреть на озеро.

- Дама сердца есть?

Он замолчал, стало неуютно. Хотела правды Люба, сейчас её получишь!

- Да... - он тоже устремил взгляд своих сапфировых глаз на озеро. - Есть.

Теперь на него смотрела я.

Смольный

Завтракали все молча. Пока готовили, постоянно возникали неловкие паузы, а Егор почти не смотрел на меня. Костя косился на нас и хмурился. Ксюшка пару раз заводила громкий разговор, который никто не поддерживал, в итоге и она затихла, явно что-то обдумывая. Когда уже собирали тарелки со стола, раздался звонок моего мобильного и все дружно, как по команде дёрнулись в его сторону, но я была первая.

"Любовь Сергеевна?"

- Да, Пётр Сергеевич? - я облегчённо выдохнула.

"Как Ваше здоровье?" - завёл разговор издалека.

Пошли привычные обмены любезностями. Я ждала. Егор загружал посудомойку и по вся его фигура выражала крайнюю заинтересованость моим разговором.

"А что Любовь Сергеевна, не пригласить ли мне Вас на деловое свидание?" - наконец перешёл к сути главный инженер.

- Да я бы с удовольствием, но далеко от Москвы. А какая тема? - затаила дыхание.

Егор закончил возиться с посудой и предложил детям сходить к дяде Паше в гости. Те радостно поддержали.

"Тут Ваш муж принёс два крупных заказа, - продолжил инженер, - и пропал, а мне бы детали уточнить. Думал с Вами, да и соскучился честно говоря, давно не заезжали." - голос Петра был вроде расслабленный, но что-то напрягало.

- Давайте так, Вы пришлите мне все вопросы, а я постараюсь связаться с мужем, ну или с заказчиком. - проводила глазами домашних, которые шустро собравшись выскользнули за дверь.

"Когда планируете вернуться?" - деловито поинтересовался.

Всё-таки не нравятся мне интонации мужика.

- Пётр Сергеевич, Вы не ходите вокруг да около, что случилось?

"Случилось Любонька — вот что..." - замолчал.

Это был первый раз, когда он назвал меня по имени за всё время нашего знакомства.

"Не по телефону, конечно, такое бы... "

Я замерла и вся превратилась в слух. Что там могло произойти-то? Такого, что меня даже просто по имени назвали?

- Знаете, моя подруга очень любит фразу "ты только не переживай", вот Вы сейчас примерно так же.

"Ага, согласен. Но дело деликатное. - если бы он стоял рядом, то, скорее всего, почесал затылок. - В общем, муж Ваш приезжал с одной женщиной..."

Ну вообще обнаглел! На наш заводик возить эту... ЭТУ! Сжала непроизвольно свободный кулак. Это я Я Я Я нашла производство, вложила в него душу, создала отношения с работниками.

- Ага, с Дарой? - буквально выплюнула её имя.

"С Дамирой. Так, воооот... в общем." - мялся мужик.

Мне надоело это.

- Она его любовница, Вы это хотите мне сказать? Так вот, я в курсе. Что-то ещё? - получилось резко.

"Железная женщина! - то ли с восхищением, то ли с досадой выдохнул инженер. - Нехорошо там всё. Савелий Владимирович выглядит, прямо скажем, "не очень", а его дама...кхм, кхм..." - откашлялся, опять замолчал.

Разговор меня тяготил. Совсем не хотела ничего слышать ни про мужа, ни про его "даму". Но, видимо, сколько ни прячься, всё равно догонит.

- Пётр Сергеевич, от меня то, Вы, что хотите?

"Разводитесь пока не поздно, и требуйте половину доли в бизнесе. А ещё знайте, Любовь Сергеевна, что я всегда готов помочь!" - как-то чересчур с жаром ответил мужчина.

- Вы то, как поможете? - удивилась я.

"Вы женщина видная, знаете моё отношение к себе. Я готов... - он опять замялся, но потом решился, голос стад глухой, затараторил, - Ухаживать. Сколько надо! Детей приму. Вы мне давно нравитесь. Я терпеливый. Сделаем всё правильно, чтобы, так сказать, всё рОвно было."

Замерла, совсем не такого ожидала от этого собранного, довольно строгого мужика. Да, были смутные намёки, взгляды, но всегда считала, что он так... по-отечески. А тут... Делаааа... Растерялась.

- Пётр Сергеевич, поймите меня правильно, - начала, тщательно подбирая слова, - Вы прекрасный человек, умный, харизматичный...

"Есть "НО". Да? А говорят, всё, что сказано, до "но" можно зачеркнуть. Однако Вы подумайте, торопить не буду. Некуда нам спешить."

Внутри поднялось возмущение. Нет никакого "нас"! Что он там себе надумал? Вот попала так попала. Прилетело, откуда не ждала.

- Я Вас очень уважаю, Пётр Сергеевич, всё так неожиданно, честно говоря. Я правда не знаю, что ответить.

"Ну вот и не отвечай пока. Но приехать тебе надо. В общем, - подытожил он, - пришлю сегодня вопросы по заказу."

Я очнулась, он перешёл на "ты"? Так, а вот это прямо совсем лишнее.

- Давайте всё же останемся на "вы", пока что, хорошо? А вопросы, конечно, присылайте.

"Да-да, Любовь Сергеевна. - в трубке послышалась его улыбка, мужик явно взял себя в руки, - Согласен, был не прав, исправлюсь."

Только нажала отбой и выдохнула, как мобильный опять затрезвонил. Смольный сегодня какой-то. С опаской глянула на экран. Но звонила, ура, Ленка.

- Привет, Леночка! - радостно выдохнула в трубку.

- Ты чего такая радостная? - опасливо отозвалась подруга.

- Ты звонишь, разве не повод? - я снова напряглась. - Куда пропала? Как там твой директор?

- Хм... это ещё кто пропал! Ой, слушай, с директором такая лавстори закрутилась, ми ми ми... Так, стоп, - оборвала она сама себя, - я не за этим звоню! Встретила вчера твоего Саву, и не одного.

- Ой Лен, я тебя умоляю, только ты не начинай! - меня начало мутить. Сговорились они все, что ли?

- А кто ещё начинает? - удивилась подруга.

- Звонил наш главный инженер с завода, практически замуж звал, ну и про Савелия тоже кое-что рассказал.

- Да лааааднааа?! - протянула она. - А ты что?

- В смысле? Лен? Ты чего? - возмутилась. Она то куда?

- А что? Тебе сейчас крепкое мужское плечо не повредит!

- Кстати, о "крепком мужском". Тут Егор... - я затаила дыхание.

- Так-так... И и и ?

Не такой я реакции ожидала. Партизанка фигова.

- Что "и и и" ? Колись, что за тайна там у Егора? - решила, что нападением быстрее возьму эту крепость, - И не отпирайся, пожалуйста! Говори как есть! И не ври, что не знаешь, уверена, знаешь, ты мне подруга и кто? - частила, чтобы пробить присущую Ленке осторожность и взвешенность.

- Любань, послушай. - подруга замолчала. - Там была некрасивая история, очень! Но я тебе не говорила этого, ок? Пусть Егор сам всё рассказывает. Как вы там? С Егором в смысле?

- В целом хорошо. - ответила осторожно.

- Как дети к нему?

- Блин, Ленка, ты как Штирлиц, ей-богу. - Спроси прямо, что хочешь узнать!

- Так я и спрашиваю, - удивилась она, - что не так-то?

- Всё как всегда не так. Он явно ухаживает! Понимаешь?

- Ну и отлично! Не теряйся. И вот ещё что, ты это... просто помни, всё, что было - далеко в прошлом.

- Лен, бесишь! Вот честно! Сказала А, говори и Б!

- Поговори с ним, Люб. Ну серьёзно. Взрослая женщина, просто спроси!

- Что спросить-то? - закипела я.

В этот момент открылась дверь, и зашёл Егор.

Савелий. Конец мая, начало июня

"Сволочь! Сволочь и дрянь!" - это единственные мысли, которые бродили в его голове, когда понял, что жена забрала оставшиеся деньги из сейфа. А он их уже обещал дать взаймы Даре, как дал предыдущие. Вот только непонятно, куда эти деньги уходили с такой скоростью. Продвижения в бизнесе у любовницы Сава не видел. Ну, может, она просто не говорила. А вот то, что, жена ушла с деньгами, ему не понравилось. Это значит, что какое-то время она в нём нуждаться не будет. По крайней мере, в финансовом плане. А жаль, но она его любит, а значит, вернётся, куда денется? Да ещё с двумя детьми.

Дара его начала раздражать. Сосредоточиться на бизнесе становилось всё сложнее из-за пьянок. От этого клиенты стали часто слетать, денег приходило ощутимо меньше, чем раньше. Первый раз психанул, когда она отправила это дурацкое фото с сообщением, которые протрезвев он обнаружил на своём телефоне. Ещё и друг заподозрил неладное, придя в разгар их веселья в баре. Запихнул обоих в такси и поехал развозить по домам. Дара хваталась то за Лёху, то за Савелия, выражая желание проводить последнего до квартиры. Отцепить её не удавалось, скандала не хотелось. Так, они и ввалились все втроём в прихожую, где их встретила Люба с подругой. Вот тогда он и прокололся по полной, приняв спьяну жену за Дамиру.

Отоспавшись и протрезвев решил, что хватит! Погулял, надо возвращаться в семью. Но Любочка-дурочка сама всё испортила. А ещё позвонил Лёха.

- Ты Даре денег обещал. - спокойно произнёс.

- Это она сказала? - Сава занервничал, они с самого начала условились, что о деньгах она Алексею говорить не будет.

- Не смог ей выделить, когда просила, ну ты понимаешь, жена забеременела, была угроза выкидыша, она так рыдала... Не мог её бросить, поместил в дорогую клинику. Детям няню круглосуточную нанял. Даре обязательно дам, позже. - продолжал также спокойно, - Но эта стервозина ответила, что тогда возьмёт у настоящего мужика. У тебя! Ты ей не давай. ДобрО? Герой должен быть один. - он сник. - Как получилось, что она настолько залезла под кожу? А Сав?

"Герой должен быть один, и им буду Я!" - подумал Савелий. - "Ничего, выну деньги из бизнеса. Невелика в целом сумма, я ещё заработаю, не мужик что ли?"

Через неделю он понял, что одному в квартире тоскливо, Дару сюда вести не хотелось, хотя она активно настаивала. Один раз приехала, раскритиковала линолеум с рисунком под камень на кухне. А его жена подбирала с большой любовью, и обои тоже. В кухне было уютно, ему нравилось. Скривила свои губы на их полупрозрачную фарфоровую посуду. Любочка искала именно такую, нашла на каком-то тайном складе...

Зайдя в их спальню, Дамира плюхнулась в верхней одежде на семейную кровать, хотя у себя она такого не позволяла. Поржала над постельным бельём, льняным, его любимым, кстати. Жена этот комплект заказывала из Костромы со льняной мануфактуры им на годовщину свадьбы. Это взбесило окончательно. В итоге Сава предложил съездить поесть в ресторан, таким образом, выпроводив любовницу из квартиры.

Больше он её не пускал в свой дом, как она ни просила, всё время находя отговорки...

Они сидели в кинотеатре. Смотреть нормально фильм Дара не давала, засовывая свои руки Савелию то под майку, оглаживая грудь и живот, то под ремень брюк. Видя, что мужчина не реагирует, закинула свои ноги на него и демонстративно засунула между ними руки.

- Кажется, я забыла кое-что надеть. Угадай - что? - спросила плотоядно поглядывая. У Савы дёрнулся, но почти без энтузиазма, скорее рефлекторно.

- Поехали к тебе! - прикусывая вершину уха, проворковала любовница.

- Поехали, - с готовностью отозвался, знал, что если сопротивляться, то она упрётся, - только у меня грязно. Вначале уберёмся!

- А ха ха ха, - зашлась гоготом женщина.

Сава покосился на зрителей, которые уже давно неодобрительно на них поглядывали, а некоторые шикали.

- Где я и где уборка? Нашёл прислугу! Нет дорогой, этим пусть твоя лохушка жена занимается, у меня для этого домработница имеется.

- А у меня нет. - отрезал Савелий.

- Не вопрос, выделю тебе свою. - скидывая ноги резво ответила Дара, - Пошли отсюда, фильм отстой! - схватила его за руку и мешая всем, шумно вытащила из зала.

Подъезжая к её дому, мужчина думал, что утомился и хочет в свою хоть и грязную, но спокойную квартирку. И было бы здорово, чтоб там его ждала Любочка с детьми. Разогревала спокойно ужин, в своём целомудренном домашнем костюме. Костя сейчас начал бы рассказывать о школе, друзьях или показывать новые приёмы, изученные в секции, а Ксюша пытаться залезть на колени. Он подобное не любил, но сейчас даже на это был готов.

Зайдя в гостиную, Дамира забралась в кресло, перевернулась, задрав свои длиннющие ноги вверх над спинкой и свесив голову к полу. Волосы разметали по паркету, юбка задралась, обнажив отсутствие трусиков. Поиграла ногами в воздухе, перекидывая их и поглаживая одной другую. Скинула кофту, оставшись сверху в одном кружевном бюстике, больше открывающем, чем закрывающем. Стиснула грудь и лизнула на ней кожу. Вытянула руки вперёд, поманила пальцами.

Сава устало сел на пол, согнув ноги в коленях и опустив на них голову. Двигаться не хотелось, желание было только уснуть. Дамира сползла на пол, поднялась и направилась к нему. Подойдя, бесцеремонно толкнула на пол, расстегнула ремень, молнию и, стащив штаны вместе с нижним бельём, наклонилась над пахом. Савелий просто расслабился, не мешая ей.

Попытка №1

Дверь открылась. На пороге появилась мощная фигура Егора. Яркие лучи били сквозь него, оседая на волосах и очерчивая силуэт. В глазах побежали зайчики, я зажмурилась.

- Лен, - громко произнесла, пытаясь смотреть ему в глаза, из-за светящего с улицы солнца получалось плохо, - Егор пришёл!

- Вот и отлично! - быстро ретировалась подруга, - Давай, вперёд! Держу за тебя кулачки. - и отключилась.

Предательница!

- О! Ленчик! Дай как её на минуту. - мужчина зашёл внутрь и протянул руку к телефону.

- Она уже отключилась. - я продолжала смотреть прямо ему в глаза. Мы стояли настолько близко, что до меня долетало его дыхание. Свежее, вкусное. Савелий тоже раньше приятно пах, пока не начал пить.

- Что-то случилось? - настороженно поглядывая спросил и сделал шаг назад.

- Скажи Егор, тебя ничего не смущает? - я лихорадочно соображала, как начать интересующую меня тему. Даже две!

- Дети у Паши остались. Ксюша выгуливает кур, а Костя копает червей с дедом на вечернюю рыбалку, всё под контролем. - он сделал ещё пару шагов и спокойно прислонился боком к барной стойке.

Я опять начала закипать, неужели только меня беспокоит наши неопределённые отношения? Или я себе просто всё придумала? Ну хорошо, а Ленка? Она ж явно намекает... Или нет? Вообще, это я предположила, что он за мной ухаживает, вот она и... А если не ухаживает, если просто, по-семейному? Может, всю эту связь между нами я придумала, может он просто заботливый и... так сказать, от доброты душевной...

Почувствовала себя дурой. Я вот сейчас начну разговор, а он мне: "Ты в своём уме?" Не так грубо, конечно, но смысл близкий.

- Любава... Что тебя беспокоит? Давай сядем и обсудим. Может, на веранду выйдем?

Внутри началась паника. Вот оно, начало разговора, и, судя по всему, развивать его придётся мне. Ну почемууу???

- С удовольствием! - выпалила и пошла на улицу.

Он вышел не сразу. Возился на кухне минут пятнадцать, за это время я мысленно обсудила с ним все вопросы, поругалась, помирилась, отправила в Питер, вернула обратно, напридумывала кучу ужасов про его далёкое прошлое и в придачу успела слегка родить ещё одного ребёнка. Когда он вышел, с двумя высокими стаканами свежеприготовленного апельсинового сока я была выжитая как лимон, злая и вспотевшая от жары.

- Люб, ты чего на солнцепёке-то? - удивился он, - Давай в тенёк сядем? Я тут нам сок сделал.

- Егор, почему ты тут? - отчеканила.

Он поставил стаканы на стол, их донышки звонко стукнулись о поверхность. Не рассчитал. Ага! Тоже нервничает! Я подошла и опустилась в ротанговое кресло.

Люблю этот плетёный набор. Шесть кресел, стол со стеклянной поверхностью и угловой диван. Всё прочно обосновалось на открытой веранде. На зиму затаскивалось в дом. Пока я болела, Егор с сыном вытащили обратно. Эта мебель создаёт уют и безопасность. Муж настаивал на искусственном ротанге, но от него не исходило такого ощущения тепла и природы, как от натурального. Савелий упирал на слишком высокую стоимость, Егор добавил денег. Возник конфликт, я уже была готова уступить, но потом всё как-то уладилось.

- Садись, в ногах правды нет.

Мы разместились напротив друг друга по разные стороны стола. Глянув на озеро, потом в мою сторону мужчина встал и пересел сбоку, справа от меня.

- Ну хорошо, - начал он, ероша волосы, - я тут... потому что.. Нет, не так. Я знаю про вас с Савелием.

Любопытное начало.

- Что именно? - пыталась сидеть ровно и не шевелясь. Тут же заболела спина, откинулась на спинку. Положила руки на ноги, заметила, что пальцы слегка дрожат. Прижала их к бёдрам.

- Любав, так и будем играть? Чего ты боишься?

Отличный вопрос, только непонятно к чему он относится.

- Мы разговариваем или у нас допрос?

- Вот не думал, что будет так сложно. - он тяжело вздохнул. - Мне скоро надо будет возвращаться в Питер.

А вот об этом я как раз гадала, как надолго он может спокойно бросить бизнес? Или у него отпуск? Но тогда слишком уж удачно он совпал с нашим приездом. Так что вряд ли.

Кивнула, поощряя его продолжать.

- Ты думаешь разводиться? - пытливо уставился.

- Обдумываю этот вариант, - аккуратно пробиралась по минному полю.

- Я помогу с разделом имущества. - взял в руки стакан. Крепкие пальцы с аккуратно подстриженными ногтями обхватили стекло. Глотнул, чётко очерченный кадык подпрыгнул и вернулся на место. Поставил стакан обратно не отпуская.

- Какое имущество, Егор? Квартиру ты ЕМУ, - сделала ударение, - подарил перед свадьбой.

- Это было желание родителей. Но я о нём не жалею. Просто чтобы ты знала. - наклонил голову и искоса посмотрел, - Он мой брат, и чтобы там не натворил, я его люблю.

Ну хорошо, допустим. Чего молчали-то тогда об этом столько времени? Хотя я и не спрашивала. Да и не нужна мне эта квартира. "Тебе не нужна, детям нужна" - сказал в голове голос Ленки. Пришлось ею (головою) хорошенечко тряхнуть.

- Но и не значит, что поощряю. - сделал ещё глоток.

Поняла, что тоже жутко хочу пить. Посмотрела на руки и, аккуратно взяв фужер, выпила сразу половину. Стало значительно легче. Кисло-сладкая свежесть, пролившись в горло, принесла невероятное наслаждение. Появились силы. Приземлила стакан на колено и повернула голову к мужчине.

- Это не объясняет, почему ты тут.

- Согласен, - он сделал несколько глубоких и шумных вдохов, будто ему не хватало воздуха. - Любав... я, кстати, так и не отдал тебе подарок.

Очень вовремя, а главное, удачно. Только расслабившись, я опять напряглась. И что характерно, разговор снова повернулся неправильной стороной или наоборот?

Попытка №2

Он встал и ушёл в дом. От напряжения закинула ногу на ногу и начала ею болтать. Больно стукнулась об стол, зашипела, стол издал скрежещущий звук и звякнул стеклом. Из проёма двери показалась голова.

- Пытаешься сбежать? - усмехнулся Егор и убрался обратно.

- Да больно надо! - крикнула вдогонку, в конце концов, от подарка я могу и отказаться.

Примерно полгода назад я заболела планетарным миксером. И не то чтобы много пекла, но вот втемяшилось в голову. Савелий, выслушав меня, залез в инет, ознакомился, что это за чудо техники, почитал отзывы, посмотрел сколько стоит и сказал:

- Накой он тебе? Ты печёшь-то, дай бог, пару раз в месяц. Вот когда начнёшь хотя бы пару раз в неделю - купим. А так не вижу смысла тратить такие деньги просто развлечения ради. И места он занимает много. В общем, бесполезное в хозяйстве животное.

Пару раз я заходила с разных сторон, даже старалась часто печь что-то, но Сава так и не проникся моей просьбой.

- Вот и зачем тебе этот миксер, если и с нашим всё прекрасно получается?

Я пыталась объяснить, муж отмахивался, в итоге мы поругались. Прямо при детях во время ужина. Костя потом с любопытством расспрашивал про этот агрегат, тоже рылся в инете и даже пытался поговорить с папой, но и у него не вышло. И вот сейчас я с замиранием сердца ждала... Как отказаться от мечты? В целом не так уж дорого он и стоит...

Наконец, Егор вышел из дверей, неся в руках крафтовую коробку. Хмм... это явно не то, что я ожидала увидеть, слишком маленькая коробочка. Я расстроилась.

- Только не торопись, хорошо? - хмыкнул, и поставил подарок передо мной.

Взяла стакан и допила, уже ставший тёплым, сок. Что бы там внутри могло быть? Может, изобрели портативный планетарный миксер? Вряд ли. Всё-таки он создавался для промышленных масштабов.

- Так и будешь смотреть? Впрочем, подарок твой, имеешь право открыть когда пожелаешь. - Егор опять сел в кресло, устроился поудобнее и уставился на меня.

- Так и будешь молчать? - передразнила его.

- Не понял?

- Сколько тебе лет? - упорно не хотела первая начинать разговор. Взрослый мужик, а перекладывает эту ответственность на меня. Или, может, вообще не хочет ничего прояснять.

- Да вот сорок три недавно исполнилось.

Я разинула рот. Вот это я, конечно! Как могла забыть? Ну, вернее, понятно как, среди всех своих то перипетий! Но это меня прямо вот совсем не оправдывает, конечно. И как теперь быть? А Костя? Он его поздравлял? Жутко неудобно получилось.

- А ты это к чему? - продолжил он.

- Прости меня, пожалуйста, напрочь забыла про твой день рождения! - я соображала, что теперь делать.

- Немудрено, со всеми событиями, что у вас произошли. - он нахмурил брови и устремил взгляд на гладь озера. - Хорошо бы сюда лодку заиметь. Может байдарку вам привезти?

- У тебя есть байдарка?

- Нет, зачем она мне? - улыбнулся, брови разгладились, - Куплю.

Примерные цены на байдарки я знала, Ленка, будучи замужем, постоянно ходила в водные походы. Егор, конечно, небедный, но это как-то слишком.

- Так, раз ты не хочешь начинать разговор, всё-таки придётся мне! - я укоризненно посмотрела на него. - Во-первых спасибо, что починил дом. Это же ты?

Он неуловимо напрягся от моей речи. Кивнул.

- Во-вторых, спасибо за подарки. Это очень... очень... - слово не подбиралось. "Мило"? "Трогательно?" Ерунда какая-то в голову лезет. - В общем, спасибо.

Он опять кивнул, расслабляясь.

- В третьих спасибо, что остался и помог, пока я болела. Я признательна тебе от всей души! - приложила руки к груди.

Посмотрела на него с благодарностью, которая вновь разлилась внутри. Во время болезни, когда просыпалась от головной боли, он прикладывал мокрое полотенчико, кормил и занимался с детьми. Вечерами, когда думал, что сплю, приходил и сидел рядом, что-то читая в телефоне. Когда он уходил к себе в комнату - я плакала от щемящего чувства внутри. Что это было? Нежность, благодарность, тоска по чему-то светлому? Понять не могла.

- Любав, мы же семья. Было бы странно уехать и бросить тебя в такой ситуации.

"А вот Савелий легко!" - не к месту вспомнила мужа. Однако, как говорит Ленка, "опять полная неясность". Это всё чисто по-семейному? Или нет? Или, да?

- Егор, ты сказал, что у тебя есть женщина. - в глаза не смотрела, рассматривала так идущую ему недельную щетину на лице.

- Не понял, - попытался поймать мой взгляд, - какая женщина?

- Дама сердца, - попыталась я рассмеяться, получилось так себе.

- А а а а, есть. - и опять замолчал. Лицо его застыло, что думал, понять я не могла.

Разговор раздражал, солнце добралось до моих ног и поджаривало их, сок кончился, Егор упорно молчал. Я уже со всех сторон зашла и ничего!

- Ну хорошо! - надоело, фтопку! - Когда возвращаешься в Питер? Да... и подарок с нас. Думаю, как человека состоятельного какими-то особыми подарками тебя не удивить. Как человека имеющего... - слова опять убежали изо рта. "Имеющего женщину" - звучало как-то пошло, "Имеющего партнёра" - официально — сухо.

Он попытался что-то вставить, но я уже разогналась.

- В общем, как человека не одинокого праздничными ужинами тоже. Предлагаю отметить твой прошедший день рождения поездкой на Валдай, на нашей машине, я за рулём а ты отдыхаешь. Как тебе идея?

- Люб притормози. - наконец вклинился он в мою речь. - Если я говорю, что есть человек, который мне не безразличен, это ещё не значит, что мы вместе.

Внутри меня оборвалась какая-то ниточка, в глазах защипало, в горле стало больно. Вот только опять заболеть не хватало. Чтобы скрыть состояние, придвинула к себе коробку с подарком и машинально начала её открывать, путаясь и не понимая, с какого края это сделать лучше. А когда крышка, наконец, поддалась и открылась, я глянула внутрь и, руки сами без сил упали на колени.

Я говорю, а он... нет

Примерная стоимость того, что было внутри, тянуло на полсотни тысяч, но это не точно.

"Что за аттракцион невиданной щедрости? Он или жуть какой хороший или просто издевается."

Скопившееся напряжение требовало выхода!

Я выскочила из-за стола, зацепила край, опять стукнулась, стаканы звякнули. Егор тоже встал.

- Я тебя не понимаю, не понимаю! - голос звучал истерическими нотами. И как я не пыталась, успокоиться не получалось. Ходила взад-вперёд по веранде. - Что это? - наконец тыкнула в сторону коробки.

- Подарок... - растерянно произнёс мужчина.

- Зачем. Ты. Мне. Это. Даришь?

Он потоптался на месте, взъерошил волосы, остановился. Обвёл пальцами одной руки лицо, сверху от скул к подбородку и решительно двинулся ко мне. Солнце залило его лицо, шею, попыталось пробраться в расстёгнутый ворот рубахи. Меня накрыла паника, хотелось завизжать, ударить его, разрыдаться, убежать. В общем "то ли музыки и цветов, то ли зарезать кого-нибудь".

- Не подходи! - сама удивилась, с какой угрозой прозвучало, поэтому быстро смягчила, - Пожалуйста.

Не остановился, я попятилась и чуть не свалилась с крыльца.

Поймал, прижал.

Я слушала, как ухает его сердце около моей головы. И предательские слёзы катились, катились.

Егор уткнулся в мою макушку. Через несколько секунд поняла, что он её целует, прихватывает то зубами кожу, то губами волосы. От удивления подняла лицо, он тут же переместился на лоб, сполз на виски, глаза... Съехал своим носом по моему и... осторожно обнял своими губами мои... Аккуратно, бережно. Зарылся рукой в волосы на затылке, надавил.

Меня начало колотить. Солнце пекло, а я тряслась как от сильного озноба. Руки безвольно болтались вдоль тела, хотелось их куда-то деть.

ОН тааак пах, что у меня начала кружится голова. Снова тот самый парфюм, отчего-то до этого мной не улавливаемый сейчас безжалостно лишал воли. Или это поцелуй?

- Егор! - голос каркнул и ушёл в хрип.

- Тссс... - рука с затылка сместилась на шею и пальцы начали её гладить, прихватывая и пропуская между собой волосы с кромки головы. Будто разряд тока прострелил по всей спине, от копчика до шеи и там обнял покалыванием голову. Тело вздрогнуло, изогнулось, пульс сбился. Губы опять сблизились, но не соприкоснулись, мы просто стояли и вбирали дыхание друг друга. Открыла веки и тут же провалилась в сверкающую глубину глаз напротив. Голова закружилась, глаза закрылись, и я осела в его руках. Он опять прижал мою голову к груди, а рукой поддержал под спину.

Застыли.

Я плыла. Где-то вне времени...

Неясные картины рождались и умирали внутри. Его тёплая ладонь ласкала поясницу, пальцы съезжали и поднимались по ложбинке ведущей к копчику. Я всё чётче чувствовала мужское возбуждение. Подняла несмело руки, положила ему на бёдра. Поползла подушечками вверх, забралась под рубаху и коснулась тёплой кожи, будто обожглась, он дёрнулся, задышал сильнее, обхватила руками моё лицо, сжал его. Я боялась открыть глаза, так и держала их закрытыми. Дыхание опять коснулось лица, совсем близко, замерла... и спустя мгновение полностью прижала свои ладони к его телу, крепко, ушла ими на спину. Он, будто сорвавшись, напал на мои губы, терзая то верхнюю то нижнюю, а потом провалился в глубину.

И я...

Провалилась.

Пустила. Вдохнула его... мы снова поплыли...

Звонок. Звонок! ЗВОНОК!!!!

Я никак не могла вынырнуть. Понять, что это, откуда? Дребезжащий, противный и отчего-то рождающий в голове образ Савелия. Егора тряхануло, меня отбросило от него. Медленно возвращаясь к реальности, начала соображать. Это мелодия, поставленная на мужа. Мобильный надрывался, подпрыгивая на столе. Подышав пару секунд, не глядя на мужчину, подошла и сняла трубку.

- Привет, Люба!

- Что хотел? - не узнала свой голос, такой он был чужой, сиплый.

- У тебя всё в порядке? - в интонациях Савелия появилась тревожность.

- Ты себе не представляешь, насколько! - злобно выдохнула и почувствовала руки на талии. Они сжались, сердце ёкнуло.

- Люб, нам надо увидеться.

- Не надо! Мне и без тебя прекрасно! - попыталась вывернуться, но захват только стал жёстче.

- Я еду к вам. Буду через пару часов. Вы дома? - Сава был явно встревожен. - Егор ещё у вас?

И тут я расхохоталась. Нервно. Было больше похоже на рыдания и истерику.

- А тебя только он интересует? Что ж, приезжай! Вся семья будет в сборе. Хотя нет, не вся. Если только ты Лёху с Дарой не прихватил! - остановиться уже не могла. Это слишком для одного дня.

- Люб, я приеду, и мы поговорим. - растерянно произнёс муж.

- Конечно, развод обсудим, раздел фирмы, семи комплектов постельного белья, трёх пледов, двух машин, кухонной утвари. Накидывай, что я забыла? - меня крыло.

- Что у вас там происходит? Успокойся. - Сава, видимо, взял себя в руки. - Брат далеко?

- Близко, очень даже! - успокоится не получалось, особенно из-за стоявшего сзади мужчины, руки которого будто пытаясь защитить, обхватили меня.

- Дай ему трубочку.

- Да на здоровье! - отняла телефон от уха и сунула его Егору в лицо. Тот выпустил меня, забирая аппарат.

- Да Савелий. - в отличие от моего, его голос звучал спокойно.

- .........

- Я тебя дождусь.

- .........

- Это не обсуждается, мы встретимся, хочешь ты этого или нет. - и нажал отбой.

Подойдя к креслу, опустилась в него, вдруг ощутив внутри пустоту и отчаяние. Всё неправильно, скомкано и странно. До приезда мужа, если ему верить, пара часов, за которые хочешь не хочешь, а надо обсудить произошедшее с Егором.

ВСЁ произошедшее.

_______________________________________

Дорогие читатели! Очень всем рада!

Спасибо за отклики. За звёздочки, лайки, подписки))) Кто ещё не подписался на автора или не поставил звезду - сейчас самое время!

Для автора это бальзам на израненную строками душу. Переходите вконтакт смотреть на визуализации героев.

Всем любви и весны!

В ожидании "Чуда"

Он подходит, опускается на корточки, обнимает мои ноги и целует каждую коленку.

- Любав, разводись и выходи за меня. - мягкая улыбка трогает его губы.

- Нет.

Улыбка сползает, лицо вытягивается, черты заостряются.

- В чём причина? - мужчина отпускает мои колени и встаёт. Теперь он возвышается, давя своей крепкой фигурой, в которую я буквально несколько минут назад так сладко была впечатана.

- Да много их на самом деле, но главная - психологи не советуют. Я ещё от предыдущих отношений не отошла, раненая и всё такое. Да я даже ещё не разведена! - внутри меня носится куча мыслей, главная из которых та, что совсем скоро я увижу Саву. Зачем он едет? Какие вопросы надо обсуждать исключительно лично?

- Я подожду, буду рядом. - выдёргивает из мыслей его спокойный голос.

- Да-да, уже слышала такое. Кучно пошли... - хочется остаться одной и подумать.

- Поясни? - он придвигает стул вплотную к моему и садится, плотно сжав губы.

На улице невыносимо жарко. Всё, что было в тени ещё час назад, сейчас нещадно накрывает солнце.

- Прости. - я устало провожу ладонью по лицу. - Что-то мне нехорошо, пойдём в дом?

- Конечно, - берёт стаканы в одну руку, а другую подаёт мне.

Мы проходим через кухню, где он ставит стаканы в мойку, и направляемся в мою комнату. Она с противоположной от солнца стороны и сейчас там прохладно.

- Прости, - ещё раз повторяю, когда заходим в спальню, где я тут же плюхаюсь на кровать, с наслаждением вытягиваясь.

Егор молча садится рядом и ловит моё запястье. Заползает большим пальцем в ладонь и начинает там выводить круги. Это сбивает, но я не мешаю.

- Кто тебя ещё ждёт? - наконец нарушает молчание.

- Где? А! Да это я ляпнула не подумав. Забудь. - зачем вообще сказала? Дурында какая-то.

- Люб, я хотел бы знать.

- Егор, я бы тоже хотела знать! Вот честно. - сажусь, выдирая у него свою ладонь. Меня прорывает, - Ты приехал, всё починил, одарил, поцеловал, приласкал, чуть ли не предложение сделал. При этом ничего не объясняешь. - всё, нет времени молчать.

- Я сделал. - его голос звенит. - Любава, если ты согласишься, - замолкает, - мы всё обсудим.

- Такие вещи всё-таки обсуждают ДО, как думаешь? И и и... Ну не знаю! В любви там, в конце концов, признаются. Нет? - Смотрю на него.

Его спина выпрямляется, вся фигура застывает в напряжении, он будто становится выше, больше, мощнее. Лицо каменное, нечитаемое, что там за фасадом? Смягчаюсь.

- Я в ужасе, панике, истерике, в чём там ещё можно быть? Как бы, вне времени болтаюсь. Летние месяцы пролетят молниеносно, Косте в школу идти. А куда он пойдёт? У Ксюшки кружки всё там. А мы тут. Просто пойми, мне страшно, больно, непонятно вообще всё, что сейчас.

