Исповедь искусителя

Прролог

Она, конечно, дико суеверна:

Заплёвано всё левое плечо!

Мне очень сыро, холодно и скверно

В слюнях её, а главное: за чо?

Моя работа – предлагать соблазны,

Но чёрный кот гулял, как Бог его пошлёт!

Зачем же в это время надо сразу

Плевать мне в душу, если я и чёрт?!

Тринадцатой маршруткою не ездит,

С постели левою ногою не встаёт!

И в каждом новом непривычном месте

Всего меня, зараза заплюёт!

А я стараюсь, видит Бог, стараюсь!

Нашёптываю в ухо ей соблазн,

Но всё равно с работой не справляюсь,

Хотя с другими получалось, и не раз…

Такую фифу соблазнишь, пожалуй,

Железный Феликс сдался бы давно!

Другая бы от радости визжала,

А эта смотрит на мужчин, как на говно!

И пить не пьёт, и ни хрена не курит,

Ну, разве матерком слегка плеснёт!

Чего ж такого надо этой дуре?

Не колется, не курит и не пьёт!

Не лжива, не ворует, не гуляет,

На чём же взять? Где слабое звено?

Нашёл: посты она не соблюдает,

И в церкви не была уже давно!

А деньги ценит, но не одержима,

Да и сказать по правде, что свои…

Но я уверен неопровержимо:

Она б не отказалась от любви!

Ох, это трудно, даже невозможно!

На деньги, на гордыню или лень,

Ловить легко, ведь это всё безбожно!

А над любовью кружит Божья сень!

Попробую, однако потягаться,

А вдруг, да выгорит? Уж, чтоб наверняка -

Ударюсь оземь, превращусь в красавца,

Но с этой, лучше просто в мужика…

…Неделя минула, за ней пошла другая,

Она здороваться хотя бы начала!

Я, как подросток от любви изнемогаю,

И сам не понял, чем меня взяла?

Но в черти мне назад теперь не нужно,

Я с ней хочу все дни свои прожить,

С любовью, верностью и счастливо, и дружно,

Быть честным, а не грязно совратить.

И уберечь её от всех иных соблазнов,

Быть рядом с ней защитой и ещё,

Чтобы она не вспомнила ни разу,

Зачем плевать на левое плечо…

Если Вы это читаете, значит, мои дневники, всё-таки не канули в лету! Вы их нашли! О чём они? О любви! Вы, наверное, представляете, как это чувство меняет человека? Это редкое прекрасное явление, чудо! А, если Вы не человек? Можете ли Вы любить? И, если можете, то, что с Вами происходит? Я прошёл этот путь и рассказал о нём здесь…

Эту мою исповедь в дневниках я оставляю только Вам, больше её никто не увидит…

Не удивляйтесь, что рассказ записан местами в настоящем времени, дневники есть дневники, всё по горячим следам. К тому же, это добавит волнений, будто бы Вы участвуете в событиях вместе со мной, и всё ещё может случиться в любой момент…

Глава 1.

Привет! Давайте знакомиться, я - Лукавый, ну, чтобы не навлечь беду - Неназываемый! Ха-ха-ха! Думаю, Вы представили сразу косматое чудо из старого фильма Александра Роу «Вечера́ на ху́торе близ Дика́ньки», угадал? Так и думал! Конечно: рожки, копытца, вместо носа пятак свинячий и длинный мерзкий хвост с кисточкой! Наивные людишки! Всё совсем не так очевидно!

Я – дух, низменный, конечно, а не святой, субстанция, так сказать, которая может облекаться в любую форму. Трудновато представить? Постараюсь упростить своё повествование до вашего примитивного мышления и буду оперировать понятными вам терминами и описаниями, чтобы мой рассказ был таким же удобоваримым, как бульварное чтиво, купленное в дорогу на книжном развале у вокзала…

Итак! Моя родина – преисподняя. Прекрасное место, всегда людно (в прямом смысле слова), весело, с огоньком, климат постоянный – стабильно тепло. Даже если, вдруг, побывав у вас на поверхности, озяб, то можно сбегать в котельную погреться, ага в ту самую, где в котлах со смолой грешников кипятят! А вы, что подумали?

Смеюсь, не знаю, кто придумал все эти котлы и другие причиндалы, на самом деле, всё по-другому. Спросите, как? Не скажу, придёт время, узнаете сами, а раньше времени тайну открывать, так это ж никакой интриги не останется!

***

В общем, всё бы ничего, да только на родине спокойно нам сидеть не дают, мотаемся по разным командировкам. Да-да, всё к вам сердешным, на грешную землю. А, как же иначе? Не работай мы в поте лица, не такой бы уж грешной она и была!

Насчёт карьерного роста: есть у нас такое дело. Хорошо работаешь – хорошо поощряют, отлично работаешь – отлично поощряют, плохо работаешь – поощряют так, что лучше не надо!

Вот я и заслужил такое «поощрение», теперь отправляют наушником к вам. Кто такой наушник? Уж конечно, не техническое устройство для прослушивания песенок разных и всего прочего. По-нашему, наушник – это советчик, который посиживает у вас на левом плече да нашёптывает всякие «добрые советы», а вы думаете, сами что ли, в разные тупые истории вляпываетесь?

Нееет! Это, как раз, мы наушники вам советуем. Звание это низкое, плата за работу вообще смешная, а хлопот много! Наушники есть у всех, даже у королей и президентов, а как же иначе? Если в новостях увидели, что какая-то страна другой войну объявила, или послов чьих-то выслала, или ещё какую-нибудь ноту дурацкую направила, будьте уверены: постарался наш брат – наушник!

Не будь нас, давно бы уж мир во всём мире наступил! Но, поскольку мы – бессмертны, то мира и покоя вам не видать, как своих ушей!

Но, как я и говорил, работёнка эта хлопотная, неудобная. Да, ещё проблема есть: готовься к тому, что трудиться придётся во вредных условиях.

В каких, спрашиваете? Да в сырости, конечно! Что, скажете, не плюёте через левое плечо? Ну, можете и не признаваться! Некоторые только этим и занимаются. Бывает, конечно, везёт иногда коллегам, когда к атеисту подсадят какому-нибудь, но чаще народ попадается суеверный и очень плевучий. Вот, и сидишь целый день на левом плече, да утираешься!

Спросите, почему не пересесть на правое? Нельзя, это табу!!! Там тоже сидит советчик. Только тот от Бога послан, так сказать, антипод вашего покорного слуги! Тоже шепчет! Вот в чём и дело: мало того, что зарплата копейки (это я специально, вашими терминами выражаюсь), вредные условия, так ещё и советчика этого с крылышками перешептать нужно! А ему там, справа неплохо живётся: ни разу я не видел, чтобы хоть кто-то себе на правое плечо наплевал!..

Поняли теперь, как мне «повезло»? Хотите узнать, как я докатился до такой жизни? Не сразу. Предыдущая командировка была отличной, можно сказать блатной.

Попали мы с напарником в одну глухомань. Цель была, семью разлучить. Это весёлое занятие - одно из самых увлекательных, да ещё и приятное какое! Как же я радовался! И дело было не простое, есть, где разгуляться и фантазию применить на практике! Пара крепкая попалась, как в сказке Иванушка, да Алёнушка. Живут, душа в душу, не разлей вода. Ну, как на такое смотреть спокойно!

Вот нас и отправили. Напарника сделали героем-любовником, для Алёнушки, значит. А меня, соответственно, разлучницей - для Ивана. В общем, напарнику повезло больше. Я хоть дух бесплотный и бесполый, однако, что-то во мне претит играть эти бабские роли, и Ванька, конечно, мне совсем не понравился! То ли дело, Алёнушку соблазнить – одно удовольствие! Ну, да ладно, делать нечего, мы же с напарником жребий тянули, всё по-честному, что уж выпало. Кстати, он-то радовался, что мужиком станет!

Не буду рассказывать всю канитель в подробностях, только сорвал я наш план из-за этого Ивана - дурака! Пока герой-любовник Алёну обхаживал, всё шло, как по маслу. Нет, конечно, она крепким орешком оказалась, не мечтайте, что к нему в объятья кинулась сразу, но мы ведь, лёгких путей и не искали, поэтому подготовились серьёзно. А вот, Ванька – скотина, тот почти сразу повёлся и поволок меня на сеновал, извращенец!

Нет, я не спорю, из меня соблазнительница получилась хоть куда: высокая, статная, волос рыжий, с багряным отливом, кудри до талии. А талия – осиная просто! Глазищи большие – зелёные, а уж стрелять я ими хорошо умею! И вы бы не устояли! Да, ещё и на язычок остра, пою опять же, голосом Монсеррат Кабалье, танцую, как Майя Плисецкая! А, вы что думаете? Копируем только лучшие образцы для работы! Похоже, я с этим всё-таки перестарался, так Алёнку переплюнул, что от Ваньки не знаю, как и отвязался на первом свидании, ну не сразу же в койку-то кидаться!..

Короче, суть моего косяка в том, что я личное смешал с профессиональным. Когда пришло время Ваньку в постели ублажать, я, вместо этого, его грибочками накормил. Ну, ясное дело, не белыми! Поганок насолил, специально, чтобы этот развратник наелся и отключился, а наутро думал, что у нас всю ночь оргия была.

Поганки, скажу я вам, в этом деле штука незаменимая! Есть супер термоядерные, не то, что оргия, такой бред привидится, что в последствии не только людей стыдно, от самого себя шарахаться начнёшь! А, главная фишка, не понимает человек, что это всё спецэффекты, верит в полный реализм произошедшего, бедолага!

В принципе, идея у меня была прекрасная, но на практике получилось немного не то, в общем, как обычно: хотел, как лучше, а вышло, так хорошо, что хоть вешайся!

То ли Ванька грибочков моих переел, то ли поганки сильно ядрёные попались, но вместо оргии, загремел он на больничную койку. С точки зрения моей деятельности, это тоже заслуга: ведь, я же ему вред нанёс, а не пользу!

Но это, если рассматривать на коротком отрезке времени, так сказать, тактически бой я выиграл, конечно! Но стратегически всю битву проиграл! Почему?

А, потому, что Алёнка, которая к тому времени, уже подтаивала от ухаживаний напарника, (ещё бы ей не подтаивать, он за образ Брэда Питта взял, да ещё брутальности подбавил слегка), так вот Алёнка с крючка соскочила!

Как узнала, что любимый захворал, кинулась спасать своего Ивана-дурака, сидела у постели в больнице круглые сутки, пока не очухался! Он, ясное дело, припоминая свои шалости, и те, которые были, а главное, те, которые ему прикошмарились с поганок, вымаливал у неё прощение так, что после выписки, стал просто шёлковым и таким семьянином, хоть при жизни, памятник ставь!

Одним словом, дело я загубил, причём, по глупости! Напарник уж мне высказывал сто раз: не мог что ли, по нормальному Ивашку этого уважить? Будто бы убыло от тебя! Уже дело на мази было! Да я и сам знаю, что всё испортил! Ладно, хоть напарник не пострадал, не его вина была. Мы хотя существа и подлые, однако, между собой кодекс чести блюдём! Напарника подставлять негоже!

Глава 2.

Таким манером, я и оказался шептуном – наушником! Не подумайте ещё какой скабрезности, шептун от слова шептать, а не испускать тайные газы! А за провинность послали меня не к мужику какому-нибудь на плечо, а к молодой девице! Сживаться с женской натурой, так чтоб я на всё женским взглядом смотрел! Уж не знаю, что за штучка мне попадётся, но придётся стать с ней одним целым, или точнее одной целой. Постараюсь справиться с этим заданием, а то уж, куда ниже по рангу опускаться! Позор!..

Вот я и на месте. Сижу на плече, свесив копыта. Говорю сразу: плохо всё!

Во-первых, плечо узкое и костлявое, так и до мозолей на пятой точке не далеко! Во-вторых, хозяйка плеча полная зануда, правильная до тошноты, так что конкуренту с крылышками на соседнем плече вообще делать ничего не приходится, он целыми днями спит, а по ночам в облаках витает, в прямом смысле!

Ему и шептать ничего не надо, она сама божьи заповеди проповедовать может! В- третьих, как я и говорил, плевалка ещё та, казалось бы – святоша, а туда же – одни суеверия! Кошка дорогу перешла, всё – конец света! Я весь обтекаю, как говорится! Кошка-то главное, не совсем чёрная, с белой грудкой, я и не ожидал, что мне такой плевок знатный прилетит, иначе бы увернуться успел!

В общем, работы непочатый край! Да, ещё отчёты в канцелярию преисподней каждый день строчить надо, каких успехов добился! Я эту бюрократию терпеть не могу, но никуда не денешься, называю эту отчётность дневником наблюдений. Вот его теперь и читайте.

Дневник наблюдений

День первый. Понедельник

Хотел честно и благородно писать хронику жизни моей подопечной по часам и минутам, но оказалось, что у неё такая скучная и неинтересная жизнь, что мой дневник грозил стать таким же занудным, как и она. Поэтому решил уделять внимание только значительным событиям.

Каждый день из всех последующих, мы встаём по будильнику ровно в семь и заправляем кровать по струнке, как в армии, ещё и зарядку делаем. Вы представляете! Такой жести я точно не ожидал! Болтаюсь на плече, терпя все эти дурацкие отжимания и приседания!

На завтрак мы травимся чёрным дешёвым суррогатом, на аляповатой банке которого, горделиво значится «Кофе»! И ни тебе молочка, я уж не говорю подсластить эту отраву, или закусить какой-нибудь печенюшкой!

Макияж, если можно, так его назвать, вообще курам на смех! Махнула тушью по ресницам пару раз, да блеском бледно-розовым прошлась по губам – срамота! Разве так, красятся настоящие дамы! Где же синие тени, а лучше зелёные или фиолетовые (кстати, мой любимый цвет), стрелки могла бы до висков нарисовать, румянца добавить, да и брови насурьмить, ну и помаду надо поярче! Придётся учить, косметикой пользоваться!

Хотя, признаюсь честно, она миленькая без всего этого безобразия: кожа – фарфор, ямочки едва заметные на щёчках, глаза синие большие, всегда немного печальные, можно стрелками и тенями не подчёркивать, носик аккуратненький, слегка курносый, насчитал пять веснушек на нём, её это не портит. Причёска – обычный высокий хвост, волосы хорошие, цвета спелой пшеницы, хвост выходит, что надо, настоящий конский!

В целом, фигурка, скажу я вам, у нас всё-таки ничего, хоть и плечики костлявые, но всё же, есть на что поглядеть. По одежде: юбчонку могла бы, конечно, и покороче нацепить, но нет – до середины колена, всё по дресс-коду. Блуза под горло, никакого вам декольте! Каблук школьный – хрен кого соблазнишь таким видом!

Как мы добираемся на работу, отдельная песня!

Садимся в автобус. Мой бессовестный сосед прошлялся где-то всю ночь и только успевает запрыгнуть на правое плечо перед самой посадкой.

В салоне страшная давка. Нам кто-то наступает на ногу, я, безусловно, шепчу, чтобы пнула обидчика, нет - стерпела! Кстати, наблюдал в автобусе за работой коллег, вот где мастерство! Столько новых слов услышал, надо запомнить, может, когда-нибудь и мне удастся нашептать их своей святоше, так чтобы повторила!

Наконец, рядом с нами освобождается сиденье, думал, сядем. Уж, было и нацелились, так сзади какая-то юркая бабка, толкаясь локтями, и крича, чтобы пустили, влезла. Уж, как я ей в ухо не то, что шептал, орал во всё горло, - давай скорее, прыгнем на сиденье, будто бы мы не слышали эту старую вешалку! А, мы уступаем, не то, что без боя, а вообще, с радостью. Сосед справа мне такую рожу победную состроил, что вообще, стало тоскливо…

Выбираемся из автобуса не без жертв: блузка, можно сказать, нараспашку, жаль, что пуговицы не оторвали, было бы весело! Застегнулись, поправились и бегом на работу!

Оказывается, мы работаем в банке. Ничего, уютненько. Наше место за кассой. Собачья, однако, работёнка. Не лучше моей. Тоже оплёванной можно остаться! Но, думаю, в универсаме на кассе или на почте, можно остаться побитой, так, что бывает и похуже!

