Истинная ректора. Тайна Академии Свободных земель

Глава 1

Я легко взбежала по ступеням, держа ключ от своей собственной комнаты в Академии! И пусть она рассчитана на троих, это меня абсолютно не смущало. Я теперь буду жить самостоятельной жизнью! Потому что поступила в Академию! Потому что избавилась от чрезмерной опеки семьи! И потому что…

Я замерла, так как успела приложить зачарованную пластину-ключ на обозначенный прямоугольник в двери, дверь распахнулась и…

— Пчхи! Это невозможно! Это кошмар какой-то!

Нет, это не мой голос… Хотя я тоже возмущенно воскликнула:

— Не-ет! Не-е-ет! Это что?

— Тетушки постарались. Об этом я и пытался тебе сказать, но тебя разве догонишь? — рядом раздался голос моего фамильяра, как будто ему нужно было меня догонять! Мог и мысленно сообщить!

Сообщать было о чем. И возмущаться. И не только мне. На другой половине комнаты на одной из двух кроватей сидели две девушки, одна с платиновыми длинными волосами, распущенной шикарной волнистой шевелюрой практически до пола, а вторая с такими же длинными, но прямыми черными локонами. Обе были невероятно красивыми, оно и понятно, ведь это… драконица и демоница! Очевидно, очень знатные.

Они обе возмущенно смотрели на мою сторону комнаты. И я их очень понимала.

Моя часть разительно отличалась. Взять хотя бы нежно розовую кровать в форме бутона розы, или стульчик, напоминающий колокольчик, и кругом живые цветы, зелень, мерцание светящейся пыльцы в воздухе, только бабочек не хватало для полного счастья…

А нет… вон одна порхает… и еще одна…

— Да что ж такое! — воскликнула я.

— Вот именно! Это что такое? — хором ответили мне девушки. — Мы теперь будем жить в этой клумбе?

— Фея! Убери это немедленно!

— Не могу. — Я развела руками и вошла наконец в комнату. Дверь за мной захлопнулась, отсекая любопытных соседушек. — Это не я создавала.

Беловолосая, та, что драконица, прищурилась.

— У тебя какой уровень магии?

— Второй всего лишь. — Признаваться так сразу, всё равно по ауре считают. Я сейчас открыта как книга, стоит лишь перейти на магическое зрение.

— Хм… В комнаты селят одного уровня. — Они обе переглянулись. — Хочешь сказать, нам так повезло, что подселили слабосилку, так еще и это!

Драконица кивнула в сторону цветущей половины комнаты.

— Подожди, Шейла. — остановила ее демоница. — Этот Цветочек явно со скрытыми силами, раз ее подселили к нам. Второй уровень, это же смешно, мы ее нечаянно за обедом убить можем!

И обращаясь уже ко мне, произнесла:

— Я Дианта, двенадцатый уровень силы, Дом Кейджо.

Она оказалась довольна впечатлением, произведенным на меня. Сам Дом Кейджо отправил сюда ученицу! Великий род демонов-магов! Вот это поворот!

— Примроуз из Дома Сильви, фея… Я… у меня всегда был второй уровень.

— Слабосилка… — вздохнула драконица, не спешащая знакомиться. — И самое ужасное, ты просто не сможешь вот это всё убрать теперь!

Она недовольно поджала губы, потом глянула на демоницу и снова на меня.

— Меня зовут Шейла из Дома Рю, — тут мне бы в обморок упасть! Сильнейший клан драконов в Свободных землях!

Но я выстояла. И поникла. Демоница Дианта права. Они меня просто случайно могут задеть своей магией и убить! Но почему нас поселили в одну комнату?

«Ошибки нет.» — встрял в мои мысли мой фамильяр. Базилик не стал проговаривать вслух, да он вообще при чужих не любит разговаривать.

«Ты бы уже почувствовала на себе их ауры, но ничего ведь не чувствуешь? Это странно»

Странно не то слово! Я всю свою сознательную жизнь была второго уровня. Мои сестры и братья набирались сил, поднимали резервы, а я оставалась такой, какой родилась.

— Ладно, делать все равно нечего. Тут ведь правило. Никто никого не переселяет, не меняет группы и факультеты по своему желанию, как решили магистры, так и должно быть.

— Верно, — ответила драконица. — Ты даже не поморщилась. Хм… Она поднялась и задумчиво обошла вокруг меня. — На тебя не влияет мое давление.

— Шейла, перестань, она не чувствует, ты зря стараешься. — Рядом оказалась Дианта, она встала напротив меня и улыбнулась. — Редкий дар, я слышала о нем. Ты поглощаешь действие чужих чар и сил. Сильно, сильно… Вот почему тебя подселили к нам и не побоялись убийства.

— Дар поглощения? — Удивленно вскинула бровь Шейла и отошла, недоверчиво глядя на меня. — У феи?

Что говорить обо мне, я о таком даже не слышала. Но я промолчала. Итак уже понятно последней букашке, что я невежда и слабосилка. А дар, ну дар и дар…

Я плюхнулась на стул, обреченно глядя на кровать, на котором в форме лепестков лежало одеяло. Тетушки Фэй и Фай в своем репертуаре. Решили показать всей Академии, что Дом Сильви не бедствует. Только вот мне теперь жить вот так, потому что моей магии просто не хватит всё исправить! И они это знали!

— Уже устроились? — внезапно открылась дверь и на пороге возникла комендант общежития. — Замечательно. О-оу, — протянула она, повернувшись в мою сторону. — Кхм, кхм, девочки через пять минут общее собрание. Жду вас внизу.

И, еще раз глянув на мои цветущие стены, исчезла. Просто растворилась в воздухе. Вот о чем я мечтала всю жизнь. Уметь вот так передвигаться в пространстве. Надеюсь нас этому научат.

— Идем, опаздывать нельзя. — Дианта, поправила на себе юбку, с разрезом до самых бедер. Демоницы умеют одеваться, самые модницы в этих землях, драконицы, конечно, тоже не отстают. На Шейле был брючный костюм, который сидел на ней идеально. А вот я в обычном светло-зеленом платье тюльпанового фасона до колен, с длинными воздушными рукавами колокольчиками. Типичная заурядная фея.

Нет, у нас любят наряжаться, но мне были недоступны такие блага. Мне причиталось носить обычную одежду, помогать по хозяйству нашей кухарке, садовнику и домоправительнице, запрещалось читать, хотя я умела, меня научила наша кухарка. А еще я иногда подслушивала уроки с учителями, которых приглашали для моих братьев и сестер.

— Это платье тебя ужасно бледнит. Твои волосы в нем блеклые, был бы цвет чуть насыщенный, хотя бы вон как тот абажур на твоей лампе, — после слов Шейлы мы все трое посмотрели на мою лампу у кровати, высокий торшер с зеленым бархатным абажуром. — Подожди-ка.

Она повернулась ко мне и провела рукой вдоль моего туловища.

— Вот теперь лучше. — Довольно отметила она, и тут же озорно добавила: — и смотри-ка ты осталась жива от моей магии!

— Давай ты не будешь на ней эксперименты ставить? — это уже Дианта, — идемте.

Я мельком глянула в свое отражение на начищенной до блеска статуе у входа в общий зал. Платье стало глубокого зеленого цвета и, действительно, волосы в нем казались ярче. Но не было времени себя рассматривать, мы вошли в зал.

В зале царила неразбериха. Народу было… яблоку негде упасть! Многие встречались, здоровались, интересовались делами друг у друга. Некоторые, как мы втроем, молча стояли и осматривались, сразу видно, новый набор в Академию.

— О, нам туда! — Дианта взяла нас обеих за руки и потащила через толпу.

Шейла даже успела кому-то по пути в другой конец зала глазки построить и обменяться карточками. Драконица! Что с нее взять! Это у них в крови везде искать мужскую особь сильнее себя. О демоницах я слышала другое, но пока Дианта была самой серьезной из нас. А так, раса известна своим искусством соблазнения. Говорят, даже сам правитель фей не мог устоять перед ними.

Дианта привела нас к колонне со знаком, начертанном на наших пластинах, выданных при зачислении. Точно! Вот я невнимательная! Рисунок объединял всех учеников магистра Эвандера.

«Запоминай всё, что будут говорить. Не таращься по сторонам, Прим» —в голове раздался голос Базилика. Сам он, приняв призрачный облик, уселся невидимкой на моем плече.

Я сделала глубокий вдох, но не перестала рассматривать других адептов. Баз, как всегда, играет роль старшенького.

И тут я увидела ЕГО.

Вокруг него летали перламутровые сферы пяти стихий, он шел и перед ним все расступались, а позади… Позади него извиваясь в воздухе парил настоящий нейз! О светлые боги, это настоящий нейз! Огненный василиск! Он существует!

— О, Светлая, я влюбилась!

Кажется, это была Дианта.

Глава 2

Общее собрание оказалось монотонным перечислением правил, которые мы и так знали из памятки. Не убивать друг друга без разрешения на дуэли, не пытаться сбежать с территории до третьего курса, не воровать чужих фамильяров для алхимических опытов. Стандартный набор для Свободных земель.

Я почти не слушала, наблюдая за тем магом с огненным василиском. Он стоял чуть в стороне, окружённый почтительной пустотой. Перламутровые сферы плавали вокруг него ровным кругом, а василиск, нейз, как его назвали ледяные драконы, уменьшился и свернулся кольцом у его ног, изредка щёлкая раздвоенным языком. Его владелец оказался старше студентов, но явно не магистр. Возможно, аспирант или помощник преподавателя. Высокий, с тёмными волосами, собранными на затылке, и неприятно пронзительным взглядом, который он бросил в нашу сторону, когда Дианта не смогла сдержать восхищённого вздоха.

«Это Арден из Дома Вейл, — мысленно прошипел Базилик. — Не смотри на него».

«Почему?» — также мысленно спросила я.

«Он сын нынешнего правителя Свободных земель. Неофициальный, но все об этом знают. И его нейз сжёг дотла целый квартал в Нижнем городе в прошлом году. Случайно, как говорят».

Я отвела глаза. Сын правителя. Вот почему все расступаются. Не только из-за силы, но и из-за статуса. Хотя в Академии статус должен уходить на второй план. Так гласили правила.

«Чего же он такое из себя представляет?» — думала я, пока он не вышел к трибуне. Оказывается, его представляли, а я из-за своих мыслей всё пропустила!

Он поздравил всех с началом учебного года, сообщил о стипендиях и об оплачиваемой практике старшекурсников в полевых условиях, а потом до меня дошло.

Арден из Дома Вейл – ректор!

«Уж думал, не догадаешься» — насмешливо промурчал Баз, а я дёрнула плечом, чтобы стряхнуть его. Мог и подсказать сразу!

После собрания нас распределили по группкам для вводного инструктажа. Моя группа оказалась самой маленькой. Всего пять человек: я, Дианта, Шейла и двое парней, которых я не сразу рассмотрела. Один стройный эльф с серебристыми отметинами на висках, представившийся как Эловин. Второй — коренастый парень с чешуйчатой кожей на шее, очевидно, наг, назвавшийся просто Брон.

Инструктаж проводила молодая женщина с синими отливающими перламутром крыльями за спиной — фея, но явно высокого уровня. Её аура мерцала спокойным синим светом.

— Меня зовут Лиора, я ваш куратор от факультета, — сказала она. — В течение первой недели вы будете проходить базовое тестирование. Для определения ваших истинных потенциалов и ограничений. Академия не терпит самообмана. Здесь слабость может стоить жизни не только вам, но и другим. Завтра в шесть утра сбор на Восточном плацу для первого теста на совместимость стихий.

Шейла ужаснулась.

— Шесть утра? Это же варварство.

— В Свободных землях тот, кто долго спит, уже проиграл, — без тени улыбки ответила Лиора. — Кстати, о вашем размещении. Если у вас возникли… эстетические конфликты в комнатах, решайте их мирно. Переселения не будет. Это тоже часть теста.

Несколько взглядов обратились ко мне, и я тут же покраснела.

После инструктажа мы пошли ужинать. Общая столовая представляла собой огромный зал с длинными столами. Некоторые группы уже заняли места, и в воздухе стоял гул голосов, смеха и всплесков магии. Пахло жареным мясом, пряными травами, выпечкой.

Ну хоть кормят хорошо!

Мы с трудом нашли свободное место за столом, где уже сидели несколько старшекурсников. Они оценивающе оглядели нас, но ничего не сказали. Дианта, не смущаясь, взяла с центра блюда кусок пирога с мясом, который парил в воздухе, поддерживаемый чьей-то магией.

— Так о чём вы говорили? — спросила Шейла. — Про этот дар поглощения. Ты правда ничего не чувствуешь?

Я пожала плечами.

— Ни давления, ни ауры. Только если очень постараться. Но это… это всегда было так. Я думала, это потому, что я слабая.

— Нет, — вступила в разговор Дианта. — Это именно дар. Редкий и опасный. Для окружающих. Ты неконтролируемый поглотитель. Тебе нельзя доверять сложные заклинания в группе, ты можешь сорвать их, случайно вобрав в себя нужную энергию. И тебя нельзя атаковать прямыми чарами, ты их съешь. Но физическую атаку ты не остановишь. Удар ножом или магическим клинком — и всё, тебя нет.

Я об этом не думала. Всегда считала свою особенность просто досадным неудобством, из-за которого меня не допускали к семейным ритуалам.

— Значит, меня поселили с вами, потому что я вас не боюсь, а вы меня случайно не убьёте магией, — пробормотала я.

— Верно, — кивнула Дианта. — И потому что мы, вероятно, единственные, кто сможет выдержать твоё соседство, если твой дар активируется спонтанно. Сильный маг почувствует вмешательство и инстинктивно ответит, а слабый может пострадать. Мы же… устойчивы.

Шейла фыркнула.

— Устойчивы. Ладно, Цветочек, раз уж так вышло, мы тебя прикроем. Но ты должна сделать что-то с этой клумбой в комнате. Это неприлично.

— Я попробую, — честно сказала я. — Но магии не хватит. Нужно ждать, пока чары тётушек не рассеются сами. Это может занять месяц. Если они не обновят заклинания.

Девушки переглянулись и застонали.

После ужина, возвращаясь в комнату, я столкнулась с ним буквально лицом к лицу. Вернее, я шла, уткнувшись взглядом в пол, размышляя о своём даре, и не заметила, как кто-то вышел из бокового коридора. Я врезалась во что-то твёрдое, отскочила и едва не упала.

— Осторожнее, — прозвучал холодный голос.

Я подняла голову. Передо мной стоял ректор Академии – сам Арден из Дома Вейл. Ближе он казался ещё выше, сфер при нём не было, как и василиска. Его глаза цвета холодного серебра и смотрели на меня так, будто я была неаппетитным насекомым, которое заползло не туда.

— Простите, — выдохнула я.

Он не ответил. Его взгляд скользнул по мне, от моих туфель до волос, задержался на значке группы на груди, и тонкие губы сжались.

— Примроуз Сильви, — произнёс он, откуда-то узнав моё имя. — Дом фей. Второй уровень магии.

— Да, — прошептала я.

— Вы прошли по квоте для поддерживающих рас, — констатировал он. — Без этого у вас не было бы ни единого шанса оказаться здесь. Знаете, почему я лично утверждаю каждую кандидатуру по такой квоте?

Я молчала, чувствуя, что ответ мне всё равно не понравится.

— Потому что я верю в справедливость. И в то, что шанс должен быть у каждого, — он сделал паузу, и в его глазах мелькнуло что-то тяжёлое, неприятное. — Но также я верю в естественный отбор. Академия не детский сад. Выживает сильнейший. Ваше присутствие здесь — насмешка над этим принципом. Вы не только рискуете своей жизнью, но и отнимаете место у того, кто мог бы его заслужить.

Жгучий гнев поднялся во мне.

— Я прошла вступительные испытания. – Превратить бы его причёску в бутон василька, синий-пресиний, но такую шалость я не могла себе позволить. Всё же это не старший брат, а целый ректор!

— Вы прошли минимальный порог, который был искусственно занижен для вашей категории, — отрезал он. — Не обманывайте себя. Я дал вам один семестр. Если к концу его вы не подниметесь хотя бы до пятого уровня или не сдадите базовый курс защитных чар, вас отчислят. И на этот раз квоты не будет. Это моё обещание.

