Истребитель 1 том. Гнездо
Глава 48. Южный лагерь беженцев (6). 104-ый набор
— Вот их путевые листы, — подошёл ко мне один из солдат. — Вот карта. Держи и отведи их в обозначенную палатку.
Я внимательно присмотрелся к указаниям. Некую Кристу полагалось заселить почти в центр нового поселения в палатку номер сорок один. А Сашу и Конни поселить вместе в палатку семьдесят два. Что же… Опять они поселят мальчиков и девочек вместе. Вряд ли Криста — это лысый паренёк. Вполне вероятно, он либо Конни, либо Саша. И должен будет жить с девушкой. Вопрос — с блондинкой, или той, что сейчас доедает картошку.
— И будь осторожнее, — предупредил солдат. — Они какие-то странные, кажется, долбанутые. Точно в Разведкорпус пойдут, — сделал выводы он.
Я подошёл ближе. Девушки были весьма красивые, особенно выделялась каштановолосая. Судя по фигуре не чуралась физической активностей. Лысик был субтилен, может не доедал. Блондинка вообще создавала впечатление того, что быть здесь не должна, да и откровенно не заслужила. Слишком породистое лицо, но руки были со свидетельствами работы. Она явно работала в сельском хозяйстве.
— Ну, будем знакомы, — начал я. — Феликс Штейн. Меня назначили вас отвести по вашим местам.
— Саша, Саша Блаус, — произнесла картофельная девочка. — Ты так смотрел на мою картошку. Хочешь ещё? — она из мешочка, что виднелся у неё за спиной — достала ещё одну. — А, прости, она сырая. Или ты съешь и такую?
— Эммм… почему ты жуёшь картошку? — спросил у неё.
— А она всю дорогу жевала, — заметил лысик. — Я, кстати, Конни Спрингер. Из деревни Рагако родом. Думал пойти в солдаты, выбиться в люди.
— Понятно, а ты, значит, Криста, — посмотрел на последнюю. — Феликс Штейн, приятно познакомиться.
— Криста Ленц, — тихо произнесла девочка. — Я приехала с одной фермы.
— Понятно, думаю, не важно — откуда ты приехала, — пожал плечами. — Важно то, куда вы все, в том числе и ты, стремитесь. А именно в Кадетский корпус. Первого марта начнётся призывная кампания и вы пройдёте через Военно-Врачебную Комиссию, которая покажет — годны ли вы, или нет. Я, между прочим, сам через неё проходить собираюсь.
— Так ты тоже пойдёшь в солдаты? — спросил Конни.
— Скажем так… У меня нет особого выбора в том, куда идти, и каким именно солдатом становиться, — пояснил я присутствующим. — Но эта история для другого раза.
Криста бросила странный, заинтерисованный взгляд. Странная она, эта девушка. Тоже очень красива, как для своего возраста, но странная. Надо бы к ней присмотреться.
— А за картошку спасибо, — взял у Саши сырую. — Я её отварю и съем сегодня за обедом, а может и за ужином. Приятно разбавит мой рацион.
— Это ещё что! — заговорщески произнесла Саша. — Я тут видела, что некоторых бочках есть мясо. Вяленое. Везли, судя по всему, коменданту. У меня есть предложение о приключении на десять минут ради мяска. Зашли и вышли.
— Ты что, ненормальная? — резко спросил Конни. — Предлагать такое первым встречным?
— А что? — встрепенулась Саша. — Дефицит ресурсов важная проблема. Но почему одни жируют при нём, а другие получают всё?
Я вздохнул. Забавные ребята, но с ними действительно возможны всякие проблемы, а после посмотрел на карту. Ближе всего жильё Конни и Саши. Но сперва их надо завести на то, что обозначено, как кухня, сводить к нужнику, чтобы можно было делать всякие дела, а после можно будет посетить склад, чтоб выдали по одеялу. И лишь потом завести в пункт временного размещения. Криста же имеет жильё почти рядом с лагерем, рядом с чиновником, который будет наблюдать за пунктом временного размещения. И там же будет развёрнут пункт вербовки. В этом году вербовать всех будут оттуда. Странно всё это… Или, быть может, глава этого подлагеря тоже извращенец и решил прикарманить себе Кристу таким образом? Взглянув в лицо этой девушки, обнаружил, что она мило улыбнулась. Нет уж, лично прослежу, за тем, кто там с ней жить будет и как. Не хочется, чтобы эта девочка пострадала даже больше, чем успела настрадаться. А судя по взгляду — перепало ей достаточно.
— Идёмте, — махнул рукой я. Наши группы двинулись в сторону мелкого лагеря. Мы вышли за пределы основного. Лагерь-спутник находился в метрах пятиста от основного лагеря и там уже вовсю сооружали палатки. Вернее, их начали создавать и сооружать ещё раньше, сейчас лишь доделывали дела на окраинах лагеря. Повсюду сновали солдаты Гарнизона. Сперва мы подошли к месту, где установили табличку кухни. Огромная палатка, как и у нас, на десятки мест, со столами и лавами. Тут уже были люди. Один даже спорил с поваром.
— Почему мы не можем пообедать сейчас?! Мы столько дней были в пути, а вы даже этого организовать не способны!
Я с удивлением уставился на высокого парня. Он был выше меня, с рыжими волосами.
— Слышь, кандидат в кадеты, как там тебя…
— Флок…
— Флок, ты в пространстве хорошо ориентируешься? — спросил повар.
— Эм… да! В своём городе я был лучшим…
— Нахуй пошлю — не заблудишься? Ты, блядь, прибыл в армию вербоваться, а не в детский сад! Свалил к херам отсюда, пока я тебя черпаком не огрел и не сделал ужин из тебя!
— Козёл, — выразился парень. Странное дело, он должен был быть в сопровождении того, кто встречал их, но я его, или её что-то не вижу. — Сначала эта полоумная бросила нас и куда-то ушла, теперь ещё и этот кормить отказывается.
А может ему ещё новое исподнее подогнать? Прямо с шёлкопрядильной фабрики. Он шёл, словно крейсер по волнам и задел Кристу, отчего девочка отшатнулась, я схватил её за руку, не дав упасть и притянул хрупкое тело поближе.
— Эй, урод, тебя в детстве много роняли? — спросил у этого Флока. Парень обернулся. Казалось, ему было всё равно на то, что он плечом сбил хрупкую девушку.
— А? Чё? Ты ещё кто?
— Я, как бы, проводник на данный момент, а если не извинишься перед Кристой за то, что грубо толкнул её — стану твоим худшим кошмаром. Толкать её было не обязательно, ты бы мог её обойти, но ты специально шёл так, что задел её!
— Эммм… Феликс, не надо, — попросила девочка. — Я думаю, это случайность.
— Да не случайность это! — вспылила Саша. — Такому, как он, даже гнилой картошки не положено.
— А… ты та безумная, картофельная девочка, — припомнил Флок. — Что вы вообще тут устроили? Эй, проводник херов, твоя коллега — довела меня до место моего жительства и свалила, даже не показав, где столовка, а ты…
— Послушайте, мелкие уроды, хотите драться и ругаться — валите отсюда, — послышался злой голос повара, — иначе окачу кипятком.
— Да мы уж закончили, — усмехнулся я.
— О да? — с раздражением спросил Флок, положив мне руку на плечо. — И как же ты решил закончить, мелочь?!
— Да вот так, — я схватил его за кисть и тут же заломал её, заводя её вверх, на его тело. Флок вскринул и был вынужден буквально становиться на колени перед нами. — Что нужно сказать девушке, если ты её случайно толкнул?
— П… пусти, сука!
— Не верный ответ, — я нажал ещё сильнее. — Вопрос повторяется.
— И… извини! — всхлипнул он.
— А если ты намеренно её пихнул, хотя в этом не было нужды.
— П… прости… прости меня, пожалуйста, я не хотел, — он перешёл на скулёж. — У меня был плохой день. И я не хотел, честно не хотел.
— Ну как, Криста, простишь его? — спросил у неё. — Я бы отбил ему все почки и печень.
— Конечно я его прощаю! — громко произнесла Криста. — Только можешь меня так не приобнимать?
Ох ты ж… Но мне так понравилось, она такая хрупкая и нежная. Отпустив её, я перестал в захвате сдерживать и Флока.
— Прошу прощения, слишком быстро переключился на него, Криста, — извинился я.
— Ничего, кроме того, ты же помог мне не упасть, — произнесла она. — Спасибо. И что не стал его мучить.
— Хмф… Исчезни, — приказал Флоку. Тот удалился, ощупывая свою кисть и причитая.
— А это было довольно жёстко, — оценил Конни. — Не хотел бы я тебя злить. Может будем дружить?
— Если честно, то я обычно не ищу неприятностей, — пожал плечами, а после посмотрел на протянутую им руку и пожал уже её. — Но когда речь идёт о здоровье, или безопасности невинной девушки — всегда лучше перестраховаться. Вот поэтому я это и сделал. Хотя было это наверное чрезмерно.
— Вы так считаете? — робко спросила Криста.
— Ты, — указал я. — Можешь быть со мной на ты и по имени. Феликс. Короче говоря, это столовая и кухня, — я посмотрел на повара, который почесал затылок.
— Показываешь новичкам место, где они будут есть? Хорошо, надеюсь, хоть вы не будете требовать от меня невозможного. Котёл я только начал прогревать, еда будет не скоро. А этот кретин энтого так и не понял. А ты, значится, с южного лагеря беженцев? Сигансинец? Или житель Стены Мария?
— Куда более худшего места… Подземного города. Меня привезли, как кандидата в кадеты, правда не селили в этом новом лагере, — ответил ему.
— Потому как это затея Главнокомандующего Закклая свести кандидатов в кадеты сюда, дескать дети должны хоть немного вкусить жизни вне комфортного мирка. Только вот хотелось бы, чтоб все они вкушали всё это с полгода. А не вот это вот, — обвёл он глазами свою вотчину. — День-два и начнётся призыв. Они ведь ничего прочувствовать не успеют.
Мда, идея Дариуса Закклая вполне годная. Я слышал, что Главнокомандующий мужик очень уж умный и образованный. Но, как я понял, его суждения постоянно сдерживаются дворянами столицы. И этот лагерь кандидатов — наверняка затея его. А вот то, что дети не проживут в нём хотя бы месяц — доработка уже кого-то со стороны. Кого-то, носящего титул дворянина. Чтоб не баламутили воду.
— Хорошо, — покивал я. — Ну то, что они не поживут в таких условиях, скорее плохо…
— Ба, — фыркнул Конни. — Да чем эти условия от Рагако отличаются? Зимой так же холодно, летом на поля и изматывающий труд…
— Хотя бы тем, малец, что я не твоя мамка и тебе придётся привыкнуть к моей стряпне, — ответил повар. — А и ещё. В армии без дедовщины — абсурд и коррупция, учти это. Старший товарищ, даже если он рядовой и равен тебе по званию — это твой царь и бог. Пытаться сопротивляться его суждениям — порой вредно для внутренних органов. Тебя мамка, небось, в той дыре не била… А вот меня пару раз сержант за скудно сваренную кашицу так отделал, что я даже ползать не мог.
— Бедненький, — искренне произнесла Криста. — Надеюсь, вы быстро пришли в себя, если вам понадобится помощь, я помогу всем, чем смогу, — мило улыбнулась она.
