История одного налета

Глава 1

Первый снег

14.09.402 г. от Падения Хифлума. 20 вёрст южнее города Вольфсдаль. Железные Горы, Волчий перевал.

Осень в северных горах - явление суровое и весьма опасное. Оно приносит в жизнь любого путешественника, кто с ним столкнулся, новые краски, мысли и заботы - да просто уйму всего. Это в южных землях встретить случайного путника или обоз - событие пустяковое, и через пару часов ты уже не вспомнишь лиц, одежды и прочих примет, то здесь, на севере все не так просто. Там можно свернуть с дороги до ближайших полей, положить торбу под голову и проспать хоть до обеда следующего дня. И наибольшим наказанием за ваше легкомыслие будет полевая мышь, стащившая сухарь, или подвыпивший крестьянин, не заметивший вас сослепу в ячменной ниве в покосную страду.

На севере дела обстоят иначе. Будь ты даже опытный путешественник и истоптал весь западный тракт от Миртсданы до самого Азграда, но этот суровый край начинает щекотать нервы с первых же звуков чужого голоса, что приносит промозглый ветер. Подойдёшь к обочине справить нужду, а из густого валежника на тебя наброситься может кто угодно - от набирающего в неурожайную орехами и ягодами годину жир на зимнюю спячку медведь, до... да вплоть до драконидского дозорного. А уж о том, чтобы отойти от дороги в эту таежную чащобу на десяток-другой шагов, можно думать исключительно в том случае, если вам очень туда надо. И вы не один в этом начинании. И вы все вооружены. И не раз уже так делали. В общем - причина нужна серьёзная, что уж там.

А завидев появившуюся из-за поворота или перевала одиноко бредущую фигуру, невольно начинаешь её оценивать в качестве противника и подспудно готовиться к схватке не на жизнь, а насмерть. И если нет объективных причин для разговора, разминуться со случайным встречным пытаешься на максимальном расстоянии, которое позволяет дорога. Кивнёшь коротко в знак приветствия и дальше топаешь себе, держа ухо по ветру, а руку на рукояти клинка - а ну, как со спины ударят. И уж совсем дело плохо, когда на твоем пути появляется группа. Соотношение сил, очевидно, не в твою пользу, а профессиональную и расовую принадлежность навскидку определить сложно. Друзья это или враги? Вот уж когда испарина появляется на висках…

Само собой, чтобы отправиться в путешествие любой вменяемый путник старается обзавестись компанией. Ведь даже просто прилечь поспать часок-другой на обочине можно лишь в том случае, если вам хочется умереть самой спокойной и безболезненной смертью - замёрзнуть во сне. Зимой и вовсе сложнее - хорошо, если снега не выше колена и от мороза не слипаются глаза.

Потому-то и бывает, что встречаются такие колоритные парочки на заснеженных северных перевалах, что только диву даешься: "Ребята, вы вообще где друг друга нашли-то?!", или проще, как говорят в Альтсбурге : "Два вопроса - как и зачем?!"...

Вот однажды именно такая несуразная и абсолютно непривычная для севера парочка брела в почти кромешной тьме по глухой дороге. Путь их шел по восточному хребту к перевалу, за которым северный склон устремлялся вниз - к Волчьему Фьорду…

Фигура, шедшая позади, была поистине гигантских размеров - массивная и не меньше восьми локтей ростом. Голова гиганта еле угадывалась на короткой шеи, казалась она растет прямо среди мощных плеч. С первого взгляда можно было нехило так испортить нижнее бельё, завидев такую махину и приняв её за единственное известное существо такого размера - глупого и кровожадного горного тролля. На самом деле это был не совсем тролль. Точнее - совсем не тролль. И хотя магнонов - так звались эти причудливые добряки, были очень малочисленной расой, но они очень редко по долгу оставались на одном месте и поэтому их можно было встретить на дорогах.

Направляющий являлся полной противоположностью магнона. Ростом, он был ниже среднего человека на голову - всего в четыре локтя, и не смотря на некоторую худощавость был сложен весьма неплохо и двигался с какой-то нечеловеческой плавностью, будто скользя над поверхностью земли.

Казалось, окутавшая всё вокруг поздняя сентябрьская мгла нипочём этим двум почти мистическим ходокам, шли уверенно и на удивление беспечно. Быть может тому причиной был висящий за спиной гиганта огромный топор с граненым шипом на обухе. И пусть опытный воин назвал бы его скорее рабочим инструментом, чем боевым оружием, но габариты его внушали уважение, да и второе оружие исполина - орочий тесак на поясе, что тот использовал как походный нож, тоже был весьма опасной игрушкой в опытных руках. Арсенал напарника гиганта был куда скромнее: на его поясе висел длинный кривой кинжал в черных ножнах в серебряной оплетке, а в руках он с брезгливостью сжимал плохонький арбалет с не самым удобным прикладом. Однако, наличие оружие не объясняла, как они умудряются не сойти с дороги.

Можно было решить, что их ведёт в ночи чутьё крупного чёрного пса, что держался рядом с направляющим, вот только пёс шёл позади него. И не слух - на ходу они ещё и болтали. Правда, говорил по большей части низкорослый путник. Его акцент и тембр голоса выдавал в нём редкого гостя не только северных земель, но и вообще любой части известного надземного мира. Он был уроженец самых глубоких, даже по гномским меркам, подземелий и принадлежал к расе эльфов. Хотя данное утверждение и вызвало бы лишь пренебрежительное фырканье и закатывание глаз в каком-нибудь Виниарраме. А рискнёте вы при этом чёрном, как смоль, парне назвать его сородичем любого, кто светлее его, живёт на поверхности и имеет такие же уши - словесной перепалкой вам не отделаться. Скорее всего, он её даже не станет начинать - либо сразу же всадит вам в лоб арбалетный болт, либо, если вы размером с его попутчика, улыбнётся и предложит за это выпить. И только после того, как яд парализует ваше тело и капли горячего пота выступят на перекошенном от боли и ужаса лице, он прочитает вам лекцию об основах расово-эльфийской теории. Вот только пена у рта помешает вам вступить в полемику и до самой своей мучительной кончины вам придется выслушать эту бесспорно интересную, поучительную, но вам уже, к сожалению, абсолютно ненужную историю. Историю о бесконечной вражде эльфов дроу с ... да со всем окружающим их миром, с прочими недоэльфами и другими дроу во главе!

- ... уже покидая парадную нашего особняка, - хорошо поставленным голосом рассказывал дроу, - мне пришлось разрядить арбалет в голову ещё одного недомерка - имени его не вспомню сейчас. Да и не хочу вспоминать. Какая к паукам разница, как его звали. Он был хахалем самой младшей моей сестры…

- Это которой ты спящей голову канделябром проломил? - флегматично спросил гигант. Голос его был глубок, как бочка, и казалось, наполнен какой-то житейской мудростью.

- Да нет же, Жо-Ра! Ты совсем меня не слушал что ли? Говорю же - самой младшей из сестер, я в глотку влил флакон паучьей желчи, которым она собиралась меня отравить. Так вот, этот малохольный мачо, вылизывавщий её самолюбие вдоль и поперёк, прям возомнил себя карающей дланью самой Лосс, не иначе! - в сердцах воскликнул эльф. - Выскочил с таким надменным видом поперёк выхода и давай мне разжёвывать о своих чувствах к сестрёнке. Дескать, я там чуть ли не свадьбу им сорвал... Кретин, короче, поделом ему будет теперь. Там ещё…

Рассказчик вдруг замолчал на полуслове и остановился, подняв лицо к небу.

- Жор, а это ещё что такое? - дроу поднёс к удивленным бледно-рыжим глазам раскрытую ладонь, на которой лежало, как ему казалось, что-то крайне необычное. Мордатый пёс потянул голову к руке хозяина, втягивая ноздрями воздух, но, видимо, ничего подозрительного в запахах не наблюдал.

- Что там у тебя такое? - Исполинская фигура остановилась вплотную за спиной эльфа и слегка наклонилась вперёд, чтобы сверху взглянуть на находку “уголька”. Именно так ласково, в шутку называл сородичей своего напарника магнон Жо-Ра. Рассказы дроу он действительно слушал вполуха и связано это было со следующим…

Во-первых, институт семьи и построение общества из себе подобных у великанов не практиковались - и тому был целый ряд причин, первейшей из которых было отсутствие у этой расы различия на мужчин и женщин. Во-вторых, даже пожелав уловить суть происходящего, повторять повествование пришлось бы неоднократно - сложнее чем переплетение интриг этих обитателей глубин было только звучание их имён, домов и полисов, которые могут окончательно запутать кого угодно. А уж интриги, этих подземных аристократов достигали такой лихой закрученности, что кроме них самих в них никто не мог разобраться.

Когда великан рассмотрел, что стало причиной остановки, его лицо тронула улыбка. На поднесенной к глазам ладони дроу лежала первая сентябрьская снежинка.

- Приятель, это просто снег, - с легкой улыбкой бросил магнон. - Он не стоит того, чтобы останавливаться. Поверь, в ближайшее время ты насмотришься на него до посинения. Идём.

Поежившись и вытерев ладонь о куртку, эльф пошел дальше, а собака вырвалась вперёд. Удивление подземного жителя снегу было понятно. Для того, кто провел всю свою жизнь в недрах Железных гор и впервые выбрался на поверхность пару недель назад, удивляться осадкам было нормально.

Когда на прошлой неделе во время ночной стоянки пошёл дождь, великан был разбужен эльфом по тревоге.

- Жо-Ра, вставай! Вода! С неба падает вода, нас атакуют маги! - дроу стоял на изготовку, водя заряженным арбалетом по сторонам.

- Харик, это дождь, - проворчал полусонный гигант, оценив обстановку едва открытыми глазами и закрыв их вновь.

На вопросы о степени опасности и причине дождя тогда получилось отвертеться фразами: «наверху такое бывает» и «подробнее расскажу утром»... Зато утром-то уж пришлось поднимать в памяти все те знания о дожде, что у него имелись. Были среди них и объяснения из верований южных степных народов о том, что дождь - это благодарность небесных духов за хорошее поведение. И баллада бродячего менестреля о том, что падающая с небес вода - это слезы обманутых им женщин. И даже многолетние наблюдения ордена учёных людей из овеянного мистической славой дивного города Виар-Туннип. Многие версии всплыли в памяти Жо-Ры в то сырое и унылое утро, а итогом его повествования был прагматичный, как и вся его жизненная философия, вывод:

- Просто иногда с неба идёт дождь. И его начало, и конец никак не зависят от твоих желаний и планов. А там уж сам смотри - если мешает, то надо от него прятаться. Если не мешает - так и занимайся дальше своим делом и нечего вопросы лишние задавать.

Вот и теперь, увидев, что его краткое объяснение падающим с неба снежинкам не внесло ясности в мысли эльфа, он решил добавить.

- Понимаешь, Харик, когда вода замерзает, она превращается в лёд. А дождь - это тоже вода. И она, замерзая, превращается в снег. А если вода начала замерзать на небе, то скоро начнёт замерзать и на земле. Сначала лужи. Потом озёра. Потом реки. Потом океан… И так каждый год.

- Я, конечно, слышал, что на поверхности в течение года температура и вообще облик окружающего мира может очень сильно меняться, - задумчиво произнес дроу. - Но почему так резко? В подземных чертогах всех этих постоянных изменений нет. А ещё у нас …

И вновь на здоровяка обрушился поток информации о жизни Харадморта на глубинных тропах и в лабиринтах городов темных эльфов.

- Да, я погляжу, женщины у вас совсем распоясались, мужикам жизни не дают, - перебил собеседника Жо.

- И не говори, - отмахнулся тот рукой, - у меня отец пропал без вести, дядька пропал без вести… Да я и сам чуть три раза без вести не пропал. Бабское племя, опять на себя всю власть тянут.

- Так что ж вы на них никакой управы не найдёте? Не должно так быть, чтобы власть была у того, на кого никакой управы нет. Здесь, наверху, с этим знакомы не понаслышке.

- Ты это о чём? - заинтересовался дроу.

- Эх, - глубоко вздохну Жо-Ра. - Помнишь, я упоминал, что в былые времена большая часть известных обитаемых земель была объединена огромной империей?

- Ага, помню, - подтвердил дроу.

- Так вот. Называлась она Хифлумской империей, по имени своей столицы. Силы в ней было немерено. Многим славным свершениям обязаны мы именно ей. Всё в её устройстве было, казалось бы, настолько продуманным и основательным, что никто и представить себе не мог, чтобы с ней могло что-то случиться. Однако чуть больше четырёх столетий тому назад началась череда очень засушливых лет. Империи-то такие изменения были не страшны - наука и магия рука об руку с сильным центральным управлением в столице могли легко решить почти любую проблему. А вот обитателям южных и юго-восточных земель такой удар перенести оказалось не под силу. Орды кочевников, состоящие в основном из зеленокожих народов, начали вторжение в пограничные степи, сметая всё на своём пути. Останавливать такую силу армией значило бы пойти на колоссальные жертвы и потери, а потому решено было прибегнуть к помощи магии. В те времена Гильдия Магов располагала такими мощнейшими ресурсами, что их себе даже представить сложно.

- И что, они их в тонкий блин раскатали, стёрли в порошок или испепелили магическим огнём? - с интересом спросил Харадморт.

- Да, какой там, - отмахнулся гигант. - Не знаю, кому пришла в голову эта гениальная идея, но вместо обжигающего землю огненного ливня, маги решили возвести на пути орды горы! Конечно, Орден Инквизиции настаивал на том, чтобы их всех просто уничтожить, но слушать его стали. На Совете приняли решение, и закрутилось. Сложив усилия всех чародеев, верхушка гильдии, находящаяся в главной Башне в столице, начала творить невиданное доселе по размаху и сложности заклинание. Сложно сейчас сказать, где и какую именно ошибку допустили те колдователи, а самих их уже о том никто спросить больше не мог. Горный массив, поднимаясь из недр земли, вырос за считанные минуты, да только не там, где планировали. Да еще и отгородил от Империи южные провинции, попутно чуть не уничтожив целую расу на их исконных местах обитания. А в самой столице случилось сильнейшее землетрясение, которое разрушило большую часть города. После чего за одну ночь вырос исполинский дремучий лес радиусом в несколько сотен вёрст, глядя на который невозможно было и представить, что ему не пара тысячелетий. Народу тогда погибла тьма и Императорская семья в полном составе, а следом и империя развалилась на десятки городов-государств...

Так, обмениваясь историями из жизни двух миров - подземного и надземного, они и продолжали мерно своё восхождение на перевал по лесной дороге, тянувшейся по склону вверх сквозь дремучий ельник, покрывающий северные отроги Железного Кряжа.

Обычно первый снег в этих краях можно увидеть в начале сентября, а на перевалах так и вовсе во второй половине августа, но эта осень выдалась на редкость тёплой и скупой на осадки. Но пора пришла, и путники не успели проскочить перевал до снега. Буквально через полчаса лес заметно изменил свой облик. Снегопад разошелся не на шутку. Видимость по прямой едва ли составляла больше десяти шагов, и если раньше всё кругом было непроглядно чёрным, то теперь сделалось ослепительно белоснежным, а на дорогу навалило не меньше пяди снега.

Жо-Ра с интересом наблюдал за почти аномальной погодой. При таких осадках всё живое либо промокнет насквозь, либо, если придут холода, быстро укутается в глубокие сугробы. Второй вариант был бы предпочтительнее для природы, но он совсем не радовал автора этих размышлений. Если снегопад не прекратится, движение на перевалах будет весьма и весьма затруднено. Да что там на перевалах - заметёт все тракты до самого Альтсбурга! Ну да, что об этом переживать, коль исправить ситуацию не в твоих силах. Тем более, что этой зимой Жо-Ра не собирался разъезжать по трактам северных земель, в Вольфсдале - городе, в который они держали путь, парочка планировала пробыть до весны. И предстояло им там горячее, во всех смыслах, дело. В Вольфсдале шли бои.

Если выражаться более точно - одни бои там уже закончились, а вторые должны были начаться со дня на день. В начале августа город пал под внезапным натиском одновременно нагрянувших с суши и воды вражеских войск, что пожелали резко и всерьёз изменить положение дел в крупнейшем городе по эту сторону Кряжа.

Началось всё еще летом, и, как сказал один мудрый человек, с самого начала было понятно, что «что-то пошло не так». Леса будто вымерли, оставив промысловиков без добычи, а когда в середине июля перестали идти дожди, стало ясно — продовольственной беды не избежать. Окончательно же понимание утвердилось по прибытию в середине восьмого месяца рыболовных кнорров - улова не было, рыба этим летом по каким-то своим рыбьим причинам ушла из заливов далеко в море. Причины же, кстати, этому были далеко не рыбьи, но пока они оставались скрытыми от ведома властей города. Из-за неурожая в Вольфсдаль потянулись промысловики. Предыдущие года их артели привозили на рынок орех, ягоды, травы и редкую кость северных слонов и морских обитателей, а в этом году добытчики оставили торговцев без прибыли и стекались в город вместе с семьями, а иногда и целыми деревнями.

Под покровом ночи в гавань города ворвались полтора десятка боевых трирем Хаоса, под предводительством нового мессии, что звал себя Ашарат Прехор. Огромные трёхпалубные махины, несущие каждая на своих трестах вёслах, мощные осадные боевые машины, первый же залп из которых сокрушил рейдовый маяк, чтобы его персонал не смог выхватывать во мраке залива корабли вторжения. Следом началась бомбардировка города. Сначала прицельные залпы были направлены на охранные башни с размещёнными в них дальнобойными орудиями. И эта задача была выполнена неизвестными наводчиками блестяще - башни пали. Имея на каждой триреме по пять катапульт, сделавших по три залпа, боевые корабли обратили в руины два основных крепостных бастиона, выходящих в сторону залива и имеюших в своих казематах катапульты и баллисты, снабжённые зажигательными зарядами, способными зажечь любой корабль на дальних подходах к порту. Сразу после этого с глухим уханьем глыбы скальника обрушились на арсенал Вольфсдаля.

И возможно городу бы удалось устоять, но в этот момент изнутри армию вторжения поддержали разрозненные группы тех самых северных охотников, что связали боем силы городской стражи.

Как только была выведена из строя основная оборонительная сила города, к берегу устремились десятки небольших кораблей. Разномастные ладьи, кнорры и драккары высадили в порт лавину десанта. Кто только не участвовал в летнем нападении на столицу северных земель, известных как Волчий Фьорд. Были среди них и почитатели Хаоса с неизведанных ледяных пустошей дальнего севера, и пираты-кочевники, что не видят разницы, с кого взять свой кусок добычи. Были и островитяне, испуганные надвигающимися с севера ордами нелюдей и потому решившие двинуться на материк и обосноваться там любой ценой, и не ведающие, что стали оружием в руках сил разрушения и по сути уже не имеют отличий от какого-нибудь мутанта - существа, отмеченные магией. Были и неупокоенные, поднятые из могилы и направленные на живых с целью вывести их с этого света. Волна захватчиков обрушилась на ночной город, неся разрушения и сея ужас на земли Волчьего Фьорда.

Погромы, поджоги и зверства — полный набор всего того, что выпадает на долю захваченного поселения в любое время и в любых землях. О том, что происходило той ночью и следующие несколько суток в Вольфсдале, стало известно со слов немногочисленных выживших. А выжили те, кто в первые же часы успели вырваться из города на юг - в сторону Волчьего перевала и далее через Стылолесье уйти в земли Вислада.

Примерно в получасе ходьбы от постоялого двора дорога выходит на открытое плато, протянувшееся с юго-запада на северо-восток на добрые два километра, и только за ним начинает серпантином уходить по восточному отрогу фьорда вниз, к городу. Напрямую тут до него всего-ничего - не более трёх километров и город с этой площадки просматривается как на ладони. Путники, ночевавшие в ту ночь на перевале и выдвинувшиеся ещё до восхода солнца, чтобыспуститься к заливу и засветло доставить на рынок урожай на продажу, были ошарашены картиной открывшейся их взору.

А увидели они дым от множества пожаров, распространившихся по городу, поднимавшийся к небу и частично скрывающий сам город. И вереницы людей, покидающих город по извилистой дороге. И уже почти достигших плато конных, которые оставили город налегке и теперь несли страшные вести о беде, пришедшей в их дом и угрожающей другим поселениям.

Это неожиданное событие стало однозначным ответом на вопрос: «Что же мы будем делать этой зимой?». - «Воевать!».

На плато, был разбит первый лагерь для беженцев и выставлен дозор для наблюдения за спуском с перевала к городу. Здесь же создали бежавшие из города власти первый рубеж будущей обороны и плацдарм для будущего наступления.

На третий день перестали появляться уцелевшие жители города, но периодически звуки боёв ещё доносились до наблюдателей. Это ещё оборонялся окружённый гарнизон крепости в центральной части города и происходили стычки между различными участниками набега.

В числе спасшихся был бургомистр Вольфсдаля и несколько десятков из городской элиты и чиновников. Надо отдать ему должное - дальше этого плато он отступать был не намерен, а уже вечером первого дня составил ряд указов и приказов, касающихся происходящего с вверенным ему городом. И понеслись во весь опор по висладскому тракту гонцы Почтовой Гильдии с официальными обращениями к феодалам соседних земель и бургомистрам городов-государств, а так же к командирам отрядов вольных наемников. Оказавшись в сложной ситуации власти Вольфсдаля призывали союзников исполнить долг и щедро сыпали обещаниями.

Первые отряды добровольцев появились уже на вечер третьего дня. А через неделю их численность перевалила за три тысячи, и было принято решение о начале спуска в долину.

Начались бои. Однако, к началу осени войскам бургомистра с горем пополам удалось отбить только южную окраину города, где закрепились различные отщепенцы сил вторжения - рыбаки, охотники и редкая нежить, а вот дальше дело не пошло. Западная, восточная и центральная части по-прежнему оставались в руках захватчиков. В восточной и западной враг возвел множественные баррикады, так что защитникам города приходилось платить большой кровью за каждый локоть освобожденной земли. Несколько раз ценой немалых жертв войскам бургомистра удавалось прорваться в глубь районов, однако при любой попытке создать укрепрайон его обстреливали корабельные баллисты и складывали дом вместе со всеми бойцами. В итоге, потеряв больше тысячи солдат, войска отступили. Центральная же часть города вовсе была крепостью, её штурм с суши представлял собой наибольшую сложность.

Город блокирован с запада и востока почти отвесными скалами, а с юга войсками бургомистра, но захватчик имеет выход в море, а значит в любой момент может спалить город и уйти вместе со всеми ценностями. Подобный шаг неприятеля однозначно поставил бы под сомнение сам факт существования столицы Севера несмотря на стратегически удачное расположение Волчьего Фьорда, а потому ценности текли рекой в руки наемникам…

Полномасштабный штурм города планировался бургомистром на первое октября.

Глава 2

Уставшие путники

-И кто сказал, что мы, дроу - расисты? Это все грязная ложь, придуманная мерзкими презренными колнбласами!

К назначенной дате двое путников успевали более чем - в запасе было ещё две недели. Потому торопиться у них не было никаких причин, а также ни сил, ни желания - они и так возвращались из нелёгкого предприятия, в ходе которого, собственно, и познакомились...

Вскоре уклон дороги стал меньше и идти стало легче. Вернее, стало бы, если снега к тому времени не навалило бы уже по голень. Хорошо ещё, что по голень дроу.

Дорога забирала вправо, огибая скалистую вершину хребта, и выходила с юго-востока на седловину, туда, где мрачный ельник начинал понемногу разбавляться лиственными деревьями. Здесь располагался перекрёсток трёх трактов — Волчий Перевал, на котором находилась единственная на полдня дороги таверна с одноименным названием.

Раньше тут было небольшое придорожное поселение. До тех пор пока Тагаззские рудники, со стороны которых шли путники, не перестали действовать по ряду причин. Персонал срочно был вывезен вместе с частью оборудования, и горняцкий посёлок опустел, а затем и вовсе стал потихоньку зарастать травой. За десятки лет, что путь простоял не торным, дорога и вовсе могла бы затянуться кустарником и молодыми деревьями и раствориться в бескрайних диких чащах, став ещё одним малозаметным следом когда-то присутствовавшей здесь какой-то цивилизации. Редкие путники, что изредка всё-таки появлялись в бывшем поселке были не в состоянии поддерживать дорогу в нормальном состоянии. Различные искатели приключений и авантюристы, как правило, сворачивали с дороги и больше никогда не возвращались, бесследно растворяясь по пути в бескрайние подземелья кряжа.

Однако раз в несколько лет через перевал проходила основательно подготовленная колонна из Гарзак-Дула. Именно она и поддерживала тракт в пригодном состоянии: вырубала молодую поросль, заравнивала ямы и промоины, осушала свежие гати и подновляла мосты через речушки.

Никогда на памяти хозяев таверны численность экспедиции не была меньше сотни работников и охранявших их воинов. И телег с провиантом, материалами и инструментом тоже было немало - два-три десятка, запряжённых турами или конями-тяжеловозами, больших грузовых повозок, именуемых на гномский манер «кхар-га». Видно было, что гномские правители не бросили на произвол судьбы недра северного отрога Карак-Гарзака и регулярно проверяют состояние оставленных там коммуникаций, забоев и чего у них там ещё было из того, что не смогли вывезти.

Экспедиции эти всегда возвращались через месяц с телегами, нагруженными до предела и наглухо затентованными. Правда, численность ее уменьшалась вдвое, выжившие участники имели следы различных травм и увечий.

Так что появление наших путников с востока, от подземелий, являлось делом исключительным и вызвало бы множество пересудов, если бы нашлись свидетели их появления.

Шедший впереди с арбалетом наготове Харадморт остановился, его собака тоже замерла, виляя обрубком купированного хвоста. Пару мгновений он вглядывался в заснеженную лесную чащу, после чего произнёс через плечо нагоняющему его великану:

- Вроде что-то светится там впереди. Наверное, это то, что нам нужно?

Магнон повёл плечами, жестом показал приятелю не шуметь, закрыл глаза и подал корпус вперёд. Гигант поворачивался то левым, то правым плечом по направлению в сторону движения - из-за его необычного телосложения, вертеть головой ему удавалось с трудом. Потом он открыл глаза и улыбнулся.

- Да, это определённо какое-то жильё. Уж не знаю, таверна там или нет, но там точно есть скрипящие двери, гуси со свиньями... Хм, и недовольная чем-то женщина.

На последних словах он улыбнулся ещё шире и, обойдя эльфа, широко зашагал в сторону перекрёстка.

- Идём, Харик, быстрее! Мне уже не терпится согреться и пожрать. Да, кстати, разряди и убери свой арбалет - больше в нём нет необходимости.

- Да, конечно, дружище, никаких проблем! - улыбаясь, кивнул ему в ответ дроу. Он на ходу удостоверился, что болт надежно зафиксирован скобой, перекинул лямку оружия через левое плечо, пристроив арбалет так, чтобы его можно было навести на цель в одно мгновение. Во взведенном и заряженном состоянии.

Затем ловкие пальцы Харадморта пробежали по скрытой под плащом перевязи с метательными ножами, проверили как выходит из ножен поясной и засапожный кинжал, а затем, как бы невзначай, почесали левое запястье, коснувшись рукояти скрытого в ножнах длинного, похожего на трехгранное шило, стилета с полой рукоятью, в котором ожидал своего времени “Черный сон” - яд настолько смертельный, что способен всего за десять секунд убить даже матерого пещерного тролля. И только после этого Харадморт нагнал приятеля.

Через полсотни метров они вышли к перекрёстку. Одна дорога уходила прямо, другая влево. Столб с указателями гласил кому-то на каком-то языке о названиях населенных пунктов и направлении на них. Эта информация, увы, осталась путникам неизвестна - читать на местных языках ни один, ни второй не умели. А потому оставили сей знак без внимания, равно как и вывеску, висящую над входом таверны.

Высокое двухэтажное здание, возведённое из хорошо подогнанных бревен, представляло собой миниатюрную крепость. Фасад переходил в трёхметровую стену, и был облицован диким камнем. Добротный постоялый двор, где посетители могут в безопасности отдохнуть с дороги.

Судя по ещё различимым следам на снегу, с юго-западного направления не более получаса назад в таверну прибыл какой-то пеший путник.

- Глянь-ка, Харик, мы тут сегодня не одни будем. Ну, что ж, будет у кого поспрашивать о происходящих в округе делах.

- Да пойдём уже внутрь! - нетерпеливым движением эльф юркнул между великаном и дорожным указателем и чуть ли не скачками припустил в сторону крыльца, освещённого фонарём со свечным огарком. На секунду он остановился на верхней ступени, чтобы полюбоваться огромными белыми хлопьями в свете пламени и заодно убедиться, что Жо-Ра следует за ним, потом решительно взялся за ручку и дёрнул дверь на себя.

Дверь не открылась. Эльф уставился на неё с недовольным выражением лица, не веря своим глазам, дёрнул ещё пару раз - с тем же результатом, потом повернулся к магнону с немым вопросом: «Что за?!...»

Громила стряхивал с одежды и обуви нападавший снег и улыбался.

- Во-первых, прежде, чем войти в помещение с улицы, где идёт снег, стряхни его с себя, чтобы не запачкать полы в доме, и чтобы твоя одежда не промокла, когда он начнёт таять в тепле. А во-вторых, снега в этих краях за ночь может навалить с твой рост, а то и более, если начнётся метель. Если строить двери так, как это делается на юге, то можно утром просто не открыть дверь и остаться пленником сугробов до весны в своём собственном доме.

С этими словами здоровяк толкнул дверь внутрь, та распахнулась и Жо-Ра, сильно нагнувшись, шагнул в тепло большой обеденной залы, тускло освещенной несколькими светильниками.

Недовольно пробурчав что-то на своём наречии и скорчив несколько гримас вслед напарнику, Харадморт наскоро стряхнул снег с плеч и капюшона, одним движением смёл снежную шапку с пса, топнул ногами, сбив налипшую белую кашу с сапог, и, решив, что этого вполне достаточно, тоже шагнул внутрь.

Дроу никогда до этого не был в человеческом жилище. И первое, что его поразило — это запахи. Тут, конечно, нужно отметить, что это были запахи таверны, большинство из которых были ему незнакомы. Откуда бы жителю подземелий знать запах земных специй или чад берёзовых поленьев и можжевеловых веток в камине или навсегда въевшиеся в портьеры и ковры ароматы бесчисленных сортов табака со всех земель, где он когда-либо собирался, что курился здесь с момента открытия сего заведения.

Однако его порадовало, что в помещении было не особо ярко, по причине малочисленности посетителей. Не то, чтобы яркий свет как-то пагубно на него влиял - нет, видел он одинаково хорошо и при полуденном солнце, и в темноте подземного коридора, освещенного одной лучиной. Но существо, всю свою жизнь пользовавшееся лишь искусственным светом, будь то алхимический фонарь или светящиеся личинки, чувствует себя спокойнее и уверенней там, куда лучи небесного светила проникать не могут. Это как гномы и мореходство - если тангару очень надо, он взойдёт на палубу и пройдёт сто морей, чтобы добраться до какой-нибудь заморской горы, которую ещё не пробовал на прочность его заступ и даже в случае необходимости будет яростно сражаться на верхней палубе в случае абордажного боя, но уверенно он себя будет чувствовать только на твёрдой земле. В идеале - на камне, да чтоб ещё и сверху прикрывало.