Отмирает. Лицо оттаивает.

- Знаешь, на другой стороне боли нас всегда встречает нечто хорошее, просто подумай об этом. - обходит кровать и растягивается рядом, поглядывая на меня.

- Ты в эзотерики заделался? - с любопытством наблюдаю.

- Нуу... Это скорее некая мудрость. - хлопает ладонью по одеялу, приглашая опять лечь.

Заваливаюсь. Он придвигается, подсовывая руку мне под шею. Уютно устраиваюсь.

- Если мы сейчас с тобой углубимся в мудрость, то тогда мне надо простить Савелия.

- А он просил прощения? - поворачивает голову в мою сторону.

- Я чисто гипотетически.

- И почему, чисто гипотетически, надо простить?

- По тому, что если следовать мудрости, то на дне каждого тёмного колодца души нас ждёт сияющая звезда... - я хихикаю над нашими умными речами.

- Звезда, говоришь? Да давно его надо было сковородкой ата та по заду, чтобы мозги в центр управления полётами вернулись, - вдруг серьёзно произносит Егор.

Недоумённо смотрю на него, а потом до меня доходит смысл, и мы вместе начинаем смеяться. От этого вдруг становится легко.

Так мы лежим, болтаем и я чувствую, как разжимается моё напряжение, утекает в руку мужчины, а обратно идёт тепло и забота и ещё нечто трепетное, в чём боюсь признаться себе и что очень страшно потерять.

Но всё рано или поздно заканчивается. Раздаётся шум в гостиной, мы переглядываемся и слетаем быстро с кровати. Пришли дети во главе с дедом Пашей. - К нам едет папа, - сообщаю спокойно, выходя вслед за Егором в гостиную.

- Уррра, - радостно прыгает Ксюша.

А вот Костя внимательно смотрит на нас. Его взгляд заставляет меня нервничать.

- Ну я пошёл, - Павел, хмурясь, смотрит на нас. - Вечером зайду рыбу удить. Вы того, без резких движений тут обойдитесь, - кивает на детей. - когда Савелий приедет.

- Дядь Паш, ты ж меня знаешь, - Егор сосредоточен.

Старик кивает.

- Если что, зовите.

В ожидании мужа прошёл обед, после которого дети утащили своего дядю купаться. Я отказалась, сославшись на то, что надо всё убрать. Они попытались остаться помочь, но мне нужно было побыть одной, поэтому убедила, что прекрасно справлюсь без них.

О приезде Савы возвестил счастливый крик дочери. Ну с богом, начинается!

Выйдя на улицу, застала мрачно переглядывающихся братьев, дочь сидела на руках мужа, Костя стоял рядом с Егором. Однако...!

Выглядел Савелий откровенно плохо. Осунувшийся, с припухшим лицом, залёгшими глубокими синяками под глазами, некрасиво отросшей шевелюрой и бородой, которую дёргала Ксюха.

- Папочка, ты чего такой лохматый? - она попыталась начать заплетать ему косичку, но муж одёрнул.

- Люб нам надо поговорить. Вдвоём. - он многозначительно покосился на брата, спустил дочь на землю и двинулся на террасу.

Там сразу же наткнулся на открытую крафтовую коробку, с любопытством заглянул внутрь, скривил губы.

- Кучеряво тут живёте. - произнёс зло.

- Это подарок от меня. - спокойно уронил Егор.

Глаза Савелия нехорошо сузились...

Сава, июнь

Сава вдруг подумал, что было бы неплохо сдать анализы. Почему эта мысль ему не приходила раньше, сам не понимал. Ему очень не нравилось собственное самочувствие.

- И я бы Вам категорически советовал бросить пить, - жёстко ответил после расспросов участковый врач, крепкий мужик восточной национальности. - Анализы назначу и чисто по-мужски - проверьтесь на инфекции.

Савелий поражённо застыл. Вот чёрт! А мужик дело говорит, Дара последнее время ведёт себя совсем ужасно.

Недавно пришли два отличных заказа на кухни. Любовница увязалась с ним на завод, где он хотел обсудить детали с главным инженером. Чтобы избежать, очередной истерики пришлось её взять, о чём Сава почти сразу пожалел. Она с порога начала откровенно клеить Петра Сергеевича. Мужик в целом был недоволен приездом женщины, но после того, как она притёрлась к нему своим телом, жёстко отчитал.

- Малыыышь, - как всегда, выпятив губы показно громко затянула она, - сегодня к тебе или ко мне? - и громко с оттяжкой хлопнула Савелия по попе.

Оба мужчины замерли и посмотрели друг на друга. Один ошалело, другой сконфужено.

- И имей в виду, "сверху" - приподняла заговорщицки бровь, - сегодня трудишься ты! - она игриво ткнула в Саву пальцем, за что была сграбастана и выставлена за дверь, где пришла в ярость и чуть не залепила ему пощёчину.

А вчера Лёха заехав к Савелию в гости и выпив в одно лицо бутылку коньяка подавленно сообщил, что наткнулся на Дару в парке горького с каким-то "хреном".

- Она даже глазом не повела, - чуть не плакал друг. - будто так и надо. Ты понимаешь?

Внутри всё оборвалось, вот тебе и "мне нужен только ты".

- Лёх, ну может, просто знакомый хороший?

- Да, - с трудом ворочая языком, пролепетал друг, - брат, сват. Так... по-отечески поддерживал её зад. Сав, - продолжил, еле разлепляя сухие губы и заикаясь, - меня всего разрывает. Готов убить шалаву, хочу её умордовать, посадить на цепь! Чтоб только моя!

- А вы что? До сих пор спите? - Савелий оцепенел.

Они не виделись больше двух недель, и Дамира уверяла, что с Лёхой у неё всё закончено. Этим мужчина и объяснял себе, что друг пропал. Думал, зализывает душевную рану. Лезть утешать желания не было.

- Я ей предложение ссссдееелал. - сглатывая слюну бормотал Алексей.

- Ты ей ЧТООО? - было ощущение, что попал в параллельную вселенную.

- Да лу.. лыб.. Лыблу сволоттту эттту, - выдохнул Лёха и свалился на пол.

У у у у, он явно пришёл уже хорошо приняв, и эта бутылка добила. Поднимать не стал, ушёл спать, а утром, когда друг проспался, лёжа на полу кухни, Савелий ещё раз попытался поговорить с ним.

- Бросай ты её. Погулял и будет. - сам он тоже решил, что это был увлекательный аттракцион, но хватит. Покатался от души, уже тошнит.

- Не Сав, дожму её. Будет моей. - с какой-то маниакальной решимостью произнёс. - Я буду не я, если не доведу до загса. Пояс верности повешу, в крайнем случае буду лупить. Ей нравится.

- С женой беременной разведёшься? Ты в своём уме?

- Ага, - решительно ответил Алексей, - я выяснил, что она специально забеременела. Узнала про Дару, боялась, что брошу. Сама, короче, виновата. Дура.

Савелий тогда только покрутил пальцем у виска, двинулся человек головой. Но это не его проблемы, для себя он всё решил.

Когда Лёха уехал, раздался звонок Дамиры. Мужчина посмотрел на экран, сбросил звонок и занёс телефон в чёрный список. Сейчас, сидя перед врачом, он вдруг осознал, что был полным идиотом, связавшись в этой женщиной. Не таким полным, как его друг, который на предельной скорости несётся в пропасть, но тоже наворотил дел.

"Сейчас надо сдать анализы и ехать на поклон к жене. Она простит. Да у неё и выбора практически нет, работать она давно разучилась, если и пойдёт, много не заработает, а привычка жить хорошо есть. Дети опять же, ей важно, чтобы у них было хорошее образование.

Нет!

Он, конечно, сделает всё красиво!

Что она там хотела, комбайн? Будет ей комбайн, ещё цветы прикупит, будет паинькой, повинится. С детьми начнёт общаться. А по детям он скучал, сильно, даже сам удивился, когда понял. В общем, Люба добрая, простит, может, не сразу, но он упорный. Добился один раз, добьётся и второй. Даже интересно, разнообразие. Ух у них страсть вспыхнет с новой силой!"

Мысли повернулись в другую сторону. Его хрупкая, нежная, сексуальная Любочка. М м м ...

"И хорошо, что случилась Дамира, она внесла свежесть в жизнь. Встряхнула его семейные отношения. Всё, как говорится, на благо!" - с этими мыслями взял телефон и набрал жену, нооо... ответил брат!

Это был удар.

"Что он там делает? Неужели Люба решилась ему позвонить и всё рассказать? Нет, не может быть. Тогда что Егор забыл на Валдае? Эта стерва Ленка постаралась?"

О том, что жена уехала в дом отца, понял по штрафам, пришедшим с трассы М-10. Она всегда любила скорость, видимо, прошляпила камеры. Что хорошо, теперь он знает, куда она с детьми делась.

Но новость про брата была неприятная. Старший поговорил с ним жёстко, это напрягло ещё больше. Решил отжать-таки Любочку? Не выйдет! Сава уже победил однажды, второй раз будет для закрепа результата. Нечего Егору лезть в его семью! Тем более что на брата есть компромат, раз тот хочет битвы, будет ему! Как говорится, в любви и на войне...

Получив результаты и план лечения, мужчина, стал готовиться к поездке. В целом он считал, что здоров, проблемы с печенью, почками и желудком небольшие, можно вылечить таблетками. Пить бросит, сила воли имеется. Осталось дождаться анализа на инфекции и можно ехать.

О подарках и тайнах

- Это подарок от меня. - спокойно уронил Егор.

- Ты свои яйца к моей жене не подкатывай, - Сава так сжал кулаки, что побелели костяшки. На скулах обозначились желваки.

Егор отодвинул внезапно вставшего перед ним Костю и решительно двинулся в сторону брата. Я соображала несколько секунд, успев до обозначившейся катастрофы.

- Так, братья Коэн! Вам привет от дядь Паши.

Старший остановился и с интересом посмотрел на меня, младший присел на корточки у ног дочери.

- Не хочу показаться навязчивой, но я бы все разговоры перенесла в более нейтральную зону. - многозначительно посмотрела на детей. - Костя, Ксюша, пойдёмте гости к соседу теперь со мной. - хотел Егор помогать, вот как раз и повод. Пусть разберутся. С мужем болтать не хочется совсем, особенно когда он в таком состоянии. Знаю я, чем сейчас может закончиться разговор.

Дочь заартачилась, обняла папу за шею и попыталась залезть на колени, Сава покачнулся, но удержался. Поцеловал её в щёчку и что-то прошептал на ухо. Ксюшка засмеялась и начала убирать ладошками волосы с его лица. Костик решительно направился в их сторону.

- Пап, - серьёзно посмотрел на него и начал ловить руку сестры, - мы прогуляемся.

Савелий недовольно поморщился и грозно посмотрел на сына, но тот сделал вид, что не замечает. Сестра упорно уворачивалась, пришлось вмешаться.

- Дяде надо поговорить с папой, а я тебе мороженое куплю, и курочки, наверное, снесли яйца, - запнувшись глянула на мужа, - пойдёте собирать с дядь Пашей.

- Мамочка, ничего ты не знаешь! - оживилась дочка, - Их собирают утром, мы "уже". А на мороженое согласна, - хитро прищурилась и стала очень похожа на Савелия.

Нехорошо, конечно, так откровенно манипулировать, всегда была против подобных заходов, но сейчас важно уйти без скандалов.

Пока шли к другу отца позвонила Ленка. Поскольку участок деда близко от нашего, а с подругой хотелось поговорить спокойно, я попросила сына идти с сестрой вперёд, пообещав, что скоро подойду.

- Ну что там у вас происходит? - подруга явно шла где-то по улице, слышались звуки машин и голоса.

- Ой Лен, страсти-мордасти. Приехал Савелий.

- Ну и прекрасно. Как там Егор себя ведёт?

Я торопясь и перескакивая описала ситуацию.

- И подарил целый набор продукции Zielinski & Rozen. По отдельности то всё не то чтобы дорого стоит, подъёмно, но там стооолько всего. - говорила с тщательно скрываемым восхищением,- Духи, шампунь, кондиционер, скраб, свеча, диффузор, крем для рук, тела... Всё не рассмотрела. - вспомнила своё сильное удивление и безумную радость, когда открыла коробку, - Да я даже не знала, что у Zielinski & Rozen столько всего есть. Когда мы с тобой обсуждали сей бренд только о духах вроде говорили? Да, же?

В этот парфюм я была влюблена уже несколько лет. Много читала о нём в инете, бесконечно симпатизировала Эрезу Розену, главе парфюмерного дома. Одна наша весьма состоятельная заказчица кухни, будучи в Израиле, сумела попасть к нему на личный приём. Эрез душевно её принял, они много разговаривали, а потом он создал ей личный аромат. Для меня это была просто удивительная история. С той поры я заболела этим брендом и очень надеялась однажды тоже попасть в Израиль к Эрезу Розену в гости.

- Ух, какой молодец! Видать, порылся в сети. - в голосе появились нотки задумчивости, - Сама то, как?

- Лучше. Я бы даже сказала - значительно лучше! Тут такая красота, воздух постоянно наполнен кучей запахов, яркие краски, просторы озера, листочки, и никто не давит на мозги. Ну почти никто.

- Звучит как хорошая реклама, хочу к вам! - засмеялась Ленка. - Но это всё лирика, а что между тобой и Егором? Про поцелуйки и заботы-беседы поняла.

- Там странное... - начала подбирать слова, - Он вроде замуж позвал.

- Как это - "вроде"? - на заднем фоне запищал светофор. - Подожди... тут... - послышался сигнал клаксона и чертыхание Ленки.

- У тебя там всё в порядке? - напряжённо прижала трубку к уху, но уловила другой шум.

Со стороны нашего дома послышалась перепалка. Дёрнулась, сделала несколько торопливых шагов по дороге, но остановила себя. Пусть разбираются, не поубивают же друг друга?

- Лен, Лен, - закричала в трубку, - с тобой там всё хорошо?

- Да не ори ты! - она ещё раз ругнулась, - Козёл какой-то на красный свет поехал, баран. Чуть не сбил меня.

- Слушай, они там ссорятся! - прислушиваясь смотрела в сторону нашего участка.

- Кто? - не поняла подруга.

- Да мужики... Савелий с Егором.

- А ты где?

- А я ушла к дядь Паше с детьми. Недалеко на дороге стою.

Из калитки появился друг отца, мы обменялись понимающими взглядами и он, удовлетворённо кивнув и ушёл обратно.

- Вот и не лезь. Сами разберутся. Ну так что там с Егором-то?

- А? - опомнилась, - Ну короче, предложил замуж, готов ждать, но это как-то... рационально, что ли... Лен, я его не понимаю. Ну вот как ухаживают обычно? - подумала, пытаясь сформулировать. - Вначале ухаживают, ну там намёки словесные, прикосновения, подарки.

- Вроде всё в наличии, - не поняла подруга. - Замуж же позвал?

- Всё, да не всё. Не могу тебе описать. Чего-то решающего не хватает.

- М м м , - задумалась подруга, - понимаю о чём ты. Мы с тобой никогда особо про Егора не говорили. Молодость у него была разгульная, весьма. И в ней он там много всего натворил. В основном, как я это вижу, из-за личного обстоятельства. Есть у него одна, как бы это обозначить? Особенность, что ли. Ну ты помнишь, что мы с ним ещё со школы дружим?

- Угу, - хмыкнула в трубку, а сама опять прислушалась. Перебранка затихла.

- Так воооот. - Ленка явно задумалась, - Когда у него с Савой погибли родители, Егор закрылся. Наверное, я была единственным человеком, с кем он разговаривал откровенно. С чего мне была выдана такая честь, не знаю.

Я замерла и напряглась, внимательно слушая. Чувствовала - сейчас мне откроют если не тайну, то что-то важное.

Много лет назад

- Лен, - голос парня был непривычно тих, - I need help...

- Егор, - Лена прижала ладонь к глазу, посмотрела на часы, шесть утра. Обычно друг всегда отличался корректностью. - Я сплю ещё.

- Понимаю, прости. Всю ночь думал, надо поговорить с кем-то, давай встретимся?

- Сейчас? - остатки сладкой утренней неги таяли как первый снег на ещё тёплой земле.

- Пожалуйста, ты единственный человек, с кем могу говорить об этом. Хоть как-то. - горечь в интонациях заставили девушку проснуться окончательно.

- Хорошо, приходи.

Они жили в соседних домах и учились в одной школе. Как это обычно бывает, гуляли в одном дворе, но особо знакомы не были, хотя в лицо друг друга знали. Это случилось, когда Лена училась в выпускном классе. Идя однажды из школы, заметила драку мальчишек. Точнее, команда известных задир из девятого класса били ногами кого-то, а один стоял в стороне и наблюдал. Она всегда была за правду и против рукоприкладства, тем более что эту банду подростков не любила. К тому же заметила, что бьют её соседа, смешливого семиклассника из двора. Что могло случиться, даже представить не могла. Он всегда со всеми отлично общался, малышам помогал и организовывал для них игры, со старшими был вежлив и дружелюбен.

Остановилась и решительно подошла.

- Эй, что происходит? - схватила одного за руку.

- Отстань, чо надо? - паренёк опасливо выдернул руку. Тот, что стоял и созерцал потасовку, хихикнул.

Ленка всегда была деловой и строгой девочкой, в школе её уважали, а некоторые побаивались. И почти все знали, так как она была активисткой, много занималась организацией общих праздников, была в комитете шевства над младшеклассниками.

- Как бы этот парень ни провинился, пятеро на одного как минимум нечестно! - она оттащила ещё одного, драка прервалась. - Быстро разошлись!

Избиваемый лежал на асфальте закрыв голову руками и не шевелился. Мальчишки отошли к своему другу "наблюдателю" и встали виновато — мрачным кругом рядом.

- Я жду объяснений. - надвинулась на них. Все молчали, паренёк на асфальте не двигался. - Если вы сейчас же мне не объясните, я скажу директор и вас с родителями вызовут "на ковёр"! - разозлилась она.

- Ябеда и доносчица! - огрызнулся один.

- Не прокатило! - угрожающе надвинулась девушка. - Мне совершенно плевать на твоё очень"ценное" мнение. Итак?

- Он сам виноват, - дерзко начал "наблюдатель".

- М м м м? - повела головой.

- Мы ему давно говорили, чтобы не мешался под ногами! Напросился!

- Так что он сделал? - терпение у Лены было на исходе, тем более что она спешила на фотокружок. Но и бросить соседа ей совесть не позволяла.

- Выделывался! - продолжил малец. - А за такое наказывают! И вообще, это пацанские разборки, чего лезешь?

- Я сейчас тебе сама устрою пацанские разборки! - гаркнула. - У меня друзья-то постарше вас, быстро в чувства приведут!

Один из агрессоров, явно не самый храбрый, отделился от товарищей.

- Да он брата своего выгораживал, а тот у нас кое-что украл.

- Да что там у вас мог стащить первоклассник? - Лену напрягало, что сосед лежал, не двигаясь, подошла и присела над его скорчившимся телом.

- Егор, ты как? Жив? - отняла его руки от головы. Лицо было в грязных подтёках от слёз, глаза закрыты, из носа хлестала кровь, вся школьная рубашка уже была ярко окрашена ею. - Эй, посмотри на меня.

Пацан вздрогнул и глянул мутным взглядом. Одна сторона верхней губы набухла и глаз, что был у асфальта тоже, видимо, по ним попали ногами. Лена полезла в сумку, достала влажные салфетки и начала аккуратно протирать избитому лицо.

- Не надо, - слабо возразил мальчик болезненно скривившись.

- С вами я потом разберусь, - неприязненно посмотрела на компашку, - свободны!

Егора она привела домой и сначала отправила с полотенцем в ванну, дав чёрную футболку. Напоила чаем, а затем потащила в травмпункт, где ему диагностировали сотрясение. Попросила врача выдать справку обо всех повреждениях на всякий случай, чтобы потом предметно разобраться с хулиганами. На обратном пути они разговорились.

- А теперь рассказывай, что там произошло.

Мальчишка помялся. Всё-таки Лена была в школе знаменитостью и честь с ней общаться вот так близко была довольно у узкого круга людей, несмотря ни на что.

- Да младший брат, - начал, - ну ты видела его... - замялся.

Девушка кивнула, знала этого шустрого, неугомонного пупса, Егор часто с ним гулял во дворе ещё до школы, а теперь эта мелюзга пошла в первый класс и постоянно крутилась возле старшего брата на всех праздниках и сборах. Савелий рос шкодливым и трусоватым, что было крайне странно при наличии такого старшего родственника.

- В общем, эти ребята, ну что меня... - замолчал сконфуженно, - короче достали где-то шумовые шашки, хвастались ими на школьном дворе. Поставили их в ряд, а Сава взял и поджёг одну. Не знаю, как это случилось, ещё разберусь с ним, - парень замолчал и нахмурился.

Лена вспомнила, как все в школе переполошились. Она как раз спускалась в раздевалку, когда бабахнуло пару раз подряд. Но ей было некогда, спешила на кружок, поэтому не разбиралась, что там произошло.

- Дальше что было? - поощрила рассказчика.

- А что дальше? Они его поймали, хотели заставить прощения на коленях просить, а тут я выскочил. Не крал он ничего, но ты ж их знаешь. - неопределённо пожал плечами.

Лена знала, поганая компашка, если что-то в школе случалось из ряда вон, можно было, не гадая на кофейной гуще понять, кто виноват.

- А чего они тебя били-то?

- Сказали, чтобы я вместо брата отрабатывал, коль такой заступник. - он упрямо посмотрел на девушку, - не дождутся, я себя не на помойке нашёл, чтобы перед швалью унижаться!

- Это ты молодец! Я серьёзно! А Савелий то где?

- Убежал, как только я внимание на себя перетянул, - поник головой Егор. - Но что с него взять, маленький, очень испугался, ещё когда бабахнуло, а уж когда они на него налетели... - с досадой махнул рукой. - Но я его не осуждаю, ты не подумай.

Лена ничего не думала, хотя, конечно, поведения младшего брата не одобряла. Эта история получила неожиданное продолжение. Девушка всё-таки поговорила с директором и предложила сделать "летучий отряд" который следил бы за порядком на дворе и внутри школы. Сама же его и возглавила совместно с Егором. Так, они стали довольно плотно общаться и как-то незаметно крепко сдружились.

Потом у парня случилась болезненная первая любовь с Лениной подругой, девушкой красивой и стервозной. Конечно, безответная. Но Егор был очень упорным, признавался в чувствах, писал стихи, рвал сирень. Много они тогда провели совместных вечеров, беседуя о том, что девушкам вообще надо от парней и жизни. Закончилась влюблённость довольно печально, девушке надоели ухаживания семиклассника и на последнем звонке она, взяв микрофон, перед всей школой сказала, чтобы отстал...

Горькая правда прошлого

Когда Лена окончила школу, их дружба не утихла. Более того, парень позвал её на свой выпускной, друзья дразнили: "Что влюбился?". Ему было всё равно, девушка давно перешла в разряд "своего парня". Когда он поступил в институт, видится они стали редко, в основном по выходным, встречаясь на кухне то у одного, то у другого и проводя ночи напролёт в долгих беседах. А потом у Егора погибли родители и это был второй раз, когда Лена видела его слёзы. Что произошло сейчас, она догадывалась.

- О! Проходи, проходи, ранняя птаха. - открыл дверь всегда улыбающийся папа подруги, - Она у себя в комнате поляну накрыла. Мы её выгнали с кухни, уж прости, на работу собираемся.

Лена сидела на кровати в ночном одеянии.

- Ты чего не переоделась? - окинул её равнодушно-тусклым взглядом.

Девушка демонстративно начала расстёгивать верхнюю пуговицу пижамного жакета.

- Лен, хорОш... - он обошёл комнату, плечи опущены, голова понурая.

"Видать, дело намного серьёзнее, чем она думала, раз он даже на шутки не реагирует" - подумала и придвинулась к краю кровати, сев по-турецки. Аккуратно разлила чай.

- Понял! - проследила за ним взглядом. - Сядь, не маячь. Что там у тебя случилось? Вроде всё нормально было.

Егор тяжко вздохнул и, придвинув стул к прикроватной тумбочке сел, обхватив голову руками.

- Я вроде всё делаю правильно. Ухаживаю, подарки, концерты, цветы. Купил ей кольцо... - замолчал, внимательно разглядывая висящее над кроватью фото нынешнего ухажёра подруги. Огромное.

Лена поймала парня в момент смеха, он мило щурил глаза на солнце и от души веселился. Тёплое такое фото, выдающее явную симпатию фотографа.

- Предложение тебе делал? - кивнул на фото.

- Нет ещё, а что? - девушка внимательно посмотрела на Егора. - Ой, мамочки! - приложила ладони к щекам, - Ты сделал ей предложение?

- И она отказала. - не меняясь в лице, продолжил парень.

Лена даже не поняла вначале, что он сказал, настолько буднично это прозвучало.

- А ты ей сказал, что любишь? - осторожно поинтересовалась.

- А не понятно? - наконец отмер Егор и зло уставился на подругу. - Что ещё надо сделать, чтобы была понятна серьёзность намерений?

- Ты меня прости, но я сейчас тебе задам пару вопросов. Хорошо? Только не серчай.

Он кивнул успокаиваясь. Мнением девушки очень дорожил ещё со школы.

- Во-первых, у тебя недавно ... - она замялась, - погибли родители, и я понимаю, хочется поддержки и тепла.

Он опять кивнул, не перебивая, только глаза заблестели сильнее.

- Во-вторых, младший брат на руках, вам и так сложно выживать, ты работаешь и учишься, вон уже одни кожа да кости остались. И глазищи на лице. - Лена вздохнув отхлебнула чай. - Последнее и, пожалуй, самое сложное, ты ей сказал, что любишь?

Егор повертел головой - "нет".

- Воооот, а нам это очень, ОЧЕНЬ важно слышать, чтобы знать. И кстати - а ты её любишь?

Парень задумался на этот раз очень серьёзно.

- Я готов жениться. - произнёс, наконец.

- Вообще-то я тебя о другом спросила.

- Лен, вот что ты от меня хочешь?

- Я я я ??? - притворно удивилась девушка. - Совсем ничего не хочу. Хотя нет, вру. Чтобы у тебя в жизни всё сложилось хорошо. А для этого, видимо, тебе нужна пара, как лебедю.

Они замолчали и долго думали каждый о своём.

- Я пытался, - нарушил молчание Егор.

- А? - вынырнула из задумчивости девушка.

- Пытался сказать.

- Что? - по-прежнему не понимала она.

- О том, что чувствую к ней, но не могу! Прямо язык прилипает к нёбу и слова разбегаются. - парень встал и опять зашагал по комнате.

Хлопнула входная дверь, видимо, родители ушли на работу, Лена глянула на часы и ойкнула.

- Так! Мне тоже пора собираться. Хотя постой... - она взяла телефон и кому-то набрала. - Люб, я сегодня позже приду, дела неотложные дома. Прикрой. - нажала отбой и продолжила. - Егор, помнишь в школе как ты лихо за моей подругой ухаживал?

- Век не вспоминать, - усмехнулся, - да и много всего после произошло. Как родители погибли, столько слёз Савелия вытер... Кто-то должен был его утешать и быть сильным.

- Я всё понимаю, но жизнь идёт и надо адаптироваться. - встала, подошла к другу, тронула за руку. - Знаешь, я тебе в этом не помогу, иди к психологу, что ли. Могу посоветовать хорошего.

- Я не псих. - аккуратно отнял руку.

- Ну ты-то не начинай! К такому специалисту не психи ходят, а те, кто не могут справиться с чем-то внутри себя. Сходить к психологу - это как техника безопасности, чтоб крышечку не сорвало. Понимаешь?

- Нет. - отрезал упрямо.

- Ну и дурак!

- Наверное. Но пока так как есть.

С девушкой Егор тогда расстался. Лена очень переживала, видя его состояние, но, как говорится - можно привести коня к водопою, но нельзя заставить его пить.

Потом был диплом, который они весело отметили. Полгода после окончания института Егор впахивал. Ещё в институте подрабатывал в сфере своей специальности, поэтому сразу ушёл на хорошо оплачиваемую должность. А потом упал в пьянки-гулянки. По чёрному. Недели не проходило, чтобы не появилась новая девушка. Клубы, рестораны, отели. Домой не водил, там младший брат, да и смысла не видел тащить разовых девок в родное гнездо.

- Ты совсем съехал! - возмущалась Лена, - Смотри, нарвёшься!

- Кто меня остановит? - ржал друг, - Не беспокойся, всё под контролем!

- И брату какой пример подаёшь? Он ещё совсем малец, да и морально неустойчивый, сам подумай!

Но парень только отмахивался. А потом случилось непоправимое. Лена активно помогала, однако последствия остались. После этого Егор попритих. Гулять не перестал, но стал осторожнее, намного осторожнее...

Там на неведомых дорожках

- Он принципиально не разговаривает о чувствах. Ни с кем, никогда. Задолго до встречи с тобой была у него девушка. Лет двадцать ему тогда было, уж такая там любовь случилась. Он ей - выходи за меня, она - ты меня любишь? А он вдруг упёрся. - Ленка вздохнула в трубку.

- И чем там закончилось? - затаив дыхание спросила я.

- Да ничем. Много с ним беседовали, говорит: " Не могу это сказать, и всё тут. После смерти родителей не понимаю, что чувствую. Но я ведь всё делаю, чтобы показать своё отношение, зачем слова?"

Со стороны моего участка хлопнула калитка, я обернулась. Навстречу шёл Егор. Ой нет, сейчас не готова с ним говорить. Надо осмыслить услышанное.

- А дальше? - развернулась и припустила в сторону участка дядь Паши.

- Девушка там тоже упёрлась, обиделась. В общем, расстались, ну а он ударился во все тяжкие, гулял по бабам как не в себя. Но суть не в этом, он даже мне не мог сказать, любил её или просто хотел человека рядом. И зачем ему этот человек. Такие дела...

- Спасибо Лен! - я быстро скользнула в калитку.

По двору, как всегда, носилась Ксюшка за любимой курицей, дядь Паша не мешал. Железные нервы у деда.

- Вот я не понимаю, что делать. Мне с ним спокойно, и даже больше, но этого не хватает. Хочется уже, чтобы любили...

- Знаешь, - Ленка опять задумалась, - к тебе он как-то по-другому всегда относился. Не могу объяснить, бережно что ли... Да и повзрослел он уже сильно, - хихикнула, - совсем взрослый дядька. Но, конечно, хорошо б ему самому всё тебе прояснить. Мне тут вмешиваться не стоит.

- Согласна на все сто. В общем, ещё раз спасибо. Вечером перезвоню, если жива останусь во всей этой сумятице.

Быстро попрощалась и двинулась в сторону дядь Паши.

- Любава, нам надо поговорить!

Чёрт, чёрт, чёрт! Не готова совсем. Слишком много всего и быстро. Развернулась в сторону мужчины.

- Егор, сейчас, наверное, не время и не место.

Он медленно подошёл, не сводя с меня странного морозного взгляда. Несмотря на жару, поёжилась. Ой не к добру это.

- Нам надо поговорить. Сейчас. - повторил.

Но на моё счастье подскочила Ксюшка.

- Мамочка, я хочу к папе! - она подёргала меня за руку. - Пошли домой! - посмотрела на Егора, - Хочу доехать у тебя на шее.

Мужчина явно растерялся. Вот и славно, вот и поговорим потом. Окликнула Костю.

- Мы с дедой Пашей сейчас будем мастерить парник, я позже приду. - нехотя ответил.

Ну что ж так даже лучше, наверное. Видела, что сын не хочет общаться с отцом. Домой шли молча. Я постоянно ощущала тяжёлый взгляд на себе. Подойдя к нашему участку, Егор спустил Ксюшу на землю, дочь тут же побежала в дом. Я уже было, тоже направилась за ней, но почувствовала, что меня поймали за руку.

- Пойдём пройдёмся. - голос мужчины звучал жёстко.

- Мне не нравится твой тон. - выдернула руку. Уж больно интонации были похожи на мужнины.

- Мне надо поговорить с тобой.

Это начинало раздражать, одна и та же фраза, он будто забыл все слова и ходил по кругу. Вздохнула, в любви таким тоном не признаются, но деваться некуда. Развернулась и пошла в сторону леса. Егор, видимо, не ожидая, что так быстро сдамся, продолжал стоять у калитки. Спохватившись, догнал и пошёл молча рядом, пристраиваясь к моему шагу. Так, в тишине мы добрели до опушки и порядком оглаженные солнцем погрузились в звенящую птицами прохладу березняка.

- И? - не выдержав остановилась, развернувшись к напряжённой фигуре.

- Савелий наворотил дел. - начал несмело, глядя куда-то в сторону от меня.

"Неправильное начало, товариСЧ брат, как любит говорить Костя. Но ладно, послушаем, что скажет дальше", - подумала, продолжая внимательно смотреть на мужчину.

- Вы сейчас в очень шатком положении. - было видно, как он размышляет внутри себя, собирая слова в правильно звучащие фразы, - Надеюсь, возвращаться к Саве ты не собираешься? - его взгляд коснулся меня и улетел ввысь деревьев.

Я буквально физически чувствовала его тяжёлые думы и то, что вырывалось наружу, абсолютно не соответствовало этим ощущениям. Молчала.

- Юность моя была... скажем так... непростая. - пауза в пару минут.

Стоять на одном месте становилось тягостно. Заметив впереди лещину, очень медленно пошла к ней. Егор ещё какое-то время не двигался, а потом зашагал следом. Подойдя к кустарнику я, чтобы хоть чем-то себя занять, наклонила ветку, ища завязи. Ближе к концу августа, если этот сезон урожайный на орехи, а таковые идут год через год, тут будет полно плодов, и мы с детьми обязательно пойдём их собирать впрок.

Мужчина подошёл сзади. Совсем близко. Прикоснулся всем телом, поймав своими ладонями мои кисти. Попыталась отстраниться, но он лишь сильнее переплёл наши пальцы, заставив отпустить ветку, она с шелестом стрельнула ввысь. Спеленал руками и уткнулся в макушку тяжело дыша. Стёк губами по волосам к нежному месту за ухом. Подключив язык, будто пробуя меня на вкус, пополз по шее до места соединения её с плечом. Прикусил там. Меня передёрнул, улетая вниз по позвоночнику, разряд. Влажная дорожка холодила кожу, заставляя вздрагивать. Губы и язык Егора продолжили путь. Дойдя до седьмого шейного позвонка он, подключив зубы, прихватил кожу, втягивая её в рот. Моё практически обездвиженное тело взрывалось ощущениями, капельки пота медленно скользили по бокам, добавляя витальности происходящему. Горло перехватило, воздух резко закончился. Вначале не поняла, что со мной происходит, а потом из глаз хлынули слёзы. Грудь рвало от чувств и эмоций.

- Отпусти, отпусти меня! - задыхаясь и срываясь в голосе то ли прошептала, то ли прокричала. - Я так не могу, не умею! - ноги перестали слушаться и тело, дрожа, повисло в руках стоящего сзади мужчины.

Он прерывисто дыша, аккуратно, не разжимая объятий, опустился на траву, увлекая за собой. Всё его тело вибрировало в такт моему. Было невыносимо, муторно, раздирающе.