— О боги… — выдохнул повар.
— Охренеть, — выдал я. На её лицо как раз солнечный лучик упал и она прям засветилась.
— Невероятно, — продолжил Конни.
— Повар, а ты картошку подогреть можешь?
— Мда, — присвистнул мужик, — ну и поколеньице собирается… Ох и тяжело же придётся Шадису.
— Что ещё за Шадис?
— Руководитель Кадетского Корпуса, Генерал Кит Шадис, — пояснил повар. — Он так же руководитель южного операционного командования Кадетских Корпусов. Всего таких командования четыре, по сторонам света. Обычно в каждый корпус набираются люди со своего округа. Кит тренирует юг. Хотя я без понятия — кому будет труднее, вам, или ему, мужик он жёсткий, если не жестокий, — мерзко хихикнул повар. — Ладно, идите. И, девочка, ты это будь осторожна, — обратился он к Саше. — В этом гадюшнике люди убивали и за меньшее.
— Убивать за что-то, кроме картошки? Что-то меньшее? Всё куда хуже, чем я ожидала, — пожаловалась Саша, поправив платье. — Но вы меня предупредили, поэтому держите картошку.
Повар закатил глаза, но дар принял и удалился. Я же направился вместе с ними к нужнику. Для них, как и для нас, вырыли огромную яму, на склоне которой поставили кабинки с туалетами. Говно, собственно, покинув тело — скатывалось вниз и там складировалось. Эрен, как-то, упомянул, что туда летом и весной спускали людей, которые это самое говно собирали и после вывозили на поля в качестве удобрений. За это даже деньги предлагали, но никто за деньги туда не шёл, в итоге спускали провинившихся, но к чести лагерных руководителей — даже провинившимся преступникам, изгоям лагеря — заплатили плату за то, что они делали — за сбор говна. Хоть какая-то честность… Хммм… Перед взором появилось то, как я пихаю бочку с Гвиркхо и Флоком вниз. Она катится, разбивается и оба дегенерата купаются в говне… Хе-хе-хе… Какое хорошее у меня воображение.
— Ты смотришь так, будто хочешь кого-то спустить в эту яму, — подметила Саша.
— Ну, признаюсь сразу, в этом мире точно есть люди, которые заслужили там покупаться…
— Я даже знаю одного такого. Имя начинается на «Ф», заканчивается на «к», — подмигнул Конни. — Он доставал нас всю дорогу, всё говорил, какие выгодные контракты с армией заключил его отец. Мол они так в Митру переберутся, едва ли не завтра.
— Неужели… он такой доставучий? — спросил у троицы.
— Он… неприятный, — поделилась мнением Криста. — Мне с ним не очень хорошо.
— Это же каким надо быть человеком, чтобы ты дала ему такую характеристику, — удивился я. — Впрочем, идёмте…
— Стоять! — перед нами возникла Имир. — Ты, Феликс Штейн! Как ты посмел увести у меня… Кхм… Увести у меня, — она изучала тех, кого я сопровождал.
— Увести кого, Имир? — с издёвкой спросил. — Конни? Сашу? Кристу? — задал ей вопрос. — Или быть может ты воспылала тайными чувствами к Эрену Йегеру? Так тебе придётся пройти через Микасу, а она тебя в кровавый фарш превратит.
— Гррр… Я, Имир, — она подошла к Кристе. — Можешь обращаться ко мне по любым вопросам.
— П… простите, — Криста чуть отступила. — А вы знаете, кто я?
— В некотором роде, — съехала с темы Имир. — И будь поосторожнее с этим человеком, — она кивком указала на меня. — Он кажется обычным пареньком, но на деле — это жестокий убийца из Подземного города, Феликс Штейн.
— Правда? — удивилась Криста, посмотрев на меня. — А мне он показался очень добрым. И сейчас кажется.
В груди странным образом потеплело.
— Ты просто мало его знаешь…
— Нет, — возразила Криста. — Возможно… я могу показаться наивной… но мне кажется, проблема не в том, что делает человек, а в том, почему. Он помогает нам, даже защитил меня. А ты его пытаешься очернить. Почему?
Было видно, что вопрос Кристы застал Имир врасплох. Она скривилась, переводила взгляд с меня на Кристу и обратно.
— Позже поговорим, — пообещала она, резко развернувшись и удалившись.
— Эммм… Спасибо, меня ещё никто так не защищал, — поблагодарил Кристу. — Но, насчёт того, что я убийца — она была права. Это так, к слову.
— То есть ты убивал людей? — спросила Саша, слишком уж громко.
— В Подземном городе нет людей, нет граждан… И… я делал то, во что верил, до поры, до времени. Суть даже не в том, во имя чего я всё делал. А то, во что всё обернулось, к чему всё пришло. И жалеть мне об этом до конца дней моих, — печально улыбнулся. — Ну да ладно, речь сейчас не об этом. Сперва заведу вас, Саша, Конни. Надеюсь, факт моей биографии не оттолкнёт вас от меня. Поверьте — те люди, до которых дотянулись мои руки — уже точно не были невинными. Потом я заведу Кристу. И мне надо кое в чём удостовериться.
— Эммм… спасибо, наверное, — неуверенно произнёс Конни. Было видно, что факт того, что я убивал его несколько дезориентирует. А вот Саша приняла это на удивление легко… Даже слишком легко… Вряд ли она убивала людей, но возможно, каких-то крупных животных со сложным поведением ей приходилось убивать.
— В любом случае, — подвёл итог я. — Раз уж мы познакомились и вы явно не понимаете что тут вокруг может происходить — лучше иметь одного знакомого, который помог бы вам. Так что, ежели что — найдите меня, помогу, чем смогу. Мне обычно не трудно, а вам это может быть необходимо.
— Спасибо, — хмуро произнёс Конни. Видимо, будет сложновато с ним пока что взаимодействовать. Чёртова Имир… Как будто ей было трудно держать язык за зубами.
Я отвёл, сквозь стройные ряды палаток, детей к палатке, в которой должны были быть размещены Конни и Саша. Она была четырёхместной и тут уже обитало два человека. Девушка с чёрными волосами и косой. И паренёк, худой, с бледной кожей. Я вроде помнил их, их ещё сопровождал Армин. Значит он справился куда быстрее меня… Наверное потому что этот идиот Флок меня задержал своей непроходимой тупостью.
— Эммм, — неуверенно посмотрела на нас девушка. — Здравствуйте. Меня зовут Мина Каролина. А это…
— Конни Спрингер, — представил парня, — и Саша Блаус, — представил девушку. — Они будут жить с вами.
— А, понятно, — кивнула Мина. — А вы…
— Феликс Штейн, приятно познакомиться, к вашим услугам.
— Ну… Хорошо, — улыбнулась брюнетка. — Палатка разделена на две части — мужскую и женскую.
Хоть где-то, блять…
— Только мы с Дазом не совсем понимаем, как пользоваться той штукой, может вы знаете?
Она указала внутрь палатки. А? Примус?
— А что ваш куратор вам не объяснил? — удивился я. — Я видел вас рядом с Армином. Он прекрасно умеет пользоваться примусом.
— Дело в том, — он чуть смутилась. — Мы постеснялись у него спросить. А когда уже поняли, то наш сопровождающий ушёл селить других.
— Эх…
— Я умею им пользоваться, — выступила вперёд Саша. — У меня есть овощи, как раз отварим их на нём.
— Отлично, — улыбнулся я. — Вижу вы освоитесь. Если что, я и Армин — оба живём в палатке тридцать четыре в основном лагере беженцев из Сигансины.
— Так вы из Сигансины? — уточнил Даз.
— Большинство, — уклончиво ответил. — Осталась ты, Криста, — посмотрел на девушку. — Идём, твоя палатка расположена почти в центре лагеря.
По пути из нужника я показывал им колодец. Так что думаю все они справятся. Девушка послушно пошла за мной.
— Эта Имир наговорила очень плохих слов о тебе, — заметила рядом идущая Криста.
— Ммм… да… — ответил ей. — У меня неприятная репутация среди тех, кто в курсе за моё прошлое.
— А она знает?
— Более чем, — ответил Кристе. — Я не могу вычеркнуть всё то, что творил. Есть вещи, которые не убираются словами покаяния и обещаниями стать лучше. Вдобавок — не стоит смотреть на всех, будто бы у каждого есть второй шанс. Некоторые его и вовсе не заслуживают. Ты так явно не считаешь, верно? — спросил у неё.
— Не знаю, — посмотрела она в сторону. — Но мне ты не показался злым.
— О, то что я тебе не показался злым — я уже понял. Ведь те слова, о том, что не важно что я творил, важно то, во имя чего… Звучали довольно мило. Но люди всегда судят по первому. Уголовный кодекс построен по первому, — мрачно ответил. — Впрочем, поэтому я и тут. Уголовный кодекс построен лишь по первому принципу. Факту того, что ты делаешь. Но он так же, условно, разрешает искупить кровью. А что-что, кровь я проливать умею. Правда, надеюсь, что это будет лишь кровь Титанов, не людей.
— Понятно, — почему-то улыбнулась Криста.
— Но, мы тут залезли в моё прошлое, а теперь, может поговорим о тебе? — предложил я. — Имир ведёт себя странно, учитывая то, что она рациональная и прагматичная девушка. Мне показалась, будто она искала кого-то незаурядного среди тех, кого я сопровождал. Конни прикольный парень, Саша очень уж забавная девушка.
— Ты так считаешь? — удивилась Криста на последнюю фразу. — Что Саша — забавная?
— А? Ну, наверное, — хихикнул. — Но Имир явно искала не их. Возможно ты ей перешла дорогу.
— Не помню, чтобы переходила, — заявила Криста. — Я… Кхм… росла на ферме, будучи крестьянкой у одного аристократа. Да… Моя мама… умерла, — грустно произнесла она. — Я не могу сказать, что я какая-то особенная. Если только… нет, это не важно, — быстро осеклась она. Мы же пришли к её палатке. Она находилась в центре лагеря, рядом значилась палатка с пометкой ВВК. Понятно, здесь будет эта комиссия. И тут же жил мужчина, которого я заметил сразу. В чёрной рясе с цепью, на которой виднелись эмблемы церкви Трёх Стен. Церкви? Да уж скорее культа… Он грозно зыркнул в нашу сторону, задержав взгляд на Кристе. Девушка под его взором стушевалась и я встал перед ней. Это ещё что? Он тут охоту на ведьм решил устроить? С вызовом посмотрел на этого церковника. Только Реконкисты нам тут не хватало.
— Идём, — я легонечко направил Кристу в сторону её палатки. Внутри было просторно, но лежанка была лишь одна. Примус стоял в центре и по всему походило, что с девушкой никто жить не будет. Странно это всё… Жила на ферме одного аристократа? Судя по породистости лица… да, это вполне возможно. Она скорее всего жила на ферме одного аристократа, который и был её отцом, а её мать была простой крестьянкой, или служанкой. Бастард она, вполне возможно. И её сослали в солдаты любимые родственнички, чтобы не мешала в будущем дележе наследства любимого отца. Как же это убого… Но почему на бастарда дворянина так гневно смотрел церковник из Культа Трёх Стен? Что с ней не так? Я посмотрел на Кристу. Та явно не горела желанием отвечать. И всё же… хотелось защитить эту девушку. Слишком уж рьяно она защитила меня от злословия Имир, хотя похоже это вообще её черта характера. Но хотелось бы, чтобы она ещё раз меня защитила. — Ты примусом обращаться умеешь? — она кивнула. — Хорошо. На этом, Криста Ленц, мы, пока что, прощаемся. Если у тебя будут какие-то вопросы и проблемы за эти несколько дней — ищи меня. Я тебе помогу.