Из всех источников света в обеденном зале таверны были лишь горящий средним пламенем камин у дальней стены, парочка огарков свечей в светильниках на колоннах, подсвечник в дальнем правом углу зала на столе у единственного посетителя, да керосиновая лампа над барной стойкой. Она-то и давала основной свет, разливая его по множеству бутылок всевозможных форм и цветов, что стояли на стеллаже за спиной у высокого и слегка полного пожилого человека - хозяина заведения.

Магнон приветственно махнул рукой сидящему за столом посетителю, пожелал тому приятного аппетита, после чего направился к стойке, дыша на замерзшие кисти и потирая их - то ли, чтобы разогреть, то ли, как жест предвкушения приёма пищи.

Услышав пожелание, находящийся за столом неизвестный едок повернулся, чтобы кивнуть в знак ответного приветствия и с полным ртом пробубнил что-то неразборчивое, но явно взаимно благодушное. Взгляд его сначала пытался найти лицо пожелавшего на более привычном уровне от пола, а потом поднялся вверх. Затем взгляд снова переместился вниз - на дроу. Лицо едока несколько раз перекосило, от чего было непонятно, какую эмоцию он выразило - удивление, неприязнь или что-то ещё. Сородичей что одного, что второго вошедшего он встречал и даже неоднократно. И мысль о том, что неплохо было бы сегодня обойтись простой словесной перепалкой, не доводя дело до выяснения отношений с применением оружия, появилась у него сразу же.

Сидящий за столом и принимавший трапезу путник был эльфийских кровей, но не из подземных. Его народ в хифлумских землях звали Закатными эльфами, то ли от того, что закат - это время теней и сумерек, которые были так по душе его племени, которые предпочитали ночную тьму и уединение едва ли не сильнее своих подземных сородичей дроу, то ли от того, что их историческая родина находится на каком-то островном архипелаге, расположенном к западу от материка, а точнее - намного западнее самых западных из известных островов. Никому не было известно по какой причине, но на материке они, хоть и встречались нередко, всегда старались держаться поодиночке и редко присоединялись к компаниям других разумных. Вот и этот парень держал путь по своим делам в одиночестве.

Пока Харадморт внимательно изучал доселе ему не встречавшийся интерьер, Жо-Ра уже интересовался у трактирщика выбором блюд, которые сегодня им могут предоставить. Первым в длинном списке его заказов числилось пиво в количестве четырёх кружек и немного вяленой рыбы к нему.

- Когда ты долго не ел и проголодался до желания сожрать целого барана, - начал поучительный рассказ гигант, - сначала выпей пивка. Во-первых, оно займёт часть брюха и чувство голода поутихнет, что поможет тебе избежать переедания. А во-вторых, попавшая туда же закуска запустит твои кишки, чтобы они начали переваривать еду, и основное блюдо попадёт в уже разогретый живот. Вот так-то, век живи - век учись! Харик, а почему ты ещё не занял нам стол? Ах да, ты же не знал, что это надо сделать, извини.

Оглядевшись вокруг, Жо понял, что выбор столов, собственно, не велик. Расположиться можно было либо за стойкой бармена, либо за общим столом, протянувшимся от входа вглубь до самого камина через всю залу, либо за одним из трёх малых столов на три-четыре человека. Есть стоя им казалось некомфортно, занимать общий стол такой малой компанией магнонону было неудобно морально, а дроу физически, так что оставались три малых стола. Дальний был занят, ближний стоял слишком близко к двери, а потому там было самое холодное место в зале. Потому, поразмыслив, магнон направился к среднему столику, попутно кивнув напарнику следовать туда же. В руках он нёс четыре деревянных кружки с густыми пенными шапками литрового объёма каждая.

За столом стояло четыре стула, здоровенным ягодицам великана одного стула было явно мало, потому он занял сразу два, сдвинув их вместе. Пёс по кличке Каур развалился под столом. Харик занял третий стул, на четвёртый они сложили свои небогатые пожитки в виде двух заплечных котомок, а сверху, как бы невзначай, дроу положил свой арбалет и прикрыл его лёгким плащом-накидкой.

Магнон приложился к кружке и не отрывался от нее пока она не показала дно. Пронёсшийся ветром рядом со столом кабатчик оставил на нём светильник с зажжённой свечой и блюдо с рыбиной длиной в локоть, нарезанную на дюжину кусков. От неё веяло ароматом дыма и пряностей.

Харик с подозрением принюхался к пиву. Напиток был ему знаком, изредка он попадал к ним в подземелье. Этот же своим окрасом напоминал скорее какой-нибудь крепкий травяной отвар, хотя в деревянной кружке судить о цвете напитка - дело не самое целесообразное, но запахом и густотой пены оно отличалось от привычного кардинально, что автоматически вызывало подозрение. Однако, глянув на довольную морду магнона, Харик осторожно сделал маленький глоток. По крайней мере, не было привкуса кислятины, бьющего прямо по мозгам и сводящего скулы. Вместо него он почувствовал ароматную и грузную терпкость, обволакивающую внутренности от горла и ниже к животу. Определённо, этот напиток пришёлся ему по душе!

- Пст, Харик! - попытался незаметно от соседа по залу позвать приятеля великан, что с его тембром голоса было абсолютно лишено успеха. И невозмутимо сделал вид, что беседа якобы не была слышна никому за пределами их стола.

- Что такое? - на границе шепота и нормального тона с издёвкой, прикрывая рот, ответил дроу.

- Глянь, у этого бедолаги на столе совсем не густо. Предлагаю расположиться за одним столом. Мы ему угощенье, он нам свежие новости о северных делах и об осаде Вольфсдаля в частности, а? - сказав это Жо-Ра стрельнул глазами в сторону соседа.

Дроу с сомнением оглядел единственную тарелку с какой-то жиденькой похлёбкой на соседнем столе, потом багаж сумеречного эльфа, а потом с ног до головы и его самого. Подземный житель даже не думал как-то скрыть свои действия, оценивая соседа взглядом потомственного рабовладельца. Затем пренебрежительно цокнул языком и, уже откровенно сверля сумеречного эльфа взглядом, подытожил наблюдения:

- Да, дружище, ты прав - харчи у него и впрямь нищебродские. Но не вижу ничего противоречивого. Нищебродский прикид, нищебродский багаж, нищебродская жратва. Хмм... Знаешь, мне кажется, что он просто нищеброд. А какую полезную информацию ты хочешь узнать у нищеброда?

- Харик, не суди о ком бы то ни было по его внешнему виду и своему первому впечатлению. Ну, или хотя бы, не выставляй это суждение напоказ, - назидательным тоном проворчал магнон, после чего повернулся к соседнему столику. - Приятель, не обращай внимания на слова моего друга. Видишь ли, он…

- Недавно в этих краях и привык к более резкому общению, верно, магнон? - закончил за него его фразу закатник.

- Ну, гхм… в целом, так оно и есть, - добродушно ответил Жо, видя, что сосед не намерен раздувать конфликт, понимая суть происходящего. А значит, что дела с дроу он уже имел и знаком с их манерами.

- Если для тебя так важно, что стоит у твоего собеседника на столе, то можешь подождать совсем немного и, когда мне принесут мой заказ, начать разговор. Конечно, если в нём будет какой-то толк, - обратился сумеречный эльфу к дроу и улыбнулся. - А это всего лишь окрошка для аппетита.

Дроу молча играл желваками, не сводя глаз с дерзкого собеседника, по всей видимости прикидывая в голове дальнейшие варианты развития событий. Заметив его замешательство, закатник, как бы невзначай одернул рукава своей куртки демонстрируя наборные браслеты из черной кости, а затем откинул полу походного плаща, где рядом с длинным клинком на поясе болтался магический жезл. Однако, Харадморт даже не думал отступать, различные маги и колдуны хоть и были сложным противником, однако на счету арбалетчика их было около десятка. Главное ударить первым, пока волшебник не успел прикрыться защитными чарами.

В следующую секунду Жо-Ра уже стоял между двумя напрягшимися эльфами и обратился к незнакомцу.

- Слушай, дружище, не сочти за назойливость, но позволь поинтересоваться - со спокойной уверенностью спросил гигант, - а не в Вольфсдаль ли ты держишь путь и не поделишься ли какими новостями с двумя отставшими от жизни путниками с неторного пути?

- В Вольфсдаль, - сомнением в голосе ответил сумеречный эльф, но потом сменил тон на более ровный. - А куда ж ещё тут можно идти, если не хочешь остаться в стороне от самых интересных событий к северу от Реки за последние лет пятьдесят?!

- Так и наш путь лежит туда же. Моё имя Жо-Ра, а это мой друг Харадморт. Мы пришли сюда с востока, как только нас достигли дурные вести о случившемся в Волчьем Фьорде.

- Пришёл к фьорду с востока, привёл с собой эльфа тьмы и не в курсе событий, о которых вот уже второй месяц треплется весь север? - хмыкнул сумеречный эльф. - Приятель, да с какой же дыры ты выбрался? - уже с интересом повернулся к ним и удивлённо поднял бровь собеседник, потом он встал со стула и представился. - Моё имя Неверрит и я иду Вольфсдаль по поручению Гильдии Магов.

- Ээм... А я думал, что тамошнему отделу Гильдии сейчас немного не до приёма гостей… - задумчиво пробасил магнон.

- Да, головы у них наверняка сейчас заняты вторжением флота Хаоса и случившейся в связи с этим осадой порта и прочим долгосрочным геморроем.

Со стороны кухни хлопнула дверь и в зале появилась молодая девушка явно северных кровей. Бронзовый поднос, который она несла, был заставлен тарелками с парящими и вызывающими слюну своими запахами блюдами.

- Ну так что, может уже сядем за один стол? - Обвёл эльфов взглядом великан.

Видно было, что такое решение давалось Харадморту не легко, но тяжёлый взгляд друга склонил чашу весов его внутренних терзаний в сторону примирения.

- Хорошо. Видимо, мне действительно придётся изменить некоторые свои привычки. Будем надеяться, что оно того стоит! - Дроу перевёл взгляд с эльфа на магнона, а потом и на девушку.

- Тушёная с овощами дичь, салат из еловых грибов, сыр, гречневые лепёшки и брусничный морс, — без особого энтузиазма пробормотала веснушчатая крепкого сложения деваха и принялась было составлять всё вышеперечисленное на стол, но Неверрит остановил её и попросил накрыть соседний.

Пока та выставляла тарелки с угощением, все трое пересели за один стол, едва помещаясь за ним.

- Ваш заказ будет скоро готов, - сообщила девка магнону и, поскрипывая досками пола, размашистым шагом протопала на кухню.

- Ну что ж, раз мой заказ принесли раньше и, уж извините, жрать я хочу так, что если б не окрошка, упал бы в обморок, то первым слушать буду я, - скороговоркой протараторил эльф, затем отправил в рот ложку тушеного с овощами мяса и продолжил. - Рассказывайте, что там нового в подземном царстве Карак-Гарзака, как продвигаются восстановительные работы в Тагаззских копях и найдены ли маршруты в Зауарран, Гарзак-Дул или Куздул-Кхем?

От такой информированности собеседника магнон только удивлённо открыл рот, после чего он повернулся к другу. Дроу удалось сохранить невозмутимое выражение лица и с ответом он успел быстро.

- До Куздул-Кхема докопаются не скоро, - с сарказмом хмыкнул подземный житель. - Не раньше, чем разгребут руины нашей бывшей столицы, а для недопущения этого дома, ушедшие на юг и восток, делают всё возможное. По крайней мере, в перерывах от междоусобиц. Что же касается короткого маршрута от Зауаррана до восточных забоев Тагаззских рудников, то он, наверняка, должен быть, но мне он не попадался.

По лицу налегавшего на еду эльфа было видно, что рассказ ему интересен, он оживлённо кивал и хмыкал в такт повествования.

- Да, короткого пути в северную колонию дроу пока не удалось найти, - продолжил Жо, догадавшись, что Харадморт свой ответ счёл законченным, - а прокладывать его заново ещё не решаются. Нет понимания, насколько это необходимо и безопасно. Как обстоят дела с разведкой троп на восточный отрог Железного Кряжа в обитель чёрных гномов Куздул-Кхем, я тебе не скажу - этими делами бородатые занимаются сами и об успехах мероприятия не распространяются никуда и никому. Я даже не знаю, ведутся ли ещё эти работы или уже нет. А вот то, что Тагаззский рудник связан с Гарзак-Дулом и тракт этот начнут облагораживать уже в ближайшие месяцы - это я тебе говорю без тени сомнения! Они наконец-то нашли нестыковку в геологических расчётах, пересчитали репера и пробились в одну из штолен забоя с юга. Собственно, я - один из участников той экспедиции, - сложив здоровенные ручищи на груди и откинувшись на спинки стульев, хвастливо подытожил Жо.

- То есть, возвращение основателей северных копей не за горами? - прожевав часть еды, спросил сумеречник.

- Я думаю, оно уже началось. В тот час, когда мы выходили из недр гор через Тагаззские врата, гонец уже должен был доставить кроки нового маршрута в Гарзак-Дул ко двору их правителя. Отряд же, с которым мы пробились в северную обитель, остался на её охранение и восстановление - потерь в пути мы почти не понесли. Так что, полторы сотни первых поселенцев уже здесь! - Третья кружка пива основательно развязала магнону язык. За всё время совместного путешествия Харадморт ещё ни разу не замечал за своим спутником такой болтливости. - Предыдущие экспедиции проделали большую работу по поддержанию в рабочем состоянии коммуникаций жилой и рабочей частей поселения. По большому счёту дело оставалось лишь за пробоем короткой дороги к нему, чтоб не прогореть на логистике. Теперь же, когда дорога от столицы до рудника будет занимать не более пяти дней, - Жо сделал ныряющий под стол жест рукой, символизирующий движение под поверхностью гор, - в отличие от двадцати восьми дней по старому тракту через Вислад, который зимой становится непригодным для движения, восстановление этого подземного чуда инженерной мысли пойдёт быстрее!

Было видно, как рассказчик воодушевлён этими, бесспорно важными и решающими, событиями в жизни северных земель. По окончанию своей речи, он встал, поднял нетронутую доселе четвёртую кружку и провозгласил тост.

- За возрождение Тагазз-Кхижра! - И прильнул к кружке...

Повисла тишина. Неверрит поглощал салат из еловых грибов, Харадморт, облокотившись обеими локтями о стол, с задумчивым и хмурым видом тщательно выбирал кости из куска рыбьего хвоста. Магнон осушил последнюю кружку, вытер от пены рот, довольно улыбаясь, икнул и сел на стулья.

- Ну, согласен, новость эта и впрямь отличная, - сказал сумеречник, разглядывая нанизанный на вилку ярко-рыжий, облепленный каким-то белым соусом и листьями зелени, гриб, после чего отправил его в себя и продолжил уже с набитым ртом, - А эфоф как к фам попаф? - и указал головой на дроу.

- Что? Ах, этот! С ним мы встретились в процессе экспедиции. Там бой небольшой в шахтах завязался. Крысы облюбовали себе один из этажей забоя и устроили там нору. Мы их оттеснили до большого грота, видимо, какой-то перевалочный пункт складирования добытой руды у гномов раньше был. Крысолюды-то редко такие хоромы себе в камне делают - им без надобности. И вот, в разгар боя, с одной из ниш вентиляции под потолком, почти им в тыл, начинает работать неизвестный арбалетчик. Здорово он тогда нам помог. У них там то ли колдун, то ль шаман какой был - нам и не разобрать было, он за колоннами от нас прятался. Крысы его аж в два кольца щитов прикрывали, ну, никак до него не добраться. Тот бормотать-колдовать что-то начал, уж тьма сгустилась да вонь по воздуху пошла какой-то тухлятины. Гномы строем встали, щитами прикрылись и туда, в нахалку, иначе никак. И тут - хлоп! Мы сначала не поняли, кто это из наших приказ «Не стрелять!» нарушил - свои же в прорыв пошли! А наши показывают, что это не они. У крыс от того стрелка такой писк поднялся: орут, мечутся, видно, что что-то у них не так. Новый хлопок! И уже огромного скейвена в броне, который громче всех там верещал, с болтом в шее оттаскивают. Снова хлопок и уже сам колдователь крысиный из-за колонны вываливает с арбалетным болтом в черепе. Тут мы смекнули, что это кто-то с фланга бьёт. Короче, та суматоха крепко нам подсобила. Разогнали-перебили всю нечисть в том крыле. А как бой закончился - гномский сотник в центре зала встал, да и говорит во весь голос, выходи, мол, стрелок неизвестный, кем бы ни был - не тронем. Хочешь, с нами пойдёшь, не хочешь - своей дорогой, но руку, мол, я тебе пожать хочу за то, что ребят моих помог из-под удара вытащить. Ну и выходит это вот чудо, - Магнон положил руку на плечо товарища, - Хер, говорит, свой пожми! Там все аж застыли от такой наглости! Ну, на прицел сразу парня взяли, конечно, топоры похватали - где ж это видано, чтоб с командиром так разговор держали. А этот продолжает невозмутимо, мол, выход на поверхность ему нужен, дороги он не знает. Благодарности, говорит, запихайте себе, куда кто пожелает, а вот дорогу показать было бы неплохо, и что если мы на поверхность путь держим, то он пока с нами.

Ну, сотник тогда бороду поморщил, но решил двигаться вместе, раз обещал. К гномам в строй ставить эльфа было никак нельзя - через пять минут бы поножовщина случилась. Ну, он, сотник, и говорит: “За оскорбление - принудительное выдворение из подземелий. За помощь в бою - с правом возвращения. Магнон - конвойный. У кого вопросы есть?” Вопросов ни у кого, конечно, не возникло. Так мы и держались рядом, я его даже на верёвке первый день держал. Потом по душам сели поговорить да вроде и поняли друг друга. Две недели мы тогда ещё по шахтам лазили, зачищали. Много боев прошли и скажу, стрелок этот “уголек” просто отменный. А по пути к нему собака прибилась, каким только чудом в пещере одна выжила? Потом ещё несколько дней к воротам выходили. И вот десять дней назад вышли на поверхность к воротам поселения. А там охрана на них стоит! Небольшой, правда, гарнизон - рыл тридцать от силы. Гномов с пяток - все офицеры, от экспедиции последней отбились в своё время. Пока плутали, да выход искали народу всякого по подземельям насобирали. В основном, отбитые у крысолюдов пленные и рабы. Короче, организовали наблюдение и охрану мужики. От них-то мы и узнали о случившемся в Волчьей Гавани...

- Фьорде. Волчьем Фьорде, - поправила недовольным голосом появившаяся в кухонных дверях та же девка с подносом. Выставила на стол пару тарелок с какой-то похлёбкой насыщенно-кровавого цвета, очень тонкие свежеиспечённые лепёшки, какие-то коренья, нарезанные пластиками, зелень и куски чёрного хлеба. Кинула под стол огромный костяной мосол с остатками мяса собаке.

- И пива ещё принеси мне! - крикнул удаляющейся девке великан и зачем-то постучал пустой кружкой по столу.

Та вернулась обратно, забрала четыре пустых кружки, бросила на здоровяка хмурый взгляд и скрылась на кухне.

- Да какая разница, пусть будет Фьорд, - махнул рукой магнон и принялся крошить в похлёбку хлеб и зелень, - Так вот. Вышли мы с ним на свет. Командиры гномские тоже выперлись воздухом подышать. Стоят, новости обсуждают, планы строят, надземные постройки осматривают. Отряд решили оставить на месте, чтобы скорее заняться восстановлением внутренних помещений. Гонца с чертежами отослали уж к тому моменту в столицу. А я стою и думаю, механизмы они пока в шахте не все восстановили и с собой не брали новых, а значит, мне, как самому здоровому, сейчас столько всяких тяжестей в забое таскать придётся, да пылью этой дышать - завалов-то там разгребать-чистить выше крыши. Ну, думаю, такое занятие мне точно не по душе. Я и подошёл к командиру отпроситься. Поворчал тот, конечно, поорал даже, дескать, срок договора не окончен. Ну, да не силой же меня держать? В общем, поворчал, да и отпустил. Штраф, правда, наложил за уход раньше срока, да остальное почти всё шмотками да жрачкой отдал.

Закончив превращать похлёбку в вязкое месиво, магнон посыпал солью белые с резким ароматом колечки нарезанного корня и принялся за еду, тем самым предлагая продолжать разговор кому-то другому. Дроу, не говоря ни слова, взял ложку и тоже приступил к трапезе. Неверрит уже дожёвывал последнюю лепёшку - такую же, как и у его собеседников. И обильно запив морсом, он начал рассказывать.

- Я участием в таких эпохальных событиях похвастаться, увы, не могу. Когда я окончил своё обучение магическому ремеслу, меня по распределению отправили в Медянку, в их Башню…

- В Медянку? - настороженно уточнил Жо.

- Ну, да, туда... - подтвердил эльф.

- И учился в горах, в университете на юге?

- Да, там, в Баттене, всё верно. А это вызывает какие-то сложности? - в голосе мага зазвучали нотки напряжённости.

- Да нет, так, просто уточнил, — ответил Жо, но было заметно, что эта информация в какой-то мере если не озадачила его, то уж точно поубавила легкомыслия в отношении собеседника.

- А меня можно как-нибудь посвятить в суть? - развёл руками дроу, - а то я никакого понятия не имею о половине сказанного…

- В Горах Судьбы, что расположены в нескольких неделях езды отсюда к юго-западу, - начал свои пояснения Неверрит, - на одном из высокогорных плато стоит замок, тщательно охраняемый Инквизицией. Про этих-то хоть парней ты в курсе?

- В общих чертах, да. Жо уже поведал.

- Отлично. Так вот, замок этот именуется Баттендорфом. Или просто - Баттен. И представляет он из себя последний оплот вампиров, оставшихся в землях материка. А по совместительству является единственным институтом некромантии. Из легальных, само собой. Место специфичное, должен вам сказать!

- Подожди, - отложил ложку Харадморт, - так ты хочешь сказать, что ты не просто маг, а…

- Некромант, - с чуть виноватой полуулыбкой подтвердил Неверрит. - Даже диплом установленного образца со всеми необходимыми печатями Инквизиции имеется.

- Жо, вы тут что, с ума все сошли или головой об камень стукнулись?! - вскочил со своего места дроу, его рука лежала на рукояти скрытого в ножнах на предплечьи стилета. - Это как понимать вообще?!

- Приятель, это действительно нормально, - успокоил его здоровяк, - ну, настолько, насколько вообще может быть нормальной магия и магия мёртвых в частности.

- Нормально? - зло прищурился дроу.

- Подумай сам, - вмешался Неверрит, - какие перспективы открывает некромантия, конечно, если ей не злоупотреблять и не быть одержимым идеей повергнуть всё живое в пучину тотальной войны. - успокаивал подземного эльфа его надземный родич, и, судя по внешнему виду того - небезуспешно, - если человек, допустим, не успел доделать какие-то дела, его можно вернуть к жизни на некоторый срок. Ну, согласись, ситуации разные бывают. Может нужно хоть немного разбираться в Мёртвой Магии, чтобы понять примеры, которые я привожу. Вот самый простой: в боях за шахту, в которых вы принимали участие, погибли десятки или сотни крысолюдов, а работать на шахте кому-то надо? Надо. А кормить этих рабочих надо? Надо! А при помощи некромантии, ты берёшь и — «Бац!» - делаешь себе толпу выносливых зомби-рабочих, которые работают без остановки на сон и приём пищи... Каково, убедительно?

- Однако. По большому счёту, мне до ваших устоев жизни дела нет, но, знаешь ли, задел тот факт, что мой народ слывёт у вас на поверхности чуть ли не олицетворением зла, угрожающим всему цивилизованному миру, а у самих тут разведение мертвечины считается повседневным явлением. - Харадморт покачал головой, потом махнул рукой и вернулся к трапезе. - Продолжай, что там тебя отвернуло от твоей Медянки?

- А что там продолжать? Добрался до Альтсбурга, где меня и застали скорбные вести о случившемся в Волчьем Фьорде. Пришёл в местную Башню с направлением в Медянку и попросил перенаправить меня на Вольфсдаль. Полдня делов - и вот я уже еду на попутной телеге в Вислад, а откуда с третьего дня по холодку пешком иду. И вот, - эльф развёл руки в стороны, - имею честь находиться здесь и сейчас.

- Зачем тебя на такой крюк потянуло - через Альтсбург? Через столицу можно было срезать путь, неделю пути ж себе намотал лишнюю? - поинтересовался Жо-Ра.

- Попутчика удачного нашёл на перевале. Он бы меня до самой Медянки довёз с верховым обозом, но в Альтсбурге новости развели нас с ним. Да и сам же наверняка знаешь, через Хифлумский лес транзитом только почтальоны шальные ездят. Та ещё игра в кошки-мышки с удачей!

- Ну да, тоже верно... - задумчиво сказал магнон. - А каков там сейчас расклад сил в Вольфсдале, не знаешь?

- В Висладе со стражей на эту тему толковали, - тут же ответил эльф. - Говорят, город с перевала блокировали и сейчас готовятся к штурму, будут выбивать оттуда всю свору. Планируют в начале октября штурмовать, но если нормальные силы раньше соберутся, то могут и раньше начать.

- И нормальные силы уже собрались? - поинтересовался Харадморт.

- Я ж сам не был там, не знаю. Говорят, с Вислада и Медянки по сотне стражи отбыло, да резервистов вдвое больше - это то, что по союзным договорам между городами положено. Но я так понял, что тех кого не жалко было, того и отправили. Сброд да уголовники бывшие.

-А чего так? Ведь этот ваш Вольфсдаль зовётся столицей Севера, - спросил дроу.

-Как не назовись, но считаются только с сильным, - хмыкнул магнон. - Вот если бургомистр делом докажет, что может город обратно взять, тогда может и пришлют нормальных бойцов. А пока нам с тобой воевать придется.

-Правильно сказал, - улыбнулся Неверрит. - Основной силой как раз и стали разномастные наемники и авантюристы. Уж больно жирную приманку закинул бургомистр Вольфсдаля. Я слышал, что с казной у него не густо, большая часть в городе осталась, но после прошедших боёв почти все дома теперь пустые стоят, а ведь дом в столице Северных земель подороже иных денег будет. Особо отличившимся обещают фермы в пригороде, а то и склад в портовом районе! Один раз повоевал - и на всю жизнь обеспечен. Вот и идут солдаты удачи, авантюристы всех мастей и просто добровольцы валом. Вы же, я так понимаю, тоже об этом слышали?

-Слышали, - подтвердил магнон. - Одно дело ведро похлебки, на него я завсегда заработаю, а вот свой дом в большом городе или ферма в пригороде - совсем другое дело. Так что решили, что прибьемся к какому-нибудь отряду и посмотрим, куда кривая выведет.

Харадморт помалкивал, лишь кивая, соглашаясь со словам гиганта, но потом все же задал давно мучивший его вопрос:

-А зачем этому вашему Ашарату Прехору или как его там, так город понадобился?

-Этот Ашарат - всего лишь очередной выкидыш демонопоклонников, - отмахнулся чародей. - Я в гильдии слышал, что неофициально возглавляет поход сам Короман Трехрогий…

-Тот самый? - не поверил магнон.

-Какой “тот самый”? - вспылил Харадморт, который ни о каком Трехрогом не слышал.

-Один древний и основательно поехавший головой чернокнижник и демонолог. Говорят, он лично поучаствовал в Конце Империи, - пояснил для приятеля гигант.

-И на хрена ему это надо? - вновь не удержался от вопроса дроу, который только начал знакомиться с делами верхнего мира.

-Тут версий много, - задумчиво сказал Неверрит. - Я слышал минимум три: реликвии, что хранятся в Храме-всех-Богов Вольфсдаля, потом архивы Инквизиции, там вполне могут храниться знания, которые могут заинтересовать даже такого древнего хрыча, как Короман. Ну, и само по себе разграбление Столицы Севера - тоже вполне подходящая цель для такого поехавшего говнюка, как он. Хотя, лично я считаю, что все дело в Источнике Вольфсдаля. Если этот безумец его захватит, то сотворить что-то глобальное вполне может.

Компания ненадолго замолчала, обдумывая последние слова.

-А, ещё, - прервал тишину Неверрит, - с Хифлума какой-то обоз проходил, но за обоз никому неизвестно. Два десятка крытых повозок с литерой «И» на бортах.

- Инквизиция? - догадался Харадморт.

- Они, - кивнул маг. - Получается, под три тысячи бойцов прибыло, и это только за последнюю неделю. А за оставшиеся дни прибавится ещё…

Снаружи послышались голоса и топот ног - кто-то сбивал снег с обуви и громко говорил. Через несколько секунд двери распахнулись и внутрь ввалились двое, смеясь над чем-то сказанным только что. Один из них был едва ли выше четырёх локтей ростом, второй же лишь на локоть уступал в росте Жо. Первый был обычным молодым северянином, а вот второй даже не являлся человеком. Это был четырехрукий лемер и, надо сказать, рост у него был нехилым даже по меркам их расы.

Вошедшие хором пожелали приятного аппетита сидевшим за столом путникам и уверенно проследовали в служебную часть заведения. Молодой парень на ходу давал какие-то указания верзиле, тот кивал головой и согласно мычал, а сам за весь свой путь от входа до дверей кухни глаз не спускал с посетителей.

- А что этот верзила на нас так пялился? - перебил стратегические подсчёты сотрапезников дроу. - К нам какие-то вопросы?

- Да брось ты, Харик, не заводись! Это здешний вышибала и следить за гостями - его работа, - успокоил своего собеседника Неверрит, - поверь, если у него будут к нам вопросы, то он их задаст без малейших колебаний. Да, ты сам-то как на других смотришь? Будто место, куда нож всадить, высматриваешь.

- А можно как-нибудь ему сказать, чтоб он так больше не делал? - проигнорировав последние слова чародея, напряженно сказал Харадморт. - Там, откуда я родом, для такого дерзкого взгляда нужны очень весомые причины и цели.

- Ты больше не там откуда пришёл, верно? Верно. Вот и веди себя так, как принято себя вести там, где ты есть теперь. - Жо-Ра подытожил свой совет тыканьем указательным пальцем сначала в собеседника, потом в стол, за которым они сидели. Затем обратился ко второму эльфу.

- Ты собираешься заночевать здесь и выдвигаться в долину утром?

- Да. Собственно, уже оплатил комнату и собирался идти на боковую сразу после ужина, - упомянув про сон, эльф тут же зевнул. - Вот, пожалуйста! Вспомнишь про сон, и эта зараза тут как тут, - улыбнулся он и зевнул повторно.