Он собирался уйти, но я, движимая внезапным импульсом, шагнула вперёд.

— А если я поднимусь выше пятого? Или сдам больше, чем базовый курс?

Он остановился, медленно повернулся. Его взгляд стал ещё холоднее.

— Не тратьте моё время на пустые амбиции, Сильви. Вам следует думать о том, как без травм дожить до зимних каникул. И, кстати, — он кивнул в сторону общежития, — уберите это безвкусное цветочное безумие из своей комнаты. Оно отвлекает других студентов и нарушает эстетику Академии. У вас есть время до завтра.

И он ушёл, а я стояла, вся дрожа от унижения. «Уберите это безвкусное цветочное безумие». Как будто это было так просто! И этот тон, этот взгляд… Он ненавидел меня. С первой же встречи. Не просто сомневался в моих способностях, а именно ненавидел. И я не понимала почему.

«Прим, успокойся, — тихо сказал Базилик. — Он пытается тебя спровоцировать. Не поддавайся».

— Почему? — прошептала я вслух. — Что я ему сделала?

«Кто его знает, может у него пунктик насчёт всех фей?»

— Мне так-то не полегчало. – Ответила снова вслух.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что Дианта и Шейла уже там. Они о чём-то спорили, но замолчали, увидев моё лицо.

— Что случилось? — сразу спросила Дианта.

— Я умудрилась встретить ректора. И он сказал, что я должна убрать всё это до завтра, — я махнула рукой на свою цветущую половину. — Иначе, наверное, какое-нибудь наказание.

Шейла подняла бровь.

— Сам подошёл? Интересно. Он редко общается со студентами первого курса лично. Особенно с… ну, ты поняла.

— Он меня ненавидит, — выпалила я, садясь на розовую кровать. Лепестки одеяла мягко обняли меня. — Говорит, я отнимаю место у достойных. Что у меня один семестр.

Дианта присела рядом.

— Он строгий, но справедливый. Но всё же мужчина. Если он уделил тебе время, значит, ты его заинтересовала. Хотя, возможно, и негативно.

— Что мне делать с этим? — Я показала на стены, с которых свешивались гирлянды живых орхидей.

Шейла вдруг усмехнулась.

— А ты не можешь… съесть эти чары? Твой же дар поглощения. Если это заклинание, может, ты способна его впитать и нейтрализовать?

Я замерла. Никогда не думала об этом. Моя особенность всегда была пассивной. Я не контролировала её. Она просто была.

— Я не знаю как, — призналась я.

— Попробуй, — предложила Дианта. — Сосредоточься на чём-то одном. На этой дурацкой лампе, например. Представь, что ты хочешь убрать с неё чары, вернуть к обычному виду.

Я подошла к торшеру с зелёным бархатным абажуром, с которого теперь свешивались стебли плюща и маленькие белые бутоны. Закрыла глаза. Попыталась почувствовать магию, ту, что исходила от моих тётушек. Обычно я не чувствовала магию, но их я знала. Она была сладкой как мёд, и пахла сиренью и тёплой землёй.

Я протянула руку, почти коснулась абажура, и… ничего не произошло.

— Не выходит, — с досадой сказала я.

«Потому что ты пытаешься сделать заклинание, — мысленно сказал Базилик. — А твой дар — это не заклинание. Это часть тебя. Расслабься. Просто… позволь этому случиться. Не отталкивай магию, а пригласи её внутрь. Как гостя».

Я сделала глубокий вдох. Расслабила плечи. Перестала пытаться что-то сделать. Просто стояла и смотрела на абажур, позволяя себе быть собой. Слабой феей второго уровня, которая не чувствует чужих аур.

И тогда я ощутила лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Тёплую, сладкую струйку, которая потянулась от абажура ко мне. Она была тонкой, как нить. Я инстинктивно сделала вдох, и нить втянулась внутрь, растворилась где-то в груди, оставив после себя лёгкую сладость на языке.

Абажур дрогнул. Плющ на нём засох за секунду, превратился в коричневую пыль и осыпался. Бутоны увяли. Бархат стал просто бархатом, без блеска и жизни.

В комнате повисла тишина.

— Ну вот, — наконец сказала Шейла. — Похоже, тебя не выгонят за эстетику. Но, светлые боги, Примроуз… если ты так можешь снять чары с предмета…

— Она может снять их с любого живого существа, — тихо закончила Дианта. — Или с заклинания в момент его формирования. Это… это уровень мастерства, о котором многие маги только мечтают. Ты станешь практически неприкасаемой.

Я смотрела на свои руки. Они не изменились. Но внутри что-то явно проснулось.

Одна лампа — это не вся комната. До завтра избавиться от всего? Мне потребуется вся ночь.

— Девочки, — сказала я, поворачиваясь к ним. — Кажется, мне предстоит долгий вечер. Не возражаете, если я буду работать при свете?

Дианта улыбнулась.

— Работай, Цветочек. Мы посидим в углу. Мне интересно посмотреть, на что ты действительно способна.

А Шейла уже бросила на кровать свою косметичку и уселась, скрестив ноги.

— Давай, слабосилка. Покажи им всем. Начни с этой ужасной розовой кровати. Она режет мне глаз.

Глава 3

Работа заняла всю ночь. Я медленно, шаг за шагом, поглощала сладковатую, липкую магию тётушек. Это было похоже на распутывание бесконечной розовой пряжи. Каждый цветок, каждый лист, каждый мерцающий блик пыльцы был завязан на отдельном магическом узле. У меня заныла спина, глаза слипались от усталости, а пальцы онемели от постоянного контакта с чужими чарами.

Шейла уснула первой, свернувшись на своей кровати в позе, напоминающей кошачью. Дианта продержалась дольше, наблюдая за мной с интересом. Потом и она уснула, устроившись поудобнее с книгой, которую, кажется, так и не открыла.

К рассвету моя половина комнаты стала обычной. Стены серого оттенка, простая деревянная кровать с нейтральным бежевым покрывалом, стандартный письменный стол и стул. Только торшер остался зелёным, его изначальный цвет, как выяснилось, и был зелено-бархатным. Исчезли розовые бутоны и живые гирлянды. И даже дышать стало полегче без тётушкиного великолепия.

Я стояла посреди комнаты, чувствуя странные ощущения внутри. Как будто я съела слишком много сладкого, и теперь меня тошнило от этой приторности. Моя собственная магия, всегда тихая и едва заметная, казалась чуть более ощутимой.

— Неплохо, — раздался сонный голос Шейлы. Она приподнялась на локте, окинув взглядом помещение. — Теперь сюда можно смотреть без риска получить приступ. Доброе утро, кстати.

Дианта тоже открыла глаза.

— Ты это сделала. Интересно. Ты не чувствуешь последствий? Поглощение чужих чар — рискованная практика. Они могут конфликтовать с твоей собственной природой.

— Чувствую, — честно призналась я. — Как будто я переела. Но вроде ничего не болит.

«Будь осторожна, — мысленно предупредил Базилик. — Это был пассивный, безвредный декор. С агрессивной или сложной магией так просто не выйдет».

В голове у меня гудело от усталости, но нужно было собираться. Через час ведь сбор на Восточном плацу.

Но здесь Шейла сделала неожиданное, она сунула мне в руки булытек.

— Пей, это зелье бодрости, до самого вечера не будешь чувствовать усталости.

И я выпила. Не навредит же она мне здесь, да и честно я не подумала о плохом.

Настроение улучшилось, а уж ощущения! Бодрость действительно пришла. А с ней и новые силы.

Мы за час успели собраться на выход. Сегодня должны были выдать форму, записать в библиотеку для получения учебников и возможности ее посещать для подготовки к занятиям и семинарам. А ещё предстояло получить расписание. В общем, куча дел!

Но первым делом — восточный плац. Он оказался вымощенным тёмным камнем справа от Академии. Нас, всех первокурсников, построили в шеренгу.

Лиора, наш куратор, стояла перед нами рядом с другим магом, высоким, сутуловатым, с длинными седыми волосами. Он держал в руках сложный прибор из хрусталя и бронзы.

— Магистр Терон проверит вашу базовую совместимость со стихиями, — объявила Лиора. — Это не тест на силу. Это тест на совместимость вашей магии. Подходите по очереди, кладите руку на кристаллическую пластину.

Первым вызвался Брон. Он вышел вперёд, положил свою ладонь на пластину, и из её центра вырвались три луча: ярко-коричневый, тускло-красный и слабый зелёный.

— Земля, огонь, природа, — монотонно произнёс магистр Терон, делая отметку на листке. — Земля доминирует. Следующий.

Эловин подошёл грациозно. Его лучи были серебристыми, голубыми и снова зелёными.

— Воздух, вода, природа. Воздух доминирует. Типично для лесных эльфов. Следующий.

Шейла щёлкнула языком подходя. Её результат был предсказуем: ослепительно-золотой и алый лучи почти сливались, подавляя слабую голубую нить.

— Металл, огонь, вода. Комбинация драконьего клана Рю. Доминирующая пара: металл-огонь. Следующая.

Дианта коснулась пластины кончиками пальцев. Прибор зашипел, и из него вырвался глубокий фиолетовый луч, затем чёрный как смоль и едва заметный серый.

— Тень, чистая магия, воздух. Тень доминирует. Дом Кейджо подтверждён. Следующая.

Моя очередь. Я почувствовала, как взгляды остальных впиваются в меня. Подошла, сделала вдох. Моя рука на фоне тёмного камня прибора выглядела бледной и хрупкой. Я прикоснулась.

Сначала ничего не произошло. Магистр Терон нахмурился, постучал по прибору. Затем пластина под моей ладонью дрогнула. И тусклая, размытая, бесцветная волна вырвалась из прибора и рассеялась в воздухе, не сформировав ничего.

— Что это? — спросил магистр Терон, больше удивлённый, чем раздражённый.

— У неё дар поглощения, магистр, — тихо сказала Лиора, но в её голосе прозвучало неподдельное любопытство. — Возможно, пластина не может считать её совместимость, потому что она инстинктивно поглощает энергию теста.

— Не может быть, — пробормотал Терон. — Конфигурация исключает… Дайте я…

Он перезапустил пластину, сменив кристалл. Я снова положила руку. Та же бесцветная волна.

— Любопытно, — произнёс новый голос за моей спиной.

Я вздрогнула не оборачиваясь. Узнала его по голосу. Ректор.

— Магистр Терон, зафиксируйте результат как «неопределённый». Сильви, вы не проявляете совместимости ни к одной из базовых стихий в условиях теста. Это создаёт определённые трудности для учебного плана.

— Но как она будет изучать, скажем, элементальную магию? — спросила Лиора.

— Теоретически, — ответил ректор, и его серебряные глаза, наконец, устремились на меня. — Практически, возможно, никак. И теперь это проблема её факультета. Продолжайте.

Он сделал паузу, и его взгляд скользнул по мне с головы до ног.

— Кстати, Сильви, я заметил, что вы выполнили мою просьбу относительно вашей комнаты. Не ожидал такой оперативности. Каким образом вам это удалось? Кто-то помогал?

Весь строй первокурсников, казалось, замер в ожидании. Шейла замерла. Дианта слегка наклонила голову.

Я сглотнула. Сказать правду? Но он, кажется, уже знает или догадывается.

— Я нейтрализовала чары. Методом, доступным мне.

— Методом поглощения. Рискованный шаг для необученной адептки. Надеюсь, вы не планируете применять его на чужих заклинаниях. Последствия могут быть летальными. Для вас прежде всего.

Он повернулся к Лиоре.

— Внесите в её личное дело пометку: «Нестабильный дар. Требуется индивидуальный контроль на практических занятиях» и проследите под вашу ответственность, чтобы Сильви больше не применяла дар без вашего контроля. Магистр Терон, продолжайте тестирование остальных.

И он ушёл так же бесшумно, как и появился.

Остаток теста прошёл в тумане. Меня пропустили, и я стояла в стороне, пока проверяли других. В голове гудело от его слов. «Индивидуальный контроль». Звучало как приговор. И ещё это «нестабильный». Как будто я была сломанной.

После этого нас отпустили в столовую на завтрак, девочки не стали никак комментировать слова ректора, только переглядывались молча. Да что там комментировать. У меня у самой слов не было. И не хотелось отвечать. Надеюсь, они это понимали и поэтому не лезли с догадками и вопросами.

Из столовой попали на первое практическое занятие «Основы магической безопасности». Проводил его магистр по имени Магус, он походил на сумасшедшего учёного со всклокоченными волосами и чёрном халате. Лекция проходила в подвальном помещении, где не было окон, но были поглощающие магию ограждения.

— Первое правило, — гремел Магус, расхаживая перед нами. — Никогда не направляйте заклинание, даже учебное, на того, чью магическую природу вы не знаете! Вы можете убить человека не силой удара, а несовместимостью стихий. Второе правило: всегда держите защитный щит. Даже во сне. Этому вы научитесь. Третье…

Он внезапно остановился и ткнул пальцем в меня.

— Ты. Фея. Второй уровень. Подойди.

Я медленно вышла вперёд. Глаза Магуса сузились.

— Тебя я помню по спискам. Поглотитель. Покажи, как ты держишь щит.

— Я… не умею, — честно сказала я. Меня никогда не учили. В семье считали это бессмысленным.

— Не умеешь, — повторил он без эмоций. — Тогда встань сюда. — Он указал на круг, начертанный в центре зала. — Кто-нибудь, лёгкий импульс воздуха. С толку её собьём, не более.

Эловин, эльф, поднял руку. Его пальцы сложились в изящный жест. Я почувствовала слабый ветерок, собиравшийся у его ладони.

— Держись, фея, — сказал Магус. — Не уклоняйся.

Импульс воздуха, быстрый и резкий, ударил мне в грудь. Это было не больно, но неожиданно. Я отшатнулась, инстинктивно выставив руки вперёд. И в тот момент, когда энергия удара должна была отбросить меня, внутри что-то сработало. Я… отвела удар. Как будто скользкая плёнка возникла на мгновение передо мной, и поток воздуха разбился о неё и растёкся в стороны, взъерошив мои волосы и платье.

Я устояла на ногах.

Магистр Магус прищурился.

— Любопытно. Спонтанно отразила удар, молодец. Я был прав. Опять же, нестабильно, конечно, но ещё учиться и учиться. Видели, ректор Арден?

Я обернулась. Он стоял в дверном проёме наблюдая. Сколько он там был? И почему я не заметила его раньше?

— Видел, — сказал ректор. — Продолжайте занятие, магистр Магус. Сильви, после занятий зайдите в мой кабинет.

Всю оставшуюся часть занятия я не могла сосредоточиться. Шейла пыталась что-то шепнуть, но я лишь мотала головой. Дианта смотрела на меня с тем же выражением, и я понимала, после встречи с ректором меня ждёт как минимум подробный рассказ, что он от меня хочет.

После занятий, когда все разошлись кто за формой, кто за расписанием, я медленно побрела в главное здание Академии. Кабинет ректора находился на верхнем этаже. Лестница казалась бесконечной. Каменные грифоны по сторонам от массивной двери проводили меня безжизненными взглядами из сапфиров.

В приёмной никого не оказалось. Я постучала для приличия.

— Войдите.

Я только вошла, и меня поразили полки с книгами до самого потолка. Вот это коллекция!

Ректор сидел за столом.

— Закройте дверь.

Я закрыла и встала как вкопанная перед ней, не делая никаких попыток приблизиться хотя бы к середине кабинета.

— Ваш дар, — начал он — не просто поглощение. Это адаптивная защита. Редкая, почти утерянная ветка магии фей. В последний раз подобное наблюдалось столетие назад.

Я молчала.

— Вы знаете, что случилось с его последним носителем? Его убили. Свои же. Потому что такой дар нельзя контролировать. Он либо делает из вас бесполезного паразита, питающегося чужой магией, либо… нестабильное оружие, которое может в любой момент взорваться, поглотив всё вокруг.

— Я не взрываюсь, — тихо сказала я.

— Пока, — отрезал он. — Но вы притягиваете проблемы. Ваше присутствие здесь — магнит для неприятностей. Сегодня вы отключили дорогостоящий прибор для определения совместимости. Завтра можете случайно сорвать важный ритуал, поглотив его ключевой компонент. Этот дар — редкий сбой в магических потоках нашего мира. А в Свободных землях с такими не церемонятся. Их устраняют.