- Я, Я... Я ТАК ТЕБЯ ХОЧУ! - еле ворочая языком громко выдохнул в ухо.

Эти слова больно ударили куда-то в грудь, заставляя хлынуть новый поток слёз. Хочет? ХОЧЕТ?

- А рассказать, ЧТО ты подхватил, пока опылял всех подряд в молодости, ты не хочешь? - прервал это безумие гневный голос Савелия. - И чем тебе это аукнулось? - он стоял как Мефистофель прямо за нами. Как мы не услышали его приближения, понять не могла.

И это тоже правда

Сава, зло скалясь, отошёл к тропинке. Я с трудом разорвала объятья Егора. Они никак не разжимались, всё сильнее сковывая. Я начала откровенно задыхаться, он будто боялся, что отпустив больше не сможет прикоснуться ко мне. Наверное, это отчасти было правдой. Поднялась с земли.

Первая мысль была - где Ксюша, почему муж тут один?

Вторая - ???

Что сейчас сказал Савелий?

- А ты тоже хороша, не пойму, это сейчас мода такая? Всем типа "приличным" дамам по мужикам шляться. Есть хоть одна верная? - бил он словами.

Было почему-то всё равно. Все мысли внутри крутились вокруг Егора. Повернулась к нему.Он, отряхиваясь, вставал с земли, на лице НИ-ЧЕ-ГО!

- Что я сейчас услышала? - произнесла в полном смятении глядя на мужчину.

- Правду, Любав, правду. - он смело поднял глаза и встретился ими с моим взглядом.

- Какую правду? - ощутила как внутри, где-то в районе сердца и живота всё сжалось, осиротело, будто стёрли информацию и оставили пустой лист в грязных разводах.

- Был я молод и удал, довелось, повидал... - вздохнув процитировал песню, философски приподняв брови и опустив глаза.

- Настолько был удал, что лишился наследства! - опять встрял Савелий, - И уж сколько там Ленка не прыгала вокруг, ничего не помогло. Нравится тебе такой мой брат? - от гнева лицо его перекосилось, он расстреливал меня словами, явно наслаждаясь. - Что? Уже не такой герой? - развернулся к Егору.

Тот не реагировал, продолжая машинально стряхивать несуществующие травинки с ног. Мне стало противно от мужа. Смотрела на него и не могла понять - как он стал таким, как умудрился опуститься настолько низко? А может, я никогда и не видела его настоящего? Но ведь были годы счастья, его любви ко мне? Бессонные ночи у кроваток детей, забота. Что произошло?

- Спроси, спроси сколько у него было баб, - дошлифовывал тему "до блеска" Савелий, - какое количество он соблазнил красивыми манерами, а потом бросил, заставив по себе рыдать. Как много девчонок умоляло не оставлять и что он на это отвечал! Да там легионы! Уж про женщин лёгкого поведения вообще молчу!

Я шокированно переводила взгляд от одного брата к другому. Снаружи ветерок шелестел листьями лещины, пели птицы и пахло сохнущей травой, а внутри головы меня избивали мысли с такой силой, что на секунду испугалась возможности инсульта.

- А это???

- И это правда. - твёрдо ответил Егор.

Полный финал! Я пыталась переварить. Да Ленка предостерегала, ещё когда мы познакомились, что он имел всё, что движется, а я, оказывается, даже не представляла масштабы бедствия. НО! Это не оправдывало поведения мужа.

- Савелий, чтобы там твой брат не делал, ты сейчас провернул тот же фокус! - жёстко отчеканила, развернувшись к нему.

- Я агнец божий, по сравнению с этим "прекрасным мужчиной"... - ухмыльнулся, - Да ошибся, но всё осознал. И я тебя люблю, а любит ли он - это вопрос, который задал бы на твоём месте!

Я опять повернула голову к Егору. Отметила как он, закусив угол нижней губы, напрягся криво усмехаясь. И... промолчала.

- Где Ксюша? - строго спросила у мужа.

- Спрашивать не будешь значит? - досада мелькнула на его лице, но он быстро справился, - Дочь дома осталась. Не переживай, она уже достаточно взрослая, одна поиграет.

- Одна? - я обалдело смотрела на Савелия, - Там же причал и вода, а она плавать не умеет.

Егор рванул прочь из леса. Развернулась и полетела следом, пыталась по дороге осознать факт того, что муж с такой лёгкостью оставил пятилетнего ребёнка. Не просто ребёнка, собственную дочь без присмотра, совершенно не задумываясь о последствиях.

Подбегая к участку, ещё из-за забора, увидела Егора идущего в дом с хохочущей и совершенно мокрой Ксюшкой на руках. Во рту то ли от бега, то ли от всей этой картины стало настолько сухо, что даже сглотнуть не получалось. Остановилась, переводя дух, обернулась. Со стороны леса показался Савелий. Шёл не спеша, захотелось взять безбольную биту. Зашла и со злости защёлкнула дужку навесного замка на петлях калитки.

На веранде мужчина заворачивал девчушку в оставленное на ротанговом кресле с утра огромное махровое полотенце, что-то ей спокойно говоря.

- Дядь, ну я только ножки помочила, - продолжала смеяться дочь.

- Ага ножки по ушки, - пошутил он.

- Ой какой ты смешной, - опять залилась Ксюшка.

- Мама вам с братом объясняла, чтобы к воде одни не подходили? - строго спросил.

Я остановилась и, несмотря на всё внутреннее напряжение и противоречивые чувства, наслаждалась картиной, настолько она была благостной.

- А мне папа разрешил! - с гордостью изрёк ребёнок.

Егор замер, перестав её вытирать. Я разинула рот. В смысле разрешил?

- Этого не может быть! - чересчур эмоционально выпалила, - Даже если разрешил, Я ЗАПРЕТИЛА! - продолжила сильно повысив голос и решительно зашла по ступенькам, вот так быстро моё слово перебивалось словом отца. Кошмар.

- Люб, спокойно. - остановил брат мужа. - Она плескалась у берега. В целом ничего страшного не произошло, - он посмотрел на девочку, - но Ксана! В первую очередь важно слушать того из родителей, кто с тобой проводить больше всего времени, а это мама. Так?

- Почему? - упрямо спросила дочка.

- Потому что именно этот родитель несёт больше ответственности.

- А если одинаково времени проводят? - не сдавалась малышка.

- Тогда это обсуждается, а вообще обычно родители разрешают и запрещают одинаковое. - утомлённо произнёс Егор, садясь в кресло и уютно устраивая Ксюшку у себя на коленях.

Мне тоже до безумия захотелось к нему на колени, а потом перед внутренним взором вдруг пронеслись образы других, сидевших там и изнутри обожгло противное ощущение, принеся осознание всего, что услышала в лесу. Отвернулась, чтобы мужчина не увидел моего скривившегося лица.

В этот момент заскрежетал подвесной замок на калитке.

Противостояние

- Люба! Открой немедленно! - Савелий яростно тряс калитку.

"Как же он меня достал, - подумала устало, - устроил тут балаган".

Пошла к забору, Егор цепко наблюдал за мной.

Как бы отделаться от этих "прекрасных" братьев. Мне просто надо побыть одной, рассортировать мысли, а после разложить их по шкафчикам.

- Сав, я открою. А ты соберёшься и отчалишь в Москву. Заявление о разводе подам в ближайшее время. - поняла, что не подумала о ключе. Развернулась и направилась в дом.

- Люб, Любааа! - наплевав на закрытую калитку, муж полез через забор, - Подожди, давай поговорим, я ж мириться приехал. Подарки всем привёз.

Как же это жалко прозвучало. Подарки! Буквально неделю назад появился Егор. Это было хоть и странно, но довольно мило и естественно. Ситуация сейчас напоминала плохую игру на сцене, артхаус и гротеск в одном флаконе.

- Да? - остановилась, - Что привёз?- решила подыграть.

Савелий, наконец, справился с преградой и зашагал ко мне, радостно расплываясь в улыбке. Засалившиеся за день волосы сосульками падали на лицо. Он что, реально думает мне это интересно, нужно, важно?

- Детям сладости и игрушки, - самодовольно изрёк, - тебе цветы и лопату в машину.

- Какую ещё лопату? - обалдела я окончательно.

- Ты всё время меня просила лопату, помнишь? Так вот, выбрал самую удобную, складную, чтобы места много не занимала.

Я вспомнила, да. Просила её зимой, на случай, если вдруг машина где застрянет. Ленка твердила, что данный предмет в машине необходим, а муж отмахивался: "Сама, что ли, купить не можешь?" Теперь у меня есть лопата. Поздравляю, только зачем? Бред какой-то. Не, это вещь нужная, в хозяйстве пригодится. Но в качестве подарка штука странная.

- Хорошо, выгружай свои подарки и уматывай. - остановилась, задумавшись о том, что ключ больше не нужен. Хотя нет, нужен. Костик скоро должен вернуться, а на калитке замок.

Снова направилась к дому. Савелий растерялся. Видимо, думал, что остановилась с ним продолжить разговор, а я опять куда-то пошла.

- Люб, ну Люб, куда я поеду на ночь глядя? - широко улыбнулся.

Егор с Ксюхой на руках наблюдал, не вмешиваясь. Сава делал вид, что не замечает брата, будто его и нет.

- Да мне то какое дело? Ты свой выбор сделал, когда связался с Дамирой.

- Я сглупил. Знаешь, ты тоже отчасти виновата в том, что произошло. - догнав цапнул за запястье.

Да что они оба так любят хватать мои руки? Раздражённо вывернулась.

- Вину признаю. Бросай меня и будь счастлив! - прислушалась, внутри ничего не шевельнулось. Прекрасное ощущение!

- Любочка, - перешёл к запрещёнке, - милая моя, мы всё сможем восстановить, я приложу максимум усилий. - его голос пылал вдохновением. - Ну, хочешь поклянусь?

- Ты совсем дурак, Сав? - реально не могла понять, он это серьёзно говорит? - В чём ты там собрался клясться? Пути назад нет. Давай мирно расстанемся.

- А как же дети? Ксюш, - окрикнул дочь. - Иди сюда.

Ксюшка сорвалась с колен Егора и подбежала к нам. Вот теперь внутри меня всё зашевелилось. И как!

- Ты с ума сошёл вмешивать в это ребёнка? - гневно прошипела мужу в лицо.

- Тише любимая, - притворно ласково осадил Савелий, - она имеет право голоса. Скажи дочУра, ты хочешь, чтобы мама с папой жили вместе или раздельно?

Я ахнула. Ксюшка непонимающе уставилась на нас. Подошёл Егор. Напряжение в воздухе сгустилось.

- Брат, давай отойдём, поговорим.

Сава моментально изменился в лице. Мягкость и елейность стремительно покинули лицо, скулы заострились. Он тряхнул своими ужасными прядями.

- Уже "беседовали" сегодня, - процедил сквозь зубы, - больше сказать нечего. Могу лишь повторить - оставь мою семью в покое!

Опять заскрежетала калитка. Костя вернулся. Да что ж всё так криво то сегодня идёт.

- Ксюшечкаааа, - протянула я заговорщицки, - а сбегай домой, там на полке рядом с камином лежит связка ключей, принеси их. Пожалуйста.

Дочь ринулась в дом.

- Так, горячие парни, - боялась, что когда подойдёт Костик, он займёт сторону Егора. Тогда может случиться жуть, которую я не буду знать, как разрулить. Представляла себе всё, вплоть до драки. По этому главной на нынешний момент задачей было не допустить открытого противостояния. - Пожалуйста, соберите вещи и езжайте по домам.

- Я никуда не уеду, - упёрся Савелий.

- Одну с ним не оставлю, - твёрдо ответил Егор.

- Маам, - послышался удивлённый возглас Костика, - что у вас там происходит? Почему калитка закрыта на замок?

Патовая ситуация. Я начала внутренне паниковать. Скандал при детях? А если братья подерутся? В здравый смысл Егора я верила. А вот что мог выкинуть муж, даже представить не могла. Если эти двое начнут махаться, Костик обязательно полезет. Или нет? Не узнать заранее. Но последствия могут быть непредсказуемые.

- Я случайно защёлкнула, - крикнула в ответ. - Сейчас твоя сестра принёс ключ и отопру. Подожди.

Братья резали друг друга взглядами. У Савы на шее билась жилка, мой взгляд, почему-то заострился на ней. "Что делать, что делать?" - металось в голове.

- Дорогие и не очень мужчины, - наконец решила сдвинуть шатко-напряжённое равновесие хоть куда-то. - Я. Запрещаю. Вам. - грозно впилась взглядом вначале в мужа, потом в Егора.

Эти двое даже не шелохнулись. "Да пусть хоть что-то произойдёт!" - внутренне взмолилась. В этот момент тишину полоснул звонок моего мобильного.

- Мамочка, телефон, - бежала ко мне Ксюха неся в руках ключи и мобильный.

- Открой, пожалуйста, замок на калитке, - попросила её. - Алло! - приняла не глядя вызов и замерла.

- Люб, - прорыдал динамик телефона Дамириным голосом, - Савушка с тобой?

А что напишут на Вашей могиле?

Хотела происшествие? Получила!

Теперь все наконец-то смотрят на меня, а не бычат друг на друга. И судя по лицам, очень хотят узнать - кто звонит. Сумела-таки завладеть их вниманием. Хотя если подумать, то кубок опять достаётся Дамире.

- Во-первых, здравствуй! - произнесла, собрав волю в кулак. - Во-вторых, да, он рядом. В-третьих, ты белены объелась? Звонишь мне! - негодование стремительно затопляло всё внутри. - Дай, пожалуйста, Сааавушкууу!!! - выла в трубку Дара, - Дай, я очень прошу! - она захлёбывалась и икала так, что я вдруг испугалась.

Взглядом нашла своих детей. Встряхнула головой. Ну что за бред? Все тут. Это у неё что-то случилось, ко мне отношения не имеет.

- Сав, - протянула трубку мужу, - это тебя. Кстати, что с твоим мобильным?

Он удивлённо посмотрел вначале на телефон, потом на меня.

- Почему твоя любовница звонит мне, а не тебе?

Теперь лицо вытянулось и у Егора тоже. Подошёл Костя с Ксюшей. Прекраааснааа... Удивительная женщина! Даже находясь почти за полтысячи километров, умудрилась, по сути, собрать вокруг себя всю мою семью.

- Скажи, что я не буду с ней разговаривать, - враждебно произнёс Савелий, но увидев мою реакцию быстро изменил решение, - да сбрось просто звонок, и дело с концом.

- Знаешь ЧТО? - рявкнула громко. От резко наплывшего гнева меня начало потряхивать, - Я тебе не секретарь! Сам разбирайся!

Муж продолжал стоять. Трубка продолжала рыдать. Егор что-то шептал на ухо Костику. Тот кивал, а потом взяв за руку Ксюшку, пошёл за дом. Отлично, одной проблемой меньше!

- Бери трубку! - мои нервы начинали сдавать.

Сава покачал головой. Ах ты сволочь!

Подошёл Егор и ловко вынул мобильный из моих пальцев.

- Алло. - сказал спокойно. Некоторое время слушал. В какой-то момент глаза его остекленели.

- Пожалуйста, успокойтесь, а то непонятно, что Вы говорите. - произнёс каким-то чужим голосом. Послушал ещё несколько секунд, после чего повернулся к брату, и слегка дрожащим голосом сказал, - Очень советую тебе всё-таки поговорить с этой женщиной.

Савелий неохотно подошёл и забрал трубку.

- Дамира, успокойся, пожалуйста. - на его лице играло раздражение, - ЧТООО? - вдруг вскрикнул и его взгляд окаменел. Так же, как только что у Егора. - Звони в экстренную службу! - Обалдело произнёс. - Сто двенадцать! С Т О.... Д В Е Н А Д Ц А ТЬ!.. Выезжаю. Буду примерно часов через пять-шесть.

Я растерянно наблюдала происходящее. Егор как-то печально смотрел на брата. Тот уронил руку, в которой держал телефон и весь будто смялся. Плечи поникли, глаза потухли, лицо посерело.

- Лёха... повесился...

Внутри начал расползаться холод, резко, безжалостно наполняя меня липким ужасом.

Луч уходящего солнца зловеще отразился в окне и ослепил. Прикрыла глаза, делая шаг в сторону. Потянуло свежестью уходящего дня. По-вечернему стрекотали то ли сверчки, то ли кузнечики. Было ощущение, что всё вокруг неуловимо изменилось. Глаза помимо воли отмечали бегущие облака, шевелящиеся на ветру травинки, отколовшийся каменный кусочек от плитки, застилающей дорожку к дому. И мужа, такого знакомого и одновременно чужого. Я вдруг поняла, что мне его безумно жалко и что это единственное чувство, которое испытываю к нему.

- Люб, - его голос звучал глухо и бесцветно, - ты поедешь со мной?

Внутренне ужаснувшись помотала головой.

- Хорошо. - сделал пару шагов внутрь участка, опомнился, развернулся к выходу, - Ну... Я тогда один. - и слегка пошатываясь направился к калитке.

Пикнула сигнализация, послышался звук открывающейся двери машины. Глухой удар чего-то о землю. Шум мотора. Хлопок. Шорох шин по гравию.

Я стояла не шевелясь. Тело налилось тяжестью, пальцы рук и ног заледенели.

Первый отмер Егор. Он проделал путь мужа до выхода с участка, опять донёсся звук сигнализации.

Я лениво вела взглядом по дорожке, одновременно прислушиваясь к своим ощущениям внутри. Начинались сумерки. Они приглушили яркие краски дня и окрасили воздух в розоватый оттенок. За домом послышался заливистый смех дочки. Вздрогнула. Всё вокруг казалось нереальным, будто я попала внутрь нарисованной картины и стала двумерно-плоской.

Развернулась от калитки и глянула через забор на дорогу. Машины Савелия уже видно не было. Только пыль указывала путь, по которому она недавно проехала. Сзади раздались шаги, на плечи легло одеяло, сшитое мною же много лет назад. Оно окутало уютом, просочилось в нос запахом машины и Егора. Брат мужа бережно сжал мои плечи, побуждая откинуться на его грудь спиной. Отрешённо поддалась. Он обнял поверх одеяла, прижал к себе.

Стояли молча, глядя на темнеющий вдали лес и думая каждый о своём. Я про бренность жизни. Про то, что мне скоро сорок, половина пути пройдена. Чего я за эту половину достигла? А всё может вот так внезапно оборваться в один миг. Что останется после меня? Какая память? Какой некролог можно прочитать на моей могиле, если сейчас умру? На кого останутся дети? Думала о бедной Лёхиной жене. Савелий говорил, что она опять беременная. Как будет выживать? Как вообще справится с навалившимися невзгодами?

Егор сильнее сжал руки. Хорошо, что он рядом. Я и сама справилась, куда б делась? Но вдвоём легче. А Савелий сейчас где-то едет один на один со своими мыслями, возможно страхами, наверняка отчаянием. Внутри поднялось сочувствие к ещё совсем недавно любимому и родному человеку. Каждый заслуживает поддержки и понимания, даже тот, кто ошибся.

Взгляд уловил движение на дороге. Перевела туда взор. Дядь Паша. Освободилась из рук Егора и медленно побрела к калитке. Дойдя, уставилась на место, где ещё недавно стояла машина мужа. Там в траве лежал большой пакет с чем-то внутри, лопата и завядший букет ирисов.

Сава и полиция

Савелий ехал в Москву и в который раз прокручивал в голове разговор с Дамирой. Что-то его беспокоило больше чем сама весть о смерти друга. Никак не мог поверить, что этот раздолбай и прожигатель жизни вот так взял и ушёл из неё. Недалеко от Москвы остановился на заправке. Залил бензин и сел попить кофе. Вынул телефон, достал номер Дары из чёрного списка и позвонил. Она ответила не сразу, он даже успел поволноваться на тему, как бы она тоже... того... Но нет.

- Савушка, сладкий мой малыш! - голос был хмельной.

- Ты где? - раздражённо спросил.

- Я, - икнула, - дома.

- А Алексей? - ну нет, к ней он не поедет. И точка!

Дамира разразилась пьяными рыданиями и больше ничего членораздельного сказать не смогла. Как же всё это было некстати, хотя говорить о смерти друга подобным образом, конечно, вообще неправильно. Допил кофе и поехал в свою квартиру.

Утром решил послать аккуратное смс его жене. Она тут же перезвонила.

- Савелий, - голос был подавленный, но довольно спокойный. - Приезжай, тут полиция поговорить с тобой хочет, но я вчера не решилась тревожить.

- Хорошо, буду через час.

Ну что ж, поедем общаться.

В участке пожилой строгого вида следователь пригласил Саву в довольно большой и на удивление уютный кабинет. Тёмная мебель, стол, этажерка, за которой стоял сейф, стулья. Цветок на окне. Всё выглядело ново и аккуратно. Следователь достал исписанные Дамириной рукой бумаги и ручку.

- Садитесь. Тут такое дело. - задумчиво произнёс, - Есть подозрение, что не хотел Ваш друг вешаться. Свою любовницу, дуру, попугать решил, да не рассчитал.

Сава обалдел! Почти не спавший ночью, он чувствовал себя разбито. Поставил один локоть на стол и устало подпёр ладонью лоб. Дура - не любовница, а Лёха! Как вообще ему эта мысль в голову пришла?

- С чего Вы это решили? - задал тем не менее вопрос.

- Верёвка... - опять задумчиво произнёс следователь и замолчал.

От недосыпа и всего того, что произошло на Валдае, а также тут, в Москве, нервы у Савы сдавали. Ещё и этот мужик тянет кота за.... резину.

- Вы, простите, в каком звании?

- Майор, но можете называть просто ... - не успел договорить, Савелий его перебил.

- Так вот, товарищ майор. Я очень устал, ехал полночи издалека, у меня проблемы в семье. Давайте по-быстрому всё решим и разойдёмся.

- Ну по-быстрому, так по-быстрому, - мужчина неприязненно посмотрел. - Верёвка была подрезана. Хорошо так, всего пара ниток остались целыми. - запнулся. - А в предполагаемый момент гибели он звонил этой вашей... Как там её? - полистал бумаги, - Дамире.

- Почему нашей? - непроизвольно съёжился Савелий.

- Ну это я образно. - хмыкнул следователь и впился взглядом в лицо. Сава молчал. - Она это подтвердила. - Что подтвердила? - Что Алексей ей звонил. - терпеливо пояснил следователь и замолчал, усмехнувшись.

"Час от часу не легче. Что же ты устроил, Лёха?"

- И? Ну, не молчите. Дальше! - произнёс раздражённо.

- А дальше всё очень просто. Как мне это видится. - вздохнул следователь и постучал пальцами по столу, - Алексей рассчитал так... Подрезает верёвку, звонит по видео связи, - мужчина опять заглянул в бумаги, - Дамире. Она берёт трубку. Он вешается. Отключает телефон, верёвка рвётся. - следователь потёр глаз, - или сначала верёвка рвётся, а потом отключает телефон. Сейчас уже не узнать... Женщина в шоке и с чувством вины прибегает к нему. А он жив-здоров. Дальше любовь-морковь, секс, занавес. - он вздохнул, - Но верёвка не порвалась, хотя по всем параметрам должна была. Вот такая насмешка жизни.

Савелий подавленно молчал. Какая глупая смерть. И главное - из-за кого?

- В общем, так. Жене Алексея я этого говорить не стал. Хватит ей новости о любовнице. В её то положении. Да. - закончил следователь и начал опять листать бумаги.

- Полностью с Вами согласен. - Савелий уважительно посмотрел на мужчину. - То есть это можно будет как-то убрать из протокола и итогового заключения? Я правильно понял?

- Правильно. Но есть загвоздка.

Сава напрягся. Подумал, что майор сейчас, скорее всего, попросит денег. Но ошибся.

- Надо чтобы Дамира тоже об этом молчала. - поднял глаза, - Вы можете это гарантировать?

Савелий ничего гарантировать, естественно, не мог, но уверенно ответил.

- Конечно. Я с ней поговорю, да она и на похороны-то сомневаюсь, что придёт. И вообще, вряд ли захочет с женой Алексея общаться.

- Ну вот и решили, значит. Всего хорошего.

Сава облегчённо выдохнул и непроизвольно протянул руку для рукопожатия. Смутился. Но майор поддержал инициативу. "Хороший мужик" - с этой мыслью вышел из кабинета.

Из родственников у Алексея не было никого кроме жены. А это значит, что дела, связанные с похоронами, придётся делать ему, Савелию. Перспектива не радовала абсолютно, но и выбора не было. Не бросать же жену друга, тем более что отчасти и он виноват в сложившейся ситуации. Эх, послала нелёгкая им Дамиру в тот злополучный вечер в баре.

Кстати, о Дамире. С ней хочешь не хочешь, а надо увидеться. Заручиться уверенностью, что она не припрётся на похороны и не растрезвонит обстоятельства смерти Лёхи. Вдохнул в грудь воздуха, выдохнул и набрал её.

Сава и Дамира

Встретились в парке "Раздолье" у бистро и побрели по дорожке. Сава наотрез отказался ехать к ней в дом. Сразу вспомнил, как она его подкараулила у дома перед его отъездом на Валдай.

По своей привычке попыталась соблазнить. Накинулась с поцелуями, хотя стоило бы начать с разговора. Как их увидела Ленка. Откуда только взялась? Как Савелий снимал с себя руки любовницы, отлеплял её тело. А также неприятно удивлялся внешнему виду Дары.

Сейчас он откровенно боялся её приставаний и истерик.

- Как ты? - спросил, внимательно вглядываясь и отмечая, как еще сильнее подурнела, даже в сравнении с прошлым разом, бывшая любовница. Что-то в её лице и поведении было странное, но решил не заостряться на этом.

- Очень плохо, - простонала Дара, задирая голову и бросая взгляд из-под полуопущенных век, - малыш, зачем ты меня сюда вытащил? У меня было бы удобнее.

Савелий промолчал.

- Послушай, что ты думаешь о всей ситуации? - начала аккуратно.

- В каком смысле? - недовольно посмотрела на него Дамира.

- Ты знаешь, что у Лёхи осталась беременная жена и двое детей?

- А мне какое до этого дело? - взгляд из недовольного перетёк в откровенно враждебный.

Сава присмотрелся к её лицу. Эти полуопущенные на глаза веки, видимо, от перепоя. А вот что с щеками? Внизу скул под кожей висело по довольно крупному мешочку с каждой стороны.

"Она всё-таки вколола и они всё-таки упали! Ой дууурааа!"

Вспомнил, как примерно месяц назад потребовал у Дары отчёт о деньгах, которые она опять попросила.

- Мне срочно надо к косметологу! - слёзы набежали на её глаза. - Можешь поехать со мной, если не веришь. - произнесла горько всхлипнув.

Савелий так и сделал. Сидя в уютном фойе частной клиники, он гадал, почему его любовница орёт на мастера. Наконец, дверь открылась и выскочила взвинченная женщина в белом халате.

- Скажите своей жене, что это просто глупо и опасно! Так нельзя делать! Сава обалдел. Не муж он Даре, и говорить ей ничего не собирается. И потом, он совсем ничего не понимает в этой её косметологии.

- А что случилось? - осторожно уточнил, нарисовав заинтересованный вид на лице .

- Дамира Тимуровна опять требует сделать ботокс. Говорит предыдущий раз её не "взял"! А он "взял"! Понимаете? Ещё один укол и мы уроним лоб! Лицо может перекосить!

Савелий нахмурился, пытаясь въехать в тираду врача.

- И уже пятый раз хочет колоть филлеры в скулы. - продолжила косметолог, - А их можно ну в крайнем случае два! Вы понимаете? - женщина требовательно уставилась на Савелия, - Если бы у меня была "шарашкина контора", то нет проблем! Плати бабло и делай что хочешь, но я профессионал. Понимаете? - мастер раскраснелась, - У вашей жены может всё просто "упасть" и это будет катастрофа. У неё уже задета носо-слёзная борозда. Филлер начал мигрировать. Из-за его давления начинается"минус" ткань. И потом надо это всё ...

Женщина говорила и говорила, пытаясь Савелия в чём-то убедить. Он ровным счётом ничего не понимал и думал лишь о том, как уже покончить со всем этим цирком.

- Знаете, как мы поступим? - наконец прервал он врача-косметолога. - Вы вколите ей всё, что она там хочет, а она Вам расписку напишет. Мол о последствиях предупреждена, беру ответственность и всё такое.

- Нет. - твёрдо ответила женщина, - Этого нельзя делать! - и развернувшись ушла в кабинет.

Дамира ругалась полдороги, а потом забрав деньги, пошла в другую клинику. Теперь то, о чём предупреждал мастер, видимо, случилось. Лицо любовницы было безобразным, но сейчас Савелию до этого не было дела.

- Дар, а ты на похороны собираешься?

- Я похожа на сумасшедшую? - картинно возмутилась она. Лицо неприятно пошло рябью.

- Нет конечно! - как можно более искренно воскликнул Сава. А про себя подумал, что очень даже. - Но Алексей много для тебя сделал... Я думал... Может, хочешь деньгами помочь его семье?

- Ещё чего! - возмутилась Дамира, а потом будто сломалась, - Нет у меня денег, - голос захрипел и закончила она уже шёпотом, - я дом продаю.

Савелий вдруг ужаснулся. Сейчас она начнёт просить помощь, физическую или финансовую, а он больше не готов. Ни к чему не готов.

- А бизнес? - всё же решил уточнить.

- И бизнеса нету, - всхлипнула женщина, а потом зарыдала, - Савушка! Я всё потеряла... - по серому, неровному, одутловатому лицу ползли грязные дорожки от туши.

Она умоляюще смотрела на него практически не моргая. Вдруг глаза заметались. В них Савелий почти физически увидел работу мысли и испугался ещё сильнее. Дара умела быть в достижении своих целей носорогом, не видящим никаких препятствий.

- Помоги, а? - произнесла вдруг окрепшим голосом, размазывая ещё больше тушь по лицу. - Я даже прощу то, что ты исчез! У тебя отличный бизнес, я могу работать вместе с тобой, приводить заказы. У меня столько богатых знакомых на рублёвке! - воодушевлялась она сама от себя.

Савелий прервал.

- Мы разводимся с Любой, и она забирает бизнес, - соврал он. - И там ничего не получится отсудить, брат вмешался. Уставной капитал полностью его.

Приободрившаяся было Дара, после слов о брате снова поникла. Про него она много слышала от Савы и, надежд не питала. Особенно сейчас. Хотя можно попробовать зайти с этой стороны. Надо только как то лицо подправить. Расстались они неловко. Дамира попыталась поцеловать, Савелий в этот момент наклонился завязать шнурок. Получилась маленькая неразбериха и они столкнулись. Он подбородком заехал ей по губе. Извинился. Скомкано попрощался.

- Ты мне не звони. Наверное... - неуклюже произнёс. - Я буду заниматься организацией похорон, потом разводом и мне надо что-то придумать с зарабатыванием денег.

Не "томный" вечер

Подойдя к забору, Дядь Паша покосился на букет.

- Эт чё за траурный веник тут валяется? - недоумённо произнёс, больно полоснув словами.

Вы когда-нибудь видели завядший ирис? А два? Небесно-голубой, яркий, сочный цвет становится грязно-синим, жёлтые пятнышки внутри лепестка - блёкло пергаментные. Весь цветок из тонкого и изящного творения становится похожим на расчленёнку. А когда это не один цветок, а целый букет? Это зрелище не из приятных, особенно в сложившейся ситуации. Поэтому после слов деда в глубине меня всё поднялось и завертелось, словно я попала внутрь смерча. "Траурный веник" всего два слова, а столько смыслов и чувств внутри сразу задето. На глаза навернулись слёзы. Дядь Паша открыл калитку и зашёл. Встал рядом со мной. Крякнул и, положив мою ладонь на свою, другой своей рукой похлопал сверху успокаивая.

- Ну-ну, девочка, всё образуется. Егор дома?

Слёзы всё равно предательски пробрались наружу и скатились двумя горькими дорожками. А потом ещё, и ещё. Я отвернулась, чтобы скрыть это. В светлых сумерках белых ночей Валдайская природа вокруг выглядела невероятно нежно и слегка по колдовскому. Яркий всполох севшего, но не ушедшего солнца окрашивал мир в пастельные тона, будто покрывая тонкой, прозрачной вуалью. Контраст окружающей нежности вокруг и темноты внутри моей души приносил неясную боль. По дорожке навстречу нам шёл Егор.

- Заходи, Паш, в дом.

"Надо же, как он его фамильярно." - подумала, а потом поняла, что они, видимо, часто и плотно общаются, раз брат мужа его так зовёт. Хотела додумать эту мысль, но она быстро убежала.

- Неее, я просто увидел, как уехала машина Савелия, решил проверить, как вы. Если всё в порядке, пойду обратно в дом. У меня там передача начинается.

- Спасибо, дядь Паш, - и слёзы опять потекли по лицу.

- Да за что, Любань? - искренне удивился старик.

- За всё... - меня затопила какая-то невероятная благодарность к этому старику. - За отца, за детей, за участие и переживания. - хотелось подойти и обнять этого крепкого, не сгибаемого деда. - За куриц. - вдруг добавила, и мы все вместе прыснули коротким смешком.

- Пожалуйста, Люб. Отец твой завещал мне вас охранять, - хитро произнёс, продолжая улыбаться.

Я опять погрустнела.

"Папочка, любимый мой папочка. Очень мне тебя сейчас не хватает."

- Ну... я пошёл, что ли, - он развернулся и открыл калитку. Оглянулся, - а дети то где?

- В песочнице за домом играют, - отозвался Егор.

- Сыро становится, вы не затягивайте, идите уже в дом. - и выйдя на деревенскую улицу бодро зашагал в сторону своего участка.

Ксюшка, узнав об отъезде отца, разрыдалась и, не могла никак успокоиться. Её истерика больно отдавалась внутри меня, наш развод для ребёнка будет трагедией. Что с этим делать не понимала. Егор попытался вмешаться, чтобы успокоить, но я отослала его взглядом. Вместе с сыном они пошли разогревать ужин. Я, усевшись перед камином, взяла малышку на руки и гладила по голове.

- Он меня не любит, - подвывала Ксюша, - уехал даже не попрощавшись.

- Папа любит, - подыскивала я слова, - просто у него было сильное обстоятельство.

- Мы совсем не поиграли вместе, - продолжала всхлипывать.

- У вас ещё будет время, поверь. - что я могла ей ответить?

- А поехали к папе в Москву! - вдруг остановив поток слёз и воодушевившись произнесла.

- Давай это обсудим завтра?

Ужин прошёл в необычной для нас всех тишине. Даже дети молчали. Когда я почитав, уложила их, наконец, спать у нас с Егором состоялся разговор.

- Мне завтра надо ехать в Питер, - произнёс, беспокойно поглядывая на меня, - поехали со мной?

- Вряд ли это хорошая идея в сложившихся обстоятельствах.

Букет я выкинула на компостную кучу, пакет с подарками детям стоял у камина, лопату оставила у калитки. Заносить её в глубину участка не хотелось, и уж тем более давать ей какой-то постоянный статус проживания в своих владениях. Она, конечно, не виновата. Просто оказалась в неправильное время не в том месте.