- Хорошо, главные новости мы узнали, так, что и нам не мешало бы последовать твоему примеру, - довольным тоном произнёс магнон, - Эй, хозяин! Сколько с нас полагается за ужин и во сколько нам обойдётся ночлег под твоей крышей?

С кухни вышел и направился к своему служебному месту за стойкой хозяин заведения.

- Двухместная комната пятнадцать серебряных монет до полудня. Вы с собакой, так что ещё три монеты. Ужин с пивом будет ещё пять, а завтрак, как постояльцам, дешевле - всего три монеты. Итого, с вас двадцать три серебра и три утром, при расчёте за завтрак. И если золотом платить будите, учтите, сдачи нет, но могу продуктов в дорогу продать.

Великан удивленно распахнул глаза и замер с раскрытым ртом. Пауза затянулась, от чего тавернщик нахмурился, однако Жо-Ра через долгих десять секунд все же смог вернуть себе дар речи.

- Ты в своём ли уме, уважаемый? Откуда такие цены? Мы ж тут наели на три монеты от силы! Про плату за собаку я вообще впервые в жизни слышу! А спальное место после захода солнца должно стоить половину цены - так заведено везде и я уж не говорю о зимней скидке на койку, когда путники физически не могут переночевать под открытым небом. Предлагаю тебе тринадцать монет за всё, включая завтрак. Считаю это нормальной оплатой! - с этими словами магнон вынул из-за пояса матерчатый кошель и положил его на стол посреди пустой посуды.

- Так дело не пойдёт! - кабатчик вмиг перестал быть дружелюбным добряком, голос его огрубел и стал громче. - У нас тут между прочим неурожай, а еще война под боком! Так что цены свои я не с потолка беру и обсуждению они не подлежат!

Тут же с кухни выскочили парень с охранником, дожёвывая на ходу.

- Что здесь случилось?! - гортанно прорычал четырёхрукий верзила, поправляя висящие на поясе ножны с клинком.

- Платить не хотят, - небрежно бросил тавернщик.

- А что так? - обратился юнец к компании.

- Ты лишнего-то не наговаривай! - спокойно сказал Жо-Ра хозяину, после чего повернулся к парочке. - Платить мы не отказываемся, мы отказываемся переплачивать, - жестом магнон показал приятелям, чтобы они не вмешивались в разговор. Однако маг встал из-за стола и вышел вперёд магнона.

- Послушайте, я оплатил свою комнату в полном размере, но пока только оставил там свои вещи. Сколько надо доплатить, чтобы мы заняли номер на троих, а одноместный я освобожу?

- Десятку, - немного помешкав буркнул хозяин и добавил, - но с них ещё пятак за ужин и никакого завтрака.

- Сколько ты оставил на столе? - повернулся к магнону Неверрит.

- Тринадцать, и больше у нас нету, - признался магнон. - Стал бы я тут этот балаган разводить, если бы мог спокойно заплатить и лечь спать?

- Давайте свои тринадцать и ступайте в двухместную спальню. Всё равно кроватей на этого здоровяка у нас нету, так что поспит на полу, - пытаясь решить конфликт предложил молодой северянин, переводя взгляд с Жо на тавернщика и обратно.

- Устроит, - кивнул магнон.

- А, пёс с вами... - махнул рукой расстроенный хозяин заведения и жестом указал подать ему деньги. - С худой овцы хоть шерсти клок…

После этих слов на лицо дроу скользнула ласковая улыбка, а в глубине его удивительных оранжевых зрачков начало разгораться пламя. Зная горячий нрав своего спутника Жо аккуратно оттеснил его в сторону и попросил подать кошель. Харадморт поморщился, но поручение выполнил. Магнон поймал брошенный кошель, подошёл к стойке и высыпал на неё деньги.

Толстяк внимательно пересчитал монеты, проверил несколько из них на подлинность и, удовлетворившись результатом, отдал какие-то распоряжения на северном наречии. Видимо, молодой тоже был из числа его подчинённых, хоть и не вышибалой - у него не было ни оружия, ни подходящего телосложения. Лемер развернулся и скрылся на кухне, молодой же по лестнице, находящейся в углу между кухней и камином, пошел на вверх.

- Только со столов сами приберите за собой, - недовольно проворчал тавернщик и, взяв кошель, удалился в сторону кухни.

- Что ж, хоть так договорились, - развернулся к товарищам великан. - Сами виноваты, сначала надо цены спрашивать, а потом уже накидываться на харчи. Предлагаю доесть всё до последней крошки, ибо перспектива завтрака стала теперь туманной, - сказал он, оглядев стол с остатками ужина.

- У меня, кстати, тоже золото кончилось. Так что, помог чем смог, - удручённо помотал головой некромант. Он подошёл к столу со стороны окна, где сидел до этого, и начал складывать в стопку тарелки от своего ужина. На блюдце ещё оставались несколько ломтиков сыра, и он протянул его Харадморту. - На, доедай, вкусный сыр, но в меня уже не влезет…

В этот момент никто не знал, что эти простые и даже добрые слова, запустят цепь событий, которые изменят жизнь многих-многих разумных.

- Я тебе что, свинья какая-то, объедки доедать?! - моментально вскипел дроу. Он схватил одну из пустых пивных кружек, ловко метнул ее в голову обидчика через стол, и молниеносно вскочил на ноги, одновременно вытаскивая из-под накинутого на стул плаща взведенный арбалет.

Каким то чудом, магу удалось уклониться и кружка пролетела там, где только что была его голова. Глиняный сосуд со звоном вынес двойное стекло и исчез в ночном заснеженном лесу. Тарелка выпала из рук эльфа и разбилась, а сыр тут же был съеден собакой, которая всё это время лежала под столом и вообще никак не реагировала на происходящее вокруг.

- Ты что творишь, псих!? - Взревел Жо-Ра и попытался выбить оружие из рук темнокожего.

Глухо щелкнула арбалетная тетива и быть бы некроманту прибитым болтом, но Жо-Ра успел. Его рука еле коснулась ложа оружия, но этого оказалось достаточно, чтобы сбить прицел и снаряд ушел в потолок.

Распахнулись двери кухни и в зал ввалились хозяин с охранником.

-Что здесь происходит?! - взревел человек.

- То, что вас не касается! - огрызнулся дроу, двумя руками удерживая арбалет, который отбирал у него магнон.

- Меня касается всё, что происходит в этих стенах! - окончательно рассвирепел тавернщик, и, увидев разбитые окно и тарелку, вовсе перешёл на крик. - А тем более, если это касается моего имущества! Вы должны мне за разбитые посуду и окно! По десять монет за каждое стекло и одну за тарелку!

Магнон окинул задумчивым взглядом картину вокруг, его спокойное лицо чуть покраснело, что говорило о гневе, обычно крайне спокойного и флегматичного гиганта.

- Так, короче! Я хочу отдыхать после тяжёлой дороги. Ты, - он оттолкнул от себя арбалетчика, отпустив его оружие, так, что тот чуть не грохнулся на пол, потеряв равновесие, - наводишь порядок на столе и успокаиваешься, или я сам тебя успокою так, что не рад будешь. Ты, - рука магнона указала на некроманта, уже стоявшего на ногах позади дальнего столика с мечом и магическим жезлом наизготовку, - отправляешься наверх и ложишься спать. Я помогаю вам в устранении последствий случившегося, - адресовал он персоналу. - А вы затыкаетесь про деньги и даёте мне что-то, чем залепить это демоново окно. Утром мы все на свежую голову решаем, какими вещами мы можем оплатить нанесённый ущерб и расстаёмся без взаимных претензий. Кто тут не согласен с таким предложением? - закончил он и обвёл всех собравшихся тяжелым взглядом, не спеша прояснять однако, что будет с тем, кто с ним не согласен.

Хозяин хлопнул себя ладонью по лицу, на пару секунд закрыв ею глаза.

- Валите... спать... наверх… все трое… со своей чёртовой псиной. Утром разберёмся, - и, убрав руку с лица, добавил, обращаясь к магнону, - вставлять стекло я тебе не доверю. Эту работу есть кому сделать вместо тебя!

После чего развернулся и отдавал распоряжения уже удаляясь в кухню.

-Гор, бери Кристофера и почините окно. Ханна, иди и убери со стола и пола!

И все участники вечернего переполоха тут же молча разошлись. Спустившийся сверху юноша ушёл с лемером на улицу чинить окно. Ханна, та самая девушка, что приносила еду, унесла посуду и теперь собирала с пола осколки стекла и тарелки. Магнон предложил ей свою помощь, но та молча отмахнулась. Харадморт сидел на стуле в стороне, трепал загривок своего пса и наблюдал за происходящим, по всей видимости, размышляя над нормами поведения в надземном мире, к которым ему теперь предстояло привыкать. Неверрит же взял со стула свои вещи, плащ и небольшой тряпичный свёрток и побрёл, зевая, наверх.

- Ну, если им наша помощь не нужна, пойдём тогда спать, - обратился Жо к дроу.

Пожав плечами, эльф встал со своего стула, сгрёб с соседнего все пожитки и устало направился в сторону лестницы, позвав за собой собаку. Жо-Ра что-то пробормотал себе под нос и отправился вслед за ним.

На втором этаже они оказались в начале коридора с дверями комнат - две по левую руку и три по правую. Все двери были одинако закрыты и товарищи молча переглянулись - в какую же им направляться? Вдруг дальняя правая дверь распахнулась и из неё выскочил вне себя от ярости Неверрит. В его руке блестел обнажённым клинок, а навершие жезла испускало густой черный дым. Дроу привычно схватился за оружие, однако гнев нового знакомого был направлен не на него.

- Этот недоносок рылся в моих вещах! - словно разъяренный кот прошипел маг.

Глава 3

Что-то пошло не так...

Сидят двое в ресторане и разговаривают:

- Не понимаю, почему такой вполне приличный ресторанчик назвали «У разбойников»? — сказал один.

- Вот принесут тебе счет — поймешь.

- Стой! Ты уверен? - перегородил путь магу Жо-Ра.

- Конечно! Пока мы были внизу, он переносил мои вещи из одноместной комнаты в эту, - эльф махнул рукой в сторону открытой двери, - это я ещё стерпел. Но попытавшись развязать узел на своём тюке, я понял, что завязывал его по-другому. Сейчас я его…

- Погоди, - магнон положил руку на плечо рванувшего к лестнице эльфа, - а из вещей что-нибудь пропало?

- Да вроде всё на месте, - неохотно сказал чародей. - Там особо ценного ничего не было, я такие вещи при себе обычно оставляю. Но это его не оправдывает!

- Подожди, - остановил новую попытку Неверрита прорваться к лестнице магнон. - Пойдём.

Магнон чуть ли не силком затолкал обоих эльфов в комнату и, прикрыв за собой дверь, продолжил.

- Мне местное обслуживание тоже не по душе пришлось. Я столько слышал о северном гостеприимстве, а тут такая… - магнон замешкался, пытаясь подобрать подходящее слово.

-Падла, - подсказал, Харадморт.

-Точно, - согласился гигант. - А еще утром придётся возместить стоимость ремонта окна и что там ещё эти ушлые хозяева насчитают. При этом они ещё и шарились в наших вещах. Да, Харик, именно наших, - повторил он для хотевшего было возразить темнокожего. - Мы теперь держимся вместе и между собой нам собачиться не с руки. И вещи товарища теперь стоит беречь, как свои собственные. И вот, что я предлагаю. Надо тихо спуститься вниз и поискать что-нибудь ценное, чтобы было не так обидно утром расставаться с чем-нибудь своим. Возможно, за стойкой лежат монеты, там, где стоял трактирщик. Взять у этих скупердяев их собственность мне будет не стыдно. С волками жить - по-волчьи выть. И затягивать с этим делом не стоит, иначе выспаться перед дорогой не успеем. Да и ждать, пока они все лягут спать - дохлый номер. Кто-нибудь из работников точно будет бодрствовать. Сейчас же они заняты ремонтом окна. Как только эта девка закончит с наведением порядка, она оставит в зале минимум светильников и уберётся к себе в комнату. Лучшего момента для нашего замысла не предвидится. Вы как думаете?

Эльфы переглянулись, Неверрит нейтрально пожал плечами, Харадморт утвердительно кивнул головой.

- Отлично, - еле кивнул магнон, - тогда вперёд, надо следить за девкой.

Неверрит приоткрыл дверь в коридор, и, убедившись, что там, как и предполагалось, никого нет, прокрался к повороту на лестницу. Выглянул из-за него вниз и жестом показал, что можно выходить. Только сейчас Жо увидел, что чародей до сих пор держит меч и магический жезл на изготовке, однако спрашивать, для чего тот взял оружие на воровство было уже поздно, и он повернулся к дроу.

- Харик, теперь ты. Только оружие положи, - добавил Жо, увидев, что у того заряженный арбалет в руках. Да и кинжалы эльф всегда носит при себе.

- Ты издеваешься? - с жаром зашептал дроу. - Ты видел этого четырёхрукого жлоба? Да он почти не уступает габаритами тебе! Тем более этот пошёл с оружием, а мне предлагаешь прятаться у него за спиной? Ну уж нет. Более того, я бы рекомендовал вооружиться и тебе.

Магнон ненадолго задумался, после чего кивнул и взял в руки поставленный в угол топор с шипом на обухе и вновь обратился к дроу.

- Теперь и я при оружии. Доволен? Давай уже иди к лестнице.

- Не, давай ты следующим - ты вон какой здоровый, сможешь дотянуться до чего-то ценного, расположенного на высоте. А я лучше буду прикрывать вас с лестницы.

Магнон горестно вздохнул и приложил огромную руку к лицу. Этот дроу неисправим. Однако, сейчас было не лучшее время для пререканий и обсуждений тактики. Жо-Ра махнул рукой и начал насколько мог тихо красться к лестнице. На удивление, пол здесь был сколочен весьма крепко и ни разу не скрипнул под весом гиганта. Приблизившись к магу, он насторожил свой слух на предмет звуков, доносящихся снизу, но, кроме звуков молотка и пилы со стороны разбитого окна, ничего не услышал.

- Вроде чисто, ушла уборщица, - еле слышно прошептал некромант. Магнон вновь еле заметно кивнул спрятанной в могучих плечах головой и жестом показал тому двигаться вниз. По коридору к ним уже подкрадывался Харадморт и собака, которая увязалась следом за хозяином. В этот момент Жо-Ра пожалел о своей идее, однако отступать было поздно. Некромант спустился по лестнице в зал и махнул рукой, приглашая остальных к себе. Сам же двинулся в сторону стойки тавернщика.

Когда магнон уже был в зале и разглядывал полку камина на предмет чего-нибудь подходящего, а дроу с псом заняли позицию на нижних ступеньках лестницы, чуткий слух гиганта уловил за двустворчатой дверью, ведущей на кухню, приближающиеся голоса девушки-подавальщицы и трактирщика.

- Отец, я тебе говорю, от этих остроухих ничего хорошего ждать не стоит. Крис заглянул в мешок того, что повыше, когда переносил его вещи в другую комнату. Там ничего ценного нет, только какие-то бумаги. И ты всё ещё веришь, что они идут помогать нашим в Вульфсдале?! Клянусь, они идут туда помогать нашим врагам! Закатник хоть и притворяется паинькой, но видел бы ты, как он на меня смотрел! А дроу - где это видано, чтобы черный делал что-то доброе? А уж от тролля и вовсе мурашки по спине бегут. Одно слово - нелюди…

- Не верещи, - одернул дочь трактирщик, - у остроухих отличный слух, не стоит их нервировать раньше времени.

- Но папа, - уже тише законючила девка, - не ужели мы просто так их отпустим?

-Отпустим-не отпустим, - передразнил трактирщик, - посмотрим, что они завтра в качестве выкупа предложат, от этого и думать будем. В любом случае улыбаемся и машем. Завтра им в еду отравы можно подсыпать, барахло их по нашей схеме реализуем, а тела с утеса - на прокорм зверям. А пока сходи лучше, поторопи своего мужа, чтобы он там с Гором заканчивал поскорее с окном, да подходите ко мне - будем думать, что с этими эльфами делать.

-Я мигом, - довольно ответила девка.

Магнон, обладающий отменным слухом, слышал весь диалог до последнего слова. Как и арбалетчик, сидевший в двух шагах от двери. Глянув на Жо, он вопросительно кивнул головой, мол, что теперь делать будем? Магнон сжал челюсть и перехватил поудобнее в руках топор. Жо-Ра был от природы очень спокойной и уравновешенной личностью, и старался по возможности избегать конфликтов, однако слова хозяев его разозлили.

-Значит, они нас отравить хотят, а мы при этом плохие? - процедил он сквозь зубы.

Именно на этих его словах, открылась дверь и за ней показалась закутанная в шаль рыжая девка с керосиновым фонарем в руках.

- Что вы тут забыли? - грубо рявкнула она, входя в зал.

- Сдачу за ужин и аванс за завтрак! - с нескрываемой злостью прорычал магнон.

Топор магнона больше подходил для рубки деревьев и для расчистки завалов, однако в умелых руках он был грозным оружием. Клиновидное лезвие с гулом разорвало воздух и попало девке под левую грудь, приподнимая над полом, затем легко пробило ребра, рассекло легкое и глубоко вошло в тело. Магнон рванул топор на себя, высвобождая оружие, и фонтан крови из разрубленного до самого позвоночника тела, окатил потолок. Тело девки по инерции завалилось вперёд к ногам великана, а перерубленные артерии продолжили извергать фонтаны крови, залив магнона с головы до ног.

-Чтоб меня, - оглядев себя чертыхнулся Жо-Ра. Не каждый рабочий скотобойни выглядит так сурово в конце рабочей смены, как он сейчас.

- А я-то уж было почти поверил, что наверху всё по-другому, не как у нас... А нет, показалось! - в сердцах воскликнул Харадморт. Картина залитого с ног головы кровью приятеля его рассмешила. Сидящий рядом пес, порывался лизнуть в лицо развалившегося хозяина, но дроу отмахнулся от него локтем, не сводя арбалет с двери.

Магнон поднял и поставил на край стойки выпавший из рук девушки светильник, а затем отдал распоряжение эльфам:

- Займитесь теми двумя на улице, а я, - обычно спокойные глаза магнона сверкнули злость, - пойду и объясню, этому зажравшемуся барыге, кто он и как следует себя правильно вести с теми, кто пришёл сюда оборонять его же задницу вместе с его харчевней. Сильно он меня разозлил.

Харадморт спустился с лестницы, его верный спутник решил показать свое активное участие в общем деле. Черный пес, оскалился, зарычал на тело девушки, однако вместо похвалы получил от хозяина легкий пинок по заднице. Некромант вышел из-за стойки и поспешил догонять дроу и собаку, попутно показав Жо-Ре, что денег за стойкой он не обнаружил.

Снега на улице навалило уже почти по колено закатнику, а низкорослому дроу и того выше. Закинув за спину заряженный арбалет, дроу направился за угол, туда, где заканчивали свою работу лемер-охранник Гор и овдовевший, но ещё не подозревающий об этом, юноша Кристофер. Пес ни на шаг не отставал от своего хозяина и, когда Харадморт выглянул из-за угла, чтобы оценить обстановку, уткнулся ему в ногу и … залаял! Харадморт громко выругался на пса и дал тому затрещину.

- Ты что лаешь, дурья башка?! - после чего, уже не скрываясь вышел дроу из-за угла и направился к работникам. Пёс обогнал хозяина и устремился вперёд.

- Слышь, эльф, собаку придержи, - громко сказал стоявший ближе своего напарника четырёхрукий. Он держал в нижних руках молоток и гвозди, а в верхних резной наличник - последний оставшийся не прибитый элемент.

- Да он добрый, только лаять умеет, ещё никого не кусал, так что не бойтесь, - хмыкнул дроу. - А вы тут ничего подозрительного не слышали? - заговаривал он зубы, шаг за шагом сокращая дистанцию. Из нормального арбалета, Харадморт мог попасть пещерной крысе в глаз с пядисяти шагов, но то оружие что он добыл в пещерах значительно уступало в качестве даже человеческим изделиям.

Краем глаза он приметил, что лемер сдвинул ножны сабли чуть назад, чтобы не мешалась во время работы. Эта оплошность, задержит его минимум на секунду. Паренек и вовсе вооружения не имел.

- Всё равно, убери от меня пса! - продолжил лемер и начал освобождать верхнюю пару рук от наличника, прислоняя его к стене.

“Пора”, - решил эльф и, видя, что пес сейчас сорвётся в атаку, скомандовал: “Ротхе!”, что в переводе с языка дроу значило “раб” или “не дроу”.

Харадморт ещё ни разу не видел такого чёткого выполнения команды от этой собаки. В один прыжок пес черной молнией преодолел расстояние и вцепился мертвецкой хваткой в левое колено верзилы, и тут же начал с остервенением мотать головой, кроша суставы и разрывая связки.

Громом разнёсся по беззвучному ночному лесу рёв оханика-лемера. Будь на его месте кто помельче - точно бы не устоял на ногах, а то и потерял бы сознание от боли. Но лемеры - раса, из поколения в поколение считающая самым достойным для себя занятием боевое ремесло, и выносливости в схватке с противником им не занимать. Правой нижней рукой он тут же стал наносить короткие, но весьма увесистые удары молотком по черепу вцепившейся в ногу псины, верхней же пытался поймать сдвинутую за спину рукоять сабли.

В эту секунду раздался хлопок, и в груди лемера выросло древко арбалетного болта. Трофейный арбалет, что он подобрал в подземельях был плохого качества и от постоянного натяжения его плечи потеряли часть силы. Дроу знал об этом, но считал, что лучше иметь всегда заряженный арбалет на случай если окажешься в ситуации, когда не будет времени на его зарядку. Харадморт был отменным стрелком, но он в первый раз сталкивался с таким противником и не знал, где у лемеров находится сердце. В любом случае, болт пробил толстую безрукавку и достаточно глубоко вошел в тело - скоро лемер умрет.

Разрядив арбалет, эльф ещё несколько мгновений ошалело смотрел, как лемер выхватил саблю и рубанул по его собаке. Одним размашистым ударом лемер перерубил собаке хребет, наполовину пройдя грудную клетку, как удар молотка срывает шкуру и оголяет череп его питомца. Вторым ударом меча его собаке дорубили грудную клетку, вывалив на уже залитый кровью свежий снег густо парящие потроха…

Дроу душила ярость и обида за убитого друга, но для привыкшего к молниеносным битвам подземелий эльфа, это не стало фатальной ошибкой. Харадморт умел думать и делал все очень быстро. Ещё в развороте он метнул кинжал в противника. Лезвие с трудом пробило меховую безрукавку и вошло в плоть, однако ему не хватило силы, чтобы пробить ребро. Не дожидаясь дальнейших действий яростно орущего и явно крайне взбешённого лемера, Харадморт, на ходу закидывая арбалет за спину, припустил во всю прыть за угол дома, где его ждал напарник.

Краем глаза он увидел, скрываясь за поворотом, что Кристофера уже не было за спиной у раненого охранника, а вдоль стены таверны в темноту по снегу уходил свежий глубокий след. Лемер же избавился от мертвой хватки пса на своем колене и откинул остатки Каура в сторону, а затем, оглашая округу проклятиями, ринулся за своим обидчиком, прихрамывая на кровоточащую левую ногу.

Тем временем внутри магнон уже догадался по крикам раненного охранника, что снаружи гладко не вышло, потому он решительно вынес ударом ноги открывающиеся в его сторону створки дверей и оказался в обширной квадратной комнате, что служила кухней. Из нее дальше уходили три двери - две небольшие прямо и одна массивная двустворчатая налево.

- Выходи, жирдяй! - гаркнул он, ожидая открытия любой из них. Никаких действий не последовало, однако чуткий слух магнона уловил тяжелое дыхание подсказали тавернщика и он понял где скрывается враг. Магнон перехватил топор перед собой, для равновесия, и силой пнул двухстворчатую дверь. Закрытые изнутри на засов створки не выдержали и дверь резко распахнулась.

Притаившийся за дверью трактирщик был вооружен чем-то средним между фальшионом и мачете. Левая створка, открываясь, ударила его по отведенной для замаха руке, да так сильно, что мужчину развернуло спиной. Будь потолки повыше, а магнон пониже, то лежать бы трактирщику разрубленным от плеча до паха. Однако, Жо-Ра не растерялся и ударил топорищем, как копьем. Тяжелое топорище ударило трактирщика по спине, сломав хребет, и откинуло рослого мужика по коридору сломанной куклой. Трактирщик что-то невнятно прохрипел, а Жо-Ра боком протиснулся в узкий для него коридор и довершил дело “ударом милосердия” - лезвие топора опустилось на голову злодея. Металл с влажным чавканьем пробил кость, тело трактирщика сотрясла предсмертная конвульсия, и он затих.

Снаружи не утихали проклятия и рёв лемера, и магнон поторопился на помощь спутникам.

- “Огромный же, зараза! Видимо, без меня не управятся”, - шагая в сторону выхода вслух подумал он.

Когда он уже был в шаге от двери, та распахнулась и в дом влетел Харадморт, держа в руках зачем-то вынутый кинжал.

- Я не знаю, как эту тушу угомонить! Без тебя никак! - выпалил на одном выдохе дроу, после чего окинул взглядом окровавленного магнона. - Тебя-то не задели?

Магнон отрицательно помотал головой и вышел на крыльцо. До угла, за которым притаился некромант и откуда вот-вот должно было появиться живое воплощение ярости в лице лемера, было около десяти его шагов.

- Заряжай, - кинул назад здоровяк, но дроу и так уже накинул крюк на тетиву арбалета и сейчас со всей силы тянул ее на себя. И магнон поспешил навстречу охраннику.

Лемер грамотно, по широкой дуге, шага за четыре обходил угол и, увидев магнона, дроу натягивающего свой арбалет и притаившегося за углом чародея, смекнул, что медлить ему не стоит.

- Убью, ссуки! - сплюнув в снег, прорычал четырехрукий и, превозмогая боль в ноге, что есть силы рванул в атаку, надеясь добраться до некроманта раньше, чем магнон доберётся до него самого.

Проявляя отчаянную прыть, он успел первым и даже провёл пару безуспешных атак саблей по магу. В этот момент некромант ловким, несмотря на снег, прыжком разорвал дистанцию и выкрикнул странную фразу, от которой с его жезла сорвался сгусток тьмы. Черная клякса полетела куда-то вбок от лемера, но потом резко повернула и ударила точно в торчащий из груди охранника болт. Древко и меховая безрукавка мгновенно осыпались трухой, а изо рта лемера густым потоком пошла черная кровь.

Лемер сразу остановился, было видно, что он с большим трудом стоит на ногах. Да уж, магия - дело такое. Оставалось только догадываться, что за чёрную хворь навёл на несчастного охранника чародей. Магнон набрасываться на противника по кратчайшей траектории не стал, а начал заходить ему в тыл, вынуждая того обороняться от двух противников с противоположных сторон. Но дожидаться плодов своей тактики ему не пришлось. Хлопок арбалета, и второй заряд попал лемеру в глаз. Охранник постоял ещё две секунды, улыбнулся, а затем его рука разжалась, выпуская саблю, и он ничком упал на спину.

Все трое стояли какое-то время, переводя дыхание и глядя на краснеющий под лемером снег. Первым нарушил тишину Жо.

- Где мелкий?

- Убежал паскуда. В лес. Надо догонять, - по-боевому коротко отчитался дроу.

-Догоним, - успокоил его гигант. - Смотри снегу сколько насыпало, от меня не уйдет.

Оба эльфа согласно кивнули, человек или эльф в таких сугробы серьезно запурхается, быстро теряя силы, а вот магнону хоть бы что, они ему по щиколотку.

- А что с жирдяем? - спросил Неверрит.

- Всё. Отбарыжничал он своё, больше не будет честных путешественников травить. Пёс твой где?

- За углом лежит, отдыхает. Сильно устал. Совсем, - горестно покачал головой дроу.

- Ясно... - с сочувствием произнес магнон и после неловкой паузы, сменил тему. - Ты что это на него навёл? - обратился Жо к некроманту, видя, как на груди погибшего выступило тёмное пятно крайне неприятного оттенка.

- Так, мелочь. “Тлен”... Усилил поражающий эффект от попадания арбалетным болтом.

От этих слов выражение лиц напарников на несколько секунд изменились. Дроу слегка улыбнулся и довольно кивнул головой, а Жо скривился, показывая этим, что такие вещи хоть и укладываются в его голове, но от понимания до одобрения всё ж таки далеко.

- Надо вам осмотреть трактир на предмет оставшейся прислуги. Мне там тесно совсем, - глядя на труп охранника негромко сказал великан. - Да придумать логическое объяснение случившемуся здесь. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше - мимо этого кабака никак не пройдёшь на Вольфсдаль, а направление это в ближайшие дни будет оживлённым. Я бы сказал, что очевидцы тут могут появиться в любую…

Договорить он не успел. Взгляды всех троих были направлены на остывающий труп четырёхрукого верзилы, а потому всё, что было дальше за крыльцом вдоль фасада таверны оставалось у них за спинами. Хлопок тетивы, короткий посвист пущенной луком стрелы - и Харадморт, громко вскрикнув, роняет арбалет в снег и хватается руками за ногу, из которой торчит стрела, пробившая левое бедро насквозь. В ту же секунду лес огласил громкий собачий лай.

Чародей и магном мгновенно обернулись и увидели, что у дальнего угла таверны стоит Кристофер и уже накладывает на тетиву лука новую стрелу, а к ним, резко сокращая дистанцию, с глухим рычанием несутся два внушительных волкодава. Огромные псы превосходили в размерах матерых волков.

Долго думать в такой стремительно развивающейся обстановке - непозволительная роскошь, и Жо, не колеблясь, сорвался в сторону стрелка, понимая, что время тут на стороне противника и уповать остаётся лишь на то, что этот юнец годен лишь на того, чтобы стрелять по неподвижно стоящим мишеням. К сожалению или к счастью, но проверить эту теорию магнон не успел. Позади гиганта что-то непонятное прокричал некромант и, обгоняя Жо, полетела черная клякса. Стрелок только начал натягивать тетиву, когда магический снаряд попал точнехонько в его лук, чуть выше руки. В месте попадания древесина почти мгновенно почернела и осыпалась трухой и оружие стрелка сложилось пополам.

С ругательствами отбросив сломанный лук, Кристофер заскочил за трактир. Первый волкодав бросился на магнона и ценой своей жизни дал хозяину необходимые для бегства секунды. Топор гиганта разрубил пса в прыжке. А вот второй пес повел себя предельно странно для обученного волкодава Стылолесья. Он бросился к сидящему на земле и зажимающему рану Харадморту, но не добежав около пяти метров, резко замедлился. Оскаленная пасть еще смотрела на дроу, но купированный хвост уже вовсю отплясывал “танец счастья”.

Именно в этот момент его и настигло заклинание Неверрита. Черная клякса попала зверю точнехонько в ухо, пес окончательно сбился с шага, упал на бок и жутко заскулил от невыносимой боли, что выедала его череп изнутри. Топор магнона оборвал мучение животного.

