Из огня да в полымя

Глава 1

В кабинете начальника нашего отдела работает кондиционер, и выходить отсюда не хочется, даже при том, что мне сейчас устраивают выволочку. Прохладно здесь, хорошо. Не то что у нас в общем для всех специалистов помещении. Нет, у нас тоже имеется агрегат охлаждения, причём мощный, но он сломался, а ремонтников обещали только во второй половине дня.

Стою у входа - обе двери за собой я тщательно закрыл - и переминаюсь с ноги на ногу, опустив голову и изображая смущение.

- Ох, Алексей, Алексей, - наконец успокоился, перестал потрясать отчётом Виктор Николаевич, грузный пятидесятилетний, уже начавший лысеть мужчина, и бросил его по длинному столу в мою сторону. Скрепка не удержалась, и листы документа разбросало почти по всей поверхности. Я было дёрнулся, увидев, что один из них чуть не улетел, да тот удержался. - Гнать бы тебя в три шеи, да жалко.

Хороший ты человек, дядечка, почти как наш Матвей Палыч, директор детдома, где я вырос. Вот только нет уж твоего Алексея, теперь я вместо него. Такой же сирота и его тёзка, только не тихоня-ботан, на котором ездили все, кому не лень, а тот, каких вы тут все считаете гопниками.

Готов за тобой, Виктор Николаевич, повторить: эх, Алексей, Алексей.

Мой собрат по несчастью всю прошлую неделю помогал коллегам, если конечно можно назвать помощью, когда сам делаешь за других, а свой отчёт не нашёл времени проверить. Отдал сырым, а с шефом такой номер не пройдёт, всё ж начальник - мужик толковый, насколько помню из памяти тёзки.

Лёха, ты б хоть нормальными мне свои дела на работе оставил, когда вешаться решил. Знаю, самоубиться ты собрался по другой причине - любовь несчастная заела, я бы посмеялся над такой глупостью, не будь последствия печальными - но неужели нельзя было сводную ведомость с данными отдела логистики сверить?

Даже я, оболтус и хулиган, как называли меня все соседи по подъезду в доме, в котором мне выделили однушку, теперь потрачу на эту работу не более пары часов. Спасибо доставшимся от тебя памяти и знаниям. А ты-то чего в пятницу весь день тут метался от одной чужой работы к другой и кис как параша?

Ладно. Некрасиво с моей стороны попрекать парня. Он в сто раз умнее меня был, а вот в жизни совсем не разбирался, и характер как у тюфяка, с таким только в петлю и отправляться.

Может совмещение его знаний и моего бойцовского нрава способно изменить в лучшую сторону существование этого тела? Будем посмотреть, как говорил наш батарейный старшина.

Тоже ведь выверт судьбы, и я, и бывший хозяин этого организма, оба служили в артиллерийских подразделениях. Только мне выпало быть заряжающим, а тёзка вычислителем во взводе управления. Ну, тут понятно, у меня школьный аттестат с тройками, а у него на момент призыва в армию было за плечами полтора курса математического факультета университета.

- Простите, Виктор Николаевич, - бормочу чуть слышно. - Я исправлю.

Хорошо, что в тело тёзки я попал вчера в выходной день. Хоть и поздний вечер уже был, но успел осознать случившееся и принять свалившиеся на мои плечи новые знания. Теперь понимаю, как нужно вести, чтобы не выдать себя и не угодить в психушку.

- Исправит он, - морщится начальник. - Чтобы перед обедом здесь лежало. - стукнул ладонью по столу. Иди.

Что, даже премии не лишишь? Ну ты молоток, мужик.

Собираю быстро листы и тихо-тихо, бочком-бочком выхожу в приёмную, опять тщательно закрыв за собой обе двери.

- Сильно ругал? - сочувствующе смотрит Зинаида Михайловна, миловидная тётка сорока пяти лет, неделю назад её юбилей отмечали. Она у нас по должности старший специалист, при этом реально является нештатным секретарём и помощником начальника. - Не переживай, Алёша, знаешь ведь, он отходчивый. Ты, главное, его не подведи по новой. Сделай, что он велел.

Они меня немного жалеют, и начальник, и секретарша, я ж сирота. О живущем далеко в Гонконге с другой семьёй отце моего собрата по несчастью никто тут не знает. Да Алексей и сам-то о нём не вспоминал. В шесть лет последний раз видел, даже не помнил, как тот выглядит, а фото своего бывшего мать тёзки все уничтожила.

Зинаида Михайловна женщина монументальная, тем не менее, умудряется свободно размещаться в этом не очень большом предбаннике вместе со своим столом, компьютером, двумя открытыми шкафами с документами, тумбой с кофемашиной, и ещё проход к двери остаётся достаточно широкий. Направляюсь по нему, обещая:

- Я всё сделаю. - робко улыбаюсь и выхожу в коридор.

Саня с погонялой Сморчок среди нашей братвы был самым мелким, зато самым начитанным. Он даже на нашей базе у замороженной стройки всё время разные книги через смартфон читал. Кажется он, да точно он, как-то вычитал, дескать не нужно швыряться камнями, если живёшь в стеклянном доме. Вроде американцы так говорят. Или китайцы. Не помню.

Но я и так не стал бы здесь ничего кидать, а уж тем более, когда тут реально почти всё из стекла, и наружные стены, и внутренние. Круто. Я из памяти предшественника это знал, но видеть уже самому - совсем другое дело. До сих пор приходится сдерживать эмоции удивления и некоторого восхищения.

Блин, опять приступ головной боли, резкой, но мгновенной, тут же пропавшей. Ничего, сейчас уже полегче. Вот ночью вообще думал с ума сойду или череп треснет. Да что там треснет - разлетится на осколки что та граната, которую Бирюк кинул в салон БМВ великого и ужасного Манчестера.

- Чего тут застыл, Алекс? - хохотнул проходивший мимо Лаптев, высокий как жердь клерк из группы перевозок. - Опять драли? - рассмеялся на ходу, ответа он не ждал.

А ведь он прав, чего я тут застыл? Сворачиваю свой злосчастный доклад в трубочку и направляюсь к комнате нашей учётной группы. По бокам от меня были бы аквариумы, если бы не жалюзи. Они закрыты, так что людей не вижу. Вид внутрь помещений открывается, лишь когда ожидается появление у нас высокого начальства, ну или когда у Виктора Николаевича дурное настроение.

Чистота здесь потрясает, стерильней, чем в нашей районной больнице, куда мы на прошлой неделе Рыжего с пробитой головой привезли, хотя там после ремонта и переоборудования тоже круто стало, не как раньше, но тут вообще отпад. С шампунем моют, и роботы, и тётки, то ли узбечки, то ли киргизки, для меня они все на одно лицо. Для тёзки тоже неразличимы. Были.

Что ж, тут всё говорит об огромных деньгах, которыми ворочает холдинг Инвест-гамма, владеющий почти сотней различных промышленных предприятий по всей стране, несколькими агрофирмами, маркетплейсом, парой-тройкой инвестиционных компаний, пароходством, интернет-изданиями, страховой компанией и даже собственным банком, пусть и не входящим в сотню крупнейших.

А вот и дверь в офис нашей группы учёта, тоже естественно стеклянная. Помещение у нас просторное, все одиннадцать человек расположились не на головах друг у друга, просторно. Офисная мебель цвета металлик будто только что со склада, а компьютерная техника самая современная, её постоянно обновляют. Как я понимаю благодаря предшественнику, кто-то на закупках очень неплохо имеет в свой карман. Впрочем, чтобы холдинг не обкрадывали корпоративная коррупция и воровство, для этого и существуют наш департамент в целом, и наш отдел с нашей группой в частности.

Захожу, внутри у нас имеется ещё одна, отделённая также стеклом от остального пространства, комната, кабинет руководителя нашей группы. Вообще групп в отделе целых пять, но только наш руководитель, точнее, наша руководительница имеет ещё и приставку заместителя начальника отдела. Зарплата соответствующая, полномочия, а вот насчёт ответственности всё мутно, она и группой-то руководит так, что хочется сделать рука-лицо.

- Платов! - раздаётся из аквариума рёв тигрицы, едва я перешагнул порог. - Ко мне зайди!

Анне Николаевне Каспаровой, это её рык сейчас раздался, всего двадцать три года. На два года младше меня нынешнего и на три меня прошлого. Училась в элитной школе, потом в МГУ, но повадки как у базарной хабалки. У нас девчонки, которые промышляли рядом с заправкой на выезде из города, скрашивая тяготы путешествия дальнобойщикам, в сто раз больше моей, теперь уже моей, начальницы имели такта и воспитанности.

Вроде не дура, но оценить сложно. Она мало чем занимается лично. Ну, ей можно. Анна Николаевна родная племянница одного из пяти совладельцев всего Инвест-гамма и дочь генерального директора "Инвест-гамма перевозки", транспортной фирмы, входящей в холдинг. Год ошивалась где-то в плановом отделе, а два месяца назад назначена сюда руководить группой. Думаю, ненадолго здесь, ей лететь вверх по карьере как ракете с Байконура или Восточного. Тёзка с большой надеждой мечтал, чтобы это случилось как можно скорее.

Нет, она не только на него, теперь меня, так громко орёт. У нас на столах устроена селекторная связь, но Анна Николаевна предпочитает кричать на всё помещение. Зачем? Долбанутая, думаю, потому что. И ко всем по фамилиям обращается, даже к Петру Васильевичу, который старше её отца года на три-четыре.

И все терпят, и мой тёзка естественно терпел, и я тоже буду терпеть. Пока. Есть причина тому. В шоке, однако здесь реально платят безумные по моим меркам деньги, больше ста тысяч в месяц, и это не считая квартальных и годовых премий. Обалдеть, мне никогда не приходилось столько денег держать в руках, ну или получать на карту. Случались месяцы, когда у меня выходило без учёта здешних премий примерно столько же, только редко и никогда двумя перечислениями. Бугор, бывало, то тысячу отстегнёт, то десять, то пять, в зависимости от того, сколько и когда нам поступало от опекаемых мелких буржуев. А тут в начале и в середине месяца приходят без задержек.

Нет, братва постарше конечно лучше жила, но я-то был среди тех, кого пренебрежительно называют пехотой. Что ж, есть и огромные преимущества в моей новой жизни. И зарплата - не единственное из них. Так что, пока терпим и не отсвечиваем. Позже со всем разберёмся.

Ого, а я, получается, стал умнее и спокойней? Значит тёзка оставил мне не одни только знания, а ещё и часть своих взглядов на жизнь? Или полученные знания сами повлияли на изменение моих взглядов? Гадство, опять голову прострелило болью. Надеюсь, это скоро пройдёт. Да и так случается всё реже.

Я действительно изменился не только телом. Я-прежний сейчас бы точно этой припадочной в лоб дал, возможно ногой, а я нынешний робко протискиваюсь в дверь. В точности как сделал бы мой тёзка. Так-то наша группа делится на две примерно равные части, одна начальницу терпит и улыбается, другая при этом старается её ещё и облизывать. К чести предшественника он входил в первую категорию.

- Звали, Анна Николаевна? - изображаю робкую улыбку, поедая руководительницу глазами.

Стройная брюнетка в ярко-красном деловом костюме и белой блузке, причёска - короткое каре. Красива, что не удивительно, над этим обликом такие косметологи работают, что мама не горюй. Почему-то с украшениями не очень - пара колец без обручального и кулон на тонюсенькой цепочке. Правда, там камешки сильно на настоящие алмазы похожи. Скромное обаяние буржуазии.

Обстановка в кабинете словно из какого-нибудь фильма о богатых. Раньше тут поскромнее было, но перед въездом сюда мадам Каспаровой всё обновили. На столе у начальницы стаканчик кофе - кто-то уже подсуетился и принёс - а рядом ополовиненная бутылка минералки. И ещё жуёт жевательную резинку. Как-то умудряется же совмещать, и кофе, и воду, и жвачку. Вид хмурый.

Понятно. Не только я половину прошедшей ночи не спал, она явно тоже. Собратья по несчастью, хоть у каждого оно разное. Анна Николаевна соизволит иногда выходные проводить в ночном клубе, и, видать, не рассчитала своих сил. Хорошая новость. Она ведь туда в одиночестве не ходит, с ней наверняка была лучшая подруга, тоже начальница, только в отделе консалтинга. Та дочь другого совладельца холдинга. Значит скоро припрётся сюда, девушки закроют жалюзи, будут болтать о своём о девичьем, из кабинета будут выбираться только до туалета и на обед, и день у нас в группе пройдёт спокойно. А мне это сейчас нужно.

- А ты что думаешь, тут телевизор работает? - усмехнулась шеф и тут же поморщилась. Головка-то бо-бо, чувствуется. И даже аспирин, початая упаковка которого лежит поверх тонкой стопки бумаг, не помог. - Платов, скажи, ты совсем у нас работать не хочешь? А? Не слышу.

- Анна Николаевна ..., - вот даже не знаю, что ей сказать, впрочем мой ответ в данный момент её не интересует.

- Я уже двадцать лет Анна Николаевна! - вообще-то двадцать три, даже с половиной, но пусть будет двадцать. - Почему я должна из-за тебя выслушивать гадости от Виктора Николаевича, а? - начальник отдела у нас не только умный мужик, а и искусный политик, вряд ли он этой фифе что-нибудь грубое сказал. Думаю, даже не пожурил. Просто поставил в известность, что Алексей Сергеевич Платов допустил серьёзную ошибку в отправленном на доклад документе. - В общем, в отличие от него добренького, я справедливая. Поэтому, Платов, скажи премии бай-бай, - она приподняла правую руку и похлопала ладошкой. Обидно, блин. Тут квартальные премии в размере двух месячных зарплат, а годовые и до десяти могут доходить. Как бы эта самка собаки и годовую не погубила, ей ведь хоть сейчас, не смотри, что лето в разгаре, можно служебную записку написать. - Имей в виду, моё терпение уже на исходе. Если не исправишь своё отношение к работе, вылетишь на улицу. Знаешь, сколько желающих на твоё место?

- Много, Анна Николаевна, - вздыхаю, открыто посмотрев ей в лицо. - Простите меня, пожалуйста, я сейчас же всё исправлю и отнесу Зинаиде Михайловне.

И тут вдруг меня опять накрывает головная боль, да не такая, как недавние её уколы, а точь-в-точь как вчера вечером после переселения в новое тело и ночью. Я вдруг чётко, осознанно, понимаю сейчас эмоции, которые испытывает сидящая передо мной гонористая девка.

Раздражение у неё на саму себя. Причина очевидна. А вот есть и то, что она испытывает ко мне. Симпатия?! Ого! Да не может такого быть! Одновременно презрение? А, ну тут без вопросов. Кто я для неё? Нищеброд. Такой только презрения и заслуживает. А ещё злость на меня. Это-то почему? Чем я ей не угодил? Может оттого, что нравлюсь как парень, но негоже принцессе с нищим даже рядом пройтись? Наверное так, но размышлять об этом недосуг.

Неожиданно в моём сознании раздаётся её голос: "Надо будет этого мальчика ещё немного попугать. Только не сегодня. Болею жутко. Вот зачем мы взялись на спор те коктейли дегустировать? Скорее бы Алка пришла. У неё нормальное лекарство от похмелья есть."

Голова у меня сейчас треснет как переспелый арбуз. Нисколько не сомневаюсь в достоверности со мной происходящего. Я не выдумал, я реально считывал эмоции и мысли.

Ух, ты ж, будто в тех сказочных книжках, о которых нам Саня Сморчок рассказывал. Жаль, что расплата за такую способность - жуткая боль.

- Эй, Платов. - Анна Николаевна заметила мои гримасы. - Что с тобой? Ты не заболел ли?

- Простите, - отвожу взгляд, усилием стараюсь выгнать посторонние эмоции, и боль начинает спадать. - Выпил вчера лишнего. Но я в рабочем состоянии. Честное слово.

На лице красавицы-брюнетки промелькнула понимающая, сочувствующая улыбка. Кажется, на миг мы нашли общую точку соприкосновения. Она пультом увеличила мощность напольного вентилятора, тоже бедняга страдает от офисной духоты, и кинула мне словно собаке кость ленту аспирина. Я поймал. Рефлексы этого тела, несмотря на то, что вокруг всё ещё плывёт, не хуже, чем у прежнего. Рост и вес почти одинаковые, разве что силёнок у меня намного больше было, но мышцы - дело наживное.

- Сразу две раствори. - советует. - И иди уже, Платов. - машет рукой. - Премии ты пока половину потерял. Постарайся не лишиться полностью.

Вот так. Чтобы сохранить хотя бы часть почти утраченного, пришлось предстать хуже, чем я есть. Видимо у алкашей имеются свои понятия о корпоративной солидарности. Так что, через неделю могу ожидать дополнительного месячного дохода. Приятно. Надо будет ещё и с накоплениями тёзки разобраться. Я-то всё прогуливал, а он немного копил. Не удивительно, тратить ему особо было некуда. Ленка, та, из-за которой он в петлю и полез, тянула из Алексея помаленьку, но не наглела.

За свой стол идут под сочувственными взглядами. Дресс-код для женщин у нас попроще, а вот мужчинам обязательны костюмы-двойки и галстуки. Но сегодня святая Анна Николаевна разрешила нам пиджаки снять, а галстуки развязать. Пока кондиционер не починят. Только я сегодня в пролёте с её добротой. Хотя след на шее от верёвки необычайно быстро заживает, если приглядеться, его видно. Проверил утром перед зеркалом в туалете, уже здесь в офисе.

- Ну, что Лёх? - тихо спрашивает Игорь Филиппов, мой сосед в комнате и приятель тёзки. Числится приятелем, так вернее. - Николаич сильно лютовал? Про Аннушку не спрашиваю, эта понятно, не потопчется на нас, считай, день у неё зря прошёл.

Пиджак я всё же снимаю, а вот галстук боюсь даже ослабить. Когда сажусь, ответить не успеваю, в офисе группы появляется зам начальника консалтингового отдела Алла Дмитриевна Решетова, подруга Анны Николаевны. Всё как я и думал. И надеялся. Поздоровалась кивком и шевелением губ, прошла в отдельный кабинет. На контрасте с Каспаровой эта блондинка, но тоже стройная. Носит очки в золотой оправе. Говорят, у неё зрение как у ястреба, но считает, что в очках она выглядит солидней.

- Влетело, Игоряш, - наконец отвечаю, вводя пароль на компьютере. - Но жить буду. Правда, половины премии не досчитаюсь.

- Только половины? - наигранно удивился Филиппов, ему тридцать, на фирме уже больше шести лет, и он часто считает нужным меня всему поучать. - Что-то наша гадюка сегодня добрая. Кстати, я тебе там сбросил на почту файлы. Посмотришь? А то я всё никак с этими чёртовыми складскими запасами не могу разобраться.

"Посмотришь" в исполнении Игоря, да и не только его в этой группе, означает "сделай вместо меня". Я теперь понимаю, что мой предшественник математический гений. Те задачи, которые решаются здесь в департаменте, ему все на один зуб, он бы за всю группу смог работать один, а то и за две. Ошибался же постоянно, потому что не организован, потому что его постоянно отвлекают то одной, то другой просьбой, и потому что все мысли последнее время о Ленке крутились. Недотёпой он каким-то был. Нормальный симпатичный парень, а стеснительный, да ещё и девственник. Обалдеть. Двадцать пять лет ведь стукнуло.

- Извини, - что-то в свой первый день в новом теле я только и знаю, что извиняться. - Сегодня никак не получится. - на самом деле не сегодня, а вообще всегда. Не собираюсь больше быть общественным рабом. Хотят меня грузить своей работой? Что ж, я не против. С умениями и знаниями тёзки со всем справлюсь. Но пусть тогда платят. - У меня задач полно.

- Да ты чего, Лёха? - возмутился Игорь. Излишне громко, чем привлёк ненужное внимание коллег. Кто-то донесёт начальнице, к гадалке не ходи, что мы тут шумим вместо работы. - Мне ведь вечером нужно будет сдать обе таблицы!

- Заполняй, - равнодушно жму плечами, находя папку с злополучным докладом. - Честное слово, мешать не буду.

Филиппов завис и вытаращился на меня, будто инопланетянина увидел.

- Чего?! Платоша, ты понимаешь, что говоришь вообще?! Меня же Аннушка живьём сожрёт!

Оценивающе смотрю на его плотную упитанную фигуру и отрицательно мотаю головой.

- Не сожрёт. - делаю вывод. - Ты крупный, у неё желудок такую тушу не вместит.

Уверен, что могу сейчас прочитать и его чувства или мысли. Только делать этого не стану. И так понятно, без внезапно мною обретённых паранормальных способностей, что этот хитрован думает, и не хочу вновь испытывать те жуткие боли. Второй раз могу не выдержать и заорать белугой на весь небоскрёб Инвест-гаммы.

Ох, скорее бы этот рабочий день закончился. С отчётом-то я разберусь, но надо хорошенько подумать, что вообще вокруг Алексея Сергеевича Платова происходит. Теперь мне предстоит вместо него жить.

Глава 2

Не знаю, то ли таблетки от доброй, всё понимающей Анны Николаевны помогли, то ли просто объединение знаний моих и предшественника завершилось, то ли я больше пока не экспериментирую со своими обретёнными паранормальными способностями, но после второго моего похода к кулеру за водой, чтобы растворить аспирин, голова у меня больше не болит.

Уже через час отнёс документ Зинаиде Михайловне, там же у неё в приёмной застал шефа, который лично из рук в руки принял пересчитанный, исправленный мой пятничный позор.

- Плохо выглядишь, Алексей. - заметил таки Николаич. - Надеюсь на этот раз у тебя тут всё правильно.

- Дважды проверил. - смотрю честным взглядом.

Не проверял я. И так знаю, что теперь там без ошибок. И справился с задачей вдвое быстрее, чем планировал исходя из опыта и знаний тёзки. Получается, я не только умею теперь мысли и чувства собеседников определять, но и в профессии стал что тот компьютер.

Странно даже. Наверное, моё сознание правильного пацана, соединившись с сознанием тихони-ботаника, создало нечто более эффективное, чем был каждый из нас в отдельности.

Не, так-то я тупым никогда не являлся. Неучем необразованным да, дураком нет. А теперь вот могу своими небезосновательно гордиться. Только светить ими категорически не нужно. Жизнь меня и так слишком часто била поленом по всем местам.

До обеда легко справился с задачами на весь день. У нас в здании сразу три столовые. Мы с Игорем всегда ходили в ту, что на четвёртом этаже. И ближе, и по цене нормально - в пятьсот рублей можно уложиться и не остаться голодным. Для центра Москвы это, считай, дёшево.

Сегодня Филиппов ждать меня не стал, ушёл обедать первым, даже не посмотрев в мою сторону. Чувствую, я не просто потерял друга, а нажил врага. Игорь ведь ещё пару раз пытался повесить на меня свою работу, но безуспешно. И с таблицами у него теперь реальные проблемы. Сам он их не успевает сделать, я отказался, а других таких дураков как мой предшественник тут в группе отродясь не было.

Теперь бывший приятель бесится. Да и пёс с ним. Я ж вижу, что он не просто ленивый и хитрый, так ещё и туповатый. Он и прежнему Алексею не был другом, а уж мне тем более. Паразит, одним словом.

Вместе с ним, также бросив на меня уничижительно-презрительный взгляд, отправляются и Наталья с Сергеем. Они тоже считались приятелями моего предшественника. Не такими близкими как Игорёк, потому что наглели меньше. Им он только половину их работы делал, ну, ладно, четверть. Пусть вслед за Филипповы идут лесом. Или они ж в столовую собрались? Ну, пусть туда валят.

Я сегодня взял себе борщ, антрекот с овощами фри на гарнир, селёдку под шубой и чай с эклером. Четыреста семьдесят три рубля. При зарплате в сотку нормально, считаю. Пока только привыкаю к новому образу жизни, и он мне нравится. Предложи сейчас кто-нибудь вернуть всё назад, руками и ногами бы стал сопротивляться. Раньше я такую жизнь лишь по телевизору и видал. Не дурак, понимаю, что везде есть свои проблемы, у недотёпы Платова их целый вагон и ещё маленькая тележка, но лучше эти проблемы решать в относительном комфорте и будучи финансово обеспеченным.

Поел в компании айтишников. Реально обмороки, а не люди. Говорят между собой явно на русском языке, а я их понимал примерно так, как если бы они говорили на китайском. Один из них умудрился опрокинуть полный стакан с апельсиновым соком, так мало того, что себе штаны облил, но и мне с его коллегой досталось. Правда всего пара капель, на пиджаке почти незаметно, дома затру.

- Эта, дружище, ты прости, а? - смущаясь говорит мне очкарик, когда я первым за нашим столом расправился с едой.

А чего? Они тут, смотрю, едят как барышни, медленно, пользуясь ножами. Нет, я тоже теперь так могу, но откусывать от куска, насаженного на вилку, удобней, чем каждый раз шуровать ножиком, к тому же те тупые, как наш с тёзкой бывший приятель Игорь. Вон он, даже в столовой посматривает на меня волком. Вот же придурок.

- Пустяки. - великодушно отвечаю.

Собираюсь отнести грязную посуду на мойку и только тогда замечаю, что это делают официантки. Столичный сервис. Или фирменный? Не важно. Ушёл я на обед из нашей группы последним, а обратно явился первым. Успел застать техников, отремонтировавших нам кондиционер. Козлы они. Стремянку притащили одну, а работать пришлось им вдвоём. Не придумали ничего лучшего, как использовать в качестве ступеньки мой стол.

- Вообще-то я за ним работаю. - сообщаю.

- Так мы сейчас его на место вернём. - весело сообщил мне носатый как дятел парень, спрыгивая со стола. - Мы закончили.

Он снял и свернул бумагу формата А-три, которую использовал в качестве подстилки под свою обувь, а его напарник, серьёзный мужчина с сединами на висках, нажал кнопку на пульте. Заработало! Ура! Всё прощаю, а то я думал, что задохнусь, галстук доделает с этим телом ту работу, которую не выполнила верёвка.

- Спасибо, - благодарю. - Низкий вам поклон.

- Окна не забудьте закрыть. - советует дятел.

- Без вас мы бы не догадались. - смотрю, как они возвращают стол туда, где находился, и сажусь за него в кресло, кстати очень удобное, мне-настоящему на таких сиживать ещё не доводилось.

- Не умничай, - буркнул мужчина.

- Идите вы, откуда пришли. - машу рукой в приподнятом настроении, ровный, чуть слышный гул кондиционера настраивает на весёлый лад.

Мастера на входе столкнулись с Петром Васильевичем, который и закрыл оба здоровенных окна. Следом появились остальные. Интересно было наблюдать, как их радостное настроение от работающего охладителя немедленно тускнеет при взглядах, бросаемых на меня. Ну да, я ж всех подвёл. Самым наглым образом отказался и дальше носить на себе ярмо.

Начальница после обеда соизволила не появиться. Видимо какие-то срочные дела за пределами холдинга. И я её понимаю, коктейли зло, хуже даже чем водки палёной перепить. Отсыпается поди. Ну, судя по тому, что приходивший за ведомостью растаможенных товаров Виктор Николаевич про Анну Николаевну ничего не спросил, та сбежала с работы вполне легально. А может я на неё наговариваю, и она действительно куда-то на полдня откомандирована?

Мне заняться по работе уже нечем, поэтому дальше лишь изображал деловитость. В действительности же размышлял о предстоящих делах. Да, будь на моём месте какой-нибудь интеллигент, да тот же тёзка, ему бы и недели поди не хватило, чтобы принять случившееся. Замучил бы себя вопросами, как такое могло случиться, кто это всё устроил, да почему, да зачем, да как же теперь жить. А я вот парень простой. Случилось и случилось. Всё, что нужно, когда-нибудь прояснится.

Конечно же мне любопытно, чем закончилась та стрелка между двумя группировками Мухинска, где меня убили, кто из наших пацанов уцелел, а кого отправили на тот свет, как и меня. Только я вот не долетел, получается. Надо будет в интернете посмотреть, что пишут. Возвращаться в наш городишко не собираюсь, но из интереса узнаю. Только этим займусь позже. Вначале надо хотя бы порядок в квартире навести, а то осколки разбившейся при падении тёзки люстры я лишь в сторону замёл и на работу побежал, ещё опоздать в первый мой рабочий день не хватало.

Так что, сегодня привожу в порядок хазу - фу, так выражаться - квартиру, свои мозги и оцениваю новое тело, а со всем остальным начну разбираться уже завтра. В первую очередь нужно определиться со своими удивительными умениями. На каком расстоянии я могу узнавать эмоции людей? А читать мысли способен только у тех, с кем беседую, или это тоже от расстояния зависит? Сейчас даже пробовать не стану, до сих пор жутко от воспоминаний о нестерпимой головной боли.

Отправлять по электронке исполненные документы не спешил, зачем излишне выделяться? Отослал за пять минут до окончания рабочего дня, всё равно шеф их только с утра начинает смотреть, и шефиня тоже. Нет, она реально смотрит и даже в них понимает. Теперь точно вспомнил об этом.

Над выходом из помещения у нас электронное табло, на нём и температура, и влажность, и давление, и время. Когда там часы показали восемнадцать-ноль-ноль, а именно во столько у нас официально заканчивается рабочий день, никто даже попытки оторвать задницу от кресла не предпринял. Вроде бы и начальницы нет, и за своевременный уход с работы никто ругать не будет, вот только, если восьмичасового рабочего дня тебе хватает, чтобы со всем справиться и будешь сразу же убегать из офиса, то потом не удивляйся и не спрашивай, почему такая премия маленькая или вовсе её нет.

Я уже прикинул, сложил годовую и квартальную премии, разделил на двенадцать, и получилось, что дополнительные поощрительные выплаты получаются даже больше официальной зарплаты. В общем, с мотивацией просиживать в офисе штаны или юбки допоздна, в Инвест-гамме всё в порядке.

А ведь, смотрю, я единственный, кто сейчас баклуши бьёт. Остальные реально корпят. Что, кореша, плохо без помощи Алексея Платова, да? Ух ты ж, только сейчас подумал, работа-то группы учёта может скатиться до плохого состояния, если я начну только своё выполнять. Ладно, не буду подводить начальников. Возьмусь за выполнение задач в прежнем объёме, только пусть их мне не коллеги подсовывают, потом отчитываясь, что они сделаны ими, а Анна или Виктор Николаевичи ставят. Точно, дошло, а ведь ни шеф, ни покорительница ночных клубов даже не догадываются, кто на самом деле тащит на себе воз. Это нужно будет исправить.

На часах восемнадцать пятьдесят восемь, и я начинаю собираться. Хотя тех сборов-то - надеть пиджак, положить в его внутренний карман смартфон, взять кейс и всё. Портфель мне в общем-то не нужен, носить домой документы может только начальство, а я к таковому не отношусь, надеюсь, пока не отношусь. Но офисному работнику без кейса как-то несолидно ходить. Другой Алексей там носил зонт, и я не стал менять его привычку. Жаль дождей давно не было, в столице давящая июньская жара, а поливальные машины помогают совсем немного.

Сегодня я ухожу первым. Обычно, наоборот, все уж разбегаются, а я потом на час-два всё ещё остаюсь в офисе им помогать с документами. Если бы взглядами можно было убивать, мой труп сейчас бы рухнул пробитый со всех сторон. Хотя нет, вру, кишка у них тут решиться на убийство, а вот тёмную, как у нас в детдоме новичкам, вполне могли бы устроить.

- До завтра, друзья! - прощаюсь вежливо.

Может со временем смирятся с бегством раба, и отношения у нас войдут в нормальную колею.

- Пока, Алексей, - ответил мне только Пётр Васильевич, который собрался на выход следом за мной.

Успеваю заметить всеобщее недовольство в адрес мужика, да уж, провинился он, с парией попрощался. Ух, ты ж, слова-то я какие теперь знаю. Пария. А ведь тёзка хоть и тюфяк, а эрудицией был реально крут. Теперь и я не хуже. Лучше. Потому что мало иметь знания и навыки, нужно ещё уметь ими пользоваться и иметь решимость их применять. Предшественник знал немало способов честного зарабатывания денег, от инвестиций до работы фрилансером, да всё сомнения мучили, как бы чего не вышло. И с этим разберусь.

В коридоре присоединяюсь к сотрудникам других групп, а позже и отделов, тоже задержавшихся на работе, так что у лифтов - их тут аж целых четыре - собралась небольшая очередь. Впрочем, лифты скоростные, вместительные, и провести много времени в очереди мне не пришлось, хотя Петр Васильевич меня нагнал.

- Зря ты так с коллективом, - сказал он мне уже на первом этаже при выходе из кабины, откуда мы выскочили первыми. - Смотри, как бы не подставили.

- Я буду осторожен. - отвечаю с улыбкой.

Пусть только попробуют, ноги переломаю. Нет, что-нибудь другое придумаю, я ведь теперь этот, интеллектуал, а не браток.

Утром спешил, поэтому личных впечатлений от высотки холдинга изнутри набраться не успел. Сейчас этот пробел устраняю. Нет, головой в разные стороны не кручу, но глазами туда-сюда поводил. Да уж, круто. Холл так вообще, поди в пятизвёздочной гостинице скромнее. Тут на первом этаже в огромном зале перед выходом даже целые пальмы имеются, не говоря уж о разных прочих растениях и красивом фонтане, окружённом мраморной скамьёй, на которой какая-то тётка явно из больших начальников - одета очень дорого - сидит и роется у себя в портфеле, а застывший перед ней парень держит в руке протянутый в её сторону смартфон.

Замедлить шаг, чтобы получше осмотреться, понимаю, у меня не получится, и сзади народ прёт на выход, и навстречу от лифтов другой стороны здания поток людей не меньше. Перед дверями наружу сразу восемь турникетов. Я заранее нащупываю у себя в кармане и извлекаю карту-пропуск, без неё ни войти, ни выйти. Зачем её прикладывать, когда уходишь, а не только при входе в здание? Да чтобы большой брат знал, кто до скольких работает. А ещё перед рядом турникетов четвёрка охранников. Кстати, ЧОП у Инвест-гаммы тоже свой.

Иду к третьему проходу, там дежурит Николай, он воспитанник того же детдома, что и мой предшественник. На пять лет старше, но как-то они друг друга узнали и всегда при встрече перебрасывались парой слов.

- Ты сегодня рано, Лёша. - пожал он мою руку. - Неужели у тебя праздник какой-то?

- Теперь, Коля, у меня каждый день будет праздник. - обещаю, прикладывая пропуск к стойке.

Самые крутые тачки у нас паркуются на подземных ярусах, но и те, что приткнулись на уличной парковке, очень не дешёвые, не сравнить с моим стареньким опелем середины девяностых годов выпуска. Шесть лет назад придя из армии и вступив в группировку, получив первые деньги, сам из хлама собрал самодвижущийся агрегат, и потом мы с братвой, сняв глушитель и врубив на полную музон, гоняли по всему Мухинску. Сейчас-то, слившись с сознанием тёзки, вдруг понимаю, какими же мы были придурками, а тогда казалось, что это круто.

Ох, чёрт, а у меня-нынешнего ведь не только автомобиля нет, но даже водительских прав. Как так-то, тёзка? С такими доходами и без тачки! Так, надо всё же подбить бабки, точнее определиться, сколько там у Лёхи на счетах было, он в банк-онлайн из-за своих любовных переживаний и загруженности на работе уж сто лет не заходил. Только не на ходу же лезть в смартфон? Направляюсь в тени высоток из стекла и бетона по аллее в сторону метро. Идти мне тут до станции всего минут десять, если не меньше. А вообще дорога от офиса до дома у меня, да, теперь уже у меня, занимает почти полтора часа. Издержки жизни в крупном мегаполисе.

В прошлой жизни довелось побывать в Москве трижды, и хотя я ничего здесь кроме площади трёх вокзалов не видел, считал себя вправе всем и каждому говорить, что её не люблю. Теперь вот понимаю, насколько я был неправ в своём отношении к Москве. Это замечательный, очень красивый и комфортный город. Тёзке она и раньше нравилась, но за последние лет десять ещё больше преобразилась в лучшую сторону - и дороги с развязками, и тротуары, и скверы с парками, и аллеи с детскими площадками, и больницы с поликлиниками, и театры с музеями, и кафе с ресторанами, и банки, и транспорт и многое другое - всё для людей.

Правда, как в любом деле не без ложки дёгтя. Даже предшественнику с его зарплатой и премиями очень многое недоступно. Хотел как-то выпендриться перед своей Ленкой, пригласить её на Рождество в Большой театр на оперу Чайковского "Щелкунчик", залез в интернет и чуть не окаменел навечно. Билеты за миллион рублей выскакивали. Нет, в теории были и дешёвые, в кавычках, которые стоили всего-то, опять же в кавычках, сто тысяч, но они исчезли из предложения на сайте Большого в первую же секунду начала продаж.

