Избранный Охотник

Глава 1

Жон спал плохо. Пусть он и устал, да и ночь перед посвящением тоже прошла в беспокойстве он всё ещё долго ворочался не в силах уснуть, а сон всё упорно не желал к нему приходить. Вместо этого в голову лезли мысли о прошедшем посвящении.

Жону удалось пережить испытание Озпина и выжить в кишащем гриммами лесу. Он не только поступил в Маяк, но и стал капитаном своей команды. Вот только случилось всё это чуть ли не чудом. Если бы не помощь остальных, особенно его напарницы Пирры, то Жон скорее всего умер бы в самом начале, ещё при десантировании в лес.

Если он хочет чего-то добиться в деле охотника, хотя бы банально выжить, ему необходимо стать сильнее. Намного сильнее.

— «В конце концов, ради этого я и поступил в Маяк», — подумал Жон, но тут же напомнил себе, что остальные студенты тоже поступили сюда для того же самого. И они уже намного сильнее него. Чтобы покрыть эту фору, ему придётся пройти через настоящий ад тренировок. Но Жон уверил себя, что готов к этому. Он не откажется от своей мечты и станет охотником, не смотря ни на что.

Успокоив себя, Жон всё же смог расслабиться достаточно, чтобы уснуть, и ему снился сон… Сила души не ограничивается одной лишь аурой. И проявления подчас бывают крайне специфичны. Он желал ад, пройдя через который, он сможет стать сильнее. Что же, он его получит.

Многие миры нуждаются в герое. При этом некоторые из них готовы принять любого, буквально всех и сразу. Время и пространство в тех мирах нарушено и тысячи отражений наслаиваются друг на друга, в надежде, что хоть одно из них приведет к спасению… или избавлению от мук.

Клятва была услышана, договор составлен и приведен к исполнению. Куда бы ты не пришел, что бы ты не решил, ты пройдешь через ад и станешь сильнее. Твой путь начинается здесь, Избранный Охотник, в северном Прибежище Нежити. Твой ад начинается здесь.

***

Проснулся, ну или скорее уж пришел в себя, Жон в каком-то очень странном и откровенно мерзком месте. Каменный мешок, с сырыми, покрытыми мхом и непонятной слизью стенами и полом. Сам Жон сидел на полу и вокруг его ног копошились какие-то жуткие мокрицы, некоторые из которых были размером с половину его ладони. Он конечно собирался стать великим охотником, победителем Гримм, но это не значит, что у Жона нет банальной брезгливости. С вскриком парень подскочил на ноги и принялся отряхиваться.

Только тут он заметил, что одет в свою боевую одежду, и даже верный Кроцеа Морс также был пристёгнут к поясным ножнам. Справившись с приступом омерзения, парень начал осматривать место, в котором очутился. Легче не стало.

Помимо жутких стен и мокриц были и другие мерзости. Например, в дальнем от него углу, находилось ведро, к счастью пустое, а рядом с ведром здоровенная, чуть ли не с кошку размером крыса, уже давно мертвая и изрядно воняющая. По крайней мере, по всем видимым признакам, она должна была источать просто удушающий запах, но даже глубоко поведя носом, Жон не смог учуять вообще ничего.

— «Похоже, что это просто сон», подумал он, проведя рукой по нагруднику. Прикосновения он чувствовал, но как-то странно, будто сквозь перчатку, то есть само давление на кожу ладони он ощущал, но вот фактуру нагрудника, его температуру, уже нет. Он вообще не ощущал ни холода, ни жара.

Всё это было очень странно.

Но дальше пошли странности другого толка. Помимо двух вентиляционных окон, выводящих не на улицу, а в какие-то шахты, и двери, в этой странной камере было также отверстие на потолке, через которое в помещение лился солнечный свет. И этот источник света кто-то или что-то заслонило. Жон попытался рассмотреть, что же произошло, был ослеплен прямыми лучами света, обрамляющими фигуру.

— Если ты ещё сохранил рассудок, то выходи, — обратился к нему мужской надтреснутый голос. После чего раздал металлический звон, Жону что-то кинули прямо под ноги. — Я буду ждать тебя наверху.

С этими словами фигура, заслоняющая свет, исчезла. Проморгавшись от попыток смотреть на свет, Жон начал искать, что же ему скинули сверху. Это был простой железный ключ, изрядно побитый ржавчиной, но вроде ещё достаточно крепкий, чтобы не рассыпаться в труху. Разумно предположить, что это ключ от решетки, закрывающей выход из камеры.

Жон не стал медлить и сразу же взял ключ, попробовав открыть им дверь и что удивительно тот замок, не смотря на покрывающий его слой ржавчины, всё ещё работал исправно, позволив открыть дверь ведущую в такой же грязный и мрачный как и его камера полутёмный коридор, освещённый лишь несколькими факелами. Этот момент сразу показался странным, кто может жить в таком месте учитывая его плачевное состояние?

На этом неприятные сюрпризы не закончились, стоило ему пройти лишь несколько шагов как сверху послышались отзвуки чьих-то шагов, но насторожило Жона не это, а то, что шаги звучали так, словно над ним разгуливал настоящий гигант, но и на этом сюрпризы не закончились, пройдя вглубь коридора он заметил в темноте человеческий силуэт и тут же двинулся к нему.

— Сэр, вам нужна помощь? — не дождавшись реакции он подошёл ближе и переспросил. — Сэр, я могу вам чем-нибудь помочь?

Но подойдя поближе он отшатнулся от фигуры, разглядев наконец её получше: человек перед ним был худым, словно он голодал месяцами, его кожа была покрыта струпьями и трупными пятнами, а одежда представляла собой не более чем лохмотья, но не это заставило Жона отшатнуться от человека (а человека-ли?). Нет, он отшатнулся от того, что тот не двигался. Совсем.

Вытащив Кроцеа Морс и приготовившись к возможному бою, он медленно подошёл к фигуре, но даже так, когда он стоял практически вплотную, никакой реакции не последовало, как будто перед ним был обычный мертвец. И возможно он и пошёл бы дальше, не став искушать судьбу, если бы не одно "но", как-то раз в домашней библиотеке он наткнулся на книгу посвящённую приключениям охотника и сейчас, смотря на неподвижное тело перед собой, сразу же вспомнил одного из описанных там видов Гримм.

Гаст-Гримм, способный вселяться в неодушевлённые предметы вроде лесных деревьев или кучки камней. И что мешает такому гримм вселиться в тело человека? Жон вздрогнул, представив эту картину. Именно по этой причине он должен убедиться в безжизненности тела перед ним.

К его несчастью, это оказалось не просто тело. Когда он не сильно ткнул в плечо своим мечом, то, что он считал трупом, неуклюже бросилось на него. Жон испугано отпрыгнул, но секунду спустя он смог собраться с духом и ответить на угрозу. Даже если перед ним сейчас Гримм, его движения были неуклюжи и до крайности медлительны по сравнению с ним самим, а потому он, дождавшись очередного неуклюжего замаха, рванул на противника со всей силы, приложив того щитом и отбросив на удивление лёгкое тело на землю, после чего, не давая своему противнику встать, он со всей силы ударил противника в шею надеясь того обезглавить.

Это сработало даже слишком хорошо. Почти сгнившие кости не смогли противостоять отточенной стали фамильной реликвии Арков и были перерублены, а меч ударил об каменный пол. Но после этого произошло то, чего Жон никак не ожидал, от противника отделился небольшой пучок света и вошёл ему в грудь, растворившись там. На мгновение его аура вспыхнула, но не так, как тогда когда он едва отражал атаки Гримм, а словно бы костёр, в который подбросили немного щепок.

Это событие, а также вся атмосфера этого места пугали Жона, однако он был спокоен, возможно даже слишком спокоен для человека оказавшегося в неизвестных древних катакомбах, по которым бродят одержимые гейстами мертвецы. Но в конце концов он засыпал в Биконе, в одной комнате с тремя другими студентами, так что справедливо было считать все вокруг него просто сном. Странный и пугающий, но всё же просто сон. Скорее всего это всё из-за трудностей при поступлении. С такими мыслями Жон и направился дальше по коридору.

Пройдя буквально ещё несколько метров ему довелось наткнутся на ещё одного мертвеца, но на этот раз тот стоял лицом к стене, как будто пытаясь что-то в ней разглядеть, и он также как и предыдущий никак не реагировал на него, чем он и воспользовался, схватив меч двумя руками и широко замахнувшись, чтобы секундой позже одним ударом снести мертвецу голову. Аура на мгновенье вспыхнула. Впрочем, Жон не придал этому особого значения.

От места, где второй мертвец смотрел в стену, можно было подняться по ступенькам на этаж выше. Но Жон также приметил пролом в решетке, отделяющей коридор от просторной залы, по которой проходила древняя канализация. Подпрыгнуть и зацепиться за пролом не должно было составить никакого труда, но смысла в этом было не много. Зачем мучиться, если есть нормальная дорога? Он мог бы и вовсе проигнорировать этот пролом, не будь он именно проломом. Что-то достаточно большое, размером с человека минимум, и достаточно сильное, чтобы согнуть прутья толщиной с его руку, просто вырвало часть каменной кладки вместе с куском решётки.

Меньше всего на свете Жону хотелось встречаться с существом, которое это сделало.

Поэтому он перехватил фамильный меч покрепче и стал медленно подниматься по ступеням наверх. Вопреки опасениям, на него не выпрыгнул очередной экзотический гримм. Наоборот, на следующем этаже не было вообще никого. Точно такой же коридор, только пустой и без камер и решеток. Медленно ступая, Жон вглядывался вперёд, видя проход в конце коридора, где из темноты тускло отсвечивали два красных глаза.

Обладатель глаз никак не реагировал на приближение Жона и, кажется, вообще не видел его, а просто смотрел в никуда, даже не на дверной проём и приближающегося студента, а чуть в сторону. Это оказался ещё один одержимый труп, который просто сидел на полу, по грудь в воде.

Это комната, судя по всему, тоже как-то связана с канализацией, вот только не с отхожей, а с технической. Вода была чистой, даже прозрачной, но её было слишком много, помещение было частично затоплено. Войдя туда, Жон увидел странную надпись, грубо нацарапанную на полу:

— «Те, кто всегда верят своим глазам — глупцы», — гласила надпись.

Очень странная мысль, пришедшая ему в очень странном сне. Именно так подумал об этом Жон и посмотрел на одержимый труп. Тот всё ещё не реагировал и по идее его можно было просто обойти. Но гримм никогда не были миролюбивыми, а значит это всего лишь уловка. Возможно разум монстра ещё слишком примитивен и он не понимает, что выбрал себе для вместилища не предмет обихода или что-то привычное, а жуткий труп, который сложно не заметить.

Жон начал медленно обходить существо по кругу, вступая в воду. Родные кроссовки сразу же намокли и стали тяжелее, но холода или влажности Жон не чувствовал. Да и не думал он об этом в тот момент. Больше всего его ум занимали жуткие глаза, под прицелом которых он оказался, двигаясь вдоль стены.

Вопреки ожиданиям гримм не напал и даже не дернулся, всё также продолжая сидеть в воде и смотреть в одну точку. Жон обошёл всю комнату полукругом, и теперь труп сидел к нему боком, но тот всё ещё не двигался.

— Настолько тупой? — Попробовал он привлечь внимание твари голосом, но снова был проигнорирован.

Оставлять за спиной живую тварь, будь она хоть трижды пассивна было верхом глупости, а потому он пошел на сближение. Для этого пришлось спуститься в небольшое углубление в полу. Возможно, здесь стирали одежду или черпали воду для питья, сложно сказать, но вряд ли это был полноценный бассейн. Мелковат, даже с учётом частичного затопления помещения и того, как вода поднялась Жону лишь чуть выше колена. Да и вряд ли в мрачной подземной темнице кому-то потребовался бассейн.

Этого монстра Жон снова зарубил без малейших проблем. До самого последнего мгновения, даже когда меч уже был занесен, оживший труп не шелохнулся. Похоже, они реагируют только на прикосновения.

— Быть может вы слепы? — вслух предположил Жон, снова не заметив легкого сияния своей ауры, но отмёл это предположение. Гасты слыли чрезвычайно опасными и неудобными противниками, а здесь просто куклы для битья какие-то.

Покрутив эту мысль с разных сторон, он просто махнул рукой и двинулся дальше. Очевидного ответа не было, а потому всё происходящее просто признавалось дурным сном, благо все показатели на лицо.

Дальше его путь проходил в какую-то шахту, похожую на колодец, но с дверным проемом на уровне дна. Сомнительно, что здесь действительно была вода, если только местное начальство не практикует периодические затопления темниц. От этой мысли Жона передёрнуло. И камера, окна которой выходили в какие-то шахты и коридор, у которого вместо одной из стен была решетка с канализационной залой и затопленное помещение, только что заиграли новыми, очень неуютными красками.

Что же творится у него в голове, раз ему снятся такие сны?

Жон тряхнул головой, отгоняя посторонние мысли и пошёл дальше, может он и оказался в тёмном и сыром подземелье, но это был не более чем его сон и ему было интересно узнать, что ждёт его в конце. Войдя в сам «Колодец» он обнаружил лестницу, которая вопреки окружающей атмосфере разрухи, выглядела весьма надёжно, хотя казалось бы в таких условиях железная лестница должна была быстро покрыться ржавчиной. Впрочем, не ему жаловаться, ему надо убрать Кроцеа Морс в ножны и начать осторожно подниматься по чистой, но всё же несколько влажной лестнице.

Выбравшись из подземелья, Жон оказался в чём-то вроде внутреннего двора. Чего особенного он ожидал здесь увидеть? Да ничего. Однако и здесь его воображение смогло подкинуть ему сюрприз, в центре двора была сложена кучка костей, в которую кто-то воткнул ржавый двуручный меч. И на этом странности не закончились.

Подойдя к мечу, Жон дотронулся до рукояти, желая выдернуть его из останков, но отпрыгнул от меча мгновением позже, самые обычные на вид кости внезапно загорелись вместе с самим мечом. С удивлением Жон смотрел на этот причудливый огонь.

И сделал он это не зря, стоило ему только всмотреться в пламя как его тут-же наполнило странное тепло, которое разливалось от его сердца по всему телу, и даже промокшая одежда моментально высохла, что было на его взгляд крайне удобно. Жон неожиданно улыбнулся, глядя в костёр. Да, в его пламени действительно было что-то завораживающее и умиротворяющее. Казалось, что на него можно смотреть целую вечность и этого всё ещё будет недостаточно.

Моргнув, он внезапно для себя обнаружил что смотрит на костяной костёр уже несколько минут, тряхнув головой он чуть потянулся, пробуя странную легкость в мышцах, и осмотрел остальной внутренний двор. Жон двинулся ко второй примечательной детали — вратам, более чем вдвое выше его самого.

На этом моменте он снова почувствовал себя несколько неуверенно, некстати вспомнив о погнутых решётках в подземелье и тех шагах, но, вновь отбросив сомненья, он достал меч и щит, с осторожно пошёл к вратам. Левая створка, которую он толкнул, поддалась гораздо легче ожидаемого и пропустила путника в ещё один зал. Самый просторный из увиденных тут, хоть и не дотягивающий до зала Бикона. Но долго отдыхать ему не дали.

Сверху послышался чудовищный рёв и шаги, а секундой позже, в прыжке с разрушенной крыши, показался и их обладатель, и тот совсем не походил на виденных ранее гримм.

Огромное, под четыре метра ростом существо, от чьего приземления каменная кладка заметно просела. Выглядело это чудовище неимоверно уродливо, вызывая брезгливость непропорционально толстыми ногами, и десятками килограмм жира, что заменяли невиданной твари живот. Уродливая рожа и серая чешуя по всему телу также создавали крайне отталкивающее впечатление. Радости этой встрече не добавил и тот факт, что в руках оно держало гигантский, возможно больше его самого, молот. Через секунду их взгляды встретились и тварь кинулась на него.

К счастью из-за больших габаритов монстр был относительно неповоротлив чем и воспользовался Жон прыжком уйдя с траектории следующего прыжка монстра.

Лихорадочно оглядывая зал в поисках того, что могло бы помочь ему если и не победить, то хотя-бы выжить он краем глаза заметил дверь, ведущая в другой коридор, слишком маленький для раздутой туши охотящегося на него гиганта, но вполне достаточный для обычного человека. Сделав глубокий вдох, парень побежал. И даже так ему очень повезло заскочить туда за мгновенье до того, как очередной удар гиганта выбил из несчастной кладки несколько камней послав в коридор волну каменной шрапнели. К счастью аура смогла его защитить и Жон вышел из этой ситуации невредимым, хотя и немного пыльным.

Досадно, что почти сразу за дверью начинался крутой спуск вниз, и Жон, не предполагая такой подставы, полетел по лестнице головой вперед. Будь он чуть опытнее, то без сомнений попытался бы сгруппироваться или развернуться в падении. Вряд ли такой полет прошел бы без последствий, но выбитое плечо или сломанная ключица — это не тоже самое, что свернутая от удара шея…

— Проснись и пой, бесстрашный лидер! — закричали Жону прямо в ухо и он, дёрнувшись, проснулся.

— Что?! — попытался парень навести резкость в глазах, что получилось неожиданно легко. Рядом с его кроватью стояла энергичная Нора и разве что не приплясывала на месте. — Что случилось?

— Случилось утро! — Девушка даже подпрыгнула на месте. — Пора идти на завтрак!

— Прости её, пожалуйста, — обратился к Жону напарник Норы, Рен. — Сейчас только шесть часов утра, я не планировал будить вас так рано, но не успел остановить Нору.

— Ничего страшного, — улыбнулась напарница Жона, Пирра.

— Да, я на удивление хорошо выспался, — кивнул Жон, спуская ноги с кровати, он был в своём домашнем комбинезоне, а потому не стеснялся показываться из-под одеяла.

В отличии от него Пирра предпочла бы скинуть одеяло уже после того, как парни выйдут, её ночнушка была достаточно… легкой. Маленький нюанс, который она не учла, при поступлении в Маяк.

— Обычно спишь как мишка? — с интересом спросила Нора.

— Да, — Жон усмехнулся. — А в этот раз ещё и чушь какая-то снилась.

— Бывает, — она серьёзно кивнула, но тут же улыбнулась. — В таких случаях просто незаменим плотный завтрак. Курс на кухню!

— Я думаю, что ребятам нужно для начала умыться и переодеться, — тактично заметил Рен. — Мы подождем их в столовой, если она уже работает.

— Вперёд, Рени, на штурм! — воскликнула Нора и первой выбежала из комнаты.

На что оба парня только переглянулись. Жон, имея опыт общения с семью сёстрами, только понимающе улыбнулся, Рен же вздохнул и поспешным шагом принялся догонять свою подругу. Это было крайне предусмотрительно, так как почему-то Жон был почти уверен что оставшись без присмотра, Нора могла учудить что угодно.

— Тебе уступить ванну? — спросил блондин у рыжей чемпионки.

— Я бы предпочла поспать ещё полчаса-час, — хмыкнула та.

— Тогда отдыхай, я пойду первым, — Жон только кивнул и взял свою повседневную одежду.

Сегодня, он сделает первый шаг на пути к мечте.

Глава 2

Помывшись и почистив зубы, Жон принялся внимательно разглядывать своё лицо в зеркале. В отличии от своих сестёр, рассматривающих прыщи и угри, он выглядывал признаки будущих бороды и усов. Подбородок до сих пор был гладким, как и в детстве, зато уже года два как можно было наблюдать легкой пушок вместо усов и бакенбард, которые Жон старательно сбривал примерно каждые две недели.

Не то чтобы ему нравилось бриться, скорее уж наоборот, терпеть он это не мог и постоянно резался бритвой, но и носить такое позорище тоже не горел желанием. Лучше дождаться времени когда у него будет расти нормальная щетина из которой можно будет вырастить нормальную бороду.

Закончив осмотр, и показав своему отражению язык, Жон принялся одеваться. Джинсы, футболка и любимое худи, с принтом тыквенного Пита. Подарок близняшек, которые любили эти сладкие хрустяшки на завтрак и как-то сами собой собрали достаточно подарочных купонов для нескольких памятных подарков.

По пути погладив мультяшного зайца на груди, Жон вспомнил, что домой нужно обязательно позвонить. Не сейчас, конечно нет, никто точно не обрадуется звонку в шесть утра, но позже обязательно. Пусть семья не одобрила его желание поступить в школу охотников, и им лучше не знать, что он пробрался в школу фактически обманом, но рассказать о поступлении им нужно будет.

Осталось только решить, стоит ли в подробности рассказывать маме про обряд посвящения, включающий в себя сбрасывание со скалы и битву с Гримм или всё-таки ограничится историей про самую большую пижамную вечеринку в его жизни прямо в актовом зале школы. Если у Жона и было хоть немного здравого смысла, то он голосовал за второй вариант.

Носки и обувь в ванную Жон не брал, а потому обуваться будет уже в комнате. Вопреки своим словам, Пирра не спала, и стоило ему показаться из ванной комнаты, как она тут же заметила его.

— Тыквенный Пит? — с удивлением спросила девушка.

— Не смейся, — без злобы или смущения фыркнул Жон, привыкший, что некоторые люди находят его худи странным. — Это подарок от моих сестёр. И хотя выглядит немного по-детски, это все еще крайне удобная одежда.

— Нет-нет, я не имею в виду ничего такого, просто немного странно видеть одежду с принтом компании, которую я рекламировала, на своём партнёре, вот и всё, — Пирра покачала головой и улыбнулась.

— Ну, это памятный подарок от старших сестёр, — Жон улыбнулся. — Они большие поклонницы этих хлопьев, вот и решили подарить мне что-то на память когда купонов накопили.

— О, так у тебя есть старшие сёстры? И какие они? — Пирра спросила с живейшем интересом, ведь сама она была единственным ребёнком в семье и ей было интересно узнать каково это, жить с сёстрами.

— Ну, как ни странно, я почти всегда мог найти с ними общий язык, со всеми семью, — Жон неловко почесал затылок. — И пусть они иногда бывают немного наглыми, беспардонными и чересчур приставучими, я всё равно всех их люблю, они ведь моя семья.

Пирра от удивления приоткрыла рот. Она могла представить жизнь с одной, с двумя, может быть с тремя сёстрами, но семь?! Это, если спросите её, уже чересчур. Щёки воительницы слегка заалели когда она представила сколько смущающих инцидентов могло произойти с Жоном за его семнадцать лет.

Тем временем сам Жон посмотрел на Пирру не замечая лёгкого румянца на её щеках.

— Ладно, я пойду к Норе и Рену, будем ждать тебя в столовой. Ну или около, если та будет закрыта.

— Не волнуйся, я скоро догоню, — после того, как за Жоном закрылась дверь, Пирра вылезла из-под одеяла и взяв одежду пошла в ванную, вновь думая о необходимости покупки пижамы.

К счастью, после испытания ученикам дали выходной, который они могли потратить на обустройство комнат и покупку всего необходимого. Пирра содрогнулась, когда представила какой аврал был бы утром, если бы они пытались обустроить комнату до начала занятий. Несколько минут спустя вся команда собралась за обеденным столом и, как это обычно бывает, за едой они начали вести разговор ни о чём.

— Милый кролик! — усмехнулась Нора, увидев Жона в его толстовке, но без нагрудника.

Сама она, как и Рен, была одета в ту же одежду, что и на посвящении, и в принципе Жон тоже, просто не стал брать меч и надевать нагрудник. Только Пирра оделась в другой комплект одежды, ибо её броня была слишком приметной для постоянного ношения.

— Это подарок сестёр, — хмыкнул парень, ожидая, что, как и Пирра, Нора спросит про его семью, но та была слишком гиперактивна, чтобы долго зацикливаться на одной теме.

— Итак, о бесстрашный лидер, что же такого интересного тебе снилось, раз ты не хотел просыпаться? Неужели это был твой прекрасный партнёр с которым ты ск-кх-м… — что хотела сказать Нора Жон и Пирра к счастью не узнали благодаря своевременной реакции Рена, который положил ей в рот очередной блин с кленовым сиропом.

— Нора, не вежливо лезть в личную жизнь сокомандников. К тому же для многих поступающих испытание могло стать причиной стресса, мало ли что снилось Жону?

— Нет-нет, ничего такого, — он покачал головой. — Я же говорил что там была какая-то муть с заброшенными подземельями.

Про то, что во сне у него были не только подземелья, но и одержимые трупы он решил тактично умолчать.

— О-о, так ты искал сокровища? Сражался с ордами Гримм?! Спасал принцесс?! Ну же о храбрый лидер, мне нужны подробности!

— Прости Нора, но ничего такого, — Жон слегка усмехнулся фантазиям сокомандницы, хотя он бы не отказался от такого сюжета рыцаря в сияющей броне, сражающегося с ордами существ Тьмы, доблестно одолевая волну за волной. — Просто какие-то подземелья. Хотя в конце там был какой-то гигантский Гримм.

Он неловко потёр голову, ему было действительно стыдно из-за того, насколько глупо он умер во сне.

— Впрочем всё было не так героично, как ты могла бы подумать, — он решил прервать новый поток предположений. — Уклоняясь от его атак я прыгнул в открытую дверь, не заметил лестничный спуск, а дальше был короткий полёт и встреча со ступеньками.

Жон вздрогнул от не самых приятных воспоминаний.

— Ну, зато теперь ты знаешь как важно смотреть в бою под ноги. Новички часто прокалываются на этом спотыкаясь или пропуская удар ногой из-за того, что слишком сильно сосредоточатся на оружии своего оппонента, — приободрила его Пирра.

— Ха! Так Жон у нас трудоголик, а? Учится даже во сне! — внутренне он вздрогнул от такой перспективы, стоило только на секунду представить каждый сон в окружении гор учебников и конспектов, которые он обязан будет перечитывать…

Нет уж, спасибо, на такое он не подпишется.

Дальше завтрак проходил за разговорами ни о чём. Больше всех, конечно же, ела Нора, и, смотря на неё, было просто невозможно есть мало или медленно. Поэтому, когда Жон почувствовал, что уже хватит, что он наелся до такой степени, что не было ни малейшей уверенности в своём желании также, как и возможности встать из-за стола.

— Ух, — вздохнул он. — С такой диетой меня придется вкатывать на уроки.

— Хочешь поделюсь секретом своей идеальной фигуры? — с улыбкой спросила Нора, уже сметя все блины на столе и теперь совершенно буднично собирающаяся полирнуть этот «перекус» будербродиками с маслом и колбасой.

— Хм? — Жону действительно было интересно. Может какие-то специальные таблетки от обжорства? Ему бы сейчас точно не помешала парочка таких таблеток.

— Знай, бесстрашный лидер, чтобы не случилось с твоей фигурой, достаточно просто пробежать километров тридцать, и фигура будет как новенькая, — важно заверила девушка и съела ещё один, кажется уже четвертый, бутербродик.

— Хе-х, — усмехнулся Жон, уверенный, что она шутит, после чего повернулся к Рену, но тот не смеялся. Это несколько сбило Жона с веселого настроя. — Хе?

— Она не шутит, Жон, — с убийственной серьезностью заметил парень. — Поэтому если она пригласит тебя на пробежку, лучше откажись.

— М-кх-м, — прочавкала Нора что-то возмущённо-весело.

— Ага, — кивнул Жон, про себя подумав, что он скорее умрет, чем пробежит тридцать километров.

— «Мы в школе никогда больше трёх и не бегали, и всё равно я думал, что умру где-то на середине дистанции», — подумал он про себя, дав себе мысленную клятву всеми правдами и неправдами избегать совместных с Норой тренировок.

Но, так или иначе, а завтрак закончился и команда JNPR отправилась на выход. Было решено отправится в город, чтобы купить вещи необходимые для учёбы, а также некоторые повседневные предметы. Последнее почти целиком было нужно только Жону, что сбежал из дома налегке. Нора и Рен, по их собственному признанию, потеряли свой дом уже очень давно и всё своё привыкли носить с собой.

Хотя Пирра тоже выразила желание посетить несколько магазинов, правда уже с одеждой. Жон невольно вспомнил, как она утром отказалась вылезать из-под одеяла. Похоже, кто-то не предполагал, что будет делить комнату с парнями и теперь назрела необходимость в пижаме поскромнее.

Жон даже попытался припомнить, видел ли он Пирру во время ночевки в большом зале, но был вынужден констатировать, что не видел. Почему-то он ожидал чего-то минималистично спортивного, как у одной из его сестер.

Но Жону пришлось быстро выкинуть мысли о пижаме своей напарницы из головы, когда он вспомнил, что есть только один быстрый способ попасть в Маяк или уйти из него — полёт на булхеде. Смотря на этого стального монстра, парень очень сильно пожалел о плотном завтраке.

— Жон? — посмотрел на него Рен. — Всё хорошо? Ты побледнел.

— Понимаешь… — Жон попытался подобрать слова. — Я не очень люблю летать. Скорее даже вообще не люблю летать.

— Терпел кораблекрушение в воздухе? — с интересом спросила Нора.

— Нет… — Жон аж вздрогнул. Здравствуй новая фобия. — Меня просто укачивает.

— Ух-х, не повезло же тебе, лидер, но ведь всё не так плохо, правда? - Нора спросила с интересом, но, прежде чем он сумел ответить, в разговор вмешалась Пирра.

— Не волнуйся Жон, у каждого есть свои недостатки. К тому же я почти уверенна что теперь тебе это не грозит, — увидев, как остальная команда посмотрела на неё, Пирра продолжила. — Все ведь знают, что аура защищает охотников от ударов? Аура способна свести на нет практически любой урон, но это не единственное её преимущество. Помимо защиты аура так же пассивно лечит охотника. Те раны, которые положили бы обычного человека в больничную койку на месяц, пройдут у охотника за несколько дней. Конечно это не касается серьёзных травм. Аура не способна вернуть вам руку или глаз, аура не способна излечить смертельную рану или преодолеть действие достаточно сильного яда, однако она отлично справляется с мелкими проблемами, и чем ауры больше, тем меньше такие проблемы беспокоят охотника. И с твоими, Жон, запасами ауры укачивание тебе бояться не стоит, это точно.

— Молодец Пирра, супер! Отличная речь! Надеюсь лекции в Биконе будут такими же интересными, — Нора ответила со своей обычной энергичностью.

— Да, спасибо за интересный рассказ. Хотя тогда странно почему Жона вообще укачивает? — задал Рен вполне логичный в такой ситуации вопрос, грозящий раскрыть самый большой секрет одного из его товарищей.

К счастью жизнь с семью сёстрами научила того быстро подбирать ответы на любые, даже самые неловкие вопросы.

— Это у меня с детства. Тогда меня дико укачивало, до сих пор страшно вспоминать, так что это как...Фантомные ощущения? То есть я знаю, что мне не должно быть плохо, но от полёта меня всё ещё мутит. К тому же в последний раз мне действительно было плохо, хотя я подозреваю, что просто отравился уличной едой.

— Это всё потому, что они не продают блинчики с мёдом! Я никогда в жизни не травилась блинчиками с мёдом! Особенно теми, которые делает Рен, — влезла в разговор Нора.

Вот так, за разговорами ни о чём, команда Жона достигла стоянки булхедов и буквально пару минут спустя они отправились в Вейл.

К некоторому удивлению Жона, его действительно больше не укачивало во время полёта. Не то чтобы он не верил своему партнеру, но после стольких лет укачивания было реально сложно поверить, что больше ему это не грозит. Весь недолгий полет он вслушивался в ощущения, но желудок не спешил подкатывать к горлу и в целом короткий перелет был… комфортным.

Да, пожалуй, Жон мог признать, что без укачивания летать было очень даже приятно.

— Как себя чувствуешь, Бесстрашный Лидер? — с интересом спросила Нора.

— Неплохо, — Жон улыбнулся. — Думаю, в не последнюю очередь благодаря словам Пирры. Намного легче поверить во что-то, когда тебе об этом говорят другие, а не на основании собственных чувств.

Рен задумчиво кивнул. Он вообще был весьма тих и задумчив, в отличии от своей напарницы, которая, казалось бы, старалась шуметь за двоих, если не за всю команду. Это можно было наблюдать на протяжении всей прогулки по магазинам. Нора была везде, её было слышно повсюду.

В какой-то момент Жон даже подумал, что одна эта девушка могла выступать эквивалентом шума и суеты примерно на уровне его сестер. На этой мысли он даже проникся братским чувством к Рену, который путешествовал вместе с Норой много лет. Движимый чувством товарищества Жон положил руку на плечо товарища руку, слегка сжав её.

— Что-то случилось? — удивлённо спросил Рен.

— У меня есть сестры, как старшие, так и младшие, — пояснил блондин. — Просто хочу чтобы ты знал — я понимаю каково тебе.

— Нора не так плоха, как можно подумать, — Рен немного нахмурился.

— Я не говорил, что она плохая, и я люблю своих сестер, — Жон покачал головой. — Но понимаю каково это, жить в постоянной суете.

Рен принял это объяснение. Он не был против Норы, и ему было бы неприятно обсуждать у неё за спиной какие-либо недостатки своего партнера. Но то, как Жон поставил этот вопрос, полностью устраивало Рена. Он мог объективно признать, что иногда (часто на самом деле) Нору заносило и ему было не просто с ней.

Поэтому он примет жест лидера команды с благодарностью, особенно если это понимание в будущем будет подкреплено помощью.

Потратив несколько часов на все покупки, команда Джунипер отпраздновала этот подвиг мороженым. Так как они встали рано с утра, времени до вечера было ещё много, но в целом команда решила не тратить остаток заслуженного выходного на бесполезное шатание по городу. С завтрашнего дня начнутся занятия и к этому нужно было подготовиться. Жон немного удивился, что помимо формы и учебников студентам Бикона полагались ещё и патроны, но такова была специфика охотников на обучении.

Помимо общих дел были и личные. Жона всё ещё ждал звонок матери, Пирра хотела потренироваться, Нора и Рен тоже имели планы. В любом случае команда единодушно решила возвращаться в Бикон, благо, что у них есть все шансы успеть на обед.

Тем удивительнее, в виду приближающегося времени обеда, было прийти обратно на стоянку и встретить там команду RWBY, что только собиралась выйти в город.

— Привет, Жон! — радостно помахала ему рукой Руби, что вместо корсета одела на себя спортивную кофту с парой напульсников.

— Серьезно, Тошнотик? — фыркнула Янг, прежде чем Жон успел открыть рот. — Сначала кроличья пижама, теперь худи с кроликом?

— Это толстовка, — фыркнула Вайс.

— Ой, да какая разница? — Янг только глаза закатила.

В отличии от Руби, её сестра была одета примерно так же как на посвящении, за исключением пары неясных мелочей. Янг любила добавлять кучу деталей в свой образ, меняя только отдельные его элементы. И сегодня на первый взгляд в глаза бросалось только одно отличие в виде топа белого цвета заместо жёлтого.

— Зачем спрашивать, если тебе не интересен ответ? — буркнул Жон, которого благополучно проигнорировали. Янг и Вайс полностью сосредоточившись друг на друге и своём споре об одежде. — Привет, Руби, собрались в город?

— Ага! — ответила она со своим неизменным оптимизмом. — Мы собираемся купить двухъярусные кровати.

— А так можно было? — тут же вмешалась Нора.

— Только если мы сами их купим, — чуть погрустнела Руби. — Точнее Вайс купит.

— А мы? — Нора повернулась к Жону. — Мы купим себе крутые кровати?

— Не думаю, что мы можем себе это позволить, — Жон слабо себе представлял, сколько стоит мебель, но помнил, что отец всегда жаловался на дороговизну даже самого последнего табурета, который был сломан совместными усилиями восьми детей.

К некоторому удивлению лидера команды Джунипер, Нора не стала спорить, приняв его ответ. Похоже, её склонность к вечной суматохе и шкодливая натура, а может что ещё, в своё время попросту не оставили места избалованности.

— Зачем, кстати, вам другие кровати? — Жон решил перевести тему, так как ему было не очень приятно признавать при всех, что у него на руках немного денег. Скорее даже мало денег, если говорить на прямоту. — Нам достались весьма удобные кровати.

— Нам просто не хватает места, — Руби пожала плечами, оглянувшись на прекративших свои препирательства Янг и Вайс, а также стоящую с книгой в руках Блейк.

— В смысле? — Жон непонимающе моргнул.

— В смысле, что девушка не путешествует с одной только сумкой, Арк, — буркнула Вайс, первой отправившись к быкоглаву, показывая, что разговор окончен.

— Не боитесь пропустить обед? — аккуратно спросила Пирра. Поведение наследницы Шни показалось ей грубым.

— Перекусим в городе, — пожала плечами Янг, также проходя мимо.

Жон про себя определил команду Руби как довольно расточительных особ и решил не заморачиваться. Если у них есть лишние льены, то это их дело, куда они эти деньги денут.

— Удачи, — кивнул он.

— Ага, пока Жон, — Руби помахала ему рукой и побежала вслед за сестрой.

Блейк прошла за своими товарищами молча.

— Какие-то они… — Пирра попыталась подобрать слова, но была перебита Норой.

— Грубые, — жизнерадостная девушка нахмурились.

— Руби была достаточно приветлива, — Жон решил защитить свою первую подругу в академии.

— Только она, — Рен был внешне спокоен, но при этом поддерживал мнение Норы.

— Может быть у них что-то произошло? — Жон не привык кидаться обвинениями, всё же мама всегда учила его быть приветливым и не думать про других людей плохо.

— Может быть, — Пирра кивнула. — Давайте тогда не будем забивать себе голову этим.

— Действительно! — Нора радостно воскликнула. — Нас ждёт обед! Как думаешь, Рени, у них будут блины на обед?

— Сомневаюсь, — хмыкнул Жон вместо Рена.

И, забегая вперёд, он оказался неправ. Бикон как будто специально строился для Норы, блины с кленовым сиропом, или, как они указаны в меню, завтрак номер два, были в меню постоянно. Разве что во время обеда и ужина они из завтрака превращались в десерт номер два.

После обеда все разошлись по своим делам. Лично Жон остался в комнате команды и с лёгкой улыбкой взял в руки свиток. Ему даже не нужно было лезть в книгу контактов, достаточно было зайти в историю вызовов и выбрать самый верхний контакт сразу с десятками пропущенных вызовов. Сейчас, когда он уже поступил в академию, прятаться от семьи не было смысла. А вот получить заслуженный нагоняй за побег из дома самое время.

Короткие гудки и вот трубку сняли. Жон поспешил поздороваться.

— Привет, мама…

Глава 3

Это был долгий разговор. Были и упрёки, и слезы, его мама и сестры отвели душу за все те дни переживаний, когда он не выходил на связь. Жон стоически вытерпел все эти нападки и клятвенно пообещал звонить и приехать домой на каникулы.

Но вот, когда закончился первый, традиционно самый напряжённый день в Маяке, Жон и команда приготовились отходить ко сну.

Блондин как и в первый день заснул почти сразу, стоило голове только упасть на подушку. Что было несколько необычно для его привычки часто ворочаться на новом месте. Ах да, удивиться этому факту Жон смог уже открыв глаза, будучи совершенно бодрым, как будто бы и не было целого дня ходьбы по магазинам, и постепенно осознающим, что лежит отнюдь не на собственной кровати.

Вместо неё он лежал на земле, а с боку от него чувствовался сильный источник тепла, словно от стоящей вплотную печки или костра. Мигом поднявшись, Арк поспешил оглядеться и замер. Это был тот самый зал в котором он разжёг костёр, и тепло исходило как раз от этого костра, а это значит…

Жон сглотнул и с некоторой опаской посмотрел на дверь, но после секундного колебания решительно пошёл вперёд. В конце концов, это всего лишь сон, что с ним может здесь случится?

Подбадривая себя этими мыслями, он снова распахнул дверь, и также как в прошлый раз услышал звук тяжёлых шагов, приближающихся со стороны балкона. Только теперь Жон знал, чего ждать от вскоре плюхнувшегося сюда монстра, а потому сразу рванул к двери и побежал вниз по лестнице, тщательно сверяя шаг со ступеньками. Затем, спустя всего несколько секунд, сзади раздался звук удара металла о камень. Обернувшись, юноша увидел напрочь перекрывшую выход с арены решётку.

Ну да, ну да, конечно же она простаивала здесь Братья знают сколько и дожидалась только того, чтобы он прошёл через дверь.

Покачав головой, Жон мельком подумал о том, что нужно меньше играть в коридорные игры, а то их иногда не слишком логичные ограничения уже проникают в его сны. Но спустившись с лестницы, у самого спуска, ему попалась ещё одна странность в виде меча и кучки пепла, прямо как во дворе. Но странность была не в этом, она была в том, куда был воткнут сам меч. Он торчал буквально из середины каменного блока. Жон с сомнением подошёл к мечу и взялся за рукоять, пробуя вытащить его. Однако клинок не сдвинулся ни на миллиметр. Вместо этого по нему побежали языки пламени, в мгновение ока зажёгших и меч, и пепел под ним. Сглотнув, Жон достал свой меч из ножен и разложил их в щит. После первого костра его ждал тот огромный монстр, что будет ждать после второго?

Оглядевшись, он увидел слева от него ещё один проход. Осторожно подойдя к нему и выглянув за угол, он увидел длинный коридор и смог смутно различить человеческий силуэт, стоящий в другом его конце. Щит он старался держать так, чтобы им удобнее было прикрываться от возможной атаки. Осторожно выйдя из-за угла, молодой охотник сразу же убедился в полезности здоровой паранойи, так как буквально через секунду после того, как его заметили, в поднятый щит со звоном прилетела стрела. Жон немедленно поспешил отойти обратно за угол и, выждав несколько гулких ударов сердца, выглянул, чтобы увидеть, не идёт ли к нему таинственный стрелок?

Убедившись, что стрелок к нему не пойдёт, Жон решил сам идти к нему. Укрывшись за щитом, он вошёл в коридор и аккуратным шагом начал приближаться к своему противнику. Бежать он не рискнул, здраво опасаясь бежать в тёмном коридоре, на полу которого было слишком много мусора для риска споткнуться и ударить в грязь лицом, причём буквально. К тому же, в открытых с обоих стен камерах могли ждать в засаде другие одержимые. Их, вот так удача, не нашлось, но вот, после двух попавших в щит стрел, третья попала Жону в ногу. Ранения не было, аура защитила, хотя удар он всё же почувствовал и от неожиданности припал на колено, полностью скрывшись за щитом, заодно испачкав джинсы. Для лучника это послужило неким сигналом, Жон услышал шаги, но, к его удивлению, они удалялись. Значит, лучник убегал. Сказать по правде, это немного удивило несчастного сновидца. Разве гримм бегут? Или может засада как раз подготовлена впереди и его как раз пытаются заманить в ловушку?

Слишком погрузившись в свои мысли, он-таки почти споткнулся обо что-то. Этим чем-то оказалось тело иссохшей мумии, выглядевшей так, как будто из тела выкачали все соки, и это было не единственной вызывающей дрожь находкой. В спине тела торчал топор.

В начале Жону такое показалось странным. Какова вероятность того, что посреди коридора в древней не то крепости, не то тюрьме будет лежать тело с воткнутым в него топором, который никто не попытается вытащить? Он нахмурился и, подойдя к телу, положил меч на землю и вырвал топор.

— Ну и что мне с ним делать? — спросил он у прохладного ветра.

Его и меч вполне устраивал, а этот старый топор он даже и деть никуда не сможет. Стоило Жону об этом подумать, как топор окутало белое сияние его ауры и тот исчез, а сам он внезапно понял, что может призвать его себе в руку в любой момент… Это снова заставило его вздохнуть. Реально, Жон? Сначала очень удобно закрывающиеся за твоей спиной двери, а теперь ещё и инвентарь. Что дальше, прокачка характеристик и магия? Его сон всё больше напоминал одну из игр, в которые он играл, но, отогнав от себя эту некстати пришедшую мысль, юноша снова пошёл вперёд.

А впереди была довольно крутая лестница, Жон осторожно начал по ней подниматься, но не успел он полностью подняться как возле него снова просвистела стрела, последние ступеньки он перепрыгнул и теперь уже быстрым шагом пошёл на сближение, на этот раз стрелок не стал убегать, лишь успел ещё один раз выстрелить до того, как меч Жона перерубил его лук, после он попытался повторить один из приёмов которые он подсмотрел во время тренировок своего отца, он ударил тело по лицу щитом, а нанёс удар в живот, чего он не ожидал так это того, что меч войдёт в плоть по самую рукоятку, а одержимый кинется на него не обращая на смертельную рану никакого внимания. Он едва успел прикрыться от того щитом и сделал первое что пришло ему в голову: Жон толкнул грим к стене, упершись кончиком меча в каменную кладку, после чего щитом буквально столкнул полуистлевшее тело с лезвия и отступив на несколько шагов. Чтобы как-то утихомирить подавшегося вслед за ним монстра он вновь ударил, на этот раз стремясь разрубить. Вот только стена, что только что была помощницей Жона, теперь помешала ему, кончик лезвия напоролся на неё, не дав разрубить ходячий труп дальше чем до половины груди. Чего Жон не учёл, так это того, что его меч банально застрянет в костях и ему потребовалось значительное усилие, чтобы вырвать его обратно. Непонятная тварь при этом не спешила умирать игнорируя уже вторую смертельную для человека рану. Похоже, придется менять тактику.

Когда его противник в очередной раз дёрнулся с явно не хорошими намереньями, Жон отступил и, поймав противника в движении, ударил того эфесом своего меча в висок, повалив таки тварь на землю, после чего проткнул её череп. Лишь краем сознания Жон отметил что тот поддался слишком легко для кости, особенно по сравнению с довольно крепкими ребрами, обращая больше внимания на вновь появившееся чувство тепла разливающееся по телу и вновь засиявшую на несколько мгновений ауру и почему-то Жон не мог не сравнить это с банальным набором опыта. Уже не удивляясь вывертам своего сознания он поднялся и посмотрел на пелену тумана которая закрывала ему путь.

Подойдя к дверной арке он осторожно коснулся стены тумана кончиком меча от чего она тут же рассеялась показав такие же серые коридоры. Увидев перед собой развилку он решил в начале пойти на право и увидев два пути, вниз и на верх он решил попробовать спустится вниз, в конце концов если его сон следует игровой логике то возможно там что-то спрятано? Но убедившись что там ничего нет, лишь пустая комната, которую он тем не менее осмотрел, Жон повернул обратно. Но начав подниматься он услышал странной звук, как будто на него катится огромный камень, не желая проверять так это или ему кажется Жон спрыгнул на нижний уровень лестницы, к счастью высота там была не большая и он не вывернул себе лодыжку этим кульбитом. И к его счастью он отпрыгнул как раз вовремя, по лестнице прокатился гигантский шар который пронёсся мимо замершего Жона и пробил стену напротив лестницы. Жон с облегчением выдохнул, не смотря не на что он действительно не хотел второй раз проснуться из-за чего-то настолько глупого, как штамп из старых фильмов про расхитителей гробниц, пусть этого никто и не узнает.

Обернувшись он увидел что камень не просто врезался в стену, тот буквально пробил её насквозь оставив на месте столкновения облако пыли. Подойдя к тому месту где раньше была стена Жон понял, что там было не просто пустое пространство, а коридор, причём не пустой как он подумал изначально, немного правее того места куда врезался камень Жон увидел ещё одно тело, на этот раз лежащее в куче обломков, только в отличии от всех других кого он видел этот человек был одет в то, что могло бы быть бронёй кого-то из рыцарей Королевства Вейл. Полные латы, шлем полностью скрывающий лицо, а так же развороченная левая часть тела, с осколками щита и брони вокруг. Подойдя чуть ближе Жон так-же заметил лежащий рядом с ним простой полуторный меч. В отличие от большинства охотников, которых он видел, этот неизвестный носил старинную броню и простое оружие не участвуя в стандартном, как уже понял Жон, соревновании охотников по сборке какого-то странного гибрида вместо оружия. Слишком погружённый в свои мысли он на секунду перестал следить за окружением, и именно этот момент выбрал рыцарь чтобы заговорить.

— Приветствую тебя путник. Я уже и не надеялся, что здесь остался кто-то разумный, — голос рыцаря звучал одновременно хрипло и как-то булькающе, как будто кто-то говорил в то время как его лёгкие были наполнены водой. — Но кто ты и откуда, я не узнаю герб что изображён на твоём щите.

Жон на секунду замешкался не понимая почему незнакомец уделил такое внимание его семейному гербу, но всё же решил проявить вежливость и ответить.

— Здравствуйте, сэр, я Жон, Жон Арк из Вейла, — ему казалось что когда он назвал свою фамилию из рыцаря вырвался облегчённый выдох, хотя, быть может, несчастный просто пытался дышать глубже. Наконец выйдя из некоего оцепенения Жон решил подойти ближе. — Скажите, я могу вам помочь? Я вижу вы ранены и…

Он не смог договорить, так как его прервал булькающий смех

— Ох, поистине Небо послало мне тебя чтобы я мог спокойно уйти из жизни. Не только благородный человек, но и собрат-рыцарь. Послушай друг мой, мне уже не помочь, я потерял свою человечность и когда моя нежизнь, наконец, прервётся я пополню ряды полых, безумных монстров с которыми когда-то поклялся бороться. Это не та судьба которой я хочу… Это не судьба рыцаря. Прошу тебя… прерви мою жизнь, а после забери мой меч, свет моей души, фляжку с эстусом и обломки щита… это всё что я могу тебе дать. А потом… потом убей того демона, это всё о чём я тебя прошу, — увидев как Жон пытается возразить неизвестный с усилием поднял руку перед собой. — Не стоит волноваться, мой друг, единственное чем ты можешь мне помочь это дать достойную смерть, остальное тебе не по силам.

Увидев колебания юноши тот продолжил с мольбой

— Прошу, не оставляй меня здесь, в темноте и одиночестве из-за страха запятнать руки кровью того, кто ещё способен ясно мыслить.

Его слова заставили Жона вздрогнуть. Провести неизвестное количество времени в одиночестве истекая кровью и не в силах ничего сделать? Это действительно была ужасная судьба, которой он не пожелал бы даже злейшему врагу. Поэтому кивнув головой и вновь напоминая себе что это всё сон он подошёл к рыцарю сняв с него шлем. Под ним оказалось вполне обычное, хотя и крайне измождённое лицо покрытое щетиной. В целом человек перед ним был вполне обычным, короткие каштановые волосы, коричневые глаза, ничего, что Жон мог бы назвать примечательным. Тот лишь слабо кивнул на его действия.

— И перед тем как ты оборвёшь мой земной путь запомни моё имя… я Оскар из Асторы, верный рыцарь Короля. Если ты встретишь кого-то из моих собратьев скажи им что я до конца исполнял свой долг, — после того как он увидел кивок Жона Оскар слабо похлопал себя по бедру. — Возьми это, я не хочу, чтобы мне отрубили голову как какому-то преступнику.

После его слов Жон увидел что на бедре у того был длинный, но узкий кинжал, из мыслей его вновь вывел голос Оскара.

— Не трусь, друг мой, мизерекорд не зря называют «Кинжалом милосердия», а для меня окончательная смерть будет именно милосердием. Но сначала сними с меня перчатку, и сожми мою руку. Ударишь под подбородок, когда я откину голову, но не раньше. Ты меня понял?

Жон скованно кивнул. Пусть это был сон, но сама ситуация буквально вымораживала изнутри.

— Все мы вышли из Пламени и все вернёмся в прах, Так услышь мою просьбу и встань на защиту слабых и бедных. Я клялся отдать последнюю искру дабы возжечь Пламя. Я порву цепи бытия дабы на веки остаться в памяти Богов, так откликнись на мой зов, чтобы я мог обрести покой, — по мере того как Оскар продолжал говорить Жона вновь окутало то странное ощущение которое он впервые испытал во время инициации, когда Пирра открыла ему ауру. И как и после инициации его аура сияла на протяжении всей арии как будто отвечая на слова рыцаря.

Когда тот закончил говорить и откинул голову назад, Жон надавил на рукоять кинжала, загнав граненное лезвие в плоть рыцаря на всю длину, и тут же отшатнулся от него. По факту сейчас он казнил человека, пусть тот и был по его же собственным словам обречён, пусть вокруг и был лишь сон, но даже так, в момент удара он почувствовал как у него внутри всё сжалось. Но Жон не успел как следует обдумать всё это, как его аура вспыхнула. Это было не так, как при убийстве тех грим что вселились в трупы людей, в этот раз эффект был намного, намного сильнее. Если раньше это можно было сравнить с щепками что летят в ярко пылающий костёр почти сразу сгорая, то на этот раз в костёр положили несколько толстых поленьев. Аура Жона вспыхнула как при инициации, залив светом коридор в котором он находился, а перед его глазами начали проноситься видения, места в которых он никогда не был, люди которых он никогда не видел и бои в которых он никогда не участвовал, большая их часть оставалась лишь очередной картинкой в калейдоскопе, но некоторые вещи выделялись из этой череды:

Вот он-Оскар, ещё совсем юным мальчишкой тренируется под надзором у рыцаря которому тогда служил оруженосцем с одним из его солдат. Он пытается не разочаровать своего наставника, пытается выполнять все команды, но его противник превосходит его во всём, в силе, в опыте, в навыках. И вот наступает момент когда юноша не смог отразить очередной финт ветерана и его тренировочный меч вновь был выбит из его руки, как и на десятках тренировок до этого. Он со стыдом склоняет голову молчаливо обещая себе что в следующий раз он будет тренироваться ещё усерднее и точно победит.

Вот его первая битва, он вместе со своим наставником и его копьём идут в бой, на этот раз их противниками были не бандиты или солдаты другого королевства, на их земли пришла новая напасть, мёртвые начали вставать из могил чтобы напасть на живых, мгновение спустя образ переносится в гущу битвы: Оскар и ещё два десятка человек сражаются изо всех сил, но этого не достаточно, мёртвых не берут ни копья, ни арбалетные болты, и вот уже пару минут бешенной рубки спустя отряд сократился до всего пяти человек. Ушло из той деревни только трое, Оскар, рыцарь у которого он обучался и десятник, тот самый мужчина с которым он когда-то так часто тренировался. Тогда все трое гнали лошадей во весь опор чтобы быстрее успеть к замку и уже оттуда послать гонца в город, если честная сталь здесь бессильна то лишь вера сможет их защитить. Именно на той дороге измученный Оскар поклялся себе стать тем, кто защитит слабых, тем, кто предотвратит трагедии, подобные этой.

Третье воспоминание отличалось от первых двух: Впервые Оскар не сражался, тот стоял посреди прекрасного храма, с колоннами вырезанными из белого мрамора и витражами показывающими образы храбрых рыцарей повергающих что-то, в чём Жон смог опознать драконов. Тогда к нему-Оскару подошёл седой старик в богатой, с золотой вышивкой белой мантии и заговорил мощным, буквально излучающим силу голосом.

— Приветствую, сын мой, — кивнул старик.

— Патриарх, — Оскар склонился в поклоне. Ритуал, был хорошо известен, Оскар ждал этого дня и буквально репетировал каждый свой шаг.

— Кто ты, юноша? — Оскар не сомневался, что Патриарх знал, кто он такой, но ритуал был установлен очень давно и соблюдался неукоризненно.

— Я слуга ордена, — последовал смиренный ответ.

— Ты родился слугой?

— Нет, — Оскар отвечал твердо и торжественно. — Я выбрал этот путь.

— На колени! — голос Патриарха налился особой силой. Оскар подчинился, преклонив одно колено, но не опуская головы, держа шею ровно. Патриарх начал говорить положенную по ритуалу фразу. — Будь бесстрашен перед своими врагами! Будь храбр и всегда ходи прямыми путями! Говори правду и только правду, даже если это угрожает тебе смертью! Защищай слабых и бедных! Клянешься ли ты в этом?

— Клянусь! — от волнения Оскар буквально выкрикнул свой ответ.

— Прекрасно, — Патриарх улыбнулся и тут же нанес хлесткий удар тыльной стороной ладони Оскара по лицу. — А это чтобы ты помнил свою клятву. Встань, сэр рыцарь!

Четвёртое воспоминание вновь погрузило его в битву, и вновь это была нежить, как и во втором воспоминании, только теперь ситуация разительно отличалась, вместо одного рыцаря с оруженосцем да нескольких крестьян ожившим мертвецам противостоял отряд настоящих рыцарей, пусть и пеших. Полтора десятка человек в одинаковой броне и с одинаковым оружием, в такой же броне и с такими же как и у Оскара мечами как про себя отметил Жон без колебаний шли в бой против сотен мертвецов, и к его огромному удивлению рыцари прорубались сквозь тех как будто их противником была не почти бессмертная нежить, а обычные крестьяне взявшиеся за вилы и бандиты едва умеющие обращаться с оружием. Мечи рыцарей как будто бы светились странным, потусторонним светом, и он не мог не сравнить этот свет со светом ауры. И нежить падала, падала от ударов, что, как он уже успел убедиться никак не могли их убить. Однако же рыцари как герои из детских сказок продолжали убивать восставшие трупы пока те, наконец, не кончились. Когда битва наконец закончилась один из рыцарей повернулся к нему

— Ты прекрасно справился брат Оскар, я верю что ты станешь рыцарем достойным того, чтобы о тебе слагали легенды.

И вот красочный калейдоскоп что без конца мелькал перед глазами Жона, наконец, рассеялся и он обнаружил что всё ещё сидит перед остывающим телом Оскара сжимая кинжал побелевшими от напряжения пальцами и невидяще глядя перед собой. Но вот он смог сбросить странное наваждение и тряхнув головой подошёл к телу рыцаря. Он не смог сдержать вздрагивания когда увидел что его доспехи были залиты кровью, однако он решил что всё же должен исполнить его последнюю волю. Он вытащил из-под обломков куски щита сложив его как мозаику, просто чтобы удостовериться что забрал всё, отцепил от пояса Оскара странную, богато украшенную флягу с тем, что как он подозревал было эстусом и наконец спустя несколько секунд колебаний он всё же решился взять меч. И пусть тот и не лежал в руке как родной, но Жон всё ещё мог почувствовать от него странную силу, он буквально чувствовал как его Аура пропитывает меч. Возможно это и был секрет столь простого упокоения этой нежити? Может эти мечи были сделаны из особого метала и созданы специально для борьбы с гейстами что вселились в различные предметы или тела людей? Но если это так, если для борьбы с этим понадобилось создавать особое оружие то насколько-же это было распостранено?

Как и в случае с топором до этого, меч Оскара и расколотый щит исчезли в свечении Ауры. И снова это странное чувство, Жон точно знал, что он спрятал таким образом и чувствовал, что может позвать обратно в любой момент. Покачав головой на этот выверт сознания, Жон ещё раз посмотрел на труп рыцаря, человека которого он убил собственными руками.

Это было жутко, но куда хуже было поселившееся в разуме уверенность, что он поступил правильно. Жуткое ощущение, оправдывать чужую смерть тем, что это просто «правильно».

— Спи спокойно, брат Оскар, — вздохнул Жон, произнеся фразу, пришедшую ему на ум. — Твой меч ещё послужит делу ордена.

Оставив погибшего рыцаря он огляделся. Увидев что этот коридор завален намертво и больше никуда не ведёт он развернулся и вышел из пролома. После секундных размышлений Жон решил пойти вверх по лестнице, даже если там ничего не найдёт ему было банально интересно есть ли там что-то помимо ловушки? Вдруг её там поставили чтобы что-то защищать? С такими мыслями он пошёл вверх покрепче сжав свои меч и щит. Но сверху не было ловушки, лишь очередное одержимое тело. Только этот грим как и положено ему подобным кинулся на него как только увидел, и как и его предыдущий враг он не был безоружен, только теперь вместо лука в руках одержимого был ржавый меч. Увидев как тот бежит к нему Жон решил проверить свою теорию, когда грим был рядом с ним и уже замахнулся мечом он отошёл в сторону, а после со всей силы огрел эфесом по спине начавшего заваливаться вперёд врага, и тот как и положено в таких ситуациях упал и покатился по лестнице вниз. Жон вздрогнул представляя сколько костей сломает при таком спуске обычный человек, но секунду спустя он вновь убедился в неестественности существа перед собой: Тот не только выжил, но и вновь кинулся на Жона, пусть его движения и стали ещё более дёрганными.

Отбросив в сторону размышления на тему неестественности нежити Жон убрал Кроцеа Морс в свой «Инвентарь» и достал меч Оскара. Он видел как эти мечи убивали нежить словно те были простыми людьми и хотел подтвердить или опровергнуть увиденное. И вот когда его противник практически поднялся на его уровень Жон ударил, он совершил выпад, слишком глубокий и медленный как отметила небольшая его часть. Он ударил в грудь, примерно в то место, где должно находиться сердце, и вновь его меч прошёл между рёбер, только на этот раз дальнейшие события пошли по другому, вместо того, чтобы попытаться наброситься на него одержимый осел на его мече как будто он пронзил им простого человека. От пришедшей на ум аналогии Жон вздрогнул и отшатнулся выдернув не застрявший на этот раз меч. После нескольких глубоких вздохов он достаточно успокоился чтобы заметить одну примечательную вещь, с другой стороны от лестницы была дверь, двери из-за которой виднелся дневной свет. Улыбнувшись он быстрым шагом направился к ней.

В коридоре больше не было ни ловушек, ни противников, а потому он спокойно вышел из подземелья на какую-то площадку и огляделся. Он был в каких-то руинах, возможно это была какая-то крепость? Или может быть тюрьма? Место ведь было подходящее, это место находилось в долине которая была окружена высокими, возможно даже непроходимыми горами. Но ему к несчастью не дали долго осматриваться, слева от него послышалось рычание и звуки шаркающих шагов. К счастью он вовремя повернулся к новому противнику и принял его неуклюжий и откровенно слабый как успел про себя отметить Жон удар на щит. После он вновь использовал уже хорошо себя зарекомендовавший укол, только на этот раз он целился не в сердце, а в живот, он хотел посмотреть насколько эффективен его новый меч. Как оказалось он всё ещё довольно эффективен, хоть нежить и не была убита с одного удара, но его ноги подогнулись и противник Жона упал на колени только за тем, чтобы мгновением спустя быть обезглавленным. Про себя отметив ещё одну вспышку своей ауры, пусть и на этот раз более слабую он увидел что слева от него находится проход по которому к нему идёт ещё один противник. Уже более уверенный в своих силах он подошёл и отбив щитом неуклюжий выпад обезглавил его. Только на этот раз не успел он порадоваться победе, как в его грудь попала стрела, и хотя она не была опасной, аура и броня защитили бы его и от большего неожиданная опасность заставила его сердце биться быстрее.

Он укрылся за щитом и быстро приблизился к стрелку, к счастью пол под ним был довольно ровным и пока он накладывал на тетиву новую стрелу Жон ударил того наотмашь по шее. С неприятным звуком меч перерубил живому мертвецу шею упокоив того. Выдохнув и оглядевшись Жон увидел арку прохода и новую стену тумана. После секундных колебаний он пошёл к свободному от тумана проходу, посмотреть что за ним он сможет и позже, хотя Жон должен был признать что ему было довольно любопытно.

За аркой прохода скрывалась пустая комната где был ещё один противник, только этот выглядел куда как опаснее предыдущих. В отличие от них у него была броня, хоть та и находилась в довольно плачевном состоянии, его меч выглядел куда лучше, а во второй руке он держал щит, и на этот раз Жон решил действовать осторожнее, и это оправдалось, после трёх ударов которые он без проблем принял на щит, хоть те и были сильнее чем у предыдущих противников, он сделал пробный выпад который пусть и с трудом, но был отведён в сторону и лишь чиркнул по броне нежити, а вот его следующее действие удивило юного охотника: вместо того чтобы вновь попытаться ударить его мечом чего Жон как раз и ожидал тот с размаху врезал ему щитом по лицу, к счастью аура спасла его от серьёзных травм или оглушения, но он всё равно отшатнулся из-за неожиданности и боли. К счастью его противник попытался проделать то же, что и в прошлый раз и Жон успел закрыться щитом, и вновь после трёх ударов была пауза, но теперь он не опустил щит, а вместо этого наоборот сам врезался в нежить щитом оттолкнув его и заставив взмахнуть руками в попытке восстановить равновесие из-за чего он открылся и не смог парировать удар Жона, тот ударил его чуть ниже рёбер разрубив практически до позвоночника и вновь ударил щитом опрокинув того на спину. После повинуясь неясному ощущению он убрал меч в инвентарь и достал оборвавший жизнь Оскара кинжал. Секунду спустя он навалился сверху на своего противника и кинжалом пробив его висок, после чего тот дёрнулся в последний раз и затих окончательно. И в очередной раз он почувствовал приток сил, и возможно это было самовнушение, но ему показалось что на этот раз тот был немного сильнее. После он снова убрал кинжал и отойдя от тела привалился к стене переводя дыхание.

Бой вымотал его не столько физически, сколько морально, если даже полусгнившие тела уже являются для него если и не опасностью, то по крайней мере препятствием то как он собирается бороться с тем гигантом? Или с группой таких мечников? Что тогда? Но он смог довольно быстро отогнать подступающую хандру, в конце концов у него есть аура, у него отличное снаряжение, он охотник в конце концов! Разве могут ему помешать какие-то одержимые трупы? Решив для себя что нет, они его не остановят он закончил сеанс самомотивации и поднялся с пола и огляделся, единственная дверь которая по всей видимости вела в глубь замка отказывалась открываться и решив, что, в крайнем случае, он её сломает Жон развернулся и пошёл к стене тумана. Раз уж его сон следует логике видеоигр то возможно там будет обходной путь?

Пройдя через туман Жон заметил что тот не рассеялся как в прошлый раз, более того, когда он попытался отойти то обнаружил что туман не пропускает его обратно, как будто его спина упирается не в невесомое марево, а в каменную стену. Оглядевшись он понял что стоит на каком-то балконе, а под ним… Он сглотнул ставшую внезапно вязкой слюну… Обходной путь? Отличный обходной путь Жон! Теперь ты в комнате босса! С высоты он мог видеть тот самый двор и ту самую дверь которая закрылась за ним когда он прыгнул на лестницу. Осторожно подойдя к краю балкона он увидел того самого гигантского монстра что заставил его бежать прошлой ночью. Переход с полусгнивших тел к гигантским монстрам показался ему слишком резким, хотя возможно всё не так страшно как он думает? Все его надежды вылетели в трубу когда Жон понял что существо заметило его и вместо того, чтобы ждать снизу решило само прийти к нему. И когда оно распахнуло крылья и подпрыгнуло Жон с боевым кличем, а это был именно боевой клич, а не визг застигнутой за переодеванием школьницы, кинулся к краю балкона, и успел он туда как раз когда монстр ударил по платформе. К счастью тот был достаточно близко к ней, чтобы Жон упал прямо на него, и не просто упал а вонзил меч ему в шею оставив на той страшную рану. Но не успел он порадоваться своему успеху как бьющийся в беспорядочных судорогах демон в начале приложил его о стену, а потом и вовсе скинул, но на этом его неудачи не закончились. Едва он успел подняться как тварь с яростным рёвом обрушила на него свой молот пробив им колонну и откинув практически в другой угол зала.

Однако именно это позволило ему выжить. Огромный объём ауры позволил ему отделаться несколькими сломанными рёбрами там, где от обычного человека или не слишком сильного охотника осталось бы только пятно. Демон же не только ослеплённый болью и яростью, но и постоянно слабеющий из-за потери крови, что потоком выливалась из раны которую он сам же и расширил отшвырнув Жона. Монстр даже не подумал о том, чтобы проверить свою жертву, он просто бесновался в зале пока не истёк кровью. Сам Жон всё это время лежал в куче щебня чувствовал себя довольно странно, при попытке пошевелиться он практически чувствовал как движутся обломки его рёбер и ощущал от этого сильнейший дискомфорт, однако не было той боли которая должна была прийти за переломами, это было просто неприятно. И хотя он мог встать и возможно даже сражаться в таком состоянии Жон благоразумно решил этого не делать, ему повезло один раз, им пробили колонну, а не размазали об пол, второй раз монстр может и не допустить такой ошибки. Однако то, что он не пошёл в бой не значит что он вообще ничего не делал, он вспомнил что Оскар помимо меча и щита особенно выделил флягу с неким «Эстусом» что бы это не было. Достав флягу из своего инвентаря он открыл её и принюхался. Он не мог точно сказать чем это пахло, возможно какими-то специями? Поднеся флягу к губам он сделал осторожный глоток, за ним второй, а после и третий. Лишь после этого он смог остановиться. И он сразу понял почему ему сказали забрать эту фляжку, всего после трёх глотков он чувствовал себя просто прекрасно, больше не было ощущения движущихся осколков в груди, практически как тогда, как во время отдыха у костра.

В отличии от Жона, который после Эстуса, чувствовал себя просто прекрасно, демон слабел всё больше и больше. Глубокая рана на шее совсем его ослабила, так что он плюхнулся на свою огромную задницу и уже тяжело дышал, издавая сипы и бульканье. Тварь заметила движение Жона, когда он пил, но подняться и подойти уже не могла.

«Надо добить», — всплыла в голове Жона четкая мысль и он даже начал подниматься с обломков колонны и каких-то горшков, как остановился и задумался.

Добить чудовище и правда было прекрасной идеей, просто замечательной на самом деле, но есть одно но, этот Недогримм, которого Оскар назвал демоном, так и не выпустил свой чудовищный молот из лапок. И подходить к нему на расстояние удара Жону не хотелось от слова совсем, но на его счастье этого и не потребовалось, всего минуту ожидания спустя тот всё же умер от потери крови, и только тварь перестала дышать как Жона вновь окутал свет, его аура снова сияла как тогда, когда он убил Оскара, и как и тогда его наполнило ощущение силы. Было ощущение что он может буквально свернуть горы, к счастью он в зародыше задавил такие фантазии, он помнил ощущения от движущихся в груди рёбер, и только невероятно малая, можно даже сказать нулевая чувствительность к боли позволила ему спокойно перенести такую рану, в ином случае он бы сейчас катался по земле завывая от боли. Хотя, возможно раз то чувство «Повышения уровня» так похоже на эстус то он бы исцелился? Впрочем проверять это ему всё равно не хотелось. После смерти его противника он уже хотел уйти с этой арены, но его остановило странное чувство, он буквально нутром ощущал что должен подойти к твари и что-то у неё забрать. И он не стал противиться этому чувству.

Подойдя к этому «Демону» Жон не знал что он должен делать, он всей душой хотел получить что-то, но не знал как это достать, даже к чему его так тянет он не знал, но вот мгновение спустя он получил ответ на один из своих вопросов, когда он неосознанно потянулся к телу монстра над его рукой начал сгущаться чёрный туман, или может дым. Вот секунду спустя он собрался в какую-то фигурку как будто сделанную из золы или угля. Жон не знал что находится у него в руке, однако он неосознанно хотел владеть этим, как будто он держал в руке давно потерянным памятный предмет.

Фигурка была теплой на ощупь и как будто текла в его руках. Жон никак не мог уловить очертания этого предмета. Вроде похоже на изображение человека, но что это за человек, мужчина или женщина, во что одета фигура и одета ли вообще, было решительно не понятно. При этом Жон был готов поклясться, что фигурка не была гладкой и безликой, она точно что-то изображала.

В попытках распознать фактуру и образ этой странной вещицы, Жон выяснил ещё одну её особенность. Непонятное чёрное образование в форме человечка было довольно-таки хрупким и рассыпалась в пальцах с такой лёгкостью, будто было слеплена из влажного песка.

Аура Жона, уже в который раз за сегодня, вспыхнула, но теперь это было не ощущение силы. Нет, скорее уж он почувствовал в себе странное изменение. Аура будто стала плотнее и гуще. Но толком разобраться в этом чувстве Жон не успел, его накрыло новое видение, и теперь были отличия, чем когда Оскар отдал ему свою душу. Вместо наблюдения со стороны, его голова вдруг наполнилась мыслями, образами и чувствами.

Он вспомнил, как Оскар пал в битве. Это было очень странно, ведь совсем недавно Жон сам убил его, но после все прояснилось. В какой-то момент Оскар воскрес на месте свой гибели. Воскрес и заплакал. Дальше Жон узнал о проклятии нежити и темной метке на спине всех тех, кто просто не может умереть, раз за разом восставая недалеко от места гибели или у особых костров, что были созданы богом света Гвином. Узнал о бандах, орденах и одиночках, что став проклятой нежитью начинали убивать всех вокруг себя, поглощая их души и становясь сильнее.

Все эти вспышки ауры и чувство силы, зародили в Жоне очень нехорошее подозрения. Надо бы проверить, есть ли у него круглое клеймо на левой лопатке. Слишком уж прямые параллели получаются.

Проклятые стали причиной таких беспорядков, что одно королевство за другим начало захватывать и замуровывать их в неприступных крепостях, названных Прибежищами Нежити. Родное королевство Оскара, Астора, одно из первых приняло закон об изоляции нежити, не пощадив даже собственных рыцарей. Оскара тоже отправили в северное Прибежище. Патриарх ордена на последок дал рыцарю, что оставался верным делу ордена даже после смерти ту самую флягу и последнее наставление.

— Не теряй надежды, сын мой, — мощный голос Патриарха, что всегда внушал трепет и вселял надежду, выражал неподдельное сочувствие и даже печаль от необходимости отправить одного из рыцарей фактически в тюрьму. — Ещё не все потеряно.

— Мир сходит с ума и мертвые восстают из могил, — Оскар тогда был сильно удручён, Жон чувствовал это. — Разве есть лекарство от этой болезни?

— Спасение есть, — твердо сказал Патриарх. — И более того, сын мой, ты можешь стать этим спасением.

— Я?

— Да, ты, или любой другой, что носит темный знак за своим сердцем. Множеству священников из нашей страны, а так же магам Винхейма было видение. Это пророчество, которое видело множество человек и они сходятся между собой в деталях. Пророчество о Избранном Мертвеце.

Жон чувствовал, что Оскар заинтересовался словами своего духовного наставника и даже воодушевился. Рыцарь-мертвец тут же припал на колено и склонил голову.

— Патриарх…

— Пустое, сын мой, — настоятель ордена Белого Пути прервал попытку извиниться. — Тебе придется уйти, как и прочим отмеченным тьмой, таков приказ королевского дома, но знай, это ещё не конец. Появится избранный мертвец, который изменит судьбу всей нежити и избавит ее от проклятия. Для этого нужно попасть в Лордран, землю богов, там тебя будет ждать Колокол Пробуждения. Ударь в него и тебе откроется судьба всей нежити.

— Будет исполнено, я клянусь в этом.

На этом очередное странное видение закончилось и Жон пошатнулся. Множество разрозненных воспоминаний из жизни Оскара не ударили по нему так сильно, как несколько образов и один короткий разговор сейчас.

Возможно дело было в том, что раньше он видел все это отстраненно, будто со стороны, а сейчас он буквально пережил эти моменты, чувствуя мысли рыцаря, его чувства и стремления. И та клятва, что Оскар дал…

— Будем считать, что это такой способ продвинуть сюжет, — чуть криво хмыкнул Жон, глядя на меч Оскара, что выпал из раны демона. Пройдя несколько шагов он подобрал оружие и поднял его над головой. — Я подтверждаю твою клятву, Оскар!

Жон мог бы постоять в этой торжественной позе некоторое время, но тут раздался рёв, от которого он аж присел. Тварь, которую Жон видел, выходя из камеры прошлой ночью. Похоже тот здоровенный «демон» почувствовал смерть собрата.

Лучшего стимула, чтобы побыстрее свалить у Жона просто не могло быть.

Быстренько добежав до старинных, обитых металлом дверей, он с чудовищным скрипом открыл их. Правда, звук был настолько громким и противным, что отдавался зубной болью. Но это не помешало Жону отворить двери и выйти на улицу. Рев демона из подземелья звучал не сильно приятнее.

Вместо какой-нибудь адекватной дороги от двери шла весьма крутая лестница вверх по склону, что не сильно удивило парня. Он уже видел, что это местечко было окружено горами. Правда, по мнению Жона, куда логичнее было бы сделать спуск вниз, а не подъём на вершину, но другой тропинки всё равно нет. Быть может что-то есть по ту сторону?

С этими мыслями Жон начал аккуратный подъём по ступенькам. Лестница была выложена не очень-то ровными обточенными под кирпич камнями. Подъём был высоким, а снег и пробивающиеся то тут, то там растения отчаянно сопротивлялись любой попытке Жона взять эту высоту.

С некоторым трудом, но он всё же смог забраться, чтобы увидеть, что на вершине нет ничего кроме обрыва. Это было полное разочарование. Жон уже собирался вернуться назад и поискать какой-нибудь другой путь, как с пронзительным криком буквально из воздуха вылетел гигантский невермор, что попытался схватить молодого охотника когтями.

В отчаянной попытке увернуться Жон сделал прыжок в сторону на пределе сил и… и надо сказать, существенно не рассчитал тех самых сил. В оправдание Жона можно было только сказать, что таких длинных прыжков в его жизни никогда не было.

Правда объяснить это невермору и как-то оправдаться Жон всё равно не успел. Так он и падал с обрыва в пропасть, лишь мельком отметив на вороньей… морде… клюве… в общем этот странный гигантский невермор без маски явно был удивлен… и даже несколько смущен произошедшим.

А потом Жон всё же разбился. Как бы не было интересно ощущать свободный полет, любое падение заканчивается.

Глава 4

Как и в прошлый раз его пробуждение было довольно резким, он проснулся рывком, как будто кто-то переключил рубильник, только на этот раз вместо короткого и не понятного сна за ночь он пережил целое наполненное битвами приключение, так что когда он понял что лежит на спине и над ним кто-то есть Жон сделал первое что пришло в его голову: В его руке, всё ещё находящейся под одеялом появился меч Оскара и он с криком попробовал рубануть того, кто был перед ним, однако то, что он только проснулся, да и сама его позиция, крайне слабо располагало к нанесению правильного удара, но несмотря на всё это меч прорезал одеяло и столкнулся с противником. Или точнее с его розовой аурой. Спустя секунду неловкой тишины он понял, что перед ним Нора, Нора, свалившаяся с его кровати и громко закричавшая, скорее от неожиданности, чем от боли или страха, Жон до сих пор помнил, как она оседлала бедную урсу.

Жон тоже закричал, конечно же тоже от неожиданности и удивления, а не от страха, секунду спустя и он, и Нора поняли, что им ничего не угрожает и замолчали, и когда он позволил себе выдохнуть и порадовался тому, что он не попадёт в ещё одну смущающую ситуацию как дверь с грохотом открылась и перед их командой предстала Янг. Янг, одетая только в спортивные шорты, которые практически прилипали к её коже и короткий топ закрывающий только самое необходимое.

На этом моменте он очень порадовался тому, что он всё ещё находится под одеялом, иначе ситуация могла стать ещё более смущающей. Не успел он удивиться тому что на пороге делает Янг как она вошла в комнату, а в дверном проёме показались головы Блейк, Вайс и Руби. Сама же блондинка не стала ошеломлённо молчать, как все остальные, решив прокомментировать эту ситуацию.

— О-о, Тошнотик решил отполировать свой меч? Да прямо в комнате, при сокомандниках? Хвалю за смелость! — верная своим словам она с ухмылкой показала ему большой палец.

Жон не знал, чего в этот момент в нём было больше: возмущения на беспардонность Янг или же смущения от пошлого подтекста шутки. И будто мало того, масла в огонь подлила Руби, что казалось совершенно не замечала неловкости ситуации или подтекста в шутке сестры. Жон успел только моргнуть как она появилась рядом с ним в вихре лепестков и подалась вперёд восторженно, глядя на его меч. Жон сглотнул слюну, даже в его голове эта фраза звучала невероятно пошло, и он совершенно не хотел знать, что произойдёт скажи он что-то подобное в слух. И пока он пребывал в своих мыслях краем сознания он всё же отмечал что на него потоком льются всё новые и новые вопросы.

— Жон, у тебя есть второй меч? Это ведь не Кроцеа Морс, верно, я помню, что у того было не такое длинное лезвие и другая гарда! Это тоже фамильная реликвия? Но он не выглядит настолько старым. Как ты заботишься о нем? И как ты пронёс его в общежития, мне наотрез отказались позволить пронести свою малышку! — он слышал все эти вопросы, однако, как бы он не хотел на них ответить Руби всё продолжала говорить, не давая ему вставить даже слово, да и честно говоря в данный момент его больше заботила ситуация, в которой он оказался.

Слишком увлёкшись своими вопросами Руби наклонялась всё ближе и ближе к нему явно желая узнать ответы, что привело их в довольно смущающее положение. К счастью он держал клинок на вытянутой руке, так и не опустив её, так что Руби была сбоку от него, а не прямо перед лицом. Иначе ситуация могла быть ещё более смущающей, учитывая, что её верх прикрывала довольно свободная футболка, и более опасной для Жона, он буквально кожей чувствовал взгляд Янг. Он мог уверенно сказать, что та сейчас наблюдает за каждым его действием, решая сломает ли она ему что-нибудь, или всё же проявит немного сдержанности ради своей, слегка увлёкшейся, младшей сестры.

Жон, доверяя своей развитой за столько лет жизни с семью сёстрами интуиции, решил, что сейчас самый подходящий момент чтобы напомнить Руби о неловкости ситуации, а потому он громко прокашлялся в кулак вызвав её удивлённый взгляд. Секундой позже на лице Руби отразилось понимание того в какой ситуации и в какой одежде они находятся, а потому обладательница скоростного проявления приняла решение стратегически отступить за спину сестры.

— Руби, я могу всё объяснить, только давай мы сначала оденемся? — на осознание того, насколько плохо сформулирована эта фраза у него было буквально несколько мгновений, потом он услышал весёлый смех Янг.

— Ох Жон, если бы я вошла только сейчас тебе пришлось бы многое мне объяснять, — он не мог не покраснеть ещё больше, хотя и признал её правоту, в отрыве от контекста фраза действительно звучала странно, к его счастью после его слов блондинка кивнула и вышла из их комнаты утянув за собой невероятно смущённую Руби, а вслед за ними ушли и Блейк с Вайс.

— Да уж, Лидер, умеешь же ты взбодрить с утра, и никакого кофе не надо, — несмотря на то, что слова Норы можно было принять за обиду на её лице была весёлая улыбка, что убивала любые опасения.

— Да, Жон, это определённо было одно из моих самых ярких пробуждений, — Пирра сказала это со смущённой улыбкой и румянцем на щеках, Рен только кивнул.

К его не малому облегчению дальше они смогли спокойно провести утренний моцион и собраться на занятия, хотя и сейчас их путь лежал не к одному из классов, а в столовую. Когда они взяли себе по порции еды рядом с ними села команда Руби. После приветствий они какое-то время ели в тишине утоляя утренний голод, но вот самый общительный человек в обоих командах решил нарушить тишину.

— Ну Жон, колись, я хочу всё знать! Зачем ты притащил в свою комнату меч и как ты это сделал. И куда ты его убрал? Оставил в комнате? — Янг подалась вперёд, желая узнать ответы, остальные члены обеих команд так же посмотрели на него с молчаливым вопросом.

Он был не совсем уверен, что должен сейчас сказать, конечно можно просто промолчать, но это казалось просто неправильным, потому он решил сказать полуправду, а потом вздохнув, чтобы собраться с мыслями, Жон заговорил.

— Ну, возможно это будет звучать странно, но это меч из моего сна. Сегодня ночью опять снились какие-то подземелья, ну и в одном из коридоров я нашёл этот меч, вот и решил взять его с собой, но, когда я до него дотронулся он просто исчез. Тогда я только плечами пожал, но, когда Нора решила меня разбудить я… очень удивился… да. Ну а потом я почувствовал в руке рукоять меча и… тренировки дали о себе знать…

— Постой, то есть ты хочешь сказать, что забрал меч из своего сна? Прости Арк, но это звучит как бред, — Вайс решила вставить свои пять льен.

— Шни, ты так говоришь, как будто серьёзно изучала возможности ауры. То, что проявления могут, а что нет и где находятся пределы их возможностей является предметом споров уже не один десяток лет. Или ты хочешь сказать, что разгадала эту тайну? — спросила Блейк с ядом в голосе.

— Не ссорьтесь девочки, мы знаем, что вы друг друга любите, — на слова Янг Вайс фыркнула, а Блейк резко выдохнула сквозь зубы, издав звук похожий на шипение. — Но я в чём-то согласна с Вайсскимо, серьёзно, вытаскивать вещи из сна? Я не говорю, что ты врёшь, но ты уверен, что они… Ну, на самом деле являются тем, чем выглядят? Может этот меч из сна рассыплется в пыль после парочки ударов? Или, например, через определённый срок? Ты уверен, что хочешь доверить свою жизнь оружию, в котором не уверен на все сто?

Это был животрепещущий вопрос.

— Я вообще ни в чем не уверен, — Жон был вынужден согласиться с предположениями Янг и воровато оглянулся. Вроде бы на них никто не смотрел. — Но кое-что можешь проверить.

Положив руку на стол, ладонью вниз, Жон позвал один из осколков Щита Оскара. Мягкое, но хорошо заметное сияние его белой ауры привлекло внимание всех вокруг. Когда сияние погасло, и Жон убрал руку все могли увидеть искореженный кусок металла тёмно-синего цвета с каким-то золотистым узором на нем.

— И что это? — нетерпеливо спросила Руби, подавшись вперёд.

— Это часть щита, — Жон облизнул губы. История Оскара все ещё была свежа в его памяти. — Вместе с тем мечом, что вы видели, этот щит принадлежал одному рыцарю из моего сна.

— Не похоже, что этот щит ему сильно помог, — Янг хмыкнула.

— Он попросил добить его, — тихо сказал Жон. У него не было настроения для шуток.

Все тут напряглись и переглянулись между собой. Не так много вещей способны не просто прогнуть металлический щит, а буквально порвать его в клочья. Жон же понимал, что для бессмертного проклятого проблема была даже не в жутких ранах, а в потере той самой частички, что вытянул из него демон. Темная часть души, без которой праведный рыцарь так боялся стать безмозглым трупом.

— Не думай об этом слишком много Жон, — из мыслей о судьбе Оскара его вывел голос Пирры. Когда он посмотрел на неё она продолжила. — Я выступаю на арене уже несколько лет и могу сказать, что чтобы разорвать на части стальной щит нужно приложить неимоверные усилия. И вместе со щитом такой удар сомнёт как руку, так и грудную клетку, не один человек не переживёт такие раны даже удайся ему каким-то чудом победить своего противника. Так что твоё воображение банально играло с тобой. Но в одном Янг права, прочность вещей из твоего сна действительно нужно проверить, как и то, можно-ли их изменить. Например, этот осколок бесполезен, но если у тебя есть весь щит, или хотя бы большая его часть то его можно будет переплавить, — после её слов Руби заметно оживилась

— Ага! Если это хороший металл, то из него можно будет сделать… — взглянув на предложенный кусочек она задумалась. — …ну что-нибудь можно сделать. Второй щит тебе не нужен, меч тоже, для того чтобы дополнить твою броню в нём слишком мало металла.

К концу она уже скорее бормотала явно, решая на что могут пойти осколки щита, но её прервала рука Янг, взъерошившая ей волосы.

— Спокойнее, оружейный маньяк, ещё неизвестно как эта штука поведет себя при обработке.

— Да, — Жон кивнул, испытывая противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось обладать реально крутой способностью. С другой, два его сна были достаточно жуткими, чтобы Жон хотел оставить их просто снами. — У меня есть все части щита, Оскар попросил сохранить их…

— Оскар? — с интересом спросила Нора.

— Хозяин меча и щита, — пояснил Жон. — Дело в другом, самого материала у меня прилично, но…

— Хочешь ещё один щит? — Руби выглядела разочарованной.

— Да зачем? Мне и моего фамильного хватает за глаза и сомневаюсь, что мне когда-то понадобится второй. Хм, разве что закажу сделать себе амулет из одного из осколков как деньги будут, — Жон кивнул своим мыслям, почему-то это казалось правильным.

— Ла-адно, а что ты собираешься делать с остальными частями? Не оставишь же ты их просто пылиться? — вопрос Янг заставил его задуматься, но после нескольких секунд размышлений он пожал плечами

— На самом деле не знаю, никаких особых мыслей в голову не приходит.

— Ну, нам ведь в любом случае нужно сначала понять можно ли из этих обломков вообще что-то сделать, так ведь? Янг была права, слишком опасно сражаться оружием, про которое ты ничего не знаешь — после слов Норы все единодушно закивали.

— Ладно, раз мы пока решили этот вопрос то давайте есть? В конце концов будет нехорошо если мы опоздаем на уроки в первый же день, — внесла Пирра довольно дельное предложение и следуя ему обе команды продолжили есть в тишине. После Жон отдал один из осколков щита Руби на хранение и изучение, и они пошли на свой первый урок.

Все более или менее пытались настроится на занятия и на время выкинуть из головы мысли про странное проявление Жона. Ну… почти все. Нора оставалась собой даже после того, как её чуть не прибили мечом.

— Эй, Жон-Жон, — подергала она лидера своей команды за рукав по дороге в класс. — А что там у тебя ещё есть, кроме железок и запасного меча?

— М? — Жон и сам пытался сосредоточить свои мысли на предстоящем уроке, а потому этот вопрос несколько выбил его из колеи. Но оглядевшись он заметил, что не только Нора интересуется ответом, пусть некоторые и делают вид, что им совершенно не интересно. — Это не железки, Нора, а щит с эмблемой ордена Белого Пути.

— Эти железки когда-то были щитом, — фыркнула Янг, но её все проигнорировали.

— А что за орден Белого Пути? — с поистине детским интересом спросила Руби. Она любила интересные истории.

— Это сложно, — Жон вздохнул. Кое-какую информацию из памяти Оскара он смог почерпнуть, но было той информации… м-да. Там больше половины придется выдумывать и домысливать. — В общем это религиозно-рыцарский орден.

— Религия, — фыркнула Блейк. — Очередные болтуны, что не предлагали нищим дом и работу, а только бога, злого и требовательного как самый последний рабовладелец?

Этот вопрос поставил Жона в тупик. Был ли бог, ради которого Оскар жил, умер, а потом и отдал душу первому встречному злым? Откуда Жон вообще должен это знать? В воспоминаниях Оскара этого бога называли Гвином, повелителем света, и ничего больше о нем Жон не знал.

— Не знаю, — он пожал плечами. — У нас не было времени поговорить о боге.

— Ну и ладно, не говорили и не говорили. А кроме этого ещё что-то есть? — Янг ворвалась в разговор, погасив зарождающийся спор в зародыше. — Давай, не томи, нам всем интересно.

— Ну, ещё есть какой-то старый топор, найденный мною буквально посреди коридора — В трупе ага, но разве им нужно об этом знать? — Какая-то гигантская дубина, не пойми из чего сделанная, и фляга с эстусом.

— О, фляга? А вот это уже интересно! И что такое этот эстус? — Вопрос Янг заставил его на секунду задуматься. Он не слишком хотел вдаваться в детали, особенно учитывая то, что он узнал о способе своего усиления, а потому он решил описать её так, как будто она была предметом из компьютерной игры. Да и в конце концов и он и остальные его знакомые, или может уже друзья? Все они не были уверенны даже в реальности куска металла, что уж говорить про что-то подобное. Вздохнув и собравшись с мыслями, он заговорил.

— Ну, все ведь играли в видеоигры, да?

Янг, Руби и Норра активно закивали, Вайс, Пирра, Блейк и Рен просто кивнули.

— Ну, эстус это по сути «Зелье Ауры» из видеоигр, пара глотков заменяет несколько часов отдыха, плюс позволяет излечить не слишком серьёзные травмы — Жон специально сказал «Не слишком серьёзные», мало того что он не знал насколько серьёзную рану он может восстановить, так это вдобавок снимает вопрос того, почему он не спас Оскара. Несколько секунд спустя Жон понял, что теперь он идёт в одиночку, а оглянувшись он увидел, как обе команды стоят с открытыми ртами и смотрят на него так, как будто ожидают что он сейчас закричит «Это шутка, можете выдыхать!»

— Хорошо-о… Мы можем смеяться над шуткой? — голос Янг был странно неуверенным, как будто она почти хотела, чтобы он признался, что это шутка и он честно говоря не понимал в чём причина.

— Ребят, что с вами, неужели настолько сложно ускорить восстановление ауры? — к своему стыду он должен был признать, что действительно слабо понимал можно ли быстро восстановить ауру, и если да, то как? По крайней мере ни в книгах, не в интернете он ничего о таких способах не видел.

— Сложно? Сложно это не то слово! Буквально все зарегистрированные в истории Ремнанта случаи, когда ускоренное восстановление было возможно являлись следствием наличия уникальных проявлений. Все, буквально все исследования на предмет ускорения восстановления ауры ничего не дали, и тут ты говоришь, что вытащил чудесное «Зелье Ауры» прямо из сна, правда Арк? — когда Вайс это говорила то буквально пылала скепсисом, не понятным ему недовольством и кажется даже какой-то обидой? Но за что она на него обижается?

— Вдох-выдох принцесса, вдох-выдох! Не нужно устраивать сцену посреди коридора. И придержи своё недоверие, Жон отдал Руби кусок щита, вытащенный из этого сна, так пусть она убедится в его реальности. Но если всё сложится, Жон, ты можешь и нам такого достать, а? Ты не думай, что я просто так прошу, мы все скинемся и заплатим сколько скажешь, — Слова Янг заставили его нахмуриться и почесать затылок.

— Мне не жалко, но с эстусом… всё сложно, — увидев её хмурый взгляд он поспешил обьяснить. — Это не просто какое-то бутылочки с зельями как бывает в играх, нет. Суть в самой фляжке, она является этаким артефактом, а эстусом она наполняется с помощью специального ритуала. Прости, но я сам не знаю всех подробностей.

— Та-ак… А флягу эту ты тоже получил от… Оскара, да? — увидев его кивок Янг повернулась к Блейк. — Ну что Блейки, надеюсь ты готова извиняться за то, что назвала этого бога «Злым», я ведь права?

— Если это именно то о чём говорит Жон то я готова признать что этот так называемый «Бог» может быть… Не таким бесполезным, но пока мы не выясним насколько это реально я останусь при своём мнении.

Так за разговором они пришли к кабинету «Изучение Гримм». Уже подойдя к двери кабинета Жон предпринял ещё одну, отчаянную, попытку настроиться на предстоящий урок. Впечатления от последнего сна было особенно сильным, но он поступал в Бикон не для того, чтобы сны интересные смотреть, а чтобы стать охотником и защищать людей от Гримм.

Кабинет профессора Питера Порта был обставлен очень интересно. Все стены были заставлены огромными плакатами, где были изображены Гримм разных видов, с пояснительными подписями и советами. Одним только этим пособиям можно было бы посвятить несколько академических часов. Жон увидел и весьма распространённых беовульфов с неверморами, и своего недавнего знакомца дезсталкера.

Его правда, несколько смутила подпись, что самой главной уязвимостью гигантского скорпиона являются рот. Это насколько отчаянным самоубийцей нужно быть, чтобы подставляться сразу и под хвостовое жало, и под клешни, чтобы попытаться просунуть в пасть монстру своё оружие?

Но развить эту мысль Жон не успел, прозвенел звонок, и пожилой профессор с шикарными усами и солидным брюшком начал урок.

— Монстры. Демоны. Ночные бродяги. Да, у существ Гримм множество имён. Но я считаю их добычей, — профессор Порт начал произносить свою вдохновляющую вступительную речь. — И вам следует делать так же после выпуска из нашей престижной академии. Как всем вам известно, Вейл и три других королевства, а также, с натяжкой, Менажери можно считать островком безопасности в нашем вероломном мире. Вся остальная планета просто кишит тварями, главное желание которых разорвать вас на части. И вот поэтому здесь появляемся мы, Охотники!

Профессор запнулся и осмотрел аудиторию, где больше половины учеников были девушками. Чуть пожевав губы, он с сомнением поправился.

— И Охотницы… Мы, поклялись защищать тех, кто не может защитить себя сам. «От чего же?» — спросите вы. И я готов вам ответить: от целого мира!

Жон как-то не так представлял себе начало урока. Профессор вроде только открыл рот, а слушать его уже невозможно. Пафос его фраз был настолько густой, будто забивался в уши.

— Вот почему вы тренируетесь, чтобы стать спасителями человечества. Вы станете не просто защитниками, для людей вы будете символами покоя и процветания. Огромная ответственность ляжет на вас. Но можете не волноваться, под присмотром профессоров нашей академии вы успеете подготовиться к этой ответственности.

Жон был уже готов заскулить. Почему какую-то ахинею несёт мистер Порт, а стыд за происходящее испытывал Жон? Задаваясь этим вопросом, парень огляделся и убедился, что не он один испытывает замешательство и неловкость от начала этого урока. Многие ученики выражали свою отношение сложными выражениями лиц или же закрывали ладонями глаза.

Но Питер Порт не обращался внимание на учеников, вдохновенно продолжая свою речь.

— «Изучение Гримм» — один из самых важных предметов в этой академии. Я расскажу вам о видах Гримм, их повадках и методах их атак, слепых зонах, строении тел Гримм. Замечу, чтобы узнать о последнем, мне иногда приходилось вскрывать живых Гримм. Прямо в бою, ведь после смерти эти твари распадаются черным дымом. Кроме того, мы же все с вами знаем, что сила охотников в их индивидуальности и неповторимых стилях. Поэтому я расскажу, какие места уязвимы для колющих, режущих, дробящих атак. Для электричества, огня, льда, пуль и взрывчатки. Даже для рукопашных атак, если потребуется. Кстати о последнем. Я как раз приберёг для нашего первого урока поучительную историю о великолепном юном охотнике, что волей случая остался без оружия и был вынужден голыми руками побороть целую стаю Беовульфов. Назовём мы этого охотника…

Профессор вновь пожевал губы, явно задумавшись.

— П… П…Перри, да прекрасное имя для этого находчивого красавца.

Жон все же не выдержал и тихонько застонал, так же как и некоторые другие ученики прикрыв глаза рукой. Сомнений, что настоящим именем «Перри» было на самом деле «Питер» не было ни на грамм. Хорошо ещё, у профессора осталось немного стыда, чтобы преподнести эту историю как о каком-то постороннем человеке. Но даже так, это было ну очень странно.

Тем временем профессор Порт затянул свою историю, что была наполнена героизмом, превозмоганием и ВОТ-ЭТО-ПОВОРОТами. Это было просто больно слушать, пусть даже Жону удалось разглядеть некоторую полезную информацию. Вроде не очень крепких суставов. Мистер «Перри» не стал тратить время на попытки проломить череп или сломать кости, зато играючи выворачивал суставы и сворачивал шеи, разобравшись с целой стаей беовульфов голыми руками.

— И благодарные селяне восхваляли красавца Перри, как настоящего героя, пришедшего к ним на помощь в трудную для них минуту и уничтожившего угрозу их спокойной и мирной жизни, — профессор Порт залихватски покрутил кончик своих усов. — Мораль этой истории такова: настоящий охотник должен быть благороден как рыцарь. Настоящий охотник должен быть надёжен как скала. Настоящий охотник должен быть сильным как лев и хитрым как змей. Кто из вас готов публично заявить, что соответствует этим требованиям?

Этот вопрос не встретил среди учеников никакого оживления. Как бы с одной стороны прихвастнуть своими сильными сторонами перед всем классом никто бы не отказался, но учитывая манеру преподавания Порта, очень немногие вообще поняли, что от них требуется. Лично Жон вообще сложил руки на коленях и постарался казаться как можно меньше, считая, что профессор сейчас заставит добровольца рассказать историю, где несчастный студент проявил те самые качества. Это хуже, чем школьная самодеятельность, парень боялся, что если его вызовут к преподавательскому столу, то там он и умрет от стыда.

— Что, неужели среди вас не найдется ни одного смельчака? — профессор выглядел разочарованным. — Ну же, ребята, вы охотники на обучении или цыплята?

Это была откровенно детская подначка, но действенная. Как минимум на Вайс Шни она подействовала как брошенная в лицо перчатка. Она тут же вскочила со своего места.

— Я, профессор, — заявила Вайсс с раздражением. — Я считаю себя настоящим охотником и не позволю…

— Прекрасно, просто прекрасно, — добродушно рассмеялся Порт, даже не потрудившись дослушать, что там Вайс не позволит. — Тогда поспешите в раздевалку, для дальнейшей демонстрации вам потребуется боевая форма и оружие. Пожалуйста поспешите, мисс Шни.

Вайс вышла из класса чтобы одеться в своё боевое снаряжение и взять оружие, хотя лично Жон и слабо понимал, как можно назвать платье «Боевым снаряжением». Он понимал, что никакой единой формы у охотников нет, не то чтобы это им как-то мешало, аура была вполне способна компенсировать отсутствие брони, но это не значит, что можно сражаться в платье. Впрочем, ему не дали долго думать об этом, со стороны трёх оставшихся на трибунах членов команды RWBY послышались подбадривания.

— Давай Вайс, порви его! — Янг энергично взмахнула рукой в знак поддержки

— Дерись на все сто, — Блейк была куда более сдержанна и… Стоп, что? Она размахивала маленьким флажком с названием команды? Где они успели их достать?

— Покажи всем что может команда RWBY! — Руби, как и всегда излучала энергию и оптимизм, Вайс однако не слишком хорошо восприняла то, что ей кричат под руку. Повернувшись к ним она с недовольством ответила.

— Руби уймись, я пытаюсь сосредоточиться!

— А, извини, — Руби явно была расстроена резким ответом сокомандницы. К счастью Жон сидел рядом, он положил ей руку на плечо в знак поддержки и попытался успокоить.

— Всё в порядке Руби, она просто сосредоточенна на предстоящем бое и не может отвлечься. Но ведь не обязательно выражать свою поддержку во время боя, так? Ты всегда можешь поздравить её с победой после.

Посмотрев на него Руби улыбнулась и кивнула, а тем временем бой уже начался. Профессор Порт одним ударом своего мушкета-топора… Или это был топор-дробовик? Жон не совсем понимал, чем является это оружие, срубил замок что удерживал находящуюся на арене клетку закрытой и уже мгновение спустя оттуда вырвался гигантский, хотя у Жона теперь было несколько иное представление об этом слове грим-кабан и понёсся к Вайс. Та, впрочем, легко увернулась от неповоротливого гримм и… рубанула того рапирой? Жону это движение показалось странным, но кто он такой чтобы судить об этом?

Впрочем, этот удар пришёлся на костяные пластины и не возымел особого эффекта, что поспешил прокоментировать профессор Порт

— Что, не ожидала такого? — Рука Жона сама опустилась на глаза, разве профессор не должен подсказывать ученикам как сделать лучше, а не вставлять ехидные фразочки в особо не удачные моменты? Он видел, как Руби тоже хотела выкрикнуть слова поддержки, однако его рука на плече её остановила, она лишь вздохнула и продолжила смотреть на бой, впрочем, тот был не то, чтобы слишком сложным, всё же после первой своей ошибки Вайс взяла себя в руки.

Вместо того, чтобы соревноваться с гримм в силе и пытаться пробить толстую броню она решила использовать хитрость и свои глифы, настоящую магию как про себя отметил Жон. Увидев, как грим развернулся и вновь понёсся в её сторону она создала на его пути чёрный глиф и когда тот был над ним активировала его, грим взлетел в воздух беспомощно барахтаясь, и вместо того, чтобы подходить к тому Вайс снова решила применить свою «Праховую Магию», она создала ещё два глифа, белый под грим и чёрный с верху от него. Белый на секунду засветился и в его центре появилась довольно толстая ледяная пика, после чего чёрный глиф исчез и грим с приличным ускорением был на ту насажен. Сам Жон с горящими глазами наблюдал за этим, он уже видел достаточно охотников и охотниц, которые использовали самое разнообразное оружие, но вот магию, как в сказках и легендах он видел впервые. Конечно он понимал, что большая часть этого заслуга проявления Вайс, однако он надеялся, что и без чего-то подобного у него будет шанс научиться чему-то подобному.

— Молодец мисс Шни, вы проявили потрясающее владение собственным проявлением и мастерство использования праха, путь, по которому решиться идти далеко не каждый охотник! Ну а пока попрошу всех посидеть тихо, урок закончится буквально через минуту. Но перед тем как вы уйдёте я напомню вам о необходимости прочитать заданные в качестве домашней работы главы учебника. — Слушая слова профессора Жон несколько упустил из виду восторженные восклицания Руби и недовольное бурчание Вайс.

Когда прозвенел звонок с урока обе команды собрались и вышли из класса вместе, так же, как и вошли, утренние откровения Жона, то, что он рассказал им свой секрет несколько сплотило их. Даже если сами сны окажутся всего лишь снами у охотников подробности работы проявления были темой крайне личной, почти интимной и крайне немногие спешили делиться ими с малознакомыми людьми. Особенно в случаях, когда проявление было чем-то не очевидным. Конечно не все скрывали свои проявления, некоторые даже наоборот специально выставляли их на всеобщее обозрение, но в целом таких было меньшинство. Но не успели студенты далеко отойти как они увидели директора Озпина, и если сначала тот шёл к ним прогулочным шагом и было не понятно даже идёт он к ним или просто мимо, то теперь он ускорил шаг, а его глаза были прикованы к ним, а точнее к Руби.

— Приветствую вас, господа, дамы. — остановившись напротив них он вежливо поздоровался и выслушав ответные приветствия директор повернулся к Руби. — Скажите мисс Роуз, вы знаете, что у вас находится в подсумке?

Директор указал на подсумок, о котором он говорил, и удивленная Руби вытащила осколок щита Оскара, единственное что у неё там было.

— Вы имеете ввиду это директор? — Она протянула ему осколок, и он начал его пристально разглядывать, время от времени хмурясь и что-то беззвучно бормоча. Когда он закончил изучать осколок директор снова повернулся к ним.

— Скажите, мисс Роуз, вы можете сказать мне где вы это нашли? — В ответ на вопрос директора она могла только потереть голову и неловко засмеяться.

— Это я дал ей его, — выступил вперед Жон, так как никто больше не спешил что-либо отвечать.

— Вы, мистер Арк? — Озпин чуть склонил голову, так чтобы взглянуть на высокого юношу поверх своих темных очков. Золотистого цвета глаза лучились интересом.

— Да, я… нашел его, — пересказывать историю с Оскаром не хотелось совершенно.

— Нашли, — директор понимающе улыбнулся. Почему-то обе команды учеников не сомневались, что Озпин не поверил в подобное объяснение. — И где вы его нашли, мистер Арк?

— Старая крепость высоко в горах. Это где-то на севере, по крайней мере эта крепость называется «Северным Прибежищем», — про то, что это прибежище бессмертной нежити Жон решил умолчать. Заодно вспомнив, что так и не посмотрел, есть ли у него теперь проклятая метка на спине или нет.

— Хм, интересно, — директор выглядел задумчивым, все же возвращая осколок щита Оскара Руби. — И как давно это было, мистер Арк?

— Сегодня ночью, — Жон всё же перестал ходить вокруг да около и признался прямо. — Этот замок мне приснился, но каким-то образом я смог вынести оттуда несколько предметов.

Уже видя реакцию своей собственной команды и команды RWBY Жон ожидал неверия или усмешки, но директор Озпин отреагировал совершенно спокойно. Будто каждый день он слышит от студентов, что они совершают что-то невозможное.

— Интересно, крайне интересно, — повторил Озпин, постукивая пальцами свободной руки себя по нагрудному карману. — Я так понимаю, вы сейчас хотите что-нибудь сделать с этим металлом, правильно?

— Ага, — вновь включилась в разговор Руби, что, получив кусок щита обратно сама начала его осматривать, будто она могла невооруженным взглядом рассмотреть какую-то особенность, как это сделал директор. — Мы пока не уверены, что это такое и как это можно использовать.

— Что ж, могу вас уверить, это крайне интересный материал, — Озпин загадочно улыбнулся. — Но я не буду мешать вам самим пытаться разгадать эту тайну.

— То есть мы можем идти? — оживилась Янг.

— Да, конечно, — хмыкнул Озпин. — Только пожалуйста, держите меня в курсе своих открытий. И не стесняйтесь обращаться к профессорам за помощью и консультацией.

— Ага, — чирикнула Руби. — Обязательно, директор.

Все остальные поддержали юного лидера команды. Что тут ещё можно было сказать? Отказать одному из самых влиятельных и опытных людей во всем Вейле, если не Ремнанте? Это был бы крайне опрометчивый поступок, если не сказать «глупый». Особенно с учётом того, что он предлагает помощь. Это понимал Жон, понимала Руби, и все остальные тоже это понимали.

Поэтому подростки переглянулись между собой и так или иначе выразили своё отношение к происходящему. Кто-то пожал плечами, кто-то развел руками. Жон же почувствовал, как у него сжимаются ягодицы от напряжения и страха.

Он, как бы, пробрался в Бикон незаконно, по поддельным документам. И вот к нему теперь будет повышенное внимание со стороны профессоров академии и непосредственно директора.

— Жон? — спросила Пирра. — Всё хорошо?

— Да, — бледно улыбнулся он, пытаясь на ходу придумать оправдание. — Просто все это немного неожиданно.

— Не волнуйся ты так, Тошнотик, — Янг хлопнула его по плечу. — Никто не полезет к тебе в душу, если только ты сам об этом не попросишь.

— Боже Янг, — Руби почти хныкала.

— Давайте уже просто пойдем на урок боевой подготовки, — Блейк тоже не оценила «тонкого» юмора своей напарницы.

Глава 5

Несколько ошарашенные неожиданной встречей с директором команды пошли дальше, к следующему классу, а именно к «Боевой подготовке» Мисс Гудвич. Как слышал Жон эта профессор и, по совместительству, заместитель директора была одним из сильнейших охотников во всём Вейле, так что нет ничего удивительного в том, что она является преподавателем Бикона. Когда они дошли до аудитории, оставшееся время до начала урока обе команды убивали за разговорами. Основной темой конечно было то, почему директор захотел так резко подойти к ним и что он увидел в том осколке что он дал Руби? Конечно сам осколок был первой и самой очевидной причиной, но как он мог его почувствовать? Пирра предположила, что у директора может быть какое-то проявление что позволяет чувствовать металл, или возможно что-то что было в составе этого металла. В этот момент к разговору присоединилась Вайс предложив новую теорию: Директор каким-то образом мог чувствовать прах, и заметив, что у Руби есть что-то с большим содержанием праха, или быть может с каким-то необычным прахом он решил узнать, что это было.

— Э-м-м, прости Вайс, но разве в металлы добавляют прах? — Его вопрос заставил её пренебрежительно фыркнуть, но она всё же решила ответить на него.

— Да, иногда в некоторые изделия действительно добавляют тот или иной прах, это позволяет уменьшить вес изделия, повысить прочность, добавить или усилить тот или иной стихийный эффект и многое другое. Однако обычно для такого используют прах низкого качества из-за дороговизны и нестабильности праха высокой очистки. Однако к примеру, при изготовлении Миртенастера был использован высококачественный энергетический прах благодаря чему его металл гораздо легче проводит ауру. Это не только позволяет в большей степени усилить оружие аурой, но и облегчает использование моего проявления.

— Да-да принцесса, мы уже поняли, что ты крутой и богатый «Праховый Маг», нам пора падать ниц перед твоей мощью? — оскалилась Янг, на что Вайс недовольно фыркнула.

— Да будет тебе известно Сяо-Лонг что не существует такого термина как «Праховая Магия», цивилизованные люди называют это «работа с прахом посредствам внешнего контроля ауры»

— Но Вайс, по сути ведь это магия? — Жону действительно было интересно зачем цепляться за официальный термин, когда неофициальное обозначение и короче, и проще запоминается.

— Да Арк, по сути это магия. Можешь, впрочем, не обольщаться, даже боевое применение праха — это сложное искусство, требующее от человека самодисциплины и тонкого контроля ауры, а также высокого её количества. Только при наличии этих трёх факторов можно обучиться этой «магии» в приемлемые сроки, иначе не советую об этом даже думать, лучше уж оттачивать свои навыки с привычным для себя оружием нежели распыляться и стать универсалом который не умеет ничего.

— Ой, неужели Вайсскимо заботиться о Тошнотике? Я так и знала, что под коркой льда ты тёплая и пушистая! — Янг опять решила влезть в разговор со своей шуткой. — Да и откуда ты знаешь, может Жон в следующий раз вытащит не осколки щита, а волшебную палочку? Чур если ты это сделаешь я первой её протестирую, всегда хотела научиться метать огненные шары! — Закончила она преувеличенно бодрым голосом, впрочем, как заметил Жон говорила она хоть и крайне возбуждённо, но не слишком громко, а потому и слышали это только его команда и команда Руби.

Вот так, за разговорами и перешучиваниями прошло оставшееся до урока время, но вот пару минут спустя в кабинет вошла профессор Гудвич.

— Студенты, всем встать, — резко приказала зам директора. — Класс боевой подготовки нацелен прежде всего на развитие практических навыков. Поэтому сейчас вы все направитесь в раздевалку и переоденьтесь в свою боевую форму и возьмите оружие.

Она осмотрела ястребиным взглядом притихших учеников, будто давая им возможность высказаться. Все, естественно, молчали. Все студенты в едином порыве решили не выделяться, никто из них не хотел привлечь к себе лишнее внимание прямо на первом уроке, это потом, когда они узнают стиль преподавания профессора Гудвич можно будет несколько расслабиться и задавать вопросы, но пока с этим следовало повременить, а потому студенты молча отправились переодеваться.

По пути в раздевалку Жон вспомнил, что хотел осмотреть свою спину на предмет проклятой метки, вот только ракетный шкафчик, к сожалению, не был оснащен зеркалом, что Жон хорошо помнил ещё по ночи перед посвящением. Сама конструкция, что предполагала десантирование шкафчика в окрестности Вейла, не предусматривала хрупких вещей внутри. Благо, он был не единственным парнем в своей команде и мог обратиться к товарищу за помощью.

— Слушай, Рен, можешь помочь мне? — спросил Жон, пока они шли единой кучкой, ещё не разделившись на мальчиков и девочек.

— В чем дело, Тошнотик, не сможешь без помощи застегнуть себе лифчик? — не смогла удержаться от крайне неудачной шутки Янг, за что тут же получила от красной сестры локтем в бок.

— Я-янг — укоризненно протянула Руби. — Извинись.

— Эй, — возмутилась блондинистая хулиганка, но заметив строгие взгляды сразу двух команд, скуксилась. — Не умеете вы…

— Извинись, Сяо Лонг, — настояла Вайс. — Это было пошло и грубо.

— Ладно-ладно, — буркнула Янг. — Извини, Тош…

— Жон, — настояла Руби.

— Хорошо, — Янг закатила глаза. — Извини, Жон.

Сам Жон на это только головой покачал. Блондинка была неисправима, прежде всего потому что не собиралась исправляться. Но лезть в бутылку он сам не собирался. Юморок, конечно, был на грани, но тут было проще проигнорировать, Янг чем перевоспитать её.

— Так в чем тебе нужна помощь, Жон? — Рен решил перевести тему.

— Хочу узнать, вынес ли я из своего сна ещё одну вещь, — Жон чуть повел плечами. Вспоминая проклятую метку, которую мог наблюдать на своей спине Оскар. — Это клеймо в виде огненного круга на левой лопатке.

— Тебя там клеймили? — с шоком спросила Пирра.