-Зачем ты это сделал?! - зло посмотрев на некроманта, прошипел дроу, и его рука как бы невзначай коснулась запястья левой руки.

-Что из того, что я сделал “зачем”? - не понял вопроса Неверрит.

-Зачем ты убил собаку? - глядя прямо в глаза закатника спросил дроу.

-Так, я тебя спасал… - не понимая в чем дело ответил некромант.

-Он был хороший пес, - не унимался Харадморт.

-Он тебя сожрать хотел! - вскипел Неверрит.

-Не хотел! Мы бы с ним подружились! Не бывает плохих собак, бывают плохие хозяева, - слабеющим голосом, его черное лицо бледнело буквально на глазах от потери крови, однако смотрел он прямо в глаза чародея.

Там, в подземных полисах дроу, где слова лишь повод и все решает кинжал в темноте и яд подмешанный в вино лучшим другом, собачья преданность была воспета в легендах, ибо ни одно живое существо не может так беззаветно дарить свою верность. Самое преданное существо на свете готово было подарить ему свою любовь и он не мог ему отказать.

- Раненого внутрь! - прервал спор Жо-Ра. - Только убедись сначала, что этот выродок не поджидает нас в обеденном зале, а я обойду дом по кругу и поищу другие выходы.

Как он и ожидал, в трактире была задняя дверь. И следы были. Вели они к ней от места починки окна. Дверь была заперта наглухо. Жо описал вокруг постройки полный круг, чуть задержался, посмотрев на остатки пса, вошёл внутрь через главную дверь и увидел, что Харадморту уже вытащили стрелу и наложили повязку. Двери в служебную часть таверны были подпёрты столами.

- Тут никого не было и зайти никто не пытался, - доложил обстановку Неверрит, - рана у нашего стрелка несерьёзная - ни кости, ни сухожилия не задеты, так, что даже ходить сможет самостоятельно. Сам я в одиночку решил по дому не шариться - вдвоём оно сподручнее.

Жо одобрительно кивнул головой, а точнее, слегка наклонился, после чего распорядился стрелку оставаться в обеденной, а магу двигаться с ним на прочёсывание помещений.

Минут десять просидел дроу в напряжённом и одиноком ожидании своих соратников со взведённым арбалетом в углу за камином. И только услышав с кухни голос здоровяка, предупреждающего чтобы он не стрельнул в них, выдохнул и убрал палец со спусковой скобы.

Парочка ввалилась в зал с довольными лицами, таща завязанные на манер тюков одеяла, набитые каким-то добытым скарбом.

-А этот где? - тут же спросил дроу.

-Заперся поганец в подвале, - зло бросил Неверрит, - Жо туда протиснуться не может, а дверь там такая, что мне ее сутки рубить придется. Мы ее мебелью завалили, хрен он оттуда вылезет.

-Надо его достать, - убежденно сказал дроу.

-Достанем, - отмахнулся некромант.

Расположившись на стульях у камина и откупорив одну из найденных под стойкой бутылок с каким-то крепким пойлом, компания стала решать, как им разумнее будет действовать далее и как поправдоподобнее выставить случившуюся бойню в глазах общественности.

Жо предположил, что паренек отсиживается в подвале с тещей, он утверждал, что ещё на подходах к дому вечером слышал немолодой женский голос подавальщицы, а какой-то другой, более взрослой женщины. Долго спорили как быть дальше, тут их мнения разделились: Жо-Ра и Неверрит предлагали взять всё ценное и спалить трактир, а Харадморт хотел сначала вырезать всех в подвале, а уж только потом взять всё ценное и спалить трактир.

-Да не пережить им пожара. Тут такое пекло будет, что они заживо в подвале запекутся, - убежденно сказал некромант, которому надоел спор. Харадморта мотыляло во все стороны от потери крови, но он убежденно стоял на своем.

-Если ты собственной рукой не вскрыл горло своего врага, не спеши его хоронить, - возражал дроу.

Спор бы мог продолжаться еще долго, но время поджимало. Утро уже было не за горами и в трактир могли пожаловать гости. Выдать же себя за новых хозяев магнону и двоим эльфам (тем более, что один из них раненный дроу) было бы весьма проблематично. Потому решили поступить так...

Глава 4

В овечьей шкуре

Через час во внутреннем дворе таверны стояла телега, запряжённая двумя лошадьми и забитая доверху всевозможным добром — от тёплых зимних одеял и драгоценностей из личных покоев хозяев, до вяленого мяса, хлеба и бутылок со всем, что крепче воды, подчистую выметенных из кухни и кладовой. Пристроившись меж тюками и глядя назад по ходу движения, сидел Харадморт с арбалетом на изготовке. Вскоре из кухни во двор вышли и его напарники и уложили к его ногам последнюю торбу, набитую солью и специями, от чего дроу только сокрушённо покачал головой, улыбнулся, но ничего не сказал - куда уж ему, подземному злодею, разбираться, что наверху «хорошо», а что - «плохо»...

Во дворе следов прошедшей здесь бойни не было - кровавый снег был убран вместе с телами и занесён в трактир. Арбалетные болты собраны и вытерты от крови. А сам дом тщательно облит маслом и керосином, в избытке найденным у зажиточного, но не в меру жадного тавернщика.

Магнон отворил ворота и вывел кобыл с телегой на улицу. Светильник над крыльцом уже догорал и не давал много света, но видно на улице было прекрасно - снег почти перестал идти из уходящих к востоку туч, открывающих над головой чистое звездное небо, на котором появлялась луна, уже начавшая заливать верхушки заснеженных елей своими первыми серебряными лучами. Отогнав телегу за перекрёсток, магнон вернулся к крыльцу, снял с крюка над вывеской керосиновую лампу, открыл входную дверь и зашвырнул лампу внутрь. Через несколько мгновений фигура его озарилась ярким светом, занимающегося внутри пожара. Он сошел с крыльца и ещё десять минут смотрел внутрь дома, дожидаясь, пока пламя полностью не охватило трактир, и только потом вышел за ворота. Покидая двор и потирая руки, он ещё раз окинул взглядом фасад заведения, уже светящийся пляшущими рыжими отсветами, так и не ставшего им сегодня ночлегом, довольно кивнул и подошёл к телеге.

- Надеяться на то, что эту телегу с лошадьми тут не узнает первый же встречный ребёнок - глупо. Хоть при движении на юг, хоть на север, - рассуждал вслух Харадморт, - а уходить на восток будет выглядеть очень подозрительным и ведь не для того же мы оттуда шли, чтобы, разгромив кабак, туда же и вернуться. Получится тогда так, что этот налёт и был нашей целью. Я предлагаю двигаться к ближайшему поселению и сказаться случайными жертвами налёта на таверну каких-либо третьих лиц. А телега, - дроу окинул жестом их новоприобретённое средство передвижения, - это то, что мы успели спасти из уже загоревшегося дома и теперь является нашим законным имуществом.

Чародей и великан переглянулись, пожали плечами, но возразить им было нечего - после случившегося любые оправдательные слова звучали не особо правдоподобно, но с другой стороны, они сделали все, чтобы случившееся сошло им с рук.

- Эх… жалко только, что мы этого Кристофера самолично не прибили… - снова завел шарманку Харадморт.

- Да уймись ты уже, - устало оборвал его некромант. - Мы даже твою идею с подземным ходом проверили. Сколько прошел, Жо?

- Круг, в полет стрелы сделал от трактира, - подтвердил гигант, которому сугробы, в отличие от своих более низкорослых спутников, были нипочем.

-Вот! - назидательно поднял палец Неверит. - Кстати, со слов тавернщика и людей в деревне, в которой я был накануне днём, от перевала до Вольфсдаля деревень нет, равно как и отдельных хуторов, ферм и домов. Выходит, что ближайшее жилище - это как раз та деревенька и есть. На телеге да под горку мы махом до неё доберёмся, ещё засветло.

- А деревушка-то большая? - спросил магнон.

- Десяток изб от силы и будет. Зато постоялый двор есть, всё ж таки на тракте поселение стоит.

Магнон одобрительно хмыкнул, давая понять, что считает, что маленькая деревушка, считай, хутор - это как раз то, что им сейчас и нужно. После чего, проверив ещё раз телегу и упряжь, кинул последний взгляд на уже пылающий вовсю дом и тронул коней в путь.

Нагруженная до предела телега нелегко поддалась кобылам, вынужденным тянуть её по навалившему свежему снегу, комьями налипающему на колёса и днище. Однако то, что поначалу представляло трудность, в дальнейшем сыграло им на руку. Примерно через пол версты дорога начала идти под горку, и телега пошла резвее. Жо уже даже подумывал усесться на козлы, как вдруг заметил, что увеличивающийся уклон дороги и вес телеги всё больше заставляют напрягать силы лошадок. И когда их транспорт сорвался вперёд, грозя влететь в придорожные ели справа или ухнуть в уходящую влево низину, возница среагировал мгновенно. Он крикну эльфам, чтобы те спрыгивали на снег, в два прыжка оказался у кормы телеги и, ухватившись руками за борт, уперся из всех сил. Пробороздил в снегу ногами ров до самой земли длиной шагов пять, он остановил неуправляемую повозку.

Отдышались, переглянулись и приняли решение, что магу тоже следует топать на своих для облегчения работы животным, раз счёт идет на каждый пуд груза. Ещё пару раз на их пути попадались участки дороги, крутые настолько, что приходилось помогать лошадкам справляться с напирающей сзади массой добротной поклажи. Однако теперь путники были готовы к такому повороту событий и больше телега никуда не срывалась.

Убывающий месяц на сегодня уже закончил свой путь по ночному небу, скрывшись за уходящим на юго-запад горным хребтом, дорога перестала уходить петлями вниз и теперь имела весьма небольшой уклон и стала относительно прямой. Судя по всему, с перевала они спустились и теперь находились на огромном предгорном массиве, именуемом Стылолесье.

Занесённый снегом тракт просматривался теперь на пару сотен метров, а ёлки, безраздельно властвовавшие на склонах гор, сменились здесь соснами и осинами. Дорога теперь не перекрывалась нависшими хвойными верхушками, а движение тут было не так затруднено сугробами, как наверху. В низине снега выпало заметно меньше, не выше человеческой голени. Однако облегчение движения не внесло должного оживления - силы почти покинули путников, а деревни всё ещё не было видно. Неверрит в ответ на вопросы о расположении их пункта назначения, мог ответить лишь то, что они прошли больше половины пути и что, прикидывая время, он не учитывал загруженность повозки, и что единственным точным ориентиром он помнит только мост через речушку, от которого до деревни был час его пешего хода.

Так они и брели по ночному тракту, уставшие, сонные и ожидающие того самого моста, который известит их о скором крове над головой. Раненый дроу спал на тюках, а некромант и магнон шли пешими по разным сторонам телеги, изредка обмениваясь фразами, обсуждая увиденное и услышанное в окружающем их ночном мире. Ведь промелькнувшая тень впереди на дороге может оказаться, как мирным лесным существом, так и совсем не мирным. А уханье птицы вполне может принадлежать не птице, а подающему знак своим подельникам разбойнику.

В ночном небе хлопая огромными крыльями пролетело нечто огромное, закрывающее звёзды. В нескольких десятках шагов, в чащобе, ломая поваленные стволы и низкие ветви, недовольно рыча через бурелом пробирался некто крупный, постепенно отдаляясь от путников к северу. Своей жизнью жил северный лес, встретивший первый снегопад этой осени, и никак не реагировал на двигающихся путников. Видать, сегодня ночью они исчерпали свой лимит на приключения и все неприятности обходили их стороной.

Наконец лес расступился, открывая взглядам путников огромное открытое пространство, хорошо видимое под начинающим светлеть небом. Слева направо протянулась равнина на несколько вёрст, вдоль седловины, рассечённой рекой. Противоположная оконечность поднималась за полторы версты небольшим взгорьем с опушкой из почти что лиственного леса - были видны голые стволы то ли берёз, то ли осин, изредка разбавленные редкими ёлками. Туда и устремлялась дорога, пересекая равнину почти по прямой. А вдалеке виднелась речка, с крепким каменным мостом и оборудованным по ту сторону сторожевым постом с наблюдательной вышкой, на котором были люди…

- Тпррр... - натянув поводья и остановив кобыл, скомандовал Жо. Он решил не выдвигаться пока на открытое пространство и ещё раз обсудить будущее поведение с попутчиками. Неверрит, понял этот его манёвр, он обошёл повозку сзади, по пути разбудил Харадморта, жестом показав тому, чтобы он не особо шумел.

От опушки до засеки по краям дороги на дальней оконечности моста было не более полверсты. Разглядеть дозорного на вышке не получалось - то ли он спрятался за ограждением, то ли спал на посту, то ли и вовсе его покинул и теперь околачивался внизу у костра вместе со своими сослуживцами. Пламя отсюда было видно хорошо - разведённое на обочине оно обогревало и освещало пять силуэтов вокруг него.

- Кто такие и почему ты о них ничего не сказал? - с укором спросил здоровяк у колдуна.

- Это дозорный пост, выставленный деревней. Там несколько мужиков и баб толком даже не вооружённых. Их задача - сообщить деревенским, если отсюда какая неприятность появится - всё-таки в полутора днях на север боевые действия, - пожал плечами сумеречный эльф, - от них до деревни уж точно рукой подать. Я их за одно поселение и посчитал. А что, это сильно критично в нашем случае?

- В нашем - нет. Пожалуй, даже наоборот. Посмотрим, как на нашу историю отреагируют эти дозорные, чтобы если что, то внести дополнения и изменения в повествование. Ну что, Харик, ты у нас главный страдалец, готов к душещипательному рассказу о кровавой ночной бойне на перевале? - обратился Жо к дроу.

- Конечно готов, хоть сейчас расскажу прям со всеми подробностями, - выдал тот и изобразил на лице выражение крайнего страдания и скорби, отягощённых полученным в нелёгком бою ранением. - Ты, главное, трогай уже давай!

-Ты не обольщайся, трепаться-то ты умеешь, вот только ты - злой дроу из подземелий, а значит, слушать тебя сильно не станут. Так что побольше страданий и поменьше слов, - добавил Неверрит.

Магнон перевёл взгляд на мага.

- Тебя тут видели накануне в одиночку, так, что твоё слово будет иметь особый вес, значит, говорить в основном придется тебе, - пояснил Жо-Ра свою мысль, а потом задумался и спросил чародея. - Совсем забыл спросить, а не накосорезил ли ты здесь перед местными?

- Нет, перед местными я чист, можете не переживать, - заверил обоих товарищей сумеречник, - но я здесь не задерживался и особо не общался. Местный кабатчик - лемер, так же, как и я, не разговорчивый. Но непродолжительный наш разговор был весьма дружелюбным, я же шёл на помощь их соседям. Правда, истинную свою профессию я ему и не называл, по понятным, надеюсь, причинам, - развёл руками чародей.

- Что ж, вроде всё складывается недурно, - выдохнул Жо, сплюнул через плечо на обочину и тронул лошадей, - Нно, пошли!

Отъехав от опушки на сотню шагов, Неверрит, вглядевшись в силуэты у поста, сообщил: - Дозорный на вышку полез, должно быть нас заметили.

- Угу, - пробурчал магнон, больше никак не отреагировав на это новое обстоятельство.

Чёрная вода речушки шириной сажени в четыре, журчала под мостом, слышимая, когда процессия вошла на мост, даже через цокот копыт по настилу и скрип колёс. На противоположном берегу по обеим сторонам дороги сразу за мостовой была оборудована засека - навал земли почти в человеческий рост, расходящийся на пару десятков шагов в каждую сторону, часто утыканный заострёнными кольями. Сразу за ней, по правую сторону от дороги, на обочине горел костёр с подвешенным на треноге котлом, вокруг которого суетились две женщины. Ещё одна выглядывала с бревенчатой вышки, высотой в два человеческих роста. Эта была гораздо моложе и вооружена луком с наложенной на тетиву стрелой. Дорогу же перекрывали четверо мужиков. Трое - чистые крестьяне, вооружённые копьями. Четвёртый же выделялся на их фоне - этот точно был знаком с военным ремеслом. Да и снаряжение у него соответствовало: кольчужный доспех и шлем дополняли добротный меч и закинутый за спину щит, - он даже стоял впереди всех остальных , ясно давая понять, кто тут старший и с кем должно вести разговор. И, когда кобылы не достигли ещё и середины моста, он сделал шаг вперёд и вскинул левую руку в останавливающем жесте.

- Стоой! Кто такие?!

- Стоим! Путники. Трое нас. С Волчьего перевала. - без промедления ответил чародей и сделал несколько шагов вперёд, равняясь с кобылами, чтобы часовые смогли рассмотреть его лицо в свете пламени костра.

- Э, да я его помню, - указал на эльфа один из стоящих позади мужиков, - Он вчера днём здесь проходил на север, только один он был!

- Да, я тоже его видел, - кивнул головой старший. - Только двигался ты Вольфсдаль, в тамошний отряд записываться. И что это тебя назад повернуло, да ещё и компанией обзавёлся? - в голосе стражника отчётливо были слышны недоверие и настороженность, а рука воина легла на рукоять длинного кавалерийского меча.

- А потому, что не удалось. Так же, как и моим новым друзьям! - слегка театрально возразил Неверрит. Язык у него был подвешен хорошо, однако опыта в публичных выступлениях магу явно не хватало, но этот недостаток он компенсировал жаром своей речи. - Я их повстречал в таверне «Волчий перевал», где мы все планировали переночевать и в эти самые минуты выступить дальше на север, чтобы примкнуть к рядам бургомистерских отрядов...

И на внимательно слушающих дозорных под аккомпанемент жалобных постанываний дроу, обрушился поток информации о радушии тамошнего кабатчика, о нелёгкой судьбе тех, кто в эти минуты прибыл к стенам Вольфсдаля, чтобы выбить оттуда нечестивую орду мерзавцев, посмевших диктовать свою волю местному населению, о тяжёлом труде добровольцев, наводящих порядок в некогда покинутых гномами подземельях Железных гор. Видя, что обо всех этих фактах дозорным и так хорошо известно, он, убедившись в правильности выбранного направления повествования, постепенно перешёл к описанию низменных качеств тех, кто ищет себе наживу, получаемую на горе жителей прифронтовых земель и радушии северных жителей, дающих кров и еду каждому встречному, не убедившись в его благих намерениях. И как иногда приходится платить за это своим нажитым добром и жизнью.

И вот уже с этого момента он начал, осторожно подбирая вымышленные подробности, излагать версию о том, что, когда трое путников уже расположились на ночной постой в любезно предоставленных комнатах, внизу начались неприятные события - некто ворвался в таверну и принялся творить там разбой и бесчинства. О том, что нескольких сунувшихся наверх разбойников они сумели уложить, но общей картины было не исправить - тавернщик с семьёй и прислугой уже были мертвы, а саму таверну неизвестные налётчики подожгли. И что повозка с находящейся там поклажей принадлежит им не полностью, а являет собой частично спасённое из пожара имущество таверны, которое они, безусловно, намерены передать для поддержания ополчения Вольфсдаля. И что сюда они пришли для того, чтобы сообщить о появившихся на перевале разбойниках и поправить здоровье своему раненому товарищу.

В нависшей по окончании рассказа тишине, три пары глаз устремились на стражника - сейчас станет понятна их дальнейшая судьба…

Задумчиво покусывая губу, тот переводил взгляд с одного путника на другого, затем начал неспешно кивать головой и, наконец, выдал.

- Что ж, если так, то благодарим вас за новости и посильный вклад в наказание этих мерзавцев. Обязательно расскажите в деревне о случившемся тавернщику - он у них за старосту и десятнику стражи, они тут сейчас за главных им и решать дальнейшую судьбу вас и спасённого вами имущества. Счастливой дороги! Пропустить телегу! - скомандовал он своим людям и отошёл в сторону, освобождая проезд транспорту.

- Благодарим вас! - пробурчал Жо, слегка наклонившись, проходя мимо стражника.

За обратным скатом засеки путники разглядели коновязь с тремя осёдланными конями и вход в землянку, откуда поднимались облачка пара. Пост был оборудован грамотно и на деревенскую самодеятельность не походил.

Отойдя подальше, путники начали обсуждать случившийся диалог и свои дальнейшие действия.

- Этот старший не из их деревни, у него на щите герб Вислада - перекрещенные топор и кирка на фоне башни. А всё Стылолесье вроде как относится к землям Вольфсдаля. У тех - волчья голова на фоне ёлок. Ты видел ещё воинов в деревне, Нев? - повернулся Жо к магу.

- В таверне видел двоих, но принял их за охранников. Накидки у них были поверх доспехов, на них башня точно была. Я-то в здешней геральдике не разбираюсь, - пожал плечами эльф.

- Да, я тоже не знаток, но гербы всех городов знаю, - улыбнулся магнон. - Тогда всё ясно. Это отряд, вряд ли больше десятка человек и послали его сюда для усиления деревни в качестве поста. Засека и башня свежие - от брёвен ещё смолой пахнет. Но главное, нашему рассказу поверили, молодец!

- Ага, не за что! - хмыкнул маг.

- Молодец-молодец, - подтвердил дроу, который был недоволен, что его игру не оценили, а ведь он тоже старался, изображая из себя тяжело раненного в неравном бою героя. - Только вот я что-то не понял про «дальнейшую судьбу вас и спасённого имущества»? Нам что, придётся чем-то из этого делиться?

- Брось ты, Харик, даже если им отдать половину этого воза, они будут необычайно довольны, а у нас останется столько, о скольком мы сутки назад и мечтать не могли! Ты лучше подумай, что ещё мы могли упустить из виду, что может выдать истинную историю случившегося в таверне.

- Что уж тут думать, щегла мы того с его тёщей самолично не прирезали! - зло пробурчал Харадморт и спутники устало опустили голову. Дроу скривился и зарылся обратно в тюки, чтобы успеть ещё хоть сколько-нибудь поспать, за последние недели он усвоил хорошо, что этой возможностью пренебрегать не стоит ни в коем случае.

- Харадморт, просыпайся, приехали! - Маг принялся тормошить торчащую из-под одеяла ногу дроу. Нога, дёрнувшись, скрылась под одеялом, а с другой стороны появилась голова.

Солнце уже появилось на небе, освещая бурлящую вокруг деревенскую повседневную жизнь. Как и говорил некромант, деревушка была небольшой. Телега стояла на обочине перед постоялым двором, двухэтажным бревенчатым домом приличных размеров. Напротив, через дорогу, находилась водяная мельница, несколько крепких мужиков выносили из нее и грузили на небольшой воз мешки с мукой, настороженно бросая косые взгляды в сторону телеги и её пассажиров.

Кроме этих двух центральных зданий виднелись ещё штук шесть крупных деревенских изб, кроме них домов не было, только амбары и прочие надворные постройки. Деревушка была окружена лесом вплотную - от видимых меж домами заборов до опушки было не более десяти шагов и кольцо лесного обрамления проглядывалось по всему периметру.

- Приглядишь пока за вещами, а мы в таверну спросить про ночлег, лекаря для тебя, да и вообще новостями разжиться и решить, что дальше делать будем. Как сам-то? - Жо-Ра улыбался, общаясь с Харадмортом, но было видно, что почти сутки на ногах вымотали даже такое крепкое существо, как магнон.

- Конечно, пригляжу, - хмыкнул дроу, похлопывая по спрятанному под плащем арбалету. - Вы там, главное, постарайтесь добычу отстоять, не для того же вы всю ночь с этой телегой на дороге корячились, чтоб теперь вот так за здрасьте отдавать её первому встречному!

- Видно будет. Ладно, скоро вернёмся.

Магнон и сумеречный эльф скрылись внутри таверны, а дроу принялся рассматривать окрестности - всё-таки это было первое встреченное ему на пути поселение Надземного мира, пусть и весьма небольшое.

Да, прав был великан, когда говорил, что в ближайшее время подземный житель насмотрится на снег вдоволь - глаза резало от окутавшей окружающий мир ослепительной белизны. Местная же детвора, по всей видимости, была в полнейшем восторге от этого природного явления. Что они с ним только не делали: лепили из него шары размером с кулак и кидались друг в друга, заливистым смехом оглашая окрестности, когда очередной шарик брызгами разлетался об одного из них; скатывали шары в локоть диаметром и даже больше, ставили их один на другой по три штуки, получая таким образом человекообразную фигуру и утыкивали её прочими атрибутами, придавая схожесть с живым существом; просто падали в снег ничком в разных позах, а потом смотрели, у кого какая фигура получилась. В общем, разнообразию детских игр не было предела. Кроме детской беготни особо ничего интересного не происходило - взрослые кто-то таскал воду, кто-то чистил снег перед домом. Погрузка муки у мельницы закончилась и двое мужиков, попрощавшись с мельником, двинулись с телегой по своим делам, а мельник, вытирая снегом руки от муки, встал в дверях и внимательно разглядывал телегу, лошадей, скарб и самого дроу…

Взгляд его был настолько внимательным, что Харадморт теперь физически не мог смотреть куда бы то ни было, кроме как в глаза мельнику. Это был средней комплекции лемер, примерно на голову выше своих односельчан-людей, одетый в плотные тканые рубаху и штаны, прикрытые сверху широким кожаным фартуком. Как и подобает мукомолу его одёжа с ног до головы была покрыта налётом и полосками из перетёртого зерна. Глаза же его, с чёрными, словно сажа зрачками, как и у всех представителей его расы, выражали заинтересованность и, как показалось эльфу, неприязнь. Хотя, последнее вполне можно было списать на природную подозрительность Харадморта.

И, буквально за мгновение до того, как эльф собрался уже спросить у любопытного четверорукого работяги, что же это он такого нашёл притягательного в их телеге, как тот, по всей видимости, решив, что руки его уже достаточно чистые, махнул рукой, поприветствовав проходящего мимо одного из местных, развернулся и, закрыв за собой дверь, скрылся внутри мельницы. Хмыкнув, дроу тут же огляделся по сторонам, но больше никто из окружающих его селян не проявлял интереса ни к телеге, ни к их с мельником игре в переглядывания.

- Да сколько они могут там трепаться с этим торгашом? - зло, но негромко произнёс дроу, повернувшись к таверне, однако ответом ему стало жалобное поскуливание. Харадморт опустил взгляд вниз и увидел у самой повозки массивную голову волкодава местной породы. На его шее был ошейник из грубой кожи с обрывком цепи. И как только подобрался незаметно с таким украшением?

Дроу глянул на собаку и их глаза встретились - его бледно-оранжевые и ее карие, и тревоги Харадморта чуть отступили в сторону. Ему даже не надо было задирать собаке лапу, что бы понять, что перед ним годовалая сука. Сука преданно смотрела на эльфа и тихонько поскуливала.

-А ты тут какими судьбами, красавица? - неожиданно ласково произнес он, отчего собака подскочила, поставила лапы на край телеги и принялась вилять обрубком хвоста. - Ну, иди, иди ко мне.

Собака, не мешкая ни секунды, одним рывком вскочила на телегу, чуть не скинув эльфа вниз и принялась вылизывать ему лицо и пачкать одежду лапами. От нее пахло мокрой псиной, однако это, как и многое другое, сейчас мало волновала дроу. Самое преданное существо на свете готово было подарить ему свою любовь и он не мог ему отказать.

Там, в подземных полисах дроу, где слова лишь повод и все решает кинжал в темноте и яд подмешанный в вино лучшим другом, собачья преданность была воспета в легендах…

Глава 5

Правильный трактир

Харадморт сам не понял, как снял ошейник с собаки и как тот улетел куда-то в сугроб. Так они и наслаждались обществом друг друга, пока рычание волкодава не предупредило эльфа о появлении кого-то третьего.

-Харик! - Из помещения на крыльцо вышел Жо-Ра с очень довольным лицом и почти вприпрыжку двинулся к телеге. - А это кто?

-Зови ее Рина, - беззаботно ответил эльф, одной рукой поглаживая мощную шею, что лежала на его здоровой ноге.

-Ты где ее взял? - с подозрением спросил гигант.

-Она сама пришла, - все с той же беззаботной улыбкой произнес дроу.

-Без ошейника? - уточнил гигант.

-Без ошейника, - предельно честно соврал дроу.

Жо-Ра окинул парочку подозрительным взглядом и махнул рукой.

- Дружище, у меня отличные новости, - начал он делиться итогами переговоров с Харадмортом, - нам сдали превосходный номер и за весьма небольшую плату. В деревне есть лекарь, за которым уже послали, чтобы он занялся твоей ногой…

Продолжая рассказ, великан взял под уздцы лошадей и повёл телегу в открывающиеся ворота, ведущие во внутренний двор таверны. А эльф вместе с собакой перебрался на козлы, чтобы магнон не орал на всю улицу.

- … Так что, думаю, через несколько дней ты сможешь ходить самостоятельно, а дней через десять даже бегать - местного знахаря очень хвалили. И ещё, по поводу нашего багажа. Скорее всего сможем откупиться небольшим количеством алкоголя и провизии. Остальное для кабатчика интереса не представляет, а брать много ему не позволит совесть - мы же это всё на север везём в помощь обескровленным жителям их столицы! Кстати, за эту провизию нам и сделали приличную скидку на комнату. Тут чтут законы гостеприимства и за три дня я отдал всего пять монет…

- Что?! - Харадморт подскочил на месте, забыв про боль в ноге, а его пес злобно зарычал на магнона.

- Что «что?» - не поняв, что именно так завело товарища, переспросил Жо.

- Откуда у тебя деньги и с какого обморока ты решил, что мы будем сидеть в этой дыре три дня? - понизив голос поинтересовался у магнона дроу.

- Ну, во-первых, тебе нужно подлечить рану, а для этого нужен присмотр лекаря. Во-вторых, надо попробовать выменять кое-какой не особо нужный нам скарб из телеги на что-нибудь более полезное... Вот…

- Иии..???

- Что «иии»?.. - опять не понял вопроса Жо

- И откуда у тебя монеты? - уже сквозь зубы прошипел Харадморт.

- А... Ну... Так... Это... Там нашёл... У этого…

- Ага, то есть меня при разделе добычи решили не учитывать? - нахмурил брови дроу, чувствуя, как его начала наполнять озлобленность, заливая кровью глаза…

- Да ты что, Харик! Как тебе такое в голову пришло? - обиженно возразил великан. - Никто ничего и не делил. Все монеты, что мы с колдуном смогли найти, были в комнате у хозяина. Мы решили ничего без тебя не делить, пересчитали сколько там есть, да у меня и оставили. И всё остальное, ценное тоже не делили, а так в общак и закинули - сдадим ненужное за сколько выйдет, потом уж и будем делить поровну, плюс тебе компенсация за ранение. У нормальных, организованных наёмников так заведено. Так что ты меня больше такими подозрениями не огорчай, не заслужил я такого с твоей стороны, - решительно окончил свою речь здоровяк и отвернулся от эльфа, дав тем самым понять, что на этом его повествование закончено.