В общем, Лёха предпочёл дождаться ночи музеев, отстоять с подругой очередь в Третьяковку и бесплатно посмотреть на настоящие полотна итальянцев, не привозные, а извлечённые из запасников. Ничего, обоим тогда понравилось.

- Молодой человек, вам чем-нибудь помочь? - вывел меня из размышлений женский голос.

Обнаруживаю, что замер посреди аллеи у лавки, прислонив к ней свой портфель, а рядом остановилась старушка, которую и старушкой-то не назвать. Ей лет за восемьдесят, но ухожена, стройна и даже - ничего себе! - красива. В светлом длинном, приталенном платье с небольшой брошкой на груди. Золото или под золото? Наверное бывшая балерина какая-нибудь. Или артистка. А может просто училка. Но интеллигенция точно. Надо ж, помощь предложила. Что значит Москва, кого здесь только не встретишь. У нас в Мухинске таких не видел.

- Нет, спасибо, прекрасная незнакомка, - склоняю голову, как в каком-нибудь кино об аристократах, и поднимаю от скамьи свой кейс. - Просто задумался по пути к метро.

Ещё раз кланяюсь и направляюсь в сторону виднеющейся вдали на здании буквы М. Вслед слышу негромкий смех. Вот я выдал. надо ж, каким галантным стал. Реально перерождаюсь или уже переродился в новую личность, и эта личность мне нравится.

Глава 3

Государство у нас социальное, и всем детям сиротам по достижению ими совершеннолетия положены квартиры. Вот только нет чётких правил, когда и где их давать, или я о том просто не знаю.

Моим однокашникам досталось новое жильё, но в селе, райцентре в пятнадцати километрах от Мухинска, зато мне повезло больше.

Получил квартиру я позже остальных, уже когда вернулся из армии, и в старой четырёхэтажке хрущёвской постройки, зато почти в центре города, в двух шагах ходьбы от железнодорожного и автомобильного вокзалов.

Какая-то бабка померла, а при жизни приватизировать жильё не удосужилась. Близких родственников у неё не оказалось, а дальние из-за её непредусмотрительности с наследованием старушкиной жилплощади пролетели как фанера над Парижем. Так и стал я её наследником.

Кое-какой ремонт администрация там сделала, с мебелью на первое время Матвей Палыч помог, наш директор детдома, не оставлявший вниманием своих воспитанников и после того, как мы покидали родное гнездо, так что, особо я не бедствовал.

Понятно, теперь предъявить права на ту квартиру, как и на мой старенький автомобиль я уже не смогу. Зачем народ пугать историями о переселении душ? Мы ж ведь не индусы.

У тёзки ситуация сложилась ещё лучше. Он получил ключи от квартиры в строящемся доме Новой Москвы. Пока служил, здание достроили, внутреннюю отделку завершили.

Правда, пока больше половины жильцов не вселилось, лифты на постоянку не включали, и Платову почти восемь месяцев приходилось подниматься и спускаться, топая ножками, по лестнице, а этаж ему достался - а на каком выделят квартиру бывшему детдомовцу? - да, семнадцатый, последний. Ничего, может это и к лучшему. С отношением предшественника к развитию собственного тела эти нечаянные тренировки лишними не были. Организм мне достался здоровый, без излишнего жира, но, не очень мускулистый. Зато никаких дурных привычек, что для детдомовца удивительно. Мы у себя смолили как паровозы, хотя нас и гоняли. Ладно, я ж сейчас мыслю о жилплощади.

На мой взгляд, доставшаяся от тёзки квартирка просто суперская. Комната небольшая, квадратов пятнадцать, зато кухня больше десяти, коридор широкий, туалет с ванной раздельные, имеются даже полу-лоджия и небольшая кладовая, в которой предшественник оставил мне приличный набор неплохой одежды. Не брендовые шмотки, но вполне качественные, насколько помню из его знаний.

Увы, имеется и ложка дёгтя. Окна все выходят на одну сторону, причём, южную, да и технический этаж сверху не очень в летний зной от нагрева спасает. В общем, в квартире жарковато, а установить кондиционер Лёха всё только собирался, да так и не собрался. Даже простой вентилятор каждый раз забывал купить. Малахольный, честное слово.

- Пропустите инвалида! - говорит мне с укоризной тётенька у турникета к эскалатором.

Только тут замечаю, что едва не оттолкнул парнишку, больного церебральным параличом, ковыляющего в сопровождении молодой женщины.

- Извините, - отступаю назад на полшага.

А что ещё сказать? Действительно виноват. И задумался, и по сторонам засмотрелся. Тут уже можно демонстрировать любопытство, сойду за приезжего командировочного, первый раз оказавшимся в столице. Но надо всё же быть внимательней.

Каждая станция в московском метро - настоящее произведение монументального искусства, даже новые станции выглядят великолепно. Только теперь я кручу головой более осторожно, а то не хватало ещё кого-нибудь задавить. Ехать мне около часа с двумя пересадками. После второй оказался в вагоне, где достаточно свободных мест, а стоящие пассажиры не спешат их занимать. Наверное как и я с сидячей работы едут, задницы за день успели мозолями обрасти. Только вот мне не терпится посмотреть свои финансы. Ехать до конечной, так чего зря время терять?

Вижу сиденье в самом углу и устраиваюсь там, чтобы никто не мог подглядеть состояние моих банковских счетов. Это слишком чувствительная информация. Насмотрелся уже на огромное количество чудиков в электропоездах, которые пристраиваются к кому-нибудь что-нибудь читающему и начинают пялиться в книгу или экран смартфона либо планшета. Трудно своё что ли взять в дорогу?

Достал смартфон, оглянулся, не пялится ли кто-то на меня через стекло из соседнего вагона, и после этого разблокировал экран сначала пальцем, затем введением кода. Мой предшественник был осторожным, защищал всё по максимуму, даже пароли у него длиной с великую китайскую стену. Хорошо, что память изумительная, всё помнил, и теперь я их знаю. Кстати, это и хорошо. На работе, если захотят мне пакость в компьютере устроить, то фиг в него смогут войти. Разве что айтишники через холдинговую сеть, но тем я ничего плохого не делал. Даже наоборот, одному их очкарику пролитый свежевыжатый сок простил и быковать в столовой не стал.

Итак. У меня два банковских приложения - "Инвест-гамма Банк" и традиционный Сбербанк. Начинаю с первого. Ого. Сто сорок восемь тысяч на зарплатной карте. Круто. У меня прежнего на карте больше тысячи дольше пары часов не лежало никогда, я сразу снимал. Мало ли что. Возьмут менты и заблокируют. Ха, а у меня нынешнего ведь ни одной банкноты нет, ни в карманах, ни дома где-нибудь припрятанных. Ох, Лёха, зря ты так. Нал всегда должен при себе быть. Исправлю ситуацию.

Дальше порадовал Сбер, там паевой инвестиционный счёт на миллион четыреста с небольшим. Удобный инструмент. Ставка по нему почти как ставка рефинансирования Центробанка, проценты начисляются ежедневно, а деньги в любой момент можно туда класть или снимать. Правда, продажа паёв занимает до пяти рабочих дней, зато проценты не пропадают. Имеются ещё два счёта, один на полторы тысячи, другой на две семьсот, насколько вспомнил, оба когда-то были толще, но тёзка потратился. И не активированная кредитная карта с лимитом до пятисот тысяч. Когда открывал счёт, девчонка-оператор навязала, а Платов Лёха ж мягкотелый. Был.

Обалдеть. Да я теперь богат как Крез, и ещё знаю, кто такой этот самый Крез. Хотя, хотя, хотя, с чьими мерками подходить. Относительно доходов тёзки, скоплено совсем немного. Считай, только годовую премию в прошлом году ровно миллион получил. Не такая уж и самка собаки та Анна Николаевна, не сильно-то и обидела сироту. Правда, остальные в группе получили больше, но и так неплохо, пусть даже на карту упало восемьсот семьдесят тысяч, подоходный налог сняли. Ну так в том декабре и квартальная больше двухсот была, и зарплата, и в этом году прилично получал. Куда деньги-то ушли? Третий год, как мы с тёзкой - ну да, мы пахали, я и трактор - в Инвест-гамме работаем. И где?

Мебель Платов не покупал, ему её администрация района в рамках какой-то благотворительной акции обеспечила, и спальню, и кухню. Телевизора у предшественника отродясь не было, он его дуроскопом называет, и зря по моему, хорошая, удобная, нужная техника. Стиралка у него дешёвка, холодильник тоже, кофемашину ему на двадцатипятилетие от фирмы вручили, сердобольный шеф поди похлопотал, Лёха не выяснял. Так что, получается, сгоряча я решил, что та Ленка с моего предшественника денег не тянула. Это он не считал своих расходов на неё, а я вот на досуге сведу дебет с кредитом.

Вышел из приложений и зашёл на теперь уже свою страничку в ВК. В Одноклассниках Платов никогда не регистрировался, а в Фейсбуке или, как теперь, Мете забросил. Обходить блокировку с помощью ВПН здраво опасался, через них смартфоны или компы взламываются, что орехи молотком раскалываются. Остаться без накоплений и с мошенническими кредитами на своё имя он не хотел. И правильно делал.

Что ж, нам хватит и ВК. Мне хватит. Благо друзей тут у него немного, сто двадцать семь. В основном детдомовские и университетские приятели. Пара армейских сослуживцев. Ни с кем он особо не общался. Так, лайки под фото иногда ставил. О, да тут и Игорюха Филиппов, коллега мой драгоценный, имеется. И Наталья, и Сергей, и Вова с Танюхой, все главные паразиты. Удалить их из друзей? Нет, ладно, пусть сами удаляются. А ведь тёзка толком и не помнил, кто у него тут подписан. Просто добавлял в ответ на заявку. Больше половины лиц не знакомы.

- Конечная. Поезд дальше не следует! - раздалось в динамиках.

Ну, вот, приехал. Не совсем правда. Теперь ещё четыре остановки на электробусе, и почти в обратную сторону относительно той, откуда приехал. Вот Собянин на днях похвалился, что за последние годы почти полсотни новых станций метро построили, а мне-нынешнему прямо к подъезду ветку метро не подвели. Да что же у нас за власть-то такая, а? Негодяи.

Имею право быть недовольным всегда и всем. Вон у нас дядя Гриша, механик из автосервиса, где мы угнанные или отобранные тачки на запчасти разбираем, однажды попал в такую страшную аварию, что его по кускам сшивали. И ничего, подлатали так, будто никакой аварии и не было. Галка, его сожительница, всё время, что шла операция, а длилась она часов семь, перед дверями там просидела. Говорит оба хирурга, анестезиолог, медсёстры выходили оттуда, еле на ногах стояли. Это я к чему? Да просто за прошедшие после этого два с половиной года никто от дяди Гриши ни слова доброго не слышал, ни в адрес врачей, ни в сторону медицины в целом. Только брань. Так что, я ещё вполне ласково в адрес властей.

Ладно, шутки в сторону. Вон нужный мне номер едет, а вон подземный переход к остановке. Бегом? Бегом. Иначе следующего ждать придётся.

Успел и весь путь проехал стоя. На этот раз одно из пустующих мест занимать не стал. Действительно, успел насидеться.

Вышел из электробуса первым и помог молодой маме с коляской. Вспомнил один старый фильм, где наш разведчик также помог женщине с ребёнком, и это его потом сильно выручило, от гестаповцев отбрехался. Может и мне когда-нибудь зачтётся.

Теперь уже в моём районе всё заставлено высотками, будто часовые окружающими скверики, детские сады и площадки, школы и небольшие парки. Имеются высотные и подземные паркинги, да и открытые тоже, куда ж без них?

И всё равно, к моменту, когда Платов уезжает на работу или возвращается с неё, все дороги вдоль домов уставлены автомобилями. Да уж, тут в Москве все богаты, если сравнивать с мухинскими. Две машины на семью, считай, норма.

Моя семнадцатиэтажка совсем рядом, от остановки идти метров сто, не больше. По пути на первых и цокольных этажах зданий достаточно небольших магазинов, так называемой, шаговой доступности, а аптек и вовсе столько, что кажется, у нас здесь сплошь больные живут. Не помню, что там у меня дома с едой, но решил пока пройти мимо торговых точек. Хоть уж половина девятого вечера, но светло, всё ж лето на дворе. Спать я нескоро лягу, так что, если понадобится, добегу до ближайшего, ну или чуть дальше до круглосуточного. Но вроде всё дома есть. Таблетки тоже не нужны, а мазь для полоски на шее от верёвки точно не потребуется. Я ещё раз в офисном туалете посмотрелся в зеркало, завтра никаких следов уже не останется.

Мой подъезд третий, немного скрыт сейчас от взора посаженными деревцами. Это наше ТСЖ постаралось, товарищество собственников жилья. У нас там боевая тётка руководит, все на неё не нарадуемся. Ба, а что и кто это напротив крыльца нарисовался? Да это ж чёрная КИА-Оптима и её хозяин Виталик Рябков, однокашник Платова на последних двух курсах университета, когда мой тёзка вернулся из армии, приятель и предатель, к которому ушла от меня Елена Дмитриевна Карякина. И чего он здесь забыл? Сейчас выяснится.

Виталик ниже меня ростом, тщедушней, с непропорционально фигуре большим, мясистым лицом. Не красавчик. Однако, у него родители владеют туристическим агентством средней руки, так что, он всегда при деньгах, не жмот, и язык у него неплохо подвешен. Многим девушкам этих трёх причин вполне хватает, чтобы испытывать к Рябкову интерес. Чем тот и пользуется. Кобель знатный. Уж не знаю, насколько тупой нужно быть - я про Ленку - чтобы променять меня-бывшего на этого блудливого головастика.

- Чего припёрся? - спрашиваю, остановившись возле подъезда.

Мне, что на этого придурка, что на капризную Ленку, плевать с высоты колокольной башни. Но разговариваю так, как на моём месте делал бы это тёзка. Рябков предусмотрительно держится у раскрытой двери, готовый в любой момент нырнуть вглубь салона. Ах, да, Платов же грозился ему морду набить. Может так и сделать для полноты образа? Не, к чёрту. Тут видеокамер вокруг полно. Даже у нас в подъезде их три, а уж на улице-то для них ни одной мёртвой зоны, всё просматривается. Образ-то я может и поддержу, вот только уже эту ночь придётся провести в обезьяннике.

- Так это, Лёша, поговорить надо. - он немного расслабился, увидел, что я не собираюсь на него прямо сейчас с кулаками кидаться. - А ты же наши с Ленкой номера заблокировал.

- Кто? Я заблокировал? - удивляюсь и тут же вспоминаю, что так и есть. - Да, я заблокировал. О чём мне с вами разговаривать? Ни видеть вас больше, ни слышать не хочу. Говори быстрее, зачем приехал.

- Лёша, - приподнял он руки к плечам, будто сдаётся в плен. - Не кипятись, пожалуйста. Пойми, Елена ведь не вещь, и она вправе сама выбирать ...

-Да плевать мне теперь на неё. - грубо прерываю его явно заготовленную речь. - Она свой выбор сделала, и ты кстати тоже. Я про вас обоих уже забыл. Всё? Если всё, то я пошёл.

А вот сейчас я за своего предшественника отомстил. Это совершенно точно. Карякина ведь не прям чтобы писанная красавица и очевидно не во вкусе Виталика. Семья у неё не бедствует, но и не состоятельная, обычные люди, отец водитель поливальной машины, мать где-то делопроизводителем. Внимание Рябкова она привлекала лишь тем, что мой тёзка втюрился в неё до беспамятства. Вон, после разрыва даже в петлю полез, чудик.

По рыхлому полному лицу Виталика вижу, насколько он ошарашен моими словами. Всё, Ленусик, готовься. Готов руку на отсечение дать, и трёх, ладно, четырёх месяцев не пройдёт, как этот кобель тебя бросит.

- Так ты чего, Лёха, правда что ли ...?

- Ага, самая что ни на есть святая. Покеда, бывший друг. - поворачиваю к крыльцу.

- Да подожди ты. - окликает Рябков.

Тут как раз из подъезда выходит Любовь Петровна, моя полная соседка по лестничной площадке, шестидесятилетняя бабушка четверых часто приезжающих к ней совершенно невоспитанных внуков. Я, то есть конечно не я, но будем считать, что я, в начале весны снял её кота с дерева, куда того загнали конкуренты, и с тех пор она с Платовым не только здоровается, но и разговаривает. А ещё она повадилась подкармливать сиротинушку пирожками собственной выпечки. Надо сказать, очень вкусными. Мне даже воспоминаний прошлого хозяина тела сейчас хватило, чтобы почувствовать слюновыделение. Ох, мне ведь ужинать пора, а я тут с этим придурком время теряю.

- Здравствуй, Лёшенька, - елейным тоном говорит она, бросив злой взгляд на Рябкова, каким-то чутьём опознав в нём моего врага. - Я к тебе через часок зайду, как с магазина приду. У меня сегодня твои любимые с капустой и яйцом.

- Спасибо, Любовь Петровна, вы меня совсем избалуете. - улыбаюсь. - Не стоит, пожалуй ...

- Как это не стоит? Обязательно нужно. Ты вон какой худенький. Зайду обязательно!

Она удаляется с видом каравеллы, распустившей паруса, важно и не спеша. Я же перевожу взгляд на бывшего дружка, дескать, чего тебе ещё нужно?

- Сумку. - отвечает. - Помнишь, в мае Лена на дачу родителей с ней ездила, а оттуда к тебе заезжала и оставила. Всё хотела забрать, да забывала. А сейчас ...

- Вспомнила. - киваю. Та авоська с какими-то одёжками действительно стоит на полу в кладовой. Тёзка и сам про неё забыл. - Ну жди, сейчас сброшу.

Рябков поднял голову, посмотрев на семнадцатый этаж.

- Ты ...

- Шуток что ли не понимаешь? - ухмыляюсь. - Пошли, верну.

- Так я может здесь ...

- Издеваешься, Виталя? Буду я ещё туда-сюда ради шмоток твоей подружки мотаться. Пошли. Да ты не бойся, солдат симулянта не обидит.

В отличие от меня обоих, ловелас в армии не служил. Откосил за счёт липовой сердечной недостаточности. Родители проплатили диагноз, он мне как-то сам похвастался.

В лифте посмурневший парень пытался несколько раз завести разговор о своей и Ленкиной невиновности, вроде любовь у них нечаянно нагрянула, но я остался равнодушным, и от пятого этажа мы уже поднимались молчком.

Разумеется, в квартиру я его не пустил. Ещё не хватало, чтобы он увидел оборвавшуюся разбитую люстру. Подождал за дверью.

Было у меня желание сумку ему швырнуть, да подумал, на кой чёрт? Даже очень хорошо, что эти двое - Виталий и Елена - порвали с Платовым отношения. Мне такие друзья не нужны.

- Лёш, ты сегодня ..., - напряжённо посмотрел на меня Рябков, принимая сумку. - Ты сегодня ... Ты случайно не заболел?

Не он первый таким вопросом меня мучает. И ладно. Пусть думает, что хочет.

- Посмотри внутрь. - советую. - Там всё? Надеюсь, она больше ничего не вспомнит? Вот и вали отсюда. Ей от меня пламенный привет и пожелание про меня забыть.

Дверь я перед его носом закрыл аккуратно. Без хлопанья. Вот теперь, когда наконец-то я остался один, пора заняться намеченными делами.

Глава 4

Закрыв дверь, прислушался к удаляющимся шагам Виталика и звуку раскрывшихся дверей лифта. Дурацкая привычка, оставшаяся ещё от прежней жизни, когда надо было постоянно быть настороже и контролировать окружающую обстановку.

Наверное, и в этой жизни такой подход к собственной безопасности не помешает. Да, вроде бы ни к чему теперь, но пусть остаётся. И ещё, надо заставлять себя думать о себе и о тёзке как об одном человеке. Так комфортней и проще, мои опыт и знания - мои, и его опыт и знания - тоже мои.

Разувшись, нашёл тапки и уже в них прошёл в комнату, где сдвинутые к бельевому шкафу лежали разбившаяся люстра и осколки от неё. Это всё надо куда-нибудь вынести и решить вопрос с освещением. Пока светло, но скоро стемнеет.

Вот он придурок. Нет, вот я придурок. Правда, ум и образованность - не одно и тоже. Раз уж решил повеситься, то какого чёрта верёвку не на потолочный крюк было крепить, а на люстре? Придурок конченный. Понятно, она грохнулась вместе со мной. Ладно, чего теперь ругаться? Будь я поумнее, сейчас бы не переродился. А так - вот он я, живее всех живых. А тот, кто раньше мною был, может тоже сейчас где-нибудь новое жильё осматривает.

- Мусорные пакеты у нас в доме есть? - спросил вслух.

И тут же сам себе ответил: обе мои составные части покупкой специальных пакетов себя не утруждали. Куда тогда магазинные-то девать? Вот ими всегда и пользовались, чтобы вынести из квартиры лишнее из принесённого. На кухне в нижнем выдвижном ящике сложены.

Но вначале оценил состояние трёхрожковой люстры. По идее надо бы сделать в комнате подвесной потолок со спотами. И красивее смотрится, и лучше, равномерней освещается и руками, когда машешь ими во время физической разминки, ничего не заденешь.

Плафоны на выброс, а вот сам светильник похож на рабочий. Чему тут ломаться? Конструкция проста как кирпич. Где у меня запасные лампочки? А, вспомнил. Там же, где и вся одежда, кроме нижнего белья, в кладовой. Идём туда.

На трёх закрытых полках хранятся инструмент и всякая всячина, от тех же ламп, включая перегоревшие, до старых компьютерных запчастей, ставших ненужными после нескольких апгрейдов моего агрегата. Капец, сколько новых слов теперь я знаю, апгрейд тот же.

У меня-сильно умного руки из задницы растут, зато я-браток вполне хорошо владею всеми хозяйственными навыками.

Да, это странно. Не очень соответствует тому образу жизни, который я-мелкий бандит вёл, и к тому же я ведь детдомовский, а мы не очень приспособлены к домашним делам, что мальчишки, что девчонки.

Школьные уроки труда не заменят повседневных домашних хлопот и помощи родителям, а за нас в детдоме всё делали.

Ну, как бы то ни было, армия и несколько лет холостяцкой жизни свою роль сыграли. Могу я и розетку поменять, и мебель собрать, и еду сготовить.

Тут ещё и наследственность меня-братка видимо сказалась. Отец, говорят, был мастером на все руки, пока не спился и не замёрз насмерть у заднего крыльца овощного магазина, где подрабатывал грузчиком и где с ним рассчитались, в том числе, и водкой. Утверждали, что по его собственной просьбе.

Я его не помню, потому и не тоскую. Спасибо хоть за хозяйственные навыки, если конечно он действительно имеет к этому отношение.

Может кто-то там наверху старается, чтобы у людей всё было поровну? Тебе способности к науке, а тебе - на, держи - умение забивать гвозди. Не знаю. И не моё это дело.

Хочется есть, поэтому имеется стимул всё закончить побыстрее. Через пять минут нажимаю переключатель, и три лампы без плафонов обрадовали ярким свечением.

- Ну, вот, совсем другое дело. - опять произношу вслух.

Разговоры с самим собой вроде признак шизофрении, но мне можно, меня же двое, индуцировавших друг друга. Так, сначала поесть, а уж потом вынести мусор, корректирую планы и направляюсь на кухню. Что тут где лежит, каковы мои запасы, представление имею, но мутное. Зашёл по пути в туалет, порадовавшись качественному ремонту и там, а затем прямым ходом к холодильнику.

Посуды грязной нет, на столах чистота, открываю нижнюю дверцу крайнего шкафчика у мойки, где помойное ведро - убедился, мусора тоже нет. Я-прошлый, отправляясь вешаться, навёл идеальный порядок. Не хотел, чтобы тело покончившего с собой несчастного влюблённого в условиях помойки нашли. Даже предсмертную записку оставить не догадался, а чистоту навёл. Странно у меня мысли работали, удивительно.

В холодильнике на первый взгляд всё как у меня-мухинского, то есть шаром покати, если не считать раскрытого и уже просроченного стаканчика сметаны, непочатой баночки каперсов - я-московский ведь эстет насчёт поесть бываю - и свалка полупустых пакетиков майонезов, кетчупов и французской горчицы. Прямо скажем, не густо.

Зато морозильная камера порадовала аж тремя пачками пельменей. Да не дешманских, а с фаршем из мраморной говядины. Если конечно верить тому, что написано на упаковке. Лучше поверю, так аппетитней. Срок годности? Ещё месяц можно хранить. Отлично.

Воду наливаю через отдельный краник, там поток сквозь дополнительный фильтр очистки идёт, и это при том, что в Москве и так вода не как в Мухинске с запахом хлорки. А что, мне жить в комфорте начинает нравиться.

Посуды у меня немного, но для одного даже избыточно. Пока вода доводится до кипения, провожу ревизию остальных продуктов. Овощей ноль, фруктов ноль, круп ноль, зато соли и сахара-рафинада хватит на пару месяцев. Чай есть, и крупнолистовой, и в пакетиках. Кофе растворимый, дорогой.

Кстати, кофе-машина стоит даже не подключенная. Мне натуральный в зёрнах не нравится. На работе пью только чай, так как кофе в офисе зерновое из бесплатного автомата. А принести туда электрический чайник невозможно. Запрещены все личные электроприборы, даже бритвы. У нас в безопасности параноики.

Пока вода вскипела, пока всплыли и проварились пельмени - запустил сразу двадцать пять, много на ночь вредно, но ради первого дня совместной с тёзкой жизни позволил себе расслабиться - я всё же собрал два полных пакета мусора. Там и перегоревшие лампочки, и компьютерное детали, и осколки люстры, и разобранный старый принтер, и драные лыжные ботинки, и три пустых картонных коробки, их смял, и майонезы-кетчупы-горчица из холодильника, куплю новые, эти слишком подозрительно выглядят.

Выставил пакеты к двери и сел ужинать. Хотел было и лыжи выкинуть, я-московский их два года назад купил, да так ни разу не надевал, а уж мне-мухинскому они и вовсе не нужны. Остановило тут же разыгравшееся воображение. Представил, как увидевшие меня идущим по улице летом с лыжами позвонят в дурку. Нет, пусть до зимы постоят. Места в кладовой хватает.

Двадцать пельменей влетели в меня как экспресс-поезд, а вот оставшиеся пять осилил, что называется, на волевых. Не выкидывать же? Я с детства экономный, кто-то мне говорил, что и вовсе прижимистый. И потом мотовством не отличался, не появилось возможностей.

Существует заблуждение, что профессия бандита, хоть и рискованная, зато денежная. На самом деле это далеко не так. Шпаны, готовой работать в этом жанре за копейку, полно, даже конкуренция имеется, сбивает цены на услуги. Кабы была у нас в городе нормальная работа для необразованных парней, я б к бригаде не прибился.

До высот в иерархии, когда действительно почувствовал бы себя финансово обеспеченным, я так в Мухинске и не дожил, зато теперь могу считать себя Ротшильдом с нынешними-то доходами. А чтобы это почувствовать, ощутить во всех красках, зайду-ка после помойки в магазин. Шикану.

Сказано-сделано. Начинаю собираться. Естественно, к мусорным бакам в своём офисном костюме не пойду. Хотя конечно же, смотрюсь в нём стильно, модно, красиво, а, главное, след на шее от верёвки воротником рубахи и галстуком закрыт.

Сейчас надо шорты и футболку надеть, поэтому иду в ванную, смотреть на себя в зеркало и чем-нибудь затонировать синяк.

Ванная тоже шикарная, просторная, с большим зеркалом над раковиной. Ура! Следа от попытки самоубийства на мне вообще не осталось. Очень удивительно, но по сравнению со всем остальным со мной случившимся - сущая ерунда.

Так что, смело надеваю лёгкий прикид, кроссовки, беру в руки пакеты, и, уже открыв дверь, понимаю, что я слоупок, вместо банковской карты положил в карман единый проездной. Бес попутал.

Выставив в тамбур мусор, не разуваясь, вернулся в комнату, одну карту вернул в пиджак, другую забрал. Говорят, возвращаться - дурная примета, надо обязательно потом в зеркало посмотреться, но, во-первых, в приметы не особо верю, а, во-вторых, зеркала в прихожей у меня нет. Не топать же в ванную.

На площадке четыре квартиры и каждая пара из них отделена дверью. Зачем это нужно, не пойму, но так-то неплохо.

Моими соседями по тамбуру являются Наиль и Эльвира Сафины, бездетная супружеская пара в многометражной трёхкомнатной квартире. Обоим за сорок, но выглядят моложе тридцати. Не удивительно - оба приверженцы и пропагандисты ЗОЖ - здорового образа жизни, фитнес-тренеры и коучи. Причём, весьма успешные.

Я их почти не вижу, они постоянно в отъезде, то в Турции, то в Индии на Бали, то ещё где-то, сейчас вот заключили контракт и уехали в Китай, на курорт с труднопроизносимым и незапоминающимся названием. До последних событий в основном на европейских курортах, где много наших соотечественников, работали, но теперь, понятно, делать там нечего. У них даже карты и счета в европейских банках заблокировали. Нет, они не преступники и не шпионы, а просто русские. Тамошним гомосекам этого основания вполне хватило.

Раньше думал, люди ездят к морю, чтобы купаться, однако, судя по постоянной востребованности моих соседей у владельцев отелей и глав турфирм, на курортах и фигуры корректируют. С самих Сафиных можно скульптуры лепить. Тела подтянутые, эталонные.

Я с ними иногда общаюсь при их редких возвращениях на родину, но все попытки Наиля уговорить меня заняться своими телом и здоровьем пока игнорировал. Теперь планирую и без уговоров заняться.

Физическая сила - офисный ли ты клерк или нет - лишней никогда не будет, тем более, нужно имеющиеся у меня навыки мордобития адаптировать под новое тело. Никогда не знаешь, как жизнь сложится, и что в ней может пригодиться. Зря я что ли три года учился у бывшего чемпиона по боевому самбо, отсидевшему за непредумышленное убийство?

Ключи на тумбе, беру, выхожу и закрываю квартиру. С пакетами в одной руке, другой слишком резко распахнул тамбурную дверь, напугав тянувшуюся в этот момент к звонку мою добрую соседку Любовь Петровну. Обещание сдержала и принесла тарелку пирожков, сложенных горкой, штук десять, не меньше.

- Лёшенька, ты куда собрался-то так поздно? - спросила и сразу же сама себе ответила: - А, мусор вынести? Это правильно. А я вот тебе гостинцев принесла. Правда, остыли уже. Но у тебя ведь есть микроволновка?

- Есть, Любовь Петровна, - смеюсь. - Куда же в наше время без неё? - не вру, она у меня действительно имеется.

- Это да, без неё теперь никуда, - согласилась. - Особенно вам молодым. Часто вижу ты доставку пиццы заказываешь? Вот зря, - хмурится. - Мало ли какой гадости туда положили. Или мигранты эти, что там работают, руки не помыли. Животом будешь мучиться.

- Да пока бог миловал, - принимаю тарелку. - Спасибо вам огромное. Даже не знаю, как и благодарить.

- Скажешь тоже, благодарить. Мне только в радость тебя угощать.

Ну, да. И котика её спас от врагов, и сирота. Бабульке действительно хочется мне помогать. Только считаю, что она уже вполне за мою помощь расплатилась. Надо бы и мне как-нибудь отдариться. Новый год у нас не скоро, восьмое марта ещё позже, когда у соседки день рождения не знаю, только обязательно ли нужен повод, чтобы порадовать человека подарком? Не забыть бы только.

Опять пришлось возвращаться в квартиру, но до лифта я всё же добрался. Пусть кабинки у нас и не скоростные как в здании Инвест-гаммы, и кнопки не сенсорные, и электронного табло не имеется, но всё равно, в Мухинске о таких удобных, современных лифтах можно только мечтать.

Сбор мусора у нас тут раздельный, а я - новая личность есть воспитанный и законопослушный гражданин, так что, пришлось лезть в один из пакетов и выкидывать извлечённое из холодильника в другой бак, не в тот, куда бросил остальное.

Отойдя от мусорки несколько шагов, замер, что тот Буриданов осёл между двумя одинаковыми стогами сена - и до Магнита влево, и до Пятёрочки вправо идти примерно равное расстояние. Шутливо спросил себя, откуда здесь в Новой Москве наши мухинские сетевые магазины?

Выбор пал на Пятёрочку, Магнит в цокольном этаже, нужно будет спускаться, потом подниматься, лучше уж обойтись без этого. А путь в обе стороны отлично освещается. Видно всё, будто днём.

Людей в торговом зале немного. Все уже по пути с работы успели затариться, и сейчас среди полок и прилавков бродят лишь такие же припозднившиеся, как и я.

Банковская карта в кармане приятно грела душу, и сумма там приличная, что можно ни в чём себе не отказывать, и скоро ещё зарплата придёт. Теперь живу.

Взял тележку и двинулся к полкам. Раз уж решил взяться за ЗОЖ, то начал с фруктов - загрузил ананас, сто лет его не ел, лимон к чаю, пяток мандаринов, по паре апельсинов и яблок. На киви посмотрел-посмотрел, сначала взял, потом выложил, не нравятся мне почему-то, ни прежним, ни нынешнему.

Следом погрузил двухкилограммовую сетку картофеля, огурцы, помидоры и направился дальше. Взял охлаждённого мяса, уже нарезанного, в вакуумной упаковке, из колбас взял сырокопчёную, не знаю, как она по вкусу, выбрал самую дорогую. По такому же критерию бросил в тележку сыр.

Далее - молочка, сок, упаковка яиц, растительное масло, конфеты, гречка и спагетти. Хлеба я ем мало, так что, хватило половинки нарезного батона, на пару дней, и то не съем. Специй набрал, от майонеза отказался умышленно, ЗОЖ ведь теперь, а вместо кетчупов баночка томатной пасты. Я-мухинский сам неплохо умею готовить соусы, братва хвалила. К кассе подошёл с тележкой нагруженной доверху. Там ни передо мной, ни за мной никого не оказалось.

Сидевшая за кассой девушка лет двадцати, голубоглазая круглолицая блондинка с двумя косичками, хорошо мне знакома на лицо. Давно замечал, что она с интересом на меня посматривает. Явно нравлюсь.

Использовать на ней сейчас эмпатию или ментал? Да ну, нет. Перед сном вызывать головные боли точно не стоит. К тому же, я кремень, раз решил, что все эксперименты завтра, значит завтра. Сегодня у меня не менее важное дело есть.

Хотя насчёт девушек надо будет что-то думать, что-то решать. Не дело этому телу до сих пор быть девственным. В двадцать-то пять лет! С ума можно сойти. Эх, где же вы девчонки с восточной бензозаправки?

- Сегодня, вижу, без доширака и ролтона? - улыбается кассирша, когда выдав мне большой пакет пробила чек. - А вместо них ого-го?

Да, раньше я тут был намного скромнее с ассортиментом продуктов. Не столько экономил, сколько лень с готовкой было возиться. Бэпэшки и пицца с роллами через доставку являлись основой моей диеты.

- Да, Ольга, - её имя читаю на бейджике. - Решил, что пора менять питание, а то так и язву заработаю.

Однозначно, она не против продолжить наше знакомство. А чего? Парень я симпатичный, и это сегодня сюда зашёл одетым по простому, а так-то Ольга меня приметила в дорогом костюме и кожаным кейсом. Молодой, но солидный жених на выданье - обручального кольца-то нет.

Вот только она явно нацелена на серьёзные отношения, а я к таким не готов и не скоро соберусь вешать себе на шею ответственность за кого-то. Тогда зачем симпатичной и, похоже, доброй девушке буду голову морочить?

К счастью, тут подошла женщина с корзинкой, и мне не пришлось выдумывать, как оборвать разговор, чтобы Ольгу не обидеть. А на будущее, что ж, придётся в Магнит теперь ходить. А лучше заезжать по пути в Ленту или Евроспар, там выбор намного богаче.

Решить бы ещё вопрос с водительскими правами и автомобилем. Так-то машина мне не очень нужна. На работу и обратно проще перемещаться общественным транспортом, чем в пробках стоять. Дачи у меня нет, на юг лучше самолётом. И зачем тогда мучиться? Ради редких, раз в неделю, поездок в гипермаркеты? Ну так яндекс-такси тогда на что? Я-новый могу себе это позволить.

Пакет получился тяжёленький, а обошлось мне всё в три с небольшим тысячи рублей. Для меня-сегодняшнего копейки. Инвест-гамма, я твой преданный сотрудник. Ну, раз ты так щедро и своевременно платишь. Жаль, Анна Николаевна разозлилась, что в потерю полусотни тысяч выльется, как пить дать, так тут сам виноват.

Впрочем, адекватно оценивая свои способности, с учётом диплома с отличием, знаний и опыта работы, я и без Инвест-гаммы не пропаду. Только, кажется, ведь от добра добра не ищут? Да, так и есть.