Первый клиент, второй, третий, очередь… Кто-то приволок мешок копеек, наверное, на паперти собирал, терпеливо пересчитывали и даже взвешивали. Бабуся, подав тысячу, добивалась сдачи, как с пятёрки. Пришлось просмотр видео устроить. Вонючий дядя подал такие деньги, что лучше бы их сжечь, потом десять минут руки мыли, и так до обеда…

В обеденный перерыв выбежали в кафешку напротив. Проглотили какой-то дешёвый супчик и котлету. Не спрашивайте, из чего она была, всё равно, не скажу. Бродили в мобильнике минут двадцать по соцсетям, запивая это дело разбавленным до безобразия яблочным соком. Я честно подсматривал, кого она там выискивает, чем интересуется, думал, сайты знакомств, но ошибся. Оказались видимо бывшие одноклассники.

Время обеда вышло, и мы направились на рабочее место. По кафешке: предлагал за такую кормёжку не платить, это они нам должны доплачивать, что травиться к ним ходим, да и сбежать, не платя, шансы были неплохие. Не ведётся, честная до отрыжки…

После обеда и до вечера продолжаем мужественно выносить «любимую» работу. Я серьёзно помогаю, не то что шепчу, ору ей в ухо, всё, что думаю об этих придурках по ту сторону окна, такие слова подсказываю, что самому приятно, но святоша пока не поддаётся. Ангелоподобное существо, откровенно скучает, свесив ноги с правого плеча, а потом, прислонясь к её уху, вообще начинает храпеть…

Вечером обратный маршрут с работы до дома показался легче, давки уже нет, и мы даже сидим и пялимся в окно. Гад на правом плече всё ещё дрыхнет!

По пути домой заходим в супермаркет и покупаем бутылку! Я чувствую, вы обрадовались? Бутылку 1% кефира, сайку «Городскую» и пару пакетиков кошачьего корма.

Я боюсь умереть с тоски, после первого же рабочего дня, мне грустно. За что же прихватить этого робота? Буду думать…

Около дома кискаем. Откуда ни возьмись, налетает орава кошек. Выдавливаем в валявшийся здесь же, контейнер из-под полуфабрикатов корм, они в драку, что им два пакетика, тут десяток надо, не меньше! Гладим всех, кого рука достанет, Белокрылый просто умиляется на это действо и исподтишка показывает мне язык, но я вижу.

Перед входом в подъезд, чёрный котяра из той своры, что мы только, что кормили, умудряется продефилировать справа налево прямо перед нами, мне опять прилетает! Вот от этого надо её как-то отваживать. Беляш опять меня дразнит…

Вечер проходит так же пусто, как и день, ужинаем кефиром с крошечным куском сайки «Городской», сидя на диване. Опять бродим по сайтам и соцсетям в телефоне.

Вдруг, начинаем давить на кнопки, я тянусь поближе к экрану, читаю: «Мне осточертела эта жизнь! Скука смертная! Как же мне всё надоело, хоть вешайся!» Вот оно что, мы, оказывается, тоже ведём дневник! Это уже интересно! А вешаться, так это, вообще, по моей части! Если что, я помогу! Заодно и себе тоже! За такой подвиг меня сразу реабилитируют! Видано ли дело, только взялся за работу, а уже самоубийцу на блюде предоставлю!

Подождал ещё немного, думал, напишет, когда вешаться собралась, нет, видно не готова ещё, закрыла дневник! Ладно, нам спешить некуда…

Пялимся в телевизор. Когда переключали каналы, набрели на порно, предлагаю оставить, выключает телек совсем! А, я, кажется, нащупал её слабое место – это одиночество и тоска.

Девушка явно катится в депрессию, надо процесс усугубить, и это поможет ускорить исполнение её, а теперь и моего, плана. Сегодняшние утренние внушения: не мыть за собой чашку и не заправлять постель, которые она проигнорировала - сущие пустяки, по сравнению с тем, о чём она думает...

Наконец, мы спим. Мой белый и пушистый оппонент опять куда-то свалил на всю ночь!..

Глава 3.

Не вижу смысла обременять вас однообразными отчётами за всю неделю, так как ничего нового не происходит, можно со скуки застрелиться, и поэтому:

День второй, третий, четвёртый и пятый

(со вторника по пятницу) – смотри день первый.

К пятнице я свою новую работу возненавидел лютой ненавистью! Это ж надо, молодая женщина, даже девушка, а словно неживая кукла! Как с такой похулиганишь? У неё, видите ли, депрессия, а мне-то надо реабилитироваться после предыдущего провала!

Столько творческих задумок в эти дни рождалось в голове, но воплотиться им, было не суждено. Получались только мелкие пакости, но и они, капля за каплей, по моей коварной задумке, должны были пододвигать её к воплощению идеи, написанной пусть и не на бумаге, что многократно увеличивает процент свершения, но, тем не менее, в реально существующем дневнике.

Один раз, мне удалось убедить её не брать зонтик, и когда пошёл дождь, она превратилась в мокрую курицу, вот смеху-то было! Потом, по моему совету, она пошла на работу в неудобных туфлях на каблуке, нашлись у неё такие. И натёрла ногу до крови - моя заслуга!

А однажды, я ей крикнул в ухо, когда она наливала кипяток из чайника. От неожиданности, она плеснула себе на руку и с визгом её отдёрнула, а потом долго прикладывала лед из холодильника к покрасневшим пальцам и тихо плакала, наверное, не столько из-за пальцев, сколько от накопившихся неурядиц, усталости и одиночества, ей ведь и пожаловаться-то некому было. Только в телефонный дневник, разве что…

И, чёрт знает, что такое со мной произошло, я считал её слёзы, слушал тихие всхлипы, видел горестно опущенные узкие плечи, заплаканное лицо, и мне становилось не по себе. Внутри было горячо и больно, и я отчётливо понял, что больше не смогу её обидеть, никогда…

Мой белокрылый сосед всю неделю где-то носился по ночам и отсыпался днём на правом плече. Причём к четвергу так обнаглел, что уже не сидел, прислонясь к уху, а растянулся от шеи, свисая чуть ли не до локтя, накрыв свою голову крыльями, чтобы никто не тревожил…

Отклонения от сложившегося распорядка произошли в пятницу, после семи вечера, когда мы заканчивали работу. Нам позвонил кто-то! Нет, не подумайте, что нам совсем уж никто до этого не звонил, просто, этот кто-то, видимо, имел большее значение, чем остальные абоненты!

- Ольчик! – сладко пропел в трубку приятный баритон. Да, совсем забыл сказать, мы – Ольга! Так вот, у нас, оказывается, есть бойфренд! Странно, что всю неделю от него не было ни слуху, ни духу. Мы сразу, как-то встрепенулись, оживились, глазки заблестели.

Перед уходом с работы, покрутились у зеркала, дольше, чем обычно и, даже подкрасили губки своим розовым блеском. Вышли из офиса и стали ждать…

Глава 4.

Белокрылый заметно оживился и начал уговаривать, пойти на автобус, но тщетно. Из банка выходили коллеги, прощались, кивали и исчезали по домам и своим делам, а мы упорно ждали чего-то.

Минут через двадцать на обочине остановился довольно симпатичный дорогой автомобиль, и мы, спорхнув с крыльца, радостно устремились к нему. У белокрылого началась неукротимая рвота! Мне стало даже интересно, от чего его так выворачивает, болезного?

Сели в машину, и тут я разглядел нашего супергероя, теперь понятно, отчего ангелочку так тошно.

Парень оказался в моём вкусе. Печать порока пролегала через всё его слащавое лицо! Сразу видно – наш клиент! Всё, как мне нравится, карие глаза опытного соблазнителя, выглядели немного уставшими.

Присмотревшись, я заметил покрасневшие белки – чувак давно не спал, интересно почему? Трёхдневная щетина прекрасно гармонировала с чуть взъерошенной шевелюрой и добавляла ему плюсов к образу брутального героя-любовника. Тонковатые губы надменно кривились, когда он изображал улыбку. Да и нос у порядочного мужика должен быть покрупнее.

Так, что, если физиономистика меня не подвела, то ничего хорошего от такого персонажа нашей красавице, ждать не приходилось. На его плече слева сидел истинный мастер своего дела, профессионал, он нагло развалясь по всей шее этого недоделанного мачо, нахально теснил тощего, запуганного ангелочка и призывно мне подмигивал, намекая, что будет весело!..

Ну, в общем, кому как. Моему соседу, точно было не до веселья, он отдувался сразу за всю неделю. В перерывах между рвотными позывами он, ползая на коленях по Ольгиному плечу, умолял её сначала выйти из машины и убежать, потом, не пускать его к себе, когда она не послушалась, то хотя бы, включить мозги и выгнать мерзавца, пока не поздно! Вот тут уж я, мог спокойно свесив ноги с её плеча, показывать Беляшу язык, но бедняга так мучился, что я его уже жалел…

Между тем, после томного вечера за бутылкой красного вина, которое, кстати было Ольгиным, вечера пустых разговоров, очень напоминавших лапшу, которую наш герой развешивал подруге по всем ушам, дело дошло и до постельной сцены! Ого! А, я-то думал, девчонка готовится в монахини!

Пока Беляш, умываясь слезами, орал ей в ухо, что она дура, бледный призрак с плеча мачо тихонько шептал своему мерзавцу, что он поступает некрасиво, наглый жирдяй с его левого плеча, ловко играя колодой, словно заядлый катала, уговаривал меня забить козла в карты!

По всему, надо было соглашаться, сейчас моё дело хорошо делалось и без меня, но почему-то, не хотелось. Я не понимал самого себя! Вся неделя прошла без заслуг, мои ежедневные отчёты в канцелярию, написаны, словно под копирку, и я каждый день ждал разноса сверху, то есть снизу в моём случае.

И вот, наконец-то, я заслужил награду, девица пошла по наклонной сама, без каких-либо усилий! Да и, что говорить, сукин сын, и вправду, был хорош: высок и складен, тело подтянуто, ни жиринки. Чувствовалось, что парень за собой следит, или следил, ещё совсем недавно, грудь то ли выбрита, то ли эпилирована по нынешней дурацкой моде, только узкая полоска курчавых волосков спускалась от пупка в модные плавки, придавая дополнительной сексуальности хозяину, да и те он, кстати, в скорости скинул, что называется «лёгким движением руки». В общем, бабы таких любят!..

Так вот, меня это всё почему-то раздражало! Мне хотелось задвинуть наглого беса с картами на своё место, встряхнуть затюканного призрака, чтобы он уже начал бороться с этим гадом по-настоящему, умыть наконец-то от соплей и всего прочего, своего измученного соседа, а главное, сдёрнуть этого вкусно пахнущего мерзавца с Ольги и выкинуть за дверь в чём мать родила!

О чём я только думал! Если бы я был каким-нибудь сложным техническим устройством, то моё состояние, характеризовалось бы, как сбой в программе, и в глазах светилось предостерегающее «error»! Слышал бы мои мысли сейчас куратор из преисподней, мне точно несдобровать!..

Наконец, всё это сумасшествие, от которого я должен был получать удовольствие и прилив сил, но почему-то не получал, завершилось. Любовники угомонившись, уснули.

Беляш, наревевшись и вывернувшись наизнанку несколько раз, вымотался так, что валяется трупом, накрывшись крыльями справа от Ольги.

Жирная чёрная волосатая скотина, с которой мне, судя по всему, надо было завести чертовски крепкую дружбу и учиться мастерству, храпит кверху пузом, чуть ли не на голове своего хозяина, маленький призрак забился куда-то за его правое ухо и тихонько то ли постанывает, то ли посапывает во сне.

Не спится мне одному. Я мучительно размышляю, не понимая, что со мной не так?! Сегодня вечером был мой триумф над Беляшом, подсмеивавшимся всю неделю, это мой плюсик для канцелярии, ух, какой отчёт я им могу накатать, всем отчётам отчёт, а я?

А, я смотрю, как спит Ольга, разметав свои густые волосы по подушке, и слушаю её лёгкое дыхание. Мои глаза всё время спускаются к тонкой бретельке её ночной сорочки, которая свалилась с левого плеча, обнажив грудь почти, что до соска, и мне безумно хочется то увидеть его или даже ощутить, то, наоборот, прикрыть как следует, повыше подняв бретельку. Наверное, я болен!..

Глава 5.

Мы проснулись полдевятого, а не в семь, уже подвиг! Ольга, полюбовавшись около минуты на мерзавца, спавшего крепким сном праведника, упорхнула в ванную, мы с белокрылым вместе с ней. Приняли душ, Беляшу он явно пошёл на пользу, а то я уж, беспокоился за его здоровье. Он, ополоснув крылья, в своё законное правое ухо принялся стыдить подопечную, за прелюбодейство минувшей ночью, а я в своё левое утешать, что всё не так уж и страшно. В конце концов, не убила же никого, не предала, так - маленькая слабость. Так на то она и слабый пол…

Крутимся на кухне, кофеёк завариваем, жарим гренки. Что бы это значило?

Ну, так и есть! На запах свежесваренного кофе, прискакал мерзавец, целоваться полез, Беляшу опять плохо! А мерзавец полуголый, хоть штаны нацепил, а пуговку верхнюю застегнуть забыл, уселся за стол и принялся гренки уплетать с кофейком. Его жирная свинья с левого плеча, вернее почти с обоих плеч, лежит ногу на ногу, как на пляже и ухмыляется.

Мерзавец наелся. Мы только кусочек пригубили, да кофе чёрного напились, но счастливые! Вернее, кто как, соседу моему не позавидуешь. А гадёныш этот, кстати, звать его благородно Аристарх, почти аристократ, так вот, Аристарх к Ольге подкрался сзади и лапает:

- Ольчик! Я так тебя люблю, звезда моя! – Беляша опять напрягся, уже из последних сил, - я в беде, не выручишь ли ты меня, родная и чем дальше, тем льстивее и наглее…

- Что случилось, Арик?! – вот значит, как мы его называем! – Чем я могу тебе помочь?

- Мне надо немного денег, срочно, ты же меня спасёшь? – а сам в глаза заглядывает, - не дашь погибнуть во цвете лет?

- Сколько нужно, Арик? – не вижу смысла комментировать невидимых персонажей, каждый в своей роли хорош, скажу только, что бледная моль, цепляющаяся Арику за правое плечо, вяло промямлила, что поступает он неприлично, и тут же получила такого крепкого леща от жирдяя слева, что сразу заткнулась…

- Сколько не жаль, любимая!

Мы, тая от своей нужности и комплиментов, прошлёпали в спальню, открыли шкатулку на комоде, сгребли оттуда всё, что было, и уже рванули было на кухню, тут я счёл нужным вмешаться:

- С ума сошла, оставь хоть десятку себе, так ведь до получки и копыта протянуть недолго! – в первый раз услышала меня! Положила две пятёрки назад. Остальное отдала гадёнышу, а было там, думаю, прилично по её меркам.

А ему уже не терпится, не дождался, сам за деньгами в спальню прискакал, схватил, как ненормальный, и в карман джинсов затолкал, комкая, будто мусор! И всё, засобирался куда-то быстро, засуетился, Ольга сразу скисла…

- Ольчик, не скучай, любимая, долг через неделю верну, - чмокнул в нос в прихожей, ноги в свои дорогие ботинки сунул, рубашку и то на лестнице застёгивал, вот как, заспешил!

Теперь мы скучаем в одиночестве и без денег! Зато, Беляш повеселел, понимает, что теперь мерзавец не скоро появится, только к следующей зарплате. Я тоже так думаю.

Эта порода людей мне хорошо знакома, я по отношению к деньгам и то могу характеристику дать: вот Ольга, работает пять дней в неделю, получает, по всей видимости, немного, а ещё и откладывает. К заработанному своим трудом относится бережно: денежки в шкатулке хранятся одна к одной, как обычно говорят «рубашками вверх», все расправленные – сразу видно: цену деньгам знает.

А аристократ этот, скорее всего, не работает, деньги достаются легко, сколько у него таких дурочек в списке, всех обойдёт, вот и заработок. Легко получает, легко и спускает, поэтому, скомкал все купюры и не глядя в карман сунул, как в помойку, считай, уже спустил! А, я заметил, что Ольгу это покоробило, тут, конечно, профессия отпечаток накладывает, деньги порядок любят, но и личное отношение тоже роль играет!