— Спасибо, — ответила она, бросив свой небольшой мешочек на лежанку. — Ты на самом деле очень добрый.
— А ты очень милая, — не остался в долгу. — Ну да хватит. Думаю, с тебя на сегодня впечатлений достаточно. Может я потом ещё раз тебя навещу, узнаю, как ты устроилась?
— Можно, — кивнула девушка. — Спасибо, Феликс. Но я надеюсь, что ты не только меня навестишь, но и Конни с Сашей.
— Разумеется, как я уже говорил, Саша — забавная девушка.
— А… ага, — чуть хмуро произнесла Криста. — Очень забавная.
Мина Каролина (искал в мирной одежде, не нашёл, либо нашёл вместе с кем-то. В итоге вставил эту "модерн версию").
Даз
Глава 49. Южный лагерь беженцев (7). 104-ый набор (2)
— Феликс… Феликс, — позвал меня Армин. — Тебя тут, это, Имир ищет, вот.
— Я уже понял по уровню шума, — пожаловался я. Только-только прилёг отдохнуть, а тут она. И чего она хочет? Хотя я примерно представляю чего. Помнится, она говорила, что нашла того, ради кого хотела бы жить. Ну или что-то подобное. Те слова можно было бы толковать по-разному. И, скорее всего, это та девочка, Криста. Она каким-то образом прознала про существование этой девочки. И почему-то решила сделать её своим смыслом жизни. По крайней мере мне так казалось. Только вот… Что за нафиг причина во всём этом? Многие аристократы делают бастардов. Не все из них получают путёвку на тот свет через Кадетский Корпус и обязательство вступления в солдаты. Но факт есть факт.
Даже бастардов захудалого барона будут чмырить на чём свет стоит. А эта триггернулась на Кристу. И нет, девочка крайне милая и приятная. С ней хорошо. Но, кажется, чересчур Имир на неё запечатлилась. Ещё немного и она будет напоминать Микасу, только у Микасы пунктик на Эрена, а вот у Имир будет пунктик на Кристу. И ведь не сказать, что меня беспокоят… такого рода отношения между девушками… Это ещё надо, чтоб Криста ответила. Но такое внимание крайне раздражает и бесит. И что мне ответить Имир? Так, чтобы сразу отвязалась и не мешалась. Меньше всего мне хочется сейчас тратить время на пикировки с этой долбанутой.
Хотя, чего это я так бешусь? Раньше Имир у меня выходило игнорировать. Выйдет и сейчас… Так что я спокойно расположился и посмотрел на Армина.
— Как же она меня достала ещё во время пути к лагерю, ну да ладно. Просто же так она не отвяжется.
— Кажется, это произошло потому, что ты сопровождал какую-то девочку… Правда я до конца не понял, как это связано, — донёсся голос заходящего Эрена. — Тебе не кажется, что эта Имир слегка тронутая?
— Вопрос, Эрен, сформулирован верно, просто ты не понимаешь одной сути… Ты тронут на почве Титанов… А Имир тронута на почве Кристы Ленц, той девочки, которую я сопровождал.
— Послушай, эта шутка – худшая, — заметил Эрен, устроившись на своём спальном месте.
— Шутка не лучшая, допускаю, но Имир явно перебарщивает…
— Кто это перебарщивает!? — ворвалась эта в палатку. — Ты хоть понимаешь, что наделал?
— Понимаю ли я? — удивился, заведя руки за затылок. — Не совсем.
— Да ты…
— Хватит, — жёстко ответил ей. — Я не могу понять того, что ты пытаешься мне объяснить! Почему мне нельзя общаться с Кристой? Что это ты вообще устроила в лагере? Только опозорила себя… А что с твоей группой, которую тебе сказали сопровождать? Почему ты их бросила, а я был вынужден убирать за тобой откровенный мусор?
— Потому что… Потому…
— Напоминаешь мне одного престарелого маразматика, видел его однажды на улице. Преследовал девушку и тоже не мог объяснить почему преследовал, — вздохнул я. — В итоге его поколотили братья девушки и чуть не убили. Ты объяснишь, наконец, в чём дело? Мне жутко интересно.
Вру, на самом деле нет. Но чтобы свести конфликт к минимуму – тут лучше хотя бы продемонстрировать интерес к тому, что я хочу что-то решить. А для этого потребуется показать и доказать участие.
— Просто… Пойдём выйдем, — предложила Имир.
Я тяжело вздохнул, осматривая Армина, Микасу и Эрена, которые были вынуждены всё это наблюдать. Прогонять их нет смысла, тем более по такой причине. А значит – я сам выйду. Погода на улице за последние несколько дней изрядно потеплела. Февраль, вернее его конец, выдался тёплым. И март сулил быть ещё теплее. Я вышел вслед за Имир. Она повела меня поодаль, в сторону полей. Девушка постоянно оглядывалась и напряжённо прикусовала губу.
— Ну так что? — не выдержал я, когда мы подошли к дереву без листвы. Хотя из-за тепла – на ветках уже проглядывали почки. — Скажешь, наконец, в чём дело?
Имир опёрлась о дерево.
— Какие у тебя планы на Кристу? — спросила с вызовом.
— Не понимаю о чём ты, — отмахнулся я. — Я примерно представляю то, что ты к ней чувствуешь. Не сказать, чтобы меня подобное не удивляло совсем. Но, считаю, что Криста в этом отношении – живой человек.
— То есть…
— Ты волком на всех смотришь! Девочка здесь лишь один день, а ты, как я слышал, уже пыталась к ней навязываться и даже чуть не подралась с кем-то там в столовой. Это странно, не находишь?
— Я просто вижу в ней свою родственную душу, — резко заявила Имир. — И уж точно не хотела бы, чтобы такой урод, как ты, даже касался её.
— А Криста сама решить не может? — удивился я. — Когда я случайно её коснулся, она попросила меня этого не делать и я перестал. И даже извинился. Меня удивляет то, что ты вся из себя такая умная и ехидная, но сомневаешься в моих мотивах. Криста – милая и красивая девушка. Но я не буду переходить за границы, которые она сама мне выставит. Я… уже такое делал, вышло не очень, если честно.
— То есть?
— Когда ты пытаешься в этом смысле навязывать людям свои суждения, взгляды, особенно когда пытаешься их изначальные взгляды переломить – многое может привести к катастрофе. Моя сестра… названная сестра – не хотела выходить за Штрауса Хаммера, того самого Штрауса, ты верно слышала про него…
— Ага и про то, что он сдох, — произнесла Имир. — Где-то с месяц как.
— Ну да, есть такое, — согласился я. — Но моя сестра вышла за Штрауса в своё время, хотя не хотела. По моему, отчасти, настоянию.
— И что стало с твоей сестрой? Почему ты вдруг про неё заговорил?
— Хммм… Она пошла купаться в бадье…
— И? — изогнула бровь Имир.
— Перед этим она надсекла себе вены на руках…
— Твою ж мать…
— Мать не трожь, — сурово произнёс я.
— Ты думаешь, что я доведу до такого Кристу? — спросила она, приложив руку ко рту.
— Что я думаю, по счастью, не твоя печаль, — ответил Имир. — Однако вот тебе история Феликса Штейна. Я считал, что брак с Штраусом, тогда ещё никто не знал, что он отпрыск Уве Хаммера – принесёт мне, в первую очередь, счастье, ресурсы и возможности в банде Камнеглавых. Как и Герте, ведь он был офицером банды. И поначалу всё это и получили сполна. Проблема в том, что даже если бы Штраус оказался адекватным человеком – как думаешь, моей сестре было приятно делить ложе с тем, кого она никогда не любила? Наверное, нет… По крайней мере об этом кричат все мои знания женщин.
— А ты много женщин знал?
— Оставлю этот вопрос без ответа, но суть ты уловила, по глазам вижу. Мой совет таков: позволь Кристе самой решать. Она, к слову, старше нас обоих.
— А когда у неё день рождения? Она не говорила?
— Пятнадцатого января, — ответил Имир. — Неужто не сказала? А мне сказала… хе-хе… Лучше сосредоточься на том, что нас ожидает вот уже послезавтра. Военно-Врачебная Комиссия. Тот кретин из Культа Стен на Кристу волком смотрит. Как там его? Пастор Ихид, кажется. А некоторые смотрят на неё… кхм… весьма по особенному.
— И ты в их числе, — указала на меня пальцем Имир.
— Вижу, с тобой бесполезно разговаривать, — признал я проблему. — Ну да не важно. Благо, что я могу просто так уйти. И помогать тебе общаться с тобой же назначенной подругой не намерен. Лишь пожелаю тебе удачи.
— Я бы предпочла, чтобы ты вообще свалил из этой жизни, — резко ответила Имир.
— А у тебя ничего не выйдет… Я тебя прибью раньше, чем ты просто попытаться успеешь, — ухмыльнулся. — Но я не хотел бы тебя бить. Хватит с меня избиений девушек. На Микасу ты не тянешь, так что мне было бы неприятно тебя побить.
— А ты и её побил? — усмехнулась Имир.
— Советую не смеяться. Микаса куда как опаснее всех, кого ты знаешь…
— Ты понятия не имеешь что я знаю и кого знаю, — сурово заявила Имир. — Но, возможно, когда-нибудь – узнаешь.
— Вряд ли ты знаешь что-то серьёзнее истинного имени Кристы, — пожал плечами. — Я понимаю, что она бастард, но в принципе мне всё равно.
— Всё равно? Ты же вроде потомок той, кого прозвали Королевой Северного района Подземного города…
— Только я принцем никогда не был, но всё это условно, Имир. В наших делах – важно не то, кем ты рождён, а то, сколько у тебя силы за спиной. Я не верю в титулы, потому что я верю в свои руки… Титулы… Не являются защитой сами по себе. Они лишь красивая оболочка, приписка на могиле. Если хочешь подружиться с Кристой, пытайся обращаться не к той, кого она пытается рисовать и даже не к той, кем она рождена, а к девушке по имени Криста Ленц, кем она является. Хотя я не знаю её имени, но это и не важно, есть личность, к которой следует обращаться, без перечислений. И тогда у тебя всё получится. Или ты всё ещё хочешь найти родственную душу той, у кого изломана судьба из-за лжи? Открою глаза – у нас тут у большинства изломанные судьбы. У Кристы нет монополий на страдания. Разумеется, ты можешь вновь хмыкнуть и сказать, мол я не знаю её истинной истории. Ну так просвети меня, чтобы я всё понял.
— Это не моя тайна, — грустно произнесла Имир. — Если только Криста сама тебе не расскажет. Ты же хвастался тем, что близко общаешься с ней.
— Я вообще таким не хотел хвастаться, просто хотел над тобой пошутить. Ну да ладно, нет у меня времени много общаться с тобой сейчас. У нас тут ВВК на носу, а ты меня отвлекаешь.