— Так зачем вы меня приняли? — вырвалось у меня. — Если я такая опасная и бесполезная, почему не отклонили заявление? Почему после того, что произошло на плацу, я всё ещё здесь?

Он на секунду замер.

— Потому, — он сделал паузу, выбирая слова, — что есть те, кто верит, что ваш дар можно научить контролю. Что из вас может получиться полезный маг. Но я в это не верю. Я видел, к чему это приводит.

Видел? Сто лет назад? Сколько ему лет?

Он подошел, протянул руку и взял один из кристаллических шаров на столе, внутри которого клубился туман.

— Поэтому моё условие остаётся в силе. Один семестр. Если вы не научитесь хотя бы минимальному контролю и не поднимете уровень магии до пятого, вы отчислены. Но с одной поправкой. Отныне ваши практические занятия будут проходить под моим личным наблюдением. Каждый второй день, после ужина, вы будете приходить сюда. Мы будем пытаться… обуздать ваш талант.

Это было неожиданно.

— Почему вы? — спросила я. — Разве у вас нет дел поважнее?

— Потому что, я, возможно, единственный в этой Академии, кто знает, как выглядит последствие неудачи в вашем случае. И я не хочу видеть это снова. Ни на вас, ни на ком-либо другом. Первое занятие — послезавтра. Не опаздывайте. Всё, свободны.

Я вышла, не сказав больше ни слова. Сердце колотилось. Личное обучение у ректора. Это могло быть и шансом, и приговором.

Спускаясь по лестнице, я почти столкнулась с кем-то на повороте. Она посмотрела на меня с лёгким удивлением, затем взгляд её стал оценивающим.

— Фея. Ты уже успела попасть в кабинет к ректору. Интересно. Обычно его внимание на первом курсе означает одно из двух: либо ты гений, либо катастрофа.

— Катастрофа, — буркнула я, пытаясь пройти мимо.

Она слегка сдвинулась, преграждая путь.

— И что ты от него хотела? Умоляла отпустить домой?

Я обошла её и стала спускаться, к счастью, она больше не стала делать попыток как-то остановить меня. Но я всё равно обернулась. Молодая женщина вошла в приёмную. Она была обычным человеком, такое я со своим слабым даром могла определить. Только что она делает в Академии? Или… это и есть секретарь ректора? Скорее всего.

Кто-то секретарь, а кто-то нестабильная Катастрофа.

«Прим, — мысленно позвал Базилик. Он материализовался у меня на плече в виде маленького, полупрозрачного котёнка с изумрудной шёрсткой. — Не слушай их. Они боятся того, чего не понимают».

— А я понимаю? — прошептала я.

«Нет. Но мы разберёмся».

Я вздохнула и пошла вниз. Нужно найти девочек, расписание, библиотеку, и много всего. И форма. Да, я очень хотела получить форму Академии.

И я сделаю всё, чтобы задержаться в Академии. Я не вернусь в Дом Сильви. Не буду служанкой. Никогда.

Это было единственное, в чём я была абсолютно уверена.

Глава 4

Библиотека Академии находилась в отдельном крыле, соединённом с главным зданием длинной крытой галереей. Высокие витражные окна отбрасывали на каменный пол разноцветные пятна света.

Регистрацию проводила пожилая женщина. Она назвалась хранительницей Эйбелл. Она быстро заполнила для меня новую карточку, а я же заворожённо смотрела, как перо пишет само, с помощью магии, конечно же.

— Сильви из Дома фей, — пробормотала старушка. — Вот ваш читательский билет. Потеряете, будет штраф в три серебряных. Так что береги его, девица. Копирование книг возможно только с разрешения преподавателя. Вход в закрытые архивы строго запрещён, они не для адептов. При нарушении правил доступ будет аннулирован. Следующая.

Она протянула мне тонкую пластину из тёмного дерева с выжженным знаком Академии и моим именем. Я взяла её и отошла, освобождая место для Дианты.

Получение учебников было делом быстрым. В соседнем зале, похожем на склад, нам выдали стопки книг. Моя оказалась не самой большой, но ощутимой по весу: «Основы магической теории», «Безопасность при работе со стихиями», «История Свободных земель: Том I», «Анатомия магических существ». Я с трудом удержала этот груз.

Форму выдавали в цокольном этаже. Помещение было заставлено манекенами и гудящими магическими прялками. Мастерица сняла с меня мерки одним движением ленты-самоизмеряйки.

— Стандартный комплект для первого курса: два повседневных платья, одна парадная форма для официальных событий, два комплекта для практических занятий из упрочнённой ткани, два комплекта для спортивных занятий, — перечислила она, пока её руки складывали одежду в ещё одну стопку. — На стирку приносить сюда раз в неделю первый выходной. Не пытайтесь изменять цвет или фасон самостоятельно, нарушится защитное плетение пеняйте на себя. И да, за это штраф.

Я вышла оттуда с ощущением, что начинаю по-настоящему принадлежать этому месту. У меня теперь была форма Академии. И я совсем не ожидала, что выдадут её на все случаи жизни.

Расписание мы получили последними. Его вывели светящимися буквами на внутренней стороне наших пластин после того, как мы приложили их к специальному столбу в холле. Моё оказалось довольно плотным. Теория магии с утра, затем стихийные практики, история, основы защиты. И пометка: «Индивидуальные занятия: каждый второй день, не считая выходных, 19:00, кабинет ректора». Это выделялось особым цветом и шрифтом. Даже если захочешь, не пропустишь.

Сбежать в свою комнату не представлялось возможным, времени не хватало, поэтому я решила вернуться в библиотеку, чтобы сдать учебники на вре́менное хранение, таскать их с собой весь день не было сил. А ещё форма…

Библиотека в предобеденный час была почти пуста. Только у дальних стеллажей копошилась пара старшекурсников. Я подошла к стойке регистрации. Хранительница Эйбелл куда-то исчезла. На её месте никого не было.

Я положила кипу на стойку, собираясь подождать, как услышала шаги сзади. Оборачиваться не успела.

— Полагаю, вы ищете способ облегчить свою ношу.

Голос был знакомо вежливым и неприятным. Я обернулась. Передо мной стояла та же девушка, которую я встретила на лестнице. Её глаза, серо-стального цвета, рассматривали меня прищурено.

— Да, — ответила я. — Нужно сдать книги на хранение до занятий.

— Для первокурсников есть шкафчики в коридоре, — она указала тонким пальцем в сторону выхода. — Ключ выдаётся под ваш читательский билет. Хранительница Эйбелл отошла. Вы можете подождать или воспользоваться шкафчиком.

Её тон указывал, какой вариант она считала предпочтительным.

— Спасибо, — сказала я и взяла сумку, чтобы уйти.

— Сильви, позвольте дать вам совет. Личное внимание ректора Ардена большая честь. И большая ответственность. Он человек чрезвычайно занятой. Его время ценно для всего сообщества Свободных земель. Тратить его на… нестабильные проекты — расточительство. Надеюсь, вы понимаете свою роль и не станете отвлекать его по пустякам или создавать дополнительные трудности.

— Я не планирую создавать трудности.

— Прекрасно, — она улыбнулась. — Тогда мы поняли друг друга. Доброго дня.

Она повернулась и ушла вглубь библиотеки, к закрытой двери с табличкой «Архив».

«Нестабильные проекты». Такой она меня видела.

«Спокойно, Прим, — мысленно сказал Базилик. — Она всего лишь охраняет свою территорию. Не давай ей себя запугать».

Можно подумать, я претендую на её территорию. Я кивнула про себя и направилась к выходу. Шкафчики действительно были в коридоре, небольшие ниши в стене с магическими замками. Я приложила читательский билет, одна из дверок открылась с тихим щелчком. Оставив внутри все свои вещи, закрыла дверцу.

К обеду я изрядно проголодалась. Энергия от зелья Шейлы ещё сохранялась, но в желудке ощущалась пустота.

Столовая в обеденное время была забита ещё сильнее, чем утром. Мы с трудом нашли место за дальним столом. Шейла уже была там с одногруппниками, пока мы с Диантой пробрались с подносами к ним.

— Вот она, наша катастрофа, — сказала Шейла, отодвигая стул для меня. — Ну что, выжила после встречи с ледяным драконом?

— Пока да, — я поставила сумку с книгами на пол. — Он назначил индивидуальные занятия.

Дианта подняла бровь.

— Лично ректор? Это серьёзно. И дорого. Обычно за такие занятия платят огромные деньги или отрабатывают годами службы.

— Мне это назначили бесплатно, — я налила себе стакан воды из кувшина. — Вернее, как условие моего неотчисления.

— Значит, он видит в тебе потенциал, — заключила Дианта. — Или опасность, которую нужно немедленно взять под контроль.

— Или хочет поскорее признать мою несостоятельность и отчислить.

Я предпочитала не думать об этом. Вместо этого осмотрела зал. Столовая была разделена на несколько зон. Наша для студентов. А в другом конце, на небольшом возвышении, находилась зона преподавателей.

Она была отгорожена лёгкой полупрозрачной дымкой, сквозь которую можно было разглядеть всех. Там царила более тихая, деловая атмосфера.

И там сидел он. Ректор Арден. Он не занимал центральное место, а сидел чуть в стороне, спиной к стене. Перед ним стояла тарелка, к которой он, кажется, не притронулся. Он разговаривал с магистром Тероном, но его взгляд медленно бродил по студенческому залу. Я отвернулась, когда он посмотрел в нашу сторону.

— Смотри, это секретарь ректора, говорят она по личной протекции кого-то из правителей, хотя и человек. Даже не маг. — Шейла ткнула локтем мне в бок.

Я глянула. К зоне преподавателей подходила та самая молодая женщина, с которой я столкнулась на лестнице. Сегодня на ней было строгое платье серого цвета, волосы собраны в тугой узел. Она прошла сквозь дымчатую преграду без усилий, очевидно, имела на это право. Подошла к ректору, наклонилась, что-то сказала ему на ухо. Он кивнул, не меняя выражения. Затем она выпрямилась и… её взгляд упал прямо на меня. Не на нашу компанию в целом, а именно на меня. Женщина задержала взгляд на секунду дольше, чем нужно, потом плавно отвела глаза и удалилась.

— О-хо-хо, — протянула Шейла. — У тебя появился поклонник, Цветочек. Или поклонница. Если не ошибаюсь, её зовут Изабель, кажется.

— Она на меня так смотрела, — пробормотала я, отодвигая тарелку с супом.

— Естественно, — фыркнула Дианта, аккуратно разделывая кусок рыбы. — Ты привлекла личное внимание ректора. Для тех, кто привык быть рядом с источниками власти, любое новое лицо, вызывающее интерес, — потенциальная угроза. Особенно если это лицо… необычное.

— Значит, я теперь и ей не угодила, — вздохнула я.

— Не переживай, — Шейла жестом подтянула к себе блюдо с фруктами. — У нас здесь каждый кому-то не угодил. Это же Свободные земли.

После обеда у нас был перерыв перед теорией магии. Девочки пошли осматривать территорию, а я решила прогуляться по галерее, ведущей обратно к главному зданию. Витражные окна изображали сцены из истории Академии: великие битвы, открытия, портреты прошлых ректоров. Я шла медленно, разглядывая их, пока не остановилась перед одним изображением.

Оно было старее других, цвета потускнели. На нём был изображён молодой маг с тёмными волосами и резкими чертами лица, сто́ящий на фоне гор. Рядом с ним огромная фигура ледяного дракона. Подпись гласила: «Основатель Дома Вейл и первый ректор Академии, Кайлен Вейл».

Черты лица… они были до странности знакомы. Только выражение другое, не такое надменное. И ледяной дракон, очевидно, это его вторая ипостась. Я ни разу не видела, как обращаются драконы. Да я вообще мало что видела, меня не сильно-то брали с собой куда-то вне дома.

Услышала шаги и обернулась. По галерее навстречу мне шёл ректор Арден. Он был один. Его взгляд скользнул по витражу, на котором я стояла, затем перешёл на меня.

— Вы интересуетесь историей, Сильви? — спросил он.

— Я… смотрю, — ответила я.

Он подошёл ближе, остановился рядом, тоже глядя на витраж. Мы стояли так несколько секунд в тишине.

— Кайлен Вейл, — произнёс он наконец. — Мой предок. Основал Академию, когда Свободные земли были ещё скоплением враждующих народов. Он верил, что знание должно быть выше силы.

— А сейчас? — рискнула я спросить.

Ректор повернул голову, и его серебряные глаза встретились с моими.

— Сейчас сила по-прежнему решает всё. Но знание даёт шанс тем, у кого силы изначально меньше. Теоретически.

Он снова посмотрел на витраж.

— Кайлен Вейл тоже обладал редким даром. И это привело его к гибели. — Арден сделал паузу. — История имеет свойство повторяться, Сильви. Особенно когда игнорируют её уроки.

Он отступил на шаг.

— Не опаздывайте на индивидуальные занятия. И принесите с собой учебник по основам теории. Мы начнём с азов. С того, что вы упустили.

Он пошёл дальше по галерее, а я смотрела ему вслед. Ну кому так ещё «везёт» в этой Академии повсюду сталкиваться с ректором? Хочется меньше попадаться ему на глаза, а получается наоборот.

Я осталась стоять перед витражом, глядя на печальное лицо Кайлена Вейла. Интересно, какая у него история, и почему он такой печальный? «Он тоже обладал редким даром». Что он имел в виду? И почему говорил это именно мне?

В кармане моего платья читательский билет вдруг потеплел, хотя шкафчик был далеко. Я вынула его. Пластина была тёплой на ощупь, и на её поверхности, где раньше было только моё имя и знак Академии, теперь проступили ещё несколько светящихся строк. Они выглядели как библиотечный шифр: «ЗК.Арх.Вейл.Доступ: Ограничен. Запрос: Ожидает рассмотрения».

Я ничего не запрашивала. И уж точно не из закрытого архива Вейлов.

Сунула билет обратно в карман, но ощущение тепла сквозь ткань не исчезало. Надо бы мне пойти к девочкам и не отходить от них ни на шаг! Странные дела творятся.

Глава 5

«Запрос: Ожидает рассмотрения». Кто мог его отправить? Я ничего не просила. Разве что... он сам? Ректор? Чтобы проверить мою реакцию? Или это попытка подставить, создать повод для обвинения в нарушении правил?

Тогда и выгнать легче будет…

Я постаралась отогнать эти мысли. Паранойя ни к чему хорошему не приведёт. Но я сунула билет поглубже в карман.

Теория магии проходила в большом помещении. Преподаватель, магистр Уэсли, оказался противоположностью Магусу, спокойный, методичный, с тихим голосом, который, однако, был слышен в каждом уголке зала. Он говорил об основах магических потоков, о внутренних резервах и о том, как их измеряют эти пресловутые уровни.

— Уровень – это не просто сила, — объяснял он, рисуя в воздухе светящиеся схемы. — Это пропускная способность. Объём магии, который вы можете пропустить через себя без вреда, и скорость её регенерации. Второй уровень, — он посмотрел в зал, и мне показалось, его взгляд задержался на мне, — это базовый минимальный порог для осознанного обращения с магией. Но и он имеет градации. Можно быть на пороге второго уровня, а можно быть на его пике, в шаге от третьего.

Я записывала всё, что могла, стараясь не отставать. Мои братья и сёстры получали эти знания с детства, а для меня это было впервые. Каждая фраза была ценной.

После лекции нужно было бежать на стихийные практики. Но они, как выяснилось, делились по группам в зависимости от результатов теста. Меня, с моим «неопределённым» результатом, направили в маленькую боковую комнату к магистру Лиоре.

В комнате, кроме нас, никого не было.

— Поскольку твоя совместимость не выявлена, стандартная программа тебе не подходит, — сказала Лиора, как только я вошла. — Мы начнём с основ ощущения магии. Сядь на пол, закрой глаза. Попробуй почувствовать собственную магию. Где она находится? Как ощущается?

Я попыталась. Минуту, другую. Внутри была пустота и лёгкое, знакомое с детства щемящее чувство, как будто что-то должно быть, но его нет.

— Ничего не получается, — призналась я.

— Это потому что ты всегда инстинктивно ищешь внешние источники, — сказала Лиора. — Теперь нужно научиться чувствовать внутренний резерв. Без этого контроль невозможен. Попробуй ещё раз.

