Из Бэкрумса нет выхода

Глава 1. Вход в Закулисье и стартовая локация

Вы когда-нибудь слышали о Закулисье? Оно же — Бэкрумс.

Это городская легенда, которая появилась не так давно, всего-то в 2019-м году. Я помню как по интернету распространялась та самая фотография — заваленный горизонт, стены обтянутые старыми жёлтыми обоями и пустые помещения. Ни окон, ни мебели, ни людей.

Разумеется всё это мем, крипипаста и выдумка — думал я, пока сам не угодил сюда. И даже если вы не знаете что это за место, не спешите искать в интернете, с помощью этой истории вы скоро сами обо всём узнаете.

А перед тем как перейти к описанию актуальных событий — попыток выжить в Бэкрумсе, — я быстренько расскажу, как я очутился здесь.

Всё началось в торговом центре «Август».

В моём городе миллионнике — это был один из самых малопопулярых ТЦ. Вероятно всё из-за неудобного расположения, спереди прямой въезд заблокирован четырёхполосным шоссе с отбойниками, сзади и справа обрыв, где протекала река, через которую был перекинут мост. И так выходило, что подобраться к «Августу» можно было лишь по узким тропинкам пешком, либо по одной единственной дороге слева. Наверное поэтому люди выбирали — «Юпитер».

«Август» же представлял из себя лишь академический интерес — действующий заброшенный ТЦ, где вы ещё такое видели? Кафе в нём работают и там сидят сотрудники, многие отделы открыты, бродят редкие охранники, но посетителей нигде нет. Лишь пустые коридоры по которым разливается спокойная музыка. Это было жутко и необычно одновременно.

Но я пошёл туда не за этим. Мне было нужно наведаться в отделение пенсионного фонда, находившегося там. Вы не подумайте, что я старый, мне всего 22 года, просто взрослые дела вынудили.

Ну да не суть.

Я точно не смогу сказать с чего начался мой переход в Бэкрумс. Нигде не было огромной неоновой надписи «ЗАКУЛИСЬЕ». Нет, я просто брёл пустынными коридорами ТЦ, разглядывал бутики и книжные отделы, ощущал запах выпечки и в какой-то момент понял, — что-то не так.

Наверное мой мозг заподозрил неладное, когда я перестал замечать окна. Отсутствие окон в целом нормальная практика для ТЦ, но явно не полная их пропажа. Вначале я поднялся по эскалатору на второй этаж, где встретил какого-то деда, отдыхающего на лавочке. Всё было в порядке. Потом я углубился в стеклянные коридоры в поисках нужного мне места. Поначалу я замечал в магазинах одиноких продавцов, но спустя минут десять или пятнадцать — они пропали, остались лишь пустые отделы с одеждой или едой.

Я даже на секунду вспомнил «Унесённых призраками» Миядзаки и героиню Тихиро. Однако я превращаться в свинью не хочу, поэтому поедать еду без спроса не стал. Я просто шёл дальше, двигаясь скорее по наитию. Мне почему-то казалось что вскоре я случайно натолкнусь на фонд и сделаю свои дела, однако…

…коридоры не заканчивались. Я словно попал в бесконечный лабиринт пустынных закутков торгового центра. Я нигде не мог найти окна, чтобы сориентироваться в какой части здания нахожусь. Не было нигде и привычных карт на постаментах. Не было и людей.

Но в первые минуты я не придавал этому значения. В «Августе» я до этого ни разу не был и полагал, что в 10 утра для него это нормальное состояние.

В голове у меня гуляли анекдоты, по типу: Как называется психологическая особенность человека, при которой он стесняется быть продавцом?

Торговый комплекс.

Смешно, я знаю, не благодарите.

Серьёзные подозрения стали просыпаться во мне, когда я заметил, что вывески над отделами стали лишаться букв. Это происходило так естественно и незаметно, что можно было пропустить. Я просто шёл вперёд, а названий становилось меньше.

В итоге я сообразил, что реально потерялся и включил «дубль гис», чтобы хоть как-то отыскать дорогу. Какова же была моя досада, когда я обнаружил, что ни интернета, ни телефонной связи — давно нет.

— Опачки… — вырвалось из меня.

Ну и что теперь делать? Вариантов немного, я выбрал — просто идти назад. Если вы заблудились в лесу, так делать не стоит, но в торговом центре лесные правила не работают так ведь, да?

И тут меня ждал ещё один сюрприз — отделы вовсе не повторялись. Я точно помнил, какие из них видел последними, но теперь абсолютно все были другими. Хотя я совершенно точно шёл той же дорогой. Тут я не выдержал и крикнул:

— Э-э-й народ!

Моё эхо разнеслось по длинным коридорам, но ответа не было.

Я ускорил шаг, постарался вернуться обратно, найти тот эскалатор и деда на лавочке. Но какие-либо выходы из этого стеклянного лабиринта отсутствовали напрочь. Я стал паниковать. Перешёл на бег. Метался между отделами, забегал внутрь, звал сотрудников, хоть кого-нибудь…

Никого.

Здесь никого нет, только я, гудение потолочных ламп и запах свежевыпеченного хлеба.

Поняв, что происходит что-то неладное, я сделал первое что пришло мне на ум — затарился едой. Да, окей, я обещал этого не делать, но что если это надолго? Со мной был рюкзак с документами, и я скидал туда всякие бутерброды, воду, соки, и вяленые колбаски и прочее такое. Потом даже крикнул:

— Смотрите, я ворую! Придите и спасите меня!

Конечно никто не пришёл.

Тогда всё это ощущалось слегка забавно, поэтому я сохранял присутствие духа. Перед тем как идти на поиски выхода, на всякий случай забрёл на кухню кафешки и взял там огромный нож. Я сделал это потому что мне сразу вспомнились герои компьютерных хорроров, которые всегда ходят безоружными. Что если я встречу тут монстров? Лучше быть при хоть каком-нибудь оружии, чем вообще без него, даже если я не планирую с ними воевать.

Мы плавно подходим к актуальным событиям, потерпите ещё немного.

В общем, я потерялся в самом настоящем Бэкрумсе, но пока ещё не догадался об этом, ведь обычно он выглядит немного иначе.

Бесконечно бродить по торговым коридорам мне не хотелось, но что делать, если никаких официальных лестниц или выходов я так и не нашёл? Правильно — искать неофициальные.

На нахождение нужной двери у меня ушло три с половиной часа. За это время я умудрялся делать «привалы» — сидел в кафешках, пил чай и кушал булочки, чтобы подкрепиться. Параллельно с этим я обследовал подсобные помещение каждого отдела, но они неизменно были тупиковыми. Однако удача поджидала меня в туалете — в одной из кабинок был вовсе не унитаз, а полноценный проход в новые помещения.

Эти помещения уже были мне знакомы: под ногами влажный ковёр, на стенах старые жёлтые обои, а на низком потолке громко гудят люминесцентные лампы. Да — я оказался в классическом Бэкрумсе. Именно с этой локации всё и началось, она самая узнаваемая, и я узнал её.

Как раз в этот момент до меня наконец дошло, где я оказался. В самом настоящем мать его Закулисье урбанистического мира!

И настолько мне помнится — выхода из него нет.

И вот мы подошли к актуальным событиям.

Пробродив по ТЦ больше четырёх часов, я вышел в коридоры Бэкрумса и совершенно не знал, что мне делать. У меня была еда, вода и даже оружие, более того, я кое-что знал о Бэкрумсах, но легче от этого не становилось.

Для начала я определил для себя что нужно сохранять спокойствие, чтобы не происходило. Бэкрумс — это последнее место, где мне хотелось бы терять голову. Так что теперь я само спокойствие.

Нет, даже не так.

Я представлю, что я Рэмбо или Солид Снейк и меня только что десантировали на территорию врага с «Добродетельной миссией». У меня есть припасы, есть оружие и некоторые знания об этой местности, однако надеяться придётся только на себя и свои силы.

Меня устраивает такой расклад.

Но если меня поймают монстры, спасения ждать будет неоткуда. Армия и правительство США будут отрицать свою причастность.

Что-то меня понесло…

Короче теперь я предоставлен самому себе.

Не знаю как насчёт ужина, но обедать мне точно придётся в этих «джунглях». Сомневаюсь что я смогу найти выход от сюда за сутки. К новому году бы выбраться.

Ладно, пришло время взять яйца в руки и сделать первый шаг в неизвестность.

Мокрый ковёр тихо чавкал при каждом шаге.

Опаснее всего в гулянии по Бэкрумсам — это бесцельность. Тут по сути ничего нет, кроме жёлтых стен и гудения ламп. Это очень быстро вводит в транс заставляя бессмысленно шататься из угла в угол. Мне нужна какая-то системность, чтобы то время пока я полон сил и имею запасы провизии не прошло даром.

Подойдя к первой же стене, я достал нож и нацарапал на обоях надпись: «СТАРТ» — она будет символизировать начало моего пути. Далее я планирую помечать стены цифрами, чтобы в случае если начну бродить кругами и наткнусь на них, я примерно понимал, где нахожусь. Однако это будет работать только в том случае, если пространство в этом Бэкрусме не вздумает перестраиваться. Тогда вся моя система полетит коту под хвост.

Ну хоть руки чем-то займу.

Я прошёлся по большому открытому пространству, заглянул в каждый коридор. Пометил центральную стену цифрой «1». Затем прислушался к эмбиенту Бэкрумса — мерному гудению ламп. Нет ли среди него каких-то шорохов? Или может чужих шагов? К счастью пока не было.

Но я уверен что встреча с какими-нибудь потусторонними тварями — это лишь вопрос времени.

Хорошо, буду думать о проблемах по мере их поступления!

Пока угроз поблизости нет, нужно идти дальше.

Прогулявшись по коридору на несколько метров, я снова достал нож — мне в голову пришла любопытная идея. А что если расковырять им какую-нибудь стену?

Выбрал случайную наугад, постучал по ней — гибсокартон. Стал ковырять остриём ножа. На то чтобы проделать дырку ушло минут пять. Откинув шелуху, я вгляделся туда — темнота, но необычная — из дыры тянуло слабым ветром. Видимо там большое пустое пространство.

Тогда я расковырял дыру ещё больше и она стала сантиметров 10 в диаметре. Заглянув туда я обнаружил кое-что шокировавшее меня. Я увидел коридоры и комнаты, которые самопроизвольно появлялись из воздуха по нескольку штук в секунду. Миллионы и миллиарды комнат — и каждое мгновение их становится больше. Мне поплохело от одной мысли о размере этого пространства.

Я отшатнулся и только тогда заметил, что проделанная мной дыра медленно затягивается.

Спустя полминуты она исчезла, остались лишь повреждённые обои, они почему-то не регенерировали.

Да уж, это место точно Бэкрумс, в этом сомнений не осталось.

Я прогулялся немного вперёд, пометил некоторые стены цифрами. Потом присел на одно колено и простучал ковёр обратной стороной ножа, чтобы проверить есть ли в полу пустоты или нечто подобное. Звук был глухой, значит проковырять дыру в полу будет посложнее. Была мысль разрезать ковёр, чтобы посмотреть что под ним, но он был таким влажным и противным, что я передумал.

Разумеется я двигался не наобум. Я придерживался определённой системы. Например, вы знаете как можно выбраться из любого лабиринта, независимо от того настолько он сложный?

Правило левой руки (ну или правой) — то есть иди всегда налево. Видишь развилку — поворачивай налево. В конце концов дорога выведет тебя к выходу.

Правда это правило подходит скорее для простых лабиринтов (соврал получается), где все стены соединены друг с другом и нет путей, которые пересекают друг друга (а в Бэкрумс как раз такая фигня есть). Однако лучшего метода в моих условиях придумать трудно.

Чтобы поддерживать ум в тонусе важна хоть какая-то системность.

В общем, я взялся левой рукой за стену и стал вести по ней пальцами, двигаясь вперёд.

Пару раз мне показалось, что я гудение ламп поменялось, в эти моменты я останавливался и вслушивался. Но посторонних звуков не было.

В Бэкрумсах любые странности могут быть намёком на переход в другой уровень или выход, поэтому их лучше не упускать.

Да, кто не знает, по легенде в Бэкрумсах куча уровней, но об этом я предпочитаю пока сильно не думать. А может легенды врут?

Где-то полчаса спустя я сделал перерыв и попил воды. Несколько глотков, чтобы не растратить всё слишком быстро.

Вскоре обнаружил первую любопытную находку — надпись на стене. Она была сделана маркером, но еле заметная, при этом на корейском языке.

Выглядела она вот так: 내 사랑하는 언니들, 꼭 다시 만날 거야.

Если бы у меня был интернет, я смог бы перевести надпись в гугл-переводчике, а так её смысл останется для меня неясным. Жаль.

Однако кое-что он проясняет. Надпись явно сделана человеческой рукой, а значит когда-то здесь был какой-то кореец. Возможно много лет назад и сейчас этого человека уже нет в живых, и всё же я не единственный, кто сюда проваливался.

Оно и не удивительно, учитывая размеры этого места.

Я брёл дальше.

Однообразие помещений и тишина давили мне на мозг.

Но я продолжал сохранять спокойствие и рационализм, только так можно выбраться из этого аномального ада.

Я провёл тут меньше двух часов, но вся моя реальная жизнь уже казалась сном.

И тут я обнаружил кое-что пугающее — мой собственный рюкзак, одиноко брошенный у стены.

Однако мой реальный рюкзак сейчас на мне, я даже специально проверил его для уверенности. Тогда что это? Не просто похожая вещь, у него даже брелки такие же как у меня с котиком в коробке и пандой. Это буквально мой рюкзак.

А нет ли поблизости второго меня?

Эта мысль заставила меня судорожно оглядеть все коридоры вокруг. На секунду мне даже почудилось, что некая тень скрылась за углом вдалеке — но это была лишь игра воображения.

Я приблизился к рюкзаку и расстегнул самый большой отдел. Это была ошибка.

Внутри я сразу же заметил чью-то голову.

Она лежала лицом вниз, так что по сути я увидел лишь испачканные кровью волосы, но этого хватило, чтобы отскочить от рюкзака как от трёхметрового тарантула.

