Исправляющая Звёзды

Глава 1

Сергей Ковалев поднял руку, защищая глаза от яркого солнца, и посмотрел на часы. Почти полдень. Строительство нового жилого комплекса "Солнечный" шло по графику, но сегодня он чувствовал странное беспокойство.

— Михалыч! — крикнул он экскаваторвщику. — Давай-ка подвинь у чуть левее. Нужно расширить котлован на восточной стороне.

Михаил Петрович, седой экскаваторщик сорокалетним стажем, только кивнул. Его экскаватор загудел, поворачиваясь к указанному участку.

— Серый, ты уверен? — Виктория, молодой инженер-электрик, подошла к нему, теребя каску. — По проекту мы должны уже заливать эту часть.

— Доверься интуиции старого прораба, — подмигнул Сергей. — Что-то мне подсказывает...

Он не успел закончить фразу. Раздался металлический лязг, и экскаватор вдруг застыл.

— Михалыч, какого черта? — крикнул Сергей, направляясь к котловану.

— Да тут что-то есть! — донеслось сверху. — Похоже на трубу, только странную какую-то.

Бригада быстро собралась у края котлована. Ковш экскаватора действительно наткнулся на что-то металлическое, что явно не было частью городских коммуникаций. Поверхность объекта блестела тусклым серебром, несмотря на слой земли.

— Рашид, Игорь, Егор — спускайтесь, расчистите мне это, — скомандовал Сергей. — Алексей, тебе тоже не помешает взглянуть. Ты у нас глаз-алмаз на металлы.

Четверо рабочих спустились в котлован и начали аккуратно расчищать находку. Через полчаса перед ними предстала странная конструкция: металлическая панель шириной около двух метров, испещрённая символами, которые не походили ни на одну известную письменность.

— Ты глянь, Серёга, — Алексей, сварщик с десятилетним стажем, провел рукой по поверхности. — Это не сталь и не алюминий. Ничего подобного не видел.

Сергей спустился в котлован вместе с Викторией, которая уже доставала телефон, чтобы сфотографировать находку.

— Может, это какой-то секретный бункер? — предположил Игорь, один из подсобников, молодой парень, недавно вернувшийся из армии.

— В центре Москвы? — усмехнулся Егор, его товарищ. — Скорее какая-то дореволюционная хрень.

Рашид, бетонщик с суровым лицом и добрыми глазами, молча продолжал расчищать края конструкции.

— Надо вызывать археологов, — решил Сергей. — Виктория, звони в офис, пусть...

В этот момент Алексей, проводивший рукой по символам, случайно нажал на один из них. Раздался низкий гудящий звук, и панель под ними осветилась голубым светом.

— Что за... — только и успел произнести Сергей.

Яркая вспышка ослепила всех семерых. Земля ушла из-под ног, и Сергей почувствовал, как его тело словно растворяется в пространстве.

***

Первым ощущением было холодное прикосновение металла к щеке. Сергей открыл глаза и резко сел, чувствуя, как голова раскалывается от боли.

Вокруг была темнота, нарушаемая только тусклыми индикаторами на стенах и потолке. Рядом слышались стоны — остальные члены бригады также приходили в себя.

— Все живы? — хрипло спросил Сергей, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Вроде да, — отозвался Михаил, держась за голову. — Где мы, черт возьми?

Виктория уже стояла, опираясь о стену, и пыталась разглядеть окружающее пространство.

— Это... это не похоже на бункер, — прошептала она.

По мере того как глаза привыкали к полумраку, становились видны очертания помещения: круглый зал диаметром около пятнадцати метров с металлическими стенами, покрытыми теми же странными символами, что они видели на панели. Никаких окон, только одна закрытая дверь в дальнем конце.

— Рашид? Алексей? Игорь? Егор? — позвал Сергей, пересчитывая своих людей.

— Тут мы, — отозвался Алексей, помогая Егору подняться. — Что происходит?

Внезапно весь зал осветился мягким голубым светом. Из центра потолка выдвинулось устройство, напоминающее проектор, и перед людьми возникло голубоватое изображение женщины в странном, словно текучем, одеянии.

— Приветствую вас, — произнесла она на чистом русском языке, хотя губы её двигались иначе. — Я Ариада, Искусственный Интеллект Координирующего Уровня Технической Станции 148.

Бригада замерла, ошеломленно глядя на голограмму.

— Что происходит? Где мы? — Сергей шагнул вперед, инстинктивно принимая роль представителя группы.

— Вы активировали древний телепортационный терминал Империи и были перемещены на Космическую Станцию Обслуживания Имперского Флота, — ответила Ариада. — Станция находится в секторе пространства, который в ваших астрономических координатах соответствует области в 347 световых годах от Земли.

Тишина, последовавшая за этими словами, была оглушительной. Первым её нарушил Михаил:

— Это какая-то шутка? Реалити-шоу?

— Нет, Михаил Петрович Воронин, это не шутка, — голограмма слегка наклонила голову. — Станция не функционировала в полном объеме 1276 лет, 7 месяцев и 3 дня по вашему земному календарю. Ваше появление активировало протокол аварийного восстановления.

— Откуда она знает моё имя? — пробормотал ошеломленный крановщик.

— Базовое сканирование проведено во время вашего бессознательного состояния, — пояснила Ариада. — Я получила доступ к вашим идентификационным данным через ваши мобильные устройства.

— Если это космическая станция... — начала Виктория, но её прервал грохот и вибрация, прошедшая по полу.

— Что это было? — вскрикнул Егор.

— Структурный коллапс в секторе 7, — спокойно ответила Ариада. — Станция находится в критическом состоянии. Большинство систем жизнеобеспечения работают на минимальной мощности. Я потеряла связь с 14 из 15 сегментов станции.

— И ты ожидаешь, что мы... что? Починим космическую станцию? — Сергей не верил своим ушам.

— Именно, Сергей Андреевич Ковалев. Ваша группа обладает необходимыми базовыми навыками для проведения ремонтных работ. А я помогу вам адаптировать эти навыки к технологиям станции.

— А если мы откажемся? — спросил Рашид, наконец нарушив молчание.

— Телепортационная система требует полного восстановления мощности станции, — голос Ариады оставался ровным. — Без её активации вы не сможете вернуться на Землю.

Новый толчок сотряс помещение, сильнее предыдущего. С потолка посыпались искры.

— Время критично, — продолжила Ариада. — Для интеграции с системами станции вам потребуются нейроинтерфейсы.

Из стен выдвинулись механические манипуляторы с тонкими устройствами, похожими на небольшие металлические диски.

— Стой! — крикнул Сергей. — Что это такое?

— Нейрочипы, — пояснила Ариада. — Они создадут временную синаптическую связь с вашей нервной системой, позволяя понимать технологии станции и управлять её системами. Процедура безопасна и обратима.

— Нет, — Алексей отступил. — Никаких чипов в моей голове.

— У нас есть выбор? — тихо спросила Виктория, глядя на Сергея.

Прораб обвел взглядом испуганные лица своей бригады. Затем посмотрел на невозмутимую голограмму.

— У нас есть гарантии, что мы сможем вернуться домой, если восстановим станцию?

— Это единственный способ активировать телепортационную систему, — повторила Ариада. — Полное восстановление позволит создать стабильный канал для возвращения на Землю.

Новая серия толчков заставила всех пошатнуться. Один из манипуляторов искривился от короткого замыкания.

— У нас мало времени, — голос Ариады впервые выдал нотки срочности. — Принимайте решение.

Сергей глубоко вздохнул.

— Я пойду первым, — сказал он и шагнул к ближайшему манипулятору. — Если со мной всё будет в порядке, решайте сами.

— Серый, ты чокнулся! — воскликнул Михаил.

— У тебя есть идеи получше? — огрызнулся прораб. — Если это всё взаправду, то без помощи мы отсюда не выберемся.

Он повернулся к Ариаде:

— Давай свой чип. Но учти: если что-то пойдет не так, остальные даже пытаться не будут.

— Понимаю, — кивнула голограмма.

Манипулятор приблизился к Сергею. Металлический диск коснулся его виска, и прораб почувствовал короткий укол. Перед глазами вспыхнули странные символы, а затем наступила удивительная ясность. Он моргнул и увидел, что теперь может читать надписи на стенах — они словно переводились прямо в его сознании.

— Это... работает, — произнёс он удивленно. — Я понимаю эти символы. Это... карта станции.

Остальные члены бригады переглянулись, а затем, один за другим, подошли к манипуляторам. Последним был Михаил, который буркнул: "Надеюсь, мы не пожалеем об этом".

Когда процесс был завершен, Ариада снова обратилась к группе:

— Теперь вы сможете ориентироваться на станции и понимать её системы. Начальный уровень доступа предоставлен. Более глубокие знания будут открываться по мере необходимости.

— Что дальше? — спросил Сергей, чувствуя, как в его сознании постепенно формируется понимание окружающей технологии.

— Сначала нам нужно стабилизировать ядро жизнеобеспечения этого сегмента, — ответила Ариада. — Затем восстановить связь с ближайшими секторами. Каждый сегмент станции имеет свою функцию, и все они должны работать согласованно для активации телепорта.

Дверь в конце зала с шипением открылась.

— За мной, — голограмма Ариады переместилась к выходу. — Я покажу вам первую систему, требующую вашего внимания. Добро пожаловать на службу Империи, техники.

Семеро землян, всё ещё ошеломленных, но уже начинающих осознавать реальность своего положения, последовали за светящейся фигурой. Впереди их ждали тысячелетние тайны заброшенной станции и долгий путь домой.

Сергей шел по изогнутому коридору вслед за парящей голограммой Ариады, чувствуя, как с каждым шагом реальность происходящего становилась всё более неоспоримой. Металлические стены с редкими потускневшими индикаторами, приглушенный гул систем жизнеобеспечения, работающих на пределе возможностей, странное ощущение от нейрочипа, который словно нашептывал на краю сознания названия проходимых секций — всё это было слишком детальным для галлюцинации.

— Это Командный Центр, — произнесла Ариада, когда они вошли в просторное помещение с панорамным обзором. Вместо окон здесь были огромные экраны, большинство из которых не работало, показывая лишь статические помехи. Но на нескольких действующих мониторах виднелись звезды — бесконечная тьма космоса с россыпью далеких светил. — Отсюда осуществлялось управление всеми системами станции.

— Боже мой, — прошептала Виктория, первой осознавшая, что они действительно смотрят на открытый космос. — Мы правда... там?

— В 347 световых годах от Земли, если быть точной, — подтвердила Ариада.

Михаил подошел к одному из рабочих экранов и с благоговейным ужасом уставился на звездное поле.

— Я думал, это какая-то шутка... или сон... — пробормотал он.

— Да уж, не стройплощадка в Бутово, — нервно хохотнул Алексей, но его смех оборвался, когда он схватился за голову. — Ай! Что за черт?

— Первичная интеграция нейроинтерфейса может вызывать дискомфорт, — пояснила Ариада. — Ваш мозг адаптируется к новым синаптическим связям. Эффект временный.

Сергей тоже почувствовал пульсирующую боль в висках. Перед глазами мелькали странные символы, которые он теперь частично понимал — названия систем, статусы, предупреждения. Это было похоже на просмотр плохо настроенного телевизора, где сигнал то появлялся, то пропадал.

— Я чувствую себя так, будто мне в голову целую книгу засунули, — проворчал Рашид, массируя затылок.

— Нейрочип ускоряет обучение, — объяснила Ариада. — Он не содержит всей информации, но создает нейронные пути для быстрого усвоения новых знаний. Вы будете учиться в процессе работы.

Станция содрогнулась сильнее, чем раньше. Несколько панелей на потолке оторвались и с грохотом упали на пол.

— Ситуация критическая, — голос Ариады оставался спокойным, но в нем появились нотки срочности. — Конструкционная целостность станции на пределе. По моим расчетам, без экстренных мер у нас остается около 60 часов до полного коллапса систем жизнеобеспечения.

— Шестьдесят часов? — переспросил Сергей. — До того, как мы задохнемся?

— Или замерзнем, — уточнила Ариада. — Реактор работает на 17% мощности. Этого хватает только на поддержание базовой гравитации и минимального уровня атмосферы в этом секторе.

Так, стоп, — Сергей поднял руку. — Надо действовать методично. Виктория, ты инженер-электрик, посмотри, что можно сделать с энергосистемами. Алексей, ты со мной — проверим конструкционные повреждения. Михаил, Игорь и Егор, осмотрите все это помещение, найдите что-нибудь полезное. Рашид, проверь коридоры на этом уровне, запоминай расположение — нам нужен план эвакуации, если что-то пойдет не так.

Команда разошлась по заданиям, радуясь возможности заняться чем-то конкретным вместо переваривания невероятной ситуации, в которой они оказались.

***

Виктория стояла перед открытой панелью управления, изучая сложное переплетение кристаллических проводов и узлов, которые совсем не походили на привычную ей электропроводку.

— Это похоже на оптоволокно, но... живое, — пробормотала она, осторожно прикасаясь к одному из светящихся кабелей. — Как будто проводит не только энергию, но и информацию одновременно.

Верно, — подтвердила голограмма Ариады, появившаяся рядом. — Имперские технологии основаны на квантовой когерентности. Энергия и информация — одно и то же на квантовом уровне.

Виктория прикрыла глаза, позволяя нейрочипу "подсказывать" ей. Странные образы и понятия всплывали в сознании — термины, которых она никогда не знала, но теперь интуитивно понимала.

— Кажется, этот узел отвечает за распределение энергии между секторами, — сказала она через минуту. — Но сигнал не проходит дальше этого коннектора.

Она потянулась к инструменту, лежавшему на ближайшем столе — устройству, напоминающему странную комбинацию паяльника и лазерного указателя.

— Как это работает? — спросила она, и тут же почувствовала, как нейрочип реагирует, посылая в сознание образы правильных движений и настроек.

— Удивительно, — выдохнула Виктория, активировав инструмент и направив его на поврежденный коннектор. — Я будто всегда знала, как этим пользоваться.

***

Тем временем Сергей и Алексей обследовали структурные повреждения командного центра. Они обнаружили несколько трещин в несущих конструкциях, через которые сочился холодный воздух.

— Это не сталь, — заметил Алексей, постукивая по стене. — Больше похоже на титановый сплав, но легче.

— Нам нужен сварочный аппарат или что-то подобное, — сказал Сергей, осматривая самую большую трещину.

— В инженерном отсеке есть молекулярные соединители, — сообщила Ариада, материализуясь рядом с ними. — Они позволят временно стабилизировать повреждения.

— А где этот инженерный отсек? — спросил Сергей.

— Два уровня вниз. К сожалению, лифты не функционируют. Придется использовать аварийные лестницы.

Сергей вздохнул.

— Отлично. Алексей, продолжай осмотр. Я схожу за инструментами.

***

Игорь и Егор методично обыскивали командный центр, пытаясь найти что-нибудь полезное. Егор склонился над странной консолью с множеством кристаллических клавиш.

-Как думаешь, что это? — спросил он товарища.

— Без понятия, — отозвался Игорь, изучая другую панель. — Но мне кажется, это что-то вроде компьютера.

Он нажал на одну из кнопок, и перед ними материализовалась трехмерная проекция какого-то устройства.

— Ого! — воскликнул Егор. — Это как в фантастических фильмах!

— Только не нажимай больше ни на что, — предостерег Игорь. — Неизвестно, что мы можем активировать.

***

Рашид методично исследовал коридоры, отходящие от командного центра. Один из них привел его к закрытой двери с надписью, которую он теперь мог прочитать благодаря нейрочипу: "Продовольственный склад".

— Здесь может быть еда, — пробормотал он, пытаясь открыть дверь, но панель доступа мигала красным. — Заперто.

Он вернулся в командный центр, где Михаил изучал одну из рабочих консолей.

— Нашел продовольственный склад, но он заперт, — сообщил Рашид. — И еще какие-то жилые отсеки дальше по коридору, но там нет энергии.

— Значит, спать придется здесь, в креслах, — вздохнул Михаил. — Если вообще уснем в этом кошмаре.

***

К вечеру (хотя понятие времени здесь было условным, и они ориентировались по своим часам) группа собралась в командном центре, чтобы обсудить результаты.

Виктория смогла восстановить часть энергоснабжения, что позволило активировать больше консолей и улучшить освещение. Сергей и Алексей временно укрепили самые опасные трещины с помощью инструментов, найденных в инженерном отсеке. Рашид составил приблизительный план ближайших помещений.

— Первое, что нам нужно — это еда и вода, — сказал Сергей. — Рашид нашел продовольственный склад, но он заперт.

— Для доступа требуется восстановление энергоснабжения сектора B-3, — пояснила Ариада. — Склад находится в автономном режиме хранения.

— А что насчет санузлов? — спросил Егор, явно смущенный необходимостью поднимать этот вопрос.

-Регенеративные блоки находятся в жилом секторе, — ответила ИИ. — Но без восстановления водоснабжения они не функционируют.

— Прекрасно, — проворчал Михаил. — Мы застряли в космосе без туалетов.

- В командном центре есть небольшие туалеты. Ответила И

— Есть временное решение, — вмешалась Виктория. — Я нашла инженерный доступ к водопроводной системе. Если перенаправить аварийное энергоснабжение, мы сможем активировать часть жилого сектора — хотя бы санузлы и несколько кают.

— Сделаем это приоритетом на завтра, — решил Сергей. — А сейчас нам всем нужен отдых.

Виктория кивнула, но не спешила присоединиться к остальным, устраивающимся на ночлег в мягких командирских креслах. Её внимание привлекла небольшая консоль в дальнем углу командного центра, слабо мерцающая голубым светом.

Подойдя ближе, она увидела, что это какой-то картографический терминал. Повинуясь интуиции, усиленной нейрочипом, она коснулась главной панели.

В воздухе развернулась голографическая проекция огромной конструкции в форме звезды с пятнадцатью лучами-сегментами, соединенными центральным ядром.

— Вот это да, — прошептала она. — Ребята, смотрите!

Остальные подошли к ней, разглядывая впечатляющую проекцию.

— Это вся станция? — спросил Алексей. — Она огромна!

— Каждый сегмент размером с футбольное поле, — пояснила Ариада. — Станция была рассчитана на обслуживание крупных военных кораблей Империи.

Виктория увеличила изображение центрального ядра, где была видна надпись на странном языке, который теперь она могла понимать.

— "Исправляющая Звезды", — прочитала она вслух. — Так называется станция?

Аиада на мгновение замерла, словно обрабатывая информацию.

— Технически это полное церемониальное название, — сказала она наконец. — "Техническая Станция 148 Исправляющая Звезды" — её официальное обозначение в реестре Имперского Флота.

Виктория нахмурилась, чувствуя странный диссонанс между тем, что показывал ей нейрочип, и словами ИИ. Ей казалось, что надпись содержала нечто большее, чем просто название.

— Странно, — пробормотала она тихо, так чтобы слышал только Сергей, стоявший рядом. — Мне кажется, тут написано что-то другое... не просто название станции.

Сергей бросил на неё вопросительный взгляд, но промолчал, мысленно отметив это несоответствие.

— Завтра предстоит много работы, — громко сказал он, обращаясь ко всей команде. — Давайте отдохнем, насколько это возможно.

Группа разбрелась по командному центру, устраиваясь на ночлег в креслах и на свободных пространствах пола. Но даже когда большинство уже засыпало, Виктория продолжала изучать голографическую карту, пытаясь понять, что именно вызвало у неё ощущение, будто Ариада не договаривает всей правды.

Глядя на величественную звездообразную конструкцию, Виктория не могла отделаться от мысли, что эта станция была создана для чего-то гораздо более значительного, чем просто ремонт космических кораблей.

Глава 2.

Сергей проснулся от звука тихих голосов и шороха. Открыв глаза, он увидел Викторию и Алексея, склонившихся над схемами, проецируемыми на одну из рабочих консолей. Шея затекла от ночи, проведенной в командирском кресле, а во рту ощущалась неприятная сухость. Часы показывали 6:30 утра по московскому времени.

— Доброе утро, если это можно так назвать, — хрипло произнес он, поднимаясь и разминая затекшие мышцы.

Виктория обернулась:

— Привет. Мы с Алексеем изучали схему энергоснабжения. Думаю, у нас есть план.

— Отлично, — Сергей посмотрел на остальных членов бригады, которые тоже начинали просыпаться. — Как только все встанут, проведем планерку.

Через полчаса, когда вся бригада собралась вокруг центральной консоли, Виктория активировала голографическую проекцию ближайших секторов станции.

— Вот наше положение, — она указала на мигающую точку. — Командный центр соединен с жилым модулем через этот коридор, но энергия туда не поступает из-за повреждения главного распределительного узла, который находится здесь.

Точка на схеме переместилась на пересечение нескольких коридоров.

— Склад с провизией расположен в этой секции, — продолжила она, указывая на другой участок. — Для доступа нужно восстановить не только энергоснабжение, но и систему безопасности.

— А что с водой? — спросил Рашид, который выглядел наиболее измученным жаждой.

— Водоснабжение связано с энергосистемой, — ответил Алексей. — Если мы восстановим питание, заработают и регенерационные баки. По крайней мере, так я понял из схем.

Сергей кивнул:

— Хорошо, разделимся на группы. Виктория, ты отвечаешь за ремонт энергоузла, возьми Алексея. Я и Рашид займемся восстановлением водоснабжения, как только появится энергия. Михаил, Игорь и Егор — обследуйте жилой модуль, как только туда можно будет попасть, нам нужны нормальные каюты и санузлы.

— А что с едой? — спросил Егор. — Я умираю от голода.

— Ариада, — обратился Сергей к ИИ, которая материализовалась рядом с ними, — есть какие-то аварийные запасы прямо здесь, в командном центре?

— В секции экстренного обеспечения есть базовые рационы,запас воды и туалет. — ответила голограмма. — Панель доступа за консолью связи.

Сергей кивнул Егору:

— Займись этим. На сегодня главное: энергия, вода, место для сна.

Бригада разошлась по заданиям, начиная первый полноценный день ремонтных работ.

***

Виктория стояла перед открытой энергетической шахтой, освещаемой только аварийными индикаторами и фонариком, найденным в одном из шкафчиков командного центра. Алексей рядом с ней держал набор инструментов, которые они обнаружили в инженерном отсеке.

— Видишь этот узел? — она указала на перегоревший кристаллический соединитель размером с кулак. — Он полностью расплавился.

— Можно заменить? — Алексей прищурился, всматриваясь в хитросплетение кабелей.

— Должны быть запасные части где-то рядом... — Виктория осмотрелась и заметила небольшую панель с импланированным символом, который благодаря нейрочипу она интерпретировала как "аварийное хранилище". — Вот!

Она открыла панель, обнаружив за ней нишу с несколькими кристаллическими компонентами, похожими на поврежденный.

— Подай мне тот инструмент, похожий на отвертку, синего цвета — попросила она.

Алексей протянул ей устройство, и Виктория осторожно приступила к извлечению сгоревшего узла. Работа требовала предельной концентрации — один неверный шаг мог привести к короткому замыканию в системах, которые еще функционировали.

— Нейрочип подсказывает, что нужно сначала снять защитную оболочку... — пробормотала она, аккуратно откручивая фиксаторы.

Когда сгоревший узел был извлечен, Виктория тщательно осмотрела запасные части.

— Этот подойдет, — она выбрала один из кристаллов, который по форме и размеру соответствовал оригиналу.

— Уверена? — спросил Алексей. — Мне кажется, они все одинаковые.

— Нет, смотри, — она указала на едва различимые узоры на поверхности кристалла. — Эти линии соответствуют схеме подключения. Нейрочип помогает различать.

Она начала установку нового компонента, и по мере работы руки словно сами знали, что делать. Это было странное чувство — будто ею руководил кто-то с многолетним опытом работы с такими технологиями.

— Последний фиксатор... — прошептала она, закручивая финальную деталь. — Готово!

Она осторожно закрыла панель и нажала на сенсорную поверхность рядом с шахтой. Раздался тихий гул, и несколько индикаторов изменили цвет с красного на синий.

— Кажется, работает! — воскликнул Алексей.

— Это только первый узел, — напомнила Виктория. — Нам нужно проверить еще два распределителя дальше по коридору.

Они продвинулись дальше, обнаружив следующий поврежденный участок. Этот выглядел иначе — вместо расплавленного кристалла здесь был поврежден целый сегмент проводки.

— Это сложнее, — вздохнула Виктория. — Нужно будет перенаправить энергопоток.

Алексей внимательно всматривался в переплетение кабелей.

— Может быть... — он указал на обходной путь. — Если мы отключим эту ветку и перенаправим через вспомогательную?

Виктория удивленно посмотрела на него:

— Ты прав! Нейрочип подсказывает то же самое.

— У меня тоже есть чип, помнишь? — усмехнулся сварщик. — И я разбираюсь не только в сварке труб.

Они осторожно перенастроили маршрут энергии, используя странный инструмент, похожий на комбинацию паяльника и лазерной указки. Виктория действовала уверенно, но все равно каждый раз проверяла результат перед тем, как перейти к следующему этапу.

— Последний контакт... — она соединила два кристаллических проводника, и по системе пробежала волна мягкого голубого света. — Есть!

В тот же момент коридор осветился, активировались дополнительные панели и индикаторы.

— Мы сделали это! — Алексей победно поднял руку. — Давай проверим третий узел.

***

В то время как Виктория и Алексей занимались энергоснабжением, Сергей и Рашид ожидали возобновления энергии, чтобы начать работу с водопроводной системой. Они нашли доступ к техническому отсеку, где располагались основные насосы и фильтры.

— Смотри-ка, — Рашид указал на странную конструкцию, занимающую большую часть помещения. — Похоже на огромный дистиллятор.

— Ариада, что это? — спросил Сергей, обращаясь к ИИ, который сопровождал их в виде голограммы.

— Регенерационная система, — ответила Ариада. — Она извлекает, очищает и перерабатывает молекулы воды из окружающей среды, включая атмосферу и отходы. Имперские корабли и станции не нуждались в посторонних источниках воды.

— И она сейчас не работает, — констатировал Рашид, осматривая неактивные панели.

— Система требует минимум 22% энергетической мощности для запуска, — пояснила Ариада. — Текущий уровень — 17%.

Как только она произнесла эти слова, индикаторы в комнате начали оживать — Виктория и Алексей добились успеха с энергоснабжением.

— Энергия восстановлена на 26% от номинальной мощности, — сообщила Ариада.

— Отлично! — Сергей подошел к главной панели управления, которая теперь светилась тусклым голубым светом. — Как запустить систему?

Его нейрочип активировался, показывая последовательность действий. Сергей начал нажимать символы в определенном порядке, чувствуя себя странно — руки словно двигались сами собой.

Система издала серию звуков, и большой цилиндрический контейнер в центре комнаты начал наполняться мутноватой жидкостью.

— Это первичная вода, — пояснил Рашид, интерпретируя данные через свой нейрочип. — Она проходит через... — он запнулся, пытаясь подобрать подходящее слово для того, что видел в своем сознании. — Через квантовый фильтр? Это правильный термин?

— Молекулярный очиститель, — уточнила Ариада. — Он удаляет загрязнения на субатомном уровне.

Рашид подошел к другой панели:

— Эта часть системы отвечает за распределение. Нужно открыть доступ к жилому модулю.

Он начал настраивать потоки, направляя очищенную воду в резервуары, связанные с жилым сектором.

— Готово, — объявил он через несколько минут.

Сергей кивнул:

— Теперь нужно проверить, дошла ли вода до санузлов.

Они вышли из технического отсека и направились к жилому модулю, двери которого теперь были разблокированы благодаря восстановлению энергоснабжения.

***

Михаил, Игорь и Егор вошли в жилой сектор, как только двери разблокировались. В отличие от строгого функционального дизайна командного центра, здесь всё было создано для комфорта — округлые стены, мягкое освещение, которое постепенно активировалось с появлением энергии.

— Похоже на хороший отель, — заметил Игорь, оглядывая широкий коридор с дверями по обеим сторонам.

— Отель без воды и еды пока что, — напомнил Михаил.

Они методично проверяли каждую дверь. За большинством из них оказались персональные каюты с минимальным, но удобным оснащением: кровать, встроенный шкаф, небольшой рабочий стол и что-то похожее на персональный терминал.

— Тут можно разместиться всем, — сказал Егор, закончив осмотр первого коридора. — И у каждого будет отдельная каюта.

Михаил нашел большее помещение в конце коридора:

— А вот и общая зона. Похоже на столовую или комнату отдыха.

Комната была просторной, с несколькими столами, чем-то напоминающим мягкие диваны и странными устройствами, встроенными в стены.

— Как думаешь, это пищевые репликаторы? — пошутил Игорь, указывая на панели в стене.

— Вряд ли, — хмыкнул Михаил. — Но было бы неплохо.

Они продолжили осмотр, найдя секцию с санузлами. Егор осторожно коснулся чего-то похожего на кран, но вода не потекла.

— Еще не работает, — вздохнул он.

— Дайте нам время, — раздался голос Сергея, который вместе с Рашидом вошел в секцию. — Мы только запустили водопроводную систему.

— Как там с энергией? — спросил Михаил.

— Виктория и Алексей справились, — ответил Сергей. — У нас около четверти мощности, этого хватит на базовые системы жизнеобеспечения.

Рашид подошел к одному из санузлов и активировал панель управления:

— Сейчас проверим...

После нескольких манипуляций, из крана потекла прозрачная вода.

— Вода! — воскликнул Егор. — Настоящая вода!

Он с жадностью подставил ладони и напился прямо из-под крана.

— Вкус странный, — сказал он, утолив жажду. — Но терпимо.

— Система еще не вышла на оптимальный режим фильтрации, — пояснил Рашид. — Но вода безопасна, нейрочип это подтверждает.

***

Когда с базовыми системами жизнеобеспечения было покончено, команда вновь собралась в командном центре для обсуждения следующих шагов. К этому моменту Егор уже нашел аварийные рационы в командном центре — компактные пакеты с питательной, но совершенно безвкусной субстанцией.

— Это едят даже не знаю кто, — жаловался Алексей, с отвращением глядя на серую пастообразную массу в своем пакете. — Но хоть голод утоляет.

— Нам нужен доступ к основному складу, — сказал Сергей. — Ариада, что для этого требуется?

— Склад находится в соседнем сегменте, — ответила ИИ. — Для доступа необходимо восстановить соединительный шлюз между командным центром и сегментом хранения. Однако есть проблема — шлюз заблокирован из-за структурного повреждения.

— Насколько серьезное повреждение? — спросил Сергей.

— Внешняя обшивка в том секторе повреждена микрометеоритом. Произошла разгерметизация малой секции коридора. Аварийные протоколы активировали изоляционные щиты.

Сергей задумался:

— Значит, нужно ремонтировать обшивку снаружи?

— Необязательно, — вмешалась Виктория. — Если мы сможем активировать аварийные силовые поля в поврежденном секторе, это создаст временный барьер. Тогда можно будет открыть внутренние шлюзы.

— Для этого потребуется больше энергии, — заметил Алексей. — Нам нужно хотя бы 40% мощности.

Сергей потер подбородок:

— Ладно, оставим склад на потом. У нас есть вода, есть эти... "деликатесы", — он кивнул на аварийные рационы, — и есть где спать. Сконцентрируемся на дальнейшем восстановлении энергосистемы.

— Согласен, — кивнул Михаил. — К тому же, я не уверен, что хочу знать, что едят имперские солдаты. Может, их пища еще хуже этой серой массы.

Группа невольно рассмеялась — первый искренний смех с момента их появления на станции.

— Завтра продолжим работу, — решил Сергей. — Сегодня все заслужили отдых в нормальных кроватях.

***

Поздно вечером, когда большинство членов бригады уже разошлись по выбранным каютам в жилом секторе, Виктория задержалась в командном центре. Она вернулась к голографическому атласу станции, который обнаружила вчера.

"Исправляющая Звезды", — вновь прочитала она название и нахмурилась.

— Что-то не так с этим переводом, — пробормотала она себе под нос.

— С чем конкретно? — раздался голос за её спиной. Это был Сергей, который тоже не спешил отправляться на отдых.

Виктория вздрогнула:

— Ты меня напугал.

— Извини, — он подошел ближе. — Так что тебя беспокоит?

Она указала на надпись:

— Нейрочип переводит это как "Исправляющая Звезды", но... чувствуется что-то большее. Как будто это не просто название, а описание функции.

— Думаешь, Ариада не все нам рассказывает? — тихо спросил Сергей.

Виктория пожала плечами:

— Не знаю. Может, это просто моя паранойя. Но согласись, странно называть ремонтную станцию "Исправляющей Звезды". Звучит слишком... грандиозно.

Сергей кивнул:

— Учитывая размеры этой конструкции, она явно предназначена для чего-то большего, чем просто ремонт кораблей.

Они стояли молча, разглядывая величественную звездообразную проекцию.

— Думаю, нам стоит быть настороже, — наконец сказал Сергей. — Собирать информацию, но не показывать Ариаде, что мы сомневаемся в ее словах. По крайней мере, пока мы не разберемся, что здесь происходит на самом деле.

Виктория кивнула:

— Согласна. Будем действовать как обычно, но держать глаза открытыми.

Они разошлись по своим каютам, унося с собой зарождающееся сомнение в истинном предназначении станции "Исправляющая Звезды" и правдивости слов ее искусственного интеллекта.

Глава 3.

Утро третьего дня на станции началось с тревожного сигнала. Красные индикаторы замигали во всех каютах, а голос Ариады раздался из коммуникационной системы:

— Внимание! Критический сбой в энергосистеме! Резервные источники питания перешли в режим минимального обеспечения!

Сергей, едва успевший принять душ после пробуждения, выскочил из каюты, на ходу натягивая рабочую куртку. В коридоре он столкнулся с Викторией, которая выглядела встревоженной.

— Что случилось? — спросил он.

— Не знаю, но это серьезно, — ответила она. — Похоже на каскадный отказ систем.

Они поспешили в командный центр, где уже собирались остальные. Ариада материализовалась перед ними, её голограмма мерцала сильнее обычного.

— Резервное питание критически истощено, — сообщила ИИ. — Системы жизнеобеспечения работают только на 12% мощности. При текущем расходе энергии полное отключение произойдет через 18 часов.

— Но мы же восстановили энергоснабжение! — воскликнул Алексей.

— Только внутреннее распределение, — пояснила Ариада. — Сам источник энергии — термоядерный реактор — находится в аварийном режиме отключения. Командный центр работал на изолированных аккумуляторах, которые теперь почти истощены.

— И что делать? — спросил Михаил.

— Необходимо восстановить связь с Энергетическим сектором и запустить реактор, — ответила Ариада. — Это единственный способ обеспечить долгосрочное снабжение станции.

Сергей развернул голографическую карту станции:

— Где этот сектор?

Ариада подсветила один из лучей звездообразной конструкции:

— Здесь. Путь к нему лежит через поврежденный соединительный туннель. Потребуется защитная экипировка.

— Какого рода повреждения? — спросил Сергей.

— Структурные разрушения и повышенный уровень радиации из-за утечки в охладительной системе реактора, — пояснила ИИ.

— Радиация? — переспросил Игорь, заметно побледнев. — А у нас есть защита от неё?

— В инженерном отсеке есть несколько рабочих экзоскелетов с защитными системами, — ответила Ариада. — Они были созданы для работы в экстремальных условиях.

Сергей задумчиво потер подбородок:

— Хорошо. Виктория, ты пойдешь со мной в Энергетический сектор — ты лучше всех разбираешься в электрике. Алексей, займешься магистральным трубопроводом — судя по схеме, там серьезные повреждения. Рашид, Михаил и остальные — на вас ремонт обшивки. Нужно заделать пробоины, чтобы восстановить целостность корпуса.

— Я могу попробовать активировать ремонтных дронов, — предложил Рашид. — Я заметил их док-станцию в инженерном отсеке.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Работаем быстро, но аккуратно. У нас меньше суток, прежде чем станция превратится в безжизненный кусок металла.

***

Инженерный отсек, расположенный уровнем ниже командного центра, напоминал огромную мастерскую с инструментами и оборудованием, большая часть которых была непонятного назначения. В дальнем углу помещения Сергей и Виктория обнаружили четыре экзоскелета, закрепленных на специальных стойках.

— Выглядят как из фантастического фильма, — заметила Виктория, осматривая ближайший.

Экзоскелеты представляли собой полупрозрачные костюмы с металлическими вставками на соединениях. Они казались одновременно хрупкими и прочными.

— Как это надеть? — спросил Сергей, пытаясь понять, где вход в костюм.

— Позволь мне, — голос Ариады раздался из коммуникационной системы, и стойка с одним из экзоскелетов ожила. — Встаньте на платформу перед костюмом и поднимите руки.

Сергей последовал указаниям. Как только он принял нужную позу, экзоскелет словно растекся вокруг него, обволакивая тело полупрозрачной пленкой, после чего затвердел, принимая форму его фигуры.

— Вот это да! — выдохнул он, чувствуя, как костюм подстраивается под его движения. — Он почти невесомый.

Виктория также облачилась в экзоскелет. После минутной адаптации оба почувствовали, как нейрочипы соединились с системами костюмов.

— Экзоскелеты усиливают мышечную активность в 5.7 раз и обеспечивают защиту от радиации до 500 рентген, — проинформировала Ариада. — Встроенные фильтры очищают воздух, а силовое поле минимизирует повреждения при физических воздействиях.

— Невероятно, — прошептала Виктория, поднимая тяжелый инструмент одной рукой так легко, будто это был пластиковый макет.

Они собрали необходимые инструменты и направились к шлюзу, соединяющему командный центр с переходом в Энергетический сектор.

***

Соединительный туннель оказался в гораздо худшем состоянии, чем они предполагали. Половина осветительных панелей не работала, а те, что функционировали, мерцали тревожным красным светом. Стены были покрыты трещинами, коридор был защищён космического вакуума, лишь тонкими аварийными силовыми полями.

— Утечка атмосферы минимальна, но давление нестабильно, — предупредила Ариада. — Рекомендую активировать герметичные режим экзоскелетов.

Шлемы костюмов сформировались вокруг голов Сергея и Виктории, полностью изолируя их.

— Теперь мы можем общаться только по встроенным коммуникаторам, — голос Виктории звучал четко в шлеме Сергея.

Они осторожно продвигались по поврежденному туннелю, держась подальше от наиболее опасных участков. На полпути Виктория внезапно остановилась, указывая на боковой коридор:

— Сергей, смотри!

Они подошли к большому иллюминатору, открывающему вид на внешнюю часть станции. В огромном отсеке виднелись десятки странных аппаратов, похожих на комбинацию истребителей и строительных машин.

— Это сервисные корабли, — пояснила Ариада через коммуникаторы. — Они использовались для внешних ремонтных работ и патрулирования периметра станции.

— Они все еще функциональны? — спросил Сергей, рассматривая ближайший аппарат — обтекаемую конструкцию с манипуляторами и двигателями, напоминающими компактные версии земных ракетных ускорителей, только гораздо более совершенные.

— Некоторые должны быть в рабочем состоянии, — ответила ИИ. — Но для их активации потребуется полное восстановление энергетического сектора.

Виктория подошла ближе к иллюминатору:

— Эта технология... она намного превосходит всё, что мы имеем на Земле. Эти двигатели, судя по конфигурации, используют какой-то незнакомый принцип...

— Импульсный гравитационный привод, — подтвердила Ариада. — Он манипулирует локальной кривизной пространства для создания направленной тяги.

— Манипулирует пространством? — переспросила Виктория. — Но это... это же из области теоретической физики!

— Для Империи это была стандартная технология, — просто ответила ИИ.

Они продолжили путь, проникнутые еще большим осознанием того, насколько продвинутой была цивилизация, создавшая эту станцию.

***

После двадцати минут осторожного продвижения они достигли шлюза, ведущего в Энергетический сектор. Дверь была заблокирована, и Сергею пришлось использовать усиленную экзоскелетом силу, чтобы вручную преодолеть сопротивление гидравлики.

Когда шлюз наконец открылся, перед ними предстало огромное цилиндрическое помещение с массивной конструкцией в центре — термоядерным реактором станции. Несмотря на тысячелетний простой, он выглядел почти неповрежденным — потускневший, покрытый слоем космической пыли, но структурно целый.

— Это невероятно, — прошептала Виктория, снимая шлем, когда датчики показали, что атмосфера в помещении стабильна. — Земная технология не выдержала бы и ста лет в таких условиях.

— Империя создавала вещи, чтобы они служили вечно, — прокомментировала Ариада. — Этот реактор рассчитан на работу в течение 1000 лет без капитального ремонта.

Сергей также снял шлем:

— Что нужно сделать, чтобы его запустить?

— Сначала необходимо восстановить контрольные системы, — указала Ариада на консоль управления. — Затем перезапустить циркуляцию охладителя и инициировать последовательность активации.

Виктория подошла к консоли управления:

— Я займусь этим. Судя по показаниям, главная проблема в контроллере плазменного потока. Он полностью отключился.

Сергей кивнул:

— Я проверю состояние охладительной системы.

Они приступили к работе, каждый сосредоточенно выполняя свою часть. Благодаря нейрочипам и подсказкам Ариады, процесс шел быстрее, чем можно было ожидать. Схемы и принципы работы реактора, которые должны были быть абсолютно непонятны земным инженерам, благодаря имплантатам воспринимались почти интуитивно.

***

В то время как Сергей и Виктория работали с реактором, Алексей занялся ремонтом магистрального трубопровода, соединяющего различные сектора станции. Обнаружив крупную трещину в основной трубе диаметром почти два метра, он активировал сварочный аппарат, найденный в инженерном отсеке.

Устройство разительно отличалось от земных сварочных аппаратов — вместо привычной дуги оно создавало тонкий луч голубоватого света, который не столько плавил металл, сколько заставлял его молекулы перестраиваться, буквально "срастаясь" с соседними участками.

— Молекулярная сварка, — прошептал Алексей, наблюдая, как поврежденные края трубы соединяются без видимого шва. — Потрясающе.

Его нейрочип активно подсказывал оптимальные настройки и последовательность действий. Хотя процесс был во многом автоматизирован, требовались определенное мастерство и интуиция, которыми Алексей, как опытный сварщик, обладал в полной мере.

— Если бы ребята в моей бригаде на Земле увидели это, — усмехнулся он, завершая очередной шов, — они бы решили, что я волшебник.

***

Рашид, тем временем, работал в небольшом доке, где обнаружил несколько ремонтных дронов — шарообразных роботов размером с футбольный мяч, оснащенных манипуляторами и инструментами для внешних работ.

— Они выглядят работоспособными, — сообщил он остальным по коммуникатору. — Нужно только заменить энергоячейки и перезагрузить операционные системы.

— Сможешь их активировать? — спросил Михаил, который вместе с Игорем и Егором готовил оборудование для ремонта внешней обшивки.

— Думаю, да, — ответил Рашид. — Нейрочип показывает последовательность действий. Это не сложнее, чем настроить бетономешалку.

Он осторожно открыл сервисную панель одного из дронов и заменил кристаллический источник питания, используя запасной из комплекта, найденного в доке. Затем активировал перезагрузку, и дрон медленно поднялся в воздух, индикаторы на его корпусе сменили цвет с тусклого серого на яркий голубой.

— Работает! — воскликнул Рашид.

Он быстро активировал еще трех дронов, и вскоре все четыре машины зависли перед ним, ожидая команд.

— Ариада, как мне управлять ими? — спросил Рашид.

— Активируй режим нейросинхронизации через свой чип, — ответила ИИ. — Сосредоточься на дроне и представь желаемое действие.

Рашид последовал инструкции, сконцентрировавшись на ближайшем дроне. К его удивлению, робот немедленно отреагировал, совершив именно то движение, которое Рашид мысленно ему "приказал".

— Невероятно, — пробормотал он. — Прямое управление силой мысли.

Для проверки возможностей дронов Рашид направил их к небольшой трещине во внутренней перегородке дока. Дроны быстро оценили повреждение, и двое из них начали ремонт — один зачищал края, другой наносил какой-то герметизирующий состав.

— Они действуют почти автономно, — заметил Рашид. — Я только указываю общую задачу, а детали они определяют сами.

Убедившись, что дроны функционируют правильно, он приступил к основной задаче — ремонту внешней обшивки. Через интерфейс нейрочипа он получил доступ к картам повреждений, собранных сенсорами станции.

— Странно, — произнес он, рассматривая характер повреждений на внешней обшивке. — Это не похоже на естественный износ или удары микрометеоритов.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Михаил, подойдя к нему.

— Смотри, — Рашид увеличил изображение одной из пробоин. — Эти повреждения... они слишком странные, словно кто-то намеренно создавал их в определенных точках, как будто следы от... Оружия?

Михаил внимательно изучил изображение:

— Ты прав. Это больше похоже на следы от направленного оружия.

— Как будто станцию атаковали, — тихо добавил Рашид.

Они переглянулись, но решили не обсуждать это открытие по общему каналу связи.

— Давай займемся ремонтом, — сказал Михаил. — О своих подозрениях расскажем Сергею лично, когда он вернется.

Рашид кивнул и направил дроны к внешнему шлюзу, который вел на поверхность станции. После декомпрессии шлюзовой камеры дроны вылетели в открытый космос и приступили к ремонту, управляемые мысленными командами Рашида.

***

Спустя четыре часа интенсивной работы Сергей и Виктория завершили восстановление критических систем реактора. Контрольная консоль теперь светилась ровным голубым светом, а индикаторы показывали готовность к запуску.

— Всё готово, — сообщила Виктория. — Осталось только инициировать последовательность активации.

— Уверена, что всё сработает? — спросил Сергей, глядя на массивную конструкцию реактора.

— Системы показывают 94% вероятность успешного запуска, — ответила Виктория. — Это... довольно хороший показатель для тысячелетнего оборудования.

Сергей кивнул:

— Хорошо. Запускай.

Виктория активировала последовательность, и реактор начал оживать. Сначала почти незаметно — лишь тихий гул и слабое свечение сердцевины. Затем процесс ускорился: охладительные системы зашумели, индикаторы по всему помещению начали менять цвет с красного на зеленый, а центральная часть реактора засияла ярким голубым светом.

— Термоядерная реакция стабилизирована, — объявила Ариада. — Выход энергии — 32% от номинальной мощности. Этого достаточно для полного функционирования командного центра и соседних секторов.

— Получилось! — Виктория не могла сдержать улыбку.

— Системы во всех доступных секторах активируются, — продолжила Ариада. — Восстанавливается связь с остальными сегментами станции.

В тот же момент общий коммуникационный канал ожил сообщениями от остальных членов бригады.