Харадморт размышлял над услышанным и даже убрал руку с заряженного арбалета, который находился рядом под плащом. В целом дроу был согласен с товарищем, однако его природная, подчас граничащая с паранойей подозрительность не давала ему расслабиться ни на секунду. Харадморт умел многое: вести светскую беседу и плести интриги, предугадывать действия противников и строить коварные планы, он неплохо разбирался в ядах и отлично стрелял из арбалета, а также обладал каким-то почти мистическим талантом выходить из самой безнадежной ситуации, а вот извиняться дроу не умел. Поэтому эльф неловко тронул магнона за плечо и еле заметно кивнул, на что Жо-Ра кивнул в ответ.

Телега меж тем остановилась на просторном внутреннем дворе и Жо-Ра, передав поводья совсем ещё мальчугану, по всей видимости, конюху или его помощнику, распорядился отвести повозку под навес, а сам откинул плед, выудил из кучи, наполнявшей воз, два мешка, закинул их на плечи и молча понёс их внутрь с чёрного входа. Жо скрылся за дверью, а малец уверенно скомандовал лошадям двигаться в сторону навеса, но дроу остановил его, властно окрикнув.

- Эй, стой! Я что, по-твоему, буду от навеса по этой каше добираться до порога? - и указал рукой на месиво, в которое превратился после первого снега внутренний двор от постоянной активности жильцов.

- Простите, уважаемый, я поторопился, - виновато пробурчал юнец и попытался исправить положение, - я слышал, вы ранены в ногу. Вам помочь выбраться и дойти до крыльца?

-Без тебя обойдусь! - проворчал эльф и самостоятельно спустился с места возницы, собака прыгнула следом. Прихватив с повозки свои вещи: заряженный арбалет, плащ и бандольеру с пятью стеклянными бутылками, снабжённую ремнём для носки через плечо. Хромая и выбирая места почище и посуше, он не спеша двинулся ко входу. Свежая рана давала о себе знать, дроу с трудом волочил ногу, поэтому к ступеням крыльца доковылял изрядно перепачкавшись грязью. Оглядывая себя и недовольно ругаясь, он как мог начал счищать комья с обуви, когда из дверей появился Жо. Увидев это зрелище, гигант принялся его отчитывать.

- Зачем ты попёрся со своей ногой? Тебе сейчас на жопе ровно сидеть надо, иначе месяц заживать будет! Ещё и перемазался весь, как поросёнок. Почему же вы под землёй все такие упрямые, а? Пойдём, провожу тебя в комнату, - и подхватив матерящегося эльфа под руку, открыл им входную дверь.

Пройдя через подсобные помещения и кухню, они вышли в обеденный зал. По правую руку от них располагалась стойка трактирщика, за которой стоял сам четырёхрукий хозяин заведения, по левую - резная дверь и широкая лестница на второй этаж, по центру противоположной стены - двухстворчатая дверь в прихожую, выходящую крыльцом на улицу. В обе стороны от входа на всю длину стены шли сплошные окна, поэтому в помещении было очень светло и без дополнительного освещения. Фасад выходил как раз на восток, а солнце уже поднялось над лесом, хотя до обеда было ещё далеко, так что дроу, после затенённого двора и плохо освещённой служебной часть трактира, был вынужден зажмурить глаза на несколько секунд. А когда они завернули в тень лестницы и стали подниматься, он бросил ещё один взгляд, уже через плечо, чтобы лучше рассмотреть посетителей заведения. По утреннему часу их было совсем немного. Из дюжины столов заняты были всего три.

Возле самого входа за столом сидели трое облачённых в доспехи и коротали время за игрой в кости, и, кроме глиняного кувшина и трёх кружек на столе больше ничего не было. Щиты и мечи стояли рядом, прислонённые к стенке, а четвёртый стул служил местом складирования шлемов, плащей и прочего мешающего в помещении снаряжения. Поверх кольчуг у всех были накинуты таперты синего цвета, а у одного в области сердца был нанесён сине-белый щит с изображённой на нем каменной башней, перекрещенной топором и киркой. Оживлённая игра сопровождалась смехом и комментариями.

За соседним столом завтракали четыре крепких мужика в кожаных куртках подбитых мехом и усиленных металлическими пластинами в области груди. Стол был заставлен тарелками со всяческой едой, и эта компания не издавала ни звука, за исключением кряхтения и чавканья. Было видно, что ребята давно сытно не ели.

“Дааа, перекусить бы сейчас не помешало”, - подумал Харадморт и в животе у него сразу заурчало, и он тут же озвучил свое желание напарнику, - Вы же, надеюсь, уже заказали чего-нибудь пожрать?

- Конечно, заказали! Принести должны уже с минуты на минуту, - улыбчиво подбодрил приятеля верзила, - ты-то дрых на поклаже, а и то, вон, проголодался. А я-то пешком всю ночь по снегу пробирался ещё и клячам помогал, я вообще за еду пришибить кого-нибудь готов.

Рассуждения и мысли о еде настолько захватили Харадморта, что на последний занятый столик он обратил внимание за мгновение до того, как его скрыла от обозрения балка потолочного перекрытия. В сознании эльфа отпечаталось то, что сидевший мужчина был в дорожном плаще, стол его был абсолютно пуст, руки скрещены на груди, тело откинуто на стену в вальяжной выжидающей позе, а взгляд он с них не сводил, по всей видимости, весь их путь от кухни до второго этажа…

Дверь их комнаты на втором этаже находилась сразу напротив лестницы и была не заперта. Войдя внутрь они увидели, что Неверрит уже скинул с себя верхнюю одежду и сапоги и лежал на одной из трёх кроватей. Увидев вошедших, он сонно улыбнулся.

- О, теперь все в сборе. Всё, я спать... - последние слова он уже пробурчал себе под нос с закрытыми глазами, и голова его обмякла на подушке.

- Везёт вам, на кроватях помещаетесь, - угрюмо сказал магнон, вздохнул и довёл Харадморта до второй дальней кровати, помог ему опуститься и направился к выходу. - Я проверю, как там телегу расположили с кобылками, да бочонок пивка ещё обещанный тавернщику на кухню передам, а ты располагайся пока. Только спать не ложись - к тебе ещё лекарь вскоре должен прийти. Ясно?

- Ясно-то оно ясно. Ты мне вот что скажи, что это за хмырь там внизу в углу пристроился?

- Какой ещё хмырь? Я только стражу с ополченцами видел. Они, кстати, за стенкой комнату сняли. Ребята сюда пришли аж из …

- Да плевать я на них хотел, - еле сдерживаясь, чтобы не повысить голос, перебил его дроу. - Мне интересен тип, сидевший в дальнем углу у окошка. Абсолютно непримечательный такой, и единственным его занятием было - следить за нами. Ты что, действительно его не заметил?!

- Хм, ну, может и был там кто... Я, если честно, действительно не обратил внимания. Оно ж, место это, то за спиной у меня было, то поперёк солнца. А если он ещё и сидел беззвучно, так и вовсе мне не до него было... - в голосе громилы чувствовалась нескрываемая досада за свою невнимательность.

- В общем, ты давай дуй вниз, делай там свои дела, да разузнай что это за тело такое подозрительное, - а я уж тут точно не засну, - улыбнулся Харадморт и пристроил у себя на коленях взведенный арбалет, а пес улегся около кровати, мордой к выходу.

Молча посмотрев на дроу пару секунд, Жо сокрушённо передёрнул плечами.

- Псих... ты хоть иногда-то его разряжаешь, чтоб плечи не растянуло?

- Пока нет второго разряжаю только для того, чтоб выстрелить. Вот разживусь вторым... Там видно будет. Иди уже.

Великан кивнул и удалился, шепнув напоследок:

-Я дважды стукну в дверь по приходу.

Проводив его взглядом и слушая как тот спускается по лестнице, Харадморт быстренько обвёл взглядом комнату. Ничего лишнего. Большое окно, выходило на восток и было задёрнуто плотной занавеской, стол с тремя стульями и три кровати. Возле каждой кровати на стене висело по небольшому ковру, а рядом с дверью на стенном крюке разместилась керосиновая лампа. Вот и весь интерьер.

- Интересно, он когда-нибудь задумывался, что ему не обязательно оплачивать место на койке, на которой он даже не собирается спать? - сказал вслух дроу и улыбнулся.

Наблюдения за магноном частенько вызывали у дроу улыбку или же просто мысли, которые он сам находил для себя забавными. При этом, попав в весьма непривычную обстановку верхнего мира, он даже и представить себе не мог компании, более для него подходящей. Магнон - одно из самых больших и сильных разумных существ, являл собой серьёзную поддержку в различных передрягах. Немалый возраст и постоянные путешествия давали ему возможность узнать очень многое об укладе жизни в разных уголках этого обширного мира, реальный размер которого пока что не укладывался в сознании привыкшего к замкнутому мирку своего подземного полиса эльфа-дроу. Ну, а уж о том, что его вспыльчивое и зачастую агрессивное поведение может вынести только самый законченный флегматик и говорить нечего.

Пробормотавший во сне что-то на незнакомом Харадморту языке Неверрит привлёк к себе внимание и даже вызвал на некоторое время легкое беспокойство - поди-ка разбери, что плетёт тот, кто силой слова поднимает и посылает выполнять любые свои приказы мертвецов! Мурашки пробежали по спине дроу, когда он попытался представить себе картину, которую, скорее всего, в ближайшем будущем ему предстоит увидеть вживую. Не то, чтобы его волновали сцены смерти, нет, их он за свои тридцать с небольшим лет насмотрелся в избытке. Да что там, он уж давно потерял счёт отправленных на тот свет им самим. Но вот обратный процесс был чужд его пониманию. Хотя месяц-другой назад ему казалась абсолютно фантастичной картина появления его самого на поверхности, так что, наверняка и эти новые реалии окружающей жизни он тоже воспримет как должное и вскоре с ними свыкнется. Такой союзник будет ему не лишним…

Воображение тут же стало рисовать беглецу картины его будущих свершений. Вот он стоит во главе армии мертвецов, а его закованные в стальные рыцарские латы четырёхрукие лемеры строем идут по охваченным магическим огнём подземным дорогам. Мертвые, не знающие усталости воины, рубят двуручными мечами огромных ядовитых пауков и затянутых в чёрные кожаные доспехи безмолвных стражей Зауаррана, что являются его сородичами, но принадлежат к другим домам и семьям. И безумно красивые чернокожие чародейки в своих боевых облачениях, едва прикрывающих их худощавые и грациозные тела, корчатся в предсмертной агонии, пораженные самыми болезненными из арсенала некроманта чарами…

Еще перед тем, как раздался условный “тук-тук”, собака предупредила эльфа глухим рычанием о приближении гостя.

- Молодец, Рина. Заходи! - Харадморт моментально покинул мир своих грёз и вернулся в этот, к заряженному и наведённому на дверь арбалету.

- Это я, - донеслось из приоткрытой на ладонь двери предупреждение магнона, после чего дверь открылась уже полностью и внутрь втиснулся Жо. Магнон принес с собой корзину с продуктами и деревянную кадушку горячей воды и укоризненно уставился на арбалетчика, продолжающего держать под прицелом дверь, а с ней и стоявшего Жо-Ра.

- До сих пор не понимаю, как ты ещё никого не пристрелил ненароком?

Фраза подействовала, и эльф убрал оружие на кровать рядом с собой. Выдохнувший с облегчением Жо поставил кадушку рядом с кроватью раненого и, увидев немой вопрос на его лице, объяснил появление сего предмета.

-С минуты на минуту придёт знахарь с помощницей, это вода для промывания раны. Ты, кстати, почему до сих пор одетый? Тебе помочь?

- Не стоит, справлюсь, - и Харадморт под неодобрительное ворчание собаки начал стягивать с ног грязные сапоги и портянки. Повязка, сделанная магом, была наложена прям поверх штанов, поэтому их он пока оставил как есть. Последней снял толстую холщовую куртку с капюшоном, подбитую меховой безрукавкой, оставшись в одной чёрной тканой рубахе, расшитой замысловатым орнаментом из перевитого плюща и шипов, традиционными для его дома.

Только сейчас Жо понял, что видит эту рубаху впервые - за две недели знакомства им так и не выдалось снять верхнюю одежду. Рубаха не выглядела роскошно, но было видно, что она скроена для того, кто имеет статус в обществе. И мысль эта почему-то показалась магнону интересной.

- Красивая рубаха! - оценивающе кивнул головой великан на заинтересовавший его предмет гардероба, - А эти узоры что-нибудь значат или у вас не принято вкладывать в простые вещи какое-то значение? Извини за любопытство, просто с вашим народом знаком лишь поверхностно, - Он сделал на лице беззаботную улыбку, сглаживая своё любопытство в глазах видящего всё происходящее в подозрительном свете дроу.

Тот бегло оглядел расходящийся узор, состоящий из хитросплетённых шипов, что шел от ворота на грудь и плечи.

- В простые вещи, как эта рубаха, пожалуй, никакого значения не вкладывают. Не знаю наверняка. У меня весь гардероб так расшит… был. Серебряные колючки - это узор нашего дома, причём во все времена. Что при власти мужчин ранее, что после её свержения. Вот, пожалуй, и весь смысл, - и пожал плечами дроу.

“Что ж, значит ты и впрямь важная птица у себя, если расшитые серебром вещи для тебя повседневная одежда”, - подытожил Жо-Ра. За потоком информации о случившемся в жизни молодого изгоя и его полнейшего разлада в семьей, вплоть до попытки его отравления родной сестрой, им так ни разу и не была озвучена причина этого разлада. Не упоминал он и о положении его семьи в обществе и вообще об их роде занятий. Однако было ясно, что его новый друг не из простых смертных. Об этом говорила не только рубаха, но и правильная речь дроу. После их длительного общения, он мог точно сказать, что кто-то всерьез занимался образованием Харадморта и его воинскими навыками. Магнон не любил войну и относился к ней, как к тяжелой и неприятной работе, но чтобы научиться тем ухваткам, которыми владел юный эльф, гиганту потребовалась длинная жизнь.

- Ты лучше скажи, что это за парень сидит внизу и что ему от нас нужно? - перевёл разговор Харадморт.

- Ах, да, совсем про него забыл сказать, - спохватился великан, стягивая с широченных плеч подобие куртки, сшитой на коленке из разномастных шкур кем-то, кто имел о портняжном и скорняжном ремесле весьма поверхностные познания. - Когда я спустился, там никого уже не было. Но я спросил у стражи, и они подтвердили, что был какой-то молодой паренёк, по говору, вроде, нездешний, по одежде почтальон или гонец. Перекусил на скорую руку чаем с холодными бутербродами и поскакал дальше себе на юг. Ни с кем не болтал, только с тавернщиком про заказ парой фраз обменялся.

- Эст'е пенхар! - сквозь зубы выругался дроу на своём наречии и хлопнул себя ладонью по лбу.

- Что не так опять?

- Друг мой! Ты действительно веришь в то, что первый же очевидец пожарища на горе, - дроу ткнул пальцем в сторону, где, по его мнению, происходили их вчерашние злоключения, - просто так оставит без внимания сей факт и не сочтёт нужным обсудить его с кабатчиком? - и Харадморт вперил в напарника пристальный, требующий обдуманного и обязательного ответа взгляд.

Несколько секунд магнон молча о чём-то думал и только собрался было что-то ответить на заданный ему вопрос, как глухо зарычал волкодав у постели дроу, а затем в дверь легонько постучали и сообщили, что прибыл лекарь.

- В любом случае, первым делом необходимо осмотреть и обработать твою рану. Если дело запахнет тухлым и придётся валить из этой деревни в полный шаг, последнее, чего бы мне хотелось, так это проблем с твоей ногой, - ответил Жо и отправился открывать дверь лекарю.

Лекарем оказался дед настолько древнего возраста, что, как подумал магнон, он ещё оказывал помощь раненым в последней Войне Драконов, отгремевшей более полутора веков тому назад в северных землях. По крайней мере за сотню лет ему точно перевалило. Облокотившись на посох, он прошаркал мелкими трясущимися шажками в комнату, поддерживаемый за локоть рыжей веснушчатой девушкой не самой привлекательной наружности. Глаза деда были затянуты белой поволокой, из-под которой почти не видно было зрачков, что говорило о том, что он абсолютно слеп и молодая помощница была ему самым что ни на есть поводырём. Заплечная сумка, являющаяся, без сомнения, лекаркой, тоже была на ней. Одним словом - лекаря они из себя представляли исключительно в паре.

Расположив старца перец кроватью больного на стуле и повесив лекарку на его же спинку, деваха взялась за больного. Велев тому лечь, она весьма ловко и аккуратно сняла окровавленные бинты, бегло оглядела ранение через разрыв штанины, что-то пролепетала старику на северном наречии и взялась стаскивать с эльфа штаны. Выслушав помощницу и покивав головой, дед размеренным голосом стал давать ей какие-то указания на том же говоре. Это была разновидность общего наречия, и некоторые слова узнавались, несмотря на звонкое горловое произношение и обилие сочетаний согласных звуков. Поэтому если задаться целью, как это сделал Жо-Ра, можно вполне понять о чём приблизительно идёт речь. По всей видимости девушка описала размер раны и состояние кожи вокруг неё, а дед дал рекомендации на что ещё ей нужно обратить внимание.

Работа у девахи шла споро. Не более, чем через полчаса, рана уже была промыта, зашита, присыпана каким-то бурым порошком и перемотана свежими бинтами. Старые, грязные и окровавленные девка убрала к себе в сумку, объяснив это тем, что дома она их постирает и ими же сделает следующую перевязку, с которой раненый уже сможет двигаться дальше по своим делам. Сейчас же ему необходимо минимум два дня находиться в покое, ну, или, хотя бы, не давать на ногу нагрузку. В целом же, рана не сложная и проблем с ней возникнуть не должно, если пациент будет следовать её указаниям. Потом она собрала лекарку, помогла старцу подняться со стула, и они так же неспешно двинулись в сторону выхода.

Опомнившись, магнон полез в котомку и поинтересовался у девушки, сколько они им должны за их услуги. Та смущённо ответила, что они обычно берут плату после того, как сочтут свою работу сделанной до конца. Но Жо всё равно сунул ей в руку перед самым уходом несколько монет. Девушка заулыбалась, поблагодарила великана, и они скрылись за дверью.

За всё время пребывания в комнате лекарей дроу не проронил ни слова. Непросто давалось ему принимать помощь от незнакомых людей, пусть и за деньги.

- Ну, пожалуй, можно уже пожрать и на боковую, - потирая руки, магнон подошёл к столу и внимательно изучил принесённую снедь. - Тебе помочь до стола добраться или принести завтрак... хм, или ужин... в постель?

Эльф отмахнулся, сам на одной ноге перепрыгнул к столу, и они втроем (дроу не обделил собаку) накинулись на еду. После продолжительного чавканья и похвал в адрес местного повара и вкусовых качеств сегодняшнего завтрака, в комнате воцарилась тишина, сменившаяся вскоре разноголосым храпом. Эльфы раскинулись на кроватях, а магнон, подперев для надёжности третьей койкой дверь распластался на полу, заняв половину комнаты.

Глава 6

Сны

15.09.402 г. от Падения Хифлума. 40 вёрст южнее г. Вольфсдаль. Безымянная деревушка.

Каждое существо спит по-разному. Нет, речь не о том, что рыба спит под водой, птица на дереве, а лошадь стоя, хотя это, конечно, имеет место быть. Речь о том, что представители разных рас, народов и даже профессий спят каждый по-своему. Многое тут зависит, и от здоровья, и от характера спящего, и от условий самого сна. Одним словом, каждое существо спит по-разному.

Очень хорошо это понял бы тот, кто в эти минуты наблюдал за тремя спящими путниками в комнате на втором этаже постоялого двора в деревушке, приютившейся на обочине тракта в глубине Стылолесья. Из трёх кроватей одна пустовала, но спящих все же было трое, просто один был настолько велик, что мог бы поместиться в нее только свернувшись в позу эмбриона.

Магнон храпел, да так, что вызывал легкую зыбь на керосине внутри лампы, что висела над его головой. Тело его покоилось на спине, раскинув в стороны руки и ноги. Во сне он не дёргался, не разговаривал и вообще не производил никаких движений. Сразу можно было понять, что это спит безмятежное, спокойное и уравновешенное существо, которому вряд ли снится что-либо, что может заставить его нервничать. Пережитые им в часы бодрствования события он уже обдумал, проанализировал и сделал выводы, так что разум его был чист и полностью отдавался отдыху.

Ближнюю к двери кровать занимал представитель расы сумеречных эльфов по имени Неверрит. Он спал по-другому. Свернувшись в комок и скрестив руки на груди в глубине этого комка, он периодически что-то еле слышно бормотал и даже открывал иногда при этом глаза. Но это были глаза существа, которое продолжает спать, и разум его сейчас находится где-то в других измерениях. Потому что это был тренированный и закаленный испытаниями разум мага, ступившего на одну из самых мрачных и загадочных стезей этого ремесла - стезю магии мертвецов. Усиливалось это явление тем, что эльфы заката, как их обычно называли, были сами по себе странными даже по эльфийским меркам. Так что сон этого существа был окутан чем-то таким, в чём разбираться вряд ли захочется простому, далёкому от тонких материй обывателю.

И, наконец, третий путник. Уроженец глубоких подземелий Зауаррана. Эльф ночи или Дроу. Одеяло его лежало на полу где-то у ног великана Жо-Ры, подушка под столом, а простынь смятым комком в ногах. Сказать, что его сон был беспокойным, значило бы не сказать ничего... Он периодически вздрагивал, резко переворачивался и даже вскакивал, пытался пнуть что-то или кого-то ногой и почти беспрестанно ощупывал руками окружающее пространство. Дроу пытался найти что-нибудь подручное, что-то ещё кроме спальных принадлежностей и зашвырнуть этим в направлении ему одному ведомой опасности. Разум этого спящего очень сильно переживал какие-то события, случившиеся с ним и эти воспоминания не давали ему покоя даже во сне…

***

…Массивные, чугунные жаровни, что стояли вдоль черной ковровой дорожки от самой арки входа до резного трона на возвышении, почти не давали света и потому высокий потолок приёмной залы терялся во мраке, лишь на стенах поблескивали серебром портьеры, украшенные хитрым орнаментом из перевитого плюща и шипов… Именно за этими портьерами он и притаился. В левой от входа части залы. Он внимательно наблюдал за фигурами, расположившимися вокруг трона, на котором восседала Алдуайер, глава дома Арабар, а напротив нее полукругом еще шесть женщин. Почти вся семья в сборе. Не хватает лишь его, единственного оставшегося в живых наследника мужской крови. Вернее, его здесь быть и не должно, ибо его сюда не пригласили. Но разве такая мелочь остановит от участия в семейном совете?

Он слушает их и не верит своим ушам, ибо то, что они задумали, заставляет его сжимать зубы от ярости и негодования. Многие события последних лет, случившиеся в их полисе наконец-то начали складываться в единую цепочку одного плана. Плана по возвращению их народа в пучину братоубийственных войн, с таким трудом остановленных его дедом - Филатаром, путём переселения нескольких домов на самый край мира, в глубокие и до тех пор почти безжизненные пещеры под величественным горным хребтом, который жители поверхности называют Железным Кряжем, а для переселенцев он стал Зауарран, по имени рода основателя.

Они отвергли Паучиху и матриархат вместе с его бесконечной междоусобицей и всевозможными интригами, так любимыми всеми женщинами на свете и в особенности женщинами-дроу, и отдали главенствующее место богу двуличия - Ваерону, а всю Власть передали в руки Совета старейшин пяти домов. И это решение сработало, вопреки самым скептическим ожиданиям. После исхода прошло три десятка лет мирной жизни - таким достижением не может похвастаться ни один полис эльфов-дроу! Но эти события ушли в прошлое уже к моменту рождения единственного внука Филатара, младшего из десяти детей его дочери Алдуайер…

Деда он почти не помнил - тот скончался, когда мальчику не исполнилось и пяти лет. Именно тогда в Совете старейшин появилась первая женщина, его мать, единственный уцелевший ребёнок главы их дома. А через несколько лет начали происходить события, сводящие на нет все усилия его деда. Мужчины-главы домов один за другим уходили из жизни, уступая места в Совете своим жёнам и дочерям. Те же перемены настигли и более молодые и малочисленные дома. Храм Ваерона пришел в упадок, и как-то ночью всех его служителей перебили крысолюды, случайно прорвавшиеся в город. И как раз в это время Храмовая стража находилась в экспедиции к поселениям их верхних соседей - гномов, что, собственно, в задачи стражи храма никогда не входило. Случайность, не более… Выжил тогда только Верховный жрец, которого случайно не было в храме, и небольшая горстка его приближенных. Тоже случайность…

Когда он разменял третий десяток своей жизни, Зауарран превратился в клубок сцепившихся змей. Аресты и облавы, шпионаж всех за всеми и непрерывная череда несчастных случаев, и обвинения во всём этом неведомых «внешних завистников и недоброжелателей» - вот далеко неполный перечень всех тех прелестей, от которых с боем полвека назад сбежали отчаявшиеся переселенцы и к чему возвращались их дети и внуки.

- А ещё, милая матушка, - говорила младшая сестренка - Грейвилль, та, что родилась всего за год до него, - нам стало известно, что наш братец не желает признавать покровительство Богини. И более того, есть подтверждения, что он интересовался судьбой твоего дяди - Пфайсквилля. Будут ли у Вас, милая наша матушка, какие-либо размышления и распоряжения на его счёт?

-Оставь его, Грейвилль, - мягким, как парное молоко с медом, голосом ответила восседающая на троне Алдуайер, - мой мальчик еще послужит нашим целям, а нам надо подумать, как получить побольше выгоды от его ухода из жизни, раз уж до сих пор не получилось поиметь выгоды от его прихода в нее...

Младшая дочь не решилась оспорить слова матери, на ее красивом лице играла все та же подобострастная улыбка, но он видел, как гневно сжалась в кулачок ее ладонь за спиной. Совещание продолжилось. И то, что он услышал далее…

-Этому не бывать! - дал он себе обещание, слушая как сёстры отчитываются перед матерью. А затем они ушли в рейд к их бывшей столице, облачившись в мужские одежды, с символами домов Зауаррана. Ушли, чтобы последним рывком довершить начатое - убить верховного жреца и тех немногочисленных членов совета, что еще держали в руках власть.

…Он бредёт почти на ощупь по тёмному коридору своего родного дома. Благо, он знает дорогу превосходно. Трясущаяся рука вцепилась в арбалет мёртвой хваткой, не выскользнет, даже несмотря на то, что с костяшек капает кровь… Кровь сестры Онаари, пришедшей предупредить его, что на него готовится покушение каким-то мелким домом, да и вообще поболтать с братиком по душам за бокалом вина. Даже согласилась открыть его бутылку… но яд принесла свой. А ведь мать запретила его пока трогать… Они даже в этом не смогли договориться! Хорошо, что он никогда не теряет бдительность.

Он отошел зажечь свечи так, что в отражении отполированного до зеркального состояния канделябра видит, как сестра у него за спиной наполняет кубки вином, видит, как она, спрятав ладонь за оборкой платья, капает яд в один из бокалов. Не долго думая, он хватает стойку светильника и с разворота обрушивает его полупудовый вес на голову сестры. Сестра упала к кровати с раздробленным черепом, роняя на пол кубок и окропляя комнату алыми брызгами прекрасного вина и омерзительной крови. Из её рукава выпадает маленький флакон, наполненный вытяжкой из паучьего желчного пузыря.

Флакон этот теперь хранится у него. И предназначен он для той, что сейчас находится за дверью спальни - Грейвилль Арабар, самой младшей из его сестёр. Открыв дверь дубликатом ключа, он застаёт сестру спящей. Потому просто открыл пузырёк и вставляет ей в рот, дном вверх. Она в ужасе просыпается, но видит лишь жало арбалетного болта, нацеленного на неё. Несколько секунд напряжённого ожидания, а потом ее глаза начинают закатываться, а кожа бледнеть. Это так по-семейному, отравить кого-нибудь самым щадящим ядом - желудочным соком огромного подземного паука, когда жертва просто засыпает, а через несколько минут сон перетекает в кому, заканчивающуюся смертью в пределах часа, после чего труп начинает потихоньку перевариваться внутри самого себя. Ни судорог, ни боли, ни долгого ожидания - пять секунд максимум дано тебе на осознание безысходности…

…Мать. Осталась мать. Два трупа у него уже на счету сегодня и скоро поднимется тревога - прислуга дома делает ежечасные обходы, чтобы знать, что происходит в комнатах. Перед дверьми в спальню Алдуайер два личных телохранителя. Обычно. Сегодня их почему-то нет. А что это за звуки за дверью? Ах, вот они где... Пинок ноги, двери распахиваются, открывая взору спальню, залитую светом сотен свечей. Кровать с откинутым чёрным балдахином и тела, сплетённые на чёрных же простынях. Дистанция - прелесть, не более пятнадцати шагов! Арбалетный болт пробивает одновременно и череп матери, и тазовую кость одного из охранников…

- Получи своё, позор нашего дома - дома Зауар! - он быстро перезаряжает небольшой арбалет. Пока второй охранник приходит в себя от увиденного, второй болт входит в его грудь.

…Держа в руках отрубленную голову матери с оставленным в ней фрагментом телохранителя, он стоит на балконе их усадьбы.

- Нет прощения тому, кто не чтит свой дом! И так будет с каждым, кто не чтит Мой дом - дом АНТАЛА ЗАУАРААА!!! - огласил он покоящийся внизу Зауарран громкими словами своей Клятвы…

***

- ...Аааа!!! - дроу вскочил на постели и огляделся. В комнате было всё ещё светло, но солнце уже не попадало лучами в окно. За исключением разбросанного им белья, обстановка в комнате не изменилась. Собака проснулась вместе с хозяином и широко зевнула, демонстрируя впечатляющий набор клыков. Неверрит свернулся клубком лицом к стене и еле слышно бормотал во сне какие-то совсем непонятные слова. А Жо-Ра по-прежнему покоился на полу, в той же позе, в которой утром лёг спать - плечами облокотился на кровать, подпирающую дверь, руки и ноги раскинуты в стороны.

- Фу, вроде ничего не натворил... - вполголоса сам себе сказал эльф, но тут кое-какой факт всё-таки привлёк его внимание. В комнате было чересчур тихо.

- Жо-Ра, ты не спишь? - так же негромко осведомился Харадморт, внимательно глядя на здоровяка.

- Нет, не сплю — непривычно тихо ответил тот, по-прежнему не открывая глаз и не совершая никаких других движений.

- И давно?

- Со слов «Нет. Этому не бывать.».

- И что же ещё ты услышал, кроме этих слов? - дроу искал глазами арбалет в том месте, где оставил его, ложась спать, но его там не было, видать откинул во сне.

- Ну, кое-что услышал из того, что не слышал ранее, - Великан наконец-то открыл глаза и принял сидячее положение, - вопрос в том, слышал ли я твои сонные грёзы или это было что-то, сказанное ранее в действительности кем-то, кого зовут не Харадмортом?