Я снова закрыла глаза, стараясь успокоиться. Сосредоточилась на дыхании. И тогда, на границе сознания, я почувствовала. Тонкий, едва уловимый барьер, который отделял меня от внешнего мира. Он был похож на прозрачный защитный полог. Это и была моя магия? Не бесконечные потоки, а барьер?

— Что-то есть, — выдохнула я. — Но это не сила. Это как полог.

Лиора кивнула, и в её глазах мелькнуло удовлетворение.

— Опиши.

— Она тонкая. Гибкая. И… странная.

— Странная?

— Как будто хочет что-то впустить. Или не выпустить. Я не знаю.

— Интересно, — сказала Лиора, делая заметки у себя в блокноте. — Это соотносится с теорией адаптивной защиты. Твоя магия не накапливается внутри в виде резервуара. Она формирует мембрану, которая взаимодействует с внешней средой. Поглощает, фильтрует, отражает. Поэтому у тебя и не растёт уровень в классическом понимании. Ты не становишься мощнее. Ты становишься… прочнее. Или восприимчивее. Продолжай упражнение каждый день по десять минут. Нужно научиться чувствовать эту границу сознательно.

Оставшееся до вечера время пролетело в суматохе. История магии, короткий семинар по основам защиты, где я снова была лишь наблюдателем, так как не могла сформировать даже простейший щит волевым усилием.

Перед ужином я заглянула в комнату, чтобы оставить книги и переодеться. Девочек не было. На кровати Шейлы лежала записка

«Ушли смотреть, как старшие курсы дерутся на тренировочном полигоне. Присоединяйся, если освободишься. Д. и Ш.»

Я не пошла. У меня было индивидуальное занятие, и нервничала я достаточно, чтобы не нуждаться в дополнительных зрелищах.

Ужин был делом быстрым. Я съела кусок пирога с овощами и выпила чаю, почти не замечая вкуса. В зоне преподавателей сегодня было немноголюдно. Ректора Ардена не было видно. Зато Изабель сидела за одним из столов с магистром Тероном, оживлённо о чём-то беседуя. Она посмотрела на меня, когда я вставала из-за стола, и на её губах промелькнула тонкая, ничего не значащая улыбка.

В семь пятьдесят я уже стояла перед дверью кабинета ректора. Билет в кармане всё ещё был тёплым. Я взяла с собой учебник по теории, как он и просил.

Дверь открылась сама, прежде чем я успела постучать.

Внутри горел только один светильник на столе. Арден стоял у окна, глядя в ночную тьму. Он был в простом тёмном камзоле. Это делало его чуть менее недосягаемым, но не более дружелюбным.

— Закройте дверь и садитесь, — сказал он не оборачиваясь.

Я закрыла дверь и села на стул. Учебник положила на колени.

Ректор повернулся и сел напротив.

— Вы принесли учебник. Хорошо. Откройте главу вторую. «Внутренние и внешние источники магии».

Я открыла. Текст был знаком по лекции Уэсли, но более подробный.

— Читайте вслух первые три абзаца.

Я начала читать. Голос сначала дрожал, но потом я успокоилась. Когда я закончила, он задал вопрос:

— Объясните своими словами, чем отличается внутренний резерв от привлечения внешних сил.

Я попыталась пересказать.

— Хорошо, — произнёс он, когда я закончила. — Теперь перейдём к практике, положите руку на стол.

Я вытянула перед собой ладони.

— Сейчас я создам слабый магический импульс, просто сгусток магии. Ваша задача — не почувствовать его, отследить и… оттолкнуть. Не отразить, как вы сделали на занятии у Магуса, а именно оттолкнуть, как будто вы отодвигаете предмет рукой. Понятно?

— Понятно, — кивнула я, хотя было не совсем понятно. Как можно оттолкнуть то, что не имеет физической формы?

Он поднял руку. На его ладони возникла маленькая, мерцающая белым светом сфера, размером с грецкий орех. Она выглядела безобидной.

— Концентрируйтесь на своей внутренней границе, о которой вам говорила Лиора. Представьте, что это ваша кожа. И вы не хотите, чтобы к ней прикоснулись.

Сфера медленно поплыла по воздуху в мою сторону. Я заставила себя не отдёргивать руку. Закрыла глаза, пытаясь ощутить свою магию. Она была здесь, эта тонкая, едва уловимая, отделяющая меня от мира.

Сфера коснулась тыльной стороны моей лежащей на столе руки.

И в тот же миг инстинкт взял верх. Плёнка дрогнула и… втянула сферу внутрь. Тёплая волна разлилась по руке, потом растворилась. Я открыла глаза. Сферы не было.

Арден не выглядел разочарованным. Скорее, он ожидал именно этого.

— Инстинкт поглощения сильнее сознательного контроля. Это предсказуемо. Ещё раз.

Он создал новую сферу. И ещё одну. Каждый раз я пыталась настроиться на отталкивание, и каждый раз в последний момент поглощала магический импульс. После пятой сферы я почувствовала лёгкое головокружение и странную сытость, как после плотного ужина.

— Достаточно, — сказал он. — Вы видите проблему? Ваш дар – это автономная реакция. Как рефлекс. Чтобы управлять им, нужно научиться этот рефлекс подавлять. Или перенаправлять. Это сложно и болезненно. Как научиться не моргать, когда в глаз летит пыль.

— А зачем? — вырвалось у меня. — Если я могу поглощать угрозы, разве это не защита?

— Потому что, поглощая всё подряд, вы однажды поглотите что-то, с чем не справитесь. Яд, проклятье, нестабильный магический вихрь. Или вы сорвёте заклятье, жизненно важное для другого человека. Неконтролируемый поглотитель — это угроза для всех, включая его самого. Вы должны научиться выбирать.

Он откинулся на спинку кресла.

— На сегодня хватит. Домашнее задание: в течение дня два раза по пять минут пытайтесь ощущать свою внутреннюю границу без каких-либо внешних воздействий. Просто чувствуйте её. Как она меняется? Становится ли толще или тоньше в зависимости от вашего состояния? Запишите наблюдения. И принесите их на следующее занятие.

Я кивнула, встала и взяла учебник.

— Магистр Арден, — рискнула я спросить, прежде чем выйти. — Мой читательский билет… на нём появился странный запрос. В закрытый архив Дома Вейл.

Он поднял глаза. Его выражение не изменилось.

— И?

— Я его не отправляла.

— Известно, — ответил он просто. — Это был я. Проверка. Доступ вам, разумеется, не предоставят. Но реакция на сам факт запроса… информативна.

Меня осенило. Значит, это была провокация. Чтобы посмотреть, полезу ли я куда не следует, испугаюсь ли, побегу жаловаться.

— Какая информация? — спросила я, стараясь скрыть раздражение.

— Пока что вы не игнорируете странные события, но и не бросаетесь в них сломя голову. Это хорошо. В Академии много странного, Сильви. Умение отличать реальную угрозу от простой странности — важный навык. Теперь вы свободны.

Я вышла, чувствуя смесь унижения и досады. Неужели он думал, что я настолько глупа и радостно побегу в архив?

В коридоре, к своему ужасу, я снова столкнулась с Изабель. Она выходила из соседней двери. Увидев меня, она остановилась.

— А, Сильви. Первое индивидуальное занятие закончилось? Надеюсь, вы смогли почерпнуть что-то полезное из времени ректора? — сладковато-ядовитым тоном спросила она.

— Да, — коротко ответила я, пытаясь пройти.

— Знаете, — она сделала шаг, блокируя мне путь. — Ректор Арден известен своим… состраданием к неудачникам. Он часто даёт шансы тем, от кого другие давно отвернулись. Но его доброта имеет пределы. И те, кто злоупотребляет его вниманием, быстро оказываются по ту сторону стен.

— Вы меня о чём-то предупреждаете?

— Просто чтобы вы не строили иллюзий, — она улыбнулась. — Ваше положение здесь крайне шатко. И зависит оно не только от ваших успехов. Доброй ночи.

Она, наконец, отступила и прошла мимо, направляясь к кабинету ректора. Я слышала, как она постучала и, услышав «войдите», скрылась за дверью.

«Эти человечки вечно что-то выясняют, провоцируют, — мысленно сказал Базилик. — Никогда не любил их, не могут без конфликтов».

Может быть. Но от этого не становилось легче.

— Это ты где с ними сталкивался? — спросила тихо вслух, но мой фамильяр лишь нарочито горестно вздохнул.

Я вернулась в комнату. Дианта и Шейла что-то оживлённо обсуждали, но замолчали, увидев моё лицо.

— Ну что, как твоё персональное мучение? — спросила Шейла, развалившись на кровати.

— Он заставлял меня читать учебник, — ответила я, снимая платье и надевая ночную рубашку. — А потом пытался научить не поглощать магию.

— Звучит скучно, — констатировала Шейла.

— Не совсем, — встряла Дианта. Она смотрела на меня внимательно. — Ректор ведь что-то проверял, да? Не просто так.

Я кивнула.

— Он отправил от моего имени запрос в закрытый архив своего Дома. Чтобы посмотреть на мою реакцию.

Шейла присвистнула.

— Изощрённо. И что ты сделала?

— Спросила его об этом.

— И?

— Сказал, что это проверка моей реакции.

Дианта медленно кивнула.

— Он составляет о тебе мнение. Собирает данные. Как ты ведёшь себя под давлением, как реагируешь на провокации и неожиданности. Будь осторожна. Каждая твоя реакция сейчас — это кирпичик в стену его решения о тебе.

— А ещё его секретарша считает, что я злоупотребляю его вниманием и строю иллюзии, — добавила я, садясь на свою кровать.

— О, Изабель, — Шейла скривилась. — Она здесь уже лет пять. Считает ректора своей собственностью. Любую женщину, которая подходит к нему ближе, чем на три метра, воспринимает как личную угрозу. Не обращай внимания.

Но не обращать внимания было сложно. Её слова засели в голове, как заноза. «Шаткое положение».

Перед сном я попыталась выполнить домашнее задание. Села на кровать, закрыла глаза, пытаясь почувствовать ту самую границу. Сегодня она ощущалась иначе. Более плотной и сытой после поглощённых сфер ректора Ардена. Но и более… беспокойной. Как будто внутри что-то шевелилось. Чужая магия, которую я поглотила, ещё не до конца усвоилась.

Интересно, если я так насыщаюсь чужой магией, то мне можно не принимать обычную пищу? Или это другое?

Глава 6

Жить и учиться в Академии я планировала тихо и не отсвечивая. Но мало того, что мое нахождение здесь стало под большой угрозой отчисления, так и жизнь среди адептов не была спокойной и размеренной.

На второе же утро кто-то устроил потоп в соседнем блоке. Суматоха началась! Оказывается, кто-то из старшекурсников пытался призвать водного духа. Конечно же неудачно. Вода просочилась к нам, залив часть коридора. Пришлось обходить через запасной выход.

Мы с девочками едва не опоздали на завтрак, подоспели к самому концу, буквально за четверть часа до первого занятия.

За завтраком Шейла успела обсудить вчерашние бои на полигоне. Я ела кашу, прислушиваясь к ощущениям внутри. Сытость от вчерашних сфер еще оставалась.

— Ты сегодня какая-то тихая, — заметила Шейла.

— Думаю о домашнем задании, — ответила я.

— От ректора? Страшно?

— Не страшно. Странно. Я не понимаю, чего он хочет добиться.

Дианта подняла глаза от текста.

— Возможно, он сам этого не знает. Изучает тебя как феномен. Твой дар редкий. Для мага это всегда интересно.

Если подумать про ректора, то «интересовать его» как-то даже страшно прозвучало. Я поежилась, представляя, как преподаватели, чтобы докопаться до моей спрятанной внутри магии, проводят надо мной опыты.

Жуть!

— Ты чего?

— Да так… — ответила Шейле. — Мы не опоздаем?

На занятие по практической алхимии успели за несколько секунд до начала.

Нас всех собрали и повели в лабораторный корпус. Столько всего интересного! Не только я, но и другие, входили в помещение разинув рты.

Святая святых магистра! Сам он раздал инструкции по созданию простого освежающего эликсира. Нужно было смешивать ингредиенты в строгой последовательности, подогревая колбочку магическим пламенем.

В пару мне достался Брон. Он обращался с хрупкими пробирками удивительно ловко. Я старалась повторять движения, но моя магия отказывалась управлять пламенем. Чужая магия, вплетенная в ингредиенты, щекотала мои пальцы, вызывая желание поглотить ее. Я сжимала зубы, сопротивляясь рефлексу.

— Расслабься, — пробурчал Брон, не глядя на меня. — Ты его зажимаешь. Пламени нужна свобода.

— Я стараюсь.

— Перестань стараться. Дай ему гореть.

Я сделала вдох, разжала пальцы. Маленький огонек под колбочкой выровнялся, стал ровным и голубым.

Эликсир у меня вышел мутным и воняло от него болотом. У Брона получился прозрачным, с легким запахом мяты. Магистр, проходя мимо, бросил взгляд на мой результат и поморщился.

— Слабый дисбаланс элементов. На два балла. Учти, Сильви, алхимия требует точности. Ты вообще смотрела в список и последовательность ингредиентов?

Я промолчала, что ответить? Видимо, моя магия сожрала всё таки что не надо, и у меня ничего не вышло. Если так дальше пойдет, то мне на некоторые занятия лучше не ходить.

Я молча вылила эликсир, не хотелось его испытывать, хотя Брон бы не отказался выпить. Но это он так, чтобы меня поддержать сказал.

После алхимии был перерыв. Я решила зайти в библиотеку, проверить, не появились ли новые «запросы» на моем билете. В читальном зале было тихо. Я приложила пластину к считывателю у входа. На ней высветилось расписание и список выданных книг. Никаких упоминаний об архиве Вейлов. Запрос исчез бесследно.

— Ищешь что-то конкретное?

Я вздрогнула. За стеллажом стоял Арден. Он смотрел на меня поверх раскрытого толстого тома в своих руках. На столе рядом стопка книг, названия я не успела прочитать, они мгновенно заплыли, словно их скрыли.

От меня?

Да не очень-то и интересно!

— Нет. Просто проверяю.

— Здравый подход. Всегда знай, что за тобой числится. — Он закрыл книгу. — Как успехи с ощущением границы?

— Она стала плотнее. После вчерашних сфер.

— Естественно. Вы получили непривычный объем внешней энергии. Как самочувствие?

— Нормально. Чувствую сытость.

— Хм. — Он встал, взял книгу. — Это должно было пройти у утру.

Он направился к выходу, но задержался у двери.

— Кстати, Сильви. Завтра вечером, после нашего занятия, будет первое общее тестирование по защите. Подготовьтесь. Там будет не только магическое воздействие.

Он вышел. Я осталась стоять у считывателя, пытаясь понять скрытый смысл его слов. Не только магическое воздействие. Значит, физическое? Или что-то еще? Он не может понятнее изъясняться?

На обед я пришла раньше других. Взяла всем по салату, девочкам еще по рагу и пирог. У меня же сытость от магии притупила обычный голод. Почему то они задерживались, зато ко мне подсела Изабель. Она поставила поднос с изысканно украшенным десертом и чашкой кофе. Да что ей опять нужно от меня?

— Можно?

— Вам виднее, — ответила я.

Она села, поправила складки платья.

— Видела, вы разговаривали с ректором в библиотеке. Он часто там работает по утрам. Любит тишину.

— Я его не искала. Он сам заговорил.

— Конечно, — она улыбнулась. — Он всегда проявляет участие к трудным студентам. Пока они не пересекают черту.

— Какую черту?

— Черту разумного. — Она отломила кусочек десерта. — Вы, например, вчера поглощали учебные сферы. Рискованно. А если бы в них была не нейтральная магия? Если бы он решил проверить вашу устойчивость к яду? Или к боли?

— Он бы так не поступил.

— Вы уверены? — Она отпила кофе. — Вы ничего о нем не знаете. Только то, что он ректор и ледяной дракон. Драконы ценят силу. И им нравится смотреть, как ломаются слабые. Это развлечение.

— Не слышала о таком. А зачем вы мне это говорите?

— Чтобы вы понимали правила. Вы для него всего лишь интересный эксперимент. Не более. И когда эксперимент надоест или станет опасным, его закончат. Без сожалений.

Она встала, оставив объедки своего десерта.

