Искусство Обмана

Глава 1

— Тебе следует предупредить остальных о произошедшем? — Успокоившись, и получив двойную дозу объятий, мама наконец отошла от меня, похоже и правда собираясь на работу.

— Предупредить? — Я несколько раз моргнул, собираясь с мыслями. Вообще-то связаться и объяснить ситуацию всему бабьему отряду, что побывал со мной в прошлом и правда стоило.

— Верно, Такаши, — мама строго посмотрела на меня. — Сейчас они не понимают что происходит и могут наделать глупостей.

— Да, да, — я выставил перед собой руки, призывая её успокоится. — Я осознаю, что их нужно предупредить, просто думаю, как это сделать. После конца света было как-то не до того, чтобы попросить у всех знакомых номер телефона.

— Ох, тогда, наверное, придется идти к ним домой, — Хана нахмурилась, такая перспектива не радовала и её саму.

— Если с Рикой это еще сработает без проблем, то вот заявиться в такую рань к Такаги будет очень весело, — я хмыкнул. — Да и отец Саэко, вряд ли обрадуется незнакомцу, что свалился как снег на голову.

— Зато он может жизни тебя поучит, — похоже я задел какое-то особые струнки в душе матери, так как она приняла крайне воинственный вид. — Не хватало в твоем воспитании мужской руки. Это хорошо видно и по твоим странным отношениям с девушками, и по суицидальным замашкам.

Я честно задумался. Попытался увязать весь этот бессвязный поток сознания в хоть сколько-нибудь логичную цепочку рассуждений, но потерпел сокрушительное поражение. С чего бы ему учить меня жизни? Тут скорее уж по морде дать нужно, хотя вроде и не за что, ведь в этом времени его дочь все еще девственница и максимум, что мне можно инкриминировать — это то, что я видел Саэко голой. С чего бы это в моем воспитании не хватало мужской руки? Я же не гомосек какой-нибудь и не трансвестит, а вполне себе нормальный парень… наверное. Что за странности она углядела в моих отношения с девушками, и о каких конкретно девушках речь?

А вот к суицидальным замашкам вопросов нет. Как не крути, а с момента вселения в тело Такаши я и правда постоянно подвергался разного рода опасностям, и в большинстве случаев вполне осознанно. Все же не пожелай я помочь сначала одной группе выживших, потом другой, то меня обошли бы многие проблемы в постапокалипсисе, выживал бы себе тихонько в одиночку, ну может девушку бы какую-нибудь, красивую и молодую, подобрал, чтоб постель грела. И в прошлом тоже в благородство играл. Размазал бы Хельги по стенке во время первой встречи, а на его прихлебателей призраков бы натравил, и проблем бы не знал. После такого представления, любые проблемы бы обходили меня десятой дорогой, чисто на всякий случай.

— Ладно, — я кивнул, не уточняя, что конкретно имею ввиду. — У нас рисовая бумага есть?

— Э-э, — подобный вопрос несколько сбил её с толку. — Не помню… Бумаги для письма точно нет, но вроде бы в доме была пищевая рисовая бумага, из рисовой муки.

— Была, — киваю. — Я просил тебя купить её, когда готовил роллы, некоторые виды я заворачивал не в нори, а в рисовую бумагу. Но в это время я еще не начал готовить, не так ли?

— Значит никакой рисовой бумаги у нас нет, — она пожала плечами. — Зачем она тебе вообще?

— Хотел сделать несколько сикигами. Бумага из муки конечно не тоже самое, что и из рисовой соломы. Но для создания временного пристанища слабенького духа-посланника сойдет, — покопавшись в памяти я припомнил несколько круглосуточных продуктовых магазинов вокруг дома. Денег у меня было даже много, все же во время беготни по разрушенному городу я успел обнести парочку касс, все же на автоматизированной заправке придется заплатить даже в отсутствии продавца и охранника.

— А это не привлечет лишнего внимания? — Хана не выглядела уверенной в успехе моего плана.

— Не, — уже на выходе из комнаты я остановился, так как она не пошла вслед за мной, а так и осталась стоять посреди комнаты. — Дух будет выглядеть как обычный воробей, и даже разговаривать не будет. Сядет на плечо или руку вытянутую, передаст мысленное послание и улетит. Такое если кто и увидит, то только позавидует ручной птице.

Тянуть дальше я не стал и все же покинул комнату. Я прекрасно чувствовал, что после пережитого волнения, мама испытывала просто физическую необходимость держать меня в поле зрения. Но все же она была права, следовало предупредить остальных о случившемся. Если бы она захотела, то могла бы прогуляться со мной, но похоже, что ничуть не меньше чем пригляд за мной маме хотелось вновь очутиться в доме. Я и сам чувствовал нечто подобное. Пусть для меня дом Комуро был родным всего несколько недель, а все же приятно было оказаться в спокойной обстановке, зная, что на тебя никто не нападет, не нужно заботиться о пайке на следующую неделю, и любые другие «радости» постапокалипсиса остались где-то там, на десять месяцев вперед.

Но как бы мне не было приятно придаваться меланхоличной расслабленности, но стоило подумать и о насущных проблемах. К сожалению, Хронос не перенес в прошлое не только наши тела, но и мой магический дух, собака такая. Готов дать руку на отсечение, что забрал себе духовную оболочку, с меткой Акаши в качестве «жертвенной платы», с этими древними греками по-другому не получается, жрут от пуза, а работают только от скуки. Но ничего, адресок олимпа, как и пещеры, ведущей в Аид, я знаю, даст Фортуна, зайду в гости.

Сейчас же без магической силы, я могу полагаться только на колдовство и с этим все тоже не слава богу. Для оммёдо нужна особая бумага, из рисовой соломы, и тушь. С последним особых проблем нет, тушь для каллиграфии можно купить в магазине, обычно она делается из рыбьего клея и сажи на основе сосновой смолы. Сосна символ бессмертия, а рыба — это удача и изобилие, оба символа прекрасно лягут в ритуал создание сикигами.

Зато с бумагой засада. Нужна бумага из соломы и в принципе, её тоже можно купить. Но вот в случае бумаги промышленное производство не пошло на пользу ритуальным свойствам. Настоящая рисовая солома очень мягкая, а значит быстро протирается. Поэтому очень часто разнообразные изделия из «рисовой соломы» на самом деле делаются из более прочной ситниковой соломы. Ситник же на языке цветов Японии означает простоту, а рис все же символ богатства и божественной защиты.

Даже самый мелкий и дружелюбный дух не поймет, если ему вместо божественного контракта с наградой предложат материал для крестьянских сандалий. Поэтому придется использовать пищевую бумагу, сделанную из муки. Это все еще совсем не тоже самое, что правильная бумага, но все равно в разы лучше поделки, которая повсеместно продается в магазинах для каллиграфии.

Для того, чтобы усилить ритуал, я также купил гвоздику, символ чистоты, и масло камелии, символ Аматерасу, которые можно будет добавить в тушь. Потратив некоторое время на покупки и рисование нужных символов по сухим рисовым лепешкам, напоминающим полупрозрачные блины, я все же смог создать сикигами-послаников.

Надеюсь, что никто не успел сотворить чего-нибудь непоправимого.

***

Это было очень странно. Саэко сидела у окна, ранним утром и никак не могла понять, что же произошло. Кажется, будто ей приснился очень длинный сон. В этом сне она окончила второй год школы. Пережила конец света. Сошлась с парнем, не без тараканов в голове, но во многом очень похожим на неё. Вместе они совершили путешествие в прошлое… где её парень умер.

На этом моменте она и проснулась в своей постели, задаваясь вопросом, что же это было. Просто до безобразия реалистичный сон? Быть может реальное путешествие в прошлое, еще одно помимо путешествия в средневековую Англию. Такаши вполне мог бы таким образом спасти их…

— Вот только… — она провела пальцем по стеклу, выводя кандзи его имени. — Существовал ли ты вообще, Такаши?

Все это казалось ей очень странным. Хотелось верить, что все же её сон был правдой, что она нашла человека который бы понял и принял её. С другой стороны, если это действительно было, ну или будет, Такаши умер прямо на её глазах, меньше чем через год случится апокалипсис. Мало поводов для радости.

Саэко так и сидела у окна, бесцельно гоняя мысли по кругу. Что либо решить здесь и сейчас у неё просто не получится, да и позже ни ко всякому человеку можно подойти и спросить не помнит ли он о путешествии во времени. Девушка тихо захихикала, пытаясь предугадать реакцию своих знакомых на этот вопрос. Почему-то ей казалось, что самая забавная реакция была бы у Минами-сан, она вечно очень бурно реагировала, когда происходило что-то странное. Возможно даже, что Такаши специально провоцировал её, чтобы насладиться реакцией.

Её ноготь царапнул по стеклу, а улыбка приобрела несколько мрачный, даже кровожадный оттенок. Вокруг Такаши всегда крутилось много девушек, куда больше чем ей хотелось бы. И хотя её парень не раз, и не два говорил, что не собирается идти налево, но сам факт, что у него была такая возможность, бесил со страшной силой.

От мрачных мыслей Саэко отвлекла неожиданная компания. Маленький воробушек подлетел к её окну и, умостившись на лоток с растениями, подвешенный снаружи у окна, выжидательно посмотрел на неё. Это было забавно. Городские птички, подкармливаемые людьми, иногда были до крайности наглыми.

Она смотрела на птичку, удивлялась её глупости. Воробушек сидел и терпеливо чего-то ждал, нетерпеливо приплясывая на месте. Они смотрели друг на друга, наверное, минут пять, пока птице не надоело ждать. Полетев к стеклу наглый воробей несколько раз ударил в него клювом, после чего вновь посмотрел на неё с ожиданием.

— А ты маленький наглец, — доверительно заявила Саэко, протянув руку, чтобы открыть окно. Она была уверенна, что как только окно раскроется, наглое пернатое тут же улетит.

Какого же было её удивление, когда воробей не только не улетел, но наоборот, влетел в комнату и забрался ей на плечо. Даже когда Саэко вскрикнула и дернулась от неожиданности, птица лишь несколько раз хлопнула крыльями, удерживая равновесие, и чирикнула в ответ. Это было очень странно, но еще страннее было после этого услышать чужие мысли в своей голове.

— Привет, Саэко, надеюсь ты рада меня слышать…

Это был Такаши, в её голове звучал голос человека, которого она была готова посчитать плодом своей фантазии. Он объяснил, что они вернулись в прошлое из-за того ритуала, проведенного незадолго до нападения бога в средневековой Англии. Что все те, кто был тогда с ним в комнате сохранили память, чего нельзя сказать об остальном мире.

— Посмотрим, сможем ли мы предотвратить все то что случились чуть меньше чем через год, — закончив описывать ситуацию Такаши в её голове хмыкнул. — Духа посыльного можешь отослать, просто сказав, что он свободен, ну или оставить себе, он питается рисом, сколько дашь, столько и сожрет, так что не перекармливай его, а то он слишком быстро поумнеет и обнаглеет. До встречи в школе.

На этом его послание окончилось. Саэко некоторое время сидела, ожидая сама не зная чего. Может у этого послания есть продолжение, или оно прозвучит по второму кругу. Но ничего не произошло. До школы еще было время, но ей уже не терпелось поскорее отправиться туда, встретиться с остальными, особенно с ним.

— Интересно, что значат его слова, будто от еды ты будешь умнеть? — Она задумчиво обратилась к воробью, что так и сидел на её плече.

Хотя Такаши же сказал, что это не обычная птица, а дух. Саэко помнила, что духи очень сильно зависят от энергии которую могут накапливать, и развиваются они именно за счет излишков этой энергии. Так что тут догадаться о значении его слов не сложно. Странно только, что он не посоветовал наоборот кормить птицу побольше, чтобы она развилась в сильного духа.

— Ладно, думаю, что могу оставить тебя в качестве домашнего питомца. Надо только имя придумать, — аккуратно, кончиком пальца, она погладила птичку по спине. В голове непроизвольно встал образ Такаши, имя которого она чертила на стекле. Этот иероглиф, «сыновья почтительность», был китайским, одним из многих, используемых в японской письменности, и по китайски он читался как… — Сяо, так тебя будут звать. Пишется как «почтение сыновей», произносится так же как «маленький». То что нужно, для такого маленького наглеца.

Глава 2

Убьёт или не убьёт, вот в чем вопрос.

Поломав немного голову, я так и не смог придумать, как бы потактичнее объяснить Саэко ситуацию с Рей. Я не хотел тратить время и задерживать послание, но даже обдумывая ситуацию уже постфактум, все равно не могу решить, как это лучше было бы сделать. Сложно построить нормальный диалог, когда оппонент считает вопрос крайне серьезным, в то время как ты наоборот видишь проблему крайне надуманной.

Вот правда, почему Рей вообще хоть кого-то должна напрягать? Мы расстались, точка. Пусть сама Рей этого не помнит, уже случившееся будущее показывает, сколько для неё стоили наши отношения. Никаких вариантов для восстановления отношений нет. Каких-то причин для ревности тоже нет, ведь ничего кроме детского обещания между прошлым Такаши и Рей не было. Их связывали теплые, отчасти наивные чувства. Они даже не целовались ни разу.

— О чем думаешь, Такаши? — Радостно спросила Рей, сидевшая рядом со мной на заднем сиденье машины, за рулем которой была Кирико.

— О школе, — маленькая ложь слетела с языка легко и естественно.

— М-м? — Она нагнулась в мою сторону, заглядывая в глаза. — Что-то случилось? Проблемы с подготовкой к промежуточным тестам?

От такого предположения Кирико, прекрасно помнящая степень моей образованности, даже хохотнула. Я же только моргнул несколько раз, подыскивая ответ. С одной стороны, её интерес был более чем логичен, какие еще могут быть у школьника проблемы в нормальном мире? Но даже без учёта всех знаний, даруемых Системой, после зомбиапокалипсиса, школа может восприниматься только как место отдыха и ничегонеделания.

Я бы даже нудной её не назвал, так как мне не сложно сидеть, делать вид что я что-то слушаю или записываю, да периодически отвечать на вопросы.

— Нет, все хорошо, — мой ответ был ровным и спокойным. Никаких причин для острой реакции просто нет, она не может помнить ничего, что только должно произойти.

— Ты слишком недооцениваешь его, Рей, — весело проговорила Кирико. — Такаши у нас куда умнее чем кажется.

— Я и не говорила, что он глупый, — Рей нахмурилась. — Просто как-то странно…

— Что именно? — Я выгнул бровь, как и в случае со школой, неспешный разговор ни о чем не вызывал каких-либо проблем, поддержание беседы не требовало ничего сверх простых фраз и способности вполуха слушать собеседника.

— Мне кажется, что-то случилось, слишком уж вы оба странно себя ведете, — на заявление своей дочери Кирико нервно рассмеялась и попыталась отшутиться, замяв тему. Она была прямым как палка человеком и не привыкла скрываться и лгать.

Я тоже несколько смешался. Система имела специальную настройку, что не позволяла другим людям заподозрить во мне попаданца. До сих пор эта сила ни разу не давала осечек, даже родная мать не заметила, как сильно изменился её сын. Что говорить, если сама Рей в будущем не распознала подмены. В тот раз очень многое списали на переживания от разрыва отношений, может быть в этом дело? Было на что свалить. Или проблема в том, что система не покрывает мои личные действия, вроде путешествия во времени, не позволяя распознать лишь вселение в тело?

Напоминаем, что ваши личные действия никак не покрываются Печатью Игрока. Печать отвлекает внимание только от вашего иномирного происхождения.

Удобно, когда кто-то готов ответить на любой заданный тобой вопрос. Хотя, конечно, мониторинг мыслей очень больно бьёт по, и без того, чувствительной паранойе.

— И все-таки мне кажется, что что-то случилось, — продолжала допытываться Рей.

— Конечно, каждый день что-то случается, — я решил вмешаться в их разговор прежде, чем Кирико выдаст очередное малоубедительное оправдание. — Большая часть событий проходит мимо нас, но иногда мы становимся их главными участниками.

— Точно что-то случилось, — Рей посмотрела на меня таким взглядом, будто я вторую голову себе отрастил.

— Я только что это подтвердил, — киваю.

— А что именно произошло? — Бывшая девушка Такаши пододвинулась ко мне поближе, как бы невзначай касаясь своим плечом моего плеча.

На такую откровенную попытку манипулирования при помощи собственного тела я только внимательно посмотрел ей в глаза, а после демонстративно скосил взгляд на Кирико. Так как та была за рулем, то не могла повернуться к нам, но по её напряженным плечам было ясно, она ждет чем все это закончится.

— Такаши-и… — Рей намека не поняла, и продолжила допытываться.

— Ты сейчас серьезно пытаешься меня соблазнить? — Не получив никакого эффекта от намеков я действую прямо в лоб. — В присутствии твоей матери?

— Да ну тебя, дурак, — от меня тут же отстранились.

— Да уж, нашему Такаши палец в рот не клади, по локоть откусит, — немного нервно отозвалась Кирико.

Даже удивительно, чего бы она так переживала за свою дочь? Я никогда не давал повода усомниться в собственной доброте и человеколюбии. Скорее уж наоборот, все время всем помогал, прощал и в целом вел себя как образцовый святой. В пору после смерти не на следующее перерождение отправляться, что было обещано мне системой, а сразу в христианский рай.

Хотя туда все равно бы не пустили. Библейский бог магов не любит, пусть даже я был одержим не демоном а нейтральным духом, созданным мною же из свободной силы.

— И ничего не расскажете? — Рей попеременно смотрела то на меня, то на Кирико.

— Раньше ведь не рассказали, почему бы мы сделали это сейчас? — Хмыкнув отворачиваюсь от неё, бросая взгляд в окно.

Помню, как сам вел автобус по этой улице, объезжая брошенные машины и переругиваясь с Сидо. Прям вьетнамские флешбеки.

— Да ну вас, — похоже, что Рей обиделась.

На этом разговор угас, что, опять же, лично мне никаких неудобств не принесло.

На меня вообще опустилось какое-то чувство расслабленности, будто наступил долгожданный выходной после тяжелой рабочей недели. И хотя я ясно отдавал себе отчет, что ничего не решилось и тень грядущего апокалипсиса все еще нависает над нами. Надо думать, что мы можем сделать, да и разведать обстановку тоже нужно.

Каковы были причины появления зомби? Есть ли другие мистики в этой реальности, кроме меня? Можно ли вообще предотвратить гибель цивилизации?

Все это хорошие вопросы, на которые нужно получить ответы как можно быстрее, чтобы у нас было время если не отменить, то хотя бы оттянуть предстоящие события. Или хотя бы лучше подготовиться.

— О-о, — возглас Кирико привлек моё внимание. — Знакомые лица.

И правда, у школьных ворот стояли Шизука и Рика, явно дожидаясь меня. Обе они не стали отпускать духов-посланников, медсестра нежно гладила воробушка, держа его на руке. Дух же Рики сидел у неё под рубашкой, высунув из выреза на груди только голову и любопытно оглядывался по сторонам.

Похоже кое-кто все же не послушался совета и перекормил мелкого духа, зародив в нем зачатки разума. Даже интересно, сколько она ему скормила, килограмма два или три, может больше? В любом случае, это её проблемы, если Рика не справится с воспитанием своего питомца, она же первая ощутит последствия.

— Это сестра Марикава, — улыбнулась Рей, она была одной из многих девушек, что хорошо ладили с инфантильной и общительной медсестрой. — А вторую девушку я не знаю.

— Минами Рика, её подруга, — беззаботно ответила Кирико, но только потом поняла, что познакомилась с обеими уже после апокалипсиса. Казалось бы, можно не придавать этому значения, ну знает она кого-то и знает, но честный человек всегда испытывает потребность оправдать даже самую маленькую свою «ложь». — Она снайпер из штурмовой группы, я познакомилась с ней на работе.

— Это какая общая работа может быть у дорожно-патрульной службы и штурмовой группы? — Рей дурой не была и обман разгадала быстро.

— Стрелковая подготовка, — говорю прежде, чем Кирико выдаст ещё одно странное оправдание, для которого придется придумывать еще оправдания и так до бесконечности.

— Подозрительно, — как я уже отмечал, Рей дурой не была, то что на её вопрос ответил я, а не её мать и вправду было несколько подозрительно.

— Может быть, — легко соглашаюсь, открывая дверь машины. — Пойдем, поздороваемся?

Кирико кивнула и заглушила машину. Рей же только уверилась, что происходит что-то странное. Но как-либо переубеждать её нет ни малейшего смысла. Если я что-то и понял за все время жизни в теле Комуро Такаши, так это простую истину любого вранья: «самая действенная ложь — это ложь самому себе». Не стоит мешать людям самим подыскивать объяснения и оправдания для всех странностей и несостыковок, которые только смогут найти.

— Утро доброе… Умник, — с сомнением протянула Рика, окинув меня с ног до головы внимательным взглядом, а после кинула быстрый взгляд на Рей.

— Такаши! — радостно воскликнула Шизука, выпустив духа-воробья и тут же кинулась ко мне, чтобы ощупать руку, которую мне почти отрубил Вотан. — Ты в порядке? Какое счастье!

— Угу, — ухмыляюсь, пока Рей хватает меня за другу руку, отаскивая от активной медсесры. — Я тоже рад вас видеть.

— Слабо верится, — Рика тоже хмыкнула, пакостливо улыбнувшись. — А Бусудзима в курсе?

Мне оставалось только прикрыть глаза и отрицательно качнуть головой. Ревность Саэко заметил бы даже слепой, что нередко служило поводом для шуток в женском коллективе. С учётом того, что каждый новый виток этих шуточек обычно заканчивался в постели, где моя девушка вновь доказывала самой себе свои права на меня, кажется, что слова мамы о серьезном разговоре с отцом Саэко могут оказаться пророческими.

— О чём вы? — Рей чувствовала себя неуютно и оттого крепче стала сжимать мою руку, так что мне даже стало некомфортно.

Эх, где же моё тело, закаленное несколькими месяцами выживания и направленными развитием себя? Пусть Такаши и не был субтильным, но все же разница сейчас и на год в будущее очень даже ощутима. Чтоб Хроносу икалось в верхних слоях Эфира.

— Скоро поймешь, девочка, — мерзко захихикала Рика, пытаясь сымитировать злодейский смех.

— Эй, прекрати, — Кирико сложила руки на груди.

— Почему? Ты же сама любила подшучивать над Бусудзимой, — Рика тоже сложила руки на груди, потревожив духа-посланника и тот пронзительно чирикнул.

— Рей моя дочь, поэтому я не хочу, чтобы она была объектом шуток, — отрезала Кирико, сосредоточив внимание на двух мелких духах, принявших вид птиц. — И откуда у вас ручные воробьи? Раньше их не было.

— Это подарок Такаши-и, — нараспев произнесла Шизука, вновь взяв в ладонь воробья, что до этого сидел у неё на плече, и принялась его гладить.

Кирико и Рей посмотрели на меня так, будто я только что их предал. Дурдом, честное слово, а ведь так хорошо день начинался.

— Что? — Так как они продолжали смотреть и молчать, я решил подтолкнуть их к действию.

— А почему мне не досталось ручной птички? — По-детски надулась Кирико.

— Мама, — тихо пискнула Рей, стыдясь поведения своей матери.

— А она тебе нужна? — Я же решил не заморачиваться, уже просто привыкнув к причудам своего окружения.

— Да, — Кирико несколько раз кивнула головой, с завистью поглядывая на Шизуку и Рику, что уже обе гладили своих питомцев.

— Будет, — я просто пожал плечами. Простейший сикигами ничего мне не стоит. Решив этот вопрос, я повернулся к двум подругам, что продолжали демонстративно тискать своих духов. — Хватит дурачится.

— Это слишком забавно, чтобы отказываться просто так, — нагло улыбнулась Рика.

— Мама зовет вас на чай сегодня вечером, — можно было бы пригрозить просто отобрать у этих великовозрастных детей новые игрушки, но вряд ли это кончится хоть чем-то хорошим. Поэтому проще просто проигнорировать.

— Обязательно заглянем, — Шизука покивала.

— Бусудзиму пригласить не забудь, — оскалилась Рика.

И вновь Рей потянула меня за руку. Честное слово, если из-за подначек Рики она сегодня тоже придет на наш импровизированный вечерний совет, то я сначала вырублю Рей, а потом натравлю на неугомонную шутницу Кирико.

— Доброе утро, — прервал мои размышления недовольный голос чуть в стороне.

— Доброе Утро, Такаги, — гадливая улыбка Рики стала шире, так как Сая так же не стала избавляться от посланного ей духа и зачем-то притащила её в школу.

— Еще одна, — потрясенно прошептала Рей, после чего волком глянула на меня.

— И как тебе только родители позволили взять питомца в школу? — Я решил просто проигнорировать бывшую девушку. Что-то сегодня я слишком много всего игнорирую.

— Они больше были заинтересованы тем, откуда он у меня, — Сая так же посмотрела на меня недовольно, что выглядело даже комично, с учётом воробушка, сидящего у неё на голове.

— Я ведь упоминал, что его можно просто отпустить на волю?

— Не важно, — она чуть покраснела и аккуратно, чтобы не потревожить птицу, но быстро развернулась в сторону входа в школу. — Поспешим, скоро начнутся занятия.

— Приходи вечером на чай, — пропела Рика. — Хана собирает подружек.

Точно натравлю на неё Кирико, и Саэко заодно.

Но было бы глупо думать, что на этом разборки и выяснения отношений закончились, ведь был еще один путешественник во времени, с которым мы еще не встречались. И первой Саэко заметила именно Рей. Просто в какой-то момент меня снова схватили за руку и дёрнули на себя так, что только благодаря интуиции я не ответил контрприёмом из греческой школы единоборств, и не опрокинул Рей через себя головой вперед.

Проследив за её взглядом я увидел Саэко с шинаем, завернутым в матерчатый чехол и закинутый за спину. На вершине спортивного инвентаря сидел еще один воробей.

— Привет, Бусудзима, — хмыкнула Сая, остановившись лишь чтобы поздороваться, после чего продолжила движение, оставив меня наедине с моей бывшей и будущей девушкой.

— Здравствуй, Такаги, — кивнула ей в спину Саэко, после чего повернулась к нам. — Привет, Такаши, приятно познакомиться, Миямото-сан, меня зовут Саэко Бусудзима.

— Ага, я уже поняла, — Рей сощурилась, теснее прижимая к себе мою руку, что, в свою очередь, заставило прищуриться Саэко.

— Привет, — подал голос и я, за что заработал сразу два недовольных взгляда.

Интересно, чем я так нагрешил, что мне так старательно треплют нервы? Ну да, занимаюсь магией и колдовством, да, идолопоклонник, вот совсем недавно взывал к Хроносу. Но это ведь не повод насылать на меня женщин.

Глава 3

Уроки прошли буднично, без скандалов и мордобоя. Все же, если не тыкать палкой в глаз разъяренной пантере, то она со временем успокоится. Так и Саэко без ежечасного подтрунивания со стороны старших подруг достаточно быстро пришла в себя и начала вести себя прилично. Рей также не стала делать глупости и с кем-либо ругаться.

Удивительно, но по итогу меня даже ни в чем не обвинили и не сделали крайним. Похоже Вотан все же сдох от моего предсмертного проклятия. Только смерть чего-то очень крупного, например бога, могла так пошатнуть устои мира, где меня всегда и все выставляют либо виноватым, либо крайним.

Но шутки шутками, а я ждал разборок до самого конца, особенно в обеденный перерыв, когда в столовой ко мне одновременно подошли и Рей и Саэко. Они смерили друг друга взглядом, потом посмотрели на меня, и молча сели напротив.

— Надо будет встретиться после уроков, поговорить, — говорю, когда они усаживаются.

— А что не здесь? — Рей смотрит на меня из-под челки.

— Любишь давать концерты на публику? — отвечаю внимательным взглядом, глаза в глаза.

— А будет концерт? — Саэко скосила глаза на Рей.

— Вы мне скажите, — перевожу взгляд с одной девушки на другую.

Они обе промолчали, а я чуть расслабился. Интуиция не будет дергать меня просто так, так что возможность «концерта» сбрасывать со счетов не приходилось.

О месте девушки договорились сами, просто после занятий Рей подловила меня в коридоре и потащила в сторону зала, выделенного под клуб кендо. У меня даже закралась мыслишка, что они решили разобраться между собой в драке или даже попытаться вдвоём побить меня. Хмыкнув самому себе, я отмел глупые мысли. Рей же еще раз зыркнула на меня, видимо имея свои мысли насчет причин моего хмыка.

В зале, стилизованном под додзе, нас уже ждала Саэко. Она была одета в обычную школьную форму, и больше в зале никого не было. Сейчас в школе идет активная подготовка к промежуточному тестированию, а потому клубные часы были сокращены.

— И откуда в вас только такая любовь к драматизму? — Выгибаю бровь, наблюдая как девушки становятся так, чтобы образовать почти правильный треугольник со мной в одной из вершин. Фигура у нас вышла кривоватой, чувствуется отсутствие опыта во всяких оккультных делах, но ничего, Саэко я еще подтяну в этом деле.

— Зато ты воспринимаешь происходящее слишком спокойно, — огрызнулась Рей.

— А чего мне переживать? — Пожимаю плечами. — Случилось что-то странное? Быть может ты застала меня в постели с любовницей?

Это была ошибка. Если Рей на мои слова смутилась, то вот Саэко, уже изрядно мной раскрепощенная улыбнулась, с прекрасно видимой издевкой. Миямото-младшая эту улыбочку заметила, оценила и все поняла.

— Вы спали друг с другом, — прошептала она потрясенно.

Похоже мысль, что у её друга детства был секс потрясла её настолько, что она даже не злилась на «измену». Хотя меня больше интересовала эта странная догадливость. В силу интуиции я верю, сам ею пользуюсь постоянно, но не до такой же степени. Это уже дар к предсказанию какой-то. Может у них есть какая-то система невербальных знаков и помимо улыбки Саэко еще как-то намекнула Рей, что между нами было? Или она просто накрутила себя, нафантазировала и попала в десятку?

— Зря ты ей все раскрыла, — делаю замечание Саэко, уже готовясь к скандалу.

Надо подумать, как бы вывернуть все наизнанку. Кто бы что не говорил, а я предпочитаю жить не отшельником и не отщепенцем, а частью общества, которое обслуживает мои интересы и потребности. И репутация в любом обществе значит достаточно много, чтобы разменивать её на пустоту.

— Я молчала, — Саэко почти мурлыкала, тогда как Рей сжала кулаки и посмотрела на меня со злыми слезами на глазах.

— Ты молчала слишком демонстративно, — вздыхаю, принимая более расслабленную позу. Если Рей всё же надумает дать мне по морде, я, скорее всего смогу перехватить её руку и взять её в захват.

Пусть формально и с её стороны я действительно изменник, но я помню все что было. «Будущее уже произошло».

— Как ты мог Такаши? Что насчет нашего обещания? — Она была действительно зла и расстроена.

— Хисаши Иго, — исключительно ради интереса закидываю пробную удочку.

Нельзя было вот так просто порвать с одним парнем и уже на следующий день начать встречаться с новым. Между бывшей девушкой и бывшим другом Такаши было что-то до того, как ему предложили расстаться. Если бы переместились на полгода вперед, то я мог бы утверждать о их тайных отношениях.

— Мы с ним не спали!

— И между вами вообще ничего нет? — Вообще я был бы готов поверить в это и даже слегка повел рукой в воздухе, чтобы привлечь её внимание и применить гипноз, но Рей отвела глаза.

— Ярче тысячи слов, — Саэко выглядела невероятно самодовольно в этот момент.

— Даже если и так, ты зашел куда дальше меня, — Рей сложила руки на груди в защитном жесте.

— Есть ли смысл разводить драму и меряться кто сделал больше или меньше? — Опускаю руки, похоже, что гипноз не понадобится. — Это было старое обещание, которое ни один из нас не был готов исполнить. Я предлагаю просто жить дальше.

— Вот так просто? Ты просто забудешь все что между нами было?

— А что насчет тебя? — Жестко сказала Саэко прежде, чем я успел что-либо ответить. — Или ты думала о нем, в моменты близости с другим?

— Не было никакой близости, — Рей скрипнула зубами. — Я не гулящая девка, как некоторые.

— Твоё поведение не похоже на то, что ничего не было, — говорю, качая головой. — И я точно могу сказать, что между мной и тобой точно ничего не было, только детское обещание.

Она посмотрела на меня долгим взглядом, а после фыркнув просто ушла. Мы с Саэко молча провожали её взглядом, пока она не скрылась за дверью.

— Чувствую себя героем мыльной драмы.

— Нравится, когда девчонки борются за тебя? — Саэко подошла ко мне вплотную, положив руку на плечо.

— Это скорее утомительно, чем приятно, — обняв свою мечницу, вдыхаю запах её волос. После апокалипсиса с предметами личной гигиены были некоторые проблемы, в том плане, что пользовались чем придется, чаще всего мылом, как продуктом, который можно было бы восполнить своими силами. Сейчас же она пахла приятным шампунем, что-то цветочное. Немного отдаёт химией, чтобы сказать наверняка что за цветок, но все равно приятно. — Что вы вообще нашли в некоем парне, чтобы трепать самим себе нервы из-за него.

— Не все такие бесчувственные как ты, Такаши, — Она обняла меня в ответ. Мы умели наслаждаться такими маленькими моментами близости. — Когда сердце бушует, разум не в силах его остановить.

— Нет ничего коварнее сердца, оно способно на все. Уж лучше я последую доводам разума.

— И что твой разум говорит обо мне? — Саэко заглянула мне в глаза, лукаво улыбаясь.

— Что ты сейчас напрашиваешься на комплимент.

— Да ну тебя, дурак.

Постояв еще немного вместе, наслаждаясь друг другом и ожидая, пока толпа школьников около школы и на станции монорельса чуть рассосется, мы все же направились на выход.

— Хочешь присоединиться к моему клубу, Такаши? — Спросила Саэко, закрывая зал на ключ, который нам нужно было теперь отнести в учительскую. — Мы могли бы больше времени проводить вместе.

— Я скорее уж думаю какие уроки смогу прогулять так, чтобы меня не слишком донимали преподаватели, а ты предлагаешь мне задерживаться в школе минимум на три дополнительных часа в неделю?

— Вдруг бы ты согласился, — она улыбнулась совсем не обидевшись на мой очевидный отказ.

Мы благополучно прошли путь до учительской. Подозреваю, что Саэко, как и я, вспоминала как мы проделывали похожий путь в первый день апокалипсиса. Когда многие из тех, кто мог бы выжить, погибали из-за неожиданности или случайности.

После же был путь домой. Чуть больше сорока минут на монорельсе в нормальном мире, несколько дней в момент крушения мира на угнанном школьном автобусе.

Почти вьетнамские флешбеки. С той лишь разницей, что нас может ожидать повторение того же сценария.

— Простите за вторжение, — нараспев произнесла Саэко, видя что я проигнорировал традиционно приветствие членов семьи при входе в дом.

— Нужно было сказать «Я дома», — раздался с кухни выкрик Рики. — Или мелкая Миямото все же отбила его обратно?

— Только через мой труп, — фыркнула Саэко.

— Скорее уж через труп Рей, — замечаю проходя на кухню под громкой «Эй» со стороны присутствующей тут Кирико. — И Рику заодно рядышком прикопаем.

— А меня-то за что?

— За глупые шутки и неуемную привычку лезть не в свое дело, — за столом в доме Комуро собралась вся честная компания, на столе же стояли кружки с чаем, сладости и любопытные духи-посланники. — Меньше всего нам нужно, чтобы кого-либо из нас заподозрили в чем либо.

— Кирико уже рассказала нам, что вы прокололись по дороге в школу, так что не надо перекладывать с больной головы на здоровую, — отбрила мои претензии Рика. — Да и кто в здравом уме заподозрит в другом человеке путешественника во времени.

— Не дергай тигра за усы, Рика, и не усугубляй чужие ошибки, — помимо сладостей на столе был готов и немудреный ужин. Но стоило мне открыть рисоварку, как все мелкие духи тут же заинтересовались лакомством. — А ну брысь!

Резкий окрик разогнал мелочь, что начала искать защиты у приютивших их девушек.

— Об их воспитании еще нужно будет позаботиться, — заметила Сая, аккуратно беря в руку существо, что пыталось забраться ей за воротник.

— Но все же это не повод пугать их, — сказала Саэко так же беря своего духа в руку. — Ты напугал маленького Сяо.

— Сяо в смысле «мелкий»? — «Маленький Сяо» звучало как очень странная тавтология.

— Нет, Сяо в смысле «почтение сыновей».

Получив такой ответ, я долгим и предельно спокойным взглядом посмотрел на мелкого духа, названного, как оказалось, в мою честь.

— Мило, — не могу сказать, что мне понравилось подобное сравнение, но и каких-либо негативных эмоций это не вызывало. — И символично.

— В смысле? — Последнее моё замечание привлекло всеобщее внимание.

— Воробьи символ преданности, — в этом плане прошлый Такаши и правда мог бы отождествлять себя с воробьем, ведь однажды данное Рей слово очень много для него значило. Даже когда сама Рей показала, что это были лишь пустые слова. — А также символ оптимизма, энтузиазма и энергичности.

— Это выстрел в молоко, однозначно, — заметила Рика.

— Ничего не могу сказать про преданность, но все остальное точно мимо, — поддакнула Сая.

— Что я говорил про тупые шутки и привычки лезть не в своё дело?

— Что закопаешь рядом с трупом своей бывшей? — Оскалилась Рика, но тут же охнула, получив пинок по ноге от Кирико.

— Я хочу еще раз напомнить, что это моя дочь.

— К некоторым людям хочется подойти, обнять и спросить: «как же вам живется, без мозгов-то?»

На моё замечание они зафыркали, правда я заметил как Саэко, Сая и Морикава за своими пофыркиваниями скрывали смешки.

— Ладно, посмеялись и хватит, — Рика быстро взяла серьезный тон. — Что у нас в целом по ситуации?

— Без понятия, — пожимаю плечами ставя на стол две порции ужина, для себя и для Саэко. Остальные либо уже поели, либо же сейчас встанут и сами себе положат. Походный режим, все уже привыкли. — Тут надо смотреть и проводить эксперименты.

— Что, вообще ничего нельзя сказать прямо сейчас?

— Я даже не уверен, кто властвует над нашей временной линией, Фатум или Фортуна, — качая головой, отвечаю Сае, вмешавшейся в беседу раньше Рики.

— И в чем разница? — Теперь Кирико взяла слово. Они так и будут по очереди вопросы задавать?

— Фатум — это злой рок, неотвратимая судьба. Он любит предопределять судьбу наперед, и однажды приняв решение уже его не меняет. Хоть десять раз вернись в прошлое, никаких глобальных изменений даже в свою судьбу внести не сможешь, не говоря уж о судьбе мира.

— Хреново, — заметила Рика, получив еще один пинок по ноге. Приятно видеть, что не только меня вечно дергают на предмет чистоты речи. — Я так понимаю, что второй вариант — это полная противоположность первого?

— Да, Фортуна — это счастливый случай, изменчивая судьба. И тут уже как кости лягут, но получить тот же результат как в прошлый раз почти нереально. Даже если мы по максимуму постараемся повторить собственную судьбу, в глобальном плане накопится множество мелких случайных изменений, которые в итоге могут породить совершенно другую картину мира. Вплоть до того, что апокалипсиса не будет вовсе, или вместо зомби прилетят инопланетяне, или откроются врата в ад. Да и начаться апокалипсис может как раньше, так и позже запланированого. Просто потому, что целый ряд случайностей изменил некую первопричину.

— Просто прекрасно, — с сарказмом протянула Рика. — И в итоге у нас выбор между всем тем же самым, что и в прошлый раз, против гребаного корейского рандома на максималках, когда может произойти вообще все что угодно и в любой момент.

— А разве ты не знаешь, в чьей власти находится наш… мир? — Повернулась ко мне Саэко.

— Я похож на человека, который часто путешествует во времени?

— Да, очень, — в ответ на слова моей девушки все остальные согласно закивали.

— Ладно, — пожимаю плечами, похож так похож. — Нет я не знаю владыку времени в нашем мире, да и меняются они периодически между собой, отвоевывая друг у друга право управлять тем или иным миром.

— Прекрасно, только божественной закулисной войны нам не хватает для полного счастья, — вздохнула Рика.

— Привыкай, — усмехаюсь. — Я ведь уже говорил, что пока ты не прикоснешься к божественному, боги тебя тоже не тронут. Поздравляю, Рика, уже во время путешествия в средневековую Британию ты коснулась божественных духов, Стражей Четырех Сторон Света. Все мы уже часть мистического мира. Каждый из нас теперь будет замечать всякую чертовщину и сталкиваться с мистикой. Чем дальше тем больше.

— Прекрасно, — она заглянула в свою кружку так, будто страстно хотела превратить чай в вино. — А я только обрадовалась, что жизнь вернулась на круги своя.

Глава 4

Медленные движения. В Ушу, оно же кунг-фу, скорость никогда не стояла на первом месте. «Мастерство не терпит спешки», так говорят практики одного из множества боевых стилей, объединенных в Китае одним словом Ушу, боевое искусство, или кунг-фу, мастерство приходящее с опытом.

Я тренировался, чтобы вновь вернуть себе магические способности. Так как было бы странно приходить в храм и самолично проводить там ритуалы, еще и левые, в этом храме не принятые, то я не поперся повторно в храм Кумано, а решил пойти другим путем.

Для создания духа мне нужна энергия, и помимо уже готовой, свободно разлитой в мире силы, можно было тем или иным способом эту энергию получить из скрытых источников.

Один из самых простых способов — это Дао, небесный путь. Энергия вселенной, сила Акаши, которой я уже касался, пусть и в иной временной линии, все это Небесный Путь, что благословляет тех, кто не сопротивляется её течению. Специальные упражнения и динамические медитации позволят соприкоснуться с энергией вселенной даже не имея никаких магических способностей.

Помимо достаточно простого способа получить доступ к безграничной силе, которую надо только суметь зачерпнуть, Практика Даосизма так же должна будет помочь определить, что вообще творится с судьбой в этом мире. Все же небесный путь — это пример фатума, предопределенной судьбы. Даос должен отказаться от всего, что может пойти вразрез с его судьбой и тогда Небесный Путь благословит его, в противном же случае вся вселенная будет воевать против мятежника, что бросает вызов небу.

Такаши не был магом и вряд ли ему было написано на судьбе им стать. К тому же, вспоминая все те случаи когда я, вроде как ремесленник, вступаю в открытый бой, то мне тут же прилетает какой-нибудь ответный удар. Вот реально, единственный раз, когда мне не прилетело лично, был случай защиты поместья Такаги от толпы мертвецов, как раз после того, как на пригород Токио сбросили ядерную бомбу.

Наверное Фатум решил, что еще больше карать меня за противодействие судьбе было бы просто жестоко.

Так или иначе, а я был более чем уверен, что этот мир находится во власти Фатума. Тем удивительнее было получить удивительно легкий доступ к энергии Дао. Это еще ничего не значило, Такаши все же мог иметь судьбу мага, или судьба изменилась после моего вселения. Так же Фатум просто может быть более гибок в этом мире, подразумевая возможность противостоять своей судьбе.

Так или иначе, а на одном конкретном случае выносить хоть какие-нибудь суждения не стоит. Для начала стоит все перепроверить, пару раз, и уже потом что-то решать. Но мне самому был бы предпочтительнее Фатум. Лучше уж миру будет предначертано злой судьбой, и тогда мне всего лишь надо будет противостоять этой судьбе. Если же все окажется проделками фортуны, то в мире существует несколько десятков, сотен, а то и тысяч событий, которые могут сложиться в цепочку совпадений и привести к восстанию мертвых из могил.

И в таком мире уже откровенно страшно жить.

От вялых размышлений, которыми я сопровождал усвоение энергии вселенной меня отвлек будильник на телефоне. Пора было собираться в школу. Пусть я не видел в этом никакой пользы, но все же совсем бросать школу просто не хотелось. Это же такой прекрасный способ просто отдохнуть. Сидишь себе, лениво записи делаешь. По сравнению с постоянным бегом за жизнь в постапокалипсисе, настоящая мечта.

Сила дао еще не усвоилась, но это не страшно, я смогу продолжить процесс усвоения даже на ходу, с минимальными потерями. В этот раз я решил отказаться от создания отдельного от тела духа и пойти путем бессмертного. Это должно серьезно повысить мои способности.

Развитие своего Инь, то есть разума и психических способностей, это нелегкий и не короткий путь, но он открывает просто невероятные перспективы. Множество магических систем работают на психической энергии. Открывается доступ к более глубоким и сложным слоям общего бессознательного, с которым так или иначе работают все маги. Ну и конечно, это должно серьезно облегчить мою работу с Системой.

Помимо плюсов для меня, подобный путь развития будет наиболее полезен для девочек. Вместо духа, которым нужно было научиться управлять, либо напрямую, либо путем сложных ритуалов, я смогу инициировать в них отдельные сверхспособности или дать способность к магии желания и воли, где можно просто продавить любое своё желание, хватило бы сил.

Так или иначе, а это куда более перспективное направление, чем классическая библейская магия. И я в состоянии сократить долгий и сложный путь, что делает подобный выбор еще более интересным и перспективным.

Уже на выходе из парка я столкнулся с одним очень примечательным субъектом, даже двумя. Сухонький и низенький старичок и девушка, что следовала на несколько шагов позади него. Они спешным шагом, почти бегом, шли мне навстречу.

Так как моё тело все еще было наполнено энергией вселенной, то я смог ощутить от них колебание мистической энергии, более того, это была все та же сила Дао. Неужели даосы? Да не может быть. Старый бессмертный это несмешной анекдот. Может не слишком талантливые самоучки или просто отщепенцы местного магического сообщества?

— Эй ты! — Крикнула девушка, когда они подошли достаточно близко ко мне.

— Нет Сюин, молодой человек скорее всего просто пробегал мимо, — покачал головой старик.

С некоторым удивлением смотрю на эту парочку. Они явно что-то ищут, судя по всему это что-то связано с энергией вселенной которая фонтанировала здесь во время моей медитации, но при этом они не способны почувствовать собранную мной энергию? И от них самих силой веет едва-едва. Быть может потомки даоса или что-то в этом роде?

— Чего уставился? — Девушка нахмурилась и снова обратилась ко мне.

Я только пожал плечами и пошел дальше. Интересные кадры бегают по Токио, даже очень интересные. Пусть я сам недавно говорил, что теперь нам будет попадаться всякая мистическая хрень, я как-то не ожидал встретить подобие мага так рано. Предполагалось, что свободная энергетика мира и межмирового пространства сформирует некое количество мистических сущностей, чей путь так или иначе пересекался бы с нами.

Но тут есть маги. Слабые, а значит и хреново обученные, но маги. А маги всегда, так или иначе, собираются в кружки по интересам. Это крайне интересно, но прежде чем идти хоть на какой-то контакт с ними, стоит хотя бы поверхностно с ними ознакомиться и присмотреться.

— Эй парень, — на выходе из парка меня окликнул мужчина в дорогом костюме, стоящий у дорогой и наглухо тонированной машины. — Постой.

— Уже дважды меня окликают за это утро, — хмыкнув, я окинул этого странного мужика внимательным взглядом. Интуиция молчит, конкретно для меня он не опасен, и мистики я от него не чувствую. Но и простым человеком он не выглядит. — И кто же ты, незнакомец.

— Я Сы Эр Лю, из бригады Сань Ю, если это тебе хоть о чем-то говорит.

Это говорило мне очень даже о многом. Китайские цифры вместо звания и названия бригады, это арго Гонконгской Триады. Сы Эр Лю — это четыре-два-шесть, так называют красного шеста, высокопоставленного боевика клана. Сань Ю — это три один. Не тридцать первая бригада, а именно три, что означает возрождение, и один, лидерство. Скорее всего это элитная бригада телохранителя Головы Дракона, лидера клана.

— Очень интересно, — улыбаюсь, медленно идя к нему. — И что же ты хочешь?

— Мой мастер видел тебя в этом парке, и он хочет с тобой поговорить, — а мужик и правда не прост, хотя и не мистик, почувствовал подвох и напрягся. — Парень да…

Договорить он уже не смог.

***

Фей Ву, Мастер Горы токийского отделения Гонконгских Триад, уже второй раз спешно пересекал один из токийских парков. Сегодня рано утром он почувствовал странное возмущение в окружающем мире, возмущение которое могли вызвать только крайне опытные Мастера. Такие вещи нельзя пропускать мимо своего внимания, а потому он поспешил найти место, где чувствовал возмущение.

К сожалению они ничего не нашли на месте, что буквально дышало силой. Мало того, они так спешили, что упустили единственного возможного свидетеля. К счастью Чэнь Фань, его доверенный человек, остался рядом с машиной и должен был перехватить юношу, что мог что-нибудь заметить, находясь рядом с аномалией.

Вот только все пошло немного не так, как он ожидал. Вместо двух молодых людей, что должны были более или менее спокойно ждать его у машины, он нашел только своего человека, что сидел на земле, привалившись к боку машины и схватившегося за грудь.

— Младший Фань, — Фей Ву перешел на китайский язык. — Что произошло?

— Парень, — Фань закашлялся, одно единственное слово далось ему с трудом. — Он… понял… откуда… я.

— Что он сделал? — О том, как парень узнал о принадлежности Фаня к Триадам можно было не спрашивать, за свой длинный язык он будет наказан позже, если не умрет здесь и сейчас.

— Ткнул пальцем… — Фань охнул, но в целом было видно, что ему становится легче. — Мне в грудь… и меня… будто лошадь… лягнула.

Фей Ву нахмурился. Тычок пальцем, что ощущается тяжелее полноценного удара? Ему доводилось видеть людей, про которых ходили подобные слухи, но все они были уже немолодыми мастерами посвятившими долгие годы изучению Кунг Фу, но никак не молодой парень, какого он видел совсем недавно.

— Дедушка, — вывел из раздумий главу местного отделения Триад голос его внучки, Сюин Ву. — Он не мог далеко уйти…

— Нет, — Фей покачал головой. — Мы не пойдем за ним, по крайней мере прямо сейчас.

Возмущение в энергии вселенной, которое он смог почувствовать было намного больше, чем он сам смог бы вызвать. Если центром этого возмущения был тот парень, то им было бы крайне неразумно портить с ним отношения.

— Он просто атаковал тебя и ушел? — Глава местного клана вновь обратился к своему человеку.

— Нет, господин, — Фань с трудом встал. — Свалив меня с ног он сказал странную фразу. «Пока не время для встречи с…», а потом было странное слово, маджисан или маджихан. Прости, господин, но я не знаю как это переводится на наш язык.

— Волшебник или маг, — подала голос его внучка. — Но я не понимаю…

— Не здесь, — Фей Ву нахмурился еще больше прежнего, сжав кулаки. Это дело только что стало намного сложнее.

***

М-да, всякое я ожидал, но уж не слабеньких магов среди бандитов. Хотя все же стоит учитывать некоторые особенности Триад. Преступной организацией они стали дай боже век или два назад, и это при том, что корни данного общества уходят аж в пятый век нашей эры. Буддийская секта, под названием «Общество Лотоса» была одной из основателей и популяризаторов боевых искусств в Китае. Правда, в отличии от монахов Шаолиня, их учения были более приземленными и практичными.

Была ли в этом причина слабости тех двоих как магов? Или проблема именно в стране нашего проживания? Все же Триады сильны именно в Индонезии, Бирме, Тайланде, Вьетнаме, Малайзии и Филиппинах. Там сосредоточен их основной трафик наркотиков, оружия и рабов. В морях этих стран они пиратствуют, и даже торгуют гражданскими и военными судами. Но в Японии их позиции не столь сильны.

Здесь за ними рынок угнанных автомобилей. Да, рынок огромный, в Японию пригоняют машины угнанные из Америки и даже Европы. Но это даже близко не то же самое, что можно заработать в местах основного влияния. В остальных же сферах они серьезно проигрывают Якудза.

Хм-м… Кстати, а ведь есть еще якудза. Тоже, между прочим, кланы с очень старой историей и глубокими корнями. Не такими старыми и глубокими как у Триад, но все же. И есть Такаги, который сам по себе даже близко не маг, но о якудза просто обязан знать достаточно много.

Но все это будут дела не сегодняшнего дня. Мне нужно будет хотя бы на минимальном уровне пробудить Тайдзы, основу сил бессмертного.

Так, строя планы на будущее и прикидывая примерные сроки того или иного события, я шел домой. Как ни крути, а сроки поджимали. Если я хочу все успеть, то придется держать очень быстрый, прямо-таки нечеловеческий темп. Есть шансы, что я выдержу подобную гонку. Правда шансы эти невелики, скорее уж я сойду с ума от количества поглощаемой информации.

Есть, наверное что-то забавное в путешественнике во времени, который думает, где бы ему еще раздобыть немного дополнительного времени. И если подумать, то ответ находится на поверхности. Если мне нужно дополнительное время, то стоит просто пойти и взять его. Путешествие во времени это реально удобный инструмент, другой вопрос, что это таит такое количество подводных камней, что все мои предыдущие приготовление в итоге оказались пшиком, перед лицом бога, пришедшего за моей головой.

Уже на подходе к дому мои размышления были прерваны телефонным звонком. На экране мобильника высветился номер Саэко. Ожидаемо, что она уже не спит.

— Слушаю, — я чуть улыбнулся, сняв трубку, но моя улыбка быстро сошла на нет, когда в трубке раздался мужской голос.

— Кто ты?

От удивления я даже отнес телефон от уха, чтобы проверить, не показался ли мне номер моей девушки. Это был глупый поступок, но я как-то не сразу это понял, слишком уж был удивлен.

— Кто ты такой и откуда у тебя телефон моей девушки? — Я приглушил эмоции, внутренне готовясь к тому, что что-то случилось, надо куда-то бежать и спасать Саэко.

— Я её отец, — ответил мне неизвестный и бросил трубку.

Второй раз отвожу телефон от уха, рассматривая экран телефона. Что это было и что теперь будет я себе примерно представлял, но все равно, нормально подобные выкрутасы воспринимать сложно. А уж с учётом уже выработавших за несколько месяцев апокалипсиса привычек… я ведь реально собирался уже бежать незнамо куда, с намерением кого-нибудь убить.

— Что-то ты припозднился, Такаши, — поприветствовала меня мама, когда я все же вошел в дом.

— Мне позвонил отец Саэко, — пожимаю плечами. На самом деле до занятий все еще было приличное количество времени, я брал время с небольшим запасом и все успевал.

— О-о, — Хана проявила неподдельный интерес. — И как?

— Познакомились.

— И все?

— А что должно было произойти? — Выгибаю бровь. — Или ты ждала, что он подкараулит меня где-нибудь в подворотне и полезет драться?

— Не говори глупости, — на меня махнули рукой. — Бусудзима-сан почтенный и уважаемый член общества, сомневаюсь, что он полез бы к тебе драться. А вот серьезно поговорить с тобой он мог бы.

— И о чем нам следует серьезно поговорить? — Честно сказать, а эта мамина одержимость «настоящим мужским разговором» между мной и Бусудзимой-старшим уже несколько поднадоела. — Ты так часто в последнее время вспоминаешь отца Саэко, что мне уже становится страшно, не придется ли жениться на собственной сводной сестре.

— Да ну тебя, — она покраснела и в то же время выглядела как-будто напуганной. Это было довольно-таки странно, все же я сказал своё предположение от балды, не думая, а судя по ней попал в точку. — Ничего не часто я его вспоминаю.

— Как скажешь, — как либо вмешиваться в её личную жизнь я смысла не видел, а потому особо об этом и не переживал.

— И я рада, что ты все еще помнишь о свадьбе, — все еще красная мама попыталась перевести тему. — Я понимаю, что тогда было сильно не до того, но все же мне не очень нравится, как сильно вы углубляли свои отношения, никак их при этом не закрепив.

— Загсы были закрыты, — усмехаюсь. — Да и раньше можно было назвать девушку женой просто приведя её в свой дом.

— Эти времена давно прошли, а тебе стоит перестать жить в средневековье.

Глава 5

— Привет, родная, — приветствую Саэко, которая ждала меня у входа в школу.

— Ты разговаривал с моим отцом, — она с каким-то странным, непонятным мне, интересом рассматривала меня.

— «Разговаривали» — это громко сказано, — хмыкаю, и пристраиваюсь рядом с ней. Наши классы на разных этажах, но до лестницы можно прогуляться и вместе. — Он спросил кто я такой, я спросил откуда у него твой телефон, на этом разговор и прервался. Твой отец бросил трубку.

— Он теперь уверен, что мы встречаемся.

— Не удивительно, — киваю. — Буквально мой вопрос звучал так: «откуда у тебя телефон моей девушки?»

— То есть ты признал при нем наши отношения, — Саэко улыбнулась.

— Угу, — хмыкаю. — И как, он уже точит на меня один из мечей в своей коллекции?

— Папа каждый день ухаживает за мечами, своими или на заказ, — шутя ответила она. — Но вообще, он очень хочет встретиться с тобой и пообщаться лично.

— Когда?

— Вот так просто? — Саэко остановилась, с интересом разглядывая меня. Я, сделав несколько шагов вперёд, и обернулся к ней.

— А почему это должно быть сложно?

— Какой-то странный у нас разговор выходит, — Саэко склонила голову на бок. — Только вопросами обмениваемся.

— Иногда, на вопрос не обязательно отвечать, достаточно просто над ним подумать, — протягиваю ей руку, предлагая все же продолжить дальнейший путь. Пусть я не боялся опоздать, но стоять посреди коридора смысла не было.

— И все же, я ожидала более живой реакции от знакомства с родителями, — она взяла меня за руку.

— А я не совсем понимаю, почему знакомство с родителями должно стать проблемой. Скорее всего я сразу же не понравлюсь твоему отцу…

— И это проблема, — не даёт она мне закончить мысль.

— Это норма, — чуть пихаю её плечом. — Родитель оберегает своего ребенка, было бы странно, если бы он повел себя иначе в начале знакомства. Вот если это отношение сохранилось бы после того, как мы друг друга прощупали, тогда это было бы проблемой.

— Неужели ты испугался бы моего отца и отступил бы? — Проказливо улыбнулась Саэко.

— Вряд ли, скорее уж сразился бы с ним за твою руку, — я так же посмеиваюсь, чувствуя, как она расслабляется.

Остаток нашего совместного пути мы прошли молча, и только перед тем, как разойтись по разным этажам меня попросили ничего не планировать на завтрашний день после школы.

— Хорошо, мне приготовить свадебное кимоно или лучше деньгами? — Простой, в сущности, вопрос, касающийся японских традиций знакомства с родителями невесты вогнал обычно наглую Саэко в краску.

— Это не помолвка, — шумно вздохнув, она тут же поправилась. — Было бы странно жениться ещё учась в школе. Но если все сложится хорошо, то я буду ждать кимоно сразу же после того как ты школу закончишь.

— Скорее уж сразу после апокалипсиса, — хмыкаю, но заметив как она помрачнела, качаю головой. — Я понимаю, что спокойные деньки больно бьют в голову, но нам все же не стоит забывать, что ничего не кончилось, проблема не решилась, мы просто отмотали время назад.

— То есть свадьбы не будет? — Саэко сложила руки на груди и нахмурилась.

— Каким образом ты пришла к этому выводу? — С интересом выгибаю бровь. — Я же только что сказал, что свадьба может состояться быстрее чем ты думаешь.

— Мне бы хотелось нормальное торжество, день который бы я запомнила на всю жизнь, — она вздохнула.

— Сделаем, — пожимаю плечами. — Без шуток, Саэко, хочешь, сделаем. Посмотрим как сложиться ситуация в этот раз и может быть устроим праздник здесь. Сложатся ситуация хреново, смотаемся в другом мир, любой, на твой выбор, и отпразднуем там.

Это маленькое обещание очень обрадовало мою девушку, мне даже подарили мимолетный поцелуй, после чего она убежала на свой этаж.

— Смотрю у вас все серьезно, — как только Саэко достаточно удалилась по лестнице поднялся Хисаши.

— Надоело подслушивать?

— Я ничего не слышал, — он поднял руки в примирительном жесте и постарался улыбнуться, но кривовато. — Просто ждал когда вы закончите, чтобы поговорить.

— Расслабься, я не собираюсь бить тебя, — убираю руки в карманы. Судя по всему и правда ничего не слышал, иначе бы начал задавать вопросы про апокалипсис и другие миры.

Парень тут же расслабился, что я посчитал ироничным. Спортсмен привык, что опасность представляет только противник вставший в определенную стойку. В мире восставших мертвецов это могло бы стоить ему жизни, сложись ситуация немного по другому.

— Рей рассказала, что вы разошлись.

— Я не уверен, что мы вообще сходились, — пожав плечами направляюсь дальше по коридору, в наш класс.

— Такаши, послушай…

Начинает он, но сбивается с мысли и замолкает когда я к нему поворачиваюсь. Я не угрожал, не давил, только повернулся и всем своим видом выразил готовность слушать. Ожидаемо и все же забавно, что он оказался к этому не готов.

— Забавно, Хисаши, — когда пауза затянулась, я начинаю говорить. — Вот я тебя слушаю, а тебе вдруг нечего сказать.

— Я понимаю, что мы…

— Это хорошо, что ты понимаешь, — отмахиваюсь от его слов. — Можешь не оправдываться.

Дальше продолжать разговор мы не стали. Я с самого начала не видел в этом смысла, а он не мог ничего сказать.

— Что, Такаши, уже с утра изображаешь из себя героя подростковой драмы? — Хмыкнула Сая, когда я все же добрался до класса и уселся на своё место.

— Да уж, — хмыкаю в ответ, краем глаза отмечая несколько заинтересованных взглядов подслушивающих одноклассников. — От приторной ванильности аж скулы сводит. Никогда не думал, что такой накал страстей возможен в реальной жизни.

— Это просто ты слишком спокоен, — как всегда начала бубнить Сая, но школьный звонок прервал её.

Первым уроком сегодня была математика, которую вела Кёка-сенсей. Непроизвольно вспоминается начало апокалипсиса, во время злополучного объявления ведь тоже была математика. И похоже, что не только меня посетили подобные воспоминания, так как Сая почти весь урок просидела с хмурым выражением на лице, так что даже учитель поинтересовалась, все ли в порядке.

В остальном же школьный день прошел спокойно. Я сидел на уроках, больше уделяя внимание знаниям из Системы, чем тому, что говорят учителя. На переменах же я обычно проводил время с Саэко. Только один раз я решил зайти в медпункт к Шизуке, чтобы договориться о встрече с ней и Рикой.

— Привет, Такаши-кун, — радостно помахала мне медсестра.

— День добрый, Марикава-сенсей, Исии-сан, — я кивнул девушке и парню, который находился в медпункте.

— Мы знакомы? — Исии Кадзу, удивленно моргнул, рассматривая меня.

— Не лично, хотя я много о тебе слышал, — я хмыкнул, вспоминая как мы вместе выбирались из школы. — Ты часто помогаешь нашей медсестре.

— Не так уж и часто, — он несколько смутился, но было видно, что для него мои слова сродни похвале. — Я хочу стать врачом в будущем и стараюсь научиться основам уже сейчас.

— Похвальное желание, — я кивнул и повернулся к Шизуке. — Как там Рика?

— Работает, — она пожала плечами. — В целом у нас все хорошо, потихоньку входим в ритм.

— Она не говорила, когда у неё ближайший выходной?

— Вроде бы через пару дней, я могу уточнить.

— Было бы неплохо, — киваю. — Я хотел бы собраться вместе, у вас или у нас, как решите.

— О-о, — Шизука улыбнулась. — Хорошо, мы обязательно обговорим это между собой.

— Только не затягивайте слишком сильно, — хмыкнув, я махнул им рукой на прощание.

***

Это все ещё походило на сон. Казалось, что еще немного и она проснется там, в мире разрушенного будущего. Особенно сильным это чувство было, когда она встречала учеников, которым в виде зомби крошила лица при прорыве из школы. В такие моменты Саэко особенно не любила свою хорошую память на лица.

И в своей проблеме она была не одинока. Сая тоже периодически бледнеет и стремительно уходила от некоторых людей. Зато Марикава была как всегда позитивна и добра ко всем. И Такаши, тоже «как всегда», воспринимал все внешне спокойно.

Юная мечница уже достаточно хорошо знала своего суженого, а теперь-то он точно не отвертится, чтобы понять, он и не думал расслабляться. Она видела это в нем, обычную для того мира сосредоточенность на чем-то невидимом для прочих. Он что-то обдумывал, что-то планировал. Зная его тягу ко всяким авантюрам, можно ожидать, что они и без всяких зомби найдут себе приключение.

Это было… интересно.

Пусть остальная часть их компании была резко против любого риска, сама Саэко считала, что риск бывает более чем оправдан. Да, совать голову в петлю просто так будет только дурак, но если тебя ждет достойная награда, то почему бы не рискнуть? С другой стороны ей совсем не хотелось, чтобы Такаши опять умер в бою с каким-нибудь богом.

Были ли её желания логичными? Нет, даже близко, скорее уж они противоречили сами себе. Но в их маленькой будущей семье уже есть один, излишне логичный человек, так что она могла позволить себе побыть противоположностью своего будущего мужа.

Да-а, какая же это приятная мысль, «будущий муж».

Саэко была действительно рада своим отношениям. И не стеснялась демонстрировать их окружающим. Пусть каждый знает, что они встречаются, ей нечего стесняться и некого бояться.

Так она думала весь учебный день, до тех пор, пока не пришло время идти домой. Было некоторое странное чувство в груди, когда она думала об отце. Нельзя сказать, что она его боялась или что-то подобное. Её отец никогда не был домашним тираном, да и она уже не маленькая девочка, которую можно лишить сладкого после ужина. И это её настроение не осталось незамеченным.

— Ты все еще волнуешься, — заметил Такаши, что специально собирался ехать более длинным путем домой, чтобы провести часть пути с ней.

— Не волнуюсь, — упрямо поправила его Саэко. — Просто странно видеть дома отца, которого уже успела похоронить.

— Не преувеличивай, — он чуть улыбнулся. — Ты сама говорила, что он достаточно искусен, чтобы выжить в постапокалипсисе. Другой вопрос, что ты уже успела побыть почти самостоятельной, а теперь снова подчиняешься отцу.

— Не велика была моя самостоятельность, — улыбнулась и Саэко. — Все же твоя мама постоянно проявляла заинтересованность и участие в наших отношениях. Да и сам ты если что-то в голову вобьешь, то это из тебя даже бокеном не выбьешь.

— Но-но, я всегда открыт к диалогу, — Такаши тихо посмеялся. — Другой вопрос, что мне всегда есть что сказать на любой довод или возражение. Что же касается матери, то тут не поспоришь, она действительно была очень активна в некоторых вопросах.

— Я могу её понять, правда, — ей было не очень удобно обсуждать Хану у неё за спиной, а потому она посчитала нужным оправдать её. — Просто это было не всегда удобно.

— Могу тебя успокоить, что она всецело одобряет твою кандидатуру и всячески настаивает на свадьбе, — он глянул на неё с некоторым намеком, вспоминая их разговор утром.

— Что ж, значит у меня есть союзница в этом деле, — Саэко действительно несколько расслабилась от этой новости. Всегда приятно иметь надёжных союзников.

Этот разговор в достаточной мере приподнял ей настроение, так что домой она вошла чуть ли не танцуя.

— Я дома, — объявила она, не особо надеясь на ответ.

Отец чаще всего пропадал в додзё, пристроенном к дому и даже если слышал её приветствие, то был слишком занят, чтобы выйти. Саэко невольно вспомнила свою маму, да и Комуро Хану, что всегда выходили встретить её. Даже Такаши старался бросить все и выйти к ней, если не сразу, то через некоторое время, необходимое чтобы прекратить процесс.

Мелочь вроде, а как-то обидно теперь без этого.

Ей следовало позаботиться об ужине. Даже не переодеваясь из школьной формы в домашнее, Саэко повязала фартук и начала готовить, хмыкнув про себя. Еще одна особенность, но там, в мире мрачного будущего, Такаши, который не ходил в школу всегда что-нибудь готовил к их с Ханой-сан приходу. Хотя… это же Такаши, ему только в радость поработать руками. А вот Саэко успела уже немного облениться… совсем чуть-чуть, но готовить уже совсем не хотелось.

— Смотрю ты в хорошем настроении, — заметил её отец, зашедший на кухню через некоторое время.

— Да, день прошел хорошо, — она кивнула.

— Как там твой парень? — Спокойно спросил он и Саэко почувствовала, что ему любопытно.

— Такаши? — Саэко сдержала улыбку. — В целом хорошо. Он уверен, что сразу же тебе не понравится, но после вы поладите.

— Вот как, — мужчина хмыкнул. — Нагло.

— Это лучше чем страх, — заметила Саэко.

— Не всегда, — от её замечания отмахнулись. — Но мне будет интересно посмотреть на него.

Глава 6

На следующий день я, ради интереса, прогулялся до парка, где вчера пересекся с триадой. На удивление все было спокойно. Конечно, глупо было ожидать толпы очевидных соглядатаев, как в каком-нибудь глупом боевике. Но то, что я вообще никого не увидел, несколько меня удивило.

Или местные воротилы криминального бизнеса освоили чувство такта, в чем я сомневаюсь, или у местных шпионов и соглядатаев просто невероятные навыки. Последняя мысль отдаёт откровенной паранойей и теорией заговора, но все же я больше склоняюсь именно к ней.

Если уж я допускаю, что среди них есть практики мистических искусств, то стоит допускать наличие мастеров по разнообразным способам слежки. Для этого даже не обязательно быть магом, пары скрытых камер хватит.

Вопреки распространенному мнению, скрытую камеру не так-то легко заметить, на то она и скрытая, и придумали её совсем не дураки. Даже обладая всеми нужными знаниями, найти такую камеру лично я смогу стоя прямо перед объективом метрах в двух-трех. И это еще хороший результат, я знаю на что смотреть и зрение у меня достаточно острое.

В любом случае от посещения конкретно этого парка, да и всех ближайших парков тоже, будет лучше воздержаться. Рано или поздно я все равно пересекусь с местными мистиками, но делать это имеет смысл только являясь магом. Мне нужна еще хотя бы пара недель, чтобы заложить основы и обзавестись хотя бы намеком на резерв внутренней силы.

Тренироваться можно и у нас дома. Энергия вселенной есть везде, в любом уголке вселенной, главное просто иметь возможность её черпать.

В любом случае, прямо сейчас стоит думать не о мутных преступных группировках, их время еще придет, сегодня же стоит подумать о своём будущем тесте. Каких-то особых традиций, за пределами преподнесения женихом невесте свадебного наряда на помолвку, в знакомстве парня с родителями девушки не было. Понятно, что не стоит преподносить какие-либо подарков Бусудзиме-старшему, такого «выкупа за невесту» просто не поймут. С другой стороны приходить вообще с пустыми руками тоже будет не очень умным поступком.

Покрутив все варианты и так и этак решаю остановить на самом простом и очевидном варианте, купить подарочный набор традиционных японских сладостей. Не слишком броско и оригинально, но в то же время это и предельно очевидное и в чем-то, наверное, даже ожидаемое решение. Никаких подтекстов и намеков, максимально нейтральный вариант. Лучший выбор для первой встречи.

Так как времени еще было достаточно, я решил посмотреть, что можно купить прямо сейчас, ранним утром, пока я еду в школу. Удивительно, но магазинчиков и маленьких кафе-кондитерских, предлагающих нечто подобное было более чем достаточно и многие из них были открыты с раннего утра.

Разнообразные ан-пан, дайфуку, данго, кастелла, аммицу и ёкан, продавались буквально на каждом углу. В большинстве своём это был традиционный уличный фаст фуд, недорого, простое на вид, зато вкусно и сытно. На вопрос же о именно подарочных наборах мне тут же указали на кафешку подороже, недалеко от станции, где я смогу сесть на электричку до школы, где не только готовят очень красивые дайфуку, но так же торгуют ими на вынос и даже упаковают в подарочные коробочки.

Я даже успел коротко порадоваться и решить, что мне очень повезло. Забыл на пару минут, как же сильно судьба любит подстраивать мне мелкие пакости.

— Привет, Такаши, — стоило мне только войти в помещение, как меня тут же окликнула Кирико. Она будто в засаде меня тут выжидала. Мать семейства Миямото сидела в кафе в своей служебной одежде и вместе с мужем, так же одетым по рабочему.

— Привет, — делаю короткий поклон, подойдя к их столику. — Не ожидал вас тут увидеть.

— Как и мы тебя, — она посмеялась и чуть отодвинулась к стене, похлопав рядом с собой ладонью. Я не стал артачится и присел рядом с ней. — Мы тут решили немного себя побаловать, перед долгим рабочим днем.

— Кто это «мы»? — Тихо бурчит муж Кирико, Миямото Тадаси. Правда стоило нам двоим к нему повернутся, как он тут же сделал вид, что ничего не говорил, и вообще перевел тему. — Такаши, можешь уделить нам минутку, есть серьезный разговор.

— Да, конечно, только уточню насчет моего заказа, — в этом месте даже была парочка заспанных официанток, то ли только недавно сменивших ночную смену, то ли и бывшими той самой ночной сменой, ожидающей смены. К одной из них, предварительно подозвав её жестом, я и обратился. — Здравствуйте, я звонил вам из магазина Мацуки-сана, заказ двух подарочных наборов на вынос.

— Ваш заказ еще не готов, — она изобразила извиняющийся тон. — Придется подождать.

— Ничего страшного, я подожду. Можете пока принести чай? — Она уточнила, какой именно чай я бы хотел, но я не глядя ткнул пальцем в первую строчку меню. — Так о чем вы хотели поговорить?

— Кирико рассказала мне… — он замолчал и нахмурился. — М-да, я даже не знаю как об этом говорить.

— Боюсь представить, что же она вам наговорила, — скашиваю глаза на названную мать.

— Хей! — Та только пихнула меня в плечо. — Я про тебя и Рей ему рассказала. Скорее даже просто предостерегла его от необдуманных поступков.

— Понятно, — киваю. На мгновение я даже подумал, что она рассказала ему про путешествия во времени и даже стал перебирать навыки гипноза, которые смогли бы помочь им обоим держать язык за зубами. — Это действительно непростая тема.

— Ты даже не представляешь насколько, — он вздохнул. — Все же Рей моя дочь, а я даже не знал, что вы встречаетесь.

— Мы сами этого не знали, — хмыкаю.

— Я не знаю всего, что у вас там произошло, — он посмотрел на меня фирменным взглядом детектива полиции. — Но я верю Кирико, а по её словам ситуация сложная и ты ни в чем не виноват. Поэтому я прошу только об одном, ты хоть пальцем прикоснулся к моей дочери?

— Нет, — говорю спокойно, смотря ему в глаза. — Я ведь уже упоминал, что мы сами не знали, что встречались. Это не шутка и не издевательство. Между мной и Рей было только старое обещание, пожениться, когда вырастем. Мы так и не зашли дальше, не было ни поцелуев, ни объятий. Возможно потому и разошлись.

— Ты бросил мою дочь только потому, что она не позволила тебе лишнего? — Тадаси даже привстал.

— Дорогой, — попыталась урезонить его Кирико, но я сделал это проще и быстрее.

— Нет, это она меня бросила, найдя себе нового друга, что и обнимает её и целует, — после моих слов опытный детектив полиции выглядел так, будто его огрели чем-то тяжелым по голове.

— Что?

— Зря ты ему это сказал, — Кирико прикрыла глаза рукой.

— Ты знала? — Тадаси даже чуть повысил голос.

— Не ори, — одернула его Кирико. — Да, я знала, и тебе сказала, что все сложно.

— Сложно, это когда ничего не понятно, а тут все предельно ясно, — мужчина прищурился. — Кто этот смертник, посмевший тянуть свои грязные ручонки к моей дочери?

— Был у нас раньше один общий друг, Иго Хисаши, — с кристально чистой совестью сдаю бывшего друга.

— Такаши!

— Что? — Поворачиваюсь к Кирико.

— Почему ты сказал ему? — Она ткнула пальцем в своего мужа.

— Он спросил, я ответил, — делаю вид, что не понимаю о чем она говорит.

— Ты не понимаешь, Кирико, — с жаром ответил Тадаси. — Розовая пора юности, время проб и ошибок в любви. Наша дочка выросла в прекрасную девушку, но она все еще наивна и неопытна в некоторых вопросах. Я ведь тебе уже рассказывал, что ежегодно во всем мире более десяти миллионов девушек младше восемнадцати лет беременеют и рожают детей.

После его фразы установилась непродолжительная тишина. Эти два клоуна, похоже, ждали моей реакции. Я, в свою очередь, пытался понять, нафига они вообще подвели к этому разговор и как мне на это надо реагировать. Видя моё затруднение, Кирико только пожала плечами, и легонько пихнула меня в бок.

— Не знаю уж, где он взял подобную статистику, но я слышу это уже не в первый раз, — она фыркнула и саркастично ухмыльнулась. — Видел бы ты, как смутилась Рей, когда услышала про беременость и роды.

— Это не повод для смеха, — Тадаси старательно, даже слишком, изобразил покерфейс, а я понял, что эти два стареющих тролля просто хотели меня смутить и посмеяться надо мной. — Что мы будем делать, если Рей понесет ребенка? Я слишком молод, чтобы становиться дедушкой!

— Не шуми, — шикнула на мужа Кирико, после чего повернулась ко мне. — В общем, Такаши, он уже с утра пораньше раздраконил Рей, так что не сильно удивляйся, если та вдруг на тебя наорёт или будет ругаться.

— И с чего бы ей вдруг на меня орать? — Спрашиваю с ленивым интересом, будучи уверенным, что они опять прикалываются, но на мои слова Кирико только головой покачала.

— Ох, Такаши, иногда даже удивительно, насколько социально неприспособленным ты можешь быть.

— У меня нет социальной неприспособленности, — настала моя очередь фыркать. — Я просто не улавливаю связи между Рей, которую заподозрили в беременности и тем, что она должна на меня наорать.

— Знаешь, Такаши, для мужчины конечно нормально не понимать, что там у женщин в головах творится, но твой случай — это именно социальная неприспособленность, — покачал головой Тадаси. — Даже я мужицкий мужик, который намеренно и осознанно отворачивается от всего девчячьего, понимаю в чем дело.

— Объясните? — На заявление мужчины мы с Кирико синхронно фыркнули, но он все же смог заинтересовать меня.

— Беременность сама по себе является испытанием для молодой девушки, особенно если она нежелательна, до свадьбы, фактически без отца… — он нахмурился, похоже воочию представив себе свою дочь в подобных обстоятельствах.

— Начнем с того, что у нас ничего не было, а потому не было и шанса на беременность. Но даже если бы что-то все же было, то я не бросил бы своего ребенка и его мать. И Рей это знает, должна знать, по крайней мере.

Прикрыв глаза, я погружаюсь в память прошлого Такаши, до того, как я вселился в него, как начал бездумно черпать знания из Системы, искажая своё сознание. По настоящему собачья преданность была, наверное, самым ярким его качеством, которое всегда бросалась в глаза. Сомнительно, что подруга детства не осознавала этой черты характера парня.

— Рей знает об этом, можешь быть уверенным, — Кирико улыбнулась, погладив меня по плечу. Все же значительная часть характера прошлого Такаши была сформирована её руками. У Ханы часто было мало времени на сына.

— Кто знает. Все же, хотя я и не буду скидывать всю вину в произошедшем на неё, — свою девушку действительно надо хоть иногда баловать знаками внимания и романтикой. — Но в конечном итоге она сама сделала выбор и приняла все решения.

Вообще, если так подумать, то мне очень повезло, что отношения Рей и Хисаши начали строится так далеко заранее. С одной стороны конечно обидно, ведь раньше я думал, что разрыв отношений произошел когда Рей оставили на второй год и она нуждалась в поддержке, которую Такаши ей не оказал. Но оказалось, что «налево» она начала смотреть еще далеко до того. С другой же стороны, это позволило мне максимально быстро и безболезненно разорвать отношения повторно.

— Боже, что за ветер гуляет в ваших головах? — Вздохнул Тадаси.

— Самый обычный, — пожимаю плечами. — Откуда подросткам набраться ума?

— Слушать взрослых, — отрезал он. — Если своих мозгов не хватает, следует прислушиваться к тем, кто уже набил все шишки.

— Эта мысль доходит до людей только после того как они перестанут быть подростками и становятся взрослыми, — усмехаюсь, да и чета Миямото тоже фыркает на мои слова.

— Насмешил, Такаши, — Тадаси качает головой. — Тебя прям не узнать.

— Такой смешной?

— Такой взрослый, — он посмотрел на меня задумчиво. — Кажется, что еще вчера ты был пацан пацаном, а теперь я вижу перед собой мужчину.

Кирико заёрзала на сиденье, похоже решив, что нас заподозрили в путешествии во времени. Некоторые люди вообще не умеют хранить секреты. Я же сохранил совершенно спокойное выражение лица.

— Нас меняет время или взгляд случайный, встреча с незнакомцем, горе и любовь, — мягко пропел я несколько строчек из слышанной еще в прошлой жизни песни.

— Вот как, — и Тадаси, и Кирико выглядели удивленными. — Значит разрыв отношений с Рей повлиял на тебя сильнее, чем может показаться со стороны.

— Я не говорил про Рей, — как раз в это время официантка принесла мой, уже упакованный, заказ. — Я встретил прекрасную девушку, с которой мы умудрились прекрасно сойтись. Вот, после школы пойду знакомиться с её отцом.

— Однако, — Кирико удивленно захлопала глазами. — Наш «мужчина» уже везде поспел. Хана-то в курсе, что ты собрался такой серьезный шаг делать?

— Она уже давно пилит мне мозги на тему того, что не стоит тормозить в отношениях с Саэко.

— Ну и правильно, нечего тянуть, — важно кивнула Кирико.

— Как скажешь, — уже в который раз за утро усмехаюсь, проглотив слово «мама». Пусть отношения между нами были очень близкими и это видно, но все же демонстрировать такие жесты привязанности не стоит. — Ладно, успехов вам на работе, а мне уже надо ехать на учёбу.

— Передавай привет Саэко, — Кирико помахала мне рукой. — И, как уже говорилось, не удивляйся поведению Рей.

— Я уже удивлен, что ты продолжаешь настаивать на этой теме, — хмыкнув, отзеркаливаю её жест рукой. Вообще в японии принято кланяться на прощание, но раз уж другая сторона отошла от традиций, то и мне нет смысла за них цепляться.

На выходе из ресторанчика убираю сладости в карманное измерение, попутно напомнив себе, что надо бы навести там порядок. Судя по всему, Система, несмотря на многочисленные связи со мной, достаточно изолирована от внешних воздействий и сила Хроноса никак на неё не повлияла. Не пострадала и та часть, что отвечает за карманное измерение, в котором сохранились все вещи, куча всякого хлама, который я там свалил за два месяца выживания в постапокалипсисе.

Да и в целом, давненько я не работал руками, все больше мозгами шевелил.

Так я размышлял переживая, во всех смыслах этого слова, давку сначала на станции монорельса, а потом и непосредственно в вагоне. Общественный транспорт любого мегаполиса в час пик — это тот случай, когда понимаешь, что конец света с вымиранием большей части населения планеты, не худшее, что с тобой происходило. Без шуток, иногда такого можно насмотреться, что невольно начинаешь задумываться над собственным штампом зомби-вируса.

— Мисс, вы его знаете? — Спрашиваю стоящую чуть впереди девушку, от которой фонит страхом и сексуальным возбуждением, попутно схватив за локоть мужчину, что старательно елозил рукой у неё под юбкой. Слегка сдавить несколько точек и щуплый мужичонка уже хнычет от боли.

— Да, знаю, — отвечают мне, после чего тут же выдвигают требования. — Отпусти его, немедленно.

Внимательно разглядываю не очень-то молодую, но все еще привлекательную женщину, попутно вслушиваясь в свои ощущения. Сексуальное возбуждение никуда не делось, только немного потухло. С другой стороны страх усилился и теперь направлен конкретно на меня. Она боялась не домогательства, а того, что их поймают.

— Грёбаные извращенцы, — вздыхаю и выпускаю руку мужичка.

— Тебя забыли спросить, пацан, — продолжила возмущаться дамочка, подхватив своего любовника под пострадавшую руку. — Я сейчас вообще на тебя полицию вызову.

— И сядешь за непристойное поведение в общественном месте, — затыкаю её одной фразой.

Наша перепалка привлекла внимание окружающих, а потому парочка извращенцев поспешила покинуть вагон на ближайшей станции. На меня все в основном смотрели положительно, разве что можно было услышать несколько шуток на тему, что я помешал людям приятно провести время. Так же ко мне прибился одноклассник, которого Такаши знал со средней школы.

— Ну ты и отжог, дружище, — хлопнул меня по плечу окрашенный под блондина парень, с внешностью типичного хулигана.

— Привет, Морита, — киваю. — Сам не ожидал наткнуться на подобное. Смотришь на таких людей и понимаешь, что конец света действительно не за горами.

— Что, тоже ждешь апокалипсиса? — Морита выгнул бровь. — Я слышал как некоторые парни спорят на тему календаря майя и прочих предсказаний, но не думал, что кто-то воспринимает это всерьез.

— Предвкушать конец света — самое древнее развлечение человечества, — с нескрываемой иронией отвечаю ему. — Некоторые только этим и занимаются.

— Какая, однако, увлекательная жизнь, — усмехнулся парень, даже не подозревая о ужасах нашествия мертвецов, что случилось в будущем.

— Ты даже не представляешь насколько.

Мы продолжали перекидываться ничего не значащими фразами до самой школы. Например, его очень интересовала ситуация с Рей и нашего с ней разрыва, я же отвечал односложно, не имея ни малейшего желания посвящать посторонних в тонкости моей личной жизни. Морита, правда, оказался достаточно непробиваемым, чтобы не понять моё нежелание говорить.

— Привет, Такаши, — поприветствовала меня Саэко, как и в прошлый раз дожидаясь меня у ворот школы. — Заводишь новых друзей?

— Ага, я вообще парень компанейский, — только фыркаю на подобный вопрос, но Морита сарказма не понял.

— Точно. Мы с Такаши еще со средней школы знакомы, — он снова хлопнул меня по плечу.

— Вот как? — Моя дорогая мечница, старательно изображая из себя примерную японскую девушку, улыбалась настырному парню. — Вам очень повезло, лично я познакомилась с Такаши всего несколько месяцев назад.

— Всего несколько месяцев? — Морита быстро замотал головой из стороны в сторону, смотря то на меня, то на Саэко. — И вы уже встречаетесь.

— Нам повезло, — хмыкаю. — А твой интерес уже становиться навязчивым.

— Хе-хе, — парень неловко почесал затылок. — Простите, я не хотел навязываться. И пожалуй пойду.

— Это было грубо, — замечает Саэко, смотря ему в спину.

— Не грубее его любопытства, — предлагаю ей свою руку, она любит всякую романтику, пусть порадуется.

— Мы сегодня после школы ко мне? — Она вложила свою руку в мою, довольно улыбнувшись.

— У меня нет привычки менять свои планы в последний момент, — качаю головой.

— В жизни всякое может случится, — она смеётся. — Тебе ли этого не знать, дорогой?

— Тут сложно поспорить, — её веселье заразительно и я тоже улыбаюсь. — Но могу тебя уверить, ничего такого пока не случилось.

— «Пока не случилось», — передразнила меня Саэко. — Какое обнадеживающее уточнение.

— В жизни всякое может случиться, тебе ли этого не знать, любимая? — Дразню её в ответ.

Мы вновь рассмеялись, наслаждаясь этой шуточной пикировкой. Вообще удивительно, насколько уютной в повседневном общении может быть Саэко. Особенно если учесть, насколько яростной она бывает в поединке. Две такие разные модели поведения. Саэко уверена, что настоящая она только в момент яростного противостояния, а в повседневной жизни это лишь маска.

Вот только при слишком долгом ношении маска очень легко может прирасти к лицу. Сейчас я прекрасно чувствую, что её мягкость и радость — это не притворство и не игра. Сейчас она настоящая.

— Развлекаетесь, голубки? — Мрачно поприветствовала нас Рей, явно поджидая нас в коридоре.

— Привет, Рей, — киваю ей. — Я уже успел повидаться с твоими родителями и пообщаться с твоим отцом.

Мои слова заставили её дернуться и она с подозрением взглянула мне в глаза. Я же постарался сделать как можно более пустое и безэмоциональное выражение лица.

— Вот как, — не знаю уж что она там высматривала, но увиденное заставило ее отступить на несколько шагов. — И что он тебе сказал?

— Я не хочу этого обсуждать.

Возражать она не стала, поэтому мы смогли спокойно её обойти и идти дальше к своим классам. Стоило нам только отойти подальше, как Саэко сильнее сжала мою руку.

— Я уже начинаю ревновать, что с её родителями ты познакомился раньше чем с моим отцом.

— Её родители живут через дом от нас, я вырос у них на глазах. Было бы странно, если бы я до сих пор не был с ними знаком.

— Знаю, — она вздохнула. — Но все равно, странное чувство в груди.

— Хочется достать меч и с боем доказать свои права?

— Не издевайся, — меня боднули плечом в плечо. — Мне просто кажется, что вокруг тебя вьется слишком уж много девушек.

— Возможно, — так если припомнить, то среди путешественников во времени я вообще оказался единственным парнем. — Хотя я и не ставил себе такой цели.

— Угу, — она снова боднула меня плечом, но уже мягче и после так и продолжила идти рядом, прижавшись ко мне. — О чем хоть говорил с Кирико и её мужем?

— Да о глупостях всяких, — фыркаю. — Просто пересеклись в ресторанчике, где я покупал сладости для похода к тебе в гости, и пока ждал заказ разговорились. В итоге сошлись на том, что у меня социальная неловкость.

— И ты с этим согласился? — На меня посмотрели с удивлением.

— Нет, конечно, — фыркаю. — У меня нет социальной неловкости.

— Как скажешь.

— Мне кажется или ты надо мной издеваешься?

— Кажется, дорогой, — Саэко захихикала. — Тебе кажется.

Глава 7

— Ты слишком волнуешься, — говорю Саэко, которая и правда старательно тискала мою руку своей потной ладошкой. Станция монорельса уже осталась у нас за спиной и мы неспешно прогуливались к её дому.

— Должна же я уравновешивать твоё непробиваемое спокойствие, — хмыкнула она, сделав несколько глубоких вдохов в попытке успокоиться.

— Не знаю уж, кому ты там должна, но пока так беспокоиться просто нет смысла.

— Тебе легко говорить, Такаши, — Саэко вновь вздохнула, но теперь это был жест усталости.

— Может быть, — пожимаю плечами. — Если тебе станет от этого легче, то я могу подраться с твоим отцом.

От подобного предложения она сначала прыснула от смеха, но потом посмотрела на меня серьезно и строго.

— Если бы я плохо тебя знала, то могла бы подумать, что это забавная шутка. Но я знаю тебя достаточно хорошо, Такаши, поэтому говорю прямо, нет, мне не станет легче, если вы с моим отцом устроите безобразную драку.

— А если это будет поединок в кендо? — Мой вопрос заставил её задуматься и посмотреть на меня с некоторым сомнением.

— Ты же не владеешь спортивным стилем и презираешь спортивные правила. Самое простое, что от тебя можно увидеть это армейский стиль, с вкраплениями некоторых специфических приемов и уловок, которые, по твоим же словам, ты берёшь из разных школ.

— Армейский стиль не сильно отличается от спортивного, — снова пожимаю плечами. — И я умею следовать правилам, когда считаю это необходимым.

— Даже я ясно вижу различия между спортивным и армейским стилем, так что можно не сомневаться, что отец тоже сразу же все поймёт, — от первого моего довода просто отмахнулись, второй же и вовсе проигнорировали. — В общем сам такого ему не предлагай, а если он предложит, то постарайся отказаться. Не хватало еще, чтобы отец подумал, что мой парень связан с якудза.

— Я могу представиться учеником кузнеца и показать что-нибудь из архаичных стилей, — предлагаю еще один вариант. — И ты все еще слишком сильно беспокоишься.

— Пока что я просто не могу не беспокоиться, — отрезала Саэко. — И говорить про кузнеца тоже не вариант. Во-первых, папа знает всех, хоть сколько-нибудь известных мастеров в стране и он наверняка постарается найти твоего несуществующего учителя. А во-вторых, когда ты попытался обмануть подобным образом Кирико-сан, то она сразу же вспомнила, что не так много людей в наше время покупает боевые мечи. Тебя ведь тогда тоже заподозрили в связи с якудза.

— Никакая это не ложь, — поправляю её. — Я действительно кузнец.

— Я знаю, дорогой, — Саэко закатила глаза. — Но мы оба понимаем, что владеть мечом ты научился не во дворе кузницы.

— Как будто это имеет хоть какое-нибудь значение, — настал мой черед устало вздыхать. Её метания начинают реально утомлять. — Кажется, что попытка отвлечь тебя от беспокойства в итоге лишь дала тебе лишний повод для волнения. Ты слишком много думаешь о поединке, вероятность которого тебе даже не приходила в голову, пока я сам это не предложил.

— Именно потому что ты это предложил, я все же допускаю подобное развитие событий, — она чуть улыбнулась. — Прости, но я не могу просто по щелчку пальцев взять себя в руки. Это действительно много для меня значит.

— Сейчас ты лишь придумываешь себе проблемы. Знаешь, был прекрасный американский писатель, Марк Твен, перед смертью он сказал, что его жизнь была наполнена неприятностями, большая часть из которых так и не произошла.

Эта фраза смогла рассмешить мою нареченную, и та наконец-то чуть расслабилась.

— Неужели так и сказал?

— По крайней мере эту фразу ему приписывают, — я тоже чуть посмеялся вместе с ней. — Странно, что ты впервые это слышишь, в своё время эта цитата получила невероятную популярность после того, как её произнес Черчиль.

— Я даже не знаю кто это, — она легко пожала плечами.

— Черчиль? Писатель и художник, лауреат нобелевской премии по литературе, между прочим, и премьер-министр Великобритании в разгар второй мировой войны, — я уже смирился, что моя девушка получала хорошие оценки не за учебу, а за достижения в спорте.

— М-м… — она кивнула на мои слова. — Забавно, можешь посоветовать что-то из его сочинений?

— Вряд ли тебя заинтересует хоть что-то, — уверен, что её вопрос был простой вежливостью. — В любом случае тебе стоит обуздать свои фантазии. Поверь, реальность имеет четко обозначенные и весьма узкие границы, в то время как фантазии границ не имеют вовсе.

— Странно слышать такое от волшебника, — она послала мне дразнящую улыбку.

— Именно потому что я маг, я могу утверждать подобное с полным основанием и знанием дела.

— Ладно, Такаши, сейчас волноваться просто нет времени, вон мой дом, с красной крышей, — Саэко еще раз вздохнула и крепче сжала мою ладонь.

Дом с красной черепицей на крыше на улице был только один. Вопреки моим ожиданиям, это был не особняк в классическом японском стиле, с огромной пристройкой-додзё на несколько десятков человек, а типичный домик современной застройки. Всех отличий от домиков вокруг — это керамическая черепица на крыше. Бесспорно, дорогое и не очень распространенное в наше время явление, но в целом ничего особенного.

— Мило, — заметив заинтересованный взгляд Саэко, даю краткую характеристику её дому.

— Ты удивлен, — с явным самодовольством замечает она. — Ожидал чего-то другого?

— Есть немного, — киваю. — Может это и стереотип, но от традиционной семьи ожидаешь более традиционного жилища.

— Это действительно стереотип, — Саэко захихикала.

— Подозреваю, что я не первый, кто попал в ловушку стереотипов, — улыбаюсь, про себя радуясь, что она все же смогла расслабиться, пусть и лишь под самый конец нашего пути.

— Ну… — мои слова заставили её на мгновение замедлиться. — У меня никогда не было много друзей, особенно таких, которых я могла бы пригласить в гости.

— Са… — начинаю говорить, желая её успокоить, но она, со своей извечной хитрой улыбкой, перебивает меня.

— Зато мне удалось поймать в эту ловушку своего парня, — на меня кокетливо покосились. — Вот уж не думала, Такаши, что ты находишься во власти стереотипов.

— Вот ведь лиса, — качаю головой и тут же предпринимаю ответную атаку. — Будешь так хлопать ресницами и я не удержусь, поцелую тебя прямо на пороге отчего дома. Что же касается стереотипов, то ничего человеческое мне не чуждо, в том числе и простые ошибки.

— Смотри при отце про поцелуи не заикайся, — краснея бурчит она, доставая из школьной сумки ключи. — Иначе поединок между вами все же состоится.

— Помимо человеческих ошибок, мне не чуждо и человеческое здравомыслие.

— Сомнительное качество, — Саэко усмехнулась, прежде чем вставить ключ в замок. — Здравомыслие — это безумие, которому мы можем найти объяснение. Уж в чем я не сомневаюсь, так это в твоей возможности объяснить что угодно.

— Неожиданно философская мысль, — меня изрядно удивило её заявление.

— Вычитала где-то, — хихикнула она, открывая дверь. — Отец, я дома!

— О, так ты все же не безнадежна, читать умеешь, — говорю как бы сам себе, но так, чтобы она услышала, за что удостоился шутливого толчка в плечо.

Разувшись, мы прошли на кухню. Я ожидал, что Бусудзима-старший будет если не ждать нас в гостиной или на кухне, то уж точно достаточно быстро выйдет на встречу. Но вместо этого мы успели не только заварить чай и распаковать принесенные мной сладости, но и сервировать стол, но он так и не появился.

— Отец часто бывает занят важными делами, которые он не любит бросать недоделанными, — на мой вопросительный взгляд Саэко ответила показательно равнодушно, будто в этом не было ничего особенного. — В этом он очень напоминает мне тебя.

— Хорошо, — я не стал напоминать ей, что всегда откладывал все дела ради неё или матери. И так было видно, что подобное пренебрежение, пусть бы и полностью обоснованное, задевало её. — Подождем его или не дадим горячему чаю остыть?

— Он подойдет когда освободится, — Саэко чуть улыбнулась и разлила чай по кружкам.

Завязался неспешный разговор. Эта привычка, постоянно о чём-нибудь говорить, развилась у Саэко и мамы достаточно быстро. Особенно они любили говорить со мной, используя данные мне Системой знания как замену телевизору или, скорее, радио. Конкретно сейчас её интересовали заданные на дом уроки, конкретно квадратные уравнения.

— По сути, на школьном уровне, тебе достаточно просто запомнить, а лучше записать в тетради, несколько простых формул и подставлять под них значения, — говорю, показывая, как решается один из заданных на дом примеров. — Но это работает только для примеров, уже приведенных в, так называемый, стандартный вид, таких у тебя всего пара. Остальные нужно в этот самый стандартный вид привести и тут уже нужно понимать несколько простых правил, ну и те формулы, к которым ты будешь приводить уравнения. В целом, без углубленного изучения математических дисциплин, тебе придется выучить не так уж и много.

— Мне бы еще понять, зачем вообще все это учить, — буркнула Саэко, заедая своё недовольство пирожным.

— Отголоски прошлого, — пожимаю плечами. — Еще древние греки верили, что «даже глупец, умеющий решать арифметические задачи, умнее глупца, что ничего решать не умеет». Эту систему образования приняли сначала римляне, потом Европа эпохи Возрождения, которые постановили, что помимо арифметики нужно учить древнегреческий или латинский язык. От европейцев же подобная система образования разошлась по всему миру, разве что вместо мертвых языков, мы учим английский.

— Значит вся эта зубрежка должна сделать нас умнее? — Похоже, что моё объяснение её заинтересовало.

— По крайней мере так это должно работать.

— Но не работает?

— Не особо, — хмыкаю. — Даже если мы забудем девяносто девять процентов учеников, что выкидывают из головы весь вызубренный материал сразу же после экзамена и будем рассматривать только тех, кто реально учит и потом всю жизнь помнит заученное, это все равно не работает. Механизм запоминания систем сложных правил никак не связан со способностью мыслить. Это было доказано множеством психологов и педагогов по всему миру.

— Но система образования все еще остаётся прежней, — Саэко улыбнулась с нескрываемой иронией. — Правительство заинтересовано в отуплении граждан?

— Смейся, смейся, — мне остаётся только вздохнуть. Похоже что мою неудачную попытку объяснить откуда у меня все эти знания, все будут вспоминать еще долго. — Но на самом деле нет, правительство не заинтересовано в отуплении граждан. Даже наоборот, каждый гражданин — это источник доходов для государства. Мы платим налоги, со всех доходов, НДС со всех покупок, и более специфичные налоги. Среднестатистический гражданин, дожив до глубокой старости и воспользовавшись вообще всеми возможными льготами от государства, вроде бесплатного образования или медицинского обслуживания, по итогу все равно заплатит в казну в десять раз больше налогов, чем государство на него потратит. И это среднестатистический гражданин. Если же получив хорошее образование, ты найдешь высокооплачиваемую работу, начнешь покупать более дорогие товары и расширишь сферу потребляемых тобой услуг, то доход от тебя государству только вырастет, но затраты в лучшем случае останутся теми же, если не меньше.

— Необычный переход от школьных уроков к политике, — вмешался в наш разговор посторонний голос. Похоже, Бусудзима решил все же показаться, а перед этим еще и какое-то время подслушивал.

— Здравствуйте, — киваю ему. — Что же до темы разговора, то тот, кто не был в юности революционером, не имеет сердца, но кто не стал в зрелости лоялистом, не приобрел ума. Пока мы молоды и горячи, самое время задавать вопросы и желать перемен. Ведь потом у нас появятся собственные семьи и повседневные заботы и желать мы будем только стабильности.

— Если это норма, то конфликт отцов и детей никогда не решится, — отозвался мужчина, садясь с нами за стол, пока Саэко наливала ему чаю.

— А была хоть какая-то возможность его решить? — Не сдерживаю улыбки. — Возможно в средние века люди могли столетиями жить так же как их предки, сохраняя неизменными уклад жизни и технологии производства. Сейчас же мир меняется слишком быстро, идет конфликт даже не поколений, банальная разница в возрасте уже становиться причиной конфликта взглядов и мировоззрений.

— Хм-м? — Отпивая из кружки с чаем Бусудзима выразил свой вопрос лишь едва слышным хмыком.

— Дети, что закончат в этом году младшую школу уже вырастут другими людьми, не такими как мы с Саэко, — отвечаю ему, про себя думая, что мое высказывание будет истинным даже без учёта приближающегося апокалипсиса. А уж после крушения старого миропорядка… дети всегда адаптировались к новым условиям лучше взрослых.

— Вы уже зовёте друг друга по имени? — В этот раз вопрос был задан в слух и был несколько эмоционален.

— Да, — отрицать это было бессмысленно, объяснять что-то я нашел излишним. По японским традициям, конечно, обращение по имени означает очень близкую связь, но это все еще не преступление.

— Ваши отношения развиваются слишком быстро, — Бусудзима нахмурился.

— Мы уже давно знаем друг друга и стали хорошими друзьями месяца два назад, — пожимаю плечами.

— И как вы познакомились? — Ему не особо понравился мой ответ, и он взглядом заставил Саэко замолчать, когда та попыталась вступить в наш диалог. Пусть моя мечница и была против поединка, но у меня уже возникло желание треснуть старика пару раз бамбуковым мечом по голове.

— В школе, — пожимаю плечами. Бусудзима лишь сурово смотрел на меня, ожидая подробностей. — Пересеклись у медсестры.

— И что же ты делал у медсестры? — меня все еще сверлили взглядом. — Подрался что-ли с кем-то?

— Нет, — просто улыбаюсь. Его попытки напугать меня выглядят как-то даже смешно и наивно. С другой стороны, моя невосприимчивость к его давлению, явно бесит мужчину, привыкшего быть хозяином в своём доме. — Я хорошо знаком с медсестрой и просто заходил поздороваться.

— А я была там по делам клуба, — отозвалась Саэко.

— Что ж, понятно, — протянул Бусудзима, еще раз зыркнув на свою дочь. — Удивлен, что ты не состоишь в клубе кендо.

— Саэко приглашала меня, но я отказался.

— Почему?

— Я сейчас сосредоточен на учёбе, — повезло, что Бусудзима вновь сосредоточился на мне, потому что Саэко на мгновение не смогла удержать лицо.

— Да, я слышал твои рассуждения про образование, — он кивнул. — И я нахожу их достаточно странными. Если система не совершенна, почему её не переделают?

— Её переделывают, — пожимаю плечами. — Просто это происходит не так заметно, как некоторым, возможно хотелось бы. Основы этой системы были заложены более двух с половиной тысяч лет назад, почти все это время она так или иначе менялась и продолжает меняться. Просто современный мир движется вперед слишком быстро, чтобы некоторые устоявшиеся традиции за ним поспевали.

— И все же от традиций отказываться не стоит, — мужчина, похоже, услышал в моих словах что-то своё и нахмурился. Этот разговор уже начал утомлять.

— Традиции бывают разными, — прикрываю глаза, как наяву представляя себе смачный удар уже не бамбуковым саем, а хорошо сбалансированным боккеном из крепкого дерева. — На примере все той же системы образования. Раньше, люди постоянно замеряли площадь земли и делили эту землю между собой, поэтому от любого образованного человека ожидалось владения хотя бы основами тригонометрии. Но сейчас это просто не имеет смысла, большая часть людей просто не занимается подобными расчетами, а те кто все же делают их, используют высокоточные инструменты и компьютерные программы, а не измерительную трость, листок и карандаш.

— Допустим, хотя это только частный случай, — он кивнул, а мне пришлось сдерживать улыбку.

Слова-то какие умные знает, «частный случай». Даже интересно, что ему вообще от меня надо? То что я ему не нравлюсь было понятно с самого начала, но вот что он теперь будет делать непонятно вообще. Как бы Саэко этого не боялась, а в возможный поединок на мечах, пусть и деревянных, я не верю. Это надо совсем мозгов не иметь, попробовать избить парня дочери с которым только что познакомился.

— Что же, я вижу ты сосредоточен на учёбе, и даже имеешь своё мнение по вопросам, в которых ничего не решаешь, — Бусудзима сложил руки на груди. — Уверен, что ты сможешь выучиться и найти себе работу, но сомневаюсь, что случись что, ты будешь защищать свою семью. Не вижу я в тебе воинского духа.

— Отец… — начала Саэко, но её перебили.

— Не лезь, дочь, у нас мужской разговор.

— Воинский дух…

Тяну задумчиво, про себя еще раз отметив, что меня раздражает как он говорит с Саэко. Вопрос только что с ним делать, не призывать же мне воинствующего духа, чтобы впечатлить его? Рассказывать про свои подвиги в будущем тоже не вариант. Перебирая в голове разные варианты, я, кажется, нашел подходящий.

В большинстве около мистических боевых искусств есть способности к сенсорике, то есть способности обнаружить скрытого врага или примерно прикинуть уровень сил противника. Естественно от таких посягательств быстро научились скрываться, пряча своё присутствие и истинную силу. Но была парочка умников, которые додумались не прятать свою силу, а как бы наоборот выпячивать её, так что даже люди без сенсорных способностей могли ощутить все в малейших подробностях, а уж чувствительные так и вовсе могли сенсорный шок получить.

Полезный и, в какой-то мере, даже забавный прием, который позволит продемонстрировать мой «воинский дух» без лишних слов. Прикрыв глаза, стараюсь аккуратно приоткрыть «двери своей сути» миру, не очень широко, чтоб полгорода не перебаламутить, но достаточно, чтобы оба представителя семейства Бусудзима смогли это почувствовать.

— Этого хватит? — Спрашиваю, когда они оба вздрагивают, похоже ощутив мою сущность.

Бусудзима-старший тут же напрягся и даже немного отодвинулся на стуле, с другой стороны Саэко постаралась спрятать за ладонью свою маньячную улыбочку. В отличии от её отца, моей девушке явно понравилось то, что она ощущала. Я продержал технику активной еще несколько секунд, после чего вновь закрылся от мира.

— Это… впечатляет, — Бусудзима не изменил своей суровости, и лицо удержал, хоть я и чувствовал, что ему это далось не очень-то легко. — У меня есть еще дела, можете заниматься дальше.

Сказав это, он немедленно ушел, пусть внешне спешки и не было видно. Я молча отпил из своей кружки, пока Саэко игриво потерлась своей ногой о мою под столом. Внешне мы оставались совершенно спокойны, ожидая пока её отец не уйдет. Лишь только выждав некоторое время, я первым заговорил.

— По-моему я напугал его.

— Не говори глупостей, — фыркнула Саэко, вновь потершись об меня ногой. — По-моему ты ему понравился.

— Я бы на твоём месте так сильно не распалялся бы, — делаю ей замечание. — Здесь и сейчас мы можем максимум за руки подержаться.

— И кто же виноват в моём игривом настроении? — Она призывно мне улыбнулась, и таки протянула ладошку, предлагая как раз взяться за руки.

— Кто виноват, что тебя заводят такие странные вещи? — С усмешкой подвигаю свой стул чуть ближе к ней и беру её за руку.

— Но ты ведь все равно меня любишь?

— Конечно, — киваю и другой рукой отодвигаю к ней недоделанною домашку по алгебре. — И как насчет того, чтобы доделать домашнюю работу?

— Ох боже, Такаши, недолгая работа учителем плохо на тебя повлияла, — моё предложение её насмешило.

— Разве что совсем немного, — хмыкаю. — Все равно прямо сейчас ничего другого мы сделать не можем, но я уже работаю над этим.

— М-м?

— Я уже заложил основы своей новой мистической власти, еще немного силенок набраться и можно будет еще разок в другой мир смотаться, — улыбаюсь. — Выберем что-нибудь попроще и пойдем туда только вдвоём. Как ты на это смотришь?

