История обезумевшего Создателя

Пролог.

Зимнее утро, на самом краю плато Ледяных Ветров, посреди крошева из стали и плоти, стоял недвижимый силуэт воина. Некогда красивейшие доспехи были густо залиты кровью, один из его наплечников отвалился, а тут и там можно было разглядеть в пластинах брони небольшие прорехи. Плащ свисал жалкими лоскутами за его широкой спиной и на ткани едва ли можно было разглядеть герб Нивриса.

Покорёженные части брони и тел были разбросаны повсюду. Своей сутью заполнив собой всю поверхность, некогда заснеженной и мёрзлой земли. Холодный, ледяной ветер за эту ночь сменился жаром и душной гарью. Куда ни глянь, трупы и почва под ними были полностью обуглены, где-то, совсем вдалеке, горели деревянные постройки, сделанные наспех и ещё не успевшие рухнуть под собственным весом. Каменные, ледяные и кристаллические изваяния, кои использовали маги обоих сторон для сражения, высились над полем боя. Некоторые из них были надломлены, их части лежали неподалёку, кое-где придавив зазевавшихся противников, некоторые взорваны, на каких-то из них нанизаны остатки тел, на видимых мечнику лицах и мордах застыли гримасы ужаса и боли. Но воин уже давно перестал обращать внимание на царящую разруху вокруг, вместо этого не отрываясь смотря на ненавистного Врага, который медленно, но неумолимо ступал по его душу.

Сложно сказать, почему он почти ничего не чувствовал в этот момент: помогло ли блестящее самообладание, сильный внутренний стержень, или же он просто решил ограничить собственное, покрытое рваными ранами "Я", от всей той бессмысленной и непонятной жестокости, что виднелась вокруг. Единственное, что занимало его мысли, были искусно выкованный клинок собственной работы, что даже не затупился во время сражения с бесчисленным количеством врагов и верный, уже проверенный в сотнях сражениях щит. Ему больше нечего терять, кроме своей жизни: эти твари уничтожили всё, что он любил, и чем только дорожил. В его мире, что в считанные дни был полностью разрушен, на одиноком клочке земли, что стал полыхающим пепелищем из-за демонических легионов, лишь одно для него теперь имело значение, и это: месть.

Месть? Мог ли молодой создатель предполагать, что всего за несколько жалких дней смыслом его жизни станет именно она? Конечно нет. Этому даже не было никаких предпосылок. В один момент, всё просто сгорело по прихоти, скорее всего, именно этого кровожадного существа. Того, что прямо сейчас идёт сюда, собираясь забрать последнюю, самую желанную для него жизнь.

Небо давно сменило свой привычный окрас на черный, будто бы в знак скорби по земле, ныне окрашенной кровью сотен миллионов живых существ, после только что проигранной генеральной битвы. Ели, кустарники, и прочая растительность, что по счастливой случайности не были сметены и растоптаны, горели, а пепел от них, возносился ввысь, падая вместо недавнего снега. Чёрные дымные тучи от горящей травы и плоти неслись по небу, закрывая яркое солнце кроваво-алого рассвета.

В какой-то миг, по всей округе начал раздаваться оглушительный вой тысячи горнов, что, казалось, сотрясал небеса, и после которого в действительности содрогнулась земля от поступи бесчисленных армий. Мириады безобразных существ, самых различных форм и размеров, закованные в черную сталь, шли толстой размазанной цепью где-то далеко внизу высокого плато. А держали они свой путь к большим желчного цвета вратам, из которых не так давно и появились в этих землях. Воин заметил, что демоны трубили каждый раз, когда выполняли поставленную им задачу, но в этот раз, звуки горна были слышны отовсюду. Должно быть, сердце его мира — столичный город Ниврис, только что был окончательно разрушен. Больше не было сомнений, он — всё, что осталось от его прежнего дома.