- В то время, когда говорились эти слова, Харадморта ещё не было, - отведя взгляд в сторону, пояснил дроу.

- Так Харадморт совсем молодой, получается?

- Получается, что так. Слушай, а это имеет какое-то принципиальное значение для тебя? - Беседа на эту тему стала напрягать эльфа.

Заметив нервозность эльфа, магнон передвинулся по полу к кровати друга и продолжил разговор, понизив голос.

- Мне не принципиально, как ты хочешь, чтоб тебя называли, мне не принципиально и то, почему ты покинул свой дом, из-за пьяной ссоры с сестрой-ремесленницей или по причине того, что вы с сестрой делили трон правителя своего дома. Мне важно лишь то, чтобы у меня с моим напарником была общая известная и небезразличная нам обоим причина идти в бой плечом к плечу. Вот, например, сейчас. Нас тут трое, и мы хотим обеспечить себе безбедное существование в Вольфсдале. Всем это понятно и все этого хотят. Ещё нам троим понятно то, что случилось в таверне на перевале, и, это тоже всем из нас понятно, мы все одинаково не хотим, чтобы правда раскрылась. Вот и весь расклад. Разберёмся с Вольфсдалем, потом будем решать куда и как идти дальше. Найдётся дело, которое всех заинтересует, то будем им заниматься. А нет - так до того момента ещё дожить надо. Ты согласен, Харадморт?

- Харадморт согласен, - кивнул Антал и улыбнулся. Редкой искренней улыбкой дроу.

- Тогда тебе нужно быстрее залечивать свою ногу, чтобы мы смогли двинуться на север. Время нас ещё не поджимает, но лучше оказаться там пораньше, чтоб получше войти в курс дела, - сказал, вставая, в полный голос магнон, отчего Неверрит зашевелился, а затем, выпрямившись, перевернулся к беседующим и потянулся на кровати.

- Ммм... Вы вообще спать собираетесь? - сонным голосом осведомился чародей.

- Так мы уж поспали, это ты уже второй день дрыхнешь, не добудиться, - подмигнув магнону, попытался подшутить над магом дроу, но тот увидел его жест и улыбнулся.

- Ну, кто бы говорил? Сам-то всю ночь в телеге продрых.

- Ой, да хватит вам, - поднялся на ноги Жо и, подойдя к окошку, выглянул из-за шторы на улицу. - Лучше давайте спустимся вниз и разузнаем, какие новости появились за день. Там вроде какой-то отряд перекусить заехал в таверну.

Эльфы прислушались. И вправду, внизу было шумно. Дело шло к вечеру, и внизу точно должно было быть людно, не то, что утром.

- Отличная идея! - потянулся за своей курткой дроу.

- Ты что, тоже собрался ковылять вниз? - Некромант с удивлением посмотрел на собирающегося дроу, - тебе же лекари сказали не беспокоить ногу.

- Лекари сказали не беспокоить ногу, всё верно. Вот ты её и не беспокой, - подмигнул магу дроу и начал натягивать сапоги. - А уж я свою ногу точно напрягать не собираюсь. Вниз можно и на одной ноге спуститься.

Неверрит вопросительно глянул на великана, но тот только руками развёл, - “Поди, мол, объясни этому упрямцу что-нибудь…”.

- Я пока спущусь вниз, закажу нам выпить и займу столик, - сказал Жо-Ра, после чего вышел, закрыв за собой дверь и потопал вниз по лестнице.

Эльфы быстро собрались и тоже вышли. Сон сбросил усталость и оба чувствовали себя прекрасно, разве что Харадморт шепотом ругался на простреливающую болью ногу. Однако привычка взяла свое и на спуске дроу забеспокоился, так как не услышал голос магнона, чей мощный бас должен был легко перекрывать любой гомон. А стоило ему ступить на нижнюю часть лестницы, как его паранойя взвыла дурным голосом. В зале было никак не меньше трёх десятков облачённых в доспехи воинов.

Перед стойкой стояла неизвестная крупная женщина в дорогой шубе и высокий крепкого вида мужчина в дорогой одежде и броне. Латы были в изобилии украшены орнаментами из черепов, костей и пламени, и, стилизованной буквой «И». Вооружен незнакомец был, как и Неверрит, длинным клинком и магическим жезлом, однако дроу сразу отметил, что клинок незнакомца хранится в лакированных ножнах из черного дерева, а жезл больше напоминает булаву и обильно украшен золотом. Инквизитор - сразу опознал его Харадморт, хотя знал о представителях этой организации только из описаний своих друзей.

Был у стойки еще и третий человек и, к неудовольствию дроу, им оказался знакомый путешественникам невысокий паренёк по имени Кристофер…

- Да чтоб тебя пауки уестествили! - зло выматерился дроу на смеси родного наречия и общего языка.

За спинами спускающихся скрипнули петли открывающейся двери и из ближайшей к лестнице комнаты в коридор высыпали пятеро стражников в таппертах с гербом Висланда - башня на бело-голубом поле, а перед ней перекрещенные топор и кирка. Двое перегородили лестничный марш алебардами, а остальные взяли эльфов на прицел заряженных арбалетов.

- Теперь все? - обратился к Кристоферу стоящий рядом с ним у стойки инквизитор.

- Да, все трое, - зло оскалился парень.

- Ну, вот и славно, - одним глотком допив вино, мужчина поставил пустой кубок на стойку, встал со стула и, направляясь к центру зала, приглашающе махнул рукой в сторону лестницы. - Спускайтесь-спускайтесь, вас одних все и ждут.

Эльфы переглянулись. Неверрит удручённо кивнул головой и, развернувшись, побрёл вниз по лестнице. Там его сразу приняли и скрутили руки. А Харадморт скосил глаза на висящий на плече в кои-то веки разряженный арбалет и его рука скользнула к запястью. Дроу был готов умереть, но унести с собой хотя бы одного врага, конечно, в идеале добраться бы до беглого паренька, что умудрился выбраться из горящего дома, но до него было слишком далеко.

Бежать было некуда - сверху три арбалета и две алебарды, а внизу… внизу хоть не смотри. Чисто теоретически, дроу мог бы перемахнуть через перила, в полете кинуть арбалет в лицо, вон тому ротозею, что снял шлем, затем проскочить мимо него и нырнуть в окно, но… С поврежденной ногой о такой акробатике не стоило и думать.

- Давай без шуточек, черномазый! - крикнул снизу дородный небритый детина с нашивкой десятника на бело-голубой накидке стражи. - Только вздумай сделать что-нибудь подозрительное - мои парни из тебя ёжика сделают!

- Кого сделают? - прищурив глаза, спросил дроу, одновременно ища вариант к спасению.

- Ты чё, глухой?! - рявкнул десятник. - Утыкают болтами, говорю, как ёжика!

- Да он ежей-то в своей жизни, наверно, и не видел, - усмехнувшись, начал Неверрит, - а ты сразу...

- Молчать, падаль! - заорал на него десятник и засадил кулаком под грудь связанному магу так, что у того перехватило дыхание и он отшатнулся, ударившись о деревянную стойку лестницы. Собака рядом с дроу поняла, что происходит что-то нехорошее, волкодав тут же ощерился, делая шаг к десятнику, готовый вцепиться тому в глотку и своим телом прикрыть друга.

-Ганда! Ганда! А ну “фу”!- заголосил молодой паренек, что стоял при стойке.

Волкодав тут же утратил воинственность и замер в растерянности.

-Это ваша собака? - спросил десятник, на всякий случай прикрываясь щитом. Кольчугу псу не прокусить, но волкодавов Стылолесья с детства натаскивают сражаться не только с волками.

-Да, конечно, наша! - тут же подтвердил трактирщик. -Это Ганда! Вон левое ухо с рыжиной, а на брюхо я ей сам клеймо ставил. Ошейник, правда, куда-то делся, но видно свалявшуюся под ним шерсть…

-Псо-крад! - зазвучало на все лады.

-Вот же позор… по одной из самых позорных статей пойдем, - прошептал прижатый к стене маг и опустил голову, пряча лицо.

Глава 7

Заключение

-Арбалет и восемнадцать болтов к нему, два кинжала, семь метательных ножей, две удавки, стилет и заточка! Теперь точно чисто! - отрапортовал инквизитору десятник, доставая последний из спрятанных на теле дроу клинков.

Харадморт недовольно нахмурился, про заточку он и сам уже почти забыл, но ее все же нашли. Будь у дроу хотя бы подозрение, что он может оказаться в подобной ситуации, обязательно бы подумал куда спрятать стилет, но вот он позволил себе расслабиться, за что и поплатился.

Десятник отошёл в сторону, освобождая дорогу к задержанным. Дорогая броня еле слышно бряцала при каждом шаге, но не стесняла движений рыцаря.

- Некромант-сумеречник и беглец-ночник? - Попеременно оглядел их инквизитор, особо ни к кому не обращаясь, но маг счёл нужным кивнуть ему в ответ, глядя в глаза.

- Как же вы так, господин маг, с такой компанией связались? - попенял Неверриту инквизитор.

- Случайность, лейтенант, но вины на нас нет, эти твари нас отравить собирались, - попытался перевести стрелки чародей, но инквизитор только лениво отмахнулся.

- Когда выдан диплом? - спросил он.

- Почти три месяца назад. Все бумаги в сумке, - кивнул на отобранные вещи Неверрит.

- А какие ещё? - поднял бровь служитель.

- Направление Гильдии Магов из Альтсбурга в Вольфсдаль, - так же не сводя взгляд, с достоинством продолжал маг.

- Хорошо, разберёмся, - утвердительно кивнул инквизитор и повернулся к дроу. - Ну, а ты про себя чего поведаешь?

- А ничего, - огрызнулся тот, глядя в окно.

- Ну, как сочтёшь нужным, - хмыкнул инквизитор. - Вздернуть бы вас всех троих, да неохота потом с Гильдией объясняться… В общем, поступим мы так, - человек повернулся к стражникам, - связать обоих и в повозку. Комнату обыскать. Найденное вместе с изъятым описать и туда же, - распорядился он, после чего направился к стойке, где сверля задержанных злыми взглядами, ожидали вдова и зять хозяина Волчьего Перевала.

На улице стояли две крытых повозки и дюжина лошадей. Приятелям связали руки и ноги и загрузили их в одну из телег, где уже лежал связанный магнон.

- А я говорил, что этот мелкий засранец нам ещё аукнется, - сплюнул на пол повозки дроу.

- Доедем до форта, там будет видно, - спокойно произнёс великан, - сейчас всё равно от нас ничего не зависит.

- И какой чёрт меня дёрнул сесть жрать в зале? Пошёл бы спать, был бы сейчас уже в Вольфсдале, - пробурчал Неверрит и отвернулся к стенке.

Попутчики переглянулись и ничего ему возражать не стали. Ещё до захода солнца тюк с их вещами был закинут к ним в повозку. В щель неплотно закрытого полога было видно, что за инквизитором по пятам следовала грузная вдова, размазывая по лицу слёзы и что-то постоянно ему причитая. Кристофера видно не было. Вскоре отряду была отдана команда на сбор, и в телегу заглянул командир, проверяя напоследок состояние пленников.

- Куда нас? - пробасил магнон и на удивление ему ответили.

- Мы держим путь на Вислад, это отсюда в трёх днях езды. Там и решат что с вами делать. Если бы не маг, висеть бы вам на ближайшем суку за разбой. Малейшее подозрение на побег - пеняйте на себя. Трогай! - закончил командир, обращаясь к возничему. И закрыл полог тента.

Телега тронулась и мягко покатилась по устланной снегом дороге. Плотно закрытый тент прикрывал, спасал заключенных от ледяного ветра и холода, но мешал любоваться придорожными видами. Неугомонный дроу первым избавился от веревок и помог развязаться остальным. Его гибкий разум придумал уже дюжину планов побега, однако все они упирались в кованую решетку, состоящую из склепанных между собой железных прутьев толщиной в два пальца. Харадморт тут же попробовал конструкцию на прочность, но стражники быстро объяснили ему пятками копий, что так делать нельзя.

Постепенно холод и отсутствие развлечений ввели заключенных в подобие транса. Жо, пристроившись поудобнее, начал перебирать в голове возможные варианты развития событий. Вскоре, поняв, что радостных среди них нет, он еле слышно изрёк.

- Утро вечера мудрее, - и потихоньку начал засыпать...

Дорога до Вислада прошла... никак. Равномерное покачивание повозки на неровностях лесной дороги убаюкивало, и трое заключенных периодически проваливались в сон. За ними постоянно присматривали минимум двое стражей, так, что о каком бы то ни было обсуждении их дальнейшего поведения, не могло быть и речи. Кормили их тоже не выводя из телеги. Отхожим местом им служила дырка в полу повозки. Видимо, частенько на ней возят кого-то, кому также отказано в свободном передвижении во время пути. Командир отряда действительно решил не утруждать себя думами о дальнейшей судьбе задержанных, ибо никаких вопросов он им за всю дорогу так и не задал.

Только неуемный дроу сохранил некоторую живость мысли. Он раз за разом обкатывал в голове план бегства, но случая пока не представлялось. Зато он выяснил, что за прозвище такое “Псо-крад”, которым его окрестили стражники. Оказалось, в Стылесье очень уважительно относятся к разведению местной породы волкодавов. Местные активно используют их для охраны домов, охоты и даже берут с собой на войны. Втроем, такие звери могут взять среднего мишку, а вчетвером растягивают и крупного. И так повелось, что кража или убийство чужого пса считается преступлением сродни мужеложеству. Не сказать, что эта информация, как-то серьезно озаботила Харадморта - пес сделал свой выбор в пользу дроу, а значит, по его мнению, все было честно. Но осторожность, граничащая с паранойей, все таки взяло свое и дроу приготовился к неприятностям.

Вечером третьего дня пути снаружи повозки стали раздаваться звуки, позволяющие предполагать, что они въехали в какое-то крупное поселение. Множественная гортанная северная речь, ржание лошадей и прочие звуки, издаваемые домашними животными. Запахи, хоть и приглушённые первыми заморозками, тоже давали понять, что вокруг топят печи, разводят скот и готовят еду.

Уже в потёмках телега остановилась, и по ткани полога заиграли отсветы огней факелов. Послышалось бряцание расстёгиваемых ремней и в распахнувшийся полог заглянули трое - два незнакомых стражника в накидках с гербом Вислада и сопровождавший их командир отряда. Стражники осмотрели содержимое повозки, потом полог опять зачехлили, и колёса покатились уже по мощёным камнем невидимым им улочкам южного форпоста Стылолесья.

Этот непродолжительный отрезок пути выбил из пассажиров остатки сна.

- Вот хит...рецы же у … них мастеро...вые, - с улыбкой выдал магнон, подпрыгивая вместе с телегой на булыжниках мостовой, - на такой раз...битой дороге те...леги поди раза по три … за год ремонтировать приходится! Плотникам-то ра...боты сколько!

- А по мне, так у… них просто руки растут из … - начал было возражать пытавшийся подняться в сидячее положение Харадморт, но очередной скачок колеса пошатнул его равновесие, и он завалился головой в соломенную подстилку, не договорив свою мысль о степени мастерства местных камнетёсов.

Последнюю же сотню шагов колёса прокатились по такой ровной, плотно слаженной мостовой, что стало ясно, камень подгонять здесь всё-таки умеют. А потом стала ясна и причина такого изменения качества дороги - телега остановилась посреди внутреннего двора, зажатого со всех сторон высокими каменными стенами украшенных вымпелами Вислада. Без сомнения, это была тюрьма.

Снова бряцание ремней и полог откинули. В этот раз стражи было куда больше, кроме уже запомнившегося командира конвоиров пленников встречал кто-то из офицеров гарнизона. Он выделялся более дорогой одеждой и оружием, серебряной фибулой в виде звезды и сильно изъеденным оспой лицом. Болезнь он пережил, но она навсегда оставила после себя характерные рытвины шрамов и сильно обезобразила щеки человека.

-Ну, и кого ты нам в этот раз привез, Барко? - с ленцой спросил офицер, потом он рассмотрел в полумраке тело гиганта. - Магнон! О-хох! И дроу! Вот это улов!

-Этот и этот, - ткнул командир конвоиров в дроу и магнона, - ваши. Их скорей всего вздернут. А дроу, так вообще псо-крад! - сплюнул на землю конвоир, а офицер вперил в Харадморта злой взгляд.

-Для вас черномазых, что - вообще ничего святого в мире нет?

Харадморт смолчал, так как не было смысла спорить и объяснять свою позицию этим людям. Пес сам пришел к нему, а значит, посчитал хозяином его.

-А третий кто? - спросил офицер.

-А вот с этим перцем поаккуратней - он маг и у вас проездом, за ним скоро Инквизиция придет, как бумаги до них дойдут.

-А чего его сразу в крепость ордена не отвез? - требовательно спросил офицер.

-А оно мне надо туда-сюда кататься? Сказано доставить в Вислад. Я доставил, - окрысился командир конвоиров, затем успокоился и хмыкнул, - так что, лейтенант, теперь это полностью твои проблемы.

-Ладно, - отмахнулся офицер, видимо, подобные препирательства были для них привычном делом. Потом он повернулся к внимательно слушающему их разговор магу. - Вы уж не серчайте, господин маг, но придется вам некоторое время погостить у нас. Камеру повышенной комфортности не обещаем, но спокойствие и легкий перекус обеспечим. А вас в качестве ответной любезности просим не создавать нам проблем.

Дроу на эти слова только хмыкнул. Падение от наследника правящего дома до бесправного скитальца, а затем и арестанта больно ударило по самолюбию эльфа и проявление такого уважения к какому-то закатнику, пусть и магу, его задело. Мало ли на свете магов? А вот таких замечательных парней, как он - Харадморт, точно мало.

-Договорились, - спокойно ответил Неверрит. Ссора со стражей могла усугубить его положение и помешать объясниться с Инквизицией.

-Вот и хорошо, - с улыбкой кивнул офицер, затем повернулся в сторону и громко крикнул. - Рам! Рам, паскуда! Хватит спать на посту! У нас гости! Иди поднимай Крысобоя и большой десяток!

Пока ждали подкрепления, офицер и конвоир обменивались последними новостями. Большая часть касалась местных происшествий, однако затронули они и тему Вольфсдаля. Туда продолжали толпами стекаться наемники и мелкие феодалы со своими отрядами, однако города-государства ограничились лишь небольшими отрядами резервистов.

Обмен сплетнями прервал появление крупного отряда стражи и Харадморт зло заскрипел зубами. Дроу очень рассчитывал на этот момент, но два десятка вооруженных людей, во главе с закованным в пластинчатый доспех здоровяком обнуляли и так небольшие шансы на удачный побег. Четыре алебардиста вскинули оружие, готовясь подавить любой акт неповиновения, а стоящие позади них арбалетчики взяли заключенных на прицел.

-Открывай, - махнул офицер и конвоир отпер массивный замок и со скрипом отворил дверь клетки. - Без фокусов и по одному на выход!

Первым во двор крепости спустился чародей и ему даже подставили руку, следом за ним последовал дроу, однако такой любезности он не удостоился. Стоило эльфу ступить во двор, как ему ловко вставили древко алебарды под ноги и грубо толкнули в спину, так, что поджившая уже рана прострелила болью и Харадморт впечатался грудью в каменный плац. После чего ему грубо скрутили руки. Магнона трогать никто не рискнул, так как он возвышался над самым рослым из стражников на три головы.

-Поднимайся, падаль, - подбодрил дроу один из стражников пяткой алебарды, чем вызвал шипение и маты.

Харадморт впервые видел столь высокие строения, сложенные из камня и дерева, потому-то всю дорогу вертел задранной головой, разглядывая постройки. В его родных подземных поселениях жилые помещения, будь то жалкие ремесленные лачуги или же величественные чертоги знатных домов, высекались в скальной породе и, как правило, являлись доведёнными до необходимого состояния удобства природными пещерами и гротами.

Троицу отконвоировали в тюрьму. Большое полуподвальное помещение с каменными колоннами было разделено решетками на камеры, в которых ютилось по пять-шесть человек. Запах стоял омерзительный, воняло немытыми телами, нечистотами и влагой. Чародея сопроводили в отдельную камеру с топчаном, прикрытом жидким соломенным тюфяком, магнону из-за его габаритов также достались отдельные апартаменты, а дроу отправили в общую камеру, где уже сидели трое заключенных.

Потрепанного вида мужики в грязной одежде и разбитыми лицами по виду то ли разбойники с большой дороги, то ли жители самого городского дна. Одеты они были кто во что горазд: грязная рубаха, сшитая когда-то из дорогого сукна куртка соседствовала с лаптями на одном, а высокие сапоги и расшитый пояс с кое-как скроенным жилетом у другого. Нового сокамерника бандиты встретили кривыми ухмылками, а когда стражник толкнул эльфа со связанными за спиной руками вперед и добавил ругательное “Псо-крад”, ухмылки сменились оскалом.

-Ну, здравствуй, друг. Собачек, значит, любишь? - поднимаясь с пола с фальшивым радушием сказал владелец дорогой рубахи. У него не хватало передних зубов, отчего он противно присвистывал при каждом слове. Рядом с ним встали обладатель высоких сапог и третий мужик, который не имел особых примет, кроме поблескивающей в полумраке лысины с клочками волос вокруг.

Харадморт был на голову ниже любого из троицы и на их фоне выглядел заблудившимся в трущобах подростком на фоне матерых бандитов. Камера три на три не позволяла маневрировать, и дроу испуганно отпрянул назад к двери, чем снова вызвал ухмылки на лицах троицы. Связанные за спиной руки дроу лишь только усиливали эффект беззащитности, однако темный эльф уже успел избавиться от пут и лишь для вида их позади. Харадморт вполне мог бы провести местным стражам урок по “правильной упаковке” пленников.

-Я вам потом головы отверну, - спокойно сказал магнон сидящий в камере напротив. Помешать бандитам он был не в силах, однако не заступиться не мог.

Мужики неуверенно посмотрели на сидящего в камере напротив гиганта. Угрозы от такого гиганта, даже сидящего через две решетки, показались-было им весомым аргументом и, вполне возможно, они бы отстали от дроу, но вмешались остальные обитатели тюрьмы. Троицу бандитов начали подбадривать сидельцы из соседних камер, что придало им смелости. Пара стражников, сидевших у входа в подземелье за столом из грубых досок, на этот никак не отреагировала.

-Видишь ли, у нас Псо-крадов не любят… - начал пафосную речь обладатель дорогой рубахи, но конец его фразы потонул в воплях боли. Неожиданно сорвавшись с места, дроу мгновенно преодолел разделяющее их расстояние и со всей силы ударил пальцами в глаза бандита. Противник слева от неожиданности тут же попятился назад, а вот владелец высоких сапог не растерялся. Он вполне профессионально попытался пробить двойку в голову эльфа и, если бы не природная ловкость и отточенные годами тренировок рефлексы, Харадморт отправился бы в нокаут. Тело само выполнило необходимые действия: от первого кулака эльф увернулся, свернув корпус, а под второй поднырнул и пробил в подбородок бандита. Противный хруст челюсти и осколки зубов уведомили присутствующих лучше любых слов о результатах удара. Правда, дроу не учел разницу в росте и массе между собой и противником. Голову бандита запрокинуло назад, его повело и он чуть отступил, однако устоял на ногах. В этот момент в драку вмешался третий. В отличие от своего напарника он не мог похвастаться бойцовскими навыками, но иной раз все решает удача, а дуракам, как известно, везёт. С дурным криком он рванул на дроу и буквально снес его своим телом. Харадморт вовремя среагировал бы на резкий прыжок полудурка, но раненая нога не позволила ему отойти в сторону. От удара об решетку у дроу выбило дух, и тяжелый противник подмял эльфа под себя, после чего обрушил на его голову и руки град беспорядочных ударов. Второй или третий разбил дроу верхнюю губу и нос.

Вкус собственной крови моментально привел Харадморта в чувство. Прижатый к решетке, с раненной ногой, он даже не надеялся скинуть с себя более тяжелого противника, поэтому в ход пошел кусок веревки, что еще недавно стягивал ему руки. Заблокировав следующий удар, Харадморт сноровисто накинул петлю на руку противника, притягивая ее к себе, затем перехватил и взял кисть человека на излом. И тут бандит совершил критическую ошибку, вместо того, чтобы продолжать избиение эльфа и выиграть время, он попытался высвободить руку из захвата, чем Харадморт тут же и воспользовался. Большой палец эльфа вошел точно в глазное яблоко человека и тот, дико вереща, завалился назад. В этот момент грязная рука из соседней камеры ухватила дроу за волосы.

Любой другой попробовал бы разжать хватку, но загнанный в угол дроу был пострашнее любой крысы. Резким рывком он встал на ноги, оставив в грязной руке клок волос, и пока его последний противник не пришел в себя пробил ему от души в пах. Крик бандита резко сменил тональность на фальцет и того сложило пополам, а когда его многострадальное лицо познакомилось с коленом дроу, он отправился в мир грез. Однако Харадморт на этом не остановился. Дроу принялся с остервенением пинать тела…

-Эй ты, черномазый! - прервал расправу над сокамерниками грозный окрик стражника. - Убьешь этих утырков, я тебе потом сам все ребра пересчитаю! Ты меня понял?

-Какого хрена, они первые напали?! - зло сплюнул дроу, вытирая окровавленное лицо.

-Да мне похрен, кто первый, а кто последний. Если на вечерней поверке они будут трупами и меня за это отчитают, я тебя урою. Доходчиво? - ответил стражник.

Харадморт смерил стражника злым взглядом и кивнул. Он все прекрасно понял, однако стоило стражнику отвернуться, как каблук его сапога обрушился на кисть лежащего в отключке бандита. Стражник обернулся на хруст, хмыкнул и пошел дальше. Дроу принял правила игры, и пока троица не пришла в себя попереломал оставшиеся руки. Затем тяжело опустился на пол спиной к дверям камеры.

Расправа над бесчувственными телами сопровождалась криками заключенных. На дроу сыпались проклятия и обещания скорой расправы, но Харадморт лишь хмыкнул и прикрыл глаза.

Ближе к утру в полуподвал, где томились трое путешественников, явились гости. Офицер, что встретил их телегу ночью, сопровождал десять воинов. Те были солдатами Инквизиции и смотрелись весьма внушительно. Все, как на подбор, рослые, в качественных бригантинах со стилизованной буквой “И”, руки и ноги прикрыты латными элементами, да и вооружены основательно - длинный меч, большой круглый щит, кинжал и малый арбалет. Харадморт буквально впился глазами в это оружие. Дроу был отличным стрелком и он по одному сероватому блеску металлической дуги определил, что по мощности это компактное оружие не уступает своим более массивным аналогам и при этом куда проще в перезарядке.

Офицер быстро перекинулся парой слов с одним из Инквизиторов и гости подошли к камере, в которой лежал Неверрит.

-Чародей, на выход! - скомандовал десятник.

Маг подскочил с места, сгоняя с себя сонливость и вышел из камеры. Руки ему не крутили, присутствие Инквизиторов подействовало на него лучше любых оков. Почти дойдя до выхода Неверрит остановился и повернулся к друзьям.

-Прощайте, - коротко сказал он. Казалось, что сумеречный эльф хотел сказать больше, однако ситуация не располагала к этому.

-Прощай, - махнул рукой магнон. Дроу лишь повернул голову и кивнул.

Глава 8

Застенки Инквизиции

-Рановато прощаетесь, - хмыкнул офицер и повернулся к тюремщикам. - Этих тоже передаём. Начинай со здоровяка.

Всех троих по очереди вывели во двор и усадили в телегу. Эта по своей конструкции почти ничем не отличалась от той, на которой они прибыль в Вислад - такая же решетка в два пальца, дырка в полу, только тент был украшен вычурной буквой “И”.

-Трогай! - крикнул кто-то, когда инквизитор зашнуровал тент. Щелкнули поводья и телега покатилась по городу. Харадморт хотел задать Жо вопрос, но гигант и некромант жестами призвали его к молчанию.

Как только телега выехала за внутренний двор крепости, заключенных снова нещадно начало трясти на ухабах, однако в этот раз это продлилось совсем не долго. Всего через полчаса их снова выгрузили из телеги и после распоряжения от десятника инквизиции, повели во внутренние помещения.

Жо и Неверрит окинули двор беглым взглядом и далее смотрели исключительно себе под ноги, Харадромрт же вовсю вертел головой по сторонам. Оплот инквизиции представлял собой добротный форт, состоящий из пяти башенных зданий высотой в тридцать локтей, соединённых широкими галереями с бойницами, выходящими даже во внутренний двор, размером примерно сорок на шестьдесят шагов.

Пленников вели в самую высокую, расположенную напротив ворот, башню. Они спустились в помещения, лежащие ниже уровня земли, что тут же отразилось на поведении дроу — тот заметно повеселел, попав в свою, более привычную среду. Их провели мимо нескольких массивных дверей, запертых на замки и охраняемых стражей Ордена, и определили в комнату шагов пять на пять. Единственным источником света здесь было зарешёченное окошко в деревянной двери, из которого проникал свет коридорного факела. Сообщили, что до завтра их участь будет решена и оставили одних, заперев камеру на железный засов.

Доставивший их эскорт удалился, лязгнул закрывающийся замок, и в окошке появилось лицо тюремщика, поднесшего к нему небольшой масляный фонарь, дополнительно осветив тем самым камеру.

- Значит так, будете вести себя спокойно - окошко будет открытым. А станете мне кровь сворачивать или мозги вопросами пудрить, то оставлю вас в темноте. Всё ясно? - осведомился служитель, но никакого ответа не получил - арестанты расположились на подстилке и молча лежали, давая понять, что диалог с ними ему не грозит.

- Да и пёс вами. Лишь бы до рассвета спокойно достоять. А до следующей моей смены не дотянете, мародёры проклятые, - сплюнул охранник и, шаркая ногами, удалился куда-то от их камеры.

Показав жестом молчать, Жо-Ра махнул в сторону стражника и изобразил спящего. Приятели не возражали. И какое-то время все сидели в тишине, выжидая удобное время для начала беседы. Однако, ждать им пришлось долго. Стражник попался настолько ответственный, что не только не ложился спать на рабочем месте, но даже иногда прохаживался по своему коридорчику и заглядывал в две из четырёх расположенных здесь камер. Можно было предположить, что и в камере напротив тоже кто-то находился, однако никаких подтверждений тому не было.

Обходы прекратились лишь за полночь. А вскоре раздалось и долгожданное сопение, перешедшее затем в негромкий храп.

- Кажется, уснул, - Подошедший к двери и пытавшийся выглянуть в окошко Харадморт, разглядел в коридорчике лишь протянутые от стены ноги надсмотрщика. - Думаю, можно попробовать наконец-то перекинуться парой слов, - и, сложив руки на груди и вперив тяжёлый взгляд в некроманта, продолжил.

- Так что ты там говорил про ужин в зале, сон и «уже был бы в Вольфсдале», а?