Пока дотащился до дома, пока разгрузился, пока принял душ, время уж за десять вечера перевалило. Прошедшая ночь была бессонной, и эту следовало бы использовать по максимуму, будильник-то на шесть утра в смартфоне стоит, однако понял, что не усну, не узнав, что там в Мухинске со мной и братвой стало. Узнать это несложно и недолго. Интернет ведь есть, а сейчас не девяностые и не начало нулевых, когда побоище вроде того, что нам устроили продмашевские, могло бы затеряться в общем потоке похожих событий. Наверняка сейчас и прокуратура, и менты на ушах стоят. И журналисты свой хлеб отрабатывают, в том числе, в интернет-изданиях. Ох, не менты, полиция стоит на ушах. Вроде по смыслу одно и то же, но есть нюанс. Я - новая личность мыслю по другому, чем прежде.

А ещё у меня теперь огромные способности в сборе информации и её анализе. И десяти минут не прошло, как я обобщил уже все сведения из федеральных и региональных СМИ и сложил полную картину произошедшего.

Дело действительно получилось настолько громкое, что помимо мухинских правоохранителей в город прибыли следователи из Владимира, нашего областного центра, и даже из самой Москвы. Шутка ли, расстрел кортежа автомобилей сразу из трёх автоматов. Из моих пацанов выжил один Лёнчик, да и тот скончался в больнице, но дожив до операции. В городе сейчас идут повальные аресты и обыски. Да уж, что-то наши бугры переборщили в выяснении отношений. Похоже, мало теперь никому не покажется. Не исключаю, что на какое-то время, до появление молодой поросли, Мухинск станет городом без преступности.

Ох ты ж, а общак-то? Не большой, а нашей бригады? Получается, я теперь один знаю, где он заныкан, то есть спрятан? Ага, так и есть. Место знают, знали, Камаз, Лёнчик и я, двое из которых погибли. Нет, все трое. Но я-то вот он, и имею все права на кассу нашей бригады. Кровью заработал, точнее, жизнь отдал. Всё лучше мне забрать, чем, когда стройку разморозят, какой-нибудь гастарбайтер наши деньги обнаружит.

Да и справедливо это. Не всё же пользоваться только тем, что я-московский нажил. Ту, мухинскую квартиру, как и автомобиль мне уже не видать. Как я приду и скажу, что это моё? Никак. Так хоть хотя бы общак себе заберу. В виде компенсации, так сказать. Правда, не в курсе, сколько в нём денег, но пригодятся. Нет, правда, не дарить же их чужим людям?

Выбрать время, чтобы съездить в Мухинск, не проблема, тут меньше двух часов до Владимира, и там на электричке полтора. За день обернусь. Узнать меня естественно никто не узнает. Так что, в ближайшие же выходные смотаюсь за своими кровными.

Глава 5

Проснулся, ещё шести нет. Минут за десять до срабатывания будильника. И, главное, выспался отлично, провалился в омут без всяких сновидений. Может что-то там и было, но ничего не вспоминается. Кажется, в обеих своих жизнях так хорошо ещё не отдыхал.

А вдруг крепкий сон - тоже какая-нибудь новая способность? Лучше бы ответ на этот вопрос оказался отрицательным. А то придут враги на порог, с шумом, гамом или даже стрельбой, а тут я дрыхну без задних ног.

Ладно, шутки в сторону. Это второй день моей новой жизни, но первый, который нужно считать полноценным. Поэтому начинаю приводить тело в порядок.

Раньше я-московский сразу после туалета кидался включать компьютер, чтобы узнать в чате любителей игры в Героев меча и магии о новых картах и персонажах, а теперь своего верного электронного друга и помощника оставляю без внимания.

И вообще, виртуальные игры меня-нового совсем не прельщают. Есть дела в реале, они более полезны, а в свете обретения мною паранормальных способностей и открывающихся карьерных перспектив при помощи слившихся знаний Платова с характером бандита, пусть и мелкого, по прозвищу Алекс Железо, жизнь обещает быть намного более интересной, чем какие-то компьютерные развлечения.

Так-то в мухинском прошлом звался Алексей Железнов, и, что в детдоме, что первые месяцы в армии, находились такие, кто пытался наделить меня прозвищами железка или железяка, но крепкие кулаки, нежелание прощать обиды, скверное чувство юмора и упорство, эту ситуацию быстро исправляли. Впрочем, теперь это уже не важно.

Начинаю разминку с армейского первого комплекса физических упражнений и сразу обнаруживаю, да, люстра мешает. Поэтому выхожу в свой широкий коридор - будто специально сделан под личный малый спортзал - и продолжаю уже в нём. Тут лампы дневного света по краю и под потолком, так что, их руками случайно не зацепишь.

По идее, надо было бы начинать с пробежки, только все нормальные люди кардинальные перемены в своей жизни стараются начинать в понедельник, а я этот уже пропустил по уважительной причине, сегодня вторник. Бегать начну теперь уж со следующей недели. А пока отжимания с прихлопом, приседания, бой с тенью. Турник бы не помешал, но чего нет, того нет. Как-нибудь этим озабочусь.

Мои занятия в самом начале прерывались звуком включившегося на смартфоне будильника. Заставляя его замолкнуть, заодно посмотрел журнал вызовов, вдруг кто-то звонил? Нет, никому я не нужен.

Вообще мне редко звонили, в основном с работы, ну и Лена, когда мы с ней дружили. Вот ведь реальная стерва. Я перед сном таки провёл ревизию своих затрат на неё, и весьма кругленькая сумма получилась. И ведь умела же мною-прежним манипулировать. Вроде и не просила ничего, а я вот раскошеливался. Сам. Теперь вот и без тех денег, и без девушки. Ну, ладно, что под венец не затащила, это и к лучшему, так ведь и в постели не пригрела. Умеет жить Ленка, ничего не скажешь.

Иногда Игорёк звонил, будто бы просто поболтать, а на деле выяснял, закончил ли я ту работу за него, с которой оставался в офисе допоздна. Хитрый козёл. Были ещё однокашники по университету, но те только по праздникам меня тревожили звонками, да и то редко, чаще отделываясь эсэмэсками.

Конечно же и мошенники не оставляли своим вниманием, куда же без них? И служба безопасности сбербанка, и доставка, и офицеры ФСБ, полиции, налоговой, администраторы Госуслуг, кого ж только не было. Одно время считал хорошим развлечением троллить днепропетровских парней и девушек вопросом "чей Крым?", но уж с год как наскучило, да и им, похоже, разрешили отвечать правильно. Теперь сразу сбрасываю, как только слышу их хэкающий говор.

Занимался упражнениями всего полчаса, но сильно обессилел и взмок с непривычки. Вышел на полу-лоджию, отодвинул стеклопакет и вдохнул полной грудью воздух. Обычно балкон у меня закрыт, всё же семнадцатый этаж, ветродуи тут случаются ого-го какие, так вот выворотит пакет, улетит кому-нибудь на голову, и потом оправдывайся. У нас ведь и за непредумышленное убийство статья имеется.

А вид открывается просто шикарный. Между двумя свечками таких же высоток как и моя виднеется широкая полоса леса, не лесопарка, не сквера, а именно что настоящего. Жаль, правда, что смотреть на него смогу ещё год-полтора, там перед ним уже расчистили две площадки, под торговый центр и ещё один дом. Придётся окончательно чувствовать себя обитателем городских джунглей.

Впрочем они у нас вполне комфортные. Вот наш с Виталиком Рябковым университетский приятель, уехавший в Гонконг на хорошую зарплату, вот он конкретно попал. Снимает квартиру площадью пятнадцать квадратов, так в ней ни одного окна нет, она находится внутри дома. Обалдеть просто. Да, говорит, там почти на половину стены жидко-кристаллический экран, на который можно выводить какие угодно виды и ландшафты, и озонатор, освежающий воздух и по желанию подающий запахи тайги, степей, моря и прочего, но в гробу я такой комфорт видал. У нас, слава богу, до такого ещё не скоро дойдёт. Разве что к концу века, когда вся Россия переедет в Москву, а на остальной территории будут одни лишь роботы, добывать, производить, выращивать. Меня к тому времени точно уж не станет. Хотя почему? Вдруг ещё раз смогу переродиться? Теперь это не кажется сказкой.

Закрыл стеклопакет на защёлку и отправился в душ. Когда растирался ещё раз оценил себя в зеркале, благо оно ростовое и позволяет мне на себя полюбоваться. Что ж, не атлет, но фигура пропорциональная, без лишнего жира. Рост последний раз в армии измеряли, было метр восемьдесят два, может за прошедшее время ещё на пару сантиметров подрос. Не баскетболист, оно и к лучшему. Русоволосый, нос прямой, глаза карие, губы обычной полноты, подбородок как подбородок, в общем Алексей Платов не Брэд Питт, но вполне красив. Дару Ленка, реально дура. А с другой стороны у женщин ведь подсознательная забота о потомстве. Наверное она решила, что её детям будет комфортней иметь богатеньких дедушку с бабушкой, таких как родители Виталика, чем жить с папой сиротой. Ну, её выбор, пусть катится, куда хочет. Реально сейчас к ней никаких чувств не испытываю, кроме равнодушия.

Позавтракал оставшимися со вчерашнего второго ужина пирожками Любовь Петровны. Разогретые в микроволновке они будто только что были испечены. Действительно очень вкусно.

Показалось мало, поэтому дополнительно приговорил купленные в Пятёрочке два йогурта.

- Блин, у меня же ещё тостер имеется. - вспомнил вслух, уже убираясь на кухне.

Прибор был куплен где-то год назад, несколько раз в нём пожарил хлеб, потом убрал вниз кухонного шкафа, да и забыл.

А зря, мне сегодняшнему бутерброды из поджаренных батонов нравятся. Сейчас я уже наелся, но тостер достал и поставил рядом с микроволновкой. Пусть здесь будет, на глазах, чтоб опять про него на год не забыть.

На часах уже восемь минут восьмого, рабочий день у нас с девяти до восемнадцати с часовым перерывом на обед. Уходить позже можно, и это приветствуется, а вот приходить нет, за это наказывают. Бывают конечно случаи вроде прошлогоднего, когда Москва вся превратилась в один большой сугроб. Тогда начальство закрыло глаза на массовое опоздание сотрудников. А в обычных обстоятельствах, всё на волю начальства.

В Инвест-гамме рядовые сотрудники не то чтобы как рабы, но реально сильно зависимы. Коллективный договор прописан таким образом, что лишение премии - это не наказание, а лишь отсутствие поощрения.

Один неуживчивый тип из планового отдела "Инвест-гамма Агро", сутяга до мозга костей, попробовал было оспорить в суде этот договор, да куда там. Тягаться с юристами холдинга, которых у нас целый департамент, занимающий целиком один из верхних этажей, бестолковое дело. Зато с работы тот скуф весьма быстро вылетел, как раз по причине опоздания. А ведь мог отделаться частью премии, и то не факт. При хорошем настроении начальник имел право закрыть на проступок глаза.

Надо поспешить, и я ускоренно направляюсь в кладовую, по пути осознав, что пятна сока, спасибо за них очкарику-айтишнику, не оттёр. Не сильно заметно, но неприятно в таком виде приходить в столь солидный офис. Благо, у меня гардероб позволяет надеть другой костюм, светло-серый, тоже летний. Когда повязал галстук, вдруг сообразил, что сделал это легко, а ведь я-мухинский никогда петлю на шее не носил, считал интеллигентской блажью, я же здешний никогда не мог запомнить, как правильно вязать узел, и либо не развязывал галстуки вообще, снимая через шею, либо лез в смартфон и искал в интернете, как это правильно делать, всё никак не мог запомнить. Получается, что? У меня ещё и память улучшилась? Получается так. И это тоже здорово.

Много времени сборы не заняли, а вот у лифтов пришлось немного подождать. Обычное дело - семнадцатый этаж есть семнадцатый этаж, и кабинки, что пассажирского, что грузо-пассажирского лифтов, с утра, когда народ валит на работу, постоянно перехватываются теми, кто живёт ниже. Но пять минут я могу себе позволить и подождать.

На восьмом ко мне присоединились заспанные братья-близнецы, закончившие седьмой класс.

- Здрасьте. - в один голос приветствуют.

Прошлым летом я помог им вставить на место выскочивший с доски ролик и с тех пор мы, можно сказать, приятели. Впрочем, у нас тут и так все друг с другом здороваются, и кто знаком, и кто не знаком. Культурные люди. Не удивительно. Таким мелким гопникам, каким я был в Мухинске, при нынешних ценах на жильё в моём нынешнем доме делать нечего. Всю жизнь копи, не скопишь.

- Каникулы же? - спрашиваю ребят. - Вы куда в такую рань?

- У нас летний лагерь при школе, - грустно отвечает Юра, он из братьев самый общительный.

Понятно. Пока родители на работе, чтобы дети не балбесничали, им организовали приют, который им явно не нравится. Только куда им деваться?

- А рано чего так? - уточняю.

- В дежурной группе, - вздыхает мальчишка.

На пятом к нам присоединяется красивая стройная женщина лет сорока. Тоже здоровается, бросает на меня взгляд, словно просветив рентгеном, и чуть улыбается кончиками губ. С ней мы волею судьбы часто встречаемся в лифте, нам на работу надо выходить примерно в одно и тоже время. Мы незнакомы, но я её знаю. Случайно, будучи у Ленки в гостях, увидел её лицо в новостной передаче, разумеется, сразу же узнал. Она там приговор зачитывала о депортации группы чего-то набедокуривших гастарбайтеров. Судья в общем. Её у подъезда ждёт автомобиль, но ни разу не предложила меня подвезти хотя бы до метро. Бог ей судья.

Я-прежний всегда с удовольствием тайком исподлобья рассматривал её фигурку, в первую очередь обтянутую юбкой - ни разу не видел её в штанах или джинсах - попку. Благо, мне всегда доставалось место у стены, а женщине у двери. Только на этот раз у меня имеется другое дело. Попробую проверить свои способности. Как они сегодня сработают?

Дар эмпатии мне не нужен, и так понятно, что испытывает человек, направляющийся утром на работу, а вот мысли судьи прочитать попробую.

Сосредотачиваюсь, на интуитивном уровне понимая, как направить мысленный запрос на женщину, и тут же получаю заряд боли, такой же, какую испытывал и вчера. Плохо. Я-то рассчитывал, что станет с каждым разом меньше расплачиваться за способность. Что ж, придётся жить с этим.

"Какой-то он странный, - услышал я мысли судьи, пробивающиеся через пелену моих головных мучений. - Обычно отводил взгляд, улыбался растерянно, а сегодня смотрит прям дерзко. Чем-то он некоторых моих клиентов напоминает. Находись он сейчас на скамье подсудимых, точно решила бы, что он из преступников. Опыт есть. Мне ведь иногда уже ни улик, ни доказательств не нужно, чтобы понять, кто ждёт моего решения. Да, опыт, пятый десяток ведь в этом году разменяла. Как быстро время летит. Вроде совсем недавно ..."

Что там у женщины было недавно, я не дослушал, стало уж невмоготу терпеть, вот и выскочил из её мыслей. Сдержал тяжёлый вдох и почувствовал выступившие на лице капли пота. Полез в карман пиджака за платком, но его там не обнаружил. Вот чёрт, забыл. Надо будет на станции пакет бумажных салфеток купить. Ох, а в кармане ведь и проездного нет! Точно. Как вчера выложил на столик в комнате, так там он и лежит. Даже застонал от огорчения. Ладно, возвращаться не буду. Хотя и вышел с запасом времени, но если начну кататься на лифте туда-сюда, могу и не успеть.

Мой стон оказался слишком громким, и спустя миг на меня смотрят три пары глаз, две - снизу вверх, третья, понятно, обернувшейся судьи.

- У вас что-то случилось? - спрашивает она.

- Ерунда, - отмахиваюсь и усмехаюсь. - Обнаружил, что проездной забыл.

Женщина смотрит внимательно, затем тоже хмыкает, лезет в сумочку и достаёт оттуда такую же карту, как и оставленная у меня дома.

- Вот возьмите. - протягивает её мне.

- Да ладно, - мотаю головой. - Неудобно. Куплю уж разовый на кассе.

- Нет, вы берите, - настаивает она. - Нам на работе выдают, а я даже нескольких поездок не трачу. Зря только пропадают. Берите и не отказывайтесь, - в её голосе зазвучал металл. - Вечером после работы вернёте. Квартира сто шестнадцать. Меня не будет - отдадите мужу или сыну. Возьмите, - суёт почти в руку.

Пришлось взять. Всё же предложили искренне, а, главное, чувствую себя перед судьёй виноватым. Во-первых, мысли читал, во-вторых, когда она только сказала про вечер, моя мухинская половина за краткий миг успела сложить эротическую картинку, подумалось, ага, нашла повод пригласить к себе симпатичного парня, чтобы развлечься. Действительность же оказалась прозаичней, женщина на самом деле решила помочь по-соседски, тем более, если ей действительно этот проездной не особо нужен. Так что, поблагодарил. Она естественно об истинной подоплёке моего согласия принять помощь не догадалась.

Перед подъездом её как обычно ждала чёрная КИА-оптима, пригласить проехаться она и сегодня не предложила. Наверное им запрещено, думаю. Так-то тётка нормальная. Просто есть порядок. Даже вон с её-то фигуркой можно было бы юбку и покороче носить, а не заметно ниже колен, а уж брюки бы на ней вообще отпад смотрелись. Но нет, нельзя.

Голова у меня уже прошла, и настроение вернулось в норму. С близнецами шёл почти до самой остановки вместе, успел им тоже немного прогнать грусть-печаль, рассказав, как мы в детдоме развлекались во время летних каникул.

Есть свои преимущества в том, что станция метро у меня конечная. Да, столпотворение за счёт людей прибывших с окраин или пригородов, зато при должной сноровке можно успеть занять хорошее место. Нет, обделять сидением дедушек или бабушек я никогда не стремился, но вот встать в углу, чтобы никто не мешал, всегда получалось. Салфетки, кстати, я купил, правда только влажные, других не было. Ну ничего, сойдут и такие.

Я прежний во время поездки до первой пересадки в основном читал фэнтези о попаданцах в средневековье. Нашёл отличный сайт, Автор Тудей, там отличный выбор книг этого жанра, хотя и ругался про себя, что на главной странице там почти одна боярка.

Однако мне ненешнему показалось интересней посмотреть дорамы, там как раз описываются ситуации, похожие на мою.

- Извините, - обращаюсь к мужчине в очках с толстыми линзами, собравшимся читать мой смартфон вместе со мной. - У вас своего телефона нет?

Очкарик мне не ответил, просто повернул голову и уставился в книгу, которую держала девушка, располагавшаяся у него с другой стороны. Кстати, девушка молодая, а книгу читает бумажную, будто старичьё какое-нибудь. Ну да не мне судить. Как говорится, да не судимы будете.

Увы, но до Кольцевой найти, чем себя развлечь, я так и не сумел. Нет, дорам-то на сайте полно и наверняка интересные, только там везде японцы-корейцы-китайцы-прочие азиаты. Я не расист, но их имена слишком уж плохо укладываются у меня в голове. В общем, чтение не для транспорта. Дома почитаю. В спокойной обстановке.

После выхода из вагона на Фрунзенской стало уж и вовсе не для смартфона. Час пик вынуждал просто плыть по течению в людском потоке и стоять, стараясь никому не оттоптать ноги, разумеется, и свои ботинки уберечь.

Обычно я появлялся на работе за пятнадцать минут до её начала. Не первым - Пётр Васильевич Пономаренко всегда приходил раньше- но одним из первых, а сегодня умудрился прийти одновременно с нашим старожилом, явившись без двадцати.

Что удивительно, начальница оказалась уже на месте, пришла раньше нас. Такое случалось, но крайне редко. Видимо, сегодня решила закрыть вчерашние хвосты. И выглядит Анна Николаевна прям свежо и бодро. Правда хмурится больше обычного. Успел заметить, проходя к своему столу, бросив взгляд в открытую дверь её помещения.

Она меня тоже заметила.

- Платов! - ну, как же она без ора? - Зайди!

Немного замешкался. То ли мне сначала пройти к месту, оставить там свой кейс, а затем вернуться, то ли сразу к ней метнуться. Выбрал второй вариант. Не из желания её облизать, а вспомнив, что вчера Каспарова меня всё же пожалела, наказав лишь вполовину от вполне заслуженного.

- Доброе утро, Анна Николаевна. - улыбаюсь. - А мы и не заметили, что вы уже на рабочем месте.

Вру и за себя, и за Петра Васильевича, мы умышленно проскочили не здороваясь, надеясь, что пронесёт, не увидит и не услышит наше появление.

- Где обработка коэффициентов по оценке эффективности за Нижнекамский, Платов? - хмуро смотрит в монитор и водит мышкой. - А по обороту целлюлозно-бумажного?

- Не могу знать, Анна Николаевна. Нижнекамским Филиппов занимался, а Кропоткинским Голубева, - с чистой совестью сдаю Игорька и Наташеньку.

- Почему у меня в папке ничего от них нет? - злится, даже щёчки покраснели. А ведь ей идёт. Очень красивая девка, прямо глаз не оторвать. - Платов! - почему-то красавица пытается получить ответ от меня.

- А вы в их папках на сервере посмотрите. - советую. - Может просто забыли перекинуть?

- Без тебя бы я не догадалась, - кривится как от зубной боли. - Нет там у них ничего. Только сырые материалы. Капец, мне ж сегодня в головной офис с докладом идти. Урою, если не сделали. Кстати, у тебя, смотрю, всё готово, молодец. Ведь можешь, когда хорошего пинка получишь. Иди на место.

Что ж, раз послала, значит послала, но уже подходя к столу, размышляя о ситуации с моими офисными бывшими приятелями, вдруг впал в ступор. Демоны, так ведь премиальный фонд-то выделяется на отдел и группы без учёта, кого насколько лишили. То есть, если Анна наша свет Николаевна сейчас рубанёт шашкой, моя урезанная доля увеличится? Ага, получается, так и есть. А коллеги-то мои какие козлы. Они ж не только на мне ездили, а ещё и жировали за мой счёт, когда я от усталости и рассредоточившегося внимания ляпы допускал? Вот уроды.

Сажусь за стол и включаю компьютер. Часть сегодняшних задач я втихаря ещё вчера сделал. Сегодня у меня будет почти целый рабочий день, чтобы потренировать и оценить мои паранормальные способности. Выкладываю из портфеля пакет бумажных салфеток, чтобы при необходимости убирать пот с лица. А то заметят, решат, что заразный, выгонят на больничный, а на него никто не хочет уходить, ведь его оплата производится исходя из голого оклада по должности.

- Пономаренко! - зовёт начальница нашего ветерана.

Ничего, как только он вернётся, подслушаю, о чём он думает, а потом и остальных. Может всё-таки иметь запас обезболивающих? Ох, чёрт, я же начальнице оставшиеся на ленте таблетки аспирина не вернул. Ладно, это потом. А пока до начала рабочего дня ещё есть время, схожу-ка я за кофе. В помещении группы прохладно, кондиционер работает исправно, потому пиджак можно и не снимать. Оставляю портфель и иду к двери.

- Алексей! - зовёт меня Анна Николаевна. Сегодня наверное где-то что-то сдохло. Не помню, чтобы она меня хоть раз по имени называла. Или та судья права? Действительно я даже взглядом преобразился и это заметно? - Ты за кофе? Захвати и мне, если не трудно.

- Конечно захвачу, - тут же соглашаюсь.

Ну надо же, какие мы культурные стали. Это я не столько про себя, сколько про эту девицу. Как говорится, дай бог, чтобы начавшиеся изменения в том же направлении и продолжили двигаться.

Глава 6

Есть у нас в отделе и чайная комната. Подразделение у нас большое, за полсотни человек, поэтому и помещение под неё не маленькое. Убранство как на квартирной кухне - гарнитур из белого пластика со встроенными двумя мойками под мрамор, внушительных размеров холодильник, табуреты - дюжина, два стола, барная стойка, кулер, кофейный аппарат, нет плиты, зато аж три микроволновки. Многие в столовую на обед не ходят. Кому-то по деньгам накладно, дома семеро по лавкам, а некоторым требуется специальная диета. Есть и такие, кому банально лень куда-то ходить, и они предпочитают перекусить рядом с рабочим местом. А начальство, надо отдать ему должное, о нас, простых офисных героях, заботится.

Когда я пришёл сюда, понятно, тут никого нет. Пока делал кофе себе и начальнице - по утрам она предпочитает эспрессо, причём двойной, вкусы Анны Николаевны мы все знаем, ну а я люблю капучино, раз уж нет растворимого - начинает прибывать основная масса сотрудников. Чайная находится почти в самом конце коридора, если смотреть от лифтов и лестницы, так что, возвращаться с двумя стаканчиками кофе приходится, пробиваясь сквозь встречный поток коллег.

Здороваясь, двигаясь вдоль стены, мне всё же удалось дойти до нашей комнаты, не облившись напитком сам и не намочив торопящихся занять свои места людей. Едва вхожу, вижу, что у нас все в сборе. Напротив двери стол, за которым Ольга Ветренко уже подкрашивает себе губы, делая их бантиков и разглядывая получившуюся красоту в маленьком красном зеркальце.

Ей немного за тридцать, она пухленькая, круглолицая, миловидная и недавно третий раз развелась. Умеют же люди жить. Кто-то и до сорока себе вторую половину найти не может, а эта уж третьего выставила. Говорит, мерзавец и предатель. Как и предыдущие. От первого у неё сын, который в этом году после садика пойдёт в школу.

Олечка у нас в группе единственная, кто без профильного образования, закончила педуниверситет на факультете начальных классов и дошкольного воспитания. Как оказалась у нас, одному только богу ведомо. Привёл прошлый начальник. Москва вроде не деревня. Наоборот огромный мегаполис, но тут часто так, что "Вася, возьми к себе девочку, она внучка Иван Иваныча, того самого, что нашему Петеньке помог в академию поступить". Я уже достаточно здесь сталкивался с тем, что меня несправедливо такие вот домашние мальчики-девочки обходили при назначениях на работе, да и в университете. Ничего. Теперь у меня другие характер и возможности. Я своё ещё возьму у жизни.

Как бы то ни было госпожа Ветренко в отделе прижилась. В делах группы она не понимала вообще ничего, зато всегда была готова в любой момент оказаться нужной. Девяносто процентов документооборота у нас электронное, но и бумаг хватает, вот Олечка и ведает у нас папками, скоросшивателями, составлением ведомостей, где требуются подписи сотрудников, ведением журналов чего попало и прочим.

Когда пришла новая руководительница, мы было подумали, что дни Ветренко в Инвест-гамме сочтены, да не угадали. То ли так совпало, то ли Ольга настолько хитра, но однажды в обеденный перерыв Анна Николаевна застала её в горьких слезах, вызванных отловом супруга на горячем. Видимо у начальницы в тот момент тоже какие-то нелады на личном фронте оказались. В общем, две молодые женщины за закрытыми дверями пообщались на тему, что все мужики козлы, и после этого Ольга получила ещё и неофициальную должность информатора при госпоже Каспаровой.

Мы все об этом знали, поэтому пренебрежительно о руководительнице группы при Ольге не говорили. Тот же, кто хотел донести до начальнице своё восхищение её действиями, умом и талантами, намеренно делала так, чтобы Ольга его речь услышала. Правда, подозреваю, у той имеются свои симпатии и антипатии. Чьи-то слова до ушей Анны Николаевны доносит, а чьи-то нет.

- Привет, Лёша! - машет мне тюбиком губной помады и улыбается.

Хоть один союзник у меня в коллективе есть, смотрю. Луч света в тёмном царстве. Остальные хоть и здороваются кивками, но хмурятся. Обидно, но переживу. Что же касается приветливости Ветренко, так тут для меня таится опасность. После развода она, кажется, выбрала мою скромную персону в качестве четвёртого спутника жизни. Уже месяц обхаживает, угощает пирожными собственной выпечки, настолько приторно сладкими, что у меня в одном месте слипается. Может и ошибаюсь насчёт её планов, но скорее всего, увы, нет. И это проблема, с которой тоже придётся иметь дело. Капец, она бы в паспорт свой заглянула и успокоилась уже. Ведь на шесть, если не на семь лет меня старше.

- Привет, Ольга, - улыбаюсь в ответ. - Как всегда, хорошо выглядишь.

Та зарделась и поправила кудряшки. Кажется, зря и так ей отвечаю. Надо бы поаккуратней, иначе усилит давление. Спишу своё непродуманное действие на временное вхождение в новый образ. На будущее постараюсь лучше обдумывать слова и поступки.

В кабинете начальницы мои теперь уже бывшие приятели Игорь Филиппов и Сергей Райко. Они стоят спиной ко мне, выражения их лиц не вижу, но и по позам отмечаю, разговор у них неприятный. Совсем неприятный, если судить по тому, что Анна Николаевна не кричит, а говорит, растягивая слова. Такое у неё случается в полушаге от наказания сотрудников рублём.

- Тебе чего, Платов? - заметила меня. - С тобой мы разобрались, у тебя всё правильно и в срок.

- Так это, - поднимаю обе руки со стаканчиками. - Кофе же просили.

Протискиваюсь между коллегами и ставлю один стакан на стол перед Анной Николаевной.

- Ах, да. Просила. - вспомнила и тут же опять переключилась на Игорька с Серёгой. - Значит, моё отсутствие повод ничего не делать? - слышу, уже закрывая снаружи дверь, и направляюсь к своему месту.

Отрегулировал кресло, как только сел. Почему-то раньше меня всё в нём устраивало, а теперь вот посадка показалась чуть высоковатой. Расту ещё что ли плюс ко всему? Смотрю на согнувшегося над выдвинутым ящиком стола Петра Васильевича и пробую активировать на нём свою способность чтения мыслей.

"Щерится наш сиротинушка, - тут же ворвался в моё сознание его голос. - Сволочь. На носу квартальные итоговые документы, а он соскочил с темы. Урод малолетний. Не лез бы раньше со своей помощью, начальство давно б заметила нехватку людей. Как вот теперь вдесятером выполнять работу пятнадцати сотрудников?". На этом спазмы стали совсем нестерпимыми, и я прервал связь, с облегчением откинувшись на спинку кресла. Еле сдержался, чтобы не застонать от облегчения, резко наступившего после спада боли.

- До обеда! - слышится требование Аннушки, когда открывается дверь её кабинета и оттуда выходят сникшие Игорёк с Сергуней. - У вас есть время только до обеда!

Да, влипли пацаны. В смысле, мужики. Чёрта с два они что смогут, хоть за полдня, хоть за день, уж я-то знаю.

Наш старожил, как сейчас его подслушал, считает меня виновником сложившейся в группе ситуации? Ну, наверное, в чём-то он прав. В группе учёта по штату полагается иметь пятнадцать человек, а по факту нас одиннадцать. И при этом мы успешно справляемся со всеми задачами.

А в кадрах ведь тоже не дураки сидят, им там неплохие выплаты из фонда экономии заработной платы идут. Так зачем им искать кого-то на ваканты, если и с пустыми клетками в штатном расписании всё делается качественно и в срок? Ну, а то, что это достигается за счёт нещадной эксплуатации одного молодого человека, так никому не интересно. Было.

Своей вины не чувствую. Коллеги сами потворствовали случившемуся. Вместо того, чтобы капать на мозги начальству о не соответствующе большом объёме поручаемых им задач, пошли наиболее удобным и, как им наверняка казалось, удачным путём, загрузив на мои плечи все излишки, да и часть своих обязанностей. Причём, чем дальше, тем эта часть становилась всё более весомой, пока некоторые совсем уж не обленились до профессиональной деградации.

Вернувшийся за соседний стол Филиппов, садясь, наступает на горло собственной гордыне. Видать, вчера много думал, взвешивал все за и против и решил, что рвать выгодную дружбу не следует. Поэтому предпринял очередную попытку вернуть меня к прежним отношениям:

- Может всё ж глянешь, что тут у меня? - просит. - Лёш, просто глянь, где я косячу.

- Некогда, Игорь, говорю же, своих дел полно. - включаю компьютер и вхожу в систему. Пароль я ещё вчера сменил на новый - прежний могли многие знать, коллеги часто у меня за спиной стояли, когда я начинал работу. - И даже больше стало, - констатирую, открыв папку с входящими документами. - Ого, Анна Николаевна правда расщедрилась. Даже инвентаризацию мне скинула. Какое доверие, - иронизирую. Раньше этот ответственный документ Сергей Райко готовил, вернее, делал-то я, а считался он молодцом. - Постараюсь оправдать. - вспоминаю, что бывший дружок смотрит на меня пристально. Того и гляди, дырку просверлит. - Да сделай сам. Ты ж не дурак. Верю, у тебя всё получится.

- Значит ты всё же так решил. - прищурился Филиппов. - Ну-ну, посмотрим. Ещё пожалеешь.

- Уже жалею, Игорь. Честно. - я лишь жму плечами, перекидывая таблицу из папки открытых документов на сервере в личную, где к ней никто кроме меня и начальников, ну, и естественно айтишников холдинга, доступа иметь не будет. - Наша дружба мне много давала. Теперь без этого будет очень тяжело.

Сарказм с моей стороны, конечно же. Ничего хорошего я от коллег не получал в ответ на свой рабский труд. Один геморрой. К нашему разговору прислушивались и неутешительные для себя выводы все сделали. Вот и отлично. Новая жизнь Алексея Сергеевича Платова началась не только для меня самого, но и для окружающих. Она никогда не будет прежней.

Всё же Каспарова, хоть и избалованная хамка, с детства развращённая вседозволенностью, властью над окружающими и их подхалимством, далеко не дура. Как-то она быстро сообразила перераспределить задачи, выделив мне объём работ побольше, и, главное, рискнув поручить один из ответственных отчётов. Что ж, я не против, пусть ещё больше наваливает. Лишь бы руководство знало, кто на самом деле что выполняет. А то ишь привыкли считать Платова никчёмным недотёпой. Собственно, таким я и был, чего уж тут.

Оценил примерный объём с учётом увеличившейся нагрузки и понял, что легко справлюсь за полдня. Поэтому, допив кофе, решил не торопиться, а продолжить эксперименты со своими способностями. Понятно, на нынешней должности они мне особо-то и не помогут, но ведь вся жизнь впереди. С такими умениями я на любых переговорах буду просто незаменим. Другой вопрос, что открывать их посторонним, даже самым близким людям = которых у меня, к слову, совсем нет, но вдруг появятся? - не следует категорически. Необходимо придумать какую-нибудь завесу для объяснения своих знаний того, что знать бы не следовало, чем-то их замаскировать. И кое-какие мысли у меня по этому поводу имеются, надо лишь будет выбрать время, чтобы подольше покопаться в интернете.

А пока использовал ментал и эмпатию на полную катушку, вскрывая чувства и мысли своих коллег как консервные банки ножом. Получалось здорово, вот только спазмы при каждом подходе ничуть не становились меньше. Зато я к ним постепенно начинаю привыкать, уже не так остро реагирую и больше совсем не покрываюсь потом. Купленные у метро влажные салфетки за ненадобностью убрал в стол, может потом на что-нибудь сгодятся.

Ничего для себя тревожного в мыслях коллег я пока не услышал. Это и понятно, им сейчас не до того. Говорят, понедельник день тяжёлый, а для них вторник во выпал почти катастрофическим. Все переживают за скорую квартальную премию. Нет, придёт-то она только в следующем месяце вместе с зарплатой, вот только заявление на неё с размерами вознаграждения каждому начальница должна будет подать уже к концу этой недели. Так что, им всем нужно будет очень сильно постараться и выполнить задачи без нареканий.

В общем, коллегам сейчас всем не до меня. Но, не сомневаюсь, будут думать, как мне отомстить. В детдоме мы таким выскочкам как я сегодняшний обычно тёмную устраивали, особо ничего не придумывая. Полагаю, мои соседи по работе более изобретательны, сообразят, как подставить и очернить.

Потратив примерно час на свои ментальные эксперименты всё же решил взяться за работу. С удивлением и радостью обнаружил, что теперь всё делается намного быстрее даже, чем я рассчитывал. Я крут. Реально крут. Справился с увеличенным объёмом ещё до обеда и полез в смартфон смотреть расписание поездов до Владимира. В субботу утром собираюсь отправиться в родной для второго - или всё ж первого? - меня в Мухинск.

Пользоваться телефонами не по работе у нас не приветствуется. Жёсткого запрета нет, но если начальство что-то не рекомендует, то лучше прислушаться. Благо, широкий монитор меня от начальственного кабинета скрывает, а соседи погружены в собственные проблемы и им некогда сейчас смотреть по сторонам.

Как и предполагал, проблем с поездкой никаких нет. Считай, все поезда, направляющиеся на восток, идут через Владимир. Подобрал показавшийся наиболее оптимальный вариант - Стриж до Нижнего Новгорода. Выходит в семь пятьдесят с Ярославского вокзала и ехать всего час сорок. Сразу же купил билет. А чего откладывать? Пусть будет.