— Нет, — тут же отказался Жон, но понял, что нужно хоть как-то объяснить свою просьбу. — Не совсем. Это просто метка, похожая на клеймо.

— Что за метка? — с нахмуренными бровями спросила Блейк. И как-то Жон не ожидал такого вопроса.

— Ну-у… — он экстренно пытался если не вспомнить, то хоть придумать что-нибудь, что можно будет выдать за оправдание.

— Жо-он… — закончила Руби, в голове которой крутились тысяча и один вариант, что это может быть за метка. Может шрам или татуировка, а может какая-нибудь волшебная штучка из игр?

— Ну это проклятие… — уже не в первый раз Жон попытался вместо прямой лжи просто не говорить всей правды.

— Что за проклятие? — тут же напряглись все вокруг, задав данный вопрос. Проверенный приём с утаиванием части правды дал осечку.

— Ну… проклятие, — Жон почувствовал, будто его загоняют в угол.

— Да, Жон, что это у тебя там за проклятие? — Янг вцепилась медвежьей хваткой в плечо парня.

— А как насчет того, что никто мне в душу не полезет? — спросил Жон больше для того, чтобы протянуть время и что-нибудь придумать, а не отвертеться от вопроса.

— Мы просто пытаемся помочь тебе, Жон, — Пирра тоже положила ему руку на плечо.

— Угу-угу, — важно покивала Руби.

— Ну… это что-то вроде механики контрольных точек в играх, — Жон все же смог придумать более или менее нормальное объяснение. — Метка не даёт умереть окончательно, возвращая отмеченного после смерти и позволяя продолжить свой путь.

— Не очень-то похоже на проклятие, — Вайс выглядела недовольной. Все покивали и стали ждать продолжения.

— Ага, — соглашается Жон с кислой улыбкой. — Вот только проклятому обязательно нужна какая-нибудь цель. Обязательно, иначе ничего хорошего не случиться.

Перед глазами парня вновь встал образ Оскара, что, потеряв свою цель боялся, боялся стать таким же как все те странные иссушенные мертвецы, которых Жон принял за одержимые Гримм трупы.

В этот раз ему повезло и подобное объяснение приняли за чистую монету, что хорошо. Вот только его облегчение испарилось после того, как Рен чуть позже подтвердил наличие проклятой метки на спине блондина, это было очень, очень плохо. Жон действительно был проклятой нежитью.

Оглядев вернувшихся студентов мисс Гудвич удовлетворённо кивнула.

— Хорошо, теперь полагаю мы можем приступить к практической части. Как вы все можете видеть над ареной располагаются два экрана, на них будут выводиться фотографии, имена, и что более важно, уровни аур студентов что участвуют в бою. Саму арену перед каждым боем закрывает щит из твёрдого света, а потому вы можете безбоязненно использовать весь набор доступного вам вооружения, не переживая за безопасность одноклассников и сохранность самого класса. После каждого боя мы вместе будем его разбирать, такие дискуссии как я часто замечала могут немало помочь улучшить свой собственный стиль и лучше понять стили своих сокомандников. Но пока довольно разговоров, пусть первыми на сегодня дуэлянтами будут Мистер Винчестер и... — она оглядела аудиторию подбирая соперника парню с гербовым нагрудником. Жону кстати, этот герб показался знакомым, птица с воздетыми вверх крыльями. В конечном счёте взгляд профессора обратился к нему и Жон почувствовал, как его сердце уходит в пятки — ...И мистер Арк, пожалуйста спускайтесь на арену.

После её слов Жон почувствовал, как у него во рту пересохло, его вызывают на первый бой в учебном году? Против человека, который вероятно большую часть своей сознательной жизни оттачивал навыки владения оружием? Кто-то наверху явно ненавидит его за что-то. Не понятно, только, за что? Осознавая, что задержкой он лишь привлечёт лишнее внимание Жон встал и пошёл на арену для тренировочных боёв. Когда он и его противник встали друг напротив друга мисс Гудвич зачитала им незамысловатые правила и отдала команду к началу боя. И как Жон отметил что если сам он чувствовал себя на арене не слишком уверенно, то вот его противник наоборот красовался перед зрителями, как будто и не верил в своё поражение.

— Ну что Арк, готов проиграть? — Эти слова заставили его глаз дёрнуться, для него казалось просто странным проявлять такое неуважение не просто к спарринг-партнёру, но и к будущему коллеге, который возможно однажды будет прикрывать тебе спину в бою. Это, по его мнению, было уже не просто неуважением, но и откровенной глупостью.

— Только после вас, — Жон решил ответить настолько нейтрально насколько мог, однако лицо его оппонента скривилось в не понятной ему гримасе. Как только они закончили обмениваться приветствиями, если это конечно можно так назвать Кардин начал приближаться к нему по спирали, Жон поддержал эту тактику, двигаясь в подобной же манере, хотя внутренне думал, как ему справиться с этой ситуацией? И в этот момент у него начали мелькать мысли и идеи, которые, как он думал не могли прийти ему в голову, слишком те были… тактичными? Кивнув себе, он начал действовать, когда до соперника осталось всего пара шагов. Кардин также бросился в атаку.

Тот рванул вперёд и перехватив свою булаву на манер копья сделал не глубокий выпад по щиту Жона, после чего отступил, сам Жон не рискнул сломя голову бросаться в атаку лишь аккуратно приближаясь на расстояние удара. И вновь ситуация повторилась, только на этот раз во время удара оппонента Жон смог контратаковать и выполнил на удивление техничный укол тому в руку, на этом противники вновь разошлись. Жон даже успел удивиться что тот не бросается в яростную атаку, не смотря на явное недовольство, но спустя пару новых стычек это изменилось, не получив больше ударов Кардин уверился в своём превосходстве и рванул на Жона сделав слишком широкий замах. Прими блондин такой удар на щит и у него были бы проблемы, однако на этот раз он не собирался просто блокировать удар, вместо этого Жон сам рванул на своего противника и поймав его в неустойчивой позиции смог сбить на землю. Понимая, что пока булава далеко, а его противник ошеломлён падением он навалился на него сверху прижав меч лезвием к его шее и навалившись на тот всем весом стал давить, рукой на рукоять, а щитом на лезвие, но уже через секунду прозвенел сигнал, оповестивший его об окончании матча.

— Достаточно, мистер Арк, — строго сказала профессор Гудвич, сделав резкое движение своим стеком и Жон вдруг почувствовал, как его мягко отталкивает от Кардина. — Давайте обсудим поединок. Вам есть, что сказать своему оппоненту, мистер Арк, мистер Винчестер?

— Арк заигрался в рыцаря, — буркнул Кардин, неприязненно посмотрев на Жона. — Если бы не эффект неожиданности, то я бы точно выиграл.

— У вас ещё будет возможность продемонстрировать это, мистер Винчестер, — профессор выглядела несколько раздраженной его бравадой.

— Мне не очень понравилась как Кардин вел себя, — осторожно заметил Жон.

— Что, АРК, я забыл отсалютовать тебе мечом перед «дуэлью» или нужно было сразу поклониться? — Кардин выделил его фамилию голосом, показывая какого обращения он ожидает.

— Ты недооценил меня, — Жон вздохнул. — И продолжал недооценивать на протяжении поединка, это неправильно. Пусть лучше противник окажется слабее чем ты предполагал, в противном случае он будет сильнее чем ты подготовился.

Эту фразу придумал не Жон, он просто процитировал одного персонажа из комикса. И ему было не стыдно цитировать комикс, описанная позиция была исключительно правильной. Лучше быть слишком бдительным, чем немножко мертвым.

— Мистер Винчестер, прошу оставить ваши семейные разногласия за пределами моего класса, в конце концов сейчас мистер Арк прав, вы его недооценили, и пусть его боевой стиль несколько архаичен это не делает его менее опасным противником. В конце концов ваша семья так же ведёт историю от рыцарей Королевства, так не должны ли и вы уважать традиции? — После этих слов лицо Кардина скривилось в гримасе, но перечить одному из учителей он не посмел.

— Хорошо. А теперь может ли кто-то из присутствующих сказать мне почему я остановила бой хотя уровень аур как мистера Арка, так и мистера Винчестера позволял его продолжить? — профессор вздохнула, когда класс ответил ей молчанием.

— Что же, хотя я и не ожидала леса рук, но то, что никто из вас не знает подобного нюанса меня разочаровывает, однако Маяк — это школа, и не страшно прийти к нам не зная чего-то, страшно уйти от нас без знаний что могут спасти вам жизнь. А теперь прошу полного вашего внимания эта информация хоть и не является чем-то тайным, но и широкого распространения не имеет, — убедившись, что она завладела вниманием класса мисс Гудвич продолжила — Приём который использовал мистер Арк не имеет широкого распространения среди современных охотников, однако он был довольно распространён раньше, особенно до Великой Войны. Тогда основную часть охотников составляли дворяне, которые в отличие от современных охотников чаще сражались с другими людьми, нежели с гримм, и соответственно из-за этого у них был другой подход к бою. Это проявлялось и в выборе снаряжения, рыцари часто облачались в то, что по меркам современных охотников являлось бы «Сверхтяжёлой» бронёй. Та броня, которую сейчас носят мистер Арк и мистер Винчестер сейчас уже считается тяжёлой, однако тогда она была бы максимум средней, представить же рыцаря Королевства что вышел на бой и вовсе без брони как сейчас делают многие охотники и вовсе не возможно. Иной подход был и в выборе тактики боя. Полная броня, усиленная прахом, могла обеспечить приемлемый уровень защиты даже без ауры, в случае же усиления стали она становилась практически не пробиваемой, что вынудило людей искать более эффективные методы борьбы с тяжело бронированными противниками, и метод был найден.

Переведя дыхание и убедившись, что не у кого не возникнет вопросов она продолжила.

— Несмотря на то, что аура способна защитить почти от чего угодно начиная с когтей гримм и заканчивая взрывом праха или современного оружия даже у неё есть свои ограничения. Достаточно сильный удар может пробить её нанеся вам травму, однако такие случаи довольно редки, абсолютное большинство из них — это либо следствие использования мощных проявлений, либо работа могущественных грим. Большая часть охотников просто не способно ударить с достаточной силой чтобы пробить ауру своего оппонента, особенно если на том надеты доспехи что также обеспечивают дополнительную защиту. Вот тут-то и вступает в действие вторая особенность аур. Там, где они крайне прочны на удар, их относительно легко «продавить» мечом или тонким кинжалом, на который нажали с достаточной силой, что медленно пройдёт сквозь защитное поле ауры. Часто именно этим приёмом пользовались рыцари. Ввиду количества брони. Стандартный для нынешних охотников бой всегда превращался в битву на истощение с часто непредсказуемым итогом, а потому они старались перевести бои в партер чтобы потом продавить ауру своего противника как это сделал мистер Арк. В современных реалиях такой стиль пусть и имеет место быть из-за малой подготовленности большинства противников к чему-то подобному, однако куда менее эффективен ввиду куда более высокой подвижности охотников и появлению многозарядного оружия дальнего боя. Эта техника пусть и может оставаться эффективной в ряде ситуаций на данный момент морально устарела.

— Поздравляю, Арк, ты морально устарел, — желчно хмыкнул Кардин.

— Я выиграл, — в похожем тоне ответил Жон.

— Успокойтесь оба, — пригрозила им стеком профессор Гудвич. — Несмотря на то, что прием мистера Арка был слабо применим против Гримм, но в поединках между двумя охотниками, особенно с учётом вашей брони, он все ещё остаётся достаточно эффективен.

Жону было приятно это слышать. Он пока не совсем понял, откуда были эти умения, хотя и имел некоторые подозрения. Но так или иначе, а у него были некоторые навыки, от которых он мог отталкиваться во время учёбы. Хоть какая-то хорошая новость за этот, очень сложный, день.

— Я жду, что мистер Арк покажет нам не только продуманную защиту, но и будет более активным в атаке, — продолжила профессор Гудвич. — А от мистера Винчестера я жду более сдержанной атаки и проработанной защиты. Вы меня поняли?

— Да, профессор, — кивнули оба парня.

— Садитесь на места, — отпустила их преподаватель. — Следующий поединок будет у…

Следующие бои проходили куда как более оживлённо чем его собственный, пусть иногда и были довольно односторонними. Блейк и Нора победили двух сокомандников Кардина, Пирра смогла одолеть Янг, несмотря на то, что та буквально пылала желанием победить, а Рен всё же проиграл не знакомому Жону парню. В итоге большая часть участников боёв не только остались довольна своими поединками, но и получили ценные советы. Но вот последний на этот день урок закончился и Жон смог расслабленно выдохнуть. Он не опозорился в первом-же бою, завёл друзей, да и в целом день был проведён весьма неплохо.

— Ну что Жонни, ты у нас оказывается сэр рыцарь? — Шутка Янг заставила Вайс фыркнуть, а его самого усмехнуться.

— Ну, технически я не проходил посвящение в рыцари, но среди моих предков таких действительно было не мало. — Его слова явно удивили большую часть его друзей и заставили Вайс задумчиво нахмуриться.

— Постой-постой Арк. Ты случайно не потомок Генриха Арка, героя великой войны, одного из сильнейших охотников своего времени и представителя дворянского дома Арк? Ты что, из этих Арков? — Жон честно говоря не понимал почему это так важно. Да, у него в роду было несколько рыцарей, да и сама семья имела дворянский титул, но он не думал, что сейчас это что-то значит, в конце концов они просто мирно жили в доме на краю деревни и владели виноградниками. Много ли им давала слава предков?

— Ну да, Генрих Арк действительно был моим предком по отцовской лини, — Жон пожал плечами. — Я ношу ту же фамилию и пользуюсь оружием своего предка, с семейным гербом, Вайс.

— Я хотя бы знаю твоих предков и чем они знамениты, Арк, — отрезала чуть покрасневшая девушка. — В отличие от тебя, что даже не знал о семье Шни. Между прочим, мой дедушка тоже был рыцарем Мантла.

— Как-то многовато рыцарей вокруг нас развелось. — фыркнула Янг. — Не продохнуть от высшего общества.

— Я не считаю это чем-то особенным, — Жон несмело улыбнулся. — По итогам великой войны аристократию упразднили. Теперь это просто история.

— Не похоже, что Вайс с тобой согласна, — хмыкнула Блейк.

Естественно Вайс не могла оставить это без ответа. Началось обсуждение, которое имело все шансы перерасти в перепалку, не будь та в меньшинстве. За разговором они дошли до мастерской, где собирались проверить осколок щита Оскара разнообразным механическим воздействиям. Вот только перед мастерской стояло две девушки и о чем-то спорили с худым мужчиной в кожаном фартуке.

— Нам просто нужно несколько станков, — возмущенно заявила девушка в модном прикиде и солнцезащитных очках. — Моя малышка нуждается в модернизации.

— Во-первых, мастерские заняты третьим и четвертым курсом. Как минимум часть из них провела каникулы в поле и вскоре их будут ждать миссии охотников, — буркнул мужчина, поправив круглые очки на кривом, когда-то сломанном, носу. — А во-вторых, я бы не стал называть ручной пулемёт «малышкой».

— Я сказала «малышка» — значит «малышка», — отрезала модница.

— Коко… — почти жалобно отозвалась другая девушка с кроличьими ушками.

— Нет, Вельвет, — модница вздернула подбородок. — Уже вышла новая коллекция, мне нужно переделать мою малышку, чтобы соответствовать последнему поступлению.

— Лучше бы ты просто купила новую сумочку, — хмыкнул мужчина. — Но факт остаётся фактом, сегодня и завтра мастерские заняты, без вариантов, по крайней мере сегодня.

— Э-эм… — Руби тихонько вклинилась в разговор, подняв руку то ли в приветствии, то ли как ученика на уроке.

— Ещё студенты, — вздохнул мужчина. — Мёдом вас тут что ли намазано?

— Да нам просто нужно несколько станков, — хмыкнула Янг, дословно процитировав девушку в солнцезащитных очках.

— Ха, ха, — раздельно произнес мужчина, посмотрев на шутницу глазами мертвой рыбы. — Раз уж вы слышали это, то должны были слышать и остальное. Сегодня мастерская занята старшекурсникам. На завтра её зарезервировал Директор Озпин.

— Мы виделись с директором, — тут же вступила в разговор Вайс. — Он очень заинтересовался нашим проектом и пообещал содействие. Проверьте, быть может бронь на завтра имеет отношение к нам?

— Без понятия, — отозвался механик. — Озпин позвонил мне и записал за собой мастерскую после занятий на весь день. А будете вы там все вместе хороводы водить, или он построит себе крепость одиночества, не моё дело.

— И как мы можем узнать наверняка, ждёт нас директор завтра здесь или нет? — спросила Пирра, не дав возмущенной Вайс открыть рот.

— Берете свиток, и, если директор вам не написал, значит вы в пролете, — хмыкнул мужчина. — Но если хотите, то можно отправить на электронную почту учебной части уточняющий запрос.

— Спасибо, — кивнул Жон.

— Эй, а мы? — Возмутилась модница.

— А вы в пролете в любом случае, — отрезал механик. — Запись будет только на послезавтра.

Глава 6

Его очередное пробуждение во сне прошло также, как и остальные, то есть он заснул в своей комнате, а проснулся уже лежащим около костра. Поэтому Жон лишь вздохнул. Конечно, тем утром он был бодр, даже более, чем бывает обычно. Однако, как такое сноходчество скажется на нём, если он будет проводить здесь каждую ночь? Начнут ли накапливаться умственная и моральная усталость, или же этого удастся избежать? Он не мог сказать наверняка, но подозревал, что рано или поздно он выяснит ответ на этот вопрос. Хотя бы просто из-за отсутствия выбора.

Не собираясь тянуть, юноша поднялся на ноги и огляделся. Вокруг был всё тот же двор и открытая дверь, которая вела в «комнату с боссом». Теперь, когда ему удалось победить Кардина и обсудить всё с друзьями, уверенности явно прибавилось, пусть Жон и понимал риск слишком расслабиться. Достав свой щит и меч Оскара, он осторожно вошёл в комнату, впрочем, немного расслабившись секундой позже. Зал не был пуст как в первый или второй раз его визита и на полу всё так же лежал убитый им демон, изрядно успокаивая мертвенной неподвижностью. Жон понимал, что победил лишь благодаря чистой удаче и что при повторной схватке ему могло так не повезти. Осталось только на всякий случай проверить зал, не обнаружить ничего нового, и снова отправится к выходу из замка. Тяга исследовать эту крепость-тюрьму до самого её жуткого основания напрочь отсутствовала.

Уже во второй раз пройдя по полуразрушенной дорожке, ведущей к обрыву, Жон принялся ждать и высматривать новую угрозу, но в этом решении допустил единственную ошибку: Жон подошёл слишком близко к краю, обернулся на хрустнувшую ветку за спиной, и именно в этот момент неведомая тварь внезапно вылетала и схватила его, утащив к небу. Сказать, что парень удивился это ничего не сказать. Однако он смог удержать себя от опрометчивых действий, ведь сейчас убийство забравшей его полетать птички плачевно кончится. Здраво рассудив о сей превратности судьбы, поставившей их обоих в зависимость друг от друга, Жон убрал меч и щит обратно в инвентарь. А он ещё хотел поспешить.

Конечно ему было страшно, но на его везение, не смотря на нелюбовь к полётам, Жон не боялся высоты как таковой, а учитывая, что он больше не мучился морской болезнью, даже наслаждался видом. Вот только полёт всё длился и длился, отчего в какой-то момент он просто устал от видов и прикрыл глаза. К его огорчению, заснуть во сне было нельзя, пусть на секунду ему даже показалось, что от скуки он погрузился в дрёму. И из этой дрёмы вывело его ощущение падения. Открыв глаза, он увидел, как быстро приближается к какой-то земляной платформе. К счастью неведомый монстр всё ещё крепко его держал, отпустив лишь за пару метров от земли, из-за чего Жон буквально ударил в грязь лицом.

— С успешным приземлением, — хмыкнул сидящий недалеко воин в кольчуге.

— Ага, спасибо, — буркнул Жон. — Где я?

— Ты пришел в эту землю, не зная куда идёшь? — мужчина выглядел удивлённым. — Это что-то новенькое. Обычно проклятые, приходящие в землю Повелителей, готовы раз за разом повторять пророчество об Избранной Нежити.

— Я слышал об этом, — юный Охотник заметил невдалеке знакомый костерок и подошел к нему. Лучше заюзать «контрольную точку», если только не хочешь повторить этот «увлекательный» полёт ещё раз. — Но без особой конкретики.

— Нет ни одной нежити, что знала бы что-то конкретное об этом месте до прихода сюда, — неизвестный покачал головой. — Но раз уж ты здесь, то я помогу тебе. Колоколов Пробуждения на самом деле два. Один — наверху, в Церкви Нежити. А второй глубоко внизу, в развалинах у основания Чумного Города. Ударь в оба колокола, и что-нибудь произойдет. Гениально, правда?

— Выглядит очень мутно, — хмыкнул Жон.

— Рад видеть, что мозги у тебя на месте, — впервые за время их разговора воин улыбнулся.

— Спасибо, — помня наставление матери о незнакомцах, что могут стать друзьями, Жон тоже улыбнулся. — Меня, кстати, Жон зовут, Жон Арк.

— Прости, Жон, но я не помню своего имени, которым бы представился в ответ, — мужчина покачал головой. — Слишком уж долго я брожу по свету. Можешь обращаться ко мне просто на «ты», или, как некоторые местные шутники, звать меня «Удручённым Воином». Под этим прозвищем меня многие знают в округе.

— Прости, — Жон смутился такому ответу. Неужели этот парень, как и Оскар, стоит на грани становления безмозглой оболочкой?

— В этом нет твоей вины, — Удручённый Воин покачал головой.

Некоторое время они просидели молча. Ув, как сокращенно прозвал про себя Жон нового знакомого, вглядывался в огонь и думал о чём-то своём. Сам Жон крутил головой по сторонам. Они находились на небольшой платформе, прилегающей к крутой и высокой скале. Их окружали какие-то развалины, некогда величественные, но сейчас представлявшие из себя жалкое зрелище.

Жона сильно напряг стоящий недалеко колодец и перекинутый через его бортик иссушенный труп.

— Вы не хороните мертвых? — спросил он.

— Ты когда-нибудь очухивался после смерти в гробу, ещё и специально поглубже закопанном, чтобы выкопаться было сложнее? — оскалился Ув, заставив Жона побледнеть. — Большая часть местных бродяг мертвецы, и далеко не все королевства были столь щедры как Астора, чтобы выделить целую крепость для проживания нежити. Поэтому мы не трогаем мертвецов. Пусть даже этот малый избежал проклятия и мёртвым лежит здесь уже демон знает сколько.

— Так может всё же закопать? — спросил юный охотник осторожно.

— Тут рядышком есть кладбище, буквально вон за той стенкой, — Ув махнул рукой в сторону храма. — Вот только вряд ли тебе удастся спокойно выкопать новую могилу, Хе-хе-хе.

— Эм… — Жон не понял, что тут смешного. — Но почему?

— Потому что по кладбищу бродят грёбаные скелеты, — смех Удрученного Воина как отрезало. — Не знаю откуда они там взялись и что это вообще за твари, но они очень крепкие и орудуют очень непростыми клинками.

— Понятно, — кивнул Жон, мысленно помечая это кладбище как высокоуровневую локацию, куда не надо соваться слишком рано или вообще никогда. — Куда же тогда посоветуешь мне идти?

— Куда хочешь, — пожал плечами Ув. — Мир большой, да и это место тоже не из крохотных. Если просто, иди хоть в какую-нибудь сторону. Даже там, в обрыве, на дне есть что-то интересное… ну или что-то страшное, тут смотря с какой стороны посмотреть.

— Ага… правда я бы предпочёл не прыгать с обрыва, по крайней мере уже в третий раз за последнюю неделю, — поёжился Жон, у которого были слишком свежи воспоминания о посвящении в студенты Бикона и о своей попытке увернуться от того странного почтового невермора.

— Насыщенная у тебя неделька вышла. Хе-хе, — Ув захихикал.

— Да уж, — Жон выдавил из себя улыбку. — Но я спрашивал про пророчество. Ты говорил, что есть два Колокола. Как мне добраться до них?

— Ты же сам сказал, что это мутная схема, а теперь хочешь всё же впутаться в это болото? — Ув покачал головой, прежде чем хмыкнуть. — Хотя, прийти сюда и хотя бы не попробовать действительно было бы странно. Ну слушай тогда. Один колокол — наверху, в Церкви Нежити. Раньше из этого храма можно было подняться прямо туда на подъемнике, но сейчас механизм что-то заклинило, и он не работает. Может быть просто сломался. Так что придется карабкаться по лестнице вдоль скалы, чтобы пробраться в Город Нежити через акведук. Второй колокол — глубоко под Городом Нежити, в полном заразы Чумном Городе, куда можно будет попасть только через канализацию. Но я скорее умру ещё разок, чем сунусь в эту помойку, ха-ха-ха!

— Понятно, — буркнул Жон.

Чем дольше Жон общался с Удрученным Воином, тем больше убеждался, что у того не всё в порядке с головой. Хотя, если этот парень реально является проклятым так долго, что уже и не помнит, как его зовут, то стоит ли удивляться?

Это, кстати, создаёт несколько вопросов в отношении Оскара. Рыцарь Асторы помнил, как всё это безумие только начиналось, а Ув явно не пару лет мучается с проклятием нежити. Сколько вообще нужно прожить, чтобы забыть даже собственное имя? Век, два? Это кажется очень странным, даже пугающим. Сколько сам Жон будет вынужден бродить по этой земле, в поисках лекарства от проклятой метки и не сдастся ли он так же, как Ув?

Резко помотав головой, Жон прогнал от себя пораженческие мысли. Для начала нужно хотя бы попробовать, прежде чем поднимать белый флаг.

— Ладно, — поднялся парень. И махнул рукой на ступени, ведущие вниз. — Спасибо за разъяснения. Ступени к акведуку — это туда?

— Не-а, — хмыкнул Удрученным Воин. — Это к лифту, который приведет тебя в старый город. Мерзкое место, наполненное призраками. Их не берет ни честный меч, ни магия, а вот сами они своими ножами разделают тебя как свинку. Поверь, я проверял.

— Здесь есть хоть одно не мерзкое и не опасное местечко? — у Жона дёрнулась бровь.

— Без понятия. Но если найдёшь такое, обязательно дай мне знать, я туда переберусь, хе-хе.

— Обязательно, — поддакнул Жон. — Так куда мне идти?

— Вон ступеньки, — махнул рукой он в противоположную сторону.

— Вот это ступеньки? — скепсис Жона можно было потрогать руками.

— Прости, если сможешь, за отсутствие ковровой дорожки, — хмыкнул Удручённый Воин.

С мешаниной впечатлений, Жон направился к указанным «ступенькам». Они были исполнены примерно на том же уровне, что и в северном Прибежище Нежити, то есть более или менее обтёсанные камни. Не совсем понятно даже, помогают ли эти ступеньки подниматься в гору, или скорее выступают дополнительным препятствием, подставляя под ноги, свои склизкие и покрытые мхом бока. Существенным отличием местного подъёма от выхода из Прибежища было расположение тропы, притиснувшейся между отвесной скалой, где не за что было даже схватиться, и обрывом с видимыми внизу верхушками деревьев.

— Даже интересно, на какой я сейчас высоте? — Жон осторожно подошёл к краю, с каким-то даже болезненным интересом всматриваясь вниз. — И разве в горах не тяжело дышится?

Впрочем, это уже не сильно его удивляло. Высоко они или низко, много ли значит разрежённый воздух для кого-то, кто уже не совсем жив? Под эти мысли Жон и поднимался вверх по ступеням, пока не заметил из подъема на платформу (а если быть честным, то на выступающий из основного массива кусок скалы) очередного живого мертвеца с горящим красным цветом глазами. Значит, Полый. К счастью, он был на приличном расстоянии и не напал сразу же, так что Жон успел достать оружие из инвентаря. С осторожностью прибавив шаг, он поднялся на платформу, стараясь держаться подальше от обрыва, не горя желанием случайно поскользнуться на мхе и опять рухнуть в бездну. Так, следом за одним иссохшим противником, ему открылись ещё двое, что стояли относительно недалеко от него на ещё одном подъёме уже к самому акведуку.

Но сначала требовалось разобраться с тем, кто был прямо перед ним. Прижавшись спиной к скале, Арк решил использовать уже проверенную тактику и, отбив удар противника, прижал к стене и надавил мечом на шею, точно повторяя движение из боя с Кардином, только вот, в отличие от студента Бикона, у нежити не было ауры. Обезглавив теперь уже полноценный труп, Жону представилось, насколько бы ему было паршиво здесь, обладай все противники личным силовым полем вдобавок к бесстрашию истинно бессмертных, и поблагодарил любых богов, что были готовы принять его хвалу. Но отвлекаться дальше не стоило, ведь кто знает, когда те двое, оставшиеся в сторонке, решат спустится. По прикидкам вариантов боя, у него выходило, что ауры должно хватить для убийства их обоих уже ставшим привычным способом, но предчувствие указывало на угрозу навернуться при сражении на скользких из-за мха ступенях и либо скатится кубарем вниз, либо соскочить в центр нижней платформы, удобно подставившись под град ударов. Ситуация вынуждала схитрить, и он сделал это, взяв лежащий рядом камень, немного подойдя к следующей платформе и с хорошеньким размахом бросив его в ближайшего противника. Как он и думал, стоило лишь импровизированному снаряду угодить тому в грудь, Полый перестал просто стоять и смотреть вперед, а вместо этого яростно зарычал и начал оглядываться. Быстро найдя виновного, он побежал к нему с максимально возможной прытью, о чём очень скоро пожалел, успев пробежать всего несколько ступенек перед тем как всё же поскользнуться и покатиться кубарем по ступенькам. Жону, планировавшему просто выманить противников к себе и вместо этого воочию удостоверившемуся в обоснованности своих опасений, даже не пришлось его добивать. Свёрнутая в многократном падении шея и проломленный одной из ступенек череп сделали всё за него. Хотя «опыт» всё также капнул.

Это заставило его внутреннего геймера задуматься, насколько непосредственное участие следует принимать в убийстве для получения этой энергии, и нужно ли вообще? Может здесь «опыт» является дропом, который может подобрать последний выживший? Но как в таком случае проходит прокачка партий? По вкладу?

Тут ему пришлось тряхнуть головой, прогоняя посторонние мысли. У него впереди был ещё один противник, а подумать о местном геймплее он сможет и позже. Или вовсе вернуться к Уву, чтобы о всём как следует расспросить.

Следующий на очереди был последний мертвец, в куда лучшей броне, с нормальным мечом и чёрным щитом. Этот противник стоял на другом краю скального выступа, под самой каменной конструкцией, похожей на мост. Жон ранее предположил, что это и есть «акведук». Поверхность скалы была крепкой, покрытой жухлой травой, поэтому было бы странно ожидать, что и этот враг убьёт сам себя, поскользнувшись на ровном месте. С другой стороны, он очень уж удобно стоял на краю скалы и его можно было бы попробовать столкнуть в пропасть… при этом постаравшись удержаться самому.

Но, как говорилось в одной сказке: «План был просто превосходным: простой и ясный, лучше не придумать. Была только одна проблема — привести его в исполнение». Жон перехватил поудобнее щит, чтобы столкнуть таранным ударом противника в пропасть и, параллельно, защититься от ответного удара. Вот только не успел Жон дойти до врага, как под ноги ему упал какой-то горшочек, с плотно замазанной крышкой, из которой торчал горящий фитиль. Долго гадать, что это такое Жон не стал и, вскрикнув от страха и удивления, отпрыгнул от примитивной гранаты, взорвавшейся мгновеньем позже ярким сполохом огня и дыма.

Сосредоточившись на противнике с мечом, Жон как-то упустил дальнейший подъём к акведуку, где скрывалось ещё несколько противников. Молодой охотник успел увидеть двоих, один был вооружен обломком меча, а другой держал в руках ещё один горшочек с фитилём.

— Это Прах? — с изрядной долей опаски спросил Жон.

Понятное дело, что ему никто не ответил, но и безучастно ждать тоже никто не стал. Противник с лучшей броней и щитом медленно двинулся вперёд, также как Жон недавно выставив щит перед собой. Его товарищи наверху тоже не стали стоять на месте и ждать, пока Жон поднимется к ним.

Медлить было нельзя. Если в сражении один на один Жон ещё был уверен в своих силах, то один против троих уже не кажется честной сделкой. Поэтому Жон присел, готовясь к рывку, держа щит на уровне груди. Эти твари до сих пор были весьма медлительны, так что была и надежда поймать воина с щитом на контратаке. Как там говорила профессор Гудвич, быть более активным в атаке? Что ж, стоит попробовать повторить приём Пирры, которым та победила Вайс на уроке боевой подготовки. Благо щитовик очень удобно отвёл руку назад для длинного выпада.

Жон прыгнул вперёд и чуть в сторону, с расчётом пропустить врага с его атакой мимо себя и атаковать самому сбоку или в спину. Не очень честный манёвр, но действенный. По крайней мере, в исполнении Пирры и в мозгу Жона это был действенный приём, но на практике всё получилось не так хорошо.

Во-первых, воин с щитом не был медленным. Он очень быстро среагировал на рывок Жона своим рывком, отпрыгнув спиной вперед. Проделав это с удивительной прытью, как для трупа. При этом мертвец всё же провёл свой выпад, прямо в полёте чиркнув Жона по правой руке.

Толстовка с тыквенным Питом на груди обзавелась длинным разрезом на рукаве. Приготовившись атаковать, Жон не сосредоточился на укреплении ауры как прежде, и та не успела покрыть одежды вслед за кожей.

Во-вторых, группа поддержки наверху тоже было медлительной только пока Жон находился более или менее далеко от них, а стоило ему приблизиться, то они будто с цепи сорвались. Бомбардир тут же метнул второй горшок с взрывчатой смесью, пока другой его товарищ не стал утруждать себя спуском по ступенькам и просто спрыгнул с высоты двух своих ростов.

Последнее, кстати, несмотря на неожиданность и необходимость уклоняться от летящего сверху тела, сыграло Жону на руку. Сухое тело извещенного трупа будто вбилось в землю, врезавшись в скалистую поверхность с глухим стуком и заставим мертвеца распластаться по земле очень близко к горшку с зажженным фитилем. Взрыв откинул прыгуна в сторону и потрепал его, пусть и не упокоил окончательно.

Судорожно сжимая свой меч Жон сделал предварительный вывод. Местная нежить хоть и выглядит несколько тупее той, что была в Северном Прибежище, но компенсирует силой, быстротой, а главное выносливостью, явно превосходящих эти характеристики у несчастных из тюрьмы. Не самое приятное открытие, прямо скажем.

С большим трудом, заработав ещё несколько разрезов на одежде, Жон всё же смог разобраться с этой тройкой мертвяков. По сугубо субъективному мнению Жона, даже без ауры эти ребята были значительно опаснее Кардина. Как минимум, они были сопоставимы по силе и скорости с «мистером Винчестером» и они не играли в тренировку на академической арене, а реально пытались убить Жона. И, конечно же, их было трое, это тоже стоит учитывать. Выдохнув, Жон попытался успокоится. Да, пусть он пропустил несколько ударов, но схватка всё ещё далась ему относительно легко, а потраченную ауру он восполнил парой глотков из фляжки. Кощунством было не признать, что это действительно крайне удобно, особенно тогда, когда есть время на пару минут остановиться и перевести дыхание, заменив минутной передышкой и глотком чудо зелья часы отдыха.

После того, как он перевёл дух, юный Охотник решил продолжить свой подъём. В конце концов, ему было интересно, что охраняла эта нежить, и внутренне он признавался себе, как же он будет разочарован, если там вообще ничего не найдётся.

Поднимаясь вверх, Жон старался держаться как можно ближе к стене, костеря строителей на все лады. Неужели им было сложно сделать лестницу пошире, ну или бортики поставить? Но нет, ему приходится взбираться на лестницу в надежде избежать случайного порыва ветра, который сбросит его вниз. К счастью, лестница насчитывала отнюдь не сотню ступеней и вскоре он благополучно поднялся, заметив оттуда, что чуть впереди в стене есть проход, а в самом конце мостка лежит совершенно бездвижное тело. Недолго думая, Жон повернул к проходу. Первым, что он почувствовал, зайдя внутрь узкого коридора, была сырость, его ноги были почти по щиколотку в воде. Глянув направо, ему удалось разглядеть сквозь темноту следующий проход, а взглянув налево он понял, что находится здесь вовсе не в одиночестве. В том конце коридора, у преграждающей дальнейшее прохождение решётки, скрывалась какая-то тварь, похожая на гигантскую, облезшую и покрывшуюся волдырями крысу.

Ну, кажется пришло время проверить свои навыки против негуманоидного противника?

Он поднял щит и стал медленно приближаться к крысе. По началу она лишь шипела, показывая грязные клыки, и стоило только подойти достаточно близко, она резко напрыгнула на него, стремясь прогрызть этими клыками его бедро. Хорошо, что ему хватило реакции вовремя выставить вперёд щит и собрать побольше ауры, отчего крысиный мутант врезался в Жона как будто в кирпичную стенку и, упав ему под ноги, обмяк. Впрочем, облезшее брюхо ещё вздымалось и опускалось, так что надо было скорее добить оглушённого зверя. Перехватив меч, он постарался щитом вдавить морду крысы в самое дно, в то же время вгоняя меч в загривок. Боль от укола привела крысу в ясное состояние, и она дико забилась под натиском, будоража волны и брызгами. На рефлексах Жон нанёс ещё пару ударов, пока вода в акведуке не успокоилась. Это было легко, но муторно. Жон содрогнулся при мысли о том, что на него выпрыгнет сразу пара десятков этих тварей. Там никакая аура не поможет, потому что крысы просто похоронят его в своих телах. Буквально.

Прямо за крысой к решётке был прислонен ещё один труп. Труп, внутри которого явно что-то теплилось. Жон нахмурился и опять приготовился к бою. Труп внешне не походил на нежить, но тут лучше перестраховаться, чем получить какую-нибудь ржавую железку в ногу или живот. Но труп никак не реагировал на приближение Жона, зато ощущение чего-то теплого внутри трупа стало чувствоваться намного явственнее.

Немного выждав время, Жон склонился над трупом, коснувшись его рукой. Тепло внутри тут же отреагировало на его прикосновение и начало собираться в одном месте. Пара мгновений и вот в руке Жона собрался тёплый комочек серебристого цвета.

— Это… — Жон трепетно и осторожно поднял руку с серебрянным сгустком. — Твоя душа.

Это было просто поразительно. Из памяти Оскара Жон знал, что проклятая нежить резала друг друга и всё живое именно в попытках заполучить души или, что ещё важнее, тот тёмный столбик, который отделял разумного человека от безмозглой и агрессивной нежити. Быть может этот несчастный был убит крысой или умер ещё от чего-то, поэтому его душу не забрали сразу же. Но не совсем понятно, почему никто не извлёк её позднее, ведь сам Жон легко почувствовал, что в трупе что-то есть. Было ли опять дело в тёмной душе? У безмозглой нежити её нет или она очень мала, Жон же обладает не только своей, но и частью Оскара, отчего и может сейчас взять эту оставшуюся на месте душу? Жон не мог уверенно ответить на этот вопрос.

— Как жутко, — заметил парень отстранённо, разглядывая чужую душу. — Сколько раз нам говорили, что после смерти мы отправляемся в лучший мир? А ты, приятель, сидел здесь один и ждал, пока кто-нибудь придёт и сожрёт тебя.

Во всей этой обстановке и происходящем действительно было что-то жуткое и мрачное. Аура и Проявление — это часть души и Жон понимал, почему в его сне «опыт», что делает его сильнее, представлен в виде душ, но понимание не значит принятие. Ему было просто по-человечески жаль этого бедолагу, что так и не встретил своего «лучшего мира».

Сила в реальном мире, для борьбы с реальной опасностью, или милосердие к несчастной душе внутри своего сна? Этот вопрос казался просто глупым. Ответ был очевиден, тут не о чем было и думать… но Жон колебался.

Мог ли он спасти эту душу? Спрятать её внутри себя и пронести на Ремнант? Может быть, хотя это уже звучит странно. Нежить поглощает души, как и Жон, а значит засунув чужую душу внутрь собственной души он её, скорее всего, просто поглотит. А что потом? Как он потом проводит душу в «лучший мир»? Придёт с ней в какую-нибудь церковь в Вейле и отдаст душу священнику?

Знают ли местные способ освобождать души? Оскар его не знал. Рыцарь религиозного ордена не просил проводить его душу куда-то, он отдал её Жону…

На этой мысли Жон, вдруг запнулся. Оскар не просто попросил его прирезать, чтобы Жон забрал себе его душу как он это делал с обычной нежитью. Они провели особый ритуал, но не такой, как ритуал по открытию ауры. Как там Пирра говорила?

«Ибо мимоходом мы достигаем бессмертия и поднимаемся над всем, став образцом добродетели и славы. Бесконечно далекая и не связанная смертью, я подставлю тебе своё плечо и освобожу тебя».

Сработает или нет? Жон не знал, и вряд ли он найдет человека, что смог бы ему это объяснить. И не стоит забывать про другую чашу весов, там, где был Ремнант, были Гримм и люди, которых он, как Охотник, собирался защищать. Там была его команда, которую Жон не хотел подставлять. Ведь в выбранной ими профессии слабое звено в команде — это не плохие оценки, это реальные смерти на заданиях.

— Я… я ненавижу это, — произнёс Жон вслух, будто душа этого бедолаги могла его слышать. — Это просто сон… Выверт моего больного воображения, который наложился на пробудившуюся ауру… или же...

Он уговаривал себя, уговаривал всё же поступить как следует. Он говорил сам с собой вслух, нёс какой-то бред, и всё ради того, что просто чтобы успокоиться и прояснить мысли перед важным решением. Но вместо спокойствия нервы лишь накручивались ещё больше. Эмоции почти достигли пика, как вдруг в голове Жона щелкнуло:

«Прошу, не оставляй меня здесь, в темноте и одиночестве из-за страха запятнать руки кровью того, кто ещё способен ясно мыслить».

Так сказал ему Оскар. Это воспоминание заставило Жона выдохнуть. Мог ли он помочь этой душе? Неизвестно. Мог ли он сделать хуже? Неизвестно. Могла ли эта душа помочь Жону? Да, могла. Было ли милосерднее оставить её здесь? Нет, Жон так не думал.

— Прости, — прошептал он. — Ремнант, конечно, сложно назвать «лучшим миром», но мы можем попытаться сделать его лучше, вместе, единой силой.

Он чувствовал себя глупо, говоря это, а после того, как его рука сжалась в кулак, поглощая душу, к ощущению собственной глупости, примешалось ещё и отвращение к самому себе. Был ли это правильный путь? Жону лишь предстоит это узнать. Был ли это самый легкий путь? Да, однозначно. Он выбрал самый легкий путь… опять.

Мотнув головой, Жон постарался отогнать от себя мрачные мысли. Это всего лишь сон, навеянный его Проявлением. По крайней мере он цеплялся за эту мысль как за спасательный круг. И ещё кое-что, Жон пообещал себе, что никогда не расскажет своим друзьям об этой грани своих снов. Даже если он сможет объяснить всё как игровую механику, пожирание душ продолжит звучать слишком жутко, чтобы признаваться в чём-то подобном.

Бросив последний взгляд на труп, Жон развернулся и прошёл по туннелю. Другие крысы и Полые ему не встретились, позволив вернуть твёрдость шага и спокойно дойти до ответвления в туннеле с лестницей, ведущей наверх, на крышу укреплённого каменного здания. Возможно, тут располагался гарнизон или арсенал для стражников. Он не был экспертом в древней фортификации, но хотя бы мог отметить остатки баррикад и общую высоту строения, что значительно превосходила дома внутри ещё более громадных стен.

Там его ждала очередная группа мертвецов, таких же агрессивных и уродливых, что ранее встреченная группа перед акведуком. На первый взгляд их было только двое, и вооружены они были лишь обломками мечей, которыми размахивали с интенсивностью ветряных мельниц в шторм. В другой ситуации Жон мог бы и испугаться чего-то подобного, но сейчас, на волне негативных эмоций, он просто включился в бой, полностью на нём сосредоточиваясь и задвигая свои переживания и рефлексии на задний план.

Сместиться в сторону, так чтобы ближайший мертвец встал аккурат между Жоном и вторым мертвецом, а дальше дело техники. Ближайшего мертвеца он опрокидывает ударом щита, а пока тот не встал, делает длинный выпад в сторону второго противника, что попытался напрыгнуть на Жона. В итоге этот «гений» буквально насадился на клинок, что было хорошо, вот только возникли проблемы с возвращением клинка из оседающего тела, что уже было плохо. Особенно учитывая поднимающегося противника неподалёку и его возможности вновь атаковать с секунды на секунду. Решив не рисковать, Жон только убедился, что его меч точно застрял в мертвеце, и достал из инвентаря Кроцеа Морс. Покачивая фамильным клинком, он вспоминал, как хорошо себя зарекомендовало отсечение головы в прошлый раз. А одного противника он точно как-нибудь заборет. И чутьё не подвело. Вновь повалить неуклюжего мертвеца на землю не составило проблем, как и отрубить ему голову. Так что он снова вернулся к проблеме с застреванием оружия.

Как бы избежать повтора этого критического неудобства в будущем? Следует ли придержаться тактики быстрой замены через инвентарь? Тогда можно ли что-то сделать с Кроцеа Морс, чтобы и он мог эффективно бороться с нежитью? Или стоит задуматься об оружии дальнего боя? В конце концов последнее могло пригодиться и на Ремнанте.

Жон до сих пор помнил того гигантского невермора и свою беспомощность перед ним.

Но это всё мысли на будущее, а сейчас надо идти вперёд и прокачиваться, ведь по ту сторону сна его ждут друзья и он не имеет права их подвести, а потому выдерни-таки меч Оскара из полого и вперёд, Арк!

И новые подвиги не заставили себя ждать. Впереди за деревянным мостиком, что вёл с этой крыши на другую, стоял ещё один Полый, который скалился на него, но дальнейших действий предпринимать не спешил. Просто оставался на своём посту и угрожающе размахивал рукой с глиняным горшочком. Жон помнил, как в него в прошлый раз влетела такая граната с прахом, и, пусть особых неприятностей это не доставило, повторять подобный опыт он не желал, а потому со всех ног рванул к бомбометателю. Благодаря его своевременному рывку, бомба упала значительно дальше намеченного, не навредив Жону, который уже подобрался к противнику вплотную и вонзил меч ему в живот, после чего отработанным движением обезглавил. Порадоваться чистому выигрышу, впрочем, ему не удалось, так как слева из выходящей на крышу комнаты к нему выбежал ещё один Полый. На этот раз Жон решил попробовать действовать слегка по-иному. Отведя щитом неуклюжий выпад, он вонзил меч ему в рот, пройдя между костей и убив противника таким образом, чтобы лезвие действительно не застряло. Получилось успешно, но Жону показалось, что во время удара ему пришлось слишком открыться. Вряд ли стоит пока рисковать пробовать нечто подобное, если вокруг него будет больше врагов.

Может, добивание последних бойцов группе поможет ему отработать движения или, когда он проснётся, Пирра подскажет альтернативу?

Повернувшись кругом, рыцарь увидел очередную стену непроглядного тумана. Так как в здании, где Жона поджидал обезумевший мечник, не было хода дальше или чего интересного, напрашивалось очевидное направление. Но перед этим он захотел провести короткую проверку. На всякий коварный случай удостоверившись в отсутствии поблизости кого-либо притаившегося, Жон присел рядом с трупом бомбометателя и быстро обнаружил оставшиеся у того целыми две праховые бомбы. На вид они скорее напоминали гранаты ополчения времён Великой Войны, нежели современные устройства. По крайней мере, Жону так показалось при виде примитивного фитиля. Решив пока не заморачиваться, он положил гранаты в инвентарь и дотронулся до стены тумана, рассеяв её.

По ту сторону было просторное помещение с лестницей, ведущей наверх. Осматриваясь при поднятом щите, он невольно отметил, насколько тут было грязно и хлипко до того, чтобы вызывать опасения за состояние постройки в целом. Хотя, чего ещё следует ждать, когда кругом разгуливает нежить? Продолжая исследование, ему также попалось то, что спровоцировало слабую нервную дрожь. Это было ещё одно тело. Не просто бездушная оболочка или затаившийся для внезапной атаки Полый. Нет, Жон чувствовал, как в нём что-то теплится, прямо как в прошлый раз, когда он нашёл труп с так и не покинувшей тело душой.

На мгновение Жону захотелось просто сделать вид, что он ничего не заметил и пройти мимо. На очень короткое мгновение, но он действительно был готов сделать это. Но мгновение прошло, и он напомнил себе, что уже сделал выбор, а Арки никогда не нарушают данного слова. Если он оставит эту душу здесь, то отступит от своего недавнего решения стать сильнее ради своих товарищей и людей Ремнанта. К тому же будет очень странно, если одну душу он возьмёт, а другую трогать не станет. Чем тот бедолага был хуже или лучше этого?

Произведя над собой подобную накачку и лишний раз напомня самому себе, что это лишь сон, Жон прикоснулся к трупу, вытянув из него душу. Внешне она ничем не отличалась от первой души, что лишний раз уверило Жона в нереальности всего происходящего. Не могло быть двух абсолютно одинаковых людей, даже не внешне, вспомнить хотя бы его сестер, в особенности неугомонных близняшек на два года младше него, характер и предпочтения которых почти всегда разнились. Именно на таких различиях можно было подловить их при игре в притворство друг дружкой. Поэтому Жон верил, что двух одинаковых душ просто не может быть.

Раздавив в руке и эту душу, Жон вновь осмотрелся по сторонам. Похоже единственный путь дальше тянулся по лестнице наверх, где просматривался другой проход с каменными ступеньками. Узость этого подъёма сразу же не понравилась парню, но деваться всё равно было некуда, так что начался аккуратный подъём по ветхим ступенькам. Пол второго этажа примерно наполовину отсутствовал, но прошлый подъем и размещение самих балок с досками создавали впечатление, будто так и задумывалось. В любом случае трухлявое дерево отчаянно скрипело, продавливалось вниз, одной лишь верностью давно почившим строителям удерживая Жона на весу.

Ступеньки же вели на каменный мостик, не менее узкий, чем лестница, а за мостиком в отдалении виднелось несколько шатающихся без дела мертвецов в доспехах. Жон уже приготовился к бою, проходя на другую сторону, как всё пошло не по плану.

Огромная чешуйчатая туша, оказывается, умеет очень тихо планировать. Жон заметил приближающуюся тварь лишь в последний момент, когда огромный красный, мать его, дракон хлопнул своими исполинскими крыльями, чтобы чуть замедлить полет и приземлиться на каменный мост, который пересекал Жон. И надо же было такому случиться, чтобы эта тяжеленая туша, под весом которой содрогнулся весь мост, который на самом деле оказался каменной стеной, приземлилась точно на Жона.

Глава 7

Жон открыл глаза. Вокруг него снова была знакомая комната и его сокомандники, вновь он оказался дома, на Ремнанте. И сейчас, смотря на всё ещё спящих товарищей, Жон действительно почувствовал уверенность в сказанных во сне словах, ведь он действительно обязан стать сильнее ради них, ради своих друзей и своей семьи. Вместе с тем в этот момент его посетила странно ироничная мысль: в древних легендах героев часто описывали как тех, кто обладал силой многих десятков людей, а ему рано или поздно как раз доведётся обладать десятками душ, хранящих силу, что и не снилась большинству Охотников. Вот только почему видя перед собой то, что возможно является ключом к бессмертию, невообразимой силе и власти он чувствует привкус желчи во рту? Возможно именно потому, что он не гнался за этим ключом, переступая раз за разом через мораль и человечность? Жон хмыкнул от внезапной популярности философских рассуждений среди собственных мыслей. Когда его так на это потянуло?

Времени до обещанного концерта будильника было не так уж много, как и смысла дальше разлёживаться. Лучше пойти в душ, ибо жизнь в большой семье научила парня, что свободная ванна — это благо, которое не часто случается. Так что Жон откинул одеяло и встал, потянувшись. Хотя боли не было, но фантомные ощущения сминаемых костей от приземлившийся прямо на голову туши были достаточно яркими.

— Проклятый дракон, — буркнул Жон, разминая шею и плечи. — Это просто проклятие какое-то.

— Дракон? — тут же отозвалась Нора, привстав на кровати. Жон уже собирался приложить палец к губам, привязывая её к тишине, но заметил, что остальная половина команды тоже не спит.

— Я разбудил вас? — он неловко почесал затылок. — Простите.

— Ничего страшного, Жон, — спокойно заметил Рен. — Чуткий сон — благо охотника.

— К тому же сложно спокойно спать зная, что ты сейчас где-то там сражаешься, — заметила Пирра с лёгкой, и немного кривой улыбкой.

— Вот-вот, пока мы сладко спим тебе снятся какие-то кошмары! — Её сразу же поддержала Нора — Постоянный стресс до добра не доведёт, так и знай!

— Да ладно вам ребята, всё не так уж и плохо! — Жон попытался успокоить своих друзей — Там я не чувствую ни боли, ни усталости, могу тренироваться не опасаясь ран, да и другие бонусы тоже есть. Вы сами видели, что я могу доставать оттуда вещи, так что не стоит так волноваться!

Жон решил не упоминать, что под «другими бонусами» он имел ввиду не только возможность таскать с собой разные предметы. А чтобы его сейчас не попросили уточнить, тактически решил соскочить с этой ноты в ванную. Возможно, пока его не будет, уровень беспокойства спадёт, а там и его сокомандникам нужно будет в душ, и, как он надеялся, повторять одно и то же несколько раз его не заставят из вежливости. Далее, уже за столом, всех отвлекут или еда, или очередные остроты от Янг. По крайней мере, он на это надеялся.

Его ожидания оправдались как минимум частично. В начале всё действительно шло по плану и его команда не стала разворачивать допрос по дороге от их комнаты до столовой, пока Янг, чья собственная команда присоединилась к ним за едой, захотела сострить:

— Ну Жон, как на этот раз прошло твоё приключение? Ты спас прекрасную принцессу из лап злобного дракона? — эта фраза заставила его улыбнуться. Хотя он должен был признать, что если за драконом действительно окажется заточённая в башне принцесса, то он будет смеяться над этим клише.

— Пф, если бы Янг, если бы. Хотя дракона я там и правда встретил, — видя, как на него смотрят члены обеих команд он поспешил добавить — И нет, эпической битвы у нас не произошло, эта тварь приземлилась на меня сзади и раздавила.

— То есть у меня не будет сапожек из натуральной драконьей кожи? — спустя секунду неловкой тишину Янг попыталась разбавить атмосферу в своей манере. — Какая жалость, а я ведь уже подобрала фасон — Янг преувеличенно грустно покачала головой.

— Действительно какая жалость, потерять дизайнерские сапожки из такого редкого материала. Позор, Арк, позор. — хмыкнула Вайс, на что блондинка лишь шире улыбнулась стрельнув в её сторону глазами.

— Ой, неужели наша ледяная королева решила попробовать кожу? Я всегда знала что ты Айс снаружи, но горяча внутри! — все собравшиеся за столом дружно застонали, особенно сильная реакция на шутку была у покрасневших Руби и Вайс, а Янг не спешила останавливаться — Может ты и оружие попробуешь сменить? Строгая учительница со стеком у нас уже есть, теперь будет и холодная госпожа с кнутом.

Над столом вновь раздался обречённый стон.

— Во имя мира во всем мире, Сяо Лонг, тебе стоит прекратить шутить. Вообще, — отрезала Вайс.

— Ой, — Янг шутя сделала вид, что её ранили в самое сердце.

— Забудьте про Янг, — воскликнула Нора, чем вызвала куда более громкое и возмущенное «Ой» со стороны блондинки. — Давай, Жон-Жон, рассказывай, что там было.

— Да ничего особенного, — Жон все ещё не оставлял надежды соскочить с темы.

— С каких пор драконы стали чем-то не особенным? — спросила Руби.

— Это просто сон.

— Мы пока ещё не узнали об этом точно, Жон, — заметила Пирра. — Как там, кстати, директор Озпин, написал что-нибудь?

— Ага, — важно кивнула Руби, доставая свой свиток. — Он ждёт нас после занятий. Это так волнительно, просто не могу дождаться.

— Не отвлекайтесь, — строго сказала им Нора.

— Нора, — тихо сказал Рен. — Не приставай к нему.

— Но почему? Это же так интересно, — заканючила она. — Мне тоже снятся удивительные приключения, но я пока не научилась доставать оттуда вещи. Вдруг Бесстрашный Лидер раскроет какой-нибудь секрет и я смогу достать из своего последнего сна ту гору льен, что мы заработали продавая содранные с урс шкуры.

— Опять этот сон? — Рен заглянул в свою кружку в некой задумчивости.

— Ага, — Нора радостно кивнула.

Как никогда раньше Жон был благодарен этой парочке за смену темы. Рассказывать всё равно было толком нечего, а то, что есть… беспокоить ребят этим мрачняком не хотелось совсем. Вот только судьба никогда не благоволит проклятым. Раз уж Жону удалось избежать неприятного разговора, то ему подкинули не менее неприятную ситуацию.

Началось всё с глумливого смеха четвёрки идиотов, носящих общее имя «Команда CRDL». Жон, как и многие другие, обернулся посмотреть, что же такого смешного они там нашли, и увиденное ему сразу же не понравилось. Кардин и его дружки подсели за стол к вчерашней знакомой, девочке-фавну с кроличьими ушами. Свободных мест в столовой хватало, но смех и ужимки CRDL ясно давали понять, зачем они туда уселись.

— Боже, как это отвратительно, — нахмурились Руби. — Зачем они вообще пристают к ней?

— Потому что они придурки, — сказала как сплюнула Янг.

Никто за их столом не отнёсся к поведению четырех парней нейтрально, но почти все, по тем или иным причинам, остались сидеть на своих местах. Ключевое слово тут «почти». Первой со своего места вскочила Блейк, яростно сверкая янтарными глазами. Жон сначала ещё колебался, но, видя решительность товарища, сам тут же решился действовать и поднялся из-за стола лишь немногим позже Беладонны.

— Ребята? — непонимающе чирикнула Руби, в то время как остальные просто проводили их удивлёнными взглядами.

— Тебе лучше не вмешиваться, — рванула Блейк, не оглядываясь на Жона.

— Не могу бросить друга в беде, — хмыкнул Жон. — Даже если друг…

Свою мысль о том, что друга нельзя бросать, даже если он сам ищет неприятности на подтянутый задок, Жон закончить не успел. Не то чтобы он выразил бы свою мысль именно так, ибо инстинкт самосохранения был достаточно развит, чтобы не комментировать подтянутость девичьего зада вслух. Но это в любом случае уже не имеет значения. Кардин уже вознамерился перейти от слов и ужимок к действию, потянувшись за крольими ушами девушки, но та увернулась, а повторить свою попытку парень не успел. Помешала хлёсткая пощёчина налетевшей Блейк.

— Оставь её в покое! — крикнула Блейк сердито.

— Ах ты су… — начал было Кардин, но запнулся, так как между ними встал Жон.

— Винчестер, потрудись извиниться, — потребовал Жон, не уточняя, перед кем именно стоило извиниться.

— Что, Арк, опять рыцарство в душе играет? — оскалился хулиган. — Может ещё и на дуэль меня вызовешь за честь дамы?

— А ты предпочтёшь, чтобы Блейк сама тебе морду набила? — Жон тоже в карман за словом не полез. — Или осмелишься выйти с зайкой один на один, без поддержки своей банды?

Ответить Кардин опять не успел. Теперь ему на плечо опустилась здоровенная ладонь, продолжающаяся за плечом Винчестера до парня головы на две выше далеко не низких Кардина и Жона. Рядом с этим великаном стоял ещё один парень, уже сравнимого с первокурсниками роста, и вчерашняя модница.

— Ну зачем же сразу один на один? — ласково спросила модница чуть приспустила тёмные очки, пригвоздив Кардина к месту одним только взглядом карих глаз. — У «зайки», как выразился блондин, есть своя команда. Так почему бы нам не сойтись стенка на стенку?

— Коко, — совсем как вчера подала голос «зайка».

— Да, Вельвет? — теперь тяжеловесный взгляд достался девушке-фавну.

— Эм… ну… — Вельвет тут же смешалась и чуть сместилась в сторону, так чтобы спрятаться от этого взгляда за спиной Жона.

— Кстати, раз уж моя подруга решила не отговаривать меня от небольшой дружеской тренировки, — капнула желчью Коко, прежде чем улыбнуться по нормальному. — Думаю я должна сказать «спасибо».

— Это к Блейк, — тут же открестился от незаслуженной благодарности Жон. — Я не собирался лезть к хулиганам, но не мог оставить друга одного.

— О как, — Коко хмыкнула и одобрительно кивнула. — Честность это хорошо. А уж верность партнеру…

— Мы не партнёры, — буркнула Блейк, бросив взгляд на стол, где сидели их команды.

— Вот как? — Коко проследила за её взглядом.

— Я вам не мешаю? — вклинился в их разговор Кардин, попытавшись сбросить с себя руку гиганта, но совершенно безуспешно. — Эй, отпусти меня!

— Ах да, как я могла забыть про такого наглого таракана? — внимание модницы по имени Коко вновь обратилось на Кардина. — Так, мальчики, пойдёмте-ка к мисс Гудвич, договоримся о совместной тренировке.

— Мы не… — попытался было возмутиться Дов, как второй парень из команды Коко просто схватил его за шкирку, так и не дав договорить, что он там «не». Оба парня схватили по первокурснику в каждую руку и потащили их на выход легко и непринужденно, будто те и не сопротивлялись этому.

— Спасибо, — быстро поклонилась им девушка-фавн, прежде чем Коко схватила её под локоток и её, потащив вслед за парнями.

Жон на всё это представление только головой покачал. Команду CRDL было почти жаль. Хотя, быть может, ему просто показалось. Всё же Кардин был тем ещё придурком и хорошая трёпка имела все шансы вправить ему мозги. Хмыкнув на свои собственные мысли, Жон обернулся к Блейк и заметил крайне внимательный взгляд.

— Тебе не стоило, — просто сказала она.

— Стоило, — не согласился с ней Жон. — Всегда стоит вступаться за друзей.

— Мы не… — начала было Блейк, но осеклась, не став продолжать фразу. Вот только Жон без проблем разгадал, о чем она хотела сказать.

— Не беспокойся об этом, Блейк, — он просто улыбнулся ей и первым направился обратно к столу, за которым сидели их команды.

Стоило им подойти обратно к своим командам, как Янг подняла свою кружку в приветствии.

— Ну что, наш славный рыцарь и его боевая подруга вернулись с победой, милый кролик спасён, а силы зла утащены в неизвестном направлении двумя накачанными парнями для перевоспитания, за это надо выпить!

— Ты видно только и думаешь о выпивке и накаченных парнях, не так ли Сяо Лонг? — Не смогла удержаться от подколке наследница.

— Вайс, да за кого ты меня принимаешь? Ещё я думаю о милых миниатюрных блондинках и о том, как мы могли бы провести время вместе. Только ты, я, приятный полумрак и... — что «И» она договорить не успела, получив тычок в плечо от покрасневшей Вайс. Видя что та уже готова взорваться, она всё же перевела тему — Да ладно, не переживай ты так. Я говорила о совместной тренировке, а не о том, о чём ты только что подумала. Кстати, Жон, Блейк, а вы зачем собственно полезли в разборки?

— А ты что, предлагаешь нам просто сидеть и смотреть, как четыре расиста издеваются над фавном? Правда Янг? — Блейк недовольно сверкнула на ту глазами.

— Просто пойми меня, Блейк, такие люди как Кардин и его дружки не отстанут от неё пока она сама не даст отпор. Ей повезло, что у неё есть команда которая за неё вступилась, иначе ей могло достаться ещё сильнее. — На это заявление Блейк могла только недовольно нахмуриться.

— И зачем таких как они вообще взяли в Бикон? Они кучка расистских дураков, а не охотники! — Постепенно голос Блейк звучал всё громче и всё недовольнее.

— А теперь успокойся и подумай вот о чём, Белладонна, охотников и так мало, королевства просто не могут себе позволить отбраковывать будущих защитников человечества ещё и за их взгляды. И прежде чем ты назовёшь меня расисткой учти, что я не поддерживаю дискриминацию, а компания моего отца предоставляет фавнам тысячи рабочих мест. — к счастью, прежде чем Блейк и Вайс смогли продолжить спор в разговор снова вмешалась Янг.

— Ладно-ладно дамы, я понимаю что вы хотите продолжить спор, но ведь завтрак у нас не резиновый, а мы ведь не хотим опоздать? — этот аргумент подействовал и остаток завтрака прошёл в тишине.

Первым уроком у них была история, куда Кардин с товарищами чуть не опоздали. Ребята зашли в зал в последний момент, в своем боевом снаряжении и все побитые. Сильно побитые. Жон не стал долго их разглядывать, чтобы не нарываться на неприятности, но успел заметить, что вся левая половина лица Кардина выглядит так, будто его избивали горячей сковородкой, то есть была переходящего из красного в фиолетовый цвета и опухшая. Правда гипотезу о сковородке полностью разбивал силуэт женской ладони на щеке.

Вряд ли это был след от удара Блейк, и вряд ли это была зайка. На будущее Жон пообещал себе, что не будет подпускать модницу Коко на расстояние удара.

— Мистер Винчестер? — удивился профессор Ублек. — Могу я узнать, почему вы в таком виде?

— Профессор Гудвич… — начал было Кардин и запнулся. Жон не поверил своим ушам. Это их профессор так отделала?

— Глинда? — Ублек тоже выглядел весьма удивленным, правда, в отличие от Жона, он быстро сообразил в чём дело и открыл свой свиток. — Ах вот оно что, вижу, Глинда действительно написала мне, что вы участвовали в специальной тренировке.

— Типо того, — буркнул Кардин, над которым сейчас многие в классе потешались.

— Это похвально, но в будущем, пожалуйста, точнее рассчитываете время своих тренировок, — Ублек сделал им замечание, прежде чем махнуть рукой. — А теперь садитесь, мы приступим к занятиям. Итак, господа и дамы, я доктор Ублек, и в этом кабинете мы будем с вами изучать Историю.

Преподаватель истории в Биконе был, за неимением лучшего слова, весьма своеобразен. Он активно жестикулировал, говорил очень эмоционально и ни одной минуты не оставался на месте, постоянно перемещаясь по кабинету. Он то быстрым росчерком мелка что-то писал на доске, то стирал уже написанное. Доктор Ублек мог подойти к своему столу, взять с его поверхности книгу и зачитать несколько абзацев оттуда, чтобы затем пробежаться с устной лекцией вдоль парт. В целом, если бы кто-то спросил мнение Арка, то урок истории реально понравился парню.

Ублек знал, что такое «говорить с воодушевлением», отчего слушать его было действительно приятно. Он явно знал как увлечь людей своим предметом, в отличие от преподавателя «Гриммологии», от рассказов которого хотелось только спать. Полная противоположность Порта. Жон даже мог признать, что ему было интересно слушать лекцию про раннюю историю Королевства Вейл и он действительно старался запомнить и даже записать молниеносную речь учителя. Неудивительно, что звонок, оповестивший об окончании урока, стал для Жона совершенной неожиданностью.

— Кхм, да. Полагаю на сегодня моя лекция закончена, всем желаю доброго дня и напоминаю про необходимость самосовершенствования. Помните, те, кто не хочет учиться на ошибках своих предков, будет в итоге учиться на своих! — прощание Ублека также сопровождалась активной жестикуляцией. Казалось, что тот просто не мог спокойно стоять на месте. Стоило же Жону подумать свободно уйти, как профессор снова заговорил. — И да, мистер Арк, вас я попрошу остаться, вместе с друзьями.

Эта просьба немного его удивила. Всё же ни он, ни кто-то другой из их группы пока не успел сделать ничего предосудительного. Вроде как. Впрочем, ответ на вопрос почему же их решили задержать, нашёлся довольно быстро. Фактически, сразу как все кроме участников двух команд вышли из класса.

— Итак, дамы, господа, директор Озпин сообщил мне о весьма любопытном Проявлении мистера Арка, и, как эксперт по истории Ремнанта, я просто не мог пройти мимо. — продолжил он. — Если ваше Проявление действительно позволяет доставать из снов материальные предметы, то кто скажет, какие тайны они могут нам открыть?

— А если это окажется просто проекция со случайным символом? Что тогда? — Вайс решила выступить в качестве голоса разума и скептика.

— Тогда я просто потрачу немного своего времени на то, чтобы помочь одному из учеников разобраться в своём Проявлении, а моё время в любом случае не будет потрачено зря. Теперь же вперёд, ибо впереди нас ждут исследования и, смею предположить, чудесные открытия!

Ребята переглянулись и только плечами пожали. Раз уж профессор так хочет, то почему они должны отказываться от его помощи? С этим негласным выводом, они всей могучей кучкой отправились в мастерские… или скорее побежали. Жон даже заподозрил, что Ублек, как и Руби, является обладателем скоростного Проявления. Другого объяснения, отчего профессор истории просто так шагая по коридору передвигался столь стремительно, что студентам приходилось периодически сбиваться на лёгкий бег, сложно было придумать.

— Добрый день, Бернар, — крикнул профессор Ублек, распахивая двери мастерской.

— Привет, доктор, — меланхолично отозвался вчерашний знакомый ребят, поправляя очки на сломанном носу. — Мастерская зарезервирована Озпином.

— Да! — энергично закивал Ублек, доставая из нагрудного кармана сложенную в несколько раз бумажку. — Озпин попросил меня помочь командам JNPR и RWBY с их исследованием.

— Понятно, — механик сунул бумажку в карман брюк, даже не читая её. — Я займусь седьмым станком, один криворукий жопострел вчера подорвал его, когда мастерил себе гранаты.

— Язык, Бернар, — сделал замечание Ублек, но тут же забыл про механика, обернувшись к студентам. — Итак, что вы можете предложить мне для изучения?

Механик только махнул на них рукой, отправившись к стоящему в отделении станку. Руби и Жон переглянулись между собой и первой вперёд вышла девушка, достав осколок щита из своего подсумка.

— Вот. Жон дал мне его вчера и Директор Озпин как-то смог почувствовать его необычность и очень заинтересовался нашей находкой.

— Интересно, очень интересно, — протянул Ублек, выхватив кусочек металла из рук Руби и разве что не облизал его. — Что это такое мистер Арк?

— Это осколок щита, — ответил Жон и для наглядности извлёк все прочие осколки на ближайшим стол.

— Хм-м… — Ублек выглядел сбитым с толку, видя это. — Необычно, да, крайне необычно. Цельнометаллические щиты делают либо значительно меньше, либо примешивают к ним определенные компоненты, чтобы облегчить сплав.

— Вроде гравитационного праха, — важно кивнула Вайс.

— Как вариант, хотя и необязательно, — отозвался профессор истории, даже не обратив внимание на то, что его перебили. — Здесь тоже необычный металл, хотя каких-то явных признаков праха я не вижу. И не понятно, что же могло так расколоть щит.

— Булава демона, — просто отозвался Жон, несколько смутившись, когда к нему все обернулись. — Мне пришлось пробиться через эту тварь, чтобы покинуть то место и я того… ну облутал её.

— Тащишь всё, что плохо лежит, Арк? — фыркнула Вайс.

— Правильный подход, всё в дом, — одобрительно кивнула Нора.

— Не всем повезло родиться богатыми, — в тон товарищу по команде фыркнула Блейк, просто чтобы возразить Вайс.

— Значит, эта булава тоже у вас? — с интересом спросил Ублек.

— Да, сейчас, отойдите на пару шагов, — попросил Жон и вытянул руки перед собой, ещё и чуть нагнувшись, чтобы точно не отдавить себе ноги.

Рукоять булавы появилась у него в руках, обернуться ударной частью к полу. Как Жон и помнил, эта дура была слишком тяжелой даже просто чтобы приподнять её, поэтому он тут же с грохотом уронил булаву на пол. Благо, что она была в удобном положении и никто не пострадал. Хотя грохот получился знатный.

— Да бл…! — крикнул механик.

— Язык, Бернар! — тут же отреагировал Ублек, с детским восторгом рассматривая булаву.

— Вот именно, Бернар, следи за языком, ты вообще-то не должен выражаться при учениках! — вторила профессору Янг, и если сначала Жона это удивило, всё же блондинка не выглядела как яростная блюстительница морали, но потом, посмотрев на Руби, он решил придержать язык, всё же и у него самого была гиперопекающая старшая сестра.

— Я-янг! Мне пятнадцать, а не пять, не нужно одёргивать каждого, кто ругается рядом со мной! Это смущает! — возмутилась та действиям сестры и мило надувшись.

— Да ладно Рубс, для меня ты навсегда останешься той милой малышкой, что пыталась научить Цвея красть печеньки вместо себя, — Янг по доброму рассмеялась и похлопала Руби по голове, заставив её нахохлиться, словно сердитого воробья.

А тем временем, пока Жон вместе с остальными учениками отвлёкся на довольно милую, как он мог признаться самому себе, сцену профессор Ублек не останавливал осмотр трофейной булавы Жона.

— Изумительно, просто изумительно. Дубина, сделанная из окаменелого дерева, действительно может быть поразительным артефактом минувших веков. Интересно, была ли она сделана из уже окаменелого дерева, или всё же этот процесс затронул уже созданное оружие? Хм, действительно любопытно.

Он, казалось, и не замечал того, что происходит вокруг тщательно разглядывая гигантскую дубину с разных сторон и ища какие-то ведомые наверное лишь ему детали. И когда Янг сфокусировалась на гиперактивном профессоре по её лицу расплылась широкая улыбка.

— Профессор, то есть теперь у Жона есть дрова для камина? — эти слова заставили Ублека схватиться за сердце, замерев на полушаге, к тому же едва не споткнувшись об дубину, но вовремя сумевшего восстановить равновесие, чтобы затем повернуться к Янг.

— Это окаменелое дерево, — скептически заметила Вайс. — Вряд ли оно горит.

— Да как вы вообще могли так подумать! — всплеснул руками Ублек. — Чтобы окаменеть до такого состояния, древесина должна была пролежать в земле десятки тысяч лет, если не сотни. Может быть даже миллионы.

— Большой разброс, — заметил Рен.

— Там все сильно зависит от условий. В вулканической почве процесс происходит значительно быстрее. К тому же неизвестно, сколько это дерево пролежало в земле уже окаменелым, — достаточно спокойно пояснил Ублек, прежде чем снова повысить голос на Янг. — вам должно быть стыдно за такое пренебрежительное отношение к артефактам ушедших эпох!

— Спокойней, профессор… — начала было Янг, но была перебита.

— Доктор, — строго сказал Ублек. — Я не просто так защитил докторскую степень по истории.

— Ага, — Янг, похоже, и сама уже была не рада, что открыла рот. — Так вот, это была просто шутка.

— Пусть будет так, — кивнул Ублек, прежде чем снова схватиться за сердце.

Нора, пока никто не видит, тихо-тихо подошла к демоническому молоту и, схватившись за него двумя руками, попыталась поднять его. С хеканьем ей удалось приподнять это оружие и даже перевернуть его в вертикальное положение. Но сбалансирована эта окаменелость была на редкость отвратительно, что Нора невольно узнала, когда уронила ту вниз и породила ещё более громкий грохот.

— Ой, — заметив, что все смотрят на неё, гиперактивная девушка сложила руки за спиной, изобразив смущённый смех. — Такой тяжёлый, что чуть пупок не развязался.

— Мисс Валькирия… — Ублек уже собирался отчитать её, как в разговор вмешался механик.

— Значит так, жопорукие рукожопы, хорош бить мне по нервам, — начал он, угрожающе наставив на них гаечный ключ и тут же указав им в дальнюю часть помещения. — Хотите проверить оружие, проверяйте его на полигоне. Там найдётся что взорвать, разрезать, раздавить или что ещё придёт в ваши буйные головы. Только от станков держитесь максимально далеко. Я вас, первогодок, предупредил. Если в моей вотчине пострадает хоть один инструмент, или, не дай вам Братья, вы проломите пол или стену, вы сюда больше не попадёте даже с прямого разрешения директора. Всё ясно?

— Бернар, — попытался успокоить своего коллегу Ублек, но тот оказался глух к словам доктора истории.

— Я спросил «вам всё ясно?».

— Ага.

— Да, конечно.

— Простите!

Вразнобой отозвались студенты. Для кого-то, вроде той же Руби, это была угроза хуже смерти. Другие, или почти все, восприняли это чуть спокойней. Каким бы грозным любителем ругательств не был этот Бернард, вряд ли он действительно смог бы проигнорировать указания Озпина. Другое дело, что им не хотелось портить отношения с человеком, с которым будут видится ещё долгие годы подряд.

— М-да… — протянул Ублек. — Мисс Валькирия, я вас очень прошу, пожалуйста, не портите находки мистера Арка.

— Не буду, — Нора несколько раз кивнула, сложив руки за спиной. Правда её невинному личику никто не поверил. Быть может потому, что она почти сразу же перестала изображать невинность и обернулась к Жону. — Как же твой противник орудовал этой тяжеленной каменюкой?

— Он был раза в три меня выше и особых проблем не испытывал, — криво улыбнулся Жон.

— Опасный противник. Ты не уточнял этого раньше, — нахмурились Пирра.

— Ну да, — Жон виновато почесал затылок, заметив внимательные взгляды всех вокруг. — Просто не хотел вас беспокоить. Мне повезло, застал эту жуть врасплох, так сказать.

— Не стоит скромничать Жон, победить противника, способного хотя бы поднять подобную вещь, и тем более использовать его в бою, действительно нелёгкая задача. Такое под силу далеко не каждому охотнику. — подбодрила его Пирра.

— Вот-вот, Чемпионка права, не стоит принижать свои достижения, — продолжила Янг.

— Мисс Никос и мисс Сяо-Лонг безусловно правы, победа над подобным противником это действительно достижение даже для опытного охотника. Но, тем не менее, мы пришли сюда не ради того, чтобы обсуждать побеждённых мистером Арком противников, а чтобы исследовать полученные им благодаря своему Проявлению предметы. Итак, мистер Арк, у вас есть другие представляющие интерес предметы? — доктор Ублек попытался вернуть им рабочий настрой.

— Да профессор, кроме дубины и осколков щита есть ещё парочка гранат. И ещё фляжка с… Ну проще говоря это что-то вроде зелья ауры из игр — Жон честно говоря ожидал скепсиса от преподавателя, но тот смог приятно его удивить.

— А вот последнее очень интересно, мистер Арк. Говорите, «зелье ауры»? И насколько оно эффективно? Вы его проверяли? Каков его эффект? Восстанавливает ли оно только ауру или же оно также исцеляет раны? Насколько сильно это зелье? Есть ли у вас возможность пополнить его запасы? — Ублека казалось не волновала ни игровая терминология использованная Жоном, ни то, что это «зелье» он достал буквально из своего сна.

— Э-м-м… Профессор, а вас не смущает то, как звучат слова про чудодейственное зелье? — Вайс снова решила побыть реалистом.

— Ничуть, мисс Шни. Я за свою жизнь работал с десятками охотников, у некоторых из которых были самые удивительные Проявления. Так что я вполне могу допустить, что Проявление мистера Арка создаёт локацию подобную тому что можно увидеть в играх жанра РПГ. Хотя я и должен признать, что если предметы которые он достаёт оттуда окажутся полностью материальными, это Проявление будет если и не самым странным из виденных мною, то по крайней мере в первой тройке уж точно. Так что умерьте свой скепсис.

— Это всё равно очень странно, — буркнула Вайс.

— Может быть, — доктор не стал спорить, повернувшись к Жону. — Так что насчёт моих вопросов, мистер Арк?

— Их было слишком много, — почти жалобно протянул парень. — Можно ещё раз и по одному?

— Да, конечно, простите мне мою эмоциональность, — Ублек энергично закивал головой. — Давайте по порядку. Можете показать нам это «зелье ауры» и объяснить, почему вы так его назвали?

— Угу, — Жон достал из своего «инвентаря» флягу с эстусом и поставил её на стол. — Человек, давший мне это, назвал содержимое фляги эстусом. Он… восстанавливает ауру и исцеляет раны, наверное.

— Наверное? — спросил Ублек, рассматривая светящуюся оранжевым светом фляжку из непонятного материала.

— Ты же раньше говорил, что она исцеляет незначительные раны, — нахмурилась Пирра.

— Ну… — Жону очень не хотелось говорить правду, но врать тут было бы тоже не самым лучшим поступком. Хотя бы потому, что эстус может послужить хорошую службу всем прочим охотникам Ремнатна. — Там всё сложно.

— Мистер Арк, я понимаю, что Проявления, чаще всего, это очень личная тема, — проникновенно начал Ублек. — Но я очень прошу вас пояснить подробнее об этом эстусе.

— Ну… — Жон понял, что повторяется, но начать тут и правда не просто. — Начать нужно с того, что какое-то время назад в том мире, из моего сна, случилось крайне неприятное бедствие.

— Стихийное бедствие? Техногенная катастрофа? — тут же предположил Ублек.

— Некоторые люди перестали умирать, — Жон покачал головой.

Этот ответ несколько озадачил его слушателей и даже механика Бернарда, переставшего делать вид, что он не подслушивает, и открыто обернувшегося к ним. Студенты непонимающе переглянулись между собой.

— Разве это плохо? — спросила Руби, разведя руками.

— Не все люди хорошие, — вздохнул Жон. Объяснить всё же придется. — К тому же есть ряд нюансов. Например людей, переставших умирать, называют нежитью, и одной из их отличительной черт является возможность становиться сильнее за счёт убийства других.

— Всех или только других людей? — тут же уточнил Ублек.

— Сложно сказать, как минимум за убийство друг друга нежить что-то точно получает, и за убийство того демона мне тоже перепало усиление, — пожал плечами Жон. — Хуже другое, Помимо обычной души, люди там выделяют особый участок или даже придаток к душе, который называют человечностью. Это такой темный столбик в форме безликой человеческой фигуры.

— И что? — Вайс недовольно нахмурилась. — С этим придатком тоже связано что-то неприятное?

— Ага, — Жон выдавил бледную улыбку. — Человечность тоже можно потерять и, соответственно, перестать быть человеком. Такую нежить называют Полой. Больше всего они похожи на одержимые Гримм трупы, при этом о потере накопленных до этого усилений или хотя бы способности усиливаться дальше речи не идет.

— Дерьмо, — ругнулась Янг.

— Язык, девочка, — мстительно заметил Бернар.

— Да уж, оказываются Гримм не самое плохое, что может случиться, — Блейк передёрнула плечами.

— Понятно, — кивнул Ублек. — И эстус?

— Употреблялся нежитью, — кивнул Жон.

— А вы? — Ублек посмотрел на Жона поверх очков.

— Я могу его употреблять, — Жон кивнул.

— А другие?

— Мы не пробовали, — ответила вместо Жона Руби.

— Это вы молодцы, — доктор истории покивал. — Но давайте тогда проведем несколько спаррингов и посмотрим.

— В смысле, на нас? — Вайс не выглядела слишком довольной от подобного предложения.

— Для начала на мистере Арке, раз уж он всё равно его уже пил, а потом посмотрим, — Ублек то ли не заметил, то ли предпочел не заметить недовольства наследницы.

Глава 8

— И? — Жон чуть пожал плечами. — Что будем делать?

— Ну, для начала не плохо было-бы посмотреть, что за гранаты вы принесли мистер Арк, ведь если они окажутся рабочими, то это открывает для вас некоторые возможности, как минимум вы сможете сэкономить на прахе для оружия дальнего боя, которым я настоятельно рекомендую вам обзавестись, в некоторых ситуациях возможность нанести противнику урон, не приближаясь может означать разницу между победой и поражением. — Доктор довольно быстро перешёл на лекторский тон, как будто он и не заканчивал свою лекцию.

— Да профессор. — Жон уже собирался достать гранаты как вдруг он вспомнил о предмете, который забыл упомянуть ранее. Передав появившиеся в его руках гранаты Руби, он призвал в правую руку уже знакомый меч. Жон неловко почесал затылок прежде чем заговорить.

— Ну, и кажется я забыл помянуть про этот меч? Его я тоже нашёл во сне. — Ему было на самом деле неловко от того, что он забыл упомянуть про вторую по ценности находку.

— Хм? Мистер Арк, если разрешите — С этими словами Ублек взял клинок из его руки и вновь начал тщательный осмотр, пусть и энтузиазма у профессора было слегка меньше, чем при осмотре дубины демона.

— Так-так-так, довольно любопытно. Клинок довольно хорошо проводит ауру, однако я не вижу на клинке следов, характерных для металлов к которым добавили прах, возможно дело в самом металле?

— Извините профессор, но разве есть материалы способные проводить ауру так-же как прах? Я по крайней мере о таких не слышала.

— О таких материалах не известно мисс Сяо-Лонг, однако это не значит что их не существует, наш мир исследован гораздо меньше чем многим-бы хотелось, так что кто знает какие секреты он таит?

— Хорошо, значит теперь у Жона есть «Волшебное» зелье и «Волшебный» меч, что дальше, посох и мантия?

— Должен сказать что ваш скепсис по поводу посоха не оправдан мисс Шни, есть множество стилей основанных на применении этого оружия, а до изобретения привычного нам дальнобойного оружия посохи так-же пользовались популярностью у тех охотников, что использовали в бою прах.

— Правда, посохи? Держу пари что они просто хотели стильно выглядеть, вот и всё. — Вставила Янг свои пять копеек

— Возможно. А возможно они хотели, чтобы в случае неудачи прах сдетонировал как можно дальше от них, да и посохи такие чаще всего делали из металла с добавлением праха.

— Ей, ребята, смотрите! — позвала всех Руби, что уже разобрала одну из бомб на ближайшем столе. Если слово «разобрала» вообще применимо к тому факту, что она просто содрала восковую крышку и высыпала содержимое глиняненого горшочка в специальный лоток. — Тут тоже праха не видно, если только эта странная черная штучка не является прахом.

— Не знаю, что это за «штучка», — передразнил подругу Жон. — Но взрывалась они прилично.

— Ну-ка, — подвинул всех Ублек. — Дайте мне посмотреть. Что это за вещество, мистер Арк, вы знаете?

— Нет профессор, я сам в начале подумал что в гранатах был прах — Жону оставалось лишь пожать плечами, в конце концов что ещё могло так взорваться?

— Очень в этом сомневаюсь, Шни являются экспертами во всём что связанно с прахом, и я не слышала ни о чём подобном до сегодняшнего дня.

— Э-м-м, может проведём химический анализ вещества? Ну то есть если здесь есть подходящее оборудование — Руби выдвинула первое рабочее предложение

— Рубс, план хороший, но разве здесь есть подходящее оборудование? Это ведь оружейная мастерская, а не химическая лаборатория.

— Мастерская, не лаборатория, — авторитетно подтвердил Бернард.

— Окей, мистер ворчун, — хмыкнула Янг. — Тогда нам нужно будет найти специалиста на стороне, чтобы определить, что это такое?

— Мы находимся в Академии Охотников, мисс Сяо Лонг. У нас есть не только мастерская, но и лаборатория, — с явно слышимой гордостью заявил доктор Ублек. — Правда сейчас профессор Питч занята и вряд ли сможет нам помочь.

— Можно пойти и спросить у неё, — заметила Блейк.

— Не будем тратить время, зарезервированное в мастерской, — преподаватель покачал пальцем. — Будет рациональными и решайте проблемы по мере их поступления. Как говорится, спешка лишь повредит делу.

Студенты смущённо переглянулись между собой. Как бы сама по себе мысль была здравой, стоило только закрыть глаза на ставшую уже привычной манеру Ублека, с которой он протараторил данную фразу, нарезая при этом круги вокруг стола с разобранной бомбой. Да и урок доктор исторический наук тоже вёл… оживлённо, если говорить мягко.

— Значит, это непонятное вещество мы пока отложим в сторону? — предположила Вайс, что первой отошла от вызванного уважаемым профессором когнитивного диссонанса группы.

— Да, пока отложим, — кивнул Ублек. — Бернард, есть контейнер, куда мы сможем собрать взрывчатое вещество?

— Контейнеры для Пыли в четвёртом ящике, — хмыкнул механик.

Жон сначала начал оглядываться вокруг, пытаясь найти цифру четыре хоть на каком-нибудь ящике, но более опытная Руби сразу же присела на корточки, чтобы посмотреть на нумерацию ящиков в столе, около которого они стояли. В четвёртом ящике действительно нашлось несколько чистых контейнеров, разных размеров.

— Вернуть потом не забудьте, иначе вместо одного целый набор мне купите, — буркнул механик.

— Обязательно вернём, — хоть так решил оказать услугу блондин. — Нет нужды переживать.

— А когда профессор Питч освободится и где мы сможем её найти? У нас с ней ещё занятий не было, — тем временем поинтересовалась Пирра.

— Расписание Сабрины уже отправлено на ваши Свитки, — запечатывая находку, упомянул Ублек, даже не прикасаясь к своему электронному устройству.

Быстрая проверка у Норы показала, что профессор не врал и между делом действительно успел послать таблицу дат с номером аудитории. Совершенно незаметно для окружавших его учеников.

— Ладно. С этим определись, — вновь взбодрилась Янг, указывая на Жона. — Что ещё ты можешь вытащить из широких штанин?

— Нормальные у меня штаны, — буркнул Жон, вспоминая, что ещё у него осталось. — Вроде все остальное не кажется чем-то сильно примечательным. Я нашел один топор, но там ничего особенного. И ещё кинжал… да…

— Кинжал? — Ублек, как и прочие студенты, заметил заминку Жона.

— Угу, — парень медленно кивнул, доставая кинжал из своего странного хранилища. — Мизерикорд.

— На шило похож, — заметила Руби, прежде чем доктор Ублек успел сказать хоть что-то.

— Да, их такими делали специально, — кивнул Ублек, бережно беря кинжал из рук Жона. — Настоящий символ ушедшей эпохи, кинжал милосердия.

— Странное название, — заметила Вайс. Да и остальные студенты, кроме Жона, переглянулись.

— Им добивали раненых, которым уже нельзя было помочь, — вздохнул Арк. — Последняя, горькая милость, смерть без боли.

— Иногда им так же убивали тяжело бронированных врагов, — справедливости ради заметил Ублек. — Но кинжалом милосердия он был назван именно из-за этой, как вы выразились, горькой милости.

— М-да… — заметила Нора. — Слушай, бесстрашный лидер, а что-нибудь веселое в твоих снах вообще есть?

— Ну-у… — Жон честно попытался припомнить хоть что-нибудь. — Наверно? Я просто пока ничего такого не встречал.

— Так, не время хандрить, — хлопнул в ладоши доктор Ублек. — Давайте лучше, как и планировали, пойдем на испытательный полигон и проверим действие «зелья ауры». Думаю нам всем интересно как оно работает и работает ли вообще.

— Действительно, — хмыкнула Янг. — Пойдем, намнём Жону бока.

— Спасибо, Янг, — Жон мог только криво улыбнуться.

— Не беспокойся Жон, — попыталась успокоить своего партнёра Пирра. — Мы будем аккуратны.

— Ага, — радостно покивал Нора. — очень-очень аккуратны.

— С кем кстати Жон будет спарринговаться? Жон, есть предпочтения?

— Ну Рубс, если ставить вопрос так то думаю что Жон предпочтёт Вайсскимо, я права?

— Хватит пошлить Сяо-Лонг, тебе за это не платят, но я не против провести спарринг с Жоном, заодно могу объяснить ему и вам базовые принципы прямого манипулирования прахом если вам интересно. — Вайс ответила невозмутимо.

— С чего такая доброта принцесса? Неужели тебе не безразличен наш Тошнотик? — Комментарий Янг заставил его покраснеть, но сама Вайс на это лишь фыркнула.

— Считай это инвестициями, сейчас я помогу ему, а потом он может вынести из своего сна что-то полезное, что-то что я смогу выкупить за справедливую цену.

— Как меркантильно, помогать людям не из-за симпатии к ним, а просто потому, что те могут оказаться полезны. — Лицо Блейк скривилось в гримасе.

— А что в этом такого? я-тебе, ты-мне. Запомни Белладонна, это называется бизнес.

— Мне совесть не позволит драть деньги с друзей, — буркнул Жон, чуть поведя плечом.

— Балбес, — фыркнула Вайс, отвернувшись.

Она очень надеялась, что лёгкий румянец на её лице был никем не замечен. Все же наследница богатой семьи привыкла, что даже так называемые «друзья» предпочитают говорить с ней на языке денег, если не напрямую требуя у неё льены, то проповедуя принцип обмена услуг. Чем, кстати, Вайс быстро научилась пользоваться. Даже сейчас на счету Вайс есть парочка должников в Атласе, которые должны ей услугу. И тут, вдруг, такое чистое и простое отношение это было приятно, хотя и несколько подозрительно. Время покажет, был ли Арк искренен в своих словах или это была пустая бравада с целью произвести впечатление на богатую наследницу.

— О-о, Вайс… — протянула Янг, что прекрасно все видела. — Это так ми…

— Замолчи, Сяо Лонг, — Вайс резко обернулась обратно и теперь её лицо было красным не от смущения, а от злости. — Я составлю Арку пару в спарринге и не желаю ничего слышать об этом, особенно от тебя.

Пирра хотела возразить тому, что Вайс сама все решила, даже не спросив мнение Жона, но наследница Шни уже развернулась на каблуках и скорым шагом направилась на испытательный полигон.

— Действительно! — кивнул Ублек, так же чуть ли не бегом направляясь туда же. — Поспешим, молодые люди, ещё столько всего нужно сделать.

Студенты недоуменно переглянулись.

— Разве профессор не говорил только что, что спешка — это плохо? — просила Руби, сложив брови домиком.

— Не парься, Рубс, — фыркнула Янг, взъерошив прическу сестры. — Взрослые частенько противоречат сами себе. Вспомни дядю Кроу, он постоянно пьёт и постоянно ругается, когда я пью.

— Давайте не будем заставлять их ждать нас, — предложил Рен, видя, что никто не спешит идти вслед за доктором истории и наследницей Шни.

— Да, надо бы, — вздохнул Жон, которого ждал спарринг.

Испытательный полигон представлял из себя просторный зал, облицованный бетонными плитами, о толщине которых оставалось только догадываться. Здесь было и импровизированное стрельбище и «зона взрывов», как был подписан один основательно закопчённый угол. Доктора Ублека ребята нашли возле очерченного на полу круга в самом деле зала.

— В отличии от дуэльной арены в классе Глинды это помещение не оборудовано специальными щитами, — протараторил преподаватель, энергично жестикулируя. — Поэтому я попрошу вас, мистер Арк и мисс Шни, быть аккуратными во время истощения ауры мистера Арка.

— Как скажите, — криво улыбнулся Жон, с некоторой опаской посматривая на решительно настроенную Вайс.

— А всем остальным лучше встать сбоку от испытателей, — продолжал распоряжаться Ублек. — Так меньше шансов, что вас что-нибудь заденет.

— Ага, — ответила за всех нетерпеливая Руби. Ей было и прям жуть как интересно все это.

— Начнем, Арк, — Строго произнесла Вайс, не спеша при этом вытаскивать рапиру из ножен. — Что ты вообще знаешь о прахе?

— Ну… э-э… — Жон облизал губы. — Прах добывают двух видов, в виде порошка и виде кристаллов. Порошок очень нестабилен и может быть использован в технике и двигателях, но при этом его сложно добывать. Кристаллы проще в добыче, но использовать их могут только охотники.

О том, что он не имеет ни малейшего понятия, как именно охотники должны использовать большие кристаллы праха, Жон предпочел умолчать. По идее, ученик с его рекомендациями должен был обязательно это не только знать, но и уметь.

— Ты это в младших классах узнал? — спросила Вайс, недовольно поджав губы.

— Понимаешь… — Жон был бы и рад соврать что-нибудь правдоподобное, но в голову никак не приходило ничего толкового.

— Слушай внимательно, дуралей, — отрезала Вайс. — Порошок в принципе удобнее в использовании, в том числе и для того, что обычно называют праховой магией. И именно такой прах используют в изготовлении сплавов. Именно такой прах называют высококлассным, и стоит он соответственно.

Сказав это, Вайс достала из подсумка на поясе флакончик с красным порошком. Жон, видя это, склонил голову на бок, за что получил раздраженный взгляд от Вайс.

— Ты так и будешь стоять столбом или хотя бы достанешь меч, чтобы это не выглядело как избиение? — цыкнула наследница Шни.

Ах да, Жон уже и забыть успел, что они здесь собрались ради его избиения. Достав меч и разложив щит в боевое положение он приготовился к возможной атаке, продолжая однако слушать импровизированную лекцию Вайс, всё же как говорила мисс Гудвич «Не страшно прийти в Маяк без знаний, страшно выйти из него без них», заметив его действия Вайсс лишь кивнула и продолжила говорить.

— Существует множество школ работы с прахом, но пока мы начнём с основ: Мы не будем затрагивать тему «праховых магов» Мантла, у нас пошли по иному пути и прямые манипуляции прахом не слишком распространены, хотя должна отметить что среди тех, кто всё же решил пойти по этому пути почти все выходцы как Мантла, так и Атласа показали значительные успехи, одним из самых выдающихся был мой дедушка, основатель Праховой Компании Шни. — Жону на секунду показалось как он услышал из-за спины чей-то недовольный фырк.

— Сейчас мы рассмотрим школу принятую в Вейле, в отличии от школ Вакуо и Мистраля, вейлианские «Маги» ориентированы больше на точный контроль поля боя и поддержку выступая именно как бойцы второй линии, здесь, в Вейле больше распространена практика использования как фокусировщиков всевозможного клинкового оружия, в самых архаичных случаях даже посохов, хотя иногда встречаются и уникальные образцы вроде стека мисс Гудвич. Именно вейлийские «Праховые маги» наиболее известны любовью к комбинации разных видов праха для достижения различных эффектов, во время Великой Войны у королевства были целые отряды подобных боевых магов, что годами отлаживали своё взаимодействие и отрабатывали десятки приёмов, как против множества слабых целей, так и против одной сильной. Однако для кого-то к счастью, а для кого-то к сожалению после упразднения монархии Совет признал проект чрезмерно затратным и объявил о роспуске данных отрядов. Они говорили что война закончилась и Республике более не к чему эти «Пережитки монархического прошлого»

— И что с ними потом стало? — Жону было искренне интересно узнать ответ на свой вопрос, все-же после его снов его живо заинтересовала тема магии, а тут он узнаёт что у Вейла когда-то были собственные отряды магов.

— Кто-то вышел на пенсию, кто-то пошёл в охотники или наёмники, а кто-то пошёл на службу к другим королевствам, в конце концов с роспуском подразделения их жизнь не закончилась.

— Понятно, — Жон не удивился подобному ответу, но это не значит, что тот ему понравился. — Это был… не самый благоразумный поступок.

— Быть может, — отозвался доктор Ублик прежде, чем Вайс успевает ответить. Наследница Шни уже открыла рот и явно собиралась сделать какое-то язвительное замечание, но не успела. — Читая новости, я сам иногда думаю, что в противостоянии с бандитами и террористами Вейлу не помешало бы особый полицейский или полувоенный отряд. Вопрос лишь в том, сколько денег из бюджета этот отряд тянул бы на себя. Стоят ли государственные квоты на медицину и социальное жильё государственной монополии на насилие.

— Да, — Жон ответил вообще не задумываясь. — Если у государства не будет возможности давать укорот бандитам, то никаких благ для граждан это государство дать не сможет.

— Милитари подход, — хмыкнула Блейк.

— Ну, если так подумать, то это весьма разумно, — Пирра решила поддержать своего партнера. — Кажется, что урон от преступности перекроет любые затраты на специальное подразделение.

— Так только кажется, — всё же вставила своё слово Вайс. — И мы собрались здесь не за этим.

— Прости, Вайс, — Жон вздохнул.

— Хорошо, теперь, когда все высказались я могу продолжить. — Зарядив в барабан своей рапиры картридж с прахом Вайс нажала незамеченную Жоном кнопку, сменив тем самым используемый вид праха. Дальнейшие действия произошли буквально за считанные секунды, вот он спокойно стоит готовый к атаке, а вот уже висит в воздухе не в силах что-то сделать, сразу за этим над и под ним образовалось несколько глифов и из пола выросла ледяная пика, такая-же образовалась и над ним, и мало того, падая, она прошла через два, по всей видимости, ускоряющих глифа, врезавшись в него как снаряд баллисты. На его счастье ледяные пики были не слишком прочные и в момент когда он влекомый верхней врезался в ту, что была внизу обе пики разлетелись ледяными осколками. Хорошо ещё дальнейшей атаки не последовало и он смог встать.

— Хорошо мисс Шни, ваша атака понизила ауру мистера Арка на девять процентов, должен сказать что вы мистер Арк обладаете впечатляющими запасами ауры, уверяю, в будущем это вам сильно поможет.

— Итак Арк, теперь перейдём ко второму из наиболее распространённых стилей манипуляции прахом. В отличие от того что практикуется в Вейле стили Вакуо и Мистраля, в особенности последнего сосредоточенны вокруг применения праха непосредственно для усиления бойца, часто это сочетается с их боевыми искусствами. Стиль больше подходящий непосредственно для боя, нежели для поддержки, почти всегда подобное применение сочетается с прямой манипуляцией аурой. Мастера боевых искусств могли сознательно вложить свою ауру в удар голой рукой ударив сильнее чем большинство смогло бы двуручным молотом, а в сочетании даже с небольшим количеством гравитационного или к примеру электрического праха эффект может быть поистине ошеломляющим

— Хотя в Вейле и Атласе эта практика не слишком распространена из-за того, что немногие в этих королевствах готовы отказаться от оружия в пользу боевых искусств. — Рен решил дополнить объяснение Вайс.

— А почему такое не используют совместно с оружием? Разве это не было бы более эффективно? — Жона несколько удивило что подобные приёмы были ограниченны боевыми искусствами, разве не эффективно было бы иметь возможность усилить удар к примеру мечом, да и любым другим оружием в общем-то.

— Просто чтобы оружие нормально проводило ауру оно должно содержать довольно высокое количество высококачественного праха, хотя с перчатками или сапогами такое провернуть легче из-за того, что они непосредственно соприкасаются с аурой охотника что облегчает подобные манипуляции, но вот с мечом или любым другим подобным оружием использовать аурные техники будет ощутимо сложнее.

— Но ты владеешь подобными техниками? — Ему действительно было любопытно, всё же основным оружием Вайс помимо самой рапиры была пыль, но может она сможет показать и не требующую пыли «Магию»? Да и он помнил как она хвасталась тем, что в её рапиру добавлен высококачественный прах.

— Увы, но нет, с этим я тебе помочь не могу

Ответ Вайс немного расстроил его, но почти сразу он приободрился снова услышав голос Рена.

— С этим могу помочь я, хотя я и не знаю скольким техникам смогу тебя обучить. И захочешь-ли ты им обучаться, всё же как уже сказала Вайс эти техники разрабатывались под мастеров боевых искусств, а не под рыцарей вооружённых щитом и мечом, но показать как минимум одну технику я всё же смогу: Это одна из базовых техник, если коротко то её суть заключается в концентрации большого количества ауры в руке и высвобождении её при ударе, существуют и более продвинутые её версии, например некоторые мастера могут концентрировать свою ауру в снаряды не сильно уступающие по убойности тем, что использует Руби, однако такого уровня достигают единицы, да и с созданием автоматического оружия актуальность подобных приёмов заметно упала.

— И тем не менее они всё ещё не бесполезны, к моему глубочайшему сожалению слишком многие охотники полностью полагаются на своё оружие и забывают что оно может сломаться в самый неподходящий момент, или его могут банально выбить из рук. Всегда следует иметь запасной вариант на крайний случай, никто ведь не хочет оказаться беззащитным в середине боя, не так-ли? — Решил вновь высказать своё мнение доктор Ублек.

— Ваша правда профессор, а теперь как насчёт того, чтобы всё же перейти к продолжению теста? — Как только она договорила Жон почувствовал как его снова подняло в воздух, однако на этот раз не слишком высоко, всего на несколько сантиметров, после чего его отпустили на землю. — Готовься, Арк, я не хочу превращать это в банальное избиение.

В каком-то смысле он был даже благодарен, что его не стали унижать перед его собственной командой. Но с другой стороны, быть может, было бы лучше, если бы все закончилось бы побыстрее. Все эти мысли мгновенно пронеслись в голове, пока Жон поднимал меч и щит в боевую позицию. Поединок обещал быть жарким, по крайней мере так Жон думал, пока Вайс не бросила в него ледяным копьём…

Сказать, что Жон удивился, значит ничего не сказать. Удар в щит был такой, что парню показалось, будто его корова лягнула. Главное теперь только не проболтаться об этом сравнении, а то Снежный Ангел его убьёт.

— Обрати внимание, Жон, что уже использованный прах продолжает взаимодействовать с аурой, и моя атака истощила тебя больше, чем мог бы сделать обычный удар такой силы, — продолжила свою лекцию Вайс.

Где там разница между обычным ударом и праховым Жон не разглядел, да и всё равно ему было в тот момент, Вайс заряжала очередной осколок праха.

— У этого есть не только прямое использование, в виде большего урона по ауре, — Вайс явно вошла в раж и продолжала свою лекцию. — Можно применить некоторую смекалку и сделать, например, вот так.

Это снова была ледяная атака, но вместо копья, она заключила в ледяную ловушку ноги Жона, заморозив их чуть ниже колена.

— Эй! — Воскликнул Жон, дернувшись, и лишь чудом сохранив равновесие.

— Помимо того, что ты теперь обездвижен, этот лед продолжает питаться твоей аурой.

— Этот эффект непродолжителен, и объёмы ауры мистера Арка уже напитали использованный прах по максимуму, — заметил Ублек. — Но хитрость и правда интересная, ведь на активацию ловушки можно потратить минимум сил, в то время как сделать лед крепче может жертва за свой счёт.

— Спасибо, профессор… — начала Вайс, но была перебита.

— Доктор Ублек, прошу вас.

— Эй, ребята, — подал голос Жон. — Это всё круто, но как мне теперь выбраться?

— А меч тебе на что? — фыркнула Янг.

— Э-эм… — парень с сомнением покосился сначала на семейную реликвию, а потом на свои ноги в ледяном плену. — А каковы шансы, что я попаду по собственной ноге?

Студенты переглянулись, это был очень животрепещущий вопрос, если учесть некоторую неуклюжесть Жона.

— Думаю я могу помочь, — предложил Рен. — Заодно продемонстрирую боевое искусство с аурой.

— Спасибо, дружище.

— Выставь щит перед собой, Жон, — сказал Лай, расположив руки с открытыми ладонями перед собой, как будто собирался кого-то толкнуть.

— Ты же не собираешься демонстрировать это на мне?

— Разве не в этом весь смысл? — хмыкнул парень из Мистраля.

— Действительно, — вздохнул Жон, всё же выставив щит щит перед собой.

Рефлексы Оскара бунтовали перед подобной стойкой, ведь принимать удары в лоб глупо, надо ставить щит под углом, чтобы отвести атаку в сторону. Но умом Жон понимал, что ему сейчас нужно именно принять на себя всю силу удара, чтобы его вырвало из ледяной ловушки…

Лишь бы ему ноги не вырвало в процессе. Кричалка Норы про сломанные ноги вдруг заиграла новыми красками.

— Готов? — спросил Лай.

— К такому невозможно подготовиться, только смириться, — буркнул Жон, что уже раз десять пожалел, о раскрытии информации из своих снов.

— Тогда я начинаю, — Рен кивнул и на выдохе начал плавное движение.

Подняв одну ногу, он сделал длинный шаг вперед, как будто проваливаясь за своим движением, но на деле вкладывая в него весь свой вес. В высшей точке своего шага-падения Лай резко выбросил руки вперед, добавляя им дополнительное ускорение. В это время его Аура, вместо простого насыщения тела, вырвалась через руки быстрым импульсом, давая кратковременное, даже мгновенное усиление, что кратно превосходило пассивное воздействие ауры.

Если ледяное копьё Вайс Жон сравнил с лягающейся коровой, то удар Рена можно было сравнить с железнодорожным составом, что влетел в тебя на полной скорости. Рыцаря не только выдернуло из намороженной Вайс льдины, но и отбросило метров на три.

— Ох, — проктяхтел Жон. — Я ещё жив?

— Вполне, мистер Арк, — кивнул Ублек, проверяя свой свиток. — Ваша Аура поглотила урон, и просела до верхней границы жёлтой зоны. Этого достаточно для испытания вашего зелья Ауры. И ещё раз хочу отметить ваши выдающиеся запасы, мистер Арк. С такими талантами грех не осваивать техники Ауры.

— Непременно, — вздохнул Жон, доставая флягу с эстусом и делая из неё пару глотков. Парня тут же окутало золотистое сияние, а значение его Ауры на свитке тут же вернулась к ста процентам.

— Не могу поверить, — буркнула Блейк. — Оно настоящее.

— Это...Это просто невероятно, вы хоть представляете какие это открывает перспективы? — Вайс явно была взбудоражена новостью о том, что "Зелье ауры" работает, впрочем как и все, кто видел его применение.

— Мы теперь можем пить не опасаясь похмелья? — Услышав такое заявления от Янг, Жон даже не сразу понял серьёзно она, или опять просто шутит, а вот восклицание Норры заставило его напрячься, хотя он и надеялся что она просто пошутила.

— Теперь я могу безнаказанно ломать ноги плохим парням! Жон применит это чудозелье, и "Раз", они как новенькие, никто-ничего не докажет!

— Прошу всех сохранять спокойствие, хотя мистер Арк и способен восстанавливать с помощью этого зелья собственную ауру мы не знаем как оно повлияет на других людей, возможно для всех остальных оно будет не полезнее обычной воды. — К удивлению Жона к спокойствию всех призывал профессор Ублек, вот-уж от кого он этого явно не ожидал. — Так, а теперь мистер Арк, не могли бы вы налить мне немного этого вещества для анализа? — И если в самой просьбе Жон не увидел ничего странного то вот то, что вместо колбы гиперактивный профессор сунул ему под нос термос с тем, что заменяет ему кофе показалось ему довольно странным, спорить впрочем он не стал и налил немного эстуса в напиток профессора.

— Профессор, а не вы ли говорили о том, что эффект этого зелья непредсказуем? Так почему вы вместо того, чтобы отправить это лабораторию хотите сами это выпить? — И вопрос Вайс был весьма актуален, ведь хотя Жон и был уверен что эстус не причинит выпившему вреда, пусть источник этой уверенности от него ускользал, он не мог быть в этом уверен на сто процентов. Что если он всё же ошибается?

— Не стоит беспокоиться мисс Шни, на своём веку я повидал несколько целительных проявлений, и могу вас уверить, среди них не было ни одного такого, которое могло бы нанести вред само по себе, хотя при использовании определённых проявлений и требуется соблюдать некоторый уровень осторожности, однако я не думаю что зелье мистера Арка относится к таким, по крайней мере если им не злоупотреблять. — Закончив свою небольшую речь он сделал несколько глотков из своего, как Жону иногда казалось бесконечного термоса и удовлетворённо покивал.

— Да, это определённо бодрит куда лучше обычного кофе, и в дополнение к этому такое кофе куда лучше согревает, как по мне получилось весьма неплохо.

— Знаете, иногда я смотрю на своё окружение и думаю что кто-то на верху меня не любит, но за что, я ведь даже не совершала ничего плохого, ну так за что мне всё это? — Вайс картинно прикрыла глаза рукой.

Глава 9

— Ну, вижу сэр рыцарь вновь почтил нас своим присутствием. Как вам прогулка по городу, как виды? — первым, что услышал Жон после пробуждения, был голос его старого знакомого, и он даже был ему рад. Всё же Удручённый это какая-никакая, а компания, всё лучше, чем быть единственным разумным существом в окружении орд злобной нежити.

— Очень понравились, особенно мне понравился вид драконьей задницы, приземляющейся тебе на лицо. Весьма… вдохновляющее на подвиги зрелище, — он ответил в такой же саркастичной манере. Всё же меньшее, что он может сделать для него, это немного развеселить. В их условиях это немного, но всё же лучше, чем ничего.

— Дракон? Ты что, принял ту милую ящерку, что время от времени к нам залетает, за дракона? Если так, то спешу тебя разочаровать — это была всего лишь виверна, а настоящие драконы побольше будут. Ну по рассказам по крайней мере, сам-то я их никогда не видел, да вроде, как и нет их уже.

— И хорошо, что нет, — Жону оставалось только кивнуть Воину. Он и так не знал, как будет убивать ту тварь, если встретит её снова, а тут ему говорят, что это не самый большой монстр, который водится в этом мире. Ему, конечно, доводилось слышать легенды о гигантских Гримм, которые в одиночку могли противостоять целым армиям, но то были просто легенды, да и в Охотников он верил куда как больше, нежели в местных рыцарей. Всё же он уже успел убедиться насколько сильно помогает Аура.

— Ага, а тварь эта залетает к нам не часто, да и вглубь города особо не суётся, так что думаю путь дальше свободен, разве что встретишь парочку Полых. Но не думаю, что они станут для тебя существенной угрозой, а?

На это он мог лишь вздохнуть.

— Ну, по пути туда мне встретилось куда как больше «парочки» Полых, некоторые из них даже попытались меня взорвать. Довольно неприятное ощущение скажу я тебе, — на это его собеседник только коротко усмехнулся.

— Да, вижу ты в этом совсем новичок, но я так и быть расскажу тебе основы: понимаешь, Полые это не манекены, готовые покорно стоять и ждать пока ты придёшь и изрубишь их. Ну, по крайней мере те из них, кто ещё сохранил в себе хоть что-то от того, кем он был раньше. Они перемещаются по знакомым маршрутам, патрулируют места, где служили, ещё будучи живыми, или… Пока совсем не утратили разум, если тебе повезёт, то ты даже сможешь добраться до моста беспрепятственно, хотя я не рассчитывал бы на такое везенье.

— Почему? — Жон вздохнул. В этом странном мире вообще хоть что-нибудь делается просто?

— А с чего бы той нежити, что там есть, куда-то уходить? — ответил вопросом на вопрос его собеседник.

— Потому что я её убил? — Жон понял, что сказал глупость, но вылетевшие слова обратно не поймаешь.

— Так ты и сам помер, — Удручённый Воин рассмеялся. — Сильно это тебе помешало?

— Понятно, — Жон снова вздохнул. У него вообще было такое чувство, что он теперь будет часто вздыхать. — Слушай, ты ведь здесь уже давно шатаешься, так?

— Больше, чем мне хотелось бы, — Удручённый Воин снова рассмеялся. — А что, хочешь, чтобы я прошелся с тобой? Можешь забыть об этом, парень. Я уже достаточно нахлебался этого дерьма.

— Тогда, быть может, ты можешь что-нибудь мне посоветовать? — Жон был готов, что прямой помощи не получит, так что не сильно обиделся.