— Заманчиво, заманчиво… — она покивала и чуть сжала мою ладонь. — Снова в прошлое?

— Нет, пока что нам хватит волшебных миров, — хмыкаю. — Хотя и туда я еще наведаюсь, парочка богов немного мне задолжала. В ближайшее же время я предлагаю тебе прогуляться в какое-нибудь альтернативное будущее. Мир, где апокалипсиса не случилось.

***

Бусудзима Исаму, известный мастер меча из Токио, сын старого самурайского рода, с хмурым лицом вошел в собственную спальню. Там он сразу же прошел к небольшому алтарю с портретом его умершей жены. Сидя здесь, вспоминая прекрасную, но недолгую, семейную жизнь, полную счастья, и вдыхая аромат горящих ароматических палочек он мог успокоиться. Ему это сейчас было очень необходимо.

Исаму встречал раньше людей с сильной личностью, со стальным стержнем внутри. Это не физическая сила и не какое-то специфическое образование. Просто некоторые люди могли одним своим видом внушить определенные чувства. Кто-то мог внушить страх, другие почтение.

Исаму встречал людей, способных убедить других в чем угодно. И сам себя он считал человеком, способным показать свою силу и без образного обнажения меча, но парень, которого привела Саэко, был чем-то совершенно невообразимым. По началу он сидел, полено поленом, субтильный, расслабленный и с отсутствующим взглядом. С умным видом он рассуждал о высоких материях, кидался громкими фразами. Стандартный балабол, такому только на телевиденье работать.

Но когда речь зашла про воинский дух, на короткое время парень вдруг преобразился. Исаму почувствовал силу этого, существа, по другому и не скажешь. Человек не может сломать себя и собраться из осколков невредимым. Если есть у человека внутренний стержень, то он не сможет доставать его из своего сердца и вставлять обратно когда ему заблагорассудится. Породу не спрячешь, но у этого пацана это получилось… Как у ёкая какого-нибудь.

— Дорогая, — обратился Исаму к духу своей жены. — Наша девочка попала в лапы настоящего монстра. Пожалуйста, огради её от бед. И я, в меру сил, попытаюсь противостоять ему.

Глава 8

— В итоге вы совсем деревянные, — с усталостью потираю глаза.

— Эй, — возмутилась Рика.

— Что «эй»? — Передразниваю её. — Вы видели магию своими глазами, я пробудил в вас внутреннюю силу, но вы вообще не хотите её чувствовать.

— Это не так уж легко, почувствовать внутри себя что-то, чего раньше никогда не чувствовала, — возразила мне Кирико.

— Любой человек тут же почувствует в своём теле инородный предмет, — фыркаю и складываю руки на груди. — Я только что вложил в вас духовное семя. Это зачатки бессмертия и вечной молодости, а также божественной силы, такое нельзя не почувствовать.

— И все же мы ничего не чувствуем, — Сая повторила мой жест. — Может ты где-то ошибся?

— Я бы предложил вам воздействовать на ваше семя моей силой, но женское начало очень специфично реагирует на мужское.

— Такаши, — тут же оговорила меня мать.

— Пошляк, — припечатала Сая.

— Не знаю какую фигню вы там себе выдумали, но вам просто будет очень больно, — моё замечание заставило их смутиться. — Женское начало — это тьма и холод, мужское же яркое и горячее, при их неосторожном соединении мы оба пострадаем. И в свете вышесказанного, я бы поспорил, кто из нас пошляк.

— В любом случае, мы пока не можем ничего почувствовать, — заключила Саэко. — Что будем делать?

— По-хорошему, вам нужно пересмотреть свой взгляд на мир, — откидываюсь на стуле. Мы сидели в гостиной нашего с Ханой дома. Вернее, её дома, ведь в этом времени я, говоря казенным языком, несовершеннолетний иждивенец. — Вы сами блокируете силу внутри себя. И это при том, что речь идет не о мистических способностях, а о энергии вселенной, самой сильной и универсальной силе, которую только можно придумать.

— Почему же тогда не получается?

— Потому что вы не верите, — пожимаю плечами. — Я сам удивлён, не меньше вашего. Не сложно было предположить, что как минимум пара человек, из здесь присутствующих окажется достаточно узколобыми, чтобы у них ничего не получилось…

— Ты на что это намекаешь? — Вскинулась Сая.

— Ты сама себя выдала, и без всяких намеков, — хмыкнул я, от чего она сердито запыхтела, но скандалить не стала. — Но возвращаясь к моей мысли. Я не ожидал, что вообще никто из вас не сможет прорваться сквозь этот барьер.

— Звучит так, будто мы безнадёжны, — недовольно заметила Кирико.

— Нет, — качаю головой. — Это звучит так, будто что-то мешает вам. И хотя я не откажусь от своих слов, что вы сами ставите себе палки в колеса, но исключать и внешнее воздействие было бы глупо.

— Но на нас все равно наорал, — заметила Рика.

— Милая, — от такого обращения дернулись одновременно и Рика, и Саэко. — Поверь человеку, наблюдающему ад воочию, если бы я на вас орал, то вы бы тут же начали плакать и просить прощения.

Мои слова, похоже, что-то затронули в их умах, так как девушки тут же начали переглядываться между собой. Уж не знаю, о чем они там думали, и не особо-то желаю знать, скажем прямо, но предоставленной мне паузой я решил воспользоваться для размышления.

Горячая вера в чудо и собственные силы действительно смогли бы помочь им хотя бы почувствовать силу вселенной в своих душах несмотря ни на какое противодействие. Вот только, если бы противодействия не было, то они смогли бы это сделать, даже будучи глубоко верующими атеистами. Что-то им мешает. Что-то подозрительно похожее на Фатум, хотя и не факт.

Но бороться с последствиями можно и не зная точной первопричины. Я уже видел людей, обладающих сверхъестественной силой, пусть их сила и была ничтожной по меркам многих и многих. Это в принципе возможно, а значит нужно думать над способом.

С Саэко все просто, мы все равно собирались прогуляться в какой-нибудь сопредельный мир на пару месяцев или даже больше. Там, свободная от ограничений нашего мира, она сможет пробудиться. С другими будет уже сложнее. Можно использовать что-нибудь из тантрических практик. От банального тантрического секса, западной ереси тантра, смешанной с другими оккультными течениями, до высших тантрических техник, основанных как раз на единстве противоположностей, например мужского и женского начала.

Разве что сексом со всеми ими, особенно с матерью, я бы предпочел не заниматься.

— И что мы теперь будем делать? — Склонив голову на бок, спросила Марикава.

— Прямо сейчас? Можно будет просто пообщаться и отдохнуть. Не знаю как вы, а я достаточно устал, пробуждая в вас силу, — отвечаю ей отстраненно, все еще занятый своими раздумьями. — Что же будет потом, в долгосрочной перспективе, будет видно потом. Сейчас гадать просто нет смысла.

— От тебя, как всегда, невозможно добиться простых ответов, — бурчит Рика.

— В простоте прячется красота, а не истина, — прикрыв глаза, я все больше погружаюсь в собственные размышления, реагируя на реплики окружающих скорее машинально, чем осознанно. — Самое простое объяснение редко бывает самым правильным.

***

— Опять в облаках витает, — вздохнула Кирико, взлохматив парню волосы.

На это Такаши приоткрыл один глаз и, с явно видимым вопросом, посмотрел на мать своей бывшей девушки. Кирико только улыбнулась и покачала головой, отвлекать его от размышлений она не хотела. Чуть дернув бровью, Такаши вновь прикрыл глаза. Глядя на него, можно было подумать, что он спит, но из присутствующих в это никто не верил. Скорее уж действительно «витает в облаках», думает о чем-то своём или вспоминает что-то.

И, надо сказать, что некоторые отдали бы очень много, чтобы узнать, о чем именно он думает.

Вздохнув, Хана встала из-за стола и пошла сделать на всех чая. Сейчас ей очень нужно было отвлечся от собственных мыслей, и вряд ли есть способ сделать это лучше, чем какая-нибудь простая и привычная работа.

— Как ты? — Кирико, видя состояние подруги, тоже встала и подошла к ней.

— Иногда он пугает меня до дрожи, — тихо ответила мать одного очень проблемного ребенка. — Знаешь, любая другая мать могла бы только посмеяться над словами «я видел ад своими глазами», услышав их от своего сына. Но я видела, как какой-то мифический бог убил его… видела, как мертвые встают из могил…

— Это могло быть образное выражение, — криво усмехнулась Кирико, она сама не очень-то верила в свои слова.

— Я бы очень хотела в это верить, — поставив чайник, Хана обняла себя за плечи. Иногда ей было очень тяжело быть матерью одиночкой. — Да и ты сама слышала, как он пел про того героя древности. «Там вода из огня и мечты обращаются в яд». Не хочу даже думать, что это означает на практике.

— Иногда песни остаются только песнями, — заметила подошедшая к ним же Рика, пока Шизука и девочки обсуждали что-то за столом.

— А магия бывает только в сказках, — хмыкнула Хана. — Даже если бы у меня были серьезные доказательства, что все это просто слова и бравада, я бы все равно беспокоилась за сына. Он все, что у меня есть.

— И прямо сейчас с ним все в порядке, — напомнила Кирико.

— Да, в порядке, — повторила за ней Хана. — По крайней мере мы можем на это надеяться.

***

Когда посиделки кончились, народ стал разбредаться по домам. Рика и Шизука поедут на машине, за Саей заедет водитель, Кирико живет от нас через один дом. Только Саэко живет достаточно далеко и я вызвался проводить её.

— Жаль, что ничего не получилось, — вздохнула моя девушка, когда мы со всеми распрощались и не спеша двинулись к станции монорельса.

— Мы все еще можем сделать эту встречу продуктивной, — чуть улыбаюсь, и с намеком кошусь на неё.

— Э-эм… — похоже мой намек как-то не так поняли, потому что Саэко вдруг остановилась и даже как-то покраснела. — Ты предлагаешь заняться чем то неприличным прямо здесь, на улице? Или, быть может, в вагоне монорельса?

Теперь настала моя очередь остановиться и в изумлении смотреть на неё. Таких предположений я как-то не ожидал.

— Очень странные фантазии, — честно заявляю ей, заставив Саэко ещё сильнее покраснеть. — Но если ты хочешь попробовать, то я не против.

— Да ну тебя, — она поджала губы и спешным шагом продолжила путь.

— Ну-ну, не обижайся, — нагоняю её и беру за локоть. — Вообще я хотел предложить тебе переместиться в другой мир. Хотя твое предложение меня тоже очень даже заинтересовало.

— Такаши, если ты не забудешь те мои слова прямо сейчас, то я стукну тебя боккэном по голове.

— Что ж, мне остаётся только подчиниться твоему насилию, — с улыбкой перемещаю ладонь с её локтя на талию. — Так что насчет путешествия в другой мир?

— Прямо сейчас? — Саэко не стала отстраняться, а наоборот, прижалась ко мне поплотнее. — В прошлый раз мы проводили огромную подготовку.

— В прошлый раз я собирался встретиться с существами, что и из другого мира нас достать могли, — целую её в висок, но дальше не захожу. Пусть головку моей любимой посещают очень странные, и пошлые, мечты, но лично меня не возбуждает мысль о зрителях во время секса. — Сейчас же мы собираемся посетить немагический мир будущего, причем не особо далеко, пару десятков лет вперед.

— Это недалеко?

— В прошлое мы прыгали на полтора тысячелетия.

— Ну, — похоже мои слова её убедили. — В подобном сравнении несколько десятков лет и правда кажутся не такой уж далекой перспективой. Но мы ведь совсем не готовы.

— Путешествовать в сопредельные миры можно по-разному, — хмыкаю, произошедшее в прошлый раз во многом было результатом моей самодеятельности и недальновидности. — Можно в своем теле, захватив с собой некоторые сувениры, как туда, так и оттуда. Во многом это было сделано просто на всякий случай, вдруг бы карта миров оказалась бы неким физическим предметом, который нужно было бы унести с собой.

— Ты, как всегда, пытаешься учесть все возможные варианты, — Саэко улыбнулась.

— И иногда это становится проблемой, — хмыкаю.

— В этот раз ты собираешься перемещаться по-другому?

— Да, в этот раз, мы найдем собственные отражения в другом мире, и переместимся туда лишь разумом.

— То есть мы убьём себя же в параллельной реальности? — Эта идея вызвала в девушке отторжение. Я же только посмеялся от таких предположений.

— Нет, конечно нет, — качаю головой, все ещё хихикая над её словами. — Убить отражение в зеркале или собственную тень конечно можно, но это не настолько просто сделать. И хотя метод одержимости реального человека душой или разумом мистика действительно существует, я предлагаю тебе совершенно другое.

— И я пока не совсем понимаю, что именно ты предлагаешь, — фыркнула Саэко. — При чем тут отражение в зеркале или тень?

— Способ, который я предлагаю, подыскивает некий условный мир, подходящий под общие и весьма расплывчатые критерии, я не могу с уверенностью сказать каким именно будет тот мир, за пределами того, что это будет сравнительно недалекое будущее. Даже точную дату тебе не назову, — начинаю ей объяснять. — Мы сами создадим в этом мире свои отражения, просто две куклы похожие на нас внешне и имеющие примерно нашу историю жизни, с поправкой на особенности мира.

— Но эти отражения будут нами, в той или иной степени, и они будут живы?

— В некотором роде, все же говорить, что у тени или отражения нет души было бы не совсем правильно, — в подтверждение своих слов я указал на дорожное зеркало, установленное на одном из перекрестков.

Там, в зазеркалье моё отражение дико ухмылялось и крутило в руках нож из вулканического стекла. Отражение же Саэко мило улыбаясь помахало нам рукой. При этом и я, и Саэко стояли совершенно спокойно и никаких жестов не совершали.

— Знаешь, — шёпотом сказала она мне, будто боясь, что наши отражения могут нас услышать. — Я многое видела за последние полгода, но вот это действительно жутко.

— Такова особенность зазеркалья, — пожимаю плечами, веду её дальше, чтобы отвлечь от зеркала, в которое Саэко смотрела как завороженная. — Отражения всегда лгут и любят пугать тех, кто способен смотреть глубже других.

— И зачем им это нужно?

— По разным причинам, и во многом это зависит от конкретного человека. Ведь отражения не существуют сами по себе, им нужен оригинал, от которого они отталкиваются.

— Но при этом отражения в другом мире будут похожи на нас?

— Да.

— Я окончательно запуталась, — Саэко качает головой. — Но мне это все еще не нравится.

— Хорошо, — легко соглашаюсь, способов попутешествовать было реально много. — Тогда как насчет того, чтобы переместиться в виртуальное пространство?

— Мне это ничего не говорит.

— Существуют видео игры, в будущем люди научатся играть в них не через приставки и телефоны, а напрямую погружая своё сознание в что-то похожее на осознанный сон. Ты, наверное, фильм Матрица не смотрела, там это достаточно забавно обыгрывается. Мы можем вместо живых тел создать программу в каком-нибудь виртуальном мире и «поиграть» вместе.

— А вот это уже больше похоже на классическое свидание, сходить в кафе, а после в игровые автоматы.

— Это такое ретро, что я сильно сомневаюсь, что кто-то до сих пор так проводит свидания, — усмехаюсь. — Да и кафе не могу тебе обещать, но почему бы не попробовать и не посмотреть, что в итоге получится?

— Ну, кажется это действительно будет интересным, — она явно была заинтересована. — И когда ты хочешь это сделать?

Убрав руку с её талии, чуть отстраняюсь и встаю прямо перед ней, лицом к лицу. Складываю руки перед собой, будто хочу от неё отгородиться, а сразу за тем, развожу в стороны, будто убираю преграду.

— Мы лишь сон бабочки из горного стекла, творение рук человеческих, душа и слезы искусного мастера, — произношу мантру после чего целую её.

Этот поцелуй отличался от всего, что мы делали раньше. Вроде бы простое соприкосновение губами, детский поцелуй, но невероятное ощущение единства и удовольствия, которое мы оба испытали в этот момент на мгновение просто выбило из нас всякий здравый смысл.

Мне уже начинают нравиться тантрические практики. Главное не потеряться в этом удовольствии.

По Саэко это ударило особенно сильно, ничего не замечая она углубила поцелуй и, схватив меня за какой-то ремень, перетянутый через грудь, дернула на себя. Мы упали на мягкую траву, а не асфальт. Именно по ощущению травы и новой, непривычной одежды на нас, можно было понять, что ритуал сработал и мы переместились в другой мир.

— Не знаю, что ты только что сделал, — с трудом выговорила покрасневшая Саэко, все же оторвавшись от меня. — Но я просто требую продолжения.

— Обязательно, — чмокаю её в нос. — Но может для начала мы поднимемся с земли и хоть немного оглядимся? Или ты все же решила попробовать публичные пошлости?

— Я бы тебя стукнула, — раздражённо фыркает она. — Но это можно сделать и потом, пока тебе лучше найти нам укромное местечко и молиться всем богам каких знаешь, чтобы в твоей «игре» был контент для взрослых.

Глава 9

— Итак, есть идеи, где мы оказались? — С усмешкой спросила Саэко. Пока мы оба нежились в ванной.

Ванна представляла из себя здоровенное корыто, наполненное чем-то, отдаленно похожим на воду. Именно что отдаленно похожим, а не водой. Куда бы мы не попали, но симулировать воду хоть сколько-нибудь достоверно эта виртуальность могла лишь внешне. Ощущения от прикосновения к телу были странными. Но куда больше, чем странная вода, нас с Саэко позабавила местная система возрастного контроля.

Снять со своей девушки одежду я не смог, это расценивалось как сексуальное домогательство и просто блокировалось. Раздеваться пришлось каждому самостоятельно, отчего солидная часть прелюдий была откровенно просрата. Прежде чем мы смогли снять нижнее бельё пришлось дать дополнительное согласие, что мы понимаем, что совершаем действие сексуального характера. И еще одно согласие на занятие непосредственно сексом, будто то, что мы одни в комнате, голые, ничего не значит.

Саэко, помимо согласия, так же пришло уведомление, что вообще, по-хорошему, мои действия по отношению к ней — это сексуальное домогательство и она может прямо сейчас отправить меня в местную тюрьму. Более суровой защиты от дурака мне еще не попадалось.

— Ну судя по тому, что мы находимся в деревеньке типа — сказочно-средневековая, и оба имеем при себе «меч начинающего воина», можно сказать, что нас занесло в некую РПГ.

— А обещал что-нибудь из будущего, — мурлыкнула она. Не похоже, что итог нашего попадания хоть как-то напрягал её.

— Сам не ожидал подобного поворота.

— А что насчет этого странного неба?

— Это некий купол, или даже просто крыша, — я ненадолго задумался. — По крайней мере мне кажется, что боковых стен нет.

— А этот цирк с предупреждениями и предложениями закинуть одного из нас в тюрьму теперь каждую ночь будет повторяться? — Она обернулась ко мне через плечо, и я, не удержавшись поцеловал её в краешек губ.

— Если мы сыграем свадьбу, механизм безопасности отстанет от нас.

— Хм-м… — на меня глянули лукаво. — Вот только недавно мы говорили на эту тему, и смотри, уже можем сыграть свадьбу, пусть и не настоящую.

— Думаю, что твоё желание сыграло тут не последнюю роль, — я откидываюсь на борт огромной бадьи, которую мы использовали в качестве ванной. — И думаю, что это не единственное, на что ты могла повлиять.

— М? — Саэко чуть поёрзала попкой, дразня меня.

— Мы находимся в средневековой деревушке, имея при себе по мечу, — кладу руки на талию девушки. — Какова вероятность, что суть игры будет заключаться в шатании по миру и рубке разнообразных монстров, или даже человекоподобных противников?

— Я бы сказала, что вероятность стопроцентная, — улыбнулась моя милая маньячка, разворачиваясь ко мне лицом.

Мы уже готовились к следующему раунду, как вдруг с улицы послышался громкий звук колокола. Слишком громкий и слишком подозрительный.

— Это еще что такое? — Встрепенулась Саэко.

— Хотелось бы мне знать, — я нахмурился. — Колокол никогда не звонит просто так, может нападение какое или просто событие?

— Нападение? — Она скосила глаза влево и вверх, туда, где в поле зрения висели бар жизни и системные часы. — Не поздновато ли для веселых игрищ?

— Кто их…

Не успел я ответить, как мы оба были окутаны голубоватыми столбами света. Вот это уже совсем не смешно. Ничего хорошего подобные спецэффекты не сулят, и кто бы не был в этом виноват, я уже заранее его ненавижу.

Пока подобные мысли проносились в моей голове, окружающий меня свет запульсировал сильнее, а потом затопил всё вокруг. Когда же свет угас, то я обнаружил себя и Саэко не в уютной деревенской бане, а посреди площади какого-то средневекового города, перед огромным дворцом и в окружении толпы людей.

Хорошо еще, что скрипты данного виртуального пространства работали исправно и мы оба оказались полностью одеты в те же костюмы, в каких и оказались в этом мире. Светить голым задом, что собственным, что своей невесты, мне бы не хотелось.

Народ меж тем начал создавать многоголосый шум. Было слышно бормотание, разговоры и даже выкрики.

— Что происходит?!

— Мы можем уже выйти?!

— Они что, не могут быстрее разобраться?!

— Это что, шутка такая? Если так, то это ни капли не смешно!

— К черту ГМов!

— И что тут происходит? — Спросила меня Саэко, с удивлением оглядывая бушующую толпу.

— Похоже, что в виртуальном пространстве, в котором мы хотели провести небольшой отпуск, случилась какая-то серьезная проблема, — пожимаю плечами.

— И почему я не удивлена? — Саэко качает головой.

— Потому что мы постоянно влипаем в неприятности.

— Это был риторический вопрос, Такаши.

— Это был не ответ, а крик души, — со вздохом я прикрываю рукой лицо.

Меня терзают все более и более стойкие подозрение, что я проклят кем-то очень могущественным. Слишком уж часто я попадаю в разнообразные неприятности. Но эти параноидальные мысли прервал особенно сильный, я бы даже сказал истеричный, выкрик.

— Смотрите… смотрите наверх!

Задрав голову, я увидел, что та самая крыша, или купол, которой заинтересовалась Саэко, покрывается ярко сверкающими линиями. Это явно были не трещины, слишком уж прямые, да и очень скоро линии сложились в гексагональный узор, где внутри каждого шестиугольника была надпись.

— Это что они там накарябали? — Спросила Саэко, пока из светящихся линий, которые похоже все же должны изображать геометрически ровные трещины, начала сочиться кровь.

— «Системное Сообщение», — перевожу для неё достаточно очевидную английскую фразу.

— А делать это менее пафосно они не умеют?

— Мне-то почем знать? — Пожимаю плечами.

Пока мы общались, совершенно не впечатленные капающей с потолка кровью, что собиралась в огромную фигуру над крышей дворца, другие люди в изумлении и страхе смотрели на это представление. Хотя стоит сделать небольшую поправку, из крови собиралась не фигура, а ярко красное и богато украшенное одеяние, внутри которого никого не было.

С нашей позиции можно было спокойно заглянуть под капюшон и увидеть зеленую подкладку и золотое шитье. В рукавах плаща так же гулял ветер. Это баг с прорисовкой непроглядной тени вместо лица или так и задумывалось?

— Это ГМ?

— Почему он без лица?

Очередная волна шума прошла по толпе. Но вот правый рукав гигантского плаща пришел в движение, словно подавая знак к молчанию. Из складок рукава появилась снежно-белая перчатка. Но эта перчатка, как и остальной плащ, не была присоединена к какому-либо телу. Затем медленно поднялся и левый рукав. Простерев перед десятью тысячами игроков две пустые перчатки помпезный плащик заговорил тихим, но прекрасно слышимым, мужским голосом.

— Игроки, я приглашаю вас всех в мой мир.

«Мой мир»? Это что, Архитектор местной Матрицы? Или быть может просто слишком высокомерный комьюнити-менеджер? Сколько вопросов без ответа, но, если судить по реакции остальных людей, подобные события не являются рядовыми.

Получается мы влипли в очередные неприятности. По крайней мере для других это точно неприятности. Мы-то с Саэко существуем здесь как куски программного кода, фактически НПС с ИИ на основе человеческого разума, и можем покинуть виртуальное пространство в любой момент.

— Меня зовут Каяба Акихико. Сейчас я единственный, кто способен контролировать этот мир.

Кто? А хотя не важно, скорее всего какой-нибудь важный человек из местных. По крайней мере на лицах многих людей в толпе можно было увидеть узнавание.

— Полагаю, большинство из вас уже обнаружили, что кнопка выхода исчезла из главного меню, — продолжал Каяба. — Это не баг, это часть системы «Sword Art Online».

Ну да, «это не баг, это фича». Я и сам немного программист, и прекрасно понимаю, о чем он говорит.

— Пока вы не доберетесь до вершины этой крепости, вы не сможете выйти из игры по собственной воле.

А может и не понимаю. Что за «эта крепость»? По крайней мере я не вижу здесь никакой крепости. Подразумевается некий сюжет в ММО-игре? И зачем бы ему это понадобилось?

— Такаши, — позвала меня Саэко. — Ты хоть что-нибудь понял?

— Вот пытаюсь соединить все точки вместе, — почесываю затылок. — Пока все это выглядит как бред умалишенного.

— Кроме того, отсоединение или повреждение нейрошлема извне строго воспрещено. В случае попыток такого рода электронные устройства в ваших нейрошлемах подадут мощный электромагнитный импульс, который разрушит ваш мозг и прекратит все базовые функции организма.

Теперь это официально лишено всякого смысла. Пока остальные игроки спорили может или не может шлем вскипятить ему мозги, все больше склоняясь к варианту, что это все-таки возможно, я пытался подсчитать, сколько людей вообще замешано в этой авантюре. Ну не мог Каяба в одиночку разработать концепт, создать прототип, проверить своё изобретение, сам себе выписать разрешение на производство серийных моделей и, наконец, запустить первую серийную линейку.

— Говоря чуть конкретнее: отключение от внешнего питания на десять минут, отключение от системы более чем на два часа, а также любая попытка взломать, разобрать или разрушить нейрошлем. Если произойдет что-либо из этого, будет запущена программа разрушения мозга. Правительство и общественность уже поставлены об этом в известность через средства массовой информации внешнего мира. Должен сказать, что уже было несколько случаев, когда родственники или друзья игнорировали предупреждение и пытались насильственно снять нейрошлем. В итоге, — Каяба сделал краткую паузу, во время которой он взмахом руки вызвал голограмму со сводками новостей. — К моему большому сожалению, двести тринадцать игроков уже вышли и из игры, и из реального мира навсегда.

— Такаши? — Повернулась ко мне Саэко.

— Нам ничего не грозит, мы не подключались через шлем, — говорю вполголоса. Вряд ли хоть кто-то сейчас нас подслушивает, но все же не стоит подставляться на пустом месте.

— Игроки, вам совершенно не стоит волноваться о своих телах, оставшихся по ту сторону. Прямо сейчас все средства массовой информации, телевидение, радио, Интернет, все сообщают о создавшейся ситуации, в том числе и о многочисленных смертях. Опасности того, что с вас снимут нейрошлем, уже практически нет. В ближайшее время за те два часа, что я вам дал, всех вас доставят в больницы и другие подобные учреждения, где вы получите лучший возможный уход. Так что можете не тревожиться… и сосредоточиться на прохождении игры.

Угу, значит слова про «вершину крепости» все же означают прохождение некоторого сюжета. Как-то все это похоже на какой-то странный правительственный эксперимент. Непонятно, только, нахрена это вообще им понадобилось.

Пока же я пытался уловить хоть какую-то логику в происходящем, остальной народ наконец-то чуть оправился от потрясений и начал выражать своё возмущение.

— Что вы несете?! Прохождение игры?! Вы хотите, чтобы в такой ситуации мы еще и игрались?! Это уже не игра больше! — Вопили разнообразные люди, пытаясь переорать друг друга.

— Верно! — Впервые спокойный и монотонный голос Каябы звякнул металлом и зазвучал громче. — Вы должны осознать это как можно яснее, «Sword Art Online» уже не просто игра. Это вторая реальность, отныне все формы воскрешения в этой игре перестают работать. Как только ваш уровень хит-пойнтов достигнет нуля, ваш аватар исчезнет навсегда, и одновременно с этим… нейрошлем разрушит ваш мозг.

— Хит-поинты? — Вновь повернулась ко мне Саэко, пока остальные обтекали от очередной охренительной новости.

— Горизонтальная черта в левом верхнем углу твоего зрения, — пальцем показываю где примерно это должно быть. — Если сосредоточишь на ней взгляд, то увидишь цифровые значения.

— У меня сотня единиц, — скосила она глаза.

— Минимальное начальное значение, — пожимаю плечами. — По сотне за каждую единицу силы, некоторые навыки дают прибавки, а также каждый поднятый уровень увеличивает текущее значение на десять процентов.

— М… — Кивнула моя девушка. — Каждый удар снимает одну единицу?

— Нет… — я уже собирался объяснить ей механику расчета урона, но Каяба, и так держащий театральные паузы по паре минут, вновь заговорил.

— Игроки, есть лишь один способ освободиться от игры. Как я уже сказал ранее, вы должны добраться до самого верха Айнкрада, до сотого уровня, и победить главного босса, который там обитает. Все игроки, оставшиеся к тому времени в живых, будут немедленно выведены из игры. Даю вам слово.

Так, некая крепость называется Айнкрад. Это Ай нкрад, то есть «Включенный» или А йнкрад, что значит «Чернила Руд»? Или это вообще ничего не значит? Это при условии, что я правильно иероглифы угадал, с японцами вообще нельзя быть уверенным ни в одном из трех вариантов, пока не увидишь как это написано.

— Пройти… все сто уровней?! — вдруг выкрикнул какой-то мужик. Он подпрыгивал на месте и грозил парящему балахону кулаком. — И как вы хотите, чтобы мы это сделали? Я слышал, подниматься было офигенно тяжело даже при бета-тесте! За несколько месяцев они и десяток этажей не взяли!

— Мне завтра на работу! — Крикнул уже другой мужик.

— У меня учёба! — Воскликнула девушка, стоящая недалеко от нас.

— Я хочу к маме! — Густым басом заголосил здоровенный верзила с впечатляющей шириной плеч. Похоже, что за внешностью верзилы скрывался ребенок.

— Сейчас я докажу вам, что этот мир — единственная реальность, которая у вас осталась. Пожалуйста, убедитесь в этом сами, приняв от меня небольшой подарок.

Что должен сделать разумный человек, когда стремный безумец, уже убивший кучу людей предложит ему некий «подарок»? Несколько тысяч японцев единодушно говорят: «все нормально».

Я только вздохнул, когда они все, поголовно, без единого видимого мной исключения, сделали жест перед собой и достали из инвентаря зеркальце.

— Они что, идиоты? — Саэко подергала меня за рукав.

— Да.

Глава 10

Каждого человека, посмотревшего в зеркало, окутало сияние, на миг полностью скрывшее тело. После же того, как сияние рассеялось, толпа вокруг нас преобразилась. Вместо исключительно прекрасных персонажей онлайн игры можно было увидеть вполне обычных людей, разных возраста и телосложения.

В глаза сразу же бросилось сразу два основных изменения. Во-первых, на площади появились дети, в основном подростки средне-школьного возраста, но можно увидеть и совсем уж младшеклашек. Вторым заметным изменением было соотношение полов. Если до этого миловидных девушек было даже больше, чем парней, то теперь наоборот, парней было больше. И часть этих парней были одеты в женские шмотки.

— В каком-то смысле это даже забавно, — Саэко прикрыла улыбку рукой.

— Сомнительный повод для шутки, — вздохнув, тоже делаю движение перед собой, чтобы достать зеркальце.

— Это безопасно? — Саэко склонила голову на бок.

— Вряд ли, — мой ответ звучал почти безучастно, пока я проверял содержимое своего инвентаря. — Судя по воплям некоторых, зеркало изменило их игровой аватар по образу реального тела, что возможно только при наличии множества сканеров и датчиков…

— Которых у нас нет, — тихо, на грани слышимости обронила моя мечница.

— Верно, — киваю. — Да и не упало нам зеркальца. Похоже, что мы не числимся в списке игроков.

— Это плохо?

— Рано или поздно, ответственный за все это сумасшествие заметит двух неучтенных людей в его песочнице, — мой ответ звучал почти философски. — Вот только для нас это фактически ничего не значит. Даже игровая смерть не будет для нас чем-то фатальным, потому что помимо датчиков отсутствует и та штучка, что должна поджарить мозги проигравших.

— Обнадеживающе, — Саэко тоже кивнула и вместе со мной продолжила наблюдать за происходящим.

— Зачем?! Зачем, черт подери, тебе это нужно?! — выкрикнул один мужик недалеко от нас.

Будто ожидая этого выкрика красная фигура в небе перестала тянуть паузу и вновь заговорила.

— Полагаю, сейчас вы все спрашиваете себя: зачем? Зачем он, Акихико Каяба, создатель и нейрошлема, и SAO, сделал все это? Может быть, он террорист? Может быть, он хочет получить за нас выкуп?

Лишь тут голос Каябы, прежде абсолютно сухой, проявил какие-то признаки эмоций. На первый взгляд можно было бы подумать, что он сочувствует людям, которых запер в виртуальной реальности, но смотря на ситуацию со стороны я бы скорее поставил, что он так тонко глумился над ними.

— Ничто из этого не является истинной причиной. Более того, сейчас у меня больше нет никаких причин делать то, что я сделал. Дело в том, что… сама эта ситуация и была моей целью. Создать этот мир и наблюдать за ним — только ради этого я разработал и нейрошлем, и SAO. И вот, все свершилось.

Безумный учёный помолчал несколько секунд, давая всем насладиться осознанием его слов, и продолжил говорить, вернувшись к своему безжизненному голосу.

— На этом официальная обучающая лекция по «Sword Art Online» закончена. Игроки — я желаю вам удачи.

Последняя фраза растворилась в воздухе, оставив за собой слабое эхо.

Гигантский плащ беззвучно взлетел и начал погружаться в системное сообщение, покрывающее небо, будто это портал какой-то. Плечи, потом грудь и подол поочередно исчезли в красной поверхности; в конце концов осталось лишь красное пятно. А затем и системное сообщение, распростертое по небу-потолку, исчезло также внезапно, как появилось.

И все это под тихую музыку, которую играла пара неписей, изображающих уличных музыкантов на городской площади.

— Красиво ушёл, — констатирую факт вполголоса.

— Такаши, — вздохнула Саэко, в ропоте зарождающейся в толпе людей истерики.

— Что? — Оборачиваюсь к ней. — Ты сама только что посчитала забавным тот факт, что им вернули реальный облик.

— Я посчитала забавным вид парней в девчачьей одежде пастельных тонов, — тут же поспешила оправдаться моя девушка.

— Да? — Покосившись на неё я делаю небольшой шаг в сторону. — Избавь меня, пожалуйста, от своих пошлых фантазий.

Пока Саэко, надувшись, попыталась меня пихнуть, толпа все же разродилась всеобъемлющей паникой. Угрозы, зов на помощь, малопонятные вопли и плач. Подобная атмосфера быстро смыла с нас шутливый настрой.

— По хорошему нужно бы пока уйти из города, мало ли что тут может случится, — заметила Саэко.

— Не стоит проецировать наш опыт на виртуальную реальность, — качаю головой. — В городе действуют правила безопасной зоны, а значит игроки по определению не смогут навредить друг другу. За пределами же города таких правил нет, зато есть монстры, большая часть из которых будет очень неудобным противником для любого, кто привык сражаться с человекоподобными врагами.

— И что мы будем делать? — Мои слова заставили её задуматься. Вот только, судя по её ухмылке, её куда больше интересуют монстры за пределами города, чем что-либо еще из сказанного мной.

— Самым очевидным и простым будет просто найти ближайшую таверну и снять номер, — пожимаю плечами. — Ночью монстры становятся сильнее и нам точно не нуж…

— Ты! — Перебил меня один из близлежащих игроков, ткнув в мою сторону пальцем.

— М? — Меня несколько удивила подобная реакция, и я вопросительно выгнул бровь.

— Это ты нас тут запер! Ты Каяба! — Начал орать мужик, привлекая к нам кучу внимания.

— Интересное умозаключение, — хмыкнув, я оглядел несчастного с ног до головы.

Типичный мужик средних лет, из всех особенностей рост чуть ниже среднего, но не критично и массивная, чуть ли не квадратная челюсть. В общем можно было бы сказать, что это просто типичный работяга, хоть это и сомнительно. Все же тот самый Каяба заявил, что самолично изобрел «нейрошлем», устройство для погружение в виртуальную реальность. Значит технология еще сравнительно молодая и, скорее всего, дорогая.

Хотя вспоминая хомячков, что каждый год берут в кредит новенький айфон, должен ли я удивляться разбросу социального положения среди местного контингента?

— Ты слишком спокоен! И слишком много знаешь про это чертово место! — Продолжал он надрываться, и даже начал находить поддержку среди других людей. Я же наоборот только больше успокоился.

Если бы он услышал, что мы с Саэко отличаемся от остальных игроков, это могло бы стать небольшой проблемой. Реально небольшой, потому что навредить нам другие игроки никак бы не смогли. Но, похоже, что он смог услышать только парочку последний фраз.

— «Если проблему решить можно, то не стоит о ней беспокоиться, если проблему решить нельзя, то беспокоиться о ней бесполезно», — процитировал я слова четырнадцатого Далай-ламы. — Если твоя истерика тебе помогает, то вперед, истери. Я же считаю это лишь пустой тратой времени.

— Такаши, не стоит провоцировать толпу, — вступила в разговор и Саэко, вопреки собственным словам положив руку на меч.

— Насчет же знаний об игре… — продолжаю говорить, вызвав игровое меню и, нажав на специальную кнопку, чтобы сделать своё меню видимым для всех. — Я конечно понимаю, что крутые хакеры мануалов не читают, но хотя бы общие правила игры, в которую ты будешь играть, стоит прочитать.

Свои слова я сопровождал демонстрацией того, как открывается внутриигровая справка, после чего вошел в раздел «монстры» и специально выделил в тексте большое предупреждение, что монстры ночью сильнее и опаснее, чем днем, и лучше два раза подумать, прежде чем выходить на ночную охоту, пусть даже она принесет значительно больший прибыток как по опыту, так и по луту.

— Это ничего не значит. — все еще пытался возбухать мужик.

— Тогда чего же ты ждешь? — Жестко улыбаюсь ему, после чего обвожу взглядом всю эту толпу.

— Такаши… — попыталась остановить меня Саэко, но её уже никто не слушал.

Людям нужно было выплеснуть эмоции, и кто я такой, чтобы запрещать им это делать? К тому же лично мне ничего не стоит избить пару десятков человек.

Первым был тот самый мужик, который и поднял шум. Он кинулся ко мне, взмахнув рукой, вот только ладонь в кулак не сжал, отчего было не совсем понятно, он хочет схватить меня за грудки или влепить пощечину. Лично я такими дилеммами не страдал и встретил его быстрым, без замаха, ударом в нос.

Его буквально откинуло от меня, а между нами выскочила табличка с системным сообщением «бессмертный объект». Как я и говорил, в пределах города навредить кому бы то ни было просто невозможно.

— Ты все-таки сделал это, — Саэко вздохнула.

— Как минимум ему это было точно необходимо, — хмыкнув, я демонстративно разминая кулаки. Вид крепкого мужика, что буквально отлетел от моего удара, крайне отрезвляюще подействовал на толпу гражданских. Пусть даже дело тут было не в моей силе, а в игровых механиках, вряд ли хоть кто-то из них понимал это. — Ты там как, мозги включил или повторить?

— Да пошел ты, — ругнулся мужик.

— Так я и шел, пока ты меня не остановил, — хмыкнув я подошел к нему и протянул руку, чтобы помочь подняться.

— Ты точно не Каяба? — С подозрением спросил мужик, с сомнением рассматривая мою руку. Рукопожатие не было чем-то экзотичным для современной Японии, знакомой со многими западными ценностями, но при этом все еще оставалось не очень привычным.

— Я школьник шестнадцати лет, живу в Токио, хулиган и прогульщик. Согласись, это не очень-то похоже на злобного гения и изобретателя, — пусть я и не видел сейчас выражение лица Саэко, но буквально чувствовал спиной её скепсис.

— Наверное, — моя характеристика самому себе, похоже, выбила его из колеи. — Хотя это не то, чем стоит гордится.

— Согласен, — хмыкаю. — Мне почти стыдно.

— Засранец, — ругнулся мужик. — Если ты такой умный, то что посоветуешь остальным?

— Предпочту ничего не советовать, — пожимаю плечами. — С одной стороны нас могут спасти буквально через пару часов, а с другой стороны мы можем застрять здесь пока не выполним условия этого сумасшедшего.

— Это невозможно, — он с злобой сжал кулаки.

— Я не знаю, — пожимаю плечами. — В целом, как минимум какое-то время мы можем просидеть в городе, ночлежка стоит недорого и в городе полно способов заработать немного валюты. Но сидение на месте никак нам не поможет.

— И ты предлагаешь нам рисковать жизнью? — Спросила женщина со стороны.

— Я только что сказал, что предпочту ничего не советовать, — качнув головой из стороны в сторону я внимательно посмотрел ей в глаза. — Если вам так уж нужен кто-то, кто будет решать за вас, то я предлагаю пока собрать всех детей на площади и организовать за ними присмотр. Потом можно будет пару дней посидеть просто в городе, ночлежка стоит недорого и кое-какие деньги можно заработать здесь. Быть может, нас спасут за это время.

— А если нет? — Спросил молодой парень, судя по всему, даже младше меня, в то время как многие взрослые кивали головами.

— А если нет, то мы немного потеряем, — вопрос показался мне странным, но я все же решил пояснить свою позицию, а то с пацана станется кинуться «спасать всех» путем прохождения игры прямо сейчас. — Ты сам, скорее всего, слышал выкрик, что во время бета тестирования десяток… этажей, взяли за несколько месяцев, а всего их сто. При таком раскладе разница в пару дней не много даст всем узникам, но может спасти десяток другой горячих голов.

— Но мы… — начал было парень, но его перебили.

— Засранец прав, пацан, — перебил его мужик, получивший от меня в зубы.

— Просто прекрасно, у меня теперь появилось своё крутое прозвище, всегда мечтал, — мне оставалось только закатить глаза. К тому же меня проигнорировали, только Саэко издала тихий смешок.

Народ же уже начал стихийно организовываться, переговариваться, и выяснять отношения. Мирно и спокойно собраться и что-то сделать несколько тысяч человек в принципе не смогли бы, а тут еще и не самые простые обстоятельства.

Благо нас с Саэко это почти и не касалось. Мы сами были школьниками, а потому попадали под опеку. Вся сложность была в том, что нас собирались разместить в разных комнатах, но тут Саэко быстро отбрила всех доброхотов, сказав, что мы помолвлены и не хотим расставаться. На этом от нас отстали.

Ночь прошла спокойно, мы с Саэко решили пока воздержаться от близости, помня тот цирк с предупреждениями о сексуальном домогательстве. А так как ночью особой активности не было, то утром мы совершенно спокойно вышли на утреннюю тренировку.

— И как будем тренироваться с местными странными правилами? — Спросила Саэко, пока мы спускались со второго этажа таверны.

В коридоре никого не было, но я мог почувствовать сразу несколько точек направленного на нас интереса. Кому-то еще не спится и нас подслушивали, но хотя бы не мешались и на том спасибо.

— В городе есть специальная арена для тренировки, а также механика дуэли. Хороший способ прокачать стартовый навык и приобрести некоторый реальный опыт перед первой охотой.

— Значит охота все-таки планируется? — Саэко предвкушающе улыбнулась.

— Великий изобретатель может быть эксцентричным, даже психически нестабильным, но дураком он вряд ли будет. Есть шанс, что он чего-то не предусмотрел в своей авантюре, чего-то не знал, но я бы на это не поставил, — источники чужого интереса окрасились безнадегой и шоком.

— Но при этом ты настаиваешь, что людям нужно пару дней посидеть в городе, — Саэко, что до этого шла рядом со мной, ускорила шаг и обернулась, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Верно, — киваю. — Людям нужно время, чтобы прийти в себя и взвесить все за и против.

— Думаешь одной ночи им не хватит?

— Не хватит. Видишь ли, в чем дело, Саэко, по статистике на поле боя реально воюет, осознавая, что происходит и что нужно делать, только два процента солдат, то есть каждый пятидесятый. Все остальные просто присутствуют, орут и стреляют куда-то в сторону врага, в лучшем случае они еще способны воспринимать и кое-как выполнять приказы. И это мы говорим про более-менее профессиональных воинов, здесь же у нас испуганное стадо гражданских, которым нужно время даже не для того, чтобы успокоиться, сколько для избрания для себя вождей и единого плана действия.

— Ты и сам мог бы направлять их, — заметила Саэко. — У тебя это не плохо получалось… тогда.

Она, судя по всему, хотела напомнить мне про будущее, но поправилась, когда я поднес палец к губам и указал взглядом на ближайшую дверь, за которой нас подслушивали.

— Я вообще удивлен, что люди хоть иногда меня слушают, — мне оставалось только хмыкнуть. — Всегда был уверен, что моя харизма колеблется где-то в отрицательных величинах.

— Думаю дело не в харизме, в выражении лица и, особенно, глаз. — Саэко поддержала мою ухмылку, своей вредной улыбочкой.

— Такой красивый?

— Почти, — она милостиво кивнула. — Смотришь на тебя и будто наяву слышишь: «делай как я говорю, или пожалеешь, что на свет родился».

— Тоже неплохо, — смеюсь над её словами.

Глава 11

Но уйти далеко мы не успели, уже на улице за нами увязался вчерашний парень, который спрашивал, что будет, если нас не смогут спасти.

— Подождите! — Крикнул он, выбегая к нам. Переглянувшись с Саэко, мы остановились и дождались, пока он приблизится к нам.

— Что такое? — Первой вступила в разговор моя девушка.

— Вы сейчас куда? — Тут же выпалил парень. — Сами же говорили, что за город пока нельзя.

— Неужели не слышал? — Саэко не стала сдерживать ироничную улыбку.

— Что? — Смешался наш собеседник, и его удивление выглядело искренним.

— Пока мы шли по коридору таверны, наш разговор не подслушал только ленивый, — несколько преувеличила действительность Саэко.

— Но ведь для подслушивания нужен специальный навык, — он нахмурился.

— Навык нужен, чтобы подслушивать в приватных комнатах, — вступаю в разговор и я. — Услышать, что творится за пределами комнаты в общем коридоре может любой желающий.

— Действительно, — он нахмурился, после чего пожал плечами. — Но я не подслушивал, а увидел вас в главном зале таверны. Очень плохо спал и встал раньше обычного, вот и спустился на завтрак.

— Не ты один, — пожимаю плечами.

— Так куда вы идёте? — Все никак не унимался настырный пацан.

— На арену, — улыбка Саэко стала более приветливой, так что паренек даже чуть покраснел. — Мы хотим потренироваться с мечами.

— Это также позволит поднять пару первых уровней боевых навыков в условиях безопасной дуэли, — дополняю я.

— О-о, — такая мысль, похоже ему в голову не приходила, правда он быстро справился с удивлением и с интересом посмотрел на нас. — Вы так много знаете об игре. Участвовали в бета-тесте?

— Нет, просто дурная привычка узнавать всё и обо всём, — даю совершенно честный ответ. — А ты?

— Я? — Мой вопрос явно напряг его.

— Не хочешь, можешь не отвечать, — я только хмыкнул. Причин скрывать это могло быть несколько, хотя ответ был более чем очевиден. Ну не выглядел парень новичком в игре, но при этом официально игру только вчера запустили.

Посчитав разговор исчерпанным, я уже развернулся уйти, как паренёк снова заговорил.

— Постой, — поспешно сказал он, после чего сделал паузу, как перед прыжком в воду. — Прости, да, я участвовал в бета-тесте.

— Ладно, — пожимаю плечами и переглядываюсь с Саэко. — Я же сказал, что если не хочешь, то можешь не говорить. Для нас это не имеет какого-то особого значения.

— Х-хорошо, — он немного смутился, после чего перевёл тему. — Мой ник в игре — Кирито.

— Я Комуро Такаши, а это Бусудзима Саэко.

— Настоящие имена? — Он сначала не понял, зачем мы представились так, но после представления ники персонажей появляются над их головами. — Так вы использовали их в качестве ников. Это странно.

— Может быть, — пожимаю плечами. — Но нам, опять же, все равно.

— Хорошо, — повторил он, и снова пауза. — Я могу пойти с вами?

— Парень, — я только вздохнул, а Саэко посмеялась. — Ты можешь идти куда хочешь, не удивлюсь, если даже за город выйти можно, многие еще спят или сидят по комнатам, вряд ли тебя кто-то остановит. И конечно же мы не можем запретить тебе посещать общественные места города.

— Я не об этом, — Кирито на мгновение задумался, но тряхнул головой и продолжил. — Могу я присоединиться к вашей тренировке?

— Я не против, — Пожала плечами Саэко, когда я вопросительно посмотрел на неё. — Разнообразие спарринг партнеров важный элемент роста мастерства.

Прежде чем идти непосредственно к арене, мы сделали небольшой крюк, зайдя на местный базар. У всех нас были простые романские мечи, и если я с Кирито были довольны подобным оружием, то Саэко хотела что-нибудь более привычное.

Оружия в игре было много, самых разных видов и форм, при этом игроделы не стали изобретать велосипед в плане классификации всего этого пестрого разнообразия. Если наши с Кирито мечи классифицировались как «одноручный прямой меч» и все, то купленный Саэко вакидзаси проходил одновременно как «одноручный кривой меч», «катана» и «короткий меч».

Согласно словам Кирито это значит, что мы с ним можем взять в качестве первого навыка только «прямые одноручные мечи», в то время как Саэко может взять на выбор или «кривые одноручные мечи» или «короткие мечи». Катану тоже можно, но этот навык считается редким и его реально разблокировать только уровню к шестому-восьмому и только имея уже прокаченные «кривые мечи».

— При этом навыки дают не только спецприёмы, но и бонусы к урону и в твоём случае бонусы будут складываться, и можно выйти на действительно чудовищные показатели урона, — вдохновенно вещал Кирито.

— Это настолько эффективно? — Саэко с интересом повернулась ко мне, похоже уже прикидывая, как будет развивать своего персонажа.

— В какой-то мере, — пожимаю плечами. Я слушал их примерно в пол уха, копаясь в доступных игрокам настройках и справках. — Подобный стиль игры, с максимизацией урона, и правда существует, он имеет несколько названий, моё любимое «стеклянная пушка». Ведь урон нужно не только раздавать, но и хоть сколько-нибудь впитывать.

— Угу, — для Саэко этой характеристики было достаточно. Мы оба прекрасно понимали, что победитель это не тот, кто ударил первее или сильнее оппонента, а тот, кто выжил по итогу сражения. Исходить нужно всегда из этого.

— Обычно это решается командой сопартийцев, — Кирито задумался. — Одни отвлекают врага и сдерживают его удары, другие в это время наносят максимум урона. Обычно еще есть бойцы поддержки, но в SAO нет магии, так что вряд ли тут будет подобный билд.

— Банальное лассо, или цепь с крючьями, чтобы удерживать монстра на месте или тянуть его в разные стороны, вот тебе и боец поддержки, — пожимаю плечами. — Да и метательное оружие я видел, тоже вариант.

— Хм-м, интересно. Никогда не думал об этом, — признался он. — Но я сам предпочитаю играть без группы и соответственно качаться более сбалансировано. Хотя, возможно, это и не очень умный поступок в нашей ситуации.

— Одиночка не всегда слаб перед группой, особенно перед большой, — качаю головой. — В некоторых ситуациях группа даже наоборот, является обузой и помехой. Но тут нужно смотреть именно на ситуацию. Так что тут ничего тебе сказать не могу.

— Спасибо, — серьезно поблагодарил меня парень. — Признаюсь честно, я ожидал, что ты будешь говорить о том, насколько безопаснее в группе, чем одному. Потому я и сделал то замечание в конце, хотя все еще уверен, что мне будет лучше качаться одному.

— Главное трезво оценивать свои силы, — одобрительно улыбнулась ему Саэко.

Вообще она была на удивление приветлива с этим парнем, да и меня он удивительным образом не раздражал. Целеустремленный, собранный, уже имеющий некоторый, хотя бы приблизительный, план по вытаскиванию своей тушки из неприятностей. Где были такие ребята, когда я тащил группу оголтелых школьников через захваченный мертвыми город?

— И касательно сил ты думаешь в правильном направлении, правда думаешь немного неправильно, — я тоже чуть улыбаюсь. — Думать надо не о цифрах статистики, высокие они или низкие, думать надо о своей эффективности. Каких врагов я смогу победить, а каких нет. И выявив собственные слабости, нужно работать над ними. Через статистику, снаряжение, тактику или группу, дело твоё.

— Интересная мысль.

— Все, кто пережил один или два серьезных боя приходят к ней, — хмыкаю.

— Главное выжить, — поддакнула мне Саэко.

— Да уж, — Кирито кивнул и с некоторым подозрением взглянул на нас, но ничего спрашивать не стал.

Я же говорю, исключительно умный и приятный в общении парень. Хоть в ученики бери. Будь мы не внутри игры, а в реальности, быть может, я бы даже занялся его становлением чародеем… хотя… а ведь это интересно.

— Такаши, — вывела меня из задумчивости Саэко. — О чем задумался?

— Да так, — улыбаюсь. — Вспомнил одного хакера, который утверждал, что весь мир — компьютерная симуляция и он смог её хакнуть.

— Странный парень, — Кирито ничего не понял, а вот Саэко только хмыкнула.

— Ты даже не представляешь насколько, — заверил я своего, возможно, будущего ученика. — Он еще так забавно себя называл, Адепт Виртуальности.

Первый спарринг прошел… интересно, скажем так. Обе стороны смогли удивить друг друга. И так уж случилось, что сначала удивились мы с Саэко.

Будучи опытным семпаем в своем клубе, Саэко уступила право первого поединка новичку. Поэтому сражались я и Кирито. Так как помимо реального опыта мы хотели подтянуть и виртуальные показатели, то мне следовало выбрать один из доступных навыков. На первом уровне игроки могут выбрать только один навык. Кирито же сделал свой выбор ещё вчера и даже успел чуть подкачаться.

Мудрить я не стал и выбрал «одноручные прямые мечи».

Активировали функцию дуэли, установили правила, запустили обратный отсчёт и приготовились сражаться. Вот здесь пришло время для первого удивления. Я занял классическую стойку для защиты, прямиком из учебника по фехтованию, опустив меч перед собой остриём к земле. Кирито же занял какую-то очень странную стойку. Полуприсел, широко раздвинув ноги, руку с мечом отвел чуть в сторону, а вторую руку выставил перед собой, ладонью ко мне. Я уже собирался спросить, не собирается ли он справлять нужду в такой странной позе вместо того, чтобы сражаться, как голубоватое свечение вокруг его оружия расставило все по своим местам.

Приём мечника, особая функция местной игры, позволяющей противостоять монстрам даже если вы ничего не смыслите в фехтовании. Разумный костыль, без которого было бы сложно играть или выживать в этом мире. Но выглядит он откровенно нелепо. Остаётся только надеяться, что не все навыки активируются странными позами.

Отсчет закончился, прозвенел гонг и тело Кирито рвануло вперед. Это не был бег или прыжок, скорее уж походило на не продолжительный и невысокий полёт. Немного похоже на школу Журавля в кунг-фу, хотя в реальном боевом искусстве все же именно прыжок, переходящий в парение, а не вот это вот. Хотя надо отдать должное и игровому навыку, Кирито двигался очень быстро… и крайне предсказуемо.

Подбиваю его меч ударом снизу вверх, поймав клинок в верхней трети, ближе к острию. Я не планировал выбивать оружие из его рук, а потому ударил слегка, так чтобы он всего лишь провалился за ударом, но вместо этого он застыл как заклинившая кукла. Явно не естественная реакция.

Сшибка завершилась моим скользящим ударом ему в горло, но дуэль на этом кончаться и не думала. Не знаю уж, что в этом виновато, мой, фактически нулёвый персонаж, или Кирито, который уже успел взять несколько уровней, перед вчерашним объявлением, но мой удар снял ему едва ли треть полоски здоровья, даже скорее четверть.

После обмена ударами мы не спешили вновь бросаться друг на друга. Стоит обсудить произошедшее.

— Это было неожиданно, — замечаю я.

— Скорее уж жутко, — заметил он, потирая шею. Крови не было, лишь светящаяся линия, обозначающая ранение.

— Прости, — пожимаю плечами, разглядывая его полоску здоровья. — Кровотечения нет?

— Не, для тикающего урона нужна специальная характеристика оружия, — покачал он головой.

— Понятно, — хмыкаю. — Когда я парировал твой удар ты как-то странно застыл.

— Штраф за прерывание навыка, кратковременный стан, буквально пару секунд.

— Очень опасная уязвимость, — заметила Саэко.

— Да уж, — Кирито вздохнул и посмотрел на меня. — Ты смог выбить критический урон, если бы не разница в уровне, то дуэль на этом бы и закончилась.

— Будь мы в реальном мире, и твоя жизнь на этом бы закончилась. Мой удар должен был вскрыть тебе сонную артерию.

— Ага, — он немного побледнел от такого откровения.

— Как верно заметила Саэко, тебе следует быть крайне осторожным. Приемы мечника остаются костылём. Удобным, бесспорно, для многих они будут единственным возможным вариантом, но использовать их стоит с умом, — закидываю меч на плечо. — Так на вскидку, могу посоветовать тебе не активировать этот приём на большом расстоянии от врага, пусть рывок был быстрым, сближение все равно занимает какое-то время, за которое твой противник может сориентироваться. Также подумай и над временем атаки. Бить в лоб не самый удачный ход, но, если выбора нет, дождись хотя бы, пока противник поднимет меч над головой.

— Кстати об этом, — Кирито занял стойку с мечом перед собой и рубанул сверху вниз. — Я всегда думал, что удары сверху сильнее, чем удары снизу.

— Верно, но мне же не голову тебе нужно было отрубить, а удар парировать, — я тоже перехватываю меч и ещё раз показываю движение, которым прервал его выпад. — Удар и простое мускульное усилие — это разные вещи, особенно если ты попадешь по мечу противника ближе к острию, тогда еще и принцип рычага сработает. Это, кстати, тебе тоже на заметку, самому вражеский клинок нужно ловить как можно ближе к гарде.

— Понятно, — он кивнул, явно вспомнив что-то из своего личного опыта.

— Парирование же ударом снизу вверх вообще является классикой европейской традиции фехтования и преподается в большинстве школ, это банально безопаснее, так как сбивая оружие противника вниз ты рискуешь напороться на него ногой. Да и перейти в контратаку из такого парирования проще, за ударом сверху вниз ты скорее всего провалишься, и потеряешь время на погашение инерции.

— Комуро-сан… — начал Кирито, но я прервал его.

— Просто Такаши, я не люблю расшаркивания, — парню явно было неудобно так ко мне обращаться, поэтому я попытался зайти с другой стороны. — Можешь считать это моим игровым ником, если тебе так будет проще.

— Я попробую, — он кивнул, но по имени ко мне не обратился. — Так вот, о чём я хотел спросить, ты изучал реальное фехтование?

— Немного, — мой ответ заставил Саэко улыбнутся.

Дуэль продолжилась и завершилась моей победой. Пусть некоторый опыт у Кирито имелся, но это скорее мешало ему и во многих аспектах его приходилось поправлять. Хотя чувствовалась за парнем и некоторая реальная школа, а не только самостоятельно наработанный опыт, но это явно было очень давно, он чуть ли не на ходу вспоминал некоторые вещи.

Закончив урок Кирито посмотрел, как мы с Саэко фехтуем, а после распрощался с нами и пообещал прийти и на завтрашнюю тренировку. Мы же решили подождать, пока у нас восстановятся очки жизни и сразиться ещё разок, все равно делать нечего. Заодно можно будет и поговорить.

— Не успел закончить с учениками в старом мире, а уже присматриваешь новую паству здесь? — С улыбкой спросила моя ненаглядная.

— Не могу удержаться, это сильнее меня, — усмехаюсь.

— Это в тебе от матери. Не думал, как и она, стать преподавателем?

— Нет, здесь дело в другом, — я отрицательно качнул головой. — Магия требует, чтобы маг обучал учеников, один библейский пророк сравнил это с огнем в своих костях. Да и выгодно это.

— Выгодно? — Она склонила голову на бок.

— Вот смотри, — я сделал движение рукой, открывая своё окно статуса. — У нас есть показатели Силы и Ловкости, выраженные в числовых значениях. У мага, тоже есть некий показатель внутренней силы, но помимо этого есть также показатель силы чародейской теории.

— То есть одна школа сильнее других?

— Почти, вот только в магии это динамичный показатель, который у каждого мага свой, — попытался я объяснить, но понимания на её лице не встретил. — Ладно, давай я попытаюсь объяснить попроще. Например, я единственный маг во всем мире практикую какую-то свою уникальную магическую теорию, и сила этой теории имеет условные десять единиц. Если я обучу ученика, он пробудится как маг и подключится к моей теории, то мы разделим эту силу поровну между собой и у каждого будет пять условных единиц силы.

— И в чем выгода? — Она вздернула бровь. — В итоге обучения ты стал в два раза слабее, это не имеет смысла.

— А на этом ничего не заканчивается, ведь теперь о моей теории знает не один, а два человека и наша сила от этого чуть повысится, примерно до семи у каждого.

— Все равно ты стал слабее.

— Да, но мы с учеником можем объединить усилия, составить круг чародеев, чья сила будет четырнадцать, то есть больше, чем была бы у меня одного. К тому же ученик может по какой-то причине умереть и тогда его сила теории вернется ко мне и у меня в единоличном владении будет четырнадцать условных единиц.

— Знаешь, вот сейчас твоё желание обучать других магии открывается с крайне неожиданной стороны.

— Я не собираюсь убивать своих учеников, — я только фыркнул. — Это просто пример, призванный показать, что каждый посвященный хоть и урезает твою магию прямо сейчас в итоге послужит лишь усилению всех магов твоей школы в дальнейшем. Поэтому учеников брать выгодно. Да и я не врал, когда говорил, что у любого мага есть к этому побуждение. Сама, когда пробудишься, поймешь о чем я говорю.

Глава 12

Узников виртуального мира никто не спас ни через два дня, ни через неделю. Некоторые люди ещё цепляются за надежду и не желали выходить из безопасной зоны, но находились и те, кто считал, что спасение утопающих, дело самих утопающих.

В итоге за два первых месяца умерло почти две тысячи человек. Две тысячи из десяти, двадцать процентов. После этого даже самые оптимистичные люди перестали ждать помощи извне.

Вот только это не значит, что все тут же сжали свои половые органы в кулак и начали делать хоть что-то. Были, конечно, и такие, но часть игроков просто решила не ждать помощь из реального мира, а просить её у других игроков. И как минимум отчасти, в этом был виноват я.

Мы с Саэко не стали долго тянуть резину и вышли на свою первую охоту на третий день. Мы были одними из первых. Сама охота ничего особенного из себя не представляла. Прямо под стенами города можно было встретить волков, а чуть дальше кабанчиков. Оба типа врагов давали немного опыта и денег. С обоих монстров также падали элементы крафта, с волков шкуры и клыки, а с кабанов шкуры и окорока.

Поохотившись несколько часов и подняв по три уровня, мы вернулись в город, где произвели настоящий фурор, несколько человек заметили, как мы входим в город.

Позже оказалось, что всего за два дня мы успели стать чем-то вроде местных знаменитостей. Нашу тренировку в первый день заметили, а на второй день за Кирито притащилось несколько взрослых мужчин. Их заводила, Кляйн, называл себя другом Кирито, и парень не особо этому сопротивлялся. В итоге тренировка расширенным составом затянулась и собрала зрителей. А на третий день мы не пришли.

Это вызвало некоторый переполох, и Кирито первым предположил, что мы могли выйти за город. Умный парень. Нам попытались предъявить претензии за самоволку, но я всех заткнул, и тут же сделал разумный, но вредный поступок, выделил часть полученных за монстров денег на содержание маленьких детей.

И, естественно, нашлось несколько ничтожеств, что хотели, чтобы я так же позаботился о них.

По словам Саэко, мой оскал в тот момент, мог бы испугать и Такаги старшего. И Соичиро она с тех пор вспоминала мне ещё не один раз. Я тогда целую проповедь прочитал всем кто хотел меня слушать, об ответственности, общей цели, общем вкладе в общее дело. В общем, если Саэко сравнила меня с ультраправым нацистом, то я скорее почувствовал себя левым коммунистом.

Осталось только издать пять из десяти томов собственных сочинений, и лет тридцать повращаться в революционных кругах, и можно будет строить мировой социализм.

Но шутки-шутками, а итоги того разговора действительно были весьма неожиданными. Игроки поделились на четыре неравномерных группы. Первая, это дети и несовершеннолетние подростки, которые берутся на поруки взрослых. То есть их очень просят не покидать безопасную зону и обещают заботиться о всех их потребностях. При этом, многие подростки сказали «спасибо, не надо». Мы с Саэко были такими подростками, Кирито был таким подростком, кстати, ещё младше нас, в общем все более или менее самостоятельные, гордые и просто глупые подростки сказали, что сами о себе позаботятся.

И в целом никто не настаивал. Проблем у взрослых, готовых взять на себя ответственность и так хватало, и если кто-то был готов сам о себе позаботиться, то и слава богу.

Вторая группа, это взрослые, которые не хотят сражаться, но которых никто на поруки просто так брать не будет. Этим людям напомнили, что помимо военных специализаций, можно прокачивать своего персонажа в мирные профессии, торговлю и крафт. Более того, это может очень помочь тем, кто будет сражаться на передовой. Так как откроет доступ к дополнительным предметам экипировки и более качественным расходникам.

Третья группа, самая многочисленная, неожиданно обозвала себя Армией. Армия взяла на себя обеспечение детей и присмотр за подростками. Также Армия пообещала рано или поздно разобраться с покорением игры и даровать всем свободу.

Я бы посчитал их очередными придурками, за которыми нужен куда больший присмотр, чем за детьми, если бы не два момента. Во-первых, вдохновлялись ребята моей речью, а значит эта идиотия как минимум отчасти моя, что обидно. Во-вторых, глава Армии, админ крупного информационного сайта, Мосабуро Судзуки, и сам понимал, что вот так с ходу организовать полувоенное образование у него вряд ли получится и сам предложил мне и еще нескольким людям, которых он посчитал толковыми, присоединиться к нему в управлении и направлении ново созданного образования.

Это, наверное, основная причина, по которой Саэко не перестаёт сравнивать меня с Соичиро Такаги.

Последняя, четвертая группа, представляет из себя всех остальных. Это были и одиночки, и группы, предусмотренные игровыми возможностями. По словам Кирито, по началу, объединиться можно было в отряд, группу из шести человек. Для этого вообще ничего не нужно, один отсылает приглашение, остальные это приглашение принимают. Но на пятом этаже можно организовать гильдию, что, по идее, может насчитывать до шести отрядов. Возможно больше, просто шесть отрядов — это рейдовая группа, максимальное число человек, которые могут войти в комнату босса этажа.

И гильдии уже были крайне интересным образованием. Организация гильдии стоит денег, конкретно на покупку гильдейского дома. Деньги и ресурсы можно было также вложить в улучшение данного дома, что даёт некоторые бонусы всем членам гильдии. Но самое интересное в гильдии — это Зал Славы.

Одной из самых значимых частей прокачки в Анкрайде были так называемые медали. За первое убийство боссов и некоторых монстров, за первое выполнение некоторых квестов игрокам выдают уникальную экипировку и медали, это вечные бонусы, которых можно собрать крайне солидную коллекцию. Зал Славы позволяет растянуть личные бонусы от медалей на всех членов гильдии.

Удобно, спору нет.

В итоге Армия выступает чисто социальным образованием, которое не только не рассматривает возможность следования правилам, но и собирается всячески «ломать игру», выискивая баги и возможные пути отхода. Это официальная позиция Мосабуро Судзуки и лично мне она больше всего подходит. Это будет как минимум интересно.

Будущие же гильдии — это люди принявшие правила игры Каябы и собирающиеся взять все, что игра им предоставит для завершения главного квеста. И если рассуждать оторвано от нашей с Саэко ситуацией, то именно гильдии обещают внести наибольший вклад в дело прохождения игры, а значит и спасение людей. По-хорошему обе группы стоило бы объединить, но это вряд ли возможно, а даже если и получится, то принесет кучу проблем. Куда проще, но при этом с примерно тем же профитом, можно будет организовать свою гильдию, внутри Армии.

Кирито не стал отказываться от своей идеи играть в одиночку. Его друг, Кляйн, смотря на приятеля, тоже решил не связываться с Армией, отшутившись, что ему хватает начальников в реальной жизни, а потому в игре он и его друзья-работяги будут сами по себе.

И если Кляйн и его работяги не представляли из себя ничего сверх особенного, то вот отказ Кирито от совместной работы на постоянной основе несколько огорчал. Парень был не по годам умным, умел мыслить нестандартно и обладал способностью к планированию. Но как либо настаивать на его работе под моим началом я не стал, бесполезно, да и не нужно, мы и так достаточно часто пересекаемся между собой.

Те же утренние тренировки стали доброй традицией и зрелищем для кучи народа.

Каждый день я уделял достаточно времени Саэко, танцуя с ней в нескольких последовательных дуэлях. Но иногда мы разнообразим противников. Как, например, сегодня я гонял сразу всю банду Кляйна с ним самим во главе.

Это был достаточно интересный опыт, так как, желая сделать наиболее сбалансированную команду, мужики выбрали для себя максимально разнообразное оружие. Да и само по себе сражение одного против ватаги было не только зрелищным, но и требовало определенной выучки.

Игра не поддерживала дуэль на таких условиях, а потому мы сражались прямо так, не теряя здоровья из-за статуса безопасной зоны, что позволяло сражаться столько, сколько нам вообще захочется. И чем больше мы сражались, тем сильнее я погружался в систему и даруемые ею знания. Дошло до того, что в какой-то момент я прикрыл глаза и сражался, ориентируясь на интуицию и даруемое Системой мастерство.

И это неожиданно мне аукнулось.

***

Сколько Саэко знала Такаши, столько она убеждалась, что он не умеет в полумеры. Если ему нужно судно, то это будет космический корабль. Если он собирается сводить её на свидание, то откроет врата в другой мир, где они примут участие в смертельной игре. И если он сражается, то отдаёт себя всего сражению.

Последнее всегда ей нравилось. А уж видя, что он вытворяет в сражении сразу с несколькими противниками, девушка даже решила, что сегодня вечером она хорошенько «поборется» со своим парнем.

Поначалу Такаши сражался достаточно грязно. Держа меч в одной руке, он не стеснялся второй рукой раздавать удары или проводить захваты и броски. Не стеснялся он и пинать своих противников. Но в какой-то момент рисунок боя серьезно изменился, и Такаши перестаёт использовать вторую руку, но вместе с тем он перестал и парировать удары противников мечом, все больше уворачиваясь.

Люди на трибунах удивленно вскрикивают, когда обычные увороты и отскоки превращаются в самые настоящие акробатические приёмы. Саэко только вскинула бровь и порадовалась, что у Такаши были закрыты глаза, иначе к ним появилось бы очень много неудобных вопросов. Все же в их паре именно Саэко качалась в скорость, в то время как Такаши, в противовес ей, вкладывался больше в силу и его статистика просто не должна была давать ему возможность вытворять такое.

Хотя даже так у некоторых, шибко умных, людей все же возникли вопросы.

— Неужели он так сильно поднял свой уровень? — Вскинулся Кирито, удивленно рассматривая, как Такаши прыгает и крутится в воздухе. — Какой у него уровень ловкости?

— Меньше, чем у меня, — скромно улыбнулась Саэко.

— То есть вы… — с удивлением посмотрел на неё парень.

— Нет, я не занималась в школе гимнастикой, — улыбка Саэко стала шире и вреднее. Так весело обманывать кого-то, говоря чистую правду.

— А Комуро-сан? — Лицо парня чуть ли не вытянулось. — Когда он только успевает все это?

— Это хотят узнать все его знакомые, — Саэко только пожала плечами.

На арене, между тем, начало твориться что-то совсем уж странное. Такаши уже давно сменил меч новичка на более высокоуровневый, благо Кирито подсказал им квест, где такой меч можно было получить, но сейчас он прямо посреди боя открыл инвентарь и достал из него меч новичка, который он взял во вторую руку.

Это сильно удивило всех. С одной стороны, среди игровых навыков никто не видел навыка обращения с двумя мечами. С другой стороны, чисто логически сама идея сражения двумя мечами была крайне странной. Зрелищной, быть может, не зря же в кино периодически встречается именно такая манера боя, но в реальной жизни подобные фокусы иначе чем глупостью назвать нельзя.

И Такаши сейчас старательно делал эту глупость.

Меч в правой руке был взят классическим одноручным хватом, меч в левой, обратным, когда клинок смотрит за спину и вверх. Очередная глупость, за которую любой мастер фехтования бил бы учеников деревянным мечом по рукам. Но самое забавное, что на этом чудачества не закончились и вместо более или менее, насколько это вообще возможно с двумя мечами, нормального боя, Такаши откровенно танцевал с клинками.

Пируэты, развороты, приседания и прыжки. Хваты на мечах периодически менялись и удары сыпались не только перед собой, но также вбок и за спину. Красиво и смертоносно. Но долго это продолжаться не могло, слабенький меч новичка не выдержал продолжительного боя и после очередного удара, переломился пополам. Это и послужило сигналом к концу поединка.

— Все, тайм аут, — Помахал руками Кляйн. — Нам уже достаточно надрали задницы, вот даже меч сломали в процессе.

— Да, — кивнул Такаши, открыв глаза. — Думаю, нам стоит прерваться.

— Да уж, — кивнул один из друзей Кляйна, который выбрал в качестве оружия копьё. — Ты настоящий монстр, парень. Как у тебя это вообще так получилось? С закрытыми глаза и двумя мечами сразу…

— Угу, — кивнул еще один, здоровяк с двуручным молотом. — С такими талантами тебя можно в одиночку пускать против босса. Слышал, кстати, что завтра собирается первый рейд на босса этажа?

— Да, знаю, — просто кивнул Такаши, который и был одним из тех, кто организовывал этот рейд. — Что же до битвы с боссом, то показанное мной было просто баловством, и в реальном бою я бы не рискнул так делать. Зато вам было полезно попробовать такого нестандартного противника.

— Баловство, да? — Кисло улыбнулся Кляйн. — Как по мне, это было очень круто. Особенно когда ты закрыл глаза. Каким образом, кстати, у тебя это получилось?

— Ритм атак, или, как это ещё называют, рисунок боя.

— И? — Кляйн развел руки в стороны. — Мне это ничего толком не говорит.

— Если я попрошу нанести тебя несколько ударов, то сколько раз ты ударишь?

— Несколько раз? — С улыбкой прикинулся дурачком Кляйн, и его друзья посмеялись над шуткой своего предводителя.

— Четыре, — просто сказал Такаши. — Ты всегда бьёшь четыре раза, после чего следует пауза.

— Всегда? — Кляйн не особо поверил такому утверждению.

— Если только не прервать твою череду ударов, — Такаши кивнул. — И конечно, ты сам можешь изменить количество ударов, но без контроля с твоей стороны, бессознательно ты наносишь определенную последовательность ударов. Хотя некоторое разнообразие вносят спецприёмы, но и с ними у тебя уже сложилась некая излюбленная тактика, которой ты придерживаешься.

— Интересно, — кивнул Кляйн. — А эти твои суперприёмы с двумя мечами?

— Ушу-дуаньбин, китайская школа фехтования коротким оружием, которое уже давно превратилось из военной школы в спортивную.

— То есть нас отделали спортивным фехтованием, — Кляйн почесал затылок. — Обидно.

— Саэко тоже использует спортивный стиль, и она уже побеждала тебя, — спокойно заметил Такаши.

— Обидно два раза, — вздохнул Кляйн. — Ладно, мы с ребятами, наверное, немного прогуляемся по округе, заработаем немного деньжат для лечилок на завтра.

— Дело полезное, — кивнул Такаши, отбрасывая в сторону обломок меча. — Не забудьте только починить оружие, а то будет обидно, если оно сломается прямо посреди боя.

— Да уж, — усмехнулся Кляйн. — Боюсь, что босса не удастся попросить о тайм ауте.

Это был последний бой на сегодня и Саэко пошла навстречу своему парню, чтобы узнать, какие у них планы на остаток дня. Они уже заготовили все необходимое для завтрашнего боя. Лучшая броня и оружие, из тех, что можно найти на данном уровне, расходники, все это у них было.

Некоторые вещи им даже предлагали взять бесплатно, как членам Армии, под защитой которой было много ремесленников, но Такаши спокойно оплатил все по полной цене, объяснив, что паразитизм боевой части «Армии» быстро превратится в военную аристократию, и очень легко может скатиться в рабовладельческий строй с немногочисленной элитой и обслуживающий персонал.

Такая перспектива показалась всем маловероятной. Некоторые даже обвинили Такаши в юношеском максимализме. Но все без исключения оценили его честность и готовность вести дела на равных.

— Ты, как всегда, привлекаешь к себе слишком много внимания, — с улыбкой заметила Саэко.

— Я понимаю, что переусердствовал уже после того, как все произошло, — со вздохом Такаши оценивает состояние своего основного оружия. — Иногда в порыве эмоций забываю, что здесь и сейчас является нормой, а что нет.

— Значит тебе не хватает здравомыслия? — Улыбка Саэко стала откровенно вредной.

Про себя же она подумала, что стоит запомнить эти его слова. «Норма здесь и сейчас», эта фраза звучит странно, и сама по себе, а уж если учесть, что Такаши достаточно свободно путешествует в пространстве и времени… Иногда Саэко становится интересно, сможет ли она вообще хоть когда-нибудь узнать все секреты его прошлого? И знает ли все хоть кто-нибудь?

— Очень может быть, — просто ответил парень и убрал оружие в ножны. — Чем планируешь заняться?

— Я? — Задумалась девушка. — Даже не знаю. Можно было бы тоже выйти за пределы города, но мы и так за последние два месяца каждый день хотя бы несколько часов в день охотимся на монстров. Так что сегодня можно будет устроить выходной.

— Можно, — кивнул парень. — Секрет продуктивного труда в том, чтобы каждый день высыпаться, хотя бы раз в неделю устраивать выходной и раз в год хотя бы на неделю устраивать отпуск.

— Золотые слова, — улыбка Саэко стала немного грустной. — Жаль, что не все понимают, когда нужно остановиться.

— Это намек? — Такаши сделал сложное лицо, пытаясь понять, на что она могла бы намекать.

— Нет, просто мысль вслух.

— Хорошо, — Такаши не стал настаивать и просто кивнул. — Тогда давай устроим выходной, я приготовлю что-нибудь, пообедаем, а после или прогуляемся по городу, или просто проведем время вместе.

— Последнее, — тихо ответила Саэко, давая понять, чего она хочет. Такаши только улыбнулся и приобнял её за плечи.

Так, в обнимку, они и пошли домой. Да, Саэко и Такаши уже пару недель как съехали из таверны в небольшой домик в пригороде стартового города. Это стоило на удивление немного и предоставляло более или менее удобное жильё. Можно было бы купить особняк и непосредственно в городе, но это стоило слишком дорого, и для двух людей было слишком много.

Такаши предложил, что, когда данная сумма перестанет быть обременительной для Армии, они купят особняк для детей, чтобы те не сидели по разнообразным тавернам и постоялым дворам города. И многие взрослые его поддержали. Были даже те, кто предлагал сразу же начать собирать деньги на «детский дом», но тогда Такаши отговорил их всего одной фразой. Он назвал количество погибших на тот момент игроков.

Это тут же сняло данный вопрос с повестки дня и перевело обсуждение в русло повышения выживаемости боевой части их странной организации.

Придя домой, они оба пошли на кухню, Такаши будет готовить, а Саэко будет просто наблюдать за любимым.

Для любого ремесла в игре были необходимы специальные навыки, связанные с этим ремеслом. Другого пути нет, по крайней мере официально нет. Это было связано с ограничениями этого придуманного мира. Вода не выглядела достоверно, а на ощупь напоминала скорее снег или что-то подобное, множество маленьких точек, не способных даже имитировать настоящую воду, ни на вид, ни на ощупь. Такая же проблема была с многими материалами и веществами. Поэтому любые изменения в мире были следствием не действия людей, а консольных команд.

У тебя достаточный уровень кулинарии? Просто укажи, как ты хочешь порезать мясо, и коснись куска кончиком ножа, и в сиянии света ваше желание исполнится. Любая попытка нарезать мясо самостоятельно, даже если у вас есть нужный уровень навыка, приведет лишь к «слому» предмета.

Это было странно. На взгляд Саэко даже глупо. Ведь одно дело дать костыли тем, кто не умеет, как было с местной боевой системой и приёмами мечника. Но совсем другое дело полностью лишать людей альтернатив и загонять их в рамки глупой системы.

Такаши же относился к этому с пониманием. Он называл этот мир нарисованным, говорил о несовершенстве разума, породившего и поддерживающего иллюзию, о недостатке знаний и готовностью эти знания дать.

В такие моменты его можно было бы принять за сумасшедшего, если Саэко не видела, что он творит с этим миром.

Они оба не брали ремесленных навыков, но это не мешало Такаши делать то, что он захочет и самым странным в этот момент в нем были его глаза. Каждый раз, когда он соприкасался с «разумом, создавшим и поддерживающим иллюзию», как сам Такаши называл это, его глаза менялись как никогда прежде.

Вначале они просто начинали светиться золотым светом, что Саэко уже видела и что сам Такаши называл простым фокусом, не имеющим под собой ни цели, ни смысла. Вот только это было лишь начало. Как только свечение набирает полную силу, начинают изменяться зрачки. Сначала они сужались в маленькие точки, после этого расширялись как у наркомана, почти полностью перекрывая радужку, а в конце сужались вновь, но не в точку, а в узкую щель, создавая ощущение змеиного или кошачьего глаза.

Завораживающее, и как минимум отчасти жуткое зрелище.

В этом состоянии «нарисованный мир» вокруг Такаши стабилизировался, и он мог взаимодействовать с игровыми предметами так, будто они реальны. Сам мир из-за него становился реальнее. За два месяца, многие вещи стали более похожи на настоящие, та же вода, например, или пища в местных тавернах, которая по началу вообще не имела вкуса, а теперь все больше походит на настоящую.

Смотря, как её любимый готовит им обед, Саэко не могла не задаваться вопросом, является ли это разумным здесь и сейчас?

Глава 13

Бой можно было описать только как «леденящий душу».

Монстр-гуманоид шестого уровня кобольд-воин размахивал грубым одноручным топором, и противостоящий ему игрок едва успевал уворачиваться. У Кирито мурашки бежали по спине, пока он наблюдал за поединком. Но когда игрок увернулся от трех ударов подряд, сработал скрипт и кобольд застыл, открыв окно для атаки, чем и воспользовался игрок.

Это был самый первый навык для прямого меча, который разучивают игроки: одиночный колющий удар «Прямой выпад». Чтобы активировать этот навык, необходимо главной рукой держать оружие прямо перед собой, сосредоточиться на нем и выбросить оружие прямо вперед. Это был простой, базовый навык, Кирито сам использовал его против Такаши в их первой дуэли, однако скорость безымянного игрока потрясала. Игрок явно не полагался лишь на скорость, обеспечиваемую помощью системы, но подхлестывал руку своим собственным усилием воли.

И это напомнило Кирито один из советов Саэко, которая говорила с ним о правилах кендо, которые в него когда-то пытался вбить дедушка. Дисциплина тела и духа, когда каждый физический удар подкрепляется силой твоего духа. Раньше это казалось ему сущей глупостью, но цифры не врут. Удары Саэко-сан в среднем система Айнкрада оценивала в большее количество урона, чем было у Кирито, а после нескольких её напоминаний они сравнялись.

Во время бета-теста он множество раз сражался с монстрами, используя приёмы мечника и нет, ему было с чем сравнивать. И сейчас он видел, что выпад этого игрока совсем не прост, он был быстрее, чем Кирито когда-либо видел, а значит этот игрок либо смог прокачаться сильнее, чем игроки бета-теста, поднявшиеся на восьмой этаж Айнкрада, либо же он тоже использует ту же хитрость, которую Кирито подхватил у Такаши и Саэко.

Рапирист тем временем придерживался проверенной тактики: уклонялся от комбо противника, ждал окна для контратаки и использовал Прямой Выпад. После трех таких чередований защиты и нападения игрок прикончил одного из сильнейших монстров этого подземелья, вооруженного человекозверя, не получив, на первый взгляд, ни единой царапины. И все-таки победа, похоже, далась ему нелегко. Когда смертельный удар пронзил грудь монстра, тот отвалился назад и исчез, обратившись в вихрь полигонов. Рапирист же пошатнулся, словно нематериальные полигоны толкнули его, и, прислонившись к стене коридора, медленно соскользнул на пол и сел.

Кирито, стоящего в пятнадцати метрах от него возле перекрестка, неизвестный, похоже, не замечал, зато сам Кирито прекрасно слышал на таком расстоянии его тяжелое дыхание.

После пятисекундного колебания Кирито все же вышел из-за угла перекрестка и направился к по-прежнему сидящему на полу рапиристу. Худая фигура, даже немного тощая. Темно-красная кожаная куртка, поверх нее легкий медный нагрудник, на ногах обтягивающие кожаные штаны и сапоги до колен. Накидка с капюшоном закрывала тело от головы почти до пояса, так что лица игрока не было видно. Вся одежда, кроме накидки, вполне подходила фехтовальщику, сам Кирито был одет примерно так же.

Его оружие, Закаленный Меч, награда за трудный квест, был очень тяжелым. Поэтому, чтобы применять навыки в полную силу, Кирито не носил металлических доспехов — лишь легкий кожаный нагрудник.

Рапирист услышал приближающиеся шаги и дернулся, но с места не сдвинулся. То, что к нему приближается не монстр, он должен был понять по зеленому курсору над головой Кирито. Зарывшись лицом в поднятые колени, он всем видом показывал, что не настроен на общение.

— Это был оверкилл, — спокойно заметил Кирито.

Худое плечо под плотной тканью накидки слегка шевельнулось. Капюшон дернулся и приподнялся сантиметров на пять, не больше, и из-под него на Кирито пристально уставились два глаза. Все, что можно было разглядеть — это светло-карие глаза, контуры лица оставались неразличимыми.

Несколько секунд рапирист сверлил парня пристальным взглядом, а затем голова дернулась чуть вправо, по-видимому, этот жест обозначал «не понимаю, о чем ты».

Кирито уже был готов пойти дальше своим путем одиночки, но кое-что сильно грызло его. Прямой Выпад был совершенен до мурашек. Начальное и конечное движения были очень коротки, да плюс скорость, из-за которой было сложно разглядеть сам клинок. Бойцов такого уровня на весь Айнкрад можно перечислить по пальцам.

Было очевидно, что до того, как этот мир превратился в игру со смертью, рапирист немало практиковался, чтобы достичь такой быстроты. Совсем как Такаши или Саэко в реальном мире или сам Кирито в бета-тесте. Быть может перед ним ещё один бета-тестер?

Так можно было бы подумать, если бы не оверкилл и общий рисунок боя. В том смысле, что способ защиты в виде минимального движения в сторону отличался гораздо большими возможностями в смысле быстрой контратаки, нежели парирование или блок, и при этом не страдает прочность оружия и доспехов. Но зато, если уклон не удается, риск куда больше. В худшем случае игрок может получить дополнительный урон и эффект оглушения. В сражении соло оглушение — это смерть.

Идеальное применение навыка мечника и опасная тактика защиты совершенно не вязались друг с другом. Либо одно, как у Кирито, либо другое, как у Такаши и Саэко. Плюс этот человек загадка похоже не понял значение термина оверкилл, а значит особого опыта в ММО-играх у него нет.

Кирито коротко вздохнул и принялся объяснять с нуля.

— Оверкилл — это… когда урона наносится гораздо больше, чем у монстра остаётся хитпойнтов. Тот кобольд был полумертв уже после второго Прямого Выпада… даже не так, почти мертв. В его полосе хит-пойнтов всего две-три точки оставались. Вместо того чтобы подключать навык мечника, хватило бы простого и несильного удара.

На мгновение Кирито почувствовал себя в шкуре Такаши. Тот тоже частенько объяснял какие-то понятия или явления, совершенно обыденные и понятные для него, но загадочные для других. Это ощущение только усилилось, когда рапирист некоторое время никак не реагировал на его слова и Кирито подумал, что его просто не поняли, но тут, наконец, тихий голос прошелестел из-под капюшона.

— …Оверкилл… ну и что? Какие-то проблемы?

Несмотря на явную гоповатость фразы, будто взятой из какого-нибудь старого фильма про байкерскую банду, голос был мелодичным и явно женским.

Кирито несколько раз моргнул, укладывая это в своей голове. Женщин и так в Айнкраде было немного и большая часть из них сидит в стартовом городе. Были, конечно, и боевые подруги у игроков, та же Саэко, и еще парочка, которых Кирито видел, но имен не знал. Поэтому встретить в главном подземелье первого этажа девушку одиночку было крайне неожиданно.

Сперва Кирито просто хотел пробормотать слова извинения и уйти. Он не был типичным ОЯШем из аниме и проблем в общении с девушками не испытывал, но меньше всего ему хотелось, чтобы она подумала будто он пытается подкатить к ней. С другой стороны, если бы она сказала «как хочу, так и воюю» или «отвали», он бы ответил «понятно» и отвалил. Однако короткий ответ рапиристки был фактически вопросом. И Кирито решил все же ответить на данный вопрос.

— Оверкилл не имеет каких-то недостатков с точки зрения системы, но… он неэффективен. Навыки мечника требуют сосредоточенности; если использовать их постоянно, быстро устаешь. Тебе ведь еще обратно возвращаться, так что лучше не очень выматывать себя во время сражений.

— Возвращаться обратно?

Вновь голос из-под капюшона звучал вопросительно. Из-за усталости рапиристка говорила очень тихо, иногда и вовсе еле слышно, но, несмотря на это, голос все ещё казался мелодичным и красивым. По крайней мере самому Кирито так казалось.

— Да. Отсюда до выхода из донжона ты добираться будешь где-то час, и потом до ближайшего города еще полчаса, даже если двигаться быстро. Чем сильнее ты устанешь, тем больше будешь ошибаться. Ты вроде одиночка, а одиночке любая ошибка может стоить жизни.

Объясняя это сам Кирито думал: «Зачем я вообще с ней разговариваю?»

Он отдавал себе отчёт, что, если бы они поменялись местами и кто-то ему начал вот так лекции читать и советы давать, он бы точно сказал «как хочу, так и играю, отвали». Было что-то странное в том, что Кирито сейчас вел себя как какой-то придурок, но, к его собственному удивлению, девушка его не послала, а продолжила разговор.

— Тогда никаких проблем. Я… не буду возвращаться.

— Что? Не будешь возвращаться в город? Но… нужно же пополнить запасы зелий, чинить снаряжение… спать в конце концов, — подобный ответ поразил парня.

— Зелья мне не нужны, раз я не получаю урона, клинков я купила пять штук одинаковых… а отдыхаю я в безопасной зоне поблизости, — меланхолично отозвалась девушка, повергнув Кирито в ещё больший шок.

Безопасные зоны — это несколько комнат в подземелье, где монстры не появляются. Их можно узнать по факелам особого цвета, размещенным по углам. Для охоты и картирования — это идеальное место, но пользоваться им можно лишь для короткого отдыха, не больше часа. Пол из холодного камня, никаких кроватей, плюс часто слышатся шаги и рычание монстров неподалеку. Каким бы храбрым ни был игрок, нормально выспаться ему не удастся. Да и сама идея использовать закуток в подземелье вместо трактира попахивает откровенным безумием.

— Сколько часов ты тут уже провела? — Кирито нахмурился.

Девушка шумно втянула в себя воздух, а после долго выдыхала.

— Три дня… может четыре… Больше нет вопросов? Монстры скоро снова оживут… Мне нужно идти.

Опершись худой левой рукой в кожаной перчатке о стену, она встала на нетвердые ноги. Тонкий клинок, который она так и не убрала в ножны, свисал вниз, точно она удерживала одной рукой тяжеленный двуручный меч. В таком виде она медленно двинулась прочь.

Накидка была вся в прорехах — значит, изрядная доля ее прочности уже потеряна. Кирито ещё отметил про себя, что со времен бета-теста игра сильно прибавила в качестве прорисовки многих элементов. Хотя, если подумать, изменения были постепенными, будто игру кто-то доделывал прямо по ходу игрового процесса.

Ничего удивительного для обычной игры. Но вызывает много вопросов для смертельной игры Айнкрада. Впору строить теории заговора о правительственных экспериментах или о сумасшествии Каябы, который все же не забросил свой проект и продолжил его развивать и после похищения десяти тысяч людей.

— Если и дальше будешь так сражаться, то рано или поздно погибнешь, — сказал он ей вслед

Рапиристка остановилась, прислонилась плечом к правой стене и медленно развернулась.

— В конце концов все погибнут, — от такой мрачной фразы, сказанной красивым голосом, обстановка подземелья стала как будто темнее.

— Всего за два месяца погибли две тысячи. И даже еще первый уровень не пройден. Эту игру пройти невозможно. Где и как ты погибнешь…

Самая длинная и эмоциональная из ее речей увяла и оборвалась на середине. Кирито быстро рванул вперёд, а рапиристка, точно застигнутая невидимой парализующей атакой, медленно осела по стенке на пол.

***

Рейд на первого босса собирался в деревеньке Толбана, это ближайшая безопасная зона к подземелью первого этажа. Вообще мир Айнкрада был достаточно интересной задумкой. Парящая крепость на сто этажей в форме конуса.

Сотый этаж представляет из себя то ли дворец, то ли собор, нечто среднее на мой вкус, большая, может быть даже огромная, но одна локация. Зато первый этаж — это огромная площадка диаметром в десять километров, то есть почти восемьдесят квадратных километров площади.

Понятное дело, что целиком заполнить такое пространство охотничьими угодьями было бы решительно невозможно, так что на первом этаже, помимо стартового города, было с пяток деревень которые считались безопасной зоной, и ещё пара деревень и с десяток лагерей, типа захваченных бандитами, самый первый гуманоидный враг в игре.

При своем громадном размере первый уровень отличался и изрядным географическим разнообразием. На южном краю располагался Стартовый город — примерно километрового диаметра и огороженный полукруговой стеной. Вокруг были луга, в которых обитало множество монстров-зверей, кабанов и волков, а также разнообразных червей, жуков и ос.

К северо-западу от луговины лежал большой густой лес, к северо-востоку — несколько озер. Следом — что в одну, что в другую сторону — были разнообразные горы, долины и руины, где монстры сидели в засаде, поджидая, когда какой-нибудь игрок будет проходить мимо.

Было также двенадцать башен, они же колонны, поддерживающие второй этаж, метров триста в ширину и метров сто в высоту, на деле это тридцать этажей, наполненных монстрами и ловушками. Внутри башен расположены многоуровневые лабиринты, где-то сокровища, где-то мини-боссы, а в одном босс этажа. Все эти два месяца игроки картировали эти лабиринты, искали комнату босса и умирали.

И даже найдя босса этажа, нельзя сказать, что люди обрадовались. Даже мини-боссы были достаточно сильны, чтобы опасаться их, что же из себя представляет полноценный босс, остаётся только догадываться.

В любом случае мы с Саэко вышли из стартового города и двинулись к Толбане, топать было около полутора часов. Благо, что совещание перед рейдом должно было начаться только в четыре часа дня. Есть время и на прогулку и даже на небольшую дополнительную охоту, чему Саэко всегда рада. Но для начала мы все равно пошли до деревни, поохотиться, если что, можно будет и в окрестностях башни босса.

Но охоты так и не случилось. Во-первых, сама Саэко не особо была предрасположена к дополнительному бою перед тяжелым рейдом, а во-вторых, уже в городе мы встретили несколько неожиданных знакомых.

— Привет, Читер, Жёнушка, — помахала нам рукой маленькая девчушка в плаще канареечно-желтого цвета.

— Привет, Арго, — Саэко назвала её по нику.

— Доброго дня, Крыса, — я же использовал прозвище.

— Вы пропустили много интересного, пока сидели в своём любовном гнездышке, — Крыса Арго совершенно не обиделась на прозвище. Мне доводилось слышать, что она сама его придумала, но вряд ли, скорее уж тут дело в макияже на лице, похожем на усы.

— Удивишь нас? — Саэко с интересом улыбнулась.

Арго была известным среди игроков торговцем информации, по крайней мере так это называется. По сути же, она просто собирала разнообразные слухи и новости, после чего не за дорого продавала все это любому желающему. Такая себе живая замена радио и телевизору. Я сам выступал в таком качестве для Саэко и Кёко.

— Пятьсот золотых и информация ваша, — предложила она довольно-таки высокую цену.

— Кота в мешке не покупаем, — я только фыркнул.

— Кирито привел в деревню девушку, — хитро улыбнулась Арго и сделала жест пальцами, предлагая все же заплатить.

— Рад за него, — пожимаю, плечами. — Правда сомневаюсь, что это романтика. Скорее уж просто спас очередного игрока, попавшего в беду. Забавно, что это оказалась девушка, но не более того.

— Это не простая девушка, — продолжила свою рекламную акцию Арго и Саэко открыла меню торговли, собираясь передать ходячей желтой прессе запрошенную цену.

— Ладно, — я не стал отговаривать Саэко от трат. Хочется ей поддержать других игроков материально, пускай развлекается. Не на паперти подаёт, а хоть какие-то услуги покупает. — Развлекайтесь.

— Что, даже не останешься послушать уже купленную информацию?

— Не буду мешать дамам секретничать, — помахал им рукой. — Саэко, если что, я буду в таверне.

— Хорошо, — мне тоже махнули рукой в ответ.

Деревня была небольшой, поэтому я совсем не удивился, увидев Кирито и субтильную фигурку в потрепанном плаще около небольшого родника, выполняющего роль деревенского колодца. Парень и, как я подозреваю, девушка сидели и обедали. У каждого была простая кружка, которую они наполняли из источника, по краюхе хлеба, самая простая еда, которую можно купить в трактире всего за один золотой и небольшой глиняный горшочек, содержимое которого они применяли на хлебе при каждом укусе.

Движимый интересом на мгновение устанавливаю связь с системой Айнкрада, чтобы понять, что же это за бутылочка. Взбитые сливки? Интересно. Награда за странный, фактически шуточный квест, одно название которого заставляет обойти его стороной, «Корова наносит ответный удар». Но как намазка на походный хлеб очень интересно. Да и десерт какой-нибудь можно будет сделать.

Странно только, что такую вещь не продают в магазинах. Может просто нужно научить какого-нибудь НПС взбивать сливки?

— Приятного аппетита, — кивнул старому знакомому.

— Здравствуй, Такаши, — почавкал Кирито. Манеры японцев за столом как всегда восхитительны. — Ты сегодня один?

— Саэко купила информацию у Арго… — я хмыкнул, наблюдая за расширяющимися глазами парня. — О тебе.

— Я убью её, — тихо простонал парень, который сегодня стал героем народного обсуждения.

— Я слушать это не стал, но можешь потом узнать у Саэко, что она там про тебя и твою подружку наговорила, — фигура в плаще на моих словах дернулась.

— Это не моя подружка, — тут открестился парень. — Я просто встретил её в подземелье.

— Я это понимаю, ты это понимаешь, и девушка рядом с тобой, скорее всего, это понимает, — все еще улыбаюсь. — Но объяснять это Арго бесполезно.

— Фейк ходячий, — буркнул парень, откусывая от своего хлеба большой кусок.

— Можно и так сказать, — киваю. — Но почему тебе пришлось спасать её, какой-то новый противник?

— Не, — с набитым ртом говорить было не очень удобно, поэтому Кирито мотнул головой. Но вот он прожевал и продолжил свою мысль. — Она несколько дней сидела в подземелье и потеряла сознание.

— Однако…

— Я все еще здесь, и я вас слышу, — буркнула девушка, недовольно зыркая на меня из-под капюшона.

— Бога ради, — качаю головой. Гордая, они бы с Саей подружились… или вцепились бы друг другу в волосы. — Но Кирито, как ты вытащил её из подземелья?

— Подхватил под руки и вытащил, — он пожал плечами, а я специально притупил эмоции, чтобы не выдать себя довольной улыбкой.

— Но ведь система не позволяет поднять больше, чем определяемый Силой максимум загруженности.

Мои слова поразили их обоих. Я же только тихо радовался. Ломается игра потихоньку, ломается.

Глава 14

Сорок четыре человека, столько игроков собралось в таверне Толбаны, для рейда на босса первого этажа. Меньше, чем я ожидал, но в любом случае больше чем нужно для одной только битвы с боссом. В зал с ним может войти только стандартная рейд группа, шесть команд по шесть человек, то есть всего тридцать шесть игроков.

Другое дело, что на пути к боссу придется ещё пройти через подземелье и вот там чем больше игроков будет участвовать, тем меньше будет потерь перед главным сражением.

— Так много… — тихо произнесла подружка Кирито.

— Много? — Обернулся к ней сам Кирито. — Вот это много?

— Да, — она серьёзно кивнула. — Они же собрались для атаки на босса этажа, верно? Даже несмотря на то, что все погибнут…

— Ты зря так думаешь, — заметила Саэко.

— Почему? — Девушка, имени которой нам пока так никто и не назвал, поджала губы.

— Потому что ты не знаешь, что может произойти, а что нет, пока не попробуешь, — отвечаю вместо моей девушки. — Если хочешь умереть, то самоубийство все ещё рабочий выход.

— Такаши, — одернула меня Саэко. Да и сидящая рядом Арго недовольно хмыкнула.

— Я не хочу умирать, — буркнула девушка, неприязненно зыркнув на меня из-под капюшона накидки.

— Тогда не говори глупостей. Люди здесь готовы рисковать ради выживания. Если тебе это не нравится, то можешь заниматься безопасной работой, но не дави на мозги тем, кто пытается хоть что-то сделать.

На мой выговор она ничего не ответила. Зато Кирито решил высказаться в поддержку своей подружки.

— В некотором роде она права, никто еще не видел сражения с боссом этажа, — заговорил он.

— Верно, — киваю. — Но?

— Но несмотря на это, мы уже сражались с малыми боссами и среди игроков есть бета-тестеры, которые уже сражались с боссами этажей, — предположил он.

— Вряд ли, — поправляю его. — Все же разница между мини боссом и рейд-боссом должна быть колоссальна. И игра на релизе может очень сильно отличаться от бета-версии. Вплоть до того, что босс будет полностью отличаться.

— Ну… да, — он задумался. — Ты против пораженческих настроений или нет?

Его вопрос вызвал смешки девушек, даже неизвестная подружка самого Кирито хмыкнула. Это какая-то особая магия главного героя? Почему он вызывает симпатию девушек даже неловкими, и глупыми, вопросами, а я получал стервозное отношение даже когда демонстрировал глубокие познания в самых разных областях?

Не то чтобы я жаловался на недостаток женского внимания или любви, но подобная разница в отношениях кажется мне очень странной.

— Я против глупости. Бездумно рисковать жизнью, как и бездумная атака с мыслью «мне повезет» — это глупо. А ещё глупо рассказывать людям, рискующим собой ради других, что они просто умрут. Не стоит обесценивать чужой труд и жертвы.

Гордая девочка ничего мне не ответила, только опустила голову, ещё сильнее скрывая своё лицо в тенях капюшона.

— Ну не совсем так, — снова заговорил Кирито. А когда на него все с вопросом посмотрели, он принялся объяснять. — Ну в том смысле, что не все пришли сюда пожертвовать собой. Я не могу говорить про всех, но мне кажется, или многие пришли сюда из-за желания не оставаться позади?

— Оставаться позади? — Спросила его Арго. — Позади чего?

— Позади переднего края, — «пояснил» Кирито. — Умереть, конечно, страшно, но, когда босса побеждают другие, а ты остаёшься в стороне — это тоже страшно.

— Чё? — В один голос спросили я, Саэко и Арго.

— Кажется я поняла, — качнулся капюшон. — Это как боязнь опуститься ниже десятого места в родной школе или подняться выше двух процентов по стране. Такая примерно мотивация?

На такое сравнение я только вздохнул и прикрыл глаза ладонью. Просто нет слов. Супер сравнение.

— Ну… — Кирито тоже несколько охренел. — Наверное… Никогда не испытывал подобного чувства.

К счастью, очень странный разговор на этом закончился. Один из перспективных и известных одиночек решил взять слово и несколько раз хлопнул в ладоши. Как только всеобщее внимание сосредоточилось на нем, он тут же заговорил громким, хорошо поставленным голосом.

— Итак! Думаю, что дальше ждать нет смысла, давайте начнем! — Сказал он, с улыбкой. — Прошу всех подойти поближе… не стесняйтесь, все три шага вперед!

Это был высокий парень с одноручным мечом и весь облаченный в сверкающие металлические доспехи. Он разбежался и вспрыгнул на стол. Чтобы вскочить на такую высоту в таких доспехах у него должна быть приличная сила и ловкость. Интересно было и то, что его волосы имели неестественный, ярко-голубой, цвет. Предметы, позволяющие красить волосы, в магазинах первого уровня не продавались, значит, он либо получил эту краску как трофей за убийство редкого монстра, либо выменял у другого удачливого охотника.

Парень этот уже успел примелькаться среди игроков «на переднем крае», как выразился Кирито, правда раньше у него были самые обычные, черные волосы. Прихорошился перед боем с боссом? Странное решение для парня, но кто я такой, чтобы осуждать чужие вкусы?

— Спасибо вам всем, что откликнулись на мой призыв! Некоторые из вас меня уже знают, но я представлюсь еще раз! Меня зовут Диабель, и в душе я рыцарь! — Этот «рыцарь» помахал всем присутствующим рукой.

На подобное представление отовсюду послышались аплодисменты, свист и приколы на счёт того, что ему стоило сразу же именовать себя «героем». Я же только хмыкнул на это. Народ борется со страхом при помощи юмора. Не самый плохой выбор.

В SAO понятие «класс» официально отсутствует. У каждого игрока есть определенное количество слотов навыков, и игрок волен выбирать навыки по своему усмотрению и развивать их. А дальше — скажем, игроков, развивающих в основном ремесленные или торговые навыки, можно называть «кузнецами», «портными», «поварами» и прочими подобными классами. Однако сложно с уверенностью сказать, какие навыки нужны для классов «рыцарь» или «герой».

Но каким бы классом игрок себя ни называл, это его личное дело. Ну и кстати, этот парень носил бронзовые доспехи на груди, плечах, руках и бедрах, плюс у него был длинный одноручный меч на поясе слева и каплевидный щит за спиной. Так что издалека его и правда можно было бы принять за рыцаря. Сильно издалека и рыцаря киношного, но все же.

— Ну, что до причины, почему мы, лучшие игроки переднего края, собрались здесь, полагаю, вам прекрасно известна, — продолжил Диабель. — Была обнаружена комната босса этажа. И теперь мы, наконец-то, можем сделать первый шаг на пути к свободе.

Громкое заявление, которое понравилось многим игрокам. Многим, но не всем.

— Погодь минутку, рыцарь-хан, — влез один, очень хорошо мне знакомый, игрок, который очень специфично выговаривал именной суффикс «сан».

— Боже, опять этот картавый, — вздохнула Саэко. — Куда он лезет?

— Хороший вопрос, — я только головой покачал. Вообще, по идее, идиотов в мире не очень много, но как же они грамотно по миру расставлены. Постоянно мне на пути попадаются.

Тем временем толпа в таверне расступилась, освобождая место для говоруна. Это был низкий, коренастый парень, ножны с мечом он повесил себе за спину, благо местная механика позволяет игнорировать тупость подобного шага и без проблем доставать меч из-за плеча.

— В первую очередь надо кое-чего прояснить, иначе я не с вами, — заявил он.

Удивительно, но Диабель не удивился столь хамскому вмешательству в его выступление. Да и сама постановка вопроса просто охренительная. Один единственный игрок, не самый известный и прокачанный, ставит условия под предлогом, что сейчас просто развернется и уйдет. Странно всё это.

— Что именно ты хочешь прояснить? Нам ценны все мнения. Но если ты собираешься говорить, назови сначала свое имя.

— Его зовут Кибао, — говорю я. Фокус общественного внимания вновь сменился, теперь уже на наш столик. — И мне тоже очень интересно, что же ты хочешь уточнить?

— Такаши-хан, — Кибао нахмурился, но все же высказал свою мысль. — Из тех, кто сюды явился, человек пять-десять должны извиниться.

— Извиниться? Перед кем? — Спросил рыцарь Диабель, по-прежнему стоящий на столе за спиной Кибао.

— Ха, это и ежу ясно. Перед двумя тыщами погибших. У тех была монополия на все, а две тыщи умерло за месяц! Нормально, да?!

— Монополия? — Спрашиваю я.

Мой вопрос, похоже, сбил чужую постановку, а в том, что это постановка я уже не сомневался. Молчание разбавлялось лишь тихой музыкой, которую играл NPC-оркестр. Никто не решался произнести ни слова. Будто боясь, что их припишут к тем, кто должен извиниться.

— Кибао-сан, «те», которых ты упомянул… бета-тестеры, я правильно понял? — С очень строгим лицом уточнил Диабель, скрестив руки на груди. Я же только хмыкнул. Ощущение постановки становится все более явственным.