- О, аванс пришёл! - обрадовала коллектив Олечка Ветренко.

Я тоже видел сообщение, но посмотрел только после возгласа нашей делопроизводительницы. Так и есть, мои законные тридцать тысяч. Ровно. Тринадцатипроцентный налог у нас вычитают уже с основной выплаты. Мне за месяц начисляется больше ста десяти тысяч, значит потом ещё получу вдвое большую сумму. Приятно, чёрт побери.

Нет, в самом деле, живу одни, ни ипотеки, ни каких-то авто или потреб кредитов не имею, ни собаки, ни кошки не завёл. Хотел правда, в обеих своих личностях, да только пока так на уровне размышлений и остаётся. Воз и ныне там. За животными ведь уход нужен, а мне когда этим заниматься? Рано утром ухожу, поздно вечером возвращаюсь. В общем, деньги теперь после разрыва с Ленкой предстоит тратить только на себя, и получаемая сумма меня более чем устраивает.

За квартиру плачу меньше шести тысяч, это вместе с электроэнергией и платой за интернет. Старичкам-родителям помогать не нужно в виду их отсутствия, а отец-невидимка где-то далеко для меня не существовал и не существует. Девушки теперь тоже нет, дорогостоящего хобби никогда не было. Целиком и полностью финансово обеспеченный молодой человек. Отличные возможности для старта карьеры и интересной жизни. Сам себе хозяин. Даже к этой работе, если разобраться, не сильно привязан. С моими знаниями всегда можно другую найти.

И чего, спрашивается, в петлю полез? Живи да не тужи. Реально что-то у меня с психикой не в порядке было. Ведь всё отлично складывается, всего хватает. Раньше, помню, удивился, когда в интернете прочитал, что богатая Южная Корея на первом месте в мире по количеству самоубийств на душу населения. Теперь не удивляюсь. Больные люди. Такие, каким я был прежний тут в Москве.

Настроение коллег после получения денежных оповещений явно улучшилось, тем не менее, на обед я отправился один и опять сопровождаемый недружелюбными взглядами. Слава богу, не со всех сторон. Ольга не просто благожелательно кивнула, так ещё и в очередной раз всучила кремовое пирожное собственной выпечки. Дескать, на десерт, к чаю.

Мне её пирожные уже комом в горле стоят. Разумеется, отказываться не стал, даже поблагодарил. Зачем мне ещё единственного союзника в коллективе терять? Правильно, незачем. А презент я выкинул, постаравшись сделать это незаметно, в урну возле столовой. Так-то у нас повсюду камеры видеонаблюдения, и, похоже, ни одной слепой зоны в здании нет, но вряд ли службу безопасности холдинга волнует, что один из сотрудников не захотел лакомиться сладким.

Сама наша кондитерша обедает в чайной, говорит из-за особой диеты, но я как-то видел, что она приносит себе, никакой диетой там и близко не пахнет. Просто экономит. Я не осуждаю, так многие делают, а ей в этом году ещё ребёнка в школу собирать. Как-то раз озвучивала цены на школьные вещи и принадлежности, так не знаю, верить или нет, что настолько дорого всё. С другой стороны, зачем ей врать?

Где-то высоко имеется столовая для начальства. Говорят, там как в ресторане Останкинской телебашни, и на столы подают официанты. Не знаю, ни разу там не был. Формально посетить тот общепит может любой, но есть корпоративная этика, которая сделать это не позволяет. Да и пусть. Столовые для простых сотрудников тоже весьма неплохие. Большие, с двумя работающими кассами каждая, так что в очереди долго толпиться не требуется.

Сегодня я выбрал себе винегрет, гороховый суп с копчёностями, пожарскую котлету с рисом на гарнир, пирожок с мясом и стакан свежевыжатого грейпфрутового сока, который по цене обошёлся едва ли не столько же, что и остальные блюда. В честь аванса можно и потратиться. Так-то я обычно чай предпочитаю, иногда зелёный с жасмином, но чаще чёрный. Хлеба взял на этот раз один кусок, и отправился к панорамной, от пола до потолка, стене, где имелись свободные столы. Народ сюда только подтягивался, так что, занял место, с которого отлично можно любоваться видами одного из деловых центров столицы.

Раньше я за обедом почти ничего кроме содержимого своих тарелок не замечал, а сегодня вот рассматривал и такое же офисное здание как наше, расположенное совсем рядом, почему-то почувствовав прилив непонятной гордости, что у нас выше, аллею, которой хожу до метро, площадь, запруженную машинами в её конце, ресторан итальянской кухни чуть правее. Туда некоторые сотрудники ходят, цена на бизнес-ланч в нём щадящая. Я тоже там бывал, но паста мне напомнила наши детдомовские макароны, так что, я даже на наличие в ней креветок внимания не обратил, и больше в этот ресторан ни ногой.

Поймал себя на мысли, что никогда ещё с таким удовольствием не обедал. Даже вскоре подсевшие ко мне двое мужчин, занятых обсуждением каких-то норм доставки стройматериалов, настроения ничуть не испортили. Ел я настолько неспеша, что соседи, подошедшие позже, встали со стола раньше, чем я принялся небольшими глотками цедить сок. Ещё раз пожелав приятного аппетита, они ушли, напоследок как-то странно на меня посмотреть. Наверное вид у меня расслабленный, не озабоченно-сосредоточенный, каким бы следовало обладать офисному клерку, когда тот не в компании сослуживцев.

Уже на нашем этаже в туалете посмотрел на себя в зеркало и подумал, что стрижку пора бы поправить. Вчера меня всё устраивало с моими волосами, но то было вчера. Сегодня вот думаю, что отращивать бакенбарды мне не стоит, я ж не Пушкин или кто-то из его современников.

В группе к моему возвращению уже все занялись работой. Кстати, из коллег я в столовой наблюдал только троих. Может не заметил, а скорее всего кто-то решил вообще не прерываться. Дела у них идут непросто.

- Лёша, тебя вызывает. - почему-то шёпотом и вытаращив глаза сообщает мне Ветренко. - Уже всем досталось по самое не могу.

Кто вызывает, понятно, уточнять не стал. Развернулся и вошёл в кабинет Анны Николаевны. Сама хозяйка кабинета в этот момент сидела на подоконнике и курила айкос, выпуская дым в приоткрытую створку окна. Так-то она у нас не курящая вроде. Изредка позволяет себе баловаться, и то, когда к ней Алла Дмитриевна Решетова заходит. Вот та дымит конкретно. Не как паровоз, но я её нередко видел перед входом в здание уткнувшейся взглядом в экран смартфона и с сигаретой в руке. Причём там не дымилка, а обычные с фильтром.

- Алексей, - не поворачивая головы и выпуская струю дыма обратилась Каспарова. - Я там тебе ещё четыре документа сбросила в папку. Проверь и исправь, если что-то потребуется. К трём часам успеешь?

Интересно, она меня по шагам что ли выучила или у неё на затылке глаза имеются? Хотя, чего это я? Слышал, что у женщин боковое зрение намного больше нашего. Не как у ящериц на триста шестьдесят градусов, но близко к тому.

Пиджак у неё висит на спинке кресла, а на ней сейчас белая блузка, средней длины чёрная юбка и светлые туфли на высоком каблуке. Фигурка просто отпад. Я прежний настолько сильно не оценивал.

- У меня так-то свои документы ещё не готовы, которые сегодня получил в работу. - напоминаю и обещаю. - Но к концу дня сделаю.

Начальница соскакивает с подоконника, закрывает окно, извлекает из айкоса и бросает в урну стик, садится за стол и упирает в меня свой взгляд удава.

- Виктор Николаевич уехал в командировку в наш новосибирский филиал, и до конца недели на совещании в департаменте доклады за отдел буду делать я. Все группы уже данные мне сбросили. Все, кроме моей собственной. Начало совещания половине пятого. Мне нужен час, чтобы подготовиться. В общем, Платов, сделаешь, о чём я тебя попросила, закрою вопрос с твоими прошлыми косяками. Понял?

- Закроете, в том смысле, что просто забудете? - уточняю.

- Нет, Платов. В том смысле, что получишь всё причитающееся и, более того, - тут она переходит на очень громкую речь, чтобы услышали и остальные её сотрудники. - добавлю сверх за счёт тех, кто останется без поощрения! Хватит прощать безделье и тупость!

- Говорите к трём? Постараюсь успеть. - обещаю.

Глава 7

За обеденный перерыв я хоть немного отошёл от своих ментальных нагрузок, так что мог бы и дальше продолжить экспериментировать со своими способностями, но пока не до этого - обещание, данное Каспаровой, надо выполнить. Вдруг и она со своей частью обязательств не обманет? Так-то не должна. Чего-чего, только вот откровенного вранья за ней не замечено. Пацан сказал - пацан сделал. В смысле, она сказала - она сделала.

А я молодец. Вовремя пароль сменил. Раньше особой наблюдательностью не отличался, не шпион же в самом-то деле, зато теперь вдруг начинаю примечать совсем мелкие детали, на которые прежде не обратил бы внимания вовсе.

Клавиатура совсем чуть-чуть и всё же сдвинута, мышька в неудобном относительно меня положении лежит, похоже, что кто-то, стоя немного сбоку от кресла, пытался ей манипулировать и экран на пару миллиметров развёрнут.

- Нечего в моё отсутствие за моим столом рыться. - говорю громко, всем давая понять, что обнаружил попытку проникновения в компьютер. - Если что-то нужно из документов, говорите, я перешлю.

Сидевшая напротив через проход Голубева, высунула лицо с вороньим гнездом на голове из-за монитора и фыркнула:

- Да больно надо кому смотреть у тебя. Выдумываешь, Платов.

Наталье уже тридцать пять лет, а она всё ещё экспериментирует с причёсками, которые больше подошли бы школьницам-тинейджершам. Удивительно, но на внешний вид голов у нас дресс-коды не существуют. Можно было бы подумать, что это только у нас в группе, раз начальница молодая, но нет, в остальных подразделениях не лучше - или не хуже? - особенно у айтишников. Там такие чудики, что у нас в Мухинске они бы и квартала не прошли, не рискуя получить по лицу.

- Решила последовать примеру руководительницы и обращаться по фамилиям? - уточняю, заходя в папку пересланных Анной Николаевной документов. - Ну-ну, Голубева.

- Не ко всем, а только к тебе, раз ты такой.

А какой я, уточнять не стала. Да я и так понял, что она имеет в виду. Не хотел ведь сейчас испытывать спазмы, однако, раз уж выявились касающиеся меня обстоятельства, придётся воспользоваться и менталом, и эмпатией.

Не зря я это сделал. Не в том смысле, что определили виновников - кто они, я и так догадывался - а в том, что я открыл новые горизонты своих умений. Или просто начал лучше пользоваться имевшимися. В общем, оказывается, мне не обязательно сосредотачиваться на мыслях конкретного индивидуума, я способен вначале в общем потоке находившихся рядом разумов вычленять то, что касалось непосредственно меня. Эти мысли ощущались наиболее ярко, и их легко отделать от остальных. Это ж здорово!

Короче, попытку влезть в мой компьютер и удалить пару входящих документов, необходимых мне для работы, осуществляли Филиппов и, как ни странно, Маслова. Инга у нас молчунья, даже с просьбами ко мне обращалась, лишь протягивая отчёт, с которым не могла или не хотела разбираться, и смотря воловьими глазами. Надо же, сорок один год бабе, двоих сыновей воспитывает, а туда же. Бессовестная. Хотя понятно, у неё обалденная зрительная память, вот Игорёк и позвал в помощь, когда у самого не получилось набрать нужную комбинацию букв и цифр. Думал, что забыл, ан нет, это я такой предусмотрительный оказался.

" - А этот придурок сильно изменился, - отчётливо прозвучали мысли склонившегося над клавиатурой Игорька. - Как будто бы подменили."

Знал бы ты, козёл, насколько горячо. Даже не горячо, а просто бинго. Полное попадание в цель. Вот только Филиппов ведь сам себе не верит. Так кто бы на его месте поверил в переселение сознаний?

Не дожидаясь, пока пройдут спазмы, начинаю смотреть документы, сначала те, которые мне только что сбросила Анна Николаевна. И что я вижу? так, со сверкой расходников всё понятно. Эксель таблицы не сложные и очень упрощающие работу, вот только Наталья вечно не просматривает вбитые в них другими исполнителями алгоритмы. А там может оказаться, что угодно, от неправильных формул до упрощённых округлений. Последнее и сыграло с Голубевой плохую шутку. Учитывались лишь десятые доли чисел, они и округлялись, а вот сотые отбрасывались. Вроде мелочь, но когда массив обрабатываемы данных большой, то вот так, копейка к копеечке и исказилась общая картина, совсем не бьющая с заданными параметрами. Ну, это я быстро исправил. Минут за пятнадцать, пока голова приходила в норму.

А вот с уже посвежевшей башкой над косяками Филиппова и Райко пришлось повозиться. Там вопрос касался как раз "Инвест-гамма Перевозки", ага, той самой компании нашего холдинга, где господин Николай Павлович Каспаров является генеральным директором и одним из крупных акционеров, то бишь мажоритарным - во, какие слова я теперь знаю! Говорят и у нашей руководительницы там есть пакет акций.

Проблема же там в том, что топливо для компании закупается и поставляется учитываемой в тоннах, а разливается по бакам авто в литрах. Коэффициенты же расширения у лёгких нефтепродуктов сильно зависимы от их температуры. Килограмм бензина или солярки может быть как один и три десятых литра, так и почти полтора. Есть усреднённые значения, понятно, но никто же не будет подогревать или специально охлаждать ёмкости до нужных температур. Короче говоря, поле непаханое для злоупотреблений и воровства, а богатеи наши гораздо острее воспринимают, когда у них что-то тащат из карманов, чем мы, простые русские - в широком смысле этого слова - люди.

Давно уже имеются соответствующие программы, как по пересчёту расходов всех наименований нефтепродуктов, так и их контролю. Не очень простые, но при желании научиться ими пользоваться можно. Только вот ни у Игоря, ни у Сергея особого желания разобраться не возникало. Зачем, если у них раб в лице безответного сироты Платова имелся?

Полученный результат пересчёта шокировал меня самого. Раньше я бы такого размера воровства никогда бы не выявил. Просто не полез бы так глубоко копать. А тут потратил десять минут дополнительно, чтобы взять открыто размещённые на сервере холдинга данные по температурным режимам топливных складов - сам не знаю, что меня на это толкнуло - и помимо обработки не сделанных в нужный срок и с надлежащим качеством работу Игорька с Серёгой провёл сравнительных анализ того, что было представлено в секретариат совета директоров, а что должно быть в реальности. Расхождение почти в ноль три процента, естественно не в пользу владельцев компании. Вроде мелочь, но при наших-то оборотах, сумма должна получиться кругленькая. Данных по финансам у меня нет, но, думаю, речь идёт о десятке, если не больше, миллионов рублей, и это за полугодие.

Интересно, как долго неизвестные мне жулики из отдела снабжения "Инвест-гамма перевозки" обдирают своих работодателей. Там ведь и без сообщников непосредственно в пунктах заправки не обойтись. Жуть. Реально сижу, смотрю на получившийся результат и обалдеваю. А вдруг сам гендиректор в курсе? Хотя, ему-то зачем самому у себя тырить? Уменьшает налоги? Да ну, ерунда. Ладно, не моего ума дело. Не по зарплате вопрос. Пусть Аннушка разбирается. Пара кликов и документы улетают к ней в папку.

Всё? Нет не всё. Ещё мои собственные отчёты не сделаны. Приступаю к ним, стараясь не отвлекаться на маячившую время от времени передо мной Ольгу. Ветренко хочет о чём-то поговорить, наверняка личном, и боится отвлекать от дела, а ещё не хочет видимо явно игнорировать объявленный мне коллективом бойкот.

По детдомовскому опыту знаю, что бойкоты долго не длятся, жизнь-то не останавливается. А совместная работа в группе учёта - это совместная работа в группе учёта, к тому же все попытки коллег обойтись без общения со мной им обойдутся им намного дороже. Я лишь лёгкие неудобства буду испытывать, а вот им реально тяжело придётся. Сдадутся. Не сразу и не все, но это случится. Зуб даю. Фу, так выражаться.

На столе пискнул телефон селекторной связи, такие у всех у нас на краях столов имеются. Чёрт, я уж забыл про их существование, привык, что нас рёвом кличут, а тут:

- Алексей, зайди, - голос Аннушки.

Капец, расту. Уже по имени и по телефону. Вроде изменение явно к лучшему, однако червячок всё же шевелится. Может зря я нарыв сковырнул? Это ж не моя работа, мне б только сверить было-стало, а не лезть за дополнительными данными и брать информацию, мне не предназначавшуюся.

Нет, не зря. Если не хочу до пенсии тут штаны просиживать, а расти в карьере и, главное, в доходах, одних чтений мыслей недостаточно. Надо в первую очередь использовать резко усилившиеся профессиональные знания, реакцию и умения.

- Вызывали? - заглядываю в дверь.

Дурацкий вопрос, я прежний всё ещё даю о себе знать подобными глупостями. Зато Каспарова быстро перестроилась, и вместо сарказма, который последовал бы ещё совсем недавно, говорит спокойно:

- Да, подойди сюда. - напряжённо смотрит в монитор. - Ты где это взял? Я про сверку по компании перевозок.

- Где и лежат эти данные. - жму плечами, закрываю за собой дверь и прохожу к начальнице, встав сбоку от её кресла. - Войдите на сервере в отдел ГСМ, папка "Открытые документы".

Пока она тычет курсором, наслаждаюсь необычайным запахом её духов. Дорогущие поди. И аромат вроде совсем не чувствуется, лишь еле-еле, но капец как нравится. Раньше почему-то не обращал внимания. Да потому что не о том думал, больше трясся от волнения, как бы на очередную взбучку не нарваться.

А ведь Аннушка реально быстро соображает. Сверила мои данные, вызвала на экран калькулятор и выборочно посчитала несколько граф, получила те же цифры, что и у меня, взяла в руки айфон, нашла там контакт "папулечка" и нажала вызов.

- Па-ап, - московское аканье у неё всегда проявлялось ярко, хотя, слышал, три иностранных языка знает в совершенстве, у неё с детства их носительницы гувернантками работали. - Я знаю, что ты занят, но тут документы тебе любопытные сбросила на личную почту, посмотри, как появится время. Да, желательно пораньше. Что? А, на выходных к вам? Я и сама собиралась. Мама разве тебе не сообщила? Да, да, да, нет, хорошо, да. А документы посмотри. Я их пока никому докладывать не стану, чтобы не спугнуть кое-кого. Сам посмотришь, узнаешь. Пока, папа. - она отложила смартфон, задрав голову - я ведь практически стою у неё за спиной - посмотрела на меня как-то по новому удивлённо и чуть заметно улыбнулась. - Спасибо, Алексей ... Сергеевич же? Да? Помог. Иди, доделай там, что ещё осталось.

Для семейки Каспаровых десяток миллионов, если это рубли, а не какие-нибудь доллары, не очень-то большие деньги, но быть в дураках не хочется ни им, ни другим акционерам "Инвест-гамма Первозки", ни владельцам холдинга. Так что, определённо серьёзный шаг в обозначении себя как нужного специалиста, инициативного и сообразительного, я сегодня сделал.

Отделяться от чужих образов и мыслей у меня получается отлично, однако, когда улавливаю у начальницы касающееся меня, не смог удержаться, чтобы не подслушать.

" - Жаль, что он не из приличной обеспеченной семьи, - взгрустнула Анна Николаевна. - Красивый мальчик, - ага, тогда ты девочка. - И умненький. Насчёт его характера, кажется я очень-очень ошибалась. Папа учит, что незаменимых рядом быть не должно, это всегда опасно, а вот хороших помощников иметь очень нужно. Сегодня же поговорю с Альбиной Маратовной, чтобы срочно заполнили в группе все четыре вакансии, включая ту, что освободит Платов, а его переведу на должность старшего специалиста. И фигня, что молод, я тоже не старуха, а вскоре, год-два-раньше может, стану одним из директоров в нашем банке. И Лёшка этот мне там не помешает, свои люди мне сразу понадобятся. - она думает со скоростью света, но как ни странно, я всё улавливаю мгновенно. - Эх, и почему так жизнь погано устроена? - господи, ты-то чего плачешь? Родилась с золотыми ложечками во всех местах. - Мама вон всё настаивает, чтобы я к Антошке к этому присмотрелась, дескать, из нас отличная пара получится. А чего на него смотреть? И так понятно, придурок и вообще говно, к тому же предатель, Галка до сих пор в себя прийти не может. Скотина он. Лучше в монастырь, чем с этим. Всех ценностей-то у него, что Альберт Викторович, отце, номер один на рынке кормов в России и не только, так я не курица и не корова, мне корма нафиг не нужны. Так, надо бы тоску-печаль кофеем залить."

- Может вам кофе принести? - спрашиваю уже на пороге.

А что, её идеи насчёт повышения и перевода в банк меня воодушевляют не только на подвиги. Гордыня - мать всех грехов. Так что, в некоторых обстоятельствах можно немного проявить и лакейство, ради карьеры-то. Главное, не скатиться в холуйство, и гордыня гордыней, а чувство гордости нужно сохранять. Господи, и в кого я такой умный стал?

- Иди уж, - смеётся и машет рукой Каспарова. - Без тебя найду, кто принесёт, догадливый ты наш. Ветренко! - опять орёт, вызывая Ольгу.

Пришла в себя начальница-то, вернулась к своему типичному хамоватому поведению. Ну и мне нужно продолжать работу.

В обещанный срок, даже несмотря на вынужденный короткий перерыв из-за вызова в кабинет, я уложился. Скинул свою работу Анне Николаевне и демонстративно бездельничал, откинувшись на спинку кресла и чуть вращаясь в нём туда-сюда из стороны в сторону. Релаксировал. Теперь и такое слово знаю.

А всё-таки жизнь удивительна, даже обоими своими прошлыми сущностями не мог себе представить, насколько она может быть яркой и чувтвенной.

Без эмпатии осознав, что в группе сегодня может произойти убийство одного гениального сотрудника, перестал злить коллег и, отправившись в туалет, на обратном пути зашёл в чайную.

У меня в столе спрятана своя чашка, её я прихватить не догадался, но в комнате между кофейным аппаратом и кулером есть целые стопки одноразовых пластиковых стаканов, и под воду вытянутые полу-прозрачные, и для чая или кофе коричневые с маленькими ручками.

Никогда не понимал вкуса зернового эспрессо, но тут вдруг решил посмаковать. Нагло устроился за столом, обломав любовное воркование Андрея и Марины Соболевых из финансовой группы. Вот ведь люди бывают, уж три с лишним года как муж и жена, до этого сколько-то дружили, а всё никак не намилуются, дома времени им не хватает. Сделали б себе ребёнка, раз уж нежность свою девать некуда. Пора бы.

- Ты ещё что ли чашку хочешь? - еле скрывает недовольство Андрей. - Лёш, а ты уверен, что сегодня уснёшь нормально?

- Не переживай, Андрюха. - успокаиваю. - Время ещё детское, а нервы у меня как канаты. Буду спать спокойно, и возможно без сновидений.

Зато пить спокойно под укоризненными взглядами супругов не получается. Приходится второй порцией эспрессо давиться и обжигаться. Вот зря у нас не как у японцев - где-то я читал - там всяческие амуры строго-настрого запрещены. Вплоть до увольнения с работы. И, сейчас думаю, это правильно. Сколько полезного Андрей с Мариной могли бы сделать за то время, пока здесь языками болтают.

Пришлось возвращаться в царство юдоли и скорби раньше, чем хотел. И ладно. С краткосрочными задачами я справился, но всегда есть, так называемые, среднесрочные и долгосрочные, так что, чем заниматься у меня всегда есть. Хотел было распечатать купленные на Стриж билеты, да зачем. Сейчас ведь просто по паспорту в вагон пускают, а на всякий случай я в электронной форме посадочные себе закачал. Покажу, если спросят. Да, точно, был однажды случай, в командировку в Воронеж ездил, что-то у РЖД проблемы с сетью были. Тогда электронный билет меня выручил.

Начальница ушла на совещание заметно собранная, даже не отпустила перед уходом несколько колких замечаний, как это она обычно любила. И вернулась в группу довольно поздно, почти под самый конец официального трудового дня, в приподнятом настроении. Сразу видно, отстрелялась успешно, а что припозднилась, так наверняка к кому-то заходила по пути, или к подружке своей, или к отцу. Думаю, последнее, уж больно выразительно она посмотрела на меня и даже - о чудо чудесное! - улыбнулась.

Впрочем, улыбка была мимолётной, а вот дальше начался разнос, причём такой, будто она не с офисными интеллигентами общается, а с портовыми грузчиками. Высказала персонально каждому, что она по поводу его работы думает. Меня, правда, почему-то вовсе обошла своим вниманием. Да, не отругала, так ведь и не похвалила же. Подозреваю, не хочет к моему успеху по выводу нечистоплотных транспортников пока привлекать внимания. Сейчас поди служба безопасности и внутренний аудит по тихому начали рыть подкоп.

- Ещё раз напоминаю об исполнительской дисциплине. - завершила свою речь Анна Николаевна. - Никто сегодня никуда не уходит, пока не выполнят поручения. Хоть всю ночь сидите, меня это не волнует. Ну, а кто отчитался, тех не задерживаю, - опять посмотрела на меня, будто рублём одарила.

- Ань, ты скоро что ли? - позвала её из коридора Алла Дмитриевна Решетова, блондинка, красавица, модель, курильщица и заместительница начальника отдела консалтинга.

- Всё, иду, - обернулась к ней Каспарова и снова уже нам: - Надеюсь, поняли.

На часах ещё без пятнадцати шесть, когда Анна Николаевна нас покинула. Ну, да за начальством время не засекают, тем более, она всю эту неделю и часть следующей в отделе за главную. Знает лучше нас свой ненормированный график работы. Может на деловую встречу отправилась? Она ведь не обязана подчинённым обо всём докладывать.

Что ж, а я её позволением воспользовался в полной мере. Под злыми и завистливыми взглядами коллег, под огорчённым Ольги Ветренко - наверняка хотела уйти со мной, да ей тут до упора сидеть - отправился к лифтам почти в гордом одиночестве. Компанию мне составили только тётя Вика и баба Галя, уборщицы с нашего этажа. Они никогда не задерживаются, правда и приходят раньше нас.

- Кот из дома - мыши в пляс? - пошутил у турникета секьюрити. - Ваша только-только ушла, зачем-то возвращалась. - доложил он.

Это не Николай, мой товарищ по детдому, но у меня благодаря такому приятелю много знакомых охранников. Это в принципе неплохо. Нет, бомбу мне конечно пронести в здание не позволят, но вот, когда бегал Ольге за подарком на день рождения от группы, а пропуск оставил наверху, возвращаться не пришлось, парни выпустили и впустили без оного.

- Ага, - отвечаю улыбкой в ответ на его шутку. - Что-то типа того. И к банкомату заодно быстрее попаду, пока нет очереди.

В отличие от меня прежнего московского я нынешний ощущаю себя немножко голым, вообще не имея при себе наличных. Поэтому иду не сразу к дверям, а в сторону, где терминалы Инвест-гамма Банка. Он у нас совсем небольшой, его создали-то лишь чтобы не делиться частью операционной прибыли от финансовых операций с чужими дядями, ну и заодно уж зарплаты все наши в него перевели. Только вот, где снимать деньги с его карт без комиссий, днём с огнём не найдёшь. Банкоматы всего в пяти или шести местах имеются. Так что, десять тысяч двумя купюрами получаю, не выходя из офиса. Укладываю их в подложку паспорта, пусть там будут на всякий случай, и выхожу в жаркое лето. Слава богу, сегодня не такое пекло как вчера. Маленько отпустило.

Едва достал смартфон, чтобы прибавить звук, как на экране высветился входящий вызов. Юрка Кравчук, вот уж кого не ожидал услышать.

- Привет, Юр! - радостно отвечаю. - Ты какими судьбами?

Глава 8

С Юркой Кравчуком нас связывали как и Виталием Рябковым три последних года обучения в университете. Мы там даже в аудиториях сидели вместе. Нас так и звали Д'Артаньян и три мушкетёра, где три мушкетёра - это мы, а гасконцем был Илья Фельдман, он реально походил на Михаила Боярского в юности.

Вообще, до сих пор не могу понять, как я, будучи сиротой и бедняком, вписался в эту компанию мажоров, пусть и не самого высокого пошиба. Наверное общий интерес к математике и её прикладным сторонам нас сблизил. Мы в самом деле были самыми сильными студентами на курсе, сильными имею в виду головой.

Дед Кравчука перед развалом СССР занимал не очень высокую должность второго секретаря Краснопресненского райкома партии и претендовать на долю общенародной собственности, где-нибудь в банковской сфере, нефтянке, металлургии и прочем народном хозяйстве не мог, зато удачно прихватил, как и многие его товарищи из среднего звена партхозноменклатуры, несколько удачно расположенных торговых площадей на центральных улицах.

С детьми у этого бывшего партийного функционера имелись какие-то недопонимания, а вот всех своих трёх внуков и внучку он после своей смерти обеспечил весьма неплохо.

Юрка как-то по пьянке на дне рождения Виталика со мной поделился историей своей семьи. Ему лично дед оставил весь первый этаж большого углового дома на стыке Бауманки и проспекта Сталеваров.

Так мой студенческий приятель уже с девятнадцати лет стал индивидуальным предпринимателем, потому что платить шесть процентов с дохода от аренды лучше, чем тринадцать как физическому лицу. А у него там снимали площади два магазина - одежды и стройматериалов, аптека, салон красоты, кафе, адвокатская контора и турфирма. Не знаю конечно, сколько Юрка с этого имеет, но, судя по всему, очень немало.

По окончании университета он по специальности работать не пошёл. Зачем, спрашивается, учился, да так, что едва на диплом с отличием не вырулил? Ну, впрочем, у него и так свой арендный бизнес имеется, а к тому же, тогда уже шли известные события, и молодой математик-предприниматель решил, что не может жить в стране, которая воюет со своими соседями. Собрался и уехал в Израиль.

Почему именно туда? К евреям он никаким боком не относился. Не знаю. Может вспомнил свой бурный роман на четвёртом курсе с Соней Дринфельд, красоткой с юрфака? Наверное. Не знаю. Правда, тот роман и завершился бурно, с публичным швырянием полученных за год подарков в доброе Юркино лицо.

И вот он сейчас здесь, в Москве.

- Ты насовсем вернулся или как? - спрашиваю, едва завершился наш сумбурный обмен приветствиями.

- Шутишь? - даже по голосу слышу, что друг немного обиделся. - В этой стране мне делать нечего. Приехал дней на десять-пятнадцать. Надо с одним арендатором вопрос решить. Хочет что-то перестроить, а там несущая стена есть. Надо узнавать в префектуре, что и как оформляется. В любом случае, мои подписи будут нужны. Ладно, Лёха, это мои заморочки. Ты-то как сам? Давай встретимся. Миллион лет ведь тебя не видел. Помнишь, на поминках динозавра расстались? Вот с тех пор.

Смеюсь. Мне и правда сейчас легко на душе. Всякое в студенческой жизни случалось, но Юрца-молодца очень хочется увидеть. Хотя бы просто поболтать.

- Я с удовольствием! - отвечаю.

- В выходные эти? - предлагает.

Чёрт, мне ведь в Мухинск нужно.

- Юр, в эти выходные не смогу, наверное. Уезжаю. Если и приеду, то только в воскресенье вечером. Может на следующих?

Однокашник ненадолго смолк, думает, потом говорит.

- Лёш, я не знаю, буду ли в следующие выходные ещё здесь. А мне и увидеться с тобой хочется, и дело тебе не пыльное, но выгодное подогнать. Подзаработаешь немного. А в будни у тебя как со временем? Ты сейчас ещё на работе?

- Нет, к метро вон уже подхожу. - я уже шарю у себя по карманам, разыскивая судейский проездной.

- Нечего себе, ты синекуру нашёл. - удивляется Юрка. - Время только седьмой час, а он уже домой чешет.

- Кто бы говорил. - опять смеюсь. - Как насчёт этой пятницы, на нашем месте, "У Илоны"? А то давай прям сейчас ко мне подъезжай, я нам что-нибудь пожрать приготовлю.

- Твою стряпню я решусь есть, только когда жить надоест. - подкалывает.

Имеет право. Я прежний здесь на самом деле готовить совсем не умел. О моих изменениях студенческий друг разумеется не в курсе.

- Тогда всё ж в кафе?

- Ага, созвонимся тогда. В общем, забиваемся на пятницу.

Успели договориться во время. Звуки поездов метрополитена уже забивают уши, пока ещё спускаешься по эскалатору. На этот раз я меньше пялюсь по сторонам, больше смотрю перед собой, поэтому и столкновений с другими пассажирами меньше. Дома у меня для ужина всё имеется, поэтому по дороге ни в какой магазин заходить не стал. О своём долге помню и вышел на пятом этаже, позвонил в сто шестнадцатую квартиру.

- Вам кого? - спросил меня пацан лет тринадцати-четырнадцати с взъерошенными розовыми волосами и кольцом на нижней губе.

- Кто там, Сергей? - показался за его спиной тщедушный пожилой мужчина в серой майке, обнажающей половину заросшей седыми волосами груди, и заношенных спортивных штанах синего цвета.

- Я ваш сосед с семнадцатого этажа. Алексей Платов. - представляюсь и протягиваю проездной. - Хочу вашей супруге вернуть. Она меня утром выручила. Спасибо огромное.

- А-а, - в один голос ответили оба, сразу потеряв ко мне всякий интерес. - Не за что, - парнишка забрал карточку. - Мать так рано не возвращается.

- Ещё раз спасибо, - улыбаюсь сконфуженно, надо было мне дураку хоть шоколадку что ли купить.

Дверь захлопнулась, а я в качестве наказания за недогадливость решил вспомнить первые месяцы своего здесь проживания, заодно потренировать организм и поднялся к своей квартире по лестнице.

Пока шёл ступеньку за ступенькой, размышлял, как всё-таки интересно и необычайно устроен наш мир, век живи - век учись, а я вот зачем-то в одном облике под пулю влез, в другом сам себе петлю на шею накинул. Вокруг же столько всего любопытного.

Вот хоть взять эту замечательную женщину, я про судью. Красивая, стройная, холёная, со вкусом одетая, имеет высокий статус, так ещё и открытая для помощи чужим в общем-то людям, а её семья? Что может связывать таких людей?

Оказывается, с мужем судьи я не раз уже встречался возле подъезда, только не знал, кто он. Какой-то весь неприметный, невзрачный, замкнутый. Да, здоровается, но смотрит при этом всегда куда-то в сторону. И это её муж?! Вот никогда бы не поверил. Сынок же и вовсе неформал какой-то. Выкрасить волосы в розовый цвет - это, как по мне, совсем мозгов не иметь. И вот как они живут семьёй, столь неподходящие друг другу личности? Наверное, я чего-то не понимаю. Надеюсь с возрастом пойму.

Дома первым делом, едва разувшись, иду к компьютеру. Пока ехал на Кольцевой, всё же нашёл себе, что можно будет читать вечерами, да не книгу, а целый цикл.

Вроде чушь вначале, наш мужик попадает в тело корейской девочки, но начал читать и залип. Купил все тома, и пока не забыл, надо скачать, лучше на компьютер. А то конъюнктурщиков развелось в последнее время, как собак нерезаных. Запретят серию и доступ к понравившейся мне истории закроют. Нет, я-то патриот своей страны и тоже целиком за традиционные ценности, но, блин, нафига дискредитировать правильные идеи, доводя их до абсурда?

Пока компьютер включался, положил в карман свой проездной, чтобы опять утром попрошайкой не оказаться, хотя произошедшему знакомству я рад. Затем перебросил файлы цикла в созданную отдельную папку. Вот куплю бук-ридер и скину туда. Видел в метро у одной девчонки, удобная штука, и глаза не устают, и зрение не портится. Мне ведь и так много времени приходится за монитором проводить. Видел где-то рекламу специальных очков, надо будет отзывы посмотреть, может это всё лажа, а может и стоит ими обзавестись.

Затем контрастный душ. Ух, как же хорошо. И как я раньше без всего этого жил? А ведь всё доступно было, мозги только отсутствовали, вот что. И у одного Лёхи, и у второго.

Ну, а теперь на кухню. Охлаждённое нарезанное мясо я в морозилку не убирал, свежее, со сроком годности аж до воскресенья, а я его сегодня же приговорю с оставлением половины на завтрашний ужин. На всякий случай всё же понюхал, а то на заборах тоже много чего пишут, писали - давненько мне следы народного творчества не попадались.

Нет, нормально. Пахнет мясом, ничем больше. Картофель я покупал в сетке уже мытый, и всё равно ещё раз промою. Для салата без названия нужны овощи, и чем больше наименований, тем лучше в плане витаминов.