Затерялся в какофонии прочих звуков полный ярости выдох воина, будто выпускающий из себя всю злость и... что-то важное, человеческое, в пустоту. Он с каждым мгновением становился походить на грозное, казалось даже, первобытное рычание хищника, готового тотчас рвануться вперёд и разорвать свою добычу. Отродья завершили наверняка не первый свой поход, насытившись кровью и плотью чужого, невинного мира. Сердце безымянного создателя более не было наполнено злостью и гневом, нет, его переполнила безудержная ярость, выплёскивающаяся через край привычной незыблемости и ледяного спокойствия, жаждущая всем своим существом точно того же, что и его враги: крови и плоти. Будь демонов напротив него в десятки, сотни, тысячи раз больше и может, у него на время вышло бы утолить хотя бы малую толику этой нескончаемой жажды. Но к его сожалению, сейчас впереди лишь один.

Демон, медленно идущий вдалеке слишком сильно напоминал молодому богу маленький, по меркам демонов и богов, человеческий силуэт. Когда тот подошёл чуть ближе, остатки сознания воина, стали отмечать детали, что сразу бросались в глаза: худое, но в то же время сильное тело; уверенный, но расслабленный шаг; чёрная мантия, развивающаяся на ветру; cтранного вида строгий костюм, проглядывающийся из-под неё; маска с безупречным, невиданной ранее красоты рисунком, скрывавшая лицо. И меч. Тоже чёрный, но эта чернота была... абсолютной, будто бы пространство не выдерживало одного лишь его существования и отказывалось придавать хоть какой-то цвет этой вещи. С каждым его шагом трупы вокруг, и на его пути, странно, можно сказать испуганно, расползались в стороны.

Возможно, это их чемпион или предводитель одной из армий. "Однако странно видеть во главе демонов именно человека." - Это показалось молодому богу верхом абсурда. Тот за всё время не видел среди них людей и уже успел сразиться с несколькими Высшими, что в итоге явно дало понять: расу людей они не прельщают.

Он наконец перестал стоять и ненавистно пялиться на своего врага. Вводя себя в некий боевой транс, чтобы не совсем утонуть в бешенстве, поглощающей его душу, молодой создатель твёрдой поступью направился навстречу необычному человеку. Когда чёрная фигура приблизилась достаточно близко, то остановилась, лениво снимая с головы маску. Это позволило рассмотреть его лицо во всех подробностях. На вид самый обычный человек аристократического происхождения. Выражение лица аристократа в костюме было явно скучающее, и единственное, что выделялось на фоне всего прочего: безжизненные чёрные глаза, внутри которых, вместо зрачков, горели два красных пламени.

— Ну как, нравлюсь? — Его голос звучал столь же безжизненно, как и замерший взгляд, и даже нотка насмешки не сделала его живее. В ответ воин с невероятной скоростью преодолел разделявшее их расстояние, нанося сокрушительный удар с плеча, еле сдерживая безумную жажду разрубить врага на части одним ударом.

— Запомни это лицо, — сказал он, без труда уклоняясь от удара в сторону и ловким движением надевая маску обратно.

Ещё один удар прошёл мимо, открывая возможность для контратаки противника. Чернильный меч сделал один, невероятно быстрый и изящный росчерк намереваясь впиться в плечо воину. Но всё изящество испортил щит, упрямо заблокировавший этот выпад. Руки воина перекрестились из-за такого блока, ему пришлось на секунду отпрянуть от оппонента, но лишь для того, чтобы вновь начать свой натиск.

— Как думаешь, почему я выбрал для разрушения именно твой мир? — Человек злорадно улыбнулся, быстрый, еле различимый взмах мечом снизу вверх чуть не застал воина в расплох. Их мечи скрестились в ударе и это дало возможность человеку договорить всё прямо в лицо своему противнику, но улыбка слезла с его лица, стоило им встретиться взглядами. — Хотя откуда презренному отшельнику знать об этом.

Внезапный, очень наглый удар щитом заставил аристократа слегка попятиться. Из-за этой мимолётной заминки, меч воина молнией рассёк кисть, после чего с яростным упоением проткнул сердце своего Врага. Хлынули первые алые капли в этой дуэли. В ответном, но тщетном замахе кусок черноты вновь был встречен крепким щитом.

— Кха-хаа, давно я не практиковался в ближнем бою. Это будет мне уроком. — Кашляя кровью произнёс человек.

