Избранник Мегаструктуры

Пролог

Пролог

***

Десять лет назад.

Укрепленный мир Рокот-4

Когда-то эта планета-крепость считалась неприступной. Цитадели из реликтового композита, уходящие глубоко под тектонические плиты, титанические оборонительные валы и многослойные планетарные щиты — все это должно было выдерживать осады целых армад. Теперь от былого величия не осталось ничего. Рокот-4 умирал. Атмосфера исходила багровым пламенем, почва плавилась, превращаясь в радиоактивное стекло, а рушащиеся оборонительные башни погребали под собой остатки элитных гарнизонов. Мощь развернувшейся здесь битвы просто разрывала мир на куски. Сама планета стонала от силы кто находился на нее поверхности.

Одна из лун уже начала опадать смертоносным дождем добавляющим и так не маленькие разрушения на поверхности мира.

— Представь, кем бы ты стал, будь ты с нами! Никаких рамок! Ты бы реализовал свой потенциал! Такой шанс выпадает раз в жизни! — безумец орал, не обращая внимания на ад вокруг. Даже на пороге смерти он бредил своими извращенными идеалами.

Стоило ему заткнуться, как в меня выстрелили. Концентрированный бело-зеленый луч толщиной с бедро бессильно разлетелся искрами о мою броню — тело окутывал непроницаемый кокон из личной ауры. Я знал, что он просто тянет время. Тем лучше. Обожаю демонстрировать врагам их полное ничтожество.

Чудом уцелевший вражеский стрелок из последних сил вскинул лучевую винтовку. Весьма отважный поступок. Жаль, глупый — бедолага умер быстрее, чем успел сделать следующий вдох. Небрежно брошенный мною кусок металлического мусора разорвал его на кровавые ошметки.

Землю вокруг густо застилали тела убитых мною врагов. Среди них часто попадались автоматоны, служившие личной гвардией одному из генералов-фанатиков. Нетривиальное, слишком продвинутое снаряжение выдавало в этих машинах наследие куда более развитой эпохи.

— Мне не по пути с безнравственными тварями, — мой голос был ледяным. Это не угроза, а приговор. — Я уничтожу вас. Сотру в порошок ваши идеи, планы и идеалы. Вам не место в этой вселенной.

Они не заслуживали жалости. Жажда силы заставила их сжечь целый мир, и это ставило финальную точку в их судьбе.

В небесах проступили зловещие силуэты. Авангардный флот врага прибыл вовремя, чтобы спасти своего лидера. Их многометровые корабельные пушки, созданные для уничтожения дредноутов, разом ударили прямо по мне.

Я встретил этот залп лицом к лицу. Подавил чужую мощь своей и швырнул в ответ сжатую до критического предела сферу бурлящей плазмы. Энергия на моих руках спрессовалась до осязаемой плотности, превращая кулаки в абсолютное оружие.

Рвать этих врагов на части было приятно. Ломать чужую броню, дробить кости, сносить головы — привычное, до боли знакомое дело. Опыт сражений говорил сам за себя.

Я находился в своей родной стихии. Стихии разрушения и уничтожения. Хоть, она мне далеко и не нравилась.

***

Она принадлежала к одному из Великих Домов, властвовавших в обжитых регионах Мегаструктуры. Один лишь факт родства с титанами, которые когда-то завоевали эти бескрайние сектора и установили здесь железный порядок, делал молодую леди неприкасаемой особой. В её жилах текла кровь завоевателей, и Тесса несла это знамя с абсолютной, граничащей с высокомерием гордостью.

— На что уставился? — бросила девушка, проходя мимо гвардейца.

Тяжело бронированный боец, чья силовая броня могла выдержать прямое попадание из кей-пушки тяжелого калибра, поспешно опустил взгляд в пол, не смея перечить дочери повелителя. Он застыл на посту у входа в жилые ярусы, где гладкие стены из неизвестного темного сплава уходили в темноту бесконечно высокого потолка.

— Леди Тесса, Патриарх ждет вас в своих покоях, — старый слуга соткался из воздуха, словно сошедшая со стены тень. Впрочем, иного от мастера скрытого клинка его уровня ждать и не приходилось. Подобные слуги стоили дороже целых боевых батальонов на внешних рубежах.

— Скоро буду.

Девушка поправила перевязь с клинком на поясе — фамильное оружие послушно звякнуло, откликаясь на её внутреннюю энергию. Тесса направилась к массивным двустворчатым дверям. Створки, отлитые из реликтовой, стали, были настолько огромными, что внутрь мог бы пройти тяжелый боевой мех в полный рост. За монументальной роскошью отцовских покоев скрывалась впечатляющая, смертоносная функциональность: скрытые кей-турели сверхтяжелого калибра и барьеры силовых полей были интегрированы прямо в барельефы, изображающие древние триумфы Дома.

Шагая по гулкому антрацитовому полу, Тесса невольно возвращалась мыслями к недавней стычке на нижних ярусах. Наглец извне действовал пугающе эффективно. Вспоминая, как легко он читал траектории ее клинка и с какой ленивой грацией уклонялся от выстрелов реликтового вооружения гвардии, воительница до сих пор чувствовала укол уязвленной гордости. Тот чужак не просто нарушил границу Мегаструктуры — он прошел сквозь элитные заслоны Дома, словно прогуливался по пустому коридору. И сейчас ей предстояло отчитаться за то, что она упустила его.

Переступив порог, воительница сразу преклонила колено. Традиции Дома были суровы, а законы иерархии — абсолютны: никто, даже родная кровь, не имел права выказывать непокорность Верховному лидеру.

— Приветствую вас, отец.

Тронный зал поражал монументальностью. Пространство шириной в несколько сотен метров казалось почти пустым. Здесь не было ничего лишнего — среди равных себе Патриарх слыл аскетом, признающим лишь необходимую демонстрацию власти и силы. Его трон, высеченный из цельного куска ниора, возвышался на постаменте, к которому вели ровно сто ступеней.

На мгновение у Тессы перехватило дыхание, а по коже пробежали тяжелые искры. Аура Владыки Дома оказалась настолько густой, плотной и физически тяжелой, что буквально давила к полу, заставляя воздух вокруг него мерцать от колоссального напряжения. Поистине, в этой вселенной не было существ сильнее, чем ее отец и остальные Великие Воины. Они были живыми богами этой обитаемой Мегаструктуры.

— Встань, дочь моя, — густой, насыщенный первородной мощью голос Патриарха мгновенно заполнил все пространство зала, заставив вибрировать сами плиты пола.

— Благодарю.

Тесса поднялась, стараясь держать спину идеально прямой, хотя под весом отцовского давления это требовало немалых усилий.

Патриарх выглядел как невероятно привлекательный мужчина лет тридцати с небольшим. Но стоило присмотреться, как это мимолетное ощущение нормальности бесследно исчезало. Его рост превосходил любого, даже самого высокого представителя человеческой расы — правитель возвышался над окружающими подобно изящному титану. Эта аномальная, запредельная стать, и вечная молодость были напрямую связаны с той грандиозной мощью, которой он обладал. Глава Дома пренебрегал тяжелыми доспехами. Он был одет в простой, не стесняющий движений наряд из струящейся ткани, напоминающей редчайший космический шелк глубокого темно-синего цвета. Самой примечательной чертой его лица оставались глаза: их яркая, неестественно насыщенная радужка сейчас едва заметно пульсировала, готовая вспыхнуть слепящим светом при малейшей вспышке гнева.

— Мне донесли, что ты устроила потасовку во внешних отсеках, — глава Дома подпер подбородок рукой, его глаза, лишенные зрачков и светящиеся ровным внутренним светом, уставились на дочь. В его тоне скользило ленивое любопытство хищника, которому на мгновение стало скучно. — Что же удостоилось твоего личного внимания?

— Я встретила очень интересного человека, отец. Он проник в Мегаструктуру извне, явно незаконным путем. И он обладает уникальной... я бы даже сказала, пугающей силой.

Глава 1.

Глава 1

Никогда не задумывался, до чего же красивым оказывается простое звёздное небо. Эти мириады огоньков далёких звёзд и галактик просто невероятно прекрасны. Они находятся обманчиво близко и взирают на нас, смертных, своим безграничным светом. Мироздание воистину огромно и бесконечно, и, к сожалению, оно таит в себе не только чудеса и красоту, но и ужасы и жестокость.

Сигарета почти закончилась, а я даже не прикоснулся к ней, не сделав ни одной затяжки. Много лет тому назад я бросил курить, поклявшись больше никогда не прикасаться к этому проклятому предмету. Лёгким движением пальцев я сбросил окурок и отошёл немного в сторону, разминая шею.

Но та, при которой я давал эту клятву больше не курить, погибла. Как и немало других весьма достойных людей. Все они канули в небытие, и от них осталась лишь память. Прошло так много времени, что, наверное, даже их останки превратились в ничто. Они были убиты.

Оклюзиада — группировка невероятно сильных людей с особыми способностями. Даже по меркам межпланетных одарённых разумных они выделяются своими исключительными возможностями. Они одержимы разными, весьма деструктивными намерениями, и сколько членов насчитывает эта организация, можно только догадываться. В последний раз одним из региональных штабов была целая планета, населённая исключительно ими. И это был весьма крупный центр их командования: процветающий мир диаметром в четырнадцать тысяч километров, вращавшийся вокруг звезды типа оранжевого карлика. Сильно укреплённое место с целым патрульным флотом, звёздными крепостями и орудийными станциями, вращавшимися по синхронным орбитам.

Столько одержимых ублюдков мне ещё никогда не доводилось встречать. К моему удовлетворению, мало кто покинул эту систему живым. Пришлось потрудиться и убрать этот мусор. Всё, что можно было оставить целым, было оставлено, а всё остальное, включая их монументы и храмы, отправилось в термоядерную печь звезды.

Одержимые стремлением возвыситься до чего-то высокого и удивительного, они шли на всё, и их власть стремительно расширялась. Они выбрали отличное время: на фоне глобальных конфликтов смогли оторвать себе хороший кусок обжитых миров и, по сути, стать одной из сил в этой вселенной, с которой пока не могли или не хотели считаться игроки малой и средней руки. Но, тем не менее, их взлёт был впечатляющим.

Образовалась эта группировка на далекой и ничем не примечательной планетке на отшибе нашей галактики. Там не было ничего особенного. Обычный, не слишком развитый мир, где не было ничего: ни супер-ресурсов, ни наследия древних технологий. Просто дальний космос, который пока никому не был нужен. Спокойная, размеренная жизнь, не затронутая ни катаклизмами, ни чем-то ещё. Моё расследование дало намёки на то, что тогда они не были чем-то особенным, по крайней мере не все из них.

Первоначальное ядро в своём составе имело несколько сильных и влиятельных людей, разумеется, только среди своего болота. Факт состоял в том, что именно это ядро, именно они стояли за всем этим.

С ними что-то произошло, и их таланты начали пробуждаться. Я пока не знаю, что они для этого сделали, эти чертовы фанатики. Но предполагаю, что с ними произошло нечто вроде Прояснения Сознания или пробуждения спящей силы. Каким-то образом неотёсанные провинциалы обрели Озарение и Просвещение. Они создали нечто вроде культа или секты, но в какой-то степени это даже напоминало корпорацию — со сверхточным использованием человеческих ресурсов в своих интересах.

В общем деле мне противостояла целая раковая опухоль, состоящая из людей, которые искренне верили в своё правое дело и совершали порой невероятные по своей жестокости и объёму вещи.

Я зажёг ещё одну сигарету с помощью подаренной зажигалки — настоящий археотех, ручная работа, как я теперь знаю. Брошенный ранее окурок я сжёг волевым усилием. Не люблю мусорить. Вернув взгляд к земле, я пригляделся к обелиску — цели, ради которой проделал весь этот путь.

— Итак, давай посмотрим поближе на эту штуку.

Я был спокоен, ведь никакого ощущения опасности от этого абсолютно инертного предмета не исходило. Обелиск был опутан различными проводами и странными приборами, так что сразу можно было понять: здешние люди что-то исследовали. И, глядя на вещь, найденную на луне газового гиганта, их можно было понять.

Из развороченной взрывами земли торчал пятиметровый четырёхгранный пилон из грубого, необработанного метеоритного железа. На фоне привычного пейзажа он выглядел абсолютно чужеродным телом, словно его на огромной скорости вбили в многострадальную почву прямо из глубокого космоса. Густой, маслянисто-чёрный металл обелиска казался невероятно плотным и тяжёлым — он не просто не отражал свет, а будто деформировал пространство вокруг себя, заставляя лучи солнца неестественно преломляться на его рваных гранях. На нём не оседала копоть боя, а капли дождя и брызги грязи испарялись в миллиметре от поверхности, с тихим шипением превращаясь в пар. Артефакт полностью игнорировал законы этого мира: вся его поверхность была покрыта сетью глубоких трещин, которые, вопреки логике, не раскалывали монолит, а удерживали его зловещую целостность.

— Какой-то особенно неприятный предмет. Пожалуй, оставлять его здесь будет не самой хорошей идеей. Просто уничтожу.