Были ли те волосы похожи на мои? Я не знал и выяснять это мне не хотелось.

Я просто оставил рюкзак валяться и поскорее затерялся в коридорах.

Это место начинало заигрывать со мной, я это понимал. Не только я изучаю его, но и оно меня в ответ. Плохие новости, что тут скажешь.

Спокойствие и самоконтроль.

Я бежал в одну комнату, за ней во вторую, потом в третью и так без конца. От этой монотонности глаз быстро замыливался. А от осознания, что я один здесь на многие квадратные километры кружилась голова.

Впереди замаячил проход, я пробежался до него — это была лестница в коридор похожий на те, что бывают в западных отелях.

Что-то новенькое.

Я спустился в коридор, в нём были такие же жёлтые стены, но всё выглядело немного богаче и красивее: ковры были покрыты узорами, проходы оформлены в виде полукруглых арок.

И светильники тут гудели не так сильно, хоть отдохну.

Особо не прячась я добежал до конца длинного коридора уткнувшись в развилку и только потом обернулся.

На долю секунды в проходе, где я только что был, показалось нечто тёмное и тут же скрылось.

Чей-то силуэт.

По телу прокатилась волна мурашек.

Значит мне не показалось в тот раз — кто-то действительно следит за мной.

Не знаю какие существа обитают в этих местах, но сомневаюсь, что их можно забороть кухонным ножом.

Продолжая ориентироваться на правило левой руки, я выбрал левый коридор и стал проверять каждую дверь в нём.

И каждая оказалась открытой!

Правда пользы от этого чуть — за каждой дверью меня встречала обычная комната отеля с кроватью и прочей мебелью, но без окон и других выходов. Тупиковые закутки, войду в такой и обратно могу не выйти.

Нет, надо бежать, пока эта штука не решается догнать меня.

Пробежавшись до очередного поворота, я остановился и вслушался. Где-то вдалеке прозвучал шорох ковра — оно подбирается.

Похер на систему, решил я, и стал бессмысленно метаться по коридорам, стараясь углубиться в них как можно дальше. Эта штука должна рано или поздно потерять меня.

Этот побег напоминал мне мои сны, где я бегал по подъездам, коридорам больниц и домам культуры. Только происходящее сейчас не сон, а вполне реальная опасная ситуация.

Одна ошибка — и смерть.

В какой-то момент я плечом выбил деревянную дверь и ввалился в служебное помещение. В воздухе плавал пар, вдоль стен тянулись горячие трубы. Без раздумий я кинулся внутрь и продолжал бежать. Мне нужно было затеряться — вот мой план на ближайшие 30 секунд.

Бегал я так не меньше получаса, пока снова не выбежал в стандартные помещения Бэкрумсов.

Над головой послышалось привычное гудение, а под кроссовками вновь чавкал мокрый ковёр.

Из вентиляции в центр комнаты натекла какая-то чёрная жидкость.

Я остановил себя и постарался успокоиться. Та штука вроде как реально потеряла меня. Сколько не оглядываюсь — никого не вижу и шорохов больше не слышу.

Попил немного воды.

Я двинулся вперёд, снова придерживаясь левой стороны. Коридор на этот раз закруглялся куда-то в сторону, плавно уводя меня к веренице закутков и дверей.

Наткнулся на пару стульев в углу, ничего особенного.

Да уж, Бэкрумсы это тебе не бесконечное развлечение — это бесконечное занудство. Тут же буквально ничего не происходит, ну кроме странного и плохого.

Начали часто встречаться двери, я периодически открывал их, но какой в них толк, если за ними то же самое, что и вокруг? Куда не иди, окажешься в Бэкрумсе.

Я вдруг понял, что мои шаги стали дублироваться.

Нет, это не эхо и не игра воображения.

Кто-то идёт за мной, довольно близко, стараясь ступать вместе со мной, чтобы я не услышал.

Ему удалось обмануть меня и подкрасться довольно близко.

Насмелившись, я резко замер и тут же обернулся.

Из-за угла на меня смотрели чёрные глаза.

Глава 2. Первая встреча с обитателями и Офисрумс

Бледные пальцы цеплялись за край стены. Чёрные глаза осматривали меня. Длинные спутанные волосы свисали до талии.

Это была самая настоящая азиатская женщина!

Должен ли я бояться?

Она скрывалась за стеной, рассматривая меня, но уже не пыталась прятаться.

Кожа у неё была бледной, под глазами тёмные круги, на теле какая-то грязная чёрная водолазка и такого же цвета растрёпанная плиссированная юбка. Однако даже в таком виде женщина была очень красивой, хотя красота эта конечно была уже потускневшей и немного пугающей.

Она попеременно кидала взгляд то на меня, то на мой нож.

Сообразив, что я до сих пор держу его в руках, словно маньяк, я инстинктивно бросил его на пол и выставил руки перед собой.

Мне подумалось, что нужно как-то наладить контакт, если она человек.

— Э-м-м, привет… вы понимаете меня? — спросил я. — Давно вы здесь?

Ответом мне был душераздирающий всхлип.

Я машинально сделал шаг назад, но было поздно.

Не говоря ни слова, она внезапно кинулась ко мне и крепко стиснула, прижимая меня к себе всем телом. Сказать, что я оказался ошеломлён, значит ничего не сказать.

Тело женщины дрожало. Она рыдала, уткнувшись лицом мне в плечо. От неё пахло затхлым потом, а немытые волосы щекотали мне нос. Хватка же у неё была такая сильная, что я при всём желании не смог бы её сейчас оттолкнуть.

От всплеска адреналина моё сердце гулко билось.

Поначалу я весь напрягся, мне стало страшно, что она какой-то местный монстр и сейчас убьёт меня. Но женщина просто плакала и говорила что-то неразборчивое, отчего моя футболка моментально стала мокрой.

Меньше всего в Бэкрумсе я ожидал такого эмоционального всплеска от незнакомки. Мои руки зависли в воздухе, и я не знал, что делать — обнимать её в ответ или нет?

— Простите, я не уверен, что это хорошее место для подобного… — пробормотал я.

Я попытался вежливо отодвинуть её, но от этого она лишь сильнее вцепилась в меня, будто боялась, что я исчезну. Буквально не хотела отпускать меня из рук. При этом она отчаянно плакала не в силах совладать с собой.

Что же происходит?

Учитывая, что это Бэкрумс — она могла провести здесь много времени в одиночестве. Возможно та надпись, которую я находил недавно, принадлежала именно ей.

Я решаю всё-таки не отталкивать женщину, и просто стою, давая ей возможность выплеснуть накопившиеся эмоции.

Прошло минут десять от нашего знакомства, как вдруг я услышал какие-то хлопки. Они доносились откуда-то сзади из далека. Я попытался обернуться, но женщина среагировала быстрее.

Она моментально прекратила плакать, встрепенулась и уставилась куда-то мне за спину.

Её большие тёмные глаза расширились от страха.

Я наконец оглянулся и увидел — нечто высокое брело между коридорных перекрытий.

Эта была гуманоидная фигура, напоминающая тощего человека. Его кожа была серовато-жёлтого оттенка, поэтому сливалась с обоями и стенами. Если бы он не двигался, я бы его не заметил.

Но сейчас он медленно крался в нашу сторону, и лампы щёлкали над его головой, мерцая и издавая хлопки.

Меня охватил страх, я тут же нагнулся, чтобы схватить нож.

— Это ещё что за ж… — вырвалось из меня.

Но меня отдёрнула женщина.

Жёстко сжав моё запястье, она агрессивными движениями потянула меня за собой. Нож я подобрать так и не успел.

— Бежим, бежим, нельзя стоять! — зашипела она на меня.

Говорит на русском, так что может она и не кореянка.

Несмотря на хрупкую внешность, двигалась она очень шустро и практически без шума.

А вот я постоянно спотыкался.

Мы пробежали сквозь несколько жёлтых комнат, и она втянула меня обратно в коридоры отеля.

На этот раз его облик изменился, обои стали зелёными, на стенах вместо светильников теперь висели канделябры с зажжёнными свечами. Кое-где даже были портреты непонятных людей с искажёнными лицами.

Всё с этим местом не слава богу.

Хотя движения женщины были суетливыми, она явно знала куда двигалась. Миновав несколько случайных дверей, она распахнула ту что под номером «2046» и силой затащила меня внутрь.

Комната старомодная — кровать с балдахином, трюмо, зелёные тканевые обои с золотыми узорами и прочее такое. Женщина притянула меня к кровати, откинула балдахин, а за ним оказалась вовсе не кровать, а проход в соседнее помещение!

Пропустив меня вперёд, она прошла следом и аккуратно поправила занавеску, словно нас тут не было.

А она на опыте.

Выйдя из комнаты, мы очутились около массивной дубовой стойки регистрации. За ней стоял манекен девушки в бардовой безрукавке, белой рубашке и юбке.

Увидев её глаза без лица я даже сперва вздрогнул, но потом быстро понял, что она не живая. Ей явно не хватало человеческой грации.

Это место чем-то напоминало мне отель «Оверлук» из фильма «Сияние». Может быть красными колоннами?

Только чуваков с топорами нам тут не надо.

Из дыры ведущей в комнату стали доноситься звуки методичного выбивания дверей.

Женщина закончила с балдахином, снова крепко обхватила мою руку и потянула куда-то вглубь просторного помещения.

— Здесь есть место, куда можно взобраться только вдвоём, — еле слышно проговорила она.

Когда мы пробегали мимо манекена, мне показалось, что она следит за нами взглядом.

Женщина привела меня к высокому уступу, словно кто-то поднял проход в коридор на этаж выше. Забраться наверх без посторонней помощи и правда было бы трудновато.

— А почему вы не воспользовались стульями?

— Какими стульями? — удивилась она.

— Там в коридорах их полно.

— Это не стулья.

— Что?

Объяснять эти странности не было времени. Нечто выбило дверь комнаты, через которую мы попали сюда.

Я стал действовать решительно.

Опёрся спиной о стену, сцепил руки в «замок» и кивнул незнакомке.

Она поколебалась пару секунд, а потом наступила на них своим лофером, и я подкинул её наверх. Она была напряжена, непонятно отчего больше — от опасности или необходимости такого близкого физического контакта (хотя мы только что обнимались).

Её юбка прижалась к моему лицу, женщина закинула вторую ногу в коридор и быстро перебралась туда. Двигалась она ловко, несмотря на измождённый вид.

Она одёрнула задравшуюся юбку, бросив на меня беглый взгляд. Кажется она стеснялась.

Но почти сразу отбросила сомнения и протянула мне обе руки.

Неожиданно позади меня пронеслось что-то крупное и тяжёлое.

Это было кресло!

Оно пролетело через всё помещение, будто кто-то кинул его, и с грохотом ударилось о колонну. Только тогда я заметил, что под его дном копошатся тонкие волосатые ножки. Его никто не кидал — оно само прыгнуло на меня и сейчас сделает это снова!

Я вцепился в руки женщины, и она буквально втянула меня наверх в последнюю секунду.

Кресло врезалось в стену подо мной. Я слышал как его жвала скребут о стену.

Мы с женщиной повалились на красный ковёр, наши лица оказались близко друг к другу. Я заметил её слегка покрасневшие от усталости глаза.

Мы тут же собрались и отползли как можно дальше от края. В висках всё время пульсировало.

Я старался держать в голове обещание — сохранять спокойствие как можно дольше.

Чтобы не происходило.

По всей видимости грохот кресла привлёк внимание того существа, что преследовало нас из коридора, потому что в комнате регистрации тоже стал мигать свет.

Женщина почти сразу поднялась на ноги и цепляясь за мою футболку оттащила меня ещё дальше, пока мы не скрылись за поворотом. Она постоянно оглядывалась по сторонам, выискивая новые опасности, но мне было любопытно.

Я спрятался за углом и наблюл за мигающим светом того места, откуда мы спаслись.

В какой-то момент в поле видимости появилась вытянутая плоская фигура, покрытая желтушной кожей. Своими худыми конечностями она подняла кресло с пола и резким движением разорвала его на куски. Тёмная жидкость брызнула во все стороны, лампы громко хлопнули и окончательно потухли.

— Пошли, пошли… — настаивала незнакомка.

Смотреть больше всё равно было не на что.

Я пошёл за ней, хотя пока даже имени не знал.

Как я уже говорил, незнакомка была одета в чёрную водолазку и коротенькую юбку. Её бледные ноги были покрыты синякам и ссадинами. Вещи выглядели поношенными, вероятно она носила их не снимая уже долгое время. Любопытно было бы узнать, сколько она тут провела.

Через плечо у неё был перекинут самодельный узелок с вещами, раньше я его не замечал.

— Спасибо, — сказал я. — За то что спасли меня.

Женщина быстро глянула на меня, но тут же отвернулась, и коротко кивнула.

Новый коридор был прохладным и аскетичным — ничего лишнего, лишь ковролин и тусклые лампы.

Она осторожно шла впереди, слегка сгорбившись, и постоянно оборачиваясь на меня, будто проверяя, продолжаю ли я идти следом.

Пару раз я тормозил, чтобы подёргать за ручки встречных дверей, которые почему-то игнорировала незнакомка. Кажется эти мои действия нервировали её, потому что спустя минут десять она вдруг произнесла:

— Старайся держаться за мной шаг в шаг.

— Хорошо.

— И забудь о дверях, открытые я сразу увижу.

— Понял.

Тогда понятно, что её бесило.

Я по-прежнему не обвыкся в этом Бэкрумсе. На глаз вроде всё привычное, я часто видел подобные помещения в реальной жизни или в фанатском творчестве, но никогда не бродил по настоящему Бэкрумсу вживую.

Мне приходилось доверять инстинктам этой незнакомки, но могу ли я доверить ей свою жизнь? Кто она вообще такая?

Поначалу она так импульсивно хватала меня за руку и обнимала, но теперь явно пыталась держаться на расстоянии. Не знаю боится она меня или что. Ладно, постараюсь не пугать её и действовать спокойно. Это самый лучший вариант.

— А куда мы идём? — спросил я.

— Не знаю, я не могла попасть сюда наверное два месяца или около того.