Воин немного нахмурился, не до конца понимая о каких ещё богах он мог говорить, и в ту же секунду человек оказался за его спиной, нанося ещё один удар. Он был столь быстрым, что молодой бог еле успел развернуться на пятках и упасть на колено. Звякнул металл, когда двуручный меч снова был заблокирован. Человек задумчиво хмыкнул, размеренно отходя в сторону. Страшная рана на груди никак не мешала ему сражаться.

Воин, более не желавший терять ни секунды начал контратаку. Из-под подошвы при рывке невероятной скорости вышибло клубы земли, а тела, заполняющие пространство вокруг разлетелись в стороны от мощнейшей ударной волны, освободив не малое пространство для их битвы.

Клинок в его руках вспыхнул алым, и оставляя кровавый росчерк с огромной скорости должен был рассечь зарвавшегося человека от бедра до плеча. Воин вложил в этот удар всю злость и ярость, всю боль и страдания, что заполняли его сердце и его Мир. Человек, всё ещё задумчиво разглядывая своего врага, подставил своё оружие под удар, и как только две противоборствующие силы скрестились, волна огромной мощи начала растекаться вокруг них, вырывая и дробя какое-то немыслимое количество земной тверди.

Не прибегая к особым усилиям Удар Мира был отражён, но за ним последовал ещё один. И ещё. Раз за разом, создавая безумные в своей масштабности воронки в земле и вызывая локальные обвалы по краям плато, человек отражал атаки врага, и в какое-то мгновение ему это наскучило. Сделав несколько шагов назад предводитель легиона проговорил вслух заклятие и взмахом руки обрушил с неба шквал тёмной энергии на своего противника.

Щит засверкал ярким изумрудным светом, возводя и перед, и над молодым богом величественную, несокрушимую преграду. Раздались канонады взрывов, когда энергия тьмы столкнулась с барьером, с каждым разом нанося всё больше ущерба непоколебимой конструкции. Выкрикивая новые слова на непонятном языке, резким движением человек сдёрнул плащ, что тотчас же разорвался вырвавшимися из его спины чернильными щупальцами, состоящими из чистейшей энергии тьмы. Те, врезавшись в магический щит рвали его на лоскуты, сокрушая сильнейшую защитную технику воина за кратчайшие секунды.

Меркнущее на глазах воплощение щита вдруг взорвалось ворохом зелёных искр и полностью пропало, оставшись лишь в воспоминаниях. Сам же щит раскололся надвое в руках героя, после чего тот моментально был отброшен в сторону. Воин буквально со скоростью молнии отпрыгнул в сторону, оставляя за собой белый шлейф, и в этот миг небеса заволоченные дымными тучами издали чудовищный грохот, сравнимых с миллиардами мощнейших взрывов. В облаках, что с каждым мгновением становились всё гуще тут и там возникали всполохи белоснежных молний, что напоминали собой свободолюбивого зверя, которого держат на цепи. В тот же момент, когда щупальца рванули к молодому богу, цепь оборвалась и они были уничтожены бесчисленными ударами молний, что низвергли собой небеса.

Предводитель демонов наконец добился своего.

— Так вот в чём твоя сила? — произнёс он, когда, казалось, из каждой точки на небе на него полился густой ворох ударов молний, сливающихся в одну огромную вспышку света. Все тела, что ещё чудом не были раздроблены величественными силами двух этих существ, просто испарились, а земля начала плавится с ужасающей скоростью. Воздух раскалился до безумных значений.

Спустя какое-то время небеса наконец успокоились. Герой уже несколько устало вглядывается в клубы пыли, дыма и пара, что поднялись из-за его атаки. Долго ничего не происходит, но чутьё подсказывает: это ещё не конец.

И в подтверждение того клубы пыли стали стремительно чернеть и расползаться в стороны. Из них доносится безумный смех.

Молодой бог не колеблясь принимает этот вызов и забыв об осторожности делает стремительный шаг в чёрное пространство перед собой.

Но сразу же вылетает оттуда, как ядро из пушки. Его тело тряпичной куклой прокатывается по земле, оставляя за собой небольшой кровавый след.