Произнеся это вслух, я уже решил, что с ним делать. Уж больно отталкивающей была эта вещь. Но пока, после зачистки их исследовательской базы, можно было и немного передохнуть.

Как бы печально ни было это осознавать, даже приложив все свои способности, я смог убить только двоих из шести человек, причастных к этому делу. Ублюдки хорошо прятались, а ещё умели собирать вокруг себя последователей разных статусов, взглядов, умений и рас. Они превосходно заговаривали зубы и вбивали в головы то, что им было нужно. Страшные люди, гораздо страшнее всяких чудовищ или тиранов.

Холодная ярость горела неумолимо, стабильно согревая душу. Вздохнув, я опустился на одно колено. Надписи на странном даже для меня камне выглядели незнакомо. Я раздумывал над тем, чтобы применить делингвинизатор, чтобы перевести символы на понятный язык, но вместо этого стал вспоминать, как здесь оказался, точнее, как нашёл дорогу к этой интересной вещице.

Один из важных прихвостней Шестёрки указал на это место. Ублюдок оказался на удивление крепким орешком, и, чтобы его разговорить, пришлось обращаться к моим старым знакомым с одного дикого мирка.

Ох, но оно того стоило. Его знания оказались более чем полезны. Но вот чтобы пробиться сюда, пришлось постараться. Бросив взгляд через плечо, я осмотрел орды стражей-чудовищ, охранявших это место. Теперь от них остались лишь разбросанные по земле туши. Некоторые были разорваны на части, другие лежали с переломанными конечностями и вывернутыми наружу внутренностями. Из глубоких ран медленно вытекала густая, почти чёрная кровь, смешиваясь с грязью и дождевой водой. Где-то ещё тлела обугленная плоть, а над наиболее сильно повреждёнными телами клубился едкий дым. Запах крови, горелой плоти и озона висел в воздухе, смешиваясь с запахом недавнего боя. Особенно сильно среди них выделялось несколько экземпляров, среди которых был настоящий исполин размером с небольшую гору — двухсотметровая тварь. Именно гигант оставил на моём боку незатягивающуюся рану, из которой медленно вытекала кровь. От такого я сразу не умру, но сражаться в полную силу до полного восстановления мне не светит.

— Чёртова рана непростая. Эта их энергия… Она довольно странная… - Внутренности скрутило адски резкой стреляющей болью, приступ заставил появится испарине на моем лбу.

Структура их энергии мне незнакома. И, о чёрт! Как же она жжёт мой бок! Будто в боку проворачивают сотни изогнутых игл. На яд не похоже — организм давно бы среагировал. Блядь, это продукт распада этой энергии.

Перебарывая боль, я сконцентрировался и стал усиливать поток собственной энергии в этом участке тела. Требовалось значительное количество сил, чтобы побороть это странное воздействие.

Пока последний выродок не будет убит, я не успокоюсь. Но сражаться с целыми звёздными армиями мне не под силу. Ибо, как бы силён я ни был, потолок всё равно не преодолеть. Остаётся лишь искать могущественные артефакты или преодолевать собственный предел роста.

В следующий миг обелиск завибрировал.

Сначала едва заметно, словно внутри него проснулся какой-то механизм. Затем вибрация усилилась, превратившись в низкий, глухой гул, который отдавался где-то глубоко под землёй. Дрожь мгновенно передалась почве — в радиусе десяти метров земля заходила ходуном, а мелкие камни, гильзы и осколки оружия оторвались от поверхности, зависнув в воздухе.

Из глубоких трещин пилона повалил едкий люминесцентный фиолетовый туман, пахнущий озоном и жжёной кровью. Гудение стремительно нарастало, пока не переросло в яростный, бьющий по барабанным перепонкам рёв, от которого закладывало уши.

Я замер, не сводя взгляда с обелиска.

Металл начал раскаляться, но не от тепла, а от переполняющей его энергии. Фиолетовые сполохи внутри трещин заструились вверх, словно бешено несущиеся потоки данных, пробегая по всей поверхности пилона.

Ещё мгновение назад он был абсолютно мёртвым и инертным.

Теперь же передо мной словно оживало нечто, чему вообще не полагалось существовать.

Итак, разглядывая эту пятиметровую вещь, я всё же решил прикоснуться к ней. Как только мои пальцы коснулись холодного и отполированного камня, секундное промедление — и символы загорелись, а затем преобразились в знакомые мне буквы, которые я смог прочитать без труда.

«Добро пожаловать, Избранный! Вы подходите для вхождения внутрь Мегаструктуры. Перенос начнётся через…»

5…

4…

Появился циферблат, отсчитывающий оставшиеся три секунды, но эти секунды шли как-то неправильно, что ли. Ведь я могу сбежать. Но словно почувствовав моё намерение, отсчёт значительно ускорился.

3… 2… 1…

И вспышка, напоминающая сверхновую, затопила всё вокруг нестерпимым светом. Я на мгновение пожалел, что пришёл сюда, но ведь ни приборы, ни моё чутьё не показывали, что это была ловушка! Камень был абсолютно инертен во всех смыслах!

Эти мысли пронеслись в моём разуме меньше чем за долю секунды, после чего я ощутил жёсткое вторжение в саму свою сущность, словно некий хирург проводил вскрытие за одно мгновение. Моё сознание отключилось практически сразу.

И затем… наступила абсолютная темнота.

Глава 2.

Некоторое количество лет назад

— Теперь они заплатили за это сполна.

— Столько смертей... Ты уверен, что это правильный путь?

Рядом со мной стоял старый знакомый — монах Нурэк. Несмотря на все знания, которыми он обладал, он оставался удивительно миролюбивым человеком. Он по-прежнему верил во что-то высшее и святое, не превращая свою веру в фанатизм. Таких людей я встречал крайне редко. Именно поэтому до сих пор терпел его общество.

— Более чем уверен. Это лишь начало. Сегодня сдох первый из тех, кто должен ответить за всё. Остальные тоже умрут. Рано или поздно я найду каждого.

Нурек тяжело вздохнул.

— Вижу, ты уже всё решил. Переубеждать тебя бессмысленно. Что ж... Эти люди творили зло осознанно. Они знали, что делают, и сами выбрали этот путь. Мне остаётся лишь пожелать тебе удачи, друг. Путь, по которому ты идёшь, будет очень долгим.

Я сидел на груде разбитого камня, некогда бывшего личной резиденцией этого ублюдка. Закурив очередную сигарету, я молча смотрел в безразличное звёздное небо.

— Обещал Аннет, что больше никогда не закурю... К чёрту эту клятву.

Сделав глубокую затяжку, я медленно выпустил дым вверх. Странно было снова чувствовать во рту вкус табака. Он давно уже не мог причинить мне вреда, но привычное ощущение всё равно действовало успокаивающе.

— Не думаю, что она одобрила бы всё это.

Я усмехнулся.

— Ты плохо её знал. Скорее всего, она сама бы пришла сюда вместе со мной.

Я обвёл рукой усеянное телами поле.

— Перед тем как начать эту охоту, я собрал о них всё, что смог. Работорговля. Терроризм. Ритуальные бойни. Наркотики. Оружие. Они развязывали войны на целых мирах, сталкивали цивилизации между собой, а затем наживались на хаосе. Каждый из лежащих здесь заслужил свою смерть.

Нурек долго молчал.

— Возможно... я действительно не знал её до конца. Но я хорошо помню её свет. Эти люди были чудовищами, и мир действительно стал лучше без них. За это я благодарен тебе.

Он сделал небольшую паузу.

— Но ответь мне честно... Когда ты убивал их... когда смотрел в глаза тем, кто молил о пощаде... что ты чувствовал?

Я сделал ещё одну затяжку.

— Ничего.

Монах не отвёл взгляда.

— Совсем ничего?

— Ничего.

Сигарета медленно тлела между пальцами.

— Чтобы ненавидеть, нужно считать противника равным себе. Они были не врагами... Они были болезнью. А болезни не ненавидят. Их вырезают.

Нурек прикрыл глаза.

— А если однажды кто-нибудь посмотрит на тебя точно так же?

Я криво усмехнулся.

— Значит, окажется сильнее меня.

Несколько секунд между нами висела тишина.

— Ты изменился.

— Конечно.

— Аннет полюбила совсем другого человека.

Я медленно поднялся на ноги.

— Тот человек умер вместе с ней.

Всё моё тело покрывали раны различной степени тяжести. Целой кожи почти не осталось. Доспех местами расплавился, кровь медленно стекала по рукам, а каждое движение отдавалось тупой болью.

И всё же...

Каким образом я вообще ещё стоял на ногах?

Но даже эта боль была ничем по сравнению с тем, что творилось внутри.

Нурек сделал несколько шагов вперёд. Что-то в его поведении изменилось. Что-то едва уловимое.

Я прищурился. И только сейчас понял, что именно. В глубине его глаз медленно разгорался белый свет.

— Ты победил их, Сильнейший. - Его голос изменился. Он стал глубже. Спокойнее. Словно говорил уже не сам Нурек.

— Твоя сила стёрла их с лица Вселенной. Но её это не вернуло.

Белое сияние становилось всё ярче.

— Сколько бы миров ты ни прошёл...

— Сколько бы врагов ни убил...

— Тот день останется с тобой.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Ты воюешь уже не с ними.

Пауза.

— Ты воюешь с самим собой.

— Хватит. - Я сам не понял, почему сказал это.

— Открой глаза... – Его голос утонул в вечности.

***

Фраза всплыла в памяти неожиданно ясно — голос давно умершего друга.

— Ах, эта чёртова избыточная регенерация... Ну ты прямо какой-то бог, а не человек. Есть ли вообще что-то, что способно тебя убить или хотя бы серьёзно ранить?

Адам всегда любил шутить. Он обладал редким даром находить повод для улыбки даже в самые тяжёлые времена и постоянно пытался заставить остальных хотя бы ненадолго забыть о проблемах. Светловолосый, высокий парень с открытым и добрым лицом легко располагал к себе людей. Рядом с ним даже самые мрачные дни казались немного светлее.

К сожалению, его больше не было. Как и многих других близких друзей, хороших знакомых. Его голову отделили от тела и поместили на алтарь. Демонстрация силы. Послание. Еще одна Попытка сломать меня, заставить почувствовать страх или отчаяние.

Не получилось. Вместо этого во мне поднялся с новой силой лишь праведный гнев. Холодный, тяжёлый и почти бездонный. Именно он стал той силой, которая позволила продолжить мой дальнейший путь.

За свою жизнь я испытал множество видов боли. Раны, способные убить обычного человека за секунды. Разрушение тела, воздействие чужой энергии, которая могла уничтожать саму структуру плоти. Боль от потерь, предательства и поражений.

Но эта была другой. Незнакомой. Забытой.

Она напоминала обычную мышечную боль после тяжёлой тренировки — ощущение, которое давно исчезло из моей жизни. Когда тело напоминает человеку о собственных пределах, о том, что оно не является чем-то совершенным и неуязвимым.

Только вот я уже слишком давно забыл, что значит иметь подобные ограничения.

Но болела не только моя физическая оболочка. Что-то внутри меня тоже испытывало страдание. То, что люди называют душой.

Да, существование души уже давно перестало быть предметом веры. Как и существование особых сил, необычных явлений и разумных существ, способных превосходить обычных людей во много раз.

Сложно сказать, когда именно человечество впервые узнало об этом.

До выхода в космос? До встречи с бесчисленными цивилизациями и расами? До эпохи, когда невозможное стало привычной частью жизни? Или уже после?

Я не помнил. Да и кто вообще мог помнить всё это?

Но вероятно, такие существа существовали. Создания, чей возраст измерялся не годами и даже не тысячелетиями. Для них события, которые человечество считало древней историей, могли быть лишь недавними воспоминаниями.

В любом случае всё это произошло в более спокойную эпоху. До того, как великие силы начали сталкиваться между собой. До того, как целые миры стали лишь фигурами на поле игры тех, кто обладал достаточной властью.

Мысли исчезли так же быстро, как появились.

Следом вернулась жажда. Сильная. Настолько сильная, что на несколько мгновений все остальные ощущения потеряли значение. Мне хотелось воды. Самой обычной воды.

Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз ощущал подобную потребность. Именно она заставила меня двигаться.

С трудом открыв глаза, я обнаружил себя лежащим на холодном каменном полу. Лишь тогда стало понятно, что именно вернуло меня в сознание — прохлада плит под телом.

Я попытался призвать свою силу. Ничего. Это действительно заставило меня насторожиться.

Ощущение было странным. Словно человек внезапно потерял способность чувствовать одну из своих конечностей и теперь пытался заставить её двигаться.

Медленно моргнув, я заставил зрение сфокусироваться. Пелена перед глазами начала рассеиваться, открывая окружающую реальность.

Я находился в огромном зале. Настолько большом, что первое впечатление создавал не внешний вид помещения, а его масштаб. Пол состоял из цельных плит серого камня, идеально ровных и лишённых каких-либо следов обработки. Стены уходили высоко вверх, теряясь в полумраке, создавая ощущение древнего склепа или гигантского бункера.