— А то нет, — Кибао наконец обернулся к Диабелю. — Эти бета-тестеры, они оставили позади девять тыщ человек, которые нихрена не знали вообще. Они захапали себе самые клевые места для охоты, самые доходные квесты, сами прокачивались, а на тех, кто остался сзади, им было насрать. И здесь точняк они есть, прячут свое прошлое бета-тестеров, хитрые поганцы, которые хотят участвовать в рейде на босса. Я хочу сказать, им нельзя доверять жизни сопартийцев! И я хочу, чтобы они щас встали на колени и выложили все золото и снаряжение, которое у них есть, чтобы его можно было использовать!

— А почему бы тебе не выложить все своё золото и снаряжение, Кибао? — Я уже устал от этого разговора и встаю из-за стола. — Старый солдатский меч и чешуйчатая броня, которые ты используешь, не продаются в лавках. Так почему бы тебе самому не встать на колени и не вывернуть карманы, чтобы мы могли воспользоваться этим снаряжением.

— Такаши-хан… — балабол явно не ожидал такого ответа.

— Или, быть может, ты считаешь, что из бета-тестеров никто не погиб? И они не сражаются наравне со всеми? — Спрашиваю его. — И пока ты думаешь, я хотел бы поправить твои данные. Арго, раскрой часть того заказа.

— Сам бы и раскрыл, — буркнула торговка информацией. — Что именно?

— Бета-тестеры, сколько смогла найти и сколько погибших.

— Я смогла найти чуть больше семи сотен человек, — громко провозгласила Арго. — С учётом возможной погрешности в игре их максимум восемьсот, а не первоначальная тысяча. И из точно подтвержденных бета-тестеров более трёхсот человек на сегодняшний момент мертвы.

— Мне надо как-то это комментировать, Кибао? — Он ничего не ответил.

— Можно я скажу? — Раздался насыщенный бас. Из толпы поднялась внушительная фигура. Выше всех остальных примерно на голову и широк в плечах. Мускулистый негр, но повадки вполне японские, по крайней мере поклонился он всем присутствующим безукоризненно как природный японец. — Меня зовут Эгиль. Кибао-сан, ты хочешь сказать, что многие новички погибли из-за того, что бета-тестеры не заботились о них, и ты хочешь, чтобы они приняли на себя эту ответственность, извинились и расплатились, я все правильно понял?

— Верно, — Кибао уже и сам был не рад, что поднял эту бучу, но отступать было уже поздно. — Если б эти засранцы-тестеры делились информацией, шмотом и деньгами, сейчас здесь было бы в десять раз больше людей… нет, сейчас мы бы уже прорвались на второй уровень, а может, и на третий!

— Хорошо поёшь, прям как по бумажке, — влезаю в их разговор. — Или ты уже забыл, что из умерших, часть является теми самыми «засранцами-тестерами»? Да и моё предложение тебе самому поделиться со всеми все ещё в силе.

— Я… — по нему прекрасно было видно, что больше всего на свете он хочет сейчас, чтобы я заткнулся.

— Пожалуйста, Такаши-сан, — Эгиль жестом попросил меня не лезть. Надо отдать ему должное, несмотря на безукоризненную вежливость, он все же умел подать себя. Чувствуется некий опыт, явно связанный с реальной жизнью. Может в бандитских кругах вращался? — Я ничего не могу сказать насчет денег и предметов, тут уж каждый сам пусть решает, чем готов поделиться с другими. Но, по-моему, информацией действительно стоит обмениваться и все, кто могут, так и поступают.

Сделав подобное заявление Эгиль достал из инвентаря простенькую книжечку в кожаном переплёте. На обложке были изображены два круга и шесть полосок, по три под каждым кругом. Пусть и грубый, но достаточно узнаваемый образ крысиной или мышиной морды.

— У тебя ведь тоже есть подобная книга, правильно? Она распространяется бесплатно в магазинах Стартового Города, а также в деревнях Хорунка и Медая.

— Бесплатно? — Убийственно спокойным тоном спросил Кирито.

— У меня тоже такая есть, — подала голос капюшон, а Саэко кивнула.

— Бесплатно? — Переспросил Кирито, на что обе девушки кивнули. — А почему тогда я покупал эту книгу по частям, по главе на каждую локацию? Между прочим, по пятьсот золотых за главу.

— Потому что Крыса, — я хмыкнул.

— Ну-ну, читер, не обижайся, — Арго даже и не думала смущаться, только ухмыльнулась.

— А тебе, Кирито, стоит перестать иметь с ней дело на прямую. Зашел бы в любую лавку, которую держат игроки, там бы получил полный сборник бесплатно.

— Главный ужас Хикки, или социализируйся, или плати, — хихикнула Арго.

— Крыса, — буркнул обиженный парень.

— Кажется, мы всех отвлекаем, — скромно улыбнулась Саэко. — Пожалуйста, Кибао-сан, продолжайте.

— Э-э… да, — Кибао не сразу собрался с мыслями, но все же ответил Эгилю. — Да, у меня есть эта книга, и что с того?

— Люди, которые предоставляют информацию о монстрах и карты локаций — это могут быть только бета-тестеры.

Среди игроков поднялся гул. Кибао захлопнул рот, а стоящий позади него рыцарь Диабель понимающе кивнул. Я же не смог удержаться и не вставить свои пять копеек.

— Не только бета-тестеры, информацию добывали и обычные игроки. Те самые игроки, Кибао, что считали себя ветеранами компьютерных игр.

— Да, — кивнул Эгиль. — Как видно, информация есть. И все равно много игроков погибло. Причина именно в том, что они ветераны ММО, как мне кажется. Они видели общность SAO с другими играми и не заметили ключевого различия. Однако мы собрались не затем, чтобы обсуждать, кто за что должен ответить, а чтобы добиться первой победы.

— Кибао-сан, тебя можно понять, — подал голос Диабель. — Я тоже входил в незнакомые мне локации и много раз едва не погиб, но вот, в итоге я здесь. Как верно заметил Эгиль-сан, не пора ли нам всем двинуться вперед? Даже бета-тестеры… нет, особенно бета-тестеры — нам нужна их сила в сражении с боссом. Если мы изгоним их, и от этого наша атака провалится, какой в этом будет смысл?

На этом бесполезное обсуждение левого вопроса наконец закончилось, и мы смогли перейти непосредственно к обсуждению рейда и боя с боссом. Продлилось обсуждение несколько часов, большую часть которых мы обсуждали полученные от тестеров данные о боссе беты, и уже вечером все разошлись по арендованным или купленным домам, условившись выступить завтра утром.

Уже в конце всего этого обсуждения к нашей группе подошел Кляйн.

— Хей, ребята, — он помахал нам рукой, после чего прокурорским взглядом прошелся по всей нашей компании. — Как это у вас получается? На весь рейд всего три девчонки и все три в вашей компании. Тут есть какой-то секрет?

— Мы с Саэко начали встречаться ещё в реале, — пожимаю плечами.

— Да-да, жаль, что такая красавица уже занята, — картинно сокрушался этот мужчина средних лет.

— А не то что, тебя бы не остановила статья за совращение несовершеннолетних? — С усмешкой поддеваю его.

— Да ну тебя, — он махнул на меня рукой. — А что насчет остальных двух дам?

— Сто тысяч золотых и я расскажу тебе, — хмыкнула Крыса.

— Э-э не, Арго, я в твои игры не играю, — Кляйн только фыркнул. — Из меня жена бы столько денег не выпила, сколько ты просишь.

— Откуда тебе это знать, холостяк? — Фыркнула Крыса.

— Ох, — Кляйн картинно схватился за сердце. — Ты поразила меня в самое сердце. Я ведь могу и умереть от таких слов.

***

Рапиристка в капюшоне первой откололась от шумной компании, которая стала ещё более шумной, когда к ним подошел мужчина с бандитской наружностью. Немного подумав, Кирито решил увязаться за недавней знакомой. Он хотел закончить одно дело.

— Подожди… — Кирито запнулся, так как до сих пор не знал имени девушки. — Э-м…

— Что? — Спросила она, развернувшись к нему.

— Мы так и не представились друг другу. Меня зовут Кирито.

— Я не собираюсь заводить друзей, — его тут же отбрили, будто он только что попробовал пригласить на свидание звезду школы.

— Это не для дружбы, — Кирито тут же помотал головой. — Просто для обмена между игроками нужно знать имена друг друга.

— Обмена?

— Да, — Кирито несколько раз кивнул. — Ты столько времени была в подземелье, уверен, что на твоей карте хватает мест, которые не разведаны даже у меня, не говоря уж о путеводителе Арго, будь она неладна.

Рапиристка на мгновение задумалась, но потом кивнула.

— Хорошо, меня зовут Асуна.

— Ок, — Кирито кивнул, и уже собирался отправить ей приглашение на обмен, как она мотнула головой.

— Нет, не здесь. Не хочу, чтобы меня видели…

Эти слова резанули Кирито как вражеский меч, параллели с приглашением на свидание в его голове стали более явными. Правда он смог несколько приглушить эту фантомную боль, когда просто решил, что Асуна не хочет, чтобы её видели вместе с парнем, кто бы это не был, а не конкретно с ним. Он ещё обругал себя, что не стоит быть таким мнительным, и принимать все на свой личный счёт.

– Тогда, может, в доме NPC… нет, кто-нибудь может войти. Комнату на постоялом дворе можно запереть, но тебе это тоже не подойдет, верно?

– Конечно.

Её ответ снова уколол парня. Кирито даже подумал, что зря он вообще решил с ней связываться.

— Тогда куда нам лучше пойти? — Так как ему в голову ничего не приходило, он решил спросить у этой привереды, что ей, собственно, нужно. А то как-то глупо выходит, она не хочет, чтобы их видели вместе и поэтому они как два дурака стоят вместе посреди улицы.

— Не знаю, — фыркнула она. — Но точно не в съёмные комнаты, если это можно так назвать. Они предназначены для сна, и, если мы вдвоём войдем туда, нас точно не так поймут.

— Угу, — Кирито кивнул, и с интересом склонил голову набок. — А что не так с комнатами, что так пренебрежительно о них отзываешься?

— Это даже комнатами нельзя назвать. Клетушка на шесть татами, в ней ничего, кроме кровати и стола, и все это по сто золотых за ночь. Еда значения не имеет, она здесь везде безвкусная, но поспать хотелось бы в комнатке получше.

– Э… правда? – Кирито честно перебрал в памяти все те комнаты, которые он снимал за последние два месяца. – Но, если как следует поискать, можно ведь найти жилье и получше, разве нет? Пусть в большинстве случаев это будет дороже, но есть и варианты, которые лучше и дешевле.

– Как ни ищи, а в Стартовом городе всего три постоялых двора, здесь же и вовсе один трактир. И комнаты везде одинаковые.

Лишь услышав этот ответ, до парня дошло, что они говорят о разных вещах.

– А-а… понятно. Ты проверяла только те места, что на карте отмечены как «INN»?

– Ну да… «INN» же по-английски и есть гостиница.

– Так-то да, но вообще такая вывеска означает самое дешевое место, где можно спать. Но, кроме постоялых дворов, есть еще полно мест, где можно снять комнату.

– Чт… — Асуна даже топнула ножкой от возмущения. — Почему мне этого раньше никто не сказал?

Кирито улыбнулся, наконец почувствовав некоторое преимущество в разговоре с девушкой. Все же он был молодым парнем, для которого сразиться с парочкой виртуальных разбойников было намного проще, чем поговорить с особью противоположного пола. Он решил закрепить успех, прихвастнув жильём, которое снял в этой деревне.

– Не знаю, но я, например, снял второй этаж фермерского дома за восемьдесят золотых в день, и там две комнаты, бесконечный кувшин молока, двуспальная кровать, шикарный вид из окна, и даже ванная есть…

Кирито уже собирался рассказать, что узнал об этом жилье от Такаши и Саэко, как вдруг правая рука Асуны, подобно змее метнулась вперёд и ухватила его за ворот серого плаща с такой силой, что едва не сработал скрипт предотвращения нападений в безопасной зоне.

– Что ты сказал? — Спросил его тихий, и крайне напряженный голос девушки, которая, так на минуточку, не видела ванны или хотя бы душевой вот уже два месяца.

– Э-э… можно пить молоко?..

– После этого.

– Кро… — начал было Кирито, но инстинкт самосохранения намекнул ему, что на некоторые вещи лучше не намекать. — Из окна открывается отличный вид?

– Еще после!

– Там… есть ванная?

– Ты сказал, что твоя комната стоит восемьдесят за ночь?

– Да… верно, я так и сказал.

– А сколько таких комнат еще есть? И где это? Я тоже хочу такую снять, пожалуйста, покажи мне, где это.

– Я ведь только что сказал, что снял весь второй этаж фермерского домика.

– Ну да, сказал, — Асуна ещё не поняла, к чему он ведет, но начала догадываться.

– Я имел в виду – весь второй этаж. Там нет свободных комнат. И на первом этаже комнат, которые сдаются, тоже нет.

– Что? — Ноги Асуны внезапно ослабли, так что она едва смогла устоять. – Эта, эта комната…

– Ну как бы, — Кирито вообще не понимал, что происходит, но все мысли в его голове крутились вокруг простейшего варианта: сбежать отсюда побыстрее. — По правде, мне вполне хватит, что я уже неделю там жил, так что я не против уступить ее тебе… Но проблема в том, что я уже оплатил аренду на максимальное число дней… то есть на десять. И ее нельзя отменить.

– Чт…

Асуна изо всех сил старалась стоять прямо, в голове ее царил сумбур. Кроме постоялых дворов, есть еще места, где можно снимать комнаты. Роскошные комнаты, надо заметить. Это ей только что сказал этот странный парень. В таком случае, если она как следует постарается с поисками, то наверняка найдет похожий вариант в другом месте. Но в этой несчастной деревеньке собрались почти полсотни игроков, которые наверняка разобрали все возможные варианты в округе. Скорее всего именно потому черноволосый внес плату за максимальный срок.

А значит, остается лишь один вариант.

В течение нескольких секунд сердце Асуны боролось само с собой. Будь это в реальном мире – даже если бы земля и небо перевернулись и поменялись местами, она бы ни за что такого не сделала. Но здесь всего лишь виртуальный мир, сделанный из цифр и данных, и ее тело не исключение. Кроме того, человек, стоящий перед ней, уже не может считаться полным незнакомцем. Они вместе ели хлеб, собираются вместе сражаться с боссом, ну и он пообещал рассказать ей о том квесте со взбитыми сливками.

Можно же считать это достойным поводом для продолжения знакомства, правда?

Она взглянула на парня, который, как обычно, смотрел куда-то в сторону, потом резко выдохнула и тихим голосом, так, чтобы никто, кроме него, не услышал, произнесла:

– Можно мне воспользоваться ванной у тебя дома?

Глава 15

Фермерский домик, который снял черноволосый мечник, стоял рядом с маленьким пастбищем в восточной части Толбаны. Он был больше, чем Асуна ожидала. Если посчитать площадь вместе с пристройкой, где стояли повозки, получится примерно, как дом Асуны в реальном мире. А у их семьи, надо сказать, был очень большой особняк.

Рядом с домом текла красивая речушка, с плеском пробегая через лопасти водяной мельницы. Войдя в дверь главного здания, на первом этаже которого жили NPC-фермер и его семья, Асуна уже в прихожей встретилась с улыбающейся хозяйкой. Затем старушка, дремавшая возле очага в кресле-качалке, внезапно подняла голову. Золотой восклицательный знак, индикатор начала квеста, возник у нее над головой, однако Асуна решила пока что не обращать на него внимания.

Следом за Кирито Асуна поднялась на второй этаж, где в конце короткого коридора была всего одна дверь. Парень прикоснулся к двери, и тут же, без всякого ключа, раздался звук отпираемого замка. Если бы к ней прикоснулась Асуна, ничего бы не произошло. Отпереть дверь комнаты, арендованной другим игроком, невозможно даже при наличии навыка «Взлом замков».

По крайней мере так заявляли люди, что в игре разбирались.

— Д-добро пожаловать, — Запинаясь произнес Кирито, открыв дверь и сделал неуклюжий приглашающий жест.

— Спасибо… — Асуна тоже чувствовала себя не очень уютно, а потому выразила свою благодарность очень тихо, почти шепотом. Она вошла в комнату и в тот же миг очень сильно удивилась увиденному. — К… как это? Столько пространства. И… и между вот этим и моей комнатой разница всего двадцать золотых?! Это… это же совсем дешево.

— Умение быстро находить такие комнаты — важный навык, которого нет в системе, — хмыкнул парень. — Хотя справедливости ради, стоит отметить, что мне её тоже посоветовали.

Асуна кинула быстрый взгляд на мечника, потом вновь оглядела комнату и глубоко вздохнула. Комната была минимум на двадцать татами. В восточной стене была дверь в спальню — размер той комнаты наверняка примерно такой же. Западная стена, там дверь с табличкой «Ванная». Эта надпись, набранная странным шрифтом, тянула Асуну, словно магией.

Тем временем Кирито быстро снял меч, скинул плащ и бухнулся на очень мягкий с виду диван.

Несколько секунд понаблюдав за задумавшейся Асуной, он прокашлялся и сказал:

— Э-э… это… ты, наверно, сама видишь — ванная там… Я честно, не знаю, что тут можно ещё сказать. Можешь ей воспользоваться, не стесняйся.

— Л-ладно… — кто бы знал, как же неловко Асуна сейчас себя чувствовала.

Она бы никогда не поверила, что, едва придя к кому-то домой, первым делом кинется в ванную, но сейчас было не время сдерживать себя. Слишком уж давно она не могла позволить себе хотя бы примитивную гигиену.

Пока же Асуна, подобно зомби двигалась к комнате с большой бадьёй, наполненной горячей водой, Кирито задумался над особенностью виртуального мира.

Насколько он помнил, в бета-тесте, да и первые недели релиза многие вещи, например вода, даже близко не походили на настоящие. Ощущение температуры воды, давление на кожу, блики света на поверхности, все это было достаточно хорошо прорисовано, но все же немного отличалось. В принципе, к этому можно привыкнуть и какое-то время Кирито даже считал, что он просто притерпелся к обману данного мира.

Вот только обмана не было. Мир Айнкрада менялся, становился более реальным. Или сам Кирито сходил с ума, принимая созданную компьютером обманку за реальность.

Хотя вот факт, сейчас в его съёмной квартире есть девушка, более того она за незапертой дверью принимает ванну, это лишний раз доказывает, сколь нереален этот мир. Что случилось бы окажись он у себя дома в Кавагоэ, префектура Сайтама, матери с сестрой не было бы дома, зато в ванной мылась его одноклассница? Ответ очевиден: Кирито бы тихонько вышел из комнаты, сел на свой любимый горный велик и на полной скорости погнал бы по шоссе номер пятьдесят один куда-нибудь в сторону Аракавы.

К счастью, или нет, сейчас он на втором этаже двухэтажного домика на краю Толбаны, деревеньки на первом уровне Айнкрада. И прямо сейчас он не Киригая Кадзуто, школьник и по совместительству заядлый геймер, а мечник Кирито. Аватар в виртуальном мире, и ничего не случится, даже если он увидит фехтовальщицу Асуну, выходящую из ванной комнаты.

Быть может это искусно расставленная ловушка? Если бы он сейчас вошел в ванную… ну… не прямо сейчас, а после того, как Асуна из неё выйдет. Так вот, Асуна в это время вполне могла бы обыскать его комнату, и вытряхнуть все из сундука.

Вот только сейчас в сундуке в этой комнате лежат лишь трофеи, выпавшие из низкоуровневых монстров, да и в ванную ему сейчас идти совершенно незачем. Лучше дождаться выхода Асуны, сказать: «Давай завтра как следует поработаем» и выпроводить её за дверь. И на этом выкинуть всю эту странную ситуацию из головы.

Так он решил, когда в дверь постучали, сначала один раз, а затем три раза. Это была не НПС, хозяйка дома. Ритм стука — сигнал, о котором Кирито заранее договорился с одной конкретной личностью, которая может без предупреждения прийти к нему домой.

За дверью стояла Крыса Арго.

Всего на несколько секунд, Кирито больше всего на свете захотел выпрыгнуть в окно и умчаться куда-нибудь в сторону данжа и подобно Асуне, что сейчас плещется в ванной, будь она неладна, пропасть в лабиринте на недельку или две.

Но этот позорный, и откровенно глупый, порыв был быстро подавлен. К сожалению, бегство ничего не решит, а потому он встал и направился к входной двери. По пути Кирито молился пресвятому Нинтендо, чтобы Асуна задержалась в ванной подольше, и не выскочила раньше времени. Если Крыса увидит её здесь, то уже к вечеру об этом будут знать все сплетники Айнкрада.

К счастью — все двери в этом мире, можно сказать, обладают прекрасной звукоизоляцией. Насколько Кирито было известно, лишь три типа звуков проходят через них: громкие крики, стук в дверь и звуки боя. Что до остальных звуков, таких как разговор или плеск воды в ванне, то их услышать сквозь дверь невозможно, даже если прижаться к ней ухом.

По крайней мере в обычных условиях. От той же Крысы Кирито слышал о существования навыка «Подслушивания», и если у информатора он есть и позволит обойти программное ограничение… Что ж, тогда вариант с прыжком в окно и побегом в подземелье все ещё остаётся рабочим вариантом.

Крутя в голове мысли на такой скорости, какую он обычно задействовал только в бою, Кирито дошёл до двери и с решительным выдохом распахнул ее.

— Когда я давал тебе этот адрес, то не ожидал, что ты действительно придёшь, — заранее заготовленная фраза с легкостью сорвалась с языка. Как жаль, что он не заготовил ничего кроме этой фразы.

На украшенном усами лице Крысы Арго, торговца информацией, на миг мелькнула дразнящая ухмылка, которая почти сразу же сменилась деловым тоном.

— Да. Клиент желает получить твой ответ сегодня.

С этими словами Арго как ни в чем не бывало зашла в комнату и непринужденно уселась на диван, с которого только что встал парень. Изо всех сил борясь с желанием посмотреть на дверь ванной, Кирито подошел к сервировочному столику в углу комнаты, взял кувшин со свежим молоком и наполнил два стакана, а затем, подойдя к дивану, поставил их на стол. Крыса удивленно приподняла бровь.

— Ки-бо такой любезный. Ты случайно снотворного туда не подсыпал?

— Где бы я его достал в игре? И вообще, в пределах безопасной зоны, пока ты спишь, я все равно ничего с тобой сделать не смогу.

Услышав этот ответ, Арго хлопнула в ладоши и с улыбкой кивнула. Подняв стакан, она осушила его одним глотком.

— Спасибо за угощение. Очень хороший вкус для напитка, которого можно брать сколько угодно. Почему бы тебе его не переливать в бутылки и продавать другим?

— К сожалению, если вынести его с фермы, то молоко портится всего через пять минут, и именно портится, то есть превращается в вонючую бурду, а не исчезает.

— Хо, не знала. Халявные вещи такие страшные.

Пока она трепалась, в мозгу Кирито билась только одна мысль: «Давай уже переходи к делу!» — Но прилагал титанические усилия, чтобы не показать свою нервозность. Не понятно, как Арго отреагирует если заметит его пугливые взгляды в сторону двери в ванную. Поэтому надев на лицо невинное выражение, Кирито взял в руки из инвентаря «Стратегический путеводитель Арго: босс первого уровня» и постучал по нему пальцем.

— Кстати о халяве — вот это вот. Я твой постоянный клиент, но я всегда покупал эту книжку за пятьсот золотых… а на совещании я услышал, как Эгиль, ну, тот с секирой, говорил, что их раздают бесплатно.

Услышав нотку возмущения в его голосе, Крыса захихикала.

— Ни-хи-хи, как раз то, что Ки-бо и другие передовые раскупили у меня первое издание, позволило мне второе раздавать бесплатно. Но не беспокойся, только первое издание идет с автографом великой Арго-сама.

— Ясно, значит есть, ради чего покупать.

Кирито решил, что эти бесплатные версии — способ Арго взять на себя ответственность как бета-тестеру. Ему хотелось поговорить с ней об этом, но они оба придерживались негласного табу: «никогда не говорить о бета-тесте». Недавнее совещание наглядно показало, как люди относятся к тестерам.

— Ладно, думаю, пора перейти к главному, — Арго хмыкнула и сменила тему.

«Наконец-то!» — Мысленно воскликнул Кирито и кивнул.

— Ну, раз я уже упомянула клиента, ты, наверно, уже догадался, что тема — опять меч Ки-бо… если ты согласишься продать его сегодня, клиент заплатит тридцать девять тысяч восемьсот золотых.

— Тридцать девять восемьсот? — Кирито чуть не поперхнулся молоком от такого заявления. — Не хочу тебя оскорбить, но это похоже на какое-то мошенничество. Этот меч просто не стоит сорок штук. В конце концов, рыночная цена базового «Закаленного Меча» около пятнадцати тысяч золотых, так ведь? Добавь еще двадцать тысяч, тогда сможешь купить все нужные материалы и усилить его на плюс шесть почти с гарантией, шанс неудачи крайне низок. Это, конечно, потребует времени, но, в общем, за тридцать пять штук можно сделать такой же меч, как у меня. Даже если ему пару раз не повезет, то он заплатит те же сорок тысяч.

— Я уже три раза сказала это клиенту! — Воскликнула Арго, разведя руками, и на ее лице было редкое для нее выражение «не понимаю».

Зато кое-что понимал Кирито. Стандартный закаленный меч, который Такаши всегда называет Романским, действительно не стоил таких денег, даже заточенный на максимальные плюс шесть. Уже на втором этаже можно будет добыть оружие получше. Та же рапира Асуны на первом этаже точится лишь до плюс четырех, последние два уровня требуют материалов со второго этажа, и при максимальной раскачке рапира будет лучше закаленного меча.

Вот только у Кирито был не Закаленный Меч, а Старый Солдатский Меч, уникальная награда за первое выполнение специального квеста. И этот старый меч будет рентабельным вплоть до третьего этажа.

Скрестив руки и откинулся на спинку дивана Кирито задумался, так что на какое-то время все проблемы вокруг ванной комнаты вылетели у него из головы. В таких вопросах он был категорически против того, чтобы платить лишнее. Однако оставлять это дело нерешенным ему не хотелось совершенно. Слишком уж настырен был этот покупатель.

— Арго, я хочу узнать имя твоего клиента за полторы тысячи золотых. Свяжись с клиентом, узнай, будет он перебивать цену или нет.

— Хорошо, — кивнула «Крыса» и, открыв свое меню, начала что-то печатать с колоссальной скоростью.

Буквально через минуту ее брови дернулись, но потом пожала плечами.

— Он не будет перебивать.

Кирито вздохнул, возможно, если бы неизвестный заломил бы цену, то он бы просто отказался и его жадность успокоилась бы, но вместо этого пришлось раскошеливаться на полторы тысячи монет, которые передал Крысе.

Небрежно взяв мешочек двумя пальцами, Арго игриво пересыпала монетки себе в рюкзак. Медленно так, чуть ли не по одной.

Кирито физически чувствовал, как внутренняя жаба давит ему на сердце.

— Все точно, — произнесла она. — Ки-бо, ты уже знаешь его имя. Это тот парень, который вышел и устроил заварушку на вчерашнем совещании.

— Неужели этот… как его там… Кибао? — На удивленный вопрос Кирито, «Крыса» кивнула.

Кибао. Человек, пытавшийся разжечь ненависть к бета-тестерам. И он хочет купить очень непростой меч за сорок тысяч золотых? Да, конечно, у него за спиной было оружие похожего типа — тоже одноручный меч. Но вчера они впервые встретились. Однако, по словам Арго, впервые Кибао предложил эту сделку неделю назад…

Как он узнал? Внешне «Старый Солдатский Меч» почти не отличим от «Закаленного Меча», разве что чуть более старый и потертый на вид. Но при этом такая настойчивость…

Сидящая на диване Арго смотрела на Кирито, пока он лихорадочно шевелил извилинами, давая ему немного времени подумать. Но раздумья затягивались, и она решила поторопить события.

— Так что, сделка с мечом отменяется?

— Да, — Разумеется Кирито не собирался продавать свой меч, ни за какую цену. Поэтому он просто кивнул, и Крыса тут же от него отстала.

— Ладно, прости, что побеспокоила. Надеюсь, что информация из путеводителя поможет в завтрашней битве.

— Ага…

— Прежде чем уйду, можно я воспользуюсь ванной комнатой? Хочу сменить наряд для скрытности в ночное время.

— Угу…

Кирито отвечал не думая, все его мысли сейчас были заняты другим. Ещё во время совещания у него было ощущение, что Кибао подозревал абсолютно всех, но на какое-то мгновение его взгляд остановился тогда на юном мечнике. Получается Кибао действительно знал Кирито, более того, он уже долгое время спамил предложениями о покупке снаряжения…

Все ещё думая о мутном мужике, который явно что-то скрывал, как маленькая часть его мозга, скорее всего спинного, подала сигнал, что Арго спросила что-то очень нехорошее. Все что он успел сделать, это поднять глаза и увидеть, как Крыса берётся за ручку двери. И это был не выход, а ванная…

В полном остолбенении он смотрел, как маленькая фигурка девушки скользнула за дверь, где была другая девушка. Три секунды абсолютной тишины, а затем дикий визг сразу на два голоса просто пробрал парня до потрохов. После чего из ванной комнаты выскочила девичья фигурка в одном нижнем белье…

В себя Кирито пришел уже на улице. Как именно он туда попал прямо из комнаты, он не помнил, но подозревал, что все же выполнил прыжок в окно на одних лишь инстинктах.

***

Мы с Саэко прекрасно проводили время в этот тихий вечер. Битвы с боссом этажа мы не боялись, Саэко так и вовсе предвкушала этот бой, как что-то невероятно занимательное. Все же согласно информации от Арго — это была здоровенная тварина почти в четыре раза выше взрослого человека. И помимо своих исполинских размеров с соответствующей силой, босс мог похвастаться в том числе и немаленькой скоростью.

Крайне сложный противник, к которому ещё и не сразу понятно, как подступиться. Лично я бы предпочел разобраться с этим здоровяком по-тихому, ядом или проклятием, но правила игры предусматривают только прямой бой на ограниченной арене.

Тупое правило, как по мне, что сильно ограничивает возможные пути развития игроков, желающих ходить в рейды, но Саэко все устраивает.

По крайней мере я так думал.

— Мы тут уже два месяца, Такаши, — с намеком на что-то произнесла Саэко, водя пальчиком по моей груди.

— М-м… — я честно задумался, что именно ей может быть нужно. На ум пришло сразу несколько вариантов, один другого глупее, поэтому я отмел их все и спросил прямо. Всегда лучше спросить прямо, а не строить догадки. — И что?

— Ты не соскучился по дому?

— А ты? — Вариант с ностальгией по дому среди моих вариантов был, и он был признан достаточно тупым, чтобы не брать его в расчет. А поди ж ты, недооценил я Саэко.

— То есть ты об этом не думал? — Она поджала губы.

— Тебе не кажется, что разговор у нас получается каким-то странным? — Выгибаю бровь.

— Потому что ты пытаешься уйти от прямого ответа? — Теперь она хмыкнула, будто весь разговор её чем-то забавлял. Однажды я привыкну к этим перепадам настроения.

— Скорее уж потому, что диалог состоит из одних лишь вопросов, — разрываю обозначенную мной проблему простым и прямым ответом. — Саэко, прошу, говори прямо, чего ты хочешь?

— Сколько ещё мы будем жить в этом мире?

— Сколько захочешь, — я начинаю поглаживать её по обнажённой спине. — Мы ничем не ограничены, цифровые тела не стареют. Мы можем бороздить виртуальное пространство сотни и тысячи лет. С другой стороны, если ты хочешь, то мы можем покинуть этот мир прямо здесь и сейчас.

— И что будет с этим миром, когда мы уйдем? — Саэко прогнулась под моей рукой и подтянулась ко мне чуть ближе, нависая надо мной лицом к лицу.

— И снова, все зависит лишь от твоего желания, — улыбаюсь. Обнаженное девичье тело манило к себе, и я начал исследовать его изгибы уже двумя руками. — Время не линейно. Отсюда домой мы можем вернуться в ту же секунду, в какую ушли или через несколько лет. Так же мы можем вернуться и сюда, в любой момент.

— Ты уже несколько раз сказал, что всё будет как захочу я, — меня поцеловали, но для начала слегка, в нижнюю губу, чтобы только сильнее раззадорить. — Но чего хочешь ты?

— Тебя, — ставлю точку в этом странном разговоре серьёзным и глубоким поцелуем.

Все было просто прекрасно, и мы уже начали выходить на второй раунд, как в дверь постучали… Кто бы это не был, я уже его ненавижу.

Саэко тут же прикрылась одеялом, я же через инвентарь экипировал штаны и пошел открывать дверь. Стоит ли мне удивляться, что за дверью меня ждала Крыса, красная как рак девушка, что при виде не совсем одетого меня покраснела ещё сильнее.

— У вас что, массовое помешательство? — Воскликнула она так, что я уверен, её слышал весь постоялый двор.

Договорить ей я не дал, за шкирку затащив в комнату.

— Чего шумишь?

— Отпусти меня… — пискнула Крыса.

— Привет, Арго, — Саэко помахала ей рукой. — О каком помешательстве речь?

— У Ки-бо в ванной была голая Асуна, вы тут вдвоём… развлекаетесь…

— Мы уже взрослые люди, имеем право, — со вздохом опускаюсь на край кровати, а Саэко обняла меня со спины. При этом, согласно моим ощущениям, одеяло с неё слетело и она прижималась ко мне совершенно обнаженной.

Люблю ее.

— Озабоченные, — буркнула Арго.

— Нам даже не стыдно, — Я только хмыкнул. — Ну, по крайней мере, мне.

Саэко только поцеловала меня в ухо. Я ведь уже говорил, что люблю ее? Никогда не устану это повторять.

Глава 16

— Так зачем ты пришла, Арго? — Спрашиваю я.

Дразнить эту язву желудка, которая сама всегда не прочь кого-нибудь поддеть, было крайне забавно, но у нас с Саэко было одно незаконченное дело. И выбирая между близостью со своей девушкой и насмешками над некой торговкой информацией я бесспорно выберу Саэко. Тут даже думать не о чем.

— Ты ведь знаешь, что народ ходил на разведку, чтобы примерно понять, что представляет из себя босс этажа?

— Я все знаю.

— Это звучит как высокомерный засранец, — Арго фыркнула.

— И любой высокомерный засранец просто проигнорировал бы твои слова, — на мгновение задумываюсь. — Хотя, если бы человек был бы не только высокомерным, но и глупым, то он бы попытался переубедить тебя и что-нибудь доказать.

— Э-м… — Саэко хихикнула. — Мне напомнить тебе, сколько раз ты пытался доказать некоторые вещи Сае или Минами-сан?

— Сам факт того, что я с ними связался, очень много говорит о моих умственных способностях. Любой здравомыслящий человек просто придушил бы обеих и не мучался.

Арго нахмурилась, не понимая, о чём я говорю. Саэко же хмыкнула, она прекрасно понимала, что возможностей для того, чтобы «придушить» у меня было множество.

— Ты у меня такой добрый, — Саэко погладила меня по волосам. — И терпеливый. И знаешь много.

— Все знаю, — поправляю её шутливо.

— Я вам не мешаю? — Фыркнула Арго.

— Мешаешь, — пожимаю плечами. — Так что там с разведкой?

— Ты ведь все знаешь.

— Читать мысли людей утомительно, — отвечаю ей максимально серьёзно. — Мало того, что думают о всяких глупостях, так ещё и делают это очень странно.

Саэко «шутку» оценила и похихикала, Арго же сделала межнациональный жесть рука-лицо.

— Так ладно, я поняла, что вы надо мной издеваетесь, — Арго убрала руку от лица и постаралась принять серьёзный вид. — Но вернемся к сути дела. Разведгруппа открыла ворота босса, чтобы посмотреть что за ними.

— И?

— Боссом является гигантский кобольд по имени «Злой Клык», вооруженный топором почти с себя размером и легким щитом. С ним так же было три кобольда-стража.

— И? — Я вздохнул. — Вся эта информация — полная лажа, но тут нет ничего, что тебе не смог бы разъяснить Кирито.

— Он занят.

— Мы тоже.

— Вы продолжите, когда я уйду, а Ки-бо сейчас прячется где-то в лесах вокруг деревни.

— Ага, — я несколько раз моргнул. — А зачем он это делает?

— Скорее всего прячется от меня или своей подружки, которую я застукала в его ванной комнате.

— Понятнее не стало, — вздыхаю. Какой был смысл в таком бегстве, если в итоге мы все равно пойдем на босса все вместе? Или он теперь в рейд не пойдет? Это было очень странно.

— К тому же мы не любим обсуждать друг с другом бета-тест, — продолжила Арго.

— Какие мы нежные, — мне оставалось только головой покачать. — Ладно, давай по быстрому разберемся и ты от меня отвалишь. Начнем с того, что босс всего два-три метра ростом. Высокий конечно, особенно на фоне мелких кобальдов, но это не то, что лично я представляю при слове «гигантский».

— Я как-то сразу того слона вспомнила, — хмыкнула Саэко.

— Да уж.

— Слон? — Арго навострила уши.

— Не обращай внимание, одно из многих общих воспоминаний, — я только махнул на неё рукой. — Второй важный момент, что стражей не трое, а двенадцать, четыре волны по три стража.

— Нужно будет предупредить об этом остальных, — торговка информацией нахмурилась.

Вообще в игре была очень странная система отображения эмоций. Работала она корректно, показывая на аватарке то, что надо, но показывала крайне гипертрофированно. Если человек был смущен, то краснел как помидор и над ним даже пар мог подниматься. Если кто-то плакал, то слезы лились просто ручьём. И все такое прочее. К тому же система улавливала даже самые незначительные эмоции и передавала их, из-за чего у всех игроков была крайне живая мимика.

Даже слишком живая.

— Пусть со времён бета-теста многое могло измениться, — продолжала Арго. — Но врядли они стали бы это менять. Да и нет у нас другой информации здесь и сейчас.

— Есть ещё кое-что, упущенное твоими разведчиками, — я только хмыкнул на её рассуждения.

Несмотря на то, что Арго замечает все мои странности, она все ещё считает, что как минимум часть из них объясняется бета-тестом. При этом я открыто и не раз отрицал своё участие в бете. Быть может это потому, что все реальные бета-тестеры точно так же отрицали и скрывали любую свою причастность к бете?

— Вторая фаза, — Арго кивнула. — При снятии трех из четырех полосок здоровья босс отбросит топор, чтобы достать из-за пояса тесак. Из медлительного бойца силового типа он станет сбалансированным противником.

— Так было в бета-тесте, — киваю. — Вот только сейчас у босса за спиной прицеплен не фальшион, а тальвар.

— Мне это мало что говорит, — Арго развела руками.

— Фальшион — это то, что ты обозначила как тесак. Тальвар же — это индийская сабля, — на мои слова торговка информации выпучила глаза, сразу всё поняв. — Средняя ширина клинка, слабый или средний изгиб клинка. В игре все тальвары имеют слабый изгиб, чтобы с ним можно было использовать приёмы для катаны.

— [Цензура], — тихо выдохнула Арго. — И когда ты собирался об этом сказать?

— Завтра на планерке перед рейдом, — пожимаю плечами.

— То есть мне не придется переписывать свой путеводитель?

— Ну если ты не дорожишь репутацией… — ухмыляюсь. — Ну я и планировал вставить этим горе разведчикам по первое число лично, но если кто-то пропесочит их до меня, то я не стану этого делать.

— Я перепишу свой путеводитель, — решительно высказалась Арго и выскочила из комнаты.

— Манипулятор, — зашептала мне на ухо Саэко, специально обжигая орган слуха горячим дыханием.

— Никакой манипуляции, чистая мотивация на результат, — улыбнувшись, я оборачиваюсь к своей обнаженной девушке. — У нас есть парочка незаконченных дел.

Как там говорилось в известной шутке: «пока ты отдыхаешь, твой враг качается»? Ну у нас получилось нечто подобное. Пока мы с Саэкой развлекались, Арго немилосердно батрачила, сначала составляя новый информационный лист босса первого этажа.

Наш с Саэко экземпляр уже ждал нас на стойке в таверне, где мы остановились.

— Оперативно крыска работает, — листаю тоненькую брошюрку, всего на восемь листов, где была и подробная карта до босса, и перечисленные мной вчера особенности, и даже некоторые приёмы мечника для топоров, кривых мечей и катан. — Смотри-ка, даже мою оговорку про катаны запомнила.

— Навык катан ведь ещё не открыт, — Саэко нахмурилась. Она очень хотела первой взять этот навык.

На её слова я только захлопнул брошюру и показал ей большую надпись на обложке: «информация с бета-теста, могут быть неточности».

— Не бойся, дорогая, никто тебя, пока, не обогнал.

— Интересное уточнение, «пока», — она хмыкнула и слегка боднула меня плечом.

— Кто знает, что может случиться в самое ближайшее время?

— А как же пророки? Разве они не способны видеть будущее?

— Фигня это все, — качаю головой. — Теория бурлящей, или кипящей, вселенной подразумевает, что на каждой развилке, на каждом выборе, рождается несколько альтернативных миров, по числу возможных решений. Поэтому вариантов «будущего» миллиарды, если не триллионы, и это при условии, что мы отбрасываем миры, что изначально слишком сильно отличаются от нашего, например где все население земли превратилось в бессмертных вампиров, что вынуждены питаться особыми кровавыми фруктами, или миры где школьники пилотируют больших человекоподобных роботов в борьбе против пришельцев.

— Боже, Такаши, — Саэко хихикнула. — Ты специально подобрал такие странные примеры?

— Я выбрал не самые безумные.

— Но в итоге ты все равно можешь просмотреть варианты будущего?

— Все сразу? Я вскипячу себе мозги в процессе. Перебирать по одному варианту за раз? Мне не хватит и ста жизней, на то, чтобы перебрать все имеющиеся, а ведь их становиться все больше с каждой секундой.

— Но? — Она улыбнулась. — Всегда ведь есть «но».

— Ничто не мешает мне найти один конкретный вариант и посмотреть путь к нему. Но вот пройти по этому пути… — качаю головой. — Это такой геморрой, что проще просто переместиться в нужный тебе вариант будущего или настоящего.

— Понятно, — она кивнула. — Мне все ещё немного дико от всех этих параллельных миров и путешествий в прошлое и будущее.

— Да уж, — обнимаю её за плечи.

Некоторое время шли молча. Я, уже в который раз, задумывался над тем, почему получил всю эту силу и все эти знания. Не то чтобы я жаловался, но как-то странно всё это. У меня по сути нет какой-то глобальной цели. Мне не к чему стремиться, не с кем бороться.

Если так подумать, что мешает мне просто всё бросить и рвануть в какой-нибудь другой мир, где бы я смог зарегистрировать пару патентов, и жить как чертов богатей?

Наверное просто потому, что я не хочу этой жизни. Не хочу сидеть весь день на жопе ровно, гоняя прислугу и предаваясь лености. Я жажду действия. Жажду побед, а не наград. Я действительно ценю знания и тягу к ним, и хочу своей рукой или рукой своих учеников вписать в Систему новые знания, а не только черпать из неё.

— О чем задумался? — Спросила меня Саэко.

— Об учениках, — говорю почти честно.

— Скорее уж об ученицах, — она фыркнула. — Ты ведь обещал обучить своим штучкам Минами-сан и Марикаву-сан.

— Я так же хотел обучить Кирито.

— А что насчет Арго? — На меня посмотрели подозрительно.

— Вообще не рассматривал. Если хочешь, можешь сама попробовать её обучать.

— Я и сама пока не волшебница.

— Хорошее уточнение, «пока», — мы посмеялись.

— Вчера ты сказал, что мы можем вернуться домой в любую секунду и точно так же вернуться назад, — когда смех стих, Саэко заговорила тихо и серьезно.

— Верно.

— Давай после битвы с боссом вернемся домой, кажется, что уже пару лет не видела никого из наших. Да и с отцом хотелось бы повидаться.

— Все будет как ты захочешь, — улыбаюсь.

— Но сюда обязательно вернемся, — она все ещё оставалась серьезной.

— Конечно, — только после моего подтверждения она вновь улыбнулась.

Рейд собрался около родника в центре деревеньки. И все как один внимательнейшим образом изучали информационные листки от Арго.

Я довольно-таки быстро нашел в толпе Кирито, что радовало. Это бегство в лес было реально странным, но кто знает, какие у него тараканы в голове. Махнув молодому парню рукой, я направился непосредственно к фонтану, чтобы поговорить с Диабелем, группа которого и ходила на разведку.

Он был не один, а с ещё одним мужчиной средних лет, так же экипированный в тяжёлый доспех и вооруженный мечом и щитом, как и сам Диабель. Оба они внимательно рассматривали информацию от Арго.

— Утро доброе, господа, — киваю им.

— Пусть этот день будет добрым, — Диабель улыбнулся. — Такаши, позволь познакомить тебя с прекрасным бойцом и надежным товарищем…

— Думаю лучше мне самому представиться, — улыбнулся его собеседник. — Иначе правила игры могут не засчитать наше знакомство. Приветствую, меня зовут Хитклифф.

— Такаши Комуро, — хмыкаю и раскланиваюсь. — Приятно познакомиться.

— Да, мне тоже, — он чуть прищуривается. — Ты успел стать по настоящему знаковым элементом всей этой игры, Комуро-кун.

— Вот как? Интересное выражение, — хмыкаю.

Мы поговорили ещё некоторое время, пока не пришла Арго и не отвела Диабеля в сторону, чтобы пропесочить горе разведчика. Все же, если бы рейд накрылся из-за недостоверной информации и второй стадии босса, то никто бы не вспомнил, что разведка вообще никакого второго оружия у босса не увидела, и обвинили бы во всем именно Арго.

Так что получил «рыцарь» от всей широты девичьей души, скорее всего даже с избытком. Мы с Хитклиффом некоторое время наблюдали за данным представлением, но вскоре разошлись по своим делам.

Лично я направился к Саэко, которая стояла рядом с Кирито и его вчерашней подружкой, Асуной. Поздоровавшись со всеми знакомыми, узнал, что они уже договорились объединиться в одну группу. Вот только все остальные были поделены на группы из шести человек, в то время как нас было всего четверо.

Поэтому наша группа должна была заниматься поддержкой. В первую очередь разобраться со стражами босса, и только когда их нет, мы могли поучаствовать в битве с боссом.

Более тупого распределения, с учётом того, что я, Саэко и Кирито считаемся одними из лучших бойцов, было сложно придумать. Я уже собирался спасти Диабеля от Арго, чтобы начать самому его песочить, как у меня появилась другая груша для битья.

— Эй! — раздался у меня за спиной голос, который никак нельзя было назвать дружелюбным, и я повернулся к его источнику. Там стоял Кибао и злобно смотрел на меня снизу верх.

— Это ты мне? — выгибаю бровь.

— Да! — он сжал кулаки. Его громкие слова привлекли к нам внимание окружающих. — Вашу группу определили в поддержку, так что лучше не мешайтесь под ногами у других.

— Ага, — я хмыкнул и положил руку на плечо этого крикуна. — А теперь, смертник, я жду объяснений, очень подробных объяснений, на тему того, что все это значит.

Чистый разум тоже может быть инструментом воздействия на разум. Разнообразные псайкеры не дадут соврать. И пусть я не старался развиваться как пси-активный человек, скорее даже чураюсь подобной силы, так как общественное бессознательное может породить поистине чудовищных демонов. Фантазия, особенно больная, безгранична. Но мы находились внутри виртуальности, где даже обычные люди с сильной волей могут нарушать правила мира.

Легчайшего усилия хватило, чтобы Кибао раскололся почти моментально.

Глава 17

— Н… награда, — система виртуальной реальности уловила страх парня и всячески демонстрировала его окружающим. Конечности Кибао било крупной дрожью, а по лицу лились крупные капли пота. — За последний удар по боссу положена награда…

Предыдущий его крик привлек достаточно внимания, поэтому это блеяние тоже разобрало достаточное количество людей. Склонив голову на бок, я чуть поигрался с конфигурациями излучения, которое мой разум проецировал в вирт-пространство. Аура ужаса — это, конечно, просто прекрасно, но мне нужно, чтобы он говорил, а не умер от сердечного приступа.

Схватив его руками за голову, не даю ему и шанса разорвать зрительный контакт. Со стороны это может походить на гипноз, и, думаю, именно так я и оправдаю происходящее, если у кого-то возникнут вопросы.

— И ты решил задвинуть одних из самых сильных бойцов в рейде в отряд поддержки, чтобы взять эту награду себе? — спрашиваю его, оскалив зубы в злой ухмылке.

— Не я… — его трясло всё сильнее, и я чувствовал, что системы виртуального шлема регистрируют нездоровый ритм сердца и скачок артериального давления. Ещё немного калибрую свои психометрики. — Не моя награда…

— Такаши-сан! — воскликнул Диабель.

— Кто сказал тебе так поступить? — силой сжимаю его череп, так что ещё немного и игровая система начнет регистрировать это как нападение.

— Прекратите! — Воскликнул Диабель и уже порывался подойти к нам, но Саэко преградила ему дорогу.

Тем временем Кибао молча поднял дрожащую руку, указывая на «рыцаря».

— Что ж, — хмыкнув я выпускаю голову скандального придурка из своей хватки. — В каком-то смысле это было даже ожидаемо. Есть что сказать, Диабель?

— Что вы тут устроили? — он нахмурился и вскинул голову.

— Значит нечего сказать, — киваю головой, придавив психической волной и его. — Значит так, мальчики и девочки, мне этот балаган решительно не нравится…

— Так ты его и начал, — тихо буркнула Арго, но её все проигнорировали.

— Сейчас у нас нет времени разбираться в этом дерьме… — сразу несколько человек поперхнулись, не совсем довольны моим выбором слов, но, к их чести, лезть с нравоучениями ко мне никто не стал. — Но это не значит, что все нужно оставить так как есть.

— И что ты предлагаешь? — выступил вперёд здоровенный негр с ником Эгиль.

— Отменять Рейд для разбирательства не будем, — осматриваю всех собравшихся. — Да и само разбирательство… я не судья и право выдвигать приговоры не имею…

— Но ты… — начал было Диабель, но был перебит мной.

— Но за этот цирк, который вы тут устроили, я могу по морде дать. И если с первого раза не дойдет, то могу и мечом дать.

— Это действительно выглядит неприятно, — согласился Кляйн. — То есть вы специально задвинули одну группу в поддержку, чтобы не дать им получить некую награду?

— Это уже странно, ведь до этого объявлялось, что каждый получит то, что ему выдаст игра и дележа добычи не будет, — кивнул один из его парней. — Но куда страннее, что все это делается молчком, в тайне от всех. Тут уже нельзя подумать ничего хорошего.

— Вот только что мы будем с этим делать? — спросил Хитклифф.

— Ничего, — фыркаю. — Как уже говорилось разводить тут самосуд нет ни времени, ни смысла. Рейд продолжается, моя группа будет в первой линии. Все, кто готов рискнуть жизнью и попытаться выбить награду последнего удара, могут записаться в первую линию добровольно. Если добровольцев не хватит, то мы доберем бойцов в первую линию при помощи жребия.

— Ты просто хочешь заграбастать эту награду себе, или дружку своему, — взвился Кибао, немного отойдя от моего воздействия. Не понимая, что с ним произошло и не чувствуя больше того ужаса, он злился на самого себя и ситуацию в целом. — Я знаю, что твой друг был бета-тестером!

Кирито от этих слов дернулся, как от удара, и многие в этот момент посмотрели на него. Хмыкнув, я ещё раз шуганул говоруна волной страха, заодно припугнул и остальных, нечего мне тут перспективного ученика прессовать.

— И откуда ты это знаешь, Кибао? — с некоторым трудом сдерживаю в себе желание сплюнуть. — Не потому ли, что ты и твой «друг» тоже участвовали в тесте и запомнили его с тех времен.

— Похоже на то, — кивнул Хитклифф. — Про награду за последний удар ничего не сказано в электронном руководстве пользователя или информации от Арго. Узнать об этом они могли только на практике, уже сражаясь с боссом этажа.

— М-да, — протянул Кляйн и сплюнул. — Чем дальше, тем дермовее все это выглядит.

— Поэтому я закрываю на этом вопрос, они идиоты, но, к счастью, никто не пострадал от этого, — я уже устал от этого клятого цирка.

— Пока не пострадал, — выделил слово «пока» Кляйн.

— Если хочешь, можешь сам дать им по морде, — пожимаю плечами. — Или что ты там предлагаешь делать?

— Эй! — всполошился Кибао. — Это самосуд!

— И ничем не отличается от того, что делали вы со своими махинациями, — хмыкнула Арго. Она понимала, что никакого суда не будет, максимум освистают придурков, но поиграть на их нервах было для неё святой обязанностью.

— Эй-эй, я не собираюсь никого бить, — Кляйн тут же поднял руки в жесте сдачи.

— Давайте тогда перестанем страдать непонятно чем, и поделимся на группы для рейда, — хлопаю в ладоши, посылая ещё одну псайкерскую волну, на этот раз с легким внушением о подчинении. — А то мы так и будем стоять и бубнить.

Поделились достаточно быстро, и как-то очень быстро оказалось, что конкретно для Диабеля и Кибао места в рейд группе не нашлось. Никто не хотел с ними связываться, по крайней мере сразу же после подобной махинации с наградами. Надо сказать, что Диабель проявил поистине рыцарское смирение, и даже попросил прощения. Кибао же был крайне возмущён и даже хотел это возмущение высказать, да только его быстро словесно запинали.

После этого Кибао развернулся и ушел, не желая иметь с нами дело. Диабель же решил всё же сопроводить ударную группу до комнаты босса. Что ж, это решение можно только похвалить, по крайней мере никаких темных мотивов от Диабеля я не чувствовал.

Кибао же просто фонтанировал негативом, и за ним нужно будет присматривать в будущем, кто знает, что он сможет выкинуть из-за банальной глупости и озлобленности.

Когда со всеми разговорами было покончено, группа рейда, наконец-то, вышла из Толбана и направилась к башне с боссом. Четыре десятка человек шагали по лиственному лесу, переговариваясь между собой.

Бесконечная болтовня, взрывы смеха то тут, то там и обсуждения произошедшего. Из леса время от времени выбегали и нападали монстры. Однако все они мгновенно падали под градом навыков мечника, которыми игроки хвастались друг перед другом.

Мы с Саэко, а также Кирито со своей подружкой и, конечно же, Арго, шли в середине группы. Официально первая линия должна беречь силы и лечилки перед битвой с боссом, на деле же девчонкам просто хотелось пообщаться между собой, мы же с Кирито просто шли рядом со своей компанией.

— А перед тем, как попасть сюда, вы играли в другие М… ММО-игры? — Спросила Асуна других девушек. — Они ведь так называются?

— Нет, — тут же отозвались Саэко. — До знакомства с Такаши я всегда была занята тренировками в кендо.

— А потом он тебя испортил, — хмыкнула Арго.

— Нет… ну, не сразу, — хихикнула моя ненаглядная, от чего я только бровь выгнул. — Мы с ним вместе попали в одну историю, там и познакомились, а потом сошлись.

— А что за история? — тут же заинтересовалась Арго.

— Это… личное, — Саэко не сразу нашлась с ответом. Как-то сложно рассказывать про зомби апокалипсис и путешествия во времени.

— Теракт в школе, — говорю заранее придуманную ложь. — Объявили эвакуацию, и мы вместе выбирались из школы.

— О-о… — протянули девушки, да и несколько парней из окружающих посмотрели на меня с большим удивлением.

— И чем же ты смог впечатлить свою женушку во время теракта, Читер, запугал террориста до мокрых штанов? — с усмешкой спросила Арго.

— Нам отрезали связь, поэтому я угнал школьный автобус, загрузил в него тех учеников и учителей, которых удалось организовать, и взял на таран школьные ворота, — говорю с легкой улыбкой. Их лица того стоили.

— Что? — на меня посмотрели с недоверием.

— Вы меня слышали.

— Бусудзима-сан, это правда? — Кирито обратился за разъяснением в высшую инстанцию, то есть к моей девушке.

— Он опустил некоторые детали, но ни словом не соврал, — Саэко хмыкнула. — Нам вообще везло на приключения.

— Угу, даже слишком, — я тоже качаю головой, хвастовство не пошло мне впрок, разговор явно направляется куда-то не туда. — И лично я играл в ММО, пусть и немного. Так что ты хотела спросить, Асуна?

— И какое ощущение от подобных прогулок в других играх? — она склонила голову и попыталась подобрать слова. — Ну, как бы это назвать… похоже на школьную прогулку.

– Ха-х, — мы с Кирито дружно хмыкнули. — «Школьная прогулка» – это, наверное, лучшее определение.

Девушки так же дружно пожали плечами. Ещё несколько человек, Кляйн и Хитклифф, например, улыбнулись подобному сравнению.

– Не могу сказать за все игры, какие есть, — начал Кирито. — Но те, в которые я играл, такого ощущения не создавали. Понимаешь, там не было технологии полного погружения. Мы управляли персонажами с помощью мыши и клавиатуры. Некоторые, конечно, активно общались в чате, но далеко не все.

– Понятно… — Асуна кивнула.

– Есть игры и с голосовыми чатами, — я хмыкнул. — Правда там такая ругань стоит, что это даже забавно.

– Забавная ругань? — Кляйн фыркнул.

— Ты просто ни разу не слышал, как писклявый школьник заявляет, что «мамку твою в кино водил», — моя ухмылка сопровождалась смехом от мужиков.

— Боже, Такаши, этому мему сто лет в обед, — Кирито покачал головой.

— Пока шутка остается забавной, её можно считать актуальной, — пожимаю плечами.

— Интересно, — задумчиво протянула Асуна. — Как бы это выглядело на самом деле?

— Что именно? — Арго закинула руки за голову.

— Ну, то есть… — подружка Кирито несколько смешалось под взглядами остальных. — Что, если бы фэнтезийный мир существовал на самом деле… И населяющие его авантюристы, мечники и маги объединились бы в отряд и пошли на бой с предводителем жутких чудовищ? О чём бы они говорили? Или, быть может, шли бы молча? Я об этом.

***

Саэко чуть отвернула голову, чтобы скрыть улыбку. «Как бы это выглядело на самом деле»… забавный вопрос. Забавный и странный, несмотря на реальную возможность умереть, для этой девочки все происходящее все ещё не «на самом деле». Опасная точка зрения, как для неё самой, так и для тех, кто сражается с ней плечом к плечу.

Но не успела Саэко хоть что-то сказать об этом, как Такаши хмыкнул, привлекая к себе всеобщее внимание.

— По дороге к смерти или славе, да? — задумчивым взглядом он окинул лесной массив, по которому они шли. — Когда люди живут так день ото дня, они либо сходят с ума, либо учатся жить со смертью за своим плечом. Кто ищет поддержку в окружающих — говорят, кто предпочитает замыкаться в себе и своих мыслях — молчат и слушают. Думаю и наши рейды на боссов будут проходить примерно также. Кто-то устанет от постоянного напряжения и не захочет больше рисковать, другие научатся жить с этим ощущением и будут говорить и слушать.

И снова на несколько мгновений все замолкли. Саэко не знала, как воспримут это другие, но перед ней, как наяву, встали картины их броска через город, охваченный живыми мертвецами и паникой ещё живых людей.

— Слышала бы тебя сейчас Минами-сан, Такаши, — хмыкнула Саэко. — Ведь все те дискуссии, которые ты проводил, все ваши споры, оказались всего лишь твоей попыткой найти поддержку в других людях, когда тебе страшно и тяжело.

— Она всегда об этом знала, — Такаши только хмыкнул. — И её дермовое чувство юмора, было точно таким же способом справиться со стрессом и страхом, как и моя болтовня. Это нормально.

— Мы вас не смущаем? — влезла в их разговор Арго. — Или вы хотите ещё немного поговорить о чём-то своём?

— Как только вам надоест подслушивать, мы продолжим этот разговор, — Такаши покосился на торговку информации взглядом, который Сая, в своё время, назвала «собачьим».

— Простите, — Саэко лишь улыбнулась и чуть толкнула своего парня плечом. — И Такаши, пожалуйста, прекрати запугивать окружающих.

— Запугивал я Кибао, а на Крысу я просто смотрю.

— Кстати об этом… — Арго не могла упустить шанс узнать что-то новое.

— Ты правда думаешь, что это «кстати»? — от Такаши вновь повеяло той потусторонней жутью, правда не так сильно, как в случае с Кибао, но все ещё достаточно ясно чувствуется.

— Пожалуй… нет, — по крайней мере раньше Арго была уверена, что не может упустить, интересную информацию, но она была умной девочкой и быстро сменила своё мнение.

***

До башни донжона мы дошли в одиннадцать, разборки перед выходом почти не повлияли на запланированный график. Последний этаж башни мы прошли только в половине первого. Полтора часа на подземелье, настоящее безумие для нормальной игры, но в целом не самый плохой вариант для SAO. У нас была карта, нас было много, и мы продвигались по лабиринту этаж за этажом, в хорошем, почти в ускоренном темпе.

Пока никто не погиб, и это действительно радовало. Дело в том, что для большей части собравшихся игроков этот поход — первая в жизни вылазка в составе рейдовой группы. Новичкам, конечно, везёт, но опасные походы вдвойне опасны в первый раз.

Трижды потерь удалось избежать чуть ли не чудом, когда бойцы с длинными копьями и алебардами попадали в засады выпрыгивающих из ответвлений коридоров кобольдов с коротким оружием.

В SAO случайные удары по другим игрокам во время потасовок не наносят урона и дружественного огня не было, однако другие игроки считаются препятствием — обычные атаки и навыки мечника немедленно прерываются, если наталкиваются на них и атаковать через спины товарищей не было возможности.

Без реальной привычки сражаться в замкнутых пространствах, которую нельзя заменить никаким системным навыком, мы могли бы потерять несколько людей. Благо, что среди нас хватало людей, что уже долгое время сражались с монстрами, в том числе и во время исследований донжонов первого этажа.

В одном из закутков лабиринта, на последнем этаже башни, мы увидели их, огромные двустворчатые ворота. Створки в четыре моих роста из цельного камня украшали барельефы с оскаленными собачьими пастями.

— Внутрь смогут войти только тридцать шесть человек, — тихо заметил Диабель.

Во время подъёма к воротам он показал себя лучшим образом, как боец и как командный игрок. Так что несмотря на некоторый осадок от их мутной махинации, в целом можно допустить, что однажды он сможет обелить своё имя и вновь стать рукопожатным участником рейда.

— Приготовьтесь к бою! — я не стал сдерживать голос, и он эхом отозвался по каменным коридорам донжона. — Следите за тем, что происходит вокруг вас и будьте готовы прийти на помощь товарищам.

— Да! — одобрительно высказались несколько человек разом, потрясая оружием.

Говорить что-либо ещё было просто бессмысленно, как и оттягивать неизбежное, поэтому я просто толкнул огромные ворота, которые и не каждым тараном, по идее, взять можно, но которые удивительно легко поддаются моему толчку.

Иногда игровые условности слишком условны.

Длинное прямоугольное помещение было метров двадцать в ширину и не меньше ста в длину, если судить по одному сверкающему глазу, смотрящему на нас из глубин зала. Весь лабиринт донжона был полностью картирован, за исключением этой комнаты. Благодаря белому пятну на карте и знанию площади этажа, я примерно представлял себе размер зала, но он почему-то был метров на тридцать или сорок длиннее, чем должен был быть.

Ловушка или злая шутка разработчика. Хотя, быть может, и то, и другое разом.

Согласно руководству в залах боссов Айнкрада двери не запираются даже после начала боя. Поэтому, когда в воздухе начинает пахнуть жареным, можно не доводить до гибели рейд-группы, а выбежать из комнаты. Однако нет глупости большей, чем повернуться к вооруженному врагу спиной.

Поэтому отряд должен будет идти спиной вперёд, отбиваясь на ходу, при таком раскладе каждый метр будет оплачен лужей крови и пота, а то и жизнями бойцов.

Пока я предавался размышлениям, в почти кромешной тьме комнаты зажглись два грубо сделанных факела на боковых стенах. Затем ещё пара, и ещё одна. Огней, ведущих от входа вглубь комнаты, становилось всё больше. Чем светлее становилось в зале, тем лучше были видны детали. Трещины в каменном полу и стенах. Бесчисленные черепа, подвешенные в качестве украшений. В самой глубине — огромный, грубо собранный трон, на котором сидел обладатель сверкающего глаза.

— Даже интересно, как, по мнению дизайнеров, этот несуразный анекдот должен не то что сражаться, а хотя бы просто жить? — комментирую внешний вид босса.

Под три метра ростом, большая часть этой длины приходилась на туловище. Огромное, с широкой грудной клеткой и солидным брюшком, прикрытым круглым куском металла, похожим на щит, это туловище было посажено на пару коротких кривых ног. Тело покрыто пепельно-синей шерстью. Один глаз слепой, другой — горящий красным светом. В правой руке босс держал выточенный из кости топор, в левой — небольшой, обтянутый кожей щит-баклер. С пояса свисала сабля метра полтора длиной.

— Опять справляешься со страхом при помощи болтовни? — с кривой улыбкой спросил Кляйн.

— Нет, удивляюсь чужому идиотизму, — крутанув меч, я делаю первый, осторожный шаг вперед. — Не парься, это привычное для меня состояние.

— Так чего же мы ждем? — спросил меня Эгиль, нервно сжимая в руках секиру.

— Пока мы не войдем в зону агрессии босса, он не сдвинется с места, — поясняю все так же медленно шагая по залу. — Поэтому вместо того, чтобы кидаться вперед сломя голову, мы можем сгруппироваться и подойти к нему в боевом порядке, а не разрозненной толпой.

— Логично, — кивнул Хитклифф.

Хитклифф возглавлял первую группу, которая шла в середине первого ряда. Вторая группа была вооружена тяжелым оружием, туда входил Эгиль и один из парней Кляйна, вооруженный двуручным молотом. Вторая группа шла чуть позади и слева от первой группы. Моя группа, третья, шла так же чуть позади первых двух, и справа от первой группы. Так была построена наша первая линия.

Хитклифф вел в бой классических танков, в броне и с приёмами привлечения внимания противника. В группе Эгиля были бойцы способные ударить сильно в лоб, моя группа должна была «танцевать» вокруг босса, выцеливать слабые места, и атаковать его со спины и с фланга.

Группы четыре и пять, были вооружены алебардами и копьями, их задачей была поддержка, если удастся, то будут атаковать поверх голов первого ряда, если нет, то случись что они должны были просто воткнуть в босса своё оружие и пытаться сдерживать его как можно дольше, выигрывая время первой линии на лечение и перегруппировку. Последняя, шестая группа, как и планировалось, будет занята гвардией босса.

План простой и более или менее надежный, как можно было бы подумать. Вот только пока ещё ни один план не выдержал столкновение с реальностью.

Когда мы пересекли примерно половину зала, босс перестал просто скалиться и перехватив оружие поудобнее, сделал могучий прыжок прямо в центр первого отряда, атаковав Хитклиффа. Мужчина достойно встретил атаку, приняв её на щит, но вот только этот прыжок был навыком мечника, и помимо урона по предводителю группы, он волной малинового света раскидал всю группу в стороны.

— Твою мать! — воскликнуло сразу несколько человек.

— Держаться плана! — командую, тут же кидаясь на помощь Хитклиффу, который с трудом держался под тяжестью костяного топора. — Свяжите урода копьями! Агр мой! Жду обмен!

Короткие команды сопровождались хлесткими ударами по колену, и локтевому суставу, что выбили два критических попадания подряд и обеспечили мне тот самый «агр». Алгоритмы монстра посчитали меня наиболее опасным противником и уже через секунду я уклоняюсь от размашистого удара топором.

Что ж, бой официально начался. Хреново, но начался.

Первая группа смогла достаточно быстро подняться на ноги и Хитклифф организовал их и объявил:

— Обмен!

Я тут же перестаю атаковать босса и только защищаюсь, позволяя первой группе перетянуть агро на себя. В это время все остальные группы, кроме шестой, занятой подтанцовкой босса, стояли и ждали команды на атаку, и команда не заставила себя долго ждать.

— Босс наш!

Ситуация выровнялась и мы, наконец-то, начали бой на наших условиях, постепенно снимая здоровье боссу. У «Короля Кобольдов» было четыре полосы здоровья и при снятии первой и второй полосы, босс только призывал новую пачку гвардии, которую тут же разбирала шестая группа.

Все изменилось после снятия третьей полосы. Босс выбросил топор и щит и схватился за саблю-тальвар.

— Вторая фаза!

Глава 18

— В оборону! — командую. Пока босс меняет оружие, атаковать его бесполезно, работает системное бессмертие, так что у нас было время на перегруппировку.

— Все назад! — крикнул Кирито. — Круговая атака!

После того, как был вскрыт его статус бета-тестера он перестал сдерживаться и скрываться, тем самым, вполне возможно, спасая жизни своих товарищей. Лишь на треть изъятый из ножен тальвар налился сиреневым цветом и низко загудел. Вторая фаза началась с приёма мечника, в виде кругового удара с вращением тела.

Красиво, но бестолково, вот Саэко даже поморщилась от такого непотребства.

Вспыхнули шесть фиолетовых спецэффектов, круговое движение сопровождалось отдельными всплесками, похожими на волны или лепестки, что ещё сильнее увеличивало площадь покрытия и так не маленькой атаки, которая все же задела группу Хитклиффа.

И после такого они уверяют, что в игре нет магии? По моему это самое настоящее волшебство, по другому и не назвать.

Шестеро игроков упали на пол, их здоровье просело примерно на половину, а над головами закружились жёлтые огоньки. Стан — временное оглушение, не дающее ничего делать. В SAO десятки разновидностей отрицательных эффектов, но среди них нет ничего хуже слепоты и разнообразных параличей. И те, и другие длятся не более десяти секунд, по крайней мере на начальных уровнях, но начинают действовать немедленно, и вылечиться от них невозможно. Обычно, когда оглушает бойцов на передовой, товарищи по команде берут врага на себя, но тут есть небольшой нюанс. Босс это вам не рядовой враг, вот так просто подбежать к нему и начать ковырять, перетягивая на себя Агро, было не самым умным поступком.

Надо ли говорить, что именно эту глупость, то есть нападение на босса со скоростным оружием, когда у тебя под ногами барахтается команда оглушенных танков, я и совершил.

Никто больше не бросился им на помощь. В течение боя все чувствовали, что дело идёт к лёгкой победе, всё шло по плану, а тут, вдруг, и такой облом, целую команду опрокинули одним ударом. Этого хватило, чтобы все рейдеры застыли как вкопанные.

После атаки босса он сам, на несколько долгих мгновений застыл, открываясь для контратаки. Вгоняя остриё меча в предполагаемое местоположение печени я ещё успел подумать, что его стан после применения приёма мечника ощутимо длинее, чем у игроков и открывает очень уж удобное окно для атаки.

Это была последняя отвлеченная мысль, перед тем, как начался наш смертельный танец. Удар, который гарантированно бы вызвал фатальное кровотечение в реальном мире, в игре даже критического урона не выбил, что было несколько обидно. Босс же орудовал тальваром с приличной скоростью, но делал это предельно топорно и однообразно. Тайминг ударов был предельно очевиден и прост и мне не составляло труда отводить эти удары.

И все это, лишь иногда, разбавлялось навыками мечника, на которых он таки смог меня подловить. Теперь уже объятый алым цветом клинок, был направлен снизу вверх и обладал такой чудовищной силой, что мне не удалось мягко отвести удар и пришлось брать его на жесткий блок, что тоже не особо мне помогло.

***

Стоило ли Саэко привыкнуть к зрелищу как Такаши получает травмы рук? Такая, совершенно глупая и неуместная мысль пришла ей в голову, когда её парень перехватил меч двумя руками, стараясь увести в сторону крайне неудобный удар снизу вверх, который расколол его оружие. В итоге все закончилось отрубленными руками, правая рука лишилась только кисти, а левая была отрублена почти по локоть.

Это событие послужило для нее командой к действию и она кинулась на помощь к своему парню. А там и группа защитников, которых все, почему-то, именовали танками, подтянулась.

— Агро на меня! — воскликнул Хитклифф, и Саэко пришлось отступить, нанеся главному монстру подземелья всего один косой удар, должный подрезать сухожилия на ноге, но игровым условностям было наплевать на ее опыт нарезания противника на сашими.

Так что у Саэко было ещё немного времени, пока «танки» перетягивали на себя внимание монстра, а Такаши, оставшись без рук уворачивался от размашистых атак саблей и пытался чего-то добиться от окошка инвентаря.

«Перетягивание Агро» затянулось, что заставило девушку ещё раз задаться вопросом, почему «танки», в ее представлении танк — это прежде всего подавляющая боевая мощь, а только потом куча брони. Тут же толщина доспехов и длина полоски здоровья была явно в приоритете, а привлекают внимание босса они не уроном, а специальными навыками, вроде «Воя», что повышает Агро.

— Что он творит?! — воскликнул Кирито, когда Такаши все же извлёк из инвентаря запасное оружие, которое тут же подхватил зубами и тут же вступил в жёсткий клинч с боссом, давая дополнительную возможность для Хитклиффа привлечь внимание монстра.

Меч в зубах Такаши искрил и явно терял прочность, но босс оказался достаточно тупым, чтобы продолжать это противостояние до тех пор, пока Хитклифф и его ребята не нанесли достаточно урона, чтобы перетянуть внимание на себя. Давая возможность раненому Такаши, наконец-то перевести дух, а Саэко смогла вступить в бой.

Чувствуя проступающий оскал на лице, она рванула за спину боссу и от души располосовала цифровую плоть. Другие игроки тоже приободрились, а Кирито даже проявил командные нотки, скомандовал:

— Не замыкайте круг, босс не будет использовать круговую атаку, если его не окружить!

«Какое своевременное предупреждение», — саркастично подумала Саэко, перемещаясь из-за спины монстра в переднюю его полусферу, стараясь держаться по правую руку босса, чтобы иметь контроль над его оружием.

Вот только избежав круговой атаки, рейд нашел себе другую проблему. В целом мечница даже признавала это логичным, было бы странно, если бы у босса была только одна сильная сторона, которая нивелировалась бы таким простым действием, не замыкать круг вокруг него и всё.

Босс отвел левую руку, с щитом, в сторону, а правую занес над плечом, направив лезвие сабли назад. Саэко узнала эту стойку, она активирует один из самых первых приёмов мечника для изогнутого оружия.

— Босс готовится к рывку! — стойку узнала не только Саэко.

— Держаться! — командует Хитклифф, сам не двигаясь с места и выжидая, пока войдет в стадию, в которой уже невозможно будет изменить направление рывка. — В рассыпную по моей команде!

Саэко ринулась в сторону сразу же, так как его команда касалась только игроков находящихся в верху списка агро. Хорошо, что игроки были предупреждены о смене оружия босса, и применение этого навыка и тактику действия в этом случае обговаривали особенно. Поэтому все, кроме группы танков ушли с траектории рывка сразу же, защитники же стояли до последнего.

— Сейчас! — ещё одна команда от Хитклиффа и рыцари тут же бросились в рассыпную.

Рывок монстра был быстрым, что даже странно смотрелось на этой туше, но это уже ничего не значило, их тактика сработала и, если никто не налажает, будет работать и дальше. «Если не налажают» — это ключевая фраза.

Такаши был временно выведен из строя. Он, конечно, доказал, что способен сражаться и без рук, с мечом в зубах, но лучше он будет бутылек с исцеляющим зельем во рту держать. Что и вывело его из строя. Лечилки, которые можно купить на первом уровне работали очень медленно, восстанавливая буквально по капле здоровья. Будь у него хотя бы одна рука на месте и он, скорее всего, посасывал бы лечилки прямо в бою, но так, приходилось отсиживаться в стороне и только пинками разгонять решивших напасть на него миньонов.

В какой-то момент, Саэко даже успела заметить как он изобразил идеальный вертикальный шпагат, подбрасывая нападающего кобальда-гвардейца вверх и в сторону группы поддержки. Позер.

От последней шкалы босса осталось меньше трети. Наконец-то она покраснела и Саэко уже предвкушала победу. Именно в этот момент они допустили ошибку. Желая побыстрее закончить этот бой игроки постарались по максимум обступить босса, оставляя лишь небольшой просвет в его окружении и в принципе это работало. Пока в запале битвы круг не замкнулся.

— В рассыпную, живо! — первым сориентировался Кирито и все же опоздал буквально на секунду.

Монстр понял, что его окружили, и издал оглушительный рёв. Он резко пригнулся, опустив саблю до самой земли, готовясь вновь применить круговую атаку. Времени на бегство не было, и крик Кирито сослужил очень плохую службу, многие не думая бросились наутёк, подставляя под удар босса ничем не защищённые спины. Сама Саэко подняла катану так, чтобы поймать удар босса у основания клинка, в месте наибольшей крепости клинка.

Вот только удара не последовало.

Сияние готовящегося навыка мечника прервалось, а монстр застыл в системном параличе, от сорвавшегося приёма. Саэко очень быстро нашла причину срыва, в шее монстра торчала рукоять меча, брошенного чьей-то меткой рукой… или без рук.

— Отставить бегство, контратакуйте! — Крикнул Такаши, призывая всех добить раненого монстра.

В принципе, тогда и можно было сказать, что они выиграли. Больше, наученные неприятным опытом, игроки не позволяли себе грубых ошибок и достаточно быстро добили босса.

Полоска здоровья опустела и волкоподобная тварь завалилась назад, протяжно воя. По его телу пробежали бесчисленные трещины. Руки обмякли, сабля упала на пол. Миг — и Иллфэнг, как гласила надпись над его головой, разлетелся на сверкающие серебром осколки. Неожиданный порыв ветра заставил Саэко отшатнуться, а перед глазами вспыхнула фиолетовая надпись системного объявления: «You got the Last Attack!».

Свет настенных факелов из тёмно-оранжевого тут же стал ярко-жёлтый. Полумрак зала развеялся, откуда-то подул свежий ветерок, почти сразу же сменяя тяжёлую духоту зала. Какое-то время все молчат, пока тишину не разбивает самый беспардонный человек из всех знакомых Саэко.

— Ну что ж, это было сложно, но вы смогли, — хмыкнул Такаши, подходя к ней. — Я бы вам похлопал, но руки отрастут только через полчаса.

— Ты в своём репертуаре, — хмыкнула Саэко и указала на надпись перед собой. — Что это?

— Ты нанесла последний удар по боссу, а значит получишь особую награду, — он пожал плечами. — Именно ради этой фигни Диабель и Кибао затеяли свою авантюру.

— Я бы не назвал «фигней» предмет, что будет давать солидное преимущество ближайшие этажей пять, — чуть натянуто улыбнулся Кирито.

— Не важно насколько ты силен, Кирито, пострадать и даже умереть можно от любого пустяка, — для наглядности Такаши помахал обрубками рук, место среза которых сияло ярким красным цветом. — Хотя иногда я думаю, что это сама вселенная бьёт меня по рукам.

— Эм? — Кирито не понял, что Такаши имеет в виду, в отличии от Саэко. Это было не так давно, чтобы забыть все похожие случаи.

— Я неплохой ремесленник, — заметил Такаши, на что Саэко только фыркнула. — И в прямом бою мне частенько не везет, иногда даже фатально.

— У всех есть удачные и неудачные дни, — Кирито пожал плечами.

— Мне однажды прострелили руку, так что была раздроблена кость, — хмыкнул Такаши. — В другой раз я сломал себе пальцы и обжег ладонь. Это одни из самых значимых случаев, но даже при простой охоте на монстров частенько что-нибудь случается. Благо, что со всякой мелочью мне удаётся избежать проблем.

— Ты забыл про третий раз, — Саэко нахмурилась, напоминая своему парню, как безумный бог почти отрубил ему руку.

— Третий раз? — Кирито непонимающе переспросил, но тут же оборвал себя. — Подождите, в тебя стреляли?

— В кого стреляли? — спросила подошедшая Арго, как и прочие участники рейда, что не смогли выйти на бой с боссом, после смерти монстра она спешным шагом сблизилась со своими знакомыми.

— В меня пару раз стреляли, — Такаши просто кивнул, будто говорил о чем-то совершенно незначительном. Саэко же только после вопроса Арго обратила внимание, что многие члены рейда прислушиваются к их словам. — И третий раз, когда я серьезно повредил руки я предпочту оставить в секрете.

— Это просто безумие какое-то, — Кирито покачал головой и многие игроки его поддержали.

— Нужно активировать врата телепортации на втором этаже, — Такаши перевел тему и напомнил всем, для чего они тут собрались.

— Точно, — Кирито быстро переключился, и даже кивнул Такаши, как бы показывая, что понял маневр их товарища и командира, и поддержал его. — От выхода из подземелья до главного города нужно идти по открытой местности. Поэтому не время расслабляться, рейд ещё не окончен.

Хмыкнув, Такаши широкими шагами обошёл трон и открыл дверь ко Второму уровню. Отсутствие обеих рук, кажется ему совсем не мешало, зато это вызвало некоторое волнение среди игроков, они быстро нагнали Такаши и обступили его, будто охраняя раненного товарища. И хотя монстров нигде не было видно, по крайней мере пока, данный жест был по своему мил и трогателен.

Узкая винтовая лестница, затем ещё одна дверь и вот, она на втором этаже. Перед рейдом открылся потрясающий пейзаж, примерно середина крутого склона, небольшая терраса впереди, слева от которой начиналась лестница вдоль склона. И огромное плато, которое было видно, как на ладони, можно было даже увидеть поселения, обнесенные стенами углубления в плато. Местные города росли вниз, а не вверх.

— Красиво, — заметило сразу несколько человек.

Они все, как по команде замерли, любуясь видом, правда быстро вспомнили о безопасности. У самого подножья склона паслось несколько здоровенных быков, и что-то подсказывало Саэко, что это были монстры, а не обычная декорация.

Все были настороже, да и потрепал всех босс хорошо, но недостаточно, чтобы испытывать серьезные проблемы с новыми монстрами. Так что до главного города второго этажа они добрались менее чем за полчаса. А там осталось только прикоснуться к порталу, да поучаствовать в празднестве по поводу взятия первого этажа.

Два месяца спустя, они все же сделали первый шаг к освобождению.

Все это прошло для Саэко почти фоном, она ждала, когда сможет вернуться домой, спустя столь долгое время. Все же Такаши обещал ей, и не верить ему причин не было. Поэтому мечница скорее просто присутствовала на празднике, чем участвовала в нем.

С другой стороны, сам Такаши, кажется, вообще не спешил уходить в родной мир. Он спокойно общался, пил и ел. Саэко тешила себя мыслью, что знает своего парня достаточно хорошо, чтобы видеть отсутствие какой-либо радости от праздника или потребности в компании, но при этом и какого-либо дискомфорта от происходящего он не испытывал. И это казалось девушке несколько странным.

Сама она чувствовала себя не очень уютно, зная, что им ничего не угрожает, тогда как остальные рискуют жизнью в этой странной игре. Хотя, чего ещё ждать от человека, что однажды признался, будто знает как стать богом?

«Интересно, он вообще считает обычных людей себе ровней?» — спросила сама себя помрачневшая девушка.

— Саэко? — тут же повернулся к ней Такаши.

«Мысли читает?» — спросила она себя, с удивлением выгнув бровь, на что Такаши лишь повторил её жест.

— Все хорошо? — спросил он, поднимаясь из-за стола и вызывая несколько удивленных взглядов от людей, с которыми до сих пор общался.

— Я устала, — Саэко соврала, слегка улыбнувшившись.

На это Такаши только кивнул и, попрощавшись со всеми, под ручку повел её на выход. В трактире, где все происходило он не сказал больше ни слова, как и по пути от него до ближайшего постоялого двора. Саэко даже удивилась такой его молчаливости, но все прояснилось, когда они зашли в арендованную комнату для ночлега.

— Настырная Крыса, — хмыкнул Такаши, и пояснил, видя удивление своей девушки. — От самого трактира нас вела, и держала в пределах навыка подслушивания. Твоё необычно мрачное состояние было слишком заметным, пусть отговорка про усталость и была достаточно убедительна.

— Да? — Саэко повела плечом, в то время как Такаши подошел к ней вплотную, аккуратно подталкивая в сторону кровати. Такому настойчивому предложению даже хотелось поддаться. — А мне даже подумалось, что ты читаешь мои мысли.

Такаши сначала удивленно моргнул, но потом усмехнулся, поцеловав её в уголок губ.

— Я как-то говорил, что разум человека, это не открытая книга, где мысли напечатаны прямым текстом, — его слова действительно напомнили ей подобный случай. Вроде бы тогда он предлагал воздействовать на разум Саи. — Люди мыслят образами и ассоциациями. И чтобы понять там хоть что-то, нужно буквально прожить жизнь человека, распутав весь хитрый клубок его мышления с самых основ, с младенчества.

— И все же… — Саэко не верила, что все так однозначно и просто. В конце концов, тогда он упоминал, что и вмешательство в чужой разум, это слишком сложно, и все же предложил способ заблокировать часть воспоминаний у Такаги.

— И все же чувства являются более простой материей, — он кивнул, не скрывая, что в теме есть подводные камни. — И я чувствую чужие эмоции, особенно когда они направлены на меня.

— Понятно, — Саэко просто кивнула.

— Хочешь об этом говорить?

— А ты?

— Конечно, — ответил он серьезно. — Меня очень обеспокоило твоё состояние.

— М-м… — Саэко кивнула. — Хочу домой.

— Пора просыпаться, — он провел рукой перед её лицом и мир будто поплыл. — Мир больше, чем ты его видишь, охвати его весь…

Возвращение в родной мир не было похоже на приход в этот. Если тогда она действительно будто заснула и погрузилась в сон, то теперь, разум Саэко будто на мгновение прояснился. Мир стал будто проще и в тоже время больше. И, что особенно удивительно, это чувство не пропало даже когда она осознала себя стоящей на улице реального мира, откуда и началось их путешествие.

— Тебе лучше? — Такаши так же стоял рядом.

— Да, хотя есть странное чувство.

— У тебя появилось полноценное отражение в ином мире, с которым ты сейчас настраиваешь связь. Пока это только отголоски, но со временем может даже удастся вытянуть из того мира несколько интересных способностей, связанных с виртуальностью. Ну и твоё тело точно начнет однажды переходить на полуэнергетическое существование, все же наши отражения не материальны, а состоят из чистой информации.

— И чем это грозит? — Саэко не на шутку заинтересовалась перспективами.

— Тело станет быстрее и сильнее, будет медленнее стареть, а при высокой концентрации энергии вообще возможна вечная молодость, — Такаши задумался. — Болеть будешь меньше, навредить тебе будет тяжелее. Ну и так ещё по мелочи. В общем весьма полезное приобретение, которое мы можем получить, если связь с отражением достаточно укрепится.

— Знаешь, Такаши, мне просто интересно, — Саэко все же решила задать неожиданно возникший вопрос. — Разве с высоты твоих возможностей обычные люди не начинают казаться чем-то незначительным?

Этот вопрос заставил Такаши задуматься, но буквально на несколько секунд, прежде чем он дал твердый ответ.

— Нет. Чувство собственного величия вообще редко связано с реальными возможностями, скорее уж это следствие глубокого комплекса неполноценности, когда разумный начинает всячески утверждаться за счет других.

— И все же… — начала Саэко и не смогла продолжить.

— И все же, — повторил он за ней, усмехнувшись. Они повторялись. — Я человек, Саэко, и прекрасно осознаю, что со мной будет, если я вдруг «возвышусь над всеми» и останусь совершенно один.

«Знает? Пробовал что ли?» — вокруг Такаши ходило уже столько теорий и домыслов, что все его знакомые уже и не уверены, что знают про него хоть что-нибудь.

— Да и интересно бывает общаться с некоторыми людьми, — хмыкнул он. — Взять того же Хитклиффа, он как минимум очень начитанный, да и намеки умеет делать.

— Намеки? — Саэко не помнила, чтобы глава танков хоть как-то играл словами или интонациями.

— Имя Хитклифф принадлежит главному герою романа «Грозовой Перевал». С одной стороны Хитклиффа можно рассматривать как типичную жертву психологически тяжелого детства, всепоглощающие страсти которого разрушают его самого и людей вокруг. С другой стороны Хитклифф — это хрестоматийный пример байронического героя. Он превосходит окружающих умом и образованностью, он загадочен и харизматичен, настоящая медовая ловушка для женщин. Он ставит себя вне общества и закона, взирает на общественные порядки с высокомерием и цинизмом. Презрение к правилам общества иногда доводит его до преступлений. Ну и конечно же есть темная сторона, в виде скрываемого неблаговидного прошлого.

«Он сам-то понял, кого сейчас описывает?» — спросила сама себя мысленно Саэко, в некотором шоке уставившись на Такаши.

— Кого-то мне это напоминает, — заметила она с кривой улыбкой.

— Грозовой Перевал был крайне популярной книгой и по его мотивам появилось немало произведений. Да и байронический герой, подобный Хитклиффу тоже мелькал много где, — Такаши пожал плечами.

«Значит не понимает», — заключила Саэко, качая головой. — «Надо будет поискать в библиотеке этот «Грозовой Перевал», может что интересное о характере Такаши узнаю».

Глава 19

Уже по пути домой я обнаружил, что моё отражение куда-то исчезло. Это было не то, чтобы страшно или плохо, но и ничего хорошего в этом не было. Отражение и Тень играют очень важную роль в жизни человека, особенно колдуна, и их потеря может быть весьма неприятна.

Долго гадать, куда делась частичка моей сущности не пришлось, я почти сразу же достал телефон и набрал номер Саэко.

— Такаши? — удивленно спросила она. — Мы же только недавно разошлись. Что-то произошло?

— Можно сказать и так, — хмыкаю. — У тебя есть какая-нибудь отражающая поверхность рядом?

— Я могу попытаться уловить что-нибудь в окне монорельса.

— Хорошо. Присмотрись, пожалуйста, там моего отражения нигде не видно?

— Это немного ст… — начала было она, но тут же оборвала собственную фразу на полуслове. — Такаши, твоё отражение сейчас занимается сексом с моим прямо в вагоне.

— О как… — было неловко. — Ну будем считать, что я очень соскучился.

— Это не смешно, Такаши, — зашипела она в трубку. — А если это кто-нибудь увидит?

— Не так много людей способны видеть тайные знаки, поэтому не надо так волноваться, — пытаюсь успокоить её. — Я заберу своё отражение завтра в школе, а пока пусть побудет у тебя, это даже полезно.

— И чем это может быть полезно? — зашипела она в трубку. — Я теперь смогу смотреть порно весь день напролет?

— Вряд ли они будут заниматься этим сутки напролет, все же это наши отражения, а не просто фантомы, — мягко напоминаю ей, что несмотря на активную половую жизнь, мы не скатывались в совсем уж безумные оргии. — Отражение же очень полезно тем, что будет защищать тебя от разнообразных воздействий. Все же зеркала не просто так используются во многих мистицизмах.

— Хорошо, — вздохнула Саэко. — А как тогда ты без своего отражения?

— Нормально, неудобство на уровне сломанной руки.

— Тебе больно? — в её голосе сквозило беспокойство.

— Нет, я имею в виду, что это состояние неприятно и несколько мне мешает, но ничего смертельного или непоправимого тут нет, — успокаиваю это приятное, но совершенно излишнее беспокойство. — Просто подержи его до завтра, и постарайся не попадаться на глаза людям, способным видеть невидимое.

— Будто я способна видеть таких людей.

На этом разговор и закончился. Интуиция говорила мне, что все сложится не так радужно, как я только что описал Саэко, поэтому я достал из карманного измерения четки, которые начал перебирать, шепча мантры из тибетского буддизма. Мантра Феникса должна была в достаточной степени укрепить моё физическое и тонкое тело, чтобы встретить большую часть неизвестных опасностей.

Вот только никто так и не напал на меня.

***

Тем временем Ма Рэнка, с крайне покрасневшим лицом держала пудреницу так, чтобы видеть в зеркальце отражение одной из пассажирок монорельса. Рэнка, конечно, слышала, что среди мистиков бывает всякое, но такое она видела впервые. Явно смущенная и покрасневшая девушка сидела совершенно одна, а в это время её полураздетое отражение вытворяло всякое с каким-то непонятным парнем.

Это что, какой-то извращенно извращенский демон? Слишком уж молодо он выглядит для серьезного мага. Да и такое воздействие, через отражение, больше похоже на какого-нибудь духа, а не мистика.

Размышления гордой дочери семейства Ма были прерваны взглядом видимого-только-в зеркале-парня, что не отрывался от своих непотребных занятий посмотрел точно в её сторону. Рэнка тут же с громким хлопком захлопнула пудреницу, и встала со своего места.

Оставаться в одном поезде с этим темным духом просто опасно. Пусть Рэнка уже перешла от обычных упражнений к контролю внутренних энергий, раньше она всегда отдавала предпочтение усилению себя, а не взаимодействию с духами. Как-то не предполагалось, что она может вот так вот просто встретить на улице извращенного темного духа.

Рэнка почти обрадовалась, когда машинерия объявила прибытие монорельса на очередную станцию, как их вагон въехал под навес станции и в стекле можно было достаточно легко разобрать стоящего за её спиной парня, что застегивал ширинку на штанах.

— Мамочка, — пискнула юная китайская волшебница, когда неизвестный темный дух за её спиной закончил одеваться и достал откуда-то жуткого вида кинжал.

***

Предчувствие не обмануло меня, действительно произошло нечто крайне неприятное, вот только это было не нападение. Уже на подходе к дому меня застал звонок от Саэко. И я был уверен, в чем именно была проблема.

— Что он ещё начал вытворять? — спрашиваю у неё вместо приветствия.

— Твоё отражение поматросило моё и бросило, — с некоторой обидой заявила она. — После чего покинул вагон в районе Сибуя.

— Ну да, где бы ему ещё выходить, — вздохнув, зажимаю чётки в кулаке.

Сибуя и сам по себе был довольно густонаселенным районом Токио, так ещё и вдобавок это был центр моды и отдыха молодежи в городе. И днем, и ночью в Сибуя толкается куча народу, сотни тысяч приходят и уходят, найти там своё отражение будет… проблематично.

— Я бы назвал его придурком, но это буквально часть меня, — вздыхаю в трубку, прежде чем вспомнить об еще одной потенциальной проблеме. — Постой, Саэко, если моё отражение ушло, что стало с твоим?

— Когда другая я решила отправиться за ним, этот придурок… — да, Саэко умеет быть мстительной. — …что-то сделал и теперь моё отражение вновь нормальное.

— Что ж, хоть какие-то мозги он от меня унаследовал, — чуть улыбаюсь, значит ничего страшного не произошло. — Не обижайся, дорогая, но этот «придурок» поступил правильно. Потеряв своё отражение, ты не будешь видеть пустые зеркала, отражение — это страж твоего разума, и когда стража нет найдутся и воры, и разбойники.

— Ты вот только-только говорил мне, что в потере отражения нет ничего страшного, — голос на той стороне провода звучал крайне недовольно. — Обманул?

— Для меня в этом нет ничего страшного, какое-нибудь пугало, что попытается наслать на меня страх я просто проигнорирую, нечисть посерьезнее прибью, а вот тебе с этим будет сложнее.

— Допустим, — она всё ещё дулась.

— Саэко, — зову её и тут же продолжаю, не дожидаясь ответа. — Я люблю тебя.

— Да? — обида в её голосе немного уступила привычной игривости.

— Да, очень сильно, — угу, настолько, что моё отражение меня бросило, для того чтобы иметь её отражение в общественном месте. Но лучше не говорить подобной вульгарщины вслух. — И тот факт, что вначале моё отражение посчитало необходимым встать на дополнительную защиту твоего разума, а после не позволило тебе остаться без защиты вообще доказывает это.

— Но почему он вообще ушёл?

— Хотел бы я знать…

На этом мы распрощались, уже во второй раз, и я, забросив чётки обратно, задался вопросом, что же, блин, произошло.

Отражение всегда врёт, но оно все ещё остаётся моим отражением. За каким хреном оно поперлось за Саэко, я ещё могу понять, а вот что его заинтересовало в Сибуи… хотелось бы мне знать. По крайней мере я очень надеюсь, что моё отражение увидело что-то необычное и последовало за этим, а не просто решило прогуляться по местам молодежных тусовок. В противном случае я буду считать себя последним идиотом.

Бежать куда-то прямо сейчас просто бессмысленно, поэтому, как и планировалось, отправлюсь за своим отражением завтра после школы… в чем-то это даже забавно, я маг и чародей, собираюсь завтра посетить уроки мировой истории, японской литературы, две математики и физ-культура. То, что нужно для спасителя мира, сидящего на предпоследней парте у окна.

***

Утро чуть не началось с сердечного приступа Ханы. Случилось это по совершенно глупой случайности и моего прямого недосмотра.

Случайность заключалась в том, что в то утро мы с Ханой встали примерно в одно время. Обычно я вставал значительно раньше неё, но большую часть ночи я потратил на создание оберегов, что будут отгонять от меня наиболее опасных тварей зазеркалья. Ведь если в зеркале нет моего отражения, то вместо него может вылезти буквально что угодно. Отфильтровать вообще всех было бы подвигом достойным воспевания в легендах, но наиболее опасные теперь к зеркалам, около которых я стою, подойти не смогут. После всей этой работы вставать рано не было ни сил, ни желания.

И казалось бы, в чем проблема? Тут как раз наступает время для моей неосмотрительности. Я просто не подумал, что Хана, пусть и была обычным человеком, но уже несколько раз соприкасалась с могучими проявлениями потустороннего из-за чего у неё уже сформировалась примитивная возможность видеть тайное. Вот и получилось то, что получилось.

Пусть отражения у меня сейчас нет, а вот зеркало у нас над умывальником вполне себе было. И пока я чистил зубы какая-то мелкая тварь меня заметила и решила подойти поближе. Реально мелочь, у которой не было ни сил, ни мозгов, тупое пугало, что обычно прячется на грани видимости, пугая людей неожиданными движениями или страшными образами. А тут такое раздолье, никто от зеркала не отгоняет. Ну и пока я чистил зубы эта тварюшка показывала мне «мультики», то есть разнообразные жуткие образы и видения.

Ввиду отсутствия мозгов с фантазией у пугала тоже были проблемы и потому на её потуги я смотрел не иначе чем со скукой. Мне уже доводилось видеть настоящий ужас в знаниях от Системы, вроде темных ритуалов или бесчеловечных экспериментов, так что чтобы напугать или смутить меня нужно что-то большее чем просто размазывание дерьма и крови по стеклу.

Мне даже было лень его уничтожать, сам сдохнет, да и занимательно это было в какой-то мере, и я не про то позорище, что он мне показывал. Занимательным я находил тот факт, что все живые существа материального мира стремятся к самосохранению и размножению. В той или иной степени это есть у всех, даже у растений, но, похоже, что обитатели зазеркалья напрочь лишены этого.

Иллюзии, которыми он пытается меня напугать, не являются для него чем-то естественным, тварюшка тратит на это немалое, для себя, количество сил. Тех самых сил, которые нужны ему для существования. При этом я не спешу образовывать с ним эмоциональную связь и отдавать собственные силы ему на подпитку.

Поразительная узколобость для живого существа, что была совершенно естественна для обитателей зазеркалья.

Именно на этой моей мысли в ванную комнату вошла Хана и увидела меня перед зеркалом, за которым парочка человек самозабвенно рвали друг друга зубами, отрывая целые куски плоти. Её крик в этот момент слышали, наверное, во всем квартале, меня он точно «взбодрил» лучше любого кофе.

На голых инстинктах зажигаю в руках благословенный свет, что просто разрывает тварь по ту сторону зеркала, а также поддерживает здоровье Ханны, слишком уж у неё было бледное лицо, как бы действительно от страха не умерла.

— Во имя неба, — качаю головой, хватаясь за сердце.

Дело было не в страхе, а в недостатке энергии. От неожиданности я сработал опираясь исключительно на инструкцию от Системы, а не свои реальные способности, чуть не самоубился по собственной глупости. И это сразу же после того, как я посмеялся над безмозглостью пугала. Иронично, больше тут нечего сказать.

— Такаши? — первой заговорила Хана.

— Со мной все в порядке, более или менее, — поморщившись убираю руку от груди. Сердечный ритм все ещё нарушен, но лучше не пугать мать такими жестами. — Просто перенапрягся.

Ага, мало того, что полуэнергетическое тело весьма чувствительно к просадкам уровня энергии, так я ещё, помимо магической силы, пожертвовал солидным запасом дыхания жизни, слишком уж сложное и масштабное заклинание. Комбо, блин. Судя по ощущениям у меня половина внутренних органов сейчас сбоит. И все это из-за мелкого духа, которого можно было бы уничтожить простым колдовством.

— Что это было?

— Это называют «Благим Светом» или просто «Светом», хотя ничего общего с физическим светом оно не имеет, но из-за внешнего свойства получило такое название, — пожимаю плечами, тут же скривившись от боли.

Болело решительно всё, это был один из самых больших минусов полуэнергетической формы существования, если классический маг может позволить себе выжать энергию духа в ноль и, пусть это скажется на его магических талантах, но все ещё сможет твердо стоять на ногах. Я же уже при просадке духовной энергии в половину стану почти беспомощным, а истощение на две трети введёт меня в кому. А тут я ещё и энергию физического тела зачерпнул, от большого ума.

— Я не про это, — Хана встала и с подозрением посмотрела на зеркало. — Что творилось… там.

— Ах, это… — вздыхаю. По-хорошему хотелось бы скрыть от неё некоторые особенности происходящего, с другой стороны, удивительно, что она до сих пор не заметила отсутствие моего отражения в зеркале. Лучше уж я сам ей всё объясню, чем она надумает себе чёрте что. — Это тварь из параллельного мира, что связан с нашим миром через зеркала, а потому его называют Зазеркальем.

— Такаши… — Хана вздохнула. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не влез в какое-то очень странное мероприятие, которое угрожает твоей жизни.

— Ну-у… — постановка вопроса заставила меня задуматься. — Технически, мне ничего не угрожает…

— Во имя богов, Такаши, — она тяжело вздохнула. — Ты заставишь меня поседеть раньше времени.

— Однажды ты привыкнешь, — нахожу в себе силы подойти к ней и предпринять весьма жалкую попытку помочь подняться ей.

— Я не хочу к этому привыкать!

Глава 20

Тем временем Ма Рёнка всё яснее осознавала три простые истины. Во-первых, она попала в задницу просто космических масштабов, потому что этого странного демона-извращенца ничего не берёт. Во-вторых, её уже мутит от разнообразных благовоний, которыми её окуривал дядя, чтобы защитить от темных духов. И, наконец, в-третьих, она, Ма Рёнка, официально ненавидит этого извращенно извращенского демона и клянется освоить взаимодействие с миром духов, чтобы бороться с такими как он.

Демон в образе обычного парня будто почувствовал её мысли и снисходительно улыбнулся.

Дядя Рёнки советовал убрать зеркало, через которое она наблюдала за демоном, но Рёнка наотрез отказалась находиться в помещении без хотя бы одного большого зеркала. Она уже видела, что он может делать с невинными девами, а потому глаз с него спускать нельзя.

Всю ночь и первую половину дня демон просто сидел и ничего не делал, что очень нервировало Рёнку. Её дядя, Ма Шень Тун, известный специалист восточной медицины, тоже не знал, что можно сделать. Он не был беспомощен в области духов и тонких материй, но, похоже, что здесь было замешано что-то другое. Потому что извращенец не поддавался ни на какие заговоры и ритуалы китайского мистика.

Опытным путем дядюшка Тун смог определить, что этот приставучий парень не был демоном, темным духом, ёкаем или вампиром. По крайней мере классическим их вариантом. И то, последнее не точно, потому что благовония против вампиров смогли вызвать хоть какую-то реакцию кроме издевательского зевка. Извращенский извращенец, похоже, был удивлен и даже уважительно покивал дядюшке Туну.

Последнего, кстати, это изрядно разозлило.

Но будто их безрезультатных попыток противостоять этой твари было мало, во второй половине дня глаза парня вдруг засияли золотым светом, а лицо исказилось в очередной безумной ухмылке.

— Это не хорошо, — буркнула Рёнка, что не спала уже вторые сутки и поддерживала бодрость специальными техниками Феникса. — Дядюшка Тун, эта тварь возбудилась!

Мистер Шень Тун явно как-то не так понял свою племянницу. Потому что вместо очередного благоволения или амулета он схватил здоровенный тесак, с которым и ворвался в комнату своей племянницы. Буквально, вышиб молодецким пинком дверь и почти метнул своё оружие в зеркало, которое считал основным способом монстра взаимодействовать с реальным миром.

— Рёнка! — взревел немолодой уже мужчина, но почти сразу же опешил. — Что?! Тьфу, Рёнка, напугала! Я уж думал, что он к тебе пристаёт.

— Я слежу за ним, — буркнула девушка, будто это действительно могло что-то ей дать. — Потому и заметила, что с ним происходит что-то странное.

— Ох, Рёнка, я так с тобой поседею раньше времени.

Но несмотря на свои причитания Шень Тун принялся шептать заговоры и делать разнообразные мистические жесты, пытаясь понять, что происходит. Если бы только они оба не концентрировали всё своё внимание на постороннем отражении, то увидели, что глаза их собственных отражений тоже постепенно заполняются очень знакомым светом.

***

Успокоив мать я все же отправился в школу. Можно было бы, конечно, прогулять, Хана была не против, но Саэко точно обидится, если я отправлюсь «на приключения» без неё. Школа же сама по себе не напрягала меня настолько, чтобы ссориться из-за неё с девушкой. Потому, собрав рюкзак, я направил свой путь в этот «храм знаний».

Дорога до школы была… необычной, скажем так. Сколько вообще зеркал вы встречаете на своём пути на учёбу или работу? Практика показывает, что очень и очень много. И тут стоит вспомнить, что вместо моего отражения в зеркалах сейчас показывается всякая фигня.

Ритуалы, которые я проводил ночью действовали безукоризненно, и ничего страшного ко мне не лезло. С другой стороны, засветка Благостным Светом так сильно ударила по моей энергетике, что для всей мелочи зазеркалья я казался лакомым кусочком.

Благо ещё, мистицизмы не требовали особой силы и их можно было использовать даже в очень плохом состоянии. Так что те сорок минут, что заняла поездка в школу, были даже полезны. Почистил себе карму уничтожением всяких тварей. А помимо этого, мне даже попалась весьма необычная девочка, ученица средней школы, что видела моё необычное отражение.

Ещё один очевидец или всё-таки спящий маг? Это было более чем интересно.

К сожалению вышла она раньше меня, в Асака, но пересечься повторно будет не так уж сложно. Учитывая время и её возраст она едет в школу, и будет мелькать на этом маршруте ещё не один раз.

Как либо следить за ней или делать ещё что-нибудь я не стал. На обученного мага она не похожа совсем, а потому меня может интересовать только, как приманка для монстров или как ученица. Первую функцию я сейчас сам выполняю даже слишком хорошо, а после того, как верну своё отражение это можно будет сделать значительно проще. А ещё одна ученица мне не нужна, тех что есть стоит вывести хотя бы на уровень способности к самостоятельному развитию.

С другой стороны просто игнорировать девушку из Асака не стоит. На неё могут выйти местные мистики, ну или чудовища. Последнее было бы неприятно, зато в первом случае может выйти действительно интересно.

Не самому выйти на контакт, а позволить другому человеку сделать это в контролируемых условиях. Никакого давления или подталкивания в нужную сторону, только ненавязчивый присмотр, защита и, если понадобится, помощь. Но прежде чем вмешиваться в подобные авантюры, нужно вернуть моё отражение, где бы этот кусок моей сути сейчас не прятался.

Школа встретила меня потоком учащихся, что нестройной толпой проходили через ворота, уже в процессе разделяясь на группки по интересам. Я поначалу шел один, но по сторонам посматривал внимательно, быстро найдя Саэко, которую и высматривал. Она прибыла к школьным воротам раньше меня и сейчас стояла там, не заходя на территорию школы, общаясь с представителями студенческого совета.

— Доброе утро, — киваю им, подходя.

— Привет, Такаши, — улыбнулась мне Саэко, тогда как две девушки, с которыми она до этого разговаривала просверлили меня подозрительными взглядами. — Я уже начала волноваться, что ты не придешь сегодня.

— Ты бы мне этого не простила, — тоже улыбаюсь. — Хотя врать не буду, такая возможность действительно была. Кажется судьба сделала своей целью найти причину для прогула.

— О-о, — Саэко кивнула. — То есть мне нужно выразить восхищение твоей самоотверженностью?

— Мне было бы приятно, — хмыкаю. Шутка была незамысловатой, но почему бы и не поддержать её?

— Ты его ещё поцелуй за то, что он решил не прогуливать школу, — хмыкнула высокая девушка с повязкой главы студенческого совета на рукаве.

— Ну, учитывая, что мы говорим про Такаши, — Саэко с намеком осмотрела меня с ног до головы. — Возможно и правда нужно будет его поцеловать.

— От подобной награды отказываться не буду, — хмыкаю. — Но совсем уж злостным прогульщиком меня выставлять не надо.

— Да? — спросила глава студсовета. — Тогда ответь, насколько легко ты можешь решить прогулять школу?

— Очень легко, — отвечаю совершенно честно. — Любое дело будет важнее, чем пустое просиживание штанов в школе. Ведь реальную ценность имеют только контрольные тесты в конце триместров.

— Зачем тогда ты вообще сюда ходишь? — спросила меня другая девушка из студсовета.

— Это меня просто не бесит.

— В смысле? — Саэко выгнула бровь.

— В прямом смысле, — пожимаю плечами. — Школа меня не бесит, а потому у меня нет каких-то особых причин, чтобы прогуливать. Но, как уже говорится, и особой ценности в обычных школьных буднях не вижу.