- А что, разве не так? - спокойно ответил поднимающийся маг. - Без меня вы бы так не нализались, окошко бы не выбили, легли бы спать на сеновале у того скупердяя, а утром бы двинули на север. Скорее всего, даже вместе бы пошли. Но, как говорится, если бы у козла было вымя, то он был бы козой, - разведя руками, закончил сумеречник.

- Хватит собачиться из-за того, что уже случилось. Сами хороши. Лучше давайте обсудим, что делать дальше, - встал между ними магнон. Хотя слово «встал» тут не совсем уместно. Скорее, он сел между ними. Потолки в камере были рассчитаны на существ среднего роста, так что даже среднего роста сумеречный эльф почти касался макушкой холодного камня свода их комнатушки.

- А что тут можно поделать? - спросил дроу. - Кроме побега все остальные варианты сводятся к ожиданию беседы с инквизицией. Всё. Да и нахрена нас вообще сюда притащили?

- Согласен, вариантов не густо, - покачал головой некромант, - Причём, вариант с побегом отсюда сейчас можно даже не рассматривать. Никаких шансов на успех я не вижу. Кроме кулаков Жо и моей, не самой, должен признаться, боевой магической силы, наш арсенал пуст. А окружают нас не деревенские пастухи овец.

- Тебе-то что переживать, - снова напал на некроманта Харадморт, - ты же у нас птица важная. Аж самой Гильдией послан на передовую трупы в атаку поднимать.

- Хар, заткнись, пожалуйста, - зашипел на приятеля великан, - он сейчас с нами в одной упряжке, вместе ответ держать будем. И то, как мы объясним Ордену случившееся на перевале, прямо повлияет на наше будущее. Итак. Прежняя версия о том, что кроме нас в таверне были третьи лица, отпадает. У них теперь есть свидетели того, кто и как начал заварушку. Так?

Эльфы согласно кивнули.

- Так. Что могли видеть баба с пацаном?

- Баба вообще вряд ли что-то видела. Если бы она была на кухне, когда слегли девка и трактирщик, визгу было бы до самого Вольфсдаля, - прикинул Неверрит. - А с какого момента, не считая ругань в зале, картину боя видел этот Кристофер?

- Ну... Они там окно на улице чинили, - вспоминал, морща лоб дроу, - потом пёс мой на лемера накинулся, а я арбалетом добавил. Тут же обратно побежал, когда эта махина собаку, как подушку, разрубила... Когда убегал пацана уже не было. Он, наверно, тогда к мамке и смылся. А уже потом, ногу мне продырявил и спустил псов. Вроде так было.

- Ага, понятно. Значит, что мы имеем в нашу пользу? - начал перечислять Жо-Ра. - Пацан рылся в вещах Нева, раз.

- Охранник разрубил мою собаку, - вставил дроу.

- Два, - кивнул великан.

- И хозяин с дочкой хотели нас отравить, из-за чего, собственно, и началась резня. Три, - подвёл итог Неверрит.

Магнон согласно кивнул головой.

- Да, не особо густо, но это, по большому счёту, всё, что мы можем сказать в своё оправдание. Заломленные цены, я думаю, в расчёт не примут, но мы упомянем и это. Четыре…

- Эй, а ну тише там! - рявкнул полусонный охранник, всё-таки разбуженный их разговором, - а то сейчас свет перекрою, будете гадить на ощупь!

Товарищи молча переглянулись, согласно кивнули и стали устраиваться на ночлег поудобнее, насколько это позволяли условия темницы. Несмотря на то, что за время пути поспали они немало, сон не заставил себя ждать...

- Встать и отойти от двери! - Зычный голос разбудил всех троих, и они решили ему не перечить.

Лязгнул засов, дверь открылась и камеру залил свет от светильника тюремщика. На пороге стояли пять служителей и рыцарь-инквизиции в дорогих латах, с длинным мечом и жезлом-булавой на поясе.

Он оглядел арестантов и скомандовал:

- Вывести.

- Что, всех троих вести? - удивленно спросил тюремщик.

- Ага, - хмыкнул рыцарь, а потом убрал иронию из голоса и сказал уже нормально. - Я сам удивился. На допрос сразу всю шайку. Ну, да начальству виднее.

Они ещё переглянулись друг с другом, потом передний обратился к узникам:

- Выходите в коридор по одному, по команде.

Первым вышел Неверрит. Ему связали за спиной руки и одели на голову плотный холщовый мешок.

- Следующий!

Подобная процедура повторилась сначала с магноном, потом с дроу. После чего их повели куда-то наверх, периодически давая команду магнону нагнуться, чтобы тот не врезался в проёмы дверей. Наконец их поставили рядом и доложили кому-то, что привели троих доставленных накануне разбойников с Волчьего Перевала. Незнакомый голос приказал снять мешки с заключенных.

Взору приятелей предстал ярко освещённый солнечным светом внушительных размеров кабинет. Свет попадал в него через восхитительной работы разноцветный витраж размером во всю переднюю стену помещения. Искусная работа мастера изображала связанные между собой сцены, однако для непосвященного в дела ордена понять всю картину в целом было невозможно. Боковые и заднюю стены кабинета от пола до потолка занимали выполненные из тёмно-красного дерева и богато украшенные резьбой стеллажи. Полки заполняли сотни, пожалуй, даже тысячи книг и различных тубусов со свитками. Даже получившему магическое образование в замке Баттендорф Неверриту местная библиотека показалась сказкой, чего уж говорить про дроу и магнона, которые на своем веку видели от силы пару десятков книг. Внимание Харадморта привлекла стойка с доспехом. Доспех был украшен орнаментом, гармонично сочетающим языки пламени, черепа и кости, металл лат был покрыт позолотой и белой эмалью, что подчеркивало рисунок. При этом латы не выглядели просто дорогим предметом интерьера, они имели самую утилитарную функцию, хоть и, без сомнения, являлись произведением искусства.

В центре комнаты располагался массивный стол из такого же, как и стеллажи, дерева с различными письменными и неизвестного назначения принадлежностями. За столом на некотором удалении от него, закрывая часть мозаичного окна, висело закреплённое под потолком и почти достигающее пола огромное знамя белого цвета с вышитым по центру золотым витиеватым знаком инквизиции - буквой «И». Стяг также был в изобилии украшен орнаментом из языков пламени, черепов и костей. Между стягом и столом стояло кресло из черного дерева с высокой спинкой. В нём сидел мужчина и внимательно разглядывал приведённых ему арестантов.

Бивший из окон свет ослепил вошедших, а сидящий мужчина находился в полоске тени, отбрасываемой знаменем, из-за этого разглядеть его в деталях не получалось, кроме того, что белый стеганый дублет рослого мужчины является вовсе не парадной одеждой, а поддоспешной. На столе прямо перед ним лежал длинный меч и жезл-булава.

Лицо незнакомца несло отпечаток множества сражений, а собранные в хвост седые волосы и борода, говорили о почтенном возрасте их обладателя.

- Ваша светлость, - приложив правую руку к груди, отвесил поклон Неверрит.

- Доброго здравия, - неловко склонил голову Жо-Ра.

- Доброго дня, - покосившись на своих спутников, запоздало выдал Харадморт.

- И вам доброго дня, - уверенным голосом ответил сидевший в кресле и взял со стола одну из лежащих бумаг. Внимательно прочитал содержимое, отложил её на край стола.

- Значит, вы ограбили таверну «Волчий Перевал», убили хозяина, его дочь и охранника, покушались на жизни жены и зятя, после чего сожгли всё подчистую вместе со следами преступления?

- Не совсем так, уважаемый… - вскинув голову, возразил ему дроу.

- Капитан-Инквизитор Вармин Тарб или Ваша светлость, - резко поправил Харадморта один из лейтенантов-инквизиторов, что остались присматривать за пленниками.

- Не совсем так, Капитан-Инквизитор Тарб, - послушно повторил дроу.

- Вот как? Тогда поведайте мне свою версию случившегося, - пожилой мужчина усмехнулся и откинулся на спинку кресла, давая понять, что он готов слушать.

- Мы с магноном прибыли на перевал с востока и хотели остановиться в таверне на ночлег. Когда зашли внутрь, там уже находился этот маг, - дроу кивнул головой в сторону сумеречного, - с которым мы до этого не были знакомы. Наших денег с лихвой хватало на еду и ночлег, но тавернщик начал просить с нас тройную цену и при этом упрекал нас в том, что мы «нелюди», не внушаем ему доверия и, скорее всего, служим силам зла. Примерно та же ситуация произошла и с этим некромантом, - кивок головы в сторону Неверрита. - Оставленные нами в комнатах вещи были осмотрены на предмет ценностей зятем хозяина без нашего ведома и согласия, равно, как и у этого эльфа, с которым, как я уже говорил, мы до этого не были знакомы. Так получилось, что случайно нами был услышан разговор между хозяином и его дочкой, где они договаривались нас отравить и, когда это вскрылось, тавернщик с охранником бросились на нас с мечами… Тавернщик зарубил мою любимую собаку безо всяких на то причин, после чего кинулся и на меня, с этого, собственно говоря, и началась драка. Мы защищались, Ваша Светлость. Во время боя в зале таверны упал и разбился масляный светильник и в здании начался пожар. Так что кони, телега и ее содержимое являются не награбленным, а спасённым из пламени имуществом. Уточните о находящихся там вещах - в основном это еда и тёплые вещи. Ведь идёт война и обделённые ею люди... и нелюди... так нуждаются в тёплых вещах и пище. Ведь мы собирались идти именно в Вольфсдаль, чтобы помогать его жителям справиться со свалившейся на них бедой. Тавернщик прекрасно это знал, когда собирался нас отравить. А уж после пожара идти нам пришлось не на север в Вольфсдаль, а на юг в сторону Висланда, потому что во время драки я был ранен в ногу, и всё могло окончиться для меня весьма плачевно, если бы на помощь не пришёл этот образованный парень, с которым мы, к сожалению, ранее даже знакомы не были. Вот и всё, что мы хотим сказать в свою защиту, Ваша Светлость.

-Да вы прям ангелы во плоти, - широко улыбнувшись хмыкнул хозяин кабинета.

-Мы не ангелы, Ваша Светлость, но я подтверждаю слова этого дроу, - вмешался магнон. - Так оно и было. Этот Кристофер - провокатор и вор, который и не украл-то у нас ничего по той лишь причине, что красть было уже нечего, всё и так забрал хозяин трактира, наживающийся на горе жителей Вольфсдаля и спешащих туда небезразличных людей, застигнутых зимой и ночью в лесах и горах. Да к тому же прикрывающийся тем, что мы «нелюди» и доверия к нам нет.

- Добавить нечего, - покачал головой некромант.

В помещении повисла тишина.

-Оставьте нас, - к удивлению троицы отдал распоряжение служителям инквизитор. Он встал со своего кресла и не спеша двинулся вокруг стола к арестантам. Мужчина оказался на полголовы выше чародея, а сложением, несмотря на почтенный возраст, не уступал молодым.

Охранники кивнули и вышли в коридор. Обойдя стол, старец вновь взял в руки отложенную им ранее бумагу и снова взглянул на неё.

- Война всё спишет... Война всё спииишеет..., - протянул он последнее слово, перечитывая содержание листа.

Трое, стоящие по середине комнаты, переглянулись, но продолжали молча ждать дальнейшего развития событий.

- В иное время с вами бы даже не стали церемониться, а повесили бы на ближайшем дереве и дело с концом. С другой стороны, в иное время такая ситуация бы и не случилась, скорее всего. И кроме этих размышлений о том, что бы могло быть, а что могло бы не быть, есть в этом деле несколько моментов, вам абсолютно не известных, но, думаю, определённо интересных.

Друзья переглянулись, и, не понимая о чём идёт речь, продолжили внимательно слушать говорившего. Старик же снова отложил бумагу в сторону, взял другую и стал изучать теперь её содержимое.

- Мы за этой лавочкой на перевале давно приглядываем. Там есть за чем приглядеть, уж поверьте. Хозяин, которого, кстати, звали Пэр, имел некоторые отношения с Гильдией Воров и уж он точно знал о контрабанде, которая кроме как через его перевал в Вольфсдаль или из него попасть не могла. Кристофер этот так и вовсе, по нашим данным, состоит в этой самой Гильдии. Есть мнение, что его несостоявшийся брак с дочкой Пэра Ханной был связан с интересами Гильдии. Если вкратце, то, если бы не ваша злосчастная ссора, там бы и так в ближайшее время что-то случилось. И охранник появился у них только этим летом, вместе с Кристофером, кстати. Мутная история, одним словом.

Старец отложил к первой и вторую бумагу, и взял со стола третью. Эта бумага была знакома Неверриту, так же, как и две следующих. Это были его диплом и путевые листы из Баттендорфа и Альтсбурга. Старик пробежал их глазами и задал магу несколько вопросов на незнакомом дроу и магнону языке. Маг заметно оживился, радостно и развёрнуто на них ответил, после чего старик, явно удовлетворившись ответом, отложил его бумаги в отдельную сторону и посмотрел на последнюю оставшуюся. Но брать её не стал.

- А вы, стало быть, пришли на перевал с востока, со стороны Тагазз-Кхижра?

- В точности так, господин инквизитор, - подтвердил Жо.

- Угу, - кивнул головой Харадморт.

- И объявились там с экспедицией, отправившейся туда из Гарзак-Дула?

- В точности так, господин инквизитор, - еще раз повторил Жо

Эльф дроу многозначительно молчал, отведя взгляд и разглядывая книги на полке.

- Но один из вас присоединился к отряду уже в процессе похода, так?

- Ну да. И что? - с вызовом сказал Харадморт и перевёл взгляд на человека. Жо счел нужным промолчать.

- Стало быть, в проживающем на поверхности сообществе дроу пополнение? Если я не ошибаюсь, вы впервые покинули свой родной город, как вас там, говорите, зовут - Ха...рад...морт? - по слогам протянул старец и лукавое выражение едва заметно тронуло его лицо.

- Всё верно. Харадморт. Покинул дом впервые в жизни и больше не возвращался, - холодным и решительным тоном произнес эльф, стараясь быть максимально кратким.

- А какой именно вы дом покинули? - продолжал выпытывать старик.

-Я больше не принадлежу - хотел коротко ответил Харадморт.

-Юноша, не надо умничать. Фамилия твоей матери?! - резко повысил голос инквизитор.

-Я ее не знал. Я сирота. Приёмный сын аптекаря, воспитывался в доме Кья - это боковая ветвь дома Арабар, - на одном выдохе ответил дроу и улыбнулся.

-Значит Харадморт из дома Плюща, боковой ветви дома Дочерей Яда, - понизив голос произнес старец, а затем снова повернулся к дроу и с нажимом спросил. - Какое отношение имеете к дому Заур - Детей Яда?

-Никакого, - предельно коротко ответил Харадморт, но под взглядом старика занервничал и продолжил. - Такого дома больше нет, после смены власти, дом Детей Яда прекратил свое существование и переименован в Дочерей Яда. А я всего лишь жил в самом Зауране.

- О, Филатарово поселение, - изобразил удивление дознаватель, - превосходно. Вот как. Ну хорошо, юноша, ваш ответ я услышал, - окончательно разулыбался старец. От начавшейся было опалы не осталось и следа. - Но как же так получилось, что за вами назначили такого могучего и мудрого … эм … наставника, а вы вляпались в такую скверную историю, не прошло и десяти дней?

- А с чего это вы решили, что магнон мой наставник? - с удивлением в голосе спросил Харадморт.

- Ну, вообще-то тут сказано, что он ваш конвоир, - Махнул на последнюю не отложенную бумажку инквизитор, - но только до выхода из подземелий. Так что, по-моему, наставник - вполне подходящее слово.

- А … что это за бумага, если не секрет? - заинтересовался Жо.

- Это часть отчёта о результатах вашей экспедиции. Конкретно та часть, где упомянуто про вас двоих. Большее вам знать ни к чему.

- Ясно, - покосившись на дроу, произнёс здоровяк.

Старик вернулся на своё место за столом, собрал все бумаги по делу о налёте на «Волчий Перевал» в одну стопу и оставил её на краю стола. Какое-то время он молча переводил взгляд с одного задержанного на другого и гладил бороду. Тишина давила на нервы стоящих. Потом старик с хлопком опустил левую руку на бумаги и, сипло выдохнув, озвучил своё решение.

- Поступим мы так. Контрабандные дела на перевале вас не касались ранее, и мы не будем вас в них впутывать… Гильдия Магов Вольфсдаля ждёт своего молодого некроманта на передовую и я не вижу причин отказывать им в их праве. Что же касается вас, - старец обвёл пальцем Жо и Харадморта, - то в отчетах Тагаззской экспедиции указано, что в бою вы весьма полезные ребята. Так что виселица вам пока не грозит. Отправим вас в Вольфсдаль первым же обозом. Будете участвовать в том, в чём и собирались - освобождении города. Вот только не в составе отряда наемников, а пойдете вы, голубчикики, в «невольничьих отрядах». Все трое. А как будет дальше, посмотрим, - инквизитор неожиданно подмигнул Харадморту, после чего громко отдал распоряжение ожидавшим за дверями стражникам. - Увести!

Вошедшие конвоиры хотели накинуть на головы арестантов прежние тряпичные мешки, но старший жестом показал, что этого делать не обязательно и голосом пояснил.

- Их вина не смертельна, так что пусть в полной мере наслаждаются окружающим миром. В той мере, в которой им пока позволено.

Прежде чем покинуть кабинет старика, Неверрит и Жо поблагодарили его за проявленную мудрость и благосклонность. Харадморт же молча сверлил инквизитора взглядом, пытаясь понять, что же именно тому известно о нём конкретно и делах его народа в общем. Несмотря на попытки ведущих его людей развернуть дроу лицом вперёд, он покидал кабинет, глядя прямо на старца, пока закрывшаяся дверь не скрыла его.

Глава 9

Время удивительных историй

Вели пленников тем же маршрутом. Вскоре появились знакомые со вчера запертые двери подземелий. Камера, из которой их вывели утром, уже не казалась им теперь такой тесной и мрачной. Впрочем, менее мрачным им теперь казалось всё вокруг, включая их будущее. Оно и понятно - отмена смертного приговора на кого-угодно окажет сильное ободряющее действие.

- Ну что ж, думаю, мы можем друг друга поздравить. До Вольфсдаля мы доберёмся-таки, - Обвёл приятелей радостным взглядом Неверрит, как только дверь камеры за ними закрылась и надсмотрщик, оглядев через окошко нутро помещения, удалился к своему посту.

- Да уж, дело действительно закончилось не самым скверным для нас образом! - кивая головой, согласился с эльфом магнон и с явным облегчением на лице уселся в конце камеры, опершись спиной об стену. - Хотя, по правде говоря, думается мне, что дело наше ещё только начинается. Невольничьи, или, как их ещё называют, штрафные отряды, это вам не наемники. Труба пониже, да дым пожиже… и денег хер да маленько. Нами будут все дыры затыкать и отказаться права нет, иначе тут же на виселицу отправят… Харик, а ты что думаешь по поводу нашей дальнейшей судьбы?

Дроу, сидевший на соломенном тюфяке с отстранённо-задумчивым видом и крутивший в пальцах обломок сохлой травинки, угрюмо взглянул на товарища и пробурчал.

- Я думаю о том, как в Висладе появилась бумага из Тагаз-Кхижра. Да к тому же ещё и с упоминанием про нас с тобой персонально. И терзают меня два вопроса. Как это она появилась тут раньше нас самих, с учётом того, что раньше нас с тобой из подземелий никто не выдвигался в эту сторону. И что именно твой бывший начальник мог про нас такого думать, что аж отдельное упоминание в отчёте сделал, а?

- Знаешь, а ведь я тоже задаю себе эти вопросы. По поводу первого могу предположить, что тот посетитель таверны, чье внимание тебя обеспокоило по прибытию, и был тем почтальоном, что доставил вести о нас. А про отчет, думаю, что может быть там просто указаны те, кто присоединился к экспедиции в процессе, и те, кто покинул её до завершения. Может у начальника какое-то отдельное распоряжение касаемо твоих соплеменников. А может этот гном, который водит подземные караваны полвека по всему Карак-Горзаку вдоль и поперёк, знает что-то про вас такое, что может заинтересовать Орден и о чём следует спрашивать не тебе у меня, а наоборот... - подмигнул Жо, отвечая дроу на его вопрос.

- Это о чём таком ты предлагаешь меня спросить? - повысил голос эльф, щелчком избавившись от травинки в руках и встав на ноги.

- Да ни о чём я не предлагаю тебя спрашивать. Я лишь говорю, что знаю о содержании той бумаги ровно столько же, сколько и ты сам. И если ты не можешь как-то ответить на этот вопрос, то задайся каким-нибудь другим, более насущным. Например, как ты с такой своей вспыльчивостью и подозрительностью собираешься прожить на передовой в компании наших будущих однополчан дольше одного дня - те не за кражу курицы у соседа попали в отряд смертников кровью искупать свою вину. Они вряд ли видят разницу кому перерезать горло - тебе или врагу?

- Вот окажемся в отряде, там и увидим, кто и по чьим правилам будет жить. Больше суток... - жесткая улыбка растянулась на лице эльфа-дроу.

Неверрит, увидев эту гримасу, аж поёжился.

- Да, отличное предстоит мероприятие! Отряд штрафников, живущий по правилам дроу, - усмехнулся он и продемонстрировал поднятый большой палец правой руки, давая тем самым понять, что не хотел никого обидеть.

На этот раз улыбнулись все трое. Впервые за последнее время.

Вскоре заключённым принесли еду. Пленников не кормили со вчерашнего дня, однако только магнон воспринял обед с оптимизмом. Это было не то угощение, что в обеих тавернах и даже не то, чем их кормили по дороге от деревушки до Вислада, ведь по пути им еду накладывали из своего котла сопровождающие. Это же была законченная тюремная баланда, варево, ингредиенты которого даже сложно было с точностью определить.

- О, с ума сойти, да здесь ещё и мясо есть, вы только гляньте на это! - радостно восклицал гигант, выуживая из похлебки нечто, что упорно не желало выуживаться. - Если честно, впервые вижу, чтобы шкура росла сразу на жилах, - задумчиво произнёс здоровяк, разглядывая содержимое тарелки, отчаявшись извлечь нечто.

- Когда у нас на кухню в университете заступал в наряд какой-нибудь начинающий лич, откопанный в узогских рудниках, приходилось питаться чем-то подобным, - удручённо изрёк некромант и с задумчивым видом стал поглощать похлёбку, видимо, пытаясь всё-таки определить её составляющее.

Харадморт с недоверием тыкал в тарелку деревянной ложкой и пока пробовать еду не решался, несмотря на то, что кормили их последний раз больше суток назад. Заметив его нерешительность, Жо-Ра решил поддержать товарища.

- Ну, и что ты на неё уставился? Можешь есть без опасений. Я тебя уверяю, это не самая отвратительная еда из той, что могут дать узникам. Помнится, оказался я однажды в столице южных земель Миртсдане. И попал там в одну неприятную историю, в результате полгода мне пришлось томиться в тамошних застенках. Вот где мерзость, а не пища, я тебе скажу. Из мяса там были только опарыши и, если повезёт, упавшая в котёл крыса.

Магнон рассмеялся, пытаясь развеселить товарищей и отвлечь их от качества похлёбки, но увидел, что упоминание крыс и опарышей нисколько не прибавило им аппетита.

- Извините, хотел, как лучше...

- Да ладно, не переживай, дело не в опарышах, - вздохнул дроу. - Хотя, если бы здесь они были, мне, пожалуй, было бы даже спокойнее... - и приступил-таки к трапезе.

Неверрит на какое-то время прервал процесс, посмотрел на дроу, потом покивал чему-то головой и вернулся к еде. Вскоре пришел тюремщик, забрал посуду и сообщил, что сегодня ночью через Вислад будет проходить крупный отряд на Вольфсдаль, к которому им и предстоит присоединиться. Долго колонна в городе находиться не будет, так что с ними церемониться не будут. Так ему велено было передать будущим штрафникам, что он и сделал. Сложив их плошки в заплечный короб, парень направился к камере напротив, где, как заметили узники, тоже кого-то содержали. Причём, судя по одной выданной порции и обращению стражника «Эй ты!», находился там, соответственно, один заключённый.

- Заканчивается твоё безделье! Сегодня ночью отправишься в Вольфсдаль со своими соседями-разбойниками. Хватит тут прохлаждаться, да харчиться на халяву. Моя бы воля…

Тюремщик не договорил, ибо из глубины неосвещённой камеры неизвестного соседа точнёхонько в окошко двери, размерами предназначенное лишь для миски с едой, миска и вылетела. И угодила прямиком в лицо тюремщика, обдав его баландой.

- А, чтоб тебя! Нелюдь! Чтобы тебя на куски разорвали в этом Вольфсдале, урод длинноухий! - яростно заорал баландёр, отряхивая одежду от стекающей жижы.

Услышав характерное оскорбление, сумеречник и дроу переглянулись. Потом Неверрит подошёл к двери и нагнулся к окошку. В камере от этого стало заметно темнее.

Он бегло осмотрел коридор. Их надсмотрщик выпроваживал уходящего и матерящегося баландёра и собирался закрывать за ним дверь. Пол коридора был обильно залит похлёбкой. Видимо, их сосед напротив совсем не притронулся к еде.

Маг перевёл взгляд на противоположную дверь, окошко в которой было по-прежнему открыто. Разглядеть хоть что-то внутри соседней камеры не удавалось. Успел смениться надсмотрщик, тот мужичек, что встречал их вчера ушел, а его место на табурете занял совсем ещё молодой паренёк, а Неверрит все продолжал наблюдать за помещением напротив, выжидая появления его обитателя. Простояв уже приличное время, он почти отчаялся, но тут в окошке промелькнула едва уловимая тень. Уловимая ровно настолько, что её сможет заметить лишь тот видит в темноте не хуже кошки и умеет в ней прятаться настолько же хорошо. И если до этого момента у некроманта были только предположения, касаемо их соседа, то теперь он стал уверен. А потому, отойдя от двери в сторону и повернувшись к друзьям, он сообщил:

- Не знаю, как в отряде будет с порядками дроу, но второго сумеречного эльфа нам стоит ожидать. Если его, конечно, направят вместе с нами. - После чего маг расположился на подстилке рядом с Харадмортом и вид его почему-то стал более озадаченным.

- Слушай, Нев, давно задаюсь вопросом - а ваш-то народ почему не испытывает восторга от компании себе подобных? - присев поближе к эльфам, поинтересовался Жо-Ра. - Если в случае с дроу это ещё можно объяснить, то ваши разногласия - это сплошные непонятки. Ну, я имею в виду, что у тех тяжёлые условия жизни, тесное жилое пространство, отсюда и грызня всех со всеми, отточенная за века до невообразимого уровня. А история вашего народа не особо-то и распространяется, всё окутано слухами и разнотолками, отчего и нынешнее поведение непонятно. Не можешь ли ты нам что-нибудь об этом рассказать, раз уж нам предстоит тесное общение не только с тобой, но и с другим сумеречным эльфом?

Неверрит усмехнулся, вытянул из матраца травинку и принялся крутить её в руках подбирая слова.

- Сумеречные эльфы, всё верно. Мы же эльфы-тени или закатные эльфы. На большой земле нет ни одного места, где мы бы жили своим обществом. Ты прав, великан-магнон, мы не особо разговорчивы, особенно когда речь заходит за жизнь нашего народа. И не надейся, что я поведаю вам какие-то сакральные знания о нашей истории, потому что сам мало чего знаю, хотя облазил всю библиотеку Академии сверху донизу, вдоль и поперек. Скорей всего, многие предания о Родине моего народа уже утрачены, а некоторые из них не подлежат обсуждению с другими разумными. Причём с сородичами - в первую очередь, - с усмешкой подчеркнул рассказчик. - Не вдаваясь в подробности, могу сказать лишь то, что Родина моего народа находится далёко-далёко на западе и жизнь там тоже была весьма тяжела. Мне известно лишь об одной древней, почти забытой экспедиции, что смогла добраться до наших земель. В той экспедиции участвовало два парусника, и они шли на запад почти три месяца, зайдя за пределы всех имеющихся карт. И вот, на восемьдесят шестой день похода, когда уже среди команды начали ходить недовольные разговоры и косые взгляды стали падать на капитана всё чаще, смотрящий крикнул заветное «Земля!».

Команды обоих парусников выбежали на палубы полюбоваться на берег. Это оказался огромных размеров остров - его края расходились на юг и север до самого горизонта и терялись из вида. На то, чтобы обойти его по береговой линии ушла почти неделя. Путешественники пополнили запасы воды, наловили дичи, набрали фруктов, но не обнаружили на побережье ни одного поселения. Нанеся остров на карту, они встали перед выбором, плыть дальше на запад или разворачиваться. К одному мнению они не пришли, поэтому решили сперва детально обследовать остров в глубину и потом уже принимать окончательное решение. И что бы вы думали? Остров оказался обитаемым. На нем жили мои соплеменники - сумеречные эльфы. И даже, невиданное дело, не по одиночке, а семьями. Каждое поселение, однако, не превышало по численности десятка-дюжины жителей. Из тех немногих разговоров, что удалось завязать с местными жителями, выходило, что обитатели острова - участники Исхода, так мой народ называет переселение, которое отчаявшиеся предки предприняли ещё в те времена, когда не было единого мнения, как эти самые времена исчислять. Ни о существовании Большой Земли на далёком от них востоке, ни о множестве рас и народов, населяющих её, они ничего и не знали. Они так и жили на острове всё то время, которое отделяло их от высадки на нем их предков.

На вопросы о том, почему островитяне не живут одной группой со своими соплеменниками, те лишь отмахнулись, ссылаясь на какие-то старые обиды, однако участникам экспедиции все же удалось выяснить, что когда-то в обществе произошел раскол, в результате которого жители разделились на кланы. Причём открытой вражды между ними не было, и два случайно встретившихся охотника вполне могли поздороваться и пойти дальше по своим делам. Так что, как видите, история этого вопроса лежит вовсе не на поверхности и копаться в ней сложно. За века одиночество вошло в привычку. Разве что ходит одна история, что однажды один из кланов предпринял попытку уплыть на запад. Построили они какую-никакую лодку, да и уплыли. Больше про них никто ничего не слышал. - разводя руками закончил рассказ маг.

- И что случилось дальше? - добавил Жо-Ра.

- Ты о чём? - не понял вопроса некромант.

- Ну, что было дальше с теми моряками и твоими сородичами с острова? - уточнил магнон.

- А, вы об этом. Путешественники обследовали остров, выяснили, что проживают на нем почти две тысячи жителей и кроме экзотических фруктов ничего особо ценного на нем нет, после чего, посовещавшись, решили, что для этого похода они и так сделали немало, и что можно уже отправляться домой. А дальше случилось ещё одно интересное событие. Чтобы подтвердить свою находку, капитан стал предлагать отдельным жителям уплыть вместе с ним, но неожиданно на его предложение откликнулись сразу три клана. Однако узнав, что корабля всего два, одна семья передумала. Две другие принципиально разместились на разных кораблях, и экспедиция взяла курс на Миртсдану, откуда она и вышла.