— Хочешь прийти на комиссию здоровее, чем есть? — спросила она. — Э! Не смей подсаживать Кристу на обмазывание снегом.
— А ещё говорят, что это я ёбнутый, — иронично заметил. — Зря, получается, говорят. Какое, нафиг, обтирание снегом, Имир? Она не готова к такому, это вижу я. Так что не волнуйся… Пока что…
***
Перед палаткой, где была у нас столовая толпились люди. Их было много, на самом деле – она не способна прокормить всех обитающих тут за раз. Поэтому завтрак начинался в полпятого утра и заканчивался полвосьмого. Обед полдвенадцатого и заканчивался полчетвёртого. И ужин полшестого вечера и длился до полдевятого. Каждый приходил, как было угодно, но обычно люди сбивались в строго определённые группы и подстраивались под них. Армин говорил, что летом и весной всё это накладывалось ещё и на работу на полях. Теперь же мы пришли сюда, когда наша палатка ела.
— Что за толпень? — не унимался Эрен, силясь подпрыгнуть и посмотреть что там за людьми, стоящими перед нами.
— Без понятия, — пожал плечами.
— Эрен, осторожнее, — проявила заботу Микаса.
— Говорят, наш обед здесь отменяют, — послышались слова одного из подростков.
— Быть не может, — сказал ещё один. — Это что, значит, еда кончилась? Но я лично разгружал продовольствие буквально вчера! Чуть спину не надорвал.
— Заткнитесь вы оба, — шикнул на них кто-то высокий. — Сейчас говорить будут, а из-за вас нихера не услышу.
— Всем внимание! — донёсся повелительный голос впереди, перед толпой. Я смог привстать на цыпочки и выцепить офицера Гарнизона – Кройдаха. — Согласно приказу Главнокомандующего Дариуса Закклая последние два дня – сегодня и завтра – приём пищи кандидатов в Кадеты осуществляется в новом лагере! Завтра начинает работать Военно-Врачебная Комиссия сразу после завтрака! Всем явиться в центр нового лагеря! Данное распоряжение обязательно и проходит, как воинский приказ! Вы обязаны понять, чем живёт армия, итак слишком долго этого не знали, бездельники!
Да если бы не отряд солдат и того, что здесь не самые мотивированные и физически развитые беженцы – тебя бы уже на ремни порезали. Вот же грубиян.
— Поздновато они это придумали, — выразил мнение Эрен. — В итоге, в лагере остались лишь слабаки и трусы. Надо было нас с самого начала тренировать, как солдат.
— Сколько сопляка не тренируй, если у него нет мотива стать сильным – он и не станет, — ответил ему. — А вот для тебя познать армейский уклад, даже через столовую – будет не лишним.
— А тебе? — спросил Эрен.
— Сколько бы я не кривился на местную еду – для меня всё божья роса, потому как я жил в месте, где было всё ещё хуже… Ну да неважно… Устал я говорить про то место, наверное, если я стану значимым человеком – мои биографы устанут переписывать мой бесконечный трёп про Подземный город, а читатели завалят литературную газету критикой… Я, кстати, думал написать критику в адрес «Приключений барона Гриста Эмберга», херня, а не книга… В эту газету.
— И что же тебя остановило? — спросил Армин.
— Газета издаётся на средства дома Эмберг, а её главный редактор – барон Грист Эмберг, — ответил ему с лёгким пренебрежением к означенному аристократу. — А значит чушь, по которой он без УПМ запрыгнул на десятиметрового Титана и руками оторвал ему нафиг голову – будет продолжаться и получит уже вторую часть. Впрочем автор обещал трилогию. Качественную литературу в массы, — потряс я кулаком. — Ууу… сука… Критика-то критикой, а вот я после такой критики – наверное бы конечностей недосчитался, или ещё каких частей тела. Так сказать: ответил бы за слова. Не сказать, чтоб мне такой ответ понравился.
— Тебя ещё попробуй скрути, — пожаловался Эрен.
— Толпою гасят любого, — ответил ему. — Таков закон природы. Ведь как-то обменивали же десятки и сотни жизней людей на то, чтобы убить одного Титана? Обменивали. И даже сейчас обменивают. Тут тот же принцип.
— В этом ты прав, — послышалось от Микасы. — Но где вообще эта наша новая столовая?
— А, вы же выгружали продовольствие, — догадался я. — А значит не видели. Покажу, — пообещал. — Идёмте. Надо успеть до того, как люди отсюда набредут на ту столовку. По любому там подход – кто успел, то и съел, а кто не успел – тот смотрел, как кушают другие. Хотите его испытать?
— Эммм, — Микаса вдруг отвернулась. Из её живота раздавалось знакомое урчание. Девушка налегла на физуху в последнее время. Видимо, стиль какой-то учить не хочет. Зато хочет в следующий раз ушатать меня с первого же выпада. Страшно-страшно, аж жуть… — Идём? Я есть хочу.
— Не ты одна, — заметил Эрен.
Мы вчетвером так и пошли. Вообще с этой тройкой – Эреном, Армином и Микасой выходило дружить не особо легко. У них многое завязано на Сигансине и подсознательно они мой травмирующий опыт, где несчастья принесли люди – не воспринимают. Ведь Титаны разорили их город и земли за Стеной Мария. Как люди могут принести больше горя, нежели чем монстры, жрущие людей постоянно?
Никак… И в этом винить их трудно. Мы не стали близкими друзьями, но всё же сошлись. С Эреном на почве того, как именно мы подохнем – в Разведкорпусе на очередной вылазке. Микаса, как типичный силовик – уважает того, кто может дать в морду… Вернее в её прекрасное, азиатское лицо. А Армин уважает меня за то, что я с ним вожусь. Парень, всё же, застенчив и несколько раз извинялся передо мной за свою слабость. Но упорно шёл вперёд, невзирая на трудности. Его можно даже за это уважать. Мы прибыли к лагерю новичков одни из первых. Я провёл всех кратчайшим путём, обойдя палатки. Столовая была наполовину пустой. Многие из лагеря ещё сюда не добрались, так что мы успели вовремя. В противоположном от входа конце огромной палатки был повар. Тот самый, который послал того идиота-Флока.
Мужчина стоял за огромным котлом. Рядом с ним виделись и его помощники. Они раздавали еду – повар щедро разливал белую кашу, а помощники давали порции с овощами и булки. В качестве питья тут был сок, судя по всему.
— Феликс! Феликс! — послышался радостный голос. А, Криста. Девушка заметила вошедших нас и тут же замахала рукой, подзывая к себе.
— Твоя знакомая? — удивлённо спросил Эрен. — На Армина похожа…
— Эй, — тут же возмутился означенный парень.
— Да, это Криста Ленц. Весьма милейшая персона…
— Та самая, за которую Имир приходила чистить тебе рожу? — спросил Эрен.
— Она…
— Вот эта милая девушка.
— Она…
— Ну, думаю мы пойдём в другое место сядем, — заметил Армин.
— Ерунда, — ответил ему. — Берём порции и садимся рядом с Кристой.
— Не хочешь ли ты использовать нас в качестве щита, — с подозрением спросила Микаса.
— От кого? От Имир? — задал ей вопрос. — Не глупи, от неё мне не нужен никакой щит. Идём же…
— Аккуратнее, — послышался девичий, грубый голос. Армин чуть задел боком какую-то блондинку. Что-то многовато блондинок. Девушка эта была одета в обычную одёжку, разве что она надвинула на голову капюшон, если бы не то, что Армин её не заметил – я бы даже не понял, что она блондинка.
— П… прости, — тут же произнёс Армин. — Не ушиблась?
— От тебя-то? Пффф, — возмущённо фыркнула блондинка. — Это я должна спросить – не ушибся ли ты.
— Эй, в чём твоя проблема? — рядом с другом встал Эрен.
— Хватит, — я положил Эрену руку на плечо. — Это случайность, никто не пострадал. С Армином в порядке, с тобой… эммм…
— Неважно…
— С девушкой по имени «Неважно» всё в порядке и на этом закончили, — усмехнулся я.
Она уставилась на меня оценивающим взглядом голубых глаз. А после фыркнула и отвернулась. И что это было? Странно-странно… Хммм… Но её походка. Она будто пружинится от земли. Бокс? Скорее всего… Она увлекается боевыми искусствами и судя по тому, как отдаются её ноги от земли, она готова встать в стойку в любой миг. Однако странно… Я не слышал о каких-либо рукопашных стилях боя в этом мире… Точнее вообще не слышал. Не значит, что их не было, но просто обычно в этом мире люди либо в мирном режиме, либо достают оружие и начинают им пользоваться. В рукопашке смысл относительно низок. А тут прям выдаётся подготовка и натаскивание на стиль. Походка выдаёт её с головой, если знать, куда смотреть.
Блондинка по имени «Неважно».
Хммм… Значит она будет кадетом, почти наверняка. Кажется, в какой-то местности готовят детей к вступлению в Кадетский корпус не только армейской похлёбкой.
— О, опять ты, — посмотрел на меня Флок. Он стоял у самого котла и ждал, пока ему нальют каши. — О нет.
— А, старый знакомый, — мрачно усмехнулся я. — Как рука? Уже не болит?
— Послушай, парень, — послышалось ворчание повара. — Я в прошлый раз простил тебя потому что вы закончили слишком быстро. Но охота руками помахать – валите-ка наружу.
— Да у меня нет никакой охоты… А у тебя есть, Флок? — спросил у него.
— Хмф… В Кадетском корпусе я с тобой расквитаюсь! — пообещал он.
— Смена одёжки не учит сражаться, — ответил ему, взяв тарелку. Он отошёл.
— И это тоже был твой друг? — спросил Эрен.
— С чего ты взял?
— Ну вы общались, как друзья, — ехидно и с хитринкой в глазах сообщил Йегер. Так он тоже умеет шутить. Удивлён. Когда нам раздали порции, я пошёл с ними уже за стол к Кристе. Она увлечённо уплетала булку и запивала её соком.
— Привет, Криста.
— Привет, Феликс, — тепло улыбнулась девушка. — Это твои друзья? Армин, — она посмотрела на блондина, — Эрен, — посмотрела на брюнета, — и Микаса, — завершила осмотр. — Я Криста Ленц, приятно со всеми вами познакомиться. Феликс много хорошего о вас рассказывал.
— Я не особо много рассказывал, — смутился.
— Но только хорошее, — добавила Криста с мягкой улыбкой. — Вы готовы к завтрашнему дню? Говорят, они начнут ВВК сразу после завтрака и продолжат весь день.
— А ты владеешь информацией, Криста?
— Ага, — радостно покивала девушка. — Я с вами поделюсь, но сперва… Я доем булку.
— Кстати, Криста, — заметил я. — А где твоя каша? Что-то я не вижу тарелки рядом.
— Ну, та девушка… Эммм… Саша, вот. Она выглядела такой голодной, так что я поделилась с ней кашей. И овощами, а она мне отдала свою булку и немножко вареной картошки.
Картофельная девочка?
— И Саша, разумеется, не заметила то, что у неё тоже есть порция, — со вздохом произнёс я. — Ладно, держи мою.
— Что? — удивилась Криста. — Эммм…
— Булкой не наешься, — указал на хлебобулочное изделие.