Только вот я один и много не съем, а оставлять салат на следующий день не хочу, превратится в водянистое месиво. Поэтому беру один помидор средних размеров, один огурец, один болгарский перец, из банки достаю десяток маслин без косточек - больше не нужно, маленький пучок зелёного лука - репчатый вчера не купил слоупок рассеянный - немного петрушки и укропа. Должно получиться отпадно.

Дальше занимаюсь мясом. Там всё просто, посолил, поперчил чёрным перцем чуть-чуть и паприкой побольше, затем обжариваю в сковороде на сильном огне и оставляю тушиться, перейдя на картофель.

Пока чищу его и нарезаю, вспомнил, как мы в армии картошки целый противень на сале нажарили. Ели потом так, что только треск за ушами стоял. Но сейчас у меня здоровый образ жизни, поэтому никакого сала, только масло, и впервые попробую оливковое вместо растительного и для жарки, и в салат.

Оно импортное, поэтому сильно дороже, но я себе могу позволить. На здоровье не нужно экономить. Да. А ведь картофель считается не самым полезным для гарниров. Ну, ничего, в чём-то ж нужно давать себе слабину. Стану чересчур правильным, сам себе опротивлю. Или опротивею? Надо будет в интернете уточнить.

Пока готовится, с удовольствием перемещаюсь туда-сюда по своей огромной кухне. Простор, мечта любой хозяйки. Только здесь таковая не скоро появится. Лет до сорока жениться не собираюсь точно, я ведь только теперь по настоящему жить начинаю. Как там говорил Матвей Палыч, наш директор? Была бы шея, а хомут найдётся? Ну, на меня-то ярмо теперь не скоро кто-нибудь повесит. Прививку я получил хорошую, куда тому Спутнику-Ви.

Хлеба обжарил в тостере всего пару кусочков, с мучным буду не перебарщивать. Сок выбрал грейпфрутовый, а чай сделаю чуть попозже, с лимоном, когда соберусь почитать перед сном. С игрушками всё, решено, ухожу в завязку. Зараза похлеще семечек. Кстати насчёт заразы, а ведь в новом теле меня курить совсем не тянет. Только сейчас сообразил. И слава богу, что не тянет, нафига мне такая дурная привычка? Только здоровье портит, да деньги вымывает. Хотя, так бы купить ещё кресло-качалку, сесть на полу-лоджии, закурить, пускать дымок кольцами. Нет, к чертям, обойдусь.

Расставил тарелки с едой на столе так, чтобы сесть ко входу на кухню задом, к большому окну передом. Хочу любоваться видами высоток и леса. Красиво же ведь. Но только взял в руки вилку, как раздался дверной звонок. Ох, Любовь Петровна, ты из меня, мастера уличных драк и боевого самбо сделаешь борца сумо. И отказать ведь не удобно, и выкидывать угощение считаю плохо. Ладно, отнесу на работу, Олечке скормлю. Отомщу за её пирожные, будем вдвоём толстеть.

Выйдя в тамбур, сделал то, что никогда не делал я-прежний, посмотрел в глазок. Ничего себе! Не старушка-соседка, а Ленка-Ленусик явилась, ага, та самая, Карякина. Чего-то опять забыла или мой хитрый план мести сработал, и Виталик успел к ней охладеть? Да ну, не за один же день.

А ведь облик-то на себя навела такой, какой мне раньше больше всего нравился - светло-голубые джинсы в обтяжку, делающие чуть полнее её слишком узкие бёдра, белая блузка с короткими рукавами и с глубоким вырезом, обнажающем верхнюю часть груди третьего-четвёртого размера, крашенные под платину волосы заплетены в две косички. Прям девочка-отличница. Лицо? Я нынешний не сказал бы, что писанная красавица, таких на улицах полным-полно. Симпатичная конечно, но тут уж, как говорится, на вкус и цвет.

- Привет, Лен, - дверь я открыл, только чтобы меня в щель было видно - на мне шорты и футболка с надписью ЦСКА. Как из армии пришёл, так и купил, хотя болельщиком не являюсь. - Я ж Рябкову отдал всё. Или ещё что-то осталось? Вроде бы больше ничего твоего нет.

Смирившись с краткосрочной болью, на несколько секунд активирую и эмпатию, и ментал. Надо ж знать истинную подоплёку её появления. Так-то Ленка лицемерить умеет и, в чём я бедолага прежний уже убедился, врёт как дышит.

- Лёша, я пришла поговорить. - пытается сделать шаг вперёд, но я с поста уходить не собираюсь. - Мы как-то не очень хорошо расстались. Я знаю, тебе обидно и больно, но ты должен меня понять. Так получилось, и ты сам виноват между прочим. А мой телефон зря заблокировал.

Она удивлена моим равнодушием, напряжена и начинает злиться, как подсказывает моя эмпатия, а ментал мгновенно протранслировал её мысли: "Зря я так резко с ним порвала. Этот щеночек очень неплох как запасной вариант. Вит бабник, сегодня он вокруг меня увивается, а завтра к какой-нибудь твари сбежит. У Лёшика нет богатств, но неплохая работа, своя квартира, а отсутствие родителей - скорее плюс, свёкор со свекровью не всегда хорошими бывают. Надо его подержать на поводке. На всякий случай. Только он какой-то странный сегодня. То смотрел как щенок, а сейчас будто совсем чужой, и словно я ему не нравлюсь. Платов ли это?!"

- Хорошо, я виноват, - легко соглашаюсь. - Лена, если это всё, то, извини, у меня там ужин дожидается.

- Подожди! - увидев, что я собираюсь закрыть дверь, она придерживает её рукой. - Мы ещё не договорили. Я не говорю, что ты виноват, - противоречит сама себе, ну а мне с ней уже всё ясно. По большому счёту мог бы обойтись и без паранормальных способностей и кратковременных спазмов, вызванных их применением. - Как раз хотела бы извиниться. И, если хочешь, давай верну твои подарки. Всё же они не очень дёшевы.

- Нафига? - жму плечами. - Что я, буду твои шубу или кулон с серёжками носить? Оставь себе. На память. Виталику привет.

Пытаюсь закрыть дверь, но Ленка опять не даёт это сделать.

- Лёша! Платов! Ты что, не понял, я к тебе пришла, чтобы мы остались друзьями?! И я перед тобой извинилась.

- Извинения приняты, но больше не приходи. Ключи вернула? Вернула. Дружба мне твоя не нужна. Дверь больше не открою, а она у меня, если помнишь, - стучу костяшками по металлу. - железная. Кстати, та тоже. Нет, ну правда же всё остынет. Убери уже руку.

- Что там остынет? Пиццу опять заказал? Подогреешь в микроволновке. Или Ролтон свой залил кипятком?

- Обижаешь, Ленок. У меня теперь есть деньги и на Доширак. Ты наверное хочешь, чтобы я тебе пальцы прищемил?

Вот тут её и прорвало. Пнула со злости ногой по двери.

- Ты ещё пожалеешь, Платов!

- Так уже. Прощай.

Воспользовавшись тем, что пальцы она всё ж таки убрала, закрыл дверь и пошёл в квартиру, слыша её наигранный смех и какие-то совсем уж детские угрозы. Дура. Правда, я и сам прежний был не лучше, нашёл ведь, блин, из-за кого убиваться. Даже никакого сожаления теперь от расставания с этой дрянью не испытываю. Как ни странно, злости тоже.

Ужин зато умудрилась мне немного испортить. В том смысле, что хотел начать его с салата, а пришлось поспешить употребить горячее. Всё равно отлично получилось, вкусно. Никогда ещё с таким аппетитом не ел после армии. Но там-то от постоянного чувства голода, а здесь из-за приготовленных собственными руками качественных продуктов. И на этом останавливаться в дальнейшем не собираюсь. Обязательно съезжу в гипермаркет, наберу там всяких деликатесов, которых в магнитах-пятёрочках и прочих магазинах шаговой доступности почти не бывает. Разве что перед праздниками какими-нибудь выкинут. С сытым брюхом вышел на лоджию, любоваться закатом. Лепота, вдохнул освежающий глоток воздуха.

Зной в этом июне не продержался и недели, сегодня как-то резко спал. Погода комфортная, как раз такая, какую я и люблю.

- Утро красит нежным светом стены древнего кремля - вдруг пропел и поспешил закрыть рот.

Сейчас вечер, а не утро. И до Кремля от моей квартиры как до Великой китайской стены, не увидишь. И песня древняя, как-то случайно в интернет-ролике каком-то встретилась. Почему сейчас-то она в голову пришла? Да кто ж знает. Такие вот выверты модернизированного двойного сознания. А быстро замолчал, осознав, насколько мой голос не подходит для пения. Разве что рэп исполнять, там вокальный талант не нужен.

В одной из высоток напротив, в той, что слева, также на семнадцатом этаже перед сдвинутыми стеклопакетами стоит девушка или женщина с бокалом в руке. Сколько ей лет и хороша ли, разглядеть сложно, до неё метров сто пятьдесят, не меньше. Вижу лишь, что светленькая - блондинка или рыжая.

Взыграл интерес, смогу ли какую-нибудь из своих способностей применить на таком расстоянии? Попробовал, и эмпатию, и ментал. Увы, ничего кроме очередной порции спазмов не получил. Но вообще мысль правильная. Как-нибудь не на ходу во время поездки на работу или обратно - ещё попаду под колёса, а сидя на скамейке в парке, нужно оценить дальность действия обоих умений.

Помахал незнакомке рукой. Эх, деревня. Надо Мухинск из себя выдавливать, не весь разумеется, а то, что не нужно. Девушка на мой жест внимания не обратила, да, похоже она и вовсе меня не заметила, смотрит куда-то в сторону надземного паркинга, который дальше моего дома по улице расположен.

Вернулся в комнату и упал на кровать, раскинув руки. Вот ещё одно дело - надо будет полуторку на двуспальную поменять. Да, сначала натяжной потолок со спотами, затем телевизор, без него мне-новому непривычно, к тому же пакет услуг, за который плачу провайдеру, телевидение, аж полсотни каналов включает. Плачу, а не пользуюсь. Прямо обидно. А потом и кровать пошире приобрету, с девушкой на нём будет удобней.

Когда только этим заняться? Предстоящие выходные заняты, значит на следующих. Жаль, что отпуск свой уже отгулял в прошлом месяце, в мае, летали с Карякиной в Хургаду, само собой целиком за мой счёт. Главное ведь, все двадцать восемь дней брал. Теперь лишь в следующем году отдохну, надеюсь, на этот раз летом отпустят.

Впрочем, в интернете уже видел, что у нас новогодние праздники будут длинные, можно будет или в Красную Поляну, или на Манжерок махнуть, там на Алтае Греф наш Герман Оскарович-Сбербанкович, слышал, целую Швейцарию строит. Попробую себя на горных лыжах. Не умею, но пацан-то я спортивный, научусь. Не сложно поди. Только до Нового года ещё далеко. И что? Мечтать-то не вредно.

Денег мне на все эти замыслы должно хватить, даже без влезания в накопления. Круглому долю мы должны были в это воскресенье отвезти, а теперь вот некому. Значит в нашем бригадном общаке сейчас находятся и средства старших. Сумма должна быть немаленькая.

Опять звонок, но на этот раз мелодия смартфона, а он у меня остался на кухне. Может ну его нафиг? Хорошо же лежится. Нет, надо посмотреть, вдруг что-то важное, лишь бы опять не служба безопасности Сбербанка или майор ФСБ. К тому же, всё равно ведь хотел себе чай с лимоном сделать, и под конфеты почитать книгу о том мужике в корейской девочке.

Телефон продолжает звонить и тогда, когда беру его в руку. Номер незнакомый, но всё равно отвечаю:

- Слушаю.

- Платов, ты ещё пожалеешь, скотина. - это Ленка. Нет, она точно ненормальная. - Слышишь меня? Готовься. Я тебе ...

Сбросил и заблокировал и этот номер. Новую симку что ли купила или трубку у какой-нибудь подруги взяла? Не важно. Припадочная. Угораздило же связаться с такой.

Плевать мне на её тупые угрозы. Хотя так-то знаю, баба она мстительная. Парня, что с ней до меня дружил, и которого она по её же словам сама бросила, Олег, это старший Ленкин брат, крепко побил. Опять же, если верить Карякиной. Только мне тот качок, работающий в каком-то ЧОПе рядовым охранником, никакой угрозы не представляет. Сунется - разделаю под орех.

В этот момент раздаётся звонок в дверь. Да что же это за день-то у меня такой сегодня? Теперь пришла Любовь Петровна со своей выпечкой.

- Вы уж меня совсем балуете, тёть Люб, - смущённо улыбаюсь, принимая очередное угощение. - Спасибо огромное.

Господи, как бы мне от её опеки избавиться?

Глава 9

Зачитался допоздна, даже не помню, во сколько уснул. Проснулся среди ночи, уже ближе к утру захотев в туалет, и обнаружил, что сплю при свете, а смартфон валяется на полу. Оставшееся время досыпал уже нормально, и, тем не менее, опять встал за десять минут до срабатывания будильника. По мне хоть часы проверяй.

Во сне ко мне являлась Каспарова Анна Николаевна, да в таком виде, что на утренней зарядке пришлось удвоить нагрузки по сравнению со вчерашним. Перестарался. После душа, разогревая на завтрак оставшееся от приготовленного накануне ужина и обжаривая в тостере хлеб, почувствовал боли в мышцах. И ладно, не старик. Пока доеду до работы, всё пройдёт.

Уже обувшись, заново разулся, чтобы вернуться за пирожками Любовь Петровны. Вот только склероза мне не хватало в качестве уравновешивающего мои паранормальные способности фактора. Хорошо, что вспомнил вовремя, а то выкидывать подарок потом и правда не хотелось бы. Сложил сдобу в кейс, благо он у меня почти всегда полу-пустой, и отправился знакомым маршрутом на работу.

Хотелось бы вновь встретить добрую соседку с пятого этажа, ещё раз поблагодарить, да, главное, хоть познакомиться с ней, ведь даже имени-отчества у судьи не спросил и себя не представил, вот только на этот раз спускался в кабине с хмурым, явно не выспавшимся мужиком, кивнувшим мне, заходя в лифт на десятом этаже, и сразу уткнувшимся в мобилу.

Точно, мне ведь тоже нужно покопаться в интернете. Вчера увлёкся книгой и не посмотрел того, что намеревался выяснить для выработки легенды, которая бы прикрыла наличие у меня необычных способностей.

На дорожке от автобусной остановки до метро меня поджидала небольшая неприятность, типичная для Москвы. Вроде бы совсем недавно уложенную тротуарную плитку опять начали менять, а место ремонта обнесли лентой, пришлось идти в обход скверика в плотном утреннем потоке людей по деревянным мосткам.

- Вчера вечером ещё всё нормально было, - говорила подруге идущая впереди девушка в летнем сарафане. - Когда уж успели начать-то? Ночью?

- А когда ещё? - раздражённо ответила спутница. - Понаехавшим всё равно, день ли, ночь, лишь бы деньги платили. А у нас не знают, куда их девать.

Я вот тоже возвращаясь с работы вчера тут не заметил ремонта. Да не было его, точно. Ругаться нет смысла. Не делают что-то - плохо, делают - тоже плохо. Но с постоянным перекладыванием плитки в столице ведь на самом деле перебор.

Время в мегаполисе значит очень много, потому мы все так часто и торопимся. Из-за обхода ремонтируемого участка вроде и потерял-то не больше пяти минут, однако в поезде людей оказалось уже заметно больше, чем я привык. И потом на следующих станциях была такая же картина, так что, к первой пересадке ехал в тесноте, что не помешало мне найти в интернете нужную информацию.

Память меня не подвела, мне действительно попадались в ворохе информации сведения о такой научно-обоснованной дисциплине, как профайлинг. Есть и люди, которые осваивают профессию профайлеров - умения по мимике, жестам, взглядам, реакциям организма вроде повышенных покраснения, или наоборот бледности, или потовыделения определять чувства человека, видеть говорит он правду или врёт.

Не знаю, как это на самом деле работает, может обычное шарлатанство, но мне подойдёт в качестве ширмы моих реальных способностей. Для данной профессии правда помимо повышенной эмоциональной чувствительности необходимо образование психолога, но кто мне мог запретить заниматься самообразованием?

Решено, я профайлер-самоучка, об эффективности которого смогут понять исходя из конкретных результатов моей работы. То есть, теперь у меня имеется не только инструменты - эмпатия и ментал, но и обоснование для их использования.

Я сделал нужные закладки в браузере, в свободное время буду читать о принципах профайлинга, чтобы, случись разговор с настоящими специалистами в этой области знаний, я сумел бы говорить с ними на одном языке, знать терминологию и не выглядеть дилетантом-самозванцем.

Со своими размышлениями едва не пропустил пересадку, но всё хорошо, что хорошо кончается, и в офис я приехал вовремя, пусть и чуть позже обычного.

- Всем привет! - улыбаюсь, будто у нас в коллективе прекрасная атмосфера.

Коллеги моё приветствие не игнорируют, но отвечают весьма хмуро, ещё до официального начала рабочего дня спеша включать компьютеры и найти нужные рабочие материалы. Ну, да, вторая половина июня - это конец квартала, а значит пришла пора расплаты за всё недоделанное, отложенное на потом, требующее переделки и прочее. То, что в первые недели июля настанет расслабон и можно будет опять в потолок поплёвывать, сейчас не утешает, у начальства уже наточен топор для нерадивых, а плаха в Инвест-гамме никогда от крови мучеников, оставшихся без поощрительного денежного вознаграждения, никогда не просыхает.

- О, Алексей, привет! - одна только Олечка Ветренко мне и рада.

Что ж, такое отношение достойно поощрения.

- Оль, - ставлю портфель на край её стола. - Как-то так получается, что ты меня всё время угощаешь, я же словно жмот, никогда ничего в ответ. - Вот, угощайся. - извлекаю пакет с выпечкой. - Можешь к чаю, можешь в обед в микроволновке разогреть. Свежие. - кладу перед ещё шире заулыбавшейся коллегой пироги. - Эти вот с луком и яйцом, эти с дырочками - с капустой, эти с картошкой, а эти кругленькие сладкие, с черешней, точнее с вареньем из черешни. Знаю, ты же любишь сладкое. Обязательно всё попробуй. Это моя подруга испекла, она любит печь. - приписываю бросившей меня Ленке напрочь у той отсутствующие кулинарные таланты.

Радостное выражение на лице нашего бумажного червячка мгновенно исчезает. Я активирую свой ментал и слышу в голове её голос: "Сволочь ты, Платов. Решил сообщением о своей девушки от меня отвязаться? - легко разгадала она мой хитрый план. - Нет у тебя никого. Была, да сплыла. Я такое хорошо чувствую. Вот ведь козёл какой. Ну, не хочешь выстраивать со мной отношения, так и не надо. Думаешь, не найду другого? А ты потом ещё приползёшь, сиротка несчастный. Да кому ты нужен?"

Да уж, логику девушек я и со своими сверх способностями не пойму. Кстати, насчёт сверхспособностей. Похоже, женщины на тропе охоты за мужчинами ими тоже в какой-то степени обладают. Вон же вычислила, как-то почувствовала, что меня бросили. Удивительно. Удивительное рядом.

- Спасибо, Платов. - сочла нужным поблагодарить. - Мы в обед, кто в столовую не идёт, попробуем. Только я, пожалуй, обойдусь одним пирожком.

Интересно, сегодня мне пирожное достанется? Подозреваю, нет. Увы, я лишился последнего доброжелательного члена нашего коллектива. Теперь на меня злы все.

С этими мыслями иду к своему столу. Кондиционер уже работает, хотя я бы лучше его выключил, а окна открыл. На улице сегодня комфортно, а приток свежего воздуха в нашу душную моральную атмосферу бы не помешал. Увы, моего мнения тут никто спрашивать не будет.

Если вчера ещё у нас было относительно спокойно, то сегодня в дополнение к напряжённой для всех кроме меня и Олечки работы добавилось и то, что наша группа превратилась в проходной двор. Виктор Николаевич, отправившись в командировку и временно передав бразды правления отделом в ухоженные ручки Анны Николаевны, свой кабинет ей не предоставил.

Вот и потянулись сюда ходоки из других групп, отделов, департаментов, а ещё всякие посыльные-рассыльные, и всем надо согласовать, подписать, спросить, уточнить. Устроили в коридоре перед дверями нашего помещения целое столпотворение, дожидаясь своей очереди, минуя наше рабочее пространство, постучаться к госпоже Каспаровой.

И ладно бы молча там стояли. Так ведь делятся новостями, сплетничают, даже смеются иногда. Хорошо хоть, что рыданий не слышим. Но мои коллеги, которым сейчас и так нелегко - это я отмечаю безо всякого сочувствия к ним - помаленьку начинают звереть. Но то ли им это не мешает, то ли наоборот ещё больше стимулирует сорвать на ком-нибудь злость, в общем, прочитав четырежды мысли своих коллег, выясняю, что они готовят мне подставу, и даже - спасибо Серёге Райко за столь подробное обдумывание гадкого дела - знаю какую именно подставу. Они придумали свой план в чайной комнате, куда заходили попить кофе - и, самки собаки, с подаренными мною пирожками - а осуществить диверсию, или саботаж, я не знаю, чем это между собой отличается, взялся Игорь Филиппов, мой единственный в компании друг, он же когда-то лучший и единственный.

Как мало, оказывается, нужно, чтобы превратить друга во врага. Да был ли Игорёк мне другом? Нет, теперь понимаю, не был. Вот Сашка Урюк за меня мухинского вписался в поножовщину, когда я получил перо под ребро. Влетел на всех парах в схватку с четверыми пацанами Клопа. Получил крепко, ему самому и руку, и живот подрезали, но ведь отбил меня, уволок и доставил в больничку. А потом ещё ментам на уши лапши навешал. Вот это был действительно настоящий друг. Жаль потом подсел и умер от передоза. Валька-сметана ему палево подсунула, её потом всей бригадой метелили.

Что же касается Игорька, то дам-ка я ему осуществить их подленький замысел. Точнее, они будут думать, что у них всё удалось. На самом деле, я скопирую нужные данные, оставив сами файлы в папке открытой публикации. Путь удалят и радуются. Я же получу замечательный повод поговорить с бывшим дружком по-пацански, как я-мухинский умею. Без синяков, но доходчиво.

Перед обедом поток ходоков к начальнице наконец иссяк, и та ушла из кабинета, никому ничего не сказав, но окинув всех сотрудников строгим взором, выделив меня намёком на кивок. В столовую я не пошёл сегодня, переборщил с завтраком, поэтому решил ограничиться чаем с печеньями, которые купил в буфете, спускавшись на первый этаж. Там сбоку от холла продавали всякую всячину для сотрудников, кто предпочитает горячему питанию сухомятку. Вот и я к таковым временно примкнул.

А после обеденного перерыва нашу группу ждала бомба или даже две, причём вторая оказалась намного мощнее первой.

Чуть задержавшаяся с возвращением Анна Николаевна явилась не одна, а в компании четырёх человек - двух девушек, похоже, выпускниц ВУЗов этого года, молодого мужчины лет около тридцати и совсем уж пожилого дяди, тому явно под пятьдесят, голова совсем седая, а спереди плешь, которую плохо скрывают зачёсанные на неё волосы, которые к тому же растрепались.

Коллеги, погруженные в дела, почти не обратили на спутников нашей королевы внимание, а вот я, кто, во-первых, уже выполнил свою дневную норму задач, и, во-вторых, вчера подслушал мысли начальницы обратиться к самой Альбине Маратовне, руководителю кадрового департамента, сразу же понял, кто это к нам пришёл.

- Внимание, - призвала своих сотрудников Анна Николаевна. - В нашей группе пополнение штата. Это четыре новых специалиста. Представлять их не стану, сами познакомитесь. Столы у нас есть, а компьютеры им обещали принести завтра с самого утра. Пока же, Ольга, - посмотрела она на Ветренко. - Выдай им все наши инструкции, должностные, по технике безопасности, регламенты исполнения и всё прочее. В конце дня они должны расписаться в журналах. Пётр Васильевич, вы примете у них зачёт и тоже распишетесь там же. Сообщаю, они все назначены на должности специалистов. Вижу вопрос, у нас только три таких ваканта. Отвечаю сразу, появился ещё один, потому что специалист Платов переведён на должность старшего специалиста группы.

Нет, я конечно уже ожидал подобного повышения, ещё со вчерашнего дня, только не думал, что всё произойдёт так быстро. А наша Аннушка весьма быстра и решительна в своих действиях. Надо же, как же мы все ошибаемся на её счёт.

В нашем отделе помимо руководящих должностей и пары делопроизводителей остальные - это либо специалисты, либо старшие специалисты, причём вторых раза в четыре меньше, чем первых, и зарплаты с доплатами почти на треть выше. У нас в группе старших всего три, и одна должность долгое время была вакантной. На неё все пророчили Филиппова, но старый начальник ушёл, новая притормозила все кадровые подвижки до того момента, как она сказала, пока не разберётся с тем, кто есть кто. Однако иного кандидата на этот вакант в нашем коллективе никто даже не предполагал. И вот начальница разобралась. Очень оперативно, надо сказать, и года не прошло.

На Игорька страшно сейчас смотреть. Если его сейчас кондратий хватит, я не смогу с ним посчитаться за всё хорошее. Впрочем, он тогда и не успеет сделать ничего плохого. Нет, выдержит. Он хоть и дерьмо собачье как человек, но удар держать умеет. Ах, как он сейчас на меня посмотрел. Чувствую, сердце моё запело. Съел, сволочь? Подавись! Остальные тоже пребывают в шоке. Ещё бы, такой прыти от бывшего лоха, без которого и жизнь плоха, никто не ожидал.

- А положение о деятельности организации им тоже дать почитать? - Олечка ко всему прочему у нас чемпион по задаванию глупых вопросов.

- Сказала же, всё! - скривилась Каспарова. - Платов, иди в департамент кадров, там распишись в приказе. Потом зайдешь ко мне.

Обе новенькие девушки смотрят на меня с уважением, уж не знаю, чего они там себе вообразили про мои достижения. Они невысокого роста, симпатичные, хотя не сказать, чтобы прям а=писанные красавицы. Причёски аккуратные, короткие, в очках явно без диоптрий, одежда - белый верх, чёрный низ. Видимо так представляют себе офисный дресс-код. На смом деле у нас конечно всё попроще.

И девушки и молодой мужчина лучатся удовольствием, улыбаются. Они поди давно уж смирились с тем, что сказанное после собеседования "мы вам позвоним" означает "пошли вон отсюда, вы нам не подходите", а тут вдруг колесо судьбы прокрутилось и стрелкой действительно указало на вызов в Инвест-гамму. Что же касается мужчины с плешью, то тут вообще ничего непонятно. То ли перевели откуда-то с понижением, то ли просто из другого подразделения назначили.

Так-то на нашем направлении деятельности с карьерой очень туго. Большинство уходит на пенсию с должности специалиста. Продвижения почти никакого, все руководящие должности часто достаются близким или дальним родственникам владельцев холдинга и входящих в него предприятий или протеже директората. К тому же, руководящих должностей в нашем департаменте не так уж и много, относительно общего числа работников. У нас в группе один начальник на пятнадцать человек, и это ещё хорошо. У тех же аудиторов вообще, то ли на двадцать пять, то ли и вовсе на тридцать. Это и мне надо учитывать для повышения своего социального статуса. Да, и материального конечно тоже.

Знакомиться с новичками, смотреть, как они делят свободные столы, мне некогда, приказ начальника надо выполнять, и я отправляюсь на выход, а затем по коридору к лифтам.

Кто-то из важных людей сказал, что кадры решают всё. Не помню, кто конкретно, Путин наверное, но у нас в холдинге реально так и есть, департамент Хусаиновой располагается аж на двадцать втором этаже. Выше только юристы на двадцать третьем и два этажа наших небожителей - директоров и владельцев с их аппаратами помощников. Там они все кучкуются, и те, кто руководит или владеет целиком холдингом, и те, кто командует предприятиями в него входящими.

Мне туда наверное никогда не попасть. Хотя слышал о случае возвышения простого парня вроде меня, не сироты, но от сохи, он занял кабинет на двадцать четвёртом через постель и последующий поход в ЗАГС с перезрелой дочерью директора "Инвест-гамма Страхование", став его первым заместителем. Есть масса работ и видов деятельности, которые по нормативным документам положено страховать. Вот владельцы холдинга однажды и подумали, нафига деньги на сторону отдавать? Прям как с нашим банком ситуация.

Руководить таким страховым агентством много ума не нужно, клиентов искать, мучиться над уменьшением страховых выплат и прочего. В общем, тот парень поди считает себя счастливчиком, ухватившим удачу за хвост. А как по мне, это позорище. В жизни бы не согласился на такой вариант, извёл бы своими комплексами и себя, и подругу, то есть, супругу. Не, это точно не мой вариант. Хотя с Аннушкой конечно же с удовольствием бы закрутил. Клёвая тёлка, если говорить о внешности. Так, не понял. Это во мне я-мухинский говорит? Что-то этот я сегодня часто высовываюсь. Наверняка влияние скорой разборки с Игорьком сказывается, там моя бандитская половина больше пригодится.

Ладно, вот и цифра двадцать два загорелась. Лицо серьёзней. Галстук? Нормально. Всё ж удобно, когда в кабинках лифтов ростовые зеркала. Одобряю свой внешний вид и выхожу в просторный холл с тянущейся вдоль стены стойкой, за которой сидят парень и девушка, как и во время моих предыдущих двух посещений этого департамента.

Первый раз я тут был на собеседовании по результатам отбора, и прошёл его вовсе не потому, что действительно имел лучший диплом и большие знания, чем мои конкуренты, а из-за того, что бывший детдомовец. Мне об этом прежний начальник группы Сергей Иванович поведал как-то на новогоднем корпоративе. Оказывается, у холдинга есть какие-то квоты на таких как я. Ну, мне обижаться на это, пожалуй, не следует. Пусть хоть так справедливость восторжествовала. А то взяли бы чьего-нибудь сынка или дочку, или просто тупо проплаченного.

Следующее моё посещение оказалось и вовсе коротким. Мне следовало только расписаться в договоре, вот как сейчас.

Направляюсь к стойке. Понятно, сама Альбина Маратовна меня знать не знает и видеть не должна. Это Анна Николаевна, как дочь подруги и даже какая-то дальняя родственница, при желании может в департаменте кадров любую дверь хоть пинком открывать. Мне же следует демонстрировать скромность, что я и делаю.

- Добрый день, - обращаюсь по центру между парнем и девушкой. - Начальник сказала, что я должен получить новую должностную инструкцию и расписаться в приказе о назначении старшим специалистом.

Думал, они отправят меня в какой-нибудь кабинет, а тут на удивление спокойно будто на кладбище, но нет. Девушка спросила:

- Фамилия ваша.

- Платов, - говорю.

- Алексей Сергеевич? - уточнила и не дожидаясь ответа положила передо мной журнал, скреплённые степлером листы моих новых обязанностей и трудовой договор в двух экземплярах. Впрочем, там и разницы-то с прежними документами особо никакой нет. Зато оклад указан в договоре новый. - Вот, расписывайтесь здесь, здесь, здесь, и ещё здесь, - тычет она тонким пальцем в места, где я должен поставить свои закорючки. Тупым что ли совсем считает или слепым? Впрочем, она права, лучше подстраховаться, чем потом перепечатывать уже завизированные начальством и с проставленными печатями документы. - Эти экземпляры вам. Поздравляем с повышением. - улыбается.

Вежливость у них обоих наигранная, плевать они на меня хотели, а всё равно приятно в такой обстановке работать. Не то что мои коллеги, придурки.

Слухи у нас в офисе разлетаются так, что любая деревня позавидует. Пока шёл от лифтов по нашему коридору, встречавшиеся сотрудники отдела поздравляли с назначением. Другие группы в моём бойкоте не участвуют, вообще не в курсе происходящего, а если б и узнали, уверен, большинство были бы на моей стороне. Зинаида Михайловна, секретарша начальника, увидела меня через открытую дверь, позвала, поцеловала в щёку и вручила большую вафельную конфету "Красная шапочка". Что я ей, маленький? Разумеется вслух возмущаться не стал. Поблагодарил.

В нашей группе новичков уже всех рассадили. Пустовавший рядом со мной также у окна стол достался самому старому, девушек отсадили от меня подальше. Тоже месть? Мелко, друзья мои. Мелко.

Кидаю вторые экземпляры документов в ящик. Не закрываю, никакой ценности эти бумаги больше не представляют. Пропадут, так копий наделают в делопроизводстве, они ж зарегистрированы. После чего иду в кабинет начальника. Приказывала ведь.

Каспарова сидит, глядя в монитор компьютера. Когда я вхожу и закрываю за собой плотно дверь, она откидывается в кресле и устало трёт пальчиками себе виски. Видок у неё конечно не ахти. Чувствуется, устала. Только зря она с такими длиннющими ногтями так близко к глазам орудует. Вдруг нечаянно в них ткнёт?

- Там всё успели подготовить? - спрашивает. - Подписал?

- Да, подписал, вторые экземпляры получил, - отвечаю, и тут чёрт меня дёргает за язык. - Плохо выглядите.

- Что? - непонимающе переспрашивает Анна Николаевна, с недоумением смотрит на меня и вдруг рассмеялась. - Платов! Ты вообще нормальный? Говорит такое женщине, да ещё и начальнице.

Мда, действительно. Что-то я брякнул, не подумавши. Исправляюсь:

- Так я ж совсем не имел в виду вас как девушку, вы ж не хуже меня знаете, что вообще очень красивы, вон, в зеркало посмотрите. Я вижу, что вы как начальник очень вымотались.

Я вступил сейчас на хрупкий лёд из-за своей необдуманной фразы про её плохой внешний вид, поэтому активирую ментал, чтобы корректировать свои слова в соответствии с её мыслями, и тут же их услышал: " - А у него, оказывается ещё и язык подвешен. И кто бы раньше мог подумать, что в этом чмошнике скрывается такой умный и бойкий парень? Это мне жирный минус, что так долго была слепа. А отец должен убедиться, что я не только готова собирать себе команду для дальнейшей работы, но и умею подбирать себе её толковых будущих членов. Тогда папа станет моим непробиваемым союзником против мамули, которая меня только и видит женой состоятельного мужа и матерью её внуков. Нет уж, я буду делать карьеру..."

- Чего это тебя перекосило, Платов? - заметила она мою невольную гримасу от боли, вызванной слишком активным применением ментала.

- Голова разболелась, - честно отвечаю.

- Понятно, - усмехнулась. - Вот и у меня от вас и голова болит, и вид, как ты говоришь, вымотанный. С вами не мудрено в депрессию впасть. Впрочем, ладно, Алексей, тебя это не касается. Ты молодец, твою работу одобрили там, - показала она пальцем вверх. - Данные все подтверждаются. Соберут доказательную базу полностью, и кое-кому не поздоровится. Значит, ты с завтрашнего дня начинай передавать свои дела новичку, этому, забыла, как его, седому. Себе возьмёшь всю инфографику за группу и обработку по аудиту. И теперь главное, в понедельник к одиннадцати отправишься на двадцать четвёртый этаж к Николаю Павловичу Каспарову, генеральному "Инвест-гамма Перевозки". Он хочет с тобой побеседовать. Покажи себя с лучшей стороны. От этого зависит для тебя многое. Возможно, сегодняшнее повышение - лишь первый шаг, дальше будет больше и лучше. Понял?

- Если честно, пока не очень, но я обдумаю и точно пойму.

- Вот и отлично, - усмехнулась Анна Николаевна. - Костюм получше есть? Хотя ..., - она склонила голову набок и махнула рукой. - Этот вполне подойдёт. Только галстук поменяй на более светлый. И ещё, Алексей. Надеюсь, ты умеешь помнить о тех, кому обязан?

- Неблагодарность - не та черта, которую я хотел бы в себе видеть. Конфету не хотите? Сладкое помогает снять усталость. Я читал в интернете, честное слово.

- Чего? - опять засмеялась начальник. - Платов, иди отсюда, займись делом. - и тут же передумала. - Стой! Ладно, давай сюда конфету. - протянула руку, забрала "Красную шапочку" и возвела очи вверх. - Так и думала. Подарок Зинаиды Михайловны передарил? Она меня тоже такой угощала. Всё равно спасибо, что поделился. Скажи Олечке, пусть мне чай принесёт.

Глава 10

- Алексей Сергеевич Платов, - представляюсь, подойдя к столу соседа, назначенного мне Анной Николаевной в подопечные на первых порах. - Можно просто Алексей или вовсе Лёша, и на ты. - во, как я теперь красиво говорить умею, мухинскому мне такое обращение и в голову бы не пришло, а я московский раньше только тушевался и мямлил, вообще коммуникабельность моим коньком не была ни там, ни тут. - Начальник велела передать вам направление работы, которое я вёл, и ввести в курс дела.