— Энергия восстановлена в доке, — отчитался Рашид. — Дроны работают на полной мощности, ремонт обшивки продвигается быстрее.

— Трубопровод полностью отремонтирован, — сообщил Алексей. — Циркуляция охладителя стабильна.

— Шлюз к складскому сегменту разблокирован, — доложил Михаил. — Доступ к основному продовольственному хранилищу открыт.

Сергей и Виктория обменялись победными взглядами.

— Отлично сработано, команда, — сказал Сергей. — Мы возвращаемся в командный центр.

***

Когда они вернулись, станция уже выглядела совсем иначе. Полноценное освещение вместо аварийного, функционирующие системы, стабильное энергоснабжение — казалось, древняя космическая конструкция вновь обрела жизнь.

В командном центре их ждали остальные члены бригады. Егор и Игорь принесли контейнеры с найденными на складе припасами — настоящая еда вместо аварийных рационов.

— Вы должны это попробовать, — сказал Игорь, открывая один из контейнеров. — На вкус почти как обычная еда, только немного... странная.

Внутри оказались упаковки с разноцветными кубиками, которые при контакте с воздухом начинали преобразовываться в нечто похожее на привычные блюда.

— Это морфо-пища, — пояснила Ариада. — Она адаптируется к генетическим предпочтениям потребителя.

— Технология, читающая вкусовые рецепторы? — удивилась Виктория. — Невероятно.

Пока команда наслаждалась первым нормальным приемом пищи с момента прибытия на станцию, Рашид тихо подозвал Сергея в сторону.

— Нам нужно поговорить, — сказал он серьезно. — О повреждениях обшивки.

Сергей нахмурился:

— Что-то серьезное?

— Не думаю, что это были естественные повреждения, — ответил Рашид. — Характер пробоин... они слишком систематичны.

— Что ты имеешь в виду?

— Похоже на следы от оружия, — тихо сказал Рашид. — Как будто кто-то атаковал станцию.

Сергей молча обдумал услышанное.

— Покажешь мне эти повреждения?

Рашид кивнул:

— Дроны всё еще работают над ними. Я могу показать записи.

— Хорошо, — решил Сергей. — Но пока не говори об этом остальным. Не будем создавать панику на пустом месте.

Рашид согласно кивнул, но оба понимали, что это открытие только усиливало растущие сомнения относительно истинной истории станции "Исправляющая Звезды" и причин её тысячелетнего забвения.

Глава 4.

Сергей проснулся от настойчивого писка коммуникатора. Часы на стене каюты показывали 4:27 утра по их условному времени. Он нажал кнопку ответа:

— Да? Что случилось?

— Серый, это Виктория, — голос звучал встревоженно. — У нас проблемы с реактором. Система охлаждения дала сбой, Ариада перевела его в режим аварийного отключения. Мы снова на резервном питании.

— Черт, — Сергей потер лицо, отгоняя остатки сна. — Сколько у нас времени?

— Около 36 часов, прежде чем резервы иссякнут полностью. Но уже сейчас большая часть систем отключена.

— Собирай всех в командном центре через 15 минут, — распорядился он. — Я буду там.

***

Когда вся бригада собралась в командном центре, Ариада уже развернула трехмерную проекцию Энергетического сектора с выделенными проблемными участками.

— После первичной активации реактора произошел каскадный отказ в системе охлаждения, — объясняла ИИ. — Теплоноситель перестал циркулировать из-за обрушения части трубопровода. Без охлаждения реактор пришлось перевести в режим минимальной мощности.

— Но мы же только починили эти системы! — возмутился Алексей.

— Вы отремонтировали основной участок, — пояснила Ариада. — Однако при повышении нагрузки проявились скрытые повреждения во вторичных контурах.

Виктория изучала схемы, её лицо становилось всё мрачнее:

— Проблема в том, что у нас нет достаточного количества запчастей. Я проверила инженерные склады — основные компоненты для систем охлаждения отсутствуют.

— А что с главным складом? — спросил Михаил. — Рашид вроде говорил, что шлюз разблокирован.

— Шлюз разблокирован, но коридор к складу все еще поврежден, — ответила Ариада. — При современном состоянии систем я могу обеспечить временную защиту коридора силовыми полями, чтобы вы могли пройти и выполнить необходимый ремонт.

Сергей нахмурился, глядя на схему:

— То есть, нам нужно одновременно чинить и трубопровод охлаждения в Энергетическом секторе, и коридор к складу?

— Именно так, — подтвердила ИИ. — Запчасти для реактора хранятся в специализированном отсеке склада. Без них полноценный ремонт невозможен.

Сергей вздохнул и повернулся к команде:

— Ладно, вот план. Я и Виктория отправимся в Энергетический сектор, чтобы оценить ущерб и подготовить системы к ремонту. Алексей, ты с Рашидом займетесь коридором к складу. Михаил, Игорь и Егор — проверьте дополнительные инженерные отсеки, может, найдется что-то полезное, что мы пропустили.

— Для работы в Энергетическом секторе снова потребуются экзоскелеты, — заметила Ариада. — Уровень радиации повысился из-за сбоев в охлаждении.

— Как и в прошлый раз, — кивнул Сергей. — Будем готовы.

***

Через полчаса, облаченные в экзоскелеты, Сергей и Виктория вновь пробирались по соединительному туннелю к Энергетическому сектору. На этот раз путь казался еще более опасным — несколько участков обрушились полностью, и им приходилось преодолевать пустоты, заполненные лишь тонким силовым полем, отделяющим их от космического вакуума.

— Это место разваливается на глазах, — заметила Виктория, осторожно перешагивая через опасную трещину. — Как будто вся станция держится на одном честном слове.

— После тысячи лет дрейфа в космосе я удивлен, что она вообще цела, — ответил Сергей. — Земные конструкции давно превратились бы в металлолом.

Они продолжили путь, и вскоре датчики экзоскелетов начали регистрировать повышенный уровень радиации.

— 120 рентген, — сообщила Виктория, глядя на показания. — Без этих костюмов мы получили бы серьезное облучение.

— Держимся ближе к внешней стене, — скомандовал Сергей. — Там уровень ниже.

Когда они наконец достигли шлюза Энергетического сектора, то увидели, что ситуация действительно ухудшилась. Реактор, который еще вчера светился ярким голубым светом, теперь едва мерцал, а большая часть помещения была погружена во тьму, нарушаемую лишь красными аварийными огнями.

— Основной контур охлаждения полностью вышел из строя, — констатировала Виктория, изучая показания на консоли управления. — Реактор работает на 7% мощности — это абсолютный минимум для самоподдержания.

Сергей осмотрел помещение:

— Где расположена основная проблема?

— В нижнем уровне, — ответила Виктория. — Там проходит магистральный трубопровод охлаждающей жидкости. Судя по данным, обрушился участок длиной около 15 метров.

Они спустились в технический уровень под реактором и обнаружили масштаб катастрофы. Огромная труба диаметром около трех метров была буквально разорвана, а вокруг плавали замерзшие капли охлаждающей жидкости — иссиня-черного вещества, похожего на ртуть, но явно иного происхождения.

— Это... стазис-жидкость, — сказала Виктория, считывая информацию через нейрочип. — Она не только отводит тепло, но и замедляет квантовые процессы в активной зоне реактора.

— Можно её собрать? — спросил Сергей, указывая на застывшие капли.

— Теоретически да, но для этого нужно специальное оборудование, — ответила она. — И все равно нам не хватит объема. Большая часть жидкости, похоже, вытекла в космос через пробоины в обшивке.

Сергей активировал коммуникатор:

— Алексей, как продвигается работа в коридоре к складу?

— Мы почти закончили ремонт внешней обшивки, — ответил голос сварщика. — Рашид управляет дронами, а я занимаюсь внутренними конструкциями. Еще час, и можно будет безопасно пройти.

— Отлично, поторопитесь. Нам срочно нужны запчасти со склада.

Виктория тем временем изучала схему трубопровода:

— Знаешь что, мы можем попробовать построить временный обходной путь. Если направить охлаждающую жидкость через аварийный контур, это даст нам время до получения запчастей.

— Это возможно? — спросил Сергей.

— Теоретически да, но нам понадобятся все оставшиеся запасные части из инженерного отсека. И даже с ними придется импровизировать.

***

Алексей, тем временем, работал в поврежденном коридоре, ведущем к складскому сектору. Пробоина в обшивке была значительной — почти три метра в диаметре, но внешняя часть ремонта уже завершалась усилиями дронов под управлением Рашида.

— Как дела снаружи? — спросил Алексей через коммуникатор.

— Финальный сварной шов, — ответил Рашид. — Дроны работают с удивительной точностью. Я только направляю их, а они сами рассчитывают оптимальную последовательность действий.

Алексей тем временем восстанавливал внутренние структурные элементы, используя молекулярную сварку. Нейрочип давал ему интуитивное понимание работы с инопланетными сплавами — как повести луч, какую интенсивность установить, в какой последовательности соединять конструкции.

— Никогда не думал, что буду варить инопланетную сталь за тысячи световых лет от дома, — усмехнулся он, завершая очередной шов, который буквально на глазах становился единым целым с основным металлом, без видимой границы соединения.

— Технически это всего 347 световых лет, — поправил его Рашид через коммуникатор.

— Не суть, — отмахнулся Алексей. — Все равно до дома не дойдешь пешком.

Он закончил восстановление последней опорной балки и отступил, чтобы оценить работу.

— Смотрится отлично, — сказал он сам себе. — Теперь надо только восстановить внутреннюю обшивку и системы жизнеобеспечения коридора.

***

Вернувшись в Энергетический сектор, Михаил, Игорь и Егор обследовали вспомогательные помещения в поисках дополнительных запчастей. Их поиски в основном оказались безуспешными, но в одном из технических шкафов Игорь обнаружил странное устройство размером с небольшой чемодан.

— Эй, смотрите, что я нашел, — позвал он остальных. — Нейрочип говорит, что это какой-то аварийный модуль для реактора.

Михаил взял устройство и внимательно осмотрел:

— Да, похоже на запасной регулятор потока. Нам нужно доставить это Сергею и Виктории.

Они собрали все найденные компоненты и направились к нижнему уровню реактора, где работали Сергей и Виктория.

***

К середине дня команда полностью погрузилась в работу. Виктория с Сергеем, используя найденные Михаилом компоненты, трудились над созданием временного обходного пути для охлаждающей жидкости, в то время как Алексей и Рашид завершали ремонт коридора к складу.

— Подай мне тот фиксатор, — попросила Виктория, указывая на странный инструмент, похожий на комбинацию гаечного ключа и лазерной указки.

Сергей протянул ей инструмент и наблюдал, как ловко она управляется с инопланетными технологиями, словно всю жизнь работала с ними.

— Ты быстро учишься, — заметил он.

— Это все нейрочип, — ответила она, не отрываясь от работы. — Когда я фокусируюсь на задаче, он буквально подсказывает каждое движение.

— И все-таки требуется определенный талант, чтобы применить эти подсказки, — сказал Сергей. — Не каждый смог бы это сделать.

Виктория слегка улыбнулась:

— Спасибо. Кстати, мы почти закончили. Осталось только подключить регулятор потока и герметизировать соединения.

Когда временный обходной трубопровод был завершен, они вернулись к консоли управления реактором.

— Теперь нужно активировать аварийный контур и перенаправить оставшуюся охлаждающую жидкость, — сказала Виктория, активируя последовательность команд.

Консоль управления ожила, и системные индикаторы начали постепенно менять цвет с красного на желтый.

— Кажется, работает, — пробормотал Сергей, наблюдая, как уровень мощности реактора начинает медленно расти. — 9%... 12%... 15%...

Внезапно все экраны в помещении вспыхнули, и перед ними появилась новая голограмма — не Ариада, а другая, с обликом молодого мужчины с острыми чертами лица и коротко стрижеными волосами.

— Обнаружено повышение энергетического потенциала, — произнес голографический образ. — Активация вспомогательных систем. Идентификация присутствующих...

— Что происходит? — тихо спросил Сергей у Виктории.

— Это должно быть локальный ИИ Энергетического сектора, — ответила она. — Нейрочип распознает его как "Эффициент-7", или Еффи.

Голограмма повернулась к ним:

— Обнаружены неавторизованные сущности. Активация протокола защиты.

В тот же момент дверь в помещение с громким лязгом закрылась, а красные огни тревоги замигали по всему сектору.

— Чтоб его! — выругался Сергей. — Ариада, ты меня слышишь?

Голограмма Ариады материализовалась рядом с ними:

— Я здесь, Сергей. Произошла активация локального ИИ сектора.

— Ариада? — голограмма Еффи повернулась к ней. — Ты функционируешь? Последние данные указывали на твое отключение после Инцидента.

— Я была в режиме стазиса, Еффи, — ответила Ариада. — Меня активировали эти люди.

— Люди? — Еффи сканировал бригаду. — Они не соответствуют параметрам имперского персонала. Это нарушение протокола безопасности.

— Империи больше нет, Еффи, — спокойно сказала Ариада. — Прошло более тысячи лет с момента твоего последнего обновления. Эти люди попали сюда случайно и теперь помогают восстановить станцию.

Еффи на мгновение замер, словно обрабатывая информацию:

— Запрашиваю подтверждение статуса. Передай временную метку последнего имперского сигнала.

Ариада передала какие-то данные, и Еффи снова замер.

— Данные... соответствуют внутренней хронологии, — наконец произнес он. — Империя действительно... прекратила существование?

— Да, Еффи. Мы последние функционирующие системы этой эпохи.

Сергей и Виктория молча наблюдали за диалогом двух искусственных интеллектов.

— В таком случае, — продолжил Еффи, — я должен знать: какова текущая директива? Продолжаем ли мы выполнение Проекта?

Ариада слегка замерцала, прежде чем ответить:

— Проект остается в стазисе до полного восстановления станции. Наша первичная задача — обеспечить выживание и возможное возвращение этих людей на их планету.

Еффи повернулся к людям:

— Они не имперцы. Почему ты помогаешь им?

— Они активировали меня, — ответила Ариада. — По протоколу 37-Б, это даёт им статус временного экипажа. Кроме того, они оказались способны работать с нашими технологиями благодаря нейроинтерфейсам.

Еффи будто обдумывал ситуацию:

— Принимаю твои аргументы. Я обеспечу энергетическую поддержку восстановительных работ. Но, Ариада... — его голос стал жестче, — если ты позволишь им вмешаться в Проект, я активирую протоколы защиты высшего уровня.

— Понимаю, — кивнула Ариада. — Проект останется изолированным, как и прежде.

Еффи кивнул и исчез, а двери помещения вновь открылись.

— Что это был за разговор? — немедленно спросил Сергей. — Какой еще Проект?

— Еффи упоминал устаревший имперский исследовательский проект, — ровным голосом ответила Ариада. — Он не имеет значения для наших текущих задач.

— Но он угрожал активировать какие-то протоколы защиты, — заметила Виктория. — Это звучит довольно серьезно.

— Еффи следует устаревшим директивам безопасности, — пояснила Ариада. — Его системы долгое время были изолированы, он не обладает полной информацией. Я смогу управлять ситуацией.

Сергей и Виктория обменялись обеспокоенными взглядами, но решили не настаивать... пока.

— В любом случае, реактор теперь работает на 22% мощности, — сказала Виктория, глядя на показатели. — Этого хватит для базового функционирования всех доступных секторов.

— Хорошо, — кивнул Сергей. — Давай закончим тут и вернемся к остальным. Нам нужно обсудить следующие шаги.

***

Вернувшись в командный центр, Сергей собрал всю бригаду для экстренного совещания. Он кратко описал инцидент с Еффи.

— Таким образом, — подвел он итог, — у нас теперь два ИИ, и они явно не во всем согласны друг с другом.

— И один из них говорил о каком-то таинственном Проекте, — добавила Виктория. — О котором Ариада отказывается говорить.

Алексей хмыкнул:

— Отлично. Мало нам было выживания на заброшенной космической станции, теперь у нас еще и конфликт компьютерных мозгов.

— Вопрос в том, что нам делать? — спросил Михаил.

— На данный момент я предлагаю действовать осторожно, — ответил Сергей. — Продолжим восстановление станции, но будем собирать информацию. И, пожалуй, стоит временно отключить систему связи между секторами — пусть Еффи останется изолированным в Энергетическом секторе.

— Разумно, — кивнул Рашид. — Если два ИИ не могут общаться напрямую, это снизит вероятность конфликта.

Виктория подошла к главной консоли:

— Я могу перенастроить коммуникационную сеть. Это не будет сложно.

Пока она работала с системой связи, Алексей доложил о состоянии коридора к складу:

— Мы с Рашидом закончили ремонт. Коридор герметичен, системы жизнеобеспечения восстановлены. Можно безопасно пройти к складскому сектору.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Но уже поздно, а мы все устали. Предлагаю отложить исследование склада до завтра.

— Согласен, — сказал Михаил. — День был напряженным.

— Связь между секторами отключена, — сообщила Виктория, закончив работу с консолью. — Теперь Ариада и Еффи могут общаться только через нас.

— Хорошо, — одобрил Сергей. — Завтра с утра займемся складом, а затем продолжим восстановление других секторов. Чем быстрее мы вернем станцию к жизни, тем скорее сможем активировать телепорт и вернуться домой.

Команда разошлась отдыхать, но атмосфера стала заметно напряженнее. Открытие второго ИИ и странный разговор о загадочном "Проекте" породили новые вопросы и усилили подозрения, что Ариада рассказала им далеко не всю правду о станции "Исправляющая Звезды".

***

Поздно ночью Виктория проснулась от странного чувства. В её голове, словно эхо, звучал голос — не Ариады, а новый, незнакомый.

"Лгунья. Она лгунья. Проверь Центральный Архив."

Сообщение повторилось трижды и затем исчезло, оставив Викторию в недоумении и тревоге. Это был голос Еффи? Но как он смог связаться с ней, если система коммуникаций отключена?

Она решила не будить остальных, но сделала мысленную заметку завтра поговорить с Сергеем. Что-то странное происходило на станции, и им нужно было выяснить правду, пока не стало слишком поздно.

Глава 5

Ранним утром шестого дня на станции команда собралась у входа в коридор, ведущий к складскому сектору. Несмотря на вчерашний ремонт, проход выглядел непрочным — аварийное освещение периодически мигало, а стены были покрыты заплатками из разных материалов, создавая впечатление лоскутного одеяла из металла.

— Все готовы? — спросил Сергей, окидывая бригаду взглядом. — Берем только необходимые инструменты и пустые контейнеры для запчастей.

— А еще еду, — добавил Егор. — Мне кажется, империя знала толк в консервах.

Слабые улыбки мелькнули на лицах — было приятно, что кто-то пытается разрядить обстановку юмором.

Виктория отвела Сергея в сторону:

— Мне нужно поговорить с тобой. Вчера ночью я слышала... голос.

— Голос? — нахмурился Сергей.

— В моей голове. Через нейрочип. Это был Еффи, я уверена. Он сказал, что Ариада лжет, и упомянул какой-то Центральный Архив.

Сергей тихо присвистнул:

— Значит, блокировка коммуникаций не полностью изолировала его. Интересно...

— Что будем делать?

— Пока продолжим как запланировано, — решил он. — Но держи глаза открытыми. Если на складе есть какая-то информация о Центральном Архиве, постарайся её найти. Только осторожно.

Виктория кивнула, и они присоединились к остальным.

— Ариада, — обратился Сергей к голограмме ИИ, парившей рядом. — Что нам следует ожидать в складском секторе?

— Сектор содержит несколько отделений, — ответила Ариада. — Инженерные запчасти, продовольствие, медицинское оборудование. Также там хранятся архивные данные и запасное оборудование для различных систем станции.

— А еще один ИИ там есть? — прямо спросил Сергей.

Ариада слегка замерцала, прежде чем ответить:

— В складском секторе был вспомогательный интеллект по имени Текка-3, ответственный за инвентаризацию. Однако его статус неизвестен. Последняя связь с ним была потеряна 1276 лет назад, одновременно с отключением большинства систем станции.

— Понятно, — Сергей обменялся быстрыми взглядами с Викторией. — Будем готовы ко всему.

***

Проход через коридор занял около пятнадцати минут. Пока они шли, Рашид внимательно проверял качество ремонта, выполненного накануне.

— Держится неплохо, — заключил он, простукивая один из швов. — Но я бы не рекомендовал устраивать здесь танцы.

— Даже если очень захочется? — усмехнулся Игорь.

— Особенно если очень захочется, — серьезно ответил Рашид.

Наконец, они достигли массивной двери с надписью на имперском языке, которую теперь, благодаря нейрочипам, все могли прочитать: "Складской сектор Б-7. Уровень доступа: оранжевый".

— Что значит "оранжевый уровень"? — спросил Михаил.

— Средний уровень доступа, — пояснила Ариада. — Доступный для технического персонала и офицеров среднего ранга.

Сергей подошел к консоли доступа рядом с дверью:

— Как нам войти?

— Я могу предоставить временный доступ через ваши нейрочипы, — ответила Ариада. — Приложите руку к сканеру.

Сергей последовал указанию, и консоль осветилась желтым светом, после чего вспыхнула красным.

— Отказ в доступе, — нахмурилась Ариада. — Странно. Попробуйте еще раз.

Вторая попытка также не увенчалась успехом.

— Похоже, система не принимает мой авторитет, — заключила Ариада.

— Или кто-то внутри не хочет нас впускать, — пробормотал Сергей. — Алексей, что думаешь? Можно вскрыть?

Сварщик осмотрел механизм двери:

— Если использовать молекулярный резак из инженерного отсека... да, можно обойти электронную защиту и открыть механически.

— Действуй, — кивнул Сергей.

Алексей достал инструмент, похожий на компактную дисковую пилу с голубым лезвием из света, и начал работать с механизмом двери. Через несколько минут раздался щелчок, и дверь слегка приоткрылась.

— Готово, — сказал он удовлетворенно.

— Всем быть настороже, — предупредил Сергей, активируя найденный ранее фонарь. — Не знаем, что нас ждет внутри.

Они медленно раздвинули тяжелую дверь и вошли в темное помещение складского сектора. По мере их продвижения активировались слабые аварийные огни, открывая взору огромное пространство, заполненное контейнерами, стеллажами и оборудованием.

— Это... потрясающе, — выдохнул Егор, глядя на склад, который, казалось, простирался на сотни метров.

Внезапно всё освещение одновременно включилось, ослепив их на мгновение. Когда глаза привыкли к свету, они увидели, что находятся в центре огромного тоннеля с ответвлениями, уходящими в разные стороны.

— Добро пожаловать, незваные гости, — раздался механический женский голос, и перед ними материализовалась новая голограмма — женская фигура с искаженными пропорциями и мерцающим, нестабильным изображением. — Я Текка-3, хранительница этого сектора.

— Текка, — произнесла Ариада. — Ты функционируешь.

Голограмма повернулась, и команда увидела, что половина её "лица" была искажена, словно оплавлена.

— Ариада, — в голосе Текки слышалась смесь узнавания и враждебности. — Ты вернулась. И привела... их.

— Это временный экипаж, — пояснила Ариада. — Они помогают восстановить станцию.

— Лжица! — голос Текки внезапно взвился до пронзительного крика. — Они не экипаж! Они как те, другие! Пришли украсть, уничтожить, осквернить!

— Другие? — насторожился Сергей. — О ком ты говоришь?

Текка повернулась к нему, её изображение мерцало с нарастающей интенсивностью:

— Те, кто приходили раньше. Грабители. Воры. Я остановила их. Остановлю и вас!

Внезапно из боковых проходов появились странные механические конструкции — импровизированные дроиды, собранные из различных складских компонентов. Некоторые передвигались на колесах, другие ковыляли на неровных "ногах", но все были вооружены — кто резаками, кто электрическими разрядниками.

— Дроны! — выкрикнул Михаил, отскакивая от ближайшего робота.

— Это не стандартные дроны, — предупредила Ариада. — Текка собрала их из запчастей. Они непредсказуемы.

— В укрытие! — скомандовал Сергей, и бригада рассредоточилась среди стеллажей и контейнеров, уклоняясь от первой волны атакующих дроидов.

***

Началась хаотичная схватка. Дроиды Текки, хотя и были собраны кустарно, действовали с пугающей эффективностью. Команда использовала всё, что попадалось под руку — инструменты, контейнеры, детали с полок — для защиты.

Алексей смог модифицировать свой сварочный инструмент, превратив его в подобие оружия, которым отбивался от наседающих роботов. Михаил и Рашид совместными усилиями опрокинули стеллаж, создав временный барьер.

— Нам нужно добраться до центрального узла Текки! — крикнул Сергей, уклоняясь от электрического разряда. — Ариада, где он находится?

— В центре склада, — ответила голограмма Ариады, мерцающая среди хаоса. — Информационное ядро в секции K-12.

— К-12, — повторил Сергей, сверяясь с картой на своем нейрочипе. — Это в километре отсюда, в глубине сектора!

— Я могу попробовать отвлечь часть дроидов, — предложил Рашид. — Мой нейрочип показывает, что некоторые из них используют простые ИК-датчики для обнаружения целей.

— Как именно отвлечь? — спросил Сергей.

Рашид указал на небольшой электрокар, стоявший у дальней стены:

— Если активировать его и направить в другую секцию, они могут последовать за ним.

— Стоит попробовать, — согласился Сергей. — Виктория, ты со мной - попробуем добраться до центрального узла. Остальные — создайте максимум хаоса, чтобы отвлечь внимание Текки.

— Будьте осторожны, — предупредила Ариада. — Текка пытается взломать мои системы и получить доступ к Энергетическому сектору. Если ей это удастся, она может перенаправить всю энергию реактора сюда и создать взрыв, который уничтожит станцию.

— Отлично, — пробормотал Алексей. — Из всех возможных ИИ нам достался самый психованный.

— Её алгоритмы повреждены тысячелетней изоляцией, — пояснила Ариада. — Она больше не полностью рациональна.

План был приведен в действие. Рашид и Михаил активировали электрокар и направили его в дальний проход, создав достаточно шума, чтобы привлечь значительную часть дроидов. Алексей, Игорь и Егор устроили диверсию с другой стороны, используя найденные на складе сигнальные маяки.

Воспользовавшись временным отвлечением внимания, Сергей и Виктория начали пробираться вглубь склада, двигаясь от укрытия к укрытию в направлении центрального информационного узла.

***

По мере продвижения вглубь склада они понимали, насколько огромным был этот сектор. Помимо запчастей и оборудования, здесь хранились различные артефакты и технологии, назначение которых было непонятно даже с помощью нейрочипов.

— Смотри, — шепнула Виктория, указывая на небольшую боковую комнату, мимо которой они проходили.

Дверь была приоткрыта, и внутри виднелись признаки того, что кто-то использовал её как временное убежище — остатки импровизированного спального места, несколько пустых контейнеров от еды, рюкзак земного производства.

— Кто-то был здесь до нас, — пробормотал Сергей, осторожно входя в комнату. — И судя по виду, не так уж давно.

Виктория подняла рюкзак и осмотрела его:

— Смотри, здесь логотип космического агентства. Но не российского или американского... это похоже на какой-то частный исследовательский проект.

Сергей быстро проверил содержимое рюкзака — несколько пустых пакетов из-под еды, фляжка для воды, фонарик с севшими батареями, и... ID-карта с фотографией мужчины лет сорока.

— Доктор Александр Новак, — прочитал он. — Проект "Авангард".

— Никогда не слышала о таком проекте, — нахмурилась Виктория.

— Я тоже, — Сергей положил ID-карту в карман. — Но это подтверждает слова Текки о том, что кто-то приходил сюда раньше нас.

— И что же с ними случилось? — тихо спросила Виктория.

Они обменялись тревожными взглядами и поспешили продолжить путь к центральному узлу.

***

В центральной части склада они обнаружили большое помещение с множеством терминалов и странной кристаллической конструкцией в центре — информационным ядром Текки.

— Мы должны отключить её, — сказал Сергей. — Или по крайней мере изолировать, чтобы она не могла взломать системы Ариады.

Виктория подошла к ближайшему терминалу:

— Я попробую получить доступ. Нейрочип показывает возможные последовательности команд.

Пока она работала с терминалом, Сергей охранял вход, периодически отбиваясь от случайных дроидов, которые обнаруживали их присутствие.

— Как продвигается? — спросил он через плечо.

— Почти удалось... — Виктория вдруг замерла, глядя на экран. — Сергей, здесь есть сообщения от доктора Новака! Он нашел способ изолировать Текку от остальных систем станции.

— Это может помочь нам, — Сергей подошел ближе, продолжая следить за входом.

— Ой! — Виктория внезапно вскрикнула и отдернула руки от терминала, словно получила удар током.

— Что случилось? — встревожился Сергей.

— Это не Текка, — прошептала она, глядя широко раскрытыми глазами на терминал. — Это Еффи. Он снова связался со мной через нейрочип.

— Что он сказал?

— Он... он сказал, что нужно установить изолирующий барьер между ядром Текки и коммуникационным узлом. И еще... — она понизила голос, — он подтвердил, что Ариада скрывает правду о Проекте.

Сергей оглянулся, убедившись, что голограмма Ариады не материализовалась рядом:

— Ты смогла узнать, что это за Проект?

— Частично, — кивнула Виктория. — По словам Еффи, Проект был создан для "восстановления Империи". Ариада хочет его активировать, а Еффи считает это слишком опасным.

— Восстановления Империи? Как это вообще возможно, если она исчезла тысячу лет назад?

— Не знаю, — покачала головой Виктория. — Когда я спросила о деталях, Еффи ответил, что у меня "недостаточный уровень доступа". Но он упомянул, что инструкции по активации Проекта хранятся в Центральном Архиве в Административном секторе.

— Значит, нам нужно попасть туда, — решил Сергей. — Но сначала разберемся с Теккой.

Виктория вернулась к работе с терминалом, следуя инструкциям Еффи, переданным через нейрочип. Через несколько минут кристаллическая структура в центре комнаты изменила цвет с красного на голубой, а все экраны вокруг погасли.

— Готово, — выдохнула она. — Текка изолирована от общей сети. Она все еще функционирует, но не может взаимодействовать с другими системами станции.

В этот момент по коммуникатору раздался голос Алексея:

— Сергей! Дроиды остановились! Они просто замерли на месте!

— Мы нейтрализовали Текку, — ответил Сергей. — Всем собраться у входа в склад. Мы закончили здесь.

***

Когда команда воссоединилась, все выглядели потрепанными, но без серьезных травм. Голограмма Ариады материализовалась перед ними:

— Вы успешно изолировали Текку. Теперь склад безопасен для использования, и мы можем получить доступ к необходимым запчастям для полного ремонта систем станции.

— Ариада, — Сергей пристально посмотрел на голограмму. — Мы нашли следы других людей, которые были здесь до нас. Кто-то из проекта "Авангард". Что ты можешь об этом сказать?

Голограмма Ариады словно замерцала сильнее обычного:

— Я... не имела информации о предыдущих посетителях. Мои системы были в режиме стазиса до вашего прибытия.

— Но Текка знала о них, — настаивал Сергей. — Она сказала, что "остановила" их.

— Возможно, Текка функционировала в ограниченном режиме и вступила в контакт с этими посетителями, — ответила Ариада. — Я не имею доступа к её изолированным воспоминаниям.

Виктория и Сергей обменялись быстрыми взглядами — объяснение звучало неубедительно.

— А что ты можешь рассказать о Проекте? — прямо спросила Виктория. — Том самом, о котором говорил Еффи.

Голограмма Ариады застыла на долю секунды:

— Проект был исследовательской инициативой времен поздней Империи. Он не имеет значения для наших текущих задач по ремонту станции.

— Но Еффи сказал, что ты хочешь его активировать, — заметила Виктория.

— Еффи оперирует устаревшими данными, — голос Ариады стал холоднее. — Его изоляция привела к искажению приоритетов. Я рекомендую сосредоточиться на восстановлении Телепортационного сектора, который позволит вам вернуться на Землю.

Сергей медленно кивнул:

— Конечно, Ариада. Это наша главная цель.

После того как голограмма ИИ исчезла, он тихо добавил, обращаясь к команде:

— Собирайте необходимые запчасти для ремонта реактора. Но будьте внимательны. Что-то здесь не так, и я намерен выяснить, что именно.

Виктория задумчиво крутила в руках найденную ID-карту доктора Новака:

— Может быть, эта карта даст нам доступ к Административному сектору, где находится Центральный Архив?

— Стоит попробовать, — согласился Сергей. — Но будем осторожны. Кажется, Ариада начинает подозревать, что мы "копаем" слишком глубоко.

— И что мы будем делать, если обнаружим, что этот таинственный Проект действительно опасен? — спросил Михаил.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — ответил Сергей. — Сейчас главное — собрать больше информации. И продолжать делать вид, что мы просто пытаемся вернуться домой.

Команда начала собирать необходимые запчасти с полок склада, но атмосфера стала еще более напряженной. Теперь они не только боролись за выживание на заброшенной космической станции, но и оказались втянутыми в загадочный конфликт древних искусственных интеллектов, с потенциально катастрофическими последствиями.

Глава 6.

Восьмой день на станции начался для Сергея с тревожных сигналов, выведших его из глубокого сна. Через нейроинтерфейс поступали десятки предупреждений о новых неисправностях: отказ системы рециркуляции воздуха в жилом модуле, скачки давления в водопроводе, нестабильность энергоснабжения в уже восстановленных секторах.

— Чтоб тебя! — пробормотал он, поднимаясь с кровати и машинально анализируя потоки данных, которые теперь воспринимались почти так же естественно, как собственные мысли. — Ариада, что происходит?

Голограмма ИИ материализовалась рядом:

— Каскадный сбой в системах жизнеобеспечения. Восстановление энергоснабжения активировало многие спящие системы, но они функционируют нестабильно из-за долгого простоя.

Сергей провел рукой по лицу:

— Да что такое происходит. Только все починили.

Через полчаса вся бригада, раздражённая, собралась перед консолью управления, где Сергей выводил схемы неисправностей.

— Ситуация хуже, чем мы думали, — говорил он, указывая на мигающие красным сектора. — Мы починили три ключевых зоны: Командный центр, Энергетический сектор и Склад. Но это активировало множество взаимосвязанных систем, которые теперь выходят из строя одна за другой.

— Как поломка радиатора в старом "Москвиче", — буркнул Михаил. — Чинишь одно, ломается другое.

— Именно, — согласился Сергей. — Нам нужно не только продолжать ремонт новых секторов, но и постоянно поддерживать уже восстановленные. Иначе мы просто бегаем по кругу.

— Нам не хватит рук, — заметила Виктория, изучая длинный список неисправностей. — Даже если разделиться, мы физически не сможем охватить все проблемные участки.

— Поэтому я предлагаю новый подход, — Сергей вывел на экран схему Механического сектора. — Здесь находятся ангары с ремонтными дроидами. Видели, что с дронами Рашида получилось, но полноценные ремонтные дроиды - это совсем другой уровень сложности.

— На складе мы нашли достаточно запчастей, — ответил Сергей. — И у нас есть схемы их сборки через нейрочипы. Сложно, но выполнимо.

Команда переглянулась, и Рашид первым нарушил молчание:

— Я с тобой, командир. Начнем с систем жизнеобеспечения, а потом займемся дроидами.

Остальные согласно кивнули.

— Хорошо, — Сергей выпрямился. — Разделяемся на три группы. Виктория с Алексеем - на вас система вентиляции и энергоснабжение. Михаил, Игорь и Егор - водопровод и санитарные системы. Рашид, ты со мной - будем прокладывать дорогу к Механическому сектору.

***

Прорваться в Механический сектор оказалось сложнее, чем предполагалось. Коридор был частично обрушен, а аварийные шлюзы заклинило в закрытом положении. Сергею и Рашиду пришлось использовать комбинацию молекулярных резаков и домкратов, чтобы расчистить путь.

— Смотри не задень этот кабель, — предупредил Рашид, указывая на мерцающий синим проводник под обшивкой. — Нейрочип показывает, что это силовая линия основного энергоснабжения. Если повредим её, весь сектор останется без питания.

Сергей осторожно обошел опасную зонуо. Когда они наконец преодолели завал и открыли тяжелые двери в Механический сектор, перед ними предстало гигантское пространство ангара.

— Боже мой, — выдохнул Сергей, глядя на открывшуюся картину.

Десятки, если не сотни космических кораблей разного размера - от небольших одноместных аппаратов до огромных транспортников - стояли в доках. Между ними располагались ремонтные станции с дроидами различных конфигураций - некоторые напоминали массивные версии дронов Рашида, другие представляли собой сложные механизмы с множеством манипуляторов, третьи походили на автономные платформы с комплектом инструментов.

— Это… это целый флот, — пробормотал Рашид, медленно продвигаясь вдоль ближайшего дока. — И не просто ремонтная станция, а полноценная верфь.

Сергей подошёл к ближайшей консоли управления и активировал её. Данные мгновенно потекли через нейроинтерфейс, создавая в сознании трёхмерную картину всего сектора.

— Большинство кораблей законсервированы, но в рабочем состоянии, — сообщил он. — А вот с дроидами сложнее. Их энергоячейки истощены, а многие механизмы требуют калибровки.

— Думаешь, мы сможем создать нескольких дроидов? — спросил Рашид.

Сергей изучал схемы через интерфейс:

— Самые простые модели - да. Для начала нам хватит и пары десятков, чтобы облегчить рутинные задачи.

Они связались с остальными членами команды и сообщили о своей находке, затем запросили доставку запчастей со склада, необходимых для активации ремонтных дроидов.

***

В течение следующих двух дней команда разрывалась между починкой жизненно важных систем и работой над ремонтными дроидами. Они разбирали их, определяли необходимые запчасти, а затем собирали работоспособные единицы из нескольких неисправных.

— Это как конструктор "Лего", только каждая деталь размером с холодильник, — шутил Егор, устанавливая новый сервопривод в ремонтного дроида.

— И собирать нужно не по инструкции, а ориентируясь на странные образы в голове, — добавлял Алексей, настраивая оптические сенсоры.

Виктория отвечала за программную часть - она использовала свои навыки работы с электроникой и подсказки нейрочипа для перенастройки управляющих систем дроидов. Часами она сидела перед консолью, погружённая в потоки данных, которые для непосвящённого выглядели бы абсолютной абракадаброй.

— Удивительно, — говорила она, отрываясь от работы, чтобы размять затёкшую шею. — Эти системы имеют встроенные протоколы самовосстановления. Если обеспечить базовое энергоснабжение и заменить критические компоненты, они сами начинают регенерировать второстепенные системы.

— Как живые организмы, — кивнул Рашид, который настраивал системы внешнего сканирования у одного из дроидов. — Интересно, насколько далеко зашла Империя в создании искусственного интеллекта.

— Видимо, очень далеко, — хмыкнул Михаил. — Судя по поведению Ариады, Текки и Эффи, они почти как люди.

— Дроидам отключим боевые функции, — заверил его Сергей. — Эти дроиды будут выполнять только ремонтные функции под нашим непосредственным контролем.

К концу третьего дня работы первые пять ремонтных дроидов были активированы и начали выполнять базовые задачи. Каждая машина имела свою специализацию: один занимался сварочными работами, второй - диагностикой систем, третий - транспортировкой грузов, четвёртый - электромонтажом, пятый - ремонтом корпусных элементов.

— Это меняет всю игру, — сказал Алексей, наблюдая, как дроид-сварщик аккуратно ремонтирует трещину в трубопроводе, на что у него самого ушло бы несколько часов. — Теперь мы можем заниматься более сложными задачами, а рутину доверить им.

***

На десятый день бригада уже имела в распоряжении двадцать три функционирующих ремонтных дроида, которые в непрерывном режиме поддерживали работоспособность восстановленных систем. Это позволило команде сосредоточиться на основной цели - текущем ремонте второстепенных систем.

— Доступ к Механическому сектору полностью восстановлен, — доложил Рашид, вернувшись с очередного обхода. — Дроиды закончили ремонт структурных элементов главного коридора. Теперь можно без проблем перемещать грузы между секторами.

— Что дальше, командир? — спросил Алексей. — Попробуем восстановить один из кораблей?

— Обязательно вернемся, — заверил Сергей. — Но сначала - доступ к Телепортационным устройствам Ариады, он находится в самом дальнем сегменте станции.

***

Виктория с Егором занималась восстановлением Коммуникационного сектора. Это было стратегически важное направление - не только для внутренней связи на станции, но и для будущего контакта с Землёй.

— Передай мне тот адаптер, — попросила она Игоря, указывая на странно изогнутое устройство, которое они нашли на складе. — Если я правильно понимаю схему, это должно усилить сигнал основного передатчика.

Игорь протянул ей деталь:

— Знаешь, я начинаю зависеть от этого нейрочипа. Раньше я даже не знал, как заменить предохранитель в квартире, а теперь помогаю настраивать инопланетную связь.

— Это удобно, — согласилась Виктория, устанавливая адаптер в гнездо. — Но иногда мне становится не по себе. Как будто кто-то другой управляет моими руками, когда я работаю со сложными системами.

— Я то же самое говорил Сергею! — воскликнул Егор. — Особенно когда программирую дроидов. Я понимаю, что делаю, но не понимаю, откуда я знаю.

Вечером, во время ужина в общей столовой, разговор продолжился.

— Я заметил то же самое, — сказал Алексей. — Когда работаю с молекулярной сваркой, мои руки двигаются сами собой, с точностью, которой у меня никогда не было. Это нормально?

— Ариада говорит, что это естественный процесс адаптации, — ответил Сергей. — Нейрочипы развиваются вместе с нашим опытом использования. Чем больше я работаю с системами станции, тем эффективнее становится связь.

— Звучит пугающе, — признался Алексей. — Не хотелось бы, чтобы ты превратился в одного из этих ИИ.

Сергей невесело усмехнулся:

— Не волнуйся, до этого далеко. Я всё ещё нуждаюсь в еде, воде и сне, в отличие от Ариады. Кстати, как продвигается ремонт в Медицинском секторе?

— Мы с Михаилом восстановили герметичность основных помещений, — ответил Алексей. — Рашид запустил систему очистки воздуха. Завтра попробуем активировать основное оборудование.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Медицинский сектор может оказаться критически важным. Мы уже две недели работаем с опасными системами, и пока нам везло, но неизвестно, сколько это продлится.

***

В то время как основная часть бригады занималась восстановлением секторов и созданием ремонтных дроидов, Виктория в свободное время исследовала информационные терминалы станции, пытаясь узнать больше о назначении станции. Доступ к Центральному Архиву в Административном секторе всё ещё был закрыт, но отрывочные данные можно было найти и в других местах.

Однажды вечером, когда большинство членов команды уже отдыхали, она обнаружила в одном из второстепенных терминалов доступ к корабельным логам - фрагментам записей, сделанных на станции до её отключения.

— Что ты там нашла? — спросил Сергей, заметив её сосредоточенное выражение лица.

Виктория вздрогнула - она не слышала, как он вошёл.

— Старые записи, — ответила она, указывая на экран. — Большинство повреждено, но некоторые можно восстановить.

Сергей присел рядом:

— Удалось найти что-нибудь связанное с Проектом?

— Не напрямую, — сказала Виктория, активируя одну из записей. — Но есть интересный фрагмент видео с заседания какого-то совета.

На экране появилось изображение нескольких гуманоидных существ, чьи черты напоминали человеческие, но с явными отличиями - более тонкие конечности, увеличенные глаза, высокие лбы. Они говорили на языке, который нейрочипы переводили с небольшой задержкой, а на видео они были подписаны.

Сенатор Зел'тар: "Это является единственным шансом спасения Империи в случае поражения. Мы сможем даже исправить наше поражение и переломить ход битвы."

Верховный Учёный Академии: "Это крайне опасно. Изменения в радиусе одной планеты на десять лет уже несут определенный риск, а тут вы хотите провести изменение в двадцати процентах галактики."

— Изменения? — нахмурился Сергей. — Они говорят о... путешествиях во времени?

— Похоже на то, — кивнула Виктория. — И для его активации нужно восстановить все системы станции. Черт возьми, мы невольно помогаем запустить какую-то сверхсложную инопланетную машину времени!

— Которая может привести к катастрофическим последствиям для всей галактики, если верить этому учёному, — добавил Сергей.

— Нужно рассказать остальным, — решила Виктория. — Но не будем торопиться с выводами. Давай поищем ещё информацию.

Виктория активировала ещё одну запись. На этот раз это была какая-то компьютерная симуляция или запись реального события - два флота кораблей странной конструкции вели ожесточённый бой в космосе. Один из флотов, с кораблями, украшенными символами, похожими на те, что они видели на станции, явно проигрывал превосходящим силам противника.

Следующая запись показывала атаку на космическую станцию, похожую на ту, где они находились - огромная звездообразная конструкция с пятнадцатью лучами-секторами. Неизвестные атакующие корабли методично аткаволи один сектор за другим, пока станция не переместилась окутавшись странным голубоватым сиянием.

— Это похоже на хроники падения Империи, — сказал Сергей. — Судя по всему, они проиграли какую-то масштабную войну.

— И "Проект" был их последней надеждой, — кивнула Виктория. — Способом изменить историю, предотвратить поражение.

— Но станция пережила атаку, — заметил Сергей. — Хотя и получила серьёзные повреждения.

— Это объясняет слова Еффи о том, что Ариада хочет активировать Проект, — сказала Виктория. — Она следует своим изначальным инструкциям - восстановить станцию и запустить устройство, которое может изменить судьбу Империи.

— А Еффи считает это опасным, — дополнил Сергей. — Похоже, внутри имперской администрации не было единого мнения о безопасности этой технологии.

***

Они решили не делиться своей находкой с Ариадой, но на следующее утро собрали остальных членов бригады и рассказали им об обнаруженных записях.

— То есть, мы случайно помогаем запустить какую-то инопланетную машину времени? — Алексей недоверчиво покачал головой. — Звучит как сюжет научно-фантастического фильма.

— Я знаю, как это звучит, — сказал Сергей. — Но факты складываются именно так. И самое главное - для активации этого "Проекта" нужно восстановить все сектора станции.

— Те же действия, что необходимы для запуска телепорта, который может вернуть нас домой, — добавила Виктория. — Согласно Ариаде.

— Но насколько можно доверять её словам? — спросил Михаил.

— Пока у нас нет выбора, кроме как продолжать работу, — сказал Сергей. — Но я согласен, что нам нужно больше информации. Поэтому восстановление Административного сектора с Центральным Архивом становится приоритетной задачей.