Окон не было. Дверей тоже. Лишь тусклый мертвенно-белый свет исходил прямо от потолка, словно сам материал обладал способностью излучать его. Воздух был сухим, стерильным и абсолютно неподвижным.

Я попытался резко подняться, но тело тут же отозвалось волной слабости. Мои конечности снова подкосились, и я рухнул обратно на камень.

Пространственный перенос. Он оказался намного тяжелее, чем я ожидал. Казалось, мою структуру разобрали и собрали заново, оставив после этого неприятное ощущение внутреннего дисбаланса.

Вместо паники я остановился. Контроль. Всегда контроль. Глубокий вдох постепенно возвращал ясность сознания.

Моя гордость не позволяла показать слабость даже перед пустой комнатой.

Несколько секунд я просто стоял, оценивая состояние тела.

Обычная мышечная Сила была на месте. Я чувствовал её, но словно за невидимой стеной. Кто-то или что-то не уничтожило мои способности. Их просто изолировали.

Подобного эффекта я раньше не встречал.

Медленно переминаясь с ноги на ногу, я поправил одежду и привычным движением отряхнул ее и волосы от мусора и пыли.

Несмотря на ситуацию, я не смог сдержать лёгкую усмешку. Похоже, я снова оказался втянут в нечто интересное.

Взгляд внимательно изучил помещение.

Комната была абсолютно пустой, если не считать трёх массивных каменных арок на противоположной стене. Над каждой из них находился странный символ, который медленно пульсировал слабым светом.

Я сделал первый осторожный шаг вперёд.

Ощущение давления постепенно уменьшалось. Моё восприятие пространства адаптировалось, и место больше не казалось таким чужим.

Пройдя через один из проходов, я оказался в просторном коридоре. Он был настолько широким, что по нему спокойно могла бы пройти целая колонна тяжёлой техники, хотя здесь не было ни следов движения, ни признаков того, что этим местом вообще кто-либо пользовался. Камень под ногами выглядел абсолютно новым, словно время не имело над ним никакой власти.

Вскоре коридор вывел меня в другой зал. Он разительно отличался от предыдущего.

Если первая комната напоминала древний саркофаг или заброшенное хранилище, то здесь всё выглядело иначе. Стены и пол были выполнены из белоснежного материала, который напоминал камень, но при этом казался чем-то совершенно другим. Поверхность была идеально ровной, а отдельные блоки соединялись настолько точно, что между ними практически невозможно было заметить даже мельчайших зазоров.

На мгновение я задержал взгляд на кладке.

Подобное качество исполнения было почти невозможным.

Даже развитые цивилизации, с которыми мне доводилось сталкиваться, не всегда могли добиться подобного уровня точности.

В центре зала находилось существо.

Сначала я принял его за человека, но приглядевшись. Я принял нечто, пытающееся выглядеть человеком.

Оно сидело за обычным письменным столом, на котором были разложены документы, бумаги и какие-то неизвестные мне материалы. Рядом лежала небольшая папка, а само создание спокойно занималось своей работой, словно находилось не в неизвестном месте внутри загадочной структуры, а в собственном кабинете.

Именно эта обыденность выглядела наиболее странно.

Его тело имело гуманоидную форму, но человеком оно не было. Создание состояло из белого света. Не иллюзии. Не проекции. Свет словно стал для него настоящей осязаемой материей.

Его форма была достаточно чёткой, чтобы различать очертания тела, лицо и руки, но при этом внутри постоянно двигалось слабое сияние, будто передо мной находился не организм, а нечто совершенно иное.

Оно было одето в классический костюм, который выглядел настолько аккуратно и качественно, что сразу было понятно — это не простая одежда.

И всё же больше всего внимания привлекла не его внешность.

А кружка. Самая обычная кружка, стоявшая среди документов на краю стола. На ней был какой-то незнакомый логотип и надпись: «АрРыцари». Она очень сильно походила на те самые обычные предметы, которыми пользовались работники офисов.

Я не придал этому особого значения.

В конце концов, после существа из неизвестного мне вида света и невозможного помещения подобная мелочь выглядела далеко не самым странным событием.

Хотя сам факт того, что кто-то подобный спокойно сидел за столом и пил что-то из кружки, был весьма необычным.

Запах напитка вызвал неожиданную ассоциацию.

Кофе.

Самый обычный растворимый кофе, который в мою эпоху уже давно стал скорее исторической редкостью.

Существо заметило меня только тогда, когда я приблизился примерно на двадцать метров. Оно медленно подняло голову. Если это вообще можно было назвать головой. Два светящихся глаза посмотрели прямо на меня.

И в этот момент я впервые за долгое время почувствовал не страх. А любопытство.

Я видел множество разумных видов. Человекоподобных и абсолютно чуждых. Встречал существ, чей внешний вид мог вызвать ужас у большинства людей. Но никогда прежде не видел ничего подобного.

Самое странное заключалось в другом. От него не исходило ничего.

Ни давления.

Ни энергии.

Ни малейшего намёка на угрозу. Абсолютная пустота.

— Почтеннейший, вы кто? — произнесло существо.

Его голос оказался неожиданно спокойным, даже приятным.

В нём не было ни высокомерия, ни холодности, которые я ожидал бы услышать от создания подобного уровня. И именно это насторожило меня сильнее всего. Внешность говорила одно, а голос — совершенно другое.

— Ты...

Я невольно замолчал.

Редко случалось, чтобы я не мог сразу подобрать слова.

— Вы хотели спросить: «Кто вы?» — спокойно уточнило существо.

Оно сделало ещё один глоток из кружки, после чего поставило её обратно на стол и расслабленно откинулось на спинку кресла.

— Да. – Выговорил я словно, и уставился на существо.

— Тогда представлюсь. Я Смотритель Атеон. - Он внимательно посмотрел на меня.

Его взгляд ощущался странно, не как взгляд обычного существа. Он не просто смотрел на моё тело или одежду. Казалось, он анализировал саму структуру моего существования.

Словно видел не только меня, но и то, из чего я состоял.

— А теперь позвольте задать встречный вопрос. Как вы сюда попали?

Я слегка нахмурился.

— Я сам хотел бы знать ответ на этот вопрос.

Мой взгляд скользнул по огромному залу.

Размеры помещения были слишком велики для одного существа.

Если, конечно, передо мной вообще находилось обычное создание.

«Не припоминаю ни одного известного мне вида, который выглядел бы подобным образом. Что он такое? И почему я совершенно не ощущаю от него опасности? Я словно разговариваю с пустотой»

Атеон слегка наклонил голову, словно обдумывая услышанное.

— Хм.... - Несколько секунд он молчал.

— Значит, незаконный. - Он произнёс это тихо, скорее для себя, чем для меня. — Любопытно.

Я внимательно посмотрел на него.

— Смотритель? Что это значит? Где я нахожусь? И что ты вообще такое?

Я снова попытался обратиться к собственной силе.

Безрезультатно.

Но теперь я был уверен — это не обычное подавление энергии. Гасители и нулификаторы работали иначе. Их воздействие я знал слишком хорошо.

Это было что-то другое. Возможно, какая-то неизвестная и весьма развитая технология. Или что-то, что находилось далеко за пределами технологий.

Атеон спокойно наблюдал за моими действиями.

— Ах, да.

Он слегка поднял руку в примиряющем жесте.

— Давайте по порядку. – В интонации и действии не было, никакой ни агрессии, ни настороженности.

Он вёл себя так, будто перед ним не неизвестный воин, способный уничтожать планетарные армии, а просто человек, который немного заблудился.

— Вы попали внутрь Мегаструктуры.

Я замер.

Это слово мне было неизвестно.

Атеон продолжил:

— К сожалению, иногда она ошибается.

Он немного пожал плечами.

— Понимаете, ничто в мире не может работать абсолютно без ошибок. Даже самые сложные системы иногда допускают сбои.

Я несколько секунд молчал.

— Мегаструктуры.... - Медленно повторил незнакомое слово. — Что это такое?

Атеон посмотрел на меня. Затем снова взял кружку и сделал небольшой глоток.

— Объяснить это просто невозможно. Он сделал небольшую паузу. — Но я постараюсь.

Глава 3.

— Ах, вижу, вас мучает жажда. - Атеон добродушно наклонил голову и неспешно поднял руку. — Тогда для начала выпейте воды. Разговоры всегда лучше вести, когда собеседник не думает лишь о том, как бы утолить жажду.

Стоило ему едва заметно шевельнуть пальцами, как прямо на столе появился прозрачный стеклянный графин, наполненный кристально чистой водой. Следом возник высокий стакан, по стенкам которого медленно стекали капли прохлады.

Но на этом изменения не закончились.

Сам письменный стол плавно увеличился в размерах, приобретая совершенно иной вид. Теперь это был массивный кабинетный стол, вырезанный из цельного ярко-красного дерева. Поверхность мягко поблескивала под тонким слоем воска, а каждая прожилка древесины выглядела настолько естественно, словно дерево только вчера срубили в каком-то древнем лесу.

Рядом бесшумно возникло широкое кресло с высокой спинкой.

— Думаю, будет невежливо заставлять столь редкого гостя стоять.

Я молча наблюдал за происходящим, никаких вспышек, никакой энергии, никаких заклинаний. Вещи просто... появились.

Именно это пугало сильнее всего, это была такая простая демонстрация силы.

Мои инстинкты буквально кричали об опасности. Я машинально сжал кулаки. Дыхание участилось само собой, а мысли заметались одна быстрее другой. Лишённый привычной силы, я впервые за очень долгое время ощущал себя по-настоящему уязвимым.

Атеон спокойно наблюдал за моей реакцией.

— Не переживайте. Это самая обычная вода. И нет, я не собираюсь вас отравить. В противном случае из меня вышел бы весьма странный Смотритель. - Он даже негромко усмехнулся.

Удивительно... Но Эта странная фигура из белого света вела себя настолько естественно, что тревога понемногу начинала уступать место любопытству. После короткой паузы я всё же подошёл к креслу и осторожно сел. Оно оказалось неожиданно удобным.

Взяв стакан, я выпил его залпом, прохладная вода словно оживила всё тело. Только сейчас я понял, насколько сильно меня мучила жажда. Не говоря ни слова, я снова потянулся к графину и наполнил стакан.

Атеон терпеливо ждал.

— Теперь, — произнёс я, поставив пустой стакан обратно, — может быть, вы объясните, где именно я оказался?

— Хороший вопрос. - Он задумчиво постучал пальцами по столешнице. — Но, боюсь, ответ вам не понравится.

— Всё лучше, чем полное неведение. – Устроившись поудобнее в кресле, я осторожно осматривал своего собеседника и пространство вокруг.

— Возможно. - Он ненадолго замолчал. — Видите ли... произошла ошибка.

Я прищурился.

— Ошибка?

— Именно. Насколько я могу судить, вы воспользовались проходом, который предназначался вовсе не для вас.

В памяти мгновенно всплыл обелиск.

— Значит... тот артефакт действительно был переходом. - Я медленно покачал головой. — Проклятье...

Сделав ещё один глоток воды, я посмотрел прямо на собеседника.

— Тогда скажите проще. Как мне выбраться?

— Через выход.

Ответ прозвучал настолько невозмутимо, что я даже не сразу понял, шутит он или говорит серьёзно.

Похоже, серьёзно.

Проследив за моим взглядом, Атеон указал куда-то мне за спину.

— Он находится именно там.

Я обернулся. Разумеется, никакого выхода не увидел.

— Не вижу.

— Конечно. - Атеон развёл руками. — Потому что он сейчас закрыт.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Кажется, он действительно не издевался. Просто говорил так, как привык говорить.

— Тогда, быть может, объясните, что это вообще за место?

Атеон немного оживился.

— О, это уже гораздо интереснее. - Он сделал небольшой глоток из своей коллекционной кружки с надписью: «АрРыцари», после чего аккуратно поставил её обратно. — Вы находитесь внутри Мегаструктуры.

Я повторил про себя незнакомое слово.

— Никогда о такой не слышал.

— Это совершенно нормально. - Он улыбнулся. — Очень немногие вообще знают о её существовании.

Я молча ждал продолжения.

— Мегаструктура существует ради одной-единственной цели. - Он сделал небольшую паузу. — Давать шанс.

— Шанс?

— Найти то, что невозможно найти. Обрести то, что невозможно обрести. Вернуть то, что кажется утраченным навсегда. Исполнить желание, которое невозможно исполнить больше нигде.

Я молчал, эти слова звучали слишком красиво. Слишком... Невероятно.

— Но вы же сами сказали, что произошла ошибка.

— Да.

— Значит, здесь должен быть кто-то другой.

— Совершенно верно.

Я задумался.

— Тогда отпустите меня обратно.

Атеон неожиданно посмотрел на меня особенно внимательно. Настолько внимательно, что мне стало не по себе.

— Любопытно...

Он произнёс это почти шёпотом.

— За всё время вы ни разу не спросили о силе. Ни о богатстве. Ни о власти. Даже бессмертие вас не заинтересовало.