— Удачи на тестировании завтра. Говорят, в этом году усложнили формат.

Она ушла. Я сидела, глядя на свой салат. Аппетит пропал полностью. Не верила я её словам. Дракон, не дракон, если бы он был таким жестоким, и экспериментировал с адептами, его бы не поставили ректором.

Или назначили бы всё равно?

— Примроуз? — рядом появились девочки, — это что?

— А, — я махнула рукой, — Изабель решила похвастать десертом. Нам ведь такие недоступны.

— Она что, к тебе подсела? Ела прямо тут? — Шейла широко раскрыла глаза и уселась на то место, где сидела Изабель. пальчиком брезгливо отодвинула блюдце с десертом на другой край стола. — Вот невоспитанная, не могла за собой убрать. Она уже даже меня раздражает. Ладно ректор, он в своем праве, а ей-то что? Что она говорила? Опять «своего» ректора охраняла?

— Если она так каждый день будет, тяжко тебе придется, — посочувствовала Дианта. — Есть вариант ее отвадить.

Она загадочно улыбнулась и придвинула к себе рагу.

— Но об этом позже. Сначала обед.

— Дианта! — мы с Шейлой одновременно на нее посмотрели.

— Ладно-ладно! Есть одна идея. — она наклонилась к нам, переходя на полушепот. — Тебе надо показать ей, что ты влюбилась и завела отношения с адептом. Она поймет, что на ректора ты не претендуешь, и отстанет.

— Что-то я сомневаюсь. — Нахмурилась Шейла. — Такие пока по маковке магией не получат, не отстанут. Ей можно просто поправить прическу.

— Насилие в Академии запрещено, — вскинула брови Дианта. — Если мы ее побьем, нас отчислят и Примроуз легче не станет.

— Тогда мой вариант! Решено, с этого дня начинаем искать того, кто нам подойдет на роль твоего парня!

Я смотрела на них и не верила своим глазам. Мы знакомы всего два дня, а они уже за меня тут кого-то побить собрались.

Аж слезы навернулись, я моргнула несколько раз, чтобы они не заметили. Так меня еще никто не хотел защитить!

— Спасибо вам, девочки, но обойдемся без насилия и парня. Во-первых встречаться надо, если действительно влюблен, а во-вторых…

— Какая ты еще наивная! Но я согласна. И не согласна одновременно. Мы тебе такого найдем, ууух! Ох, зря ты вчера на полигоне не была!

Шейла заиграла бровками, а Дианта пихнула ее в бок.

Глава 7

После обеда была лекция по истории магии. Преподаватель рассказывал о Войне Разлома, когда маги чуть не уничтожили материк. Я слушала вполуха, думая о завтрашнем тестировании.

Потом занятия разделились, я ушла вместе с такими же слабаками, как и сама, на занятия по физической подготовке. Те, кто от природы выносливее и сильнее, занимались отдельно. Дианта и Шейла были в той группе. А мы наворачивали круги вокруг полигона. На потоке фея я одна, но были и эльфийки, они тоже плелись вместе со мной в самом конце еле дыша. Здесь бы не помешал эликсир бодрости, но только не моего приготовления.

Вечером, вернувшись в комнату, я застала девочек в разгаре спора. Шейла собиралась на свидание с кем-то из старшекурсников. Уже! А Дианта отговаривала, ссылаясь на сложную контрольную завтра.

— Ты всё равно всё знаешь, — фыркнула Шейла, нанося что-то блестящее на веки. — А я хочу развлечься. Сижу здесь как в келье.

— Только не попадись патрулю после отбоя, — предупредила Дианта. — В прошлом году двоих отчислили за ночные вылазки.

Шейла махнула рукой и выскользнула за дверь.

Дианта вздохнула и вернулась к книгам. Я села на кровать, достала учебник по защите. Надо было готовиться. Но мысли путались.

— Дианта, — спросила я. — Что значит тестирование «не только с магическим воздействием»?

— Физические испытания. Полоса препятствий. Может, поединки на тренировочных клинках. Зависит от магистра. Зачем?

— Ректор сказал готовиться на завтра.

— А, значит, будет сложно. Но не настолько, чтоб выгнали, не переживай.

Я вернулась к учебнику, пыталась читать, но буквы расплывались.

«Прим, — мысленно позвал Базилик. Он принял облик котёнка у меня на подушке. — Ты перенасыщена. Нужно выпустить лишнее.»

— Как?

«Попробуй сформировать что-то. Самый простой светящий шар. Желательно несколько, что-то мне не нравится твоё состояние».

— У меня не получается создавать. Я только поглощаю.

Дианта подняла взгляд, но ничему не удивилась. Про Базилика она была в курсе, поэтому вновь погрузилась в свою книгу, не обращая больше внимания, а я попробовала создать шарик.

На ладони ничего не появилось, но воздух над ней замерцал. Пошёл рябью. И от моих пальцев потянулись тонкие, почти невидимые нити. Они висели в воздухе секунду, потом рассеялись.

Я услышала резкий вдох. Дианта смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Что это было?

— Я… не знаю.

— Ты пыталась создать светящий шар?

— Да.

— Никогда не видела такого, как у тебя. — Дианта встала, подошла ближе. — Попробуй ещё раз. Очень осторожно.

Я повторила попытку. Снова рябь в воздухе. Снова нити, которые рвутся и рассеиваются. На ладони осталось лёгкое ощущение покалывания.

Дианта медленно покачала головой.

— Твой дар… кажется, разлагает магию на составляющие. И когда ты пытаешься создать шар, получается, что расщепляешь его. Это опасная способность, Примроуз.

В дверь громко постучали. Мы обе от неожиданности вздрогнули и замерли.

— Кто там? — спросила Дианта.

— Откройте. Патруль безопасности.

Дианта бросила на меня тревожный взгляд и открыла дверь. На пороге стояли двое старшекурсников и за ними магистр Магус.

— Сильви? — он узнал меня и тут же рассержено махнул рукой парням, чтобы уходили.

— Да, — ответила я вставая.

— Пройдите со мной.

— По какому поводу? — вмешалась Дианта.

— Об этом она узнает на месте. — Магистр Магус посмотрел прямо на меня. — Возьмите свою студенческую пластину.

Пластину? Неужели мне сейчас скажут сдать её? И покинуть эти стены? Из-за того, что я днём не пробежала и половины нормы? Так не только я, эльфийки тоже. Или Изабель? Она что-то сделала?

Голова кругом. Я, как во сне достала пластину, беспомощно глянула на подругу и вышла.

Меня повели в нижние уровни Академии, я даже не представляла, что там есть такие помещения. Комната была маленькой, без окон, с голыми каменными стенами. Посередине стоял массивный стол и два стула.

— Садитесь, — сказал Магус. — Ваша пластина.

Я подала ему пластину. Он положил её на стол, провёл рукой. Над пластиной возникло голографическое изображение, запись магических колебаний. Я увидела знакомые всплески. Это мои попытки создать шар. Из-за этого меня сюда привели?

— Объясните это, — сказал Магус, указывая на пики.

— Я выполняла домашнее задание. Училась чувствовать свою магию.

— Это не похоже на медитацию. Это похоже на попытку некорректного заклинания. Вы пытались что-то уничтожить?

— Нет! Я пыталась создать светящий шар.

— Создать? — он нахмурился. — Эти паттерны не соответствуют созидательным практикам. Они соответствуют практикам разложения. Расщепления магических связей. Где вы этому научились?

— Нигде. — Я побледнела. — Это вышло случайно.

— Случайно, — повторил он. — Вы понимаете, что несанкционированные эксперименты с деструктивной магией строго запрещены? Особенно в жилых корпусах?

— Я не экспериментировала. Я просто…

— Достаточно. — Он поднял руку. — Ваша пластина будет изъята для детального анализа. До выяснения обстоятельств вы отстраняетесь от практических занятий. Теоретические можете посещать. Заниматься в своей комнате практикой вам запрещено. О каждом вашем шаге будет докладываться. Нарушите правила, Сильви, будете содержаться здесь, — он обвёл взглядом комнату, а я сглотнула от страха, — до решения ректора.

Он встал. Прошёлся по комнате, потом вздохнул и обратился ко мне снова.

— Теперь можете идти. А я доложу ректору об инциденте.

Меня выпустили. Я побрела обратно. В голове не укладывалось, это были всего лишь ниточки! Всего лишь неполучившийся шарик! А меня чуть ли не в главные преступницы Академии записали.

В комнате Дианта ждала, сидя на кровати.

— Что это было, Прим? Ты в порядке?

— Засекли мои попытки со световым шариком. Говорит, это похоже на деструктивную магию. И пластину изъяли. От практики отстранили.

Дианта закрыла глаза.

— Это плохо. Очень плохо. Деструктивная магия одна из самых тяжёлых статей. За это могут отчислить сразу. И… если выяснится применение в городе, могут даже казнить.

— Не пугай меня так… — прошептала я ошарашено. — Я ничего не разрушала.

— Тебе нужно очень веское поручительство. И индивидуальный учитель. Почему твои родители не обучали тебя? Они же должны были знать о…

— У меня нет ни того ни другого. — Я перебила её. — А родители… Я четырнадцатая дочь от четвертой жены. Младшая. Я чудом прошла отбор в Академию, сбежав от служанки во время закупок на рынке.

— Есть, — сказала Дианта шёпотом. — Ректор Арден. Только он может замять это, если захочет. Но захочет ли он после такого?

Я села на кровать, уставившись в стену. Эксперимент, оказывается, мог закончиться досрочно. И не в мою пользу.

Дверь открылась, вернулась Шейла. Она была взъерошена и счастлива, но увидев наши лица, замерла.

— Что случилось?

Дианта вкратце объяснила.

— Ого, это уже на серьёзном уровне. Придётся ждать утра.

Я легла, но не могла уснуть. Внутри всё дрожало. Моя граница, моя защита, оказалась оружием, нестабильным и опасным. И теперь все это узна́ют.

И самое ужасное, что я сама ничего не знаю о ней.

Утром меня ждал выбор: идти на теоретические занятия или сидеть в комнате. Я пошла. Лучше двигаться, чем замирать в ожидании.

На пороге лекционного зала меня остановили.

— Сильви? Вам приказано пройти в кабинет ректора. Сейчас.

Я поднялась по знакомой лестнице. Дверь в кабинет была приоткрыта.

Я вошла. Внутри кроме Ардена стоял Магус. На столе лежала моя студенческая пластина.

Ректор сидел, откинувшись в кресле.

— Магистр Магус доложил о вчерашнем инциденте. Вы подтверждаете, что пытались проводить манипуляции с магией в жилом помещении?

— Да. Но это было не…

— Я видел записи, — перебил он. — Паттерны действительно нестандартные. И вызывают вопросы. — Он поднял глаза на меня. — Вы говорите, пытались создать светящий шар?

— Да.

— Покажите. Сейчас. Здесь.

Магус нахмурился.

— Ректор, это небезопасно…

— Кабинет защищён. Покажите, Сильви.

Я подняла дрожащую руку. Сосредоточилась. Вспомнила вчерашнее ощущение. Магия внутри отозвалась болезненной пульсацией. Я попыталась вытянуть из неё энергию, сформировать шар.

Воздух снова замерцал. Нитки потянулись от пальцев. Потом также рассеялись.

Арден внимательно наблюдал.

— Ещё раз. Медленнее.

Я повторила. Результат был тот же.

Он молчал несколько секунд, глядя на мою руку.

— Хм. — Он перевёл взгляд на Магуса.

Магус покачал головой.

— Это всё рискованно. Неконтролируемая магия. Нужно послать запрос на блокаторы. Либо…

— Пока ничего не предпринимаем, — перебил его Арден. — Сильви, вы по-прежнему отстранены от групповых практик. Но индивидуальные занятия продолжатся с удвоенной интенсивностью. Ваша пластина будет возвращена вам с установленным ограничителем. Она будет регистрировать все ваши манипуляции и при превышении порога блокировать ваш дар. На время.

Потом ректор взял пластину, провёл над ней рукой, и она на мгновение вспыхнула синим.

— Всё. Вы можете идти на занятия.

Магус, кажется, хотел возразить, но сдержался. Я взяла пластину и вышла.

На лестнице меня снова поджидала Изабель.

— Снова ты? — она прищурилась. — Что на этот раз?

Меня её ревность не заботила, я молча прошла мимо неё, не удостоив ответом, а она раздражённо фыркнув, поднялась.

Глава 8

На лекции по теории магических законов я сидела с краю, стараясь не привлекать внимания. Преподаватель что-то говорил о балансе сил, но слова пролетали мимо. В голове все мысли крутились вокруг тех ниточек магии и реакции Магуса.

На перерыве я вышла в коридор, чтобы перевести дух. Одногруппники стали меня сторониться, а подруг отправили на другое занятие.

«Не принимай близко к сердцу, — мысленно сказал Базилик. — Они не знают, как себя вести. Ты теперь помечена».

— Я и сама не знаю, как себя вести, — прошептала я в ответ.

Внезапно в конце коридора появилась Изабель. Она шла быстро, целенаправленно, и её взгляд был прикован ко мне. Я инстинктивно отступила к стене.

— Сильви, — она остановилась в двух шагах. — Поздравляю. Ты получила свой ограничитель. Знаешь, что это значит?

Я молчала.

— Это значит, что тебе не доверяют. Даже он. Особенно он. Ты для него подопытный зверёк в клетке с колокольчиком на шее. Каждый твой чих будет записан. И когда чихи станут опасными… — она сделала паузу, давая словам осесть. — Колокольчик заглушат. Навсегда.

Изабель окинула меня взглядом, полным превосходства с головы до ног.

— Твоё тестирование сегодня вечером. Интересно, как ты справишься с ограничителем. Он может сработать в самый неподходящий момент. Например, когда тебе действительно будет нужна твоя… защита.

«Эта надоедливая права насчёт одного, Прим. Неизвестно, как поведёт себя ограничитель»

— Что мне делать?

«Идти на тестирование. И постараться не использовать дар вообще. Даже рефлекторно».

Легко сказать. Особенно когда знаешь, что тестирование включает не только магию.

Оставшуюся часть дня я провела в напряжённом ожидании. На физической подготовке мы с группой «слабаков» снова бегали круги. Эльфийки рядом снова еле дышали, и я была с ними заодно.

После ужина пришло время. Тестирование по защите проходило в том же зале, где мы занимались с Магусом. Но сегодня зал преобразился. Часть пространства была затемнена, в другой части стояли манекены, а в центре лежала полоса препятствий: брёвна, барьеры, канаты.

Собралась наша маленькая подгруппа. Дианта и Шейла стояли вместе, тихо переговариваясь. Брон мрачно осматривал снаряды. Эловин выглядел спокойным, как всегда.

В зал вошёл ректор Арден. За ним магистр Магус и ещё двое преподавателей, которых я не знала. Ректор выглядел необычно: в тёмной форме, с собранными назад волосами. Пока я его рассматривала, не замечала, что он пристально смотрит на меня.

— Начнём, — сказал он, когда мы встретились взглядами. — Тестирование состоит из трёх этапов. Первый — преодоление полосы препятствий под магическим обстрелом. Второй — защита манекена от серии атак. Третий — ближний бой с инструктором. Цель — продержаться и показать контроль. Первый — Брон.

Парень шагнул вперёд. Магистры заняли позиции по краям полосы. Арден остался в стороне наблюдая.

По сигналу Брон рванулся вперёд. Сразу же со стен полетели сгустки света: учебные, но болезненные, судя по тому, как он вздрогнул, когда один попал в плечо. Он бежал, покрываясь на ходу чешуёй, отбивал некоторые заряды кулаками. Добрался до конца пыхтя.

Защита манекена прошла сложнее. Брон старался прикрыть его земляными барьерами, но несколько атак прорвались. Манекен задымился.

Ближний бой… Брон продержался минуту, пока его не уложили на лопатки простым приёмом.

— Достаточно, — сказал Арден, делая пометки. — Следующая Дианта.

Демоница двигалась изящно и быстро. Она легко уворачивалась. Манекен она защитила почти идеально, окутав его несколько ими слоями защитных пологов. В ближнем бою она использовала не только магию, но и свою природную ловкость и гибкость, продержалась дольше всех.

— Хорошо, — констатировал Арден. — Шейла.