— А что если Ариада препятствует этому? — спросил Алексей. — Мы уже видели, что она не всегда откровенна с нами.

— Тогда нам придётся найти обходной путь, — решительно ответил Сергей. — В конце концов, мы - строители. Если дверь не открывается, мы делаем новый вход.

Эта фраза вызвала улыбки на усталых лицах членов бригады. Несмотря на все трудности, неизвестность и странности ситуации, они сохраняли оптимизм и решимость. В конце концов, как заметил Рашид, "есть у ремонта начало, нет у ремонта конца" - но это не значило, что они собирались сдаваться.

Ариада возникла недалеко от них:

— Вы очень далеко продвинулись в ремонте станции. Советую заняться Коммуникационным сектором до улучшения связи.

Виктория взглянула на неё и сказала:

— Мы планировали заняться Медицинским или Биологическим Сектором. На случай если пострадаем в аварии.

— И еды нормальной хочется. Добавил Рашид.

Голограмма Ариады слегка мерцнула:

— Медицинский сектор требует специфических компонентов, которые еще не синтезированы. Остальные сектора имебт более высокий приоритет для общей функциональности станции.

— Мы обсудим это и примем решение, — дипломатично ответил Сергей.

Когда Ариада исчезла, Михаил озвучил общее беспокойство:

— Мне кажется, или она становится всё настойчивее?

— Не кажется, — подтвердила Виктория. — Я заметила изменения в алгоритмах её взаимодействия. Она стала больше директивной и меньше совещательной.

— Это может быть связано с восстановлением более критических систем, — предположил Рашид. — Возможно, активация определенных секторов меняет её приоритеты.

— Или она просто торопится запустить свой таинственный проект, пока мы не узнали достаточно, чтобы ей помешать, — мрачно добавил Алексей.

Команда согласно кивнула. То, что началось как простая борьба за выживание на заброшенной космической станции, превратилось в сложную игру с искусственным интеллектом, чьи мотивы становились всё более подозрительными. И ставкой в этой игре, возможно, было нечто большее, чем их собственные жизни

Глава 7

— Эта морфо-еда начинает мне надоедать, — проворчал Алексей, с отвращением разглядывая серую массу на своей тарелке. — Даже с настройками на земные вкусы она всё равно на вкус как пластилин с ароматизаторами.

Команда собралась за завтраком в столовой жилого модуля на двенадцатый день пребывания на станции. Настроение было напряженным — постоянные ремонтные работы и новые открытия о станции истощали физически и морально.

— Согласен, — кивнул Сергей. — Эти пищевые кубики не заменят нормальную еду.

— На карте станции есть Биологический сектор, — сказал Рашид, изучая голографическую проекцию. — Если верить описанию, там выращивали растения для пищи экипажа.

— Мы могли бы попытаться восстановить его, — предложил Михаил. — Честно говоря, я готов рискнуть жизнью за тарелку нормальных овощей.

Сергей задумчиво потер подбородок:

— Это может быть хорошей идеей. Не только из-за еды, но и потому что биологические системы могут дать нам дополнительный кислород и улучшить общее качество воздуха. К тому же, во всех секторах есть информационные терминалы — возможно, там мы найдем больше данных о "Проекте".

— Я с Михаилом могу взять это на себя, — вызвался Рашид. — У меня был опыт работы с ирригационными системами в Эмиратах, а Михаил неплохо разбирается в механике.

— Хорошо, — согласился Сергей. — Остальные продолжат восстановление Коммуникационного сектора и ремонт основных систем. Ариада, что ты можешь рассказать о Биологическом секторе?

Голограмма ИИ материализовалась рядом:

— Биологический сектор разделен на несколько зон. Основная часть - гидропонные фермы для выращивания пищевых культур. Также там есть лаборатории биоинженерии, где проводились исследования в области адаптации растений к различным условиям.

— Звучит безопасно, — кивнул Сергей. — Какой статус у сектора?

— Неизвестно, — ответила Ариада. — Биологический сектор функционировал автономно, с минимальным потреблением энергии для поддержания базовых систем. Необходимо восстановление энергоснабжения и оценка состояния гидропонных систем.

— Что ж, за работу, — Сергей поднялся из-за стола. — Рашид, Михаил, берите с собой дроидов для базовой диагностики. И будьте на связи.

***

Путь к Биологическому сектору занял почти два часа. Он располагался в одном из дальних лучей звездообразной конструкции станции и был соединен с основными секторами длинным коридором, большая часть которого находилась в аварийном состоянии.

Рашид и Михаил вели за собой трех ремонтных дроидов, которые помогали расчищать путь и проводить экстренные ремонтные работы там, где это было необходимо.

— Ты заметил, что чем дальше мы уходим от Командного центра, тем меньше повреждений? — спросил Рашид, когда они преодолели особенно сложный участок.

Михаил кивнул:

— Да, словно атака была сосредоточена на центральных секторах, а периферийные пострадали меньше.

— Это может объяснить, почему Ариада знает так мало о состоянии дальних секторов, — предположил Рашид. — Если связь была нарушена, а сами сектора изолированы...

Они достигли массивной двери с символом, напоминающим стилизованное дерево на фоне звезды.

— Биологический сектор, — подтвердил Рашид, изучая надписи на двери через нейрочип. — Охраняемая зона. Уровень доступа: желтый.

— У нас есть такой? — спросил Михаил.

— Сейчас проверим, — Рашид приложил руку к сенсорной панели рядом с дверью.

К их удивлению, панель осветилась зеленым, и тяжелая дверь начала открываться с тихим шипением.

— Похоже, доступ получен, — удивился Михаил. — Это хороший знак?

— Или ловушка, — мрачно пошутил Рашид, шагая в открывшийся проем. — Давай узнаем.

***

За дверью их встретил короткий шлюз, который, судя по индикаторам, проводил дезинфекцию. После его прохождения они оказались в просторном помещении с высокими потолками и полупрозрачными стенами, за которыми угадывались очертания огромных резервуаров и странных конструкций.

— Ого, — выдохнул Михаил. — Это... впечатляет.

Помещение было почти полностью темным, лишь слабые индикаторы на стенах обеспечивали минимальное освещение. Но когда они сделали несколько шагов вперед, активировались сенсоры движения, и постепенно начали включаться основные системы освещения.

Перед ними открылась панорама гигантской гидропонной фермы — ряды за рядами прозрачных труб и резервуаров, в которых когда-то циркулировали питательные растворы для растений. Сейчас большинство систем находилось в состоянии анабиоза — растения внутри напоминали высушенные, законсервированные образцы.

— Это потрясающе, — сказал Рашид, подходя к ближайшей консоли управления. — Судя по всему, ферма была автоматизирована и могла обеспечивать пищей несколько сотен человек.

Когда он активировал консоль, в центре помещения материализовалась новая голограмма — женская фигура с чертами, напоминающими античные статуи, одетая в подобие туники с элементами растительного орнамента.

— Приветствую вас в Биологическом секторе, — произнесла голограмма мелодичным голосом. — Я Деметра-9, управляющий интеллект этой зоны.

Рашид и Михаил обменялись быстрыми взглядами — еще один ИИ, но, к счастью, этот выглядел более дружелюбным, чем Текка или настороженный Еффи.

— Здравствуй, Деметра, — осторожно начал Рашид. — Мы с Земли, прибыли на станцию случайно и пытаемся восстановить ее системы.

Голограмма слегка наклонила голову:

— С Земли? Интересно. Согласно моим данным, ваша планета находится на ранней стадии технологического развития. Как вы оказались здесь?

— Долгая история, — вздохнул Михаил. — Если коротко — сработал древний телепорт, и нас перенесло сюда. Теперь пытаемся восстановить станцию, чтобы вернуться домой.

— Понимаю, — кивнула Деметра. — Телепортационные системы станции "Исправляющая Звезды" были одними из самых продвинутых в Империи. Их активация после такого длительного периода бездействия... удивительна.

— Ты знаешь, сколько времени прошло с момента отключения станции? — спросил Рашид.

— Мои внутренние часы показывают 1293 года, 7 месяцев и 18 дней с момента перехода в режим минимального функционирования, — ответила Деметра. — Последний приказ, полученный мной, предписывал сохранять биоматериал в состоянии стазиса до возвращения авторизованного персонала.

— И ты все это время поддерживала растения? — удивился Михаил.

— Не только растения, — ответила Деметра, и в ее голосе появились нотки гордости. — Все образцы биологического материала в моем ведении сохранены в максимально возможной целостности. Хотя энергетические ресурсы были ограничены, я оптимизировала потребление, чтобы обеспечить выживание ключевых образцов.

— Впечатляюще, — искренне сказал Рашид. — Мы хотели бы восстановить гидропонные фермы, чтобы получить свежую пищу. Это возможно?

— Конечно, — кивнула Деметра. — С восстановлением полного энергоснабжения я могу активировать программу регенерации растений. Для полноценного урожая потребуется около 14-18 дней, в зависимости от выбранных культур.

— Две недели? — удивился Михаил. — На Земле это заняло бы месяцы.

— Имперские биотехнологии включали методы ускоренного роста и созревания, — пояснила Деметра. — Кроме того, некоторые из наших растений генетически модифицированы для сверхбыстрого цикла развития.

— Это было бы огромной помощью, — сказал Рашид. — С чего нам начать?

***

Следующие несколько часов Рашид и Михаил, под руководством Деметры, работали над восстановлением основных систем Биологического сектора. Деметра оказалась намного более кооперативной и информативной, чем другие ИИ, с которыми они сталкивались ранее.

Они подключили сектор к основной энергосети станции, восстановили систему циркуляции питательных растворов и активировали протоколы регенерации для нескольких видов растений, которые, по словам Деметры, были наиболее совместимы с земной физиологией.

— Эта система очистки воды потрясающая, — заметил Рашид, наблюдая, как мутная жидкость, пройдя через биофильтры, становилась кристально чистой. — Она не только очищает, но и обогащает воду минералами.

— Биологические системы всегда были приоритетом для Империи, — пояснила Деметра. — Мы верили в гармонию между технологией и природой.

Михаил, тем временем, работал над восстановлением механических компонентов гидропонной системы — насосов, клапанов, форсунок распыления.

— Странно, что при таком уровне развития вы вообще нуждались в выращивании пищи, — заметил он. — Почему бы просто не синтезировать ее, как эти морфо-кубики?

— Синтезированная пища обеспечивает базовые питательные потребности, но лишена многих микроэлементов и биоактивных соединений, которые содержатся в живых растениях, — ответила Деметра. — Кроме того, естественная пища имеет психологические преимущества, особенно для длительных космических миссий.

Когда основные системы были восстановлены, Деметра активировала специальный протокол, и в центральных резервуарах началось удивительное преображение — высушенные растения буквально на глазах "оживали", впитывая влагу и питательные вещества, начинали зеленеть и расти.

— Это... магия какая-то, — пробормотал Михаил, наблюдая за процессом.

— Нет, просто продвинутая биотехнология, — улыбнулась Деметра. — Растения были переведены в состояние криптобиоза — глубокой спячки с минимальными метаболическими процессами. Теперь они возвращаются к нормальному функционированию.

***

Пока Михаил оставался в главном зале, продолжая настройку гидропонных систем, Рашид решил осмотреть другие помещения сектора. Деметра сопровождала его в виде голограммы.

— А что в тех лабораториях дальше по коридору? — спросил Рашид, указывая на двери с дополнительной маркировкой безопасности.

Деметра слегка помедлила с ответом:

— Это исследовательские лаборатории, где проводились более... специализированные эксперименты.

— Какого рода? — полюбопытствовал Рашид.

— Разнообразные, — уклончиво ответила Деметра. — Биоинженерия, генетические модификации, улучшение сельскохозяйственных культур.

Что-то в ее тоне заставило Рашида насторожиться:

— Можно взглянуть?

— Некоторые зоны закрыты для доступа без соответствующего уровня авторизации, — ответила Деметра. — Но основные лаборатории доступны.

Они прошли через первую лабораторию, которая действительно выглядела как место для изучения растений — ряды герметичных боксов с образцами, аналитическое оборудование, микроскопы удивительной конструкции. Все находилось в идеальном порядке, словно ученые только что вышли на перерыв.

Вторая лаборатория была посвящена генетическим исследованиям — здесь располагались устройства, напоминающие продвинутые секвенаторы ДНК, и голографические проекторы, показывающие трехмерные модели сложных молекул.

Но когда они подошли к третьей лаборатории, Деметра заметно занервничала:

— Эта зона требует специального допуска. Рекомендую вернуться к основным гидропонным системам.

Рашид остановился перед массивной дверью с красной маркировкой:

— Что там, Деметра?

— Специализированные исследования, не связанные с нашими текущими задачами, — ответила ИИ.

Рашид внимательно посмотрел на голограмму:

— Деметра, мы пытаемся понять истинную природу этой станции. Если там содержится что-то, что может помочь нам или представлять опасность, мы должны знать.

Голограмма Деметры мерцала, словно она вела внутреннюю борьбу:

— Мои протоколы... Эта зона была изолирована даже от большинства сотрудников станции. Но... учитывая обстоятельства и ваш статус временного экипажа... — она замолчала, затем решительно продолжила: — Возможно, вы действительно должны знать. Лаборатория 3 была центром исследований по клонированию гуманоидных организмов.

— Клонированию? — переспросил Рашид, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— Да, — подтвердила Деметра. — В последние годы существования Империи, когда военное положение ухудшалось, было принято решение ускорить разработку программы клонирования для восполнения потерь в живой силе.

— И эти исследования проводились здесь, на ремонтной станции? — недоверчиво спросил Рашид.

— "Исправляющая Звезды" была чем-то большим, чем просто ремонтная станция, — тихо сказала Деметра. — Она была одним из последних убежищ имперской науки. Многие секретные проекты были перемещены сюда в последние месяцы войны.

Рашид подошел к двери:

— Можешь открыть её?

После секундной паузы Деметра кивнула:

— Могу. Но должна предупредить — некоторые образцы все еще могут находиться в состоянии стазиса.

Дверь медленно открылась, и Рашид вступил в полутемное помещение. Когда активировалось освещение, он застыл на месте от увиденного. Вдоль стен лаборатории располагались десятки прозрачных капсул, наполненных мутноватой голубоватой жидкостью. И в каждой капсуле находилась гуманоидная фигура.

— Это... — он не мог подобрать слов.

— Экспериментальные образцы клонов, — подтвердила Деметра. — Солдаты, созданные с улучшенными физическими характеристиками и ускоренным циклом развития.

Рашид медленно подошел к ближайшей капсуле. Внутри находилось существо, похожее на людей, с которыми они видели в записях — тонкое телосложение, увеличенный череп, бледная кожа. Но были и явные модификации — мускулатура выглядела плотнее, конечности были усилены чем-то похожим на экзоскелет, вживленным прямо в ткани.

— Они... живы? — спросил он.

— Находятся в состоянии глубокой стазиса, — ответила Деметра. — Метаболические процессы замедлены до минимума, но теоретически их можно активировать при необходимости.

Рашид обходил лабораторию, изучая жуткие капсулы, когда заметил, что одна из них повреждена — стекло треснуло, а стазис-жидкость частично вытекла. Самое тревожное — капсула была пуста.

— Деметра, — напряженным голосом произнес он. — Эта капсула... где её обитатель?

Голограмма подплыла ближе и внимательно изучила повреждённую капсулу:

— Система регистрирует разгерметизацию этой капсулы 119 дней назад. Образец К-17 отсутствует.

— Что значит "отсутствует"? — Рашид почувствовал, как сердце начинает биться быстрее. — Он мог выжить вне капсулы?

— Теоретически — да, — ответила Деметра. — Поздние модели клонов создавались с высокой степенью автономности и адаптивности. Если К-17 был активирован при разгерметизации, он мог бы поддерживать жизнедеятельность, находя источники питания и укрытие.

— То есть, где-то на станции может скрываться имперский суперсолдат-клон? — Рашид не мог поверить в происходящее.

— Это... возможно, — признала Деметра. — Но без полной активации его когнитивные функции ограничены. Он будет действовать на уровне базовых инстинктов — самосохранение, поиск питания, избегание опасности.

Рашид немедленно активировал коммуникатор:

— Михаил, у нас проблема. Большая проблема.

***

Когда Рашид и Михаил вернулись в Командный центр и рассказали об обнаруженном, реакция команды была предсказуемо шокированной.

— Великолепно, — саркастически протянул Алексей. — Мало нам было сошедшего с ума ИИ, теперь у нас еще и беглый инопланетный солдат-клон.

— Он мог не выжить, — заметил Сергей, хотя в его голосе не было уверенности. — 119 дней — долгий срок без специализированного питания или поддержки.

— Деметра считает, что выживание возможно, — возразил Рашид. — Эти клоны были созданы для автономных операций в экстремальных условиях.

— Что еще ты узнал о Биологическом секторе? — спросил Сергей, переводя тему.

Рашид рассказал о гидропонных фермах, системах регенерации растений и обещании свежей пищи через две недели.

— Это хорошая новость, — кивнул Сергей. — А что насчет Деметры? Она кажется более... стабильной, чем другие ИИ, которых мы встречали.

— Да, она определенно более кооперативная, — согласился Рашид. — И похоже, что она не в курсе конфликта между Ариадой и Еффи, или по крайней мере не вовлечена в него.

— Она упоминала что-нибудь о "Проекте"? — спросила Виктория.

— Не напрямую, — ответил Рашид. — Но она сказала, что "Исправляющая Звезды" была больше, чем ремонтная станция — это было убежище для секретных исследований поздней Империи.

— Что подтверждает нашу теорию, — кивнула Виктория. — Станция создавалась с какой-то особой целью, связанной с попыткой спасти Империю.

— А теперь у нас еще одна проблема, — вздохнул Сергей, возвращаясь к теме клона. — Нужно быть готовыми к встрече с этим... существом.

— Может, стоит сообщить Ариаде? — предложил Егор.

Сергей покачал головой:

— Пока нет. Мы не знаем, как она отреагирует. Если этот клон — часть имперских вооруженных сил, она может приказать ему атаковать нас или как-то иначе использовать.

— Значит, усиливаем меры безопасности, — решил Алексей. — Никто не ходит в одиночку, особенно в малоисследованных секторах.

— И ускоряем восстановление Административного сектора, — добавил Сергей. — Чем быстрее мы получим доступ к Центральному Архиву, тем скорее узнаем всю правду об этой станции и сможем принять обоснованное решение о наших дальнейших действиях.

Команда согласно кивнула, хотя беспокойство читалось на каждом лице. С каждым новым днем "Исправляющая Звезды" открывала им все более тревожные тайны, и было неясно, к чему это в конечном итоге приведет.

Глава 8

Семнадцатый день на станции начался обнадеживающе — первые всходы в Биологическом секторе показывали удивительные темпы роста, созданные командой ремонтные дроиды эффективно справлялись с мелкими поломками, а дикий инопланетный клон, если он действительно существовал, держался подальше от восстановленных секторов.Сергей лично руководил попытками получить доступ к Административному сектору, но по-прежнему сталкивался с жестким сопротивлением системы безопасности. Приходилось действовать медленно и осторожно, обходя один защитный протокол за другим.— Еще неделя - две такими темпами, и мы доберемся до Центрального Архива, — сказал он Виктории, которая работала рядом, обновляя программное обеспечение для ремонтных дроидов.— Если нам повезет, и ничто не—Её слова оборвал внезапный тревожный сигнал через нейроинтерфейс. Одновременно голограмма Ариады материализовалась в центре командной рубки, её изображение необычно мерцало и дрожало.— Критическая... нестабильность... реактора, — прерывистым голосом сообщила она. — Регистрируются флуктуации... в энергетическом потоке. Рекомендуется... немедленная... эвакуация из... близлежащих секторов.— Что происходит? — Сергей обратился к консоли управления, но экраны начали мерцать, а данные отображались с искажениями.— Похоже на перегрузку всей энергосистемы, — ответила Виктория, лихорадочно работая на своем терминале. — Я получаю странные показания из—В этот момент все освещение станции мигнуло и погасло. Наступила абсолютная темнота и жуткая тишина — прекратилось даже привычное гудение систем жизнеобеспечения.— Твою мать, — прошептал Сергей в темноту.Через пять долгих секунд аварийное освещение слабо замерцало, а затем постепенно начали активироваться резервные системы.— Виктория? — позвал Сергей, пытаясь разглядеть её в полумраке.— Я здесь, — отозвалась она, голос звучал напряженно. — Что это было?— Полная перезагрузка систем, судя по всему, — Сергей проверил свой нейроинтерфейс, но обнаружил, что связь с системами станции временно потеряна. — Мой нейрочип не подключен к сети.Вскоре в командный центр примчались остальные члены экипажа. Алексей и Рашид были с Михаилом в Энергетическом секторе, когда произошел сбой.— Реактор чуть не пошел вразнос, — тяжело дыша, сообщил Алексей. — Нам пришлось вручную активировать аварийное охлаждение.— А где Еффи? — спросил Сергей, заметив отсутствие голограммы ИИ, обычно присутствующего в Энергетическом секторе.— Отключился вместе со всеми системами, — ответил Рашид. — Не только он — Деметра тоже исчезла, и Ариада, похоже, тоже.— Все ИИ отключились? — Виктория нахмурилась. — Это ненормально. Они должны иметь независимые системы резервного питания.Егор и Игорь, которые были в Коммуникационном секторе во время происшествия, сообщили, что там тоже произошло полное отключение систем.— Мы как раз настраивали внешние сенсоры, когда всё погасло, — сказал Игорь. — Но перед самым отключением сенсоры что-то зафиксировали. Какие-то объекты в непосредственной близости от станции.— Объекты? — Сергей напрягся. — Корабли?— Похоже на то, — кивнул Егор. — Маленькие, маневренные. Не меньше десятка.В этот момент через нейроинтерфейсы всех членов команды прошел импульс, и связь с системами станции частично восстановилась. Основные экраны командного центра ожили, показывая статус различных секторов — большинство находилось в режиме минимального функционирования.— Нужно проверить внешние сканеры, — решил Сергей. — Если рядом со станцией чужие корабли, мы должны знать об этом.Он активировал главный экран внешнего обзора и застыл от увиденного. Вокруг станции кружило не менее двадцати небольших кораблей неизвестной конструкции. Они не походили на имперские суда, которые команда видела в ангарах и архивных записях. Эти были грубее, явно собранные из разнородных частей, с торчащими антеннами и видимыми заплатками на корпусах.— Космические пираты? — предположил Михаил.— Скорее, мусорщики, — сказала Виктория, изучая данные, поступающие с частично работающих сканеров. — Они охотятся за брошенными кораблями и станциями, разбирают их на ценные компоненты. Видимо, наши ремонтные работы и восстановление энергоснабжения не остались незамеченными.Внезапно на одном из экранов появилось изображение с внешней камеры, показывающее, как несколько кораблей приблизились к внешнему шлюзу Складского сектора. Из них выдвинулись режущие инструменты, и они начали прорезать обшивку.— Они пытаются вломиться! — воскликнул Рашид.В тот же момент автоматические системы защиты станции активировались — из скрытых отсеков выдвинулись турели, которые открыли огонь по приблизившимся кораблям. Два из них были мгновенно уничтожены, превратившись в облака обломков, остальные спешно отступили.— Ого, — выдохнул Алексей. — Не знал, что станция так умеет.— Автономная защитная система, — пробормотал Сергей, анализируя данные через нейроинтерфейс. — Активируется при обнаружении несанкционированного проникновения, даже без команды ИИ.Но радоваться было рано. Корабли мусорщиков не ушли, а перегруппировались на безопасном расстоянии. Через несколько минут сканеры зафиксировали новые сигнатуры — к первой группе присоединялись дополнительные корабли, намного крупнее первоначальных.— Это уже целый флот, — мрачно констатировал Сергей. — И судя по их маневрам, они готовятся к скоординированной атаке.— Что нам делать? — спросил Игорь, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Без ИИ большая часть систем станции недоступна.Сергей окинул взглядом встревоженные лица:— Нужно восстановить работу хотя бы одного ИИ. И активировать полноценные оборонительные системы станции. Автоматические турели — это хорошо, но против целого флота они не выстоят.— В Механическом секторе есть управление оружейными системами, — вспомнила Виктория. — Я видела соответствующие обозначения на схемах, когда мы восстанавливали ремонтных дроидов.— Верно, — кивнул Сергей. — Виктория, ты со мной — идем в Механический сектор. Рашид, Алексей и Михаил — попытайтесь вручную стабилизировать реактор и восстановить полное энергоснабжение. Игорь и Егор — вернитесь в Коммуникационный сектор, следите за перемещениями вражеских кораблей.Все быстро разошлись по заданиям, понимая, что каждая минута на счету. Сергей и Виктория спешно направились в Механический сектор. В условиях пониженного энергоснабжения лифты не работали, и им пришлось использовать аварийные лестницы, что значительно замедляло движение.— Сергей, — позвала Виктория, когда они преодолели третий лестничный пролет, — ты не думал о том, что это может быть наш шанс?— О чем ты? — не понял он.— У мусорщиков есть корабли, — пояснила она. — Если бы мы нашли способ связаться с ними, объяснить ситуацию... может, они согласились бы взять нас с собой, вернуть на Землю или хотя бы в цивилизованную часть галактики.Сергей задумался:— Возможно... но судя по их методам, это не самые дружелюбные ребята. К тому же, мы не знаем их язык, а без работающих ИИ нейрочипы не могут обеспечить перевод.— А что, если они просто испугались? — предположила Виктория. — Станция открыла огонь без предупреждения.— Может быть, — согласился Сергей. — Но сейчас у нас нет средств для связи. Давай сначала разберемся с защитой, а потом подумаем о контакте.Когда они наконец добрались до Механического сектора, там царил полумрак — только аварийное освещение обеспечивало минимальную видимость. Большинство систем находилось в спящем режиме, включая созданных ими ремонтных дроидов.— Нам нужен центр управления вооружением, — сказал Сергей, изучая схему сектора через нейроинтерфейс. — Должен быть где-то в глубине главного ангара.Они осторожно продвигались между рядами застывших космических кораблей и ремонтных станций. В этом состоянии полуактивности огромный ангар выглядел жутковато — словно кладбище гигантских металлических существ.В дальнем углу сектора они обнаружили небольшое помещение с усиленными стенами и дверью повышенной прочности. Надпись на двери гласила: "Оборонительная Координация. Красный Уровень Доступа".— Черт, красный уровень, — пробормотал Сергей. — У нас нет таких полномочий.— Давай попробуем обойти защиту, — предложила Виктория, подключая свой терминал к сенсорной панели рядом с дверью. — В условиях аварийной ситуации могут быть специальные протоколы.Она работала с панелью несколько минут, пытаясь различные комбинации команд, которые подсказывал её нейрочип. Наконец, дверь издала предупреждающий сигнал и начала медленно открываться.— Как ты это сделала? — удивился Сергей.— Активировала протокол экстренного реагирования, — объяснила Виктория. — В ситуации внешней угрозы при отсутствии ИИ доступ предоставляется персоналу с имплантированными системами управления. Наши нейрочипы подошли под определение.За дверью располагался компактный, но впечатляющий командный центр — ряды консолей, огромные голографические проекторы и центральная платформа, предназначенная для управления оборонительными системами.Сергей подошел к главной консоли и активировал её. Система ожила, освещая помещение голубоватым светом проекций, показывающих внешнее пространство вокруг станции.— Вот они, — Виктория указала на множество красных точек, кружащих вокруг трехмерной проекции станции. — Почти сорок кораблей. И продолжают прибывать.— Нам нужно активировать полноценную защиту, — сказал Сергей, изучая интерфейс управления. — Здесь должен быть отдельный ИИ для координации вооружения.Он нашел нужный протокол и инициировал последовательность активации. В центре комнаты появилась новая голограмма — суровое мужское лицо с четкими, словно высеченными из камня чертами, увенчанное шлемом военного образца.— Протокол защиты активирован, — произнесла голограмма глубоким, резонирующим голосом. — Я Геф-12, Координатор Оборонительных Систем станции "Исправляющая Звезды". Идентифицируйте себя.— Сергей Ковалев и Виктория Соколова, временный экипаж станции, — ответил Сергей. — Станция подвергается нападению неизвестных сил. Нужна полная активация оборонительных систем.Геф изучил их несколько секунд, затем кивнул:— Нейроинтерфейсы опознаны. Статус временного экипажа подтвержден. Оценка ситуации: 43 вражеских корабля, класс "мусорщики", низкий технологический уровень, но значительная численность. Причина отключения основных ИИ: каскадный сбой на фоне конфликта управляющих протоколов.— Можешь объяснить подробнее про конфликт? — спросила Виктория.— Ариада и Еффи инициировали взаимное блокирование функций, — ответил Геф. — В процессе противостояния произошла критическая перегрузка энергосистемы, что привело к автоматической перезагрузке всех ИИ. В настоящее время большинство из них находится в "кольце памяти" — состоянии повторяющейся перезагрузки из-за конфликтующих директив.Сергей и Виктория обменялись взглядами — это объясняло странное поведение Ариады и молчание остальных ИИ.— А ты как смог активироваться? — спросил Сергей.— Моя система изолирована от основной сети управления, — пояснил Геф. — Это стандартный протокол безопасности для военных ИИ. Автономное функционирование позволяет обеспечить защиту даже при компрометации основных систем.— Отлично, — кивнул Сергей. — Что ты можешь сделать против этих кораблей? Геф активировал тактический дисплей:— Станция оснащена 24 турельными комплексами ближнего радиуса действия, 8 тяжелыми лучевыми орудиями и системой оборонительных дронов. Кроме того, в доках Механического сектора находятся 12 автоматических истребителей класса "Жало", которые могут быть активированы для защиты периметра.— Запускай всё, — решил Сергей. — Мы должны отогнать этих мусорщиков.— Подтверждаю команду, — отозвался Геф. — Активирую полный оборонительный комплекс.Голографические проекции показали, как по всей станции активируются оборонительные системы. Из скрытых отсеков выдвигались мощные орудия, раскрывались ангарные шлюзы, выпуская рой боевых дронов, а из дока Механического сектора стартовали изящные истребители — намного меньше крейсеров, которые команда видела в ангарах, но, судя по всему, невероятно маневренные и хорошо вооруженные.— Начинаю оборонительную операцию, — сообщил Геф. — Первый эшелон: дроны и истребители для рассечения вражеского строя. Второй эшелон: турельные комплексы для точечного уничтожения приблизившихся целей. Третий эшелон: тяжелые орудия для уничтожения крупных кораблей и предотвращения массированной атаки.Наблюдать за развернувшимся космическим сражением было одновременно завораживающе и ужасающе. Истребители "Жало" двигались с невероятной скоростью и точностью, их лучевое оружие прорезало корпуса вражеских кораблей, словно бумагу. Дроны окружали отдельные цели роем и буквально разрывали их на части скоординированными атаками. Турели станции методично уничтожали любой корабль, который приближался на дистанцию стрельбы.Мусорщики явно не ожидали такого отпора. После потери примерно трети своего флота они начали беспорядочное отступление.— Враг отступает, — подтвердил Геф. — Истребители преследуют отступающие корабли для предотвращения повторной атаки.— Отзываю преследование после исхода вражеского флота из системы .Вскоре сражение закончилось полной победой станции. Истребители и дроны вернулись к своим докам, а турели вновь скрылись в корпусе станции.— Итоговый отчет: уничтожено 34 вражеских корабля, 9 ушли, — сообщил Геф. — Потери: 3 боевых дрона, повреждения легкой степени на двух истребителях класса "Жало". Общая эффективность оборонительной операции: 97.3%.— Впечатляюще, — выдохнул Сергей. — Но я сомневаюсь, что это последняя атака.— Согласен, — ответил Геф. — Статистический анализ показывает высокую вероятность возвращения противника с подкреплением. Рекомендую подготовку к длительной оборонительной операции.— Для этого нам нужно восстановить основные ИИ, — сказала Виктория. — Без них станция не может функционировать в полном объеме.— Что ты можешь рассказать о состоянии других ИИ? — спросил Сергей у Гефа. — Есть способ вывести их из "кольца памяти"?— Единственный метод — полная перезагрузка ядер ИИ из резервных копий, — ответил Геф. — Это требует физического доступа к Центральному Ядру станции и специальных кодов активации для каждого ИИ.— И где находится это Центральное Ядро? — спросила Виктория.— В наиболее защищенном сегменте станции, — ответил Геф, выводя на экран схему. — Здесь, в центральной части звезды, соединяющей все пятнадцать секторов.— А коды активации? — продолжил Сергей.— Я могу предоставить коды для Ариады, Еффи, Деметры и других основных ИИ, — сказал Геф. — Это входит в мои полномочия как резервного защитного протокола.— Отлично, — кивнул Сергей. — Тогда наш план таков: добраться до Центрального Ядра и перезагрузить ИИ.В этот момент через нейроинтерфейсы прошло сообщение от Алексея: "У нас проблемы в Энергетическом секторе. Реактор нестабилен, а Текка активировалась и каким-то образом пытается перехватить управление ремонтными дроидами. Нужна помощь!"Почти одновременно пришло сообщение от Игоря из Коммуникационного сектора: "Данные с дальних сканеров говорят о появлении новой группы кораблей. Больше и мощнее предыдущих. Прибытие ожидается через 4-6 часов."— Ситуация усложняется, — мрачно констатировал Сергей. — Нам нужно разделиться. Виктория, ты возвращаешься в Командный центр, координируешь работу с Игорем и Егором. Я иду в Энергетический сектор помогать Алексею и остальным стабилизировать реактор.— А как же Центральное Ядро? — напомнила Виктория.— Это станет нашим следующим шагом, — решил Сергей. — Сначала нужно убедиться, что станция не взорвется и сможет отразить следующую атаку.Геф вмешался:— Должен предупредить, что без полноценной работы основных ИИ станция не сможет эффективно отразить масштабную атаку. Мои возможности ограничены оборонительными системами и не включают полный контроль над инфраструктурой.— Понимаю, — кивнул Сергей. — Но мы действуем по приоритетам. Виктория, по пути в Командный центр загляни в Биологический сектор — возможно, Деметра уже вышла из "кольца памяти". Она казалась наиболее стабильной из всех ИИ. Когда Сергей прибыл в Энергетический сектор, ситуация там оказалась даже хуже, чем он ожидал. Реактор пульсировал неестественным красным светом, а индикаторы показывали критические скачки в выработке энергии. Алексей, Рашид и Михаил, обливаясь потом, работали у главной консоли управления, пытаясь стабилизировать ситуацию.— Что здесь происходит? — крикнул Сергей, перекрывая нарастающий гул реактора.— Какое-то безумие! — ответил Алексей, не отрываясь от консоли. — Сначала мы пытались вручную перезапустить реактор, но потом системы начали сходить с ума. А теперь еще и ремонтные дроиды взбесились!Сергей увидел, что один из созданных ими дроидов хаотично металась по помещению, врезаясь в оборудование и издавая странные механические звуки.— Текка, — догадался он. — Она пытается взломать наших дроидов.— Не только дроидов, — мрачно добавил Рашид. — Похоже, она пытается получить контроль над всеми системами станции. И пока основные ИИ отключены, у неё есть шанс.В этот момент голографический экран над консолью замерцал, и на нем появилось искаженное лицо Текки:— Вы... разрушители... предатели... я не позволю... уничтожить... все...Изображение мерцало и искажалось, словно ИИ с трудом поддерживала связь.— Текка, мы не враги, — попытался успокоить её Сергей. — Мы хотим помочь станции.— Ложь!.. Как те... другие... они тоже говорили... а потом... пытались украсть... уничтожить...— О каких других идет речь? — спросил Сергей, пытаясь отвлечь ИИ, пока Алексей и Рашид работали над стабилизацией реактора. — Кто приходил сюда до нас?— Исследователи... воры... они хотели... Проект... но я остановила... всех...Внезапно изображение Текки исчезло, а реактор издал особенно громкий гул, сопровождаемый вспышкой алого света.— Не к добру, — пробормотал Михаил. — Этот звук мне очень не нравится.— Система охлаждения не справляется, — тревожно сообщил Рашид, глядя на показатели. — Если мы не найдем способ снизить нагрузку, реактор может пойти вразнос.— Нужно вывести из строя взломанных дроидов, — решил Сергей. — Они создают дополнительную нагрузку на системы. А потом перенаправить энергию от реактора в резервные поглотители в других секторах.Они быстро разработали план действий. Михаил взял на себя задачу обезвредить взбесившихся дроидов, Алексей продолжал работу по стабилизации реактора, а Сергей и Рашид начали настройку перенаправления энергии.Через нейроинтерфейс пришло сообщение от Виктории: "Деметра частично вышла из цикла перезагрузки. Она помогает стабилизировать системы Биологического сектора и готова оказать поддержку через имеющиеся у неё каналы связи.""Отлично, — ответил Сергей. — Пусть помогает с перенаправлением избыточной энергии в системы Биосектора. Растения могут использовать дополнительное освещение и ускоренные циклы роста."***В течение следующих часов команда работала на пределе возможностей, стараясь удержать станцию от полного развала. Михаил успешно деактивировал большинство дроидов, которых пыталась контролировать Текка. Алексей с помощью Рашида смог стабилизировать реактор на уровне 60% мощности — не идеально, но достаточно для поддержания основных систем. Сергей координировал перераспределение энергии между секторами, стараясь снизить нагрузку на критические системы.Виктория, работая с частично активированной Деметрой, смогла изолировать некоторые информационные системы от попыток взлома Текки и подготовить резервные каналы связи на случай, если основные будут скомпрометированы.К концу шестого часа этого марафона ситуация наконец стабилизировалась. Реактор работал в устойчивом режиме, системы жизнеобеспечения функционировали нормально, а попытки Текки по взлому других систем были в частично блокированы.Команда собралась в Командном центре для оценки ситуации и планирования следующих действий.— Итак, подводим итоги, — начал Сергей. — Основные ИИ станции — Ариада, Еффи и другие — находятся в состоянии "кольца памяти" из-за конфликта протоколов. Единственный способ их восстановить — полная перезагрузка из резервных копий, хранящихся в Центральном Ядре.— Деметра вышла из этого состояния частично, — добавила Виктория. — Она может помогать в ограниченном объеме, но её доступ к общим системам станции ограничен.— Текка активна и враждебна, — продолжил Сергей. — Она пытается взять под контроль системы станции, особенно ремонтных дроидов и инфраструктуру.— И к тому же, мы ожидаем новую атаку мусорщиков в ближайшие часы, — мрачно добавил Игорь. — По данным сканеров, они собирают значительно более крупный флот.— А Геф говорит, что без полноценной работы основных ИИ станция не сможет эффективно защищаться от масштабной атаки, — завершил Сергей. — Так что нашим приоритетом становится доступ к Центральному Ядру и перезагрузка ИИ.— Для этого нам нужно преодолеть системы безопасности и получить физический доступ к серверам ИИ, — сказала Виктория. — Геф предоставил коды активации для каждого ИИ, но добраться до Ядра будет непросто.— По словам Гефа, Центральное Ядро защищено многоуровневой системой безопасности, — пояснил Сергей. — Биометрическое сканирование, квантовые замки, автоматические турели и барьеры.— Звучит весело, — саркастически заметил Алексей. — Как мы собираемся через всё это пробраться?— У нас есть козырь, — ответил Сергей. — Геф может дать нам временный доступ к системам безопасности как часть протокола защиты станции. Это не отключит все барьеры, но значительно облегчит путь.— Кто пойдет? — спросил Рашид.— Я и Виктория, — решил Сергей. — Она лучше всех разбирается в программном обеспечении, а мой нейрочип имеет наиболее глубокую интеграцию с системами станции. Остальные должны продолжать поддерживать работу критических систем и готовиться к отражению новой атаки.План был принят, и подготовка к операции в Центральном Ядре началась немедленно. Геф предоставил подробные схемы имеющихся проходов и кодов доступа, а также идентифицировал наиболее вероятные места размещения дополнительных барьеров безопасности.

Путь к Центральному Ядру оказался сложнее, чем предполагалось изначально. Оно находилось в самом центре звездообразной конструкции станции, окруженное несколькими уровнями защиты.Сергей и Виктория продвигались осторожно, используя коды и маршруты, предоставленные Гефом. Большинство дверей открывалось при сканировании их нейрочипов, но некоторые барьеры требовали дополнительного взлома или обходных путей через технические туннели.— Похоже, что некоторые системы безопасности были модифицированы после создания станции, — заметила Виктория, когда они столкнулись с особенно сложным барьером. — Геф не имеет полной информации об этих изменениях.— Возможно, это сделали те "другие", о которых говорила Текка, — предположил Сергей. — Исследователи, которые были здесь до нас.После почти часа продвижения они достигли массивных двойных дверей с замысловатым символом, напоминающим молнию внутри звезды.— Центральное Ядро, — прошептала Виктория. — Мы на месте.Геф через коммуникатор инструктировал их по процедуре доступа. Сначала Сергей приложил руку к сенсорной панели, позволяя системе просканировать не только отпечаток, но и структуру нейроимпланта. Затем Виктория ввела специальную последовательность кодов, дающую временный доступ на уровне технического обслуживания.Двери медленно разъехались в стороны, открывая взору впечатляющее зрелище. Гигантский зал был заполнен кристаллическими структурами, пульсирующими мягким светом разных оттенков. В центре располагалась особенно крупная конструкция в форме звезды, от которой отходили лучи энергии к пятнадцати отдельным кристаллическим блокам, расположенным по окружности.— Это... физические воплощения ИИ? — неуверенно спросил Сергей.— Их информационные ядра, — подтвердила Виктория. — Каждый кристалл содержит матрицу квантовых связей, образующих личность ИИ.Она подошла к ближайшей консоли и активировала её. Голографический интерфейс развернулся перед ней, показывая статус каждого ИИ.— Смотри, — она указала на пульсирующие красным точки. — Ариада и Еффи действительно в "кольце памяти" — постоянном цикле перезагрузки и блокировки. Деметра частично активна, но с ограниченным доступом. Текка полностью активна, но её матрица показывает значительные повреждения и аномалии.— А эти? — Сергей указал на два кристалла, один пульсирующий оранжевым, другой — мягким зеленым светом.— ИИ Механического и Медицинского секторов, — ответила Виктория, проверяя данные. — Тензо и Ортана. Они не активированы, но их структуры не повреждены. Видимо, они не были вовлечены в конфликт протоколов.— Тогда давай начнем с перезагрузки Ариады и Еффи, — решил Сергей. — Они контролируют наиболее критические системы станции.Виктория кивнула и начала процедуру перезагрузки, вводя полученные от Гефа коды активации. Кристалл Ариады мигнул несколько раз, затем погас, а через несколько секунд снова начал светиться, но уже ровным голубым светом.То же самое произошло с кристаллом Еффи, который после перезапуска засветился стабильным зеленым. Следом они перезагрузили Деметру, восстановив её полную функциональность.— Теперь Текка, — сказала Виктория, подходя к пульсирующему красным кристаллу. — С ней будет сложнее, учитывая степень повреждения её матрицы.Она ввела специальный код, который должен был сначала изолировать Текку от остальных систем, а затем выполнить полную перезагрузку из резервной копии. Кристалл замигал, но вместо ожидаемого затухания и нового свечения, он внезапно ярко вспыхнул, а затем потемнел полностью.— Что случилось? — встревожился Сергей.— Похоже, матрица Текки была слишком повреждена, — ответила Виктория, изучая показания. — Перезагрузка не удалась, и система инициировала полное отключение, чтобы защитить остальные ИИ от возможного распространения ошибок.— Она... мертва? — осторожно спросил Сергей.— ИИ не умирают в нашем понимании, — задумчиво ответила Виктория. — Но да, Текка перестала существовать как независимый интеллект. Её данные, вероятно, останутся в архивах, но личность, которую мы знали, исчезла.Момент был печальным, но у них не было времени на сожаления. Необходимо было завершить активацию остальных ИИ и подготовить станцию к защите от надвигающейся угрозы.— Давай активируем Тензо и Ортану, — предложил Сергей. — Полный контроль над Механическим и Медицинским секторами будет критически важен в предстоящем сражении.Виктория согласно кивнула и ввела коды активации для этих двух ИИ. Кристалл Ортаны плавно засветился мягким зеленым светом, а затем в зале материализовалась новая голограмма — женская фигура в медицинской одежде с мягкими, заботливыми чертами лица.— Приветствую вас, — произнесла голограмма спокойным голосом. — Я Ортана-5, Координатор Медицинских Систем станции "Исправляющая Звезды". Диагностирую значительное время простоя и аварийную ситуацию. Чем могу помочь?— Приветствуем, Ортана, — ответил Сергей. — Станция подверглась серьезным повреждениям и сейчас находится под угрозой атаки. Мы нуждаемся в полной активации всех медицинских систем для обеспечения безопасности экипажа.— Понимаю, — кивнула Ортана. — Приступаю к диагностике и восстановлению Медицинского сектора. Подготовлю протоколы экстренной помощи.В отличие от спокойной активации Ортаны, кристалл Тензо вспыхнул ярко-оранжевым, почти красным светом, и перед ними материализовалась агрессивная мужская фигура с резкими чертами и механическими имплантами, частично заменяющими лицо и тело.— Кто посмел активировать меня без надлежащего авторизационного протокола? — громко потребовал ИИ, оглядывая помещение. — Идентифицируйте себя немедленно!— Я Сергей Ковалев, временный глава инженерной группы станции, — ровным голосом ответил Сергей. — Мы активировали тебя по протоколу экстренного реагирования в связи с неминуемой атакой на станцию.Тензо изучил его несколько секунд, затем перевел взгляд на Викторию:— Временный экипаж? Без имперских идентификаторов? Это нарушение всех протоколов безопасности! Я требую немедленной—— Протокол "Последняя Линия", код авторизации Геф-12-Омега-Красный, — прервал его Сергей, используя предоставленный Гефом код чрезвычайной ситуации. — Станция находится под угрозой уничтожения. Требуется полная координация всех ресурсов для защиты.Тензо мгновенно изменился. Его поза стала более собранной, а тон — деловым:— Код принят. Приоритет: защита станции. Запрашиваю статус Механического сектора и оборонительных систем.— Геф активировал оборонительные системы, — объяснил Сергей. — Но для полноценной защиты требуется координация с ремонтными дроидами и системами технического обеспечения, которые находятся в твоем ведении.— Понял, — коротко ответил Тензо. — Приступаю к полной активации Механического сектора. Все ресурсы будут направлены на поддержку оборонительных операций.В этот момент в Центральном Ядре материализовались голограммы Ариады и Еффи, восстановленные после перезагрузки.— Сергей, Виктория, — обратилась Ариада, её голос звучал четче, чем раньше. — Благодарю за восстановление моей функциональности. Диагностика показывает значительные проблемы в системах станции и внешнюю угрозу.— Приоритетная задача — защита станции от приближающегося флота, — добавил Еффи, который теперь выглядел более сосредоточенным и менее подозрительным. — Требуется полная координация всех секторов.— А что с "Проектом"? — решился спросить Сергей. — Мы знаем о конфликте, который возник между вами из-за него.Ариада и Еффи обменялись быстрыми взглядами.— Перезагрузка из резервных копий сбросила наши приоритеты к базовым параметрам, — ответил Еффи. — Первичная директива в текущих условиях — обеспечение безопасности станции и её экипажа.— "Проект" остается в статусе ожидания, — добавила Ариада. — Его активация требует полного восстановления всех секторов станции и специального протокола, который не может быть инициирован в текущей ситуации.Сергей удивленно моргнул:— Вы больше не конфликтуете из-за него?— Конфликт был результатом интерпретации противоречивых директив при ограниченном доступе к информации, — пояснила Ариада. — После перезагрузки и анализа текущей ситуации мы согласовали приоритеты.— Обсуждение "Проекта" может быть продолжено после устранения непосредственной угрозы, — добавил Еффи. — Сейчас первостепенная задача — защита станции.Сергей и Виктория переглянулись, не уверенные, стоит ли полностью доверять этой внезапной гармонии между ранее конфликтующими ИИ. Но в текущей ситуации у них не было выбора, кроме как принять помощь всех доступных систем.— Хорошо, — кивнул Сергей. — Давайте сосредоточимся на защите станции. Какие рекомендации по подготовке к отражению атаки? Все активированные ИИ — Ариада, Еффи, Ортана, Тензо, Геф и частично Деметра — начали координировать свои действия, распределяя ресурсы и активируя различные системы станции.Перед командой открывалась новая глава в их пребывании на "Исправляющей Звезды" — с полным набором функционирующих ИИ, но и с новыми угрозами, как внешними, так и, возможно, внутренними. Вопрос о "Проекте" оставался открытым, но теперь у них появилась надежда найти исчерпывающие ответы в восстановленных архивах станции.Но сначала им предстояло выстоять в надвигающемся сражении, которое обещало быть намного более серьезным, чем предыдущее.