Я ничего не ответил.

— Значит... - Он слегка наклонился вперёд. — Вы кого-то ищете.

Внутри словно что-то оборвалось, я ничего не сказал. Но этого оказалось достаточно.

— Понимаю. - Атеон тихо кивнул. — Тогда, возможно, вам не стоит так торопиться покидать это место.

Я медленно поднял взгляд, встретившись с этим древним созданием взглядами, и то что я увидел, породило смесь эмоций.

— Почему?

— Потому что... - Он выдержал короткую паузу. — Есть вероятность, что те, кого вы ищете, уже находятся внутри.

Мир словно замер. Я почувствовал, как сердце ударило сильнее обычного.

— Откуда... ты это знаешь?

— Я ничего не знаю. - Он спокойно пожал плечами. — Я лишь умею делать выводы. И именно поэтому предлагаю вам не спешить. Если вы уйдёте сейчас, то продолжите поиски во внешнем мире. Если останетесь...

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Возможно, поиски закончатся гораздо раньше.

Я долго молчал. В голове крутились мысли

«Если он лжёт — я потеряю время.

Если говорит правду...

Я потеряю последний шанс».

Медленно выдохнув, я принял решение.

— Хорошо. - Я поднялся.

— Допустим…

— Я согласен пройти ваши испытания.

— Отлично.

Впервые за всё время нашего разговора в голосе Атеона прозвучало что-то похожее на искреннее удовлетворение. Он даже слегка улыбнулся, и эта улыбка была одной из самых невероятных вещей, которые я когда-либо видел в своей жизни.

— Рад, что мы сумели прийти к взаимопониманию. Поверьте, вы не пожалеете об этом решении.

Я промолчал, пока что у меня не было ни малейших причин разделять его уверенность.

— Однако, — продолжил Смотритель, сцепив пальцы перед собой, — прежде чем вы сможете начать путь, необходимо убедиться, что Структура готова вас принять.

— Разве ты только что не сказал обратное? Если я уже оказался здесь, значит, она меня приняла.

— Не совсем. - Атеон покачал головой. — Попасть сюда и получить право идти дальше — далеко не одно и то же. Иногда Структура допускает ошибки. Иногда испытывает любопытство. А иногда... просто предоставляет шанс.

Он ненадолго замолчал, словно подбирая наиболее точную формулировку.

— Поэтому каждый, кто переступает этот порог, проходит три испытания. Они не только определяют вашу силу. Но и отвечают на куда более важный вопрос.

— Какой?

— Сможете ли вы выжить внутри.

Я невольно усмехнулся.

— И всё?

— Поверьте, этого более чем достаточно.

Он медленно поднялся из-за стола. Ростом Атеон оказался немного ниже меня, однако рядом с ним всё равно возникало странное ощущение, будто именно он заполняет собой всё пространство зала.

— Первое испытание самое простое. - Он неторопливо вышел из-за стола.

— Нужно лишь выдержать давление Кей.

— Кей?

Незнакомое слово прозвучало настолько буднично, словно я обязан был понимать его значение.

— Что это вообще такое?

— Основа всего, что существует внутри Структуры.

Атеон остановился в нескольких шагах.

— Представьте океан. Каждая капля воды в нём существует отдельно, но вместе они образуют единое целое. Кей похожа именно на такой океан. Она пронизывает каждый этаж, каждый камень, каждое живое существо. Здесь невозможно существовать вне её.

Он слегка улыбнулся.

— Для местных жителей это так же естественно, как для вас — воздух.

— И почему тогда я её не ощущаю?

— Потому что вы прибыли Извне.

Он развёл руками.

— Слепой не видит света, пока не откроет глаза.

Не успел я ответить, как он негромко щёлкнул пальцами. В тот же миг кабинет начал исчезать. Не разрушаться. Не растворяться в яркой вспышке. Он просто переставал существовать в привычном виде, трансформируясь во что-то другое. Довольно интересное проявление способностей. Стол исчез первым, следом кресла, шкафы. Стены изменились, приобретя новую форму. Потолок слегка приблизился и стал чем-то другим. Даже пол постепенно утратил привычные очертания.

Через несколько секунд мы уже стояли посреди огромного белоснежного пространства, не имеющего ни конца, ни края. Казалось, здесь отсутствовали сами понятия расстояния и направления. Не было ни ветра, ни звуков, ни чего-нибудь столь естественного.

Лишь бесконечная и стерильная белизна.

— Красиво, не правда ли? — спокойно заметил Атеон.

— Скорее... странно. – Я теперь понимал, что оказался перед существом гораздо более могущественным, чем все те, кого мне довелось встречать ранее.

— Это тренировочный сектор. Здесь удобно проводить испытания. Ничего не отвлекает. - Он сделал ещё несколько шагов и остановился напротив меня. — Приготовьтесь.

Я машинально размял шею. Несмотря на спокойствие Смотрителя, внутреннее чувство опасности никуда не исчезло. Наоборот, оно становилось лишь сильнее.

— Что мне нужно делать? – Сказал я, снова и снова машинально тянясь к силе.

— Ничего.

— Просто стоять?

— Именно.

Я вопросительно поднял бровь.

— Звучит слишком просто.

— Не спешите с выводами.

Атеон поднял руку.

— Начинаем. – И после его слов…ничего не произошло.

Я продолжал спокойно стоять, ожидая подвоха. Напрягая все свои органы чувств, пытаясь ощутить хотя бы намек на опасность или угрозу жизни. Сначала прошла секунда, потом ещё одна.

Я уже собирался открыть рот чтобы задать очередной вопрос, когда внезапно почувствовал лёгкое давление. Настолько слабое, что сперва решил, будто мне показалось, словно подул едва заметный ветер. К сожалению, он исчез почти сразу, но через мгновение вернулся вновь, теперь сильнее.

Воздух стал плотнее, и каждый вдох требовал немного больше усилий, но ничего удивительного. Одежда словно налилась тяжестью. Я чуть повёл плечами, разминая мышцы. Пока что ничего серьёзного.

Странное давление продолжало возрастать, медленно. И почти что незаметно, будто кто-то понемногу увеличивал вес всего окружающего мира.

Сначала Тяжелее стали руки, а спустя краткий промежуток времени ноги.Воздух начал сопротивляться каждому движению, я буквально ощущал в какой кисель он превратился.

Даже сердце, казалось, билось немного тяжелее обычного, будто после тяжелой тренировки.

Я сделал глубокий вдох и спокойно, без лишних эмоций, принял эту неприятную, но вполне терпимую ситуацию.

Атеон внимательно наблюдал за мной. На его лице не дрогнул ни один мускул, ведь у него их по сути и не было.

Прошла ещё почти минута, а я всё ещё стоял, даже не сдвинувшись с места.

Наконец Смотритель слегка приподнял голову.

— Любопытно...

— Что именно?

— Обычно к этому моменту большинство гостей уже лежат на полу.

— Серьёзно?

— Более чем.

Он снова щёлкнул пальцами. И тогда я наконец увидел то, чего прежде не замечал. Вокруг меня вращался плотный столб голубовато-серебристой энергии. Он уходил далеко вверх и вниз, насколько хватало взгляда, постоянно сжимаясь вокруг моего тела. Воздух внутри него дрожал. Даже само пространство казалось искривлённым.

Только сейчас до меня дошло, что всё это время именно эта невидимая сила давила на меня со всех сторон.

Я невольно присвистнул.

— Значит... вот что это было.

— Именно.

Атеон сделал короткую пометку перед ним тонкой папке, которая каким-то образом снова оказалась у него в руках.

— Исключительно высокая врождённая устойчивость.

Он перевернул страницу.

— Полагаю, первое испытание можно считать завершённым.

Я медленно выдохнул.

— И это считается простым?

Атеон посмотрел на меня с едва заметной улыбкой.

— Самым простым. - Он закрыл папку.

— Теперь начинается действительно интересная часть.

Атеон закрыл папку и убрал её куда-то в пространство, словно та просто перестала существовать.

— Второе испытание значительно проще по своей сути, но гораздо сложнее в исполнении. - Он сделал шаг назад. — Вам предстоит победить противника.

Белое пространство впереди дрогнуло, сначала показалось, будто воздух стал плотнее. Затем в нём проступил человеческий силуэт.

Он собирался постепенно, словно кто-то слой за слоем создавал статую из серого дыма. Контуры становились всё чётче, пока передо мной не возникло высокое гуманоидное существо почти трёхметрового роста. Его тело скрывали тяжёлые чёрно-серые доспехи. Потрёпанные временем, испещрённые зарубками и глубокими вмятинами, словно этот воин пережил сотни битв. Шлем полностью закрывал лицо, в узкой смотровой щели не было видно глаз, только густая темнота.

В правой руке существо держало громадную цельнометаллическую алебарду. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять — весила она как небольшой автомобиль. Обычный человек не смог бы даже приподнять подобное оружие. Угроза чувствовался в каждой малейшей детали дизайна, оружие было создано только для убийства и разрушения.

Я невольно улыбнулся.

— Уже интереснее.

Однако почти сразу улыбка исчезла: что-то было не так, ведь воин стоял неподвижно — слишком неподвижно, а затем сделал шаг. Именно тогда я понял, что меня насторожило: каждое его движение выглядело неправильным, словно суставы двигались не так, как должны, будто телом управлял кто-то, лишь приблизительно представляющий, как вообще ходят живые существа.

Но при всём этом не ощущалось ни малейшей скованности. Наоборот в каждом движении скрывалась опасность. Медленно отведя правую ногу назад и сместив центр тяжести, я опустил плечи, и мое дыхание само собой выровнялось. Тело уже входило в привычный боевой ритм.

На этот раз моя повторная попытка обратиться к силе увенчалась успехом: пускай не полностью, но где-то глубоко внутри будто приоткрылась тяжёлая дверь, и энергия откликнулась — слабо, совсем не так, как раньше, словно огромную реку загнали в узкую трещину, но этого было достаточно.

На губах сама собой появилась ухмылка.

— Значит... не всё потеряно.

— Разумеется. - Спокойно произнёс Атеон. — Структура не лишает силы. Она лишь приводит всех к примерно одинаковой отправной точке.

Очевидный факт лишь подтвердился. Теперь всё зависело исключительно от меня.

Воин исчез. Нет. Он не исчез. Он оказался рядом настолько быстро, что глаза просто не успели уловить само движение. Инстинкты сработали быстрее сознания.

Я рванулся в сторону. Алебарда рухнула туда, где мгновение назад находилась моя голова. Удара я не услышал, ведь раздался настоящий взрыв

Белоснежный пол разлетелся тысячами осколков. По поверхности побежали широкие трещины. Ударная волна ударила мне в грудь.

— Вот же...

Не давая противнику закончить замах, я шагнул внутрь его дистанции. Кулак вспыхнул остатками энергии. Удар.

Глухой металлический звон раскатился по залу и нагрудник рыцаря заметно прогнулся. Исполин отлетел назад метров на пять, но не упал.Конец древка с оглушительным скрежетом врезался в камень. Воин провернулся вокруг него так быстро, что тяжеленая алебарда превратилась в размазанную дугу.

— Быстро...

Следующий удар уже летел мне в висок.

Я едва успел поставить предплечье, что было объято слоем защитной энергии. И с оглушительным звуком, мне показалось, меня протаранил скоростной поезд. Перед глазами вспыхнули искры, тело сорвалось назад с такой скоростью, что все расплылось.

Я пролетел несколько десятков метров и с такой силой впечатался в стену, что камень вокруг меня покрылся сетью трещин. Воздух моментально выбило из лёгких, тело стрельнуло болью.

Несколько мгновений я просто висел в образовавшейся воронке.

— Кха... – Сплюнул я на землю. Во рту появился металлический привкус крови.

Я медленно сполз вниз, и встав, стал анализировать свои ощущения. Правая рука неприятно ныла. Похоже...как минимум трещина в кости.

Я невольно рассмеялся. Сначала тихо, а потом все громче и громче.

— Вот это уже похоже на хорошую драку...

Стряхнув с плеч каменную крошку, я выпрямился и увидел, что воин уже спокойно, без ярости и спешки, шёл ко мне, будто заранее знал исход этой схватки.

Я почувствовал, как внутри начинает разгораться давно знакомое чувство - Азарт.

Уголки губ сами поползли вверх.

— Давненько меня так не били.

Ну что же... Посмотрим, кто из нас крепче.

Глава 4.

Гигантский воитель не побежал и не бросился вперед, а просто сделал шаг.

Но этого одного шага оказалось достаточно, чтобы чудовищная четырехметровая махина за мгновение преодолела почти все расстояние. Белоснежные каменные плиты под тяжелыми латами взорвались осколками, воздух впереди загудел, а алебарда уже описывала широкую дугу, способную рассечь надвое небольшой дом. Жуткое зрелище, если такой удар попадет по мне в моем нынешнем состоянии, то ничего хорошего не будет.