Мы вытащили складные кресла и поставили их около небольшого костерка, который развёл Егор. Было уютно, только мешали вездесущие комары. Я встала и сходила в дом за репеллентом.

- Мы, пожалуй, съедим в Москву, надо подать на развод и кое-какие дела поделать.

- Ты можешь это сделать дистанционно. - он задумчиво ковырял кочергой полешки в костре, собирая их в "шалашик".

- Могу, но есть и другие дела, - вдруг вспомнила, что обещала позвонить Ленке.

- Я, как закончу всё в городе - приеду к вам.

- Зачем? И куда? - искренне удивилась.

- Любав...

Ой нет. Опять. Почему я постоянно не готова к продолжению разговора, когда он меня так называет?

- Я бы очень хотел, чтобы ты серьёзно подумала над моим предложением! - он внимательно, не отводя взгляда, смотрел на меня. Ждал.

Над каким предложением я должна подумать? Над поездкой с ним в Питер? Над предложением... руки и сердца, замужества... Никак не могла подобрать правильную формулировку. Поэтому спросила о другом.

- Егор, сегодня столько всего произошло. Можно я кое о чём тебя спрошу?

- Конечно! - удивился он.

- Что Савелий имел в виду, когда говорил, что ты остался без наследства?

Было видно, что Егор ожидал какого угодно вопроса, но только не этого. Он встал с кресла и, отложив кочергу в траву, провёл руками сначала по лицу потом по волосам. Сорвал травинку, засунул её в рот и начал жевать. Не к месту пришло воспоминание из уроков биологии, которые сын смотрел на одном из видео каналов, о том, что в стебельки насекомые откладывают личинки. Захотелось это сказать, но промолчала. В конце концов, не во все же травинки их откладывают?

- Я по молодости творил дичь, - наконец начал он, но тут же прервался.

Дрова ярко горели и щёлкали в тишине. Искры красивым роем разлетались в разные стороны, создавая ощущение уюта и мнимого спокойствия.

- Которая закончилась... - было видно, что слова даются мучительно. Он выплюнул травинку и опять надолго замолчал.

Откуда-то донеслось кукование. "Странно, обычно в июле кукушка уже не подаёт голос. Крайне редкое явление." - опять некстати вспомнила Костины биологические видео. Интересно, это в лесу или где-то в деревне? В целом я уже догадалась, чего так боялся сказать Егор, но молчала. Не буду же перебивать со словами - "я поняла".

- Бесплодием, - наконец с большим усилием выдавил он из себя и пасмурно посмотрел на меня.

Я молчала.

А теперь - томный

Я сижу, разглядывая всполохи огня.

Было поникший Егор, вдруг резко меняется, выпрямляется, расправляет плечи, черты лица заостряются. Решительно подходит к костру, пинает одно из поленьев. "Шалашик" с треском разваливается, поднимая большое облако искр. Я напрягаюсь. Все эти откровения и поведение Егора поднимают неясную волну беспокойства внутри. Сердце начинает биться сильнее. Собственно ответить ему мне нечего. А он ждёт. Я это чувствую по тому напряжённому молчанию, что бывает, когда все карты выложены на стол и вроде всё понятно, нооо...

- Скажи что-нибудь, Любав! - произносит Егор хрипло, качнувшись в мою сторону.

Становится не по себе, сердце ускоряется ещё больше и теперь стучит в грудную клетку, отдаваясь в ушах. Кажется, что я ощущаю каждый волосок на голове.

- Очень сочувствую, что всё так случилось в твоей жизни. - начинаю осторожно.

Я мертвецки устала за этот день, болит голова, а тело покалывает от волнения, витающего в воздухе. Рот наполняется слюной, приходится сглатывать. Дует ветерок и дым неудачно попадает в глаза. Больно щиплет слизистую, выступают слёзы. Растираю их костяшками пальцев, досадуя на природу и костёр.

- И что ты думаешь? - он продолжает пытливо смотреть на меня, рвано дыша и ожидая, видимо, какого-то откровения.

- О чём? - соображаю уже совсем плохо. Пробирает озноб. От метаморфоз в теле начинает мутить.

- Обо мне. - он шагает и присаживается передо мной на корточки.

Чуть ли не отскакиваю, но сдерживаюсь. Слишком близко, слишком... откровенно?

Он него веет такой силой, что меня буквально сносит с места. Дотрагивается до рук, ухватывает цепкими пальцами мои мизинчики. Попытаюсь освободиться - не даёт, лишь сильнее сжимая. Смотрит снизу вверх, прямо в глаза, не отрываясь и не моргая.

Сумерки играют с дымом костра, клубясь вокруг неясными тенями, создавая ощущение какого-то иного, не знакомого мне мира. Я тоже смотрю. Настороженно.

Выжидающе.

Пытаясь поймать хоть одну мысль в голове. Его крепкие большие пальцы начинают выписывать круги по внешней части моей кисти, окончательно замутняя ясность в голове.

"Что же я о нём думаю?" - раз за разом задаю себе вопрос. Но ответ не приходит. Беру себя в руки. Усилием воли настраиваю тишину внутри и начинаю вытаскивать из себя правду.

Его прикосновения и взгляд мешают, сбивают совсем в другую степь, заставляя глубоко и прерывисто дышать. Прикрываю веки, чтобы отрезать хоть один орган чувств и немного прийти в себя.

- Ты очень ответственный, верный семье.

Хорошие, но весьма общие слова. Явно не это нужно сейчас говорить. Но не думается совсем. Меня буквально опаляет жаром, исходящим от Егора, отчего хочется всё немедленно закончить и сбежать.

Замолкаю, переводя дыхание и стараясь успокоиться. Егор тоже молчит. И ждёт. Настороженно, внимательно. Я ощущаю, как он придвигается ещё ближе и начинает дышать мне в колени. По телу пробегает дрожь.

"Так Люба! Да соберись ты уже! Ну нельзя так реагировать!" - буквально пинаю себя изнутри.

- Рядом с тобой тепло и спокойно. - хотя сейчас как-то не очень.

Пытаюсь дышать и говорить спокойно, чтобы он не заметил моего состояния.

- Крепко стоишь на ногах. В тебе есть стержень и, наверное, в других обстоятельствах... - при этих словах он сильно дёргается и мои мысли улетучиваются окончательно.

Что было бы в других обстоятельствах?

В каких?

Зачем вообще эта фраза выскочила? Я нервничаю всё сильнее, даже не так, я паникую и не могу понять отчего.

Чувствую, как его руки, держащие мои, тоже начинают дрожать, а на колени что-то надавливает. Открываю глаза.

Это подбородок.

Его лицо теперь находится совсем близко. Взглядом выцепляю треснувшую, скорее всего от солнца губу, отросшую щетину на лице, штрихи морщинок на скулах. Вся внешность Егора сейчас для меня соткана из мелких, но невероятно говорящих о его жизни, деталей. Загорелая кожа, крепкие плечи, горизонтальная морщина, прорезающая лоб. Глаза, невероятно тёмные и лихорадочно блестящие, а ведь они у него обычно синие!

Становится не по себе.

Он невероятно напряжён, всё его тело потряхивает, руки бьёт мелкая дрожь. Он вглядывается в меня, ожидая, то ли приговора, то ли признания, то ли момента чтобы напасть. Я теряюсь и отклоняю ноги в сторону, чтобы стряхнуть его голову. Он закусывает губу, отшатывается и выпускает мои пальцы. Поднимается с корточек и отходя к костру жёстко произносит осипшим голосом:

- Мне жаль, что я не оправдал твоих ожиданий!

Видимо, это меня добивает окончательно.

- Да каких ожиданий? Ты мне вообще ничего не должен. Егооор! - вскакиваю, не зная, что делать.

От напряжения, мне кажется, что всё происходит очень заторможенно, будто мы двигаемся в воде.

Вяло двигаюсь я.

Медленно разворачивается Егор.

Идёт ко мне будто во сне.

Подходит.

Тянется своими большими ладонями с длинными пальцами... Не успеваю увернуться и проваливаюсь в него, не сводя взгляда. Он обхватывает моё лицо, приближает своё. О боже! Неееет. Внутри я метаюсь. Снаружи стою, будто меня заморозили. Что происходит? Как, КАК МНЕ СЕЙЧАС БЫТЬ?

Кто-то из великих сказал - если не знаешь, как поступить, прежде всего, будь честен с собой. Как раз сейчас была та самая ситуация. Я пока ещё замужняя женщина невероятно хочу этого мужчину - и пора в этом признаться. Честно. Хотя бы самой себе! Хочу в свою постель и... в свою жизнь!

А он смотрит, смотрит.

Закрываю глаза, пусть уже всё произойдёт, а думать и сожалеть буду потом.

Я сама тянусь и прикасаюсь к его губам. Легко. Неуловимо. Мне казалось, я помню его запах и вкус, но сейчас всё по-новому. Как ожидания, которые сбылись в сто раз лучше, чем мечтались. Он стоит. Замерев. И ничего не делает. Удивляюсь заминке, поднимаю ресницы. Вижу волнение. Не верит.

Смотрит удивлённо.

Потом зрачки его расширяются, в них загорается торжество, затем воодушевление, а потом их топит страсть. Мы срываемся и летим навстречу друг друга. Чувствую, как бьётся его сердце, как бьётся моё. Набрасывается друг на друга. Происходящее напоминает сумасшествие. Меня разрывают слёзы и восторг одновременно. Он что-то шепчет в перерывах между поцелуями, пытается вытирать пальцами мои слёзы. Потом подхватывает и несёт, не переставая целовать лицо, шею, плечи в дом, в мою комнату. Падаем на кровать, в стороны летит одежда. Я обжигаюсь о его невероятно горячее тело и окончательно тону в ощущениях. Он дышит где-то надо мной, дыхание долетает мне в обоняние и сносит от этого крышу. Меня размазывает в водовороте тоски... Нежности... Страсти... Завтра я об этом пожалею, но это будет завтра. А сейчас хочется быть с этим мужчиной, хочется узнать, наконец, какой он. А потом будь что будет...

Непривычные ощущения

Сколько продолжалось наше безумие, точно не помнила. Вначале импульсивное и яростное оно сменилось сонно тягучим.

Я провалилась в межвременье под настойчивыми умелыми руками, обхватывающими меня ногами, горячим телом. Тёплыми, сытными поцелуями и твёрдым всем остальным. Больше напоминающее по началу борьбу действие перешло в тягучую лепку размягчённой глины.

Егор был невероятным любовником.

Казалось, что такого со мной никто и никогда не делал. При каждом следующем движении, повороте, прикосновении я испытывала новые, удивительные ощущения. Открывала саму себя! Изумлялась - сколько чувствительных мест ещё не открыто оказывается на моём теле.

Знаете, бывает такое: смотришь хороший фильм или читаешь глубокую книгу и вдруг - "ОП" и они поднимают внутри тебя кучу смыслов. Никогда бы не подумала, что подобное возможно в таком вполне примитивном, как мне раньше думалось, занятии.

Мы сплетались, перетекали друг в друга, растворялись телами. Тянулись руками, находились, счастливо вжимались. При этом Егор не забывал менять защиту, что меня одновременно сильно обрадовало и тревожно заставило задуматься о его опытности и запасливости. Но однозначно выдохнула с облегчением. Сама об этом задавалась вопросом с первых мгновений. Просто не понимала, как сказать и как будет выглядеть технически. Но всё произошло крайне корректно и естественно.

Перед поездкой я с замиранием сердца сдала анализы. Мало ли... Всё было чисто, но Ленка сказала, что надо бы ещё раз повторить недели через две - месяц.

Как уснули - не заметила. Помнила только, выныривая из сна, чувствовала его тепло рядом. Дёргалась, резко набирая воздух носом. Он тут же прижимал, гладил по плечам, спине. Целовал то в губы, то в лоб. Я, счастливая, удовлетворённая, снова засыпала. Совсем утром, проснувшись в очередной раз, осознала, что мы вдвоём в моей комнате. Дети!

- Егор, Егор... - прошептала ему куда-то в подмышку. Утонула в его запахе, втянула полной грудью. Слегка закружилась голова.

Он практически не просыпаясь мягко перекатился на меня, держа вес тела на локтях. Как у него такое получается? Не открывая глаз, положил голову сбоку от моей на подушку и тихо задышал в ухо. Было невероятно уютно, томно, нежно, блаженно. Так не хотелось это всё прерывать, однако новый день уже звал.

"Не представляю, что делать, когда он сегодня уедет! - подумала, - С чем я останусь? Как жить дальше?"

Сейчас казалось диким и непонятным, как я вообще могла без него существовать столько времени. Что является наваждением - вся моя предыдущая жизнь или то, что происходит сейчас? И чем это "сейчас" закончится? О своих чувствах даже думать боялась, гоня эти мысли на потом.

- Егоооор... - снова тихонечко позвала.

- М м м м?

Он приподнялся, всё так же не открывая глаз, начал меня неспешно выцеловывать. Почувствовала его возбуждение. Оно приятной теплотой упиралось в моё тело явно намекая...

- Дети! - тем не менее, надо было срочно что-то предпринимать.

- Я закрыл дверь на замок, - пробормотал сонно и, наконец, посмотрел на меня. Рот тронула лёгкая улыбка.

Сердце ухнуло куда-то вглубь живота. Его взгляд... Припухшие, искусанные мной губы, длинные пушистые ресницы, упавшая на лоб рваная чёлка... Каждая чёрточка, родная и не знакомая одновременно. Что это? Дуновение страсти или чувств? Я несмело подняла руку и провела пальцами по его лицу, стараясь запечатлеть на кончиках каждую шероховатость, колкость, впадинку.

- Я тебя... Что хотела сказать? Люблю? Но разве так бывает? Вот сразу и "люблю"? Может, это изголодавшееся по ласкам тело просило выразить благодарность? Вдруг это просто страсть? Но, на ровне с этим внутри также было много нежности, желания что-то сделать невероятное для этого мужчины. Быть рядом и поддерживать во всех начинаниях. Просто вместе готовить еду, гулять, обсуждать день... Столько всего чувствовала, что было страшно.

- Дааа???

- Нет, ничего... - смутилась и попыталась отвернуться.

Его брови сдвинулись к переносице, появилась морщинка между бровями.

- Я понял, встаём.

К счастью, из комнаты мы выбрались до того, как дети нас засекли. Правда, Костя уже орудовал на кухне и повернулся при нашем появлении. Рука Егора пекла спину.

- О! Проснулись? Я тут решил яичницу себе сделать, вы будете?

Я покраснела и засуетилась. Подошла к холодильнику, открыла его и начала капаться, не понимая, что там взять. Схватила йогурт. Сын уставился на меня.

- Мааам? Ты ж его не любишь. - озадаченно произнёс и перевёл пытливый взгляд на дядю.

Стало совсем неловко.

- Это мне. - спокойно ответил Егор.

- Ааа, поооонял! - протянул как-то чересчур многозначительно, - Ну вы тут... В общем, я на веранде поем. - и выскользнул на улицу.

- Умный у тебя сын вырос. - сощурился Егор.

Там, в комнате всё было понятно и естественно. Здесь, на кухне пришло ощущение скованности, будто к нам привязали резинку. Один конец бы на мне, второй на нём. Она растягивалась, сжималась, тянула меня к Егору, не давая свободно двигаться. Я металась беспорядочно по пространству, хватаясь, то за одно, то за другое. Наконец, признав тщетность попыток сосредоточиться - остановилась. Сжала руками виски. Сын всё понял? Опять заболела голова, глаза пощипывало, нестерпимо хотелось спать.

Он подошёл сзади, развернул к себе и обнял.

- Успокойся, всё хорошо. - произнёс мягко и потёрся о макушку.

- Я не понимаю, что мне делать. - то ли пожаловалась, то ли поделилась.

- Поехали со мной в Питер!

- Чем мы там будем заниматься с детьми? - обняла его руками, - У тебя дела, не до нас будет.

- Не говори глупости. Я буду счастлив! - наклонил голову и начал водить губами по коже за ухом, - Поживёте у меня недельку. А потом вернёмся сюда или поедем в Москву, если у тебя там неотложные дела. - он как-то невероятно уютно сграбастал всю меня, прижал, надавливая ладонями на поясницу и лопатки. Так бы век и стоять.

- Егор, а ты чего маму обнимаешь? - раздался враждебный голос Ксюшки.

Мы оба дёрнулись. Я, пытаясь отпрянуть, Егор ещё сильнее прижимая.

Новые обстоятельства

- Пусти, - растерянно, но с напором прошептала Егору в ухо.

- Неа, - он продолжал держать. В голосе угадывалась задорная улыбка. - Скажи Ксюша, - обратился он к дочери, - тебе самой нравится маму обнимать?

Дочь явно замялась, что она там делала и как реагировала, мне из-за мощной фигуры Егора видно не было. Она, наконец, собралась с мыслями.

- Конечно! - возмущённо ответила.

- И мне! - мягко ответил Егор, явно продолжая улыбаться, - А иди, будем обниматься все вместе! И вообще, это надо делать почаще!

Мне вдруг стало невероятно тепло внутри. Как бы там сейчас ни отреагировала дочь Егор - невероятный молодец! А когда она подошла и втиснулась между нами, поняла, что ему ко всему прочему, ещё и удалось её переиграть. Зашёл Костя.

- Ой! Я, кажется, не вовремя... - видимо, сразу не увидел сестру.

- Очень даже вовремя, - засмеялся Егор, - иди сюда. У нас тут сеанс утренних обнимашек.

Я почувствовала, как меня обняла рука сына. Увидев Ксюшку, протиснулся к ней и, мы все вместе, застыли на какой-то момент. Одной рукой я обхватила детей, второй Егора. Это было невероятно здорово, вот так стоять и обниматься, чувствуя тепло друг друга. Когда мы так делали с Савелием? Даже вспомнить не могла. Было ли такое вообще? Расчувствовалась и, приподнявшись на носочки, тихонечко прошептала в ухо Егору: "Спасибо!" Он потёрся о мою голову своей, заставляя замереть от щемящего чувства счастья.

- Так, а у меня есть предложение! - бодро сказал через пару секунд, разжимая руки и отходя от нас в сторону.

- Какое? - тут же с интересом включилась Ксюша.

- Поехали ко мне в гости. В Питер! Там сейчас невероятно красиво. Покатаемся на пароходике, посмотрим, как разводят ночью мосты. Будем завтракать в кофейнях и лазать по крышам!

- Ух тыыыы! - восхищённо протянул Костя, отлипая от меня. - Прямо лазать по крышам?

- Ага. А ещё, смотреть на множество фантанов и кидать монеты в Чижика-Пыжика.

- Это кто? - заинтересовалась дочь.

- Это такая статуя птички, - продолжая улыбаться, Егор подошёл к ней и, схватив на руки, подкинул несколько раз в воздух. Она расхохоталась и потребовала ещё и ещё.

- Эх, - немного печально произнёс сын, - я бы тоже не отказался.

- Тебя могу только покрутить, но на улице. Уж больно ты большой вымахал. - веселился Егор.

Вот примерно так я себе и представляла счастливую семейную жизнь. Стало даже страшно, уж больно этот мужчина идеальный. "Так не бывает, значит, рванёт, где не ждёшь," - подумала и тут же решительно отогнала эти мысли.

Собрались мы довольно быстро, несмотря на беспорядочную беготню детей по дому, мульён вопросов Ксюши и консервирование дома. Когда сюда вернёмся, я не очень хорошо представляла. Надо было ехать в Москву, разбираться с разводом, заказами кухонь. Петру Сергеевичу я ответила письменно на все вопросы, но он опять звонил и очень просил приехать встретиться. Это беспокоило, в том числе и в связи с его щепетильным предложением.

Ехали до Питера двумя машинами, хоть Егор и был встревожен. Очень беспокоился, что я не выспавшаяся и уставшая. Но ехать на одной отказалась наотрез, мало ли что могло понадобиться. Уже вечером он сходил к дядь Паше, отнёс ему лопату Савелия, предупредил, что уезжаем. Тот пришёл нас проводить, обещал приглядывать за участком. Спросил разрешения приходить рыбачить.

В квартиру Егора мы добрались уже глубокой ночью. Ксюша уснула в машине и Егору пришлось сходить несколько раз туда обратно, чтобы вначале отнести её, а потом забрать вещи.

Его квартира выходила одной стороной на озеро Лахтинский разлив и Юнтоловский заказник. Другая сторона открывала виды на шпиль Петропавловской крепости.

- А что там сверкает вдали? - спросила, обалдевши глядя в окно.

- Это телебашня и стадион Арена. - Егор по-хозяйски орудовал на кухне, чем-то там гремя. Его жилище привело меня одновременно в восхищение и священный ужас. В гостиной лофтового типа были панорамные окна и скошенная стеклянная крыша. Две ванные комнаты, которые тут же заняли дети. Ксюша проснулась ещё в лифте и теперь с огромным энтузиазмом исследовала новое пространство. Костя, не сомкнувший по дороге глаз, устало пошёл умываться. Отказавшись ждать доставку еды, которую Егор заказал ещё в пути, он хотел побыстрее лечь спать.

Я начала представлять, сколько может стоить это великолепие. Хотя бы примерно. И не смогла. Находясь на самом верхнем этаже, квартира также имела террасу на улице, со стеклянными загородками. Три комнаты, из которых одна была огромной гостиной выходящей дверью на кухню. Там я и плюхнулась обессиленная на огромный, синий угловой диван, сбоку которого стояло подвесное стеклянное кресло-кокон. Лаконичная серо-коричневая крупная плитка опоясывала стены и пол. Огромная плазма домашнего кинотеатра, с узкими высокими колонками по бокам, лаконично вписывалась в интерьер. Подумала, что над пространством явно поработал дизайнер, настолько всё было необычно и продуманно.

- Ты давно купил эту квартиру?

- Пару лет назад, - отозвался Егор из кухни. - Тут было две, я их объединил в одну.

- Фантастически! - восхищённо произнесла. - Соседи хорошие?

- Отличные, и только одни, за стенкой кухни. Даже терраса у меня ни с кем не граничит. Тишина, спокойствие. - ответил, улыбаясь выходя ко мне.

Раздался звонок домофона.

- А вот как раз еда подоспела. - и пошёл в коридор.

- Маааам, мамаааа, - услышала восторженный крик Ксюхи. Она, наконец, вышла из ванной и, видимо, что-то обнаружила. - Мааам, там детская! Мы её сразу не заметили! И в ней корабль!

Я обалдело замерла. Неприятный холодок пробежался по телу, остановившись в животе. Тут же прискакал Егор и посмотрел на меня виновато.

- Прости, забыл тебя предупредить...

Питер, такой Питер

Раздался звонок в дверь, наверное, курьер. Я была даже рада, что надо пойти открыть. Слишком много мыслей и разноплановых чувств носилось внутри. Мне нужна была передышка, чтобы приготовиться к правде, какой бы ужасной она ни была.

- Заберу еду и всё объясню, ладно? - сказал Егор, выходя в коридор.

В гостиную ворвалась Ксюха, а вслед за ней Костя. Они спорили о том, кто будет спать на втором этаже кровати корабля. Дочь, как всегда, побеждала. Схватив меня за руку, начала тянуть.

- Мам, ты обязательно должна на это посмотреть! Комната словно из книжки, которую мы читали в Москве!

От усталости и волнения соображала туго: "Какой ещё книжки?"

Увидев мой ступор, Костя пояснил:

- Помнишь? "Тень Каравеллы" и "Трое с площади Карронад" Крапивина.

Ах, ну да. В памяти всплыли события начала лета. Как мы дружно изучали морские термины. Как читали о кораблях, яхтах, дружбе мальчишек и их благородных поступках. Делали свечки и, конечно, о предательстве Савелия. Никакую комнату идти смотреть уже не хотелось. Ксюха тянула за руку, а все мои мысли были только о том, что я непроходимая дура. Что зря поддалась чувствам, зря позволила произойти той ночи. Вся эта поездка тоже большая глупость, которую я допустила и теперь буду жалеть.

- А вот и еда, - неловко произнёс Егор, заходя в комнату.

Я сжалась. Почувствовала себя маленькой девочкой в этой огромной, чужой квартире. Сейчас она казалась мне враждебной и холодной.

- Пойдёмте, расскажу вам историю этой детской.

Пересилив себя, встала и пошла вслед за детьми, убежавшими в длинный коридор с более тёмной, чем в гостиной, шероховатой плиткой на полу. Егор, выйдя из одной двери тут же открыл следующую и шагнул внутрь узкого пространства.

Немудрено, что дети сразу не заметили детскую. Пока темно, кажется, что её и нет. А это просто небольшая, хозяйственная комнатка. Но как только включился свет, сразу стало видно, что она расширяется в довольно большое и необыкновенно приятное пространство, сделанное в морском стиле. По бежево-голубым стенам плыли облака и висели в художественном беспорядке: огромный якорь, штурвал, верёвочная лестница, белый спасательный круг, стилизованная керосиновая лампа и ещё куча мелких деталей. Синяя занавеска — невод с запутавшимися в ней золотистыми морскими звёздами украшала окно. А в углу, примкнув к стене, по добротному тёмно-коричневому паркету торжественно плыла двухъярусная кровать-корабль. Я восхищённо застыла. Опять.

- Когда покупал эти квартиры, - начал Егор, - тут всё было довольно уныло. Но в стоимость входил дизайн-проект квартиры с тремя вариантами планировки.

- Ты выбрал тот, в который входила эта комната. - поражённо закончила.

- Ну в общем и целом... - замялся. - Я совместил.

- Зачем? Егор? - в голове образовался бардак. Пыталась понять его мотивы и не могла остановиться ни на одном из их вариантов.

- А пойдёмте уже кушать! - ушёл он от ответа, - Я дико голоден, устал и всем давно пора спать.

Следующие несколько дней по утрам он куда-то уезжал. Предварительно завозил нас в разные кофейни на завтрак. Мы с детьми ели и шли гулять. Обедали уже все вместе в каком-нибудь ресторанчике и ехали смотреть Питер. Костю поразила обещанная экскурсия по крышам. Ксюша два часа кидала монетки на Чижика-Пыжика. В Эрмитаже мы дико устали все! И чтобы отдохнуть, Егор нас отвёл в совершенно душевное и невероятно нежное кафе "Teplo" на Большой Морской улице.

- Сюда обязательно надо прийти ужинать. - заговорщицки прошептал мне на ухо, не забыв прихватить мочку губами. - Когда ложатся сумерки, и зажигаются фонарики тут становится невероятно волшебно!

Мы сидели на улице, наслаждаясь вкусной едой, пением птиц и общением друг с другом, а в это время дети внутри кафе радостно разносили детскую комнату. К вопросу о том, зачем он сделал детскую в своей квартире, мы так и не вернулись. Хоть мне и очень хотелось это понять.

На второй день пребывания в Питере мы познакомились с соседями Егора. Это была милая и крайне интеллигентная пожилая пара. Костя и Ксюша с ними тут же подружились и по вечерам заходили в гости с гостинцами, которые исправно им покупал Егор.

- Это у нас традиция такая, - улыбаясь пояснил. - Знаешь, Питер сильно отличается в этом плане от Москвы. Тут как-то все добрее, что ли. Стараются заботиться и помогать.

Пару раз, пока дети отсутствовали, Егор не удерживался и набрасывался на меня. Это были невероятно сладостные мгновения. А однажды Костя с Ксюшей ушли к соседям на несколько часов, прихватив настолки. Мы плавились в объятьях друг друга, плотно сплетались в головокружительном движении страсти, тонули в поцелуях. Я радовалась, что комната Егора находится в дальней от кухни стороне квартиры. Вдруг выяснилось, что его ласки отключают мой мозг и я становлюсь громкой. Это меня поразило, надо же было дожить до почти сорока лет и не знать такого о себе!

В этот же вечер, когда дети легли спать, он осторожно спросил:

- Как ты относишься к танцам?

- Ты знаешь, я не очень люблю клубы и дискотеки. - ответила честно.

- Я бы хотел тебя пригласить не в клуб, а на бачата-вечеринку. - произнёс, внимательно наблюдая за моей реакцией, - Это такой латиноамериканский танец родом из Доминиканской республики, - начал пояснять.

Я поражённо замерла. Не может быть! Это какие-то невероятные совпадения! Нам нравилась похожая еда, одинаковое времяпрепровождение, даже в вопросах воспитания детей мы по ощущениям сходились, в отличии, например, от Савелия.

Конечно, я прекрасно знала, что такое бачата, потому что в Москве ходила на занятия по ней. И просто обожала! Правда, к своему сожалению, на вечеринках ни разу не была. Времени не было, да и Савелий был против. Его я тоже попыталась затащить, чтобы ходить вместе. Ведь считалось, что это танец страсти и любви! Но он лишь отмахнулся, сказав, что подобное для неуверенных в себе мужиков и что ему это не интересно.

- Егор, можно тебя расстроить? - глядя, как он погрустнел, рассмеялась, - Это мой любимейший танец, занималась им в Москве.

Он некоторое время с удивлением смотрел на меня. Потом сполз с дивана на пол и, скрывая дикую радость, зарылся лицом в бёдра, обхватив мои ноги руками.

-----------------------------------

Дорогие мои читатели))) История движется к завершению. Не забывайте радовать автора звёздочками и добавлением книги в свою библиотеку. А через несколько дней стартует моя новая история - "Измена. Я тебя любила". Смотрите блог))) Жду всех вас в новой истории. Она будет совсем другой, но не менее переживательной!

С любовью - Ваша Лина)

Незадолго ДО

Я проснулась в комнате Егора от яркого солнца, забыла закрыть портьеры. Она была сделана в серо-коричнево-синих тонах. Крупная паркетная доска на полу и стенах, деревянная ширма, отделяющая спальную зону от всего остального пространства. Шаровидные светильники на длинных проводах, по бокам кровати - тумбы в виде додекаэдров. И как в гостиной окна во всю стену. Я всегда мечтала о таких, чтобы много света и пространства открывалось. Сам хозяин квартиры всё время нашего пребывания ночевал на диване в гостиной.

Потянулась, пытаясь понять, что меня разбудило. На тумбе вибрировал телефон. Поёжилась, глянула кто в такую рань. Ленка. Я с улыбкой выдохнула.

- Привет дорогая!

- Ну ты даёшь! - сразу в карьер возмутилась подруга, - Ты мне когда обещала позвонить?

- Ой Леночка, простииии! - стало откровенно стыдно. Я почти на неделю забыла о ней. Что творит с людьми счастье. - Как ты там?

- Лучше расскажи про себя. А потом уже я.

Я коротко описала положение вещей, периодически смеясь и зависая на интимных подробностях.

- Тааак, - протянула подруга, - прэээкраааснааа! Что-то прямо быстро всё.

- Ну Леееенааа! - закатила глаза.

- Я ни на что не намекаю, но ты бы всё-таки притормозила.

- Эй, ты сама велела как раз обратное! - фыркнула. Потом улыбнулась, - Он невероятный! Он такой, такой...!!!

- Это и пугает. Вот это стадо розовых слонов обычно оставляет болезненные вмятины, если потопчатся по человеку и радостно поскачут дальше. Кстати, если вдруг оно прискачет ко мне и я решу в очередной раз выйти замуж, будь добра, стукни чем-нибудь тяжёлым. И напомни, что у меня всё же есть другие опции и варианты, как поступить.

- Что случилось? - расстроилась. - Твой принц оказался тыквой?

- Эта тыква оказалась женатой. Проехали, потом расскажу. А про Егора, - она явно обдумывала, что и как мне сказать дальше, - ну в общем! Просто смотри на вещи трезво, пожалуйста. Одно дело, когда он помогает, заботится о тебе и детях как о семье и другое, когда тянет в постель. Любовник он отменный и только этим может взять. Красавчик, обеспеченный. Куча баб поломало о него зубы. Да, к тебе он всегда относился по-иному, но что-то схема похожая.

Я огорчилась, вот чего она? Сама же подталкивала и вдруг!

- Мы сегодня идём на бачата-вечеринку. - вновь оживилась, - Представляешь? Помнишь, как мечтала в Москве ходить на танцы вместе с Савой, а тут!

- Да-да, - рассеянно бросила Ленка, - и это тоже.

- Ну в смыыыслее? - я опять расстроилась.

- В общем, ни на что не намекаю. Вот честно. Но ты давай, без сильных ожиданий, просто наблюдай.

- А то, что замуж позвал?

- Любань, ты хочешь? И зачем? - сыпала она вопросами, - И что для тебя взамужестве важно? Без чего не сможешь там быть?

- Наверное... Да... - задумалась, чего же я хочу от Егора. - ДА! - наконец произнесла твёрдо, - Знаешь, сейчас уже не понимаю, почему вышла за Саву, а не за него. Мы такие... подходим как ключик с замком.

- Это и пугает. Быстро что-то вы стали ключом с замком. То есть ты сейчас прямо вся на эмоциях, но в нашем возрасте хорошо бы и мозги включать. А ты опять!

- Леночка, у тебя там совсем всё плохо? - участливо произнесла.

- Я справлюсь, знаешь же меня. Но и сама, пожалуйста, не растекайся лужей. Больше осознанности. Хорошо? Обращай внимание на тонкости, а не на общее.

Мы поболтали ещё какое-то время о детях, я рассказала о Савелии и Лёхе.

- После Питера поедем в Москву. Сможем опять у тебя остановиться?

- Конечно! Ну хорошо, - подытожила Ленка, - тогда до встречи. Приедешь, ещё поговорим обо всём подробнее.

День прошёл в сладостном ожидании вечера и танцев. Разговор с Ленкой маячил на заднем плане, слегка тревожа. Но решила обо всём подумать позже...

Вечеринка проходила в доме на набережной реки Карповки.

С детьми остались соседи. Мы договорились, что они у них останутся спать. Ксюшка, конечно, поскандалила на эту тему. Я ещё ни разу не уезжала от неё на ночь.

- Мама, почему ты уходишь? А как же мы?

- А мы уже взрослые! - наставительно произнёс Костя.

- Это ты взрослый! А я маленькая! И танцевать в мамином возрасте странно.

- Что ты такое говоришь? Мама у нас ого го! - нахмурился сын, - И потом, ты же со мной! Я защитю тебя от всего!

- Всё равно не согласна! - продолжала упрямиться дочь.

Егор сегодня уехал по делам во второй половине дня, и мы договорились встретиться у метро. Я уже жалела, что его нет рядом. Он наверняка придумал бы аргументы. В дверь позвонили, это соседка пришла забирать детей, а Ксюха упирается.

- Люба, Вам уже пора уходить, - обеспокоенно произнесла. - Что-то случилось?

- Сестра боится к Вам идти! - хитро произнёс Костя.

- Ой! Что это? - всплеснула руками соседка.

- Я не боюсь! - начала сердиться дочь.

- Боишься! - подначивал сын.

- Не боюсь!

- Боишься!

- Нет!

- Да!

- Так, всё, хватит! - прервала перепалку. - Мы принесём тебе мороженое! - пустила в ход проверенное средство.

- Ага! В прошлый раз ты тоже обещала, а мы так за ним и не сходили! - припомнила она мне тот момент, когда мы ушли от перепалки Егора и Савы в деревне.