Пу-пу-пу, то есть она гуляет тут уже не меньше двух месяцев? Это же кошмар какой-то. Она выглядит как параноик в последней стадии, и пахнет примерно также.

Во что же потом могу я превратиться? Сколько понадобиться, чтобы и с меня слетел налёт цивилизованности? Ох надеюсь мы выберемся отсюда раньше, чем это произойдёт.

Пока мы брели по полутёмному коридору, я уловил как она бормочет что-то вроде:

— Сумин, Хана, Доын, Шухуа, — и затем повторяла наоборот: — Шухуа, Доын, Хана, Сумин…

Не знаю, что это за считалочка, но похоже на какую-то мантру для успокоения.

Интересно, но я решил не смущать её вопросами.

Мы пока плохо друг друга знали.

Вскоре я понял, где мы оказались.

Коридор вывел нас в офисрумс. По-другому это место никак не назвать: тысячи квадратных кабинок устилали довольно узкое, но длинное помещение с высоким потолком и квадратными колоннами. По ощущениям оно простиралось вглубь здания примерно на километр.

Почему-то сразу вспомнилась «Матрица», самое начало, где Нео бегал от агентов среди подобных ячеек. Может ли Бэкрумс быть Матрицей?

Но сильнее всего наше с ней внимание привлекло огромное панорамное окно, что тянулось по левой стороне. За ним открывался впечатляющий вид: — огромный ночной город, в котором бушевал ливень.

Сквозь темноту проступали чёрные силуэты бесчисленного количества небоскрёбов. Мы были в одном из них, судя по высоте, но кроме нашего ни в одном из соседних зданий не горел свет.

Город казался заброшенным, но не был повреждён временем: высотки стояли идеально ровными, все стёкла были целыми, нигде не было следов обветшания. Словно их построили минуту назад, или они появились из воздуха, прямо как виденные мною ранее комнаты.

Я дотронулся рукой до стекла — оно было прохладным, но не пропускало не единого звука. Редкие молнии сверкали беззвучно.

Женщина последовала моему примеру и положила ладонь на стекло.

Где-то минуту мы молча наблюдали едва различимые улицы внизу. Там не было ни машин, ни людей, лишь стремительные потоки воды.

Вдалеке офиса на долю секунды мигнула флуоресцентная лампа, незнакомка дрогнула и резко обернулась туда.

Похоже она всегда была на стороже, словно кошка.

По её красивому лицу было сложно угадать сколько ей лет, должно быть меньше тридцати, но она точно старше меня. Это угадывалось по состоянию кожи на кистях рук, и в целом по общему вайбу. А может быть так сказывался длительный стресс и на самом деле ей 18?

Пока есть свободная минутка надо хотя бы познакомиться:

— Ну это, меня зовут Кирилл, а вас?

Она старалась избегать прямого зрительного контакта, но ответила:

— Я — Айрин.

Необычное имя для той, кто говорит на русском языке.

— Похоже вы намного лучше освоились здесь, чем я. Понимаете, что нужно делать, а чего разумнее избегать.

— Да ты прав. Всегда прислушивайся к гудению ламп. Если они поменяли свой тон, значит рядом могут быть чудовища или странности. Их нужно избегать.

— Понял, хорошо. Буду иметь в виду.

Говорила она отрывисто, и настроена на болтовню не была, так что я не стал сильно наседать.

Имя знаю, уже отлично.

Вот ответьте, чем могут заняться едва знакомые парень и женщина в Бэкрумсе?

Правильно — бродить.

Вот и мы пошли бродить по этому офису.

Пол здесь был покрыт серым ковролином, местами потёртым, но таким же стерильно-чистым как и всё остальное вокруг. Кабинки были разделены тонкими перегородками, обтянутыми тканью невыразительного бежевого цвета. Каждая кабинка по сути — как клон предыдущей, но с мелкими отличиями. Где-то есть проводные телефоны с кнопочным набором, где-то приклеены стикеры, местами валяются ручки. Но неизменными были три вещи: стандартный стол из ДСП, офисное кресло на колёсиках и пузатый компьютер, образца начала нулевых.

Некоторые мониторы работали, словно сотрудники отлучились от них на минуту. Я зашёл в одну из кабинок и глянул на экран. Там была запущена таблица Excel, столбцы и строки в ней не имели заголовков, а числа казались случайными. Хотя если всмотреться это походило на последовательность, что-то вроде — 4, 8, 15, 16, 23, 42.

Я попробовал потыкать кнопки на пожелтевшей клавиатуре, но написанные мной цифры стирались. Когда я закрыл программу, она через секунду снова открылась.

— Лучше не трогать, — прошептала Айрин.

— Вдруг что-то полезное?

— Нет. Здесь всё бессмысленное. Пойдём поищем еду.

— Кстати насчёт еды, у меня в рюкзаке её полно.

— Я уже поняла по запаху, но я всё равно поищу. Пойдём со мной.

— Ладно-ладно.

Где она тут собралась еду искать?

Звук вентиляторов в системных блоках создавал умиротворяющий фон, но лампы на потолке по-прежнему гудели слишком громко и раздражающе, прямо как цикады в аниме.

М-м-м, вот бы сейчас попасть в аниме. Или очутиться в какой-нибудь романтической новелле про школьника разгильдяя.

Отвлекшись от фантазий, я заметил, что Айрин словно идёт по запаху.

Что она чувствует?

Я принюхался и обнаружил, что в воздухе витает аромат свежего кофе.

Следуя за этим запахом мы вышли к офисной зоне отдыха. Это было такое углубление в стене, ничем не отделённое от зала с кабинками. Внутри белый пластиковый стол, несколько стульев с металлическими ножками, микроволновка, кофе-машина и холодильник, который гудел, как и всё вокруг.

Кроме этого звука в Бэкрумсах чаще всего ничего и нет.

Я взял со стола коробку с нарисованными пончиками, на ней не было надписей, но внутри действительно оказались пончики. Они приятно пахли, но к сожалению были покрыты тонкой плёнкой плесени. В кухонном гарнитуре нашлось множество пакетиков с растворимым кофе и чаем, но сроки годности на них были кем-то стёрты.

Я глянул чем занимается моя знакомая. Как ни странно — еда её мало интересовала. Она прошла мимо нескольких банок с газировкой, а когда распахнула холодильник, не трогала его содержимое. Вместо этого она вынула из него одну из пустых стеклянных полок и обнюхала её. Потом внезапно надкусила её и, покивав самой себе, стала ломать стекло руками, сворачивая его в трубочку.

У меня от удивления чуть челюсть не отвалилась.

— Ты как это так? — от шока я незаметно перешёл с ней на «ты».

— Это сахарное стекло, полезное.

— Погоди, эта полка съедобная?

— Да, игнорируй обычную еду, она чаще всего порченная. Ищи скрытые продукты. Их можно определить по запаху или откусив кусочек.

Никогда бы не подумал, что еда может быть запрятана таким хитрым способом.

Айрин проверила собранную мной в ТЦ еду и сказала, что та вполне себе съедобная, что на самом деле большая редкость. Так что её можно оставить. В дополнение к ней, мы напихали мне в рюкзак ручек от шкафчиков, — они оказались сделаны из печенья. Смяли пару пластиковых тарелок, которые были сделаны из какого-то белка и комочками покидали их туда же.

В качестве воды Айрин предложила использовать конденсат холодильника, который стекал в специальную ёмкость внутри. Этот конденсат был нормальным на вкус и запах.

Использовать же воду из крана она не советовала, хотя чаще всего она там есть.

Вообще — это немного нетипично.

Обычно во всех историях о Бэкрумсе еды и воды в нём нет. Но по тем словам, что мне удалось вытянуть из Айрин, еды тут в избытке. Будто это место не хочет, чтобы мы умирали раньше времени, а желает продлить наши мучения подольше.

Может быть мы нужны ему для чего-то?

Мы и так задержались слишком долго на одном месте, поэтому двинулись вперёд как можно быстрее.

Местность для нас обоих была незнакомой, поэтому теперь Айрин шла вровень со мной. Но всё также старалась держать дистанцию.

Её шаги были торопливые, но аккуратные. Я старался научиться двигаться также.

Вдруг она замерла и жестом приказала мне остановиться.

Она всматривалась вперёд. Я тоже прищурился.

Ей не показалось, вдалеке кто-то ходил.

Это была женская фигура в офисном костюме.

Глава 3. Офисная сотрудница и могильник

Она вела себя даже слишком естественно для офиса.

Айрин тут же отдёрнула меня вниз, и мы спрятались за огромным ксероксом.

Сотрудница была довольно далеко от нас, так что я мог разглядеть её лишь в общих чертах. Но на первый взгляд она была вполне обычной. Пиджак, юбка-карандаш, туфли.

Распечатывала какие-то бумаги, потом переносила их в одну из кабинок и повторяла. Иногда пропадала в кабинке на несколько минут и печатала что-то в компьютере.

Айрин выждала, пока она скроется и взглядом указала мне на проход между кабинками. Я кивнул.

Когда мы стали прятаться среди кабинок я вдруг цепанул набитым рюкзаком искусственный цветок в горшке.

Этот гад разумеется с грохотом рухнул на пол, от чего Айрин аж подпрыгнула на месте.

Я глянул в сторону сотрудницы — она уже стояла посреди коридора и сканировала местность глазами.

Как быстро!

Мы юркнули за кабинки и стали на полусогнутых пробираться влево. Не знаю заметила нас эта женщина или нет.

Айрин видимо решила обойти её кругом. Она стремительно семенила по полу, не издавая ни звука, а вот я постоянно топал, как бы ни старался быть тише.

Будь я Нео, агенты бы меня давно схватили.

В какой момент мне даже показалось, что Айрин пытается убежать от меня, чтобы спастись самой. Но обернувшись и заметив, что я отстаю, она быстро вернулась, схватила меня за руку и потащила за собой.

Всё происходило без слов — любой лишний звук мог рассказать странной женщине о том, где нас искать.

Однако выяснилось неприятное. Кабинки которые ранее стояли ровными квадратами обратились запутанным лабиринтом.

Не дойдя до середины мы уткнулись в тупик, которого не должно быть. Айрин стала судорожно оглядываться по сторонам, пытаясь выбрать куда идти дальше. Путей было несколько, но они могли привести нас обратно к офисной сотруднице.

Как вдруг буквально через пару кабинок от нас прозвучал раздражённый женский голос:

— Когда вы сдадите отчёт в налоговую? Сегодня последний день.

Она искала нас!

Что ещё любопытно, голос опять был на русском. Насколько мне известно, Бэкрумс — это интернациональное место и весьма странно, что я понимаю каждого, кого встречаю здесь. Очень странно.

Голос доносился справа, поэтому мы выбрали левый путь.

Если так задуматься, мы всегда идём налево, видимо это наша счастливая сторона.

Нам приходилось бежать практически на коленях, чтобы женщина нас не заметила.

Пробираясь через одинаковые рабочие места, мы осторожно отодвигали стулья, старались не задеть ногами провода от компьютеров. На некоторых мониторах показывалось стандартное зелёное поле Windows XP, однако временами я словно бы замечал там тёмный силуэт и с каждым новым встречным монитором, он становился ближе.

— Не смотри, — прошипела Айрин.

Мы кружили по кабинкам не меньше двадцати минут и по ощущениям уже достаточно далеко ушли от сотрудницы.

Однако наши надежды перечеркнул голос:

— Почему я не вижу ваш бейдж? Вернитесь на рабочее место!

Голос был где-то прямо перед нами.

Айрин чуть не споткнулась от страха, но перехватив моё запястье, утянула меня под ближайший стол.

Мы забились под него поджав ноги, стараясь дышать как можно тише. Никому не хотелось выяснить, что умеет эта сотрудница, и как поступит с нами, если отыщет.

Инстинкты Айрин не подвели её. Всего спустя полминуты в проходе показались ноги на высоком каблуке, обтянутые юбкой-карандаш. Шаги этой женщины были беззвучными, однако я слышал странное потрескивание, исходившее от неё.

— Вы должны закончить свою работу, — сказала она почти шёпотом.

Словно поняла, что мы спрятались и пыталась услышать.

Внезапно она остановилась прямо напротив той кабинки, где мы сидели. Просто встала и стояла на одном месте. Будто почувствовала нас.

Я заметил, как тело Айрин бьёт лёгкая дрожь, но она не сводила глаз с сотрудницы.

Опять послышался треск, словно кто-то ломал пластик, и каблуки зашагали дальше.

Разумеется мы не спешили выбираться и сидели под столом. Я бы вообще тут прирос и остался жить, но всё-таки рано или поздно придётся встать.

Прошло примерно полчаса.

За всё это время мы ни разу не говорили.

Мы выбрались из-под стола и начали тихонько продвигаться к выходу. Правда где он находился мы понятия не имели. Обратно в коридор возвращаться не было смысла, так что придётся искать.

Сотрудницы давно не было слышно.

Пробираясь через очередную ячейку, мы обнаружили под столом скрючившийся скелет.

Когда-то он принадлежал мужчине и был облачён в подобие офисного костюма. Впрочем костюм выглядел даже странно, поблёскивал несмотря на иссушенный вид тела и будто бы стягивал его.

Ладно, хрен с ним.

Наши мытарства закончились также быстро, как начались — мы вдруг обнаружили, что кабинки вернулись в первоначальное состояние. Появились нормальные проходы.

Я могу лишь предположить, что на это как-то влияет офисная сотрудница. Заметив нас, она превратила кабинки в лабиринт, но после того как потеряла, всё вернулось на свои места.

Теперь идти между ними стало намного проще и мы ускорились.

Без отдыха мы продвигались вглубь часа полтора, пока не заметили дверь у дальней стены. Ещё немного и мы сбежим отсюда!

Как вдруг надежды рухнули.

Сотрудница появилась в проходе в пяти метрах от нас.

Она перегородила собой проход, но не кидалась, а просто смотрела.

Издалека она ещё могла сойти за человека, но вот при близком взгляде складывалось впечатление, что кто-то видел людей только в фильмах, да и то мельком, а потом попытался воссоздать их по памяти спустя много лет.

Выглядела она просто жутко.