Тело среагировало раньше разума, и я резко ушел влево. Массивное и толстое лезвие пронеслось буквально в нескольких сантиметрах от моего лица. Безумная скорость, и должен отдать уважение, мало кто из встреченных мною врагов мог драться также.

«Ну или я ослаб настолько, что приходится выкладываться на полную, но по правде говоря, сражение от этого менее интересным не выглядит».

Грохот от попавшего в ничто удара, оказался таким, будто внутри зала одновременно ударили десятки осадных таранов. Пол вздулся, пошел глубокими трещинами, а ударная волна с силой толкнула меня в сторону. Даже уклонение не спасло от последствий. Ноги потеряли опору, и меня отбросило назад на несколько метров.

«Действительно Чертовски тяжелый удар…»

Времени удивляться не осталось, но я подмечал все детали и то что происходило вокруг, приходилось напрягать все органы чувств ради этого.

Страж уже продолжал движение, сближаясь. Он даже не завершил замах полностью. Огромная алебарда словно жила собственной жизнью: инерция первого удара мгновенно превратилась во второй. Древко с оглушительным свистом ударило по горизонтали, пришлось изгибаться максимально, напрягая свое тело.

Я пригнулся настолько низко, насколько вообще позволяла человеческая анатомия. После сделал сильный рывок. В это время поток воздуха мот пролетавшего вблизи оружия, сорвал несколько прядей волос. Еще доля секунды — и мое тело оказалось почти вплотную к гиганту.

«Вот теперь моя дистанция.»

Правая нога резко уперлась в пол, поворот корпуса. И вся масса тела вложилась в один короткий прямой удар. По привычке я потянулся к собственной энергии… И едва не выругался.

Вместо привычного океана силы откликнулась лишь тонкая струйка. Настолько слабая, что ее почти невозможно было почувствовать. Лишь бледное серебристое свечение ненадолго окутало кулак.

Удар пришёлся точно в солнечное сплетение: раздался звон, металл дрогнул, и страж, качнувшись и потеряв баланс, сделал всего лишь один шаг назад — и всё.

Броня его доспеха была очень прочной, существо на очень короткое мгновение замерло, словно присматриваясь ко мне или решая, что принять. Его голова повернулось ко мне, движение было таким дерганным и резким, что мне подумалось, что это автоматон, тогда бы это все объясняло. И заставляло бы биться более осторожно, ибо кто его знает, какие технологии, могли быть скрыты под этой толстой броней. Опыт столкновения с внезапным переломом уже имелся.

Меня немного разочаровал тот факт, что ни трещины, никакого ощутимого дефекта на броне не наблюдалось. Ни малейшего признака сильного повреждения. А ведь еще несколько часов назад подобным ударом можно было расколоть солидный астероид.

Теперь же… даже стало слегка стыдновато.

Но, тем не менее, это позволило показать своему оппоненту, что не только он умеет бить.

- Ты вообще сделан из плоти и крови, или же просто тупая железяка?! – Я снова ринулся в ближний бой, сокращение дистанции было наиболее эффективным способом битвы с этим здоровым и сильным ублюдком.

«Мне не знаком этот сплав, но раз он выдержал удар, не настолько же все плохо?»

- Касательно этого. Могу лишь сказать, что это больше чем живое существо или просто бездушный механоид. Это некогда известный Чемпион Эгиль. – Сказал Атеон стоя в стороне, и он снова периодически делал какие-то странные пометки, по правде говоря они меня стали выбивать немного из колеи и одновременно раздражать. Что было удивительным, так это то, что следы боя ни капли не загрязнили или более того ранили Смотрителя, вокруг него было словно некое невидимое поле, что отклоняло любой лишний предмет.

Ответ от Чемпиона, последовал раньше, чем моя сформировавшиеся мысль успела логически закончиться. Огромный латный кулак врезался мне прямо в грудь. Я даже не увидел самого удар, воздух мгновенно исчез из легких. Мир превратился в бесконечную серую полосу боли.

Меня пронесло через весь зал и с такой силой впечатало в одну из белоснежных колонн в нескольких сотнях метров позади, что та не выдержала столкновения. По гладкой поверхности моментально побежала сеть трещин, Пробив где-то три, а может даже четыре колоны диаметром в пару метров, я застрял в последней. Но даже так, исчерпавшейся силы хватило, чтобы по ней поползи значительные трещины. А спустя секунду монументальная конструкция обрушилась вниз, погребая меня под градом обломков.

Пока в помещении несколько долгих секунд слышался лишь тяжелый грохот осыпающегося камня и медленно оседала пыль, из-под груды плит показалась рука, затем в сторону отлетел огромный обломок, и я неторопливо поднялся на ноги, стряхивая с плеч каменную крошку и отмечая про себя, что это было даже больнее удара древком алебарды.

Второй раз подряд, это уже не просто случайность, это закономерность. Несколько ребер треснули, раненная рука неприятно ныла уже посильнее.

Во рту ощущался металлический привкус крови. Я медленно провел языком по разбитой губе, и неожиданно для самого себя улыбнулся.

— Хм…Не думал, что удар рукой этого ублюдка будет таким, словно в меня в упор выстрелила пушка. Сколько же прошло времени, прежде чем меня так подавляли в битве?! – Злость придала мне сил, и в этот раз я не просто обратился к силе, а нагло и бесцеремонно потянулся к ней, ведь она была моей и принадлежала мне по праву, — и в этот же миг то, что было словно заперто, наконец откликнулось!

Тело жадно напитывалось силой, пока ток энергии в каналах с каждым мгновением становился всё мощнее, запуская процесс постепенного исцеления.

Стоя перед врагом, я отчетливо понимал, что передо мной находится вовсе не безумная тварь и даже не обычный воин

Передо мной стоял идеально выверенный механизм уничтожения, а значит, его тоже можно было изучить, чтобы отыскать скрытые недостатки и слабости

Чемпион Эгиль сменил стойку, широко расставив ноги и заведя за спину сжимавшую алебарду руку, в то время как вторая оставалась свободной, и когда он, замерев подобно скале, вдруг сделал легкое пригласительное движение ладонью, это меня озадачило, ведь подобного действия от механизма, за который я его принял, я точно не ожидал. Я перестал смотреть на алебарду.

Его пригласительный жест стал точкой отсчета. Напитанные силой мышцы толкнули тело вперед, и я сорвался в безумный рывок, буквально смазавшись в воздухе. Дистанция исчезла за долю секунды, воздух за спиной хлопнул от скорости, и я обрушил на Эгиля град ударов.

Мой враг, стал бить в ответ, его движения от скорости стали смазываться. Но сражался он, совмещая новый стиль обращения с алебардой и рукопашный бой поистине на мастерском уровне. Было в этом и сила, и скорость, и мастерство, все три составляющих сплелись в единый и совершенный механизм.

Почему же я редко использовал оружие? Оружие никогда не убивает само по себе. Убивает тот, кто им владеет, и даже голый кулак, усиленный энергий может стать не менее опасным чем острозаточенный меч.

С током моей родной энергии, схватка радикально изменилась. Я чувствовал, как постепенно, понемногу пересиливаю своего оппонента, это было также неумолимо, как и наступление стихи.

Если раньше, я кое-как поспевал за его движениями, то сейчас мог с легкостью их читать. Подмечал все детали, то как он перехватывает свое оружие, движение его корпуса и ног, то как те едва различимые микродвижения выдают его раньше времени. И постепенно перед глазами начала складываться картина.

«Интересно…сила словно прорвалась ко мне через какой-то шлюз»

Рыцарь не обладал яростью зверя. Он не рычал, не пытался задавить меня бездумной мощью и не совершал ни одного лишнего движения. После короткой паузы он вновь двинулся вперед — так же спокойно, размеренно, словно исполнял давно отточенное упражнение. Но теперь я смотрел уже не на огромную алебарду и не на массивные доспехи. Все мое внимание сосредоточилось на самом воине. На его центре тяжести, положении стоп, поворотах корпуса, едва заметных смещениях плеч. Чем дольше я наблюдал, тем сильнее убеждался: передо мной не ожившая кукла и не голем. Это был настоящий мастер, чьи движения были доведены до абсолютного совершенства.

В этот раз мои удары возымели куда больший эффект: теперь броню местами покрывали глубокие вмятины и даже проломы, а кое-где мне и вовсе удалось сбить бронепластины, обнажив под ними еще один слой из какого-то непонятного материала. Но даже в таком состоянии враг не сдавался, начав сражаться в какой-то степени еще более остервенело, словно на ходу подстраивался под мой стиль битвы

Перед каждым сильным ударом его правое плечо едва заметно уходило назад раньше остальных частей тела — настолько незначительно, что большинство бойцов никогда бы этого не увидели, но для меня это было все равно что услышать удар колокола в полной тишине, а потому следующая атака уже не застала меня врасплох: еще до того, как алебарда начала движение, я сделал короткий шаг вперед, и лезвие в очередной раз рассекло воздух за моей спиной.

Мой кулак ударил в кисть, отозвавшись звоном, второй удар пришелся в локоть, а третий — в плечевой сустав; я не пытался пробить броню, понимая бессмысленность этой затеи, а просто ломал его ритм, каждым попаданием заставляя гиганта пусть на долю мгновения, но менять положение рук. Впервые Чемпион сделал лишнее, совсем небольшое движение, и я почувствовал глубокое удовлетворение от осознания того, что он вовсе не идеален.

Следующий выпад оказался обманкой и лезвие лишь обозначило рубящий удар сверху, но почти сразу траектория изменилась. Вместо того чтобы обрушиться вертикально, алебарда описала широкую дугу и рванула снизу-вверх, целясь в пространство от бедра до плеча. Хороший прием. Достаточно простой, чтобы не выглядеть вычурным, и достаточно эффективный, чтобы большинство противников попались на такую смену направления.

Я не сдвинулся с места, лишь в последний момент развернул корпус, позволяя массивному лезвию пройти буквально в нескольких сантиметрах от тела. Поток воздуха ударил по одежде, срезав несколько прядей волос, но уже в следующую секунду я понял, что это был только первый этап атаки.

Эгиль не остановился: используя инерцию предыдущего движения, он мгновенно развернул древко алебарды, превращая его в смертельно быстрый, короткий удар сбоку без замаха и лишних движений, так что я едва успел принять решение и лишь в последний момент, когда удар пришёлся в живот ниже моего блока, сумел выставить заслон-щит из спрессованной энергии, сформировав подобие брони на уязвимом участке.

На мгновение мне показалось, что все внутренние органы сместились от силы столкновения. Воздух покинул легкие, тело согнулось, а следом внезапно в плечо врезалось колено гиганта. В этот раз я уже не успел полностью защититься.

Раздался сухой хруст, и боль, мир будто бы перевернулся. Но циркулирующая во мне энергия, мгновенно хлынула в поврежденное место и стала усиленно регенерировать травму.

— Невероятно... — тихо произнес Атеон, он легко приметил те уникальные способности Незаконного.

Я услышал его голос, но не обратил внимания. Всё мое сознание было сосредоточено на противнике.

Эгиль снова двинулся вперед, но в этот раз что-то изменилось.

Я заметил это не сразу. Сначала показалось, что его броня просто иначе отражает свет. Затем по темным пластинам доспеха пробежали тонкие голубоватые прожилки, похожие на раскаленные трещины внутри металла. Они вспыхивали одна за другой, соединялись, переплетались, пока не образовали сложную сеть, охватившую все тело Чемпиона.

Воздух вокруг него дрогнул. По полу прокатилась почти незаметная вибрация, а пространство словно стало тяжелее. Даже дышать стало немного труднее.

— Наконец-то... — негромко произнес Атеон, наблюдая за происходящим уже без своих записей. — Значит, ты решил использовать Кей.

Эгиль медленно поднял алебарду. Голубоватое свечение не просто окутывало оружие — оно проникало внутрь металла. Тусклая сталь словно ожила. По лезвию побежали энергетические жилы, а затем вся поверхность клинка покрылась полупрозрачной оболочкой из плотной Кей-энергии.

То же самое происходило и с его телом. Каждая пластина брони покрывалась едва заметной пленкой сияния. Суставы, которые я совсем недавно заставлял дрожать точными ударами, перестали казаться уязвимыми. Энергия, покрывая все сплошным слоем, превращала весь доспех в единое целое.

Я сразу понял, что происходит: это было укрепление — почти такое же, каким я покрывал собственные кулаки.

- Не думал, что вторая фаза наступит так быстро. – Атеон был искренне удивлен, тому что видел собственными глазами.

Глава 5 (черновой)

Я видел, как смещается его центр тяжести. Как напрягаются мышцы под броней. Как едва заметно меняется положение плеч перед атакой.

Когда оружие начало движение, я уже знал, куда оно пойдет, насыщенное энергией, оно двигалось с такой скоростью, что поражала удивлением.

Я сорвался вперед, прямо навстречу атаке, ибо скорость была просто запредельной, но кроме скорости в этом ударе была большая разрушительная сила. Я бы мог даже назвать это - Великой Силой, заблокировать такое будет довольно затратно и не очень эффективно по моим скромным ресурсам.