Много я внимания этой теме уделил, извините, но деньги – штука не простая, они свою энергию имеют и человека могут поменять до неузнаваемости, это важно!..

День проходит, как говориться «ни о чём», и это называется, молодая баба в соку! Ни тебе подружек, ни клубов, ни тусовок! Денег нет, и развлечений нет! Ясно, как божий день! Такую даже не споишь! Из всех дел за субботу: уборка в квартире, в которой она только ночует, то есть и убирать-то нечего, звонок родителям ни о чём: - Как дела, жива, здорова, целую, пока!

В дневнике опять написала несколько фраз: «Почему Аристарх так себя ведёт? Что я значу для него? Любит ли он меня? Я устала сомневаться, мне нужны точные доказательства его чувств!» Ну не дура ли есть?! Какие ещё доказательства ты ждёшь?! Интересно, почему бабы такие слепые куры?!

Сам же могу и ответить на этот вопрос: боязнь одиночества, потребность прижаться к надёжному крепкому плечу и, главное, природу не изменить, каждая женщина хочет свить своё гнездо и наплодить птенцов, а для этого нужен партнёр, за неимением достойных, в дело идут любые. А, дальше, подсознательно она понимает, что мужичонка негодящий, а до сознания эта информация не доходит, вот мозг и блокирует логику…

Теперь мы лазим в интернете, ищем страничку поганца в соцсетях, похоже, парень шифруется, не нашли никакого компромата, хотя он лежит на поверхности, но наши глаза на это плотно закрыты. Ничего не отыскав, теперь весь вечер смотрим какое-то глупое кино про любовь. На улицу даже не вышли за весь день!

***

Спим. Беляш отошёл от пятничного разврата, почистил пёрышки, расправил крылышки и на всю ночь улетел на какую-то свою тусовку. Даже не боится её со мной оставлять. Правильно, я в этом своём статусе наушника, абсолютно безобиден для девичьей чести. Вот вернули бы мне прежние возможности, так мне бы и Беляш был не помеха, а уж, Аристарха я бы точно задвинул, куда следует. А так, что – пустое место, только и гожусь плевки принимать! Ну, да ладно! Мне, всё равно, приятно с такой красоткой побыть наедине! Правда, сегодня она спит опять в пижаме, как и всю неделю, кроме ночи с любовником, но мне она нравится и такой…

Тьфу, тьфу, тьфу! – хоть сам себе плюй на левое плечо! – о чём я только думаю?..

Глава 6.

С утра двадцать минут провалялись в постели! Наконец-то, мелочь, а приятно! Беляш прилетел уставший, но довольный, растянулся на плече и заснул. А мы пошли умываться.

Ловлю себя на мысли, что наблюдая даже за таким пустяковым делом, получаю удовольствие. Знала бы она, что все её личные тайны, для меня не тайны!

Опять на завтрак пьём чистый дёготь. Ору ей в ухо:

- Купи молока, хотя бы! У меня скоро уже изжога появится!

Всё воскресенье я старался сподвигнуть свою подопечную на какую-нибудь развлекуху, но кроме прогулки в парке и эскимо, у меня ничего не получилось. Даже упаковку от мороженного и то до урны донесли, хотя я упирался, как мог!

- Где твои подруги?! – вопрошал я, - сейчас могла бы зажигать с девчонками в клубе, знаешь, сколько там таких Ариков! Ты бы ещё копалась в них, как в навозе, отчищая со своих туфель!

Потащил её в супермаркет, предлагал по пивку или винца взять, но нет, никаких слабостей: кефир 1%, сайка «Городская», сыр первый попавшийся из дешёвых - 200 грамм, два пакета кошачьей еды, и, о да! Коробка молока – моя маленькая победа!

Беляш, по-прежнему, может спать спокойно дальше! Забегая вперед, говорю сразу, что этим он благополучно и занимался всю следующую неделю!

Мой воскресный дневник, на этом считаю законченным, так как больше ничего стоящего не произошло до самой ночи…

А ночью меня вызвали в канцелярию с недельным отчётом. Мотнуться на родину всегда приятно, хотя бы по работе. В преисподней как обычно, уютненько: ребята наши работают не покладая рук, костры горят, грешники от страха трясутся. Одним словом, красотища!

Вот скажите, чего трястись? Сами на свою шею грехов нацарапали, нашего брата – наушника слушались, вот получите теперь и распишитесь. Ещё бы не слушать таких советчиков! Мы плохого не предложим, одни радости да приятности: хочешь есть – жри, сколько впихнуть в себя сумеешь. Хочешь выпить – упейся до белой горячки! Хочешь любви – не мелочись, с одной не интересно, имей нескольких, и лучше всех одновременно! Гневаешься на кого-то – молодец! Сразу дай обидчику в глаз! Если упадёт от неожиданности, можешь ещё и попинать для большего удовлетворения! Хочешь повеситься? Табуреточку из-под ног выбить, никого не зови, поможем! Ну, и так далее, могу об этих милых вещах говорить бесконечно, но пора перейти к делу.

В принципе, совет первой неделей моей работы остался удовлетворён. Если бы не Аристарх, будь он неладен, дела бы мои были не блестящи, а так для дебюта, вроде бы и нормально, я ж клиентку-то, практически не знаю. Спросили так же, как мне удаётся вживаться в женскую натуру, я сказал, что стараюсь, почти влился! Врал, конечно, ничего я не влился, иначе бы сказал сейчас - «влилась».

Короче, до следующей ночи с воскресенья на понедельник, я опять со своей подопечной дружу…

День восьмой – День двенадцатый

(с понедельника по пятницу)

Вся рабочая неделя прошла в штатном режиме. Честно говоря, похвастаться было нечем. В пятницу вечером мою репутацию снова спас Аристарх. Он так же, как и неделю назад, отзвонился и подъехал к банку после девятнадцати ноль ноль.

Похоже, у этого Чёрного ловеласа и правда составлен строгий график посещения своих клуш, которые ему в рот готовы заглядывать и не видеть очевидных вещей. Парняга неплохо устроился, однако, и еженедельно «…Мороз Воевода дозором обходит владенья свои…»

Только взять-то с нас нынче нечего: денег нет, последний хрен, что называется, без соли доедаем, чего припёрся?

Не хочу повторяться описанием спектакля, который пришлось наблюдать в ночь с пятницы на субботу, все опять виртуозно отыграли свои роли. Честно говоря, жальче всех заморыша Аристарха, свисающего у него с правого плеча. Не понимаю его деятельности? Судя по его состоянию, наш ловелас вырыл себе знатную яму, того и гляди, свалится в неё.

Скорей бы уже! Буду рад, хотя, это вовсе не моя заслуга, а того жирного свина, который развалился у него на обоих плечах. Как только Аристарх таскает его на своём горбу, неужели не тяжко?..

Ну, да ладно, это его дело, а мы начинаем:

Глава 7.

День тринадцатый.

Суббота

Повторять не вижу смысла, но субботний ритуал был исполнен снова, кофе уже сварился и наполнял ароматом кухню. Да, забыл сказать, мы всю неделю пили его с молоком. Моя заслуга!

Так вот, не буду отвлекаться, это гад ещё в прошлую субботу подсмотрел, откуда наша спонсорша доставала деньги, и в этот раз сам залез в шкатулку. Спёр без спроса последнюю пятёрку. Пока он копался в шкатулке, его наушник слева, всё время выглядывал из-за двери, не видит ли хозяйка – на шухере, в общем, стоял.

Ольга - наивная душа такого и представить не могла вместе со своим белокрылым советчиком, а я-то в этом деле опытный психолог, сквозь стену знаю, что он делает. Скорчив разочарованную мину, он чуть было не ушёл ни с чем. Но у него же очень толковый руководитель, чего-то там ему нашептал, и эта скотина не погнушалась забрать последние деньги.

Аристарх сунул купюру себе в карман джинсов и, как ни в чём не бывало, поспешил в кухню на запах кофе. Ластится к нашей дурёхе, как кот мартовский, а мы всё стесняемся спросить про долг.

- Ну, давай уже! – советую я ей в ухо, - ты, что, себя не уважаешь? Спроси его про долг!

- Арик, а что с деньгами? – спрашивает она, наконец, дрожащим голоском, уткнувшись носом в бокал с кофе и, с трудом поднимает на негодника глаза. - Уррааа! У меня получилось!

- С какими? – изумляется наглец. Она явно не готова к такому повороту. Поймав её взгляд, ловелас делает вид, что пошутил,

- Ольчик, любимая! Помню, конечно, помню! Извини, в этот раз никак не получается вернуть, я тебе на неделе прямо в банк занесу, договорились? – даже глазом не моргнул! Живите тут, как хотите. А кабан его волосатый развалился по-хозяйски, и нагло так на нас смотрит! Так бы я в него и вцепился, да производственная этика мешает!

Дальше, тоже всё повторилось, как и неделю назад. Аристарх резко заторопился куда-то, пообещал, что позвонит и исчез. Ещё в прошлый раз, когда мой визави с его левого плеча предлагал перекинуться в картишки, я подумал, что парень игрок. Скорее всего, я не ошибся. Этим товарищам, сколько не дай, всё спустят. Аристарх явно нарабатывает себе плохой конец, а его левый наушник - награду или повышение…

В общем, девица наша скисла. Ангелоподобный ликует, что мерзавец ушёл, и, как ни странно, в этом наши взгляды совпадают! Но мне, почему-то очень хочется её порадовать хоть чем-то!

По идее, зелёную тоску и депрессию можно бы записать на мой счёт, как плюсы, но мне на это как-то плевать. Мне хочется, чтобы она улыбалась, смеялась, я ловлю себя на том, что хочу делать её счастливой! Это катастрофа! Меня послали к ней совсем не за тем, чувствую, запорю и эту работу!..

После ухода альфонса, тратить время на описание нудной субботы не вижу смысла.

День четырнадцатый.

Воскресенье

Где-то к полудню, мы полезли в шкатулку за последней заначкой и обнаружили, что она исчезла. Недоумение длилось довольно долго, мы покопались в своём кошельке и в кармашках сумочки, конечно же, там ничего не выросло. Я уговариваю Ольгу взглянуть правде в глаза и, в конце концов, поверить уже в самый очевидный факт: Аристарх – мерзавец!

И она, вдруг, начинает плакать! Горько, по-детски всхлипывая и утирая слёзы рукавом пижамы. Да, мы в воскресенье проходили в пижаме весь день! Я не понимаю, что со мной творится, всё разрывается внутри меня от жалости и тревоги за неё! Я глажу её волосы и, вздрагивающие от всхлипов, худые плечи, и обещаю, что всё пройдёт, что этот гад не стоит ни одной её слезинки! Что ей обязательно повезёт в жизни, она встретит нормального надёжного мужика, честного и порядочного, спрячется от этой жестокой и холодной жизни за его надёжную спину и будет там жить-поживать, как за каменной стеной!

Беляш смотрит на меня, отвесив челюсть! Он реально не может понять, что я такое творю! Что говорить, я не понимаю себя сам!..

Вместе с моим напарником, а по-другому теперь и не скажешь, мы нашу несчастную кое-как уболтали, и она засыпает…

Ночью я с очередным отчётом прибываю в канцелярию. Руководство удовлетворено недельными результатами работы, но рекомендует проявлять больше инициативы. Наушник Аристарха похоже, расстарался отчитаться раньше меня, и всем уже понятно, что мои активы – его заслуга.

Как бы там ни было, я продолжаю работу…

День пятнадцатый.

Понедельник

Самое время, устроить Ольге западню, если я уговорю её, не проводить через кассу все деньги, а умыкнуть часть себе, не навсегда, до зарплаты, то буду большим молодцом! Наш кошелёк почти пуст, много усилий не потребуется!

Я понимаю, что так и надо поступить, от меня же ждут инициативы, да и реабилитироваться после провала на предыдущем деле уже пора. Но мы вместе с Беляшом советуем ей, взять взаймы у кого-нибудь из коллег. Вот так и выходим из положения. Я утешаю себя тем, что у меня будут ещё лучшие возможности, сделать своё чёрное дело, и я просто поджидаю, такого стопроцентного случая, чтобы свалить её одним ударом…

Глава 8.

День шестнадцатый – День восемнадцатый

Со вторника по четверг

Ничем удивительным эта неделя не отличается от предыдущей, за исключением того, что наша красавица впала в полную депрессию. Да, я могу радостно писать в своих дневниках, что мы перестали делать зарядку по утрам и застилать постель. Мы почти ничего не едим и не бродим по сайтам вечерами. Мы проходим мимо кошачьей компании, словно зомби, хотя кошки, помня расписание, встречают нас у подъезда каждый вечер!..

Беляш сначала пытался выговаривать подопечной, словно сварливая мачеха, что он её предупреждал, что она виновата сама и теперь расплачивается за грехи!

Мне это занудство вскоре надоело, и я показал ему кулак, он всё понял. И даже не стал перечить, когда я уговорил Ольгу после работы заглянуть в бар по дороге домой, ей явно нужна какая-то встряска. Честно говоря, я предложил, ни на что не надеясь, а она пошла!..

Когда мы пробираемся из бара, ведомые под белы руки, каким-то подозрительным типом, Беляш пепелит меня праведным гневным взглядом! Ну, предложил бы сам что-нибудь полезное, осуждать легко! Я же не ожидал, что она там просто напьётся водки, как последняя дура, и к ней прицепится, какой-то старый ловелас в предвкушении лёгкой добычи!

Наконец, наша компания добирается до подъезда, хорошо хоть, подопечная дорогу-то помнит ещё, и тут мы в один голос орём, чтобы думать не могла, тащить в дом всякую дрянь! И она послушалась, собралась из последних сил и, заплетающимся языком говорит:

- Спасибо, товарищ, дальше, мы сами! – и, закрыв перед носом провожатого подъездную дверь, гордо удаляется. Правильно, до квартиры мы с Беляшом её как-нибудь доведём без него!..

Больше по кабакам не ходим, сидим дома…

День девятнадцатый.

Пятница

Где-то во второй половине дня.

Мерзавец Аристарх без предупреждения заявился прямо в банк, дождался очереди в кассу и прошёл в кабинку. Ольга не сразу подняла глаза, доделывая какую-то работу после предыдущего клиента, а подняв, недоумённо смотрела на мерзавца. Мы с Беляшом в один голос заорали ей сразу в оба уха:

- Гони его в шею! Не верь ублюдку!

Но, похоже, его голос оказался сильней:

- Вот, - он протянул ей баксы, скрученные в трубочку под канцелярской резинкой, - возвращаю долг, здесь даже больше, чем я у тебя брал. И, прости, я знаю, что поступил не очень красиво, но это был вопрос жизни и смерти!

Мне бы в этот момент присмотреться повнимательней, что он ей там протянул, но я пытался разглядеть, куда подевался с правого плеча заморыш Аристарха. Его там не было! На обоих плечах нашего «героя», свесив копыта слева и справа, гордо восседал мой отожравшийся соплеменник! А это очень недобрый знак.

Если ангел тело покинул, считай, и душа покинула, значит, участь его решена однозначно и бесповоротно. Жирному оставалось только сдать созревшего клиента в руки мастеров из преисподней…

Ольга ошеломлённо смотрела вслед удаляющемуся Аристарху, и я понимал, что она в смятении. Думаю, в её душе всё смешалось: и неловкость, за то, что считала его вором и обманщиком, а он всё вернул, и любовь, про которую писала в дневнике, и отчаяние от утраты, так как ощущение, что этот визит был прощальным, было и у меня.

Если Ольге от этого было тоскливо, то мы со святошей почему-то опять единогласно радовались, тому, что мерзавец нас покидал навсегда!

Но пора было вернуться к деньгам:

- Давай, уже посмотри, сколько он тебе вернул! Ну, давай же посчитаем! – шепчу я ей.

Она, наконец, вышла из оцепенения, и пока в кассу никто не зашёл, разворачивает доллары. Только, это совсем не деньги!!! Вернее, выглядят они очень натурально, но энергетика у подделки, даже очень качественной, иная, чем у подлинника.

Да, номинально в пересчёте на рубли, там оказалось больше, чем она рассчитывала получить с должника, но какая разница, сколько фантиков он принёс! А Ольга уже собралась звонить, извиняться и вернуть сдачу. Она - дурёха ничего не поняла и решила провести обмен долларов в рубли.