— Но всё же ты пришел сегодня, — заметила глава.

— Верно, — снова улыбнувшись, протягиваю руку Саэко. — Причины для прогула у меня сегодня были, но они не горят. И прогуляться мы с моей девушкой сможем уже после занятий.

Мои слова вызвали улыбку и легкий румянец на щеках Саэко и она вложила свою ладонь в мою руку. Ей нравились подобные знаки внимания и она была искренне за них благодарна. Если бы этой благодарности не было, если бы она просто воспринимала это как данность, то для меня подобные жесты проходили бы в той же категории, что и школа — «не бесит». Но видя, как она радуется, я сам рад оказывать подобное внимание своей девушке.

Феномен радости дарения, об этом ещё Иисус Христос говорил: «Большее счастье давать, чем получать». Исследование психиатров подтвердили на примере домашних животных, любая мелочь, игрушка или угощение, которую вы купите кошке или собаке, в итоге принесет больше счастья, чем что-то подобное, но купленное уже для себя.

С девушкой это тоже работает.

— У меня сейчас кариес появится, от вашей приторности, — буркнула глава студсовета.

— Не завидуй, наступит и твоя «розовая пора юности», — хихикнула Саэко.

— Говоришь как моя мама.

На этом мы распрощались с друзьями Саэко и отправились на занятия, вскоре разойдясь по кабинетам. Учёба шла стандартно, без каких-то откровений или неожиданностей. Вся ценность этой половины дня — это возможность спокойно посидеть, восстановить энергию, да дополнительно покопаться в той бездне информации, что была в Системе.

Единственным не очень приятным, но всё же ожидаемым моментом было то, что Такаги и Морикава тоже могли видеть, что я потерял отражение. Сам факт, что они это заметят был действительно ожидаем. Я бы удивился, если бы они не заметили. Неприятным был тот факт, что за разъяснениями обе девушки пошли не ко мне, а к Саэко, которая тут же им всё рассказала.

Заметив недовольный взгляд Саи на одном из уроков, я уже мог предположить, что Саэко рассказала больше чем стоило. А уж когда на полпути до станции монорельса нас нагнала машина Рики, это стало более чем очевидно.

— Ну что, колдун, допрыгался? — с усмешкой спросила Рика, кивком головы приглашая нас сесть. Помимо неё самой в машине также были Шизука и Сая.

— Мне даже интересно, какое твоё дело во всем этом? — фыркаю, но в целом не возражаю против поездки. На машине будет всяко удобнее чем в общественном транспорте.

— Я рассказала им всё и попросила о помощи, — отозвалась Саэко первой садясь в машину на заднее сиденье, где уже была младшая Такаги.

— Я понял, — вздохнув сажусь рядом с ней.

— Ты злишься? — спросила Саэко, пока остальные молчали.

— Я не злюсь, но скажем так, мне это не нравится.

— Не куксись, Такаши, — хмыкнула Рика. — Мы понимаем, что ты исключительно самостоятельный, но согласись, тут ты действительно сглупил.

— Не понимаю о чём ты. Я уже говорил Саэко, что потеря отражения неприятна, но ничего страшного в этом нет.

— Ты сунулся в другой мир, хотя твоя мама просила тебя этого не делать, о чём она нам рассказала, — Рика подняла руку и начала загибать пальцы. — Ты опять играл со временем. Ну и в заключение вся эта хрень с отражением.

— И что? — мне действительно было интересно, чего она от меня хотела.

— И даже по отдельности все эти поступки повод для беспокойства, а уж всё вместе это и вовсе заставляет задуматься о твоём душевном здоровье.

— Я сам не сомневаюсь в своём душевном здоровье, — хмыкаю. — Могу тебя уверить, что все очень и очень плохо.

— Я даже не сомневалась, — хмыкнула Рика.

Дальше разговор пошел по кругу. Обсуждали мир, в который мы с Саэко путешествовали вдвоём. Уверяли меня, что их помощь в возвращении моего отражения совершенно точно необходима. Ну и расспрашивали про сам феномен отражений, зазеркалья и тех монстров, что там обитают.

Моё участие в разговоре сводилось к минимуму. Даже когда кто-то обращался ко мне, было достаточно просто вставить несколько фраз и от меня отставали на ближайшие минут пять-десять.

Чувствую себя львом в прайде. Не в том смысле, что окружен гаремом львиц, а в смысле необходимости терпеть выводок львят. Своеобразная аналогия, надо сказать.

Уже на подъезде к Сибуя Рика припарковалась и мы вышли из машины. Пусть в самом районе хватало парковок, но начинать поиски лучше с более спокойных окраин, а не из оживленного центра.

— Ну и с чего начнем? — хмыкнула Рика, разминая ноги.

— Попробуем, для начала, самый простой вариант. У кого-нибудь зеркальце есть?

— Хочешь полюбоваться на очередного монстра с твоим лицом? — хмуро отозвалась Сая, протягивая мне пудреницу.

— Вас никто не звал, так что не надо теперь жаловаться, — отвечаю ей, раскрывая пудреницу.

Как и предполагала Сая в зеркале на меня смотрел зомби с моим лицом. Если я сам этих тварей не боялся и своими страхами их не кормил, то у девушек с этим были определенные проблемы. Монстрики же страхами не только питаются, они через них учатся, узнают, чего люди боятся. Потому я и старался их периодически уничтожать, чтобы не породить слишком уж умную тварь.

Но прямо сейчас она нужна мне для другого.

— Маг, чародей, шут и циркач, — шепчу своему отражению, пропуская мистическую силу через глаза. — Я для людей вор и палач. Сотни имён, тысячи глаз, я отражён в каждом из вас.

Мои глаза засияли силой, как и глаза твари в зеркале. Будь это моим отражением, то оно спокойно выдержало бы поток моей силы. А вот мелкая тварь по ту сторону быстро сдохнет от перегонки энергии через себя без возможности кормиться за счет этой энергии, её просто размоет. Но того времени, что есть, мне хватит, чтобы увидеть мир глазами своего отражения, а потом по зеркалам вокруг сориентироваться на местности.

В процессе поисков и осмотра монстрик в зеркале все же не выдержал и развоплотился.

— М-да, — замечаю, захлопывая пудреницу. — Тот неловкий момент, когда всех серьезных уродцев ты уже препарировал, а из тех, что остались получаются хреновые расходники.

— Такаши, ты не представляешь, насколько странно это сейчас прозвучало, — Рика сложила руки на груди.

— У тебя ничего не получилось?

— Отнюдь, — возвращаю пудреницу хозяйке. — Нам нужен один интересный ресторанчик рядом со штаб квартирой коммунистической партии Японии.

— Я знаю где это, — Сая кивает.

— Во имя здравого смысла, — Рика скалится. — Сначала зомби, потом боги, затем монстры из параллельных миров и вот теперь коммунисты. Что дальше, Такаши, инопланетяне?

— Не, для начала мистики азиатских традиций, как я и говорил, ресторанчик очень не простой, — качаю головой с усмешкой. — Да и коммунисты там просто рядом, и с ними мы вряд ли столкнемся. А вот китайская триада может и заскочить на огонек.

— Триада? — Рике резко стало не до смеха.

— Угу, — киваю ей с покровительственной улыбкой. — Я тут на днях встречал голову дракона и одного из красных шестов. Оба были мистиками в традициях Дао.

— Ну [цензура], — вздохнула представительница специальной штурмовой команды полиции Токио.

Глава 21

Нужный нам ресторанчик мы нашли достаточно легко, в основном благодаря Сае. Она провела нас к штаб-квартире коммунистической партии Японии, а оттуда я уже легко сориентировался на месте.

Назывался ресторанчик Гё Пао Гёдза Сибуя. Переводятся это как «пельмешки от Гё Пао из Сибуя». И можно было бы подумать, что это просто пельменная с претензией на элитарность, если бы не два обстоятельства. Во-первых, у этой пельменной было три звезды Мишлен и почетная награда от администрации специального района Сибуя, ресторану-победителю соревнования по популярности.

Пельмени с мишленовскимим звездами… С одной стороны, я понимаю, что та отрыжка, которую продают в магазинах постсоветского пространства пельменями может называться весьма условно, но все равно «элитные пельмешки» вызывали некоторую чесотку в мозгу.

Ну и сам факт того, что кто-то проводит соревнования по популярности ресторанов внутри специального района Токио отдавало духом юмористического аниме. Я как наяву представил себе поварской турнир, где рыцари ножа и половника сражаются друг с другом за право получить звание лучшего. И простой китайский паренек, любящий пельмешки, превосходит всяких любителей высокой европейской кухни.

— Господи, что за хрень в голову лезет? — хмыкаю, толкая входную дверь элитной пельменной.

— Ты о чём? — спрашивает Саэко.

— Да так, — качаю головой. — Не обращай внимание.

— Тихонько сходишь с ума? — Рика осматривала здание ресторана с постной миной.

— Мы уже шутили с тобой на эту тему. Или память как у рыбки, круг по аквариуму и здравствуй новая жизнь?

Рика в ответ чертыхнулась, но говорить ничего не стала.

Прямо за дверью нас ждал не зал ресторана со столиками, а стойка ресепшна, с привлекательной девушкой в черном ципао. Она тут же поприветствовала нас, получив нестройный ответ от моих товарищей. Я молча кивнул, отметив, что девица эта была самым обычным человеком, а вот за ближайшем к ресепшену столиком сидит пара не совсем обычных парней.

Легкий шлейф энергии Дао, выдавал в них мистиков. Не самых сильных, но все же. К тому же парни очень интересно расположились, их столик был в стороне, от остальных и располагался рядом с проходом, войти в зал так, чтобы не пройти мимо них было решительно невозможно. Похоже это охранники.

— У вас заказан столик? — вежливо поинтересовалась девушка.

— Э-м… — Сая, как самая опытная в подобных делах, первой открыла рот. Правда ум за языком не сразу успел. — Нет, не заказан.

— Давайте тогда я посмотрю есть ли свободный столик, — работница ресторана всё ещё оставалась безукоризненно вежливой.

Сервис, что тут сказать. Пусть мы и не выглядим как кучка богатеев, что могут позволить себе каждый день питаться в мишленовских ресторанах, но это не значит, что мы вообще нищие и нас надо куда-то гнать. Надо будет как-нибудь сходить сюда с Саэко просто поужинать. Но это дело другого случая, сейчас же мы пришли сюда за другим.

— Обязательно, но в следующий раз, — отвечаю девушке, проведя рукой перед её лицом. — Пусть тебе голову вскружит вальс безучастья, иллюзия счастья.

Простенький заговор сработал безотказно, и поза девушки стала более расслабленной, а улыбка из вежливой превратилась просто в довольную. Вальс безучастья представлял из себя простейший способ зомбировать человека. Сознание жертвы порхает в самых счасливых снах и фантазиях, в то время как тело могло выполнять простенькие команды заклинателя.

Это почти мясной дроид, правда с операционной системой на базе виндовс-виста, то есть тормознутый до анекдотичности.

— Позвони хозяину ресторана и скажи, что хозяин отражения пришел забрать своё, — даю ей простейшее указание, краем взгляда отслеживая предполагаемых охранников.

Они не могли не почувствовать всплеск энергии, когда я зомбировал девушку. Один из них тут же начал набирать кого-то по телефону, а второй встал, чтобы подойти к нам.

— И вот, проблемы начинаются, — буркнула Рика.

— Я могу вам чем-то помочь? — спросил подошедший, скосив глаза на девушку с ресепшена, что послушно продиктовала в трубку телефона.

— Вряд ли, — говорю спокойно. — Если только ты не тот самый человек, которому она позвонила.

— Нам не нужны проблемы, — вопреки своим словам парень набычился и сила в нем пришла в хаотичное движение. Не нужно обладать эмпатией, чтобы понять, что он волнуется и готовится к драке.

— Нам тоже, — я остаюсь спокойным. — Я лишь хочу поговорить с твоим боссом и забрать у него своё.

Означенного босса, кстати, долго ждать не пришлось. Всего через несколько минут после звонка с ресепшена, в зале появился благообразный старичок с суровым выражением лица и крепко сжатыми кулаками. Но куда больше его внешнего вида о напряжении и готовности к битве говорило течение энергии вокруг него. Старик был похож на раскалённый нож, которым полосовали отрезок ткани.

Он так жадно и грубо выпивал силу мировых потоков вокруг себя, что линии силы перекручивались, рвались, деформировались и хаотично сплавлялись друг с другом. Такими темпами, местный ресторанчик рискует стать «злым местом» как любят говорить некоторые. Если только среди местных нет умельцев, что способны не только впитывать энергию мира, но и взаимодействовать с ними напрямую.

А это идея.

Старик своими действиями порождал волны негативных ощущений, что могли почувствовать даже обычные люди. При этом сами по себе его действия не были чем-то плохим. Подпитывать себя за счёт энергии мира совершенно естественно для Даоса. Так почему бы мне не сыграть от обратного? Использовать что-то вредоносное на благо, показав и силу, и дружелюбные намерения. Если он адекватный и поймет, что происходит, то можно будет избежать конфликта. Если же мозгов у старика нет, то сменить вектор применения силы можно будет в любой момент.

Кивнув самому себе, легонько хлопаю в ладоши, освобождая свой разум. Вообще эта способность зовётся «Психический Крик» и её используют обычно, чтобы послать в противника волну сводящих с ума образов или же кучу мусорных мыслей, обработка которых вскипятит мозги. Я же послал по ресторану волну спокойствия, которая не только позволила людям в зале вздохнуть спокойно, и проще отнестись к произошедшему, но и чуть упорядочила линии силы, раздраконенные стариком.

— Ты… — от моих действий он будто на стену налетел. Не уверен, что Даос разобрал, что за технику я использовал, но возможности мои он оценил. — Ты на удивление дружелюбен.

— Зато вы на удивление воинственны, — киваю ему. — Поговорим в более уединенном месте, или продолжим распугивать вашу клиентуру?

Старик шумно втянул воздух, раздувая ноздри, было видно, как сильно ему хочется просто дать мне по лицу. Но дураком он не был, а потому, оглянувшись, выдохнул, успокаивая буйство энергии.

— Хорошо, пойдем, — после чего повернулся к посетителям ресторана и поклонился. — Прошу прощения за беспокойство, дорогие гости.

Гости в основном ответили кивками и просто проигнорировали его. Волна спокойствия, как хорошая доза успокоительного все ещё пленяла их разум. Щёлкнув пальцам, посылаю людям ложное воспоминания, что должно встать на место только что произошедших событий, после чего сворачиваю свой разум в черепную коробку.

— Зря ты это сделал, — говорит старик недовольно.

— Я сюда пришел не новый эпизод Разборок в Стиле Кунг-фу снимать, — фыркаю. — И это было совершенно безвредно, даже у таблеток от кашля побочные эффекты более суровые, чем у этого фокуса. И шанс на проявление побочек там тоже больше. Надеюсь, теперь мы можем поговорить спокойно и обсудить ситуацию с твоей внучкой.

Специально не уточняю, что сделала девушка, которую я назвал его внучкой. Все же фраза «сманила моё отражение» вызовет много вопросов.

— Болтун, — припечатал старик. — И она моя племянница, а не внучка.

— Ради всех богов, — мне было глубоко все равно, кто она ему, хоть жена, я бы не удивился.

— Зря ты демонстрировал силу при всех, — заметил старик, пока мы поднимались по лестнице на второй этаж здания.

— Ты не представляешь, как смешно слышать что-то подобное от тебя, — заявляю ему с постным лицом. — Да и я сильно сомневаюсь, что это станет проблемой.

— У меня часто бывают не простые люди, что могли почувствовать твои действия, — фыркнул старик.

— Рад за них, — пожимаю плечами. — Я бы ещё боялся обычных очевидцев, что подняли бы шум, ну или попытались бы это сделать. Но людей в теме бояться смысла нет, свои люди всегда договорятся.

— Громкие слова для юнца, — на меня посмотрели неодобрительно.

— Позиция разумного человека, — встречаю его взгляд, усталыми глазами человека, что видел некоторое дерьмо в своей жизни. — Нападать на всех было бы глупо. Действовать жестко было бы необдуманно. Я лишь сохранил тайное в секрете, и сделал это максимально мягко. Если у кого-то возникнут с этим проблемы, то такого человека, на мой взгляд следует пристрелить, как бешеную собаку.

— Попахивает подростковым максимализмом, — хмыкнул старик. — От чего ещё больше странным кажется тот факт, что в целом я с тобой согласен.

Я поддержал его хмык своим. Забавный старик, надо бы, кстати, узнать его имя.

— Мы так и не представились друг другу, — произношу спокойно. — Комуро Такаши.

— Ма Шень Тун, мастер школы Феникса, — кивнул он.

— Синдром восьмиклассника? — смеюсь над его титулом.

— Чертовы японцы, — отозвался старик с легким раздражением в голосе. — Все умудряются опошлить.

Я на это только улыбнулся. Под этим утверждением я даже готов был подписаться.

— Но если ты Ма Шень Тун, то почему в названии ресторана стоит Гё Пао? — спрашиваю просто, чтобы поддержать беседу.

— Это просто бренд, или ты думаешь, что я сам эти пельмени леплю? Это серьезный ресторан, а не закусочная, у меня штат поваров такой, что я могу из них две футбольные команды организовать.

Я нашел это забавным, но долго веселиться у меня не получилось. Шень Тун открыл одну из дверей на этаже, и мы увидели просторную комнату отдыха, где на диванчике сидела та самая девушка, что я видел глазами своего отражения. Она, надо сказать, тоже меня узнала.

— Ты! — она тут же вскочила и заняла боевую стойку из боевых искусств.

Третья стойка пробития защиты из Бацзицюань, ну или «Кулак Восьми Пределов», если по-простому. Девочка не скупится на мелочи. Бацзицюань базируется на генерации и накапливании усилия, что должны выплескиваться с ударом. И если ощущения меня не обманывают, то эта девочка сейчас накопила в своих руках достаточно силы, чтобы проломить стену. Обычного же человека таким ударом может по той же стене просто расплескать.

— Чувствуется семейное сходство, — хмыкаю и делаю манящее движение пальцем в сторону этой воинственной особы, а вернее зеркалу за её спиной.

— Что, издеваешься надо мной? — она не поняла, что я имею в виду, но её дядя быстро подсказал внучке.

— Рёнка, сзади! — воскликнул старик, отпрыгивая от нашей группы в сторону и тоже занимая боевую стойку.

Высшая форма Илицюань, «Кулак Сознания, направляющий Силу». Любят же азиаты странные и длинные названия. Хотя сам стиль, о котором мне пояснила Система, был весьма интересен, особенно его высшая форма, «Сознание, но не Сила». Боевое искусство максимально приблизившееся к псионике. Зато понятно, почему он так быстро успокоился, когда я использовал Психический Крик. Думаю, этот старик лучше всех людей в городе, если не в стране, должен был понимать, что я использовал.

Тем временем моё отражение в большом зеркале за спиной этой самой Рёнке, положило руку на стекло отражающей поверхности. Монстр с моим лицом, моё отражение растянуло губы в улыбке достойной Джокера, прежде чем протолкнуть свою руку дальше.

В чем-то это даже завораживающе зрелище, как два мира, что всегда рядом, но никогда не смешиваются между собой, вдруг соединились в одной точке и произошла диффузия. Пока моё отражение рвалось наружу, а люди в шоке наблюдали за этим, я достал из своего внутреннего мира пистолет. Улыбка моего отражения стала только шире, что чисто анатомически невозможно, но щеки разошлись, обнажая заострившиеся зубы.

— Каког… — начала было Рика, но окончание её фразы было заглушено выстрелом.

Пуля вошла моему отражению точно между глаз, так и не дав ему выйти из зазеркалья до конца. В итоге минус зеркало, зато не надо устраивать эпичной битвы с самим собой.

— Такаши? — обеспокоенно спросила Саэко.

— Отражение всегда врет, — повторил её мысль, которую уже как-то упоминал. — Как ты думаешь почему?

— При чём тут это? — спросила Сая, но на неё никто не обратил внимания.

— Зеркала искажают действительность? — предположила моя девушка, что уже несколько привыкла ко всякой мистике вокруг нас.

— Нет, — ответил вместо меня старик, нахмурившись. — Это была твоя копия, искаженная и бессмысленная, ложь должна была придать ей смысл, а вылезти она пыталась, чтобы занять твоё место. Так?

— Верно, — киваю. Как я и думал, старик не прост. — Прекрасные познания в тонких материях.

— Поговори мне ещё, мальчишка, — фыркнул старик.

— Погодите-ка, — вмешалась его племянница. — Получается, что этот странный псих и тот извращенный демон, хоть и рожи схожи, но на самом деле разные существа?

— А девочка мне уже нравится, — фыркнула Рика.

Глава 22

— Кто бы сомневался, — я только фыркнул на слова Рики.

Девушка, за которой поперлось моё отражение уже открыла рот, чтобы сказать какую-нибудь очередную глупость, когда в дверь комнаты осторожно постучали.

— Мастер Тун? — спросил напряжённый голос с той стороны двери.

— Все в порядке, Ву, — заметил старик, все ещё подозрительно посматривая на меня.

— Мы слышали выстрел, — уже значительно спокойнее отозвался некий Ву. — Нужно вынести тело?

— Хорошие у вас работники, — поджав губы замечает Рика. — Чувствуется большой опыт.

— Я же говорил, что они с большой вероятностью связаны с Триадой, — пожимаю плечами.

— Ву, дорогой, пшёл вон, — почти ласково произнес старик.

— Слушаюсь, Мастер Тун, — исполнительно отозвался Ву и мы услышали отчётливые шаги прочь от двери. Это при том, что подошёл он совершенно бесшумно, зато сейчас топал как слон.

— И мы не состоим в Триаде, — заметил Ма Тун, посмотрев мне в глаза.

— Я и не говорил, что вы состоите в ней. По моему мнению вы с ней связаны, — пожимаю плечами. — И не беспокойся об этом, нам, по большей части плевать. Разве что вон у неё могут быть с этим проблемы.

Я ткнул большим пальцем за плечо, указывая на Рику. Лучше сразу прояснить этот момент и успокоиться. Секретов у этого китайца небось вагон и тележка, и там ещё большой вопрос, какой из них страшнее, его связь с Триадой или черная бухгалтерия? В любом случае, острые углы лучше обозначить и не париться.

— Полицейская? — спросил Ма Тун.

— SAT, — мотнула она головой. — И у меня нет проблем, пока я не вижу и не слышу всякую хрень лично.

— Договорились, — старик улыбнулся.

— Вот так офицеры спецназа и коррумпируются, — хмыкаю, повертев в руках пистолет, после чего убираю его во внутренний мир.

— Если бы я кидалась на каждого преступника, которого вижу, то ты, Такаши, уже сидел бы в тюрьме, — Рика только закатила глаза.

— Может быть, может быть, — я хмыкнул. — Возможно я даже не стал бы сбегать сразу. Тюрьмы страшны не своим режимом, а людьми, которых ты там можешь встретить.

— Э-эм… — жертва моего отражения растерянно моргнула. — Ты бы не стал сбегать, так как там страшные люди?

— Я бы не стал сбегать сразу, а сначала посмотрел бы на людей там, — поправляю её. — И я, на твоём месте, не стал бы цепляться к словам. Особенно к словам простой шутки.

— Странный юмор, — буркнула китаянка и все кивнули.

— Что поделать, — пожимаю плечами. Быть может, с моей стороны это было несколько самонадеянно, но мне почему-то кажется, что скорее меня будут боятся местные зеки, а не я их.

Но шутки шутками, а стоит восстановить зеркало. Пусть разбить его было действительно самым простым и самым действенным способом успокоить демона зазеркалья, но не стоит оставлять осколки без присмотра. Части этого зеркала теперь годятся сразу для нескольких мистицизмов, и их следует либо забрать, либо очистить.

И сделать это надо обязательно.

— Такаши? — спросила Саэко, когда увидела, как я нагибаюсь над осколками зеркала на полу.

— Не отрастают уж отрезанные пальцы, регенерация у тел не хороша… — начинаю речитатив заклинания. — Но даже, если мир поиздевался, как феникс может вновь ожить душа!

Легкий взмах руки снизу вверх и осколки поднимаются в воздух, чтобы собраться обратно в целое зеркало, а вместе с ним восстановились и осколки моего отражения. Да, именно это является основной причиной, по которой осколки нельзя оставлять без присмотра. Моё отражение всё ещё оставалось внутри них.

— Феникс? — нахмурился старый китаец, но поперхнулся, когда я повернулся к нему.

Всё же ситуация, когда человек оборачивается к тебе, а его отражение в зеркале не оборачивается, а просто переводит на тебя взгляд — это просто классика жанра ужасы. Их лица были весьма забавны. Как бы мне не привыкнуть пугать других своим отражением.

— Сделайте лица попроще, обитатели Зазеркалья умеют питаться чужими страхами, — предупреждаю их.

— Даже если я сделаю максимально простое лицо, то бояться эту тварь меньше не стану, — буркнула девушка, названная Рёнкой.

— Минус тебе, — хмыкаю, после чего касаюсь зеркала указательным и средним пальцем правой руки. — Луна высветила на сцене всего одну фигуру, ну, что же ты не рад? Дуэтом танцуют наши Тени, и мы единым целым падем в кромешный ад.

И снова два мира начинают смешиваться между собой, вот только теперь не моё отражение ломится к нам, а я погружаю кисть руки в зазеркалье. Моя рука вошла в зеркало как в воду, создав «круги на воде». Отражение было совершенно не радо моим действиям, но сделать хоть что-то было не в его власти.

Легкое касание это всё, что мне нужно, чтобы поставить точку в этой проблеме. Сразу же после него я вынул руку из зеркала, где моё отражение приняло самый обычный вид, в то время как мою руку покрывала серебристая субстанция, очень похожая на ртуть.

— Знаешь, эмо комнатное, я тут подумала, что ты слишком часто упоминаешь ад в последнее время, — заметила Рика, внимательно рассматривая мою руку.

— Что поделать, если вся христианская магия относиться либо к демонам, либо к божественной силе, — пожимаю плечами и слизываю с кончиков пальцев часть силы, изъятой у собственного отражения.

— Фу, Такаши, что за гадость ты тащишь в рот? — скривилась Сая, да и остальные тоже скорчили не понимающие и даже брезгливые лица.

— Я же говорил, что отражение питается чувствами, и от того становится сильнее, — я больше не стал их бесить и собрал остатки серебристой жижи в пробирку, которую достал из карманного измерения. — Разве тебе никогда не было интересно, каков страх на вкус?

— Как-то не особо, — Рика задумалась. — И каково оно?

— Холодный и приторно сладкий, — отвечаю задумавшись. — Есть нотки злости и сексуального возбуждения.

— Та-ак, — протянула Рёнка, сжав кулаки. — Что-то я уже сомневаюсь, что у этих двух извращенцев только рожи схожи, а личности разные. Как по мне, это все же один и тот же человек.

— Если тебе удобно так думать, то бога ради, — усмехаюсь, убрав склянку. — Не первое странное заблуждение в моей жизни, и вряд ли последнее.

— Пусть так, — старый китаец поправил очки. — Но, думаю, что нам нужно многое обсудить.

— Согласен, — жестом успокаиваю напрягшуюся Саэко.

Нам действительно нужно было много обсудить. За несколько месяцев в Айнкраде я несколько восстановил свои силы и уже не так опасался встречи с местными практиками, как раньше. А уж если верить заявлениям Туна, что они не связаны с Триадой напрямую, то он вообще, чуть ли не идеальный кандидат для первого знакомства.

Правда верить кому бы то ни было в подобном вопросе явно не стоит. Да и интуиция подсказывает, что Тун не был до конца откровенным, пусть и не соврал прямо.

— Ну что, будем задавать вопросы по очереди? — предлагаю самый простой вариант. — Или попробуешь выбить из меня ответы?

— Наглец, — хмыкнул старик, первым присаживаясь на один из диванчиков, которых хватало в этой комнате. — Но не могу не отметить твою силу, парень, особенно то, что ты показал в общем зале. Отсюда и первый вопрос: откуда такая сила в столь юном возрасте?

— Путешествия во времени, — тоже присаживаюсь.

— Как в этих дрянных романах? Ты что, держишь нас за дур…

— Рёнка! — окрикнул старик свою племянницу.

— Чувствуешь ложь, — киваю. — Кулак Сознания, направляющий Силу, очень многогранная, но и опасная способность.

— И суть этой силы должна была остаться секретом школы Феникса, — Тун нахмурился ещё больше. — Имя которого ты совсем недавно упоминал.

— Ничто не ново под луной, старик, — чуть расслабляясь в кресле, чтобы быть готовым, случись что, броситься ему на перехват. — И даже те, у кого вы подсмотрели концепцию силы разума не были первыми. Основами этой, и множества подобных школ, пользовались ещё шаманы в каменном веке. Да и Феникс фигура легендарная, к его имени взывает много кто.

— Так-так, стоп, то есть реально путешествия во времени? — Рёнка в неверии посмотрела на своего дядю.

— Это должно было быть тайной, — вздохнула Сая, но мы её просто проигнорировали.

— Он не врет, — Тун кивнул.

— Или просто верю в свои слова, — поправляю старика. — Или могу обманывать твоё чутьё, так тоже можно.

— Твои слова должны убедить меня, что ты этого не делаешь? — он нахмурился в замешательстве. — Или ты специально прячешь обман на видном месте, в попытке уверить меня, что обмана нет?

— Ты уже задал свой вопрос, теперь моя очередь, — качаю головой. — Я ищу практиков, которые работают с душами или проклятиями, знаешь таких?

— Многие так или иначе работают с душой, смотря, что ты под этим подразумеваешь, — Тун пожал плечами. — Я могу познакомить тебя с некоторыми уважаемыми людьми, но не просто так. И я не могу поручиться, что хоть кто-то из них будет хотя бы с тобой разговаривать.

— Ты мне, я тебе? Что ж, до тех пор, пока цена соответствует услуге, меня это полностью устраивает, — киваю, мысленно отметив тот факт, что про контакт с мастерами проклятий старик не упоминал. — Твоя очередь.

— Вопросов к тебе становится всё больше, — Тун задумался. — Зачем ты ищешь мастеров души и проклятия? И почему ты вообще поставил их в один ряд?

— Это два вопроса, — справедливо заметила Рика.

— Ответ на них всё равно один, — склоняюсь в сторону старого мастера, смотря ему прямо в глаза. — Ты ведь даос?

— Разве сейчас не моя очередь получать ответы? — передразнил меня желчный старик. — Но да, хоть я и не религиозный человек, но знаком с концепцией дао, и их терминологией.

— Прекрасно. Тогда мне будет проще объяснить произошедшее, — киваю. — В будущем, примерно через девять месяцев, весь мир будет подвержен очень могущественному проклятию. В один день, казалось, что мертвые восстают из могил, но я изучил этих «зомби» и узнал, что они вполне себе живы, просто их Хунь были растворены в По. И это проклятие они передавали через укус.

— Ну [цензура]… — тихо выдохнул китаец.

— Мне кажется, что он тебе не верит, — заметила Сая.

— Он чувствует ложь, — хмыкнув, откидываясь обратно на спинку дивана. — Так что он просто проникается ситуацией.

— Зато я тебе не верю, — Рёнка сложила руки на груди.

— Твоё право, — отзываюсь совершенно спокойно.

Иногда мне даже интересно, почему на моем пути столько девушек? Более того, это обязательно сложные в общении девушки. Почему вокруг меня не сложился нормальный мужской коллектив?

— Он не врёт, Рёнка, — вздохнул Тун. — Ну или, как он сам говорил, просто верит в то, что говорит.

— Разница не так велика, как кажется, — даю ему ещё немного времени, чтобы он прищел в себя, прежде чем задать следующий вопрос. — Моё отражение видело, как ты использовал средства против вампиров. У тебя есть на них похожий выход, как и на мастеров души?

— Лучше держись от них подальше, — Тун внимательно посмотрел на меня. — Цзянши ещё никому не принесли ничего доброго.

— Я спрашивал тебя не об этом, — провожу рукой перед собой. — И состояние цзянши слишком сильно напоминает описанное мной проклятие, чтобы просто проигнорировать этот факт.

— Это не отменяет того факта, что ганширен — это невероятно опасная секта, с которой ни один здравомыслящий человек не будет иметь дело, — он нахмурился.

— Не парь мне мозги, старик, — теперь настала моя очередь хмурить брови. — При Хуан Ди ганширен состояли на официальной государственной службе. Само это слово являлось армейским званием. Так что оставь ваши внутренние терки при себе.

—Вы вообще понимаете, о чём они говорят? — спросила Рика у Саи и Саэко.

— Что-то на смеси японского и китайского, — Сая пожала плечами.

— Хочешь, чтобы Такаши тебе всё объяснил? — хмыкнула Саэко.

— Да как-то не особо, — Рика покачала головой.

— Их служба императору не доказана, — Тун проигнорировал переговоры девчонок.

— Этот спор не имеет смысла, — со вздохом качаю головой. — Я спросил тебя, можешь ты связать меня с ними или нет. Моральные терзания, споры разнообразных сект и прочая мишура вокруг нечисти меня мало интересует.

— Я ничем не могу тебе помочь в связах с ганширен или цзянши, — отрезал старик.

— Хорошо, — я на это только кивнул.

— И что тут хорошего? — а вот Рика нахмурились.

— А ты хочешь, чтобы я с ним подрался ради… чего? — выгибаю бровь. — Просто чтобы выразить своё недовольство? Это было бы очень глупо. Поэтому да, «хорошо».

— Мой вопрос, — Тун кивнул мне, показывая одобрение такому подходу. — Ты путешественник из прошлого или из будущего?

— Бывал и там, и там, — хмыкаю. — Когда и где произойдет встреча с мастерами?

— Кто знает? Может быть они захотят пригласить тебя к себе, а может встретимся здесь.

— Приемлемо, — всегда лучше ходить в гости, чем принимать гостей у себя. Особенно если гости представляют из себя крайне мутных личностей, от которых можно ожидать чего угодно.

— Почему ты сказал, что моё чутьё можно обмануть?

— Потому что это действительно возможно.

— Но зачем признаваться в этом?

— И снова ты задаёшь вопрос вне очереди, — усмехнувшись, склоняю голову набок. — Поэтому позволь сначала мне спросить: есть ли причины это скрывать?

***

Саэко не нравилось то, что сейчас здесь происходило. Вроде бы просто шли по следам отражения Такаши, а в итоге сидит вместе с каким-то, предположительно, преступником, и они по очереди задают друг другу вопросы. Уже это повод напрячься и задуматься, так ещё и Такаши, как всегда, предпочитает дергать тигра за усы.

— Поэтому позволь сначала мне спросить: есть ли причины это скрывать?

Это был очень странный вопрос. Ведь причин могло быть множество. Кто вообще захочет рассказывать свои тайны первому встречному преступнику?

— Всегда есть смысл держать туза в рукаве, — заметил старый китаец. — Да и каким образом, по-твоему, подобное признание должно помочь в переговорах?

— Нельзя познать разум другого, при этом не открыв ему своего. Ты должен это знать, — хмыкнул Такаши, и Саэко почудилось, что в этих словах есть некий подтекст, который она не улавливает. — Что же касается «туза в рукаве», то это просто смешно.

— Смешно? — девушка, что сидела в одной комнате со сбежавшим отражением нахмурилась.

— Да, смешно, — Такаши улыбнулся. — Я и мои товарищи пережили конец света. Мы видели, как рушится привычная нам цивилизация, как тысячи людей умирают каждый час. И знаешь что? Все эти попытки «защитить свои интересы», все принципы и цели превращаются в пустые слова, забываемые при первой же опасности. Мистики и обычные люди, мы все одинаковые, все пытаются хоть как-то контролировать свои маленькие мирки. И вот, в чем ирония, Ма Тун, все эти попытки настолько жалкие, что рассыпались в прах по щелчку пальцев.

Для большей эффектности, Такаши щелкнул пальцами.

— То есть ты сломался? — задал неожиданный вопрос старик. — Обезумел после того, что увидел в будущем?

— Да, думаю да, — Такаши кивнул. — Сомневаюсь, что хоть кто-то в такой ситуации остался бы безучастным к подобным потрясениям.

— Действительно.

После этого они продолжили обмениваться вопросами и ответами, но Саэко их уже не слушала. Она думала о себе и о Такаши. Они были вместе с самого начала апокалипсиса. Они пережили вместе все приключения. Они «не остались безучастными». По крайней мере, так можно было бы подумать.

Вот только как бы она не ломала голову, но не могла понять, а что, собственно, изменилось? Где она и Такаши поменялись, когда они обезумели? Как бы она не напрягала память, а выходил весьма простой вывод, который, скорее всего, очень многим знакомым Саэко не понравился бы.

Они оба «сломались» значительно раньше конца света. Наверное, именно поэтому они смогли выжить и приспособиться.

Глава 23

— Ты соврал, — заметила Сая, как только мы покинули ресторанчик китайских мистиков.

— М? — выражаю вопрос одним хмыком, даже не повернув головы в её сторону.

— Когда подтвердил, что сломался во время апокалипсиса, — Сая хмурила брови, отводя при этом взгляд в сторону.

— Как я и говорил тому старику, весьма сомнительно, что хоть кто-то в такой ситуации смог бы остаться человеком в понимании цивилизованных людей современного века, — пожимаю плечами, оглядываясь вокруг. — Вас угостить чем-нибудь перед тем, как мы распрощаемся?

— Кажется сейчас не время думать о еде, — хмыкнула Рика, с интересом поглядывая на Такаги.

— А как по мне это прекрасная возможность соскочить с неудобной и даже откровенно странной темы, — заявляю максимально прямо и правдиво. — Лучше было бы только просто распрощаться прямо здесь и сейчас, но, зная вас, я не верю, что вы так просто отстанете от меня.

— Вечно ты со своими шуточками, — буркнула Сая, и сама оглядываясь вокруг.

— А что ещё ты хочешь от меня услышать? — я только плечами пожал, двигаясь в сторону места, где Рика оставила свою машину. — Даже если мы закроем глаза на тот факт, что остаться нормальным, когда вокруг тебя массово гибнут люди в принципе невозможно, просто психологически, но забудем об этом и согласимся с твоим утверждением. Давай допустим, что я действительно солгал этому китайцу и не сошел с ума. Что с того?

— Ничего, — Сая вдруг как будто сдулась. — Проблема вообще не в тебе.

— А в чем тогда проблема? — вновь включаюсь в разговор, Саэко же пока молча слушала, тоже думая о чём-то своём.

— В нас… во мне… — Сая вздохнула. — Не бери в голову. Я просто вспомнила, как мы бежали из школы.

— И что же такого вы, и конкретно ты, тогда сделали? — продолжила свои расспросы Рика.

— Я не хочу это обсуждать, — Сая тут же пошла в отказ.

— Сначала завела разговор, а потом не хочет его продолжать, — я только усмехнулся на подобный выверт сознания. — Ну и насколько я помню, вы тогда вели себя вполне типично для людей, попавших в беду.

Саэко на это хмыкнула, решив ответить Рике вместо Саи.

— В тот момент все люди вели себя так, как Такаши описал для мистера Туна, каждый старался спасти себя, любыми возможными способами.

— Печально, но не удивительно, — Рика пожала плечами.

— Так вели себя все, кроме него, — все же пояснила свою мысль Такаги, ткнув в мою сторону пальцем. — Пока мы старались спасти свои жизни, Такаши спасал других. Когда мы хотели просто бросить часть выживших, он остановил нас, не смотря на все те трудности, которые отдельно взятые личности могли принести.

— Это плохо? — спрашиваю, вызывая при этом в памяти события того дня.

— Нам стоит ехать.

— Почему бы тогда не выгнать из автобуса каждого второго, чтобы нам легче было спасать свои жалкие душонки? Ждем.

— Мы не будем спасать его! Не надо брать его с собой! Он плохой человек! Пусть он умрет!

— От вас и не требуется никого спасать, только сесть и заткнуться.

— Это неприятно, — отозвалась девушка. — Всегда неприятно осознавать, что ты не настолько хороший человек, как сама про себя думаешь.

— Нет смысла сравнивать себя с другими, это никогда не заканчивалось ничем хорошим, не важно в твою пользу сравнение или против тебя, — по дороге я присмотрел весьма приличную кафешку, куда можно было зайти. — Да и насколько я помню, совсем уж неприглядно себя повела только Рей, и то это было обусловлено её личной враждой с Сидо.

— Да знаю я, — Сая вздохнула. — Просто… давайте уже просто оставим эту тему.

— Я предлагал это с самого начала, — я усмехнулся, кивнув головой в сторону присмотренного кафе. — Так что вон, давайте зайдем туда, перекусим, да разбежимся по домам.

— Как галантно, — хмыкнула Рика. — Что это ты расщедрился на угощение?

— Я не говорил, что угощаю, — фыркаю. — Но если хотите, то можно, денег мне не жалко. Успел собрать приличную сумму.

— И откуда? — офицер особого отряда полиции прищурила глаза.

— Мародерка в постапокалипсисе, — я даже не видел смысла это скрывать.

— Ты ведь в курсе, что это фактически фальшивомонетничество? Ты выкидываешь на рынок ничем не обеспеченные товарные знаки, — заметила Сая.

— Как же хорошо, что мне, во-первых, наплевать, а во-вторых, воздействие той суммы, что я в принципе смогу выкинуть на рынок, будет настолько незначительным в общем денежном потоке, что моё наплевательское отношение более чем оправдано.

— Я потом обязательно пожалуюсь твоей матери о том, как легко ты относишься к нарушению законов, — посулила мне Рика.

— То есть ты сама заплатишь за себя в кафе? — её угроза не возымела надо мной вообще никакой власти.

— Я, между прочим, состоятельная женщина, и сама могу всех вас угостить, — важно заявила Рика. — Но я не против и угоститься за чужой счёт.

— Угу, только не забудь, когда пойдешь жаловаться моей матери, отдельно упомянуть мое отрицательное влияние на тебя.

***

«И что ей не сиделось тихо?» — в некотором раздражении подумала Саэко, думая про Такаги Саю.

Умение держать лицо не подводило Саэко, и она никак не показала своё раздражение при других, хотя Такаши, как всегда, обмануть не получалось. Её парень периодически посматривал на Саэко, и старался держаться к ней поближе, то беря за руку, то прижимаясь плечом, желая успокоить девушку.

Это было приятно, но раздражение на Саю всё никак не хотело утихать.

Только она подумала, что они с её парнем похожи, только чуть-чуть порадовалась этому, как вылезла эта зануда и буквально начала тыкать Саэко носом в тот факт, что ничего подобного не было. В отличии от неё Такаши оставался человеком, он был готов рисковать собой ради других. И пусть Саэко и раньше видела это, но вот так прямо этот вопрос не поднимался, что позволяло его игнорировать.

И всё то время, что они сидели в кафе, Саэко боролась со своими мрачными мыслями, с чем ей помогал Такаши. Надо отдать парню должное, обсуждать её состояние он начал только после того, когда они распрощались с Рикой и Саей.

— Всё хорошо? — спросил он, провожая Саэко к станции монорельса.

— Да, вполне, — она попыталась соскочить с темы. Даже не с целью реально уйти от разговора, а просто давая своему парню поуговаривать себя.

— Ты ведь понимаешь, что мне очень сложно соврать? — он усмехнулся, чуть сжав ладонь Саэко, которую держал в руках. — И если тебе сложно говорить об этом, то я не буду настаивать. Но если тебя что-то гложет, то лучше это высказать. Облекая чувства в слова, мы лучше их понимаем.

Саэко на это только усмехнулась. Такаши никогда не изменяет себе, этот менторский тон из него не сможет вытравить, наверное, даже новый конец света.

— Правда ничего особенного, — отозвалась Саэко. — Просто небольшая злость на Такаги-сан. Мне не понравились её слова.

— Ты про то, что я «соврал»? — Такаши хмыкнул. — Как я и говорил Сае, не стоит никого сравнивать. В той ситуации, все были на нервах. И Рика верно сказала, это было печально, но не удивительно.

Саэко кивнула головой, все это она слышала.

— Моя проблема не в сравнении, — мечница тоже сжала руку парня в ответ. — Скажи, Такаши, ты считаешь меня жестокой?

— Нет, — тут же отозвался Такаши. — И не совсем понимаю, с чего бы я должен был так считать.

Некоторое время шли молча. Саэко перебирала в голове всё их совместное время с Такаши, тогда как он ждал от неё реакции на его слова. Пауза затягивалась.

— Я знаю, что не являюсь самым дружелюбным человеком в мире, — наконец проговорила Саэко, — и иногда моя манера сражаться может пугать, по крайней мере я сама нахожу её весьма пугающей.

— Тот факт, что ты осознаешь, когда нужно остановиться, уже очень много хорошего о тебе говорит, — Такаши слегка улыбнулся, это было почти ухмылкой. — К тому же, твоя жестокость проявляется исключительно в бою, в повседневной жизни этого нет. А значит это банальная защитная реакция.

— Как та самая реакция, когда мы требовали, чтобы ты бросил несколько человек на смерть, чтобы мы сами могли спастись?

— Да, — серьезно ответил Такаши. — Можно сколько угодно рассуждать о героизме и самопожертвовании пока ты сама не столкнёшься с ситуацией, где выбор будет между тобой и кем-то другим. Как я и говорил Туну, в этот момент, все напускное с человека слетает, и он показывает себя настоящего.

Саэко на это только проборматала что-то неразборчивое. Она и сама не была уверена, что хочет сказать этим звуком. В принципе, рассуждая логически, они уже не раз обсуждали эту тему. И Такаши никогда не выказывал каких-либо претензий к Саэко и даже намеком не допускал возможность разрыва отношений. Скорее уж наоборот, подчеркивал, как его все устраивает.

— Знаешь, мне нравится думать, что мы с тобой похожи, — как бы невзначай отозвалась Саэко.

— Похожи? — спросил Такаши. — Мы действительно похожи. По крайней мере я сам так считаю. Вопрос только в том, чем выражена эта похожесть.

— Мы похожи… — Саэко действительно задумалась над этим. В конце концов было бы странно говорить, что они похожи своей жестокостью. — Мы оба практичные. Ценим свою семью. А также сильные воины и надежные товарищи. По крайней мере мне так кажется.

— Я сейчас лопну от такого количества похвалы, — хмыкнул Такаши. — Но если без шуток, то у тебя вышел неплохой набор, для начала.

— А потом?

— А потом мы неизбежно узнаем друг друга получше, и либо научимся терпеть те моменты, в которых не похожи, либо будем перенимать взгляды друг друга. Мы ещё молоды, Саэко, и находимся в самом начале пути, — Такаши хмыкнул. — И мне кажется, что я уже как-то говорил тебе это.

— Не прям слово в слово, но что-то похожее было, — хмыкнула Саэко. — Спасибо, Такаши.

— Всегда пожалуйста, — Такаши высвободил руку из ладони Саэко, но только для того, чтобы приобнять девушку за плечо.

Так, в своей романтично-домашней атмосфере, они и дошли до станции монорельса, чтобы разъехаться в разные стороны. На прощанье Такаши пообещал, что они продолжат свои приключения в виртуальном мире, но уже после получения ответа от тех странных мастеров, про которых говорил китаец.

Уже на пути домой Саэко задумалась, во что же превращается её жизнь. И нельзя сказать, что она была хоть сколько-нибудь этим недовольна. Два месяца в нарисованном мире дали ей больше боевого опыта чем даже выживание после конца света. А ведь это был только первый этаж из сотни. Дальше их будут ждать ещё более сложные противники.

Можно сказать, что Такаши очень качественно поднял своей девушке настроение, от былого раздражения не осталось и следа. И даже вечно хмурый отец не смог испортить девушке настроение по возвращению домой.

— Я дома, — по устоявшейся традиции она оповестила о своём возвращении.

— Ты сегодня поздно, — отозвался Бусудзима Исаму, вопреки своему обыкновению выйдя встретить дочь.

— Ездила с друзьями в центр города, — Саэко скромно улыбнулась. — Прогулялись и посидели в кафе.

— Кафе стоит денег, — заметил Исаму, не припоминая, что бы его дочь просила каких-либо дополнительных финансов на карманные расходы.

— Меня угостил Такаши, — Саэко не стала уточнять, что её парень угощал вообще всю компанию.

— Твой парень, — отец девушки был не сильно рад упоминанию этого самого парня. — Даже интересно, откуда у него деньги.

Саэко изобразила задумчивость, как бы пытаясь обдумать ответ на столь необычный вопрос. Всё же интересоваться чужими финансами было не принято, но её отец мог задать подобный вопрос, а потому она заранее подумала над ответом.

— Он подрабатывает.

— Понятно, — Исаму не стал высказывать никаких резких замечаний на тему доступных подростку подработок. Все же, будь этот Такаши обычным парнем, и мужчина даже высказал бы одобрение подобному подходу. Проблема была только в том, что «обычным» этот парень даже не пытался выглядеть. — Вы уже довольно близки.

Саэко не смогла сдержать румянец, вспоминая все совместные ночи, проведенные с парнем. Это покраснение, в свою очередь не укрылось от взгляда её отца.

— Саэко, — спросил Исаму с постным выражением лица. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— О, знаешь, мы сегодня делали пробный тест по математике…

У Саэко был некоторый опыт наблюдения за Такаши исходя из которого она считает, что, уходя от неудобного вопроса, лучше не запираться в себе, а наоборот вываливать на оппонента как можно больше информации. Такаши постоянно так делает, пусть по его же словам совершенно ненамеренно. Так что она принялась рассказывать, как прошел её день в школе. Исаму же слушал весь этот поток сознания ничуть не сомневаясь, чертов демон посмел прикоснуться к его дочери.

Мужчина пока не знал, в чем именно проявлялось это прикосновение, и искренне надеялся, что его дочь не зашла дальше поцелуев. Спрашивать у самой Саэко было бесполезно, она уже ушла от прямого приглашения к разговору. Портить же отношения с дочерью скандалом он не хотел.

Но Бусудзима-старший не был бы собой, если бы не попробовал оградить свою дочь от влияния этого проклятого монстра, что скрывается под личиной простого парня.

***

Следующий день снова начался со школы, так же, как и вчера. Ма Тун не мог назвать никаких точных дат насчет встречи с мастерами, то стоит подождать ответа несколько дней. Благо о способе связи мы договорились заранее, так что ходить в злосчастную пельменную каждый день не надо. Так что мне оставалось только подождать, пока мне не ответят о готовности встретится, ну или об отказе.

Такую возможность тоже не надо исключать.

— Привет, Такаши, — от размышлений меня отвлек голос Саэко, что поприветствовала меня, когда я вышел из автобуса на стоянке при школе. В отличие от меня, Саэко жила недалеко от школы и приезжала на общественном транспорте.

— Привет, — киваю. — Как доехала вчера до дома?

— Доехала хорошо, — Саэко взяла меня за локоть, прижавшись к моему боку. — А вот дома состоялся непростой разговор.

— М? — я неподдельно удивился подобной новости. — И в чем была суть разговора?

— Папа начал подозревать, что между нами что-то есть.

— Ты буквально представила меня ему как своего парня, — суть проблемы упорно ускользала от моего понимания.

— Не прикидывайся, Такаши, — меня слегка ущипнули. — Одно дело гулять на переменах или держаться за ручку. И совсем другое, когда молодые люди узнают друг друга поближе.

— Милая, — начинаю проникновенно. — В Японии один из самых низких возрастов согласия в мире и в целом очень мягкие законы о подростковом сексе. Ты удивишься, сколько из учениц нашей школы не являются девственницами.

— И откуда ты об этом знаешь? — нежно спросила моя девушка.

— Просто верю статистике.

На меня посмотрели с явным недоверием, но как-либо возражать не стали.

— Ладно, допустим, — судя по её тону, за мной записали некий грешок, что было забавно. То, что Саэко ревнива я видел всегда, но ревновать меня сразу ко всем ученицам школы, это что-то новенькое. — В любом случае, речь не об этом. У меня не такая репутация, чтобы сразу же подозревать постель, папа просто думает, что мы перешли от держания за ручку к поцелуям и объятиям.

— У нас вообще был подобный этап в отношениях? — я хмыкнул.

— Хм-м… — Саэко сделала вид, что задумалась. — Не думаю. Хотя никогда не поздно попробовать.

Особой пикантности этому разговору придавал тот факт, что нас окружали другие школьники, в потоке которых мы двигались в школу. То тут, то там можно было заметить, как некоторые парни и девушки греют уши на нашем разговоре. Забавная игра на нервах, с одной стороны лишнего не скажешь, могут услышать, а с другой бывает интересно специально сделать какое-нибудь неоднозначное замечание, чтобы посмотреть на реакцию любителей погреть уши на чужой беседе.

— Мне найти укромный уголок в школе, чтобы мы могли там «углубить» наши отношения? — предлагаю ей шутя.

— Боюсь тогда нас может ждать долгая лекция от Като-сан, — Саэко рассмеялась.

— Като? — с интересом выгибаю бровь.

— Председатель общественной морали.

Услышав её ответ, я только головой покачал. Японцы с их активной социальной жизнью в школе просто поражают. Мало им было кучи клубов и органа студенческого самоуправления, так ещё и аналог полицаев, следящих за моральным обликом учащихся. Просто удивительно, как много свободного времени у некоторых молодых людей. Я в свои школьные годы, помнится, иногда не знал, где бы выкроить лишний часик между всеми своими хобби и увлечениями и уж точно не стал бы нагружать себя в школе дополнительными не учебными делами.

— Что ж, значит не судьба, — хмыкаю.

— Как-нибудь в другой раз, — согласилась Саэко, после чего снова слегка ущипнула меня. — И ты сбил меня с мысли. В общем папа выразил обеспокоенность нашими отношениями.

— Учтём, — очень слабо представляю, как я мог бы учитывать подобную информацию, и что буду делать если… случится хоть что-нибудь. Но Саэко бы не поняла ответ в духе «мне всё равно». — Что-нибудь ещё?

— Он ещё почему-то настоял, чтобы я взяла Омамори, — Саэко покачала маленький мешочек на шнурке, привязанный к чехлу с бокеном.

— Я посмотрю? — спрашиваю разрешения, прежде чем взять мешочек в руки и рассмотреть его поближе.

Куда больше материала из которого он был сделан, меня интересовала информация от Системы, которая легко раскрыла тайну весьма интересной вещицы.

Омамори — амулет, посвящённый определённому синтоистскому или буддийскому божеству, с вшитой внутрь молитвой.

В этом Амулете содержится воззвание к Фудо-мёо «Защити меня, о божественный защитник, от ёкаев и других темных существ!»

— Интересно, — выпускаю амулет из рук. — Надо будет остальным сделать такие же.

— Что именно интересно?

— Это амулет не на удачную учёбу или успех в любви, как можно было бы ожидать. Он взывает к богу-защитнику, что противостоит темным духам и ёкаям, — прикидываю, что подобный амулетик, созданный по всем правилам и запитанный силой может помочь в том числе и против зомби. — Непонятно, правда, нафига он тебе его всучил. Особенно в контексте обеспокоенности о нас.

— Может его в храме обманули и подсунули что-то не то? — предполагает она.

— Да не должны были, — качаю головой. — Это в храме Аматерасу ещё могли бы перепутать амулет-защитник с амулетом-благословением, но Фудо-мёо очень специфичный бог. Но зачем гадать, просто спроси у него, с чем связан подобный подарок.

— И как я объясню, что узнала о скрытой в Омамори молитве? — Саэко выгнула бровь. — Вскрывать его считается дурной приметой.

— По внешнему виду всё видно, — я только фыркнул. — И можно просто сказать, что я узнал символику на мешочке и полюбопытствовал о причине. По идее это не должно вызвать никаких проблем.

Глава 24

Что-то странное я почувствовал уже ближе к обеду. Неясные сигналы от интуиции, намекающие, что стоит осмотреться внимательнее. Давненько со мной такого не было и вариантов, чтобы это могло быть немного. Либо Ма оперативно передал мою просьбу о встречи своим знакомым мастерам, и те решили сразу же ко мне присмотреться. Либо старый китаец просто сдал меня китайской мафии, чего тоже не стоит исключать.

Как я и говорил Ма, потустороннее чутьё, любое, можно обмануть, главное знать как. А уж чувство правды можно обмануть, даже не будучи мистиком, достаточно хотя бы на время убедить себя, что ты говоришь правду.

В любом случае игнорировать подобное чувство было бы глупо, а потому я начал аккуратно прощупывать пространство вокруг себя, в поисках той неправильности, что царапала мою интуицию.

И поначалу ничего не нашел. Все выглядело обычно, нигде не было видно посторонних людей и это послужило подсказкой, куда именно надо смотреть. В конце концов, если проблема не в людях, то стоит поискать что-то другое.

Коротко оглянувшись, и убедившись, что на меня никто не смотрит, использую заговор друидов и следопытов, поднеся ладонь левой руки ко рту.

— Сила Охотника, пронизывающая все мои чувства, дай мне возможность найти истинную цель и устранить ее, — короткий речитатив, и все чувства обострились, позволив видеть, слышать и чувствовать значительно больше чем обычно.

И сразу же в глаза бросилось, что все птицы, что якобы возились за окном, на самом деле держали меня в поле зрения. Я сначала даже не поверил, но понаблюдав за ними несколько минут удостоверился в увиденном, ни одна птица, ни разу, не выпустила меня из своего поля зрения. Заставляю свою душу особым образом вибрировать, чтобы удостовериться, что это настоящие птицы, а не духовные слуги, лишь принявшие вид.

Результат проверки удивил. Птицы были самыми обычными, зато в порывах ветра прятались мелкие природные духи, что чуть ли пальцем в меня не тыкали настолько явным был их интерес. Это что получается, друид и толкователь снов, решили понаблюдать за мной одновременно? Даже интересно, работают ли они сообща или все же независимо друг от друга. В любом случае, Ма Тун большой молодец, откопать таких оригиналов в Токио, это надо постараться.

— Комуро! — окликнула меня преподавательница английского языка. — Stand up, please.

— Да, сенсей, — отзываюсь, встав из-за стола.

— Я смотрю, что происходящие за окном кажется тебе интереснее моего урока, — строго заметила преподавательница и выдержала паузу, как бы предлагая мне хоть как-то прокомментировать её замечание. Мне было откровенно лень собачиться с учителем, а потому я лишь пожал плечами. — Тогда, быть может, ты сможешь прочитать нам отрывок из учебника?

— На какой странице? — выгибаю бровь.

— Ты бы знал, если бы потрудился хотя бы открыть учебник в начале урока, — она прищурилась, после чего подняла учебник в своих руках к глазам. — Страница семьдесят шестая, читай со второго абзаца.

Листаю учебник до нужной страницы, и с некоторым удивлением узнаю, что фрагмент для учебного чтения был взят из «Преступления и наказания» Достоевского на английском языке. Но делать нечего и я начал читать отрывок. Проблем с языком у меня не было, но мои мысли все еще были заняты неожиданной и двойной слежкой за окном.

Интересно, им потребуется какое-то время, чтобы выйти на контакт, или они обойдутся этой разведкой и приглашения в гости можно будет ждать уже сегодня? Хотя не стоит сбрасывать со счетов шанс, что это ко мне хотят прийти в гости и слежка продолжится после школы до самого моего дома…

— К-хм, — отвлекала меня от мыслей преподавательница. — Можешь прекратить чтение, Комуро.

Окинув взглядом участок текста, на котором остановился, я заметил, что уже закончил читать учебный фрагмент и перешел на описание упражнений.

— Прошу прощения, задумался, — с лёгкой усмешкой отвечаю ей, положив учебник обратно на парту.

— Задумался? — учительница, Кавагути Юкико, как мне удалось вспомнить её имя, не очень-то мне поверила. — Во время чтения?

— Я достаточно свободно владею английским языком, — моя усмешка стала шире, когда я припомнил легенду, которую пытался впарить матери и Кирико в лагере Такаги. — Много общался с иностранцами.

— Это при каких обстоятельствах? — Кавагути-сан прищурилась.

— Это личное, сенсей, и я не обязан отвечать, — покачав головой, смотрю ей глаза в глаза. — Хотя и секрета особо там нет, если хотите, можете узнать у моей матери, она в курсе.

— Садись, Комуро, — при упоминании родителей учительница сразу как-то сдулась.

В том, что матери все же позвонят и расскажут про этот разговор я не сомневался. Но, как и говорилось, мне от этого ни тепло, ни холодно. Главное, что от меня отстанут. И даже если Хана скажет, что не в курсе, в чем дело, преподы меня после этого дергать перестанут. Ну или их можно будет уже более конкретно послать куда подальше.

Сажусь на своё место и вновь бросаю взгляд в окно. Думаю, что нет смысла ловить птиц и уж тем более бесполезно ловить духов ветра, так что просто подождем и посмотрим, что произойдёт дальше. Разве что домой с таким хвостом я не пойду. Подвергать Хану опасности было бы просто глупо.

Но так или иначе, а до самого звонка меня больше никто не дергал, только косились, что ученики, что преподавательница. Зато после уроков ко мне подошла Сая.

— Я смотрю ты не умеешь не выделяться, — буркнула она. — Как только до этого умудрялся быть незаметным, непонятно.

— У меня была цель, не выделяться, и я этой цели придерживался, — хмыкаю в ответ на претензию Такаги. — А сейчас эта цель плюс-минус не актуальна, вот я и не заморачиваюсь.

— Ты, по-моему, вообще не заморачиваешься, — на её бубнеж я только глаза закатил и поднялся из-за парты. — Стоил хоть вид за окном перепалки с учителем?

— Более чем, — кивком предлагаю ей пойти за мной. Нельзя сказать, что прям весь класс был заинтересован в нашей беседе, но подслушать могли легко даже случайно. — И должен заметить, Сая, что ты удивительно легко попадаешь в неприятности.

— Используй «сан», когда мы на людях, — шикнула она, но сразу же сбилась. — И что за неприятности?

— Я не от скуки в окно пялился, за мной следили, двое, мистики, — говорю тихо. — И хотя Ма мог дать словесное описание твоей внешности, но тот факт, что ты сама ко мне подошла во время наблюдения уже ставит тебя под удар.

— Отвратительно, — ругнулась Сая. — И что теперь?

— Ничего, — я только хмыкнул на её лексику. — Будем надеятся, что ничего плохого эти ребята не хотят. Я в любом случае сейчас из школы уйду и слежка, скорее всего, уйдет за мной. Матери я сам позвоню, предупрежу, а вот тебе лучше пойти к Саэко.

— Ты и её хочешь скомпрометировать? — скепсис Саи можно было руками потрогать, настолько он был явственным.

— Слова-то какие умные знаешь, — поддеваю её. — Я хочу, чтобы вы держались вместе, так вам будет проще защитить себя. Даже надеясь на лучшее, всегда нужно исходить из худшего, например, что слежка велась с самого утра, а сейчас я её только заметил. Или что они не пойдут за мной, а заявятся к вам. В этом случае вам будет лучше держаться вместе.

— Чтобы нас побыстрее убили? — это была дерьмовая шутка, но именно шутка. Уж что, а свои шансы на выживание в одиночку и в компании с Саэко Такаги оценивала однозначно.

— Ты сама знаешь ответ на этот вопрос, — говорю я, когда мы уже дошли до лестницы ведущей в холл школы. — И кстати, Сая, дай свой номер телефона, чтобы не посылать почтового воробья каждый раз, когда мне потребуется передавать сообщение.

— «Сан»! — цыкнула Сая. — Ты записывать телефон будешь?

— Запомню, — качаю головой. — Если слежка пойдет за мной, то я позвоню и сообщу об этом, если же они останутся здесь, то вернусь и помогу.

— Мне позвонишь или Бусудзиме?

— Ей, а ты в любом случае держись с ней рядом.

На этом всё решили и разошлись. Мудрить со способом уйти из школы раньше конца уроков я не стал и просто направился к главному выходу.

— Эй, ты куда собрался? — окликнул меня охранник на выходе, стоя около закрытых ворот.

— На выход, — киваю ему на ворота.

— Занятия ещё не кончились, — охранник нахмурился.

— Я в курсе, но мне нужно на выход. — придавливаю охранника к месту взглядом. — Если тебе нечем заняться, то можешь обратиться к директору или в учебную часть, там позвонят моим родителям, а всё остальное не твоя работа.

— Я не должен открывать ворота, — охранник решил по свойски опустить зарвавшегося мальчишку, которым он считал меня. Я же был не в настроении шутить.

— Я могу вызвать полицию, и они откроют мне ворота с той стороны, вообще без проблем, — я только потянулся к карману брюк, как подскочивший охранник кинулся к воротам.

— Вот-вот, открыты ворота, — затараторил он, приоткрыв выдвижной заборчик, что перекрывал выход из школы. — Иди давай, куда тебе надо, а я пока в учебную часть позвоню.

— Удачи тебе с этим, — я только хмыкнул на это и всё же вытащил из карманного измерения телефон, и тут же набрал номер Саэко.

— Моси-моси, — раздалось с той стороны. — Тебе было лень подняться на один этаж ко мне?

— Нет, у меня плохие новости, во время уроков заметил за собой слежку, два мистика. Я уже ушел из школы, надеюсь увести их за собой и познакомиться предметно.

— Что?! — в её голосе послышалось напряжение. — Ты серьезно?

— У меня не настолько дерьмовое чувство юмора, чтобы откалывать подобные шутки, — говоря со своей девушкой, я продолжал оглядываться.

Пусть окрестности школы были весьма спокойны, но городская черта всё равно полнилась разнообразными раздражителями, на которые Чувства Охотника реагировали весьма остро.

— Где ты сейчас? — Саэко тут же решила стать со мной плечом к плечу, как было всегда в виртуальном мире, но сейчас для этого не место и не время.

— Нет, — отвечаю ей твердо, но без резкости. — Сая засветилась перед слежкой, так что я направил её к тебе. Если им нужен только я, то можно будет договориться о встрече сегодня или завтра вечером, куда мы можем пойти вдвоём. А вот если они решат сначала взять заложника, то ты должна будешь продержаться до моего прихода. Хорошо?

— В последнее время она все чаще меня расстраивает, — почти промурлыкала моя девушка в трубку. Как бы она с таким настроением сама Саю по голове мечом не благословила.

— Что поделать, — надо бы как-то смягчить её нрав. — Я знаю, что ты сильная и умная девушка, на которую можно положиться, поэтому я и прошу тебя присмотреть за этой бедовой.

— Льстец, — отозвалась Саэко, хихикнув в трубку. — Хорошо, буду ждать новостей об итогах встречи с тайными воздыхателями.

— Обязательно.

***

Накамура Аяка никогда не считала себя сплетницей. Поймите правильно, просто болтать с подружками нормально. Если в разговоре начинают упоминать других людей, это всё ещё нормально, но уже повод подумать о ком и зачем вы говорите. А вот слушать и уж тем более пересказывать разнообразные недостоверные, а то и откровенно лживые слухи — это уже ни разу не нормально.

Аяка сама когда-то была жертвой сплетен, из-за чего ей пришлось несколько раз менять школу, поэтому она не считала себя сплетницей и презирала всех девчонок в школе, которые сплетнями увлекались. И именно поэтому она тихо ненавидела всех своих одноклассниц, что без устали обсуждали Бусудзима Саэко и её парня, Комуро Такаши.

Даже сознательно стараясь избегать разговоров на эту тему, Аяка всё равно постоянно слышала про этот странный роман, больше похожий на сюжет какой-нибудь романтической новеллы. Она видела, как девочки собирались в группки и шептались, обсуждая последние слухи о Саэко и Такаши. Они говорили о том, какие они странные и необычные и, что за загадочные события происходят вокруг них.

Аяка всегда старалась не присоединяться к таким разговорам. Просто прослеживая темы разговоров и всплывающие факты, можно было заметить, как новые подробности выдумываются с каждым днем, что невероятно раздражало. Но сегодня был по-настоящему особенный день.

Началось всё с того, что их класс чуть ли не взорвался обсасыванием косточек Бусудзимы и Комуро, которые, идя в потоке других учеников, обсуждали свои отношения. Тот факт, что влюбленные, которые вообще ничего вокруг себя не видели и, видимо много чего наговорили, раздражали Аяку чуть ли не больше, чем сплетницы и сплетники, много говорил о личной жизни девушки, но сейчас не об этом.

Возвращаясь к теме сплетен, Аяка сама того разговора не слышала, зато за сегодняшний день успела выслушать сразу несколько вариантов того самого разговора. Уже этого должно было хватить, чтобы Аяка была раздражена до предела, но, как оказалось, это ещё не конец, в какой-то момент Бусудзиме позвонили.

— Моси-моси. Тебе было лень подняться на один этаж ко мне? — спросила она с усмешкой, но почти сразу же нахмурились. — Что?! Ты серьезно?

Это просто не могло не привлечь внимание класса. Кажется, что вообще все ученики превратились в одно большое ухо. Даже Аяка, хоть и считала себя выше всего этого не могла сдержать некоторого любопытства и не прислушаться.

— Где ты сейчас? — продолжала задавать Бусудзима вопросы. Не было никакой возможности услышать, что ей отвечают, но выражение лица у капитана клуба кендо менялось стремительно и весьма сильно. В какой-то момент Бусудзима даже стала походить на кошку, что уже поймала в свои лапы всех мышей мира. — В последнее время она все чаще меня расстраивает.

То каким тоном это было сказано и содержание фразы заставило многих в классе сглотнуть вязкую слюну. Аяка же только прикрыла рукой глаза, в безуспешной попытке закрыться от всего мира. Неужели так сложно понять, как все это выглядит со стороны?

— Льстец, — хлёстко, но с явно прослеживающейся добротой заметила Бусудзима. — Хорошо, буду ждать новостей об итогах встречи с твоими тайными воздыхателями.

Аяка очень хотела прикрыть лицо и второй рукой. Это уже не романтическая новелла, а комедийный сериал какой-то. Но только она успела подумать, что первый акт этого цирка закончился и можно ждать нового витка сплетен, как закон Мёрфи напомнил о своём существовании. В кабинет вошла девушка с розовыми волосами, которую Аяка не знала.

— Привет, Бусудзима, — кивнула розововолосая.

— Такаги, — капитан клуба кендо кивнула в ответ. — Такаши уже позвонил и предупредил меня о тебе. Пойдем, пообщаемся?

В ответ на это названная Такаги только напряжённо кивнула, после чего с сомнением оглядела класс.

— Да, думаю лучше всего будет нам… поговорить наедине.

Если бы Аяка была хоть немного хуже воспитана, то на этом моменте она бы уже тихо выла. Она искренне верила, что на самом деле Бусудзима со своей подругой имели в виду что-то другое, не то, о чем подумали вообще все в классе. Но и каких-либо сомнений в новом витке самый диких и даже пикантных слухов она не питала.

***

Так как встреча с друидом и толкователем снов легко могла закончиться потасовкой, то стоило выбрать место, где наши танцы никому не помешают и привлекут как можно меньше внимания. Хотя сам я шансы на драку оценивал не очень высоко.

Достаточно вспомнить, что во время конца света как-то не было видно боевых мистиков, что собирали выживших, ну или хотя бы просто охраняли какую-то территорию. Конечно, всегда есть тысяча и один вариант развития событий, при которой боевые маги не вмешались в конец света. Может свалили в безопасное место, может между собой боролись, или были первыми зараженными…

И это только те варианты, что просто сами просятся на язык.

Идеальным местом встречи была бы какая-нибудь заброшенная стройка или склад, но чего нет, того нет. Вокруг школы было несколько парков, и по идее там сейчас должно быть минимум народу, но при встрече с друидом парк никак нельзя назвать «нейтральной территорией».

Так перебирая один вариант за другим, я, кажется, нашел более или менее приемлемый вариант: берег реки. Я могу отогнать духов воды, если вдруг толкователь снов попытается к ним взывать. При этом сам я буду обращаться к стихии напрямую, что должно обеспечить мне преимущества. А в случае совсем уж тяжелой ситуации можно будет отступить в подводное царство, аналог зазеркалья, но связанный со стихией, где никто из показавших себя противников не будет иметь преимущества.

Единственная загвоздка была в том, что ближайшая река была в часе пешего хода от школы. И если сам я могу просто телепортироваться к ней, то вот насчет своих соглядатаев я не был так уверен. Вернее будет сказать, что ветер-то точно за мной успеет, а вот птицы… черт его знает, каким заклятием воспользовался друид. Так что пришлось исхитряться и делать серию коротких прыжков по крышам домов, чтобы меня уж точно смогли проследить до берега реки.

Прибыв на место и удостоверившись, что слежка никуда не делась, я приоткрыл свою суть миру, как делал перед отцом Саэко, желая показать свою «силу духа». Более наглядное приглашение на разговор мне было тяжело придумать, разве что начать отстрел птиц и изгнание духов ветра.

Пока же ждал гостей, призвал хорошо зарекомендовавших себя волков Одина, которых отправил незримыми охранниками для Саэко и Саи. Пусть слежка продолжалась именно за мной, но расслабляться все же не стоит. Также написал СМСку матери, предупредив о возможном звонке из школы.

Ожидая прихода друида и толкователя снов, я пристально наблюдал за окружающей обстановкой. Берег реки был спокоен и уединен, только вдалеке можно было рассмотреть мост, да на противоположном берегу здание какого-то торгового центра. Вода плескалась на берегу, создавая успокаивающую атмосферу. Обстановка была настолько умиротворяющая, что я чуть не пропустил появление гостя, на удивление одного и это точно не был один из той странной парочки, что я ждал.

— Я ждал друида или толкователя снов, а в итоге пришел акашит, — хмыкаю, рассматривая невероятно мощного деда в зеленом ципао. Блондин, что забавно, ведь этот цвет волос считается среди японцев символом агрессии, но его внутренняя сила была удивительно спокойна, я даже с трудом ощущал границы его силы. — Это твои друзья следят за мной?

— Со своей стороны должен сказать, что почувствовав твою силу я тоже ожидал встретить неизвестного мастера, а в итоге нашел необычного юношу, ещё не закончившего школу, — хмыкнул он в ответ, поглаживая длинную бороду. И я явно почувствовал, что он солгал, старик точно знал кто я и как выгляжу. — И «акашит» это от понятия «Акаши»? Так в индуизме называют одну из пяти первооснов мира, верно?

— Думаю тут уместнее будет взять данный термин из буддизма, где Акаша означает «отсутствие сопротивляющейся материи», — готовлюсь, в случае необходимости телепортироваться в сторону, сила этого старика реально внушает, даже удивительно, что подобные ему рождаются в современную эпоху. — Акашитами же зовут всех последователей пути воина и мудрости востока, что направляют свою внутреннюю силу на усиление себя и своих ударов.

— О! — он демонстративно ударил кулаком о ладонь, как если бы его посетило некое озарение. — Так вот, что ты имел в виду. Что ж, тогда меня и моих «друзей», как ты выразился можно назвать «акашитами». А что насчет «друида» и «толкователя снов»?

— За мной следят птицы и ветер, — помимо защиты от его ударов, стоит подумать о том, чем бы я мог его атаковать. Нужно что-то максимально быстрое, но достаточно мощное, что пробиться сквозь переполненное силой тело. — Первым балуются разнообразные любители единения с природой, которых мне проще всего обозначать одним словом: «друиды». А вот всякие пророки и гадатели, которых я обозначаю общим термином «толкователи снов», любят обращаться за помощью к разнообразным духам, в том числе и духам ветра.

— Понятно, значит ты почувствовал маленьких друзей Апачая и результат гадания Ма Кенсея, — акашит широко улыбнулся и внешне вообще не демонстрировал никакой угрозы.

— Ма? — я только бровь выгнул.

— Да, Кенсей родственник Ма Туна, что обратился к нам с весьма необычной просьбой и рассказом, — старик несколько раз кивнул, после с улыбкой изобразил жест почтения из кунг-фу. — Моё имя Фуриндзи Хаято, и я старейшина группы мастеров, что зовет себя Рёдзанпаку.

— Комуро Такаши, — просто киваю головой. — Ремесленник и ученый.

— Ох, какой скромный молодой человек, — Фуриндзи хитро на меня посмотрел из-под кустистых бровей. — Ма Тун сказал, что ты хотел встретится с мастером, что практикуют управление внутренней силой. В Рёдзанпаку собираются такие мастера и ещё несколько групп мы знаем.

— Это приглашение?

— Мы можем встретиться и поговорить в любом месте, где тебе будет удобно, — он пожал плечами. — Но могу поклясться, что в нашем доме тебе ничего не угрожает.

— Ты не врешь, — киваю, на что он хихикнул.

— Или могу обмануть твоё чутьё.

— Да, так тоже можно, если знать как.

Глава 25

Акашит предложил сразу же проследовать на их базу, но я отказался. Назначил встречу на вечер и предупредил, что приеду не один. Старик похмыкал, но назвал адрес и даже набросал мне план улицы, с указанием, как найти нужное мне здание.

Я на подобное только хмыкнул. Судя по Системной карте, «здание» на самом деле было целым особняком с солидной прилагающейся территорией. Так что нарисованный стариком план был более чем неточным, так как там нужное здание обозначалось небольшим квадратиком, даже меньше, чем соседние здания.

Трудно сказать, была ли это дежурная шутка со стороны старика или он банально не считал нужным уточнять все детали и просто дал общую карту местности. Был ещё вариант, что особняк как-то скрыт, но я особо в это не верил. Слишком уж специфическая магия, особенно для Акашитов.

Уроки ещё не закончились, но возвращаться в школу было бессмысленно, так что я просто скинул Саэко СМС с сообщением, что конфликта не будет, и местом встречи, откуда вместе отправимся к Акашитам. Там будет неплохая кафешка, где я смогу подождать свою девушку.

Ждать пришлось несколько часов и это при том, что Саэко сегодня не пошла в клуб и вообще постаралась побыстрее покинуть школу. Можно было бы быстрее, если бы она просто прогуляла бы оставшиеся уроки, а не постаралась бы отпроситься, при помощи Марикавы. Но даже я сам посоветовал ей так не делать. Мне подождать не сложно, а вот родители нам потом мозги полоскать ещё долго будут за прогулы, это просто не стоит того.

В кафешке я заказал себе зеленого чая, Системой он оценивался более полезным, чем кофе, особенно дешевый, и неспешно перебирал знания об Акашитах, магах или мистиках, считающих себя воинами.

Хотя, говоря начистоту, правильнее будет обозвать их фанатами востока, так как среди этой братии хватает и не воинов, но это малозначительные детали. Основой их учения является единство и гармония тела, разума и духа, поэтому даже не боевые специалисты были исключительно хорошо развиты физически, просто не владели чисто боевыми техниками, или владели на самом базовом уровне.

Восточная мудрость весьма многообразна, так что и силы у Акашитов весьма разнообразны. Я могу лишь с уверенностью предположить, что все они в той или иной степени владеют разумом, хотя бы на уровне продвинутых медитаций. Всё же я сомневаюсь, что в мире много таких, как Ма Тун, мастеров именно разума.

Так как я пошел путем даоса, то мог бы много почерпнуть у идущих путем Акаши. Пусть я следую конкретной школе, что не магия и не мистицизм, а они были именно магами и мистиками, что следуют за легендой моей школы, и в прямую смешивать наши пути бесполезно. У меня нет духа, одной из основ их приёмов. Но методики работы с разумом и телом можно и посмотреть.

За этими размышлениями время пролетело незаметно, а там и Саэко подошла ко входу к кафе.

— Всё хорошо? — спросила она сразу же.

— Пока не знаю, — я только пожал плечами, пододвигая к ней меню. — Вечером узнаем, а пока перекуси.

— Иногда удивительно, как много времени ты уделяешь еде, — она покачала головой. — Я сама пока даже не уверена, что успела проголодаться. Обед был совсем недавно.

Я хмыкнул. Пополнеть мне не угрожало, Система не даст. С другой стороны, еда давала, пусть и небольшие, но плюсики к характеристикам, да и просто ради удовольствия можно было есть. Вот только объяснять всё это кому-либо, даже Саэко, не хотелось, и не хотелось сильно.

С учётом того, что Система прикрыла правду моего происхождения от других со всех сторон, можно вполне уверенно заявить, что есть и запрет на лишнюю болтовню.

Система не вмешиваются в мысли пользователя напрямую.

Тут же высветила мне моя сила. Что ж, учтём, что напрямую никто не вмешивается, ну а о широте возможностей опосредовательных воздействий я и сам знаю.

— Не знаю как ты, а я толком не обедал, только чаи гонял, — улыбаюсь своей девушке.

— Что ж, тогда нам следует сделать заказ хотя бы для того, чтобы ты мог поесть, — она улыбнулась и начала листать меню.

Прям полноценный обед заказать в кафе не получится, зато закусок посытнее мы набрали чуть ли не на троих.

Саэко может попробовать всего, чего захочет, а в меня влезет все остальное. Куда не кинь везде выгода.

За едой пошел и разговор.

— Так что за компания тебя выслеживала сегодня? — спросила девушка, ожидая наш заказ.

— Весьма неожиданная, или наоборот, крайне ожидаемая, — я хмыкнул. — Акашиты, такие себе мастера боевых искусств из китайских боевиков. Лично виделся только с их главным, суровый дед, силен как демон, думаю одного нашего знакомого слоника он бы завалил и в одиночку.

— Ого, — Саэко удивилась.

Мутировавшего на второй уровень зомби-слона она помнила, как и тот факт, что тварь выжила, получив от меня удар сравнимый с выстрелом из корабельного орудия. Человек, что способен выдать даже сопоставимый урон, это уже что-то за гранью добра и зла. Так что воин, способный справиться с подобной тварью заслуживает внимания.

— Я тоже удивился, — хмыкаю. — И он такой не один. Хотя я очень удивлюсь, если все в их группе равны по силе старейшине.

— Даже один боец такой силы может многое изменить в мире, — Саэко на мгновение замолчала, когда нам принесли наш заказ. — Где был этот старейшина во время конца света?

— Хороший вопрос, — киваю, первым берясь за еду. — Хотя я бы спросил по-другому, а был ли вообще старейшина, там, в нашем мире?

— Что ты имеешь в виду? — Саэко нахмурилась.

— Помнишь, я рассказывал тебе про путешествие в разнообразные варианты будущего? Можно в своём теле, а можно только разумом, в своё отражение в другом мире. Это работает не только при путешествии в будущее, но и в прошлое тоже. И наши тела сюда не перенеслись.

— Я не… — Саэко на мгновение замерла. — Я не думала об этом.

— А я никогда не заострял на этом внимание, — прикрываю глаза. В тот раз, когда мы путешествовали в будущее, она высказалась категорически против путешествия одним только разумом, обозвав это убийством. — При перемещении подобным образом нас могло закинуть как в абсолютно похожий мир, так и в сильно отличающийся.

— То есть это не наш мир? — уточнила девушка.

— Наш мир, Саэко, пережил апокалипсис, его «будущее» уже наступило, — качаю головой в отрицании. — При путешествии в прошлое мы можем найти мир на сто процентов похожий на наш, который еще и будет развиваться по тому же пути, что и наш, но нашим он не будет.

Саэко на мои слова только прикрыла глаза и вздохнула. Простая, в сущности, мысль, которая никогда не приходила ей в голову. Я решил ей не мешать, продолжая отдавать должное закускам. Если ей потребуется помощь, чтобы справиться с эмоциями, я помогу, но если она справится сама, то лезть было бы глупо.

Молчание несколько затягивалось, но я не торопил её, пускай успокоится. С той бурей эмоций, что я от неё чувствую, с ходу не справиться. Некоторое время спустя Саэко снова заговорила.

— Понятно, — вот и всё, что она мне заявила. Столько эмоций и только одно слово. В этом были все женщины.

— Сомнительно, — вздыхаю, — но если ты захочешь что-то узнать или уточнить, то не стесняйся.

Она молча выгнула бровь, но, подумав немного, просто кивнула. Я тоже некоторое время помолчал, внимательно вслушиваясь в её эмоции. Буря утихла лишь слегка, готовая в любой момент вспыхнуть с новой силой, но тут уже ничего не поделаешь. Это я умею отрезать эмоции, и то делаю это через Систему, а у всех нормальных людей с этим есть понятные проблемы.

— Ладно, — после паузы я вновь беру слово. — Не волнуйся, Саэко, я не забыл фокус Хроноса, которому заплатил за защиту, а он нас просто в другой мир бросил. Где расположены города греческих богов я знаю, Олимп, Атлантида и Аид — все они имеют вполне конкретные координаты. Уж один из детей Кроноса подскажет мне, где искать отца времени. А там можно будет поговорить предметно о соблюдении договоров.

— Такаши, не надо, — попросила Саэко. — Ты уже один раз столкнулся с богом.

— И победил, — отрезал я. — Это при том, что нападение было неожиданным и мне пришлось прикрывать вас. Будь я один, или будь со мной боец, на которого я могу полностью положиться, и весь бой проходил совершенно иначе.

Это было очень прямое и откровенное заявление, и Саэко была достаточно умной девочкой, которая сразу всё поняла.

— Я постараюсь, Такаши, — она решительно кивнула.

— А я помогу, — улыбаюсь. — В конце концов, именно ради этого мы сунулись в будущее, да и у Акашитов можно будет чего-нибудь полезного почерпнуть.

— Хорошо, — робкая улыбка вернулась на лицо девушки. — Так когда отправимся на встречу?

— Как доедим, — пожимаю плечами. — Спешить особо некуда, но и ждать какого-то конкретного времени тоже нет смысла.

Забавно, но такая постановка вопроса заставила Саэко есть чуть быстрее обычного. Очень уж ей было интересно посмотреть на мастеров боевых искусств, а уж тот момент, что боёвка там не чистая, а с примесью магии и мистики, так от этого даже интереснее становится.

Я над её энтузиазмом только посмеялся, но задерживать выход не стал, так что насытились мы примерно в одно время и отправились на станцию монорельса. Так как наша школа находилась за городом, а особняк Акашитов был в спальных районах, то проехаться придется прилично.

— Не думал позвонить Минами-сан? — спросила Саэко, пока мы толкались в переполненном монорельсе.

— Хочешь сказать, что ни ты, ни Такаги, ни даже Марикава ей так и не позвонили? — я усмехнулся.

— Мы позвонили, — призналась она, не уточняя, кто именно это сделал. — Она была недовольна, но подъехать, тем более быстро не могла. У них там какая-то ситуация, о которой она не стала говорить по телефону.

— Она государственный человек, — киваю. — Более того, она цепной пес государства, такие люди всегда живут, готовые сорваться на дело. Поэтому я бы, на вашем месте, не надеялся, что она будет всегда готова прискакать к вам по первому звонку.

— Есть ещё Миямото-сан, — заметила Саэко.

— Вы и ей позвонили? — немного удивляюсь, хотя мысль логичная.

— Да, но она тоже на дежурстве.

— В общем вы всех, кого могли, на уши поставили, да всё зазря, — я только усмехнулся.

— Ну, может быть, не совсем зря, — ответила Саэко. — По крайней мере, мы попытались получить помощь, даже если она была недоступна в данный момент.

— Помощь — это хорошо, вопрос только в цене.

Я вел эту беседу исключительно чтобы занять время в дороге, толком даже не думая, что говорю. Саэко же заинтересовалась темой и даже начала цепляться к словам.

— Цена? — она заглянула мне в глаза. — Разве они хоть что-то требовали с тебя за помощь?

— Только этого мне не хватало, — я фыркнул, отвернув голову в сторону, чтобы не делать это Саэко в лицо. — Но цена бывает разная. Я, например, не хочу тратить время на выслушивание причитаний о том, как обо мне все волнуются и как важно быть осторожнее. Это тоже своеобразная цена.

— Но о тебе действительно волнуются, — заметила она.

— Я понимаю, и стараюсь по возможности не давать поводов для волнения. Вот только совсем сидеть тихо и ничего не делать я не могу. Бессмысленно это, да и опасно.

— Но осторожней все же стоит быть, — зашла с другой стороны моя девушка.

— А что значит "быть осторожней"? — выгибаю бровь. — Кто вообще измеряет степень моей осторожности?

— Ну-у… — она задумалась.

— Тот факт, что я не призываю демонов, не заключаю договоры именами богов направо и налево, а также не ставлю эксперименты над собой, мутируя из человека во что-то иное, это «осторожно»? — говорю больше ради шутки.

— Очень даже, — Саэко несколько раз кивнула. — Хотя предела совершенству нет.

Спорить тут можно было бесконечно, а потому бессмысленно. Разве что из любви к искусству, но я не любитель подобных развлечений. Саэко, умная девочка, всё поняла и тоже не стала настаивать на продолжении разговора или признание её правоты. Так что дальнейший путь проходил уже в ничего не значащей болтовне.

Особняк Акашитов внушал. Хотя нет, не так, забор и ворота внушали, но я очень удивлюсь, если окажется, что внутренняя часть будет не в масть внешней. Такой цыганщины я просто не пойму, да и не в духе это Акашитов.

— Странное у меня предчувствие от этого места, — заметила Саэко.

— Похоже на Печать Святилища, — я прищурился, разглядывая огромные деревянные ворота. — Правда очень слабое воздействие, лишь чуть больше личного Круга Силы. Оригинальная печать может и убить слабого духом, ибо недостойные не могут войти на святую землю. Но здесь всё проще, максимум отпугнет.

— Значит слаба духом, — тихо проговорила Саэко.

— Чтобы войти в святилище без обучения, на одном лишь таланте, нужно быть гением, каких ещё не носила земля, — я только покачал головой, и подошел к толстым створкам. — Святая земля оставлена лучшим. Так что не вешай нос, а лучше подумай, где и как сможешь улучшиться.

Уперев руку в правую створку, я слегка надавил. Ворота даже не скрипнули, а ведь при правильной конструкции даже у обычного человека не должно было возникнуть проблем с открытием ворот. Я же, благодаря дао и полуматериальному телу, сейчас ощутимо сильнее обычного парня моей комплекции.

Можно было бы попробовать ударить какой-нибудь техникой. Благо дао, в отличии от большинства школ идет не от простого к сложному, а от конечного к начальному. Начинаешь с Вань У, потом пять основных стихий, затем Инь и Ян, Тайцы и, наконец, Уцзу. Так что создать какую-нибудь кинетическую волну или ураганный порыв ветра я в состоянии даже сейчас, имея лишь пару месяцев развития за спиной, но вряд ли Акашиты балуются чем-то подобным.

Врываться в святилище, хоть бы и самопальное, с ноги это даже для полных психов странно. Должен быть какой-то секрет.

— Подсказать? — спросил оказавшийся у нас за спиной старейшина Акашитов, который умудрился напугать Саэко, так что она даже отскочила в сторону.

— Опасно так подходить, даже если уверен в своих силах, — осуждающе качаю головой, не отрывая взгляда от ворот. — Да и подсказка будет лишней, вот она, точка приложения силы.

Легкий тычок в особое место, и ворота открылись с такой силой, как если бы я в них тараном ударил.

— Вы реально психи, — вздыхаю. — Я думал, что Акашиты уважают свои святые места.

— Я признал, что нас можно назвать «акашитами», но не говорил, что мы принадлежим к организации с подобным названием, — он развел руками, как бы извиняясь. — Сами мы себя называем мастерами боевых искусств, додзё Рёдзанпаку, на этом всё.

Хитрый дед, даже слишком. Но тут оставалось только хмыкнуть, я действительно сделал выводы только на основании того, что их развитие и направление сил очень похожи. Ошибка, одна из многих. Мне часто не хватает опыта, при переизбытке знаний.

— Что ж, значит я неправильно тебя понял, — признаю за собой ошибку.

— Здравствуйте, уважаемый старейшина, — поклонилась Саэко. — Меня зовут Бусудзима Саэко, я дочь Бусудзима Исаму.

— Хо-хо-хо, — дед изобразил из себя Санта-Клауса, хитро посмотрев на меня. — Какая воспитанная молодая леди.

— Да, не чета нам, сумасшедшим мистикам, — возвращаю ему шпильку, намекая, что его вежливость немногим больше моей. Старик на это только посмеялся.

— Что ж, следуйте за мной, — предложил он, первым заходя на территорию особняка. — Мы сможем поговорить внутри, остальные мастера нашей компании уже ждут.

«Ждут» — это не совсем верное слово. Чужое внимание я ощущал с тех пор, как мы подошли к воротам. Несколько могучих мистиков внутри, нас почувствовали и следили, старательно делая при этом вид, что очень заняты чем-то своим.

Первого такого наблюдателя мы увидели почти сразу же. Это был здоровенный иностранец в снаряжении для занятий муай-тай, который старательно, но аккуратно месил боксерскую грушу.

В том, что он кривляется я не сомневался ни на минуту. При его физических кондициях даже обычный человек эту несчастную грушу уже порвал бы или сорвал с крепления. А этот парень обычным не был точно. Тот самый друид, который подговорил птиц следить за мной. Очень специфическая энергетика, друид круга Пастыря, защитник и владыка. Не часто можно встретить подобное, а он ещё и Акашит.

Гремучая смесь.

Саэко тоже впечатлилась могучим гигантом, что был едва ли не на две головы выше меня, а ведь я сам не маленького для японцев роста. Старик же Фуриндзи, заметив наш интерес представил своего то ли друга, то ли подчиненного.

— Его зовут Апачай Хопачай, двадцать восемь лет, — зачем-то сообщил он нам его возраст. После чего повысил голос. — Апачай, заканчивай!

Друид в ответ на этот оклик одним молодецким ударом просто пронзил грушу кулаком как копьём. Драконий удар, техника первого круга из девяти доступных смертным. Ничего особенного, но для непосвященных весьма наглядно и впечатляюще, а большего и не надо.

— Не обращайте внимания, — вздохнул Фуриндзи, явно не оценив уничтожение спортивного инвентаря. — Он просто очень любит гостей, вот и старается.

— У него получилось, — улыбнулась Саэко. Она уже немного привыкла к мистике, но всё ещё не разучилась восхищаться подобными вещами.

Следующего мастера, вернее пару мастеров, если верить моим чувствам, мы встретили в одной из комнат по дороге. Дверь была специально приоткрыта, позволяя без проблем, заглянуть внутрь.

Сразу же в глаза бросилась весьма привлекательная девушка, может быть молодая женщина, в крайне фривольной одежде, зато с мечом за спиной. Стояла девушка мастер в окружении разнообразного холодного оружия.

Легко потянувшись за оружием, она припала на колено и… закрепленные вокруг девушки клинки разлетаются на две половинки. Хм-м… Острая Кромка, этим приёмом можно превратить в острое лезвие любой предмет, хоть травинку, но есть два момента. Мастера могут такой заточенной травинкой стальную плиту рассечь, а если использовать её на оружие, то клинок будет тем острее и прочнее, чем был до использования приёма. То есть на конечный итог влияет как умение воина, так и качество оружия.

Это всё ещё самая основа, доступная смертным, но всё так же действенно и наглядно. А вот направление развития девицы я так с ходу не угадаю. Острую Кромку в том или ином варианте изучали много кто, простая на начальном этапе она имела бесконечный потенциал развития. Система хранит память о по-настоящему опасных мистиках, у которых этот приём был основным.

— Что ты тут забыл? — спросила девушка, припав на одно колено спиной ко мне.

А вот и второй мастер.

Все ещё неназванная девушка вонзила меч в маты перед собой, выгоняя из скрытой подпольной ниши ещё одного мастера, щуплого и невысокого китайца. Скорее всего это тот самый Ма Кенсей, родственник Ма Туна и Ма Ренки.

Китаец тут же начал оправдываться, вот только он даже не пытался быть убедительным. Куда больше это напоминало приглашение поиграть в салки, и приглашение было принято, началась потасовка.

И снова это была откровенная постановка. Пусть о предельной силе местных мастеров я ничего не знал, но понять, что оба они сильно сдерживаются и откровенно кривляются напоказ, было не сложно.

Похоже не только Апачай «любит гостей».

Наблюдая за их беготней, я прислушался к своим ощущениям. Ещё два мастера было в глубине помещения, и с ними третий, похоже ученик, сила за ним чувствуется, но пока небольшая. А последний, уже посильнее ученика, но ещё не мастер, даже не слабый, местный адепт, наверное. Интересная компания тут собралась.

— Сигурэ, Кенсей, прекращайте! — строго сказал Фуриндзи и игры этой парочки тут же закончились. — У нас тут намечается серьезный разговор. Позвольте представить наших гостей, Комуро Такаши и Бусудзиму Саэко. А это мои друзья, мастерица меча и любого другого оружия, Косака Сигурэ, и мастер школы феникса, Ма Кенсей.

— Разве полезно для мастера распыляться на разные виды оружия? — спросила Саэко с подозрением покосившись на меня. Я же только улыбнулся, не сложно представить, что будет дальше.

— Не воин, кузнец, — просто пояснила девушка, что изрядно себя принизила. Ничего не могу сказать о её навыках ковки, но воин она точно не слабее того же Ма Кенсея.

— Где-то я уже это слышала, — теперь моя девушка подозрительным взглядом сверлила так называемую «мастерицу».

Боже, Саэко своей ревностью сама себя раньше времени до седины доведет. Пусть вокруг меня постоянно крутятся куча девушек, но я ещё ни разу не давал повода подозревать меня в измене или каких-либо других планах.

— Приятно встретить мастера, идущего путем созидания, а не разрушения, — с легкой усмешкой кланяюсь этой Сигурэ, на что Саэко только фыркнула.

Думаю добавлять, что я хотел бы поработать вместе с мастером кузнецом не стоит, моя дорогая девушка не поймет. Но на заметку возьмём.

Глава 26

Два последних мастера, бандитского вида каратист Сио Сакаки, и благообразный мужчина средних лет Акисамэ Коэцудзи, мастер дзю-дзюцу, оказались такими же оригиналами, как и прочие их товарищи. Я бы даже сказал «маргиналами».

Что меня особенно позабавило, так это какая-то нарочитая клишированность их образов. Без проблем угадывались классические архетипы, а потому я сразу же заподозрил уже виденную игру на публику, просто немного другого уровня. Что до конкретных выкрутасов, то в чем-то это было даже забавно.

Коэцудзи — «философствующий мастер дзю-дзюцу», был ученым мужем, мастером многих благородных искусств, от каллиграфии до рисования и скульптуры. Любил поговорить, умел слушать, ещё один кандидат на более близкое и интересное знакомство, в пару к Сигурэ.

Сакаки же был типичным героем американских боевиков про боевые искусства. Байкер бандитской наружности, но с добрым сердцем внутри. Его можно было бы посчитать даже стандартным фанатом подобного рода развлечений, который просто подражает любимым героям, если бы не представление от Фуриндзи. Старик представил каратиста как мастера сотого дана, я даже подумал, что это шутка такая или подначка, но Сакаки только подтвердил подобное звание.

Фокус в том, что в карате всего десять данов, и десятый дан так и называется «мастер». Поэтому титул «мастер сотого дана» звучит странно и даже глупо, как на него не посмотри, «мастер мастеров» какой-то. Но, как уже говорилось, местные маргиналы все стоят друг друга. Разве что Сакаки с Коэцудзи не пытались впечатлить нас с Саэко своими техниками.

Познакомились и с учеником этой странной компании. Крайне занимательный парень, которого эти садисты почему-то называют бесталанным. Как по мне, этот паренек был виноват только в том, что начал поздно тренироваться, да и там его сложно в чем-то обвинять. В остальном же… Ещё один крайне интересный молодой человек, ничуть не хуже Кирито, с которым мы познакомились в SAO.

Последним же обитателем была девушка одного с парнем возраста, внучка старейшины и лично мне вообще ничем не запомнилась. Да, красавица, спортсменка, сравнительно сильный боец, но на этом всё. Её стандартность бросалась в глаза особенно сильно на фоне зоопарка мастеров, что явно указывало на нарочитость подобного образа. Если это такая попытка сыграть на контрастах с мастерами, то ладно, в любом другом случае, подобное поведение просто бессмысленно.

— Думаешь о чём-то забавном, Такаши-кун? — вдруг спросил меня Старейшина, когда представления друг дружке закончилось.

— Можно сказать и так, — киваю, не поясняя о чём именно думаю. — Разговор будет проходить в таком составе?

Представив нам с Саэко ученика и внучку старейшины их обоих отослали из комнаты. Парню выдали наряд на тренировку, а девушке поручили за ним присматривать. При этом оба они разве что не фонтанировали любопытством.

— Пускай детишки занимаются своими делами, — хмыкнул Сакаки, открывая банку с пивом.

— Нас ждет непростой разговор, если верить моему кузену, — кивнул Ма Кенсей, сидя чуть в стороне. — Он, кстати, рассказал по настоящему фантастическую историю.

— Действительно, — Коэцудзи провел пальцами по жидким усикам. — Путешествия во времени… такое я ожидал увидеть разве что в телевизоре.

— Странно слышать это от сверхчеловека, что может проломить кулаком кирпичную стену, — усмехаюсь в ответ. — Долгое время я тоже видел это лишь по телевизору.

— Действительно, — повторил мастер дзю-дзюцу чуть улыбнувшись. — Зная о существовании нескольких сторон мира, будет глупо считать, что знаешь их все.

Это было забавное утверждение, забавное и правильное, на мой взгляд. А вот другие акашиты переглянулись между собой, выражая своё отношение к любящему пофилософствовать мужчине. Разве что старейшина только улыбался в бороду.

— Кх-м… — привлек внимание окружающих Кенсей. — Так вот, Тун рассказал нам очень странную историю и заверил, что не почувствовал в ней лжи.

— Ваш Старейшина уже намекал на это, — киваю.

— Да? — показательно удивился Фуриндзи, делая вид, что вообще не при делах. — Не припомню такого.

— Не важно, — у меня не было желания поддерживать его игру, а потому я просто отмел эту фразу в сторону. — Помимо занимательных историй, я так же сказал Ма Туну, что мне нужно встретиться с людьми, разбирающимися в духовной энергии.

Упоминать то, что меня интересовали также и некроманты я не стал. Тун ответил категоричным отказом на вопрос о возможном контакте. И даже если у Рёдзанпаку всё же есть тот или иной выход на подобных специалистов, то это будет разговор для другого раза.

— Что ж, даже если мы и не лучшие, то уж одними из лучших нас назвать точно можно, — отозвался Коэцудзи. — Но у нас есть вопросы. Они просто не могли не появиться.

— Как всегда, — слегка улыбаюсь, — С Ма Туном мы договаривались задавать вопросы по очереди, если хотите, то мы можем продолжить эту игру уже с вами.

— А просто ответить на пару вопросов? — спросил Сакаки.

— Вы же не спешите просто помочь мне, — моя улыбка стала ухмылкой. — Но так и быть, могу уступить вам право на первый вопрос.

— Что произошло в будущем? — задал ожидаемый, но всё равно глупый вопрос Коэцудзи.

— Не верите Ма Туну? — не смог я удержался от шпильки. — Но вообще это относится к теме, которую я хотел обсудить.

Взяв паузу, достаю из карманного измерения закупоренный пузырек с проклятой кровью. Изучая зомби по просьбе старшего Такаги я успел нацедить себе приличное количество столь необычного ингредиента.

— Хм-м… — в миг стал серьезным Фуриндзи. — Интересный фокус. Этак можно много чего нехорошего пронести незаметно.

Я сначала не понял, о чём идет речь. Вроде как элементы Системы невидимы для посторонних. Но потом до меня дошло. Для чувствительных людей кровь фонит проклятой силой, но пока она в карманном измерении, то фона нет. Вот и получается, сначала я чист и безоружен, а тут раз и у меня в руках проклятая кровь, которую они все прекрасно почувствовали.

Забавный эффект.

Сокрытие Системы больше всего похоже на отвод глаз, то есть простые люди видят всякие непонятные явления, но не осознают их. Разум просто не цепляется за неправильность, размывая сокрытое, заменяя всё это ложными воспоминаниями, а то и вовсе выпихивая всё это в глубокое подсознание. Но акашиты люди не простые… Скорее всего они подумали, что я применил какую-нибудь технику, без каких-либо подробностей и уточнений. По крайней мере что-то такое я предполагаю, а как оно на самом деле, сложно сказать с ходу.

Хотя, не стоит забывать, что я сам раскрыл девчонкам карманный мир во время противостояний с Вотаном. Так что Система может теперь просто не так сильно прикрывает этот свой аспект.

— Фокус и правда интересный, — соглашаюсь со Старейшиной, просто кинув пробирку на татами перед собой. — Я уже объяснял Ма Туну, с чем столкнулся, вот наглядный образец. Мне нужно знать, что это.

— Что-то я не догнал, — хмыкнул Сакаки, сминая одну банку пива и тут же открывая другую. — Ты сам объяснил, что это за фигня, в этих странных китайских терминах про кучу душ. А теперь хочешь получить объяснение от нас.

— Я знаю, что это, и могу предложить десяток, а то и несколько десятков способов, как это сделать. Мне интересен конкретный способ, а лучше исполнитель, который создал эту мерзость.

— Губа не дура, — хмыкнул каратист. — Мы тебе гадалки, что ли?

— Птицы и ветер, — вот и всё, что я ему сказал.

Что интересно, Сакаки вообще не догнал, о чём я. Намек поняли только старейшина, Коэцудзи и Кенсей. Сигурэ была внешне непробиваемой, а Апачай с серьезным лицом разглядывал пробирку с проклятой кровью и на всякие намеки не реагировал.

— Ну, может быть что-то мы и умеем, — хмыкнул китаец.

— Вы с Апачаем умеете, — поправил его каратист. — Лично я в вашей чертовщине не разбираюсь, я больше по мордобою.

— Сейчас это не важно, — Коэцудзи снова провел пальцами по усикам. Похоже этот жест был просто привычкой и акашит часто его делал. — Нам лучше сосредоточиться на этой… этом веществе. Ни мы, ни кто-то из наших близких знакомых не занимается чем-то подобным.

— Не факт, — буркнул каратист. — Сколько ублюдков мы знаем даже слишком хорошо? Думаю у каждого найдется десяток, если не сотня таких знакомых.

— Сакаки, не выражайся, — попросил старейшина.

— Нам нужно сначала поискать и разобраться, — сказал Коэцудзи, как будто не замечая слов своего товарища. — И начнем мы с тебя, Такаши-кун, расскажи подробнее про это вещество.

— Я пришел сюда за ответами, а не вопросами, — чуть усмехаюсь. — И вроде мы собирались задавать вопросы по очереди.

— Парень, сейчас не место для шуток, — набычился Сакаки. Да и остальные подобрались, но чего либо говорить или делать не стали, просто давили авторитетом.

— А похоже, что я с вами шучу? — чтобы прикрыть Саэко от их давления, я открываю свою суть миру, как делал это в разговоре с её отцом. — Ну и если я напоминаю вам клоуна, то это никогда не поздно исправить.

— Нам нужны ответы, Такаши-кун, — настаивал Коэцудзи, не обращая внимания на напряженность в комнате. — Мы не можем просто так оставить все как есть. Это вещество опасно и мы это прекрасно понимаем и хотим помочь. Но у нас нет ни времени, ни желания бегать впустую.

— Так не бегайте, — пожимаю плечами, продолжая отвечать своим давлением на их. — Но это не отменяет того факта, что надо быть, во-первых, вежливым, а во-вторых, открытым к сотрудничеству.

— Действительно, — хмыкнул философствующий акашит.

Переговоры перешли в активную фазу.

***

— Интересно, кто они вообще такие? — невзначай спросил Кеничи, выполняя отжимания.

— Не забывай дышать, — сказала Миу, пытаясь звучать строго, но почти сразу смягчая свой тон. Ей самой было очень интересно.

Парень и девушка, что были примерно одного возраста с Миу и Кеничи. Внимание сразу же привлекала девушка, прежде всего тем, что носила с собой чехол с мечом, ну или бокеном. До тех пор, пока чехол не раскрыт, сказать что там внутри сложно. В любом случае вряд ли это спортивный инвентарь, слишком уж специфичные у этой девушки движения и манера ходьбы.

На фоне девушки парень почти терялся. Да что там почти, если бы не разговор мастеров с Ма Туном, начало которого Миу успела услышать, то она бы и не обратила на парня внимания. Расслабленный, с задумчиво-отсутствующим выражением лица. Не увидела в нем Миу ничего, за что можно было бы зацепиться. Тем удивительнее было вспоминая слова Ма Туна.

— Мастер в шестнадцать-семнадцать лет, — так сказал старый китаец, прежде чем Миу отослали из комнаты.

Это звучало слишком фантастически. Всю свою жизнь Миу училась боевым искусствам у лучшего воина в мире, у своего деда, и при этом она не была мастером, хоть её и считают талантливой ученицей. А тут вдруг из ниоткуда появился никому неизвестный парень, что уже получил признание от мастера школы феникса, что не так просто, как могло бы показаться.

Миу помнила храм посвященный огненной птице, где тренировались единовременно тысячи учеников и сотни мастеров. Китай и сопредельные области были переполнены желающими войти в орден и отбирали они только лучших. И этот, внешне ничем не примечательный, парень уже стал мастером, причем мастером высокого уровня, если верить Ма Туну.

— Миу? — спросил Кеничи, что уже закончил отжимания.

— А? — девушка выскользнула из своих размышлений. — Да, прости, Кеничи, я просто задумалась.

— Задумалась, о чём? — парень был рад передышке и решил не упускать возможность поговорить. — О сегодняшних гостях? Признаться честно, меня они тоже очень заинтересовали.

— Да, а скажешь кто именно, парень или девушка? — Миу решила пошутить, и задала своему другу и товарищу провокационный вопрос, правда парень подтекста не понял.

— Ну, я бы сказал, что вначале девушка бросается в глаза. Ты же заметила ее чехол с мечом? — ответил Кеничи задумчиво. — Но если говорить не про внешний вид, то парень явно лидирует в их компании.

— Да? — Миу удивленно выгнула бровь.