- Милая, да, виновата. Завтра обязательно! Если не принесу, то пойдём есть мороженое в кафе. Хорошо?

Немного подумав Ксюша, наконец, смилостивилась.

- Но я съем две... Нет! ЧЕТЫРЕ порции.

Я, вздохнув, согласилась.

С Егором встретились у метро Беговая.

- Какая ты соблазнительная! - сглотнул, пожирая взглядом. Явно одобрил моё шёлковое, нежно кремового цвета платье по колено, с небольшим вырезом побоку, элегантно открывающим ногу.

Постоянно обнимаясь и заигрывая друг с другом, доехали до станции Петроградская. По Большому проспекту дошли до Петропавловского моста. На нём впали в дурман романтики вечера целуясь и смеясь, как подростки. Счастье заливало меня. Лето, тепло, мы идём на танцы! Вдвоём! Невероятно и удивительно, безумно вдохновляюще, заряжающе!

Нас встретила улыбчивая, мальчишеского типа миниатюрная женщина. Тренер Егора.

- Ого! Какие люди! Сколько ты не ходил? - радостно обняла она его.

- Полгода, - сказал и утопил её в своих больших руках. Она показалась ещё меньше. - Где муж?

- Аппаратуру настраивает, где ж ему ещё быть. Проходите, через минут двадцать начнём. Кстати, сегодня будет ещё латина и кизомба.

- Неожиданно... - Егор посмотрел на меня.

Я растерялась. Про кизомбу вообще впервые слышала, а латину немного умела, но она мне не особо нравилась.

- Эй, выше нос, я тебя научу. - подбодрил.

Просторный зал был завешан яркими тканевыми полотнами по стенам. Довольно большое количество народу, радостно болтали. Парами и кучками, смеялись, обнимались. Такая, достаточно характерная для подобного вида вечеринок атмосфера. Все с любопытством меня разглядывали, особенно женская часть населения. Подобное внимание минут через десять начало откровенно напрягать. Было видно, что Егор здесь весьма известная личность. К нему постоянно подходили обниматься и здороваться.

Наконец, свет погас, включились светодиодные ленты и проекторы, зашипел генератор дыма, пространство наполнилось туманом. Послышались первые звуки бонго и гуиры. Они задали ритм, заставив народ рассосаться по парам. К Егору тут же подскочила ослепительная высокая блондинка на каблуках и в развивающейся алой юбке. Я оглядела своё скромное платьице.

- Чур я первая! - нагло улыбаясь заявила она, оттесняя меня.

Позволь мне быть твоим героем…

В глазах Егора появилась сталь.

- Проходи дальше, Кась, на сегодня я полностью занят. - спокойно отодвинул её. Притянул меня, демонстративно, как мне показалось, поцеловав в висок.

- А на "не сегодня"? - продолжила "Кась" насмешливо разглядывая меня.

Егор проигнорировал и просто увлёк нас вглубь танцующих. Встал в стандартную фигуру, одна рука на моей талии, вторая держит другую мою руку. Начал сонастраиваться с "бейсика" - базового шага и поворотов. Потихоньку вплетая и усложняя фигуры. Вёл аккуратно, прислушиваясь ко мне. Было невероятно удобно.

Когда я только начинала танцевать этот стиль, приходилось довольно сложно. Все мужчины разные. Бачата такой танец, где ведёт ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО мужчина. И это кайф и напряжение одновременно. Кайф, когда партнёр чуткий и подготовленный. Те, кто только начинают, обычно путаются сами и путают партнёршу. Ведут смазанно и робко, отчего совсем непонятно что от тебя хотят. Умеющие выпендрёжники, наоборот, сразу слишком усложняют, вертят девушку как мельницу. Прогибают, заставляя чувствовать неловкость, а иногда и физический дискомфорт от фигур. Есть и другие варианты: спешащие, не попадающие в ритм, молчуны, совершенно не глядящие в глаза, отчего кажется, что танцуешь с привидением и ещё много всего.

Егор был из тех редких мужчин, с которыми сразу комфортно и уютно. В его руках почувствовала себя драгоценностью. Он будто приподнял над всем залом и понёс, показывая мою красоту и уникальность. Я ловила завистливые взгляды женщин и постоянно натыкалась на "Кась".

Мы протанцевали пять мелодий подряд. Я откровенно подустала и вспотела. Заметив моё состояние, Егор прервал танец и вывел в холл, где на столах стояли термосы с чаем, бутыли с водой, в вазочках лежали конфетки, печенье, сухофрукты.

- Давай передохнём, - он погладил мою поясницу, как бы случайно съехав рукой чуть ниже.

Пока мы отдыхали, к нему подошла тренер.

- Можно я украду у Вас кавалера? - корректно поинтересовалась.

Я пожала плечами, помня "Кась" и посмотрела на Егора.

- Личный хореограф это святое, - заулыбался, - оставлю тебя буквально на одну композицию, как раз не сильно любимая тобою латина. Хорошо? Я, согласно кивнула и присела за столик. В конце концов, на бачата вечеринках вообще принято постоянно менять партнёров. Егор подмигнул и, поцеловав меня в уголок губ, подал руку женщине. Я смотрела, как они удаляются, блаженно запихивая в рот курабье.

- Ты вообще КТОО?

Печенье крошкой облепило горло, я поперхнулась и начала кашлять. Почувствовала, как частичка залетела в носоглотку. С силой втянула носом, выгоняя её оттуда. Из зала неслась зажигательная латина, а надо мной хищно нависала блондинка.

- Мы с Вами на брудершафт не пили! - огрызнулась. Люблю моменты, когда во мне просыпается Ленка.

- И вряд ли будем! - холодно уронила девушка уверенно подсаживаясь. - Егор — мужик не для одной. Такой генофонд просто не умеет принадлежать единственной женщине. Хочу, чтобы ты это поняла сразу и не питала напрасных надежд. - длинные, музыкальные пальцы со сверкающим чёрным маникюром подхватили кусочек сушёного яблока и отправили его в рот, - Чтобы потом не истерить, как некоторые. Так кто ты? И откуда свалилась?

- Мы родственники, - ответила уклончиво. "Ленка" стремительно покидала меня.

Настроение портилось.

Кто эта стерва? Что за "некоторые" которые даже истерили? Сериальные страсти прямо, ей-богу, которые я вообще не понимаю! Почему Егор меня сюда привёл? Он что, не знал, какой тут такой змеиный клубок?

- А а а а, - расслабилась блондинка. - тогда понятно. - она перекинула ногу за ногу, юбка разошлась разрезом, открывая идеальные ножки. - А я Кристина.

- Ясно, - хмыкнула и, взяв бутылочку воды жадно выпила половину. - А почему "Кась"?

- Странный ты родственник. - задумчиво произнесла, вглядываясь в меня, - Должна знать его привычку коверкать имена.

- Ну да, - произнесла хмуро. Для меня это было самобытностью и очень нравилось.

Разговор не нравился, достала телефон и начала смотреть в инете информацию о кизомбе. "Танцевальный и музыкальный жанр, зародившийся в Анголе" - прочитала.

- Как тебя зовут? - не отставала Кристина.

- Люба.

"Характеризуется более медленным, романтическим и чувственным ритмом, чем традиционная ангольская семба." - продолжала демонстративно пялиться в экран.

- И кто ты ему?

В этот момент музыка сменилась на более спокойную, с низкими и глубокими барабанными битами. "На бачату непохожа и точно не латина" - подумала я. В её такт хотелось томно переступать с ноги на ногу, делая мягкие волны телом. Я начала водить плечами, раскачиваясь влево и право.

- Люба! - требовательно повторила девушка, - Какое у вас родство?

Из дверей зала показался Егор, увидев мою компанию, резко ускорился. Подойдя, мрачно сверкнул на блондинку синевой глаз и протянул мне руку раскрытой ладонью вверх приглашая. Я радостно вскочила, медленно вложила в неё свою, нервно дрожащую.

- Кась! - предостерегающе произнёс, - Плохой план! Я могу быть и неприятным!

От него в сторону девушки пронеслась такая волна скрытой угрозы, что я невольно поёжилась. Он может быть и таким?

Зайдя в зал, Егор пробрался в самую гущу танцующих и плотно прижал меня к себе. Обхватил за талию, закинул одну руку себе на шею, другую взял в свою.

- Это кизомба, она до неприличия проста внешне, но очень темпераментна внутренне. - горячо прошептал в ухо. - Шаг такой же, как в бачате, только неравномерный. Просто слушай музыку, ты невероятно ритмичная, у тебя получится. Подстройся ко мне дыханием.

Он прижал ещё сильнее, слегка наклонил голову, его щека и мой висок соприкоснулись. Я чувствовала, как поднимается и опадает его грудь. Закрыла глаза, вдохнула и потянулась всеми ощущениями в его сторону. Было чувство, что Егор открыл своё поле, втянул туда моё и, они перемешались. Мы начали двигаться в такт музыки. Это было тягуче, как занятие с ним любовью, и также горячо. Яркие волны ходили по телу сверху вниз и обратно. Он глубоко и ровно дышал, периодически прижимая мои пальчики ко рту и обхватывая их губами. Все ощущения тела обострились. Дыхание било током, от каждого прикосновения захватывало дух. Он, то ускорялся, то замедлялся. Слегка отступая назад придерживал одной рукой подвздошную кость и наклонял вперёд, понуждая прилечь вытянувшись на его ногу. Менял направления. Закидывал обе мои руку себе на шею. Прижимая рёбрами ладоней поясницу, принуждал ягодицы и бёдра двигаться волнами.

Под конец танца я была мокрая, везде! Музыка сменилась и я уже хотела отойти передохнуть, попить воды. Но Егор, взяв меня за руку, начал протискиваться к диджею. Подойдя, что-то шепнул ему на ухо и, я услышала начало песни "Hero" Энрике Иглесиаса, переложенной на характерный ритм кизомбы. О бооожее! Одна из моих любимейших песен!

- Готова? - чувственно спросил Егор.

Молча кивнула и, мы вновь сплелись в мерцающей страсти танца.

После...

- Егор... - простонала когда мелодия опять сменилась. - Если сейчас же не выдохну, то просто изнасилую тебя прямо в зале на глазах у всех.

Сердце стучало в бешеном ритме, платье на спине прилипло. Я постоянно облизывала пересохшие губы, а Егор хищно на это зыркал. Внизу живота и между ног пылало так, что казалось, все видят моё возбуждение воочию.

- Я сейчас начну дымиться от твоей откровенности! - ошеломлённо промычал Егор мне в ухо. - Пойдём, мне тоже надо охладиться!

Мы вывалились из танцевального зала в холл, не отлипая друг от друга. На выходе столкнулись с миловидного вида, невысокой, сильно загорелой женщиной, внешность которой показалась смутно знакомой. Её подтянутая, привлекательная фигурка была заключена в летящий, белый, шифоновый комбинезон с открытой спиной. Она застыла, не моргая, глядя во все глаза на нас. Тело Егора ощутимо напряглось, обнимавшая меня рука непроизвольно сжала рёбра. Они вежливо поздоровались, и каждый продолжил идти, куда шёл. Но я почувствовала, как атмосфера резко поменялась.

- Кто это? - делать вид, что ничего не произошло было глупо.

Мы подошли к столу и сели, взяв по бутылке воды.

- Одна из занимающихся тут. Точнее, занимавшихся. - поправился он, поглядывая на дверь, куда исчезла дама.

- Она... - хотела задать вопрос, но не знала, как сформулировать. Бывшая? Вы встречались? Она и ты?

- Любава! Мы не виделись более полугода. И совершенно неважно, кто она. Поверь! - Егор допил воду и начал поспешно открывать следующую бутылку.

Я кивнула. Что ж неважно, значит, неважно.

- Пойду освежусь, - я встала и утомлённо побрела в сторону дамской комнаты.

"Такое настроение было! Было было было, но прошло, оуооо, оуооо..." - пропела внутри себя строчку из песни Ротару. "Это, конечно, разные вещи — знать, что Егор нравится женщинам и наблюдать ажиотаж вокруг него" - подумала, подставляя руки под холодную воду. Обтёрла шею и грудь, промокнула салфеткой и вышла обратно в холл.

За столом Егора не было. Повертелась, ища его глазами. Зашла в зал, где танцевали, там тоже не обнаружила. В задумчивости вернулась.

- Ну что, родственница? - язвительно — зло раздалось со спины, - Потеряла?

Кась! Я растерянно обернулась.

- На улице он. - продолжила бесцветно, - Ринешься догонять, дверью не хлопай! - и походкой от бедра ушла в зал.

Узкий коридор был устроен углом. Выходишь, заворачиваешь и там уже лестница на улицу. Я осторожно приоткрыла дверь. Услышала голоса. Разговор был в самом разгаре.

- Что тут делаешь? Ты же вышла из тусовки? - Егор явно хмурился.

- Я ушла, чтобы больше не видеть тебя! - выкрикнула женщина, - А когда узнала, что ты перестал ходить - вернулась! - она затихла и вдруг всхлипнула так несчастливо, что у меня сердце сжалось, - Ты всегда со мной был таким... Таким... - в её голосе появились нотки сладкой горечи. Было слышно, что ищет слова и, видимо, от переживаний не находит, - Нежным, страстным, заботливым, надёжным. И долго, казалось, что любишь...

Вот тебе и "неважно, кто она"! Подслушивать стало уже неприлично. Я обнаружила своё присутствие, громко хлопнув дверью и, выйдя из-за угла. Оба обернулись. Женщина, та самая, в белом комбинезоне подобралась. Смахнула с лица бисеринки слёз и уставилась на меня изучающе. В её взгляде не было злости или ненависти, только бесконечная тоска и обида.

- Это твоё новое увлечение, да? - она грустно обвела меня с ног до головы внимательным взглядом. Потом лицо её превратилось в маску, - Или ты, наконец, влюбился? - произнесла истерично - иронически.

В глазах Егора появилось тревога. Он смотрел то на меня, то на женщину. И молчал. От напряжения у него даже приоткрылся слегка рот.

- Ну я так и думала! - зло произнесла женщина. - Ты всегда любил только себя! Теперь развлекаешься с новой игрушкой? - рвала она сердце словами, - Мой Вам совет дорогая - бегите! Он спляшет на Вашем сердце и спокойно пойдёт бэйсиком дальше. - женщина грустно усмехнулась и, её взгляд будто ушёл куда-то вглубь, - Вначале будете окружены заботой и вниманием... Красивые подарки, широкие жесты, тёплая и страстная постель. А если у Вас есть дети, то и их обласкают по полной...

Женщина прервалась. Я поражённо молчала, Егор тоже.

- Но со временем, - она сникла, словно цветок без воды, а затем продолжила, тщательно взвешивая слова, - начнёте чувствовать пустоту. Будто нет его рядом, а есть лишь вежливая, хорошо воспитанная оболочка. - она подняла глаза, в которых опять дрожали, готовые пролиться, слёзы, - Нет. Изменять не будет, слишком благородный! Но и ни единого слова, что что-то чувствует к вам не услышите, сколько бы ни спрашивали. Будто телом с вами, а душой с кем-то ещё... - тягостно усмехнулась, - В итоге он сделает так, что вы будете ощущать себя лишним элементом его жизни, который напрягает и которому стоит исчезнуть.

- Я ничего не делал. - холодно возразил Егор, - И никто тебя не гнал. Ты сама приняла решение уйти!

И вдруг испугался. Глаза его расширились, в них отразилось осознание того, что сказал. Стремительно развернулся ко мне.

В этот момент все чувства внутри, не удержав равновесия, с грохотом рухнули. И разлетелись на мелкие осколки. Эти осколки безжалостно вонзились в тело и душу. Больше выдерживать этот разговор не могла. Отступила к двери.

- Я не это имел в виду! Любава! Подожди!

- Ты меня любишь? - спросила отчаянно, из последних сил, решив дать ему шанс.

Съёжился, перевёл болезненно блеснувший взгляд с меня на женщину и, замерев, уронил его в пол.

- А когда-нибудь полюбишь? - голос Иуда, задрожал и сорвался.

Я тоже перевела взгляд на женщину, она вся источала сочувствие. Егор так и стоял, уставившись себе под ноги. Какие мысли бродили в его голове никак не узнать...

Ну вот и всё, пожалуй, хватит откровений. Сделала ещё один шаг к двери. Он поднял голову и было подался ко мне, но я предостерегающе покачала головой и поспешно выскочила из помещения...

Я летела по улице и задыхалась. Возможно, от быстрого шага. А может, от слёз, которые перехватили горло и застыли в глазах. Держала их из последних сил, не давая пролиться. И пока они были внутри, существовала иллюзия, что я справлюсь, преодолею, переживу.

Ехать в Питер было огромной ошибкой! Идти на танцы было гигантской ошибкой. Всё было одной неимоверной, увесистой ошибкой! Я ведь понимала это с самого начала, зачем позволила себе? Надо было вначале развестись, сделать всё правильно. Может, тогда бы не чувствовала себя так ужасно? А теперь ещё и мысли о Егоре будут сжигать. Где он, с кем он? Может, я не права и он что-то там чувствует ко мне. А может, просто решил выполнить долг или по привычке обжечь ещё одну страждущую. И второе более вероятно. Ну а то, что было... Я теперь наглядно увидела, что девушкам действительно с ним хорошо до поры до времени, у него вшито быть уютным, желанным, волнующим.

На улице позвонила соседям Егора. Извинилась, что так поздно, оповестила, что скоро буду, и попросила разбудить детей. Через пару минут набрала Косте, сказав, чтобы быстро собирал вещи, мы уезжаем. Благо у соседей есть ключи. Опасалась вопросов, но их не последовало.

А потом позвонил Егор... Я долго смотрела на мигающую зелёную трубку, слушая зажигательную мелодию бачаты, которую успела на него поставить. И так три раза. На четвёртый сняла.

- Прости, я не готова пока разговаривать.

- Любава, я понимаю, как всё выглядит, но мы ...

- Не готова... - и нажала отбой.

Пока шла к метро размышляла над тем, что такое совесть и в каких случаях она говорит, а в каких молчит. В нынешних обстоятельствах, наверное, это было странно, но я полезла в браузер смотреть, откуда появилось это слово. "Заимствование из старославянского аналога, который звучал как "свесть" - состояние, когда человек находится в гармонии с неким благим знанием ("вестью"). - прочитала, остановившись на мосту, где мы буквально пару часов назад так счастливо целовались. Чёрт! Как давно это было, в другой моей жизни. - На Руси считали, что Бог способен передавать человеку вести о том, что является добром, а что злом, а человек, чувствующий эти вести-призывы, находится в дружбе с совестью."

Но не все мы верующие, откуда же есть понимание, что хорошо, а что плохо? Заложено родителями? Обществом? Откуда во мне, что изменять - табу а, например, в Савелии - нет? Или что играть чувствами других для меня скверно, а у Егора в порядке вещей?

Вызвала такси. Поняла, что ехать на метро не было ни сил, ни времени. Надо быстрее добраться до квартиры и свалить оттуда. Ещё и детям придётся как-то это всё объяснить. Надо было слушать свою совесть с самого начала, а не поддаваться слабости. Вот и итог. Что ж, сама виновата. Больше таких ошибок я не сделаю. Жизнь умеет очень доходчиво объяснять.

Дорога домой

Помните анекдот?

Истерика в шестнадцать лет: выбиваешь дверь с ноги, разбиваешь смартфон об стену, орёшь. Истерика в двадцать шесть лет: дверь стоит тридцать тысяч, установка ещё четыре тысячи, за смартфон и ноутбук ещё выплачивать кредит. Просто орёшь. Тридцать лет: орать нельзя дети спят. Просто сидишь. Возраст можно варьировать.

Так вот, сейчас он не действовал, анекдот в смысле. Крышка моего чайничка кипела и позвякивала, норовя улететь. А поэтому быть педагогичной не было ни сил, ни времени. Мы неслись в сторону Москвы со скоростью сто двадцать, благо трасса платная и скоростной режим сто десять плюс-минус. Костя с Ксюшей о чём-то горячо спорили на заднем сидении.

- Дети, - грубее, чем хотелось бы, рявкнула я. - у меня есть что вам сказать! - сын резко замолчал, дочь всё ещё продолжала спор в воздух. - Я ушла от папы. У нас возникли серьёзные разногласия. Мы больше не будем жить вместе. - Теперь Ксюша тоже замолчала.

- Это из-за Егора? - спросила своим нежным, ещё немного недовыговаривающим некоторые буквы голосом вполне нейтрально. Я выпала в осадок, и даже крышечка перестала позвякивать. Почему считала, что дочь особо ничего ещё не понимает? Ей почти шесть. Она много общается с братом и его друзьями, наверняка уже о многих вещах в курсе, вот только я этого не понимала.

- Нет, Егор ни при чём! - и это истинная правда. - Кстати, о нём, скорее всего, в ближайшем будущем его мы тоже не увидим. - поймала в зеркало заднего вида расстроенный взгляд Кости.

"Ну вот так, милый..." - подумала печально.

Некоторое время дети помалкивали, видимо, переваривая информацию внутри себя. Каждый как мог. Потом уснули под мерный ход машины, поставленной мной на круиз-контроль. Простите родные, мама сейчас совсем не в ресурсе.

Я ворвалась в квартиру Егора взбаламученная, накрутившая себя, наэлектризованная до предела. Костя с Ксюшей переглянувшись промолчали. Такую меня они, пожалуй, видели впервые. Зато соседка, обеспокоено вышедшая из гостиной, была готова задать кучу вопросов. Видимо, всё это время она была с детьми, хоть я и сказала, что они одни справятся.

- А где Егорушка?

"Где мать твою, Егорушка? В Караганде Егорушка! Красивый мужчина, удачливый бизнесмен, заботливый сосед, невероятный любовник. Сам пусть объясняет где он!"

- Будет позже, - ответила сдержанно. Соседка, в конце концов, не виновата. - Спасибо Вам огромное за беспокойство и помощь. Нам срочно надо уехать.

Она как-то печально вздохнула и, пожелав спокойной дороги, ушла.

Я ехала и составляла план действий в голове. А а а а!!! Взвыла внутренне. Забыла Ленке позвонить. Но сейчас уже не вариант. Ночь. В Москве будем часов в семь утра, тогда и свяжусь.

Подруга ответила сонным голосом.

- Знаешь Люб, это уже становится гадостной традицией! Что у тебя опять случилось?

- Мы рядом с твоим домом.

- Да иди ты!!! - раздосадованный голос подруги стал весьма бодрым. - С тобой никакого кофе по утрам не надо! Вот что ты за человек? А Егор?

- В Питере. Наверное... - вряд ли он помчался за мной. - Ты дома?

- Где ж мне ещё быть. - удивилась. - Давай тогда. Жду.

Дети сонно заползли в "нашу" Ленкину комнату и повалились досыпать. На кухне шумел чайник, фарфоровые тарелочки с бутербродами уже стояли на столе. Подруга жарила мою любимую в её исполнении яичницу с беконом.

- Хватит молчать и смотреть глазами раненой лани. Что произошло?

- Там была "Кась".

- Ой, я тебя умоляю! Эта кучка крашенная давно его хочет, но не получит. Егор, слава богу, повзрослел раньше чем встретился с ней. Но кровь попортить может. Кто-то ещё?

Подозрительно глянула на Ленку. Та беспечно возила лопаткой по сковороде. "Почему всю информацию о Егоре она выдаёт кусками или не выдаёт совсем? Из чего выросла их дружба? Может, они бывшие любовники?"

- Я чего-то не знаю?

Ленка сгрузила яичницу в две тарелки и, отрезав хлеб, засунула его в тостер, нажала рычаг, повернулась ко мне.

- Любаш, это правда не моя. Если Егор сам не рассказал...

- Я стала свидетелем неприятного разговора с женщиной. - решила форсировать события. - Примерно моего возраста и комплекции. - я немного подумала. - А ещё она мне кого-то напомнила, но никак не могу вспомнить кого.

Щёлкнул тостер. Мы обе вздрогнули.

- Чёрт! - подруга напряжённо закусила губу. - Ладно. - наконец решилась она. - Расскажу. Но если Егор узнает — убьёт. Ну или наша дружба может закончиться, а мне бы этого очень не хотелось.

- Леночка, я могила! Честно!

ДА, ДА, ДААА!!! Хоть что-то о нём узнаю и пойму. Несмотря на то, что я и запрещала себе думать о нём, всё равно постоянно ловила его образ внутри и это неимоверно напрягало и вносило раздрай.

- Примерно три года назад он пошёл на эту самую бачату. Вдохновенно рассказывал, что, наконец, нашёл отдушину. - подруга хихикнула, - Ну я, конечно, начала подшучивать, мол надоели ему пустышки. Решил снимать девушек хоть с каким-то внутренним миром. А потом...

Ленка глубоко вздохнула и поднялась. Подошла к окну, сняла оттуда гранённую хрустальную каплю и начала вертеть её в руках.

- А потом? - от нетерпения и волнения начала ёрзать на стуле.

- Спустя полгода он встретил ЕЁ... Там, на танцах.

"Ого! Это ж сколько они были вместе?" - пыталась я подсчитать. На каплю попал луч солнца и брызнул зайчиками по стенам, попал на мои джинсы. Я зажала один пальцем, но он просочился сквозь, отразившись от маникюра.

- Ау! Что дальше? - от напряжения начало дёргать ноги. Наклонилась. Помассировала икры потом бёдра.

- Мда, дальше... Как-то всё тягостно там было. Егор старался. Купил квартиру. Но так и не привёл свою пассию туда, насколько я знаю. - она подкинула каплю вверх и поймала одной рукой, крепко сжав. - Но больше всего я напряглась, когда он прислал её фото.

Ленка остановила на мне серьёзный взгляд. Сердце стукнуло и забилось сильнее.

- Ну... И что там было? Да хватит уже томить! - взорвалась я. Болела грудь, слёзы стучались изнутри, но я продолжала держаться из всех сил.

- Она действительно кое на кого похожа... Сейчас.

Подруга взяла телефон и начала в нём копаться. Вдруг подскочив, чуть не выронила его из рук. Аппарат взорвался звонком.

Странные разговоры

Телефон яростно трезвонил. Ленка обескуражено смотрела то на экран, то на меня.

- Кто там? - спросила с опаской. Её женатик?

- Егор!

Я тоже заглянула в экран. Загорелый, с модно зачёсанной чёлкой, в красиво облегающем его мощную фигуру костюме он стоял и ослепительно улыбался. "Какую вкусную фотку поставила подруга на него." - подумала мрачно. Захотелось схватить и шарахнуть телефон об стену, чтобы брызнул осколками, как эта хрустальная капля светом.

- Беру трубку... - наконец решилась Ленка и приняла вызов. - Привет дорогой!

- ....

- Да, она у меня и, честно говоря, хочется слегка намылить тебе шею дружище! Даже не слегка!

Последовало её длительное молчание, в ходе которого, лицо подруги поменяло выражение несколько раз, а в конце вытянулось.

- Кто ты и куда дел Егора? - она перевела дух и задумчивый взгляд на меня, - Хорошо. Блин, как сложно быть другом вам обоим! - хлопнула ладонью себе по лбу и сползла ею на один глаз. - ДО-ГО-ВОР! Но с тебя магарыч! И это... Когда ты собираешься в Израиль?

-.....

- Ну окей! Удачи тебе! Звони, ежели что... - нажала отбой.

Я напряжённо ждала, что она мне скажет, но Ленка озадаченно молчала. Наконец, положила телефон на стол.

- Он взял с меня слово, прости. О неразглашении, так сказать... Просто поверь, всё будет хорошо... - она устало вздохнув, помолчала. - В крайнем случае нет... - встала, повесила каплю обратно на окно. Повернулась ко мне, - Люб, ты сильная. Справишься. Я всегда буду рядом и поддержу тебя.

- Ага, - обиделась я, - сейчас ты поддерживаешь Егора, и это не честно.

- Дам ему шанс всё исправить, - произнесла угрюмо.

- Даже интересно, - истерично подскочила, - как он намерен исправлять? Ты понимаешь, он просто... Прошёлся по мне!

- Не всё так просто, как тебе кажется. Я ж тебе уже говорила, что ну не понимает он, что чувствует. Ладно, посмотрим, как оно дальше сложится. Ты на развод подала? - сменила она резко тему.

- А знаешь, - злорадно произнесла, - я вот теперь думаю, может не подавать?!

Она выпучила глаза, потом грозно нахмурила брови.

- Ты совсем, что ли? Чтобы там не учудил Егор не вздумай портить себе жизнь чисто из мести! Это глупо.

Я прикрыла глаза. Очень устала. Выматывающий морально и физически вечер, бессонная ночь за рулём. Кажется, я перестала адекватно оценивать ситуацию. Конечно, разведусь, тут даже вопросов быть не может. Просто эмоции хлещут. Надо поспать.

Полдня я отсыпалась, но всё равно встала с больной головой. В квартире Ленки было тихо. Я заглянула в "комнату детей", чистота и пустота. На кухню то же самое, только у микроволновки стоит тарелка с мясом и овощами, укутанная плёнкой. Добрая подруга, видимо, оставила обед и увела всех гулять, чтобы дать мне отдохнуть. Разогрела и сев за стол начала вяло ковырять вилкой. Есть не хотелось. Отодвинула и, взяв телефон, набрала главного технолога производства.

- Пётр Сергеевич!

- Любовь Сергеевна! - отозвался он в привычной манере.

- Я в Москве, можем встретиться. Как наши дела?

- О! Как ни странно, прекрасно! - как-то не радостно произнёс мужик и прокашлялся. - Савелий Владимирович взялся за ум. Хорошо всё сделал с прошлым заказом, а вчера пришло несколько новых, весьма жирных.

- Вы виделись? - я озадаченно размышляла.

- Сегодня утром.

- И как он выглядел? - не удержалась от вопроса.

Инженер помолчал, затем неохотно ответил.

- На удивление хорошо... Но с Вами я всё равно хотел бы встретиться! - закончил с неестественным энтузиазмом.

- Хорошо, подъеду тогда на производство ближе к вечеру. - надо было себя занять делами, чтобы постоянно не думать о Егоре.

- Да зачем на производство-то? Давайте я Вас приглашу в ресторан?

Ой, а вот это совсем лишнее, но как корректно отказать?

- Мне кажется, это не вполне удобным.

- Да бросьте Вы! - отозвался укоризненно, - Всего лишь деловая встреча. Ну, давайте не в ресторане, а в кафе?

На том и договорились. Теперь надо звонить Савелию и решать вопрос развода. Пошла, помыла тарелку. Чем бы ещё себя занять, лишь бы не приступать к сложному? Ладно, вот позвоню Ленке, узнаю где они, а потом уже мужу.

Подруга уехала с детьми гулять в Парк Горького.

- Я вечером иду в кафе с инженером нашего производства. Можно детей оставить?

- Любопытно. Кафе?

- Не спрашивай!

- Без проблем, только Люб, давай без глупостей, - подруга явно напряглась от моих слов.

- Лен! Он вообще в ресторан приглашал, но я отказалась!

- Вот правильно. Отдохнуть бы тебе от мужиков. А то прямо как мухи на мёд.

Мы распрощались. Ну теперь точно надо звонить Савелию. Он ответил сразу.

- Здравствуй Люб!

Я напряглась. Его голос звучал с той силой, что вначале наших отношений. Что могло изменить человека за несколько дней?

- Ты, наверное, по поводу развода звонишь?

Я молчала, не понимая своих ощущений.

- Когда тебе удобно? Может, встретимся вечером в центре, поедим где-нибудь... - не услышав ответа продолжил, - Можем завтра, скажи когда, я приеду!

Да что происходит? Савелий и спрашивает моего мнения? Приглашает на ужин? Готов спокойно обсудить развод?

- Хорошо. Давай, пожалуй, завтра. - сказала подумав. Было ощущение, что вечерняя встреча с Петром Сергеевичем будет не простая, а перед разговором с Савой надо иметь холодную и трезвую голову.

- Договорились! Я позвоню утром, хорошо? - голос был уверенный и спокойный.

К кафе я подъезжала уже опаздывая. Пётр Сергеевич удивил. Он был свеже побрит и одет в хорошо отглаженный тёмно-бордовый блестящий костюм. Чёрный галстук с витиеватым рисунком огурцов смотрелся немного странно, но довольно стильно. Первый раз видела мужика в таком одеянии, обычно это были джинсы с футболкой. Он что, на встречу со мной так оделся? Мдааа... будет непросто.

Новые возможности

- Ну что ж Любовь Сергеевна, дела пошли в гору. Гляньте, что скажете? - инженер развернул предо мной огромный план. - Клиенты не простые, Савелий Владимирович посоветовал обратиться к Вам.

Внимательно оглядев чертёж, ткнула пальцем в большой стол в первой трети совмещённой гостиной-кухни.

- Раковину будет правильнее сдвинуть на край, а вместо неё посередине вмонтировать варочную поверхность и духовку. Тогда хозяйка будет лицом к сидящим, во время готовки и раздачи. Сверху, конечно, вытяжку. Пётр Сергеевич перегнулся через столик, чуть не столкнувшись со мной лбом. Заинтересованно посмотрел в глаза, я поспешно подалась назад.

Странный проект. Такая кухня будет стоить очень больших денег. Савелий, который сам предложил обратиться ко мне за консультацией...

- Какие-то ещё рекомендации?

- Барная стойка вот тут, - ткнула пальцем, - хорошо проведёт зонирование пространства. Гостиная будет более лаконичной, а кухня законченной.

- Голова!

Я напряжённо поёрзала. В целом это всё Сава мог и сам предложить. Или нет? Мы посмотрели ещё один проект. Там я вообще не нашла что менять. Разве что тумбу на колёсах бы поставила, ну и цвета немного по-другому подобрала. Но это всё равно по желанию заказчика.

- Пётр Сергеевич, Вас правда муж попросил ко мне обратиться?

- Да.

Его короткие ответы и длинные взгляды всё больше напрягали. Кофе давно остыл. Чтобы как-то отвлечься поковыряла пирожное, что он сам мне заказал. Невкусное.

- Если на этом всё, то я, пожалуй, пойду. - достала кошелёк, чтобы расплатиться.

Он неловко схватил меня за руку.

- Люба... Сергеевна, - поправился под моим недовольным взглядом. - Не обижайте, я в состоянии заплатить.

Кивнула, аккуратно вынимая руку из его удивительно крепкого захвата. Инженер, опомнившись, расслабил пальцы.

- Савелий ... Владимирович, он, конечно, молодец, что взялся за ум. Привёл себя в порядок. Однако...

- Я Вас всегда очень уважала, давайте не портить это.

- Да-да, конечно, не моё это дело. Просто ещё раз прошу подумать над моим предложением. Для деток я буду хорошим... заботящимся взрослым. Конечно, на папу не претендую, хотя всякое может быть. Для Вас надёжной опорой, защитой. И по-мужски... - его щёки тронул едва заметный румянец, - Я ж бывший спортсмен...

Невольно окинула его оценивающим взглядом. Непроизвольно. Как ответ на его "бывший спортсмен". Поняла, откуда эта выправка, сильные руки, пропорциональная подтянутая фигура, которые меня всегда восхищали в нём.

- Как женщина Вы обижены не будете.