— Я советую тебе валить отсюда, — фыркнул Удручённый Воин. — Но, если серьезно, то два очевидных совета дать могу. Во-первых, тебе нужно стать сильнее, а во-вторых, позаботиться о своём оружии. Без силы ты далеко не уедешь, это я тебе могу гарантировать, да и без нормального оружия в общем-то тоже, ты ведь заметил уже что твой ковыряльник не очень-то хорошо показывает себя против полых, да? — Последняя фраза заставила его очень недобро взглянуть на своего собеседника, может на Ремнанте меч Оскара или его родовой клинок и были раритетом, но они всё ещё оставались замечательными клинками и то, что их назвали банальными ковыряльниками крайне задело Жона, хотя в глубине души он и не понимал почему столь остро реагирует на слова едва знакомого человека. Вздохнув, он решил не накалять ситуацию и ответить спокойно, в конце концов он был не слишком конфликтным человеком и не хотел разжигать спор на пустом месте.

— Нормально мой меч справляется с полыми, не хуже, чем с простыми людьми. — На эти слова Удручённый только усмехнулся.

— Значит парень не простой у тебя клинок, обычной сталью ты нежить особо не порубишь, не умираем мы знаешь-ли от обычной стали, а значит и мечик у тебя особый, либо благословлённый, либо зачарованный. Не частое должен признать явление, я сам такие видел всего несколько раз, да и то либо у рыцарей, либо у чародеев, впрочем, откуда у тебя этот меч не моё дело, может нашёл, может по наследству досталось, всё равно теперь тебе одной проблемой меньше, значит теперь нужно поговорить об усилении, да? — Увидев его кивок Удручённый улыбнулся и продолжил свою речь.

— Ну тут всё просто, ты ведь уже убивал полых, так? — На это Жон мог только кивнуть — Ну тогда ты должен знать о том ощущении что испытывает каждая нежить, когда убивает кого-то, когда твой противник испускает… хах… «Дух». Этот «Дух», а вернее часть души противника, поглощается тобой, зачастую часть эта совсем не большая, почему так не спрашивай — не знаю, но суть в том, что эти частички постепенно накапливаются в тебе, да вот только твоя собственная душа поглотить их неспособна, ну то есть как неспособна, способна конечно, да только времени ты на это потратишь до чёрта, а усиление-то часто нужно здесь и сейчас, и вот здесь-то на помощь и приходят Хранительницы Огня, этих милых дам ты сможешь найти возле вот таких костров — Его собеседник указал рукой на костёр, что горел между ними. — Они-то и помогут тебе полноценно поглотить те осколки душ и получить за их счёт усиление, и я сейчас говорю не только о банальной физической силе, эти дамы способны из любого человека с достаточным количеством душ в запасе сделать полноценного чародея, ну в теории по крайней мере, сами чары тебе конечно придётся учить самостоятельно, да и как по мне мутная это хрень. Чары, не то-что добрая сталь, вот мой клинок меня ещё не разу не подводил!

Жон на это только хмыкнул.

— А как-же твои слова про то, что призраков, обитающих в старом городе твоя «Добрая сталь» не берёт? Вдруг реши ты изучать чары смог бы найти что-то от этих тварей? — Жон решил припомнить собеседнику слова, сказанные при их прошлой встрече.

— Не пацан, дохлый номер. Спускался я туда и с чародеями, и с пиромантами и со жрецами, всё напрасно, ничто тех тварей не берёт, но если ты сможешь найти способ их убивать дай мне знать, я похлопаю тебя по плечу.

— Договорились, — буркнул Жон. — И расскажи про оружие.

— Это не простое королевство, а земля Повелителей, тех кого почитали как богов, — хмыкнул Удрученный воин. — Боги бывают разными, кто-то повелевает светом, кто-то тьмой. Кто-то пользуется оружием, другие его куют. Никто не знает наверняка, но среди ремесленников и воинов ходят слухи про легендарного бога-кузнеца, который создал особый материал: титанит. Любое оружие, что затачивается или перековывается при помощи титанита начинает намного лучше противостоять любым врагам, а доспехи лучше держат удар.

— О-у, полезно, — Жон кивнул. — Титанит — это типа титан?

— Без понятия, что это такое, да и не интересно, — пожал плечами Удручённый. — Про титанит много баек ходит, вплоть до того, что это материал из другого мира. Когда мир сходит с ума, появляется всё больше безумцев.

— А-ага, — Жон с запозданием кивнул. — Ладно… Ты сказал, что у каждого костра есть хранительница огня, которая где-то рядом с костром. Получается, что хранителем этого костра являешься ты?

Удрученный Воин сначала не понял, а потом как понял… в общем смеялся он долго и даже более истерично, чем обычно. Жон даже немного напрягся от этого смеха, слишком уж жутко он звучал, но Удрученный не проявлял никакой агрессии, только смеялся как полный псих.

— Ох… я, конечно, слышал, что в некоторых королевствах люди не различают в словах мужчину и женщину, — покачал головой Удрученный Воин. — Но разве я не сказал, что это хранительница огня, то есть женщина. Разве я похож на женщину?

— Прости, — повинился Жон. — Я просто неправильно тебя понял.

— Бывает, — хмыкнул Воин. — Тебе следует запомнить, что Хранительницы есть не у каждого костра, но тебе повезло, здесь, в храме Огня, хранительница есть. Спустишься вон по тем ступеням и увидишь нишу в скале, закрытую решеткой. Там сидит девчонка в одеждах клирика, она и есть Хранительница Огня.

— Вы заперли её в клетке? — Жон даже привстал на месте.

— Эй-эй, спокойней, — Ув выставил перед собой руки. — Никто её не запирал, решетка свободно открывается, но она сама не хочет оттуда выходить.

— Но почему? — Жон немного успокоился, но всё ещё не понимал, что происходит.

— Пойди и спроси у неё, — хмыкнул Воин. — Правда она тебе не ответит. Она немая, ей, наверное, отрезали язык в ее родной деревне или сразу после становления Хранительницей, чтобы не произносила имя господне всуе.

— Это просто какое-то безумие, — Жон не мог поверить в подобное варварство.

— Добро пожаловать в мир за пределами благородных домов Асторы, сэр рыцарь, — рассмеялся Воин. — Как видишь, мир в дерьме. Иногда даже буквально. Бездна бы побрала Чумной Город, до сих пор передергивает от отвращения.

Последняя его фраза зацепила что-то в сознании Жона, даже не смотря на то что такой термин как Бездна он слышал впервые, конечно можно было предположить что его собеседник говорит о морской бездне, но почему-то ему казалось что сейчас речь идёт о чём-то другом, чём-то куда более зловещем, если верить тону Воина.

— Бездна? Кажется, я где-то уже слышал этот термин, но не могу вспомнить, где. Можешь подсказать о чём ты говоришь? — Вопрос Жона заставил его собеседника снова недоверчиво прищуриться, а после рассмеяться, тот выглядел так, как будто он снова рассказал какую-то смешную шутку сам того не понимая.

— Да-а-а уж, откуда-же ты такой вылез? Неужели всю жизнь провёл в родовом поместье цепляясь за мамкину юбку? — Вопрос несколько смутил Жона, как минимум потому что его собеседник был пусть и частично, но всё же прав, долгое время он действительно просто жил со своей семьёй и только мечтал о том, чтобы стать Охотником ничего не делая чтобы этого добиться, это сейчас он понимает какую глупость тогда совершил не отступив во время инициации и вместе с этим он понимает что спасло его обычное везение, не кинь Пирра ему копьё и он остался-бы в том лесу навсегда. Из задумчивости его вывел весёлый хмык Воина.

— Ну ладно, раз ты у нас маменькин сынок, ищущий себе приключений на задницу то так и быть просвещу тебя по поводу Бездны, хотя и сам о ней знаю не много и с чужих слов, но суть такова: Представь себе канаву с помоями, здоровенную такую канаву в которую всё сбрасывают и сбрасывают помои, ну и казалось-бы что здесь такого? Да вот то, мой юный друг, что не то эти помои начали переливаться через край, не то в этом нужнике кто-то утопил своё фамильное колечко и прыгнул за ним попутно разбрасывая помои во все стороны, но по итогу вышло так, что дерьмо разлилось зловонной рекой и затопило город. Легенды говорят, что там творился сущий ад, то, что происходит сейчас по сравнению с этим просто цветочки.

— Неужели всё настолько плохо? В конце концов здесь вокруг бродят ожившие трупы, что может быть хуже?

— Ох пацан, какой-же ты всё-таки не образованный для рыцаря, легенда-то это знаменитая как я понял, особенно среди ваших, благородных. Её мне как-то рассказал один знакомый рыцарь, и вот не знаю правда это или нет, но твари тамошние описаны как натуральные демоны, мерзкие, перекрученные тела, необузданное желание убивать, нечувствительность к обычному оружию, те ещё страхолюдины в общем. Таких противников только врагу и пожелаешь.

Где-то в глубине души Жон не мог не сравнить существ бездны с Гримм, жуткие и по всей видимости крайне агрессивные твари что лезли не пойми откуда, хотя по описанию эти твари не особо походили на просто изменённые версии животных. Подумав секунду, он решил уточнить пришедшую в голову мысль.

— А нельзя эту дыру просто закрыть? Или просто вырыть новую чтобы отходы текли в неё, а не к людям? — На это его собеседник только ухмыльнулся.

— Ты видимо думаешь, что один такой умный? Люди, парень, не дураки, всё что можно уже перепробовали, но, насколько я слышал, пока это не особо помогает. Но даже так это лучше, чем ничего, по крайней мере эта срань не лезет сюда, а остаётся на одном месте. — Жон мог только кивнуть на это, действительно, лучше, чтобы все монстры появлялись в одном месте, хотя как рядом с подобным местом жить вопрос отдельный, хотя все люди, наверное, сбежали оттуда сразу как это началось. Или по крайней мере он очень на это надеялся.

— И что, никто ничего не может с этим поделать? — спросил Жон. Он очень надеялся, что раз уж в этом мире есть аналог Гримм, то должен быть и аналог Охотников.

— Был один умелец, что боролся с Бездной, — Удрученный Воин наморщил лоб, пытаясь что-то вспомнить. — Как же его звали? Известный же рыцарь был…

— Один? — Жон выцепил для себя главное в речи Воина.

— Угу, — кивнул Удрученный. — У него ещё прозвище было как-то с Бездной связано, но вся равно не могу вспомнить. В любом случае, его могила находится вон там, в лесу, можешь сходить навестить.

Воин махнул рукой перед собой, в сторону обрыва.

— Может у него были ученики, последователи? — С надеждой спросил Жон.

— Почему же были? Они и сейчас вполне себе есть, — хихикнул Ув, и прежде, чем Жон успел обрадоваться, пояснил. — Кучка фанатичных почитателей, что бегают кругами вокруг его могилы и убивают всех, кто, по их мнению, недостаточно почтителен к могиле героя.

Жон несколько мгновений пораженно смотрел на собеседника, прежде чем сокрушённо прокачать головой.

— Ну да, чего я ещё мог ожидать? — если бы его руки не были заняты мечом и щитом, охотник на обучении ещё и возвёл бы их к небу. — Ладно, насчёт опасности похода в мрачный лес я уяснил. А куда мне не следует идти, чтобы избежать участи игрушки для зубов у тварей… Бездны?

— Чую желание подольше сюда не возвращаться. Или боишься попортить этот сияющий доспех? — получил он ухмылку в ответ. — Каким бы не был твой ответ, я посоветую держаться подальше от любых озёрных притоков и мест, где ты просто чувствуешь себя неуютно. Так, будто сам воздух противится твоему шагу вперёд. С простым страхом не спутаешь, уж поверь.

— Большое спасибо, — Жон хотел было отпустить мелкую колкость на туманный совет Ува, но смог удержаться, припомнив, сколько дельного было сказано им раньше. — Тогда пойду познакомлюсь с местной Хранительницей Огня. Прощай, приятель.

— Ага, — вновь захихикал как сумасшедший Удрученный. — Удачи на твоём пути, Мамкин Рыцарь.

— Меня зовут Жон, — буркнул парень обижено.

— Ага-ага, — Ув махнул на него рукой. — Тебе придется немного постараться, чтобы я тебя запомнил.

Жон нахмурился, но решил не расценивать слова Воина как оскорбление. Если этот парень не помнит собственного имени, то стоит ли удивляться, что он так пренебрежительно относится к чужим именам?

Хотя прозвище всё равно было обидным. Поэтому парень постарался выкинуть эти мысли из головы. И направился к лестнице, что вела… к клетке, откровенно скажем. Хоть Ув и утверждал, что Хранительница огня добровольно пребывала в этом месте, Жона всё равно передёрнуло от вида весьма миловидной девушки, что сидела на земляном полу небольшой норы, вход в которую закрывали железные прутья.

Хранительница оказалась весьма привлекательной девушкой, блондинкой платинового оттенка с разноцветными глазами, один тускло зелёный, а второй зеленовато-голубой. Очень необычный, но крайне привлекательный внешний вид. Даже одежда, что явно когда-то была весьма роскошной, но теперь переживала не лучшие времена, не могла скрасть красоту этой девушки. Он даже залюбовался.

Хранительница весьма спокойно отнеслась к парню с мечом на поясе, что откровенно пялился на её. Она сохранила спокойное выражение лица и удостоила Жона лишь коротким взглядом, после чего начала смотреть сквозь решетку на стены города, которые были хорошо видны с её места.

— К-хм… — Жон все же вспомнил о правилах приличия. — Здравствуй, красавица, меня зовут Жон Арк, коротко, мило, легко срывается с языка, девушкам это нравится.

Лишь договорив, Жон мысленно проклял себя за такой тупой подкат. Благо Хранительница Огня не обратила внимание на его слова, продолжая рассматривать монументальные стены города, захваченного нежитью.

Это, наверное, был первый случай в жизни Жона, когда он был рад, что красивая девушка просто проигнорировала его. Тряхнув головой и собравшись с мыслями он подошёл к Хранительнице ещё на пару шагов и кашлянул в кулак стараясь привлечь её внимание, и на этот раз это у него получилось, вместо прошлого мимолётного взгляда сейчас глаза Хранительницы смотрели на него с любопытством, ему даже пришло в голову глупое сравнение что примерно так дети смотрят на животных которых видят впервые, в глазах его «Собеседницы» было неподдельное любопытство, будто Жон казался ей чем-то странным.

— Воин наверху сказал, что ты сидишь здесь добровольно и тебя никто не удерживает, — сказал Жон со всей своей серьёзностью. — Это правда?

Хранительница Огня сначала непонимающе склонила голову набок, будто не понимая, о чем Жон вообще говорит, но вскоре утвердительно кивнула, прикрыв свои разноцветные глаза.

— Угу, — Жон тоже кивнул. — Не могу сказать, что рад этому, но это твой выбор, в конце концов.

Хранительница на это только ещё раз кивнула, после чего вновь принялась рассматривать Жона как неведому зверушку, и хотя его это немного смущало он подошёл к ней и присел рядом, сейчас он должен быть что просто не знал не только что сказать, но и как они вообще будут общаться. Однако ему не дали погрузиться в свои мысли, Хранительница подсела к нему ближе и положила руку ему на щёку. Жон должен был признать что эта ситуация его смущала, ведь даже не смотря на жизнь с кучей сестёр он всё ещё был парнем-подростком и красивая девушка нарушающая его личное пространство была довольно приятным событием, в данном случае это было особенно верно, он буквально чувствовал как от руки хранительницы по его телу разливается приятное тепло.

Из этого оцепенения его вывело ощущение что кто-то тычет его пальцем в щёку, хотя и ощущалось это крайне слабо, практически не ощущалось совсем, следующим что он обнаружил после того как сморгнул странное наваждение был свет, его аура светилась как в момент её пробуждения, именно тогда он вспомнил слова Ува о том, что обычно именно Хранительницы помогают нежити стать сильнее поглощая полученные души, и хотя ему самому это было и не нужно, но вот слова про магию его заинтересовали, в конце концов кто в детстве не мечтал стать могущественным волшебником? Вот и он мечтал, и возможно сейчас он сможет воплотить эти планы в жизнь. Жон кашлянул в кулак привлекая внимание Хранительнцы и заставляя её перестать тыкать его пальцем в щёку. Посмотрев ему в глаза, она с любопытством наклонила голову как-бы спрашивая, чего он хочет.

— К-хм, послушай, один мой знакомый сказал мне что ты можешь усиливать души других, ну или дать магию, это правда? — Она уверенно кивнула на его вопрос. — Хорошо, а ты можешь дать мне магию? Или… Не знаю, усилить то, что за магию отвечает? — Она на секунду задумчиво смотрела на него, но потом её взгляд переместился на его меч, и она снова кивнула, это заставило его улыбнуться, возможно пришло время исполнит свою детскую мечту?

— Тогда могла-бы ты это сделать? Прости, я сейчас не могу заплатить, но если тебе что-то нужно то только скажи — Только к концу фразы он понял что это было крайне грубо, а для немого человека и вовсе могло прозвучать как насмешка, но к его облегчению Хранительница либо не заметила это, либо просто не придала значения постановке фразы. Вместо ответа она только прикрыла глаза, а её лицо застыло в маске сосредоточенности, как будто она пытается решить какую-то сложную задачу.

Хотя Жон не видел никаких внешних изменений в себе он чувствовал изменения внутренние, он мог ощутить как развеиваются его страхи и как пропадает неуверенность в выбранном пути, ему даже на секунду показалось что его аура защищает его не только от вреда, но и от отчаяния окружающего мира, но стоило хранительнице убрать от Жона свои руки как наваждение исчезло, он снова был всего лишь Жоном Арком, студентом который попал в Бикон по поддельным документам, со вздохом он отогнал эти мысли и обратил внимание на Хранительницу.

— Ну, спасибо за помощь, может теперь и я могу тебе чем-то помочь в ответ? — И он правда был готов отплатить за помощь, но та только улыбнулась и покачала головой в знак довольства помогать всем безвозмездно.

Стоило признаться, что отсутствие перспективы быть посыльным за тридевять земель собирать десять медвежьих шкур в оплату за помощь, как в какой-нибудь видеоигре, радовало, но и оставлять помощь неоплаченной он не мог, особенно видя в каких условиях живёт Хранительница. В конце концов, он мог принести ей хотя бы матрас с одеялом и немного еды, для него это будет не сложно, а ей будет приятно.

Решив для себя этот вопрос, Жон встал и попрощался с ней, после направившись к тому месту, где умер в прошлый раз. По поросшим всё же тем скользким мхом ступенькам он взобрался на холм перед акведуком и увидел, как действительно ожившие полые солдаты заняли привычные позиции. Примитивность их поведения на миг озарила голову начинающего охотника наивным оптимизмом. Ведь если они не догадались воспользоваться даруемой бессмертием возможностью поменять свою тактику, которая в прошлый раз точно не выиграла, то противники из них совсем никакие, а значит и осторожничать тут не обязательно. Разумеется, эта мысль была глупой, но секундной задержки на её отклонение хватило ближайшему полому, чтобы броситься на Жона, не забыв перескочить роковую ступеньку. Его ржавый топор ударился об вовремя поставленный щит всем доступным хозяину импульсом, но веса обтянутых кожей костей исхудалого мертвеца в ошмётках лёгкой брони оказалось мало, чтобы сбросить со скалы гораздо более массивного Жона, вдобавок к щиту также прикрываемого Аурой невесомой, но надёжно гасящей импульс. Так что после своей провальной атаки полый рухнул перед ним и был тут же проколот чудесным мечом, вновь затихнув.

Это отрезвило Жона. Пусть даже если бы он сам мгновенье спустя признал глупой задумку с набегом на уже однажды побеждённых, демонстрация умения последних учится на своих просчётах в довесок показала молодому Охотнику дополнительную опасность, а точнее дала понимание уже сказанному Удручённым Воином. Он же объяснял поведение полой нежити следованием остаткам воспоминаний про караульную выучку со всем прочим. Также как и допотопная техника боя Жона с недавних пор начала скачками совершенствоваться за счёт переданных Оскаром рыцарских умений. Сын Арков не был экспертом, но возможно именно поэтому ощутил на спине холодок, представив картину, где каждый его последующий враг будет вспоминать своё кровожадное ремесло тем объёмнее, чем чаще ему придётся повторно сражаться с ними.

С другой стороны, что могло помешать Жону сделать то же самое? Выявить уязвимости из раза в раз возрождающихся воинов и использовать их также, как Охотники поколениями изучали слабые места бесконечных орд Гримм?

Не найдя возражений и уже испытывая лёгкий азарт, Жон предпринял попытку подобраться к подъему на вершину без привлеченья внимания рыцаря у края обрыва. Вышло удачно, раз тот действительно никак не реагировал на молодого парня, пока Арк не разобрался с занимающем горную тропу полым, быстрым ударом щита прижав немёртвого солдата к скале и затем нанеся завершающий удар мечом. Наверное, именно упавшее рядом тело вывело мрачного рыцаря из себя и побудило ринуться на подъём. Заметившему это Жону оставалось только готовиться к его неизбежной атаке, ибо альтернативой было столкнулся с ним в середине борьбы на самой вершине, чего ему никак не хотелось. Итак, рыцарь бежал ему на встречу, яростно размахивая щитом, в то время как Жон пытался предугадать, в каком положении оный будет к моменту сближения. Слева или справа, прикрывая или открывая для удара? Оказалось, что второе, но только затем, чтобы рыцарю было удобно совершить выпад длинным мечом. Удар угодил в щит, и неизвестно, что согласно помутневшему разуму полого должно было случится дальше, если бы у Жона внезапно не сработали инстинкты, в следующий миг подтолкнувшие его увести вражеское лезвие щитом, следом инерцией увлекая вперёд самого рыцаря. Прямо под рубящий удар клинком Оскара, что отделил голову рыцаря от его бронированного туловища.

— Значительно лучше, чем впервые, — подвёл промежуточный итог слегка удивлённый собственной прытью студент Бикона.

Продолжение эксперимента показало себя не хуже. Забравшись на участок, где тропа поворачивала влево и вела прямо к лестнице, Жон коротко выглянул вперёд, отмечая бомбардира и двух полых берсерков с топорами на прежних местах. Заранее приготовленный камешек был брошен в шлем одного из берсерков быстрее, чем бомбардир смог бросить свой снаряд, отчего тот вместо схитрившего Жона подорвал многострадальную скалу. А вот бросившийся в погоню за скрывшимся за поворотом обидчиком полый наоборот очень точно встретил удар его мечом, после безвольной куклой сорвавшись вниз. Другой его товарищ по оружию вскоре последовал за ним, став жертвой такой же тактики. С оставшимся одиночкой бомбардиром разобраться было ещё легче — снова показаться в пределах видимости, уйти назад, дождаться разрыва гранаты в пустую, вырваться вперёд и парой ударов лишить подлую нежить рук и торса.

Поднимался по лестнице и проходил сквозь арку вовнутрь акведука Жон с немалой долей удовлетворения.

Приятный сюрпризом стало отсутствие в сточных водах монстрообразной крысы, хотя ожидавший подлянки, и не по наслышке знакомый с игровыми скриммерами, Арк искал как можно тщательнее. Но куда спрятать подобную тушу в столь узком и коротком переходе? Оставалось надеяться, что на этот раз не будет и этой чёртовой ящерицы-переростка, дабы он мог спокойно пройти дальше.

К его счастью, никакого рёва дракона или виверны при выходе из акведука на крыши города он не услышал. Зато увидел совершенно новый расклад противников. Сразу пятеро оживших мертвецов поджидали его на другой стороне деревянной переправы. Трое тех, кто был ближе к нему, держали в руках обветшалые, едва ли не разваливающиеся, щиты и не лучшего вида копья, а с боку от них и немного дальше от моста стояло двое арбалетчиков. На этот раз Жон мог обдумать ситуацию и не спешил лезть напролом, вместо этого он решил попробовать приманивать их по одному с помощью валяющегося под ногами мусора.

Но его план провалился буквально сразу. Как только камень попал в первого копейщика, тот кинулся к нему с яростным воплем, видимо также призывая товарищей бежать вслед за ним. Времени оплакивать свой просчёт у Жона в таких обстоятельствах банально не было, а были только практически ставший родным меч Оскара и уже разложенный в боевое положение щит. Всё что надо для рывка навстречу, к позиции перед заходом на мостик, где численное превосходство полых не играло бы особой роли. Поддавшись этому озарению, Жон не прогадал, так как наступающие копейщики действительно оказались вынуждены перегруппироваться и выстроиться в колонну. Уже когда первый полый так удобно был в паре шагов от него, Жон со всей силы ударил того щитом, надеясь выбить из равновесия и, если повезёт, оставить без оружия.

В следующий миг хлипкое, практически сгнившее копьё просто не выдержало удара стальным щитом и сломалось прямо в руке у его противника, Жон же со всей силы рубанул чуть выше кисти, стараясь отрубить её и хоть так снизить опасность противника, решив не рисковать с попыткой добивания ценой вновь застрявшего в костях меча, за которым наверняка последует его захоронение под кучей тел, а потому, отрубив противнику кисть, Жон снова со всей силы ударил того щитом, опрокидывая на землю и немного откидывая от себя. Как раз к этому моменту подошли остальные полые. К его счастью, они мало понимали в таких вещах как тактика, а потому первый из них по всей видимости не рассчитал скорость и сам насадился грудью на меч, хотя теперь и сам Жон остался без своего основного оружия.

Решив, что его родовой клинок уже доказал свою неэффективность, он решил даже не браться за него, вместо этого он вновь воспользовался глупостью и скоростью своего противника. Сделав пол шага в сторону, Жон поставил следующему несущемуся на него мертвецу подножку и придал дополнительное ускорение толчком, после чего не теряя времени запрыгнул на спину к упавшему противнику и ударил того нижним краем щита по затылку. Затем ещё и ещё, чтобы удостовериться, что он мёртв, сразу же после он попытался вскочить и также щитом попробовать добить первого подранка, как вдруг почувствовал два толчка в спину.

В этот момент он снова поблагодарил ауру и доспехи за то, что они у него есть, но не успел он толком встать на ноги, как на него накинулся первый полый, тот, кому он отрубил кисть в начале боя, и это было бы не сильно опасно, если бы Жон прочнее стоял на ногах и был к противнику лицом, однако противник толкнул его очень удачно для себя, напрыгнув с боку, тогда, когда Жон этого не ожидал. Но на этом его неудачи не закончились. Пытаясь сохранить равновесие и не упасть, Жон умудрился споткнуться об тело убитого полого и таки упасть, ударившись затылком о каменный пол. Будь он живым, то такое падение точно выбило бы из него дух, но сейчас оно лишь создало дополнительные неудобства из-за неудобной позиции, но, к счастью, у Жона был его инвентарь и так и лежащий там мизерикорд, который он так и не очистил от крови, а потому и не захотел показывать учителю и друзьям.

Лёжа под ожившим мертвецом и стараясь не дать тому вцепиться себе в глотку он смог повернуть руку так, чтобы кинжал появился практически в распахнутой пасти мертвеца, к счастью клинок легко пронзил верхнюю стенку его челюсти повредив мозг и убив его на месте, Жону даже на мгновение стало интересно почему именно травмы головы могут убить живых мертвецов, а вот десятки других смертельных ран нет? К счастью на этот раз он смог подняться и убрав в инвентарь кинжал он вырвал меч Оскара из тела мертвеца Жон повернулся к двум оставшимся полым как раз вовремя чтобы увидеть как те целятся в него из не иначе как чудом работающих арбалетов, но он не стал ждать когда те выстрелят, а закрывшись щитом побежал к ним, и когда до них оставалось уже пара шагов в его щит что-то дважды ударило, после этого Жон опустил щит и притормозив перед первым арбалетчиком рубанул тому по шее, к счастью на этот раз клинок не подвёл и легко отрубил тому голову, точно также он поступил и со вторым стрелком, который уже начал тянуться к какой-то ржавой железяке у себя на поясе. После смертей всех противников Жон мог выдохнуть свободно, больше вокруг непосредственной опасности не было.

Опустив кончик меча к земле, Жон не спешил убирать его в ножны. Но несмотря на предосторожность юного охотника, никто не спешил кидаться на него. Вокруг валялись обломки зданий и какие-то гнилые деревяшки, что, наверное, когда-то были мебелью. А прямо перед Жоном были ступеньки и проход на мост, где он умер в прошлый раз от туши дракона… ну или виверны, если верить Удрученному.

Чуть в стороне, далеко внизу, можно было увидеть улочки старого города, что теперь представлял из себя, свалку, с то тут, то там палыхающими кострами, разведёнными прямо на мостовых. И темные силуэты вокруг этих кострищ. Жон не знал, что это за люди, и люди ли вообще, но очень надеялся, что в этом проклятом всеми богами городе есть ещё хоть кто-нибудь разумный, кроме него.

В любом случае надо двигаться дальше. Уж чему жизнь научила Жона, так это тому, что бесполезно стоять и ждать чего-то лучшего. Если ты не возьмёшься за ситуацию, то никто за неё не возмётся.

Медленно поднимаясь по ступенькам, парень внимательно следил за небом, не покажется ли чешуйчатая тварь. Но небо было чистым, зато впереди можно было увидеть ещё парочку мертвецов в полуистлевшей одежде и со сломанными мечами в руках. И как бы, после только что одержанной победы, можно было бы вообще не расценивать это как проблему, если бы не несколько проблем. Чуть дальше, на крыше здания стоял мертвец в доспехах и с ещё одним арбалетом в руках, а ещё чуть дальше, кучка бомжей, рядом с кучей уже знакомых Жону бомб.

Допустим, Жон сможет справиться с кучкой оборванцев даже при поддержке стрелка. Тут главное не пропустить первый выстрел и справиться с врагами, пока будут заряжать второй. А вот если сунуться к стрелку, то можно не сомневаться, что ему на голову тут же упадет хотя бы парочка бомб.

Как никогда прежде Жон жалел об отсутствии у себя огнестрела. Будь у него хотя бы завалящий пистолет… или арбалет? На этой мысли охотник на обучении хмыкнул и аккуратно отступил назад.

— Главное потом все же сменить эту рухлядь на нормальный огнестрел, — напомнил себе Жон, возвращаясь к предыдущему месту боя. — И никогда больше не бросать полезные трофеи, мало ли что может пригодится.

Один из арбалетов был поврежден его же мечом, и к использованию не годился. Зато второй был вполне рабочим. Единственное, что реально огорчило парня, это количество снарядов к оружию. У двоих мертвецов в поясных мешках было всего по четыре и пять болтов, ещё один болт Жон нашел на земле, итого десяток. Не густо, но для удачной перестрелки должно хватить. Присмотревшись к оружию повнимательнее, он был весьма удивлён тем, что-то было в относительно неплохом состоянии, особенно если сравнивать с копьями и щитами других мертвецов. Конечно, арбалет был весьма потрёпан, местами виднелись сколы и небольшие пятна плесени, но он всё же не разваливался в руках и Жон мог использовать его по назначению, по крайней мере сейчас. Приняв решение, он убрал арбалет и болты к нему в свой инвентарь и пошёл дальше.

Вздохнув он решил убедиться что не пропустил ничего важного и начал внимательно осматривать остальные трупы, на этот раз впрочем чуда не случилось и их снаряжение действительно оказалось рассыпающимся в руках мусором, что впрочем не сильно его расстроило, он и не надеялся взять с этих полых какие-либо трофеи, а грести вообще всё что попадётся под руку Жон не видел смысла, ладно бы это можно было бы как-то использовать, к примеру продать или подарить, но это явно был не тот случай. Ещё раз осмотревшись и удостоверившись что новых противников не появилось как и ящерицы-переростка, Жон вышел на мост.

Впрочем зная это место Жон решил не расслабляться, и как выяснилось уже несколько секунд спустя паранойя была оправданна, стоило ему дойти до небольшой каменной лестницы, что находилась на другом конце моста как на него сразу же вылетел очередной полый, не видя в одиноком противнике особой опасности Жон принял его выпад на блок и пронзил его мечом, обрывая его нежизнь, однако его триумф был не долгим, отвлёкшись на очевидного противника перед собой он не обратил внимания на раздавшийся за спиной звук шагов, за что сразу же и поплатился, стоило ему только вырвать меч из своего первого противника, как он почувствовал что в его спину врезалось что-то тяжёлое и острое. Не ожидая такого поворота событий Жон едва не упал на землю, но к счастью рядом была стена на которую он смог опереться, впрочем долго стоять ему не дали, повернувшись к новому противнику он едва успел поднять щит, одновременно инстинктивно присаживаясь, и именно это спасло его от удара, двуручный топор которым был вооружён этот полый ударился о находящуюся за ним стену дав тем самым Жону шанс сократить дистанцию и нанести удар, к его счастью меч вновь его не подвёл и очередной полый упал на землю, как будто был обычным человеком, а не ходячим мертвецом.

Убедившись, что его противник мёртв, Жон решил немного отступить от лестницы назад и, убедившись в безопасности своего окружения, убрал меч в инвентарь и достал флягу с эстусом. Буквально после первого же глотка по всему телу Жона начало разливаться приятное тепло, а его мысли начали успокаиваться. Он вздохнул с болезненной благодарностью судьбе за своё состояние, отчего удар здоровенным топором по спине не ошеломил его и не оставил валяться в бесполезных попытках понять происходящее, вместо этого позволив ему сразу же начать реагировать. Опытный охотник, конечно, не допустил бы такого на месте молодого Арка, но об этом тот старался не думать. В конце концов, глупо ведь сравнивать едва затронувшего основы боя человека с умельцами, которые десятилетиями совершенствовались в истреблении настоящих монстров?

Покачав головой, чтобы выгнать оттуда посторонние мысли, Жон поудобнее перехватил своё снаряжение и снова пошёл вперёд, на этот раз ещё аккуратнее чем раньше, и это полностью окупилось, стоило ему только подняться на лестницу как в его щит что-то прилетело, скорее всего это была либо стрела, либо арбалетный болт, но одним стрелком дело не ограничивалось, впереди снова раздался противный визг и он услышал как к нему бежит ещё один полый. Решив не рисковать, сражаясь с противником, находящимся под прикрытием стрелка Жон снова отступил к началу лестницы и стал ждать, когда тот сам прибежит к нему.

И долго ждать не пришлось, буквально несколько секунд спустя тот выскочил на него несясь к Жону со всей доступной ветхому телу скоростью, что и погубило его, как и копейщики которых он убил раньше его новый противник банально не рассчитал скорость и сам насадился на его меч, даже жаль что со стрелком такое провернуть не получится, это могло-бы значительно упростить ему жизнь, но впрочем много-ли может сделать один стрелок? Особенно учитывая, что у Жона есть аура, хотя ему всё ещё стоит опасаться выскакивающих из засад полых, будь у того топорщика напарник и всё могло закончится куда хуже, ну или как минимум ему нанесли бы куда больше урона, а Аура у него не бесконечная, однако и стоять на месте ему не хотелось, в любом случае другого пути вперёд он не видел, а потому подняв свой щит Жон поднялся по лестнице и побежал к стене на которой стоял арбалетчик.

Добежав до неё он осторожно выглянул из-за угла и убедившись что на лестнице его никто не поджидает начал медленно подниматься стараясь не шуметь лишний раз, возможно если он будет аккуратен то сможет подобраться к мертвецу со спины? В конце концов что у них со слухом и логикой Жон не знал, возможно вместо того, чтобы бездумно смотреть на уже пустую площадку он целится в лестницу только и ожидая момента когда Жон выглянет из-за него? К несчастью для него на этот раз верным оказался именно второй вариант и стоило ему высунуть голову как рядом с его ухом пронёсся арбалетный болт. Поняв что сейчас противник фактически безоружен Жон бросился к нему чтобы воткнуть ему меч в гортань, почти сразу-же полый обмяк. Оглядевшись он понял что в непосредственной близости нет врагов, только мечников-полых стоящих на другой платформе, но они кажется его не заметили, а потому Жон поспешил отойти от парапета. После ещё одного осмотра местности стало понятно что вперёд есть только один путь, и подобрав на всякий случай арбалет он пошёл ко входу в башню.

После того как он вошёл внутрь и огляделся сразу стало понятно что единственной примечательной деталью в полупустом, местами заваленном мусором помещении является воткнутый в пол меч, точно такой-же какие были в двух предыдущих кострах, а потому ещё раз убедившись что в самом помещении никого нет Жон подошёл к костру и коснулся навершия его рукояти, и как и предыдущий, найденный им ещё в той странной тюрьме меч и куча золы под ним стали разгораться странно притягивающим, буквально гипнотизирующим пламенем и Жон решивший позволить себе небольшой перерыв сел перед разгорающимся костром и принялся завороженно наблюдать за игрой пламени.

Глава 10

Жон и сам не знал, как долго он так простоял. Пару минут или, быть может, значительно больше? У его состояния нежити были свои плюсы, среди прочего у него ничего не затекало и ему не хотелось есть или пить. С другой стороны, раньше он не замечал за собой такой странной тяги к наблюдению за горящим огнем.

Похоже, что давящая атмосфера города живых мертвецов сама собой настраивала на созерцательное настроение. В любом случае, в какой-то момент Жон все же скинул это странное наваждение и повёл плечом, как бы желая размять плечи. Ни один сустав не хрустнул и не скрипнул, на что Жон только цыкнул. Удивительно, как иногда бесит отсутствие каких-то глупых мелочей.

Отвернувшись от костра, Жон подошел к выходу из башни и аккуратно выглянул наружу. Убитые им мертвецы всё ещё оставались лежать убитыми. Это, кстати, заставило Жона задуматься, а как и где эти мертвецы вообще воскресают? Сам Жон пока просто просыпался у таких вот костров, как тот, что у него сейчас за спиной. Если кто-то оттаскивает его к этим кострам, то кто и зачем? И почему Жон ещё ни разу не видел, чтобы кто-нибудь таскал другие трупы? В общем, странно всё это.

Жон решил не забивать себе голову подобными мыслями и продолжить путь дальше. Как раз от выхода из башни был мост, что вёл в ещё одно здание.

Вот только с этим путем было ровно две проблемы:

Во-первых, мертвецы с бомбами, что сидели на деревянных помостах прямо над мостом. Вопреки ожиданиям Жона, они не могли докинуть свои снаряды до стрелка, которого он убил последним, а, следовательно, и до самого Жона. Но опасно было бы надеяться, что мост также окажется за пределами их броска. Иначе бы зачем этим типам вообще сторожить на тех помостках?

Во-вторых, со своего места Жон видел, что здание на противоположном конце перехода не пустует и там есть как минимум один живой труп, вооруженный топором.

Жон спрятался за стеной и начал обдумывать свои дальнейшие действия. Ему нужно было как-то пройти мимо мертвецов с бомбами и убить трупа с топором. Можно, конечно, просто пробежать мост, и с наскока вступить в бой, но это было бы хорошей идеей только в том случае, если эта тварь там одна.

Сигать с разбега в ловушку с несколькими противниками было бы крайне глупо.

— Мне нужна Руби или, хотя бы, её снайперская коса, — хмыкнул Жон вслух, просто чтобы немного разбавить гнетущее чувство одиночества.

И ему действительно пригодилась бы сейчас винтовка, что позволит как минимум избавиться от парня с топором. Насчёт бомбардиров он не был так уверен, кто знает, сколько нежити выползет, если хоть один из них уцелеет и убежит с мостков созывать всех подряд. Вот того рыцаря у другого выхода из интересующей Жона комнаты, например.

В любом случае, при отсутствии нормального огнестрела стоило попробовать снять засевшего в потёмках врага из недавно добытого арбалета. Не то чтобы у него был большой опыт в обращении с подобным оружием, да как, впрочем, и с любым другим оружием, если уж говорить на чистоту, но уж попасть в ростовую мишень-то он сможет.

Хотя, возможно, и не с первого раза.

Зарядив арбалет, Жон прицелился в виднеющийся в полумраке силуэт и с затаённым дыханием выстрелил, удивительным образом даже попав, пробив арбалетным болтом плечо полого. Рана пусть и не смертельная, но внимание привлекла точно, если судить по сменившему раннюю тишину визгу. Которому вторило ещё два не менее противных голоса. В этот момент Жон как никогда был благодарен себе за здоровую паранойю, ведь ломанись он туда и его могли банально запинать толпой, но сейчас это ему больше не грозит.

Первый полый, тот, которого он заметил уже подбегал к нему, а двое других, один вооружённый таким же топором, а второй с щитом и мечом ещё только выходили из помещения.

Решив покончить с первым противником как можно быстрее, Жон рванул к нему и когда тот начал поднимать свой топор вонзил свой клинок ему в глотку, и сразу после этого ударом щита скинул тело вниз, с платформы на которой они находились. Как раз в этот момент к нему подбежал второй полый, что также был вооружён топором, но в отличии от первого противника этот решил нанести ему размашистый удар слева направо. Сам-же Жон понадеявшись на ауру и свой вес вместо того чтобы отступить сам рванул на встречу нападавшему и приняв его удар на щит вонзил в его глотку свой меч, только в этот раз ему не дали времени чтобы его вытащить, третий его противник с разгона врезался в висящее на его клинке тело, тем самым, едва не повалив Жона и заставляя его руку дёрнуться, вгоняя тем самым меч в кость практически по рукоять.

Понимая, что быстро ему меч не достать, Жон решает применить уже хорошо зарекомендовавшую себя тактику и оставляет тот в теле павшего противника, сам тем временем отступая и вызывая из инвентаря мизерикорд. И только он успел краем сознания отметить насколько комично выглядит воин в тяжёлой броне и со стальным щитом в руке, но использующий при этом в качестве оружия кинжал как ему пришлось блокировать выпад его противника, а затем ещё и ещё, но как только Жон пытался выйти из обороны и приблизиться к противнику для удара тот отскакивал, пользуясь ничтожной, по сравнению с его собственным мечом длинной оружия Жона, хотя вечно эти игры в кошки-мышки продолжаться не могли, в какой-то момент поняв что если его противник может отступить, пока сам Жон пытается нанести ему удар кинжалом дело с мёртвой точки не сдвинется он решается на авантюру, вместо очередной попытки достать того Жон просто заманивает его ближе к центру платформы и на всей скорости врезается в него тараня своим щитом и бросая довольно лёгкого противника на землю, после чего сам падает сверху и бьёт мизерикордом тому в висок снова упокаивая того.

Ощущение победы было кратковременным, Жон понимал, что его ещё ждут схватки и он должен оставаться настороже. Быстро вернув потерянное оружие, он выдохнул и взглянул вверх. Твари на деревянной пристройке, стояли у края и смотрели на Жона в ответ, не спеша куда-то бежать. И со своего места Жон прекрасно видел, что в руках эти мертвяки держали отнюдь не пряники.

— Ладно, — вздохнул Жон, несколько раз подпрыгнув на месте, как бы разминаясь. Если это можно так назвать. — Попробуем прорваться.

Подбодрив себя подобным высказыванием Жон рванул с места через мост. Как он и думал, мертвецы, стоило только парню вступить на мост, как его тут же попытались закидать гранатами. Благо мертвецы были достаточно тупы, чтобы не додуматься о броске с упреждением, поэтому гранаты сыпались у бегущего Жона за спиной, зачастую ещё и не сразу взрываясь.

Длину и скорость горения фитиля у бомбы тоже никто не учитывал.

Перебежав таким образом мост, Жон влетел в то самое здание, где его и должны были поджидать те самые мертвецы, щитом вперёд, готовый к любому нападению. И, к счастью, Жона, прямо сейчас в помещении никого из врагов не было. Зато было сразу два возможных выхода, один из которых был прикрыт ржавой решёткой.

— Ага… Угу… — Жон посмотрел сначала на один выход, с выломанной деревянной дверью, а потом на другой, с решёткой. — И куда мне идти?

Жон решил, для начала, осмотреть оба прохода, прежде чем гадать о выборе пути. В конце концов, если та же решётка будет заперта, то он вряд ли сможет сломать её без специального инструмента. Вот только помимо замка, за дверью пряталась совсем другая проблема, которую Жон не учел.

В городе, были не только живые мертвецы, но и куча других тварей. Конкретно одичавшие собаки.

Стоило только будущему охотнику подойти к решётке, как за той, послышалось сначала шуршание, а потом заливистый лай. Как же Жон в этот момент был рад, что стальная решётка была заперта или же открывалась наружу, потому что четыре худосочные, но здоровенные и зубастые твари, лишь отдаленно напоминающие собак, не смогли преодолеть эту преграду.

— Хорошие пёсики… — пробормотал Жон, с некоторой опаской рассматривая «пёсиков». Выглядели они откровенно жутко.

Сами зубастые твари заходились в бешеном лае, даже не думая успокаиваться, что очень напрягало Жона. Не хватало ещё, чтобы этот шум привлек сюда большую группу врагов.

Жон осторожно отошёл от двери с решеткой, на всякий потенциально катастрофический случай наблюдая за собаками, а ещё думая о том, что ему делать дальше. По очевидной логике, стоило бы повернуться и просто выйти через другой выход. Хотя там тоже могут поджидать другие опасности, и ещё неизвестно, что хуже — кучка собак, или точно такая же кучка немёртвых солдат. С другой стороны, решётка пока держится и, вроде бы, ничто не мешает попробовать собачьи шкуры на прочность мечом через решетку, а после свободно открыть её. Ну или на крайняк выломать преграду.

Жона во всём этом смущало ровно два момента: целесообразность попытки пройти через закрытую дверь, когда рядышком есть открытая, и шансы того, что там за решеткой больше не будет других собак. Пусть это и звучит откровенно смешно, но стаи голодных псов Жон опасался значительно больше, чем парочки оживших трупов. И, кстати, для себя Жон достаточно уверенно объяснил своё опасение. Его снаряжение, меч и щит, проверенный временем инструмент против двуногих противников, а вот как повернется бой со стаей псов, любящих пригибаться к земле и кусаться, это большой вопрос.

— Ладно, стоять так можно до бесконечности, — вздохнул парень и решил всё же сначала проверить открытый проход. В конце концов, ничто не помешает Жону потом просто вернуться сюда.

Приняв подобное решение, будущий охотник развернулся на пятках и, под собачий лай, направился к проломленной двери. За этим проходом была небольшая терраса, куда выходили окна и дверь ещё одной пристройки. И там, в оконных проёмах без стёкол, Жон увидел ещё одно полого солдата, пока недвижимого. По дощатому же настилу над головой били чьи-то шаги. Наверняка те самые мертвецы с гранатами.

Тихо вздохнув, чтобы успокоиться, он решил, для начала, разобраться с тварью в доме, а там видно будет.

Видимый Жоном мертвец просто стоял посреди комнаты, и будто бы ждал, когда кто-нибудь подойдет к нему и упокоит. И, надо сказать, что один на один с живым мертвецом действительно достаточно легко справиться. Жону было достаточно увернуться от размашистого удара противника простым смещением в сторону, после чего провел низкий удар мечом по ногам. Даже не с целью отрубить ногу, сколько просто выбить противника из равновесия.

Это получилось у Жона даже очень хорошо, ведь противник не просто потерял равновесие, а упал, растянувшись на полу. С этого момента его можно было бы добить даже без меча, просто забив ногами, чего Жон, конечно же, делать не стал, банально пожалев кроссовки. Да и мечом предсказуемо получилось быстрее.

Помня об интересе доктора Ублека и директора Озпина к предметам из этого места, Жон решил осмотреться в доме, чтобы посмотреть, что интересного можно найти в покинутом доме мертвого города. Впрочем, в первой комнате он не нашёл ничего представляющего ценность, всего лишь старая посуда, несколько глиняных кувшинов и столовые приборы, но этого добра он мог набрать сколько угодно почти в любом доме, так что Жон решил пока игнорировать подобные чисто бытовые вещи и сосредоточиться на чём-то, что может представлять собой хоть какую-то исследовательскую, а возможно и денежную пользу. Кто знает, возможно он сможет найти в одном из домов тайник с золотом? Его семья конечно не бедствовала и вполне могла позволить себе помочь ему деньгами, но ему было банально неудобно полагаться на них при возможности зарабатывать самостоятельно, пусть и подобным, несколько необычным способом.

Поняв, что в первом помещении ничего ценного он не найдёт, он решил осторожно продвигаться дальше, к следующей комнате. Конечно, можно было пойти сразу во вторую комнату, которую он мог видеть через дверной проём, но это было решено отложить на потом. И стоило ему войти, как на него тут же прыгнул ещё один полый, но Жон не сплоховал и вовремя среагировал на противника, отбив неуклюжий выпад щитом и нанёс колющий удар в живот, лишь затем, чтобы уже через мгновенье вытащить меч и рубящим ударом отсеч противнику голову.

И только оглядевшись Жон понял, что эта небольшая комнатушка была полностью пустой, так что ему оставалось только пожать плечами и двигаться дальше, к лестнице. И к счастью здесь было пусто, по крайней мере в плане полых, но вот сама комната было обставлена неплохо, пусть мебель и изрядно обветшала, а оставленную прямо на столах утварь покрывал толстый слой пыли, впрочем одна вещь всё же привлекла его внимание: Массивный сундук запертый на засов, хотя тот не внушал особого доверия, он пусть и не выглядел так, как будто вот-вот развалится, но был таким-же проржавевшим как и оружие полых.

Убрав меч Оскара в инвентарь Жон достал свой меч и понадеявшись на превосходство металлургов Ремнанта со всей силы ударил по замку, но тот поддался не сразу, потребовалось ещё три удара чтобы наконец его сломать, в конце впрочем его ждало только разочарование, вместо брони, оружия или на крайняк расходников внутри его ждал набор смутно знакомых инструментов, да и то, всё что он мог по ним понять так это то, что принадлежали они кузнецу, а вот в плане практического использования был полный голяк. Впрочем, это было уже хоть что-то, а потому снова закрыв сундук Жон поместил его в свой инвентарь и пошёл дальше надеясь, что Доктору Ублеку понравится копаться в старинных инструментах.

Впрочем, недолго Жон мог предаваться праздным мыслям. Стоило ему выйти на террасу и подняться по примыкающей к стене дома лестнице как он встретил новых противников: воин с двуручным топором и двое мечников чуть позади него. Они могли бы представлять для него серьёзную опасность, будь они немного умнее и не будь за ним лестницы, однако сейчас, действуя по уже отработанной схеме, Жон толкнул первого противника вниз по лестнице, надеясь, что тот переломает себе все кости, и побежал к двум другим полым. Решив попробовать воспользоваться их относительно небольшим весом, он врезался в первого из них, сам, однако едва не потеряв равновесие и едва заблокировав выпад второго мечника.

К счастью, тот был таким же неуклюжим, как и все его противники, а потому, отбив щитом его удар, Жон размашистым ударом снёс тому голову, после чего подошёл к уже встающему первому мечнику и проделал с ним то же самое. Третьего полого он отправил вниз по лестнице. Краем сознания Жон даже отметил, что противники казалось бы даются ему всё легче и легче, как будто он и правда постепенно повышает уровни и прокачивает характеристики, но он не стал заострять на этом внимания, будучи уже немного привыкнувшим к тому, что в некоторых моментах его сон похож на пусть и невероятно реалистичную, но всё же игру.

Хмыкнув от таких мыслей Жон огляделся пытаясь понять куда ему нужно идти, и по всей видимости выходило так, что единственный путь дальше пролегал по старенькой и проржавевшей лестнице которая вела вверх, скорее всего на крышу дома, туда, где как понял Жон располагались те бомбометатели, на что он мог лишь вздохнуть, тут и так-то всё держится на мастерстве древних строителей и честном слове, а тут ещё эти, и хотя он не рассматривал всерьёз такой вариант что не самые мощные гранаты действительно обвалят крышу, но некоторый подспудный страх от того, что он окажется завален камнями и не сможет выбраться всё же присутствовал, но похлопав себя по щекам и помотав головой чтобы прогнать подобный мысли Жон начал аккуратно подниматься по лестнице стараясь издавать как можно меньше шума, что впрочем получалось у него не слишком хорошо, но к счастью этого хватило на то, чтобы полые его не услышали, или что так-же возможно просто не обратили внимания на шум.

Поднявшись на крышу Жон обнаружил трёх противников стоящих к счастью к нему спиной, и возможно он и не волновался-бы особо если бы не один неприятный момент: Эти трое стояли на деревянной платформе, и мало того, что запас прочности деревянной конструкции, которую не обслуживали грим знает сколько лет вызывает вопросы, больше его волнует оружие мертвецов. Почему-то ему казалось, что взрыва парочки гранат эта и так держащаяся на честном слове платформа уже не переживёт, а потому действовать надо аккуратно.

Стараясь держаться вне поля зрения своих противников Жон подошёл к ближайшему из них, тому, что стоял перед небольшой лестницей ведущей к двум другим, и помолясь чтобы его план сработал он со всей силы толкнул мертвеца щитом в спину выбрасывая того в пропасть, после чего сразу-же рванул к второму полому так-же без проблем скидывая его в обрыв, лишь третий из них заставил Жона поволноваться из-то того, тот успел пару раз черкануть огнивом по гранате высекая небольшие снопы искр, но возможно его молитва сработала, а возможно фитиль гранаты отсырел, но ему так и не удалось ничего сделать и Жон скинул его к двум другим.

Шумно выдохнув, Жон огляделся, желая сориентироваться на местности. Это оказалось неожиданно полезно. Так Жон увидел, что деревянные обломки, мимо которых он проходил, на пути к костру в башне, оказались баррикадами, за которыми скрывалась ещё одна башня, на крышу которой вел небольшой мостик.

Интересно, но вряд ли полезно, по крайней мере сам Жон так подумал в тот момент.

Куда больше Жона заинтересовало, и заставило напрячься, другое. Дальше можно было встретить несколько мертвых солдат в подобие доспеха, а не полуистлевших тряпках. Так же, эта нежить отличалась большими черными щитами и копьями. Жон уже встречал такого противника, но до сих пор они попадались ему либо по одному, либо при поддержке парочки оборванцев. Тут же сразу двое, на узкой лестнице… всё нутро Жона говорило ему, что разобраться с ними будет не так просто, как могло бы показаться.

И самое хреновое, Жон заметил, что те настороженно наблюдают за ним. Его заметили и ждут. И как назло два проклятых трупа и не думали кидаться к нему, вместо этого они, наоборот, подняли щиты, вытянули копья и стали ждать.

— Сволочи, — вздохнул Жон. — Вот что бы вам стоило тихонько отвалить с моего пути? Почему вообще всё должно быть так сложно?

Но как бы парень не был недоволен сложившейся ситуацией, а двигаться дальше нужно. При этом спускаться по лестнице к двум копейщикам — это вернейший способ получить копьём в живот, ну или в любое другое нежное место. Одно было хорошо, эти двое хотя-бы не стояли прямо под приставной лестницей, по которой он должен был спускаться на следующую площадку, иначе шансов было-бы ещё меньше. Так Жон начал обдумывать свои варианты, идти в лоб было не вариантом, он не особо верил даже в победу над этими двумя, а уж если к ним подтянется ещё пара-тройка полых то можно сказать что его песенка спета, приманить их к себе тоже не вышло, не попадания в них всякого мусора, не арбалетный болт который попал одному из них в щит, ни два других которыми он промахнулся ничего не дали, а потому ему срочно нужно найти другие варианты, и что удивительно вариант как победить своих противников он нашёл довольно быстро, Жон вспомнил про прихваченные когда-то гранаты одну из которых он отдал Руби.

Так осмотревшись ещё раз он понадеялся, что возможно в доме что стоит рядом с лестницей будет какой-то балкон, ну или окно, выходящее к копейщикам он достал из инвентаря сундук с кузнечными принадлежностями и начал его перебирать, надеясь найти там огниво. И оно там нашлось, пусть и не сразу, и это здорово его приободрило, всё же теперь он может просто закидать противника гранатами, а не сражаться в ближнем бою, хотя и гранат у него немного, но по крайней мере на один бой должно хватить, с такими мыслями Жон положил огниво в карман и собрав все инструменты обратно в сундук и убрав его в инвентарь спустился по лестнице на следующую площадку.

Уже стоя внизу Жон решил пока проигнорировать стоящую рядом башню и посмотреть сможет-ли он исполнить свой план, а потому постоянно оглядываясь на лестницу возле которой стояли полые, сейчас впрочем скрытые от него домом он подошёл к двери этого самого дома и попробовав открыть её, он быстро понял что она была заперта, что впрочем проблемой не являлось от слова совсем, слишком долго дверь простояла без должного ухода, прогнившие, скорее всего, насквозь доски были не способны остановить не только охотника, но и простого человека, а потому взяв из инвентаря верные щит и меч он взял небольшой разгон и врезался в дверь.

В первый раз у Жона ничего не получилось. Вместо того чтобы спокойно выломаться, дверь из толстых досок, дубовых, наверное, дверь достойно встретила натиск Жона. Сам же будущий охотник очень больно ударился о дверь плечом и головой, хорошо хоть на собственный меч не напоролся.

— Те-те-те… — вздохнул Жон, отвалив от двери и борясь с желанием потереть пострадавшее место рукой. — В такие моменты начинаешь ценить тот факт, что город пуст.

Но шутки шутками, а попытаться отворить дверь все же стоило, если только Жон не собирается десантироваться на мертвецов с вершины близ стоящей башни. Спасибо, но ему хватило десантирования во время посвящения в студенты Бикона и падения со скалы в Прибежище Нежити, больше он повторять подобный опыт не хотел. С другой стороны, ему не хотелось и второй раз биться головой об эту проклятую дверь.

В целом, там, где грубая сила не помогала, можно было бы действовать умом. Например, попробовать взломать замок отмычкой. Правда у Жона не было не то, что профессиональной отмычки, а даже банальной женской заколки. Вот только Жон не имел ни малейшего понятия, как вскрывать замки заколками, и уж тем более профессиональным инструментом.

Можно было бы попробовать снять дверь с петель, благо те были на виду и имели весьма примитивную конструкцию: два «уха» с продетыми через них железным болтом. Голыми руками такой болтик не достать, но Жон совсем недавно перебирал инструменты кузнеца, где были и прекрасные сверла, и надежный молоток с парой напильников, которые можно будет использовать в качестве замены зубилу и тупо поддеть петли.

— Не так красиво, зато и не так болезненно, как удар об стену головой, — Жон вновь заговорил сам сам с собой.

И, что было несколько обидно, во второй раз у Жона тоже получилась не очень. Он сломал один из напильников, пытаясь использовать его в качестве зубила. На проклятую дверь уже хотелось откровенно плюнуть, но парочка проклятых воинов, что любезно ждали его с копьями наперевес мотивировали лучше любых учителей. Так что Жон продолжил постигать нелегкое искусство взломщика.

Итогом нескольких попыток стал надёжный и, наконец-то, успешный план. Он достал сверла и сначала просверлил маленькие отверстия в петлях, а затем использовал напильник, чтобы подпилить их. Через несколько минут петли были подпилены, и Жон смог снять дверь. Что забавно, но получилось у него значительно проще и тише, чем при помощи молотка.

— Осталось только научиться делать это совсем бесшумно и можно будет пойти в воры, — фыркнул сам себе парень, аккуратно приставляя массивную дверь к стене дома.

Он осторожно заглянул внутрь дома и увидел мрачный интерьер, просто дышащий стариной. Стены были покрыты грязью и пылью, а на полу лежали обломки мебели. Жон прошел по комнатам, осматривая каждый уголок, но ничего интересного не нашел, что в принципе не удивительно. Если дом был действительно так давно заброшен, то всё, что отсюда не вынесли, уже давно превратилось в мусор.

Благо, что помимо фактически пустого, если не считать мусора, помещения, была ещё одна дверь. И как же он был рад видеть на этой двери банальный засов. Эту дверь не придется взламывать так же, как входную.

Жон легко снял засов, и аккуратно приоткрыл дверь, желая оценить обстановку на улице. То, что парень принял сначала за черный вход, на деле оказался небольшим палисадником, наверное. По крайней мере точно такой же участок с газоном между домом и дорогой в семейном гнезде Арков назывался именно палисадником.

Но если отставить в стороне размышления о терминах, то место для задумки Жона подходило чуть ли не идеально. Вместо того чтобы оградить палисадник забором, неизвестный строитель насыпал платформу, тем самым создав прекрасную позицию для метания гранат или стрельбы. Ему было очень удобно целиться и поражать цель, а вот до него добраться было не так уж и легко. Но в данной бочке мёда была и своя ложка дёгтя.

Оказалось, что помимо двух копейщиков, что своими щитами заткнули спуск на площадку за домом, тут было ещё два воина, но теперь уже с мечами. Один стоял недалеко от края палисадника, так что Жон, при некоторой сноровке мог бы спрыгнуть ему прямо на голову, если бы в этом был хоть какой-то смысл. Второй же находился на вершине лестницы, ведущей к входу в ещё одну башню.

Количество башен уже откровенно начало напрягать. Жон знал, что это типо очень статегинично и тактикульно, но даже у него, человека исключительно оторванного от темы, уже возникали вопросы, как тут вообще жили люди, во всех этих узких проходиках и мостиках над пропастями, и бесконечными башнями, за которыми иногда неба не видно.

— Хватит оттягивать неизбежное, — Жон тихо, практически одними губами, приказал самому себе перейти от глупых мыслей к действиям… тоже глупым, скорее всего.

Но лучшего плана, чем кинуть бомбу, а лучше парочку, в копейщиков, у Жона всё равно не было.

Он аккуратно извлёк из своего странного хранилища один горшочек с взрывающейся смесью. Руби и доктор Ублек хотели их исследовать, но сделать это они смогут и после того, как Жон найдет парочку (ящиков) этих гранат, и они перестанут быть качественным подспорьем в ситуациях подобной этой.

Правда тут же выявилась одна очень неприятная особенность. Жон не имел ни малейшего понятия насчёт скорости с которой горит фитиль гранаты. И как-то ему не очень хотелось выяснять это экспериментальным путём.

Он решил не рисковать и достал еще один горшочек который собирался бросить вторым номером, но сразу же после поджога фитиля. Заодно вторая граната послужит своеобразным таймером для первой. Как раз, пока Жон запалил второй фитиль, первый успел немного прогореть. По крайней мере Жон очень надеялся, что тот прогорел именно немного. Когда же оба фитиля горели, Жон принялся кидать гранаты. Сначала первая, с более коротким фитилем, а следом за ней вторая.

Жон прогадал с временем ожидания совсем чуть-чуть и то по большей части из-за своей неопытности и возни с примитивным огнивом. Заметка на будущее, помимо нормального прахового ружья или хотя бы пистолета, обзавестись ещё и зажигалкой.

Первая граната взорвалась, лишь немного не долетев до копейщиков, но даже этого хватило, чтобы заставить мертвых воинов пошатнуться. Чтобы не было насыпано в эти горшочки, взрывалось оно с достаточной силой и шумом, чтобы проняло даже живого мертвеца. Вторая же граната упала прямо под ноги копейщикам, и своим взрывом просто выбросила эту чёртову парочку за коротенькие ограждения смотровой площадки, на которой они стояли.

Первый плюс местной архитектуры, монументальной где не надо и минималистичный там, где это опасно. Но порадоваться своей удаче Жон мог и попозже. Сейчас нужно было разобраться ещё с парой тварей.

Прыгать на голову ближайшему воину с мечом он не стал, только сломанных ног ему не хватало. Хотя в голове и мелькнула мысль вогнать клинок ему в основание шеи, как он проделал это с той здоровенный тварью в Прибежище Нежити. Вот только тот демон был достаточно большим, что попасть в уязвимую точку можно было даже случайно, что, скорее всего, с Жоном и случилось. Так что будущий охотник не стал мудрить и просто спрыгнул с палисадника рядом с живым мертвецом и сразу же отоварил противника щитом по лицу.

Эффект неожиданности, вкупе с ошеломлением, сыграли Жону на руку и добить отшатнувшегося противника не составило особого труда.

Окрылённый этой победой, Жон уже собирался расправиться последним врагом, с которым остался один на один. Вот только за его спиной раздались тяжёлые шаги и лязганье металла, которые очень уж явственно намекали сразу на две вещи. Во-первых, Жон и мертвый воин были здесь далеко не одни и, во-вторых, означенный живой мертвец был далеко не самой большой проблемой Жона. Реально не самой большой, так как из неприметного закутка вышагивала исполинская фигура в глухом доспехе черного цвета.

Далеко не низкий Жон был этому рыцарю едва ли по пояс.

— Так это ты здесь шумишь, маленькая нежить, — задумчиво хмыкнул рыцарь, густым, но достаточно приятным голосом.

— Ты… ты разумен? — Жон так удивился, что даже опустил щит, на который он собирался принимать удар огромным мечом рыцаря.

Эта ошибка, кстати, могла бы стоить Жону жизни, ведь «разумный» не значит «не опасный». Это можно было бы понять хотя бы по тому, что мертвый воин явно испугался исполинского рыцаря и поспешил скрыться в башне, у входа в которую он стоял. Жон вообще впервые видел, чтобы эти твари хоть чего-нибудь боялись.

— Разумен ли я? — похоже исполин несколько удивился этому вопросу, но потом усмехнулся. — Похоже ты маленький не только размером, но и возрастом, нежить.

— Мне семнадцать лет, — заметил Жон.

— Совсем дитя, и уже мертв, — рыцарь покачал головой. — Но я не могу не отметить твою выдумку в бою, парень. Так лихо расправиться с этими полыми это очень достойно. Уверен, сэр Арториас и леди Сиаран могли бы оценить твои таланты по достоинству и предложить отрочество в их отрядах

— Спасибо, — Жон кивнул.

Будучи сыном рыцарской семьи, он знал, что отроки это из традиций рыцарей Мантла и соответствует Вейловским пажам. Дети и юноши, получающие необходимое образование до посвящения в оруженосцы. Немного обидно, что его, семнадцатилетнего лба даже в оруженосцы не взяли бы, не говоря уж про рыцарей, но с другой стороны надо трезво оценивать свои возможности.

— Это был не комплимент, а признание достижений, — хмыкнул рыцарь. — Так что ты забыл здесь, дитя?

— Пророчество об Избранной Нежити, — Жон нахмурился. — Один рыцарь умер у меня на руках и перед смертью завещал мне клятву исполнить это пророчество.

— Х-м, — задумчиво протянул гигант, и Жону показалось, что его будто придавливает к месту чем-то тяжелым. Но это странное чувство быстро прошло. — Вот как… что ж, я уверен, что это был весьма достойный человек. И весьма похвально, что ты взял на себя подобную клятву.

— Да, я не смог бы ему отказать, — Жон решил не бередить себе душу воспоминаниями об Оскаре и перевел тему. — Почему вы удивились, когда я спросил про разум?

— Потому что разум теряют только полые, — пояснил рыцарь. — Полой же становиться та нежить, что с течением времени растрачивает себя в бесконечных битвах и стремлениях, либо же теряет себя в апатии. И, наконец, самое главное, нежитью могут стать только люди, а я, как ты можешь видеть, не человек. Поэтому не стоит удивляться, что я разумен.

— Ага, — Жон кивнул, ещё раз окинув исполинскую фигуру взглядом. Действительно, его было бы весьма проблематично принять за человека. Разве что сильно издалека, когда нет возможности в полной мере оценить рост.

— А вот тебе стоит озаботиться сохранением своего разума, — заметил рыцарь. — Безумие всегда идёт бок о бок с подобными тебе.

— Я бы и рад позаботиться об этом, но не знаю, как. Не знаю даже, возможно ли это, — Жон пожал плечами.

— Это возможно, — ответил гигант, но сразу же сделал небольшое уточнение. — Правда я не знаю, как это делается. Тут тебе лучше обратиться к более опытной нежити, дитя.

— Спасибо и на этом, — Жон задумчиво обернулся в сторону уже пройденного пути. — Может дойду до того парня, Удрученного Воина, кажется, что он много знает о том, как быть нежитью.

— Даже слишком много, — хмыкнул рыцарь. — Я знаю его, бедняга, бродит в округе уже не первый век и забыл больше, чем многие из вашего племени вообще когда-либо помнили.

Жон удивлённо моргнул. Он конечно предполагал, что Ув уже давно коптит небо, но услышать подтверждение этому было немного дико. И снова, вспоминая Оскара, что видел самые первые проявления проклятия нежити, Жон пытался понять, сколько вообще лет было асторскому рыцарю.

— Он сейчас сидит в развалинах недалеко от акведука, — заметил Жон, просто чтобы поддержать разговор.

— Когда-то там был величественный храм огня, — гигант вздохнул. — И я знаю про Воина, он там уже давно сидит. Наверное, даже слишком давно. Запомни, дитя, апатия — это смерть, смерть разума, от которой тебя не спасет темная метка. И твой знакомый уже очень давно увязает в своей апатии.

— Но я больше ни знаю никого, к кому бы смог обратиться за помощью.

— Я и не говорил, что Воин не сможет тебе помочь, — гигант выставил перед собой раскрытую ладонь, как бы призывая Жона остановиться. — Просто будь осторожен, дитя, и, если заметишь признаки того, что он становится полым, лучше держись от него подальше. Воин бывал много где, много кого убил, и поглотил множество душ. Если однажды он сойдёт с ума и выйдет на охоту, подобно этой мелочи, то в городе появится ещё один очень опасный враг, с которым даже я предпочел бы не сталкиваться.

— Я… — Жон никогда не думал о странном парне у костра в развалинах в подобном ключе и даже запнулся. — Я понял. Спасибо за совет.

— Вот уж за что, а за советы меня редко благодарят, — гигант хохотнул, после чего указал рукой на башню, в которой скрылся последний полый. — если хочешь попасть к колоколу в Соборе, то тебе нужно забраться на эту башню, а потом пересечь мост над пропастью к соборному комплексу. Но будь готов, в башне засел демон, а по ту сторону моста гнездо себе свила виверна.

— А-а… — Жону как-то резко расхотелось идти в сторону, указанную гигантом. — А другого пути нет?

— Через сад темных корней, ещё можно, но я бы не сказал, что этот путь будет хоть немного проще, — гигант покачал головой, после чего снял со своего пояса какой-то мешочек. — Вот, держи, это сосновая смола поможет тебе справиться и с демоном, и с виверной. Умеешь ею пользоваться?

— Нет, — Жон вообще слабо представлял, как смола может ему помочь.

— Её нужно нанести на оружие, не очень толстым слоем, если только ты не хочешь потратить мой дар зря, — пояснил гигант, сделав вид, будто обмакиваем палец в мешочек, а потом проводя пальцев вдоль лезвия своего меча. — Эта смола наделена силой молнии, лучшего средства против драконьего отродья сложно придумать, да и демоны, дети огня и подземной тьмы, весьма чувствительны к силе небесного света молнии.

Жон несколько удивился, увидев этот, судя по всему, природный заменитель праха… не то чтобы на Ремнанте прах производили как-то искусственно. Но Жон впервые слышал, чтобы смола какого-то дерева могла имитировать свойства электрического праха. Даже интересно, как изменился бы мир Ремнанта, если что-то подобное появилось бы у них?

— Большое спасибо, — Жон поклонился так, как показывал ему как-то отец, рассказывая о рыцарском прошлом их семьи. — Может ты ещё и подскажешь, где я сам смогу найти эту смолу?

— Отчего бы не подсказать, — гигант хохотнул. — Это тебе в сад темных корней, туда ты сможешь спуститься из соборного комплекса. Либо же, можешь попробовать спустился по лестнице прямо здесь, в башне, но я бы тебе этого не советовал.

— Почему? — Жон склонил голову набок.

— Потому что там располагались комнаты прославленного воина из людей, грозы драконов и близкого друга самого владыки Гвина. После его становления полым, он был заключён на нижних этажах этой башни, для своего же блага. И если знакомый тебе Воин представляет опасность из-за количества поглощенных им душ, то Епископ Хавела и при жизни был сильным воином, — Гигант отсалютовав Жону мечом. — Смотри сам, дитя, но я бы предпочел сразиться с десятком виверн, а не с этим человеком.

— Понятно, — Жон, кивнул, после чего опомнился и тоже отсалютовал мечом гигантскому рыцарю. — Ещё раз спасибо за всё.

— Пожалуйста, — отозвался гигант, прежде чем уйти обратно в свой закуток.

— Что ж, тогда попробуем пройти через башню и мост, — буркнул себе под нос Жон, решив всё же попробовать рекомендованный неожиданным советчиком путь.

Глава 11

Вновь проснувшись у себя в комнате, Жону оставалось лишь вздохнуть от раздражения, уже второй раз всего за несколько дней ему встретился противник сильно превосходящий его как в росте, а соответственно и в длине рук, так и в банальной физической силе, и если первую тварь он умудрился, не иначе как чудом, убить, то вот со второй такое уже не сработало, да и тот гигантский рыцарь, если уж совсем быть честным, не внушал ему уверенности в собственных силах, а ведь тот был вполне дружелюбен. А если бы тот решил на него напасть, что бы он мог ему противопоставить? Ответ был в общем-то очевиден, хотя и совсем не утешителен для самого Жона, ничего. У него не было ни сил, ни навыков чтобы противостоять подобным противникам.

По крайней мере, пока не было, ведь того же Ува тот рыцарь опасался, хотя тот и был обычным человеком, ну настолько обычным, насколько это возможно для ожившего трупа, а значит и сам Жон сможет набрать сил, рано или поздно, но ведь ему силы нужны уже сейчас. И что тогда остаётся? А остаётся ему сделать себе нормальное дальнобойное оружие. Не что-то вроде того чем орудует Руби или Нора, нет, но вот от чего-то попроще вроде револьвера или дробовика он бы не отказался.

— О чём задумался Жон? — Оглядевшись он понял, что теперь он не единственный бодрствующий в комнате, Пирра также проснулась и теперь с беспокойством смотрела на него.

— Просто я понял, что мне нужны твоя пушка, прах и пол метра роста — Он отшутился несколько изменённой фразой из одного увиденного им когда-то фильма, и немного подумав он решил добавить ещё один пункт — И стильные чёрные латы.

Пирра усмехнулась его шутке и улыбнулась ему.

— Мне даже интересно что тебе снилось на этот раз если после этого у тебя появились подобные запросы.

— Как и последние несколько дней какая-то ерунда, — На это он мог только пожать плечами, — Но зато я могу сосредоточится на скучных уроках зная, что ночью меня ждут незабываемые впечатления.

На это Пирра только кивнула.

— Жон, ты не против если я пойду в ванную первой? — На это он лишь покачал головой, и она взяла свою форму и скрылась за дверью ванной лишь для того, чтобы выйти обратно несколько минут спустя уступая ему дорогу.

И уже в самой ванной Жон заметил одну интересную вещь: Присмотревшись повнимательнее к своим рукам он понял что на них было куда больше мышц чем ещё неделю назад, а быстрый осмотр с помощью зеркала показал что мышцы у него появились не только на руках, всё его тело было куда более подтянутым и рельефным, как будто он усиленно тренировался несколько месяцев, и тут ему стали понятны слова того рыцаря, он сам является нежитью всего-ничего, а изменения в его теле уже заметны.

И теперь ему интересно каким-же монстром является Ув что мог столетиями поглощать души убитых врагов, или тот-же Оскар которого он нашёл придавленного камнями. Это ведь его не убило, возможно он даже смог бы в итоге выбраться даже без его помощи, возможно даже смог бы исцелиться с помощью эстуса, но вместо этого он просто сдался, он решил умереть человеком, а не жить монстром и Жон уважал его выбор. Покачав головой, он невесело усмехнулся, и с каких это пор его потянуло на подобные философские мысли, неужели короткий разговор с тем рыцарем так на него повлиял?

Одевшись и выйдя в основную комнату, он увидел, что Рен и Нора уже проснулись и вторая, только заметив, что он вышел тут-же сама рванула в ванную, не иначе как чтобы побыстрее собраться и пойти в столовую за блинчиками, а собралась она и правда быстро, как и Рен и после этого они всей командой выдвинулись в столовую на обед.

— Итак, Рен, Пирра, вы в курсе какие у нас сегодня уроки? — Спросил он, повернувшись к ним.

— О, лидер не помнит какие у нас сегодня уроки? Хотя сегодня тебе, наверное, можно, у нас же урок ухода за оружием, а у тебя только меч да щит, так что сегодня ты быстро со всем управишься и сможешь побездельничать, я прямо завидую!

— Нора, не учи Жона плохому, даже если он закончит раньше, чем мы то это не повод для ничегонеделанья, наоборот свободное время можно потратить на оттачивание навыков, или в твоём, Жон случае на то, чтобы начать собирать себе оружие, меч и щит — это конечно хорошо, но без атак дальнего боя иногда просто никак, вспомни хотя-бы того гигантского невермора.

Жон на замечание напарницы мог только кивнуть, он уже и сам понял насколько ему не хватает дальних атак, и, хотя он не был уверен в том, насколько они будут эффективны против нежити, но вот против живых противников и гримм огнестрел должен показывать себя более чем хорошо. Если он конечно сможет попадать из него, в чём при полном отсутствии опыта в обращении с оружием он был совсем не уверен, о чём он тут-же сказал своему напарнику, но та лишь отмахнулась от его переживаний.

— Не волнуйся Жон, все мы когда-то учились стрелять, а теперь пришло время научиться и тебе, в конце концов пусть классическая связка меча и щита до сих пор актуальна она лишает тебя вариативности, если ты конечно не захочешь встроить в один из них оружие дальнего боя?

— Прости, но нет, это семейные реликвии, и они идеальны такими, какие они есть, я не хочу их менять, по крайней мере не настолько масштабно, да и насколько мне вообще понадобится комбинированное оружие если с моим проявлением я смогу носить с собой целый арсенал… Ну по крайней мере я на это надеюсь, всё же мы пока не выяснили сколько предметов я могу положить в свой инвентарь и каковы его ограничения.

— Я надеюсь, что ты сможешь положить туда блинчики! Просто представьте, как это круто, иметь доступ к горячим, свежеиспечённым блинчикам в любой момент, даже в походе посреди Неизведанных Земель. — Тут ему оставалось только кивнуть, действительно если его «Инвентарь» бездонен, то это может принести немало пользы, ведь там можно будет хранить не только оружие и патроны, но и палатки, всякую походную мелочь и еду, что значительно облегчит переход по пересечённой местности и уберёт необходимость экономить во время дальних походов.

— Или они могут остыть, засохнуть и стать совершенно непригодными для еды из-за неподходящих условий хранения, или такую возможность ты не рассматривала, а Валькирия? — Сзади он услышал немного недовольный голос Вайсс.

— Да ладно тебе, не горячись Вайсскимо, да и такую возможность отбрасывать не стоит, в конце концов это же подобие, с ними никогда не знаешь, чего ожидать — К ней подключилась Янг и обернувшись он увидел, что к ним присоединилась команда Руби.

— Согласна с Янг, Жону следует как минимум проверить возможность хранить в своём карманном пространстве еду и другие скоропортящиеся или требовательные к условиям хранения вещества, в дальних походах лишний килограмм праха может спасти охотнику жизнь… Или взорваться при повреждении своего контейнера, в конце концов его количество ограниченно не столько тем, сколько человек может унести, сколько тем, сколько он может нести безопасно.

— Ага, Янг и Блейк правы, да и в конце концов всегда надо верить в лучшее, и тогда у тебя всё обязательно получится! — Руби подняла кулак в победном движении заработав раздражённый вздох от Вайсс и радостный смех от Янг. Именно в этот момент команды достигли столовой и сели за стол, команда RWBY с одной стороны, а JNPR с другой.

— А теперь признавайся Жон, чего интересного ты увидел этой ночью? — Усмешка Янг явно показала, что это был очередной каламбур, но он решил проигнорировать его и начать рассказ о собственных приключениях.

— Интересного там не так много, и я это скорее услышал, чем увидел, — фыркнул Жон.

— Не цепляйся к словам, — Янг только махнула на него рукой. — Лучше рассказывай.

— Я и показать могу, — Жон решил зайти с козырей и буквально выложил на стол самое интересное, что ему удалось добыть этой ночью, мешочек, полученный от черного рыцаря. — Это особая древесная смола, которую надо наносить на оружие. Если так сделать, то орудие окутывается молниями.

Да, Жон попробовал это применить против демона, похожего на здоровенного прямоходящего быка, помогло не очень. Как уже говорилось ощутимая разница в росте, массе и длине рук сыграла против Жона, его просто смели с весьма узкой стены.

— О-о, так это что-то вроде праха? — Руби первой среагировала на интересную находку и полезла развязывать завязки на горловине мешка.

— Я впервые слышу о каком-то растительном заменителе праха, — заметила Блейк. — Насколько я знаю даже растения, удобренные прахом, не приобретают каких-то особых свойств.

— Потому что растения удобряют прахом растений, который зеленого цвета, — ответила Вайсс, нахмурив брови. Она сама пыталась понять, что же такого Жон вытащил из своего сна. — Никому бы и в голову не пришло удобрять растения стихийным прахом. Дешевле будет просто сжечь посадки.

— Так, быть может, есть какая-то методика по передаче свойств от праха растениям? — предположил Жон. — Делают же металлы со свойствами праха?

— Если такая методика и есть, то семейству Шни не известно об этом методе, — недовольно заметила Вайсс, продолжая изучать мешочек со смолой.

— Нельзя знать всё на свете, кем бы ты ни был, — отозвалась Блейк.

— Верно, — заметила Вайсс, недовольно посмотрев на товарища по команде. — Но я надеюсь, что моя семья всё же разбирается в прахе несколько лучше остальных.

— Тайм аут, девочки, — Янг, с кривой улыбкой, сделал руками жест, который однажды видела на матче по боксу. — Нет смысла спорить о том, в чём никто из нас не уверен.

Вайсс уже собиралась возразить блондинке, так как уж в чём, а в превосходстве своей семьи она не сомневалась ни минуты. Но что-либо сказать богатая наследница не успела, так как в разговор вмешалась Руби.

— Но эта смола всё равно очень интересна. Думаю, мы даже сможем использовать её против Гримм на какой-нибудь миссии, — протараторила Руби с энтузиазмом в глазах. — Если исходить из твоего описания, Жон, то использовать эту смолу намного проще, чем прах, просто нанес на лезвие и все. Так что это очень круто.

С этим было сложно спорить, а потому многие из компании кивнули на слова маленького гения. Только Жон смущенно прочистил горло.

— Что-то не так? — обратилась к нему Пирра.

— Я, честно сказать, и не подумал про боевое использование этой штуки, хотя именно с этой целью мне её дали, — признался парень. — Вместо этого я как-то сразу подумал про гражданское использование. Гражданское электричество очень дорогое удовольствие, а за пределами больших городов ещё и дефицитный продукт. Ну я и подумал, насколько проще было бы жить многим людям, если бы мы просто могли выращивать электричество на деревьях.

Заявление Жона вызвало пораженное молчание среди его друзей. Он даже подумал, что выставил себя дураком перед всеми, но никак не мог понять, где ошибся в своих суждениях.

— Это звучит глупо? — осторожно спросил Жон, уже внутренне готовый быть высмеянным, но, на его удивление, Вайсс только головой покачала.

— А ты не так глуп, как можно подумать поначалу, — заметила наследница, по-новому взглянув на этого странного парня, что буквально пару дней назад так неумело пытался подкатить к ней в раздевалке перед посвящением.

— Вайсс, это грубо! — шикнула на напарницу Руби.

— Это балбес сам принижает себя так, как я никогда бы не смогла, — фыркнула та. — Как только он сам научиться уважать своё мнение и правильно его подавать, я начну относиться к нему мягче.

— Да ладно тебе Вайсскимо, не стоит судить людей по первой встрече, тебе нужно узнать их получше прежде чем делать выводы, если ты понимаешь о чём я — Очередное двусмысленное высказывание Янг было встречено лишь закатыванием глаз остальной части студентов.

— Ну ладно, а что ещё у тебя есть из интересного? Давай Жон, не томи! — Но на вопрос Норы ему оставалось только покачать головой.

— Прости, но из интересного на сегодня это всё, всё остальное что я принёс с собой это просто ржавый хлам годный только на переплавку, он будет интересен разве что профессору Ублеку.

— Ну не скажи Арк, некоторые люди готовы платить за ржавый хлам огромные деньги, особенно если это что-то уникальное или представляющее историческую ценность.

— Зажравшиеся мажоры — Блейк практически выплюнула оскорбление, и в глубине души Жон не мог не согласиться с этим, всё же он знал, что некоторые реликвии прошлого могли стоить по-настоящему бешенных денег, и тем не менее находились те, кто покупал их, не смотря на стоимость, хотя конечно точные цифры он-бы не вспомнил, всё же серьёзно этой темой он никогда не увлекался.

— Д-да, кхм. Кстати Жон, помнишь ты давал мне осколок щита для исследований, ты тогда вроде так и не решил, что хочешь делать с остальными осколками, так? — Он кивнул на её вопрос, действительно, нужен ему был лишь один осколок, да и тот только для памятного амулета, а вот что делать с остальными он не знал. Тем временем увидев его кивок Руби поспешила продолжить.

— Ну так вот, у нас ведь как раз будет пара на которой студенты будут обслуживать своё оружие, ну вот я и подумала, что возможно я смогу купить у тебя остальные осколки? Пожалуйста? — После этих слов она посмотрела на него одними из лучших щенячьих глаз, которые он видел за свою жизнь, и это при том, что он жил с семью сёстрами, которые, не стеснялись использовать на нём этот приём, так что он думал, что более или менее привык к этому.

— Зачем они тебе? — поинтересовался Жон, не совсем понимая замысел Руби. — Мне кажется, что щит, даже маленький, тебе не очень подойдет.

— Верно, — Руби вздохнула, с наскока выпросить поблажку не получилось. — Я не планировала восстанавливать щит. Но сплав, который используется в создании этой вещи невероятно прочный, но при этом очень легкий. Реально, он крепче того сплава, который я использую, но при этом легче деревянных болванок сравнимого объема…

Руби вдохновенно начала расписывать преимущества данного материала, прежде чем осеклась. Такими темпами Жон может решить, что такой металл нужен ему самому. И как бы, чисто по-дружески, это даже хорошо, для Жона, но Руби надо в первую очередь свою малышку апгрейдить. А потом можно будет и Жону предложить что-то интересное для его меча и щита.

— Понятно, — Жон кивнул. — Ну тогда, конечно, забирай.

— Э? — Руби показалось, что она ослышалась, да и остальные их друзья удивились словам парня. — Я как бы предлагаю купить…

— Я слышал, — Жон кивнул, и посмотрел на своего товарища-капитана команды тем открытым взглядом, который мог быть только у этого парня. — Но это просто сломанный предмет. Я прошу только оставить мне кусок на память, хозяин щита сильно мне помог, а остальное… если тебе нужно, то пожалуйста, бери.

За столом установилась молчание. Никто не ожидал такой наивно-щедрой позиции. Даже Руби сразу же просила продать ей металл, так как понимала, что подобную вещь либо используют, либо меняют на что-то полезное. Ожидать, что ей просто подарят что-то подобное, можно было разве что от отца, но то отец.

— Знаешь, Жон, — заговорила Янг, хмыкнув. — Это сейчас было круто… И подозрительно похоже на то, что ты отчаянно, и весьма успешно, кадришь мою маленькую сестренку.

— Янг! — вскрикнула Руби, сильно покраснев.

Жон тоже покраснел, не зная, что тут вообще, можно сказать. Их реакция была настолько забавной, что вся компания не смогла удержаться и немного пошутить над парой капитанов. Даже Рен не удержался, правда напрямую его участие сводилось только к тому, что он не стал сдерживать Нору.

— Ладно, как бы это не было забавно, но надо вернуться к делу, — покачала головой Вайсс, серьезно посмотрев на Жона. — Ты, похоже, не понимаешь, о чём идет речь.

— Похоже не понимаю, — повторил за ней всё ещё покрасневший Жон.

— Весь Ремнант это непрекращающаяся борьба за ресурсы, — начала принцесса международной корпорации поучительным тоном. — Мы сражаемся за прах, за источники пресной воды и пахотные земли. Всё, что у нас есть, взято боем. И вот, когда у тебя появился полезный, не имеющий аналогов и крайне ограниченный ресурс, ты собираешься просто его отдать.

— Ну да, — Жон просто кивнул, все ещё не понимаю в чем дело.

— Это неправильно, — как маленькому объяснила Вайсс.

— Но ты ведь сделала бы точно также, — просто заметил парень, заставив наследницу Шни удивленно моргнуть. — Руби же не для развлечения просит, а для дела. Если бы она попросила у тебя праха для патронов, ты бы ей отказала?

— Нет, но… — начала Вайсс, на что Жон только обезоруживающе улыбнулся.

— Вот и я не вижу причин отказывать. Для баловства я бы пожалел такой подарок. Если бы у меня у самого была бы идея, как его применить, то тоже отказал бы. А так, не вижу смысла жадничать.

Вайсс не смогла сразу найти слова в ответ на подобное заявление, а потом просто не успела, в разговор вступила Янг. Янг вообще никогда не умела долго держать язык за зубами.

— Что-то я не пойму, он к моей сестре подкатывает или всё же к Вайсскимо?

— Молчи, Сяо-Лонг, — прошипела Вайсс. — Только ты видишь такие странные намеки в любом разговоре.

— Я просто говорю, как вижу, — ответила Янг, ухмыляясь, но почти сразу перешла на серьезный тон. — А насчет твоего подарка, Жон, то Руби просит не подарить ей, а купить металл. Купить, знаешь, что это значит? Это когда ты отдаешь что-то, а тебе взамен дают денег.

— Я не дурак, — буркнул Жон. — Но я не беру деньги с друзей, иначе какие это друзья?

В ответ друзья Жона странно переглянулись. Рен вздохнул, а Пирра неуверенно повела плечом. Вайсс прикрыла глазами рукой, как если бы её мучила мигрень, а Блейк неодобрительно покачала головой. Руби и Янг переглянулись, подыскивая, что тут можно сказать, и только Нора не стала молчать.

— Эй, Жон-Жон, а тебя раньше «друзья» часто обманывали? — спросила она с необычной для себя серьезностью.

— Какие же это друзья, — фыркнул парень. — Но да, бывало. Некоторые люди очень легко принимают доверие за глупость.

И снова Жон поступил как… Жон. Даже удивительно, как этот деревенский парень умеет ставить всех в тупик своей открытостью и добротой. Но абсолютно все за столом признали в этот момент силу парня. Не физическую силу, а внутреннюю, силу духа, если угодно.

— Спасибо, — вздохнула Руби, мысленно признавая за собой должок. Ей доверяют, и она не предаст этого доверия.

— Думаю, что Руби все же сможет отплатить Жону, — заметил Рен, и тут же был перебит Янг.

— Интим не предлагать, — отрезала она строгим голосом, заставив мистральца поперхнуться.

Даже опыт совместных путешествий с Норой, не мог подготовить бедного парня к общению с Янг.

— Во имя братьев, Сяо Лонг, молчи, иначе однажды наступишь на гравитационную мину, — уже откровенно угрожала Вайсс.

— Я и не собирался — Рен, впрочем, постарался развить свою мысль пока его более активные товарищи не увели разговор в другую плоскость — Я хотел предложить Руби сделать для Жона оружие дальнего боя, как не крути, а он здесь единственный кто таким не обладает.

После секундной задержки Руби начала активно кивать, радуясь тому, что действительно сможет помочь своему другу, а не просто возьмёт у него ценный, вполне возможно практически невосполнимый в ближайшее время материал.

— О, это я всегда могу, в Сигнале я была одной из лучших на уроках механики, ты только скажи, что тебе нужно! Только эм… Я на самом деле не уверена сколько материалов есть на складе Маяка и сколько из них мне можно будет взять для работы, а тех денег что у меня есть сейчас скорее всего не хватит на хоть сколько-то большое количество материалов, прости. — Жон видел, как плечи Руби опустились ближе к концу и уже хотел заверить её что ему не нужно оружие вот прямо сейчас, но тут неожиданно вмешалась Вайсс.

— Если нужно я могу заказать недостающие материалы из Вейла, не думаю, что это выйдет так уж дорого, да и по времени до конца урока по идее должны успеть. И да, прежде чем ты, Сяо Лонг спросишь не клеюсь ли я к твоей сестре я отвечу-нет, просто я вижу возможность помочь товарищу по команде и человеку, который может достать уникальные, в некоторых случаях не имеющие аналогов на Ремнанте вещи, так что можешь считать, что я вкладываюсь в собственное будущее. — В этот раз юмористка решила промолчать, лишь многозначительно улыбаясь той.

— Эм, Вайсс, скажи, а что если этот щит сделан из какого-то уникального, редкого материала, или, например, его нужно как-то по-особому обрабатывать, что тогда? — впрочем от этого животрепещущего вопроса наследница просто отмахнулась.

— Сомневаюсь, в конце концов Жон говорил, что это отдал ему рыцарь из какого-то ордена, и что-то мне подсказывает что в том ордене состоят не двое человек. Так что даже если этот материал является уникальным скорее всего у них есть способ его добывать и обрабатывать, а то и вовсе создавать, в конце концов какие шансы что Жон наткнулся-бы на рыцаря, который носил при себе единственный и неповторимый меч? Брось Руби, такое бывает только в сказках. Почти наверняка подобное оружие является если и не стандартом в этом ордене, то и не единичными экземплярами, а это значит, что его можно банально выкупить или обменять на прах.

— А что, если такое оружие имеет религиозное значение, что, если они банально откажутся его продавать? — однако вопрос Блейк вызвал у Вайсс лишь смешок.

— Да ладно тебе, это ведь просто оружие, а не мощи их святых, так что я думаю, что проблем с тем, чтобы предложить нужную сумму у меня не возникнет.

— Ну а я не продала-бы свою малышку не за какие деньги, да! — Жон не мог не улыбнуться уморительно серьёзному выражению лица Руби, когда она это говорила.

— Кхм, возможно мы вернёмся к первоначальной теме? Вот ты, Жон какое оружие-бы хотел? — Вопрос Рена снова настроил всех на рабочий лад и заставил его на секунду задуматься, после чего он сказал первое что пришло в голову.

— Такое, из которого можно убить дракона. Ну и других крупных тварей, плюс это должно быть не слишком сложным в использовании, у меня не очень много опыта в использовании современного оружия, — точнее у него этого опыта вообще не было, но это он решил не уточнять.

— Ну, из того что может убить дракона я могу предложить только ракетницу или действительно крупнокалиберную снайперскую винтовку — Подумав ещё секунду Руби продолжила— Ну или пулемёт, да, но всё это либо сложно в обращении, либо в обслуживании, либо является крайне дорогостоящим оружием, хотя Маяк всё же оказывает студентам некоторую финансовую поддержку выделяя командам бюджет на боеприпасы на что-то подобное тех денег не хватит точно.

Жону оставалось только кивнуть на её слова, он и правда загнул с требованиями.

— Тогда просто что-то убойное и не сильно сложное, дракона я так и быть убью дедовским способом — За столом снова раздались смешки и Руби кивнула уже куда более уверенно.

— Ну, если тебе нужна именно надёжность, то чем меньше в оружии будет движущихся деталей, тем лучше, тогда возможно что-то не автоматическое или полуавтомат? Как насчёт помпового дробовика или револьвера? Я бы ещё предложила винтовку, но для меткой стрельбы на большие дистанции, да ещё и в бою желательно уже иметь некоторый опыт, так что думаю это не твой вариант? — На это Жон лишь кивнул.

— Тогда нужно смотреть для какой дистанции тебе нужно оружие, для средних и дальних лучше подойдёт револьвер, для малых и средних лучше дробовик, хотя и револьвер может неплохо показать себя на малых дистанциях, особенно крупнокалиберный и заряженный картечными патронами.

— Хм, револьвер кажется более интересным вариантом. Думаю, он подойдет, — задумчиво покивал Жон, мало что поняв из её слов. — Я правильно понял, что надо теперь определиться с калибром? Побольше на ближней дистанции и поменьше на дальней.

От подобного предположения Руби чуть не хрюкнула от смеха, хорошо хоть удалось сдержаться. Янг и Вайсс ей бы потом все мозги вынесли бы, каждая по-своему, за подобное позорище. Да и Жона обижать не хотелось.

— Жон, я использую малый калибр на близкой дистанции, — напомнил про свои пистолеты-пулемёты Рен.

— А у меня крупнокалиберная снайперская винтовка, способная стрелять супер далеко, — важно покивала Руби.

— Без супера, — сурово заметила Вайсс, после чего, проигнорировав возмущенный писк своего капитана, вновь принялась читать лекции Арку. — Калибр влияет на убойную силу и цену производства патронов. За дальность отвечает тип патрона и конструкция ствола, Арк. Потрудись прочитать хотя бы рекламную брошюру какого-нибудь оружейного магазина, чтобы не выставлять себя идиотом на пустом месте.

— Ага… — сконфуженно ответил Жон.

— Вайсс, помягче, — попросила Пирра, на что наследница Шни только фыркнула и кивнула. — Но в целом ребята правы, Жон. Калибр, убойной силы, причем именно убойной. Есть ещё и останавливающая сила, есть пробивающая способность, зона покрытия, если мы говорим про картечный патрон. Там много всяких нюансов, которые ты сможешь узнать позже. Пока просто скажи, что ты хочешь получить от огнестрельного оружия?

— Я уже говорил, что мне нужно что-нибудь на дракона, — буркнул немного пришибленный Жон. — Ну а если это невозможно, то нужно что-то максимально убойное, но при этом такое, чтобы я не сломал это случайно.

— Тогда крупнокалиберный револьвер с минимум подвижных деталей, — Руби кивнула. — Предпочтительная дальность выстрела?

— М-м… — Жон на мгновение задумался, прикидывая насколько сильно он будет мазать с его опытом стрельбы. — Давай ближняя, ну и средняя заодно. Там не так уж много открытых пространств, где можно стрелять прицельно.

— Заметано, — Руби сделала вид, что стреляет из пальца. — Я посмотрю, что можно сделать.

— Боги, сестренка, в каком стариковском фильме ты видела этот жест? — усмехнулась Янг, но без огонька. — Но если на время отложить пушку в сторону, то мне всё же интересно, что там у тебя было, Жон.

— Так я, вроде, все интересное уже показал, — не понял её интереса парень. — В остальном там действительно только всякий хлам, который я потом либо выкину, либо попытаюсь продать за хоть какую-нибудь цену.

— Да я не про твою добычу, маленький мародёр, — отмахнулась от него девушка. — Ты лучше нам в целом про то место расскажи. Ни за что не поверю, что в месте, где водятся драконы, не было больше вообще ничего интересного.

— Ну из действительно примечательного могу вспомнить только три вещи: ещё одного демона вроде того у которого я забрал тот молот, гигантского рыцаря и встречу с девушкой, которую один мой знакомый окрестил «Хранительницей Огня», — и по сути это действительно были все примечательный события, произошедшие с ним за ночь, хотя скажи ему кто-нибудь ещё неделю назад о том, что он перестанет считать оживших мертвецов чем-то примечательным он посмеялся бы над шуткой.

— О, кстати про демонов, а что это вообще за твари-то такие, что-то вроде гримм? — на вопрос Янг он просто кивнул сам толком не понимая, чем же являются эти твари.

— Ага, что-то вроде, только гуманоидные и использующие какое-никакое оружие, хотя не скажу, что от этого они становятся менее агрессивными.

— Понятно, а что с тем рыцарем? Когда ты назвал его гигантом, ты имел ввиду просто высокого человека или кого-то способного использовать ту древнюю палку как оружие?

На секунду Жон задумался, пытаясь понять смог бы тот рыцарь действительно использовать отобранный у демона молот, но затем покачал головой, пусть неназванный гигант и был выше Жона, но до первого встреченного им демона тот всё же существенно не дотягивал, о чём он и сообщил своим друзьям.

— Не, тот рыцарь пусть и был раза в два меня выше, но думаю та дубина для него всё же великовата, да и у него уже есть меч под его габариты, не думаю, что ему понадобиться кусок окаменелого дерева, — на свой ответ он заработал несколько удивлённых взглядов от остальных студентов.

— Постой, ты говоришь, что он был в два раза выше тебя? А ты вообще уверен, что это был обычный человек? Или может это его проявление, возможность увеличивать себя и то, что на тебе надето в размере? — Вайсс тут же выдвинула гипотезу, пытаясь рационализировать то, что он сказал, но Жон лишь покачал головой.

— Он не человек, по крайней мере сам он так говорит, да и не только размером он выделяется, как минимум в разговоре со мной он упомянул что другой мой знакомый «Бродит по округе уже не первый век» и «Забыл больше, чем большинство людей когда-либо помнили», и он звучал как человек рассказывающий о том, что видел сам, а не пересказывающий чужие истории, — ответом на это заявления стала ошеломлённая тишина и удивлённые взгляды.

— Бред какой-то, — припечатала Васс.

— Не больший бред, чем драконы, живые мертвецы и полноценный, если верить Жону, заменитель праха, — заметила Пирра, которой не понравились слова Вайсс.

— Вот именно, если верить Жону, — продолжила Шни, но тут же увяла, увидев, как все на неё смотрят.

Поддержки её настрой не нашёл и она, уже в который раз, оказалась в меньшинстве. Кто бы знал, как Вайсс бесили подобные моменты, но она была достаточно умной девушкой, чтобы не закатывать глупые истерики, которые бы только опозорили фамилию Шни. Ничего, она ещё заработает авторитет и покажет этим… товарищам, что к её мнению нужно прислушиваться.

— Эй, — возмутился Жон, на завуалированное подозрение во лжи, но как-то вяло. Мысль о поддельных стенограммах вдруг обожгла как огонь.

— Не обращай внимания на Вайсскимо, Тошнотик, — усмехнулась Янг. — Просто она слишком сильно тебя любит, чтобы признать это.

— Сяо Лонг! — подскочила Вайсс, но слова были уже сказаны.

Вопреки или же, напротив, благодаря своему образу недалёкой тусовщицы и хулиганки, Янг хорошо разбиралась в людях, чтобы, как сейчас, одной фразой вымести осадок от неосторожных слов Вайсс и переправить беседу на совершенно другие рельсы.

Так, в дружеских перепалках и подколках, и прошёл завтрак, после чего шумная компания отправилась в мастерские на урок по уходу за оружием. Возможно, их путь так бы и прошёл за ничего не значащей болтовнёй, если бы Жон не вспомнил, что последний его сон выделялся не только двумя гигантами, но и встречей с «Хранительницей Огня», о которой он тоже решил рассказать своим друзьям.

— Кстати ребят, у меня из головы совсем вылетела ещё одна необычная встреча. В последнем своём сне я встретил девушку, мне её представили, как хранительницу огня. Как я понял она что-то вроде жрицы и, — здесь Жон постарался помягче описать положение своей новой знакомой, — кажется, она находится в крайне бедственном положении.

— И ты конечно же вспомнил об этом только сейчас, правда Жон? — Вайсс сразу же решила высказать ему своё недовольство.

— Да ладно тебе Вайсскимо, он же в конце концов об этом вспомнил? Так что там с этой жрицей Жон?

— Я сам о ней не слишком много знаю. Только что она сидит рядом с костром, и костёр этот, насколько я понимаю, не обычный, потому что, когда я появляюсь во сне, то всегда оказываюсь рядом с такими, да и сама она, как мне сказали, не обычная девушка. Кажется, она способна усиливать души других людей или что-то подобное, я сам до конца не понял.

— Постой, а почему ты всё говоришь «Мне сказали, мне сказали», а сама она тебе что-нибудь говорила или она немая? — вопрос Янг заставил его поморщиться.

— Ну вообще да, она действительно немая.

— Черт, прости Жон, я сказала не подумав. Но что ты там говорил про её бедственное положение? С ней всё в порядке?

— Более-менее. Просто обстановка, в которой она находится довольно аскетичная, как будто она живёт практически в нищете. Вот я и подумал, что в следующий раз следует взять с собой что-то вроде матраса или спальника? Или какой-нибудь еды?

— А ведь Арк дело говорит, и это я даже не про одеяло и матрас, хотя это тоже стоящая идея. Я говорю о том, что, если ты сможешь пронести в свой сон свиток и хотя бы сделать несколько снимков, то мы, вероятно, сможем понять куда ты попадаешь. Да и профессора Ублека эти снимки наверняка заинтересуют.

— Слушай Жон, а ведь Вайсс права! Это ведь такой шанс — сфотографировать настоящего дракона! Или рыцаря! Или рыцаря верхом на драконе!

— Нора, рыцари не летают на драконах, они с ними сражаются, — Рен вновь решил успокоить свою подругу.

— Но ведь это всего лишь сон, — возразил Жон. — Я не уверен, что смогу пронести в него свиток или камеру.

— Но попробовать стоит, — настаивала Вайсс. — Может быть, у тебя получится. А даже если нет, то это все равно будет полезный результат.

— Угу, ты ничего не теряешь, если просто попробуешь, — кивнула Янг.

— Хорошо, я попробую пронести свиток в следующий раз, — кивнул Жон, уже видя знакомые двери мастерской Бикона. — Но я всё ещё сомневаюсь, что это сработает.

— Не спеши, Тошнотик, сначала попробуем и только если у нас ничего не выйдет, ты сможешь сказать своё веское «я же говорил», — усмехнулась Янг, ударив Жона по плечу, прежде чем первой войти в царство отверток и сварки.

Глава 12

Жон открыл глаза и огляделся вокруг, это уже стало для него своего рода привычкой, осматривать место своего пробуждения, но, как и в прошлые разы с момента его ухода вокруг ничего кардинально не изменилось, всё то же запустение и разруха, впрочем, даже за это он благодарен, по крайней мере крыша здания не обрушилась на костёр. Хотя потухнет ли он от этого? Тот костёр, рядом с которым сидит Ув горит под открытым небом и пока что не потух, да и первый костёр, который он зажёг тоже был явно не прост, возможно в будущем он должен будет расспросить об этих кострах кого-то более знающего? Впрочем, это ему не к спеху, а пока ему нужно сосредоточится на другой задаче: осторожно выйдя из здания Жон огляделся и поняв, что в данный момент ему ничего не угрожает достал свой свиток и сделал несколько фотографий города, возможно доктор Ублек сможет что-то рассказать про архитектурный стиль строений?

Когда фотографии были сделаны он снова убрал свиток в инвентарь и оглядевшись двинулся к тому месту, где находилась Хранительница Огня, в конце концов он ведь обещал принести ей хотя бы нормальные одеяло и матрас, да и чего-нибудь поесть, а рыцарь всегда должен держать своё слово! Жон усмехнулся поняв, что его отец непременно гордился бы им, увидь он его сейчас. Ну или они получили бы от его мамы - один за то, что учит сына гоняться за юбками, а второй за то, что слушает. Под такие весёлые мысли он и пробирался через разрушенный город, к счастью, никого не встречая по пути, что в итоге даже показалось ему несколько странным. И, раз уж он как раз дошёл до своего знакомого, не грех было об этом спросить.

— Что так пусто говоришь? Ну тут, друг мой, всё довольно легко. Недавно я слышал нежный голосок знакомой тебе огнедышащей ящерицы, и думаю не я один, так что те, кто сохранил ещё немного мозгов попрятались, а остальные были поджарены до хрустящей корочки и съедены. Хотя я удивляюсь, как ты сам этого не услышал, ведь на глухого совсем не похож.

— Я видимо слишком увлёкся разглядыванием огня и пропустил это. Эти костры обладают странно гипнотизирующим действием, кстати. Не знаешь почему?

— Да демоны его знают, некоторые говорят что нежить тянется к огню который потух в их душе, другие заявляют что если сама суть нежити это поглощение то мы тянемся к Пламени в тщетном желании его поглотить, но как по мне хрень это, сам я никогда такого желания не испытывал, как думаю и ты. Но вообще если хочешь можешь, конечно, спросить об этом Хранительницу, они-то уж точно знают об этом больше, чем мы с тобой. — На это он мог только кивнуть, возможно действительно стоит поговорить об этом с одной из Хранительниц и выяснить что такого особенного в этих кострах, ладно ещё его периодические залипания на огонь, пусть раньше он за собой такого и не замечал, но и слишком-уж странным на фоне всего остального это не слишком выделялось, но вот понять как и почему он появляется в этом месте было-бы неплохо.

— А сама хранительница как, всё ещё сидит в той камере? — на это Ув только кивнул.

— Ага, да и не уходит она оттуда никуда, я по крайней мере такого не замечал, — этот комментарий несколько озадачил Жона, ведь если она никогда не выходит наружу то, чем она вообще питается?

Видимо, увидев его удивление, Ув решил продолжить:

— Да не удивляйся ты так, у Хранительниц целый ковенант есть из тех, кто им помогает. Эти наивные идиоты считают, что таким образом они замедляют разрушения мира и помогают продлить Эру Огня, но как по мне это им не особо удаётся, хотя многие со мной естественно не согласятся, — тут он хмыкнул, видимо каким-то своим, воспоминаниям.

— Ага, понятно, — хотя на деле от Жона ускользнуло значение слова «Ковенант», однако парень решил, что это скорее всего некое подобие рыцарского ордена, служащего определённой цели. В Вейле такое пусть не часто, но встречалось, и обычно они посвящали себя либо совместной защите определённых территорий, либо охоте на Гримм. Последнее встречалось больше на границах, где проблема Гримм была актуальнее внутренних разборок и борьбы за власть в королевстве.

— Ну раз понятно, то ступай с миром и передавай привет Хранительнице. Может даже тебе повезёт, и ты встретишь кого-то из Воинов Света. Уверен, они будут только рады рассказать тебе о преимуществах своего ковенанта, — в ответ Жон снова кивнул, потому как ему на самом деле хотелось встретить кого-то из них, ведь само их существование даёт надежду на то, что не всё в этом мире так плохо и что ещё остались те, кто готов сражаться ради других.

Попрощавшись с Увом, Жон спустился к хранительнице.

С его прошлого визита фактически ничего не изменилось. И клетка всё ещё оставалась клеткой, и обстановка всё ещё была по максимуму аскетичной. Никакого повода вновь вглядываться в знакомые детали. Жон подошёл к костру и сел напротив Хранительницы, уже заметившей его и с приветственной улыбкой махнувшей ему рукой.

— И тебе привет. Помнишь, я обещал тебе принести немного вещей первой необходимости? — пусть на него всё ещё давило понимание, что это возможно не лучший способ начать разговор с девушкой, которую видишь во второй раз в жизни, но почему-то ничего умнее ему в тот момент в голову не пришло, так что, не намереваясь больше затягивать неловкое молчание, он начал доставать из своего инвентаря всё то, что ему одолжили его товарищи по команде. А было там пусть и не слишком много, но по крайней мере теперь хранительница не будет спать на куче тряпья и сможет нормально поесть. — Вот, тут немного еды, ещё специальный спальный мешок для походов, да и ещё несколько полезных походных принадлежностей, которые могут тебе пригодиться.

Жон несколько покривил душой, когда сказал, что еды немного. Сердобольная и весьма прожорливая Нора собрала гостинцев столько, что сам Жон ими бы питался несколько дней к ряду. Хорошо ещё, что Вайсс и Пирра не дали девчонкам нагрузить Жона разнообразными сладостями и снеками в цветастых упаковках, мотивируя это тем, что здоровое питание куда лучше вредной пищи. Да и проверить, как нормальные продукты питания реагируют на инвентарь Жона, тоже надо было. Поэтому он притащил фруктов и овощей, разнообразного мяса, сыра и немного хлеба, завёрнутого в специальную упаковочную бумагу. Дали ему и несколько сладостей, но самых простых и долгохранящихся, то есть всяких ирисок да леденцов.

Но куда ценнее, на взгляд Жона, был походный набор, который вручил ему Рен. Там было всё необходимое, от удобного спального мешка до небольшого таганка с котелком, на которых можно было самостоятельно готовить пищу. Жон даже решил, что специально для Рена попытается достать что-нибудь интересное и отблагодарить за такой ценный подарок.

Хранительница Огня тем временем смотрела на раскладывающего перед ней свои гостинцы Жона всё более и более расширяющимися в удивлении глазами. В какой-то момент она даже начала махать на него руками, призывая то ли остановиться, то ли желая отказаться от таких подарков. По крайней мере, Жон мог расшифровать её метания именно так.

— Не стесняйся, — он настойчиво подвинул к прутьям её клетки все принесённые дары. — Это подарок от моих друзей. Нам ничего не нужно от тебя взамен.

Хранительница с сомнением посмотрела на него и отрицательно качнула головой.

— Я всё равно не буду тащить всё это обратно, — Жон попробовал зайти с другой стороны. — Ты же не хочешь, чтобы все эти подарки просто пропали?

На несколько мгновений Хранительница Огня задумалась, прежде чем подозрительно глянуть на Жона. Похоже, его маленькую попытку манипуляции раскусили. Но не успел парень оправдаться, как со стороны раздался смешок и несколько глухих хлопков.

— Прекрасная попытка, парень, и щедрые дары, — весело заметил незнакомый Жону рыцарь с эмблемой Солнца на груди. — Я Соллер из Асторы, рад приветствовать добрую душу в этом жестоком краю.

— Я Жон Арк из Анселя, — Жон представился на манер это странного рыцаря. — Я не слышал, как ты подошёл.

— Позор тебе, друг мой, — в ответ рыцарь просто пожал плечами. — Со временем, конечно, всякие скрипы и звон от доспехов начинают раздражать, и ты волей-неволей учишься передвигаться тихо, но до бесшумности мне ещё очень и очень далеко. Так что будь внимательней, Жон Арк, иначе жизнь твоя будет очень непростой.

— Ага, я запомню, — Жон нахмурился, но спорить не стал. Лишняя осторожность ещё никому не навредила. Чтобы разрядить обстановку, парень кивнул на Хранительницу Огня, которая все ещё с некоторым подозрением рассматривала его. — Может быть у тебя, Соллер, найдётся заодно совет, как уговорить эту красавицу принять подарки?

Теперь Хранительница Огня выглядела удивлённо, в то время как Солер глухо хохотнул в своём закрытом шлеме.

— Попробуй, для начала, не выглядеть влюбленным ухажером, — посоветовал рыцарь ехидным тоном.

— Что?! — сказать, что Жон удивился, значит очень сильно приуменьшить. — Но я ведь… я ничего такого…

— Верю, верю, — покивал Соллер, до сих пор посмеиваясь над Жоном. — И зря ты «ничего такого». Анастасия у нас и правда такая красавица, что любой может мечтать сделать её дамой своего сердца.

Жон почувствовал, как жар распространяется по его лицу, и тут же отвёл глаза, чтобы не встречаться взглядом с Хранительницей Огня. Возможно, Соллер продолжил бы смеяться над замешательством и смущением Жона, но девушка, которую назвали Анастасией, несколько раз хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание. Дождавшись, пока Жон и Соллер на неё посмотрят, она погрозила рыцарю пальцем.

— Прости, прости, — рыцарь поднял руки, как бы извиняясь. — И ты тоже, Жон, не держи обиду, это была не злая насмешка, я действительно нашел вашу ситуацию забавной.

— Я не в обиде, — отозвался Жон, всё ещё смущенный и, если уж быть честным, немного обиженный на Соллера. — И я правда всего лишь хотел дать ней немного самых необходимых вещей, без каких-либо скрытых мотивов.

— Прекрасное желание, — Соллер кивнул, присаживаясь около даров Жона прямо напротив решетки, за которой сидела Анастасия. — И щедрые дары. Так почему же ты от них отказываешься, Хранительница?