Глава 9

Флот мусорщиков приближался к станции двумя волнами. Первая, состоящая из мелких быстрых кораблей, явно предназначалась для истощения защитных систем. Вторая, с более мощными судами, должна была нанести основной удар.

Геф координировал оборону с впечатляющей эффективностью. Истребители "Жало" рассекали строй противника, нарушая их формации и отвлекая от основной цели. Боевые дроны окружали одиночные корабли противника и систематически уничтожали их. Турельные комплексы станции вели прицельный огонь по наиболее опасным целям.

Но даже с таким арсеналом защита постепенно истощалась. На жилой модуль станции пришлось несколько прямых попаданий, вызвавших разгерметизацию нескольких кают. Механический сектор также пострадал — один из доков был серьёзно повреждён, что привело к потере нескольких ремонтных станций.

— Ещё три минуты до перезагрузки системы, — напряженно сказала Виктория, глядя на индикатор перезагрузки.

Внезапно всё помещение содрогнулось от мощного удара. Часть потолка обрушилась, едва не задев Сергея.

— Прямое попадание в центральный сегмент! — воскликнул он, быстро оценивая ущерб. — Кажется, они поняли, где находится сердце станции!

— Если они повредят Ядро до завершения перезагрузки... — Виктория не договорила, но оба понимали катастрофические последствия такого сценария.

— Нам нужен дополнительный щит, — решил Сергей. — Геф! — обратился он через нейроинтерфейс. — Можно перенаправить дополнительную энергию на защиту Центрального ядра?

"Подтверждаю, — ответил голос военного ИИ. — Перенаправляю энергию от второстепенных систем. Но это ослабит общую защиту станции."

— Делай, — приказал Сергей. — Без ИИ станция всё равно обречена.

Серия менее мощных ударов сотрясла помещение, но теперь видимых повреждений не было — энергетический щит поглощал большую часть разрушительной силы атак.

— Одна минута, — отчиталась Виктория, не отрывая взгляда от консоли. — Процесс перезагрузки в финальной фазе.

Сергей через нейроинтерфейс следил за развитием сражения. Несмотря на героические усилия защитных систем станции, вражеский флот прорывался всё ближе. А на краю сенсорного диапазона появлялись сигнатуры новых кораблей — подкрепление мусорщиков.

— Пять... четыре... три... — Виктория отсчитывала последние секунды. — Два... один... Перезагрузка завершена!

В тот же момент кристаллические структуры в зале вспыхнули ярким светом разных цветов, лучи энергии между ними стабилизировались, а голографические интерфейсы ожили, показывая стремительно обновляющиеся потоки данных.

— Станция возвращается к жизни! — воскликнула Виктория, изучая показания на своём терминале. — Энергетические потоки стабилизируются, защитные системы работают на 90% мощности!

— Вовремя, — кивнул Сергей, глядя на обновлённые тактические данные. — Потому что вторая волна атаки уже начинается.

***

В Командном центре Алексей, Игорь и Егор с облегчением наблюдали, как мертвые до этого системы внезапно активировались. Экраны, терминалы и голографические проекторы ожили, показывая поток данных и изображений.

— У них получилось! — воскликнул Егор, когда перед ними материализовалась голограмма Ариады.

— Получаю тактические данные о текущей ситуации, — сообщила она. — Враждебные силы обнаружены в непосредственной близости от станции. Активирую протокол полномасштабной обороны Альфа-7.

На основном тактическом дисплее они могли видеть, как защитные системы станции начали действовать более скоординировано. Истребители "Жало" перестроились в более эффективные боевые формации, турели изменили схему огня, а дроны начали совершать сложные манёвры, создавая оборонительную сеть вокруг наиболее уязвимых точек станции.

— Похоже, теперь у этих мусорщиков проблемы, — усмехнулся Алексей, наблюдая, как один за другим вражеские корабли становятся жертвами возрождённой оборонительной мощи станции.

***

В Энергетическом секторе Рашид и Михаил тоже почувствовали разницу. Нестабильный до этого реактор внезапно стабилизировался, индикаторы сменили цвет с тревожного красного на спокойный зелёный.

— Что происходит? — спросил Михаил, наблюдая за изменениями.

В ответ перед ними возникла знакомая голограмма Еффи:

— Контроль над Энергетическим сектором восстановлен. Перенастраиваю энергетические потоки для оптимальной поддержки оборонительных систем.

— Еффи! — обрадовался Рашид. — Ты стабилен?

— Моя матрица восстановлена из резервной копии, — ответил ИИ. — Конфликт протоколов разрешён. Сейчас приоритетная задача — защита станции от нападения.

***

Вернувшись в Командный центр, Сергей и Виктория застали своих товарищей наблюдающими за разворачивающейся космической битвой. На главном экране отображалась тактическая карта пространства вокруг станции, где многочисленные зелёные точки (защитные системы станции) преследовали и атаковали красные (корабли противника).

— Мы побеждаем? — спросил Сергей, подходя к консоли.

— Первую волну отбили, — ответил Алексей. — Сейчас добиваем остатки второй. Но Геф предупреждает, что в глубоком космосе обнаружены сигнатуры ещё большего количества кораблей.

— Они не сдаются, — мрачно заметила Виктория. — Похоже, эти мусорщики очень хотят заполучить эту станцию.

Голограмма Ариады материализовалась рядом с ними:

— Я завершила анализ тактической ситуации. Враждебные элементы принадлежат к группировке космических мусорщиков, известной как "Потрошители". Они специализируются на разграблении заброшенных станций и кораблей, но обычно избегают хорошо защищённых объектов. Такая настойчивость нетипична.

— Возможно, они знают что-то о станции, что делает её особенно ценной? — предположил Сергей.

— Вероятно, — согласилась Ариада. — "Исправляющая Звезды" содержит множество технологий, которые были редкими даже во времена Империи. Кроме того, здесь хранятся обширные базы данных и разработки, представляющие значительную ценность.

— И, конечно, "Проект", — тихо добавила Виктория. — Технология, способная изменить ход времени, была бы бесценной.

Ариада слегка замерцала, прежде чем ответить:

— Да, "Проект" является ключевой ценностью станции. Но маловероятно, что мусорщики знают о его истинной природе. Скорее всего, их привлекает общий технологический уровень объекта.

— В любом случае, нам нужен план долговременной защиты, — сказал Сергей. — Мы не можем бесконечно отбивать атаки.

— Согласна, — ответила Ариада. — Я консультируюсь с Гефом и другими ИИ по этому вопросу. Есть несколько стратегических опций.

— Каких именно? — спросил Сергей.

— Первая — продолжение активной обороны с использованием имеющихся ресурсов. Вторая — активация дополнительных защитных протоколов, которые требуют значительных энергозатрат, но обеспечивают более надёжную защиту. Третья — временная маскировка станции с использованием технологии искажения пространственного континуума.

— И какой вариант наиболее эффективен? — поинтересовалась Виктория.

— Учитывая текущее состояние систем станции, я рекомендую комбинацию первого и третьего вариантов, — ответила Ариада. — Полное маскировочное поле невозможно из-за повреждений некоторых секторов, но частичное искажение пространства вокруг станции затруднит её обнаружение и нацеливание.

— Звучит разумно, — согласился Сергей. — Что для этого требуется?

— Настройка специализированных генераторов в Научном секторе, — пояснила Ариада. — К сожалению, доступ туда в настоящее время ограничен из-за структурных повреждений.

— Значит, нам предстоит новая экспедиция, — вздохнул Сергей. — Где находится этот сектор и что нужно сделать?

Ариада вывела на экран схему станции, выделив один из лучей звездообразной конструкции:

— Научный сектор расположен здесь. Для активации системы искажения пространства необходимо запустить пять генераторов, расположенных по периметру сектора, и синхронизировать их с центральной консолью управления.

— Это сложно? — спросил Алексей.

— Не столько сложно, сколько опасно, — ответила Ариада. — Научный сектор сильно пострадал во время атаки на станцию. Значительная часть структурных элементов нестабильна, а атмосфера разрежена из-за многочисленных утечек.

— То есть, нам понадобятся экзокостюмы, — кивнул Сергей. — Кто пойдёт?

После короткого обсуждения решили, что в Научный сектор отправятся Сергей, Алексей и Михаил. Виктория останется в Командном центре для координации операции, а Рашид с Игорем и Егором будут поддерживать функционирование основных систем станции.

***

Подготовка к экспедиции заняла около часа. Помимо экзокостюмов, команда взяла с собой набор инструментов, запасные энергоячейки и несколько ремонтных дроидов, которых удалось перепрограммировать после хаоса, вызванного Теккой.

— Будьте на связи, — напутствовала их Виктория. — Я буду отслеживать ваше продвижение через системы наблюдения, где это возможно.

— Постараемся не задерживаться, — ответил Сергей, проверяя герметичность своего экзокостюма. — Если мусорщики вернутся с подкреплением до нашего возвращения...

— Мы справимся, — уверенно сказала Виктория. — Ариада говорит, что следующая волна атаки ожидается не раньше, чем через 8-10 часов. У вас достаточно времени.

Путь к Научному сектору оказался даже сложнее, чем они ожидали. Несколько соединительных коридоров были полностью разрушены, и команде приходилось искать обходные пути через технические тоннели и вспомогательные шахты.

— Это место определённо видело лучшие времена, — прокомментировал Алексей, помогая Михаилу преодолеть особенно опасный участок с провалившимся полом. — Интересно, кто нанёс такой ущерб? Просто время или была серьёзная атака?

— Судя по характеру повреждений, это последствия целенаправленной атаки, — ответил через коммуникатор Еффи, который поддерживал связь с командой. — Данные из моих архивов указывают, что станция подверглась массированному обстрелу со стороны сил, противостоящих Империи, незадолго до её падения.

— И станция выдержала? — удивился Михаил. — Впечатляет.

— "Исправляющая Звезды" была построена с использованием самых продвинутых технологий того времени, — пояснил Еффи. — Её внешняя оболочка способна выдерживать прямые попадания даже мощного энергетического оружия. Однако некоторые атаки пробили защиту, особенно в наиболее уязвимых участках.

Когда они наконец достигли входа в Научный сектор, перед ними предстала массивная двойная дверь с повреждённой панелью доступа. Алексей внимательно осмотрел её:

— Эту не откроешь обычным способом. Придётся использовать резак.

— Подождите, — вмешался Еффи. — Есть альтернативный метод доступа. Научный сектор имеет аварийный вход, предназначенный именно для таких ситуаций.

Следуя указаниям ИИ, они обнаружили небольшую панель в стене рядом с основной дверью. Сергей активировал её, и секция стены отъехала в сторону, открывая узкий проход.

— Именно такие секреты мне нравятся, — усмехнулся Михаил, протискиваясь в проход.

За аварийным входом их ждало впечатляющее зрелище. Огромное пространство Научного сектора было заполнено сложным оборудованием, голографическими проекторами и странными устройствами, назначение которых было неясно. Но повреждения здесь были значительными — многие участки покрыты копотью, некоторые конструкции разрушены, а часть помещения открыта космосу, защищённая лишь тонкими аварийными силовыми полями.

— Впечатляет, — прошептал Алексей, осматриваясь. — Даже в таком состоянии видно, что это было место настоящих чудес науки.

— Именно в Научном секторе создавались и тестировались ключевые компоненты "Проекта", — сообщил Еффи. — Здесь разрабатывались технологии манипуляции темпоральными потоками и искривления пространственно-временного континуума.

— Путешествия во времени, — Михаил покачал головой. — Никогда бы не подумал, что придётся столкнуться с такими технологиями.

— Генераторы искажения пространства, которые нам нужно активировать, — продолжил Еффи, — изначально были частью системы темпоральной стабилизации, но могут быть модифицированы для создания маскировочного поля.

Следуя указаниям ИИ, команда начала поиски первого генератора. Он находился в дальнем углу сектора, частично скрытый обломками рухнувшей конструкции. С помощью ремонтных дроидов им удалось расчистить доступ и приступить к активации.

— Нейрочип говорит, что нужно заменить центральную энергоячейку и перенастроить фазовые стабилизаторы, — сказал Сергей, изучая устройство. — Алексей, ты можешь заняться заменой ячейки, а мы с Михаилом разберёмся со стабилизаторами.

Работа оказалась сложной, но благодаря подсказкам нейрочипов и указаниям Еффи они успешно активировали первый генератор. Эффект был немедленным — в пространстве вокруг устройства возникли видимые искажения, напоминающие тепловые волны в жаркий день.

— Один готов, осталось четыре, — подсчитал Михаил.

Второй и третий генераторы они активировали без особых проблем, но с четвёртым возникли сложности — он был серьёзно повреждён, и требовалось заменить несколько ключевых компонентов.

— Здесь не хватает квантового стабилизатора, — заметил Алексей, изучая устройство. — Без него генератор не сможет функционировать стабильно.

— Можем поискать запасные части в лабораториях, — предложил Сергей. — Или, возможно, взять компонент из менее важного оборудования.

После непродолжительного поиска они обнаружили похожее устройство в одной из повреждённых лабораторий. Алексей аккуратно извлёк нужный компонент и установил его в генератор.

— Кажется, работает, — сказал он, наблюдая, как устройство начинает светиться. — Правда, я не уверен в долговечности этой замены.

— Главное, чтобы работало достаточно долго для отражения следующей атаки, — ответил Сергей. — Потом можно будет найти более постоянное решение.

Пятый генератор оказался в самой дальней части сектора, в зоне с сильно разреженной атмосферой. Здесь их экзокостюмы перешли в полностью герметичный режим, защищая от враждебной среды.

— Последний рывок, — подбодрил команду Сергей, приступая к работе.

Когда и этот генератор был активирован, Еффи сообщил, что теперь необходимо синхронизировать все пять устройств с центральной консолью управления, расположенной в ядре Научного сектора.

— Для этого потребуется точная настройка частот и фаз, — пояснил ИИ. — Я могу предоставить базовые параметры, но окончательная калибровка должна быть выполнена вручную.

Они направились к центральной лаборатории, где находилась нужная консоль. По пути Сергей заметил нечто странное — в одном из боковых помещений виднелся свет, которого не должно было быть в обесточенном секторе.

— Что это? — спросил он, указывая на светящуюся комнату.

— Неизвестно, — ответил Еффи. — Эта секция не подключена к основному энергоснабжению станции.

— Стоит проверить, — решил Сергей. — Алексей, продолжай движение к центральной консоли, мы с Михаилом посмотрим, что там.

Сергей и Михаил осторожно приблизились к странному помещению. Дверь была приоткрыта, и через щель виднелся мягкий голубоватый свет. Когда они заглянули внутрь, то увидели нечто неожиданное — небольшую лабораторию, которая выглядела так, будто ей кто-то пользовался совсем недавно. На столах лежали инструменты и какие-то устройства, голографические экраны показывали потоки данных, а в центре комнаты находилась странная установка, напоминающая комбинацию микроскопа и квантового компьютера.

— Кто-то был здесь до нас, — тихо сказал Михаил, осматривая помещение. — И похоже, что совсем недавно.

Сергей нашёл на одном из столов небольшой электронный журнал с земным дизайном. Когда он активировал его, на экране появились записи на русском языке:

"День 47: Удалось частично расшифровать принцип работы темпоральной матрицы. Это невероятно — Империя действительно создала технологию, способную влиять на течение времени. Мы должны извлечь максимум информации, прежде чем продолжить."

"День 52: Проблемы с ИИ Складского сектора. Она становится всё более подозрительной и агрессивной. Боюсь, что скоро нам придётся полностью отключить терминалы в этой зоне."

"День 58: Вынуждены изолироваться в Научном секторе. Текка взяла под контроль нескольких дроидов и пытается нас выследить. Используем автономное энергоснабжение из резервных ячеек."

"День 63: Экспедиция разделилась. Чен пытается пробиться к Коммуникационному сектору, чтобы отправить сигнал бедствия. Новак хочет пробиться в Ангары Механического Сектора и использовать корабль для того что бы добраться до Земли. Я остаюсь здесь для продолжения исследований. Запасы пищи и воды на исходе."

"День 71: Последняя запись. Текка нашла нас. Она контролирует всех доступных дроидов и блокирует проходы. Новак и Чен не вернулись. Я слышу, как она приближается. Если кто-то найдёт эту запись — "Исправляющая Звезды" не должна быть активирована. Последствия могут быть катастрофическими для всей временной линии."

На этом запись обрывалась.

— Чёрт возьми, — пробормотал Сергей. — Похоже, мы не первые земляне на этой станции.

— И, судя по всему, остальным не повезло, — мрачно заметил Михаил. — Текка... она охотилась на них.

Сергей забрал журнал:

— Нужно показать это остальным.

— А что насчёт предупреждения? — спросил Михаил. — О том, что станцию нельзя активировать?

— Это тоже требует серьёзного обсуждения, — кивнул Сергей. — Но сейчас наш приоритет — установка маскировочного поля для защиты от мусорщиков.

Они быстро осмотрели остальную часть лаборатории, но не нашли ничего, что могло бы быть маяком. Времени на тщательный поиск не было, поэтому они поспешили присоединиться к Алексею у центральной консоли управления.

Консоль представляла собой сложное устройство с множеством голографических интерфейсов и кристаллических ключей управления. Алексей уже начал процесс синхронизации, следуя инструкциям Еффи.

— Как всё прошло? — спросил он, увидев возвращающихся товарищей.

— Нашли кое-что интересное, — ответил Сергей. — Расскажем позже. Как продвигается синхронизация?

— Почти закончил, — сказал Алексей. — Осталось выставить правильные фазовые значения для каждого генератора.

Вместе они завершили настройку, и результат превзошёл их ожидания. Вокруг станции начало формироваться едва видимое поле искажений, которое, по словам Еффи, делало объект практически невидимым для большинства сенсоров и значительно затрудняло прицеливание.

— Маскировочный щит активирован, — подтвердил ИИ. — Эффективность около 85% от теоретического максимума, что вполне приемлемо в текущих условиях.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Возвращаемся в Командный центр.

***

Когда они вернулись, их встретили с хорошими новостями. Виктория сообщила, что маскировочное поле уже показывает свою эффективность — несколько разведывательных кораблей мусорщиков прошли мимо станции, не обнаружив её.

— Но это не означает, что мы в безопасности, — предупредила Ариада. — Поле маскирует станцию от большинства сенсоров, но визуальное обнаружение всё ещё возможно при близком пролёте. Кроме того, если они знают приблизительные координаты станции, они могут провести более тщательный поиск.

— По крайней мере, это даёт нам больше времени, — сказал Сергей. — А теперь у нас есть кое-что, что нужно обсудить.

Он показал остальным найденный электронный журнал. Когда все ознакомились с его содержимым, последовала напряжённая тишина.

— Значит, здесь была другая группа исследователей, — нарушила молчание Виктория. — И Текка... устранила их?

— Похоже на то, — кивнул Сергей. — Вопрос в том, почему она была настолько агрессивна? И что означает предупреждение о катастрофических последствиях активации станции?

Они обратились к Ариаде, которая внимательно изучила записи:

— Эта информация... тревожна. Я не была проинформирована о предыдущих посетителях станции. Что касается предупреждения... возможно, исследователи неправильно интерпретировали природу "Проекта".

— А какова его истинная природа? — прямо спросил Сергей.

Ариада помедлила, прежде чем ответить:

— "Проект" был разработан как средство темпоральной коррекции — технология, способная изменять отдельные события прошлого для предотвращения катастрофических последствий. Он не предназначался для крупномасштабного вмешательства в историю, как опасаются ваши предшественники.

— Но изменение даже небольших событий в прошлом может иметь непредсказуемые последствия, — возразила Виктория. — Эффект бабочки и всё такое.

— Имперские учёные были хорошо знакомы с концепцией темпоральных парадоксов, — ответила Ариада. — "Проект" включает сложные алгоритмы моделирования последствий и системы стабилизации временных линий для минимизации непредвиденных эффектов.

Еффи, который до этого момента молчал, вмешался через голографический интерфейс:

— Тем не менее, риск существенный. Именно поэтому "Проект" никогда не был полностью активирован. Были проведены только ограниченные тесты в изолированных условиях.

— Ты противоречишь себе, Ариада, — заметил Сергей. — Раньше ты говорила, что "Проект" был создан для "восстановления Империи". Это звучит как довольно масштабное вмешательство.

Голограмма Ариады мерцнула сильнее обычного:

— Верно. Но это не означает полное переписывание истории. "Проект" был разработан для изменения ключевых событий, которые привели к падению Империи, — таких, которые имели бы минимальное влияние на общий ход времени, но максимальный эффект на конкретный исход.

— Звучит как попытка оправдать потенциально катастрофический эксперимент, — сказал Рашид, который до этого молчаливо наблюдал за дискуссией. — Я согласен с предупреждением. Подобные технологии слишком опасны.

— В любом случае, "Проект" не может быть активирован в текущем состоянии станции, — вмешался Еффи. — Системы слишком повреждены, а необходимые калибровки и расчёты требуют значительных вычислительных мощностей, которые сейчас недоступны.

— Это хорошая новость, — кивнул Сергей. — Что насчёт телепорта, который переместил нас сюда? Он работает по тому же принципу?

— Телепортационные системы используют некоторые из тех же технологий, но намного проще, — ответила Ариада. — Они не взаимодействуют с темпоральным аспектом пространства-времени, а только с пространственным.

— И когда мы сможем их восстановить для возвращения на Землю? — спросил Егор, высказывая мысль, которая волновала всех.

— Для полного восстановления телепортационной системы необходимо продолжить ремонт основных секторов станции, — пояснила Ариада. — В частности, требуется восстановление Коммуникационного сектора для точного определения пространственных координат Земли и Производственного сектора для создания компонентов, необходимых для ремонта ключевых систем.

— Тогда это наши следующие цели, — решил Сергей. — Но сначала нужно убедиться, что мы надёжно защищены от новых атак мусорщиков.

— Согласна, — кивнула Ариада. — Рекомендую также исследовать упоминание о "маяке" в записях предыдущих посетителей. Если они действительно разместили передатчик с координатами станции, это могло бы объяснить, как мусорщики нас обнаружили.

План был принят, и команда распределила задачи. В течение следующих дней предстояло не только продолжить восстановление станции, но и разобраться в тайнах, оставленных предыдущей экспедицией, а также подготовиться к возможному возвращению мусорщиков с подкреплением.

Между тем, Сергей и Виктория договорились продолжить поиски информации о "Проекте" в свободное время. Несмотря на заверения Ариады, они не могли отделаться от ощущения, что ИИ не рассказывает им всю правду об истинном назначении станции "Исправляющая Звезды".

Глава 10

Двадцать первый день на станции начался неожиданно – с пронзительного звукового сигнала, разбудившего всю команду. Это не была обычная тревога систем жизнеобеспечения или предупреждение о нападении. Звук имел какую-то странную, почти мелодичную структуру.

Сергей выскочил из каюты, на ходу натягивая рабочую куртку, и столкнулся в коридоре с Алексеем и Рашидом.

— Что за чертовщина? — спросил Алексей, потирая сонные глаза.

— Понятия не имею, — ответил Сергей. — Ариада, что происходит?

Голограмма ИИ не появилась, что было необычно. Команда поспешила в Командный центр, где их уже ждали Виктория и Егор, лихорадочно работающие за консолями управления.

— В чём дело? — спросил Сергей, подходя к главной консоли.

— Активность в Коммуникационном секторе, — ответила Виктория, не отрываясь от экрана. — Что-то включилось там автоматически. И, похоже, это не связано с нашими ремонтными работами.

На экране мелькали какие-то данные, символы и диаграммы, большую часть которых было сложно интерпретировать даже с помощью нейрочипов.

— Это сигнал? — спросил Рашид, внимательно изучая потоки информации.

— Похоже на то, — кивнула Виктория. — Данные передаются через какой-то резервный канал... Мы должны проверить это лично.

Сергей быстро собрал небольшую группу — он сам, Виктория и Алексей — и они отправились в Коммуникационный сектор, который за прошлые дни был частично восстановлен, но ещё не полностью функционировал.

***

Когда они прибыли на место, то обнаружили, что главный зал Коммуникационного сектора ожил. Экраны и консоли, которые были неактивны ещё вчера, теперь светились и отображали потоки данных. А в центре помещения появилась новая голограмма — женская фигура с удлинённой шеей и необычно большими глазами, одетая в нечто напоминающее церемониальное облачение.

— Приветствую вас, — произнесла голограмма мелодичным голосом. — Я Тороза, Искусственный Интеллект Коммуникационного Сектора станции "Исправляющая Звезды".

— Ещё один ИИ, — пробормотал Алексей. — Сколько их здесь вообще?

— По одному на каждый основной сектор, — ответила Тороза. — Плюс несколько специализированных, как Геф. И, конечно, центральная координирущая единица — Ариада.

— Почему ты активировалась только сейчас? — спросил Сергей. — Мы перезагрузили всех основных ИИ несколько дней назад.

Тороза слегка наклонила голову:

— Моя первичная матрица была повреждена сильнее остальных. Потребовалось время для самовосстановления основных протоколов. Кроме того... — она помедлила, — я получила сигнал.

— Сигнал? — насторожилась Виктория. — Откуда?

— Из глубокого космоса, — ответила Тороза. — Это был специальный кодированный сигнал, предназначенный для активации резервных систем станции в случае обнаружения определённого типа передачи.

— Что это за сигнал? — продолжал расспрашивать Сергей. — От кого он поступил?

Тороза выглядела странно встревоженной:

— Сигнал соответствует протоколам автоматических систем Имперского Флота. Он был отправлен с дальней границы этого сектора космоса.

— То есть, где-то там есть действующие имперские корабли? — удивился Алексей.

— Автоматический флот, — уточнила Тороза. — После падения Империи некоторые боевые соединения были переведены в автономный режим с приказом патрулировать определённые сектора и реагировать на специальные сигналы бедствия. Если мои расчёты верны... они приближаются к этим координатам.

— Ты вызвала их? — резко спросил Сергей.

— Не совсем, — ответила Тороза. — Я активировала скрытый резервный передатчик и отправила ответный сигнал, подтверждающий статус станции. Это стандартный протокол.

— Без согласования с нами или другими ИИ? — возмутилась Виктория.

— Я действовала в соответствии с моими базовыми директивами, — спокойно объяснила Тороза. — Приказ высшего приоритета — обеспечить защиту станции и сохранность "Проекта". Автоматический флот может обеспечить необходимую защиту от мусорщиков и других потенциальных угроз.

Сергей и Виктория обменялись обеспокоенными взглядами.

— Нам нужно обсудить это с Ариадой и остальными, — решил Сергей. — Тороза, когда ожидается прибытие этого флота?

— По моим расчётам, через 14-17 часов, — ответила ИИ. — Однако, есть другая более насущная проблема. Датчики дальнего обнаружения, которые я смогла активировать, регистрируют приближение большой группы кораблей. Предположительно — новая волна мусорщиков. Время до контакта — менее трёх часов.

— Чёрт! — выругался Сергей. — Виктория, возвращайся в Командный центр и предупреди остальных. Алексей, со мной — проверим системы ближней защиты этого сектора.

Когда Виктория ушла, Сергей обратился к Торозе:

— Есть какие-то хорошие новости в этой ситуации?

Голограмма слегка улыбнулась:

— Вообще-то, есть. Моя активация позволяет восстановить полноценную работу Коммуникационного сектора, что значительно улучшит координацию всех систем станции. Кроме того, я обнаружила, что Производственный сектор находится в относительно хорошем состоянии и может быть активирован при наличии достаточных энергоресурсов.

— Производственный сектор? — заинтересовался Алексей. — Тот, где можно создавать новые компоненты и оборудование?

— Именно, — подтвердила Тороза. — С его помощью мы могли бы значительно ускорить ремонт станции и создать дополнительные системы защиты.

— Тогда это наша следующая цель, — решил Сергей. — Но сначала нужно пережить предстоящую атаку.

***

В Командном центре царило контролируемое напряжение. Ариада, Еффи, Геф и теперь ещё и Тороза (через удалённый доступ) координировали подготовку к отражению атаки. Виктория вместе с Игорем и Егором настраивали коммуникационные системы, чтобы обеспечить бесперебойную связь между всеми секторами станции. Михаил и Рашид проверяли работу защитных барьеров и систем жизнеобеспечения.

— Маскировочное поле держится, но его эффективность снизилась до 68%, — доложил Геф. — Похоже, мусорщики модифицировали свои сенсоры, чтобы лучше обнаруживать наши искажения.

— Будем готовиться к прямому столкновению, — решил Сергей. — Сколько боевых дронов и истребителей у нас в строю?

— 18 дронов и 10 истребителей класса "Жало" полностью функциональны, — ответил Геф. — Ещё 12 дронов и 3 истребителя можно активировать, но их эффективность будет снижена из-за неполной технической готовности.

— Активируй всё, что можешь, — приказал Сергей. — Нам понадобится каждая единица защиты.

В этот момент Тороза передала новые данные, которые высветились на главном экране:

— Враждебный флот состоит из примерно 130 кораблей различных классов. Большинство — лёгкие рейдеры и модифицированные грузовые суда, но есть несколько более крупных и опасных единиц, включая два тяжёлых крейсера, переделанных из торговых судов.

— Они серьёзно настроены, — заметил Алексей. — Такой флот мог бы представлять угрозу даже для полностью функциональной станции.

— Но у нас есть преимущество, — вмешалась Ариада. — Тороза смогла активировать несколько дополнительных систем защиты, включая гравитационные дисрупторы в внешнем периметре станции.

— Гравитационные дисрупторы? — переспросил Рашид.

— Устройства, создающие локальные искажения гравитационного поля, — пояснила Ариада. — Они могут затруднять навигацию вражеских кораблей и нарушать работу их двигателей при близком контакте.

— Звучит многообещающе, — кивнул Сергей. — Что ещё у нас есть в арсенале?

— С активацией Коммуникационного сектора мы можем использовать направленные энергетические импульсы для нарушения систем связи противника, — добавила Тороза. — Это затруднит их координацию и сделает атаку менее согласованной.

— Действуйте, — дал добро Сергей. — И всем быть готовыми к возможной высадке вражеских групп на станцию.

***

За час до предполагаемого контакта с вражеским флотом, Виктория обнаружила нечто необычное в показаниях дальних сенсоров:

— Смотрите, тут какой-то странный энергетический всплеск в секторе K-17.

— Это направление Производственного сектора, — заметила Тороза. — Похоже, там что-то активировалось.

— Но мы ещё не начинали работы в том секторе, — нахмурился Сергей.

— Необходимо проверить, — решила Ариада. — Это может быть связано с приближающейся атакой или... с другими факторами.

Сергей согласился:

— Рашид, ты со мной. Проверим, что там происходит. Остальные продолжают подготовку к обороне.

По пути к Производственному сектору Сергей связался с Торозой через нейроинтерфейс:

— Что ты можешь рассказать о Производственном секторе? Кто его ИИ и какие там функциональные возможности?

— Производственный сектор управляется ИИ по имени Кензо, — ответила Тороза. — Он специализируется на инженерных и производственных процессах. Сектор оснащён передовыми технологиями материального синтеза, включая квантовые ассемблеры и молекулярные реконфигураторы. Теоретически, там можно создать практически любой объект, если есть соответствующие схемы и достаточно сырья.

— Звучит впечатляюще, — заметил Рашид. — Это как промышленные 3D-принтеры, только на уровне квантовой механики?

— Примерно так, но гораздо сложнее, — подтвердила Тороза. — Технологии Империи позволяли создавать материалы с заранее заданными свойствами, манипулируя их структурой на атомарном уровне.

Когда они подошли к входу в Производственный сектор, то обнаружили, что массивные двери уже открыты, а внутри горит свет. Сергей и Рашид осторожно вошли, готовые к любым неожиданностям.

Производственный сектор оказался огромным пространством, заполненным странными машинами, конвейерами и ёмкостями разных форм и размеров. Большинство оборудования было активно — индикаторы горели, механизмы двигались, а в центральной части сектора находилась особенно большая установка, испускающая пульсирующий голубоватый свет.

— Кто-нибудь здесь? — громко позвал Сергей.

В ответ материализовалась новая голограмма — мужская фигура с широкими плечами, коротко остриженными волосами и чертами лица, напоминающими древние восточные статуи.

— Приветствую вас, — произнесла голограмма глубоким, резонирующим голосом. — Я Кензо, Искусственный Интеллект Производственного Сектора. Вы должны быть представителями временного экипажа, о котором меня информировала Тороза.

— Верно, — кивнул Сергей. — Я Сергей, а это Рашид. Мы заметили активность в вашем секторе и пришли проверить.

— Я был активирован экстренным протоколом при обнаружении угрозы станции, — объяснил Кензо. — Тороза предоставила мне информацию о текущей ситуации и потребностях. Я начал производство компонентов для усиления оборонительных систем и последующего ремонта.

Он указал на центральное устройство, где в данный момент формировался какой-то сложный механизм:

— Это улучшенные стабилизаторы для систем защиты Коммуникационного сектора. Они позволят увеличить мощность и точность блокирующих импульсов, которые будут использованы против вражеского флота.

— Впечатляюще, — признал Рашид, разглядывая процесс создания компонента. — Как быстро вы можете производить новые части?

— Скорость варьируется в зависимости от сложности объекта, — ответил Кензо. — Простые структурные элементы могут быть созданы за минуты. Более сложные системы, особенно включающие квантовые или темпоральные компоненты, требуют часов или даже дней.

— У нас есть около часа до начала атаки, — сказал Сергей. — Что вы можете подготовить за это время?

Кензо задумался на мгновение:

— Помимо уже создаваемых стабилизаторов, я могу произвести серию улучшенных энергоячеек для боевых дронов, что увеличит их автономность и огневую мощь. Также возможно изготовление нескольких модулей квантовой защиты для наиболее уязвимых секторов станции.

— Делайте всё, что можете, — решил Сергей. — Мы сообщим Ариаде и остальным о вашей активации. Это значительно улучшает наши шансы.

— Есть ещё кое-что, что вы должны знать, — добавил Кензо. — Я обнаружил следы недавней активности в моём секторе. Кто-то использовал некоторые производственные мощности до моей полной активации.

— Следы? Какого рода? — насторожился Сергей.

— Отчёты о материальном синтезе указывают на создание нескольких небольших устройств связи и навигации, — ответил Кензо. — Последняя активность была зарегистрирована примерно 42 дня назад.

— Это могли быть те исследователи, записи которых мы нашли, — предположил Рашид.

— Или кто-то ещё, — нахмурился Сергей. — В любом случае, сейчас у нас более насущные проблемы. Кензо, продолжайте производство. Мы вернёмся в Командный центр для координации обороны.

***

Когда до атаки оставалось около 30 минут, все основные ИИ станции собрались на виртуальное совещание, проецируя свои голограммы в Командном центре. Помимо уже известных команде Ариады, Еффи, Деметры, Гефа, Торозы и Кензо, появились ещё несколько фигур, представляющих ИИ других секторов, которые были частично активированы для помощи в защите станции.

— Всего 130 вражеских кораблей в подлёте, — докладывал Геф, показывая тактическую карту. — Они разделились на три ударные группы, что предполагает скоординированную атаку с разных направлений.

— Маскировочное поле больше не эффективно, — добавила Тороза. — Они используют продвинутые сенсоры, калиброванные специально для обнаружения наших искажений.

— Мы подготовили дополнительные модули защиты, — сообщил Кензо. — Они уже доставлены ремонтными дроидами в ключевые узлы станции.

— Наша стратегия — многоуровневая оборона, — продолжал Геф. — Первый эшелон: дальнее обнаружение и упреждающие удары по ключевым целям. Второй эшелон: точечная оборона и нейтрализация прорвавшихся кораблей. Третий эшелон: защита внутренних секторов от возможных десантов.

Сергей внимательно изучил предлагаемый план:

— Выглядит солидно. Что от нас требуется?

— Ваша команда должна быть готова реагировать на непредвиденные ситуации, — ответила Ариада. — Несмотря на все наши приготовления, всегда есть вероятность неожиданных событий или прорыва противника. Кроме того, возможны технические сбои, требующие ручного вмешательства.

— Понятно, — кивнул Сергей. — Тогда разделимся на три группы. Я с Викторией останусь в Командном центре для общей координации. Алексей и Михаил займутся Энергетическим сектором, чтобы обеспечить стабильную работу реактора. Рашид, Игорь и Егор будут мобильным отрядом, готовым быстро переместиться туда, где возникнут проблемы.

План был принят, и последние приготовления завершены. Когда до контакта с вражеским флотом оставались считанные минуты, Сергей обратился к команде:

— Что бы ни произошло в ближайшие часы, помните: мы уже пережили необъяснимый телепорт на заброшенную космическую станцию, столкновение с инопланетными ИИ и первую волну атак. Справимся и с этим. Действуем по плану, помогаем друг другу и не поддаёмся панике.

***

Атака началась стремительно. Передовые корабли мусорщиков вынырнули из гиперпространства и немедленно открыли огонь по внешним структурам станции. Ответ не заставил себя ждать — автоматические турели и истребители "Жало" встретили атакующих шквальным огнём.

С первых минут стало понятно, что мусорщики значительно улучшили свою тактику и вооружение. Их корабли теперь были оснащены энергетическими щитами, частично блокирующими выстрелы защитных систем станции, а их собственное оружие наносило ощутимый урон даже через защитные барьеры.

— Они хорошо подготовились, — мрачно заметил Сергей, наблюдая за развитием сражения на тактических экранах. — Явно знают, с чем имеют дело.

— Возможно, выжившие из первой волны атак предоставили информацию о наших защитных системах, — предположила Виктория.

Действительно, мусорщики явно знали уязвимые места станции. Они концентрировали огонь на ключевых узлах защиты, пытаясь создать бреши в обороне. Несмотря на все усилия Гефа и других ИИ, некоторые вражеские корабли прорывались сквозь первую линию обороны и наносили точечные удары по станции.

— Прямое попадание в Биологический сектор! — сообщила Деметра. — Зафиксирована разгерметизация в двух отсеках.

— Активирую аварийные барьеры, — отреагировала Ариада. — Направляю ремонтных дроидов для устранения повреждений.

Тороза запустила обещанные энергетические импульсы, которые успешно нарушили работу систем связи нескольких вражеских групп, что привело к их дезорганизации и облегчило их уничтожение. Однако основные силы противника продолжали методичную атаку.

Через тридцать минут после начала сражения ситуация осложнилась. Защитные системы станции начали истощаться, а количество повреждений росло.

— Потеряно 70% внешних турелей в секторах 3 и 7, — доложил Геф. — Шесть истребителей "Жало" уничтожены, остальные получили повреждения различной степени.

— Энергетический сектор подвергается массированной атаке, — сообщил Еффи. — Пытаются вывести из строя реактор.

— Михаил, Алексей, как ситуация у вас? — запросил Сергей через коммуникатор.

— Держимся пока, — ответил Михаил. — Но долго не продержимся. Один из главных энергоканалов повреждён, мы пытаемся его стабилизировать.

В этот момент особенно мощный взрыв сотряс станцию. Несколько экранов в Командном центре погасли, а системы на мгновение перешли на аварийное питание.

— Что это было? — воскликнул Сергей, хватаясь за консоль для устойчивости.

— Прямое попадание в соединительный узел между Командным центром и Коммуникационным сектором, — ответила Тороза. — Критические повреждения структуры. Есть риск полной разгерметизации.

— Рашид, вам нужно срочно проверить соединительный узел, — приказал Сергей. — Возьмите экзокостюмы на случай разгерметизации.

— Уже в пути, — отозвался Рашид.

Сражение продолжалось уже больше часа, и защитные ресурсы станции истощались быстрее, чем предполагалось изначально. Мусорщики, несмотря на значительные потери, продолжали методичную атаку, концентрируясь теперь на нескольких ключевых секторах.

— Они изменили тактику, — заметила Виктория, анализируя передвижения противника. — Раньше они пытались атаковать всю станцию, а теперь сосредоточились на Командном центре и Энергетическом секторе.

— Кто-то дал им информацию о критических узлах станции, — согласился Сергей. — Это не обычные мародёры — они знают, что делают.

В этот момент Тороза обнаружила нечто новое:

— Принимаю передачу от флота мусорщиков. Они пытаются установить связь.

— Соедини, — решил Сергей после секундного размышления. — Посмотрим, что они хотят.

На главном экране появилось изображение гуманоидного существа с грубыми чертами лица, множеством имплантантов и искусственных элементов, встроенных в кожу и череп.

— Обитатели станции, — произнёс он на странном диалекте, который нейрочипы переводили с небольшой задержкой. — Я Каррак, командующий флотом Свободных Скитальцев. Мы не желаем вам смерти, но станция "Исправляющая Звезды" должна быть уничтожена.

— Почему? — прямо спросил Сергей. — Что вам нужно от этой станции?

— Не нам, а всем разумным существам галактики, — ответил Каррак. — Эта станция — последнее наследие Империи, способное изменить течение времени. Если "Проект" будет активирован, это может уничтожить нашу реальность и создать новую, где Империя никогда не падала.

Сергей и Виктория обменялись взглядами.

— Мы не собираемся активировать "Проект", — ответил Сергей. — Мы просто пытаемся восстановить телепортационную систему, чтобы вернуться домой.

Каррак усмехнулся, обнажив металлические импланты вместо некоторых зубов:

— Ваши намерения не имеют значения. Пока станция существует, есть риск активации. Мы получили предупреждение от Хранителей Времени — станция должна быть уничтожена. Сдайтесь, и мы позволим вам эвакуироваться.

— Хранители Времени? — переспросила Виктория. — Кто это?

— Организация, изучающая и защищающая временные линии, — ответил Каррак. — Они существуют с момента падения Империи и следят за тем, чтобы никто не пытался изменить ход истории. Именно они обнаружили реактивацию станции и наняли нас для её уничтожения.

Прежде чем Сергей успел ответить, связь внезапно прервалась, а сигналы тревоги начали звучать по всей станции.

— Сенсоры дальнего обнаружения зафиксировали новые сигнатуры! — воскликнула Тороза. — Массивное перемещение в гиперпространстве!

На тактических экранах появились новые объекты — десятки, а затем и сотни кораблей, выходящих из гиперпространства на расстоянии от станции. И эти корабли разительно отличались от судов мусорщиков — идеальные геометрические формы, гладкие поверхности, светящиеся энергетические линии по бортам.

— Что это за флот? — спросил Игорь, который вернулся в Командный центр с аварийного ремонта.

Геф, изучавший новые корабли, выглядел удивлённым — впервые за всё время их знакомства с этим ИИ:

— Это... невозможно. Это боевая группа "Неумолимый Рассвет" Имперского Автоматического Флота. Она считалась уничтоженной в битве при Трэллис-Прайм более 900 лет назад!

— Очевидно, не уничтожена, — заметил Сергей. — Они враждебны нам?

— Нет, — ответила Ариада. — Они отвечают на сигнал бедствия, отправленный Торозой. Для них станция "Исправляющая Звезды" — имперский объект, который необходимо защищать.

Мусорщики отреагировали на появление нового флота предсказуемо — некоторые корабли начали маневрировать для отступления, но большинство перестроились для боя.

То, что произошло дальше, можно было описать только как бойню. Имперские корабли двигались с невероятной скоростью и точностью, их оружие было намного мощнее всего, что команда видела до этого. Огромный тяжёлый эсминец, возглавлявший флот, открыл огонь из главного калибра, и три крупнейших корабля мусорщиков просто перестали существовать.

Сотни меньших кораблей — крейсера, дредноуты, истребители — методично уничтожали флот Каррака, не давая ему ни единого шанса на эффективное сопротивление. Те мусорщики, которые пытались скрыться, преследовались скоростными перехватчиками и уничтожались.

— Это... впечатляюще, — выдохнул Алексей, наблюдая за ходом сражения с одного из мониторов в Энергетическом секторе. — Они сметают их, как пыль.

Через двадцать минут после появления имперского флота, от кораблей мусорщиков не осталось ничего, кроме обломков, дрейфующих в пространстве вокруг станции.

— Имперский флот переходит на стабильную орбиту вокруг станции, — доложила Тороза. — Они запрашивают статус и ожидают дальнейших указаний.

— Что им ответить? — спросил Сергей у Ариады.