— А ты…
— А я ел и куда меньше, — припомнил кое-что. Троица Эрена смотрела на девочку как-то странно. Делиться едой было не принято, её не так чтобы много. И не сказать, чтобы Криста много ела, она скорее поделилась от своей бескорыстности, как ни крути – торг был, но максимально невыгодным. Надо будет потолковать с этой Сашей обстоятельнее, если попадём в одно подразделение. А что попадём – то точно…
Глава 50. Южный лагерь беженцев (8). 104-ый набор (3)
Беседа с Кристой была довольно приятной. Правда, вёл её исключительно я, иногда Армин поддакивал. Но это лишь по началу. А после… Случилось чудо, доброта и эмпатия Кристы – заставили Микасу отвечать, а после и самого Эрена. Так что у нас получилась вполне себе милая и тёплая обстановка. Криста Ленц умела к себе располагать искренностью. Только вот она мне казалась слегка наигранной. Через её доброту никто не мог просмотреть только потому, что она изначально добрая. Но кое-что всё-таки её выделяло – игнорирование своих желаний. Она будто бы останавливалась, когда речь заходила о ней, выжидала, когда о себе расскажет собеседник и искренне поддерживала его, умилялась победам и гордилась вместе с собеседником. Сопереживала трагедиям и горю…
Кого-то она мне точно напоминает… Герта? Вполне возможно.
— Ох, спасибо, Феликс, — причмокнула губами от съеденной порции Криста. — Но с тобой точно всё в порядке? Может скушаешь мою булку?
— Нет, тебе надо много питаться, — серьёзно ответил я. — Я не хочу… лишать тебя полезных ресурсов.
Эрен в удивлении уставился на меня, будто услышал что-то не то, а после протёр себе глаза… А после уши… Я показал ему, что если не прекратит – я ему лоб протру… кулаком. Прекратил, но всё ещё смотрел в невероятном удивлении.
— Так что будет завтра? — спросила Микаса. — Нас проверят по каким-то важным параметрам? Не хотелось бы, чтобы кое-кто прошёл в солдаты…
Что это она имеет в виду? Или кого? Может этого дебила-Флока? Из него солдат, как из меня балерина. Впрочем, возможно из меня куда лучшая балерина. Он мне не нравится, потому что не нравится… и потому что дебил. По-моему, весомые причины.
— Нельзя так, Микаса, — тут же ответила ей Криста. — Насчёт же того, что ждёт…, — она приложила палец к щеке. — Измерения роста, веса, длины рук, ног. Изучение зрения, слуха, нюха и даже тактильного… эмм… раздражения… понятие не имею что это.
— Тактильное раздражение – это касания, — пояснил Армин. — Будут смотреть, как ты реагируешь на прикосновения, есть ли реакция у тела. Нет ли особой чувствительности… Ремни УПМ плотно облегают тело, при слишком сильной чувствительности – солдат может отвлекаться и подставлять под удар всю группу. Я читал истории, в которых был солдат, который слишком сильно чувствовал раздражение… Ну как был, его, как раз, ВВК отсеяла. Потому что он был слишком раздражительным, любое прикосновение создавало ему раздражение, а могли привести и к боли.
Как там эта хрень зовётся с болью? У него похоже была аномально развитая ноцирецепция.
— Кстати, нам ведь только в этом году исполняется по двенадцать лет, — припомнил я.
— Хе-хе, а мне уже двенадцать, — важно произнесла Криста. — Означает ли это, что вы должны меня слушать, так как я вас всех старше?
— Не означает, — ответила Микаса. — Мне стало двенадцать десятого февраля.
— О… ого, поздравляю, — произнесла Криста.
Я сам прибыл в этот лагерь на дня три позже.
— Так, а в чём твой вопрос? — вспомнил вдруг Эрен. — Ты же неспроста заговорил про возраст.
— УПМ – это довольно уникальное устройство, требующее точной подгонки ремней, иначе – твои органы превратятся в винегрет. Рёбра переломаются прямо в полёте и проткнуть нафиг всё, что можно, — указал я Эрену. — Не рановато ли нас будут измерять для УПМ? Всё же мы всё ещё растём.
— Не рано, — пояснил Армин. — Солдат проверяют по ВВК на параметры, необходимые для УПМ каждые полгода до исполнения двадцати лет. И это если солдаты доживают ещё до этого возраста, — мрачно продолжил он. — После двадцати лет, их проверяют каждый год для годности к УПМ. Эта штука зовётся ВВК-УПМ. Мы же будем проходить ВВК в Кадетское училище. И в процессе обучения нас ждёт ещё пять ВВК, в сумме – шесть. Последняя – будет выпускной, где нас проверят и снабдят необходимыми ремнями.
— Ооо, — удивился я. — А ты откуда это знаешь?
— Офицер Кройдах забыл регламент в столовой, как-то, а Эрен подумал, что это тайные приказы… А оказался регламент о ВВК, с подписями о прохождении со стороны его отряда, — пояснила Микаса. — Пришлось потом его ему возвращать. Ну хоть пайком дополнительным наградили, а не как обычно.
Обычно общение Эрена с солдатами Гарнизона заканчивается избиениями. Не в пользу Эрена. А тут такое.
— Честно говоря, звучит интересно… Я видел УПМ в действии, хотелось бы поскорее научиться летать.
— А вот мне что-то не очень, — стушевалась Криста. — Я тоже видела и это выглядит страшно. Летать при помощи крючьев… и газа… И это вот всё… Деревья, здания, стены… Бррр…
— Не переживай, — тут же ответил я. — Я помогу тебе освоиться, случись что… И подстрахую.
— А… Спасибо.
Впрочем я сам не уверен – насколько годен к УПМ. Ремни под рост и длину конечностей – ладно. С этим родина, так сказать, справится на ура. А что насчёт моей годности к этому устройству? Я никогда его не испытывал… Вряд ли это что-то похожее на вингсьют. Да и вообще оно ни на что не похоже. Тела в этом мире отличаются от того, в котором погиб я. Тут они явно крепче, потому что испытывать такие перегрузки, а солдат с УПМ носится на фантастических скоростях для нашего тела. Одно дело сидеть в машине и лететь под сотню… Другое дело – разгоняться так в воздухе, безо всякой защиты в виде кокпита автомобиля. Я видел, как солдаты летают и у меня нет встроенного спидометра в мозг. Но по ощущениям – это десятки километров в час точно будут. А может и куда больше.
— Уммм… Спасибо, Феликс, — зыркнула она на меня.
— Мы точно тут лишние, — высказал мысль Армин.
— Не сказал бы, — пожал плечами. — Я считаю вас своими друзьями, разве это делает вас лишними?
Армин приблизился к моему уху.
— Феликс, — тихо произнёс он. — На тебя Криста странно смотрит. И я точно уверен, что она смотрит на тебя почти, как Микаса на Эрена… Ну почти. Сильно почти…
— Знаешь, Армин, я не слепой, но ты посмотри на неё… Она, словно куколка… Что-то меня не тянет на неё смотреть… Кхм, короче отстань, — тут же попытался отпихнуть его. Слишком быстро это всё… Криста чуть склонила голову набок.
— Я присяду? — резко, рядом с Кристой материализовалась Имир, поставив свою порцию. И зачем спрашивала, если присела сразу? — Привет, Криста, Феликс… Микаса, Эрен, Армин, — поздоровалась она.
— Привет, Имир, — радостно улыбнулась Криста, обратив внимание на девушку. — Как дела? Не видела тебя с самого утра, хотя я думала, что ты заглянешь. Что-то случилось?
— Ну, могу сказать, что мне надо было над кое-чем подумать, — со вздохом ответила Имир, начав помешивать свою кашу, а после перенося её ложкой в рот. Она отпила сок из стакана. — Пффф… Берёзовый? Эту гадость кто-то пьёт?
— Кто-то пьёт, — заметил Армин. — Вообще в нём много полезных веществ. Дедушка рассказывал, что припарки из сока берёзы обеззараживают раны получше алкоголя.
— По мне так лучше яблочный, — ответил ему.
— Я тоже люблю яблочный, — призналась Криста. — Он такой вкусный. Правда, как-то на ферме я попробовала яблочный из забродивших яблок. Не очень помню тот день, — призналась девочка. Ба, да она наклюкалась. Но вообще проблема – самая что ни на есть обычная. Яблоки залежались, но сок из них сделали. Человек не понял до самого конца, либо не проверил яблоки, либо не было времени, либо… цель такая была – получить яблочный напиток такого формата. Скорее всего Криста выпила подобное просто по ошибке и ей хватило.
— А по мне так лучше малиновый, — заявила Имир. Я удивлённо уставился на неё. — Что смотришь?
— Никогда бы не подумал, что ты пьёшь что-то из сладкого?
— По-твоему мне подойдёт что-то горькое и едкое?
— Ага, — подтвердила Микаса. — Как твой язык, Имир.
— А ты что любишь, а? Какой сок, колись, по любому что-то извращённое…
— Микаса любит груши, — тут же ответил Эрен. — Сок из груш. Помнится она разгрузила целую телегу в Сигансине, только чтобы получить пять грушин в оплату. А когда один из местных парнишек стянул у неё грушу – она его догнала и побила.
— О…, — Имир обронила ложку. — Из-за груши?
— Это была моя груша! — заявила Аккерман. — А не его.
Что ещё раз подтверждает мою теорию о том, что Эрен знает Микасу, как облупленную. Да она жила в его доме на правах сестры. Но вряд ли её отношение к нему – чисто сестринское. Ну а у Эрена… Вот тут прям беда.
— Между тем, Имир, стала вести себя вежливее… Тебя Микаса побила?
— Нет, — фыркнула в ответ Эрену Имир. — Просто ведут себя так, чё не понятно-то, а, мелкий?
— Понятно-понятно, — тут же гадливо ухмыльнулся Эрен.
— Ты улыбаешься, как Феликс… Прекрати, — произнесла девушка. Эрен тут же прекратил, явно не намереваясь вступать в эскалацию и сосредоточился на своей порции. Но Имир встала и ударила его ложкой по лбу.
— Ай! За что!?
— Как вспомню, аж бесит, — объяснила поведение Имир.
— Ну ты…
— Ребята, может не будем драться в столовой и шуметь? — спросил Криста. — Пожалуйста, помиритесь…
Мне показалось, или из неё исторглось что-то похожее на ангельское сияние. Смотрящие на её лицо Эрен и Имир тут же сомлели и… успокоились! Успокоились! Блин, какое же сильное у этой девушки очарование. Невинность высшего смысла… Переговариваясь обо всём, что можно, мы-таки доели наши порции. Мне, Эрену, Микасе и Армину было надо уходить в свою палатку. Как и Имир в свою, но последняя вызвалась проводить Кристу до её палатки… Правда до неё недалеко, метров пятьдесят по прямой дороги.
— Но я хочу, чтобы меня проводил Феликс, — вдруг заявила вставшая Криста, поправив своё коричневое платье.
— По-моему ты не отвяжешься, — тихо шепнул Армин. — Не хочешь её провести?