Этот разговор был настолько абсурдным, что я просто сидела, замерев. Кажется, даже не моргала, думая только о том, как его побыстрее свернуть и умотать.

- Я услышала. Благодарна за смелость и намерение, но сейчас не готова вообще ни к каким отношениям.

Пётр Сергеевич заметно расслабился и улыбнулся.

- Это хорошо, значит, у нас есть время.

- Прошу прощения, мне пора. - поднялась. - Дети ждут.

Он проводил меня до машины, болтая о новых материалах, пришедших из Китая, про планы на год. Слушала вполуха, думая о том, что надо устроиться на работу. Ближе к концу лета снять квартиру и начать свою собственную, принадлежащую только мне жизнь, ну и детям, тут никуда не деться.

Вечером Ленка с любопытством спросила, как прошла встреча.

- А, - махнула рукой. - Даже рассказывать не о чем.

- Звонила моя "тыква". - безразлично бросила она. - Сделаешь партию свечей? А ещё они уволили организатора детских праздников, может, хочешь заняться?

Своим детям на каждый день рождения я делала что-то особенное. Ленка всегда помогала. У меня даже был баллон с газом и куча разномастных воздушных шариков под все случаи жизни.

- Могу попробовать, но я всё такое кулуарное делала. А там масштабы.

- Да ну! Сделаешь ограничение по количеству человек в группе. Я вначале буду на подхвате, а там найдёшь помощников.

- Ты чего такая добрая? - подозрительно уставилась на неё.

- Да мне что-то не по себе от всей этой истории с Егором. Целый день думала. Знаешь, он мне как брат, младший, бестолковый...

- Не хочу больше о нём.

Она кивнула и отвернулась к тёмному окну. Разговор не шёл.

- А что с твоим исполнительным директором?

Молодец я, нечего сказать. Если бы сейчас она "тыкву" не упомянула, то и не вспомнила бы, наверное.

- Знаешь... Решила жить одна для себя вот и нечего было начинать другое. - тихо вздохнула, - Жизнь — боль, и босыми ногами по острым камням препятствий...

- Леночка... - хотелось её обнять, но она была такая холодная и остранённая, что не решилась.

- Когда мужа застукала, так негодовала на его любовницу. А сама...

- Ты не знала. Поэтому не считается.

- Всё Люб считается и всё заносится в тайную книжечку вселенной. Пошли спать.

На следующее утро меня разбудил звонок Савелия. Глянула на часы — одиннадцать. Вот это я поспала! В квартире опять тишина. Шёл дождь, в открытое окно сильно дуло. Некстати вспомнилось утро на Валдае, когда я заболела.

- Ты у Ленки? Давай подъеду через час, заберу тебя и съездим пообедать.

- Не надо, я сама. Где?

- Оденься потеплее, на улице резко похолодало.

"Сама решу как мне одеться. Да и как там, может, похолодать в июле?"

Но на улице было действительно неприятно. Вернулась в квартиру и накинула тренч. Вспомнила, как однажды устроила Савелию сюрприз, надев под него только чулки. Это было примерно через месяц после рождения Ксюшки. Муж тогда не оценил. А после невзлюбил его.

"Вот и отлично! Наверняка помнит этот плащ!" - подумала злорадно.

В ресторане приятно пахло цветами и грилем. За дальним столом у окна заметила мужа. Остановилась, разглядывая его профиль и одежду.

Не соврал Пётр Сергеевич, Савелий выглядел хорошо. Чёрная водолазка элегантно обхватывала шею, выгодно подчёркивая трёхдневную небритость. Сосредоточенный на меню взгляд делал выражение лица строгим и серьёзным. Его длинные, вечно нигде не помещающиеся ноги, торчали из-под стола. Собравшись с духом решительно подошла и села напротив.

- Рад тебе. - голос прозвучал объёмно и спокойно.

Я погрузилась в непривычную за последнее время теплоту его оливковых глаз.

Всё равно разведусь

Подошла симпатичная официантка, стрельнула в мужа глазками он, не отрываясь от меню, сделал заказ. Девушка разочарованно записала.

- Мне тёплый салат и чай. - отвлекла её от созерцания Савелия.

Сняла тренч, перекинула через спинку стула. Муж покосился, в глазах мелькнуло узнавание.

- Поговорим о разводе. - начала, когда мы, наконец, остались одни.

- Давай не торопиться. У меня есть предложение - ты возвращайся домой с детьми.

- Нет на оба предложения!

- Поживу отдельно. По поводу денег можешь не беспокоиться, решил так, весь доход от фирмы поделю на три части. Две тебе, одну мне.

Заманчивое предложение и в целом честное.

- На развод всё равно подам. - повторила упрямо.

- Твоё право. Что у тебя с Егором?

К этому вопросу почему-то готова не была. Сжала руки, поспешно убрала их со стола. Поймала, что кусаю губу, расслабилась. Савелий усмехнулся.

- Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал. Нууу... Я так и думал. - вытянул ноги, задел мои под столом. - Люб, я очень виноват. Очень! Прости меня. Понимаю, это сложно. - облизнул губы. - Восстановить то, что было, будет трудно. Но я приложу силы.

- Запретить не могу. Но вряд ли результат устроит.

- Ты сейчас так похожа на себя в начале наших отношений. - произнёс мягко и прислонил под столом свою ногу к моей. Я поспешно отодвинулась. - Когда вернётесь?

- Снимешь квартиру - звони. - пожала плечами.

Официантка принесла заказ, наклонилась над мужем, он обдал её холодом. Поели молча. Муж расплатился и встав, накинул мне на плечи тренч. Дождь слегка успокоился, но капли всё равно противно били по лицу. Сава раскрыл над нами зонт. Весь путь до машины невесомо придерживал за талию. Пыталась отстраниться, он терпеливо опять подхватывал. Мне надоели эти игры, решила - пусть. Это ничего не меняло в конце концов.

У Ленки дома Ксюша с Костей смотрели фильм "Трое с площади Карронад". Сама она, уставившись в ноут, работала на кухне.

- Где была? Думала, ты спать будешь до обеда. Съездили с твоими в "домик Бабы Яги" - открылся недавно в парке "Раздолье" около большой детской площадки.

- С мужем встречалась. Мы с детьми скоро уедем обратно в нашу квартиру.

Подруга оторвалась от работы.

- Жизнь твоя. - вернулась в экран. - "Тыква" просил тебя заглянуть в клуб, если согласна на предложение.

- Не надо на меня так смотреть. На развод подаю, Сава будет жить отдельно.

- Поздравляю.

- Скажи, - замялась я, - зачем Егор собрался в Израиль?

Ленка ткнула в клавиатуру и захлопнула крышку ноута.

- Открывает новую линейку продуктов. Он с ними уже полгода переговоры ведёт. И ещё с Турцией. Ты когда думаешь обратно домой?

На следующий день мы поехали в спортклуб. В холле Ленка всё время оглядывалась. Когда вышел мужик в спортивном костюме, она явно расстроилась, хоть виду и не подала.

- Я руководитель детского спортивного направления, - представился дядька. - Рад, что Вы согласились возглавить у нас проведение праздников. На них огромный спрос. И оплата очень достойная.

Он показал отведённые под детей помещения и по моей просьбе ещё пару больших залов. Затем, разместившись в тренерской, обсудили уже имеющийся заказ. Он был лёгкий, всего на шесть человек. Подумав, предложила сделать путешествие в сказочный мир и спасти его. А все действия в нём обыграть через спортивные упражнения. Ничего сложного.

- Ещё надо зал украсить. Родители готовы заплатить.

- Это не проблема, - ответила, - есть только один момент во всём этом. Лето. Мы живём на Валдае и хотелось бы провести дни каникул не в Москве. Поэтому предлагаю, все праздники сдвигать на выходные дни. Я тогда буду приезжать и проводить.

- Давайте всё же по мере поступления заказов смотреть. Понял, что Вам удобно раз в неделю на пару дней приезжать. Но надеюсь, к осени Вы всё-таки будете в Москве.

На том и договорились. Ленка всё это время просидела во fresh баре, попивая свежевыжатый сок.

Савелий позвонил на следующий день.

- Я нашёл где жить. И ещё, Люб, хочу забрать детей на весь день. Съездить с ними погулять, пообщаться. Давно не видел.

- Конечно, только давай, ты сам с ними об этом договоришься. Заодно объяснишь наше возвращение в квартиру и почему тебя там не будет.

- А что они знают? - спросил озадаченно.

- Только то, что мы решили пожить отдельно, но Костя всё понимает, а Ксюша...

А вот что думает по этому поводу дочь, я прямо зависла. Стала мать-волкам отдать. Среди всех своих событий упустила разговор с детьми. Сегодня же пойду исправлять.

- Хорошо, как лучше об этом сказать?

О! У меня опять спрашивают совет!

- Скажи - мы больше не будем жить вместе, что так бывает. Но главное! Чётко дай понять, что ты их любишь и это останется навсегда!

- Так я их действительно люблю. И тебя тоже, Люб! - он взволнованно зачастил в трубку, - Очень. Я тоскую и хочу всё вернуть! Давай пока не будем говорить про развод. Дай мне шанс всё исправить! Я дурак, осёл, козёл! Всё понимаю! Правда! Нужно время. Мы преодолели кучу трудностей в прошлом, справлялись и с болезнями детей и с безденежьем... Оступился, Любочка, дорогая моя!

- Нет Сав, - решительно прервала этот поток, - мне жаль всё то хорошее, что было. Но оно прошло и возвращать уже нечего.

Он вздохнул, я нажала отбой. Поймала себя, что даже мысли нет возвращаться в брак. Но, самое главное, ничего не шевелится в сторону Савелия. Внутри тишина и ощущение правильности решения. И облегчение.

Вечером сообщила Ленке, что переезжаем обратно в квартиру.

- Я вот только думаю... Всё равно, будем лето на Валдае проводить, может не мучить Саву.

- Ещё чего! Пусть отрабатывает косяки. Больше ценить будет.

- Зачем мне это? Обратно не собираюсь. Заявление сегодня подала на развод, наконец-то. Надеюсь, к концу лета быть свободной, как ветер в поле!

Теперь остался разговор с детьми. Зашла в комнату, где они уже укладывались спать.

- Читать, читать. - радостно начали скакать вокруг меня.

- Да, но вначале... Мы возвращаемся в нашу квартиру.

- Уррра, - завопила Ксюшка. - наконец увижу папу.

- Вот об этом и хочу поговорить.

Дочь радостно села рядом. Костик, наоборот, настороженно.

- Мы больше не хотим быть мужем и женой, поэтому жить будем раздельно. Нооо... - предвосхитила вопросы Ксюшки, - вы по-прежнему наши любимые дети! И останетесь такими на всю жизнь! Кстати, он хочет вас взять погулять на весь день.

- Папа плохой? - насупилась дочь.

Сложный вопрос. И точно не для обсуждения с маленьким человеком.

- Он вас любит и это главное. Наше решение...

- А Егор? - дала под дых Ксюха.

- А Егор останется нашим любимым дядей! - уверенно произнёс сын и, с вызовом посмотрел на меня.

Через пару дней Сава позвонил и сказал, что съехал. Договорился забрать детей.

- Отлично! Поможешь нам завтра разгрузиться, а потом, пока я буду разбирать вещи уедешь с ними гулять.

- Как скажешь. - произнёс печально.

Ксюшка встретила папу радостно. Запрыгала вокруг. Начала тянуться, чтобы взял на ручки. Савелий подхватил её, крепко обнял и зарылся лицом в волосы целуя. Он её так тискал, что мне стало не по себе. Костя нейтрально стоял рядом, но было видно, что тоже рад встрече.

Когда они, наконец, уехали я начала разносить чемоданы по комнатам. Квартира была надраена до блеска. На кухне в большой коробке посреди стола стоял планетарный миксер.

Рабочие трудности и разные неожиданности

Праздник провела не без приключений. Именник оказался жутко озорным и устроил потасовку, которую я не смогла быстро пресечь. В итоге двое мальчишек заработали синяки. И хотя родители уверяли, что ничего страшного, от руководителя детского направления я получила нагоняй.

- Очень надеюсь, впредь такого не случится. Нам сильно повезло, что клиенты оказались лояльными. Кстати, в отделе продаж сказали, что Вы принесёте свечи.

Я поспешно достала из спортивной сумки приготовленную партию. Каждая свеча была в баночке тёмного стекла с джутовой обмоткой.

- Красиво! Я смотрю Вы на все руки мастерица! - смягчился.

- Так! - вмешалась Ленка, помогавшая мне с праздником, - А деньги?

- Ну как реализуются, - развёл мужчина руками.

- Нет денег, нет свечек! - жёстко осадила его подруга и начала аккуратно сгружать плоды моих трудов обратно в сумку.

Руководитель детского направления опешил. Открыл рот, закрыл. Почесал затылок и вышел из комнаты, схватив телефон.

- Ну ты даёшь! - восхищённо повернулась к подруге.

- Я тебе сколько раз говорила? Утром деньги, вечером стулья! Ты небось и за праздник предоплату не взяла с этого хмыря?

- Неа, а надо было?

- Ох, Любань! - театрально стукнула себя ладонью по лицу, - С этими спортклубами держи ухо востро. Да и не с ними тоже. Вот ты когда кухню делаешь, залог берёшь?

- Ну конечно, там же материалы...

- А тут твой труд! И материалы, кстати, тоже! Не вздумай так больше делать! Или пусть назначают оклад и процент с продаж. Поняла? И чтобы оклад не три копейки!

Мужчина вернулся через минут двадцать. Принёс деньги за свечи и праздник. Попросил расписаться в ведомости и с интересом уставился на Ленку.

- Другое дело, - пробурчала она.

Савелий послушно забрал в этот день детей на своё обеспечение. И обещал так делать каждый раз, когда мне понадобится. С одной стороны, была рада, с другой — меня снедало беспокойство. За последние пару лет он мало ими занимался, как справится? Чем накормит? Не обидит ли? Костя вообще неохотно согласился ехать.

- Мам, я лучше дома один посижу, на площадке погуляю. Книжку новую начну. Мы как-то не очень с папой.

- Дорогой сын! Надо налаживать контакт. В прошлый раз было что-то не так?

Он пожал плечами.

- Если у тебя будет даже малейший дискомфорт - сразу говори причину. Будем разбираться. Конечно, я не буду заставлять тебя видеться с отцом, если у вас не будет складываться общение по его вине. - сказала и сама себя одёрнула, - Не так выразилась, если ты и он...

- Да понял я мам! Хорошо, постараюсь.

Сегодня сын вернулся весёлый. И с удочкой. "Ну да, дешёвый авторитет зарабатывать подарками легко" - подумала с досадой. Ксюха приволокла огромного медведя тедди. Мы все вчетвером стояли у подъезда нашего дома. Муж выглядел довольным и расслабленным. Белое поло с расстёгнутыми пуговицами подчёркивало загорелые шею и руки, а светло-голубые джинсы делали ноги визуально длиннее. Хотя возможно мне это и показалось.

- Мамочка, мы были в детском мире, потом в рыболовном магазине, а потом катались на кораблике.

- Да ты что?

Савелий смог меня удивить. Такие прогулки я помню разве что во время его ухаживаний. Хотя нет. Не его это были прогулки... Тряхнула головой, отгоняя грустные мысли. Вздохнув уважительно посмотрела на мужа. Он будто поймал мой взгляд, заключив его в свой. Смутившись, перевела на детей.

- Кость, бери Ксюху и бегите домой, нам с мамой надо поговорить.

- Нет, не надо! - начала сопротивляться.

Но Сава быстро перехватил меня за руку и как-то очень ловко развернул от детей.

- Не скандаль при них, пожалуйста. Я ж ничего плохого тебе не сделаю. - тихо, слегка обиженно сказал на ухо, обдав свежим дыханием и приятным запахом парфюма.

Я обернулась, сын с дочерью внимательно за нами наблюдали. Зная мужа, могла предположить, что он не отступится. Что ж, один на один дать отпор будет правильнее.

- Хорошо, - тоже понизила голос, - но о разговорах уславливайся заранее. Иначе в следующий раз попадёшь в неприятное положение перед детьми. Обещаю! Я предупрежу их о том, что внезапно, по твоей прихоти общаться мы не будем!

Сава виновато кивнул. Когда дети убежали, мы обогнув дом и пошли вдоль улицы.

- Как тебе миксер? - наконец нарушил он молчание.

- Ты серьёзно? - хохотнула.

- Нет! Люб, скажи, что надо сделать, чтобы ты простила?

- Как минимум перестать мной манипулировать при помощи детей.

- Да, прости. Я просто в отчаянии. - он остановился. Схватив меня за кисти и начал целовать ладони.

Я поражённо застыла. Потом аккуратно отошла, вытягивая руки. Они были влажными. Савелий отвернулся и, глядя на дорогу, провёл руками по лицу.

- Я... Всё равно! - не закончил. - Ладно, пошли, провожу тебя.

Мы мотались на Валдай и обратно каждую неделю. Праздников проводить пришлось много. После несложных подсчётов выяснила, что примерно половина дохода от них уходило на бензин и еду в пути. К середине августа я была вымотана до предела. Савелий исправно забирал детей и перечислял деньги. Судя по суммам он серьёзно взялся за работу. Приглашал погулять, в ресторан, кино. Я отказывалась. Однажды, глядя на меня, он спросил:

- Люб, чтобы тебя сейчас порадовало больше всего?

Чтобы уже отстал, ляпнула:

- Хочу поехать одна отдыхать.

- Уверенна?

А когда мы опять собрались на Валдай, вдруг дал мне пухлый конверт формата А четыре.

- Откроешь дома. Только, пожалуйста, не отказывайся сразу!

Пока ехала в лифте, очень переживала и передумала кучу всего. Заскочив в квартиру, кинула конверт на декоративную скамейку в прихожей и боялась его открыть до самого вечера.

Сава. Вызов

На следующий после похорон Лёхи день, Савелий находился словно в тумане. В голове стучало: "Как глупо. И страшно!"

Чтобы хоть немного прийти в себя, сел за работу. Это всегда помогало прочистить мозг. Сильно хотелось выпить. Жутко бесился за это на себя, на Дару, Лёху. Когда стало совсем невмоготу - пошёл на турник во дворе. Сдох после первых пяти раз. А ведь до всей этой "жёваной" истории в хорошие дни мог и до двадцати довести. Разозлился ещё больше. "Слабак, дурак, идиот, болван!"

Вернулся домой и, надев кроссовки со спортивным костюмом, отправился в лес. Бежал медленно, стараясь ровно дышать носом. Выбился из сил через пятнадцать минут. Остановился. "Любу верну, если к концу недели буду отжиматься десять раз! И легко бегать каждый день не менее получасу."

Домой вернулся с прочищенной головой и полный энтузиазма. Поискал в интернете боксёрские груши. Заказал.

Через полторы недели позвонила Дамира. "Вот балбес! Забыл убрать её обратно в чёрный список!" - стукнул кулаком по столу.

- Привет малышшшш!

Бодрый голос бывшей любовницы отозвался внутри тошнотой.

- Дамира, между нами всё закончено! Очень тебя прошу мне не звонить.

- Вот ты как заговорил! Я ведь могу встретиться с твоей женой и много чего ей "интересного" рассказать.

- Всё интересное она и так знает. - вздохнул.

- Уверен? - голос Дамиры прозвучал угрожающе. - Давай встретимся, тебе тоже не помешает быть в курсе.

Внутри Савелия всё оборвалось. Врач сказал сдать анализы несколько раз с перерывом в две-три недели. Он пренебрёг.

Любовница настояла на встрече в своём доме. Приехав сильно раньше, Сава внимательно осмотрелся. Обошёл участок вокруг, подмечая ряд изменений: свеже подстриженный участок, накинутый укрывной материал на садовых качелях, подкрашенный в нескольких местах забор, новая видеокамера наружного наблюдения. Она напрягла больше всего. Достал мобильный и набрал Дару.

- Хочешь меня подставить?

- ???

- Камера!

Она долго и явно пьяно хохотала в трубку, в конце закашлившись.

- А ты, оказывается, параноик малышшш! Успокойся, она не работает, готовлю дом к продаже. Хотя... Заходи! - щёлкнул дистанционный замок калитки.

Он шёл по дорожке, продолжая оглядываться на камеру.

"Что задумала эта ненормальная? Опять пьяная!"

Память услужливо подкидывала картины из прошлого. Вот тут они валялись в сугробе и снег набился в штаны, из-за того, что Дамира пыталась их стащить. На ступеньках он подвернул ногу, когда она внезапно вышла из дверей обнажённая. Зайдя в прихожую поёжился и прикрыл рукой нос. В доме витал устойчивый запах алкоголя. Замутило.

- А вот и тыыы! Любооовничееек! - вышла, пошатываясь, Дара.

В распахнутом, полупрозрачном халатике на голое тело, она выглядела пошло и откровенно неприятно. Опухшее лицо со следами уколов смотрелось отталкивающее.

- Проходи раздевайся. - произнесла с явным подтекстом.

- Мне некогда, говори что хотела и я поехал.

- Когда ты стал скорострелом? Прелюдия только начинается... - ухмыльнулась.

Савелия передёрнуло. После усиленных тренировок, которыми он себя загрузил, тело постоянно ломило. Зато в конце недели он смог отжаться десять раз! В честь чего устроил себе день отдыха. Съездил на "Белые дачи" и купил новой одежды. Любочка увидит его свежим и красивым!

Скинул кеды, оставшись в белых носках. Внимательно оглядев пол надел обувь обратно и уверенно прошёл в гостиную.

- Говори!

- Выпей со мной! - произнесла томно, взяв грязный стакан со стола. Налила в него тёмно-коричневую жидкость из бутылки.

- Бросил.

- Пей говорю! - разозлилась Дамира. - Иначе все новости первой узнает твоя ненаглядная Любашка-простоквашка.

Савелий подошёл и, взяв стакан, выплеснул его на грязный пол.

- Будешь угрожать - схожу в полицию и скажу, что это ты подстрекала Лёху к самоубийству! - произнёс спокойно, хотя внутри всё похолодело.

- Я подкуплю того следователя. Или соблазню, делов-то! - бросила желчно.

- Не получится, - напустил в голос злорадства Савелий, - мы подружились. Мужик оказался с понятиями, а такие не продаются. И не соблазняются, так что тут ты в пролёте.

На самом деле ничего подобного не было, но сейчас Сава пошёл ва-банк. Слишком многое было на кону. Дара повела бровью, но продолжать не стала.

- Говори уже, что хотела.

- Котик... - опять сменила она тактику, - Дай денег и я от тебя отстану. Не хочу продавать дом, мне будет плохо в квартире да и привыкла к нему.

- Мне какое дело до того, к чему ты привыкла? Иди работай.

Дамира скинула халат и дотронулась до груди. Спустилась к животу, скользнула руками между ног, зажав их там. Высунула язык и начала им водить по губам, извиваясь при этом всем телом. Выглядело это всё ужасно. Савелий скривился и, подойдя к ней, подобрал с пола халат. Затем бросил его любовнице в лицо.

- Одевайся и перестань позориться! Ты сейчас либо выкладываешь всё что хотела, либо я ухожу.

Дара зло подняла с пола кинутое и нервно натянула на себя, плотно запахнув.

- Сволочь! - подошла к креслу и с размаха плюхнулась в него, заложив ногу за ногу.

Саве в глаза бросились грязные ступни, отросшие волоски на ногах и синяки на коленках. Как? Как он мог увлечься этой шалавой? Променять свою тёплую, уютную жизнь на непонятно что?

- Итак?

- Итак! - повторила Дара зло глядя ему в глаза, - Я беременна! И это наименьшая из твоих бед!

Сава. Удачные решения

- Как оригинально! - пренебрежительно усмехнулся Савелий и кивнул на бутылку, - Отмечаешь?

- Смотрю тебе весело? Зря. Когда сдавала анализы в связи с беременностью, выяснилось, что у меня гепатит В.

Вначале Сава испугался, потом решил не паниковать. Анализы были чистыми, а значит, либо врёт, либо заразилась уже после прекращения их общения.

- Ну что же, боженька не фраер, всё видит. - пожал с напускным спокойствием плечами.

Дамира внезапно вскочила с кресла и, схватив бутылку, метнула её в Саву, он даже не успел ничего сообразить. Она влетела ему в живот и, упав на пол, покатилась. От боли согнулся, схватился за бок. Дыхание перехватило, в глазах потемнело.

- Скотина! Из-за тебя я беременная и больная!

Восстановив дыхание, он выпрямился и, старясь контролировать эмоции, произнёс холодно:

- Я абсолютно здоров. Даже справка есть. А тебе не стоило спать со всеми подряд. Так что чей ребёнок тоже неясно.

- А это и неважно! - сморщив лицо и прикрыв один глаз, произнесла женщина, - Ты ж небось решил вернуться к своей чистоплюйке? А тут такой конфуз. - она опустила оба уголка губ, внимательно наблюдая за реакцией Савелия.

Он стоял, всё ещё держась рукой за бок, и соображал.

Чем может грозить сообщение бывшей любовницы? Ну, скажет она Любе это всё. Что дальше? Хотя действительно непонятно, как отреагирует жена. Вроде потихоньку всё налаживается, но очень медленно.

Проводить время с детьми оказалось невероятно тяжело. Приходилось вкладывать все силы и внимание, чтобы они были довольны. Конечно, он их любил и скучал, когда остался один. Однако совсем не понимал, как общаться. Проще всего было с Ксюхой: посадил на шею, купил игрушку, сладость какую, и всё. Ты герой. А вот с Костей были сложности.

Чтобы понять, о чём разговаривать с мальчиком Саве пришлось залезть в интернет и изучить несколько сайтов. Написав в строке запроса "О чём отцу говорить с сыном?" углубился в чтение советов. Через час изучения "двадцати вещей, которые нужно сказать сыну до того, как он повзрослеет" и "отец должен с сыном разговаривать обо всём" он, наконец, нашёл дельный сайт. Первое обо что споткнулся на нём это "в подростковом возрасте любому мальчишке жизненно необходим рядом мужчина, чей авторитет будет для него неоспоримым".

- Дааа, авторитет у меня сейчас тот, что надо! - усмехаясь произнёс вслух самому себе.

Но постепенно понял, что нашёл золотую жилу. Читая, наметил план. Вначале выяснит какие у Кости увлечения. Затем поддержит его в них. Важный пункт - это уважительное общение на равных, так как сын уже довольно взрослый. Сложно, но решаемо. Следующая станция - доверительные отношения. Вот тут однозначно будут сложности. Но Савелий приложит максиму усилий. Пока не знает как, но и не такие задачи решал в жизни.

"Никогда не относитесь к проблемам сына, как к чему-то маловажному, и не говорите, что всё это пустяки." - усмехнулся.

- Да какие у него могут быть проблемы? Еда есть, жильё предоставлено. - поймав себя на этой мысли - одёрнул. - Надо так надо!

"Не стесняйтесь рассказывать ему не только о своих победах, но и об ошибках, неудачах и способах их устранения" - на этом параграфе Сава откровенно застопорился.

Сейчас, глядя на бывшую любовницу, понимал, что никак не готов разбирать с Костей свои косяки.

- Молчишь? - вывела его из задумчивости Дара, - Савушка! Я ведь люблю тебя! - умоляюще заныла, - И хочу этого ребёночка! Мне надо лечиться. Ты же хочешь здорового наследника?

- Мне он не нужен. А здоровьем своим, конечно, займись.

- На врачей нужны деньги, ты же понимаешь?

- Про финансы тебе уже всё объяснял в прошлый раз, - произнёс холодно.

- Что ты говоришь? - её настроение вновь поменялось. - Новая одежда откуда? - хищно прищурилась.

"Да что ж я за болван?" - подумал Савелий про себя, но вслух спокойно произнёс:

- Разговор считаю исчерпанным. Прощай.

Развернулся, продолжая придерживать ломивший бок, и направился к выходу.

- Ты ещё пожалеешь! - заорала Дара. - Я подкараулю твою жену и тогда за себя не отвечаю!

- Ага! Давай! Только её нет в Москве, так что вперёд! - уверенно соврал и выходя, с силой хлопнул дверью, наконец позволив выйти раздражению.

На следующий день у Любы были какие-то дела и он забрал детей. Выяснив у Кости про рыбалку, купил ему спиннинг, катушку, крючки, блёсна. Дочка захотела медведя по цене круизного лайнера - взял не раздумывая. И отполировал это всё речной прогулкой. Дети с женой остались довольны. Единственное не сдержался в конце, когда Любочка не захотела с ним разговаривать. Мда, изменилась она конечно. Такая острая стала, но его это даже заводило. Трудности бодрили.

В течение недели он сдавал анализы, много занимался работой и спортом. О Дамире вспоминал редко, но тревожно. Хорошо, что ещё на Валдае сработала чуйка и бросил её номер в чёрный список на телефоне жены. Потом с облегчением узнал, что большую часть недели Люба с детьми проводит на Валдае. Буквально молился, чтобы бывшая любовница случайно с ней не пересеклась.

А когда жена, явно чтобы Савелий от неё отстал, ляпнула, что хочет отдохнуть, радостно понёсся в турагентство за путёвкой. Нашёл горящий тур на "шесть дней, пять ночей" и купил не глядя. С детьми решит как "жить - быть". Няни никуда не делись в этом мире.

"Всё-таки я везучий чёртов сукин сын"- торжествующе думал Савелий, отдавая путёвку. - "Мне просто несказанно повезло, что Егор облажался. Жене всегда были важны чувства, а брат никогда не сможет о них открыто сказать. Теперь возвращение Любы — вопрос настойчивости и терпения, а также времени. И даже оно на руку, если эта дура Дамира меня заразила".

Порывшись в интернете, понял - гепатит лечится не быстро, но как раз время теперь играет на его стороне.

Ура, отдых!

- Ленка! Я еду в Турцию!

Подруга оторвалась от телефона и скорчила кислую мину. Мы шли в спортклуб проводить последний праздник перед нашим отъездом на Валдай. Вернее, теперь-то я решила ехать совсем в другое место и это надо было оговорить. Хотела рассказать Ленке о туре вечером, но меня распирало.

- Сама придумала или кто подсказал? Ты знаешь, какая там сейчас жара?

Расстроить меня ей не удалось. Изнутри, словно пузырьки шампанского, поднималось радостное возбуждение, приятно щекоча нервы.

- Савелий подарил путёвку, представляешь? И детей заберёт. Я вот думаю, может, реально исправился? Дети с удовольствием остаются у него.

- Горбатого могила ... - осеклась и посмотрела извиняющимся на меня, - прости. Мне жаль Савиного друга, но он тоже был урод.

Мы особо не обсуждали смерть Лёхи, но время от времени вспоминали. И каждый раз, когда я сокрушалась о несправедливости судьбы, Ленка строго говорила, что каждому воздаётся по заслугам. В целом была согласна, но смерть... Это слишком!

- Люб, очень, слышишь?! Очень надеюсь, ты не думаешь прощать!

- Нет конечно! Но рада, что Сава изменился. Детям это важно. Кстати, мне пришлось обращаться в суд по поводу развода.

- Логично, из-за несовершеннолетних дети просто заявлением не отделаетесь. Споры об имуществе есть?

- Да какие споры? Деньги муж платит исправно, дети явно останутся со мной.

- Когда ты уже перестанешь быть такой доброй? Как только Савелий поймёт - обратной дороги нет, быстро перестанет играть в благородство.

- Не надо думать о нём хуже, чем он есть.

Подруга закатила глаза.

- И потом, если он не захочет делиться прибылью, всегда может быстро обанкротить фирму и завести новую. Так что смысла бодаться всё равно нет.

- Тьфу ты! Надо позвонить Его... - осеклась, зыркнула на меня и опять уставилась в телефон. - Ладно, в Турцию, куда едешь?

- В Чирали! Я так рада! Ну и пусть жара. Никогда не была в этой стране, да ещё и отдых без детей! - меня опять накрыло ощущением счастья и свободы.

Ленка то ли испуганно, то ли поражённо вытаращилась на меня.

- А там, где?

- Да не помню я, а что?

- Ничего! А вообще, Сава не промах. Отправил тебя в глухомань, где одни мамашки с детьми да пенсионеры отдыхают. Правда, в августе, думаю, даже их особо не будет. - подруга злорадно усмехнулась, - Но всё предусмотреть даже он не может.

- Ты о чём?

- Желаю встретить тебе там горячего... Кого-нибудь!

Руководитель детского спортивного направления был, мягко говоря, недоволен.

- Слишком особые условия для себя хотите! - выговорил мне. - Очень надеюсь, что с сентября я Вас буду наблюдать в клубе намного чаще.

Но даже он не испортил настроение. Собиралась я очень спешно, отлёт завтра днём, а я совершенно не готова. Ксюшка вертелась вокруг и жутко мешала.

- Мамочка! Ты надолго? Привезёшь мне оттуда что-нибудь? Шли фотки! А какое там море? Тоже с тобой хочу! Купальник взяла?

На все вопросы я уже ответила не по одному разу, но дочь продолжала надоедать. Костик, наоборот, помогал. Искал вещи в шкафу и отвлекал сестру.

- Следи за Ксенией! Постарайтесь не есть много сладкого, а то папа... - напутствовала его.

- Мам, не переживай. Будем созваниваться каждый день. Отдыхай спокойно.

В одиннадцать утра следующего дня Савелий позвонил в дверь. Радостно забрав мой чемодан и детей, ушёл грузиться. Было непривычно. Всей гурьбой уселись в машину и двинулись в сторону аэропорта Жуковский. Там, усадив Ксюху на шею, чтобы не дай бог не потерялась, Савелий помог зарегистрироваться, сдать багаж. Когда я уже готова была убежать, он сгрузил дочь, всунув её ладошку в руку Кости. Шагнул ко мне.

За этот месяц он сильно изменился. На руках опять обозначились бицепсы, спина распрямилась, появилась аккуратная новая одежда, волосы возвратились в свой модно — уложенный вид . Красавчик, что уж. Жаль, мне теперь это не было важно.

- Любочка, очень надеюсь, эта неделя отдыха поменяет твоё отношение... Ко всему.

Возмущённо посмотрела на него.

- Я всё понимаю. Просто помни, я очень тебя люблю!

"Опять при детях ставит меня в неудобное положение!"

Савелий сделал ещё шаг и поймал в объятья.

- Я буду ждать! Ты никогда больше не пожалеешь, если простишь! Клянусь! - прошептал наклонившись и нежно погладив мою шею кончиками пальцев.

В самолёте от перевозбуждения я так и не смогла уснуть. В Анталии приземлились в половину девятого вечера, автобус уже ждал. Выйдя из здания аэропорта сразу окунулась в душный воздух и непривычные запахи. Сопровождающий - весёлый коренастый турок, объявил, что ехать примерно часа полтора-два. Глядя на огоньки машин, задремала.

Чирали встретил узкой улочкой. Сонно уставилась в окно, реально деревня. Совсем мало гуляющих, хотя самое время для ночных променадов. Проехав буквально минут семь - остановились.

- Азра вилла, выходят семь человек. - засуетился сопровождающий. Пересчитал нас и помог выгрузить багаж.

Вместе со мной вышло две семьи с детьми разного возраста. Они тут же начали бегать и радостно кричать, взрослые пытались их приструнить, но безрезультатно. Улыбнулась, может, надо было и своих тоже взять?