А её костюм как будто бы был вовсе не костюм, а хитиновый панцирь. Он был частью её тела!

Она улыбнулась излишне широкой улыбкой и произнесла:

— Коллеги, вы уже закончили свою работу?

Мы не отвечали, просто стали пятиться назад.

Но и тут неприятный сюрприз, — наши спины врезались в перегородку. Я обернулся и обнаружил, что мы стоим в тупике, словно никакого прохода и вовсе не было.

Сотрудница медленно приближалась к нам, её глаза не моргали, улыбка обнажала дёсны, а костюм скрипел при каждом шаге.

— Покажите мне результат? — спросила она. — У меня возникли трудности с пунктом пять.

Я сделал первое, что пришло на ум, схватил Айрин и тупо перекинул её через перегородку, а потом сиганул следом.

Что-то ударилось о неё с той стороны.

Мы бежали лабиринтами, в полный рост, не скрываясь.

Сшибали косяки, скакали по столам, помогали друг другу.

Каким-то чудом нам удалось вырваться к панорамному окну. За ним по-прежнему была ночь и бушевал ливень.

Теперь у нас был ориентир, и бежать стало проще, ведь к окну кабинки не приближались.

Оставалось надеяться на удачу и быстрые ноги.

Я и Айрин бежали как угорелые.

И вот она — дверь с указателем пожарной лестницы.

Мы кинулись к ней, но Айрин вдруг вскрикнула и упала на пол позади меня.

Когда я обернулся то охренел.

Эта сотрудница стояла прямо передо мной. Её крупные чёрные зрачки сверлили меня. А мимика у неё была максимально неестественная — она двигала всеми мышцами лица во всех вероятных направлениях.

Айрин лежала на полу, её ноги плотно стягивала чёрная юбка-карандаш, а тело сжимал пиджак, застёгнутый на всей пуговицы. Она отчаянно билась в нём, но блестящий костюм крепко удерживал её на месте.

— В нашем офисе положено соблюдать дресс-код, — произнесла сотрудница сквозь зубы.

С этими словами она распахнула свой пиджак.

Я прыгнул в сторону и в дверь позади влетел огромный чёрный сгусток.

Мне пришлось вскочить на ноги и спасаться. Я не мог помочь Айрин, но и бросать её не планировал. Нужно было что-то придумать.

Сотрудница засеменила за мной, не быстро, но очень уверено.

Я пробежался вдоль стены и нашёл ещё одну дверь, распахнув её я очутился в комнате для презентаций с проектором и большим экраном.

Она была тупиковая, и я стал метаться по ней в поисках оружия. Нож-то я давно посеял.

Конечно вступать в прямую конфронтацию с этой женщиной не хотелось, но делать-то что-то надо.

Глаз зацепился за старый пожарный шланг, прикрученный к стене. Я кинулся к нему, локтём разбил стекло, и стал быстро разматывать его.

Подбежав к двери, я встаю справа от неё и замираю.

Когда внутрь входит сотрудница, я открываю шланг и направляю воду прямо в неё.

И это сработало!

Струя ударила её о распахнутую дверь и отбросила на пол.

Я продолжал поливать её медленно приближаясь.

Как вдруг её костюм раскрылся на множество слоёв, юбка располовиналась, и она стала брыкаться на полу, размахивая руками и ногами.

Плюнув на это дело, я бросил шланг и выбежал наружу.

Айрин всё ещё каталась по полу, пытаясь вырваться из пут. Когда я подбежал к ней, её лицо было бледным и напуганным, а губы дрожали.

Эх, сейчас бы нож.

Мне пришлось оставить её ещё на секунду и пробежаться по кабинкам. К счастью я быстро нашёл то что хотел — нож с сегментированным лезвием. Такие обычно валяются во всех офисах.

Взяв его и вернувшись к паникующей Айрин, я приподнял рукой костюм и стал разрезать его. Он поддавался с трудом, лезвия ножа постоянно отламывались. Чёрная ткань липла к рукам и была склизкой, но там где не справлялся нож, я буквально разрывал костюм руками.

Спустя минуту мне удалось разрезать его достаточно, чтобы Айрин начала помогать мне и вместе мы сорвали эту штуку с её тела.

Из комнаты с проектором доносились утробные низкие стоны, от которых подкашивались ноги. Сотрудница всё ещё бесновалась там.

Не говоря друг другу ни слова, мы отопнули ногами тот сгусток, что прилетел к двери, открыли её и стремительно покинули офисы.

Указатель не обманул, мы действительно оказались на лестнице.

Не сговариваясь, бросились вниз. Почему именно вниз? Да кто ж его знает, в Бэкрумсе куда не беги — всё равно прибежишь.

Айрин игнорировала все встречные на этажах двери, из чего я сделал выводы, что они либо заперты, либо нам туда не надо.

Спускались мы долго, миновали этажей двадцать не меньше, а может и сорок. Конечно же в конце концов выдохлись, побегай-ка столько.

Айрин прислушалась, не бежит ли кто сверху? Вроде нет.

Выдохнули и устроили привал на лестнице. Я поделился с ней бутылкой воды, а она со мной ароматической свечой. Но свеча оказалась не свечой, а копчёным куском курицы на вкус. Вот такие дела.

— Я курицу всё равно не люблю, так что ешь.

Посидели, подкрепились, восстановили силы.

Её тело уже подсохло, а вот водолазка и юбка всё ещё были влажными после того костюма. Я переживал, что она замёрзнет, а мне её даже укрыть нечем (сам в футболке), но Айрин кажется не обращала на это внимание.

Продолжили спускаться, и лестница вывела нас к двойным железным дверям. Они были открыты, за ними была уже знакомая нам локация с жёлтыми обоями. Я мог бы подумать, что мы вышли туда, откуда начали, если бы не одно но…

Помещение здесь было намного просторнее, стен в нём меньше, а весь пол был заставлен могильными плитами на равном расстоянии друг от друга.

Никаких холмиков из земли под плитами к счастью не было, просто ковёр на полу, как обычно. И всё-таки место это было нехорошее, сразу понятно.

— Как думаешь, сюда стоит идти? — спросил я.

— Если видишь открытую дверь — лучше ею воспользоваться, но будь я одна, то поискала бы иной путь.

— Хорошо, раз уж мы вместе, давай посмотрим.

Мы стали гулять вдоль могил.

Надписей на них не было, даже просто бессмысленных, зато на всех были чьи-то фотографии. Такие маленькие портретики. При этом выглядели они так, словно их вырезали из паспорта или каких-нибудь официальных документов.

Мы прилично углубились в помещение, как вдруг Айрин напугала меня тем, что неожиданно закричала и закрыла лицо ладонями. Я тут же осмотрел ближайшие могилы и обнаружил то, что её напугало.

На двух скруглённых бетонных плитах стоящих рядом друг с другом — были наши лица. Наши с ней фото.

Я подошёл ближе и рассмотрел их: я был изображён в каком-то смокинге с бабочкой, которого у меня отродясь не было, а Айрин в белой рубашке и блейзере.

— Я уже видел подобное, — произнёс я, попытавшись её успокоить. — В самом начале мне попадался мой же рюкзак, а в нём была чья-то голова. Не волнуйся, думаю это место просто дразнит нас. Специально пугает.

— Ненавижу это место! — в сердцах вскрикнула она.

— Понимаю.

Она резко убрала руки от лица и я понял, что она вслушивается.

Опять что-то.

— Назад!

Айрин внезапно бросилась прямо на меня и сбила с ног.

На секунду я увидел, как подо мной отъезжает пол.

Я упал на спину и только благодаря рюкзаку на спине, не треснулся головой. Айрин повалилась на меня сверху, но как только осознала это, резко отползла. Словно стеснялась или не хотела меня трогать. Но думать пока нужно не об этом.

В полу распахнулись прямоугольные провалы, которые вели куда-то в непроглядную тьму. Оттуда веяло гнилью.

— Спасибо что спасла меня. Как ты поняла?

— Лампы изменили свой тон. Всегда слушай гудение ламп.

— Точно, помню ты говорила об этом. Отныне буду стараться.

Но на этом наши проблемы не закончились.

Из могилы с фото Айрин вдруг поднялась рука и вцепилась в край.

Я сразу же узнал эти тонкие бледные пальцы — они принадлежали самой Айрин!

Из дыры поднялась голова. У неё были такие же немытые спутанные волосы, но лицо было серо-зелённого оттенка с вкраплениями оранжевого.

Шокированная Айрин огромными глазами уставилась на саму себя, она отрывисто дышала и не могла пошевелиться.

За копией Айрин уже показывалась макушка какого-то парня, смахивавшего на меня.

Если и есть момент когда нужно бежать со всех ног, то это определённо он!

Я вскочил и попытался поднять Айрин на ноги, но она стала отбиваться. Мы чуть не подрались, но мне всё же удалось привести её в чувства, и тогда мы побежали.

Наши гнилые копии, одетые в строгие, но мятые костюмы, медленно поднимались на ноги.

Мы бежали между рядами могильных плит не помня себя. Сердце стучало в груди как бешеное.

И тут случилось кое-что такое, что окончательно испортило наше положение.

Прямоугольные провалы синхронно стали распахиваться под каждой могилой.

Айрин вскрикивала на ходу от страха, но не сбавляла темп. Мне и самому хотелось материться во весь голос.

Пока мы неслись, провалы под могилами становились шире. А впереди были десятки и десятки таких могил.

Они были повсюду.

Помещение стремительно наполнялось гнилостным смрадом.

Я машинально оглядываюсь назад и жалею — наши копии с пустыми глазами ковыляют за нами. Они не бегут, но преследуют нас очень быстро.

А позади них из дыр в полу уже поднимаются трупы. Я смотрю по сторонам, они лезут отовсюду! Мужчины в мятых костюмах, женщины в порванных юбках и рубашках, словно это продолжение офисного кошмара.

— Кирилл беги! Не смотри!

Я догоняю Айрин и мы бежим вровень.

Адреналин гуляет по телу.

Впереди, слева, справа — повсюду вздымаются силуэты.

Их движения неловки и ломанные, но они словно знают, что шансов у нас почти нет. Помещение огромное, ему конца-края не видно, а могилы везде.

Из-за зияющих дыр становится тяжелее дышать. Айрин кашляет и спотыкается, но я подхватываю её под локоть и тащу за собой.

Мертвецы выпрямляясь в полный рост, постепенно замечают нас. Те что позади уже шагают за нами, а те что спереди постепенно смыкаются, преграждая нам путь.

Пространства для манёвра всё меньше.

Мы пробегаем мимо очередного провала, перепрыгнув какую-то женщину. Нам приходится лавировать между шатающимися телами.

Те пытаются поднять руки, но мы проскакиваем раньше.

Гул ламп постепенно сменяется шорохом одежды и топотом ног. Трупы не говорят, не стонут, но видят нас, идут к нам.

Я буквально на секунду вглядываюсь вперёд и вижу там что-то знакомое — дверь? Да, дверь! Такие же двойные двери, через которые мы вошли сюда. Надеюсь они открыты.

Но между ними и нами по-прежнему сотни мертвецов и капкан захлопывается. Я почти уверен, что суть этого могильника как раз в том, что из него не выйти. Мы просто не успеем.

Но мы должны постараться!

Мертвецы смыкаются плотнее, они начинают хватать нас руками. Я с разбегу тараню мужика в мятом пиджаке. Он издаёт хрип и падает обратно в свою могилу. Вдруг Айрин хватает меня за футболку, и тянет к себе, но почему-то в другую сторону.

Когда до меня доходит, что это не она я с воплем отталкиваю её.

Настоящая Айрин кричит где-то впереди.

Я бегу туда расталкивая трупы и вижу, что её схватила моя собственная копия. Его лицо выглядит как моё, но напоминает старый пергамент.

— А ну-ка пошёл нахер! — кричу я и влетаю в него с двух ног.

Тот с грохотом валиться на пол, сбив сразу несколько мертвецов.

Я поднимаюсь, хватаюсь Айрин, кричу ей:

— Это я-я! Бежим!

И буквально волоку за собой.

Кажется она уже сама не своя от ужаса.

Толпа перед дверьми густеет. Их серые силуэты постепенно сливаются в сплошную массу.

Я сбиваю ещё одного мертвеца, за ним толкаю второго, третьего. Мы пихаем их плечами, локтями, ногами, пока наконец не врезаемся в двери и не вваливается через них на парковку.

Здесь низкие потолки, полутьма и везде стоят машины, словно мы очутились в реальном мире. Хотя это очевидно не так.

— Закрой двери! — кричит Айрин.

Я вскакиваю на ноги и наваливаюсь на створки, но мертвецов слишком много.

Они уже полностью перегородили собой проход. Постепенно втягиваются внутрь, цепляются пальцами за металл. Как бы я не давил, у меня ничего не выходит. Один из мертвецов почти хватает меня, но я вовремя отпрыгиваю назад.

— Уходим отсюда.

Теперь путь перед нами свободен.

Это кажется спасением и меня даже распирает от эйфории.

Мы спаслись! Мы сделали это, теперь остаётся лишь бежать вперёд, пока они не потеряют нас.

Но оббежав всю парковку мы осознаём кое-что ужасное.

Из неё нет выхода.

Глава 4. Безвыходное положение и жители мёртвого города

Мертвецы десятками вываливались из распахнутых дверей.

Они медленно, но верно заполняли парковку, будто цунами сгнившей воды.

Мы с Айрин за минуту облетели всё помещение, но нигде не было и намёка на выход.

Выезд для машин мы вообще не заметили, в Бэкрумсе его могло и не быть. А добежав до дальнего конца парковки нашли лишь ещё одни железные двойные двери запертые на тяжёлый навесной замок.

Сколько бы я не бил и не пинал его, двери не поддавались.

Мы оба с Айрин пробовали бить створки ногами снова и снова, но лишь выбились из сил.

Измотанная и напуганная Айрин скатилась по стене на пол и обхватила колени руками. Она вновь стала повторять свою мантру:

— Сумин, Хана, Доын, Шухуа… Шухуа, Доын, Хана, Сумин…

Я оглянулся, парковка была огромной и зомби пока были сравнительно далеко, но быстро заполняли собой всё пространство.