Лезвие с грохотом врезалось в каменный пол там, где мгновение назад находилось мое тело. Осколки разлетелись во все стороны, а тяжелая масса оружия на долю секунды застряла в поверхности. Этого хватило. Я оказался рядом. Слишком близко для алебарды. И вновь Мои беспощадные калечащие удары обрушились один за другим. Они отличались от предыдущих, в них было вложен больше энергии, и она должна была разрывать или наносить внутренние повреждения. Моей целью стали уже поврежденные места. Я не пытался пробить броню. Это было бессмысленно.

Я резко сместился и ударил по ноге, заставляя гиганта потерять равновесие. Обычный противник уже рухнул бы, но четырехметровая масса брони и мышц просто просела, словно огромная башня, которую попытались столкнуть с фундамента. И в тот же перехватив алебарду двумя руками, он нанес горизонтальный взмах, из его лезвия высвободилась спрессованная Кей энергия в виде полумесяца, который крушил все на своем пути.

Если бы мне пришлось стоять ближе буквально на пару метров, то это волна мощи попросту разрубила мое туловище в районе груди. Я уклонился, сделав резкий наклон и стараясь не терять из вида. Гигантская фигура стала двигаться рывками, и мне постоянно приходилось держать его поле зрения. Нельзя было терять из виду, ибо с такой скоростью и покрытый Усилением по всему телу, он являлся смертельно опасным врагом.

Я увеличил ток своей энергии, и выжидал подходящего момента.

«Это его покрытие, очень походит на мое собственное. Мне конечно встречалось такое, но эта Кей…она иная, совсем другая и при том такая похожая. Если принципы использования верны, то тянуть с этой схваткой с учетом моих внутренних резервов, равно гибель».

И вот Эгиль остановился, сделав паузу, он снова сделал шаг вперед, и вместе с ним будто сдвинулось само пространство. Голубоватое сияние Кей, оплетавшее его тело, стало ярче и я почувствовал исходящую от него угрозу и невольно усмехнулся. Еще несколько минут назад мне казалось, что я уже начинаю его превосходить, но теперь всё изменилось. Эгиль не просто восстановился — он стал сильнее, ставки повысились кратно.

В этот раз он атаковал не оружием. Эгиль резко поднял свободную руку, и голубое сияние собралось вокруг ладони, сжимаясь в ослепительно яркую точку. В следующий миг из нее сорвался плотный луч энергии. Я едва успел уйти с линии атаки, и поток прошел рядом, обдав лицо раскаленным воздухом. Позади меня раздался чудовищный грохот: луч врезался в стену, и огромный кусок белого камня просто исчез, словно его вырезали из реальности. Я даже не успел толком оценить разрушения, когда почувствовал движение сбоку.

Эгиль уже был рядом. Алебарда описала широкую дугу, но теперь за лезвием тянулся голубой энергетический след. Я пригнулся, и над головой прошла не только сталь, но и сформированный из Кей энергетический слэш. Он рассек воздух с таким свистом, что у меня по коже пробежали мурашки. Следующий удар пришел почти без паузы. Эгиль развернул оружие и нанес вертикальный взмах, одновременно выпустив вторую энергетическую дугу. На этот раз я не успевал отступить.

Пришлось идти вперед, энергия сконцентрировалась в левой руке, у меня был безумный план, и он работает. Я отклоняю полумесяц смертоносной энергии в сторону. При столкновении наших энергией происходит искры, мне на микросекунду даже кажется, что сама материя пространства и времени деформируется.

Я резко сократил дистанцию и проскользнул под лезвием, чувствуя, как оно проходит буквально в нескольких сантиметрах над спиной. Мой кулак врезался в корпус Эгиля, затем второй удар пришелся в тоже место. Броня загудела, но Кей вокруг нее вспыхнула и поглотила значительную часть воздействия. Гигант пошатнулся, а броня лопнула трещинами и оттуда вырвалось нечто похожее на кровь. В ответ он ударил коленом, и мне пришлось поставить обе руки перед собой. Столкновение отбросило меня на несколько метров, но я удержался на ногах.

«Значит, теперь он способен не только укреплять тело, Кей довольно гибка по своему применению. Эта схватка увлекательна!»

Эгиль вновь поднял ладонь.

Я уже был готов к лучу, но вместо него в воздухе возникло сразу несколько голубых лезвий напоминающих оное у алебарды. Они сорвались с его руки веером, перекрывая практически всю доступную мне площадь. Первое прошло справа, второе заставило меня пригнуться, третье я перепрыгнул, а четвертое пришлось отбить предплечьем. Кей вспыхнула на коже, и меня отбросило в сторону. На руке остался длинный кровоточащий порез.

— Вот же зараза...

«Он пробил мою защиту?! Но как? Неужели Кей может подавлять мою энергию?»

Эгиль не дал мне времени восстановиться. Он рванул вперед, и теперь его движения стали настолько быстрыми, что даже мои улучшенные ощущения с трудом успевали за ними. Алебарда двигалась вместе с ним, но теперь оружие стало продолжением его тела. Удар сверху, поворот, выпад снизу, резкое движение древком — а между каждым физическим приемом возникали энергетические следы, превращавшие даже промах в смертельно опасную атаку. Обмен нашими ударами, уничтожал все в округе, эта битва поистине могла бы быть легендарной, если бы кто-нибудь мог о ней знать.

Поймав момент, я нанес сильный удар, сжатой в кулаке энергией, откинув ублюдка на полсотни метров. В этот раз доспех пострадал неисправимо и повреждения не зарастали сами собой. Броня этого могучего рыцаря была смята и пробита с правой стороны, немного выше того, где у обычного человека находилась бы печень. Нечто смолянисто черное вытекало медленно и толчкообразно, но вскоре поток ослаб, я не мог назвать это кровью, но оно ее заменяло.

Он снова ринулся в атаку, оттолкнувшись с огромной силой. Покрытие под его ногами пошло сколами. В месте толчка оно вспучилось, образовав кратер диаметром от трех до пяти метров и глубиной не менее полуметра.

Удерживая алебарду обеими руками, он начал наносить короткие колющие удары, изредка перемежая их размашистыми замахами. Во все стороны от его оружия стали разлетаться небольшие искры электрических молний. Можно было подумать, что он дрался в гневе, но это было не так: создание просто усилило свой и без того неумолимый натиск

Я отступал, уклонялся и блокировал, постепенно понимая, что именно изменилось.

Раньше Эгиль был превосходным бойцом с огромной физической мощью. Теперь же Кей позволяла ему стирать недостатки собственной техники. Там, где раньше существовала безопасная дистанция, появлялся энергетический слэш. Там, где я пытался зайти сбоку, он перекрывал пространство лучом. Даже потеря оружия больше не означала бы полной беспомощности — Кей уже окружала его кулаки и ноги.

Я пропустил удар ногой с разворота. Не самый сильный из тех, которые я получал за время боя, но достаточно мощный, чтобы отбросить меня на несколько десятков метров. Под ногами разлетелись каменные плиты, а я едва удержался, не рухнув на колено.

«Он заставляет меня двигаться, ни секунды на передышку. Загоняет в ловушку? Но куда? Здесь полностью открыток пространство… Впрочем».

Мысль появилась сама собой.

Следом прилетел энергетический слэш, затем еще один. Они пересекли пространство крест-накрест, но я уже двигался не туда, куда враг меня вынуждал.

Я шел туда, куда хотел сам, и оказался прямо перед ним. Моя рука сомкнулась на его предплечье, на короткое мгновение мы замерли, и я посмотрел ему прямо в глаза:

— Теперь моя очередь. Резкий рывок на себя — и я нанес удар в корпус.

Эгиль отлетел на несколько метров, оставляя глубокую борозду в каменном полу.

В освободившийся миг, тяжело перевел свое дыхание.

Я снова посмотрел на Эгиля и впервые за последние несколько секунд перестал воспринимать его атаки как отдельные удары. Передо мной складывалась цельная картина. Он не просто пытался попасть по мне. Каждая атака подталкивала меня к следующей позиции, каждый энергетический слэш перекрывал направление отхода, а лучи заставляли менять траекторию. Он постепенно сжимал пространство вокруг меня. Так мне казалось.

Очень грамотная тактика.

— А ты действительно неплох. - Я усмехнулся.

Вместо ответа Эгиль резко опустил алебарду.

Кей вспыхнула вокруг лезвия настолько ярко, что оно практически перестало быть металлическим. Передо мной возникло огромное голубое оружие, превосходившее размерами даже самого Эгиля раза этак в два или три. Он сделал богатырский замах, пол под его ногами пополз трещинами

Я не стал ждать и рванул вперед.

Гигант обрушил оружие сверху, и в последний момент я ушел в сторону. Энергетическое лезвие врезалось в пол, разрезая камень на сотни метров вперед, хотя возможно он не дотянул какие-то пару сотню метров до мили. Воспользовавшись мгновением, я оказался рядом и нанес серию ударов по корпусу. Один, второй, третий. Кей вспыхивала при каждом столкновении, а Эгиль снова отступил, повреждения накапливались, и они становились только хуже. Бой стал выравниваться в мою пользу.

Эгиль попытался ответить, но я уже читал его движения. Он начал поднимать руку — я сместился раньше. Повернул корпус — я оказался сбоку. Алебарда пошла в замах — я ударил по кисти и заставил его изменить направление атаки.

Я продолжил давить, пока в один миг, не перенаправил всю мощь в левую руку, словно в ответ на такую пульсацию энергии, глубоко изнутри вырвалась еще одна волна моей силы, придающая дополнительную боевую мощь. Куполообразная энергия с силой протуберанца вырвалась, накрыв моего врага, шквалом все уничтожающей чистой мощи.

Его отбросило изломанной куклой на добрые две сотни метров, он врезался в стену, и создал своим туловищем массивный кратер в четверть километра диаметром. Крупные толстые трещины поползли вверх и в стороны, пол же деформировало значительным образом.

«О наконец-то силушка потихоньку возвращается».

Практически без паузы, соперник вырвался из каменного плена. Удивительно белый камень осыпался массивными булыжниками, но все раздражающей пыли не было. Этот факт меня удивлял, но не в такой степени, да и обратил на это внимания только погодя.

В это время Атеон наблюдал за этим зрелищем, хоть оно было далеко не человеком, но сейчас выглядело именно как им завороженно и с интересом, наблюдающим за происходящем.

Пройдя разломанный участок Эгиль, сделал то, чего я не ожидал.

Вытянув свою правую руку сжимающую оружие, он отпустил алебарду. Оружие рухнуло на каменный пол погрузившись своим лезвием на две трети в пол. Убедившись, что я четко увидел этот жест, он сделал шаг навстречу, разминая свои кулаки, демонстрируя что руки его пусты.

— Похоже, он собирается закончить испытание одним ударом, — спокойно произнес Смотритель.

Я криво усмехнулся.

— Тогда взаимно.

Эгиль исчез.

Не растворился и не телепортировался — он просто сорвался с места с такой скоростью, что мой взгляд едва успел за ним. Голубая Кей вспыхнула вокруг его тела, плотным слоем покрывая руки и ноги, а затем его кулак уже летел мне навстречу. Я поднял предплечье, принимая удар на блок, и столкновение заставило камень под ногами покрыться сетью трещин. Второй удар пришёл практически одновременно, я успел уйти в сторону, но третий всё-таки достал меня в бок. Меня отбросило на несколько десятков метров, подошвы с визгом прошлись по камню, прежде чем я смог остановиться.

— Чёрт...

Боль уже не пугала. Более того, где-то внутри меня появилось странное чувство уважения. Эгиль действительно умел драться. После того как выбросил алебарду, он не стал медленнее или примитивнее — наоборот, его движения стали ещё опаснее. Никаких лишних жестов, никаких бесполезных замахов. Каждый удар был рассчитан, каждая атака продолжала предыдущую, а Кей позволяла его и так невероятно мощному телу выдерживать нагрузки, которые обычное существо просто не пережило бы.

Он снова пошёл вперёд, и на этот раз я не стал ждать. Мы встретились посреди разрушенного зала, и следующие несколько секунд превратились в стремительный обмен ударами. Мой кулак врезался ему в грудь, его ответный удар пришёлся мне в плечо. Я сместился, ударил в корпус, Эгиль ответил коленом, я едва успел убрать тело и тут же вложил короткий удар в бок шлема. Голова гиганта резко дёрнулась, но он лишь развернулся вслед за движением и нанёс новый удар. Я встретил его своим кулаком. Он практически вбил меня в пол гильотинным ударом ноги.

Оттолкнувшись от поверхности, я обхватил его крупную голову и нанес сильный удар коленом. Лицевой щиток вмялся. Мне пришлось еще немного подбросить себя вверх и, по-прежнему удерживая его голову руками, я с силой развернул противника и швырнул на пол. Он вскочил практически моментально — так марионетка дергается вслед за рукой кукловода. Я тут же сделал подсечку с разворота, надеясь снова повалить его, но гибкий гигант просто отскочил в сторону.