Спустя месяц пути экспедиция попала в шторм, корабли потеряли друг друга из вида и один из них затонул. Второе судно предприняло попытку найти и спасти своих товарищей, но они нашли лишь пять моряков, да выловили столько же уже мёртвых тел. Ни одного переселенца живого или мертвого найти не удалось. Оставшийся парусник благополучно дошёл до дома, командование и экипаж получили огромные вознаграждения и почёт за проделанную работу. Шутка ли, по отдельному направлению расширить границы карты почти вдвое. Прибывшая с ними семья была представлена тогдашнему Императору, который приветствовал их от лица жителей Большой земли и предложил им чувствовать себя здесь как дома. Те пожили в столице около года, а потом куда-то уехали. Больше я про них ничего не знаю, равно как и про другие экспедиции на запад…

- А их больше и не было... - глухо раздалось из коридора.

Трое переглянулись, но не успели ничего сказать, как уже послышался голос надсмотрщика.

- Разговоры между камерами запрещены! Эй, вы! Живо заткнитесь, или я вам окна позакрываю! - грозно рявкнул юнец, на что Харадморт лишь ухмыльнулся. Быть может угроза и подействовала на кого другого, но точно не на дроу.

- Пасть свою закрой, щенок! Надоел уже лаять, - огрызнулся голос из камеры напротив.

Харадморт вмиг оказался у окошка и потому успел разглядеть в противоположном лицо запертого там пленника прежде, чем тюремщик захлопнул его, сдержав своё слово.

- Следите за языком и не подходите к двери, если к ней подхожу я или кто-либо ещё. А то и вам свет перекрою, - Тюремщик погрозил кулаком в соседнюю дверь в подтверждение серьезности своих намерений и вернулся на табурет.

- Вот же засранец, - с недовольным лицом сказал повернувшийся к приятелям дроу. - Не дал пообщаться. Ему-то какая разница? Нас всех тут уже утром не будет, а разговаривать с ним мы всё равно начнём, как только выйдем из камер. Всё настроение испортил. Тьфу! - И дроу в сердцах плюнул на пол камеры.

- Ну, значит потом и познакомимся с этим парнем, и поболтаем, если он того захочет, - успокоил товарища развалившийся на полу магнон. - Ты же сам сказал, что случится это уже скоро. А пока есть время и минимум посторонних ушей, можно продолжить разговор. - И Жо-Ра подмигнул Неверриту.

- Кстати, да! - оживился дроу и вернулся на своё место на подстилке, - Мне, например, жутко интересно как вообще живому существу может прийти в голову идея заниматься некромантией? - И он выжидающе уставился на закатника.

- Да, расскажи, я бы тоже послушал эту историю с удовольствием, - Поддержал товарища великан и устроился поудобнее.

Некромант лишь усмехнулся в ответ.

- Так дело не пойдет. Обо мне вы уже знаете достаточно. Я учился в Баттендорфе. Могу уточнить, что обучение это длилось четыре года и всё это время я, как и большинство учеников, не покидал территорию университета. Сами понимаете, не всё из того, что я там увидел, я могу или хочу рассказывать. А вот чем занимались вы до вашего знакомства в гномской экспедиции? Мне тоже было бы очень интересно про это послушать. Например, вот ты, Жо-Ра. Ведь твой народ - сплошь отшельники и одиночки ещё похлеще моего!

- Да ну, скажешь тоже отшельники… - великан усмехнулся, - хотя и отшельники тоже бывают. У нас всё проще, чем у остальных существ, с одной стороны. И сложнее с другой… Хм-хм-хмм… Мы самой природой созданы для одиночного самодостаточного существования. У тех же сумеречных эльфов, да и у кого-угодно, жизнь делится на жизнь для себя и жизнь для кого-то. Уделяешь внимание работе – будь добр, обдели вниманием семью. Видишь, что с женой ругаешься постоянно – проводи больше времени дома, решай проблемы там. Не хочешь вообще семью заводить? Да и плюнь на неё, живи, как хочешь. Только сдохнешь ты в одиночестве, не оставив потомства – считай, что и не жил вовсе, не было тебя… И не только с семьёй так, а со всем окружением родственников. Короче, сложно всё в этих ваших отношениях с себе подобными.

У нас же всё по-другому. Живём мы долго, подольше многих. Знавал я одного сородича, он отары овец по Белой степи гоняет, ему тогда четвертый век к концу подходил. Смеётся, дескать, следит, чтоб голов в стаде было не меньше, чем ему лет. Я когда уходил от него дальше на север, проводил его дитя до Тыштеп-Алы. Пристроил там в кожевенную подмастерьем. Десять лет исполнилось малому, он и ушёл свою жизнь строить. Шестое или седьмое дитя было этого у пастуха.

- Погоди, так, а дети-то у вас как появляются? – с недоумением спросил дроу.

- В том-то и хитрость, дружище, что нам для этого второй магнон не нужен. Просто в какой-то момент времени приходит понимание, что в тебе начинает появляться новый магнон. И так за жизнь происходит несколько раз. Перерывы между рождениями бывают разные, но первое обычно не бывает раньше восьмидесяти-девяноста лет. Когда магнон проживает свой первый век, родить он к тому времени уже должен. Хотя бывают и исключения.

- А тебе больше ста лет или ещё нет? – настороженно спросил Неверрит.

- Мне почти сто двадцать лет, и я уже дал этому миру одного магнона.

Эльфы переглянулись, а Харадморт озвучил вопрос, как ему показалось, интересующий и Неверрита.

- И когда от тебя можно ждать второго?

- Точно сказать нельзя. Думаю, никак не меньше десяти лет есть ещё в запасе. Потом, когда придёт время, вроде как усталость и задумчивость появятся. Расхочется путешествовать, более осторожным начну быть, на осёдлость потянет. Это значит – пора. Обустройством жилища на следующие десять-пятнадцать лет займусь. А само зарождение ещё через года два-три начнётся, когда организм почувствует, что внешние условия подходят, и продолжится почти год. Особо возиться-нянчиться с новым магноном не требуется. Пуповину резать не надо – появляется он в виде яйца. В полгода он уже сам ест и ходит. В год начинает разговаривать, понимает, что опасно, что нет. Редко когда со старшим остаётся после десятилетнего возраста. Мой, например, в восемь лет в Виар-Туннипе остался грамоте учиться. Сам-то я до сих пор не удосужился толком письменность освоить, так, с пятого на десятое читаю. А этот науку решил осваивать, ум пытливый. Весь в меня. Хороший магнон получился, славный!

По расплывшейся физиономии Жо-Ры было видно, что он испытывает за этот факт чувство немалой гордости. Как любой мастеровой гордится, когда своими руками создаёт что-то стоящее и правильное.

- А как ты его назвал? – осведомился дроу.

- У нас и с именами всё проще, чем у многих. Первая часть имени – то, что выбираешь себе сам. Вторая – что выбрал себе твой родитель. Моё дитя зовут Юд-Жо, а родителя – Ра-Мон. Потому-то я и Жо-Ра.

- Ладно, что мы всё про детей, да про детей, - сменил тему некромант, - изначально-то я хотел спросить про то, чем ты занимался и в каких краях?

Лицо великана, сияющее от разговора о потомстве, слегка потускнело. Он вздохнул.

- Да много чем занимался. Родился я на далёком юге, на узогских рудниках. Там мой родитель таскал брёвна на каменоломне. Обычным-то работягам потомство там не светит. Он получил двадцать лет за то, что купца на базаре приложил по башке пятернёй, а тот и окочурился. На шестой год родителю бревном ноги перешибло, и он ходить перестал надолго. Кого б другого прибили да забыли, да только силы у магнонов в руках ого-го! – потряс руками Жо. - Ну и решили его на подсобное хозяйство перевести и дальше он в мастерских трудился, правил горняцкий инструмент. Там уж полегче жить было, поэтому я на девятый год заточения и появился. Шесть лет там с Ра-Моном проработал подмастерьем. Потом хворь его моровая свалила, умер он. А я ушёл. На меня-то его наказание не распространялось. С его предсмертных слов выходило, что был я у него третьим потомком.

Ничего общего с людьми я первое время иметь не хотел, да и разговоры про суровый северный быт и климат меня пугали. Потому решил на восток двинуть, в степи. Там ещё войны за их разделение не отгремели, и степь была общая. Попал к вольным хазголам. Сначала как пленник, потом, когда десять лет исполнилось, сделали равным. Первое время караваны потрошили. Не вырезали их, а именно давали понять, кто на этих землях главный. Ведь мы же следили и за тем, чтобы на запад не прорвались обитатели Чёрных Земель – кланы гноллов с тенноками и вся орочья порода. Уж те-то караваны перебивали насмерть в своё время, а то и съедали караванщиков, что пожирнее… Вот же славное было времечко – Белая Степь крепла, становилась. Её народы всем окружающим давали понять, что считаться с ними стоит, и что зеленокожие им хоть и родня, но не товарищи. Почитай полвека я в степном разъезде пробыл, пока старейшины семи старших племён вольных хазголов с Алазаром мир не подписали.

- Это кто ещё такой? – Харадморт про устройство жизни наверху в целом, и на далёком отсюда юге в частности, знал весьма мало.

- Это не кто, а что, - с усердием разъяснял магнон, - Алазар - это объединение городов, земель и племён, окружённых Великой Рекой Эреа-Диной с севера и запада, Белой Степью, а тогда ещё просто Степью, с востока и Алмазными Горами Солганом с городом Узог и его землями с юга.

Когда на степном тракте, разделяющем Алазар и Белую Степь, стало относительно спокойно, я стал интересоваться жизнью за пределами племени, в котором, кроме меня и хазголов, к тому времени были уже и другие народности. Помнится, к нам прибился даже один дэв по имени Шуйбул. В западных землях за рекой про них вообще мало кто знает. Народы Алазара сторонятся их, считая по старым поверьям злой нечистью, чуть ли не к порождениям Хаоса приравнивают. На самом же деле это очень древний народ, живущий в степях и пустынях. В наши дни, к сожалению, уже почти вымерший. Шуйбул, кстати, дал мне в дорогу вот этот артефакт, - Жо продемонстрировал приятелям браслет из бурого камня очень грубой обработки на правом запястье. Массивный браслет плотно сидел на руке магнона, он был определённо выточен из цельного куска породы волокнистой структуры, причём волокна образовывали кольца. Ни один из эльфов ничего подобного ранее не видел.

- Он сказал, что этот камень называется Жила Земли. Как он мне его на руку натянул я так и не понял. Камень сначала стал мягким в его руках, а оказавшись на мне, опять затвердел. С тех пор вроде как силы у меня прибавилось. Сам почувствовал… В общем, простившись с племенем, я отправился обратно в Узог. Там, судя по слухам, полным ходом шла какая-то колоссальная затяжная стройка. И мои ожидания оправдались. На той стройке я пробыл почти пятнадцать лет, работая и землекопом, и носильщиком, а закончил её помощником землемера.

-Ты строил канал? - удивленно спросил чародей.

-Какой канал? - зло вмешался Харадморт, которого бесила привычка спутников обсуждать неизвестные ему темы.

-Дело в том, что благодаря Алмазные копям, Узог весьма богатый город. Он расположен на берегу красивейшего горного озера с каким-то длинным названием, которого я так и не смог запомнить. От города до моря не меньше недели верхового пути. Так они решили соединить это озеро с морем, построив грандиозный канал с системой сложнейших шлюзов, таким образом, что теперь до города можно добраться прямо на корабле за четыре дня. Заодно прилегающие земли стали обрастать системами мелиорации или, проще говоря, водой для полива растений. Когда я только туда прибыл, я застал гудящий и смердящий муравейник из тысяч рабочих, копошащихся посреди пустыни в гигантской канаве. А покидал Узог я уже на борту корабля, идущего в окружении естественных зелёных стен. Это берега канала обсадили всевозможными деревьями для укрепления. А какие плоды они начали давать?! Ух, - зажмурился от воспоминания магнон и продолжил. - А тем, кто шел по сухопутному тракту они дарили приятную прохладу и защиту от удушающего песчаного ветра с юго-востока. К слову сказать, именно на той стройке я впервые встретился с другими магнонами после Ра-Мона. Общение с ними меня сильно подбодрило и убедило, что я всё в жизни делаю правильно…

А ещё там я познакомился с гномами, уроженцами Тагазз-Кхижра. Их было под сотню, все грамотные и толковые, а уж какие усердные парни, уму непостижимо. Они там были в качестве инженеров и вообще руководителей. Вся задумка и схема канала с системами водоснабжения прилегающих полей под земледелие принадлежала им. Это они сами всё продумали, просчитали, да и предложили правителю Узога. И тот пришёл от идеи в восторг. По окончании строительства, а уложились они, кстати, в обещанные двадцать лет, отблагодарил их так щедро, что даже никто толком и не знает, как именно. Да вот только этой платой гномы остались довольны, а это говорит о многом, поверьте. Последний год я там с ними и проходил – таскал их измерительные приборы, а некоторыми даже научился пользоваться. И когда они уплывали в свои родные северные земли, то позвали меня с собой как полезного работника. Уже в пути они раскрыли мне свои замыслы, касаемо всей этой суеты с узогским каналом. Они, гномы, отработали на практике технологию тех самых шлюзов, построив модель за средства заказчика. Внесли кое-какие изменения и поправки в конструкцию для дальнейшего применения. А за всю работу получили такую плату, что её с лихвой хватит на восстановление их родного дома. Представляешь, какие хитрецы! За чужой счет все наработки опробовали и деньги за это взяли. Я с ними тогда до Гарзак-Дула добрался, там прожил несколько лет, да снова странствовать начал. Только уже больше пяти лет нигде не задерживался, да и то лишь тогда, когда место было уж совсем интересное. Как, например, Зархеп-Дул, Медянка. Постепенно, забирая к югу, двигался через Миртсдану снова в Узог. Мои старые знакомые гномы-инженеры, опять затеяли какую-то грандиозную стройку в Узоге. Хотя, многих из них уже не было в живых и работали уже их сыновья. В суть очередного проекта я особо не вникал, был доверенным носильщиком и помощником при одном гноме-начальнике. Умысел проекта был тот же, что и в предыдущий раз – опробовать на практике очередные свои разработки, чтобы потом применить их у себя, да ещё и не потратить на это самим ни одной медной монеты. Закончив этот проект, гномы отправились в Виар-Туннип, чтобы почти год проторчать в тамошних академиях да мастерских. В сами эти места меня редко брали, в основном оставляли в цеху, что находится в гномском квартале этого удивительнейшего города на воде. Часть рабочих, и я с ними, трудились в помещении шагов сорок на шестьдесят, заставленном механизмами, чертёжными столами, материалами и ещё многим таким, чему я и названия-то не знаю. Другого такого места я нигде больше не видел… Собранный механизм получился локтей пятнадцать в высоту, столько же в ширину, и не менее сорока локтей в длину, как я прикинул. Что внутри - не разобрать. Заколочено досками, замотано холстом, накрыто тентом. Его погрузили на баржу на магической тяге…

- Чегооо? – хором недоумённо спросили эльфы.

- Ну… Тонкостей этого метода я толком не разобрал. Тебе, Неверрит, это должно быть понятнее, как магу. Короче, в случае с большим речным судном, идущим вверх по течению, да ещё и с грузом, потребовалось шесть магов. Работали они тройками. Каждый колдует что-то своё, и в итоге судно перестаёт сносить течением, оно существенно уменьшает осадку, а паруса наполняются ветром, дующим в нужном направлении. Как-то так. Гномы называют этот приём «судно на магической тяге».

До Альтсбурга мы дошли за десять дней.

- Ого! – округлив глаза, изумился некромант.

- Да-да, я же говорю, метод очень эффективный, - закивал головой Жо, - правда, на магов, после дня пятого пути, смотреть было страшно - выжатые, как сухофрукты. В две смены по шесть часов работали, вокруг них аж воздух трещал, с головы до ног амулетами разными увешались, из-за них только и вынесли такие нагрузки. Так и обходится такой способ перевозки не дёшево, ведь за рейс от Виар-Туннипа до Альтсбурга тратится огромное количество магической силы.

В общем, команда тогда в порту на отдых встала. Им потом дальше вверх по течению ещё идти надо было до самого Тарска, а я с тремя десятками тагаззских учёных, их отчётами и чертежами в Гарзак-Дул отправился. Это было в марте этого года. Всю весну они чего-то всё считали и чертили, искали ошибки какие-то. В их мастерской в Гарзак-Дуле на всю стену висит огромный лист бумаги. Это даже не карта, а чертёж, на который нанесены наверное все подземелья Железного Кряжа! Я его тогда как увидел, у меня аж голова закружилась. Как же, думаю, эти горы ещё стоят и не провалились, когда под ними столько пустоты!

Всё лето шла подготовка к экспедиции. Собрались быстро, потому и выдвинулись раньше намеченного, в начале августа и не застали новостей о случившемся в Вольфсдале несчастье. Ну, а дальше я уже рассказывал, друзья, что да как было. А этот даже лично видел, - магнон по-дружески толкнул Харадморта локтем. Тот улыбнулся и кивнул соглашаясь.

- Так что, теперь вы про меня почти все знаете, - сказал Жо-Ра. - Да и я с радостью перебрал в голове приятные воспоминания. А неприятные, думаю, вам ни к чему. Как я полгода в тюрьме Миртсданы просидел по ложному обвинению. Как заблудился в степи, попал в плен к гноллам и проторчал там почти год. Много всякого было, обошлось, да и ладно!

Эльфы смотрели на великана с нескрываемым уважением. Неверрит же сказал вслух.

- Да уж, немало ты всего интересного повстречал на своём пути. А я, за свои неполные сорок лет, даже на левом берегу Эреа-Дины ни разу не побывал…

- Так я и знал, что среди всех тут самый младший, - недовольно покачал головой дроу.

- А сколько тебе? – спросил маг.

- Тридцать с небольшим, - неопределённо ответил Харадморт.

- Харад, а ты что-нибудь про себя поведать не хочешь? Ну, или хотя бы о жизни своего народа, если личные воспоминания доставляют тебе печаль, - доверительным тоном спросил Неверрит. - Я, вот, например, очень мало чего знаю про вашу историю и обычаи.

Какое-то время в камере стояла полная тишина. Закатник и магнон ждали ответа от дроу, тот, кусая губу, смотрел на свои сапоги.

- Легенды говорите… Ну, ладно. Родиной моего народа считаются земли, лежащие к востоку от Железных Гор. Мы жили там в те времена, когда на месте всего вашего Хифлума были заливные луга, по которым спокойно кочевали орды младших драконов, когда гномы сидели по своим крохотным ещё пещеркам, лишь начиная осваивать горное дело, а с запада не приплывали ещё никакие закатные эльфы. Эреа-Дина была едва ли шире версты в своём устье, а её исток терялся в сердце леса, название которого и дневные-то эльфы теперь не вспомнят. Они тогда ещё, кстати, не затеяли раздор, разделившись на, собственно, дневных, которые присвоили себе гордое имя «высшие», лесных и степных. Интересное отношение к своим родственникам, не правда ли? Сначала удачно обложить соседа уймой всевозможных запретов, в свою очередь пользуясь общими достижениями, а потом назвать себя «высшими» и начать глумливо тыкать пальцем в соседа, приговаривая: «Дикарь, прислуга и позор эльфийской крови!».

Так вот, на востоке за Саратиновыми Горами…

- Это где такие? – Наморщил лоб и покосился на приятеля Жо-Ра, впервые услышав такое название.

- А ты не перебивай и узнаешь. Саратиновые Горы - исконный дом Чёрных гномов, добывающих чёрный металл – саратин. Судя по твоим рассказам, ты хороший друг гномов, а не знаешь, сколько их родов было изначально? Откуда они вышли и почему назвались цветами семи основных металлов? – ошарашил слушателей Харадморт.

Неверрит застыл в удивлении, магнон коротко покачал головой, признавая неведение.

-Ясно. Неучи! Мой народ находится в изоляции от внешнего мира очень долгое время, именно поэтому мы не поддались общему помешательству наземников и сохранили знания о настолько древних событиях, что вам наверху они могут показаться дикими, нереальными или бесполезными. Как, например, предание о том, как появились гномы. Сейчас упомяну лишь о том, что в мире исчезли такие металлы как идилий и мифрил. Да, изделия из них ещё есть, а вот добывать и обрабатывать уже некому. Зелёные и синие гномы выродились. Жёлтых перебили и о них более ничего не известно. Скорее всего ещё где-то остались – золото же никуда не делось. Железный Кряж и Медный Кряж живут и здравствуют, потому-то железа с медью в изобилии. С белыми гномами история запутанная, но с серебром во внешнем мире тоже порядок. Кстати, в Алмазных горах ты, магнон, должен был видеть белокурых бородатых карликов, а горы Судьбы носят свое нынешнее название всего несколько веков. Вместе они раньше назывались Серебряным Кряжем.

- Да, что-то такое я слышал… - тихо, чтоб не перебить рассказчика, подтвердил магнон.

- А ещё есть такой металл саратин, - продолжил Харадморт. - Он чёрный. И город есть у них свой даже. В смысле, у чёрных гномов. Куздул-Кхем. С ним тоже история мутная, но он пока ещё есть…

- Интересный вы народ, так любите зубы заговаривать, - опять перебил рассказчика магнон. - Мы просили про дроу рассказать, а ты поведал нам столько всего действительно интересного про историю народов гномов и всех эльфов… Кроме эльфов-дроу!

Харадморт покосился на него с раздражением.

- А кто меня про эти чёртовы Саратиновые горы перебил вопросом?

Жо поднял ладони

- Извини, приятель, продолжай. Мы слушаем.

- Спасибо… - съерничал дроу, но продолжил. - Саратиновые горы начинаются от водопада Тарска и простираются на восток и юго-восток. С запада они граничат с эльфийским лесом, ныне разделённым рекой на две части, с юга подпирают степи, а с севера отроги Карак-Кхема, как его называют гномы, спускаясь в закрытую горами долину. До чего же там было здорово в своё время! По крайней мере, если верить преданиям. Тепло давала сама земля, обильно источая из своих недр горячий пар и воду. Это не то, что выжигающее до мёртвой пустыни всё живое беспощадное южное солнце. Там преющие под ногами растения давали такой перегной, что выращивать можно было вообще всё! Только посади растение на нужной высоте склона. Ведь поднимись в летний месяц в горы на версту и можешь там замёрзнуть без тёплой одежды. Это ж на широте Вольфсдаля, только мягкого морского климата нет – Железные горы всё перекрывают.

В этой долине и жил когда-то мой народ. Дроу. Чёрные эльфы. Эльфы ночи. Тогда нас так прозвали из-за полярной зимней ночи, что властвовала в долине около трёх, четырёх месяцев в году.

С запада нашими соседями были серые гномы Железных гор, с юга – чёрные гномы Саратиновых. С севера необитаемые и непроходимые отроги, названия которых не сохранились. А вот с востока было лишь плоскогорье, которое однажды и решено было пересечь, чтобы разведать земли за ним… Описание местности, открывшейся за этим плато, не успели даже составить. Причина в том, что обитало в тех краях нечто такое, с чем ранее не сталкивался ни один народ. Неизвестны и причины, по которым оно ранее пребывало в покое, а потом решило распространиться по миру… Зато известны последствия этого прорыва с востока.

Это случилось тогда, когда гномы под землёй уже прилично расширились. Только-только был воздвигнут Кхем-Дул. Вторгшиеся с востока твари снесли его врата и уничтожили большую часть саратинового народа. Остатки же их, подземными ходами бежали к своим железным братьям. Тем временем в Долине Ночи мужчины моего народа не жалели жизней и прикрывали бегство женщин и детей на запад, тоже к гномам Железных гор. Но те оказались, к сожалению, не самыми сердобольными и отзывчивыми соседями. Произошла отчаянная бойня, в результате которой был отбит восточный гарнизон, который тут же заняли чёрные гномы и мы - дроу. Два народа быстро превратили этот бастион в единственный оплот, против напирающего неприятеля. Железные гномы поломались-поломались, но в итоге поняли, что пришла большая беда и смирились с таким положением дел, а позже тоже включились в работу. Осталось только решить проблему подземного коридора, соединяющего Железный и Саратиновый кряжи. Сначала там соорудили на скорую руку завал, но обитателям Железных гор этого показалось недостаточно, и начались работы по затоплению Саратиновых подземелий. Продолжалось это всё несколько десятилетий, а в итоге, вам наверняка это известно, гномы соединили русло Эриа Дина с подземельями и Долина Ночи превратилась в запруду-водосборник. Из-за сотрудничества с дроу там потом ещё и гномы между собой переругались, но это уже совсем другая история… Мы же начали жизнь с чистого листа. Поселившимся в подземельях чернокожим беженцам отдали под расселение самые нижние уровни Железных Гор. Город наш располагался южнее подземного тракта, соединяющего Гарзак-Дул и Куздул-Кхем, ближе к Тарске, но намного ниже ярусом. Непривычным было почти всё вокруг, но получилось то, что получилось. А так как в народе почти не осталось мужчин, женщинам пришлось взять управление в свои руки. Вот и получилось, что где-то глубоко-глубоко под землёй живёт народ, не похожий ни на один другой ни внешне, ни внутренне. И увы, от междоусобиц не застрахован никто, мы в том числе. Бывали периоды, когда власть матрон свергалась и правление осуществлялось либо главенствующим мужчиной, либо, в случае, если явного лидера не было, а его выяснение могло привести к совсем уж жестокой резне, власть отдавали в руки совету старейшин нескольких сильных домов. Всякое бывало. К примеру, полторы сотни лет назад один дом был изгнан под угрозой его полного истребления. Они ушли в Саратиновые подземелья надземной дорогой и до сих пор их дальнейшая судьба неизвестна. А более полувека назад пятью крупными домами было принято решение основать новый город, в котором будет править совет глав домов, состоящий из мужчин. Возглавил переселение Филатар Зауар, приведший тех из дроу, что пошли за ним, в северные отроги Железных гор. В его честь назвали полис - Зауарран, а также дали право первого голоса в Совете. Кроме пяти домов, ушедших искать новой жизни почти в полном составе, были также и подданные других домов, в основном более мелких, сбежавшие от своих родичей или покровителей. К таковым принадлежали и мои родители…

Дроу замолчал. Товарищи не решались перебивать его вопросами, и тишина провисела в комнате несколько минут, прежде чем рассказчик, поразмыслив над чем-то, продолжил.

- Спокойная жизнь продлилась недолго, три десятилетия. У Филатара не было сыновей, и после его кончины место в Совете досталось его единственной дочери Алдуайер. С той поры возвращение матриархата стало лишь вопросом времени…

Харадморт опять прервал свой рассказ, встал с тюфяка, попытался пройтись по камере, но та, и без того тесная, была по большей части занята развалившимся великаном. Так что он подошёл к двери, облокотился на неё и уставился в окошко.

Неверрит что-то вспомнил и решился-таки на вопрос.

- Подожди, во время разговора с инквизитором ты сказал, что был сиротой и прислуживал дому… Арабар, кажется? Твою семью эти перемены не обошли стороной, и ты стал помощником аптекаря?

Харадморт взглянул на эльфа, потом на магнона и кивнул головой.

- Да, так оно и случилось. А через какое-то время не смог терпеть дальше насмешки и придирки в свой адрес и сбежал из полиса.

- Ясно, - с сочувствием произнёс закатный эльф и покачал головой. - Видимо, теперь мой черёд продолжить рассказ. Отца своего я никогда не знал, а мать…

Но тут в дверь тюремщика постучали, и дроу жестом показал магу повременить с рассказом, а сам немного отстранился от окошка, чтобы его не было заметно из коридора, и продолжил наблюдать за происходящим снаружи.

- Кто там? – спросил тюремщик и, видимо, получив ответ, принялся открывать замок висящими на поясной связке ключами.

Зашли трое. Два крепкого вида стражника и третий знахарь, лекарь или кто-то вроде того, он сообщил охраннику, что прибыл провести осмотр отправляющихся сегодня на север заключённых и протянул ему свёрнутую в трубку бумагу.

Ключник внимательно изучил распоряжение, вернул его лекарю и указал рукой в конец коридора.

- Тут всего четверо. Один в конце налево, но в нём здоровья, как в медведе, да и буйный он. И ещё трое напротив него справа. Вот те могут быть тебе интересны. У одного нога перевязана… - начал объяснения тюремщик, запирая входную дверь.

Лекарь, выслушал, жестом показал вести его, и все четверо направились к камере налётчиков. Дроу быстро отскочил от двери и занял своё место на подстилке.

Лязгнул засов, лекарь со свитой зашли внутрь. Лекарь бегло осмотрел рану Харадморта, намазал схватившуюся уже корку на ране совсем уж зловонной мазью, сменил повязку, сказал, что по Вольфсдалю пациент будет уже спокойненько бегать и прыгать. Потом осмотрев закатника и магнона, лекарь остался ими доволен и, угостив всех напоследок какой-то микстурой, удалился в камеру напротив. Там лекарь поинтересовался о самочувствии, в ответ на бранные высказывания в свой адрес сделал вывод, что узник в прекрасном здравии, и делегация не стала дослушивать до конца тираду проклятий, а покинула подземелье, предупредив, что в полночь за узниками придут конвоиры.

- Слышали? Скоро за вами придут. Всем отдыхать. Кончайте там свои базары в камере! – Подвёл итог визита ключник, закрыв за гостями дверь.

Неверрит обвёл друзей взглядом, как бы спрашивая – продолжать ему начатый рассказ или последовать совету стражника?

Жо-Ра вместо ответа зевнул, удивлённо глядя на друзей.

- Видимо микстура какая-то… сонная. Ладно, потом расскажешь. Время в дороге ещё будет. Лучше, действительно, поспать, а то неизвестно ещё что там за колонна и что за народ в попутчиках окажется, - И магнон отвернулся к стене.

- Ну, как вам угодно, - пожал плечами маг и стал тесниться на своей подстилке, освобождая место Харадморту, который тут же, зевая, улёгся.

- Слушай, Харик, всё хотел спросить. А зачем ты сегодня так настойчиво упоминал, что мы не были знакомы до случившегося в таверне?

- А что тут непонятного? Если кому-то и светило за это побоище казнь, так это нам с Жо. Ты-то без нас действительно переночевал бы там спокойно и двинул дальше по своим делам. Тем более, что они у тебя от Гильдии Магов. А если бы этот старый хрыч упёрся, я бы и сказал, что ты там никого и не убивал вовсе, а всё мы со здоровяком учудили. Ты бы тогда штрафом или какой другой ерундой, отделался, да и жил бы себе дальше, - дроу протяжно и глубоко зевнул, - Спи давай, труподей…

- Ммм… Ну, это… Спасибо… - поблагодарил его удивлённый маг.

- Да на здоровье. Должен будешь.

И камера наполнилась сопеньем, а вскоре и храпом.