Человек выходит из тёмного тумана. Всё ещё безумно смеясь он призывает все те силы тьмы и смерти, которыми обладал. Словно клякса чернил на бумаге, чернота начала растекаться по пространству, она пожирает и землю под ногами, и почерневший пылевой столб, и даже небо, и до того будучи чёрным, смогло почернеть в разы сильнее. Человеческие руки стремительно обрастали костяными наростами, как и всё остальное тело, а на голове прорастали рога, защищающие череп. Сверху костяные наросты человека опутали некие горящие зелёным пламенем цепи. Они свисают с его запястий, но явно никак не сковывают его движения. Над двумя поистине чудовищными, но от того несколько красивыми рогами находился покорёженный, шипастый нимб.

В нынешнем виде он походил на чёрного духа, или же падшего ангела с крыльями из тьмы, закованного в доспехи из костей и в эти странные цепи. Человек, ныне выглядевший абсолютно не как раньше, медленно плывёт к воину невысоко над землёй, хотя с каждой секундой становится всё сложнее определить где здесь земля. Подняв перед собой руку и напитав меч огромным количеством силы, предводитель легиона с упоением произнёс: "Ты заслужил увидеть эту форму, жалкое божество. А теперь покажи мне всё, на что ты способен!"

Безымянный колебался. Он и так выложился на полную, перед этой атакой, однако его колебания не были связаны с ней. Причиной тому был странный огонёк на краю его сознания. Божество не знало что это за огонь и почему он так настойчиво зовёт, но мысленно приняло его в себя, надеясь на лучшее. Всё же, этот горячий свет не мог быть техникой его нынешнего противника, от которого веяло могильным холодом.

Огромный луч энергии медного цвета пробил тьму, образуя километровую дыру в небесах. Этот луч мощнейшим потоком врезался в молодого бога, ещё больше прибивая того к земле. Прогрохотал гром. С неба крупными каплями полился дождь. В воздухе вокруг тут и там проскакивали искорки молний. После чего та сила, что изгнала тьму, начала просачиваться в него. Спустя мгновения луч иссяк, а перед человеком стояла фигура сияющая красновато-золотистым светом. Она была облачена в тяжёлые, полностью закрытые доспехи, а в руках был сияющий светом двуручный меч, ныне не уступающий по напитке силы тому, что находился в руках её противника.

— Проклятье, твоё вмешательство не входило в мои планы — человек сдёрнул маску, блеснув пламенем глаз его второй лик звякнул о раздробленную землю, после чего исчез во тьму. Её место тут же заняла другая, абсолютно чёрная, с вязью рун перпендикулярно по центру. — Мне придётся покончить с этим быстро.

В ответ была лишь презрительная тишина. Воин стоял неподвижно, свыкаясь со своими новыми способностями.

Это было его ошибкой, в которой, однако, его нельзя было винить. После нескольких секунд промедления вокруг их битвы раскрылись тысячи маленьких порталов. Они были и в небе, и под землёй. Из них, один за другим, начали вылезать обугленные трупы.

Они цепляли его за ноги, за руки, они заваливали его своими останками, падая сверху, практически не давая махать мечом, не давая передвигаться. Воин пытался сопротивляться, но силы покидали его. Чёрная пелена всё агрессивнее смыкалась вокруг, не позволяя использовать заклинания и медленно вытягивала заёмные силы из божества.

Тот бой, а вернее - избиение, не мог продлиться долго. Человек подобрал ключик к своему противнику, полагающемуся больше на свои физические способности.

Внутри чернильной тьмы, некогда бывшей красивейшим плато, фигура с демоническими чертами отстранилась от израненного и истощённого светлого силуэта. Свет, что исходил от него, медленно затухал, а темнота пожирала его остатки.

— Будь ты проклят, Константин. — Он резко выдернул клинок из тела умирающего бога.

Чёрная пелена окончательно пожрала и уже мёртвого бога, и человека, снова сменяющего маску, унося их, и мириады мёртвых воинов, куда-то прочь из разрушающегося мира.