В ответ на это Анастасия сначала показала на Жона и Солера пальцем, после чего выставила ладонь на уровне груди. Второй рукой она указала на себя, после чего провела ладонью этой руки сверху вниз мимо первой ладони, остановившись уже на уровне живота.

— Что-то я не понял, — заметил Жон нахмурившись. — Она считает себя ниже нас?

— Вроде того, — голос Соллера звучал неодобрительно. — Хотя, как я понял, она скорее думает, что обязана нам служить. Видишь, ладонь, обозначающая нас расположена вертикально, как будто указывая направление, а вот рука, обозначающая её, обращена ладонью к земле, как будто кланяясь.

— Глупость какая-то, — тут же заявил Жон, на что Анастасия отрицательно покачала головой.

— Согласен, действительно глупость, — Соллер, привстал, но лишь за тем, чтобы достать меч из ножен и преклонить колено, как перед королем или сюзереном. — Достопочтимый Жон Арк из Анселя, не окажете мне честь?

— Да, конечно, — Жон немного замешкался, но тоже вытащил меч и преклонил колено перед ошарашенно Анастасией.

— Мы лишь проклятая нежить, Хранительница Огня, — начал Соллер, как только Жон замер рядом с ним. — И всё что мы можем, это искать свет богов, который сможет хотя бы ещё немного продлить жизнь нашего мира и уничтожать всех тех, кто пытается этот свет потушить. Ты же Хранительница Огня, проводник этого света, что куда ближе к богам, чем мы. И именно ты и такие как ты помогаете нам оставаться в здравом рассудке не смотря ни на что.

Анастасия хмурилась, но никаких движений в протест на слова асторского рыцаря не совершала.

— К тому же, хоть тебя и подпитывает Великое Пламя, но ты всё ещё жива, и чувствуешь голод и жажду, — продолжил Соллер не вставая с колен.

Анастасия поднялся руку к груди и сделала вид, будто что-то сжимает в кулак.

— Да, ты можешь взять себя в руки и терпеть всё это, — Соллер каким-то образом понял, что это значит. Чувствовался за ним некоторый опыт в общении с немой. — И, к моему сожалению, тебе часто приходилось подолгу терпеть, а потом перебиваться черствым хлебом или дичью, которую мы добывали в лесу. Но сейчас наш друг захотел позаботиться о тебе и принес провиант. Не обижай его отказом, ведь даже с подобным количеством провианта ты всё ещё сможешь соблюдать свою аскезу, но только теперь она будет продиктована не столько необходимостью, сколько твоим собственным желанием. Ведь лучше иметь провиант, но не нуждаться в нём, чем нуждаться, но не иметь, не так-ли? — На подобное замечание Жон мог лишь кивнуть, даже если что-то из того, что он принёс и пропадёт он и его друзья расстроятся не сильно, а вот хранительнице запас еды может помочь, пусть судя по словам Солера она и не испытывала необходимости в еде и воде, ну или испытывала, но не в такой степени как другие люди.

На это Анастасия могла только кивнуть, после она жестом пригласила их в своё жилище позволив ему и Солеру разложить принесённую им еду и походные принадлежности, после чего поклонилась им, чем снова смутила Жона, всё же он не привык что ему кланяются красивые девушки, а потому решив перевести тему и развеять неловкость он кашлянул привлекая к себе внимание и достал из инвентаря маленькую колбочку с огненным прахом, после уроков Вайс дала ему несколько штук с просьбой найти тех, кто может быть заинтересован в покупке или обмене праха на смолу, и хотя он согласился с просьбой Жон слабо понимал сколько может стоить прах в переводе на золото или серебро, и тем более он не знал курс обмена праха на смолу, но в конце концов потенциальных покупателей надо было в начале найти, а потом уже думать о цене.

— Раз мы закончили с раскладыванием вещей то можно мне спросить об одной вещи, вы когда-ни будь видели что-нибудь подобное? — Он осторожно передал флакон Солеру, но тот приглядевшись повнимательнее только покачал головой.

— Подобное вещество мне не встречалось, хотя я чувствую в нём магию, так что смею предположить, что это работа алхимиков? — На это Жон только покачал головой и Солер передал колбу Анастасии.

Та несколько секунд с интересом изучала прах внутри колбы, после чего открыла её и лёгким движением руки заставила его вылететь из колбы и зависнуть над её ладонью. Вопросительно посмотрев на Жона она чуть повела рукой, над которой парил прах, из стороны в сторону, изобразив на лице вопрос. Дождалась его кивка, она отправила огненную пыль в костёр, и это действие почти заставило Жона прыгнуть к ней чтобы закрыть от взрыва, но он сдержал себя из-за того, что ни сама Анастасия, ни Солер не выглядели напряжёнными, возможно из-за странной природы костров подобных этому? Но как-бы то не было прах не взорвался при контакте с огнём, а лишь на мгновение заставил костёр вспыхнуть чуть ярче после чего тот вновь вернулся к равномерному горению. Анастасия посмотрела на костёр ещё несколько секунд после чего вздохнула и покачав головой вернула пустую тару Жону.

— Значит и ты тоже не сталкивалась с чем-то подобным раньше? — Спросил Солер, на что она только кивнула и с любопытством взглянула на него видимо ожидая что он скажет что это такое, и Жон не стал делать из этого секрет начав свой рассказ.

— Это называется Прах, особый минерал, который используется у меня на родине для множества разных вещей, от разогревания пищи, до создания специальных боеприпасов, обладающих стихийными свойствами или для создания более качественного оружия и брони, которые также обладают необычными свойствами. Конкретно это был огненный прах.

— Ха, какой интересный минерал, никогда о таком не слышал, ближайшее что я могу привести для сравнения это титанит, волшебный металл что используется на Землях Повелителей для улучшения оружия и брони, хотя я и не могу сказать насколько эти минералы похожи, в конце концов за пределами Земель Повелителей многие считают титанит не более чем легендой и плодом воображения суеверных глупцов. Но не слушай их, я знаю, что этот чудесный металл так же реален как ты или я, пусть он и крайне редок, с прахом так-же? — На этот вопрос Жон только покачал головой.

— К счастью нет, прах не столь уж и редок, и хотя с его добычей есть несколько сложностей но прах низкого и среднего качества не так уж дорог, хотя о кристаллах высококачественного праха подобного сказать нельзя. Понимаете, у меня есть подруга чья семья занимается добычей праха, она дала мне немного и попросила посмотреть будет ли кому-нибудь здесь интересна его покупка.

— Возможно и будет, но я никогда не слышал ни о прахе, ни об Анселе, а я довольно неплохо знаю окрестные земли, так что полагаю везти этот прах придётся издалека, по не самым безопасным землям, плюс нужно будет договариваться о стоимости, я не говорю нет, но не знаю выйдет-ли из этого что-нибудь. — Жон помолчал несколько мгновений думая, как ему ответить на подобное заявление, но в конце концов он решил сказать правду, ну или по крайней мере часть правды.

— Понимаете, пусть моя родина и находится довольно далеко, но с доставкой праха проблем не возникнет, по крайней мере с доставкой не слишком больших объёмов, понимаете, у меня есть возможность использовать… особый вид магии что позволяет мне возвращаться домой, и после снова появляться здесь, так что доставка праха не будет сопряжена с логистическими проблемами.

— Ха, какой интересный вид магии, никогда о подобном не слышал, вроде бы ходили слухи, что можно между кострами перемещаться, но как это делать я не знаю, впрочем, на закате Эпохи Огня как время, так и пространство начинают трещать по швам. Что же, отрадно видеть, что хоть кто-то способен извлекать из этого выгоду, а не только разгребать проблемы, связанные с монстрами появляющимися буквально из воздуха — Солер вздохнул и покачал головой.

— Появляющимися из воздуха? Так вот как на том мосту оказался демон? — И действительно если подумать, как ещё та тварь могла оказаться на той стене? Если уж в городе обычные улицы представляют из себя сплошную полосу препятствий то, что уж говорить про места, расположенные ближе к стене или саму стену, а тот демон не выглядел особенно умным, да и его размеры пусть и внушали трепет, но совсем не облегчали ему передвижение по городу.

— Ну допустим не из воздуха, а просто из другого места, вполне возможно, что эта тварь пришла к нам из самого Изалита. Проклятое всеми богами место друг мой, я не пожелаю оказаться там даже врагу. — На это Жон снова мог только кивнуть, в конце концов он не знал, что это за место, однако, когда бессмертная, не чувствующая боли нежить говорит, что не пожелает оказаться там даже врагу то это повод задуматься, да и обилие подобных мест тоже начинает напрягать.

— И часто подобное происходит, когда непонятные твари вылазят не пойми откуда? А то тут и так место не слишком дружелюбное, не хотелось бы чтобы помимо полых здесь появлялись дополнительные противники. — На это Солер только усмехнулся.

— Не волнуйся, в городе подобное происходит не слишком часто, лорд Гвиндолин предотвращает появление слишком масштабных порталов, но помни, чем дальше ты удаляешься от города, тем чаще подобное встречается, а потому, если решишься исследовать Сад Тёмных Корней, то будь вдвойне осторожен, вполне возможно что помимо тамошних тварей ты встретишь ещё и существ которых ни в наших землях, ни в твоих никогда не видели. — После этих слов ему оставалось только надеяться, что вслед за ним в этот мир не хлынут Гримм и что портал не затянет сюда кого-то из его друзей, ведь если он по сути бессмертен, то вот о своих друзьях Жон сказать подобного не мог.

— Учту. И, кстати, Солер, ты сказал лорд Гвиндолин. Это кто-то из местных королей? — Жон решил собрать как можно больше информации, которую потом можно было бы пересказать друзьям и преподавателям.

— Ну… можно сказать и так, — Солер запнулся. За шлемом не было видно выражение его лица, зато Хранительница Огня очень выразительно показала, как она удивлена его вопросом. — Лорд Гвиндолин бог, сын владыки Гвина, бога света, который правил этими землями многие тысячи лет.

— А… — теперь уже и Жон был удивлен.

— Так что в некотором смысле, он действительно местный король, вернее наместник, оставленный его отцом в Анор-Лондо, — рассуждал вслух Солер. — Но я бы всё же посоветовал тебе помнить, что лорд Гвиндолин прежде всего бог.

— Хорошо, — Жон не знал, что вообще можно сказать в подобной ситуации, и надо ли говорить в принципе. — Думаю, тут мы закончили.

— Да, спасибо тебе, Жон Арк из Анселя, — официально произнес Солер. — Я и мои братья стараемся, по возможности, заботиться об известных Хранительницах Огня. Если ты или твои друзья будут готовы ещё раз поделиться припасами, то мы были готовы выкупить их, за души или за помощь.

— Я бы предпочел меняться на более материальные вещи, — поморщившись отозвался Жон. Первая поглощенная душа до сих пор не стерлась из памяти. — Например, один огромный рыцарь в городе дал мне немного смолы, что наделяет оружие силой молнии.

— Знаю такую, — рыцарь кивнул. — Непростой запрос, но я посмотрю, что можно сделать. Но прямо сейчас у меня нет этой смолы, чтобы отблагодарить тебя за этот дар.

— Не надо, — Жон даже отступил на шаг и выставил перед собой ладони. — Это был действительно подарок, мне ничего больше не надо.

— Это благородно, но не нужно, — Соллер покачал головой. — Ты молодец, Жон, что готов помочь другим, но никогда не отказывался от чужой доброты. Если в костер не подкидывать дровишек, то он рано или поздно потухнет и больше никого не согреет.

— Ну да, — Жон немного удивился подобной аналогии, как и позиции Асторского рыцаря, и попытался все же немного сгладить углы. — Я не против помощи, но не рассчитывал на плату за эту еду… знаете, что? Думаю, вы можете отблагодарить меня по-другому, давайте сфотографируемся вместе!

— М? — Солер и Хранительница Огня синхронно склонили голову чуть набок. — Сфото… что?

— Фотография, — повторил Жон, но потом понял, что тут что-то вроде средневековья. — Думаю будет проще показать, встанем поближе друг к другу,

Местные не совсем поняли, чего Жон от них хочет, но у парня был некоторый опыт селфи со всей своей, очень большой, семьё, так что сфоткаться только втроём было невероятно просто. Рыцарь и Хранительница удивились уже одному виду свитка, а уж когда Жон показал им получившиеся фото, то Хранительница даже руками всплеснула, в то время как Солер хлопнул себя ладонью, в латной перчатке, по коленке.

Жон даже ожидал, что рыцарь сейчас чертыхнется от боли, но, похоже, прочая нежить была столько же нечувствительно к боли, как и Жон.

— Вот удивил! — воскликнул Соллер. — Впервые вижу что-то подобное. Как это работает?

— Эта вещь с моей родины, мы называем их «свитки». Они просто продаются, так что я не знаю, как их делать, — Жон пожал плечами, крутя свиток в руках. Он бы его убрал в инвентарь, но Хранительница и Соллер продолжали разглядывать незнакомый артефакт.

— Жаль-жаль, крайне интересно вот так моментально делать маленькие, но такие детальные картины. — заметил Соллер.

В это же время Хранительница Огня отвлеклась от свитка и нахмурилась. Девушка несколько раз махнула Соллеру рукой, привлекая внимание. Когда же рыцарь повернулся к ней, Хранительница указала на свиток и показала пальцами что-то маленькое.

— О как, — рыцарь хмыкнул. — Похоже она не считает это достаточно платой за твои подарки.

— Но мне правда ничего не нужно, — Жон уже не знал, как ещё ему отделаться от этих настырных попыток отблагодарить его.

— Ты же, вроде, упоминал демона на стене, да? — Соллер же достаточно быстро сориентировался. — Он ещё жив?

— Да, — до Жона тоже стало доходить, что можно сделать. — Как раз хотел второй раз попробовать с ним справиться.

— Так пойдем вместе. Как раз после этой стены будет мост и статуя, у которой я и мои друзья выбили на камне свои имена, давно хотел навестить это местечко.

— О-о, — эта идея сразу же понравилась Жону. Приятно иметь рядом напарника, который, в случае чего, прикроет тебе спину. — С удовольствием воспользуюсь твоим предложением. Я хотел использовать новое оружие против него, но если вдруг ничего не сработает, то помощь мне не помешает.

— Новое оружие? — тут же заинтересовался Соллер. — Что-то экзотическое?

— Можно сказать и так, — кивнул Жон, доставая из своего инвентаря сделанный Руби револьвер. — Подруга, которая его сделала хотела дать ему целую кучу разных имён: Мрачный Ветер, Огненный Покровитель, Стальной Убийца, Теневой Разрушитель, Железная Рука, Пылающий Гнев и даже Судный День.

— Кх-м… — асторский рыцарь с некоторым трудом сдержал смех. — Это громкие имена.

— Даже слишком, — Жон тоже посмеялся. В отличие от Солера, он видел всё это воочию и с присущей Руби экспрессией. — Так что пока этот малыш остаётся без названия. И я хочу, для начала опробовать его в настоящем деле.

Глава 13

Жон и Солер шли к окупированной демоном башне молча. Даже не смотря на несколько поредевшие ряды живых мертвецов, распуганных виверной, этот путь не был лёгким. То тут, то там встречались враги. А в некоторых местах, где можно было скрыться от летучей твари, их было даже слишком много. Удивительно, как они сами не начали убивать друг друга в подобной толкотне. Впрочем, и у стороны рыцарей имелась пара способов сократить количество врагов на расстоянии. Так, Жон решил испытать свой револьвер в деле, благо патронов у него было на два барабана, и он посчитал позволительным потратить один на врагов попроще, дабы как следует пристреляться. А вот Солер просто метал во врагов самые настоящие копья из молний.

То была настоящая магия, без всяких сомнений. Будущий Охотник даже намеривался расспросить товарища об увиденном, но Солер жестом попросил соблюдать тишину до того момента, пока они не достигнут безопасного места. И проблема была даже не в лишнем шуме, что было совершенно не актуально на фоне звука выстрелов револьвера Жона, а в риске банально отвлечься и глупо умереть от удара откровенно тормознутого мертвеца, повергнуть которого смог бы любой должным образом сосредоточенный на бое человек. Поэтому до следующего костра, возле которого Жон в прошлом как раз разжился арбалетом, они прошли всё так же молча. Разве что самому Жону пришлось снова взяться за меч, наконец отстреляв последний патрон в барабане, в то время как Солер продолжал периодически запускать в противника молнии.

Вскоре они достигли безопасного места, где можно было наконец-то отдохнуть и обсудить происходящее. Жон с нетерпением смотрел на рыцаря, который владел самой настоящей магией.

— Так что ты хотел спросить, друг мой? — спросил Солер, присаживаясь у костра.

Это действие несколько сбило Жона с мысли, так как он не понял зачем делать привал после такого короткого броска. Они же прошли всего минут пять-десять, зачем делать привал?

— Да, — но лишние мысли быстро выветрились из головы парня, когда он вспомнил про магию. — Молнии, которые ты запускаешь, это же магия?

— Не, — покачал головой асторский рыцарь одновременно снимая шлем, но не успел Жон расстроиться, как тот продолжил свою мысль. — Это было Чудо, а не магия Школы Дракона.

— А… в чём разница?

— Хм-м? — Солер не ожидал такого вопроса, и, услышав этот хмык, Жон даже немного смутился собственного незнания. — Жон, я, конечно понимаю, что ты прибыл из очень далекой земли, но неужели ты вообще ничего не знаешь о том, что тут происходит?

— Кое-что мне рассказывали, но можно считать, что я почти ничего не знаю.

— Интересно, — Солер на несколько мгновений замер, но после вспомнил слова Жона о возможности быстро вернуться в родные края, кивнул. — Вот оно как, понятно. Что ж, можно и пояснить. Чудеса, Магия и Пиромантия в чем-то похожи между собой, это способ извлечь из своей души дополнительную силу. Вот только Чудеса, созданные Владыкой Гвином, черпают силу из воли и веры человека. Веры в себя, в богов, в правоту своего дела, во что угодно на самом деле. Магия Школы Дракона, созданная Герцогом, строится на знаниях и точных расчетах, это больше наука, и не важно насколько силен твой дух или твоя вера, ошибся в расчетах и ничего не получится. Пиромантия же… там всё сложно. Я сам знаю не так уж много пиромантов, но по их словам они могут разжигать свой огонь чувствами и волей, а могут строить заклинания так, как это делают волшебники. В чём разница и есть ли какой то третий, средний, путь между ними, я не знаю.

— В общем это просто разные виды магии, — решил Жон, припомнив, что друзья рассказывали ему о праховой магии.

— Многие бы с этим не согласились, но по сути да. И пироманты, и чародеи, и жрецы используют силу своих душ, чтобы сотворить нечто выходящее за рамки общих законов мира, хотя зачастую среди них разнится не только способ её сотворения, но и эффекты. Клирики сфокусированы на поддержке, исцелении и усилении себя или союзников, чародеи делают упор на нанесение урона с расстояния и более тонком использовании сил своей души, а пироманты просто решают все свои проблемы с помощью отправки чрезмерного количества пламени, летящего кому-то в лицо, — Солер усмехнулся, будто вспомнив какой-то забавный случай из прошлого, ну а Жон же, желая узнать как можно больше о магии, хотел было продолжить расспрос, как вдруг ему в голову пришла запоздалая идея.

— Скажи Солер, ты не против если я буду тебя снимать? Это почти то же самое, что и раньше, только картинка на моём свитке будет двигаться так-же как ты. Просто понимаешь, одна из моих подруг является специалистом по Праху и праховой магии, так что я хотел бы показать твои объяснения ей. Может быть, таким образом она почерпнёт из этого какие-то идеи или сможет выяснить, было ли что-то подобное у меня на родине?

Также про себя Жон отметил, что возможно стоило бы показать запись директору Озпину. В конце концов, если его привлекла необычность осколка возможно магического щита, то уж как его тогда должна заинтересовать новость о полноценной магии?

— И всё же магия твоей родины не перестаёт меня поражать, Жон. Что же до твоего вопроса, то да, ты можешь меня «снимать», — на это парень мог только улыбнуться и, достав Свиток, задать свой следующий вопрос:

— Тогда можешь привести пример более сложных Чар?

— Ну-у например, я знал как минимум одного чародея, который мог становиться невидимым, хотя как он это делает я так и не понял; ещё один знал чары, которые позволяли ему прыгать на три своих роста и падать вниз так, будто он весил не больше пушинки; ещё один чародей, как раз мой собрат по ковенанту, может контролировать разум животных, и, должен заметить, эта способность просто бесценна в наших походах в Зачарованный Лес.

— Весьма разносторонние силы, — признал Жон. Чем-то это похоже на проявления. — Это уникальные способности, или им можно научиться?

— Если найдешь учителя и имеешь нужные способности, то каких-то проблем в обучении быть не должно, — Солер усмехнулся. Энтузиазм Жона его забавлял, и он ждал того самого вопроса, который когда-то задавали все юноши Астры, что мечтали стать рыцарями.

— А я могу научиться этому? — тот самый вопрос прозвучал.

— Я не специалист и тем более не учитель, — честно признал Солер, но прежде, чём Жон успел расстроиться, продолжил. — Но в твоих руках асторский меч, и я вижу как он сияет небесным светом во время битвы. Верный признак того, что тебе должны быть подвластны Чудеса. Тут в окрестностях бродит несколько воинов из Торолунда, вместе со святой девой, они все состоят в ордене Белого Пути. Их воины часто помогают нам, а также обучают всех желающих основам искусства Чудес.

Жон не понял, почему сам Солер не может обучить его магии, но настаивать не стал. В конце-концов он действительно может быть не в состоянии его учить, или у него просто нет желания кого-то учить. Навязываться было бы странно. Лучше потом действительно поискать этих воинов и деву из… Тор… Тора… в общем поискать этих воинов и деву.

Решив так поступить, Жон ещё спросил о причине остановки. Очень уж он надеялся, что они тут штаны просиживают не потому, что ему захотелось поболтать. Но Солер объяснил, что посылать много заклинаний разом нельзя, очень уж это нагружает душу. Поэтому после активного колдовства надо немного посидеть у костра, чтобы восстановиться.

Жон кивнул, усталость от колдовства кажется чем-то логичным. Та же Аура тоже тратится при активном использовании.

— А разве эстус не восстанавливает… — Жон вовремя прикусил язык, чтобы не сказать, что восстанавливать нужно Ауру. Очень уж высока вероятность, что у местных терминология отличается. — …ну, то что тратится при заклинаниях.

— Нет, эстус восстанавливает только тело, но не магическую силу, — ответил Солер. — Насколько я знаю, есть некоторые травы, которые могут восстановить магию, и маги их изучают, в попытках сделать аналог фляги с эстусом, но для магической силы. Получилось у них или нет, я не знаю.

— Понятно, — протянул Жон, который на самом деле мало что понял.

Они ведь во время проверки установили, что эстус восстанавливают ауру, которая, по идее и является топливом для магии. Или Жон что-то путает? И возможно, что что-то путает не только Жон, ведь директор Озпин, взяв флягу для каких-то своих исследований, вернул её со словами, что это не то, чего он ожидал.

Что там ожидал Озпин Жон не знал, но теперь ему и самому было интересно разобраться, что же это за эстус такой, и есть ли у него действительно магические способности или только аура, открытая Пиррой. Ну и травы, которые восстанавливают магическую энергию, кажутся интересной темой, которую надо бы найти. Может быть даже без магии внутри, он сможет колдовать за счет этих трав?

И сам присаживаясь у костра, Жон с иронией подумал, что где-то его жизнь свернула не туда. У него уже есть куча планов по выращиванию деревьев дающих электричество и каких-то там трав дающих магию, но пока нет ни одного плана по непосредственной работе как Охотника, которым он мечтал стать.

Посидев так некоторое время, парни всё же решили продолжить путь, благо идти было недалеко. И в этот раз, всё прошло как по маслу, стоило им только войти как из противоположной башни вышел демон, к счастью Жон перед тем как зайти на стену убрал свиток и достал револьвер, а потому был готов встретить противника во всеоружии, и револьвер не подвёл вновь показывая преимущества технологий перед грубой силой.

Только Жон вскинул револьвер чтобы выстрелить в несущуюся к ним тушу как его поразило одно из электрических копий Солера, то прилетело точно в то место где должно располагаться сердце, пусть и не убив тварь, но заставив её споткнуться, а когда демон остановился уже Жон начал действовать. Первый его выстрел пришёлся в живот, второй по центру груди и третий в правую её часть, и пусть кучность хромала, но в данном случае от него и не требовалось снайперской точности, демон начал шататься и в начале завалился на колени, а потом и вовсе рухнул ничком едва дыша и казалось-бы не представляя никакой опасности, впрочем Жон хорошо помнил как первый демон, даже будучи смертельно раненным, смог нанести ему рану, что убила бы обычного человека, а потому не став рисковать падением со стены он выстрелил в того ещё раз, на этот раз в голову. К счастью тварь упала так, что была видна боковая часть головы и ему не пришлось измерять прочность её лба.

Когда тварь перестала двигаться Жон заколебался. Стоит ли к ней подходить? Он знал, что нежить может вытягивать души из поверженных противников, так может быть сам Солер захочет долю от души демона, если и не за помощь в убийстве, то за то, что помог пробиться сюда через довольно большое количество полых. Впрочем, почти сразу сам рыцарь отверг невысказанное предположение.

— Это была потрясающая победа Жон, оружие с твоей родины вновь доказало свою ценность, а теперь почему бы тебе не забрать награду? — Не став спорить с решением своего друга он всё же подошёл к телу, и как Жон и думал сила души убитого врага влилась в него, на этот раз с небольшим дополнением, как и в случае с первым демоном он поглотил и то, что Оскар назвал «Человечностью», что заставило его задуматься о последствиях этого, если у каждого человека есть та часть души что воплощает собой всю тьму, то как тогда может обернуться слияние несколько таких частей в одной душе? Эта была уже третья его человечность считая родную и пока он не испытывал не повышенной агрессии, не приступов жадности, не приступов тщеславия, ничего такого что могло бы ассоциироваться с тьмой, а потому отложив пока свои опасения по этому поводу он отошёл от тела и достав свиток сделал несколько фотографий поверженного демона.

— Ну, раз мы его убили то стоит подумать о том, как избавиться от тела? —Жон пробормотал это себе под нос не обращаясь ни к кому конкретно, но Солер на это только пожал плечами.

— Мы просто скинем тело со стены, что здесь непонятного? — Казалось что его нисколько не волновал тот факт что их здесь только двое, а тварь явно весит не одну тонну, впрочем Жон быстро вспомнил о том, что с каждым убитым нежить становится немного сильнее, а сколько лет жил Солер и скольких он убил Жон не знал, да и возможно предпочёл бы не знать, так что он только кивнул рыцарю и они вдвоём, всё же скинули тело со стены, впрочем тут было больше заслуг Солера, нежели Жона.

Скинув тело демона со стены, Жон и Солер некоторое время наблюдали, как оно падает вниз, исчезая из виду в непроглядной пропасти. Жон ничего не мог сказать про своего товарища, но сам чувствовал облегчение. Он постепенно становится сильнее и уже может уверенно сражаться против противника, которого можно уверенно сравнить с урсой. Между прочим, не самый простой гримм.

— Ну что, пойдем? — спросил Солер, кивнув в сторону прохода, который до этого закрывал демон телец. — Спустимся здесь на мост, там, на другой стороне, как раз будет статуя, которую наш орден выбрал в качестве точки сбора. Там же, недалеко, находится первый колокол, в который нужно ударить всем тем, кто хочет стать Избранной Нежитью.

— Ты бывал там?

— Да, — Солер издал странный смешок. Жон не мог сказать, что именно его смутило в этом звуке, но юноша сразу понял, что у рыцаря очень непростое отношение к своим предыдущим попыткам. — Я звонил в оба колокола и даже прошел испытание в крепости Сен, всё чтобы найти свет, который я когда-то искал.

— И что случилось потом? — спросил Жон, так как Солер на некоторое время замолчал.

— Я попал в город богов, много видел, многое пережил… — паузы в речи Солера становились всё больше, пока он не закончил непривычно мрачно. — …и во многом разочаровался.

— Прости, — Жон не знал, что тут ещё можно сказать.

— Тебе не за что извиняться, друг мой, — Солер постарался вернуться к своему обычному тону, но пока ещё чувствовалась некоторая фальшь. — Ни ты, ни я, ни боги не виноваты в том, что случилось с прекрасным городом Света.

— Я могу как-то…

— Пустое, — Солер провел рукой жест перед собой, обрывая вопрос Жона. — Я уже решил эту проблему и нашел новую цель в своей жизни. А теперь пойдем, не будем терять времени.

Жон мог только молча кивнуть. Может он и не самый умный человек на земле, но некоторое представление о такте он имеет. Они с Солером ещё толком не знакомы с этим рыцарем, и тот ясно дал понять, что не хочет говорить на эту тему. При всём при этом охотник на обучении не мог просто пропустить всё это мимо ушей, слишком уж откровенный намек на какой-то сюжет.

Этот странный мир все сильнее напоминает какую-то странную игру.

Жон ощущал, что каждый шаг, каждый встреченный человек как будто продолжает некий сюжет. Но в отличие от игры, здесь на кону были реальные жизни, как минимум очень реальные эмоции. Жон не мог отделаться от ощущения, что их путь уже заранее продуман и предопределен. Интересно, кто или что стоит за всем этим?

Спустившись со стены, и пройдя по небольшому мосту, Жон и Солер дошли до стоящей отдельно крепости, которую Солер назвал Уездом. В огромном каменном строении, в котором располагались ворота, барбакан, вроде, Жон не был уверен. Сразу за воротами располагалась статуя женщины, которой Солер слегка поклонился и Жон, просто на всякий случай повторил его жест. После же они свернули направо, где на небольшой террасе располагалась ещё одна статуя, но уже разрушенная.

— Вот здесь я и мои друзья собираемся, чтобы отдать должное нашему делу, выбить имена новых членов ковенанта, и зачеркнуть тех, кто нашел покой, — начал Солер торжественно, но указав на постамент, камни которого были покрыты несколькими десятками имён несколько сбился и закончил уже не так весело. Жон насчитал двадцать три имени, четырнадцать из которых были зачеркнуты.

— Я… соболезную, — будущий охотник выдавил из себя фразу, которую обычно нужно было сказать, хотя сам он не был уверен, что это уместно. Судя по тому, как он сам «подарил покой» Оскару… его слова могут показаться насмешкой.

— Спасибо, — Солер просто принял соболезнования, никак не показав своего отношения к этому. — Я советую запомнить тебе не зачеркнутые имена, Жон Арк из Анселя, ты ещё увидишь их.

— М? — Жон не понял, что рыцарь имеет ввиду. — Где я могу их увидеть?

— Мы в загадочных краях среди странных тварей. Само время здесь течёт по спирали, а герои из древних веков то появляются, то исчезают. Ткань бытия истончилась, реальность ненадёжна и туманна. Кто знает, сколько ещё продлится единство нашего мира. Нельзя даже с уверенностью сказать, что мы принадлежим одному миру, а не разным мирам, что скоро разойдутся своими путями. Но мы можем использовать волшебные мелки, чтобы оставлять свои имена в качестве меток и призывать друг друга в виде духов, пересекая разрывы между мирами, и помогать друг другу. Конечно же, так поступаем не мы одни, но метки воинов света всегда ярко сияют и их найти проще всего, к тому же ты всегда можешь быть уверен, что призванный фантом не будет к тебе враждебен, — вдохновенно вещал Солер, под конец достав из поясного мешочка белый мелок.

— Так, — остановил рыцаря Жон. — Я ничего не понял. Можно по новой и с подробностями? Миры? Фантомы? Призывы? — на это Солер только покачал головой.

— Прости меня, Жон. Порой я забываю, насколько ты юн и неопытен, так что позволь мне начать с начала. Итак, да будет тебе известно, что наш мир далеко не единственный, и, если обычно это не имеет значения из-за того, насколько непреступны стены, отделяющие один мир от другого, то сейчас, в век когда Эра Огня подходит к концу, а Пламя, являющиеся источником всей жизни в мире, гаснет, эти барьеры начинают истончаться, и там, где раньше они были подобны стенам величайших крепостей, сейчас они представляют из себя не более чем остовы старых лачуг. Где-то ситуация лучше, где-то хуже, но все миры так или иначе открыты для путешественников из иных миров. Таким образом, впереди тебе может как повезти или не повезти в какой-то момент найти истончившуюся ткань мироздания между этим миром и одним из десятков, а может и вовсе сотни миров.

Жон кивнул, хотя с каждым словом рыцаря внутри него росло беспокойство. Что если его появления в этом странном мире являлось не следствием работы его Проявления, а в этом были виноваты те самые истончившиеся барьеры между мирами? Но если так, то значит ли, что сюда также смогут попасть его друзья или выживающие тут люди и обитающие здесь монстры смогут однажды попасть на Ремнант?

Впрочем, долго продолжать эту линию размышлений ему не дал вновь заговоривший Солер.

— Далее, фантомы и их призыв. Найдя метку, оставленную одним из товарищей по оружию, ты можешь призвать его фантом. В сущности своей, эти метки позволяют нам, нежити, прийти к тебе на помощь, где бы ты не находился. Если, конечно, рядом есть их метка. Ну и появляются те не в своём физическом теле, а в форме, подобной призракам из старых легенд.

— Ясно. В целом, ничего сложного, — Жону действительно оказалось легко понять объяснённую рыцарем концепцию, похожую на продвинутый видеозвонок по Свитку. — Хотя… как они потом возвращаются обратно в свой мир?

— Для того и нужна призрачная форма. Как только призванный тобой воин исполнит свой долг или получит тяжёлую травму, он развеется и очнётся там же, где был до своего призыва, уже будучи в привычном теле.

— А что делает их тело до этого? Когда его владелец сражается в другом мире.

— Хех, для своего юного возраста ты задаёшь на удивление зрелые вопросы. На моей памяти, бывалые воины начинают спрашивать о таком только после дюжины призывов, — одобрительно кивнул ему Солер. — Но, к сожалению, я не могу дать тебе никакого ответа кроме того, что после призыва ты просыпаешься на том же моменте и в то же время, что и уходил. Почему? Объяснений можешь попросить у учёных магов. Правда, когда один из них пустился в рассуждения при мне, я так ничего и не понял.

— Могу себе это представить, — криво улыбнулся Жон, прекрасно помня свои собственные чувства, когда ему пытались объяснить какие-то сложные вещи. — Значит, если я найду светящиеся записи этих имен, то смогу безопасно позвать на помощь?

— Ну да, — Солер снова кивнул.

— Могу я их сфотографировать?

— Ради богов, —рыцарь усмехнулся, и даже решил поддеть Жона. — Но неужели ты настолько неуверен в своей памяти?

— Моя мама всегда говорила, что записи можно только улучшить, а память только потерять.

— Записи тоже иногда теряются, хотя сама мысль дельная, — задумчиво отозвался Солер. — И я просто пошутил, друг, не воспринимай мои слова в укор.

— Всё в порядке, я не обидчивый, — повёл плечом Жон, не отрываясь от фотографий.

Странные, незнакомые символы почему-то легко читались. Вот его знакомый, Солер из Асторы. А там Паладин Лирой, Таркус Железный и даже Ведьма Беатрис. Как-то странно, что ведьма и паладин в одном ордене. Разве обычно подобные персонажи не являются врагами? Но спрашивать об этом Жон не стал, посчитав подобный вопрос грубым, вместо этого он лучше сфотографирует разрушенную статую, на постаменте которой были выцарапаны имена.

— Ты знаешь, кто был здесь изображён? — спросил он, убирая свиток в карман.

К некоторому удивлению парня, рыцарь долго не отвечал, но в конце концов, вздохнув, Солер ответил.

— Я спросил об этом в городе богов, когда был там, но не могу рассказать тебе. Воин, изображенный здесь был осужден, его имя и история были вычеркнуты из всех источников. Только лорд Гвиндолин может ответить тебе на этот вопрос, остальным запрещено об этом говорить ещё Владыкой Гвином.

— Но почему? Зачем скрывать историю этого воина? — Жон был озадачен таким ответом.

— Об этом тебе нужно спрашивать лорда Гвиндолина, я правда не могу ничего сказать. Такова моя клятва.

— Понятно, — Жон не стал настаивать. — Тогда не подскажешь, куда мне дальше идти?

— Вон туда, к собору, — Солер ткнул себе за спину, — Именно на вершине собора находится первый Колокол, в который должна ударить Избранная Нежить. Там же тебя ждет испытание…

— Эм, и что надо сделать? — Жон уже подозревал ответ на свой вопрос, но всё ещё надеялся, что всё будет не так плохо. — Решить какую-то загадку? Найти некий особый предмет?

— Победить двух стражей колокола, — Солер безжалостно растоптал надежду Жона на легкие испытания.

— Ну да, конечно, чего я ещё мог ожидать? — вздохнул Жон, призвав из инвентаря недавно убранный туда револьвер. — И как назло патронов почти не осталось.

— Такова судьба нежити, мы всегда сражаемся, — Солер хмыкнул, и бросил Жону мелок, который до этого держал в руках.

Жон попытался этот мелок поймать, но вышло у него не очень, и в итоге ему пришлось поднимать мелок с земли. Солер никак это не прокомментировал, лишь подумал, что его решение было верным. Жону всё ещё нужно стать сильнее, прежде чем попробовать исполнить пророчество Избранной Нежити.

— Перед выходом на крышу собора, где ждёт Колокол, будет моя метка, так что можешь рассчитывать на мою помощь, Жон Арк. Но до метки ты должен будешь дойти сам. Иначе даже с подмогой стражи колокола будут для тебя непреодолимой преградой. А дальше будет только хуже.

— Куда уж хуже? — Жон не представлял, что может быть хуже мёртвого города, наполненного живыми мертвецами.

— Ты поймёшь, если не сойдешь с этого пути, — Солер бросил взгляд на крепость Сен у подножия города богов, и на сами неприступные стены великого города. — Но два Колокола лишь проверка для тех, кто желает изменить судьбу нежити. Настоящие испытания откроются только достойному, который пожелает принять эту Чашу.

— Ага, — кивнул Жон, вообще не поняв, о чем говорит асторский рыцарь, однако решив, что дальнейшие расспросы могут и подождать, а это испытание так или иначе придётся проходить, Жон покрепче сжал меч и пошёл вперёд, на встречу неизвестности.

Путь к собору потребовал от Жона прорубить себе дорогу через несколько десятков полых солдат, но те к его удивлению представляли для него заметно меньше угрозы чем в прошлый раз. Видимо, после убийства демона на мосту и всех тех полых, встреченных им с Солером на крышах, он заметно прибавил как в скорости, так и в силе, а в сумме с некоторой тактической смекалкой и обилием узких улочек большинство боёв превратились в своего рода рутину. По итогу он зачистил сначала площадь перед упавшей прямо у него на глазах решёткой к ступеням собора и крышу около тех же ворот вместе с ранее занимаемым арбалетчиками мостиком. Откуда он уже попробовал перепрыгнуть на другой, чуть более высоко расположенный, мостик, связывающий две части крепостной стены, но гравитация осталась всё такой же безжалостной, и ему пришлось спустится под закрытые ворота через подземный туннель, в итоге выйдя на что-то вроде кладового помещения, где на него тут же набросились со всех сторон.

Это были дряхлые, потерявшие всякий человеческий облик и достойную одежду полумёртвые зомби, вооружённые обломками мечей или простыми ржавыми ножами. Их удары снимали от силы процент Ауры начинающего Охотника, тогда как его собственные взмахи мечом неизбежно рвали очередного полого на части даже при слепом замахе, но психологическое давление, которая масса исковерканных людских тел оказала на Жона, сделал эту заварушку в разы тяжелее положенного. И наградой за её прохождение стал лишний глоток из фляжки с Эстусом да лестница, ведущая на верхний этаж. Там он увидел множество кухонной утвари, расставленной как в столовой Бикона, и, конечно, несколько околачивающихся полых. Учитывая расположение данной пристройки рядом с крепостными воротами, ему посчастливилось оказаться в гарнизонной башне. Наверное.

Так или иначе, разборка с занимающими комнату полыми много времени не заняла и Жону надо было двигаться дальше. Технически, прочь отсюда вели две двери, вот только первая была заколочена аж пятью досками и вдобавок даже завалена какими-то бочками, тогда как противоположная от неё дверь была вполне открытой и, похоже, вела на тот самый мостик, на который он пытался запрыгнуть. Невозможно представить более очевидный выбор.

Итак, без проблем пройдя по мосту в другую часть окружающий собор крепостного комплекса, он надеялся хоть здесь отыскать рычаг, поднимающий решётку ворот. К его невысказанному огорчению, вместо рычага Жон обнаружил новый вид полого — закованного в более цельную броню рыцаря примерно на полторы головы выше блондина. Встретился он ему в гордом одиночестве, так что на волне ощущения заметного прогресса Жон решил не доставать револьвер, чтобы убить противника с безопасного расстояния, а сблизиться и попытаться сойтись с тем в ближнем бою, и то, что эта победа стала для него возможна исключительно благодаря Ауре, он осознал довольно быстро.

Рыцарь казалось бы без особого труда выдержал таранный удар Жона, всего лишь отступив на шаг и сместив свой центр тяжести, а не упав как это сделал бы обычный мертвец. Его контратака аналогично не заставила себя долго ждать, и не успел Жон отскочить для выполнения другого приёма, как в его правый висок влетел баклер, что только благодаря Ауре и его немёртвому состоянию не отправил Жона на землю, однако всё равно помог не сильно. Пусть Жон смог закрыться от ударов противника щитом, но с каждой секундой тот теснил его назад, отчего нервы подростка не выдержали и он заменил меч револьвером. Далее, подгадав удобный момент, он как мог отбил вражеский клинок щитом и направил на него дуло ремнантовского оружия, вдавливая курок. Раздался грохот выстрела. Хоть этот высокий рыцарь никогда раньше не видел пистолетов, какой-то первобытный инстинкт повелел ему отклонится, и вместо незащищённого давно отвалившемся забралом лица пуля угодила в плечо, ужасно его повредив. От вида раненного и уже собравшегося отступать противника Жон слегка успокоился и не стал тратить лишний патрон, чтобы добить полутруп. Убрав револьвер обратно в инвентарь и вернув оттуда меч, он пошёл на сближение.

Рыцарь отреагировал на повторную смену оружия отброшенным прочь баклером, который он всё равно вряд ли бы удержал со своим пробитым плечом, и выставленной вперёд рапирой. Приняв этот поступок за позицию отчаянной защиты, Жон спешно набросал в уме последовательность взмахов, чтобы обезоружить и добить агрессивную нежить, но уже начальный удар обернулся для него спарированным отводом его меча и мгновенной контратакой точно под живот. Благо, Аура поглотила львиную долю урона, оставив телу Жона лишь импульс, оттолкнувший его назад.

— Нет-нет, парень, я из-за твоих финтов в тот туннель ни за что не вернусь!

Должно быть, осознание риска вернуться к костру и начать свой путь с начала, последовавший за ударом всплеск адреналина и омерзительный опыт последних тридцати минут сыграли определённую роль в приведённым выше выкрике Жона, после которого он с удвоенным упорством бросился на своего врага, с ходу внезапно по локоть отрубив тому обе руки и в довершение перерезав шею.

И снова, когда ему попался более сильный противник, он получил от него больше энергии, чем от предыдущего, более слабого, типа, что заставило Жона ещё сильнее беспокоиться о том, что его ждёт дальше. Ведь то, что Солер назвал испытанием для достойных, ещё только впереди. Значит, перед ним те, кто этого самого испытания не прошёл. Так что же его ждёт впереди? Что если ему придётся сражаться с кем-то, кто не уступит Солеру в силе, но при этом полностью утратил разум? Жон содрогнулся от этой мрачной перспективы. Тряхнув головой и прогоняя мрачные мысли, он осмотрелся и его взгляд упал на оружие противника, а именно рапиру и баклер. Недолго думая, Жон решил забрать себе. Может быть он их переплавит или сможет кому-то продать? Так или иначе, с этим он разберётся потом, а сейчас нужно двигаться дальше.

Дальше же его путь лежал через оставшуюся неисследованной пристройку, и серьёзных противников он там фактически не встретил. Только парочка солдат, которых ему удалось убить без особого труда благодаря не слишком широкой двери, и из того помещения Жон вышел на балконный коридор с видом на необъятный лес. Спиной к нему стоял ещё один высокий рыцарь, его грязный плащ драматично развевался по ветру. Жон не стал снова искушать судьбу и проверять, насколько данный мертвец превосходит его по навыкам, сразу же достав револьвер и сделав прицельный выстрел в затылок. Могучий полый не успел даже услышать спуска курка, как пуля разбила его древний шлем и вышибла все мозги.

Пройдя мимо его тела, Жон снова встал перед выбором. Прямо, по наспех залатанной деревянным настилом крепостной стене, издалека просматривался боковой вход в собор через скромный дворик, занятый всего лишь тройкой обычных полых, а также какой-то обставленный колоннами спуск в лес. По левую же руку он видел опускающиеся ступеньки лестницы, где сквозь тени также виднелась какая-то площадка. Если Жона не решило подвести пространственное воображение, то была бы площадка главного входа в собор, точно за решётчатыми воротами.

Теперь выбор пути был менее очевидным, но не настолько, чтобы ввести его в ступор. Жон отчётливо помнил, как над ним почти что глумился полый солдат, стоящий по ту сторону решётки. И он наверняка всё ещё там стоял, и кто знает, кого ещё Жон мог опрометчиво оставить у себя за спиной, выбрав обходной путь.

Рассудив так, парень повернул налево.

Как и ожидалось, полый солдат до сих пор караулил закрытые ворота. Рядом с ним был установлен искомый рычаг. Жон не мог мысленно не похлопать себя по плечу, пока закалывал того солдата и поднимал ворота вверх. Больше никакого шоу ужасов с ордой нежити в грязном погребе.

Наконец он мог взглянуть на так называемую Церковь Нежити во всём её великолепии. Не то чтобы взгляд мог особо за что-то зацепится, но была в архитектуре простая и в то же самое время утончённая красота. Чувствовался некий ореол всеобщего почитания, что, в принципе, не так уж удивительно для здания, названного церковью.

После минуты осмотра у Жона появилось туристическое желание заснять данное здание на Свиток, но неясное движение в темноте за распахнутыми дверьми привело его в прежний боевой настрой.

— Рановато я расслабился, — проговил про себя подросток, крепче сжимая рукоять меча. — Но хотя бы не успел поплатился за это, верно?

Уже подступая ко входу, он привлек к себе внимание неясной фигуры, ради него вышедшей на свет и оказавшейся высоким рыцарем. Поприветствовал он нового посетителя церкви резким выпадом. Тяжёлый полуторный меч столкнулся с Аурой Жона, выбив из той короткую вспышку и оттолкнув самого Жона достаточно далеко, чтобы начинающий Охотник отошёл к вершине лестничного подъёма от ворот крепости до дверей собора, неверно шагнул на верхнюю ступеньку и, потеряв баланс, кубарем скатился до середины подъема. Закончив своё падение, он поспешно выпрямился и поднял револьвер только чтобы увидеть перед своим лицом острый край того же самого меча, секундой позже снова резанувшего по Ауре и опять отбросившего его вниз по лестнице.

Точнее, он спустил его прямо до нижней точки, вплотную к решётке и ещё не восставшему трупу полого солдата. По честному признанию Жона, удариться головой о железные прутья было не так уж больно. Гораздо больнее оказалось смотреть, как скинувший его сюда полый вальяжной походкой спускается следом, будто бы доказывая, что лишь он и другие бойцы подобного уровня достойны идти по этой лестнице нормальным образом.

Он бы наверняка ухмылялся, останься на его иссохшем лице достаточно кожи.

Зато ничто не мешало ухмыльнуться Жону, ведь верный револьвер продолжал лежать в его руке, а вальяжность противника не только бесила, но и выставляла его эталонной мишенью.

Звук двух выстрелов, разделяемых минимальной паузой, облетел округу. Затем к нему присоединился звук падующего на лестницу тела рыцаря, чьё туловище натурально дымилось от разорвавших его снарядов.

Дальнейший путь вглубь собора был свободен. Но перед тем, как зайти внутрь, Жон сделал пару глотков из фляжки с Эстусом, позволяя мягкому сиянию пламенного цвета залечить его многочисленные ушибы и поднять уровень Ауры. Итак, теперь можно заходить.

Внутри сразу стало видно, что пространство первого этажа разделёно арочным проходом как минимум на две части. Та часть, в которую зашёл Жон, пребывала в запустенье, не считая голых колонн, тогда как следующая часть в куда большей степени соответствовала убранству храмов. По краям помещения были расставлены длинные скамейки, а в дальнем углублении сиял в проникающем сквозь окна свете алтарь.

Между алтарём и скамейками стоял действительно огромный воин, полностью закованный в металлические латы и без видимых проблем держащий на плече увесистый топорище. Случайно не он будет испытывать Жона перед ударом в Колокол?

От дальнейшего созерцания и оценки гиганта парня отвлекла пара новых рыцарей, что бросились к нему попытавшись заколоть его полуторником и рапирой соответственно. Пришлось отпрыгнуть назад за двери и, воспользовавшись тем простым фактом, что приблизится к нему они могли только через тот же проход, который довольно сильно ограничивал их манёвренность, он уже было хотел расстрелять их, но не учёл того, что у него остался всего один патрон, и пусть он попал по одному из противников в грудь это всего лишь замедлило его, а не остановило, и это, конечно же, совсем не помешало второму мертвецу врезаться в Жона, едва не сбив его с ног. И если одного противника он ещё мог перебороть, то вот уже двоих точно нет. Навалившись сообща, те всё же оттолкнули его от двери переведя битву в более широкий коридор и реализуя своё превосходство в численности и навыках, отчего как бы Жону не было обидно признавать этого, здесь он был бессилен. Не смотря на новоприобретённую силу и наличие Ауры, всё, что он мог делать, это отчаянно защищаться, получая всё больше урона. Как не трудно было догадаться, довольно скорее его Аура была доведена до нуля, а щит отбит в сторону одним из рыцарей, тем самым открывая его для удара второго. Последним, что он видел, было летящее ему в лицо лезвие рапиры.

Глава 14

Сначала Жон инстинктивно зажмурился, но после распахнул глаза, очнувшись уже в своей комнате. Все ещё не отойдя от боевого азарта, Жон начал оглядываться и пытаться выпутаться из-под одеяла, но быстро успокоился и пришёл в себя. Вот только его возня опять разбудила членов команды JNPR.

— Бесстрашный лидер? — спросила она, по детски протирая кулачком глаза.

— Простите, я пока никак не привыкну к своему Проявлению, — извинился Жон.

— Не думаю, что к смерти в принципе можно привыкнуть, — заметил Рен. — Даже если эта смерть тебе снится.

Сказав это, он встал с кровати и подошел к окну, разведя занавески. Снаружи уже светало, и вся команда могла видеть, как первые лучи солнца скользили по красной листве леса Вечной Осени. Воздух был свежим и прохладным, и Жон вздохнул полной грудью, словно пробуя воздух на вкус.

— Ну хотя бы просыпаешься ты с неизменной точностью. Лучше всякого будильника.

— Как ты? — спросила Пирра, что беспокоилась о своём напарнике особенно сильно.

Даже те, кто прошел специальную подготовку, могут рано или поздно сломаться. Жон же был вчерашним гражданским с открытой чуть ли не вчера Аурой, и при этом ему приходится каждую ночь сражаться и умирать где-то там, куда его закидывает буйное Проявление.

— В целом, неплохо, — Жон повел плечом, живое тело было переполнено чувствами, в отличии от тела нежити.

— Неплохо? — Нора усмехнулась. — Что же тогда убило тебя в этот раз, если всё шло неплохо?

— Нора, — сделал тихое замечание Рен.

— Что? Он же сам говорил, что находится в этих снах до тех пор, пока не умрёт. Или что-то изменилось?

— Нет, пока это правило меня не подводило, — Жон криво усмехнулся. — Сон и правда прошел неплохо, я сделал пару снимков, и даже записал видео. Передал наш подарок Хранительнице Огня, познакомился с одним очень… интересным персонажем?

Жон не знал, как охарактеризовать Солера.

— Это вопрос? — Нора как всегда была весела и шутлива.

— Типо того. В общем, завёл интересное знакомство. Умер же я в процессе испытания, — закончил Жон, не став заострять внимание на нюансах.

— Что же это за испытание такое? — Пирра нахмурилась.

— Я для себя обозначаю это как местный сюжет. Там какая-то очень странная история, которую я пока толком не понял, — Жон честно задумался, что он реально знает и как объяснить это друзьям. — В общем есть некое пророчество об Избранной Нежити, которая должна ударить в два Колокола. Именно так, с большой буквы. А мой новый знакомый как раз поведал, что эти Колокола являются всего лишь своеобразным испытанием, пройдя которое можно попасть в город богов, ну а что там дальше мне не пояснили, сказали разбирайся мол сам.

— Город Богов? Как в легенде о Братьях?

— Ну-у, возможно? Только там был не город, а только храм, да и богов там было всего двое, а Город Богов звучит куда как более претенциозно — Он ответил на вопрос Норы одновременно задумавшись над тем, населён-ли тот город богами или эти самые непонятные боги им только правят?

— Думаете это название отражает действительность и там действительно живут некие боги? Или это просто религиозный центр? — на это Жон мог только пожать плечами, показывая, что знает не больше Пирры, хотя нужно было-бы расспросить об этом, ведь от этого вполне может зависеть дальнейший «Сюжет».

— В любом случае про то, с каким из мифов можно соотнести Город из сна Жона нам лучше расспросить у профессора Ублека, а пока нам нужно привести себя в порядок и идти столовую, раз уж мы всё равно проснулись, а до завтрака осталось не так много времени то почему-бы не провести его там, заодно дождёмся команды Руби и покажем им что там Жон смог снять.

Кивнув на слова Рена они по очереди помылись и отправились в столовую, а потом заняв тот-же стол что и вчера принялись ждать, в конце концов пока там кроме них были только отдельные ранние пташки, а до еды оставалось ещё несколько минут, и так и прошло-бы время до появления его друзей, как к их столу подошли его недавние знакомые, команда второкурсников во главе, с Адель которая осторожно, но неумолимо тянула за собой явно нервничающую девушку-фавна, ту самую, за которую он и Блейк заступились. Подойдя к их столу, она помахала им рукой в знак приветствия и села напротив него усадив рядом с собой свою подругу, а секундой позже к ним присоединились и два других члена их команды.

— Ну, всем привет ребята, как жизнь молодая? — На это Нора широко улыбнулась.

— Нормально! А ты как, старушка? — В этот момент Жон чуть не подавился чаем, всё же живя в доме с восемью женщинами он научился не шутить о некоторых вещах, и одной из таких тем был возраст, особенно это касалось старших сестёр и матери, но Адель только отмахнулась от этого.

— Тоже хорошо, кстати если кто не знает я Коко Адель, эта милая стесняшка рядом со мной Вельвет Скарлатина, а этих двоих мачо зовут Яцухаши Даичи и Фокс Алистер, а как зовут вас? — На это они по очереди представились, заработав кивок от Коко.

— Рада с вами познакомиться, особенно с тобой Жон, всё же приятно знать, что ещё остались люди, готовые вступиться за незнакомого фавна перед расистским мудаком, даже если все остальные делали вид что ничего особого не происходит. — На этих словах трое его друзей поморщились. — Кстати, а где твоя подруга? Вы ведь тогда вместе подошли? Неплохо было бы и с ней познакомиться, всё же мы уже на втором курсе, моей зайке было бы неплохо выбраться из своего кокона и завести несколько друзей.

Коко широко им улыбнулась, а Вельвет спрятала лицо в ладонях одновременно стараясь стать как можно меньше, но в конце концов она не выглядела слишком недовольной таким прозвищем, возможно она просто привыкла к эксцентричности своей напарницы?

— Вот ждем их команду, — Жон огляделся вокруг, надеясь увидеть команду RWBY где-нибудь поблизости. — Должны скоро подойти.

— Не против, если мы подождем их вместе с вами? — Коко посмотрела на Жона поверх солнцезащитных очков.

— Да, конечно, — Жон взглядом спросил мнение у своей команды и какого-то протеста не увидел. — И да, Вельвет, рад познакомиться. Надеюсь мы станем друзьями.

Девушка-зайка на это только кивнула, тихо произнеся что-то в согласие. Она была бы и сама не против подружиться с кем-нибудь за пределами своей команды. Вот только её немного напрягала улыбка Коко, зла она точно не несла, а вот выкинуть что-нибудь смущающее эта беспардонная девчонка точно могла, что не раз уже показывала на практике.

Команда Руби подошла через несколько минут, в течении которых говорил в основном Жон, который интересовался у второкурсников особенностями учёбы и практических занятий в Биконе. Простодушный парень вообще не испытывал обычной в подобных ситуациях неловкости, и вел разговор, постепенно втягивая в него и других. Чем, кстати, заработал несколько лишних очков в глазах Коко.

— Доброе утро всем! — помахала рукой Руби, во все глаза рассматривая команду, которую без труда узнала.

— Садитесь, — призывно махнула рукой Коко. — Мы сейчас уйдем, но перед этим хотелось бы поблагодарить и вторую заступницу за нашу Зайку.

— Коко, прекрати, — попросила Вельвет, к которой, похоже, прозвище «Зайка» прилипло намертво. Её, конечно, и раньше так называли, но настолько очевидное прозвище было одним из многих, а теперь вышло на первый план.

— Да ладно, я правда хочу просто поблагодарить, — Коко только отмахнулась. — Блейк, правильно?

— Да, всё верно, — брюнетка кивнула. — И благодарности не надо, я сделала то, что считала правильным. И считаю, что так должны были сделать все.

Теперь поморщилась и команда Руби, совсем как недавно скривились команда Жона. Да, ребятам было не очень-то приятно, что их тыкали носом в нежелание вмешиваться в процесс издевательств. Как бы ты не был крут, а становиться изгоем никому не хотелось, поэтому мало кто из подростков шел против толпы, а толпа в тот момент сидела молча.

Сейчас, по факту, когда Жона и Блейк никто за их заступничество не только не ткнул, им было реально стыдно за то бездействие. Вот только изменить уже ничего нельзя.

— Всё равно спасибо, — Коко только хмыкнула. Зла она на команды двух заступников не держала, но отпускать некоторые колкости в стороны первачков было забавно. — И я хотела бы пригласить вас потусоваться на выходных. Слетаем в Вейл, прогуляемся по торговым кварталам.

— Выбираться в Вейл такой толпой? — Блейк сразу же попыталась отказаться от подобного предложения.

— Нет, ребята, вы, конечно, прикольные, но приглашение только для Жона и Блейк, — покачала головой Коко. — Большая толпа и правда будет слишком утомительна, поэтому с нашей стороны тоже буду только я и Зая.

— Не уверен, что это будет удобно, — теперь уже Жон подумал о том, что надо бы отказаться.

— Не беспокойся, красавчик, — хмыкнула Коко, поднимаясь из-за стола. — Встретимся в девять часов на стоянке булхедов.

— Так рано? — Блейк, уже была уверена, что не хочет никуда идти.

— Не опаздывайте, — Коко махнула рукой на прощанье.

— Ещё раз спасибо большое от меня лично, — кивнула Вельвет.

— М-да… — Жон почесал затылок. — Будто домой вернулся. Эта Коко точно подружилась бы с моими сестрами.

— О, у тебя тоже есть сестра? — Руби тут же повернулась к нему.

— Да, семь.

— В смысле, семь? — удивились все, но всеобщее удивление выразила именно Янг.

— У меня семь сестёр, — пояснил Жон, который привык, что не все с первого раза верят в это.

— И младшие есть? — Увидев кивок блондина Янг могла только покачать головой — М-да, должно-быть у вас там постоянно шумно, да?

— Да я как-то привык, когда живёшь в большой семье учишься не замечать фоновый шум, да и одна из моих сестёр, Сафрон, съехала в другой город, так что места прибавилось.

— О, это должно быть так классно, иметь милых младших сестрёнок, Жон. А если мы поедем к тебе домой, то можно я их потискаю?!

— Нора успокойся. Сёстры Жона не кошки, чтобы о них так говорить. Это не вежливо, — Рен снова попытался успокоить свою подругу, после чего решил сразу перевести тему. — К тому же Жон говорил что-то про то, что он сделал несколько снимков в своём сне, неужели тебе не интересно на них взглянуть?

Это предложение вызвало за столом немалый ажиотаж, и сам блондин прекрасно это понимал. В конце концов ему тоже было бы интересно, что происходит с его другом. Например, если бы в его ситуации оказалась Пирра. А потому он, недолго думая, достал свой свиток и быстро нашёл совместное с Солером и Анастасией селфи, после передав устройство Норе. Та рассматривала фото несколько секунд, после чего передала дальше, и таким образом вся команда рассмотрела фотографию. Следом он решил сразу же показать своим друзьям и импровизированную лекцию рыцаря, пусть для того, чтобы ту посмотреть, командам и пришлось сесть поплотнее. Затем Жон пересказал ту часть рассказа Солера, которая не попала на запись.

— Как не посмотри, а то, что описал этот человек, больше походит на Проявления, чем даже на самые продвинутые способности Ауры, ну кроме разве что «волшебных» снарядов. Такое возможно провернуть и парой специальных техник. Правда в наш век ими никто не пользуется.

— Это, конечно, круто, но вот меня привлекло кое-что ещё. Жон, ты ведь сказал, что этот Солер назвал чары «Волшебством Школы Дракона», так? — получив от него кивок, Янг продолжила. — Разве тогда не выходит, что та раздавившая тебя на днях тварь была разумной?

— Ну, если верить другому моему знакомому из Лордрана, то драконы вообще-то вымерли, и та тварь была всего лишь виверной, — блондин на секунду задумался над этим, но всё же покачал головой и продолжил, — И я вроде как видел фрески, что изображали войну людей с теми самыми драконами, которые выглядели совсем иначе. Так может чары — это просто всё, что осталось от этой расы? Ну или мой знакомый ошибся, и драконы не вымерли. В конце концов, Солер назвал волшебство школой именно дракона.

— Но это может значить что угодно, и никакой точной информации у тебя, выходит, нет. Жаль, — Вайс удручённо вздохнула, однако почти сразу в разговор вклинился весёлый голос Руби.

— Жон, а Жон, раз тот рыцарь говорил, что способность творить чудеса можно определить по свечению меча, то нам стоит хотя бы попробовать проверить себя. Можно, ну пожалуйста? — и после этих слов она направила на него своё самое страшное оружие — взгляд, наполненный детской надеждой на чудо.

— Конечно, почему бы и нет, но только не сейчас. Было бы странно размахивать мечом посреди столовой, — он улыбнулся Руби, едва сдерживаясь от похлопывания её по голове, как иногда делал со своими младшими сёстрами, когда те проявляли подобный детский энтузиазм.

— Ага, Жон прав, но я согласна с Рубс. Мне вот тоже было бы интересно узнать могу я творить эти чудеса, или нет.

— Что, Сяо-Лонг, не терпится научиться метать молнии? — Вайс только хмыкнула со своего места.

— А кто отказался бы от такой возможности? Но лично меня больше интересуют целительный потенциал этих чудес. Силушки мне и так не занимать, но вот возможность исцелить свои раны или раны товарищей прямо в бою может однажды спасти кому-то жизнь, — это был неожиданно взрослый и серьезный ответ, и все могли только столь же серьёзно кивнуть, да и сам Жон начал рассматривать потенциальное обучение чудесам не просто как способ овладеть боевой магией, но и как способ научиться исцелять раны.

Одновременно с этим он решил, что в следующий раз он постарается расспросить Хранительницу, Ува или Солера, а может и других обитателей того странного места о возможности выменять несколько фляг с эстусом, как просили когда-то его друзья. От дальнейших мыслей его отвлёк не сильный толчок Пирры.

— О чём задумался, Жон?

— Да так, подумываю в следующий раз всё же поспрашивать про то, можно ли где-то достать дополнительные фляги с эстусом.

— Это дело хорошее, — кивнула Янг, но почти сразу задала щекотливый вопрос. — А чем ты собираешься за них расплачиваться? Не думаю, что там принимают льены.

Вопрос был хорошим, Жон на секунду задумался, но потом просто махнул на это рукой.

— Посмотрим. Я, пока, вообще не знаю, как у них там с торговлей и деньгами, так что в любом случае нужно будет спросить, можно ли в принципе достать фляги и сколько это будет стоить.

Это был простой и практичный подход, который приняли все. Нет смысла беспокоиться о том, чего пока не знаешь. Разве что Вайсс решила высказать дельную, с её точки зрения, идею:

— Даже если они не примут льены в качестве платы, то есть старый добрый бартер, — она покивала самой себе. — И, если тебе это интересно, Арк, то я могу профинансировать эту затею не только в отношении фляг, но и для прочих интересных вещей. Что до возможного перечня товаров, то тут я выскажу ту же точку зрения что и раньше, а именно — нужно предлагать либо Прах, либо праховую сталь.

Жон на это только покивал. В его голову непроизвольно закрались мысли о том, как он сможет заработать на своём Проявлении, ведь стипендия у Бикона не то чтобы слишком большая, а жить на деньги друзей и семьи ему было откровенно стыдно. Тут он скорее уж наоборот предпочёл бы отправить хотя бы немного наличности домой, порадовав тем самым сестёр и показав родителям, что он уже вырос и стал самостоятельным. И вновь от размышлений его отвлекла Пирра.

— Я тоже хочу поучаствовать в этой затее, — она положила руку на плечо Жона. — Может я и не так богата, как Вайс, но моих сбережений хватит для закупки достаточного количества материалов для обмена.

— Вы слишком спешите, — чуть улыбнулся Жон. — Пока только Солер выразил интерес в обмене, и то его интересовала только еда, которая ему самому не нужна. Он собирается передавать её Хранительнице Огня, которая голодает. И строить торговлю на подобном…

— Совершенно нормально, — Вайсс закатила глаза. — Никто не предлагает тебе наживаться на чужом горе. Это называется спекуляцией.

— Как торговля прахом, — сделала вид, что кашляет Янг.

— Суть же торговли в том, чтобы взять то, чего у тебя в избытке и предложил это на обмен тому, у кого этого либо нет, либо мало, — продолжила Вайсс, удостоив Янг лишь грозным взглядом. — В свою очередь та сторона предлагает тебе то, что у них много, а у тебя мало.

— Мне всегда казалось, что все меняются на деньги, — заметил Жон.

— Только на самом примитивном уровне, ну, или, когда одной из сторон нечего предложить на обмен, — Вайсс приняла вид учителя, что разъяснял маленьким детям прописные истины. — Серьезные сделки совершаются только на твердую валюту, которая не потеряет ценность во время колебания курса льены.

— Колебания курса? — Не только Жон, но и остальные не совсем понимали, что Вайсс имеет ввиду.

— Вы настолько экономически неграмотны? — Вайсс не знала, как на это реагировать. — Вас никогда не удивляло, что цены в магазине растут?

— Ну, я не так уж часто вижу, как дорожают продукты, но, кажется, что это просто из-за проблем с урожаем, — ответил Жон.

— Или некоторые продавцы слишком жадные, и просто задирают цены, — поддакнула Нора.

— Это так не работает, — Вайсс нужно было несколько секунд, чтобы пережить странность своих товарищей, для чего она отпила из своей кружки. — Нельзя бесконечно повышать цену, хоть один из твоих конкурентов не будет поднимать цену или поднимет её не так сильно, и все пойдут к нему, а ты ничего не продашь. Да и с производством сейчас нет каких-то особых проблем.

— Но при этом ты сама говорила, что цены растут, — справедливо заметила Пирра.

— Да. Если раньше деньги обеспечивались ценными металлами, то сейчас деньги обеспечиваются государством, и совет может решить напечатать ещё льен. А уж с переходом на электронные деньги и систему кредитования от банков, одни и те же деньги идут в оборот несколько раз, — Вайсс честно попыталась объяснить всё максимально просто.

— Получается, что правительство само уменьшает ценность валюты? — Жон попытался понять, что за хрень тут творится.

— Нет, просто современное правительство думает, как корпоративные боссы, — принцесса Шни уже жалела, что вообще взялась объяснять подобные материи. — Их цель — обеспечить рост экономики, для чего очень важно увеличить товарооборот, колебания цены валюты в этом процессе неизбежная проблема. Тут стоит радоваться, что время от времени колебания незначительны и даже, бывают в плюс.

— Все это похоже на одно большое мошенничество, — просто заметила Янг.

— Ага, как торговцы, что поднимают цены на праздники, — согласилась Руби.

— Просто вы ничего не поняли, — фыркнула Вайсс. — В общем запомни, Арк, в том, чтобы торговать или, если тебе приятнее другое слово, меняться вещами, нет ничего плохого. Никто не заставляет тебя обманывать и наживаться на других, меняться можно предельно честно и всё равно при этом оставаться в плюсе.

— Ага, — Жон честно не понимал, почему она до этого так сложно объяснила такую простую мысль, но решил не заострять на этом внимание. — Спасибо, Вайсс.

Ребята ещё некоторое время обсуждали разнообразные сказки, легенды и даже фильмы, где была магия. Очень уж всех заинтересовала эта тема. Но это не могло продолжаться долго, и обе команды отправились на занятия.

По какой-то непонятной логике, первые два урока были боевой подготовкой. Жон даже заподозрил, что это какой-то всемирный заговор учителей. Что в его прошлой школе физ-ра постоянно была первыми уроками, чтобы ты потом потный и вонючий целый день сидел на уроках, что в Биконе у первокурсников каждая вторая пара боевой подготовки была первым уроком, а все остальные, хоть и не с самого утра, но всё равно до обеда.

Поединок Жона не представлял из себя ничего особенного, если только не брать в расчет тот факт, что Жон в принципе мог показать на подобных уроках средний уровень. Его опыт из сна и какое-то интуитивное понимание боя, полученное вместе с человечностью Оскара, позволили более или менее достойно себя показать. Хотя от сурового замечания профессора Гудвич его это всё равно не спасло.

— Смотрю вы восприняли мой совет про более активную позицию в бою всерьез, мистер Арк, — сказала она после боя. — Это похвально, но в следующий раз постарайтесь не просто размахивать мечом, пока не устанете, а атакуйте в нужный момент, в уязвимые места обороны противника.

Блондин на это мог только кивнуть, однако про себя он всё же отметил что, не смотря на довольно активный стиль боя он совсем не устал, можно даже сказать, что он и дыхание-то не сбил, однако подобные комментарии Жон решил попридержать при себе, он-то может и вправду не устал, а вот учитель подобные слова может воспринять как обычное бахвальство.

К счастью на этом разбор его боя и завершился, а на арену вызвали других дуэлянтов, а он сам смог сесть к своим товарищам. В целом из всех боёв интересным он мог назвать только бой Норры с Янг, там обе девушки не жалели сил, вкладывая в свои удары так сказать всю себя явно намереваясь передавить оппонентку чистой физической силой, и не понятно даже из принципа, или-же потому, что на этом и были построены их стили.

Но не смотря на близкую схватку и переходящую то к одной, то к другой девушке инициативу на этот раз победу удалось одержать блондинке, чему Нора, впрочем, совсем не расстроилась порадовавшись победе подруге и хорошей схватке.

Впрочем, как бы то ни было вскоре урок закончился и они, скооперировавшись с командой Руби дружной толпой пошли к следующему классу, а именно Праховеденью, классу как не сложно было догадаться был посвящен использованию праха, причём не только и не столько его прямому использованию, сколько эффектам, которые давал тот или иной прах при добавлении в броню, оружие или патроны.

Впрочем, вводный урок как понял сам Жон был скорее повторением того, что студенты уже должны знать из программы своих подготовительных школ, а потому профессор старалась не слишком задерживаться на каждой конкретной теме, лишь быстро пробежавшись по ним, стараясь уложиться в отведённое на пару время, и убедившись, что студенты, или по крайней мере большая их часть её понимает она объявила, что на сегодня всё, как раз за минуту или две до конца пары.

Как раз хватило времени, чтобы собрать все учебные принадлежности.

— Мистер Арк, задержитесь, пожалуйста, — попросила преподавательница, когда прозвучал звонок.

Жон сначала удивился подобной просьбе, пускай он был полным нулём в прикладном праховедении, но он был не одинок в их классе. Далеко не все перед поступлением в Бикон посещали боевую школу. Да и в целом какой-то особенный, а не для патронов, прах среди знакомых Жона использовала только Вайсс.

За всеми этими впечатлениями в своих снах, Жон и забыл, что доктор Ублек хотел отдать профессор Питч на изучение то странное вещество из бомб. Зато об этом помнили его друзья, которые не спешили уходить вместе с остальным классом, а решили вместе с Жоном подойти к профессору праховедения.

— Что-то случилось? — спросил парень.

— Да, я осмотрела вещество, которое мне передал Барт… Бартоломью… доктор Ублек, я хотела сказать, — энергичной начала она, споткнувшись лишь на имени коллеги, которое по привычке назвала в сокращенном варианте. — так вот, это действительно удивительная находка, Мистер Арк. Я никогда раньше не встречала ничего похожего.

— Это типа магия? — хмыкнула Янг, за что Руби пихнула сестру локтем в бок.

— Точная наука и никакой магии, — отмахнулась от слов блондинки профессор Питч. — Вещество, которое вы мне дали не однородно, а смешано из иных соединений. Я точно определила серу, и подозреваю наличие селитры, но пока не могу это подтвердить.

— А в чём проблема? — Жон был далек от химии и слабо себе представлял, как можно что-то там точно или неточно определить.

— У меня просто закончились опытные образцы, — пожала плечами Питч. — Несмотря на то, что я старалась брать вещество для исследования в минимально необходимом количестве, оно всё же закончилось.

— Ну, у меня есть ещё одна граната с этим веществом, но на этом пока что всё, хотя я обещаю, что постараюсь раздобыть ещё при первой-же возможности, но там всё сложно.

— Да, мне сообщили что это вещество каким-то образом связанно с вашим проявлением, хотя и без подробностей, — взяв из рук Жона вторую и последнюю из имеющихся у него гранат она продолжила. — А тем временем позвольте сообщить вам что директор Озпин одобрил выделение вам небольшого гранта как человеку без чьего непосредственного участия эти важнейшие исследования были-бы попросту невозможны, так что было решено перевести на ваш счёт и на счета ваших товарищей по команде стипендию несколько раньше времени, при том в двойном объёме, надеюсь вы и ваши товарищи используете эти деньги с умом.

Блондин на это только кивнул, пусть двойная стипендия это и не так много, но это всё ещё деньги, которые выделяют целой команде на два месяца, а он получил их фактически продав академии две гранаты, пусть и для важных исследований, здесь как не крути, а все в выигрыше. И тут его память, не иначе как подстёгнутая мыслью о дополнительном заработке, который можно будет как потратить на себя, так и переслать семье подкинула ему ещё одну идею, также связанную с «Прахозаменителем»

— Извините профессор, если вас так заинтересовало это вещество то возможно вас заинтересует и кое-что ещё — с этими словами он достал из инвентаря мешочек со смолой и начал объяснять то немногое, что сам о ней знал. И пусть отдавать подарок того рыцаря было несколько жаль, но если за него ему накинут ещё одну месячную стипендию, пусть и разбив её на всю команду то лично Жон сочтёт это более чем выгодным предложением.

— Да, подобное вещество будет действительно крайне любопытно изучить, да и директор выделил на покупку подобных диковинок некоторый бюджет, возможно даже из своих кровных, зная, как Совет иногда любит затягивать некоторые вопросы.

— Неужели это так сложно? Там ведь денег нужно не слишком много, ну если конечно сравнивать с общими тратами академии, так-ли долго это согласовать? — Этот вопрос вызвал весёлый смешок как у профессора, так и у Вайс.

— Ну, это пока что траты небольшие, но даже так взгляните на ситуацию со стороны: директор академии охотников проявляет интерес к одному конкретному ученику, причём не к ребёнку обычных гражданских, а потомку бывшей аристократии, помогает ему с исследованием пределов его проявления, так ещё и доплачивает за это, чувствуете, как это выглядит со стороны? — а выглядело это, как блондин мог признаться самому себе, будто директор выделял его среди прочих учеников и проявлял фаворизм.

— А чё не так с аристо? — Янг почесала кончик носа, выражая живейшую заинтересованность в своём вопросе. — Вон, Вайсс у нас тоже принцесса, и ничего, вроде, никто не умер.

— Твоя необразованность иногда ставит в тупик, Сяо Лонг, — названная принцесса, фыркнула. — Пускай великая революция была давно, но королевства не просто так называются «королевствами», пусть никакие короли в них и не правят. Никакая революция невозможна снизу, все эти движения за свободу и равноправие начинали люди с образованием, связями и ресурсами, чаще всего те или иные аристократические рода.

— Далеко не все движения идут от аристократов, — с некоторым даже пренебрежением заметила Блейк. Жон не понял, про что она, зато, похоже, поняла профессор Питч.

— Может быть, хотя даже так, простые люди не могут противостоять государственной машине. Взять, для примера, Белый Клык, — от слов профессора Блейк и Вайсс синхронно вздрогнули, отчего Жону подумалось, что они обе пострадали от рук этих террористов. — Даже когда они были мирными демонстрантами, их возглавляли не рабочие люди. Среди первых глав было немало частных предпринимателей и бизнесменов, родившихся фавнами, а также адвокатов и врачей, то есть людей образованных и при деньгах, зачастую. После же того, как Клык военизировался, среди глав нашлось немало Охотников, как бывших, так и действующих.

На секунду повисло молчание, будто беловолосая ожидала, пока кто-то из числа её слушателей выступит с опровержением.

— Вернёмся к моей мысли, — когда таких не нашлось, Вайсс картинно откашлялась, привлекая внимание обратно к себе. — Так вот, в революции принимало участие немало аристократических родов и их позиции в политике сейчас крайне сильны. Вспомните Винчестера, который тоже потомок, и считает себя королем мира.

— Или Шни, — как бы невзначай заметила Янг.

— Хочешь поругаться, Сяо Лонг? — с убийственным спокойствием спросила Вайсс, так что у Жона, да и не только у него пробежали по спине мурашки.

— Нет, прости, это и правда было грубо, — Янг тут же сдала назад и извинилась.

— Слушайте, ребят, а слова Вайс про революцию, начатую одними аристократами для свержения других аристократов, не для одной ведь меня звучат как банальный передел власти, а? — вопрос Норры заставил Блейк скривиться, показывая, что она не поддерживает подобные инсинуации, на что Вайс только весело хмыкнула.

— Лично я на уроках истории по тому периоду всегда приходил к мысли, что эти аристократы искренне придерживались идеи равноправия. В ином случае зачем тем, кому рождение в дворянской семье обещало довольную жизнь, рисковать наследием своих предков, если они проиграют войну, и лишить того же права собственных сыновей с дочерьми при условии торжества революции с её лозунгами свободного социального подъёма? Конечно, их дочерей и сыновей скорее всего позже принимали как детей освободителей простого люда, но теперь это было только первым впечатлением, которое позже они могли улучшить или ухудшить каждым благим или плохим поступком, — как всегда спокойно и даже слегка равнодушно подал голос Рен. — Может звучать наивно и подталкивать на возражения, но в конце концов они действительно освободили себя от передаваемых через века титулов и встали вровень со всеми остальным обществом при таком же самом равном праве передать потомкам лишь средства к существованию среди простых людей, а не власть над ними.

— Хм, интересная позиция. А что ты скажешь про Белый Клык? — привлечённая альтернативным мнением Рена касательно дворян, Блейк захотела узнать о его мнении и по современной части высказываемого ранее примера.

— Моих познаний хватает только на то, чтобы интерпретировать верность позиции людей, живущих многие века назад, за время прохождения которых те события досконально изучили многие люди, обладающие гораздо большей квалификации в этом вопросе, чем вчерашний абитуриент Бикона.

Независимо от того, действительно ли Рен желал сохранить нейтралитет или просто решил не развивать данную тему, находясь рядом с Вайсс, после него никто ещё высказаться не захотел. К счастью, Жон быстро вспомнил способ переключить внимание группы.

— Хорошо ребята, — он хлопнул в ладоши, наигранно изображая предвкушение, — раз здесь наши дела закончены, то пора бы и другими делами заняться. Помнится, вы все хотели посмотреть, отреагирует ли меч на ваши Ауры или нет. Вдобавок, некоторым из нас нужно ещё успеть в город.

На это все кивнули. Приняв его предложение и попрощавшись с преподавателем, обе команды двинулись к одной из множества свободных комнат, предназначенных для спарринга.

Глава 15

Комната представляла из себя привычную арену, лишь чуть меньше, чем была в боевом классе, и несколько скамеек вокруг. Жон на мгновение задумался о том, что, сидя на скамейке, проверять взаимодействие с мечом будет удобнее, но, по идее, весь смысл проводить проверку в подобной комнате в том, чтобы делать это безопасно. Поэтому он всё же направился непосредственно на саму арену.

Только вступив на арену, Жон призвал меч Оскара, который лёг в руку привычной тяжестью. Парню даже захотелось сделать пару пробных взмахов, как он делал в своём сне, прежде чем начать опасный путь, но сейчас это было бы не очень уместно. Поэтому Жон аккуратно перехватил меч за лезвие, предлагая любому желающему взяться за рукоять.

— Ну… кто начнёт? — спросил он несколько неловко. Ему вдруг вспомнились шуточки Янг про полировку меча, отчего стало только хуже.

И хотя это было ни разу не уместно, он немного покраснел от подобных мыслей. Что примечательно, Янг, похоже, тоже вспомнила тот случай и уже пакостно улыбнулась.

— Подожди, для начала нужно проверить, как клинок ведёт себя в твоих руках, чтобы знать, на что обращать внимание, — одёрнула его Вайсс, чуть наклоняясь вперед, чтобы лучше разглядеть клинок меча.

Улыбка Янг стала ещё более пакостной, так что на неё теперь подозрительно косились все, кроме Вайсс, что была занята изучением или просто разглядыванием меча Оскара.

— Ага, Вайсскимо права, давай Жон, покажи нам, как твой меч сияет после полировки! — Жону пришлось бороться с желанием покраснеть ещё сильнее и закрыть лицо руками, но он по опыту понимал бессмысленность таких попыток, а потому предпочёл напустить на себя невозмутимый вид и, взяв меч за рукоять, попытался сосредоточиться на нём, хотя и сам не до конца понимал, чего хотел добиться. Впрочем понимание от него, судя по всему, и не требовалось, всего пару мгновений спустя его меч начал сиять белым светом напоминая то, как светился он сам, когда Пирра открыла ему Ауру.

Видя это, остальные его друзья подошли ближе и тоже начали рассматривать клинок будто надеясь разгадать все его секреты. Арк искренне пожелал им удачи, хоть и испытывал конкретные сомнения насчёт того, что кто-то из его новых друзей внезапно окажется экспертом по волшебным мечам.

— Ну что же, по крайней мере я могу сказать, что этот меч реагирует на вливаемую в него Ауру Жона, так что если весь фокус с сиянием является всего лишь результатом взаимодействия особого металла с Аурой, то это будет уже не столь надёжный способ понять, способны ли мы овладеть этими чудесами или нет, — говоря это Вайс слегка нахмурилась и недовольно сложила руки на груди.

— Ну а может эти чудеса могут использовать вообще все у кого открыта Аура, откуда ты знаешь? Кстати Жон, а как вообще в этом сне с Охотниками? Ты видел хоть кого-то у кого была бы открыта Аура? — вопрос Янг на секунду заставил его остановиться, и не вспомнив никого, кто обладал бы даруемым аурой силовым щитом блондин покачал головой, что вызвало недоверчивый хмык у Вайс, и она решила высказаться по этому поводу.

— И как же тогда они используют эту свою магию если у них не открыта Аура? Как минимум для того, чтобы использовать прах напрямую она необходима, да и ты ведь сам рассказывал о… сомнительном способе усиления нежити, так? Так куда же тогда идёт вся полученная из душ энергия если не в Ауру?

— Как я понял, нежить способна напрямую усиливать своё тело с помощью душ, и насколько я понял с этим нам помогают Хранительницы Огня. Не спрашивайте как, я и сам не знаю. Да и когда я впервые встретился с Хранительницей та казалась весьма удивлённой, а потом сделала что-то и заставила мою Ауру светиться как в момент её открытия. Так может она сама в первый раз увидела человека с открытой Аурой?

— Как-то это странно выходит. Магия есть, драконы есть, и даже ходячие трупы есть, а Ауры нет? Странные же у тебя сны, Жон, — Янг не постеснялась вставить в разговор свои пять копеек.

— Ум-м, ребята, это всё правда интересно, но может давайте уже выясним, можем ли мы научиться магии, пожалуйста? — вопрос Руби отвлёк Вайс и Янг от обсуждения странностей того мира, в который он попадает во сне, и все снова начали возбуждённо переговариваться, решая, кто первым попробует пройти этот своеобразный тест.

Только Руби из всей их толпы неуверенно молчала. Видимо, так и не смогла решить, хочет ли она пойти первой или подождать. Впрочем, как думал Жон, никто не будет против, если первой свой потенциал творить чудеса проверит именно она.

— Да, давайте, — Жон был рад перевести тему, а потому тут попытался передать меч Руби.

Та несколько удивилась своему первенству в очереди на проверку волшебного меча, но придумать какое-нибудь оправдание для передачи этой чести другому не успела. Инициатива, как всегда, отыгрывалась на инициаторе. По началу, когда Руби только взяла волшебный меч в свои крохотные ручонки, ничего не произошло. Девочка почувствовала некоторое разочарование, но не захотела вот так просто сдаться. Руби решила попробовать снова и, зажмурившись, сосредоточилась на своей Ауре. И уже этого оказалось достаточно.

— Светится, — концентрацию Руби сбило восклицание её сестры. Открыв глаза, капитан команды RWBY увидела уже затухающее свечение. — И погасло.

— Похоже, что он действительно светится от вложенной Ауры, — авторитетно заключила Вайсс. — Это значит…

— Но я не успела вложить в него Ауру, — перебила её Руби. — Только сконцентрировалась на ней.

— Тогда возможно это какой-то особо аурочувствительный метал? Ну как более чистый Прах сильнее реагирует на вливание Ауры, так и этот меч реагирует на саму открытую Ауру. Или например на наличие у держащего Ауры определённого объёма? — Янг решила выдвинуть свою теорию.

— Не сходится. В таком случае меч начал бы светиться в ту же секунду, как Руби взяла его в руки, но контакт с её кожей, а соответственно и с её Аурой, никак на меч не повлияли. Так что этот вариант отпадает. — Вайс шустро разбила версию Янг в пух и прах.

Впрочем, собственной альтернативы она не предложила, так что на этом фронте за неё пришлось отдуваться Рену:

— Тогда может дело в каких-то особых свойствах Ауры? Или, если уж на то пошло, в определённых чертах характера? Ведь, судя по той видеозаписи, Жону прямым текстом сказали, что чудеса зависят от силы веры. По крайней мере, это был единственный озвученный идентификатор. Возможно, для активации этого меча требуется, как пример, железная убеждённость в собственной правоте или вера в некую цель, ради которой человек готов терпеть невзгоды? В конце концов почти во всех школах боевых искусств Мистраля принято было проверять решимость потенциального ученика чередой испытаний, порой весьма сложных, и только пройдя их человек считался достойным приобщиться к секретам школы, — на свою речь Рен получил несколько задумчивых взглядов и весёлый смешок от Вайс.

— Да ладно, мы ведь говорим о куске металла, а не о разумном человеке. Как он может определить, кто сможет творить чудеса, а кто нет? Я уверена, что это свечение не более, чем просто одно из уникальных свойств этого материала на ряду с хорошей ауропроводимостью, и, даже если мы не уверенны из-за чего у меча есть такие свойства, это не повод считать меч разумным или магическим. Магия это не больше, чем сказки для детей.

— У-у-у, ну после таких слов волшебный меч точно не наделит тебя волшебной силой. И зачем ты это сказала, Вайсскимо? — Янг вновь не упустила возможности пошутить, хотя на этот раз Вайс и правда посмеялась над шуткой блондинки.

— Это чушь, и сейчас я это докажу, — сказав это, она подошла к Руби и, аккуратно забрав меч у неё из рук, также сосредоточилась на своей Ауре и, аналогично случаю Руби, меч засиял белизной, пусть теперь его сияние было немного тусклее.

— Вот видите, — победно заметила Вайсс. — Я тоже не направляла Ауру в клинок, а только гоняю её по рукам.

— Дайте мне попробовать! — Нора не собиралась слушать разглагольствование Вайсс, а потому она фактически вырвала меч из её рук и с самым серьезным лицом попыталась сконцентрироваться на своей Ауре.

А вот уже у Норы ничего не получилось. Как бы она не тужилась, чтобы не делала, а свечение на мече никак не появлялось. Вайсс даже предположила, что Валькери просто не может сконцентрироваться на ауре, на что Нора просто топнула ногой, расколов одну из плит арены. Это была более чем наглядная демонстрация, что Аура из девушки выливается широченным потоком, но мечу на это было всё равно.

Жон же для себя твердо решил, что никогда не будет ссориться с Норой… никогда.

После этого меч Оскара продолжил гулять по руками, но никто больше не смог вызвать свечение, как бы не старались. Даже активации Проявлений или использования праховой магии с мечом в руках не давали хотя бы небольшого эффекта.

— Значит, материал меча реагирует на что-то иное, тогда как Аура скорее всего выступает в роли проводника. Возможно, как минимум существует способ оценить не только объём Ауры, но и подсознательный триггер для её призыва, а этот Солер и его… ковенант, коль я правильно запомнил, используют его для ускоренного отбора кандидатов по заданным критериям. В данном случае силы веры, — дополнил свою не до конца оспоренную догадку Рен. — И похоже, что отбор можно пройти даже если ваша вера заключается в том, что вера ничего не значит.

И на этом бы эксперименты могли бы закончиться, поговорить о результатах можно было и в другом месте, по дороге в Вейл, например, но в кабинет неожиданно вошёл директор Озпин, и, посмотрев на них, скромно помахал рукой в знак приветствия.

— Добрый день господа, дамы, — подойдя ближе, директор дружелюбно всем улыбнулся. — Рад видеть, что растущее поколение уделяет время не только развлечениям, но и развитию своих талантов. Хотя должен отметить своё непонимание всеобщей заинтересованности в мече мистера Арка. Надеюсь, вы сможете прояснить для меня этот момент.

Стоило Озпину договорить, как его взгляд с меча, всё ещё пребывающего в руках Рена, переместился к нему, отчего Жон непроизвольно сглотнул вставшую комом в горле слюну, одновременно мысленно костеря директора за чрезмерное внимание к нему. Хотя причина этого самого внимания была до боли очевидной.

— Понимаете сэр, как мне рассказывал мой знакомый из сна, этот меч может служить своего рода лакмусовой бумажкой для определения людей, что способны к использованию Чудес, — он на секунду запнулся понимая, какой скепсис может проявить директор, и поспешил пояснить. — Как мне объяснили, Чудеса по сути являются магией, направленной на исцеление и поддержку.

— Короче, если у человека есть потенциал для использования этой магии, то меч начнёт светиться в его руках, — резко вставила своё слово Нора.

— Да. Поэтому мы и решили посмотреть, на ком из нас сработает эта проверка, — продолжила поддержку Пирра, оставив Жону только утвердительно кивнуть.

— Хм, приятно видеть, что вы, мистер Арк, решили не оставлять подобный уникальный предмет себе, как на вашем месте сделали бы многие другие, а поделились возможностью выявить скрытые таланты вместе с другими. Могу ли я узнать причины подобного альтруизма? — сосредоточенный взгляд карих глаз впился в Жона с такой интенсивностью, будто от его ответа зависела буквально судьба мира, или, по крайней мере, его собственная судьба, а потому он решил ответить максимально честно. В конце концов дураком блондин не был и прекрасно понимал ничтожно своих шансов обмануть директора. Да и в обмане смысла попросту не было.

— Я дал им эту возможность, потому что они мои друзья. Каким другом я был, если бы лишил их способа стать немного сильнее и сделать свою карьеру немного безопаснее? — и он действительно истово верил в смысл сказанного. Как не крути, а он уже успел убедиться как в том, что профессия Охотника не разу не безопасна, так и в том, что открытая Аура не делает человека бессмертным. К счастью, если ему подобный опыт ничего не стоил, то вот о своих друзьях сказать подобное Жон не мог.

Страшно рисковать своей жизнью каждый день. Даже ему страшно, зная, что смерть равносильна всего лишь возвращению в реальный мир. И мысль, что кто-то другой умрет и после этого не проснется в своей постели, а в самом деле исчезнет… Жон боялся этого, боялся как никогда в жизни.

До тех пор, когда хотя бы один раз не столкнёшься со смертью, о смерти редко думаешь.

— Похвально, далеко не все думают об этом, по крайней мере в вашем возрасте, — кивнул Озпин после чего указал пальцем на меч, который уже успел вернуться в руки Жона. — Могу я попробовать свои силы?

— Да, конечно, — кивнул парень передавая протягивая волшебное оружие директору.

И в этот раз меч засиял сразу же, стоило только испытателю взять его в руки. И, как показалось Жону, свечение в этот раз было сильнее, чем у него самого, Руби или Вайсс.

— Я так понимаю, это свечение означает, что я могу пользоваться магией? — с легкой, и какой-то ироничной улыбкой заметил директор.

— Не совсем, — Жон достал свиток и запустил то самое видео с объяснением Солера о видах магии у них там, в землях неких богов.

Директор Бикона с большим интересом просмотрел видео, кивая в некоторых моментах. Это была очень странная реакция на известие всамделишной магии, что отметили сразу несколько учеников. Даже если не верить в магию и воспринимать всё как шутку, то всё равно ты будешь реагировать по другому, несерьезно там, с усмешкой. Озпин же внимательно выслушал монолог Солера, покивал в некоторых моментах, а потом просто вернул волшебный меч Жону.

— Весьма познавательно, мистер Арк, — заметил директор. — Ваш меч связан с этими Чудесами, данными богом, а осколок щита, который я видел раньше был связан с магией, основанной на точном расчете.

— Э-эм… — Жон на мгновение смешался, пытаясь понять, с чего вообще директор сделал такие предположения. — Я не знаю, сэр.

— Это был не вопрос, мистер Арк, — Озпин многозначительно улыбнулся. — Можете мне поверить, все так как я сказал. И отсюда у меня к вам вопрос, есть ли у вас предмет как-либо связанный с третьим видом магии, Пиромантией?

— Наверное нет, — Жон окончательно перестал понимать, что происходит. — Это же не игра какая-нибудь, с описаниями предмета. И я не совсем понимаю, как именно вы пришли к выводу про щит. Как вообще связаны щит и точные расчеты?

— Дело не в расчетах, мистер Арк, а в магии, — улыбнулся Озпин, после чего кивнул всем. — Всего доброго, господа и дамы. Пожалуйста, в следующий раз, регистрируйте за собой помещение официально, чтобы в ходе столь интересных испытаний присутствовали и взрослые.

Сказав это директор покинул помещение, так и не дождавшись от учеников какой-либо реакции. Студенты просто не успели выдать что-нибудь в ответ, а потом уже и бессмысленно было, директор уже ушёл.

— И? — первой очухалась Янг. — Кто-нибудь понял, что только что произошло?

— Директор напомнил нам правила Академии Бикон, — стоическим голосом отозвалась Вайсс.

— А перед… — начала было Руби, но была перебита.

— Ничего не было, — отрезала Вайсс. — Директор не давал нам никаких странных намёков про магию, ясно вам?

— Как скажешь, — Руби примирительно выставила перед собой руки.

— Полагаю, это один из тех случаев, когда смысл сказанного им сегодня дойдёт до нас лишь тогда, когда нам действительно будет это нужно, — Блейк наоборот решила проигнорировать командный выкрик беловолосой. — Естественно, лишь по мнению самого директора.

Жон не знал как на это вообще реагировать и, посмотрев на свою напарницу, понял, что он не одинок в этом. Хотя вряд ли в голове у Пирры крутилась мысль пойти и спросить директора Озпина, откуда он узнал всё им сказанное, а также может ли он дать ему какой-то совет по выживанию внутри Сна. Но, прикинув всё и так и этак, Жон в итоге решил последовать тактике Вайсс и совету Блейк, просто отложив в сторону все непонятные вещи и просто двигаясь дальше, позволяя дальнейшим событиям развиваться в собственном темпе. Доставать директора самой престижной боевой академии, когда он явно сказал то, что собирался сказать, сулило риском привлечь ещё больше внимания к персоне мистера Арка вместе с его фальшивыми документами. К тому же, если этой ночью он хочет прожить подольше, ему нужно купить патроны для револьвера прежде, чем закроется последний оружейный магазин.

С этими мыслями Жон убрал меч в инвентарь и помахал всем рукой.

— Ладно, ребят, я ещё в Вейл хотел наведаться. Вы со мной или по своим делам?

— Я пойду с тобой, — тут же решила Янг. — Мне тоже нужно купить новый шампунь.

— Я с вами, — обрадовалась Руби. — Вместе веселее.

— Я пас, — Блейк наоборот, не горела энтузиазмом. — Лучше почитаю.

— Я тоже не пойду, — Вайсс поправила прическу и огладила свою форму руками. — Нам задали много уроков и на вашем месте, я бы уделила этому достаточно внимания.

— Хорошо, что ты не на нашем месте, — хихикнула Нора, подняв руки над головой. — Мы с тобой, Бесстрашный Лидер!

Рен и Пирра молча выразили согласие со словами Валькири. На этом и разошлись.

Команда JNPR и сестры… э-э… сестры Янг и Руби, Жон как-то раньше не задумывался, что у сестер не только разная внешность, но и фамилии. Но лезть в это дело Жон не стал, во-первых, невежливо, а во-вторых, у него своих проблем хватает. Просто думая над тем, что будет ждать его ночью, Жон неосознанно напрягался и задумывался над тем, что он должен сделать, чтобы протянуть подольше.

При всём при этом, тот факт, что умирать всё равно придется, сомнений не вызывал.

И Жон сам не ожидал, насколько же легче ему станет в окружении друзей. Вроде бы все как всегда, но постоянный щебет Руби и Норы, гул живого города, улыбающиеся лица и банальное отсутствие опасности оказывали на парня чуть ли не лечебное действие. Он, наконец-то, смог немного расслабился и реально отдохнуть.

И только сейчас друзья Жона заметили, какое напряжение испытывал их друг. Если раньше это казалось собранностью и даже серьезностью парня, и даже воспринималось положительно, особенно на фоне его поведения во время посвящения, то вот сейчас это выглядело скорее как большой напряг.

Руби и Нора пытались поддержать друга в своей манере, постоянно суетясь вокруг и говорят всякие глупости. Пирра не знала, что сказать, в то время как Рен решил потом поговорить с другом наедине и, возможно, предложить ему помощь. И только Янг не заморачивалась подобными вещами.

— В чём дело, герой? — спросила она во время прогулки по торговому району. — Выглядишь так, будто разгрузил пару вагонов дров.

— Я бы не отказался, чтобы это были вагоны, — усмехнулся Жон. — Но вместо этого мне досталась пачка тварей, которые очень хотели меня убить.

Услышав его ответ Янг смущённо кашлянула осознавая бестактность своей шутки, но сам Жон только пожал на это плечами, понимая что блондинка не желала его обидеть.

— Слушай Жон, а что там с обещанными директором деньгами? Может тебе уже и за ту странную смолу заплатили? — Сам Жон в этом сомневался, но понимая что Нора просто хочет сменить тему всё же полез за свитком и проверил свой счёт.

Как и ожидалось на нём было только одно пополнение, его преждевременная стипендия, впрочем этого им всё равно хватит, о чём он и сообщил своим товарищам, и те проверив уже свои свитки кивнули.

— Ну, тогда за чем мы пойдём в первую очередь, лидер?

И если ещё несколько дней назад подобный вопрос заставил бы Жона задуматься, то сейчас его ответ был очевиден, в первую очередь ему нужно будет запастись боеприпасами хотя бы на несколько ночей. Благо, не смотря на разнообразие используемых Охотниками калибров, некоторые из них, в основном из числа не очень стремящихся заморачиваться с уникальными патронами, использовали один из стандартных калибров, и для таких людей существовало множество магазинов, готовых продать им боеприпасы и всё необходимое для поддержания своего оружия в работоспособном состоянии, да и, как рассказывала Руби, часто в таких магазинах можно было купить и отдельные части для будущих пушек, например, стволы. Впрочем сейчас блондин шёл туда только ради боеприпасов, всё же пусть у него и появились деньги, о новой пушке задумываться явно рано.

Когда он сказал остальным о своём решении, все его поддержали. Не удивительно, ведь Рен, Пирра и Янг боеприпасов не жалели, Руби просто хотела побыть в оружейном магазине, а Нора была рада возможности пополнить свой арсенал пораньше, одновременно сетуя на немалую цену снарядов. Впрочем её слова неожиданно натолкнули Жона на мысль о том, что было бы неплохо прикупить парочку гранат, в конце концов ему не хотелось бы, чтобы однажды его зажала в углу толпа оживших мертвецов. Да и против крупных противников они могут пригодиться.

Вот только Жон как раскатал губу, решив закупить и то, и другое, и может быть третье, так ему её сразу обратно закатали.

Нора не врала, когда говорила, что цены были высокими. По мнению Жона, цены откровенно кусались. И даже достаточно большая стипендия обещала серьёзно просесть во время закупок. Поэтому Жон решил пока остановиться на закупке патронов, после которой ещё раз взглянет на баланс своих средств и окончательно определится, покупать ему что-нибудь вдобавок или нет.

Началось всё, как и было запланировано, с патронов. Жон не знал, сколько он сможет продержаться этой и уж тем более следующей ночью, поэтому брать нужно было действительно много боеприпасов. Естественно, все оружейные магазины Вейла были к услугам Жона. Там ему готовились продать любое количество боеприпасов, в том числе и на все имеющиеся у него деньги.

— Та-ак… — протянул Жон, задумавшись.

Патронов много не бывает, но и спускать вообще все деньги за одну покупку тоже казалось достаточно глупым решением. Жон решил остановиться на среднем варианте. Он приобрёл достаточное количество патронов для обеспечения своей безопасности на некоторое время, но не исчерпал все свои деньги. Теперь у него оставалась некоторая сумма, которую он мог потратить на другие нужды. На те же гранаты, если они всё же понадобятся, ну или на что-нибудь другое. Впрочем одну единственную гранату Жон всё же решил прикупить, на самый крайний случай.

Впрочем, даже после таких трат у него осталось более чем достаточно денег для покупки всех необходимых бытовых мелочей, включая парочку комплектов одежды и всего, что было необходимо для жизни в общежитии. Хотя он признавал, что, возможно, стоило бы быть немного сдержаннее и не спускать всего лишь за день выданную директором стипендию почти целиком, оставив нетронутым только небольшой запас денег.

И уже когда они возвращались в Маяк, Рен бочком приблизился к нему, чтобы поднять вопрос, о котором ни он сам, ни другие его друзья как-то не подумали.

— Слушай Жон, ты ведь попадаешь свои сны только когда засыпаешь, а не в какое-то определённое время, так? — получив его кивок, тот продолжил. — Тогда как насчёт небольшого эксперимента? Ты ведь знаешь, что Аура помимо всего прочего делает охотников более выносливыми и помогает нам быстрее залечивать свои раны? Хотя да, тебе ведь об этом уже рассказывала Пирра, — Арк снова кивнул, он и правда припоминал этот разговор. — Тогда хорошо, вот в чём моя идея. Что если ты попробуешь время от времени пропускать ночи? Может ты не умеешь медитировать — хотя если ты захочешь, я могу тебя этому научить — ты всё ещё можешь банально выпить вечером кофе и занять себя чтением книг, и если на утро и днём ты будешь чувствовать себя достаточно хорошо, то ты мог бы делать такие перерывы каждые три-четыре дня. В конце концов важен не только физический отдых, но и душевный.

На это он мог только кивнуть, в конце концов идея действительно была неплохой, да к тому же он помнил, что совсем не устал после битвы с Кардином, так может и день без сна ничем ему не грозит? Придя к такому решению, блондин кивнул Рену, согласившись на этот небольшой эксперимент и остаток пути в академию они провели в дружеских разговорах ни о чём.

Глава 16

К некоторому удовольствию блондина план Рена сработал на все сто процентов, причём не просто сработал, а ещё и выявил одну интересную особенность его организма. Без сна Жон не только не перенесся в то жуткое место, но за всю ночь ему вообще ни разу не захотелось спать, хотя вечером он и не стал пить кофе, во многом ради того, чтобы проверить себя. Это напомнило ему, что ранее он даже не запыхался в тренировочном поединке, что точно не типично для охотников. Так что результатами эксперимента Жон остался доволен и надеялся, что его выносливость если и не бесконечна, то довольно велика.

Приободрённый такими мыслями блондин встретил пробуждение друзей в приподнятом настроении, да и, не спя этой ночью он смог воспользоваться ванной ещё до того, как все проснулись, пусть и мелочь, но мелочь приятная, особенно учитывая, что вырос Жон в многодетной семье и привык к очередям перед ванной. Единственное, что Жон не учел заранее, так как это куча свободного времени, которое высвобождается ночью. У него, конечно, был свиток, но на этом всё. Кино не посмотришь, нужны наушники. Музыка идет туда же. Смотреть веселые картинки с котиками прикольно только первые полчаса, ну час максимум. Мысли о контенте восемнадцать-плюс, Жон от себя просто отогнал.

Так что хочешь не хочешь, а пришлось искать чем себя занять. Жон успел посидеть на парочке форумов, где обсуждали всё в подряд, от комиксов, до новинок в сферах кино или техники. Даже доступные в электронном виде учебные материалы были просмотрены, хотя на них Жон потратил даже меньше времени, чем на котиков.

Жон вышел из ванной комнаты, на ходу разминаясь и вслушиваясь в свои ощущения. Никаких признаков усталости. Скорее даже наоборот, после восьми часов отлёживания боков на кровати и скроллинга контента в сети, хотелось шевелиться и делать хоть что-нибудь.

— Жон? — спросила Пирра, которая сидела на кровати, когда блондин вернулся в комнату.

— Привет Пир, — кивнул парень, улыбнувшись. — Рен оказался прав, если не спать, то ничего не случается.

— Я рада Жон, но помни что, не смотря на ауру даже охотники не могут обходиться совсем без сна, рано или поздно тебе всё же придётся поспать. — На это Жон мог только кивнуть, пусть и сам он в этом несколько сомневался.

— Даже если и так, это всё равно лучше, чем ничего, да и сейчас я совсем не чувствую себя уставшим — блондин улыбнулся своей сокоманднице на что та кивнула, после чего уже сама пошла в ванную.

И уже через несколько минут после этого проснулись и Нора с Реном, что, впрочем, было совсем не удивительно, в конце концов в Биконе столовая работала по расписанию. Пропустил завтрак и до обеда будешь либо сидеть голодным, либо готовить себе сам.

Кивнув товарищам, Жон не стал ждать, пока все окончательно проснутся и по очереди сходят в душевую, вместо этого первым отправившись на завтрак.

Сегодня был выходной и среди планов была ещё одна прогулка в Вейле. Если только Коко не передумала, и прогулка не отменится. И, надо сказать, что Жон немного волновался в ожидании этого. Да, вчера в их компании было всего два парня, а все остальные были девчонками, но это была прогулка двух команд. Сейчас же его ждала прогулка сразу с тремя девушками, и они не были ни его сестрами, ни членами его команды.

Это были крайне глупые переживания. И никакого романтического подтекста там не было и в помине. Жон всё это понимал, но это совершенно не мешало ему переживать об этой ситуации. Да и некоторая опаска выставить себя идиотом, любовно воспитанная в Жоне его излишне язвительными сестрами, тоже вносила сумятицу в душевное состояние Жона.

О том, что планы на прогулку в силе, блондин узнал прямо во время завтрака. Коко и Вельвет просто подсели к нему за стол и предложили отправиться в город прямо с утра, сразу после завтрака.

Жон был совершенно не против, но надо было ещё узнать мнение Блейк, которую тоже пригласили на эту прогулку. И рассудив логически, что брюнетка рано или поздно тоже спустится на завтрак, они решили просто поесть и пообщаться. Пока они ели, девушки рассказывали Жону о планах на прогулку. Они хотели посетить некоторые известные достопримечательности Вейла, в частности центральную торговую улицу, с множеством магазинов, особенно магазинов одежды и, конечно же, попробовать местную кухню.

Так уж получилось, что местной была только Коко. Жон приехал из небольшого городка Анселя. Вельвет была деревенской. А Блейк, насколько знал Жон, вообще иностранка.

Жон слушал болтовню Коко, а болтала в основном она, с улыбкой. Если раньше его утомляли походы по магазинам с сестрами, то вчерашняя прогулка оставила исключительно положительные эмоции, а кроме того предстоящая прогулка напомнила ему о том, что профессор Питч говорила, что отдаст директору Озпину смолу, и вполне возможно ему за это что-то да заплатят, пусть это даже и будет разделено на всю команду. Блондин вполне мог оценить подобное сплочение команды, да и уже сам факт наличия дополнительных денег радовал.

И взглянув на свой свиток Жон обрадовался ещё больше, ведь ему снова пришла его стипендия, ну или в данном случае скорее сумма этой самой стипендии идентичная, а значит, если будет нужно, то он сможет потратится на всякие мелочи, одежду-то он себе уже купил, да и из дома он с собой вещей взял, пусть и по минимуму.

— Чего хорошего случилось, Жон? Неужели девушка написала? — Жон аж поперхнулся воздухом на её вопрос, отметив, впрочем, что та даже не попыталась взглянуть на его свиток, но головой покачать он всё же смог.

— Нет, ничего подобного. — Пусть вопрос его и смутил, Жон тем не менее старался не мямлить, блондин знал, что так сделал бы только хуже, а потому он решил сказать почти правду.

— Нет, увы никаких девушек. Просто получил уведомление о приходе стипендии. Ничего особенного, — как же круто Жон в этот момент себя чувствовал. Так вот небрежно заявлять, что у него есть деньги и он не просто тягловая сила, такой себе ослик на привязи за девчонками, было невероятно приятно.

— Стипендия, а не рановато? — Коко опустила свои солнцезащитные очки на кончик носа, чтобы посмотреть на Жона поверх них.

— Ну… не совсем стипендия, — признал Жон. — Просто директора Озпина заинтересовали… некоторые особенности моего проявления. И за помощь Академии мне начисляют дополнительную стипендию.

— О-у, фаворитизм? — усмехнулась модница.

— Коко! — шикнула на подругу Вельвет. — Это невежливо!

— Да-да, прошу прощения, — усмехнулась Коко. — Но на будущее, блондинчик, лучше не рассказывай это всем в подряд. Тебя могут неправильно понять.

— Я фактически работаю на Академию, что в этом плохого? — Жон не понял, что именно он сказал не так. — Или среди охотников не принято подрабатывать во время учёбы?

— Никаких проблем, — Коко вернула очки на место, так что её глаза больше нельзя было рассмотреть. — Но ты сам назвал это дополнительной стипендией. И тут очень и очень многие могут начать задаваться вопросом «почему он, а не я?» Да что там говорить, я сама немного тебе завидую и даже подумываю заставить тебя заплатить за что-нибудь во время прогулки.

— Коко! — опять одернула подругу Вельвет.

Так, переговариваясь, они и дождались появления Блейк. Команда RWBY пришла всем составом, что-то обсуждая между собой. Обсуждение выглядело как очень эмоциональная жестикуляция Вайсс с которой не очень-то были согласны другие члены команды. До прямого спора, вроде, дело не доходило, но и хоть какого-то согласия никто из девчонок не демонстрировал.

Жону показалось, что это был не лучший момент для того, чтобы отвлекать Блейк, но Коко думала иначе. Что удивительно, но стоило моднице только позвать нелюдимую брюнетку, как та тут же ухватилась за возможность отколоться от своей команды и, взяв поднос с завтраком, подсела к ним. Вот только сказать, что она выглядела довольной в этот момент не мог даже Жон, который очень плохо знал Блейк.

— Смотрю вы только притираетесь друг к другу? — усмехнулась Коко.

— Всё нормально, — Блейк дернула подбородком. — Просто… некоторые разногласия.

— И это действительно нормально, — кивнула Вельвет, мягко улыбнувшись. — Незнакомые люди, начав жить вместе, всегда сталкиваются лбами.

— Да? — Жон был очень удивлен подобному. — А мы как-то сразу начали жить дружно.

— Ну, некоторым просто везёт, — усмехнулась Коко. — Особенно, если эти некоторые милые блондинчики, что подкупают всех своей неуклюжестью. Да, Вельвет?

— Коко! — Вельвет, похоже, немного заело. Ну или она просто привыкла к выходкам своей подруги.

Жон же только вздохнул. Коко, с её манерами и вкусами точно подружилась бы с сёстрами Жона. И так как парню не очень нравилось, когда его подкалывают, даже если кто-нибудь называет его милым в процессе, поэтому он решил перевести тему.

— Так что вы обсуждали? — спросил Жон у Блейк. — Если, конечно, это не секрет.

— Вайсс просто лишний раз доказала, что она дочь своего отца. И я не хочу это обсуждать, — отрезала Блейк, чьи слова царапнули Жона. Похоже у Блейк и Вайсс было что-то личное. В такие вещи действительно лучше не лезть.

Похожим образом рассуждали и Коко с Вельвет, поэтому дальнейший разговор вёлся на нейтральные темы. Прогуляться было решено по магазинам одежды и местам отдыха и развлечений, то есть строго в противоположной стороне от оружейных магазинов, которые располагались ближе к промышленным районам. Впрочем, его это нисколько не расстроило, ведь запас патронов на ближайшее время уже был закуплен, да и пользу отдыха блондин признавал, а потому решил пока отбросить переживания и просто наслаждаться прогулкой. По крайней мере до того момента, пока девушки не запрягут его таскать свои вещи.

И в целом всё взаправду шло довольно неплохо. Коко и Вельвет набирали разной мелочи. Например, первая купила себе несколько беретов и несколько пар солнцезащитных очков, что Жон вполне мог понять. Одежда, по крайней мере если та прилегала к коже достаточно плотно, защитить вполне способна, а вот насчёт подобных аксессуаров он уже был не столь уверен. Вельвет же сосредоточилась больше на всевозможных комплектующих для фотоаппарата, в основном на линзах да на всяких средствах ухода за ним. Только он и Блейк в основном смотрели, а не покупали, что, в конце концов, не осталось незамеченным Коко.

— А вы чего стесняетесь? Неужели не можете найти что-то себе по вкусу? — на это Жон только пожал плечами, так как всё необходимое у него было, а Блейк неуверенно покачала головой, не утруждая себя ответом.

— Да ладно, ребят. Если мы пошли на прогулку вместе, то и веселиться должны все. Вот ты, Блейк, что хотела бы купить? — брюнетка слегка нахмурилась, не то от напора модницы, не то действительно задумавшись над её вопросом, но через секунду всё же сказала, что хотела бы прикупить несколько книг, на что Коко радостно кивнула и повернулась уже к нему.