- Остановись, просто выбрось их, пока никто не видел! – кричу я Ольге, но она, привычным движением, отработанным до автоматизма, вставляет пачку денег в детектор валют и включает для пересчёта…

Буквально с первой, автомат начинает пищать, выплёвывая назад купюры, на этот звук прибегает старший специалист. Застав ошеломлённую Ольгу с пачкой фальшивок, при отсутствии клиента, она естественно понимает всё в самом худшем свете. Она просто убеждена, что застала кассира за сбытом фальшивок. Иначе, как можно ещё объяснить, откуда они у неё взялись? Ведь, если бы их принёс на обмен клиент, то он должен ждать в кабинке кассы. Ольга просто раздавлена!

Навалилось всё сразу, потеря репутации в глазах руководства, несмотря на тщетные попытки объясниться, ещё одна подлость Аристарха пошатнули окончательно её веру в людей. От работы её отстранили, вызвали стального монстра - специалиста службы внутренних расследований, и он учинил ей тотальный допрос. Она плакала, рассказывала всё, как есть, ничего не утаивая.

Больно было на всё это смотреть, мы с Беляшом утешали её как могли, опять абсолютно единодушно, заикаться о том, что она сама виновата, я блондинчику запретил, и так тошно, без его нравоучений! Записи с видеокамер, подтверждали её невиновность, но наличие тесных контактов с фальшивомонетчиками, само по себе, по правилам банка, лишает её права работать не только на кассе, но и в любой финансовой структуре, вообще.

Потом привлекли полицию и ещё кучу всяких официальных органов. Забегая вперёд, сообщаю, что девицу нашу уволили, да ещё и занесли в чёрный список, доступный другим финансовым организациям, а по следователям таскать перестали только совсем недавно…

Нечего и говорить, что вечер пятницы прошёл в этот раз не по плану, освободились мы ото всей этой бесовщины около 23.00, кое как приползли домой и, вдоволь наревевшись, уснули, не переодеваясь на не расправленной постели…

Мы с Беляшом смотрели друг на друга и не представляли, что делать дальше. Наша девочка оказалась в ужасной ситуации, а её вина заключалась только в том, что она поверила не тому человеку.

- Как ты мог? Почему проглядел момент, когда он её охмурил? – пытал я Беляша. А он только разводил крыльями недоумённо и талдычил, -

- Людям надо верить! Без доверия рухнет мир!

- Вот видишь, у неё мир рухнул! Она тебя послушалась! Ты в курсе, что она пишет в своём телефоне? Знаешь, какие планы вынашивает? Может, претворять и не станет, но её душевное равновесие – твоя забота!

- Чужие дневники читать неприлично! – парирует он. Тоже мне моралист нашёлся!

- Она в таком состоянии руки на себя может наложить запросто, а ты мне о приличиях заливаешь! Я-то радоваться должен всему этому, и то не радуюсь, а ты видишь, что она в унынии пребывает, и похоже, давно, а тебе наплевать!

- Я знаю вашего брата, ты сейчас вывернешь наизнанку все заповеди, меня обвинить хочешь и её прельстить!

- Сам не знаю, чего я хочу, больше всего хочу набить морду Аристарху, а особенно, его советчику!

- Ты странный… Он твой помощник в мерзком деле, ты его должен любить. А девочке пришло время испытаний, не по силе Господь не даст! Никто же не обещал, что на земле рай, иначе тебя бы здесь не было…

- Но ей помощь нужна, тут-то ты согласен со мной?

- Не от тебя, уж точно!

- Тогда, ты помоги, мешать не стану, обещаю!

- Завтра в церковь её поведу, не отговаривай!

- Делай, как знаешь, надеюсь, она успокоится.

- И ты это стерпишь? – не унимается Беляш.

- Я же обещал…

Глава 9.

День двадцатый.

Суббота

Она не хочет просыпаться. Это понятно, столкнуться с реальностью, которая накануне прокатилась по ней катком, невесёлое занятие. Однако, Беляш сегодня настойчив, расшевелил Ольгу и убедил пойти в Храм на службу. Он упорно внушал ей, что станет легче, что Господь наставит на истинный путь, а сам косился на меня всё время, я молчал.

Молчал и думал, о том, кто бы наставил на истинный путь меня?

Они ушли, я мог до определённого места быть с ней, но не пошёл. Я думал, искал ответы и не знал, что мне делать дальше. Похоже, я опять провалю задание…

После службы, Ольга и вправду, заметно просветлела и успокоилась, значит, Беляш оказался прав. Ну, и ладно, лишь бы ей на пользу...

Она собралась, и мы поехали к ней на родину, выходные провели там…

***

Эта поездка к родителям Ольги оказала на меня неизгладимое впечатление.

Протрясясь в старом расхлябанном автобусе два с половиной часа, мы оказались в небольшом райцентре, скорее всего, это было большое село. Постройки были в основном одноэтажные, лишь, несколько зданий в центре, высилось над остальными вторым этажом. Всё жильё здесь представлял частный сектор.

Пройдя минут пять по центральной улице, если это можно так назвать, мы свернули в переулок и через пару домов уже скрипели зелёной калиткой в палисадник, за которым открылся старый, большой дом. Навстречу Ольге с восторженным лаем выбежала небольшая собачка дворовой породы и стала крутиться около ног, безумно виляя хвостом.

- Дружочек мой, ну привет, привет! – Ольга ласково почёсывала его за ушком, взглядывая тревожно на дверь.

На этот лай вышла не очень опрятная женщина средних лет, оказалась Ольгина мать. На левом плече у неё сидел аффенпинчер - маленький чёрный заморыш с собачьей мордой и колючими глазками, это я его так назвал, потому что он мне очень напомнил немецкую породу собак, они там в семнадцатом веке применялись для ловли грызунов:

- Оленька, доченька! – протянула она руки, - наконец-то вырвалась к нам, мы уж тут совсем заскучали, пойдём скорее в дом!

- Привет, мам! - вот и все слова, ну, правда, обнялись всё-таки.

В доме мне не понравилось, ещё в коридоре я заметил кучи какого-то ненужного тряпья и прочего хлама, распиханные по углам. Оказавшись в передней, невозможно было не задохнуться от удушливого запаха какой-то кислятины и мочи.

Источник зла стал понятен довольно скоро: из-за засаленной ситцевой занавески, служившей дверью между передней и другой комнатой, послышался скрипучий недовольный мужской голос:

- Верка, кто там пришёл? Кого ещё черти принесли? – почти угадал дядя, только, скорее уж чертей принесли не по своей воле в этот гадюшник. Думаете, если я – нечисть, мне должны быть приятны эти ароматы? И тот урод на инвалидной коляске, который выкатился из-за занавески, не услышав ответа от своей Верки, должен быть мне симпатичен?

По идее, да, но мне было противно. Особенно, когда я увидел его левого наушника! На плече, вальяжно развалившись, качался жирнющий, косматый чертяка, явно подшафе, и приветственно протягивал мне пятюню. Как будто, я это пожму…

- Васенька, смотри, кто к нам приехал! – пела Верка, - доченька Оленька, радость-то какая!

- Привет, пап, - выдавила из себя Ольга и, подобравшись, будто перед прыжком в холодную воду, пошла, обнимать папашу. А, он не особо и обрадовался:

- Что, нагулялась в городе, дом родной вспомнила, надеюсь, не забыла папуле гостинчик привезти, знаешь, какой? – а сам недвусмысленно щёлкнул себя пальцами, со сто лет не стрижеными ногтями, по горлу. Как вам? И шлёпнул её по заду, вместо отцовских объятий…

- Может, домой, а? – шепнул я с надеждой Ольге. Но она замотала головой, я так понял, что мне, оказалось, алкашу на колёсиках:

- Нет, па, денег нет совсем. Меня с работы уволили…

- Так ты к нам за деньгами, значит, прикатила? – окрысился он беззубым ртом, - не рассчитывай!

- Васенька, не нервничай, тебе вредно! – пискнула Верка.

В это время в дом влетела чумазая девчонка лет десяти с тонкими косичками и такими же тонкими ногами:

- Олька! Как я тебя ждала! – и с размаху кинулась нам на грудь. «Младшая сестрёнка!» - догадался я. Вот тут Ольга обрадовалась, я это понял сразу, она обняла чумазую малявку и расцеловала её.

На папашу внимания больше никто не обращал. И он укатил к себе за занавеску. Женщины, наконец-то, вышли на воздух…

Я глянул на Беляша, похоже ему тут бывать не впервой, по крайней мере, особого удивления я у него не заметил. Он приветственно кивнул своему коллеге с материна плеча, сочувственно пожал ему крыло и восседал спокойно на своём месте. То есть, типа: всё норм?

Ну, им ангелоподобным видней, конечно, но мне достойная человеческая жизнь представлялась по-другому…

Позже, когда вонючему бате, мать выставила заранее припрятанную бутылку мутного самогона, и он напоил своего чёрта до чёртиков (каков каламбур!), и вырубился в каморке за занавеской, я во всём разобрался.

Верка оказалась Ольгиной мачехой, мать, по-видимому, умерла давно, надо ещё это выяснить. Тонконогая Светка была сводной сестрой, и родной Ольге по отцу. Папаша спился то ли после того, как обезножел, то ли обезножел по причине пьянства, но это уже не важно…

- Ну, что же, девонька, плохи дела, - раздумчиво изрекла мачеха, выслушав Ольгин рассказ, - но, чем же тебе помочь? Денег у нас нет, сама знаешь. Картошки могу дать, солений разных, больше и нечего. Хочешь, возвращайся, Светка обрадуется, я не против, только, что тебе здесь делать, ума не приложу…

- Оль, оставайся,- канючила Светка.

- Верка! Утку давай, не удержу! – это очнулся за занавеской родной отец.

- Бегу, бегу! – спохватилась Верка.

- Опять опоздала, сучка! Можешь уже не торопиться, поздно, - расслабленно пробубнил алкаш…

Короче, здесь подмоги не жди, посочувствовала мачеха на словах и то хорошо, папаша того хуже оказался, лишь Светка радостно увивалась около Ольги весь вечер. Только ей мы и привезли гостинец, купленную на последние деньги шоколадку «Алёнка» и маленькую игрушку - брелок в виде зайца. Светка искренне радовалась…

Глава 10.

День двадцать первый.

Воскресенье

Да, да, мы тут ещё и переночевали! Хорошо хоть, что на веранде, не слушали папашины вопли и не дышали чистым аммиаком! Вот в преисподней самое место таким ароматам, да и то не везде, а лишь в самых низменных зонах…

«Надо бежать отсюда! Тут можно остаться только для того, чтобы сдохнуть...» - прочитал я у Ольги в телефоне, когда она перед сном писала дневник.

Нет, нашей девочке здесь не место! Удивляюсь, как она ещё вырвалась из этой клоаки? Как не опустилась до их уровня, или не пошла в проститутки, с её внешними данными, это вполне реально. Вот в этом и заключается моя задача: вернуть её в эту трущобу или довести до панели! Тут особого мастерства и не понадобиться, само всё катится по наклонной…

Наступила ночь с воскресенья на понедельник. Время отчёта в подземной канцелярии. Сначала их всё устроило, правда, выразили сожаление, что фальшивки в кассу не уговорил положить. Да, как тут положишь, когда прибежала начальница, одним словом, выкрутился.

Но, когда дошло до того, что я её в церковь отпустил без борьбы, тут я ощутил всю мощь нашей руководящей пресс-машины. Они пугали меня немыслимыми карами, если я не исправлюсь, в противном случае, меня отзовут от Ольги и…

Мне было интересно, куда после нового провала, меня ещё можно опустить? Ступеней вниз в нашей мерзопакостной деятельности предостаточно, но в конце списка меня ждал сюрприз!.. Какой, не сказали, но напугали изрядно…

После такой головомойки, дали неделю на исправление и разрешили вернуться к работе…

День двадцать второй.

Понедельник

Мы опять в городе. Уже немного поотпустило, да по сравнению с пятницей, и не немного. Главное, нагостившись в родном доме, появился мощный стимул, поработать лапками, чтобы не увязнуть в говне. Так, что мы принялись за поиски работы.

Смысла названивать в банки не было, там перекрыли плотно. Попробовала в пару - тройку мест бухгалтером, тоже не задалось, а больше ничего толкового не попадалось. Собрали по разным карманам последние копейки и пошли в супермаркет, куда обычно заходили после работы.

На стеклянных дверях магазина натолкнулись взглядом на объявление:

Требуется продавец

- Давай, не раздумывай, - заорали мы с Беляшом в унисон, - а потом, каждый сам по себе:

- Пока здесь поработаешь, а там, может, что-то получше найдём…

- Рядом с домом, на автобусах сэкономим, да и в давке толкаться по утрам не придётся!

Короче, уговорили. Пошли устраиваться, и нас приняли, Слава Богу!

Что?! Что я сказал?! Меня точно сварят в котле со смолой, хотя котлов там и нет, мне установят персональный! Это конец! Я больше не могу игнорировать явления, которые со мной творятся!

Я думаю о своём дальнейшем пути. И чем больше я размышляю, тем больше прихожу к выводу, что моё дальнейшее существование пугает и интересует меня гораздо меньше, чем будущее моей подопечной! Причём, зла я ей не желаю уже давно!..

День двадцать третий.

Вторник

Подъём в семь, так как на работу в магазин нам к восьми. Начинаем новую жизнь. Всю ночь я не спал, мой сосед, поняв, что острая фаза миновала, опять слинял куда-то до утра. И тем самым позволил мне остаться с Ольгой наедине.

Я покинул свой пост на плече и сидел напротив нашей «спящей красавицы», она и впрямь чертовски, нет, ангельски хороша. Я разглядывал её тонкий профиль, длинные пушистые ресницы, маленькое розовое ушко с тонкой нежной мочкой, знали бы вы, что я чувствую, прикасаясь к этой мочке, когда шепчу ей на ухо всякие дурацкие советы! Скорбная морщинка на переносице разгладилась во сне, дыхание стало ровным и спокойным. Грива волос, хаотичным веером разбросанная по подушке, несколькими прядями упала на лицо, и я не смог устоять, отвёл их в сторону.

Как?! Как у меня это получилось? Я дух бесплотный, способный лишь навевать мысли своей жертве, у меня не может быть физической возможности, влиять на предметы! Что со мной происходит?

В восемь мы на работе. Прошу прощения, что я отвлёкся на самоанализ и проигнорировал наши сборы. Впрочем, всё, как обычно.

Целый день нас учили работать продавцом-кассиром. Мы оказались молодцы, поэтому писать об этом, я не вижу смысла. Скажу только, что день выдался трудный, но в целом, всё прошло нормально. Коллектив, как и везде не без чертей, ну, сами понимаете, наш брат не дремлет. Но по крайней мере, таких отожравшихся особей, как на левом плече Аристарха, здесь ни у кого не видно, а это уже неплохо...

Пробираемся домой после трудового дня. Несём пакет с излюбленным пайком, всё дали под аванс. У подъезда зовём кошек, всё стадо вылетает с готовностью из кустов, им теперь придётся привыкать к новому расписанию, но я чувствую, они согласны…

В десять падаем в постель без задних ног. Беляш, игриво подмигнув мне, опять сваливает до утра, спокойно оставляя нашу принцессу в моих надёжных руках.

Когда я его спросил, куда он регулярно сбегает по ночам, он таинственно ответил, что улетает творить добрые дела, а у самого такая довольная улыбка расплылась в этот момент на лице, что я понял, дела у него, точно, очень добрые!

Он хитрый проныра, хоть и ангел, давно понял, что зла я ей не причиню. Можно и загулять ненадолго. А я опять с радостью остаюсь охранять её сон. И думать, что же мне делать со всем этим дальше.

И чем дольше я размышляю, тем больше утверждаюсь в мысли, что должен найти для Ольги хорошего парня, надёжного, сильного и верного. Такого, чтобы, какой бы советчик не подсел к ней на левое плечо после меня, а дни мои с ней уже сочтены, я это прекрасно понимаю, смог удерживать бы её душевное равновесие, и не позволял упасть…

День двадцать четвёртый.