За спиной слышу, как демонстративно фыркнула Наталья Голубева. Тоже мне, кобыла нашлась. Да собственно кобыла она и есть, если по размерам судить. Не в смысле толстая, а высокая и крепкая фигурой. Правда, Наталья может быть эффектной. Это я оценил, когда Голубева во время отгула за забытыми ключами от родительской дачи сюда забегала. Она тогда красовалась в обтягивающих джинсах, в коридоре мужская часть коллектива провожала её взглядами, будто первый раз увидели.

- Фёдор Ильич Арефьев, - мужчина не поленился встать, поправив зачёс на лысину и протягивая после этого руку. - Тогда тоже можно на ты, и Ильич, если так будет удобно.

- Будет. - улыбаюсь в ответ и использую свой ментал.

" - Вроде неплохой малый, - слышу его оценку моей скромной персоны. - Непонятно лишь, чем он заслужил столь ранний карьерный взлёт. Блатной? Стучит? Греет постель той красотке Каспаровой? И почему гримаса муки у него на лице появилась? Голова болит что ли?"

С головой ты, дядя, угадал. Гадство, надо что-то придумать, чтобы лучше себя контролировать. А то нафиг такие способности, если они у меня на роже будут написаны? Впрочем, вроде уже получается не показывать вида, просто сейчас ослабил контроль. А вот насчёт постели с начальницей, эх, как ты ошибаешься. Твои бы слова, да богу в уши.

- Тогда, как с этим закончу, - посмотрел он на ворох инструкций перед собой на столе. - приступим?

- Точно не сегодня, - прохожу на своё место. - Без компьютера - это бесполезно. Да и мне нужно время, чтобы привести всё в порядок. Не хочу вам передавать недодел.

- Тебе, - напомнил он.

- Тебе, Ильич. - смеюсь.

Реально нормальный мужик. Хотя выглядит конечно потасканным. Костюм вон плохо отглажен, и то ли на вырост его себе покупал, то ли похудел с момента приобретения. Воротник у рубашки не свежий. Да и подстричься бы ему не мешало. Я бы вовсе на его месте этот начёс дурацкий убрал, а лучше сбрил бы наголо. Стал бы смотреться моложе. У нас, помню, Петрович, который самопальные стволы делал, так подстригся и лет десять сразу скинул.

Ладно, не моё это дело. Надеялся сегодня до конца дня баклуши бить, но теперь надо и в самом деле все среднесрочные и долгосрочные проекты привести в божеский вид, чтобы проще потом объяснять их своему престарелому стажёру, и действительно не хочу оставлять после себя косяки. Так что, отдых окладывается.

Думал, что было бы неплохо познакомиться с новым соседом поближе, неформально, а тот будто прочитал мои мысли, поинтересовавшись можно ли здесь где-нибудь передохнуть несколько минут, попив чай или кофе. Я повёл его в нашу чайную, где топтавшиеся там две девицы из аудиторской группы, о чём-то своём шушукавшиеся и хихикавшие, поедая при этом здоровенные куски торта, кажется, Медовика, нам нисколько пообщаться не помешали.

Оказывается, Арефьев много моложе того возраста, который я ему мысленно приписал. ему всего сорок восемь, и он действительно к нам пришёл с сильным понижением. Только причина тому личная, а не допущенные провалы в работе.

Фёдор Ильич работал главным инженером в одной из строительных компаний холдинга, и каждый день его служебным транспортом доставляли из Москвы, где он жил с рождения, в Балашиху, а потом обратно. Вроде бы близко, только вот знаменитые московские пробки в часы пик делали этот путь достаточно долгим. К тому же сама его прежняя должность предполагала ненормированный рабочий день с редкими выходными.

Проблема в том, что у Арефьева на иждивении сын-инвалид, болеющий церебральным параличом средней степени тяжести, и когда ещё заболела супруга, которую положили в кардиологию центра имени Бакулева и сделали ей шунтирование, он решил, что всех денег заработать невозможно, и стал подыскивать себе новое место работы, ближе к дому и с намного более щадящим графиком. Видимо наше начальство его ценило и не захотело расставаться с таким добросовестным работником. Предложило в качестве временной меры должность специалиста в группе учёта, пообещав после нового года повысить с переводом в отдел технического контроля.

Получается, мой стажёр у нас временно, и ладно, мне-то какая разница? начальник сказала ввести в курс дела - я выполню, а остальное уж не мои проблемы. Тем более, прямо стучит в груди предчувствие, что мы с Аннушкой покинем царство учёта намного раньше Фёдора Ильича.

- Я сейчас, мне ещё кое-куда заглянуть нужно. - говорю Арефьеву, когда мы с ним выходим в коридор.

- А где здесь туалет? - он интересуется.

- Так вон туда иди до конца коридора, там поворот, и сразу же увидишь эм и же.

Сам направляюсь в противоположном направлении. Дохожу до группы аудиторов и ненадолго замираю. У них и комнат две, соединённых между собой, и размерами они побольше, и сотрудников здесь почти три десятка. Мне, понятно, нужен один. Старший аудитор Бирюков Павел Николаевич, именно он должен мне сбросить в папку на сервере с открытой публикацией данные по проверке Гамматрансмаша, и которые Игоряша собирается незаметно изменить.

Наши айтишники борются за сохранение объёмов памяти серверов холдинга, как за честь любимой девушки. Сделали специальную программу, которая автоматически ровно полночь чистит все временные папки от выложенных в них файлов. То есть, те документы, которые мне завтра перешлёт Павел Николаевич, я должен скопировать себе в закрытые документы и уж дальше с ними работать. Подлинники же, если я сам забуду их убрать, в полночь безвозвратно исчезнут.

Собственно на это и расчёт моих коллег-недоброжелателей. Они придумали, пользуясь тем, что в офисе к папкам открытой публикации есть доступ у всех кого попало, внести правки в полученные мною от аудита документы. Разумеется, с неправильными исходными данными я и итоговый результат получу чёрт те какой. И когда через неделю-две выяснится моя грубейшая ошибка, доказать, что причиной были злонамеренные изменения, не получится. Электронные данные давно сотрутся с сервера, а у аудиторов будут правильные подлинники.

В принципе, если привлечь айтишников, разобраться будет можно, вот только никто не будет долго разбираться, писать докладные и пускать их на согласование, чтобы устраивать расследование по столь пустячному поводу. Просто отдельно взятого старшего специалиста Платова повозят мордой об стол, лишат всех бонусов, заставят переделать и на этом успокоятся.

Так-то толково придумано. Единственное слабое звено в их плане то, что я мог бы увидеть данные, скопировать тли переместить к себе в закрытые документы раньше, чем они успеют внести изменения. Этот вопрос они тоже продумывали. Во-первых, меня хорошо изучили и знали, что с новыми таблицами я начинаю обычно работать после обеденного перерыва, а до этого их даже не смотрю, а, во-вторых, Игорёк решил не пускать всё на самотёк, взялся отслеживать поступление данных от аудита и, как только они появятся во временной папке открытой публикации, дать сигнал Наталье, и та меня отвлечёт на разговор.

Появление в нашей группе новичков и распоряжение Каспаровой передавать мне все дела Арефьеву намерения коллег ничуть не изменили. Здраво рассуждают гады. Косяк всё равно на меня ляжет, со стажёра какой спрос? В ближайший месяц отвечать за просчёты Фёдора Ильича предстоит его наставнику, то есть Платову.

Но я готов к пакости, поэтому здесь. Пусть творят свои тёмные дела, не догадываясь, что у меня будет всё необходимое для нормальной успешной работы. А их подлый поступок даст отличный повод разобраться с бывшим дружком.

- Но у меня ещё всё сырое, Алексей. - с недоумением посмотрел на меня Павел Николаевич. - До вечера сделаю. Если не хочешь завтра до десяти, как обычно, давай сброшу в конце работы. А ты что, на ночь решил оставаться?

- Да нет, Николаич. - мотаю головой. - Я не торопить пришёл. Просто у меня начальница, она, знаешь ...

- Наслышан, - усмехается Бирюков.

О хамстве и резкости Каспаровой у нас в офисе уже начали ходить легенды. Только я-то теперь знаю, что она просто очень опасалась, прядя на руководящую должность, ощутить насмешливое или пренебрежительное отношение подчинённых, вызванных её неопытностью и молодым возрастом. Вот и воспользовалась советом подруги, той самой Аллы Дмитриевной Решетовой, считавшей себя уже опытной, больше кричать и чаще наказывать рублём. Ну, Аннушка и сама не подарок, так что, воспользоваться советом ей оказалось несложно. Однако, оказывается, она может быть и совсем другой.

- Ну, да. - киваю, вроде как подтверждая его догадку. - Она решила сама всё держать на контроле. Сбрось графики и таблицы, как в мою открытую публикацию, так и в её. Хорошо?

- Без проблем, - жмёт он плечами. - Дело пары секунд.

- Вот и договорились.

Ухожу довольный. Даже если меня коллеги успеют опередить, увидят поступление данных раньше меня и испортят, то я теперь смогу взять подлинники у начальнице. Та вряд ли внимание обратит, ей в течение дня столько всего присылают, что она смотрит адресно, не всё подряд. Я же просто не скопирую, а перенесу к себе, не оставив у неё никаких следов.

Вернувшись в группу, плотно засел за работу, а в перерыве поискал на сервере и нашёл хорошие графические редакторы, скачав их себе на компьютер, раз уж госпожа Тарасова выделила мне одно из самых ответственных направлений нашей работы - показуху. Мало ведь делать дела, надо - и это часто главнее - уметь их преподносить руководству. Так что, слайды презентаций, цветные диаграммы, красивые графики - неотъемлемая часть нашей работы. Чтобы когда наша красотка Аннушка выступала перед директорами и начальниками департаментов, у неё за спиной на проекторе, если и не картины Айвазовского, но тоже всё красиво должно быть. Красиво и понятно. И некоторое бросание пыли в глаза тоже не помешает, вроде мелких букв и невзрачных столбиков наших провалов и крупных строк и ярких линий наших успехов. Процесс творческий, и я к нему подготовился. У меня дома есть в личном компьютере отличный графический редактор, с которым я хотел заняться фрилансом, но для текущих задач мне и скачанных с сервера хватит.

Отвалившись от клавиатуры, решил передохнуть, заодно, используя свои ментальные умения, просмотреть мысли коллег и ошалел. Они реально что ли идиоты? Аннушка ведь ни фига не шутила, когда говорила, что лишит всех проваливших задания премий. А эти что? У них ещё конь не валялся по завершению работ, а они нашли время, видимо выходили или в туалет, или в чайную, как сотворить мне ещё одну гадость.

На столе у меня лежит флэшка, обычная такая, синего цвета, на два гига всего. Зарегистрированная в отделе информационной безопасности холдинга. Так-то у нас мощные антивирусные программы стоят, защищающие как каждый отдельный компьютер, так и сервер и всю сеть компании. Однако, пользоваться личными неучтёнными носителями категорически запрещено. Мало ли, что из интернета можем притащить.

Любой накопитель информации, прежде чем с ним можно будет работать, прописывается в памяти сервера, а стоит вставить в разъём чужую флэшку, которая не будет программой распознана как своя, айтишники компании тут же об этом узнают и доложат безопасникам. Наказание будет крайне суровым.

И что придумали Филиппов с Серёгой Райко? Так всё просто. Райко сегодня по дороге домой купит флэшку точь-в-точь такую же как и у меня, запишет туда всякой ерунды из интернета - нет, не вирусы, серьёзное расследование козлам точно не нужно - и завтра выберут момент, чтобы подменить лежащую у меня между письменным прибором и лотком для бумаг. А я ведь действительно, не подслушав их мысли, подмену наверняка бы не заметил. Вставил бы в компьютер, и потом имел бы бледный вид на тринадцатом этаже, где собственно и располагается департамент безопасности. Доказывал бы, что не верблюд.

Эту их схему разрушить легко. Я просто положил флэшку в карман пиджака. Можно было бы конечно дать им и такую пакость сделать, да только у меня на накопителе кое-какая нужная информация сдублирована, да и не требуется дополнительный повод для обострения конфликта, одного достаточно.

Сейчас даже как-то обидно за себя прежнего. Я ведь искал одобрения и похвал у этих жалких и мелочных людишек, расстраивался, когда не в полной мере мог угодить на их запросы и просьбы, переживал, гордился, когда они снисходили до дружеских улыбок в мой адрес. А это же просто фраера позорные. Ох, опять во мне начинает я-мухинский вылазить. А ну-ка Лёха Железо, спрячься пока. Тут же офис, красивая жизнь, а не наша база на заброшенной стройке.

Новички сдали зачёты успешно, кто бы сомневался, и Арефьев отправился домой ровно в восемнадцать-ноль-ноль. Под ехидными и предвкушающими взглядами всей группы кроме меня и Олечки. Коллеги ожидали, что когда Фёдор Ильич будет проходить мимо распахнутой двери кабинета начальницы, оттуда послышится ехидный и многообещающий комментарий. Я на этот счёт был спокоен, уверен, Анна Николаевна в курсе семейных обстоятельств отца инвалида и мужа сердечницы, и об его заслугах перед холдингом осведомлена. А Ветренко не злорадствовала и не предвкушала унижения нового сотрудника, потому что она всё же добрый человек в душе, хоть на меня и обижена.

- Фёдор Ильич, у нас не принято так рано уходить. - сообщила и снизив голос до шёпота, бросив взгляд в сторону кабинета начальницы, добавила: - Премии режет, как топором рубит.

- Я не могу оставаться, Олечка, - улыбнулся ей Арефьев, успев уже перенять всеобщую манеру обращения к Ветренко. - Мне нужно быть дома как можно раньше. - он направился дальше и проходя мимо начальницы попрощался: - До свидания, Анна Николаевна.

- До завтра Фёдор Ильич. - послышалось из кабинета.

Меня смех разбирает, глядя на реакцию коллег. Приходится его старательно прятать. Поэтому выдвинул нижний ящик у стола и сделал вид, что там что-то ищу.

- И что это было сейчас? - спросила Ирина Карповна у Петра Васильевича.

- Похоже, мы что-то не знаем, - также тихо ответил он.

Впрочем их короткий диалог слышали все в помещении. Я-то знал, почему Каспарова так себя ведёт с моим стажёром, но, понятно, не поспешил объяснять всем суть. Раньше был бы только рад рассказать коллегам то, что узнал от Арефьева в чайной комнате.

Я бы тоже задерживаться не стал, с удовольствием покидал бы работу строго по распорядку. Намеченные на сегодня дела, даже с учётом вновь навалившихся, все сделал. Только как уйти, когда мне нужно проявлять служебное рвение перед тем паровозиком, который по идее должен потянуть меня вагончиком за собой? Никак. Однако ситуация сама помогла мне в лице Аллы Дмитриевны, опять зашедшей к нам за подругой. Когда обе руководительницы в половине седьмого покидали кабинет, Анна Николаевна неожиданно позвала меня за собой:

- Платов, пойдём. Надо кое-что будет обсудить по дороге на выход.

Заместительница начальника отдела консалтинга, дочь одного из совладельцев холдинга, как-то странно при этом посмотрела на меня. Показалось, сейчас скажет что-нибудь едкое, такое уж у неё было выражение лица, но нет, промолчала.

Мне больно много собираться-то и не нужно. Взял кейс и, к огромному разочарованию и злости заговорщиков унося с собой свою флэшку в кармане, направился к выходу.

- Уже иду, Анна Николаевна, - говорю в спины девушкам.

Догнал, пристроился рядом с Каспаровой, всё же отставая от неё на полшага. Я не подхалим, я вежливый.

- Алексей, ты новости смотришь? - неожиданно спросила начальница.

- Ну, вообще читаю иногда ленту новостей яндекса. - отвечаю честно. - А так-то у меня даже телевизора дома нет. И машины, чтобы в поездке слушать новости по радио.

- Телевизора нет? - удивлённо спросила Алла Дмитриевна.

- Да ладно, Алексей, ты гонишь. - поддержала подругу в удивлении начальница.

- Самая что ни на есть правда. - отвечаю. - Как раз сегодня хотел по пути заехать в наш Новомосковский торговый центр, присмотреть его себе. А я что-то важное пропустил?

Мы идём по пустому коридору, все сотрудники отдела ещё не высовывают носа из кабинетов, нашему свободному разговору никто не мешает.

- С тобой всё ясно, - вздыхает Каспарова. - Значит вчерашнее выступление президента ты не смотрел.

- Какого президента? - я даже сбился с ноги от неожиданности.

- Аргентинского! - раздражённо ответила Анна Николаевна. - Алексей Сергеевич, не тупите. Конечно же я говорю про нашего, про Путина. Он вчера встречался с деловым сообществом и половину своего выступления посвятил социальной ответственности бизнеса. В общем, Фёдор Ильич сказал, что у вас с ним сложилось взаимопонимание.

Ничего не пойму. Аргентина, Путин, телевизор, деловое сообщество, социальная ответственность бизнеса, нормальный мужской разговор с Арефьевым, и? При чём здесь я? И как это всё между собой связано?

- Мы просто поговорили, - не могу сказать, что мы в ходе десятиминутного разговора стали с Ильичом приятелями. - Ну, на ты перешли.

В фойе перед лифтами начальственные девушки остановились, не став нажимать кнопку вызова.

- Фёдор Ильич хороший знакомый друга моего отца. У Арефьева сын инвалид.

- Это я знаю. - всё ещё не пойму, к чему она клонит.

- Вот! Его зовут Олег, он дистанционно по программе поддержки и, подозреваю, не без денег своего отца закончил неделю назад финансовую академию, нашу, московскую. Через два месяца я смогу взять его к себе на работу. Не сюда, не в этот отдел. Ты понимаешь?

- Так ты же ему ещё ничего не сказала. - хихикнула Алла Дмитриевна. - Чего ж он поймёт-то?

- Действительно, - кажется начальница смутилась чуть-чуть. Ого, увидеть такую её реакцию дорогого стоит. - В общем, я почти уверена, что твоя беседа с Николаем Павловичем Каспаровым пройдёт хорошо, и он одобрит твою кандидатуру в качестве моего доверенного сотрудника и помощника, когда я перейду на должность директора по инвестициям в Инвест-гамма Банк.

Вот это ничего себе! Вот это бинго! Инвестировать же - это смотреть куда вкладывать деньги не только с наибольшей выгодой, но и чтобы нас при этом не развели как лохов последних. Это ж настоящий клондайк для моих способностей. Чёрт, даже не верится в такой фарт. Может бог действительно есть, прав тот поп был, который мне об этом втирал после поминок Рябого?

- Ничего себе, - не сдерживаю эмоций. - Крутое назначение.

- Так и есть, Платов. Только я должна прийти туда хотя бы с несколькими членами своей команды. Пока нашла одного, тебя. В поисках других. Нахожусь. Если у меня будет инвалид, то это большой жирный-жирный-жирный плюс в глазах акционеров и директоров холдинга. Понимаешь?

- Да так-то да, только при чём здесь я?

- При том, Алексей, что обуза мне не нужна. Я хочу, чтобы ты через Фёдора Ильича познакомился с его сыном, и сказал мне, сможешь ли ты помогать Олегу в разных сложных случаях. Вместе работать с ним, ну, и приглядывать заодно.

- Это нянькой что ли? - не могу сдержать удивления.

- Типа того, ага. В какой-то степени. - жмёт плечами Каспарова. - Да, значит да. Нет, значит от кого-то из вас придётся отказаться.

А собственно, что плохого помогать инвалиду? Да и потребуется ли эта помощь? Уж слишком редкий и дорогой шанс мен сейчас выпадает. Смысл отказываться? К тому же знал я несколько колясочников, которые по работе в сто раз полезнее, чем иные здоровенные лбы. Тот же школьный бухгалтер у нас в Мухинске. Дядька перемещался на коляске, но так бодро.

- Хорошо, - соглашаюсь. - Встречусь, посмотрю, познакомлюсь, поговорю.

- Вот и договорились, - одобрительно посмотрела на меня начальница и нажала кнопку вызова лифта.

В кабине она нажала цифру минус один, а её подруга - минус два. Дружба дружбой, но автомобили у них на разных ярусах. Я же нажал единицу, раз предложения подвезти ни от одной из них не последовало.

На втором этаже лифт остановился, и в своей светло-синей рубашке, тёмно-синих брюках, с дубинкой и газовым пистолетом в кобуре, с двумя стаканчиками кофе в руках к нам присоединился мой приятель-охранник Николай. Увидев, в какой компании я еду, он быстро бочком-бочком проскочил за спину девушкам и пока закрывалась дверь принялся закатывать глаза и мимикой выражать восторг моими спутницами. Не учёл только, что тут всё в зеркалах.

- Слышь, Смирнов, - прочитала на нашивке его фамилию обернувшаяся Решетова. - Это что за ужимки? Тебе здесь работать надоело?

- Это Николай, - спешу спасти приятеля. - Мы с ним из одного детдома. Он совсем не то имел в виду, что вы подумали. Я ему обещал зайти в гости, вот он и спрашивает, почему не зашёл.

- У него и правда, и язык подвешен, и соображает быстро. - смеётся Алла Дмитриевна, обращаясь к подруге.

Лифт уже вновь отворил перед нами двери на первом этаже, и мы с приятелем поспешили покинуть кабинку.

- Ну, Лёха, ты вообще! - таращит глаза Николай. - С такими тёлками. Они ж эти, из семей, ну, ты понял.

- Ага, Коля, не говори. - поддерживаю его эмоциональный порыв. - Прикинь, захожу в лифт, а там они.

- Да-а, - мечтательно вздохнул Коля, но понизил голос почти до не слышимости. - я б таким вдул.

- Кто б отказался? - соглашаюсь. - Только не для нас такие крали. А ты чего за кофеем на второй этаж-то попёрся? А у нас машинка навернулась. Сейчас чинят, но когда сделают, непонятно. Не стал ждать.

- Ну, приятного кофепития. - желаю напоследок и достаю пропуск.

Глава 11

Уж не знаю, зачем я сказал этим высокопоставленным красоткам, что собираюсь сегодня присматривать себе телевизор. Нот, он мне нужен, я так решил, только хотел на эту покупку, как и на остальные, пустить те деньги, которые найду в Мухинске. Суммы, которая там сейчас лежит, понятно, не знаю, но уж явно не пять копеек. На намеченное наверняка хватит.

И всё же в самом деле, что мне мешает сегодня просто выбрать модели и к ним прицениться? Куда я тороплюсь? Никуда. До пятницы, я как тот Пятачок из сказки про Винни Пуха, совершенно свободен. Если говорить о вечерах после работы. Так что, решено, по пути заеду в торговый центр Республика, это совсем рядом от меня. Точно! Я ж ещё хотел себе всяких деликатесов прикупить, побаловать свою новую личность элементами красивой жизни, а то раньше я провинциальный о таком и думать не мог, а я московский был каким-то чушпаном. Хотя нельзя наверное так о самом себе говорить. Но, что было, то было.

В метро хотел поискать коучей в деле профайлинга. Ютуб заблокировали, впн я не пользуюсь, через них банковские приложения взламывают, как орехи щёлкают, а у меня их целых два, не хотелось бы деньжат лишиться, но сейчас и на рутубе или ВК видео можно нужные ролики найти. Туда постепенно все перебираются. Ноют правда, там донаты не те, что прежде, только куда деваться? Понятно, что эти все коучи большей частью шарлатаны, но мне ведь реально не нужно научиться менталу и эмпатии, просто набраться нужной терминологии и узнать распространённые среди профайлеров методы, чтобы я мог при надобности с умным видом пускать пыль в глаза.

Однако заняться поиском и просмотром нужных видео не довелось. Во-первых, вспомнил, что забыл наушники, а, во-вторых, на первой же станции Кольцевой линии зашла в вагон и встала рядом со мной бабища очень похожая на мою родную тётку Галю, из Мухинска, и мысли утекли в другую сторону, в сторону родни, и меня провинциального, и меня столичного.

С первым мною более-менее всё ясно, там две родственницы. Родная сестра моей матери обычная мерзавка. Тварь. Ненависти к ней не испытываю, зато гадливого презрения полная тележка, как и к её дочери Светке, двоюродной сестричке. Обе друг друга стоят. Не удивительно. Как говорила Карина Георгиевна, повар в нашем детдоме, от рябинки не родятся апельсинки.

Тётки несколько раз предлагали если не усыновить родного племянника, так хотя бы взять под опеку в свой дом. Да куда там. Эта скотина, проживающая с дочкой в трёхкомнатной квартире, где правда время от времени появлялись новые сожители, отказывалась наотрез. Дескать сами нуждаемся, живём бедно. Лживая сучка. Нет, жили-то они со Светкой действительно небогато. Только не из-за того, что Галька мало зарабатывала, а потому что жадная. Обе они жадные.

У неё был и теперь есть новый УАЗ-буханка, на котором она ездит по знакомым фермерам и берёт у них всякую разную молочку - сметану, творог, масло и прочее. На нашем мухинском рынке у неё своя палатка, где она плоды крестьянского труда и продаёт. Не жирует, но и далеко не бедствует.

Тем не менее, помочь сыну родной сестры не пожелала. Она даже ни разу ко мне в детдом с подарками не приходила, ни она, ни Светка. Просто, город у нас маленький, иногда сталкивались. Обе делали елейные рожи, спрашивали, как дела, на этом их участие в моей судьбе заканчивалось.

Родственные чувства у Галины проснулись лишь дважды. Первый раз, когда мне после службы в армии выделили квартиру в центре. Тогда она прибежала с предложением переехать к ним, а в квартиру пускать посуточно командировочных. Разумеется, сразу же была послана далеко и надолго. А второй раз, когда я уже с пацанами стал защищать торгашей на рынке, попыталась через меня порешать вопрос с бригадиром насчёт снижения платы за охрану, и отправилась по тому же адресу.

- Молодой человек, вы выходите? - раздался за спиной голос той самой бабы, похожей на мою тётку. Отвлекла от размышлений. - Если не выходите, дайте я пройду.

- Я тоже выхожу. - не без труда чуть оборачиваюсь к ней в толпе и улыбаюсь. Она же не виновата, что на родственную мне тварь похожа.

Когда уже заходил в вагон электропоезда своей ветки метро, меня вдруг прострелило. Чёрт, гадство какое! А ведь этим двум толстомясым дурам теперь достанется и моя квартирка в центре Мухинска, и моя тачка?! Капец полный. На меня вдруг такая злость накатила, что вошедший за мной интеллигентный старичок в очках, заметив моё выражение лица, даже отшатнулся и поспешил отойти сквозь толпу пассажиров подальше.

Вот какого, спрашивается, я оформил квартиру в собственность? Был ведь вариант оставить её на договоре социального найма. Так нет же, думал прожить век, и за эти сто лет, продав свою однушку, вложив накопления, купить что-нибудь более просторное. Ага, купил, называется. Труп мой уже закопали, и что-то сильно сомневаюсь, что родственницы хоть сколько-то на эти похороны потратились. Зато за наследством прибегут, стопудово. Уродины.

Да, пусть та квартирка стоит миллион-полтора, дешевле, чем одна только кладовая у меня в нынешней квартире в Новой Москве, и всё равно обидно. И тачила, пусть и похожа на ведро с болтами, но я ж там всё перебрал. Сколько геморроя было с доставанием запчастей, ух. Теперь, хоть и выглядит непрезентабельно, ещё и правое заднее крыло с вмятиной, но бегает что тот гоночный автомобиль.

Могу как-нибудь помешать, чтобы это не досталось Галке со Светкой? Лучше б государству вернулось, оно хоть о детях-сиротах заботится. Разное можно говорить, но ни там, ни тут я не знал, что такое голод или холод, а болезни лечили, прививки ставили. Заботу проявляли, обували, одевали, учили. Пусть мухинского толком ничему и не научили, так я московский, считай, за двоих знаний впитал. До сих пор своих учителей, кроме химички, воспитателей и директоров с уважением вспоминаю. Кстати, своих подмосковных могу ведь навещать. Как-нибудь обязательно сделаю.

Нет, увы, никак я этим дурам не помешаю. Разве что грохнуть их? Ну, на такое я не подпишусь. Не ангел конечно, но и не бес. Пусть подавятся сучки. Хорошо хоть, что сбережений у меня никаких нет на счетах. А свою заначку налички, заберу, как и общак. Она у меня в гараже устроена, и не в моём, а дяди Колином, пустом. Где ключи лежат, знаю. Только нижний кирпич справа от ворот вынуть, и вот они, мои деньжата. Тысяч двадцать с небольшим. По московским меркам смешные, однако кровные, теперь даже, получается, ценой жизни заработанные.

- Вы мне своим портфелем уже всю коленку отбили. - жалуется девушка, чуть помладше меня. - Нельзя ли как-нибудь поаккуратней?

Инстинктивно активирую ментальную способность и слышу, как она в мыслях себя отругала: "Нашла, где знакомиться дура. Да, парень симпатичный, статный и явно хорошо зарабатывающий, но вижу его в первый и наверняка в последний раз. Зачем привлекаю его внимание напраслиной? Он что, в театр или ресторан меня пригласит?". Тем не менее смотрит строго, насупившись.

- Извините, - перекладываю кейс в другую руку. - Не заметил.

Короткий спазм в голове быстро прошёл, и я вернулся к обдумыванию своей судьбы. Если с мухинской роднёй всё ясно, то вот со мной московским история более мутная. Имею родного отца, от которого собственно моя мама меня и родила. Только у папаши уже имелась семья, и он как раз из тех, кто сделал себе картеру благодаря жене, настоящей мегере, как я понимаю из подслушанных разговоров, которые мать вела на кухне с подругами.

Весь лоск и блеск Сергея Александровича Платова, все его деньги и собственность были обеспечены за счёт работы на тестя или достались вместе с женой сразу при выходе из ЗАГСа. Моя мать, когда связалась с ним, об этом даже не догадывалась. Красивый, щедрый, состоятельный мужчина, приехавший из Китая, где он работал, перемещаясь по треугольнику Шанхай-Пекин-Гонконг, покорил её сердце и замутил разум. В результате, вот он я, вылез на свет божий.

Когда мой биологический отец узнал такую радостную новость, то тут же перестал отвечать на звонки. Хуже началось, когда имевшая обширные связи в Москве моя мачеха узнала про меня. Уж как она это сделала, ума не приложу. Но случилось то, что случилось. Папашке был сделан жестокий втык и требование забыть о существовании внебрачного отпрыска, что, надо отдать ему должное, он, пообещав, выполнил в полном объёме. А к маме приезжали какие-то неприятные дяди, числом два, нет, не коллеги меня мухинского, много хуже, в пиджаках, галстуках и с портфелями в руках. После их визита мама прекратила всякие попытки связаться с бросившим её мужчиной. Самое плохое - я ведь хорошо помню - она действительно его очень любила. До самого своего последнего дня. Поэтому, кроме отчества от него, и фамилию мне папашкину в свидетельстве о рождении записала, хотя сама оставалась Виноградовой.

В общем, и этих родственников в топку. Хорошо, что хоть им от меня ничего не достанется. Да, там же ещё у меня два сродных брата, примерно моих ровесников, может чуть старше, и сестра, та младше меня лет на восемь или около того. Я во втором или третьем классе был, когда подслушал в очередной раз мамин разговор. Получается, ей сейчас годиков семнадцать-восемнадцать. Не знаю, ни как их всех троих зовут, ни чем занимаются, да и пошли они в задницу. Мне так даже теперь в миллион раз лучше. Сам себе хозяин, никаких ни перед кем обязательств.

А вот и конечная станция. Как дорога-то быстро пролетела. Кстати, а где та девка, которой я понравился? Нету. Вышла раньше. А я-то и не заметил.

У нас на станции эскалаторов нет, мы совсем неглубоко под землёй. И обгоняя людской поток шагая через ступеньку поднимаюсь наверх. Вон и мой электробус. Ускоряюсь и успеваю заскочить в него. Правда, тут спасибо водителю, немножко подождал.

Выхожу, как и планировал, за одну остановку до своей. Оказываюсь на краю широкой аллеи, идущей почти от метро до наших домов и дальше почти к самому строящемуся физкультурно-оздоровительному центру. На алее выделенная велодорожка, а по краям скамейки и деревья, которые привозили не саженцами, а уже выросшими, с корнями и грунтом упакованными в какие-то сетки. Так что, хоть аллее всего два с небольшим года, а тень от посадок как в лесу.

Сворачиваю, чтобы пройти немного обратно в сторону, откуда приехал. Навстречу мне трусят еле-еле благообразные старичок со старушкой в спортивных штанах и футболках и с перемотанными лентами седыми волосами. Мои губы непроизвольно растягиваются в улыбку. Нет, не вижу ничего смешного в занимающихся спортом очень-очень пожилых людях. Просто вдруг исчезло то неприятное чувство в душе, которое меня кололо с того самого момента, как я принял решение с понедельника начать заниматься ещё и бегом. Расстраивала необходимость просыпаться с утра на полчаса раньше и так моего раннего подъёма. А выход-то - вот он. От своего намерения отказываться не стану, просто бегать буду по вечерам. Часок по этой аллее, туда-обратно километров пять-шесть. Расстояние нормальное. усталость можно регулировать скоростью движения. Вот так, часто правильные решения приходят спонтанно.

Перед торговым центром три здоровые круглые клумбы, вокруг которых сплошные лавки, и на них почти всё занято разношёрстной публикой. Время дня такое. Тут и девчонки среднего школьного возраста сидят и облизывают мороженое в вафельных стаканчиках, рядом хмурый мужик думает о чём-то печальном с банкой энергетика в одной руке и тлеющей сигаретой в другой. Дым прям на девчонок. Те и внимания не обращают. Пацаны какие-то ржут как кони, склонившись втроём над экраном смартфона, парни, девушки, бабуля, одетая будто сейчас, если не зима, то поздняя осень, два унылых гастарбайтера в синих спецовках с наполовину заполненными чёрными мусорными пакетами у их ног сидят отдыхают. Пацан лет семи забрался на скамью ногами и прыгает, радуется непонятно чему. Жизнь бьёт ключом. А есть же дураки, которые добровольно её прерывают. Это если о грустном.

Основной вход в здание, к которому поднимаюсь по широким ступеням, выполнен в виде огромного вращающегося стеклянного барабана. Смотрится эффектно, но вот в такие часы пик, когда народ после работы устремляется по магазинам, на мой взгляд не очень удобно. Того и гляди, или я кому-нибудь на пятку наступлю, или мне. Но обошлось.

Хотел идти к эскалаторам - мне нужен четвёртый этаж, да тут сбоку открылись двери одного из лифтов, а перед ним людей всего двое, парень с девушкой. Обнимаются, целуются, никого не стесняются. Постыдились бы. Ладно, я баба Валя что-ли, вахтёрша из общежития сетевязальной фабрики? Та всё любила нас поругать, и даже подношения не помогали.

В этом магазине я уже бывал, покупал здесь себе смартфон. Если в прошлом всегда при приближении продавцов-консультантов я всегда почему-то смущался, бормотал что-то вроде "я только посмотреть" и трусливо сбегал, то сейчас чувствую и в этом плане совсем изменился. Парень чуть постарше меня с бейджиком "Алексей", тёзка значит, встретил как родного. Понял, что я ищу телевизор попроще, только чтобы имелись кнопки включения-выключения, прибавления-убавления звука и переключения каналов. Этого мне бы хватило, но где ж теперь такие найдёшь? Всё навороченное по самое не могу.

Комната у меня в квартире небольшая. Я не плачусь, просто слишком широкий экран мне ни к чему, с таким косоглазие заработаешь. С тёзкой просмотрел все устраивающие варианты. Порадовался, за свою зарплату могу сразу четыре купить, и это если скидок не будет.

- Доставка когда происходит, Алексей? - спрашиваю.

Машины у меня нет, самому на себе волочь не хочется, хотя тут и рядом до дома.

- В любое удобное время, сами выбираете когда, - поясняет консультант. - Конечно при условии, что товар будет на складе или согласитесь на выставочный образец. Бывает, что день-два придётся подождать. Сегодня будете брать?

- Нет, спасибо. Куплю точно у вас, только на следующей неделе.

- Хорошо, приходите, будем ждать. - парень улыбается, причём безо всякой эмпатии вижу, что искренне.

Из магазина техники уже эскалатором спускаюсь в супермаркет. Народа - вообще не протолкнуться. Ну а чего я ожидал? Время ещё девяти нет. Беру тележку, а не корзинку, потому что сегодня в плане крупные покупки. После чего начинаю лавировать между людей, как на своей тачке по дороге из Мухинска в Рыбное между ухабами, до того, как там наконец-то три года назад асфальт проложили.