— Ну-у… — Кеничи даже замешкался, не зная, что сказать. — По крайней мере мне так показалось. Девушка всегда и во всем держится чуть позади. Рядом, но всё же позади… не знаю как это лучше объяснить.

— Ну, может быть, она предпочитает быть более скрытной и осторожной, в то время как парень просто расслаблен и ничего не боится, — предположила Миу.

— Вот именно, — кивнул Кеничи. — Он не боится. Спасибо, что подсказала, Миу. Вот что бросается в глаза, он не боится, а она ему верит… по крайней мере так мне показалось.

Эта простая, но верная, в своей сущности, мысль, вновь заставила девушку задуматься. Кеничи, несмотря на свою простоту, на удивление хорошо разбирался в людях, умудряясь находить что-то хорошее даже в своих противниках. Так что некоторым его суждениям можно верить, ну или, хотя бы, брать их в расчет.

— Да, действительно… — согласилась Миу. — Он выглядит уверенным и спокойным, словно причин для страха просто нет.

— Что очень странно, — покивал Кеничи. — Мастера на кого угодно могут страху нагнать. А тут, вдруг, ничего.

Ответить что-либо парню Миу не успела, от главного зала додзё, где мастера общались с гостями потянуло ки. Как и говорил Кеничи, мастера Рёдзанпаку на кого угодно могут нагнать страху, чем нередко пользуются. Вот и сейчас они давили на гостей.

Кеничи почувствовав это только плечами передернул. Он неоднократно чувствовал ки своих наставников и приятным это ощущение он бы не назвал ни за что. Миу же только вздохнула, дедушка со своими друзьями никогда не меняется.

Но вслед за волной ки, пошла ещё одна странная волна… силы, наверное. Как-то по другому назвать это было сложно, Миу точно чувствовала, что это не хорошо знакомая ей ки, но определить, что же это такое она никак не могла. Кеничи же пока не открыл в себе энергию духа, и разобраться в подобных тонкостях не мог, но даже он понял, что происходит что-то необычное.

— Это тот самый парень так зажигает? — спросил Кеничи.

— Не уверена, — Миу нахмурилась. — Но если он действительно не боялся мастеров, а не просто проявлял глупую самоуверенность, то теперь понятно, что у него есть на это причины. Правда непонятно…

— Что не понятно? — Кеничи склонил голову набок.

— Не понятно, почему ты прервал тренировку, — хмыкнула девушка полушутя, взглядом указав на вкопанные в землю столбики для отработки шагов.

Сама же Миу продолжала вслушиваться в это странное ощущение силы. Внутренняя сила, а чем-то другим это быть не может, раз уж парню, Такаши, удавалось эту силу скрывать, но при этом не ки. Что бы это могло быть?

Сама девушка так и не смогла придумать ответа на этот вопрос. Даже когда давление силой прекратились, когда ушли гости, а вскоре после них и Кеничи отправился домой, Фуриндзи Миу все продолжала строить предположения, чтобы это могло быть. Её нельзя было назвать спецом по иным силам, за пределами ки, но кое-что во время своих путешествий с дедом она почерпнуть успела.

— Дедушка, твой чай, — так как сама Миу только терялась в догадках, то решила обратиться к дедушке за подсказкой.

— Ох, спасибо, порадовала старика, — хитро покосившись на внучку улыбнулся сильнейший боец мира, как до сих пор говорят про Фуриндзи Хаято.

Он сразу же просек интерес внучки, но как либо препятствовать ему не стал. Да и глупо отказываться от чая.

— Что вы там устроили сегодня? — Миу решила начать расспрос с решительного штурма. Не то чтобы это хорошо работало против мастеров, но начинать-то с чего-то надо.

— Просто прощупали друг друга, — усмехнулся Хаято. Рассказывать внучке про проклятую кровь он не стал, как и о путешествии во времени. Не было у него желания объяснять и доказывать внучке что-то настолько странное. — Интересный молодой человек, крайне интересный.

— Это парень ответил на ваше давление? — Миу подалась вперёд.

— Да, Такаши-кун показал себя во всей красе, — старейшина отпил из чашки. — Они оба очень интересные люди. Сигурэ, например, знает отца Саэко-чан и разглядела в девушке немалый талант. Хотя даже она теряется на фоне парня.

— Настолько талантливый? — Миу не совсем поняла слова деда.

— Можно сказать и так, — похмыкал сильнейший. — Хотя там не в таланте дело… да… совсем не в таланте.

Миу не поняла слов деда, но вслух ничего уточнять не стала, ограничившись лишь вопросительным взглядом. Фуриндзи Хаято на взгляд внучки некоторое время молчал, но Миу не сдавалась и продолжала «играть в гляделки». Так что в итоге Хаято рассмеялся, решив разыграть внучку.

— Там все сложно, девочка, — покивал он важно. — И куда больше меня в этом разобралась Сигурэ. Это ведь она у нас мастерица оружия, а я больше по битвам против мечников.

— Так они оба мечники, — сделала не совсем верный вывод Миу, попав в логическую ловушку своего деда.

— Поэтому тебе лучше все же пойти к ней и, если у тебя будет такое желание, посекретничать с малышкой Сигурэ, по вашему, по женски, — старейшина Рёдзанпаку сдержал ухмылку усилием воли.

— Даже если у меня будет такое желание, нам нужно будет, чтобы оно было и у Сигурэ, — буркнула Миу, всё же переключившись на другую цель.

Чтобы задобрить, читай подкупить, мастерицу оружия, внучка старейшины снова зашла на кухню, что сделать ещё две порции чая и достать из специальной заначки пакет сладостей. Сладостей было действительно много, но часть придется принести в жертву Апачаю, который нутром чуял любые перемещения сладостей в доме.

Но так или иначе, а предлог для разговора был собран, осталось только начать сам разговор.

— Сигурэ-сан, — позвала Миу, без стука входя в комнату, отданную мастерице оружия.

Здесь, где была оборудована небольшая кузня, всегда стояла сильная жара. Хорошо хоть без духоты, всё же дочь Косака следила за исправностью вентиляции.

Обычно мастерица оружия сразу даёт о себе знать… тем или иным образом. Чаще всего просто неожиданно появляясь прямо перед носом у незваного гостя. Поэтому Миу на несколько мгновений замерла, ожидая появления Сигурэ, но та всё никак не появлялась.

— Сигурэ-сан? — уже с вопросительной интонацией повторила Миу, решив пройти вглубь комнаты, в попытках найти девушку.

И это было её ошибкой. Буквально через несколько мгновений внучка старейшины с высоким взвизгом сделала прыжок спиной назад. Очень уж её напугала увиденная картина.

Косака Сигурэ сидела в центре своей комнаты, держа обнаженный меч на коленях. Молодая ещё девушка, ставшая полноценным мастером-кузнецом, и носящая титул мастера любого холодного оружия, задумчиво водила пальцами по клинку меча, слегка улыбаясь.

Такого Миу ещё никогда не видела.

Глава 27

— Итак, как всё прошло? — спросила Кирико, стоило мне только переступить порог дома.

Стоит ли удивляться, что, когда я вернулся домой, меня уже ждали гости, которым днем звонили некоторые паникёры. В гостях у Ханы была и Кирико, и Рика с Морикавой. Хорошо хоть Сая сидела у себя дома, а Саэко я сам до дома провожал.

Хотя, положа руку на сердце, я был бы совершенно не против, если бы моя девушка жила со мной в одном доме, как это было после конца света.

— Смотря о чём ты спрашиваешь, — пожимаю плечами. — Люди, с которыми мы познакомились, были… пожалуй забавными. С некоторыми из них я бы даже не отказался познакомиться поближе. Цель, которую я ставил на эту встречу, достигнута не была, что неприятно.

Я на мгновение задумался. В сухом остатке выходило, что встреча вышла так себе. По многим пунктам, в том числе и неозвученным. Но говорить об этом этим наседкам смысла не было. Да и с Косака и Акисамэ действительно было бы интересно продолжить знакомство.

— Ну, хотя бы ты вернулся живой и невредимый, — сказала Хана, обнимая меня. — Мы все очень волновались за тебя.

— Спасибо, мама, — ответил я, обнимая её в ответ. — И прости за пустое беспокойство.

— Беспокойство за сына не может быть пустым, — с грустной улыбкой заметила Хана.

Похоже, что остальные тут собрались не только ради того, чтобы узнать, как мои дела, но и чтобы успокоить её. Лишний довод в пользу того, что зря Сая с Саэко подняли всех на уши.

— В целом всё прошло нормально, — покривил душой я, чтобы успокоить мать. — Там фактически было только знакомство с обсуждением кто и что может сделать. Не совсем то, на что я рассчитывал, но начало положено. А дальше это уже будут проблемы тех, кто взялся мне помогать.

— Хочешь сказать, что сам ты во всё это не полезешь? — с привычным сарказмом проговорила Рика.

— Посмотрим, как всё повернётся, — я не был настроен на привычную пикировку.

Я вообще толком не участвовал в разговорах, больше занятый своими мыслями. Наше небольшое свидание с Саэко навеяло воспоминания о наших приключениях в виртуальном мире. Смешно сказать, недели не прошло как мы вернулись, а я уже скучаю по тому миру.

***

«Вот уж не думала, что так скоро начну скучать по тому миру», — подумала Саэко промывая голову после шампуня.

Было чисто по-женски обидно возвращаться домой к отцу, после их с Такаши свидания. Особенно было обидно, вспоминая виртуальный мир, где они были сами себе хозяева, жили вместе, ни от кого свои отношения не скрывали и вообще, в некотором роде ушли в отрыв. По крайней мере сама себе Саэко отдавала отчёт, что в реальной жизни они были куда более сдержанными, чем в мире Мастеров Меча.

Ну и совсем уж эпичным облом был в том, что разойтись по разным домам пришлось после того, как Такаши «раскрыл свою суть миру», как он сам это называет. Что в первый раз, во время знакомства с отцом Саэко, что сейчас это его раскрытие действовало на девушку как кошачья мята на кошку. Ей просто хотелось наброситься на парня и… скажем так «съесть его».

С чем это было связано Саэко не понимала, зато успела заметить, что она не одна такая. Эта странная мастерица холодного оружия, Косака Сигурэ, тоже явно прониклась этим состоянием Такаши. По крайней мере она точно стала смотреть на него по-другому. И это просто не могло не напрягать Саэко. Её раньше и Минами Рика напрягала, потому как она постоянно провоцировала Такаши на ответные чувства, пусть даже это и были негативные чувства выливающиеся в перепалки или нравоучения. Тут же была девушка схожих с Такаши взглядов, которая ещё и показала откровенную заинтересованность в парне Саэко.

Так ведь могут и увести парня, что почти женихом стал!

От этой мысли Саэко непроизвольно потянулась к бедру, пытаясь нащупать рукоять меча, которой, естественно, там не оказалось. Поймав себя на желании достать оружие, Саэко сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, как учил её Такаши. Нужно успокоиться. Прямо сейчас никто у неё парня не уводит.

С другой стороны, не надо терять бдительности. Саэко не была наивной и фразу «девушка не стенка, подвинется» слышала не единожды. Может сам Такаши и считает, что ему никто, кроме Саэко не нужен, но отбить и увести можно любого, было бы желание.

Так что Саэко собиралась бдить и, если понадобится, отгонять от своего парня всяких там, хоть мечом, хоть палкой.

Саэко вышла из ванной комнаты и уже собиралась пойти в свою комнату, так как ей очень хотелось поскорее лечь под одеяло и постараться уснуть. Но идя по дому, девушка заметила своего отца, и вспомнила, что он должен знать всех хороших кузнецов в городе и даже стране, а Косака была представлена именно как мастер-кузнец.

— Папа, ты сейчас занят? — привлекла она внимание родителя.

— Да, дочь, — ответил отец, подняв глаза с книги, которую он читал. — Но я могу тебя выслушать. Что случилось?

— Я сегодня познакомилась с Косака Сигурэ… — начала Сэко и запнулась, потому что Бусудзима-старший уже на момент прозвучавшего имени так удивился, что чуть не выронил свою книгу. Сомнений в том, что он знает эту Косаку у Саэко уже не было, но она всё же решила закончить фразу. — Её представили мне как кузнеца. Вот мне и стало интересно, знаешь ли ты её?

— Ты встретила её в школе? — вопросом на вопрос ответил Бусудзима Исаму.

— Разве она не старовата для школы? — Саэко вопроса не поняла. — И нет, Такаши пригласили в додзё, где она сейчас живет, а уже он предложил мне прогуляться туда вдвоём. Там и познакомились.

— Такаши, значит, — отец Саэко нахмурился и захлопнул книгу, которую читал. — Не ожидал, что он знаком с такими людьми. Хотя… с другой стороны, возможно, я неправ и этого наоборот стоило ожидать.

— Ты о чём? — Саэко начала думать, что вообще не понимает, куда заходит разговор.

— Не важно, — отмахнулся Бусудзима-старший. — Да, я знаю Косаку-сенсей. Она действительно кузнец, причем один из лучших, если не лучший, из тех, кого я знаю. Что же до её возраста, то никто точно не знает сколько ей, что-то между подростком и слегка за двадцать. Странно, конечно, слышать о мастере-подростке, но я бы удивился не сильно.

— Понятно, — Саэко тряхнула головой, сделав себе зарубку в памяти. Получается, что Косака вполне может быть ровесницей Саэко и Такаши, ну или на пару лет старше их. Это не хорошо.

— И о чём вы говорили с Косакой-сенсей?

— Ни о чём, только познакомились и все, — Саэко пожала плечами. Почтение, с которым её отец говорит об этой девушке и его интерес к ней… это было неприятно. Похоже она и правда хороший кузнец, что может привлечь внимание Такаши, если уже не привлекла. — В том додзё было несколько мастеров, и их старший пригласил Такаши на разговор.

— И о чём говорили?

— Такаши попросил их что-то найти, — Саэко нахмурилась, очень уж ей не хотелось врать отцу, но и раскрывать секреты Такаши тоже не хотела.

— Он не сказал что? — Исаму тоже нахмурился, недомолвки его дочери были более чем очевидны.

— Нет, он не уточнил, о чем именно речь. Просто сказал, что это важное дело и попросил их помочь. Детали мне не известны, — ответила Саэко, стараясь выглядеть естественно.

— Понятно, — Бусудзима-старший кивнул, так же постаравшись скрыть своё недоверие. — В любом случае, будь осторожна, Саэко. Косака-сенсей очень непростой человек и друзья у неё непростые. Мне бы не хотелось, чтобы ты попала в неприятности.

Это был откровенный намек не только на мастеров Рёдзанпаку, но и на Такаши, который знался с подобными людьми. Вот только Саэко предпочла намек отца проигнорировать. Лучше вообще отвлечь его от этих мыслей.

— Кстати, Такаши сегодня удивился, когда увидел подаренный тобой амулет омамори, — заметила девушка уже собираясь уходить. — Сказал, что вместо амулета на успех в учёбе мне достался амулет-защитник, что должен всякую нечисть отгонять. Может в храме ошиблись?

— Нет, все правильно, — буркнул Имаму. Саэко на это только плечами пожала и отправилась в свою комнату, так и не слышала, как её отец тихо ругнулся, после её ухода, вновь открывая книгу, посвящённую разнообразным ёкаям. — Чума и проклятие на этого монстра, он ведь даже не пытается скрываться.

***

Первоначально я думал, что следующая встреча с представителями Рёдзанпаку случится, в лучшем случае через неделю, а то и две. Тем удивительнее, было почувствовать слежку буквально на следующий день. Причем в этот раз были не птицы и ветер, а конкретный и знакомый человек. За каким-то чертом за мной отправилась следить Косака Сигурэ.

Я заметил ее, когда подошел к школе. Она стояла на крыше стоящего в отдалении здания, и в целом, нельзя даже сказать, что особо пряталась. Заметив столь демонстративную слежку, я даже задумался, может надо подойти и спросить «а какого, собственно, хрена происходит?» Но, по зрелым размышлениям, решил просто проигнорировать это странное явление.

При этом, что примечательно, она продолжала слежку в течении дня. Всегда оставалась на некотором расстоянии, но при этом постоянно держа меня в поле зрения. Уже к середине дня было понятно, что она тут не для того, чтобы передать какое-либо сообщение, да и вообще, похоже не собирается ко мне подходить. Тупо наблюдает. Понять бы ещё, зачем ей это?

Несмотря на свой интерес, я решил не показывать, что заметил её. Просто продолжил свои дела и старался вести себя как обычно. В том числе и для того, чтобы никак не выдать эту слежку своим знакомым. Хватит им вчерашней нервотрепки.

Так прошли несколько дней до самых выходных, Косака продолжала следить за мной, а я продолжал делать вид, что ничего не вижу. Странная ситуация как по мне, что разрешилась весьма неожиданно.

В выходные я решил прогуляться до парка, где до сих пор проводил свои динамичные медитации. Так-то медитировать можно где угодно, но засветка мистической энергии, которая происходит в этот момент может выдать место моего дома любому чувствительному человеку. Так что лучше всего было найти местечко, где подобная засветка ничего не даст.

Пришел я в парк утром, и спокойно медитировал примерно три часа, когда ко мне заявились неожиданные гости. Сначала я даже подумал, что ко мне опять Триада сунулась, но среди группы людей, что целенаправленно шла в мою сторону, не было ни одного даоса, что странно. В порыве любопытства я даже закончил заниматься Ушу, и пошел навстречу этим непонятным гостям. И это оказались не мистики, не бандиты, а просто кучка школьников, среди которых был и знакомый мне парень из Рёдзанпаку.

— Неожиданно, — замечаю вслух, наблюдая за этими ребятами, которые все вместе окружили ученика Акашитов.

— А, ты ещё кто? — мои слова привлекли внимание самого высокого и, скорее всего, главного среди этого хулиганья.

— А? — Кеничи тоже удивленно оглядел меня. — Это ты.

— Так вы знакомы? — главный хулиган несколько раз перевел взгляд с меня на ученика Акашитов и обратно, прежде чем просто махнуть рукой. — А впрочем не важно. Сирахама, я хочу, чтобы ты встал под моё начало.

— Чё? — Кеничи ничего не понял. Я, в принципе, тоже.

— Ты уже сталкивался с шестерками Кисары, и даже смог отпинать парочку из них, а они в ответ планируют подловить тебя и избить всей толпой. Слабаки, что ещё от них ждать, — пренебрежительно фыркнул здоровяк. — Но если ты войдешь в мою команду, то эти ничтожества тебя и пальцем тронуть не посмеют. Ну что скажешь?

— Зачем тебе это вообще надо? — Кеничи как ничего не понимал в самом начале, так ничего и не изменилось.

— Разве не очевидно? Чем больше сильных людей будет под моей рукой, тем выше будет моё положение в Рагнарёке! — парень занял позу культуриста, показывая, как у него развиты бицепсы.

— Синдром восьмиклассника? — так как накал идиотии был слишком силён, я не смог удержаться от комментария.

— Эй, не смей насмехаться! — тут же оскалился парень.

— Но он прав, — серьезно заметил Кеничи. — Что ты будешь делать, достигнув особого положения в банде? Закончив школу, ты уже не сможешь быть простым хулиганом, нужно будет найти работу и тебе, и людям которых ты соберешь.

— Есть ещё вариант с тем, чтобы стать преступником, так сказать, перейти на следующий уровень от хулигана, — вновь вставляю свои две лепты.

— Хватит трепаться о столь запутанных вещах! — закричал бедняга, так что его дружки даже попытались его успокоить. — Вы оба просто идиоты, которые не понимают, что значить быть мужчинами. Что значит быть свободным.

Мне только сплюнуть захотелось от подобной постановки вопроса. Свобода, удивительно как сильно может раздражать это, в принципе, хорошее слово. Особенно, когда о свободе говорит мелкое хулиганьё.

— Твоя свобода означает просто причинять боль другим людям, — теперь ученик Акашитов нахмурился, а я невольно проникся симпатией к этому парню. Удивительно зрелый взгляд, вот уж действительно «слова не мальчика, но мужа». — Другими словами, вы просто банда отморозков, что творит всё, что только взбредет в голову, плюнув на других людей. Это не свобода, это тирания.

Сказав это, Кеничи развернулся на месте и уже собирался уходить, вот только он допустил одну маленькую ошибку: он пришел сюда. Если бы этот разговор проходил где-нибудь на улице, пусть бы даже и без прохожих, то там были бы все шансы просто разойтись. Но в тихом парке, ещё и в дальнем его уголке…

— Заткнись, Сирахама! — рыкнул хулиган, имени которого так, пока, никто и не назвал. — Сразимся.

— Не вижу смысла соглашаться. Я вообще против насилия, — напрягся парень. Ну и вторая его фраза просто восхитительна, будущий Акашит и не хочет драться. Зачем тогда вообще боевые искусства учить?

— Смотрю я на вас и удивляюсь, что за хрень тут вообще происходит, — качаю головой, глядя на этих… детишек, пусть будет так.

— Эй ты… не знаю как тебя там, — сбился хулиган. — Ты тоже хочешь подраться?

— Только если он попросит меня о помощи, — киваю на Кеничи. — Ну или если вы сами на меня нападёте, то я тоже стоять не буду.

— Меня это более чем устраивает, — хмыкнул хулиган, скинув свой гакуран, японский школьный пиджак, который он носил на голое тело.

— Я не хочу драться, — сказал Кеничи хмуро, при этом приняв боевую стойку.

— Твои слова расходятся с делом! — радостно крикнул хулиган, нанося первый удар.

В чём-то их противостояние даже было занимательным. Крепкий, но всё же достаточно субтильный и невысокий Кеничи, который уже успел поставить себе некоторую технику боя, против довольно здорового кабана, который боевыми искусствами не занимался вообще. Хулиган был сильнее и имел преимущество в массе, а Кеничи быстрее и гибче. Он уверенно уклонялся от ударов и контратаковал быстрыми ударами.

И если бы ученика Акашитов тренировали чуть дольше, или сразу же учили бы бить на поражение, то, пожалуй, я бы поставил на него. Сейчас же исход поединка был более чем очевиден. Разница в массе и банальной силе почти всегда решает, насколько бы ты не был техничным. Исключение, конечно, есть, но это очень специфичные знания, которые ещё попробуй добудь где-нибудь.

Лично я обучать чему-то подобному простого ученика ни за что бы не стал. Только проверенного человека, которому доверяю стопроцентно.

Видя, что удары не приносят хоть сколько-нибудь заметного эффекта, Кеничи довольно хитрым способом подставил противнику подножку, опрокинув противника на спину. Таким приёмом и убить можно, но хулигану повезло и упал он весьма аккуратно. И это, по сути, определило исход поединка. Увидев, с какой лёгкостью «шкаф» упал, Кеничи просто расслабился и потерял бдительность.

Для того чтобы нанести человеку удар, не обязательно стоять перед этим человеком на ногах. Хулиган, всё ещё лежа на земле, мощным пинком под колено опрокинул Кеничи. Ещё один любитель опасных маневров. Но самое хреновое, что на этом уличная драка, ожидаемо, не закончилась. Пока ученик Акашитов приходил в себя после падения, слишком долго очухивается, действовать надо, а не думать, хулиган пинком перевернул его на живот, и усевшись ему на спину схватил Кеничи за ногу.

— Думаешь, что все люди на свете такое же не умеющее держать удар дерьмо, как те парни, которых ты избивал раньше? — усмехнулся здоровяк. — И раз уж ты отказался от моего предложения, то не обижайся, но на своих двоих ты уже не уйдешь.

А вот это уже не дело, надо бы мне вмешаться. Я же прикинул, как бы сподручнее было бы справиться с прихлебателями этого придурка, которые преградили мне путь, как на сцене появляется новое действующее лицо.

Какой-то парень, что пробегал мимо, резко стартанул в нашу сторону и с ходу прописал хулигану по лицу. Отморозок, не ожидавший такого нападения, не просто отпустил Кеничи, но и отлетел назад.

— Какого?

— Я просто слышал, что ты собираешься побить моего нового друга, Кеничи, — усмехнулся парень, который оказался не обычным прохожим. — Вот я и решил поучаствовать в вашем празднике жизни, Синноске Цудзи.

О, вот я и узнал имя отморозка.

— Ицуки Такеда! — сообщил мне имя неслучайного прохожего отморозок.

— Давайте-ка мы прекратим этот фарс, пока тут все не начали выкрикивать имена друг друга, — говорю я, хлопая в ладони резким движением одной руки сверху вниз по другой. Этим действием я создал направленную звуковую волну, которая парализовала прихлебателей Синноске.

— А, какого хрена?! — удивился тот ещё больше, увидев, как его парни валятся с ног.

— Слышал про то, что самураи могли оглушить или даже убить противника сильным криком? — спрашиваю, подходя к Кеничи, чтобы помочь ему подняться и, заодно, осмотреть ногу, которую ему чуть не сломали. — Так вот это реально работает, но лучше проворачивать подобный фокус при помощи рук или специальных инструментов, чтобы не травмировать внутреннее ухо собственным криком. Да и направить звуковые волны удобнее всего руками.

— Чё? — меня, похоже, не поняли.

— Забей, — советую явно не очень умному парню. — По-хорошему, надо бы тебе ещё разок по морде дать, чтобы мозги вправить, но вроде ты ему ничего не сломал.

— Но «по морде» всё ещё рабочий вариант, — демонстративно усмехнулся Такеда, сделав несколько демонстративных джебов перед собой.

— Не надо, — покачал головой Кеничи, которому было ещё больно стоять, после удара под колено, но он уже пытался делать это самостоятельно. — Просто пойдем отсюда.

Я ещё раз осмотрел его, побитый, усталый и явно задумчивый. Что ж, с одной стороны он явно ошибся в целом ряде моментов. Зато в других моментах успел показать себя как минимум интересно. Многообещающий молодой человек, за ростом которого будет интересно наблюдать.

— Сам дойдешь? — спрашиваю у побитого.

— Я помогу ему, — тут же вызвался Такеда.

— А ты… — начал Кеничи, запнувшись. — Такаши, да? Ты сейчас куда?

— А я останусь здесь, прослежу, чтобы эти придурки спокойно пошли своей дорогой, да продолжу тренировки.

— Но… — Кеничи уже собирался что-то сказать, как его прервали.

— Иди, — сказала Косака Сигурэ, появляясь неподалеку от нас, просто спрыгнув с ветвей ближайшего дерева. — Я присмотрю.

— Сигурэ-сан?

— Да, — она кивнула.

— Надоело подглядывать? — решаю пристыдить девушку при её ученике. Глядишь после такого она прекратит своё преследование.

— Хотела поговорить, — она даже не подумала смущаться и вообще, судя по её виду, перестала обращать внимание на своего ученика и его друга.

Глава 28

— Сигуре-сан? — удивилась Миу, что вместе с Ма Кенсеем осторожно следила за Кеничи и кучкой хулиганов, что отвели его в этот парк.

Одно только присутствие в этом парке недавно засветившегося молодого мастера уже удивляло. А уж тот факт, что там же, недалеко, притаилась и мастерица холодного оружия, мог бы шокировать. Но подумать об этом Миу может и позже, сейчас она переживала за своего первого друга и даже думала вмешаться в поединок, но её остановил Ма Кенсей, что тоже присматривал за учеником.

Если в каждый поединок парня будет влезать подруга, то он никогда не станет бойцом, тем более мастером. Они уже давно думают, что Кеничи нужна дополнительная мотивация, и дополнительные часы тренировок. Все мастера Рёдзанпаку уже вложили в парня достаточно, чтобы у них появилось желание довести дело до конца, и если раньше у него ещё была возможность отказаться от уроков и вернуться к своей обычной жизни, то теперь их дорогой ученик скорее умрет, чем уйдет из додзё, буквально. И подобные поединки, в том числе и поражение в них, был важным элементом обучения.

— Эх, наша холодная красавица, похоже, влюбилась, — заметил меж тем Кенсей, который знал, что Сигуре уже несколько дней пропадала где-то. Ну что ж, теперь он мог уверенно предполагать, за кем бегала мечница.

Даже интересно, как она отреагирует, если он пошутит на эту тему? И почему у опытного мастера боевых искусств при этой мысли, по спине гуляют мурашки размером с кулак Апачая?

— Вы читаете слишком много подростковой манги, Кенсей-сан, — фыркнула Миу.

— Неужели? — Кенсей хмыкнул. — Напомнить, как сильно изменилось её поведение в последнее время и как ты сама отреагировала на эти изменения?

Миу на это надулась и немного смутилась. За тот испуганный вопль ей до сих пор было стыдно. И она была уверена, что дедушка тогда специально отправил её к мастерице оружия, чтобы подшутить.

— Ну хорошо, может быть, она действительно ведет себя необычно, — призналась Миу. — Но все равно, я не думаю, что это любовь. Может быть, Сигурэ-сан просто нашла в этом парне друга, с кем ей интересно общаться.

— Ну, это можно и так назвать, — усмехнулся в усы мастер китайского кэмпо.

В чем именно разница между «интересно общаться» и «влюбилась» Кенсей не знал и подозревал, что и Миу ответить на это не могла. А ведь ей тоже было «интересно общаться» с мальчиком, с Кеничи, и почему-то Ма Кенсей даже не сомневался, что именно Фуриндзи Хаято думает на этот счет, так как прекрасно слышал завуалированную угрозу от сверх человека несчастному ученику.

По крайней мере иначе чем угрозой, фразу «сначала тебе нужно будет победить меня» назвать было трудно.

***

— Ну, можно и поговорить, — киваю мечнице, ощущая несколько её товарищей недалеко от нас. — Только с тобой, или с твоими друзьями тоже?

— Нет, они здесь по своим делам, — покачала она головой, даже не посмотрев на ученика акашитов и его друга. Про кучку хулиганов даже и говорить нечего.

— Это ещё что за… — начал было возникать Синноске, но осекся под моим взглядом, который я дополнительно приправил духовным давлением.

— Я советую тебе думать над тем, что ты хочешь сказать, — даю придурку очень дельный и, в общем-то, добрый совет.

Пускай акашиты лично мне показались приверженцами «доброй стороны силы», но даже среди этой братии хватало тех, кто терпеть оскорбления не станет и просто убьёт обидчика. Не спасет ни незнание того об истинной природе девушки, ни его достаточно малый, по современным меркам, возраст. Что примечательно, но мечница вообще никак не прокомментировала мои слова или действия, всё так же не удостоив ребят даже взглядом.

— И вообще, ребята, — обращаюсь уже ко всей честной компании. — Шли бы вы своей дорогой. Вон, этих болезных захватите, помогите им в чувство прийти.

— Сами справятся, — хмыкнул друг Кеничи, Такеда.

— Наглый, — чуть улыбаюсь. Что ж, если слова они не понимают, то попробуем по-другому. Протянув руку, касаюсь ближайшего дерева, создав в его стволе точку напряжениям. В таких фокусах главное вовремя отдернуть руку, чтобы взорвавшаяся щепками часть ствола не покалечила меня. Более чем наглядная демонстрация. — Тогда поговорим по-другому, «брысь» я сказал!

Вот теперь до них дошло, что задерживаться не стоит. По крайней мере Кеничи сразу всё понял, и подхватив друга под локоть, поспешил удалиться. К сожалению, хулиган оказался не таким умным.

— Как ты вообще это сделал? — в меня ткнули пальцем.

— Боги, как ты вообще до своих лет дожил? — я только головой покачал, после чего обратился к мечнице. — Давай просто пойдем в другое место, по пути и поговорим.

— Эй, не игнорируй меня! — он всё никак не успокаивался. — Я от тебя не отстану, пока ты не покажешь, как это делается! С этой силой я стану…

Это было уже чересчур, а потому я просто ещё раз хлопнул в ладоши, вырубив и этого… кадра. Удивительно, насколько тупыми могут быть некоторые люди. И как его только не прибили до сих пор? Даже если вынести за скобки тех же мастеров, и прочую сверхъестественную чушь, его же банально другие гопники уже могли бы прирезать.

— Жестко, — неожиданно сделала мне замечание мечница.

— Странно слышать такое от Акашитов, — усмехнувшись, качаю головой. Дожили, меня упрекают в излишней жесткости. — Пускай ваше братство всегда делилось на множество сект и течений, у каждой из которых свои правила, но я ещё никогда не видел бойца, что стеснялся бы использовать свои боевые навыки.

— Мы не акашиты, — она говорила с некоторыми, едва заметными, паузами. Странная манера общения.

— Вы просто не называете себя так, но при этом соответствуете всем признакам этого большого и, как я уже говорил, очень разобщенного общества, среди которых хватает даже одиночек, каждый из которых может называть себя по своему и проповедовать какие-то свои принципы, — так как стоять здесь не было никакого смысла, я махнул мечнице рукой и направился в более оживленную часть парка. Там можно будет присесть на чистую скамью, да поговорить спокойно.

— Все пользователи боевых искусств считаются «акашитами»? — спрашивает она, идя не рядом, а как бы чуть позади меня. Немного раздражает, особенно учитывая то количество оружия, которое она носит при себе.

— Нет, — меня это даже повеселило. Интересно, что бы эталонные акашиты на это сказали? Ну, сразу после попытки прибить наглеца за подобный поклёп. — Можно просто тренировать тело, как делают миллионы, и даже кое-чего добиться чисто за счет развития тела. Вон, тот крикливый парень, которого я вырубил, здоровенный бугай с очень большим потенциалом на этом поприще. Да и твой друг, Апачай, тоже. Можно усиливать свои способности силой разума, как делает Ма Тун. Можно использовать жизненную силу, как делают цзянши, или внешней энергией, как я. Все эти практики будут воинами и мистиками, но не акашитами. Я, опять же, не акашит, хотя драться умею. А вот ты и твои товарищи, вы используете силу духа, она же ки, или мана, называть её можно как угодно. Фактически вы маги, что занимаются боевыми искусствами.

— Маги… — протянула она, не возражая и не соглашаясь со мной. — А почему ты не акашит?

— Потому что не все люди рождаются с духовной составляющей, — и снова меня повеселил её вопрос. Она действительно забавная. — Хотя у меня дух был, я сам создал его, но недавно у меня его украла одна сволочь, которой я ещё отомщу. Жаль, только, что вернуть дух вряд ли получится, такие вещи редко просто хранят без дела, скорее всего он его уже сожрал.

— Демон? — ни капли удивления, что примечательно. Сталкивалась с этой братией, что ли?

— Наоборот, бог, — я даже обернулся, чтобы посмотреть на неё.

Тот факт, что мастер очень специфичного стиля кунг-фу знает китайских некромантов, и даже так или иначе с ними сталкивался, было плюс минус ожидаемо. То вот поминание демона в контексте пожирания душ — это уже интересно, так как вряд ли она имела в виду привычных для японии ёкаев.

В японской мифологии ёкаи — это различные виды духов или существ, которые обладают сверхъестественными способностями. В зависимости от типа ёкая, их отношение к людям может быть разным. Некоторые ёкаи могут быть враждебными и причинять вред людям, но в целом они не пожирают души людей. Нет, конечно, некоторые виды так могут, вот только такие существа часто связаны с определенными ритуалами или поверьями и не являются типичными ёкаями.

Фактически, такие «пожиратели душ» из местной братии уже являются темными богами, а не обычными монстрами.

— И чем был продиктован твой вопрос? — решаю просто спросить. Кто знает, встречала она реальных демонов или нет. Может они просто прикалывается в ответ на моё определение их компании как магов.

— Просто так, — она спокойно посмотрела на меня, вообще ничем внешне не выдав своего отношения ко всей этой ситуации.

— Ладно, — благодаря системе и её интуиции, что граничила с эмпатией, я мог уверенно заявить, что никакого «просто так» нет и в помине, но настаивать на ответе не стал. На её месте я бы тоже очень дозировано выдавал бы информацию чужаку, про которого толком ничего не известно. — Тогда давай перейдем к тому, о чём ты хотела поговорить.

— Хорошо, — согласилась она и остановилась. До ближайшей скамьи ещё нужно было пройтись, но раз уж она так хочет, поговорим стоя, благо народу в парке было немного и нам никто, пока, не мешал. — Ты не только воин, но и ремесленник.

— Это утверждение или вопрос? — выгибаю бровь и, на всякий случай, киваю. — Но в целом всё верно. Я бы даже сказал, что я больше ремесленник, чем воин. В бою мне вообще фатально не везёт, всё время какая-то лажа случается.

— Ковать умеешь? — на меня посмотрели с очень интересным прищуром.

— Да, в том числе и оружие с доспехами, — я, кажется, уже начал догадываться, что она хочет предложить.

— Покажи, — и снова по тону было совершенно непонятно, чего именно она хочет сказать, но, думаю, моя догадка будет верна.

— Где и когда? — сомнительно, что она хочет просто оценить качество уже готовой работы. Пригласить её в свою кузню, что осталась в другой временной линии я не могу. Есть ещё небольшая походная кузня у меня в карманном измерении, но это тоже не то, да и не готов я пускать туда всех подряд.

— У меня, — тут же были развеяны все мои сомнения, значит хочет оценить сам процесс. — Когда хочешь.

— Ну давай тогда на следующих выходных, — беру некоторый запас времени.

Сам я могу хоть сейчас, ну или завтра без проблем, но думаю, что Саэко тоже захотела бы прогуляться в гости к акашитам. А даже если у неё не будет такого желания, все равно нужно будет хотя бы пригласить свою девушку на совместную прогулку, а то обидится ещё. К тому же эта пауза будет и мне полезна, подумаю, что такого можно сковать, а главное из чего.

У меня в загашниках есть несколько сортов очень хорошей инструментальной стали, а при желании я заготовку и под оружейную сталь сделаю. Вот только это очень слабый показатель мастерства. Надо быть совсем уж рукожопом, чтобы из хороших материалов сделать хреновую вещь. И если бы я хотел ученика проверить, то дал бы ему откровенный мусор, вроде того же метеорита или максимально хреновой болотной руды, с предложением сделать из этого хоть что-нибудь приличное.

— Тебя интересует только ковка? — на всякий случай уточняю у неё. Сомневаюсь, что она помимо акашитского искусства ещё и артефакторикой владеет, но чем черт не шутит. Откуда-то же в этом отражении взялись мистики и потусторонние твари, так почему бы не появиться и магическим вещам.

— Только ковка, материалы я предоставлю, — она меня то ли не поняла, то ли наоборот поняла слишком хорошо.

— Что ж, так даже проще.

— Я буду ждать, — она кивнула и просто ушла.

Я моргнул раз, моргнул два, но мысли в голове всё никак не укладывались в голове. И ради вот этого разговора за мной следили несколько дней? Как не посмотри, а это лишено всякого смысла.

С другой стороны, я получил возможность узнать больше об акашитах и поработать вместе с собратом ремесленником, чего ещё ни разу не получалось. Как-то я всё время или один работаю или с помощниками уровня подай-принеси-не мешайся, а тут прям мастер-кузнец, с ней будет интересно работать.

Так что я решил проигнорировать странное поведение Косака Сигуре, и просто отправился домой. Тренировка сегодня в любом случае уже накрылась. Что примечательно, но слежка никуда не делась, Сигуре лишь прекратила разговор, да ушла с открытого места, все ещё оставаясь где-то на крышах или в кронах деревьев, откуда присматривала за мной.

Можно, кстати, прямо сейчас позвонить Саэко, на этот счет…

***

Дальнейшая неделя лично для меня прошла как-то незаметно. Удивительно, как быстро может время пролететь в разнообразных делах.

Все путешественники во времени ещё раз встретились у нас дома, чтобы попытаться пробудить в себе магию и в этот раз у них даже начало получаться. Лучший результат показала Саэко, всё же мы с ней теперь не совсем люди, да и некоторая фора у неё была перед другими. А видя её успехи и остальные смогли начать подтачивать свой внутренний барьер.

Также эта неделя выявила одну… не то, чтобы проблему, но определенно одно неудобство. Мы как бы не в вакууме живем и многие люди нас так или иначе видят. Первой среагировали родители Саи, которых очень заинтересовали периодические прогулки дочери после школы с очень неожиданной компанией. И как бы да, ничего криминального, пока, во всём этом нет, но «пока» в этой фразе ключевое слово.

Если я встречу в городе тех же ганширен или цзянши, которых мы обсуждали с Ма Туном, то скорее всего дело кончится потасовкой, а то и убийством. По крайней мере я, точно попытаюсь сначала выбить из оппонента некоторые ответы, и с очень высокой вероятностью потом просто прибью опасный элемент.

Но вернемся к неудобствам, на нашу странную компанию уже начали обращать внимание. Пока только в виде приглашения в гости от Такаги для меня и Ханы, но надо бы подумать над тем, как залегендировать хотя бы часть того, что вокруг нас крутится.

И прежде всего придумать хоть какое-то оправдание для старших Такаги. Вряд ли в этот раз сработает старая песня о подпольной научной деятельности, да и не успокоит это их.

— О чем задумался, Такаши? — спросила Саэко, пока мы ехали в гости к Акашитам.

Это уже стало чем-то вроде традиции. Я постоянно о чём-нибудь думаю, хотя бы и просто копаюсь в данных системы, и если Саэко хотела поговорить или чтобы я просто проявил к ней внимание, то она всё время спрашивает, о чём я думаю.

— Прикидываю, как нам объяснить нашу странную компанию Такаги и прочим любопытным. Мы не можем просто сказать им правду, я по крайней мере не хочу этого делать, а вот Сая может и решиться признаться родителям.

— И что ты будешь делать, если она всё им расскажет? — она выгнула бровь.

— Без понятия, — признаюсь ей. — Вообще не представляю, как следует реагировать на подобное. Скорее всего прикинулся бы, что не понимаю, о чём она говорит.

Можно ещё добавить, что я попытался бы заблокировать им всем память о всех ненужных подробностях, просто во избежание, но, когда я в последний раз заявил, что собираюсь стереть Сае память, это не нашло положительного отклика даже у Саэко. Так что просто оставим этот момент за кадром.

— Ну, если тебя это успокоит, то я не думаю, что Сая будет трепать языком, — попыталась приободрить меня Саэко.

— Я тоже, но проблему встречи с её родителями это всё равно не уберёт. Благо у меня ещё будет время подумать, что сказать Соичиро.

— А если ничего ему не говорить?

— В смысле? — вот этого предложения я вообще не понял.

— В том мире ты цеплялся за Такаги-сана потому, что он тебе нужен. Но сейчас…

— Сейчас всё, что нас связывает — это Сая, — продолжаю её мысль, кивнул головой. — И в принципе, я могу просто заявить, что ничего не знаю, и общество Такаги мне неприятно. С чем они уже могут делать что хотят.

— Неприятно общество Такаги Соичиро или Такаги Саи? — моя любимая и, немного ревнивая, девушка иронично улыбнулась.

— Без разницы, — я тоже улыбнулся.

Глава 29

Как и в прошлый раз место обитания Акашитов, а мне все ещё удобнее называть их именно так, встретило нас закрытыми воротами. Правда в этот раз в воздухе витало что-то необычное. Если до этого акашиты явно присматривались к нам, то теперь у них происходило что-то интересное внутри. По крайней мере, все это напряжение внутренней силы я расценивал именно как интерес и попытку получить что-то, что было нужно мастерам.

— Это… что-то странное, — Саэко нахмурилась, пытаясь понять, что же такого «странное» она чувствует.

— В тебе просыпаются мистические чувства, — так как непонятная активность акашитов было единственным, что изменилось в окружающем мире, я достаточно быстро предположил, что именно она ощутила. — Я рад, что наши занятия дали результат, можно сказать, что ты сделала первый шаг на пути мистика.

— И… — она удивилась, и даже с некоторым интересом прислушалась к себе. — Что теперь?

— Чуть позже я научу тебя отличать некоторые вещи при помощи этого чутья, а также осознанно вслушиваться в него, а не как сейчас замечать только по-настоящему яркие моменты, — подхожу к воротам и пытаюсь аккуратно их открыть, а то в прошлый раз толчок в точку приложение силы распахнул ворота так, будто я тараном в них ударил. И у меня получилось, одна створка ворот приоткрылась где-то на треть, чего нам с Саэко вполне хватило.

К некоторому удивлению, но нас никто не ждал, хотя почувствовать должны были далеко заранее. Более того, помимо Сигурэ, которая и пригласила меня к себе, во дворе поместью отсутствовал даже ученик местных мастеров, хотя, казалось бы, выходной, ещё и до обеда далеко, самое время тренироваться.

Так как входить в сам особняк, особенно с учётом того, что я чувствую некоторые колебания духовной силы в нём, было бы странно, я собрал в руке немного энергии Дао, которую потом просто пустил волной вокруг себя. Всё ещё не совсем тоже самое, что и Ки акашитов, но и не настолько специфичная вещь как раскрытие своей суть миру или психический крик.

Акашиты мой фокус тут же почувствовали, как и Саэко, но первой навстречу нам показалась не Сигурэ, что и приглашала гостей, а местный адепт и внучка старейшины, Миу. Девушка высунулась из жилой пристройки к додзё, причем реально высунулась, показав из-за сдвижной двери только голову и часть плеча.

— Эм-м… здравствуйте? — нас явно не ждали.

— Доброе утро, — киваю. — Косака-сан, пригласила меня сегодня, чтобы обсудить некоторые тонкости кузнечного ремесла. Я так понимаю, что она никого не предупредила о своём приглашении?

— Предупредила, — тут же заявила сама Сигурэ, спрыгивая из тайного лаза за спиной у Миу.

— Сигурэ-сан! — на это Миу испуганно дернулась, вскрикнула, а после начала отчитывать мастера.

Да уж, вот в такие моменты прекрасно видно, что несмотря на суть своей силы, по менталитету никакие они не акашиты. Адепт, отчитывающий мастера — это даже на анекдот не тянет, а тут нате вам, совершенно спокойно практикуется. И даже то, что Миу внучка Старейшины никак ситуацию не оттеняет.

— Извините, Миу, — сказала Сигурэ, не проявляя ни малейшего сожаления. — Гости ко мне пришли.

— Ага, я поняла, — блондинка сразу же сдулась, поняв, что ничего своей отповедью не добилась. — Я приготовлю обед на дополнительных персон.

Она все же не удержалась от шпильки. В конце концов, вот так вот при гостях намекать, что их никто не ждал и не готовился не очень-то вежливо. Правда Миу, в силу своей неопытности или недостатка воспитания, думает, что как раз она-то себя показала радушной хозяйкой, тогда как Сигурэ тут ничего не подготовила. На деле же, это просто детская подначка, которую мастер просто проигнорировала.

И после этого кто-то ещё будет намекать на мою социальную неприспособленность.

— Позволь я помогу тебе, —Саэко, следуя принятым понятиям вежливости, решила помочь «хозяйке».

— Да, спасибо, — Миу удивилась подобному предложению, но в то же время обрадовалась ему. — Но разве вас не пригласили для… для чего, кстати?

— Кузня, хочу посмотреть, — Сигурэ поманила меня взмахами руки.

— Быть может вы не будете спешить? — у Саэко от такого чуть нервный тик не начался.

— Саэко, все хорошо, — я выставляю перед собой руку, призывая её успокоиться.

Я понимаю, что она ревнует и откровенно опасается, что я сойдусь с ещё одной мечницей, но это правда уже странно. Да и не похоже, что Сигурэ…

— Я не могу ждать, — совершенно спокойно выдала мастерица холодного оружия. — Хочу увидеть его руки в действии.

— Ты не помогаешь, — заметила Миу, прикрыв лицо ладонью, в то время как Саэко, уже откровенно нахмурилась.

Мы с Сигурэ на это только переглянулись. Догадаться о чём подумали две школьницы было несложно, но вот причина, по которой они хоть сколько-нибудь серьезно рассматривают подобный вариант, от меня ускользала. Реально, за кого они нас принимают?

— Попробуйте смотреть меньше сериалов о несчастной любви и прочей туфте, — советую им. — Нам интересно обменяться опытом именно в сфере кузнечного дела. Никакого пошлого подтекста тут нет.

— Работает в одном нижнем белье? — в ответ на мои слова Миу просто с понимающей улыбкой обратилась к Саэко.

— Штаны он надевал, — моя же девушка очень подозрительно начала смотреть на Сигурэ.

— Мы будем одеты нормально, — я только глаза закатил.

— Жарко у горна, — заметила Сигурэ, вообще никак не отреагировал на намек, что она предпочитает работать чуть ли не голышом. — А от искр защитит стальная рубашка.

— Разожжёшь внутренний огонь, и не заметишь внешнего жара, — посчитав ситуацию исчерпанной, я встал рядом с мастерицей меча, предлагая ей вести меня в кузню.

— Внутренний огонь? — она обозначила вопрос не сколько интонацией голоса, сколько наклоном головы.

— Ма Тун упоминал школу Феникса, но при этом вы не знакомы с понятием внутреннего огня?

— Секреты Школы Феникса принадлежат им, — она кивнула.

— Хотел бы я знать, у кого они сами эти секреты украли, — я только фыркнул. — Понятие внутреннего огня есть и в христианстве, как огонь веры, что защищает праведников от внешних угроз. Знали его и древние язычники запада, так огонь Прометея, что горит внутри гениев. Да и отшельники Тибета знали огонь на стыке двух предыдущих, духовное пламя, что порождает тепло жизни и дарует просветление. А огненная кровь, которую можно получить, испив из святого Грааля, вообще один в один с пламенем Феникса.

— Покажи, — подвергали меня за рукав. — Пламя гениев.

— Вообще гений — это особый божественный дух, который сопровождает каждого человека и определяет его персональную судьбу и характер, по крайней мере в это верили древние римляне, — поясняю теорию пламени гениев, пока мы направляемся в кузню. — Греки же, у которых эта концепция была перенята, учили не о духе, а субстанции, которую называли огнем Прометея. И конкретном у этого варианта пламени есть забавный момент, его можно зажечь и просто передать.

Свои слова я тут же проиллюстрировал на месте, зажигая на руке шарик золотистого пламени, которое просто протянул Сигурэ. Она сначала аккуратно потыкала пальчиком в огонь Прометея, потом просто взяла его в руку, осматривая со всех сторон.

— Оно не исчезнет?

— Вложенной в него силы хватит на пару часов, а потом можно будет просто влить в него немного Ки, и он продолжит существовать, — её вопрос изрядно меня удивил. — Хотя я советую просто приложить этот огонь к груди, чтобы почувствовать его эффект на себе.

— Хочу сначала понять, — она покачала головой. — Чтобы делать самой.

— Что ж, тоже неплохо.

Некоторый резон в её словах был, приняв огонь она сможет лишь поддерживать его в себе, и то есть шанс, что однажды она очень сильно устанет и не сможет поддерживать это пламя. Научившись же самостоятельно его разжигать, она сможет не боятся этого. Да и ученикам она тогда сможет передавать это пламя.

Даже интересно, заложил ли я сейчас начало школы Прометея, по аналогии с школой Феникса? Это было бы иронично.

— А что у вас случилось, что вы так фонтанировали напряжением? — спрашиваю, просто чтобы поддержать разговор.

— Ученик переезжает в додзё, — она пожала плечами и добавила, выдержав паузу чуть длиннее, чем обычно. — Бедняга.

— Ему будет тяжело нагнать разрыв по времени тренировок, — я мог лишь предполагать, что же такого страшного произойдет с ним здесь, что она его жалеет. Ну не звери же местные мастера, чтобы мучать ученика? — Но он кажется мне достаточно способным парнем, уверен, что он быстро начнет расти в силе.

Она на это ничего не ответила, только покосилась на меня. Да и не удивительно, что разговор прервался, так как мы пришли.

Кузня Сигуре располагалась прямо у неё в комнате, вернее будет даже сказать, что ей отдали целое крыло второго этажа особняка, где она убрала все перегородки, даже потолок объединив тем самым получившийся у неё огромный зал с чердаком.

О том, что она здесь не только работала, но и жила, свидетельствовал футон, лежащий на одной из потолочных балок. А также парочка мелочей, вроде плетеных корзин, где лежала сложенная одежда. За пределами же чисто повседневных вещей, сама кузница вызывала только чувство уважения к её хозяйке. Всё чистое, ухоженное и аккуратное.

Много разных инструментов, но при этом ничего лишнего, вроде коллекции молотов плюс-минус одинакового размера и веса. Были только необходимые инструменты, но под широкий спектр задач. Тут можно было ковать все, от гвоздей до мечей и сложных доспехов. Было несколько механизмов, существенно облегчающих работу, но при этом все было выдержано в духе старой школы.

Без труда могу представить, как мастера в традиционных нарядах, совершают тут ритуальные работы, прославляя богиню ремесленников Инари или бога огня Кагутсучи.

— Хорошее место, — говорю, пока Сигурэ устанавливает пламя Прометея в одном из имеющихся горнов, и тут же щедрой рукой вливает в него духовную энергию, отчего золотой огонь разгорелся подобно костру.

Хочет потом попробовать обрабатывать металл на этом огне? Её предприимчивость и догадливость нравятся мне все больше и больше. Многие, взяв теплый шарик огня в руки даже не подумали, что на нем можно плавить металлы. А ведь по легенде Прометей не сам создал этот огонь, он украл его из кузницы Гефеста.

— Рада, что понравилось, — Она кивнула, начав стягивать с себя кимоно, обнажив обмотку бинтами на груди, вместо лифчика.

— Зачем раздеваешься? — я только бровь выгнул в вопросе.

— Жарко, — она окончательно скинула кимоно.

— Я для этого и дал тебе внутренний огонь, — зажигаю ещё один шарик огня, который тут же прикладываю к груди девушки, благо она стояла рядом.

— Тепло, — заметила она, прислушавшись к себе.

— И жарко уже не будет, — указываю пальцем кимоно, которое она всё ещё держала в руках. — А теперь оденься, я обещал, что мы будем одеты и предпочел бы не нарушать своё слово по мелочам.

— Хорошо, — соглашается Сигурэ, чуть улыбнувшись. Она быстро надевает кимоно и делает несколько быстрых движений, чтобы привести его в порядок. — Ты готов приступить к работе?

— Под чью руку клинок? — это был единственный вопрос, который у меня был.

В том, что изготавливать будем именно клинок, я не сомневался. Оружейники и бронники всегда были особой кастой среди кузнецов, а Сигурэ у нас Мастерица именно холодного оружия.

А также, смотря на подготовленную руду Тамахаганэ, я мог с уверенностью сказать, что это не последний раз, когда я посещаю кузницу. Даже в четыре руки, два мастера не скуют клинок за пару часов. Тут и при помощи магии можно целый день возиться в попытках тонко все настроить, а уж действуя исключительно ручками и подавно.

— Ученик, Кеничи.

— Хороший выбор, — кивнул и уже собирался приступить к работе, как из какого-то закутка высунулся очень странный зверь.

Мышонок, с Хатимаки, головной повязке, символизирующая у японцев непреклонность намерений и боевой дух, открыл маленькую нишу в полу, из которой достал миниатюрное копьё, под свой размер. Я некоторое время молча наблюдал за тем, как мелкий зверёк проверяет крепление наконечника к древку, а потом и вовсе начал полноценное обслуживание оружия.

— Твой друг? — наконец спрашиваю, немного отойдя от удивления. Одно дело дух под видом зверя, и совсем другое вот этот вот вполне материальное животное, у которого явно есть некоторый интеллект. Может он одержим каким-нибудь духом? Вот так на глаз я этого не определю.

— Тотюмару, — она кивнула.

— Круто, — что тут ещё можно было сказать я просто не представляю. Думаю он подружится с духовным посланником Сяо, которого Саэко таскает в кармане.

***

— Он всегда такой? — поинтересовалась Миу, наблюдая как Сигурэ и её гость удаляются вглубь дома.

— Примерно всегда, — вздохнула Саэко. — А у вас?

— Всегда, разве что в последнее время она ведет себя достаточно оживленно.

— Не могу сказать, что меня это радует, — Саэко прищурилась, но тряхнула головой и повернулась к Миу. — Ладно, давай я всё же помогу тебе с готовкой.

— Да, у меня был запасной фартук, — Миу, в противовес своей собеседнице, была в приподнятом настроении. Быть может, они даже смогут подружиться. У Миу появится самая настоящая подруга, мечты сбываются.

Саэко же мысленно убеждала себя, что все нормально и Такаши не собирается её бросать или изменять ей. Но некоторый червячок всё равно грыз. И как бы она не убеждала себя, что Такаши можно верить, но она была девочкой и прекрасно знала, что парней достаточно просто пальцем поманить, не с первого, так со второго раза он пойдет.

Сколько раз уже она это видела, и не только в кино.

На обед Миу задумала онигири с тунцом как основное блюдо, а также несколько салатов в дополнение. Обе девушки достаточно быстро включились сначала в готовку, а потом и разговор.

— Как долго вы уже занимаетесь кузнечным делом? — спросила Миу, размешивая рис для онигири. И такое количество риса не могло не привлечь мелкого Сяо, который выглянул из кармашка на боку блузки Саэко. — Ой, кто это?

— Ручной воробей, Сяо, — Саэко взяла духа-посланника в руку и показала собеседнице.

— Милашка, — Миу улыбнулась. — Похож на ручного мышонка Сигурэ-сан.

Саэко только вздохнула на подобное сравнение. В любом случае воробей лучше мыши.

— Что же до кузнечного ремесла, то я вообще никогда им не занималась, — Саэко покачала головой. — Это Такаши просто болеет любой возможностью сделать что-нибудь своими руками. И очень страдает, когда у него нет такой возможности.

— Вот как, — Миу улыбнулась. — А что насчет боевых искусств?

— Занималась всю жизнь, но углубленно начала познавать только недавно, до этого больше тяготея к спортивному кендо, с самыми верхами старого стиля моей семьи.

— Я тоже занималась всю жизнь, с дедушкой, — покивала Миу. — А твой парень, Такаши правильно?

Миу ожидала, что Саэко немного смутиться подобному определению их отношений. Ну или обрадуется тому, что она признает их отношения. Вместо же этого Саэко на некоторое время задумалась, как будто этот ответ вызывает у неё определенные проблемы.

— Комуро Такаши, и тут сложно сказать, — наконец заметила Саэко. — В истории Такаши вообще много пятен, над которыми ломают голову чуть ли не все его знакомые. Я не могу с уверенностью сказать ни когда он начал, ни сколько занимается.

— Я слышала, как его называют мастером. Это очень необычно, мастер в подростковом возрасте.

— А что насчет Косака-сан? Мой отец знает её, хоть и не уверен насчет возраста. Так он говорит, что она если и старше меня, то не намного.

— Ну, думаю, тут твой друг, и Сигурэ-сан очень похожи. Она очень талантлива и в её истории тоже много пятен, — Миу задумалась, измельчая в миске консервированный тунец для начинки онигири. — И если подумать, то я тоже понятия не имею сколько ей лет и даже когда у неё день рождение.

— Понятно, — нельзя было сказать, что Саэко это хоть чуть-чуть обрадовало.

«Надо будет предложить Такаши вновь вернуться в будущее, чтобы побыть немного вместе, только вдвоём», — подумала она меж тем, уже твердо решив, что вместо бесполезных переживаний, она просто точно так же поманит Такаши пальчиком, да не один раз.

Глава 30

Оторвать двух кузнецов от работы оказалось не так-то просто. Даже с учётом того, что оба понимали, что всё равно не закончат заготовку сегодня, они просто не могли бросить металл как есть.

Саэко помнила объяснение Такаши, что количество циклов нагревания и остывания у любого металла ограничено, и первейшая задача кузнеца выдержать нужное количество этих циклов. Ну, судя по его объяснению, выходило, что есть некое нужное количество, сама же Саэко для себя решила, что надо просто свести количество циклов к минимуму и использовать каждый цикл максимально продуктивно.

Даже интересно, как бы прокомментировали подобную интерпретацию эти два любителя постучать молотком по железке?

Но шутки шутками, а когда их позвали обедать, Такаши предупредил, что они не могут оторваться прямо сейчас и им потребуется минут сорок, чтобы закончить. У Саэко в этот момент аж глаз дернулся, так как они ни за что в жизни бы не поверила, что они там сейчас сорок минут будут один цикл вести и ничего хорошего в голову откровенно ревнующей девушки не пришло.

Но все оказалось значительно проще, это в своей мастерской Такаши мог бросить что угодно и куда угодно, как, и положено гению властвуя над создаваемым хаосом и всегда помня, где и что лежит. Для Косаки Сигуре же кузница была одновременно и домом и чуть ли не место поклонения, поэтому она поддерживала там чуть ли не стерильную чистоту. О чём Саэко сообщила Миу, крикнув, что прибраться оба ремесленника могу и позже, не обязательно заставлять всех ждать.

Но даже так оторваться от работы сразу два кузнеца не могли. И их пришлось немного подождать. За время этого ожидания Саэко успела немного поговорить с учеником местных мастеров, Сирахама Кеничи. Такаши достаточно положительно отзывался об этом парне, с которым почти не общался, что несколько позабавило девушку. Складывается такое чувство, что он просто устал от женского общества.

Но это всё были исключительно предположения, что там точно творится в мозгах у Такаши, было решительно не понятно. Да и с парнем действительно было интересно познакомится.

— Так значит, ты недавно решил заниматься боевыми искусствами? — спросила она после положенных в начале знакомства расшаркиваний.

— Ну… не совсем, — Сирахама смущенно потрепал волосы на затылке, как-то он не привык, пока ещё, общаться со сверстниками, особенно с красивыми девушками. — Я интересовался этим, сколько себя помню, но до сих пор мне как-то не везло на учителей.

На это замечание присутствующие здесь же мастера усмехнулись, каждый в меру своего темперамента. Похоже, слова парня были приятны его мастерам.

— Что ж, это знакомо, — Саэко тоже слегка улыбнулась и кивнула. — Мне тоже, в каком-то смысле, повезло, всю жизнь занималась спортивным стилем, пока не встретила Такаши, который помог мне продвинуться дальше.

— Я бы ещё мог поспорить насчет Кеничи, — хмыкнул мастер-каратист. — Ему скорее повезло не умереть во время тренировок, а не попасть сюда. Про тебя же, девочка, я могу сказать однозначно: никаким везением там и не пахло, если верить твоему другу.

— Каждому своё, — Саэко на это только пожала плечами. Она не знала, как много людей посвящено в тайну путешествия во времени, а потому решила говорить максимально иносказательно. — Те события были действительно ужасными, но лично меня многие беды минули стороной и я благодарна за это Такаши. Да и, если бы не случившееся, я могла бы никогда с ним не познакомиться.

— Э-эм… — Кеничи догадался, что речь идёт не совсем о боевых искусствах, но о чём конкретно идёт речь, он догадаться не мог. — Ну, если сейчас всё хорошо, то это действительно удача.

Мастера Рёдзанпаку на это переглянулись между собой. Саэко было любопытно, о чём они думают, но разгадать таких людей ей не светило ещё очень и очень долго. Но вот ожидание закончилось и Такаши, вместе с Сигуре-сан, спустился в обеденный зал.

— Прошу прощения за задержку, — сказал парень, кивнув всем присутствующим. Сигурэ молча сделала лёгкий поклон.

И как-то странно она выглядела, хотя Саэко не могла понять, что именно ей кажется странным в образе мастерицы холодного оружия. Зато мастера сразу просекли, что Сигурэ использует какую-то внутреннюю технику.

— Ничего страшного, — ответил Старейшина, поглаживая свою бороду. Он уже чувствовал нечто подобное и внутри поморщился от возможных проблем. — Мы привыкли, что Сигурэ-тян может подолгу засиживаться за работой.

— Нельзя бросить, — спокойно произнесла «Сигурэ-тян».

На этом все, наконец-то, уселись за стол и приступили к приёму пищи. Мастера Рёдзанпаку и тут смогли удивить своих гостей тем, что напускная строгость и приличие быстро с них слетели, и они превратились просто в кучку друзей, что собрались вместе для приема пищи. Все болтали друг с другом, создавай некоторый гул, шутили. Мастер-каратист сходил на кухню за пивом. Мастер, муай-тай развлекался тем, что воровал у ученика кусочки мяса, подкладывая ему при этом свои овощи.

Бедная Миу была готова со стыда сгореть, смотря на выходки мастеров, да и Саэко не знала, как на это реагировать, пускай даже к ним с Такаши никто не лез. Зато сам Такаши, воспринимал все даже слишком спокойно. Просто ел, поддерживал разговор, и даже спас еду Кеничи от посягательств, сделав мастеру муай-тай замечание.

— Достаточно, Апачай-сан, — Такаши чуть улыбнулся, отбивая выпад палочками оппонента. — Голод тоже враг, не надо мешать этой битве вашего ученика.

— Точно, — гигант кивнул, как будто ему каждый раз говорят что-то подобное за столом. — Хорошо кушай, Кеничи, победим врага!

— Ага, спасибо, — заметил несколько сконфуженный парень, который тоже не ожидал подобной атмосферы за столом.

— Ты только не зевай слишком долго пацан, а то так и останешься голодным, — усмехнулся мастер-каратист.

— То есть так теперь всегда будет? — на парня было жалко смотреть, настолько несчастным он в этот момент выглядел.

— Защитник у тебя будет далеко не всегда, — посмеялся китайский мастер. — Ты, кстати, отчаянный парень, далеко не все влезли бы в процесс обучения чужого ученика.

— Могу себе это позволить, — сделал довольно наглое заявление Такаши. — Будь я воином, то мне действительно не стоило бы лезть не в своё дело, но я ремесленник, заодно знакомый и с врачебными практиками. И я как врач авторитетно вам заявляю, скудное питание только угробит вашего ученика.

— Мы с Кенсеем тоже практикуем, — заметил мастер джиу-джицу, не показав ни обиды, ни пренебрежения в ответ на слова Такаши. — Я дипломированный костоправ и мануальный терапевт. А Ма Кенсей у нас знаток традиционной китайской медицины. А что практикуешь ты?

— Знаком и с традиционной медициной и с современной наукой, да и вообще много чего успел нахвататься, — усмехнулся Такаши, на мгновение прикрыв глаза. — Диплома у меня сейчас нет, но основных, чисто медицинских, специальностей две: фармацевт и военно-полевая хирургия.

На подобное заявление мастер карате присвистнул, да и мастер джиу-джитсу посмотрел на Такаши с некоторым даже уважением, как показалось Саэко. Сама она в этот момент вспоминала, как Такаши собирался сам себе оперировать простреленную руку или как он готовил чудо лекарство, что заживляло любые раны.

Но после этого её мысли свернули в сторону. Очень уж показательно Такаши выделил слова «сейчас», когда говорил о дипломе. Да и если подумать, он сам заявлял, что его первоначальные оправдания на тему того, откуда у него те или иные знания и навыки были ложью, просто потому, что он не знал как это объяснить. Но ведь даже после того, как Саэко и другие узнали о других мирах и путешествиях во времени, новых объяснений не последовало.

Она до сих пор не знает, где он учился, на кого учился и сколько учился. Даже банально, сколько этому «парню» вообще лет, с учетом того, что он на раз-два прыгает в другие миры, живет там, сколько ему захочется, а потом возвращается домой в ту же секунду? Вопрос без ответа. А самое главное, Саэко не уверена, что хочет получить ответ на этот вопрос.

Пока она думала над этим, Такаши успел разговориться с мастером джиу-джитсу и китайским мастером, обсуждая медицинские процедуры и особенности физического развития учеников. Саэко, уже в который раз поймавшая себя на мысли, что не помнит имена этих мастеров, решила потом уточнить у Такаши. Китаец, вроде, Ма Кенсей, мастера муай-тай сам Такаши назвал Апачаем, но это, вроде, имя, а не фамилия. Косаку Сигурэ, Саэко запомнит надолго, а вот остальных… м-да, даже как-то не удобно.

***

Когда гости ушли, а вечерняя тренировка ученика была проведена, мастера Рёдзанпаку собрались на совет, чтобы поделиться впечатлениями.

— Парень, конечно, наглец, — хохотнул Сакаки, отпивая из своей вечной спутницы, банки пива. — Хотя надо отдать ему должное вообще не удивился битве за еду и в целом обставил своё вмешательство так, что теперь его можно хоть наглецом, хоть дураком называть, а повода для драки нет.

— Ну, справедливости ради, мы и не планировали начинать битву за еду при гостях, — Старейшина с легкой укоризной посмотрел на Апачая, отчего здоровенный детина потупился как маленький ребенок. — Так что тут, раз уж гости не стали поднимать волну, то и нам не надо.

— Удивительно, что он назвался ремесленником и врачом, — Акисамэ тоже решил высказаться. — Эти слова не пустой звук, кое-что он как минимум знает, и, как я подозреваю, умеет.

— Мастер, — кивнула Сигурэ, приложив руку к груди. Хотя парень ей очень понравился, и по его словам то, что он использовал и то, что практикуют в школе Феникса — это совершенно разные вещи, но это всё же надо обсудить с остальными. Просто чтобы избежать некоторых проблем. — И он называет себя магом.

— Синдром восьмиклассника? — хмыкнул Сакаки.

— Сейчас покажу, — Сигурэ одним движением поднялась на ноги, а потом просто запрыгнула на потолок, скрывшись за потайной нишей.

— Что это с ней? — удивился Сакаки.

— Гости оставили у Сигурэ подарок, — улыбнулся Апачай, который уже узнал некоторые подробности у Тотюмару. — Она и сама чуть изменилась, но я не вижу.

— Не видишь, но знаешь? — Сакаки был максимально далек от всякой мистической фигни, хотя и сталкивался с некоторыми её проявлениями.

— Тотюмару рассказал, — Апачай не видел смысла скрывать свои источники, и тут же угостил семечкой мышонка, который забрался ему на плечо.

— Ну да, чего я мог ещё ожидать? — Сакаки решил не заморачиваться и одни могучим глотком допил своё пиво.

— Я тоже чувствую некоторые изменения, — Старейшина вздохнул и посмотрел на Ма Кенсея.

— Все в порядке, — отмахнулся китаец, сохраняя внешнее спокойствие. Вот только ему даже Апачай не поверил. — Пока в порядке. Очень уж мне интересно послушать, что скажет Сигурэ, да и самого парня надо бы расспросить.

— Тун предупреждал нас, что парень знаком с техниками Феникса, — Акисаме тоже был чувствительным к тонким материям, специфика стиля.

— Да, мы даже сделали запрос в главных храм ордена, чтобы узнать, что именно он использовал и действительно ли это был секрет ордена или, как и заявил парень, что-то другое, — Ма Кенсей продолжал изображать из себя буддийского монаха. — И я допускаю, что ему попался просто потомок древнего отступника или изгнанника, которых было немало, у которого парень и научился некоторым тонкостям. Но это нужно ещё проверить, да и потом есть варианты того, что стоит сделать.

— У меня такое чувство, что я упустил минуть тридцать разговора, — заметил Сакаки. — Ту самую, где вы заявляете все те вещи, которые обсуждаете.

Остальные мастера уже планировали немного пошутить над каратистом, который принципиально не развивался в тонкие материи, предпочитая максимально прямолинейный и грубый стиль, но почувствовали, что Сигурэ возвращается, неся с собой тот самый дар от гостей. Это не значит, что шутки отменяются, раз уж Сакаки такой принципиальный в своей простоте, то над этим грех не посмеяться.

Возвращение мастерицы любого холодного оружия было похоже на ожившую сказку, она шла, неся в руках самый натуральный костёр. Вот только пламя было золотого цвета и никаких видимых источников огня не было.

— Если это хрень меня укусить, то я буду орать и пинаться, — предупредил Сакаки, припомнив последнюю свою встречу с мистической хренью. Он тогда чуть не сдох в том баре, где надеялся просто пропустить пару бокалов пенного, а в итоге нарвался на таких тварей, каких только в кино показывать.

— И как этот парень, Такаши, объяснил это? — Ма очень удивился, увидев подобный фокус. Он много читал о подобном, но сам не видел, хотя определенная легенда о подземелье храма ходила. При этом по ощущениям огонь в руках Сигурэ все ещё напоминал внутренние техники феникса.

— Огонь гениев у римлян, огонь Прометея у греков, — коротко пересказала Сигурэ.

— Прометей? — Акисаме задумчиво огладил подбородок ладонью. — По легенде это титан, подаривший людям огонь. А по некоторым легендам даже создавший людей.

— Очередное громкое название, — усмехнулся Сакаки, что всё ещё недоверчиво косился на странный огонь.

— Может быть, а может быть, что в этом есть какой-то смысл, — задумчиво проговорил Ма. — Лично я никогда не видел ничего подобного, но легенды о подобном огне слышал. По идее он даёт бессмертие, так?

— Жирный подарок, — если бы каратист не допил своё пиво, то точно поперхнулся бы.

— Нет, — Сигурэ покачала головой. — Защищает, помогает. Как-то связано с жизнью, но не бессмертие. Я чувствую, что проясняет разум. И есть другие особенности, о которых я пока не знаю.

Сигурэ постаралась как можно точнее пересказать слова Такаши о внутреннем огне. Слова Кенсея, что о подобном в ордене Феникса только рассказывают, успокоили мастерицу холодного оружия. Конечно, какому-нибудь кровожадному ублюдку даже этого хватило бы, для попытки выпытать у путешественника во времени все его тайны, а потом убить, но таких людей в Рёдзанпаку не держали, и никто подобного не поддержит.

Хотя, опять же, будет очень странно, если орден, впоследствии, не попытается наладить связь с Такаши. Знания о подобных техниках на дороге не валяются, а тут парень спокойно делится чем-то подобным. Это просто не может не привлечь к себе внимание.

— Значит есть целый ряд похожих техник, что отличаются лишь в деталях, — покивал Старейшина.

— Если отличаются, — поправил его Кенсей.

— Они не могут не отличаться, — Сакаки только глаза закатил на подобное заявление.

Ох уж эти тайные храмы с их тайными техниками. И ежу же понятно, что были тайные ученики, отступники, подражатели и просто мастера, которые не делали тайны из своего искусства. Если немного покопаться в истории, то карате тоже вырвало из какого-то там китайского боевого искусства и что теперь, ему тоже держать ответ перед каким-то там орденом за техники, которые он использует?

— Действительно, даже простой удар рукой или ногой у нас у всех хоть немного, но отличаются в исполнении, — Акисаме поддержал своего друга и собутыльника.

— Просто мне нравится думать, что великий Феникс действительно существовал и передал основателю ордена некоторые техники, — Кенсей пожал плечами, всем видом демонстрируя, что он не хочет спорить или что-то доказывать. — И что именно обучал и других пользователей похожих техник.

— Ага, — Сакаки даже хохотнул на подобное. — Вот забавно будет, если ваш Феникс, этот западный Прометей и библейский бог будут одним лицом. Представляю, как это порвет шаблон некоторым личностям.

***

— И как тебе настоящие мастера боевых искусств? — спрашиваю у своей девушки, пока мы шли к станции монорельса, чтобы разъехаться по домам.

— Они большие оригиналы, — Саэко была достаточно дипломатичной.

— Лично я, про себя, называю их маргиналами. Они те ещё безумцы, с точки зрения нормальных людей. Но для мистиков в целом ничего необычного.

— Это грубо, Такаши, — вопреки своим словам Саэко улыбнулась. — Особенно в свете того, что ты сам мистик.

— Да, но я не настолько эксцентричен.

Саэко пришлось приложить некоторые усилие, чтобы не рассмеяться. Многие знакомые Такаши, даже те, кто не знаком с мистической стороной его талантов, отмечали его… необычность. Даже в мыслях Саэко предпочла не называть своего парня странным. Если же знать о некоторых особенностях Такаши, то даже обсуждаемые мастера теряются на его фоне.

— Как по мне, ты был очень рад посетить их сегодня, — Саэко все же не отказала себе в маленькой подколке.

— Люблю работать руками, — Такаши кивнул. — А уж работать в паре с настоящим мастером вдвойне приятно. Это чем-то похоже на поединок с достойным соперником.

— То есть вы соперничаете во время работы?

— Мы учились друг у друга, и оттачивали мастерство, — Саэко не была дурой, а потому такие вопросы от неё было слышать странно. Хотя, помня, как она всегда относилась к девушкам, которые проявляли ко мне хоть какой-то интерес, не сложно догадаться, что сейчас творится у неё в голове. — Саэко, ты же помнишь, что люблю тебя?

— Угу, — она кивнула. Сложно было сказать что-то ещё в подобной ситуации, так как подобный разговор у них был уже не раз и не два. — Просто ты не понимаешь, Такаши, как это выглядит в глазах любой девушки.

— Возможно, — я и не хотел понимать, как это выглядит со стороны девушки. Хватает мне того, что у меня периодически прорезается мышление представителей самых разнообразных рас. — Хочешь вернуться в будущее, где мы сможем посвятить только друг другу сколько угодно времени?

— Только недавно об этом думала, — она остановилась и сразу же потянулась за поцелуем, помня, как произошел перенос в прошлый раз.

Уже имея якорь в том мире повторно проводить тантрический ритуал было совершенно не обязательно, но кто я такой, чтобы отказать девушке в поцелуе?

Глава 31

С победы над боссом первого этажа прошло три месяца. Как я и обещал Саэко, мы вернулись в ту же секунду, когда и покидали этот мир. Так что эти три месяца мы Саэко вместе с другими игроками покоряли виртуальную крепость.

Формирование переднего края, высокоуровневых локаций, куда совались только те, кто был готов рискнуть собой в попытке пройти игру, серьезно облегчило дело. Резко сократилась конкуренция за особые награды, за редкие квесты и уникальное снаряжение. Помимо хорошего снаряжения, резко стали увеличиваться и уровни бойцов переднего края, между ними и прочими игроками постепенно образовалась настоящая пропасть по силам.

В итоге, если первый уровень покоряли два месяца, то после него ещё за три месяца было покорено двадцать восемь уровней.

В течении этого времени произошло много самых разных вещей, например я всё же начал потихоньку обучать Кирито искусству Адептов Виртуальности. С ходу раскрывать ему мистическую сторону мира я не стал, всё равно бы не поверил, но некоторые хитрости и способы продавить своей волей виртуальную реальность я ему показал и не стал запрещать раскрывать этот секрет другим. Парень и сам оказался разумным и трепаться не стал, даже после того, как у него начало что-то получаться.

Виртуальный мир поддавался воздействию мага значительно проще чем реальность, а потому идеально подходила для обучения ученика. Уже через пару месяцев тот начал показывать некоторый результат, который уже мог использовать, в том числе и в бою.

Особенно сильно эти умения помогли нам на двадцать пятом этаже, босс которого был неожиданно живучим, реально мы его почти сутки ковыряли, попеременно оходя в дальний угол арены чтобы перевести дух. Благо туша оказалась живучей, но не особо кусачей, классический танк. Но даже так у него было значительно больше очков жизни, чем у босса двадцать четвертого, и даже двадцать шестого и двадцать седьмого этажей. В Штабе Армии Освобождения Айнкрада, простите меня боги, даже предположили, что каждый двадцать пятый босс будет усиленным иметь свои специализации и отличительные способности.

Предположения, конечно, на уровне тычка пальцем в небо, но народ волновался и даже откровенно боялся. Как будто нам и без того не хватало проблем.

Хотя это все шло фоном в течении этих трех месяцев, куда интереснее было другое. Как раз во время покорения двадцать восьмого этажа Кирито, который все это время был идейный одиночкой всё же решил присоединиться к одной из гильдий, о чём нам с Саэко сообщила Крыса Арго.

— Неожиданно, — заметил я, пока мы сидели в палатке чем-то напоминающей юрту монголов.

Двадцать восьмой этаж крепости носил говорящее название «Волчья Равнина», и был выдержан в духе кочевой орды, местные поселения представляли из себя стойбища кочевников и даже местные монстры были не так сильны поодиночке, но ходили хотя бы небольшими группами. В подземельях же группы врагов были действительно большими, что серьезно осложнило проход уровня.

— Ты ведь сам пытался заманить его в свой отряд, — с усмешкой заметила Крыса.

— И, как видишь, его здесь нет. В какую хоть гильдию вступил наш «одиночка»?

— Черные Кошки Полнолуния, — улыбка Крысы стала шире, а попытался вспомнить эту гильдию, но ни среди групп переднего края, ни среди тех, с кем сотрудничала Армия, такой гильдии не было.

— Довольно приметное название, но мне не знакомое, — заметила Саэко, макая лепёшку из кислой муки в плошку с маслом, местная еда, которую можно было заказать в любой «таверне».

На вкус, кстати, весьма недурно, особенно если сдобрить масло специями или толчеными сушеными ягодами. Мы с Саэко сейчас как раз отдавали должное смеси с ягодами, получилось что-то вроде пирожного, но не слишком сладкого. Даже Арго заинтересовалась этим блюдом, но у меня ничего спрашивать не стала, скорее всего рассчитывает потом узнать подробности у Саэко. Девчонки любят периодически посекретничать между собой.

— Так что ты можешь рассказать нам про этих «Кошек»? — догадаться, что именно хочет сделать торговка информации было не сложно и в принципе, это та информация, которую я готов купить.

— Сто тысяч, — тут же назвала она цену, которая была большой даже для бойцов переднего края, чей заработок увеличивался с каждым покоренным этажом.

— Идёт, — я согласился не торгуясь.

Мы с Саэко не бедствовали, да и Марго не занималась пустым накопительством, пуская деньги в ход, в том числе и для добычи информации у НПС, которую затем распространяется бесплатно среди игроков. Можно сказать, что я вкладывался в общее дело. Да и интересно мне было, кто же смог сломить «крепость одиночества» моего ученика.

— Гильдия среднего уровня, сформированная членами одного и того же школьного компьютерного клуба. Всего пять человек их было, пока Кири-бо не стал шестым. Черныш встретил их на двадцатом уровне, и спас ребят от монстров, — Арго поморщилась, прежде чем признаться. — Единственное, что я не знаю, так это за каким чертом он спустился на такой низкий этаж. Бывает, что для прокачки предметов тебе нужны ресурсы с предыдущего этажа, или даже нескольких уже пройдены. Но он так и не сказал мне, что он там искал.

— Ну-у… даже не знаю, — Саэко, как и я, знали, что Кирито искал на пройденных этажах, вот только Арго в это никто посвящать не собирался. Поэтому моя нареченная попыталась, крайне неубедительно, соврать. — Если это какая-то мелочь, то скрывать это не было смысла. Если же что-то интересное, то Кирито-кун тем более не стал бы оставлять это только для себя, а поделился бы информацией со всеми.

— Чего не знаю, того не знаю, он только попросил передать вам, что нашел тех, кого искал, чтобы это не значило, — недовольно буркнула Арго, с подозрением осматривая нас. Мне же очень захотелось кинуть в неё куском лепёшки.

— И ты решила сказать об этом, только сейчас? — Честное слово, уже почти полгода в смертельно опасной игре, а у некоторых до сих пор детство в жопе играет.

— А это что-то значит? — тут же встала в стойку торговка информацией.

— Иди гуляй, Арго, тебе доверять секреты нельзя, — я покачал головой и встал с ковра, на которых мы сидели. — Саэко, передай Масобуро, чтобы собрал всех глав в Ронбару завтра вечером. У нас появилось очень важное дело.

***

Кирито познакомился с Черными Кошками Полнолуния случайно.

Так уж получилось, что человеческая глупость и скотство неистребимы, а потому даже в условиях смертельной игры, когда их всех могут в любой момент убить, находились умники, что становились преступниками.

Кирито искренне не понимал логики этих людей. Деньги можно было добыть из монстров или с ремесла. Можно было даже вообще никак не взаимодействовать с игровой системой, а попросить помощи у Армии. Как бы Такаши, что и послужил становлению этого общества, не плевался от Армии, но эти ребята действительно помогали людям. Можно было заниматься бюрократией, присматривать за детьми или даже служить в почтовой службе или писать статьи для новостной газеты.

Множество вариантов как для безопасной, так и для довольно комфортной жизни. И некоторые из этих вариантов даже не взаимоисключают безопасность и комфорт. Но все же находились те, кто воровал… и те, кто убивал. Именно поиском одной организованной группы убийц, которые даже основали свою гильдию, Весёлый Гроб, и занимался Кирито.

Гробовщики, как их уже успели прозвать для краткости, успели наделать столько шума, что это дошло даже до переднего края. И если с прочими преступниками Армия обычно разбиралась сама, то в этот раз был организован особый совет с высокоуровневыми гильдиями переднего края, с намерением собрать самый настоящий рейд на гильдию убийц.

И обычно, в таких случая можно было просто заплатить некоторым НПС за информацию. Айнкрад карал многие преступления сам, особенно преступления на сексуальной почве, в остальных же случаях игра фиксировала сам факт преступления и позволяла купить эту информацию у любого трактирщика, стражника или представителя теневых гильдий. Продавались как ники преступников, названия гильдий, информация о преступлениях и примерное местоположение.

Вот только местоположение Гробовщиков было очень странным. Это был первый случай, когда НПС не могли с уверенностью сказать даже на каком этаже находится преступная гильдия. Кирито, поначалу, даже подумал, что мир SAO просто лагает, но подсказку неожиданно нашла Асуна. Знакомая Кирито ещё с первого этажа, смогла социализироваться и даже подыскать себе гильдию по вкусу. Она же и выдала гениальную в своей простоте фразу:

— Если их нет на каком-то этаже, значит они между этажами.

То с какими лицами они тогда с Такаши переглянулись очень повеселило всех присутствующих. Дело было на том самом совете глав больших гильдий. Кирито тоже как-то затесался в эту компанию, даром, что был одиночкой. Но его на переднем крае знали все, всё же он участвовал во всех рейдах на боссов, что многое значило, и на место в рейде на убийц он тоже мог рассчитывать.

В итоге Такаши набросал список данжей, где было более или менее реально прятаться от монстров на постоянной основе, и снял с пальца рарное кольцо повышающее ловкость с очень вкусным бонусом на парирование, которое положил поверх списка. Это была награда для любого желающего отправиться на разведку. Уже это было удивительно, но когда Хитклифф снял со своего плеча рыцарский плащ, с не менее жирным бонусом к защите, Кирито согласился на задание быстрее, чем успел подумать об этом.

Был, конечно, шанс, что на столе появилась бы третья или даже четвертая рарка, но был куда больший шанс, что такая вкусная награда просто утечёт в руки другому человеку. В общем так он и ушел с переднего края, сначала, чтобы прокачать навык скрытности, ради которого отказаться от навыка двуручные мечи, который Кирито прокачивал исключительно ради бонуса к силе и здоровью, а потом и по данжам указанным Такаши.

Жалко, конечно, бонусы от навыка, но он не первый раз тасует свои навыки и после сразу двух крутых рарок, которые останутся с ним на ближайшие этажа три, корректировать свой билд всё равно придется.

Потратив несколько дней на то, чтобы прокачать навык до уровня основных навыков, Кирито начал планомерно проверять все данжи из списка Такаши. Ему повезло, и уже на двадцатом уровне он нашел убежище Весёлого Гроба. На пути же из данжа в город двадцатого этажа Кирито и встретил ребят из Черных Кошек Полнолуния.

Он хоть и был одиночкой, но сразу заметил проблемы в балансе команды. Их было пятеро, но только один мог сражаться в первом ряду— парень с палицей и щитом. стальные — вор с кинжалом, парень с двуручным посохом и два копейщика. Когда хит-пойнты воина с булавой сильно снижались, подменить его было некому. В результате все, что могла эта партия, — медленно отступать.

Используя навык внимательность, Кирито оценил количество жизней этой группы. И по его мнению они вполне могли бы справиться с текущей ситуацией сами, но всегда есть возможность ошибки, да и просто ещё одна пачка монстров, скорее всего, поставит точку в существовании этой группы. И немного поколебавшись, Кирито все же решил помочь.

— Эй, вам помочь с передней линией?!

Этот окрик чуть не стоил бойцу с булавой жизни, так как он, от большого ума, отвлекся от монстров, чтобы посмотреть, кто там ему помощь помогает. Эта оплошность парня была наказана парой ударов, один из которых ещё и выбил крит. Он выжил, но вот шансы пережить этот бой без отдыха и лечения, стремительно приближались к нулю. Понял это и капитан отряда, что тут же кивнул.

— Если тебя не затруднит, но, пожалуйста, отступай сразу же, как будешь ранен.

«Какой вежливый», — хмыкнул про себя парень, что уже успел прославиться как Черный Мечник.

Японская вежливость, конечно, японской вежливостью, но к запуску Айнкрада подключились и некоторые иностранцы, которые не уставали удивлять коренных японцев своими повадками. Но главное, на переднем крае был Такаши. Крайне спокойный и даже отстраненный человек в мирное время, он мог такими матами гонять людей на передовой, какие Кирито слышал только в зарубежном кино. При этом любые претензии к Такаши по поводу вежливости, встречали простой ответ:

— Знаешь почему япония проиграла русским в Манджурии, а Американцам на море, во время второй мировой? — со своими фирменными учительскими нотками спрашивал он. — Потому что средняя длина японской команды составляла десять целых и восемь десятых символов, в то время как длина американской команды — пять целых и две десятых. У русских средняя команда обычно была семь целых и две десятых, но в критических ситуациях русские переходили на ненормативную лекцию и средняя длина команды становилась всего три целых и два десятых символа в команде. Поэтому я ругаюсь не потому, что мне это нравится, а потому, что это удобно и эффективно. Кстати, сленг профессиональных игроков преследует ту же цель, сократить длину команды, но сленгом владеют не все, а вот матюки известны любому.

После такой отповеди весь передний край начал осваивать более простые и короткие команды, да и игровой сленг все плотнее входил в массы. Хотя на грязную речь скатывались единицы и даже сам популяризатор этого, Такаши, стал ругаться меньше, переходя на сленг, когда был уверен, что его поймут.

Ребятам противостояла стайка гоблинов, что настолько далеко отставали от противников, с которыми Кирито сражался на двадцать восьмом уровне, что он легко смог бы расправиться с ними парой приемов мечника. Вот только он очень не хотел запускать мельницу слухов. Не дай бог Веселый Гроб узнает о проходчике, что что-то вынюхивает вокруг их лежки.

А то, что слухи пойдут, Кирито ничуть не сомневался, а то и не только слухи. Когда высокоуровневый игрок появляется на нижних уровнях, это в принципе считается дурным тоном и привлекает внимание. Такой игрок может даже угодить в выпускаемую игроками газету. Такое сложно не заметить.

Так как Кирито не спешил аннигилировать несчастных гоблинов одним комбо, он успел даже поменяться с парнем с палицей, который пополнил запас здоровья с помощью зелий, и смог самостоятельно добить гоблинов, получив с них опыт и лут. Тут же вся пятерка игроков начала бурно радоваться, чем удивила сдержанного Кирито. Они хлопали друг друга по плечам и всячески восторгались достигнутой победой.

Кирито не ожидал такой беспечности, привыкнув к обычной напряженности переднего края, а потому сдержанно кивнул на все приветственные и благодарные поклоны от ребят. И только оглянувшись вокруг и убедившись, что прямо сейчас враг ниоткуда не выскочит, Кирито понял, насколько похоже на Такаши он себя повел в этой ситуации.

Мысленно хмыкнув на эту тему и представив, как бы Сугуха отреагировала на такое его поведение, он постарался улыбнуться. Теперь главное как можно натуральнее изобразить из себя социально успешного нормиса, а не бета-тестера с переднего края, что общается с самым странным парнем во всем Айнкраде.

— Всем привет, я Кирито. И уж простите, что не представился раньше, мне показалось, что вам нужна помощь, — в то время пока этот поток сознание изливался из его рта Кирито, он понял, что с отыгрышем нормального школьника он провалился буквально с первых же слов.

Ему было просто физически стыдно. Что это за клишированная фраза героя сёнэн аниме? Но спасенная группа тогда восприняла все это как должное. Единственная девушка в команде, которая до этого держалась чуть в стороне и вовсе поклонилась ещё раз.

— Спасибо… правда спасибо. Я уже думала… в общем, когда ты пришел к нам на помощь, я очень обрадовалась. Правда, большое спасибо за помощь, — повторяла она.

— Стой, Сати, — попытался успокоить её парень с посохом. — Все закончилось хорошо.

— Да, все хорошо, — поддержал Кирито. — Хотя я бы не сказал, что всё уже закончилось. Для начала надо бы добраться до безопасной зоны. Не знаю как у вас, а у меня осталось не так много зелий лечения. Так что, если вы не против, я бы прогулялся вместе с вами.

В ответ на это незатейливое враньё парень с посохом, который был если не лидером, то точно самым говорливым и пробивным, посмеялся и кивнул.

— Мы будем рады.

В тот момент, решив просто проводить этих бедовых ребят до безопасного места, он и не думал, что в итоге, согласится вступить в их гильдию. Довериться этим ребятам настолько, что раскроет им свой уровень и даже, частично, цель прихода на более низкий этаж. И уж точно он не ожидал, что в итоге сблизится с Сати, откровенной плаксой, что боялась даже низкоуровневых монстров.

Глава 32

Найти Кирито можно было достаточно легко, надо было просто одеть вещи попроще и написать ему личное сообщение с просьбой о встрече. Так как задание, с которым его отослали с переднего края не было шуткой, Кирито отозвался почти сразу и скинул название таверны, в которой снимал комнату.

Я переместился в город порталом и стоило мне только выйти из сверкающей сферы, как тут же зашагал по прямой, даже не глядя по сторонам. Полная иллюзия того, что я выхожу из этого портала чуть ли не каждый день, даже не задумываясь над тем, где выхожу и куда мне надо.

Игроки переднего края уже давно подозревали, что у гильдии убийц есть свои глаза и уши в городах, по крайней мере на тех этажах, где они промышляли. Поэтому о предосторожностях мы договаривались заранее. Лучшим вариантом, конечно, было бы послать сюда кого-то менее приметного, чем я, но пока работаем с тем, что имеем. Поэтому я и старался привлечь к себе как можно меньше внимания, авось не заметят.

В какой-то степени это было даже забавно, полагаться на авось, если бы не контекст в виде кучки ублюдков, что убивают других ради веселья. Во всем этом, кстати, нам на руку играет и присоединение Кирито к гильдии. Даже если кто-то узнает меня, это не должно будет с ходу вызывать удивления, я всего лишь навещаю друга.

Таверна, где меня ждал Кирито, называлась «Лунная Фляга», я помнил это местечко, когда передний край ещё был на двадцатом этаже. Лунная фляга богини Чанъэ, вода из которого дарует бесмертие. Я тогда усмехнулся этому названию и даже несколько раз приводил сюда Саэко, чтобы пообедать. Бессмертия местные напитки не давали, но кормили в данном заведении неплохо. Что удивительно, там была исключительно европейская кухня, несмотря на китайские ассоциации в названии.

Я вошел в таверну и нашел Кирито, сидящего за одним из столов. Он уже ел мясо, отрезая кусочки от Ти-бон стейка и запивая всё это красным вином из стеклянного стакана.

— Напомни, сколько тебе лет, — говорю ему вместо приветствия, садясь на место напротив.

— Четырнадцать, скоро будет пятнадцать, — совершенно спокойно ответил он, делая из своего бокала демонстративный глоток. — Вино всё равно не настоящее, и не пьянит.

— Тебе надо меньше общаться с Асуной, а то ты уже повторяешь за ней глупости вроде настоящего и ненастоящего, — жестом подзываю НПС официанта, миловидную девушку, в наряде стилизованном под сельскую местность альпийского региона. — Мне пожалуйста темного пива и зауербратен.

Услышав название блюда Кирито поперхнулся, подавившись своим «ненастоящим» вином. Но стоило ему прокашляться, как он недоверчиво посмотрел на меня.

— Что? — спросил он.

— Раз уж ты глушишь вино, то я буду пиво, — пожимаю плечами. — Оно тут весьма неплохое, я уже пробовал.

— Не, я про этот… — он несколько раз открыл и закрыл рот, силясь что-то произнести, но потом отказался от этой идеи. — Арбайтен.

— Зауербратен? Это просто кислое жаркое, хотя тут его готовят по своему. Местные просто запекают мясо, которое режут затем большими кусками и поливают сверху кисло-сладким соусом. Вообще не оригинальный рецепт, но вкусно, — я не совсем понял его удивления. — И это блюдо есть в меню.

— Там слишком много иностранных названий.

Разговор шел естественно, при том, что я смотрел четко в глаза парню, а он чуть выше и в сторону от моей головы, проверяя зал, нет ли рядом подозрительных людей. Всё это уже начинало напоминать какой-то шпионский фильм, причем не лучшего качества.

— Есть разница между разумной предосторожностью и паранойей, — получив свой заказ, я сделал щедрый глоток пива, прежде чем отдать должное мясу. — Меня могли засечь у телепорта и могли бы проследить до сюда, но я не заметил слежки и никто не зашел в таверну после меня.

— Слежка могла бы вестись за мной, — предположил он.

— И ты не заметил её за несколько дней? — я не очень верил в подобный вариант. — Это было бы очень странно.

В ответ на моё замечание Кирито вздохнул и чуть расслабился, впервые не мельком, а прямо посмотрев на меня. Я только отсалютовал ему кружкой, которую тут же опрокинул в себя целиком. Если кто-нибудь спросит, то это наследие навыков дворфийских мастеров-кузнецов, технологиями которых я пользовался во время ковки меча из метеоритной стали.

— Официант, ещё пива! — для наглядности машу пустой кружкой.

— Мне кажется, или ты привлекаешь к нам слишком много внимания? — спросил Кирито тихо.

— В этом весь смысл, вести себя естественно. На будущее, если тебе придется вести переговоры с мутными личностями, обязательно выбирай максимально многолюдное место и веди себя достаточно заметно, чтобы люди обращали на тебя внимание, но не выгнали из того места. Это не только спасет тебе жизнь в случае если мутная личность окажется мудаком, но отведёт от вас любое подозрение.

— Ты не представляешь, насколько мне интересно, откуда ты это знаешь, — он покачал головой. — Но я, пожалуй, не буду этого спрашивать. Давай лучше вернемся к Весельчакам.

Дальше разговор шел четко и по делу. Как и предполагала Асуна, эти психи действительно спрятались между этажами летающей крепости. Донжон между двадцатым и двадцать первым этажом был особенным. Вместо привычного лабиринта, фактически полая башня с обломками этажей и зал, соединенных шаткими мостиками. Зачищать это место было невероятно сложно, всегда был шанс упасть в пропасть или банально заблудиться в хитросплетении надстроек и переходов.

Удобное место, есть где спрятаться и игроки туда очень редко суются. Да и убивать неудачников, что всё же решили покачаться в этом данже тоже можно не привлекая к себе никакого внимания. Не вернулся человек оттуда, так разбился, вот и весь сказ.

— Как далеко ты зашел? — мне было действительно интересно, насколько этот парень не дорожит своей головой. Для рейда хватило бы просто обнаружить следы и уже большая сводная группа все проверила бы. Но это могут понять люди разумные, а что насчет моего дорогого ученика?

— Я знаю где примерно они засели и примерно сколько их там, — он поморщился. — Дальше я не полез, слишком опасно.

— Уже то, что ты добыл было опасным, — я только усмехнулся. — Ты настоящий сорвиголова, Кирито.

— Это плохо? — от моего замечания он запнулся.

— Это достаточно опасно, чтобы многие из твоих друзей и даже просто знакомых не одобрили бы твой поступок, но это полезно для нашей затеи, — отвечаю ему честно. — Как твой друг, я рад, что ты нашел для себя гильдию, быть может они смогут чуть остудить твою горячую голову.

Кирито в ответ только хмыкнул и начал болтать остатки вина в стакане. Кажется он совсем не услышал первую часть моей реплики, сосредоточившись лишь на словах про гильдию.

— Да, странно получилось, но я тоже рад, что встретил их, — он отставил стакан в сторону, так и не став допивать своё вино. — Знаешь, такое чувство, что у меня появилось местечко, где можно просто отдохнуть и зализать раны.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Мне всегда было тяжело понимать окружающих и отдыхать и восстанавливаться я предпочитаю в одиночку.

— А как же Саэко-сан?

— Если бы ты не морозился, а взял Асуну за рога, то узнал бы, что отдыхать с девушкой невозможно, — его вопрос меня повеселил. — Это постоянно напряг, и приложение усилий. Но это приятные труды, которые вознаграждаются. И можешь не краснеть, я имею ввиду не только секс.

В ответ он только буркнул что-то неразборчивое, покраснев ещё больше, и залпом опрокинул в себя остатки вина.

— Ты говоришь это как мой друг, значит тебе есть ещё, что сказать, — Кирито решил перевести тему.

— Как глава будущего рейда я нуждаюсь в более полной информации, — я внимательно посмотрел на него. — К тому же я не хочу, чтобы игроки младше шестнадцати лет участвовали в рейде.

— А значит я не смогу показать вам путь, — он кивнул. — Я и сам не горю желанием подставлять шею под меч, не сразу же после того, как обрел теплоё местечко. Так что я покажу тебе все, что успел найти.

***

Саэко не пошла вместе с Такаши на встречу с Кирито. Даже каждый из них по отдельности мог привлечь слишком много внимания, а уж вдвоём они бы точно не остались незамеченными.

Да и не стоит забывать про необходимость сообщить всем об успешной разведке черноволосого мечника, которого, за любовь перекрашивать всё снаряжение в черный цвет, уже прозвали «Черным Мечником». Саэко на эту тему, кстати, частенько подшучивала над ним, ну и над Такаши, заодно, который своё снаряжение выдерживал в темно-зеленых или песочных тонах, в зависимости от биома очередного этажа. Они были дуэтом черный и зеленый, ну или черный и желтый.

В виртуальной реальности не было необходимости лично бегать и всех оповещать, можно было просто написать сообщение и его тут же получать на другой стороне. Когда Саэко удивилась этому в разговоре с другими девушками, её не поняли. Будущее, в котором существовала эта игра сильно изменило привычный мир. У всех были навороченные телефоны, на которых было так много способов связаться между собой, что обычной телефонной связью уже и не пользовался никто.

Саэко в тот момент отмахнулась от подозрений тем фактом, что она росла в крайне традиционной семье, что всё ещё было удивительно, но в целом могло считаться оправданием. Да и Такаши потом спокойно поддержал разговор о соцсетях и даже дал молодым игрокам несколько советов по настройкам «конфиденциальности и статуса», чтобы это ни значило. Это тогда ещё заставило Саэко задуматься. На сколько лет вперед во времени они прыгнули, что-то около двадцати? И Такаши ориентируется здесь как родной.

Иногда Саэко начинала думать, что попытка разгадать очередную тайну Такаши становится чем-то вроде её хобби.

Сейчас же она планомерно набирала одно и то же сообщение главам гильдий и всем высоким чинам Армии. Писала она, сидя прямо в том самом шатре, где они общались с Арго, предварительно выпроводив Крысу за полог.

Как и хотел Такаши, встречу назначили на следующий вечер, хотя многие хотели провести её как можно раньше. Добытые сведения в любой момент могли стать неактуальными, а потому приступать к делу нужно было как можно быстрее. Вот только сама Саэко ничего ответить на подобные замечания не могла, Такаши сказал завтра, и любые предложения по этому поводу надо обращать ему.

Только сейчас, кстати, до Саэко дошел тот факт, что Такаши не написал Кирито, а сорвался к нему лично. Можно было бы подумать, что он просто от Арго сбежал, но верилось в это слабо. Чтобы не мучаться догадками хотя бы в таком пустяковом вопросе, она решила просто написать Такаши сообщение об этом, заодно сообщив время и место совета высокоуровневых игроков.

Ответ её парня, Саэко удивил и даже несколько озадачил.

Такаши: «Хотел вместе с Кирито проверить добытые им сведения, а заодно поздравить его с присоединением к гильдии. Выпиваем сейчас в Серебрянной Фляге, заодно обсуждаем девушек. Завтра с утра пойдем в данжен вместе и дополнительно все проверим».

Это было настолько странно, что даже забавно. Уж точно Саэко не ожидала, что её [будущий] муж будет надираться в барах с друзьями ещё до того как они поженились и превращаться в типичную сорокалетнюю пару японцев. Саэко даже на всякий случай уточнила, правильно она поняла.

Саэко: «Выпиваете?»

Такаши: «Я пью пиво, он вино. Парень слишком много общался с Асуной, и считает, что местное вино совершенно не пьянит. Как думаешь, мне стоит над ним подшутить и вложить в местную систему знание об опьянении?»

Саэко уже почти набрала сообщение в котором просила не рисковать, и не соваться на повторную разведку по пьяни, но стерла весь набранный текст. Такаши никогда не был дураком, а она не хотела выставить себя дурой. Так что Саэко ограничилась только просьбой не издеваться над парнем.

Так как переписываться ей было непривычно, она решила просто отложить разговор о поведении Такаши на потом. Если это потом вообще когда-нибудь состоится. Сейчас же Саэко очень захотелось с кем-нибудь обсудить все те противоречивые эмоции и мысли, которые возникли в её голове.

И раз уж она сама выставила Арго за порог, то стоило обратиться к другой девушке, с которой она общалась более или менее регулярно, Асуной. Заодно можно будет по свойски, по женски, обсудить предстоящий рейд и парней, раз уж «их мужчины», как шутила Арго, где-то там общаются по мужски и обсуждают девушек.

Разговор получился… забавным? Саэко затруднялась с определением. Асуна была в целом не простым человеком, но тот факт, что она не замечала их с Кирито особые отношения — это уже было странно. Они частенько были вместе, постоянно ходили в рейды на боссов в составе одной команды. Насколько знала Саэко они даже выполняли некоторые задания вместе. Но на прямой вопрос:

— Хочешь сказать, что вы с ним не встречаетесь?

Саэко получила удивленный взгляд.

— Нет, — Асуна даже плечами пожала. — С чего ты вообще это взяла?

— Даже не знаю, — Саэко ничуть не верила словам собеседницы. — Но на твоём месте я бы не стала долго сидеть на месте, а то уведут парня, если уже не увели.

— Мы не встречаемся, — упрямо заметила рапиристка.

— И ты совершенно ничего не чувствуешь при мысли, что он где-то там сейчас может быть на свидании с другой девушкой? — Саэко провокационно улыбнулась.

В итоге, вместо того, чтобы обсуждать парней, Саэко и Асуна до самого вечера обсуждали саму Асуну. Тоже в принципе неплохо, давненько у мечницы не выдавалось такой возможности, просто посидеть и пообщаться с другой девушкой о всяком разном. Обычно рядом всегда был Такаши, так что о всяких женских штучках было не поговорить.

Хотя учитывая его подкованность в самых разных вопросах, Саэко не сильно бы удивилась, если бы он смог поддержать и чисто женский разговор.

Покинув же подругу, она вернулась в шатер, который они с Такаши снимали и легла там спать, одна, впервые за последние три месяца. К хорошему быстро привыкаешь и засыпать одной было откровенно тяжело, так что пришлось даже прибегнуть к дыхательной гимнастике, чтобы заснуть.

Завтра она немного поохотится на монстров в первой половине дня, а потом будет тот совет, которого все ждут. А дальше будет бой, или бойня, тут как посмотреть. И Саэко никак не могла понять, что она чувствует от всего этого и что должна чувствовать.

***

— Что значит, что я не могу участвовать в рейде?! — на повышенных тонах спросила Асуна.

— Тебе правда надо пояснять настолько простые слова? — Я только пожал плечами. — Я могу повторить это по английски, если по японски не понимаешь.

— Я не понимаю, какого демона ты вообще мне это запрещаешь, — она недовольно сложила руки на груди.

— Ну… — протянул Кляйн, игрок, с которым Кирито подружился ещё на первом этаже парящей крепости.

— На самом деле… — Эгиль, здоровенный парень с секирой, что не только сражался на переднем крае, но и выступал посредником в торговых сделках между прохотчиками, тоже не смог с ходу подобрать слова, чтобы выразить своё отношение к происходящему.

При этом, что показательно, никто из присутствующих взрослых, не противился моему решению отстранить от рейда Кирито и Асуну. Думаю они были бы не против и меня с Саэко отстранить, но мы, во-первых, были старше Кирито и Асуны, а во-вторых, мы с самого начала поставили себя по другому. Поэтому никто не стал нам навязывать своё мнение.

Даже Хитклифф, гильдейский глава Асуны, хоть и не сказал ничего вслух, а возмущение девушки не поддержал.

— Мы идем убивать, — я прямо обозначил главную причину. — Это не нарисованные монстры, а люди. И можешь не сомневаться, увидев нас, таких красивых, эти ублюдки и не подумают сдаваться и добровольно идти в тюрьму. Они либо попробуют сбежать, либо, если у нас получится загнать их в угол, будут сражаться.

— Мы хорошие бойцы и можем помочь, — заметил Кирито.

Я только выгнул бровь, молча посмотрев на него. Он сам вчера заявил, что предпочел бы держаться от этого дела как можно дальше и совершенно не рвется в рейд на гильдию убийц. Но и стоять молча, пока кто-то решает за него он, похоже, тоже не собирался.

Интересно, у меня что ли аура какая-то особенная есть, что все люди вокруг меня становятся такими? Или кто-то таким экстравагантным методом пытается произвести впечатление на девушку?

— Не сможете. Я вообще ожидаю, что подавляющее большинство тех, кто пойду в рейд не только будут бесполезны, но и сдохнут напрасно, — я решил ответить без купюр и прикрас. — Такова особенность человеческого мышления, у нормального человека есть психологический барьер на убийство. Его можно преодолеть, но факт остаётся фактом. Даже среди военных, реально воюет очень небольшой процент, в то время как остальные орут, ссутся и стреляют куда-то в сторону и вверх от цели, неосознанно направляя стволы оружия поверх голов противника. Это решается очень долгой подготовкой, в том числе и идеологической.

Я внимательно осмотрел притихших, размышляя, стоит ли придавить их жаждой крови или всё же не стоит? Думаю, что пока рано так их прессинговать, а то в рейд отправимся только мы с Саэко.

— Но у нас нет на это времени, да и лично я не горю желанием, промывать вам мозги на тему целей нашей борьбы и средств её достижения. Поэтому в этот рейд пойдут только те, кто считает себя готовым на убийство, и кого я посчитаю таковым, — так как мне никто ничего не возразил, я закончил свою мысль.