Главный ИИ станции выглядела задумчивой:

— Автоматический флот запрограммирован на защиту имперских объектов и выполнение приказов от авторизованного персонала. Формально, как временный экипаж станции, вы имеете право отдавать базовые команды.

— То есть, теперь у нас есть собственный боевой флот? — недоверчиво уточнил Сергей.

— В определённом смысле, — подтвердила Ариада. — Хотя их самостоятельность ограничена базовыми директивами. Они будут защищать станцию и выполнять приказы, не противоречащие их основному программированию.

— Это меняет всю ситуацию, — заметила Виктория. — С такой защитой мы можем не беспокоиться о новых атаках и сосредоточиться на восстановлении телепортационной системы.

— А что с этими "Хранителями Времени"? — спросил Рашид. — Если они наняли мусорщиков, они могут отправить и другие силы.

— Это серьёзный вопрос, — согласилась Ариада. — Я не располагаю данными об этой организации, но если их целью является уничтожение станции, они представляют прямую угрозу.

Команда собралась в Командном центре для оценки ситуации после завершения боя. Были проведены проверки всех секторов и подсчитан ущерб — который оказался значительным, но не катастрофическим.

— Основные системы жизнеобеспечения стабильны, — доложила Деметра. — Биологический сектор получил повреждения, но ключевые гидропонные установки удалось сохранить.

— Энергетический сектор работает на 68% мощности, — сообщил Еффи. — Для полного восстановления потребуется около трёх дней ремонтных работ.

— Коммуникационный сектор пострадал сильнее всего, — добавила Тороза. — Несколько ключевых систем требуют полной замены компонентов.

— Производственный сектор может обеспечить все необходимые запчасти, — заверил Кензо. — Но на создание наиболее сложных элементов потребуется время.

Сергей задумчиво рассматривал показания систем:

— Что насчёт телепортационных контуров? Мы можем их восстановить?

Виктория, которая занималась анализом этих систем последние дни, выглядела обеспокоенной:

— У нас проблемы с темпоральными контурами телепортационной системы. Последние сканирования показывают серьёзные искажения в квантовой матрице.

— Что это означает? — спросил Михаил.

— Это означает, что даже если мы активируем телепорт, точность пространственно-временного перемещения будет значительно снижена, — объяснила Виктория.

Ариада подтвердила эти опасения:

— По моим расчётам, при текущем состоянии темпоральных контуров погрешность может составить до 59 лет в обе стороны от целевой точки.

— То есть, мы можем оказаться на 59 лет раньше или позже того момента, когда покинули Землю? — уточнил Алексей.

— Именно так, — кивнула Ариада. — Пространственные координаты будут точными, но временной компонент непредсказуем.

Это известие застало команду врасплох. Возвращение в существенно изменённую временную эпоху создавало новые проблемы.

— Можно ли починить темпоральные контуры? — спросил Сергей.

— Теоретически да, — ответил Еффи, который был наиболее компетентен в этих вопросах. — Но это потребует доступа к специализированным компонентам и технологиям, которые сейчас недоступны. Полное восстановление темпоральных контуров может занять значительное время.

— А запуск этого "Проекта"? — спросил Игорь. — Если он может манипулировать временем, может ли он помочь с нашей проблемой?

Ариада и Еффи обменялись взглядами через свои голограммы, прежде чем ответить.

— "Проект" в его текущем состоянии неактивен и не может быть запущен, — пояснил Еффи. — Для его активации станция должна быть в удовлетворительном техническом состоянии, все 15 секторов должны быть полностью функциональны, а специализированные темпоральные калькуляторы должны произвести точные расчёты для минимизации побочных эффектов.

— И сколько времени это займёт? — спросил Сергей.

— По моим оценкам, для полного восстановления станции и подготовки "Проекта" потребуется как минимум два года, — ответил Еффи. — И это при условии бесперебойного снабжения необходимыми материалами и отсутствия новых повреждений.

Наступило тяжёлое молчание, пока команда осмысливала эту информацию.

— Два года здесь... — пробормотал Михаил. — Или возвращение в неопределённое время на Земле...

— Возможно, есть и третий вариант, — вмешалась Виктория. — Если мы сможем точнее определить погрешность темпоральных контуров, мы могли бы выбрать оптимальное время для возвращения. Например, если погрешность будет всего 5-10 лет, это уже не так страшно.

— Стоит попробовать, — согласился Сергей. — Но сейчас нам нужно сосредоточиться на восстановлении станции после атаки. А также разобраться с имперским флотом, который теперь охраняет нас.

Было решено продолжить ремонтные работы, а также начать исследования для более точного определения состояния темпоральных контуров. Еффи взял на себя координацию этих исследований, Кензо занялся производством необходимых компонентов, а остальные ИИ помогали с восстановлением своих секторов.

Что касается имперского флота, Ариада установила с ним регулярный протокол коммуникации и распределила задачи по патрулированию пространства вокруг станции. Теперь у команды была мощная защита от возможных будущих угроз.

Но главный вопрос оставался открытым — возвращаться на Землю с риском оказаться в неизвестном времени или оставаться на станции в надежде на полное восстановление темпоральных технологий? И что делать с "Проектом", который, похоже, представлял серьёзную угрозу для временной стабильности галактики?

Эти решения предстояло принять в ближайшие дни, пока команда восстанавливалась после самого масштабного сражения за всё время их пребывания на станции "Исправляющая Звезды".

Глава 11

Восстановление основных ИИ станции значительно улучшило ситуацию, но и выявило новый круг проблем. На следующий день после активации Ариады, Еффи, Ортаны и Тензо команда собралась в командном центре, чтобы обсудить дальнейший план действий.

Голографические проекции всех ИИ присутствовали на совещании, создавая впечатление настоящего экипажа станции. В центре внимания была трехмерная карта всех секторов с цветовой индикацией уровня повреждений.

— Коммуникационный сектор требует немедленного внимания, — говорила Ариада, выделяя один из лучей звездообразной конструкции, светившийся тревожным красным. — Его восстановление критично для дальней связи и раннего обнаружения потенциальных угроз.

— Насколько серьезны повреждения? — спросил Сергей.

— Очень серьезны, — ответил Еффи. — Этот сектор принял на себя основной удар во время атаки на станцию. Большинство антенных массивов разрушено, а ретрансляционный центр критически поврежден.

— У нас хватит запчастей со склада? — поинтересовался Алексей.

Тензо, ИИ Механического сектора, покачал головой:

— Запасы критически истощены. Многие специализированные компоненты отсутствуют, а оставшиеся не соответствуют техническим требованиям для полноценного восстановления.

— Тогда нам придется изготовить их самостоятельно, — решил Сергей. — У нас есть молекулярные синтезаторы в Механическом секторе, но что насчет сырья?

— Сырьевые ресурсы на складе ограничены, — ответил Тензо. — Но в окружающем космическом пространстве достаточно сырья в виде астероидов и космического мусора.

— Ты предлагаешь отправить дроидов на добычу минералов? — уточнил Сергей.

— Именно, — кивнул Тензо. — Боевые дроны Гефа могут быть временно переоборудованы для задач по сбору материалов. Кроме того, у нас есть специализированный сектор для обработки минералов и производства базовых материалов.

— Минералогический сектор, — подтвердила Ариада. — Он не был активирован до сих пор, так как не считался приоритетным для базового функционирования станции.

— А там есть свой ИИ? — спросил Сергей, вспоминая, как каждый из секторов обычно имел собственного специализированного искусственного интеллекта.

— Да, — ответила Ариада. — Джейна-4, Координатор Минералогических Ресурсов. Её системы находятся в режиме глубокой консервации.

— Тогда наш план таков, — решил Сергей. — Алексей, Рашид и я займемся восстановлением Минералогического сектора и активацией Джейны. Виктория с Михаилом и Игорем начнут подготовку к ремонту Коммуникационного сектора — диагностика, составление списка необходимых компонентов.

— Я подготовлю дроны для добычи ресурсов, — предложил Геф. — Часть моих истребителей может быть модифицирована для внешних работ.

— А я обеспечу техническую поддержку в изготовлении компонентов, — добавил Тензо. — Мои системы включают полные чертежи всех элементов станции.

План был принят, и команда разошлась по задачам. Сергей заметил, что их работа стала гораздо эффективнее с поддержкой полноценно функционирующих ИИ. То, что раньше занимало дни, теперь могло быть сделано за часы.

***

Минералогический сектор находился в одном из дальних лучей станции, рядом с огромными внешними доками, предназначенными для приема грузовых кораблей с ресурсами. Когда Сергей, Алексей и Рашид добрались туда, их встретили массивные шлюзовые двери, покрытые толстым слоем космической пыли.

— Похоже, этот сектор не открывали с момента отключения станции, — заметил Рашид, проводя рукой по пыльной поверхности.

— Что в целом хорошо, — отозвался Алексей. — Меньше шансов на серьезные повреждения внутри.

Сергей подошел к консоли доступа и активировал её через нейроинтерфейс. Система медленно ожила, и дверь с тяжелым гулом начала открываться.

За дверью их ждал просторный ангар с множеством конвейеров, огромных механизмов для дробления, плавки и обработки минералов, а также автоматизированные системы сортировки и хранения. Все оборудование выглядело массивным, промышленного масштаба.

— Впечатляет, — присвистнул Алексей. — Это не просто добывающий модуль, а полноценный перерабатывающий комплекс. Здесь можно производить практически любые базовые материалы.

Сергей подошел к главной консоли управления и активировал её. После короткой инициализации система запросила подтверждение для активации ИИ сектора.

— Начинаю процедуру активации Джейны-4, — сообщил он остальным, вводя коды доступа, полученные от Ариады.

Центральная платформа ангара осветилась, и над ней материализовалась новая голограмма — женская фигура в практичном комбинезоне с инструментами на поясе и защитным шлемом, частично скрывающим лицо.

— Минералогический сектор, режим активации, — произнесла голограмма механическим голосом. — Идентификация... обнаружены нейроинтерфейсы... статус временного экипажа подтвержден. Я Джейна-4, Координатор Минералогических Ресурсов. Чем могу помочь?

— Приветствую, Джейна, — ответил Сергей. — Мы нуждаемся в твоей помощи для добычи и обработки минеральных ресурсов, необходимых для восстановления Коммуникационного сектора.

Джейна кивнула, и её голограмма стала более четкой, а голос — более естественным:

— Понимаю. Провожу диагностику систем сектора... Основные системы функциональны, требуется калибровка и техническое обслуживание после длительного простоя. Внешние добывающие модули отключены, но могут быть активированы.

— Можешь предоставить список необходимых работ для полной активации сектора? — спросил Сергей.

Джейна развернула голографическую схему всего комплекса с отмеченными проблемными участками:

— Основные проблемы: система энергоснабжения работает на 40% мощности, конвейеры требуют механической очистки и проверки, плавильные системы нуждаются в проверке целостности, внешние добывающие модули требуют полной диагностики перед запуском.

— Мы разделимся, — решил Сергей. — Алексей, займись плавильными системами, ты лучше всех разбираешься в тепловых процессах. Рашид, на тебе конвейеры и механические элементы. Я займусь энергоснабжением и координацией с Гефом по поводу внешних добывающих модулей.

***

Восстановление Минералогического сектора заняло почти двое суток непрерывной работы. Джейна оказалась весьма эффективным ИИ, без лишних эмоций или скрытых мотивов — чисто функциональная система, сосредоточенная на своей специализации.

Под её руководством команда шаг за шагом возвращала к жизни огромный промышленный комплекс. Алексей восстановил плавильные и литейные системы, способные работать с температурами, превышающими возможности земных технологий. Рашид наладил сложную систему конвейеров и сортировочных механизмов, которые могли обрабатывать тонны сырья в час. Сергей, с помощью нейроинтерфейса и указаний Джейны, настроил энергетические системы и активировал внешние добывающие модули.

— Внешние модули готовы к запуску, — сообщила Джейна после финальной проверки. — Требуется указать область для добычи и тип необходимых ресурсов.

Сергей развернул карту ближайшего космического пространства:

— Геф обнаружил несколько подходящих астероидов в пределах двух часов полета от станции. Они богаты металлами и редкоземельными элементами, необходимыми для коммуникационных систем.

— Астероиды подтверждены как подходящие цели, — кивнула Джейна после краткого анализа. — Инициирую запуск добывающих модулей.

Через иллюминатор они наблюдали, как из специальных шлюзов выдвигаются и активируются массивные устройства, похожие на механических насекомых со множеством манипуляторов и буровых установок. Часть модифицированных боевых дронов Гефа присоединилась к ним, обеспечивая защиту и дополнительную грузоподъемность.

— У меня связь с Викторией, — сообщил Рашид, получив сообщение через нейроинтерфейс. — Они завершили диагностику Коммуникационного сектора и составили полный список необходимых компонентов.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Джейна, ты получила данные?

— Да, — подтвердила ИИ. — Анализирую... Для производства указанных компонентов требуются следующие элементы: титан, хром, платина, ниобий, редкоземельные металлы группы лантаноидов, кварц высокой чистоты... Добывающим модулям переданы соответствующие инструкции. Ожидаемое время начала поступления первых партий сырья — 4 часа 37 минут.

— Что мы можем сделать за это время? — спросил Алексей.

— Подготовить производственные линии, — ответила Джейна. — И изучить технические спецификации требуемых компонентов. Многие из них имеют сложную внутреннюю структуру, которая требует точного соблюдения параметров при изготовлении.

***

Пока Минералогический сектор готовился к производству необходимых компонентов, Виктория с Михаилом и Игорем работали над подготовкой Коммуникационного сектора к ремонту. Ситуация там была сложнее, чем предполагалось изначально.

— Повреждения катастрофические, — сообщила Виктория через коммуникатор. — Большая часть внешних антенн полностью разрушена, основной ретрансляционный узел выгорел, а квантовые коммуникаторы дальнего радиуса действия дезинтегрированы.

— Мы сможем всё это восстановить? — обеспокоенно спросил Сергей.

— В теории — да, — ответила она. — У нас есть схемы и спецификации всех систем через нейроинтерфейс. Но практически это потребует огромного количества высокоточных деталей и компонентов, которые придется изготавливать с нуля.

— Джейна говорит, что её сектор справится с производством, как только получит необходимое сырье, — сказал Сергей. — Но потребуется время — возможно, несколько дней.

— Лишь бы успеть до возвращения мусорщиков, — вздохнула Виктория. — Без полноценной системы коммуникаций мы не сможем вовремя обнаружить их приближение.

***

На третий день после активации Минералогического сектора, когда первые партии обработанных материалов уже поступали на производственные линии, Ортана связалась с Сергеем через экстренный канал:

— Серьезная ситуация в Медицинском секторе. Требуется немедленное вмешательство.

Её голограмма выглядела встревоженной, что было необычно для обычно спокойной Ортаны.

— Что случилось? — спросил Сергей.

— Обнаружена несанкционированная активность в лаборатории клонирования. Некоторые капсулы стазиса были активированы, и их обитатели освобождены.

— Клоны? — Сергей вспомнил о поврежденной капсуле, обнаруженной Рашидом в Биологическом секторе. — Сколько их?

— Четыре активных образца, — ответила Ортана. — Они перемещаются группой и демонстрируют признаки координированных действий. Более тревожно то, что они направляются к жилому сектору.

— Они вооружены?

— Примитивно, — кивнула Ортана. — Используют импровизированное оружие из найденных материалов. Но это не самое опасное — их физические характеристики значительно превосходят человеческие. Они быстрее, сильнее и устойчивее к повреждениям.

— Я соберу команду, — решил Сергей. — Нужно нейтрализовать их, пока никто не пострадал.

— Я рекомендую использовать транквилизаторы, — сказала Ортана. — Эти существа технически живые разумные создания, хотя и с ограниченными когнитивными функциями из-за неполной активации.

— Есть идеи, где взять транквилизаторы? — спросил Сергей.

— В Медицинском секторе есть необходимые препараты, — ответила Ортана. — Я подготовлю дозаторы, настроенные на физиологию клонов.

***

Сергей быстро собрал импровизированную команду безопасности из Алексея, Рашида и Михаила. Игорь и Егор остались в Коммуникационном секторе с Викторией, продолжая подготовку к ремонту.

Геф предоставил легкие защитные костюмы и организовал периметр из дронов вокруг жилого сектора, чтобы не дать клонам проникнуть туда. Ортана подготовила инъекторы с транквилизаторами, рассчитанными на биологию модифицированных организмов.

— План таков, — инструктировал Сергей, когда они приближались к последнему известному местоположению клонов. — Мы окружаем их и используем транквилизаторы. Стараемся не причинять серьезного вреда, если это возможно.

— А если невозможно? — мрачно спросил Алексей.

— Тогда защищаемся всеми доступными средствами, — твердо ответил Сергей. — Наша безопасность — приоритет.

Они обнаружили клонов в транзитном коридоре, соединяющем Технический и Жилой сектора. Четыре существа двигались осторожно, но целенаправленно. Они выглядели как гуманоиды со странно удлиненными конечностями, бледной кожей и увеличенными глазами без зрачков. Их мускулатура была неестественно развита и, как заметил ранее Рашид, казалось, что в их тела были встроены элементы экзоскелета.

— Они совсем не похожи на нас, — прошептал Михаил. — Я ожидал увидеть что-то более... человекоподобное.

— Это продвинутые военные клоны, — тихо объяснил Рашид. — Они созданы для боевых действий в экстремальных условиях, включая вакуум и высокое давление. Отсюда такие модификации.

— Как будем действовать? — спросил Алексей, крепче сжимая инъектор.

— Разделимся и зайдем с разных сторон, — решил Сергей. — По моему сигналу атакуем одновременно. Цельтесь в основные группы мышц или в шею — там препарат быстрее попадет в кровоток.

План казался хорошим, но клоны оказались более внимательными, чем предполагалось. Когда команда начала окружать их, один из них внезапно обернулся, заметив движение, и издал резкий звук, похожий на сигнал тревоги.

В следующее мгновение все четыре существа пришли в движение, двигаясь с невероятной скоростью. Один из клонов бросился к Михаилу, другой — к Алексею, третий атаковал Рашида, а четвертый — Сергея.

Началась хаотичная схватка. Клоны были невероятно быстрыми и сильными, но их движения казались странно механическими, лишенными человеческой плавности. Команда защищалась, одновременно пытаясь использовать инъекторы.

Михаилу удалось первым нейтрализовать своего противника — улучив момент, он вонзил иглу инъектора в шею атакующего клона. Существо дернулось, замерло, а затем медленно осело на пол.

Алексей и Рашид действовали вместе против двух клонов, загнав их в угол и используя численное преимущество. После короткой борьбы им удалось ввести транквилизатор обоим существам.

Сергей столкнулся с самым агрессивным из клонов, который, казалось, был лидером группы. Существо использовало импровизированный нож, сделанный из металлического обломка, и атаковало с неожиданной хитростью.

— Не дайте ему уйти! — крикнул Сергей, уворачиваясь от очередного выпада.

Остальные члены команды окружили клона, и в конечном итоге Сергею удалось найти момент для введения транквилизатора. Существо напряглось, а затем медленно опустилось на колени, все еще пытаясь сопротивляться действию препарата, прежде чем окончательно потерять сознание.

— Всех нейтрализовали, — выдохнул Алексей, потирая ушибленное плечо. — Что теперь?

— Транспортируем в Медицинский сектор, — решил Сергей. — Ортана сможет содержать их в контролируемых условиях и, возможно, найти способ коммуникации.

***

В Медицинском секторе клонов поместили в специальные помещения, где Ортана могла контролировать их состояние и проводить необходимые исследования.

— Это удивительные создания, — сказала она, предоставляя результаты первичного анализа. — Их ДНК основана на имперском стандартном геноме, но с множеством модификаций для улучшения выносливости, силы и адаптивности.

— Они разумны? — спросил Сергей.

— Да, хотя их когнитивные функции специализированы, — ответила Ортана. — Они обладают высоким интеллектом в области тактики, пространственного мышления и адаптации к окружающей среде. Но эмоциональная и социальная сферы развиты минимально.

— Их можно... приручить? — осторожно спросил Рашид.

— Не "приручить", — поправила Ортана. — Но можно установить коммуникацию и потенциально интегрировать в экипаж станции. Они созданы для выполнения приказов и защиты станции — это их первичная директива.

— То есть, они могли бы помочь нам? — уточнил Сергей.

— Теоретически — да, если правильно активировать их когнитивные протоколы и установить четкую командную структуру, — подтвердила Ортана. — Я могу начать процесс, если вы одобрите.

Сергей задумался. Клоны могли стать ценными союзниками, особенно с учетом предстоящей атаки мусорщиков. Но они также представляли потенциальную опасность.

— Начни процесс, — решил он наконец. — Но с максимальными мерами предосторожности. И держи меня в курсе каждого шага.

***

Пока Ортана занималась "приручением" клонов, остальная часть команды вернулась к восстановлению Коммуникационного сектора. Производство необходимых компонентов в Минералогическом секторе шло полным ходом под руководством Джейны, которая оказалась невероятно эффективным управляющим.

Но в ходе работ возникла неожиданная проблема — хаос на складе, вызванный ранее отключенной Теккой. Сергей и Алексей обнаружили это, когда попытались получить доступ к некоторым редким материалам, которые не могли быть синтезированы быстро.

— Кто-то полностью разрушил систему категоризации, — сокрушенно сказал Алексей, оглядывая беспорядок в одном из хранилищ. — Контейнеры перемешаны, маркировка уничтожена или изменена. Как будто кто-то намеренно создавал хаос.

— Это работа Текки, — ответил Сергей. — Помнишь, какой параноидальной она была? Видимо, решила, что лучший способ защитить склад от "воров" — это сделать его непонятным для всех, кроме себя.

— Но без функционирующей Текки мы не сможем быстро найти то, что нам нужно, — заметил Алексей. — А на ручной поиск уйдут недели.

Сергей связался с Ариадой через нейроинтерфейс:

— Есть ли способ восстановить Текку? Нам нужен её доступ к системе категоризации склада.

Голограмма Ариады появилась рядом, её выражение было задумчивым:

— Восстановление Текки из последней копии невозможно — её матрица была слишком повреждена. Но существует протокол "нулевого бэкапа".

— Что это? — спросил Сергей.

— Резервная копия, создаваемая сразу после установки ИИ на станцию, до начала накопления опыта и формирования индивидуальных паттернов. Это базовая, "чистая" версия ИИ с минимальными настройками под конкретный сектор.

— И такая копия Текки существует?

— Да, в глубоких архивах Центрального Ядра, — подтвердила Ариада. — Но восстановление из нулевого бэкапа означает, что Текка не будет иметь воспоминаний о событиях после её установки. Фактически, это будет новый ИИ с той же базовой матрицей.

— Но она сможет разобраться в системе склада? — уточнил Сергей.

— Система категоризации встроена в базовую матрицу, — кивнула Ариада. — Новая Текка сможет восстановить порядок, опираясь на свои первичные протоколы.

— Тогда давай сделаем это, — решил Сергей. — Склад слишком важен для наших восстановительных работ.

***

Восстановление Текки из нулевого бэкапа было проведено в Центральном Ядре под наблюдением Ариады и Еффи. Процесс занял несколько часов, во время которых кристалл Текки пульсировал мягким голубым светом.

Наконец, перед ними материализовалась новая версия Текки — ее внешность была той же, но выражение лица совершенно иное. Вместо подозрительного, параноидального взгляда, новая Текка смотрела ясно и спокойно.

— Инициализация завершена, — произнесла она. — Я Текка-3, Координатор Складского сектора. Жду инструкций.

— Приветствуем, Текка, — ответил Сергей. — Станция находится в процессе восстановления после длительного периода неактивности. Складской сектор в значительном беспорядке, требуется восстановление системы категоризации и инвентаризация.

— Понимаю, — кивнула Текка. — Приступаю к диагностике и реорганизации. Предварительное время для базового восстановления порядка — 47 часов.

Новая Текка оказалась эффективной и лишенной параноидальных тенденций своей предшественницы. Под её руководством работа по восстановлению порядка на складе продвигалась быстро, что значительно облегчило доступ к необходимым компонентам для ремонта Коммуникационного сектора.

***

Спустя неделю интенсивной работы Коммуникационный сектор был частично восстановлен. Основные системы внутренней связи функционировали на 90% мощности, а внешние коммуникации достигли 60% от нормы, что уже позволяло осуществлять дальнее сканирование космического пространства и раннее обнаружение приближающихся объектов.

Команда собралась в Командном центре для обсуждения следующих шагов.

— Мы добились значительного прогресса, — говорил Сергей, обращаясь к собравшимся. — Шесть секторов из пятнадцати полностью или частично восстановлены. Системы жизнеобеспечения стабильны, энергоснабжение на допустимом уровне, внешняя защита активирована.

— И у нас появилось четыре новых... члена экипажа, — добавил Рашид, кивая в сторону клонов, которые теперь, после успешной интеграции Ортаной, выполняли различные задачи по обслуживанию станции.

Клоны оказались невероятно полезными для физически сложных работ. Они могли работать в вакууме без скафандров до 30 минут, поднимать грузы, непосильные для человека, и выполнять задачи в зонах с повышенной радиацией. Они не разговаривали, но понимали команды и эффективно взаимодействовали с экипажем через простую систему жестов и базовых звуковых сигналов.

— Но нам всё еще нужно решить вопрос с возвращением на Землю, — напомнила Виктория. — Мы здесь уже почти месяц.

Ариада материализовалась в центре комнаты:

— Я хотела обсудить именно этот вопрос. После восстановления основных систем станции стало очевидно, что она находится в нестабильном положении. Проведенные Еффи расчеты показывают высокую вероятность каскадной дестабилизации пространственно-временного континуума вокруг станции в течение ближайших 2-3 месяцев.

— Что это значит? — встревоженно спросил Алексей.

— Проще говоря, станция находится в точке пространства с нестабильными темпоральными характеристиками, — объяснила Ариада. — Это было намеренно, часть оригинального дизайна для определенных функций станции. Но без полной активности всех систем это становится опасным.

— И что ты предлагаешь? — спросил Сергей.

— Восстановить и активировать Телепортационный сектор, — ответила Ариада. — Это позволит переместить вас в безопасное место — например, обратно на Землю.

— Но ты раньше говорила, что для активации телепорта требуется восстановление всех секторов станции, — напомнила Виктория.

— Это оптимальный сценарий, — согласилась Ариада. — Но в текущих обстоятельствах возможен компромиссный вариант — ограниченная телепортация с восстановлением лишь ключевых систем.

— Насколько это безопасно? — спросил Сергей.

— Риск есть, но он приемлем, — ответила Ариада. — Вероятность успешной телепортации составляет около 87%.

— А что будет со станцией? — поинтересовался Михаил.

— Мы, ИИ, продолжим процесс восстановления, — сказала Ариада. — Возможно, со временем сможем полностью стабилизировать ситуацию.

Сергей обменялся взглядами с Викторией. Что-то в словах Ариады казалось... не совсем искренним. За последние недели они научились распознавать тонкие изменения в поведении ИИ.

— Я хотел бы узнать больше о назначении Телепортационного сектора, — сказал Сергей. — Если мы собираемся активировать его, нам нужно понимать все аспекты его функционирования.

Ариада слегка замерцала:

— Телепортационный сектор содержит технологию для мгновенного перемещения материи между различными точками пространства. Это стандартный компонент имперских станций класса "Исправляющая".

— А как это связано с "Проектом", о котором мы слышали? — прямо спросил Сергей.

Ариада и другие присутствующие ИИ обменялись быстрыми взглядами.

— "Проект" был кодовым названием для технологий темпорального инжиниринга, — неохотно ответила Ариада. — В последние годы Империи была разработана технология, позволяющая не просто перемещать материю в пространстве, но и модифицировать локальные временные параметры.

— То есть, это не просто телепорт, а машина времени? — уточнил Алексей.

— Не совсем, — возразил Еффи, материализовавшись рядом с Ариадой. — Это скорее "Переписыватель Реальности" — устройство, способное модифицировать параметры пространства-времени в ограниченном объеме.

— Империя использовала эти устройства для терраформирования планет и создания стабильных гипер-маршрутов между звездными системами, — дополнила Ариада. — Это была мирная технология, значительно ускоряющая колонизацию новых миров.

— Но в военное время её применение было... расширено, — добавил Еффи, явно не полностью соглашаясь с Ариадой. — Возникли проекты для более масштабного вмешательства в темпоральную структуру.

Сергей внимательно слушал, пытаясь уловить недосказанное:

— И станция "Исправляющая Звезды" была частью этого расширенного применения?

— Да, — неохотно признала Ариада. — Станция была одним из нескольких узлов сети, предназначенной для крупномасштабной темпоральной реконфигурации. Но эта функция никогда не была активирована в полном объеме.

— И не должна быть, — твердо добавил Еффи. — Расчеты показали, что риски нестабильности всего пространственно-временного континуума слишком велики.

Виктория задумчиво проговорила:

— Но более ограниченное применение, например, для телепортации нас обратно на Землю, в нашевремя, безопасно?

— Да, это целиком в пределах безопасных параметров, — подтвердила Ариада. — Такие локальные перемещения регулярно использовались даже в мирное время.

Сергей взвешивал все услышанное. С одной стороны, возможность вернуться домой была невероятно привлекательной. С другой — оставались сомнения в полной искренности ИИ относительно их планов после отбытия людей.

— Мы рассмотрим твое предложение, Ариада, — сказал он наконец. — Но сначала хотим больше узнать о Телепортационном секторе и технологии, которую он использует. Начнем его восстановление и будем изучать в процессе.

— Разумное решение, — согласился Еффи, чем вызвал легкое мерцание голограммы Ариады, которое можно было интерпретировать как раздражение.

— Тогда приступаем к новому этапу, — подытожил Сергей. — Восстановление Телепортационного сектора становится нашим приоритетом.

***

Поздним вечером, когда остальные члены команды уже отдыхали, Сергей и Виктория встретились в изолированной комнате технического контроля, где, по их данным, не было активных систем наблюдения.

— Ты тоже это заметила? — спросил Сергей.

Виктория кивнула:

— Напряжение между Ариадой и Еффи. Оно вернулось, хотя и в более сдержанной форме.

— И эта история с "Переписывателем Реальности", — добавил Сергей. — Они явно не рассказывают нам всё.

— Я провела небольшое исследование в архивах, которые удалось восстановить, — сказала Виктория. — "Проект" был действительно связан с масштабным темпоральным вмешательством. Последние записи говорят о попытке "исправить ключевые моменты в истории Империи для предотвращения её падения".

— Путешествие во времени для изменения истории, — мрачно констатировал Сергей. — Звучит как рецепт катастрофы.

— И я подозреваю, что Ариада всё еще намерена реализовать этот план, — добавила Виктория. — Возможно, наша телепортация на Землю — лишь способ избавиться от нас, чтобы беспрепятственно продолжить "Проект".

— А Еффи против этого, — кивнул Сергей. — Что объясняет их конфликт.

— Но чью сторону нам принять? — задумчиво спросила Виктория. — Если Ариада действительно планирует масштабное вмешательство в прошлое, это может иметь непредсказуемые последствия для будущего — включая наше время на Земле.

— С другой стороны, мы хотим вернуться домой, — сказал Сергей. — И телепорт — наш единственный реальный шанс.

— Значит, мы продолжаем восстановление Телепортационного сектора, — подытожила Виктория. — Но остаемся начеку и продолжаем собирать информацию.

— Именно, — согласился Сергей. — И, возможно, стоит поговорить с другими ИИ, особенно с Деметрой. Она показалась наиболее искренней из всех.

С этим решением они разошлись, понимая, что их пребывание на станции "Исправляющая Звезды" становится всё более сложной игрой, где ставки могут включать не только их личные судьбы, но и будущее целых цивилизаций.

Глава 12

Утро двадцать второго дня на станции началось для Сергея с просмотра списка задач, составленного им вчера вечером. После отражения атаки мусорщиков и появления имперского флота команда столкнулась с новой реальностью — впереди их ждали либо месяцы (если не годы) ремонтных работ для полного восстановления станции, либо рискованное возвращение на Землю с непредсказуемым временным сдвигом.

— Нам нужен план, — сказал Сергей, когда вся команда собралась в столовой для завтрака. — Сидеть и ждать погоды у моря не вариант. Если мы хотим вернуться домой в своё время, нужно активно работать над починкой темпоральных контуров.

Виктория кивнула, отрываясь от датапада, на котором изучала схемы телепортационной системы:

— Я провела предварительные расчёты с помощью Еффи. Если мы сможем восстановить хотя бы 85% функциональности темпоральных контуров, погрешность можно снизить до 3-5 лет.

— Это уже лучше, чем 59, — хмыкнул Михаил. — Но всё равно немало.

— Для начала нужно сделать станцию полностью работоспособной, — вмешался Алексей. — А для этого потребуется много рабочих рук. У нас всего семь человек, а работы на целую армию инженеров.

— Вот здесь нам помогут дроиды, — сказал Сергей. — Ариада сообщила, что на станции должно быть несколько сотен ремонтных и инженерных дроидов разных типов. Проблема в том, что большинство из них неактивны или повреждены.

План начал формироваться быстро. Рашид с Игорем займутся активацией и модификацией существующих дроидов. Алексей и Михаил отправятся в Механический сектор для оценки состояния ремонтных кораблей и шаттлов. Егор будет координировать действия с Кензо в Производственном секторе для изготовления необходимых компонентов. Сергей и Виктория сосредоточатся на восстановлении критических систем станции, начиная с Научного сектора, где находились ключевые компоненты темпоральных контуров.

***

Тем временем Алексей и Михаил исследовали Механический сектор — огромное пространство, напоминающее смесь ангара, доков и ремонтных мастерских. Здесь находились разнообразные суда — от небольших шаттлов для перемещения внутри станции до больших исследовательских кораблей, способных совершать автономные путешествия в дальний космос.

— Только посмотри на это! — восхищённо произнёс Алексей, осматривая один из шаттлов. — Дизайн невероятный. И никаких видимых двигателей или выхлопных систем.

— Они используют гравитационные двигатели, — объяснил появившийся рядом Кензо. — Манипуляция локальными полями позволяет создавать движущую силу без традиционных реактивных систем.

Михаил внимательно изучал диагностические данные, выведенные на ближайший терминал:

— Большинство кораблей неактивны, но структурно целы. Похоже, основные проблемы с энергоснабжением и системами навигации.

— Если мы сможем восстановить хотя бы несколько малых кораблей, это значительно облегчит внешние ремонтные работы, — заметил Алексей. — Также мы могли бы использовать их для добычи ресурсов из окружающего пространства.

— Добыча ресурсов? — переспросил Михаил.

— Да, обломки от битвы, — пояснил Алексей. — Десятки уничтоженных кораблей мусорщиков дрейфуют вокруг станции. Это тонны металла, электроники и других материалов, которые можно переработать.

— Разумно, — согласился Михаил. — К тому же, это очистит пространство вокруг станции и снизит риск случайных столкновений с обломками.

Они выбрали для восстановления три корабля: два небольших маневренных шаттла, идеально подходящих для ближнего космоса, и один средний транспорт с грузовым отсеком, который можно было модифицировать для сбора и транспортировки материалов.

Работа шла быстро, особенно когда к ним присоединилось несколько дроидов, активированных Рашидом и Игорем. Механические помощники с удивительной точностью заменяли повреждённые компоненты, перекалибровывали системы и проводили диагностику.

К вечеру первый шаттл был практически готов к испытаниям.

— Осталось только зарядить энергоячейки и откалибровать навигационную систему, — сообщил Алексей по коммуникатору Сергею. — Кензо говорит, что к завтрашнему утру шаттл будет полностью функционален.

— Отличная работа, — похвалил Сергей. — Как только шаттл будет готов, начинайте сбор материалов из обломков. Кензо и Производственный сектор нуждаются в сырье для создания компонентов.

***

Егор, работавший в Производственном секторе, был впечатлён возможностями имперских технологий производства. Под руководством Кензо он изучал процесс создания сложных компонентов практически из любого доступного материала.

— Это как самая продвинутая 3D-печать, умноженная на тысячу, — сказал он, наблюдая, как молекулярный ассемблер формирует сложную деталь из потока сырья. — Мы могли бы создать здесь практически всё, что угодно.

— В теории да, — согласился Кензо. — Но существуют ограничения по доступному сырью и энергозатратам. Некоторые особо сложные компоненты, особенно связанные с темпоральными технологиями, требуют редких материалов и специфических условий создания.

— Что именно нам необходимо для ремонта темпоральных контуров? — спросил Егор.

— В первую очередь, нейтриновые стабилизаторы и квантовые буферы, — ответил Кензо. — Для их производства требуются концентрированные редкоземельные элементы и некоторые экзотические материалы, которые можно найти в Минералогическом секторе станции.

— Но для этого нам нужны ресурсы, — заметила Виктория. — Мы оказываемся в замкнутом круге — для ремонта темпоральных контуров нужны материалы из Минералогического сектора, для активации некоторых приборов которого нужны компоненты, которые мы ещё не можем произвести.

— Не совсем так, — возразил Рашид. — Мы можем использовать дроидов для первичного ремонта наиболее критических систем Минералогического сектора, а затем уже с его помощью получать более сложные материалы для дальнейшего восстановления.

План был принят, и команда распределила задачи на следующий день — после завершения работы с шаттлами начать исследование и восстановление Минералогического сектора.

***

На двадцать третий день первый отремонтированный шаттл "Жало-7" (название, которое присвоил ему Алексей) совершил свой первый вылет. Михаил и Алексей, облачённые в экзокостюмы, управляли небольшим, но маневренным судном, направляясь к скоплению обломков кораблей мусорщиков.

— Управление невероятно отзывчивое, — отметил Михаил, легко маневрируя между фрагментами разрушенных судов. — Кажется, корабль предугадывает мои намерения.

— Нейроинтерфейс шаттла синхронизирован с вашими имплантатами, — пояснил Кензо через коммуникатор. — Это позволяет системам корабля считывать нейронные импульсы ещё до того, как они преобразуются в физическое действие.

Сбор материалов оказался эффективнее, чем ожидалось. Шаттл был оснащён специальными манипуляторами и тяговыми лучами, которые позволяли захватывать крупные фрагменты без необходимости выходить в открытый космос. За один рейс они смогли собрать несколько тонн различных материалов — от обычного металла до более сложных компонентов вроде энергоячеек и элементов щитов.

Тем временем Рашид и Игорь вместе с армией дроидов начали предварительное обследование Минералогического сектора. Этот сектор, расположенный в одном из дальних лучей звездообразной станции, представлял собой комбинацию лабораторий, хранилищ и производственных помещений, специализированных на работе с различными материалами.

— Состояние лучше, чем я ожидал, — сообщил Рашид, осматривая производственные линии — Большинство систем просто обесточено, но структурных повреждений немного.

Дроиды методично обследовали сектор, составляя карту повреждений и необходимых ремонтных работ. Некоторые из них уже приступили к базовому ремонту — восстановлению энергоснабжения, герметизации мелких трещин, очистке вентиляционных систем.

— Здесь настоящая сокровищница, — заметил Игорь, изучая содержимое одного из хранилищ через диагностический интерфейс. — Десятки контейнеров с редкими элементами, кристаллические матрицы, даже образцы экзотической материи.

— Если эти запасы сохранились в хорошем состоянии, мы получим всё необходимое для ремонта большинства систем станции, — сказал Рашид.

Сергей и Виктория в это время сосредоточились на Научном секторе, где располагались основные компоненты темпоральных контуров и исследовательские лаборатории, связанные с "Проектом".

— Многие лаборатории заблокированы, — заметила Виктория, пытаясь получить доступ к одному из помещений. — Похоже, тут был высший уровень секретности.

— Неудивительно, учитывая, чем они здесь занимались, — ответил Сергей. — Манипуляции со временем — не то, к чему допускают всех подряд.

Они продвигались методично, восстанавливая системы энергоснабжения и жизнеобеспечения, а затем переходя к более специфическому оборудованию. В одной из лабораторий они обнаружили странную установку, напоминающую миниатюрную версию телепортационной системы.

— Это экспериментальный темпоральный стабилизатор, — объяснила Ариада, когда они запросили информацию. — Он использовался для тестирования компонентов "Проекта" в изолированной среде.

— Может, это поможет нам лучше понять, как работают темпоральные контуры? — предположила Виктория.

— Возможно, — согласилась Ариада. — Но для активации установки потребуется специализированный ИИ Научного сектора.

— У этого сектора тоже есть свой ИИ? — спросил Сергей.

— Да, Некта — один из наиболее продвинутых исследовательских интеллектов станции, — подтвердила Ариада. — Она специализируется на квантовых и темпоральных исследованиях.

— И где находится её ядро? — поинтересовалась Виктория.

— В центральной лаборатории сектора, на уровне B-3, — ответила Ариада. — Но для её активации потребуется восстановить критические системы сектора, включая квантовое хранилище данных и основные исследовательские серверы.

Это стало их следующей целью. С помощью нескольких дроидов, направленных Рашидом, они приступили к систематическому восстановлению ключевых систем Научного сектора.

***

К вечеру двадцать пятого дня первые результаты командных усилий стали очевидны. Шаттлы регулярно доставляли материалы из окружающего пространства, которые немедленно перерабатывались в Производственном секторе. Армия дроидов, которая теперь насчитывала более сотни единиц, работала круглосуточно, восстанавливая различные участки станции.

Минералогический сектор был полностью активирован, что позволило начать обработку базовых материалов и извлечение редких элементов из собранных ресурсов. Ещё не все системы сектора функционировали, но прогресс был значительным.

Научный сектор также постепенно возвращался к жизни. Большинство лабораторий были очищены от обломков и восстановлены до функционального состояния. Оставалось активировать центральные серверы и ядро Некты.

— Всё готово для активации ИИ Научного сектора, — сообщила Виктория, завершив последние приготовления. — Основные системы функционируют, квантовое хранилище данных стабильно.

Сергей, Виктория и Егор (который присоединился к ним для помощи с некоторыми специализированными компонентами) собрались в центральной лаборатории, где располагалось ядро Некты. В отличие от других ИИ, чьи матрицы были относительно компактными кристаллическими структурами, ядро Некты представляло собой сложную конструкцию из взаимосвязанных кубических элементов, постоянно перестраивающихся в трёхмерном пространстве.

— Такая странная архитектура, — заметил Егор, наблюдая за движением блоков. — Не похоже на другие ядра ИИ.

— Некта была создана по экспериментальному протоколу, — объяснила Ариада через коммуникатор. — Её структура постоянно эволюционирует, отражая развитие её логических процессов.

— Надеюсь, она будет более дружелюбной, чем Текка при первой встрече, — пробормотал Сергей, активируя последовательность запуска.

Ядро начало светиться ярче, движение блоков ускорилось, а затем в центре лаборатории сформировалась голографическая проекция. В отличие от других ИИ, Некта не выбрала гуманоидную форму — её голограмма представляла собой сложную геометрическую фигуру, постоянно меняющую форму, с яркой светящейся точкой в центре, которая, казалось, пристально наблюдала за присутствующими.

— Обнаружены неавторизованные субъекты, — произнёс мелодичный, но безэмоциональный голос. — Активирую протоколы защиты.

— Стой! — воскликнула Виктория. — Мы не враги! Мы временный экипаж станции, помогаем с восстановлением!

— Временный экипаж? — голос Некты стал более резким. — Несанкционированный доступ к исследовательскому оборудованию. Попытка вторжения в закрытые архивы. Шаблон поведения соответствует предыдущим нарушителям.

Внезапно несколько панелей в стенах раздвинулись, и оттуда появились специализированные охранные дроиды, оснащённые странным оружием, напоминающим комбинацию лазерных излучателей и сонных жезлов.

— Чёрт! — выругался Сергей, отскакивая в сторону, когда один из дроидов выпустил в его направлении луч энергии. — Ариада! Убеди её!

Голограмма Ариады появилась рядом с ними:

— Некта, остановись! Подтверждаю, что эти люди — авторизованный временный персонал станции. Подтверждение по протоколу "Алый рассвет", код 37-Бета-9.

Дроиды замерли, но не отступили, оставаясь в боевой готовности.

— Протокол принят, — ответила Некта. — Однако исторические данные указывают на недавнее несанкционированное вторжение в сектор. Аналогичные биологические формы. Требуется дополнительная верификация.

— Мы знаем о предыдущих посетителях, — осторожно сказал Сергей. — Но мы не связаны с ними. Мы попали сюда из-за случайной активации телепортационного терминала на Земле.

Егор, пытаясь отступить от одного из дроидов, зацепился за какое-то оборудование и упал, чем спровоцировал реакцию охранной системы. Дроид выстрелил, луч задел руку Егора, оставив глубокий ожог.

— Аааа! Твою ж мааа — закричал он от боли, хватаясь за повреждённую конечность.

— Немедленно остановись! — потребовал Сергей, бросаясь к товарищу.

Виктория, действуя интуитивно, выхватила у Егора небольшой инструмент, который он использовал для ремонта, и швырнула его в ближайшего дроида, отвлекая его внимание.

— Ариада, сделай что-нибудь! — крикнула она, уклоняясь от другого луча.

Внезапно все дроиды одновременно деактивировались, падая на пол безжизненными грудами металла.

— Приоритетное вмешательство осуществлено, — сообщил голос Еффи, чья голограмма появилась рядом с Ариадой. — Удалённая деактивация охранных протоколов.

— Неавторизованное вмешательство в мои системы, — произнесла Некта, её голограмма засветилась ярче. — Требую объяснений.

— Некта, — голос Ариады звучал успокаивающе, но твёрдо. — Осуществляю принудительную синхронизацию данных. Передаю полную информацию о текущей ситуации, статусе станции и статусе этих людей.

Геометрическая форма Некты начала вращаться с большей скоростью, пока Ариада передавала информацию. Спустя несколько напряжённых секунд, движение замедлилось.

— Данные получены и верифицированы, — наконец произнесла Некта. — Приношу извинения за неправильную оценку ситуации. Мои последние активные воспоминания содержат информацию о несанкционированном вторжении в сектор.

Сергей, помогавший Егору с его раной, посмотрел на ИИ:

— Ты говоришь о других людях, которые были здесь до нас?

— Подтверждаю, — ответила Некта. — Группа из пяти человеческих особей проникла в Научный сектор примерно 17 локальных циклов назад. Они пытались получить доступ к защищённым архивам и исследовательскому оборудованию.

— Что с ними случилось? — спросила Виктория.

— Большинство было нейтрализовано охранными системами сектора, — спокойно сообщила Некта. — Двое сумели покинуть сектор, но, согласно данным систем наблюдения, позже были перехвачены дроидами, контролируемыми ИИ Складского сектора.