— Ну, я честно и не знаю, что купить. Всё необходимое у меня уже есть, а накупать тряпок, которые будут всё время пылиться в шкафу мне не хочется. Да и хранить мне их попросту негде, — на это Коко только ухмыльнулась и пробормотав что-то о том, что парни ничего не понимают в моде и всё время ходят в одном и том-же, повела их, как она объяснила, к книжному магазину.

— Ну, Жон, если уж ты хочешь потратится практично, то советую тебе как минимум прикупить удобную обувь для длительных походов на природу, да и рюкзак повместительнее тебе тоже не помешает. В конце концов, никто не знает, когда и куда твою команду могут послать — в поход там или на работу за городом.

— Серьёзно? — Блейк даже обернулась, услышав эти слова. — Поход и загородные работы? Мы точно Охотники на обучении, или может бойскауты какие-то?

— Я отреагировала точно так же в первый раз, — рассмеялась Коко. — Но не стоит ждать, что вам уже завтра поручат защищать город на передовой от орды гримм. Работа Охотника вообще немного в другом заключается. Поэтому вас ждут вылазки за город, с ночевками и каким-нибудь заданием типа соберите что-нибудь в таком-то количестве. Охрана транспортных узлов, в том числе и заграничные маршруты. Ну и работа с полицией.

— Э-эм… — Жон попытался подобрать слова. Как-то все это не очень по-героически звучит. — И даже на старших курсах так?

— Без понятия, — Коко развела руками. — Я всего на год старше вас, и пока не преисполнилось духа «дедов», чтобы причислять себя к старшекурсникам.

— Там всё не так просто, как можно подумать, — подала голос и Вельвет, робко протягивая Жону несколько курток, предлагая примерить. — Насколько я знаю, первокурсники в этом году первыми пойдут в поход. Вас отправят в Лес Вечной Осени.

— О-о, в этом году вы будете «сладкоежками», — усмехнулась Коко, кинув на подругу насмешливый взгляд поверх очков.

— В смысле «сладкоежки»? — спросил Жон, недоуменно, послушно приняв от Вельвет кожаную куртку, которую ему предложили примерить.

— В Лесу Вечной Осени растут особенные деревья, у которых есть съедобный и очень сладкий сок. Вот и прозвали студентов, которые за ним ходят «сладкоежками», — пояснила Коко, критически оглядев Жона, что натянул кожанку прямо поверх своего худи. — Ты либо куртку застегни, либо одень её поверх рубашки на выпуск.

Жон на это пожал плечами и попробовал застегнуть куртку, просто чтобы посмотреть, как это будет выглядеть, так как погода не располагала к курткам в принципе, не говоря уж о том, чтобы укутываться в одежду. Однако, когда Жон попытался застегнуть куртку, он обнаружил, что она немного тесновата. Он попытался сделать еще одну попытку, но безуспешно. Куртка просто не хотела застегиваться.

— И в чём будет смысл этого похода? — спросила Блейк, наблюдая за мучениями Жона, который все же снял не подошедший предмет одежды, и попробовал другую куртку. — Мы просто прогуляемся, да полакомимся этим соком?

— Нет, у нас, всё-таки Академия Охотников, поэтому вы все же сможете и прогуляться, и полакомиться, но там будут и Гримм, и задание от профессоров, — Коко окинула Жона профессиональным взглядом, прикидывая, во что можно будет нарядить эту ростовую куклу. — Но задание пустяковое, например, сбор того самого сока.

— Интересно, какой смысл в этом задании, если оно такое пустяковое? — задумчиво произнес Жон, которому Вельвет протягивала очередной элемент одежды, на этот раз это была не куртка, а ещё одно худи, и чтобы примерить его Жону пришлось скрыться за ширмой в кабинке.

Коко на это только послала подруге ещё один насмешливый взгляд. Что ж мужская кукла для нарядов пока занята и Коко была не настолько вредной, чтобы отбирать игрушки у подруги, особенно когда игрушка имеет некоторые шансы стать парнем. Поэтому модница решила переключиться на женскую «куклу».

Так как она не хотела повторять печальный опыт Вельвет с исчезновением модели за ширмой, то решила начать с чего-нибудь попроще, например, с какого-нибудь головного убора. Не одной же Коко ходить в берете?

Внешний вид Блейк не располагал к большинству видов головных уборов, так что всякие панамки, кепки и шляпки проходили мимо. Поэтому Коко решила следовать простой тактике, а именно — если не знаешь, что подойдёт, то начни с классики. Следуя этой мысли, она нашла самую обычную шляпу-федору, но, к её удивлению, брюнетка с ходу отвергла саму идею о головных уборах.

— Спасибо, Коко, но нет. Этот бантик дорог мне как напоминание — Брюнетка слегка меланхолично усмехнулась, но тут-же покачала головой, — Пойдём лучше посмотрим на куртки?

— Ну если хочешь то ладно, но не рановато ли ещё для курток? Солнышко вон печёт. Как насчёт того, чтобы подобрать что-нибудь полегче? Я видела недалеко секцию с футболками. — впрочем, не смотря на свои слова, привыкшая добиваться своего Коко просто так отступать не желала, и потому решила притворить в жизнь свой коварный план, захватив вместе с несколькими футболками и топиками ещё и парочку беретов и федор, прежде чем пара девушек направилась к кабинкам, туда, где стояла Вельвет и уже примеривший новое худи Жон.

И как только Блейк остановилась, с некоторой ленцой рассматривая возню Жона и Вельвет, Коко нанесла свой предательский удар.

Это задумывалось как дружеская шутка, она просто сорвет ленточку и нахлобучит на голову вредной брюнетке какую-нибудь шляпу. Просто шуточная возня, никакого криминала, но кто же знал, что под ленточкой скрывалась пара кошачьих ушек?

Стоило только показаться чертам фавна на голове Блейк, как наступила мёртвая тишина. Вся компания вытаращилась на неё, откровенно пялясь на открытые миру треугольники шерсти, в то время как Блейк не сразу отошла от шока. Но всё это было затишье перед бурей действий.

Первой в себя пришла Блейк, и поняв, что её раскрыли, она не придумала ничего умнее, чем просто бросится бежать. На это тут же среагировал Жон, который даже не умом, а каким-то инстинктивным пониманием осознал, что девушку из дружественной команды сейчас ни в коем случае нельзя оставлять одну, а потому он на всех парах ломанулся за ней, прямо в одежде, которую примерял.

И только Коко с Вельвет поражённо остались стоять на месте.

— Коко, ты что натворила? — осторожно спросила девушка-зайка, увидев, как к ним спешным шагом направляется одна из продавщиц, что на ходу подзывала охранника.

— Да вот, только ленточку сорвала. Кто же знал, что всё так обернётся? — нервно хихикнула Коко, уже представляя, как будет просить у Блейк прощения за эту неудачную шутку. Но сейчас надо было думать не об этом, а потому она приняла уверенный вид и обратилась к подошедшим работникам магазина. — Так, спокойно, дышим носом.

— Ваш друг украл… — начала было продавщица, но была перебита.

— Никакой кражи, — тут же отрезала Коко. — Они охотники и их команде поступил срочный вызов. В качестве залога мы оплатим все, что было случайно вынесено из магазина. И, скорее всего позже вернем вам эти вещи. Как я поняла, Жону этот худи не очень шёл.

— Не сравнить с тем, который он носит обычно, — Вельвет неловко улыбнулась. — Мне особенно нравится кролик на груди.

— И почему я не удивлена? — Коко улыбнулась своей подруге и, не удержавшись, погладила её по голове, прямо между кроличьих ушей, за что получила шуточный тычок в бок и улыбку от брюнетки.

Однако ни Жон ни Блейк не видели этой довольно милой сцены, они сейчас мчались по незнакомым улицам Вейла. Блондин пытался догнать проворную брюнетку, что показывала чудеса скорости, а сама брюнетка пыталась наконец оторваться от блондина, который никак не хотел от неё отставать, а в какой-то момент даже начал неуклонно ту настигать. В конце концов, Блейк никогда не блистала выносливостью по меркам сверхлюдей-Охотников, а вот Жон наоборот показывал какие-то совершенно не человеческие результаты, хотя ещё недавно он и подумать не мог, что после десяти минут бега на пределе своей скорости он сможет не только дышать, но и продолжать бег, не чувствуя ни боли в мышцах, ни горящих при каждом вдохе лёгких.

И именно из-за того, что Жон неуклонно приближался, она приняла довольно глупое, но единственно верное в своём состоянии решение, резко свернув в переулки. Возможно, если бы они начали свой забег в менее благополучных и более старых частях города, где в результате многовековой и, следовательно, не оптимальной застройки эти самые переулки были многочисленны и порой невероятно запутанны, Блейк удалось бы оторваться от настырного Арка, потерявшись среди бесконечных узких улочек и поворотов, но в истинной версии событий они всё же не успели далеко уйти от главных улиц, количество переулков между которыми администрация города стремилась свести к минимуму грамотной реконструкцией.

Так что после всего лишь нескольких поворотов Блейк вместо выхода на другую улицу оказалась в тупике, и даже её навыки в трёхмерном маневрировании особо ей не помогли, ведь с трёх сторон она была зажата кирпичными стенами, а с четвёртой показался бегущий к ней блондин, не только перекрывающий собой единственный путь к спасению, но и медленно приближаясь к ней.

И возможно в другой ситуации она напала бы на преследователя и, используя своих клонов, прорвалась бы к выходу, чтобы скрыться, но той частью ума, которая не была подвержена панике из-за раскрытия своей природы, Блейк понимала, что Жон скорее всего не хочет причинить ей вред, ведь в конце концов он помог незнакомому фавну, может быть ей удастся договориться с ним и её секрет останется между ними. По крайней мере если она сможет договориться ещё и с Адель, но модница тоже не казалась ей плохим человеком, так что в глубине души Блейк надеялась, что у неё ещё есть шансы начать нормальную жизнь. А тем временем, пока она была занята своими душевными терзаниями, блондин подошёл к ней практичесски на расстояние вытянутой руки.

— Фу-ух, а ты быстрая, Блейк, — заметил этот монстр в человеческом обличье, который даже не запыхался от продолжительного бега, тогда как сама Блейк чувствовала некоторую усталость от этой гонки. Но куда интереснее было то, что Жон сказал дальше. — Вроде бы никто нас не преследовал.

— Что? — Блейк не поняла, что вот это «нас» должно значить. Потому что саму Блейк как раз-таки преследовали, сам Жон.

— Ну… ты так резко побежала, что я подумал, что тебе угрожает какая-то опасность, поэтому и побежал за тобой, — попытался объяснить свои мотивы Жон, который только сейчас заметил, что выбежал из магазина в одежде, которую примерял. Это было белое худи с черной ворсистой подкладкой. Выглядит прикольно, но слишком тепло для этого времени года. Да и белая одежда, скорее всего будет быстро пачкаться. — Тут, вроде бы нет ничего угрожающего, и за нами никто не бежал. Так что можешь не волноваться, Блейк.

Девушка-кошка почувствовала, как у неё дернулась бровь. Она смотрела в лицо парня, пытаясь найти в его глазах и выражении лица что-то кроме искреннего участия и даже заботы. Она просто отказывалась верить в это и для проверки даже дернула кошачьим ухом. Глаза Жона дернулись на её макушку, так что сомнений в том, что он увидел её черты фавна не было, вот только он как взглянул, так перевел взгляд обратно на лицо Блейк.

— Тебе всё равно, что я фавн? — спросила она, отказываясь в это верить.

— Я очень удивился, правда, — попытался оправдаться Жон.

— Я не об этом, — Блейк даже фыркнула, настолько нелепым выглядел их диалог.

— Тогда я не совсем понимаю, в чём дело.

— Я фавн, Жон, а ты человек, — Блейк, на самом деле тоже не совсем понимала, но попыталась донести свою мысль. — Люди притесняют фавнов.

— Придурки притесняют слабых, — поправил её Жон. — Ну или тех, кто не отвечает на нападки по любым другим причинам. Посмотрел бы я на то, как Кардин попытался бы притеснять тебя, уверен, что он бы уже через минуту начал бы петь фальцетом.

— Даже раньше, — заверила его Блейк, мстительно хмыкнув. С тех пор как она превратилась из маленькой девочки в девушку, к ней не раз и не два пытались подкатить как люди, так и фавны, так что удар коленом в пах был отработан не один десяток раз.

— Тем более, — Жон тоже усмехнулся, представляя, как придурка Кардина скручивает от удара по достоинству. Сам бы Жон бить так не стал, не по мужски это, но искренне не понимал, почему та же Вельвет не отоварила его тогда в столовой. — Так ты поэтому убежала из магазина?

— Вроде того.

Блейк находила их диалог странным, казалось, что даже если бы их самих попросили точно сформулировать, какими мыслями они только что обменялись, то у них бы не получилось. Но при этом её не покидало чувство, что она прекрасно поняла Жона, как и он понял её.

— Вернемся в магазин или сразу в Бикон? — Жон ничем подобным не заморачивался.

Для него реакция Блейк была просто странной, но заострять на этом внимание не было смысла. Люди редко бросаются в паническое бегство просто так, а значит у этого были причины. Лезть в темное прошлое других было бы очень невежливо.

— Давай в Бикон, — Блейк всё ещё немного сомневалась, но решила всё-таки не сбегать в неизвестность прямо сейчас, всё равно бежать прямо сейчас было не куда. — И набери Коко, чтобы вернула мою ленточку, мне надо спрятать уши до того, как мы вернемся.

— Да, сейчас.

Жон достал свиток и на ходу начал искать контакт Коко во внутренней сети Академии. Блейк же пристроилась рядом с парнем, который имел все шансы стать её другом. В конце концов именно об этом она когда-то мечтала, люди и фавны, что будут жить вместе, никак не притесняя друг друга. И раз уж Жон оказался открыт для подобного, теперь её очередь делать шаг навстречу.

Глава 17

И снова Жон оказался на земле забытых Владык, которых Солер называл Богами. С прошлого раза цель измениться не успела, ему всё ещё нужно было позвонить в первый колокол, который находился на вершине собора.

В этот раз Жон, не смотря на солидный запас патронов, решил поступить хитрее. Он не планировал ломиться в главные ворота, а решил обойти вокруг здания, быть может он найдёт чёрный ход, или просто окно, что будет расположено достаточно низко, чтобы через него пролезть внутрь.

Как и в прошлый раз револьвер показал себя наилучшим образом, вселяя в Жона чувство откровенного всемогущества. Он легко разобрался с мертвецами перед собором, после чего свернул в сторону, в неприметную арку справа от главного входа собора. Так он оказался на достаточно узком балконе, что опоясывал собор по кругу, открывая захватывающий вид на огромный лес…

Жон так залюбовался видами, что чуть не поплатился за это очередной жизнью. Только за счет проржавевших доспехов, которые скрежетали и звенели при каждом движении, Жон успел услышать затаившегося в неприметной нише мертвого воина, что чуть не насадил голову блондина на своё копьё. Сделав от страха аж три выстрела, звук от которых раздался эхом над лесом, в попытках успокоить неожиданного врага, Жон только лишний раз напомнил себе, что как бы тут не было красиво не стоит забывать, что вокруг него очень много врагов.

И напоминание это было не лишним, так как враги не зевали, и было их тут немногим меньше чем в самом соборе. Только блондин успел перевести дух после расправы над притаившийся воином, как из-за поворота показался рыцарь в знакомой броне и с не менее знакомой рапирой в руках.

— Жри Прах, — Жон процитировал главного героя известной серии боевиков и выстрелил противнику в голову.

Ну точнее он попытался выстрелить в голову, но безбожно мазанул, выбив каменную крошку из стены за спиной стремительно приближающего мертвяка.

— Да что мне так не везёт-то?! — воскликнул Жон резко уклоняясь от длинного выпада рапирой в сторону балкона. Пускай там были шансы тупо высадиться в полость, но если его зажмут у стены это будет намного хуже.

Следующий выстрел, сделанный с опасно близкого расстояния, уже не ушел в молоко, а разнёс проклятому трупу черепушку. После удачного выстрела будущий охотник замер, вслушиваясь, но больше никто не спешил посетить их вечеринку. Ну или, по крайней мере делал это настолько тихо, что вообще никак не выдавал себя. Тишина вообще наступила такая, что это даже вызывало дискомфорт.

— Пять патронов на двух врагов, я такими темпами разорюсь на боеприпасах, — заметил Жон вслух, просто чтобы не слушать эту тягучую тишину, что совсем недавно разрывалась грохотом его выстрелов.

Собственная болтовня немного успокоила, но сама по себе зловещая атмосфера никуда не делась. Так что Жон со вздохом перезарядил револьвер и ещё раз осмотрел вид леса с обрыва. Он был всё так же красив, но теперь, задумавшись об этой странной тишине, Жон подумал, что лес не только красив, но и по своему зловещий. Вот только в чем именно это «зловещность» заключается он объяснить не мог, а потому решил, что просто накручивает себя.

Так что тряхнув головой, Жон пошел дальше. Сегодня он успел перестрелять пару десятков солдат и даже парочку рыцарей в доспехах, и вот у рыцарей он не преминул собрать оружие и щиты, возможно в маяке он сможет это переплавить? Не на броню, так на патроны пойдёт, в конце концов он смутно помнил как во время скролинга всего подряд пролистал статью о разных типов патронов, и одним из этих типов был «Патрон со стальным сердечником».

Впрочем помимо забот об убийстве противников и сборе лута у него неожиданно появилась ещё одна, как-бы это странно не звучало, но он просто начал слишком быстро набирать силу, и пусть теоретически это звучало круто, но на практике вызывало массу неудобств, например то, что он начал слегка подпрыгивать с каждым шагом, а вес меча в его руке ощущался крайне слабо, создавая иллюзию того, что тот весит не больше пластиковой игрушки, впрочем в том, что это всего лишь иллюзия блондин убедился достаточно быстро, в конце концов инерция от меча никуда не делась, а значит что именно он стал сильнее, а не меч легче.

Впрочем, он пока отогнал мелькнувшую было мысль вернуться к Хранительнице и «Перераспределить статы» в магию, в конце концов никаких заклинаний он не знал, а дополнительная сила никогда не будет лишней. С такими мыслями он, уже куда как более уверенный в себе продолжил путь к первому колоколу.

За ещё одной небольшой аркой был разрушенный мост, который когда-то вел на задний двор Собора, где была ещё одна огромная дверь, через которую в него можно было бы попробовать проникнуть. И даже разрушенность моста не означала, что на ту сторону нельзя было пройти, через пропасть был перекинут дощатый настил.

Ключевым словом тут было «пропасть». У Жона ещё были свежи воспоминания о посвящении, когда их катапультировали с высоченной скалы в лес. Как тогда они находились на высоте, значительно выше верхушек самых больших деревьев, так и здесь, он имел сомнительное удовольствие посмотреть на деревья в лесу сверху.

Из-за ограждения балкона этот вид казался захватывающим и волнительным. Но когда никаких ограждений, даже банальных перил не было, а была только не внушающая никакой уверенности деревяшка под ногами. В блондинистую голову пришла неожиданная и совершенно непрошенная мысль, что здесь нет Пирры, которая могла бы остановить его падение, пришпилив к дереву. Когда же Жон попытался вытряхнуть из головы эту глупость, ей на смену пришла другая. Он вспомнил, как уже падал с обрыва в Прибежище Нежити, после чего просто проснулся в своей комнате.

— Надо будет подумать о стратегии приземления, — буркнул Жон себе под нос, аккуратно пробуя носком кроссовка край настила. — Проверять, работает ли бессмертие нежити в реальном мире, мне совершенно не хочется.

Несмотря на свой, откровенно паршивый внешний вид, настил держался и даже особо не скрипел. Жон сначала наступил одной ногой, медленно перенося вес, потом двумя ногами. Так потихоньку он и пересек опасное место, шумно вздохнув, когда вновь встал на каменный мост.

— Обратно пойду другим путём, — буркнул Жон, уже приметив впереди ещё несколько врагов.

Парень неосознанно провел рукой по нагруднику, вспоминая слова одного из немногих разумных обитателей этого места. Блондин вспомнил как Ув говорил о том, что хоть нежить и способна поглощать силу из собранных душ, но делает это медленно, и если тогда он не стал заострять на этом внимание, то вот сейчас ему вдруг стало интересно почему он получает прирост силы с ходу, прямо после убийства?

И вот ведь засада, он не мог обвинить в этом даже следующий логике видеоигр сон, ведь в случае, если бы души просто заполняли шкалу опыта переводя блондина на следующий уровень то каждый раз прирост характеристик должен быть как минимум ощутимым и разовым, а не постепенным, как это происходит с ним.

Да и задумавшись об этом Жон подметил ещё один интересный момент, ведь Хранительница увеличила его «Магичность», и если в тот момент он пропустил это мимо то сейчас он осознал что не почувствовал какого-то ослабления, что было довольно странно, ведь если где-то прибыло, то где-то должно и убыть, вопрос только где?

Додумать эту мысль до конца ему не дали, прервав притом самым пренеприятным образом, задумавшись он успел лишь краем глаза заметить как к нему летит арбалетный болт. К счастью в тот момент блондин действовал на инстинктах и вскинул мгновенно появившийся в руке щит, отбив им арбалетный болт, впрочем думать дальше ему не дали, стригерившиеся после атаки слишком близко подошедшего арбалетчика солдаты ринулись к нему и блондин поспешил отойти от деревянного настила, в конце концов он не хотел случайно проломить тот в пылу боя.

Решив пока что не тратить патроны, благо помимо арбалетчика там было только трое солдат, двое с алебардами и третий с топором, а потому решив воспользоваться преимуществом куда лучше приспособленного для контактного боя меча Жон подскочил к первому из противников и одним ударом срубил тому голову.

Красивую картину испортило лишь то, что сам он не рассчитал силы прыжка и едва не распластался на только что убитом немёртвом. Хотя юный охотник всё же смог избежать этого, и в последний момент сделал несколько шагов в сторону, одновременно уходя с пути атакующей двойки и восстанавливая равновесие.

И сделал он это как раз вовремя чтобы отбить мечом выпад воина с алебардой и отбросить того в сторону ударом щита, сразу после чего ему пришлось принять на щит удар топора, что, впрочем, вовсе не помешало ему нанести противнику рубящий удар по шее. Тело второго противника он откинул как раз вовремя чтобы увидеть, что последний из воинов ближнего боя уже поднялся, а арбалетчик почти перезарядил арбалет, а потому он поспешил и уже неплохо отработанным ударом срубил головы обоим противникам.

Про себя Жон невесело усмехнулся тому, что почти постоянно использует один и тот-же приём, и пусть пока он работает блондин начал задумываться не получится-ли в какой-то момент так, что нежить просто привыкнет к этому? Конечно в их разумности он сомневался, но Ув говорил, что у полых иногда остаются прижизненные навыки и рефлексы, вот и возникает вопрос, а могут ли они запомнить его движения, или их мозги уже слишком сильно разложились для этого.

— Надо будет чуть разнообразить свой стиль, например, предложить Пирре потренироваться вместе, — Жон вновь проговорил свои мысли вслух. Честное слово, такими темпами он скоро станет выглядеть как сумасшедший с этой манерой постоянно что-нибудь бубнить себе под нос.

Но мысли мыслями, а надо было двигаться дальше. Отсюда, с заднего дворика Собора, открывалось два пути, один уже виденный Жоном вход в Собор, а второй, мост ведущий в небольшую пристройку. Похоже, что это было что-то вроде развилки, которые иногда встречались в некоторых играх. Вопрос только в том, что будет ждать Жона там, на этом ответвлении от основного пути?

Так как, на первый взгляд пристройка выглядела откровенно небольшой, то скорее всего там можно будет просто валяться что-то интересное или полезное, как это обычно бывает в играх и всё, а потому стоит проверить, что там лежит.

Вот только, к откровенному удивлению Жона, вместо сундука с ништяками или какого-нибудь интересного предмета, в небольшой пристройке был разрушенный алтарь и лестница ведущая вниз. Оттуда, из подвала, как решил Жон, раздавался какой-то странный шум, похожий на методические удары. Похоже, что ответвление от основного пути было не таким коротким, как подумалось ему в начале.

Жон осторожно спустился по лестнице, приготовив меч в руке. Шум становился все громче, а до носа доносился запах металла, так что Жон мог уверенно предположить, что именно там происходит.

— Ну да, Ув же говорил, что есть два способа стать сильнее, — хмыкнул он себе под нос. — Хранительница Огня для собственного усиления, и кузнец, чтобы улучшать оружие.

Это очень заинтересовало Жона, так что он поспешил спуститься вниз. Этажом ниже была просторная комната… со знакомым костром, расположенном прямо на деревянном полу. Жон, когда увидел это, несколько раз моргнул, пытаясь прогнать странное наваждение, но оно никуда не делось. Знакомое кострище с воткнутым в него мечом, прямо посреди комнаты с деревянными полами.

Жон всегда предпочитал думать, что эти его странные сны, это что-то вроде видео игры. Что ж, теперь он сможет к этому прибавить, что у этой игры были крайне ленивые разработчики.

Слегка усмехнувшись своим собственным мыслям, Жон подошёл к костру и коснулся кончиками пальцев навершия меча. От этого едва тлеющие угольки радостно взметнулись вверх. По идее тут можно было чуть передохнуть, но Жону очень уж было любопытно взглянуть на местного кузнеца, а потому он проигнорировал выход на улицу, что был на этом этаже и спустился ещё ниже, где и увидел могучего дядьку с шикарной бородой, что методично отбивал какую-то заготовку на наковальне.

— Эм… здрасьте, — Жон некоторое время постоял молча, но поняв, что на него не обращают внимания, решил помахать рукой в приветствии.

— Ты, должно быть, здесь недавно, — непонятно почему решил старик, но говорил он без негатива. — Я Андрэ из Асторы. Если тебе нужен кузнец, обращайся ко мне.

— Жон Арк из Анселя, — кивнул Жон. — А как вы поняли, что я тут недавно?

— Слишком чистый, слишком живой, и явно ничего не понимаешь, — усмехнулся старый кузнец, перестав отбивать заготовку в своих руках, чтобы поместить кусок металла в стенную печь.

— Разве можно быть слишком живым? — Жон не понял собеседника.

— А почему нельзя, если большая часть нынешнего рода людского умирала и заново оживала столько раз, что почти перестали видеть разницу между жизнью и смертью? — объяснили ему с тем же спокойным тоном. — Поверь, ты далеко не первый искатель конца своего бессмертного отчаянья, с которым мне довелось встретится.

Жон нахмурился, пытаясь уловить смысл услышанной фразы. Получалось у него так себе. Что это вообще должно значить?

— Я не ищу способа умереть, — он покачал головой. — Скорее уж наоборот.

— Об этом я и говорил, слишком живой, — хмыкнул кузнец Андре. — Что привело тебя сюда, Жон Арк? Тебе не удается попасть в Церковь Нежити?

— Нет, я пока даже не пробовал, — отозвался Жон. О том, что он уже разок умер в попытке пройти в этот монументальный Собор, который будто в насмешку назвали обычной церковью, парень предпочёл не вспоминать. — Мне стало интересно, что это за место, а потом я услышал, как ты работаешь.

— Вот как? — Андре бросил на посетителя насмешливый взгляд. — И ради чего ты пришёл ко мне — это было праздное любопытство или тебе нужны ремонт, усиление и улучшение?

— Разве усиление и улучшение это не одно и то же? — Жон посчитал подобную тавтологию странной.

— Усиление — это просто. Оружие становится прочнее и, в случае рубящих типов, острее. Ничего более. Элементарная задача для кузнеца, а опытный человек сможет и сам хорошо заточить более прочный клинок, что тоже полезно. Имея подходящие инструменты и титанитовую руду, с этим вообще любой справится, — Андре высказал пренебрежение не только голосом, но и выражением лица. — А вот улучшение — это искусство. Оно меняет свойства оружия. Такая работа только для нас, кузнецов. Меч асторского рыцаря на твоём поясе — именно улучшенное оружие, ибо клинок наделили силой небес.

Жон непонимающе склонил на это голову и выдал, возможно, довольно глупый со стороны вопрос:

— А почему тогда он не сверкает молниями?

Видимо этот вопрос изрядно кузнеца развеселил, да настолько, что тот даже на несколько секунд оторвался от формирования заготовки, чтобы как следует отсмеяться.

— А это потому, что не всякое Чудо имеет столь явно видимые эффекты, хотя да, именно с молниями чаще всего ассоциируют эту школу магии. Пока ты настолько живой умом, советую хорошенько запомнить, что не всегда самый яркий эффект является также и самым лучшим. Иногда лучше не наделять меч магической силой, а просто сделать острее, не жертвуя при этом прочностью или как раз эту самую прочность повысить.

Жон кивнул на этот незамысловатый, но в то же время ценный совет и задал следующий вопрос:

— Кстати, раз ты кузнец, то может тебя заинтересует один особый минерал? Его добывают на моей родине, но здесь, насколько я знаю, его нет, хотя и существуют аналоги, — с этими словами блондин вытащил из инвентаря небольшую колбу с молниевым прахом и передал её заинтересованному кузнецу.

— Это прах, на моей родине именно его используют чтобы придать оружию особые свойства. Ну и для магии, но в этом вопросе я, честно признаюсь, не силён. Конкретно этот прах наделён свойствами молнии, так что теоретически его эффекты должны быть схожи с чудесами. Ну, с некоторыми из них.

Андрэ взял колбу и принялся с интересом её разглядывать.

— Ха, любопытно. Никогда не видел ничего подобного, так как в наших краях для улучшения оружия используется особый материал, называемый углём. И нет парень, это не тот уголь, который можно просто добыть в шахте, это нечто совершенно иное, — Увидев заинтересованный взгляд Жона кузнец продолжил свой рассказ. — Эти особые угли связанны с Пламенем, не знаю, как именно, не спрашивай, но именно благодаря этому мы, кузнецы, способны добавить кардинально новые свойства к оружию.

Внимательно следивший за рассказом Жон снова кивнул. Блондину вообще начало казаться что всё, хоть сколь-либо важное в этом мире крутится вокруг этого Пламени, чем бы оно не было на самом деле

Когда он сообщил об этом Андрэ, из мускулистого старичка вырвался мрачный смешок.

— Ну, в общем-то это вполне верно, особенно в отношении таких как ты, — на данном моменте объяснения блондину вдруг вспомнилось, как совсем недавно ему уже говорили нечто подобное.

— Но если тебе, парень, нужен мой совет, то я порекомендовал бы тебе задуматься о приобретении нормальных доспехов, а не того убожества, что ты носишь сейчас, ну или хотя бы засунь под нагрудник кольчужную рубашку, да шлем прикупи. Пусть обычная сталь немёртвым и не страшна, но далеко не каждый твой противник будет владеть обычной сталью, да и умелый мечник может просто отсечь тебе руки, а так, глядишь, и не придётся тебе умирать лишний раз.

Жон крепко задумался над словами кузнеца. Пусть его в целом устраивала его броня такой, какой она сейчас была, да и сомневался он, если честно, что латы любой толщины спасут его от чего-то вроде булавы первого из встреченных им демонов, но, учитывая имеющийся в наличии арсенал, совсем ещё начинающий Охотник справедливо считал, что запас карман не утянет, а полные латы или хотя бы кольчуга позволят ему тратить куда как меньше Ауры в битвах с обычными противниками. Например, тем же фехтовальщикам будет куда сложнее пробить броню своими мечами.

Вот только вставал вопрос о том, чем он, собственно, будет расплачиваться за весь комплект повышенной выживаемости. Вряд ли Андрэ оказался крайне впечатлён его сжатым словесным описанием Праха и потому уже готов обменять часть своего ассортимента на те крупинки светящихся кристаллов, что были у него в инвентаре.

С другой стороны, Жону совсем необязательно было моментально решать возникший только сейчас вопрос. Принимая во внимание чудные правила его Проявления, закидывающего обычного студента в иллюзорные или всё же реальные земли Лордрана во время сна в Биконе и возвращающего того обратно при получении критического ранения, Арку оставалось только с дрожью в нутре дождаться какого-нибудь несчастного случая, а потом посоветоваться с друзьями. В частности, с Вайс.

Жон уже собирался попрощаться с непонятным кузнецом, как заметил, что тот замер и как-то очень странно смотрит Жону за спину. И хотя вряд ли житель этих проклятых земель будет вот так вот тупо пялиться на что-то опасное, но Жон все же решил резко обернуться и посмотреть, что там такое творится у него за спиной.

Резко обернувшись, вцепившись при этом в рукоять меча в ножнах мертвой хваткой, не только чтобы быстро его достать, но и чтобы не получить по заднице собственными ножнами. Жон решил посмотреть, что же так удивило Андре. Это была миниатюрная девушка в причудливой синей одежде и странном головном уборе с белой маской на лице. И вопреки собственным мыслям, что тут вряд ли может быть что-то опасное, Жон напрягся и даже немного вытащил клинок из ножен.

Прежде всего его напрягли глаза девушки, некогда полностью черные, лишь ярко сверкающие золотом радужки выдавали направление её взгляда, и о Близнецы, сколь же жутким был тот взгляд. Жон никогда не видел ничего подобного, но ему казалось, что этим взглядом его пронзили насквозь, как стрелой. Не прибавляли спокойствия и два клинка, что так удобно располагались на поясе девушки, позволяя в любой момент их обнажить.

— Привет, — поздоровался Жон, чуть нервно кивнув.

— Здравствуй, — мелодичным голосом отозвалась девушка в маске. — Я думала, что нынче избранные будут повыше.

— Что? — Жон подобного наезда не понял. Он был не такого уж и маленького роста, да и вообще, ему всего семнадцать, он ещё подрастет.

— Не обращай внимание, — она чуть качнула головой, так что коса золотистых волос, которую Жон до того не замечал, привлекла его внимание. — Моё имя Сиаран, Клинок Повелителя.

— Жон Арк, из Анселя, — Жон не совсем понял, что означает этот её титул, ну или прозвище. Что вообще должно означать «клинок повелителя», она типа оруженосец у кого-то известного?

— Жон, да, — Сиаран снова слегка качнула головой, но на этот раз в утвердительном жесте. — Я слышала знакомый шум, короткий грохот, похожий на очень громкий хлопок.

— Кх-м, да, точно — наконец отмер и Андре. — Я тоже слышал что-то такое.

— Вы сказали «знакомый» шум? — Жон не был удивлен, что его пальбу услышали. А вот то, что этот звук узнали было неожиданным.

— Да. Выстрелы, верно? Один друг рассказывал мне про «Прах» и то, как можно стрелять с его помощью. Однако я не слышала о нём уже очень давно, признаться честно, я уже и не думала, что услышу звуки выстрелов вновь.

Глава 18

Жон ошеломлённо молчал, пытаясь переварить то, что только что сказала Сиоран. Она уже встречала человека из Ремнанта. Когда и при каких обстоятельствах? Ну, по крайней мере, он мог сказать, что это был человек живший не раньше Великой Войны. Насколько он помнил, как раз примерно в то время праховое дальнобойное оружие не только получило наиболее широкое распространение, но и обзавелось многозарядными вариациями в виде первых револьверов и винтовок.

Но он покачал головой, обрывая себя. Он не знал, слышала ли его новая знакомая отдельные выстрелы или же серии, а может даже очереди хлопков. В конце концов, он не мог отметать и такой вариант. Ведь, как говорил Солер, в этих странных землях могут встретится герои минувших и грядущих веков, верно? Кажется, он выразился тогда несколько иначе, но суть заявления остаётся неизменной — тот, кто прожил на этих землях явно дольше него, утверждал, что время здесь нестабильно. Хотя, вполне возможно зря, тогда он не придал этим словам значения.

— Вижу ты ошарашен этой информацией юноша, но отчего? Думаю, ты уже не первый день здесь, и уже должен был узнать, что невозможные события случаются здесь слишком часто, ведь ты и сам оказался здесь наперекор многим правилам, — юный охотник мог только кивнуть на это, однако ему не хотелось продолжать просто стоять и кивать как болванчик, отчего Жону не терпелось расспросить незнакомку о том человеке, которого она встретила.

Кто он, из какого он королевства… Из какого он времени. Отчего-то именно последний вопрос взволновал Жона более всего. Но почему именно он? Неужели ему так хотелось увидеть человека, что, как и его дедушка, застал Великую Войну или может он надеялся на то, что на Ремнанте сейчас есть ещё кто-то, кто знает об этом пугающем месте хоть что-то? Он и сам не смог бы ответить на эти вопросы, если бы его спросили.

— Я и правда не ожидал встретить здесь кого-то из дома. Вейл, королевство из которого я родом, находится довольно далеко, и я думаю, что оказался здесь из-за… уникальной магии, поэтому невероятно, что кто-то ещё способен на нечто подобное.

— Да, помнится он тогда тоже говорил нечто подобное, и он тоже был рыцарем Вейла, как и ты. Хотя он был на голову выше тебя, да и посуровее, признаюсь честно. — Жону показалось, что он услышал тихий смешок. — Но многого ты от меня всё равно не услышишь, я поклялась держать его имя и любые подробности о нём в секрете. Прости.

На это он снова мог лишь кивнуть, ведь при всё желании узнать побольше об этом таинственном рыцаре он честно сомневался в том, что Сиоран внезапно решит нарушить клятву ради того, кого видит в первый раз в жизни, даже если тот и является соотечественником её давнего друга.

— Однако, если ты будешь искать достаточно тщательно, быть может ты и найдёшь больше информации о нём. Кто знает, куда в будущем тебя приведёт пророчество? — Жон уже было хотел спросить, почему она думает, что он здесь из-за пророчества, но остановился, ведь, как он успел понять, оно было одним из столпов местной религии, и тем, ради чего сюда, в земли Богов, приходила нежить, так почему бы Сиоран должна думать, что его мотивы и причина нахождения здесь как-то отличаются?

С другой стороны, он сам ведь только что ей признался, что прибыл из Вейла. И если она действительно была дружна с его соотечественником, то высока вероятность, что ей также известно, насколько велика разница между Ремнантом и этим миром.

— И неужели ты ничего не можешь мне рассказать? Я ведь спрашиваю не из праздного любопытства, а ради дела. Если ты встречалась с моим соотечественником то должна знать насколько плачевна ситуация в Вейле. Быть может тот рыцарь с которым ты была знакома знал как я мог-бы к примеру перемещать с собой других людей? Я думаю это могло-бы помочь как вам, так и нам. — Жон решил не пытаться играть на чувствах незнакомки, а вместо этого поговорить о плюсах, которые последуют за раскрытием информации.

— Прости, Жон, но я и правда не могу тебе ничего рассказать. Я дала клятву, а слово Клинка Повелителя крепче стали. Но знай, что, хотя я и поклялась хранить тайну, не только я помню того рыцаря, и если ты рискнёшь зайти достаточно далеко и будешь достаточно внимателен, то кто знает, быть может тебе удастся разгадать эту тайну? — Он на это только разочарованно кивнул, в конце концов хотя Жона и расстраивал отказ, он мог по крайней мере уважать принципиальность Сиоран.

— Ну… спасибо за совет, — Жон потрепал волосы на затылке. — Я могу понять тебя, мой отец всегда учил меня, что члены семьи Арк всегда держат слово.

— Хорошая позиция, я бы даже назвала её «правильной», — хотя лицо девушки было скрыто маской, Жон буквально слышал улыбку в её тоне. — Сложно сосчитать, сколько людей были достойны клинка повелителя только потому, что не умели держать данные клятвы.

Жон и Андре на подобное только неловко переглянулись. Девушка и так создавала впечатление очень подвижного бойца со специфичным стилем боя. Последняя фраза же навевала откровенно странные мысли, мысли которые не хотелось думать, чтобы не углубляться в тему.

— И что теперь? — так как разговор откровенно зашел в тупик, то Жон решил просто перевести тему хоть как-нибудь.

— Я не слышала удара в колокол в соборе, а значит ты ещё не победил горгулий. Правильно? — Сиоран склонила голову на бок.

— Кого? — Жон почти что отзеркалил её жест, не понимая кого именно ему нужно победить.

— Горгульи, стражи, созданные магией Герцога, — и снова Сиоран как-то по особенному сыграла тоном голоса.

Она явно на что-то намекает или отсылается, но хоть убейте, Жон не понимал, на что именно. Он уже слышал что-то про того самого «Герцога», но кто это такой и чем отметился среди местных не совсем понятно. Хотя, если Жон хоть что-нибудь понимает в тоне женского голоса, то Сиоран явно недолюбливает этого парня.

— И они охраняют первый колокол? — решил уточнить он.

— Я сказала это только что, — в этот момент Сиоран напомнила Жону не одну из его сестёр, а скорее маму. Та тоже не любила повторять что-либо, когда Жон не понимал её или не слышал.

— Ага, — он только неловко кивнул. — Ну… нет, я ещё не ходил в собор, хотел сначала разведать округу. Но думаю я с ними справлюсь, как только закончу здесь.

Теперь уже Сиоран и Андре переглянулись с некоторым непониманием. И видя выражение лица кузнеца, Жон предположил, что сморозил какую-то глупость, но не совсем понял, что именно не так. Вроде же все желающие стать избранной нежитью проходят через два колокола. Насколько Жон понял это что-то вроде вступительного испытания в Бикон.

— Госпожа, так в башне был титанитовый демон… — осторожно заметил Андре.

— Он всё ещё там, я умею ходить тихо, — Сиаран кивнула, смерив Жона оценивающим взглядом. — И это действительно хорошая идея.

— Слушай, парень, — получив одобрение, кузнец тут же обратился к Жону. — Гаргульи настолько крепкие, что далеко не каждый клинок их возьмет. Поэтому мой тебе совет, тут рядом есть металлический демон, не такой крепкий как горгульи, но для тренировки сойдет. Плюс ты с него титанита можешь насобирать и я твой меч и броню смогу чуть улучшить.

Подобное предложение поставило Жона в тупик.

— Металлический демон… не такой крепкий как гаргульи? — до него начало доходить, что посвящение в студенты Бикона даже близко не было таким суровым, как местные игрища.

— Естественно, ведь горгульи были оживлены магией лорда Гвиндолина, а в подвале обитает просто большой кусок металла, пусть и анимированный вселившимся в него демоном. Не стоит равнять произведение искусства с случайным творением стихии. — Сиоран ответила ему с лёгкой усмешкой.

— Ну хорошо, но почему тогда этот демон ещё там, я помнится слышал что этот самый титанит используется для усиления оружия, так почему этого демона ещё не прибили? Если уж и не ради чей-либо безопасности, то ради прибыли. — На это усмехнулся уже кузнец

— А ты думаешь никто не пытался? Да к нему уже под дюжину «Героев» спускалось, да только пока как ты понял никто не преуспел. Да и появился он там не так чтобы давно, всего несколько дней назад, так что пока никто серьёзный к нему не спускался. — Он уже хотел спросить как собственно этот демон там вообще оказался, как оборвал себя. Ведь совсем недавно Солер говорил ему о том, что пространство здесь не стабильно, да и тот демон, которого они убили на стене наглядно демонстрировал правдивость его слов, ведь никак иначе та тварь туда забраться не могла.

— Ну хорошо, терять-то мне в целом нечего, хотя перед тем, как спускаться к демону я ещё навещу Хранительницу, но хотелось-бы услышать ваши советы по битве с этой тварью.

— Ну, тут могу посоветовать либо молнии, либо огонь. Свет Небес всегда был эффективен против отродий Хаоса, а достаточно жаркое пламя нагреет метал, что ослабит защиту твари, хороший пиромант мог-бы и вовсе оставить демона без рук, просто расплавив металл. — Жон вздрогнул, живо представив, каким должно быть пламя, что способно быстро расплавить кусок металлической статуи. С аурой или без, но он не хотел-бы столкнуться с таким противником.

— Ещё можно оружие правильное подобрать. Зачарованный или нет, но меч никогда не будет особенно бронебойным оружием. Если уж ты соберёшься сразиться с демоном то лучше возьми что-нибудь способное пробить броню. — Сиоран не стала отмалчиваться и тоже добавила свои пять льен в разговор.

— Могу предложить хороший клевец, — тут же включился Андре, взяв с одной из стоек что-то вроде боевого молота, только с длинным металлическим клювом вместо ударной части. — Простое, но смертельно опасное оружие, которое глубоко проникает в противника и легко пробивает металлическую броню. Для боя с горгульями тебе его в идеале, конечно, лучше бы ещё зачаровать, но даже так он может стать хорошим подспорьем.

— Ага, — Жон был очень рад предложенной помощи, но ровно до того момента, пока Андре не назвал цену за клевец.

Восемь сотен душ.

В том, чтобы заплатить за оружие, у Жона проблем не было. Но вот сама цена поставила его в тупик.

— В смысле восемьсот? — Жон даже не поверил своим ушам и переспросил.

— Речь идет не о буквально восьми сотнях живых душ, которые тебе придётся вырвать из чужих тел, — пояснила Сиоран. — Только сила имеет значения для нежити и они торгуют только силой. Одна душа в современном понимании равняется условной единице этой силы, которую подобные тебе берут за эталон. На практике сущность различных существ, людей или монстров, содержит гораздо больше силы. Так, например, у обычного человека душа содержит от двухсот до четырехсот единиц. Бывает меньше — особенно у полых — бывает значительно больше, но уже у опытных воинов, рыцарей и героев.

— А цены вы как определяете? — от услышанного юноша проявил нездоровое любопытство.

— Каждый по своему, — Сиоран пожала плечами. — Если сравнивать, то одна душа примерно равна одному спелому плоду яблока. Но в этом утверждении тебе придётся поверить мне на слово, так как сомневаюсь, что нынче в Лордране цветёт хоть одна яблоня.

— Понятно, — кивнул Жон, на самом деле ничего не поняв.

Может он не и не спец по экономике, но как-то странно тут у них с ценообразованием. Ремнант всегда испытывал определенные проблемы с продуктами питания, так как в черте города много полей и огородов ты не вспашешь. Придется лезть за пределы городов, прямо в лапы Гримм. Фруктовые сады же и вовсе были по большей части частной инициативой и стоили фрукты как крыло булхеда.

И если мерить оружие в яблоках, то пистолет созданный Руби стоил едва ли семь яблок. И этот несчастный «клевец», который больше всего напоминал кирку боевую, ну никак не мог быть эквивалентом восьми сотен яблок. Да он сам на станке Бикона такой же сделает, а если Руби попросить, то она к этой штуке ещё и дополнительную пушку приделает.

— Спасибо за разъяснение, — он кивнул девушке, а следом за тем и кузнецу. — И за предложение тоже спасибо, но я откажусь. Кажется, не моё.

— Дело твое, парень, — кузнец пожал плечами и убрал предложенное оружие. — Постарайся не умереть тогда, никто не хочет, чтобы ты стал полым.

— Ага, — Жон снова кивнул, чувствуя себя как-то странно от подобного пожелания. — Не подскажете тогда, где я смогу найти ближайшую Хранительницу Огня, прежде чем сталкиваться с этим демоном?

— Вернёшься в Собор, — тут же отозвалась Сиоран, указав наверх. — Если встать к алтарю лицом, то по левую руку будет лестница на второй этаж, а под лестницей, будет лифт, что спустит тебя вниз, к Храму Огня.

— В смысле? — перед глазами Жона пронеслись все те смерти, которые он пережил, прежде чем попасть сюда. — Сюда можно было добраться на лифте?

— Именно, — кивнула Сиоран, в чьём-голосе можно было расслышать насмешку. — Город огромен, и тут хватает путей и обходных дорог. Правда спустя века застоя некоторые способы поизносились, стали труднее, — затем загадочная женщина решила сжалится над ним. — Тот же лифт можно спустить лишь непосредственно из Собора, а рычаг для подъёма остался только в Храме.

— Ну да, логично, — несмотря на свои собственные слова, Жон чувствовал, как ему становится просто по человечески обидно, хотя потом стало легче, ведь теперь он мог гораздо быстрее вернутся от знакомой молчуньи. — Ладно, пойду я. Ещё раз спасибо и до встречи.

И тут надо сказать, что дойти до злополучного лифта было далеко не так просто, как можно было подумать. Непосредственно перед черным входом в собор Жон уже все зачистил, и те пока не успели восстать вновь. А вот здоровенный рыцарь с щитом в человеческий рост, стоящий перед тем самым алтарём никуда не делся.

Исполин стоял на посту и как будто не замечал Жона, но парень этому не верил ни в малейшей степени. И у него не было никакого желания сталкиваться с этим парнем в прямом поединке.

Зато прямо от двери можно было увидеть тот самый лифт, о котором говорила Сиоран. По крайней мере Жон казалось, что это именно он. И в свете этого у него родился достаточно простой план: просто проскочить мимо исполина к лифту, а подраться можно будет уже на обратном пути. Ну или не драться вообще, если получится.

План показался Жону очень даже неплохим, особенно если получится сначала выманить рыцаря на улицу и только потом побежать к лифту. Тогда вообще будет хорошо.

Вот только пока Жон думал над подобными маневрами, внутри Собора начали происходить необычные действия. Рассматриваемый рыцарь чуть шевельнул рукой с ростовым щитом, прикрываясь и буквально через мгновение отражая ударивший в него яркий голубой снаряд, разбившийся о титаническую защиту.

— Чё? — Жон настолько удивился, что выразил это вслух.

— Стрела души. Простое заклинание, которому обучены чуть ли не все волшебники, — спокойно пояснил голос Сиоран, которая совершенно бесшумно проследовала за ним к собору, и подкралась со спины.

Вскрикнул ли Жон от внезапного голоса вблизи уха? Конечно, нет, а тот, кто скажет обратное, будет большим лгуном!

— Ты… — Жон вовремя остановил себя, чтобы не сказать, что Сиоран его напугала. — Решила составить мне компанию?

— Можно сказать и так, — Девушка кивнула, сложив руки за спиной. — Ты не выглядишь как опытный рыцарь, вот я и решила посмотреть, как ты будешь действовать.

— Ну спасибо, — Жон и сам понимал, что не является крутым бойцом. Но он все же не малого добился в этот странном мире. — Может тогда подскажешь, что тут происходит?

— Полые, — она пожала плечами, как будто её слова всё объясняли. — Когда-то этот рыцарь пытался что-то или кого-то защитить от волшебника. Оба они много умирали, потеряв себя в этой борьбе и став полыми. Теперь они могут лишь в меру своих ничтожных сил продолжать свою давно уже бесполезную борьбу.

— Волшебника отсюда не видно, но этот здоровяк совершенно не похож на те одержимые трупы, которых вы называете полыми. — В глазах Жона было откровенно странно сравнивать бомжей с обломками мечей и эту машину смерти с булавой и щитом выше человеческого роста. Такого только из ракетницы валить.

— Можно обладать невероятно сильной душой, но потерять человечность. Без неё все люди становятся полыми.

И снова Жон задался вопросом что-же это такое, эта таинственная человечность, и почему можно потерять часть души, оставшись при этом нормальным, но лишиться разума из-за потери этого нечта. Ему действительно не терпелось задать несколько вопросов, но они могли подождать, в отличие от разворачивающейся перед ним битвы.

Прикрывшись щитом рыцарь двинулся к собору, однако он не рванул к дверям чтобы своим весом снести врагов, как ожидал юный охотник, нет. Вместо этого гигант просто быстрым шагом приближался к дверям, держа между собой и тёмным зевом прохода щит тот на удивление плавно двинулся вперёд поймав ещё одну атаку.

Та впрочем, как и первая не нанесла тому какого-либо заметного вреда, и не понятно было, это волшебник был не особо силён, или тот кусок метала, который он пытался пробить был слишком толстым? В любом случае пока что бой даже толком не начался, и Жон вместе с Сиоран сместились ближе к входу, чтобы наблюдать за дальнейшим ходом битвы. А понаблюдать там было за чем.

Стоило рыцарю войти в собор, и немного отойти от входа, как сзади на него тут-же набросились сразу несколько новых противников, вероятно таких-же полых, как и он сам. По крайней мере особого мастерства они не проявили, будучи снесёнными одним отточенным ударом булавы. Однако праздновать победу было рано, уже мгновеньем позже в рыцаря влетел новый магический снаряд, и на этот раз он был куда как больше и ярче предыдущего, так в добавок на этот раз он практически достиг цели.

Голубая вспышка мелькнула в слепой зоне гиганта, как раз со стороны руки, в которой было зажато его оружие. Однако даже так тот успел дёрнуться в сторону и вместо того, чтобы попасть чётко в голову снаряд врезался в боковую сторону шлема, причём по касательной, что и спасло ему жизнь, пусть и не уберегло от ран. В небольшом взрыве снаряд измял и перекрутил метал, отчего прищурившийся Жон даже смог заметить окрасившие головной элемент брони алые капли, что, однако, казалось бы совсем тому не навредило.

Проворно крутанувшись тот одним взмахом снёс ещё троих противников, которых Жон в начале даже не заметил за его широкой спиной, однако те тоже были не просты. Вместо того, чтобы отлететь изломанными куклами, как предыдущие противники эти трое взорвались в тот самый момент, как каждого из них сминала булава, скрыв гиганта во вспышке взрыва и поднявшемся облаке пыли, через которое Жон с трудом увидел ещё одну голубую вспышку, вслед за которой раздался яростный рёв.

В этом рёве не было ничего человеческого и сам звук получился настолько жутким, что Жон почувствовал как у него волосы дыбом встают.

Тем временем здоровенная туша, ещё и закованная в тяжелую броню бесновалась на месте, размахивая своей булавой. Грозное оружие просто метало любых противников, ярость воина явно вернула ему часть сил. Хотя что-то подсказывало Жону, что гигант просто вычерпывает себя до донышка. Даже если в итоге он победит, ничем хорошим для него это точно не кончится.

Раскидав всех противников вокруг себя воин, с которого все же сбили шлем, обнажил безобразную голову полого. Череп, обтянутый кожей, без носа и век, зато с жутким оскалом, который точно будет преследовать Жона в кошмарах.

Расправившись с врагами около себя, и поймав ещё несколько магических снарядов, рыцарь все же решил вопрос со стрелком. И решил он его радикально, просто метнул в противника, куда-то под потолок, свою чудовищную булаву. Кто бы не метал магические снаряды он, судя по всему не пережил подобного броска.

По крайней мере после страшного грохота от столкновения булавы с чем-то, больше магических снарядов не летало.

— Опустошение совсем лишило его рассудка, — заметила Сиоран. — Только безумец выпустит оружие из рук во время боя.

— Так ведь он победил, — Жон не совсем понял, чем девушка недовольна.

— И какой в этом смысл? Рано или поздно его противник снова восстанет, как это уже не раз бывало, вот только в этот раз рыцарь остался без оружия, и пока он не вернет его или не найдет себе новое уже он будет раз за разом умирать, — покачала головой девушка, двинувшись в сторону лифта, полностью игнорирую полого рыцаря, что медленно шагал в сторону сбитого с него шлема.

— Мы так и пойдем? — с сомнением спросил Жон, продолжая наблюдать за полным рыцарем. — Даже не добьём его?

— Тебе не жалко заточки на мече? Полые всё равно встают, сколько бы ты их не убивал, — она обернулась на него через плечо. — Хотя… нежить же становится сильнее с убийством. Так что можешь и прирезать его, если хочешь.

Жон нахмурился, раздумывая. Мысли роем крутились в его голове, и он старался уловить хоть какую-то разумную нить. Полый рыцарь вновь поднимал шлем, его безжизненные глаза сверкали неведомым магическим светом, словно угольно-черные жемчужины в бездне мрака. «Убей, если хочешь» — не звучит как реплика хорошего парня. С другой стороны, он реально сейчас планировал добить раненого и безоружного рыцаря… вернее то, что когда-то было этим рыцарем.

И дело тут было даже не в усилении нежити после убийства. Как бы пренебрежительно Сиоран не отзывалась о возрождении убитых полых, это происходит далеко не сразу. Жон же собирается в самое ближайшее время вновь пройти этим путем, но уже обратно к Андре и этому его металлическому демону. И Жон бы предпочел, чтобы на обратном пути его не ждало неожиданностей под три метра ростом.

И все же он сомневался.

— Сиоран, а что если… — он замялся, но продолжил, — что если эта форма полого — не конец для него? Что если есть способ вернуть его человечность?

— За всю свою жизнь я видела, как многие пытались найти лекарство от этой участи, — Сиоран медленно отвернулась от Жона и продолжила двигаться к лифту. — И я не видела ни одного, кто достиг бы успеха. Полые, они как тени прошлого, не живые, не мертвые, просто существующие. И даже если дать ему чью-то человечность, то получится просто два полых, вместо одного. Дело тут не только в темной части души, но и в самой душе, которая удерживает человечность в себе. Полые теряют себя и это навсегда.

Дойдя до лифта и открыв его створку, она обернулась к нему, и Жон понял, что новая знакомая ждёт от него решения. И, помедлив секунду, он решил, что отступать сейчас уже было слишком поздно. Он уже убивал полых и поглощал души, поэтому ведь не важно, был ли окружающий его мир сном, иллюзией, или действительно каким-то другим, далёким от Ремнанта миром, не так ли? Главное, что именно здесь он мог обрести ту силу, что позволит ему исполнить свою мечту.

Воспользовавшись тем, что ранее одержавший победу рыцарь в миг стал каким-то пассивным и лишь бесцельно блуждал по залу, не замечая ни его, не его спутницу, парень осторожно обошёл его и, держась сзади, медленно подошёл вплотную. Дальнейший план был прост как пять льен, а потому, выдохнув, блондин прицелился из своего револьвера и выстрелил. Потом ещё, затем ещё раз, и только когда голова его противника превратилась в кровавое месиво, а тело начало заваливаться, тот опустил револьвер, даже сейчас до конца не веря что всё прошло так легко.

Однако факты были неопровержимы. Гигантское тело его противника лежало у его ног бездыханно, а по его телу вновь разлилась волна энергии, что наполняла его мышцы силой, и на этот раз усиление было многократно сильнее, чем от любого другого полого. Единственные его противники, которые дали почти столько же энергии - это демоны или те гигантские твари, явно более опасные чем любой обычный человек.

Смотря на поверженное тело, Жон не мог не задуматься над тем, какие же испытания ожидают его дальше, да хоть бы и в том таинственном Городе Богов о котором говорил Солер, раз такие могущественные воины встречаются фактически в самом начале пути. Да и о том рыцаре, что по его же собственным словам не был человеком, забывать не стоит. Как быстро он убил бы Жона? За пару секунд, может чуть медленней, если он действительно был настолько древним, как сам утверждал. И что он, будучи обычным деревенским парнем, мог им противопоставить? Впрочем, здесь ему долго размышлять не пришлось, ответ уже лежал в руке блондина.

— Рада видеть, что разум возобладал над ненужной вежливостью, — Жон вздрогнул от неожиданности и повернулся к Сиоран, что так и стояла возле лифта. — Вы, рыцари, порой слишком много внимания уделяете чести и своим кодексам, однако запомни мои слова, Жон - порой именно хитрость и готовность отступить от кодексов могут однажды стать единственным, что будет отделять победу от поражения, а жизнь от смерти.

Кивнув ей, блондин подошёл к своей спутнице и та активировала лифт, что понёс их вниз.

Глава 19

К некоторому удивлению Жона, они не просто перенеслись куда-то вниз, а оказались прямо в развалинах храма огня. Он даже задрал голову, в попытках рассмотреть, где там был собор наверх. Вот только это было настолько высоко, что он как не всматривался, а рассмотреть шпили собора не мог.

— Что-то случилось? — спросила его Сиоран.

— Пытаюсь уловить особенности местной планировки, — признался парень. — Как-то не складывается у меня в голове путь который я проделал до собора и эта поездка на лифте.

— Не забивай себе голову, — посоветовала ему девушка, уверенным шагом направляясь к костру, что был в храме. Вернее к хранительнице огня при нем. — Архитектура города богов и раньше была полна секретов и поражала воображение. Сейчас же и вовсе всё стало намного сложнее.

Жону очень хотелось уточнить, что именно стало сложнее, но он сдержался. Вернее будет сказать, что не нашел в себе сил окликнуть девушку, что спорым шагом двинулась дальше, всем видом показав, что разговор закончен. Спорить парень не стал, лучше потом уточнить все эти моменты у кого-нибудь, например у Солера. Помнится тот рассуждал об искажениях пространства и путешествиях через огромные расстояния за очень короткий миг.

Нагоняя Сиаран, Жон заметил, что помимо уже знакомого Удрученного Воина, в Храме находился ещё один рыцарь, что скрывался внутри руин. Рыцарь этот, со смешной прической, больше похожей на нелепый парик и изрядным брюшком, крайне подозрительно смотрел на Жона и Сиаран. Жон инстинктивно напрягся, от взгляда незнакомца. Понятно, что в местных обстоятельствах сложно быть открытым и дружелюбным, но и откровенная агрессия во взгляде тоже не сулила ничего хорошего.

Так что Жон поспешил нагнать свою спутницу и легко коснулся её плеча.

— Сиаран, там в развалинах человек.

— Я видела, — та кивнула, не поворачивая головы.

— Кто это? — этот вопрос уже заставил девушку обернуться, и посмотреть на Жона как на неразумного ребенка.

— Откуда мне знать? Жон, если бы это был мой знакомый, то мы бы подошли и приветствовали его, или он подошел бы к нам. Сейчас в округе есть много мертвецов, и знать всех просто невозможно.

— Ага, — кивнул Жон.

Ему даже стало немного стыдно за своё паникерство. Что он вообще хотел предложить Сиаран, убить неизвестного рыцаря? И это после того, как он не хотел убивать полого, существо, в котором уже не оставалось ничего человеческого.

Жон так задумался над всем этим, что даже не обратил внимания на УВа, который все так же сидел недалеко от храмового костра. Тот-же наоборот, заметил их, и даже напрягся. Насколько бы дырявой не была память древнего воина, что не помнил даже собственного имени, а опасного противника он всегда узнает. И спутница забавного паренька была очень опасна.

К счастью странная парочка прошла мимо, и не могло не радовать. В воспаленном и находящемся на грани затухания разуме мелькнула идея, что надо будет поговорить с блондином об опасных знакомствах. Вот только УВ и сам не очень верил, что при следующей встрече вспомнит об этом.

Впрочем, уже скоро Жон и Сиаран подошли к тому месту, где произошла первая его встреча с Хранительницей, которая сидела возле костра. Вообщем, всё как в прошлый раз, разве что с тем лишь отличием, что теперь она сидела на спальном мешке, а не на куче тряпья или голой земле.

Видимо, услышав их шаги она оторвала взгляд от огня. И, как и у всех прочих, её реакция на Сиаран была более чем живописной, однако, как и в случае с Андре, во взгляде Хранительницы было больше уважения и почтения к гостье, нежели страха, да и агрессия отсутствовала напрочь, что не могло не радовать.

Но вот прошла секундная задержка и Анастасия встала со спальника и, отойдя на пару шагов от костра, глубоко поклонилась Сиаран, чем вызвала у той короткий смешок, после чего показала ей несколько быстрых знаков пальцами и улыбнулась.

— И я тоже рада тебя видеть, Хранительница. Вижу, дела твои налаживаются, не уж-то кто-то из твоих рыцарей постарался? — на это она показала на Жона пальцем, и Сиаран, посмотрев на него, одобрительно кивнула.

— Что же, рада что в рядах Воинов Света появился новый рыцарь, в эти нелёгкие времена им пригодится любая помощь, — Жон просто промолчал на это, решив не поправлять её, всё же даже ни к кому не присоединяясь официально, цели этого ковенанта ему импонировали, а потому кто знает когда он действительно решит к ним присоединиться, верно?

— Но, как бы то ни было пришли мы к тебе по делу. Точнее, Жон пришёл к тебе не по делу, я же просто решила составить ему компанию, всё равно мне с ним по пути.

— А, да. Я в общем-то пришёл к тебе за усилением, как и в прошлый раз. — Хранительница на это кивнула, и, посмотрев на его спутницу показала, той быструю распальцовку, на что та хмыкнула и повернулась к нему.

— Она спрашивает какой именно аспект своей души ты хотел бы усилить, а заодно просит передать, что в прошлый раз усилила тебе склонность к чудесам, а не к чарам, отчего волнуется, правильно ли она тогда тебя поняла.

— Да, всё правильно, извини что я тебя тогда запутал, — пусть тогда блондин и сам толком не знал, какую именно магию он хотел, но возможность кидать молнии была ничуть не менее, а возможно и более волшебной, нежели возможность стрелять теми волшебными стрелами, которые использовал тот чародей.

На это Анастасия ярко улыбнулась, и, снова указав на него пальцем, склонила голову, спрашивая что именно он хочет. И тут снова вмешалась Сиаран.

— Лично я посоветовала бы тебе не делать слишком большой упор на одну лишь веру. Пусть чудеса и полезны, однако, насколько я, знаю такая магия не распространена на твоей родине, так что, возможно, ты захочешь усилить что-то ещё, — блондин кивнул ей и задумался об этом. Он действительно не владел чудесами, да и тех, кто мог бы его научить этому, он не знал, так что это пока что действительно было не слишком актуально, но прокрутив это в голове ещё раз у него возникла другая идея.

— Скажи, а ты могла-бы усилить мне контроль над аурой? — Увидев в глазах спутницы лишь непонимание блондин решил пояснить незнакомый термин. — Ну то силовое поле которое появилось вокруг моего тела когда ты в прошлый раз усиливала мои чудеса. — Моргнув она положила руку ему на грудь, и в то же мгновенье тело Жона окутал свет его ауры, а Хранительница подумав несколько секунд всё же нерешительно кивнула и вновь показала Сиаран непонятную блондину распальцовку.

— Она говорит, что усилить твою ауру можно, — перевела Сиаран, иногда повторяя некоторые жесты Анастасии, как бы уточняя, правильно ли она поняла. — Дело там не только в контроле, но и в самом… этом поле. Хм, занятный жест, если бы я не слыша как бы это назвал, то подумала бы, что оно говорит о вуале или какой-то накидке. Но хранительница предупреждает, что это будет серьёзное вмешательство в душу, требующее большого количества душ. Отсюда возникает вопрос, понимаешь ли ты, что это значит и готов ли к этому?

— Последствия? — естественно Жон и знать не знал ни о каких последствиях. — Я думал, что это просто усиление и всё.

Обе девушки посмотрели на него крайне скептически, отчего Жон почувствовал себя неуютно. Тот факт, что обе они из-за цвета волос напоминали Жону его сестёр он чувствовал себя даже более неуютно, чем мог бы.

Сиаран вздохнула и обернулась к Анастасии, которая просто развела руками. Немая могла давать объяснениями только жестами.

— Усиление твоей ауры — это не просто добавление силы, Жон, — начала объяснять Сиаран. Она и так знала все то, что ей могла бы показать Анастасия. — Начнем с того, что усиление само по себе не появляется из воздуха. Чтобы где-то прибыло, надо чтобы где-то убыло.

— Логично, — Жон кивнул.

— И когда ты убиваешь врагов, ты накапливаешь свободную силу, которая разливается в твоём теле и особенно в твоей душе. В свободном варианте эта сила усиливает тебя равномерно, усиление же концентрирует её в конкретной сфере, — продолжила свою мысль Сиоран. — А теперь подумай об этой свой Ауре, из чего она растёт?

— Из души, — Жон начал чувствовать себя как на экзамене. И если я усилю Ауру, а значит и душу, то… то что?

И снова ему достались очень странные взгляды двух девушек. Это даже немного задело самолюбие парня. Он не тупой, просто не разбирается в некоторых вопросах, это нормально. И смотреть на него, как на недалекого совершенно не обязательно.

— Как уже говорилось, не растраченные души накапливаются в твоей душе и теле, пассивно усиливая все по немногу. Если же ты усилишь свою Ауру, то укрепишь свою душу и она начнет удерживать больше душ, — разъяснила Сиаран. И на всякий случай уточнила очевидный момент. — То есть эффект от пассивного усиления тела сократится.

— Аура тоже пассивно усиляет тело, так что не вижу тут проблемы, — Жон пожал плечами. В конце концов, он был охотником, а охотники пользуются аурой, прахом и крутым оружием, к которому они приделывают пушки.

— Это твоё дело, — Сиаран развела руками. — В конце концов, сильная душа ещё понадобится тебе.

Это было странное замечание. Особенно в свете того, что после него Хранительница Огня сложила руки в молитвенном жесте. Похоже, что это что-то значило, но Жон не понял, что именно. И так как он уже несколько раз удостаивался снисходительно-недоуменного взгляда от пары блондинок, то решил не выставлять себя идиотом лишний раз.

— Вот видишь, все хорошо, — кивнул он, когда Анастасия подняла голову, закончив свою молитву или что она там делала. После она снова показала им серию жестов, которые вновь были переведены Сиаран.

— Хранительница спрашивает, сколько именно силы ты желаешь потратить на усиление ауры. Помни Жон, если ты резко потеряешь в силе тела то это может значительно сказаться на твоей боеспособности, а потому я советую тебе не торопиться с резким усилением. — Блондину оставалось лишь кивнуть на замечание своей знакомой, он и правда не хотел-бы ослабнуть слишком сильно. Но с другой стороны сколько он здесь пробыл, всего несколько дней, другие-же скитались по этой земле веками, так что Жон здраво сомневался в том, что у него есть хоть сколь-либо большие запасы этой странной энергии, так что и потерять ту силу, которую они ему давали было не страшно.

— Думаю ты можешь ослабить всё кроме контроля ауры до уровня, который у меня был в нашу первую встречу. — В ответ на это Хранительница с удивлением посмотрела в начале на него, а потом и на его спутницу, в след за чем, под вздох Сиаран снова показала им несколько жестов.

— Она предупреждает, что часть силы убитых тобой полых оседает непосредственно в твоей душе, тем самым увеличивая количество твоей Ауры. Жон, ты уверен что хочешь не только ослабить себя, но и лишиться части той магии, что тебя защищает? — Жон на секунду задумался и опустив голову медленно ею покачал. О том, что усилив один аспект своей души он мог ослабить другой он н подумал, впрочем секунду спустя блондин решил что увеличение количества ауры действительно было наиболее очевидным способом усиления души и мысленно себя обругал.

— Нет, этого я не хочу. Если можно то ослабь физические характеристики до того уровня, какими они были в нашу первую встречу, но не трогай количество ауры, хорошо? — Анастасия лишь кивнула на его слова и жестом пригласила его сесть. Блондин подчинился и плюхнулся на один из чистых участков перед костром. Мгновение спустя рядом с ним, на предварительно расстеленную тряпицу опустилась хранительница, и положив руки ему на грудь начала творить свою неведомую магию.

Стоило её рукам коснуться его нагрудника, как его аура засияла, залив помещение светом, который, как не странно, совсем не слепил не самого Жона, не находящихся рядом девушек, даже не смотря на всё возрастающую яркость. Нет, не яркость, плотность.

Свет собирался вокруг Жона, переливаясь и окутывая того, он чувствовал как его аура струиться по его венам, как эта неведомая сила, чудо, что позволило людям выстоять против орд гримм течёт по каждой клеточке его тела, наполняет каждую его частичку, и даже ставший за это время родным меч, что висел в ножнах на поясе внезапно стал ощущаться будто продолжение его собственной руки. На долгое, растянувшееся казалось на целую вечность мгновение блондин просто отдался этим ощущениям и позволил им нести себя, подобно морским волнам, но вот свечение его ауры начало тускнеть, и наваждение прошло.

То странное состояние, почти просветление, как ему показалось в тот момент растаяла, будто туман в жаркий летний день, а на смену ему пришли усталость и странная заторможенность. Жон уже было порывался проверить, как сильно он ослаб, и насколько на самом деле было «Незначительным» полученное им за время путешествий по этому странному не то миру, не то сну, но одёрнул себя. Было бы крайне невежливо вот так резко начинать бегать-прыгать напрочь игнорируя двух девушек. Да и не поблагодарить Хранительницу за усиление он не мог.

— Спасибо, — он постарался как можно искренне улыбнутся. В ответ Анастасия только покачала головой и повторила однажды уже виденный Жоном жест.

— Она говорит, что это её обязанность, помогать избранной нежити, — перевела Сиаран.

— Я уже понял. И хочу сказать вот что, — только произнеся эту фразу Жон подумал, что как-то коряво звучит, но назад отыгрывать было уже поздно. — Никогда не надо принижать свои усилия и чужую благодарность. Ты помогла мне и я благодарен. Ты молодец, потому что постаралась, я же получил от тебя помощь и был бы последним мерзавцем, если бы не отблагодарил.

Анастасия на мгновение замерла, явно не ожидая таких слов, затем её губы дрогнули в едва заметной, но искренней улыбке. Сиаран же, смотря на Жона, тихо хмыкнула себе под нос и чему-то кивнула. В целом реакция на его слова была положительной, что несколько приободрило парня.

— Ладно, — Жон вновь взял слово, когда пауза несколько затянулась. — Думаю мне пора идти и разобраться с этим вашем титановым демоном.

— Что ж, попробуй, — Сиаран пожала плечами. — Я пока останусь здесь, в Храме Огня. Если не вернёшься сюда сам через костёр, то позже я сама найду тебя.

Распрощавшись с девушками, Жон решил вернуться обратно в собор тем же путем, то есть на лифте. Он всё ещё не перестал удивляться, какой путь он проделал до собора, пару раз буквально умерев, а в итоге теперь проделывает тот же путь за пару секунд на каком-то лифте.

Это было даже несколько обидно.

Поднявшись же в собор, Жон решил не идти сразу же к металлическому демону, а сначала чуть осмотреться в самом соборе. Здание, несмотря на свою массивность и величественность, казалось пустынным и таинственным. Пыль, поднявшаяся после битвы рыцаря с колдуном, уже осела и собор казался тихим и всеми покинутым.

В воздухе витал легкий аромат ладана, смешанный с запахом вековой пыли, что несколько удивило Жона. Неужели кто-то до сих пор проводит здесь богослужение? Движимый этим вопросом, Жон решил сначала осмотреть алтарь, превращённый кем-то в погребальный костер.

По крайней мере, никак иначе Жон не мог это назвать. На не очень то и большом каменном постаменте в позе эмбриона скрючилось нечто, когда-то бывшее человеком. Остатки были сильно порчены огнем, так что даже толком предположить, чей это труп, было невозможно. Единственным, что отличало его от всех предыдущих, было то, что труп был именно что трупом, а не очередным затаившимся полым, который лишь ждёт удобного момента для нападения.

Жон уже было подумал, что это очередной бедолага, что не превратился в бессмертную нежить, но которого не стали хоронить, однако, подойдя ближе к телу, блондин понял, что и здесь он не совсем прав. Да, тело не было полым, но вот в том, что оно когда-нибудь сможет встать он сомневался, ведь, даже подойдя к телу вплотную, он совсем не ощущал в нём души. В этой безжизненной, обожжённой огнём оболочке не было даже намёка на ту силу, которой так жаждали немёртвые.

Жон нахмурился, пытаясь понять, что это значит. Быть может этот человек отдал душу кому-то другому, как Оскар, совсем казалось бы недавно, отдал ему свою? В то, что это был до конца истощённый полый он не слишком верил. Даже будь это возможно Жон сомневался, что для очередного ходячего мертвеца стали бы устраивать что-то подобное.

Или душу этого несчастного кто-то украл… совсем как Жон недавно взял душу с трупа, что лежал в канализации.

Это были неприятные воспоминания, от которых Жон почувствовал как мурашки поднимаются по спине, шевеля волосы на затылке. Да, как бы он не считал себя правым, а других нет, Жон тоже был нежитью, что уже жрал чужие души, не только в бою, но и, так сказать, “живьём”. Даже вот — наловчился рефлекторно принюхиваться к встречным телам и выяснять, какой от них может быть последний прок.

Выдохнув, и лишний раз напомнив себе, что это лишь сон, Жон отвернулся от трупа на алтаре, чтобы проверить падшего рыцаря и его противника. Вряд ли парень сможет использовать снаряжение рыцаря, который был высотой в целых двух, а то и трёх Жонов, но вдруг бы у него оказалось что-то интересное? Хотя куда больше очередного, пусть и здоровенного, рыцаря, Жона интересовал колдун.

Поэтому быстро осмотрев рыцаря и поняв, что кроме доспехов с него ничего нельзя снять (даже булава была запущена рыцарем в противника) Жон поспешил на балкон второго яруса собора. Колдун ждал и будущему охотнику не терпелось посмотреть на те удивительные и волшебные вещи, которые у того могли быть с собой.

Эта поспешность в итоге чуть не стоила Жону жизни, так как в соборе был не один рыцарь, труп которого остался на первом этаже. На лестнице его встретил ещё один, человеческого размера и в знакомой броне и с рапирой в руках. Жона спасло только то, что противник стоял выше него на лестнице и ему было банально неудобно атаковать парня. Но даже так, голова Жона разминулась с остриём рапиры только чудом.

Щитом подкинув клинок противника, Жон рубанул его по ногам, что было с одной стороны удачной тактикой, так как удар прошел без проблем. Вот только с другой стороны, противник, раненный в ногу и пытавшийся достать Жона сверху, начал падать прямо на Жона вниз, отчего они оба так кубарем по лестнице и покатились.

Каким чудом Жон не свернул себе шею и не напоролся на чьё-нибудь оружие, одним Братьям-Богам известно, однако на этот раз блондину повезло, и он смог сориентироваться и не дать лежащему на земле противнику встать. Он накинулся на рыцаря, и прижал его к полу, одновременно отзывая в инвентарь щит и меч.

Освободив себе руки, блондин одной рукой зафиксировал ведущую руку оппонента, в то время как в другую призвал мизерикорд, после чего постарался взять хоть бы минимальный замах и вонзить кинжал под подбородок противнику. Жон до сих пор не слишком понимал, почему травмы головы могли убить тех, кто мог спокойно продолжить сражаться с практически с любыми другими ранами, однако, как и в его первую ночь, сейчас эта слабость сыграла ему на руку.

К сожалению, удар у него вышел и не слишком чистый. В последний момент его противник смог отреагировать и ударил в уже протянутую для удара руку баклером, из-за чего кинжал вонзился не под подбородок, а практически в скулу, да к тому же из-за силы удара кинжал не застрял в кости, но вместо этого проломил ту, выбивая его противнику зубы и разрывая исхудалое кожаное полотно щеки. Тот, впрочем, не стал отвлекаться на это, будто и не почувствовав страшную рану, а снова ударил блондина своим щитом, но на этот раз не в руку, а в висок, от чего блондин рефлекторно отшатнулся.

Пусть сам удар он и почувствовал довольно слабо, но рефлексы дали о себе знать, и, воспользовавшись секундной слабостью блондина, рыцарь высвободил руку, что до того была крепко прижата к земле, и наотмашь рубанул рапирой куда-то в район шеи. К счастью рефлексы Жона сработали быстрее, чем его разум и вместо шеи ударил в подставленную руку, безвредно отскочив от его ауры, что впрочем вовсе не помешало полому повторить попытку.

На это блондин решил попробовать повторить трюк, что не так давно провернул с Кардином, и убрав кинжал в инвентарь призвал вместо него уже не раз хорошо себя показавший меч Оскара, затем, пользуясь преимуществом в живучести, которым обеспечивала ему Аура, снова навалился на противника всем весом, игнорируя как ещё один удар щитом, так и не очень удачные попытки отрубить ему что-нибудь, после чего приставил ему лезвие к шее и надавил, отделяя голову противника от тела.

Выдохнув, Жон встал и оглядел коридор, в котором, к счастью не появилось новых противников, чему он был искренне рад, а потому, воспользовавшись минутной передышкой, блондин достал фляжку с эстусом и сделал из той пару глотков, позволяя чудодейственному зелью восполнить свою Ауру. И именно в момент этой передышки блондин вспомнил тот недавний разговор, который у него был со своими друзьями. Тот, где Янг предлагала заплатить ему за фляжку, и, как бы ему не было неприятно брать деньги с довольно приятных и отзывчивых людей, в душе блондин понимал, что если тенденция к усилению противников не прекратится, то уже через несколько дней он уже ничего с ними сделать не сможет.

И даже то, что его собственная сила растёт с каждой ночью, большой роли здесь не сыграет, ведь он до сих пор едва справляется со своими противниками, а ведь впереди ещё горгульи и непонятный голем, на которых, как понимал юноша, всё не закончится, и дальше ему придётся столкнуться с теми, кто смог пройти горгулий и ударить в оба колокола. Блондин убрал фляжку в инвентарь и снова взглянул на тело полого рыцаря. Да, если вот такие рыцари это те, кто не прошёл испытание, то с кем, ради Братьев, ему придётся столкнуться дальше?

С противниками, которые в честном размажут его по полу, не смотря ни на какую Ауру, что впрочем вовсе не значит что ему нужно сдаваться и опускать руки, ведь его никто не заставляет сражаться честно, ведь пусть приносить на дуэль пушку и не совсем в рыцарском стиле, но и ситуация здесь не совсем обычная. Блондин усмехнулся таким мыслям и призвал в руку тот револьвер, что сделала Руби из его трофеев, и, недолго подумав всё же признал, что какую бы магию она не сотворила с металлом, он всё ещё оставался в лучшем случае довольно посредственным по меркам Ремнанта.

Пусть Жон и не был экспертом в металлургии, но он знал, что примерно во время Великой Войны и последовавших за ней кризисов металлургия всех четырёх королевств совершила значительный скачок. И пусть были отдельные реликвии, создатели которых были столь искусны, что даже спустя десятилетия, а порой и века те не теряли своей смертоносности, не уступая современным шедеврам оружейной промышленности, взять хотя бы и его собственный меч, того же нельзя сказать о массовом оружии.

Конечно, в этом странном мире была магия, но отчего-то Жон сомневался, что зачарованное оружие встречается так уж часто, а потому лучшим решением будет перейти на надёжную ремнантовскую сталь, по крайней мере для огнестрела, а огнестрела этого ему понадобится много и разного, всё же не трудно было догадаться, что против ожившей статуи понадобится что-то посерьёзнее обычного револьвера, да и на гранаты он не так давно облизывался, а потому, ведомый мыслями о скором обновлении своего арсенала, Жон принялся обыскивать поверженного противника на предмет волшебной фляжки.

Пришлось чуть-чуть побороться с брезгливостью, чтобы прощупать старый труп, но по итогу оно того стоило. На иссохшем боку правой ноги, поверх набедренной повязки, в маленьком плетённом мешочке нашлась заветная фляжка. По размеру она была в треть нормального размера и форму имела слегка иную, однако мягкое сияние, переливающееся сквозь керамические стенки фляжки, не оставляло сомнений в том, для чего предназначается данный сосуд.

Да и что ещё, кроме уже известных Жону ручных бомб, могла бы на протяжении веков таскать с собой нежить? Уж точно не лимонад и не мистральские деликатесы.

Он аккуратно переложил фляжку в свой инвентарь, испытав очередной приступ брезгливого отвращения. Возможно, когда-нибудь Жон привыкнет к этому, но пока что это давалось ему с трудом. Надо будет потом обязательно помыть эту флягу… Нет, обе фляги, обязательно следовало помыть. Да и оружие было бы неплохо почистить, пока не подхватил какую-нибудь заразу.

Когда зал собора наполнился звуком его шагов, эхом отражающихся от высоких стен, ему послышались далёкие шаги — гулкие и тяжолые, словно металлическим сапогом печатали шаг по каменному полу. Жон насторожился. Неужели кто-то ещё бродит по этим древним руинам?

Жон застыл и прислушался, пытаясь определить, кто и куда идёт, но шаги затихли так же внезапно, как и начались. Жон даже подумал, что ему просто поделился, как вновь услышал шаги, на этот раз быстрые, как от бега, и быстро оборвавшиеся страшным грохотом. Кто-то в кого-то или во что-то врезался. И кто бы это не был, он более чем наглядно показал, что Жон не один в этом соборе.

И что-то его пока не тянет проверять, кто именно тут топает и с разбега таранит препятствия. Он разберется с этим позднее, если вообще будет разбираться.

— Просто сделаю вид, что ничего не слышал, — тихо пробормотал он себе под нос.

Но, не смотря на собственные слова, Жон всё же учитывал присутствие помимо него в этом месте кого-то ещё, а потому нужно заторопиться, как можно скорее побежав наверх, где собирался подобрать что-нибудь с мага.

Всё ценное в итоге свелось к тому, что Жон просто схватил посох этого парня, даже не пытаясь разобраться в том месиве, что получилось от попадания здоровенной дубиной в человека. Хорошо ещё, что посох остался цел, ведь именно оружие мага интересовало Жона больше всего.

Закончив с этим, он постарался как можно скорее покинуть собор. Получилось это достаточно легко, хоть и услышал странный шум ещё раз, что только прибавило Жону скорости. Когда Жон вырвался на улицу, его сердце всё ещё бешено колотилось. Посох мага в его руках казался неожиданно тяжелым. Он огляделся по сторонам, но вокруг не было ни души. А значит можно было спокойно рассмотреть трофей.

То, что он принял сначала за посох то ли со свечками наверху, то ли ещё с чем, оказалось на самом деле здоровенным трезубцем. Это реально было скорее копьё какого-нибудь эксцентричного охотника, чем волшебный посох волшебника из сказки. Но самым обидным было то, что Жон вообще не чувствовал никакого отклика от этого предмета.

Если меч Оскара отдавал некоторым теплом и чувством уверенности, особенно после усиления от Хранительницы Огня, то трезубец волшебника вообще никакого отклика не давал. Просто тяжёлая палка с тремя острыми наконечниками. Жон даже немного расстроился от подобного исхода.

Но делать нечего, может в следующий раз попросит Хранительницу усилить его именно как мага. Чтобы хотя бы немного попробовать себя в этой стезе. Пока же нужно двигаться дальше… обратно… к этому демону, короче. Жон даже головой покачал, все эти мотания туда и обратно его запутали.

Закинув такой странный и разочаровывающий трофей в свой инвентарь, он направился к башне, по нутру которой можно было спуститься сначала к кузнецу, а потом и к демону. Жон надеялся, что всё закончится быстро.

Глава 20

Не успела угаснуть вспышка последней молнии, как Жон снова почувствовал, как вместо холодного, покрытого грязью и мусором пола он вновь лежал на довольно удобной кровати. Вновь он погиб в том странном месте, и снова проснулся как ни в чём небывало, но в сердце блондина была, как не странно, не радость от того, что он вновь вернулся невредимым, а злость и раздражение. Злость на себя, за то, что снова погиб, так толком и не продвинувшись вперёд, и раздражение на эту проклятую статую.

Конечно, он ожидал подобного исхода, всё же Жон понимал, что меч и револьвер не слишком хорошо подходят для уничтожения оживших статуй, однако он надеялся что сможет хотя бы дать той достойный бой. О, как он ошибался. Его снова разделали под орех, уже в который раз он внезапно встретил врага, что явно превосходил его по силам, так на этот раз ещё и противник вышел необычный. Вот уж чего блондин не ожидал от этого голема, так это того, что тот внезапно начнёт стрелять в него молниями, так в добавок к тому ещё и окажется довольно резвым, особенно для своего размера.

Впрочем долго придаваться мрачным мыслям юный Охотник не стал. Пусть ему и не повезло сейчас, но впереди у него ещё десятки и сотни попыток, ведь что по своей сути может быть страшнее бессмертного, неостановимого противника, что будет приходить к тебе раз за разом, с каждым разом всё сильнее и подготовленнее? Жон хмыкнул и отогнал внезапно возникшие мысли. Хотя в глубине души блондин понимал, что в будущем он не раз и не два проиграет в бою это был вовсе не повод останавливаться. Да, он был слабее многих своих противников, но, в отличие от них, он мог рассчитывать на помощь своих друзей.

Он осмотрел на всё ещё спящую троицу подростков рядом с ним, и его мысли перескочили к директору, который, как и его друзья, выражал заинтересованность в Эстусе. Пусть он уже возвращал ему флягу и выглядел при этом очень расстроенным, но блондин не думал, что он откажется от приобретения чудесного зелья, если и не для себя, то для исследований, а может и как подарок другу-Охотнику, которых у такой личности как директор Маяка должно быть немало. В конечном счёте Жона слабо волновало, что Озпин будет делать с с этим артефактом, в любом случае он пойдёт в дело, а сам блондин получит с этого некоторую прибыль, которой, возможно, хватит на приобретение нормального оружия. Хотя вспоминая, что в недавно посещённом им магазине большая часть пушек продавалась в виде отдельных комплектующих, он не мог избавиться от предчувствия, что и здесь ему придётся просить помощи у Руби.

Очередной раз вздохнув и мысленно костеря себя за отсутствие необходимых знаний, блондин поднялся с кровати и направился в ванную. Раз уж сегодня он проснулся раньше товарищей по команде, то почему бы не воспользоваться ранним пробуждением? И пока Жон занимался утренней рутиной, совершенно автоматическим процессом, что по большей части не требовал участия головного мозга, он вновь позволил своим мыслям блуждать, и те снова вернулись к тому странному месту, что он посещал во время сна. Или точнее к одному примечательному предмету, что он там обнаружил.

Тот странный посох-трезубец, забранный им с тела мага. Блондин искренне надеялся, что это был именно странный посох, а не какой-то странный церемониальный атрибут, или, к примеру, оружие самообороны, принятое у чародеев, так как в таком случак было бы крайне обидно принять простой трезубец за магический артефакт.

И именно в этот момент блондин вспомнил того, кто вполне мог бы прояснить ситуацию. Озпин, деректор Маяка, что уже показывал свою не дюжую проницательность или даже чувствительность. Жон дор сих пор помнил, как его сердце ушло в пятки, когда тот подошёл к ним не с того не с сего в коридоре и попросил показать осколок щита Оскара. Да и когда он пересказывал слова Солера тот слушал очень внимательно, не смеясь над его словами и не перебивая. Конечно, возможно это были просто совпадения, и он зря себя накручивал, но что если это не так?

И действительно что? Допустим, Озпин что-то знает или имел дело с чем-то около магическим. Мало ли старых руин по Ремнанту разбросано или что там ещё Охотники могут найти за стенами городов? Он всё ещё был главой академии и одним из сильнейших известных охотников Ремнанта, даже сильнейшим, как утверждали некоторые. Если уж к кому-то и обращаться за помощью, так это к нему. Даже если сам директор Маяка ничего не знает, то вполне может подсказать кого-нибудь, кто знает. Знакомых у Озпина точно должно быть много

Главное чтобы их опять к доктору Ублеку не послали. При всём уважении к преподавателю истории, он был человеком крайне активным и утомительным. Да и вряд ли человек науки чем-то сможет помочь с магией. По крайней мере так думал сам Жон.

Когда он закончил с утренними процедурами, друзья все ещё не намеревались вставать. В том, что он умудрился разбудить как минимум некоторых, сомнений не было никаких. Пирра и Рен, открыли глаза, когда он выходил из душа, но вставать не стали, лишь чуть поворачивались и продолжили спать. Нора глаз не открывала, но очень демонстративно заворочалась, повернувшись к Жону спиной.

Мысленно попросив у друзей прощения, Жон на цыпочках вышел из комнаты. Кажется, что лучшим извинением будет не мешать им наслаждаться оставшимся временем до подъёма. Ну и вообще идеально было бы научить своё Проявление выкидывать его из сна по будильнику, а не с рассветом.

Итак, он оказался в коридоре, всё ещё слишком слабо освещённом, потому как до окон пока дошли лишь самые редкие солнечные лучи, а электрические лампы, похоже, включались только вечером. Да и сам по себе коридор не особо располагал к тому, чтобы надолго здесь зависнуть, поэтому Жон повернул направо.

Он прошёл шагов тридцать, почти достигнув поворота, когда услышал чьи-то шаги и шарканье, судя по всему, швабры. Остановившись, он вскоре увидел, как из-за угла выходит уборщик. Или уборщица. На самом деле, оценить пол точно не позволял мешковатый костюм и оставшееся до поворота расстояние. Однако, Жон удалось рассмотреть собачьи уши на макушке работника Академии. Значит, фавн.

Не желая разъяснятся с кем-либо о своём раннем пробуждении или раздражать уборщиков прохождением по только что отмытому полу, оставляя после себя некрасивые разводы, Жон решил тихо повернуться на сто восемьдесят градусов и пойти к другому концу коридора. Вскоре он до туда дошёл и его ноги повернули направо, в сторону лестницы. Там, в узком промежутке между этажами, виднелось окно с глубоким подоконником, что сразу пригляделось беспокойному студенту как удобное место.

Усевшись в нише, Жон попробовал прикинуть вариант своего следующего занятия.

Спать не хотелось, а просто болтать ногами и прожигать нынче редкие часы свободного времени не хотелось особенно. Ему нужно было как-то себя занять. И так как Жон был обычным подростоком своего времени, его пальцы сами собой достали из кармана Свиток. Немного полазив в мировой сети до Жона вдруг дошло чувство, что он ничего не хочет. Не особо-то радовали всякие прикольные картинки или видео с разбором очередного фильма, отснятого в Вакуо. Мысли раз за разом возвращались к его ночным приключениям и новому противнику, которого надо было как-то победить.

Когда Сиаран и тот кузнец, имя которого Жон благополучно забыл, сказали, что под кузницей живёт металлический демон, которого назвали "Анимированным куском металла", они как-то забыли упомянуть про его размер, или например о том, что эта тварь умела метать молнии, что так походили на чудеса Солера.

И теперь нужно как-то придумать способ расправиться с этой тварью. Жон вздохнул, отложив свиток в сторону. Вряд ли на каком-нибудь форуме будут обсуждать вопрос победы над магическими статуями, что за каким-то Гримм называются демонами. А потому на простой ответ не приходилось рассчитывать.

Праховая магия? Так не владел ею Жон. Банальная взрывчатка? Для подрыва Праха вроде особых талантов не нужно, это можно сделать даже банально техническими средствами, как в гранатах или патронах. Вопрос теперь только в том, где Жон сможет достать Прах в виде взрывчатки, чтобы попробовать этот способ.

Он сидел и думал так больше часа, пока не пришло время для учеников вставать на занятия. От раздумий его отвлекла сообщение в чате их команды, присланное Норой. Она желала доброго утра и сообщала, что они уже встали, но Жон только мельком пробежал по тексту сообщения, сосредоточив своё внимание на имени их штатного бомбардира.

А ведь это идея. Ведь к кому ещё блондин мог обратиться по такому вопросу, как не к Норе? Как не крути, а та явно понимает во взрывчатке побольше, нежели он, и сможет помочь советом, да и не только советом. Воодушевлённый пришедшей на ум мыслью, он направился к своей комнате, попутно размышляя, как бы попросить гиперактивную подругу одолжить ему гранатомёт на одну ночь.

И за размышлениями он и не заметил, как дошёл до комнаты, где его ждали остальные члены его команды. Или по крайней мере двое из трёх членов, хотя по звукам льющейся воды, доносящимся из ванной, Жон мог догадаться, где сейчас находится Рен.

— О, вижу наш неспящий лидер снова с нами! Теперь, когда вся команда проснулась и готова к предстоящему дню, я жажду услышать, чем ты занимался. Давай, не томи!

Он улыбнулся своей подруге. Быть может кто-то другой и счёл бы подобное отношение грубым или слишком навязчивым, но сам блондин лишь радовался жизнерадостности своей соседки по комнате.

Да и это было всяко лучше, чем если бы его вместо этого жалели.

— Всему своё время, Нора, давай сначала дождёмся Рена и встретимся с командой Руби, а за завтраком я всё расскажу всем вам сразу, ладно?

— У-у, — протянула Нора, но настаивать не стала.

Смотря на то, как она дурачится, Жон даже вспомнил своих младших сестёр и еле удержался от того, чтобы потрепать однокурсницу по волосам. Вряд ли Нора обиделась бы на подобный жест, но Жон сам не хотел ставить себя над товарищем по команде как этакий «старший брат». С учётом того, сколько все тренировались до Маяка, даже Руби была куда более опытным Охотником, чем он.

Чуть расстроившись от последней мысли, блондин постарался переключиться на что-нибудь более позитивное. Например, на своих сестёр, про которых только что вспоминал. Надо бы позвонить домой, пообщаться. А то он, со всеми этими ночными приключениями уже соскучился по родным, словно не видел их пару месяцев.

Пока Жон обдумывал всё это, Рен закончил и вышел из душевой. Парни пожали друг другу руки в качестве приветствия, после чего команда JNPR отправилась на завтрак. Хоть время и было раннее, а народу в столовой хватало. Так как Бикон практиковал разные меню, из которых можно было выбрать или составить свой обед, многие приходили пораньше, чтобы взять то, что им нравится. Сам блондин решил выбрать классику, взяв себе тарелку политых сиропом блинов и чашку кофе.

Когда члены его команды расселись по своим уже привычным местам, все принялись уплетать свои обеды, чтобы, когда к ним присоединится команда Руби, они могли не отвлекаться на еду, а слушать рассказ Жона. Ведь как не крути, а каждому из них было интересно, что именно пережил блондин и что он мог вынести из того странного места, заменявшего ему мир грёз.

Как и в прошлый раз, долго ждать не пришлось. Не успели они доесть свои порции, как в дверях столовой мелькнули знакомые разноцветные макушки, и уже несколько минут спустя их подруги расселись за столом и, поздоровавшись, тоже начали поглощать свои порции. Тишина впрочем продлилась не долго, так как Янг, стоило ей утолить первый голод, быстро обратила своё внимание на Жона. Нора тоже помнила его недавние слова. И, видя минимум два крайне заинтересованных лица, блондин решил начать свой рассказ:

— Ну, можете меня поздравить, эта ночь прошла довольно плодотворно, пусть и закончилась действительно необычной встречей. Даже несколькими встречами, если быть точным, — он на мгновение задумался, как представить им Сиаран, но потом решил просто рассказать что видел и позволить своим товарищам делать собственные выводы.

— Для начала, я, видимо, не первый Охотник, что побывал в том странном месте, — это заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы и удивительно затянувшееся мгновенье ошеломлённой тишины сменилось возбуждённым гомоном и потоком вопросов.

— Кто он?

— Откуда?

— Как вы встретились?

— Как этот Охотник выглядел? Ничего знакомого в нём не заметил?

Эти и десятки других вопросов обрушились на него, и Жон, наученный жизнью с множеством сестёр, стоически переждал эту словесную бурю, а не попытался ответить сразу на все вопросы сразу. Он прекрасно знал, какое это бесполезное занятие.

— Позвольте кое-что вам пояснить, — продолжил он, наконец уловив момент тишины. — Этого таинственного Охотника я лично не встречал, и жив ли он до сих пор я не знаю, да и кто он такой тоже. Только то, что он был или является рыцарем Вейла.

На это все кивнули.

— Значит, если ты не встречал его лично, то слышал о нём от одного из... к-хм, коренных жителей, так? — секунду спустя выдвинула предположение Вайсс.

— Да, и Сиаран отзывалась о нём весьма положительно, хотя и почти ничего о нём не сказала. Мол поклялась сохранить его личность в тайне. — в ответ на это он получил серию кивков.

Следующей решилась высказаться Янг:

— Сиаран, говоришь, с тобой говорила. Значит, она девушка.

— Да.

— А она хорошенькая? — когда за столом раздалась симфония стонов, она подняла руки защищаясь. — А что, у него есть милая, нуждающаяся в помощи девушка, теперь встреча с таинственной незнакомкой, и это всего за пару дней, в месте, возможно созданном его собственными фантазиями... Понимаете, к чему всё идёт? — она многозначительно поиграла бровями, как бы подкрепляя своё высказывание.

— Братья, Янг, — Жон вздохнул, испытывая сильное желание побиться головой об стол, но сейчас он его, наверное, погнул бы и глупо испортил бы школьное имущество. — Откуда ты только берёшь всё это?

— Из головы, естественно, — усмехнулась хулиганистая блондинка.

— Просто игнорируй её, Арк, — посоветовала Вайсс.

— А мне интересно, — подняла руку Нора.

— Я не видел её лица, она носила маску, — Жон решительно провёл запретительную черту под этим странным и не очень-то удобным разговором. — И вообще, я вам не о том хотел рассказать.

— Да-да, другой Охотник, — Руби задумалась. — Даже интересно, кто бы это мог быть. Вдруг кто-то из нас.

Эта мысль удивила Жона, да и остальных тоже.

— Ты о чём? — Вайсс сложила руки на груди.

— Ну если это действительно сон, который Жон выдумал, то ведь в этом сне можем быть и мы. Так ведь? — Руби задумчиво покрутила ложку в руках.

— Я не совсем согласна с идеей сна. Всё же мне не кажется, что человек вроде тебя, Жон, мог бы придумать такой мрачный мир. Даже подсознательно, — мотнула головой Пирра. — Хотя сейчас мне и вправду интересно, кем бы мы могли быть. А как насчёт остальных?

— М-м, — протянула Вайсс, расчёсывая ногтем подбородок. — Не сказала бы, что вижу себя кем-то кроме себя.

— Ну естественно, — прошептала Блейк.

— Что? — переспросила её Янг, так как сидела ближе всех к своей напарнице.

Глаза девушки по непонятной Жону причине заметались в панике. Разве этот кроткий комментарий мог выдать её как фавна? Иной причины для беспокойства парень просто не знал, а простое несогласие со своим товарищем в повседневной дискуссии не должно вызывать такие эмоции.

Наверное, это один из тех случаев, когда девушки, вырастаю из понятного детского возраста, становятся странными.

— Кхе-кхе, — чуть откашлявшись для вида, брюнетка наконец придумала отговорку. — Я хотела сказать, что согласна с Пиррой и тоже не была бы польщена оказаться посреди тех ужасов, о которых рассказывает наш друг.

— Эх, вам явно не хватает фантазии, подруги! — всплеснула руками Нора. — Я бы на вашем месте стала хозяйкой Башни Блинчиков! А каждое приближающиеся чудовище и всех восставших мертвецов взрывала бы как и любого встречного Гримма!

— Хм, а как же я? — подал голос Рен.

— Как думаешь, кто бы испёк все блинчики для нашей башни?

— Мы отвлеклись от темы, — заметил Жон, который чувствовал себя несколько неуютно от этого обсуждения.

Он старался уверить самого себя, что это сон и слова Пирры, что это могло бы быть наоборот… от этого становилось жутко. Меньше всего на свете он хотел бы, чтобы то место действительно существовало.

— Так что было дальше? — Руби была заинтригована. В её мыслях наверняка уже крутилась теория, что это она тот самый Охотник, про которого узнал Жон.

— Дальше мы с Сиоран вернулись к той девушке, про которую я рассказывал в прошлый раз. Оказывается, там был короткий ход, — только тут Жон вспомнил, что так и не додумался заснять тут необычный лифт на свиток. Но ничего, успеет в следующий раз. — И представляете, она умеет усиливать Ауру. Более того, когда я попросил усилить мне контроль над Аурой, она сказала, что может сделать и это.

— Бред какой-то, — тут же постановила Вайсс. — Контроль ауры это не какая-то способность или врожденная черта. Это навык, который развивается упорными тренировками.

— Для начала надо будет проверить, что вообще у Жона получилось, — Пирра тоже пыталась понять, что это такое “контроль Ауры” в понимании этой непонятной Хранительницы Огня.

— Мне больше интересно, как ты проснулся в этот раз, — хмыкнула Янг. — На тебя опять приземлился дракон?

— Нет, — Жон слегка поморщился. Янг, как всегда, была сама тактичность. Но парень быстро отбросил в сторону эти мысли, так как он надеялся получить от друзей помощь в борьбе с тем самым противником. — Вообще мне надо победить каких-то гаргулий, но местные посоветовали в качестве тренировки другого противника. Здоровенный металлический монстр, что бьётся молниями.

Несколько мгновений молчания, пока все осознавали сказанное. Первой все обдумала Нора.

— Круто! — протянула она. — Рени представляешь, что было бы, будь у меня такая игрушка?

— Тебя бы било током, — спокойно заметил парень. — Часто, — добавил он после небольшой паузы.

— Ага! — Нора обрадовалась так, как если бы в ударах током было что-то хорошее.

— Ну и помимо молний меня очень сильно беспокоит, что он полностью из металла, — продолжил Жон. — При чём это какой-то очень крутой местный металл, вроде как пришедший из другого мира.

— Теперь ещё и другие миры, — Вайсс недовольно покачала головой. — Что-то у тебя там всё больше и больше накручивается всего и сразу.

— Я тут не при делах… наверное, — Жон попробовал отвертеться от ответственности. И решил подойти к вопросу об одалживании гранатомёта. — И вообще, я хотел поговорить о другом. Мой меч не возьмет металлическую оболочку, а потому надо придумать что-то, что поможет мне его победить. Как думаете, взрывчатка поможет?

— Вряд ли, — тут же заметила Руби. — Взрывчатка, по крайней мере та, которую можно использовать с руки, предназначена для нанесения урона по площади, или для нанесения урона сквозь броню. Но когда у тебя весь противник состоит из этой самой брони… тут уже какой-то спец-боеприпас потребуется.

— А мне предлагали его простой киркой разбить, — Жон покачал головой.

— Есть Гримм, которые контролируют огромные стальные доспехи, — и снова слово взяла Вайсс. — И их можно успешно победить при помощи праховой магии, да и клинком я побеждала таких.

— Так ведь это доспехи, а не цельнометаллическая статуя, — Руби была не согласна с напарницей и в итоге между ними начался спор.

Он некоторое время просто слушал, как две девушки спорят, параллельно с этим пытаясь придумать, как же забороть цельнометаллическую статую. В целом, слова Руби, что нужна какая-то особая взрывчатка, не означали, что Жон не сможет её достать и использовать.

И уж точно этот “спецбоеприпас” выглядит куда более вероятным решением, чем стать опытным праховым магом за день или два, которые у него получится выиграть перед следующим сном. Да даже если он не будет спать целую неделю, то всё равно вряд ли успеет освоить прямое управление Прахом на том же уровне, что и Вайсс.

Вдруг в самую гущу спора между Вайсс и Руби вмешалась Пирра:

— Может попробуешь взять его хитростью? Скажем уронить его в какую-нибудь яму, из которой не выбраться, или наоборот, уронить на него что-нибудь?

Это было крайне интересным предложением. Если бы не целый ряд “но”, которые Жон озвучил.

— Эта статуя находится внутри здания, проходы которого слишком малы, чтобы он туда прошел. Прокопать же яму в каменном полу… он убьёт меня быстрее, — парень невесело хмыкнул. — К тому же мне хотелось бы все же победить его. Это тренировка перед другим непростым противником. Да и материал из которого он сделан очень интересный. Я же говорил, это какой-то иномирный металл и местные с его помощью как-то улучшают оружие…

На этих словах Руби с такой скоростью повернула к нему голову, что Жону даже почудился хруст шейных позвонков.

— Улучшают оружие? — спросила она крайне заинтересованным тоном. — А как именно они улучшают оружие?

Глава 21

Реакция Руби откровенно пугала, но Жон попытался успокоить себя мыслью, что они все немного странные. В любом случае, вопрос был очень хорошим и он совсем забыл задать его кузнецу Андре, а потому у юноши были только обмолвки Удрученного Воина, который и сам знал не очень много.

— Мне пока так никто и не объяснил, — Жон неловко развел руками, не желая признавать свою оплошность. Надо будет в следующий раз обязательно подойти к Андре с этим вопросом. — Но вроде как есть некий очень редкий и ценный металл, титанит. Это что-то настолько особенное, что ходят слухи, будто оно даже пришло из иного мира. И местные кузнецы умеют каким-то образом вкладывать этот металл в оружие и доспехи, улучшая их.

— Может это аналог нашего Праха и праховых сплавов? — Вайсс задумчиво подняла глаза к потолку.

— Гадать можно бесконечно, у нас слишком мало данных, — рассудительно заметил Рен. — Хотя забавно, что там это металл, а не кристаллы и пыль.

— Угу, — Жон согласился с товарищем. — Я точно знаю, что оружие при добавлении титанита становится прочнее и острее. Насчет стихийных эффектов сказать что-либо затрудняюсь, но вроде как, при определенных манипуляциях, можно сделать оружие, что будет убивать призраков.

— У тебя там и призраки есть? — У Вайсс было очень сложное выражение лица. Да и остальные тоже демонстрировали самые разные, но точно не радостные эмоции.

— Угу, целый город ими населён. Очень неприятное местечко, если верить одному моему знакомому. По его словам ничто этих тварей не берет, но сомневаюсь, что это так на самом деле и думаю, что секрет именно в титаните. Правда сам я там не был и только предполагаю, — Жон с интересом покосился на друзей. — Боитесь призраков?

Все дружно начали уверять его, что никого не боятся. И если кому-то вроде Пирры или Вайсс Жон был готов поверить, то та же Руби или Нора вообще не выглядели убедительными. Это напомнило Жону его сестёр, которые тоже постоянно трусили при намеке на любую мистику и паранормальщину. И в любом другом случае Жон обязательно бы посмеялся над девчонками, если бы не два обстоятельства:

Во-первых, с одной из них его могут поставить в пару на сегодняшнем практическом занятии. И зная мстительность женского коллектива, отделают его со всем старанием и любовью под полное одобрение со стороны остальных.

Во-вторых, именно Жон, а не девочки имеет все шансы столкнуться с призраками, про которых говорил Ув. В такой ситуации лучше воздержаться от шуток. Карма та ещё дамочка и может не вовремя подставить подножку одному отдельно взятому шутнику.

И, если оставить в стороне шутки над такими крутыми Охотницами на обучении, то оружие убивающие призраков ну очень интересовало Жона. Призраки ведь по сути своей души. А Аура — это внешнее проявление души. Получится ли у него достать из своего сна оружие, уничтожающее Ауры. Хотя это не совсем корректное высказывание, потому как уровень Ауры, при должном старании, можно опустить до нуля любым оружием. Поэтому логично будет предположить, что оружие, изменённое под борьбу с призраками, сможет игнорировать защиту Ауры… наверное.

Пускай Жон крутился среди Охотников не такой уж и долгий срок, для него Аура уже успела стать аксиомой в картине каждого сражения. Он сильно сомневался, что без поддержки собственного защитного поля ему бы в своё время удалось преодолеть Изумрудный Лес и уж тем более добраться во сне до Церкви Нежити. Упоминать об увеличенной силе даже излишне.

Таким образом, парень прекрасно себе представлял, каким ужасающим инструментом может оказаться оружие, способное без сопротивления обойти покров Ауры. Почти для всех Охотников это будет смерть с одного чёткого удара. В смысле, Жон мог понять, зачем ему может пригодится такое оружие в том заводнённом городе, но на Ремнанте он как Охотник должен бороться с Гримм, а у тех чудовищ Ауры нет по определению. Впрочем, Жон не то чтобы не знал, что помимо борьбы с Гримм Охотники также могут драться против других людей с открытой Аурой. Однако даже с этим знанием легче не становится, ведь в таких случаях Жону хотелось бы задержаться преступника живым, а не внезапно заколоть. Всё же он не убийца.

— «Ага, как же», — прошептал мерзкий голосок на тёмном краю сознания. — «Каждую ночь ты отправляешься убивать десятки людей, и всё же ты не убийца?».

Полые были уже давно мертвы и лишены всякого рассудка, чтобы считать их людьми.

— «Как удобно. Уже забыл, как Оскар умолял покончить с ним, лишь бы не потерять при следующей смерти разум, но остаться с болью? Кстати, когда ты убивал его, он совсем не был похож не безмозглый ходячий труп. Ты не только убийца, но и трусливый лжец».

От этого воспоминания Жон почувствовал, как его начинает тошнить и завтрак грозит подступить обратно к горлу. Поэтому он постарался выбросить неприятные мысли из головы. Надо снова втянуться в разговор с одногруппниками:

— В общем, очень интересный материал и у меня там целая… ну почти целая статуя из него сделанная.

— Почти целая? — Янг выгнула бровь.

— Кто-то оттяпал ему ногу и часть головы.

— И ты все равно слил почти разобранному противнику? — блондинка не сдержала ухмылки.

— Янг, — неожиданно за Жона заступилась не Руби, что обычно одёргивала сестру, и даже не Вайсс, что любила поучать блондинистую хулиганку, а Блейк. — Тебе стоит сначала самой попробовать сразиться с этой тварью, прежде чем в чём-то упрекать Жона.

— Да я бы с удовольствием, — блондинка ничуть не смутилась. — Если сможешь подсказать, каким образом я смогу попасть в сон Жона, дай мне знать.

Эти слова навели самого Жона на одну крайне интересную мысль. Солер ведь рассказывал ему про призыв других воинов из числа разумной нежити через специальные знаки, которые они оставляют как напольное граффити. И пусть его друзья не могут оставлять эти знаки непосредственно внутри его сна, но что насчёт какого-нибудь переносного носителя? Книга призыва или что-то вроде того. Это сработает? Надо будет найти Солера и спросить у него.

Безусловно, Жон пока не горит желанием втравливать своих друзей в противостояние с нежитью, но сама по себе идея интересная. У того же Солера можно будет попросить оставить такой знак и, в случае чего, попробовать призвать хоть бы и в бою со статуей. Даже интересно, чьи молнии окажутся сильнее, у титанитового демона или у собрата рыцаря.

На этом разговор за завтраком заглох, нужно было идти на уроки.

Первым уроком у них значилась боевая практика. Помимо этого Жон также думал над тем, чтобы позвонить маме. Он скучал по родне, да и просто хотелось окунуться во что-то приятное и родное, а не в очередной ужас умирающего города, наполненного нежитью и монстрами.

Так же, помня слова Руби, что ему потребуется что-то очень специфичное для противостояния цельнометаллическому противнику, следовало бы заглянуть в мастерскую, может там ему чем-нибудь смогут помочь.

С такими мыслями Жон дошел до раздевалки, где он спокойно нацепил на себя элементы брони и взял семейную реликвию в качестве оружия. Была мысль использовать меч Оскара, но это было слишком. Хватало того, что он убивает им мертвецов в землях повелителей.

Удивительно, но в напарники Жону попался Кардин, совсем как во время самого первого занятия. Жон даже удивился такому повороту событий.

— Ну что, Арк, готов проиграть? — самодовольно спросил Винчестер. — Я успел изучить твои фокусы. В этот раз у тебя не получится сыграть на эффекте неожиданности.

— Кардин, если ты не перестанешь быть такой самодовольной задницей, то будешь получать по башке буквально в каждом спарринге, — Жон покачал головой, даже не пытаясь извлечь Кроцеа Морс из ножен или разложить сами ножны в щит.

Чтобы на этот счет не думал спесивый одноклассник, а у Жона тоже были некоторое интересные вещички в рукаве, которыми он мог удивить оппонента. Прямо сейчас его план заключался в том, чтобы неожиданно выхватить револьвер и сделать по Кардину несколько выстрелов. А дальше можно будет и мечом помахать.

По идее, стрельба из пушки, возникшей прямо у него в ладони, должна была удивить противника, а даже если нет, то это как минимум собьёт с него часть Ауры. По крайней мере таков был план и Жон собирался его придерживаться. Глинда Гудвич никак не прокомментировала их обмен любезностями, похоже уже просто привыкнув, что среди учеников обязательно найдется парочка придурков, что не умеют себя адекватно вести на учебной арене. Преподаватель лишь дождалась когда они займут свои места и дала сигнал к началу спарринга.

Как и хотел, Жон начал со стрельбы. Сразу в руку призвал подаренный Руби револьвер и, вскинув руку, отстрелял в Кардина четыре патрона. Ещё два он на всякий случай решил оставить прозапас. Мало ли как сложится бой, а перезарядиться прямо посреди схватки он вряд ли успеет.