Драконица прошла полосу с огоньком, иногда отвечая на выстрелы вспышками собственной энергии. У манекена она создала щит из сияющих чешуек. В бою она была агрессивна, атаковала, но инструктор легко парировал и, в конце концов, обездвижил её.

— Слишком много нападения, мало защиты, — заметил Арден. — Эловин.

Эльф пролетел полосу, почти не задевая препятствий, воздух помогал ему. Манекен он защитил вихрем, отклоняющим атаки. В бою он уворачивался, но одна ошибка, и он был повержен.

И вот моя очередь.

— Сильви, — позвал Арден. — Начинайте.

Я подошла к старту. От волнения в горле пересохло. Полоса от места старта казалась вдвое длиннее.

— Вперёд. — Скомандовал ректор, и я побежала.

Первые выстрелы просвистели мимо. Потом один задел по руке. Больно, повторений бы не хотелось. Инстинктивно моя внутренняя магия оживилась, готовясь поглощать. В тот же миг сработала пластина в кармане, но магический удар не был поглощён, он прошёл сквозь меня, оставив чувство онемения.

От этого я споткнулась, едва не упала. Сзади раздался свист очередного заряда. Пришлось сделать кувырок в сторону. Бежать дальше. Каждый удар теперь был физическим ощутим, без возможности поглотить. Я добралась до конца полосы, покрытая синяками и ободранными коленками.

На защите манекена со стен летели уже не сгустки, а настоящие, хоть и ослабленные, боевые заклинания. Огненные шары, ледяные осколки, удары воздуха. Я встала перед манекеном, подняла руки, пытаясь сделать то, что показывала Дианта, создать барьер. Но у меня получались только эти рвущиеся нити. Они рассеивали часть заклинаний, но не поглощали их полностью. Осколки льда резали манекен, огонь опалил его бок.

— Остановить, — скомандовал Арден. Атаки прекратились. — Переходите к бою.

Спарринг с тем же старшекурсником, кто сражался с остальными. Он был высок, широк в плечах, и в силе превосходил любого из нас.

— Защищайся, — сказал он.

Он атаковал физически. Удары кулаками, захваты. Я пыталась уворачиваться, но он был быстрее. Первый удар пришёлся в плечо, второй в живот. Я согнулась отступая. Я пропустила удар в челюсть, мир поплыл. Упала на колени.

— Достаточно, это уже избиение, Рокс. Она не может защищаться. — Услышала над собой голос ректора, а потом увидела его руку. Он протянул мне её для помощи. — Встаньте.

Я поднялась, пошатываясь, опираясь на его ладонь.

— Результаты будут объявлены позже, — сказал Арден, обращаясь ко всей подгруппе. — Все свободны. Сильви, останьтесь.

Остальные стали расходиться, бросая на меня сочувственные или любопытные взгляды. Дианта задержалась у выхода, но Шейла потянула её за собой.

Мы остались вдвоём с ректором в опустевшем зале.

— Ваше выступление было худшим, — сказал он без предисловий. — Вы не смогли использовать дар из-за ограничителя, с ним вы могли уничтожить противника по-настоящему, а без него вы абсолютно беспомощны. Это проблема.

Я молчала, чувствуя, как кровь сочится из разбитой губы. Теперь она распухнет, а там поди ещё и синяк на скуле.

— Но есть и положительный момент, — продолжил он. — Ограничитель сработал корректно. Он заблокировал попытку поглощения магического удара, но не вмешался в физическое столкновение. Значит, его настройки верны. И ваша способность к расщеплению магии… проявлялась, когда вы пытались создать барьер. Вы рассеяли часть атак, хотя и недостаточно.

На этих словах протянул руку, и из его пальцев к моему лицу потянулось лёгкое свечение. Я смотрела на него, уставившись во все глаза. Он залечивает мою губу и скулу?

— Возьмите у лекаря мазь от синяков. Завтра индивидуальное занятие будет посвящено контролю. Вы должны научиться включать и выключать свой дар по желанию. А не тогда, когда он сам захочет. И вы должны научиться сражаться без него. Физически. С завтрашнего дня вы будете посещать дополнительные занятия по рукопашному бою. Это не обсуждается.

Я кивнула, не в силах выговорить слово.

— Идите в лазарет. Пусть обработают ушибы. — Он повернулся, чтобы уйти, но задержался. — И, Сильви… Не слушайте тех, кто говорит, что вы подопытный зверёк. Вы адепт. Сложный, проблемный, но адепт, а не подопытный. И ваше обучение – моя ответственность. Пока вы здесь.

Я побрела в лазарет. Лекарь едва глянул на меня, кивнул к кушетке.

— Садись. Что с тобой случилось?

— Тестирование прошла, — коротко сказала я.

— А, понимаю. — Он принялся обрабатывать ссадины. — У многих синяки после такого. Ректор не любит, когда расслабляются. Ничего, сейчас подлечим, завтра будешь как новенькая.

Заклинание приятно холодило, боль отступала.

— С этим тестированием вообще кто-нибудь справляется на сто процентов? — спросила я.

Целитель фыркнул.

— Единицы поначалу. С каждым семестром тестирование усложняется. Кто-то потом становятся личной гвардией правителя или уходят на службу, но главное — выносливость и упрямство.

Он закончил, боль ушла почти полностью.

— Готово. Можешь идти, но если закружится голова, то возвращайся.

Я поблагодарила и вышла. Вечерело. По дороге в общежитие я чувствовала на себе взгляды. Шепотки. Новость уже разлетелась.

В комнате Дианта и Шейла ждали.

— Ну как? — спросила Шейла, оглядывая мои зажившие, но ещё видные ссадины.

— Жива, — ответила я. — Мне добавили в расписание рукопашный бой.

— О-хо-хо, — Шейла присвистнула. — Они из феи сделать бойца хотят? Я тебе сочувствую, Примроуз.

Дианта молчала, глядя на меня. Потом всё же выдала свои мысли:

— Он видит в тебе потенциал. Иначе не тратил бы время.

Спать мы легли рано. Тело ныло, мысли путались. Но я всё равно упрямо твердила себе: я не вернусь в Дом Сильви. Я не стану служанкой без собственного "я".

И если для этого нужно научиться сражаться без магии, выдержать все его уроки, я это сделаю.

Глава 9. Арден из Дома Вейл

Арден прошёл мимо Изабель, не обратив на неё внимания, закрыл дверь кабинета. Нейз тут же материализовался, и, свернувшись в тугой багровый клубок, лёг у камина на ковре.

Огненный василиск приоткрыл один глаз, узкий зрачок скользнул в сторону хозяина, затем снова закрылся. С того момента, как эта девушка появилась в Академии, нейз вёл себя беспокойно. Обычно равнодушный ко всему, кроме магии пламени и приказов Ардена, он теперь порывался незримо следовать за ней на занятия, замирал у дверей, когда она проходила, а в тренировочном зале его хвост беспокойно бил по полу. Древний инстинкт признания своего.

Примроуз из Дома Сильви. Судьба привела её прямо к нему.

Её тестирование прошло катастрофически, как он и предполагал. Без своего дара она хрупкая тростинка. С даром непредсказуемая лавина. Ни то ни другое не годилось для выживания в Свободных землях. И то и другое вело к одному финалу.

Он видел это раньше. С феей из побочной ветви Дома Орешник, три поколения назад. Тот дар проявился поздно, в зрелом возрасте, когда она уже разменяла шестой десяток, и пошёл по пути чистого поглощения. Сначала это считали удачей, она легко гасила ссоры, снимала порчи, нейтрализовала яды. Потом стало заметно, что люди чувствовали опустошение. В теории это могло быть полезным: разряжать опасные заклятья, обезвреживать про́клятые предметы. На практике это означало, что любого можно опустошить, разрушить до основания его магические потоки. Дар вырвался, магия стала необузданной. Фею объявили вне закона. Убили в её же спальне, потому что боялись.

Дар Примроуз был в самом задатке. Ещё есть шанс полностью блокировать её магию. Но ритуал слишком сложен, и в её случае не известно, как это сделать магически. Успешного блокирования такого дара просто не существовало в природе. Защитные барьеры рассыпа́лись.

Почему Дом Сильви ничего не предпринял? Не отправил к правителю весть, не нашёл наставника, не попытался научить контролю?

Вариантов было два. Либо они не знали истинной природы её дара. Считали её просто слабой, безнадёжной, и сплавили в Академию по квоте, чтобы избавиться. Либо знали. И испугались. Спрятали, держали в неведении, надеясь, что дар никогда не проявится в полную силу. А когда она уехала, вздохнули с облегчением.

Арден склонился над столом, где лежало досье Примроуз Сильви. Скупые строки: родилась, зафиксирован второй уровень, домашнее образование «в объёме, достаточном для ведения хозяйства». Никаких упоминаний о нестабильности или всплесках магии, ничего о происшествиях. Либо они были мастерски скрыты, либо их действительно не было. До сих пор.

Но главная причина, почему она ещё до сих пор не отчислена и не отправлена к инквизиторам правителя, в другом.

Он откинулся на спинку кресла, глядя в потолок. Истинность. Вот что связывало её с ним и его родом. Дом Вейл, ледяные драконы, хранители истинной формы магии, её изначальной, неискажённой структуры. Его предок Кайлен, изображённый на том витраже, обладал даром видеть эту структуру и восстанавливать её. Он мог исцелять разрывы в магической ткани мира. Он погиб, используя свой дар.

Дар Примроуз был вывернутой наизнанку версией того же дара. Она не восстанавливала. Она разрушала. Но в основе лежало то же самое — восприятие истинной структуры магии. Их магия была родственна. Противоположна, но родственна.

Нейз это чувствовал. Василиски, существа подземного пламени, видели суть вещей. Он тянулся к ней, стремясь защитить, опекать. А она не имея опыта и сильного уровня не могла это почувствовать или увидеть магическим зрением.

Что теперь делать с этой истинностью?

Обучить её контролю? Это могло занять годы. У него не было стольких лет. У неё, возможно, тоже. Её дар привлекал внимание. Магус уже настороже. Адепты, скорее всего, уже распустили слухи. В Академии, как в дикой стае, слабого и странного отсекают быстро.

Выгнать фею? Отправить обратно в Дом Сильви? Это было бы равноценно смертному приговору, вынесенному отсрочкой. Там её либо уничтожат, либо запрут, и неконтролируемый дар, в конце концов, разъест её изнутри.

Оставить, наблюдать, надеяться? Это безответственно. Перед ней. Перед другими студентами.

Арден встал, подошёл к камину. Нейз приподнял голову, издал низкое, похожее на мурлыканье гудение.

— Я знаю, — тихо сказал Арден. — Она наша. В каком-то смысле.

Василиск медленно моргнул.

На столе лежал её учебный план. Завтра назначен рукопашный бой. Бессмысленно, если она не научится хотя бы частично управлять даром. Физическая сила не спасёт от магического выпада. Но это даст ей дисциплину и, возможно, время и надежду.

Он решил. Он будет учить её. Не только контролю над поглощением. Он будет готовить её к тому, что её дар опасен и смертелен. И он будет искать ответы. Обратится к закрытым архивам Вейлов, к тем немногим уцелевшим записям о подобных случаях. И, возможно, ему придется вступить в опасную переписку с Домом Сильви. Неофициально. Чтобы понять, что они знали. И почему молчали.

Это был риск. Вмешательство в дела другого Дома, особенно такого замкнутого, как у фей, могло иметь последствия. Но альтернатива, наблюдать, как она идёт к гибели, была неприемлема.

И он чувствовал её упрямство. Она не сдастся. Это он видел в её глазах. Но на одном упрямстве не уйдёшь от последствий.

Ему нужно было дать ей знания. И уберечь. Хотя бы для того, чтобы понять, зачем им было суждено столкнуться в его жизни.

Нейз потянулся, исчез и тут же проявился напротив ректора.

— Да, — сказал Арден ему в ответ. — Будем охранять. Пока не поймём, что охраняем. И от чего.

Глава 10

Я проснулась оттого, что всё тело ныло. Каждый мускул, каждая кость напоминали о вчерашнем тестировании. Даже зажившие ссадины на коленях и локтях тянули тупой болью. Я лежала, уставившись в серый потолок нашей комнаты, и слушала ровное дыхание Шейлы. Дианта уже встала, за ширмой слышался шелест одежды.

Боль была знакомой. Такую боль я знала с детства.

Меня не били. Не то чтобы специально, но толкнуть, чтобы я не путалась под ногами, отшвырнуть локтем, если я не вовремя подала что-то за столом — это было обычным делом. Моя мать, леди Лиана, четвёртая жена лорда Сильви, смотрела на это с холодным равнодушием. Я была её неудачей. Она рассчитывала родить сына, чтобы укрепить своё положение. Родилась дочь, которая к тому же оказалась слабосильной. Магия второго уровня у феи — это не просто слабость. Это непригодность. Бытовые заклинания, такие как починить платье, оживить увядший цветок, подогреть воду, требовали третьего, а лучше четвёртого. У меня не получалось даже этого. Вода в кувшине оставалась холодной, цветы засыхали, а игла и нить слушались только моих пальцев, без помощи чар.

Мою судьбу определили быстро. Такая не станет женой, даже побочной, кому нужна бесполезная фея без силы? Я была обузой, но и выгнать, значило опозорить Дом Сильви. Решение нашлось само собой.

Я стала жить среди прислуги. Сначала под присмотром старой кормилицы, потом сама. Мне и комнату выделили в восточном крыле, рядом с комнатами горничных. Вставала с ними, ела на кухне, выполняла поручения. Сначала простые, отнести бельё, подать чай. Потом сложнее: помогать садовнику пропалывать грядки, разумеется, без магии, чистить серебро для праздников, штопать одежду для детей от других жён.

Мои сводные братья и сестры, отпрыски любимых жён, быстро поняли мой статус. Для них я была не сестрой, а удобной служанкой, которая всегда рядом и не смеет отказать. «Прим, принеси мои книги». «Прим, заплети волосы». «Прим, убери в моей комнате, ты же всё равно ничего не делаешь».

Отказ означал наказание. Не физическое, нет, этого бы не потерпел даже равнодушный отец, но можно было лишить ужина, или закрыть в кладовой на ночь. «Забыть» позвать на семейный праздник, где раздавали сладости и маленькие магические безделушки. Мать моя никогда не заступалась. Она занималась своими интригами, пытаясь выторговать у отца новые земли или драгоценности. Я была пятном на её репутации, и она предпочитала делать вид, что меня не существует.

Однажды, когда мне было лет десять, сводный брат Альдер, сын первой жены, решил позабавиться. Он только что научился призывать мелких шипящих духов. И загнал одного такого в мою комнату. Дух не был опасен, но жутко шипел, метался по углам и портил вещи, рвал простыни, опрокинул кувшин с водой. Я в ужасе просидела на кровати всю ночь. Утром, когда дух исчез, пришла служанка. Увидела беспорядок. Меня отчитали за неряшливость, вычли стоимость испорченного из моего и без того скудного содержания и заставили убирать весь этаж в наказание.

Я тогда не плакала. Я поняла одно: мне никто не поможет. Никто не спросит «как» и «почему». Моя правда никому не интересна. Выжить можно только молча, делая свою работу и оставаясь как можно более незаметной.

Но иногда становилось невыносимо душно. Тогда я прокрадывалась в сад, в самую глухую его часть, где росла старая плакучая ива. Там в её свисающих ветвях, можно было спрятаться. Там я впервые встретила Базилика. Он тогда был просто слабым магическим сгустком, заблудившимся духом света. Он приник ко мне, почувствовав… мою пустоту. И остался.

Он был таким же заблудшим и никому не нужным, как и я.

«Прим. Ты опять в прошлом». Его мысленный голос прозвучал у меня в голове. Он лежал комочком у моей шеи, мирно посапывал, и мне казалось, что он спит.

«Трудно не быть, когда все мышцы болят», — ответила я мысленно.

«Тогда вставай. Сегодня рукопашный бой. Новые синяки меняем на старые. Будет весело».

Поддержал так поддержал.

Я села на кровати. Дианта выглянула из-за ширмы.

— Как самочувствие?

— Живая, — буркнула я, натягивая форму.

— Я слышала, с тобой будет заниматься снова Рокс, — сказала Дианта, заплетая свои чёрные волосы в тугой узел. — Тот самый, что вчера…

— … уложил меня на лопатки за две секунды. Да, я в курсе.