Вначале направляюсь к товарам бытовой химии. Дома у меня кое-какие запасы ещё остались, но совсем мало. Беру заодно там туалетной бумаги, а то сегодня последний рулон начал, и решил на кухне вместо тканевых использовать бумажные полотенца, взял и их упаковку. Набрал средств гигиены и для бритья. Щетниа на лице у меня хоть и не очень активно растёт, но бриться всё равно каждый день надо. Каспарова терпеть не может небритых. Говорит мужской части коллектива, или в отпуске отращивайте модную бороду и ухаживайте за ней в барбершопах, или ходите с гладкими лицами, а не как похмельные бомжи. Первый вариант меня не прельщает - и времени много уходить будет, и деньги лишние тратить придётся, так что, предпочёл второй.

Затем перешёл к ягодам-фруктам, гулять так гулять, пробовать так пробовать, взял папайю, питахайю, мангустин, гранадиллу, всего по одной штуки, хоть узнаю, каковы эти плоды на вкус, и загрузил в тележку чего попроще, уже давно опробованное - краснодарских яблок свежего урожая с пол кило, столько же груш и мандарин, марокканских, с наклеенными ромбиками. Из ягод выбрал только большой стакан голубики из Аргентины и пластмассовую коробочку клубники, моей землячки из Владимирской области.

В детдоме мы дружно не любили четверг, потому что в этот день в столовой у нас был рыбный день. Сегодня среда, и я проверю, может дело вовсе не в морепродуктах. Хочу наконец-то попробовать чёрную икру и заворачиваю тележку к рыбному прилавку. Мои студенческие друзья-мажоры Юрок с Виталиком утверждают, что красная вкуснее, просто, понты дороже денег. Но оценки лучше выставлять самому. Да, только сделаю это, пожалуй, в другой раз.

Нет, знал, что чёрная икра дорогая, но, блин, не тридцать же шесть тысяч за баночку! Совсем что ли с дуба упали, такой ценник ставить? И это самая дешёвая. Вот козлы. Ладно, мечты должны сбываться, и однажды я приду за этой покупкой, как только начну работать на самых верхних этажах нашего офисного здания, где такие зарплаты и премии, что при озвучивании шёпотом их размеров, уши наотрез отказываются верить.

А пока взял красную икру в стеклянной банке, видно, что каждое зёрнышко одно к другому и безо всякого рыбного сока. Добавил к своему набору нарезку ломтиками слабосолёной сёмги и приличный кусок грамм триста зубатки горячего копчения. На селёдку посмотрел, аппетитная, но у меня сегодня день гурмана, её я и так за всю жизнь много слопал. В армии нам сельдь даже жаренной давали. Фу.

Раз уж пошло так дела, прихватил ещё - на этот раз с полки - баночку мяса криля, а затем и королевских креветок, сразу два пакета. Парень я здоровый, пока тут хожу, аппетит всё больше нагуливается, так что, оба сегодня влезут. Под копание в интернете. Раз уж мне в понедельник предстоит рандеву с любимым папочкой Анны Николаевны, изучу-ка я всё что найду в сети про Инвест-гамма холдинг. И были, и небылицы.

У колбасного отдела пришлось выстоять очередь. Она была хоть и большая, но там нарезкой занимались сразу три тётеньки, работали они споро, так что, долго ждать не пришлось. Взял четыре вида, всего понемногу, по сто грамм - сальчичон, брауншвейгской, пармской и бастурмы. Последняя наверняка и близко не похожа на ту домашнюю, что присылали Ринату Кутуеву, моему армейскому другу родители. Где бы ни брал, такой вкусной не попадалось.

Студентами мы часто бегали в ближайший супермаркет за горячей едой, но теперь я в сторону стола с готовой продукции даже не смотрю. Лучше сам всё сделаю. К тому же сейчас вечер, мало ли сколько те котлеты или ещё что-то пролежало? Хотя, смотрю, народ наваливает, как в поход готовится, много всего. Ещё минут двадцать бродил между стеллажами и к терминалам самообслуживания подошёл с полной тележкой.

Дежурившая там девушка-продавец, помогавшая слоупокам пробивать товары, быстро оценила и мой внешний вид, и номенклатуру купленных мною товаров. Она ведь очень занятая сейчас, работает, и тем не менее, вижу, как она на время выпала из реальности, посмотрев на меня заинтересованным, чуточку мечтательным взглядом.

Просто уму не постижимо, как я в этом теле умудрился остаться девственником. В голове не укладывается. Всё, решено, в Мухинске, первым делом не за деньгами отправлюсь, а решу вопрос с девчонкой. Как только сниму номер в гостинице, так сразу же в наш центральный ресторан. Лично знаком там с несколькими тарелочницами, то есть теми, кто готов более глубоко продолжить знакомство с мужчиной взамен угощения в дорогом по нашим мухинским меркам ресторане. И не проституция, и всё честно. Понятно, ни одна из них во мне Лёху Железо не признает. Я теперь интеллигентный молодой мужчина из Москвы.

- Может ещё один пакет возьмёте? - предложила заинтересовавшаяся мною продавщица.

- Влезет, - уверенно отвечаю, глазомер меня не подводит. - Да и рук у меня всего две. Не на шею же вешать.

Я говорил это, укладывая продукты в пакеты, даже не думая шутить, но девушка рассмеялась, словно я стендапер из Камеди-клаб.

На улице уже сумерки, и на аллее, по которой я двинулся домой, зажглись фонари. Ждать транспорта и влезать в него с ворохом покупок или вызывать такси, чтобы проехать одну остановку, посчитал лишним. Парень я здоровый, крепкий, дойду без проблем.

Заодно решил всё ж определить дальность действия своих паранормальных способностей. Людей на дорожке и скмейках много, так что, шёл и экспериментировал. Ценой ломоты в висках установил границы действия своих умений. Для ментала - метров двадцать пять, если я правильно помню длину бассейна, для эмпатии - в полтора раза дальше. Что ж, я думаю, весьма неплохо.

Глава 12

В четверг холл нашего офисного здания встретил меня столпотворением у турникетов чуть больше обычного. У крайнего прохода с двумя охранниками объяснялся на повышенных тонах с надрывом какой-то высокий мужчина в дорогом тёмно-синем костюме, остальные сотрудники притормаживали шаги, прислушиваясь, из-за чего и возникла толкучка. Зачем-то навострил уши и я. Чрезмерное любопытство - ещё одна проснувшаяся во мне черта характера, ранее не свойственная мне в обоих моих личностях. Понятно, резко изменилось отношение к жизни, пробудился огонёк интереса к ней, какой-то драйв и задор. Так что, могу ждать от себя много нового, порой совсем непонятного. Да сих пор не пойму, кого сейчас внутри больше - провинциального бандита или вечно комплексующего столичного чушпана.

- Говорю же, Илья Александрович вечером обещал разобраться. - ныл мужчина. Такой плачущий тон совсем не вязался с его солидным внешним видом. - Мою объяснительную должны были прочитать на самом верху.

- А мы вам в сотый раз отвечаем, значит, ваш Илья Александрович разобрался, - подняв взгляд вверх устало и раздражённо произнёс секьюрити, похожий на мой бельевой шкаф в комнате. Размерами. Огромный. Стоявший рядом с ним мелкий коллега из-за этого смотрелся немного комично. - Вы уволены. Пропуск аннулирован. Не создавайте здесь помехи. Если хотите, идите к въезду на подземную парковку и ловите своего бывшего руководителя там. К нам какие вопросы?

Ну, логично, чего. Парни выполняют свою работу. Зачем с них что-то спрашивать? Почему бы мне именно сейчас не попробовать использование эмпатии на толпе своих коллег? Тут их десятка два, если не больше. Пацан сказал - пацан сделал. Лавина чувств окружающих ударила по моему сознанию так, что я даже покачнулся. Ра дует, что с каждым разом моя стойкость к откату применения своих способностей становится всё крепче.

У большинства просто обычное любопытство. Чуть меньше тех, кто испытывает затаённый страх оказаться на месте этого бедолаги. И уж совсем мало - а у меня хорошо получается вычленять, у кого именно какие чувства превалируют - тех, кто злорадствует. Прав был Матвей Павлович, убеждая нас, своих воспитанников в том, что хороших людей всё же намного больше, чем плохих.

От этих плохих и послышались смешки. Чтоб и вас однажды так пинком под зад выперли. Вообще, без причин у нас не увольняют, но жутко от того, что сотрудника выставить с фирмы может даже начальник ненамного стоящий выше. Начальник группы у нас этого своей властью сделать не сможет, а вот руководителю отдела, что называется, лишь пером подмахнуть. И всё собирай вещи. Искать справедливости - только хуже сделать. Могут включить в чёрные списки, написать такую характеристику, что в тюрьму не возьмут, и потом нормальной работы по специальности не найти. Говорят, в Москве миллионов пятнадцать населения. Точно не знаю, но иногда она такая маленькая бывает, что о тебе вдруг становится известно всем, кому бы не следовало.

В государственных и муниципальных учреждениях с защищённостью работников от работодателей вроде получше. Хотя, одного моего мухинского приятеля уволили из полиции, где он постоянно сидел в дежурке, только за то, что из-за любви к пиву и сладкому растолстел и не смог повторно сдать физподготовку. У нас до такого маразма не доходит. Главное, работу свою делай, а уж твои габариты никого не интересуют. Ну, надеюсь, вопросы с увольнениями меня не касаются и не коснутся. Только служебный рост, только вперёд!

- Подождите, я бегу! - женский голос.

В кабинку лифта, и без того заполненную, вслед за мной ворвалась особа лет пятидесяти в брючном костюме и со светлыми кудряшками. Лучше бы не успела. Такое чувство, что она на себя ведро духов вылило. Все восемь человек оказались в том же положении, что и подвергшиеся под Ипром химической атаке французы. Ни чего себе. Я и про бельгийскую реку знаю?! Эрудит. Разносторонний. Как-нибудь надо будет покопаться у себя в голове, может я и устройство вечного двигателя знаю или доказательство теоремы Ферма. Удивительно даже, что мне такой математик знаком.

Хорошо, что лифты у нас скоростные, иначе реально бы задохнулся. Моё недовольство разделили и остальные спутники и коллеги по несчастью, если судить по выражениям их лиц. Способность не использовал, холла хватило.

Почему, интересно, я сам никакой туалетной водой не пользуюсь? Одного только запаха геля после бритья явно недостаточно? Вроде бы мне и ни к чему, девки и так, вон, заглядываются, две плановички даже задержались в коридоре, не спеша заходить в кабинет. Поздоровались, о чём-то пошептались за моей спиной, похихикали. как есть дурочки. За тридцать обеим, а всё будто школьницы.

Нет, точно. Куплю себе что-то вроде той, которую себе Игорёк заказывает. Пахнет приятно, если меру знать. У врагов тоже нужно учиться полезному.

У нас в группе ситуация почти не изменилась, старожилы в ответ на моё приветствие или промолчали, или буркнули нечто неразборчивое. Только четвёрка новичков ответила на мою улыбку своими и неожиданно Олечка оказалась вполне приветлива. Неужели решила простить и предпринять очередную попытку накинуть мне на шею хомут или своей тонко чувствующей задницей поняла отношение ко мне начальницы и предпочитает не портить отношений с её фаворитом? Лучше бы конечно второе. Не хочу отбиваться от очередных атак Ветренко, и без того есть чем заняться.

Последним, если не считать начальницы, явился Пётр Васильевич. Громко пожаловался, что чуть не опоздал из-за пробок. Ну, у него это часто употребляемая фраза, все уж привыкли. Он один из всего троих моих коллег, кто ездит на работу на своём авто. Как по мне, глупость. Это начальству с личными водителями проще, сиди себе в пробке, читай чего-нибудь или смотри. Анну нашу Николаевну понимаю. Ей по статусу в подмосковье, в смысле в метро, не положено спускаться.

О, легка на помине. Небрежно поздоровалась -ура! - мне опять, как и Фёдору Ильичу, пусть совсем незаметно улыбнулась - и скрылась у себя. А я постарался быстро отвести глаза, чтобы не успеть залипнуть взглядом на её обтянутой приталенным платьем попке. Сегодня Аннушка в красном. Что ж ты делаешь со мной, госпожа Каспарова? Этой ночью опять приходила, и если в предыдущую, хоть и в нижнем, но белье, то в прошедшую абсолютно голой. Более того, ползла ко мне по огромной, почему-то чёрной, постели на четвереньках, грозно порыкивая, а когда оседлала, мне так и не удалось от неё вырваться, пока не проснулся. Не пойму, правда, почему я так настойчиво пытался освободиться из-под неё? Наверное, подсознательно боюсь с ней близости. И правильно, что боюсь. Не нужно это мне. Так сказать, не по Сеньке шапка.

Скорее бы выходные. Скорее бы Мухинск. Иначе разорвусь в одном месте. теперь-то я не флегматичный лошок-терпила.

Фёдора Ильича мои быстро отведённый взгляд и выражение лица видимо навели на правильные мысли, он о чём-то догадался. Улыбнулся.

- У нас есть время попить кофе и поговорить? - спросил.

- До начала рабочего времени ещё семь минут. - смотрю на часы на мониторе, уже включившимся. - Но и чуть опоздаем, не возбраняется. Для того и сделали чайную. Лишь бы не злоупотребляли. Хочешь поговорить?

- Есть ведь о чём. - поднимается.

В провинции я спокойно обращался даже к старикам "эй, ты", а вот от московского мне досталась некоторая стеснительность в этом вопросе, но раз уж мы с Ильичом договорились, он сам предложил на ты, то чего мяться?

Кончено же компьютер блокирую, пусть смотрят на тёмный экран, кому нужно. Я уже прошёлся менталом по Игорю, Сергею и Наталье, главным заводилам антиплатовского заговора. Они в предвкушении подлянки. Испытывают лёгкое возбуждение. Ну-ну. Посмотрим.

С Арефьевым сделали себе по стаканчику капучино, но спокойно поговорить в чайной не получится. Тут Лукич, старожил консалтинговой группы, отпаивается пустым кипятком, считает, что полезно - нет, он не с похмелья, просто давление скачет, и Зинаида Михайловна собственной персоной со своей подругой. Пока начальник в командировке, его секретарша предпочитает вести беседы за пределами границ личного поместья. Видать насиделась, настрадалась. Передохнуть требуется, сменить обстановку.

Перекинувшись с присутствовавшими парой слов, забрав с собой кофе, выходим. Я веду Ильича в конец коридора к запасному выходу. Там есть большая ниша, все окна которой выходят на высотку Геотеха. Раньше, задолго до моего прихода в Инвест-гамму в той комнате была курилка, но когда государственная борьба с вредной привычкой докатилась и до частного бизнеса, все помещения для курения в здании прикрыли, оставив лишь одно на первом этаже. Нет, начальство, кто любит дымить, так и продолжают это делать у себя в кабинетах с хорошими вытяжками или в окно, а вот рядовым сотрудникам-курильщикам устроили настоящую травлю. За курение в неположенном месте головы рубят беспощадно, вплоть до увольнения, если несколько раз попадёшься. Я сегодняшний не испытываю к ним никакого сочувствия. Пусть бросают, здоровее будут.

Правда те выход тоже нашли, перейдя на всевозможные дымовухи. Запираются в кабинках туалетов и там тянут свою отраву. Запаха табака от этого нет, но воняет неприятно. Впрочем, разветривается быстро, так что, никто из ведущих здоровый образ жизни сотрудников на своих коллег не жалуется. А датчики стоят лишь противопожарные, на пар не срабатывают.

В нише нам с моим стажёром никто не помешает, тут ни людей, ни камер. Ох, чёрт, а зачем тогда я собираюсь Игорька в туалет для разговора выводить? Точно. Вот оно - отличное место!

- Лёш, тебе ведь Анна Николаевна всё рассказала? - спрашивает.

- Не исповедалась, конечно. - начинаю с шутки. - Но, да, и о твоём временном пребывании в нашей группе, и о твоём сыне она информацией поделилась. Сразу скажу, я согласился ему помочь, только не знаю, в чём. И насколько смогу быть ему полезен. И насколько он сможет быть полезен госпоже Каспаровой. Как я понял, у неё на него есть планы.

Фёдор Ильич сделал глоток кофе и ответил:

- Насчёт последнего вопроса, Олег лишним точно не будет. Если честно, мне иногда приходилось платить кое-кому в университете, пользоваться порой связями, но в целом свой диплом с отличием он заслужил по справедливости и заслугам. Когда познакомишься, сам увидишь. Что же касается кратковременности моей работы в этом отделе, я всё равно не хочу выглядеть дебилом. Буду благодарен, если поможешь войти в курс дела, пусть глубоко зарываться в частности мне и не нужно. Только чтобы с текущей работой справляться.

- Ну, это мы легко освоим. - обещаю.

Мужик он толковый, сразу видно, а знаний, мне столько и не снилось. У него же они практические. Считай, всё своими руками потрогал, на реальном производстве много лет проработал, с самого низу поднялся до ответственной должности. Если бы не болезнь жены и сына, глядишь, директором на той балашихинской фирме стал.

Компьютеры нашим новеньким обещали поставить сегодня с утра. Раз сказали, значит сделают. У нас так. Иногда дамоклов меч угрозы лишиться плюшек бывает полезен. Блин, я и про дамоклов меч помню. Точно. Ведь и в той, и в другой школе рассказывалось, а запомнил только тот урок, который с Москве получил. Реально столичное образование лучше. Хотя и у нас педагоги неплохие были. Даже не знаю, в чём тут секрет.

Да, утром, вот только утро - понятие растяжимое, и Фёдор Ильич по примеру остальных новичков перекатывает своё кресло за мой стол, и мы сидим, глядя в один монитор, что те котята в общую для них миску. Я поочерёдно открываю таблицы, графики, отчёты, которые вчера начал заполнять, и, чтобы не мешать другим коллегам, вполголоса объясняю, что ему нужно будет с этими документами делать дальше.

Оказалось, Арефьеву проще воспринимать не на слух, а глазами, и вдвоём, разбив экран на два окна, составляем для него пошаговую инструкцию. тут уж не только он учится, а и я. Мне прям нравится, как мой стажёр умеет строить казённые фразы и технически-грамотные предложения. Вот бы так же научиться! А что, и научусь. Придёт с опытом, а опыт - дело наживное.

Время от времени посматривал к себе в открытую публикацию и всё же выложенные мне в десять сорок четыре файлы из аудита обнаружил в десять пятьдесят две. Шёпотом попросил Ильича прерваться, зашёл в папку Аннушки, нашёл там копии сверок, переместил их к себе на компьютер - теперь никто не доберётся - открыл одновременно и те, что в общей, и те, что лежат теперь у меня, и сразу же увидел, Игорёк успел поработать. Поменял цифры в нескольких местах, причём сделал это по-умному, совсем ненамного, так что, в глаза явная несуразица, очевидная ошибка или опечатка никогда бы не бросилась.

- Это что за фокусы? - надо отдать должное Арефьеву, посмотрев на то, как я сравниваю графы в документах с одними теми же номерами и с одинаковыми названиями, он моментально сложил два и два, получив четыре. - Кто-то решил над тобой подшутить?

- Угу, Ильич. - и кажется догадываюсь, кто.

Немного слукавил. Благодаря своим паранормальным способностям, я точно знал автора исправлений.

- Помощь нужна? - спросил Арефьев. - Свидетель?

- Первое нет, сам справлюсь, а вот свидетельство может пригодиться, если одного внушения окажется мало.

- Что ты собираешься делать?

- Как что? - жму плечами. - Просто поговорю. Постараюсь пристыдить и попрошу больше так не свинячить. Только не сейчас. Перед обедом. Давай сначала с твоими делами закончим, а потом я за свои возьмусь.

Минут через двадцать, к тому времени как раз иссяк поток ходоков к временно исполняющей обязанности начальника отдела, и она сама появилась на пороге своего кабинета, устало нахмурив брови, к нам пришла целая процессия мужчин из технического отдела. Одни несли системные блоки с нагруженными поверх клавиатурами и мышками, другие по два монитора. Распаковали заранее, программисты проверили и поставили специальные печати, дескать, закладок не обнаружено, теперь можно устанавливать. Вот вроде у нас не ядерный объект и не оборонка, а отношение к защите информации весьма серьёзное. Понятно, в департаменте безопасности, куда ни плюнь, попадёшь или в бывшего сотрудника ФСБ, или МВД, или ФАПСИ - федерального агентства правительственной связи и информации. А что, на пенсию они все выходят рано, не сидеть же потом целыми днями дома, да и пенсии те, капля в море по сравнению с тем, что им Инвест-гамма предлагает.

Работать в обстановке, когда вокруг возятся с блоками и проводами, сложно, и народ, пользуясь моментом, с молчаливого одобрения доброй руководительницы потянулся на небольшой перерыв.

- Игорь, хочу с тобой поговорить. - догоняю бывшего дружка со своей бывшей же приятельницей Натальей уже в коридоре. - Пойдём в бывшую курилку?

- Хочешь поговорить? - в его глазах засветилось торжество. - Знаешь, не хотелось бы с тобой вообще больше общаться, но ладно. Послушаю, что ты скажешь. Всё-таки почти три года нашего знакомства просто так не выбросить. - он, взглядом попросив Наталью отстать, пошёл со мной. - А ты думаешь, можно легко обойтись без поддержки и дружбы коллектива? Смотри, Лёха, то, что Аннушка начала тебе благоволить, это ведь ненадолго. Она ведь не через год, так через два наверняка уйдёт, ты ж понимаешь. - он верно рассуждает, только вот с временем ошибся. Много раньше всё случится. - Она уйдёт, а тебе с нами долго работать. Ты ведь всех обидел, сильно обидел. Хотя я могу ещё переговорить с коллегами. Только я должен быть уверен, что ты больше не будешь выкидывать нечто подобное тому, что устроил позавчера, всех нас подставив. Так что, постарайся меня убедить. Может, просто обойдусь твоими извинениями.

Уверен крыса, что я сейчас буду прощения просить. Ага, держи карман шире. Сейчас так попрошу, что надолго запомнишь.

Мы зашли в бывшую курилку, я двигался первым, Филиппов отставал на шаг, поэтому моя внезапная, резкая остановка на середине комнаты привела к тому, что он на меня наткнулся.

- Извинений хотел, козёл? - повернувшись, спрашиваю, оскаливаясь в недоброй улыбке. Сейчас наверняка больше похож на себя мухинского, бандита и наглеца. - Ну, получи. - внезапно и сильно бью его точно в солнечное плетение, всё же самую малость руку придержав, иначе отправил бы Игоряху в глубокий нокаут, а мне это пока не нужно. Он согнулся, схватившись за живот, ноги у него подогнулись, и дружок с выпученными глазами боком повалился на мраморный пол. Разлечься на нём я ему не дал, схватив за волосы, благо, там есть за что хвататься - наш Игорь модник, носит стрижку с начёсом. - Думаешь, такого извинения от меня хватит? Да? А вот я так не думаю. - потянув схваченный клок левой рукой вверх, чтобы предотвратить крики Филиппова - не нужно, чтобы сюда сбежались зрители - ребром ладони правой наношу удар по гортани. Бывший дружок захрипел и забился в конвульсиях боли, в его вытаращенных глазах страх, непонимание происходящего и даже какая-то обида. Приближаю своё лицо к его почти вплотную. - Прости ещё раз. Извини. А теперь слушай внимательно, крыса. - говорю тихо но внушительно, для убедительности ещё раз дёрнув его за волосы. - Мне ваш бойкот до одного места. Понимаешь? Но вот то, что ты с дружками решил манипулировать данными аудита - думал, я не замечу? - такого я терпеть не намерен. Кто это сделал, мне даже спрашивать не нужно. В детдоме таких говнюков как ты на раз-два вычисляли. вычисляли и били. Что-то сказать мне хочешь?

- Э-э, - он хрипел, держась обеими руками за горло, приложил я ему классно, как наставник учил.

- Кивни, если до тебя мои слова доходят. - сильно пинаю носком туфли по кости голени, очень болезненный удар, у Игоряхи уже все глазки в слезах. - Скан испорченных аудиторских отчётов я сделал. Пока они не на автоудалении, могу без всякой служебной записки сходить к айтишникам, и они мне сообщат айпи адрес, с которого проведён саботаж Инвест-гаммы. Хочешь? Вылетишь ведь с работы, как мина из трубы миномёта. А знаешь, у меня есть идея получше. Никуда я не пойду. Просто, если ты не прекратишь свои мелкие пакости и не остановишь прихлебателей, не успокоишь их, я буду каждый день встречать тебя после работы где-нибудь в подходящем месте и просто бить. Считай, сегодня у нас с тобой была лёгкая разминка. Да, Фёдор Ильич тоже твоё творчество видел. Если есть желание, можем разобраться официально. Ну, нормально я извинился?

Пинаю его по заднице и отвешиваю крепкий подзатыльник для лучшего усвоения полученного урока. И так вижу, что он от страха уже полные штаны наложил, пока только образно. Однако, если потребуется, могу повторить в более жёстком варианте, так что, перепачкает штаны в прямом смысле.

- Лё ... Лёха, ты чего?! - наконец его хрипы приобретают разборчивость. - Это, это не я ...

- Ага, Пушкин. - опять скалюсь как можно убедительней. - Игорёк, урод ты вонючий, хочешь, чтобы я тебе повторил извинения? За твоё враньё.

- Нет, нет, я это ...

- Надеюсь, ты меня услышал и понял. Иначе тебе капец. Полный.

Я мухинский хотел было ещё и плюнуть на него, но московская сторона моего характера удержала. Хватит с козла и этого. Явно вижу, что Филиппов сломался. И жаловаться никуда ни к кому не побежит. На нём реальный косяк. Саботаж, пусть и мелкий. уволить может и не уволили бы, но жирнющий минус и несмываемое пятно неблагонадёжного сотрудника он бы точно получил. А что такое дополнительное денежное вознаграждение, забыл бы до пенсии. Так что, пусть обтекает. Уверен, с коллегами он поговорит в правильном ключе. В ближайшее время на новую пакость они наверняка не решатся, а потом меня уже с ними не будет.

Оставив бывшего приятеля-паразита на полу приходить в себя, отправился в чайную, но там слишком много оказалось народа, и мы с Ильичом просто прогулялись по коридору до холла с лифтами и обратно. Арефьев бросал на меня внимательные взгляды, но напрямую сложных вопросов не задал, говорили с ним о пустяках, в основном я рассказывал о том, где какая группа сидит, кто там руководит, сколько в них людей и чем занимаются.

Техники с установкой компьютеров управились очень быстро, подключили к нашей корпоративной сети и проверили работу. Профессионалы, одним словом. Пропустил их у двери в наше помещение, когда они дружно направлялись на выход и направился к своему столу.

- Платов, зайди. - услышал от повелительницы моих снов, что-то ищущей среди бумаг на своём столе. - В пятницу к концу рабочего дня мне нужны будут слайды для презентации. - сказала, когда я поспешил войти на её зов. - Ты видел, я тебе там план скинула?

- Видел, - подтверждаю. - Сделаю раньше. Посмотрел, там ничего сложного.

- Буду признательна, - она нашла флэшку и вставила её в системный блок. - Про понедельник не забыл? Готовишься?

- Помню, готовлюсь. - я сегодня прям образец лаконичности.

- Ну-ну, - она тоже.

Взмахом руки отправила меня из своего кабинета.

Глава 13

Урок Игорю пошёл впрок. Несмотря на свою активную работу над презентацией доклада начальницы, я нашёл возможность дважды ознакомиться с мыслями Филиппова. Что ж, беседой с ним мне удалось добиться результата даже лучше, чем рассчитывал. Он не просто напуган моими возможными дальнейшими действиями, как в направлении обещанных ему побоев, так и возможностью привлечь службу безопасности к разбирательству по поводу осуществлённого им саботажа, а ещё и боится, что его подельники, не зная о произошедших в Алексее Платове изменений, непродуманными поступками спровоцируют мою жёсткую реакцию.

Поэтому оставшуюся половину дня Игорёк не только работал в поте лица, стараясь разгрести завалы неисполненных документов, которые когда-то полагал свалить на меня, но нашёл время переговорить и с Натальей Голубевым и с Сергеем Райко, чтобы те против Платова больше ничего не злоумышляли.

У самого же Филиппова голова чуть ли не дымилась от попытки понять, каким образом и по какой причине произошла столь резкая перемена в его бывшем молчаливом рабе. Версий у него бушевало и переплеталось много, вплоть до очень близкой к истинной. Только Игоряша по ней предполагал, будто меня подменили, но, понятно, в реальности же произошло слияние. Впрочем, на полном серьёзе он бы не поверил, ни в первый, ни во второй варианты. Да я и сам бы над таким посмеялся, не коснись оно меня самого.

Ладно, интриги интригами, а у меня реальные дела имеются. К ним и вернулся. Нужно ведь совместить в одном докладе данные по десятку с лишним предприятий холдинга, чья очередь на внутренний аудит дошла в этом квартале, а показателей, которые необходимо отразить, сотни. И нигде нельзя ошибиться, во время выступления Анны Николаевны многие представители этих организаций и фирм будут присутствовать в конгресс-центре, а уж в своём бизнесе они разбираются хорошо. Любая неточность, тем более, ошибка, недопустимы.

Если процентные соотношения проще изображать в виде цветных геометрических фигур, разделяемых на сектора, то численные лучше столбцами, а характер изменения показателей - их рост или наоборот снижение - в виде графиков. Без сводных таблиц всё равно не обойтись. Когда сравнительных данных много, такое количество отобразить по другому не получится. Зато можно выделить наиболее важные графы более ярким цветом или укрупнить строку и столбец.

- До завтра, Алексей. - отвлёк меня от работы Ильич, как и накануне, собравшийся на выход ровно в шесть.

- До завтра, коллега. - жму протянутую руку.

Когда Арефьев, попрощавшись и с остальными, уже вышел из помещения, только тогда вдруг вспоминаю, что не мешало бы при рукопожатии встать, а я даже задницу от кресла не оторвал. Эх, правильно бухтит старшее поколение, что мы совсем невоспитанные. Ну и что? У всех есть свои недостатки и достоинства. Зато мы не будем, как та баба Валя, вахтёрша из общежития, сама рассказывала, ездить из Мухинска во Владимир на стадион, чтобы подвергнуться сеансу массового гипноза от Кашпировского, и перед телевизором банки с водой заряжать энергией Алана Чумака не станем.

Сегодня решил не буреть и уйти, как всегда раньше, в семь. Обнаружил, что справился почти со всем, что нужно было сделать завтра. Не, так не пойдёт. Хватит корпеть, лучше проверю сделанное ещё раз. Графические редакторы конечно вещь замечательная, но собственным разумом не обладающая. Не ту цифру вобьёшь в исходники, соответствующей высоты столбец на слайде и нарисуется.

Анна Николаевна покинула нас минут через двадцать после ухода Арефьева. Просто попрощаться она не смогла. Напомнила о дедлайне, дескать, если завтра не получит результаты или обнаружит в них просчёты, то кое-кого огорчит в служебной записке на денежное поощрение сотрудников группы учёта.

Чувствую, многие уйдут с работы ближе к полуночи. Ну, это их проблемы. Я же без пяти семь скопировал всё наработанное в отдельную папку - Игорь оказался настоящим трусом и подлянок от него и возглавляемой им шайки больше не жду, и всё же бережёного, как говорится и бог бережёт. Обеспечение безопасности доверенной мне или личной информации должно стать второй натурой. Хочу делать в этом направлении всё необходимое на автоматизме.

- Пока, - говорю всем у двери.

- Пока, до завтра, - слышу от Олечки, троих новеньких и - оба-на! - от Филиппова.

Чуть об несуществующий порог не споткнулся. Имелся бы таковой, я уже б летел в коридор головой вперёд. Да, слабаком оказался мой бывший кореш. Успеваю заметить, с каким удивлением на него посмотрели остальные заговорщики.

Всё, бойкоту капец уже с завтрашнего дня. Бойкотировали, бойкотировали, да не выбойкотировали, если переделать поговорку про лавировали. У нас девчонка в детдоме была, на год старше меня. С ней логопед занимался. Так я эту скороговорку из коридора слышал.

Покинул офис в прекрасном настроении, и погодка ему под стать. Заметил за собой, что будто школьник иду, размахивая кейсом. Будущему помощнику одного из директоров банка такое поведение не к лицу. Долго благодушие и расслабленность, увы, не продержались. Вспомнил, что забыл включить звук на смартфоне, достал аппарат из кармана и тут же едва его не лишился. Внезапно промчавшийся совсем рядом на огромной скорости электорсамокатчик почти выбил у меня его из рук, зацепив своим плевом моё. Хорошо, что по касательной.

- Эй, придурок! - крикнул вслед, да что толку? Тот уже в конце аллеи свернул на параллельно идущую дорогу и, едва не угодив под колёса с визгом затормозившего тёмно-коричневого лексуса, скрылся за "Вкусно и точка" - Дебилы, блин. - выразился я в адрес всех его коллег.

За плечами почти разбившего мой телефон парня видел большую жёлтую термосумку, что вдвойне злит. Это ж курьер, а я только вчера, когда рылся в интернете, сибирая по крупицам информацию о нашем холдинге - интересно же стало - каких только всяких левых новостей не встретил. Одна из них, буквально вчерашняя, о заработках столичных курьеров, вычисленная по данным от различных организаций, средняя. Прочитав, чуть в осадок не выпал. Если не учитывать наши премии в Инвест-гамма, получается, эти люди зарабатывают вдвое больше меня. Очуметь, реально. Тут в университете учишься, получаешь высшее образование, затем вкалываешь как папа Карло с раннего утра до позднего вечера, и столько не получаешь. Козлы. И ещё гоняют словно безумные.

От греха подальше поспешил убрать аппарат во внутренний карман и, отбросив расслабон, вернул себе деловой настрой, ускорив шаг направился к зеву метрополитена имени Ленина.

Пока добирался до конечно станции, упорядочил всё, что вчера мне удалось нарыть по Инвест-гамме. А основную помощь в поиске разрозненной, разбросанной по всему интернету информации мне оказали два старых форума, где обиженные и не очень сотрудники обсуждали происходившее в две тысячи восьмом - две тысячи девятом годах слияние двух корпораций Инвест-Капитал и Гамма-Вист, принадлежавших соответственно семьям Каспаровых и Решетовых, как их основным владельцам.

Накрывший тогда весь мир финансовый кризис больно ударил и по одной, и по другой фирме. На ногах они устояли, но оказались в сложном положении. Тогда инвесторы со своими деньгами спрятались по щелям, что те черепахи в панцири, а ставки по кредитам достигли заоблачных высот. Найти нужные суммы на приемлемых условиях для выправлении ситуации обоим семьям оказалось очень трудно. Выход нашёлся в слиянии компаний и сосредоточении оставшихся у них собственных финансовых ресурсов в один кулак.

И ведь решение оказалось стратегически абсолютно верным. Конечно, объединённой компании далеко до государственных монстров-монополистов или тех, которые принадлежат равноудалённым теперь от власти олигархам первого ряда, но в сотню крупнейших Инвест-гамма входит уверенно, иногда поднимаясь до позиции в восьмом десятке, как после двадцать второго года, когда на этот результат сработало наличие в нашем холдинге целого ряда предприятий, пусть непосредственно и не загруженных производством вооружений и боеприпасов, зато увеличивших кратно поставки материалов, оборудования, электроники и прочего для оборонки. А там пошёл огромный поток федеральных денег по очень низкой ставке и огромной предоплате.

Сейчас контрольным пакетом акций в пятьдесят один процент владеют Пал Палыч Каспаров, дед моей начальницы, и его старший сын Иван. Остальные сорок девять в руках братьев Игоря Витальевича и Дмитрия Витальевича Решетовых. Вначале не понял, зачем братьям было по сути отдавать свой бизнес, но потом, почитав массу комментариев на тех двух форумах, в общем-то картину понял.

Холдинг полностью владеет лишь несколькими, совсем небольшими, фирмами, а во всех остальных входящих в его состав предприятиях и организациях обладает лишь блокирующими пакетами акций. Контрольные же принадлежат многочисленным членам обеих семейств, причём, у Решетовых в итоге оказалось в собственности больше половины компаний холдинга. Но, понятно, и Каспаровы не в накладе. Так отец Анны Николаевны, второй, младший сын семидесятиоднолетнего главы Инвест-гаммы, является собственником не только крупного транспортно-логистического предприятия, где заодно является генеральным директором, но и банка холдинга.

Вопросов, почему не побыв и двух лет в головном офисе холдинга Анна Николаевна Каспарова вскоре уходит на постоянную работу в Инвест-гамма Банк, у меня совсем нет. И так понятно. В свои двадцать четыре года даже с прекрасным образованием реально руководить финансами она сможет не скоро, а вот присматривать за порядком в семейном бизнесе вполне сможет.

Впрочем, я ей смогу помочь не только со вторым, но и с первым. Посмотрим, что окажется сильнее на почве выдачи эффективных кредитов и займов, опыт банковских старожилов и мои способности, позволяющие определять всю подноготную и подлинные намерения корпоративных заёмщиков. Но вначале надо будет успешно пройти собеседование у Николая Павловича. Уверен, мои паранормальные способности не подведут.