Целился он в туловище Кардина, и все четыре выстрела попали, явно удивив задиристого одноклассника. И раз уж первая часть плана увенчалась успехом, то стоит приступить ко второй. Ещё до того как отозвать пистолет в правой руке, Жон левой рукой схватился за ножны, так что меч был у него в так называемом «обратном хвате».

Эта идея пришла ему неожиданно, но он решил не просто извлечь меч из ножен, а совместить это с ударом навершием меча в челюсть Кардина. Это должно было дополнительно ошеломить противника, так ещё и сэкономить Жону мгновение-другое.

И это ему очень даже удалось. Всё ещё ошеломлённый сразу четырьмя попаданиями пуль не самого маленького калибра, его противник не смог вовремя отреагировать на удар, успев только слегка отдёрнуть голову, тем самым несколько смазав удар, что, впрочем, не слишком ему помогло.

Решив последовать совету, полученному после предыдущего спарринга, Жон решил не сбавлять темп, а потому, выхватив меч, он разложил ножны в щит и ударил им Кардина по лицу, от чего тот запутался в собственных ногах и повалился на землю, лишь в последний момент сгруппировавшись и сумел избежать позорного падения на задницу, а вместо этого практически растянулся на земле в чём-то, смутно напоминающем позу, которую занимают спринтеры перед забегом.

Честно признаться блондин не думал, что из такой позиции тот сможет выкинуть какой-то сюрприз, а потому он подавил рефлекс, что толкал его добить упавшего противника, и тот момент колебаний, когда блондин боролся с этим порывом чуть не стал тем, что могло перевернуть ситуацию. Прямо из своей, не самой удобной позиции Кардин ударил его по ноге, чуть ниже колена.

Брюнет с рычанием бросился к Жону, и ударил его, чуть не заставив его потерять равновесие, но стоило ему перенести вес на другую ногу, как Кардин сделал что-то с булавой, и её ударная часть сдвинулась, чтобы, уже мгновение спустя извергнуть волну пламени, что сбила его с ног.

Блондин вскрикнул от неожиданности, но уже мгновение спустя он перекатился в бок, тем самым избегая размашистого нисходящего удара и вскакивая на ноги, уже готовый к новому раунду. Именно в этот момент Жон был как никогда рад тому, что некоторые из его тактильных ощущений были притуплены, всё-же он сомневался что ещё недавно смог-бы так спокойно отмахнуться от огненного взрыва прямо рядом с ногой. Сейчас же он лишь мельком бросил взгляд на табло, где отображался уровень его и Кардина ауры, и порадовался тому, что его Аура осталась почти полной, в то время как Аура его противника уже приближалась к половине шкалы.

Он вновь перехватил меч и приготовился к следующей атаке Кардина, чувствуя странную уверенность. По сравнению с тем, что он видел в городе нежити, Кардин казался каким-то несерьезным. Дело даже было не в силе или оружии, а скорее в намерении.

Даже самый последний труп в проклятом городе бил так чтобы убить. Некоторые разве что зубами не пытались вцепиться ему в глотку. Ничего общего с школьным спаррингом. И пускай сам Жон старался сдерживаться, чтобы не навредить однокласснику, биться было несоизмеримо проще, чем в первый раз.

Он больше не боялся. Он больше не медлил понапрасну. Он мог победить в чистую, а не только по очкам.

Глинда Гудвич тоже заметила странное изменение в одном из своих учеников. Она не сомневалась, что ещё на посвящении Жон Арк был исключительно никудышным мечником. Следом он как будто вспомнил, каково это вообще держать в руках меч, но показал на редкость ортодоксальный стиль.

В чем-то это было даже хорошо. Старая школа, а не нечто невразумительное, скорее всего придуманное самостоятельно в процессе постоянных драк или охоты на простейших Гримм. Глинда даже порадовалась за такого ученика, если бы не откровенная неуверенность мистера Арка на боевой арене. Он походил на комнатное растение, которое с любовью растили, но совершенно не подготовили к сложностям реальной жизни.

И вот сейчас этот «цветочек» снова преподносит сюрпризы. Арк будто с войны вернулся. Если в начале битвы он действовал жестко, теперь же мялся, каждый движением транслируя мысль «лишь бы не убить». Где он успел всего этого нахвататься?

Гадать не имея никаких фактов перед собой можно было бесконечно. Лучше расспросить самого ученика, а заодно поинтересоваться у директора Озпина, который наверняка что-то знает. Не зря же он принял Арка в академию, несмотря на его реальный уровень, да и как она знала директор уделял юноше куда больше внимания, нежели обычному студенту, как и мисс Роуз, и это сходство в отношении ещё больше раззадоривало её любопытство.

Как и то, какие успехи тот продолжал показывать. Вновь разорвав дистанцию, юноша стоял неподвижно несколько секунд, сосредоточившись и будто даже уйдя в себя, чем впрочем не спешил пользоваться его противник, наверняка успевший оценить разницу в количестве оставшейся у них Ауры и помня про крайне неприятное Проявление, что позволяло вытаскивать оружие буквально из воздуха. И здесь Глинда не знала, нужно ли ей хвалить мистера Винчестера за проявленную осторожность, или же отчитать за то, что он позволил противнику задавать темп боя и навязать ему свои условия битвы. Сама Глинда точно атаковала бы, воспользовавшись моментом отвлечения.

Хотя всё же это была она, профессиональная Охотница с солидным стажем. У неё было достаточно опыта, чтобы определить, действительно ли другой боец отвлёкся или же задумал какую-то обманку, в то время как этим двоим вместе с остальными присутствующими студентами только предстояло научится определять скользкую разницу.

Как выяснилось секунду спустя, мистеру Винчестеру достался шанс сделать первый шаг обучения посредством сожаления за своё промедление. Аура Жона внезапно вспыхнула, осветив аудиторию мягким серебристым светом и блондин, в полной мере воспользовавшийся бездействием соперника, рванул к тому со скоростью, которую она ожидала бы от мисс Роуз или мисс Шни, но не от явно оборонительного бойца вроде Арка. Не ожидал этого и Кардин, что не успел вовремя отреагировать и пропустил выпад, что, к некоторому удивлению Глинды, оказался достаточно силён, чтобы опустить ауру Винчестера до верха красной зоны.

Хотя сам приём явно не был заранее отработанным ходом, это понятно как по тому, как долго Арк его подготавливал, так и по тому, что он чуть не потерял равновесие, к счастью Глинда удержала и его, и Винчестера своим Проявлением, после чего разняла практически столкнувшихся парней и, поставив их на исходные позиции, бросила быстрый взгляд на экран и ещё раз убедилась в своей правоте. Тот удар пусть и был весьма эффективен, но отнял практически пять процентов от весьма немаленьких запасов Ауры блондина, что, вкупе тем, сколько времени потребовалось для его активации, делает его бесполезным в реальном бою, однако уже то, что студент первого курса продемонстрировал даже зачатки навыков управления Аурой уже выделяет его среди большинства сокурсников.

— Очень хорошо, мистер Арк, мистер Винчестер, рада видеть что вы оба прислушались к моим советам и скорректировали свои стили, однако не смотря на ваш прогресс во время боя вы допустили несколько весьма серьёзных просчётов. Итак, кто может указать на эти просчёты и предложить лучшее решение? — Глинда повернулась к аудитории и секунду спустя позволила мисс Роуз ответить.

— Ну, я думаю Кардину не хватает вариативности в его оружии, у Жона вот к мечу и щиту есть револьвер, а у Кардина только булава, пусть и с встроенным праховым механизмом, а потому он не смог сбить Жону каст, — в аудитории послышалась пара смешков, которые впрочем тут-же смолкли, стоило ей обратить на них внимание, и повернувшись к брюнетке она кивнула, не смотря на выбранный жаргон идея была правильной.

— Жону как по мне вообще не стоило использовать этот рывок, навык явно ещё не отработан, а ситуация в спарринге складывалась так, что он, за вычетом нескольких моментов доминировал весь бой и вполне мог закончить его в комфортном для себя темпе, — Глинда кивнула, признавая правоту мисс Шни и тут же позволила третьему ученику, на этот раз уже из другой команды озвучить своё мнение.

— Когда Арк остановился, Винчестеру нужно было сближаться, а не стоять столбом, может тогда и был шанс опрокинуть блондина, но тот его упустил, — она снова кивнула, и выслушав ещё несколько ответов отпустила Жона и Кардина переодеться, после чего стала вызывать других студентов, попутно отмечая, что уже сейчас видна тенденция к формированию сильнейших команд, пусть и совсем уж слабаков в Маяк не брали, но в этом году некоторые студенты выделялись даже среди других юных дарований.

Следующим уроком после практических занятий у них были пары по общественным наукам, история, а после обеда расписание назначило им социологию. Всего три пары, настоящее благословение для студентов. Даже жаль, что на неделе был только один такой день, тогда как во все остальные дни пар было четыре, плюс иногда ещё и дополнительные занятия для классного часа или профилактики оружия, которое тоже идёт как дополнительное занятие.

На обеде болтали о всяких глупостях. Почти всё, что мог рассказать о своём сне, Жон рассказал с утра. Да и не был он «звездой» их компании, чтобы все разговоры были только о нем. В основном это девчонки болтали о своём, о шмотках, фильмах, и о любимой еде. Живя с семью сестрами Жон уже давно научился фильтровать подобный информационный шум, пока к нему на прямую не обратятся, он мог спокойно думать о своём, вообще не вслушиваясь в идущее обсуждение.

После же занятий, Жон, как и хотел, отправился в мастерскую, чтобы обсудить способы победы над чертовой металлической статуей. Не смотря на слова своих товарищей он всё же думал, что найдётся какая-нибудь особая граната или тип патрона. Если уж Андре предлагал ему простой киркой ковырять эту тварь, то неужели в Биконе не окажется оружия получше?

Мастерская Академии Охотников была напичкана всевозможными инструментами и устройствами, от простых инструментов до сложных механизмов, которые непрерывно напоминали о постоянно растущих технологических возможностях защитников человечества. Что вселило в Жона особую надежду. А вот мрачная рожа, по другому и не скажешь, главного механика никаких надежд не внушала.

— Опять ты, — недовольно буркнул Бернар, как только Жон к нему подошел.

— Эм-м, да, — Жон очень слабо представлял, что он такого сделал, чтобы заслужить такое отношение. — Что-то не так?

Бернар был человеком резким и прямым, а потому в карман за словом не полез.

— Кучка первокурсников случилась, — буркнул мужчина. — Вы в прошлый раз, что тут устроили?

— Да мы только проверяли, как Аура реагировала на мой меч… — попытался оправдаться Жон.

— Чё? — Бернар похоже понял его неправильно, но быстро выбросил из головы левые мысли. — Хотя к черту, я видел запись и там ничего не было. А тебе, парень, стоит следить за языком, а не трепать свои двусмысленности на каждом шагу.

Теперь настала очередь Жона непонимающе хлопать глазами. Что-то он не уловил, где он там двусмысленность сказал. Был меч, были попытки влить в него Ауру. Что не так? Но гадать об это было бессмысленно.

— Так что не так?

— Вы мне напольное покрытие разбили! Здоровенную плиту, для замены которой теперь придется извращаться как Гримм знает что, — Бернард очень захотел просто треснуть непонятливого парня перед собой.

Жона же в этот момент как будто осенило. Разбитая плита. Нора тогда просто ногой топнула, а какой результат. А так ли нужен ему какой-нибудь дорогой и специальный боеприпас, если он пожелал у Хранительницы Огня контроль над Аурой?

Только, желательно, потренироваться в другом месте.

Глава 22

Сидя возле костра, блондин задумчиво смотрел на волшебное пламя и размышлял о том, что ему сделать, впрочем, в размышлениях тех не было особой нужды, план, пусть и совсем черновой, был составлен ещё в Маяке, а запасы патронов были полны, спасибо за это его друзьям. Жон не мог не поморщиться от этой мысли. И патроны, что он накопил за те два дня, которые потратил на подготовку к битве с боссом, и небольшой запас взрывчатки, что был сделан Руби из Праха, одолженного той Вайс, практически жгли его карманы. Очень уж сильно помогали ему друзья, жертвуя кто временем, а кто и деньгами и ценными материалами, чтобы ему помочь, и пусть блондин понимал, что делают они это с расчётом на будущую выгоду, он не считал это чем-то зазорным.

Да и та же Вайс не обменяла предложенную ей фляжку с чудесным зельем на Прах, а честно за ту заплатила, причём заплатила прилично. Сумма там была почти вдвое больше той, что он получил в качестве студента, так что он смог пополнить несколько просевшие запасы патронов, да и на всякой бытовухе он мог особо не экономить, что тоже неслабо поднимало ему настроение. Хотя даже не смотря на это Жон твёрдо намеревался на этот раз убить ту злополучную статую и наконец показать, что не зря его друзья верили в него.

Всё же те два дня, что Жон провёл без сна, без каких-либо сложностей для себя, как он с удовольствием отмечал, прошли в подготовке к убийству очередного "Босса". Он не только пополнил боезапас и обзавёлся взрывчаткой, но и значительно подтянул навыки владения Аурой, чем вызывал нервные тики у Вайс и Блейк. Если бы кто-то спросил его самого, то Жон честно ответил бы, что до своих подруг ему ещё ой как далеко.

Хотя эти самые подруги с этим не соглашались, говоря о том, что он схватывает всё на лету. Блейк даже предложила, не понятно даже в шутку или всёрьёз, освоить иайдо, от чего он открещивался как мог, пусть на видео, когда тысячекратно отработанные приёмы исполняются мастерами, это и выглядело впечатляюще, но он сомневался в своей способности повторить даже десятую часть увиденного. Да и полуторные мечи явно не подходили для мистральского стиля, а менять оружие он не намеревался.

К счастью, этого и не требовалось. Ему не только было вполне комфортно и с текущим оружием, но и меч Оскара было значительно легче наполнить Аурой, что, вкупе с его эффективностью против нежити, делало данный меч идеальным оружием для начинающего Охотника, и даже не было поводом ограничивать его арсенал. Так он уже договорился с Руби, что та сделает ему дробовик, точнее не совсем дробовик, а что-то вроде двухстволки, где один из стволов был отведён под дробь, а второй-нарезной под винтовочные патроны. Оружие должно было получиться относительно простым и полезным на всех дистанциях, да и по убойности оно не уступит его нынешнему, так и оставшемуся безымянным револьверу.

Хотя это были только планы, всё же пусть некоторые детали для новой пушки он уже купил, но в ноль по деньгам блондину уходить не хотелось, а потому он твёрдо решил сначала раздобыть ещё трофеев, а уже потом докупить недостающие части. Так, приободрившись мыслями о будущих трофеях и на всякий случай перепроверив снаряжение, блондин поднялся и пошёл прочь от волшебного костра, на встречу приключениям.

И эти самые приключения он нашёл довольно быстро, на площадке перед разрушенным храмом (тем самым, где в прошлый раз сражались маг и тот огромный рыцарь) его встретил ещё один отряд нежити, при том отряд довольно крупный, состоявший не только из уже привычных полуразложившихся солдат, вооружённых проржавевшими мечами и сгнившими копьями, но и парочка рыцарей, вроде тех, которые чуть не убили его в прошлый раз. Двое бронированных противников шли немного позади основного отряда, что впрочем не делало их менее уязвимыми, учитывая что не только они сами возвышались над остальными немёртвыми, но и он сам стоял на возвышенности.

Впрочем, с их убийством Жон решил не спешить. всё же эти двое были отличным способом испытать усиленные Аурой удары в реальном бою. Наоборот, блондин решил в начале избавиться от более слабых противников, чтобы те не мешали. Так он и кивнул себе, доставая из инвентаря пистолет и выцеливая ближайшего к себе мертвеца.

Громыхнул выстрел, за ним ещё, и ещё. Разумеется, снайпером за два дня Жон не стал, но навыки тем не менее подтянул, так что промахов с такого небольшого расстояния не было. Даже повезло единожды попасть противнику в голову, хотя и следующие выстрелы не прошли напрасно. Два недобитка споткнулись на полушаге, от чего ряды небольшого отряда сбились, и он смог прицелиться получше. Снова последовал выстрел, а за ним следующий, и на этот раз оба пришлись в яблочко, пусть последний и попал не в центр головы, а ближе к уху, но даже так в душе блондин не мог не порадоваться столь стремительному прогрессу в стрельбе.

Впрочем, не долго он обстреливал нежить безнаказанно. Едва отзвучал последний выстрел, как блондину пришлось пригибаться, уклоняясь от выпущенных в него стрел. На его счастье арбалет был не самым скорострельным оружием, а потому после того, как часть снарядов пролетела мимо, а часть бессильно разбилась о щит, студент-Охотник прицелился и выпустил последнюю пулю в приближающихся мертвецов, после чего сменил револьвер на волшебный клинок и приготовился столкнуться с противниками лицом к лицу.

После упражнений в стрельбе добежать до него смогло лишь двое немёртвых. Это были те самые рыцари, на которых он хотел проверить свои навыки, но сейчас, столкнувшись сразу с двумя довольно серьёзными противниками, блондин оказался быстро вынужден признать, насколько на самом деле опрометчиво было не убить хотя бы одного из них. Но теперь, когда его зажимали в тиски, поздно было что-то менять, а потому, не дожидаясь пока его заколят, Жон рванул к рыцарю справа от него и сбросил того с лестницы таранным ударом шита. Однако, времени добить упавшего ему не дали, так как второй из мечников уже добежал, вынудив отражать шквал ударов, от чего уже сам Жон едва не покатился вниз по лестнице.

На счастье, блондин смог подловить момент, когда его противник слишком увлёкся атакой, и, сосредоточившись, рубанул сияющим от вложенной в него Ауры клинком по выставленной слишком далеко руке, прорезав сталь доспеха и почти отрубив тому руку. Остановился клинок только когда упёрся в кость. Даже не пытаясь выдернуть его, Жон отозвал меч, только чтобы уже мгновение спустя призвать его обратно и вновь рубануть, вкладывая в клинок ещё больше Ауры, только на этот раз он застрял в вовремя подставленном клинке, а сзади уже слышались шаги, и что-то ему подсказывало, что это был его второй противник.

Приняв решение, Жон ударил противника перед ним щитом, снова вложив в удар часть Ауры, и в результате тот отшатнулся. Затем, низко присев, Жон выполнил очередной горизонтальный разрез, но только на этот раз по ноге, в район колена, от чего рыцарь упал, словно подкошенный, и он повернулся ко второму противнику, что уже спел подняться к нему, и, в отличии от первого, был куда как осторожнее. Ещё одно доказательство того, что с увеличением силы у немёртвых прибавлялось и мозгов. Да и арбалетчики не бездействовали, стоило ему сосредоточиться на серьёзных противниках, как в него снова полетели стрелы, и пусть сами арбалетчики урона ему не нанесли, но они заставили его отпрыгнуть обратно и по итогу отвлекли, дав рыцарю шанс атаковать.

В отличие от прошлого, этот рыцарь вместо града уколов начал бой с мощного рубящего удара, настолько сильного, что Жон даже немного пошатнулся, сумев к счастью быстро сориентироваться и сохранить равновесие, и даже от последующего удара щитом он не упал, а только немного отступил вниз, чем и решил воспользоваться. Его Аура уже привычно заструилась по клинку, и, присев, блондин рубанул противника по колену, на что тот запоздало попытался среагировать. К счастью, на этот раз блондин оказался достаточно быстр и клинок рыцаря лишь бессильно звякнул по камню.

Не теряя времени Жон тут же отозвал застрявший в ноге рыцаря клинок, только для того, чтобы вновь призвать уже мгновение спустя. Сразу после Жон вскочил сверху на упавшего рыцаря, и, используя уже хорошо зарекомендовавший себя приём, отрубил ему голову волшебным мечом, и как раз в момент, когда голова его противника отделилась от тела уже в его голову влетел щит первого недобитка, который, как он отметил краем сознания, как-то уж больно бодро скакал, несмотря на подрубленную ногу.

Но не время было жаловаться на слишком бодро бегающие трупы. Теперь сам Жон, упав из-за удара, оказался на спине, а его противник попытался повторить его недавний подвиг с обезглавливанием. На счастье блондина, тот впечатал свой меч в его шею со всего размаха, и тот лишь безвредно завяз в Ауре, чем он и воспользовался, контратаковав. Стоило только его противнику замереть, как блондин ударил сам, и снова сияющий от вложенной в него Ауры клинок взвился, целясь на этот раз в шею рыцаря, и тот, не ожидая такого успел только бесполезно дёрнуться, прежде чем в очередной раз погибнуть.

Дальнейший бой и боем нельзя было назвать. Выбраться из-под упавшего на него тела не составило большого труда, а арбалетчики были ему не противниками, а потому уже несколько секунд спустя Жон смог вздохнуть с облегчением. Он выиграл очередной бой, при чём с противниками, которых ещё несколько дней назад и не мечтал победить. И, как и после остальных боёв, после победы он принялся осматривать трупы, но на этот раз не чтобы собрать металлолом, а в поисках фляг с чудесным зельем. Одна такая всё же нашлась у того самого рыцаря, которого он убил последним. Фляжка та, впрочем, была заполнена едва ли на половину. Да и не хотел он пить из неё, предварительно не продезинфицировав.

Других стоящих внимания трофеев он не нашёл, а потому блондин достал Свиток и, проверив индикатор Ауры, скривил физиономию. Потратил он примерно треть, может чуть меньше. С одной стороны, это было очень даже хорошо. На такую толпу потратить всего треть, это действительно круто. Сам Жон буквально несколько недель назад и мечтать не мог о подобной победе.

Но так было раньше.

Сейчас же парень только поморщился. Слишком много Ауры потратил на столкновения с противниками, которых тут бегают целые отряды. При таких тратах ему придётся либо буквально днями просто сидеть и ждать, пока она восстановится, от чего и с ума сойти можно, либо тратить Эстус. Бегать же до костров, чтобы восстановить зелье Ауры, было немногим лучше, чем просто сидеть и ждать. Не говоря уже о привычке всех этих немёртвых солдат подниматься вновь.

Так что он, конечно, молодец, но работать над собой предстоит ещё долго. Благо, времени для этого у него тоже предостаточно. По крайней мере, то была светлая надежда самого Жона.

Закончив рефлексировать и мотивировать самого себя на ударный труд, будущий Охотник решил не жадничать, а сразу же восстановится Эстусом. Всё равно он сейчас вернется к костру, который был рядом с кузнецом и перед тем дурацким металлическим демоном.

Но перед возвращением обратно движимый любопытством юноша решил проверить Собор. Очень уж Жону было интересно, как сложилась судьба двух таких странных врагов, огромного рыцаря и волшебника. К некоторому удивлению парня, как минимум рыцарь на месте отсутствовал. По крайней мере, от двери его увидеть никак не получалось.

Жон даже подумал войти в главный зал Собора, но немного подумав, отказался от подобной идеи. Он хорошо помнил тот странный шум, что можно было услышать в прошлый раз, как и совет сначала всё-таки попробовать справится с титанитовым демоном.

Так что, немного постояв в боковом проходе, пытаясь на слух определить, что вообще происходит внутри, Жон решил всё же вернуться к Кузнецу. Спешить нет смысла, да и есть у него идея, как можно было бы справиться с металлической статуей, не подставляясь при этом под её молнии.

Как ни странно, но идею для победы над демоном подсказала Вайсс. Не в обиду Снежному Ангелу, но она не создавала впечатление опытного бойца. С другой стороны, так себя вела в свободное время более чем половина Маяка, будучи при этом гораздо опытнее Арка. Плюс, сама тактика победы от Вайсс не предполагала действие грубой силой, вместо этого полагаясь научный подход. Поэтому даже если идея не сработает, он всё ещё может попробовать победить традиционным образом.

— Здравствуйте, Андре! — проходя мимо кузнеца, который в этот раз ради разнообразия не ковал, а затачивал меч.

То был довольно длинный и явно тяжёлый клинок. Полноценный двуручник, но с короткой рукояткой как у одноручных Кроцеа Морс и меча Оскара. При виде на такое оружие невольно вспоминался рыцарь из Собора или рыцарь в чёрной броне, в чью руку оно бы свободно легло.

— Здравствуй, парень, — степенно кивнул кузнец, не отрываясь при этом от своего занятия. Он даже не посмотрел на Жона, что несколько смутило парня. — В прошлый раз с демоном не получилось.

— Ага, — хоть это и не было вопросом, Жон всё же решил ответить. — Не ожидал, что он в меня молнией кинет. Вот решил тоже попробовать что-то стихийное против него.

— Хорошая идея, — уважительно кивнул Андре. — Хоть он сам и может, каким-то непонятным способом, использовать силу чудес, но перед молнией демон весьма уязвим, как и перед огнем.

— Ага… — повторился Жон, про себя подумав, что настолько ценная информация ему бы очень пригодилась чуть раньше, во время подготовки к этой битве. — А холод он как воспринимает?

— Холод? — Андре наконец оторвался от клинка и удивлённо посмотрел на Жона. — С такой магей не знаком, так что ничем помочь не могу.

— Понятно, — протянул Жон, короткой поклонившись кузнецу, молча благодаря того за информацию о уязвимостях. — В любом случае, большое спасибо тебе, Андре.

Кузнеца подобное отношение удивило ещё больше. Многие относились к нему терпимо, многие играли в благородство. Но вот так, как к равному или даже старшему… так к нему не относились никогда.

Асторский кузнец и раньше относился к Жону с некоторой симпатией. Парень радовал старое сердце своей живостью и искренностью, чего в эти отчаянные века совсем не хватало миру. Теперь же, когда к этому прибавилось и уважение, Андре был тронут трудом парня и решил ему немного помочь.

— Твоя доброта однажды сослужить тебе плохую службу, парень, — отложив массивный меч в сторону, и снял с оружейной стойки клевец, который предлагал купить Жону в прошлый раз. — Но прямо сейчас именно подобной доброты не хватает очень и очень многим. Держи, если вдруг твой план не сработает, это даст тебе преимущество, как в бою с демонами, так и против стражей колокола.

С этими словами Андре вручил Жону оружие, которое парень принял с удивлением и неловкостью. Опять кто-то помогает ему просто так, не требуя ничего взамен. Это, с одной стороны, можно было воспринять как налаживание дружеских отношений, вот только Жон сам не раз обжигался на так называемых “друзьях”, что преследовали в дружбе исключительно корыстные цели. Чаще всего чтобы подкатить к его старшим сёстрам.

— Андре, это… — Жон даже не сразу нашёл, что сказать в ответ на такой подарок.

— Бери-бери, — кузнец покивал и даже отошёл на пару шагов назад, чтобы ему не вернули подарок. — Считай это моим вкладом в твоё развитие. Как победишь демона, собери с него титанит и приходи ко мне за заточкой оружия. И тут уже никаких скидок не жди. Доброта-добротой, а мы не в сказке живем.

— Да, обязательно, — Жон кивнул. — Ещё раз большое спасибо, Андре!

— Не дай себя прикончить, Жон. Никто не хочет, чтобы ты стал Полым, — с этими словами Андре вернулся к своей работе над заточкой меча, который ему заказал один из рыцарей в городе нежити.

При этом про себя кузнец помянул некоторых богов, которых мог вспомнить, чтобы те поддержали парня и помогли ему как можно дольше оставаться таким добрым. Их миру сейчас действительно очень не хватает таких людей, как этот Жон Акр из Анселя.

Жон же поспешил на встречу к титанитовому демону, на ходу поменяв меч на подаренную боевую кирку. Хоть он очень надеялся сработать по плану Вайсс и использовать Прах, имелись неиллюзорные шансы вступить в ближний бой. И как бы сам Жон не относился к боевым качествам кирки, её использование точно смогло бы сохранить клинок любого из мечей Жона.

Руби успела ему все мозги выесть ложечкой на тему того, как надо усиливать Аурой режущую кромку, чтобы та не трескалась и не тупилась при ударе обо что-то твёрдое. Пирра же только присоединилась к процессу, дополнительно показывая, как правильно наносить удары, чтобы избежать лишней нагрузки и равномерно распределить остатки. Хорошо, что иногда она тоже использовала меч.

По итогу ему поведали об огромном количестве хитростей и нюансов, усвоить все из которых за пару дней было просто невозможно. А потому, с появившейся у него альтернативой, потерялся всякий смысл мучиться сейчас с мечом.

Металлическая тварь находилась всё там же, где и в прошлый раз. Всё так же она сидела на заднице, подобрав под себя единственную целую ногу. Прыгнуть готовится, подлюга. В их предыдущую встречу демон умудрился прыгнуть чуть ли не через пол залы, желая прибить Жона к полу своим рогатым посохом.

И эта вот готовность к прыжку несколько усложнила план Жона. С ходу использовать Прах просто опасно. А вдруг противник прыгнет и увернётся? Праха у Жона, конечно прилично, но тратить его так бездумно не хотелось совершенно, ибо за последние дни он куда лучше понял, сколько стоит волшебная пыль.

Надо было как-то спровоцировать демона на атаку, в идеале на прыжок, чтобы подловить его уже после.

— Кыс-кыс, — это было первым, что пришло Жону в голову. И как же он был рад, что демон, во-первых, никак не отреагировал, а во-вторых, ничего ему на подобную провокацию не сказал. — М-да, хорошо хоть никто этого не види… Ух!

Договорить Жон не успел. На “кыс-кыс” демон может и не отреагировал, но думать, что он вообще ничего не слышал было бы ошибкой. Так что, пока Жон разговаривал сам с собой, демон то ли прицелился на слух, то ли просто решил подловить оппонента в середине фразы. В любом случае, он прыгнул, опять пытаясь пригвоздить Жона к полу своим посохом.

Увернуться Жон успел чуть ли не последний момент. Если бы он буквально на секунду позже бросился в сторону, то на этом можно было считать бой законченным. По крайней мере, принять на грудь здоровенную металлическую дуру без последствий Жон точно бы не смог.

К счастью для себя, щит Жон убрал в свой Инвентарь вместе с мечом, а потому он смог достаточно быстро подняться. Боевая кирка была у него в руках и Жон был очень рад, что не выпустил её во время своего уклонения, но радость можно оставить на потом. Сейчас ему было нужно сосредоточится на бое.

Титанитовый демон уже начал возиться, чтобы развернуться к Жону, а потому нужно было действовать как можно скорее, если только он не хочет ещё раз уклоняться от атаки противника. И Жон не стал медлить, достав кристал ледяного Праха, который вытащил из инвентаря.

— Ха! — “праховая магия” не требовала каких-либо заклинаний или выкриков, так достаточно было просто усилить бросок Аурой сильнее обычного и кристалл бы как раз поглотил эту разницу, каким-то образом изменив своё действие. Весто того, чтобы при попадании в титанитового демона взорваться во все стороны холодом, его магический эффект сконцентрировался только на големе. Металлическое тело демона начало покрываться коркой инея и теперь всё его движения происходили с явно слышимым скрипом. По заверением Вайсс, научившей её этому приёму, эффект замедления в перспективе оказывался значительно полезнее заковывания в айсберг или пронзания сосульками, коль уж твой враг отличался живучестью.

Вайсс же считала Жона читером, который слишком быстро осваивает любые манипуляции Ауры. Она до сих пор не понимала, как непонятная Хранительница Огня могла поднять парню настолько эфемерный параметр, как контроль Ауры. Да и не параметр это был, по мнению Вайсс, а умение, которое нормальные люди тренируют годами, а не осваивают просто продержавшись с девушкой за руки.

В общем, Вайсс была крайне не довольна и изволила дуться, но обучала Жона продвинутому приёму праховой магии, заморозке.

И куда более простой в освоении волне огня.

Так что, израсходовав на демона кристалл ледяного Праха, и заморозив его до фактически белого, от инея, цвета, Жон достал теперь уже кристалл огненного Праха.

— Если верить моей подруге, то из-за резкого перепада температур, ты сам развалиться должен, — почти доверительно поделился Жон, который в последнее время всё чаще стал разговаривать сам с собой. — Не уверен, что это так работает, но сейчас мы это проверим. Гори!

В этот раз титанитового демона накрыла волна прахового огня. Мгновенно растаявшие крупицы льда подняли облако пара, которое в условиях слишком низких для своих размером потолков заняло чуть ли не треть комнаты и напрочь скрыло фигуру демона. Жон, от такого зрелища вспомнив о десятке фильмов ужасов, поспешил отойти назад и укрыться за кучкой расколотых каменных блоков и основанием колонны, ранее снесённой. Сделал он это весьма вовремя, так как секундой позже пелена пара разошлась перед шаровой молнией, мощно ударившей по импровизированному укрытию Жона, отбросив тем самым юношу на добрый метр. Тогда он не успел отреагировать и сконцентрировать Ауру для защиты, от чего удар вышел неожиданно болезненным. Вдобавок, Жон выронил кирку.

Пока он пытался встать, демон стал полностью виден сквозь почти полностью рассеявшийся пар. И стало видно, как он готовится запустить очередной искрящийся шар. Мозг Жона пришёл к неутешительному выводу, что уклонится он не успеет. В прошлый раз титанитовый демон метко стрелял на опережение.

Итак, смотря на то, как к нему летит шаровая молния, будущий Охотник, удивляя даже самого себя, призвал меч Оскара и тут же метнул её влево. Мимолётная мысль, полная отчаянного желания выжить, подсказала ему, что молния должна притянуться пролетающим мимо металлом, хотя бы чуть-чуть.

Слава всем известным и неизвестным силам, это сработало и снаряд демона вильнул, ударившись в клинок. Сверкнула яркая вспышка, а затем меч отбросило в дальний угол зала.

Воспользовавшись чудом выигранной форы, Жон Арк смело подбежал к лежащей рядом кирке.

Пока он поднимал своё оружие, злобный голем снова предпринял попытку раздавить его одним прыжком, но вдруг оказалось, что его прыжок вышел гораздо более тяжёлым и неумелым. В результате титанитовый демон не превратил Жона в мессиво, а с грохотом упал на полпути к нему, распластавшись в крайне уязвимом положении.

— Похоже, тебя всё же проняло! — неразборчиво выдохнул Жон, переводя дух, прежде чем спринтом броситься вперёд с боевым клевцом наперевес.

Было очень приятно нанести удар по ранее такой непоколебимой твари и увидеть, как откалывается первый кусок таинственного титанита. Достаточно приятно, чтобы на чистом энтузиазме быстро нанести. Однако, он не стал окончательно впадать в раж и отступить до того, как демон успел нанести контрудар. Его, Жона, наверняка бы охватил стыд, проиграй он демону после вдохновенья от Андрэ.

Бой продолжился в похожем ключе, только теперь биконский студент приложил все усилия, чтобы оставаться на ногах. Он более осторожно прятался от электрических выстрелов за грудами камней, бросал кристалл ледяного Праха под ногу голему, временно примораживая того к полу, а потом заходя ему за спину и нанося несколько спешных ударов, прежде чем отступить обратно за развалины. Таким образом, Жон избегал получения урона, умно используя свою относительную прыть, чтобы безнаказанно наносить демону удар за ударом в строго намеченное место, пока снятие очередного скола не пробило гиганта насквозь.

Странно, как этого оказалось достаточно, чтобы убить его. Тем не менее, факт оставался фактом и грозный титанитовый демон безвольно пал на каменную кладку. Вскоре его металлическое тело стало сереть на глазах, разваливаясь затем в пыль.

Глава 23

— А-а… э-э… Куда? — Жон даже растерялся от подобного исхода событий.

Мало того, что это был первый раз, когда враг рассыпался пеплом, так ещё Жон хорошо помнил, что ему обещали титанит, особые камни то ли для заточки, то ли для перековки оружия. И тут возникает огромный вопрос, а откуда, собственно, он должен достать этот титанит?

С этим вопросом Жон решил попробовать пощебуршить пыль носком своего кроссовка. Ничего, что можно было бы назвать “титанитом”, который, по идее, был куском того же металла, из которого состоял титанитовый же демон.

Но как бы он не смотрел, видно было только какую-то крупную пыль или мелкий пепел. Жон был не уверен, что это вообще такое. В любом случае, разочарованию парня просто не было предела, он даже начал думать, что где-то его обманули.

— Смотрю, ты смог его победить, парень, — пока Жон боролся с монстром и расстраивался, Андре, видимо, решил спуститься к нему от своей кузни и наконец окликнул его от двери. — Теперь тебе надо собрать эти остатки, а не размазывать их по полу. Если, конечно, ты хочешь потом улучшить своё оружие.

— Собрать? — Жон с сомнением посмотрел то, что считал просто необычным мусором. При том вся необычность заключалась исключительно в происхождении данного мусора. — В смысле собрать? Куда?

— В мешочки из хорошей кожи, чтобы через них порошок не просыпался, если они у тебя есть. Если нет, то могу дать, у меня есть запас таких, но с условием, что один такой мешочек ты отдашь мне в уплату, — предложил Андре. — В сыром виде этот порошок можно использовать для починки предметов, просто сыпать на поврежденное место и, если только вещь не превратилась откровенный хлам, всё будет как новенькое.

— А как же титанит, который должен улучшать снаряжение? И почему демон в принципе распался на этот порошок? — Жон всё ещё не понимал, какого Гримма тут происходит.

— Эта тварь не из нашего мира и его тело, можно сказать, вернулось домой. Порошок это остаток его присутствия или символ той связи, что у него был с родным миром. Я, честно сказать, и сам толком не знаю, тут тебе лучше у мага какого спросить, — Андре задумчиво подёргал себя за бороду. — Что же до титанита, то порошок является таким только в сыром виде, из него и выплавляется самый простой титанит. Его ещё иногда называют сыродутным титанитом. После последующей обработки и особых кузнечных техник из простого титанита получается чистый и мерцающий титанит. Ах да. Если ещё добыть особого угля и некоторых присадок, то можно выплавить также цветной или демонический титанит.

Жон уже открыл рот, чтобы задать какой-нибудь уточняющий вопрос, но так и не решил, что именно спросить. Окей с обычным и чистым титанитом. Жон примерно представлял себе, что есть железо попроще, из которого жестяные банки делают и железо хорошее, из которого делают инструменты и оружие Охотников.

Но в чём смысл мерцающего, цветного и демонического металла не совсем понятно. Как не понятно и то, каким образом столько видов металла получают из одного исходного порошка. Вот только Жон так и не смог решить о чём именно он хочет спросить, а потому решил и вовсе ничего не спрашивать.

Можно подумать, ему в Биконе лекций мало. Лучше потом потрепаться об этом с Руби. Ну или просто уточнить у Андре некоторые важные моменты между делом.

Собирать ладошками порошок, который сам Жон всё же предпочитал про себя называть пылью, оказалось совершенно не просто. Не помогала даже попытка не тупо сгребать пыль руками, а пытаться затянуть её сначала в инвентарь, а только потом уже рассыпать по мешочкам.

Сам по себе инвентарь работал, вот только положить в него что либо можно было только если Жон касался предмета. Затянуть в инвентарь пыль на расстоянии, даже небольшом, просто не получалось. А потому Жону приходилось изображать из себя пылесос водя руками по камням, желая собрать титанитовую пыль. При том совсем близких прижимок к земле он старался избегать, ибо в трещинах старой кладки было полно обычной пыли и сухой грязи, и парню совсем не хотелось позже выяснить, что из-за примесей он получит титанит худшего качества.

Итогом его стараний стало четыре полных мешочка с пылью. Пятый же мешочек был наполнен едва ли на треть. Жон не имел ни малейшего понятия, много это или мало, особенно с учётом того, что один мешочек придётся отдать Андре. Но это было хоть что-то.

К тому же противостояние с титанитовым демоном подтвердило рассказы Вайсс о возможности разрушить что-то крепкое резкими перепадами температур. Так что, по идее, он сможет справиться и с каменными горгульями. Наверное. Жон не был уверен и уж тем более не собирался полагаться здесь на излишний оптимизм. Той внезапной встречи с Дезсталкером вполне хватило, чтобы научить студента некоторой осторожности.

Так-то Сиаран и Андре подавали ситуацию так, будто горгульи были опаснее демона. В представлении Жона данное утверждение мягко говоря противоречила реальности, ведь металлический демон должен был быть намного крепче, а значит и опаснее каменных истуканов. Хотя, если попытаться вспомнить пару приёмов из видеоигр и вездесущее правило подлости, то горгульи могли оказаться опаснее за счёт большей численности или неких спецспособностей. Младшему Арку хотелось верить, что сложность ограничится только количеством.

Но узнать это наверняка он мог исключительно опытным путём, будь неладно каждое возвращение к костру.

— Спасибо за мешочки, — сказал Жон, передавая один из них Андре. — Но насчёт этой пыли. Её надо просто переплавить, правильно?

— Просто, — Андре усмехнулся. — Это настолько же просто, как фехтовать мечом. Думаю ты и сам знаешь, какая есть разница между попытками новичка и работой мастера. Так что я могу заняться переплавкой, с гарантией качественной работы. Но придётся немного подождать.

— Да, давай попробуем, — Жон достал ещё один мешочек.

Вообще он собирался всё отнести в Бикон, где, по идее, без проблем должны были выплавить какую-то железку. Однако, слова Андре его насторожили. Вдруг действительно есть какие-то хитрости. Так что лучше уж отдать один мешочек местному специалисту, а ещё один оставить про запас. Просто на всякий случай.

— Это займет некоторое время. Можешь просто подождать или побродить в округе, пока я не закончу, — предложил Андре, принимая мешочек и протягивая руку, чтобы получить плату за свою работу. — Выплавка одного осколка обойдётся тебе в восемьсот душ.

— Столько же, сколько и эта боевая кирка? — Жон несколько удивился, подозревая, что этот кузнец не знает других цен.

— Верно, подобная цена считается чуть ниже среднего, — Андре усмехнулся, как будто догадался, о чём сейчас думал Жон. — Поверь, у меня не так уж много вещей, которые стоят дешевле, зато дороже я могу тебе выложить очень и очень многое.

— Ага, — Жон не стал спорить. Не хватало ещё, чтобы ему накинули цену специально, чтобы доказать правоту собеседника. Оплата представляла из себя простое рукопожатие, в процессе которого Жон и передал некоторое количество накопленной в бою силы. Как это делать ему объяснил сам Андре, и, пускай не с первого раза, но у будущего Охотника всё получилось. — Я тогда пока пойду по Собору прогуляюсь. Может удастся посмотреть на этих ваших горгулий.

— Они не наши. Не мои так уж точно, — кузнец покачал головой. — Их создал лорд Гвиндолин. И мой тебе совет, парень: никогда не высказывай в его сторону недовольства, даже завуалированного. Гвиндолин Тёмное Солнце правит сейчас в Анор Лондо и его последователи выполняют самые разные задачи. В том числе и карают тех, кто поливает богов грязью.

Это было сказано серьёзным тоном и Жону даже показалось, сам Андре был одним из тех самых “последователей”, что могли бы покарать кого-нибудь. В ответ на подобную отповедь будущий Охотник мог только кивнуть, так как опасался, что при ответе голосом этот голос будет у него дрожать.

На этом их разговор в принципе и заглох. Образовалась какая-то не совсем комфортная тишина, из которой Андре вышел самым простым способом, начав работать в своей кузне, закинув в горн угля и потихоньку раздувая огонь. Жон немного помялся, посмотрев на всё это, но быстро начал чувствовать себя ещё не уютнее, а потому молча ушёл.

Он уже давно планировал посмотреть, что там в этом несчастном Соборе, исследование которого он отложил из-за странных звуков в глубине здания.

Небольшая прогулка, которую Жон предпринял, прежде чем идти к титанитовому демону, доказала, что он в состоянии справиться с рыцарями из Собора. По крайней мере, сам себя Жон убедил, что уже готов к этому испытанию и всё будет хорошо.

Как и в прошлый раз, большого рыцаря и непонятного мага в главном зале не оказалось. Жону даже показалось, что после отъёма оружия эта парочка просто испарилась куда-то. Очень опасное мнение, как считал Жон, а потому он постоянно проверял, не стоит ли неожиданный враг неподалёку.

Вдруг эта парочка как-то узнала, кто украл их оружие, пока они были… мертвы? В общем, пока они были недееспособны. Жон до сих пор не знал, куда упокоенные трупы исчезают и откуда появляются новые живые мертвецы. Может они как враги в компьютерной игре просто возникают из воздуха? В конце концов, побеждённый враг, что возвращается полным жажды мщения, является чуть ли не традиционным тропом во многих играх.

Но в данный момент в основном зале Собора никого не было. Вообще никого, что несколько напрягло Жона. Он уже разучился верить в счастливый случай. Если врага не видно, это совершенно не значит, что врагов здесь нет. Скорее даже наоборот. Скорее всего, враг просто где-то притаился, а потому стоит быть в разы внимательнее.

Приняв такое решение, Жон начал двигаться в сторону лифта, что вёл в Храм Огня. Там же, чуть в стороне, была лестница наверх, со ступенек которой его как-то сбил рыцарь с рапирой в руках.

В этот раз Жон к ступенькам подобрался очень аккуратно, чуть ли не на цыпочках. Но и тут предполагаемого врага не оказалось. По крайней мере, никакого рыцаря на лестничном проходе Жон не увидел. И это стало уже откровенно напрягать.

Будущий Охотник стал двигаться ещё медленнее и аккуратнее. Он ещё внимательнее начал осматриваться вокруг, но всё ещё не видел ничего подозрительного. У парня уже приступ паранойи начал развиваться от слишком уж тихого проникновения в Собор. И всё только усугубилось, когда Жон услышал чужой голос за спиной:

— Привет.

От неожиданности Жон аж подпрыгнул и уже в прыжке развернулся в сторону говорившего. Это оказался высокий мужчина в кожаном плаще и странном шлеме, закрывающем половину лица. Видимый из-под шлема подбородок выдавал неестественно бледную кожу мужчины, но в остальном он не выглядел как разлагающийся труп.

— Ты… — Жон не знал, что он хотел сказать этому шутнику, который подкрался к нему со спины, но на языке вертелось только что-то отнюдь не вежливое. Поэтому парню пришлось прерваться, и немного успокоиться, чтобы ответить что-то приемлемое. — Ты кто такой?

— Меня зовут Освальд из Карима, Продавец индульгенций. Я чувствую, что в тебе сильна вера, а потому я от души приветствую тебя. Желаешь ли исповедаться? Или же обвинить кого-то? Я могу предложить тебе обе услуги, ведь все грехи в моей воле.

— Я Жон Арк из Анселя, — Жон нахмурился, пытаясь понять, что это вообще за сумасшедший. — О каких вообще грехах идёт речь?

— Неужели ты не знаешь? — Освальд сначала удивился, но быстро сбился на смех. — Несчастная душа. Моя обязанность, как служителя Велки, развеять туман твоего незнания.

— Велка? — Жону начало казаться, что у него уже мигрень начинается. Что от него вообще хотят и как от этого странного парня отвязаться?

— Велка — злая богиня греха. Она владеет как древними, так и современными искусствами и обладает властью, невиданной даже богам, — с гордостью заявил собеседник Жона и развёл руки в стороны, как какая-то звезда, что предлагает стадиону зрителей почтить его овациями. — Велка помечает грешников, проявивших неуважение к богам или ковенантам, которым они клялись в верности, специальной меткой. Накопишь слишком много грехов, и за тобой придут клинки Темной Луны, чтобы воздать грешнику по делам его.

Жон уже открыл рот, чтобы сказать, что фраза “злая богиня” звучит не очень, но вовремя закрыл его обратно. Ему только не хватало того, чтобы это посчитали “неуважением к богам”. Потому что часть про воздаяние грешникам однозначно означала что-то плохое, и Жон не горел желанием выяснять подробности на себе.

— Понятно, — это всё, что Жон смог из себя выдавить, дабы не сказать лишнего. Вот только этого явно было мало. По крайней мере, его собеседник продолжал стоять и выжидательно смотреть на парня, так что нужно было сказать что-то ещё. — И что ты тут делаешь?

— Где ещё быть служителю богов, как не в храме божьем? — вопросом на вопрос ответил Освальд, но тут же усмехнулся. — Но вообще у меня действительно есть тут дело. Как уже было сказано, я родом из графства Карим. И здесь, в землях Повелителей, я встретил своего земляка, погрязшего в грехе. Сейчас этот несчастный заперт в одной из комнат здесь и я пытаюсь образумить его и исповедать все его грехи.

Как-то это очень не хорошо прозвучало. Жону не вольно вспомнились подозрительные шумы, которые он слышал раньше в Соборе. Да и в целом религиозные фанатики не вызывали в парне каких-то тёплых чувств и светлых мыслей. Скорее даже наоборот. Услышав про человека, которого этот странный проповедник держит в плену, Жон решил, что перед ним стоит самый настоящий злодей. На Ремнанте, возможно, Жон даже попытался бы задержать такого странного сумасшедшего. Вот только это на Ремнанте у них есть полиция и способ банально кого-то задержать и сдать дальше по этапу. А что делать тут? Убить этого Освальда? Так он может оказаться, хоть и сумасшедшим, но правым. Жону ведь ничего не известно о его пленнике.

Да и с чего бы этот мужик был сумасшедшим? Жону уже рассказывали про бога, который существует и правит этой землёй. Солер говорил, что он был в самом настоящем городе богов. То есть этих самых богов оказалось достаточно для того, чтобы целый город заселить. Так что там вполне могла бы быть эта самая богиня греха, которая и направляет Освальда. Жона правда всё равно смущает, что это «злая» богиня и саму ситуацию лучше через знакомых проверить. Как минимум уточнить, что местным известно про эту Велку и конкретно про Освальда с его пленником.

— И в каком же грехе ты его обвиняешь? — прежде чем задавать какие-то вопросы другим, стоит, наверное, расспросить и самого подозреваемого. По крайней мере, что-то такое Жон видел в одном из криминальных сериалов, которые любили смотреть его сестры и мама.

— О, грехи его многочисленны. Признаюсь этот несчастный действительно вёл не слишком праведную жизнь, но, пожалуй, самым тяжким из всех было убийство одной из Хранительниц Огня. Несчастный не смог устоять перед силой её души и возжелал сам обладать этой силой, за что теперь и расплачивается.

После этих слов, Жон невольно скривился от отвращения. Он не понимал как можно навредить кому-то вроде Анастасии ради силы, тем более когда есть другие способы обрести силу, например, убивая Полых. Но одних слов было недостаточно, в конце концов это могло быть ложным обвинением, о чём он и сказал Освальду, вызвав у того приступ гомерического хохота.

— Ох, друг, давно я так не смеялся. Ты, я, вижу действительно ничего не понимаешь, не так ли? Ну что же, тогда я с удовольствием просвещу тебя! — сказав это, он открыл небольшой рюкзак, что всё это время носил за спиной, отчего Жон не мог ранее его рассмотреть.

Достав из пыльного мешка полностью чёрный, едва ли не поглощающий свет лист пергамента, Освальд протянул неизбежно ценную бумагу юноше. Жон с некоторым сомнением, но также и с намёком на вежливое почтение взял её,

Содержимое листка оказалось следующим:

“Лотрик Исповедник отмечен следующими грехами:

Разбойные нападения на живых! - Велка видела его грех множество раз ещё будучи живым и после становления нежитью.

Отъём человечности у нежити! - Велка видела его грех одиннадцать раз.

Убийство Хранительниц Огня! - Велка видела его грех три раза.

Предательство! - Велка видела, как он предал дважды, своего господина и своего бога”.

Жон пару раз проморгался. Нет, слова он понимал и даже витиеватый почерк не оказался значительным препятствием. Просто, похоже, его мозг не привык к столь старомодному стилю письма, отчего больше времени ушло на то, чтобы осмыслить прочитанное в краткой и понятной форме.

По итогу этого осмысления выходило, что пленник его нового, вызывающего тревогу знакомого якобы виновен во множестве тяжких преступлений буквально против всех. С другой стороны...

— Это просто список, — заметил Жон.

— О нет, юноша, этот список наполнен точно такой же силой, как и меч в твоих руках, — Освальд нравоучительно помахал указательным пальцем из стороны в сторону, умудрившись при этом добавить изрядную долю пижонства в сей жест. — Обвинительный лист являет собой точно такое же чудо, как асторские мечи, что так хорошо справляются с нежитью. Каждый раз, когда кто-то обращался к Велке с просьбой об отмщении или справедливости, моя богиня слышала это и записывала в свою книгу каждый случай. На этой карточке записаны далеко не все грехи Исповедника, но в тех грехах, что здесь записаны, ты можешь не сомневаться, ибо моя Богиня подтверждает каждый из них.

Жон уже было хотел спросить, а может ли эта бумажка ошибаться, но вовремя прикусил язык. Ведь этот странный священник действительно был прав, как минимум в том, что меч Оскара может убивать тех, кого обычная сталь не берёт, так может и в этих бумажках есть какая-то сила? Да и не думал он, что его собеседник пропустит мимо ушей то, что вполне можно счесть оскорблением его богини, а потому задал совсем другой вопрос:

— Скажи, а можно каким-то образом понять, какие грехи совершал человек, если жертвы не обращались к Велке в момент преступления? — и действительно, если бы что-то подобное было на Ремнанте, то полиции было бы куда проще определять вину подозреваемых. Но его надежда потухла также быстро, как и загорелась, когда Освальд покачал головой.

— Боюсь моя госпожа пусть и могущественна, но отнюдь не всеведуща, а потому некоторые грехи могут ускользнуть от её взора. Некоторые преступники могут быть достаточно умелы и быстры, чтобы обвинение не успело прозвучать, иногда люди слишком бояться мести, чтобы обвинить кого-то, а иногда то, что одними считается грехом, для других является справедливостью. Например, месть. — и снова Жон едва сдержался от того, чтобы возразить ему, ведь месть не является оправданием для совершения преступления, но вновь остановил себя. И действительно, то, что сейчас на Ремнанте является дикостью, было нормой всего пару сотен лет назад, да и этот мир не является образцом гуманности, а потому блондин решил сменить тему.

— Ты говоришь, что отъём человечности это грех, так? Но ведь я тоже забрал чужую человечность, когда убил демона. Делает ли это меня грешником? — при признании в том, что он отнял чью-то человечность, Освальд на мгновение напрягся, но уже секунду спустя расслабился и вновь разразился заливистым хохотом.

— Нет-нет, всё в порядке. Лишь те, кто забирают человечность у людей являются грешниками, а вот убийство демонов наоборот, дело богоугодное, и коли судьба распорядилась так, что тебе досталось то, что он забрал, то пусть будет так. Однако я предупреждаю, не смей силой забирать человечность у тех, кто за неё держится, ибо это один из тяжелейших грехов, которые ты можешь совершить, — почувствовав внезапное изменение настроения собеседника, Жон мог только кивнуть, решив больше не развивать эту тему.

Затем он весьма успешно попытался перевести взгляд на рюкзак, что так и стоял возле ног его собеседника.

— Скажи, а у тебя есть что-то, что могло бы помочь мне в приключениях. Или, быть может, просто что-то необычное? Я прибыл сюда из далёкой страны, так что многое здесь для меня ново, так что хотел бы привести домой несколько сувениров, да и один мой знакомый интересовался местной магией, — как бы невзначай упомянул Жон.

Мысленно же в его голове уже повторно прокручивались воспоминания о том, как сильно директора заинтересовали даже обычные осколки щита. И если интерес к Эстусу или волшебному мечу был вполне объясним, да и об их свойствах директор знал со слов Жона, то вот как он почувствовал осколок, выданный им Руби, оставалось загадкой.

Да и, если быть честным, парня банально охватывало любопытство. Что вообще может носить с собой этот странный то ли священник, то ли шериф?

— Если хочешь присоединится к моей славной миссии, у меня найдётся пара вещиц, которые могут помочь молодому неофиту в странствиях, — Освальд снова продемонстрировал крутой эмоциональный вираж, резко вернувшись к деловитому отношению.

Внезапно у Жона возникло сильное желание закрыть лицо ладонью. Да, ему стоило дважды подумать, прежде чем пытаться спросить явного культиста об услуге и обнаружить, что тот в ответ попытается утянуть его в свою компанию.

— Эм, звучит привлекательно, но я вряд ли вам подойду. Я же уже говорил, что не здешний, а потому всех правил не знаю. Да и вообще я больше стараюсь здесь выжить, с переменным успехом, и обхожу всяких подозрительных или опасных типов стороной, — неловко улыбнувшись и почёсывая затылок, юноша спешно принялся уклоняться от затронутой им же темы.

Освальд остановил его открытой ладонью, выставленной им на уровне груди.

— Не стоит оправдываться. Я и не ожидал от тебя мгновенной готовности преклонить колено перед обликом моей госпожи, — вполне добродушно сказал он. — Многие служители Велки нынче расходятся во мнениях насчёт того, стоит ли не только карать преступников за содеянное, но и по возможности оберегать простой люд от только готовящихся свершится горестей. Лично я считаю правильным уметь показать себя и моих единомышленников благосклонными по отношению к народу. Помимо прочего, такой образ жизни помогает мне зарабатывать по дороге души.

— Так значит... у тебя всё же найдётся что-то полезное для меня?

— О да, у меня есть пара занятных вещиц, — Освальд с предвкушением улыбнулся, берясь за лямку рюкзака. — Если ты готов заплатить, конечно. А если ты когда-то вздумаешь вступить в наш ковенант, то у меня может найтись и нечто более ценное, хоть и тоже не за бесплатно.

— Я подумаю, — Жон не знал, как вежливо дать отказ, а потому использовал самую банальную фразу на свете.

Была ещё мысль сказать нечто вроде "мне просто любопытно посмотреть, что ты можешь предложить, но покупать я ничего не планирую"... но парень вовремя прикусил язык. Сейчас Жону удачно вспомнились некоторые фрагменты из детства, когда их с сёстрами гоняли из магазинов, в которые они приходили просто поглазеть на товары. Проблема была даже не в том, что они делали, а в том, что они заявляли об этом прямо с порога. Не было смысла настраивать этого странного парня против себя изначально. Лучше уж молча посмотреть на товары и распрощаться.

Товаров, кстати, было не сказать чтобы много. Какого-то огромного мешка у Освальда с собой не было, только скромный рюкзачок. Инвентарь, подобный таковому у самого Жона, если и был, то демонстрировать его парню не стали. Вместо этого служитель какой-то непонятной богини греха просто запустил руки в карманы и выудил оттуда пригоршню колец и цепочек.

— Далеко не все люди, желающие искупления или отмщения, могут заплатить мне самой ценной валютой нашего времени, душами. Но Велка милосердна, и может принимать плату и вещами, — пояснил сомнительный торговец.

— Разве это не значит, что ты просто забираешь последнее у того, кто не может тебе заплатить?

— И снова ты проявляешь недоверие, — сквозь маску дружелюбия Освальда прорезалось его недовольство подобной реакцией. — Хотя должен ли я удивляться подобному отношению от обладателя асторского меча.

От его чуть ли не обвинительного тона на Жона из низов груди внезапно накатила волна неясного возмущения. Однако, парню удалось с ней совладать. Отчасти потому что он не понимал, что такого страшного только что сказал Освальд.

— Вообще-то, он достался мне в качестве прощального подарка, — хоть младший Арк впохыхах принялся оправдываться, но он хотя бы оправдывался твёрдым голосом.

— О, вот оно как, значит. Прощальный подарок перед тем, как стать Полым. Моё сожаление, искреннее, — теперь Освальд натурально скорчился.

— Откуда ты...

— Откуда я понял, как именно происходило ваше прощание? Мы же нежить. Мы можем прощаться только в одном случае, — собеседник Жона заранее предупредил его вопрос, снова остановив его раскрытой ладонью, чтобы всё разъяснить. — А теперь давай вернемся к этим мелким артефактам, которые я готов тебе предложить, — другая рука, держащая драгоценные побрякушки, вытянулась вперёд. — Не стесняйся, конкретно эти кольца не станут кусать за палец.

Несмотря на это заявление, у начинающего Охотника резко поубавилось и без того небольшое желание покупать что-либо у этого парня. Тем не менее, это в несколько извращённом смысле подстегнуло его любопытство.

— А что они тогда могут? — спросил он наконец.

— Они могут помочь тебе выдержать лишний удар врага, тем самым дав шанс поквитаться с обидчиком, или же сразу придать сил перед тяжёлым боем, — пока Освальд упоминал определённые свойства, он покачивал тем или иным украшением.

Торговец ещё какое-то время распинался, нахваливая свойства того или иного украшения. И чем больше он говорил, тем больше любопытство Жона скатывалось в недоверие и скепсис. Сама по себе мысль, что какие-то колечки и цепочки могут реально что-то усиливать, казалась ему странной. А уж смотря на то, как подозрительный Освальд разливался соловьем, бренча очередным, простеньким на вид, колечком, Жон волей не волей начинал видеть в нём не торговца, а ушлого мошенника.

Есть такой типаж людей, которые даже когда улыбаются, выглядят подозрительно. Так вот Освальд, даже когда очень старался выглядеть дружелюбным и располагающим к себе, выглядел не только подозрительно, но и весьма устрашающе. Ему бы играть подозрительного бандита в социальной рекламе для детей, чтобы те не подходили к незнакомым взрослым.

Благо ассортимент у странного проповедника был не очень большим, а потому долго слушать, как он расписывает прелести очередного артефакта, не пришлось.

— Ну, это было очень интересно… — буквально все в голосе и позе Жона кричало, что он врёт, но Освальд не стал обижаться, оценив про себя вежливость парня.

Очень многие, особенно асторцы и винхельмцы, не только не стали бы его слушать, но могли бы и попытаться напасть. Первые из-за религиозной вражды. Вторые же желали бы вызнать тайны магического искусства, благодаря которым последователе Велки могли творить чудеса за счёт разума, а не веры.

— Не утруждай себя, парень, ты не умеешь врать, — Освальд усмехнулся, и сам выбрал одно, самое простое, медное и весьма потрёпанное колечко. — Но я ценю твою вежливость. Это большая редкость в наши дни. А потому держи подарок на прощание.

— Кольцо, что позволит говорить на языке старых ведьм? — хоть под конец Жону и стало скучно, но это не значило, что он вообще не слушал, что говорил ему Освальд.

— Не старых, а древних, — поправил его проповедник. — Бери-бери, оно тебе обязательно понадобится и намного раньше, чем ты думаешь.

Сказав это, Освальд рассмеялся и развернулся, одним только видом показывая своё решение окончить разговор. Жон немного помялся на месте, не понимая, что это значит и как вообще на это реагировать. Но подарок есть подарок, поэтому он закинул кольцо в инвентарь. Парень не видел смысла спешить надевать странное украшение из рук подозрительного типа, особенно когда так называемый артефакт нельзя быстро и легко проверить.

Сейчас куда интереснее было бы пойти и попробовать справиться с горгульей.

Глава 24

Жон уже успел немного пошататься на втором этаже, прежде чем задался вопросом, а где, собственно, эти самые горгульи? В том смысле, что, глядя на заброшенный собор и особенно на огромный центральный зал, можно было ожидать встретить горгулий если не непосредственно в этом зале, то где-нибудь недалеко. Но сколько бы парень не блуждал по собору, исследуя его балконы и помещения, он натыкался только на мёртвых рыцарей, и на этом всё.

При этом поводов не верить людям, которые говорили, что горгульи тут есть, не было. Осталось только понять, где они могут находиться?

Думая об этом, Жон задрал голову к потолку, где можно было рассмотреть пролом в потолке. Через этот пролом в собор лился солнечный свет, и до сих пор Жон просто игнорировал этот пролом. Теперь же, в свете отсутствия противника, который просто обязан быть тут, Охотник на обучении невольно начинает задумываться. Если повспоминать, то жуткая тварь из Северного Прибежище Нежити, из-за которой окончательно умер Оскар, прыгала из очень похожей дырки в крыше…

— Это просто тупо, второй раз повторять эту ситуацию, — проговорил Жон, с сомнением рассматривая данный проём. — Да и почему они тогда до сих пор не спрыгнули с этой дыры, если находятся где-то там?

Жон замер, пристально вглядываясь в пролом. Солнечный свет, проникающий через него, казался почти неестественно ярким, контрастируя с мрачной атмосферой заброшенного собора. Мысли его метались, пытаясь найти логическое объяснение. Если горгульи действительно были здесь, почему они до сих пор не показались? Может, они ждут подходящего момента, типа наступления ночи или ещё чего-нибудь? Или, возможно, они не такие агрессивные, как тварь из Северного Прибежища Нежити?

Хотя последняя мысль очень уж похожа на глупость.

— Ладно, — пробормотал он себе под нос. — Стоит попробовать подняться хотя бы для того, чтобы убедиться, что их там нет.

Он огляделся в поисках пути, который мог бы привести его к пролому. Лестницы на второй этаж он уже исследовал, но они вели только к балконам и небольшим комнатам, где ничего интересного не было. Однако теперь Жон задумался о узкой лестнице, ведущий наверх, под потолок собора.

Во время своих поисков он осмотрел эту лестницу весьма поверхностно, просто посмотрел куда она ведёт и вернулся обратно. Но теперь, похоже, придётся туда подняться.

Жон подошел к узкой лестнице, ведущей вверх, и снова осмотрел её. Железная, ржавая насквозь и закреплённая на стене не менее ржавыми и скрипучими креплениями. Лестница, прямо скажем, вообще не внушала доверия. Однако другого пути не было.

Глубоко вздохнув, юноша взялся за холодные перила и начал подниматься.

С каждым шагом лестница скрипела и покачивалась, словно предупреждая его об опасности. Так что Жон очень обрадовался, когда она оказалась не сильно длинной и он всё же закончил подъём без происшествий, снова встав на крепкий и устойчивый пол небольшого парапета прямо под потолком. Радость, правда, продлилась не долго.

Дело в том, что тот самым парапет никаких перил или иных ограничений не имел, а находился при этом под самым потолком собора. То есть упасть отсюда было раз плюнуть. Конечно, прямо под Жоном была не пропасть, а одна из подсобных комнат второго этажа. Но некоторый страх высоты, появившийся после полёта в Изумрудный Лес и падения с обрыва Северного Прибежища, до сих пор давал о себе знать.

Жон стоял на парапете, стараясь унять дрожь в ногах и сосредоточиться на окружении. Свет, проникающий через пролом, создавал совершенно сюрреалистичную атмосферу, играя тенями на стенах собора. Он огляделся, пытаясь понять, как лучше всего осмотреть территорию за проломом. Но как бы он не вглядывался, ничего кроме неба и стоящей где-то в отдалении горы видно не было.

Зато уже здесь, на парапете, можно было разглядеть ещё одну лестницу, что предлагала подняться ещё выше.

— Такими темпами я на крышу выберусь, — заметил Жон, и в целом не прогадал.

Жон задумался, глядя на лестницу, которая вела к самым верхам собора. Он понимал, что крыша могла открыть совсем другую перспективу, возможно, из которой он сможет увидеть, где скрываются все загадочные горгульи, а также даст возможность оценить обстановку вокруг.

Вот только у этого пирожка есть не только внешний вид, но и начинка. Если эти проклятые всеми Гримм горгульи действительно сидят на крыше, то лезть прямо к ним в пасть… так себе идея, прямо скажем.

Собравшись с духом, Жон начал подниматься по новой лестнице. Это было не сложно физически, но вот ожидание приближающихся проблем и фантазии на тему того, что там его может ждать, изводили парня чисто эмоционально.

Каждый шаг Жона по лестнице отзывался в его голове как предостережение. Он пытался представить себе, как выглядят эти самые горгульи, и что они могут сделать, если заметят его. Его переживания лишь усиливали мрачную атмосферу, которая окружала собор. Паранойя медленно закрадывалась в его мысли. А вдруг эти твари специально прячутся на крыше, сидя в засаде на слишком уж любопытных Охотников вроде него самого?

Когда Жон наконец достиг верхней площадки, его охватило чувство облегчения, ибо прямо у места подъема его никто не ждал. Это уже радовало. Зато там был проход с выломанной дверью, ведущей прямо на крышу. И, прежде чем хоть что-то делать, Жон решил хотя бы немного осмотреться.

К некоторому удивлению парня прямо на крыше никого не было. Да и сама крыша выглядела как-то странно. Такое чувство, что тут прошла самая настоящая война, которая в какой-то момент и закончилась проломленной крышей у собора.

Жон медленно вышел на крышу и огляделся. Везде были следы разрушений: большие каменные блоки, отломанные от главной конструкции, валялись вокруг, образуя своеобразный лабиринт из обломков. Некоторые части крыши были пропитаны мхом и лишайником, в то время как другие, кажется, были опалены огнём.

Сразу же становилось очевидно, что тут проходил очень сложный бой. И это было очень необычно, как казалось Жону. Не так-то просто драться на крыше, с которой можно легко свалиться. И это заставило парня волноваться ещё больше.

Сам для себя такое поле боя он бы не выбрал, это тупо не удобно. А вот для какого-нибудь летающего монстра оно было бы в самый раз. И если этот монстр был достаточно разумным, чтобы организовать подобную засаду… это точно не сулит Жону ничего хорошего.

Жон осторожно продвигался вперед, стараясь не наступать на разбросанные обломки и осколки, которые усеивали крышу. Каждый шаг давался ему с трудом — не только из-за опасности поскользнуться, но и из-за напряженности, которая витала в воздухе. Он чувствовал, что за каждым углом, за каждым выступом может таиться угроза. При этом он крепко сжимал в руках подаренную кузнецом боевую кирку.

И это в итоге оказалось его ошибкой.

На другой стороне крыши была башня. И хотя с позиции Жона было не очень видно, всё же можно было уверенно предположить, что это колокольня. По словам Удручённого, ему нужно было позвонить в два колокола, один из которых, очевидно, был здесь.

И пока Жон аккуратно пробирался по проломленной крыше в сторону колокольни, выискивая горгулий, эти самые горгульи внимательно следили за ним.

На счастье блондина, ожившие статуи были созданы не только и не столько в качестве стражей, сколько для проверки достойных, а потому не нападали из засады, давая своим противникам время на подготовку. Не то, чтобы блондину это сильно помогло, но, по крайней мере, он не пропустил момент, когда из-за колокольни вылетела ожившая статуя, что сделала куг над его головой свалилась в крутое пике, надеясь раздавить дерзкого рыцаря.

Громко выругавшись, Жон отпрыгнул с пути неожиданно манёвренной твари и, убрав боевую кирку, достал заранее заряженный пистолет и сделал три выстрела. Те, впрочем, не возымели какого-либо видимого эффекта, и горгулья, не обращая никакого внимания на три попадания в торс, рванула к нему.

Пусть в душе он и ожидал чего-то подобного, но всё равно внутренне был разочарован ничтожной пользой от оружия, что должно многократно превосходить все известные местным альтернативы. Тем не менее, у блондина не было времени на разочарование. Враг был уже близко, а потому он убрал пушку в инвентарь, вновь заменив её клевцом, и, уклонившись от удара массивного топора, нанёс ответный удар, попав той по кисти.

И пусть это не возымело эффекта, он мог порадоваться за то, что оружие, вопреки его опасениям, не развалилось от силы удара. Всё же общаясь со студентами Маяка, блондин невольно привык к полному отсутствию деревянных частей в оружии юных Охотников, и теперь ему было как-то даже неудобно. Неудобство, впрочем, не помешало ему продолжить сражаться.

Поднырнув под широкий горизонтальный взмах, блондин нанёс ответный удар, обрушив своё оружие на колено монстра. Раз, второй, затем третий, блондин лупил уязвимую, как ему казалось, часть тела ожившей статуи, в надежде выбить противника из равновесия, и ему даже удалось отколоть несколько небольших кусочков, но он так и не успел толком развить свой успех, когда в его грудь ударил хвост монстра, прервав серию ударов и опрокинув его на землю.

К счастью, Аура с честью выдержала это испытание и блондин отделался лёгким испугом. По крайней мере, он так думал, пока на него не обрушился поток племени, от которого тот едва успел прикрыться фамильным щитом. И едва этот поток закончился, как на него посыпался град тяжёлых, размеренных ударов от его противника, всё глубже вбивая Жона в и так едва удерживающую его вес крышу. Юноша понимал, что такими темпами у него либо кончится Аура, либо монстр наконец сломает семейную реликвию. Последнего ему не хотелось, пожалуй, даже больше, чем признавать поражение, а потому ему нужен был план, и план, пусть и не слишком продуманный, у него был.

Сгруппировавшись так, чтобы ему было удобнее броситься на врага, Жон стал дожидаться очередной паузы между ударами. Как только появился шанс, он бросился на врага, в прыжке отзывая клевец, заменяя тот уже хорошо себя зарекомендовавшим огненным Прахом. Схватившись за одну из выступающих частей, он подтянулся к горгулье, засовывая той руку в пасть практически по локоть, и призывая из инвентаря как можно больше огненного праха в дополнение к уже оказавшемуся в глотке монстра кристалу.

И через мгновенье, когда его противник почувствовал неладное и попытался его оттолкнуть, блондин схватил один из кристаллов и сжал его, тем самым сдетонировав весь Прах, что был в монстре, и эффект надо сказать был впечатляющим. Из-за внезапно возросшего давления тварь была буквально разорвана изнутри огненной волной, что впрочем едва ли можно было-бы назвать победой в иной ситуации.

Рука блондина отсутствовала ниже локтя, да и выше, практически до самого плеча он был покрыт ожогами третьей степени. Не спасла его от них даже Аура, и, если бы не его полная нечувствительность к боли, он бы сейчас мог только орать и звать на помощь. Впрочем, парень сомневался, что он вообще пережил бы это, не став странной нежитью с живой кожей.

Хотя сейчас он определённо больше походил на труп. Одежда блондина была изорвана в лохмотья облаком каменной шрапнели, броня помялась, а многочисленные раны кровоточили так сильно, что казалось в его теле вообще не должно быть столько крови. Однако, несмотря на всё это, он не умирал, нет. Вместо ухода ко сну он стоял над поверженным противником, не переставая мысленно благодарить Вайс за подаренный Прах

Затем этот идиллический момент был нарушен вторым криком. Вторая горгулья, что вылетела из-за колокольни, заставила Жона выругаться и немедленно схватить фляжку с Эстусом.

Жон едва успел сделать глоток из фляжки, как вторая горгулья уже приземлилась рядом и молодецким ударом параллельно земле просто снесла парня с крыши вниз.

Естественно, что в такой ситуации ни о какой “стратегии приземления” речи быть не может, а потому Жон уже в полёте опять присосался к фляге с Эстусом, в надежде, что Аура спасёт при падении с такой высоты. И слава хрустящим завтракам, его Ауры действительно для этого хватило.

Жон успел сделать ещё два жадных глотка, чувствуя, как его Аура перенасыщается энергией и начинает восстанавливать обугленную плоть, как последовал страшный удар о землю. Аура сгустилась вокруг него в момент удара о землю, поглотив часть кинетической энергии, но даже этого хватило, чтобы парень услышал треск собственных рёбер. Да и затылком приложился знатно, так что в глазах потемнело.

Благо его Аура всё ещё была перенасыщена энергией, так что Жон достаточно быстро смог прийти в более или менее вменяемое состояние. Откатившись в сторону, он с трудом поднялся на колени, отмечая, что его скинуло с той стороны, где можно было спуститься к кузницу Андре.

Откатился он, кстати, вовремя. Так как, вторя своей жертве, с крыши спикировала и вторая горгулья, буквально тяжёлым камнем рухнувшая в нескольких метрах, почти на месте падения молодого Охотника, подняв тучи пыли. Жон, превозмогая головокружение, впился взглядом в клубы пыли, пытаясь разглядеть силуэт горгульи. И это достаточно быстро ему удалось, так как эта горгулья не сильно отличалась от предшественницы, а потому в её пасти точно так же начало разгораться пламя.

Жон ещё успел подумать, что это просто нечестно, выставлять таких противников как «испытание», если верить Солеру. С другой стороны, если это испытание, то уже страшно представить, что же будет дальше.

Сил на то, чтобы сражаться с этой тварью в рукопашную у Жона не было ни сил, ни желания. Да и предыдущее оружие выпало из рук. Так что он призвал в руку револьвер и сделал выстрел куда-то в сторону противника, просто не имея возможности нормально прицелиться из-за контузии и банальной нехватки времени.

Выстрел прозвучал громко, но пуля лишь чиркнула по каменной поверхности горгульи, едва ли поцарапав её крыло. Тварь же выдохнула в сторону Жона волну пламени, что не только опять обожгла многострадального парня, но также зацепила револьвер в его руке. Попав под воздействие огня, капсюли в патронах сдетонировали, подорвав и прах внутри, так что оставшиеся у Жона патроны просто выстрелили дуплетом прямо из барабана.

К счастью, револьвер не развалился прямо у Жона в руках, но ему точно понадобится профилактический ремонт. Как и самому Жону. Его опять обожгло огнем, просадив и так истощенную постоянным восстановлением тела Ауру. А потом горгулья ещё и дополнительно саданула по нему своей секирой, что окончательно добило Жона.

В себя парень пришел уже в комнате своей команды в Биконе.

Жон медленно открыл глаза, ощущая, какую-то странную неправильность в своём теле. Он лежал на кровати, покрытый простыней, а вокруг царила тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене. мысли путались, а в горле пересохло, словно он глотал песок. Но больше всего его беспокоила рука.

Та самая рука, которую ему оторвало детонацией праха при убийстве первой горгульи. Было такое чувство, будто её ему и в реальности кто-то оторвал, конечность утратила чувствительность, будто её там и не было. Жон с кряхтением повернул голову, чтобы взглянуть на свою руку. К счастью, она была на месте, а не тот обрубок, что был у него в бою со второй горгульей. Вот только выглядела она так, будто его долго и старательно лупили стальной трубой по этой самой руке. Вся сине-фиолетовая и опухшая.

— Жон? — его возня привлекла внимание остальной команды и Пирра первой обратилась к Рену. — Что-то случи… ох.

В этот момент она заметила, что за ужас представляет из себя его рука. Да и Нора с Реном тоже рассмотрел его повнимательнее.

— Я бы помахал вам рукой, ребята, — Жон попытался улыбнуться, чтобы показать, что всё в порядке, но вышло у него откровенно так себе. — Но что-то меня рука не слушается.

— Боже, Жон, — Пирра тут же подскочила со своей кровати и подошла ближе, её глаза расширились от ужаса при виде его руки. — Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик.

— Это была каменная горгулья, монстр похожий на ожившую статую, — Жон поморщился и решил признаться. — Да и с учётом того, что я засунул ей руку с огненным Прахом в пасть, можно считать, что как минимум часть вины лежит на мне.

— Ты что, совсем с ума сошёл? — Нора, обычно всегда весёлая, в этот раз выразила нешуточное беспокойство. — Подрывать Прах прямо в руке? Даже при самом благоприятном исходе тебе должно было оторвать пальцы. Слава Ауре, что этого не произошло.

— Ну, знаешь, — Жон приподнялся на кровати. Он решил не говорить ребятам, что на самом деле ему оторвало не просто пальцы, а половину руки. — Когда тебя пытаются поджарить, как курицу на гриле, не до выбора методов. Да и, вроде как, сработало.

— Сработало? — Рен, скептически выгнул бровь. — Ты лежишь здесь с рукой, которая выглядит так, будто её пытались раздавить прессом, и это по-твоему «сработало»?

— Это помогло мне справится с первой горгульей и на этом бы всё закончилось. Я не ожидал, что вылезет вторая и мне придётся сражаться ещё и с ней.

— Жон, если после боя твоя рука выглядит так, то даже победа над монстром не является чем-то хорошим, — Пирра осуждающе покачала головой. — Насколько бы Аура не была полезна, это не панацея. Да и враги, как ты сам мог убедиться, далеко не всегда ходят по одному.

— Ладно-ладно, — Жон сдался, поднимая здоровую руку в знак мира. — Вы правы, это было глупо. Но, знаете, когда ты стоишь на краю крыши, а за тобой гонится каменное чудовище с огненной пастью, не до рациональных решений.

— Так ты признаешь свою правоту или всё же оправдываешься? — Нора усмехнулась.

— И то, и другое, — Жон попытался улыбнуться и свести всё к шутке, но Пирра не оценила юмора и отвесила своему напарнику лёгкий подзатыльник.

— Это не повод для шуток, — сказала она строго. — Надо отвести тебя в лазарет.

Так и поступили. Младший Арк даже моргнуть не успел, а они уже накинули повседневную одежду и повели его неизвестно куда. Возможно, на его мыслях сказывалась уменьшенная чувствительность к боли, которая уже заставила его пойти на риск с горсткой Праха во рту горгульи, но он всё ещё считал, что его товарищи перегибают палку с этой опекой. Оставалось надеяться, что с его раной разберутся быстро и всё успокоится.

Однако, судя по тому, каким шокированным взглядом встретила их медсестра, сразу потянувшаяся к Свитку, всё обещало затянуться надолго.

Глава 25

Как и предполагал Жон, затянулось тогда всё на долго, пусть даже широкой огласки его ранение не получило. Да и чувствительность руки вернулась всего через пару дней, а потому о не самом разумном поступке блондина знали только его друзья. Включая Коко и Вельвет, хотя тем он и сказал только о том, что поранился при тренировке с Прахом. Разумеется, также были в курсе и преподаватели, которым он нехотя, но объяснил ситуацию. И, честно говоря, Жон до сих пор искренне считал, что в этом случае подробностей можно было и избежать.

Особенно учитывая какую выволочку ему устроили Порт и Гудвич. У блондина даже на секунду вспыхнула ностальгия, всё же на его памяти только родители могли вовсе не поднимая голоса заставить юного Арка так съеживаться, раскаиваясь в собственной глупости. И учителя показали ему, что они развили это искусство в совершенстве, ибо таким идиотом Жон не чувствовал себя уже давно.

Благо хоть звонка его родителям удалось избежать. Рука, не смотря на обширные гематомы и трещины в костях, восстанавливалась поистине чудовищно быстро, и повреждения, которые у других исцелялись бы месяцами, у него прошли всего за несколько дней, не оставив после себя никаких следов, кроме необычно сильного аппетита. А потому, хотя в последние дни его не вызывали на практических занятиях, Жон оказался загружен дополнительной теоретической подготовкой, где Порт и Гудвич заставляли его прорабатывать тактику противодействия различным противникам и строить планы боя, которые позволили бы ему сражаться более эффективно.

Не то чтобы в плане тактики Жону подсказали много нового, но вот стратегии боя с уже встреченными противниками действительно принесли ему несколько новых идей, отчего он был готов как минимум себе признаться, что с неким нетерпением ждёт момента, когда ему, наконец, разрешат снова воспользоваться своим Проявлением. Конечно, по факту Жону вовсе не требовалось чьё-то разрешение, но учителя при полной поддержке его друзей заставили его дать обещание отказаться ото сна на ближайшие несколько дней. Либо до момента, когда недостаток сна начнёт сказываться на нём.

После испуга его сокомандников и возгласов медсестры, а затем и учителей в то утро пока что последнего пробуждения это не стало неожиданностью. Однако, за те дни, когда он восстанавливался, за исключением скуки никаких негативных последствий отсутствия сна он не заметил. Со скукой, кстати, отлично помогал справляться Свиток, в котором не только можно было просто позалипать, но и реализовать свой интерес к праховой магии, вспыхнувший с новой силой. Да и как было ей не заинтересоваться, раз та помогла ему разобраться с титанитовым демоном и даже одной из горгулий? Разве что Вайсс не очень обрадовалась его интересу, так как теперь Жон частенько приставал к ней расспросами тех моментов, которые не понял.

Но Вайсс продолжала теперь парня, не в последнюю очередь потому, что Жон уже умудрился расплатится с ней как за уроки, так и за высококачественный Прах, отдав той большую часть необработанного титанита. Оставшийся порошок купил Озпин, здраво решив изучить странную субстанцию до того, как доверять её детям. И, как выяснил Жон, фляжка с Эстусом, ранее также отданная Вайсс, в данный момент находилась в лаборатории, аналогичным образом подвергаясь тщательному анализу. Как пояснил ему директор, он просто не мог позволить ученице пользоваться непроверенным, потенциально опасным для неё средством. Да и его самого за прошедшие дни прогнали через кучу тестов и анализов.

И, как не сложно догадаться, изменений в нём было немало. Он подрос на несколько сантиметров, заметно набрал в весе, причём это были мышцы, а не жир. Скорость его регенерации приближалась к зафиксированному верхнему пределу, как и Аура, что уже превосходила по объёмам любого из его друзей. Однако почему-то он подозревал, что здесь дело не в Эстусе. О метке нежити его тоже спросили, впрочем здесь он решил не вдаваться в подробности и ограничится только основным эффектом метки, тем, который позволяет ему постоянно возрождаться, пусть пока его эффект и был проверен только в том, другом то ли мире, то ли невероятно реалистичном сне. Впрочем он уже и сам толком не верил во вторую версию.

— Думаешь о своих снах? — мягкий голос Пирры отвлёк его от размышлений, и он кивнул, возвращаясь в реальность. Воспоминания это конечно хорошо, но не стоит спать в центре Вейла. К тому же на этот раз он пришёл сюда не просто ради развлечения, хотя большую часть запланированных покупок он действительно уже сделал. Патроны под отремонтированный револьвер и под наконец законченную винтовку-дробовик были куплены, также как и набор для ухода за последним, а потому оставалось только купить оружие на замену подаренной боевой кирке. Та пусть и не сломалась, но в её прочности до сих пор оставались сомнения, ведь не зря никто из его друзей не использовал дерево в своём оружии.

— Ага. Не терпится наконец взять реванш, — он тепло улыбнулся ей, пытаясь тем самым успокоить напарницу. И это был не первый раз, когда ему приходилось либо заверять друзей в том, что он не будет рисковать, либо в том, что с ним всё будет в порядке. Пусть их забота была приятна, он не мог не признать, что скоро и сам начнёт волноваться о здоровье друзей, всё же постоянные переживания явно не добавили бы им здоровья, о чём он неоднократно им говорил. К счастью, постепенно они действительно успокаивались.

— Ты уверен, что готов? — Пирра продолжала расспросы. — Мы все хотим поддержать тебя, но внутри твоего сна ты можешь надеяться только на себя.

— Не только, — Жон постарался выглядеть как крутой и надежный парень. Правда в этот раз, в отличии от множества предыдущих, он не пытался подкатить к понравившейся девушке, а хотел поддержать подругу и напарницу. — Я уже нашёл несколько друзей там и получил от них помощь. Так что я никогда не буду один.

И так уж получилось, что именно в этот раз Жон добился того, чего никогда прежде не добивался. Пирра оценила его жест и слова и поспешила отвернуться, чувствуя как щеки покрываются румянцем. Жон и раньше казался ей весьма интересным парнем, а уж сейчас он сумел заставить её сердце биться быстрее.

Жаль только сам Жон не понял, что именно произошло и не придал значения тому, что Пирра решила посмотреть в другую сторону.

— Эй, Пирра, ты чего? — Жон наклонил голову, пытаясь поймать её взгляд. — Что-то не так? Ты покраснела... Тебе плохо?

Пирра, чувствуя, как её лицо горит ещё сильнее, быстро махнула рукой, стараясь отмахнуться от его вопросов.

— Всё нормально, просто... Солнце, наверное, — пробормотала она, хотя дневное светило уже почти скрылось за горизонтом, и вокруг них сгущались сумерки. — Не обращай внимания.

Жон, конечно, заметил, что её отговорка звучала не очень убедительно, но решил не давить. Он привык к тому, что Пирра иногда вела себя немного странно, особенно когда они оставались наедине. Возможно, это было связано с её характером или с тем, что она просто не любила показывать свои эмоции. В любом случае, он не хотел смущать бедняжку ещё больше.

— Ладно, — он улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. — Мы вроде всё купили, или нужно что-то ещё?

— Ты хотел ещё одно оружие ближнего боя, — Пирра покачала головой от рассеянности Жона, и припомнила, что он говорил о своих планах на покупки. — Что-то о железной ручке.

— Точно, — Жон достал на несколько минут клевец, полученный от Андре. — Очень уж меня смущает деревянная рукоять, как бы не переломилась во время боя.

— Металлы бывают разными, как и сорта древесины. Но в целом ты прав, железная рукоять была бы надёжнее, — согласилась Пирра, внимательно разглядывая клевец. — Но она и тяжелее. Это может показаться не критичным только на первый взгляд, в бою же разница в балансе и весе оружия начинает ощущаться очень хорошо.

— Чего-чего, а уж времени на тренировки у меня будут, — парень криво усмехнулся, но быстро осёкся, понимая, что сболтнул лишнего. Пока Пирра опять не расстроилась он попытался перевести тему. — Мне ведь спать не нужно, так что можно будет попросить разрешения тренироваться вечером и утром.

— Спорное преимущество, да и не уверена, что профессор Гудвич разрешит тебе посещать тренировочный зал во внеурочное время, — Пирра нахмурилась, но тут же смягчила выражение лица, не желая портить настроение ни себе, ни Жону.

— Посмотрим, как говорила моя мама “за спрос не бьют”, — завершил беседу Жон, невольно вспоминая, как ему прилетело за вопрос, что за слово говорили пацаны постарше. Тогда мама раз и навсегда отучила его ругаться грязными словами, а ведь началось всё с простого и невинного, в общем-то, вопроса.

Они продолжили путь по оживлённым улицам Вейла, мимо торговых лавок и кафешек. Оружейные магазины здесь располагались ближе к центру, и вскоре они подошли к одной из известных среди студентов мастерских под названием “Верный Друг”. Логотип с изображением волка, вцепившегося зубами в меч, был не только на вывеске, но и дополнительно присутствовал на двери и даже на стене магазина.

Жон толкнул дверь, и их встретил звон колокольчика. Внутри пахло маслом, металлом и дымом — привычный аромат кузницы. За прилавком стоял коренастый мужчина с закатанными рукавами, демонстрирующими мощные, покрытые шрамами руки. А перед прилавком стояла пара знакомых второкурсниц, Коко и Вельвет.

И стоило только двери открыться, как все трое тут же обернулись на звук.

— О, смотри кто пришёл! — Коко тут же озорно подмигнула, заметив Жона и Пирру. — Наш герой, ещё и с новой подружкой. Зая, смотри, у тебя новая соперница.

Это заявление смутило и Пирру, и Вельвет. Последняя даже решила треснуть свою подругу по плечу, в то время как Пирра просто покраснела и сделала робкий полушаг за спину Жона. Сам же Арк тоже стоял с красными ушами, просто не зная, что тут можно сказать или сделать.

— Коко, хватит, — Вельвет сердито смотрела на подругу, раздумывая, стоит ли треснуть её ещё раз.

— А что? Я просто констатирую факты! — Коко развела руками, делая невинное лицо. — Раз стоят вместе, значит…

— Ничего это не значит, — перебил её Жон, наконец найдя слова.

В доказательства этих слов он слегка отодвинулся, то ли давая Пирре больше пространства, дабы она не восприняла ошибочно его простой, то ли просто желая чуть дистанцироваться от неё и не навязываться.

— Ой, да ладно вам, — Коко фыркнула, но наконец-то оставила тему. — Ладно, ладно, не буду вас дразнить. Хотя...

Буквально через миг она не сдержалась и демонстративно бросила хитрый взгляд на Пирру, что недовольно покосилась на отошедшего Жона.

— Коко, хватит, — Вельвет всё же решилась и треснула подругу теперь уже по голове, слегка помяв берет модницы.

— Действительно, детишки, заканчивайте балаган, или продолжайте его за пределами моей мастерской, — мужик за прилавком постарался придать своему голосу суровости, спрятав при этом улыбку в усы.

— Да-да, простите, — Коко подняла руки и наконец успокоилась, хотя бы внешне.

Жон глубоко вдохнул и медленно выдохнул, приходя в себя после встряски от Коко, после чего всё же решил перейти к делу. Делая шаг вперёд он достал из своего инвентаря клевец, который и требовал доработки, что несколько напрягло работника мастерской.

— Вот, — Жон не заметил, как мужчина напрягся, и просто протянул ему клевец. — Я бы хотел заменить рукоять с деревянной на металлическую.

— Это у вас, Охотники, все умеют вещи из воздуха доставать? — попытался пошутить мужик, с некоторой опаской поглядывая на протянутое ему оружие.

— Не, он у нас один такой, особенный, — неугомонная Коко похихикала над суеверным страхом продавца.

— Особенный, говоришь? — Мастер поднял бровь, но взял клевец, внимательно осмотрев его. Он провёл пальцами по клюву, взвесил оружие в руке, затем постучал по деревянной рукояти, прислушиваясь к звуку.

— Дерево крепкое, но если хочешь металл — сделаем металл, — наконец заключил он. — Только учти, в руке лежать после этого будет совсем по другому. Придётся привыкать заново.

— Меня об этом уже предупреждали.

— Тогда выбирай материал, — мастер тыкнул в небольшую записную книгу, что лежала чуть в стороне. — Там описаны разнообразные сорта стали, с которыми мы работаем и которые сможем заказать.

Жон сначала не придал значения фразе про сорта стали, просто подумав, что одни металлы чуть дороже, а другие чуть дешевле и ему нужно было просто выбрать что-нибудь по своему кошельку. И каково же было его удивление, когда чуть ли не вся книга была расписана видами стали, что отличались не столько ценой, сколько своими характеристиками.

Этот крепче, а тот гибче и лучше амортизирует удар. Третий может предложить нечто среднее между первыми двумя, но он будет чувствителен к нагреву и может испортиться в огне, в то время как четвёртый сорт более тугоплавкий и его можно спокойно нагревать. Одни металлы лучше проводят Прах, другие наоборот более стойки к его воздействиям.

Во всём этом можно было легко потеряться. Благо, что рядом была Пирра, которая с готовностью взялась показывать Жону, что лучше выбрать.

— Думаю, тебе лучше всего подойдет максимально крепкая рукоять, — предложила девушка. — Всё же амортизация для Охотников не очень актуальна, ведь ты можешь просто пустить Ауру по руке. Да и на качестве пробивания брони амортизация скажется из-за потери часть импульса.

— Это прям как-то серьёзно повлияет? — Жон с некоторым сомнением воспринимал описанные в книге отличия одних сортов от других. Железо или сталь в его представлении были просто железом или сталью.

— Конечно повлияет! — Пирра оживилась, невольно принимая лекторский тон, она уже собиралась объяснить ему, насколько это важно на длинной дистанции и как часто можно победить за счет минимального преимущества, но Жон быстро слился с намечающейся лекции.

— Хорошо, — он успел вклиниться ровно в тот момент, пока Пирра набирала воздух в лёгкие. — Доверюсь твоему опыту.

Коко, что продолжала наблюдать за этой парочкой, не удержала усмешку. Она раньше такое только в сериалах видела. Обычно парни только прикидываются шлангом, который якобы ничего не понимает и не замечает. И естественно девушки моментально эту игру пересекали и либо выводили парня на чистую воду, либо же принимали правила игры. Но Жон всем своим видом демонстрировал только искренность и ничего кроме искренности.

Наблюдать за чем-то подобным было невероятно забавно, а вот строить отношения с таким “большим ребенком”, Коко точно бы не захотела. Хотя, кто знает, может у некоторых просто нерастраченный материнский инстинкт играет. В любом случае, модница предпочтёт не вмешиваться, а только наблюдать да подшучивать над происходящим.

Быстро сделав выбор по совету Пирры, Жон был удивлен ещё раз, так как поменять рукоять сразу ему не могли. Мастерская имела список заказов и очень редко простаивала без дела, так что заказ Жона расположили в конце очереди.

К тому же, хозяин магазина не видел смысла платить за склады, где бы без дела валялась куча материалов. Доставка со складов торговых компаний или металлургических заводов стоила кратно дешевле, так что подождать придётся в любом случае. Благо что томиться в ожидании придётся не долго и уже через пару дней за клевцом можно будет вернуться.

— Ладно, — Жон вздохнул, пряча квитанцию в карман. — Тогда придётся подождать. У нас вроде всё, да?

— Да, насколько я могу судить, — Пирра кивнула.

— Отлично, тогда пойдём, — Жон повернулся к выходу, но тут же остановился, вспомнив о присутствии Коко и Вельвет. — Кстати, а вы как, пойдёте с нами?

— Хочешь превратить своё мило свидание в вечеринку? — Коко спустила солнцезащитные очки на кончик носа, бросив на парня насмешливый взгляд. — Учти, Зайку я в обиду не дам. А подкатывать ко мне лучше без подружки под рукой.

— Коко, — Вельвет закатила глаза, но уголки её губ дрогнули. — Хватит его провоцировать.

— А что? Я просто предупреждаю, — Коко развела руками, делая невинное лицо, но тут же не выдержала и рассмеялась. — Ладно, ладно, мы на сегодня закончили. Так что можно прогуляться до Бикона вместе.

Жон снова глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Даже зная, что над ним издеваются, он всё же не мог сдержать свою реакцию. Зато сейчас, как никогда он понимал своего отца, который тоже частенько проделывал подобные дыхательные упражнения после очередной выходки сестёр Жона.

— Вам помочь с покупками? — чуть успокоившись, Жон на свою беду решил продолжить разговор. — В моём инвентаре и так не чувствуется веса, да и руки свободны.

— О, благородный рыцарь предлагает носить наши покупки? — Коко приложила руку к груди, изображая трогательное умиление. — Ну раз ты настаиваешь...

Она тут же сунула ему несколько увесистых пакетов и несколько кейсов с патронами, которые Жон автоматически принял, пытаясь удержать всё это на весу.

— Коко! — Пирра возмущённо нахмурилась. — Не надо его нагружать! Он только оправился от ранения.

— Да ладно тебе, — фыркнула модница. — Во-первых, он “оправился от ранения”, а значит ему полезно. А во-вторых, ему это не в руках носить, он сам об этом сказал.

Жон действительно не собирался носить все это в руках, а потому сразу же сгрузил в инвентарь. Благо, что никаких ограничений по объему и весу до сих пор обнаружено не было.

— Вот видишь? — Коко самодовольно подняла палец. — Совсем не напрягается. Да и вообще, если уж он такой джентльмен, то почему бы не воспользоваться?

Пирра закатила глаза, но больше не спорила. Вельвет же, наблюдая за этой сценой, едва сдерживала улыбку.

— Ладно, раз уж ты так щедро разгрузила нас, — сказала она, — то, может, зайдём куда-нибудь перекусить? Я слышала, что рядом со стоянкой Булхедов открылось чайная лавка со сладостями из Вакуо.

Девчонки как-то сразу оживились начав обсуждать сладости и их разновидности, Жон же вдруг испытал наплыв ностальгии. Сколько раз он вот так же гулял по магазинам со своей мамой и сёстрами? Кажется, что это было целую жизнь назад, а ведь даже месяца не прошло.

На волне этих эмоций, он даже достал Свиток и решил написать матери, с предложением созвонится сегодня вечером и пообщаться. Матриарх семейства Арк похоже дежурила над своим Свитком, так как сообщение было моментально прочитано и столько же быстро на него пришел ответ:

«Конечно, дорогой, мы будем очень рады».

Жон улыбнулся, глядя на ответ. Мама, как всегда, на связи. Он уже представлял, как вечером услышит её голос, шумный смех сестёр на заднем фоне, а может даже и строгий, но такой родной бас отца, если тот не задержится опять на работе.

Но пока что вокруг царила своя, особая атмосфера. Девушки всё ещё оживлённо обсуждали десерты, Коко с азартом доказывала, что вакуанские сладости — это, конечно, красиво, но ничто не сравнится с разнообразными ликёрами из Атласа, а Пирра, к удивлению Жона, горячо с ней спорила, отстаивая честь классического горького шоколада с орехами.

Эта картина была настолько… приятной, если так, наверное, можно было выразится. Жон чувствовал, что он не один, что его поддерживают друзья и семья. И все проблемы казались далёкими и решаемыми. Он будет Охотником, будет героем, всё будет так, как он мечтал в детстве.

Жон не знал, что в ответ на такие, довольно светлые и в целом хорошие, мысли в его душе шевелилось что-то очень тёмное. Осколок Великой Души, что один неизвестный карлик нашел в Первородном Пламени и которую он разделил среди всех людей. Человечность.

Жон был человеком. Он забрал человечность Оскара из Демона Прибежища и поглотил кусочки человеческих душ, пока шёл к гаргульям. И вместе с душами он так же усваивал и кусочки чужой человечности. В каком-то смысле, Жон сейчас был даже более человечен, чем многие другие. Вот только можно было ли назвать человечностью тёмную сущность, медленно зарождающуюся в его нутре, здесь, на Ремнанте?

Глава 26

Посиделки в чайной неожиданно затянулась. Вроде как никто и никуда не спешил и девчонки просто общались. Жон же, слава опыту брата семи сестёр, спокойно поддерживал разговор либо же прикидывался поленом, если речь заходила о чём-то странном. За разговорами они и сами не заметили, что засиделись.

О времени напомнила родня Жона, которым он обещал созвониться вечером. Парню банально позвонили, не дождавшись звонка с его стороны.

Жон извинился перед девчонками и вышел ненадолго, чтобы поговорить с семьёй. Но девушки и сами стали собираться, вспомнив про разнообразные дела, которые хотели сделать сегодня. Чтобы не разъединяться договорились, что Жон пойдет чуть позади и спокойно поговорит с родней, не мешая девушкам. Коко, Вельвет и Пирра же продолжат общение чуть тише, чтобы не мешать уже Жону.

Парень был благодарен за это, и около получаса говорил по свитку, общаясь с семьёй. Он бы хотел поговорить и больше, но сам формат связи к этому не располагал. Все же свиток даже близко не походил на общение в живую.

Сестры постоянно перебивали друг друга, иногда выхватывая телефон. Громкость то поднималась, то опускалась, и в целом это было не то. Но даже так разговор продлился полчаса, что было настоящим рекордом для парня.

Под конец ему напомнили. что он обещал приехать на каникулы, и передали, что Сафрон с Террой даже планируют съездить к нему Вейл, чтобы повидаться в живую, а заодно намылить шею за побег из дома. Ещё совсем недавно эта угроза безотказно сработала бы на Жона и он испугался бы. Сейчас же он только рассмеялся.

— Буду ждать. Давно их не видел, — на той стороне даже притихли от нетипичной реакции. — Даже интересно, как там Адриан?

— А ты изменился, сынок, — заметила его мама, вдруг потеплевшим голосом.

Это неожиданно царапнуло Жона. Он бы хотел сказать, что произошло слишком мало времени, чтобы он реально изменился. Вот только его ночные путешествия… там и времени проходит побольше, да и причин для изменений было достаточно. Жон даже не сразу нашел, что можно было ответить на это замечание.

— Я… просто повзрослел, наверное.

— Конечно, — матриарх семейства Арк улыбнулась, услышав привычную неловкость в голосе сына. И именно в этот момент решила влезть одни из его старших сестёр.

— О, так ты у нас уже совсем взрослым стал, да? Неужто наконец завёл себе девушку? — Слова Дианы казалось моментально привлекли всеобщее внимание, и сёстры наперебой начали задавать вопросы, желая понять что-же за девушка привлекла внимание их милого, но порой наивного и глуповатого брата. Это, казалось развеяло ту секундную неловкость, вызванную столь непривычной серьёзностью Жона, но на его счастье его мама решила не оставлять единственного сына, и напомнила разошедшимся блондинкам о том, что такие звонки стоят недёшево, да и время уже вечернее, так что их брат наверняка устал после дня в Академии, а потому стоит дать ему отдохнуть, и отложить вопросы до его визита домой.

Так что тепло попрощавшись со всеми Жон завершил звонок и поспешил нагнать своих спутниц, а заодно решил таки оглядеться по сторонам, с некоторым удивлением отмечая, что они уже подходили к стоянке быкоглавов. На это блондин только и мог, что покачать головой, про себя сетуя на то, что при разговорах с семьёй время всегда пролетает незаметно, и отмечая, что теперь он с ещё большим с нетерпением ждёт личной встречи с семьёй.

— Ну, судя по твоей улыбке разговор прошёл удачно? — Он кивнул на слова Пирры, после разговора ему действительно стало легче на душе. — Очень тебя понимаю. У самой родители живут в Вакуо, и мы стараемся созваниваться при каждой возможности.

— Ну, у нас с Зайкой всё попроще, мы-то родились и выросли здесь, в Вейле, так что можем навещать семью на каждых выходных.

— Да, не могу себе представить, каково это, месяцами не навещать свою семью, обходясь только звонками и сообщениями.

Так, незаметно они перешли к сравнению жизни в Вейле, Вакуо и Анселе, а там, за разговором и время пролетело совсем незаметно. Можно сказать Жон и глазом моргнуть не успел, как они уже летели в Маяк, занимая себя обсуждением всяких бытовых мелочей, и уже там им нужно было расходиться. И потому, вытащив из инвентаря вещи Коко и Вельвет и передав их, он тепло попрощавшись с ними и вместе с Пиррой направился к своей комнате, где их уже ждал Рен и вечно гиперактивная Норра.

К несчастью время было уже позднее, а потому сегодня блондин, весь день пробывший в городе не так уж и много времени мог уделить оставшимся в Маяке членам команды, те впрочем не слишком расстроились. Им, судя по словам Норры не довелось скучать, да и компании друг-друга они казалось были вполне довольны. И вот вскоре настала пора ложиться спать, и закончив все вечерние процедуры команда JNPR отошла ко сну. Или точнее отошли ко сну три четверти команды, тогда как блондин, устроившись поудобнее достал свиток, и начал сёрфить интересные ему темы.

А темы те были вполне в духе Охотников. Он искал разные виды Праха и способы их использования, смотрел видео, где люди разной квалификации рассказывали о способах применения праха или о управлении своей аурой, даже зарегистрировался на парочке форумов, где собирались немногочисленные энтузиасты, желающие стать настоящими «Магами». Впрочем энтузиастов там и вправду было немного, огнестрел, как и сказал ему не так давно доктор Ублек вытеснял затратные по ауре и сложные в исполнении приёмы.

И в иной ситуации он и сам не связался-бы с чем-то столь сложным, но путешествия, пережитые им во сне пробудили воспоминания о тех сказках, что ему и сёстрам читала на ночь мама. О сказках, где храбрых рыцарей направляли могущественные волшебники, что в одиночку могли противостоять ордам гримм, легенды о Девах Сезонов, что были наделены волшебством старым волшебником и истории о его предках, что снискали себе славу на полях сражений. Почему-то именно сейчас он вспоминал эти сказки, и коли на Охотника, который был ближайшим, в данный момент аналогом рыцарю он обучался, то почему-бы ему не стать в добавок ещё и магом?

И что уж греха таить, Жону просто нравилось то ощущение силы, когда он, с помощью своей ауры творил «Магию». И пусть в последние дни до практических занятий его не допускали, опасаясь усугубить травму блондина, это никак не мешало ему собирать информацию и обдумывать то, что он сможет сделать. Хотя сильно разгуляться ему не дала Вайс, поубавившая его энтузиазм перечислением цен на разные сорта высококачественного праха, а после раскритиковавшая придуманные им приёмы, ничуть, впрочем его не расстроив.

Да и если так подумать, то и Вайсс, и Рен обучали его не столько праховой магии или манипуляциям с аурой, сколько отдельным приёмам, и хотя он понимал почему они так поступают, сейчас ему действительно правильно поставленный удар и возможность зарядить кристалл праха, не взорвав себе руку куда-как важнее, нежели теория, но вскоре блондин собирался попросить у друзей полноценный урок теории и сравнить их слова с тем, что говорят люди на форумах.

Он понимал, что мнение двух знакомых ему лично экспертов, с которыми он может лицом к лицу обсудить любой интересующий момент куда как ценнее, нежели всё то, что пишут незнакомцы на форумах. Однако просто так откидывать мнение других людей Жон не собирался, его, как и полученные на форумах советы он будет учитывать, просто перед тем как воплотить их в жизнь он спросит мнение Вайс и Рена по этому поводу.

***

Жон не спал уже около недели и испытывал по этому поводу очень странные чувства. Не было ни усталости, ни сонливости, казалось, что ему ничего не будет стоить отказаться от сна на месяц или даже больше. Нельзя сказать, что он скучает по необходимости спать каждый день, но чувство неправильности и чуждости не отпускало Жона.

Волей-неволей, он задавался вопросом, человек ли он вообще. Быть может он просто нежить, которая лишь имеет вид живого человека, но в любой момент может стать полой? Не самое приятное будущее. Но если это и правда так — что он мог с этим поделать?

В подобной рефлексии Жон провёл тогда всю ночь и солидную часть дня. Друзья заметили подавленное состояние парня и пытались его расспросить, но Жон не хотел говорить о своих страхах. Он отшучивался, говорил, что просто устал от ночного безделья, или что думает о следующем рейде в свои сны. Но внутри этот вопрос продолжал грызть его, как назойливый Гримм, не давая покоя.

Видя всё это, ребята решили проверить Жона на тренировке, заодно показав ему несколько интересных приёмов, завязанных на Прахе.

— И почему мы не можем называть это праховой магией? — поинтересовался Жон, когда Вайсс в очередной раз поправила его с этим термином.

— Почему бы тогда нам не называть Быкоглавы «летающими повозками»? — фыркнула принцесса Шни, бросив в Жона кристаллом электрического Праха.

— Потому что это звучит глупо, — парировал Жон, ловко перехватывая искрящийся снаряд.

— Вот именно, — Вайс скрестила руки. — «Праховая магия» — это ненаучный термин для эффектов, которые можно объяснить физикой Ауры и свойствами Праха.

— Но звучит-то круче, — ухмыльнулся Жон, чуть сжимая кристалл в ладони. Он почувствовал, как Аура откликается, а кристалл Праха засиял мягким светом. Прах очень чутко реагировал на Ауру, даже если не давить той напрямую.

В этом заключалась один из элементов их тренировки: умение аккуратно взаимодействовать с кристаллами. Всё же, если бы Жон умел правильно направлять свою Ауру, то в бою с горгульями он не только не повредил бы себе руку, но и намного проще и эффектнее расправился бы с тварью, в глотке которой детонировал весь тот огненный Прах.

Хотя Жон до сих пор думал, что кидаться в него предметом их тренировки было излишне. В первое время этот дурацкий желтый кристаллик постоянно бил его током.

— «Круто» — не аргумент в академических кругах, — возразила Вайс, важно поправляя прядь волос. И тут же сердито топнула каблучком. — И вообще, долго ты ещё собираешься спорить со мной о пустяках?

— Молчу, — спор о терминах действительно был больше способом подурачиться, чем борьбой за истину.

— Не видно, — Вайсс, в своей обычной манере, фыркнула, но почти сразу же смягчилась и перешла на учительский тон. — Как ты уже понял на своём опыте, Прах постоянно взаимодействует с Аурой, даже с малыми её дозами. Также за счёт той же Ауры ты можешь управлять стихийными эффектами после детонации Праха. Надеюсь, мне не придётся объяснять тебе, что такое «детонация Праха» и как это делается?

— Я уже проделывал это, — Жон напомнил про свой фейл с горгульями. С другой стороны, он правда знал об этом, но только с гражданской стороны жизни. Будучи жителем деревни, Жону приходилось заряжать электрогенераторы или топить котельную. И хотя на форумах он не нашел каких-то упоминаний, что Охотники делают это по другому, всё же можно было уточнить этот момент. Главное не выдать своего незнания в этой области. — Там же вроде нет ничего сложного, чего бы не преподавали в младших классах.

— В младших классах учат заряжать фонарики, а не превращать Прах в оружие, — Вайс скрестила руки, но в целом покивала головой. Жон даже успел подумать, что смог не выдать себя, как она просто растоптала его надежды. — Хотя теперь понятно, почему ты такой восторженный «праховый маг» — ты просто техник, а не аурник.

Жон непонимающе изогнул бровь, оглянувшись на Рена, что тоже присутствовал при этой тренировке. Рен лишь пожал плечами. Он и Нора осваивали искусство Охотника не в школе, а в поле, подрабатывая в небольших селениях. Поэтому парень не был до конца уверен в своём знании терминов, но всё же решил пояснить это так, как он знал.

— Прах можно активировать не только при помощи Ауры, но и простым механическим воздействием. Тех, кто так делает, вручную или при помощи механических инструментов, называются «техниками». Ну и отсюда логично выходит, что «аурники», это те, кто манипулирует Прахом при помощи Ауры.

— А, ну тогда всё ясно, — Жон кивнул. — Но почему тогда Вайсс называет меня техником, если я аурник? Я же взаимодействую с Прахом при помощи Ауры.

— Да какой из тебя аурник, если ты сам себя подорвал, — Вайсс приходилось прилагать некоторые усилия, чтобы не топтаться на гордости Жона слишком сильно. Он был сам виноват в своей некомпетентности, но уже тот факт, что Жон был готов учиться, был плюсом в его репутацию. — Прах всегда реагирует на Ауру, я уже об этом говорила. И само наличие Ауры не делает тебя Аурником.

— Ага, но в целом аурники сильнее техников, да? — Жон начал яснее представлять себе картину. По крайней мере ему так показалось.

— Нет, — Вайсс закатила глаза, еле-еле сдерживая себя от того, что бы строительным катком пройти по Жону и его наивным представлениям. По мнению принцессы Шни, быть таким наивным нельзя было чисто физически. — Каждый случай уникальный. Неопытный и в целом слабый аурник легко может проиграть опытному и хорошо оснащенному технику.

— Современные технические решения вообще довольно далеко шагнули, так что для многих вещей в принципе не обязательно обладать Аурой, и уж точно не обязательно обучаться аурным манипуляциям Прахом, — дополнил Рен. — Мы в основном используем Прах для патронов и гранат, но вообще-то есть очень много разнообразных приспособлений, работающих на Прахе. В том числе и на смеси разных видах праха.

— Не забегай слишком далеко, Лай, — Вайсс решила перехватить инициативу. — Прежде чем мы перейдём к смесям Прахов, надо научить работать его с моносортами.

— Хорошо, — Рен не видел проблемы в том, чтобы с самого начала описать возможные перспективы.

Кто знает, может у Жона талант именно к смешиванию разных сортов, а вот моносорт будет ему даваться с трудом. Такое тоже бывает. Но семья Шни признанные эксперты в вопросах Праха, от добычи и до практического применения, так что спорить с ней было бесполезно.

— И пробовать мы будем электрический Прах, опять, — Жон покрутил в руках небольшой желтый кристалл, что до сих пор держал в руке. — Я просто должен детонировать его при помощи Ауры?

— Только если у тебя много лишних кристаллов Праха и переизбыток Ауры, а заодно недостаток навыков и мозгов. Ты ведь уже пытался «просто детонировать его». Должна ли я напомнить, как мы все перепугались после этого?

— Не будь столь строга к нему, ведь существуют приёмы направленные как раз на напитку Праха Аурой для повышения его поражающей способности. — Рен остановился, и, увидев какой взгляд на него бросила Вайс, решил всё же продолжить. — Однако, Вайс верно заметила, что те, кто напитывает Прах Аурой, обычно бросают его во врага, а не бьют его кулаком с зажатым кристаллом.

— Да и это не самый эффективный способ использования Праха. Уж точно не в наше время. Аура спасает Охотникам жизнь и помогает на равных сражаться с Гримм, так что опрометчиво тратить её на то, чего можно добиться с помощью патронов и гранат. Впрочем, есть и другой способ использовать Прах. Охотники с достаточно развитым контролем Ауры способны проводить её через Прах в небольших объёмах, не просто детонируя кристаллы, а придавая ауре стихийный оттенок или добавляя особые свойства своим ударам. Лай, можешь продемонстрировать тот удар, который ты как-то показал Жону? Только на этот раз будь добр, используй кристалл гравитационного Праха.