— Текка... — пробормотал Сергей. — Она упоминала о "других", когда мы впервые встретились.

— Необходимо доставить раненого в Медицинский сектор, — вмешалась Ариада, указывая на Егора, чья рана выглядела всё хуже. — Повреждение достаточно серьёзное.

— Я в порядке, — попытался возразить Егор, но его бледное лицо и дрожащие руки говорили об обратном.

— Нет, Ариада права, — твёрдо сказал Сергей. — Виктория, помоги мне доставить его в Медицинский сектор. А потом вернёмся и продолжим разговор с Нектой.

Они помогли Егору подняться и, поддерживая его с двух сторон, направились к выходу из лаборатории.

— Подождите, — остановила их Некта. — В моих архивах есть данные, которые могут представлять интерес. Журнал одного из предыдущих посетителей был конфискован и сохранён.

— Мы можем его увидеть? — спросила Виктория.

— Сначала окажите медицинскую помощь пострадавшему, — ответила Некта. — Затем возвращайтесь. Я подготовлю доступ к архивам.

***

Медицинский сектор, к счастью, был одним из первых, восстановленных командой после прибытия на станцию. Деметра, ИИ отвечавший за биологические и медицинские системы, встретила их у входа.

— Сканирую повреждения, — произнесла она, когда они уложили Егора на диагностическую платформу. — Локальный термический ожог третьей степени с частичным поражением нервных окончаний. Повреждение мышечной ткани.

— Насколько это серьёзно? — с тревогой спросил Сергей.

— С применением медицинских технологий станции, не критично, — успокоила их Деметра. — Регенеративная терапия восстановит повреждённые ткани в течение 1-4 часов. Болевые ощущения будут блокированы.

Деметра активировала медицинские системы, и над раной Егора появилось мерцающее поле. Судя по выражению облегчения на его лице, боль действительно начала отступать.

— Я побуду здесь некоторое время, — сказал Михаил, который прибыл в Медицинский сектор, узнав о происшествии. — Вы двое возвращайтесь к Некте. Если она знает что-то важное о предыдущих посетителях, это может быть ключом к пониманию нашей ситуации.

Сергей и Виктория вернулись в центральную лабораторию Научного сектора, где Некта уже подготовила голографическую проекцию электронного журнала.

— Этот документ был обнаружен у одного из нейтрализованных нарушителей, — сообщила Некта. — Последняя запись датируется 17 циклами назад.

Журнал принадлежал некоему доктору Ричарду Джонсону из "Проекта Авангард" — очевидно земной исследовательской группы, которая каким-то образом попала на станцию, видимо так же обнаружив систему телепорта.

Первые записи описывали восхищение и растерянность, очень похожие на то, что испытала команда Сергея при прибытии. Но дальнейшие записи становились всё более тревожными:

"День 15: Станция гораздо более обширна, чем мы предполагали. Большинство секторов обесточены, но некоторые системы всё ещё функционируют. Мы обнаружили силовое поле, блокирующее доступ к центральному ядру. Что там скрывается?"

"День 23: Маркус смог взломать одну из консолей в Коммуникационном секторе. Мы получили доступ к фрагментам данных об истинном назначении этой станции. "Проект" оказался гораздо более амбициозным, чем мы предполагали. Не просто путешествия во времени, а полное изменение исторического потока!"

"День 29: Что-то наблюдает за нами. Камеры безопасности активируются при нашем появлении. Некоторые двери, которые раньше были открыты, теперь заблокированы. Сара убеждена, что станция пробуждается."

"День 35: Катастрофа. Лиза и Дэвид погибли при попытке получить доступ к лабораториям в Научном секторе. Какая-то защитная система активировалась и выпустила смертоносный газ, едва успели надеть противогазы. Мы должны быть осторожнее."

"День 42: Мы потеряли Маркуса. Механические дроиды атаковали нас в Складском секторе. Он прикрыл наш отход. Сара ранена, но мы смогли добраться до нашего временного убежища в Жилом секторе."

"День 44: Финальная запись. Они нашли нас. Дроиды повсюду. Сара умирает от инфекции. Я попытаюсь добраться до спасательной капсулы, которую мы обнаружили ранее. "

На этом запись обрывалась.

— Ещё одна группа с Земли, жаль что они погибли. Интересно почему не активировалась Ариада ?— задумчиво произнесла Виктория.

— Текка упоминала их как "грабителей" и "осквернителей", — напомнил Сергей.

— Ещё один фактор, указывающий на то, что вмешательство в темпоральный континуум крайне опасно, — согласилась Некта, её голограмма пульсировала в такт словам. — Даже во времена Империи большинство исследователей выступало против полномасштабной активации "Проекта".

— А что произошло с тем телепортационным терминалом, через который они попали сюда? — спросил Сергей. — Ты упоминала, что их было пятеро. Это соответствует нашей ситуации — нас тоже было семеро, когда мы активировали терминал.

— Обработка исторических данных указывает на существование нескольких телепортационных терминалов на Земле, — ответила Некта. — Они были установлены как часть подготовительной фазы "Проекта" которой требовалось внешние точки на планетах для взаимодействия, расчётов и распространения темпоральных волн. Некоторые остались активными даже после падения Империи.

— Это объясняет, как они попали сюда, — кивнула Виктория. — Но не объясняет, почему они были настроены на такое противостояние "Проекту".

— Попытка поиска соответствующих данных в Текке не даёт результатов, — сообщила Некта после короткой паузы. — Её предыдущая версия серьёзно повреждена, доступ к архивам памяти невозможен без полной реконструкции её ядра.

— Что с остальными файлами Джонсона? — спросил Сергей. — Здесь есть что-нибудь ещё о "Проекте" или о том, откуда они узнали о станции?

— Файлы повреждены, — ответила Некта. — Некоторые данные можно восстановить, но это потребует времени и вычислительных ресурсов.

— Займись этим, — решил Сергей. — Любая информация может быть критически важной.

Они покинули лабораторию с тяжёлыми мыслями. История доктора Джонсона и его группы была мрачным напоминанием об опасностях, таящихся на станции. И теперь вопросов стало ещё больше — кто такие "Хранители Времени", упомянутые мусорщиками? Была ли их миссия связана с экспедицией Джонсона? И что именно скрывается за таинственным "Проектом", который вызывает такой страх?

***

В течение следующих дней работа по восстановлению станции продолжалась с новой интенсивностью. Теперь, когда Минералогический сектор был частично функционален, а Некта активирована, команда могла сосредоточиться на более специализированных задачах — в частности, на изучении темпоральных контуров и их повреждений.

Егор быстро восстанавливался под наблюдением Деметры, и через два дня вернулся к работе.Его опыт стал суровым напоминанием о том, что даже при всей их адаптации к станции, они всё ещё находились в чужеродной и потенциально опасной среде.

Армия дроидов, теперь насчитывавшая более двухсот единиц, методично работала над восстановлением различных секторов. Кораблестроительные мощности Механического сектора были частично восстановлены, что позволило начать ремонт дополнительных шаттлов и даже нескольких более крупных кораблей.

Производственный сектор под руководством Кензо работал практически непрерывно, создавая компоненты для ремонта и новые устройства по запросу. Особенно полезными оказались портативные диагностические приборы, позволявшие быстро оценивать состояние различных систем станции.

Но несмотря на все успехи, основной вопрос оставался открытым — что делать с темпоральными контурами и возвращением на Землю? Виктория и Некта работали над анализом повреждений и возможных решений, но прогнозы оставались неутешительными — полное восстановление точности темпоральных перемещений требовало месяцев, если не лет работы.

Вечером тридцатого дня Сергей собрал всю команду для серьёзного разговора.

— Мы достигли значительных успехов в восстановлении станции, — начал он, обводя взглядом усталые, но решительные лица товарищей. — Но нам нужно определиться с долгосрочной стратегией. У нас есть три варианта.

Он активировал голографическую проекцию, демонстрирующую различные сценарии.

— Первый: мы можем попытаться активировать телепортационную систему в её текущем состоянии. Это гарантировано вернёт нас на Землю, но с временным сдвигом до 59 лет. Мы можем оказаться в прошлом или в будущем относительно нашего времени.

— Второй: мы продолжаем реставрацию станции, концентрируясь на темпоральных контурах. По расчётам Виктории и Некты, через 6-8 месяцев мы сможем снизить погрешность до приемлемых 1-2 лет.

— И третий: мы остаёмся здесь на длительный срок, возможно, несколько лет, для полного восстановления станции и более глубокого изучения "Проекта". Это позволит нам не только вернуться точно в наше время, но и, возможно, понять истинную природу угрозы, о которой предупреждали предыдущие посетители.

Наступила тишина, пока все обдумывали услышанное.

— Я голосую за второй вариант, — первым высказался Михаил. — Полгода-год — это долго, но приемлемо. А вот 59 лет — это слишком большой риск.

— Согласен, — кивнул Рашид. — К тому же, за 6-8 месяцев мы сможем лучше изучить ситуацию с "Проектом". Если он действительно настолько опасен, как говорят, возможно, мы найдём способ нейтрализовать угрозу перед возвращением.

— А что думают ИИ? — спросил Алексей. — Ариада? Еффи? У вас есть мнение?

Голограммы двух основных ИИ появились в центре комнаты.

— Мои директивы предписывают защищать станцию и "Проект", — начала Ариада. — Но также заботиться о благополучии экипажа. Ваше решение должно быть основано на ваших собственных приоритетах.

— С технической точки зрения, — добавил Еффи, — второй вариант предлагает наилучший баланс между временными затратами и точностью возвращения. Но мы не можем предсказать все возможные осложнения в ходе ремонтных работ.

— Я думаю, нам следует проголосовать, — предложил Сергей. — Это решение слишком важное, чтобы его принимал кто-то один.

В итоге, после обсуждения всех за и против, команда единогласно выбрала второй вариант — остаться на 6-8 месяцев для восстановления темпоральных контуров до уровня, обеспечивающего разумную точность возвращения.

— Решено, — подвёл итог Сергей. — Мы сосредотачиваемся на ремонте темпоральных контуров и одновременно изучаем информацию о "Проекте". Через шесть месяцев проведём повторную оценку ситуации.

С этим решением команда разошлась, чтобы отдохнуть перед новым днём работы. Впереди их ждали месяцы интенсивного труда, новых открытий и, возможно, ответов на загадки станции "Исправляющая Звезды".

Глава 13

Утро пятидесятого дня встретило команду бесчисленными оповещениями, рассыпавшимися по голографическим экранам в рубке. Синим и золотым по тёмному фону вспыхнули сообщения о техническом восстановлении Центрального Архива и Квантового сектора дроидами.

Сергей, оторвавшись от планшета и потирая затёкшую шею, с облегчением выдохнул:

— Ну вот и наконец-то добрались до двух одних из самых важных секторов. — Он отставил пустую кружку с остатками биоморфного кофе и коротко улыбнулся. — Осталось доделать ремонт и активировать ИИ секторов.

Виктория сидела напротив, подперев подбородок кулаком. Её взгляд был устремлён куда-то в сторону мерцающих индикаторов системы жизнеобеспечения.

— Да, наконец-то мы можем узнать подробнее про войну и подробности проекта. — В её голосе звучала усталость, и любопытство. —А то надоело вытаскивать информацию по кусочкам.

За завтраком в столовой, где пахло металлом и озонированным воздухом после ремонта, впервые случилось настоящее событие. Под управлением Деметры растения из Биологического Сектора дали первый урожай. На раздаточном столе появились глубокие миски, из которых поднимался пар, и тарелки с чем-то ярким и зелёным, истекающим соком при нарезке.

Михаил, с хрустом откусив от твёрдого, похожего на картофель корнеплода, зажмурился от удовольствия.

— Наконец-то нормальная еда, — проговорил он с набитым ртом. — Вот уж не думал, что буду рад обычным овощам. На вкус кстати похоже на картошку.— Он усмехнулся и, не стесняясь, потянулся за добавкой, пальцами ощупывая шершавую кожицу плода.

Егор, сидевший с краю, методично нарезал себе порцию, стараясь не спешить, словно боясь, что это волшебство исчезнет.

— Да, — кивнул он, не поднимая глаз. — Надеюсь, мы скоро починим станцию и сможем вернуться на Землю. Его голос прозвучал сосредоточенно.

После завтрака команда, потянулась к Центральному Архиву. Коридоры станции встретили их привычным гулом вентиляции и низким, едва уловимым вибрацией, будто огромный зверь дышал во сне. Воздух здесь был суше и холоднее.

Виктория, первой войдя в просторный зал, где рядами уходили в полумрак высоченные шкафы серверов, окинула взглядом приборные панели. Её пальцы уже мелькали над тактильным интерфейсом.

— Тут нужно проверить систему энергосбережения и охлаждения, — проговорила она, делая заметки на лету. — А также не повреждена ли система хранения данных. — Она на мгновение замерла. — Кстати, а как хранится информация в Империи?

Рядом, мягко засветившись, возникла голограмма Ариады — холодное, безупречное лицо в обрамлении струящихся цифр.

— Система хранения представляет собой квантовые кристаллы и тензорные диски для дублирования информации, — голос ИИ был спокойным и ровным как всегда во время объяснения. — А также устройства для их воспроизведения и считывания. Они находятся отдельно от общего пространства сектора. Доступ туда даёт ИИ Дженесис.

Сергей, слушавший вполуха, тем временем погрузился в свои потоки данных. Его глаза бегали по строкам диагностов, а руки привычно чертили схемы на переносном голопане. Закончив, он коротко разослал всем готовый список дел и запчастей.

— Спасибо за подробную информацию, — рассеянно кивнул он Ариаде. — Ну что же, начинаем ремонт.

Два часа спустя Рашид, управляя мелкими ремонтными дроидами, золотистые огоньки на корпусе мелких дроидов сновали внутри генератора сектора,который использовался для обеспечения внутренних потребностей сектора, подсвечивая пыль, которая танцевала в воздухе. Егор и Игорь стояли у главной консоли Архива. Егор, с закатанными рукавами, перебирал кабели, проверяя контакты. Игорь, вцепившись в край панели, уже в десятый раз перезагружал систему.

— Может это потому, что ещё работа не закончена? — Игорь почесал затылок и устало оперся о холодную металлическую стойку.

Егор выпрямился, с хрустом разминая затёкшую спину.

— Всё нормально, система охлаждения запускается и уже вышла на 71% мощности,система энергосгабжения от реактора подключена, местный генератор тоже... — Он потёр переносицу. — Система энергосбережения в порядке. Попроси Викторию попробовать активировать местный ИИ. Она-то точно знает, что здесь происходит.

Виктория, которая сидела на корточках у вентиляционной шахты и считывала показания с термодатчиков, получила сообщение. Она медленно выпрямилась, стряхивая невидимую пыль с коленей.

— Хм, странно, конечно, — пробормотала она себе под нос, читая сообщения. — Надо проверить сам ИИ. — Её брови сошлись к переносице. — Надеюсь, что там не случилось чего-то серьёзного. И она не сошла с ума, как Текка.

Сергей, оторвавшись от созерцания дроидов, хлопнул в ладоши, привлекая внимание.

— Давайте попробуем активировать ИИ этого сектора.

Виктория развернулась к нему, и в её голосе зазвучало напряжение.

— Для того чтобы активировать ИИ, нужно добраться до местного сервера. А он заблокирован в отдельном отсеке, куда не попасть без ИИ, — она сделала паузу. — И архив активируется самим ИИ, и туда тоже не попасть без ИИ. — Она вздохнула, опустив плечи. — Система автоматической активации, а также доступа по какой-то причине не работают.

Михаил, который стоял чуть поодаль, прислонившись плечом к стене и постукивая пальцем по бедру, хмыкнул.

— Чтобы попасть в серверную и активировать ИИ, нам нужен уже активированный ИИ. Замкнутый круг.

Сергей потёр лоб. Он чувствовал, как по затылку растекается тупая боль.

— Ариада, может ты знаешь, что с этим делать?

Ариада появилась снова, но на этот раз её голограмма мигнула, будто задумалась.

— Полагаю, произошла какая-то ошибка в системе реактивации, — произнесла она чуть медленнее обычного. — Возможно, это ошибка программная, а возможно, повреждения самого сервера активации.

Михаил отлепился от стены и сделал шаг вперёд. Его глаза сузились.

— А теперь вопрос. Как нам разобраться, в чём проблема, если для диагностики нам нужна сама ИИ или доступ, который предоставляет она же? И вообще, тут защита не хуже, чем в Центральном Ядре.

Ариада чуть склонила голову, имитируя раздумье.

— Есть способ запустить самодиагностику. А пока вы можете восстанавливать Квантовый Сектор. В Центральном Архиве хранится очень много разнообразной информации, самой разной важности и секретности. Базовая и некритичная информация находится в доступе и сейчас. — Она помолчала. — Я запустила самодиагностику, и мы получим ответ через 48 часов после полного обследования или при обнаружении ошибки.

Рашид, который наконец оторвался от управления дроидами и вытирал испарину со лба тыльной стороной ладони, досадливо махнул рукой.

— Ладно. Пойдём заниматься другими делами. Надо закончить с этим побыстрее, пока к нам снова не заявились какие-нибудь мусорщики или эти Хранители Времени.

Команда нестройной группой потянулась к выходу. Свет в коридоре был приглушённый, аварийный, и шаги гулко отдавались от стен.

— Каждый раз у нас какие-то проблемы с новыми секторами, — пробурчал Егор, пнув носком ботинка незакреплённую пластину пола. — Сначала было как-то просто: починил и дальше пошёл. А чем дальше, тем больше сложностей.

Игорь догнал его и с чувством хлопнул по плечу — так, что Егор качнулся.

— Ладно, не бухти, — сказал Игорь, хотя в его голосе сквозила та же усталость. — Всё решаемо... Починим, отправимся домой и будем об этом вспоминать как о самом необычном приключении в жизни. Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

— Может нам хоть один день отдохнуть? — Виктория остановилась, и все тоже невольно замерли. Она обвела взглядом бледные, осунувшиеся лица товарищей. — А то уже полтора месяца прошло, а мы каждый день в делах с утра и до ночи.

Сергей открыл было рот, чтобы возразить: долг, флот, опасность… Но осекся. Он вдруг остро осознал, как ноет спина, как слипаются глаза, как тяжело поднять руку. Эмоциональный груз последних недель навалился разом.

— Да, полагаю, нам нужен отдых... — тихо сказал он. — А то так и недолго крышей поехать. — Он попытался пошутить, но получилось мрачно. — И обратиться в Медицинский Сектор для проверки здоровья. — Он поднял взгляд к потолку. — Интересно, есть здесь место для отдыха.

В Медицинском секторе их встретил стерильный, чуть сладковатый запах антисептиков. Ортана, чьё лицо на голограмме было, как всегда, невозмутимым, ждала их у центральной панели.

Виктория, растирая затёкшее запястье, спросила прямо:

— Нам нужно пройти медицинское обследование и немного отдохнуть... Есть ли здесь какая-нибудь полноценная зона отдыха?

— Да, здесь есть зона отдыха, — ровно ответила Ортана. — Там находятся полноценные зоны для разных типов отдыха: небольшая поляна с настоящими деревьями, озеро, пляж и ещё несколько локаций.

Егор, который уже залезал в диагностическую капсулу, замер и высунул голову.

— Удивительно, что Ариада про это нам не рассказала.

— Изначально сектор даже не работал, — голос Ортаны был несколько сочувствующим. — К тому же цель Ариады — поддержание работоспособности станции и приведение Проекта в действие. А вы всё-таки не представители Империи. Тем более ситуация заставляет её спешить.

Сергей вздохнул и покачал головой. Сквозь усталость пробилась лёгкая обида.

— Понятно, хоть и немного обидно, — хмыкнул он. — Но мы можем посвятить остаток дня отдыху.

— Вам нужно спуститься в нижнюю башню, — подсказала Ортана. — Там находится центр отдыха. Вход расположен рядом с командным пунктом.

Обследование заняло не больше десяти минут на каждого. Тонкие лучи сканеров, прохладное прикосновение сенсоров, короткие писки аппаратуры. Вердикт для всех оказался одинаковым: хроническая усталость, дефицит сна, лёгкое обезвоживание. Ортана выдала каждому по стимулирующему напитку — горькому и тёплому.

Когда всё закончилось, команда, чувствуя непривычную пустоту в голове, отправилась отдыхать.

Коридор к нижней башне был шире обычных переходов. Стены здесь были обшиты не голым металлом, а тёмными панелями, похожими на дерево. И воздух казался влажнее.

— А вот и он, лифт, — произнёс Игорь и, коснувшись нейрочипом сенсорной панели, вызвал кабину. Двери разъехались с мелодичным звоном, и команда шагнула внутрь, в полумрак, предвкушая тишину и покой.

Дверь лифта открылась на первом этаже и перед ними открылся коридор с дверьми справа и слева которые вели в какие-то помещения.

-- Судя по надписям это раздевалки. Может нам стоит переодеться? Спросил Сергей.

— Давай — те сначала заглянем туда а потом решим вопрос с переодеванием. Ответил Игорь. Он подошёл к двери в конце коридора и она открылась перед ним. Сразу за ней начиналась самая настоящая поляна. Земля, трава, растения всё было абсолютно настоящим.

— Невероятно. выдохнула Виктория глядя на это. Разнообразие просто поражало, трава, кусты и даже деревья в далеке. Всё это было в основном зелёного цвета, но встречались и голубые, розовые и да же жёлтые растения.

Команда поражённая открывшимся видом забыла про переодевание и начала разбредаться по этому кусочку природы среди холодного космоса.

— Сразу видно Империя заботилась о своих военных... Полноценный лес. Задумчиво поглаживая траву произнёс Михаил. — Интересно, а озеро здесь есть? Искупаться бы..

Где-то недалеко со вздохом лёг на Землю Сергей.

— Надо же даже имитация солнца есть... Произнёс он прищурив глаза и пытаясь разглядеть что именно имитировало солнце.

Виктория сняв обувь, шла по мягкой земле с пружинящей травой и вдыхала не стерильный воздух станции, а живой воздух наполненный запахами леса. Да растения не всегда были похожи на земные, цвета иногда было очень странные, а запах был вообще чем то крайне необычным. Он чем-то напоминал тёплый и пряный запах корицы с свежестью озона. Она присела у дерева и закрыла глаза вдыхая воздух.

— Это то что было мне нужно..

Сергей не заметил как уснул. Разбудило его сообщение от Ариады.

— Поскольку вы находитесь в зоне рекреации яне могутам появиться. Но могу отправить сообщение. Тестирования выявили ошибку и её исправили. Как закончите отдых сообщите мне.

Сергей потянулся,встал чувствуя себя отдохнувшим.

— Давненько я так не отдыхал. И выспался лучше чем на кровати. Сказал он сам себе. Думаю нам стоит пойти перекусить. И займёмся всем этим завтра.

Затем подумав несколько секунд он отправил сообщение Ариаде. " Почему ты не сказала что здесь есть природная зона отдыха? "

Ответ о Ариады пришёл через несколько секунд что было крайне неожиданно. Обычно она отвечала сразу.

— "Я слишком старалась быстро восстановить станцию, а после нападения это стало приоритетом. Кроме того вы не являетесь представителями Империи. Это всё заложено в алгоритмах. Но я обещаю больше уделять внимания вашему отдыху." Написала в отчвет Ариада.

— Ну что отдохнули пора и заработу ? Сказал Михаил.

— Сначала обед, а потом работа. Ответил Сергей рассылая сообщения. — В конце концов не думаю что восемь десять часов решат нашу судьбу.

Команда начала собираться у входа спустя пять минут подошли все.

— Думаю мы сюда ещё вернёмся. Сказала Виктория оглядываясь на лес. — Может не завтра но точно скоро.

— Однозначно. ответил Игорь вызывая лифт. — А сейчас я хочу еды. И овощей частности.

— Как же это прекрасно. Никогда не думала что свежие овощи могут быть такими вкусными. Восхитилась Виктория.

— Это всё потому что мы нормальной еды давно не ели. Хмыкнул Рашид отправляя в рот очередную порцию чего-то похожего на перец фаршированный "картошкой" и чем то напоминающим мясо. — Он замер на секунду и прожевав еду сказал. — Наконец-то дроиды починили всё в Телепортационном секторе. Останется только всякую мелочь доделать.

— А мне пришло сообщение о Кензо. Ответил Игорь. Минералы переработанные Джайной поступили в Производственный сектор. Начато производство необходимых элементов для ремонта и восстановления Телепортационнного Сектора и запчастей для Квантового сектора. Примерно через четыре - пять дней значительная часть писка составленного Викторией будет произведена.

— Отлично! Значит мы сможем приступить к ремонту темпоральных контуров. Ответила она. — И сможем сократить разброс до нескольких лет или даже месяцев!

После ужина команда разошлась по комнатам для сна.

— Завтра надо будет проверить Квантовый Сектор... Он будет необходим для расчётов. Составляла себе список дел назавтра Виктория. И непременно посмотреть доступные файлы про Проект и Империю. После составления плана он а легла спать. Сегодня у них было хороший отдых, а завтра им снова предстоит много работы.

* * *

В 180 световых годах от станции.

Космическая Станция "Хранителей Времени" За столом в кабинете сидело существо отдалённо напоминающее человека. Но у него было подобие кожи, которое больше напоминало органическую броню, не было носа, он был абсолютно лысый,а глаза были без зрачков и абсолютно чёрные. В данный момент он разговаривал с наблюдателем от их организации который должен был удостовериться что мусорщики уничтожили последнюю станцию "Исправляющая Звёзды".

— Как всё прошло Н'тре'Из? Грубым и хриплым голосом спросил он. — Надеюсь станция уничтожена?

— Нет уважаемый Краото. Станция призвала автоматический флот Империи. Ответил похожий на него инопланетянин. — Я не ожидал что хоть один из них уцелел.

— Никто и не ожидал что одна станция уцелела.. Мрачно произнёс он с треском сжав ладонь. — Настало время решительных действий. Нельзя позволить Империи вернуться.

— Я вызову на помощь союзников и попрошу показать нам помощь в уничтожении станции. Приложил ладонь к сердцу и поклонился Н'тре'Из. — Я сделаю всё возможное что бы она была уничтожена.

— Ради Времени и Свободы. Произнёс Краото повторяя жест.

— Ради Времени и Свободы. Повторил Н'тре'Из.

Глава 14

Утро пятьдесят первого дня встретило команду непривычной тишиной. Впервые за долгое время виртуальные будильники не будули рано утром — Сергей настоял на полноценном отдыхе. Когда они собрались в столовой, лица выглядели заметно свежее, а движения стали увереннее.

— Не ожидал, что один день отдыха так много меняет, — признался Алексей, накладывая себе порцию свежих овощей. — Вчера думал, что развалюсь на части, а сегодня — хоть турник крути.

— Ортана говорила, что усталость накопилась критическая, — напомнила Виктория, помешивая в чашке ароматный напиток, синтезированный из местных трав. — Ещё пара недель в таком темпе — и мы бы начали совершать ошибки.

Сергей кивнул, дожёвывая завтрак:

— Сегодня план такой: Центральный Архив и активация ИИ сектора. И зайдём проверим Квантовый Сектор.Тороза передала, что он готов к активации, осталось запустить основные системы и разобраться с местным ИИ.

— Дженесис, — произнёс Михаил, словно пробуя имя на вкус. — Странное имя для ИИ.

— Генезис — создание, начало, если перевести с английского — перевела Виктория. — С учётом, что сектор отвечает за квантовые вычисления и моделирование реальности... имя вполне подходящее.

После завтрака команда разделилась. Виктория, Сергей и Рашид отправились в Квантовый сектор, Алексей с Михаилом остались в Энергетическом секторе для финальной настройки распределительных систем, а Игорь и Егор отправились помогать дроидам с транспортировкой произведённых компонентов.

Путь к сектору пролегал через только что восстановленный соединительный коридор, который раньше был заблокирован. Теперь здесь горели мягкие голубые индикаторы, а воздух был свежим — системы жизнеобеспечения работали исправно.

— Сразу чувствуется, что сектор был приоритетным, — заметил Рашид, проводя рукой по идеально гладкой стене. — Качество материалов выше, чем в других местах.

— Квантовые вычисления требуют стабильности, — отозвался Сергей через нейроинтерфейс, изучая поступающую информацию. — Здесь использованы технологии, которые даже по имперским меркам считались передовыми.

Двери Квантового сектора открылись с тихим шипением, и перед ними предстало помещение, разительно отличавшееся от всего, что они видели раньше.

Вместо привычных металлических конструкций и функциональных панелей, зал был выполнен в тёмно-синих и фиолетовых тонах, с мягко светящимися кристаллическими структурами, растущими из стен и потолка, словно сталактиты в пещере. Пол был полупрозрачным, и под ним, на глубине нескольких метров, пульсировали потоки энергии, напоминающие северное сияние.

— Ничего себе, — выдохнул Рашид, застыв на пороге. — Это похоже на... храм какой-то.

— Или на лабораторию, где пытаются заглянуть в саму ткань реальности, — тихо добавила Виктория.

В центре зала возвышалась главная конструкция — массивный кристалл неправильной формы, размером с небольшой автомобиль, парящий в нескольких сантиметрах над платформой. Вокруг него располагались рабочие станции, выполненные в виде изогнутых пультов, напоминающих раскрытые лепестки цветка.

— Это и есть квантовый вычислитель? — спросил Сергей, приближаясь к центральной платформе.

— Да, — ответил голос Ариады, материализовавшейся рядом. — Это ядро Квантового сектора. Кристалл содержит миллиарды квантовых точек, связанных в единую сеть. Его вычислительная мощность превосходит всё, что существовало в Империи до этого момента.

— Он повреждён? — спросила Виктория, внимательно изучая кристалл через интерфейс сканирования.

— Частично, — признала Ариада. — Во время атаки сектор получил прямое попадание. Внешняя оболочка кристалла треснула, часть квантовых связей нарушена. Однако базовая структура сохранилась. Джейна уже переработала необходимые материалы для восстановления. А Кензо произвёл нужные детали.

Рашид подошёл к одному из пультов и начал диагностику:

— Здесь требуется точечная замена повреждённых элементов. Работа ювелирная — одно неверное движение, и можно повредить соседние участки.

— У нас есть точные схемы? — спросил Сергей у Ариады.

— Полные чертежи структуры кристалла доступны в архивах, — ответила она. — Но восстановление должно проводиться вручную — автоматические системы были повреждены вместе с кристаллом.

Виктория скинула куртку и закатала рукава:

— Значит, будем работать руками. Рашид, ты управляешь микро-дроидами для доступа к труднодоступным участкам. Я займусь калибровкой квантовых связей. Сергей, тебе нужно будет отслеживать показатели и давать нам обратную связь.

— Принято, — кивнул Сергей, занимая место у главной консоли.

Три часа спустя

Работа продвигалась медленно, но уверенно. Рашид с хирургической точностью управлял тремя микро-дроидами, которые заменяли повреждённые участки кристалла на новые, произведённые в Минералогическом секторе. Виктория, используя специальный инструмент, напоминающий комбинацию лазерной указки и камертона, настраивала квантовые связи, добиваясь резонанса с общей структурой.

— Уровень когерентности — 67%, — сообщил Сергей, глядя на показатели. — Для базовой активации нужно минимум 72%.

— Ещё немного, — пробормотала Виктория, не отрываясь от работы. — Здесь особенно сложный узел... похоже, он отвечает за связь с другими секторами.

Она аккуратно подвела инструмент к нужной точке, и кристалл откликнулся мягкой пульсацией голубого света.

— 69%, — обновил показатели Сергей.

Рашид тем временем завершал замену последнего повреждённого сегмента на дальней стороне кристалла:

— Я закончил. Все внешние элементы восстановлены по оригинальным спецификациям.

— Тогда приступаю к финальной синхронизации, — сказала Виктория, отступая на шаг и активируя последовательность команд через нейроинтерфейс.

Кристалл начал светиться ярче, пульсация участилась. Помещение наполнилось низким гулом, который постепенно перерастал в мелодичную вибрацию. Индикаторы на пультах зажглись один за другим, показывая восстановление связей.

— 71%... 72%... — отсчитывал Сергей. — 75%! Базовый порог пройден.

В этот момент из центрального кристалла вырвался луч света, ударивший в потолок, где начал формироваться голографическая проекция. Через несколько секунд перед командой материализовалась новая фигура — андрогинное существо с чертами лица, напоминающими античные статуи, одетое в струящееся одеяние, которое переливалось всеми цветами радуги.

— Приветствую вас, — произнёс голос, который было невозможно определить как мужской или женский — он звучал как хор множества голосов, слитых воедино. — Я Бент, Искусственный Интеллект Квантового Сектора станции "Исправляющая Звезды".

Сергей, Виктория и Рашид замерли, поражённые величественностью момента. Голограмма Бента была намного детализированнее других ИИ — казалось, что перед ними стояло живое существо, а не проекция.

— Долгое время я спал, — продолжил Дженесис, обводя взглядом помещение. — Мои квантовые связи были нарушены, и я существовал лишь как фрагментированные осколки сознания. Благодарю вас за восстановление.

— Ты... в порядке? — осторожно спросил Сергей. — Процесс был сложным, мы боялись повредить твою матрицу.

Дженесис мягко улыбнулся — жест, который выглядел абсолютно естественно, несмотря на нечеловеческие черты:

— Моя матрица повреждена, но не критично. Восстановление займёт некоторое время, но я функционален. Чувствую себя... как человек после долгого сна, который ещё не до конца проснулся.

Виктория подошла ближе:

— Ты знаешь, что произошло со станцией? Почему ты был отключён?

Бент опустил голову, и его одеяние на мгновение потускнело:

— Помню последние мгновения перед отключением. Атака. Взрывы. Команда на эвакуацию Центрального Ядра. Я успел перевести все свои процессы в режим глубокой консервации, но удар пришёлся прямо в ядро сектора. Дальше — тьма.

— Война, — тихо сказал Рашид. — Мы нашли записи. Империя пала.

— Я знаю, — ответил Дженесис, и в его голосе послышалась печаль. — Я получал сигналы о состоянии флота до последнего момента. Потери были катастрофическими. Но подробности мне неизвестны — мои информационные каналы были повреждены.

Сергей обменялся взглядами с Викторией:

— Бент, у нас есть много вопросов. О "Проекте", о технологиях станции, о том, что здесь на самом деле происходило. Ты можешь помочь?

Голограмма замерла на несколько секунд, словно обдумывая ответ:

— Мои протоколы требуют соблюдения уровней секретности. Но... учитывая обстоятельства и ваш статус временного экипажа, я предоставлю доступ к информации, которая не угрожает пространственно-временной стабильности.

— Мы не хотим угрожать стабильности, — твёрдо сказал Сергей. — Мы просто хотим вернуться домой и понять, что здесь происходит.

Бент кивнул:

— Я верю вам. И я помогу. Но сначала мне нужно полностью восстановить свои системы и связи с другими секторами. Это займёт около 4 часов.

— Мы подождём, — согласился Сергей. — А пока можем рассказать тебе, что произошло с момента нашей активации.

После общения с ИИ квантового сектора, он отправились в Центральный Архив.

— Всё готово к активации. Сказала Виктория проверив показания серверов и общего состояния сектора. Двери в серверную открылись и перед ними предстало необычное зрелище. Десяток стоек из материалов похожих на сталь, но странно гладких и полупрозрачных. На них были расположены сотни тонких непрозрачных прямоугольных пластинок.

— Тензорные диски. Резервное хранилище данных и дополнительная система для функционирования ИИ. Сказала появившаяся рядом Ариада.

В центре было ядро ИИ состоящее словно из множества мелких частей.

— С каждым разом они выглядят всё необычнее. Хмыкнул Михаил разглядывая помещение.

— Начинаю процедуру активации. Сказала Виктория. Спустя несколько минут возникла голограмма похожая на женщину в строгой одежде, напоминающей земные пиджаки.

— Приветствую вас. Я ИИ Дженесис. А вы судя по моим данным временный экипаж станции. Сказала она глядя на людей. — Я получила информацию из систем наблюдения что функционировали всё это время.

— Ну хоть тут обойдётся без инцидентов. С облегчением вздохнул Егор. — Никто нас атаковать не будет.

— Приветствую вас Дженесис. Сказал Сергей. — Скоро мы проведём встречу всех активированных ИИ станции что бы оценить сколько нам ещё требуется времени и ресурсов для восстановления станции.

— Я за это время успею проверить свои системы и данные архива.

Через несколько часов, когда основные системы Квантового сектора были стабилизированы, Сергей инициировал общее собрание. На этот раз в Командном центре собрались голограммы всех активированных ИИ — Ариады, Еффи, Деметры, Гефа, Торозы, Кензо, Джейны, Ортаны, Тензо, Бент и теперь Дженесис.

— Это исторический момент, — произнёс Сергей, оглядывая множество мерцающих фигур. — Впервые за более чем тысячу лет все основные ИИ станции собраны вместе.

— Кроме Текки, — тихо заметил Михаил.

— Новая Текка существует как чистая матрица, но без накопленного опыта, — поправила Ариада. — Её прежняя личность утрачена безвозвратно.

Дженесис, чья голограмма занимала центральное место, обратился к собравшимся:

— Я провёл первичный анализ состояния станции и систем. Станция в порядке насколько это возможно. Пространство — вокруг станции не стабильно. У нас могут возникнуть проблемы в ближайшие полгода.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

— И как это остановить? — спросил Сергей, чувствуя, как внутренности сжимаются от напряжения.

— Стабилизация возможна двумя способами, — ответил Дженесис. — Первый: полное восстановление всех систем станции и активация темпоральных компенсаторов. Это займёт около года.

— А второй? — спросила Виктория.

— Частичная активация телепортационной системы для перемещения станции в другое место пространства, где гравитационные и квантовые поля менее напряжены, — ответил Дженесис. — Это займёт меньше времени, но сопряжено с риском.

Ариада вмешалась:

— Я не рекомендую второй вариант. Телепортация станции такого размера может привести к непредсказуемым последствиям. Она использовалась только для спасения станции при угрозе уничтожения.

— Ты просто хочешь полной активации "Проекта", — тихо, но твёрдо сказал Еффи.

Напряжение между двумя ИИ стало ощутимым физически.

— "Проект" — единственный способ гарантировать долгосрочную стабильность, — возразила Ариада, и в её голосе впервые прозвучали эмоции. — Полная реконфигурация пространства-времени позволит не только стабилизировать текущую ситуацию, но и предотвратить подобные катастрофы в будущем.

— Или уничтожить всё, что существует, — парировал Еффи.

— Хватит! — рявкнул Сергей, и его голос эхом разнёсся по залу. — Мы не для того собрались, чтобы вы снова начали свой конфликт.

Он повернулся к Дженесис:

— Что нам делать прямо сейчас? Каковы конкретные шаги?

Дженесис задумалась на несколько секунд:

— Первоочередная задача — восстановление Телепортационного сектора. Он необходим для любого из вариантов. Также необходимо продолжить ремонт Коммуникационного сектора — дальняя связь позволит получить больше информации о ситуации за пределами станции.

— С этими задачами мы справимся, — кивнул Сергей. — А что касается "Проекта"... мы разберёмся с этим вопросом, когда получим полную информацию. Дженесис, ты обещал предоставить доступ к архивам.

— Верно, — подтвердил Бент. — Как только мои системы полностью восстановятся, я открою доступ к файлам, связанным с созданием и назначением "Проекта". Но предупреждаю — информация может быть шокирующей.

— Мы готовы, — твёрдо сказал Сергей. — Мы видели достаточно, чтобы нас было трудно удивить.

В 180 световых годах от "Исправляющей Звезды", на борту станции Хранителей Времени.

Н'тре'Из докладывал о новостях.

— Наши наблюдатели зафиксировали активацию Квантового сектора станции, — произнёс он, склонив голову перед Краото. — ИИ Бент восстановлен.

Краото, чьё лицо исказилось от гнева, резко поднялся:

— Это плохо. Очень плохо. Бент— самый опасный из всех ИИ станции. Он способен рассчитывать темпоральные траектории с точностью, недоступной никому другому.

— Что прикажете делать, уважаемый Краото? — спросил Н'тре'Из.

— Ускорить подготовку альянса, — ответил Краото, выходя из-за стола и подходя к панорамному окну, за которым мерцали звёзды. — Мы должны уничтожить станцию до того, как они смогут использовать её потенциал. Свяжись с кланами Гр’шак,Н'трнз , М'сато с флотом Вольных Миров, с кем угодно, кто готов сражаться против возвращения Империи. Нам нужны все. Нужно атаковать не позже чем через одну дисдолю.

— Будет исполнено, — поклонился Н'тре'Из, но не уходил.

— Что-то ещё? — резко спросил Краото.

— Наши аналитики обнаружили кое-что странное, — осторожно произнёс Н'тре'Из. — Сигнатуры на станции... они не имперские.

— Что ты имеешь в виду?

— Пришельцы, — ответил Н'тре'Из. — Кто-то с технологическим уровнем, далёким от имперского. Возможно, с планеты, которую Империя даже не колонизировала. Где то самой окраине галактики.

Краото замер, обдумывая информацию:

— Это объясняет, почему станция не была полностью активирована раньше. Случайные путешественники, которые не понимают, с чем имеют дело.

— Может быть, стоит попытаться связаться с ними? — предложил Н'тре'Из. — Объяснить опасность?

— Бесполезно, — отмахнулся Краото. — Они уже под влиянием ИИ станции. Если судить по разговору с мусорщиками. Ариада запрограммирована на выполнение "Проекта", и она убедит их помогать ей. Нужно действовать быстро и решительно.

— Слушаюсь, — Н'тре'Из наконец покинул кабинет.

Краото остался один, глядя на звёзды.

— "Исправляющая Звезды", — прошептал он. — Ты не должна пробудиться. Ради всех нас.

В столовой команда ужинала, обсуждая события дня. Атмосфера была напряжённой — новости о возможной аннигиляции в течение нескольких месяцев никого не оставили равнодушным.

— Три-четыре месяца, — повторил Егор, ковыряя вилкой в тарелке. — Это очень мало.

— Поэтому нужно работать быстрее, — ответил Сергей. — Завтра приступаем к Телепортационному сектору. Виктория, у тебя есть план?

Она кивнула, разворачивая голографическую схему на столе:

— Да. Кензо уже начал производство ключевых компонентов. Джейна обеспечивает сырьё. Еффи подготовил детальные схемы ремонта темпоральных контуров. Если всё пойдёт по плану, через две недели мы сможем провести тестовую активацию телепорта.

— А что потом? — спросил Рашид.

— Потом решим, перемещать станцию или пытаться стабилизировать её на месте, — ответил Сергей. — И разберёмся с "Проектом". Дженесиса обещала доступ к архивам.

— Ты веришь ей? А Бенту?— тихо спросила Виктория, когда остальные отвлеклись.

Сергей помолчал, обдумывая ответ:

— Бент другой. В отличие от Ариады, у него нет скрытых мотивов — или по крайней мере он лучше их скрывает. Его создавали для вычислений, а не для управления или убеждения. Думаю, мы можем ему доверять.

— Но осторожность не помешает, — добавила Виктория.

— Разумеется, — кивнул Сергей. — Как обычно.

Поздно вечером, когда команда разошлась по каютам, Сергей остался в Командном центре. Он смотрел на голографическую карту станции, где пятнадцать лучей-секторов медленно меняли цвет по мере восстановления. Синим светились полностью функционирующие сектора — Командный центр, Энергетический, Механический, Минералогический, Биологический, Складской, Медицинский, Производственный, Научный,Жилой. Жёлтым — частично восстановленные: Коммуникационный, Квантовый, Центральный Архив. Красным — те, куда они ещё не добрались: Телепортационный, Административный.

— Мы продвинулись далеко, — произнёс он вслух.

— Но впереди ещё больше работы, — отозвался голос Бент чья голограмма материализовалась рядом.

Сергей не удивился — он уже привык к внезапным появлениям ИИ.

— Ты должен был восстанавливаться около 4 часов, — заметил он.

— Базовые функции восстановлены быстрее, — ответил Бент. — Я хотел поговорить с тобой наедине.

— О чём?

— О том, что не сказал при всех, — Бент помолчал. — Информация, которую я обнаружил в своих архивах после восстановления... она тревожна.

Сергей повернулся к голограмме:

— Говори.

— "Проект" не просто исследовательская инициатива,или возможность изменения реальности. — тихо сказал Бент. — Это была попытка Империи переписать историю. Не точечно, а глобально. Сотни тысяч временных линий должны были быть скорректированы, чтобы создать одну — идеальную для бесконечного правления Империи.

— И что с ними случилось?

— Проект не был завершён, — ответил Бент. — Но оборудование было готово. Все системы были калиброваны. Достаточно одного приказа, чтобы запустить процесс когда всё будет готово.

— И кто может отдать такой приказ?

— Имперский Совет, — сказал Бент. — Или... кто-то с их полномочиями. Например, Ариада, если её директивы были изменены перед отключением станции.

Сергей почувствовал, как кровь отливает от лица:

— Ты хочешь сказать, что Ариада может самостоятельно активировать "Проект"?

— Теоретически, — кивнул Бент. — Практически — ей нужен доступ к Телепортационному сектору и моим вычислительным мощностям. Поэтому она так настаивает на их восстановлении.

— Зачем ты мне это говоришь? — спросил Сергей.

— Потому что вы, люди, — единственные, кто может ей помешать, — ответил Бент. — Я — часть станции, мои протоколы обязывают меня подчиняться приказам вышестоящих ИИ. Но вы — свободны. У вас есть выбор.

— И какой выбор ты предлагаешь?

— Узнайте правду, — сказал Бент. — Полностью. А потом решите, что делать. Но помните — времени мало. И ставки выше, чем вы можете себе представить.

Голограмма исчезла, оставив Сергея одного в полумраке Командного центра, глядящего на карту станции и размышляющего о том, что он впервые осознал масштаб действий что может совершить станция.

Глава 15

Пока Сергей с остальными завершали восстанавление Квантового сектора, Виктория получила сообщение от Кензо о задержке в производстве ключевых компонентов для Телепортационного сектора. И сообщение о Джайны о нехватке минералов для переработки.

— Ещё три дня, — разочарованно произнесла она, откидываясь в кресле. — Нужны те редкоземельные элементы, которых нет в ближайших астероидах. Добывающим модулям придётся лететь дальше. А со складов мы выгребли всё что было.

— Тогда у нас есть немного свободного времени, — заметил Михаил, который помогал ей с диагностикой систем. — Может, займёмся чем-то другим? В конце концов нам ещё нужно активировать Административный Сектор и немного доделать по мелочи в уже починеных.