- ... не оставляйте, пожалуйста, свои вещи в вагонах! - раздалось из динамиков.

О, вот и конечная, моя. Как-то быстро я сегодня добрался. Вернее, время за раздумьями незаметно пролетело.

Решил от метро до дома пройтись по аллее пешком. Надеюсь, тут хотя бы никакой безумец на меня не налетит. Хорошо, что у нас здесь отдельная выделенная полоса для велосипедистов. Самокатчики тоже по ней гоняют, вчера несколько видел. И на роликах кстати тоже.

Спешить некуда, поэтому иду прогулочным шагом. В магазины смысла заходить нет, у меня со вчерашнего много чего осталось. Креветки отварил все, но съел всего лишь чуть больше половины. Теперь будут поди не очень вкусные, да я не привередливый. Икры треть банки убрал в холодильник, не должна испортится. Молочка у меня вообще почти не тронута. Фрукты, овощи, кашку, если потребуется, сварю.

Надо устроить день наведения порядка, потому что в выходные меня дома не будет, вернусь лишь поздно вечером воскресенья. А завтра не понятно, сколько с Юркой засидимся. Нужно ещё и к поездке подготовиться, в субботу с утра не хочется метаться по квартире, люблю собираться заранее. Хотя, нищему одеться - только подпоясаться. Пусть и не нищий, но что-то тащить с собой в Мухинск и правда не нужно, поеду налегке.

- Молодой человек, не поможете? - окликает меня какой-то мужик со стоянки между торговым центром Республика, где я вчера был, и аллеей. - Дверь надо подержать пошире.

В руках у него большая коробка от монитора. Ничего себе, какой здоровенный себе выбрал, тоже такой хочу. Попозже. У Каспаровой оценил цвета и чёткость изображения. Мужичок ногой придерживал дверцу на заднее сиденье Пежо, а руками пытался втиснуть в салон покупку.

- Без проблем, - прохожу к нему прямо по газону и раскрываю дверь пошире.

Пара секунд и погрузка успешно завершилась.

- Благодарю, - кивает. - Может, я что-то вам должен?

- Ох, нет-нет. - смеюсь, поднимая ладони на уровень плеч, словно сдаюсь в плен. - Прошу, не обижать.

- Ну тогда ещё раз спасибо! - машет рукой мужчина и садится за руль.

Аппетит я нагулял себе знатный. Так что, придя домой и раздевшись, первым делом отправился готовить себе ужин. Хотя там готовки-то - лишь из холодильника достать, да креветки в микроволновке подогреть. Ах, да, ещё тосты себе сделал, пустив на них два последних куска батона. Вот про хлеб-то я забыл. всё же надо было заскочить в пекарню на углу соседнего дома. всё время мимо хожу, и народ там не толпится, при том, что покупателей много.

Лишь потом отправился в душ. Стоя под струями тёплой воды понял, всякие экзотические фрукты и деликатесы не для меня и вовсе не из-за цены. Попробовал и хватит. Иногда стану для разнообразия покупать, но изменить свои босяцкие вкусы вряд ли получится. Картошечка, зажаренная до золотистой корочки с луком и белыми грибами, или сочный кусок мяса с гарниром - наше всё. Ещё пельмени очень люблю, но самому лепить их лень, да и не умею, а покупать - не всегда угадаешь, какие хорошие. Сосиски, сардельки, колбасы десятков видов, сыры, фрукты наши - яблоки и груши, апельсины-мандарины, в общем, проживу без экзотики, ничего такого в ней нет.

После душа занялся домашними делами - бросил бельё в стирку, вытер везде пыль, отмыл кухню и туалет с ванной, комнату, коридор и кладовую пропылесосил. Справился быстро. Вот и зачем мне жена? Лучше несколько подруг иметь для регулярных встреч, желательно на чужой территории. А ухаживать за собой и сам могу. Правда, глажка вымораживает, не люблю. Но кто сказал, что вся жизнь должна быть в шоколаде?

Закончил, когда за окнами уже стемнело. Полез за небольшой спортивной сумкой для поездки. Она мне потребуется только чтобы назад деньги везти, но совсем пустой её брать не очень правильно. Путешественник без вещей - где ж такое видано? В гостинице сразу же этот факт приметят, а люди у нас в Мухинске очень наблюдательные и поболтать любят.

Решилось просто. Надевать в дорогу один из двух своих спортивных костюмов я передумал. Один зимний, другой слишком светлый, заляпаю ещё где-нибудь. Поэтому - джинсы, лёгкое поло и ветровка, вот последняя-то и заняла место в сумке. Туда же бросил на всякий случай новые домашние тапки, туда же в утро отъезда сложу мыльно-рыльные, водички, что-нибудь перекусить, вот и заполнится мой багаж. Приготовил сразу кроссовки, в которых поеду.

В другой раз надо будет ещё в кладовой разобраться. Определить, что из вещей мне больше не понадобится, и выкинуть лишнее. Моли у меня нет, так зачем её привлекать? Той же армейской шинелью или парадной формой. Демобилизовался я в ноябре, поэтому экипировали меня на выход по полной. Сейчас вот рассматриваю аккуратно висящую память об армии и думаю, нужна ли она мне новому, совместному?

Говорят, наши предки перед дембелем производили полные тюнинг и ребрендинг формы, превращая её в настоящее произведение искусства. А мы вот таким уже не занимались, некогда было, служили всего год, да и в форме мы уходили до ворот, где уже переодевались в гражданку и домой ехали обычными людьми, не военными. Так что, никакой культурно-исторической ценности ни шинель, ни китель с брюками, рубашкой и галстуком не представляют.

Проходи я службу в десанте, мог бы через месяц с небольшим экипироваться и искупаться в фонтане, благо у нас их вокруг теперь полно. Только у артиллеристов это не принято. Никто не поймёт. Ладно, пусть висит пока. Есть-пить не просит, а дальше будет видно.

Подошёл к компьютеру. Вчера не завершил выяснение информации об Илье Николаевиче Каспарове, младшем брате-погодке моей начальницы, и вдруг понял, что никаких подробностей знать не хочу. Хватает имеющегося негатива. Если понадобится, у самой Анны Николаевны узнаю, или расскажет, или способностями воспользуюсь.

Там просто беда бедовая. Парень был пьяница, хулиган и почти убийца - будучи сильно нетрезвым и не имея в шестнадцатилетнем возрасте прав на управление автомобилем, на угнанном с дружками у одного из знакомых спорткаре задавил какого-то мужика на пешеходном переходе. Мужчину удалось спасти, но во сколько его лечение и спасение Ильи Николаевича от уголовной ответственности обошлось семье, история умалчивает. На этом братец Аннушки не остановился, со спиртного перешёл на наркотики и сейчас где-то за границей лечится в наркологической клинике. Вот, спрашивается, чего придурку не хватает? Не пойму таких людей. Зато кристально ясно, почему Николай Павлович Каспаров так торопится бросить дочь в пучину бизнеса. На другого своего отпрыска он положиться не может и скорее всего уже навсегда.

Так и не включив компьютера, лёг со смартфоном читать продолжение истории про кореянку. А когда уснул, ко мне опять пришла начальница. Правда в этот раз не в неглиже, вовсе даже наоборот. Появилась следом за мной на Манжерке возле фуникулёра в одежде лыжницы, со скейтбордом под мышкой и не пускала меня к кабинкам, настаивая на срочном докладе по анализу доходов от нашей клининговой компании. Да, уборщицы у холдинга тоже свои, но не помню, чтобы наша группа занималась ещё и этим. Впрочем, во сне всё может быть.

Зато в офисе госпожа Каспарова ничуть сегодня не напоминала себя ночную. Час времени у неё ушёл на то, чтобы просмотреть, чего ей там сотрудники подготовили. А затем начала поочерёдно вызывать к себе всех, кроме меня и новеньких. Делала это как обычно голосом, продолжая игнорировать имеющуюся у нас селекторную связь.

И в кабинете у неё начались расстрелы. Живыми ушли только Пётр Васильевич, Марина Викторовна и Олечка. Ну, с последней и взять было нечего - бумажки подшила, кофе принесла, какие могут быть к ней ещё вопросы? Остальные были подвергнуты унизительной экзекуции. Анна Николаевна то рычала будто тигр, то шипела словно змея, но хуже всего для сотрудников оказалось содержание этих звуков, особенно их завершающие фразы. Кого-то за второй квартал поощрят на четверть меньше чем обычно, кого-то наполовину, а Филиппова так и вовсе лишила премии на все сто процентов. Так ему и надо, нужно лучше работать.

Когда Игорёк возвращался за свой стол, в мою сторону не смотрел, старательно отводя глаза. Я использовал ментал и убедился, этот трус теперь даже мысленно боится обвинять меня в своих бедах, костеря последними словами - шлюха вонючая были самыми приличными из них - госпожу Каспарову.

- Это здесь всегда так? - пригнувшись в мою сторону тихо поинтересовался Фёдор Ильич.

- Перед концом квартала да, - также негромко ответил ему. - Она у нас строгая, но справедливая.

- А тебя когда вызовет?

- У мен ж финальный аккорд. - поясняю. - Только что отправил. Кстати, спасибо за помощь в составлении текстовых пояснений. Я так никогда не научусь.

- Да ладно, - усмехнулся. - Какие твои годы, Лёша? Ещё лучше научишься клишированные фразы к месту и не к месту вставлять.

Моя очередь наступила сразу после обеда. Едва мы с Ильичом вернулись из столовой, Анна Николаевна вызвала к себе.

- Красиво получилось, - похвалила и отметила: - И действительно раньше того срока, который я назначила. Как ты так успеваешь?

- Стараюсь, Анна Николаевна. - стараюсь на неё не смотреть, как бы она чего не прочитала в моём взгляде, а там похоть и стыд. Скорее бы в Мухинск. - Раньше просто не имел возможность отличиться.

- Знаю уже, - усмехается. Боже, какие же у неё духи классные, и пользуется ими умело, не льёт на себя вёдрами. Очень тонкий аромат. - Поняла сама, и кое-что подсказали. Так, давай кати сюда кресло, - показала глазами в угол. - Садись и будешь мне объяснять, откуда цифры такие получились, особенно по заводу железо-бетонных конструкций.

- Всё сто раз перепроверил, - выполняю указание и устраиваюсь рядом. - Только, если честно, текстовую часть мне Фёдор Ильич помог писать.

- Об этом я догадалась. - искоса посмотрела на меня и хмыкнула. - Ты, пожалуй, первый в этом гадюшнике, кто не старается присваивать себе чужие заслуги.

- Так у меня своих хватит, - не скромничаю, меня прежнего скромность до всеобщих насмешек довела, а в итоге и до петли. - Зачем ещё чьи-то? Надеюсь и дальше не подводить.

- Ну-ну, - улыбнулась на мою похвальбу Каспарова. - Посмотрим. Кстати, на премирование я отправила. тебе там в двойном размере выписала.

Вот это ничего себе! Квартальные премии у нас раз на раз не приходятся, но в среднем - это двойная месячная зарплата. Получается, даже с вычетом тринадцати процентов налога получу четыре сотни. Четыре сотни рублей! Это плюс к зарплате за июнь, там под расчёт за вычетом аванса около восьмидесяти. Чёрт, да я олигарх!

- Спасибо, я ...

- Благодарить потом будешь, - прерывает меня Анна Николаевна. - Показывай таблицу, с которой брал исходные.

- Таблица номер семь. - я легко запоминаю, откуда беру данные, и никакие дополнительные записи мне сейчас не нужны. - Нет, не в этом файле. Да, здесь.

Глава 14

Долго объяснять начальнице, что, и как, и почему, не потребовалось. Хоть характер у неё не подарок, ум и отличное образование не отнять. Въезжает в тему быстро. Да она, подозреваю, и без моих пояснений бы разобралась, только время тратить не хотела, а заодно устроила очередной экзамен будущему помощнику.

- Подожди, - остановила, когда я направился к двери. - Возьми. - достала из сумки и бухнула, будто припечатала, по столу конфетой. Таких ещё не видел. Что-то импортное, поди подсанкционное. Хотя мне наши сладости больше нравятся. - Не люблю быть кому-то должной.

Не сразу понял, что вот это сейчас было. Даже импульсивно захотел залезть Аннушке в голову, чтобы прочитать, о чём она думает, и только тогда вспомнил про конфету Зинаиды Михайловны, которую передарил Каспаровой. Блин, даже обидно, я-то ей от всей, можно сказать, души презентовал, без всяких намёков и надежд на ответный жест, а она, вон она как.

И ладно. Не спорить же с боссом по всяким пустякам. Тем более, таких конфет я не то что ни разу не ел, не видел даже.

- Мерси. - принимаю дар, и почему-то вырвалось спасибо по-французски.

- Силь ву пле. - автоматически ответила пожалуйста на том же языке Анна Николаевна, уставившись в монитор, кажется, даже не заметившая, что мы с ней говорим будто не в Москве, а в Париже. Ну, да она ведь у нас полиглот. - Пусть Грабов ещё зайдёт. Что он тут понаписал?! Ненормальный.

О-о, похоже, в расстрельном списке окончательная черта не подведена. Кровь ещё будет литься.

Давным-давно в Инвест-гамма обеденный перерыв был на пятнадцать минут короче, зато по пятницам рабочий день заканчивался в семнадцать часов. Я-то уже тех славных времён не застал, зато уже при мне негласное корпоративное правило продолжать отсиживать задницу после работы на последний день недели не распространялось. Все уходили как положено. Впрочем сегодня в нашей группе воспользоваться этим кроме Ильича решились лишь я и Олечка.

Глядя на Ветренко, невольно не мгу не восхититься. Раньше об этом не задумывался, а теперь вот думаю, как же ловко человек умеет жить. Смогла так себя поставить, что её и ругать-то особо не за что, зато, едва наметится хоть какая-то благодарность от начальства, любого, Ольга уже тут как тут, глаза мозолит.

Не знаю, хотела ли она сегодня предпринять на меня очередную атаку, но Фёдор Ильич мудр. Сразу, ещё в группе, обратил внимание на маневры нашей делопроизводительницы вокруг моей персоны, разгадал мою реакцию, и сейчас не оставил Олечке ни одного шанса, завалив реальными вопросами по своей работе. Я с удовольствием включился в оказание помощи и не отказался от объяснений, даже когда прилипала фыркнув оставила нашу компанию, присоединившись к двум мегерам из аудиторской группы. У этих, несмотря на огромную загруженность служебными делами, всегда есть время на сплетни.

Кто-то, хотя примерно догадываюсь кто, выбил разрешение Арефьеву ставить личный автомобиль на подземном паркинге нашего здания. Простой специалист оказался в одном ряду с начальством и всякого рода сливками коллектива холдинга - юристов, экономистов, верхушки безопасности. Поэтому мы с ним попрощались до понедельника ещё в лифте, я вышел в холл, он уехал на минус второй этаж.

Так совпало, что почти одновременно открылись двери шести лифтов, и к турникетам иду в толпе спешащих покинуть офис людей. Тем не менее, мой знакомый детдомовец Николай, дежуривший сегодня в стеклянной будке сбоку от выходов, как-то меня в такой толкучке узрел и машет рукой. Ну, я не гордый, надо подойти и поздороваться. Уверен в себе, даже если достигну самых высоких этажей нашего здания, зазнаваться не стану. Хотя почему если? Не если, а когда.

- Привет, Лёша. - жмёт Николай мне руку, когда я успешно пробился сквозь поток, что сделать оказалось непросто, ломиться пришлось по диагонали к его направлению, изображая собой ледокол. - Счастливчик ты, впереди выходные, а моя смена только утром закончится. - жалуется, но при этом широко улыбается. - Спасибо тебе хочу сказать огромное. Выручил тогда в лифте. Эти ведь так моему начальству и не наябедничали. Иначе совсем бы худо было.

Его понимаю. Той же Алле Дмитриевне только пальцем пошевелить и моего однокашника по детдому вышибли бы без долгих разбирательств. Знаю, месяца три назад его товарища Сашку уволили только за то, что к заевшему шлагбауму на выезде с паркинга не выбежал, а вышел. У Николая трое детей и жена в декрете. Образование - школьный аттестат, где одни тройки кроме физкультуры, он сам мне рассказывал, и три месяца учебки морской пехоты. Где он ещё с таким багажом знаний и опыта найдёт работу с нормальной зарплатой и удобным графиком?

- Ерунда, Коль, - отмахиваюсь. - Они бы и без моего заступничества никому не стали звонить. Забыли бы.

- Ох, Лёха, плохо ты знаешь этих ..., - Николай наверняка имел наготове нелицеприятный эпитет в адрес Каспаровой и Решетовой, да произнести вслух не решился. - В общем, спасибо.

- Обращайся ещё, как решишь возжелать таких красоток и это желание в их присутствии продемонстрируешь. - шучу, и мы расстаёмся оба в хорошем настроении.

На выходе полез за смартфоном и нащупал в кармане подарок Анны Николаевны. Переложил его в портфель, а то, мало ли, растает, помнётся. Есть конфету не собираюсь, сохраню как память. Можно было б дома в золотой рамке повесить, да где ж её взять?

В поступивших СМС сообщение от Юрки, что он ждёт в условленном месте, в условленное время. Ответил, что помню и рад буду увидеться.

Сегодня мой путь лежит до станции метро ВДНХ, куда я добрался всего минут за двадцать. На выходе из неё меня сильно зацепил рюкзаком молодой парень, культурно извинился и убежал вперёд. В Мухинске я б такого борзого торопыгу догнал и хорошенько ему навалял. Здесь же только бросил в удаляющуюся спину, дескать, ничего, со всеми случается. Культура общения, куда деваться. Впору фрак и котелок на себя надевать.

А ведь у меня тоже есть рюкзак. Ещё со студенческих времён остался, но в приличном состоянии. С ни конечно было бы удобней отправиться завтра в путь, закинул за спину, и руки свободны. Вот только обратно надеюсь возвращаться с деньгами. Помню, дядя Витя-клоп, вор со стажем, имевший четыре ходки, даже задние карманы штанов называл чужими, дескать, Алёша, а ты чё ключи от тачки в чужой карман положил? Это когда я в задний засунул связку. Что уж говорить о рюкзаке. Взрежут, вытащат деньги и потом попробуй их вернуть. Так что, с сумкой надёжней. Перекину через плечо, подхвачу снизу рукой и буду поглядывать. Не сопрут ничего.

Время для встречи со студенческим другом я назначал с большим запасом, думал, вдруг на работе задержат? А ушёл даже раньше обычного, так что, могу вообще не торопиться. Решил было зайти на выставку, ведь ни разу на ВДНХ не бывал, а слышал много восторгов, да только сообразил, что туда надо идти как минимум на полдня, а не на час. И без меня там толкотня. Ох, а китайцев-то сколько на входе. Поди во всём Пекине их меньше. Понаехали тут.

Не понимаю людей, которые носят на руке часы. Зачем, когда можно посмотреть на экране смартфона? Неудобно ведь. Ладно там старичьё, они уж привыкли, но я и у молодых часто вижу.

Далеко ходить не надо, у Каспаровой и её подружки Дмитриевны имеются такие, причём, чуть ли ни каждый день разные. И все из золота или платины, разумеется с блестящими камушками - стразы или алмазы, я не разбираюсь.

Понятно, богатеньким девушкам они вроде дополнительных украшений, видимо, серёжек и кулончиков с бриллиантами мало. Только я и у обычных парней вроде меня нередко вижу на руке совершенно не нужный аксессуар. Мне вот и смартфона достаточно, чтобы понять, что до назначенной встречи ещё больше часа.

Вызвать яндекс-такси и ждать друга у кафе или в зале? На кой чёрт, когда тут идти минут сорок-пятьдесят, а погода просто отличная. Не жарко и не прохладно. Так что, решаю, ножками, Лёха, топ-топ. Пацан сказал - пацан сделал, обогнув кучку галдящих детей, которых привели на выставку две дебелые тётки, направился вдоль проспекта. Шёл прогулочным шагом, с удовольствием рассматривая людей. Блин, я будто заново родился. А чему удивляюсь? Так и есть.

Возле входа в универмаг наяривает попурри из эстрадных песен небольшой, человек на дюжину, духовой оркестр. Клёво, прикольно. Народ собрался, слушают, глазеют - оркестранты в соломенных шляпках - аплодируют, кто-то вон, смотрю, деньги кладёт в открытый футляр от чего-то. И в нём уже прилично так бумажек. Пройдя музыкантов, шагов через десять обнаружил чудом свободную лавку, прямо напротив киоска с мороженным. Взял обычный пломбир в вафельном рожке и с удовольствием устроился немного послушать понравившуюся музыку. В Мухинске таких оркестров не увидишь, в Москве я часто мимо них проходил, но почему-то даже мысли не возникало остановиться, всё куда-то спешил. Куда-куда, сначала к Ленке, потом в петлю. Дурачок.

- Здесь свободно? - дивный девичий голосок.

Не заметил, как подошли две девушки лет по восемнадцать. В летних светлых платьях, похожих на сарафаны, и туфлях на высоченных каблуках. Блондинка и блондинка. Только у одной коса, а у другой кудряшки до плеч. Миленькие вполне. Ради интереса и необходимости тренировки навыков прочитал мысли спросившей. Ну, так и знал, точнее догадывался. Гадает, я москвич или тоже приезжий, как и они? Костюм и кейс ей однозначного ответа подсказать не могут. Командировочные тоже порой так выглядят.

- Билетов не покупал, - улыбаюсь, смещаясь на самый край и чуть не обляпался мороженным. Хорошо, что вовремя заметил образовавшийся на рожке потёк и успел его слизнуть. - Прошу, если не помешаю.

- Нет, не помешаешь. - смеётся вторая.

Они сели и завели разговор о какой-то театральной премьере, изображая светских львиц. Только меня-то с моими паранормальными умениями не проведёшь. Залез в голову и второй. Приезжие, землячки из Гусь-Хрустального, подали документы в Щукинское, театральное. Угу, лишь их там и не хватало, артисток таких. Доев мороженое и послушав пару композиций, встал, подмигнул заметно расстроившимся несостоявшимся знакомством подругам, отправился дальше по проспекту.

Хоть и не торопился, даже умышленно снижая привычный темп движения, вскоре дошёл до боли знакомого кафе. Сколько я в нём уже не был? Года три? Так и есть. После выпуска из университета ни разу сюда не заглядывал. Далеко от моего нынешнего места жительства и очень сильно в стороне от привычных маршрутов. Да и раньше в этом кафе не часто бывал, всё же тут дороговато было для моих студенческих финансов, даже при том, что начиная с третьего курса я неплохо зарабатывал на написании рефератов и курсовых для ребят первого и второго годов обучения. Своим сокурсникам тоже делал, но намного реже.

В университетских заданиях ведь ничего сложного не имелось даже для тех оболтусов, которым я помогал. Просто многие, кто получал хорошую денежную поддержку от родителей, предпочитали проводить время более интересней, чем корпеть над рефератами, особенно, когда их темы в дальнейшем, ни в учёбе, ни в работе после университета не пригодятся. Сам порой мучился, с какой целью нам давали столько лишнего. Ответа не нашёл до сих пор, зато благодаря такому положению дел, мог вести вполне безбедное существование. И без того после армии и сданной тогда сессии получал повышенную стипендию, а тут и дополнительные доходы получал, пару раз в предсессионные месяцы до полусотни тысяч получалось

Жил я тогда в общаге, с Ленкой ещё не познакомился, так что особых расходов не было. И всё же детдомовская сущность вздрагивала, когда видела ценник за заказ. Нет, мои друзья-мажоры постоянно предлагали платить за меня, ссылаясь на то, что, дескать это они пригласили, но гордость оказалась присуща обоим моим прежним личностям. Подозреваю, присутствует со мной и сейчас.

Наша кафешка располагается в цокольном этаже красивой монументально пятиэтажке сталинской постройки, надо спуститься от входа несколько ступеней, где меня встречают парень и девушка, обоим лет по двадцать. Наверное студенты на лето устроились подработать. Я и сам пару месяцев лета перед армией стажёром-официантом в ресторане "Московские зори" трудился. Со мной тогда четверо с нашего курса туда устраивались.

- Вам помочь подобрать место? - улыбнулась девушка.

- Нет, думаю, меня уже ждут. - вернул улыбку и прошёл в Г-образный зал с двумя рядами столов человек на шесть каждый.

С трёх сторон столы окружены мягкими диванами с высокими спинками, образуя своего рода небольшие кабинеты, и, хотя сверху обзор на них открыт, видны только затылки людей. Но где меня может Юрка, я хорошо знаю, там, где наше любимое место. Он наверняка заранее позаботился об его бронировании. Персонал с момента нашего посещения поди сто раз сменился, и о щедрых чаевых, которые оставляли мои друзья-мажоры, тут уже никто не помнит, но чутьё-то ведь не пропьёшь, так что, подходя, уже вижу у нашей обычной кабинки весело улыбающуюся официантку, полненькую аппетитную симпатяшку с ямочками на щёчках.

- Вы сюда, да? - спросила обернувшись.

- Ага, вот к этому молодому человеку, - подтверждаю, чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбке, а на душе становится светло.

Юрка будто бы совсем не изменился. Даже одет как любил прежде в светлые джинсы и такого же тона джинсовую рубаху с коротким рукавом. кстати насчёт часов, у него на левом запястье Ролекс, разумеется золотые. Кудрявые волосы, словно у девчонки какой до плеч, обрамляют румяное чуть вытянутое лицо с высоким лбом.

- Лёха, братишка! - вскакивает Кравчук с центрального кресла и, устремляясь ко мне, цепляет ногой стол, пока ещё не накрытый. - Наконец-то свиделись.

Мы с ним крепко по мужски обнимаемся. Эмпатию свою я даже и не думал включать, но от студенческого друга льются настолько сильные эмоции, что тот у меня сработал сам, да, передав ожидаемые восторг, радость, удовольствие и немного, где-то глубоко, тревоги. Впрочем, непонятно, касается ли последнее моей персоны или нашей встречи.

Я и сам рад Юрке. Всё же студенческие годы из жизни никак не выкинуть. Да, случалось всякое, однако память стремится сохранять только хорошее. как ни странно, я даже прошлый на Виталика Рябкова не сильно был обижен, на Ленку да, на него нет. Просто знал этого бабника как облупленного, и его поступок меня сильно задел, но не удивил. А тут Юрка, с которым столько много общих воспоминаний, что мама не горюй.

- Юрка, как же я рад тебя видеть. - удивлён, но это вырвалось у меня искренне, видимо, чувства меня обоих прежних как-то уместились в одном теле. - Особенно радует, что ты всё такой же, ничуть не изменилась в этих ваших палестинах.

- С чего бы мне меняться? - смеётся и тут же напускает на лицо серьёзное выражение. - Только не вздумай опять ломаться, а то знаю тебя. Я пригласил, я заказываю, я плачу. Эй, только пробуй сейчас что-нибудь возразить, друга навсегда потеряешь. - и опять засмеялся.

Ну что с ним делать? Ладно, пусть угощает, хотя теперь-то мне здешний ценник - ерунда полная. Соглашаюсь, и мы бухаемся на диваны со всего размаха, тоже наша студенческая привычка. Мои собственные Кравчук хорошо помнит. если себе к салатам и горячему заказал сто пятьдесят грамм бурбона, то мне две бутылки пива. Я мухинский спокойно мог пол-литра даже палёной водки в себя влить, а при необходимости и вдвое больше, правда при этом дурить начинал по страшной силе. А вот мой московский организм к спиртному крайне слаб, друзья не раз имели возможности в этом убедиться, меня сразу же вырубает с пары-тройки рюмок, и я начинаю засыпать.

Официантка обернулась очень быстро, принеся вначале по тарелке мясной и овощной закуски, бурбон и пиво. Естественно, рюмка и бокал прилагались. Мне сегодня больше этих двух бутылок пить не стоит. Завтра отправляюсь в поездку, очень не хочется это делать с мутной головой.

- Разве евреи свинину едят? - шучу, глядя, как Юрка закусывает американское пойло русским салом.

- Ну я ж не еврей. - выдохнув отвечает он. - Да и не едят только правоверные. Остальным пофигу. И вообще, в том районе Ашдода, где я снял дом, наших намного больше, чем местных. Эх, Лёха, давай, рассказывай, как ты тут поживаешь. Кого из наших видишь?

- Мне было бы интересней тебя послушать. - наполняю ему рюмку. - У меня-то всё как обычно. Про Ленку с Виталиком тебе наверняка уже кто-нибудь в уши насвистел.

- Козёл он, - нахмурился Кравчук. - Я ему так и сказал, козёл, ты, Рябков.

После краткого обсуждения тёмной стороны моей судьбы перешли уже к светлым воспоминаниям о студенческих годах и к обсуждениям своих однокашников - кто, что, где, когда.

Про себя Юрка старался много не рассказывать, ну да я с помощью наводящих вопросов и - каюсь - своих ментальных умений, когда девушка после горячего принесла второй графинчик бурбона с очередными ста пятьюдесятью граммами. в общем-то понял, что мой студенческий друг уже миллион раз пожалел о своём непродуманном поспешном отъезде.

Это только так говорится, якобы с деньгами везде хорошо. На деле, оказывается, не так. Особенно для коренного москвича Кравчука. Многие вещи, которые нам кажутся естественными, а потому не замечаются как воздух, в реальности очень много значат в нашей жизни, и когда их лишаешься, оказавшись вместо современного мегаполиса в глуши, пусть и заграничной, вот тут-то тебя и накрывает. Не стал больше эту тему педалировать, эмпатия подсказывала, что настроение своими вопросами я другу порчу сильно.

Он бы давно с удовольствием вернулся, да гордыня и стыд не дают. Не понимает, что сказать родителям, братьям, сестре с зятем, которые уговаривали его не спешить с бегством из страны, воюющей со своими соседями. Боялся насмешек и снисходительных улыбок от родных, друзей и знакомых. Ну, Юра взрослый парень, сам разберётся, как ему дальше жить. Не хочу ничего советовать.

- Ты говорил, у тебя ко мне ещё и какой-то деловой разговор есть? - напомнил приятелю, уже немного окосевшему от выпитого, хотя второй графин опустошать не сильно торопится. Так-то Юрка свою меру всегда хорошо знает. Знал. Как с этим теперь, сказать не могу. - Или ну этот разговор к чёрту?

- Не, не к чёрту, - взбодрился Кравчук. - Ты Димку Башкирова помнишь же?

- Конечно, - усмехаюсь. - Как такого забудешь. Вы ж с ним один раз так подрались, что Сонька тебе потом так штаны от грязи и не оттёрла. Устроили борьбу нанайских мальчиков. Я тут кстати Верку Зыкину весной встретил. Она говорит, Димка тоже смылся за границу, в Лондон кажется. А чего вдруг ты о нём вспомнил?

Башкиров тоже из богатеньких, вернее очень богатеньких. У него бабка на момент распада страны аж в Совете профсоюзных организаций СССР какой-то шишкой была. Ушла оттуда в новую страну с огромным мешком добра - санатории, профилактории и прочее. Виталик Рябков рассказывал, они с Димкой больше общались. В середине девяностых ту бабулю сильно раскулачили, однако кое-что осталось, раз её внучок на серебристом Порше-Кайенне рассекал, а когда разбил его, пересел на белый Лексус.

- Да как подрались, так и помирились. - Юрка опрокинул рюмку, а закусывать после не стал, лишь с шумом втянул ноздрями воздух. - А он давно уже не в Лондоне. Фигово там, а ещё хуже, у него все счета там заморозили. Можно стало только на определённую сумму определённый набор товаров и продуктов покупать. Короче, смылся он оттуда. Теперь в Ашдоде, в двух кварталах от меня живёт. Мы там с ним встречаемся частенько, сидим там, сям. О! На концерт Галкина ходили. Там так-то скукота смертная, зато отношение нормальное. О тебе говорили.

- Ого, - я чуть не поперхнулся пивом, кстати, ко второй бутылке даже не приступал, всё первую кое-как осиливаю. - С чего вдруг?

- Понимаешь, Лёш ...

- Ой, только давай вот без этого, - прерываю его. - Когда начинаешь со своего понимаешь, то, знаю, полезешь в дебри, так что и мне придётся выпить бурбона, чтобы из них выбраться.

- Хм, а ты изменился, Алёшка, - пьяно-проницательно посмотрел он на меня. - Сразу это увидел. Сильно изменился.

- Жизнь такая, - жму плечами и всё-таки допиваю первую порцию и наливаю в бокал из второй бутылки. - Но мы остановились, что вы там с какого-то будуна обо мне вспоминали.

- Помощь ему нужна, - кивнул Кравчук. - Не безвозмездно конечно. Всё имеет свою цену.

- От меня? - не сдерживаю смеха. - Чем я могу помочь ему?

- Да Димка, ты ж помнишь его, всегда красоваться любил, и языком молол много. - поморщился Юрий. - Он ведь не просто уехал как я, а начал ролики всякие записывать, посты писать везде в соцсетях. В общем, доболтался до пары статей уголовного кодекса. Его в списки экстремистов включили. Теперь-то понимает, что ипланом был, да только назад уже не отыграешь. Даже дядька в правительстве ничем помочь не может. Времена не те. Тот говорит, и соваться никуда не станет, а то и ему достанется. Диме сейчас нужен кто-то не из близких, но в то же время достаточно знакомый, в котором есть уверенность, что будет помалкивать. Мы с ним почти одновременно про тебя вспомнили. К тому же, тебе точно лишняя сотка кило рублей в месяц не помешает.

- Не помешает, - кто от денег откажется? - Только что мне за них сделать надо будет? Сразу говорю, шпионить в пользу экстремистов не стану.

- Лёха, ты чего? Ну какой нафиг из Димки экстремист. Дурак да. Просто попал под горячую руку. Сам знаешь, в этой стране сплошной произвол, и ситуация ухудшается. Уже есть сведения, что тем, кого признали экстремистом или террористом, запретят выводить деньги отсюда. Понимаешь? - как-то горестно вздохнул Кравчук. Неужели тоже рыльце в пушку? Да нет, не может быть, Юрка всегда осторожен. - У Башкирова тут в Москве несколько квартир, но это мелочь, пара небольших офисных площадей, а, главное, бывший Дом быта строителей на Каширке. Там сейчас торговый муравейник. Димка ведь тоже как и я предприниматель. Ну, в смысле, арендодатель.

- Давай уже короче, Юр. - прошу.

- Так не получается же короче, ты меня всё время сбиваешь, - не дождавшись помощи от меня, сам налил себе бурбона. - Он на следующей неделе полетит в Ереван, а оттуда в Астану. Посмотрит, где лучше условия открытия счетов. Он предлагает выписать на тебя доверенность ограниченного управления его ИП. Ты по ней ничего сделать не сможешь, кроме как переводить приходящие на Димкин счёт доходы от арендаторов на свой, открыть его плёвое дело, а уже от себя в Казахстан или Армению, он пока не определился. Там работы на час в месяц. И за это сотка. Кстати, Димон собрался от нас совсем уезжать. Говорит, жарко. Ищет местечко в Белграде или Подгорице. Возьмёшься? Соглашайся.

А ну-ка, друг мой, что ты сам по этому поводу думаешь на самом деле? Активирую ментал и погружаюсь в мысли Юрия.

" - Может я зря Лёшку в это дело втягиваю? - сомневается он. - Да ну, ерунда. Даже если схема вскроется, ничего опасного ему приписать не смогут. Разве что сатрапы режима притянут на допросы, нервы попортят, и всё. Что ему предъявить? Скажет, просто друг попросил. Нет, понятно, неприятности возможны, но где ещё Алексей так легко деньги поднимет. Для него эти гроши реально большая сумма. Кстати, так ведь и не сказал, сколько он получает сейчас. Спросить что ли?".

Выскакиваю из читалки мыслей, пока боль опять лицо не перекосила.

- Ох, Юр. - мотаю головой. - Деньги конечно приличные, но что-то как-то стремно.

- Брось ты ...

- Не, извини, Юрка. Давай я ещё подумаю и попозже сообщу, что решил.

- Ладно. В конце концов, пусть Димка сам с тобой свяжется. Чего вам через меня общаться? Лёха, я в среду уже улетаю обратно. Хотелось бы ещё раз встретиться, поговорить. Я бы ещё квартирку твою посмотрел. Чем тебя это государство облагодетельствовало.

- Так приезжай во вторник вечером. - вырвалось у меня спонтанно. Вообще-то я гостей не планировал. - И посмотришь, и поговорим. Только тогда уж стол с меня.

- Договорились! - облегчённо рассмеялся Кравчук.

Видимо деловая часть нашей беседы его сильно тяготила. Явно чувствовал себя крайне неудобно.

А мне пора ехать и готовиться к раннему подъёму. Впереди посещение другого моего родного города.