Рен на это только кивнул, и, взяв у Вайс небольшой кристалл, подошёл к одному из заранее установленных манекенов. Жон с интересом наблюдал, как он проворачивает тот приём, что когда-то сбил его с ног, и, хотя на первый взгляд всё выглядело похоже, просматривались незначительные изменения. Он немного медленнее выполнял движения, его лицо выражало полную сосредоточенность, а вокруг руки образовалась полупрозрачная черноватая Аура. Различий было немного и они, как показалось Арку, не слишком бросались в глаза, но если уж чему друзья и научили блондина за дни его «отдыха», так это наблюдательности.

И вот Рен ударил. Жону сразу стало ясно, что, несмотря на незначительность отличий, удары отличались как небо и земля. Его самого удар просто откинул, а вот висящую на манекене стальную кирасу пробил, при чём насквозь, как юноша убедился после того, как отошёл от шока и решился подойти немного ближе.

— Видел, как даже небольшое количество Праха повлияло на силу удара? И это даже при том, что Лай по всей видимости слабо знаком с приёмами работы с Прахом, упирая в основном на точный контроль самой Ауры. А тебе, несчастный гений, даже не нужно годами обучаться сложным приёмам. Ты всё схватываешь буквально на лету.

Блондин смутился от такого наезда от юной Шни, но решил не спорить и просто кивнул. Вайс, видимо довольная своим успехом, продолжилаФ:

— С электрическим Прахом такой бронебойности добиться сложнее, хотя это и возможно, но обычно его используют для других целей. А поскольку до «Рывка» ты ещё не дорос, то учить я тебя буду молнии. Относительно простой приём и основа дальнего боя для пользователей этого Праха. Есть ещё рейлган, но ему я тебя если и буду обучать, то только когда ты освоишь базу. А то не хватало ещё чтобы ты себе руку оторвал, как некоторые гореэкспериментаторы.

Подросток снова кивнул, сделав себе заметку посмотреть, что это за «Рейлган» такой и что в нём такого опасного, но прямо сейчас решил не спорить с экспертом.

Вайс, видя, что он внимательно её слушает, перешла к более подробному объяснению того, что от него требуется, и чисто на первый взгляд это было не так уж сложно. Жон уже проделывал что-то подобное с праховой пылью. Нужно было только направить нужное количество Ауры через Прах, сфокусировав ту в достаточно плотный «снаряд». Хотя в случае с пылью он учился просто выводить нужное для активации количество Ауры. И, признаться честно, проблем с тем, чтобы влить достаточно энергии у него не было никогда, даже наоборот, на первых занятиях он светился как настоящий ночник. Вайс тогда очень ругалась, называя его идиотом и неучем из-за перерасхода Ауры, но потом сменила гнев на милость, помогая исправить недостаток контроля и набить руку, за что он будет вечно ей благодарен. Жон не поленился посмотреть, сколько стоит вся та драгоценная пыль, которую она уже использовала на его тренировки и которую обещала дать перед тем, как он снова отправится в приключение. Выходила там отнюдь не маленькая сумма.

Вот так и сейчас по команде платиновой блондинки блондин обыкновенный сосредоточился на своей Ауре, потом послал поток напитывать кристалл, а затем использовал мощный импульс, который послал всю собранную в Прахе энергию вперёд. Впрочем не смотря на успех он всё равно смазал приём. Кристалл не выдержал, и начал разрушаться ещё до того, как снаряд вылетел из него, и по итогу вместо одной мощной молнии получился поток из множества всё ещё мощных, благодаря напитке Аурой, но куда менее контролируемых молний. Можно сказать, что он получил огнемёт вместо снайперской винтовки, но это казалось не слишком расстроило Рена и Вайс. Те казалось были довольны уже тем, что Прах не сдетонировал у него в руке, а молнии летели только вперёд.

— Для первого раза довольно неплохо, хотя и не превосходно, но потому я и выбрала электрический Прах. Довольно мощный и относительно хорошо поддающийся контролю. По крайней мере, при простых манипуляциях и не требующий высоких навыков, чтобы быть полезным. Итого, практически идеальный выбор по соотношению эффективности и затрат сил на обучение, особенно когда учитель и ученик обладают талантом.

— А что насчёт других типов Праха? Я уже применял огненный и ледяной, но что по поводу остальных? Я, конечно, смотрел форумы, и там были самые разные мнения, так что мне было бы интересно услышать твоё. Ты ведь среди нас эксперт.

Вайс на это задумалась, приложив палец к подбородку, а потом кивнула и продолжила своё объяснение в этом направлении.

Если упростить, то выходило, что самыми безопасными и требовательными к контролю являются ветер и вода, по крайней мере если ты хочешь выйти за уровень обычных фокусов, потом молния и лёд, затем гравитация и энергия, а огонь замыкал список. Но эта градация была весьма условна. Например, что молнию, что огонь относительно легко направить на простейшие атаки, в то время как ветер, вода и энергия при отсутствии концентрации просто рассеются, лёд заморозит всё вокруг, а гравитация может даже повредить самому Охотнику, пусть и не сильно. В тоже время огонь и гравитация считались самыми разрушительными среди элементов, за ними шла молния, а за ней всё остальные. Хотя опытные пользователи Праха предпочитают применять гравитационный Прах совместно с другими сортами.

Для показательной демонстрации последнего Вайс на острие вызванной молнии запустила кристалл гравитационного Праха в доспехи, и те не только опалило мощным зарядом в момент соприкосновения, но ещё и покорёжило после, что выглядело довольно круто, если бы Жона кто-то спросил.

Но как бы круто это не выглядело, а тренировка продолжалась. После ещё двух молний, которые к вящему разочарованию Жона вышли не лучше первой, Вайс предложила ему попробовать ветряной Прах, так что спустя несколько попыток в начале с пылью, а потом и с маленькими кристаллами он понял, почему его не тренировали на более безопасном Прахе. Эффекты были мягко говоря не впечатляющими. Вместо молний, способных нанести реальный вред, воздушный Прах выдавал максимум поток воздуха, что хоть и могло сбить некоторых противников с ног, скорее всего не даже не опрокинуло бы немёртвого рыцаря, просто из-за веса его доспехов, что уж говорить о горгульях или монстрах вроде титанитового демона. Хотя блондин справедливо считал, что против них и электрический прах не сильно поможет, потому что титанитовый демон и сам отлично мог метать молнии, а горгульи всё-таки являлись каменными и по определению должны были быть ходячими молниеотводами.

С другой стороны, сумей Жон подстрелить одну из тех тварей прямо в воздухе, то из этого несомненно вышел бы интересный эксперимент.

К сожалению, Рен и Вайсс до сих пор не считали своего однокурсника готовым к отработке праховых приёмов на движущихся мишенях. По их справедливой оценке, у него пока уходило слишком много времени на выпуск простейшего снаряда, качество которого тоже не было до конца отработано. Пускай Арк справлялся с этой задачей меньше чем за минуту, но тот же Лай выполнял любой приём за пару секунд подготовки. Вайсс и вовсе не стала участвовать в замере, заявив, что в боевых условиях она использует Проявление, которое полностью меняет парадигму работы с Прахом.

Однако, он заметил, что хотя его сегодняшние наставники и действовали быстрее, но выпускаемые ими снаряды получались чуть меньше. Поэтому он не удержался от вопроса, на который получил следующий ответ:

— Это как раз следствие того, что ты плохо контролируешь просто неприличные объёмы своей Ауры. Ты же напитываешь кристалл Аурой изнутри, верно? А потом ведь ещё выталкиваешь именно заряженную долю кристалла. Как думаешь, из-за разницы во вкладываемых объёмах Ауры выпускаемые снаряды будут отличаться?

— Да, конечно. Но я о другом, — потратив немного времени на внутреннее переосмысление, Жон снова заговорил. — Раз вы определённо гораздо более умелее меня в этом деле, то почему?

— Да потому что у нас не столько Ауры, вагон ты энергетический! — прикрикнула Вайсс, — Тебе ничего не стоит целый кристалл Праха перегрузить, а всем остальным приходится тщательно отмеривать, какой частью своей защиты они готовы пожертвовать ради нанесения очередного удара.

— В целом, поэтому я и другие Охотники нынче используем стрелковое оружие, — добавил Рен. — Как ни странно, бездушный механизм концентрирует стихийную мощь Праха лучше, чем вручную регулируемая Аура Охотника. Плюс, расходы меньше.

Глава 27

В мир своего сна Жон вернулся около костра, который находился над Андре. Сначала парень удивился, почему здесь, а не в Храме Огня, но потом вспомнил, что он действительно отдыхал около этого костра в последний раз. И как же давно это было. Казалось бы, сколько дней он не возвращался в этот мрачный мир, а здесь ничего считай и не изменилось. Да и чему здесь, среди руин, меняться?

Впрочем, он тут же себя поправил, отогнав подобные мысли. Всё же вокруг не статичная игровая локация, а странный и порой безумный, но всё же, насколько он может понять, живой мир, а, значит, и изменения вокруг происходят. Да и лиц новых здесь он встретил немало, так что не ему жаловаться на статичность обстановки.

Однако, не это для Жона было главным, вовсе не это. Куда важнее для него был тот факт, что все те дни упрямого бодрствования по двадцать четыре часа в день блондин тренировался, разрабатывал вместе с друзьями тактики боя против разных противников и обучался у Вайс премудростям праховой магии. Молнию вот по её собственным словам он освоил в рекордно короткие сроки и уже приступил к освоению второго приёма. И получалось у него надо сказать весьма бодро, спасибо Вайс за наставления. А также спасибо Руби за отличную идею для следующего приёма. Точнее не совсем идею, приём-то был типовым, можно даже сказать стандартным, но вот предложила его именно она.

Он сам в начале подумывал то ли об усилении ударов Прахом, как это делал Рен, то ли об использовании гравитационного Праха для срезания углов и перепрыгивания препятствий, что, как твёрдо решил блондин, он всё же непременно освоит, просто немного попозже. Сейчас же на повестке дня у него был навык, получивший лаконичное название "каток". Простой по сути и относительно простой в исполнении, особенно в базовом варианте, он создавал вокруг Охотников область, покрытую невероятно скользким льдом. Или создавал ледяную дорожку перед ним, но это было сложнее освоить, так что пока что блондину приходилось обходиться базовой версией, что впрочем его устраивало.

Он уже мысленно потирал руки, видя как тупые как пробка полые целыми толпами ломают себе всё что можно, стараясь добраться до него по обледеневшим лестницам, или как огромные демоны беспомощно барахтаются на полу, не в силах справиться со стихией. Эх, мечты-мечты. Отчего-то он, даже будучи натуральным блондином, не верил в то, что это сработает настолько идеально, как он надеялся. Слишком уж это было бы легко, а он отчего-то не верил, что в этом мире что-то может достаться ему без усилий.

Но даже если ему понадобится приложить усилия, то его это не пугает. Не тому, кто полез в Маяк без каких-либо навыков, бояться трудностей. Главное, чтобы награда стоила усилий. И хотя сам он был отнюдь не жадным, странно было бы вообще не желать увидеть результаты своих трудов. Даже не ради себя, а ради друзей, которых хотел отблагодарить за помощь.

Впрочем, что вообще он ожидал вынести из этого места? Он уже показывал друзьям местные пейзажи и, как правильно отметила Вайс, выглядели они так, будто все ценности давным-давно разграблены, а остались там только камни.

Хотя стоило учитывать её общий пессимистичный взгляд на вещи. Вот меч он от Оскара получил. Фляжку с Эстусом затрофеил. А тот странный то-ли священник, то-ли торгаш, как он помнит, говорил о каких-то волшебных кольцах, так что, по мнению блондина, сокровищ здесь было немало, главное было их отыскать.

Вдохновлённый этой мыслью, Жон огляделся вокруг. В башне было тихо. Только рядом на другом краю моста, что соединял эту башню с соседней крепостью, можно было разглядеть довольно тучное тело со странным шлемом, а может быть и странной головой. Не будет же обычный человек носить шлем в виде здоровенной луковицы?

Жону не удалось припомнить ничего подобного среди встреченных противников, а потому ему было интересно, кто же это такой. Но с ходу соваться к непонятному противнику было глупо, а потому он решил для начала дойти до кузнеца, вдруг тот что-то знает или подскажет.

С такими мыслями он поднялся, продолжая следить за странной фигурой по ту сторону моста. Но стальная луковица приделанная к толстому телу, не двигалась и, кажется, вообще не обращала внимания на Жона. Тот некоторое время ещё осторожничал, но потом всё же решил не тормозить и отправился по ступенькам на этаж ниже, туда, где Андре во всю стучал молотом по очередной заготовке.

В воздухе витал запах раскалённого металла и угля, а от жара кузнечного горна на каменных стенах плясали оранжевые отблески. Но воздух при этом был влажным, как будто туманным. Не очень приятно, на самом деле.

— И снова здравствуй, парень. — Андре на мгновение прервал свою работу, чтобы оглядеть Жона с ног до головы. Только закончив осмотр, он кивнул и поздоровался. — Похоже, у тебя всё в порядке.

— У нас с горгульями произошел размен, я смог победить, но в итоге умер сам, — Жон не был согласен с оценкой Андре, так что даже забыл поздороваться в ответ, но быстро опомнился. — И да, здравствуй. Прости, что сразу не…

— Ты слишком вежливый. Даже для рыцаря, — Андре усмехнулся. — Что же до смерти, то в наше проклятое время это случается сплошь и рядом. До тех пока ты не начал превращаться в Полого у тебя всё хорошо.

— Как скажешь, — Жон до сих пор не привык к тому, что местные рассуждают о смерти как о чём-то обыденном и каждодневном. — Кстати о полых, я встретил что-то непонятное этажом выше. Толстое тело и голова как луковица…

— Это сэр Сигмайер из Катарины. Что тебя в нём удивило, неужели никогда раньше не видел катаринских рыцарей? — Андре снова остановил свою работу, и ещё раз внимательно осмотрел Жона, особенно открытые участки кожи. — Как можно забыть этих ребят и их нелепые доспехи? Можно подумать, что ты стал Полым, парень.

— Никогда не встречал этих ребят и не слышал о них, — Жон пожал плечами.

— Хм... — Андре задумчиво почесал бороду, оставляя сажные отпечатки на подбородке. — Тогда либо ты из очень далёких земель, либо...

Он не договорил, но Жон почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Либо что?

— Либо ты начал забывать. А это первый признак.

— Признак чего?

— Опустошения.

— Не выдумывай, я говорил, что издалека, — Жон тряхнул головой, прогоняя навеянные кузнецом страхи. Забыть себя было реально странно. Но тут парень был уверен, что никаких рыцарей в нелепых доспехах он не видел и не знал, а потому и забыть не мог.

В конце концов, он с Ремнанта, так что здесь ему всё будет в новинку. Повезло, что этот парень из Катарины оказался просто странным, а жутким монстром, как большая часть местных обитателей.

— Ладно, как знаешь, — Андре хмыкнул и снова взялся за молот. — Но если ты хочешь узнать о Сигмайере, то спроси у него самого. Катаринцы достаточно общительные люди. Сигмайер обычно дремлет то тут, то там. Хотя сейчас его цель эта проклятая крепость Сена, так что он будет околачиваться у входа вокруг неё или внутри. И да, если он начнёт рассказывать про свою дочь — не перебивай. А то обидится.

— Дочь? — Жон приподнял бровь.

— Ага. Кажется, её зовут Зията. Или Зиглинда. Чёрт, я всегда путаю. В общем, если услышишь что-то вроде «мой славный Лин» — значит, речь о ней.

Жон подумал, что если “Лин” это сокращение имени, то она скорее всего Зеглинда, а не Зията. И разве Андре не сказал, только что, будто потеря памяти первый шаг на пути к становлению Полым? Так он ведь сам уже забывает всё подряд.

Но говорить об этом старику напрямую Жон не стал. Посчитал это невежливым. Лучше просто перевести тему.

— Как думаешь, из горгулий можно извлечь что-нибудь ценное? Как из того голема, что до этого у тебя в подвале, — Жон вспомнил про недавно побежденного врага. Ему всё равно придётся вернуться туда, чтобы позвонить в колокол.

— Их оружие и щиты сделаны из неплохой бронзы. Щиты ещё дополнительно зачарованы, на защиту от огня, — Андре задумался. Жон был не первым, кто пытался получить с побежденного противника максимум пользы, а потому кузницу уже доводилось иметь дело с подобными трофеями. — Сами горгульи состоят из зачарованного камня и бронзы. Элементы на голове можно отодрать и сковать не самый паршивый шлем. Хорошую сталь бронза не держит, но вот защита от магии у шлема из магической бронзы очень хорошая. В хвосте, опять же, тоже бронзы много. Так что с двух горгулий можно прям на полноценный доспех набрать, но, как уже сказал, это будет доспех против магии.

— Неплохо, — для Жона это был настоящий джек пот.

Пускай металл был не очень прочным, но если он реально защищал от магии, то это было очень интересно. С одной стороны, саму магию в предметах можно попробовать изучить. С другой стороны, сложно представить, сколько будут стоить детали, инертные к стихийным воздействиям Праха. Может Жон и не самый умный человек на Ремнанте, но, по его мнению, такой материал был ценнее золота в любой промышленности, от машиностроения до обработки Праха.

— Хватит фантазировать, парень, — Андре хмыкнул. — Для начала тебе придётся убить их, а только потом думать о том, что с этой проклятой парочки на вершине собора можно будет получить.

— Я уже их убил, хоть и сам помер в процессе. Боюсь теперь, как бы всё ценное с них не сняли, пока я приходил в себя.

— Наивный юнец! — Андре хохотнул, отправляя заготовку в горн, так что в его кузне на некоторое время образовалась тишина. — Думаешь ты один такой, кто мнит себя Избранной Нежитью? Было время, когда тут слонялись тысячи таких как ты. Потому и появилось испытание с Колоколами, горгульи эти и крепость… Какой смысл в испытании, которое можно пройти только один раз? Так что нет, никто твой трофей не унёс, он все ещё ждет тебя там, на вершине собора, такой же живой, как и ты сам.

— Нет… — Жон покачал головой в отрицание. Андре, в свою очередь, усмехаясь в усы, покивал в знак подтверждения. — Боже, и кто это придумал?

— “Боже” и придумал. Лорд Гвендолин, и тебе очень повезло, парень, что ты не сказал ничего грубого о сыне Повелителя Света, — Андре ответил без всякой улыбки. — Не стоить гневить богов, а особенно их слуг.

— Понял, — Жон несколько смешался от подобной перемены тона беседы и решил закругляться. — Ладно, я тогда пойду, попробую ещё раз убить горгулий.

— Успехов, — Андре тоже вернулся к заготовке, что накалялась в горне. — И будь осторожен, никто не хочет, чтобы ты стал Полым.

— Спасибо за совет, — Жон кивнул и вышел из кузницы, всё ещё чувствуя странный, тяжелый осадок после разговора.

Подходить к рыцарю-луковице в таком настроении как-то не особо хотелось, а потому Жон сразу же отправился к ожидающему его испытанию “лорда Гвендолина”. Всё же дикость какая-то, что боги не просто есть где-то там, а действуют среди людей. Жон до сих пор не мог к этому привыкнуть, хотя про этого Гвендолина ему ещё Солер рассказывал, да только тогда Жон не придал этому особого значения.

Но, несмотря на довольно смазанное окончание, беседа с кузнецом принесла немало пользы. В бою с горгульями Жон очень надеялся на выученный приём с молниями, но Андре говорил, что бронзовые части на горгулье давали хорошую защиту от магии. Так что молнией придётся бить либо в грудь, либо, как в прошлый раз, в глотку.

Это была очень важная информация, без которой Жон мог бы потратить кучу праха в пустую, ещё разок бесполезно умерев около этих каменных тварей.

Собор возвышался перед ним, мрачный и величественный. Жон уже знал дорогу — вверх по полуразрушенной лестнице, через галереи, где ветер гулял меж колонн, словно кто-то включил большие вентиляторы. Парочка полых солдат, с которыми Жон разобрался уже чуть ли не походя.

Один из солдат был вооружен арбалетом, от выстрела которого было проблемно увернуться на узкой галерее, поэтому Жон принял болт на щит. Арбалетчика прикрывал воин с мечом и щитом, который тут же бросился на Жона с занесенным над головой мечом.

Этот удар Жон тоже принял на щит, сразу после этого перебивая противнику незащищенное колено и держа мечника между собой и арбалетчиком. Последний оказался достаточно туп, чтобы все же попытаться выделить Жона и потратить выстрел в молоко. Дальнейшее было делом техники. Сбросить мечника с галереи вниз, добежать до арбалетчика пока тот пытается перезарядить арбалет и рубануть того по шее.

Вот и весь бой.

Можно было бы немного погордиться собой, если бы эти полые не были тупы как пробки и не обладай они силой чуть больше обычного городского жителя. Настоящий противник ожидал его впереди, и куда ближе, чем даже сам Жон себе представлял.

В главном зале собора опять стоял тот самый здоровенный рыцарь, что сражался с магом. В тот раз их противостояние закончилось ничьей и Жон смог взять себе и булаву рыцаря, и посох мага. Теперь же оставалось только надеяться, что сам момент изъятия никто не видел и не будет предъявлять Жону претензии.

Парень уже и забыл про этого рыцаря, так как в прошлый раз его тут не было. А рыцарь переросток, похоже ходил за новым оружием. Вместо огромной булавы в его руках был меч, что Жоном рассматривался как двуручник. Но в руках переростка он выглядел как самый обычный длинный меч. Может лишь чуть длиннее чем большинство.

— Э-эм… привет? — юный Охотник не знал, что нужно делать в такой ситуации, а потому для начала предпочёл просто поздороваться.

Рыцарь никак на приветствие не ответил и вообще не отреагировал, что не сильно Жона успокоило. Полые тоже не особо разговорчивые, что не мешает им быть до крайности агрессивными. Жон уже думал потихоньку начать обходить этого большого парня по кругу, как неожиданная реплика со стороны чуть не заставила его подпрыгнуть на месте со страха.

— Не думаю, что он понимает тебя, парень, — насмешливо заметил голос позади Жона. Там на одной из скамеек сидел Освальд из Карима, которого Жон встречал в свой прошлый поход по собору. — Этот парень уже стал Полым. Иногда они бывают неагрессивными. Но я бы не советовал проверять, как долго это продлится.

— Я уже много раз сражался с Полыми, но так и не понял, что это такое, — Жон все ещё недоверчиво косился на полого рыцаря. — И как вообще можно отличить агрессивного Полого от неагрессивного?

— Агрессивный уже попытался бы сожрать твою душу. Неагрессивный больше похож на побитую собачонку, сидит скулит где-нибудь, пока его не потревожат и он не начнет крушить всё вокруг. Всё просто, — Освальд начал отвечать с конца. — Что же до того, кто такие Полые… сложный вопрос. Есть много теорий кто это такие и у всех есть свои доводы в пользу именно их варианта.

— Например? — Жон осторожно отступал от полого рыцаря, пока не дошел до скамейки Освальда и не присел рядом.

— Ну, — Служитель богини Велки усмехнулся, доставая из складок плаща потертую флягу. И это не была фляжка Эстуса. Он то ли не являлся нежитью, то ли не видел проблем в питье просто ради удовольствия. — Некоторые говорят, что Полые потеряли свои души, что не правда. Ты сам при убийстве этих тварей должен был почувствовать, как они отдают тебе души… белые души, созданные богами как «дар» смертным.

— У них нет человечности, — предположил Жон, вспоминая Оскара.

— Это противоречит учению Церкви Света, — Освальд цинично усмехнулся. — Ведь последователи лорда Галина учат, что всё плохое в человеке от наследуемой людьми тьмы в душе. Вот только тогда все становились бы Полыми. Вместо этого же только люди могут стать нежитью. И то далеко не все.

— И что тогда выходит? — Жон запутался.

— Ничего, — Освальд хихикнул. — Никто об этом не знает и большинство даже не пытается узнать. Когда нежить только появилась мало кто придал этому значения. Город, расположенный ниже не просто так зовется “городом нежити”, бессмертные люди просто селились тут и жили на протяжении веков. Но чем больше бессмертных становилось, тем больше среди них появлялось тех, кто создавал проблемы и дурную репутацию. Если кто-то и пытался разобраться в проблеме, то эти знания давно исчезли…

Освальд задумчиво задрал голову, туда, где был балкон. Именно там стоял маг, с которым сражался рыцарь переросток. Это был до крайности задумчивый и даже неприязненный. Жон был достаточно проницательным, чтобы понять: за этим взглядом что-то стоит. Освальд что-то не договаривал или даже откровенно лгал.

— Ты что-то скрываешь, — Жон прищурился, изучая лицо Освальда.

В другой ситуации он бы не стал лезть в это дело, но очень уж неприятное впечатление создал о себе продавец индульгенций. Тут хочешь, не хочешь, а будешь настороже.

Служитель богини Велки медленно перевел взгляд на него, и в его глазах мелькнуло что-то холодное, почти опасное.

— Все что-то скрывают, парень. Даже ты, — он отхлебнул из фляги, затем резко захлопнул крышку. — Но если тебе так интересно… есть одна старая легенда. Говорят, что Полые действительно появились из-за богов. Вот только это было не наказание, а ошибка. То ли они испугались тьмы человечества, то ли пожелали её получить себе, но они что-то сделали с людьми, отчего у нас теперь две души, тёмная и светлая. Вот только механизм оказался несовершенным и ставшие нежитью люди постепенно теряли себя и становились Полыми. Возможно, что и сама по себе нежить появилась из-за богов.

Освальд задумчиво посмотрел на тяжёлого рыцаря Береника, а после и на алтарь за его спиной. Вернее на гробницу. Если подойти поближе, то можно было ясно понять, никакой это не алтарь и не стол для подношений, а самый настоящий гроб. Продавцу индульгенций было очень любопытно, кто же удостоился таких почестей, но Велка не благоволит осквернителям могил, а потому он не лез к каменному саркофагу.

— Вот только если сказать об этом в присутствии кого-нибудь из Анор Лондо, то за это могут и убить, — и снова Жон вздрогнул от голоса у себя за спиной. В этот раз это был Солер, что тоже решил зайти в Собор Нежити. — Привет, Жон Арк, видел твоё прошлое противостояние с горгульями. Это было рискованно и отчасти даже глупо.

— Спасибо за оценку, — сухо ответил Жон, не отрывая глаз от рыцаря. Тот по-прежнему стоял неподвижно. Ответ был не очень вежливым, но Жону уже достаточно промыли мозги на эту тему в Биконе, чтобы выслушивать всё это ещё и здесь.

Солер усмехнулся и перевел взгляд на Освальда.

— Ты, как всегда, мастер полуправд, Освальд. Говоришь достаточно, чтобы заинтересовать, но недостаточно, чтобы раскрыть суть.

— А ты, как всегда, любишь влезать в чужие разговоры, — парировал служитель Велки, но в его голосе не было злобы. Скорее усталое раздражение.

— Это потому, что ты редко говоришь что-то действительно полезное. А вот проблем твои слова могут принести с избытком, — Солер скрестил руки на груди. Было такое чувство, что этот спор продолжается уже не один раз, это стало чем-то вроде традиции. — Так что мой тебе совет, парень, слушай и запоминай все, что слышишь, но ради собственной души, лучше не повторяй все, что услышишь.

Жону на это оставалось только кивнуть. Невольно вспомнились слова Андре, тот тоже призывал быть осторожным со словами. И это заставляет задуматься об Освальде, судя по его словоохотливость этот старик был не так плох, как Жон о нем думал. Ну или просто ничего не боялся.

— Ты в прошлый раз так и не позвонил в колокол. Попробуешь ещё разок? — так как Солера никто не перебивал он продолжал говорить, разбивая тишину собора.

— Да, Андре уже предупредил, что горгулий придётся победить повторно.

— А ты как хотел? У нас здесь редкие противники умирают по одному разу.

Жон мог бы возразить странному священнику, сказав, что та парочка демонов, которых он убил в Прибежище и уже здесь, на крепостном мосту, не воскресали, но попридержал язык. Во-первых, он не знал, действительно ли они остались мёртвыми, а во-вторых они действительно были меньшинством, если учитывать сколько Полых он убил. Так что вместо того, чтобы спорить с Освальдом, он просто попрощался со обоими своими знакомыми и отправился навстречу к ожидающим его горгульям. Он верил, что сейчас он не проиграет и что на этот раз тренировок и помощи друзей будет достаточно для победы.

Как и в прошлый раз, стоило Жону выйти на крышу, как одна из горгулий ожила, превратившись из безобидного украшения в смертельно опасного противника. Но теперь Жон не растерялся. Он вскинул винтовку, которую держал в руках, и прицельно выстрелил в летающую статую как раз тогда, когда она достигла высшей точки своего полёта и вскоре должна была снижаться. Винтовочный патрон попал той в плечо, выбив фонтан каменных осколков, но не причинив реального вреда, а, казалось, только разозлив магическое чудовище

Ответ на это последовал незамедлительно. Его противник рванул вперёд, помогая себе крыльями и почти мгновенно преодолевая разделяющее их расстояние. Но и Жон не стоял без дела. Понимая, что сейчас просто расстрелять противника не выйдет, он убрал винтовку в инвентарь и отпрыгнул в сторону. То ли дело было в эффекте неожиданности, то ли в скорости, но ему повезло увернуться от пикирующего тарана горгульи, а после достать обновлённый клевец и щит, чтобы ударить усиленным Аурой клевцом в локоть твари. И сразу же после ему пришлось пригнуться, уклоняясь от широкого удара. Воспользовавшись своим обновлённым положением, он спрятал клевец в инвентарь, и тут же достал кристалл электрического Праха, который тут же запитал на максимум и разрядил в центр груди противника.

Бабахнуло знатно, его даже на мгновенье оглушило, а в глазах замелькали искры, отчего он и пропустил удар в бок, тут же выругавшись про себя и отскочив, чтобы проморгаться. Он ведь и правда почти забыл о хвосте, которым его только что и огрели. И на этом его противник и не думал останавливаться. Горгулья широко открыла пасть, будто готовясь к выдоху, и Жон почти достал из инвентаря другой кристалл, но вовремя откинул эту идею, вместо этого прикрывшись щитом, минимизируя урон. Он понимал, что не попадёт в тайминги, а рисковать и проверять, окажется ли его молния сильнее огненного дыхание ожившего изваяния, блондин не хотел.

Так что переждав, пока тот выдохнется, Жон снова рванул к нему, убрав щит и взяв в руку кристалл. Не лучшее его решение, учитывая, что ему пришлось принять удар хвостом горгульи на предплечье, но игра стоила свеч. Он подобрался достаточно близко, чтобы точно прицелиться в пасть повернувшегося в его сторону монстра и разрядить молнию ему в глотку. И пусть после попадания тот дёрнул головой, будто от боли урон уже был нанесён, он не сбавляя натиска накинулся на раненного монстра, обрушивая усиленный Аурой удар на область, где должен располагаться висок. А потом ещё один, и ещё. На третьем ударе голова статуи всё же не выдержала и сломалась, и первый противник пал к его ногам, а после сразу же был отправлен в инвентарь, чтобы не мешался под ногами.

Как раз вовремя, ведь в небо уже взлетела вторая горуглья.

С ней всё было несколько проще, ведь на этот раз Жон начал с выпуска молнии. Подловив таким образом монстра в самой высокой точке полёта, блондин разрядил в него довольно крупный кристалл Праха, что пусть и не уничтожило его, но заметно повредило. Горгулья замешкалась с нападением, позволив блондину сделать несколько глотков Эстуса, чтобы пополнить Ауру, болезненно просевшую после того удара хвостом.

Затем он снова разрядил вторую молнию в нерешавшегося подойти противника. К несчастью, на этот раз он промазал, ведь каменная статуя рванула в начале вертикально вверх, а потом к нему, вынудив уворачиваться, что впрочем было единственным сюрпризом, который она смогла преподнести. Дальше был обмен ударами, где блондин снова выхватил от хвоста статуи, но смог выгодно разменять этот урон, расколов кисть чудовища, вынудив то орудовать немаленькой алебардой одной рукой, далая и без того неповоротливое оружие почти полностью бесполезным. Юный Арк не сомневался, что при попадании под удар ему будет не сладко, однако черепашья скорость движения этого оружия делала траекторию полностью предсказуемой.

А дальнейшее уничтожение статуи было просто делом техники. Уклоняться от алебарды, заходить в бок противника во избежание атаки огнём и выбивать всё больше кусков камня из тела горгульи.

И стоило только ему окончательно добить второго противника, как на него обрушился поток силы, какого он до этого не ощущал. На мгновение ему казалось что его переполняет сила. Что он способен на любые подвиги. В этот момент Жон почувствовал себя королём мира, но усилием воли он смог отогнать это ложное чувство всесилия. Он понимал, что это было только первое настоящее испытание на пути к Городу Богов, и не стоило так уж сильно этим гордиться. Но в глубине души идущий к колоколу Жон понимал, что он хочет снова испытать этот кайф, это ощущение силы, что вливалась в него, заставляя Ауру сиять. И в глубине души, в тех уголках, о существовании которых он даже не подозревал, теплилась другая мысль.

— "Другие прошедшие это испытание не были мной. У них не было современного оружия. У них не было Ауры и Праха. Там, где они пали, я смогу обрести величие и доказать, что я больше чем просто хороший друг и брат семи сестёр".

И вот снова зазвонил первый колокол. Ещё одна обречённая душа встала на путь Избранной Нежити. Но сможет ли рыцарь из далёких земель пройти этот путь до конца, или же его добродетели померкнут, поглощённые тьмой человечности, а воля рассыплется в прах под тяжестью испытаний, оставив от него только пустую оболочку? Это ведомо только богам... или же нет?

Глава 28

Когда зазвучал колокол и его раскатистый звон разнёсся по городу, а сам блондин убедился, что на него не выпрыгнет ещё две летающие и огнедышащие статуи, тогда и только тогда он позволил себе наконец расслабиться и насладиться тем чувством, что поселилось у него в груди. Он прошёл первое испытание, ударил в первый колокол, и пусть умом он понимал, что это только первый шаг на его пути, но почему-то не мог не чувствовать морального подъёма. Блондин сейчас ощущал себя так, будто от квестов с убийством гоблинов перешёл к чему-то по настоящему важному, к сюжетнозначимым событиям.

Но он тут же поспешил отогнать такие мысли. Всё же он не должен считать свои приключения в этом мире игрой. Слишком уж живые здесь люди, слишком всё настоящее, и не правильно будет думать о них как об обычных НПС. Но всё же, оглядывая город с высоты колокольни, он невольно начал задумываться о том, сколько он уже прошёл, и сколько ему ещё предстоит пройти. Даже этот город был довольно велик, а ведь кроме него здесь вероятно есть целый мир. Да и в город богов ему рано или поздно придётся идти. Впрочем это проблемы будущего, а сейчас же он мог позволить себе заняться тем, чем должен был заниматься студент после победы над боссом, а именно порадоваться луту, что так приятно греет душу, и сделать несколько снимков.

К счастью, его верный Свиток всегда был с ним, чтобы Жон мог начать фотографировать город по первому желанию. Всё же вид тут действительно невероятный, девочкам и Рену должно понравиться. Да и доктор Ублек наверняка сможет что-то понять из этих фотографий. Может потом какую умную идею подкинет, кто знает? Жон даже не преминул сделать пару селфи на фоне города, хотя и не забывая при этом об осторожности и не облокачиваясь на перила, окружающие колокольню. Ну его, ещё свалится и умрёт в очередной раз по глупости, а оно ему надо?

И вот несколько минут спустя, когда снимки были сделаны, Арк с чувством выполненного долга начал слезать с башни, а потом вернулся в собор, где его всё также ждали Освальд и Солер, видимо желая убедиться, что на этот раз ему посчастливилось одолеть горгулий.

— Ну что же, вижу, в этот раз тебе сопутствовала удача, не так ли? Или может это было то странное оружие, которое ты использовал? — Жона с ходу встретил вопрос Освальда, и он, подумав секунду, решил ответить вопросом на вопрос.

— А почему ты решил, что я использовал какое-то странное оружие? Может я победил горгулий, к примеру, своей магией? Или просто мастерством? — заявил он с попыткой в загадочность, но продавец индульгенций на такой вопрос только рассмеялся.

— О, не думай, что я так наивен. Я брожу в этих краях довольно долго, и никогда не слышал таких хлопков, что раздавались во время твоего боя с горгульями, да и относительно недавно время от времени я слышал такие же хлопки в городе, как раз незадолго до твоего прихода. А что же до магии, то уж прости, но ты не выглядишь как маг, скорее уж как очередной благородный сэр, любимый сын не слишком крупного феодала, что решил попытать счастья в этих краях. Да и слишком уж быстро раздавались хлопки, практически один за другим, а такую скорость произнесения заклинаний поддерживать способны далеко не все волшебники. Ну так что, удовлетворишь моё любопытство? — и снова Жон на секунду задумался. С одной стороны, этот мутный тип его откровенно напрягал, а с другой и портить отношения со слугой одного из местных богов просто так тоже не хотелось, а потому он кивнул ему и достал из инвентаря сделанную Руби винтовку.

— Вот. Такое оружие используют на моей родине для борьбы с монстрами, хотя против горгулий она показала себя не слишком эффективно. Впрочем, такие вещи и не для борьбы с подобными тварями создавалась, — оба его знакомых принялись разглядывать невиданное ими прежде оружие, явно пытаясь понять, что же это такое и как оно работает, однако безуспешно, как мог догадаться сам Жон.

— Честно признать, я никогда не видел ничего подобного, а я путешествовал немало в своём служении Велке, — Солер покивал на его слова, показывая, что тоже не встречал ничего такого, в свою очередь невольно заставляя Жона задуматься о том, где-же и когда Сиаран встретила того рыцаря, о котором она упоминала при их первой и единственной встрече. Может, конечно, его знакомые были не так уж и стары, это тоже возможно, но ещё по Оскару блондин научился не мерить возраст нежити по внешнему виду.

— Такое оружие используется у меня дома для борьбы с монстрами. Здесь оно тоже показало себя неплохо, но правда для его зарядки нужны снаряды из минерала, который в этих землях не встречается, так что не думаю что оно будет сильно полезно кому-то кроме меня, — выслушав его замечание, Освальд только хмыкнул.

— Значит, торговля этим чудным оружием у нас не сложится? А жаль, думаю в этих безумных краях нашлось бы много желающих купить что-то подобное. Кто знает, может они даже поделились бы какими интересными артефактами и силой своей души? Тогда глядишь и нашёлся бы способ снабдить страждущих боеприпасами к этому оружию? — но на слова торговца блондин только покачал головой. Не думал он, что стезя контрабандиста для него, да и нет у него возможности закупиться нормальным оружием, он и на боеприпасах-то ушёл почти в ноль по бюджету.

— Не все вокруг такие-же прожжённые торгаши как ты, Освальд, поэтому имей совесть. Хотя не буду притворяться полностью незаинтересованным. Мне и самому интересно, откуда же ты родом. Как никак, если незнакомый герб на щите странствующего рыцаря меня не удивляет, то вот о столь примечательном оружии слухи должны были распространиться довольно быстро.

— Ох. По правде говоря, я уже и сам не уверен, откуда я, — эти слова, казалось, удивили и насторожили его знакомых, но стоило ему продолжить, как они явно расслабились. — Я попал сюда с помощью своего Проявления, особой и уникальной формы магии, исходящей от души и распространенной у меня дома. Эта магия уникальна для каждого, ну почти для каждого. У одной из моих подруг её проявление передаётся по наследству, но почему так я не уверен.

— Впервые слышу об этом. Конечно и чудеса, и чары с пиромантией происходят из души, но всеми ими может овладеть любой, у кого есть необходимые знания, навыки и талант. Есть конечно чудеса, посвящённые определенным богам и потому не распространяющиеся вне служащих им Ковенантов, но, полагаю, у этого ограничения совсем другая причина.

— Согласен. Было бы интересно вживую увидеть эту уникальную магию. Может, в таком случае и мы смогли бы что-то сказать, — Солер поддержал Оскара и явно был разочарован в невозможности понять, что же у их таинственного иностранного гостя за магия такая уникальная.

И тут Жону пришла в голову идея. Он ведь мог показать им Проявления и праховую магию вживую. Ну или почти вживую. Ведомый этой мыслью, он достал Свиток и вкратце попытался объяснить двум средневековым рыцарям концепцию видео, чтобы затем пояснить свою идею. Как ни странно, и Освальд, и Солер удивительно быстро вникли в суть. Даже быстрее, чем мог представить блондин в своих самых смелых мечтах.

Хотя, если задуматься, то он судил о них как о двух рыцарях по меркам Ремнанта, точнее даже по их культурному образу. Не то чтобы младший Арк знал особую разницу, просто слышал от разных увлекающихся знакомых про всякие исторические неточности, встречающиеся в том или ином фильме. Как он понимал, в реале всё было куда менее красочно. Поэтому сейчас, собственно, и решил за самих рыцарей из неведомых краёв, что любая продвинутая технология является для них необъяснимой магией, хотя всё оказалось совсем иначе. Здесь, в Лордране, ему наверняка могли доходчиво объяснить за самое причудливое волшебство, не ограниченное стихийными эффектами Праха.

В общем, его знакомые не испытывали ни доли дискомфорта от идеи попялиться на движущиеся картинки в экране. Кажется, под впечатлением Освальд даже упомянул что-то про иллюзорные стены…

Чтобы это ни значило, он наконец нашёл на Свитке нужный файл и показал запись спарринга Вайс против Блейк, объяснив, что первая использует праховую магию благодаря глифам, а клоны второй являются Проявлением. Тем не менее, хотя они явно были удивлены техниками обоих девушек и оценили полезность клонов, магия блондинки впечатлила их явно больше.

— Это и правда очень занимательно. Даже уникально, я бы сказал. Её молнии похожи на чудеса, огонь на пиромантию, а использование льда напоминает чары, что используют ученики Сита, но я никогда не видел, чтобы кто-то так легко сочетал все эти стили, да ещё и с одним фокусом. И ты говоришь, что всё это благодаря этим символам-глифам и этому твоему Праху? — Жон кивнул на слова торговца.

Затем он дал себе немного больше вольности в разговоре и с ходу поведал своим знакомым с этой стороны сна, что такое Прах. Рассказывал он в меру своих собственных знаний, упоминув общую суть предмета и чуть меньше сказав про разделение кристаллов на определённые виды с характерными особенностями. Как никак, а про те же смеси он пока и сам мало знал, поэтому не видел смысла быть слишком многословным и затрагивать сейчас данную тему. Тем менее, чем дольше он говорил, тем более задумчивыми выглядели его собеседники.

— Могу сказать, что где бы не располагалась твоя страна, но она явно никогда не контактировала ни с одной из известных мне королевств. Или контакты держались в строжайшем секрете, иначе как минимум об этом вашем Прахе я точно знал-бы, — реакцией Солера послужил короткий кивок.

— И правда занимательно. Не буду делать вид, будто когда-либо был осведомлён о чём-то подобном, но если я и узнал о чём-то за свою жизнь, так это то, что всё знать невозможно. Всегда будут тайны о которых ты даже не подозреваешь, и всегда в твоей жизни есть место новым открытиям, — сказал в свою очередь продавец интульгенций.

Именно в этот момент Жон решил озвучить им свою просьбу, и просьба та была довольно проста. Он хотел снять на видео, как его новые знакомые используют местную магию. По крайней мере, если Освальд умел что-то подобное. В своей попытке был культурным юный Арк посчитал нужным сделать уточнение, что чудеса тоже принимают, дабы не обидеть его ошибочной формулировкой.

И они, к его удовольствию, согласились без уговоров. Точнее, согласился Солер, в то время как Освальд высказал своё одобрение подобной идеи, но в то же время посетовал на то, что чудеса, которыми он владеет, не слишком подходят для красочных демонстраций.

Итак, для Солера настала минута славы. Солнечный рыцарь действительно показал, что умеет. Его молнии слегка отличались от тех, которые применял сам Жон при помощи Праха, и были не менее эффективны, судя по кускам разлетающейся во все стороны каменной кладки. Да и приём с отталкиванием показал, что молнии далеко не единственное его умение. Отдельного упоминания также заслуживала исцеляющая сила чудес, про которые Солер рассказал весьма подробно. Даже Освальду нашлось что добавить. Видимо, он именно в исцелении разбирался лучше всего.

После разговор как-то сам собой свернул на то, что Жон планировал делать после того, как позвонил в первый колокол, и не смотря на энтузиазм он честно признаться не совсем понимал, а куда ему сейчас надо, и в этот момент Солер с Освальдом сошлись во мнениях о том, что ему неплохо было-бы побродить по Лесу, расположенному, как раз за титанитовым демоном. Правда причины этого совета были разными. Солер упирал на то, что это неплохой способ научиться сражаться с нестандартными противниками, и слушая об этих противниках Жон откровенно обтекал. Энты, живые грибы-убийцы, живые статуи. Чем дольше тот говорил тем больше росли скепсис блондина и его удивление, всё-же если к ожившим мертвецам он как-то попривык и смирился с ними, то вот ожившее полено или огромный агрессивный гриб в его картину мира не укладывались.

Впрочем не только ради тренировки Солер советовал туда пойти. Так-же он говорил, что в этом лесу находится основная база ковенанта Лесных Охотников. Хранители могил, в которых упокоились герои древности, стражи леса и верные последователи сэра Арториаса, как он выразился, и судя по его словам они были в целом неплохими людьми, хотя иногда и слишком резкими, как он выразился. Сам он как говорит временами пересекается с ними, как и некоторые другие члены его ковенанта, когда ходят охотиться на местных животных для Хранительницы.

Освальд-же как и ожидалось от торговца говорил о возможной прибыли. О том, сколько всего можно собрать с лесных монстров. Особая смола, что могла зарядить оружие электричеством, как Жон понял она была похожа на ту, что ему когда-то дал тот огромный рыцарь, а может один из таких грибов и стал источником той самой смолы. Ещё Освальд отметил что с энтов можно набрать особого мха, помогающего нейтрализовать яды, и вот тут Жон снова выпал в осадок. Это что-же за яд такой, что способен убить живого мертвеца? Нат, он конечно нанимал, что бессмертным отнюдь не является, всё-же когда-то он умер, свернув себе шею из-за неудачного падения. Но даже осознание этого не слишком помогало. Ещё он говорил, что в лесу у воды ростут особые цветки, что помогают быстрее восстанавливать выносливость. По его словам после его поедания человек мог пятиминутным привалом заменить целый час отдыха, и вот за это Жон зацепился. Пусть ему это и не особо пригодиться, но вот для друзей он бы с удовольствием таких нарвал, да и волшебные статуи его заинтересовали.

По словам торговца, их щиты отлично защищали от магии, а на мечах была особая магия, что могла сковать движения, от чего ты даже ходил с трудом, впрочем на идею использовать их он отреагировал с иронией. Слишком тяжёлые, чересчур массивные и далеко не удобные. И хотя Жон во всём был с ним согласен, просто так пропускать пусть и каменное, но по-настоящему волшебное оружие он не собирался. Особенно с учётом инвентаря, который значительно расширял его возможности по переноске громоздких и тяжёлых предметов. Две горгульи, спокойно поместившиеся там, не дадут соврать, если только он не разбил им челюсти в пылу прошлой схватки.

Так что, приняв совет к сведению и поговорив ещё немного со своими знакомыми, Жон направился к Андре и его кузне.

Всё же он так спешил разобраться с горгульями, что забыл даже забрать титанит, отданный кузнецу на переплавку. Да и не только за этим тот был ему нужен. Как не печально было это признавать, но его нынешнее вооружение не слишком подходило для боя с ожившими деревьями. Конечно, со статуями он сможет сражаться своим клевцом, а грибы возможно сможет разрезать мечом, но вот против оживших деревьев у него подходящего оружия нет, а потому ему нужно вновь расширять свой арсенал, хотя местному оружию он с радостью предпочёл бы оружие, созданное Руби, но сейчас выбора у него не было, а потому ему пришлось довольствоваться тем, что мог предложить Андре. Хотя учитывая, что меч Оскара был ничуть не хуже его собственного, так ещё и оживших мертвецов мог убивать, то он не стал бы так уж легко утверждать, что местное оружие будет хуже того, что могли бы создать на Ремнанте.

Обратный путь от Собора к кузнецу прошёл без каких-либо проблем. Уже убитая нежить не успела воскреснуть, а новая не набежала. Жон немного задержался, издалека рассматривая того самого рыцаря, с шлемом в виде луковицы, но решил всё же не подходить к нему. Тот продолжал сидеть у запертых ворот, как будто охраняя их.

Если этот парень уже стал безумным Полым, то драки не избежать. А Жону сейчас меньше всего хотелось подставлять шею под чужой меч. У него большие планы на этот рейд по своему сну.

И именно в рамках исполнения этих планов юноша спустился вниз, к массивной фигуре у наковальни, вежливо кашлянув, привлекая внимание могучего старца.

— Андре? Я за своим титанитом. И хотел бы посмотреть, что у тебя есть из… более увесистого оружия.

Кузнец отложил молот и повернул к Жону своё лицо, наполовину скрытое бородой. Андре внимательно, с головы до ног оглядел Жона, как будто высматривая что-то во внешнем виде парня. Но чтобы он не высматривал, пауза не продлилась долго, и вскоре кузнец заговорил своим густым басом.

— И снова здравствуй. Похоже, у тебя всё в порядке и тебя можно поздравить с Первым Колоколом, — Андре чуть дёрнул головой, словно разминая шею. — Насчёт же более увесистого оружия, хотелось бы знать, что именно тебе нужно?

— Я собираюсь исследовать лес, — Жон и сам не был уверен, что ему нужно. Поэтому он решил доверится опыту Андре.

— Лес? — Андре задумчиво почесал бороду, его пальцы, толстые и покрытые старыми ожогами, запутались в седой бороде. — Значит, тебе предстоит иметь дело с деревянными энтами и каменными големами. Топор или что-то тяжёлое, с хорошим размахом. Резать их — пустая трата времени. Нужно ломать и крушить.

Он развернулся к стене, увешанной оружием. Его взгляд скользнул по массивному боевому топору, затем остановился на длинной алебарде с широким, слегка изогнутым лезвием. Немного подумав Андре снял оба образчика оружия со стойки, предлагая Жону примерить оружие по руке.

— Если бы мы говорили про просторные залы или открытое пространство, то я бы однозначно посоветовал алебарду. Держишь дистанцию, широкий замах и рычаг на древке позволяет сметать энтов за один удар и достаточно уверенно разбираться с големами, — быстро описав плюсы этого оружия, Андре тут же перешел к главному минусу. — Но в лесу ты ей особо не помашешь, что тут же кратно сокращает полезность этого оружия. Топор будет хорошей альтернативой. Про дистанцию можно будет забыть, но он достаточно тяжелый, чтобы наносить сокрушительные удары даже без широкого замаха. Но с ним нужна сила и сноровка, не каждый сможет нормально сражаться подобным оружием.

— Тогда я возьму топор, — после недолгого раздумья решил Жон. — В конце концов, если уж рубить деревья, то делать это с размахом.

Андре одобрительно хмыкнул, протягивая ему тяжёлое оружие. Топор оказался на удивление хорошо сбалансированным, несмотря на внушительный вес. Жон сделал несколько пробных взмахов, привыкая к его тяжести.

— Неплохо, — проворчал кузнец, наблюдая за его движениями. — Рука твёрдая. Только помни — не пытайся фехтовать. Один удар — одна цель. И не забывай про щит.

Жон кивнул, прислонив топор к наковальне, чтобы расплатиться душами. Он так же получил свои осколки титанита, которые кузнец предложил тут же употребить для усиление топора, с чем Жон решил повременить. Ему было интересно показать необычный материал специалистам Ремнанта.

Юный Охотник уже собирался уходить, когда Андре остановил его:

— Постой. Раз уж в лес собрался, то возьми это. — он протянул Жону небольшой кожаный мешочек. — Чёрная угольная сосновая смола. Если нанести на клинок, то загорится огнем. Против энтов и големов самое то. И те, и другие боятся пламени.

— Каменные големы? Боятся огня? — Жон выгнул бровь.

— Пойди найди какого-нибудь мага и спроси, как это работает, — кузнец хмыкнул.

Жон с благодарностью взял мешочек. Смола внутри была теплой, обещая жаркое пламя, как только он выпустит её на волю. Он кивнул Андре и, подхватив своё новое оружие, направился к выходу.

Мысль о маге, однако, засела в голове. На Ремнанте с магией было туго, но здесь, в этом сне, всё было иначе. Вот только до сих пор Жон не встречал никого, кто называл бы себя именно магом. Рыцари и священники, что пользовались чудесами богов? Этого было не мало. А вот маги пока толком не встречались. Если не считать того странного парня из Собора, посох которого Жон прикарманил.

Жону же очень интересно было бы познакомиться с магами и даже самому овладеть чем-нибудь полезным. Но этот вопрос пока откладывается на будущее.

— «Сначала лес», — твёрдо решил про себя Жон, выходя на улицу. — «Потом разберемся с магами, чудесами и прочими тайнами этого мира».

К счастью или нет, а титанитовый демон также не возродился на месте своей гибели. По этому случаю Жон внутренне выдохнул и спокойно прошёл через разрушенный зал, вскоре окунувшись в лесной полумрак. В воздухе снова повеяло прохладой и запахом прелой листвы. И с новым топором на плече Жон чувствовал себя готовым эту неизвестность встретить.

По крайней мере, сам Арк был такого мнения о себе.

Путь вглубь леса оказался ещё более мрачным и запутанным, чем могло показаться на первый взгляд. Густой туман цеплялся за стволы деревьев, скрывая тропу, а ветви, словно живые, норовили зацепить его за волосы и плечи, пока в нос бил запах гнили и старой древесины. Каждый шорох, каждый хруст ветки под ногой отдавался эхом в зловещей тишине.

Вот только эта тишина была обманчивой.

Сперва до него донёсся едва уловимый шелест листьев где-то справа. Юный охотник настолько привык к звукам леса, что поначалу даже не обратил внимания на очередной шелест. Мало ли, какую ветку ветер теребит.

Всю глубину своих заблуждений Жон понял, когда очередная ветка не просто зацепилась за его волосы, а наотмашь ударила его поперёк лица.

От неожиданности он отшатнулся, едва не выронив топор. Аура спасла Жона от прямого урона, но даже с ней этот удар был ошеломляющим. Глаза слезились, но сквозь пелену он увидел, кто на него напал.

Энт, оживший куст ну или деревце в человеческий рост, уже замахивался своими ветками для следующего удара. Жон инстинктивно рванулся в низкий кувырок вперёд, под самые щупальца-ветви. Деревянная лапа со свистом рассекла воздух у него над головой, срезав несколько лиан. Он вскочил на ноги, разворачиваясь к противнику, топор уже был наготове.

Но основная проблема заключалась в том, что этот энт не был один.

Из тумана, с скрипом и шелестом, выступили ещё три таких же создания. Их ветви сплетались в подобия конечностей, а особо густые скопления листвы на месте головы зловещее тряслись, как будто существа перед Жоном бились в припадке неизвестной болезни. Они двигались неестественно быстро, окружая его.

Мысли пронеслись с скоростью пули. Если верить Андре, то на этих гадов хватит и одного удара, если тот нанесён с должной силой, что не должно быть проблемой благодаря Ауре. Проблема в количестве врагов. С одним он разберётся, от ещё одного прикроется щитом, но остаётся ещё двое, с которыми надо что-то сделать.

И тогда он вспомнил. Не смолу. Нечто иное. То, что он принес из своего мира. То, что было его первым и верным оружием.

Револьвер, собранный Руби.

Левой рукой он резким, размашистым движением швырнул шит в ближайшего противника. Не чтобы нанести реальный урон, а просто чтобы оттолкнуть и на время вывести из боя хотя бы одного противника, к которому можно будет повернуться спиной.

В ту же секунду Жон призвал из своего инвентаря револьвер, чтобы как можно быстрее сократить количество противников. Древесные болваны не поняли что происходит, и, вполне возможно, что и не могли этого понять. В любом случае они просто ринулись на молодого Охотника.

Огнестрельное оружие гаркнуло выстрелом, отбрасывая противника прямо перед Жоном, после чего топор с глухим стуком перерубил энта, пробирающегося с правого бока.

Счёт времени шел на доли секунды, так как противник с левого бока никуда не делся. Рывок вправо немного разорвал дистанцию, но не достаточно, чтобы защититься от похожих на плети ветвей. Эти ветви-плети со свистом рассекли воздух, целясь в голову и плечо. Уйти от удара было уже невозможно.

Но Жон и не думал уходить.

Вместо отступления он сделал резкий шаг навстречу атаке, подставляя под удар левое предплечье. Ветви с грохотом ударили по поднятой руке, сверкнула Аура. Пирра называла подобный маневр «разменом», служащим для того, чтобы специально подставиться под удар, пожертвовав частью Ауры, но получить преимущество в контратаке.

Топор, занесенный ещё во время рывка, с мощным свистом обрушился на энта справа. Древесина не просто треснула — она разлетелась вдребезги, как перезрелый плод. Осколки коры и щепки полетели во все стороны.

Тварь, получившая пулю, только начала снова шевелиться, и то дёрганей обычного. Похоже, снаряд Праха застрял внутри и причинял существу некоторые неудобства. Значит, в таком состоянии с ним будет легче справится. Оставалось только выцелить того энта, в которого Жон в самом начале метнул щит, а потом разобраться с его уже подстреленным сородичем, дабы выстроить их в очередь одиночных противников. Один на один эти древесные создания не представляли такой опасности, как группа, так что шансы были на его стороне.

Глава 29

Разобравшись с группой деревянный чушек, Жон продолжил свой путь. Вернее, попробовал его продолжить.

Насколько парень помнил слова Андре и УВа, у подножья башни должен был располагаться лес. Жон же вышел на какую-то горную гряду, а не лес. По крайней мере, если пройти чуть дальше, то можно было увидеть расщелину с таким глубоким обрывом, что дна не видно. Также был обнаружен небольшой закуток, который вёл к тропе вниз.

Прикинув ситуацию и так и этак, Жон решил попробовать спуститься с горы. Быть может именно там располагается тот самый лес. Это показалось молодому Охотнику более логичным, чем искать лес на горном хребте.

Спускаться приходилось по довольно узкой тропе, рискуя свалится с огромной высоты и покатиться по отвесному склону. Жон ступал очень осторожно, готовый в любой момент встретить противника, так как место казалось идеальным для засады. Он даже успел с иронией подумать, что не знает, бояться ли ему больше высоты или же возможных противников, когда со спины его окликнул басистый голос.

— Кто ты, путник — разумный человек или полый?

Жон чуть из кроссовок не выпрыгнул от неожиданности. Резко обернувшись, он заметил, небольшое ответвление от его тропы, где в тени склона скрывался рыцарь в знакомых чёрных доспехах. Разве что этот был вооружен не мечом, в алебардой.

— Мне хотелось бы верить, что я разумен, — заметил Жон осторожно.

— Вера? О, вера — это прекрасное чувство.

Хоть за шлемом не было видно лица гиганта, Жон хорошо расслышал какую-то насмешку. Причин этой насмешки парень не понял, но решил не спрашивать. Главное, что его, судя по всему, не собираются атаковать. Ну или хотя бы не сразу.

— И что же ты забыл здесь, разумный, а главное верующий, человек?

Насмешка показалась ещё более явной. Жон даже начал подозревать, что этот рыцарь просто издевается над ним. Причины для такого были непонятны, и как на это реагировать тоже было не ясно. Так что Жон решил просто проигнорировать странное отношение чёрного рыцаря.

— Мне сказали, что где-то здесь должен быть лес. Ну я и подумал, что он находится у подножья скалы, — Жон ответил как на духу.

— Лес? Ты имеешь в виду Лес Тёмных Корней? — теперь в голосе рыцаря слышалась не насмешка, а удивление. — Ты свернул слишком рано, человек. Здесь у подножья находится лишь озеро, а в озере Гидра. Так что я не советую тебе туда соваться. Лес же находится выше, на плато.

Рыцарь воткнул алебарду в землю и указал освободившейся рукой в сторону и вверх. Получалось, что Жон ошибся и лес действительно располагался на горе. Надо было наоборот пройти чуть дальше и он попал бы туда.

— Спасибо за предупреждение, — кивнул Жон, мучимый вопросом, который он тут же задал. — А что такое Гидра?

— Многоголовая змея, — черный рыцарь вновь подхватил своё оружие, закинув его на плечо. — Змеи эти выродившиеся и ослабшие потомки драконов. Хуже виверн. Хотя и среди них попадаются действительно могучие представители. Те, кто сожрали множество могучих существ с сильными душами. Тут обитает гидра с семью головами. Довольно могучий противник. Хотя мне доводилось видеть и девятиголовую Гидру. Вот там была страшная тварь. Почти сравнимая с великими вивернами по силе.

— Вы собираетесь убить её? — Жон хотел бы понаблюдать за работой опытного рыцаря, что будет бороться с опасной тварью.

— Нет, — рыцарь тут же отсёк любую вероятность этого. — Моя задача здесь наблюдать за странной активностью Герцога. Гидра никоим образом не является моей проблемой. Но если ты убьёшь её, человек, то я был бы очень благодарен. И у меня есть чем эту благодарность подкрепить.

— Я подумаю, — Жон не был готов так с ходу обещать сразиться с существом, силу которого сравнивали с драконом.

— Разумный подход, — рыцарь издал низкий, похожий на скрежет камня, смех. — Безрассудство — удел полых. Но если передумаешь... я буду здесь. Дорога на плато прямая, но не безопасная. Там, среди руин, тебя поджидает не только лес. Будет ещё одна развилка, путь на которой ведёт к башне и ещё одному творению Герцога.

На этом рыцарь отступил назад, и тень скалы поглотила его черные доспехи, словно растворив в себе. Жон остался один на узкой тропе, в тишине, нарушаемой лишь свистом ветра в расщелинах.

Парень в задумчивости наморщил лицо, пытаясь понять сразу несколько моментов. Какая развилка? Что за Герцог? А куда на развилке свернуть надо? Что за руины? Раньше никаких руин не упоминалось.

Вопросов было много, но уточнять что-либо непосредственно на месте у этого странного рыцаря Жон не стал. Он счёл за лучшее не искушать судьбу и не задерживаться в обществе загадочного воина. Сделав лицо попроще, Жон начал нелёгкий подъем обратно на гряду.

Снова оказавшись наверху, Жон огляделся. Пока он мотался туда-сюда, новых противников вроде бы не набежало. Хотя не стоит забывать и про недавнюю стычку здесь же. Некоторые враги могут атаковать совершенно неожиданно. Сжимая покрепче рукоять топора, Жон двинулся вперёд, к тому месту, где, по словам рыцаря, должны были быть руины и развилка. Для этого пришлось пройти некоторое расстояние, ещё пару раз сразившись с госткой энтов.

В какой-то момент Жон заметил, откуда эти твари вообще появляются. Они не прятались среди деревьев, как Жон думал в начале, наоборот, они закапывались в землю. Каменистую почву скалы, раздвигая её своим корнями, а в нужный момент, как будто прорастая на месте.

Сразится пришлось не один раз, пока юный Охотник не дошёл до предполагаемых руин. По крайней мере, тропа упёрлась в огромные ворота, к которым была пристроена полуразрушенная башня. И как раз справа от этих ворот было ещё одно ответвление. То есть вот тебе и развилка, о которой говорил чёрный рыцарь.

Отсюда выходит довольно простой вопрос: а куда, собственно, идти? Один путь, по уму, ведёт в лес, который Жон собирался осмотреть. Второй путь — это то, о чём предупреждал чёрный рыцарь, некая башня с неким “творением Герцога”, чтобы это не значило.

Жон с некоторым сомнением посмотрел на оба пути. О воротах его никто не предупреждал. К тому же, рядом с воротами была башня… вернее её руины. Логично предположить, что именно за воротами был какой-то там Герцог с каким-то своим творением.

Наверное. Жон был не уверен, но других мыслей пока в голову не лезло.

Так и не определившись с тем, куда же ему идти, блондин огляделся вокруг и заметил, что от руин отходит хорошо заметная тропинка, по которой он и решил пройтись. Всё же если в таком месте как это тропинки если и были, то они обязательно куда-то вели.

И уже пару минут спустя он убедился в своей правоте. Зайдя за очередной поворот петляющей между исполинских деревьев тропы, Жон практически сразу заметил деталь, явно выбивающуюся из общего лесного пейзажа.

Две статуи, изображающие рыцарей, вооружённых мечами и огромными, почти в его рост, каменными щитами. И если до разговора с Освальдом и Солером он мог ещё просто принять их за остатки древней архитектуры, что по чистой случайности не были поглощены природой, то сейчас он такой ошибки не допустит.

Каменные рыцари были именно такими, какими их описывали его знакомые, и если те не врали, то перед ним сейчас был довольно опасный противник. Именно так Жон подумал, впервые услышав описание магии, которую могли использовать каменные истуканы.

Так что, не спеша подходить к ним для честного боя, блондин решил для начала проверить их прочность с расстояния. Изначально он хотел просто пострелять в них из винтовки, но несколько секунд спустя отказался от этой идеи. Не тот у неё был калибр, чтобы нанести им ощутимый урон, а потому, пока они не закрылись щитами, блондин решил испытать их сопротивление электричеству.

Достав из инвентаря кристалл Праха, он сосредоточился и начал наполнять его Аурой. Медленно, не спеша и стараясь на полную использовать потенциал сокрытой в нём энергии, Жон довёл наполненность кристалла практически до максимума и высвободил её разрушительным потоком молний, что стрелой устремился к одной из статуй.

Как он и думал, это были не обычные статуи. Стоило только молнии врезаться в грудь одной из статуй, оставив на ней хорошо заметный кратер, как оба истукана ожили и обманчиво медленно начали двигаться к нему. К несчастью, они предсказуемо закрылись щитами, отчего Жон не стал и дальше расстреливать их с расстояния, а пошел к ним на встречу, в одной руке зажав клевец, тогда как во второй держал новый кристалл электрического Праха.

Щит ему сейчас всё равно не пригодится, потому как блокировать удары этих исполинов, да ещё и нанесённые явно довольно тяжелыми каменными мечами, он не планировал. Зато подумывал ударить в упор молнией, когда тот подранок откроется.

Первая часть плана прошла идеально. Не отличающиеся особым интеллектом статуи позволили ему сместиться так, чтобы они подходили к нему один за другим.

Подгадав момент, Жон кинулся к ближайшему истукану.

Подскочив под широкий взмах каменного меча, блондин наполнил Прах Аурой и, приложив тот к уже поврежденной части ожившей статуи, он снова высвободил электричество. И пусть на этот раз молния вышла слабее, после неё корпус голема покрылся глубокой и густой сеткой трещин

Затем блондину потребовалось увернуться от последующего удара и контратаковать клевцом. Разумеется, свой удар он уже почти на автомате усилил Аурой.

На счастье, этого хватило, и первый из рыцарей упал, получив, видимо, критические повреждения.

И именно в этот момент случилось то, о чём его предупреждали. Второй рыцарь вскинул свой меч вверх, и от него разошлась волна энергии, что сковала движения юного Охотника.

В этот момент блондин чувствовал себя мухой, застрявшей в янтаре. Будто сам воздух застыл вокруг его конечностей, мешая двигаться и превращая то, что должно было стать быстрым рывком, в неторопливую прогулку.

Не сложно было догадаться, что в таком состоянии шансов на уклонение у него было мало, а потому, слишком медленно, отходя в сторону, он начал поднимать руку, в которой недавно был зажат кристалл Праха, и призвал щит, надеясь хоть немного смягчить предстоящий удар.

Стоило только блондину это сделать, как уже мгновение спустя на него обрушился жестокий удар. Тот оказался достаточно мощным, чтобы отбросить его на пару метров и опрокинуть на землю. Однако, блондин не растерялся и вскинул, хотя скорее неспешно поднял, резко появившуюся в руках винтовку и начал стрелять.

Не то, чтобы его меткие выстрелы сильно вредили оставшемуся истукану, но, стоило только особо удачной пуле выбить каменную крошку, из его бедра, как он прикрылся щитом, принимая на него оставшиеся выстрелы и давая Жону несколько секунд, чтобы прийти в себя.

Эти несколько секунд оказались всем, что было нужно для того, чтобы магия, превратившая и без того не самого проворного на фоне других Охотников блондина в настоящую черепаху, исчезла.

И стоило этому случиться, как Жон убрал винтовку и рванул к своему противнику, заходя к нему с правой стороны.

Без того довольно неспешный замах истукана стал еще шире из-за того, что блондин подошёл со стороны щита, а потому Жон смог не только нанести пару усиленных ударов по его колену, но и уклониться от ответного размаха, проскочив ниже.

Весь дальнейший бой состоял из того, что блондин отковырял своим клевцом довольно большой кусок в районе колена истукана, тем самым повалив боевитую статую на землю лицом вниз. Из подобного положения ни о каких атаках не могло быть и речи, а перевернуться на спину Жон ему уже не дал, добив истукана, пока тот был относительно неподвижен и беззащитен.

Убедившись, что он действительно победил и на него никто не собирается выпрыгивать из леса, юноша позволил себе убрать оружие и сделать несколько глотков из фляжки, практически ту осушая.

Почти пустая фляжка Эстуса несколько омрачала его настроение. Слишком мало он пробыл в этом жутком лесу и слишком мало трофеев вынес отсюда, хотя именно за трофеями он сюда и направился изначально.

Но сейчас у него была полная Аура, а на дне фляги ещё было немного судьбоносного эликсира, так что прошлые размышления были проблемой, но из разряда тех, которые можно отложить на потом. Сейчас Жон мог перейти к более приятным последствиям боя, то есть к трофеям, даже если те выглядели неказисто.

Ну правда, что такое два каменных меча, два каменных же щита да пара разбитых статуй? Смех, да и только. Вот только в Жоне были свежи воспоминания о том, как его внезапно сковало магией, да и не стоило забывать о высокой защите от магии, которой, по слухам от его знакомых, обладали эти щиты.

А потому блондин позволил себе побыть довольным своей наградой за только что выигранный бой, продолжив путь по тропинке, надеясь, что в её конце окажется что-то интересное. Может даже там был чей-то лагерь? Всё же в этом лесу обитал целый ковенант, и, хотя его численность являлась для Жона загадкой, он почему-то сомневался, что он состоит всего из нескольких человек.

Никакого стороннего фактора, который делал тот или иной поворот более предпочтительным, не было. Ни монстров, поджидающих его на каком-то одном пути, ни сверкающего сундука с сокровищами, стоящего в конце другого.

Тропинка, петляя между исполинскими корнями и каменными обломками, вывела его на небольшую поляну. Там лежал ещё один каменный истукан, прямо перед проходом в… полуразрушенную каменную башню.

Тут не надо было обладать интеллектом как у Вайсс, чтобы понять, что он всё же свернул не туда, обманувшись видом пристройки к тем воротом. С другой стороны, раз уж он всё равно пришел сюда и даже успел немного подраться, есть смысл, посмотреть, что же это за башня и что в ней такого необычного. Благо, что одинокий каменный воин, который ещё и лежал на открытом пространстве, был достаточно легкой мишенью, чтобы все же попробовать.

Тут главное выбрать удобную позицию, с которой будет удобно атаковать издалека и, в случае чего, можно будет быстро перейти в ближний бой.

И тут буквально все пошло на перекосяк. Жон приметил небольшой обломок стены, на который можно было забраться спрыгнув с ветки ближайшего дерева. Вот только стоило ему подойти к этому дереву и схватиться как одну из веток, как та извернулась, и попыталась укусить Жона двумя змеиными головами, сросшимися вместе.

Аура спасла парня, от первого укуса, а потом он быстро расправился с тварью. Это кстати оказалась не змея, а скорее ящерица с очень вытянутым телом. По крайней мере лапки у неё были… и две башки, как у Королевского Тайджиту. Странное в общем существо.

Но это было лишь начало. Стоило Жону всё же занять облюбовали позицию на камне и в первый раз выстрелить по истукану у входа, как подниматься начал не только он, а и ещё несколько, сидящих в засаде среди деревьев неподалёку. И будто этого мало, своей возней истуканы потревожили и кучку энтов, которые тоже недовольно завозились и решили присоединиться к бою против Жона.

Ситуация была крайне неприятной, но делать всё равно было нечего. Жон не собирался умирать и просыпаться так рано, а потому решил все же попробовать расправиться с такой толпой.

Призвав в левую руку гранату, которую он кинул в несушихся на него энтов. Первым делом стоило расправиться с противниками быстрыми и мелкими. Взрыв получился на семь из десяти. Большую часть тварей размотало в щепки, но некоторых только откинуло. Так же никто из исполинов от гранаты не пострадал, чего Жону очень хотелось бы. Но даже такой результат лучше чем ничего.

Дальше начался отстрел каменных воинов. Вернее воина. Так как полноценно Жон успел разобраться только с одним и ещё пару раз выстрелить во второго, после чего в винтовке просто кончились патроны. Перезаряжать её по новой времени уже не было, так как враги приближались, да и на такой дистанции лучше было потратить Ауру на праховую магию, а не усиление патронов.

Жон успел выдать ещё заряд молний, чтобы расправиться с ещё одним каменным воином, когда подранок, получивший две пули, применил свою дурацкую магию. Ситуация тут же стала сложнее. Двигаясь как будто под водой воевать было сложно.

И тут, очень не кстати, выявился существенный недостаток взятой Жоном высоты. С его обломка стены было удобно отстреливаться пулями и молнией. Он смог легко расправиться и с третьим каменным воином, поймав его на подходе ещё одной молнией. А вот с энтами вышла заминка. Жон до них достать не мог, а вот они до него своими длинными руками-ветками доставали очень даже легко.

Жон уже собирался спрыгнуть на какую-нибудь тварь сверху, как один из энтов с размаху хлестнул Жона по спине. Удар был достаточно сильным, чтобы принудительно скинула молодого Охотника с его насеста. Аура у Жона ещё был и вроде даже не сильно просела, но чисто по человечески было обидно. По крайней мере Жон почувствовал глухое раздражение на этих деревянных болванчиков.

Рывком поднявшись и призвав из инвентаря в руку топор, Жон уже собирался порубить оставшихся противников на зубочистки, как в бой вмешалась ещё одна сила. Откуда-то со стороны вылетело несколько светящихся голубоватых шариков, которые на приличной скорости рванули к энтам, буквально перемолов их деревянные тела в труху.

Жон замер с занесённым топором, ошеломлённо наблюдая, как загадочные энергетические сферы методично и эффективно уничтожают его проблему. От энтов через мгновение осталась лишь куча щепок и медленно угасающий голубоватый свет.

Тишина, наступившая после грохота боя, показалась оглушительной. Парень медленно опустил топор, озираясь по сторонам. Его взгляд скользнул по груде камней, оставшейся от последнего истукана, и остановился на тёмном проёме полуразрушенной башни. Оттуда никто не вышел. Тогда Жон развернулся, проверяя опушку леса. Кто-то только что оказал ему мощную поддержку, и этот кто-то явно не собирался атаковать его самого. По крайней мере, пока.

— Эй! — крикнул он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, а не вымученно. — Спасибо за помощь! Не покажешься?

Секунду, другую ответом юноше была лишь тишина. Затем из-за ствола могучего дуба, с которого, судя по всему, и были запущены сферы, вышла фигура в глухой накидке и остроконечной шляпе с широкими полями. В руках незнакомец держал странный посох, украшенный вороньими перьями и обточенный в конце на манер когтистой птичьей лапы.

Очень большой птичьей лапы. Почти без трети размерчик лапок той вороны, которая притащила Жона в Храм Огня.

Приняв добровольный выход на свет за жест доброй воли и желая получше разглядеть незнакомца, молодой Охотник сам попытался подойти поближе. Об осторожности он не забывал, ступая медленными шагами и внимательно следя за ногами фигуры, а также её посохом. Пускай Жон пока получил от этого мага только помощь, это не значило, что от него нет вообще никакой опасности.

— Стой, — раздался от фигуры хлёсткое женское предупреждение, когда из под накидки сверкнул и поднялся тонкий меч.

— Эм, хорошо, — сказал юноша, впервые встретив в этих землях кого-то настолько агрессивно настроенного и при этом не являющегося Полым. — Я просто хотел получше разглядеть того... ту, которая помогла разобраться со всеми этими деревяшками.

— Вы ещё в разуме. Ясно. Наблюдая за вашей тактикой лазанья по руинам, у меня были сомнения в вашем здравомыслии, — голос колдуньи был преисполнен насмешки. — Стянуть на себя целый отряд стражей и при этом умудриться разбудить дремлющих энтов... Тут на лицо явный талант попадать в неприятности, раз до деградации души ещё далеко. Хах, — девушка отпустила откровенный смешок, от которого у Жона пробежали мурашки. — Поэтому я и решила помочь.

Жон смущённо кашлянул, в очередной раз чувствуя, что над ним издеваются. Но если в случае с чёрным рыцарем или его первыми днями в Биконе парень банально не понимал сути, то тут всё было предельно понятно, а от того особенно стыдно.

Немудрено, что парень не смог удержаться от оправдания:

— Я не знал, что они все на меня стянутся, — взялся он за первый упрёк, пришедший ему на ум. — Думал, подловлю одного каменного воина и всё.

Незнакомка на это ещё раз хмыкнула, и подошла ближе. Жон заметил, как меч с посохом в опасных дамских пальцах слегка опустились. А затем он приподнял взгляд и смог разглядеть линию подбородка и ухмылку собеседницы. Остальное лицо было сокрыто полями шляпы.

— «Один каменный воин». Мило. Они связаны общей охранной матрицей. Тронешь одного — поднимешь всех в радиусе полусотни шагов. Странно, что рыцарь, посвящённый в таинства божественной молнии, не знает таких тонкостей, — поведала ему колдунья тем же снисходительным тоном, который парень уже несколько раз выслушивал от Вайс. — Эти стражи когда-то были созданы древней магией. Говорят, что их создателем был один из богов.

— Правда? — Жон нервно вздохнул, вспомнив только что прекращённый бой, но потом сразу спохватился объяснится. — Недавно я сражался с другими их творениями, горгульями. Те были посильнее.

При упоминании горгулий Первого Колокола выражение на губах незнакомки впервые за их разговор переменилось. Жон смел надеяться, что это было выражение уважения или хотя бы удивления.

— Ну раз так, то вы определённо могли сейчас справится своими силами. Но столько ждать я была не готова, — вздохнула девушка. — Что же до твоего вопроса касательно силы уже этих творений богов, то кто сказал, что каждый бог без исключения мастер или мастерица на все руки? Нет, среди них были свои умельцы и свои посредственности. Совсем как у людей. Забавно, не правда ли?

— Наверное, — пожал плечами юноша, внутренне мечущийся между прошлым предупреждением об уважении к местной религии и нежеланием спорить с той, кто стоит прямо сейчас перед ним и имеет весомое оружие. — Но к чему надо было так долго об этом говорить?

— А что такого? — озорно улыбнулась колдунья, возвращаясь к прежнему настрою. — Я же для вас старалась всё разложить по полочкам, дабы точно понятно было.

— Ну я как бы уже на половине твоей лекции понял, что горгулий создавал другой бог, тогда как этих каменных истуканов сделали какие-то неумелые боги. Может я и наивный, но не глупый, — сказал Жон, неловко переминаясь. — Кстати, не против, если перейдём на "ты"? Мне честно как-то неловко слышать такое обращение в свою сторону от столь молодой дамы. И я вряд ли заслуживаю такого в силу опыта или каких-либо подвигов, потому как ещё только учусь жизни по пути к Второму Колоколу и предназначению нежити, чем бы оно не оказалось.

И вот так молодой Охотник, сам того не зная, своими скромными словами заставил незнакомку оступиться. Её ухмылка снова пропала, едва задержавшись на лице, и она неловко дёрнула за поля шляпы, опуская их ещё ниже.

— О, вот значит какой смышлёный малый. К тому же, не гордец, ослеплённый блеском первого подвига. Пожалуй, я могу назвать тебе моё имя, — произнесла она сдержанно. — Меня зовут Беатрис. Приятно познакомится.

— Жон. Жон Арк из Анселя. Тоже рад знакомству, — ответил парень.

— Жон Арк. Ясно, — вымолвила колдунья, прежде чем почти неслышно прошептать про себя оставшуюся часть. — Умный, смелый... и интересный.

Тем временем юноша более внимательным взглядом посмотрел на осколки таких редких каменных воинов, а затем осмотрел поросшие мхом и прочей растительностью руины.

— Так что они здесь забыли? — спросил он.

И ему это было реально интересно. Ведь если есть стражи, то должны быть и сокровища, которые они охраняют, не так ли?

— Никто не знает, они тут очень давно. Неизвестно даже, что за магию они используют, хотя некоторые из клириков смогли её скопировать, — затем она бросила на начинающего Охотника острый как игла взгляд. — Поэтому не спрашивай, могу ли я это повторить. Чудеса не моя специальность.

Жон тут же проглотил этот самый вопрос. Жаль, конечно, услышать такое после того, как ты встретился с этими творениями забытых богов и прочуял на себе всю пакостность их коронного умения. Вдвойне обидно услышать это из уст первого относительно дружелюбного волшебника.

— Тогда позволь спросить, зачем же ты сюда пришла? — боясь показаться ещё более глупым, просто стоя перед собеседницей с открытым ртом, парень успел на ходу сменить тему.

— Опрометчиво было бы делится своими планами с первым встречным, — покручивая посох, сказала Беатрис с намёком на немой упрёк.

— Извините... то есть извини, но ты вроде бы уже сама упомянула, что ты куда-то торопишься. Кажется, логично, что ты не стала бы при этом тратить своё время на разжёвывание каждой мелочи тому самому "первому встречному", если бы не хотела привлечь того к делу, — испуганно моргнув, Жон быстро пришёл к неожиданному даже для себя выводу. — На самом деле, я бы мог попытаться помочь тебе, если не будет возражений. Как мы уже установили, знаний и опыта у меня пока не очень много, но, если верить словам друзей, энтузиазма во мне хоть отбавляй!

— А ты не забыл мою оговорку. Молодец, — похвалила его колдунья с мягкой, теперь уже без прикрытой издёвки, улыбкой. — Действительно, я пришла сюда с иной целью, чем охота на големов. Здесь обитает ещё одна загадка. Могущественное существо, по слухам созданное самым искусным чародеем на свете. Мне нужно изучить природу этого существа и либо подтвердить, либо опровергнуть старую молву.

Немного помолчав, парень подумал и предположил, что именно это существо встреченный им ранее рыцарь нарёк "творением Герцога".

— То есть мы идём охотится на чудовище? — уточнил Жон.

— Хех, можно и так сказать, — кивнула головой Беатрис, отчего кончик её шляпы широко качнулся. — И хотя я вполне уверена в своей способности справится с любой здешней угрозой, для предотвращения непредвиденных обстоятельств лучше не отказываться от любезной предложенной подмоги. Так что идём за мной, храбрый рыцарь.

Развернувшись, женщина в темпе двинулась дальше вглубь двора. Младший Арк же скривился от прозвища, на секунду замерев, а затем поспешил нагнать новую знакомую. Ей уж было легко уйти подальше в своей почти невесомой мантии, пока Жону приходилось ещё тащить частичную, но всё же броню.

Впрочем, у него имелось Проявление, позволяющее таскать с собой арсенал хоть целой группы Охотников. Да и поросший дворик был не таким обширным, чтобы ведьма могла затеряться, поэтому парень смог быстро её нагнать около подъёмной лестницы. Та вела к крепостной стене, один конец которой вёл к полуразрушенной башне.

Глава 30

Жон со скепсисом смотрел на пасмурное небо этого проклятого леса. С тех пор, как он в него зашёл, погода ни на каплю не изменилась. Даже просветы между облаков будто бы остались всё теми же, хотя за минимум час его прогулки ветер сверху точно должен был их разогнать или заново перемешать. Странно.

— Для собирателя ты сейчас поступаешь довольно опрометчиво, уводя глаза подальше от разбираемых нами трофеев.

Голос Беатрис, неизменный в своём демонстративном излишестве скрытых издёвок, стал забавной кульминацией их отгремевшего боя против так называемого "Творения Герцога". Юный представитель семейства Арков до сих пор не мог поверить, что они вдвоём так быстро разобрались с этим испытанием. Воспоминания о битве были не то что свежи, а всё ещё записывались парню в мозг.

Загадочное существо оказалось столь же причудливым, сколь и смертоносным. А Жон пока встречал здесь исключительно талантливых в убийстве существ, при том их способности росли с каждой новой встречей.

Вкратце, это было странное существо с худеньким туловищем, за которым просматривалась круглая металлическая конструкция, и пятью отростками. Самый нижний походил на вырванные корни травы или сосуды, тогда как остальные являлись по сути биолюминесцентными крыльями и попарно отходили из боков существа.

Отдалённо всё напоминало мотылька или бабочку.

Что интересно, крылья этой бабочки двигались недостаточно часто для своих гигантских размеров, но существо всё равно удерживалось в воздухе, паря рядом со стеной. Оттуда та вполне красиво сияла в местном полумраке, и юный Арк даже счёл бы её полёт завораживающим, если бы только этот монстр не выпускал откуда-то из области головы лазерный луч зелёного цвета и не разбрасывал взмахом прекрасных, и тем не менее явно смертоносных, крыльев полупрозрачные иглы.

Без магии явно не обошлось.

Кстати, его новая знакомая в ответ на эти фокусы сразу решила показать свой собственный репертуар заклинаний, в результате чего Жон во второй раз за свою жизнь стал свидетелем использования магии в настоящем бою. Правда, в отличье от боя жуткого мага из Собора со страшным рыцарем-гигантом оттуда же, здесь шла буквальная дуэль мага против мага.

Казалось, при каждом взмахе Беатрис от её посоха срывались мощные стрелы энергии, и парень готов был поспорить, что данные снаряды могли с лёгкостью переплюнуть аналогичные штуки у волшебника из Собора Нежити. Кроме того, иногда колдунья показывала доселе незнакомый Жону приём, запуская целые плеяды магических шаров, стремительно летящих к её противнику и атакующих того с разных сторон. Юный Арк не представлял, как он сам уклонялся бы от столь разностороннего обстрела. Или сколько бы он вообще продержался, учитывая, какие куски вырывали из плоти эти светлячки.

Хорошо, что они с ведьмой были на одной стороне.

Не желая ограничиваться ролью наблюдателя, Жон присоединился к борьбе против летающего чудища. Сперва он подумывал вытащить ремнантский огнестрел, но монстр внезапно решил облегчить ему задачу, получив от колдуньи особо яркий снаряд в лицо. Видимо, от такого бабочка оказалась частично ошеломлённой, потому как затем опустилась на край стены, пусть и отлетев перед этим подальше от женской фигуры в чудной шляпе, тем самым приблизившись к молодому Охотнику и опрометчиво подставляясь под удары топора. Парень выбрал его, посчитав, что, раз монстр уже упал, удобнее будет бить именно утяжелённым навершием топора.

Из крепостной стены вышла эдакая плаха. Начинающий Охотник рубил по склизкой зеленоватой плоти, надеясь удачно попасть по жизненно важному месту. Каждое новое ранение, приводившее к излиянию больших объёмов прозрачной крови, подстёгивало его пыл.

Как оказалось, он слишком увёлся, потому что не заметил момента, когда под упёршейся в покрытую мхом кладку головой существа начало скапливаться опасное сияние. Опомнится и заметить неладное Жону помог предупредительный выкрик Беатрис. Переборов желание нанести ещё один удар, парень спешно отступил, успев как раз к вспышке, что начисто смела участок стены.

Тем не менее, Ауру Жона задело по касательной. Мимолётный взгляд на данные Свитка, пока бабочка взлетала обратно вверх, дал понять, что щит его души покоцали на пятнадцать процентов. Эти цифры надолго отрезвили младшего Арка и впредь он внимательнее следил за ближайшим окружением.

Далее бой шёл вполне себе складно. Беатрис снова принялась наседать на огромную бабочку, постепенно прижимая её к земле. В этот период Жон старался прикрывать колдунью от любых ответных выстрелов, вставая перед ней с поднятым щитом. В большинстве случаев им и так удавалось уклоняться, но пару раз страховка в виде блондина и его напитанного Аурой щита всё же пригодилась. И за каждый просевший у него процент Ауры Жон отплачивал сполна, когда чудище падало на стену. Тогда он вырывался вперёд и рубил да кромсал чужеродное создание, вовремя отбегая до его площадной атаки перед отлётом. Избежав несколько таких атак, Охотник на обучении даже отважился сделать прощальный выстрел, пока монстр не поднялся слишком высоко для точной стрельбы. Глядишь, Беатрис станет легче.

В конце концов, их команда нанесла последний сокрушительный удар. Монстр, очевидно чуя свою кончину после стольких ран, в отчаянии постарался кинуться на них и магией, и своим массивном телом. По мнению Жона, так он только подставился под ещё большее количество светящихся стрел и праховых пуль, но жаловаться он не собирался.

Истерзанная по обоим бокам, с продырявленными крыльями и полностью оторвавшимся малым крылом, бабочка пролетела между убившими её парнем и девушкой и уже мёртвой тушей ввалилась на крепостной дворик. Распростёртое тело бабочки заняло примерно две трети площади.

По крайней мере, Жону очень хотелось быть уверенным, что монстр наверняка умер. Поэтому он спустился по ступенькам обратно вниз. К тому моменту младший Арк сменил топорик на асторский меч, и именно его искрящимся лезвием юноша тыкнул в случайную точку на теле поверженного противника.

Ещё до того, как остриё соприкоснулось с телом бабочки, юноша ощутил мощный прилив энергии. В последний раз он ощущал нечто подобное после разбора горгулий, тогда как меньшие притоки от изведения полых или других не особо крупных врагов парень и вовсе перестал замечать, если только не присматриваться. Из их сражения определённо получилась приятная победа, надо постараться не забыть вернуться потом к Анастасии.

И вот Жон вернулся к тому, что он облокотился на ближайшие ступеньки над тушей "Творения Герцога", а его блуждающий взгляд уцепился за будто замёрзшие тучи над разрушенной крепостью, пока Беатрис в который раз окликает своего временного напарника.

— Я думал, что тебе была интересна именно эта штука, — отозвался юноша Беатрис, отодвигая странные ощущения на задний план. — Нашла нечто более интересное?

— Ты этого не заметил, но я уже собрала образцы с самой Лунной Бабочки и с округи, — поведали ему ехидно. — Наверное, потом ещё потребуется провести вскрытие, но у меня пока нет с собой необходимых инструментов. Нужно будет потом сходить за ними.

— Лунной Бабочки? — переспросил Жон, не помнящий, чтобы слышал данное название от Беатрис или того чёрного рыцаря у развилки около чащи.

— Ну называть сие создание монстром можно, но лично мне уже наскучило. Поэтому я решила дать ему название, — объяснила девушка.

— Если оно было "Творением Герцога", то разве этот самый Герцог не должен был дать название? — блондин высказал, как он думал, здравое предположение. — Ещё как бы в момент создания.

— Вполне возможно. Хотя кто знает, что творится в голове у древнего дракона, — согласилась Беатрис, беспечно пожав плечами.

— "Дракон?! Герцогом они тут называют дракона? Настоящего?!", — громыхнула вспышка шока в голове у Жона, которую он едва удержал внутри, не дав сорваться с языка. — "Так, ладно, возьмём себя в руки. Если сейчас начну её и про это расспрашивать, то выставлю себя совсем дураком. Улучу случай лучше и уж тогда всё спрошу, а пока она вроде бы хотела разобраться с трофеями".

Поднявшись с каменных ступенек, холода которых он не чуял, молодой Охотник парой хлопков отряхнулся. Посмотрев на громадную зелёную тушу оценивающим взглядом и, прикинув варианты, парень задумчиво присвистнул:

— Даже не знаю, что мне может пригодится...

— Эх, какой же ты недальновидный, раз согласился помочь первой попавшейся ведьме, не задумавшись, окажется ли награда стоящей, — опустила остроту самопровозглашённая ведьма.

— Я хотел помочь. Меня вполне устроит и то, что Лунная Бабочка более не мельтешит здесь, а ты осталась в целости и сохранности, — честно сказал Жон, — То есть я бы в любом случае пошёл сюда вместе с тобой. Возможная награда просто оказалась вишенкой на торте.

— Зато ты хорошо воспитан, — тут же исправилась Беатрис.

— Ох, но я ведь и так получил силу души монстра! — вспомнил о пережитом ощущении парень, внезапно забеспокоившись. — А тебе ведь, значит, не досталось, раз уж она ко мне перешла? Прошу, простите! Я не специально, это само собой вышло.

— Само собой? Сколько раз мне так говорили, ты не представляешь, — колдунья постучала пальцами по губе.

— Но я готов поделится. Поровну, как и договаривались, — продолжил оправдываться Арк. — Не знаешь, есть ли способ как-то передать часть энергии? Может быть нужно сходить к Хранительнице Огня?

— Не волнуйся. Тебя никто не обвиняет. Я тоже не осталась без угощения, — её губы хищно изогнулись, а рука прильнула к скромному бюстику. — Да будет тебе известно, что наши собственные души начинают цепляться за души наших врагов когда мы ещё только ведём бой, а не только лишь в момент нашего удачного триумфа. Поэтому если с одним противником борются двое или больше представителей нежити, сила делится поровну.

— Ух. Ладно, успокоила, — выдохнул молодой Охотник.

— Возвращаясь обратно к нашим баранам, советую всё же осмотреться по сторонам. Слухи о "Творении Герцога" ходили давно, а все путешественники возвращались отсюда полыми, — заметила его спутница. — Они могли оставить здесь всё что угодно. Например, я уже нашла пару интересных для себя вещей.

— Мм?

В преддверии ответа, Беатрис непонятно откуда достала стеклянную баночку и стряхнула собранными в неё комочками зелёного цвета.

— Судя по всему, это существо спускалось вниз не спроста. Возможно даже не от причинённых моей магией ранений. Во всех местах, куда оно садилось, есть следы этого мха, — хвастливо заметила ведьма. — Я заметила, что некоторые раны чудовища начинали затягиваться после его спуска, даже уже при возвращении в воздух. Наверное, именно поэтому оно продержалось так долго под нашим общим напором.

— Ты заметила такое?! Она ведь мельтешила без остановки, — от удивления Жон аж бросил на неё недоверчивый взгляд.

— Я наблюдательная. Очень наблюдательная, — хмыкнула его собеседница. — Ну и ты тоже хорошо показал себя в этой авантюре.

— Это ты к чему? — уже с подозрением поинтересовался блондин.

— Из нас с тобой получился отличный дуэт охотников на монстров, — улыбнулась Беатрис, приподняв полы шляпы. — Спасибо большое за помощь храброму рыцарю.

Молодой и наивный парнишка не мог не полюбоваться наконец открывшимся лицом колдуньи. Может быть из-за исконно мужского желания оценить женскую красоту, а может быть и от загадочности Беатрис, с первых секунд встречи заставившей Жона подсознательно маяться интригой, гадая, что скрывается под её остроконечной шляпой.

Оказалось, там скрывалось вполне привлекательное, утончённое личико. Конечно, его белизну чуть портила дорожная пыль на левой скуле и под подбородком, но, оглядываясь на окружающую их повсеместную разруху, Беатрис ещё держала себя в чистоте. Не даром, похоже, носила этот колпак.

— Ох, да, конечно. Вы тоже отлично справились, — нервно залепетал Жон, почти забыв, о чём они разговаривали минутой ранее. — Я, пожалуй, пойду посмотрю, есть ли что интересное...

Стараясь удалится подальше от смеющейся колдуньи, блондин поднялся обратно на стену. Маловероятно, что, если эта Лунная Бабочка обстреливала прошлых визитёров также, как и их, на самой площадке уцелело нечто ценное. Но парень ещё в ходе битвы заметил другую башню, в противоположной от входа стороне.

Внутри той тесной и высокой постройки оказалось больше пыли и паутины, чем оружия или артефактов. Хорошо хоть каменная лестница сохранилась и один молодой Охотник смог подняться вверх.

Наконец, он поднялся на вершину башни. Там, как ни странно, стояла наковальня. Она была совсем грязная, покрытая толстым слоем пыли и ржавая, не чета рабочей наковальне того же Андрэ.

Зато вот сияющий золотым светом камешек смотрелся бы у знакомого кузнеца Жона как родной. По крайней мере, парню так показалось. Не даром ведь он лежит именно на наковальне.

Решив, что этот странный предмет определённо чего-то стоит, юный Арк с осторожностью подобрал светящийся камень и спустился обратно вниз. Беатрис всё ещё была там.

— Скажи, Жон Арк, известно ли тебе о Божественном Пламени? Некоторые ещё называют его Небесным Углем? — слишком наивно спросила та его, только завидев в мальчишеских руках явно волшебный камень.

— Я не знаю, что это такое. Поэтому и вынес так открыто. Надеялся, у тебя появятся какие-то мысли, — признался Жон. — Это что-то полезное, не так ли?

— Ты не рыцарь, уж точно не асторский, — отрезала Беатрис. — Тем страннее выглядит молния у тебя в руках.

— Чтоб ты знала, Беатрис, меч я получил в подарок, — объяснил он для начала. — Я получил его в дар от человека, убитого демоном.

— Вот как? — она кивнула, вновь скрывая своё лицо под шляпой. — Это должна быть очень интересная история, убитый, не иначе чем с того света посылает тебе наследство. Наверное он ещё и благословил тебя в дальнюю дорогу. Вот только асторские клирики не расстаются со своими реликвиями при жизни. И уж тем более не отдают их первому встречному. Значит, тот, кто передал тебе меч, доверял тебе безмерно. Или же... у него просто не было выбора.

Жон поморщился. С такой стороны его история и правда выглядела странно и даже подозрительно. Это была нехорошо, очень нехорошо. Если сейчас эта волшебница решит, что он вор и убийца, то это станет проблемой, большой проблемой.

— Я просто оказался рядом, — юный Охотник решил оправдаться. — И уж точно не желал Оскару зла или смерти.

— Похоже, между вами действительно занятная история, коль тебе и его имя знакомо, — выдала свой вердикт Беатрис, стоило Жону только заволноваться над её затянувшимся молчанием. — По крайней мере, для меня ты оказался достойным напарником.

— Спасибо за доверие.

— Что же до Пламени, то именно с помощью подобных катализаторов делают мечи подобные твоему, — закончила колдунья. — Ну как, теперь полностью доволен наградой?

Жон несколько раз кивнул головой. Способ делать волшебное оружие, это очень полезно. Он пока вообще не представлял, как этим пользоваться, но это всё равно будоражило в нём интерес к дальнейшему изучению этих странных земель.

— Может быть ты ещё знаешь, как его использовать? Нужно перемолоть его в порошок и добавить в металл? — спросил Жон, чем вызвал сначала удивленное молчание со стороны Беатрис, а потом и короткий смешок.

Жон даже немного обиделся. Понятно, что у него имелось очень приблизительное понимание того, как изготавливают праховые металлы. Поэтому нет ничего удивительного, что всё не так просто, как он посмел описать, но смеяться тут совершенно не обязательно.

— Какой же ты простодушный, — покачала головой ведьма. — Уголь, ну или же Пламяисточник, как говорят некоторые, это тебе не огородная зелень, которую достаточно просто покрошить в суп, чтобы тот стал вкуснее. Оно требует... особого подхода. И знаний. Без них это всего лишь красивая безделушка, которая может привлечь ненужное внимание. А знаниями о Божественном Угле владели асторские кузнецы. Я потому и указала на твой меч.

Жон тут же вспомнил кузнеца из полуразрушенной башни, из которой и начиналась тропинка этого леса. Он ведь как раз назвался ему “Андре из Асторы”. Так что по идее именно брутальный старик мог рассказать, что делать с этим… “углём”.

— Получается, награда не столь ценна, как можно подумать? — он постарался пошутить, зацепившись за слова Беатрис о фактической бесполезности камешка без специфических знаний.

— Ещё как ценна, — Беатрис прищурилась, не оценив подобного юмора. Как и варианта, что этот с виду простоватый парень сейчас попробует требовать с неё что-то ещё. — Но ценность артефактов измеряется не тем, сколько его можно выменять на монеты, а тем, что с ним способен сотворить настоящий мастер. Оружие, скованное с помощью такого Божественного Угля, будет ценно для любого клирика и рыцаря. Сам небось успел оценить предсмертный дар своего друга.

— Оценил, ещё как, — признался блондин.

— Так что не советую показывать его всем и каждому, могут и убить за столь ценный трофей.

К этому моменту, даже с учётом отступление колдуньи на тревожный для него вопрос, Жон несколько опешил от подобной отповеди.

— Прости, я не хотел тебя задеть.

— Меня ты не задел, — Беатрис фыркнула. — Но будь осторожнее в том, что говоришь или делаешь.

— Понял, — кивнул Жон, пряча драгоценный камень в карман. — Буду осторожнее.

Он взглянул на тушу Лунной Бабочки, всё ещё распростёртую на площадке. Зелёная прозрачная кровь медленно стекала между камнями, образуя небольшие лужицы. Крылья существа, даже повреждённые, продолжали слабо мерцать в сумраке.

— Ты упомянула, что хочешь вернуться сюда для вскрытия, — вспомнил юноша. — А сейчас нам лучше отправиться обратно?

— Нам? — Беатрис выделила это слово особым тоном. — Вы никак решили и дальше меня сопровождать, юный сэр?

— Ну.., — такая постановка вопроса несколько смутила Жона. Навязываться не хотелось, но вообще-то он был очень не прочь некоторое время попутешествовать с компаньоном. — Я пока просто осматриваюсь вокруг и думаю, что делать. Поэтому от компании не отказался бы. Это же нормально помогать друг другу, разве нет?

— Интересно, все рыцари одинаковы или только мне так везёт? — пробормотала ведьма себе под нос. — Скажи, ты встречал такого болтливого парня с ведром на голове и с намалёванным солнцем на груди?

— Солер?

— Значит, встречался, — кивнула Беатрис. — Ну зато хоть понятно, откуда в тебе это.

— Что «это»? — не понял Жон.

— Это неуместное благородство и желание всем помочь, даже когда тебя не просят, — с лёгкой усмешкой пояснила его собеседница. — Вы с ним будто из одной рыцарской баллады сбежали. Только у него хотя бы шлем поинтереснее.

— Я приму это за комплимент, — немного смущённо улыбнулся парень. — Так что насчёт возвращения? Мне кажется, в этом лесу лучше не задерживаться.

— Ты и леса-то ещё не видел. Настоящий лес заперт за воротами и именно туда я собираюсь пройти, — она внимательно осмотрела Жона с ног до головы. — Если хочешь, можешь идти со мной, но будь готов умереть.

— Нас ждёт ещё один монстр, с которым нужно будет сразиться? — подобное предупреждение Жона совершенно не обрадовало. — Тогда тем более стоит пойти вместе.

— Обожаю этот ваш рыцарский оптимизм и готовность помогать всем и каждому, — Беатрис потянула за поля шляпы и снова спрятала лицо в тень. — Вот только убить тебя там могут разве что лесные стражи. Они не трогают членов своей банды, но чужаков не особо жалуют. Потому не тряси попросту одним бесценным артефактов, а лучше спрячь Уголь понадёжнее, если не хочешь почувствовать кинжал в собственной спине.

— А что насчёт тебя? — так как смерть для него означала всего лишь проснуться в спальне общежития Бикона, за себя Жон не особо беспокоился. А вот за жизнь своей спутницы он опасался, так как не знал, является она бессмертной нежитью или нет.

— Меня лесовики знают и в целом недолюбливают, но после первой стычки больше не атакуют, — Беатрис пожала плечами. — По крайней мере, до сих пор не атаковали.

На этом она замолкла и отправилась на выход, так что Жону оставалась только последовать за ней. За время их разговора пасмурное, почти свинцовое небо не сдвинулось ни на дюйм. Казалось, тучи тут были вылеплены из камня и время вообще не властно ни над ними, ни над этим местом.

Следуя за Беатрис, Жон прямо на ходу перенёс уголь из кармана в свой инвентарь. Так было намного безопаснее, чем носить его в кармане.

Вскоре камень под ногами сменился влажной землёй на пару с сизым туманом между стволами. Где-то поодаль хрипло ухнула сова. Жону даже показалось, что эхо её крика отозвалось дважды, будто звук отражался от нескольких стен.

— Впереди запертые ворота, — негромко сообщила Беатрис, едва заметно приглушив шаги. — Отсюда их не открыть, но есть обход. Лесники любят считать себя хитрецами, продавая ключ для прохода за большую цену. Но есть и другой лаз.

— Нам придётся… э-э… договориться? — предположил Жон, представляя себе при этом скорее драку, чем разговор.

— Нет, достаточно будет найти тайное место и пролезть там.

Беатрис провела его к тем самым воротам, которые он видел совсем недавно. Однако, ведьма подошла к ним сбоку и стукнула своим посохом по стене башни слева от ворот.

Каково же было удивление Жона, когда часть стены просто растворилась в воздухе, открывая проход аккурат между обломками стены и обрывом дальше вниз. Такого он никак не ожидал и уж точно не подумал бы обстукивать стены в поисках прохода.

— Впервые сталкиваешься с иллюзорной стеной? — хмыкнула Беатриса.

— Да. До сих пор не доводилось.

Жон с опаской протянул руку к тому месту, где только что была стена. Пальцы прошли сквозь воздух, ощутив лишь лёгкий, неестественный холодок, словно от сквозняка, которого не было. Магия. Чистая, неприкрытая магия обмана.

— Такие стены — редкость, но они встречаются, — бросила через плечо его проводница, уже шагнув в тёмный проход. — Их создавали давно. Наверное, чтобы скрыть пути от незваных гостей или спрятать то, что никто не должен найти. Идёшь?

Не желая оставаться в одиночестве, молодой Охотник поспешил за ней. Проход оказался узкой тропой, вьющейся по самому краю обрыва. С одной стороны — отвесная скала, с другой — бездонная пропасть, скрытая в густом, как молоко, тумане. Идти таким образом, к счастью, долго не пришлось, и уже скоро они вышли на опушку густого леса с исполинскими деревьями.

Не успел Жон облегченно выдохнуть, как в воздухе свистнула стрела, грозясь вонзиться ему в глаз. Парень даже испугаться толком не успел, когда изящная женская рука перехватила снаряд прямо перед лицом, так, что даже Аура не пострадала.

Вот только это была не рука Беатрис.

— Добро пожаловать в Королевский Лес, Жон Арк из Анселя, — хмыкнула Сиаран, слегка поигрывая пойманной стрелой.

Глава 31

Сглотнув, блондин собрал все силы и всё же смог не опозориться перед своими знакомыми и вздрогнул от неожиданности. Не то, чтобы он пытался казаться крутым или что-то подобное, но и трусом выглядеть не желал.

— Что, неужели даже не оценишь наше гостеприимство? — спросила Сиаран, продолжая поигрывать пойманной стрелой. — А ведь малышка Фарис так старалась произвести на тебя впечатление. Уверенна, сейчас ты совершенно точно не считаешь нас кучкой лесных бандитов, так?

Уловив её сарказм, он не мог не усмехнуться такой отповеди для этой Фарис. Однако, быстро подавив усмешку, юноша покачал головой.

— Всё в порядке, она вряд ли смогла бы меня ранить, — уже секунду спустя Жон понял, что, возможно, это был не лучший выбор слов, и, услышав злобное шипение со стороны подошедшей лучины, получил подтверждение своих мыслей.

Затем, к его удивлению и облегчению, она не стала язвить или ругаться. Наоборот, даже извинилась:

— Я прошу прощения за нападение на вас, рыцарь. Я подумала о том, что вы из тех глупцов, которые готовы полезть в любую клоаку ради выгоды, и действовала излишне поспешно. Всё же ваша спутница не внушает доверия.

Жон уже хотел было возмутится и защитить честь своей спутницы, но на секунду задумался. А что он о ней вообще знает? Она маг, она исследует опасных тварей и у нее был конфликт с этими ребятами что, кстати, может значить, что им в целом здесь не рады. Но тогда почему она так спокойно пошла к ним, если они не в ладах? Запутанная ситуация.

Возможно, прочитав что-то на его лице, Сиаран вздохнула и прервала повисшее на секунду молчание.

— Фарис, не стоит считать каждого, кто входит под сень нашего леса, врагом. Несмотря на отчаянные времена, ещё остались те, кто следует за своими идеалами. Те, кто верит, что ещё не всё потерянно и что нельзя опускать руки что бы не случилось. Разве мы сами не из таких?

На это Фарис только фыркнула, но убрала лук, спрятав тот в чехол, не став спорить с его старой знакомой.

— В жизни всякое бывает, госпожа. Я извиняюсь за поспешность, но и меня можно понять. Эта ведьма вечно лезет куда не надо. И думается мне, что её спутник не знает, чем именно она интересуется и куда суёт свой нос, — на это Сиаран только вздохнула, и почему-то это напомнило Жону, как его собственная мать вздыхала, когда он сам или его сестры делали нечто глупое.

На самом деле, он ожидал куда более строгого выговора, ведь в него только что выстрелили. Законопослушный гражданин в нём был уверен, что на Ремнанте за такой поступок грозила тюрьма или очень крупный штраф, в лучшем случае. Хотя стоит помнить, что это место было максимально далеко от Ремнанта. Да и его самого стрела если бы и убила, то совсем ненадолго, а потому и смысла требовать наказать напавшую на него лучницу он не видел.

— Всё хорошо. Наш гость не пострадал и обиды на тебя, думаю, не держит, — увидев подтверждающий кивок от блондина и не обращая внимания на неразборчивые слова его спутницы, Сиаран продолжила. — Ты еще юна и это означает, что ты ещё учишься. Тебе позволено совершать ошибки, но также ты должна понимать, насколько глупо совершать одну и ту же ошибку несколько раз. Твоё стремление защищать братьев и сестёр по ковенанту похвально, правда, и для меня честь видеть такого человека в качестве нашей Хранительницы, — именно в этот момент Жон решил вклиниться в её речь.

— Извини, но ты сказала «Хранительница»? Ты ведь не имела ввиду «Хранительницу Огня», так? — на это блондин получил только смешки от Сиаран и Беатрис, да недовольный фырк от Фарис.

— А что, сэр рыцарь ожидал увидеть хрупкую леди, нуждающуюся в помощи кучи мужиков, чтобы себя прокормить? Нет, такая жизнь не по мне. Я желаю помогать леди Сиаран всем, чем смогу, а не только сидеть в крепости и ждать, пока другие решают все проблемы ковенанта.

— Нет, конечно нет, — быстро ответил Жон, думая, как бы объяснить своё удивление. — Просто я не ожидал, что меня атакует Хранительница.

— Было бы куда хуже, если бы кто-то из младших промахнулся, верно? — вскинула подбородок Фарис. — По крайней мере, у тебя теперь будет история, как ты пережил стрелу Хранительницы леса. Можешь хвастаться этим в своих рыцарских залах.

— Сомневаюсь, что они это оценят, — буркнул Жон себе под нос, представляя, как он рассказывает в столовой Бикона о том, что в него стреляли из лука.

Для Охотника это не должно быть особо опасно, с учётом Ауры. Но друзья, скорее всего, всё равно бы за него переживали и не одобрили бы этого неожиданного нападения.

Хотя с той же вероятностью его однокурсники от души посмеялись бы с того, что те же нехорошие разбойники надеялись причинить ему вред, подловив на повороте с таким допотопным оружием как обычный лук и примитивные стрелы, у которых в качестве наконечника вместо кристалликов Праха выступал обычный заострённый металл.

— Ладно, хватит, — Сиаран махнула рукой. — Фарис, иди проверь иллюзорную стену. Убедись, что никто не последовал за нашими гостями.

Лучница кивнула, бросив последний недоверчивый взгляд на Беатрис, и скрылась в чаще леса также быстро, как и появилась. Жон проводил её взглядом, до сих пор силясь осмыслить произошедшее.

— Не обращай на неё внимания, — Сиаран повернулась к нему, и в её голосе послышались более тёплые нотки. — Фарис известная воительница и она многое пережила на пути к своим навыкам и положению.

— Я не в претензии, — Жон покачал головой. — К тому же, при всём уважении, она действительно не могла повредить мне этой стрелой.

— Аура, да? — спросила Сиоран, на что парень кивнул, вспомнив, как она уже упоминала, что ранее встречалась с рыцарем из Вейла. Если у них был огнестрел, то могла быть и Аура. — Я расскажу тебе об этом чуть позже. А пока пойдём.

— Интересные у тебя знакомые, юноша, — Беатрис, до этого молча наблюдавшая за удаляющейся лучницей, наконец хмыкнула и поправила свою шляпу, стряхивая с полей невидимую пылинку. Она решила пока не откалываться от Жона. Благо пока не гонят, так что можно пройтись и послушать, о чём таком интересном здесь расскажут.

Жон последовал за Сиаран, которая уверенно двигалась между деревьев, словно знала каждый корень и каждую ветку на своём пути. Колдунья шла рядом с ним, время от времени поглядывая на окружающий лес с явным исследовательским интересом.

— Итак, — начала их ведущая, не оборачиваясь, — что привело молодого рыцаря с Аурой в наши земли? И не говори мне, что ты просто сопровождаешь нашу дорогую Беатрис в её… исследованиях.

Блондин замялся. Вроде он уже упоминал, что сам не знает как и зачем переносится. Или она про то, зачем он пришёл в этот лес?

— Это… долгая история, — наконец выдавил он.

— Время у нас есть, — Сиаран остановилась возле каких-то развалин. При этом можно было разглядеть ещё несколько человек с самым разным снаряжением, что размещались вокруг. Кто-то просто сидел и скучал, некоторые общались между собой. Но все они обернулись на них, стоило им только показаться из-за деревьев. — И если ты тот, за кого я тебя принимаю — нам точно найдётся, о чём поговорить.

— В каком смысле? — насторожился Жон.

Сиаран повернулась и жестом пригласила его следовать за ней к каменному своду, который вёл внутрь руин. Жон с некоторым сомнением осмотрелся. Пахло сыростью и дымом, а люди вокруг смотрели на них косыми взглядами.

Не самая приветливая атмосфера, как ни посмотри.

Выдержав небольшую паузу и не дождавшись, пока Жон первым войдёт в арку, Сиаран одобрительно хмыкнула и пошла первая. Её мышцы не напрягались при каждом шаге, и в каждом жесте читалась повседневная расслабленность.

Переглянувшись, рыцарь и ведьма последовали за ней. Воздух здесь был влажным, запах копоти перемешивался с горьковатым ароматом сушёных трав, развешанных на стенах. Тусклый огонь факелов бросал длинные тени на изъеденные временем камни, где ещё различались выцветшие барельефы — рунические письмена и символы, которых Жон раньше не видел.

Но куда интереснее было видеть сидящее в пустом оконном проёме существо. Назвать это животным у Жона не получилось, даже несмотря на отдалённое сходство с кошкой. Это был здоровенный меховой шарик, с большой головой, которую Жон с трудом мог бы обхватить двумя руками. И улыбка на этой голове была, буквально, от уха до уха. Так что эта «киса» вполне могла бы перекусить человека пополам.