Ринувшись, в атаку, хотел нанести удары по суставам, но Эгиль сделал контрудары, надеясь опередить меня. И ему это удалось! Выбитый коренной зуб с левой стороны верхней челюсти, был выплюнут в сторону, при первой же возможности.

Грохот прокатился по залу. Голубая Кей и частично серебристая энергия столкнулись, а ударная волна разошлась от нас во все стороны. Каменные плиты под ногами взорвались осколками, ближайшие колонны задрожали, а воздух словно превратился в плотную стену. Несколько мгновений мы продолжали обмениваться ударами, и каждый раз столкновение двух потоков энергии сопровождалось новым взрывом силы. Но постепенно я начал замечать главное — моя энергия возвращалась.

Она всё ещё не была прежней, но теперь уже не напоминала тонкую струю, пробившуюся через закрытый шлюз. Поток становился шире с каждым мгновением, словно внутри меня действительно открывалась заслонка, и за ней находилось нечто настолько огромное, что даже небольшого просвета хватало, чтобы изменить весь ход сражения.

Эгиль тоже это почувствовал. Он отступил на несколько метров и замер. Голубое сияние вокруг его тела стало плотнее, Кей начала стекаться к рукам и плечам, образуя поверх энергетической брони ещё один слой энергии под высоким давлением. Чемпион явно не спешил готовясь. Он просто стоял напротив меня и смотрел, будто оценивал противника перед последним обменом. Я медленно выпрямился, стирая кровь с подбородка, и вместо усталости почувствовал странное предвкушение.

— Наконец-то...

Мы с ним одновременно сорвались вперёд.

На этот раз всё произошло практически мгновенно. Его правый кулак и мой встретились в центре зала, и пространство вокруг нас содрогнулось от столкновения двух потоков энергии. Голубая Кей рванула наружу, пытаясь продавить меня, а серебристая энергия вспыхнула в ответ. Эгиль продолжал давить, делая шаг за шагом, и на несколько мгновений мне действительно пришлось остановиться, удерживая встречное давление. Камень под ногами ломался, по полу расходились трещины, а голубое сияние почти полностью скрыло фигуру Чемпиона.

Но я чувствовал свою силу, она была здесь. Не где-то далеко. Не за пределами досягаемости на невероятной удаленности. Она сейчас возвращалась ко мне.

Я сделал шаг вперёд. Затем ещё один. С каждым движением серебристая энергия становилась плотнее, пока наконец я не перестал сдерживать поток.

— Примерно Десять процентов.

Голос Атеона прозвучал где-то со стороны, но я уже почти не обращал внимания на Смотрителя и не слышал, то что он сказал.

Изнутри вырвалась Серебристая энергия, и мгновенно взорвалась вокруг моего тела плотным коконом, что одновременно тек как вовнутрь, так и изнутри. Не тонкая струя и не слабое свечение — полноценный поток силы хлынул по рукам, плечам и корпусу, а каменная поверхность под моими ногами не выдержала давления и покрылась глубокими трещинами. Я ощутил то самое чувство освоение своей будто бы погребенной под чем-то поток собственной силы.

Эгиль уже наносил тяжеловесный нисходящий удар, содержащий в себе невообразимый для простого человека запас энергии. Я охваченная пламене подобной оболочкой, моя рука двигалась снизу-вверх.

Где-то посередине траектории, наши кулаки встретились. А затем все охватила вспышка, что могла затмить собою само солнце.

На долю секунды показалось, будто столкнулись две стихии. Голубая Кей рванула навстречу моей энергии, пытаясь удержать чудовищную мощь Чемпиона, но разница между нами стала слишком очевидной. Моя сила продавила его защиту, и кулак продолжил движение, врезавшись прямо в центр корпуса Эгиля.

Раздался низкий, почти глухой хлопок, заполонивший все пространство вокруг. Голубое сияние вокруг Чемпиона мгновенно погасло.

Эгиль замер.

На его броне появилась первая трещина, мгновением позже вторая. Десятки тонких линий разбежались от места удара, переплетаясь на груди, плечах и руках. Кей начала вырываться наружу нестабильными потоками, а сам Эгиль попытался сделать шаг назад, но тело уже переставало быть единым целым, он распадался и одновременно с этим то что было заперто внутри освободилось.

Я медленно убрал руку.

— Поистине Неплохой бой. Ты был достойным врагом.

— Отвага и Честь! Ты будешь достойным! – Эгиль сказал это басовитым человеческим голосом, одновременно отсалютовав ударом по правой части груди.

Следующее же мгновение стало последним.

Броня Эгиля не просто раскололась — вся конструкция буквально рассыпалась изнутри. Чёрные пластины, внутренние механизмы и остатки голубой Кей разлетелись по залу мельчайшими фрагментами, а моя энергия прошла сквозь них, стирая последние остатки Чемпиона. Там, где ещё секунду назад стоял огромный и могучий воин, осталась лишь медленно оседающая пыль и несколько тусклых голубых искр, которые вскоре погасли.

На арене воцарилась тишина.

Я тяжело дышал, чувствуя, как энергия постепенно отступает обратно внутрь тела. Руки ещё слегка дрожали после столкновения, повреждённое тело отзывалось тупой болью, но я всё ещё стоял на ногах. Посреди разрушенного зала, среди обломков камня и следов недавней битвы, я посмотрел туда, где только что исчез Эгиль.

Атеон молчал, на этот раз он даже не пытался делать записи.

— Ну что? — спросил я, переводя взгляд на Смотрителя. — Второе испытание я прошёл?

Атеон несколько секунд смотрел на то место, где только что стоял Чемпион Эгиль, после чего медленно перевёл взгляд на меня. На его лице появилась странная, почти довольная улыбка, которая была неявственной, жуткой и одновременно такой человеческой.

— Да, Рейн Нокс. Второе испытание пройдено. Если вы не против мы можем приступать сразу к следующему.

— Осталось одно, верно? Я бы не прочь отдохнуть, если есть такая возможность.

— О, в нем не нужна ваша физическая мощь. – Атеон, сделал незамысловатый пас рукой. И добавил:

- Третий этап – Встретится со своими темными желаниями? - Я хочу предупредить вас. Это самый сложный этап. Будьте осторожны… - Голос Атеона исчез словно далекое эхо, а все погрузилось в темноту.

Глава 6.

Я оказался посреди разрушенного города. Все вокруг горело и пылало, сам камень плавился и тек подобно воску свечи, стекая по улицам раскаленными ручьями. Планетарная бомбардировка, проведенная пиратской группировкой, забрала тогда по крайней мере тридцать два миллиона мирных жителей только в этом регионе планеты. Это был устрашающий и беспощадный жест, призванный показать их власть и авторитет, ну и, конечно же, месть — куда без нее.

Некогда красивый и яркий город сейчас представлял собой жалкое зрелище, но то, что творилось за его пределами, было тем, что обычно представляли под адом. Жидкая магма прорвалась наружу и сжигала то немногое, что уцелело, а заодно добивала немногих выживших. Кое-где появились широкие и глубокие разломы, реки испарились или разительным образом сменили русла, та же участь постигла и горные ледники, которые прекратили свое существование. Атмосфера была загажена невероятным количеством пепла, пыли, испарений всевозможных материалов и ядовито густого дыма. Долгие годы этот мир еще носил следы той страшной катастрофы, к счастью, я этого уже не застал, поскольку посетил его спустя десятилетия.

Я встряхнул головой. Это было так много лет назад, когда мои друзья и остальные дорогие мне люди еще были живы. То относительно славное время, когда мы застали это чудовищное событие совершенно случайно, как обычно это и бывает. Просто путешествовали с одного мира на другой, исследуя новые места и любуясь достопримечательностями. Прекрасное и беззаботное время. Я до сих пор помнил местные красоты, особенно знаменитую цепочку ступенчатых водопадов, передвигающиеся леса и монолитную скалу невероятной красоты. Но самым сильным воспоминанием почему-то оставался чистый и свежий воздух, который дарил удивительное чувство покоя.

Резкая, нахлынувшая словно вспышка вонь ударила в нос. Этот запах — запах горелой плоти и разрушенной жизни — уже тогда был мне знаком, сейчас же он ничем не отличался от того, что я помнил. Кроме одного. Людей, которыми я дорожил, больше не было.

Но все это было тленом.

— Хорошая иллюзия. Только вот я помню, где нахожусь.

Небольшого волевого усилия оказалось достаточно, чтобы донельзя детализированный морок дрогнул и начал отступать. Одновременно с этим по моему телу разлилась усталость после недавнего тяжелого сражения. Сознание постепенно прояснилось, и все происходящее отдаленно стало напоминать осознанное сновидение. И это жутко раздражало.

Вместе с воспоминанием пришло другое — то, как немногим позже я выследил этих Багровых Рейдеров и размазал их лидера по командной палубе тонким слоем. Это сильно повлияло на остальных членов его команды, но, увы, никто из них не ушел живым после того случая. Каждый получил ту участь, которую усердно зарабатывал долгими годами бесчинств и зверств. Кто-то должен был свершить справедливость.

Перед глазами проплыли смятые остовы остальных кораблей флотилии, которые я собрал в металлическую сферу и пустил вращаться в астероидном поле, где находилась их база. Эдакое посмертное надгробие. Ее обнаружат спустя какое-то время, когда меня уже не будет там. Поэтому всех подробностей того, какое впечатление находка произвела на людей, я не знал — да мне и было абсолютно безразлично.

Были же времена, когда не было нужды гоняться за лидерами межсистемных сект. Как же я иногда по ним скучаю...

Но ничего уже не вернуть.

— Хватит этого цирка! Давай закругляться. Когда уже начнется испытание?

Все вокруг резко потеряло четкость, словно отозвавшись на мою волю, пространство пошло рябью, как холст под проливным дождем, а затем окружающий мир изменился.

— Кому ты это говоришь, Рейн?

Я застыл.

Аннет спокойно читала что-то с инфопланшета и пила отвар из трав. Закинув ногу на ногу, она не олицетворяла собой какое-то недостижимое воплощение красоты, но тем не менее была более чем привлекательна. Хороший друг и верный соратник, она обладала справедливым умом и удивительным умением читать людей.

— Аннет? - Я произнес ее имя почти шепотом и на мгновение застыл, не понимая, почему собственный голос прозвучал для меня так странно. Она была именно такой, какой я ее помнил. Даже слишком.

«Что я хотел сказать? Почему внезапно стало так горько?.. Что происходит?»

— Опять гневаешься по несерьезному поводу. Определенно в твоем духе, Рейн. - Шутливый голос Адама раздался слева. Он шел по каменной дорожке, как делал это сотни раз прежде, с тем же радостным выражением лица и решительным взглядом. Благородный воин — именно так его, наверное, и можно было описать. Как и Аннет, он далеко не был простой личностью, иначе как бы ему предложили возможность вступить в Рыцарский Орден Серебряного Щита?

Мы находились в другом месте, в какой-то вырубленной прямо в скале усадьбе, откуда открывался вид на просторную долину. Пейзаж был невероятно красивым. Слегка прохладный ветерок растрепал локон Аннет, и она отвлеклась от планшета, поправляя волосы, налипшие на лицо. Адам прошел по белой мраморной плитке, подставил лицо солнцу и ветру, оперся на резные перила и слегка повернулся ко мне.

— Прекрасная погода. Сегодня и вправду отличный день! Может, сходим куда-нибудь? Давайте проведем время в каком-нибудь интересном месте.

Он посмотрел куда-то вдаль, словно уже знал, чем именно мы займемся.

— Эй, ребят! Как жизнь?! - Теплый голос раздался позади нас, и я сразу его узнал. Ирис, красные волосы которой были собраны в тугой хвост, подошла к нам в простой одежде. Вокруг нее ютились ее дроны-миньоны, а сама девушка выглядела немного уставшей — видимо, снова не спала во время своих разработок и исследований.

— О, все думал, когда ты вылезешь из своей норы, — Адам повернулся к общей подруге и улыбнулся. — Как тебе предложение выбраться куда-нибудь, прежде чем мы двинемся дальше?

— Было бы и вправду неплохо. У нас где-то неделя, да? - Ирис потянулась и слегка прищурилась от солнца. — Тогда нужно бы и остальных оповестить.

Я молчал, что-то было неправильно, и с этим пришло тягостное ощущение утраченного.

Разум твердил, что вокруг происходит нечто неправильное. Это чувство не было настолько сильным, чтобы я мог сразу указать пальцем на конкретную деталь, но проигнорировать его не получалось. Напротив, ощущение постепенно нарастало. Слишком правильный ветер. Слишком знакомые голоса. Слишком естественные движения людей, которых я уже давно не мог увидеть вживую

Я посмотрел на Адама. Он продолжал что-то рассказывать Ирис, смеялся и жестикулировал, совершенно не замечая, что я за ним наблюдаю. Затем я перевел взгляд на Аннет. Она уже отложила планшет и смотрела прямо на меня. Девушка улыбалась — точно так же, как делала это раньше, и от этого ее улыбка показалась мне страшнее любой угрозы

— Рейн? - Она произнесла мое имя совершенно спокойно.