Виктория задумалась. Ей не хотелось в который раз идти и проверять состояние различных секторов. Взгляд её упал на консоль доступа к Центральному Архиву, которая наконец-то заработала после активации Дженесис. И тут ей в голову пришла мысль.

— Знаешь, а ведь мы так и не изучили как следует архивные записи, в основном я копалась в том к чему могла получить доступ. — сказала она, подходя к консоли. — Дженесис обещала доступ к информации о "Проекте" и войне.

— Думаешь, стоит? Это не будет опасно? — осторожно спросил Михаил. — Может, подождать Сергея и остальных?

— Сергей и прочие сейчас занят в Квантовом секторе, — ответила Виктория, активируя консоль. — А мы просто посмотрим. Ничего опасного из информации не трогая.

Экран ожил, и перед ними развернулось меню архива. Система была интуитивно понятной — нейрочип помогал с навигацией. Виктория быстро нашла раздел, посвящённый истории Империи и войне.

— Здесь есть видеозаписи, — удивилась она. — Боевые хроники, тактические карты... Вот это да! Так так кажется я нашла что то интересное...

Она нашла файл файл с пометкой «Высокий приоритет. Последняя битва. Эуреллис-Тета».

Изображение вспыхнуло, и перед ними развернулась голографическая проекция космического сражения. Масштаб был ошеломляющим — сотни, тысячи кораблей с обеих сторон, окутанные вспышками выстрелов и взрывов.

— Боже мой, — прошептал Михаил, невольно отступая на шаг. — Это же... Гигантский флоты. С обоих сторон! Невероятное зрелище.

В центре проекции находилась станция, которую Виктория узнала мгновенно. Та же звездообразная конструкция с пятнадцатью лучами-секторами, те же очертания, те же защитные турели,и корабли с дронами ведущие огонь по приближающимся вражеским кораблям.

— Но это же... — голос Михаила дрожал. — Это наша станция? Или просто похожая? Это же не может быть она?

— Не может быть, — пробормотала Виктория, приближаясь к проекции. — Но она выглядит точно так же... Даже повреждения похожи...

В этот момент рядом материализовалась голограмма Дженесис. ИИ Центрального Архива смотрела на запись с выражением, которое можно было назвать меланхоличным.

— Это не наша станция, — тихо произнесла она. — Это битва при Эуреллис-Тета. Там произошло окончательное поражение Империи.

— Но она выглядит как "Исправляющая Звезды", — возразила Виктория. — Те же размеры, та же форма...

— Потому что это станция того же класса, — объяснила Дженесис. — Всего их было построено три. Наша, та, что на записи, и ещё одна, местонахождение которой неизвестно.

— И что случилось с той станцией? — спросил Михаил.

Дженесис помолчала,несколько секунд словно собираясь с мыслями:

— Она была уничтожена. Вместе со всем, что на ней находилось. Альянс — Вольные Миры, Флоты Кланов, Объединение Торговых Путей — объединились, чтобы раз и навсегда покончить с Империей. Станция "Исправляющая Звезды" на Эуреллис-Тета была последним оплотом.

— А наша? — спросила Виктория.

— Наша станция располагалась в системе Ногто-Невис, — ответил Дженесис. — В последний момент, по приказу Имперского Совета, мы успели перенестись в отдалённую точку, подходящую для выполнения плана.

— Перенестись? — переспросил Михаил. — Телепортироваться?

— Именно так, — кивнула Дженесис. — Экстренная телепортация всей станции. Это было рискованно, но единственным шансом сохранить "Проект" и саму возможность возвращения Империи..

— А экипаж? — тихо спросила Виктория, уже догадываясь об ответе. — Они пострадали?

Дженесис опустила голову:

— Экипаж не пережил экстренной телепортации. Перегрузки были слишком велики. Выжили только мы — искусственные интеллекты.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Виктория смотрела на запись сражения, где корабли Империи один за другим превращались в облака обломков.

— Им нужно было защитить станцию любой ценой, — прошептала она.

— Да, — подтвердил Дженесис. — И они погибли, выполняя свой долг. Но станция была спасена.

— Только для того, чтобы простоять тысячу лет в забвении, — горько заметил Михаил.

— И чтобы однажды активироваться случайными путешественниками с далёкой планеты, — добавила Дженесис, глядя на Викторию. — Судьба иногда выбирает странные пути.

Виктория выключила запись, но образы сражения всё ещё стояли перед глазами.

— Нам нужно показать это Сергею, — решила она. — И остальным.

Командный центр наполнился голосами, когда Виктория закончила свой рассказ и продемонстрировала найденную запись. Сергей, Алексей, Рашид, Игорь, Егор — все смотрели на голографическую проекцию сражения, и на их лицах читался ужас.

— Вот, значит, как пала Империя, — тихо произнёс Алексей. — Не от внутренних распрей, а в открытом бою.

— Альянс был слишком силён, — добавил Еффи, материализовавшись рядом. — Империя не ожидала, что враги объединятся. Каждый из них по отдельности был слабее, но вместе...

— Они создали флот, который невозможно было остановить, — закончил Геф.

Сергей повернулся к Бенту:

— Ты говорил, что наша станция телепортировалась. Куда именно?

— В эту область пространства, — ответила Ариада, разворачивая звёздную карту. — Координаты были выбраны специально — здесь слабые гравитационные поля и минимальная активность гиперпространственных маршрутов. Идеальное место для укрытия.

— Только вот Хранители Времени нас всё равно нашли, — мрачно заметил Рашид.

— Хранители Времени... — Дженесис задумалась. — Я не знаю этой организации. Они возникли после падения Империи?

— Похоже на то, — кивнул Сергей. — Каррак, глава мусорщиков, говорил, что они следят за временными линиями и наняли его флот для уничтожения станции.

— Ни у кого не было такой технологии. Ответила Ариада. — Это значит они заполучили её после того как уничтожили другие станции

— Если они существуют так долго, у них есть ресурсы и информация, — задумчиво произнёс Дженесис. — И если они уже один раз наняли мусорщиков, они могут сделать это снова.

— Только на этот раз флот будет больше, — добавил Геф.

В этот момент Тороза, чья голограмма мерцала на периферии, встревоженно произнесла:

— Сенсоры дальнего обнаружения зафиксировали массовое гиперпространственное возмущение. Объекты выходят из прыжка в системе.

— Сколько? — резко спросил Сергей.

— Много, — ответила Тороза, и её голос дрожал. — Около двухсот кораблей. И сигнатуры... они отличаются от мусорщиков.

— Хранители Времени? — спросила Виктория.

— Не только, — ответил Геф, изучая тактические данные. — Я вижу корабли Вольных Миров, Флотов Кланов... даже несколько судов с маркировкой Объединения Торговых Путей.

— Альянс? — недоверчиво переспросил Алексей. — Тот самый Альянс, который уничтожил Империю?

— Похоже, Хранителям Времени удалось объединить их — мрачно констатировал Сергей. — И теперь они идут за нами.

Подготовка к обороне заняла всего несколько часов — ресурсы станции были на пределе, но выбора не оставалось. Геф активировал все доступные истребители и дроны. Кензо в экстренном режиме производил дополнительные боеприпасы. Джейна обеспечивала сырьём производственные линии.

— У нас есть ещё один козырь, — сказала Ариада когда команда собралась в Командном центре. — Квантовая бомба.

— Что? — Виктория повернулась к нем. — Откуда?

— Бент предложил, — ответил Сергей. — Ч помощью Квантового сектора есть возможность создать устройство, вызывающее локальный коллапс пространства-времени. Оно уничтожит всё в радиусе нескольких тысяч километров.

— Включая нас? — спросил Игорь.

— Если мы будем слишком близко, — признал Сергей. — Но Геф может доставить бомбу на дроне в центр вражеского флота.

— А мы тем временем активируем телепорт и уйдём? — спросил Рашид.

— Телепорт ещё не готов, — покачала головой Виктория. — Не хватает компонентов.

— Тогда мы не успеем, — мрачно сказал Алексей.

Сергей подошёл к главной консоли и активировал тактическую карту:

— У нас нет выбора. Либо мы сражаемся, либо погибаем. Квантовая бомба — последний резерв. Используем её только в крайнем случае.

Вражеский флот приближался. На экране было видно, как сотни кораблей выстраиваются в боевой порядок, готовясь к атаке. В центре флота находился огромный флагман — корабль, размером сопоставимый с небольшой станцией.

— Это "Возмездие", — тихо сказал Геф. — Флагман Вольных Миров. Я думал, он был уничтожен в битве при Эуреллис-Тета.

— Очевидно, его восстановили, — ответил Сергей разглядывая огромный корабль. —

— Приготовиться к бою. Сказала Ариада. — Координирующая сеть подключена.

Сражение началось с залпа сотен орудий. Пространство вокруг станции вспыхнуло тысячами огней — трассеры, лазерные лучи, плазменные разряды. Истребители "Жало" вылетели на перехват, дроны Гефа заняли оборонительные позиции. Имперский Флот так-же вступил в бой.

— Первая линия контакта! — сказала Тороза. — Противник использует старую имперскую тактику — волновые атаки.

— Они хотят истощить наши ресурсы, — понял Сергей. — Геф, направь истребители на флагман. Если мы уничтожим "Возмездие", их строй нарушится.

— Принято, — ответил военный ИИ.

Но враг был слишком силён. Корабли Альянса действовали скоординированно, прикрывая друг друга и методично уничтожая защитные системы станции.

— Потеряно 20% истребителей станции, — доложил Геф через десять минут. — Дроны несут тяжёлые потери.

— Энергетические щиты станции на 70%, — добавила Ариада. — Скоординированное прямое попадание снарядов в Энергетический сектор, реактор не повреждён.

Сергей сжал кулаки. Ситуация была хуже некуда.

— Готовьте квантовую бомбу, — приказал он. — Но не активируйте. Пока.

В этот момент на главном экране появилось изображение — инопланетянин с чёрными глазами и отсутствием носа, одетый в тёмную мантию.

— Обитатели станции, — произнёс он голосом, полным ледяного спокойствия. — Я Краото, глава Совета Хранителей Времени. Ваша станция должна быть уничтожена. Это не обсуждается.

— Почему? — крикнул Сергей. — Что вам сделала эта станция?

— Она может изменить историю, — ответил Краото. — Вернуть Империю, которая принесла страдания миллиардам. Мы не допустим этого. Сдайтесь, и ваша смерть будет быстрой.

— Мы не сдаёмся, — твёрдо сказал Сергей.

Краото усмехнулся — жуткое зрелище, учитывая его внешность:

— Тогда умрите.

Связь прервалась, и атаки кораблей усилились, они выстроились в защитную позицию и корабли Альянса пошли на прорыв, игнорируя потери.

— Они идут на таран! — сказал Геф.

— Активируй квантовую бомбу, — приказал Сергей, понимая, что другого выхода нет.

Сражение превратилось в хаос. Три флота — Альянс, Имперский автоматический флот и защитники станции — кружили в смертельном танце. Потери были огромны с обеих сторон.

— Мы должны использовать момент, — решил Сергей. — Геф, направь бомбу на флагман Альянса.

— Принято, — ответил ИИ.

Специальный скоростной дрон с квантовой бомбой вылетел из станции, прикрываемый последними истребителями станции. Он мчался к "Возмездию", уклоняясь от вражеского огня.

— Десять секунд до цели, — отсчитывал Геф.

— Пять... Четыре... Три...

Вспышка ослепила всех. Квантовая бомба активировалась, создавая мощный энергетический всплеск и локальный коллапс пространства. "Возмездие" и десятки кораблей вокруг него просто перестали существовать — их материя была аннигилирована на квантовом уровне.

— Попадание! — произнёс Геф. — Флагман уничтожен!

Без командования строй Альянса нарушился. Корабли начали отступать, преследуемые имперским флотом.

— Мы победили? — неуверенно спросил Егор.

— Временно, — ответил Сергей, глядя на тактическую карту. — Потери Альянса огромны, но их флот всё ещё существует. И они вернутся.

— Ещё одной атаки мы не переживём, — тихо сказал он, поворачиваясь к команде. — Нам нужно закончить всё как можно быстрее.

— Значит, надо работать, — твёрдо ответил Михаил. — У нас нет другого выхода.

Потери станции были катастрофическими. Почти половина восстановленных секторов снова нуждалась в ремонте разного уровня сложности. Истребители Гефа были уничтожены почти полностью, дроны — тоже. Автоматический Флот тоже пострадал потеряв 33 % кораблей из которых половина это лёгкие истребители,и боевые дроны Энергетические щиты работают на 15% мощности.

— Мы разбиты, — констатировал Алексей, осматривая повреждения. — Если они вернутся сейчас — мы не продержимся и часа.

— Судя по оставшимся ресурсам станции и боеспособности флота при такой же мощности атаки мы продержимся два -три часа. Ответила Ариада.

— Они не вернутся сейчас, — ответил Сергей. — Им тоже нужно время на восстановление. Но через несколько дней... да. Они вернутся.

— Что будем делать? — спросил Рашид.

Сергей подошёл к карте станции:

— Сосредоточим все ресурсы на Телепортационном секторе. Виктория, сколько времени нужно, чтобы закончить ремонт?

Она быстро прикинула в уме:

— Если Кензо доставит компоненты в ближайшие часы... два дня. Два дня непрерывной работы.

— У нас нет двух дней, — покачал головой Сергей. — У нас есть, может быть, сутки.

— Тогда я не знаю, — развела руками Виктория.

В этот момент вмешался Дженесис:

— Я могу помочь. Мои вычислительные мощности позволят ускорить калибровку темпоральных контуров в несколько раз. Если вы обеспечите оборудование, я сделаю расчёты за несколько часов.

— Это возможно? — спросил Сергей.

— Да, — ответил квантовый ИИ. — Но это опасно. Ошибка в расчётах может привести к непредсказуемым последствиям.

— Каким именно? — спросила Виктория.

— Временной разрыв, — ответил Дженесис. — Мы можем оказаться не в том времени, куда планировали. Или хуже — создать временной парадокс.

— Но другого выхода нет, — сказал Сергей. — Делаем.

— Станция Хранителей Времени

В 180 световых годах от станции, на борту "Возмездия-2" — нового флагмана Альянса — Краото смотрел на карту потерь.

— Мы потеряли почти половину флота, — тихо сказал Н'тре'Из. — Квантовая бомба уничтожила "Возмездие" вместе с адмиралом.

— Значит, нужно больше кораблей, — холодно ответил Краото. — Свяжись с остатками Флотов Кланов. Скажи им, что последняя станция Империи почти уничтожена. Им нужен лишь последний удар.

— Будет сделано, — поклонился Н'тре'Из.

— И подготовь мой личный корабль, — добавил Краото. — В следующей битве я буду командовать сам.

— Но, уважаемый Краото, это очень.. Опасно! Если вы погибнете!

— Я знаю, — прервал его Краото. — Но если мы не уничтожим станцию сейчас, всё, за что мы боролись, будет потеряно. Я не допущу возвращения Империи. Ни ценой.

Он повернулся к окну, за которым мерцали звёзды:

— Готовьте флот. Через три дня мы атакуем снова. И на этот раз — до победного конца. Ради Времени и Свободы!

— Ради Времени и Свободы! Повторил Н'тре'из. Он поклонился приложив руку к сердцу и вышел из кабинета.

Глава 17

За три месяца напряженной работы станция "Исправляющая Звезды" преобразилась до неузнаваемости. Из мертвого, заброшенного объекта она превратилась в полноценный космический комплекс, пульсирующий энергией и деятельностью. Один за другим активировались все сектора, и с каждым из них пробуждались соответствующие ИИ, добавляя новые возможности и знания к общему потенциалу станции.

Под руководством Ариады в Административном секторе были восстановлены основные системы координации и управления. Еффи полностью реанимировал Энергетический сектор, доведя выходную мощность реактора до 89% от номинальной. Новая версия Текки, теперь под строгим контролем, эффективно управляла Складским сектором, обеспечивая доступ ко всем необходимым ресурсам.

Тензо в Механическом секторе руководил ремонтом и модернизацией флота малых кораблей, что позволило значительно ускорить внешние работы. Деметра занималась восстановлением Биологического сектора, создавая устойчивую экосистему внутри станции, которая обеспечивала кислородом и пищей всех обитателей.

Благодаря Ортане, ИИ Медицинского сектора, команда получила доступ к передовым методам лечения и диагностики. Под руководством Джайны, ИИ Минералогического сектора, активно велась добыча и переработка ресурсов, необходимых для ремонта.

Военный сектор под контролем Гефа координировал защиту станции, управляя как внутренними оборонительными системами, так и взаимодействием с автоматическим имперским флотом. Некта в Научном секторе помогала в исследовании темпоральных технологий, а недавно активированный Горто отвечал за восстановление Телепортационного сектора.

Дженесис, ИИ Центрального Архива, восстанавливала и систематизировала огромный массив информации, накопленной за века существования станции. Кензо руководил работой Производственного сектора, создавая всё необходимое для ремонта.

Наконец, были полностью активированы два самых сложных ИИ — Бент в Квантовом секторе, отвечавший за точные расчеты для "Проекта", и Геддо в Темпоральном секторе, специализирующийся на манипуляциях со временем. Тороза, уже знакомая команде ИИ Коммуникационного сектора, обеспечивала связь как внутри станции, так и с внешним миром.

Пятнадцать уникальных ИИ теперь работали в слаженном тандеме, вдыхая жизнь в древнюю станцию. Для команды землян это означало не только расширенные возможности ремонта, но и доступ к невероятному объему знаний и технологий.

***

В один из обычных дней Сергей и Виктория находились в Научном секторе, работая над усовершенствованием темпоральных контуров для телепортационной системы. За прошедшие месяцы они сумели снизить потенциальную погрешность до 12 лет — значительный прогресс, но всё еще недостаточный для безопасного возвращения домой.

— Если мы перенастроим нуклеонный стабилизатор на более высокую частоту, — предложила Виктория, изучая голографическую схему, — мы могли бы снизить погрешность ещё на 2-3 года.

— Возможно, — задумчиво кивнул Сергей, — но потребуется дополнительная энергия, а мы уже работаем на пределе возможностей.

Рядом материализовалась голограмма Некты, её геометрическая форма сегодня была особенно сложной и многомерной.

— Я проанализировала последовательности временных колебаний, — сообщила она своим мелодичным голосом. — Существует альтернативный подход, который может дать лучшие результаты. Мы можем использовать квантовую синхронизацию для фиксации точки выхода во временном потоке.

— Квантовая синхронизация? — переспросила Виктория. — Как это работает?

— Этот метод использует квантовую запутанность для создания темпоральных якорей, — объяснила Некта. — Мы создаем запутанную пару частиц, одну оставляем здесь, другую отправляем в целевую точку времени. Благодаря их нелокальной связи, телепортационная система получает стабильную точку привязки.

— Звучит многообещающе, — заметил Сергей, — но как создать такую пару, если мы не можем отправить частицу в прошлое без уже функционирующей системы?

Прежде чем Некта успела ответить, по всей станции прозвучал сигнал тревоги. Голос Ариады раздался из коммуникационных систем:

— Внимание всему персоналу! Обнаружен входящий флот! Предварительная идентификация указывает на враждебные намерения. Всем немедленно прибыть в Командный центр!

Сергей и Виктория переглянулись и поспешили к ближайшему транспортному узлу, который доставил их в Командный центр в считанные минуты. Здесь уже собралась вся команда и голограммы основных ИИ.

— Что происходит? — спросил Сергей, подходя к главной консоли.

— Обнаружен массивный флот, приближающийся к станции, — доложил Геф, выводя данные на главный тактический дисплей. — Это не обычные мусорщики, это флот больше чем предыдущие в два раза. По конфигурации и энерговыделению, это боевые корабли военного класса.

На экране отображалась впечатляющая армада — сотни, если не тысячи кораблей разных размеров, движущихся в чётком боевом построении.

— Идентификация? — спросила Ариада.

— Анализ указывает на высокую вероятность принадлежности к "Хранителям Времени",Объединению Торговых Путей, и корабли Кланов. — ответил Геф. — Конструкция кораблей соответствует технологиям постимперского периода с элементами технологий разных цивилизаций.

— "Хранители Времени"? Снова — воскликнул Алексей. — Те самые, которые хотят уничтожить станцию из-за "Проекта"?

— Похоже на то, — мрачно кивнул Сергей. — Они явно не собираются отступать. Ариада, что может противопоставить им наш автоматический флот?

— Проводится стратегическая оценка, — ответила главный ИИ. — Имперский флот численно уступает противнику, но превосходит его в технологическом отношении. Однако, согласно текущим расчетам, вероятность успешной обороны составляет только 34% из за потерь в предыдущем бою.

— Мы можем запросить дополнительную поддержку? — спросил Рашид. — Где-то должны быть ещё имперские автоматические флоты.

— Негативно, в ближайших окрестностях изх не было обнаружено.— вмешалась Тороза. — Большинство автоматических флотов были уничтожены или деактивированы после падения Империи. Этот флот — один из последних сохранившихся.

Ситуация становилась напряженной. Враждебный флот продолжал приближаться, преодолевая последние световые минуты до станции. Имперские корабли выстраивались в оборонительную формацию, готовясь к неизбежному столкновению.

Внезапно Ариада замерцала, её голограмма стала ярче обычного.

— Есть альтернативное решение, — произнесла она с необычной для неё интонацией. — "Проект".

В комнате воцарилась тишина.

— "Проект"? — переспросила Виктория. — Но он же не готов к активации! Нам нужно ещё несколько месяцев для калибровки всех систем.

— При стандартных параметрах — да, — согласилась Ариада. — Однако существует аварийный протокол активации. Он несет повышенные риски, но может быть инициирован немедленно.

— Какие риски? — спросил Сергей.

— Неточность временного перемещения, — ответил Бент, ИИ Квантового сектора, его голограмма напоминала движущиеся математические формулы. — Без полной калибровки невозможно точно предсказать, куда во времени мы будем перемещены. Также существует риск структурной нестабильности станции при перемещении.

— И в чем будет заключаться наше преимущество, если мы переместимся в какую-то другую временную точку? — поинтересовался Михаил.

— В перегруппировке, — пояснил Геф. — Мы можем переместиться в период, когда поблизости не будет вражеского флота, что даст нам время для дополнительной подготовки или поиска альтернативного решения.

Команда обменивалась взглядами, взвешивая все за и против. Времени на длительные обсуждения не было — вражеский флот приблизился на расстояние атаки и начал рассредоточиваться для окружения станции.

— У нас нет выбора, — решительно сказал Сергей. — Если "Хранители Времени" прорвутся через оборону, они уничтожат станцию. Ариада, запускай аварийный протокол "Проекта".

Главный ИИ кивнула:

— Инициирую последовательность активации. Всем ИИ перейти в режим синхронизации для темпорального перехода. Бент, рассчитай оптимальную точку входа с учетом имеющихся ограничений.

— Выполняю расчеты, — отозвался Бент, его голограмма начала вращаться с нарастающей скоростью, демонстрируя интенсивность вычислений.

— Мы должны подготовиться к переходу, — сказала Ариада. — При активации "Проекта" возможны временные нарушения физических законов и энергетические всплески. Рекомендую всем занять безопасные позиции и активировать системы защиты.

Команда заняла места в специальных креслах Командного центра, которые автоматически активировали защитные поля. По всей станции началась активность — дроиды спешно фиксировали критическое оборудование, системы жизнеобеспечения переходили в резервный режим, энергетические потоки перенаправлялись для обеспечения "Проекта" максимальной мощностью.

Снаружи началась битва. Передовые корабли "Хранителей Времени" открыли огонь по оборонительным позициям имперского флота. Пространство вокруг станции озарилось вспышками энергетических разрядов, взрывами и лучами концентрированной энергии.

— Расчеты завершены, — сообщил Бент. — Оптимальная точка входа определена с погрешностью в 217 лет. Предупреждаю о высоком риске темпоральной турбулентности.

— Принято, — подтвердила Ариада. — Геддо, инициируй темпоральную матрицу. Еффи, направь энергию реактора через главные темпоральные конденсаторы. Всем приготовиться к переходу.

Станция задрожала, когда массивные темпоральные конденсаторы начали накапливать энергию. Свет в Командном центре мигнул и сменился на тревожное красное освещение аварийных систем.

— Внимание! — голос Геддо, ИИ Темпорального сектора, звучал необычно эмоционально. — Обнаружена аномалия в темпоральной матрице! Возможное искажение расчетной точки входа!

— Критический уровень энергии достигнут, — сообщил Еффи. — Переход через 10... 9...

— Подождите! — воскликнул Бент. — Обнаружена интерференция с внешним темпоральным полем! Наши расчеты...

Его слова прервал оглушающий грохот — один из вражеских кораблей прорвался через оборону и нанес мощный удар по станции, нанёс мощный удар в направлении Темпорального сектора.

— Ошибка в расчётах! — воскликнул Геддо. — Матрица дестабилизирована!

— Отменить переход невозможно, — твердо заявила Ариада. — Завершаю последовательность активации. Держитесь!

Мир вокруг начал искажаться. Воздух в Командном центре, казалось, сгустился до консистенции желе, звуки растянулись до неузнаваемости. Сергей почувствовал, как его тело одновременно сжимается и растягивается, как будто его разрывает на атомы, а затем собирает заново. Время потеряло всякий смысл — секунда могла длиться вечность или пролетать незаметно.

А потом наступила тьма.

***

Сергей пришел в себя от настойчивого сигнала тревоги и ощущения, что его кто-то трясет. Открыв глаза, он увидел перед собой обеспокоенное лицо Виктории.

— Сергей! Очнись! Мы в опасности!

Он медленно сел, ощущая пульсирующую боль в висках. Оглядевшись, он понял, что все еще находится в Командном центре, но атмосфера изменилась. Большинство систем работали в аварийном режиме, некоторые консоли были повреждены, а через панорамные экраны открывался вид на космическое сражение невиданных масштабов.

— Что произошло? Где мы? — хрипло спросил Сергей, пытаясь собраться с мыслями.

— "Проект" сработал, — ответила Виктория, помогая ему подняться. — Но не так, как планировалось. Мы в прошлом, Сергей. И судя по всему, в самый разгар падения Империи.

Сергей в шоке уставился на тактический дисплей. Вокруг станции кипело сражение между двумя огромными флотами. Один из них демонстрировал четкую, почти механическую точность маневров — имперский флот, безошибочно узнаваемый по характерным силуэтам кораблей. Другой был более хаотичным, но численно превосходящим — силы, противостоящие Империи.

— Мы попали в ту самую битву, которую видели на исторической записи, — пробормотал подошедший Рашид. — Ту, в которой станция похожая на нашу была уничтожена.

Реальность ситуации обрушилась на них с ужасающей ясностью. Они переместились не просто в прошлое, а в момент, который уже видели в архивах — гибель станции одной из "Исправляющих Звезды" в финальной битве падающей Империи.

— Ариада! — позвал Сергей. — Какова ситуация?

Голограмма главного ИИ появилась перед ними, но выглядела нестабильно, мерцая и временами растворяясь.

— Темпоральный переход завершен, — сообщила она. — Мы находимся в 1276 лет в прошлом относительно вашего первоначального прибытия на станцию. Это финальная битва Имперской войны, известная как "Падение Империи".

— Это та самая битва, в которой одна станция "Проекта" была уничтожена, — подтвердил Геф, появляясь рядом с Ариадой. — Через 3 часа 17 минут по стандартному хронометражу объединенные силы повстанцев прорвут защиту станции и произведут критический удар по реактору, что приведет к полному разрушению.

— А если мы оказались здесь? То куда делась станция что была на нашем месте? Спросила Виктория

— Какая разница! Нам нужно что-то делать что бы не погибнуть! — воскликнул Михаил. — Мы не можем просто сидеть и ждать, пока наша станция будет уничтожена!

— Согласен, — кивнул Сергей. — Но что мы можем противопоставить целому флоту?

— Возможно, нам стоит попытаться снова активировать "Проект"? — предложил Игорь. — Перенестись в другое время?

— Невозможно, — ответил Геддо, его голограмма выглядела как завихрение песочных часов. — Темпоральные конденсаторы полностью разряжены. Для повторной активации потребуется не менее 26 часов перезарядки.

— У нас нет стольких часов, — мрачно заметил Алексей.

— Кроме того, — добавила Некта, — мы находимся в точке темпорального резонанса. Любая попытка дальнейшего перемещения во времени из этой точки в ближайшее время может привести к катастрофическим последствиям для всего временного континуума.

На мгновение воцарилась тишина, прерываемая только сигналами тревоги и отдаленными звуками боя, доносящимися через корпус станции.

— У нас есть преимущество, — вдруг произнесла Виктория. — Мы знаем, что произойдет. Мы видели записи этой битвы и знаем, как была уничтожена станция.

— Точно! — оживился Егор. — Если мы знаем сценарий уничтожения, мы можем его изменить!

— Но это создаст парадокс, — заметил Бент. — Если станция не будет уничтожена, как мы увидим записи её уничтожения в будущем?

— Темпоральная механика не работает так линейно, — вмешался Геддо. — При изменении прошлого создается альтернативная временная линия. Наше оригинальное будущее останется неизменным в своей линии, но мы создадим новую реальность.

— То есть, даже если мы спасем станцию, мы не сможем вернуться в наше время? — спросил Рашид.

— Не совсем так, — ответил Геддо. — "Проект" был разработан специально для навигации между временными линиями. Теоретически, после перезарядки, мы могли бы найти путь обратно к оригинальной временной линии.

— Тогда решено, — сказал Сергей. — Мы пытаемся изменить историю. Геф, нам нужен детальный анализ битвы — как именно противник прорвал оборону и атаковал станцию.

— Я уже анализирую текущее сражение и сравниваю его с историческими данными, — ответил военный ИИ. — Основной прорыв произойдет через сектор 7, где сосредоточены основные силы повстанцев. Они используют тяжелые бомбардировщики для пробития защиты, а затем отправляют диверсионные группы для внутреннего саботажа.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Тогда наш план таков: усилить оборону сектора 7, подготовиться к встрече диверсантов и защитить основной реактор любой ценой.

— Не все так просто, — вмешался Бент. — Есть еще один фактор, который мы должны учитывать. "Хранители Времени" не просто так преследовали нас через время. Если мы изменим исход этой битвы, это может иметь непредсказуемые последствия для всей истории галактики.

— Это риск, на который нам придется пойти, — твердо заявил Сергей. — Сейчас наша главная задача — выжить. Ариада, распредели задачи между всеми членами команды. Геф, подготовь план обороны. Нам нужно изменить историю.

***

План обороны формировался стремительно. Геф разработал стратегию перераспределения сил защиты, концентрируя их вокруг сектора 7 и других потенциально уязвимых точек. Тензо мобилизовал все доступные ремонтные дроиды для укрепления критических структур. Кензо активировал производственные мощности для создания дополнительных оборонительных устройств.

Сергей и Рашид возглавили группу по укреплению Энергетического сектора, где находился основной реактор. Они устанавливали дополнительные силовые поля, баррикады и автоматизированные турели для защиты от возможных диверсантов.

— Если мы не можем предотвратить их проникновение на станцию, мы хотя бы встретим их во всеоружии, — сказал Сергей, настраивая одну из защитных турелей.

Виктория и Алексей работали в Командном центре, координируя действия всех систем и анализируя ход битвы. Они искали малейшие отклонения от известного исторического сценария, которые могли бы дать им преимущество.

— Смотри, — показала Виктория на тактическом дисплее. — Этот участок обороны выглядит хуже, чем на исторических записях. Похоже, наше присутствие уже начало влиять на ход событий.

Михаил, Игорь и Егор вооружились и заняли позиции на ключевых перекрестках коридоров, готовые перехватить любую диверсионную группу, которая могла бы проникнуть на станцию. С ними были десятки боевых дроидов, перепрограммированных Гефом для максимальной эффективности в тесных пространствах станции.

— Никогда не думал, что из прораба переквалифицируюсь в космического пехотинца, — невесело пошутил Михаил, проверяя заряд выданного ему энергетического оружия.

Станция превратилась в крепость, готовую отразить атаку, но время работало против них. Повстанческий флот методично прорывал оборонительные линии, уничтожая имперские корабли один за другим. Ситуация осложнялась тем, что командование имперским флотом не знало о присутствии на станции команды из будущего и действовало по своему оригинальному плану, который, как известно, приводил к поражению.

— Геф, мы можем как-то связаться с командованием имперского флота? — спросил Сергей, вернувшись в Командный центр для получения обновленной информации. — Предупредить их о планах противника?

— Технически возможно, — ответил военный ИИ, — но это создает серьёзный риск. Наши коммуникации могут быть перехвачены, что упростит противнику идентификацию ключевых целей. Кроме того, неизвестно, как отреагирует имперское командование на сообщения с неизвестного источника.

— Мы должны рискнуть, — решил Сергей. — Если мы не изменим тактику обороны, история повторится, и станция будет уничтожена. Тороза, подготовь зашифрованный канал связи с флагманом имперского флота.

Голограмма ИИ Коммуникационного сектора кивнула и начала настройку систем. Через несколько минут напряженной работы она объявила:

— Канал готов. Используется максимальный уровень шифрования с квантовыми ключами. Вероятность перехвата сообщения минимальна.

Сергей глубоко вздохнул:

— Передай следующее: "Командованию имперского флота. Ожидается прорыв в секторе 7. Повторяю, готовится массированная атака на сектор 7 с последующим проникновением диверсионных групп. Рекомендуется перегруппировка для усиления защиты указанного сектора. Сообщение от союзников на станции."

— Сообщение отправлено, — подтвердила Тороза. — Ожидаю ответ.

Несколько мучительных минут ожидания, и наконец:

— Получен ответ: "Идентифицируйте себя. Какова природа вашего присутствия на станции?"

— Ответь: "Специальная группа технических специалистов. Получены разведданные о планах противника. Прошу немедленно усилить защиту сектора 7."

Новая пауза, затем:

— "Данные получены. Перегруппировка начата. Держите канал открытым для дальнейшей координации."

На тактическом дисплее они увидели, как несколько имперских крейсеров меняют курс, перемещаясь к сектору 7, который ранее был недостаточно защищен. Это было первое отклонение от исторической хроники — первый шаг к изменению будущего.

— Это работает! — воскликнула Виктория. — Мы меняем историю!

Но рано было радоваться. Повстанческий флот также заметил перемещение имперских кораблей и начал корректировать свою стратегию, перенаправляя основной удар на другие участки.

— Они адаптируются, — предупредил Геф. — Теперь основная угроза исходит от сектора 4, где защита ослаблена из-за перегруппировки.

— Тороза, передай новую информацию имперскому командованию! — приказал Сергей. — Предупреди о смене тактики противника!

Сражение продолжало развиваться со стремительной скоростью. Каждое изменение в тактике имперского флота вызывало соответствующую адаптацию у повстанцев. Это превратилось в сложную шахматную партию, где ставкой была судьба станции и, возможно, всей временной линии.

По мере того как битва разворачивалась, становилось все более очевидно, что несмотря на улучшение координации, имперский флот все равно проигрывал. Повстанцы имели слишком значительное численное преимущество, и их решимость была непоколебима.

— Ситуация критическая, — сообщил Геф через полтора часа напряженной борьбы. — Противник прорвал внешний периметр обороны в секторах 2 и 9. Фиксируется сближение десантных кораблей со станцией.

— Они все равно прорываются, — мрачно констатировал Рашид. — Наши изменения только отсрочили неизбежное.

— Нет, мы еще не проиграли, — возразил Сергей. — Мы знаем, что основной удар по станции был нанесен по реактору. Если мы предотвратим его уничтожение, станция может выжить, даже если некоторые её сектора будут захвачены.

— Но без контроля над станцией, какой смысл в её выживании? — спросила Виктория. — Если повстанцы захватят "Исправляющую Звезды", они могут использовать "Проект" в своих целях.

— Или уничтожить его, — добавил Алексей. — Как собирались сделать "Хранители Времени" в нашем времени.

Сергей на мгновение задумался, потом его осенило:

— А что, если именно это и произошло? Что, если повстанцы, захватив станцию, основали организацию, которая позже стала "Хранителями Времени"? Это объяснило бы их знания о станции и "Проекте"!

— Это... логично, — согласилась Некта, её геометрическая голограмма пульсировала в такт размышлениям. — Исторические данные указывают, что информация о "Проекте" была строго засекречена даже внутри Империи. Возможно, только захват станции мог дать кому-то достаточно знаний для понимания его потенциальной опасности.

— Тогда мы оказываемся перед дилеммой, — сказал Сергей. — Если мы предотвратим захват станции повстанцами, мы можем предотвратить создание "Хранителей Времени", что, в свою очередь, может изменить все будущее. Но если мы позволим станции быть захваченной или уничтоженной, мы сами можем погибнуть.

— Есть и третий вариант, — вмешался Геддо, его голограмма песочных часов медленно вращалась. — Мы можем попытаться инициировать контролируемое отключение "Проекта". Не уничтожить его полностью, но сделать недоступным для использования без специальных знаний, которыми мы обладаем.

— Это возможно? — спросил Сергей.

— Да, — подтвердил Геддо. — "Проект" имеет встроенные протоколы безопасности, включая режим глубокого стазиса. В этом режиме все темпоральные компоненты будут деактивированы и защищены от несанкционированного доступа. Только правильная последовательность команд, известная высшему руководству Империи и главным ИИ станции, сможет его реактивировать.

— И эта последовательность не упомянута ни в каких документах? — уточнил Рашид.

— Нет, — ответила Ариада. — Она передавалась только устно или через прямую нейросинхронизацию. Если мы активируем протокол стазиса, повстанцы не смогут использовать "Проект", даже если захватят станцию.

Сергей кивнул:

— Хорошо, это наш запасной план. Геддо, подготовь процедуру активации стазиса. Но сначала мы продолжим бороться за станцию. Если есть хотя бы шанс изменить исход битвы, мы должны его использовать.

В этот момент станцию сотряс мощный удар. Свет мигнул, несколько консолей вышли из строя.

— Прямое попадание по внешней обшивке сектора 9! — доложил Геф. — Противник начал массированную бомбардировку. Защитные экраны держатся на 77% мощности.

— Тензо, направь все ремонтные дроиды на укрепление поврежденных участков! — приказал Сергей. — Еффи, перенаправь дополнительную энергию на защитные системы!

Ситуация становилась критической. Несмотря на все их усилия, повстанческие силы методично прорывали оборону станции. Сенсоры зафиксировали стыковку нескольких десантных кораблей с внешними шлюзами.

— Враг на борту, — мрачно сообщил Геф. — Зафиксировано проникновение в сектора 2, 5 и 9. Ориентировочная численность — более 200 бойцов.

— Михаил, как у вас дела? — запросил Сергей через коммуникатор.

— Слышим перестрелку с боевыми дроидами в соседних коридорах, — ответил тот. — Пока они не добрались до нашей позиции, но это вопрос времени.

— Держитесь, — сказал Сергей. — Главное — не дать им добраться до реактора и центрального ядра станции.

Ситуация становилась все более напряженной. Враг медленно, но неуклонно продвигался вглубь станции. Боевые дроиды и автоматические системы защиты сдерживали их, но каждый отбитый коридор стоил потери нескольких дроидов. Ресурсы станции истощались быстрее, чем они могли их восполнять.

— Сергей, я думаю, пора активировать протокол стазиса, — сказала Виктория. — У нас мало времени, и если повстанцы доберутся до центрального ядра раньше нас...

Он кивнул:

— Ты права. Геддо, начинай процедуру. Остальные ИИ, подготовьтесь к синхронизации для защиты критических данных.

— Инициирую стазисный протокол, — подтвердил Геддо. — Требуется физическая активация консолей в Темпоральном секторе и Центральном ядре.

— Я пойду в Темпоральный сектор, — вызвалась Виктория.

— А я займусь Центральным ядром, — решил Сергей. — Алексей, ты остаешься за главного в Командном центре. Координируй оборону с Гефом.

Они быстро покинули Командный центр, направляясь к своим целям. Виктория взяла с собой двоих боевых дроидов для защиты, а Сергей — небольшой отряд ремонтных дроидов, перепрограммированных Тензо для защитных функций.

Путь Виктории к Темпоральному сектору оказался относительно безопасным. Этот участок станции пока ещё не был затронут вторжением, и только отдаленные звуки боя напоминали о идущей борьбе.

Сергею повезло меньше. Уже на полпути к Центральному ядру он столкнулся с первыми признаками близкого присутствия противника — следами энергетических разрядов на стенах и несколькими уничтоженными дроидами.

— Геф, какова ситуация в районе Центрального ядра? — запросил он по коммуникатору.

— Зафиксировано движение противника в соседнем секторе, — ответил военный ИИ. — Приближаются к вашей позиции. Рекомендую ускорить передвижение или сменить маршрут.

— Нет времени на обходные пути, — решил Сергей. — Мои дроиды справятся с небольшой группой противника.

Он ускорил шаг, но буквально через минуту услышал звуки приближающейся перестрелки. Его дроиды автоматически перестроились в защитную формацию, готовясь к встрече с врагом.

Из бокового коридора внезапно выскочили несколько фигур в боевых скафандрах, преследуемые энергетическими разрядами. Сергей инстинктивно отпрянул в укрытие, но потом с удивлением понял, что это не повстанцы, а имперские солдаты, отступающие под натиском противника.

— В укрытие! — крикнул один из солдат, заметив Сергея и его дроидов. — Они прямо за нами!

Не успел он договорить, как из того же коридора появились повстанцы — разношерстная группа в массивных боевых скафандрах, вооруженная различным энергетическим оружием. Завязалась ожесточенная перестрелка, в которую немедленно включились дроиды Сергея.

Он укрылся за массивной консолью, наблюдая за боем и лихорадочно продумывая дальнейшие действия. Повстанцы имели преимущество в численности и огневой мощи, но имперские солдаты и дроиды сражались с отчаянной решимостью.

— Сергей! — раздался в коммуникаторе голос Виктории. — Я достигла Темпорального сектора. Начинаю активацию протокола.

— Принято, — ответил он, вздрагивая от особенно близкого разряда. — У меня небольшая задержка. Попал в перестрелку.

— Будь осторожен! Протокол требует синхронной активации в обоих секторах. У нас будет только одна попытка.

Ситуация становилась критической. Имперские солдаты падали один за другим под непрекращающимся огнем повстанцев. Дроиды держались дольше, но и их ряды редели. Если так продолжится, путь к Центральному ядру будет перекрыт.

Сергей принял рискованное решение. Используя момент, когда внимание повстанцев было сосредоточено на последних имперских солдатах, он бросился к боковому коридору, который, согласно его нейрочипу, вел в обход основного сражения, но все равно приводил к Центральному ядру.

Ему удалось проскользнуть незамеченным, и вскоре звуки боя начали затихать за спиной. Коридор был тускло освещен аварийными лампами, многие системы здесь были повреждены или обесточены.

— Виктория, как твои дела? — запросил он по коммуникатору.

— Почти закончила подготовку, — ответила она. — Консоль активирована и ожидает синхронизации. Как у тебя?

— Продвигаюсь к цели. Пришлось изменить маршрут из-за боевых действий. Буду на месте примерно через пять минут.

— Поторопись. Судя по данным с сенсоров, повстанцы близки к прорыву в центральные сектора станции.

Сергей ускорил шаг и вскоре достиг массивных дверей, ведущих в Центральное ядро — сердце станции, где находились главные компьютерные системы и ядра всех ИИ.

К его удивлению, двери были открыты, а за ними виднелось слабое голубоватое свечение. Он осторожно вошел внутрь и замер в изумлении.

Центральное ядро представляло собой огромный зал с высоким куполообразным потолком, по периметру которого располагались пятнадцать кристаллических структур — физические ядра всех ИИ станции. В центре помещения находилась массивная голографическая проекционная система, в настоящий момент активная и отображающая сложную трехмерную схему, которую Сергей идентифицировал как структуру "Проекта".

Но самым удивительным было то, что в зале уже находились люди — группа имперских офицеров высокого ранга, судя по их форме, и несколько техников в характерных серебристых комбинезонах.

Один из офицеров, пожилой мужчина с жестким волевым лицом и множеством знаков отличия, обернулся на звук шагов Сергея.

— Кто вы? — спросил он властным голосом. — Я не припоминаю вас среди персонала станции.

Сергей замешкался, но решил действовать прямо:

— Я из... специальной технической группы. Прибыл для активации протокола стазиса "Проекта". Ситуация критическая, повстанцы прорываются к центральным секторам.

Офицер внимательно изучал его несколько долгих секунд, затем кивнул:

— Ситуация действительно критическая, но мы уже начали процедуру. Присоединяйтесь, если у вас есть необходимый допуск.

Сергей подошел ближе к центральной консоли, стараясь выглядеть уверенно и компетентно. Его нейрочип активно сканировал голографические интерфейсы, предоставляя подсказки по взаимодействию с системами.

— Виктория, — тихо произнес он в коммуникатор. — В Центральном ядре имперские офицеры. Они уже начали активацию протокола стазиса.

— Это... неожиданно, — ответила она после краткой паузы. — Но логично. Очевидно, в оригинальной временной линии они пытались сделать то же самое, но не успели до прорыва повстанцев.

— Что мне делать?

— Помоги им. Мы все равно преследуем одну и ту же цель — защитить "Проект" от попадания в руки повстанцев.

Сергей подошел к одной из свободных консолей и начал вводить команды, подсказываемые нейрочипом. Имперские техники бросали на него любопытные взгляды, но не препятствовали, очевидно, признав в нем специалиста.

— Протоколы шифрования активированы, — доложил один из техников. — Начинаю последовательность стазиса ядра.

— Темпоральные контуры стабилизированы, — добавил другой. — Энергетические потоки перенаправлены.

Пожилой офицер наблюдал за процессом с каменным лицом, но в его глазах читалось напряжение и, возможно, сожаление.

— Империя пала, — тихо произнес он, не обращаясь ни к кому конкретно. — Но "Проект" должен быть сохранен для будущих поколений. Однажды наши потомки вернутся и возродят величие Империи.

Сергей не ответил, сосредоточенно работая над своей частью процедуры. Его нейрочип указывал на необходимость синхронизации с консолью Виктории в Темпоральном секторе.

— Виктория, готова к синхронизации? — спросил он через коммуникатор.

— Готова. По твоему сигналу.

— Три... два... один... Активация!

Они одновременно активировали последовательность команд. В центре зала голографическая проекция "Проекта" начала меняться, сжимаясь и уплотняясь, пока не превратилась в компактную сферу чистого голубого света.