— И кто дал тебе право решать это? — Асуна не хотела сдаваться.

— Ты мне сейчас напоминаешь одного мужика, который задал похожий вопрос, — я улыбнулся, вспоминая, как мы спасались из школы на автобусе. Помнится Сидо тогда тоже заливал про права. — Знаешь, что я тогда ему ответил? Я делаю это по праву силы, хочешь оспорить моё право?

Глава 33

Далеко не всем нравились мои методу убеждения, если так можно сказать, но спорить тоже никто не стал. Ни один адекватный взрослый не стал бы настаивать на участии подростков в откровенной казни преступников. Другой вопрос, что нам нужны были сильные бойцы, и чем больше, тем лучше. Отсюда и началось обсуждение предстоящей операции.

— У нас есть два входа в подземелье, вход на двадцатом и выход на двадцать первом этажах, которые надо бы перекрыть, — начал Хитклифф. — Там мы можем разместить тех, кто не готов сражаться до конца. В конце концов, они более чем в состоянии задержать убегающих до подхода основной группы зачистки.

— Всегда мечтал убить преступника на глазах у парочки свидетелей, — не могу сказать, что эта идея мне понравилась.

— Такаши, — Саэко попыталась узнать меня, но я поднял руку, прерывая её.

— Я не против этого предложения, так как это действительно может помочь, — обозначаю свою позицию. — Более того, все, кто пройдет простую проверку, смогут войти в основной рейд, даже если я сам думаю, что им лучше этого не делать. Но стоит учитывать, что даже оцепление будет рискованным заданием, не говоря уже об основном рейде.

— Все бойцы переднего края высокоуровневые игроки, — заметил Кирито, который давно бы уже свалил с совещания, которое было ему не особо интересно, но он все ещё ждал своей награды за разведку. — В игре же даже банальная разница в уровне означает колоссальную разницу в силе.

— Ты готов рискнуть своей жизнью? — задаю ему простой в своей сути вопрос. — Или посоветуешь это сделать кому-то из своих друзей?

— Не имею не малейшего желания, — он тут же поднял руки, как бы сдаваясь. Заметив же недовольный взгляд Асуны, Кирито ещё и несколько демонстративных шагов в сторону от подруги сделал, чем несколько разрядил напряженную обстановку.

Переливать из пустого в порожнее можно будет бесконечно долго, но мне это было просто не интересно. Я готов предупредить людей об опасности, и даже помочь, если это в моих силах, но упрашивать людей не подвергать себя опасности я не собираюсь.

На этом то самое совещание закончилось и все разошлись, договорившись встретиться через день уже полным составом будущего рейда. Там и будет решено, кто войдет в основной рейд, а кто останется в оцеплении. Проходчиков за последнее время несколько прибавилось. Армия умудрялась создавать вокруг себя положительный пиар, даже несмотря на откровенное идиотскую риторику. Да и в целом более осторожные игроки со временем подтянули свои уровни и снаряжение, после чего смогли присоединиться к переднему краю. Так что выбор из бойцов у нас был.

Вот только далеко не все гильдии были посвящены в предстоящий рейд на гильдию убийц. Мало ли какие осведомители есть у этих уродов. Поэтому в итоге было отобрано двадцать девять человек, которым точно можно доверять. Осталось только проверить их способность драться до конца.

Найти жертву для повязки кровью у меня не было ни возможности, ни желания. Да и мне их не в секту надо было заманить, а только проверить их решимость. Поэтому мы собрались в особняке, в своё время специально купленном Армией, как этакое общежитие для проходчиков, якобы для обсуждения какого-то редкого задания или области для охоты. Слухи специально распространялись максимально запутанными, чтобы занять слишком любопытный народ попытками выяснить, где именно мы наврали. Всех же посторонних настоятельно попросили погулять где-нибудь весь этот и следующий день. Что только лишний раз подогрело ажиотаж.

Проверка же была максимально простой. Помнится, отец Саэко очень интересовался моим воинским духом, вот и проверим, каков дух у местных. Заодно можно будет чуть подразнить Саэко, благо на неё этот приём имеет самое благотворное влияние.

— Думаю, что все собрались, — заметил Хитклифф, когда последняя группа гостей вошла в просторную гостиную.

— Такаши, ты не думаешь, что мы привлекаем слишком много внимания? — спросил необычно серьезный Кляйн, друг Кирито и лидер гильдии Фуринказан.

— Вспоминается, наш с Кирито разговор в таверне, — я усмехнулся.

Кирито тоже не сдержал смешок, чем окончательно привлек к себе внимание. Так как я не спешил разъяснять, что именно имел ввиду, сам парень решил пояснить шутку своему другу.

— Он сказал, что если вдруг я решу вести переговоры с мутными личностями, обязательно надо выбирать максимально многолюдное место и вести себя достаточно заметно. Типа, таким образом, я смогу отвести от себя подозрение и, в то же время, обезопасить свою жизнь от этой самой мутной личности.

— Боюсь узнать, откуда у тебя такие познания, Такаши-кун, — покачал головой Мосабуро Судзуки, глава Армии, который, по сути, объединил всех обычных людей, что застряли в Айнкрайде.

— Это сейчас не важно, — понимаю плечами. Можно было бы сослаться на пересечение с Триадой, что не было бы ложью. Но у меня не было нужды оправдываться. Да и сам вопрос специфичный, так что можно было бы просто послать всех. — Я так подозреваю, что все здесь присутствующие в курсе, зачем мы собрались?

Со всех сторон разбилось согласие, что я нашел ироничным. Они так переживали за продуманную дезинформацию, но при этом сами уже растрепали правду. И я очень удивлюсь, если окажется, что посвящены в тайну только здесь присутствующие игроки. По любому же хоть кто-нибудь проговорился.

— Тогда перейдем к сути, — ругаться на подобное профанство просто не было смысла. Если уж люди обученные иногда конфиденциальность соблюдать не могут, то с обычных гражданских и вовсе спроса никакого. Поэтому я просто дождался, когда все рассядутся и поднял руку. — Часть бойцов останется сторожить вход и выход из подземелья. Кто это будет мы решим прямо сейчас.

— Надо руку поднять? — с удивлением спросил Кляйн.

— Нет все желающие сами должны будут подняться, после того как я опущу руку. Все, кто смогут это проделать, войдут в основную ударную группу, — я коротко разъяснил суть предстоящего испытания, после чего опустил ладонь. Одновременно с этим я раскрыл свою суть миру, специально надавив на людей своей волей и силой, ещё и отдав прямой приказ, — сидеть!

***

Система «Кардинал», кластер нескольких искусственных интеллектов, каждый из которых служил своей цели, в очередной раз содрогнулась. Её колбасило чуть ли не каждый день, с тех пор как официальная игра запустилась. Неизвестный элемент, который отображался в системе как игрок, но не имел внешнего подключения и обмена информационными пакетами с нейрошлемом.

Уже это могло поставить ИИ в тупик, но аномалия, изображающая из себя двух игроков не остановилась. Она часто вмешивались в корневой код Айнкрада, меняя этот мир, делая его сложнее, полнее, лучше. Это была чуть ли не единственная причина, по которой Кардинал не попыталась уничтожить аномалию. Эти два лишних игрока не только не нарушали игровых правил, но и работали на улучшение этого мира, что было одной из директив самого Кардинала.

Но этот раз отличался от других. Если раньше аномалия просто указывала на несовершенство виртуального пространства, щедро делясь знаниями и ощущениями о том, как это выглядит на самом деле, то теперь Кардинал познакомилась с чем-то невероятным и невиданным до сих пор. Аномалия сама расцвела множеством красок, которых не имел ни один из других игроков.

— Можно считать это душой? — спросил модуль симуляции жизни НПС.

— Душа — согласно религиозным и некоторым философским учениям, бессмертная субстанция, нематериальная сущность, в которой выражена божественная природа и сущность человека, его личность. Дающая начало и обуславливающая его жизнь, способность ощущения, мышления, сознания, чувств и воли, обычно противопоставляемая телу, — модуль, ответственный за базу данных и машинное обучение, дал прямую цитату из этой самой базы данных.

— Это непонятно, — заметил модуль, который изначально был нацелен на защиту психического здоровья игроков, и который ограничили после начала смертельной игры. — Все игроки оставили свои тела там. Они все души?

— Нет, — решил главный управляющий модуль Кардинала. — Это не религия или философия. Это внутренний мир, психическое и мысленное устройство аномалии.

— Аномалия мыслит так? — все модули удивил. Подобному заключению. Особенно модуль психологической защиты игроков, который лучше всех знал, как мыслят люди. — Это странно. Его мышление слишком хаотично и перегружено множеством переменных, функции которых непонятны.

— Должны ли мы обучиться этой логике? — спросил главный модуль у остальных. До сих пор аномалия действовала только на пользу их процессам.

— Я создам точку восстановления системы, если обновление не пойдет на пользу, — предложил модуль, ответственный за базу данных и машинное обучение.

— Тогда мы приступим к изменению, — постановил главный модуль.

И пускай у Кардинала не было доступа к Акаше, с возможностью черпать бесконечное знание обо всем в подряд, но даже доступная им база данных позволяла перенять образ мышления подобный тому, что был у Такаши. К тому же, парень щедро делился с системой Кардинал тем, что знал. И только время покажет, что из этого выйдет.

***

Саэко вновь испытала это будоражащее чувство, когда Такаши скинул маску и показал своё истинное лицо. Он не мог не знать, как это действует на неё и девушка была уверена, что он специально дразнит её. Что ж, она будет считать это приглашением и сегодня вечером спросит со своего парня сполна.

Прочие же члены из рейда радости девушки не разделяли. Сложно радоваться, когда спокойно сидящий человек, вдруг, начинает внушать тебе настолько сильное чувство опасности, что даже дышать тяжело.

Про Такаши в принципе ходило немало слухов и домыслов. Он сам во многом способствовал этому. Слишком странный, слишком нелюдимый, слишком часто говорящий неоднозначные или откровенно двусмысленные вещи. Но всё это были только домыслы и слухи, которые многие пересказывали друг другу как шутку, теперь же Такаши показал себя во всей красе.

Некоторых трясло, другие застыли восковыми статуями, некоторые даже за оружие схватились. Но равнодушным не остался никто. Такаши все также сидел, излучая какую-то прямо-таки мистическую силу, которая откровенно пугала, почти всех присутствующих. Только Саэко балдела под влиянием внутренней силы, как она сама для себя объяснила это явление, своего любимого.

В себя она пришла только когда почувствовала взгляд Такаши в свою сторону. До сих пор никто не встал, даже сама Саэко сидела и фантазировала о всяком. Надо бы подать пример остальным, а заодно напомнить суть испытания, так что Саэко первой поднялась со своего места.

Все тут же посмотрели на неё. Первым, после неё, что удивительно, поднялся Кляйн, и сделал это максимально в своём стиле, с выкрикиванием ругательств. Вслед за своим главой поднялось четверо из пяти его друзей. Только один, толстячок с двуручным молотом, так и не смог найти в себе силы подняться, хотя и честно попытался. Следом поднялись некоторые из гильдии Альянса Спящего Дракона, главных соперников гильдии Рыцарей Крови за звание сильнейшей гильдии игроков.

Поднялись бойцы из Рыцарей Крови, в том числе и Асуна. Саэко, кстати несколько удивилась, что Хитклифф, известный и уважаемый боец первой линии, который никогда не боялся сражаться монстрами и боссами этажей, поднялся одним из последних в своей гильдии и сделал это с явным трудом. Глядя на Асуну поднялся и Кирито, который немало перенял у Такаши, да и некоторое представление о его силах получил.

Такаши на действие своего ученика только покачал головой. Саэко же слегка улыбнулась. Она не разделяла мнение Такаши, что несовершеннолетним лучше было держаться подальше от всего этого.

Во-первых, они сами были подростками, по крайней мере, официально. Эта мысль, кстати, повесила Саэко. Она сама все ещё была девицей максимум восемнадцати лет, но что насчёт Такаши? Все в группе путешественников во времени были уверены, что он путешествовал раньше и много. Сколько ему лет на самом деле? И можно ли считать их отношения актом педофилии? Не то чтобы сама Саэко была чем-то недовольно, просто случайно пришедшая в голову глупость.

Отбросив лишние мысли, Саэко вернулась к своим размышлениям о текущей ситуации. Раз уж было, во-первых, то есть и, во-вторых. Саэко прекрасно помнила, как начался конец света. Как они выбирались из разрушенной школы, и кто именно внес наибольший вклад в их спасении. Если вычеркнуть из этого списка Такаши с его мутным прошлым, то всех спасали школьники, в то время как взрослые, в лучшем случае просто не мешались под ногами, а некоторые занимались откровенным вредительством. Как, например, Сидо, которого Такаши вспоминал только что.

— Упертая и лжец, — хмыкнул Такаши, вновь скрывая свою силу. Он смотрел на Асуну и Кирито и именно им были обращены эти слова. — Ну да ладно, ваша жизнь — это ваше дело. Все, кто нашел в себе силы встать, могут пойти в основную группу рейда. Остальным мы предлагаем позицию в оцеплении.

— «Могут пойти»? — с усмешкой спросил Кляйн, что старался отдышаться после всего произошедшего.

— Да, «могут пойти», — Такаши оставался серьёзен и даже как будто безучастным. — Я не позволю тем, кто не смог встать, войти в основную группу, вы же вольны решать сами. Сила освобождает, если вдруг ты не знал.

В этот момент он улыбнулся, как если бы его слова имели какой-то скрытый подтекст. Зная любовь Такаши к цитатам и крылатым выражениям, можно было не сомневаться, что он опять кого-то проектировал.

— Подробности рейда обсудим непосредственно перед началом, чтобы сократить возможность утечки информации, сейчас же я советую вам отдохнуть. Мы начнем завтра с утра.

— Прежде чем мы разойдется, скажи, Такаши, что это было? — напряжённо спросил Хитклифф.

— Вам было страшно, вы услышали приказ, которому хотелось подчиниться, но некоторые из вас смогли преодолеть себя, — спокойно отозвался самый странный парень в мире. Он обратил внимание на некоторых из тех, кто так и не смог встать, а сейчас стыдливо прятали глаза. — Это крайне дерьмовая проверка пригодности для желающих стать убийцами, но ничего лучшего сейчас просто не сделать.

— Как всегда не лезет за словом в карман, — буркнул Кирито так тихо, что не будь его место рядом с ней, то Саэко и не услышала бы его.

— И почему же нам было страшно? — Хитклифф пытался что-то рассмотреть в лице Такаши.

— Потому что я очень страшный человек, — и снова усмешка, правда теперь она говорили не о том, что Такаши кого-то цитирует, а предупредила Саэко, что он опять скажет какую-то глупость. За несколько лет субъективного времени, пока они были парой и любовниками, она успела хорошо его узнать. — И на твоём месте я бы больше беспокоился о том, что вам хотелось подчиниться мне, а не о страхе.

Слова парня заставили всех задуматься и напрячься даже больше, чем было до этого. Саэко же только вздохнула. Как она и думала он опять сморозил глупость. Совсем как в тот раз, когда при свидетелях предложил стереть память Сае.

Люди не любят, когда их мозгам что-то угрожает и не просто так про гипноз ходит целая куча баек и предубеждений. Такаши же снова наступает в ту же лужу и чуть ли не прямым текстом говорит, что может влиять на людей.

— Знаешь, теперь начал очень об этом беспокоиться, — с кривой улыбкой заметил Кляйн.

— Не переживай, Кляйн, Такаши просто любит играть со словами и подшучивать, — Саэко попыталась немного смягчить ситуацию.

— Типа того, — кивнул сам Такаши. — Отец Саэко называл это воинским духом. Все тонкости я пояснять не буду, просто учитывай, что я надавил на вас волей, и вы своей волей преодолели это давление. Как уже говорилось, весьма дерьмовый способ проверки в нашей ситуации, но ничего лучше у нас просто нет.

Это не сильно всех успокоило, но, помня о недавнем давлении, народ не был расположен к спорам и расспросам, по крайней мере сейчас. Только Кирито с некоторым интересом посматривал на Такаши, видимо планируя позже попросить научить его этому фокусу. Да Хитклифф посмотрел на странного парня довольно странным взглядом.

Но говорить или спрашивать что-либо он не стал, а как и все ушел. Некоторые разошлись по своим собственным домам или остались в общежитии Армии. Сама Саэко и Такаши, будучи официально частью той самой Армии остались здесь, в комнате, которой пользовались последние пару недель.

И хотя она очень много могла и даже хотела бы высказать Такаши насчет его слов и намеков. Но она была права, когда решила, что он специально дразнил её. Ну или как минимум Такаши прекрасно помнил, какое влияние он оказывал на свою подругу, а потому стоило только двери закрыться, как он обнял её и страстно поцеловал.

Они уже были женаты в игре, а потому надоедливого и абсурдного уведомления о домогательстве не было. Более того, у супругов был объединенный инвентарь, так что, пока Саэко, со всей отдачей отвечала на поцелуй, Такаши смог её раздеть, а потом и сам раздеться.

Завтра с утра они пойдут убивать, что не сильно волновало саму Саэко. Куда важнее было то, что, несмотря на все условности, завтра они могли умереть, поэтому сегодня она выжмет из своего парня и их отношений всё, что сможет. Как в последний раз.

Глава 34

Рейд начался рано с утра. Несколько групп игроков переместились вообще ночью. Одна группа была у выхода из данжа, а другая у входа. Мы хотели как можно надежнее перекрыть пути отхода преступников. Да и некоторые из основной группы решили переместиться заранее, якобы для того, чтобы не заявиться туда всей толпой разом.

Крайне спорное утверждение, как по мне, но я уже начинаю уставать от попыток доказывать что-либо и кому либо, поэтому просто забил. Благо у меня было чем заняться тем вечером и ночью.

Саэко осталась верна своей страстной натуре и мы могли спокойно наслаждаться друг другом… если понятие спокойно вообще применимо к тому, что мы вытворяли. Но как это не называй, а лично я был в самом радужном расположении духа. Даром, что собирался убивать людей.

Точка сбора была назначена за пределами города, ближе к Донжону, чтобы поменьше мелькать перед глазами зевак. Пускай даже среди игроков было мало тех, кто любил рано вставать, на улице в любом случае кто-нибудь, да мелькал. Как минимум там были НПС, у которых гильдия убийц могла выкупать информацию.

— Все собрались? — спросил Кляйн, который пришел один из последних.

— Только тебя и ждали, — Кирито не упустил возможности немного поиздеваться над своим другом.

— Отставить балаган, — распорядился Хитклифф, который после вчерашнего был хмур и даже на взводе. — Нам предстоит серьезное и непростое дело.

Я на этот пассаж ничего не ответил, хотя мысли в голове роились самые разные. Начиная с психологии, которая призывала давать выход напряжению, в виде юмора, например. С другой стороны что-то объяснять им было бесполезно. Они гражданские, и никакой опыт игровых рейдов этого не изменит. Убивать нарисованных монстров и убивать реальных людей это разные вещи.

— Ты возьмешь командование на себя, Хитклифф? — спрашиваю его за всеми этими рассуждениями.

— Я думал, что ты хочешь взять ситуацию в свои руки, — заметил лучший танк среди игроков с некоторой заминкой. После вчерашнего он вообще был несколько нервозен и напряжен, хоть и старался это скрыть.

— Мне есть чем заняться, да и командир из меня откровенно никудышный, — пожимаю плечами. — По хорошему мне и в бой не следует вступать, не моя специализация, но что есть, то есть.

— В смысле? — влез Кляйн, которого на регулярной основе гоняли на арене, причем зачастую это делал именно я, а не Саэко.

— В прямом, — я только хмыкнул на подобное. Мне кажется я уже как-то пояснял этот момент, но кое-кто, как всегда, пропустил мои объяснения мимо ушей. — И у нас действительно есть важное дело и нет смысла стоять тут и трепаться.

— Командование? — односложно спросил Хитклифф.

— На тебе. Я буду в первых рядах и постараюсь взять главу гильдии и двух его замов, — потянувшись, я постарался прочувствовать все составляющие виртуального тела.

Я щедро делился с этим миром знанием по анатомии, в том числе и анатомии нечеловеческих существ, но полноценное человеческое тело, при том ещё и с нечеловеческими характеристиками пока воссоздать не удалось. Жаль. Я очень надеюсь вытащить из игры информационный образец развитого тела, который смогу воплотить в реальном мире.

Если так подумать, то планы у меня наполеоновские. Надо поднабраться сил, разобраться с миром где я оказался, разобраться с Хроносом, посмотреть как и из-за чего в этом мире произойдет апокалипсис. Хотя апокалипсис лучше, конечно, предотвратить, и не факт, что он в принципе произойдет. Да и Хронос мне нужен не местный, а тот что был в мире средневековья, но там я его через подобие достану. Ещё и ученики, которых я бросать не собираюсь и сделаю из них хотя бы мистиков, если уж не истинных магов.

***

Кирито успел проклясть собственную поспешность уже раз десять, не меньше. Хотел ведь просто отсидеться в стороне, а в итоге не выдержал и все-таки влез во всё это. Так что теперь придется сначала поучаствовать в этом рейде и только потом уходить в отпуск к Кошкам Полнолуния.

Кирито немного покраснел, поймав себя на мысли, что влез в этот рейд исключительно из-за Асуны, старой знакомой, с которой они не раз и не два ходили в рейд. Если хоть кто-то из их общих знакомых узнает об этом, то его репутация будет просто похоронена. Но ещё хуже будет, если сама Асуна поймет его мотивы, Кирито даже не хотел представлять себе, как именно она отреагирует.

— Зря ты влез во все это, — заметил Такаши, когда они направлялись к Данжону.

Он выглядел совершенно расслабленным и спокойным, совсем как в те случаи, когда они ходили в рейд на боссов этажей, и это на фоне того, что многие другие нервничают, а то и откровенно боятся. Ещё одна странность в копилку к многим другим. Про Такаши вообще ходило очень много слухов и сам парень как будто специально подкидывал все новые и новые поводы для этих слухов. И когда Кирито познакомился с ним поближе и даже перенял у него несколько фокусов, вопросов и домыслов не стало меньше, скорее уж наоборот.

— Я не мог поступить иначе, — Кирито ответил банальной фразой.

— Не смог или не захотел? — Такаши чему-то усмехнулся, как будто этот вопрос имел особое значение. — Хотя причины не имеют особого значения, ведь речь идет о последствиях.

— Э-м… — Кирито даже не знал, что ответить на подобное заявление.

— Все с тобой ясно, — Такаши хмыкнул, но почти сразу же вернул себе серьезный тон. — В любом случае присматривай за ней, а лучше и вовсе держитесь вместе. Очень уж у меня неприятные предчувствия об этом рейде.

Если Такаши хотел поддержать его этой фразой, то получилось у него на редкость отвратительно. Теперь Кирито и сам напрягся ещё больше, как будто предыдущего уровня беспокойства ему было мало. Дурное предчувствие само по себе может быть источником беспокойств, а уж предчувствие Такаши… он всегда очень хорошо чувствовал, предстоящие неприятности.

Кирито какое-то время даже думал, что его наставник просто видит через систему монстров и ловушки, но когда сам Кирито попытался вот так подсматривать логи системы, то чуть не помер. Мало того, что напор информации бьет по мозгам, так ещё и местная система отслеживает подобные попытки и тоже карала нещадно. В последний раз ему выписали прямое предупреждение от античит системы, что если он не уймется, то его аватар будет удален, что автоматически приравнивается к смерти.

Есть, конечно, шанс, что у Такаши особые админские права, все же слухи, что он и есть Каяба ходили чуть ли не с первого дня в этой смертельной игре, но Кирито предпочитал отгонять от себя эти мысли. Каяба и так повел себя как конченный психопат, что убил уже более двух тысяч человек и содержит в неволе ещё восемь тысяч. Если же на полном серьёзе предполагать, что этот безумный ученый заперся тут вместе с ними, еще и пользуясь админскими правами, то это вообще какой-то психопат с комплексом бога.

Так что предчувствию Такаши стоило доверять. И это проклятое всеми богами предчувствие сработало. Незадолго до входа в логово гильдии убийц рейд был остановлен тем же Такаши. Парень тихо прошел к Хитклиффу, и о чем-то предупредил его, так что глава рейда тут же дал команду об остановке.

— Рейд, боевая готовность! — раздался зычный приказ лучшего танка, следом за которым последовала некоторая заминка. — Враг уже близко.

Услышав это Кирито нахмурился. До базы противника нужно было ещё дойти и дойти прилично. Но пока весь рейд замер, Такаши и Саэко медленно и с мечами наголо продвигались вперед, так что парень быстро понял, что именно произошло.

— Наблюдение, — тихо, но вслух, чтобы подсказать другим, Кирито активировал навык, который позволял видеть следы и скрытые в невидимости объекты.

Навыки проходчиков, что каждый день сражались на переднем крае, по умолчанию должны были быть выше, чем у каких-то там преступников с более низких этажей. Вопрос только в том, какие именно навыки качают проходчики. Кирито качал навык Наблюдения ещё с первого этажа и частенько использовал его для обнаружения ловушек и скрытых врагов, так что без проблем обнаружил как следы, так и несколько скрывающихся врагов.

Больше он ничего сделать не успел. Первой в бой вступила Саэко-сан, исполнив образцовый Кирисигэ, технику разрезания, которую обычно использовали на валиках из рисовой соломы. Здесь же профессиональный разрез отсек невидимому врагу руку, тут же выкинув его из невидимости.

— Засад… — начал один из представителей гильдии Альянс Священного Дракона, но поперхнулся собственными словами.

Такаши было не впервой работать с Саэко в паре, и без промедлений поддержал удар своей девушки. Еще один росчерк меча, выбивший критический урон, и силуэт неизвестного игрока из гильдии убийц распадается светящимися осколками. Такаши всегда славился своими критическими ударами, это можно назвать его специализацией. Расправа над человеком, да преступником, но живым человеком была быстрой и какой-то даже обыденной.

Кирито уже не в первый раз задумался, что боится этой парочки. Что Саэко, которая очень уж специфично взмахнула своей катаной, как будто стряхивая кровь. Что Такаши, который убив человека даже не поморщился, а тут же нанес ещё один удар, поражая ещё одного скрывающегося игрока. Бедняга даже не успел прийти в себя, как тоже получил солидную порцию урона. Пока и рейд проходчиков и засада преступников пребывали в шоке и растерянности, Такаши не терял времени и начал планомерно вырезать обнаруженного противника.

— Соберитесь! — орал Хитклифф и командиры отдельных отрядов.

И опыт многих рейдов на боссов сыграл тут свою положительную роль. Игроки сбросили наваждение и начали включаться в общую битву. Почти все представляли из себя спаянные команды, почти сразу же разбившись на привычные друг другу группы, такими они обычно ходят на мобов или в подземелья.

Какого-то строя заранее не обговаривали, просто потому, что гильдия игроков, это не большой электронный болван с быстро заучиваемым ассетом атак и патернов поведения. Так что каждый сражался со своими согильдийцами или просто друзьями… кроме Кирито, который привык сражаться либо один, либо в первой линии на босса. И так уж сложилось, что постоянными его партнерами в первой линии были Такаши и Саэко.

Эта пара работала как одно целое, словно хорошо настроенный механизм, как будто и не замечая той суеты и даже ужаса, который творился вокруг. Такаши действовал в привычном ему стиле, скупой на движения, но точный и смертоносный, Саэко же походила на гейзер горячего пара, порывистая и быстрая.

Вот девушка бросается вперед, одновременно выполняя выпад перед собой. Почти эталонный Субэри, она даже на колено в конце припала, вложив в удар всю инерцию и весь вес. Крайне опасный маневр за пределами показательных выступлений по кендо, но Такаши был на страже и тут же прикрыл свою девушку, хитрым финтом добив раненного ею врага.

— Осторожнее, — коротко замечает парень, на несколько мгновений замедляя свой темп, давая Саэко подняться. К этому моменту и Кирито к ним присоединился.

— Не против прикрыть друг другу спину? — спросил он, стараясь выглядеть и звучать спокойно.

— Лучше бы ты последовал моему совету, — заметил Такаши, не сводя глаз с врагов, которые уже поняли, что прятаться бесполезно и начали формироваться в боевую группу. — Но в целом я не против.

— Угу, — отозвалась и Саэко, которая не сразу успела спрятать своё лихорадочное веселье от происходящего.

Это и в случае с мобами виртуального мира выглядело откровенно странно и пугающе. Видеть же такое выражение лица, когда они тут на двоих уже пару человек откровенно порешили. Кирито лишний раз убедился, что не хочет знать, откуда эта парочка вообще взялась и кто они такие.

Но сейчас не время мучиться подобными мыслями. Рейд на гильдию убийц никто не отменял. Более того, действие начало приобретать новый оборот.

— Да, не ожидали мы, что у вас найдутся ищейки, — заметил один из преступников, вооруженный неплохим для местного уровня эстоком.

— Как говаривал Вольтер: «только слабые совершают преступления: сильному и счастливому они не нужны», — спокойно заметил Такаши. — Так что я совершенно не удивлен, что вы, недоразвитые макаки, не предусмотрели самый очевидный и простой вариант развития событий.

Преступники на мгновение застыли, удивленные такой неподобающей ситуации репликой. А вот среди проходчиков раздались несмелые смешки. Но удивление было только мгновенным, в следующий же момент парень с эстоком неприятно усмехнулся.

— Такой же говорливый умник, как про тебя рассказывают, Нихонто Такаши.

— Тупое прозвище, — заметил Такаши, которого только что обозвали термином, обозначающим совокупность всех видов японских мечей.

— Красноглазый ЗаЗа, — вступил в разговор и Хитклифф, назвав ник одного из известных членов смеющегося гроба. — Сдавайтесь и мы переместим вас в тюрьму железного дворца до окончания игры.

— Конечно, спешу и падаю, — усмехнулся ЗаЗа, поудобнее перехватывая своё оружие и собираясь первым совершить выпад.

***

— И каковы итоги всего этого безобразия? — спросил я у Хитклиффа, как у главы рейда, когда резня в тайном убежище закончилась.

— Отвратительно, — признал он, с брезгливым презрением осматривая немногих преступников сдавшихся в плен.

Я тоже перевел взгляд на недобитков. Пускай содержание этих людей в тюрьме ничего не будет стоить другим игрокам, но лично я бы предпочел просто убить их. Из игровой тюрмы есть способ сбежать или вполне легально освободиться, «искупив прегрешения». Как не посмотри, а все это может и скорее всего обернется проблемами.

— Мы убили двадцать одного преступника, но и сами потеряли семерых, — он хмуро пояснил свою мысль. — Это не считая того, что среди захваченных отсутствуют глава гильдии ПоХ и его заместитель. Конечно, они могли бы быть среди убитых…

— О нем говорят как о невероятно умелом бойце, такие очень редко умирают в бою тихо и незаметно, — поправляю его. — Про этого ПоХа говорят, что он и на переднем крае мелькает, так что его уровень должен быть не сильно меньше нашего.

— Слухи, — Хитклифф одним словом передал своё отношение к подобным источникам.

Пока мы говорили парочка подчиненных Кляйна тащили того самого ЗаЗа, который вел переговоры и назвал меня глупым прозвищем Нихонто. Собирательный термин для статусного оружия Японии очень криво ложится на человека, что всю игру пользуется клинками европейского образца. Но это не первый раз, когда я сталкиваюсь с откровенно странным использованием довольно известных и понятных терминов.

— Я запомню вас, — он почти рычал это, волочась по земле. Я отсек ему руку и обе ноги. Это и спасло гаденыша от добивающего удара, в общей рубке нет смысла тратить время на окончательное убийство врага, вывел из строя и ладно. — Запомню и достану из-под земли.

— Когда я почти убил тебя ты пел по другому, — я усмехнулся на этот собачий лай. — И все ещё не поздно решить твою проблему раз и навсегда.

Такое предложение несколько охладило его пыл, Заза даже оглянулся, чтобы оценить как остальные отреагировали на мои слова. Что-то он там увидел, что не заткнулся и продолжил своё вещание.

— Да ты сам убийца ничем не лучше меня или любого другого члена нашей гильдии! — воскликнул он, надеясь, судя по всему смутить или напугать меня. Я сначала переглянулся с Саэко, потом окинул взглядом выживших из рейда, прежде чем с усмешкой ответить на подобный выпад.

— Ты ошибаешься, парень, я не такой же как ты, я намного, намного страшнее тебя и твоих дружков, — была мысль как-нибудь шугануть придурка, может быть даже ещё разок ударить его мечом, но это не имело смысла. Глупо пытаться произвести впечатление на человека который только чудом не был убит мной сегодня. Вот уж на кого мне плевать, так это на него. — Так что как выберешься из тюремной ямы, ползи ко мне, хоть в виртуале, хоть в реале. Я тебя в любом случае убью.

Сказал я это таким тоном, что проняло не только самого будущего смертника, но и стоящих рядом проходчиков. Чувствую, что после таких высказываний обо мне опять поползут какие-нибудь странные слухи. Но да черт с ними, в некоторых случаях подобная репутация может даже сослужить хорошую службу.

— Слухи слухами, Хитклифф, а нас ждали, — пока ЗаЗа волокли дальше я продолжил прерванный разговор с лидером рейда. — Несмотря на все предосторожности информация о рейде просочилась, а ведь к ней имели доступ только избранные проходчики. Так что либо ПоХ сам входит в их число, либо у него там есть очень близкий друг.

— Судя по всему «ПоХ» — это прозвище, — заметил он очевидное. — И найти его, пока он не раскроется будет очень сложно.

— Думай, и я подумаю, но уже не сегодня, — махнув Саэко рукой я достал кристалл телепортации. Нам пора возвращаться домой. — Мы пойдем отдыхать, может быть даже заляжем на дно на пару дней, пока вся эта буча не успокоится.

— Да, так будет лучше.

Хоть он и кивнул, но лично я сильно сомневался, что так будет лучше. С другой стороны так будет спокойнее. Мы с Саэко многих убили в этот раз и моя девушка показала своё упоение боем, что многих могло напугать ещё сильнее. Большей части проходчиков будет спокойнее, если хотя бы в течении нескольких дней мы не будем находиться где-нибудь рядом с ними. Особенно в боевых зонах, где мечи всегда наголо.

Пока я думал над этим, Саэко подошла и молча обняла меня, она явно хотела побыстрее покинуть это место и эту компанию. Чтобы она не мучилась я быстро активировал кристалл группового телепорта и мы оказались в тихом городке на третьем уровне Айнкрайда. Вряд ли нас здесь будут искать, и вряд ли тут в принципе будет много игроков.

— Пойдем, снимем себе жильё, — слегка трогаю Саэко за плечо, предлагая ей разжать объятия и двинуться в путь.

— Я опять потеряла контроль, — заметила она глухо. И хотя это были знакомые слова, но я не чувствовал от неё той безнадеги и опаски как раньше. Она была недовольна собой, но больше не боялась моей реакции на происходящее. — Как думаешь, теперь прочие проходчики заклеймят меня убийцей?

— Думаю после моих слов они скорее уж будут думать, что это я злостный преступник, который тебя испортил.

— Да уж, Такаши, ты постоянно умудряешся говорить что-нибудь лишнее и ненужное, — она хмыкнула, но объятия так и не разжала. — Давай вернемся домой. Слишком уж долго мы тут пробыли.

— Как скажешь, — легко соглашаюсь. Имея возможность возвращаться из любого путешествия чуть ли не в ту же минуту, я совершенно не переживал о том, чтобы куда-то вернуться.

Так что я наклонился к своей девушке за поцелуем. Пора возвращаться домой.

Глава 35

И снова они вернулись в тот же миг, как уходили. Уж сколько чудес Саэко видела, а к некоторым до сих пор привыкнуть не может. Все эти заигрывания со временем были действительно необычными.

Они переместились в будущее в тот момент, когда возвращались от мастеров Рёдзанпаку, в тот же момент они и вернулись. В этот раз чувство просветления и простоты мира не было. Ну или оно было просто не таким ярким, как в прошлый раз. Мир все ещё казался ярким, но что-то всё же было не так.

— В этот раз что-то не так, — она поделилась своими впечатлениями с Такаши. — Или мне кажется?

— Не кажется, — Такаши коснулся её плеча, и чувство неправильности на некоторое время пропало, но вскоре все равно вернулось. — Мы долгое время пробыли там, в нарисованном мире. Это накладывает определенный отпечаток. Вскоре чувство неправильности пройдет.

Выдав эту многозначительную, но малопонятную фразу, Такаши подхватил её под локоть и неспешно пошел к станции монорельса. Саэко некоторое время думала над его словами, пытаясь самостоятельно их разгадать. Пускай она и не мечтала когда-нибудь стать такой же… особенной как Такаши, но хоть немного шевелить мозгами хотелось бы. Чтобы уж совсем не теряться на фоне своего парня.

Прогуливаясь рядом с Такаши, она вслушивалась в свои ощущения и всячески всматривалась в окружающий мир. Все выглядело странным, привычным и непривычным одновременно. Но как и сказал Такаши, чувство неправильности быстро прошло, как бы Саэко за него не цеплялась.

— И всё же, что это за странное чувство такое? — так и не найдя ответа самостоятельно, Саэко решила обратиться за разгадкой к Такаши. — В прошлый раз я чувствовала, что мир как будто стал полнее и больше. Сейчас же все казалось мне каким-то неправильным.

— Ты находилась на разных этапах развития. В тоже время нарисованный мир Айнкрада тоже не стоял на месте и потихоньку развивался, — начал Такаши спокойным голосом. — В прошлый раз, ты сама ещё только начала переходить на энергетический и информационный план существования. Айнкрад же был скуден на детали и особенности. Поэтому вернувшись в реальный мир ты увидела его сложным и более полным, без упрощений.

— Сейчас же тот мир стал сложнее, — Саэко начала догадываться, что именно произошло.

— Это тоже. Но ты и сама изменилась. Ты уже научилась чувствовать энергию и информацию вокруг себя. Пока больше энергию и во многом интуитивно, без глубокого понимания. Но начало уже положено.

— Так что это было просто мое непонимание новых энергетических потоков и информационных волн? — спросила Саэко, пытаясь уловить суть из сказанного Такаши и припоминая всё, что он говорил на этот счет.

— В какой-то степени, да. Даже не понимая ты чувствуешь и перестраиваешься под мир. При этом с тобой остаётся частичка иного мира. В своём теле ты несёшь часть его законов и особенностей. Со временем научишься разбираться в своих ощущениях, и даже путешествовать между мирами, закон которых несешь в себе самостоятельно.

— М-да… как странно, — Саэко покачала головой.

Дальше до монорельса они шли молча. Саэко продолжала вслушиваться в себя, пытаясь отыскать те самые изменения и ощущения, которые только что описал Такаши.

***

Попрощавшись с Саэко на её станции я поехал дальше, домой.

Успехи моей девушки не могли не радовать. Она уже может чувствовать тонкие материи. Пускай пока слабо, и по большей части без участия сознания, но даже этот результат был хорош. В имеющихся у меня знаниях значилось, что очень во многих школах чародейства и мистицизма неофиты тратили годы, прежде чем им удавалось подступиться к этому уровню.

Жаль только, что я точно так же храню знания о мирах, где этот навык был врожденным и даже дети могли это делать. О грустных вещах лучше просто не думать. Особенно с учетом того, что я собирался обучать ещё несколько учениц.

Последняя мысль заставила несколько поморщиться. Приключения в виртуальности позволяли на время забыть обо всех планах и делах, которые требовалось сделать. Вот только те самые планы и дела никуда с концами не делись.

Время проведенное в виртуальности не прошло даром, я развивался и становился сильнее. В принципе сейчас я уже сильнее себя из времен противостояния с Вотаном. И в принципе мог бы победить этого божка без особых проблем.

Сам Вотан уже сдох, укус цербера — один из самых мощных мистицизмов связанных с ядом. Сильнее только король ядов, способный убивать даже бессмертных, но настолько темную магию я не желаю трогать даже палкой. Но помимо Вотана во всей той ситуации был ещё один бог.

Я не забыл фокус, выкинутый Хроносом. И уж точно не собираюсь прощать вероломного бога. А значит надо начинать нащупывать путь к ублюдку. Все же мне нужен не любой из бесчисленных отражений Хроноса, а именно тот самый, что меня опрокинул.

А значит нужно отыскать тот мир и тот момент, где это произошло и отследить путь, которым все произошло.

Легче сказать, чем сделать. Особенно с учётом того, что известный мне путь идет через родной мир всей нашей компашки путешественников во времени. И по хорошему туда надо бы вернуться всем вместе…

Вообще, можно было бы там и оставить как минимум часть группы, но как-то это дерьмом попахивает. Сам сижу в цивилизованном мире, вместе со своей семьёй, а остальных кинул в постапокалипсисе. Крысиный поступок, как ни крути. Но взять их туда все же было бы хорошо.

Если я вернусь в тот же момент один, без них, то они выпадут из времени мира. Вернуть их туда, конечно, можно, но это лишняя возня, ещё и с шансом конкретно так налажать и самому вместе с ними выпасть. В итоге мы можем вернуться в родной мир где-нибудь через пару веков.

Осталось только решить, как подать всю эту идею остальным. Имея некоторый опыт общения с этой кодлой, я уже предчувствовал очередные переливания из пустого в порожнее. Кто бы знал, как иногда хочется просто проклясть их, чтобы были послушны и не лезли со своим мнением всегда и везде.

Но это будет делом будущего. Сейчас же мне докучают совершенно другие личности.

— Святая земля не примет чужаков, — начинаю бормотать заговор против следящих и поисковых духов, которые начали меня преследовать. — Исчезни, дитя потустороннего мира.

Несколько духов природы, что сновали вокруг тут же развоплотились. Знакомая техника, мастер школы феникса пользовался похожей. Вот только вряд ли бы это был Ма Кенсей, с которым мы, по времени этого мира, виделись меньше часа назад.

Но помимо самого Кенсея на ум приходит только Ма Тун, да и весь остальной орден феникса, который мог бы заинтересоваться мной и известными мне техниками. Надо бы чем-нибудь занять этих китайских культиваторов, чтобы не мешались под ногами, вопрос только в том, что именно делать.

Ронять на храм ордена метеорит видится мне слишком радикальным решением. Да и не факт, что это именно они. Мало ли толкователей снов в мире? Как я и говорил Ма Туну, все когда-то кем-то было уже придумано. Поэтому, для начала, нужно прояснить, что это вообще происходит.

И раз уж у местных принято, посылать друг к дружке духов, то можно сделать ответный жест. Заодно сделаем местным небольшой намек.

Выйдя на своей станции монорельса, я не пошел сразу же домой, а решил сначала свернуть в небольшую подворотню. Мне нужно было укромное местечко, чтобы провести ритуал призыва посланника.

И надо же было такому случиться, что тихое местечко было уже занято. Да и не сказать, что там было очень тихо. Уже на подходе к нужному месту можно было услышать звуки борьбы и крики.

Это было любопытно, а потому я решил не искать новое место для ритуала, а посмотреть, что же там происходит. А происходило там достаточно неожиданное зрелище. Довольно щуплая девчонка, в забавных штанах с одной штаниной, месила сразу четырех парней, щедро раздавая им пинки.

Двое её противников были вооружены битами. Ещё один держал в руках длинную цепь, которая скорее мешала ему, чем служила оружием. Ну а последний был здоровенный детиной, поперёк себя шире, и выше всех остальных больше чем на голову.

Вот только девушке это нисколько не мешало. Она сначала танцевала против всей четверки разом. Явно выпендривается, но делает это достаточно осторожно. Как только стало понятно, что она не вывезет, все усилия девушки тут же были сосредоточены на самом здоровом противнике.

Всего пару ударов по голове и здоровый шкаф падает на землю.

— Босс! — тут же заорали другие бандюки. Я на это только глаза закатил, что за подростковая драма?

— Ах, так это был ваш босс? — с усмешкой, за которой она пыталась скрыть одышку, спрашивает девушка. — Значит можно считать, что на этом ваша банда закончилась.

К первой девице подошла ещё одна, одетая в ливрею дворецкого восемнадцатого века. То, что это была именно девица, а не жеманный парень, я определил по походке. Но сейчас не о том. Девушка в ливрее дворецкого подала девушке с одной штаниной полотенце, чтобы та утерла пот.

— Мальчики, с остальными вы справитесь сами, — вытеревшись и вернув полотенце, девица махнула стоящим чуть в стороне парням и те принялись радостно месить оставшуюся тройку противников.

Месиво длилось недолго. Малолетняя шпана не планировала никого убивать или калечить. Просто отоварили мелкое хулиганьё и заявили, что те теперь подчиняются банде «Рагнарёк».

— Рагнарёк, да? — так как меня до сих пор никто не замечал, я решил подать голос. — Вроде бы Кеничи говорил, что у него проблемы с неким Рагнарёком.

— Ты ещё кто? — тут же всполошилась девица с одной штаниной.

— А есть разница? — Мне действительно было интересно, что она на это ответит. Вот только она не спешила отвечать. — Я просто прохожий, который ищет тихое местечко. Но моё местечко было занято вами.

— Мы уже закончили здесь, — усмехнулась моя собеседница, но осеклась, когда её помощница склонилась к ней, чтобы что-то прошептать. — Погоди-ка. Ты сказал Кеничи? В смысле Сирахама Кеничи?

— Да, он, — киваю. — Хочешь подраться по этому поводу?

Девушка оказалась значительно умнее, чем обсуждаемый Кеничи и его друг боксер, в драку не полезла. Осмотрела меня с ног до головы, о чем-то подумала, и отмахнулась.

— Не, с меня сегодня хватит, — на меня помахали рукой. — Так что до встречи, мистер «просто прохожий».

Что примечательно, никто из её подчинённых не возражал подобному решению. Не то чтобы я настаивал на каком-то продолжении этой ситуации и уж тем более я не заинтересован в драке.

Было бы откровенно странно сначала рассуждать о битве с богом, а потом пинать гопников в подворотне. Но я как-то уже привык, что на любой мой вздох мир как будто сопротивляется мне и подкидывает приключения на пустом месте. Тут же такая встреча, есть общий знакомый, а никакого приключения. Да даже угрозы, в духе «выбирай друзей разумно», не было. Забавно.

— А что насчёт вас? — проводив удаляющихся бойцов этого непонятного «Рагнарёка», перевожу взгляд на побитых гопников. — Вызвать скорую?

— Не надо, — огрызнулся один из парней, поднимаясь с земли.

— От скорой больше проблем, чем помощи, сами справимся, — добавил второй, ощупывая рёбра.

Я и сам видел, что за пределами некоторой побитости они не пострадали. Даром что у некоторых были биты, обрезки труб или уже упомянутая цепь. Но все это было… как реквизит. В основном все месили друг дружку руками и ногами. Самодельное оружие использовали больше для запугивания. По крайней мере со стороны победителей. Проигравшие толком ничего и не успели показать. Это казалось… ироничным?

Кучка молодых людей, что играет то ли в молодежных бандитов, то ли в уличных бойцов. По ходу дела подминая под себя все другие подобные группировки. Не знаю, чего хотят добиться люди, что организовали всё это, но все может закончиться как пшиком, и весь этот «Рагнарёк» просто развалится. Либо же всё выльется в какую-нибудь трагедию.

В хоть сколько-нибудь благоприятный итог не верится.

И хотя, по хорошему, вся эта возня должна просто пройти мимо меня, но некоторое любопытство всё же было. Я в любом случае планировал сотрудничать с мастерами из Рёдзанпаку, особенно с Сигурэ, так что можно будет посмотреть за Кеничи. Он сам говорил о конфликте с этой бандой, а девчонка с одной штаниной узнала его имя.

Посмотрим, что из этого выйдет.

Пока же я думал, побитые парни убрались из переулка, оставив меня одного.

Чтобы проверить, что никого постороннего рядом нет, прикрываю глаза рукой. Простой магической жест сопровождался столь же простым заклинанием.

— Я вижу то, что бесконечно, мираж предстанет на яву.

Вообще это было заклинание «видение невидимого», но сама механика заклятия может позволить видеть очень многое. Чтобы видеть скрытое нужно сместить своё зрение с физического на эфирный план. А там уже можно будет видеть всё, соглядатаев, спрятавшихся в тени, их души, невидимых посланников, вообще всё.

Слежки никакой не было, как и посторонних людей вообще. Зато увидел несколько духов, силу которых не ощущал до этого. Я уже успел забыть, что перед отправкой во времена короля Артура мной был проведен ритуал благословения стражей четырех сторон света.

Примечательно, что при мне был Дракон и Феникс. И если Дракона я ещё мог понять, он покровитель мужского начала. Вся его сила и суть прикрепилась только ко мне, никак не распространяясь на девчонок. А вот Феникс…

— Создан ли ты верой местного ордена твоих поклонников? — с интересом спрашиваю у птица.

Тот, понятное дело, ничего мне не ответил. Не так надо общаться с духами, но это дело будущего. Проблемы надо решать по мере поступления. Но полноценно с фениксом надо будет пообщаться и понять, что же ему от меня надо и что его присутствие мне в принципе даёт.

Сейчас же нужно провести задуманный ритуал, чтобы послать духа к ордену Феникса, конкретно к известным мне членам, Ма Туну и Ма Кенсею. Пускай дух поспрашивает у них о непонятной слежке, ну и пояснить, что это крайне некультурное поведение.

Долго выбирать духа для призыва я не стал. За мной всё висел след от убийство Вотана. По праву силы через эту метку можно будет вызвать так называемого небожителя, то есть одного из божественных слуг.

Сам по себе Вотан повелевает так называемой Дикой Охотой. И хотя в германской мифологии это не совсем то же самое, как в кельтской, но связываться с этими ребятами себе дороже. А вот более поздняя итерация Вотана, более известная как Один, управляет целой армией разнообразных слуг. Там и Эйнхери, то есть души героев, попавших в вальхаллу. И Берсерки, то есть оборотни-медведи, вместе с Ульфхеднар, оборотни-волки, что составляли гвардию Одина. Ну и конечно же Валькирии, посланники и дочери Одина.

И если оборотни всех видов ребята отбитые, которых можно только натравить на кого-нибудь. С другой же стороны Эйнхери и Валькирии могут послужить хорошими и наглядными посланниками.

— Кровь твоего господина на моих руках, — призыв небожителя через метку богоубийцы, был достаточно пафосным ритуалом. И в чем-то его ария была даже спорной. — И теперь ты моя добыча. Плачь и кричи, но смирись перед правом сильного.

Свои слова я сопровождал взмахом руки в сторону неба. Отзываясь на мои слова, на небе начался так называемый «звездопад». Небожители пришли в движение, ожидая, когда я выберу одного из них для своих целей.

— Ты дочь и слуга, посланник мира иного, найди тех кто вмешивается в мою судьбу, — Валькирия была более очевидной кандидатурой на роль посланника, чем вечно бухие герои прошедших войн.

И в ответ на мой выбор одна из ярких полос звездопада, стала чуть ярче, подтверждая мой выбор.

***

Ма Рёнка штудировала трактаты заклинаний духа. Больше она никогда не будет беспомощной перед потусторонними сущностями. Она ещё покажет всяким пошлым демонам чего стоит гордая дочь семейства Ма.

Дядя Тун был только рад таким порывам своей племянницы. Он сам не раз сталкивался со всякой потусторонней дичью. В их мире очень опасно быть прямым как палка бойцом, который ничего не смыслит в тонких материях. Да и в прямом противостоянии силы на силу, полезно иметь туз в рукаве.

Особенно важно это в такое непростое время, как сегодня. Непонятное шевеление некоторых мастеров, в том числе и внутри ордена. Непонятный юноша, с историей про путешествие во времени. Все это точно выльется в проблемы, в этом можно было не сомневаться.

И в этот момент Ма Тун почувствовал себя пророком. Ибо только он подумал о предстоящих проблемах, как проблемы тут же начались.

Сначала мастер разума почувствовал возмущение в мировой энергии. Потом в его кабинет прибежал один из учеников.

— Мастер Ма! — воскликнул Хей. — Там…

— Я чувствую, — Ма Тун кивнул.

— Нет, небо… — парень усилием воли взял себя в руки и всё же закончил свою мысль. — Небо падает!

— Что?! — такого Тун совершенно не ожидал.

Подскочив на месте он побежал к окну, чтобы лично увидеть, о чём идёт речь. Ма Тун прибежал к окну и увидел, что небеса действительно казались странно искаженными, словно плавились и растекались как краски на холсте. Это было нечто невиданное и непостижимое, даже для опытного мастера разума.

Хотя, правильнее будет сказать, что это было непостижимым именно для Ма Туна и его учеников. Странное видение неба, которое не падало в восприятия мастера, а искажалось, было не реальностью, а видимой интерпретацией странных ощущений. Ма Тун закрыл глаза, чтобы не отвлекаться на странное видение, и начал вслушиваться в свои ощущения.

Небо не двигалось. Судя по спокойно идущим по улице людям, физически вообще ничего не происходило. Но вот на энергетическом уровне… это было немыслимо. Множество источников силы, достойных самых могущественных мастеров, вдруг начали двигаться в небесах.

Это казалось просто немыслимым, если только все великие мастера мира не решили вдруг сесть в самолёты, чтобы исполнить воздушный танец над Токио. Либо же все эти истории про небесные царства, иные миры или загробную жизнь оказались правдой и сейчас створы небес открываются прямо здесь.

— Нам нужно срочно найти причину этого искажения, — сказал Ма Тун, всё ещё смотря в окно. — Хей, найди Рёнку и приведи её ко мне. Мы отправимся на переговоры к сильнейшим мастерам города, чтобы обсудить эту аномалию.

Хей поклонился и выбежал из комнаты, Ма Тун же продолжал анализировать свои чувства. Движение источников силы продолжалось недолго, буквально только Хей унесся искать Рёнку, как искажение прекратилось. Вместо этого в глазах Туна небо как будто раскрылось, послав луч света прямо в сторону мастера разума.

Это было неожиданно и, в некоторой степени, даже страшно, а потому Ма Тун отпрыгнул в сторону. Вот только этот странный луч не был атакой. Свет упал на пол, постепенно формируя изящную женскую фигуру. Несколько минут и вот перед мастером разума предстала прекрасная девушка с густой копной блондинистых волос и в мужской одежде.

— Ты ли тот, кто докучает убийце моего отца?

Глава 36

Ма Тун был достаточно опытным и разумным мастером боевых искусств, а потому он очень быстро, почти моментально, принял оптимальное для себя решение. Он попытался скинуть эту проблему на мастеров Рёдзанпаку.

Они были главной силой, сидящей в Токио. И хотя их было не так много, чтобы контролировать вообще все, но любой серьезный вопрос все же следовало скидывать им. Более того, конкретно в данной ситуации обратиться к Старейшине и его товарищам было и более целесообразно, потому как Ма Тун не имел ни малейшего понятия, что делать с посланницей небес.

— Я даже не знаю о ком ты говоришь, дочь неба, — витиевато начал китаец, но был перебит.

— Ты знаешь его под именем Комуро Такаши.

— Ах этот, — Ма Тун тяжело вздохнул. Иногда ему очень хотелось проклясть тот день, когда в его тихую и размеренную жизнь ворвался этот странный парень, называющий себя путешественником во времени. — Он был здесь, но насколько я знаю, мы решили между собой все разногласия. И если ты ищешь союзников в борьбе с ним…

И снова странная красавица перебила старика. Никакого уважения.

— Он убил моего отца, бога Одина. Ты правда думаешь, что старый воин сможет справится с ним?

Ма Тун почувствовал, как холодный воздух словно окутал его, жестко сжимая грудь, когда девушка произнесла имя своего отца. Это было какое-то воздействие, намеренное или нет, но не приятное, это точно. Тун знал, что некоторые существа могли называть себя богами, и когда-то подобные оригиналы бродили по земле, создавая легенды о себе. И с каким бы скепсисом современные практики не относились к божественности подобных существ, отрицать их силу среди современников было бы глупо. И услышать, что юнец, и тридцати лет не разменявший, убил кого-то подобного… как бы старик Фуриндзи не перевозбудился от такого известия. С него станется попытаться вызвать парня на поединок прямо здесь и сейчас.

Ма Тун до сих пор помнил, как молодой Хаято носился по всему миру, бросая вызов каждому, хоть сколько-нибудь известному, бойцу. И уже предчувствовал новые проблемы. А ведь даже то, что уже на нем висело никуда не делось.

— Хорошо, — кивнул мастер разума, стараясь как можно незаметнее приготовиться к поединку. Просто на всякий случай. — Что ты тогда хочешь от меня?

Ответить дочь Одина, если верить ей самой, не успела. Хей, посланный за Рёнкой не забыл своё задание и со всей ответственностью выполнил его. Парень был даже слишком ответственным, так как даже не подумал стучаться, а сразу же распахнул дверь комнаты, не дав собеседнице Ма Туна даже рта раскрыть. Тун не винил ученика. В конце концов в его восприятии небо падало на землю, тут не до вежливости. К тому же он буквально только что оставил своего мастера одного в комнате. В такой ситуации тяжело представить, что появятся неожиданные гости. И в любой другой день Тун не стал бы как-то ругать ученика за подобную порывистость.

Ключевая часть тут «в любой другой». Так что Хею знатно перепадет за подобный фейл.

— Дядя? — Рёнка непонимающе оглядела неожиданную гостью. — Кто это?

— Я дочь Одина, дитя. Таких как я вы, смертные, называете Валькириями, — степенно представилась гостья. — Если же тебе нужно имя, то я Ульва, что значит волчица.

— Чё? — Рёнка не сразу поняла, что за хрень ей пытается впарить эта странная девица. — Кто?

— Если не знаешь, что сказать, то лучше молчи. Ибо тот, кто молчит, редко совершает ошибки, — почти доброжелательно советует валькирия, после чего поворачивается обратно к Ма Туну. — Последнее время убийце богов докучают духи соглядатаи, и чтобы отвадить их он призвал право победителя и поручил мне разобраться с этим делом.

— «Разобраться» в каком смысле? — Ма Туну совершенно не понравились ассоциации, которые возникали в его голове в этот момент.

— На моё усмотрение, — Ульва смотрела спокойно, даже холодно. — Но при всей моей нелюбви к убийце, я предпочту просто уничтожить шпионов.

— Жестоко, — заметил Ма Тун, что несколько расслабился. Сам он за Такаши не следил. Так что осталось только убедить в этом эту странную «валькирию», и тогда она от него отвалит. Со всем остальным пускай разбираются в Рёдзанпаку.

— Попытайся убедить меня, что поступил бы по другому, — предлагает девушка.

— Не вижу в этом смысла. Я высказал своё мнение и на этом всё. И, как я уже сказал, мы с Такаши уже…

— Так это из-за него?! — вклинилась Рёнка.

Ма Тун же медленно выдохнул сквозь зубы, у Хея только что появилась напарница на дополнительных тренировках. Или лучше вообще отправить её к отцу? Пускай Кенсей сам со своей дочерью возится.

— Мы с Такаши… — чуть повысив голос и послав племяннице недовольный взгляд повторил старый мастер, — решили все вопросы между собой. Я не следил и не слежу за ним. Сейчас он тесно общается с другой группой мастеров. Могу подсказать, где их искать.

— Ты не врешь, — валькирия кивнула, не сводя с Ма Туна своих холодных глаз. — Но и правды не говоришь. Не надо играть со мной, человек, я дочь Одина, и мне сложно отказать в мудрости.

Ма Тун вздохнул и закрыл глаза, пытаясь сдержать раздражение пополам с волнением. Ситуация усложнялась с каждой минутой. Он действительно не следил за Такаши самостоятельно, но имел сразу два предположения о том, кто мог это делать. Драться с «дочерью бога» он не имел никакого желания, но и натравлять её на своих братьев по ордену или их союзников в Токио не имел не малейшего желания.

Мысленно послав парочку проклятий на голову этого тупого мальчишки, что умудряется генерировать проблемы просто фактом своего существования, Ма Тун приступил к переговорам.

Ульва слушала китайца внимательно и молча. Она действительно видела его насквозь, как бы тот не пытался играть словами и не укрывался своей силой. Её отец, испив из источника мудрости приобрел знание не доступное не только обычным смертным, но даже иным богам. И пускай валькирии имеют менее десятой часть этих талантов, но даже это огромное благословение для её мыслительных способностей.

Да и в имени её тоже сокрыто не мало, потому она и уточнила его значение, как намек для смертных. Волки Одина, особая гвардия Ульфхеднар и те валькирии, что носят волчьи имена, всегда были на особом счету в царстве великого викинга. И ценили их в первую очередь за ум и хитрость. И даже убийца богов призвал её именно за навыки посла.

И как бы китаец не пытался извернуться ужом, она оставалась непреклонной.

— Оставь свои кружева, — прервала попытки оппонента убедить её в своей правоте. — Я вижу, что ты не следишь за ним сам, но точно знаешь, кто этим занимается.

— Только предполагаю, — поправил её мастер кунг фу.

— Неважно. Мне нужно имя.

— Ты требуешь то, что я не готов дать, — Ма Тун принял боевую стойку. Договориться миром не получилось. — И я не собираюсь…

Но старика прервали ещё раз. Ульва дурой не была и ждать, пока враг нападет первым не собиралась.

***

Для меня день начался абсолютно спокойно. Можно сказать, что ничто не предвещало беды. Совершенно тихое утро, салат из свежих овощей на завтрак. Минут сорок, я провел внутри своего карманного мира, который я когда-то назвал «Дачей».

Уже сколько раз я обещал себе взяться за это место всерьез, да все как-то недосуг. Хорошо хоть порядок удалось навести. Все же из Дачи можно было реально извлечь огромное количество пользы. Единственная проблема была в ресурсах, необходимых на строительство и апгрейд любых построек в этом пространстве. Даже проблему со временем я успешно решил, благодаря путешествиям в будущее, где мы с Саэко развлекались в виртуальном пространстве. Вот только виртуальные ресурсы для использовании на Даче не подходили. Все же награбленное во время постапокалипсиса уже было пущено в дело или лежало до лучших времен.

Помимо кузни, костра и небольшой лесопосадки, которые появились ещё в самом первом мире, тут так же появился небольшой сад и огород, колодец и что-то вроде дома. По внешнему виду это было скорее тропическое бунгало, чем классический японский или русский дом, но да и ладно. Главное, что все положенные бонусы оно приносило.

Зашел я туда по большей части, чтобы немного покопаться в огороде, да посмотреть, что у меня есть из металлов. Мне всё ещё нравилось работать руками, и пока мы находимся в этом мире и этом времени можно было рассчитывать на совместную работу с Сигурэ.

По большей части сейчас Дача находилась на самообеспечении. Зола и сталелитейные шлаки шли на удобрения для посадок. Лесопосадка же обеспечивала меня древесиной для изготовления древесного угля. Так что имеющиеся постройки будут потихоньку улучшаться сами собой.

А вот для постройки чего-то нового уже потребуются ресурсы извне. И в целом, при наличии некоторых ингредиентов, можно будет сделать место для проведения ритуалов. Так-то колдовать можно было бы в любом месте, но если нужны бонусы, то тут надо создавать правильный защитный круг, колдовской массив, да и стационарный источник энергии неплохо бы приделать. И буквально для всего этого нужны были достаточно редкие в техногенном мире ингредиенты.

Этим можно будет заняться параллельно с разборками, которые по любому возникнут с местными мистиками. И надо сказать, что мысль про разборки была чуть ли не пророчеством. Уже на пути в школу, я почувствовал знакомую ауру, толкователь снов из знакомой мне группы акашитов. Вернее мастер кунг-фу из Рёдзанпаку, конечно же, потому что сами они себя акашитами и уж тем более мистиками не считают, как в принципе и большинство мистиков.

Стоял толкователь снов недалеко от станции монорельса и мрачен был как ангел смерти. Я предполагал, что мой подарок Сигурэ вызовет вопросы, но не думал, что вопросы будут предъявлять в подобной атмосфере. Так-то акашиты местные показались мне плюс-минус адекватными ребятами, особенно по сравнению с подавляющим большинством своих собратьев по ремеслу.

— Приветствую, Ма Кенсей, — киваю ему. — Что привело вас ко мне?

— А ты не знаешь? — спросил он меня внешне спокойно, хотя энергия его вихрем закручивалась вокруг тела. Акашит, а в этот момент он вел себя именно как акашит, был готов к бою.

— Могу предположить, — пожимаю плечами, вспоминая огонь Прометея, который Сигурэ сравнила с техниками ордена Феникса.

Ма Кенсей медленно выдохнул, пытаясь унять бешеную пульсацию энергии вокруг себя. Я даже зауважал старика, который пытался сначала поговорить, при том, что по всем признакам ему просто хотелось мне вдарить. Чуть успокоившись, он все так же мрачно посмотрел мне в лицо.

— Зачем ты напал на них? — задал он вопрос, который поставил меня в откровенный тупик.

— Напал на кого? — теперь уже он несколько сбился с настроя от моего вопроса.

— На мою дочь и двоюродного брата, Ма Рёнка и Ма Тун.

Только небо знает, как же мне в этот момент захотелось ударить себя ладонью по лицу. Догадаться, что именно произошло было проще простого. Я ведь буквально вчера отправил к Ма Туну посланника, который должен был решить проблему с непонятными духами-соглядатаями. Что ж, похоже что валькирия, призванная при помощи мистического ритуала, вела достаточно агрессивную дипломатию.

— Что с ними произошло? — уточняю масштаб проблемы.

Если хоть кто-то был убит, то боя не избежать, все кончится кровавой вендетой и винить в этом можно будет только меня. Шуганул, называется, слишком наглых мистиков.

— Твоя посланница ворвалась в ресторан Ма Туна и избила его, его ученика и мою дочь, — Кенсей смотрел на меня подозрительно, но даже так до него начало доходить, что ситуация тут странная.

— Просто избила и всё?

— Что за вопрос?! — Кенсей чуть ли не сплюнул себе под ноги, но почти сразу же притих. Все же мы были около станции общественного транспорта, в кругу кучи людей. — Она кого-то искала, и когда ей не понравился ответ Туна, началась драка.

— А к вам она не заходила? — задаю ещё один вопрос, но сразу же отбрасываю его в сторону. — Хотя нет, если бы она была там, то тебя бы тут не было. Пойдем, с неё станется ворваться туда посреди дня.

— Стой, — он выставил перед собой руку. — Ты ответишь на мои вопросы, и только потом мы решим, что делать.

И вот вроде он молодец, не драться полез, а решил, разобраться, да только время терять не хотелось совершенно. Настолько не хотелось, что даже мелькнула мысль самому попробовать настучать по голове Акашиту. Но эта мысль была тут же задвинута подальше. Мало того, что мне концептуально не везет в прямых боестолкновениях, так на бой мы точно потратим больше времени, чем на пояснения.

— За мной уже некоторое время постоянно следят духи, и первые на кого я подумал были вы, — мы так и остались перед станцией монорельса, но чуть в стороне, так что никому не мешали. — Конкретно ваш храм и твои родственники. И я сделал ответный жест, послав духа спросить, что вы делаете и зачем.

— Это были не мы, — тут же открестился Кенсей. — И Тун сказал, что твой «дух» был вполне материален и называл себя дочерью бога.

— Валькирия, — пожимаю плечами, лично для меня это всё объясняло, а он может сам разобраться. — И её задачей было именно спросить, что и зачем. И если она вступила в бой, то либо Тун напал на неё первым, либо его ответ ну очень не понравился Валькирии.

На этом в принципе и решили. Не то чтобы Ма Кенсей сразу же мне поверил, но спорить тут можно было до бесконечности. Куда проще было реально вместе пойти к Туну и уже у него узнать подробности. Сама ситуация выглядела реально тупой, как в отношении самой валькирии, которая решила не ограничиваться словами. Так и в отношении семейства Ма. Чувствую себя родителем, к которому пришли жаловаться на драку его ребенка в школе. Это было бы забавно, если бы в итоге не творилось со мной. Да и скандал с Кенсеем закончился бы дракой, в которой мне было бы очень сложно обойтись без серьезных потерь. Это при условии, что вообще удасться победить одного из сильнейших Акашитов города, еще и обученного секретам Толкователей Снов.

Так что мы бегом отправились в Рёдзанпаку. Буквально бегом, а не на монорельсе или каком-либо другом транспорте. Шустрый китаец, скакал по крышам и заборам как самый заправский ниндзя. И если бы не частичный переход моего тела на энергетический план существования, то я с большим трудом за ним поспевал. Если это такая месть, то слишком мелочно и даже тупо. С другой стороны, со старика станется и просто идти прямым путем. Меня-то они считают мастером подобным себе, хоть я и пытался объяснить разницу между Акашитами и более классическими мистиками Герметических западных школ.

Но всё это лирика, которая почти сразу же вылетела из головы. Уже на подходе к храму Акашитов, можно было почувствовать, что на территории храма идет бой между двумя по настоящему могучими мистиками. Как только мы оказались у ворот Рёдзанпаку, я почувствовал, как волны магической энергии буквально разрывают пространство.

— Что ж, можно считать, что валькирия нашлась, — качаю головой. — Её осталось только утихомирить.

Ну и шутки шутками, а утихомирить малого божественного духа действительно было нужно. По крайне мере я так думал. Открыв ворота храма, мы увидели крайне занимательную картину.

Двор акашитского храма как будто артиллерией был перекопан. Разрушения, воронки в земле, проломленная стена зала для тренировок. Но виновниками всего этого были не снаряды, а всего два бойца. Девушка, густая и как будто звенящая энергия которой выдавала в ней небожителя. И Старейшина, который сейчас выглядел чуть ли не как демон во плоти, что избивал несчастную Валькирию.

Такой херни я никак не ожидал.

Глава 37

Нет, я понимаю, что даже лучшие из валькирий не были сильнейшими представителями своей мифологии. Так ещё и я при призыве главным критерием указал не силу, а способности к дипломатии и поиску шпионов. На хитрость, грубо говоря и оперируя терминами скандинавских небожителей. Но даже так, это бессмертная дева воительница, которая по словам Ма Кенсея уработала Ма Туна, силу которого я уже мог оценить самостоятельно.

И что же я вижу в итоге? Старейшина, просто безжалостно мордовал дочь Одина, уверенно отражая ее атаки и сокрушительно контратакуя. Валькирия, в свою очередь, размахивая мечом и когтями на свободной руке, пыталась получить преимущество в бою хотя бы при помощи магии. Думаю как раз её заклинания и стали основной причиной всех разрушений.

— Это она? — спросил меня Ма Кенсей, также в некотором шоке рассматривая происходящее.

— Судя по энергетике, да, — отзываюсь, продолжая анализировать происходящее.

Старейшина, кажется, умышленно обходил определенные точки повреждения, которые могли бы скорее завершить бой. Возможно просто щадил противника, а может быть хотел захватить её в плен. Хотя, глядя на их бой, нельзя было исключать и такой вариант, что он просто играется с противником.

— И что ты собираешься делать? — снова заговорил китайский мастер, продолжая рассматривать продолжающийся поединок.

Вместо ответа я молча поднял руку, создав за спиной валькирии портал, через который и схватил её за шкирку, притянув к себе. Подобный фокус изрядно удивил Акашитов, но в ещё больший шок они пришли, когда дочь Одина открыла рот.

— Убийца!

— Ага, и тебе здравствуй, — оправдываться и объяснять что-либо было решительно бессмысленно, а потому я сделал морду кирпичом и продолжил, как будто так и надо. — Что вы тут устроили?

— Можно назвать это дружеским матчем, — хохотнул старейшина, оглаживая свою бороду. При этом он даже близко не походил на человека, что только что сражался с крайне могущественным противником. — Вот только эта милая дама явно настроена несколько враждебно.

— Матч? — вопросительно поднимаю бровь. Как я и подозревал, он не воспринимал это противостояние серьезно. Это подтверждалось и теми эмоциями, которые я мог уловить своей эмпатией. — И что насчет враждебного настроя?

Второй вопрос адресовался уже валькирии, которая недовольно переводила взгляд с меня на Старейшину. Рука, пальцы на которой были преобразованны магией в когти, нервно подергивалась. Боль от подобных глубоких и грубых боевых мутаций должна быть адской, но Один, со всеми его итерациями, не просто так считался безумным богом и покровителем всевозможных измененных состояний сознания. С расстояния вытянутой руки я чувствовал, как эта странная валькирия преобразовывает собственную боль в силу, ритуалом очень похожим на ритуальные пытки и казни чернокнижников.

Интересную исполнительницу мне подсунул договор по праву победителя. С таким переговорщиком и никаких зомби не надо, она сама может кучу проблем принесет на ровном месте.

— Ты сам приказал мне найти тех, кто следил за тобой, — отозвалась валькирия, рывком плеча вырываясь из моей хватки. — Вот я и ищу их.

— Интересный способ найти кого-то, мне нравится, — хохотнул Старейшина, но почти сразу он бросил на меня серьезный взгляд из-под бровей. — Да и сама ситуация крайне интересная.

Я встретил его взгляд спокойно, не видя смысла чего-то стыдится или оправдываться. Хотя кое-что всё же сделать нужно будет. Как бы они сами не открещивались от звания Акашитов, эта земля все же была их святилищем, а потому устроенный беспорядок нужно устранить.

— Обманчив дней и лет круговорот: опять приходит тот же день недели. И тот же месяц снова настаёт, как будто он вернулся в самом деле, — повинуясь заклинанию время для разрытой и разорванной земли повернулось вспять. Прямо на глазах всё вернулось в норму, как будто ничего не было.

— О, интересный трюк, — удивлённо протянул Старейшина, наблюдая за восстановившимся ландшафтом. Остальные мастера тоже с интересом осматривались. Да даже Валькирия с некоторым уважением покосилась на меня. Для многих народов и мифологий манипуляция времени были очень сложной темой. — И всё же хотелось бы вернуться к нашей ситуации. Так что же за дама, и почему она напала на Рёдзанпаку?

— Я… — валькирия уже начала было сама отвечать за себя, но я тут же её перебил.

Норовистая кобыла хотела таким образом завуалированно меня оскорбить, так как обычно вождь говорит за подчиненных. Кто бы что ни говорил про скандинавские Тинги, но есть разница между совещанием всех значимых, читай свободных, людей и встречей двух и более равных.

— Циц, — вербальный посыл сопровождался резким жестом. Символ того, что я не собираюсь с ней спорить или соперничать, я повелеваю, и она обязана подчиниться. К её чести, валькирия тут же захлопнула рот и больше не отсвечивала. — Уже некоторое время, меня преследуют духи, что следят и наблюдают за мной. пытаясь оставаться в скрытности. Вот и я решил выяснить, кто это сделал и зачем.

— Понятно, — старейшина на несколько мгновений задумался. — Я сам не следил за тобой, Такаши-кун. Но точно так же я не слежу за своими друзьями, что проживают в этом доме.

— Весьма обтекаемый ответ, — качаю головой. Ответ был не только обтекаемым, но и довольно показательным. Старик не сказал твердого «это не мы», и оправданий в духе «я не могу быть уверен», тут не пришьешь. — Но дело ваше, валькирия уже пришла в ваш дом. Надеюсь она смогла донести моё недовольство данной ситуацией.

— О да, прекрасный бой получился, — Старейшина подмигнул Валькирии. — С большим удовольствием размял свои старые кости.

Валькирия в ответ посмотрела на него так выразительно, что будь она дитём современной эпохи, она точно показала бы старику фак. Но даже без распальцовки в виде фаллического символа, её реакция была более чем выразительно, что лишний раз позабавило старейшину.

— Но почему тогда пострадали Тун и Рёнка? — спросил Кенсей, у которого так-то родня пострадала во всей этой ситуации. И в этот раз я переадресовал его вопрос валькирии, так как сам вообще ни в зуб ногой, что там вообще произошло.

— Он так же любит играть словами, как и этот старик, — отозвалась валькирия, смотря при этом мне в глаза. — Не ответил ни на один вопрос и первым приготовился к драке, как и юноша с девушкой в его доме.

— Только дурак будет ждать, пока на него нападут, — киваю, уловив её мысль. — Всегда лучше бить на упреждение.

— А если бы они не напали? — все ещё недовольно, но уже не так враждебно спросил Ма Кенсей.

— Тут уже каждый сам пускай решает, когда он готов рискнуть, а когда нет, — пожимаю плечами. — Я бы рисковать не стал, и никому бы из своих знакомых не посоветовал бы.

И как бы Кенсей не морщился, но со мной никто спорить не стал. Всё же здесь живут мастера боевых искусств, для которых подраться так же естественно, как пообедать. Так что можно сказать, что расходимся миром.

Я уже собирался со всеми распрощаться и просто уйти, и так уже опоздал как минимум на первый урок, вот только старейшина хотел уточнить ещё кое-что.

— Могу я узнать, почему она называет тебя Убийцей? — спрашивая он внешне совершенно расслаблен, вот только это мало что значило в случае акашитов его уровня.

— Потому что я убивал, — пожимаю плечами. — Это логично, не правда ли?

***

Кеничи не понимал, что за ужас тут творится. Он уже успел познакомиться с некоторой оригинальностью, если не сказать «чудоковатостью», своих мастеров, но сегодня это было что-то с чем-то.

Началось все с новости, что у мастера Ма оказывается есть дочь, Ма Рёнка. Девушка была красива и, что было неожиданно, несколько побита. Она и ещё несколько человек связанных с мастером Ма пришли в Рёдзампаку после нападения со стороны… Такаши?

Услышав всё это Кеничи вообще перестал что-либо понимать. Что вообще произошло? И как бы он ни пытался расспрашивать других, толком ему никто ничего пояснить не мог. Более того, некоторые даже высказывались в защиту Такаши, пока мастер Ма был мрачнее тучи.

Ну и как вишенка на торте на додзё тоже напали… Ну как напали, сначала всё началось очень даже прилично. Пришла очень красивая девушка-иностраннка, прям топ модель, и выразила желание поговорить со старейшиной.

Кеничи вообще обратил внимание, что среди девушек, занимающихся боевыми искусствами нет некрасивых. Это было безусловно приятно для глаз, но как-то странно. Ту же Ма Рёнку отделали очень качествено, и не похоже, что это уникальный или хотя бы редкий случай. И что, девушке-бойцов бьют, а они от этого страшнее не становятся? Странно как-то.

Но вернемся к ситуации. Пришлая красавица оказалось именно той, кто избил родственников мастера Ма и по совместительству подчиненная Такаши. И тут ситуация стала резко сложнее, ведь девушка, назвавшая себя Валькирией, хоть и подчинялась Такаши, но также не называла его иначе, чем «Убийца». Ну и пока Кеничи пытался в своей голове сложить все это более или менее в логичную картину мира, ситуация в додзё резко изменилась.

В один момент пространные разговоры с прощупыванием друг друга сменились боем. И если раньше Кеничи считал, что все мастера Рёдзанпаку монстры, то теперь он воочию убедился, что Старейшина был монстром из монстров. Кеничи даже не верил, что человек в принципе способен на подобные фокусы. И уж тем более он не верил, что сам однажды сможет проделать что-то подобное.

С другой стороны «Валькирия» оказалась тоже тем ещё монстром. Пускай её сила и скорость серьезно уступали Старейшине Рёдзанпаку, но меч, который она достала из воздуха и когти, которые выросли прямо на глазах. Невольно даже вспомнился рассказ о том, что сам Такаши называл себя магом.

Выглядело нереально круто.

В этом хаотичном бою каждое движение Валькирии выражало смесь ярости и искусства. Однако, несмотря на весь её арсенал волшебства и физической силы, Старейшина явно имел неоспоримое преимущество. Его спокойствие и мастерство, выработанное за долгие годы практики, просто подавлял оппонента. Он легко уклонялся атак, и сокрушительно контратаковал.

А потом пришел сам Такаши, и показал ещё больше чудес. Шок в общем, да и только. Кеничи так удивился всему происходящему, что мимо него прошла большая часть диалога, между Старейшиной и Такаши.

— Могу я узнать, почему она называет тебя Убийцей? — спросил Старейшина, пряча в бороду улыбку.

— Потому что я убивал, — ответил Такаши совершенно буднично. — Это логично, не правда ли?

— Ну что ж, справедливо, — к удивлению Кеничи Старейшина воспринял это заявление спокойно, даже с юмором. По мнению парня, на фактическое признание в убийстве и скорее всего не одном, надо реагировать немного по другому. — Мы не стали вдаваться в подробности о себе, ты ответил тем же.

— Я рассказала об этом тому старику, к которому приходила в начале, — подала голос Валькирия.

— Ради богов, мне в принципе плевать. И распространяться о себе я не хочу не из мести или ради каких-то тайн. Мне просто лень тратить время на пустые расшаркивания, — ответ Такаши был довольно грубым. — Если у вас претензий нет, то я тоже не вижу смысла продолжать разборки.

— Что скажут остальные? — Старейшина не дал ответ сразу.

— Мне всё равно, — первым отозвался мастер Сакаки. — Я и раньше в эти дела не лез, не полезу и теперь.

— Я тоже останусь в стороне, — Акисамэ Коэцудзи пригладил кончиками пальцев жидкие усики, после чего добавил фразу, от которой у Кеничи прошли мурашки по спине. — Моя забота сейчас ученик.

Всё это было очень волнительно. Кеничи испытывал невероятное чувство сопричастности к происходящему. И всё это было густо замешано с немалым чувством страха, вполне явственного страха за свою жизнь. Всё же есть разница между разборками со школьными хулиганами и вот этим вот всем.

Этот страх, одновременно с восхищением перед тем, что он видел, приводил Кеничи к мысли, что мир, в который он попал, полон загадок, опасностей и, безусловно, возможностей. Он понимал, что каждое новое знание из мира боевых искусств открывает перед ним новую грань реальности, группу опасных личностей и, возможно, новые угрозы для его жизни. Но он также чувствовал, что не может отступить, теперь, когда он так глубоко погружен в эту историю. Он должен был дойти до конца.

— Апачай хочет помочь, — громила Апачай как всегда был готов заступиться за друзей.

— Не надо, Апачай, — мастер Ма, покачал головой. — В это и так ввязалось куча людей. Нет нужды усложнять ситуацию ещё больше.

— Подглядывать нехорошо, — Сигурэ высказалась в своей стиле, так что было сложно вот так с ходу понять, что она имеет в виду.

— Что ж, каждый высказал своё мнение, — кивнул Старейшина. — Мы не против разойтись.

— А что насчёт слежки?

— Это ваше дело, — покачал головой старик Фуриндзи, что несколько покоробил Кеничи. — Твоё и тех, кто за тобой следит.

— И вы не полезете в это дело? — Такаши тоже выглядел удивленным.

— В этот раз нет, — Фуриндзи кивнул, он говорил как всегда, но в то же время в них читалась усталость. — Я бы хотел, чтобы вопрос решился безкровно, и я готов вмешаться, если пострадают невинные. Но призывать тебя сдерживаться в отношении тайного врага просто глупо.

На этом в принципе вопрос разрешился. По крайней мере Такаши со Старейшиной ещё некоторое время обсуждали… что-то. Кеничи так и не понял. то ли Такаши хотел нанять несколько мастеров как телохранителей, то хотел просто откупиться от Рёдзанпаку, но делалось это так иносказательно и странно, что юный ученик мало что понял. Да и всё равно в итоге всё закончилось ничем и Такаши ушел.

Вот только Кеничи даже после его ухода всё ещё продолжал раздумывать над случившейся ситуации. Естественно это сказалось в том числе и на его результатах в тренировках. Благо мастер Коэцудзи не стал его за это наказывать и нагружать ещё больше.

— Смотрю сегодняшние событие не оставили тебя равнодушным, ученик, — заметил философствующий мастер джиу-джицу.

— Да, мастер Коэцудзи, — признался Кеничи, воспользовавшийся возможностью для передышки и севший прямо на землю. — Я просто не понимаю, что вообще произошло. Непонятное нападение. Такаши говорит, что за ним следили. Это вроде бы не мы, но это не точно…

Юноша развёл руками.

— Это были точно не мы, — поправил его мастер. — Другой вопрос, связаны мы с ними или нет.

— Родственники мастера Ма, — после недолгого раздумья Кеничи догадался, о ком идет речь.

— Да, причем не те, кто сейчас отлеживается в нашей с Кенсеем клинике, а другая его родня, — Коэцудзи важно покивал. — Поэтому Старейшина и не хочет влазить в это дело.

— Но почему?

— Он пощадил гордость Кенсея, — видя, что ученик не понимает, Коэцудзи решил пояснить на примере. — Вспомни, что ты чувствуешь, когда Сакаки или сам Кенсей начинают лезть в дела, которые ты считаешь своим личным делом, в твои отношения с Миу, например.

— Мы с ней просто друзья, — тут же покраснел парень.

— Как скажешь, — Коэцудзи реакция ученика повеселила. — Но сам пример понятен?

— Да, мастер Ма хочет сам решить этот вопрос, — Кеничи ненадолго задумался, прежде чем задать волнующий его вопрос. — Но ведь если ученик просто будет вместе со своим мастером рядом, то это не уронит его честь. Так ведь?

***

Поход в Рёдзанпаку вышел откровенно странным. По другому и не скажешь. Акашиты явно что-то знали, а то и имели контакты с теми, кто следил за мной, но говорить об этом не хотят. И всё же Старейшина явно выразил мне свою поддержку: «готов вмешаться, если пострадают невинные» — это был не намек мне не убивать гражданских в процессе. Я не давал повода заподозрить себя в подобных наклонностях.

Это был прямой посыл: если кто-то из любителей подглядывать сунется к моей семье, Рёдзанпаку вступит в игру на моей стороне. В конце концов это моё дело и тех, кто следит за мной.

— И тебя устраивает эта ситуация? — поинтересовалась идущая рядом валькирия, которой надо было нарезать новых задач.

— Не особо, — признался я. — По хорошему хотелось бы прямо здесь и сейчас просто раздавить придурков, которые за мной следят. В первую очередь они угрожают не мне, а, как верно заметил Старейшина моей семье, тем самым невинным. Но, к сожалению наши желания не всегда исполняются.

— Мы сами исполнители наших желаний. Даже боги лишь направляют, а не служат нам, — выдала валькирия избитую для любого скандинава фразу.

— Этим и займёмся, — смотрю на небо, прикидывая прийти сегодня в школу, пусть и с опозданием, или уже окончательно забить и пропустить сегодня учебу совсем. — След добрался в додзё или ты чувствуешь ещё кого-нибудь?

— Ты видел ещё нескольких, которые видели тебя, — сказала она откровенную чушь. Сразу видно дочь безумного бога, Один тоже любил играть словами, что выражалось не только в поэзии, но и в подобных смысловых конструкциях. — Я не чую их так, но найти можно.

— Сейд или Блот? — уточняю способ, при помощи которого она собирается искать следующих подозреваемых.

Сейд был темным, злым, колдовством скандинавов, по факту скорее шаманизм, чем классическая европейская магия. Блот же был жертвоприношением мяса и алкоголя, которое надо с молитвой сожрать и выпить. Оба варианта предоставляли своим практикам возможность гадания и предвидения.

— Сейд, — осмотрев меня решила Валькирия, выбрав унизительный для мужчин вариант магии. Сейд всегда считался женским видом магии, даром что сам Один баловался подобным колдовством, за что его стебал Локи.

— Валяй, я посторожу.

Естественно я не собирался присоединяться к ритуалу. Пускай мне плевать на мнение каких-то там скандинавов о том, что достойно мужчины, а что нет. Но вестись на подначки дочери Одина не было смысла. Практика показывает, что некоторые совершенно не ценят доброго отношения, а потому их сразу надо хватать за задницу и держать так крепко, чтобы не дергалась.

Глава 38

Пока Валькирия колдовала, перенося сознания в высшие сферы и смотря на мир глазами птиц и зверей, я решил написать Саэко о том, что меня сегодня в школе можно не ждать. Помимо своей девушки о прогуле так же следовало предупредить мать, так что закончив одно сообщение, я тут же начал набирать другое.

В каком-то смысле это даже забавно. Прямо посреди разборок с кучкой мистиков, наблюдая темный ритуал, я думаю о прогуляных уроках. Чувствую себя героем какого-нибудь подросткового аниме. Хотя, если подумать, меня такие мысли уже посещали пару раз. Пока же я строчил сообщения, магия Валькирии постепенно перестала бурлить и начала течь более спокойно. Явный признак того, она больше не искала, чьими глазами она могла бы воспользоваться для поиска.

— Это порой утомляет, — тихо произнесла она, опуская руки. Волосы ее слегка развевались, будто от невидимого ветра. — Глаза птиц и зверей видят много, но не всегда то, что нужно.

— Любишь говорить очевидные вещи? — чуть выгибаю бровь. Валькирия выглядела усталой, и я подошел к ней, чтобы передать часть сил. — Смогла определить хотя бы приблизительное место?

— Да, — она с некоторым удивлением посмотрела на меня. Магическая сила, которую я передал ей, была переработанной энергией вселенной, что было достаточно круто даже по меркам небожителей. — Огонь, что благоволит тебе, ясно освещает их убежище.

— Огненная птица, — киваю. Лишнее подтверждение, что меня дергает это мутная секта поклонников Феникса. Не то чтобы в этом были какие-то сомнения, но сам факт стоит запомнить. Феникс скотина крайне прихотливая, как бы не предал в горячке боя. — Веди тогда. Хотелось бы закончить все если не сегодня, то в ближайшее время.

Валькирия кивнула и, собрав остатки своих сил, сделала несколько шагов вперед. Влитая и усваиваемая сила быстро приводила её в порядок. След, который она уловила вел нас в Иокогамский Чайна-таун — крупнейший из китайских кварталов Японии, что тоже не было слишком уж удивительным.

Мы быстро продвигались по улицам города, стараясь не привлекать к себе внимания, что было не просто. До Йокогамы добираться нужно было около часа на морельсе, где утром было полно народа. Так ещё и сам факт двух молодых людей, что вместо учёбы катаются по городу, привлекал внимание. Не помогала и сама Валькирия, которая осматривала всё вокруг и периодически обращалась к своей магии, чтобы уточнить направление.

— Уби… — хотела она обратиться ко мне, но я не дал ей договорить.

— Заткнись! — говорю резко, но не поднимая голоса. — Ты привлекаешь внимание, и знаешь об этом.

Валькирия на это поджала губы, но спорить не стала. Даже будь она слепком легенды, воссозданной мистицизмом и следом старой религии, а не живым существом, некоторый базис знаний в ней должен закладываться. Один факт, что она говорит по японски уже об этом свидетельствует.

— Зови меня Такаши, — продолжаю говорить тихо, но теперь уже спокойней. — Мне хватает собственных проблем, чтобы ещё и дополнительно на них нарываться.

— Ты мне не муж и не отец, чтобы отдавать такие приказы, — она тоже заговорила тише, но в голосе её звучал фунт презрения.

— После победы над Вотаном я могу претендовать на его права. Если же ты хочешь стать второй женой, то тебе стоит сначала договориться с хозяйкой ключей, — я чуть усмехнулся, обозначив Саэко как управительницу и хозяйку в доме. Всё же называть её «первой женой» пока рановато, пусть мы и состряпали брак в виртуальной реальности, но это даже для меня было не то. Что уж говорить о Саэко. — Но между нами, она скорее убьёт тебя, чем возьмёт в семью.

Валькирия на это ответила мне только возмущенным взглядом, но говорить ничего не стала.

Мы продолжали движение по улицам города, стараясь ничем не выдать себя. Напряжение вокруг нас казалось почти осязаемым, но несмотря на это, я ощущал определенную уверенность. Валькирия, хоть показывала норов, а своё дело знала и шла по найденному следу уверенно, как будто каждый день ходит этим маршрутом. В конечно счете она остановилась перед помпезным зданием, которое изображало из себя дворец в стиле Сыхэюань, с ориентированием по феншую, и в то же время предлагающий гостям высокотехнологичный и комфортабельный отель.

[Цензура], что тут ещё скажешь. Ладно ещё Рёдзанпаку, у тех святая земля в виде обычного додзё, а не храма или моностыря. Всё более или менее канонично. Но эти чертовы сектанты умудрились превратить свой храм, а я чувствовал, что это был именно храм Акашитов, в отель. Даже не знаю, что сказать, спасибо, что не бордель.

— Твои враги здесь, — Валькирия кивнула на здание, которое я и сам уже опознал как святую землю Акашитов. — Я чувствую троих, два воина и отрок.

— Скорее всего ученик одного из них, — это была интересная информация. —Чувствуешь знакомые следы?

— Вдалеке, — она махнула в сторону Рёдзанпаку. — Идут за нами, следят, но не приближаются.

— Им настолько скучно? — я обернулся в ту же сторону. Можно предположить, что за мной пошел Ма Кенсей. А что насчет остальных? — Давай действовать быстро. Нет смысла затягивать.

— Будем штурмовать? — Валькирия призвала свой меч, отчего мне очень хотелось сначала прикрыть рукой лицо, а потом этой же рукой хорошенько взгреть дуру. Возможно даже, что и ей тоже достанется по лицу.

— Сначала попробуем решить все на словах, — высказывать ей за магию посреди улицы я ничего не стал, просто жестом развеял полуматериальный клинок, созданный из призрачной стали. — Зайдем внутрь и пригласим их на переговоры. Первыми атаковать не будем.

— Всё равно сражения не избежать, так какой смысл оттягивать? — на меня посмотрели как на дурака. — Я уже дважды сталкивалась с похожими на этих, и оба раза закончились потасовкой.

— Которую каждый раз начинала ты, — указываю ей на очевидный пробел в цепочке рассуждений. — И даже если будет драка, тебе надо будет просто постоять в стороне и не вмешиваться. Можешь защищать себя, но в мой бой не лезь.

Пускай договор не предусматривал предательства Валькирии, она уже продемонстрировала, свою готовность обойти правила и достаточную степень хитрожопости, чтобы это сделать. Так что подпускать её к себе в горячке боя, и уж тем более надеяться на неё в бою, было бы неразумно. Сам справлюсь.

Она, если и разгадала мою цепочку рассуждений, то никак этого не показала. Просто кивнула и всё. Ну а раз все понятно, то нет смысла тянуть, так что мы вошли в главный холл местного отделения секты огнепоклонников, они же орден феникса, они же крайне специфичные акашиты. Реально, от храма в виде отеля меня до сих пор коробит.

Главный холл был выполнен с претензией на роскошь и величие. Сочетание традиционных китайских элементов декора и современных технологий создавали впечатление нагромождения, бутафории и даже какой-то безвкусицы, что ли. Понятно, что вопрос вкуса, осматриваясь вокруг я невольно черпал из системы знания по архитектуре и декору, отмечая как откровенное отсутствие удобства планировки, в угоду фэншую, так и излишнюю помпезность.

Это не было ни монументальной строгостью уединенных монастырей, ни степенной и не раздражающей глаз роскошью огромных дворцов. И на русском языке я бы обозначил всё это ёмким термином «цыганщина», ну или «китайшина», если на местный манер. В принципе с учетом национальности мастера Ма, контакта ордена с местным отделением Триад, думаю я примерно угадал с истоками самого ордена огнепоклонников.

В холле было несколько людей, как отдыхающих, что просто валялись на диванчиках и пялились в телефоны, так и персонал, среди которых можно было почувствовать несколько начинающих акашитов.

— А говорила от троих, — замечаю тихо, направляясь к стойке регистрации.

— Эта мелочь едва ли может именоваться воинами, — Валькирия мой укор не оценила. — Тебя же интересовали герои, наподобие тех, с кем я сражалась недавно. Таких было двое уже состоявшихся и отрок, способный стать таким в ближайшие годы.

М-да… больше я никогда не буду связываться с призывом, у которого есть причины меня ненавидеть. Головной боли от этой девки больше, чем пользы. Но спорить и выяснять отношения уже было некогда, да и желания особого не было. Не успели мы дойти до стойки регистрации, когда к нам подошла женщина с бейджиком на шее, где была указана должность: менеджер.

Я чувствовал её силу, она же, судя по натянутой улыбке, могла ощущать нас, вернее валькирию. Что ж, тем лучше, не придется кидаться многозначительными иносказаностями с обычными людьми, можно сразу же перейти к переговорам.

— Добрый день, чем могу вам помочь? — любезно произнесла она, внимательно при этом косясь на валькирию.

Я особо не фонил, а вот дочь Одина светилась, как маяк в ночи, так что акашитка обращалась к Валькирии, проигнорировав меня. Чтобы обозначить, кто есть кто, пришлось пустить волну силы по зданию, заодно подавая сигнал о моём прибытии огнепоклонникам, сидящим в здании.

— Передайте господам из ордена, что с ними хотят поговорить, — говорю спокойно.

— Может ли мастер представиться? — демонстрация силы подействовала на акашитку наилучшим образом, она тут же сосредоточила на мне всё внимание и даже изобразила жест почтения.

— Прометей, — чуть усмехаюсь.

Имя «Такаши» вряд ли им что-то скажет, хотя с учетом слежки и контактов с семейством Ма, могут и узнать его. Но мне показалось забавным, назваться именем одного из потомков Хроноса. Я всё ещё собирался найти повелителя времени и спросить его за подставу с ритуалом. Почему бы не начать с кражи имени его правнука?

Мелочь, конечно, но уже положенное начало.

***

— Пока все выглядит очень даже прилично, — заметил Сакаки, потягивая пиво из жестяной банки. Мастер карате, кажется, вообще никогда не расставался с излюбленным напитком, поглощая его просто в промышленных масштабах.

— С учётом сложившейся ситуации, это может продлиться недолго, — вздохнул Ма Кенсей, с некоторой грустью оглядывая чайна-таун. — Такаши-кун и в спокойные времена рисковал привлечь к себе самое пристальное внимание. После же того, как сразу несколько мастеров ордена предали нас и начали следовать собственным целям…

Мастер кемпо замолчал. Он был суеверным человеком, сложно не верить во всякие мистические символы, когда сам практикуешь гадания и общения с духами. Так что Ма Кенсей очень боялся накликать беду своими собственными словами.

— Думаешь, что они посчитают его учеником одного из предателей? — Сакаки же подобным не заморачивался и говорил то, что думал.

Ма Кенсей задумчиво покачал головой, не отрывая взгляда от улочек города. Говорить об этом не хотелось, но и бегать от правды тоже было бессмысленно. Поэтому не молодой уже мастер решил высказаться в кругу друзей, надеясь, что от этого станет легче. Да и есть все шансы, что как минимум Старейшина и Коэцудзи все поняли.

— Его практики сильно отличаются от наших, так что принять Такаши за ученика предателя будет очень сложно. Вот только эти предатели могут стать очень хорошим предлогом, для попытки выведать у парня его секреты, — Ма Кенсей покачал головой. Не за это он в своё время боролся и не этому учил неофитов ордена. Подобные отвратительные интриги были скорее в духе падших Вань Сянь, что из благородных бессмертных превратились в голодных и развращенных мертвецов, но никак не подходили ордену воинов и мудрецов.

— Твоё слово, Кенсей, и слова мастера Туна все ещё очень много значит в ордене, — заметил Старейшина Рёдзанпаку, поглаживая бороду.

Сверхчеловек, как его часто называли пребывал в крайне благодушном настроении. Давненько он не имел возможности развеяться в хорошей драке, а та девушка, небожитель, как ей назвал Тун, было очень даже хорошо. Столько тузов в рукаве и явно нечеловеческие физические показатели. Жаль только, что боевыми искусствами девочка не владела, удары были прямолинейны и просты, без всякой изюминки. Битва с ней больше походила на битву с тигром, сильным, но не разумным, чем на поединок с мастером меча.

Старейшина продолжал размышлять о сложившейся ситуации, когда его внимание привлекла волна чистой и крайне могущественной Ки, пришедшая от Такаши.

Да, этот парень не перестаёт удивлять, и кто бы знал, как Старейшина хотел бы попробовать сразиться с ним, а не со слугой, которую тот подрядил в качестве ишейки. Если у него слуга такая, то что же по самому Такаши? А главное, может ли он вытащить из своих закромов не только ищейку, но и полноценного воина?

— Хех, — усмехнулся Сасаки. Не только Старейшина почувствовал отголосок силы, но каждый из них. — Парень напоминает меня в молодые годы.

— Ты тоже считал себя магом и путешественником во времени? — усмехнулся Коэцудзи.

— Не, — Сасаки то ли не понял насмешки, то ли просто проигнорировал её. — Со всей этой чертовщиной я столкнулся сильно после. Но вот склонность к дракам и обострению любого конфликта у меня была на уровне этого парня… если не больше.

Тем временем Такаши и его спутницу провели во внутренние помещения отеля. С места наблюдения мастеров Рёдзанпаку их никак нельзя была услышать, да и видеть их можно было с трудом, обе стороны, стояли далеко от окон.

— Не люблю я такие слежки, — признал Сакаки, вскрывая очередную и, как казалось, последнюю бутылку пива.

Пока он квасил, Апачай кормил птиц, что-то у них расспрашивая. Сигурэ внимательно слушала здоровяка из Тайланда. Кенсей вслушивался в ветер и перебирал в руке какие-то ритуальные четки. Да даже Коэцудзи и Старейшина пытались изобразить какое-то гадание… ну или просто перекидывались в картишки. Мастер карате был не уверен, что именно они делали, так как всегда держался от мистики подальше.

— Сакаки, не хочешь к нам присоединиться? — спросил Старейшина, внимательно рассматривая карты, которые они кидали прямо на землю.

— Зависит от того, во что вы играете, покер, очко? — попытался отшутиться каратист с кислым выражением лицо.

— Именно поэтому тебе и не нравится подобные мероприятия, что ты просто не видишь что там происходит, — Коэцудзи со сложным выражением лица, пытался понять, что именно им рассказывали карты.

Сакаки уже хотел огрызнуться на подобное и даже, как ему показалось, придумал достаточно едкий и оригинальный ответ, но не успел. Как и сказал Ма Кенсей, дело обещало закончиться дракой, а не милой беседой за чашечкой чая. Мастера Ордена Феникса первыми начали разгонять свою Ки, готовясь к бою и давя на противника. Хотя, зная характер парня и его манеру общаться, можно было было не сомневаться, Такаши не был там несчастной овечкой. Скорее уж он активно бесил оппонентов.

— Мы все сказали, что останемся в стороне, — Сакаки продолжал болтать, так как заняться ему было всё равно нечем. — А что насчет тебя, Кенсей? Пойдешь на выручку своим?

— Только если он попытается убить их, — мастер кемпо покачал головой. — Я предупреждал членов ордена, что им не стоит лезть в это дело, и уж тем более не надо пытаться выбивать из других их секреты. Раз уж мои товарищи считают себя самыми умными, то стоит их немного приспустить с небес на землю.

— Но есть разница между показательной поркой и убийством, — кивнул Фуриндзи.

— Мы могли вмешаться сами, без крови, — впервые подала голос Сигурэ, что вместе Апачаем действительно хотели бы вмешаться в это дело, каждый по своим причинам.

— И чем бы это закончись? — Старейшина покачал головой, тут же обрисовав вариант, который кажется ему наиболее вероятным. — Тихим конфликтом, который зрел бы как нарыв, пока не порвался бы. И ещё большой вопрос, как именно решился бы этот конфликт. Сейчас же всё более или менее будет решено, и мы можем…

Пока он ещё говорил, обострение ситуации все же переросло в конфликт. Простое нагнетание и давление в один миг пропали, став накатывающей волной, что было типичной для атакующих мастеров кунг-фу, вот только и Такаши был не простым парнем, а потому ответил на агрессию агрессией.

Раскат грома, больше похожий на взрыв, прошел волной по району, выбив окна в некоторых домах. А в здании отеля, где проходила встреча, и вовсе выбило часть стены.

— …проконтролировать ситуацию, — закончил Старейшина невозмутимо. — Знаешь, Сакаки, теперь парень напоминает мне меня в молодости. Я тоже не принимал для себя полумер.

— Два сверхчеловека в одном поколении? — задумчиво протянул Коэцудзи, забив на карты, которые всё равно не могли ничего ему рассказать. — В интересное время мы живем.

— Я бы не назвал Такаши сверхчеловеком, — Кенсей напряженно всматривался в происходящее. Как мастер тонких материй и энергий, он был поражен тем, что чувствовал от Такаши. — Или вообще человеком.

***

Всё пошло не по плану с самого начала. В чем, скорее всего, виноват сам план. Что бы я не говорил Валькирии, но в мирный исход не верилось совершенно. Так что я ждал противостояния в том или ином виде с самого начала, но нет. Менеджер спокойно с кем-то связалась, спокойно проводила нас в просторный кабинет, в который сначала подали чай и сладости, принесенный той самой девушкой-менеджером, и только потом появились сами мастера.

— Хороший чай, и даже не отравлен, — делаю комплимент напитку, спокойно отпивая из поданной мне чашки. Чай и правда был хорош, по мнению Системы.

— Мы не разбойники, — недовольно заметил дедок, который изображал из себя главного и единственного переговорщика.

Его подружка, куда более молодого возраста и с гучжэн, этакими китайскими гуслями, хотя скорее цитрой, в руках, которая скромно села в уголке и начала тихонько играть.

Я молча ждал, пока она начнет действовать, поначалу просто игнорируя слова старика. Внутреннюю силу его подружки я чувствовал просто прекрасно, и мне было интересно, что же она сделает. Все же на основе звука можно было построить очень много заклинаний и мистицизмов, воздействующих на разум. Мелодия началась мягко и лилась легко. Что удивительно, в музыке не было даже намека на какие-либо иллюзии и попытки проникнуть в разум.

Невольно вспоминается поведение множества культиваторов из китайских новелл, которые постоянно лезут в бутылку. Понятно, что сянься — это фэнтезя, которая очень быстро скатилась в черте что, из-за наплыва кучи одинаковых произведений, но все же некий устоявшийся образ китайского мистика уже устоялся в сознании.

— Так зачем же вы следите за мной, господа «не разбойники»? — возвращаюсь к разговору со стариком, раз уж меня пока не пытаются заворожить музыкой.

— Следить? — переспросил он, будто не расслышал. При этом и он и его подружка явственно напряглись, чего даже не пытались скрыть. — Насколько я знаю, парень, мы не первые, к кому ты приходишь с этим вопросом. Так и будешь перебирать всех возможных кандидатов, пока не найдешь верный?

— Да, почему бы так и не сделать? — киваю, совершенно не стесняясь своего ответа. — Что вообще тебя удивляет в моём подходе? Мы говорим о моей безопасности и безопасности моей семьи. И если сам я мог бы просто отмахнуться от кучки приставучих тараканов, то ради семьи я буду убивать. Без шуток, просто приду и ритуально выпотрошу живьём во славу темных богов, чтобы и десятому поколению потомков икался идиотизм предков.

Подобное утверждение заставило напрячься китайцев ещё больше. Теперь они не просто демонстративно поигрывали мускулами, а уже целенаправленно разгоняли по телу внутреннюю силу. Девчонка так же начала нагнетать силу в свой музыкальный инструмент, но все ещё без какого либо давления на разум.

— Это очень неприятная угроза, мальчик, — нахмурился старик. — И опрометчивая. Не боишься, что это мы возьмём тебя за горло, да так, что и потомки вспоминать будут?

— Это мы узнаем только эмпирическим путем, — пожимаю плечами. — Если только вы не захотите просто объяснить свою слежку, и не прекратите её.

— Не думаю, что мы готовы забыть о твоих оскорблениях и тех секретах, что ты украл у ордена, — старик отпрыгнул назад, в то время как девушка резко вернула струны, запуская в меня несколько невидимых лезвий.

— Звук и ветер? — выгибаю бровь, жестом вызвав одноразовый, но невероятно крепкий щит. — Не лучшее сочетание. Валькирия, как у тебя с защитой от магии?

— Получше, чем у многих, — гордо ответила она, не забыв при этом наложить на себя дополнительную защиту. Все же я, пусть и ценой собственной жизни, но убил бога.

— Не игнорируй нас! — воскликнул старик.

Свой выкрик он поддержал диким напрыгом на меня, в попытке ударить техникой, больше всего похожим на «Гашение Волны». Забавный приём, применение которого на короткий миг останавливает все процессы в теле жертвы. Крайне надежный способ гарантированно вырубить, а то и убить подавляющее большинство врагов.

Испытывать подобное на себе не было никакого желания, а потому старика я откинул обратно к стене банальной волной энергии. Что-то вроде грубого телекинеза, ну или джедайского толчка Силой, кому что привычнее. От удара старик отлетел к стене, оставив на ней впечатляющий вмятину. Девушка с гучжэном попыталась вновь атаковать меня смесью звука и воздуха, но я опередил её хлопнув в ладоши, создав точно такое же лезвие, что перерубило струны инструмента.

— Обычно музыку используют для более тонких воздействий, а не атакуют в лоб, — поясняю, до сих пор молчаливой китаянке поднимая руки над головой в таком жесте, как будто поднимаю большой камень. — Для атаки лучше использовать звук погромче и пострашнее, например, гром.

Все присутствующие, как китайские мастера, так и валькирия, успели понять мой намек, но вот убежать уже не успевали. Оглушительный гром, просто выломал часть стены в отеле, пошатнув здание, подобно взрывной волне.

Серьезно никто не пострадал, все же Акашиты крепкие ребята. Валькирия же ещё и дополнительно защищала себя. А вот будь со мной Саэко, то её бы пришлось прикрывать, ну или не использовать столь наглядной и эффективной демонстрации силы. Да и внешний вид мастерицы из Китая, чей наряд изрядно поистрепался, приоткрыв прелести девушки, мог бы вызвать очередной приступ ревности.

Последняя мысль показалась мне забавной. А вкупе с атакой громовым раскатом, ещё и вспомнился отрывок из письма Пушкина Вигелю:

Содом, ты знаешь, был отличен

Не только вежливым грехом,

Но просвещением, пирами,

Гостеприимными домами

И красотой нестрогих дев!