Их шаги эхом разносились по помещению, их мутные глаза рыскали по полутьме в поисках нас.

Похожа наша удача наконец кончилась, — пронеслось у меня в голове, но я отбросил эту мысль.

— Айрин, пойдёмте, нельзя сидеть на месте, — от волнения я снова перешёл на «вы».

— Нет, всё кончено! Идти некуда!

Подниматься она не собиралась, а я не знал как её уговорить.

Поднимать её силой не хотелось, так она ещё сильнее начнёт упираться.

Я сделал первое пришедшее на ум: сел рядом с ней на корточки и спросил:

— А ты знаешь почему семья кенгуру не заводит второго ребенка?

Она вопросительно глянула на меня.

— Потому что он им не по карману.

Айрин замерла, не зная как реагировать на это заявление, а потом по её лицу на секунду проскочила улыбка.

Каламбуры за 300 всегда работают.

— Если бы не ты, я умер бы ещё на стартовой локации, ты много раз спасала меня и сейчас я не хочу оставаться один. Кроме нас у нас никого здесь нет, поэтому, пожалуйста, не бросай меня Айрин. Давай выберемся отсюда вместе!

Она с надеждой посмотрела на меня, потом на зомби за моей спиной, снова на меня и кивнула.

— Хорошо, давай попробуем… но что нам делать?

— Будем дёргать за ручки каждую машину, вдруг найдём открытую и тогда спрячемся в ней.

Я помог Айрин подняться, мы подбежали к ближайшему ряду автомобилей и стали пытаться открыть их. Седан, внедорожник, хэтчбек — всё было заперто, но мы не сдавались.

Мертвецы тем временем уже плутали между машин, врезаясь в них, запинаясь друг об друга и падая. Они не издавали звуков, даже киношных стонов, но от этого было только страшнее.

Мы проверяли один ряд машин за другим — все были заперты, это было нечестно, но закономерно.

Неожиданно один из зомби всплыл прямо передо мной в узком проходе. Мне пришлось рвануть назад, а там их уже была толпа. Пока мы занимались машинами, они незаметно заполнил собой почти всю парковку, не оставив нам место для манёвра.

Я отскочил от их цепких лап, вернулся к мужику в узком проходе и зацепившись за крыши машин, подскочил и ногами сбил его на бетонный пол.

Пробежавшись по нему, я отыскал Айрин — она дрожала около случайного чёрного седана, похожего на дорогущий Ройс Роллс. Мертвецы окружили её со всех сторон и деваться было некуда.

Схватив одну из женщин-зомби за волосы, я рывком уложил её на пол и подбежал к Айрин.

— Залезай на крышу, — говорю я ей, подставляя руки.

На этот раз Айрин опирается на меня без лишних сомнений. Её дрожащие руки цепляются за мои плечи, она взбирается на капот, а оттуда на крышу. Я прыгаю следом в последний момент, когда зомби смыкают свои ряды у меня за спиной. Кто-то из них пытается схватить меня за ноги, но получает по лбу.

Айрин еле сдерживалась, чтобы не перейти на плач.

— Кирилл, что нам делать? Они повсюду! Мы в ловушке…

— Не знаю, так далеко я не заглядывал, но ты не волнуйся.

Мы продолжаем стоять на крыше окружённые морем мертвецов.

Они пытаются дотянуться до наших ног, их ногти скребут по металлу. Их лица ничего не выражают, и все они молчат, — это бесит больше всего. Из-за молчания складывается ложное ощущение, что ничего плохого в принципе-то не происходит. Без привычного рычания или завываний, кажется что мы их просто не так поняли — они хотели подружиться.

Я и Айрин плотно прижимаемся друг к другу, хотя до этого старались лишний раз не касаться. Я пинаю одну руку, вторую, она помогает мне, но их слишком много. Парковка заполнена ими буквально под завязку. Машины тонут в толпе мертвецов, их силуэты сливаются в сплошную серую массу, и я понимаю, что это конец.

Мы не выберемся.

Даже если бы я был в десять раз круче, я не смог бы убить каждого из них.

Тем не менее прямо сейчас я решил дать себе ещё одно обещание — я не только буду оставаться спокойным, но и не стану сдаваться, пока хотя бы одна моя конечность может шевелиться!

Вдруг на капот запрыгнул один особенно ловкий зомби.

Мы глянули на него — это был я.

То есть моя копия.

Я спрятал Айрин себе за спину, а потом снял со спины рюкзак и выставил перед собой.

— Ну давай гадость такая.

Его мутные зрачки метались туда-сюда в поисках возможности подловить меня.

Он делает рыков вправо — я делаю рывок вправо. Он влево — и я туда же.

Так бы мы и стояли, если бы Айрин не закричала.

Отвернувшись от своей зомби-копии на секунду, я вижу, что Айрин за лодыжку схватила её собственная копия. Айрин пытались отбиваться, но ничего не выходило.

В этот момент тот тип всё-таки набросился на меня.

Он вцепился в мой рюкзак, пытался влезть на крышу и оттеснить меня. Более за того — позади него стали взбираться другие зомби. Ситуация была хуже некуда.

И тогда я издав воинственный клич — толкнул его как можно дальше вместе с моим рюкзаком. Он завалился на спину, сгрёб своих друзей и они кубарем свалились с капота. От их падения толпа на мгновение рассеялась.

Минус рюкзак с едой. Ладно хрен с ним, я же не курьер.

Я кинулся к Айрин.

Понадобилось три удара ноги, чтобы выбить её из рук её же копии. Как мне всё это надоело вы бы знали. А они всё прибывали, тянули к нам свои ручонки.

Я уже не знал куда податься и что делать, но внезапно заметил, что на крыше седана есть стеклянный люк — и он приоткрыт!

Словно удача решила подарить нам последний шанс.

Айрин проследила за моим взглядом и поняла в чём дело. Мы одновременно кинулись к нему и отодвинули стекло.

Айрин практически ввалилась туда, я прыгнул за ней, захлопывая люк за собой.

Усевшись поудобнее мы немного выдохнули.

Мы всё ещё окружены этими тварями, которые скребут пальцами по стеклу, но по крайней мере теперь мы в относительной безопасности.

Я машинально проверил солнцезащитный козырёк, но ключей там нет.

— Погоди, кажется меня на чём-то подобном уже возили, — говорит она. — Дай-ка под рулём посмотреть.

Она протягивает туда палец, жмёт на что-то, и приборная панель внезапно загорается! Мелодичное урчание двигателя растекается по парковке.

Я был готов расцеловать её за сообразительность.

В этой машине и не нужен был ключ, достаточно было нажать кнопку. Теперь мы точно спасены.

Дальше дело оставалось за малым.

— Приготовься, — сказал я, плавно нажимая педаль газа.

Машина тронулась вперёд, расталкивая толпу мертвецов. Мне удаётся распихать их и вырулить с парковочного места.

Я направил машину к двойным дверям, постепенно ускоряясь. Мертвецы цеплялись за двери, били по стёклам, но я не останавливался.

Айрин вцепилась в ремень безопасности, зажмурившись от страха.

Разогнавшись, мы тараним двери, металл гнётся, створки срываются с петель, и мы вылетаем наружу.

Никогда бы не подумал, где мы окажемся.

Вылетев наружу мы очутились в том самом городе, который разглядывали через панорамное окно в офисе.

Когда мы успели спустится на первый этаж я не помнил.

Машина с разгону плюхнулась в воду, к счастью поток оказался неглубоким и колёса не потеряли сцепление с асфальтом.

Мне удалось вывернуть на дорогу и помчатся прочь от этого проклятого здания. За нами из дверей выбегали мертвецы, я понимал, что мы случайно устроили локальный зомби-апокалипсис, но это уже не имело значение.

Мы наконец-то спаслись, мы выжили.

Осталось проделать это ещё бесчисленное количество раз, пока мы не выберемся отсюда.

Я включил дворники.

Потоки воды текли по дороге, бурля и пенясь, будто настоящая река. Вся эта картина опять напомнила мне «Матрицу», на этот раз третью часть «Революцию». В её финале Нео сражался со Смитом в очень похожей локации.

Теперь мы с Айрин казалось знаем друг друга целую вечность, хотя знакомы дай бог два часа. Мне нестерпимо хотелось обо всём её расспросить. После того как мы неоднократно спасали друг другу жизни, я думаю она должна была стать более приветливой и ответить мне.

Но не успеваю я открыть рот, как она говорит первая:

— Прости меня за ту истерику на парковке.

— Да ерунда, паникнула немного, с кем не бывает.

— А ты оставался таким собранным и спокойным.

— Наверное это по той причине, что мой мозг всё ещё с трудом верит в реальность происходящего. Но вообще когда я только попал сюда, то дал себе зарок — оставаться спокойным в любой ситуации. Волнением делу не поможешь, меня так дед учил.

— Твой дедушка говорил верные вещи, а мне тяжело побороть страх и неуверенность, хотя раньше я такой никогда не была.

Айрин и правда стала говорливей.

Не знаю как вы, а мне хочется узнать её получше. Нам вероятно предстоит выживать вместе долгие месяцы, поэтому вы уж потерпите, сейчас будет много болтовни.

— Айрин, можно спросить? А кем ты была до того, как попала сюда?

Она отвлеклась от дороги и взглянула на меня, но отвечать не торопилась.

— Чтобы было честно, давай я сначала расскажу о себе. Полное имя — Кирилл Валенко́в, мне 22 года. Жил я в России, в Енотогорске. Год назад отучился в «каннарском губернаторском колледже искусств» по направлению туризма, как одно с другим связано, не спрашивай. Планировал работать по профессии в отельном бизнесе у знакомого дяди, но случайно попал сюда. Предыстория конечно не ахти какая интересная, но всё-таки.

— Нет, я рада, что ты не боишься открыться мне.

— Почему я должен бояться?

— Я думаю что стала выглядеть пугающе.

— Это не так, ты скорее выглядишь уставшей.

Она слабо улыбнулась.

— Высыпаться в этом месте и правда тяжело.

Пока мы ехали непонятно куда, за окном тянулись ряды одинаковых небоскрёбов. Стеклянные фасады были тёмными, без единого признака жизни.

— Моё имя Айрин, но это псевдоним. На самом деле меня зовут — Ли Ю-бин. Я была участницей и лидером группы NIXIE, может слышал о таких? Мне кажется мы были довольно популярны.

Название было очень знакомым, но голова после парковки работала через раз.

— Погоди, так ты была кей-поп певицей?

— Ну да. Жила и работала в Сеуле. Но вообще я родилась в Тэгу, такой городок расположенный ближе к Пусану.

— Ой, мне эти названия всё равно ничего не скажут. Я кей-поп временами слушал, но про саму Южную Корею ничего не знаю. Кстати у меня есть ещё вопрос, если ты была певицей в Корее, откуда ты так хорошо знаешь русский язык?

Айрин удивлённо посмотрела на меня.

— В каком смысле?

— Ну, ты так чисто говоришь на нём, как на родном.

— Разве мы не на корейском общались всё это время?

Тут уже я посмотрел на неё с изумлением.

— Стой-ка, погоди, ты думала, что я говорю с тобой на корейском?

— А разве это не так? Поэтому я и кинулась на тебя со слезами, когда впервые встретила. Не ожидала услышать родную речь. Я даже подумала, что ты пришёл сюда специально, чтобы спасти меня.

— Вот как. Это очень интересные новости. Но должен тебя заверить, что я даже на английском с трудом говорю, не то что на корейском.

— Не может быть! — вскочила Айрин. — Ты не обманываешь меня?

— Нет. Для меня твоя речь звучит как русская.

Айрин с озадаченным выражением лица плюхнулась на спинку сиденья.

— Видимо это опять проделки Бэкрумса, — предположил я. — Только зачем ему стирать языковые границы никак не пойму.

— Как ты назвал это место?

— Бэкрумс. Ну Закулисье.

— Ты знаешь о нём?

— Не совсем. Это городская легенда зародившаяся в сети. До сегодняшнего дня я думал, что это выдумка.

Айрин снова задумалась.

Я периодически сворачивал то вправо, то влево, но пейзаж не менялся: бесконечный ливень и зеркальные монолиты.

— У этого места есть своя логика, — сказала она. — Может быть это некий аналог Вавилонской башни?

— А разве там как раз не все на разных языках говорили?

— Это потом, а сперва человечество было представлено одним народом, который говорил на едином языке.

— Получается Бэкрумс — это библейская отсылка?

— Такое странное название, — насупилась Айрин. — Оно этому аду совсем не подходит.

— Давай придумаем своё, другое, нам никто не мешает.

— Да нет, пускай будет оно. Я это всё к чему говорила. Как и в случае с едой, стирание языковых барьеров — это насмешка Бэкрумса. Он даёт нам еду, даёт нам язык, но жить здесь невозможно. В этом мире нет логики.

— Странные у него насмешки, разве не проще создать нам больше трудностей?

— Я же говорю, у него своя логика и понять её невозможно.

Мой глаз неожиданно зацепился за что-то новое впереди.

Это было нечто вроде дерева высотой метров в пять, но росло оно почему-то посреди дороги.

Так стоп — это ни фига не дерево.

Я резко дал по тормозам и хотел сказать о нём Айрин, но она уже заметила эту штуку.

— Как думаешь, что это за хрень? — спросил я.

— Не знаю, я таких ни разу ещё не видела.

Штука не двигалась.

На что же она была похожа? Ну во-первых, на дерево, только без листвы. Гладкий и толстый ствол, который кончался неким округлым уплотнением сверху. Во-вторых, оно отдалённо напоминало сгорбленного человека, скрытого под рясой. Ещё чем-то эта штука походила на кубок в футболе, типа мяча на вытянутой ножке.

В общем нечто странное.

И оно стояло в нескольких десятках метрах от нас.

— Ладно, поворачивай, — велела Айрин. — Выберем другую дорогу.

Эта идея мне понравилась.

Я свернул на другую улицу, проехал мимо ещё пяти одинаковых рядов небоскрёбов. Постарался всмотреться вдаль, чтобы увидеть хоть какой-то ориентир, но из-за дождя и темноты ничего не мог разобрать.