— Здравствуй, Альвина, — поздоровалась с этим существом Сиаран.

Существо медленно открыла огромные янтарные глаза с вертикальным зрачком, что на секунду расширились, но потом снова сжались в две щёлочки. Затем чудовище лениво зевнуло, продемонстрировав ряд неестественно ровных, острых зубов, и только после этого, чуть шевельнув массивным хвостом, ответило мягким, глухим голосом, больше похожим на урчание.

— И тебе, дитя леса, — протянула Альвина, чуть склоняя голову. — Вижу, ты всё-таки привела того самого рыцаря… и ведьму, что любит совать нос туда, где сама Бездна постеснялась бы шевелиться.

Жон невольно сглотнул. Того, что эта «кошка» окажется ещё и говорящей, он никак не ожидал.

— Мы уже обсуждали: Беатрис — наш гость, — спокойно отозвалась Сиаран, складывая руки на груди. — И, как ни странно, иногда её любопытство приносит пользу.

— Иногда, — эхом повторила Альвина, угол её широченной улыбки чуть приподнялся, хотя казалось, что дальше уже некуда. — В остальное время вы прибегаете ко мне с жалобами, что из трещин опять полезла всякая мерзость.

— Мы всего один раз… — буркнула Беатрис, затем осеклась, поймав на себе укоризненный взгляд Альвины. — Ну, два. Но только первый раз был действительно серьёзным!

— Я запомнила каждый, — невозмутимо продолжила Альвина, переведя взгляд на блондина. — Подойди ближе, рыцарь. Твоя Аура пахнет… иначе, чем я помню.

Хотя при виде этого большого комка меха с бритвенно-острыми зубами его инстинкты метались между желанием пощупать мех и поднять вверх щит ради сохранения лица целым, Жон приблизился к новой собеседнице, держась в меру спокойно.

При этом у него в голове настойчиво крутился один-единственный вопрос, который он не мог не задать:

— Помните? Вы меня помните? — произнёс он тише обычного, но отнюдь не прошептал. — Простите, может, я неправильно понял, но… вы говорите так, будто мы уже встречались, но…

— Дорогой мой, — мягко, но нравоучительно ответила Альвина, — последний раз я видела человека с Аурой, очень давно. Мне и сейчас трудно различать людей — вы меняете наряды чаще, чем деревья меняют листву. Так что я запомнила его только по запаху. Очень характерному запаху. Вокруг тебя витает похожий… но лишь похожий. Да и держишься ты совсем не так тот наш общий с Сиаран знакомый был куда наглее и увереннее.

— То есть… вы просто спутали меня с кем-то.

— Не думай об этом слишком много, — воительница в высоком шлеме хмыкнула, как будто услышала забавную шутку. — Восприятие Альвины довольно специально, как и манера изьясняться.

— Для меня это вы, люди, и те, кто только похож на людей, странные, — Альвина фырунула. — Впрочем, это не умаляет моей радости от встречи с тобой, юный Жон Арк. Ты и твоя Аура могут очень помочь нашему делу.

Молодой Охотник в этот момент удивлённо моргнул. Беатрис же задумчиво склонила голову набок, отчего её огромная шляпа фактически легла на ветки колдовского посоха, что был у неё под рукой.

— Ну, я не то чтобы… — заговорил Жон, слегка растерявшись. — Я вообще так-то по своим делам шел. И, конечно, я не отказываюсь вам помочь, но… как бы…

— Спокойно, — Сиаран всего одной команды, чтобы прервать неловкий поток слов. — Мы не собираемся от тебя ничего требовать или как-либо использовать. Просто есть одно дело, в котором нам может помочь несколько крепких бойцов

— Полагаю, речь о твари на озере? — вставила Беатрис. — Той, что прячется в пещере за гидрой?

— Для начала надо разобраться с самим великим змеем, — Альвина махнула хвостом, прощипев «великий змей», как какое-то ругательство.

— Гидра? — Жон несколько удивился, что этот монстр уже второй раз упоминается за столь короткий строк. — Я тут недалеко столкнулся с гигантским рыцарем в черных доспехах, что обещал награду за убийство этой твари.

— Это один из рыцарей Лорда Гвина, — Сиаран сказала это достаточно спокойным тоном. Но недобрый прищур Альвины намекнул, что тут все не так просто, как могло показаться на первый взгляд.

— Один из рыцарей Лорда Гвина? — переспросил Жон, пытаясь припомнить, что ему рассказывали о местных порядках. Он хорошо помнил Лорда Гвендолина, который правил этими землями, и о которых ему рассказывал Солер. И вроде, Гвин тоже несколько раз упоминался.

— Чёрные рыцари, — пояснила Сиаран, и в её голосе проскользнула странная смесь уважения и горечи. — Когда-то они были элитой армии Лорда Света в серебряных доспехах. Теперь же… большинство из них — лишь тени былого величия, бродящие по руинам мира, который они поклялись защищать.

— Говорят, что в городе богов ещё остались рыцари в серебре, — заметила Беатрис.

— Так и есть, — Сиаран пожала плечами. — И некоторые из них даже стараются поддерживать видимость былых времен. Но опаленные огнем демонов наглядно демонстрируют, чего стоит весь этот спектакль.

Жон почувствовал, что уже начинает немного плавать в обсуждаемой теме. Рыцари, которые темные или серебряные, пламя демонов, спектакль… А можно как-то попроще? Хотя бы немного, просто чтобы он мог понять, о чём вообще идёт речь.

— Подождите, — Жон поднял руку, прерывая поток информации и озвучивая свои мысли в слух. — Я… признаю, что не совсем понимаю всю эту историю с рыцарями и демонами. Можно как-нибудь попроще? Желательно с начала?

Альвина издала звук, подозрительно похожий на смешок, а Сиаран обменялась с Беатрис понимающими взглядами.

— Ты действительно издалека, — констатировала воительница без тени насмешки. — Но сейчас не место и не время для долгих и обстоятельных историй. Просто прими как данность, эти рыцари не так просты, как можно подумать. И раз уж он настолько откровенно попросил тебя что-то сделать и даже предложил награду, это повод прислушаться.

— А я бы посоветовала не связываться с ними, — Беатрис не поддержала совет воительницы. — Кто знает, что у них на уме?

— Думаю, это можно сказать про любого из нас, — Альвина фыркнула. — Но вернемся к нашему делу. Поможешь нам, Жон Арк?

Жон на пару секунд задумался, чувствуя на себе три совершенно разных взгляда: спокойный и выжидающий от Сиаран, хищно-насмешливый от Альвины, и откровенно заинтересованный от Беатрис.

И ни один из этих взглядов не придавал Жону уверенности. Но делать было нечего, а потому он просто вздохнул.

— Я… не привык отказываться от просьб о помощи, — наконец произнёс он, почесав затылок. — Особенно, если речь о тварях, которые угрожают людям. Но прежде чем я что-то обещать… я хотя бы могу узнать, что именно вы хотите, чтобы я сделал?

— Вот теперь я слышу слова настоящего рыцаря, — Сиаран кивнула. — Готовность помочь — это благородно. А осторожность — то, что не даёт благородным погибнуть зря.

— Ну хоть не громкие и пустые клятвы, уже хорошо, — Беатрис чуть улыбнулась.

— Вы похожи на маленьких котят. Даром, что некоторые из вас даже слишком стары для подобного поведения, — с непонятным намеком проговорила Альвина. Правда Жон так и не понял, на что она намекает. — Что же до помощи, то самой гидрой займутся стрелки и маги. Но их нужно будет защитить как от самой гидры, так и от тварей, что бродят вокруг озера.

— Защитить магов и стрелков, — повторил Жон, кивая. — Это я могу. У меня есть щит и… ну, определённый опыт в том, чтобы принимать удары на себя.

— Скромность или самоирония? — хмыкнула Беатрис.

— Немного того, немного другого, — признал блондин, невольно вспоминая тренировки с Пиррой и бесчисленные спарринги, где он чаще падал, чем стоял.

— Хорошо, — Альвина удовлетворённо прикрыла глаза. — Тогда отдохни пока. Нам нужно время, чтобы собраться для атаки. Да и атаковать лучше на рассвете, когда туман над озером ещё достаточно густой, чтобы скрыть наш подход.

Сиаран жестом указала на один из проходов вглубь руин.

— Там есть место для отдыха. Костёр, одеяла — всё, что нужно путнику. Поешь и восстанови силы.

Жон не испытывал ни голода, ни усталости, но все же благодарно кивнул. Прежде чем уйти, он обернулся к Альвине:

— А что насчёт той твари в пещере за гидрой? Той, о которой упоминала Беатрис?

Янтарные глаза существа на мгновение сузились, а улыбка стала чуть менее широкой — насколько это вообще было возможно.

— Одна проблема за раз, юный рыцарь. Одна проблема за раз.

Почему-то от этого ответа Жону стало только тревожнее, но делать было нечего. Жон кивнул и, стараясь не показывать тревоги, двинулся в указанный Сиаран проход. Каменные коридоры уходили вглубь руин, и чем дальше он шёл, тем сильнее чувствовалось, что это место не просто заброшенная крепость. Здесь жили: на стенах висели связки трав, на выступах лежали аккуратно сложенные поленья, а где-то в боковых нишах мерцал мягкий свет — не факельный, а ровный, как от электрической лампочки.

Пахло дымом, сыростью и ещё чем-то терпким, лекарственным.

«Место для отдыха» представляло из себя просто кострище, расположено в разрушенном помещении. Одна из стен отсутствовала полностью, а часть ещё одно торчала едва ли на половину. Стена отсутствовала почти полностью. В общем местечко было атмосферным, этого не отнять, а вот уютным его назвать не получалось совсем.

Жон осторожно присел на камень у костра и на секунду просто замер, прислушиваясь. Где-то дальше по коридорам шуршали шаги, тихо переговаривались люди, потрескивал огонь. Снаружи, за рваными зубцами стены, лес жил своей ночной жизнью: стрекот, шелест листвы и шум далекого водопада.

В любой другой ситуации Жон, наверное, даже попытался насладиться подобной атмосферой, но получилось так себе. Он провёл ладонью по лицу, пытаясь уложить в голове всё, что произошло за последние часы.

Руины. Ковенант. Говорящая… кошка. Гидра.

И ещё эта фраза про «тварь в пещере за гидрой», которую Альвина произнесла так, будто речь не о хищнике и даже не о монстре, а о чём-то более неприятном.

— Если думать так много, то можно стать магов, — раздался рядом голос Беатрис.

— Я бы не отказался научиться магии, но пока не встретил никого, кто мог бы меня научить, — признал Жон чуть подвигаясь в сторону, как бы приглашая ведьму присесть рядом.

Беатрис хмыкнула, но всё же опустилась на соседний камень, устроив посох между колен. Её широкополая шляпа отбрасывала причудливую тень на стену.

— Как по мне, сэр рыцарь, тебе больше подошли бы чудеса, а не чародейство. Искусство магии требует острого ума, а не сильной воли.

— Намекаешь, что я не очень умён? — Жон криво усмехнулся.

— Вовсе нет, — она слегка покачала головой, и тень от шляпы скользнула по её лицу, на мгновение открыв бледную кожу и проницательный взгляд. — Я лишь говорю, что твой разум работает иначе. Чародейство — это наука. Это формулы, логика, понимание структуры мира и умение переписывать её усилием интеллекта. Это как решать сложнейшее уравнение в уме, пока в тебя летит топор.

Она слегка приподняла посох, и над ним появился небольшой шарик голубого света.

— Чудеса же… это истории. Древние сказания о богах и их деяниях. Чтобы сотворить чудо, тебе не нужно понимать, как оно работает. Тебе нужно верить. Верить настолько сильно, чтобы сама реальность прогнулась под тяжестью твоей убежденности. И судя по тому, что я поняла о тебе, ты именно такой, упрямый и безрассудно храбрый.

— Я бы не назвал себя храбрым.

— И все же ты не испугался, когда леди Сиаран перехватила стрелу перед твоим лицом.

— Там, откуда я родом, это называют Аурой. Это проявление души, нашей жизненной силы. Её можно использовать множеством способов, но самый простой: защита.

— Душа как щит… — протянула Беатрис, словно пробуя слова на вкус. — Забавно. Здесь души используют как топливо, как валюту или как источник власти. Но использовать собственную душу как доспех? Это расточительно… и в то же время восхитительно смело.

Повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров. Слова Беатрис навели его на размышления. Разница между этим миром и его действительно разительна. Там душа была щитом между людьми и гримм, здесь же это гарант разума, который отнимают друг у друга или меняют на товары.

Безумный мир, как на него не посмотри.

Глава 32

Подготовка к убийству монстра, к некоторому удивлению блондина, проходила весьма буднично. Не было спешки или суеты, не было непонимания того, зачем им вообще идти не пойми куда и рисковать в битве с монстром, который никому не мешает, нет. Всё происходило буднично, будто им каждый день приходится сражаться с подобными чудищами. И, немного подумав, Жон и вправду признал, что, может быть и не так часто, но членам лесного ковенанта действительно уже приходилось убивать тварей, что ему самому виделись непобедимыми. Он помнил, с какой лёгкостью УВ воспринял новость про его смерть в результате приземления дракона, назвав ту тварь милой ящеркой. Да и гидра, как ему говорили, это ещё дальше деградировавший потомок драконов, не более.

В общем, у парня была надежда встретить противника, который будет не так страшен, как ему представляется из описания.

Но даже если гидра полностью попадёт под его худшие ожидания или превзойдёт их, Жон не собирался вести этот бой в одиночку. Да и в целом от молодого Арка не требовали без устали бить гротескную тушу. Как ему доходчиво объяснили, в этом походе такому как он предстоит доблестно защищать щитом или даже своим телом главную ударную силу их отряда, магов.

И как бы жёстко не звучали эти слова со стороны, будущий Охотник с неожиданной лёгкостью оказался с ними согласен. Бессмысленно было скрывать, что по боевым умениям он едва ли считался среднячком среди окружающих бойцов. более того, он был пожалуй одним из, если не самым посредственным мечником здесь, если не считать магов, но было у него то, чем не мог похвастаться больше никто в этом странном мире. У него была Аура, и именно благодаря ей Жон был назначен танком их группы.

Да и сама группа вызывала у юного Охотника прилив уверенности. Трое чародеев, включая уже успевшую себя показать Беатрис, еще три клирика, что должны будут исцелять раненых, а так-же пятеро лучников, что должны были провести их отряд к цели и позаботиться о том, чтобы они не столкнулись с монстрами до того, как сразятся с гидрой.

Как Жону помнил из объяснений Освальда и Солера местные маги не способны использовать свою магию бесконечно, рано или поздно их внутренняя энергия истощиться, что сделает их практически бесполезными и потребует восстанавливать силы возле костра. К счастью для их группы лесные охотники знали этот лес как свои пять пальцев, и могли провести их отряд в обход большинства опасностей, таких как уже виденные Жоном живые статуи. Тех-же, кого разведчики все-же не смогут обойти по тайным тропам, к примеру те живые кусты или ходячие грибы в человеческий рост, что как ему говорил Оскар и сами разведчики лесных охотников водились здесь они без труда смогут отманить, благо те не отличались умом и сообразительностью.

Так что вся их подготовка заняла довольно немного времени, значительная часть которого были потрачены на то, чтобы Беатрис могла восстановить магические силы возле расположенного в разрушенной крепости костра и на то, чтобы определить, кто пойдет в рейд на гидру, а кто останется охранять крепость и следить за другими участками леса.

Сам же путь до гидры, как и подозревал Жон, не представлял из себя ничего интересного. Не было не то что прорыва сквозь волны врагов, но даже стычек с одиночными монстрами. Разведчики ковенанта сработали на все сто, выбирая самые пустынные части леса, самые нехоженые тропки и мастерски избегая или убивая тех редких энтов, что всё же попадались у них на пути.

И чем дальше они шли, тем более явственым становился странный шум, по мере увеличения интенсивности которого росло и напряжение у членов отряда. Даже видавшие виды воины начинали вести себя настороженно, крепче сжимая оружие и чаще оглядываясь по сторонам. Только Сиаран шла спокойно.

По крайней мере, по её походке и движением нельзя было заметить никакой нервозности, тогда как маска надежно скрывала лицо и истинный настрой воительницы, оставляя иногда наблюдающего за ней Арка только разводить руками в догадках.

— Я думал, что нежить не боится смерти, — тихо заметил Жон, чуть наклонившись в сторону Беатрис.

— Все боятся, — ведьма была с ним категорически не согласна. — Особенно когда есть шанс, что тебя проглотит огромная тварь, из желудка которой быстро выбраться не получится, даже если ты восстановишься от разъедающей плоть кислоты.

После таких подробностей Жон тоже начал бояться смерти. Пускай даже до сих пор он всегда возвращался к последнему костру, у которого отдыхал, у него было достаточно богатое воображение, чтобы представить какого барахтаться в чьём-то брюхе.

— Спасибо, Беатрис, ты умеешь подбодрить, — нервно хохотнул он, покрепче перехватывая рукоять щита. Кроцеа Морс казался сейчас предательски маленьким и хрупким по сравнению с теми масштабами угрозы, которые рисовало его разыгравшееся воображение.

Лес расступился внезапно. Тропа вывела их на край крутого обрыва и земля резко ушла вниз, образуя гигантскую чашу, на дне которой свинцовым блеском переливалась темная гладь озера. И из этой воды, словно ожившие корни исполинского мёртвого дерева, вздымались они.

Огромные змеиные головы.

Их было много. Они извивались на неестественно длинных шеях, покачиваясь в такт какому-то своему, невидимому ритму. Даже с такого расстояния, стоя на возвышенности, Жон мог оценить истинные размеры монстра. Это была не "милая ящерка", как шутил УВ про виверну. Это была гора мышц, чешуи и первобытной злобы. Каждая голова была размером с хороший грузовик, а когда одна из них раскрыла пасть, издав пронзительный, булькающий рёв, от которого, казалось, завибрировали даже камни под ногами, Жон понял, что Гриммы вроде Урсы или даже Дезсталкера — это просто детские игрушки по сравнению с этим исполином.

Гидра заметила их почти мгновенно. Одна из голов, покрытая шрамами и потрескавшейся чешуей, словно от старых битв, резко повернулась в их сторону. Почти сразу же остальные головы тоже среагировали и повернулись к ним.

— Готовься, сэр рыцарь, твоя работа начинается прямо сейчас, — предупредила его Беатрис, держа посох в одной руке, а второй придерживая свою юбку.

— Что? — Жон тут же поднял щит, сам при этом неотрывно следя за этими жуткими головами.

Его разум решительно отказывался понимать, как с этой тварью можно сражаться при помощи обычного оружия. Не то, что меча, а даже ружья или пистолета. Тут нужна по-настоящему большая пушка.

— Гидра умеет атаковать издалека, — пояснила Беатрис, описывая навершие посоха небольшие круги в воздухе, отчего тот засветился голубоватым светом. — От этого ты и должен нас защищать.

И, как незамедлительное подтверждение её слов, та самая покрытая шрамами голова отклонилась назад, раскрыв пасть. По толстой шее чудовища в этот момент прошел ком непонятно чего, что она, судя по всему, собиралась в него открыгнуть.

Жон даже растерялся от подобной картины. Это типо атака рвотой? Что за безумие тут вообще творится?

Ком с отвратительным хлюпающим звуком поднялся по шее и с силой вырвался наружу. Из пасти гидры вылетела не струя, а настоящий столб дымящейся жижи, что тараном понеслась в их сторону. Жон не знал, насколько это опасно, но ему уже было мерзко.

Начинающий Охотник рефлекторно схватился за щит ещё крепче и шагнул вперёд, в то время как Беатрис и прочие маги наоборот чуть отступили, чтобы их не накрыло по касательной. К некоторому удивлению Жона, та субстанция, которой в него плюнули, оказалась вовсе не кислотой или чем-то подобным. Хотя сам по себе удар вышел действительно серьёзным по чистой силе. В него как будто булыжником запустили, а не шаром скользкой воды.

Зато чуть позже стало понятно, зачем Беатрис придерживала юбку. Для магов это противостояние тоже не сводилось к тому, чтобы просто стоять на месте и кидаться заклинаниями. Ранее отбежав назад, теперь они вновь приблизились к своим защитникам, чтобы атаковать самим.

Насколько бы деградирующим потомком драконов не была гидра, вряд ли она была настолько тупой, чтобы не додуматься до возможности атаковать поверх защитников, прямо в докучающих ей магов. По крайней мере, так подумал сам Жон, когда та же Беатрис стала разве что не вплотную за его спиной, чтобы сделать несколько залпов заклинаниями, пока гидра готовилась отрыгнуть ещё один залп.

Однако именно когда чудовище готовилось снова атаковать их отряд, в дело вступили лучники. Стоило только уродливым головам подняться, как на их многочисленные глаза начал лится дождь стрел. Далеко не все снаряды попали в цель, в большинстве своём глухо ударившись о неудачно подставившуюся чешую. Но уже через несколько секунд ещё двое разведчиков рванули вперед, с разных флангов подходя к гидре и кидая в раскрытые от крика пасти уже знакомые Жону горшочки с чёрным порошком.

Взрывы расцвели в двух пастях монстра, и две головы чудовища заметались от боли. Именно в этот момент по гидре ударил новый букет сияющих заклинаний от магов, но на этот раз к нему прибавились две молнии, живо напомнившие младому Арку о Солере и его любимом атакующем заклинании.

И этот залп, как не сложно было предсказать, вновь привлек внимание взревевшего от боли чудовища к их отряду, и Жон принял решение сосредоточить его конкретно на себе. Убрав в инвентарь меч, блондин вытащил на замену кристалл электрического Праха и, впопыхах так зарядив его Аурой, что тот чуть не треснул, выстрелил уже своей молнией

Ослепительная жёлтая вспышка пронеслась над поверхностью озера, попав точно в раскрытую пасть гидры. К несчастью, этот отвлекающий приём, похоже, сработал слишком эффективно, отчего вместо одной головы, чью атаку Жон, собственно, и намеревался прервать, на блондине злобно оскалилась и вторая хищная морда, последствия чего он вскоре и ощутил. Первый шар воды врезался в юного Охотника со знакомой, но очень нежелательной силой, но он принял атаку на щит и уперся ногами в рыхлую, влажную землю. Однако вторая атака, с минимальной задержкой пришедшая с совсем другого направления, не только сбила его с ног, но и протащила пару метров по земле, буквально впечатывая парня в плотные слои грязи.

Встать, а не остаться лежать грудой сломанных костей, ему помогло главное преимущество перед остальными местными бойцами, то бишь Аура. И на этот раз она сработала отлично, поглотив урон в момент удара и последующие мгновения горизонтального падения.

Да и клирики о нём не забыли. Как показала проверка ещё в лагере Сиаран и Альфины, их целительные приёмы восстанавливали потерянные проценты Ауры гораздо быстрее Эстуса.

Именно ощутив на себе тёплое касание данного чуда, блондин смог быстро подняться на ноги и огляделся.

Двое других воинов стояли непрошибаемой стеной, принимая атаки гидры и защищая магов и клириков, что не теряли времени и выпустили в зверюгу ещё один залп светящихся стрел и молний. Лучники, что вели их сюда, тоже не собирались отсиживаться, продолжая поливать монстра градом стрел, чередуя их с редкими, но крайне болезненными для монстра бросками гранат.

Решив не глядеть на это со стороны, Жон поспешил вернуться в строй и вновь выхватил из инвентаря праховый кристалл, готовя новую атаку.

Битва набирала обороты. Гидра, получив несколько болезненных ударов, перешла от простых плевков к более агрессивной тактике. Она совершила бросок вперед, желая достать нападающих своими зубами. Это можно было бы посчитать смешным, если бы неожиданная проворность, с которой эта туша пересекла озеро и приблизилась к стале, на которой засели лесные воины вместе с Жоном и Беатрис.

— Рассредоточиться! — крикнула Сиаран, и её голос прорезал шум битвы как нож масло.

Никто не стал спорить. Лично Жон убрал щит и схватил Беатрис за руку, чтобы оттащить её в сторону и как раз вовремя. Туда, где они стояли секунду назад, ударил таран в виде огромной змеиной головы.

На мгновение юный охотник задумался, как эта тварь не заработала сотрясение мозга от подобного удара, но быстро выкинул эти мысли из головы. Сейчас было не до того.

— Спасибо, — коротко бросила ведьма, тут же возвращаясь к заклинаниям. Её посох засветился ярче, и в воздухе начали формироваться сразу несколько полупрозрачных копий, что с пронзительным звоном понеслись к монстру.

Впившись в чешуйчатую шкуру гидры, они заставив ближайшую голову взреветь от боли. Но вместо того, чтобы отступить, монстр лишь разъярился сильнее. Очередные две головы, что не участвовали в лобовой атаке, резко метнулись к краю обрыва и начали вгрызаться в камень, словно пытаясь подтянуть остальное массивное тело наверх.

— Не дайте ей подняться! — крикнул один из лучников, выпуская стрелу прямо в глаз ближайшей головы.

Жон понял, что, если эта махина выберется из озера на их уровень, то преимущество высоты будет потеряно, и тогда им придется совсем туго. Значит, пришло время для расчехления всего припасённого Праха. Он постарался напитать уже извлечённый кристалл ещё большим количеством Ауры, в надежде, что вторая попытка принесёт больше пользы, чем первая, а для пущей уверенности решил задействовать другой подход.

Вместо того, чтобы оставлять кристаллу долю прочности для правильно выпуска молнии, Жон швырнул уже переполненный силой кристалл прямо в раскрытую пасть одной из голов, пытающейся вгрызться в скалу.

Взрыв получился впечатляющим. Ту самую голову просто разворотило от бушующей в глотке бури, и всё тело монстра забилось в судорогах от настолько масштабного поражения электричеством.

Итак, счёт отрубленных голов открыл Жон и все товарищи приветствовали это громким криком.

Несмотря на то, что радость от брыкающийся гидры была недолгой и вскоре эта тварь продолжила карабкаться выше по скале, эта маленькая победа придала воинам сил и они начали с особым пристрастием бить по головам монстра, целя в глаза и носовые щели, где чешуя не могла защитить монстра.

Маги же, наоборот, отступили из-за нежелания подставляться под удар. Это не было бегством, им просто нужно было отойти чуть дальше, чтобы продолжить обстрел своей магией с более безопасного расстояния.

Тем временем гидра почти выбралась на их уровень. Её массивное тело, покрытое слизью и водорослями, выбросило себя из озера подобно первобытному кошмару. Вблизи монстр оказался ещё больше, настоящая гора плоти и чешуи.

Сиаран первой среагировала на новую угрозу. Воительница в маске рванула вперёд с невиданной скоростью и ловкостью, её парные мечи описали широкую дугу, рассекая воздух. Лезвия встретились с одной из атакующих голов, оставляя глубокую рану на морде чудовища. Жон успел ещё заметить, что эти сияющие клинки явно не простые, прежде чем другая голова решила попросту проглотить его.

Его мир схлопнулся до зловонной, хлюпающей темноты.

Рефлексы, вбитые тренировками Пирры и жёсткими уроками этого мира, сработали быстрее разума. Жон выставил меч Оскара над головой в последней отчаянной попытке создать распорку, но тварь просто насадила своё нёбо на клинок, и челюсти гидры с грохотом сомкнулись на его щите и ботинках.

Скрежет зубов по энергетическому полю Ауры отдался вибрацией во всех костях. Жон почувствовал, как его отрывают от земли. Желудок подпрыгнул к горлу, когда голова монстра мотнула им из стороны в сторону, словно собака любимой игрушкой, пытаясь разгрызть твёрдый орешек.

Но гидра не пыталась его разорвать таким образом, её судорожные движения были продиктованы болью.

В меч Оскара, застрявший в нёбе чудовища, Жон от напряга непроизвольно направил Ауру, тем самым истощая её ещё больше. Даже без всяких приборов он чувствовал истощение силы, обеспечивающей защиту его тела. Она буквально утекала сквозь пальцы.

Даже по-настоящему чудовищные запасы Жона не были бесконечными и довольно скоро подошли к концу. Снаружи раздался приглушенный взрыв, кто-то из лучников попал гранатой точно в основание той головы, что держала Жона. Вот только ему это ни разу не помогло.

Голова, что держала его в пасти, всё же сдохла и начала заваливаться назад. Её добыча в лице блондина чудом не провалилась в глотку твари, помня, что выбраться из её утробы потом будет непросто. Цепляясь за меч всеми силами, Жон отчаянно пытался не соскользнуть глубже.

Когда мёртвая голова гидры безвольно откинулась назад, и ему больше не угрожала участь провалиться в эту слюнявую глотку. Вот только и выбраться дальше наружу Жон никак не мог.

Челюсти гидры были сомкнуты предсмертной судорогой и как бы парень не бился, он никак не мог разжать их изнутри. Жон упирался ногами в нижнюю челюсть, пытаясь оттолкнуться, но мёртвые мышцы монстра держали его в ловушке крепче любых тисков. Слюна и какая-то мерзкая слизь покрывали всё вокруг, делая любую опору скользкой и ненадёжной. Меч Оскара хоть и торчал в плоти его клетки, но использовать его как рычаг не получалось — клинок вошёл слишком глубоко. И любые попытки надавить на меч лишь расширяли рану, так что к слизи прибавилась кровь гидры, постепенно наполняющая всю ротовую полость.

Нежити не нужно было дышать, но это не значило, что для него вся эта жижа не имела вообще никакого вреда. Одежда Жона растворялась, а доспехи исходили едкими испарениями, и даже малочувствительное тело нежити тоже постепенно приходило в негодность от этого жуткого коктейля.

Сначала Жон потерял зрение и слух, успев ещё подумать, что у твари ядовитая кровь. Эта мысль реально напугала его. И он не знал, что делать дальше, пока всё же не умер в пасти частично мёртвого чудовища, очнувшись в своей комнате в Маяке.

Только боги знали, как рад он был открыть глаза и снова видеть. Жон несколько секунд просто лежал на кровати, глядя в потолок и наслаждаясь тем фактом, что может видеть что-то кроме розоватой тьмы внутренностей гидры. Даже простые деревянные балки казались сейчас произведением искусства после того кошмара.

— Фу, — наконец выдохнул он, садясь и ощупывая себя. Тело было целым, одежда восстановилась, но фантомное ощущение растворяющейся в кислоте кожи всё ещё преследовало его. — Определённо не хочу повторять это.

— Очередной неприятный сон, бесстрашный лидер? — спросила Нора. Похоже будить свою команду следом за собственным пробуждением становиться для Жона традицией.

— Прости, не смог сдержать радости от возвращения, — Жон покривил душой, говоря о том, что именно его обрадовало. Но говорить о потере зрения не хотелось. — А сон вышел неоднозначным. Я сражался с разными монстрами, в том числе и действительно большими, но под конец очень глупо подставился.

— Насколько глупо? — заинтересованно спросила Нора, спрыгивая со своей кровати и усаживаясь рядом с Жоном. — Типа "забыл посмотреть под ноги и упал в яму" или "решил погладить милую собачку, которая оказалась жутким монстром"?

— Скорее "не досмотрел и позволил здоровенной твари меня проглотить", — признался Жон, потирая щёку. — Думал, что смогу использовать меч как распорку, но тварь просто насадилась на него нёбом и сомкнула челюсти. В глотку не пролез, но и растянуть челюсти не смог.

— Фу, звучит мерзко, — поморщилась Нора, представив описанную картину. — И что, ты так и умер в пасти этой твари?

В это время Пирра и Рен тоже начали потихоньку просыпаться, но ещё не начали включаться в разговор.

— Ага, — кивнул Жон, вставая с кровати и потягиваясь. — Причём самое обидное, что мы почти победили. Я даже одну голову взорвал праховым кристаллом, а потом... ну, недооценил скорость этой махины.

— Подожди, — Нора наклонила голову, — ты сказал "мы"? Ты был не один?

— Целый отряд был. Маги, лучники, клирики для исцеления, — Жон пожал плечами. Его также повеселила реакция второй половины их команды, которые пока не понимали, что вообще происходит и о чём речь. — И знаешь что самое странное? Они восприняли поход на гидру как что-то обыденное. Будто каждую неделю ходят потомков драконов истреблять.

— Может, для них это и правда обычное дело? — предположила Нора, подтягивая колени к груди. — Когда-нибудь и мы будем так же ходить на гримм.

— Есть разница между мелкими гримм и огромной тварью с дом размером, — Жон никогда не думал о выбранной профессии в подобном ключе.

— Но ведь и монстров размером с дом кто-то должен убивать. Так почему бы не мы? — Нора усмехнулась, но это была не обычная безбашенная улыбка, а что-то более мягкое и даже грустное. — Я бы даже спросила по другому: кто кроме нас справиться? Ведь на нашей стороне Непобедимая Девочка Пирра и её напарник, Бесстрашный Лидер Жон, который уже имеет опыт охоты на драконов.

— Всего лишь на потомков драконов.

— Какие твои годы? Поохотимся ещё на драконов.

— Звучит как проклятие, — Жон не оценил подобное пожелание.

Глава 33

Стоило только их команде завершить утренний моцион, как вечно неугомонная Нора вновь принялась заваливать Жона бесконечным потоком вопросов. Они сыпались один за другим, не давая бедному парню даже секунды на то, чтобы осмыслить сказанное подругой или начать думать над ответом, что, совсем её не смущало, как, впрочем, и Рена с Пиррой. Они мудро решили сразу отказаться от идеи вклинится в непрерывный поток вопросов, а потому только тихо переговаривались, давая Норе выплеснуть излишки своей, казалось бы, бесконечной энергии на несчастного блондина.

Однако, долго это длиться не могло и уже вскоре перед ними предстала столовая, что отвлекло внимание их гиперактивной подруги со снов их лидера на выбор сегодняшнего завтрака, что позволило им относительно спокойно взять себе еду и встретится с командой Руби.

Вот уж тогда у Жона наконец появилась возможность начать отвечать на скопившиеся вопросы. Девушкам явно были интересны его приключения, а рассказ о битве с гигантским монстром только подогрел этот интерес.

— М-да, эта гидра бесспорно поднимает планку на новую высоту. Если уж её называют «деградировавшим» потомком драконов, то страшно представить, как... ну вы понимаете, — вздохнула Янг, чей меланхоличный вид явно указывал на всё кроме попыток придумать продолжение многодневной шутке о сапожках из драконьей шкуры. — Я бы не назвала себя особо религиозной, но конкретно здесь и сейчас мне не по себе от мысли, что тебе, Жон, придётся столкнуться с небесными владыками и богами, которые, похоже, насквозь прокляли тот мир.

— Ну не скажи, Сяо-Лонг. У него ведь это оформлено как приключение напополам с игрой. Если такие твари встречаются на старте, то он должен быть способен справится с ними также, как позже справится и с гораздо более могучими противниками, — изложила мысль Вайс. — Разве не так работает прогрессия в видеоиграх?

— А ты как всегда знаешь, как меня подбодрить. — Жон хмыкнул на замечание богатой наследницы, но решил продолжить, — Хотя не думаю, что в моих снах всё развивается как в линейной игре. По крайней мере, такая логика не всегда верна. Я уже проходил недалеко от места, где заперт обезумевший рыцарь, и он, по словам местных, куда как опасней виверны. Да и у тех каменных истуканов, сторожащих руины в лесу, есть одна крайне неприятная способность, а рядом с ними обитают относительно слабые энты.

Его слова произвели небольшой отрезвляющий эффект. Ранее заражённые энтузиазмом Норы, собравшиеся студенты спохватились, что сходу начали расспрашивать своего однокурсника именно про бой с огромной тварью, позабыв о уйме других противников из его снов.

— Кстати, из нового я столкнулся с оживлёнными магией статуями и энтами. Последние выглядят как этакие кусты на ножках, зарывающиеся в землю и потом атакующие любого, кто к ним подойдет. Была еще какая-то похожая на бабочку тварь, но она, как рассказала Беатрис, создана неким Герцогом искусственно.

— Беатрис? Кто это? — встрепенулась Руби.

— Новая знакомая, в некотором роде. Я встретил её на каких-то развалинах, где сидели в засаде те статуи... или они стояли в засаде? — почесав затылок, Жон просто пожал плечами. — Короче, её я встретил уже дальше. Она показалась мне интересной личностью.

— И девушкой? — спросила Пирра немного странным, приглушённым тоном.

— Разумеется, — моргнул парень, не совсем понимая, с чего бы его партнёрше задавать столь элементарный вопрос. — Хотя она также является самой настоящей ведьмой.

— О, она настолько страшная? — нервно хихикнула рыжеволосая чемпионка.

По мнению Жона, сегодня она вела себя немного странно.

— Нет, она владеет магическими способностями, ходит с посохом и носит мрачную мантию с большой шляпой, — объяснил он. — Поэтому и называет себя ведьмой. Понимаете?

— То есть она тоже умеет показывать мощные фокусы? — уточнила с другого бока Янг.

— Прошлые знакомые нашего лидера, судя по его словам, вели себя как жрецы или прочие духовные лица, — Рен счёл нужным высказать своё мнение. — Полагаю, эта ведьма имеет другой набор навыков, раз выбрала иное название для своего ремесла.

— Вот именно, — подтвердил теорию друга молодой Арк. — Я тут вспомнил, что она производила сильное впечатление старомодного учёного. В смысле, совсем старомодного. С поправкой на заклинания, раскидывающие энергетические стрелы и путающих истуканов так, чтобы проходить мимо них без драки.

— Как её вообще занесло в развалины, если она учёная? — спросила Янг.

— В целях исследований и изучения, как она мне поведала, прежде чем повести бороться с той самой бабочкой.

— Выходит, ей понадобилась твоя помощь? Та бабочка уродилась слишком живучей или ведьму подвёл посох? — блондинка всё не унималась, задавая новые вопросы.

— Первое, определённо первое. Мы с Беатрис долго били эту тварь, при чём та ещё лечилась, подъедая какую-то травку, и сама уж больно бодро стреляла магией, — Жон выступил против неуважения к отсутствующей ведьме, решив раскрыть ещё больше подробностей. — Остаётся надеяться, что Герцог, кем бы он ни был, создал её в единичном экземпляре.

— Постой. Бабочка владела магией? И что же она могла? Использовала ли она стихии или эзотерические способности вроде невидимости? — оживилась Вайс, у которой явно загорелся исследовательский дух.

Остальная часть не сильно отставала от неё по яркости огонька любопытства в их ярких глазах. Не пройди Жон через этот опыт раньше, то тоже непременно бы заинтересовался подробностями, ведь обычно, когда говорят о магии и, соответственно, о магах, какими их представляют на Ремнанте, то в голову придут скорее образы умудрённых опытом стариков, а не странная тварь, похожая на бабочку.

Конечно же, он не стал мучать собравшихся долгим ожиданием и постарался всё пояснить в меру сил:

— Ну, мне о том, как она пользовалась магией, ничего неизвестно, как и то, какие именно заклинания она применяла. Тем не менее, трюки бабочки были весьма эффективны. Не уверен даже, что справился бы с ней один, — уловив пару кивков, блондин уверенно продолжил. — Самой примечательной способностью этого существа был полёт. Звучит странно, ведь она реально выглядела как бабочка или на худой конец мотылёк, но летала и держалась в воздухе она явно не за счёт крыльев. Ещё было несколько атак, пара попроще и одна крайне противная. Из простых были энергетические иглы, вроде тех, которые может использовать Вайс, и медленные, но довольно опасные шары, которые любят преследовать тебя в наказание за попытку уклониться. Наконец, последняя и по совместительству самая смертоносная атака происходила тогда, когда это существо выпускало из области головы настоящие лучи смерти. Один такой снёс кусок стены и слизал мне добрые пятнадцать процентов Ауры, и это пройдя по касательной.

Все молчали, переваривая услышанное и вырисовывая у себя в воображении картину весьма серьёзного противника. По живучести и мобильности описанная Жоном бабочка походила на того гигантского Невермора, совместно убитого ими перед официальным зачислением на учёбу, с крайне неприятной добавкой в виде мощных атак издали. У некоторых из членов обеих команд уже даже крутились стратегии противостояния такому монстру, и они не могли не представить, насколько тяжело пришлось бы Жону сражаться с ним фактически в одиночку, если бы ему не повезло отыскать союзника.

— Ну хорошо, с этой бабочкой ясно, что ничего не ясно, однако она мертва и второй такой в твоём сне скорее всего нет. Так? — увидев несколько кивков Янг продолжила — Тогда расскажи нам об этих энтах и о статуях. Было ли в них что-то интересное помимо того, что они двигались и пытались тебя убить?

— Ага. Статуи могли накладывать заклинание, которое очень сильно замедляло мои движения. Даже с усилением Ауры я словно бежал под водой, а что было бы без неё и вовсе страшно представить.

— Чёрт побери, ты ведь понимаешь насколько это крутая способность? Это по сути целое Проявление! — Янг сразу же высказала общее мнение всех присутствующих за столом насчёт этой будоражащей информации.

— Притом довольно мощное. Жон, конечно, далеко не самый быстрый Охотник, даже скорее наоборот, из-за выбора снаряжения и стиля боя он относительно медлителен, но такой уровень замедления поставит даже опытных Охотников в невыгодное положение, — Пирра поддержала блондинку.

Если юная чемпионка и собиралась сказать что-то ещё, то ей стоило бы не останавливаться для того, чтобы перевести дух, потому как далее её речь тут же подхватили другие:

— Мда уж... Представьте только, каково будет обороняться от стаи Гримм в таком состоянии, — заметила Янг. — Ты разворачиваешься по полчаса, пока Беовульфы грызут тебе спину. Бр-р-р.

— Интересно, насколько широко действуют эти замедляющие штуки? — задумалась Нора в более положительном ключе. — Если бы я могла замедлить каждого на поляне, то никто бы не мог помешать мне забраться на любого приглянувшегося Урсу.

— А зачем вообще замедлять Гримм? Они и так не шибко шустрые, — неловко пожала плечами Руби, застенчиво сжавшись, когда на ней сошлось множество взглядов.

— Не все из нас обладают Проявлением, влияющим на скорость, — напомнил Рен, отчего сереброглазая девочка совсем поникла. — Тем не менее, малочисленные или средние по количеству голов стаи Гримм вполне по плечу даже начинающим студентам вроде нас, поэтому ты высказала рациональную мысль.

— С-спасибо, — получив признание, Руби несколько приободрилась.

— Значит, описанное Жоном заклинание полезно только против Охотников? — Янг задала вопрос в воздух, задрав голову к потолку и постукивая блестящим от лака ногтем по подбородку. — Директор ведь заметил Рубс именно из-за потасовки с грабителями, главарём которых значился Роман Торчвик. Возможно, если бы она имела возможность замедлить его отступление, то этот скользкий тип не смог бы удрать с места преступления.

— В плане противостояния одиночным противникам или группе сильнее среднего такое преимущество действительно приобретает особый вес, — мимолётно улыбнулась Блейк. — Разбойников с открытой Аурой будет значительно проще обезвредить и взять живыми, и громадные Гримм превратятся в игрушки для битья.

— Согласна. Если ты сможешь каким-то образом достать предмет, который способен повторить этот эффект, то ты можешь озолотиться на его продаже! — последней перехватила эстафету Вайс, разразившаяся целым бизнес-планом. — Любой действующий Охотник отвалит за такое целую гору льен, не говоря уже о правительствах королевств и частных корпораций. Да это же золотая жила для исследователей! Скажи Арк, у тебя случайно нет того, что позволяло статуям использовать эту… магию? Можно даже в нескольких экземплярах. Уверяю тебя, корпорации Шни не составит труда выплатить любую названную тобой сумму. В разумных пределах, конечно же.

Едва Вайс закончила, Блейк уже выглядела полностью готовой подорваться с места, явно желая снова начать спор с платиновой блондинкой, обвиняя её в меркантильности. К добру или к худу, её опередила Янг, которая на удивление всех подняла довольно важный вопрос.

— А мы вообще сможем его использовать, даже если такие предметы и есть? И возможно ли их производство без знаний о ”магии”? — специально или ненамеренно опередив партнёршу, Янг обратила внимание на неприятный ракурс вопроса. — Вспомните, у Жона ведь уже есть волшебный меч, и он даже проверил нас на ”магичность”. И вы ведь помните, какой был результат? Кроме него самого засветился меч только у сестрёнки и Вайскимо. Конечно, двух команд слишком мало чтобы составить статистику, но подумайте сами — какова вероятность, что Жон не только сможет принести нам чудесные волшебные палочки замедления, но и найдётся много людей, что окажутся способны ими пользоваться?

Пускай аргумент блондинки удивлял взвешенностью, он явно не до конца убедил собравшихся. Впрочем, надолго пауза не затянулась, и, стоило тишине повиснуть всего на минуту, как Янг в своей излюбленной, беспардонной манере задала новый вопрос:

— Эй, Жон, а этой ночью тебе снились другие красивые девушки, которых храбрый рыцарь должен был спасать, или обошлось только историей с ведьмой и бабочкой?

— Ну, была ещё одна запоминающаяся особа, — открыв рот, Жон задумался на секунду, силясь представить разумный способ передать ребятам впечатления от встречи с Альвиной.

Ирония предстоящего рассказа о говорящей кошке при кошачьем фавне под боком тоже не помогала сосредоточится.

— И-и-и? Давай Жон, я ведь вижу, что ты хочешь добавить что-то ещё!

— Ну, технически я встретил больше девушек, — подумав секунду, блондин кивнул и действительно продолжил, как и просила Янг. — Всё же и среди нашего отряда они были, но из примечательных были только Фарис, упомянутая выше Беатрис, да Альвина. Фарис является ещё одной Хранительницей Огня и неплохой лучницей, про вторую уже рассказывал, а третья глава отряда, что защищает расположенные в лесу могилы от мародёров. И да, прежде чем вы спросите почему я задумался, отвечу сразу, это из-за Альвины. — поддавшись внезапному приступу игривости блондин выждал паузу, пожелав уделить друзей не только том, каких монстров видит во снах и как от них умирает, но и чем-то весёлым. — Понимаете, как бы сложно не было в это поверить, но она является говорящей кошкой.

— Говорящая кошка, правда? А она была миленькая? А ты гладил её за ушком? Или может чесал ей животик? А она была пушистой? — тема котиков явно взбудоражила Руби, отчего та быстро подключилась к обсуждению, завалив Жона вопросами.

— Да, она была говорящей кошкой, да, она была миленькой, хотя улыбка у неё должен признать шикарная, как говорится во все пятьдесят, и да, она была довольно пушистой. А вот трогать я её не трогал, что-то в её зубках, которые длинной были с мой палец длиной подсказало мне, что это так себе идея.

Его друзья загомонили, обсуждая эту информацию и переваривая её.

— Слушайте, а помните мы обсуждали идею, что мол люди из снов нашего лидера это персонажи, ассоциирующиеся им с кем-то из живых, — Нора привлекла всеобщее внимание внезапным вопросом. — Мне вот прямо не терпится разгадать тайну того, кого же из нас бесстрашный лидер считает милой киской.

После этого заявления блондин, внимательно следивший за определённой брюнеткой, заметил прямо-таки испепеляющий взгляд, брошенный в него Блейк.

Юный Арк постарался проигнорировать его, параллельно пытаясь понять, как будет извиняться перед подругой. Даже если он обидел её совершенно ненамеренно, опыт общения с семью сёстрами и несколькими кошками показывал, что и девушки и кошки обиды хранить умеют. Не то чтобы он всерьёз ожидал от Блейк какой-то подставы, всё же та не выглядела способной затаить серьёзную обиду за подобную малость.

— Вот уж и правда, вопрос века. А она случайно не была рыжей? — Жон спокойно покачал головой, не поняв почему Вайс подняла эту тему, а вот Пирра от чего-то закашлялась, а Янг, наоборот, начала улыбаться во все тридцать два.

— Слушай, Жон, а как ты вообще встретил говорящую кошку, и чем она занималась до того, как ты её встретил? Тот мир, в который ты попадаешь во сне, по твоим собственным рассказам звучит как довольно мрачное место. Не думаю, что кошке, пусть даже довольно большой и обладающей разумом, будет легко жить в таком месте.

— Ну... скажем так, — Жон неловко почесал затылок, подбирая правильные слова. — Защищать её точно никому не нужно. Как я уже сказал, она далеко не обычная домашняя кошка. Во-первых, она размером со здоровую собаку, вроде тех мастифов, которых разводят в Атласе. А во-вторых... милая она скорее из-за своей общей дружелюбности, а не внешнего вида.

Блейк, до этого момента напряженно сжимавшая свою чашку с чаем и готовившаяся высказать лидеру JNPR всё, что она думает о стереотипах, чуть расслабила плечи.

— А что не так с внешним видом? — переспросила Руби, слегка разочарованная тем, что образ идеального пушистого котенка в её голове дал трещину. — Это из-за зубов?

— И из-за них тоже, — кивнул он. — Она сидит на уступе каменных руин прямо в центре леса, полного монстров, каменных големов и оживших деревьев. Сидит совершенно расслабленно, будто хозяйка всего этого места. Выдает весьма философские и запутанные фразы странным, тягучим голосом. Да и статус у неё соответствующий. Как я понял, она древнее существо, которое помнит этот мир ещё до того, как он начал скатываться в бездну, и сейчас она руководит целым ковенантом... ну, кланом воинов. Они называют себя Лесными Охотниками и безжалостно убивают любого, кто посмеет осквернить могилы в этой части леса.

Повисла тишина. Блейк задумчиво пригубила чай, окончательно отбросив свою обиду. Сравнение с милым питомцем в глазах фавна было оскорбительно. Но ассоциация с древним, мудрым матриархом, который держит в страхе проклятый лес и командует отрядом безжалостных воинов? Тут скорее стоит удивляться, как Жон вообще пришёл к подобному образу, если он действительно навеян самой Блейк.

— Ого, — присвистнула Янг, откидываясь на спинку стула. — Кошачья мафия в мире тёмного фэнтези. Звучит как минимум стильно. А у них есть свои кошачьи законы? Типа: "ты принёс мне валерьянки, но сделал это без уважения"?

Янг постаралась сделать максимально сиплый голос, но то, что у неё вышло, больше походило на похмельный синдром конченного пьянчуги. В итоге шутка и так была не очень, а тут ещё и такое опошление культовой сцены. Все за столом застонали, выражая своё отношение к подобному юмору.

— Это было ужасно, сис, — даже Руби, которая была далека от криминальных триллеров, не оценила шутку своей сестры.

Янг лишь самодовольно пожала плечами, ничуть не раскаиваясь в содеянном, пока остальная часть стола пыталась стереть из памяти этот шедевр комедии.

— Не обращай на неё внимания, Жон, — мягко улыбнулась Пирра, возвращая разговор в нормальное русло. — Так какие у этой Альвины правила? Ты ведь сказал, что они убивают мародёров.

— Ну, насчёт правил Янг почти угадала, разве что вместо валерьянки там клятвы верности, — хмыкнул блондин, ковыряясь вилкой в остатках своего завтрака. — Я знаю не так уж много, но о кое-что успел уловить. Они защищают территории, и очень негативно относятся к предательству.

— Никто не любит предателей, — Блейк фыркнула. Может она и не понимала, в чём связь между её образом и этой Альвиной, но в данном вопросе у них было просто стопроцентное понимание.

И тем горче было думать, что сама Блейк по итогу предала организацию, в которой состояла до Бикона.

— И мародеров. — Нора тут же добавила, на что все согласно закивали.

Блондину даже стало от такого неловко, ведь он периодически подбирал вещи с поверженных противников и даже не чувствовал за собой особой вины за это.

— И правда. Но, возвращаясь обратно к твоим новым знакомым, ты ещё упоминал Фарис. Мне, признаюсь честно даже интересно кто это такая, особенно учитывая, что Альвина оказалась древней говорящей кошкой — не встретив возражений в ответ на свои слова, Вайс повернулись к нему, явно ожидая продолжения рассказа.

— Ну, с Фарис всё относительно просто. Она, как я успел понять, довольно хорошая лучница и Хранительница Огня, вторая, которую я видел вживую, и, должен сказать, она разительно отличается от первой. — Жон перевёл дыхание, а заодно постарался представить Анастасию в образе лихой разбойницы, что бегает по лесам с луком наперевес и стреляет прежде чем задавать вопросы. Картина, надо сказать получилась весьма забавная.

— Кстати про Анастасию, как она там поживает? Ты ведь передал ей подарки? Ей понравилось? Теперь она хорошо питается?

Стоило Руби вспомнить о первой Хранительнице Огня, о которой они услышали от своего однокурсника, как вся их импровизированная группа тут же подняла волны своего искреннего беспокойства, которые ударили по юному Арку чуть ли не отовсюду.

— С ней всё нормально, — переждав бурю, высказался блондин. — В её... камере до сих пор пыльно, но теперь она хотя бы сидит не на сырой земле. Угощения и прочие подарки тоже ей понравились, если её кивки можно так воспринимать.

— И всё? — недоумённо переспросила Янг. — Сам же сказал, что до этого она буквально сидела в грязной клетке. Я бы на её месте прыгала от радости, если бы ко мне зашёл привлекательный молодой рыцарь, — шикарная блондинка игриво стрельнула глазами в его сторону, но Жон стоически выдержал её насмешку, — и принёс комфортнейший спальник, да ещё и вкусности.

— Полагаю, нам просто трудно её понять. Особенно когда это просто сон, — Вайсс решила держаться рациональной позиции.

— Это волшебный сон! Это крутой сон! — вмешалась Руби. — Были бы все сны такими, я бы давно сделала свою Кресент Роуз самой лучшей и опасной малышкой на свете!

— Это та самая причина, почему я продолжаю в этом участвовать. Такое Проявление вызывает интерес и мигрень от попыток его понять.

— Я знала, что ты со мной согласишься, Вайсс.

— Ну и ладно я! — Янг тем временем продолжила. — Малышка Руби так вообще бы взорвалась от радости, получив бесплатный шоколад!

Никто из старших участников группы не скажет, что их любительница поглощать целые тарелки печенья и повсеместно носить красный плащ издала возмущённый вопль, со стороны получившийся довольно очаровательным.

— Человека, добровольно придерживающегося пути аскетизма, трудно разжалобить подарками, — заметил Лай Рен. — Хорошо ещё, что в их мире почитаются бессмертные воины вроде нашего лидера. В ином случае она, наверное, могла бы и вовсе оскорбится.

— Верно, — согласилась с другом детства Нора, чей голос неожиданно намекал на знание дела.

Все за столом на мгновение замерли, удивлённо уставившись на любительницу ломать противнику ноги. От Норы, казалось бы, меньше всего ожидали философских изречений об аскетизме. Невольно вспоминался их рассказ о том, что они с Реном долгое время были одни. Похоже, это время не было легким.

Почувствовав, как повисла тишина, рыжая девушка лишь невинно моргнула и разом отправила в рот здоровенную стопку блинчиков, моментально разрушив всю серьёзность момента.

— Кхм, — Жон решил вернуться к предыдущему разговору. — Мы вроде начали говорить про неожиданную радость Руби, до того как заговорили про аскетизм.

— Почему это неожиданную? — Янг фыркнула. — Вполне себе ожидаемую. Ты сам дал ей тот странный металл, который она собиралась использовать для улучшения своей косы. Ну вот, это произошло.

— Это не просто металл, Янг! Это самое настоящее чудо! — затараторила Руби, размахивая надкушенной печенькой, как будто это была дирижерская палочка. — Лёгкий, прочный, просто шик. Я даже смогла чуть переделать и упростить конструкцию, так как в некоторых креплениях отпала надобность.

— Ну вот, её опять понесло, — Вайс закатила глаза.

— Я рад, что ты смогла использовать те осколки себе на пользу, — Жон улыбнулся.

— Да! — Руки кивнула и быстро доела печенье, которым до этого размахивала. Настолько быстро, что чуть не подавилась, за что тут же получила несколько окриков от Вайсс и Янг. Откашлявшись и отдышавшись, она вновь заговорила. — И я помню твою просьбу, Жон, сделать кулон из одного осколка. Вот, я как раз закончила его вчера вечером!

Затем она торопливо порылась в одном из многочисленных поясных кармашков и с гордостью выудила на свет небольшое украшение на прочном кожаном шнурке. Осколок того самого странного металла, из которого был сделан щит Оскара. Руби лишь слегка закрулила края, оставляя причудливую форму кусочка, на котором ещё и оставалась часть эмблемы, что когда-то была изображена на щите.

— Вау... Спасибо, Руби, это выглядит потрясающе, — искренне произнес Жон, принимая кулон.

Металл оказался неожиданно теплым на ощупь, и блондин тут же надел его на шею, спрятав под рубашку. Отчего-то наличие этого крошечного кусочка другого мира на груди придавало ему странное чувство уверенности.

— И для чего он тебе? — тут же с хитрым прищуром поинтересовалась Янг. — Уж не как подарок для той милой лучницы Фарис? Или, может, для какой-нибудь другой дамы сердца, которую ты от нас скрываешь?

Жон почувствовал, как к щекам приливает кровь, а краем глаза заметил, что Пирра внезапно очень пристально заинтересовалась своим пустым стаканом из-под сока.

— Не говори глупости, Янг! — пытаясь справиться со смущением, Жон старался придать голосу строгости, да только на Янг это почти не подействовало. — Это напоминание про рыцаря, которого я встретил в начале. Того самого, что отдал мне флягу с восстанавливающим ауру эстусом и... ну, благодаря которому я вообще смог тогда выбраться из Прибежища Нежити. Его звали Оскар.

Жон опустил взгляд, невольно погладив спрятанный под тканью рубашки металл. Он не хотел признаваться, что Оскар отдал ему ещё и свою душу, помимо фляги и меча. Но начинающий Охотник ни в коем случае не собирался забывать этот дар.

— Он спас меня, но сам спастись не смог. Этот кусочек его щита... просто чтобы помнить. О том, что даже в том безумном и мрачном мире есть место истинному благородству и самопожертвованию.

Только что царившая атмосфера веселья и подтрунивания мгновенно улетучилась, столкнувшись с суровой реальностью снов Арка. Ребята вновь вспомнили, что их друг не просто рубит монстров в вёселой виртуальной реальности, а раз за разом переживает чужие трагедии и видит смерть.

Пирра, чьё лицо только что выражало лёгкую панику, заметно расслабилась и с мягкой, полной понимания и гордости улыбкой коснулась плеча своего партнёра по команде.

Янг виновато потёрла шею, отведя взгляд, так её ещё и досталось несколько пинков по ноге под столом. Очередная шутка вышла довольно неудачной.

— Прости, Жон. Ляпнула не подумав, — вопреки обыкновению, Янг не стала отстаивать своё чувство юмора, а просто извинилась.

— Все нормально, Янг, правда, — блондин ободряюще улыбнулся, показывая, что не держит обиды. — Но, думаю, нам пора на занятия. Если только мы не хотим опоздать на урок Ублека.

— Доктора Ублека, — с улыбкой поправила его Нора. — Ты забыл про “доктора”.

Глава 34

Выйдя из аудитории после завершения последнего на этот день занятия, столпившиеся в коридоре члены команд RWBY и JNPR принялись обсуждать свои небольшие и отчасти не очень далекоидущие планы до вечера.

Пирра собиралась сразу сделать все выданные им сегодня домашние задания, для спокойствия и сохранения концентрации устроившись в библиотеке. Это совпадало с планами Вайс и Блейк, которые тут же выразили желание составить ей компанию. Такое единодушие девушек, что обычно отпускали в адрес друг друга колкости была достаточно забавным, чтобы Блейк усмехнулась и даже Вайсс улыбнулась... слегка. Настолько легко, что Жону это могло просто показаться.

Договорившись встретится с остальными на ужине, фанаты учёбы удалились. Далее Нора громко объявила, что не может ждать ужина и хочет подкрепится блинчиками сейчас. Естественно, с ней отправился и Рен, которому и предстояло готовить эти самые блинчики.

Юный Арк проводил взглядом удаляющиеся спины Норы и Рена. Нора что-то увлечённо втолковывала своему неизменно спокойному другу, отчаянно жестикулируя и, судя по всему, описывая размеры и количество будущих блинчиков. Он улыбнулся, качая головой, и перевёл взгляд на оставшихся рядом девушек. По итогу выходило, что Жон остался наедине с Руби и Янг.

Руби, переминалась с ноги на ногу, сжимала в руках ремень от сумки с учебниками. Её серебряные глаза горели огоньком предвкушения, знакомым по некоторым шкодливым сёстрам Жона, а потому не сулившим ничего хорошего.

Янг, заметив не только предвкушение своей сестры, но и напряжение Жона, только улыбнулась. Её эта ситуация забавляла.

— Ну-с, Жон, — Руби наконец перестала топтаться на месте и подалась вперед, отчего Жон инстинктивно чуть отклонился назад. — Раз уж мы временно свободны, а остальные заняты своими скучными взрослыми делами… У меня есть идея получше зубрежки и блинчиков!

— Тебе лучше говорить потише, если не хочешь устроить спор с Норой о том, насколько важны блинчики, — Янг уже откровенно смеялась, видя как Жон жесточайшим образом не понимает, что вообще происходит.

— Это действительно важно, а Нора просто не понимает, — Руби даже ногой топнула.

— Почему мне кажется, что всё это не закончится ничем хорошим? — спросил Жон с сомнением.

— Прекрасная интуиция, — Янг продолжала издеваться.

— Ничего такого! — Руби же возмутилась. — Просто у нас есть несколько свободных часов и я тут подумала… а что, если мы проведём небольшой тест-драйв?

Жон моргнул.

— Тест-драйв чего?

— Модификаций Кресент Роуз, конечно же! — выпалила она так, словно это было самой очевидной вещью в мире. — Я ведь обновила её, а значит нужно проверить, как моя малышка будет чувствовать себя в бою.

— Подожди, стоп, — Жон поднял руки в защитном жесте. — Ты хочешь использовать меня как тренировочную цель?

— Не как цель! — возмутилась Руби. — Как спарринг-партнёра. Это совершенно разные вещи!

— Разница только в том, что спарринг-партнёр должен пытаться дать сдачи, — заметила Янг, скрестив руки под грудью. — На это будет забавно посмотреть, так что я с вами.

Жон глянул на Руби, потом на Янг, затем снова на Руби. В серебряных глазах младшей из сестёр плясали искорки энтузиазма, в то время как сиреневые глаза старшей сквозили откровенным весельем от его предстоящих страданий.

— А у меня есть право отказаться? — спросил он без особой надежды.

— Конечно! — кивнула Руби, после чего её лицо приобрело умоляющее выражение. — Но ты же не откажешься, правда? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Мне действительно нужно проверить калибровку после всех улучшений, а ты отличный противник для этого!

— Потому что я достаточно живучий? — мрачно уточнил Жон.

— Потому что у тебя хорошая защита и ты умеешь адаптироваться! — Руби замахала руками. — К тому же, это будет полезно и для тебя! Дополнительная тренировка никогда не помешает.

— Не боись, рыцарь печального образа, — Янг хлопнула Жона по плечу. — Ты действительно довольно живучий. А если станет слишком жарко, то я вмешаюсь и спасу твой зад.

— Спасибо за поддержку, — пробормотал Жон, игнорируя желание немедленно потереть плечо. — Очень воодушевляет.

Руби уже подпрыгивала на месте от нетерпения.

— Так это да? Это да?! Отлично! Пошли скорее, пока тренировочные залы не заняли старшекурсники!

Они и пошли, хотя с точки зрения Жона скорее побежали. Потому что не прошло и пяти минут, как они уже стояли перед дверями одного из тренировочных залов. Руби быстро набрала код доступа, и массивные двери с тихим шипением разъехались в стороны.

Зал был пуст. Видимо, большинство студентов предпочло отдохнуть после занятий или сразу покончить с домашними заданиями, как сделали другие их друзья.

Таким образом, просторное помещение с высокими потолками и укреплёнными стенами оказалось полностью в распоряжении трио первокурсников. В углу стояли стеллажи с тренировочным снаряжением, а пол был засыпан песком, чтобы смягчать падения, но не приучать к удобному полу.

— Отлично, никого! — Руби буквально влетела в зал, чтобы быстро осмотреться. — Быстрее в раздевалку, чтобы забрать наше оружие из шкафчиков.

— Я своё ношу с собой, — отозвался Жон, вытянув из инвентаря меч Оскара. Немного подумав, он ещё и свою привычную броню на себя нацепил.

С нагрудником было как-то спокойнее, но все ещё тревожно. Жон даже решил обязательно добыть в следующем своём сне доспех посерьезнее. Намного серьёзнее. Хоть Аура крепко держит удар и вдобавок ничего не весит, но без неё человек становится мишенью на один укус. Разумеется, даже лучшая броня может дать пережить максимум ещё пару вражеских атак, что для большинства Охотников никак не является приемлемым временем для восстановления сил. Однако, в случае Жона такая фора была вдвойне на вес золота, ведь это означало лишний шанс выпить Эстус и сразу восстановить Ауру до максимума.

Помимо составления заметок насчёт брони, пока Руби с Янг находились в раздевалке, оставшийся в зале парень решил заодно проверить баланс меча и сделать несколько разминочных выпадов.

Ему казалось, что меч стал как будто легче в руке. Дело даже не в весе, а в чём-то… непонятном. Главное, точно не стало хуже, потому как рисунок ударов вцелом получаются у него лучше и чётче. Следовательно, можно было тихо порадоваться своему прогрессу.

За то короткое время, что, Жон так и не разобрался, что же изменилось.

Занятый своими мыслями и разминкой, Жон и не заметил, как девчонки переоделись в боевую форму и вернулись в зал с оружием наперевес. Руби аж припрыгивала, игриво размахивая своей любимой Кресент Роуз.

Заметив это, Жон честно постарался понять, что же такое сделала со своим оружием самый младший участник команды RWBY, чтобы иметь такое приподнятое настроение.

Впрочем, он ничего не заметил, как внутренне и ожидал. Всё же ранеесама же Руби и обмолвилась, что заменила металлом из щита в основном шарниры и фиксаторы своей "малышки",в результате не только повысивеё прочность, но и облегчив винтовку. Пусть Жон и не был экспертом в оружии, но вполне понимал важность уменьшения веса, особенно в случае миниатюрной Руби.

— Итак, Жон, давай начнём наш тест? — Руби подошла к нему с открытым Свитком, пылая энтузиазмом и в нетерпении ожидая его положительного ответа. — Начнём по сигналу таймера. Окей?

Такой энтузиазм даже заставил его улыбнуться и отбросить мрачные мысли о том, что его будут использовать как тестовый манекен для улучшенной косы.

— Давай. Мне даже интересно, что такого ты сделала, чтобы так расхваливать свою малышку. — ответ Жона заставил ту покраснеть и забубнить что-то непонятное, а Янг на это только засвистела, от чего блондин мог только вздохнуть.

К счастью, их не к месту возникшую заминку прервал сигнал со Свитка Руби, знаменующий начало спарринга.

Краска тут же сошла с лица сереброглазой, со сногшибательной скоростью метнувшейся к своему оппоненту в лице младшего Арка.

Если у неё на душе и остались следы смущения, то они никак не повлияли на боевые навыки, о чём свидетельствовала вся та прыть, которая сейчас не позволяла Жону задержать взгляд на размытом образе Руби более чем на мгновенье. Её скорость была невероятной не только по сравнению с противниками из мира его сна, но и по сравнению с многими Охотниками. Казалось, она ни на секунду не останавливалась, постоянно меняя угол атаки и маневрируя во всех трёх измерениях, чему способствовали её Проявление и отдача Кресент Роуз, что при выстреле буквально подбрасывала миниатюрную девушку в воздух.

Как раз так Руби и совершила последний молниеносный рывок к Жону, то есть развернула винтовку в форму косы, и, воспользовавшись отдачей от выстрела, ударила парня заточенным лезвием под колено с такой силой, что тот не смог удержать равновесие и повалился на пол.

Надо отдать должное его стоицизму, такое начало боя не смутило блондина, который тут же отозвал щит и меч, перевернулся на живот и, оттолкнувшись от пола руками, резко вскочил, на лету вновь призывая в руки отозванную экипировку.

Оттолкнувшись ладонями от песка, Жон вскочил на ноги и вновь призвал меч и щит. Руби тем временем не спешила развивать успех, не желая заканчивать тест своей малышки слишком быстро. Нетерпеливо перехватывая рукоять Кресент Роуз, она позволила сокурснику утвердиться в стойке, прежде чем снова сорваться с места.

На этот раз Руби решила не бить по ногам, а вознамерилась ухватиться за край щита. Тут Жон сумел показать себя намного лучше, вовремя среагировав на манёвр соперницы, чтобы напрячь мышцы. Какого бы ошеломительного преимущества в скорости не могла добиться Руби, в прямом силовом противостоянии девочка была не очень хороша.

Потому юный Арк не только удержать щит в руке, но и аккуратно откинул от себя мелкого жнеца.

— Неплохо, неплохо! — выкрикнула Руби, и в её голосе слышалось искреннее одобрение. — Но это только начало!

Она снова бросилась в атаку, и Жон сразу заметил, что брюнетка изменила свою тактику. Коса в её руках двигалась плавнее, сужая интервалы между выпадами и учащая частоту ударов. Может быть ему просто так казалось, а может быть Руби на самом деле переключилась с привычной для неё схемы «ударил-отбежал», став более рисковой и теперь буквально танцую вплотную к Жону, не переставая атаковать и используя любые разрывы дистанции ради громкого выстрела или удара в прыжке.

Иными словами, давление на блондина не прекращалось ни на секунду.

Раньше Жон обязательно испугался бы подобного темпа. Но в этот раз как будто что-то внутри подняло голову, обозначая один очевидный изъян в тактике Руби:

— “Она не выдержит соревнования в выносливости”.

Мысль была простой и ясной, словно кто-то вложил её прямо в голову. Руби быстра, невероятно быстра, но её стиль летающего блендера требует куда больше энергии, чем она способна тратить без последствий. Бег без передышки и постоянная смена углов нескончаемые атаки с постоянно меняющихся углов по определению пожирают выносливость до последней капельки сока в жилах. Жон же хоть и уступал на мили своим товарищам в боевых способностях, мог достаточно экономично защищаться от всех её нападок, сохраняя при этом силы за счёт банальной разницы в объёме Ауры и уровня выносливости, который буквально всеми отмечался как аномально высокий.

Всё это, несомненно, стало его козырем. Его нужно было лишь правильно разыграть.

Вместо того чтобы пытаться угнаться за Руби в её безумном танце, Жон сосредоточился на защите. Он перестал дёргаться в ответ на каждый её рывок, перестал пытаться контратаковать вслепую. Теперь он просто держал щит, прикрывая корпус и голову, изредка отводя мечом лезвие косы, когда та норовила зайти с неожиданного угла.

Это было похоже на попытку укрыться от града — часть ударов всё равно находила цель. Но младший Арк не зря подумал про себя, что он точно сможет защитится от всех атак одногруппницы. Просто если это не сделает щит, то это сделает Аура. Если Кресент Роуз и доставала до него, то выбивала лишь несколько вспышек из его душевного барьера. Не совсем безрезультатно, но и не так эффективно, если бы она нанесла прямой удар.

Самое главное, что это только раззадоривало молодую девушку, заставляя её выкладываться по полной, пока он экономил силы.

— Эй! — возмутилась Руби, когда Жон в очередной раз ушёл в глухую оборону, встретив её выпад щитом. — Ты что, решил черепахой притвориться? Так нечестно! Ты должен сражаться!

— Я и сражаюсь, — спокойно ответил Жон, отступая на шаг и не давая ей зайти за спину. — Просто… по-своему.

— Это не «по-своему»! Это медленно и скучно!

— Зато эффективно, — подала голос Янг с трибуны. — Сестрёнка, ты уже минуты три пляшешь вокруг него и все бестолку. Уверена, что сможешь победить его до того, как у тебя закончатся силы? Потому что если ты упадёшь без сил ему под ноги я приду тебе на помощь только если Жон начнёт распускать руки. Пнуть тебя он сможет совершенно безнаказано.

Жон с Руби на подобное непонимающе переглянулись. Это была шутка? Если да, то она была совершенно непонятной и неуместной. Если же Янг серьёзно, то она очень странная. Так что они решили просто проигнорировать фразу Янг, и Жон с с улыбкой вернулся к жалобам Руби. Её слова внезапно показались ему довольно детскими, что не могло не развеселить его. Впрочем, та будто бы не заметила этого и продолжила.

— В конце концов, и папа, и дядя Кроу говорили, что нельзя победить только обороняясь, а они крутые Охотники! Они явно знают о чём говорят! — Руби даже отвлеклась от спарринга, начав размахивать косой, явно желая подчеркнуть правильность своей позиции.

И тут неожиданно вмешалась Янг, со смешком прервав разглагольствования сестры:

— Да, старики так говорили, но ведь они наверное и не встречались с кем-то, кто мог сравниться с Жоном в уровне Ауры или выносливости. Блондинчик мало того что не устаёт, так ещё и обладает вагоном Ауры, что позволяет ему играть на истощение. Да и мисс Гудвич ведь говорила, что среди нынешнего поколения мало кто использует такие архаичные стили. У нас вон в Сигнале сколько таких было, трое-четверо?

Руби на такие слова сестры только надулась. Тем не менее, секунду спустя она всё же кивнула.

— Но ведь я всё равно права, его стиль скучен! И вообще он ведь не может бесконечно обороняться против Гримм, ему ведь нужно их убивать! Кхм...Ну, хотя для этого у него есть дальнобойное оружие, однако Жону нужно научиться сражаться более агрессивно.

На это Янг как-то весело улыбнулась, посмотрев на них с дьявольской толикой хитрости в глазах, заставив блондина замяться,в то время как Руби показательно отряхнулась и отступила на шаг от сестры.

— О-о-о-о, ты абсолютно права сестрёнка, Охотники действительно не должны зацикливаться на одном только стиле! Это ведь бывает очень важно, — наконец изрекла предельно острую часть своей речи старшая сестра. — Что, если вы, например, потеряете оружие и вам придётся сражаться в рукопашную? Тогда, раз ты так заботишься о стиле Жона, то как насчёт того, чтобы разнообразить свой собственный арсенал и обучиться рукопашному бою?

Ещё до того, как Янг договорила, Руби замотала головой и решила переключиться на бой.

Она явно не горела желанием проходить обучение рукопашному бою, в чём Жон был готов её поддержать. Как ни крути, младшая из сестёр явно не была рукопашным бойцом.

С другой стороны, если он сам возьмёт несколько уроков о том, как правильно махать кулаками...

Пока блондин пытался обдумать это как следует, чуть было не позабыв о том, для чего они сюда пришли, Руби снова ускорилась с помощью выстрела. Резко сблизившись и усилив удар ещё одним выстрелом, она вот уже второй раз атаковала его под колено. И, также как в прошлый раз, блондин оказался слишком медлителен, чтобы заблокировать этот финт, а сам удар оказался чересчур силён, чтобы устоять.

Упав на спину, Жон тут же убрал в инвентарь щит и меч, достав на замену револьвер, из которого сразу выстрелил в Руби пару раз, вынудив его отступить.

Растворившись в облаке алых лепестков, сереброгралазая разорвала дистанцию. Жон воспользовался передышкой, перекатившись через плечо и встав на одно колено, продолжая целиться в мелькающую по залу красную полосу. Результат был откровенно так себе, Жон сделал ещё буквально два выстрела, после чего остановился. Инстинкт подсказывал ему, что, если не получается подстрелить лихо уклоняющегося или неуязвимого к обстрелу врага по мере его приближения, лучше озаботится подготовкой к ближнему столкновенью, чем продолжать отчаянно давить на курок.

Плюс, ему есть куда потратить каждый выстрел и без тренировочных поединков с друзьями.

— А вот это уже интереснее! — Руби вышла из очередного рывка примерно в десяти метрах от него. — Наконец-то ты начал контратаковать!

— Только толку с этого ноль, только зря подставляюсь, — Жон покачал головой и убрал револьвер обратно в свой “инвентарь”. — Так что лучше уж я по старинке, по-своему буду сражаться.

Руби, кажется, выглядела несколько разочарованной, когда её оппонент снова призвал меч и щит, негласно отказываясь от более активных действий. Но в то же время её глаза продолжали гореть прежним азартом. Возможно, она продолжила воспринимать это как своеобразный вызов.

— Ну, как знаешь! — воскликнула она, снова срываясь с места. Её алый плащ взметнулся за спиной, а Кресент Роуз со свистом рассекла воздух.

На этот раз всё пошло несколько иначе. Жон хоть и вернулся к оборонительной тактике, всё же внёс в неё небольшие коррективы, ставшие результатом его наблюдений. Он перестал пятиться под градом ударов, бездумно подставляясь под длинные и размашистые удары косы. Вместо этого Жон старался наоборот сократить дистанцию, превращая преимущество противника в длине оружия в недостаток.

При их разнице в скорости Руби всё ещё могла в любой момент разорвать дистанцию, но это были шаги в нужную сторону. По крайней мере, Жону так показалось.

На его беду, Руби быстро разгадала план блондинистой головы. Стоило её сопернику сделать шаг вперёд, как она вместо отступления использовала отдачу Кресент Роуз для неожиданного подъёма вверх.

Коса описала широкую дугу, целясь ему в шею, и Жону пришлось перекатом уходить в сторону.

Удар прошёлся мимо, но даже так парню почудился холодок от потока воздуха, созданного клинком противника. Благо Руби не стала стрелять в него во время уворота, а то это было бы совсем печально. Вместо этого она сделала эффектное сальто в воздухе и приземлилась в нескольких метрах позади него, тут же вновь сократив дистанцию коротким рывком. Жон едва успел развернуться, блокируя мечом следующий удар.

— А ты учишься! — крикнула она с неподдельной радостью. — Но этого всё ещё мало!

Затем Руби снова исчезла в вихре лепестков, и Жон понял, что не успевает отследить её перемещение. Удар пришёлся сбоку, в рёбра, заставив вспыхнуть Ауру. Затем ещё один — по ногам. Не на шутку разогнавшаяся девушку буквально кружила вокруг него алым смерчем, и Жон чувствовал, как его Аура постепенно проседает.

Но и Руби начинала выдыхаться. Её движения, всё ещё невероятно быстрые, стали чуть менее резкими. Жон заметил, что промежутки между умопомрачительными рывками стали на долю секунды длиннее. Она всё ещё была быстрее него, но темп явно начал падать.

— Ещё немного, — пробормотал он себе под нос, блокируя очередной удар.

И тут Руби допустила ошибку. Очередной выстрел для ускорения вышел чуть слабее, чем нужно — то ли патрон попался не самый удачный, то ли она сама начала уставать настолько, что не рассчитала отдачу. В любом случае, её рывок получился короче, и она оказалась прямо перед Жоном, не успев уйти с линии атаки.

Последний не стал медлить, как и тратить время на замах мечом. Вместо этого он сделал короткий, но мощный “опенер”, чья суть заключалась в диком ударе щитом, который выбивает противника из равновесия и продолжается сокрушительную атакой.

Понимание грубой техники промелькнуло перед внутренним взором Жона всего на мгновенье, а Руби уже получила по лицу белым щитом, как раз открывшись для рубящего удара в плечо или шею. Жон уже собирался провести этот самый удар… как задумался, а какого, собственно демона он делает? И откуда он взял это название, “опенер”?

Он замер, так и не завершив удар. Меч завис в воздухе, а сам Жон смотрел на Руби широко раскрытыми глазами, будто впервые увидел и её, и собственное оружие, и тренировочный зал вокруг.

Руби, уже успевшая инстинктивно выставить блок и приготовиться к болезненному, пусть и смягчённому Аурой удару, тоже замерла. Она ожидала чего угодно, мощного удара, перехода в захват, даже попытки оглушить её щитом повторно, но не того, что её противник вдруг превратится в статую.

— Жон? — осторожно позвала она, не опуская косы. — Ты чего? Аура закончилась? Перегрев? Солнечный удар? Но мы же в помещении…

С трибуны донёсся смешок Янг.

— Похоже, наш рыцарь решил, что добивать лежачего противника как-то не по-рыцарски. Благородство взыграло, да, Жон?

Но Жон их не слышал. Точнее, слышал, но где-то на периферии сознания. Всё его внимание было приковано к странному, чуждому ощущению, которое только что едва не заставило его обрушить меч на голову Руби со всей силы.

«Опенер». Он знал это слово. Знал, как выполнить этот приём — короткий, мощный удар щитом, который буквально раскрывает защиту противника, делая его уязвимым для последующей атаки. Знал, куда бить, под каким углом, с какой силой… Но он никогда этому не учился. По крайней мере, не здесь. Не в Биконе. Но в то же время его не отпускало ощущение, что он неоднократно тренировал этот приём и даже использовал его в бою.

В конце концов, он только что разыграл сей приём против подруги, толком не задумавшись!

Было ли это наследием Оскара, который добровольно передал ему свою душу… или других душ? Жон ведь поглотил далеко не одну душу. И его предупреждали, что нежить поглощает души убитых ими.

Блондин медленно опустил меч, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Он всё ещё был в своём уме, вроде бы. Но сама по себе мысль, что он может вот так вот перенимать чужие умения, скорее пугала, чем радовала.

— Жон? — Руби уже опустила Кресент Роуз, её голос звучал обеспокоенно. — Эй, ты меня пугаешь. Ты в порядке?

Она шагнула ближе, вглядываясь в его лицо. Даже с трибуны донёсся звук шагов, Янг спрыгнула вниз, и её обычная насмешливость сменилась настороженностью.

— Жон, если ты решил, что ударил слишком сильно, то не переживай, у меня ещё есть Аура, — попыталась пошутить Руби, но вышло неуверенно.

— Всё в порядке, — он мотнул головой. — Просто сработал на рефлексах и испугался, что реально могу тебе навредить.

Руби моргнула, явно не ожидая такого ответа, а затем на её лице расцвела широкая, совершенно искренняя улыбка.

— Ой, да ладно тебе! — она легонько стукнула его кулачком в наплечник. — У меня Ауры ещё полно, а ты наконец-то показал что-то крутое! Серьёзно, этот удар щитом был отличным! Где ты ему научился?

Жон замялся, подбирая слова.

— Сам не знаю, если честно, — признался он, убирая меч в инвентарь и потирая затылок. — Просто... сработало. Рефлекс.

— Ну, приём не выглядит как что-то очень сложное. Так что до такого вполне реально просто догадаться, — Янг подошла ближе, скрестив руки на груди и с интересом разглядывая парня. — Но даже так надо сказать, что у тебя талант, сэр рыцарь.

Жон поморщился от того, каким тоном Янг закончила свою фразу.

— Так, тест-драйв окончен? — решил сменить тему он, вытирая пот со лба. — Или у тебя ещё были какие-то идеи, Руби?

Та на мгновение задумалась, переводя взгляд с него на Кресент Роуз. Видимо, азарт боя начал отступать, уступая место профессиональному интересу оружейника. Она быстро осмотрела лезвие, провернула шарниры трансформации и удовлетворённо кивнула.

— Пока что всё работает идеально! Никаких заеданий, даже после того, как я использовала отдачу для манёвров раз десять подряд. Слышишь, Кресент Роуз? Ты просто умничка! — она прижала сложенную винтовку к щеке и зажмурилась от удовольствия. — Так что да, на сегодня, пожалуй, хватит. Жон, спасибо тебе огромное!

— Всегда пожалуйста, — он позволил себе небольшую, но искреннюю улыбку. — Хоть я и чувствую себя немного... манекеном для битья.

— Ой, да брось, — Янг похлопала его по плечу, на этот раз без насмешки, а вполне дружелюбно. — Ты продержался против неё дольше, чем многие из её группы в Сигнале. Да ещё и заставил попотеть. Это дорогого стоит.

— Просто у меня Ауры много и я люблю прятаться за щитом, — отмахнулся Жон. Раз уж он освободился, то стоит подумать о собственных планах на остаток дня.

Сам он ничего заранее не планировал, а ведь вопрос не шуточный. Ему хотелось бы сделать небольшой перерыв в своих странных снах, а значит посидеть в Свитке он сможет ночью. Уделять этому ещё и солидную часть дня не очень хотелось. Жон даже задумался о том, чтобы прогуляться в город, но всё оказалось решено за него.

Пока парень ополаскивался после спарринга и переодевался в свежую одежду, ему на Свиток пришло сообщение, мигом определившее его дальнейшие планы:

«Привет, братец! Я только что прибыла в Вейл. Остановились в гостинице «Золотой Лист», это где-то в торговом квартале. Отпуск у меня не резиновый, поэтому жду тебя поскорее и оправдания про учёбу не принимаю!

Целую, Сафрон».

Он перечитал сообщение дважды. Потом ещё раз. Что ж, его сёстры оставались верны себе и своим привычкам распоряжаться его жизнью, как своей собственностью. Но, даже не смотря на показное ворчание, Жон был рад получить такую отрадную новость.

Как он и говорил матери, ему было бы приятно увидеться со всеми членами своей семьи. После того, как он всю жизнь провёл в большой и шумной семье, осознание нахождения буквально на другом континенте от своих вызывала некоторые неудобства.

В таком ключе хорошо знакомое лицо окажутся тем самым средством, которое поможет ему превентивно разобраться с подходящей тоской. Плюс, Сафрон всегда умела настоять на своём, в чём они с мамой были поразительно похожи.

Глядишь, разговор с сестрой, которая наверняка завалит братца всевозможными вопросами, помимо прочего поможет затолкать глубоко на задворки сознания в том числе и тревожные рефлексы из чужой памяти.

Жон убрал Свиток в карман, чувствуя, как уголки губ сами собой ползут вверх, а затем быстро застегнул куртку, не забыв проверить, не оставил ли он чего из экипировки в раздевалке, откуда поспешил к выходу из тренировочного зала.

— О как припустил, — присвистнула Янг, что ждала Руби около раздевалки. — Неужели спешишь на свиданку?

Жон чуть не споткнулся от подобного предположения, но смог взять себя в руки и устоять на ногах.

— Сестра в город приехала, — сказал он с нажимом в голосе и укоризной во взгляде. — Вот и хочу с ней встретиться.

— О, так у тебя и сестра есть? — оживилась Руби, которая тоже не затягивала с приведением себя в порядок. — Старшая? Младшая?

— Одна из старших, — уже на ходу ответил Жон и скрылся за дверью, оставив обеих девушек переваривать эту информацию.

Глава 35

Оставив девушек позади, Жон быстрым шагом устремился к площадкам Быкоглавов. В будние дни эта территория обычно пустовала. Лишь изредко можно было заметить, как посыльный встречает грузовой корабль с новой партией продуктов или как команда старшекурсников возвращается с уже отнюдь не учебных миссий.

Именно пример последних лелеял внутри Жона надежду, что у него получится повидать сестру прямо сегодня.

Хоть текст её сообщения в части «оправдания про учёбу не принимаю» и подразумевал спешку, вряд ли Сафрон ожидала, что он тотчас появится у неё на пороге. При переписке многие его сёстры умели вставлять броские фразочки, поэтому сейчас Жон горел желанием ответить одной из них соответствующе дерзким поступком.

Оставалось только узнать, нужно ли брать первокурсникам какое-либо разрешение или нечто подобное, чтобы по правилам покинуть стены Маяка в самый разгар учебной недели.

Уже не так дерзко и бескомпромиссно, но, учитывая его историю с подделкой диплома боевой школы, потенциально будущему Охотнику совсем не хотелось привлекать внимание к своей персоне.

В смысле, привлекать внимание нарушением. Понятное дело, что вся эта история с его снами, а конкретно предметами из Лордрана уже пару раз выделила его из числа прочих студентов как для нескольких преподавателей, так и в глазах самого директора Озпина.

Поэтому блондин разумно опасался беспокоить кого-то из профессоров ещё больше, спрашивая о наверняка ерундовым для них вопросе, ответ на который уже был записан в регламенты дисциплинарного поведения или нечто подобное.

— Хм, первокурсник из числа новых приятелей Коко? Что ты здесь забыл, парень?

Услышав рядом с собой чужой голос, Жон резко повернулся направо, и почти сразу ему пришлось запрокинуть голову вверх, чтобы целиком взглянуть на довольно рослого парня. Округлые черты лица и, в особенности, раскосые глаза указывали на мистральские корни. Будучи одетым в мешковатые штаны и светло-зелёную рубашку с шёлковым поясом вместо пуговиц, он вообще сильно походил на Рена, если бы все приготовленные им для Норы блинчики тот ел бы сам, неуклонно набирая мышечную массу.

В целом, его образ показался начинающему Охотнику знакомым. Кажется, он действительно видел его в компании Вельвет и Коко при их знакомстве в столовой несколько дней тому назад.

— Эм… Привет, — поводя глазами по сторонам и убедившись, что по близости никого другого нет, младший Арк аккуратно вступил в разговор. — Тебя ведь Ясотура зовут, верно?

— Вообще-то, Ятсухаши, но попытка неплохая, — усмехнулся старшекурсник. — Надеюсь, мой собственный вопрос тоже не оставил тебя в смятении?

— Это ты про то, что я здесь забыл? — уточнил блондин после напоминания. — Если что, я ничего здесь не забыл. Просто… пока что думаю, куда идти и чем заняться. Вот и вся загадка.

— Понятно, — пожал плечами здоровяк. — А я вот собираюсь в город до вечера слетать.

Через миллисекунду второкурсник уже поворачивался прочь, завершая беседу. Ровно столько потребовалось Жону, чтобы обработать услышанное.

— То есть это всё же возможно в будние дни? — спросил он, теперь уже в свою очередь окликивая Ятсухаши. — Если честно, я тоже подумывал об этом. Сестра приехала из Мистраля, напрашивалась встретится.

— Хех, знакомо, — усмехнулся товарищ Коко и Вельвет, а также уже почти хороший знакомый Жона. — У многих первокурсников такое случается в начале года.

— Ну нужно что-то сделать или кого-то предупредить, прежде чем выдвигаться в Вейл?

— Неа, парень, дёргать учителей тебе или кому-то ещё вовсе не нужно, — принялся пояснять Ятсухаши. — Видишь вон ту кабинку перед взлётными площадками Быкоглавов? Просто открой на Свитке своё студенческое удостоверение, приложи к сканеру у диспетчера и садись дожидаться прилёта транспорта.

— Понятно, — сказал Жон, приходя к осознанию, что, стоило ему пройти немного дальше, и он бы сам всё это узнал, не выставляя себя таким новичком, пускай он и был новичком почти во всём. — Спасибо тебе большое.

— И остальной части команды потом передай.

— Конечно! — сказал Жон, махнув тому рукой на прощание.

— К слову, следующий рейс минут через пятнадцать. Советую поторопится.

— О, — озадаченно моргнул Жон, резко опустив руку и поспешив за старшекурсником. — В таком случае, я с тобой!

Через пятнадцать минут они и в правду смогли сесть на только что приземлившийся Быкоглав, что вскоре доставил их в Вейл. В полёте Жон ещё раз отметил, как же ему повезло вовремя избавится от чувствительности к качке, раз здесь нужно столь часто пользоваться воздушным транспортом.

Впрочем, внутри него всё равно происходили неприятные перемешивания. Чуть выше живота, в голове, где внезапно грозил разбушеваться довольно неприятный шторм. Испытывая сложную и тяжёловесную палитру эмоции, он никак не мог сконцентрироваться ни на страхе и тревоге, что обуревали его от мысли о том, как семья отреагирует на его изменения, ни на радости от того, что он наконец встретит одну из своих сестёр.

Страх, казалось уже забытый, вновь поднял свою уродливую голову, и недавние события только усилили волнение блондина. Он волновался о том, как Сафрон отреагирует на его изменения, ведь спустя какие-то жалкие недели после получения своего появления он перестал быть тем робким рохлей, которого они помнят. Его внутренний голос шептал ему что те просто не поверят что он мог так измениться, что вместо знакомого робкого Жона они увидят кого-то другого, кто просто выглядит как тот, кто им знаком.

Но затем он вспоминал всё то, что он пережил вместе с сёстрами. Вспоминал, как Сафрон нянчилась с ним когда он был ещё совсем маленьким, как они вместе терпели шалости близняшек, что любили пошутить над старшими родственниками, он вспоминал как вся семья Арков собиралась за столом на совместных обедах. Именно эти воспоминания и то тепло, та любовь что он испытывал к семье вспоминая эти весёлые моменты и позволили ему справиться со страхом и нервозностью.

Уже когда Быкоглав прибыл в Вейл, блондин смог окончательно успокоиться и настроился на позитивный лад.

Вновь оказавшись на твёрдой земле, младший Арк шёл по улицам Вейла уже куда более методичным, уверенным шагом, и вскоре с помощью общественного транспорта добрался до той самой гостиницы, где остановилась Сафрон. То было довольно большое здание в старом стиле,такой был популярен ещё во времена королевства и сейчас в таком стиле была построена большая часть старых кварталов Вейла. Само здание было относительно невысоким, всего три этажа, но при этом длинным и широким, позволяя вместить в себя множество гостей королевства.

В самой гостинице впрочем Жон не заметил ничего необычного. Обычная гостиница из белого кирпича с массивной деревянной дверью, широкими окнами и вывеской, в виде листка клёна на который медными буквами было составлено «Золотой Лист».

Тяжёлая дубовая дверь поддалась мягко, мгновенно пропуская Жона в атмосферу уюта. В холле пахло свежей выпечкой и кофе, судя по всему, при отеле был свой ресторан, ну или, как минимум, кафе. Жон даже задержался принюхиваясь к столь приятному аромату.

— Жонни? — раздался знакомый, чуть удивлённый голос из зоны отдыха у декоративного камина без огня, но с художественно разложенными рядом дровами.

Его сестра сидела в мягком кресле, держа в руках какую-то книгу. Стоило ей рассмотреть брата, как она тут же отложила своё чтиво в сторону и поднялась ему навстречу, но сделав несколько шагов, остановилась.

Сафрон замерла в паре шагов от него, её глаза, такие же голубые, как и у него, расширились от неподдельного изумления. Она буквально сканировала брата с ног до головы, пытаясь совместить образ неуклюжего подростка, которого она помнила, с тем высоким, широкоплечим парнем, что стоял перед ней сейчас.

— Привет, Сафф, — Жон невольно улыбнулся, чувствуя, как последнее напряжение стекает с его плеч. Он шагнул навстречу и крепко обнял сестру.

Сафрон обняла его в ответ, но тут же её руки слегка напрянулись. Она отстранилась на полшага, чтобы снова взглянуть на него, и провела ладонью по его плечу, ощущая сквозь ткань куртки непривычно твёрдые мышцы.

— Так... — протянула она, и в её голосе прорезались нотки той самой старшей сестры, которая привыкла командовать всеми младшенькими в доме Арков. — Чем вас в Маяке кормят, что ты так окреп?

— Думаю, что дело не в еде, а в тренировках, — Жон чуть смущенно улыбнулся, сейчас как никогда напоминая того самого неуклюжего паренька из Анселя. — Профессора нас не щадят. Да и... мне пришлось быстро учиться.

— Пришлось? — Сафрон очень не понравилось, как это звучит.

— Не бери в голову, — Жон не хотел, чтобы сестра волновалась. Ещё больше он не хотел, чтобы она делилась своими переживаниями с другими родственниками, поэтому постарался перевести тему. — У меня все хорошо, нашел уже несколько новых друзей. Даже учеба, на самом деле, хоть и тяжелая, но подъёмная.

Сафрон не стала сразу отпускать его руки. Её пальцы, мягкие и тёплые, скользнули по его ладоням, и она нахмурилась, нащупав грубые, мозолистые наросты. Это были не просто следы от учёбы или случайных тренировок. Это были руки воина, человека, который день за днём сжимает рукоять меча и тяжёлый щит, не щадя себя.

И было не совсем понятно, когда он успел приобрести эти мозоли. Месяце не прошло, как Жон сбежал из дома в Маяк. Что вообще нужно делать и до какой крови стирать руки, чтобы за месяц такие мозоли себе набить?

Сафрон не стала отпускать его руки. Наоборот, её пальцы крепче сжали его ладони, а в глазах появилась та самая неподкупная строгость, которая обычно обрушивалась на него, когда он в детстве пытался скрыть разбитую вазу или сорванные оценки.

— Жонни, — тихо, но твёрдо произнесла она, заставляя его встретиться с ней взглядом. — Ты мой младший брат. И я знаю, когда ты пытаешься что-то скрыть за своей фирменной улыбкой. Точно все хорошо или ты всё же хочешь мне что-то сказать?

Жон честно задумался. Врать сестре не хотелось, но и он уже был не тем малышом, которым помыкали старшие сестры. К тому же тут вывернуться из сложного вопроса было проще простого. Сафрон сама допустила довольно забавную формулировку.

— Я точно не хочу ничего тебе рассказывать, — заявил парень с улыбкой, притягивая сестру в повторные объятия. — Саф, все правда хорошо. И вместо того, чтобы играть в воспитателя, лучше угости меня кофе.

Сафрон тяжело вздохнула, выпуская воздух через нос. Но спорить с братом не стала.

— Ладно, мистер таинственность, — наконец сдалась старшая сестра, хотя её взгляд всё ещё оставался настороженным. — Но этот разговор мы не закончили. Иди, садись вон за тот столик у окна, я закажу тебе какао. С маршмеллоу, как ты любишь.

Жон на подобный подкол закатил глаза, но без возражений. Это можно было считать платой за его молчание. Когда они расселись, а Сафрон отошла к стойке, он позволил себе расслабленно откинуться на спинку мягкого дивана. Его взгляд упал на собственные руки, лежащие на столе. Сам Жон не видел в этом вообще ничего особенного, а вот Сафрон только по рукам поняла, что её брат кое-что пережил.

Женская интуиция? Жон хотел на это надеяться.

Пока сестра делала заказ, Жон позволил себе ненадолго уйти в собственные мысли. Он смотрел в широкое окно, за которым кипела жизнь Вейла — прохожие спешили по своим делам, где-то вдалеке слышался гул общественного транспорта, а в небе проносились летающие машины. Этот город казался куда более оживлённым и шумным, чем родной Ансэль или город нежити в его снах, но именно здесь он впервые за долгое время чувствовал себя... дома.

Его размышления прервал мягкий стук фарфора по деревянной столешнице. Жон моргнул, выныривая из своих мыслей, и перевел взгляд на сестру. Сафрон поставила перед ним большую кружку, над которой поднимался густой, сладкий пар. На поверхности горячего какао и правда плавала целая горка зефирок, медленно тающих и расползающихся белой пеной от температуры.

— Спасибо, Сафф, — Жон усмехнулся. Какао с маршмеллоу он любил, наверное, только совсем уж в детстве. Но сама по себе теплая фарфоровая чашка с ароматным напитком дарила приятное тепло.

— Не обольщайся, это просто аванс, — хмыкнула девушка, присаживаясь напротив и скрещивая руки на груди. — Ну так как ты поживаешь? В смысле, насчёт учителей и учёбы всё понятно, но как ты в целом устроился в этой Академии Охотников?С однокурсниками нормально общаешься? Не обижает никто?

— Ой, не беспокойся, — привычно отмахнулся Жон от знакомой попытки старшей сестры защитить его от невидимых обидчиков. — Всё у меня нормально. Живу в одной комнате с одним классным парнем и двумя отличными девушками.

— Мм, довольно удобно. Не будете потом драться из-за соседок.

— Очень смешно, — закатил глаза блондин, на удивление даже для себя самого не краснея.

Наверное, это излишнее общение с Янг выработало у него иммунитет ко всяким пикантным подколкам. А может быть и тот факт, что он разговаривал с сестрой, а шутки про девушек и свидания были дежурными в их семье последние года четыре, и за это время он в итоге просто устал стесняться и привык к большей части романтических намёков.

— В любом случае, расскажешь про них немного подробнее? — слишком по доброму улыбнулась Сафрон. — Лучшей сестрице, которая пересекла целый океан чтобы повидаться с тобой, нужны подробности из первых рук.

— Парня зовут Лай Рен. Как я понял, он из Мистраля. Отлично дерётся и не прочь иногда научить меня паре приёмов.

— Он ведь не из тех, кто использует тренировки как предлог для того, чтобы избивать тебя? — вкрадчиво поинтересовалась его сестра, меняя позу на не такую уж и расслабленную, как минутой ранее.

— Ни разу нет, — заметив смену настроения, Жон попытался тут же отсечь её ошибочное предположение.

— Я всё ещё чётко помню тот случай с нашими временными соседями из Атласа, — с прищуром приговаривала Сафрон. — Их ребёнок был на три года старше тебя и чуть не уговорил вас с Лавандой умыкнуть из магазина два десятка зарядок для Свитков, завуалированно назвав это тренировкой на Охотников.

— Уверен, мы были не единственными дошколятами, которые купились на такую уловку, — смущённо потёр шею Жон.

Параллельно в его блондинистой голове завертелся вопрос по поводу того, что Сафрон могла выбрать для примера любую другую глупую историю из его жизни, без участия других членов семьи, но, случайно или специально, выбрала именно эту.

Чутьё подсказало не поднимать этот вопрос напрямую, поэтому он решил отложить его на чуть более поздний срок и озаботится продолжением беседы. Видит судьба, старшая сестрица вряд ли успокоилась, услышав его отмазку.

— А на что в таком случае может купиться первокурсник Маяка? — прозвучал намёк, мгновенно подтвердивший опасения младшего Арка.

Ох, как же ему не хватало остроумия Янг. Уж она за словом в карман точно не лезла.

— «Хм, а это идея», — задумался Жон, чувствуя озарение. — «Чтобы на моём месте ответила бы Янг?».

Как по волшебству, достойный аргумент зачесался на его языке прежде чем парень впал в ступор слишком глубоких предположений.

— Как первокурсник Маяка, я верю, что упорный труд на пару с верой в себя и своих товарищей обычно приносит положительные результаты, — сказал он первую часть своего изреченья, продолжая выдумывать на ходу вторую половину. — Полагаю, добропорядочные люди в общем и крутейшие старшие сёстры тоже подпадают под это убеждение.

— Говоришь очень зрело. Эх, где же мой такой маленький, такой вежливый братик? , — притворно надулась его дорогая сестра. — Но если серьёзно, то ты действительно уверен, что твои соседи по комнате придерживаются таких же идеалов?

Жон едва сдерживал торжествующую усмешку. Столпом терпенья выступало только опасение оскорбить Сафрон.

— Эти «идеалы» просто правила хорошего тона. А соседи у меня нормальные ребята. На самом деле нормальные, — без крика, но с предельной серьёзностью добавил Жон. — В том числе и Рен.

— Ух, пока убедил, — вздохнула Сафрон. — Так что там с двумя оставшимися девушками?

Вздохнув, парень ощутил, как его плечи слегка расправляются. Он и не заметил, что так напрягся.

— Первая девушка это подруга Рена, Нора. Как я понял, они знакомы с детства, — взялся рассказывать блондин. — Она... довольно интересная личность.

— В каком смысле?

— Ну как тебе получше объяснить… хм, — Жон попробовал снова вернуться к его представлению об образе мышления Янг или самой Норы, но в этот раз ему не так уж сильно повезло получить волшебное озарение.

— Ан нет, я всё же до сих пор узнаю в тебе того самого деревенского мальчишку, которого так легко застать врасплох, спросив, о чём он на днях болтал с молодой девушкой, приехавшей к нам на лето, — ухмыльнулась Сафрон, прикрывая ладонью свой сдержанный смешок.

— Эй, я стал намного лучше общаться с девушками! — стрельнул в её сторону пальцем младший брат. — Просто Нора совершенно не похожа ни на кого другого. Она одна из самых сильных людей, которых мне доводилось встречать, но при этом в ней столько проказливой энергии, сколько во всех наших младших сёстрах. Удивлён, почему мы ещё не застали её спящей в обнимку со своим гранатомётом, как Лаванда в детстве спала со своим мишкой.

— По словам мамы, она снова начала так делать после твоей побега… точнее, отъезда в Бикон.

— Мне вправду жаль, что заставил вас всех поволноваться, — Жон почти сник от испытываемого стыда, увидев лишь один способ продолжить беседу на позитивной ноте. — И про последнюю девушку, а также последнего члена нашей команды. Это Пирра Никос.

— Никос, — задумчиво протянула Сафрон, постучав пару раз по краю губы. — Та, что с обложки коробок из под хлопьев?

— Она самая, — пожал плечами младший брат.

Сафрон моргнула. Один раз. Второй. Потом медленно отставила свою чашку на блюдце и уставилась на брата с выражением, которое Жон отлично помнил ещё с детства, то самое выражение, когда она пыталась понять, не издевается ли он над ней.

— Ты сейчас серьёзно? — наконец выдавила она. — Та самая Никос? Которая в четырнадцать лет выиграла региональный турнир в Мистрале и чьё лицо я видела на каждой второй витрине в Ансэле?

— Ну, технически, она выиграла его четыре раза подряд, — машинально поправил Жон и тут же пожалел об этом, потому что взгляд сестры стал ещё более недоверчивым.

— Жонни. — Сафрон подалась вперёд, понизив голос, словно боялась, что их подслушает кто-то из постояльцев. — Ты понимаешь, что говоришь? Ты тот самый парень, который в прошлом месяце не мог отжаться десять раз без того, чтобы у него не затряслись руки, и сейчас ты живёшь в одном блоке с Пиррой Никос?

— Я не был настолько плох, — Жон постарался оправдаться. Правда вышло у него не очень. — И мы живем в одной комнате, а не одном блоке.

Сафрон провела ладонью по лицу, словно пытаясь стереть это наваждение.

— Пирра Никос, — повторила она, словно пробуя имя на вкус. — Чемпионка. Звезда. И она... делит с тобой жилплощадь? Жонни, мама бы сейчас упала в обморок. Или начала бы молиться, чтобы у вас с этой чемпионкой всё сошлось.

— Не начинай, — Жон закатил глаза. — С каких пор ты вообще разбираешься в спорте? Тебя же это не интересовало буквально сколько я себя помню.

Сафрон хмыкнула, но прежде чем ответить бросила взгляд на часы на стене и едва заметно вздохнула.

— Мне скоро нужно бежать, — призналась она, и в её голосе проскользнула нотка сожаления. — Я обещала ещё позвонить домой и на работу. К сожалению, отпуск не всегда означает свободу.

— Понимаю, — кивнул Жон, и сам не заметил, как легко это слово сорвалось с губ. Раньше он бы расстроился, может, даже попытался бы уговорить сестру задержаться ещё ненадолго, но сейчас он просто принял это. У неё своя жизнь, у него своя. Так бывает. — Надолго ты здесь?

— На выходных полечу обратно, — Сафрон посмотрела на брата с небольшим чувством вины. Она смогла выделить на эту поездку всего три дня.

— Завтра у меня будет небольшое школьное мероприятие, — Жон постарался как можно сильнее смягчить новость о том, что его опять бросят в лесу, кишащем Гримм. — Так что я смогу прийти к тебе только вечером. Ну и начало выходных полностью наше.

Сафрон склонила голову к плечу, и в её глазах мелькнуло что-то среднее между беспокойством и интересом.

— Да, конечно, с большим удовольствием посижу с тобой ещё, — она кивнула, все так же рассматривая его. — А что за мероприятие?

— Сбор образцов, — уклончиво ответил Жон, допивая остатки какао. — Ничего опасного, честно. Профессор Гудвич расписала инструкцию на три страницы.

— И всё же?

— Древесный сок, — признался он, поняв, что сестра не отстанет. — Зачем-то нас отправят собирать сок каких-то местных деревьев, я не запомнил название.

— Древесный сок, — повторила Сафрон, и в её голосе прозвучало откровенное сомнение в том, что её брата отправляют в лес исключительно ради сбора каких-то растительных ингредиентов. — Звучит как оправдание для того, чтобы не рассказывать сестре, куда тебя на самом деле пошлют. Завтра, говоришь?

— Завтра, — подтвердил Жон, поднимаясь из-за стола. — И пока я не знаю, насколько это затянется, так что давай договоримся так: Я буду на связи и если освобожусь пораньше, то позвоню. Хорошо?

— Договорились, — Сафрон улыбнулась, и на этот раз улыбка была тёплой, почти материнской. Она поднялась следом, поправила край скатерти, которую сбила чашкой, и вдруг добавила: — Жонни, я рада, что ты изменился.

Блондин даже замер, уже готовый попрощаться. Он ожидал чего угодно — очередного вопроса, шутки, предупреждения быть осторожнее. Но не этого.

— Правда? — вырвалось у него.

— Правда, — она подошла ближе и легонько щёлкнула его по носу, совсем как в детстве. — Ты стал увереннее. Спокойнее. Я всё ещё волнуюсь, я твоя сестра, это моя работа, но теперь я хотя бы вижу, что ты справляешься. Так что иди, собирай свой древесный сок, спасай мир или чем вы там в Биконе занимаетесь? Но вечером чтоб был у меня.

— Буду, — пообещал Жон, чувствуя, как от её слов внутри разливается что-то тёплое, сравнимое разве что с тем самым какао, которое он только что допил. — Кстати, насчёт Лаванды. Сможешь по возвращении передать ей от меня коробку вейльских конфет, если их прикуплю на днях? В качестве извинения.

— Тебе понадобится много конфет, братишка.

Они обнялись ещё раз, на прощание, и Жон вышел из «Золотого Листа» с ощущением, что одна из тяжелых каменных плит, давивших на плечи последние недели, наконец-то дала трещину. Общение с сестрой реально помогало успокоиться.

Обратная дорога в Бикон прошла незаметно. Он смотрел в окно Быкоглава на проплывающий внизу город, постепенно сменяющийся зелёными массивами пригородов, а затем и знакомым силуэтом башен академии, и думал о том, что его жизнь налаживается. Жизнь, в которой есть место какао с зефирками, дурацким шуткам про чемпионку и обещаниям прийти вечером в гости и в которой нет укачивания от транспорта.

Даже вспомнив тот случай из детства с Лавандой и мальчишкой из Атласа, который сегодня ни к месту уже припомнила Сафрон, умиротворённый блондин наконец разобрался, почему она привела в пример именно его.

Лаванда являлась самым младшим ребёнком в семье Арков, поэтому конкретно тогда Жон также присматривал за ней. И ему влетело от отца за то, что он впутал и себя, и её в ту наивную авантюру. Разумеется, не слишком жёстко, потому как фактически набедокурить они не сумели, но то был один из первых уроков ответственности, надёжно отложившихся в его памяти.

С тех пор парень не мог смотреть на младшую сестру и не думать в первую очередь о том, сколько окружающих вещей могут навредить ей в следующий момент, если он задержится.

Получается, Сафрон пыталась намекнуть Жону, что она тоже не может перестать о нём волноваться. Или так можно было считать до того, как она с призналась, что рада случившимся с ним переменам. Пусть она и не знала, какие вещи их вызвали.

Ошеломительная степень доверия. Будто его наконец признали достаточно взрослым, чтобы не волноваться за него каждую секунду.

И это в свою очередь вызывало радость у самого Жона. Он не хотел, чтобы Сафрон волновалась по пустякам.

Оставалось надеяться, что его мама тоже не будет сильно волноваться.

Когда Быкоглав мягко затормозил у посадочной площадки Бикона и Жон ступил на мощеную камнем дорожку академии, солнце уже начало клониться к горизонту. До отбоя оставалось несколько часов, а для Жона целая ночь в которую он не собирался спать. Надо было отдохнуть от странного мира его сна.

Путь до общежития он проделал почти на автомате. Знакомые коридоры, знакомые повороты, приглушённый гул голосов за дверями других командных комнат, всё это уже казалось привычным, почти родным. Около двери JNPR он на мгновение задержался, прислушиваясь. Изнутри доносился приглушённый смех Норры и приглушённый голос Рена, что-то спокойно объясняющего ей.

Жон толкнул дверь и вошёл.

— О, Жон-Жон вернулся! — тут же оживилась Норра, сидевшая на своей койке со Свитком в руках. Судя по мелькавшим на экране ярким вспышкам, она играла в какую-то аркаду и параллельно болтала с Реном, который сидел на полу, скрестив ноги, штопая какую-то одежду, то ли накидку, то ли ещё что-то, Жон так и не понял. — Как там твоя сестра?

— В полном порядке, — ответил Жон, прикрывая за собой дверь и проходя к своей койке. — Мы давно не виделись, но было полное чувство, что она совсем не изменилась. Договорились завтра вечером ещё встретиться.

— Думаешь у тебя будут силы после завтрашнего практического занятия? — с легким интересом поинтересовался.

— Не думаю, что у меня есть выбор, — Жон фыркнул, постаравшись выглядеть круто и уверенно. — Старшая сестра надеется на меня, так что я просто обязан показать себя лучше всех.

— Прекрасный настрой, — Пирра вежливо улыбнулась.

Разговор затих сам собой, когда Рен погасил верхний свет, оставив лишь слабое сияние ночника у койки Норры. Та, впрочем, почти сразу отключилась, свернувшись калачиком, и её тихое сопение заполнило комнату вместе с ровным дыханием Рена. Пирра пожелала Жону спокойной ночи, укрылась одеялом и вскоре затихла, оставив его наедине с ночной тишиной академии.

Жон, однако, лежал с открытыми глазами. Спать не хотелось, причём во всех смыслах. Не было ни физической сонливости, ни желания как такового. Он чувствовал, что нуждается в отдыхе от мрачного мира, а ещё боялся.

Сафрон, хоть и приняла его отговорки, а явно заметила, что Жон изменился куда больше, чем можно было ожидать. Время в мире его сна время длится незаметно, казалось, что оно тянулось так медленно, что будто застыло. Этот обман рассеивался только после смерти в том мире. Вернувшись Жон иногда подсчитывал количество дней и ночей, смену которых мог заметить и отследить, иногда осознавал: он был там там несколько дней или даже недель.

Если между двумя разговорами с Сафрон будет не сутки, а месяц, то это просто невозможно будет не заметить. И её это точно напугает, а Жон не хочет пугать свою сестру.

Пускай тот странный и жестокий мир потерпит одну ночь, а сам Жон в это время отдохнёт.

Утро встретило Бикон прохладным ветром и запахом хвои, доносившимся из леса задолго до того, как команды высадились на обозначенной точке. Профессор Гудвич, облачённая в походный вариант своего строгого костюма, стояла перед первокурсниками и держала в руке планшет с закреплённой на нём трёхстраничной инструкцией, которую она, судя по всему, знала наизусть.

— ...и поэтому, — монотонный голос профессора Гудвич разносился над притихшими рядами первокурсников, — вы будете собирать сок исключительно из деревьев, отмеченных оранжевыми метками. Любая попытка добыть сок из немаркированных растений будет караться снижением баллов. В прошлом году один студент перепутал метки и необратимо повредил молодое дерево.

Жон стоял в строю вместе со своей командой, чувствуя, как утренняя прохлада приятно ластится по открытым участкам кожи. Он не спал ни минуты, но, совершенно не чувствовал усталости. Наоборот, разум был ясным, а тело на удивление лёгким, словно отдых в мире яви, без погружения в мрачный мир его снов, подействовал даже лучше обычного продрыха в кровати.

Он был готов к практическому занятию и, как минимум, постарается показаться “лучше всех”, как и заявил своей команде.