Среда

Утром, несмотря на ранний подъём настроение у нас хорошее, даже поём в душе. Она красавица, стараюсь не подсматривать, когда она вот так голышом стоит под струями воды, но ненароком взглядываю, и уже не в силах отвести глаз.

Вот, скажите пожалуйста, как я с ней могу слиться воедино?

Только одним способом, но это невозможно, даже и думать не хочу, и участи этой ей не желаю!

А ведь, по задумке кураторов, я должен был стать, практически ею! Что эти кураторы понимают в женщинах? А, главное, во мне они не понимают ничего!..

Мы уже самостоятельно работаем, практически, всё знаем. А я начал претворять в жизнь идею, о том, чтобы найти для Ольги достойную пару. Беляш уже понял мою мысль, и не против…

Сразу отчитаюсь полностью за смену. Прошло всё хорошо, завтра подменяем заболевшую коллегу, заодно немного подзаработаем, нам ещё долги возвращать…

Накормив кошек у подъезда, переделав все дела, валимся в сон. Беляш уже навострил крылья слинять до утра. Хотя сегодня, ему бы не мешало выспаться. Задал я ему работёнку: целый день мы рассматривали потенциальных кандидатов Ольге в мужья…

Глава 11.

Да, никак не меньше, только в законные мужья, Беляш по-другому и рассматривать не согласился бы. И в этом он прав. Надо сказать, что я оказался даже придирчивее его. Мне так хочется, чтобы она была счастлива, что я не могу не учитывать её желания.

Поэтому я ловил её реакцию на покупателей мужского пола и замечал, как, вдруг, учащалось её дыхание, она спонтанно поправляла волосы, хотя в этом не было нужды, слегка улыбалась, и как менялся тембр её голоса, когда она отвечала некоторым из мужчин.

Собрав всё это воедино, я нарисовал для себя типаж потенциального кандидата: высокий брюнет с хорошей фигурой, правильными европейскими чертами лица, интеллигентный, опрятный, но не ботаник. В общем, нужен гармоничный во всех смыслах мужик, не обязательно супер-красавчик, но симпатичный.

И это только внешняя сторона вопроса, что касается внутреннего содержания, то тут всё намного строже, это уж мы с Беляшом сами обрисовали по кодексу настоящего мужчины: порядочный, добрый, умный, честный, надёжный. Сможет постоять за любимую в трудной ситуации, не предаст ни при каких обстоятельствах, будет чутким и нежным. Не женатый, само собой, и чтобы впоследствии, стал хорошим отцом для их будущих детей. Я ещё добавил материальную обеспеченность, но Беляш сказал, что это преходяще, и в этом, он прав…

День двадцать пятый.

Четверг

С утра вижу, что Беляш сегодня мне не помощник, прилетел уставший, но довольный. Ладно, пусть выспится бродяга, сами справимся.

У нас всё пучком и без его контроля. Работаем с огоньком, настроение хорошее второй день, жизнь вроде, как налаживается. В течение дня всё проходит в штатном режиме, то садимся на кассу, то идем принимать товар, то размещаем его на полках…

Беды ничто не предвещало! Только не думайте, что это я постарался! При раскладке товара, умудряемся столкнуться в узком проходе с покупателем и роняем полку с яйцами! Это – катастрофа!

Вместе со старшим продавцом разбираем всё это безобразие и приходим к выводу, что яичницей сможем накормить не только покупателей, находящихся в магазине в данный момент, но и угощать весь день вновь пришедших. Сердце у нас сжимается от тоски и ужаса одновременно: уволят, расстреляют, не рассчитаться ни в жизнь!

Как ни странно, виновник катастрофы никуда не ушёл до сих пор, он стоит поодаль и внимательно наблюдает за ковырянием в яичной жиже и подсчётом убытков.

Когда всё сосчитано, случается чудо! Наш покупатель проходит на кассу и оплачивает весь ущерб наличными! Персонал столбенеет, Ольга всё ещё в шоке, не понимает произошедшего, даже Беляш проснулся и тупо молчит!

Вот этот товарищ нам и нужен, решаю я! По внешности он не очень соответствует заявленному образу: здоровый детина, наверное, был раньше качком, а теперь слегка подраспустился, русой масти. На лицо, не урод, скорее обыкновенный, лишь бросаются в глаза пухлые губы, да и интеллигентности особой, я в нём не вижу, но жизнь вносит свои поправки в наш идеальный план.

Тем более, особое внимание я уделяю моему коллеге с его левого плеча, он вполне пристоен и уравновешен с Ангелом с правого. Даже, если это он провернул дело с яйцами, то лишь для знакомства с приятной девушкой. Такие ходы не возбраняются, в общем, надо брать!

- Давай, благодари своего спасителя! – шепчу я Ольге. Беляш со мной согласен:

- Скажи ему спасибо! Он оказался достойным человеком…

Ольга послушно подходит к мужчине и дрожащим голоском говорит:

- Спасибо… - и всё!

- Не за что, я сам виноват, сам и плачу, - смеётся мужик.

- И тем не менее, чем я могу Вас отблагодарить за спасение? – отмирает наша молчунья.

- Разве, что пойти со мной на свидание, которое Вас ни к чему не обязывает, Ольга, - прочитал он на бэйдже.

- С удовольствием, - шепчу я ей в ухо, и она повторяет за мной.

Дело сделано, теперь, главное, чтобы этот товарищ не испортил первое впечатление о себе!

Как отработали смену, сам не знаю, целый день в тумане под впечатлением от произошедшего. Как собственно, и коллектив магазина, темы для обсуждения хватило на весь день! Нам сегодня дали небольшой аванс, но после инцидента с яйцами, он уже не мог произвести на нас должного эффекта…

В восемь вечера заканчиваем работу, а на выходе из супермаркета видим нашего героя с огромным букетом роз! Молодец, мужик, правильное начало, хоть и затёртое до дыр, но судя по облику, креатива-то и не будет! Ладно, пусть он традиционен и не шибко умён, может не иметь энциклопедических знаний, лишь бы в остальном не подвёл!

- Добрый вечер, Ольга! – пробасил он, протягивая букет, - это Вам!

- Добрый вечер! Я прошу прощения, не спросила, как Ваше имя, даже не знаю, почему так получилось…

- Не смущайтесь, это стресс так Вас подсёк, меня зовут Николай и предлагаю перейти на Ты! – не рано ли, парень?!

- Очень приятно, Николай, но понимаете, я не смогу сегодня пойти с Вами, то есть с тобой, на свидание, я третий день отработала подряд, просто нет сил, да я и не одета для такого случая…

- А, это и не свидание, я тебя просто провожу до дома, а свидание назначай сама, когда удобно, у меня времени вагон!

Красиво дядя ведёт игру, но одно НО, меня всё-таки смутило, если он уже на Ты, как скоро пойдут события дальше…

- Можно завтра, у меня выходной!

- Вот и отлично, договорились!

За разговорами достигли подъезда, вместе покормили кошек. Долго он её задерживать не стал и, целомудренно поцеловав в щёку, отпустил восвояси…

Припевая и пританцовывая, мы поднялись в квартиру, день сегодня явно удался! Похоже, нашей красавице мужчина был симпатичен, я и не ожидал, что так скоро найдётся подходящий кандидат. А пока, мы с Беляшом ударили по рукам.

Как ни странно, мы с ним последнее время практически во всём, что касается нашей подопечной, единодушны! Я уже привык к своему белокрылому оппоненту, жаль, что очень скоро нам предстоит расстаться…

Глава 12.

День двадцать шестой.

Пятница

Мы выспались за всю неделю! Ах, да, забыл сказать, свидание у нас в 16.00, встречаемся прямо у своего подъезда, красота! Времени на сборы – предостаточно.

Позавтракали в тревожно-приподнятом настроении, принялись перетряхивать свои наряды, ну это, как водится, у всех женщин. Беляш откровенно зевал при виде всего этого барахла, а потом свалившись с плеча, которое всё время находилось в движении из-за примерок, вырубился прямо на кровати и захрапел…

Зато мне никто не мешал советовать нашей Золушке, что надеть на бал.

Сразу могу сказать, выбор оказался невелик, кроме офисной униформы: пары чёрных юбок до колена и трёх белых блузок под горло, рассматривать было практически нечего. Пришлось кроить из того, что было. По итогу, выбрали простые синие джинсы, достаточно узкие, чтобы облегать её длинные стройные ноги, и одну из белых блузок, больше остальных, похожую на мужскую сорочку, только надели её на более фривольный манер: две верхние пуговки из петель – долой, рукава подвернули на три четверти, воротничок приподняли.

Погоняли на выпуск или под заправку и выбрали вариант на выпуск под узенький лаковый ремешок чёрного цвета. Вообще хочу сказать, белая блузка или футболка с классической джинсой снизу, вариант беспроигрышный: и в пир, и в мир!

Мотайте на ус и женщины, и мужчины! В случае мужиков белая, немного приталенная рубашка навыпуск с закатанными рукавами работает на все сто. Только не забудьте пару пуговок расстегнуть сверху, третья – уже вульгарно. А если можете гордиться фигурой, то футболка в облипку или даже майка, конечно, тоже белая, выигрышно подчеркнут вашу мускулатуру…

Что-то меня увело от темы, возвращаюсь: наш ансамбль завершили открытые чёрные босоножки на высоком каблуке и маленькая чёрная сумочка с длинным ремешком…

Разобравшись с нарядом, занимались собой: маникюр, педикюр, эпиляция, ванна, причёска, макияж, блузку ещё прогладили получше…

Я участвовал во всех делах, наша принцесса должна быть лучшей! Беляшу на это было явно наплевать, и он проспал…

А у нас получилось всё на высшем уровне…

Незадолго до выхода, Ольга черкнула в дневник пару обнадёживающих строк: «Кажется, я смогу полюбить этого человека! Как же хочется быть, наконец, счастливой!» - милая моя, если бы я мог, точно бы сделал всё, чтобы ты была счастлива, а теперь сам отдаю тебя незнакомому дяде, в надежде, что он не подведёт!..

Ровно в шестнадцать ноль-ноль перед зеркалом стоит куколка, готовая блистать не на балу, конечно, там другие наряды нужны, но всё равно, прекрасная! Я не могу оторвать глаз!..

Похоже, Николая тоже наш вид равнодушным не оставил, он просто сияет, как начищенный пятак, любуясь Ольгой, около своего огромного джипа. Что ж, иной машины я и не ожидал от него. Он встречает Ольгу очередным розовым букетом и, галантно поцеловав ручку (наверное, почерпнул в кино), и распахнув дверцу, приглашает в машину…

Наш кавалер планировал какой-то крутой ресторан, но мы оказались одеты не по дресс-коду, ну, так сам виноват, надо было предупреждать, хотя не знаю, как бы мы вышли из положения, при столь скудных возможностях гардероба. Короче, планы поменялись, и мы теперь едем в какой-то загородный клуб, но тоже не плохо!..

Место оказалось вполне приличным, нашего кавалера, там точно знают. Персонал клуба именует его не иначе, как по имени отчеству: Николай Васильевич, и вид имеет любезный и подобострастный. Столик предложили один из самых лучших, быстро сняв с него табличку «Бронь», заменили зачем-то и так идеально белую скатерть на абсолютно такую же, и начали метать на стол яства, как в сказке!

На Ольгу это явно произвело глубокое впечатление, добавив красок бокалом шампанского, явно недешёвого, тут же ударившего фонтаном пузырьков прямо в голову!

Вечер выдался чудесным, вид из зала открывался на берег какого-то озера, красиво заросшего зеленью, по глади водоёма плавали лебеди, а у берега цвели лилии. Ольга здесь не то, что не была ни разу, она и не слышала об этом месте…

Николай был галантен в меру своего понимания этого термина, но вполне сносно. Наверное, я всё-таки слишком к нему строг! Беляш сидел начеку, как бы чего не вышло.

А ничего и не вышло, - говорю, забегая, как обычно, вперёд. Мы прекрасно танцевали, угощались всякими незнакомыми блюдами, вели непринуждённые разговоры. Чем больше бокалов вина употреблял в себя наш герой, тем непринуждённее они становились…

Спустя какое-то время, Ольге захотелось выйти на воздух, а точнее, отдышаться от юмора ниже пояса и недвусмысленных подкатов Николаши. Однако, наш мачо увязался за ней…

Прогуливаясь по аллее парка, ведущего к озеру, Николай всё время норовил приобнять Ольгу за талию или ещё пониже, и чем дальше они отходили от клуба, тем настойчивее становились его объятия! В конце концов, он крепко ухватил её за плечи и развернув лицом к себе, принялся целовать! Она отворачивала лицо от его настойчивых влажных губ, просила отпустить, и старалась вырваться, а он не собирался так просто её отпускать! Беляша на этот раз не рвало и не метало, он морально поддерживал нашу подопечную, как всегда, мораль превыше всего! А что делать мне? По идее, не мешать…

А по факту, Николай испортил вечер, нет, не вечер, он испортил всё! Меня это настолько разозлило, что я не понимаю до сих пор, как у меня вышло, только я заехал прямо в глаз герою-любовнику, вырубив заодно и веселящегося чертяку на его плече.

В человеческом восприятии, выглядело это так, будто Николаше в глаз залетела муха, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы он оставил Ольгу в покое и занялся собой.

Эх, как же тяжело быть наушником, ты слаб до безобразия в этом состоянии, можешь воздействовать только силой слова, вернее, внушения! В свой удар я вложил всю энергетическую мощь, какую сумел собрать, а после удара вырубился сам…

Глава 13.

День двадцать седьмой.

Суббота

Я очнулся только утром. Мы дома, спим в своей постели. Одни. Вернее, с Беляшом и со мной. Оглядел Ольгу, вроде цела, блондинчик в кои то веки бодрствует, внимательно смотрит на меня, обрадовался, что я очнулся и просветил, что было после удара.

Как только Николай ослабил хватку, отвлёкшись на свой глаз, Ольга других возможностей ждать не стала, вырвалась и вернулась в зал. Схватила сумочку и бегом на стоянку такси. Прыгнула в первое попавшееся и уехала, только её и видели. Короче, обошлось…

Я бы на месте Беляшика не обольщался… Такие ребята, как наш Никола легко и просто не отстанут. Боюсь, мы просчитались, поверив в доброго великодушного простака, и недооценили его лукавого советчика…

Так и вышло! Очень жаль, но я оказался прав, наш герой явился к Ольге прямо на работу, выяснять отношения! Чтобы не привлекать внимания коллег и покупателей, она отпросилась на десять минут выйти поговорить с ним…

Этот дубовый ослище реально не понимал, почему она сбежала вчера, не попрощавшись, и вообще, вечер только начинался, и у него были глобальные планы на всю ночь! Вот, что такому гению с тонкой душевной организацией можно объяснить? Она пыталась сослаться на то, что утром рано вставать, что от шампанского разболелась голова, но эти отговорки его не впечатляли, и дело кончилось прямым заявлением, что она ему должна, и сегодня вечером он будет ждать её после работы!

- Никакие отмазы не принимаются!

- Николай, но Вы же говорили, что свидание меня ни к чему не обязывает? – робко напомнила Ольга.

- Не Вы, а ты! Я передумал, вернее, я ещё тогда, так не думал, просто, сказал красиво! Ты мне понравилась, и хватит набивать себе цену! Сегодня в восемь вечера я буду здесь, и точка! – сказал, как припечатал!

Теперь ломаем голову, как отвязаться от навязчивого ухажёра, а конкретнее, как сегодня не попасть к нему в лапы! Как интересно мы живём теперь, а ещё совсем недавно, я боялся умереть от тоски, и это с учётом того, что я бессмертен! Я и не подозревал, до чего тяжела жизнь у молодых хорошеньких девушек!

Не придумав ничего оригинального, сматываемся с работы через чёрный ход, предварительно отпросившись у начальства. Неохотно, но отпустили, когда объяснила, в чём дело.

Летим до дома на одном дыхании и сидим весь вечер, как мыши, даже свет не включаем! Беляш весь на нервах, как собственно, и я. Опять что-то пишем в своём телефоне, читаю: «Я думаю, меня кто-то сглазил, уже почти месяц, как со мной происходят сплошные неприятности!» - вот, как!

Это что же получается, неприятности у неё начались из-за меня? Через три дня будет ровно тридцать дней, как я сопровождаю её везде. Но, не считая мелких пакостей в начале знакомства, я ей больше ни разу не навредил!