Вполне может статься, что ничего иного, кроме этих небоскрёбов тут и нет на многие миллионы километров. Мы единственные создатели ассиметрии здесь.

Ну бак в нашем псевдо Ройс Роллсе полон.

Айрин стала замерзать и попросила включить печку, что я и сделал.

Дождь барабанил по крыше.

Спустя несколько минут Айрин вскрикнула:

— Смотри там ещё две!

Она была права, у подножия небоскрёбов стояло ещё по паре таких штук. Они сливались с тёмными окнами, и я даже не сразу их заметил.

На этот раз мы были ближе и приглядевшись, я заметил наверху у них нечто вроде капюшона под которым ничего не было. Они и правда походили на очень высоких и бесформенных людей в рясе.

И судя по складкам и блеску — ряса эта была сделана из толстых слоёв кожи.

Да, выглядели эти штуки уродливо, но к счастью не двигались.

Подумал я, но тут же оцепенел.

Обе эти штуки стали медленно поворачиваться в нашу сторону.

Не знаю что их привлекло, урчание мотора или свет фар, но они явно заметили нас.

— Может выйдем и побежим? — предложила Айрин. — Машина привлекает слишком много внимания. Без неё будет проще затеряться в темноте.

— Нет, плохая идея. Мы же не знаем на что они способны. К тому же по улицам разгуливают зомби.

Я не стал дожидаться, пока эти штуки что-нибудь выкинут, развернул машину и поехал прочь.

По пути мы наткнулись на такую картину — одного из этих исполинов окружила толпа мертвецов. В сравнении с ним они смотрелись словно детишки вокруг Дяди Стёпы.

Из-под полы кожаной рясы исполина выпростались щупальца. Они стягивали тела мертвецов, поднимали ближе к сгорбленной фигуре, та внимательно изучала их, а затем отшвыривала в сторону.

— Ого, они и так умеют, — констатировал я.

— Разворачивайся, поехали другой дорогой.

— Да-да, я сейчас.

Чем дольше мы курсировали по одинаковым улицам, тем больше их становилось.

Двигались эти твари плавно, будто плавали по воде, но бессмысленно.

Со зданиями никогда не соприкасались, и конкретно нас догнать не пытались, хотя явно замечали машину.

Мне хотелось что-то спросить у Айрин, что-то сказать ей, но мысли путались. Возможно это из-за усталости.

Нам был необходим выход.

Но где его найти?

— Они становятся ближе к нам, — сказала Айрин.

— Что?

— Посмотри, их всё больше, их головы словно направлены на нас.

— Тогда почему бы им не схватить нас? Почему они медлят?

— Наверное мы слишком далеко. Давай держаться подальше.

— Хорошо, хоть какой-то план.

А план нам был необходим.

Я понимал, что мы не можем бесконечно курсировать по этому городу.

Но куда ехать, когда все направления совершенно одинаковые?

Если задуматься, то эти небоскрёбы похожи на те могильные плиты, — стоят на таком же равном расстоянии друг от друга. Любая вещь в Бэкрумсе является продолжением самой себя же.

Будто фрактальный узор.

Хм…

Должен быть какой-то способ.

Нечто такое, что укажет нам путь.

Думай-думай…

— Что ты делаешь? — спросила Айрин.

— Пытаюсь придумать как вытащить нас отсюда.

— Кажется они реагируют на тебя. Когда ты вот так напрягся, они словно ускорились.

Я огляделся по сторонам не сбавляя скорости.

Эти твари уже были почти на каждой улице. Они действительно стали двигаться более целенаправленно. Словно постепенно стягивались в сторону несущейся машины.

Скользили по воде…

Точно, вода!

Вот оно.

— Кажется я понял, как нам найти выход из этого бесконечного лабиринта без стен.

— О чём ты, как?

— В этом нам поможет вода, но придётся выйти из машины и осмотреться.

Айрин эта идея уже не нравилась.

Мне тоже, но выбора не было.

Глава 5. Гидрологическая навигация и ловушка в кинотеатре

— Что ты задумал?

— Нам ведь нужно найти выход отсюда.

— Ну да.

— А что может помочь отыскать выход из места, где всё одинаковое?

— ?

— Вода!

— Вода?

Я огляделся по сторонам и убедившись, что ни зомби, ни исполинов рядом нет, притормозил с краю дороги.

Выскочив наружу под холодный проливной дождь я стал осматривать бурные потоки несущиеся по улицам.

Айрин тоже выскочила наружу и подбежала ко мне:

— Ну и что ты ищешь?

— Смотри, в любом месте вода всегда течёт вниз, это элементарная физика. Вот я и решил пронаблюдать, в какую сторону бежит вода — туда-то мы и поедем.

— А с чего ты взял, что это сработает?

— Если бы улицы этого города были идеально ровными, то вода бы застаивалась, и мы не смогли по нему ездить. Но мы тут круги наматываем уже не меньше часа, а вода не прибывает. Она стекает куда-то на нижний уровень. Поедем по её направлению и сможем покинуть город.

— Примерно как в Лос-Анджелесе, где все реки ведут к океану? — уточнила она.

— Ну я там никогда не был, но скорее всего да.

Стоило мне замереть и сосредоточено пронаблюдать за потоками воды, как моя идея тут же подтвердилась.

Вся вода действительно текла в одном направлении — куда-то налево.

— Кирилл!

Когда я оторвался от воды, то сразу понял, почему Айрин закричала.

Исполины были со всех сторон!

Они каким-то образом незаметно окружили нас. Все пути были перекрыты и они приближались.

Мы запрыгнули обратно в машину.

— Почему их стало так много? — спросил я.

— Видимо это всё из-за твоей идеи. Ты слишком много думал, и они слетелись на твои мысли.

— Ого.

Все четыре пути были перекрыты, но нам нужно было как-то их объехать.

Твари приближались.

— Если они правда реагируют на мысли, то постарайся не думать и просто сделай что-нибудь глупое, — потребовала Айрин.

— А я никогда и не думаю! — завопил я и втопил педаль в пол.

Автомобиль рванул с места.

Исполины оживились. Из них полезли щупальца.

Я резко свернул влево, направив машину прямо к стеклянному входу в небоскрёб. Она подпрыгнула на коротких ступеньках, а затем носом выбила стеклянные двери, отчего Айрин вскрикнула.

Мы влетели в главный холл.

Подушки безопасности не сработали, но это даже хорошо.

Машину чуть повело на скользком полу, но я смог удержать её и направил прямо к противоположной стеклянной стене.

Ещё одни ступеньки (подвеске хана).

Мы пронеслись мимо семи лифтов в ряд, сбили какой-то горшок с пальмой и протаранили новое окно.

Осколки разметало по всему лобовому стеклу.

Автомобиль вновь плюхнулся в воду, но исполинов на этой улице было намного меньше.

Мне удалось проскочить между двух из них и вырулить в том направлении, куда текла вода.

— Предупреждай в следующий раз, когда будешь подобное вытворять!

— Но ты же сама попросила!

— А ты меня послушал!

Мы оба были немного на нервах.

От спора нас отвлёк крепкий удар по заднему стеклу.

Айрин глянула туда и с широкими глазами затараторила:

— Они в метре от нас! Не тормози, не тормози!

Я бы и рад, но чем сильнее я разгонялся, тем хуже было сцепление колёс с дорогой.

Из-за дождя машина постоянно норовила поплыть.

Я держал в голове лишь одну мысль — спокойствие и самоконтроль.

И тут среди царящего напряжения, мой взгляд зацепился за нечто приятное.

Сквозь пелену дождя проступил мягкий искусственный свет.

Я направил машину прямо к нему, и уже спустя пару минут показалось плоское здание супермаркета. Оно словно маяк указывало нам путь.

А потом глянув одним глазом в зеркало заднего вида, я увидел такое, что у меня ладони похолодели.

Все эти исполинские пятиметровые твари всем скопом гнались за машиной по водной глади.

Несмотря на скорость, все издаваемые ими звуки сливались с шумом ливня.

Супермаркет, как обычно без названия, ждал нас посреди бетонного островка.

Перед ним была набережная, и вода с улиц стекала через неё в бушующий вокруг океан.

Чтобы попасть внутрь, нам придётся проехать по узкому мосту, который соединял магазин и город.

Проблема в том, что перил на мосту нет.

— Айрин, держись!

— Уже держусь!

Я сменил передачу и снова ускорился.

Колёса стали немного скользить, но когда мы на полных оборотах влетели на деревянный мост — стало полегче.

Исполины попытались схватить нас. В последний момент они выбросили вперёд свои щупальца. Заднее стекло разбилось, и одно из них схватилась за подголовник моего сиденья.

Машина внезапно дёрнулась, подголовник с корнем вырвало и нас тут же бросило дальше.

Я чуть не потерял управление, но всё же сохранил контроль.

Стеклянные двери супермаркета встречали нас.

Я шёл на таран, но за секунду до него они, издав мелодичный звук — автоматически распахнулись, и автомобиль плавно вошёл внутрь, как нож в масло.

Уже перед самыми стеллажами я ударил по тормозам и нас чуть развернуло.

Задним бампером мы задели пирамиду из кучи алюминиевых газировок, отчего те с шумом разлетелись по полу.

Я тут же глянул в сторону выхода, чтобы сориентироваться — мне уезжать от них дальше или как?

Исполинов нигде не было.

Выяснилось, что они перестали гнаться за нами ещё на набережной и тот бросок щупалец был чем-то вроде последней попытки схватить нас.

К счастью неудачной.

Мы с Айрин ещё долго сидели в машине, пытаясь перевести дух.

Оба были вымотанные и уставшие настолько, будто на своих двоих убегали от этих существ.

Наконец придя в себя, я вышел осмотреться.

С побитой машины капала вода.

Да, машина в Бэкрумсе — это конечно имба, повезло нам с ней. Она себя хорошо показала. Жаль марку невозможно различить, иначе прорекламировал бы.

Исполины теперь караулили нас у набережной. Войти на мост и подойти ближе к супермаркету они почему-то не решались.

В зале супермаркета играла приглушённая мелодия. Мужчина пел что-то низким, но приятным голосом.

Вышедшая ко мне Айрин тоже услышала её и сказала:

— Я знаю эту песню — это «Eyes Without A Face», от Билли Айдола.

— Хм… — промычал я. — Никогда о таком не слышал.

— Это легендарная классика 80-х, как это ты не слышал?

— Ну вот так. Хотя я знаю о культовом французско-итальянском фильме с таким же названием. Он 59-го года кстати, так что в каком-то смысле даже покруче песни.

— Может быть песня это в какой-то мере отсылка к этому фильму?

— С чего ты взяла?

— Если прислушаться, то женщины на подпевках пропевают какую-то строчку на французском. Вот послушай, что-то вроде — «Les yeux sans visage».

— Вот да, по-моему фильм так и назывался.

— Ну тогда точно отсылка.

— Выходит, что легендарное отсылается к великому?

— Ну или это просто совпадение.

После пережитого нам говорить особо не хотелось, поэтому мы просто гуляли между полок. Есть что характерно тоже не хотелось.

Пока мы бродили, я размышлял о Бэкрумсах.

Бэкрумс если хорошо подумать — это бесплатная жилплощадь. Можно наделать в стартовой локации помещений с помощью гипсокартона, и сдавать комнаты под жильё или мелкое производство.

Так-то реально полезная в хозяйстве вещь. Сюда бы армию напустить, чтобы они почистили его от всякой живности и можно заселять. С такой жилплощадью можно потом до старости жить на одну аренду, только с коммунальными услугами надо сперва разобраться.

Ужасы? — спросите вы. — Главные ужасы начались бы для местных обитателей и аномалий, если бы правительство одной из стран добралось сюда. Все знают, что главные монстры — это люди. Они бы послали сюда много-много солдат и оружия, развалили бы здесь всё к такой-то матери и после этого… а что обычно делают люди, когда воевать больше не с кем? Правильно — воюют между собой.

Этим бы и занялись.

С другой стороны можно сказать, что по сути внутривидовая конкуренция есть у всех обитателей нашей планеты. Мы не исключение, просто мы лучшие в этом.

Я вспомнил, что давно хотел кое-что спросить у Айрин.

— Слушай, а что за мантру ты всё время повторяешь, когда волнуешься?

— Ты о чём?

— Ну о тех непонятных словах, которые ты произносишь сперва в одну сторону, а потом в другую.

— А, ты об этом. Это имена участниц нашей группы. Пак Сумин — самая популярная среди нас, хотя и хейта ей больше всех достаётся. Хана Мидорикава — глупышка, зато лучшая танцовщица. Ким Доын всегда называют — девушкой с широкой улыбкой. Она у неё и правда широкая. А Шухуа наша макнэ, младшенькая, но при этом самая дерзкая. Ей палец в рот не клади.

Про Шухуа я знаю, она пару раз попадала в скандалы из-за своего свободолюбивого поведения. Она родилась на Тайване и видимо была не знакома с корейской скромностью, потому что совершенно не держала язык за зубами. Зато она очень хороший пример для подражания в плане уверенности и любви к себе.

Погодите-ка, я только что осознал…

— Стой, так ты та самая кей-поп певица, которая пропала без вести полгода назад? О тебе весь интернет тогда говорил. Группа чуть не распалась.

— Боже, — удивилась Айрин. — Прошло уже столько времени?! Я думала я тут месяца два, ну три максимум. Какой кошмар. Бедные девочки.

— До меня сразу не дошло, потому что в новостях тебя называли реальным именем. Вот я и не связал одно с другим. Но это ведь ты?

— Скорее всего это действительно я. Других певиц я тут не встречала. Как там Никси?

— Они справляются. Иногда записывают тебе видеообращения и просят того кто знает о твоём местонахождении — помочь найти тебя. Полиция проводила расследование, но дело приостановили из-за недостатка улик.

А ведь я помню возраст той пропавшей певицы — 34 года. Получается Айрин всё-таки старше 30? Но я бы без подсказки не догадался.

Наверное это сказывалась усталость (мы до сих пор нормально не отдыхали), но почему-то после того, как я узнал реальный возраст Айрин, мне вспомнилось аниме — «Провожающая в последний путь Фрирен».