— Идти с Кристой – ладно, но с нами пойдёт Имир… Эх… Ладно, идёмте, девушки, — я встал из-за стола. Мы вместе вышли из палатки. Я, Имир и Криста направились в центр лагеря, проводить собственно Кристу. Надеюсь, эта милая девушка не придумала себе лишнего. И вопрос не в том, что возраст не тот. Просто не считаю, что должен… быть рядом с ней. Или мне надо просто, чтобы она попросила? По дороге к её палатке она шутила и всячески пыталась со мной говорить. Имир влезала, вставляла едкие комментарии, служила эдакой воспитательницей, мнящей, что её роль состоит в том, чтобы молодые не натворили глупостей. Ну а я же… расслабился.
Всё же, несмотря на Имир, с кактусом вместо языка, с Кристой было невероятно легко. Она вроде рассказывала обыденные вещи о жизни в деревне, но было приятно её слушать.
— Ну вот и всё, — произнесла Криста. — Было приятно увидеться сегодня с вами, — она улыбнулась, как она умела, «повергая армии своей милой улыбкой» и отправилась к палатке, помахав нам рукой.
— Знаешь, я теперь понимаю, почему ты посчитала её родственной душой, хотя в нашем мире полно изломанных бастардов, которых выкинули, словно мусор, из дома.
— Вот бы ты понял, что такому, как ты, рядом с ней не место…
— Имир, — устало потёр виски я. — Мы уже это проходили. Не тебе запрещать мне с кем-либо общаться – это раз. Два… Кристе решать насколько я могу быть близок к ней. И опять же…
— Что?
— Неважно, — отмахнулся я. Боюсь… Боюсь, что напортачу снова и испорчу этот концентрат милоты и доброты. Даже если это маска – Криста сама по себе, внутри несломленная, добрая и милая девушка. Слишком её жертвенность напоказ. А поддерживать её настолько явно никаких ментальных сил не хватит. А значит – внутри она почти такая же. И мне не хочется её никак ломать, или портить. Она и так настрадалась, не меньше, чем все вокруг. Зачем ещё её портить таким образом кому-то, вроде меня? Нет, лучше пока понаблюдаю со стороны. И действовать буду осторожно. Даже если… если, как надеется хоть какая-то часть моего разума – у нас в теории что-то выйдет, торопиться в принципе с ней не следует. Да и вдобавок… может она такая же, как Имир? Или Имир её переделает в себе подобную? Как говорится, почему бы и нет? Некоторыми осуждаемо, но… Кто я такой, чтобы людей за подобное судить?
— Говори уже, — нетерпеливо затребовала Имир.
— Не буду, не обязан, — резко ответил ей. — И вообще, мне пора. Завтра трудный будет день.
***
C cамого утра целая толпа двинулась в так называемый «лагерь новичков». Перво-наперво – люди столпились у столовой, где все набросились на завтрак. Последний приём пищи, ибо ВВК – штука довольно муторная и долгая. По крайней мере я помню ВВК по своей прошлой жизни. Полуголые мужики, обычно раздетые до трусов и носков… Хорошо если в трусы они не дрочили, а лучше меняли перед походом в военкомат. И с носками то же самое… Я мог быть каким угодно мажором, но визитов в военкомат не избежал. Как и сомнительное пребывание в одном коридоре с полусотней мужчин самого разного возраста, которым требовалось пройти освидетельствование. Кто на что…
Сомнительное удовольствие предоставил один мужик, качок, который явно самоудовлетворялся в нижнее бельё… Его не заменил, надушился духами и этим пытался показаться… хер его знает кем он тогда пытался показаться, видимо сверхгением. Но запах спермы, мочи, дешёвой туалетной воды и дебила стоял на весь коридор. Здесь же всё осложнялось тем, что проходили и девушки, и парни. И проходили мы в начале весны… Да, в этом мире – теплеть начинало где-то с середины февраля и сейчас было более-менее пристойная погода. Но всё равно некоторые могли и продрогнуть. Проверка наступала сразу после завтрака.
Стояла погода не самая холодная. Виденный мной ртутный термометр, а здесь есть и такая технология – показывал плюс десять. Не тепло, согласен, но и холодом это всё не назвать. Из столовой, куда вошли все кадеты – никто не вышел. Внутрь наоборот зашли. Опять солдаты Гарнизона в своих куртках, да при УПМ. Перед ними шла целая группа людей в зелёных плащах с серыми эмблемами – скрещенными клинками на сером щите. Вроде как такую форму носят все солдаты и офицеры Кадетского корпуса. А ещё это формально знак того, что носитель не принадлежит ни к одному из трёх войск: Гарнизону, Военной Полиции и Разведкорпусу. Что значит не только то, что солдат принадлежит Кадетскому корпусу. Это в целом знак армии Королевства. И вроде как его носит Дариус Закклай, Главнокомандующий всех войск. Люди моментально прекратили есть, впрочем уже все закончили приём пищи и тарелки загремели от того, что в них положили ложки.
Вошедший мужчина из Кадетского училища был седым и носил очки. Он вышел чуть вперёд.
— Всем встать! — тут же приказал он. Выглядел он немного добрым, но тон был приказным. Вошёл он аккурат после приёма пищи. Точнее, когда все уже успели поесть… Кроме Саши Блаус, она увлечённо добивала булочку. А присутствующие кандидаты встали.
— Саша, Саша! — тыкнул её под бок Конни. — Это не смешно, вставай давай.
Саша Блаус закинула булку в рот, быстро прожевала и проглотила.
— Меня зовут Клод Дювалье, — представился мужчина. — Я Капитан и инструктор Кадетского корпуса. Все вы здесь присутствующие, — обвёл он взглядом зал, — является кандидатами в Кадетский корпус. Отменить своё решение, которое вы подали не представляется возможным, однако если вас забракует Военно-Врачебная Комиссия – вы не вступите в Кадетское училище, но… Послужить стране придётся в любом случае. Вас либо определят на альтернативную службу, у нас есть должности в государственных госпиталях, почтовых отделениях и пожарных частях… Либо вас отправят осваивать земли, которые испытывают дефицит работников.
Дефицит работников, в условиях того, что человечество отступило за Стену Роза – это как вообще? Их наоборот должно быть вдосталь.
— Выдержавшие же все тяготы и лишения во время обучения в Кадетском корпусе – получат возможность вступить в один из четырёх родов войск. Вы сможете сдать экзамен на инструктора и остаться в Кадетском корпусе, правда для этого требуется прослужить пять-десять лет в любом другом роде войск, в любом случае, так что этот вариант отметаем. К основным вариантам: Военная Полиция… Лишь десять лучших выпускников каждого из училищ – получают возможность вступить в Военную Полицию и поддерживать порядок, служить Королю в столичном округе, но и не только там. Гарнизон: самый многочисленный род войск, который обслуживает Стены. И наконец Разведкорпус: меч нашей страны, который уничтожает Титанов и ищет способы победы человечества над этой напастью. Военно-Врачебные комиссии обязательны с момента поступления в Кадетский корпус и армию. До двадцати лет – вас будут проверять каждые полгода – с первого по десятого марта и с первого по десятого сентября. Для тех, кто всё-таки поступит – предупреждаю сразу – игнорировать направление на ВВК – приравнивается к саботажу. Ваши физические параметры должны идеально сочетаться с ремнями УПМ. Нарушение сочетания может не только вас убить, а ведь страна столько вложила в вас. Нарушение сочетания – может поставить ваше подразделение на грань уничтожения! — кто-то сглотнул. — И я искренне надеюсь, что хотя бы седьмая часть сегодня утром додумалась хоть немного помыться. Врачам, знаете ли, неприятно проверять тех, от кого несёт.
Некоторые из кандидатов поморщились. Девушки даже кинулись нюхать собственные руки и озираться. Я лично не забыл про помывку. И даже Эрена в этом убедил, хотя он рвался в армию так, что чуть ботинки надеть не забыл. Всё же он ждал этого дня больше многих.
— По выходу из столовой, — продолжил Клод. — Все вы должны будете поделиться по половой принадлежности.
Вперёд вышло два офицера. Справа от Клода стояла высокая и рыжеволосая женщина с веснушками. Она так же была одета в плащ, как и Клод. Но плащ не скрывал её внушительные верхние девяносто, скорее подчёркивал. Слева от Клода стоял светловолосый мужчина с неухоженными волосами. И тоже в плаще.
— Это капралы Кадетского Корпуса – Зои Хайц и Герберт Олбет, — представил он. — По выходу из столовой – мальчики отправятся направо, — он повернулся к нам спиной и указал вправо, — за капралом Гербертом. Девочки – налево, за капралом Зои.
Судя по взглядам некоторых мальчишек на капрала Зои – они хотели бы отправиться за ней… И скорее всего в умывальню. Да хоть на край света.
— Вопросы?
— П… простите, — подняла руку одна из девушек. — Но вы говорили, что мы должны проходить ВВК первого марта, а сегодня…
— Двадцать восьмое февраля, — кивнул Клод. — Дело в том, что врачи, которые будут вас досматривать – завтра должны вернуться на свои должности в государственные госпиталя. Так что я вам не соврал. А вы первого марта будете доставлены в лагерь кадетов южного оперативного командования, на построение, где вас примет Главный Инструктор и Генерал Кадетского корпуса – Кит Шадис. Надеюсь, он вам понравится. А теперь, если это всё – шагом марш на ВВК.
Что же… Вариантов нам по сути не оставили. Прибывшие солдаты явно показывали: «родина ждёт своих героев». Криста, как обычно, мило улыбнулась. Вместе с ней отправилась и Микаса… И даже Имир, которая явно семенила за Кристой, чтобы пообщаться с ней побольше. Туда же пошла та блондинка, которая толкнула вчера Армина… Она ещё на своё имя «Неважно» произнесла. Будущие… возможные кадеты высыпали на улицу и подошли к капралу Герберту. Тот стоял, скрестив руки на груди. Полукругом рядом были солдаты Гарнизона.
— Я дважды повторять не намерен, — произнёс Герберт. — Так что слушайте. Идёмте за мной. У палатки, где сидят врачи – останавливаемся. Не толпимся, не дерёмся, не оскорбляем друг друга. Вызывают вас по фамилиям в алфавитном порядке.
Я прикрыл глаза, вспоминая, как пишется моя фамилия… Заглавная буква моей фамилии – девятнадцатая? Понятно, будет долго. По моим внутренним прикидкам – парней здесь что-то около двух сотен.
— Как зайдёте в палатку, выполняете приказы врачей быстро и без споров. У нас всего день на вашу проверку. Учтите, что тем, кто будет выделываться – перепадёт наказание согласно уставу. Вперёд, — он бодро зашагал в сторону. Мы гурьбой двинулись за ним. Он не пытался нас как-либо построить, видимо понял тщетность подобного. Нас подвели к огромной, круглой палатке, что стояла поодаль. Здесь так же были солдаты Гарнизона.
— Начинаем, — Герберт достал книгу, открыл её. — Вызываю по пять человек сразу, сперва фамилия, затем имя! Абрихут Гирман, Афтун Гор, Амзих Гилард, Арлерт Армин, Браун Райнер!
Означенные вошли внутрь. Мы же остались снаружи. Мда… Надо было сменить фамилию, чтоб первой была буква А… И ведь мог в теории, да и выбрать бы что-то пафосное. Но теперь уже поздно… Раз стоит в учётных документах Феликс Штейн, значит – ждать выкрика «Штейн Феликс!».