Аристарх подлецом оказался, точно не из-за меня. Хотя, в знакомстве с Николаем, я всё-таки поучаствовал, признаюсь, поторопился, повёлся на широкий жест, как гимназистка...

«Как вырваться из этого порочного круга? Как от этого монстра на джипе избавиться? Я его боюсь!» Ну, раз уж я навредил бедняге, буду сам решать её проблему. Но, тем не менее, даже в этой своей ошибке, я вижу один маленький плюсик: Ольга, явно ожила, теперь её жизнь перестала быть серой и унылой, а немного адреналина не повредит…

Думали, что получиться заснуть, всё равно, свет не включишь, но провалялись, не сомкнув глаз до полуночи, потом кое-как задремали. Беляш, понимая, что на сегодня его помощь не понадобиться, опять куда-то засобирался, а я остался охранять сон своей принцессы.

Бедная девочка, почему же тебе так не везёт-то?! Почему на твоём пути попадаются одни сволочи? Куда подевались нормальные мужики? Вот сижу опять перед ней и разглядываю лицо. Ясное дело, на нём написано большими буквами: нежная, тонкая, ранимая, слабая и… прекрасная! Ей защитник нужен, а кругом кровожадные хищники! Как мне её защитить? М-да, похоже, я совсем потерялся, в моей должностной инструкции ничего подобного не написано…

День двадцать восьмой.

Воскресенье

Утром собираемся на работу, у нас график два через два. Трясёмся нервной дрожью, опасаясь, что Николаша поджидает у подъезда. Успокаиваю бедолагу:

- Он наверняка вчера напился от обиды, что провела его, как мальчика, так что рано не встанет, собирайся спокойно и шуруй в магазин, а там, посмотрим…

Так и есть, путь свободен, без проблем добрались до работы.

Но весь день в ужасе кидали взгляды на вход в супермаркет, никто не появился. Однако, я не сомневался в упрямстве нашего героя, поэтому за час до окончания смены у меня созрел план…

Глава 14.

Я оставил свою подопечную под полную ответственность Беляша, а сам попросился в преисподнюю. Надо сказать, что такие самоволки у нас не приветствуются, но в экстренных случаях, допускаются. И меня приняли. Я был красноречив и доказателен насколько это возможно. И выпросил разрешение, дать мне карт-бланш с Ольгой на целую неделю.

До следующего воскресенья! Я обещал им принести её на блюдечке с голубой каёмочкой, лишь бы они вернули мне возможность принять облик человека! Ну, не моё это – быть наушником, я намного полезней буду в нашем общем деле, применив другие таланты!..

О, как же я был убедителен! В таком порыве вдохновения, я мог оправдать бы Калигулу или Гитлера, их причислили бы к лику святых, вытолкав из ада взашей!..

Ровно в двадцать ноль-ноль гуляю возле входа в супермаркет. Видели бы вы меня сегодня: высокий статный брюнет, синие джинсы, белая футболка, обтягивающая короткими рукавами бицепсы, пресс - стальная пластина! Глаза карие, проницательные и умные, нос прямой, губы нормальные, пухлые делать не стал, не мальчик же, подбородок волевой, слегка небрит, для шарма. Постарался на славу, куратор полёт моей фантазии ограничивать не стал, но сказал, что у меня это последняя неделя, если не справлюсь, то несдобровать!..

Наконец, вижу, как моя красавица выходит с чёрного хода вся бледная, на не гнущихся ногах. На ней Беляш, тоже растерянный. Издали делаю ему знак и подхожу к Ольге. Она в ужасе шарахается, а блондинчик, наконец, узнав меня, оседлал её плечо и настойчиво толкует прямо в ухо:

- Не бойся его, он хороший! Ему можно верить!

С ума сойти, мне можно верить, до чего же я докатился, меня Ангел хвалит! А я и рад, лишь бы Ольга доверилась мне, сейчас это самое главное!

- Девушка, извините, пожалуйста, я не местный, заплутал слегка, - импровизирую на ходу под одобрительные кивки Беляша, - не подскажете, как найти улицу Сурикова, дом семнадцать? – называю её адрес.

- Мне, как раз туда же, пойдёмте, я покажу, - она с облегчением соглашается, ей как раз нужен попутчик. А я продолжаю, тем временем,

- Понимаете, я приезжий, некоторое время пробуду в Вашем городе, вот снял квартиру по интернету, а дом найти не могу.

Так слово за слово, знакомимся:

- Я – Сергей.

- А, я – Ольга.

- Очень приятно! – мне на самом деле очень приятно! Я наконец-то, могу с ней говорить нормально, а не пищать в ухо всякую дурь. Могу прямо глядеть в синеву её глаз, и она улыбается мне в ответ! Я хочу взять её за руку, очень хочу, но пока не имею на это права! Но заслужу!..

Как я и предполагал, Николаша прогуливается возле своего танка, припаркованного прямо перед входом в подъезд, мышь не прошмыгнёт, незамеченной!

Завидев Ольгу, без тени сомнения направляется прямо к ней, так неминуемо и без шансов на спасение, словно тяжёлый дорожный каток! Не замечая меня в упор, я даже усомнился, не стал ли снова невидимым наушником, хватает бедную девушку за руку и молча волочёт в свою машину, а она бедняжка упирается и ловит своими испуганными глазами мои, а в них мольба:

- Спаси!

И тут, вступаю я:

- Мужчина, не знаю, как вас звать-величать, отпустили бы девушку, видите же, что она с Вами не хочет никуда ехать!

- Тебя никто не спрашивает, заступник хренов! – рявкает Николаша, продолжая тянуть Ольгу за собой.

- Меня и спрашивать не надо, я сам всё вижу, - ловлю бугая за руку, и тут же получаю тяжёлый удар в челюсть! В глазах искрит, но зубы, кажется, целы, а вот губа разбита точно, чувствую, как из неё начинает сочиться кровь. Больше не церемонюсь…

Неожиданный хук слева, повергает моего соперника в нокаут! Ну, как же, я подготовился, КМС по боксу, это вам не девочек грязными ручищами лапать! Пока спарринг-партнёр приходит в чувство, хватаю Ольгу за руку, и мы бежим в подъезд! Беляш аплодирует! А, я теперь имею право держать её руку в своей! Вот так!

Подъездная дверь захлопнулась, и мы остались одни в темноте.

- Он умер? – спросила она где-то совсем близко.

- Неет, - смеюсь я, - ему сейчас хорошо, немного отдохнёт и поедет домой. - Смеяться-то смеюсь, а разбитая губа начинает болеть.

Вот вам и издержки человечности, в смысле человеческого тела, ты словно на качелях чувств и ощущений находишься: я только что, таял от любви к девушке, через минуту кипел яростью к сопернику, потом, пять секунд праздновал триумф, а теперь терплю физическую боль!

Она поворачивает ручку подъездного выключателя и ахает:

- Сергей! У вас кровь на лице! И на футболке тоже! Вам надо умыться, я здесь живу на четвёртом этаже, пойдёмте, надо обработать рану! – вот так! Видели вы путь к сердцу женщины короче? Может, конечно, и видели, но этот беспроигрышный, точно!..

Глава 15.

Идём к ней, вернее к нам. Делаю вид, что впервые в этой квартире, осматриваюсь, она приглашает на кухню. Достаёт аптечку и предлагает снять мою белоснежную футболку, чтобы застирать кровь, потому что потом, не отстирается. Я послушно снимаю. Сейчас сражу её наповал.

Беляш ошеломлённо присвистывает при виде моих восьми кубиков и брутальной татухи на плече и показывает многозначительный кулак! Я смеюсь ему в ответ, зажимая разбитую губу, она это видит и не понимает, отчего мне смешно.

Но размышлять ей об этом некогда, она любуется моим телом, хотя и делает вид, что открывает какой-то флакон. Потом осторожно обрабатывает мою пострадавшую губу смоченным в растворе перекиси водорода ватным диском и очень нежно на неё дует.

Я терплю, делая вид, что больно, хотя мне действительно больно, но терплю я, не имея возможности поцеловать её, так как соблазнительные губы находятся в паре сантиметров от меня, пусть от этого ране станет ещё больнее, не важно! Если бы не Беляш, гипнотизирующий меня не моргая, я бы не устоял!..

Она пошла в ванную, застирывать пятно на футболке. Я сижу, осматриваю наше хозяйство глазами человека, мне нравится, я бы здесь остался с ней вместе. Я бы с ней и в каменной пещере и в землянке остался…

Футболка сохнет в ванной на горячей трубе, мы пьём чай. Наконец-то! Её ядовитый кофе мне уже давно надоел, хотя и с молоком. Болтаем о пустяках, я больше слушаю, чем говорю.

В какой-то момент её слегка отпускает мой магический облик, и она раскрывается и рассказывает о своих злоключениях. Даже не знаю, как так вышло, она была со всеми довольно замкнута, за месяц я не увидел никаких подруг, ни знакомых соседей, ни коллег, родители, вообще, засада, а мне постороннему мужику выдала всю биографию…

Значит, поверила, значит, устала одна, значит, я ей нужен!..

Беляш, однако, делает знаки, что мне пора бы и честь знать. Я, как раз вспоминаю, что надо посмотреть свою съёмную квартиру, до которой так и не дошёл. Она с явным сожалением меня отпускает, а я, натягивая полусырую футболку, торжественно обещаю поработать её охранником на общественных началах, встречать и провожать ежедневно, ведь, мы теперь соседи…

И всё, так и ухожу! Решаю проблему с квартирой, не выходя из подъезда, на этой неделе мне подвластно всё! Только, воспользуюсь ли я всем?..

День двадцать девятый.

Понедельник

У моей принцессы – выходной, и я уверен, что она проспит часов до девяти, а, может и дольше, поэтому не тороплюсь. Она становится другой, уже не вскакивает ранищу, когда может понежиться в постели, она теперь пьёт свой термоядерный кофе с молоком, она стала расстёгивать верхнюю пуговичку на блузке. Это мои заслуги.

Скажете мало? А, я считаю, много! Если это делает её счастливее, хотя бы на чуть-чуть, то я горжусь своей работой! Знаю, кто бы меня сейчас обсмеял и отругал, а после этого, зашвырнул отмывать котлы из-под смолы! Но мне плевать, есть ещё целая неделя до казни!..

Даю выспаться моей принцессе и в десять звоню в нашу дверь, просто поздороваться и сказать, в какой квартире я живу. Мне открывают почти мгновенно, и я утопаю в синих счастливых глазах, я тону в них.

Беляш, скрестив крылья на груди, словно строгий учитель, смотрит на меня, однако, с лукавым прищуром и, улыбается улыбкой Джоконды. Он всё понимает, а я и не скрываю. Не скрываю больше ни от него, ни от себя, что я её люблю, и пусть всё летит в тартарары, в общем, туда, откуда я родом, но эта неделя моя! Вернее, наша с ней, только, ей я ни в чём не признаюсь, нет смысла из-за одной недели разбивать сердце моей принцессе, когда придёт время исчезнуть, я что-нибудь придумаю…

Мы завтракаем, вместе. Нет, не пресловутыми гренками на её кухне! Мы завтракаем у меня, я постарался сегодня, пока она спала. На столе блинчики с джемом и сметаной, пусть выбирает сама, что ей больше нравится, и хороший Аргентинский кофе, прямо из Буэнос-Айреса ночью доставили, этот, и без молока пить - одно удовольствие…

У Ольги целых два выходных дня, и я не намерен их тратить понапрасну, мы проведём их вместе. Я уже всё придумал…

Мы мчимся на моей дорогой, но не пафосной иномарке за город. Нет, не в клуб, из которого ещё не так давно мы с Беляшом её вызволяли от Николая. Мы едем на турбазу с палаткой и, пробудем там целых полтора дня и целую ночь!

Выгружаемся на месте. Неумело пытаемся поставить палатку, путаемся в ней и смеёмся. Как она смеётся, это надо видеть! Я с ней почти месяц уже, а ещё ни разу не слышал её смех, а теперь она смеётся!..

Это магия, я зачарован её смехом, её улыбкой, её робкой непосредственной радостью, которой она никак не может позволить, взять над собой власть. Которой, она боится поверить…

Глава 16.

Несмотря на начало недели, отдыхающих в лагере много, нам помогают с палаткой, мы знакомимся с ребятами, что расположились по соседству, нам хорошо!

Погода стоит, как на заказ, и мы идём купаться. Лагерь разбит в прекрасном месте, на самом берегу реки. Берег песчаный и отлогий, и образует хороший чистый пляж, там много народу, и мы направляемся туда.

Мы шагаем, взявшись за руки, теперь эта роскошь мне доступна. На нас глядят множество глаз, у неё прекрасная фигура, скромный купальник ничего не скрывает, мужчины и молодые ребята откровенно её разглядывают, я горжусь и, одновременно, сгораю от ревности! Я знаю, что множество женских глаз сейчас оценивают и меня, и уверен, что тяну на сто баллов по пятибалльной шкале, но мне наплевать, всё это, только для неё…

Метров в пяти от кромки воды я разбегаюсь и, пробежав немного по отмели, ныряю с головой в глубину, потому что мне надо остыть. Во мне, словно в кипящем смоляном котле, бурлят такие страсти, что я боюсь этой горящей лавой её обжечь и напугать…

Вынырнув на середине реки, я наблюдаю, как она неспешно опасливо заходит в воду, сначала проверяя её ступнями на холод, потом делает ещё несколько неуверенных шагов и замирает, когда кромка воды подступает к границе плавок.

Я возвращаюсь к ней. Несколько широких гребков, я достаю ногами до дна и иду в её сторону. Постепенно моё тело поднимается из воды всё выше, тёплый ветер обдувает кожу, я испытываю блаженство. Я знаю, что моя шикарная фигура сейчас смотрится особенно выигрышно, накачанное тело, созданное по всем пропорциям золотого сечения в каплях воды, как магнитом притягивает взоры дам всех возрастов на этом пляже, но, главное, чтобы оно нравилось ей. Она глядит на меня и улыбается только мне одному…

Мы занимаемся гедонизмом в его Эпикурейской трактовке, то есть ловим моменты счастья, до самого вечера, прервавшись только на трапезу, приготовленную из полуфабрикатов на общей турбазовской кухне…

Вечером, когда стемнело, на площадке в центре лагеря ребята разводят большой костёр, вокруг которого собирается полно народа. Какой-то парень берёт гитару и поёт.

Он поёт о любви, ему многие подпевают, и эта песня дарит мне умиротворение и покой, она отвечает на все мои «Почему?», «Возможно ли?», «Что теперь будет?» И я чувствую, что всё будет хорошо, что всё возможно, потому, что люблю!

Ольга рядом, мы сидим около костра на бревне, я обнимаю её за плечи, эти узкие, острые плечи, на которых так трудно усидеть. Правильно, потому, что нечего делать на этих плечах, они не созданы, чтобы таскать тяжёлую ношу грехов, они созданы для того, чтобы порхать от счастья…

Беляш уже куда-то опять слинял! Он что, не понимает, что рискует своей подопечной! А, вдруг, я не устою?! А, вдруг, она не устоит?! Он так уверен в нас обоих? Похоже, что, да!

Наконец, костёр потух, песни закончились, и все, подсвечивая дорогу фонариками, разбредаются по палаткам спать. Мы тоже. Но забираться в спальные мешки ещё слишком жарко, мы, расстегнув молнии, настилаем их друг на дружку и ложимся сверху.

Не могу вспомнить, о чём мы говорили тогда, но среди прочих фраз, она сказала, что счастлива и боится признаться себе в этом, она не верит, что всё происходящее не сон, и она не хочет просыпаться! У меня получается! Ей хорошо, но, что делать дальше? Свои инструкции я давно сжёг, мне надо писать новые, для неё я должен быть особенным…

А, вот поцелуи никто не отменял, тут уж, блондинчик, извини, я не железный!..

Вот оно, как происходит, когда любишь! Я целовался сотни раз, по-всякому. Целую науку, изучил, поцелуй в искусстве соблазна - штука серьёзная! Умею это делать и как женщина, и как мужчина.