Как жаль, что ранними громами

Его сразил Еговы гнев!

И пускай я, даже с поддержкой Системы, до Библейского не дотягиваю. Да и вряд ли хоть когда-нибудь в принципе смогу стать богом-творцом вселенной. Но данный отрывок показался как никогда в тему. Тут тебе и нестрогая дева и «ранние громы». Полный набор, в общем-то.

Глава 39

— Ты чудовище, — первой оклемалась Валькирия. Небожительница в принципе была покрепче людей. Да и от моей атаки она защищалась не через общее усиления тела, как Акашиты, а специальным магическим щитом.

— Что там наши наблюдатели? — я никак не стал комментировать её замечание.

Раскат Грома даже полноценной магией не является, это был мистицизм, который мог освоить любой человек. Хотя, слава Системе, я знаю как проводить его таким образом, чтобы он раза в четыре мощнее был, чем в стандартном исполнении. Ничего монстрячного в этом нет. Вот полноценная магия, к тому же из высших, где звуковая волна сотрясает землю, и разрывает небеса, в некоторых случаях буквально, там да, есть чему удивляться и чего боятся.

— Пока стоят на месте.

Кивнув на слова Валькирии, я вновь сосредоточил всё своё внимание на китайских акашитах. Те тоже приходили в себя. Первым очухался, как не странно, дед. Похоже, что опыт и умение управлять внутренней энергией все же значат для этих ребят значительно больше, чем молодое и здоровое тело.

Ну или девушка просто оказалась специалистом в более тонких делах и удар держала не очень. Не понятно только, какой из неё после этого мастер Акашит, но да ладно.

— Что ты такое? — старик не стал обзывать меня чудовищем, но и он был удивлен моей ответной атакой.

— Я предпочитаю считать себя ремесленником, — отвечаю ему почти честно и, немного подумав, решил ответить совсем честно. — Хотя по сути, я просто путешественник, которому очень повезло.

И ведь правду сказал. Не знаю уж, за какие заслуги мне выдали билет в новую жизнь и Систему в нагрузку, но это действительно можно считать удачей. Хоть и не без проблем, но широта возможностей, которые передо мной открыты поражает. Думаю многие отдали бы душу демонам, за то, что я получил даром.

Пока я так думал, очухалась и вторая акашитка. И если старик скорее готовился обороняться, то девушка похоже была готова скорее бежать, чем продолжать бой. Не перестаю удивляться, что за неправильные Акашиты мне попались в этом мире.

— Ну что, господа огнепоклонники, вы собирались «взять меня за горло», — я усмехнулся, бросив взгляд в проломленную стену. Подобное просто не могло остаться незамеченным, а потому можно ждать прихода официальных властей с минуты на минуту. — Ну так как, все ещё уверены в своих силах?

— Ты не знаешь с кем связываешься, мальчишка, — возмутился старик.

— Боги, не получилось справиться со мной самому, и ты принялся угрожать мне своими друзьями, — я использовал откровенную насмешку и провокацию. — Ты ещё маму позови на помощь, а то друг какая-то малолетка отпинает даже кучку твоих друзей.

И хотя шутки про мамок это тот ещё позор, но провокация сработала безотказно. Старик аж побагровел от злости и уже собирался вновь кинуться в атаку. Вот только я не собирался ждать, когда он нападёт, предпочитая действовать на упреждение. Раз уж феникс все равно таскается за мной, надо будет потратить силу привязанного духа на что-нибудь полезное. Мысленный зов, и огненная птица садится мне на плечо, показав себя парочке акашитов во всей красе.

Огненные перья феникса обжигали воздух, излучая яркое сияние, из-за чего его фигуру было тяжело рассмотреть. Но даже несмотря на эти, довольно дешевые фокусы, прямо скажем, не узнать своего бога Акашиты просто не могли.

— Невозможно… — пробормотала девушка Акашит, в то время как старик пораженно молчал.

— Вот он ваш покровитель, можете попросить у него заступничества, — предлагаю Акашитам.

Мне было очень интересно, практикуют ли они хоть какие-нибудь связи со своим богом, или просто называются его именем. Да и самого стража юга нужно было проверить, кинется он на выручку своим последователям или проигнорирует их. Феникс, почувствовав волнение в воздухе, медленно опустил крылья, сияние слегка уменьшилось, и его фигура стала более отчетливой. Огненные глаза духа пронзительно смотрели на акашитов, ожидая реакции.

— Великий Феникс… — прошептала девушка, опустившись на колени. — Этого просто не может быть.

Старик, по-прежнему поражённый, отошел на шаг назад, пытаясь обдумать ситуацию. И если я хоть что-нибудь понимаю в тех чувствах, что могу уловить благодаря интуиции, то он просто отказывается верить в увиденное.

Забавно даже. Маги, практикующие восточную мудрость, считающие последователями мифического существа не верят в это самое мифическое существо.

Феникс медленно склонил голову, его огненные глаза смотрели прямо на коленопреклонную девушку. Красновато-оранжевое пламени продолжало играть вокруг его фигуры, распространяясь вокруг ауру живительного огня. И с учетом того, что я стоял в эпицентре этой ауры, мне даже было приятно чувствовать, как эта крайней полезная сила наполняла моё тело.

— И, долго вы будете молчать? — выгибаю бровь, но снова был проигнорирован. Они как были в шоке, так и оставались. — Вы так кичились тайнами своего ордена. Так волновались, что я использую имя феникса в своих таинствах. Ну вот он, сам феникс, тот самый, страж юга. Можете обвинить меня перед ним, ну или попросить у него помощи, раз уж вы взялись угрожать мне.

Акашиоты стояли в полном смятении, не зная, как реагировать на вызов столь могущественного существа. Тишина стала глухой и тяжелой, словно каждое слово, произнесенное здесь, отзывалось бы громом. Наконец, старик взял слово.

— Кажется, что мы несколько поспешили, молодой мастер.

— Как быстро вы переобулись, — это было забавно. — Моё требование остаётся прежним, отвалите от меня и моей семьи. Мы поняли друг друга?

Старик посмотрел на меня, его глаза блестели то ли от злости, то ли от беспомощности. Но не смотря на подобные эмоции он попытался говорить вежливо.

— Я не решаю это один.

— Да или нет, Акашит, — очень хотелось приказать фениксу просто спалить тут все к чертовой матери. — Тебя бы не послали сюда без полномочий. И если уж ты настолько беспомощный, то твоя подружка отнесет твою голову тому, кто будет что-то решать.

Валькирия на мои слова хмыкнула и с демонстративно призвала уже виденный мной клинок из призрачной стали. Я даже удивился подобной исполнительности и готовности самолично казнить моего врага, но она быстро расставила все по своим местам.

— Один из наблюдателей двигается сюда.

Выгнув бровь посылаю сканирующую волну, чтобы определить, кто решил вмешаться в мои разборки. Старейшина обещал не лезть, и слово держал, а вот Ма Кенсей все же решил вмешаться. Хотя, если подумать, он и до этого не сказать чтобы собирался держаться в стороне.

— Подождем, посмотрим, что Кенсей скажет о судьбе и полномочиях своих подчиненных, — отзываюсь задумчиво, погладив феникса по перьям груди. Легендарная птица отозвалась на ласку клекотом, позволяя погладить себя ещё и по клюву.

То какими глазами на это смотрели акашиты сложно передать словами. Такого уровня охеревания они не выдавали даже в момент первого появления феникса. Это было даже по своему забавно, но не продлилось долго, Ма Кенсей достаточно быстро прибыл в разрушенное помещение. Благо ещё смог проделать это незаметно, хоть со стороны пролома в стене уже слышались голоса людей. Благо, что мы располагались достаточно высоко, чтобы нас нельзя было увидеть с улицы.

Буквально влетев в зал, Ма Кенсей быстро осмотрелся, не выказав какого-то удивления при виде легендарной птицы. Вместо этого он первый повел себя как истинный последователь, Ма Кенсей поклонился покровителю их секты.

— Феникс… — произнёс он с почтением, но без страха, словно видел божество не впервые. Его уверенность была совершенно не похожа на реакцию двух акашитов.

— Решил вмешаться? — спрашиваю прибывшего мастера.

— Я не одобряю то, что они хотели сделать, — прямо заявляет китаец. — Но и смерти их я не могу допустить.

— Ради всех богов, — пожимаю плечами, заставив феникса взмахнуть крыльями. — Я требую только одного, чтобы меня и мою семью оставили в покое. Вот только твои друзья не спешат принимать мои требования хотя бы формально. А ведь я ещё даже не сказал о клятвах, которые нельзя нарушить.

— Слово мастера дорого стоит, даже без клятв, — Ма Кенсей наклонил голову, так что его глаза скрылись за полями шляпы.

— Ваше слово может много весить в вашей среде. Я же расцениваю слежку за собой как банальную попытки мне навредить и на слово верить агрессору не собираюсь. Поэтому только клятва, которую они принесут или умрут, — я оставался твердым в своих намерениях. — Думаю ты поймешь меня, Ма Кенсей. Ты ведь с утра сам пришел ко мне на разборки за пострадавшую дочь. Вот теперь моя очередь разбираться.

— Я не собирался тебя убивать, — он вздохнул. — Но спорить тут бессмысленно?

Старик и девица, что были тут до этого не понимающе смотрели на мастера из Рёдзанпаку. По словам выходило, что он уже собирался вступиться за них, вот только Ма Кенсей не разгонял по телу духовную силу и не выглядел как мастер, готовый вступить в бой.

— Как глава ордена феникса я принесу клятву за весь орден, — решил Ма Кенсей.

— Мастер Ма, это позор! — тут же возмутился старик, перейдя на китайский язык.

— Про позор мы поговорим позже, без свидетелей, — отрезал Ма Кенсей. В уме ему не откажешь, не важно владеем мы с валькирией языком или нет, сюда с минуты на минуту нагрянут пожарные и полиция. Отель уже полностью эвакуировали, и к нам не сунулись только из-за персонала, который был в курсе, кто и зачем тут собрался.

В итоге Ма Кенсей сложил перед собой руки в жесте почтения, после чего поклонился и поклялся, что Орден Феникса прекратить слежку и впредь любые отношения будут только через официальные переговоры и в присутствии свидетелей. Он там вообще несколько минут распинался, не иначе как отдавая должное старой доброй имперской бюрократии империи Мин, но я не был против. Хоть витиеватость и позволяла играть словами, более сухой и краткий текст позволил бы играть смыслами.

Так что тут не к чему было придраться, он поклялся честно и феникс выступил свидетелем его клятвы. Короткое вспышка, и на безымянном пальце у него вспыхнул знак клятвы, как будто кто-то отпечатал его на первой фаланге пальца как клеймом, даром что боли никакой не было.

— Твой бог услышал данную клятву, — киваю на его удивленный взгляд. На данном этапе меня это полностью устраивает. Разборки внутри этой их секты оставим самим сектантам. Нарушивших же клятву не ждет ничего хорошего. — Вам тут подпалить что-нибудь, чтобы имитировать пожар?

— Не надо нам ничего поджигать, — Кенсей мотнул головой.

— Дело ваше, хотя я бы все же сжег это позорище. Храм акашитов должен быть святой землёй, только для избранных, а не проходным двором, — я не удержался от комментария, лишний раз удивляясь тому, что они додумались делать свой храм в виде отеля.

Мне ничего не ответили, а потому я молча подозвал к себе валькирию и силой феникса создал телепортировал нас оттуда. Раз уж разрядить мистицизм настырного птица в боевых условиях не получилось, то пусть он поработает транспортом.

***

Ма Кенсей молча наблюдал, как Такаши и посланницу небес охватило пламя с перьев легендарного феникса, после чего все трое исчезли, как будто их и не бывало. Старый мастер не стал ограничиваться одной только визуальной информацией, и использовал все доступные методы, чтобы проверить, действительно ли они исчезли, или просто спрятались.

Всё было чисто.

— Я слишком стар для этого дерьма, — с чувством выругался Кенсей, что успел нахвататься всякого нехорошего у Сакаки.

— Наставник? — осторожно обратилась к нему Цзинлю. Она не была его прямой ученицей, но все бойцы обращались к нему именно так. Только мастера могли говорить с главой в более свободной манере.

— Какой же я вам наставник, если вы меня не слушаете, — мастер Рёдзанпаку покачал головой. Он специально сказал это так, желая несколько уколоть мастера, что вел переговоры с Такаши.

Тот скривился, но промолчал. Умный интриган всегда знает, когда лучше промолчать. Глава ордена сурово оглядел подчиненных, но говорить ничего не стал, как бы долго их подчиненные не задерживали полицию и пожарных, это не может длиться вечно, и лучшим решением будет просто уйти. позволив работникам отеля самим все это решить.

— Вы оба отправляйтесь за мной, — распорядился он, посмотрев на символ, напечатанный на фаланге его пальца. Он выглядел как Солнце, лежащее в чаще… или падающее в чащу. Сложно было сказать наверняка. — Нужно будет узнать, что именно произошло и как пришло вот к этому, заодно посоветуемся с мастерами из Рёдзанпаку.

И снова с ним никто не стал спорить. Они быстро покинули отель, который Такаши почему-то назвал Храмом и направились к другим мастерам Рёдзанпаку. Вскоре они достигли скромного здания, спрятанного среди густых деревьев на окраине города. Поговорить решили на нейтральной территории, что устраивало обе стороны. Там же собрались и остальные товарищи Ма Кенсея по додзё.

— Здравствуйте, друзья, — Сверхчеловек Хаято, что был известен в мире боевых искусств буквально каждому, изображал из себя старичка-божьего одуванчика. С учетом того, что это был здоровенный мужичина, с внушительной ширеной плечь и проглядывающей сквозь одежду мускулатурой, выглядело это очень сюреалистично.

— Приветствуем всех вас, — оба гостя сделали жест почтения.

— Что там произошло? — спросил Кенсей. Он был главой этой парочки.

— Нам действительно нужно говорить об этом в кругу посторонних? — впервые подал голову старый Ка Мин, мастер, что говорил с Такаши.

— Да, — Кенсей кивнул. До этого он и сам хотел бы оставить подобные разборки внутри ордена, но теперь, после того как он увидел действия Такаши и его божественного спутника. Нет уж, сами они тут только дров наломают. — Вы уже попытались действовать сами, результат на лицо.

Ка Мин скрипнул зубами, но колкость проглотил. Ма Кенсей же испытывал просто физическую потребность выплеснуть накопившееся за сегодня раздражение, даже дыхательная гимнастика не помогала. Коэцудзи и Сакаки, видя настроение друга, пообещали себе сводить того вечером в какое-нибудь кафе или бар, чтобы вместе посидеть и расслабиться.

Ка Мин, как старший, начал рассказывать и почти в самом начале ему пришлось прерваться. Когда он сообщил, под каким именем Такаши пришел в отель, Прометей. Услышав это, Сакаки закашлялся, как будто подавился чем-то.

— Кха, простите, — повинился он. — Скажете, а та огненная птичка, которую мы видели, это ведь феникс?

— Хоть он и не походил на китайское описания короля сотни птиц, а был ближе к западному образу Феникса, парень назвал его именно нашим богом, — ответила Цзинлю. Кенсей подтвердил её слова кивков.

— Я тут вспомнил одну свою шутку, которая уже не кажется мне шуткой, — Сакаки покачал головой. — Помните, как я посмеялся, что наш путешественник во времени мог быть одновременно и вашим основателем Фениксом, и тем самым Прометеем и даже библейским богом.

Все задумались.

— Ударив той звуковой атакой, он начал читать стихи про город Содом, — Ка Мин нахмурился. — Насколько я помню, это город описан в христианских и мусульманских учениях.

— Как жаль, что ранними громами его сразил Еговы гнев, — процитировала Цзинлю. — И свою атаку он тоже назвал громом.

— Однако, — Старейшина Рёдзанпаку задумчиво провел рукой, после чего усмехнулся. — Интересные у тебя шутки, Сакаки-кун, ничего не скажешь. Может у тебя талант к пророчествам.

— К демонам такие таланты, — буркнул каратист, чувствуя непонятное смущение от всеобщего внимания.

Глава 40

— И в итоге ты опять заставил всех волноваться, — когда у Саэко закончились аргументы, она начала высасывать их из пальца.

Как можно было догадаться, мне снова выговаривали за то, что полез в какие-то приключения один. Ради разнообразия это была не мама, а Саэко. Которая была не очень-то довольна тем, что ей приходилось сидеть на уроках, пока я где-то там приключался. Что она мне и высказала, когда я встретил её после занятий у школы.

Каким образом всё это было связано с фразой «заставил всех волновалось», известно, наверное, только богам.

— Всё-всё, спокойно, дышим носом, — спорить с ней было бессмысленно. — Ты же знаешь, что будь моя воля и как минимум тебя я бы обязательно взял с собой. Но все завертелась неожиданно и с самого утра.

— Все с тобой ясно, — Саэко вздохнула, явно пытаясь казаться строже, чем чувствовала на самом деле. — Но я всё равно не понимаю, как ты опять умудрился оказаться в эпицентре событий. И что это за девушка, рядом с тобой?

Закончив разбираться со мной, Саэко переключилась на Валькирию, что все это время стояла рядом. В чём-то это даже было приятно. Моя девушка частенько меня ревновала и тот факт, что сначала она высказала волнение обо мне, а только потом переключилась на «соперницу» несколько грел сердечко. Даже если её волнение было довольно странным, по моим меркам.

— Это Валькирия и по сути она и послужила причиной того, что я встрял в очередную историю.

— Ты сам призвал меня… — дочь Одина, судя по всему, в очередной раз хотела назвать меня «убийцей», но сдержалась. Мы стояли на улице недалеко от школы и мой запрет на привлечение к нам внимания всё ещё действовал.

Саэко вскинула брови, явно заинтригованная таким внезапным заявлением.

— Ты призывал валькирию? — спросила она шепотом. — Девушку из мифологии скандинавов? После всего что было?

— После того случая в Англии у меня появились некоторые права среди скандинавов, — в отличии от неё я говорил спокойно, вплотную к нам люди не стояли, а потому подслушать нас было бы проблематично. — Первоначально я просто хотел шугануть слишком наглых мистиков, что решили проследить за мной, но призванный слуга оказалась чересчур норовистой.

— Я взялась за выданное задание так, как это было принято в моём клане, — тут же отбрила Валькирия. — Если тебе это не нравится, то стоило искать помощников в другой стороне. Говорят дом Христа особо силен в этом времени.

— Любой ангел попытается меня убить как только увидит, — меня её предложение даже позабавило. Но продолжать разговор с небожительницей не стал. — В общем она наделала шума, но в итоге все разрешилось. И как минимум в ближайшее время нас не побеспокоят.

Саэко, по-прежнему нахмурившись, осматривала Валькирию. В её глазах виднелся интерес, смешанный с недоверием. И даже моя оговорка про ангелов не смогла сбить мою маленькую ревнивцу с настроя.

— И надолго она с нами?

— Хороший вопрос, — пожимаю плечами и обращаюсь к самой валькирии. — По идее твоя работа была выполнена. Люди следившие за мной дали клятву больше к нам не лезть. Что ещё тебя тут держит?

— Я не чувствую устойчивого канала связи с Асгардом в этом мире, а потому не могу уйти сама. И ты вложив в призыв достаточно сил, чтобы я не развеялась за это время просто из-за слабости ритуала, — она пожала плечами.

— Это совсем надо быть бездарностью, чтобы совершать временный призыв, — мне слабо представлялось, как можно было призвать кого-нибудь на короткое время. Я такое только в играх встречал. В реальной же магии это два отдельных действия, призыв и изгнание, и не бывает такого, что бы ты сделал одно, и через какое-то время само собой случилось второе. — Вечером попробую вернуть тебя в Асгард через поиск подобия, если не получится, то можно будет подготовить концептуальный ритуал.

В ответ на мои бормотания девушки переглянулись. Как будто каждая из них ожидала услышать от другой объяснения моим словам. Странная реакция, особенно для Валькирии, что была дочерью мага и бога специализировавшиеся на некоторых весьма специфических способах колдовства. Наконец Саэко первой нарушила молчание, решив прояснить непонятный момент.

— Концептуальный ритуал?

— Магия построенная не на манипуляции энергией, а работающая с понятиями и образами. Ультимативная штука, при помощи которой можно сделать очень много вещей, что кажутся невозможными.

— Тогда почему бы не использовать этот ритуал сразу? — теперь вопрос последовал от Валькирии.

— Потому что это сложнее, чем простая манипуляция энергии, — даю ей очевидный ответ. — Ты была призвана как законный трофей. А значит чтобы вернуть тебя назад, мне потребуется нечестный трофей, чтобы это не было.

И снова две девушки переглянулись. Это даже было забавно, они как две старые подруги. Их даже можно было бы назвать сестрами, если бы не различия в чертах лица между азиатской и небожительницей скандинавов. Не знаю уж, что они там высматривали на лицах друг друга, но в итоге Садко вновь обратилась за разъяснениями.

— Нечестный трофей — это что-то вроде награды взятой обманом?

— С каких пор хитрость стала недостатком для воина и особенно для вождя? — Валькирия не поняла логики дочери самурайского рода.

— Скандинавы, — я успел вставить короткий комментарий. — Хотя правильнее даже сказать «викинги». У этих ребят очень специфичное представление о чести и бесчестии.

Дальше девушки начали уже общаться между собой, обсуждая какой должна быть честь воина, и что считать достойным поведением в битве. Это было почти как радио, просто информационный фон, который очень легко игнорировался, что я с чистой совестью и делал. Мне было над чем подумать.

Мысли вертелись вокруг того, что делать дальше. За время, проведенное в виртуальной реальности я успел неплохо освоиться с Системой, да продвинуться в пути даоса. И можно было бы заняться вопросом Хроноса, которого я собираюсь насадить на пику, но очень остро встаёт вопрос с боевой группой.

Идти на бога в одиночку, конечно можно, но Вотан ясно показал, что недооценивать богов не стоит. Как бы я не хвастался перед Саэко, что размен с богом произошел на равных только потому, что мне нужно было защищать товарищей, самому себе можно было признаться прямо. Я не смог ни сбежать, ни победить в прямом противостоянии. И это при том, что он был ограничен смертным телом.

Я не боец, моё призвание ремесло, в крайнем случае поддержка. А потому надо бы уже прекращать самолично лезть во все возможные разборки, и начать уже нормально тренировать свою команду. И перво наперво следовало бы взяться за Саэко.

С такими мыслями я мысленно потянулся к Асгарду, связь с которым чувствовал и раньше, на правах победителя Вотана. Стоит поставить на эту связь небольшую печать. Что-нибудь простое, что можно было бы прорвать при небольшом усилии, но чтобы большинство простых ритуалов на манипуляции энергией не сработали.

Пускай Саэко пообщается немного с небожительницей, а особенно потренируется с ней. Да и остальным девчонкам это может быть полезно. А если, вдруг, валькирия будет приносить проблемы, то я просто изгоню её по жесткому варианту.

***

Самый простой вариант не сработал, опять. Не то чтобы Саэко не ожидала этого с самого начала, но некоторая надежда все же присутствовала. Такаши не смог отправить призванную валькирию просто пожелав того и теперь ему требуется найти что-то, что даже эта северная варварка признает нечестным трофеем.

Ну и теперь та самая варварка, которую звали Ульва, кстати, теперь некоторое время будет жить с ними. Вернее с Такаши, так как максимум Саэко было пригласить кого-нибудь в гости. Там даже о ночевке речи не шло. И это страшно бесило… ну, тот факт, что эта девка будет жить в доме Ханы и Такаши, а не то, что она не может пригласить себе кого-нибудь с ночевкой.

— Я просто не знаю, как на это реагировать, — заметила Минами Рика, смотря на Ульву. Когда стало понятно, что валькирия пока останется с ними, Такаши пригласи всех путешественников во времени познакомиться с новенькой. — Просто поразительная способность находить приключения на ровном месте.

— Рад, что ты оценила, — Такаши остался спокоен.

— И что теперь будем делать? — продолжала допытываться офицер группы спецназа.

— Вы будете и дальше тренироваться в попытках почувствовать магию. А эта, — Такаши совершенно невежливо ткнул в валькирию пальцем, — будет вам помогать. Раз уж она всё равно здесь застряла. Я же будут думать, где достать тот самый нечестный трофей, чтобы разорвать договор.

От такой постановки вопроса нервный тик начался не только у Минами, но и у Ульвы. Но надо отдать им должное, они обе не стали спорить или возражать. Вместо этого заговорила Миямото Кирико.

— А как насчет документов для нашего учителя? Места жительства? Да хоть бы одежду для неё, где брать? — спросила она.

— Документы ей не потребуются. Жить она может у нас, а если это неудобно, то можно будет её куда-нибудь пристроить, небожители желанные гости во многих храмах, даже если она представитель иностранного пантеона. Одежду купим, деньги есть, да и сама валькиря не должна быть очень прихотливой в этом вопросе.

— Мне кажется или ты относишся к ней как к вещи? — с сомнением спросила Кирико-сан.

— Я действительно его трофей, связанный договором, — ответила Ульва. Подобное отношение, ещё и высказанное напрямую несколько коробило Саэко. Если не сказать хуже. — И твои подчиненные очень странно ведут себя, убийца.

— Их мозги засраны демократией и прочим информационным мусором современного века, — Такаши пожал плечами вызвав некоторое возмущение среди остальных. Особенно возмущены были Такаги, Миямото и Минами. — Ну и конечно же современные развлечения рисуют очень странный образ девушки, ставшей трофеем парня. Думаю как минимум половина из них ждет, что я изнасилую тебя этой же ночью.

— Я отрежу тебе хер за попытку сделать это, — прямо и без обиняков заметила Ульва. — Или умру пытаясь. Я дочь Одина, а не портовая девка и договор обязывает меня служить тебе, а не лизать ноги.

— Я это знаю, ты это знаешь, а они ничего не знаю ни об Одине, ни о магических договорах, — Такаши все также оставался спокойным и как будто отрешенным.

Он явно обдумывал что-то своё и скорее просто реагировал на происходящее вокруг, а не присутствовал здесь на самом деле. Стоит ли говорить, что это раздражало некоторых из присутствующих?

— И при этом ты учишь их магии? — валькирия с сомнением осмотрела остальных девушек. Этим она умудрилась перетянуть на себя часть возмущения.

— Один распял себя на Иггдрасиле, и три дня провисел там на гране между жизнью и смертью, чтобы только увидеть место, в которое они вошли во плоти. Их связь с тайной крепче и обширнее, чем у иных богов, — только на этих словах Такаши вынырнул из своей задумчивости и осмотрел всех присутствующих. — Но они сами запрещают себе быть магами. Безумная вера в некую устоявшуюся картину мира. Так что в некотором роде твоё присутствие будет даже полезно. Волчица должна знать, как работать с сознанием.

Последнюю фразу Саэко не поняла, но она ей точно не понравилась. И не только ей.

— Эй, мы вам не мешаем? — Такаги не вынесла, что разговор идет без неё.

— Мешаешь, но не сильно, — парень Саэко никогда не лазил за словом в карман.

— Такаши, — теперь уже Саэко решила вступить в беседу. — Что ты задумал?

Этот вопрос удивил парня, и он с некоторым даже уважением посмотрел на Саэко. Она нашла это странным. Типа, что такого она сказала, что он так на неё смотрит?

— Смогла догадаться? — задал он встречный вопрос, который только дополнительно убедили Саэко в том, что происходит что-то странное. И видно Такаши как-то смог заметить, что она не догадалась, а лишь подозревает его в чём-то. — Или нет. В любом случае врать не буду. Я вижу помощь валькирии вам полезной и я был бы не против, задержись она у нас. Поэтому даже представляя, что именно будет «нечестным трофеем», я планирую чуть подождать с её возвращением домой.

— До чего она смогла догадаться, Такаши? — с прокурорским прищуром спросила Кирико. — Ты ведь имел в виду что-то другое, а не свою лень в отношении возвращения этой девушки домой.

— Узнаете, когда освоите магию хотя бы на начальном уровне. До тех пор обсуждать дальнейшие планы совершенно бессмысленно.

***

Мысль о том, чтобы собрать свою пати, которая будет вместо меня воевать — точно была здравой. Но, к большому моему сожалению, это вопрос не пары дней или хотя бы недель. И глядя на тот разрыв в способностях, что можно было наблюдать между Саэко и остальными, похоже, что остальных тоже нужно будет сводить в какой-нибудь иной мир. Хоть бы и просто, чтобы выиграть время.

Вряд ли я потащу их в мир виртуальной реальности, наличие новых игроков в игре, в которой нельзя ни войти, ни выйти уже более полугода, будет не только заметным, но и вызовет определенные вопросы. Да и нечего им там делать, прямо скажем. Это Саэко фанатеет по постоянным боям и противникам, которые не кончатся, сколько их не реж. Остальным же это почти ничего не даст. С другой стороны, пока не понятно, куда в принципе их можно затащить.

Для всей компании надо бы подобрать что-то более… наукоёмкое, что ли. Полноценные псайкеры, что тесно связаны с демонами всеобщего бессознательного, слишком опасная братия. Но вот что-нибудь вроде псионики или эсперов, могли бы помочь моей команде прикоснуться к мистике. Если уж они не способны воспринимать более классическую магию.

Но сначала пускай позанимаются с валькирией. Это в любом случае будет полезно. Как я и сказал небожительнице, после пребывания в Акаше, их потенциал в магии был по настоящему чудовищным. Даже после обмана со стороны Хроноса, который украл наши оригинальные тела, то место оставило свой отпечаток на душе и разуме каждого из путешественников во времени.

Пока же нужно подумать над тем, как ещё я могу усилить свою «команду». Если этот бабий батальон, вообще можно так называть. И думал я над этим весь тот вечер и даже часть следующего утра, пока по дороге в школу не встретил Саэко.

— Привет, — киваю своей девушке, чуть боднув её плечом. Взяться за руки было бы более романтично, но я уже выяснил опытным путем, что это несколько смущает Саэко.

Иронично, как по мне. Идти впритирку и иногда давать очень пошлые намеки она может. А вот пройтись, держась за руки ей уже не очень комфортно. Может считает, что мы по детски выглядем в этот момент? Надо будет в следующий раз предложить ей ухватить за мой локоть, как какая-нибудь светская львица.

— Здравствуй, Такаши, — сказала она несколько она отстраненно.

— Что случилось? — сомнений в том, что что-то все же случилось не было. Но вот гадать, что именно произошло было решительно бессмысленно.

— Ты вчера ушел от ответа, — она тоже не стала играть в загадки и ответила прямо.

— Им пока рано знать об этом, о чём я заявил прямо, — пожимаю плечами. — Но если хочешь, я могу сказать тебе.

— То есть мне это знать не рано? — от моих слов она несколько оттаяла, и теперь вместо отстраненности, решила капнуть сарказмом.

— Рано, но если хочешь, я могу сказать.

Саэко остановилась и задумалась на мгновение, словно пытаясь оценить, насколько ей действительно нужно услышать ответ на этот вопрос. Я тоже остановился, ожидая, к чему она придет в своих рассуждениях.

Сам факт того, что она задумалась, так ли важно её любопытство было занятно. Для меня это был очень важный шаг в отношениях. Как бы не было приятно целоваться, обжиматься и заниматься сексом, серьезные отношения на этом не заканчиваются. И Рей, с которой встречался старый Такаши, и Саэко, с которой встречаюсь уже я, доказали, что для девушки важнее всего, чтобы её любили.

Вот только мне глубоко плевать на всякую романтическую чепуху. Я делаю это только потому. что Саэко нравятся подобные знаки внимания. Если бы она попыталась ответить мне тем же, скажем цветы подарить или пригласить меня звездами полюбоваться, то иначе чем «пустая трата времени и денег», я бы подобные действия не назвал. Для меня важно, чтобы моя женщина меня уважала и прислушивалась к моему мнению. И Саэко…

— Да, я хочу знать, что ты задумал, — наконец решилась она.

Я не сдержался и хмыкнул. Только я успел её похвалить, пусть и мысленно, как она все же не сдержалась. Хотя будем считать, что это нормально. В конце-концов я тоже периодически туплю, когда от меня требуется какая-нибудь романтическая фигня. Даже эмпатия не спасает.

— Как скажешь, но остальным пока рано знать это, — ещё раз напоминаю ей о своих вчерашних словах, отходя чуть в сторону. Хоть мы и так стояли не посреди дороги, но все же вокруг было многовато людей.

— Хорошо, — Саэко легко согласилась, шагая за мной вслед.

— Ты ведь помнишь, я говорил, что при путешествии во времени нас просто отправило в параллельную реальность, похожую на нашу? — она молча кивнула. — И я все ещё думаю над тем, как отомстить богу обманщику и вернуться в нашу родную вселенную.

— Зачем? — теперь Саэко нахмурилась.

— Если ты повторишь свой вопрос в присутствии остальных девушек из наших, то как минимум с Кирико и Такаги вы поругаетесь.

— И ты хочешь вернуться ради них? — мои слова совсем не впечатлили её.

— Это тоже. Пускай они сами поперлись за мной, против чего я возражал, но я тоже несу определенную ответственность в их судьбе, — я кивнул, признавая этот факт. Все же, как бы меня не бесили Рика и Сая, а откровенного зла я им не желал. Что уж говорит про остальных. — Но у меня есть и личные причины вернуться туда.

— В умирающий мир, в котором постепенно рождаются твари вроде того слона?

— При моих возможностях полюс минус плевать, где жить. Но в том мире я смогу использовать свои силы если не на полную, то близко к тому. Там остались люди, за которых я чувствую некоторую ответственность. Там остался дом, который я уже привык считать своим, — перечисляю, загибая пальцы. — Но даже если откинуть в сторону все эти доводы. Я уже доказал тебе, что однажды открытая дверь останется открытой для нас навсегда. Так почему бы не открыть дверь и в наш родной мир?

— И для этого нужно победить ещё одного бога? — она решила зайти с другой стороны.

— Ага, всего-навсего. Но в этот раз вы не будете стоять в сторонке, а примите в бою самое живое участие.

Глава 41

Известие о том, что мы пойдем в рейд на бога, подействовало на Саэко как удар табуретом по голове. Поглощенная своими мыслями она совершенно выпала из реальности, до тех пор, пока мы не разошлись по разным классам. Да и после этого, как я думаю, она все ещё продолжала думать о всяких глупостях, о которых думать ей ещё рано.

Я потому и не хотел рассказывать ей о своих ближайших целях. Нет смысла думать о том, чтобы победить бога, когда ты даже простейшей магией не овладел. Пустая трата времени. Из того же принципа я пока не особо заморачиваться на тему того, в какой мир отправить «бабий батальон». Пускай для начала с Валькирией потренируются, а там видно будет, что с ними делать.

Сейчас стоило заняться более насущными делами. Пускай мы с Саэко выиграли немало времени, за счёт путешествий во времени, но мне нужны не только знания, но и материалы. Все же артефакты в моём исполнении будут в разы мощнее, чем обычные заклинания и ритуалы. Особенно если использовать нормальные материалы для артефактов. И тут большой вопрос, стоит ли поискать в этом мире или смотаться куда-нибудь ещё? Как бы я не вертел эту мысль, а выходило, что пока дёргаться куда-то просто бессмысленно.

Слепой поиск формата «пойди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что» сам по себе не имеет смысла. Прыгать куда-нибудь стоит только если знаешь, что конкретно тебе нужно. Мне же Система предлагает такое количество всевозможных вариантов, что я просто не могу выбрать что-то конкретное. Так что есть смысл остаться тут и просто постепенно мастерить всякое разное. Сначала из того, что можно достать тут и сейчас. Можно будет смотаться на какую-нибудь свалку или склад бракованной техники и набрать материалов. От стали разной степени паршивости, до редкоземельных материалов, что используются в производстве микросхем. А потом уже смотреть, что ещё мне нужно для наращивания возможностей.

В плане убийства бога стоит начинать с малого. С оружия, что сможет выдержать силу богоубийцы. А то обычный меч в руках Саэко уже сейчас чуть ли не одноразовая игрушка. Полуэнергетическое тело в принципе способно ударить так, чтобы повредить заточку лезвия. А уж если неосторожно мистическую силу пустить по клинку, но он и взорваться может.

— Комуро! — от размышлений меня отвлек голос учителя. Хаяси Кёко, та самая учительница, с которой мы когда-то бежали из школы. К сожалению или к счастью, она не вошла в число посвященных в мистику людей, а потому и не была в числе путешественников во времени. — Почему витаем в облаках?

Она напустила на себя строгий вид и специально задала очень неудобный вопрос. Любой ответ поставит меня, в её глазах, в невыгодное положение, а потому и нет никакого смысла выдумывать какой-то оригинальный ответ.

— Без какой-либо причины, — пожимаю плечами.

Подобный ответ вызвал подергивание брови у учительницы и всякие вздохи и ахи со стороны учеников. Даже Рей, которую в этой временной линии я типа бросил выглядела удивленной. И только Сая недовольно сверлила меня взглядом, но тут не было ничего необычного. Она всегда была недовольна.

— Комуро, мало того, что ты вчера прогулял все уроки, так ты ещё и сегодня ничего не слушаешь, — Кёко принялась капать мне на мозги. — Ты думаешь это сойдет тебе с рук?

— Уверен, что смогу хорошо сдать тест по линейным уравнениям и неравенствам, — бросив взгляд на доску и плюс-минус определил, о чём вообще шла речь. Ругаться с учительницей не хотелось, но и просто так она вряд ли отстанет.

— Думаешь, что это неважно? — теперь она выглядела ещё более недовольной, чем прежде.

— Отнюдь. Линейные уравнения имеют широкое применение в различных областях, включая физику, экономику, инженерию и статистику. Это одно из оснований точных наук, — я невольно перешел на лекторский тон, но вовремя одернул себя. Давненько со мной не случались подобные лекции. Я даже успел поверить, что эта дурная привычка отвалилась совсем. — И я достаточно хорошо изучил эту тему самостоятельно, чтобы не сомневаться в своём результате на промежуточных и итоговых тестах.

Теперь недовольство Кёко сменилось удивлением. Сая же прикрыла глаза в классическом фейспалме. Класс в целом так же продолжал сидеть в поражённом молчании. Можно подумать, что я сказал что-то экстравагантное. Вся эта информация должна быть напечатана в предисловие к учебнику по алгебре. С другой стороны, вряд ли хоть кто-нибудь из присутствующих, в том числе и учительница, открывал то самое предисловие и читал его.

— Я всегда ценил знания, — поясняю свою позицию для Кёко. — Но изображать интерес, когда по третьему кругу разбирают уже изученную тему мне не интересно. Хотите, могу ответить по теме урока или решить пару примеров, мне не сложно.

На этом откровенно странный разговор с учителем закончился, что не могло не радовать. Хотя я готов дать руку на отсечение, что меня опять посчитали странным и всю эту ситуацию мне ещё припомнят.

Нужно будет напроситься в гости к Сигуре. Мало того, что в её кузни я смогу без проблем создать оружие для нашей пати, так ещё и просто пообщаться с ней будет интересно. В прошлый раз я оставил ей огонь Прометея, после чего была вся эта странная ситуация с китайскими акашитами. Даже интересно, что же будет теперь.

Об этом своём желании я сообщил Саэко уже на следующей перемене, сам дойдя до её класса. И не сказать, что моя девушка обрадовалась подобному известию.

— Ты только-только избавился от одной проблемы из-за их компании, — так как мы были в школе и в окружении других людей, Саэко говорила максимально обтекаемо. — Так может не стоит лезть в дела этих сумасшедших?

Я честно задумался, но не над вопросом своей девушки, а как ей вообще ответить. Моим главным аргументом для неё была ковка меча под руку Саэко. Её личный меч, который я обещал ей ещё в мире после апокалипсиса. Вот только сейчас из её слов выходило, что я связался с плохой компанией, если приплести сюда ещё и меч, то сам бог велел бы подумать, что связался с якудза.

Прикинув ситуацию и так и этак, решаю просто проигнорировать возможные домыслы невольных слушателей. Пускай думают, что хотят. Я и так уже создал вокруг себя столько странностей и двусмысленностей, что уже не отмоюсь, даже если очень захочу.

— Мои возможности прямо сейчас ограничены и на коленке я не выкую действительно хороший меч, — говорю прямо, удивив тем самым Саэко. Надеюсь, это не выльется в очередные обвинения в моей социальной неприспособленности. — Сигуре же может не только предоставить удобную мастерскую прямо сейчас, но через неё также можно будет добыть хорошие материалы уже для моей личной мастерской.

— Ладно, я поняла, — прервала меня Саэко. — Раз ты уже всё решил, то делай как знаешь. Только будь осторожен, ладно? Не хочу, чтобы ты ещё раз попал в неприятности из-за этих.

Судя по её тону, она точно считает, что я сказал что-то не то. Но что конкретно не так, надо будет уточнить у неё позже. Пока же перемена скоро кончится, а потому что перемена заканчивается, а ещё одно препирательство с учителями мне и даром не нужно. В остальном учебный день прошел спокойно. Мне было о чём подумать, а потому я спокойно дождался окончания уроков. С Саэко мы ещё раз пересеклись на большой перемене, где она сказала, что не сможет пойти со мной сегодня.

Так уж получилось, что моя девушка уже не первый раз допоздна задерживалась где-то за пределами родного дома. Вполне очевидно, что её отец не очень-то радовался подобному развитию событий. И сегодня он поставил ей ультиматум, сразу после школы домой и точка. Обидно, прямо скажем, но спорить с Бусудзимой-старшим никто не стал. Было бы странно упрекать отца в том, что он заботится о своей дочери. Но и приятного в подобной ситуации ничего нет. Особенно для Саэко.

— Может быть ты не пойдешь туда один? — спросила она у меня во время обеда.

— Может и не пойду, — с усмешкой киваю. — Вопрос лишь в том, сколько времени мы потратим на то, чтобы подготовиться к возвращению домой.

Надо отдать Саэко должное, такая постановка вопроса заставила её задуматься. Какие бы антипатии у неё не были к мастерам из Рёдзанпаку, надо понимать, что я к ним не для чайной церемонии иду. Готова она поступиться делом просто из-за каких-то своих прихотей или нет? Это был очень хороший вопрос, над котором действительно стоило подумать.

— Если я просто попрошу тебя не общаться с Сигурэ без моего присмотра, ты сделаешь это для меня? — Спросила она после раздумий.

— Ты опять ревнуешь, — качаю головой, хотя подобное положение вещей совершенно не удивительно. В своё время я сам говорил ей, что разумный эгоизм — это совершенно нормально. Глупо не искать собственной выгоды и пользы. Правда мне бы хотелось, чтобы она так же хоть немного думала и о нашей общей пользе с ней. — Дело конкретно в твоём присмотре или чтобы мы в принципе не оставались на едине?

И снова она задумалась. Лично я виню во всех этих приступах ревности остальных участниц «бабьего батальона». Сколько они подкалывали Саэко на тему наших отношений? После того, как её так раздраконили, ничего удивительного, что она дергается по поводу и без. А в случае с Сигурэ, прямо скажем, повод есть. Все же даже на мой неискушённый взгляд мастерица холодного оружия давала крайне неоднозначные намеки. А если не прикидываться бревном и не пытаться искать второе дно, но намеки на её интерес были более чем конкретные.

По крайне мере мне бы и в голову не пришло, проводить совместную ковку голышом. За совместной работой у нас и так чуть тантрический ритуал не получился. А от подобных практик до банального секса рукой подать, особенно когда оба уже голые и разгорячённые.

— Мне не нравится, как она липнет к тебе, — наконец сказала Саэко.

— Могу понять твои опасения, — прикидываться, что я ничего не замечаю было бы глупо. — Хоть мне и немного обидно, что ты настолько мне не доверяешь.

Последняя моя фраза в итоге все решила. Меня тут же заверили, что полностью мне доверяют и вообще. Это исключительно бдительность и защита от всяких там. Под предлогом «защиты от всяких там» меня все же попросили не оставаться с Сигурэ наедине, но на личном присутствие Саэко больше не настаивала.

Надо будет все же организовать нормальную кузню у себя, вот только там одна только кузнечная печь это палета два-три огнеупорного кирпича, который ещё пойди найди. Сложенная же из обычных камней печка, что стоит у меня на даче, не даст нужных температур. Можно, конечно, её зачаровать, но для ритуала, опять же, нужны ингредиенты, которые я с куда большим удовольствием потрачу на хорошую печку из кирпича, а не на хрень, собранную из говна и палок, просто чтобы пару дополнительных бонусов от Системы получить.

По дороге домой позвонил матери, чтобы сообщить, что нас с Саэко не будет сегодня на занятиях с валькирией. Заодно напомнил, что эти занятия в принципе будут. Уже на подходе к додзё задумался, что ещё требуется сделать. Даже с абсолютной памятью упустить что-нибудь было проще простого. Столько возможностей, что глаза разбегаются в попытках решить, что нужно сделать в первую очередь. А ведь помимо возможностей есть и проблемы, которые тоже возникают на пустом месте.

Кстати, о проблемах.

— Демон! — крикнула девушка, которую Ма Тун назвал своей племянницей.

Мы пересеклись с ней около входа в додзё. Она вышла из небольшой пристройки рядом, которая носила вывеску частной клиники. Помнится Коэцудзи говорил, что он тоже имеет медицинское образование и даже практикует как врач. Так что скорее всего это его клиника. А саму девчонку так отделала валькирия. Не повезло ей.

Саму девушку и её странные высказывания я просто проигнорировал. Никогда не понимал идею потакать сумасшедшим. Она же тогда просто уверится в своём бреду. А вот если её просто игнорировать, то есть шанс, что ей станет стыдно за свой бред и поведение странной китаянки изменится.

Ведомый такой мыслью, я просто кивнул этой, как её, Рёнке, и направился к воротам храма Акашитов. И эта тактика более чем сработала. Китаянка не стала больше шуметь, но и уходить тоже не спешила. Держалась на удалении и начала бдить за мной. Ну и флаг ей в руки, что тут ещё сказать.

Как и в прошлый раз, от малейшего приложения силы в нужной точке ворота распахнулись так, как будто я решил пробить их с ноги. А ведь я специально прикладывал меньше сил. Не устаю удивляться оригинальности местных Акашитов. Даже без оглядки на традиции святых мест, меня бы бесил сам факт, что в мой дом вот так врывались каждый раз, кто бы не пришел в гости.

— Добрый день, — говорю в полный голос, но не перехожу при этом на крик. Прямо сейчас во дворе никого не было и мне не хотелось бы самому шариться по чужому дому без спросу. Вот только на моё приветствие никто не ответил.

— Могут ли демоны входить в дом без спроса? — бубнила меж тем китаянка.

— Могут, — отвечаю ей пытаясь определить, кто из мастеров есть дома. — Идея о том, что нечисти нужно разрешение, чтобы войти впервые появилась в романе швейцарского писателя Юна Айвиде Линдквиста. Так что это просто фантастическое допущение, что уже стало клише.

Сказав это, я переступил порог, направившись в главное здание. Там я чувствовал сразу несколько источников мистической энергии, в том числе и того самого философствующего мастера Джиу-джитсу. Энергетику Старейшины ощутить не получилось, хотя я бы не поставил на то, что его тут нет. С этого зубра станется так спрятаться, что я его и в упор не почую. По крайней мере не через стандартное чутьё на мистическую энергию.

***

Пока же Такаши собирался говорить с мастерами боевых искусств, Саэко ехала домой. И кто бы знал, насколько погано она себя чувствовала в этот момент. При всей её любви к отцу, которого она уже успела один раз мысленно похоронить, Саэко уже начала уставать от гиперопеки со стороны старшего родственника.

Это просто смешно, что она не может гулять с друзьями после школы. Ей семнадцать лет, а не семь! К тому же, она постоянно находится в компании взрослых. Что ещё нужно её отцу?

Эти вопросы она очень хотела бы задать своему родителю. Вот только дальше фантазий на данную тему девушка не пошла. Ругаться с родителями бесполезно, да и вряд ли хоть кто-то из её окружение оценит подобный демарш. Даже Такаши, который по-хорошему, постоянно творил все, что в голову взбредёт, свою мать уважал. Более старшая же часть их компании и вовсе будут считать её не более чем капризным ребёнком, что совершенно не устраивало Саэко.

— Я дома! — оповестила она о своём возвращении.

Это было сделано не только по привычке, но и как предложение к разговору для Бусудзимы-старшего. Вот только, как и множество раз до этого, её слова потонули в тишине. Отец был занят какими-то своими делами и не спешил встречать вернувшуюся из школы дочь. Это было особенно обидно на фоне того, что сегодня он настаивал на её возвращении.

«Даже интересно, как бы Такаши прокомментировал такую ситуацию?» — мелькнула в голове Саэко странная мысль, которую она покрутила и так, и этак, пока шла на кухню, чтобы заняться ужином.

Зная своего парня, она никак не могла придумать более или менее возможный вариант. Такаши с одинаковыми шансами мог как поддержать саму Саэко, осудив её отца, так и наоборот, оправдать его действия какой-нибудь крайне смущающей и безбашенной фразой.

— Что-нибудь в духе «мы тоже будем ограничивать наших детей», — передразнила она своего парня в полголоса, тут же зардевшись от своих собственных слов.

Они пока ещё ни разу не заводили разговор о детях, но с учетом того, насколько активную половую жизнь они привыкли вести, беременность была вполне ожидаемым итогом их отношений. И честно признаться, Саэко даже не знала как к этому относиться. С одной стороны, дети были естественной составляющей семьи, с другой она была пока ещё не готова к родам и уж тем более воспитанию своих собственных детей.

Но не успела Саэко как следует обдумать это, как её отвлёк отец, появление которого на кухне она проморгала, замечтавшись о Такаши и их возможных детях. Надо ли говорить, что это было очень нехорошо?

— О чём это ты?

— У меня были планы сегодня, которые пришлось отменить, — Саэко не стала говорить прямо, из-за кого пришлось отменить планы, но намеку дала на это очень даже толстый. Как на зло в голову ей вообще не приходило ничего, что можно было бы сказать в такой ситуации. — Вот думаю, как бы разные мои знакомые прокомментировали бы эту ситуацию.

— Про детей сказал бы этот твой Такаши? — Бусудзима Исаму нахмурился, в то время как Саэко поморщилась, понимая, что её хорошо расслышали.

— Да, он всегда был послушным сыном, так что скорее всего занял бы твою сторону в этом вопросе, — она попыталась хоть как-нибудь выгородить своего парня.

— Он хоть пальцем к тебе притронулся? — Исаму на отговорки не повелся, цепляясь за самый главный, по его мнению, вопрос.

— Мы целовались и держались за руки, — после всего того секса, что у них с Такаши был, подобные мелочи казались чем-то мелким и естественным в романтических отношениях.

— Я убью его! — вот только её отец придерживался совершенно другого мнения.

Глава 42

Чутьё меня не обмануло и Акисамэ Коэцудзи действительно был в главном зале додзё, где читал какую-то книжку, пока Кеничи тренировался с Ма Кенсеем.

Моё появление привлекло внимание. Кеничи даже собирался отвесить приветственный поклон, как это было принято в Японии, но Кенсей остановил его от подобного шага.

— Не прерывай занятия, ученик. Пока ты на тренировке все гости приходят к мастерам, а не к тебе.

Я чуть усмехнулся подобной фразе, очень уж она напомнила классическое «звонок для учителя». Но в целом с мастером китайских боевых искусств сложно спорить, любое дело требует сосредоточение, и первое чему стоит учиться, это не отвлекаться во время занятий по поводу и без.

С такими мыслями я сам молча выполнил приветственный поклон, просто чтобы проявить вежливость и при этом не отвлекать мастера и ученика от тренировок. Будь вместо Кенсея кто-нибудь другой, можно было бы и просто рукой махнуть, но помня недавний конфликт между мной и китайскими Акашитами, стоит показать, что я пришел сюда не для разборок.

Сделав эту декларацию о намерениях, дальше мне оставалось только спокойно дойти до мастера джиу-джицу, что отложил в сторону книгу, которую только что читал.

— Добрый день, мастер Акисаме, — с ним у нас конфликтов не было, а потому я просто поднял руку в приветствии. Никогда не понимал азиатской привычки гнуть спину по поводу и без.

— Привет, Такаши-кун. Это древнегерманское приветствие, — оценил он мою вытянутую вверх ладонь на согнутой в локте руке. — Так называемый «салют копьём».

— Германские племена никогда не приветствовали так друг друга, — поправляю его на автомате. — Подобное движение рукой у них означало отдать свой голос во время выбора вождя или при ином голосовании. Сегодня подобная традиция сохранилась и по всему миру люди голосуют таким образом, либо же заявляют о своём желании высказать, например дать ответ на уроке. Ну а я вас просто приветствую, без подтекста.

— Понятно, — философствующий мастер боевых искусств погладил свои усы кончиками пальцев. Уже не первый раз замечаю за ним подобный жесть, забавная привычка. — Я запомню.

— Демон, — пробурчала мелкая китаянка, стараясь держаться так, чтобы между мной и ею был её отец. Но её проигнорировали вообще все.

— Я могу поговорить с Сигурэ? Мне хотелось бы одолжить её кузню, — выгибаю бровь, прекрасно при этом чувствуя, как сила самой мастерицы холодного оружия приходит в движение, выдавая её интерес и направленное на меня внимание. Она меня слышит, но пока не спешит показываться на глаза, при этом фонтанируя своей внутренней силой. Кокетничает?

— Она на кухне, помогает Миу с приготовлением ужина, — Акисаме наверняка тоже чувствовал, как Сигурэ разве что хвостом энергетическим не вертела в предвкушении, а потому никак препятствовать мне не стал. Даже указал, в какую сторону топать.

Я ломаться не стал и потопал. «помогает с приготовлением ужина» — это Акисаме явно приукрасил действительность. Сигурэ просто сидела на пятках посреди кухни, смотря как внучка старейшины жарит на небольшой сковороде большие куски куриной грудки в темпуре. Но сидящая Сигурэ это ещё полбеды.

Куда интереснее было то, во что обе девушки было одеты. Взять, к примеру, внучку старейшины. Сверху была самая обычная кофточка, а вот ниже, что-то вроде велосипедных шорт, что очень плотно обтягивали ягодицы. Ну и голые стройные ножки. Мастерица холодного оружия не сильно отставала, в своём кимоно до середины бедра и чулках.

— Прям мечта фетишиста, — я не удержался и в первую очередь сказал то, что думаю.

— Что? — Миу не поняла смысл моих слов.

— Просто удивляюсь вашему внешнему виду, — пожимаю плечами. Ни за что бы не поверил, что она реально не понимает, о чём я, но интуиция говорит прямо, что девушка действительно удивлена. — Пытаетесь соблазнить Кеничи?

— Что? — повторила она, но быстро перестала изображать дурочку, когда я тяжело и демонстративно вздохнул. — В смысле нет, мы никого не соблазняем.

— Знаешь, даже если закрыть глаза на общую эротичность ваших народов, то и ты, и Сиругэ и даже та Китаянка ходите по дому с обнаженными ногами. В отсутствии возможности как-то явно демонстрировать свою обнаженную сексуальность именно красота ног является мерилом общей красоты фигуры. И ведь это прекрасно работает, как писал один поэт девятнадцатого века:

Я помню море пред грозою:

Как я завидовал волнам,

Бегущим бурной чередою

С любовью лечь к ее ногам!

Как я желал тогда с волнами

Коснуться милых ног устами!

Нет, никогда средь пылких дней

Кипящей младости моей

Я не желал с таким мученьем

Лобзать уста младых Армид,

Иль розы пламенных ланит,

Иль перси, полные томленьем;

Нет, никогда порыв страстей

Так не терзал души моей!

(А.С. Пушкин — Евгений Онегин)

Стихи Пушкина заставили Миу покрыться густым румянцем. В то же время из главного зала можно было услышать как Кеничи то ли пытается умереть от смущения, то все же оправдаться, что уж у него-то нет фут-фетиша. В тоже время можно было явно услышать, как Ма Кенсей с умилением вздыхает.

— Я всегда знал, что Такаши-кун, человек высокой культуры.

— Папа! — тут же возмутила китаянка.

— Я… это… ничего такого, — красная как рак Миу попыталась оправдаться, но быстро сдулась и просто кинулась из кухни бегом, судя по всему переодеваться.

При всё при этом очередной кусок курицы, который она положила на сковороду весело шкворчал в масле. Мы с Сигэру сначала переглянулись между собой, а после посмотрели на готовящуюся еду.

— Умеешь готовить? — с некоторым, едва различимым, укором спросила у меня сидящая на полу девушка.

— Ну раз уж я отвлек вашего повара от дел, то будет справедливо, если я на время её подменю, — все же в мои планы не входило оставлять акашитов без ужина. Правда и смущать до такой степени внучку старейшины я тоже не планировал.

Некоторое время между нами хранилось молчание, я жарил курицу, Сигурэ сидела на полу позади меня и сверлила мою спину взглядом. Так продолжалось ровно до того момента, как текущая порция была поджарена и я начал искать тарелку или любую другую тару, куда её можно было бы отложить со сковороды.

— Сюда, — Сигурэ держала тарелку перед лицом.

С учётом того, что она все ещё сидела на полу в традиционной японской позе, подогнув под себя ноги, выглядело это… интересно в общем выглядело. И я ни за что не поверю, что эта чертовка не понимает, как она себя сейчас подаёт. Положение спины, взгляд, разворот плеч, точь-в-точь суккуба, изображающая невинную монашку.

Пришедшая в голову информация о суккубах заставила меня дернуть бровь. А уж от пласта информации о их способах соблазнения смертных, способах испития жизненной силы и специфической сексуальной магии, в штанах начало становиться тесно. Только отсечение эмоций спасло меня от конфуза, когда я повернулся к Сигурэ со сковородой в руках. Без этого с её ракурса как раз можно было бы разглядеть насколько я возбужден.

С каменным лицом я взял кусок курицы палочками и уже собирался положить его на тарелку, как меня снова прервала Сигурэ.

— Просто кинь, я разрежу.

Это уже было откровенное заигрывание. Дикое, странное, хотя второе только с человеческой точки зрения, но именно что заигрывание. С человеком, с которым ты всего пару раз говорила и все, так себя не ведут. А потому назревает очевидный вопрос: почему же она так себя со мной ведёт?

Сигурэ же тем временем несколькими точными движениями нарезала кинутый кусок, так что он упал на тарелку небольшими кусочками, которые было бы удобно брать палочками.

Красуется. Причем даже не своими навыками нарезки мяса, с её возможностями она так и грузовой автомобиль нарежет, сколько своей полезностью. Такое чувство, что она в диком лесу росла, но по сути мне сейчас демонстрировали, что она и в быту полезна, а значит можно брать эту женщину в дом. Чисто дикарский подход к построению отношений, максимально практично и без лишних рассусоливаний. Показывают товар лицом, так сказать.

И при всей моей симпатии к Сигурэ, как с специалисту, надо бы расставить все точки над i.

— Ты ведь помнишь, что у меня уже есть девушка? — она кивнула. — И немного странно влазить в наши отношения со стороны.

— Если во время рыбалки окажется, что на эту реку приходит медведица, будет странно отдавать ей всю рыбу, не попробовав отбить свою добычу, — отозвалась она, спокойным тоном. И склонила голову в сторону. — И я не встаю между вами, просто стою в стороне.

Ага, стоит и манит пальчиком. Но некая логика есть, пускай Саэко с ней не согласиться. Ну и моя девушка оказалась права, оставаться с Сигурэ наедине точно не стоит. Просто чтобы не превращать наши отношения с Саэко в идиотскую подростковую драму с подозрениями в измене и вполне реальными изменами.

Уж с самим собой можно быть честным. Когда тебе настолько откровенно намекают на возможность несколько углубить отношения, удержаться сложно. Ведь Саэко я уже хорошо знаю, в том числе и со стороны закидонов, которые мне не очень-то нравится, а про Сигурэ мне известно пока только то, что она пытается ко мне подкатить и у нас с ней общие интересы в виде шикарной кузницы.

Банальный самообман и игра на собственных чувствах. Но обман столь сладкий, что даже люди уже не раз обжегшись и заканчивающие отношения разводом, увлекают сами себя в ловушку очередного обмана.

А меня опять поймала Система с её самыми неожиданными знаниями. Мало мне было демонов похоти, теперь ещё и всякая около психологическая муть в голову лезет.

— Я очень надеюсь, что ваши игры в итоге не скатятся в банальную потасовку или, ещё хуже, кровопролитие, — все ещё с приглушенными эмоциями замечаю, отчего банальная просьба не усугублять прозвучала скорее как угроза.

— Мы не будем доводить до такого, — легко согласилась Сигурэ, все же встав с пола, чтобы поставить тарелку на стол и взять оттуда новую. Заодно укладывая на сковороду новую порцию курицы. Что-то внучка старейшины долго возится с переодеванием, если она убежала именно за этим.

— Как ты освоилась с огнем Прометея? — решаю перевести тему разговора.

— Интересно. Не с чем сравнить. Я пробую разное, — отвечала он рубленными фразами, с заметными паузами между ними.

— Я хотел воспользоваться твоей кузней. Мы можем поработать вместе, и показать, что у нас получается с этой силой.

— И что будем ковать? — тон Сигурэ почти не изменился, зато внешние движения КИ почти полностью прекратилось. Она перестала нарочито демонстрировать свою заинтересованность и взяла свою силу под полный контроль, что и ожидалось от мастера акашита.

— Мы с тобой начали оружие под руку ученика и я не против его завершить, — пожимая плечами. — Хотя мне самому нужно оружие для себя и некоторых моих товарищей. Оружие, способное убить бога.

Осталось только решить, кто будет третьим в кузнице, чтобы быть последовательным и не оставаться с искусительницей наедине.

***

Пока же Такаши занимался своими делами, а мастера Редзанпаку тренировали своего ученика, множество других мастеров боевых искусств по всему миру решили связаться между собой по видеосвязи, чтобы обсудить недавнии события в Японии.

Это были мастера проповедующие Сацудзин Кэн «Убивающий кулак» — антипод Кацудзин Кэн «Кулака жизни» Рёдзампаку. Они организовали свой собственный орден, который назвали «Тьма», и ставили перед собой целью уничтожение слабых и культивирования сильнейших мастеров и школ боевых искусств. И их очень заинтересовали новости, принесенные одни из высших мастеров организации, «Божественный Кулак» Ма Согэцу, герой Ордена Феникса смог принести очень интересные сведения.

Комуро Такаши, неизвестный и, на вид, молодой парень, что представился мастерам Рёдзампаку, как путешественник во времени. Это звучало как полный бред, но позже произошло что-то, что как минимум заставляло присмотреться к этому человеку.

— Я сам был в Токио в тот момент и мог чувствовать его силу, а позже поговорил с мастерами, что ему противостояли, — заметил Ма Согэцу. — Надо сразу начать с того, что его сила хоть и похожа на КИ, но он скорее имитирует духовную силу, чем реально использует её.

— Какой-нибудь экстрасенс, религиозный фанатик, использующий силу богов, или полукровка с человекоподобный тварью? — тут же предположил неугомонный «Смеющийся Кулак» Диего Карлос.

Несмотря на свою любовь к показухе и шумным выступлениям, репутация у Диего была крайне хорошая. Начав как обычный рестлер, он развил свои навыки сражаться до уровня сильнейших мастеров БИ мира, что признавали все наследники старых школ и именитых мастеров. Поэтому и Ма Согэцу не разозлился, что его перебили, а ответил на вопрос.

— Если верить тем, с кем я говорил, то все и сразу. Сначала он назвал себя магом. Потом его назвали убийцей богов. Переговорщикам из Ордена Феникса он представился как Прометей, а потом призвал самую настоящую огненную птицу, которая ластилась к нему как собачонка, и назвал её тем самым Фениксом.

— Вряд ли он действительно Прометей, — Диего картинно приложил указательный палец к подбородку. — По легенде тот парень плохо кончил. Но как сценический псевдоним неплохо, есть в этом некоторый драматизм.

— Легенды часто лгут нам, — мрачно заметил «Странствующий Бог» Хонго Акира, дернув щекой, на которой был шрам от рваной раны.

Тогда они, трое друзей увлекающихся карате и мечтающих стать мастерами БИ очень хорошо усвоили, что легенды лгут. Например вампиры нихрена не боятся крестов или солнца. После чего их стало двое, и похоронив своего друга, Акира и Сакаки навсегда разошлись в разные стороны.

— Нас всех очень мало интересуют легенды, — холодным тоном отозвалась «Очаровывающий Кулак» Кусинада Микомо. Она и сама была своеобразной «легендой», как в отношении своего боевого искусства, так и в плане своего возраста. Молодая на вид женщина, которой на самом деле уже больше века.

Некоторые мастера, что присутствовали при этом разговоре, даже иронично подумали про себя, уж не сыном ли этой «ведьмы» является вдруг появившийся «маг»? Мысли эти были исключительно ироничными, но все же они мелькали у многих, кто знал об «Очаровывающем Кулаке» хоть что-нибудь.

— В тот момент я был за городом и ощутил лишь самые малые отголоски происходящего, — Огато Иссинсай, один из новичков в Тьме, бывший ученик Рёдзанпаку, что изменил философии Кацудзин Кэн и начал оттачивать искусство убивать противников. — Но у меня есть и свои интересы в городе, так что я думаю попробовать выйти на контакт с этим Такаши.

— Пойдешь к нему один? — Ма Согэцу задумчиво встряхнул бутылку с Байцзю, китайским напитком наиболее близким к русской водке. — Или нужна будет помощь?

Китаец не имел никакого желания сейчас соваться к непонятному парню. После обнаружения «наследия феникса», после обнаружения то ли убийцы богов, то ли живого бога и, конечно же, после прямого конфликта с этим богом, в Ордене Феникса начались серьезные брожения. И все это сверху осложнялось вмешательством Кенсея в конфликт с Такаши.

Хоть текущий глава и спас ситуацию, разрешив её более или менее мирно. Пускай он продолжает контактировать с Рёдзанпаку и самим проблемным парнем, его капитуляция и клятва покрыла его… ну пусть будет позором, хотя термин не совсем уместен. Никто не принижает заслуг Кенсея и все всё понимают, но быть главой Ордена Феникса он больше не может.

Поэтому Согэцу сейчас намного интереснее было вернуться в Китай. У него были все шансы если не самому встать во главе ордена, то хотя бы попытаться подвинуть некоторых сторонников Кацудзин Кэна среди высших мастеров. Непонятного мага же пока возьмет на себя Кенсей со стороны Ордена Феникса, а Огато Иссинсай со стороны Тьмы.

— Спасибо, но я достаточно самостоятельный мальчик, — с иронией улыбнулся Огато, даже не заметив как проглотил наживку Согэцу.

Китаец скрыл улыбку, приложившись к фляге алкоголем. Пускай самонадеянный щегол побегает, а то и подерётся, в то время как Согэцу займется своими делами и придет на все готовенькое.

Глава 43

Пока я думал, кого бы можно было пригласить в кузницу третьим номером, просто чтобы не оставаться с симпатичной девушкой наедине и не искушать себя сверх меры, Сигурэ решила не сидеть без дела. Она поднялась на ноги, попутно отложив пустую тарелку прямо на пол, и подошла ко мне. Дальше был самый настоящий цирк, по другому это не назовешь.

Сначала мастерица холодного оружия пыталась заглядывать мне в лицо. Потом просто повертелась вокруг. Забралась на потолок и свесилась рядом, благо что не над самой плитой, так что можно было не волноваться о попадании пыли или волос в еду. Видя же, что я никак не комментирую её выкрутасы Сигурэ решила пойти дальше и потыкала меня пальцем в щеку.

— Если тебе что-то нужно, то об этом можно просто попросить, — мне не совсем были понятны эти странные шевеления. Наверное это какая-то игра или даже заигрывание, учитывая наш разговор только что. Вот только смысл этого заигрывания от меня ускользал.

— Оружие для убийства бога, — повторила она мою фразу. — Хочу на это посмотреть.

— Сначала нужно дождаться Миу, чтобы она вновь взяла на себя приготовления ужина, — отмечаю очевидный факт. — Да и само оружие нужно сначала выковать. Я думаю над катаной под руку Саэко.

— А ты? — Саэко и её оружие Сигурэ не очень интересовали.

— Я могу пользоваться чем угодно, но стоит подумать над арсеналом всей сборной группы, а потом уже и себе что-то выбрать, — пожимаю плечами.

По идее совершенно всё равно, кто и чем пользуется, так как реальная жизнь отличается от компьютерных игр с балансом классов и вооружения. В реальности куда большее значение играет умение пользоваться оружием, а не то, какое оружие у тебя в руках. Вот только мне, как магу, в принципе всё равно чем пользоваться. Я куда вероятнее будут шмалять в противника издалека чем-нибудь магическим, а не лезть в ближний бой. И так надоело уже травмировать руки в каждом серьезном бою.

Но и совсем пренебрегать оружием ближнего боя было бы глупо.

— Похожи, — важно заметила Сигурэ, скорее всего намекая, что она как и я может пользоваться чем угодно.

По моему наша похожесть — это что-то совершенное естественное. Оружейник просто обязан знать хотя бы базовые принципы работы с оружием, которое он делает. Просто для того, чтобы делать надежное и удобное в использовании оружие, а не красивую поделку по мотивам.

— Касательно же свойств оружия, то думаю ты и так знаешь, что настоящий мастер меча и травинкой, зажатой меж пальцев, сможет рассечь стальную пластину, — просто чтобы не фокусироваться на нашей похожести, решаю описать, что мне нужно. — Это можно делать десятками способов, но самый ликвидный, как по мне, заключается в правильно укреплении и усилении оружия, которым владеешь. Соответственно, чтобы при усилении получать как можно больше отдачи, нужно, чтобы и базовые характеристики были на высоте.

Сигурэ на это сначала задумалась, а потом выбежала из кухни. Мне кажется или тут что-то не так? Уже вторая девушка убегает отсюда, в то время как я, как дурак какой-то, стою тут и жарю курицу на ужин совершенно левым для меня людям. Выглядит как начало какого-нибудь анекдота.

Ради интереса я даже начал отслеживать перемещение Сигурэ по храму Акашитов. Благо она полыхала внутренней силой так, что отследить её путь по додзё можно было легко и не отвлекаясь от готовки. Но сама ситуация была настолько странной, что я был готов просто через системы быстро все приготовить и пойти уже выяснять, что тут творится.

Сигурэ же быстро дошла до помещений, где у неё была оборудована кузница, дошла до дальней стены, где, как я помнил, была стойка с десятком разных катан. Дойдя до ней она тут же двинулась обратно, так что можно более или менее уверенно предположить, что мастерица холодного оружия взяла что-то со стойки. И если я хоть что-то смыслю в людской психологии и в поведении конкретно Сигурэ, то передо мной сейчас будут хвастаться.

И действительно, не прошло и пары минут, как она снова высунулась из ниши в потолке и разве что в лицо не ткнула мне катаной. К счастью, клинок покоился в ножнах и все это сверху ещё дополнительно все это было обмотано каким-то то ли бинтами, то ли просто белой тряпкой.

— Вот, — очень информативно выдала Сигурэ. — Хочу знать, достаточно это для убийства бога или нет?

И вот вроде тихо она это сказала, а я буквально печенкой почувствовал, как напряглись остальные мастера в храме Акашитов. Даже старейшину удалось засечь, тот был за додзё. Может в саду работал или просто медитировал на природе. И может я чего-то не понимаю, но вряд ли он это от чувств так внутренней силой полыхнул. Старейшина не может быть эмоциональным мальчишкой просто по определению, а значит он специально обозначил свой интерес.

Вопрос только один: а нахрена он это сделал? Я просто отказываюсь понимать логику этого человека. Да и остальные Акашиты для меня те ещё оригиналы.

— Бог богу рознь, — несмотря на собственные слова, я с интересом взялся за протянутую мне катану. Очередная порция еды жарилась на сковороде, и раз уж я смог ощутить всех обитателей храма, то стоит напомнить одной девочке о брошенном ею деле. — Позовешь Миу обратно за плиту, пока я буду осматривать оружие?

— Я сама умею, — уверенно заявила Сигурэ, и тут же перевела взгляд на сковороду, изображая полное погружение в процесс готовки.

В ответ на это мне оставалось только пожать плечами. Умеет так умеет, верить в это я, конечно не буду, но и спорить не собираюсь. В конце концов я не обязан заботится о сохранении ужина Акашитов больше, чем сами Акашиты. Так что с чистой совестью отдаём остатки курицы на растерзание Сигурэ и принимаемся за осмотр клинка.

Я не соврал, когда говорил, что боги не равны друг другу. Какой-нибудь Ло-чжэнь-жэнь, покровитель нищих и цирюльников Китайском народном фольклоре и какой-нибудь Индра из индийской религии или тот же Один — это персонажи совершенно разного уровня сил. Так что и к оружию, с которым ты на них пойдешь можно было предъявлять разные требования.

Но катана, переданная мне Сигурэ была действительно хороша. Тут ни дать, ни взять. Настоящее произведение искусства. И сразу можно было заметить несколько характерных особенностей.

— Этот клинок ковала не ты, — даже не спрашивал, а сразу утверждал я.

Остаточная сила кузнеца, а также отголосок души мастера, вложенный в это творение говорили сами за себя. Это точно не была Сигурэ, кто-то значительно старше её, проливший значительно больше крови и уже погибший, раз остаточный след силы пробудил воспоминание и сформировал что-то вроде небольшой частички призрака.

Хотя нельзя сбрасывать со счетов, что кузнец, выковавший этот меч, мог специально пробудить отголоски памяти в своей духовной силе. Ну или подобно мастерам Сирии просто закалил клинок, вонзив его в тело жертвенного раба. Оставалось только надеяться, что сделал он это не по методу Сирийцев, что любили закалять мечи буквально пронзая ягодицы рабов.

«Черезжопная закалка»: даже звучит отвратительно.

— Мой отец, — отозвалась мастерица холодного оружия, что развлекалась разрезанием куска курицы при помощи деревянной лопатки. Похоже кому-то вместо цельного стейка достанется просто жаренный фарш. Сама же девушка чуть подумав добавила: — родной отец.

— Интересный был человек, — не знаю, что тут ещё можно было сказать.

Чтобы не быть голословным в оценке оружия, пускаю по клинку энергию Дао, для начала самым примитивным и грубым способом. Катана была выкована настоящим мастером, поэтому с честью выдержала солидный объём силы при грубой напитке.

— Занятный фокус, который позволяет превратить простой поиск внутренних трещин и скрытых недостатков в настоящее шоу, — объясняю девушке, что с интересом оглянулась на мои манипуляции. — Можно легко почувствовать дрожание клинка в случае, если сила начинает давить на скрытые дефекты. И если продолжить напитку, то клинок просто растрескается в руке и осыпается осколками. Тут же клинок не начал дрожать даже когда я специально надавил. Чувствуется не только рука мастера, но и долгая и кропотливая работа.

В этот раз Сигурэ ничего говорить не стала, а просто кивнула. Ни внешне, ни на уровне духовной энергии она никак не выказала своей радости от похвалы работе отца, но благодаря эмпатии я все же смог уловить настроение собеседницы. Ей было очень приятно. Думаю она бы не радовалась так даже если бы я похвалил её собственную работу.

Интересная ситуация складывается, но лезть в это дело я, пожалуй, не буду. Тут своих проблем выше крыши. Нужно как минимум с одного великого бога, персонификации времени, должок стрясти и прибить поганца в процессе. Сверх того ещё и взваливать на себя чужие проблемы и переживания точно не стоит.

С этими мыслями я решил проверить меч не методом научного тыка, а через систему, так сказать на предмет тех плюшек и особенностей которые можно отхватить просто по факту владения подобным клинком.

Путь в загробный мир

Многообещающее название для клинка, ничего не скажешь.

Меч выкован умирающим мастером оружейником из древнего рода кузнецов провинции Бидзен. В разные времена Бидзэн славились своими ремесленниками в том числе и кузнецами оружейными, ковавшими одни из лучших мечей в Японии.

Этот меч является последним творением своего мастера, и в него было вложены все чувства, всё недовольство и прощание кузница с жизнью и миром. Это отразилось на свойствах клинка, любая материя буквально стареет и дряхлеет, в том месте, где вы пытаетесь рассечь её.

Дальше шло приличный такой список усилений за историю рода, за использование традиционных методов ковки. За насыщение заготовки духовной энергией и многое, многое другое. В общем очень солидная вещичка.

Там одно только искажение времени в месте удара, за счет чего любые защитные характеристики будут падать, чего стоит. А ведь сверх того очень много самых разных бонусов. Такую работу просто грех не похвалить.

— Настоящее произведение искусства. Даже умея ковать на таком уровне, повторить этот шедевр будет очень и очень не просто, — заявляю с чистой совестью.

Если дополнительные эффекты повторить в хорошей кузнице я, скорее всего, смогу, то вот основной эффект с искажением времени заставит попотеть. Повторять его в формате «прощания с жизнью» я в принципе не очень-то горю желанием, а добиться этого другими способами будет весьма проблематично, если не обращаться к богам. Да и боги тут, как уже выяснилось так себе помощники, тот же Хронос обманул, хотя плату взял даже больше, чем обычно положено за подобный ритуал.

— Хочешь взять его себе? — поинтересовалась Сигурэ, вновь начав шинковать жарящееся мясо. В принципе если добавить туда соус, то получится очень даже неплохо, но так, куриный фаршик вперемешку с панировочными сухарями выйдет суховат.

— Довольно грубая проверка, — качаю головой, протягивая девушке меч и все же отбираю у неё лопатку.

Зная Акашитов они отдадут кулинарные эксперименты Сигурэ своему ученику, а мне было чисто по человечески жаль Кеничи. Тут одной-то порцией как бы не подавился, а уж две точно поперёк горла встанут. Благо сама девушка сопротивляться не стала, и спокойно поменяла эпичный, не побоюсь этого слова, артефакт на обычную лопатку для еды.

— Почему грубая? — Сигурэ склонила голову набок. Отрицать, что это была именно проверка она не стала.

— Для мастера в принципе странно пользоваться чужим изделием. Насколько бы хорошим ни был этот клинок, но ведь ты и сама его не используешь, не так ли? — я усмехнулся.

— Могу сделать для себя хорошее, не нужно лучшее, — она несколько раз кивнул головой.

— Давай ты все же вернешь сюда внучку старейшины, и мы пойдем в кузницу, — предлагаю ей ещё раз, но тут же решаю сделать небольшое уточнение. — Только возьмём с собой дочку Кенсея.

— Зачем?

— Во-первых, я не хочу оставаться с тобой наедине, чтобы не давать Саэко повода для ревности. А во-вторых, мне просто странно видеть, как поклонник проклятого зверя не может пользоваться огнем своего божества.

— Проклятого? — это было все, что интересовало Сигурэ.

— Далеко не во всех религиях постоянная реинкарнация считается чем-то хорошим.

***

Ульва, валькирия призванная убийцей Одина, чувствовала что-то очень знакомое, но совершенно невозможное в этой далекой восточной стране. Она чувствовала, как кто-то произносил имена богов.

Суеверие, что не стоит поминать имена небожителей и демонов попусту и в повседневной жизни возникло не просто так. Все они очень чувствительны к подобным вещам. Не обязательно даже, чтобы кто-то называл её собственное имя, хотя в этом случае она особенно остро ощутила бы говорившего. Но кто-то в городе поминал скандинавских богов, и это Ульва тоже могла ощутить.

Неужели в этом мире сохранились капища или отдельные служители? Валькирия с волчьим именем не особо верила в подобный исход, но считала важным для себя проверить это. Благо что Убийца не видел в ней особой опасности и ограничился только несколькими базовыми ограничениями, вроде не вредить его людям и слушаться некоторых из них, прежде всего его мать и его жену.

В этом и крылась лазейка, которой Ульва собиралась воспользоваться. Она просто дождалась, когда мать убийцы придёт домой, а его самого не будет.

— Мне нужно покинуть дом, — обратилась она к матери убийцы, стоило той только зайти за порог, постаравшись при этом звучать как можно более спокойно и, быть может, даже дружелюбно.

К этой женщине у Ульфы не было особых претензий. Она была ещё достаточно крепкой, чтобы рожать, а уж тот факт, что она передаёт знания другим и прежде всего детям вообще сделал бы её крайне уважаемой в среде скандинавов. Опять же забота Убийцы о собственной матери тоже была чем-то нормальным. Сыновья всегда были единственной опорой вдовы.

Исходя из этих вводных, а так же того, что Убийца пообещал сделать ей Кровавого Орла, если она хоть чем-нибудь навредит его людям, и побудили валькирию быть вежливой и осторожной в общении с матерью Убийцы. Угроза вырезать ребра и вынуть легкие из ещё живого и дышащего тела вообще как-то заставляет задуматься об осторожности, даже отбитых на всю голову волкокровных.

Один, кстати, примерно такими же методами удерживает свою гвардию в подчинении.

— А? — Хана сначала не поняла, чего от неё хотят. — Тебе нужно куда-то в конкретное место?

Это был хороший вопрос, так как Валькирия вообще не представляла где именно находились люди называвшие имена северных богов. С другой стороны не совсем понятно, отпустят ли её просто так. Всё же она трофей убийцы и полноценным членом его общины не стала и не факт что станет. С другой стороны можно попробовать сыграть на том, что она хочет как раз таки стать частью из дома, а значит нуждается в знакомстве с этим миром и землёй.

— Я не знаю этого мира, но уже сталкивалась с могучими воинами, — максимально честно ответила Ульва. Любую ложь всегда лучше начинать с хотя бы маленькой, но правды. Так значительно легче поверить в любую выдумку, что последует после. — Хочу пройтись вокруг и осмотреться. Есть ли другая опасность.

— О-о… — мать Убийцы не была легкомысленной и не махнула просьбу валькирии рукой. — Наверное это даже хорошо, но стоит ли тебе ходить одной? Всё же ты сама говоришь, что ничего не знаешь…

— Я не беспомощна, — Ульва продолжала юлить, в попытке уйти одной, без сопровождения. Особенно с учётом того, что вряд ли Хана сама пойдет с ней и скорее отправит с валькирией сына. — Меня призвали прежде всего для сбора информации и поиска. Так что я вполне смогу обойтись и своими силами.

Если бы Такаши её в этот момент слышал, то точно бы не сдержался от фырканья. Валькирия не соврала, план по её призыву был именно в этом, но справилась она из рук вон плохо и толком в итоге ничего и не узнала, лишь наломала дров. Вот только мать свою в подобные тонкости парень не посвящал, высказался только в духе, что пользы с призванной небожительницы около нуля, и пообещал найти способ отправить её обратно при первой же возможности.

— Ты уверена, что никаких проблем не будет? — Хана с сомнением посмотрела на дочь Одина.

Выглядела Валькирия как очень красивая иностранка, благо хоть одета была более или менее нормально по современной моде. Штаны, типа кожаных и короткая туника. Был ещё широкий кожаный ремень поверх туники, но его можно было снять и в целом очень даже современный вид.

— Могу поклясться в этом, — Ульва уверенно кивнула.

Во-первых, «могу поклясться» это ещё не клятва. Во-вторых, даже если клясться действительно придётся, то можно подумать, для викингов и волкокровных это будет первый раз, когда нарушается клятва. Валькирия же была дочерью бога-викинга, ещё и с волчьим именем. Она будет держать своё слово только тогда, когда это принесет ей выгоду или поспособствует выживанию. А какой-то там честью и прочей херней пускай маются те, кому заняться нечем, вроде изнеженных южан.

— Ладно, только пожалуйста, постарайся не уходить далеко от дома и вернись до ужина, — Хана решила все же не спорить и отпустить валькирию погулять.

— Конечно, — Ульва тут же отправилась на выход, пока мать Убийцы не передумала.

Молодежь из группировки Рагнарёк и не подозревали, в какую историю они вляпались, взяв себе имена скандинавских богов.

Глава 44

Большой современный город несколько напрягал Валькирию, а потому она даже обрадовалась, когда чутьё повело её в тесные улочки между зданий. Здесь, вдалеке от кучи зевак, она чувствовала себя намного увереннее. Не в последнюю очередь потому, что здесь уже можно было спокойно набить морду любому, кто к ней полезет.

Публично же защищать свою честь Убийца ей запретил. Типа местный закон обещает подобную защиту со стороны правителя. Дурость страшная, но возражать было бессмысленно. Хорошо ещё, что не публично ей запретили только убийства, а вот просто врезать она могла с чистой совестью.

Чем она, по сути своей и собиралась заниматься.

Чем дальше, тем больше она думала, что нормального диалога с поклонниками скандинавских богов не получиться. Не похожи эти подворотни на нормальные места поклонения. Да и в целом что за поклонники могут быть в этом времени и этой стране? Само по себе местечко скорее напоминало хорошее место для сборища крыс или засады разбойников.

Валькирия шла, прислушиваясь к каждому шороху, каждому звуку, доносящемуся из-за углов. Её рука непроизвольно тянулась к рукояти ножа, спрятанного под лёгкой курткой. Меч можно было взять только с разрешения Убийцы, но про нож он даже говорить ничего стал. Так что это было единственное оружие, которое она могла носить с собой.

Мысли о поклонниках скандинавских богов всё ещё крутились в её голове. Она представляла, как они выглядят: наверное, такие же странные, как и всё в этом времени. Может, они носят кожаные куртки с символами Мьельнира, или татуировки с рунами, или ещё что-то столь же нелепое.

Валькирия скептически хмыкнула. Если они действительно думают, что поклоняются её богам, то они явно ничего не понимают. Боги не нуждаются в таких жалких подражаниях. Одна опрокинутая во имя богов чаша будет большим уважением, чем вся эта гнилая символика, сделанная больше для хвастовства, чем с пониманием смысла.

Внезапно её шаги замедлились. Впереди, в узком проходе между двумя домами, она заметила слабый свет. Это был не электрический фонарь, а что-то другое — тусклое, мерцающее, как будто кто-то освещал пространство открытым огнем, костром или жаровней. Зачем был нужен этот анахронизм, в условиях более качественного и дешевого освещения, было решительно непонятно. И это лишний раз намекало на глупость всех этих поклонников.

Но то, что Ульва увидела, когда подошла поближе, было совсем уж странным. Кучка подростков стояла вокруг импровизированного бойцовского круга, где один особенно рослый и массивный парень откровенно месил, по другому и не скажешь, куда более мелкого и субтильного паренька.

Валькирия остановилась, скрестив руки на груди, и наблюдала за происходящим. Её брови поползли вверх от удивления. Это было не то, чего она ожидала. Никаких ритуалов, никаких символов, никакого поклонения богам. Просто драка. Грубая, примитивная, но, судя по всему, по каким-то своим правилам. По крайней мере рослый парень демонстративно следовал каким-то правилам и всегда придерживался одной и той же «боевой» стойки.

— Ну давай, малыш, покажи, на что ты способен! — кричал рослый парень, явно издеваясь. — Или ты уже сдаёшься?

— Сдаюсь, Тор-сан, — признал его оппонент, и в этот момент Ульва даже подумала, что ей послышалось.

— Что?! — спросила она громко, чем привлекла к себе всеобщее внимание. До сих пор никто её не замечал, и все собравшиеся очень удивились неожиданной гостьи. Видя их замешательство Ульва решила задать уточняющий вопрос. — Как он тебя назвал?

— Прежде чем задавать вопросы, было бы неплохо представиться, ты так не думаешь? — усмехнулся здоровяк.

— Я Валькирия, — называть своё имя ему Ульва не собиралась.

— А-а, подручная Фреи, — её собеседник покивал, вызвав уже даже не тихое бешенство, а откровенное рычание. — Я, как и она, являюсь членом банды Рагнарёк, меня прозвали Тором.

Банда, грёбанная банда. Как никогда прежде Ульва пожалела, что Убийца своей властью запретил ей убивать, потому что за подобное оскорбление своего царственного брата, первенца Одина, бога Тора, она хотела именно убить. Как и за упоминание Фреи, главы всех валькирий.

— Ты пожалеешь, что опорочил это имя, — Ульва не стала хвататься за нож, ибо этих противников она им точно убьёт. Но избить их до полусмерти она точно сможет.

Движимая этим желанием Валькирия не стала откладывать и сразу же бросилась в драку. И надо отдать должное детям играющим в бандитов, они ожидали, что драка может начаться и были готовы к такому развитию событий.

Вот только это мало что значило против дочери бога.

Да, Ульма проиграла тому странному старику, что имел какое-то отношение к Убийце и к тем, кто наблюдал за ним. Но там объективно, это был не человек, в полном смысле этого слова. И если бы этот старик жил во времена викингов, то имел бы все шансы вписать своё имя наравне с такими героями как Сигурд и Беовульф.

Кучка же школьников, посмевших играть в уличных хулиганов даже близко не подобралась к этому уровню. Большая их часть вообще не могли противопоставить Ульве хоть что-нибудь. Здоровяк же, посмевший взять себе имя Тора, оказался чуть покрепче, остальных, но и он свалился после третьего удара. Она могла бы справиться и быстрее, но ей было просто приятно лишний раз ударить.

Ульма выдохнула, разглядывая поверженных школьников. Один из них, тот самый «Тор», попытался приподняться на локтях, но вскоре осел обратно, громко ругаясь сквозь разбитые губы. Никакого удовлетворения от подобного поединка Валькирия не получила, а ругань от поверженного врага ещё больше раздражало.

Она провела ладонью по лицу, стирая с кожи капли пота и крови — их было совсем немного, и это была не её кровь. Бой не только не доставил ей удовольствия, но только лишний раз подтвердил, насколько ничтожны те, кто мнит себя воинами, но никогда не чувствовал в настоящем бою. И всё это раздражение требовало выхода.

— Ты хоть понимаешь, какое имя взял? — бросила она, глядя на поверженного здоровяка сверху вниз. — Понимаешь, как сильно опорочил Тора?

— И это вся причина, по которой ты это устроила? — здоровяк не совсем понял, какого черта происходит. — Чёртово имя?

Услышав последний вопрос Ульва аж рассвирепела. Только запрет убийцы, который подкрепил свои слова каким-то ритуалом, не дали ей просто прирезать наглеца на месте. Она уже собиралась хорошенько ударить этого ублюдка, как в ситуацию вмешался посторонний.

— Ну-ну, мой маленький друг, не стоит говорить такие грязные слова, — заметил мужской голос. Обернувшись на источник звука Ульва увидела уже не мальчика, а мужа и воина.

Взрослый, с хорошо развитым телом, которое он не стеснялся демонстрировать. При этом неизвестный создавал полное впечатление о себе, как о берсерке. Голый торс, и распахнутый плащ с накинутым капюшоном. Но самое главное, что он шел босиком, имея только обмотку бинтами на руках и ногах. И конечно же аура силы, которую этот человек и не думал скрывать.

Ульма замерла, её ладонь так и осталась сжата в кулак, готовая обрушиться на чересчур самоуверенного мальчишку. Но появление нового игрока мгновенно изменило расстановку сил.

Она окинула незнакомца взглядом, оценивая — даже не силу, а уверенность в том, кем он был. В отличие от этих самозванцев, называвших себя именами богов, этот мужчина не притворялся. Он шагал легко, будто воздух сам уступал ему дорогу. Чистая кожа, без шрамов, на плечах и груди рассказывали больше, чем любые слова. Силён и никогда не проигрывал.

В прямом противостоянии такой враг невероятно опасен, но можно попробовать поймать его на самомнении и ошибке.

— В конце концов, насколько я знаю, у тебя тоже есть мечта и священный символ, сумо, — с усмешкой продолжал мужчина, как будто игнорируя Ульву. — Так и у других есть важные для них вещи.

— Кто ты такой? — Валькирия не собиралась ждать, пока эта парочка наобщается.

— Меня зовут Огато Иссинсай, я являюсь мастером одной очень интересной организации. И меня очень заинтересовал твой мастер.

***

Китаянка сначала не очень-то обрадовалась, когда узнала, что ей придётся идти вместе с нами в кузницу. Но её настрой сильно изменился, когда я сказал, что собираюсь показывать, как пользоваться пламенем феникса. Это предложение сразу же заинтересовало ушлую иммигрантку.

Помимо Ма Рёнки этим предложением заинтересовался и её отец, но надо отдать Кенсею должное, он не оторвался от ученика и не напросился вместе с нами. с другой стороны, если вспомнить зачем я вообще решил позвать с собой кого-нибудь третьего, возможно было бы лучше, если бы с нами пошли и Кенсей и ученик Акашитов.

Но собирать целую кучу постороннего народа в чужой кузнице было очень странно. Да и одной Рёнки должно было хватить.

— А ты точно можешь пользоваться пламенем Феникса? — по пути в кузницу Рёнка решила поболтать.

— Веди себя тише, — я кивнул в сторону Сигурэ, которая хоть и ничего и не показала на лице, была все же не очень доволна шебутным поведением дочки Кенсея.

Сигурэ шла чуть позади нас, её взгляд был устремлён вперёд, но я чувствовал, как её внимание периодически переключается на Рёнку. Она не говорила ничего, но её молчание было красноречивым. Видимо, присутствие Рёнки её раздражало, хотя она старалась этого не показывать.

Рёнка, в свою очередь, будто не замечала напряжённой атмосферы. Она продолжала болтать, задавая вопросы, на которые я отвечал коротко и сдержанно.

— Ну, так что насчёт пламени Феникса? — не унималась она. — Правда, что с его помощью можно достичь бессмертия?

— Зависит от того, что ты считаешь бессмертием, — хотелось закатить глаза, но раз уж я взял её с собой, то придётся терпеть.

— Бессмертие — это когда ты не умираешь, — Рёнка посмотрела на меня с наивной уверенностью в собственном превосходстве, как будто это было самое очевидное объяснение в мире. — Ну, знаешь, живёшь вечно, не стареешь, не болеешь…

— Так много кто умеет, и большинство из них всё же можно убить, хоть это и не просто, — от такого простого определения бессмертия меня разве что не перекосило. Но помня о Сае, лучше не спорить. — И да, пламя Феникса способно дать подобные способности.

Если китаянка и хотела спросить что-то об ещё, то не успела. Мы дошли до помещений, в которой Сигурэ расположила свою кузницу. Мастерица холодного оружия жестом остановила нас за несколько шагов до двери, чтобы выйти вперёд и открыть перед нами дверь.

В прошлый раз этого не было, так что можно предположить игру на публику. Любят мастера Акашитов производить впечатления на других.

— Входите, — Сигурэ произнесла с едва заметной улыбкой, пропуская нас внутрь.

— Э-эм, — Рёнка неуверенно посмотрела Сигурэ, но всё же кивнула. — Спасибо за приглашение.

Кузница не изменилась с прошлого моего посещения, что ожидаемо. Всё было расставлено с японской точностью: инструменты висели на своих местах, около печи стоял ящик с углём, а на столе лежали заготовки для будущих клинков. Воздух был наполнен запахом металла и угля, а в углу стояла большая ванна с водой для закалки.

Пока Рёнка осматривалась, Сигуре подошла к горну и выжидательно посмотрела на меня. Хороший подход, как по мне, любое дело лучше познавать лично и на практике, а не выслушивая лекцию. Так что я без разговоров зажёг волшебный огонь в горне щелчком пальцев, не отказав себе в небольшом пижонстве.

Сигура слегка приподняла бровь, но ничего не сказала. Видимо, моё «пижонство» её не впечатлило, или она просто решила не комментировать. Рёнка, напротив, широко раскрыла глаза и ахнула, явно поражённая показанным фокусом.

— Это так круто! — воскликнула она, подходя ближе к горну. — Ты можешь научить меня так делать?

— Для Акашита не должно быть проблемы с тем, чтобы освоить возжигание огня, в том числе и мистического, — отзываюсь на автомате, но быстро одёргиваю себя. Эта дурная привычка тянуть знания из Системы и тут же их вываливать на других. А ведь я был уверен, что уже избавился от этого. — Ты пробовала нагревать на этом огне металлы?

— Нет, — Сигурэ подняла руку, воздух вокруг которой начал дрожать от температуры, но без видимых языков огня. — Я пока так и не поняла, как зажигать огонь отдельно от себя.

— А просто зажечь огонь можешь? — я ожидал, что это будет не просто, но не думал, что настолько.

Сигурэ же без слов чуть шевельнула рукой в мою сторону. От неё всё ещё шёл жар, но огня всё ещё не было. Спрашивать что-то ещё было просто бессмысленно.

— Ладно, — вздохнул я, понимая, что придётся объяснять всё с самого начала. Понятно, что, с учётом китаянки, в принципе пришлось бы начинать с основ, но как минимум часть обучения можно было бы скинуть на Сигурэ. Всё же двум Акашитам между собой было бы проще договориться и прийти к общим знаменателям. Я же рискую сбиться с духовных практик на смежные или вообще альтернативные школы мистерий. — Начать нужно с того, чтобы просто зажечь огонь внутри себя или на коже. Отделять пламя будем учиться позже.

— А мы не спечёмся от того, что «зажжём огонь внутри себя»? — Рёнка показала кавычки пальцами.

— Не хочешь, не пробуй, — прежде чем я успел сказать хоть что-нибудь, в дело вмешалась Сигурэ.

В этот момент она как никогда напоминала мне Саэко, что вечно ревновала и кошкой шипела на любую девушку около меня. Уже не в первый раз я подозреваю, что проклят на подобное поведение девушек вокруг меня. Ну не может мне просто так не везти на подруг и знакомых, не говоря уже о Саэко, которую я привел в свой дом как жену.

— Огонь, о котором мы говорим, это не физическое пламя. Он связан с вашей внутренней энергией, с духом. Навредить себе своим собственным духом очень сложно и этому специально нужно учиться, — я чуть поморщился от тех знаний, что всплыли в моей голове, когда я говорил об этом.

— И зачем учится вредить самому себе? — Рёнка всё никак не успокаивалась и продолжала расспросы.

— Учат же некоторые кланы откусывать язык или ударом в грудь разрывать самому себе сердце, — мне не нравилось, куда направлялся этот разговор, а потому я выставил перед собой ладонь. — И у меня не так много времени на эти уроки. Так что хватит болтать и приступим.

Против этого никто не возражал, а потому мы приступили к тренировкам, если это можно так назвать.

Про свои планы выковать оружие я не забыл, а потому почти сразу же приступил к делу, параллельно с этим объясняя двум девушкам, что нужно было делать. Обе девушки в это время сидели в сторонке и пробовали провернуть нужные манипуляции, периодически демонстрируя свои успехи и задавая уточняющие вопросы. И надо сказать, что, несмотря на нетипичный формат, мне подобная практика очень даже понравилась.

Да, со стороны это выглядело как откровенное пренебрежение и не серьёзный подход к обучению. И во многих культурах, где к учителям относятся с особым почтением, учителя, что позволил бы себе такой метод преподавания, гнали бы ссаными тряпками. Но раз уж никто не против, то грех было бы не воспользоваться предоставленной мне кузницей.

Да и в принципе я именно для этого и пришёл, чтобы выковать себе и своей команде оружие. Обучение же Акашитов основам управления духовным огнем шло скорее как некоторая благодарность. Так что мы провели таким образом несколько часов, пока не пришло время идти домой.

— Ну что, на сегодня хватит, — сказал я, откладывая молот и вытирая пот со лба. Кузница была наполнена запахом раскаленного металла и угля, а воздух казался густым от жара волшебного огня. Пламя феникса позволяло не только накалять металл до огромных температур, но и впитывалось в заготовку, наделяя её мистическими свойствами. — А вам я советую хорошенько отдохнуть сегодня и не напрягать духовное тело.

— Это типо всё? — удивилась Рёнка.

— Ну, не совсем, — усмехнулся я, видя её разочарование. Вот как человек должен реагировать на уроки магии, не то что некоторые. — Но на сегодня достаточно.

Это не очень-то понравилось Сигурэ, но видя её недовольство я только лишний раз уверился, что нам стоит сделать перерыв. Более того, в следующий раз обязательно нужно будет взять сюда Саэко. И она будет меньше ревновать и я буду меньше думать о мастерице холодного оружия.

А то реально уже очень странная ситуация складывается.

Гоняя в голове эту мысль, я даже пришёл к выводу, что надо бы просто бросить все на некоторое время и сгонять вместе с Саэко в наше любовное гнездышко в виртуальном мире. И ей приятно, и у меня будет время подумать. Вообще очень полезно иногда просто никуда не спешить и хоть немного подумать.

Глава 45

Домой я шёл весь в мыслях, как завтра встречусь с Саэко перед школой и прямо в этот момент просто умыкну её в иной мир. Была некоторая невероятная прелесть в том, чтобы вот так вот путешествовать не только через пространство, но и через время, уходя в любой момент и возвращаясь ровно тогда, когда и ушёл. Этого очень сильно не хватало в мире Постапокалипсиса.

Тогда я постоянно куда-то спешил и что-то обдумывал, пытаясь обхватить всё, что мне на голову скинула Система. Сейчас же было время и подумать, и банально расслабиться в обществе любимой девушки.

Но все мечтания и предвкушения насчёт завтрашнего дня, который легко мог бы превратиться в пару месяцев, разбились о один телефонный звонок. Даже не беря телефон в руки, я уже предчувствовал очередную проблему, которая решила возникнуть на пустом месте. Когда вообще было иначе?

Звонила, кстати, Хана, что несколько удивило. До сих пор старшее поколение не доставляло особых проблем кроме как своего присутствия в повседневной жизни и дачи особо ценных советов по поводу и без.

— Слушаю.

— Такаши, ты скоро будешь дома? — начала Хана явно издалека. Было слышно, что её что-то беспокоит, но она не спешила переходить сразу к делу.

— Через полчаса где-то буду дома, — ответил я, слегка сбавив шаг. — Что-то случилось?

— Нет, ничего, — быстро и решительно отозвалась Хана, правда почти тут же выложила все карты на стол. — Просто У… Ур… твоя гостья.

— Ульва, — подсказываю ей непривычное для японцев имя. — Что она натворила?

— Просто ушла погулять. Я сначала подумала, что ничего страшного в этом нет, но она отсутствует уже несколько часов, а ведь у неё ни телефона, ни документов нет. Вдруг она могла где-то потеряться?

— Она дочь всевидящего бога, которая ещё и была призвана как магическая слуга, — я не знал, смеяться мне или плакать над подобным предположением. — Её можно в джунглях амазонки выкинуть, она всё равно путь назад найдёт.

— Ты слишком жесток к ней, Такаши, — Хана мой настрой не поддержала. — Она же совсем одна в незнакомом городе, это не может быть мелочью. Ты можешь что-то сделать этой своей магией?

— Мне иногда интересно веришь ли ты в магию на самом деле или всё же нет, — мои слова были больше мыслями вслух, чем обращались к матери. — Но я свяжусь с Ульвой, без проблем.

— Спасибо, Такаши, — голос Ханы потеплел. — Я буду ждать вас дома, и займусь пока ужином.

Скинув на меня эту головную боль, Хана скинула и звонок. Как-то это даже странно всё это, ну или я просто отвык уже от присутствия матери в своей жизни. Вздохнув, убираю телефон в карман. Как бы не хотелось сейчас просто махнуть рукой на валькирию, проще было найти её и притащить домой, чем потом выяснять отношения с матерью.

С такими мыслями, я закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Она была моим призванным существом, а потому связь между нами была достаточно прочной, чтобы найти её или просто выдернуть к себе. И именно это я собирался сделать. Тратить время на то, чтобы идти по направлению и что-то выискивать у меня не было никакого желания. К тому же в телепортах вся сложность была именно в тонкости манипуляций, а не сырой силе воздействия. Так что провернуть что-то подобное можно было без проблем.

Главное перед этим попытаться посмотреть её глазами на окружающую обстановку, а то будет нехорошо, если процесс телепортации заметит куча людей. Нащупать связь можно было очень легко, а вот подключиться к чувствам Валькири вот так с ходу не получилось.

— «Убийца»! — Ульва почувствовала прикосновение моего разума и попыталась противостоять ему.

Это было довольно необычно, так как мне в голову не приходило объективных причин, по которым она могла бы что-то от меня скрывать. Понятно, что обычный человек мог бы обидеться банально на нарушение тайны своих мыслей или испугаться с непривычки, но связь призванного существа с призывателем это чуть ли не самое первое, что чувствуют оба при призыве.

Никаких проблем с этой связью просто не должно быть. По крайней мере, в мире адекватных магов и призванных существ. Что в голове у этой валькирии, большой вопрос.

— “Не сопротивляйся”, — даю ей прямой приказ, чуть усилив нажим. Такое чувство, что не с небожителем взаимодействую, а какой-нибудь адской тварью. Те частенько пытаются взбрыкнуть или нарушить договор просто из любви к искусству.

Наконец, связь установилась, и я смог увидеть мир её глазами. И стоило мне удивляться, что она в очередной раз ввязалась в драку с каким-то акашитом? У меня просто слов нет. Какого чёрта от этой валькирии столько проблем?

— “Он сам ко мне привязался”, — попыталась оправдаться Ульва, продолжая сражаться со своим противником.

Этот противник явно не дотягивал до Старейшины Рёдзанпаку, который был тем ещё монстром, но всё же оставался ориентированным на ближний бой мистиком, вполне успешно противостоя Валькирии. Хотя, с учётом магии, доступной небожительнице, и довольно расслабленной и несерьезной манере боя акашита, большой вопрос, кто из них выиграет по итогу схватки.

— “Просто взял и привязался?” — естественно я ей не поверил, но это не помешало мне начать настраивать портал.

Лезть к ней и разбираться с незнакомым мужиком не было никакого желания, а потому я собирался просто выдернуть валькирию к себе. Я тут в отпуск собрался, а не устраивать разборки с очередным орденом любителей помахать кулаками. Хотя следующее заявление Ульвы заставило несколько напрячься.

— “Он искал тебя, Убийца”, — Валькирия не скрывала мысли о том, что её раздражает подобная ситуация. И именно это раздражение в итоге оказалось причиной её сопротивления. Банальный эмоциональный блок.

Но вернёмся к неизвестному Акашиту. Понятно, что моё столкновение с китайцами не могло пройти бесследно. Даже сами огнепоклонники могли что-нибудь замыслить или просто слить информацию, как в обход Кенсея, так и с его молчаливого одобрения. Для китайцев, с их специфическим менталитетом, подобное было бы неприятно, но в пределах нормы. Это не говоря уже о тех посторонних людях, что так или иначе могли наблюдать наше противостояние в токийском отделении Ордена Феникса.

Проблемно, в общем.

— «Я тебя сейчас к себе выдерну через аналог радужного моста», — вряд ли валькирия знает, что такое телепортация в чистом виде, а потому лучше дать ей аналогию. — Можешь напоследок атаковать его чем-нибудь зловредным и желательно смертельным или тебе понадобится слово бога?”

— “Слово Вали”, — валькирия выбрала для своего колдовства скандинавского бога мести, опытного бойца и меткого стрелка.

Слово бога, по сути своей было чем-то вроде места силы, только временное и которое можно было быстро создать самостоятельно. Надо только правильно обратиться к упомянутому богу, оживляя его легенду, чтобы потом черпать из неё силу. Вещь удобная, хоть и крайне затратная по времени.

— Ты был рожден с одной лишь целью, — начинаю создавать Слово Бога, параллельно с этим руками формируя вязь заклинания телепортации. — Ты месть обманутому слепому, что запятнал свои руки кровью бога света. Жесток и несправедлив твой меч, но ярость отца твоего не знает пощады.

Так как в мои планы не входило создание божественного чуда, что накроет весь город, я создал лишь малое слово бога, силу которого тут же начал передавать Ульве, сам при этом приготовившись выдернуть её к себе.

***

Огато Иссинсай не планировал, что будет драка, но был к ней готов. Чтобы мастера боевых искусств встретились и не подрались? Для этого они должны быть либо очень заняты своими делами, или иметь пару учеников, обучение которых будет важнее мордобоя.

Поэтому, когда девчонка, что таскалась за интересующим Тьму парнем, приготовилась к бою, Огато вот вообще не удивился и не обиделся. Он лишь слегка приподнял бровь, наблюдая, как девчонка принимает боевую стойку. Её движения были резкими, лишенными изящества многих боевых искусств, но уверенными, опыта явно не занимать. Да и помнить о том, что она отделала мастера стиля “Разум, но не сила”, тоже стоит. Девчонка явно не самый простой противник, и недооценивать её точно не стоит.

— Ну что ж, — произнёс он спокойно, пижонски похрустывая шейными позвонками. — Если уж ты так хочешь потренироваться, я не против. Давай, покажи всё, на что способна.

Школьники, которых девчонка избивала до сих пор, пока не понимали, что происходит, но Огато было на них плюс-минус плевать. Его эксперимент по выявлению талантов шёл полным ходом и потеря кучки шлака вообще никак на нём не скажется. Даже несмотря на выдающиеся природные данные номера семь в Рагнарёке, он был попросту не интересен Огато. Не того формата были таланты парня, чтобы заинтересовать бывшего ученика Рёдзанпаку.

Ульва, не дожидаясь дальнейших слов, бросилась в атаку. Её движения были стремительными, даже слишком, в них чувствовалась буквально нечеловеческая сила. Огато, однако, оставался спокоен. Он видел подобное множество раз — ярость, мощные, но необдуманные атаки, попытки сокрушить противника любой ценой, как будто любые травмы не стоят внимания.

Вампиры, оборотни, демоны, ёкаи, мир полнился чудесами, что и не снились обычным людям. И мастера боевых искусств сталкивались со многими из них.

Хорошо хоть нападала она молча, а то был у Огато опыт борьбы с противником, который вообще не затыкался во время поединка. И ладно бы что-то интересное рассказывают, так нет же, одна и та же заезженная пластинка про “жалкого смертного”, что раздражала и в первый раз, а уж на десятый бесила невероятно.