Глава 51. Медосмотр
Они работают пятёрками? Понятно, значит остальным парням оставалось только одно – возмущённо побухтеть и отойти от входа. При нас были наши медицинские карты, паспорта, а мне пришлось взять с собой ещё и рекомендательный лист. Быстро они разбились на перебалтывающиеся кучки по интересам. Были тут люди с Троста, Эрмиха… Эти держались особняком ото всех. Городские снобы смотрели на всех, как на мусор. Особенно на кого-то вроде Конни. Парень из деревни Рагако столкнулся с другими такими деревенщинами и сейчас чувствовал себя, как рыба в воде.
— А вы когда рожь сеете? Отец говорил не ранее сентября… Помню в прошлом году у нас она особенно удалась.
— Серьёзно? — спросил второй паренёк. — А нашего мельника казнили. Оказалось, он недовес допустил по государственным контрактам. Новый Капитан Гарнизона, что был в нашей деревне такого не оценил и сдал его. Надурил государство на тысячи марок. Так теперь никто особо мельником становиться у нас не хочет. Его сыновья почему-то отказались от того, чтобы принять наследство.
Ещё бы они согласились при таких вводных. Отца казнили за хищения. Теперь сама деревня на них коситься будет, если они наследство примут. Пройдя мимо этих людей, кивнув Конни, намеревался подойти к Эрену. Только бы Йегер опять не закусился с кем-нибудь на почве своего порывистого характера. Сомневаюсь, что солдаты Гарнизона оценят драку прямо тут. Да и врачи ВВК не поставят категорию годности Эрену, а он очень уж хочет пойти в войска. Ведь драка здоровья не добавляет, особенно без Микасы рядом, когда у Эрена Йегера отхватить по почкам и прочим частям тела кратно выше.
— Феликс, — позвал меня Конни. — Как оно?
Пришлось подойти к пареньку. Пожал ему руку и осмотрел присутствующих. Обстановка была весьма дружелюбной.
— Конни, — приветствовал я его. — Вижу, ты уже нашёл себе новых друзей?
— Ага, — радостно произнёс он. — Альбрихт и Вельмут оказывается из того же района, что и я, а Бриндмант из деревни Суила за Стеной Сина.
— Ага, — поддакнул того, кого он назвал Бриндмантом. — Я был удивлён тому, что мы делаем примерно всё то же самое. Думал вы сеете что-то попроще, а оказывается – всё тоже самое.
— Рад, что ты нашёл себе товарищей…
— Правда? Ну и… Эммм, Феликс, тебе не могло показаться, — тихо произнёс Конни, — что я был грубоват, когда узнал… ну что ты… эммм…
— Я понял, — пресёк его измышления. — Если ты называешь грубостью то, что ты просто замолчал и обдумывал информацию, то зря, — признался ему. — Для меня это не грубость, — заверил его. — Ты хороший парень, Конни, судя по всему. Так что забей.
— Угх, спасибо…
— А что у него за тайна? — спросил уроженец деревни за Стеной Сина.
Конни посмотрел на меня, я покачал головой. Не стоит говорить об этом первому встречному. Хватит с меня рассуждений о проклятости моей судьбы. Конни улыбнулся и кивнул.
— Я не могу такое рассказывать, — тут же заявил он. — Лучше пообщаемся о чём-то другом, — предложил он. Я кивнул Конни.
— Я был бы рад с вами пообщаться, ребята, но мне надо найти одного своего друга.
— Эрена? — спросил Конни. — Я слышал, ты с ним водишься.
— В какой-то степени, — уклончиво ответил я.
— Эрен, это тот крикливый паренёк с основного лагеря беженцев? — вдруг спросил Альбрихт. Он был высоким брюнетом, выше меня на голову и с раздавшимися плечами. Я кивнул. — Да уж, смешной парень. Я слышал, как он утверждал, будто бы жизнь положит на то, чтобы отбить Стену Мария.
— Эрен уроженец Сигансины, — упомянул я факт. Учитывая то, как он часто об этом орёт – вовсе и не тайна. — Так что ничего удивительного в том, что он хочет отбить свою родину нет.
— Я тоже согласен, — тихо произнёс парень, который выше даже Альбрихта. — Я родом из одной горной деревушки и её так же разрушили Титаны.
Говоривший был высоким брюнетом в синей кофте и светлых штанах. Его волосы не были длинными, а лицо наоборот – какое-то длинное, будто бы прямое, лошадиное.
— А ты…
— Бертольт Гувер, — представился парень. — К нам новости шли очень долго и пришли явно позже Титанов. Хотя я понимаю желание отбить у твоего друга Стену и Сигансину, но я точно не хочу идти туда.
— Это же насколько страшны эти самые Титаны, что даже тот, кто всё из-за них потерял – их боится? — резко спросил уроженец Стены Сина.
— Страшнее, чем ты думаешь, — серьёзно заявил Бертольт. — Но… я, наверное, пойду в Военную Полицию, или Гарнизон. Если меня вообще пропустят.
— Ты вроде выглядишь сильным, — склонил голову чуть набок. — Чего бы тебя не пропустить? — спросил у него.
— Ну не знаю… Райнер тоже такое говорил, — неуверенно произнёс парень.
— А Райнер, это один из первых, кто пошёл? — спросил я. — Браун, кажется.
Бертольт кивнул.
— Заодно и расскажет, что же там такое было, — хлопнул в ладоши. — Ладно, было приятно повидаться, Конни. Ребята, было приятно познакомиться. А сейчас… Где Эрен? Что-то я его не слышу.
Либо его уже вырубили, либо оттащили, либо он действительно умеет вести себя крайне тихо. Что меня изрядно удивит. Направившись по толпе, я внимательно всматривался и вслушивался в беседы групок…
— Я вам говорю, — горячо утверждал один парень. — Иду я такой из кузни с новыми подковами, а там такая… такая аристократка, во! — он активно жестикулировал, показывая достоинства встреченной леди. — И она такая – поможете мне лошадь подковать, ну я и подковал. А она меня потом так отблагодарила.
— Но ты же говорил, что шёл не с кузни, а с бакалеи, — подметил кто-то ещё.
— Да и булками с ней поделился…
А, вот оно что. Кажется в толпе обнаружился воздухан обыкновенный. Двенадцатилетний паренёк, похваляющийся тем, как он разложил на сеновале Королеву Любви и Красоты целой страны, с красотой национального уровня. Надо бы присмотреть и запомнить его черты. Чтобы помнить, кто тут решил начать знакомство с будущими сослуживцами с пиздежа и держаться от этого человека подальше.
Так, запомнил. Теперь буду знать…
— Мне кажется, в твоей истории слишком много странностей, — заметил ещё один его слушатель. — Будто бы ты на ходу придумываешь.
— Да как так можно! — возмутился громко воздухан. — Ещё немного и я буду вынужден поучить вас всех манерам.
— А мы ведь можем легко определить правда это или нет, — заметил ещё один парень. — Покажи-ка письку. Если ты занимался кое-чем с какой-то аристократкой, то и следы должны сего быть. Ну ты сам понимаешь.
Не обязательно все рождаются с фимозом, а потом его лишаются. Вдобавок – этот вариант проверки не исключает элементарное рукоблудие. Впрочем, звучит всё это мерзко. И зачем я только во всё вслушиваюсь?
— Точно-точно! — послышалось от парня, с чёрными волосами и причёской под горшок. — Мне кажется, ты придумываешь.
— Верно, Марко говорит, — дополнил ещё один городской парень.
— Да что вы понимаете?
— Твою, блядь, мать! — послышалась ругань со стороны палатки. — Ты, идиот, каким образом составил списки, что Браун оказался раньше Беккера, Бергмана, Бодта и Брандта?
Ась? Офицер явно кого-то отчитывал.
— Мы, из-за тебя, идиота были вынуждены искать его личное дело по всем ящикам, ты же ещё и не промаркировал их.
— П… простите, — озадаченно произнёс солдат Гарнизона.
— Не прощаю! Сошлю в какой-нибудь городок, будешь смотреть за тем, как говно после лошадей убирают, — резко заявил офицер. — Так… кхм… Чё уставились? Беккер Йохан, Бергман Отто, Бодт Марко, Брандт Карл, Бюргер Альфред! На осмотр, живо!
И в это же время освободили тех, кого отправляли на осмотр ранее. Вышло пятеро парней. Двое из них шли поникшие, почему-то. А вот Армин, короткостриженный качок-блондин и ещё один брюнет – шли радостные.
— Райнер! — Бертольт, с которым я недавно познакомился, подошёл к качку. Он действительно выглядит весьма внушительно, этот Райнер. — Ну как?
Я же заметил, как к Армину подошёл Эрен. Ха, всё-таки не встрял в драку, судя по всему. Впрочем, наверное даже Эрен понимает важность сего момента. Поэтому решил не нарываться. Я тоже подошёл к Эрену и Армину.
— Ну как? — слово в слово повторил вопрос Эрен, только более тихо.
— Ну, думаю физические параметры у меня не лучшие, — честно признался Арлерт. — Но в конце идёт собеседование с офицером из Кадетского Корпуса. Можно пройти за счёт него.
— А что за собеседование? — спросил один из парней.
— Он может задать вопросы по математике, языку, письму, — сообщил Арлерт. — Некоторым задавал по истории Стен, или просил описать родные места. Но каждому он задаёт разные вопросы.
— Понятно, — сделал вывод. Это своего рода проверка на ментальность и разум. Солдат это ведь не только тот, кто умеет рубить, летать и бить. Но, как я понимаю – солдат должен много чего уметь из вопроса мышления. Ведь что отличало солдат в той же армии средневековья от полководца? Факт того, что полководец элементарно образованнее. Тут у нас не средневековье и посему требования даже к рядовому составу выше, чем полагается. Скорее всего Армина, который вообще не соответствует в Кадеты по физическим параметрам – взяли за счёт умственного труда. И ведь правда – тупого качка умным не сделать. Почти никогда. А вот дохляк умный ещё может вытянуться и подкачать свои мышцы. Хотя и на тупого качка найдётся своя работа. — Видимо они зачислили тебя потому что ты слишком умный.
— Перестань, — смутился он. — Я вообще не думал, что меня пропустят.
— Ну конечно же пропустят, — радостно произнёс Эрен. — Ты же хочешь сражаться за человечество, Армин. А ещё ты умеешь думать. Многие здесь этого лишены.
— Лишены? — переспросил Армин. — Эрен, — с подозрением уставился он на друга. — Неужто ты успел подраться с кем-то?
— Н… Нет, — тут же отреагировал Эрен. — Нет… Просто я слушал о чём тут люди судачат. И, если честно… Меня так и тянет кому-то врезать.
— Я буду вечно гордится твоей сегодняшней сдержанностью, — подколол его. — Это же надо, чтобы Эрен Йегер и сдержался от боя.
— Перестань, — попросил он.
— Да ладно тебе, — похлопал его по спине, когда стал совсем уж близко. — Это даже звучит занимательно. Лучше отойдём, а не то на нас уже косятся.
Правда тот факт, что мы отошли, нам не очень уж помог. Потому как вокруг нас быстро собрался полукруг, ибо Армин – это, как студент, только что сдавший экзамен. Пока всем однокурсникам не расскажешь о том, что там было – не отпустят. А свалить – проявление нехорошего тона. Показал Армин и новый документ. Удостоверение Кадета. Помимо этого – в паспорт, на одну из страниц, ставилась особая печать, маркирующая этого человека, как солдата армии. Её можно было бы отменить в сборных пунктах, когда увольнялся из армии. Армину это объяснили.