Ясное дело, в виде женщины из-под палки, но и как мужчина, совсем не то, что сегодня. Теперь, я целовался, как влюблённый мужчина! Я терял от этих поцелуев голову, не в силах, остановиться и прерваться даже для вдоха, и безумно хотел большего. Потому, что обнимая это тело, осязая тепло и шелковистость кожи, вдыхая его аромат, чувствуя сбивчивое дыхание и слыша учащённый стук её сердца, я перестал быть хозяином себя самого.

Мой организм в этот момент жил своей собственной жизнью, я больше не диктовал ему, что делать, моё тело само командовало мною, устанавливая свои законы! Похоже, с Ольгой творилось то же самое… Куда же подевался наш строгий надзиратель?! Сейчас бы он очень пригодился!

Мне ничто не мешает, перейти к следующей фазе наших отношений, это было бы абсолютно естественно, и Ольга была бы не против, я уверен. Но внутри меня словно загорается красный сигнал светофора и не даёт двигаться вперёд.

Когда становится невмоготу разрываться между этим табу и безумным желанием овладеть моей принцессой сейчас же, я выскакиваю из палатки, ничего ей не объясняя…

Надо побыть одному, остыть и ответить на ряд важных вопросов. Кому? Самому себе, конечно…

Быстро иду к реке, скидываю майку и джинсы, и с разбегу бросаюсь в воду, надо привести в порядок и мысли, и чувства!..

Глава 17.

Похоже, Беляш кинул нас не случайно, проверяет меня на стойкость, иначе не объяснишь его отсутствие в такой критический момент. Он ведь уже давно догадался о моих чувствах к Ольге и сейчас должен быть начеку, как никогда, а он где-то зависает опять!..

В несколько гребков я оказываюсь на середине реки, течение здесь довольно сильное, а вода значительно холоднее, чем у берега! Я сосредоточиваюсь на борьбе с течением и плыву против него. Я хочу растратить свою бешеную энергию на борьбу с водой, а не с самим собой.

Река упрямо тащит меня от лагеря куда-то в лес, а я не сдаюсь и даже побеждаю, продвигаясь в противоположном направлении. Как же тяжело быть человеком! На тебя всё время давят какие-то немыслимые стереотипы, правила и законы дурацкой человеческой жизни! Тебе в уши дуют какие-то советчики, откуда им знать, как будет правильно для тебя?! И, что мне со всем этим делать?

С одной стороны, если я сейчас отпущу ситуацию, и отдамся страсти, то уподоблюсь типичному чёрту и, наконец-то, вырасту в глазах руководства! Как раз это я и обещал своим добрым кураторам, которые мне оказали доверие и дали полную волю!

А, что будет с ней? Я же не останусь. В любом случае у меня всего неделя, даже уже меньше. А потом? Получается, я разобью ей сердце и брошу? Пусть и не по своей воле, но всё же.

Вот и наступает момент истины, я должен определиться, с кем я и на чьей стороне. Сейчас пришло время, играть по-крупному. Я уверен на сто процентов, что такой подсечки, она точно не выдержит, мне надо всего лишь, воспользоваться ею, и привести мою принцессу к такому падению, чтобы у неё просто не осталось сил, снова встать! Это и есть моё предназначение, сколько раз раньше я проворачивал подобные номера и никогда не мучился сомнениями.

Только, что будет со мной после этого? С ней-то всё ясно, а что буду делать я? Умру, если смогу, только на это у меня нет своего права, а после такой добычи, мне уж точно, никто его не даст! А, без неё, нет смысла ни в чём… Как же легко, делать выбор, когда любишь!..

Мучимый своими сомнениями, я давно перестал грести и отдался на волю реки. А она только и ждала этого, подхватила меня, словно листок, оторвавшийся от дерева и, несёт в ночь…

***

Спохватываюсь я не скоро, а лишь тогда, когда замечаю, что за деревьями давно пропали последние огни турбазы, и реку поглотила чёрная тьма. Вот так и человек, отдаваясь на волю тёмных сил, уносится чёрной рекой в никуда. И выбраться уже не может, - размышляю я, выкарабкиваясь на заросший кустами берег…

Часа полтора - два мне приходится продираться в темноте, сквозь сплошные заросли и колючки босиком. Но всё это плутание явно идёт на пользу, я только крепче утверждаюсь в мысли, что поступил правильно, сбежав от любимой в критический момент. Иначе ей так же пришлось бы вырываться потом из зарослей чертополоха своей жизни, а я бы её не выпустил, если бы был таким, как раньше…

Когда я, наконец, выхожу к турбазе, на пляже творится что-то неладное, берег светится всеми фонарями, будто парк культуры субботним вечером, суетится народ, мужчины ныряют в воду, а женщины что-то кричат, наконец, я разбираю их слова:

- Сергей! Сергей! – это же моё имя! Они меня ищут! А Ольга?

Она сидит на песке, сжимая в руках мою футболку, уткнувшись в неё лицом. Я бегу к ней, надо скорее сказать, что я жив, чтобы успокоить её,

- Я тут! – кричу я, что есть мочи. Все смолкают, и броуновское движение останавливается. Ольга поднимает заплаканные глаза, вскакивает и, наступая на потерянную тут же футболку, бежит мне навстречу.

Однако, раньше неё, ко мне подлетает какой-то незнакомый парень, а может, я и видел его у костра, не помню, и в этот же миг прямо в мой глаз прилетает его кулак! Я падаю, но он меня подхватывает за руку и, похлопав дружески по плечу, советует больше так свою девушку не пугать!

Как много я ещё не понимаю в человеческих отношениях. Какой из меня советчик!

Она, не дождавшись меня в палатке, пошла на поиски, выйдя к пляжу, увидела одежду на песке и, не докричавшись, подумала, что я утонул! Подняла шум, и народ искал меня среди ночи всем лагерем!

А теперь этот парень, который явно поставил мне под глаз фонарь, решил, что я нарочно раскидал свои шмотки на берегу, а сам прятался в кустах, чтобы Ольга попсиховала! Я - идиот!

Любимая, увязая в песке, подбегает, падает мне на грудь и начинает рыдать. Я обнимаю её и шёпотом прошу прощения, так, чтобы слышно было только ей, народ потихоньку расходится. Кто-то одобрительно улыбается, рассматривая нашу встречу, кто-то укоризненно качает головой, кто-то глядя на меня, крутит у виска пальцем…

Мы тоже идём в свою палатку, а я для себя решаю, что больше ни разу не обижу свою принцессу, чего бы мне это ни стоило. Когда мы снова укладываемся на свои спальные мешки, Ольга спрашивает:

- Почему ты ушёл? Я тебя обидела? Чем?

- Нет, ты меня не обидела, даже не сомневайся, я ушёл не из-за тебя, я из-за себя ушёл…

- Что тебя мучает? Ты можешь мне сказать? Расскажи мне о себе, только не ври, если не сможешь сказать правду, лучше промолчи. Только скажи, чего мне ждать от тебя дальше? У нас есть будущее? Я имею в виду общее наше будущее…

- Не знаю, - я стараюсь быть честным, как она просила, я и сам этого хочу, - у меня есть только неделя, даже меньше. В воскресенье вечером мы расстанемся. От меня это не зависит, если бы зависело, я бы остался рядом с тобой на миллион жизней!

- Ты поэтому убежал? Думаешь, я останусь и буду проклинать себя за то, что повелась на очередного лжеца, а он поматросил и бросил?

- Да, ты всё правильно поняла, - какая же она умница, с ней легко.

- Не терзайся! У нас всего шесть дней и шесть ночей, на терзания нет ни минуты! Зато потом, будет целая вечность, чтобы ругать себя за то, что не дали себе возможности быть счастливыми хотя бы не долго, или вспоминать, как были счастливы эти шесть дней и шесть ночей!

Вот и всё! Все мои умозаключения, выстроенные с таким трудом, рушатся в одно мгновение, потому, что принцесса права, а я дал себе слово её не обижать!..

Глава 18.

День тридцатый.

Вторник

Просыпаюсь в шесть утра, меня разбудила какая-то птаха, назойливо чирикающая рядом с палаткой. Первое, что ощущаю – тепло любимой, доверчиво положившей голову на моё плечо. Оно, конечно, затекло, я только сейчас почувствовал покалывание в кончиках пальцев левой руки.

Вот ведь какой парадокс: раньше я сидел у неё на левом плече, а теперь она спит на моём! Интересно, тяжёлой ли ношей я для неё был?

Она для меня – нет! Я готов целую вечность просыпаться по утрам с этой тяжестью на плече! Я готов носить Ольгу на руках всю её жизнь, потому, что моя жизнь равна бесконечности, вечности без Ольги!

Этой ночью я понял, как она дорога мне, потому, что близость с любимой, это такое неизведанное таинство, которое раньше было непостижимо для меня!

Наконец-то, я стал един, осколки физических ощущений, чувств и эмоций сложились, как в калейдоскопе в прекрасный узор, всё замкнулось в одной точке. Точке взрыва, тем более ошеломляющего, от того, что произошёл он для нас обоих одновременно! Я это понял, потому что почувствовал её, как себя самого! Сравнить это не с чем. Но теперь, я знаю точно, что она для меня единственная на все времена.

А вечность – всего лишь никчёмная роскошь без неё, как обувь не по размеру, даже если и хороша, то всё равно, не моя, носить невозможно! И выносить тоже…

Прилетел наконец-то, наш загулявшийся блюститель нравственности, сразу всё понял, глянул на меня с укоризной, потом на Ольгу, спящую по-прежнему на моём плече, и неожиданно смягчился и даже растрогался. Смахнул крылом невидимую слезу радости, а может и печали и, пообещав не возвращаться до конца недели, снова улетел…

Я лежу и слушаю птичий гомон за палаткой, вдруг среди хора, ухо вылавливает кукование кукушки. Я знаю, что суеверные люди верят в её предсказания, и я, словно простой влюблённый дурачок, мысленно спрашиваю, сколько лет мне отмеряно быть вместе с Ольгой?

Вещунья замирает на несколько мгновений, конечно, чего же я хотел услышать? Но потом принимается куковать снова, я считаю, считаю и сбиваюсь со счёта, а она всё не умолкает. Что это значит? Может, она пророчит уже кому-то другому? Скорее всего, так и есть…

Моя красавица просыпается, я любуюсь этими мгновениями, чтобы запомнить навсегда. Вот она потянулась, съехала с моего плеча и повернулась на спину. Выгнулась дугой, закинув за голову руки. Ресницы дрогнули, и она, жмурясь, как мартовская кошечка на солнце, приоткрыла глаза и улыбнулась… мне!

Я каждое утро в течение этого месяца, видел её пробуждение, но сегодня она проснулась по-другому, она проснулась счастливой!

Мы остаёмся в лагере до самого вечера. Гуляем по лесу недалеко от турбазы и находим чернику, я пробую ягоды на вкус. Ольга научила меня собирать их в ладонь, а потом, целой горстью опрокидывать в рот, это чудесно! Её рот становится чернильно-синим, мой, наверное, тоже. Но, как же здорово, целовать её мистически-готические невыносимо сладкие соблазнительные губы!

Потом мы купаемся и загораем, но не там, где вчера. Мы находим на достаточном удалении от базы, хорошее, тихое место с песчаным берегом, полоска песка довольно узкая, как раз только для нас двоих, это прекрасно. Речка, лес и вокруг ни души, только я и она!..

Хорошо, что Беляш подарил нам это время. Любовь, особенно в моменты близости, чужих глаз не терпит. А мы решаем не терять времени, для нас оно самая дорогая роскошь. Нашей страсти не мешают деревья и травы, солнце и река, и даже птицы или ещё какая живность. Скорее, наоборот, всё окружение придаёт особую остроту и чувственность ощущениям. Это сумасшествие!

Меня возбуждает в ней абсолютно всё, если я бросаю взгляд на губы, мне необходимо их попробовать сразу же на вкус, когда я опускаю взгляд ниже, то голубая жилка на её шее пульсирует так, будто требует срочного поцелуя.

Её грудь, прикрытая тонкими треугольниками купальника, заставляет моё сердце учащённо биться, а мои руки сами собой стремятся стянуть с неё это жалкое прикрытие. Когда она прикасается ко мне самым целомудренным прикосновением, всего лишь проводя своей ладонью по спине или животу, меня пронизывают разряды тока, и я словно батарейка после подзарядки, снова готов на любые подвиги!

Я будто заново родился, теперь, человеком! Как я существовал до этого? Я думал, что знаю все тайны страсти и достиг совершенства на любовном фронте! Каким же я был самоуверенным ослом! Я ухватил лишь крупицу с поверхности этого чудесного явления и мнил себя мастером в любовных утехах! Да, я освоил всю Кама Сутру и ещё кучу разных подобных трактатов, но не постиг сути: если в тебе нет огня любви, то голая физиология приносит лишь временную разрядку гормонов.

А если ты любишь, то близость возносит тебя к вершинам физического блаженства и душевного счастья, которые будучи не разделимы, вступают в сложную синергию, удесятеряя силу ощущений!

И это говорю я? О душевном счастье! А, разве у меня может быть душа?..

Глава 19.

Так проходит день, вечером, мы возвращаемся. Припарковав машину недалеко от дома, мы подходим к подъезду, и я вижу броневик нашего упрямого героя-любовника, отступать поздно, он тоже нас заметил, да и не стоит отступать. Отправив взволнованную Ольгу домой, я останавливаюсь пообщаться с настойчивым ухажёром. Поймав глазами взгляд его самоуверенного советчика, я без слов договариваюсь с ним:

- Послушай, брателло, ты меня узнаёшь? Эта женщина, моя! Я был с ней ещё до тебя, не важно в каком качестве! Я с ней и останусь, а ты забудь!

- Я уступаю, но ты мне за это заплатишь, - сжигая меня своими бесовскими глазами, шипит он в ответ.

- Знаю, кредиторов у меня скоро ещё прибавится, становись в очередь, - говорю я напоследок. И это чистая правда, обещания, данные кураторам, я выполнять не собираюсь…

Но сейчас это не важно, по крайней мере, Николай понял, что надо убираться восвояси, уловив приказ, посланный ему прямо в левое ухо. Он тупо развернулся и, сев не прощаясь в машину, уехал. Моя принцесса свободна, и когда меня не будет, надеюсь, что он больше не вернётся сюда…

Ольга ждала меня в подъезде, когда я вошёл, то сразу увидел, как она напугана. Я даю в полумраке лестничной клетки разглядеть своё лицо, и не заметив на нём никаких повреждений, она облегчённо выдыхает…

Ночь мы проводим у нас …

Дни тридцать первый - тридцать второй .

Среда – четверг

Я перестал писать свои отчёты с воскресной ночи. Зачем? Мне нечем хвастаться перед руководством. Что я им предоставлю через пять дней? Ничего. Заслуг на моём тёмном поприще не прибавится, уверен.

Я определился с этим ещё тогда, когда упросил кураторов, дать мне возможность пробыть рядом с Ольгой одну неделю человеком. И признался в этом себе окончательно прошлой ночью. Время неумолимо течёт, тем более обидно, что эти два дня она работает, подменять её никто не станет, она новичок...

Что ж, я бужу её утром в семь и готовлю завтрак, она собирается на работу с большим сожалением, а потом я иду её провожать, хотя путь совсем короткий. И вовсе не потому, что думаю встретить у подъезда или около магазина нашего славного Николая, а потому, что могу побыть с ней рядом ещё целых пять минут…

Я жду её около супермаркета вечером, и мы идём домой, я беру её за руку не из-за боязни, что она не удержится на ногах, а потому, что не могу удержаться сам. Удержаться от желания дотронуться до моей любимой.

Кстати, ей пришлось отпроситься с работы, опять к следователю, надеюсь, это был последний поход в казённый дом, потому что Ольге сообщили, что Аристарх найден мёртвым с проломленным черепом в каком-то парке. Доигрался сукин сын, как я и говорил! Теперь его советчик точно пойдёт на повышение, а я нет. Но меня это, ни капли не заботит…

Я кормлю её ужином, и наконец, она моя. Она, конечно, устала и зевает, но ни за что не хочет засыпать, и мы не расстаёмся в постели до тех пор, пока она буквально мгновенно не отключается на моём плече, так и не закончив, начатую фразу. Я целую её в кончик носа, как маленькую, поправляю одеяло и, подперев щёку рукой, любуюсь моей принцессой, практически до утра. Мне надо её хорошенько запомнить, скоро у меня останутся только эти воспоминания!..