Здесь было намного свежее, чем в городе, но я всё равно тут же вспотела. Окинула взглядом место, куда прибыли. Это была небольшая площадка перед домиками. По её краям стояли ничем не пристёгнутые велосипеды разного калибра. Некоторые с корзинами для вещей или продуктов. Был даже один трёхколёсный, явно взрослый с большим диаметром шин. Напротив, через дорогу, возвышался шпиль мечети.

Справа от площадки росли какие-то деревья. Прямо целый сад. Впереди виднелись стоящие в ряд домики и небольшая лесенка. По ней из сумрака спускался высокий, красивый турок.

- Познакомьтесь - это хозяин, Рамазан. - представил нас сопровождающий.

Семьи подхватили пожитки. Мой чемодан Рамазан взял лично, одарив белозубой улыбкой. Автобус тронулся, плавно вырулил с площадки на дорогу и свернул в ещё более узкую улочку.

- Помимо ваших вилл тут занято ещё три. В них люди из одной компании, они мои гости уже не первый год. Вы подружитесь. - мягко улыбаясь рассказывал он, расселяя нас. - Но если вдруг захотите, то можно перейти жить в другое место. У меня есть ещё гостиница совсем рядом с морем. И там же ресторан, где утром жду всех на завтрак-комплимент в честь вашего приезда. А дальше вся еда в нём со скидкой для моих гостей.

Мне достался домик в единоличное пользование, хотя был явно рассчитан на две семьи. Турок, затащив чемодан в гостиную, спросил:

- Вы одна приехали отдыхать?

Утвердительно кивнула. Понимала английский я лучше, чем говорила на нём. Тогда он предложил прогуляться до моря и поужинать. Ещё один комплимент красивой даме. Не найдя в этом ничего предосудительного - согласилась.

До моря оказалось не так уж и близко, шли минут двадцать небыстрым шагом.

- Велосипеды, что Вы наверняка заметили, мои. Пользуйтесь на здоровье - это бесплатно. - рассказывал по дороге Рамазан, - На них удобно ездить к морю и на рынок за продуктами. Наш посёлок небольшой, но интересный. Я Вас познакомлю с чудесным проводником. Он сводит в горы, на развалины древнего города Олимпос и огни Химеры. Можно посетить Ликийскую тропу, прокатиться на яхте по бухтам.

- А где все люди?

- У нас в это время года тихо. Жара, люди едут неохотно. Но у меня гостиница почти полная. Кстати, сегодня там танцы, наверняка кто-то есть. - глянул гордо, - Слышите? А вон море. - махнул он рукой вперёд, - Осталось завернуть направо, чтобы попасть в мой ресторан с вечеринкой.

Я уже и сама начала различать звуки музыки. Чем ближе мы подходили к концу улочки, тем тревожнее прислушивалась.

- Что у вас за танцы?

- Один партнёр по бизнесу пол года назад сказал, что скучно и предложил пару раз в неделю делать вечеринки. Сам он любит бачату и латину. Но в целом каждый танцует что хочет.

Мне стало ощутимо нехорошо.

Страхи

Ноги подогнулись, видимо, от усталости и я чуть не полетела носом в дорожку. А живот скрутило, скорее всего, от голода. Последний раз ела утром в аэропорту. Да и то, что я там ела? Круассан с сёмгой и кофе, Сава нас всех отвёл в шоколадницу. Рамазан заботливо подхватил, не дав упасть.

- Знаете, я пожалуй, домой пойду. Очень спать хочется. - промямлила.

Мы уже были у поворота, и музыка безжалостно вонзалась изогнутыми когтями в голову и грудь.

- Не отказывайте мне в совместном ужине, пожалуйста. А потом я довезу Вас на машине до виллы.

Турок предложил свой локоть для опоры. Отказываться было неудобно и, моя ладонь легла на ощутимо выступающие вены крепкой мужской руки. Ухаживание? Вежливость?

Еда была божественно вкусной. Салат из ассорти упругой зелени, пытающейся сбежать с тарелки и заправленной пряным соусом. Сибас с хрустящей корочкой нашпигованный тонюсенькими дольками лимона и петрушкой. Бокал белого игристого вина. В целом простенько, но изыскано. И тем не менее я умудрилась подавиться. Мужчина тут же встал и принёс стакан тёплой воды из стоящего на общем столике самовара, расписанного рябиновыми гроздьями. Любопытная деталь.

- Русский самовар?

- У меня отдыхают в основном гости из России. - с удовольствием поддержал беседу Рамазан, - И мой партнёр, тот что предложил танцы, много всего подсказал, чтобы им было приятно.

Ресторан был скорее просто дощатчатой площадкой с такой же крышей над ней. Вокруг него по периметру большой поляны, пересеченной бетонными дорожками, стояли уютные домики. Такие же, как на нашей вилле. Простые деревянные столы и удобные, очень похожие на мои, ротанговые кресла. Официантов видно не было, внутри пристройки располагалась кухня и тянулись раздаточные столы. Каждый отдыхающий сам подходил и брал из подогреваемых мармитов нужное блюдо. Перед выходом - касса, на которой расплачивался. Удобно, без пафоса.

Я аккуратно осмотрелась. Народу действительно было достаточно. Люди танцевали между столами и на широкой, хорошо освещённой поляне между домами. Бегали дети, проходили смеющиеся парочки в купальниках. Оно и понятно, море в минуте ходьбы. Знакомых не заметила, отчего облегчённо выдохнула.

Вернувшись к себе в домик, первым делом отослала сообщение сыну. Тут же получила ответ: "Мам, у нас всё хорошо, уже почти спим!" Посмотрела на время - без нескольких минут двенадцать. Савелий обалдел там, что ли? Но решила не звонить. Завтра ему скажу про соблюдение режима. На улице послышался гул, смех, возбуждённые разговоры. Вышла на крыльцо. Мимо потянулась вереница явно откуда-то прибывших взрослых вперемежку с детьми всех возрастов. Увидев меня, проходящие по очереди начали здороваться и поздравлять с приездом.

- Разбудили Вас? - извиняющиеся спросила приятная женщина примерно моего возраста.

- Нет, сама только вернулась. Ужинала на берегу.

- А мы с Химеры вернулись. Специально подгадали, чтобы застать ночь и посмотреть на огоньки в темноте. Дети жарили сосиски, хлеб и зефирки. Очень красиво.

- Вы там костёр жгли? - удивилась. Вроде тут везде заповедник.

- Нееет! - рассмеялась женщина. - Вы, наверное, ничего не знаете про эту гору? - поняла она.

Покачала головой. Собиралась в такой спешке, что вообще ничего не посмотрела про эту деревушку. Компания, было рассосавшись по домикам, опять высыпала на улицу. Мужчины тащили дрова откуда-то справа и складывали их посередине поляны в железный поддон. Показался вихрастый подросток с гитарой.

- Там природный газ выходит из горных пород наружу и горит. Очень необычное зрелище. Если ехать ближе к вечеру, то можно туда попасть бесплатно, - заговорщицки понизила голос собеседница.

- А на чём туда ехать?

- Да на велосипедах. - мягко улыбнулась, - Это совсем рядом. Можно и пешком, но обратно уж больно муторно будет возвращаться. И темно, по дороге практически нет фонарей. Приходите к костру, хотим песен попеть. Ой! - спохватилась она, - Вы ж устали с дороги. Рамазан предупредил, что приедут ещё отдыхающие. Пожалуй, скажу, что сегодня гитара будет лишней.

- Нет, нет. Что Вы? Мне совсем не помешаете.

- А Вы одна приехали? Вроде был разговор про несколько семей.

Ну конечно! Не подумала про них. Распрощавшись, вошла в дом. Перетащила чемодан в комнату и, достав сверху майку с шортами, пошла в душ. Когда ложилась спать, с улицы доносились неспешные разговоры и треск костра.

Проснулась рано от просачивающейся в комнату жары. Спальня находилась на теневой стороне, а вот в окна гостиной било знойное солнце. Восемь утра, а в воздухе уже марево. Взяв велосипед, съездила искупалась. Легче не стало. Обернув вокруг талии парео, заглянула во двор где ресторан. Перед входом на участок оказалась такая же, как у нас парковка велосипедов. Вчера этого не заметила.

Рамазан завтракал в одиночестве. Все остальные столы были заняты. Пока размышляла, как быть, он меня заметил.

- Люба, заходите! - радостно поднялся и пошёл навстречу. - Завтрак Вас ждёт, присаживайтесь ко мне. - он приобнял за плечи, настойчиво подпихивая к пристройке с раздачей.

Смутилась. От его руки по телу пронёсся жар. Опять возник вопрос - это ухаживание или гостеприимство? Не секрет, что турки любвеобильные и не сильно стеснительные. Курортные романы у них в порядке вещей. Мне этого было не надо. Совсем!

- Вы на велосипеде или пешком?

- Пешком. То есть на велосипеде. - я всё больше смущалась.

- Очень хорошо, давайте после завтрака прокатимся по посёлку, и я Вам всё покажу.

Тааак, а это уже смахивает на свидание. Хотя и весьма специфическое. Но решила не отказываться.

Выезжая с велосипедной парковки, столкнулась с весьма привлекательной, спортивного телосложения девушкой, которая, наоборот, заезжала. Вообще не поняла, как это произошло. Мы зацепились друг за друга рулями и рухнули. А вслед за нами чуть не упал Рамазан, который, увидев ситуацию, ринулся спасать, но не успел.

- Очень извиняюсь! - на меня виновато смотрели огромные глаза с такими же огромными накладными ресницами. Но ей шло. - Засмотрелась.

- На меня? - я сильно удивилась.

- Чё? - не поняла она. - А! Фу ты, нет конечно! - скривила кукольный ротик-бантик с неестественного размера губками и уставилась в сторону ресторана.

Предчувствуя недоброе тоже повернулась.

Приятные хлопоты

Рамазан уже нетерпеливо косился в мою сторону, но я продолжала внимательно разглядывать отдыхающих, параллельно следя за девушкой. Она, дойдя до ресторана, расположилась за столом и, надев огромные солнечные очки, уставилась в телефон. Я продолжала вести взгляд. Лужайка, кухонная пристройка. Ага! По бетонной дорожке удалялась высокая мужская фигура. Впилась взглядом. Стоя в тени, было сложно разглядеть то, что происходило на солнце. Но я очень старалась. Вот мужчина остановился. Явно что-то вспомнив, развернулся и пошёл в обратную сторону. Я разочарованно выдохнула.

- Люба, Вы простите, у меня сегодня, к сожалению, ограниченно время. Если мы хотим всё спокойно осмотреть, надо ехать.

Стало неприятно. Нервное напряжение сменилось опустошающим разочарованием. Разозлилась на себя, на турка. Зачем приглашал, если мало времени? С другой стороны, что я капризничаю? Может это и не свидание вовсе. Придумала себе.

Проехав мимо мечети, свернули налево около виллы, где живу, и продолжили дальше путь по главной улице. Рамазан обратил внимание на ресторанчики с вкусной и недорогой едой, магазины. Показал отель с прекрасно оформленной под джунгли территорией, где можно свободно гулять во время жары.

Рынок находился в самом конце, на выезде из посёлка. К моему удивлению, он был похож на любой южный нашей страны. Будь то Геленджик, Коктебель, Рыбачье, Станица Голубицкая или Оленёвка. Хотя нет, в Геленджике он был намного больше и разнообразнее! Однако здесь чувствовалась лёгкая расслабленность и невероятная приветливость. А от фруктов — овощей и остальных товаров распространялась аура аутентичности. Было видно, что в основном тут предлагается всё местное. Продавцы с удовольствием давали пробовать, не ждя, что ты у них что-то купишь. Но ловко всучивали лишнее, если таки решил и зазевался.

Прикупив лишь самое необходимое, мы свернули в кемпинг.

- Сейчас познакомлю Вас с гидом.

Мы остановились у домика — лачуги. Сойдя с велосипеда, мой провожатый постучал в дверь. Оттуда выглянула всклокоченная голова.

- Познакомьтесь - это Оз.

Возраст Оза определить было сложно. То ли двадцать пять, то ли тридцать пять, но улыбчивый и очень вежливый. К моему удивлению, он весьма сносно говорил по-русски. Мы добавили друг друга в мессенджер.

- Пэшити кода сбирётись ити. - напутствовал он.

Дальше наши пути с Рамазаном разошлись. Я ещё немного побродила по рынку, докупила продуктов, померила браслетик из розового кварца. Жара стояла такая, что мне становилось дурно. Заехала домой, оставила продукты и вновь поехала на море. На берегу почти никого не было. Искупалась, зашла на стоянку за велосипедом и уже думала возвращаться на виллу, как заметила девушку, с которой столкнулась утром. Она с подругой стояла в тени деревьев недалеко от меня и громко чему-то возмущалась.

- Не, ну ты представляешь! Выпроводил! Даже не предложил выпить чё нить! Я ему - так жарко, и рукой по груди. А он - в ресторане есть вода. Козёл! - она с досадой затопала одной ногой, - За дуру меня держит. Цену набивает. Строил, строил глазки!

- Ой насмешила! Сколько раз мы с ним тут уже пересекались?

- Это третий.

- Точно. Год назад он был со спутницей. И насколько знаю, ТОЛЬКО с ней. Полгода назад - один. И тоже не особо с кем общался, только на вечеринки ходил. Потанцует и в номер. Одын, совсем одын.

- Говорю тебе, засматривался на меня! - обиделась виновница нашей аварии, - Блин, лучше бы не пересекались опять. Специально ведь приехал, когда я тут.

- Не придумывай. Да откуда бы он знал о твоём приезде?

- Когда в январе с тобой прилетали, я его в танцевальном чате гостиницы нашла. И написала, что в следующий раз буду в августе. А в июле написала, что как и планировала - прилетаю через месяц.

- Ой точно, чаааат! - протянула собеседница, - Ну ты даёшь! И даже не сказала! Прямо взяла и написала ему в личку?

- Ну а чо такова то?

"Чо такова" - резануло. Тоже так говорила по молодости. Только сейчас это стало модным словечком, а тогда меня Ленка за подобное одёргивала.

Подруги замолчали, уставившись в телефоны. Я потихоньку, чтобы не привлекать внимание, начала выкатывать велосипед.

- Ой глянь! - взвизгнула "авария". - Он предложил провести вечер стихов. Что за чууушь?

- Ты о чём?

- В чат зайди! Кто вообще на него пойдёт?

- Ну, например, ты, - ехидно ответила подруга, - и стих выучишь, зуб даю!

- А знаешь, да! Пусть не думает, что я дура малолетняя!

Дальше слушать не стала. Интересно, почему Рамазан не предложил мне вступить в этот прекрасный "танцевальный" чат.

На вилле царила знойная тишина. Я, наконец, рассмотрела её повнимательнее. Домики буквой "П" примыкали к горе. Почти около каждого росли апельсиновые деревья, больше похожие на кустарники. Некрупные, бледно-лимонового цвета фрукты были явно неспелые, но я всё равно не удержалась и сорвала. Покрошу в чай. В нескольких местах висели гамаки. За домами раскинулась смешанная гранатово - авокадовая роща. К сожалению, плоды в ней были безнадёжно зелёные. Уютное место. Мне тут нравилось. Чтобы там Ленка не говорила и как бы не корчила рожи, Савелий явно выбирал место ответственно и с любовью.

Я села в тенёчке и открыла книгу. Наконец, у меня появилось за много лет время просто почитать. Не на бегу и не в телефоне. Ко мне подошла уже знакомая женщина.

- Пойдёте на литературный вечер?

- Вы тоже есть в танцевальном чате?

- В каком чате? - не поняла она. - Нам Рамазан написал, что через четыре дня устраивает для своих гостей мероприятие. Мы все готовимся. Даже дети.

- Не знаю, меня не приглашали.

- Ой, ну что Вы! Знаете, тут всё по-семейному, считайте, что УЖЕ. - тепло разулыбалась, - Но, думаю, ещё пригласят.

Какой-то иной мир этот Чирали. Внутри поймала, что тепло думаю о Савелии. Очень ему благодарна, что устроил мне такой отдых!

Насыщенный отдых

Следующие три дня были крайне насыщенными. Оз, явно выполняя наказ Рамазана, протащил меня по всем возможным достопримечательностям.

Чтобы было нежарко, в древний Олимпос мы вышли в пять утра. Он оказался просто в конце посёлка плюс ещё немного пройтись по пляжу. Честно говоря я не сильно впечатлилась. Красиво, да, но какого-то сильного флёра старины не ощутила. Часть города была в лесах. Что-то довольно заброшенное. Турок провёл тайными тропами, показал "Колизей" и ремонтируемую часть, куда обычных туристов не пускали. Мне даже понравилось больше то, что мы много общались. Оз оказался интересным собеседником.

После, позавтракав недалеко от развалин в кафе, прошли по горно-лесной тропе в бухту. Там долго купались, заплывая в расселины скал. Было жутко и интересно одновременно. Оз оказался помимо гида ещё и фридайвером. Научил правильно задерживать дыхание. Немного потренировал на мелководье, а потом потащил в темнеющую синеву. Это было невероятно! Опять жара испытывала на прочность, но впечатления перевешивали.

Вечером сходили на "огни химер" про которые рассказывала женщина с виллы. Вот здесь понравилось невероятно. Казалось, что из-под земли течёт нечто таинственное, обращаясь в огонь. В сумерках языки пламени ласково глядели мне в лицо. А когда солнце ушло и на гору легла тень ночи, маленькие костры превратились в живых существ - рыскающих по склону. Мне постоянно казалось, что они наблюдают за мной, пытаясь понять настроение, услышать мысли. Я даже пару раз оглянулась, настолько явственно ощущала "внимательный взгляд".

- Такой биваит. - кивнул Оз, когда поделилась. - Эт гОри вальщебнии. Загадивай жиляньи, и щипчи огний. Он исьпольнит.

Я так и сделала.

Обратно ехали в чернильной темноте. Педали велосипедов мерно поскрипывали, а поднявшийся лёгкий ветер приносил непонятный мне, едва уловимый аромат счастья. Сильно зажмурилась, пытаясь понять, откуда такое знание, но тут же открыла глаза, боясь упасть. Окрикнул Оз, прося остановиться. Прицепил к рулю налобный фонарик и включил его. Ехать стало проще. Ветерок стих, забрав с собой щемящее чувство. За нами следовало на разном расстоянии ещё много человек. По одному и компаниями. Оказывается, ходить на гору в ночи здесь популярно.

Зайдя в дом, я продолжала чувствовать "внимательный взгляд" огней химер. Засыпая, слушала уютные песни у костра, которые по очереди исполняли наши соседи.

В следующие два дня побывали на Ликийской тропе. Сходили в море на яхте, посетив по дороге несколько бухт. В одной стоял настоящий пиратский корабль, в другой был грязевой источник. Оз радостно измазал меня всю. Турок был приятным, хоть и совсем не в моём вкусе, мужчиной.

- А где Рамазан? - поинтересовалась.

- Они с жинои и... - замялся, то ли подбирая слова, то ли вспоминая что-то - И и и.. дитьми, - наконец нашёл, что искал в словах, - ехли Антальи на три днеи.

Кажется, я расстроилась. Или удивилась? Всё-таки гостеприимство! Проанализировала. Ну да, ничего лишнего с его стороны не было. Кроме того, что больше ни о ком так, как обо мне он не заботился. Ну мало ли?

Вечером дико уставшая, но невероятно довольная я, снова взяв книгу, сидела на поляне. Пискнул телефон. Рамазан.

"Завтра последний день. В двадцать три часа автобус, а перед ним, в двадцать ноль ноль литературный вечер в ресторане. Приходите."

Я ошарашенно смотрела на дисплей. Как завтра? Ведь шесть дней пять ночей? Набрала Савелия.

- Ну да, всё верно, - замялся, - официально так, но в турфирме была накладка, я уже не стал скандалить. Ксюха с Костей в порядке. - отчитался, - Как отдых?

Взахлёб начала делиться. Слушал внимательно, периодически задавая уточняющие вопросы. И так это было тепло и по-домашнему. Словно мы вернулись в начало наших отношений. Хотелось его крепко-крепко обнять. НЕТ, исключительно в знак благодарности!

- Сав! Я невероятно, просто до ужаса тебе благодарна! Столько положительных эмоций уже и не помню, когда испытывала!

- Люб! Я тебя жду! Сильно! И готов ждать, сколько потребуется. Понял, что ты единственная, кто мне всегда был нужен! Прости!

Его голос болезненно перехватил моё горло. Заболела грудная клетка. Хотела что-то ответить, но побоялась не справиться с подступающими слезами.

- Этот жёсткий урок усвоил! Поверь мне. Пожалуйста. Ничего не говори, просто приезжай!

- Дай Ксюху с Костей. - только и смогла ответить.

Поговорив с детьми, в полном раздрае набрала Оза.

- Сколько денег я должна за твоё сопровождение?

Он долго не мог понять вопроса, а когда, наконец, сообразил о чём спрашиваю - ответил:

- Это комплимент от Рамазана. Всё оплачено.

Что за ерунда? Если бы не узнала про жену и детей, подумала что... Или? Да нууу... И Савелий ещё! Несмотря на жару, меня потряхивало.

Последний день провела лениво собираясь, дочитывая книгу. Несколько раз съездила искупаться. На берегу встретила девушку - "аварию". Она сидела в тени деревьев и зубрила слова какой-то попсовой песни, периодически её включая. Мелодия мне не понравилась, в слова даже вслушиваться не стала. На литературный вечер идти тоже не собиралась. Мне их хватало в Москве с детьми. Лучше проведу последние часы в тишине. Большая дружная компания, живущая по соседству, всё-таки была сильно громкая из-за большого количества детей.

Когда все, наконец, ушли, я вытащила чемоданы на крыльцо, растянулась в гамаке под фонарём и открыла книжку на последних главах.

Все важные фразы должны быть тихими

Дорогие читатели! Прежде чем начнёте эту главу, хочу вам кое-что сказать.

Пожалуйста, читайте вдумчиво, обращайте внимание на детали.

Чувствуйте! А не только думайте. Мы все это умеем, но часто голова мешает.

Постарайтесь понять героев. Отнеситесь к их переживаниям и решениям с принятием. Им сейчас будет сложно.

Очень.

Всем.

С благодарностью, ваша Лина. P.S. К следующей главе всё выше написанное тоже относится ;) P.S. В главе используется стих поэтессы Оксаны Мельниковой

-----------------------------------------------------------

Книжка закончилась быстро, время нет. До автобуса ещё целых два часа. Что делать не знала. Просто лежать в гамаке было скучно. Встала, в который раз проверила билеты, деньги, бутерброды. В самолёте по дороге сюда, почему-то не кормили. Подозревала, что и обратно кормить тоже не будут. Только напитки.

Походила взад-вперёд по поляне. Поняла, что без шумных соседей и их детей не так уж и здорово. Вилла казалась пустынной и заброшенной. Решила в последний раз прогуляться по главной улице.

Я шла, вдыхая аромат Турецкой ночи. Вспоминала каждую деталь этой потрясающей поездки и бережно складывала в глубины памяти. Было слегка грустно. И чуточку страшно. Что ждёт в Москве? Какое решение принять о своём браке? Простить Савелия и забыть всё плохое усилием воли? Или идти дальше одной? Внимательно прислушалась к себе. Увы, сердце молчало. Ничего не осталось к мужу. А душа требовала любви и волшебства.

Думаю, каждый одинокий человек на курорте желает разделить новые переживания с тем, кто близок по духу. Даже если и одному прекрасно. Я же хотела разделить их с партнёром. И не только впечатления от отдыха, но и от всей жизни. Вдруг пронзительно это ощутила. Поняла, по сути, не попалось мне такого спутника. Что и в хорошие времена Савелий не был им. Возвращаться к нему больше нет смысла. Как всё оказывается просто! Дело не в измене. Она просто стала лакмусом наших отношений. Вздохнула. Знал бы Сава итог, не отправил сюда...

Услышала своё имя. По улице меня бегом догонял Оз.

- Рамзан очин просит заити.

- Ты что, бегаешь, ищешь меня по посёлку?

Он кивнул.

- Надо было позвонить!

- Ти ни отвичали.

С удивлением посмотрела на свои руки. Видимо, забыла телефон на вилле.

- Прости, не хочу.

- Очин просит. - Оз лучезарно улыбнулся.

Вот как отказать? А чего ради хозяин вдруг захотел меня видеть?

До ресторана шли минут двадцать. Оз нервничал, хоть и старался не показывать.

- Твои автобис скори. - ответил на мой вопрос.

Заходя на велосипедную площадку, турок достал телефон и, что-то там написав, убрал обратно в карман. На импровизированной сцене в коротеньком коктейльном платье стояла "авария" читая наглым, писклявым голосом:

- Ты точно несерьёзно, парень. Говоришь про честь. Вспоминай, то, что ты просил. Кто тебе купил?..

Оспади! Как хорошо, что решила не идти на это торжество самодеятельности.

- Где Рамазан? - шёпотом, чтобы никому не мешать, спросила у Оза.

Тот хитро пожал плечами. Посадил меня на свободное место за столиком недалеко от сцены и ушёл.

- Ведь у меня есть деньги, И со мной ты лишь поэтому, лишь поэтому. - наконец закончила мучить мои уши "авария".

С облегчением вздохнула, поставив руки на стол, положила на них голову. Закрыла глаза. Поняла, что устала за день. А впереди ещё длинная дорога.

.............

- Все важные фразы должны быть тихими, все фото с родными всегда нерезкие самые странные люди всегда великие, а причины для счастья всегда не веские.

Раздался сильный мужской голос и пространство вокруг меня пошлО вибрирующими потоками...

Внутри будто произошёл фазовый переход, всё перевернулось и начало стремительно сжиматься...

- самое честное слышишь на кухне ночью, ведь если о чувствах — не по телефону, а если уж плакать — так выть по-волчьи, чтоб тоскливым эхом на полрайона

Меня скрутило болью тембра мужского голоса, придавило и начало рвать изнутри, выворачивать на изнанку, корёжить...

- любимые песни — все хриплым голосом, все стихи любимые — неизвестные все наглые люди всегда ничтожества, а все близкие люди всегда не местные

Усилием воли подняла голову. Мучительно посмотрела вперёд. Наши глаза встретились. Казалось, произошла огненная вспышка. Я на мгновение ослепла. А потом и оглохла...

- все важные встречи всегда случайные самые верные подданные — предатели, цирковые клоуны все печальные, а упрямые скептики все — мечтатели

Вокруг словно образовалась сфера внимания, внутри которой, будто в космосе, плыла я. Люди потихоньку начали оборачиваться, не понимая, что происходит, но отчётливо чувствуя происходящее, чем-то внутри себя.

- если дом уютный — не замок точно, а квартирка старенькая в Одессе если с кем связаться — навеки, прочно пусть сейчас не так всё, но ты надейся

Его голос как раскат грома предвещал бурю, сводил с ума и одновременно страстно ласкал. Взгляд нёс мою исключительность, не давая опустить глаза...

- да, сейчас иначе, но верь: мы сбудемся если уж менять — так всю жизнь по-новому что всего важнее — то не забудется, а гениальные мысли всегда бредовые

Егор смотрел не отрываясь. Его глаза мерцали, а голос лился чистой энергией на меня, разгоняя жар по всему телу. Заставляя чувствовать все грани и оттенки эмоций...Я тихо пылала, сгорая изнутри...

кто ненужных вычеркнул — те свободные, нужно отпускать, с кем вы слишком разные ведь, если настроение не новогоднее, значит точно не с теми празднуешь

Он замолчал.

На последних строчках меняя взорвало и разметало вокруг. Порвало в клочья... Рассыпало пеплом...

Не мог он слышать мои мысли, просто не мог! Это не реально! Стих готовил заранее...Тогда как, КАК???

Медленно сползла со стула и в образовавшейся гробовой тишине пошла прочь. Острые волны всеобщего молчаливого внимания катились мне вслед. А сквозь всё это бил мощный поток силы, принадлежащей Егору.

- Любава! - рассёк его окрик пространство. И я поняла, что он стремительно приближается.

Резко остановилась. Поймала остолбенело-злой взгляд "аварии" и тут меня накрыло.

- Не приближайся ко мне! Иначе завизжу! - истерично взвыла, - Если подойдёшь, то на этом всё наше общение закончится. Окончательно. Навсегда!

Резко затормозил. На лице отразилась целая гамма чувств, сменяя друг друга.

- Хорошо, стою на месте. - он продолжал держать меня взглядом, - Теперь мне есть что тебе сказать! Я готов!

- А я НЕТ!

- Хорошо. Я слышу тебя! Я вижу... тебя...

Я слышу тебя. Я вижу тебя

Дорогие читатели! Вконтакте вас ждёт небольшое видео по предыдущей главе. ВК Адрес моей странички можно найти в моём профиле

Я неслась по улице, всё ускоряясь и ускоряясь. Словно сзади рушился мир, образуя чёрную дыру, в которую, если остановлюсь, меня затянет. В голове стучало: "Не смей, не смей, не смей!" Что именно? Сама не знала.

Выбегая из ресторана, отметила стоящий автобус, в который уже грузились отбывающие в аэропорт, люди. Плевать! Уеду на такси, на велосипеде, уйду пешком.

Постепенно силы иссякали. Поняла, что задыхаюсь. Оглянулась.

Пустынная улица вдруг отдалась болью в груди.

"Всё правильно!

Не смей меня догонять!

Почему ты меня не догнал???

Да почему ж все влюблённые бабы такие дуууры! Чтооо?"

Последняя мысль поразила, как внезапно найденное, долго разгадываемое слово в кроссворде. Вечер озарений и честных признаний самой себе. И если относительно Савелия всё стало легко и просто, то в случае Егора...

"Нет! Не сейчас. Мне надо отсюда выбираться."

Я и автобус к вилле прибыли одновременно. Выскочил расстроенно-виноватый Рамазан.

- Люба, Вы только не принимайте спешных решений. И чтоб знали, всё, что тут было — организовал Егор. Кроме Вашего приезда. О нём был не в курсе. Очень удивился, когда случайно увидел списки встречаемых в аэропорту. Звонил вашей подруге в Москву...

- Что и первый ужин тоже? - почему-то захотелось поддеть этого, в целом ни в чём не повинного, человека.

- И завтрак для всех вновь тогда прибывших. Очень хотел удостовериться, что приехали именно Вы. Где вещи? Надо торопиться.

- Почему тогда он не здесь?

Турок с непониманием уставился на меня.

- Вы запретили... Решил дать время остыть и подумать, не хочет давить. Вообще, весь этот вечер был жутким экспромтом и вызывал у него кучу сомнений. Он до последнего момента сомневался, но рискнул! - восхищённо закончил Рамазан. - Надо грузиться.

В иллюминаторах плескался мрак. Спокойный... Таинственный... Отстранённый, затягивающий в раздумья.

"Я СЛЫШУ ТЕБЯ!"

"Я ВИЖУ ТЕБЯ!"

Это было так странно произнесено.

"СЛЫШУ."

"ВИЖУ."

"ТЕБЯ..."

Будто до этих слов была мертва. Или спала.

И вдруг проснулась! Ожила. Осознала себя человеком, имеющим право на существование в этом мире.

Каждый из нас хочет быть увиденным! И услышанным!

Внезапно поняла, всю свою предыдущую жизнь была вне поля зрения Савелия. Он расстраивался из-за СВОИХ ошибок, радовался СВОИМ решениям и победам. А сама? Вглядывалась в него?

Егор своим стихом и последними словами пробудил мой внутренний взор. Заставил чутко вслушаться в то, что происходит снаружи и недрах души. Настолько живой не чувствовала себя никогда прежде. И всё это он сделал для меня. Рискуя быть навсегда отвергнутым. Нужны ли теперь признания в любви? Ведь всё сказано без слов.

Поразмыслив ещё немного поняла, что никаких решений сейчас принимать не буду. Пока что. Да и по сути никаких предложений сделано не было. Пусть всё идёт своим чередом.

Самолёт заходил на посадку.

Как только приземлились, включила мобильный. Сразу прилетело два сообщение.

Первое: "Я возвращаюсь в Москву первым возможным рейсом. Пожалуйста, дай шанс... хотя бы просто поговорить с тобой."

Он, правда, готов всё объяснить?

Второе гласило: "К сожалению не встречу. Машина сломалась." Отправила ответ: "Поняла, слегка задержусь, есть срочное дело."

Получив багаж, позвонила Ленке. Мне нужна информация, и я её добуду. Слишком многое поставлено на карту, уверена, подруга поймёт.

- Проходи. Судя по лицу, всё прошло не гладко?

Как всегда, уютная кухня, запах яичницы с беконом. Я держала максимально нейтральное лицо.

- Расскажи самое главное про Егора. То, что ты считает наиболее важным для меня сейчас.

Она развернулась и выронила только что взятую в руки тарелку. Та с каким-то нереальным звоном соприкоснувшись с полом, разлетелась веером осколков. Не став их собирать, села напротив.

- Самое главное... - виновато на меня посмотрела, и тихо, но настойчиво произнесла, - То, что он реально, понимаешь? РЕАЛЬНО старается сделать всё, чтобы измениться. Я как-то не сразу это поняла. Прости, если сбила тебя какими-то своими мыслями.

- Что, например? И давай так, произошедшее в Чиралях я бы назвала "по-нашему это шок"!

- Не знаю, что там у вас произошло, но вот тебе ещё один шок. В мае он пошёл к психологу. Сразу, как узнал про Савелия. А сейчас ездил в Турцию на экстремальный тренинг "по работе со страхами, с возможностью сделать свой собственный выбор, с личностным вызовом" как он его назвал. Траст — фол, прыжки на трапецию и спиной вперёд с огромной высоты, ещё куча подобных, с моей точки зрения, абсолютно безбашенных упражнений. Честно говоря думала - он убьётся там. После тренинга заехал, как уже знаешь к партнёру. А тут ТЫ!

Внутри всё задрожало. В самолёте я так и не поняла, спала или нет. Проваливалась, выныривала. Мысли скакали, ругались, мирились. Сейчас я сидела и пыталась осознать услышанное. Будет ли такой человек счастлив рядом с такой спокойной мной? Может, он упёрся как в своё время Сава? А потом узнав меня лучше заскучает?

- А про остальное расскажешь? - спросила, когда, наконец, пришла немного в себя.

- Про остальное сам пусть рассказывает. Зря он, что ли, работал над собой? Самое время показывать результаты. Тем более что уже начал.

Раздался звонок мобильного. Савелий явно меня потерял.

- Спасибо Леночка! - тепло обняла подругу. - Поеду домой. Но сегодня или завтра надо обязательно встретиться. Хочу узнать как ты тут. Прости, сейчас нет сил.

Она понимающе кивнула.

Муж эту, почти неделю, жил в нашей квартире с детьми. Он встретил такси и потащил чемодан к подъезду. Костя с Ксюшкой радостно встречали дома. В коридоре висела рукотворная растяжка "Дорогая жена и мама! С ПРИЕЗДОМ!", по дому бродили запахи заказанной еды.

Когда первая радость встречи прошла, а все поели и насытились моими рассказами Сава предложил сходить погулять.