После того, как три года пройдёт в Кадетском корпусе – удостоверение Кадета заменят на удостоверение солдата выбранного Корпуса, подписанное специальным офицером оного. Такие вот дела… Обрастаем бумагами со всех сторон.
— А тех почему не взяли? — спросил я про поникших кандидатов.
— Эммм, — Армин печально улыбнулся. — У одного левая нога оказалась короче правой… А второй пытался убедить офицера, что два плюс два – равно пять.
— То есть как это? — не понял один из соискателей. Кажется его зовут Томас Вагнер. — Это как вообще?
— Ну, он говорил так уверенно, мол на каждый вопрос отвечай так, как знаешь, дескать уверенностью можно преодолеть все предубеждения.
— Есть только два мнения: моё и неправильное…, — предложил я.
— Что-то вроде, — покивал оживлённо Армин. — Ему поставили «психическое отклонение» и списали.
— То есть, — послышался голос от светловолосого парня с короткими волосами. — Из пяти трое. Хорошие шансы.
— Нет, — покачал я головой. — Всё зависит не от конкретного числа, из пяти трое, а от того, кого вызывают. Если ты уверен, что своей глупостью можешь переспорить человека умного, утверждая, что два плюс два равно пять – то даже не рассчитывай, что пройдёшь. Такие… особенные ребята даже в Разведкорпусе не особо нужны. Что меня лично радует. Не хотелось бы служить с тем, кто проиграл в базовой арифметике.
— В Разведкорпус идёшь? — спросил этот парень. — А я вот хочу попасть в Военную Полицию и переселиться в Митру.
Эрен на такое заявление фыркнул, но тут же отвернулся, выдав своё презрение за кашель.
— У каждого разные цели и служить можно по-разному. Стоит учесть, что страна в любом случае заберёт своё, как бы ты этого не хотел…
— Бюхнер Генрих, Бюлов Фридрих, Бюркле Эрнст, Клаузен Мартин, Крамер Вильгельм! — послышался возглас офицера. Чувствую, будет всё это дело крайне долгим.
***
Перевалило далеко за обед, который я, к слову, так и не принял, когда наконец прозвучало заветное: Штейн.
— Шнайдер Лукас, Спрингер Конни, Штауб Вальтер, Штейн Феликс, Штраус Вернер! — провозгласил офицер. Я переглянулся со знакомым Конни. Мы впятером вошли в палатку. Она была даже просторнее, чем столовая. Прямо перед нами стояли две лавки и ростовая вешалка. Всего их было пять. Пять позиций.
— Раздеться до гола! — послышался повелительный голос. — Да, трусы тоже. Не переживайте, мы все тут мужчины. Учётные документы берёте с собой. Сперва получаете карты здоровья, нам их заранее передали. Называете свою фамилию, подходя к первому врачу, — седой мужчина в очках кивнул. — Господин выдаст вам вашу учётную карту. Далее идите по врачам. Ростометр, весы, измерения кистей, конечностей, обследование полости рта, анального отверстия и мочеиспускательной системы. Не гигикайте, всё это важно. И наконец собеседование с Капитаном Вальцем, — оглашающий порядок кивнул на ещё одного старого человека. Он был в полной форме Кадетского корпуса с соответствующими эмблемами.
Я подошёл к своему месту и начал обнажаться. Скинув всю одёжку и повесив рубаху и штаны, я первым пошёл к первому врачу, держа свои документы.
— Феликс Штейн, — представился.
— Так, — кивнул мужчина. — Хорошо, есть такой. Обследование было совсем недавно. Вес сорок пять килограмм, рост – сто сорок семь сантиметров. Хорошие показатели для кадета, — похвалил он. — Но, понимаешь ли, проверить надо, — он протянул карту, вложив в неё лист. Он был обходным с прописанными фамилиями врачей. Я пошёл… Они сидели все в линию. Рядом с первым врачом был его помощник.
— Миргрихт, — произнёс врач, уставившись на молодого паренька.
— Сейчас-сейчас, — суетливо произнёс он. — Кхм…, — он указал на ростометр и я встал на него. Помощник произвёл необходимые замеры. — Сто сорок семь сантиметров, — врач сделал пометку в моём обходном листе. — Вес, — указал помощник на весы. Я встал и на них. Помощник повозился с грузиками и выдал: — сорок четыре килограмм, почти сорок пять.
— О чёрт, похудел, — выразился я.
— На армейских харчах отожрёшься, — ответил врач. — К следующему.
За мной уже шёл Конни Спрингер. Парень был ниже меня и точно легче. Так что первый врач покривился, когда Спрингер подошёл к нему. Я же подошёл уже получается к третьему.
— Вытяни руки, — тут же потребовал он. — Ноги расставь. Так…
Помощник этого врача вился вокруг меня, словно муха. Но записал в мой обходной лист все показатели. Этот же врач быстро написал одно заключение ниже, подписав: «аномалий не обнаружено». Следующий врач был самым душным. Он сначала повелел мне открыть рот и внимательно изучал мои зубы. Отметив, что их даже не выбили – он вложил мне в рот стальную палочку, словно ложку, прижал язык.
— Так, пиши, — обратился он к помощнику. — Аномалий нёба нет. Вздутий нет… Ангины… не обнаружено. Зубы целы, здоровы… Хотя нет, четвёрку надо будет проверить отдельно, странная желтизна. У тебя выпадали зубы? — спросил он.
— Все уже сменились, господин.
— Пиши… постоянные. Обрати внимание на этот, четвёрку, — указал он на него. — У него странная желтизна. Возможно ты что-то подцепил. Обязательно используй отвар из коры дуба и шалфея для полоскания. Укажите это в его деле. За недельку должно будет пройти. Тебе будут выдавать положенные отвары каждый день. Принимать три раза, аккурат после еды. Обязательно – полоскать. Знаешь, что это такое?
Я кивнул.
— Хорошо, — ответил он. — И будь осторожен. С зубами не шутят. Иди к следующему.
Следующий был молодой врач, который тут же встал с места, тоже передав мой обходной лист своему помощнику. Сначала он посмотрел на мою ладонь, потом на кисть, пальцы и наконец – ощупал ногти, а после придвинул табурет.
— Поставь ногу и вытяни пятку, — потребовал он. Он тут же бросился вниз, осматривать, сперва правую ногу, а потом вторую. — Хорошо, грибка нет. Развитие соответствующее, — он подымал взгляд снизу вверх, — вписывай – чрезмерно развитая мышечная масса. По ладоням и ногам заметен системный физический труд. Мозоли. Ногти ухожены. Ты же из лагеря? У вас многие даже не умеют их стричь.
— Я умею, — признался я. — А когда не выходит – выскалбливаю оттуда грязь.
— Уникальный ты человек, — довольно признал врач. — Всем бы твою сознательность и любовь к чистоте. Так… прыщиков на теле нет, никаких вздутий не обнаружено.
Следующим врачом был совсем дедуля. Он попросил к нему подойти и сразу показать анальное отверстие.
— Хорошо, — он даже особо не смотрел, — теперь покажи письку. Так, — помощника у него не было и он тут же начал писать. — Анальное отверстие в норме, инородных наростов нет. Аномалий развития мочеиспускательного канала и мужского органа не обнаружено. Количество яиц… два, — пощупал он их.
— А что, бывают с одним?
— Бывают и с тремя, молодой человек, — прокряхтел старик, выведя подпись под заключением.
— А если у пациента два члена, один длиннее, второй короче – вы какой отрежете? — спросил у него.
— Сперва отрежу твой язык, — обыденно произнёс старик. — А если серьёзно – всё зависит от иннервации. Тот, который более чувствительный – тот оставим. А тот, что менее – отрежем и выбросим собакам. Ну или тебе на ужин отправим. Сойдёт за сосиску…
— Господин, — скривился я, представив эту картину. — У вас скверное чувство юмора.
— У врачей всегда так, — признал старик. — А ты не кривись, а лучше в следующий раз думай, над кем шутить. Кстати, я бы записал тебе, что у тебя развитое воображение, но я его не проверяю. Приятного аппетита тебе сегодня после обследования. Кстати, я слышал, что сегодня, в честь зачисления в кадеты будут подавать сосиски.
Рядом находящийся Конни, у предыдущего врача – прыснул. А я схватился за рот. Вот ублюдок, этот старик! Применил против меня… мои же приёмы! Собака… Старик хихикнул и вернул мне мой обходной лист. Я подошёл к последнему врачу. После него был только офицер из Кадетского корпуса.
— Склони голову, — произнёс врач. Он передал мой обходной лист своему помощнику. — Так, волосы, относительно чисты, вшей и гнид не видно, теперь…
Он достал молоточек и указал мне на стул, что стоял за мной. Рефлексы проверять будет? Молоточком он обстучал мне оба колена.
— Хорошо…, — заключил врач. — Все рефлексы в норме, — он проверил даже хватательный, а потом дал мне брусок, который имитировал рукоять приводов УПМ. Увидев, как я уверенно её взял, он ещё минут пять изучал мой хват, после чего кивнул и отправил меня на собеседование.
— Шутить любишь, — встретил меня офицер. — Хорошо, я тоже люблю, — тут же улыбнулся он. — Так, Феликс Штейн, выходец из Подземного города… Читать умеешь? — он придвинул ко мне листок бумаги.
— Славься наш великий и просвящёный Король, что управляет победоносным человечеством, Его Величество Король Фриц из дома Фрицев, — прочитал я предложение.
— И считать? Пять плюс пять…
— Десять.
— А плюс шестнадцать?
— Если пять плюс шестнадцать – двадцать один. А если десять плюс шестнадцать – двадцать шесть, — тут же ответил я.
— Хорошо. Так как ты был в Подземном городе, о тебе навели справки. Ты долгое время был известен, как Огненный Лис с южного района этого города. Но потом ты появился на поверхности, с рекомендациями от весьма уважаемого офицера. Причина тебе покидать родные места?
— Смерть любимого человека, — честно ответил я. — У меня нет желания больше там находиться… И нет желания жить много. Поэтому я вступлю в Разведкорпус, едва выдастся такая возможность.
— Хм. Ещё сказано, что ты являешься возможным носителем проклятой крови, как её называют подземники. Это так?
— Я слышал, что её носитель – Леви, является сильнейшим воином человечества, — припомнил я информацию из газет. — Так что – ничего плохого в том, что я подтвержу эту информацию.
— Человечеству нужны сильные воины, особенно такой крови, как ты… Так что, — он взял обходной лист и достал печать. Приложив её, он вернул мне лист. — Ты принят. Завтра, после завтрака – всех принятых переведут в лагерь кадетского корпуса. Возьми с собой свои вещи и документы. Обходной лист не терять, удостоверение кадета, — он протянул мне ещё одну книжечку, — тоже. Надеюсь, ты достойно послужишь человечеству, Феликс Штейн!
Примечания автора:
На этом мы заканчиваем арку предканона. Начиная со следующей главы стартует первый сезон Атаки Титанов. По началу Кадетский корпус. Для удобства и ещё кое-чего - начиная со следующей главы - начинается следующий том.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