Так проходит два дня. Мы ждём пятницу и субботу и в то же время, не ждём. Потому, что они приближают ненавистное расставание…

Дни тридцать третий – тридцать четвёртый.

Пятница и суббота

Оба дня мы до обеда валяемся в постели, потому, что нам так нравится. Потом гуляем в парке, катаемся на машине, бродим по дорогим магазинам, и я накупаю ей кучу красивых вещей. Она протестует, ей неловко, но должна же остаться память обо мне! Я очень убедителен, я это хорошо умею, и она соглашается принять подарки.

Как обычно, у подъезда кормим кошек, устроив им целое пиршество! Как и полагается, тощий чёрный котяра специально поджидал, когда мы пойдём в подъезд, чтобы пересечь нам путь. Ольга тут же настроилась плевать на левое плечо, прежде чем перешагнуть опасную черту, но я её отговорил, сказав, что коты не имеют никакого отношения к этому делу. Она согласилась, что это глупая суеверная привычка пришла за ней из детства, и пора от неё отвыкать…

Вечером в субботу я приглашаю её в ресторан, надо же девушке выгулять новое платье…

До чего она хороша! Васильковый шифон в стиле длинной греческой туники, необычайно ей идёт, пояс, отделанный золотом, перехватывает тонкую талию широкой полосой, сочетаясь с золотыми босоножками, сплошь состоящими из ремешков, плечи закрывают свободные драпировки, образуя глубокий V-образный вырез на спине и груди. Она словно античная богиня, такая же благородная и прекрасная. Высокий золотистый хвост шикарных волос заканчивается несколькими объёмными спиралями, продолжая этот образ.

Синева её лучистых глаз ещё более усиливается цветом наряда и кажется от этого ещё глубже и таинственней! Я не могу отвести глаз от моей принцессы!

Мы сидим за столиком на двоих в небольшом уютном зале элитного заведения, нам никто не мешает, мне было не трудно это устроить. Этим вечером я признаюсь ей в любви.

Это не просто, когда за таким признанием ничего не следует, я не могу ничего предложить. Я не падаю на колено и не кидаюсь целовать руки. Просто протягиваю ей маленькую бархатную коробочку. В ней нет обручального кольца, как вы могли бы подумать, там лежит моё разбитое сердце!

Подвеска из двух половинок, выполненная на заказ в единственном экземпляре. Сплав драгоценного металла, недоступного простым смертным, мерцает в свете люстры неярким блеском, а в одной из половинок, словно живой, сияя всеми многочисленными гранями, вибрирует на свободной закрепке бриллиант чистой воды.

Она ошеломлённо поднимает на меня глаза, я понимаю, что такая красота до селе была ей недоступна, но моя принцесса стоит гораздо большего, а дать я ей этого не могу. Я разделяю сердце на две части, и ту, что с камнем, на длинной тонкой цепочке, застегиваю на её шее.

Кулон хорошо устроился в соблазнительной ложбинке её грудей, ещё больше привлекая моё внимание к глубокому вырезу платья. Вторую половинку сердца я беру себе. Она без камней, но на ней тонким контуром выведен профиль моей любимой. Ни к одной из этих половинок нет в мире другой пары, кроме наших…

Для меня очень важно, чтобы это было именно так, я не знаю, поймёт ли меня любимая, просто хочу, чтобы поверила моим словам:

- Принцесса моя, я ничего не могу тебе обещать, и, скорее всего, новая встреча невозможна, но если ты когда-нибудь встретишь человека с половинкой сердца, которая тебе подойдёт, знай, что это я! Даже, если в этом человеке, меня не узнаешь…

Шансы мои на возвращение равняются нулю, но, вдруг у меня ещё появится возможность поучаствовать в её судьбе, это будет знак для неё и надежда…

Романтическое свидание плавно переходит в нашу последнюю ночь. Она оказалась бессонной, прекрасной и немного печальной, но мы обещали запомниться друг другу весёлыми и счастливыми. Однако, даже чувственность и страсть обостряются до такой степени, что это почти невыносимо, и моя принцесса плачет у меня на плече, а утешить её нечем…

Глава 20.

День последний.

Воскресенье

Провожаю её на работу, пообещав вечером встретить. Тяжело видеть её опухшие от слёз глаза, однако именно такой, не накрашенной, расстроенной она мне и запомнилась…

Ждать вечера я не стал, это было бы невыносимо для нас обоих. В кухне на столе я оставляю ей письмо, в котором излил все свои чувства, насколько сумел, моё красноречие подводит на этот раз однозначно. Под письмо кладу пакет банковских документов. Ещё в четверг, пока Ольга была на работе, я открыл счёт на её имя, положив туда приличную сумму денег.

Моя принцесса не должна ни в чём нуждаться и едва сводить концы с концами. Тут же на столе оставляю генеральную доверенность на её имя на свой автомобиль и ключи от него. Вот и всё! Вроде ничего не забыл… Мне пора…

***

Я постучал к ним сам, зачем ждать, я готов! Они настроились услышать мой победный отчёт и получить её падшую душу на блюде. А вместо этого, получили меня одного без её души и без отчёта. Наверное, я очень изменился, они разглядывают меня и, будто не узнают.

А мне и вправду, плевать на их наказание, пусть делают, что хотят. Меня согревает половинка человеческого сердца, и я не боюсь ничего.

Видя полную безнадёжность и понимая бессмысленность дальнейших попыток наставить меня на истинный, по их мнению, путь, они решают, что я больше им не нужен, поэтому подлежу уничтожению. Может, это и к лучшему, я всё равно не представляю, что делать с вечностью без неё…

Интересно, как они собираются меня ликвидировать? Распылить на электроны или какие-то микроволны? А вам не приходило в голову, что когда в атмосфере сгорает небесное тело, или во время грозы взрывается шаровая молния, это кто-то такой же, как я, приходит к своему логическому концу?

Они удаляются посовещаться, а я в свои последние минуты вспоминаю мою принцессу, смеющуюся и счастливую, заплаканную и грустную, просыпающуюся утром и зевающую перед сном. И надеюсь, что не принёс ей зла…

Наконец, придя к консенсусу, высокий суд выносит свой вердикт:

Они решают меня уничтожить самым ужасным способом: путём изгнания на землю, обратив в земное существо и сделав смертным! Пятьдесят – шестьдесят лет земной жизни, которые у меня в запасе при хорошем раскладе, для них мгновение, так они меня и уничтожат!..

Как любому смертнику перед казнью, мне дают право, выразить последнюю волю. Я, ни на что не надеясь, прошу оставить меня тем, кем я был всю эту неделю, с возможностью оказаться там, откуда прибыл. И они, понимая тяжесть и жестокость ужасного наказания, снисходительно идут мне навстречу и оставляют всё, как было!..

***

Совсем скоро Ольга вернётся с работы, я должен успеть её встретить, а до этого, забрать со стола своё прощальное письмо. Мы будем сегодня праздновать! У нас впереди вечность вместе! Ну, лет пятьдесят, точно! Я закрываю свою тетрадь, а с ней своё прошлое, вы читайте, а я спрячу её так, чтобы никто не нашёл, а может, даже, выброшу…

Тороплюсь и, спускаясь по ступенькам из своего съёмного жилья в нашу квартиру, вижу в подъездное окно знакомый джип, меня поджидает старый «друг» – Николай. Надо объяснить, в конце концов, парню, что он в нашей компании лишний.

Пробегаю вниз мимо нужной двери, письмо подождёт ещё немного, а мне необходимо закрыть тему с этим непонятливым идиотом до Ольгиного прихода окончательно, зачем ей понапрасну волноваться.

Выхожу, а наш герой оказывается не один, с подмогой, я насчитал четверых. Это он пришёл за расчётом, надо же, как вовремя! Завязывается бой, с учётом того, что теперь я обычный человек, неравный.

Падая на асфальт за миг до того, как отключиться, успеваю подумать, что теперь рассчитался со всеми долгами. Став смертным, я не вижу никаких советчиков, но уверен, что мой кредитор, манипулирующий тупым амбалом, удовлетворён, и я свободен…

***

Выйдя после смены из магазина, Ольга не увидела Сергея, подождав пару минут, пошла домой, надеясь, что он ждёт её там. Это их последний вечер, осталось совсем немного времени, она не хотела терять ни минуты. Почему он не встретил? В душе начали шевелиться тревожные мысли.

Подходя к дому, она увидела на детской площадке девчонок, игравших в куклы, одна из них привлекла её внимание тем, что наматывала на шею своей Барби цепочку, на конце которой болталась знакомая подвеска. Ольга подошла поближе, так и есть, не спутаешь, это половинка Сергея!

- Девочка, откуда у тебя этот кулон, - с замиранием сердца спросила она.

- Нашла вот здесь, - девочка махнула на подъезд.

- А, как ты нашла его?

- Там была драка, потом приехала скорая, дяденьку увезли, а это осталось…

Ольга, дрожащими руками расстегнув ворот блузки, достала свою половинку и сложила их вместе воедино.

- Здорово! – восторгнулась девочка, - значит, это Ваше?

- И дяденька этот тоже мой, не знаешь, куда его увезли?

- Не знаю, но Вы его найдите и половинку верните ему, он хороший, а те, что его били, злые, они кричали матом и пинали его в живот и в голову, когда он упал!..

Глава 21.

***

Она его нашла, перебрав несколько больниц, кроме имени Сергей, ничего о нём не могла добавить, разве что примерный возраст и описание внешности. В одном из стационаров, ей показали неизвестного, доставленного скорой помощью после драки прямо с улицы.

Через прозрачную стену реанимационного блока, она вглядывалась в мужчину, лежащего с перебинтованной головой под кислородной маской, от его тела отходила куча трубок и проводков, всё это заслоняло человека и мешало понять, кто он, но сердце колотилось так, что невозможно было поверить, что это кто-то другой.

Медсестра отогнула край голубой простыни, и Ольга увидела на мускулистой груди татуировку, ту самую, от которой не могла отвести взгляд в то вечер, когда они познакомились. Тогда он сидел у неё на кухне, соблазняя напропалую своим великолепным торсом, а отстиранная футболка сохла на трубе.

Каким прекрасным он был тогда, сногсшибательным, просто нереальным красавцем! Ольга ещё подумала в тот вечер, что природа такое совершенство создать не может. Теперь она убедилась, что её парень имеет вполне земное происхождение, это был всё тот же Сергей, только красоты в том, что перед ней предстало, не было. Девушка и обрадовалась тому, что он нашёлся, и испугалась: он был без сознания, весь избит, плотная повязка на голове говорила о серьёзной травме.

Что с ним, выживет ли?! Ольга стояла у стекла и плакала, глядя на то, что сотворили с её любимым. Она не сомневалась, что это – дело рук Николая. Но сейчас не до него, лишь бы Сергей очнулся, лишь бы травмы оказались не опасны, он нужен ей любой, только бы выжил, а там уж она от него не отойдёт ни на шаг!..

А потом, попав домой, она обнаружила на кухонном столе пакет банковских документов на её имя, ключи от машины с доверенностью и его письмо. Он говорил с ней такими жгучими строчками, что у девушки сжималось сердце, а слёзы катились на заветный листок сами собой. Она поняла, что он всё предвидел, и прощался навсегда:

- Любимая! Ангел мой земной! Я не стал ждать воскресенья, это слишком тяжело и невыносимо для меня, да и для тебя тоже. Давай простимся сегодня. Считай, что я уехал в командировку, и не скучай без меня. Катайся на машине, трать деньги и живи в своё удовольствие. Не верь проходимцам, у тебя добрый Ангел – хранитель, слушай его.

Если встретишь хорошего человека, не потеряй и, будь с ним счастлива. Поверь, что если бы у меня был хоть один – единственный шанс остаться, я бы его использовал, поэтому не вини себя в том, что я ушёл.

Просто бывают обстоятельства непреодолимой силы, которые нам не подвластны. И всегда будь уверена, и помни, что ты самая прекрасная, самая замечательная девушка на земле. Если бы ты только могла представить, какое чудо со мной сотворила.

Я прошёл с тобой такой длинный путь преображения, что и представить невозможно! Знай, что бы со мной не произошло, я буду вспоминать тебя всегда и, я ни о чём не жалею!

Будь счастлива, любимая. Прощай…

***

Ольга целый месяц ждала, когда он выйдет из комы. Шансов было не много, и на парне поставили жирный крест, но она упорно ходила каждый день в больницу, её уже все знали и считали женой, можно сказать, живого трупа. Но она верила, она чувствовала, что настанет день его возвращения, поэтому ежедневно была с ним рядом, чтобы не пропустить этот момент…

А ещё ходила в церковь, это пришло само, она почувствовала острую необходимость, зайти в Храм и молиться за его возвращение…

Он, всё-таки выкарабкался. Организм Сергея оказался крепким, ещё только, когда он попал в больницу, ему пришлось перенести несколько операций на внутренних органах. Подручные Николая били своими башмаками, не разбирая куда, поэтому селезёнку спасти не удалось, но в целом, всё плохое было позади, он вернулся…

Правда, тут случилась иная напасть: он ничего не помнил и её тоже забыл. Доктор предупреждал, что такое бывает после серьёзных черепно-мозговых травм, но шансы, на то, что память восстановится, таяли день за днём. Сергей упорно глядел на неё чужими глазами, и узнавать не собирался.

По совету врача, Ольга рассказывала ему прошлое, но так как знакомы они были совсем недолго, то рассказы вскоре иссякли. Никаких общих фото, общих друзей у них не было. Его родственников Ольга тоже не знала. Девушка находилась в полном тупике. Парня пора было выписывать, в больнице сделали всё, что могли. Только, куда ему идти, Сергей не понимал…

Ситуацию спасло разбитое сердце: когда Ольга, ни на что, уже не надеясь, протянула ему подвеску, он бережно взял её в руки, вглядывался некоторое время в тонкий силуэт красавицы на кулоне и, вдруг, заплакал, молча, без всхлипов, по-мужски…

Эпилог

День четыреста двадцать пятый

(отсчёт с того момента, когда я заново родился)

Странное дело, после травмы, я ничего не помню из своего прошлого: ни детства, ни юности, ничего! Вспомнил только жену, остальное, будто ластиком стёрто из памяти.

Наверное, я был каким-нибудь секретным агентом в прежней жизни, а потом за ненадобностью меня списали и стёрли память, чтобы лишнего не наболтал, я видел такое в фильмах. Но иногда, видимо, по старой привычке, я делаю записи в тетради, веду что-то вроде дневника. Сегодня напишу в нём, что я счастливый человек! Здесь важны оба слова и «счастливый», и «человек».

Мы с женой живём в доме у тёплого моря довольно уединённо, если не считать, что с нами её сестра Светка. После того, как меня хорошенько отделали какие-то негодяи, наверное, я должен был бы их знать, от кого и за что мне прилетело… Но я не помню и даже не хочу ничего ворошить, может, за дело получил…

Так вот, после того, что со мной случилось, я, скорее всего, уже не тот красавчик, что был раньше, шрамы на правом виске и поперёк живота останутся мне навсегда, как память о моём замечательном прошлом, которого я не помню. Но жена говорит, что такие атрибуты украшают настоящих мужчин и лишь добавляют шарма, не знаю, ей видней.

Ольга – моя жена, достаточно состоятельная женщина, она уверяет, что это моя заслуга, наверное, не врёт. Её банковский счёт даёт неплохие проценты, благодаря ему, мы приобрели этот дом и можем не беспокоиться о хлебе насущном, а ещё, скоро я стану отцом, и это самое главное!..

Я сижу в шезлонге на нашем собственном пляже перед домом и любуюсь, не отрывая глаз, как из воды выходит моя нимфа, улыбаюсь ей и приветственно киваю Ангелу, я его не вижу, но знаю, не понимаю, откуда, что он у неё на правом плече. А на левом у неё точно никого нет, откуда мне это известно? Очень просто: моя жена – святая, к тому же, у неё нет дурацкой привычки, троекратно плевать на левое плечо! Почему эта манера меня раздражает в других женщинах, даже не представляю…

В солнечных лучах капли воды на теле моей любимой мерцают, как бриллианты, а в соблазнительной ложбинке сияет сердце, моё сердце, отданное ей навек!..