— Я о нём расспрашивала у его однокурсников. Он на особом счету у ректора.

Мы спустились в столовую. Завтрак прошёл в тишине. Окружающие смотрели на меня украдкой. Новости в Академии распространялись со скоростью лесного пожара. Все уже знали о «деструктивной магии» и провале на тестировании. Я видела, как несколько первокурсниц из других групп шептались, глядя на меня, и откровенно смеялись. Я старалась не обращать внимания, сосредоточившись на тарелке с кашей.

После завтрака Дианта и Шейла ушли на свой профильный семинар по продвинутой защите. Мне нужно было идти в тренировочный зал на нижнем уровне.

Рокс ждал меня.

Три часа пролетели в непрерывной боли. Он заставлял меня падать на маты с разных положений, группироваться, перекатываться. Потом учил блокировать удары предплечьями и голенями. Каждый лёгкий, по его меркам, толчок отбрасывал меня на несколько шагов. Синяки на руках и ногах множились. Я кусала губу, чтобы не вскрикнуть, и поднималась снова.

— Слабо. Мышц нет. Выносливости нет. Реакция замедленная. Но этому всему можно научиться.

В конце занятия я стояла едва переводя дыхание.

— Придёшь послезавтра. В этот же час. И начнёшь бегать по утрам ежедневно, я буду ждать тебя на плацу завтра до завтрака.

Я просто кивнула, не в силах выговорить хоть слово.

По пути в лазарет, чтобы смазать новые синяки, я проходила мимо открытых дверей одного из классов старших курсов. Там шло занятие по сложным магическим заклинаниям. В воздухе висели сложные светящиеся узоры, и адепты водили руками, меняя их. На секунду замерла, глядя на эту красоту и сложность. Я никогда не смогу так. Моя магия рвёт, а не создаёт.

Внезапно в конце коридора я увидела знакомый силуэт. Ректор Арден. Он разговаривал с магистром Уэсли, но его взгляд скользнул по мне, задержался на моём лице. Я поспешила дальше.

В лазарете лекарь только вздохнул, увидев меня.

— Опять ты. Давай сюда руки.

Пока он работал, я сидела, уставившись в стену. Мысли возвращались к дому. К отцу, который за все восемнадцать лет моей жизни ни разу не спросил, как я живу.

Почему я вообще выжила? Почему не сломалась? Может, потому, что в тишине, в своём углу, у меня была свобода. Никто не ждал от меня великих свершений. Никто не контролировал каждый шаг, как это было с наследниками. Я могла читать украдкой книги с кухни. Могла слушать разговоры слуг, узнавая новости из внешнего мира. Могла мечтать. Мечтать о месте, где меня бы ценили. Где я могу быть не Примроуз-неудачницей, а просто Примроуз.

Академия была шансом. Билетом на свободу. Этот шанс я мечтала использовать, но теперь, имею ли я право с такой разрушительной магией?

Когда лекарь закончил, я вышла. Оставалось ещё время до обеда, в расписании был свободный час, меня, очевидно, просто не знали, куда включить. Я решила зайти в библиотеку, взять книгу по истории боевых искусств. Если уж придётся этим заниматься, нужно понять теорию.

В библиотеке было тихо. Я нашла нужный раздел, потянулась за книгой на верхней полке. Не дотянулась. Внезапно сзади меня протянулась рука в тёмном рукаве и легко взяла томик.

Я обернулась.

Ректор Арден держал книгу, глядя на меня своим холодным взглядом.

— «Основы рукопашного боя у немагических рас». Не самый очевидный выбор для феи.

— Мне нужно понять основы, — тихо сказала я.

— Разумно. — Он передал мне книгу. Его пальцы на мгновение коснулись моих. — Рокс доложил, что ты старалась.

Я молчала.

— Упрямство — хороший ресурс, но весьма ограниченный. Его хватает, пока есть цель. Какова твоя цель, Сильви?

— Остаться здесь, — выдохнула я, не отрывая взгляда от корешка книги.

— Почему?

— Чтобы доказать себе, что я не просто служанка.

Он смотрел на меня несколько секунд.

— Служанка, адепт… это всего лишь роли. Суть не в названии. Суть в том, что ты делаешь со своей силой. Даже если эта сила… своеобразна. Не забывай о домашнем задании. Завтра вечером. Я жду ваших записей об ощущениях границы.

Он развернулся и ушёл. Я стояла, прижимая тяжёлую книгу к груди. От его вопроса осталось странное ощущение. Как будто он копнул глубже, чем было нужно.

Вернувшись в комнату, я застала Шейлу в необычайном возбуждении.

— Прим! Ты только посмотри! — Она тыкала пальцем в свою студенческую пластину. На ней светилось приглашение. «Шейла из Дома Рю приглашена на чай к Леди Илэйн, главе торгового представительства клана Рю в Академии. Завтра, 16:00».

— Это же огромная честь! — продолжала Шейла. — Илэйн редко кого приглашает лично! Это значит, на меня обратили внимание!

Дианта улыбалась, глядя на её радость.

Шейла рылась в шкафу, выискивая, что надеть. А я села за свой стол, открыла книгу по бою. Буквы плыли перед глазами. Я снова чувствовала ту разницу. Пропасть между мной и другими. Они строили будущее. Я боролась за право просто быть здесь.

Перед сном я выполнила домашнее задание Ардена. Села, закрыла глаза. Внутренняя граница была… раздражённой. После сегодняшних тренировок она хотела поглотить что-то, успокоиться. Но вокруг была только тихая магия спящей комнаты. Я записала это: «Граница напряжена, реагирует на физическую усталость. Чувство «голода» усилилось».

Лёжа в постели, я думала о вопросе ректора. «Какова твоя цель?» Остаться, это было слишком просто. Что дальше? Что я буду делать, если останусь? Кем стану? Поглотителем на службе у сильных? Надсмотрщиком за опасными артефактами? Изгоем, которого терпят из-за полезности?

Засыпая, я почувствовала лёгкое, едва уловимое тепло у изголовья кровати. Как будто кто-то невидимый прикоснулся к волосам. Базилик? Но он спал у меня под боком. На мгновение мне показалось, что в воздухе повеяло знакомым запахом. Потом ощущение исчезло.

Глава 11

Теперь каждое утро начиналось с пробежки. Я и не ожидала, что будет легко, но Рокс вообще со словом «пощада» не знаком. Дианта на него запала, а вот я не видела бы лет сто с его такими пробежками.

Вообще я думала, придётся пробежать парочку кругов и всё на этом. Но этот старшекурсник слишком рьяно выполнял поручение ректора. Гонял меня по полосе препятствий, бег с прыжками и перелезаниями через бревна, в одном месте пришлось ползти. Кто только придумал такое на территории Академии?

Последние пять кругов вокруг плаца, как приказал Рокс, я бежала медленно, задыхаясь, и каждый шаг отдавался болью в мышцах ног. Смотрела под ноги, стараясь не споткнуться о неровности каменной плитки.

После такой утренней пробежки требовался душ, смена формы, и обильный завтрак, я оголодала как орк. В столовой Дианта и Шейла обсуждали детали предстоящего визита Шейлы к Леди Илэйн. Их разговор был полон имён, титулов, тонкостей этикета, которые я не знала. У драконов и демонов уклад жизни сильно отличался от нашего. Я молча ела кашу, лишь изредка вставляя слово.

На первой лекции, теории магических законов, магистр Уэсли говорил о принципах равновесия.

«Любое магическое действие вызывает противодействие. Сила, потраченная на заклятье, должна быть восполнена из внутреннего резерва, из внешних источников, либо через цену, которую платит заклинатель».

Я записывала, но мой разум цеплялся за слова «цена» и «противодействие». Мой дар не тратил силу. Он забирал её. Какое противодействие он вызывал? Пустоту? Голод? Разрушение связей?

На перерыве я вышла в коридор, чтобы проверить ощущения своей внутренней магии. Сегодня она казалась менее голодной, но более… тонкой. Как будто часть её плотности ушла на восстановление тела после бега и тренировок. Записала в блокнот свои ощущения.

Кто-то толкнул меня плечом, проходя мимо. Я едва удержалась на ногах.

— Ой, извини, — прозвучал небрежный голос. Это был парень из параллельной группы, полуэльф с насмешливыми глазами. — Не заметил. Ты же такая незаметная.

Его друзья фыркнули. Я промолчала, прижавшись спиной к стене, пока они проходили.

Следующим занятием должны были стать стихийные практики. Меня, как и прежде, направили к Лиоре. Сегодня она принесла несколько простых магических кристаллов накопителей.

— Попробуй почувствовать их структуру. Как они устроены внутри.

Я взяла один кристалл в ладонь. Закрыв глаза, пыталась проникнуть внутрь своим восприятием. Моя магия потянулась, желая распутать заклинания, наложенные на кристаллы, разобрать их на части. Я, наверное, сильно дёрнула рукой, пытаясь подчинить свою магию, и кристалл выпал из руки, покатившись по полу.

— Не получается, — сказала я, глядя на свои дрожащие пальцы.

— Получается очень хорошо, — поправила Лиора, поднимая кристалл. — Ты чувствуешь не магию этих накопителей, а заклинание, которым создавали этот артефакт. Это редкий навык, но тебе нужно научиться останавливаться на этапе восприятия. Не переходить к… разбору.

Она положила кристалл обратно в шкатулку.

— Домашнее задание. Возьми любой простой магический предмет. Пытайся увидеть связи, которые его держат. И удерживай это состояние минуту. Не больше.

После занятий у меня был перерыв перед индивидуальным уроком у Ардена. Я пошла в библиотеку, чтобы взять книгу по анатомии магических существ, задали по курсу выживания. Пока искала нужный раздел, услышала спор, говорили тихо, словно через пелену. Вскоре я поняла, что полог тишины моя магия просто тихонько сожрала, так как я всё время до этого удерживала её, а здесь расслабилась. Да что такое! Хотела сбежать по-тихому, пока они не поняли, но услышала своё имя и остановилась.

— …это безответственно. Её нужно изолировать.

— Магистр Арден взял ситуацию под контроль.

— Контроль? Он поставил на неё ограничитель, как на дикого зверя. Это не контроль, это временная мера.

Голоса принадлежали магистрам. Я узнала один — принадлежал Магусу. Второй был незнаком. Я замерла за стеллажом, стараясь не дышать.

— Её дар деструктивен по своей природе. Рано или поздно случится инцидент. И он будет отвечать за это перед правителем.

— Он и так отвечает. Он ректор. И если он считает, что её можно обучить…

— Обучить чему? Разрушать? Её место — в карантинной лаборатории, а не в классах.

Шаги удалились. Я стояла, прижав к себе книгу. Холодный страх сковал живот. «Карантинная лаборатория». Я слышала слухи об этих местах. Туда отправляют магических существ, представляющих угрозу, и тех адептов, чьи дары вышли из-под контроля. Обратно они не возвращались.

Взяв нужную книгу, быстро вышла из библиотеки. Ректор Арден защищал меня. Пока. Но его защита имела пределы, как сказала Изабель. И если кто-то выше его решит, что я угроза…

Я должна сделать всё возможное, чтобы оградить окружающих и себя от опасности. А то, что произошло в библиотеке, как моя магия сожрала заклинание полога тишины, дало понять, что ничего я не контролирую.

В кабинет ректора зашла ровно по расписанию. Показала ему свои записи по наблюдениям, пока он читал, присела на край стула.

— Садитесь, — сказал он не глядя. — Наблюдения поверхностны. «Напряжена», «голодна», «тонкая». Это эмоции. Нужно учиться описывать точнее. Как меняется плотность? На сколько процентов? Где именно вы чувствуете границу своей магии, только по контуру тела или есть внутренние ответвления? Реагирует ли она на звук, на свет, на температуру?

Я молчала, чувствуя себя неучем. Даже подумать не могла, что надо было именно так описывать! Эх, учиться мне ещё и учиться.

— Сегодня мы усложним задачу. — Ректор достал из ящика стола небольшой металлический шар. — Это тренировочный артефакт, испускающий слабые, но постоянные волны магии пяти стихий по очереди. Ваша задача — сидеть напротив него, чувствовать свою границу и не давать ей поглощать эти волны. Начнём с земли.

Потом он положил шар на стол между нами и прикоснулся к нему пальцем. Тот потемнел, и от него потянулась тяжёлая, медленная волна. Я почувствовала, как моя внутренняя оболочка затрепетала, потянулась навстречу. Это был глубокий, тягучий голод, желание вобрать в себя эту спокойную силу. Я сжала кулаки, пытаясь мысленно оттянуть границу назад, представить её как щит, а не как голодающую.

От усердия на лбу выступили капельки пота, волна магии земли очень привлекала мою магию, и я, как могла, тянула её назад.

— Концентрируйтесь на дыхании, — прозвучал его голос, ровный, спокойный. — Ваша магия – часть вас. Вы можете ею управлять.

Я пыталась. Секунды растягивались в минуты. Голод внутри становился почти болезненным. И когда я уже отчаялась справиться, волна магии земли дошла до меня, и… ничего не произошло. Она прошла сквозь меня, как сквозь сито, и рассеялась за спиной. Я вздрогнула от неожиданности, с изумлением глядя перед собой, моя магия не поглотила волну, но и не оттолкнула её. Она… пропустила.

Арден поднял бровь.

— Интересно. Какие ощущения?

— Она прошла сквозь. Я почувствовала её, но не удержала.

— Что же, — он задумчиво посмотрел на меня. — Пропустить через себя тоже вариант. Но всё же отражать лучший способ, чем поглотить или пропустить сквозь себя. Магия не всегда нейтральна. Теперь проверим магию огня.

Шар мгновенно выпустил новую волну, невидимую, резкую и обжигающе горячую. Снова борьба со своей тонкой гранью, желающей всё поглотить, и на этот раз она сдалась быстрее, поглотив часть и остальное пропустив как в первый раз. Я вздохнула, чувствуя прилив тепла и досады. Почти получилось, но я не справилась.

— Недостаточно концентрации, — констатировал он. — Повторим завтра. Теперь расскажите, что вы слышали сегодня в библиотеке.

Я подняла на него удивлённые глаза.

— Я… не понимаю.

— Не притворяйтесь. Магистры сообщили, что защитный полог был рассеян, они не связали с вами, но я взял слепки полога из библиотеки, следов рассеивания нет. Его поглотили.

Он знал. Конечно, знал. В его Академии мало что происходило без его ведома. Я нервно прикусила нижнюю губу, потом призналась.

— Они говорили, что я угроза. Что моё место в карантинной лаборатории. Я не хотела подслушивать, честно!

— И что вы об этом думаете?

Вопрос снова застал врасплох.

— О лаборатории? Я… я не хочу туда.

— Это очевидно, туда никто не хочет в качестве подопытного. Но почему вы считаете, что заслуживаете остаться здесь, если ваше присутствие вызывает такие разговоры?

Просто потому, что я хочу жить, его не устраивает как вариант? Зачем вообще такое спрашивать?

— Потому что я учусь. Потому что я не сделала ничего плохого. Я только пытаюсь понять, как это работает.

— «Не сделала ничего плохого» — слабый аргумент в мире, где достаточно потенциала, чтобы сделать плохое. Ваше обучение — это привилегия, Сильви. Привилегия, которую я вам предоставил. И которую могут отозвать. Вы должны дать им причину не бояться. Или стать настолько полезной, чтобы ваш риск сочли оправданным.

— Как? — вырвалось у меня.

— Учитесь. Демонстрируйте контроль. И найдите применение своему дару, которое не сводится к разрушению. — Он откинулся на спинку кресла. — Завтра после рукопашного боя вас ждёт новое задание. Вы отправитесь в оранжерею к магистру Флоре. Она изучает болезни магических растений. Некоторые из них вызваны сбоями в магической структуре клеток. Ваша способность видеть эти структуры может быть полезной.

Эмм, он мне предлагает покормить свою магию какими-то заражениями растений? И чем тогда в лаборатории хуже?

— Я постараюсь. — ответила вместо возмущений. У меня всё равно выбора не было. Остаётся только делать, что прикажет ректор в надежде, что он меня не отправит поглощать что-то более опасное. В ущелье нейзов, например, слышала, там много диких тварей, которые уничтожают всех, кто пересекает их территорию.