Там был персонаж — Зайн, который всё время сетовал, что мечтает странствовать с женщиной постарше. А в группе главных героев самая старшая — это эльфийка Фрирен, но выглядит она при этом, как юная девочка. Это не устраивает Зайна и он немного бесится, ну так, как взрослый.

Собственно это я к чему.

Зайн может мне завидовать, ведь я теперь путешествую с женщиной постарше.

Ох, если я о таком думаю, я точно устал.

Мы стали неспешно прогуливаться по супермаркету. Я почему-то ощущал себя очень спокойно, а вот Айрин продолжала озираться.

— А какая у нас цель? — спросил я.

— Выжить, попытаться найти выход из этой локации.

— Чтобы придти в другую и поискать выход там?

— Ты правильно уловил. Если честно я не знаю, существует ли выход их этого места. Я ищу его с момента, как очутилась здесь и пока не видела даже намёка. Лишь переходы на новые локации.

— Нам необходимо оружие! У меня был нож, но я потерял его при нашей первой встрече.

— Я драться с этими тварями не хочу, так что не уверена.

— Я тоже не хочу. Но всё-таки лучше иметь и не нуждаться.

Несмотря на возражения Айрин, я взял себе молоток в хозяйственном отделе и сунул в карман штанов.

Потом я нашёл себе новый рюкзак, и мы вместе набили его едой. Красные лампочки, наполненные жидкостью — оказались помидорами. Разделочные доски — бифштексами. Пенопласт — рассыпчатым рисом. Плотненько пополнили запасы и наелись до отвала.

Затем намутили себе горячего чая и пошли бродить дальше.

Прежде чем полностью расслабиться Айрин обошла весь магазин и осмотрела каждый его угол. Мы в самом деле были здесь одни, никаких странных живых существ не было.

А вот чего мы никак не ожидали найти, так это — кинотеатр прямо внутри супермаркета!

Он располагался в самом конце здания, мигал яркими красками и завлекал афишами без надписей. Мы перелезли через турникет, прошли мимо автоматов с попкорном и попали в комнату ожидания.

Диваны в ней были сильно потрёпаны, словно ими регулярно пользовались, но конечно же нигде не было и намёка на людей. Всё работало само по себе.

Всего залов было 7 штук, если верить огромным неоновым цифрам в коридоре.

Мы ради интереса выбрали зал, где показывали какой-то азиатский фильм. На постере рядом с входом стояли юноши и девушки в школьной форме, немного серьёзные и напуганные, а по полу у их ног растекалась лужа крови. Что забавно — всех школьников явно играли совершеннолетние актёры, как бы ни старше меня.

— Видимо ужастик, — улыбнулся я, — не боишься?

— Нет, что я маленькая, ужастиков боятся? Хотя скримеры мне не нравятся.

— Они никому не нравятся, но мне кажется после того с чем мы тут сталкивались, нас уже ничто не испугает.

В общем мы заняли самые кайфовые места, стали пить чай и ждать начала показа.

И фильм действительно начался — не было трейлеров или титров, просто резко включился сюжет.

Стартовал фильм с того, что целый автобус школьников усыпляли газом прямо в салоне. Проводница, наряженная в фиолетовую форму, ходила между рядов кресел в противогазе и проверяла, спят ученики или нет. А тех кто не спал, она вырубала ударом какой-то тяжёлой палки.

В следующей сцене школьники просыпались в классе, где существо похожее на кицунэ рассказывало им какие-то правила. По всей видимости — это фильм о смертельных играх на выживание.

— Какая-то «Игра в кальмара», — выдохнула Айрин.

— Ты смотрела её?

— Конечно, помню как мы всей группой устроили себе просмотр. Хороший был вечер, и сериал неплохой.

— Блин уже к вам захотелось. Интересно кстати, а этот фильм настоящий или созданный Бэкрумсом?

— Всё может быть, — пожала плечами Айрин. — Молодёжи такие фильмы нравятся, так что он вполне может быть реальным, но я считаю их глупыми, поэтому плевать.

Честно сказать мне и самому фильм был не слишком-то интересен. Меня больше радовало то, что я впервые сижу в кино с женщиной постарше. Да ещё и со звездой индустрии кей-попа! Зайн бы мне точно обзавидовался.

Если вспомнить, что я Солид Снейк, закинутый в джунгли ради выполнения важной миссии, то теперь я могу сформулировать, в чём состоит эта миссия.

Она заключается в том, чтобы я всеми силами защищал Айрин. Какая бы ерунда не происходила, я постараюсь до последнего сохранять её в целости и вывести живой отсюда.

И сам при этом постараюсь сохранять спокойствие и не волноваться.

В общем мы смотрели глупый фильм, пили чай и кушали разное вкусное.

Постепенно глаза наши стали слипаться. Школьники что-то вопили, но мы не слушали. Айрин завалилась мне на плечо, а я положил свою голову на её макушку и мы заснули.

Нам давно пора было поспать.

Я неплохо так отдохнул, а проснулся от того, что весь зал кинотеатра потряхивало, словно мы куда-то ехали.

Когда я открыл глаза, то чуть не выматерился.

Мы натурально ехали. И не где-то, а в том самом чёртовом автобусе из фильма!

Готов поспорить — кинотеатр являлся чем-то вроде перехода на новую локацию Бэкрумса. И локация эта не что иное, как игра на выживание.

Айрин проверила каждый угол супермаркета, а опасность пришла откуда не ждали.

Нас обвели вокруг пальца как котят!

Плохи наши дела. Нужно что-то придумывать.

Айрин всё ещё спала на моём плече у окна, а я сидел у прохода.

Между кресел гуляла проводница в фиолетовом пиджаке и юбке. На её лице был противогаз, поэтому она не заметила, что я проснулся. На груди у неё болтался свисток.

Она наклонялась и светила маленьким фонариком в лица учеников, проверяя спят они или нет. А потом шарила рукой у них в карманах, проверяя что-то.

Снаружи автобуса была ночь, а внутри горел слабый напольный свет.

Где мы были, ума не приложу, мимо окон проносились какие-то кусты, росшие на обочине, но большего было не разглядеть. Однако я был рад впервые за долгое время увидеть живую природу.

Жаль ехали мы отнюдь не на дискотеку в соседнее село.

Проводница приближалась и я быстренько притворился, что сплю.

Вскоре я ощутил, как она встала вплотную ко мне, отчего меня обдало запахом её парфюма.

Она направила фонарик мне в лицо, я видел свет сквозь веки, но старался не двигаться.

Даже дыхание задержал.

— Хм… не помню как садились эти двое и формы у них нет, — пробурчала она самой себе. — Видимо в последний момент запрыгнули, шалопаи.

Она проверила мои карманы, разумеется заметила торчащий оттуда молоток.

— Ого, у этого засранца молоток, ну и ладно, меня он не интересует.

Проводница проверила наши карманы, ничего не взяла, затем светила в лицо то мне, то Айрин ещё секунд 10, но в конце концов развернулась и стала осматривать учеников на противоположных сиденьях.

Я приоткрыл глаза — она стояла прямо ко мне спиной, наклонившись над ребятами.

Забрала у девушки клипсу в волосах и сунула себе в карман, потом вынула у парня ручку из нагрудного кармана его блейзера. Зачем ей были нужны все эти вещи я никак не мог понять, но обратив внимание на её оттопыренный карман пиджака — обнаружил, что таких безделушек там целая тьма.

Но при этом мой молоток она брать не стала. Почему?

Учитывая, что мы будем участвовать в игре на выживание, ей видимо нужно забрать у нас все предметы, которые могут помочь нам нарушить правила. Молоток видимо не из их числа, а ручки и заколки да?

Глянув в карман, я заметил торчащие оттуда старенькие стрелочные часы на ремешке.

Проход был узким, а мои руки как раз находились на уровне её карманов. Когда проводница наклонилась ближе к парню у окна, чтобы обшарить его, карман её расстёгнутого пиджака повис в воздухе.

Я воспользовался моментом и вынул из него часы, незаметно спрятав их себе в ботинок.

Проводница резко повернулась, и я чуть не сдох.

К счастью вовремя закрыл глаза и расслабился. Тряска автобуса замаскировала подрагивание моего тела.

Она ничего не поняла и пошла дальше.

Я выдохнул, опять приоткрыв глаза.

Водитель кстати тоже был в противогазе, я мог видеть его со своего места. Не знаю почему газ не сработал на меня, но это помогло провернуть что-то хитрое. Знать бы ещё какая в этом польза.

А сейчас мои глаза снова стали слипаться.

Всё что мог я уже сделал, можно и покемарить.

Глава 6. Королевские игры, где мы пораскинули мозгами

Я опять проснулся, на этот раз максимально бодрым. Теперь наверное неделю спать не буду.

Лежал я в не особо удобной позе за партой, руки затекли, на щеке наверняка появился красный след.

Тут же осмотрелся, чтобы убедиться, в наличии Айрин рядом. Но вместо неё около меня сидела какая-то незнакомая азиатская девушка в школьной форме.

Я вскочил и стал вертеть головой во все стороны. Нас рассадили за парты в неестественно длинном классе. Что-то вроде обычного японского школьного кабинета, но всё немного странное: за окном полнейшая темнота, парты расставлены в произвольном порядке, на полу разбросаны книги, какая-то посуда и прочая дичь.

В классе нас было человек пятьдесят, все азиаты с чёрными волосами (собственно как и на постере), и естественно отыскать Айрин в такой толпе не вышло.

Внезапно со стороны доски прозвучал немного раздражающий мультяшный голос:

— Раз уж вы все проснулись, давайте сразу же сыграем в игру!

Я повернул голову и увидел ту самую кицунэ из фильма. Она выглядела как полутораметровая механическая лисица. Её светло-жёлтое тело вероятно состояло из металла, а конечности были шарнирными. Голос же доносился из динамика в морде.

— Вы все знаете эту игру, так что правила объяснять не буду!

Молодые люди в школьной форме, ещё только приходили в себя. Эмоции на лицах разнились, у кого-то смятение, у других злость. Выглядели они и правда старше восемнадцати, кто-то вероятно был даже старше меня. Однако все они были наряжены в одинаковую школьную форму: чёрные брюки или юбка, коричневый пиджак с эмблемой школы и бежевая водолазка под ним.

Плюс все были в каких-то чокерах.

— Сегодня у нас первое сентября, так что я считаю до девяти, и мы и начинаем Королевские Игры! — заявила лисица.

Приглядевшись к растерянной девушке рядом с собой, я понял, что на шее у неё вовсе не чокер, а железный браслет с красным индикатором.

На моей шее был точно такой же.

И он не снимался!

Только не говорите, что это…

— Заодно опробуем классные штучки у вас на шеях, — смеялась лисица. — Приступим: 1!

Один крупный паренёк, больше смахивающий на 30-летнего боксёра, сорвался со своей парты, подлетел к окну и вмазал по нему со всей дури.

Но то не шелохнулось.

Не особо удивлённый, парень цокнул и вернулся на своё место.

— 2! — вопила лисица.

Девушка рядом со мной чуть ли не плакала от растерянности.

— Мне обещали интеллектуальное соревнование, а что это…

Она пыталась снять браслет с горла, ощупывала карманы, озиралась.

— Куда делась моя магнитная ручка? Это ведь подарок.

— 3!

Я снова стал осматривать класс в поисках Айрин.

Но народу было слишком много, к тому же многие повыскакивали со своих мест и перегородили обзор.

— 4!

— Это что прикол какой-то? — возмущалась девчонка с задних рядов.

Люди начинали суетиться, искать свои вещи. Некоторые из них попытались выйти из класса или разбить окна ведущие в коридор, но всё было перекрыто и не поддавалось.

— 5!

Девушка рядом со мной уже начинала прилично паниковать. Крик лисицы явно выводил её из равновесия.

Я взял её за плечи, попытался как-то успокоить, но она просто отпихнула меня.

— Не трогайте меня.

— 6!

— Хватит над нами издеваться! — закричал какой-то парень в очках.

— 7!

— А о каких правилах говорила кицунэ, кто-нибудь понял?

— 8!

Девушка, которую я пытался успокоить не выдержала.

Оттолкнув меня, она завопила во всё горло:

— Я не хочу в этом участвовать!

— 9! — крикнула лисица и направила на неё свою острую морду.

Глаза лисицы засветились красным, и голова девушки тотчас же взорвалась!

Меня всего обдало смесью крови, костей и остатков мозгов.

От неожиданности я так и замер на месте, подхватив её обмякшее тело.

Кабинет мгновенно заполнился криками.

Лисица стала вертеть головой туда-сюда. Повсюду раздавались взрывы.

Головы лопались одна за другой, словно надувные шарики с краской.

Пол, стены, окружающих — всё заливала кровь.

Поднялась паника, ребята бросились кто куда, а лисице только этого и надо.

Взрывы начались с новой силой. Безголовые тела с разгону врезались в парты, сшибали других учеников и у тех тоже взрывались головы.

Я вдруг понял, что ситуация выходит из-под контроля и как закричал:

— Айрин не двигайся, когда эта херня смотрит!

Несколько человек вокруг меня замерли услышав меня.

— Ты слышишь меня?! Не смей двигаться!

Крики и паника резко стали стихать. Ребята оглядывались на меня, видимо пытаясь понять, несу ли я чушь или что-то дельное.

— Ты слышишь, Айрин?!

— Я слышу тебя!

Голос раздался откуда-то с конца класса.

Я чуть не повернул голову, чтобы глянуть, но вовремя осёкся.

— Ты гляди, типа самый умный нашёлся? — недовольно фыркнула лисица. — А я уж думал поубивать вас всех ещё в самом начале! Какая незадача.

Эти слова ещё больше не понравились ребятам.

Я продолжал держать тело девушки, её тёплая кровь заливала мою футболку.

Прямо передо мной стояло два пацана.

Один худой, с растрёпанными волосами и в квадратных очках — весь покрылся испариной.

Второй спортивный, загорелый, с осветлёнными волосами — его глаза с ужасом рассматривали обезглавленную девушку у меня в руках.

Я в этот момент реально ощутил себя 456-м из «Игры в кальмара», поэтому добавил:

— Все стойте на месте, пока кицунэ не отвернётся. Двинетесь — умрёте.