Я не ответил. Внутри что-то неприятно сжалось, словно тело уже осознало то, что разум пока отказывался принимать. Я посмотрел на собственные руки. Никаких ран. Никакой боли. Никакой тяжести после недавнего сражения. Тогда почему я отчетливо помнил, что должен быть измучен? Почему я вообще оказался здесь? И почему никто из них не спрашивает, где мы находимся?

— Рейн, ты чего? — Адам нахмурился. — Мы тебя потеряли.

Я поднял взгляд.

И в этот момент заметил то, чего не могло быть. На лице Адама была та же самая улыбка. Только я уже видел ее раньше. Точно такую же. Словно кто-то воспроизводил воспоминание, не понимая, что я успел его запомнить.

Мир вокруг едва заметно дрогнул.

— Нет...

Аннет поднялась со своего места.

— Что случилось? – Голос был обеспокоен, поза тела была напряженной. Она отложила инфопланшет в сторону.

На лестнице показалась фигура Дорсета Дорна — отличного защитника, который всегда прикроет спину и точно не пропустит подлый удар. Он шел точь-в-точь как в моих воспоминаниях. Дорсет и раньше грешил легкой выпивкой, вот и сейчас, сжимая в руке бутыль из черной глины, он остановился и сделал глоток. В воздухе повис аромат цветочного вина. Я помнил, как выпивал с ним в городском заведении что находилось в тридцати километрах дальше на северо-западе. — остальные тогда тоже оценили мастерство местных виноделов. Именно Дорсет отыскал тот ресторанчик со звучным названием «Песнь Седьмого Дракона». Заметив меня, он приветственно помахал рукой

Я отступил на шаг.

— Вы все... - Голос напрягся, я увидел сцены, которые иногда преследуют меня во снах, но увы так и не смог договорить фразу.

На мгновение мне захотелось сказать, что я все понял. Разрушить это место, вырваться наружу и закончить испытание. Но слова застряли в горле. Потому что передо мной стояла Аннет. Живая. Не воспоминание. Не тело, которое я когда-то потерял. Просто Аннет, которая смотрела на меня так, будто ничего страшного никогда не происходило. А рядом смеялся Адам. Ирис спорила с ним.

Где-то внутри дома уже слышались голоса остальных. Ария искала свою саблю и револьвер, Вега попутно пыталась ей что-то объяснить, а Джакс ворчал, что его разбудили на самом интересном месте. Их голоса становились ближе, а вместе с ними нарастал и привычный шум.

Я мог просто остаться. Всего лишь перестать сопротивляться. Именно тогда, впервые за все испытание, я понял, почему эта иллюзия оказалась гораздо опаснее первой. Она не пыталась меня напугать. Она предлагала мне то, чего я отчаянно хотел, — то, что давно утратил и не мог вернуть, ведь никакая сила во вселенной не была на это способна.

Я не знаю, сколько времени прошло. Может, несколько минут. Может, несколько часов. Здесь вообще было трудно определить его течение. Я снова разговаривал с друзьями, вспоминал старые истории, спорил с Адамом, слушал бесконечные рассказы Ирис о новых разработках и даже успел несколько раз поймать на себе взгляд Аннет. Остальные тоже присоединились к нам, и мы собрались возле костра, который отправлял в небеса ветвящиеся искорки. Все было настолько естественным, что постепенно я перестал искать подвох.

Именно этого от меня и хотели. Я уже почти забыл, что нахожусь внутри испытания. Почти. Потому что каждый раз, когда я смотрел на Аннет, внутри появлялось странное чувство. Не боль. Не тревога. Скорее ощущение чего-то незаконченного.

— Ты опять задумался? — Аннет сидела рядом, спокойно глядя на меня, а затем положила голову мне на плечо. Я невольно вдохнул знакомый аромат её волос и на несколько секунд позволил себе просто находиться рядом с ней. Столько лет прошло, а тело всё ещё помнило это ощущение лучше разума.

— Немного, — соврал я, вспоминая то, что навсегда отпечаталось в моём сознании. Несмотря на прошедшие годы, мне было отрадно видеть её снова, пусть даже где-то глубоко внутри я уже понимал, что всё происходящее не может быть настоящим.

— О чём? - Её голос звучал настолько привычно и обыденно, что от этого становилось только тяжелее.

Я развернулся и посмотрел ей в глаза. На этот раз ответ пришёл сразу, потому что я слишком долго искал в себе силы произнести его вслух.

— О тебе. - В этих двух словах было заключено намного больше, чем они могли значить сами по себе.

Она улыбнулась тёплой и искренней улыбкой, в которой одновременно читались смущение, лёгкая досада и удовлетворение моим ответом. Именно так она улыбалась когда-то. И именно в этот момент я наконец понял.

Не потому, что она совершила ошибку. Не потому, что окружающий мир внезапно начал разрушаться. Я просто задал себе самый простой вопрос: когда именно Аннет умерла?

Я не смог вспомнить ни даты, ни места, ни даже самих обстоятельств. В моей памяти зияла странная пустота, словно кто-то намеренно вырвал из нее самый важный кусок

Я закрыл глаза и сосредоточился, позволив воле вспыхнуть с новой силой. Передо мной одно за другим возникли настоящие воспоминания: крики, кровь, огонь, разрушенные здания, лица тех, кого я потерял. И среди них была Аннет — настоящая, такая, какой я её помнил.

После этого я уже не мог продолжать лгать самому себе.

— Вы не настоящие.

Улыбка на её лице исчезла. Адам перестал смеяться. Ирис замерла, а остальные медленно повернули головы в мою сторону и просто смотрели. Вокруг нас стало тихо, настолько тихо, что я вдруг перестал слышать даже ветер.

— Рейн... — Аннет произнесла моё имя почти так же, как раньше.

Я медленно поднялся.

— Вы не они.

Она ничего не ответила.

— Я хочу, чтобы это было правдой.

Я посмотрел на каждого из них, стараясь запомнить их лица ещё раз, словно видел их в последний раз. Они загадочно улыбались, и словно бы знали то что мне не ведомо.

— Хотел бы вернуть вас. Хотел бы снова прожить всё это. Хотел бы однажды проснуться и понять, что всё произошедшее было ошибкой, что вы всё это время были живы и просто ждали меня. Но я не могу.

Голос мой постепенно стихал. Слова давались с огромным трудом. Пусть я и осознавал, что всё это — лишь искусный морок, но, черт возьми, ловушка была пугающе реальной.

Аннет сделала шаг навстречу. Теперь в её глазах появилась такая искренняя и естественная печаль, что на мгновение я действительно перестал понимать, где заканчивается морок и начинается реальность.

— А если можешь?

Я замер. Эти три слова ударили сильнее любого оружия, они нанесли боль сильнейшую из всех испытанных и разбудили старые раны, которых нет и не будет на теле.

Ни слова падшего бога, ни прощание целой цивилизации, ни угрозы существ, способных развязать войну, в которой погибали миллиарды и миллиарды разумных, не могли сравниться с тем, что я услышал сейчас. Потому что она предложила мне именно то, чего я хотел больше всего.

— Останься, Рейн. - Аннет протянула руку. — Тебе больше не придётся никого искать. Не придётся сражаться. Не придётся снова кого-то терять. Всё может быть так, как раньше. Просто прими это.

Я посмотрел на её ладонь. Такую знакомую, тёплую и мягкую. Она манила меня, обещая безопасность, покой и всё то, чего я был лишён столько лет. Всего один шаг. Всего один раз протянуть руку — и я снова окажусь рядом с ней.

Я сделал шаг, но твердо и резко остановился.

— Я хочу остаться. — произнёс я с улыбкой, сквозь которую всё сильнее проступала боль. — Больше всего на свете.

— Тогда останься.

Аннет продолжала протягивать руку.

Я покачал головой. Где-то глубоко внутри пробудилась моя сила, но теперь она ощущалась иначе. Не как энергия, которой я привык разрушать врагов, а как нечто гораздо более простое и одновременно гораздо более важное — моя воля.

— Но вы погибли много лет назад. А мой путь ещё не завершён.

Мир вокруг задрожал и по небу прошла первая трещина, словно по огромному стеклу. Затем начала разрушаться долина, следом исчез дом, каменная дорожка и всё, что находилось вокруг нас. Адам растворился первым, затем Ирис и остальные. Мир постепенно рассыпался на бесчисленные осколки света.

Последней осталась Аннет и ее тело словно бы слегка светилось. Она продолжала смотреть на меня, и на её лице больше не было ни попытки удержать меня, ни прежней улыбки. Лишь тихая печаль, которую я слишком хорошо знал.

— Но однажды мы встретимся. — произнёс я. — Обещаю.

Треск прошёл по небу, и очередная часть мира рассыпалась прямо перед глазами.

— Рейн... я знала, что ты всё равно выберешь этот путь. Спасибо, что всё-таки пришёл…

— Погоди... что? - Я замер, всматриваясь в её лицо. На несколько мгновений всё вокруг словно перестало существовать. В её словах было что-то неправильное. Не сама фраза — то, как она её произнесла. Слишком спокойно. Слишком уверенно, словно Аннет не предполагала, что я сделаю, а действительно знала это. Именно так вела себя настоящая Аннет.

И именно сейчас внутри меня впервые появилась настоящая мысль: а если это действительно не просто иллюзия?

Я уже почти не слышал её голоса. Она будто пыталась сказать что-то ещё, но слова постепенно тонули в нарастающем гуле, а окружающий мир начал терять чёткость, словно сама реальность больше не могла удерживать созданный вокруг меня образ.

Мне хотелось спросить, хотелось остановить её. Я жаждал узнать, что именно она имела в виду, почему сказала это с такой уверенностью, будто действительно знала мой выбор задолго до меня самого. Но я уже не мог. Всё происходящее стремительно ускользало из-под контроля.

Прежде чем закрыть глаза, я в последний раз посмотрел на неё. Последним, что предстало перед моими глазами, была душевная улыбка моей дорогой Аннет — такая знакомая, настоящая, что от неё становилось только больнее. А затем сквозь нарастающий гул я услышал её последние слова.

— Прощай.

На этот раз её голос прозвучал настолько отчётливо и ясно, словно она стояла совсем рядом.

Мир исчез.

Когда я разомкнул веки, вокруг не осталось ничего, кроме разрушенной арены. Я стоял на коленях, все тело била дрожь. Первое ощущение — боль. Подлинная. Она навалилась сразу со всех сторон. Каждая мышца была выжата до предела, а в голове бушевал шторм. С трудом сделав вдох, я едва не рухнул на камни

Передо мной стоял Атеон. И впервые за все время он не улыбался.

— Что, черт возьми, почему это была такая реалистичная иллюзия?! - Я с трудом поднялся на ноги, все еще пытаясь прийти в себя.

— Иллюзия? – Атеон немного удивленно перепросил, и поднялся из-за своего стола, за которым вновь сидел как в ничем не бывало.

— Разве нет? – Мой тон был спокоен, но внутри моего разума, стали бешено вращаться множество шестеренок.

— Я этого не говорил, — смотритель ответил просто. — И третье испытание… вы прошли его не менее блестяще, чем предыдущие. Вам когда-нибудь говорили, что вы незаурядная личность? Столько талантов в одном человеке — не просто большая редкость. Это практически невероятное исключение.

Я несколько секунд молчал, пытаясь восстановить дыхание и унять колотящееся сердце.

— Ну а теперь я могу отдохнуть? — Честно говоря, мне хотелось наброситься на это создание и начать колотить его, но в глубине души я прекрасно понимал, что делать этого не стоит.

Атеон слегка улыбнулся.

— Да. Теперь отдых возможен, но есть нюансы. — Он ненадолго замолчал, а затем его взгляд стал серьезнее. — И еще есть одна вещь, о которой я должен вас предупредить.

— Что-то еще? — Из-за усталости я просто сел на пол. К тому же надо было обдумать увиденное, особенно после слов Атеона.

«Это точно была иллюзия?!»

— Во время путешествия по Мегаструктуре вы встретитесь с другими людьми. И среди них могут оказаться те, кто не должен знать о некоторых особенностях вашего появления здесь. — Сложив руки перед собой, он слегка наклонился вперед.

— Из-за того, что проход предназначался не для меня? — Я нахмурился. Что-то здесь было не так — об этом кричало мое внутреннее чутье.

— Именно. — Атеон поднял руку и легко постучал пальцем по столу. — Ваше появление здесь было ошибкой. Но теперь, когда вы прошли испытания и получили право двигаться дальше, некоторые могут заинтересоваться тем, почему именно вы оказались внутри.

— И что ты предлагаешь?

— Ничего, кроме того, что лучше молчать, словно ничего и не было. Это для вашей же безопасности и благополучия, поверьте. — Он пожал плечами. — Просто будьте осторожны.

Я посмотрел на него, пытаясь понять, как много этот странный смотритель знает, но недоговаривает.

Но Атеон уже снова выглядел совершенно спокойно. — Удачи, Рейн Нокс. Думаю, она вам пригодится. — Он помахал мне рукой. — Особенно в поисках того, за чем вы сюда пришли.

А затем…