- Я устала, хочу поспать.

- Да конечно, не подумал, прости. Тогда дети! - воскликнул с напускным энтузиазмом, - Дадим маме отдохнуть, а сами сходим на улицу без неё.

Дети убежали по своим комнатам одеваться, а муж подошёл и обняв меня тихо сказал:

- Вечером, когда отоспишься, приглашаю тебя в ресторан отметить приезд.

Проснувшись, глянула на телефон. Там горело сообщение: "Я в Москве. Ты дашь мне шанс?"

Нечто, согретое ладонью

Савелию в ужине я отказала, сказав, что есть срочные дела в городе. Он сильно расстроился, стал нажимать, что мы вроде как договорились. Повысил голос. Извинился. Было уже не важно.

С Егором встретились у метро и лишь тихо поздоровались. Так странно было видеть его здесь, в Москве, особенно после Турции. Будто в другой реальности. Он был явно уставший, вокруг глаз залегли тёмные круги. Мы, не торопясь, шли вдоль водоёма внутри Аптекарского огорода. Народу было совсем немного. Вроде вечер и все должны были гулять после работы, но на дорожке было лишь несколько пар впереди, да компания подростков у фонтана.

- Любава, ты прости меня. Когда узнал, что Савелий... - осёкся, замолчал. Набрал воздуха, - У меня крышу рвануло, думал - вот он шанс. Хотелось всё и сразу... К твоим ногам...

- Откуда?

- Что? А! Да разве это важно?

Внутри натянулось и... с громким звоном лопнуло! Спотыкнулась. Непроизвольно выкинула руку в сторону Егора. Он схватил, глянул испуганно в глаза.

- Ты только не ругай его! - быстро заговорил, ставя меня на ноги, - Костя, он позвонил, в тот день. Сказал, что ты плакала. Сильно. Что Лена приезжала, и Савелий с какой-то тёткой ночью припёрся.

Кошмар! Сын был в курсе? Как я этого не заметила? Значит, он всё видел? И молчал!

- Связался в тот же день с Леной, но она сказала: "Не моя тайна, захочет Люба, всё расскажет". А я даже не представлял как тебе звонить и что спрашивать. Зная Савелия, поехал на Валдай дом ремонтировать, попросил дядь Пашу оповестить, если приедешь.

Вот хитрый старикан! Но понятно, они всегда хорошо ладили. Егор ему фундамент помогал править, когда у нас строительство шло. Всякие блёсна-мармышки привозил. Интересно, если бы я не приехала?

- А квартира в Питере? - этот вопрос мучил до сих пор. - Для кого она была? С детской?

Он остановился, поковырял ботинком дорожку.

- Это вообще сложно объяснить, но я попробую. Купил её, когда надоело снимать. Всё там обустроил под себя. Даже детскую включил в проект не глядя и не сомневаясь. Сам не понимал зачем. Я тогда очень вдохновился этой комнатой, когда увидел в плане. Сразу понял - без неё будет пусто. Когда уже ремонт завершился, даже спал иногда там. А потом...

Он замолчал, поискал мою руку и положив себе под локоть, сверху прижал ладонью.

- Потом я встретил Юлю.

Дёрнулась, попыталась вытащить, он лишь сильнее стиснул, обхватив пальцами.

- Белый комбинезон. - в горле возник неприятный спазм.

- Угу. - посмотрел на меня.

Сквозь спокойствие в глазах просочились печаль и боль. Я хотела и не хотела слышать, то что он может сейчас сказать.

- Решил тогда, что всё, хватит. Хочу семью. У неё хорошие дети, она сама тоже очень приятная. Но... я так и не смог привести их в квартиру. В какой-то момент она обиделась. Понимаю, ей было сложно со мной, да и прошлое у неё непростое. Муж бил, весь дом сама тащила. А тут я. Старался, как мог согреть, оградить. Но вот видишь, как получилось. Не оправдываю себя, как есть.

Ярко-оранжевые лучи заходящего солнца играли бликами на глади воды. Компания подростков периодически взрывалась хохотом. Не дойдя до них, Егор развернул нас и повёл на дальнюю аллею.

- Я бы честно, наверное, женился, но она поставила условие - жить будем у меня. Сказал - нет, купим другую квартиру.

- Она там была?

- Один раз, приходила забрать на вечеринку. Начала... В общем... Я ей даже раздеться не дал. Да и не должна она была заезжать. Я тогда сильно разозлился, попросил больше так не делать, она и поставила условие.

На дальней аллее было совсем пустынно. Начинались сумерки, воздух наполнялся прохладой. Горячая рука Егора давно расслабилась, и лишь пальцы поглаживали мою ладонь, заставляя сердце неровно стучать.

- Зачем ты потащил меня на эту вечеринку? Где Юля, Кась, все те женщины, что чуть не съели меня и тебя взглядами?

- Да не было у меня ничего ни с кем кроме Юли за последние три года! Как купил квартиру, так и отрезало!!! Лена всё издевалась, мол решил сменить тусовку. - он разнервничался, остановился. Глубоко вдохнул — выдохнул несколько раз, - Слушай, я просто не ожидал, что она придёт на ту вечеринку. И не мог отказать в разговоре. Она заслужила правду. Но совершил тогда несколько ошибок и не учёл всего. Думал, готов открыто разговаривать... Со всеми. А когда начал... Не справился. Кась ещё эта настырная...

- Вы объяснились? - важный для меня момент, чтобы в будущем опять не столкнуться.

- Да. Перед поездкой в Чирали пригласил её поужинать. Извинился. Она очень хорошая, но не моя. Если настроение не новогоднее, значит точно не с теми празднуешь. - усмехнулся.

Внутри всё вздрогнуло, почувствовала одновременно и страх, и печаль и неясную надежду.

- Егор, а что дальше? Я честно, очень рада, что всё у тебя налаживается.

Его пальцы замерли, шаг замедлился, и мы остановились. Он мягко повернул меня к себе.

- Готов ответить на любой твой вопрос! Как бы сложно ни было.

- Но у меня нет больше вопросов. - растерялась.

- Есть: "что дальше?"

Он немного криво улыбнулся и полез в карман джинсовой рубашки. Что-то оттуда достал, зажав в руке. Я ждала.

- Хочу, чтобы мы были вместе. Чтобы засыпали и просыпались вместе. Завтракали. Говорили друг другу: "Доброе утро" и "Спокойной ночи".

Я смотрела на него и ничего не понимала.

- Ты приглашаешь меня куда? В постель? И для чего мне это?

Перестал улыбаться. Внезапно набежавший ветер спутал его чёлку, уронив прядь на лоб. Заметила как вдруг задрожали пальцы на той руке, что не была сжата. Он её ритмично сжал и разжал несколько раз. Сделал небольшой шаг ко мне. Теперь мы стояли совсем рядом и я хорошо видела его лицо в довольно густых сумерках.

- В свою постель, в свою жизнь, в свой мир. - произнёс медленно и чётко, - И хочу, чтобы ты тоже пустила в свой. Любава, Я...

Замолчал, его начало потряхивать, дыхание участилось и стало рваным. Часто заморгал, отведя взгляд в сторону.

Я смотрела на него и понимала, что несмотря на всё, что он нагородил, накуролесил сейчас это совсем другой человек. Даже не тот, что был в Турции и совершенно иной, что был в Питере. И самое главное - он реально был мне дорог и близок. Захотелось преодолеть это небольшое расстояние и просто прикоснуться, почувствовать его тепло и подарить своё.

Внезапно увидела мелкие капли пота выступившие на его лбу и висках. Было видно, что слова ему дались с большим усилием, будто внутри шло сражение не на жизнь, а насмерть. Уже готова была броситься к нему и обнять, не стоят мои принципы таких мучений, но он остановил порыв. И собравшись с духом, плохо слушающимися губами глухо произнёс:

- Люб-лю, - задохнулся, резко втянул воздух и сжал пальцы. Наконец, справился. Пальцы разжались, поднял на меня спокойный взгляд.

- Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! ЛЮБАВА!

И взяв мою руку, вложил туда что-то согретое своей ладонью.

Начало новой жизни

Было так странно возвращаться в квартиру. Предмет жёг ладонь, даже будучи положенным в кошелёк. Егор проводил до дома. Хотел зайти повидать племянников, но узнав, что там Сава, по моей просьбе, не стал.

- Я сегодня уезжаю в Питер. Вернусь через две недели, надо проконтролировать дела Московских магазинов. А у тебя будет время подумать.

Удивилась, была уверена, что бизнес у него только в Северной столице. Дома застала мужа чернее тучи. На мой немой вопрос он лишь махнул рукой и собравшись уехал к себе. Уложив детей села наконец спокойно выпить чай и подумать. Егор опять предложил выходить за него, но... когда буду готова. Если буду. Сказал, что переведёт офис обратно в Москву, продаст квартиру и купит тут, если я захочу остаться. Мне было откровенно жаль его уютное Питерское гнездо. Но переезжать туда...

Этот город прекрасен поздней весной, летом, в начале осени. Но остальное время там для меня и детей холодно и ветрено. Будь моя воля, уехала жить куда-нибудь к морю, но это уже совсем из разряда мечтаний.

- Мам, - на кухню тихо зашёл Костя и сел рядом на стул. - Пока ты была в Турции, к нам заходила неприятная женщина. Дверь, как назло, открыла Ксюха. Папа с этой дамой очень ругался. А сегодня она его на детской площадке поймала.

- Как зовут, не слышал? - мне это совсем не нравилось.

- Дамира, Дарина? Не понял. Сегодня папа как её увидел, потихоньку сказал нам бежать домой.

Ах ты коза рогатая! Что тебе понадобилось-то?

- Зачем приходила, знаешь?

- Денег просила, угрожала нам и тебе. Сегодня не знаю. Мы с Ксюшкой быстро ушли.

Что ж делать? А если опять заявится? Судя по всему, от Савы просто так не отстанет. Конечно, сам виноват, но мы тут при чём?

- Только мам. Папа просил не говорить.

- Сын, ты же понимаешь, что это наша безопасность. А если она опять придёт?

- Не открывай ей.

- А если она вас где-то подкараулит? Не могу же я постоянно везде вас сопровождать, у меня теперь работа есть.

Кивнул и пошёл спать.

Савелий упорно не хотел подписывать развод, вот тут я и нажала, вспомнив приезд ЭТОЙ...

- Люб, скажи, у меня совсем нет шанса?

- Совсем! Сав, дети останутся твоими и моими. Надеюсь, ты о них не забудешь! И разберись с Дарой. Я неделю уже от собственной тени шарахаюсь.

Он виновато кивнул. Через несколько дней я была свободной женщиной и сняла обручальное кольцо. Пусть хранится в отдельном файлике папочки для документов. Вместе со свидетельством о разводе.

Начался учебный год, а вместе с ним упорная работа в клубе. За первую неделю сентября я провела почти двадцать праздников для первоклашек и умаялась. С руководителем детского направления отношения у нас так и не сложились. Он придирался по любому поводу. Начал штрафовать и в итоге перевёл на оклад, оставив совсем небольшой процент. Мы с Ленкой ругались с ним по очереди, но результата не было.

Ксюша по-прежнему ждала папу, хотя на предложение съездить к нему пожить ответила отказом.

- Нууу... Папа не сказать, что много времени с нами проводил, когда ты уехала. Приходила няня, правда хорошая. Понятно, он работал. Но даже когда был дома, больше ставил мультики. Совсем не читал. В рассказы Ксюхи не вникал, а ты же знаешь, как ей это важно. - поделился однажды вечером сын, - Другое дело, когда он забирает на один день. В общем, она быстро просекла эту фишку.

Егор приехал в конце первой сентябрьской недели на выходные. Дети, конечно, больше Костя, очень ему обрадовались. Решили съездить все вместе погулять в центр. Пока докрашивалась, остальных отправила во двор. Выйдя, застала картину, которая заставила вздрогнуть. Егор буквально за шкирку держал Дамиру и что-то ей втолковывал. Ксюшка сидела на песке, закрыв лицо руками, и плакала. Сын гладил её по голове утешая. Вокруг замерли глазеющие на всё это взрослые и дети с площадки.

Выглядела Дара ужасно. Грязные, спутанные волосы. Заляпанные брюки сложно определимого цвета, порванная кофта. Лицо! Наверное, это было самое жуткое в её облике. Как удалось довольно симпатичной, ухоженной женщине так скатиться - не представляла. Стало даже жалко человека. Но что с дочкой? Подскочила и села рядом на корточки. Отняла руки от её лица, вроде всё в порядке, только зарёванная.

- Что произошло? - спросила у Кости.

- Сильно испугалась, когда опять увидела эту женщину. Она нас поджидала тут на скамейке. Налетела сзади, хорошо Егор быстро среагировал. Ты бы видела, как он её буквально в полёте поймал. - сказал восхищённо.

Я встала.

Держа Дару одной рукой, Егор куда-то звонил. Она извивалась и пыталась его пнуть. Обернулся, на мой голос.

- Любав, придётся дождаться полицию. У меня тут знакомый до сих пор работает. Сразу все показания снимет.

- А нельзя как-то детей оградить от этого всего?

- Если не хотим, чтобы она снова... придётся довести дело до конца.

Конечно, никуда мы не поехали и лишь к вечеру все измученные вернулись домой из участка. Егор засобирался в гостиницу. Я, представив, как останусь одна после этого кошмарного дня, поникла. Он подошёл и обнял.

- Хочешь, останусь?

- Угу. - всхлипнула от схлынувшего внезапно напряжения и уткнулась ему в грудь.

Дети, поужинав, устало расползлись спать. Ксюшка захныкала, чтобы я посидела с ней, пока уснёт. Выйдя из её комнаты, поняла, что не знаю, куда класть Егора.

- Не переживай, мы с Костей договорились. Посплю с ним.

- Да ты не поместишься в его кровати. - ужаснулась, - И ему будет неудобно.

- Мы разберёмся. Дай одеяло и пойдём пить чай.

На кухне он смотрелся странно. Вспомнила мой самый первый приезд в эту квартиру на его день рождения. Как он корректно, но явно ухаживал. Как доверил Савелию на своей машине отвезти домой. Столько лет прошло. Несмотря на то, что Даре теперь не до нас, безопасности здесь теперь не чувствовала. Пройдёт, конечно, со временем.

- Любав, переезжайте ко мне в Питер. - Егор обхватив чашку спокойно смотрел, ожидая ответа.

Когда я перестала вздрагивать от его "Любавы"? Не могла вспомнить.

- Надо ещё о происшествии сказать Саве.

- Конечно. Завтра и скажем. Ну так?

Устало потёрла глаз, зевнула и задумалась.

- Просто пойми, - продолжил, - мне тоже сложно болтаться в неизвестности. И тяжело далеко от тебя.

Отпустил чашку и, поймав мою правую руку, приложил ладонью к своим губам.

- Я всё устрою, Костю переведём в школу, пока начало учебного года. Квартира пусть Саве остаётся. Подашь на алименты.

- А дети?

- Будем приезжать сюда раз в месяц. Или чаще. Ну или он к нам. Поезда сейчас быстрые.

Отнял мою руку и внимательно посмотрел на неё.

- Кольцо не надела - это минус. Но и старого нет - это плюс! - изрёк шутливо, но я видела, что его это расстроило. - Вы развелись?

Кивнула. Он по-мальчишески растянулся в улыбке и уткнувшись в мою ладонь лицом, начал её целовать. Стало щекотно и волнительно. Неловко выудила руку и смутилась. Он радовался. Открыто. А потом просто перетащил к себе на колени и положил голову мне на грудь.

- Я буду задавать вопросы и слушать ответы по биению твоего сердца. Готова? Первый! Ты меня любишь?

Этого вопроса я совсем не ожидала.

Замерла.

Сердце, стукнувшись изнутри об грудь, понеслось в галоп. Дыхание перехватило. Сильно сжала его волосы на затылке и прижалась к нему всем телом.

- И я тебя люблю, Любав.

Запомни это слово

Что может быть лучше начала новой большой любви? Только восстановление старой. Отряхивание с неё пыли лет. Тщательная уборка и перестановка в новое, удобное положение того, что находилось немного криво или совсем не там.

В Питер мы отправились только зимой, перед Новым годом.

Савелий после разговора с Егором ходил хмурый и почти со мной не общался. Детей тоже пару недель не брал к себе, но потом смирился.

Ксюшка неожиданно радостно восприняла сообщение о возможном переезде и спокойно об изменении семейного статуса. Подперев ладошками щёки, она сидела и болтала ногой, пока мы собирались с мыслями для разговора. Костя же сразу понял, о чём пойдёт речь и с любопытством поглядывал на нас.

- Дорогие мои племянники, - начал Егор, - так вышло, что мы с мамой... кхм.. решили жить вместе.

- Тоже мне новость, - скучающим тоном бросила она. - Ты наш новый папа, как у подружки Тани на занятиях по рисованию.

У меня вытянулось лицо, сын хихикнул.

- Эмм... Не совсем, - осторожно уточнил Егор, - ваш папа - мой брат Савелий и им останется.

- То есть звать тебя папой не обязательно? - заинтересовалась дочь.

- Нет. Так, на чём я остановился? Да. А жить мы будем в той квартире, в которой вы были у меня в Питере. - продолжил он.

- Чур моя кровать навсегда будет сверху! - радостно захлопала в ладошки Ксюша. Это новость её явно заинтересовала больше наших отношений между собой.

Костя лишь пожал плечами. Ему, конечно, нужна своя комната, но собственно поэтому, мы и решили задержаться в Москве. Егор в очередной раз перекраивал свою квартиру. Предложил пожить нам в съёмной, но я решила спокойно завершить все дела. Плюс дать детям привыкнуть к мысли о том, что жизнь скоро изменится. Почти каждую неделю на выходные он приезжал. На семейном совете Ксюха предложила ему спать в своей кровати, а сама, хитро улыбаясь, перебралась в мою.

- Но когда вы переедете в Питер, мама станет жить со мной в одной комнате. - уточнил Егор.

- У меня будет целая своя, с кораблём! - важно сказала дочь, - Мама может жить где ей удобно.

Из клуба я ушла в ноябре, окончательно устав от самодурства руководителя детского направления. Но свечами продолжала заниматься, активно осваивая маркетплейсы. Доход был пока небольшой, но благодаря довольно нескромной помощи Егора и алиментам Савелия нам более чем хватало.

С Ленкой ещё осенью в клубе познакомился мужик, младше её на десять лет. Начал активно ухаживать. Она лишь отмахивалась. А когда поняла, что и он ей нравится, чтобы одним махом всё прекратить - потребовала у него паспорт. Проверить не женат ли, да и вообще проверить. С удивлением обнаружила там фамилию своего исполнительного директора. Оказался сводный брат. За это мы с ней дружно выпили. Ночью. У неё в квартире.

- Люб, а ведь это кажется заразно! - ржала подруга.

- А ты не теряйся! - подбадривала её я.

Под конец декабря, в один из приездов Егора, неожиданно пришёл Савелий. Позвал брата, и они о чём-то долго разговаривали на кухне. После этого Егор долго куда-то звонил и что-то выяснял. Позже уже в Питере, совершенно случайно узнала, что бывший муж заболел гепатитом. Лечение результатов не давало. Светило медицины, специализирующийся на этой болезни нашёлся в Волгограде, куда Сава, и уехал после Нового года. А мы с Егором и детьми, встретив самый мой любимый праздник, рванули на машине в Крым.

Зимой Крым бывает очень разным. Нам повезло, этот год выдался довольно тёплый. Остановились в гостинице "Таврида", сняв огромный двухуровневый номер с террасой выходящей на синюю гладь воды. Я с детским восторгом радовалась всему: яркому солнцу с завидным постоянством, ласкавшим набережную Ялты, множеству уличных, весьма упитанных и на редкость ухоженных котов, вкусной еде в ресторанах, местным достопримечательностям, уличным музыкантам и, конечно, морю!

В это утро меня разбудили ласковые, окутывающие руки Егора и шёпот: "Я настолько счастлив, что готов обнять весь мир!" Мы долго наслаждались друг другом, стараясь вести себя как можно тише. Время от времени он выскальзывал из кровати и, приоткрыв дверь, прислушивался. Дети, уставшие накануне от гуляний по городу, крепко спали на втором этаже номера. Тогда он возвращался, пробирался под одеяло и обжигал своим горячим телом, касался терпким дыханием и, я улетала от наслаждения.

Раз за разом погружалась в тягучую бездну его страсти, приходя в восторг от поцелуев, ласк и щемящей нежности. Нежности, которая рвала душу на части, требуя выхода. Нежности, и любови, и страсти... И всего этого было столько, что волной поднималось от сердца к горлу... И сдавливало до боли... Так, что становилось трудно дышать... Хотелось обнять... И самой задохнуться в объятиях...

Наконец, с трудом отлепившись друг от друга, мы вышли на террасу встретить рассвет, который потихоньку начинал окрашивать край моря в оранжевый.

- Любав, знаешь? - Егор подошёл со спины и крепко обнял, вжав моё тело в своё. - Я даже в какой-то степени благодарен своему брату. Ведь всего этого могло и не случится, не свяжись он с той женщиной. Хотя, конечно, некоторые моменты лучше бы выкинуть из истории.

- Да.

-Даааа... А поехали сегодня на Байдарские ворота.

Произнося тихо слова, он ворошил своим дыханием волоски на моих висках, отчего по позвоночнику вниз сбегала дрожь.

- По дороге можно заехать в Форосскую церковь и подняться на гряду скал. Там очень красивый вид. А поедИм в ресторане "Шалаш". Как тебе предложение?

- Согласна... - только и смогла выдохнуть, от вновь нахлынувшего желания.

- Запомни это слово.

Начавший разгораться яркими красками восход был свидетелем ещё одного нашего нежного поцелуя.

В Ялте сегодня опять было солнечно, а вот свернув на дорогу к Байдарским воротам, мы попали в плотное, моросящее облако. Стало сыро и холодно. У церкви решили остановиться на обратном пути, если останется время. Еда в "Шалаше" была божественная. Дети заказали себе по второму десерту. И, пока они его ели, мы выскользнули на улицу.

Я стояла и грустила на смотровой площадке около ресторана, а плотный туман окутывал всё вокруг. Было совсем не видно моря и города, будто они растворились в этой молочной взвеси воды. Мне вдруг стало безумно жаль, ту беззащитную женщину, что была вначале всего этого замеса. Холодный ветер порывами бил в лицо. Отыскивал незащищённые места, пробирался под одежду. Егор подошёл и, накинув на меня любимое одеяло, обнял.

- Не грусти, любимая женщина. Родишь мне ребёнка?

Я вздрогнула, не зная, что ответить.

- Молчишь? Ну ничего, поговорим об этом чуть позже.

Он прижал крепче, как будто боялся потерять в этом тумане. Снова. А я стояла и ощущала каждой частичкой себя, что наконец-то дома!

Эпилог, часть 1

Бывало ли у вас в жизни, что какое-то дело кажется очень сложным, пока не начнёте его делать. И вдруг оказывается, что всё намного легче, чем было в голове. Многое вы уже знаете, а то, что казалось непонятным и пугающим, решается быстро и просто?

Примерно так случилось в моей с Егором совместной жизни. Я с удивлением обнаружила кучу свободного времени, если детей воспитываешь именно совместно. Узнала, как легко могут идти домашние дела, когда они делятся даже не пополам, а подхватываются интуитивно и с заботой о ближнем. И какой неиссякаемый источник сил открывается внутри, когда чувствуешь себя до безумия желанной женщиной.

Переехав в Питер, я продолжила заниматься свечами. Шло ни шатко ни валко. Егор за этим наблюдал, не влезая, но иногда интересуясь, как идут дела. А однажды, когда мы сидели в кафе, попросил официантку позвать администратора. Ему хватило семи минут, чтобы мои свечи выставлялись в этом заведении на продажу. Срисовав технологию переговоров, я уже сама пошла по уютным кафе договариваться. А после пришла мысль проводить в них же мастер-классы по свечам для детей и взрослых. Оказалось, это пользуется огромным спросом.

Кольцо, что Егор вложил мне в Ботаническом саду надела сразу по приезду из Крыма, но оформлять отношения не хотела. Как в том анекдоте: люди, которые второй раз выходят замуж, что вам там с первого раза было непонятно? Мне было более чем. Нооо...

- Любав. Мне это необходимо. Как признание, что я и всё, что нас связывает тебе дорого и важно!

Расписались тихо. Ни гостей, ни пиршеств. Только Ленка приехала со своим "братом директора". Пока мужчины на кухне, перешучиваясь, готовили ужин, мы с ней расположились в гостиной на диване и болтали.

- Слууушай, - вдруг вспомнила, - ты мне так и не показала, на кого была похожа Юля.

- Ой Люб, ну вот зачем тебе это теперь?

- Неугомонное женское любопытство. Если не узнаю, так и буду возвращаться к этой мысли постоянно.

- Лаааднааа. - она достала мобильный и, открыв галерею, начала листать фото, - Имей в виду, Егору я это не показывала, сделала чисто для себя.

Это был коллаж. Я и Юля рядом. Чувства были смешанные. Если бы не увидела своими глазами - не поверила. Немного придя в себя, озвучила следующую тревожащую меня мысль.

- А ещё Егор в Крыму спросил странное... Рожу ли я ему ребёнка. Но он ведь...

- Что ж вы за люди-то такие? - разозлилась Ленка, - Говорить словами через рот не пробовали? Прям бесите. Я вам что, передаст?

- Да пойми ты. Неудобно у него спрашивать. Боюсь сделать больно.

- Ох! - тяжело вздохнула подруга и, покачав головой, заорала, напугав меня, - ЕГООООР! ЕГО-ОООР! Иди сюда, засранец ты этакий!

Он испуганно выглянул из кухни.

- Значит так! Благословляю вас разговаривать друг с другом открыто и без посредников! - перевела взгляд с него на меня и обратно, - Про всё! Оба поняли?

- А что случилось? - непонимающе уставился на нас.

- Расскажи, что помимо расширения своего обожаемого бизнеса ты делал в Израиле и Турции!

Он открыл рот.

- Неееет! Я это слушать не хочу! Сами сами... ножками навстречу друг другу. В тишине спаленки "после", ну или "до" всех ваших жгучих шалостей.

Я покраснела. Егор окинул меня пронзительно-обожающим взглядом и кивнув ушёл обратно в недра кухни.

Костик в первой школе не прижился. Поэтому мы его через месяц перевели в другую, где у него тут же появились друзья.

Ксюшка, несмотря на всю заботу отчаянно скучала по папе. С Савелием общение шло сложно. Я и Егор буквально насильно заставляли его встречаться с детьми. В Москву мы ездили редко, слишком много всего происходило в Питере. А сам он к нам приехал только один раз.

Про мужнину болезнь узнала, когда Егор аккуратно посоветовал мне сдать определённые анализы. Я тогда жутко разозлилась.

- Опять твои намёки и тайны! Зачем мне нужно проверяться на наличие гепатита?

Ему пришлось всё выложить. Вирус у меня не обнаружился, но я очень испугалась. Облазила весь интернет, изучая эту болезнь, вдруг она в скрытой форме и результаты были неправильные. Сдавала анализы ещё несколько раз в разных лабораториях. Когда Егор понял, что не успокоюсь - позвонил тому самому светиле в Волгоград, которого нашёл для лечения Савелия. Доктор проговорил со мной полчаса. Терпеливо объяснил, что беспокоиться не о чем.

Чудесные соседи оказались бездетными. Они вообще как-то очень сильно обрадовались, когда мы переехали. Взяли Ксюху с Костей в оборот. Дети были счастливы.

Одно угнетало - это Питерская погода. Из-за сильного ветра и холода иногда я днями не могла выгнать себя на улицу. Укутавшись пледом, и часто Егором читала часы напролёт. Под конец зимы он начал беспокоиться.

- Не слетать ли нам в Израиль на весенние детские каникулы? - предложил он однажды.

Это была удивительная поездка. Я наслаждалась теплом и солнцем гуляя по улицам города Холон, где мы остановились. Ездила с детьми к морю, пока муж занимался делами фирмы. А однажды он с хитрой улыбкой сказал, что мы едем в гости.

Нас встретил жилистый мужчина и тепло обнял Егора. Одет был очень просто, чёрные майка и штаны, на ногах бордовые эспадрильи. Слегка вьющиеся тёмные волосы чуть выше плеч. Внимательный взгляд немного раскосых, тёмно-карих глаз остановился на мне и детях. Ксюха стушевалась, Костя протянул руку. Поздоровались. Он мне кого-то напоминал, но я никак не могла понять кого именно.

- Проходи дружище, это она? Добрый день геверет. - мужчина, легонько кивнув, лукаво улыбнулся.

Кивнув в ответ, непонимающе покосилась на мужа.

- Ну какая она геверет, хотя... Это моя Любава и наши дети. - Егор повернулся ко мне, - познакомься, Эрез Зелински-Розен.

Эпилог, часть 2

Дамира

О ней мы больше ничего не слышали. Надеюсь, она всё-таки смогла взять себя в руки и начать пусть небогатую, но достойную жизнь.

Савелий. Конец мая.

"Прошёл ровно год с тех пор, как..." - посетила Савелия неожиданная мысль. Вроде и немного, а кажется, что целая жизнь.

Квартира была пустынная. По утрам ещё нормально, но с наступлением сумерек становилось не по себе. Иногда ему казалось, что слышит, как Люба гремит чем-то на кухне, беседуя с Костиком, а Ксюшка напевает дурацкую детскую песенку. По ней он почему-то скучал больше всего. Особенно по трескотне и настойчивым ручкам, тянущимся к нему. Почему он упорно не хочет с ними видеться? С Любой-то понятно, но с детьми? И тут же в который раз отвечал себе - потому что они его ненавидят. За всё, что натворил.

Сидя в душной темноте спальни, вдруг услышал смех дочери. Стало жутко. Встал и медленно, шаг за шагом мучительно преодолел расстояние до выключателя. Щёлкнул. Тусклый свет залил комнату. Огляделся. В глаза бросились перегоревшие лампочки люстры, заляпанная тумбочка и валяющийся на полу одинокий носок. В груди разливалась тяжесть, потихоньку, сантиметр за сантиметром, сковывая всё тело. Сделав усилие, вышел в коридор. По очереди заглянул в комнаты детей. Там всё осталось с их отъезда не тронутым. Лишь везде лежала пыль, уборщице было запрещено заходить сюда.

Умывшись, вернулся в спальню и не раздеваясь, упал на кровать. Засыпая, он слышал шаги призраков тех, кого здесь больше нет.

Люба.

В Москву из Израиля с нами приехал объёмный флакон уникальных духов.

Эрез оказался довольно необычным и тонко чувствующим человеком. Пока дети гуляли во дворе его дома, у нас состоялась беседа.

- Егор рассказал - Вы мечтаете о своём личном аромате.

Посмотрев на мужа, кивнула.

- Что хотите в нём слышать? О чём он должен сообщать?

- В каком смысле? - не поняла вопроса.

- Понимаете, аромат - это фильтр. С его помощью вы показываете окружающим людям что-то такое, о чём по тем или иным причинам вам неловко говорить прямо. - Эрез многозначительно посмотрел на Егора, - С помощью духов можно дать понять человеку, что вы его хотите — необязательно расстёгивать лишнюю пуговицу на блузке. - он лукаво улыбнулся.

- Всё равно не понимаю.

- Хорошо. Представьте себе мужчину. Например, главу фирмы. Он лидер. У него есть власть, о которой можно заявить. В частности, с помощью духов — ярких, сильных, с серьёзным шлейфом. Однако мужчина просит собрать для себя совсем другие духи — волнующие, деликатные. Он хочет сказать миру, что помимо деловой, жёсткой личности у него есть и другая. Более мягкая и контактная. Что влюблён, например.

Он перевёл дыхание.

- Духи — это не только продукт. Но ещё история, а она у каждого человека своя. Вот Вы, например, просыпаетесь утром. Обнимаете мужа, возможно, соблазняете прикосновениями или шепчете ему слова любви.

Глаза Эреза заискрились невероятно мягким внутренним светом.

- Потом принимаете душ, может быть, надеваете часы, готовите на завтрак именно яйцо — пашот. У Вас, например, я вижу неброскую помаду и любопытное колечко помимо обручального. А у Егора всегда с собой одеяло, выполненное в технике петчворк. И все эти вещи не случайны, это часть истории, которую вы хотите рассказать миру.

Он настолько располагал своей честностью и простотой оформления мыслей в слова, что внутри появилась ясность. Как будто этот человек взял и распахнул дверь, в которую тут же ворвался тёплый ветер. Вдруг отметила его умение естественно говорить о довольно интимных и личных вещах как-то так, что не возникало чувства неловкости. Внутри щёлкнуло и стало невероятно легко.

- Хочу открытости в отношениях и доверия. Чтобы разговаривать и быть уверенным - меня услышат и поймут правильно. А если не поймут, то спросят без обиняков. Чтобы теплота и искренность. И близость!

- Удивительно! - восхитился мужчина, - А знаете что? Я сделаю вам один аромат на двоих! - и подмигнул Егору.

Начало июня.

Савелий вторую неделю не выходил на связь, а Ксюха требовала "папу". Да и мы начали волноваться. Позвонила Петру Сергеевичу.

- Любовь Сергеевна! - ответил его бодрый голос, - У Савелия Владимировича сейчас сложный большой заказ. Через два дня приедет проверять готовность.

Договорившись, что инженер сообщит время своей встречи с бывшим мужем, засобирались в Москву.

Мы сидели в кабинете и разговаривали, когда Сава вошёл. Вид у него был осунувшийся, но серьёзный и аккуратный.

- Паааапочкааа! - заорала Ксюха и подскочив обхватила его руками.

Костя, подойдя вплотную, уверенно протянул руку. Пётр Сергеевич деликатно вышел.

- У вас теперь новый папа. - мрачно буркнул Савелий.

- Неееет! Папа у нас один. И это ты! - счастливо улыбаясь ответила Ксюха, заглядывая ему в глаза.

Сава обнял её и перевёл взгляд на сына.

- Полностью поддерживаю сестру! - он так и стоял с неловко вытянутой рукой, - Пап, мы скучаем по тебе, давай всё-таки встречаться чаще.

Савелий опустил глаза в пол, явно что-то обдумывая, затем перевёл их на нас.

- Вот такие дела! - сказал Егор вставая, - Мы беспокоились. Ты часть семьи и навсегда ею останешься.

Он подошёл и обнял брата. Тот вначале напрягся, но через пару секунд резко сдулся и обнял в ответ. А потом подхватив Ксюху на руки, крепко пожал ладонь сына.

Конец.

P.S. Хотя нет, не конец. ))

В августе Егор сказал, что мы переезжаем жить в Сочи, если конечно все согласны. А в ноябре узнали, что я беременна.

Ну и вряд ли надо говорить, что раз в год мы ездим в Турцию к Рамазану. Только стараемся это делать в то время, когда у него поспевают оливки, апельсины, гранаты и авокадо. То есть в осенние каникулы детей. А вот теперь ВСЁ!

-------------------------------------

Спасибо ВСЕМ, кто был со мной в этой истории!

В ВКонтакте вас ждёт визуализация!

Жду вас в своей новой: "Измена. Я тебя любила"