— Ну зачем ты им напомнил? — сокрушалась лисица. — Ох, так и быть, правила надо соблюдать.

Под партой зазвучал шорох сервоприводов, и тело лисицы развернулась к нам спиной. Между множества её хвостов, прямо на макушке красовалась красная кнопка.

Я наконец смог опустить тело девушки на пол и вытереть окровавленные руки о штаны. Я буквально весь был покрыт её кровью с ног до головы.

Выглядел наверное кошмарно.

— Ты что в эти игры уже играл? — спросил у меня блондинчик.

— А вы что сами не понимаете, что происходит? Это же «морская фигура замри» или как она там у вас в стране называется.

— Красный свет, зелёный свет? — спросил кто-то из толпы.

— Да-да — оно!

Оглядев весь класс, я заметил, что уже как минимум человек пятнадцать погибло.

Их тела беспорядочно валялись на полу.

Задранные юбки, свёрнутые пиджаки, слетевшие ботинки — зрелище ужасное.

— Я не готова умирать! — крикнула какая-то девушка.

Она перевернула свою парту и попыталась спрятаться за ней.

В этот момент кицунэ вдруг развернулась, глянула туда и — бах!

Из-за парты всколыхнулось облако крови и обвалилось обратно.

Несколько человек вскрикнули, но остались на месте.

Я рад, что до сих стало доходить. Не хотелось бы потерять вообще всех в самом начале. А больше всего мне бы не хотелось, чтобы из-за них погибла Айрин.

Надо как-то добраться до неё.

Лисица оглядела нас своими глазами-камерами. Никто больше не шевелился.

Из динамиков прозвучал раздосадованный вздох, и она отвернулась.

— Ну и что нам теперь делать? — спрашивал у меня блондинчик.

— А мне почём знать, вы же подписывались на эти игры.

— Да мне пообещали деньги, за съёмки в рекламе! Я не знаю что здесь творится.

— Серьёзно? — удивился я.

— А мне сказали, что исполнят любое моё желание! — сказала девушка из глубины кабинета.

Все стали наперебой рассказывать какими способами их заманили сюда.

Как я понял из их сбивчивых объяснений — никто из них не знал, что участвует в смертельных играх. Но тут у меня возник другой, более насущный вопрос: а разве они не персонажи фильма? Если это так, у них не должно быть каких-то внятных предысторий.

— Эй, ребят, а вы все откуда?! — спросил я.

— Саппоро!

— Нагоя!

— Я из Токио!

— Я тоже!

— Осака!

— Я из Сеула!

— Приехал погостить из Пусана!

— Я вообще из Нью-Йорка, но уже год живу в Токио!

Городов было много, чаще встречался Токио.

Как я в итоге понял, большая часть была из Японии, было несколько человек из Южной Кореи и парочка туристов из Америки. И все они вполне реальные люди. Они также знали, что сейчас 25-й год, и могли рассказать чем занимались до этого.

Короче на персонажей фильма они не похожи, скорее на реальных людей.

И состав надо отметить очень своеобразный, но все мы говорили на одном языке и понимала друг друга.

Им я говорить не стал, но для себя вывод сделал — мы с Айрин всё ещё в Бэкрумсе и никуда не выбрались. А вот их кто-то заманил сюда.

— А как вы попали сюда? — опять спросил я.

Они стали наперебой рассказывать, что некие люди предложили им лёгкий заработок, участие в викторине, или исполнение любого желания, всем разное. А потом им прислали форму, попросили одеться в неё и придти в нужное время к нужному месту, где их и ждал автобус.

Ну то есть, как я и думал, их похитили из реального мира и привезли в Бэкрумс.

Вот только как это возможно?

И что здесь вообще твою мать происходит?

— Что-то вы разгалделись! — вскрикнул лис и обернулся к нам.

Голосок у него тонкий, но мне почему-то кажется, что за ним скрывается мужик.

Сидит сейчас у себя в кабинете и ржёт над нами, говняк.

Он просканировал кабинет своими глазами, но никто не двигался.

— Ну что, стоите да? Думаете выкрутились? Я вам кстати не говорил, но время-то идёт.

— Время? Что за время? — стали спрашивать ребята.

— Время до вашей смерти! У вас десять минут, точнее уже восемь с половиной, чтобы дойти до меня и нажать на кнопку у меня на голове, а в противном случае ваши собственные головы превратятся в клубничное желе на полу!

И правда, только сейчас мы заметили, что над доской висел небольшой электронный таймер.

И времени там оставалось: 00:08:24.

Лис снова отвернулся и стал насвистывать что-то.

— Так вот оно что, теперь понятно, — наконец произнёс тихий парень в очках. — Так просто?

Выпрямившись, он стал уверенно пробираться к лису. Аккуратно обошёл расставленные лабиринтом парты, перешагнул через наваленную на полу посуду, протянул руку и вдруг…

…под его ногами скрипнула половица.

Лис в секунду обернулся и не успел парень вскрикнуть, как его голова разлетелась по всему кабинету.

От увиденного одна из девушек завопила от ужаса, но тут же закрыла себе рот руками.

Мимолётное движение рук не ускользнуло от лиса, который теперь был полностью покрыт кровью.

Голова девушки лопнула, словно пузырь.

Чёрные волосы облаком поднялись к потолку и стали медленно опускаться.

Тело же с грохотом упало на пол.

Больше никто не шевелился, и немного осмотревшись, лис опять развернулся к нам спиной.

Мы стояли и тупили ещё две минуты.

— Ребята, давайте пораскинем мозгами! — предложил я.

Какая-то девчонка дико хихикнула с этой фразы.

Мы с блондинчиком обернулись.

Она сидела за партой прямо у меня за спиной.

Красивая такая, но бледная и под глазами тени от напряжения. Чёрное каре немного в беспорядке, а пальцы вцепились в квадратную парту.

— Я сказал что-то смешное?

— Вообще-то да, но дело не в этом. Вы разве ещё не поняли? — обратилась она ко всем, кто слышал. — Весь класс — это полоса препятствий. Всё сделано так, чтобы мы обязательно проиграли.

Пока она говорила, то медленно обводила людей глазами.

Её тело и губы дрожали, отчего я сделал вывод, что она боится не меньше нашего, но притворяется спокойной.

— Нас заманили сюда чтобы убить на потеху кому-то! Я уверена, что за этими окнами вовсе не тьма, там сидят те, кто организовали всё это, и потешаются над нами.

В целом она говорила дельные вещи, но в упадническом японском стиле. Словно она уже давно смирилась в своей гибели здесь.

Однако меня это не устраивало!

Я глянул таймер: 00:05:46.

Именно в этот момент лис опять повернулся к нам.

Мы напряглись и замерли.

Руки так и потели.

На этот раз лис долго осматривал нас, пытаясь подловить.

— Меня ноги не держат, — пожаловалась какая-то девушка.

— Кто-нибудь, подхватите её, когда кицунэ отвернётся! — велел я (потому что сами не догадаются).

Лис наконец-то отвернулся.

Нужно было что-то придумывать и срочно.

Меня всё ещё бесило, что рядом нет Айрин, но идти искать её сейчас будет неразумным самоубийством.

В такой ситуации нужно мыслить наперёд.

— У тебя есть идея? — спросил я у девчонки.

— Нет, — покачала головой она. — Даже если мы доберёмся туда, мы не знаем какие половицы скрипят, а какие нет. Это чистой воды рулетка.

— Да уж, дело дрянь.

Умные мысли в голову не шли.

Тут к нам повернулся лис.

К счастью мы все стояли на месте, и взорвать головы не вышло.

Тогда он вдруг обратился к одному парню:

— Эй, Рэн Такахаши, да я с тобой говорю. Давай заключим сделку?

— Какую сделку? — удивился парень.

— Я вижу что ты уже еле держишься. Толкни для меня кое-кого, и тогда получишь иммунитет!

— Иммунитет?

— Ну да, ты что глупый? Будешь жить!

Пацан оглядел всех вокруг дикими глазами, затем спросил:

— А кого конкретно мне толкнуть?

— Да вон того паренька в футболке. У него ещё молоток из кармана торчит.

Лол это же я!

Я скосил глаза на этого Рэна, стараясь не поворачивать головы.

Он смотрел прямо на меня. Его очевидно смущало, что я иностранец.

Ещё его смущало, что нужно сделать шаг.

— А ты не обманываешь? — спросил он у лиса.

— Нет конечно!

Весь класс уставился на нас двоих.

Рэн обливался потом, всё-таки насмелился и переставил ногу.

Лис действительно не взорвал его, что вызвало удивлённые охи по всему кабинету.

Сглотнув, парень стал двигаться ко мне.

— Только иди очень осторожно, — предупредил лис, — мои сенсоры очень чувствительны и могут нечаянно сработать, если ты поторопишься. Они игнорируют лишь движение глаз и рта.

От этого Рэн напрягся ещё сильнее, стал делать маленькие шажки.

Выживать без меня Айрин будет очень одиноко. Так что ради неё я должен спастись.

— Эй Рэн, — обратился я. — Ты же понимаешь, что если сделаешь это, он убьёт нас обоих?

Он остановился, переводя испуганный взгляд то на меня, то на лиса.

— Не слушай его! — запротестовал лис. — Он просто трусишка, вот и несёт всякие глупости. Сделай это Рэн!

Я посмотрел на Рэна максимально суровым взглядом, насколько мне позволяла моя поза вполоборота.

Он весь дрожал, но продолжал подходить ко мне.

Ох если бы я мог двигаться, я бы ему показал кузькину мать.

Блондинчик тревожно переглядывался между нами, наверное он хотел помочь, но идей как это сделать у него не было.

Рэн уже подошёл вплотную.

Он медленно вытянул руки перед собой, упёрся ими мне в плечо и попытался сдвинуть меня с места.

В этот момент я вспомнил, как несколько лет назад ехал в переполненном автобусе вместе с одноклассницей. Чтобы впечатлить её, я решил ехать стоя, вообще не держась за поручни.

Как и тогда я незаметным движением развёл ноги на ширину плеч и напряг стопы. Даже сквозь ботинки я ощущал, как они впились в поверхность пола.

Рэн начал пихать меня, но ничего не выходило.

Ему не хватало сил, чтобы сдвинуть меня, а толкнуть резким движением не хватало смелости.

Он начал плакать и бубнить:

— Ну же, падай давай, так будет лучше для всех.

— Рэн, прекрати, — советовал я ему. — Идти на поводу у кицунэ не будет лучшим ни для кого.

Но он не слушал.

Ситуация становилась всё напряжённее.

Я видел, что ещё чуть-чуть и Рэн сорвётся, толкнув меня так сильно, что мы оба повалимся на пол. После этого лис точно взорвёт головы обоим.

Внезапно Рэн дёрнулся, глаза его широко распахнулись, а затем цепляясь за мою футболку и штаны — он скатился на пол.

В его спине торчал нож!

Если быть точнее рукоятка ножа, лезвие же полностью вошло в тело.

Ребята вокруг вскрикнули, но не шевельнулись.

Я попытался увидеть того, кто кинул нож, но все стояли растерянные, будто он появился сам по себе.

Рэн ещё был жив и сжимал мой ботинок.

Недовольный лис шикнул на него:

— Вот бестолочь.

И голова Рэна с хлопком растеклась по полу. Ну теперь я точно весь в крови.

— Кто из вас это сделал?! — взревел лис. — Признавайтесь, а то я сейчас всем тут головы поотрываю!

Удивительно, что он не заметил, он же буквально должен всё видеть.

Ребята стали переглядываться, словно вот-вот планировали выдать смельчака.

— Молчите все! — крикнул я. — Не выдавайте никого! Кто бы это не сделал, он не достоин погибнуть от лап этого кицунэ!

И они молчали.

— Вот чёрт, — шикнул лис и всё же отвернулся.

На таймере оставалось: 00:02:36.

Мы немного выдохнули.

Я глянул на девчонку с каре, она без особой надежды обводила глазами то меня, то блондинчика. Губы её подрагивали от страха.

Блондинчик был в шоке, но держался. Он был в хорошей форме и выглядел мужественно, но нервы его уже сдавали.

Они оба, как и остальные, будто бы надеялись, что я разрулю ситуацию.

И у меня появилась одна мысль.

Вспомнив как двигался очкарик, я стал идти его путём.

Поначалу-то у него шло всё весьма неплохо. Он миновал лабиринт из парт, перешагнул расставленные на полу вещи, а потом…

Я остановился прямо перед тем местом, где лежало его безголовое тело.

Ещё шаг и половицы выдадут меня лису.

Все глаза были направлены на меня. Дотянутся до кнопки я не смог бы, но идея была не в этом.

Я вынул из кармана молоток и замахнулся им.

Именно в этот момент лис вдруг развернулся.

На его лице не было эмоций, но на секунду глаза вспыхнули, словно он удивился увидев меня. А я так и замер с молотком над головой.

— Эй, незнакомец, ты чего задумал? — спросил лис. — Ты это дело брось!

Моё имя ему не было известно.

Я молчал.

— Даже не думай, чего бы ты там не думал!

Я сурово смотрел на него, представляя, что я О Дэ-су из «Олдбоя».

— Что за агрессивная молодёжь нынче пошла.

Так он сверлил меня взглядом не меньше минуты, но всё-таки был вынужден отвернуться.

На таймере было уже: 00:00:37.

Права на ошибку не оставалось.

Я хорошенько прицелился, вложил в бросок всю силу и кинул молоток.

Он влетел точно в цель и начисто снёс его наглую механическую голову.

Она с корнем вырвалась из тела, повиснув на проводах.

Прозвучал сигнал, и таймер над доской замер на 10-ти секундах.

— Ладно, гадости такие, ваша взяла, — сказал лис и больше ничего не говорил.

Сразу же после этого на дверях кабинета щёлкнули замки и раздвижные двери отъехали в сторону.

Хотя всё и закончилось мы все стояли на месте ещё минут пять.

Боялись пошевелиться и ненароком лишиться головы.

Однако мы выиграли в этой нечестной игре, и когда поняли это то вдруг завопили:

— УРА!