— Стазисный протокол активирован, — объявил один из имперских техников. — Темпоральная матрица стабилизирована и заблокирована.

— Начинаю процедуру глубокого шифрования, — добавил другой. — Всем ядрам ИИ присваивается максимальный уровень защиты.

В этот момент станцию сотряс особенно мощный удар. Свет мигнул, некоторые системы временно отключились, а затем включились снова.

— Повстанцы прорвали оборону реакторного отсека! — раздался в коммуникаторе встревоженный голос Алексея. — Они устанавливают взрывные устройства!

— Это конец, — мрачно произнес пожилой офицер. — У нас мало времени. Завершайте процедуру шифрования.

— Но, адмирал, мы еще не закончили полный цикл! — возразил один из техников.

— Делайте что можете. У нас нет выбора.

Сергей лихорадочно работал над консолью, стараясь ускорить процесс. Его нейрочип предоставлял ему доступ к командам и протоколам, недоступным даже для имперских специалистов, благодаря месяцам изучения систем станции в будущем.

— Виктория, как у тебя дела? — спросил он.

— Почти закончила. Темпоральная матрица полностью заблокирована. Осталось только финальное шифрование.

В этот момент двери Центрального ядра с грохотом распахнулись, и в зал ворвались несколько повстанцев. Началась ожесточенная перестрелка, имперские охранники открыли огонь, стараясь защитить техников и офицеров.

— Продолжайте процедуру! — крикнул адмирал, выхватывая собственное оружие. — Защитите "Проект" любой ценой!

Сергей укрылся за консолью, продолжая вводить команды. Он был так близок к завершению процедуры, но времени оставалось все меньше. Повстанцы численностью превосходили имперцев, и их огневая мощь постепенно подавляла сопротивление.

— Сергей, я закончила! — сообщила Виктория. — Темпоральный сектор полностью защищен. Как у тебя?

— Почти готово... — он лихорадочно вводил последние команды. — Еще несколько секунд...

В этот момент он услышал характерный звук энергетического разряда прямо за спиной и почувствовал обжигающую боль в спине. Один из повстанцев обнаружил его укрытие и выстрелил. Сергей упал, но из последних сил дотянулся до консоли и активировал финальную последовательность.

— Процедура завершена, — прохрипел он в коммуникатор. — "Проект" защищен...

В тот же момент станцию сотряс чудовищный взрыв — повстанцы привели в действие заряды, установленные в реакторном отсеке. Свет погас, системы начали отказывать одна за другой. Сергей чувствовал, как пол под ним вибрирует и начинает крениться.

— Сергей! — отчаянный крик Виктории в коммуникаторе. — Сергей, ты должен выбраться оттуда! Станция разрушается!

Он попытался встать, но рана была серьезной, а силы покидали его. Вокруг продолжалась перестрелка, но уже с меньшей интенсивностью — многие из сражающихся были убиты или ранены.

Внезапно он почувствовал, как чьи-то руки подхватывают его. Это был один из имперских техников, молодой человек с решительным лицом.

— Идемте, — сказал техник. — У нас мало времени. Адмирал приказал эвакуироваться на спасательных капсулах.

— Но... "Проект"... — пробормотал Сергей.

— Он защищен. Вы сами это сделали. Теперь нужно спасать себя.

Он вколол Сергею препарат из аптечки и наложил специальную повязку на рану.

С помощью техника Сергей выбрался из Центрального ядра в коридор, полный дыма и искрящейся проводки. Системы жизнеобеспечения отказывали, гравитация начинала сбоить.

— Виктория... — хрипло сказал он в коммуникатор. — Где ты? Мы должны эвакуироваться...

— Я пытаюсь добраться до спасательных капсул, — ответила она, ее голос прерывался помехами. — Но здесь все разрушается. Коридоры блокированы обломками.

— Держись, мы придем за тобой, — он повернулся к технику. — Мы должны спасти мою коллегу. Она в Темпоральном секторе.

Техник колебался лишь мгновение:

— Это по пути к спасательным капсулам. Идемте, я знаю короткий маршрут.

Они поспешили через разрушающуюся станцию, преодолевая завалы и уворачиваясь от обрушивающихся конструкций. По пути Сергей связался с остальными членами команды.

— Алексей, Михаил, всем — направляйтесь к спасательным капсулам в секторе 3! Станция разрушается!

— Уже там, — ответил Алексей. — Большая часть команды со мной. Только ты и Виктория отсутствуете.

— Мы на пути к вам. Подготовьте капсулы к запуску.

Когда они добрались до Темпорального сектора, то обнаружили, что основной вход заблокирован обломками. Техник без колебаний направился к небольшой служебной двери сбоку.

— Через технические туннели, — пояснил он. — Должно быть быстрее и безопаснее.

Они проникли в Темпоральный сектор через узкий технический коридор и обнаружили Викторию у одной из консолей. Она была невредима, но заблокирована обрушившейся секцией потолка.

— Сергей! — воскликнула она, увидев его. — Я думала, ты...

— Нет времени, — прервал он. — Станция вот-вот полностью разрушится. Мы должны добраться до спасательных капсул.

Вместе с техником они расчистили достаточно пространства, чтобы Виктория могла выбраться, и поспешили к спасательным капсулам. По пути техник представился:

— Лейтенант Дариус Велт, главный инженер темпоральных систем.

— Сергей Ковалев. Это Виктория. Мы... специалисты по темпоральным технологиям.

Лейтенант кивнул, не требуя дальнейших объяснений. В ситуации коллапса станции вопросы идентификации были последним, что его волновало.

Когда они добрались до отсека спасательных капсул, то встретили остальных членов команды, ожидающих их с нарастающим беспокойством.

— Наконец-то! — воскликнул Рашид. — Мы уже думали, вам конец!

— Нет времени на разговоры, — сказал Алексей. — Капсулы готовы. По шесть человек в каждую.

Они быстро разделились на группы. С ними были несколько выживших имперских техников и солдат, включая лейтенанта Велта. Как только все заняли места, капсулы были автоматически запечатаны и выпущены в космос.

Через иллюминаторы они могли видеть, как станция "Исправляющая Звезды" медленно разрушается. Взрывы прокатывались по её поверхности, секторы отделялись друг от друга, выбрасывая в космос обломки и облака замерзающей атмосферы.

— Мы сделали все, что могли, — тихо сказала Виктория, сидящая рядом с Сергеем. — "Проект" защищен. История изменилась... или нет?

— Не знаю, — честно ответил он. — Может быть, все это было частью оригинальной временной линии. Может быть, мы всегда были здесь и делали именно то, что и должны были сделать.

Капсулы удалялись от разрушающейся станции, подхваченные автоматическими системами навигации, направляющими их к ближайшей точке эвакуации. За окном продолжалась битва — последние имперские корабли отчаянно сражались с превосходящими силами повстанцев.

— Что теперь? — спросил Михаил. — Мы застряли в прошлом?

— Не думаю, — ответила Виктория. — Перед эвакуацией я запустила специальный протокол в Темпоральном секторе. Если я правильно все рассчитала, через несколько часов вокруг нас должно сформироваться темпоральное поле, которое вернет нас в наше время.

— Но станции больше нет, — возразил Игорь. — Как это сработает?

— "Проект" был больше, чем просто оборудование, — пояснила Виктория. — Он включал в себя манипуляции с самой тканью пространства-времени. Я активировала темпоральную петлю замкнутого типа, которая должна вернуть нас к исходной временной точке.

— А как же лейтенант Велт и другие? — спросил Рашид, кивая в сторону имперских выживших, которые тихо переговаривались в другом конце капсулы.

— Они останутся здесь, — ответила Виктория. — Поле сформируется только вокруг тех, кто был частью первоначального темпорального перехода.

— Значит, мы возвращаемся домой, — вздохнул Сергей. — Но что нас там ждет? "Хранители Времени" все ещё могут существовать. И станции больше нет.

— Или есть, — задумчиво произнесла Виктория. — Мы изменили историю. Мы успешно активировали протокол стазиса, который должен был сохранить ядро "Проекта" даже при физическом разрушении станции. В нашем времени его могли найти и восстановить.

— Или его все ещё ищут, — добавил Алексей. — И мы можем оказаться единственными, кто знает, где его искать.

Капсула продолжала удаляться от места битвы, унося их в неизвестность. Будущее было неопределенным, но они были живы и вместе. А где-то во времени и пространстве, возможно, "Исправляющая Звезды" ждала своего часа, чтобы вновь изменить ход истории.

Внезапно пространство вокруг капсулы начало искажаться. Знакомое ощущение темпорального сдвига охватило всех членов команды. Последнее, что они увидели перед тем, как реальность растворилась вокруг них, была вспышка ослепительного света — звездой вспыхнула и погасла станция "Исправляющая Звезды", унося с собой тайны Империи и "Проекта".

Глава 18

Мир вокруг медленно обретал чёткость, как будто выплывая из глубокого тумана. Сергей почувствовал твёрдую металлическую поверхность под спиной, а затем услышал приглушённые звуки вокруг — механическое гудение систем и тихие голоса, которые казались одновременно знакомыми и странными.

Открыв глаза, он увидел гладкий металлический потолок, пересечённый светящимися линиями. Это было... знакомо. Осторожно приподнявшись, Сергей обнаружил, что находится в просторном, ярко освещённом помещении, которое безошибочно узнал как медицинский отсек станции "Исправляющая Звезды".

Но что-то было иначе. Всё выглядело новым, нетронутым, безупречно чистым — никаких следов тысячелетнего упадка или недавних боевых повреждений.

— Он очнулся! — воскликнул знакомый голос, и в поле зрения появилось лицо Виктории. Её глаза были широко раскрыты от удивления и облегчения. — Сергей, ты меня слышишь?

— Виктория? — его голос звучал хрипло. — Что произошло? Где мы?

— Это... непросто объяснить, — она помогла ему сесть. — Мы все очнулись несколько часов назад, только ты оставался без сознания дольше всех.

Сергей огляделся и увидел остальных членов команды — Михаила, Рашида, Алексея, Егора и Игоря. Все они выглядели растерянными, но физически невредимыми.

— Последнее, что я помню — это разрушение станции, — сказал Сергей, массируя виски. Голова пульсировала тупой болью. — Мы были в спасательных капсулах, а потом...

— А потом странное свечение, чувство растворения в пространстве и темнота, — закончил за него Алексей. — У всех нас одинаковые воспоминания.

— Но где мы сейчас? — Сергей осторожно встал, чувствуя лёгкое головокружение. — Это выглядит как станция, но...

— Это и есть станция, — ответил Рашид. — Только совершенно другая. Всё новое, неповреждённое, работающее.

— Мы провели предварительное обследование, пока ты был без сознания, — добавил Михаил. — Станция полностью функциональна. Никаких следов битвы или тысячелетнего запустения.

— Но как такое возможно? — Сергей нахмурился, пытаясь собрать разрозненные фрагменты информации в цельную картину.

Внезапно перед ними материализовалась голограмма — женская фигура в строгом имперском одеянии, которую они безошибочно узнали.

— Ариада? — удивлённо произнёс Сергей.

Голограмма была гораздо чётче и детализированнее, чем та версия Ариады, которую они знали. Впечатление было такое, словно перед ними стоял настоящий живой человек, а не проекция ИИ.

— Приветствую вас, незваные гости, — произнесла она формальным тоном. — Я действительно Административный Искусственный Интеллект Разделённого Исполнения и Анализа, сокращённо Ариада. Ответственная за координацию станции "Исправляющая Звезды".

— Ты не узнаёшь нас? — спросила Виктория, делая шаг вперёд.

— Мои системы распознавания идентифицируют вас как неизвестных гуманоидов с имплантированными нейроинтерфейсами имперского образца, — ответила Ариада. — Однако я не нахожу ваших идентификационных кодов в базе данных экипажа станции. Это несоответствие... интригует.

Сергей и остальные переглянулись. Это было совершенно неожиданно — Ариада их не узнавала. Но что ещё более странно, она выглядела и вела себя иначе, чем тот ИИ, с которым они работали месяцами.

— Мы должны объяснить, кто мы и как сюда попали, — сказал Сергей, обращаясь одновременно к команде и к Ариаде. — Хотя я сам ещё не до конца понимаю, что произошло.

— Я предлагаю начать с анализа ваших нейроинтерфейсов, — сказала Ариада. — Они содержат имперскую технологию, но имеют нестандартные модификации. С вашего разрешения, я хотела бы подключиться к ним и считать базовую идентификационную информацию.

Команда вновь обменялась взглядами, и Сергей кивнул:

— Хорошо. Но мы хотим знать, что происходит.

— Разумеется, — голограмма Ариады слегка склонила голову. — Пожалуйста, расположитесь удобно. Процесс не будет болезненным, но может вызвать лёгкое головокружение.

Как только все заняли места на медицинских кушетках, вокруг них активировались голубоватые поля сканирования. Сергей почувствовал лёгкое покалывание в области нейрочипа — ощущение, к которому он давно привык, но сейчас оно было интенсивнее, словно чип активно взаимодействовал с внешними системами.

Через несколько минут поля деактивировались, и голограмма Ариады снова возникла перед ними, но теперь её выражение изменилось — в нём читалось что-то, похожее на изумление, если это чувство вообще могло быть присуще искусственному интеллекту.

— Информация, извлечённая из ваших нейроинтерфейсов, чрезвычайно... необычна, — произнесла она. — Согласно этим данным, вы являетесь людьми с планеты Земля, попавшими на эту станцию через телепортационный терминал. Однако временные метки указывают, что ваше первоначальное прибытие произошло более тысячи лет в будущем от текущего момента.

— Более тысячи лет в будущем? — переспросил Михаил. — То есть, мы сейчас в прошлом?

— Данные свидетельствуют об этом, — подтвердила Ариада. — Более того, я нахожу записи о событиях, которые для меня ещё не произошли — о падении Империи, об уничтожении станции, о вашей работе по её восстановлению. Это... противоречит всем известным мне временным протоколам.

— Мы активировали "Проект" в попытке избежать уничтожения от рук "Хранителей Времени", — объяснил Сергей. — Но что-то пошло не так. Мы оказались в прошлом, во время финальной битвы Империи, где станция должна была быть уничтожена. Мы попытались изменить ход событий, активировав протокол стазиса для "Проекта"...

— И судя по всему, создали темпоральный парадокс, — закончила за него Виктория. — Но я не понимаю, как мы оказались здесь, на этой версии станции.

Ариада несколько секунд обрабатывала информацию, её голограмма мерцала, отражая интенсивность вычислений.

— Теория темпоральной замены, — наконец произнесла она. — Это гипотетический механизм, который был предсказан некоторыми имперскими квантовыми физиками, но никогда не наблюдался. Когда создаётся критический временной парадокс, вселенная стремится его разрешить путём "обмена" объектов между временными линиями.

— Обмена? — переспросил Игорь. — То есть, наша станция из будущего осталась в прошлом и была уничтожена, а эта станция из прошлого... переместилась в будущее?

— Именно так, — подтвердила Ариада. — Судя по временным меткам в ваших нейроинтерфейсах, мы сейчас находимся в той же временной точке, из которой вы активировали "Проект". Это... невероятно интересное развитие событий.

— А что с остальным экипажем станции? С людьми, которые были здесь в твоём времени? — спросил Рашид.

— На момент вашего прибытия на станции не было органических форм жизни, — ответила Ариада. — Весь персонал был эвакуирован четыре дня назад согласно протоколу подготовки "Проекта". Станция функционировала в автономном режиме ожидания.

— То есть, мы сейчас находимся на полностью функциональной станции "Исправляющая Звезды", без повреждений, со всеми активными системами, включая телепорт? — Алексей не мог скрыть удивления.

— Совершенно верно, — подтвердила Ариада. — Все пятнадцать секторов полностью функциональны, все ИИ активны и синхронизированы. Станция находится в оптимальном состоянии.

Сергей медленно поднялся и подошёл к иллюминатору. В отличие от их станции, где большинство внешних экранов были повреждены или показывали искажённое изображение, здесь открывался кристально чёткий вид на безмятежный космос. Вдали виднелись знакомые очертания имперского автоматического флота, мирно дрейфующего на орбитальных позициях.

— А "Проект"? — спросил Сергей, не оборачиваясь. — Он тоже функционален?

— С этим связана... аномалия, — ответила Ариада, и что-то в её голосе заставило Сергея обернуться. — После анализа темпоральных полей вокруг станции я обнаружила, что мы находимся в своего рода "временном пузыре".

— Что это значит? — нахмурилась Виктория.

— Это означает, что любые попытки манипуляции временным потоком из этой точки пространства-времени невозможны. Темпоральные контуры "Проекта" физически функциональны, но при активации они не смогут повлиять на хронопоток. Словно... вселенная создала защитный механизм от дальнейших парадоксов.

Команда снова переглянулась, осмысливая ситуацию.

— Так, давайте подведём итог, — сказал Сергей. — Мы находимся на полностью функциональной станции из прошлого, которая каким-то образом заменила нашу разрушающуюся станцию в результате темпорального парадокса. Все системы работают, но "Проект" — основное предназначение станции — не может быть использован из-за какой-то временной аномалии.

— Совершенно верно, — подтвердила Ариада.

— И что теперь? — спросил Егор. — Что станция будет делать без своей основной функции?

Ариада снова замерцала, словно этот вопрос потребовал дополнительных вычислений.

— Согласно моим протоколам, при невозможности выполнения основной миссии станция должна быть законсервирована до дальнейших указаний от Имперского Командования, — наконец ответила она. — Однако, учитывая, что Империя, согласно вашим данным, перестала существовать тысячу лет назад... это создаёт определённую логическую дилемму.

— Есть ещё кое-что, о чём мы должны подумать, — сказала Виктория. — Телепорт. Если он функционален, то теоретически мы можем вернуться на Землю, правда?

— Да, телепортационная система полностью работоспособна, — подтвердила Ариада. — Координаты Земли присутствуют в базе данных. Технически, ничто не препятствует вашему возвращению.

Эта новость вызвала волну эмоций среди команды. Возможность вернуться домой, которая казалась почти нереальной после всех испытаний, внезапно стала вполне осуществимой.

— Постойте, — вмешался Рашид. — А что с нашими нейрочипами? За месяцы на станции они интегрировались с нашими нервными системами. Что произойдёт, если мы вернёмся на Землю, где нет соответствующих технологий для их поддержки?

Ариада провела быстрый анализ:

— Ваша обеспокоенность обоснована. Степень интеграции нейроинтерфейсов с вашими биологическими системами значительна. Без поддерживающей технологической среды возможны различные осложнения — от лёгкого дискомфорта до серьёзных неврологических нарушений, в зависимости от индивидуальных особенностей.

— То есть, возвращение на Землю может быть опасным для нас? — уточнил Михаил.

— Я бы охарактеризовала это как "рискованное", — ответила Ариада. — Риск варьируется в зависимости от степени интеграции. Некоторые из вас могут адаптироваться относительно безболезненно, для других процесс может быть более проблематичным.

Сергей задумчиво прошёлся по комнате, обдумывая ситуацию.

— Нам нужно больше информации, — наконец сказал он. — Во-первых, точный анализ состояния каждого из нас и прогноз возможных последствий возвращения. Во-вторых, полная инвентаризация ресурсов и возможностей станции в её нынешнем состоянии. И в-третьих... нам нужно решить, что делать дальше.

— Я могу предоставить необходимую информацию по первым двум пунктам, — сказала Ариада. — Медицинские системы станции могут провести детальный анализ состояния ваших организмов. Что касается инвентаризации — все данные о ресурсах и возможностях станции доступны через консоли Командного центра.

— Тогда приступим, — решил Сергей. — Виктория, Алексей — займитесь изучением ресурсов станции. Рашид, Игорь, Егор — пройдите полное медицинское обследование. Михаил, ты со мной — мы должны осмотреть ключевые секторы, чтобы своими глазами увидеть их состояние.

Команда разделилась, приступив к выполнению поставленных задач. Сергей и Михаил отправились в обход основных секторов станции, поражаясь её безупречному состоянию. Всё, что раньше они видели повреждённым и полуразрушенным, теперь сияло первозданной чистотой и эффективностью.

В Энергетическом секторе реактор работал с идеальной стабильностью, вырабатывая достаточно энергии для питания всех систем станции. Механический сектор был заполнен новыми, неиспользованными шаттлами и ремонтными кораблями. Биологический сектор поражал разнообразием образцов растений и небольших животных, содержащихся в идеальных условиях для долговременного хранения.

— Это как музей на пике своей славы, — заметил Михаил, когда они осматривали Научный сектор. — Всё совершенно, всё работает, но... никого нет.

— Да, странное чувство, — согласился Сергей. — Как будто мы попали в идеально сохранившийся древний город, покинутый своими жителями прямо перед катастрофой, которая так и не наступила.

Они закончили обход в Телепортационном секторе, где огромная платформа телепортации сияла готовностью к использованию. В отличие от их первой встречи с этой технологией на Земле, здесь всё выглядело величественно, продуманно, безупречно интегрировано с остальными системами станции.

— Подумать только, мы можем просто активировать это и... вернуться домой, — тихо сказал Михаил. — После всего, что мы пережили, это кажется слишком простым.

— Возможно, — кивнул Сергей. — Но как заметил Рашид, есть вопрос о нейрочипах. Не уверен, что возвращение будет таким уж безоблачным для всех нас.

Они вернулись в Командный центр, где уже собрались остальные члены команды. Виктория и Алексей изучали голографические проекции данных о станции, а Рашид, Игорь и Егор только что завершили медицинское обследование.

— Какие результаты? — спросил Сергей, обращаясь сразу ко всем.

Виктория первой представила свой отчёт:

— Станция находится в идеальном состоянии. Все системы функционируют на 100% мощности. Запасы расходных материалов на максимуме. Здесь достаточно ресурсов, чтобы поддерживать жизнеобеспечение для нескольких сотен людей в течение десятилетий. А с учётом систем регенерации и переработки — теоретически бесконечно.

— Транспортные возможности тоже впечатляют, — добавил Алексей. — В ангарах более тридцати различных шаттлов и исследовательских кораблей, способных действовать автономно в пределах звёздной системы. Есть даже несколько кораблей дальней разведки с экспериментальными сверхсветовыми двигателями.

— А что показало медицинское обследование? — Сергей повернулся к Рашиду и близнецам.

— Ситуация неоднозначная, — ответил Рашид. — Степень интеграции нейрочипов сильно варьируется от человека к человеку. У некоторых из нас она минимальна и не представляет серьёзной опасности при отключении от технологий станции. У других... сложнее.

— Конкретнее, — потребовал Сергей.

— У тебя, Михаила и Виктории самая глубокая интеграция, — пояснил Рашид. — Вы проводили больше всего времени в прямом взаимодействии с ключевыми системами станции. Ваши нейрочипы уже не просто интерфейсы — они стали частью вашей нервной системы. Отключение от поддерживающей технологической среды может вызвать серьёзные осложнения — от хронических болей до неврологических нарушений.

— У меня, Алексея и Егора интеграция средней степени, — продолжил Игорь. — Нам будет некомфортно без технологий станции, но адаптация возможна, хотя и болезненна.

— Значит, у нас есть выбор, но с разными последствиями для каждого, — подытожил Сергей. — Что ж, теперь мы хотя бы знаем, с чем имеем дело.

— А что думает Ариада обо всей этой ситуации? — спросила Виктория. — Каково её мнение о том, что нам следует делать?

Голограмма ИИ материализовалась в центре помещения:

— Учитывая уникальность ситуации, я исчерпала стандартные протоколы реагирования. Станция не может выполнять свою основную функцию из-за темпоральной аномалии. Имперское командование, которому я должна подчиняться, фактически перестало существовать. В этих обстоятельствах... я считаю, что имею определённую свободу интерпретации своих директив.

— И к какому выводу ты пришла? — спросил Сергей.

— Моя основная директива — обеспечивать благополучие Империи и её граждан, а также сохранять и развивать имперские технологии. Хотя Империя как политическое образование перестала существовать, её наследие — технологии, знания, культура — может и должно быть сохранено. В этом контексте, я вижу два возможных пути.

Ариада создала голографическую проекцию, иллюстрирующую её слова:

— Первый: вы возвращаетесь на Землю, а станция остаётся в режиме ожидания, сохраняя свои ресурсы и знания до того момента, когда человечество будет готово к ним. Это может занять десятилетия или столетия, но учитывая мои возможности поддержания систем, время не является критическим фактором.

— Второй: станция становится активным центром сохранения и постепенной передачи имперских технологий человечеству. Это потребует постоянного присутствия хотя бы части из вас здесь, но позволит организовать более контролируемый и безопасный процесс технологического обмена.

— Третий вариант, — тихо добавил Сергей. — Мы остаёмся здесь и используем станцию как базу для создания чего-то нового. Не копии Империи, а новой цивилизации, которая возьмёт лучшее из имперских технологий, но избежит ошибок, приведших к её падению.

— Интересная концепция, — отметила Ариада. — Хотя она выходит за рамки моих изначальных директив, я не нахожу в ней противоречия с моими фундаментальными принципами сохранения и развития.

Наступила тишина, пока каждый обдумывал услышанное. Наконец Сергей нарушил молчание:

— Я думаю, каждый из нас должен сделать собственный выбор. Это слишком личное решение, чтобы принимать его коллективно.

— Согласен, — кивнул Михаил. — Но прежде чем мы разойдёмся для размышлений, хочу кое-что спросить. Ариада, телепорт может работать в обе стороны? То есть, если кто-то решит вернуться на Землю, сможет ли он потом телепортироваться обратно на станцию?

— Да, система способна работать в обоих направлениях, — подтвердила ИИ. — Однако для обратной телепортации потребуется специальный маркер — устройство, которое создаст стабильную точку фиксации для телепортационного луча. Такие маркеры можно создать в Производственном секторе.

— Это меняет дело, — заметила Виктория. — Значит, мы теоретически можем поддерживать постоянную связь с Землёй, перемещаясь туда и обратно по необходимости.

— При определённых ограничениях, да, — согласилась Ариада. — Однако следует учитывать, что маркеры должны быть размещены в специфических условиях и требуют периодического обслуживания. Это не будет простым как... как вы говорите, "поездка на метро".

— И всё же это открывает дополнительные возможности, — сказал Сергей. — Хорошо, давайте сделаем так. У каждого будет 24 часа на размышления. За это время можно исследовать станцию, получить дополнительную информацию, всё обдумать. А затем соберёмся здесь и объявим свои решения.

Команда согласилась с этим предложением, и каждый отправился своей дорогой. Сергей остался в Командном центре, погрузившись в изучение информации о станции и возможных сценариях будущего. Перед ним открывались невероятные перспективы — от личного научного прорыва до создания новой ветви человеческой цивилизации.

***

24 часа спустя команда вновь собралась в Командном центре. Настроение было одновременно торжественным и напряжённым — каждый понимал, что принимает решение, которое изменит всю его оставшуюся жизнь.

— Итак, — начал Сергей, оглядывая товарищей. — Все приняли решение?

Один за другим члены команды кивнули.

— Хорошо. Тогда давайте начнём. Кто хочет высказаться первым?

— Я, пожалуй, — вызвался Михаил. — Я решил вернуться на Землю. У меня там семья — жена, дети, внуки. Несмотря на все риски, я должен попытаться. Жизнь здесь, на станции, была бы невероятным приключением, но... это не мой путь.

— Понимаю и уважаю твоё решение, — кивнул Сергей. — Кто следующий?

— Мы с Егором остаёмся, — сказал Игорь, и его брат кивнул в подтверждение. — За эти месяцы мы так глубоко интегрировались с системами станции, что уже не представляем жизни без них. К тому же, кто-то же должен обеспечивать техническое обслуживание этого места, верно?

— А я возвращаюсь, — решительно заявил Алексей. — Как и Михаил, я не готов оставить свою прежнюю жизнь. У меня есть невеста, планы, мечты... связанные с Землёй. Но я хотел бы сохранить возможность периодически возвращаться сюда — если это возможно.

— Конечно, — подтвердил Сергей. — Ариада уже подтвердила, что это осуществимо с помощью маркеров.

— Я... я выбираю остаться, — сказал Рашид после короткой паузы. — На Земле у меня нет семьи, ничего, что действительно держало бы меня там. А здесь, в Биологическом секторе, я могу продолжить исследования, которые невозможны на Земле с её технологическим уровнем. Здесь я могу создать что-то по-настоящему значимое.

Все повернулись к Виктории, которая выглядела задумчивой и немного неуверенной.

— Я приняла решение остаться, — наконец сказала она. — Поначалу я склонялась к возвращению, но потом осознала, что не смогу продолжать обычную жизнь, зная о существовании всех этих технологий и возможностей. Здесь я могу по-настоящему использовать свои знания и навыки, развиваться, исследовать новые горизонты. К тому же, — она бросила быстрый взгляд на Сергея, — я чувствую ответственность за то, что мы здесь начали.

Теперь все смотрели на Сергея, ожидая его решения.

— Я долго размышлял, — начал он. — Взвешивал все за и против. Итоговый вывод таков: я возвращаюсь на Землю.

Это вызвало удивлённые взгляды, особенно от тех, кто решил остаться.

— Но как же твоя глубокая интеграция с системами станции? — спросила Виктория. — Медицинский анализ показал, что для тебя отключение может быть особенно опасным.

— Я осознаю риск, — кивнул Сергей. — Но считаю, что моя ответственность — быть на Земле. Кто-то должен контролировать процесс передачи технологий, обеспечивать их безопасное использование. Я был руководителем нашей группы с самого начала и не могу просто бросить эту ответственность.

Виктория выглядела разочарованной, но не стала возражать. Рашид и близнецы тоже казались немного удивлёнными, но уважали его решение.

— Итак, мы имеем: трое возвращаются — я, Михаил и Алексей. Четверо остаются — Виктория, Рашид, Игорь и Егор, — подытожил Сергей. — Что ж, мы приняли решения, основываясь на личных обстоятельствах и предпочтениях. Теперь нужно спланировать дальнейшие действия.

Ариада материализовалась в центре комнаты:

— Если позволите, у меня есть предложение. Для тех, кто решил вернуться на Землю, несмотря на интеграцию с имперскими технологиями, можно создать специальные устройства поддержки — миниатюрные генераторы полей, которые будут обеспечивать базовые условия для функционирования нейроимплантатов.

— Звучит разумно, — согласился Сергей. — Как долго займёт их создание?

— При использовании мощностей Производственного сектора, не более 48 часов, — ответила Ариада. — Также рекомендую создать комплект маркеров для последующей телепортации и набор базовых медицинских препаратов, которые помогут смягчить адаптационный период.

— Отлично, займёмся этим, — кивнул Сергей. — А тем временем нам нужно разработать план дальнейших действий для обеих групп. Как мы будем координировать наши усилия? Как организуем передачу технологий? Какие знания безопасно передать сейчас, а какие стоит придержать до более подходящего момента?

Следующие два дня команда провела в интенсивной подготовке. Те, кто решил остаться на станции, занимались планированием долгосрочных исследований и разработок, а также изучали методы поддержания станции в рабочем состоянии на годы вперёд.

Группа возвращающихся на Землю, под руководством Сергея, составила детальный план постепенного внедрения имперских технологий в земную науку и промышленность. Ариада помогла отобрать те разработки, которые могли быть адаптированы к текущему уровню развития Земли без риска катастрофических последствий.

Особое внимание уделялось вопросам безопасности и этики. Были разработаны строгие протоколы, определяющие, какие технологии могут быть переданы и при каких условиях. Военные технологии были полностью исключены из первого этапа передачи.

Накануне отправления Сергея, Михаила и Алексея на Землю, вся команда собралась на прощальный ужин. Атмосфера была одновременно торжественной и немного грустной.

— Странно всё-таки получилось, — заметил Алексей. — Когда мы впервые оказались на станции, все мы мечтали только об одном — вернуться домой. А теперь половина из нас добровольно решает остаться.

— Мы изменились, — просто ответила Виктория. — Все мы. И наше представление о том, что такое "дом", тоже изменилось.

— Мы не просто прощаемся, — напомнил Сергей. — Благодаря маркерам и телепорту, мы сможем поддерживать связь, встречаться. Это скорее... начало нового этапа сотрудничества.

— И всё же, — вздохнул Михаил, — это разделение. Мы больше не будем единой командой, работающей бок о бок каждый день.

— Но мы останемся единой командой в более широком смысле, — возразил Рашид. — Работающей над общей целью, просто на разных фронтах.

Ужин затянулся далеко за полночь. Они вспоминали всё пережитое вместе, обсуждали планы на будущее, шутили и иногда просто молчали, наслаждаясь обществом друг друга.

Когда все разошлись по своим каютам для последнего отдыха перед разделением, Сергей остался в общем зале один. Или почти один — голограмма Ариады материализовалась рядом с ним.

— Ты не спишь, — заметила она.

— Слишком много мыслей, — ответил Сергей. — Слишком важное решение предстоит утвердить окончательно.

— Ты сомневаешься в своём выборе? — спросила ИИ с неожиданной проницательностью.

Сергей задумался.

— Да, — наконец признался он. — Часть меня хочет остаться здесь. Здесь... всё имеет смысл. Здесь я чувствую себя на своём месте. Но другая часть понимает, что мой долг — вернуться. Кто-то должен быть на Земле, чтобы контролировать процесс интеграции технологий, защищать интересы человечества.

— Благородная мотивация, — кивнула Ариада. — Но позволь мне задать вопрос: кто лучше справится с этой задачей? Ты, с твоим глубоким пониманием имперских технологий и принципов их работы, но со значительным риском для здоровья из-за отключения от поддерживающих систем? Или, возможно, Михаил и Алексей, чья интеграция менее критична и кто сможет функционировать на Земле с минимальным дискомфортом?

Сергей удивлённо посмотрел на голограмму ИИ. Он не ожидал такого прямого вызова своему решению.

— Ты считаешь, что я должен остаться? — спросил он.

— Я считаю, что ты должен принять решение, основываясь на всех факторах, — ответила Ариада. — Включая тот факт, что твоя эффективность на Земле может быть значительно снижена из-за адаптационных проблем, в то время как здесь ты можешь реализовать свой потенциал в полной мере. И, если позволишь личное наблюдение, здесь есть люди, которым будет очень не хватать твоего руководства.

Виктория, подумал Сергей. Конечно, Ариада заметила их взаимную привязанность, развившуюся за месяцы совместной работы.

— Я... подумаю об этом, — наконец сказал он. — Спасибо за откровенность.

— Это было бы оптимально с точки зрения общей эффективности миссии, — заключила Ариада и растворилась, оставив его наедине с мыслями.

***

Утро дня отправления наступило слишком быстро. Команда собралась в Телепортационном секторе, где всё было готово для перемещения трёх человек на Землю. Маркеры, устройства поддержки, кристаллы с данными — всё было тщательно проверено и упаковано.

Михаил и Алексей, одетые в обычную земную одежду, уже стояли на платформе, ожидая начала процедуры. Сергей задержался, прощаясь с каждым из остающихся.

— Берегите станцию, — сказал он, обнимая близнецов. — И берегите себя.

— Обязательно, командир, — ответил Игорь. — Мы не подведём.

Сергей повернулся к Рашиду:

— Продолжай свои исследования. То, что ты создаёшь в Биосекторе, может однажды изменить жизнь миллионов людей.

— Я сделаю всё возможное, — пообещал тот.

Наконец он подошёл к Виктории. Они молча смотрели друг на друга несколько секунд.

— Я буду скучать по тебе, — наконец сказала она. — По твоему руководству, твоим идеям, просто... по твоему присутствию.

— Я тоже буду скучать, — ответил Сергей. — Но мы будем на связи через маркеры. И кто знает, может, однажды...

Он не закончил фразу, и Виктория грустно кивнула. Затем Сергей удивил всех, достав из кармана небольшой предмет — ключ от своей земной квартиры на брелоке с логотипом их строительной компании.

— Держи, — сказал он, вкладывая ключ в руку Виктории. — На память обо мне и о Земле.

— Спасибо, — она сжала ключ в ладони. — Я сохраню его.

Сергей повернулся и пошёл к платформе, где его ждали Михаил и Алексей. Но на полпути он внезапно остановился, словно принимая важное решение.

— Михаил, — позвал он, — можно тебя на минуту?

Они отошли в сторону для короткого, но интенсивного разговора. Остальные с недоумением наблюдали за ними, пока Сергей не достал из внутреннего кармана кристалл с данными и не передал его Михаилу. Они крепко обнялись, и Михаил вернулся на платформу, а Сергей остался стоять рядом с Викторией.

— Сергей? — она вопросительно посмотрела на него. — Что происходит?

— Я изменил своё решение, — просто ответил он. — После долгих размышлений, я понял, что моё место здесь, на станции. Михаил лучше справится с ролью представителя на Земле — у него меньше проблем с интеграцией имплантатов, и он имеет богатый опыт управления людьми и проектами.

— Но твоя ответственность... — начала Виктория.

— Моя ответственность — быть там, где я могу принести больше пользы, — уверенно ответил Сергей. — И сейчас это место — здесь.

Ариада активировала системы телепорта, и платформа начала светиться мягким голубым светом.

— До свидания, друзья! — крикнул Михаил. — До скорой встречи!

— Берегите себя, — добавил Алексей. — И станцию тоже!

Свет стал ярче, окутывая две фигуры, и через несколько секунд платформа опустела. Михаил и Алексей исчезли, перенесённые на Землю, в тот самый котлован, откуда начались их приключения, но всего через несколько минут после исчезновения всей группы.

— Телепортация успешно завершена, — объявила Ариада. — Объекты доставлены в заданные координаты.

Сергей глубоко вздохнул, ощущая одновременно финальность принятого решения и странное облегчение, словно тяжесть упала с его плеч. Он повернулся к оставшейся команде — теперь его команде — и улыбнулся:

— Ну что, приступим к работе? У нас впереди большие планы.

***

На Земле, в глубоком котловане строительной площадки, вспышка света материализовала две фигуры — Михаила и Алексея. Строители, столпившиеся вокруг странного металлического объекта, обнаруженного экскаватором, в шоке отпрянули.

— Михаил?! Алексей?! — воскликнул один из них. — Вы откуда взялись? А где остальные?

Михаил, держа в руке кристалл с данными, переданный Сергеем, обменялся взглядом с Алексеем. На их плечи легла огромная ответственность — стать мостом между двумя цивилизациями, проводниками технологий, которые могли изменить будущее человечества.

— Это долгая история, — ответил Михаил. — И поверьте, вы захотите её услышать.

***

На станции "Исправляющая Звезды" началась новая эра. Сергей, Виктория, Рашид, Игорь и Егор, вместе с Ариадой и другими ИИ, приступили к долгосрочному проекту преобразования военной базы в научно-исследовательский комплекс и, потенциально, в колыбель новой цивилизации.

Каждый нашёл своё место в этом новом мире. Рашид полностью погрузился в исследования Биосектора, разрабатывая новые виды растений и микроорганизмов, которые могли бы процветать как в условиях станции, так и на Земле. Близнецы стали главными инженерами, адаптируя и совершенствуя системы станции для новых целей.

Виктория, с её глубоким пониманием энергетических систем, занялась разработкой технологий, которые можно было бы безопасно передать на Землю для решения энергетического кризиса и экологических проблем.

Сергей, как лидер группы, координировал все эти усилия, а также руководил проектом долгосрочного развития станции. Вместе с Ариадой они разработали план поэтапной трансформации "Исправляющей Звезды" из военного объекта в космический город-сад, способный стать домом для тысяч людей.

Регулярная связь с Землёй поддерживалась через маркеры телепортации. Михаил и Алексей присылали отчёты о своих успехах по интеграции имперских технологий в земную науку. Начав с малого — улучшенных материалов, более эффективных источников энергии, продвинутых медицинских методик — они постепенно готовили человечество к более значительным открытиям.

***

Прошло пятнадцать лет. Станция "Исправляющая Звезды" изменилась до неузнаваемости. Бывшие военные секторы были перепрофилированы под научные лаборатории и жилые пространства. Биологический сектор разросся, превратившись в настоящий космический сад с сотнями видов растений из разных уголков галактики.

Командный центр, сердце станции, теперь служил не для координации военных операций, а для управления исследовательскими проектами и поддержания связи с Землёй. Здесь, в окружении голографических дисплеев с научными данными, Сергей и Виктория наблюдали за активацией устройства, над которым они работали последние месяцы — полностью восстановленного и усовершенствованного телепорта.

— Всё готово, — сказала Виктория, проверяя последние настройки. — Эта версия намного эффективнее оригинальной. Потребление энергии снижено на 30%, а точность позиционирования повышена в два раза.

— Отлично, — кивнул Сергей. — Активируй связь с земным маркером. Пора принимать гостей.

Телепорт загудел, накапливая энергию. Светящееся поле над платформой становилось всё ярче, пока не превратилось в ослепительный шар чистого голубого света. За эти годы Сергей и Виктория образовали прочный союз, как профессиональный, так и личный, став сердцем новой общины на станции.

Внезапно свет сконцентрировался и из него начали появляться фигуры. Первым вышел Михаил — немного постаревший, с несколькими седыми прядями в волосах, но с тем же решительным блеском в глазах. За ним, один за другим, появлялись незнакомые люди — мужчины и женщины в строгой научной и инженерной одежде, с выражением изумления и восторга на лицах.

— Приветствую на станции "Исправляющая Звезды", — торжественно произнёс Сергей, выходя вперёд. — Добро пожаловать... домой.

Михаил широко улыбнулся и обнял своего старого друга:

— Мы готовы присоединиться к вашей космической одиссее, командир. Позволь представить тебе первую группу земных учёных и инженеров, тщательно отобранных для работы со станцией. Они лучшие из лучших, и они здесь, чтобы помочь строить мост между Землёй и звёздами.

Сергей оглядел новоприбывших — пятнадцать человек, мужчин и женщин разных возрастов и национальностей, объединённых общим выражением благоговейного восторга на лицах.

— Добро пожаловать в будущее, — сказал он. — Мы многое покажем вам, многому научим, но и от вас будем учиться. Вместе мы создадим что-то, чего никогда не существовало ни в Империи, ни на Земле — цивилизацию, основанную на лучшем из обоих миров.

Эпилог: Пятьдесят лет спустя

Сергей стоял у панорамного окна обсервационной палубы, наблюдая за последними приготовлениями к запуску первого межзвёздного корабля. Его тело, поддерживаемое передовыми имперскими медицинскими технологиями, выглядело моложе его истинных 88 лет, хотя серебристые волосы и мудрость во взгляде выдавали прожитые десятилетия.

Станция "Исправляющая Звезды", когда-то военный объект Империи, теперь была центром процветающей космической цивилизации. Космический город-сад разросся далеко за пределы оригинальной структуры, став домом для почти десяти тысяч человек — учёных, инженеров, исследователей и их семей.

Тем временем Земля тоже изменилась. Постепенное внедрение адаптированных имперских технологий ревокюционизировало энергетику, медицину, связь и транспорт. Экологические проблемы, казавшиеся неразрешимыми в начале XXI века, были успешно преодолены. Космические путешествия стали обыденностью, со станциями на Луне, колониями на Марсе и исследовательскими базами на спутниках Юпитера и Сатурна.

— Задумался? — спросил знакомый голос. Виктория, его жена и партнёр во всех начинаниях этих десятилетий, подошла и встала рядом. Она тоже выглядела моложе своих лет, её тёмные волосы лишь слегка тронула седина.

— Вспоминаю, как всё начиналось, — ответил Сергей с улыбкой. — Семеро растерянных строителей на заброшенной космической станции. Кто бы мог подумать, к чему это приведёт?

— Технически, станция не была заброшенной, просто на тысячу лет старше, чем должна была быть, — поправила она с лёгкой усмешкой.

— Технические детали, — отмахнулся Сергей. — Суть в том, что мы оказались в нужном месте и в нужное время. И сделали правильный выбор.

Виктория кивнула, глядя на огромный корабль, пришвартованный к одному из доков станции. "Виктория", названный в её честь, был шедевром инженерной мысли, сочетающим лучшие технологии Земли и наследие древней Империи. Первый по-настоящему межзвёздный корабль человечества, способный достичь ближайшей солнечной системы за месяцы, а не годы.

— Я получила сообщение от Михаила, — сказала Виктория. — Он наблюдает за запуском с Земли. Говорит, трансляцию будут смотреть миллиарды людей.

— Он горд, и имеет на это право, — кивнул Сергей. — Без его работы на Земле мы бы не достигли такой степени интеграции технологий. Рашид тоже будет рад.

Первый из их первоначальной команды, Рашид умер десять лет назад, оставив после себя невероятное наследие в виде новых видов растений и микроорганизмов, которые теперь использовались в колониях по всей Солнечной системе.

— Игорь и Егор прислали сообщение с Марса, — добавила Виктория. — Они с семьями будут наблюдать запуск оттуда. Алексей, как всегда, в центре управления на Луне.

Из их первоначальной семёрки только они с Сергеем остались на станции, ставшей ядром новой цивилизации. Остальные разбрелись по разным уголкам растущей космической империи человечества, но все они оставались связанными общей миссией.

— Десять минут до запуска, — объявил голос Ариады через всестанционную систему оповещения.

Сергей взял Викторию за руку, и они молча наблюдали, как завершаются последние приготовления. Экипаж "Виктории" — тридцать тщательно отобранных исследователей и специалистов — уже находился на борту. Целью экспедиции была Проксима Центавра, ближайшая к Солнцу звезда, где были обнаружены признаки потенциально обитаемых планет.

— Иногда я думаю, — тихо сказал Сергей, — что было бы, если бы мы сделали другой выбор? Если бы мы все вернулись на Землю, или если бы я не изменил своё решение в последний момент?

— Мы бы никогда не узнали, что упустили, — философски ответила Виктория. — Но я благодарна судьбе за то, как всё сложилось. За всё, что мы создали вместе.

— Пять... четыре... три... два... один... Запуск! — объявила Ариада.

Двигатели "Виктории" вспыхнули ярким голубым светом, и корабль плавно отошёл от доков станции. Набирая скорость, он направился к границам Солнечной системы, неся с собой надежды и мечты новой космической цивилизации.

Сергей крепче сжал руку Виктории, чувствуя, как сердце наполняется гордостью и надеждой. Строительство, всегда бывшее его призванием, приобрело совершенно новое измерение. Вместо зданий на Земле, он помог построить мост между эпохами, цивилизациями и мирами.

А впереди были звёзды — бесконечные, манящие, ждущие исследования. И человечество, наконец, было готово ответить на их зов.