— Обязательно постараетесь. Теперь можете идти. И, Сильви… — он задержал мой взгляд. — Осторожнее со случайными слушателями. Не все разговоры сто́ит слышать.

Я вышла, ощущая смесь облегчения и страха. Вроде как он уже не против, чтобы я продолжала обучение, но как мне доказать, что не опасна, если это не так?

В комнате Шейла примеряла платья для завтрашнего визита, разбросав половину гардероба по кровати. Дианта помогала ей советом. Увидев меня, Шейла оживилась.

— Прим! Скажи, вот это синее или серебристое?

Я посмотрела на два платья. Синее было ярким, с вышивкой, серебристое, более строгим, но с тонким узором.

— Серебристое. Оно мне больше нравится.

— Ты права! — Шейла схватила серебристое платье. — Спасибо!

Дианта кивнула мне с лёгкой улыбкой.

— Как занятие?

— Было… информативно. Завтра меня отправляют в оранжерею помогать с больными растениями.

— К Флоре? — Дианта выглядела впечатлённой. — Она крайне разборчива в помощниках. Это хороший знак.

Возможно. Или просто способ убрать меня подальше от глаз, в место, где я принесу меньше вреда. Я не сказала этого вслух.

Перед сном я выполнила задание Лиоры. Взяла магическое перо и уставилась на него. Пыталась увидеть, как оно держит свою форму, пронизывающие его внутри заклинания. Минута растянулась в вечность, пока я не увидела тончайшую сеть, связывающая бородки пера в единое целое. Это длилось долю секунды, потом виде́ние уплыло.

Но это было что-то. Во-первых, моя магия не сожрала заклинание с пера, и оно продолжало оставаться собой. Во-вторых, я видела его изнутри!

Достала блокнот и попыталась описать, как учил ректор. У него-то складно получалось говорить, а вот у меня!

Тогда на ум пришло решение просто нарисовать всё, что я увидела и почувствовала.

И, кажется, рисунок вышел отличный.Магическое перо Рисунок Прим, после того, как она увидела заклинание на нем:

Глава 12

Я убрала перо и блокнот, собираясь лечь спать, когда Шейла, закончив возиться со своими нарядами, плюхнулась на мою кровать.

— Ну что, Цветочек, — начала она с игривым огоньком в глазах. — Поделишься? Ты теперь с ректором на особом положении. Несколько раз в неделю личные встречи. Он же молчаливый, строгий… И довольно красивый, если убрать этот вечный лёд с лица. Не влюбилась, случайно?

Я уставилась на неё, как будто она заговорила на языке подземных гномов.

— В ректора? Ты с ума сошла? Он меня терпеть не может. Я для него — проблема, которую нужно решить, или эксперимент.

— Да ладно тебе, — Шейла махнула рукой. — У мужчин так и проявляется интерес. Они сначала проверяют на прочность, присматриваются. Он же не просто так с тобой возится. Мог бы передать какому-нибудь аспиранту или вообще запереть. А он сам занимается.

Дианта, сидевшая за своим столом, обернулась.

— Шейла, перестань глупости говорить. Ректор Арден выполняет свои обязанности. Он видит в Примроуз сложный случай и взял его под личный контроль. Это вопрос ответственности, а не личных чувств.

— Ой, Ди, не будь такой занудой! — Шейла повернулась к ней. — Кстати, о личных чувствах. Я видела, как ты сегодня пялилась на того дуболома Рокса после практики. И он на тебя смотрел, будто пытался понять, насекомое перед ним или всё-таки студентка.

На лице Дианты появилось лёгкое раздражение, что было для неё редкостью.

— Я на него не «пялилась». Я оценивала технику. Он неплохо владеет базовыми приёмами, хотя и полагается в основном на грубую силу. А его взгляд был лишён какого-либо интеллектуального блеска. Он, вероятно, размышлял, куда деть свои недюжинные мускулы после окончания Академии. В личную гвардию правителя, наверное.

— Ага, «оценивала технику», — засмеялась Шейла. — Ты ему про «дисбаланс между физической мощью и тактическим мышлением» на прошлой неделе целую лекцию прочитала, когда он нас по самообороне учил. Он так на тебя смотрел, но почему-то потом устроил дополнительные спарринги именно для нашей группы. И всё время тебя вызывал.

Дианта отвернулась, делая вид, что углубляется в книгу.

— Он считает демонов хрупкими и переоценивающими магию. Хотел доказать обратное. Примитивная мотивация, знаешь ли. И он не «вызывал». Он предлагал желающим отработать сложные контрудары. Я просто приняла вызов.

Я слушала этот разговор, чувствуя себя немного потерянной. Разговоры о парнях для меня чужая территория. В доме отца подобное было немыслимо. Мои сводные сёстры могли обсуждать потенциальных женихов, но я в этих разговорах не участвовала. Я была служанкой. Мои чувства и симпатии никого не интересовали.

— А ты, Прим, — Шейла снова нацелилась на меня. — Ничего? Ни на кого глаз не положила? Вот этот эльф, Эловин, например. Грациозный, умный. Или кто-нибудь из сильных старшекурсников? Чтобы защищал.

Я пожала плечами.

— Мне не до того. Мне бы со своей магией разобраться и не оказаться в карантинной лаборатории. А парни… Они, кажется, меня побаиваются. Или презирают. После того случая с тестированием и разговоров про деструктивный дар…

— Пустяки! — Шейла вскочила. — Это пока. Ты себя покажешь с другой стороны в оранжерее, ещё посмотрим, кто будет презирать. А драконы, между прочим, очень ценят редкие и сложные дары. Даже опасные. Это признак силы крови.

— Моя кровь, кажется, больше признак брака, — пробормотала я, но Шейла уже не слушала, переключившись на обсуждение того, кто ещё будет присутствовать завтра на чаепитии у Леди Илэйн.

Я легла спать, но слова Шейлы вертелись в голове. «Не влюбилась, случайно?» Это же абсурд. Где я, а где он? Арден был подобен леднику — величественному, холодному и совершенно недосягаемому. И я чувствовала к нему только страх, благодарность за шанс и острое желание доказать, что он не ошибся. Ничего похожего на то, что описывали в романтических балладах, которые я иногда читала украдкой.

Что касается Дианты и Рокса… Да, я заметила. На последнем занятии по рукопашному бою он поправил её стойку. Его рука легла на её локоть, поправляя положение. Длилось это секунду. Дианта не отпрянула, но её тело на мгновение замерло. Потом она кивнула, холодно поблагодарила, и они продолжили. Но между ними явно что-то происходило. Он смотрел на неё как-то по-особенному. И она на него, демонстративно морща носик. Искрило между ними, однозначно.

А я… Я была слишком занята тем, чтобы не упасть, когда он на меня нападал. И тем, чтобы моя магия не сорвалась в ответ на его грубую, но мощную энергию бойца.

Завтра будет оранжерея. Новое испытание и ещё один шанс. И никаких мыслей о влюблённостях. Мне нужно выжить. Всё остальное подождёт.

«Спи, Прим, — мысленно пробурчал Базилик. — Завтра тебя ждут растения. Они, в отличие от людей, не задают глупых вопросов».

Я улыбнулась в темноте и закрыла глаза. Он был прав.

Но почему-то мне всю ночь снился ректор.

Глава 13

На следующее утро после занятий в оранжерее, где я провозилась с чахлым светящимся мхом и магистр Флора осталась довольна моей способностью видеть заблокированные магические потоки, я возвращалась в главное здание. От меня фонило землёй, травами, на душе было непривычно спокойно. Растения не боялись меня. Они просто болели, а я могла увидеть, где именно магия перестала течь. Это было понятно и не вызывало ни у кого паники. Может мне и дальше связать свою судьбу с растениями. Буду лечить травку, выращивать, спокойненько где-нибудь на задворках королевства. Никому не мешать и, главное, никого не пугать.

В размышлениях о таком своём будущем я едва не столкнулась с Изабель, которая поджидала меня в переходе между оранжереей и библиотечным крылом. Место довольно пустынное, здесь никто не ходит в это время дня. Высокие витражи отбрасывали на пол разноцветные блики. Она стояла, опершись о каменный выступ, и в руках у неё был небольшой зеркальный артефакт в серебряной оправе, сканер ауры, обычный инструмент для администраторов.

— Сильви, — позвала она, и её голос прозвучал неестественно мягко. — Подойди на минутку. Нужна проверка. После работы в оранжерее ректор велел убедиться, что на тебе не осталось спор паразитических грибков.

Я насторожилась. Почему бы не сделать это в лазарете? Преподаватель Флора отпустила меня без всякой проверки, но Изабель говорила от имени ректора. Я медленно подошла.

— Просто постой спокойно, — сказала она, поднимая артефакт. Зеркало отразило моё лицо, бледное, с настороженными глазами. Изабель что-то шепнула, и серебряная оправа замерцала тусклым фиолетовым светом.

Я не почувствовала ничего необычного, но внутри, в глубине сознания, что-то дрогнуло. Словно кто-то копнул глубже.

Перед глазами поплыли образы. Унизительная сырость кладовой, где меня однажды заперли на ночь, просто «забыв». Холодный, презрительный взгляд матери, скользнувший по мне, как по пустому месту. Голодная дрожь в животе после того, как «забыли» принести ужин. Жгучее чувство собственной никчёмности, от которого я бежала сюда, в Академию.

Артефакт вытаскивал воспоминания наружу, усиливал, вплетая в них магию усиления эмоций. Я не могла противиться, недостаточен уровень магии.

— Что вы делаете? — выдохнула я отступая.

— Профилактика, — её губы растянулись в улыбке. — Нужно же убедиться, что в твоей голове нет ничего… вредоносного.

Артефакт заставлял меня чувствовать. Ощущать всё это снова, остро, как в первый раз.

Вторая волна накатила сильнее. Теперь я услышала голоса. «Прим, ты никто. Ты пыль под ногами». «Бедняжка, да кому она такая нужна?». Собственный внутренний голос, который твердил: «Ты слабая. Ты ни на что не годишься. Он тебя выгонит, и тебе некуда будет деться».

Боль стала физической. Сжало горло, в глазах потемнело. Моя внутренняя граница, оболочка, зашевелилась в панике, почувствовав чужеродное, враждебное воздействие. Но я не могла её оттолкнуть, зеркало было зачарованно высшим магом, возможно, самим ректором на полную мощь.

— Перестаньте, — прошептала я, сжимая виски. — Пожалуйста.

— Почему? Разве тебе не нравится вспоминать, кто ты на самом деле? — голос Изабель прозвучал прямо у меня в голове, сливаясь с другими голосами. — Ты думала, сбежишь? Они все видят. Ректор видит. Он видит жалкую, слабую, нестабильную девочку, которую вынужден терпеть, но его терпение кончается.

В этот момент из-за поворота в конце коридора вышел Арден. Ректор шёл быстро, с каким-то свитком в руке, сначала не смотрел на нас. А потом увидел меня, бледную, дрожащую, прижавшуюся к стене, и Изабель.

Она мгновенно изменила выражение лица на маску тревоги.

— Ректор! Слава богам! С ней что-то не так! Я проходила в оранжерею по вашему указанию и встретила Сильви, с ней что-то не то!

Он подошёл ближе.

— Что вы сделали?

— Ничего… она просто… — я пыталась выговорить, но голос не слушался. Картины из прошлого продолжали кружиться в голове, смешиваясь с реальностью. Изабель убрала артефакт, но не выключила его. Строгое лицо ректора слилось с лицом отца.

— Я ничего не делала, ректор, — чистым, ясным голосом сказала Изабель. — Я шла по вашему указанию. А у неё началось это. Её дар, должно быть, нельзя было использовать, а она им пользуется, когда хочет! Она не может даже контролировать это!

Арден шагнул ко мне. Крепко взял меня за руку выше локтя.

— Сильви. Немедленно возьми себя в руки.

— Она… она… — я пыталась вырваться, показать на Изабель, вытащить спрятанный артефакт, но моя собственная магия, взвинченная болью и страхом, отреагировала на его сильный, холодный захват.

От точки, где его пальцы касались моей руки, рванулся импульс. Снова расщепление магии. Моя паническая граница потянулась к его магии, мощной, ледяной, упорядоченной, и попыталась её разобрать, расщепить на части, как я делала с заклинаниями на растениях.

Арден резко отдёрнул руку, будто обжёгся. На его ладони, на секунду, проступило странное мерцание, как будто кожа исказилась. Он сжал кулак, и мерцание исчезло. Но его лицо стало абсолютно бесстрастным и белым от ярости.

В тот же миг Изабель пронзительно вскрикнула. На её шее, под воротником платья, зашипело и погасло одно за другим несколько защитных амулетов, причиняя ожоги. Маленькие камни потускнели и рассы́пались в пыль, а серебро расплавлялось, обжигая кожу. Она схватилась за горло, её глаза расширились от настоящего ужаса. Я, сама того не желая, сорвала или сожгла магическую защиту, которую она на себе носила.

Я стояла, задыхаясь, всё ещё во власти наваждения, смотря на свою руку, будто она принадлежала не мне.

Арден повернулся ко мне. Он был выше и сейчас казался гигантской ледяной глыбой, готовой меня раздавить.

— Что, — он начал очень тихо, разделяя слова, — ты сделала?

— Она… — я пыталась объяснить, но слова путались.

— Я вижу, что ты сделала! — резко перебил он. — Ты атаковала. Сначала меня. Потом по остаточному импульсу, уничтожила личную защиту сотрудника Академии! Беззащитного человека, не имеющего магии, чтобы защищаться! Ты понимаешь, что это значит? Это не «нестабильность». Это акт агрессии!

— Я не хотела!

— Неважно! — он отрезал. — Ты не контролируешь свой дар. Ты опасна. И ты только что доказала это самым наглядным образом. Всё, чего я пытался добиться эти недели — установить минимальный контроль — пошло прахом. Ты готова была разобрать мою магию, Сильви. Ты понимаешь, что могло произойти?

Я молчала. Слезы, которых я не чувствовала, текли по лицу. Он был прав. В тот момент я не думала ни о чем, кроме как остановить боль. И моя магия среагировала соответственно.

— Я… простите…

— Мне твои извинения не нужны! — он резко махнул рукой, и этот жест был полон такого отвращения, что я физически отпрянула. — Я потратил на тебя время. Верил, что можно найти подход. Что под этой слабостью и страхом есть хоть крупица дисциплины. Я ошибался. Ты такая же, как и все вашей расы: необузданная, эгоистичная, думающая только о своём сиюминутном страдании.

Каждое слово било точно в цель. Хуже, чем насмешки братьев и равнодушие матери. Потому что от него я хоть какого-то понимания, хоть какой-то надежды ждала.

— Ты думала, я возился с тобой из какой-то личной прихоти? Из жалости? — он продолжал, и его лицо было искажено холодной яростью. — Ты для меня — проблема. Опасная, нерешённая проблема. И сегодня ты перешла черту. После этого даже я не смогу тебя защитить, если Изабель подаст жалобу в Совет. А она подаст. И будет права.

Он отвернулся, сделав шаг прочь.

— Индивидуальные занятия отменяются. Ты отстраняешься от любых практик, кроме самых базовых, под наблюдением двух магистров одновременно. Ты не подходишь ко мне ближе, чем на десять шагов. И если я ещё раз увижу, что ты хоть как-то угрожаешь кому-либо в этой Академии… — он обернулся, и в его взгляде не осталось ничего, кроме ледяного отчуждения. — Я лично отправлю тебя в ту карантинную лабораторию, о которой ты так боишься. Это не угроза. Это обещание. Теперь убирайся с моих глаз.

Арден развернулся к Изабель. Поднял ее, стонущую, на руки.

— В лазарет.

— Но она… — Изабель выдохнула, держась за его шею.

— Я разберусь с этим позже.

Она бросила на меня взгляд, полный ненависти и превосходства. Артефакт удалялся вместе с ней, и я перестала быть в зоне его досягаемости. Меня отпустило, и я скатилась по стене на пол.

Всё, за что я цеплялась: его строгие занятия, шанс, который он дал, — рассы́палось в прах. И хуже всего было то, что он был прав. Я доказала свою опасность.

Слёзы текли, и я не видела ничего перед собой. Он оттолкнул меня. Окончательно и бесповоротно. И теперь у меня не было ничего. Ни защиты. Ни надежды.

Только страх. И понимание, что если я сейчас упаду, меня уже никто не поднимет.