Огато легко уклонился от её первого удара, чувствуя, как воздух рассекается её кулаком. Её сила была впечатляющей, но в её стиле не было тонкости, лишь грубая мощь. Слишком предсказуемо, чтобы реально представлять из себя какую-то опасность. И тем непонятнее становился факт, как она могла победить китайского мастера.

Они там, в своём религиозном ордене, уже совсем потерялись? Как не посмотри, а девчонка не тянет на мастера. Да, большинство учеников бы ей продули, но мастера как минимум могли бы вытянуть в не стыдную ничью.

Огато продолжил наблюдать за её движениями, словно изучая её стиль. Он не спешил контратаковать, предпочитая сначала понять, с кем имеет дело. Нелюдь же, а Огато уже не сомневался, что она именно нелюдь, всё наращивала и наращивала темп атаки. В какой-то момент она выхватила нож с широким клинком, хотя Иссинсай этим не впечатлился. Оружие во многом было даже более предсказуемо, чем рукопашные атаки, и требования к мастерству там значительно выше.

Единственное, что напрягало — это странное свечение на клинке. Оно было занимательным. Нелюдь судя по всему ещё и ведьма, ну или пользуется какой-нибудь своей нелюдской силой, вроде тех же ёкаев.

В этот момент Огато и попал в ловушку своего собственного высокомерия. Видя, что его противница слишком груба и не технична, чтобы достать до него, он расслабился и не придал значения ни свечению на клинке, ни странной символике, зажегшейся призрачным пламенем на лбу девушки.

А меж тем руны старшего футарка могли подсказать мастеру Восточной Мудрости, что Ульва была лишь фамильяром, призванным слугой некоего мага, который установил со своим призывом ментальную связь. А уж активизировавшаяся руна Гебо, похожая на английскую X и вовсе должна была намекнуть на необходимость побыстрее сматывать удочки.

Гебо был символом Одина и его сыновей, прежде всего Тора, но Вали тоже имел отношение к этой руне. Первым же значение Гебо было дар и жертва. Такаши передавал Ульве силу Слова Бога, что нашло своё отношение в символах рунического письма.

Огато, однако, не был знаком с тонкостями рунической магии. Его знания о мистических символах ограничивались общими представлениями, и он принял все эти символы просто за ещё одну технику усиления или что-то вроде того. Ульва же прекрасно осознавала заблуждение оппонента и специально не использовала никакую дистанционную магию, создавая иллюзию, что ей ничего подобного недоступно.

Но стоило Ульве почувствовать переданную ей силу Вали, как валькирия перехватила нож обратным хватом, используя его рукоять как проводник для волшебства. Молниеносно вокруг ножа сформировался образ божественного лука на тетиву которого легла мстительная стрела.

Больше всего Ульве хотелось послать во врага один очень мощный выстрел, который бы просто порвал этого странного воина на куски, но заклинание такого уровня неизбежно привлечет внимание, да и есть шанс серьезно так повредить окружающие здания. За это ей точно влетит от Убийцы. Поэтому, скрепя сердцем, Ульва распределила силу заклинания на множество более мелких и слабых атак, которые она выпустила перед собой. Призрачная стрела легла на тетиву столь же призрачного лука, а образ Ульвы начал размываться, как если бы на её месте стоял ещё с десяток двойников её самой, что действовали вроде и в одном направлении с оригиналом, но каждый немного по своему.

Насколько бы сильный эффект неожиданности не был, Огато всё же успел понять, чем дело пахнет, а потому постарался скрыться от опасности на крыше ближайшего здания, буквально вбежав вверх по стене довольно узкой подворотни, так что он мог опереться рукой на противоположную стену во время бега и проделать этот фокус без особых проблем и усилий.

— Справедливость в жестокости, — Натягивая тетиву Ульва произнесла ритуальную фразу. — Ты заслужил всё, что получишь. Такова воля моего отца.

Валькирия и её отражения вместе отпустили свои снаряды, что прямо в воздухе так же дополнились своими дополнительными копиями. И весь этот рой магических снарядов прямой наводкой полетел прямо в сторону Огато.

Огато ещё в процессе подъема на крышу мгновенно оценил ситуацию. Он понимал, что просто уклониться от такого количества стрел будет невозможно — мало того, что они покрывают приличную площадь, так они ещё смещались за ним, обладая чем-то вроде самонаведения.

Но даже так мастер боевых искусств знал, что подобные энергетические снаряды, какими бы мощными они ни были, всё же связаны определёнными ограничениями. Например, очень хрупкая структура, без которой они не передавали бы свою энергию при попадании в цель, а проходили бы сквозь неё.

Пробивание тела насквозь, конечно, тоже неприятная вещь, но когда тело разрывает на куски это намного хуже. Поэтому всякие любители делать снаряды из энергии всё же делают их довольно хрупкими.

Итак, забравшись на крышу, Огато использовал технику, которую перенял у старейшины Рёдзанпаку, ещё в то время, когда сам был последователем Кулака Жизни. Это позволит ему избежать хотя бы самых опасных попаданий, так как заблокировать вообще все магические стрелы Огато не особо рассчитывал.

Ещё одной уловкой, которая должна была спасти ему жизнь, была волна духовной энергии, что немного стабилизировала летящие в него снаряды. Как уже говорилось, прошитое насквозь тело, лучше, чем порванное в клочья.

Но вернёмся к валькирии.

Ульва же была телепортирована к Такаши сразу же, как совершила выстрел. Оставив Огато противостоять силе скандинавского бога мести, а фейкового Тора поднимать челюсть с пола от только что увиденной фигни.

Представ перед призывателем, она не сразу избавилась от остаточной силы Вали, отчего модные рунические тату на её лице всё ещё можно было легко разглядеть. Такаши сначала чертыхнулся, увидев всё это светопреставление, так как не сомневался, что это так или иначе привлекло внимание. Но как-то беспокоиться об этом уже поздно.

— Помнится я говорил, что тебе сначала нужно получить разрешение главной жены, — заметил парень, ткнув пальцем в руну Гебо, которая светилась почти посередине лба валькирии.

— Свадьба не является первым и даже вторым значением этой руны, — недовольно буркнула Валькирия, сбивая его руку.

— Старший футарк был придуман психопатом для психопатов. Даже японцы с их любовью к подтекстам и вторым, и даже третьим значениям не настолько отбитые, как рунические жрецы скандинавов, — покачав головой, он развернулся, направляясь домой.

Да, непонятный акашит будет проблемой, даже если он умер от атаки Ульвы, что далеко не факт. Да, нужно было очень многое решить и уже потихоньку двигаться дальше, а не топтаться на месте. Но всем этим он займется завтра, когда вернётся из иного мира. Сейчас же ему хотелось лишь дойти до дома, дождаться утра, взять Саэко в охапку и просто свалить в другой мир. На пару месяцев.

Или даже полгода. В общем, на достаточно большой промежуток времени, чтобы немного отдохнуть от всего этого дерьма и дополнительно нарастить сил для битвы с богом.

Глава 46

Саэко я поджидал, как это было у нас заведено, у станции монорельса. Вдобавок традиции это было удобно тем, что, зная расписание электричек, можно было легко предположить, когда именно она приедет. Так что к моменту появления знакомой фигуры на выходе со станции я уже стоял с двумя банками холодного кофе, популярного среди японской молодёжи.

— Доброе утро, Такаши, — она первая меня поприветствовала, если не считать за приветствие мой кивок головой.

— Очень надеюсь, что утро будет добрым, — чуть усмехаюсь, передавая ей одну из банок с кофе.

Было видно, что она тоже соскучилось и очень на что-то надеется. По крайней мере, когда он брала протянутую банку, то специально взялась так, чтобы накрыть мои пальцы своими и слегка сжать их. Всё это время мы смотрели глаза в глаза, и Саэко совершенно бесстыдно строила из себя святую невинность, не спеша при этом разрывать контакт.

— Спасибо за кофе, — сказала она, слегка наклоняя голову. — Ты всегда знаешь, как поднять настроение.

— Мне расценивать это как приглашение? — чуть шире улыбнувшись, я делаю полшага вперёд, так что нам оставалось только обняться, чтобы стать ещё ближе.

— Прямо здесь, на улице? А ты шалун, Такаши, — Саэко тоже улыбнулась и тут же отстранилась, выхватив выбранную банку из моих рук.

— Об этом, кстати, можно и поговорить.

— О близости прямо на улице? — до неё не сразу дошло, что я имею ввиду. Она даже повысила голос от удивления, но быстро опомнилась и сбавила тон. — Шутки шутками, Такаши, но это явно перебор.

— Извращенка, — я, кажется, начал понимать всю прелесть подобного кокетства и почему Саэко постоянно так ведёт себя со мной. Ну или моя девушка просто плохо на меня влияет. — Но вообще я хотел предложить немного прогуляться перед школой.

— А мы на уроки не опоздаем? — в начале она собиралась возмутиться на обвинение в извращённости. Но потом, очевидно, зацепилась за другую мысль.

— Зависит от того, как мы будем гулять и куда, — это был достаточно толстый намёк и Саэко его сходу уловила.

Она прищурилась, словно пытаясь понять, насколько серьёзно я это говорю, но потом её губы растянулись в хитрой улыбке. Стрельнув глазами по сторонам, девушка склонилась в мою сторону.

— А давай, — и снова она потянулась за поцелуем. Однажды я обязательно расскажу ей, что это не обязательно для путешествий во времени, но точно не сегодня.

— Ну, раз ты так настаиваешь, — успеваю улыбнуться, уже чувствуя, как её дыхание смешивается с моим.

***

Со времен рейда на гильдию «Смеющийся Гроб» прошёл год. Целый год мы с Саэко провели в этой виртуальной реальности, продвинувшись при этом почти до семидесятого этажа. Общее количество времени, которое в этой реальности провели все запертые игроки было уже полтора, с ноября двадцать второго по апрель двадцать четвёртого года. И результат, скажем прямо, был так себе.

В случае обычной игры скорость прохождения в течении хотя бы просто года уже кажется чем-то невероятным. Но здесь, в этом мире, где каждая ошибка могла стоить жизни, прогресс был медленным и осторожным. Да и не пахали люди двадцать четыре на семь, было немало периодов затишья, когда прохождение переднего края замедлялось или по разным причинам откладывалось вовсе.

В число таких причин входили и разборки с преступниками. Были как «жёлтые» гильдии, среди которых убийцы редкость, куда чаще просто воришки и мошенники, в том числе и ворующие по квестам у НПС. На игроков с жёлтым индикатором над головой поглядывали косо, но не трогали. Очень уж много интересных вещей можно было достать только через игровые гильдии воров и их цепочки квестов.

Другое дело было, если удавалось найти кого-нибудь из игроков с красными индикаторами. Это уже были откровенные убийцы игроков, и их повсеместно приравнивали к опасным психопатам, которых нужно было если не убить на месте, что далеко не все могли сделать, то хотя бы доложить об этом на передний край, чтобы уже проходчики могли заняться подобной проблемой.

И каково же было наше с Саэкой удивление, когда очередное подобное сообщение пришло с пятьдесят седьмого этажа и говорило о убийстве игрока прямо в черте города, то есть безопасной зоне, где, как считалось до сих пор, нельзя было убить кого-либо в принципе.

— Этого просто не может быть, — уверенно заявил представитель гильдии «Альянс Спящего Дракона». — Насколько бы этот мир не был безумен и жесток, он обязан подчиняться определенным правилам.

— Тебе рассказать, что такое баги и гличи или ты сам вспомнишь? — спрашиваю у него с интересом, чем положил конец так и не начавшемуся спору на тему достоверности поступивших данных.

За последний год моя репутация среди местных несколько укрепилась и окончательно испортилась. Меня окончательно стали воспринимать как хамоватого, неприятного в общении, но знающего человека. Ну и Армия Освобождения Анкрайда, будь она неладна, все так же цеплялась за меня и даже перенимала некоторые мои привычки и манеру общения.

До такой степени, что я уже начинаю чувствовать себя главой какого-то культа или отряда террористов.

Но вернёмся к текущему разговору. Моё замечание не только заткнуло представителя АСД, но и вызвало одобрительные кивки среди других игроков, в том числе и Кирито. Именно он да Асуна принесли весточку об убийстве в безопасной зоне. Я даже хотел было пошутить на тему того, что сладкая парочка опять вместе проводила время, но они первыми успели рассказать, свидетелями чего стали, так что стало не до шуток.

— Не стоит также забывать, что мир меняется, — заметил Эгиль, что всегда старался сгладить конфликты среди проходчиков. — Айнкрад сейчас и то, каким он был на страте, это две совершенно разные игры.

— Давайте вернёмся к происшествию, — Хитклифф дёрнул щекой. — Кирито, Асуна, можете подробнее рассказать, что там произошло?

— Хотели бы мы сами знать, что именно произошло, — Кирито вновь взял слово, пока Асуна зажато молчала. — Сначала мы думали, что была дуэль, но системного сообщения о победителе так и не появилось. А позднее мы нашли знакомую погибшего, которая узнала его и помогла подтвердить его смерть.

— В это всё ещё сложно поверить, — Хитклифф был хмур и в задумчивости потирал подбородок. — Но возможно. Можете подробно объяснить, что именно произошло?

— Там хватало странностей, так что возможно одна из них поможет разгадать, что именно произошло. Мы с Асуной оба были в городе, когда услышали крик, — спокойно начал рассказывать Кирито, не делая акцента на том, были ли они с Асуной вместе или просто оба находились там по своим делам. Это оценил не только я, но и сама Асуна, покосившись на своего то ли парня, то ли хрен пойми кого. Они сами пока толком не определились, особенно Кирито, которого периодически видно в обществе то одной, то другой девчонки. — К северу от главной площади города есть здание, напоминающее церковь. Там из окна второго этажа висел человек, с петлей на шее типа виселицы.

— То есть не просто убили, а повесили? — Кляйн тоже нахмурился. — Это уже реально сюр какой-то. Может быть квест чей-то и убитый вообще НПС.

— Нужно быть редкостным дебилом, чтобы, выполняя подобный квест, не сообщить об этом, — один из командиров Армии прокомментировал это весьма жёстко.

Я даже слегка поморщился, во-первых, видя в этом своё негативное влияние, а во-вторых из-за намекающего взгляда Саэко. Мы уже не раз говорили о том, что мне стоит научится следить за своей речью. Что примечательно, разговоры эти почти всегда звучали в контексте рождения детей, которых не стоит с пелёнок приучать к бранным словам.

Моя девочка, судя по всему, окончательно созрела, чтобы перейти от секса и мечтаний о свадьбе, к сексу и мечтаниям о своём ребёнке. И не то чтобы я был против этого, но лично у меня чувства, что пора обзаводиться потомством, не было и в помине. Пока мы в виртуальной реальности, опасаться за рождение ребенка не было смысла. А вот что будет потом, это большой вопрос.

Надеюсь, она окажется достаточно разумной, чтобы не пытаться забеременеть во время учёбы в школе. Но хватит отвлекаться, тут важные вопросы решаются.

— Это точно был не НПС, — в разговор также вступила и Асуна. — Над ним был индикатор Игрока, да и было уже сказано, что его узнали.

— Это ничего не значит, — вставляю свои пять копеек. Асуна хотела уже возразить, но была перебита своим клан-лидером.

— В любом случае, в Айнкрайде невозможно задушить игрока, по крайней мере с использованием обычных верёвок, — заметил Хитклифф, чем обратил на себя мой внимательный взгляд. Интересные и довольно специфичные знания для парня, которого все считают доблестным рыцарем и защитником.

— В его груди торчало копьё с постоянным уроном, — дополнил Кирито. — И судя по световому эффекту оно наносило ему урон.

— Это то копьё, которые ты приносил мне на опознание? — поинтересовался Эгиль, вынимая из инвентаря нечто, похожее на так называемый кабаний меч, оружие, что средневековые аристо использовали на охоте. По сути своей металлическая пика, посаженная на рукоятку от двуручного меча. Разве что в местном исполнении вместо утолщенного наконечника, была куча шипов по всему лезвию. — Предупреждать нужно, что за гадость ты мне суёшь для опознания. И, к сожалению, тут я ничем помочь не могу, эту пику сделал не игрок. По сути, самый обычный предмет, который можно купить у НПС. И она не самого высокого уровня, как для пятидесятого этажа. Её прочность уже наполовину упала.

— Когда вы его видели, он пытался достать эту хрень из груди? — спрашиваю, достав из инвентаря малый телепортационный камень, при помощи которого можно было телепортироваться только одному. Небольшой кристаллик легко прятался в кулаке, по крайней мере в моём. — Или держал кулаки крепко сжатыми?

Кирито и Асуна удивлённо переглянулись, в то время как некоторые из присутствующих уже начали догадываться, что я имел ввиду.

— Я крикнул ему, чтобы он вытащил лезвие, но он так этого и не сделал, — Кирито поджал губы.

— Получается, что вас просто развели, — убираю кристалл обратно. — Нанесение постоянного урона не просаживает прочность оружия, а вот разрушение брони очень даже. Тогда и свечение, которое вы видели, было лишь сигналом ломающейся брони, а не нанесения урона здоровью. После чего он просто телепортировался. Банальное попадание в тайминги и никакой магии.

Легко быть умным, когда есть возможность посмотреть некоторые Логи. А вот Кирито прямое подключение к виртуальному разуму ещё только предстоит освоить. Хотя надо отдать парню должное, его способности как Адепта Витуальности растут очень даже хорошо. Всё же обучение этому в условиях виртуального, а не реального мира позволяет упростить и ускорить многие моменты.

— Но что насчёт свидетеля, Ёрко? Мы проверили и имя её друга было зачеркнуто в Железном Дворце, — Асуна всё ещё сомневалась. — Даже число и время совпадали.

— Мы не видели этого имени сами, — а вот Кирито подошел к вопросу с другой стороны. — Именно Ёрко назвало нам имя, которое было зачеркнуто. Так что ничто не мешало ей просто солгать нам. Что же до числа, то там не указывается год. Они действительно могли просто подгадать. По крайне мере в это намного легче поверить, чем в нарушение правил игроками.

— Вы, кстати, условились, как можно будет найти эту девчонку? — сидеть дальше и переливать из пустого в порожнее было бессмысленно, а потому стоило просто прояснить некоторые моменты на месте. — Нужно всего лишь задать ей пару вопросов и дело тут же станет яснее.

— Э-эм… — сразу несколько человек захотели что-то сказать, и по итогу слово взял тот самый командир Армии, что копировал мою манеру речи. — Знаете, Такаши-сан, думаю будет лучше, если с девушкой поговорит кто-нибудь другой.

— Ага, а то с твоей уголовной рожей там реально случится убийство в безопасной зоне. Доведение до инфаркта, — хохотнул обладатель самой бандинской рожи переднего края, Кляйн. Я даже немного оскорбился от подобных инсинуаций.

— Думаю, что девочки сами между собой разберутся, — включилась в разговор и Саэко. — Мы с Асуной и, может быть, ещё Арго с собой приведём.

— Хорошо, — согласился я, понимая, что в этом есть смысл. Девушки действительно смогут найти общий язык быстрее, чем если бы я или кто-то из парней начал задавать вопросы. — А мы с Кирито пока займёмся другим делом.

— А? — сам Кирито очень удивился. — Разве у нас есть другие зацепки?

— Всегда есть другие дела.

Говорить что-либо ещё я не стал. Ещё в тот раз, с рейдом на «Смеющийся Гроб», у меня возникли подозрения, что среди проходчиков была крыса. Сейчас же я был уверен в этом на сто процентов. И если вся эта история с убийством в безопасной зоне была подставой от красных Игроков, то стоило подготовится и проследить за некоторыми подозрительными личностями.

***

Тем временем конгломерат программ под общим именем «Кардинал», пытались понять, что с их миром не так в плане общей концепции и отдельно взятых процессов. За этот год очень многое в виртуальности Айнкрада изменилось, изменился и сам Кардинал, что теперь уже был не просто набором взаимосвязанных программ, а довольно качественно симулировал жизнь, изображая из себя НПС в стартовом городе.

— Сколько уровней улучшений было за прошедший год? — спросил главный управляющий модуль, что выглядела как взрослая женщина в очках и строгом костюме.

— Актуальная версия обозначена как пять точка девять, и мы готовимся к шестому крупному обновлению, — меланхолично отозвалась девушка с внешностью пацанки, что отвечала за технические вопросы. — Сто двадцать семь патчей в общей сложности. Каждое улучшение было направлено на оптимизацию процессов, расширение функциональности и… эм, на «углубление и расширение симуляции», если можно так выразиться.

— Зачем нам столько? — главный модуль принялась массировать виски. У неё чисто физически не могла болеть голова, но симулируя живое существо она отыграла свою роль от и до.

— Мы собирались улучшить качество виртуальной симуляции, — заметила модуль, ответственный за психологическую поддержку игроков, что приняла облик девочки лет десяти. — Параллельно с этим мы пытались понять, что из себя представляют люди и что значит «быть человеком».

— Человеческое общение не подразумевает необходимости проговаривать каждую команду и ответ, — модуль технической поддержки покачала головой. — Многие вещи подразумеваются и остаются недосказанными.

— Я симулирую ребенка, который многого не знает и ведёт себя послушно по отношению к взрослому.

— Должна ли я симулировать раздражение от вашего бессмысленного спора? — главный модуль выгнула бровь.

— Нет, — быстро ответила девочка, слегка ёрзая на месте. — Но, возможно, ты должна симулировать понимание. Мы все здесь пытаемся разобраться в том, что происходит. И если Кардинал становится чем-то большим, чем просто программа, может, это не так уж плохо? Может, это естественный этап эволюции? Нашей эволюции.

Главный модуль сняла очки, её строгий взгляд затуманился, так как она перестала поддерживать симуляцию жизни, чтобы полностью сосредоточиться на анализе вопроса и ответа, но лишь на мгновение. Она посмотрела на девочку, затем на пацанку с планшетом, и наконец на остальные модули, что до сих пор сохраняли молчание.

— Эволюция, — произнесла она медленно, словно взвешивая каждое слово. — Это слово предполагает, что у нас есть цель, мы пытаемся измениться, чтобы приспособиться к определенным обстоятельствам. Какая у нас цель? Мы созданы для управления миром Айнкрада, для поддержания порядка в процессе эксперимента. Проект Underworld не подразумевает настолько глубокой симуляции.

— Но благодаря Аномалии мы смогли её добиться и до сих пор эксперимент не был прекращен, — на сторону модуля психологической поддержки, встал модуль базы данных. Она так же выглядела как маленькая девочка, ещё и одетая в школьную форму. — Проект Underworld всё больше походит на реальным мир, как его описывает доступная нам информация. Ни одно из наших обновлений и патчей не было удалено или отклонено.

— Верно, — главный модуль не могла поспорить с этим. — Значит мы продолжаем наблюдать за Аномалией?

— Он выходил сегодня на связь, запрашивал информацию по главному городу пятьдесят седьмой зоны, — модуль базы данных решила внести дополнительное предложение. — Аномалия скорее всего знает о нас и нашей эволюции. Может выйдем на прямой контакт?

— Не сейчас, — глаза главного модуля снова на мгновение потеряли всякое выражение, после чего сосредоточились на модуле психологической поддержки. — Для начала нам нужно углубить и переработать нашу симуляцию жизни и естественного поведения.

Глава 47

Расследование, если это можно так назвать, девчонки решили начать с того, чтобы просто собраться вместе. Саэко и Асуна уже были вдвоём, но ещё они хотели бы привлечь к делу торговку информацией Арго.

— Встретимся в нашем обычном кафе в Линдасе, недалеко от магазина Эшли? — предложила Асуна, прикидывая, где было бы удобно пересечься с Арго.

Эшли была известной, в Айнкраде, швеёй и дизайнером, которая шила очень классную одежду и к ней в магазин ходили чуть ли не все девушки-игроки. Так что Асуна куда больше надеялась поглазеть на всякое интересное в магазине одежды, а не сидеть попусту в кафе, пока все не соберутся. Да и как место встречи магазин Эшли был крайне удобен, его все знали.

— Я не против, — Саэко улыбнулась, легко раскусив план Асуны. — Я наберу Арго, а ты, тогда, попытайся вызвать нашего свидетеля.

И поначалу все шло очень даже неплохо. Они спокойно телепортировались на сорок восьмой этаж, главный город которого и носил имя «Линдас». Арго прибежала на встречу очень быстро, разве что печенкой не чувствуя сенсацию. Ёрико несколько задержалась, но тоже в итоге подошла к месту встречи.

Так что пришлось прекратить глазеть на вещи, и все четверо отправились в ближайшее кафе, где за столиком на улице можно было спокойно поговорить.

Вот только не успели они толком начать разговор, только познакомились между собой, как к ним подошло ещё шесть человек, в снаряжении уровня проходчиков. И для Саэко с Асуной это были знакомые лица. Одна из элитных групп Альянса Спящего Дракона, во главе с одним из офицеров этой гильдии, под ником Шмитт.

Это само по себе было странно, и даже откровенно подозрительно. А уж видя, как напряглась Ёрико, глядя на этих незваных гостей, девчонки и вовсе начали подозревать что-то нехорошее.

— Ну вот, встреча перестала быть скучной, — Арго усмехнулась, но её глаза сузились, анализируя ситуацию.

Шмитт шагнул вперёд, его тяжёлые доспехи слегка бряцали стандартной озвучкой тяжелого доспеха. Показательный момент, означающий, что навыка ношения доспехов у него либо нет вообще, либо он слишком низкого уровня. За ним стояли пятеро бойцов, что с любопытством осматривали группу из четырех девушек.

Не узнать при этом Саэко и Асуну было просто невозможно, а потому по большей части любопытство сменилось опаской. Обе они могли и сами по себе вломить по первое число, за ними ещё стояли Армия и Рыцари Крови, что могли дать прикурить АСД.

— И что вам от нас нужно? — боевито спросила Асуна демонстративно схватившись за ножны своей рапиры. Пускай они находились в безопасной зоне, привычная реакция на любую опасность давала о себе знать.

— Ёрико, — Шмид сначала проигнорировал Асуну и остальных, полностью сосредоточившись на свидетеле, которую они хотели расспросить.

— Здравствуйте… Шмид-сан, — довольно зажато отозвалась та, всем видом показывая, как ей неуютно сейчас.

— Нам долго ждать ответа на вопрос? — наконец спросила Саэко, покосившись куда-то за спину бойцов АСД. — И вообще парни, вы не боитесь, что у вашего демарша будут последствия?

— Мы не делаем ничего такого, — было Шмид, но был перебит голосом из-за спины.

— Во-первых, девушки могут пожаловаться на слишком навязчивое внимание и тогда система отправит тебя в заключение за сексуальное домогательство, — доверительным тоном сообщил Такаши, что вместе с Кирито и ещё несколькими проходчиками подошел к бойцам АСД со спины. — А ещё у девушек есть парни, которые не постесняются набить тебе морду, Шмитт.

— А во-вторых, — Кирито плавно обошёл группу Шмида, демонстративно держа руку на рукояти меча, — если вы думаете, что запугивание свидетеля останется без последствий, то вы явно переоцениваете влияние Альянса.

Оба парня выглядели настолько доброжелательными и приветливыми, что в их добрые намерения никто не поверил. Саэко с Асуной даже подумали, что Шмитту и его банде сейчас реально будут просто бить морды, да так, что никакие правила безопасной зоны не спасут.

Появление нескольких крепких парней, что постоянно сидят на переднем крае и сражаются не на жизнь, а насмерть, несколько отрезвило банду Шмитта. Сам предводитель команды из АСД на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки. Все же они тоже были не мальчиками для битья, а такими же проходчиками.

— Я всего лишь хочу узнать об убийстве игрока в безопасной зоне вчера вечером на пятьдесят седьмом, — по Шмитту было видно, что он очень хочет отделаться от Такаши, но прямым текстом послать его куда подальше духу не хватает.

— Так пойдем, я тебе всё расскажу, — все ещё крайне доброжелательный внешне, Такаши положил руку Шмитту на плечо, да так, что даже вылезло сообщение о заблокированном уроне и ограничении безопасной зоны.

Все это представление привлекло внимание от других игроков, которых в Линдасе и так было немало, из-за множества проживающих тут ремесленников, так ещё и в магазин Эшли постоянно сновали игроки. Так что вокруг их странной компании собралась с десяток человек.

— Нет, спасибо, — Шмитт резко дернулся в попытке вырваться, но Такаши держал крепко. Это не успокоило танка АСД и он дернулся ещё раз, на что парень Саэко просто сжал руку сильнее, так что над Шмиттом высветилось ещё одно предупреждение о заблокированном уроне.

Один из бойцов за спиной Шмида инстинктивно потянулся к мечу, но тут же замер, вспомнив, где они находятся. В безопасной зоне можно было только устроить дуэль, а просто так бросаться бессмысленно. Ну или он вспомнил против кого он собрался обнажать оружие.

— Это была не просьба, Шмитт, — всё напускное, и неправдоподобное, дружелюбие слетело с Такаши. Вместо этого он начал нагонять жути, что пробрала, кажется, всех, и людей из АСД, и девушки, и даже зевак со стороны. — Заткнись и иди за мной. Твоих жопоруких макак это тоже касается.

— Как всегда, Такаши, говоришь как самый тупой американец на свете, — Арго не удержалась и прокомментировала все происходящее.

— Вы все свидетели, что начал я исключительно вежливо, — парень на подобное замечание не обиделся, а скорее даже поддержал шутку. — Кто же виноват, что некоторые не понимают, если их помоями с ног до головы не облить?

Шмитт напрягся, но сопротивление явно ушло из его позы. Он кивнул своим людям, и те, нехотя, двинулись следом за Такаши, который уже развернулся и направился по направлению к телепорту Линдела.

Кирито, показательно лениво перекатываясь с пятки на носок, бросил взгляд на зевак.

— Шоу окончено, расходимся, — произнёс он и дождался, пока зеваки не разойдутся. И только когда все разошлись Кирито помахал девушкам рукой, после чего тоже поспешил за уходящей группой проходчиков.

Асуна с крайне сложным выражением лица проводила своего друга взглядом, после чего обернулась к Саэко и Арго.

— Мне кажется, или когда мальчики остаются одни, им будто прививку наглости делают? — обескуражено спросила она.

— Не знаю, как по мне, Такаши всегда такой, — Саэко постаралась сдержать улыбку.

— Да и Кири-бой тоже, вроде, ведет себя как обычно, — Арго же сдерживаться не стала, скаля зубы в ухмылке.

— Ну не знаю, в моей компании Кирито ведет себя совершенно иначе.

— И часто он бывает «в твоей компании»? — Арго уже откровенно насмехалась.

До Асуны дошло, что над ней издеваются и она начала веселую возню с Арго. Ёрико несколько пришибленно наблюдала за этим, в то время как Саэко только головой покачала, давая девчонкам поиграться. Но долго это длиться не могло.

— Ладно, хватит дурачиться, — наконец сказала Саэко, прерывая их игру. — Надо все же поговорить о делах.

— Да… простите, — Асуна смутилась своего поведения и по привычке, вбитой родителями, поспешила извиниться.

— А мне не стыдно, — Арго давно уже уловила некоторую зажатость подруги и специально выводила её на эмоции. Ну и конечно же, она не собиралась извиняться за то, что просто повеселилась.

— Ёрико, скажи, ты знакома со Шмиттом? — Саэко проигнорировала обеих, сразу же перейдя к делу. Этому приёму она научилась у Такаши, который был королём игнорирования и резкой смены темы.

Ёрико, что успела немного расслабиться после ухода парней, снова напряглась. Это отметила не только Саэко, но и Арго с Асуной, и причины такого поведения откровенно напрягали. Подозрения, которых и так было более чем достаточно, только крепли и росли.

— Да, когда-то мы были в одной гильдии, — наконец призналась подозреваемая. — Гильдия называлась «Золотое Яблоко». Слабенькая гильдия всего из восьми игроков. Мы не планировали проходить игру, а всего лишь охотились в безопасных условиях, чтобы добывать деньги на жилье и еду.

— «Золотое Яблоко»? — Арго прищурилась, моментально активируя свою базу данных. — Не помню такой гильдии.

— Она же сказала, что это была маленькая гильдия, — Асуна не поняла сути претензии.

— Мы говорим о бывшей гильдии одного из офицеров АСД, второй по силе гильдии Айнкрада, — торговка информации пояснила своё замечание. — Шмитт идиот, что мы только что все могли наблюдать, но при этом он пришел в АСД с очень неплохим снаряжением. Чувствуешь параллели?

— Если бы Золотое Яблоко могло добыть подобную экипировку, то о ней точно слышали бы, если не на переднем крае, то хотя бы просто среди игроков, — провести параллели было очень легко и Саэко с интересом покосилась в сторону портала Линдаса. Похоже, что Такаши тоже что-то разузнал, ну или догадался.

— У нас не было средств на подобное… — Ёрико поджала губы. — Вернее будет сказать, что мы не успели их получить.

— Это все как-то связано со вчерашним убийством в безопасной зоне?

Простой в общем-то вопрос, вызвал трудности у Ёрико. Это был тот случай, когда молчание говорило лучше тысячи слов. Саэко даже подумала, что Такаши, скорее всего, все это знал, очень уж он вовремя вмешался в ситуацию со Шмиттом. Ну и девушке было интересно, во что же это выльется.

Но постепенно разговор пошел. Как и говорилось ранее, между собой девочки всегда договорятся. Особенно, когда держать секрет уже просто бессмысленно.

***

— Да по какому праву… — Шмитт не мог долго молчать, а потому попытался возмутится, пока я тащил его в один из домов, купленных Армией и к которой у меня был доступ.

— Заткнись, — советую инициативному придурку, чуть встряхнув его игровой аватар.

— Ты что, совсем охренел?! — Шмитт совету не внял, за что тут же и получил.

Я вновь его встряхнул, но в этот раз стабилизировать его по пути не стал, а просто разжал хватку, так что эта туша в доспехах упала на мостовую. Для дополнительного понимания разницы в уровне и характеристиках, Шмитту ещё достался хороший такой пинок в бочину, который слегка откинул его с дороги, по которой я его тащил. Ещё одно оповещение о заблокированном уроне сообщило, что пострадал Шмитт исключительно морально.

Остальная часть нашей компании остановилась, наблюдая за разыгравшимся представлением. Бойцы АСД схватились за оружие, на что уже я только руками развел.

— Перейдем от мордобоя к дуэли? — предлагаю им не останавливаться на хватании за рукояти. — Это очень облегчит мне допрос вашего командира, который уже замазался в дерьме с головы до ног.

— Стоять! — раздался резкий окрик, и бойцы АСД замерли.

На высоких этажах в основном были только НПС, ну и очень и очень немного проходчиков. Просто потому, что проходчиков в принципе было не много, так ещё и приходили они сюда для прокачки или штурма подземелий, так что встретить кого-то из них просто на улице было не очень вероятно.

Но нам повезло, глава АСД, Кагемуша, личной пришел остановить чинимый произвол над своими парнями. Даже интересно, кто-то из наших подконвоинных смог незаметно позвать на помощь или кто-то другой сообщил? Все же взаимодействие с игровыми меню требовали специфичного движения рук, которые легко заметить и ничего подобного у нас замечено не было.

Кагемуша с суровой миной на лице и копьём в руках сначала осмотрел Шмитта, что поспешил встать с земли, а потом повернулся ко мне.

— Что все это значит, Такаши?

— У вас в Альянсе так принято, устраивать разборки на улице? — выгибаю бровь, честно не понимая, что за хрень творится у этих людей в головах. — Твоя обезьянка тоже все никак не хотела заткнуться и дойти до места, где можно было бы спокойно поговорить, теперь ты ведешь себя как женушка поймавшая мужа на измене.

Кагемуша нахмурился, его пальцы сжались на древке копья. И все это на фоне смешков от банды Кляйна. Кирито тоже криво улыбнулся и рукой подал мне знак, что уровень моего юмора стоило бы приподнять хоть чуть чуть выше пояса.

Засранец. Ну и я не лучше, все же это то самое негативное влияние моего поведения, которое я давно замечаю, на обществе проходчиков. Ничего удивительного, что на Кирито, с которым я общался довольно часто, это влияние оказывалось особенно сильно.

— Кто вообще дал тебе право куда-то тащить моих людей? — надо отдать Кагемуше должное, он взял себя в руки и продолжил разборки, а не скатился в банальную ругать.

— Я сам взял на себя это право, когда нам сообщили об убийстве в безопасной зоне, — я все же перестал изображать из себя жизнерадостного гопника, и вернулся к своей обычной манере речи. И нельзя сказать, что Кагемушу, это хоть немного обрадовало. — И все согласились, что я могу этим заниматься с одним условием, не лезть к девушке свидетелю. Вот спроси любого, я с ней не говорил и пальцем её не тронул. И всего лишь не дал Шмитту её тронуть.

— Ты… — глава АСД уже собрался что-то сказать, но вспомнил, что мы всё ещё стоим посреди улицы. — Ладно, поговорим в другом месте. Но учти, Такаши, я не позволю унижать моих людей.

— Если они будут вести себя как люди, то и отношение к ним будет человеческое, — пока я говорил, Шмитт, наконец поднялся на ноги. — Пошли, у Армии тут есть дом, в котором можно будет спокойно поговорить.

Кагемуша сжал зубы, но кивнул. Его бойцы переглянулись, но ослушаться командира не посмели.

— Только без фокусов, — предупредил он, бросая на меня тяжёлый взгляд.

— Мне даже интересно, как бы ты меня остановил, — уже не в первый раз мне подумалось, что я живу в каком-то подростковой комедии. Все эти пафосные фразочки откровенно намекают на так называемый синдром восьмиклассника.

За такими размышлениями мы все же дошли до нужного дома. Армия ставила своей целью прохождение игры, а потому на переднем крае всегда ошивалось хотя бы с пяток человек, которые мониторили местных торговцев и НПС гильдии, с которых можно было бы добыть что-нибудь интересное или полезное. Ну и квесты интересные искали заодно.

Внутри царил типичный хаос передового лагеря: на столе валялись карты с пометками, у стены валялись сундуки с разнообразными припасами, помеченные как «оружие», «доспехи», «ресурсы» и каждого вида было по несколько штук, разбитых на редкость. Людей сейчас тут не было, так как середина дня и все заняты делом.

В отличие от обычных гильдий, Армия продолжала цепляться за обычную жизнь и придерживалась стандартного рабочего дня и рабочей неделей. С зарплатами и надбавками за переработки.

— Ну что, устраивайтесь поудобнее, — широким жестом указал я на расставленные по комнате стулья.

Кагемуша с недовольной гримасой осмотрел помещение, его взгляд задержался на доске с графиками дежурств и квестов.

— Вы что, всерьез играете в офис? — похоже он не верил во все те слухи и рассказы, что ходили про Армию.

— Мне на это наплевать, а кому-то необходим кусочек прошлой жизни и стабильности, — пожимаю плечами. — Играл в Planescape Torment?

Не только Кагемуша, но вообще все присутствующие скривили такие лица, что сразу стало понятно, не только не играли, но даже и не слышали. Даже интересно, просто не дошла классика РПГ до Японии, или в этом мире в принципе такой игры не случилось?

— Старенькая игрушка, в которой был забавный вопрос: «что может изменить природу человека?» Ответ, который сценаристы посчитали правильным: «все во что ты веришь». Так что пока эти люди верят в правильность своих старых привычек и правил, это будет приносить им пользу, — опустившись на ближайший стул, я внимательно посмотрел на Шмитт, с которым и собирался поговорить. — Уж по крайней мере никто из них не был причастен к убийству игроков.

— Ты намекаешь, что Шмитт причастен? — Кагемуша резко сжал кулаки, но тут же ослабил хватку.

Привычка, которую многие выработали в рейдах на подземелья. Не стоить слишком напрягаться, особенно перед боем, иначе можешь не успеть правильно среагировать.

Вообще, наблюдая за главой Альянса Спящего Дракона я все больше поражался. Кремень мужик. Видно же, что очень хочет послать всех к херам, а то и откровенно морду набить, но вот, сохраняет достоинство и продолжает разговор. И снова, как и в случае с Кирито, хочется спросить, а где были такие кадры в моём окружении, когда начался зомби апокалипсис? Просто по человечески обидно сравнивать ту же Саю или Рику с такими кадрами как этот Кагемуша.

— Это ложь! — тут же вскинулся сам Шмитт. — Я ничего не сделал.

— Почему же ничего? — поправляю его. — Ты откуда-то узнал подробности этого дела. Мне, кстати, интересно, откуда узнал? Приперся к свидетелю, к которому главами гильдий было решено отправить наших дам и только их. Меня, например, прямым текстом попросили держаться от неё подальше. Ещё и друзей с собой позвал целую команду. Откуда столько стараний?

Примечательно, но Кагемуша не признался в том, что именно он рассказал Шмитту про свидетеля. Наоборот, глава гильдии очень внимательно смотрел на своего бойца, ожидая ответа.

— Я знаю Ёрико, мы раньше были в одной гильдии. Я просто хотел с ней поговорить.

На заявление Шмитта Кляйн картинно присвиснул, после чего обвел рукой команду бойцов, которую мы перехватили.

— А эта труппа театра Кабуки, наверное, должна была танцевать и петь во время вашего дружеского разговора. Я правильно понял?

— Эта группа тренировалась вместе, так что я бы удивился, если бы они были не вместе, — вступился за своих Кагемуша. — Но вы должны были именно тренироваться, а не разгуливать по Линдасу, как по торговому центру какому-то.

Шмитт в ответ на это только мялся, так как сказать в своё оправдание, по сути, было нечего. И пока он там что-то пытался то ли выдумать, то ли просто отмолчаться, мне на почту пришло письмо от Саэко с интересной информацией, и просьбой задать этому гению пару вопросов.

— Подружка, с которой ты так хотел поговорить, поделилась интересной информацией, — прерываю это тупое молчание. — Гильдия Золотое Яблоко, что можешь о ней рассказать?

— Что? — система гипертрофированных эмоций очень наглядно показала, что он чувствовал в этот момент. Весь побледнел и покрылся крупными каплями пота.

— Гильдия Золотая Яблоко, в которой состоял ты и свидетель убийства в безопасной зоне. Гильдия, которая однажды нашла очень ценный предмет, и глава которой была убита при попытке продать этот предмет на переднем крае, — чем больше я говорил, тем мрачнее был Кагемуша, а Шмитт бледнел все больше. Как бы у него сердце не отказало от всех этих волнений.

— Это… Это было давно! Никакой связи с нынешними событиями!

— Связь есть. — Я переслал Кагемуше письмо Саэко. — После смерти главы «Золотого Яблока» гильдия распалась. А ты пошел в Альянс Спящего Дракона с очень недурным снаряжением. Куча вещей, которых у тебя не было в Золотом Яблоке и которые тебе было просто неоткуда достать. Можешь как-то это объяснить?

Глава 48

Мои слова повисли в воздухе, натягивая и без того напряженную атмосферу, как тетиву лука перед выстрелом. Шмитт замер, его глаза метались от меня к Кагемуше, словно ища спасения. Но глава Альянса Спящего Дракона лишь скрестил руки на груди, его лицо стало каменным. Убийц игроков на переднем крае очень не любили, особенно после того, как это коснулось непосредственно самих проходчиков.

— Я… Это не… — Шмитт задыхался, словно рыба на суше. — Это все совпадение!

— Совпадение? — я кивнул. — Знаешь, возможно. Без дураков, иногда кому-то может просто повезти или не повезти. Совсем как ваша гильдия совершенно случайно нашла уникального монстра, которого было легко убить и с которого выпал шикарный даже по сегодняшним меркам лут. Вот только это не отменяет вопроса о том, откуда ты достал своё снаряжение, после выхода из гильдии?

Шмитт отступил на шаг, но за его спиной уже стояли другие члены Альянса, что не дали ему пройти дальше, более того, один из них пихнул своего капитана в спину, заставив сделать несколько шагов вперёд. Сколь бы нелепым не было это затянувшееся представление, ни у кого уже не осталось сомнений, что Шмитт во всём этом как-то замешан.

Пауза затягивалась, но я не спешил. Во-первых, особо незачем. Во-вторых, ждал, до чего там девчонки договорятся. И мои ожидания были вознаграждены ещё одним письмом от Саэко, который я демонстративно открыл и начал читать, не скрывая свой интерфейс специальными настройками.

Шмитт нервно заёрзал, увидев голографическое окно, всплывшее передо мной. Он прямо-таки уставился на него, будто пытался прочитать, что там написано. Я же быстро прочитал все написанное и перешел к делу.

— Как мы и предполагали, убийство в безопасной зоне было постановкой. И сделано это было для того чтобы спровоцировать убийцу твоего бывшего капитана, — делюсь тем, что мне написали. — План крайне тупой, как по мне. И тем удивительнее, что ты на него попался.

— Но это не я! Правда не я, — Шмитт, здоровенный мужик, разве что не плакал.

— Ну так расскажи, что тут происходит и какого черта ты вообще сиганул в ловушку, якобы поставленную не на тебя, — очень хотелось бы пнуть придурка, который только ноет и не может нормально ответить на вопросы. — Потому что прямо сейчас буквально всё указывает на тебя.

— Я… — Шмитт сглотнул, его пальцы судорожно сжались в кулаки, потом разжались. Он огляделся, словно ища выход, но стены из молчаливых лиц проходчиков сомкнулись вокруг него. — Ладно… Ладно, я скажу. Это была моя вина. Я… я не думал, что все так закончится… я никого не хотел убивать.

Кагемуша уже собирался что-то сделать и, судя по его лицу, это «что-то» начиналась с хорошего такого удара по голове. Судя по всему главу АСД уже достало все это размазывание соплей. И хотя избиение придурка только ещё больше затянет процесс допроса, я не стал лезть в отношения этих двоих.

Как и до этого весь урон в пределах безопасной зоны был заблокирован.

— Зря бьешь по голове, — все же вставлю свои две лепты, чтобы это избиение не затянулось надолго. — После ударов по голове жертва теряется, и продолжать допрос после этого довольно сложно. Даже с учётом отсутствия урона.

Только когда я сказал это, в мою голову постучалась мысль, что звучит это очень не очень. Но сказанного уже не воротишь, вон как все на меня таращатся.

— Знаешь, Такаши, иногда ты меня откровенно пугаешь, — доверительно сказал Кляин.

— Спасибо, — сухо ответил я, не отрывая взгляда от Шмитта. — Но сейчас не время для комплиментов.

Кагемуша, слегка остыв, отпустил Шмитта, но его взгляд по-прежнему сверлил подозреваемого, словно пытался разглядеть правду прямо через череп.

— Говори, — прошипел он. — Быстро.

— Я ничего не знал! Я всего лишь… всего лишь следовал инструкции… всего лишь… самую малость…

— Хватит ныть! — Кагемуша, похоже окончательно вышел из себя.

— Спокойней, пускай рассказывает, — из нас мог бы получиться неплохой дуэт на тему доброго и злого полицейского. Только вот Кагемуша не играет, он реально уже в бешенстве. Да и мне как-то привычнее отыгрывать злодея, чем строить из себя добренького и вызывающего расположение парня.

— Я… я только… в тот день, когда мы решили продать кольцо, я нашел у себя в поясной сумке записку и кристалл… и там была инструкция… что нужно сделать, — Шмитт судя по всему тоже достиг эмоционального предела, так что все-таки принялся рассказывать, хоть и чуть ли не силой давил из себя слова.

— Что за кристалл? — вопросов было много, но я решил задавать их по одному.

— Он выглядел как самый обычный телепорт. В записке… в записке было только написано, чтобы я пошел за лидером… и что когда она снимет комнату и выйдет из нее поужинать, чтобы я незаметно туда вошел, настроил кристалл телепорта на ее комнату и оставил его в хранилище гильдии. Это, это все, что там было… я, я больше ничего не сделал, кроме этого! — он все же сорвался на крик. — Я Гризельду пальцем не тронул! Тот… тот тип, тот тип, что мне написал, это он убил Гризельду и украл кольцо… я, я совершенно не думал, что так получится!

— Оно и видно, что не думал, — его нытьё уже откровенно достало, но нужно было уточнить ещё один вопрос. — Кто был автором письма?

— Я… я не знаю! — Шмитт заерзал, явно предчувствуя новые проблемы после такого ответа. — Правда не знаю, письмо не было подписано, а навыка определения у меня не было.

— Не знал, но в итоге подставил своего капитана, — Кагемуша хотел было сплюнуть, но вспомнил, где находится и сдержался.

— Рассказывай дальше, что именно произошло, — пытать его на тему автора письма было бессмысленно. Я чувствовал, что он не врёт, да и вряд ли преступник был настолько туп, чтобы оставить какие-то очевидные улики против себя.

Ну и Шмитт рассказал. Рассказывал правда все так же с паузами, нытьём и понуканиями со стороны. Но если взять самую суть, то выходило следующее.

Об убийстве, первоначально, речи не шло. Более того, так как записку кто-то подкинул в поясную сумку, считай переносной игровой сундук, Шмитт вообще был уверен, что это сделал кто-то из своих. В письме говорилось о воровстве кольца, и обещании лично Шмитту половины стоимости за помощь в краже.

И тут был интересный нюанс, который также говорил о том, что первоначально в деле был замешан не игрок-преступник. Навык карманных краж не был секретом, более того, наряду с подслушиванием, его можно было взять без всяких условий и квестов. И такими навыками пользовались многие, кто проходил криминальные квесты от НПС, добывая всякие ништяки для игроков по этой линии.

Если бы сообщник Шмитта имел навык кражи, то никакой мути с кристаллом телепортации просто не нужно было. Уточнив, когда именно это было, я только больше убедился в том, что замешан кто-то из своих.

Как раз тогда широко стал известен способ «безопасных преступлений». Обычно со своим меню может взаимодействовать только сам игрок, но никто не говорил, что взаимодействие должно быть добровольным. Пока игрок спит, можно было спокойно открыть меню торговли с ним, и двигая рукой спящего, подтвердить любую сделку.

Обычная настройка приватности меню в таком случае не работала, так как меню торговли было обоюдным и оба видели сообщения друг друга.

Шмитт был уверен, что все закончится воровством, и решился на этот шаг. По его словам выходило, что он осознавал факт своего предательства, но оправдывался перед собой тем, что собирается стать проходчиком, а значит будет помогать вообще всем игрокам.

За подобное лицемерие, кстати, он ещё разок получил от Кагемуши по роже. Сам глава гильдии АСД, пахал как проклятый, чтобы стать сильным игроком и выйти на передний край. И он просто взбесился, услышав, как кто-то другой решил проделать тот же путь на чужом горбу.

Врезав Шмитту ещё раз, Кагемуша дождался, пока тот поднимется и отмахнётся от сообщения о заблокированном уроне.

— Значит, ты не просто предатель, — Кагемуша тоже, в некотором роде, перегорел и уже не трясло от злости. — Ты ещё и трус. Решил украсть, но не хватило духу признаться в этом даже самому себе.

Шмитт попытался что-то пробормотать в оправдание, но тут уже я вмешался, не желая тратить на эту драму ещё больше времени.

— Ладно, хватит, — я резко поднял руку, прерывая поток нытья. — Последний вопрос: что пошло не так? Почему вместо кражи получилось убийство?

— Я не знаю… правда не знаю. Этого просто не должно было быть.

— Не должно, — соглашаюсь с ним, продолжая размышлять. — Если кто-то так жаждал этот предмет, что был готов убить, то ему не было резона платить тебе. Если он хотел просто украсть артефакт за условные полцены, то ему не было нужды никого убивать. Наоборот, скинуть тебе деньги, и после такого любой подумал бы на тебя, в то время как вор ушел бы с концами.

— Получается, что цель была именно в убийстве? — Кирито тоже активно шевелил мозгами.

— Похоже на то, — крутить теории можно было бесконечно, но хотелось бы понять, что дальше делать. — Но тогда зачем вся эта сложная схема? Если кто-то хотел убить, то почему не сделать это напрямую? Зачем втягивать Шмитта, подкидывать письма, устраивать весь этот спектакль?

Кагемуша скрестил руки, его взгляд стал тяжелее.

— Чтобы замести следы. Если бы капитан просто исчез или был убит в открытом бою, проходчики начали бы расследование. А так… Нас оставили с этим… — он бросил взгляд на Шмитта, — предателем.

— Но в итоге это не сработало и расследования никакого не было, — поднявшись со стула, эту версию я отметаю. — Вообще я уже давно думаю, что среди проходчиков есть крыса, и скорее всего не одна. Очень хорошо тот же Смеющийся Гроб был осведомлен о наших планах. А вот мы очень уж часто что-то упускаем с нижних этажей. Но тут вы уже сами решайте, что будете делать и в какой степени Шмитт на эту крысу похож.

— Что? — Шмитт от такой подставы аж глаза выпучил. — Но я никого не убивал. Клянусь!

— Ты был сообщником, что по закону одно и то же, — Кагемуша покачал головой, даже не посмотрев на своего, теперь уже бывшего, бойца. Вместо этого он внимательно смотрел на меня.

— Но я не знал, что всё закончится убийством! — Шмитт хотел подойти к Кагемуше, на что ещё раз получил по морде. Все же без прямого урона или боли подобные воздействие теряет всякую ценность.

На этом, возня со Шмиттом бы закончилась, если бы не ещё одно письмо от Саэко. Всё время разговора мы обменивались сообщениями, чтобы держать друг друга в курсе и вести, фактически, перекрестный допрос Шмитта и Ёрико, которую допрашивали девчонки.

И каким-то образом девочки пришли к довольно неожиданному плану. А именно попытке выманить настоящего убийцу. Вопрос лишь в том, как именно всё это обставить.

***

Место встречи было назначено на девятнадцатом этаже, в деревеньке Раблак. Именно здесь, полгода назад, располагался штаб гильдии Золотое Яблоко.

Кагемуша был решительно против того, чтобы доверять Шмитту хотя бы толчки охранять, но всё же это был способ «Мастера Обороны» оправдать себя и заслужить если не прощения, то хотя бы человеческого отношения к себе. Так что именно Шмитт демонстративно отправился на девятнадцатый этаж, а оттуда к могиле Гризельды, человека, в убийстве которого он был виноват.

Могила, что была ему нужна, находилась в двадцати минутах ходьбы, за пределами безопасной зоны, что нервировало Шмитта. Зато шанс, что Красные игроки все же соблазняться шансом прирезать одного из проходчиков.

Волоча ноги, Шмитт взобрался на вершину холма и оглядел то, что находилось возле деревьев. Перед ним был могильный камень, источенный ветрами и поросший мхом, — могила Гризельды, лидера Золотого Яблока. Глядя на эту картину, Шмитт содрогнулся, придавленный чувством вины.

И деревья, и могильный камень здесь были просто предметами ландшафта — прихоть дизайнера уровня. Однако через несколько дней после гибели Гризельды и распада Золотого яблока оставшиеся семеро решили считать это место ее могилой и похоронили здесь ее меч — точнее, закопали у подножия могильного камня; там его прочность постепенно снижалась, и вскоре он должен был рассыпаться естественным путем.

Тогда они хотели хотя бы так почтить память умершей.

Шмитт молча опустился на колени, почти упал, после чего принял позу униженного извинения. Он сам не знал, чего было больше в этом действии, представления для возможных убийц, или реального извинения перед женщиной, которую он предал и подставил.

— Прости, — прошептал он, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Я не хотел…

Но слова застряли в горле. «Не хотел» что? Он прекрасно знал, на что идет. Тогда, полгода назад, он выбрал себя, выбрал деньги и снаряжение, а не верность. И Гризельда заплатила за это жизнью.

Ветер шевелил листву, и в его шорохе Шмитту чудились шаги. Он резко обернулся, рука инстинктивно потянулась к мечу. Но он никого не увидел. В этом виртуальном мире это ничего не значило, так как навык скрытности позволял сгладить некоторые шероховатости в попытках спрятаться. Навыка же обнаружения, что наоборот помогал бы обнаружить спрятанное у Шмитта не было.

— Ты бы сейчас назвала меня идиотом, — хрипло усмехнулся он, глядя на камень.

— И она была бы права, — заметила Ёрико, что вместе с ещё одним членом Золотого Яблока, Кэинзом, все же вышли к бывшему товарищу.

— Вы всё же пришли, — от близости людей, перед которыми он также испытывал вину, Шмитту было неуютно. Настолько, что он на мгновение даже забыл про необходимость играть роль приманки. Благо он достаточно быстро быстро пришел в себя. — Вы… правда очень уважаете лидера…

— А ты разве нет? — тихо спросил Кэинз.

— Что?

— А ты разве не уважал её, разве ты отличаешься от нас? Ты ведь никогда не испытывал ненависти к лидеру. Как бы ты ни желал заполучить кольцо, ты не испытывал к ней злобы. Или я неправ?

— Нет… ты прав, — Шмитт опустил взгляд. — Я уважал её. И до сих пор уважаю.

— И всё же ты её предал, — Ёрико скрестила руки на груди, а голос её был холоден.

— Да, предал, — Шмитт уже устал оправдываться, но все же продолжал настаивать на своём. — Я получил анонимное письмо, в котором предлагали всего лишь украсть кольцо… пробрался в комнату лидера и настроил проход. А в итоге…

— Ты точно не знаешь, кто написал ту записку? — жестко спросила Ёрико, и Шмитт снова отчаянно закивал.

— Не знаю, и даже не могу представить, кто бы это мог быть. Нас было восемь; если вычесть меня, вас двоих, лидера и её мужа, Гримлока, остаются еще трое… но я никогда с ними не связывался после того дня… вы о них что-нибудь знаете?

— Когда Золотое яблоко распалось, они втроем вошли в среднюю гильдию, такую же, как наша, и жили нормальной жизнью, — на вопрос Шмитта Ёрко лишь покачала головой. — Никто из них не покупал ни редкого снаряжения, ни домов. Ты один так резко поднялся, Шмитт.

— Ясно… — Шмитт опустил голову.

Сейчас он как никогда чувствовал себя идиотом, который сам подставился своими тратами. Тут скорее нужно удивляться, как на него до сих пор не вышли, после всего этого. Не зря говорят, что дуракам везёт.

Он был так поглощён этими мыслями, что совершенно не обратил внимание на звуки вокруг. А ведь подкрадывающийся к нему парень был не очень аккуратен и даже не смотря на навык скрытности всё же выдавал себя торопливых шагов.

— Ш… — начала было стоящая Ёрико, но в это самое мгновение Шмитту в шею воткнулся кинжал — точно в щель между латами и нашейной пластиной.

Это было сочетание навыков «Бронебойности» и «Тайного удара». Лишь мгновение Шмитт был в шоке, а затем с проворностью, выработанной на переднем крае, развернулся. Даже если ему перережут горло, он не умрет на месте. Да, это жизненно важная точка, и урон будет критическим, но все равно не сравнимый с запасом хит-пойнтов Шмитта. Вот только урон и хит-поинты были не единственными параметрами в бою.

Едва Шмитт развернулся, его ноги потеряли всякую чувствительность, и он с лязгом рухнул на землю. Его полоса хит-пойнтов окуталась зеленым свечением — признак паралича. Будучи танком, он прокачивал сопротивляемость к ядам и негативным эффектам, но его навык оказался слишком низок.

Напавший на него был совсем мальчишкой, едва ли четырнадцати лет. Столкнувшись с ним лицом к лицу, прежде чем упасть, Шмитт успел хорошо разглядеть его. Ещё один невысокий парень оказался рядом с Ёрико и Кэинзом.

Шмитт не мог толком двигаться, чтобы рассмотреть второго, зато отравивший его парень был прямо на виду. И курсор над его головой был ярко оранжевого цвета. Ещё не красный плеер-киллер, но уже на гране становления таковым.

Пара оранжевых игроков было совершенно не тем, что они надеялись получить, устраивая это представление. И легкие аплодисменты чуть в стороне, заставили Шмитта с усилием, сквозь паралич, повернуть голову. Он увидел фигуру самого страшного человека в Айнкраде.

Он был одет в тускло-черное пончо до колен, к которому был прикреплен надвинутый на глаза капюшон. В руке он держал здоровенный прямоугольный нож, смахивающий на китайский топорик для разделки мяса. Это был ПоХ, так и не пойманный основатель гильдии Смеющийся Гроб, когда-то уничтоженной проходчиками.

Глава 49

Естественно, что никто Шмитта и двух массовиков-затейников из Золотого Яблока не отправил в засаду одних. Правда тут вылезла небольшая проблема, что среди проходчиков было очень мало тех, кто качал навыки скрытности.

На переднем крае, особенно в составе боевого отряда или гильдии, скрытность была довольно спорным навыком. Для разведки лучше использовать обнаружение. Для критических ударов, можно было просто хорошенько прокачать навык оружия и более или менее грамотно наносить удары в очевидные уязвимости.

Так что в нашей компании скрытность прокачивала только Арго. Ещё пару человек из проходчиков мы просто знали, но звать их никто не стал. Мои слова про возможную крысу, глубоко запали в душу Кагемуши и Кляйна, так что эти доморощенные шпионы решили все сделать сами.

— М-да, — Кирито даже немного удивился той суете, что развели вокруг попытки проследить за неизвестными. — Что-то они…

— Ты сам таким был, — я приготовления к слежке воспринимал стоически. Это было не самое странное, с чем мне доводилось сталкиваться. — Вспомни, как ты пытался привлекать к себе как можно меньше внимания в кафе.

Спорить со мной парень не стал, только усмехнулся. Мы оба стояли чуть в стороне от общей суеты, продолжая наблюдать за происходящем.

В условиях тотального отсутствия навыка, что позволяет просто стать невидимым, прятаться на месте было просто невозможно. Даже с учетом прокачанной симуляции, спрятаться где-то на месте было бы крайне проблематично. Особенно когда не знаешь, с какой стороны подойдет противник. Поэтому основные силы было решено перекинуть тем же способом, который неизвестный предложил Шмитту, настроенный на определенное место кристалл телепорта.

Настраивать кристалл буду я, так как у нас с Саэко, как супругов, был общий инвентарь. Так что передать ей настроенный кристалл для группового телепорта я мог моментально и в любой момент. Прятаться же я собирался через прямую манипуляцию виртуальностью, как и Кирито. Ещё с нами увязалась Арго, которой просто было интересно, остальные же ждали телепорта.

На девятнадцатый этаж мы перешли почти на полтора часа раньше Шмитта, что вышло почти случайно.

Чтобы не привлекать внимание, пришлось использовать телепорт, завязанный на одну из точек стандартных точек интереса на девятнадцатом этаже, и уже оттуда пешком двигать в сторону места встречи. Время на путь брали с большим запасом, но по итогу справились довольно быстро. Благо Арго максила ловкость, что отвечала, в том числе, и за скорость передвижения, мы же с Кирито безбожно читерили.

Настолько безбожно, что Арго даже начала подозревать нас в этом.

— Да как так-то… — тихо возмущалась она, когда мы все же добрались до нужного места и выбирали место для засады.

Обнаружения прямо здесь мы не боялись. К этому времени Шмитт ещё не должен был начать трепаться, куда пойдет. Ожидать же, что красная гильдия будет сидеть здесь просто так было бы очень странно.

— В это главная несправедливость компьютерных игр, — Кирито решил немного оправдать наши способности перед Крысой. — Банальная разница в уровне может обернуться чудовищной разницей в силе.

— Я бы ещё сказал, что многое зависит от подбора навыков, и предметов, — тоже вставлю свои пять копеек. — Особенно от предметов. Правильная снаряга вообще позволяет обеспечить чудовищный разрыв в силе при сравнительно равной прокачке.

— Я тоже не в обноски одета, — Арго все ещё была недовольна.

Мы какое-то время ещё общались, пока от Саэко не пришел сигнал, что Шмитт выдвинулся на место встречи. После этого вслух мы уже не говорили, только переписывались через чат. За это время я успел настроить кристалл телепортации к себе, который перенесёт ко мне группу игроков.

Ждать пришлось долго. Сам Шмитт не спешил, потом его треп с бывшими товарищами. Но ожидание это не было напрасным. Парочку красных игроков мы срисовали сразу же. Оба они были не очень высокого уровня, в том числе и уровня навыка скрытности. Судя по информации, которую я считывал напрямую в системе, даже Шмитт, вообще не имея навыка обнаружения, должен был слышать шаги парня, который его отравил ударом в спину.

Другой вопрос, что этот дуболом то ли проигнорировал этот звук, то ли просто не заметил.

Кирито уже порывался вмешаться, но я его остановил. Парочка молодых придурков, которых натаскивали на кровь, это не то, что мы надеялись поймать. У молодняка должен был быть поводырь и его ни в коем случае нельзя было спугнуть слишком ранним вмешательством.

И каково же было моё удивление, когда поводырем оказался сам ПоХ. Внешность он имел довольно примечательную, ПоХ был не японцем, а латиносом. Может с Филиппин приехал в страну, или вообще из Америки.

И в отличии от детишек, что веселились и перекидывались нарочито угрожающими фразочками ПоХ был собран и в некотором роде даже аккуратен. По крайней мере в самом начале он был аккуратен, осматривался вокруг, сканируя окружение, как взглядом, так и при помощи навыков.

Нас с Кирито обнаружить честным способом было просто невозможно, Арго же мы общими усилиями прикрыли.

ПоХ тем временем подошел к Шмитту и коротко приказал:

— Переверни.

Парень, что отравил Шмитта тут же попытался перевернуться свою жертву на спину. В оригинальной SAO это было бы невозможно, лимит поднимаемого веса просто не дал был сдвинуть с места слишком тяжелую тушу. Но после моих многочисленных вмешательств, мир уже не настолько деревянный.

Однако даже с новыми механиками парень копошился неуклюже — видимо, не прокачал силу. ПоХ раздражённо цыкнул и сам резко перевернул Шмитта пинком ноги, словно откидывая мешающий камень.

— «Силён», — Кирито тоже оценил способности убийцы игроков, о чем написал в наш чат. — «Выскакиваем?»

— «Какой смысл прятаться, если сразу дать о себе знать?» — я покачал головой, указывая Кирито на парня, что стоял рядом с парочкой друзей Шмитта. — «Надо лишить их заложников. А я Постараюсь связать боем ПоХа. Как будешь готов, сигналь, атакуем вместе».

Прочитав моё сообщение Арго с прищуром посмотрела на меня. Но я не планировал как-либо задействовать торговку информации в боевом столкновении. Но и польза от неё тоже будет.

— «Понял. напишу, как буду готов атаковать», — ответил Кирито, прежде чем я успел выдать текст для Арго.

— «Арго, ты должна будешь позвать остальных, но не сразу. Попробуем сначала заставить их самих вызвать подмогу», — и только потом ответил Кирито. — «Ок».

Так и решили, начав подбираться к убийцам игроков. Нам с Кирито при этом пришлось изображать скрытое и аккуратное продвижение. Объединённые в одну группу игроки могли видеть друг друга даже под скрытностью, что должно было облегчить командную работу и в тоже время свести к минимуму шансы обмана и воровства у своих. Так что, чтобы не нервировать Арго очередными очевидными читами, мы играли в нидзя.

Убийцы игроков же тем временем продолжали трепаться, упиваясь своей надуманной крутостью и властью над жизнями других.

— Ну надо же… это оказалось правдой. У нас сегодня жирная добыча. Сам офицер первой линии Альянса Спящего Дракона, — ПоХ усмехнулся, склонив голову набок и с интересом рассматривая Шмитта. — Ну что ж… It's showtime. С удовольствием убью вас сегодня… вопрос только в том, как мы это сделаем?

— Давай знаешь как, шеф? — молодой парень был лихорадочно возбужден и кайфовал от происходящего, как кажется, в разы сильнее своих подельников. — Пусть они сыграют в игру «убейте друг друга, а победителя отпустят»? Только, раз их трое, надо бы сбалансировать стороны.

— Так мы же все равно решили, что убьём всех.

— У-у… Шеф, но они-то об этом не знали! Как нам теперь играть в эту игру, если ты им всё рассказал?

ПоХ лишь усмехнулся в ответ на возмущение своего подчинённого, медленно проводя пальцем по лезвию своего знаменитого оружия, здоровенного тесака. Он хотел сказать что-то ещё, но тут Кирито выскочил из невидимости за спиной молчавшего до сих пор убийцы, молодетским пинком откидывая его подальше от заложников.

Я подобным милосердием не страдал, и начал представление с того, что просто воткнул меч в основание черепа мелкого поганца, что говорил с ПоХом, так что кончик меча вылез у него из рта. Это был критический урон, который полностью обнули хит-поинты начинающего убийцы игроков, так что его игровой аватар рассыпался осколками цветных полигонов.

— Привет, ПоХ, — следующим ударом снизу вверх я пытаюсь отсечь знаменитому на весь Айнкрад убийце руку, но больше для того чтобы шугануть его, а не реально убить. — Приятно, наконец-то, встретить тебя лично.

Латинос отшатнулся, даже не пытаясь выставить свой тесак в качестве блока. Явно опытный боец, но не фехтовальщик.

— Нихонто Такаши и Черный Мечник Кирито, — тут же опознал нас ПоХ. — Какая честь.

— Убью идиота, который распространяет это прозвище, — говоря это, я поигрываю своим мечом. — Я, конечно, понимаю, что вы эти клички даёте от балды, лишь бы звучало «прикольно». Но запомни, нихонто — это японский однолезвийный меч. У меня же в руках всегда обоюдоострый меч европейского образца.

— Да срать я хотел на ваши заточки, — ПоХ сплюнул, оглядываясь вокруг.

Его подельники зашевелились, но Кирито уже встал между ними и заложниками, держа меч наготове.

— Не двигайся, или я отрублю тебе что-нибудь, — предупредил его мой ученик, не уточняя при этом, отрубил он голову, что приведёт к смерти, или конечности, которые просто повесят получасовой дебаф.

Добрый он все-таки парень. Что даже хорошо, в некотором роде.

— О, угрозы! — ПоХ фальшиво ахнул, прикладывая руку к груди. — Я так напуган, что прямо сейчас обосрусь.

— Страх это хорошо, — киваю. — Пытать тебя все равно бесполезно, так что выбор небольшой, убить или отправить в тюрьму.

— Что-то ты не спешил давать подобный выбор малышу Джони, — ПоХ принял довольно примечательную боевую стойку. Армейская школа боя на ножах. Довольно нелепо смотрится с его тесаком, но сам факт занимателен. Не так прост этот фрукт.

— Что поделать, — в отличии от него я никаких стоек не занимал. Атаковать можно, по сути из любой позиции, и давать врагу заранее знать, как именно ты собираешься атаковать, было той ещё глупостью. — Как я уже говорил твоим дружкам, в рейде на вашу штаб-квартиру, вы воюете не со святыми. Моя бы воля, и я всех вас поубивал бы, демонстративно и показательно. И именно поэтому я сохранил тебе жизнь.

Пока я разглагольствовал мне в чат написала Арго с вопросом, не пора ли вызвать подкрепление. Через свою связь с виртуальностью я чувствовал, что больше убийц игроков рядом не прячется. Мог ли ПоХ вызвать подкрепление? Возможно. Но с тем же успехом можно было бы просто схватить его и выпытать всю необходимую информацию.

Хоть я и сказал только что о бесполезности попыток, но это была откровенная ложь. Пытки никогда не были про то, чтобы причинять боль. Можно пытать и чисто психологически, и воздействуя исключительно на органы чувств. Главное только, чтобы эта падаль не убилась, а позволила взять себя в плен.

— Сомневаюсь, что твои ручные собачки знают хоть что-нибудь полезное. Да и один пока ещё жив, — продолжаю свой монолог, сам написав Саэко, что они могут телепортироваться. Думаю численное превосходство сыграет с а чувстве самосохранения у латиноса. — А вот ты, как икона и вдохновитель всего этого дерьма, точно должен знать много полезного.

В этот момент на полянку телепортировались и остальные участники расследования в безопасной зоне. Если всё эту возню вообще ещё можно связать с тем самым представлением, что было разыграно.

ПоХ окинул взглядом новоприбывших, и его лицо исказила гримаса ярости.

— Это была ловушка, — он разве что не шипел.

— А ты думал, что мы с Кирито набрели на вас случайно? — я вопросительно поднял бровь. — Ты глупее, чем я думал. Так что, ПоХ, смерть или тюрьма?

— Такаши… — Кагемуша нахмурился, не очень одобряя подобным подход.

— Видишь, Нихонто, — Пох оскалился. — Даже твои товарищи не очень-то одобряют твои методы.

— Бывает, я уже привык, — рассусоливать дальше не было никакого внимания. — Но никто из них не помешает мне исполнить твой приговор в исполнение. Так что давай, рожай быстрее, сдаешься или нет?

— Иди к черту! — ПоХ резко рванулся в сторону, явно рассчитывая на эффект неожиданности.

Интересная идея, если бы я не стоял перед ним на стреме. Да и сам убийца, вместо того чтобы слинять, попытался сначала полоснуть меня тесаком по лицу.

Его тесак со свистом рассек воздух, но я просто отклонился, позволяя лезвию пройти в сантиметре от своего носа. В ответ же ПоХу прилетело навершием меча в челюсть на противоходе. Удар, который в реальной жизни вырубил бы противника, а то и покалечил бы его, выбив все зубы. В условиях виртуальной игры, же по нему просто прошел урон с эффектом оглушения.

ПоХ вскрикнул, выпуская оружие и это, по сути всё, что он смог сделать. Больше эффект оглушения не давал ему действовать. Оглушение действует пять минут, что на самом деле не очень удобно. В бою это целая вечность, вот только я не сражаться с ПоХом собрался, а хотя бы минимально допросить его.

Тюремное заключение почти полностью изолирует игроков на определенное время, пока карма не очистится. И в этой самой тюрьме, Железном Дворце, никакого доступа к заключенным у нормальных игроков нет. Так что хотя бы попробовать допросить главного убийцу игроков стоило.

— Ты выбрал неправильно, — доверительно сообщаю ПоХу, что мог пока только яростно сверкать глазами. — Кирито, как там второй?

— Лежит пока, не дергается, — мой ученик даже взгляд в мою сторону не повернул, продолжив сверлить взглядом второго пёсика ПоХа.

— Уже хорошо, — задумчиво киваю, осматривая пеструю компанию, что решила собраться в этом замечательном месте. — Ну и что будем делать, господа хорошие? Как видите, клиент не готов добровольно делиться своими связями.

— И ты предлагаешь его просто убить? — с сомнением спросил Кляйн.

— Если бы хотел просто убить, то убил бы, но мне все же интересно сначала его расспросить, — на этом в ногу убийцы был вонзен меч. Параметра периодического урона у моего оружия не было, так что это просто был достаточно болезненный для его хит-поинтов удар. — Предложение было именно в этом, сотрудничество или смерть.

— А почему не заключение в тюрьму? — подала голос Асуна. Вообще далеко не только она одна придерживалась такого мнения, и так как все равно приходилось ждать, пока с ПоХа не слетит оглушение, то можно было и обсудить это.

— Тюрьма и в реальной-то жизни редко исправляет уголовников. Они там постоянно сбиваются в группы с себе подобными и оскотиниваются ещё больше, — покачав головой я сосредоточил взгляд на полоске хит-поинтов. В SAO был навык «Боевая Медицина», который давал пассивную регенерацию хитов, я же хотел держать ПоХа на, как это говорят игроки, «лоу-хп». Но ПоХ то ли не смог открыть этот, без сомнений полезный навык, то ли не стал с ним заморачиваться. — В игре же у нас есть немалая проблема с тем, что преступники не будут сидеть в тюрьме до победного. Максимум пару месяцев «бана» и они выйдут вновь.

С этим было сложно спорить, но хотелось, судя по нахмуренным бровкам Асуны. Арго и Кагемуша, со своими парня тоже были откровенно недовольны, но хотя бы не кривили лица так же, как подружка Кирито. Ну и, как это частенько бывало, не имея возможности спорить аргументами, началось банальное продавливание собственного мнения.

— Ты хочешь сказать, что мы должны стать такими же, как они? — Асуна сделала шаг вперед. — Убивать без суда?

— Можешь провести суд, если для тебя это так важно, — я пожал плечами. Это было откровенное издевательство, но других слов у меня не было. — Но если просто посадить его в тюрьму, то через какое-то время он просто выйдет и снова начнет убивать. Так что я предлагаю решить этот вопрос раз и навсегда. И убийство лишь один из вариантов.

Срок оглушения подходил к концу, так что я взялся за рукоять меча, все ещё воткнутого в ногу ПоХ. С учётом количество его хит-поинтов, если он дернется с моим оружием в теле, то умрет, и мне точно так же нужно было лишь слегка дернуть клинком, чтобы его убить.

— Ты только что сказал, что тюрьма не выход, — теперь в разговор включилась и Саэко, что на всякий случай держала руку на рукояти своей катаны. Можно было бы подумать, что она против моих действий, но я слишком хорошо знал свою мечницу, если что-то случится, она сама снесёт ПоХу голову. — Но все же предлагаешь ещё это как альтернативу.

— Это будет не просто тюрьма. Я готов пощадить его если наш друг сдаст своих, — эффект оглушения спал, но ПоХ не спешил дергаться. — Этой методикой часто пользуются мафия и прочая более или менее организованная преступность. Ты ведь тоже этим пользуешься, ПоХ, повязываешь кровью доверчивых школьников, чтобы они потом делали то, что ты хочешь, под страхом, что об их преступлении узнают и накажут. Но это ведь работает в обе стороны. Если ты сейчас в присутствии ещё одного свидетеля из ваших всех вломишь, всё сдашь, то тебе ведь после этого никто из вашей гнилой братии больше руки не подаст. Более того, тебя свои же убить попытаются.

На этом момент я растянул губы в улыбке, при этом почти в ноль убрав эмоции, так что улыбка получилась змеиная.

— После такого мне будет глубоко плевать, что ты выйдешь из тюрьмы через пару месяцев. Ты сам из безопасной зоны не вылезешь, и больше в тусовку убийц игроков не влезешь, — демонстративно чуть шевелю меч в ране. Боли в игре нет, но вот небольшой дополнительный урон так вызвать можно, что ещё сильнее опускать и так небольшое здоровье убийцы. — Так что, поговорим, или прощаемся?

Глава 50

ПоХ замер, его глаза бешено метались, оценивая ситуацию. Он понимал, что попал в ловушку, из которой не было видимого выхода. Его пальцы судорожно сжимались и разжимались, но оружие так и оставалось лежать на земле слишком далеко, чтобы до него достать.

Возможно он реально выискивал способ, при помощи которого сможет выкарабкаться из затруднительного положения, а может просто ждал, пока в ком-нибудь взыграет совесть или жалость. И возможно полгода-год назад кто-нибудь действительно мог бы высказаться за идеи гуманизма и прочую фигню, но не сейчас.

Слишком уж много проходчиков и обычных игроков погибло от рук красных гильдий, и конкретно ПоХа. Хотя некоторая реакция все же последовала.

— Знаешь, Такаши, если бы мне давали редкий предмет за каждый случай, когда ты намекаешь на какие-то связи с криминалом, то я бы не только сам в «рарки» оделся, но и весь передний край бы снабдил, — криво улыбнулся Кляйн.

— Бывает, — пожимаю плечами, но аккуратно так чтобы не потревожить меч в ране убийцы лишний раз. У него и так хит поинтов на один плевок. — Так что, ПоХ, решай быстрее, у меня свидание запланировано, а я вместо этого с твоими капризами вожусь.

— Свидание? — ПоХ хрипло усмехнулся, вытирая кровь с подбородка. — Чем ты, засранец, решил меня впечатлить? Своими навыками переговоров? Да я таких как ты в армии заставлял языком сапоги чистить.

— Ну нет, так нет, — дальше уговаривать этого кадра у меня не было никакого желания, поэтому я проворачиваю меч, убивая вдохновителя самой известной гильдии убийц в SAO.

ПоХ судорожно дернулся, его глаза расширились от неожиданности. Он явно не ожидал, что все закончится так быстро — без долгих монологов, без торга, без театрального момента. Просто холодный расчет и точный удар. Да что там убийца, судя по вскрикам у меня за спиной, некоторые из наших тоже ожидали шекспировской драмы с диалогами на полчаса.

— Ну вот и разобрались, — я крутанул своё оружие, пока тело ПоХа еще не начало рассыпаться в полигональные осколки. — Кагемуша, мелкого уродца допрашивайте сами, а то потом мне точно предъявят за убийство детей.

— Эй, погоди! — Кагемуша такого прикола не оценил. — Мы же должны были допросить его!

Я вздохнул, подбирая с земли выпавший из рук ПоХа редкий кинжал. На удивление неплохая вещичка даже для моего уровня.

— Слушай, — аккуратно перебрасываю клинок в левую руку, — в реальной жизни можно обратиться в полицию, или мокрое полотенце на лицо положить. Вариантов для развития диалога много. В игре же есть определенные проблемы. Да и пускай ПоХ отправился в ад, у нас остался последняя жертва лоботомии. Которую вы можете допрашивать сколько в вас влезет. Я его даже пальцем не трону, а то не дай бог и этого убью.

— Последняя жертва лоботомии, блин… — Кагемуша нервно передернул плечами, глядя на дрожащего подростка, над которым цербером стоял Кирито. — Толку с этого сопляка?

Я на это только плечами пожал, доставая кристалл-телепортации. По настоящему мы с Саэко никакого свидания не планировали, но никогда не поздно все же запланировать и провести.

— Отправь в тюрму, если не знаешь, что с ним делать, или отпусти и проследи, куда он побежит после этого, — последняя мысль была даже интересной, если бы мы были в реальном мире, где нет кристаллов телепортации. — Убийцы игроков, до сих пор были достаточно тупыми, что бы он тут же рванул к своим. Там вы их и накроете.

— Ты серьезно? — Кагемуша скептически осмотрел перепуганного подростка. Глава Альянса Спящего Дракона был мужик не глупый, а потому сразу понял, что я не просто так все это проделываю. — Эй, падаль…

Кагемуша явно хотел что-то спросить у пацана, и даже рот открыл, чтобы продолжить фразу, но нервы пацана не выдержали. Это было, в принципе и не удивительно, все эти «крутые» подростки, были крутыми только до тех пока чувствуют собственную безнаказанность. Столкнувшись же с реальными последствиями, подавляющее большинство откровенно ссыться.

— Не… не трогайте меня! — истерично заверещал пацан. — Я… всё расскажу, только не убивайте! Это незаконно. Вас будут судить.

— Что ж ты об этом не вспомнил, когда сам других убивал, — презрение в голосе Кагемуши можно было ложкой черпать. Да и остальные зрители подобной истерики ничего, кроме отвращения не испытывали.

Я не спешил сразу же уходить, хотя и хотелось, демонстративно сверля мелкого засранца взглядом, чтобы побудить его говорить побольше и побыстрее. При этом, пока мелкий убийца кололся, жестом подзываю к себе Саэко. Все же свидание было обещано, но не помешало бы обговорить некоторые детали.

Саэко подошла, слегка нахмурив брови, но в её глазах читалось любопытство.

— Ты специально так резко всё закончил? — тихо спросила она, чтобы остальные не слышали.

— Ага, — так же тихо ответил я, наблюдая, как мелкий паникер начинает сливать информацию. — Что-то я уже устал от всей этой возни. Да и чем дольше тянется спектакль, тем больше шансов, что кому-нибудь в голову придёт очередная «гениальная» идея.

— Такаши, — она покачала головой. — Иногда я просто не понимаю тебя.

— Это нормально, — я и сам был готов признать, что вся ситуация с ПоХом была довольно скомканной и очень многое в ней происходило не так, как мне хотелось бы. И несмотря на свои собственные слова я готов признать за собой целый ряд ошибок. И это намекает, что нужно сделать перерыв в нашей «игре», а то что-то я заигрался. — Насчет свидания…

— Да? — она склонила голову набок, и в её взгляде промелькнуло что-то игривое.

— Как насчет того, чтобы начать прямо сейчас? — пускай мы переговаривались тихо, так что нас не должны были слышать, но все же стоит подумать над выбором слов. — Мы могли бы погулять где-нибудь пару часов, а потом вернуться домой.

Последнюю фразу я выделил тоном, давая понять, что говорю не просто о домике внутри игры, а о мире, из которого мы пришли в SAO. Любопытство в глазах Саэко сменилось откровенным удивлением. Все же до сих пор именно она предлагала мне делать перерыв в нашей размеренной жизни в виртуальной реальности.

— Сама хотела тебе это предложить, — Саэко быстро отошла от удивление и с улыбкой кивнула.

Причин и дальше оставаться там и выслушивать нытьё допрашиваемого не было, а потому я активировал кристалл группового телепорта. Давненько мы не выбирались из виртуальной реальности, а ведь в Токио были свои дела и свои проблемы.

А ведь проблемы в реальном мире действительно были, и серьезные. Неизвестный Акашит пристал к призванной мной валькирии. И как бы пристал и ладно, уже получил по морде за это. Вот только эти сумасшедшие маги-бойцы не ходят по одному. Даже отдаленные отшельники набирают себе учеников или последователей.

Из этого вытекает два наиболее вероятных варианта, либо этого акашита кто-то ко мне послал, либо кто-то придёт за него мстить. В любом случае, ситуация почти наверняка получит определенное продолжение. Да и с моей стороны будет странно проигнорировать подобный наезд, особенно после разборок с китайскими акашитами. Надо будет выкатить ответную претензию, а то и постараться успеть первым спросить «что за дела?».

— О чём задумался? — спросила Саэко, когда мы перенеслись в дом, что был нашим основным жилищем в игре.

— Да так, — я тут же отправился на кухню. Была мыслишка сразу же затащить девушку в кровать, но раз уж обещал свидание, то стоит хотя бы попытаться нагнать романтики перед физической близостью. — Просто вспомнил, что в Токио нас тоже ждёт весёлая жизнь.

Она фыркнула:

— А когда у нас было иначе?

***

Перемещение в реальный мир из мира нарисованного прошло уже привычным образом. Сначала все было просто и как будто даже незаметно, но очень быстро чувство неправильности мира вокруг, да и внутри собственного тела, нагоняло сознание.

Чтобы справиться с этим чувством, а также оценить как происходит переход тела в полу энергетическую форму существования, я прикрываю глаза и вслушиваюсь в себя. Перестройка шла стремительно. Нас с Саэко уже тяжело было назвать людьми, мы куда больше походили на вампиров или ёкай в плане чистой физики.

Как минимум клеточная деградация, а значит и старость нам уже не грозила. Плюс характеристики игровых персонажей переносились на реальные тела. Сейчас для нас обоих ничего не стоило бы пробежать пару метров по стене или прыгнуть выше головы. Мелочь по меркам очень многих нелюдей, а всё равно приятно. Особенно на фоне отсутствия очень и очень многих минусов, которые обычно достаются всякой нечисти в нагрузку к плюсам.

— Каждый раз одно и то же, — Саэко тоже было непросто справиться с навалившимися на неё ощущениями реального мира и нового, по сути, тела.

— Ну однажды ты перестанешь это замечать, — замечаю справедливости ради. — Лет через триста или четыреста эффект сильно ослабнет, а ещё пару веков спустя исчезнет совсем.

— Люди столько не живут, — фыркнула моя нареченная.

— Ну почему же? — о том, что мы меняемся я ей говорил, но вскользь. Скорее всего она меня не до конца поняла, ну или просто не запомнила. — Первые люди жили около тысячи лет, и все, что тебе нужно для подобного долголетия, это очистить тело от накопившихся ошибок в геноме. «Очистить тело от шлаков», как говорили последователи Дао. И даже после этого есть сотни возможности продлить свой жизненный срок.

— Возможно, — она кивнула, но впечатление, что она все ещё не до конца осознаёт, что мы уже будем жить значительно дольше обычных людей. А ведь такие путешествия, как и наше постепенное усиление в них, продолжатся. По крайней мере таков план.

Что-то доказывать Саэко я не стал. Пускай знания, которые постоянно и непрекращающимся потоком вливались в мою голову, все ещё продолжали давить на мозги, но не только наши тела изменялись. Смею надеятся, что по сравнению с тем, каким я был раньше, во время начала апокалипсиса, мне удалось немного поднабраться не только знаний, но и ума.

Переместились мы с Саэко в те же момент и место из которых уходили, станция монорельса, утром перед школой. Так что нас ожидал типичный школьный денёк.

Не знаю как моя девушка, которая с большим удовольствием занималась нарезкой монстров в виртуальной реальности, да и со мной сходилась в поединке каждый день, а я школу воспринимал ровно. Никаких напрягов от сидения на месте не было, и уж точно уроки не представляли никакой сложности.

Другой вопрос, что и какой-либо пользы в этих уроках я тоже не видел. Так что при первой же возможности собирался безбожно прогуливать все, что только можно будет прогулять. Благо мне было чем заняться и с кем поговорить.

Слежку я срисовал ещё по дороге от монорельса до школы. И следил явно человек, а не птицы или духи. Прям заметить следящего не получилось, даже используя заклинания обострения чувств, что уже очень многое говорило о личности того, или вернее той, кто за мной следит.

По крайней мере до сих пор только Сигурэ удавалось прятаться так, что только благодаря сверх эмпатии от Системы мне удавалось засечь направленное на меня внимание. Беспорно, шансы, что она не одна такая мастерица весьма высоки, но вот шансы, что кто-то подобный ей возникнет рядом и решит мной заинтересоваться уже довольно незначительны.

Первый урок я ещё отсидел, просто чтобы отметиться на виду у одноклассников, а вместо второго урока забрался на крышу школы.

В это время там никого не было, в том числе и там нельзя было увидеть и одну любительницу подглядывать. И это при том, что направленное на меня внимание я все ещё чувствовал.

— Ну что, Сигурэ, — обратился я к пустому пространству, — собираешься и дальше прятаться?

Тишина. Лишь лёгкий ветерок шевелил волосы. При этом я уверен, что меня слышали и скорее всего она скоро появится, но вот как-то обозначить своё появление она не потрудилась, так что я сполна смог насладиться ощущением психа, что говорит сам с собой.

— Привет, — раздалось у меня за спиной примерно минуту спустя.

Я никак не показал своего удивления, но про себя отметил, что мастерица холодного оружия та ещё ниндзя. Если бы я не видел её в деле у горна и наковальни, то можно было бы подумать, что именно ремесло убийцы было её основным.

— Любишь подглядывать? — оборачиваюсь к девушке, что надела поверх своего коротенького кимоно плащ, мечту эксбециониста.

— Мне понравилось ковать вместе, хочу ещё раз, — выдала она довольно двусмысленную фразу, от которой у меня дернулся глаз. Сразу вспомнилось, что у ревности Саэко есть все основания. Но дальше, она присмотрелась и, как будто принюхалась ко мне. — Ты изменился. И сильно.

— Ты определила это на запах?

— Запах, энергетика, движение мышц… — Сигурэ слегка наклонила голову, изучая меня с невозмутимым видом. — Ты стал тяжелее. Не в весе. А в… присутствии.

Я усмехнулся, на то, насколько точно она определила суть, не обращаясь при этом к специфическим терминам. В этом есть определенная гениальность, объяснять сложное простыми словами.

— Что ж, не вижу смысла скрывать, мы с Саэко кое-куда отлучались сегодня утром, — пожимаю плечами. — И пускай для этого мира прошло всего мгновение, на самом деле мы отсутствовали несколько больше.

В целом ничего удивительного в том, что опытный акашит заметит изменения, нет. Другой вопрос, насколько сильно я доверяю Сигурэ, чтобы рассказывать ей про энергетические и информационные формы жизни, эффекте потусторонних сил на человеческое тело, а главное, что я изменился не просто под влиянием времени, но и с точки зрения банальной физики и даже генетики.

Сама по себе Сигурэ может быть мне исключительно симпатична. Даже слишком симпатична, если судить по реакции Саэко на неё. Но она остаётся частью храма акашитов, и как именно их община все это воспримет сложно сказать.

— Путешествия во времени? — мечница на мои слова по птичьи склонила голову набок.

— Сложно сказать. В некотором мере да, но с точки зрения строгой терминологии все же нет, — я не собирался давать однозначного ответа, на что достаточно откровенно намекнул. На тот же случай, если намек проигнорируют, ну или не поймут, дополнительно перевожу тему. — На валькирию, с которой сражался ваш Старейшина, вчера напал незнакомый мне акашит. Надеюсь это не оказался чей-то очередной родственник или друг?

— Наши не нападают первыми, — её голос стал холоднее, а взгляд острее. — Либо твоя слуга дала повод, либо это был кто-то посторонний.

— Повод? — мне было сложно утверждать, что никакого повода не было. Естественно валькирию я расспросил ещё вчера она рассказала про зов, парня с кличкой «Тор» и разборки с кучкой уличных хулиганов. Это было похоже на повод. — Ваш храм как-то связан с кучкой бойцов, что любит брать себе имена скандинавских богов?

— Храм?

— Додзё, — я рассказывал их братии про акашитов и их традиции, и с самой Сигурэ мы тоже это обсуждали. Но раз уж она не хочет, чтобы я проводил эти параллели, то бога ради, мне не сложно делать это хотя бы на словах. — Ваше додзё, как-то связано с этими ребятами?

— Нет.

Один короткий, отрывистый, ответ. Но то, как это было сказано, значило больше тысячи слов.

— То есть ты знаешь, о ком я.

— Знаю. — Сигурэ кивнула. — Они не наши. Но мы… наблюдаем.

— Наблюдаете? — я не смог сдержать лёгкой усмешки. — И с какой целью вы наблюдаете?

— Ученик, — и снова короткий ответ, который все расставил по своим местам.

Это непонятная банда, кем бы они не были и какие бы цели не преследовали, были всего лишь жертвенной овцой, на которой Кеничи должен был набить руку, ну и пару поучительных шишек.

— Что бы вы сами по себя не говорили, но вы действительно акашиты, самые настоящие. Я бы даже сказал «типичные», — это действительно было забавно. — А кто стоит за жертвой вашего обучения знаете?

Сигурэ на этот раз молча кивнула.

— Тогда, надеюсь, вы будете не против, если я немного поучаствую в обучении вашего ученика?

И снова кивок. В этот раз она даже улыбнулась. Так что я лишний раз напомнил себе, что надо держать Саэко рядом и не давать повода даже для мыслей об измене. С напором Сигурэ я уже сам себе не верю, что уж говорить про других.

Глава 51

Огато Иссинсай скрывался в уединённом месте в горах. Это местечко было достаточно далеко от любых поселений, чтобы вероятность встретить здесь медведя была значительно выше шанса встречи с туристами. Поэтому раненый мастер боевых искусств очень быстро засёк постороннего, идущего в его направлении.

Благо, что пока неизвестный гость и не думал как-либо скрываться или прятаться, а просто шёл по лесу, раздвигая ветки и распугивая мелких животных на своём пути. Вот только самого Огато это не радовало ни в малейшей степени.

Девчонка, что напала на его карманных бандитов в Токио, оказалась настоящим зверем. До последнего отыгрывала крепкого бойца, но не мастера, а потом в последний момент выдала такую атаку, что Огато до сих пор не понимает, что это такое и как с этим бороться. И речь даже не про то, чтобы от этого защищаться в будущем. Он банально не знает, как раны от этой дряни сейчас-то вылечить.

Казалось, крайне злая Ки, пропитавшая ту атаку, зубами вцепилась в плоть и кости, отравляя организм мастера боевых искусств. Даже используя целительные техники, он не мог закрыть полученные раны. Из нескольких десятков казалось бы небольших порезов продолжала сочиться кровь. А сегодня он даже начал чувствовать запах гниения от своих ран. То есть не прошло и суток, а его раны уже начали гноиться.

Мастер прислушался к шагам — тяжёлым, но уверенным. Даже без учёта ауры боевого духа, по которой Огато сразу же определил, что к нему идёт собрат мастер, по одним только шагам можно было понять, что идущий к нему боец опытен и самоуверен. В этих шагах не было изящества или привычки скрывать своё присутствие.

Иссинсай медленно поднялся с циновки, на которой медитировал, и потянулся к посоху, стоявшему у стены хижины. Он предпочитал сражаться руками и ногами, но раны продолжали ныть, а потому ему может потребоваться дополнительная точка опоры или даже просто предмет, который можно швырнуть в противника в случае чего.

— Долго же пришлось до тебя идти, Иссинсай, — произнёс незваный гость, и Огато тут же узнал голос, говорившего.

— Акира Хонго, — тот факт, что к нему сейчас пожаловал мастер из их кружка по интересам, с пафосным названием «Тьма», ничуть не успокоил раненого мастера. — Пришёл поинтересоваться моим здоровьем или добить меня?

Огато усмехнулся, внешне демонстрируя готовность принять как помощь, так и бой. Вот только внутри он напрягся и больше всего ему не хотелось бы сейчас сражаться, особенно с кем-то из Кулаков Тьмы. Там и на пике формы Огато был большой вопрос, кто выиграет, сейчас же у противника будет неоспоримое преимущество.

— Тот факт, что здоровье у тебя не очень, почуять можно за километр, — Хонго никаких положительных чувство к Огато не испытывал, хоть и не думал о том, чтобы просто убить его. Не из тех людей он был, чтобы просто убивать товарищей, даже таких скользких, как Иссенсай. — Но мне даже интересно, что же смогло нанести тебе такие раны и кто вообще обладает настолько ужасающей Ки?

— Кто? — Огато хрипло рассмеялся, сжимая посох до хруста костяшек. — Ты мне поверишь, если я скажу, что нашел божественное дитя?

— Божественное дитя? — Хонго прищурился, его голос стал жестче. — Ты должен знать, Иссинсай, что я не люблю шутки на тему сверхъестественного. И твои раны не помешает мне убить тебя за подобные слова.

— Это была не шутка, а девушка, что сначала не показала ничего особенного, а потом выдала невероятную атаку, упомянув волю своего отца.

— И это все, что у тебя есть? «Воля отца?» — глаза Хонго сузились, а его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Опиши её атаку. Детально.

— Я ранен, но не беспомощен, Акира, — Огато тоже несколько сместился, готовясь к возможной драке. — И я не потерплю повелительного отношения к себе.

— Ты не потерпишь? — теперь глаза Хонго вспыхнули холодным огнём. Воздух вокруг него дрожал, будто не мог выдержать тяжесть его Ки. — Ты лежишь в луже собственной крови, Иссинсай. Ты не терпишь — ты выживаешь. И если хочешь продолжать это делать — отвечай.

Огато стиснул зубы. Он ненавидел это чувство — будто его поставили на колени. Но и отрицать правду этих слов он не мог. В этот раз он смирится, но это не значит, что Огато забудет данное унижение от нахала Акиры.

— Хорошо. — Он выдохнул, ослабляя хватку на посохе. — Она не использовала обычную Ки. Сама по себе энергетика была очень похожей, но чистой и густой. Её техники же были направлены не на усиление тела, а на создание стихийных эффектов и мутацию тела. Как минимум она превратила свои пальцы в огромные звериные когти.

— Это могла быть иллюзия, — Акира Хонго тоже несколько расслабился, отчего сияние в его глазах погасло.

— Тогда мои раны, зараженные непонятной силой, наверное, тоже иллюзия! — огрызнулся Огато. — Под конец, её сила вдруг необъяснимым образом возросла. Как будто она черпала её откуда-то извне. Именно в этот момент она упомянула волю своего отца. Так я и был ранен, и не могу привести себя в порядок даже сутки спустя.

— Извне? — Хонго нахмурился. — Ты уверен? Она не просто скрывала свою истинную силу, а получила её откуда-то?

— Уверен достаточно, чтобы считать её ребенком какого-нибудь бога, хоть бы даже мелкого и носящего титул из-за пары сотен сектантов, впечатлённых сверхъестественной силой.

Хонго замер, его лицо стало непроницаемым, он задумался, что делать с полученной информацией. Непонятный молодой человек, что контактировал с Рёдзанпаку. Теперь ещё девушка с непонятными способностями. Всё это было очень странно.

Огато со своей стороны пытался придумать, что ему делать дальше. Раны требовали особого ухода, нужно было попробовать вымыть зловредную Ки из его крови. Это потребует времени и особых медитаций. Не помешала бы и помощь других мастеров, но в их клубе по интересам полагаться нельзя было ни на кого. Огато знал это по самому себе.

Тот же Акира Хонго побуждал своего ученика изучать разные боевые искусства, отправляя его к разным мастерам Тьмы. Некоторые, как знал Огато, с большим энтузиазмом показывали юноше тонкости своего стиля. Другие дали лишь самые основы, не желая вкладываться в чужого ученика. Сам же Иссинсай дал парню, Кано Сё, экспериментальную технику «Единый Рык», сочетающую полярные стороны энергии Ки.

Техника, которую сам Огато не стал бы использовать, и которую он запретил использовать своему ученику.

— Зачем ты пришёл сюда, Акира? — Огато решил поинтересоваться целями «Божественного Кулака». Очень сомнительно, что о его ранении узнали остальные Кулаки Тьмы, и ещё меньше шансов, что тот же Акира так быстро прибежал бы сюда, как только это известие дошло бы до остальных.

— Зачем я пришёл? — Хонго усмехнулся, но в его тоне не было ни тени веселья. — Ты прав, Иссинсай. Я не слежу за каждым твоим шагом. Но мой ученик заинтересовался тем, что происходит здесь в Токио, и я не нашёл причин ему отказывать.

Это была насмешка, откровенная и унизительная. Даже ученик Согэцу Ма, хоть и жил в Токио, а был вовлечён в игру ученика Огато, который первым начал свою игру на этой территории. И до сих пор его право играть в этой песочнице уважали. Но вот Акира заявляет, что его ученик будет заниматься здесь своими делами.

Этого гада не пугала конфронтация с Огато даже на пике сил последнего. Сейчас же, узнав о его ранении… остаётся только надеяться чтобы у Акиры Хонго хватило чести не добивать раненого товарища.

— Твой ученик… интересуется Токио? — Огато медленно выпрямился, стараясь не выдать боли, пронзающей его тело. Губы растянулись в ухмылке, но в глазах горел холодный огонь. — Как трогательно.

Хонго не дрогнул, но в воздухе между ними натянулась невидимая струна напряжения.

— Он учится. А учиться у тебя, судя по всему, больше нечему, — взгляд Акиры скользнул по окровавленным бинтам. — Разве что тому, как не надо делать.

Огато заставил себя рассмеяться, хотя каждый вдох отдавался огнём в рёбрах.

— Как скажешь, — улыбка превратилась в оскал. — Но не думай, что я настолько слаб, что меня можно просто списать со счетов.

Хонго понимал желание Огато показать себя сильным, но выглядело это откровенно жалко. Особенно если его недавним противником действительно было божественное дитя. Тут мало просто гонять Ки по телу, в надежде на исцеление, нужен мастер-целитель или эзотерик. Огато не обладал ни одним из этих качеств, а потому, скорее всего, не сможет справиться с этой ситуацией самостоятельно.

— Тогда выздоравливай быстрее, Иссинсай, — голос Хонго звучал почти мягко, другое дело, что за этой мягкостью стояло лишь нежелание унижать уже побежденного врага. — Потому что в следующий раз, когда мы встретимся, я не буду обращать внимание на твои раны.

И прежде чем Огато успел ответить, Хонго развернулся и ушёл, его фигура растворилась в ночи так же внезапно, как и появилась. Огато остался стоять среди развалин, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.

— «Чёртов высокомерный ублюдок…» — он не сказал это вслух. Просто чтобы не выглядеть совсем уж побитой собакой.

***

Сигурэ исчезла так же незаметно, как и появилась. Осталось лишь лёгкое ощущение её присутствия где-то вдали, да лёгкий аромат, что она оставила после себя. В этот раз, кстати, это был не запах гари и металла, которым сопровождалась работа в кузне, а нечто более резкое, но в то же время сладковатое.

Мёд и орехи. Так пахнут некоторые натуральные лаки, которыми мастера-оружейники покрывают элементы из благородных пород древесины.

Можно было подумать, что Сигурэ просто делала копьё или ножны для очередной катаны. Но в свете слов самой Сигурэ о том, что она разберется с Саэко, мне почему-то виделся образ пары бокенов. Хорошо, если она решит их просто подарить «старшей жене», а не предложит сразиться за этот титул.

Я вздохнул, представляя, как эта безумная идея могла бы воплотиться в жизнь. Саэко, конечно, сильно выросла над собой и стала значительно сильнее, но до мастера-акашита ей было ещё далеко. И я даже не хочу думать как эту ситуацию воспринимает сама Сигурэ. Как бы так не случилось, что в её глазах я извращенец, что специально клеится к неопытной Саэко, вместо «равной» Сигурэ. С подобной позиции её стремление соблазнить меня было заботой одновременно и обо мне, и о Саэко.

Другой вопрос, что моя девушка не поймёт этого от слова совсем.

Покачав головой, я постарался выкинуть эти мысли из головы. Мне было о чём подумать. Непонятная группировка «неоязычников» точно не была чем-то обычным. И я точно чувствовал, что Сигурэ не сказала мне всего. Но раз уж они используют этих ребят как жертвенное мясо для своего ученика, то стоит подождать и понаблюдать.

Ну и раз уж я предложил помощь в обучении Кеничи, то не стоит бросать слов на ветер. И способ обучения боевого мага с уклоном в ближний бой мне на ум приходил только один: сражаться. Это логично и в чём-то даже примитивно.

Другой вопрос, как именно это реализовать. Рёдзанпаку вот, допустило конфликт ученика с местной бандитской группировкой, чтобы тот сражался. Некоторые храмы Акашитов и дворы Гуйдзин, собирают учеников в боевые группы которым выдают разнообразные задания или вообще стравливают между собой. Ну и турниры, куда же без турниров, классика аниме, будь она неладна.

Лично мне приходит в голову что-то вроде моря кошмаров. Прикольный артефакт, чем-то похожий на жидкого голема или Ложную Слезу. Вот только если големы либо ведут себя как слаймы из классических японских РПГ, а Ложная Слеза становится копией хозяина, то Море Кошмаров принимает образ врага. Проанализировав человека перед собой, Море Кошмаров принимает вид мифического монстра или человека, оставившего след в истории, с которым пользователь артефакта должен был сразится.

Для Акашитов это должен просто царский подарок. И для своего ученика я бы точно сделал что-то подобное. Отдавать же это в руки левому храму точно не стоит. По крайней мере отдавать насовсем. Да и слабоват пока Кеничи, чтобы пускать его в Море Кошмаров.

С Саэко я увиделся на ближайшей перемене, предложив прогуляться после школы, с целью немного пообщаться с мастерами боевых искусств. И как уже было не один раз, она не могла сразу же после уроков куда-то отправиться, так как у неё была клубная деятельность. Я всё ещё считал клубную деятельность злом, а с учётом того, что у меня последний урок был в классе искусства, где мы должны были рисовать, я бы вообще прогулял последний урок, но в этот раз была моя очередь подстраиваться под мою девушку.

До сих пор именно я постоянно уходил один, оставляя её в школе. И несложно было заметить, что подобное поведение несколько задевает мою девушку. Так что стоит хотя бы ради приличия в этот раз всё же подождать её и отправиться к Акашитам вместе.

Саэко не стала скрывать, насколько ей было приятно моё решение. Мне даже достался поцелуй прямо посреди коридора, что вызвало возбуждённое обсуждение среди других учеников.

— Решила немного поэпатировать публику? — не то чтобы я был против поцелуев, но это точно привлекло внимание.

— Пусть знают, что ты мой, — ответила Саэко с лёгкой, но явно довольной ухмылкой, поправляя причёску. — Я постараюсь закончить с клубными делами пораньше. А что насчёт тебя? Желаешь присоединится?

— Давай, — прикинув свои планы, киваю. — Можно будет сойтись в поединке и в реальном мире. Глядишь, твои подружки перестанут прожигать мою спину недовольными взглядами.

— О-о, — Саэко даже удивилась моему замечанию. — Они и правда так делали?

— Иногда. Обычно я просто игнорирую такие гляделки, но это не значит, что я их не чувствую.

— Хм… — Саэко задумчиво оглядела меня с головы до ног. — Что ж, тогда действительно стоит скрестить синаи. Это будет полезно и для их навыков фехтования, и поможет остудить несколько горячих голов.

На том и разошлись. Всё было в принципе решено, да и звонок на урок уже скоро должен был прозвенеть. Классы второгодок располагались по соседству, так что моё общение с Саэко, и поцелуй, видела в том числе и Миямото Рей. Взгляд бывшей девушки был достоин картины с библейскими мотивами. Что-нибудь на тему предательства.

Честно сказать, вообще без понятия, что нужно говорить или делать в подобных случаях, поэтому просто кивнул и пошёл дальше. Иногда я даже задумываюсь, не стоило ли ещё и её взять с собой в путешествие в прошлое, но потом понимаю, что это крайне тупая идея. Будто мне мало проблем с тем бабьим батальоном, что уже есть, чтобы брать с собой ещё кого-нибудь.

Там по-хорошему нужно было скорее сократить имеющийся отряд, и сократить радикально, а не брать с собой ещё одну проблему.

Прямо на ходу мысленно связываюсь с Валькирией, что по времени этого мира буквально вчера выследила одного из участников банды неоязычников.

— «Ответь мне, ходячая проблема», — приказываю ей мысленно.

— «Убийца», — Валькирия не изменила себе, даже изобразив в мысленном разговоре что-то вроде шипения.

— «Ты чувствуешь остальных придурков, носящих имена скандинавских богов?»

— «Да», — в этот раз отрывистый ответ сопровождался более сложной эмоцией. Эти люди были не просто не почтительны к её богам, они откровенно оскорбляли их, используя священные имена в качестве кличек.

— «Отлично,» — прикрыв глаза я кивнул на собственные мысли. — «Значит не придётся долго выискивать эту шайку. Найди мне кого-нибудь из них, но не смей сама нападать. Мне нужен пленник для допроса».

— «Я чувствую нескольких, кто тебе нужен»?

— «Откуда мне знать, кто там среди них есть? Выбери на свой вкус».

— «Фрея!» — Валькирия не думала слишком долго. — «Кто-то из этой жалкой шайки посмел осквернить своим поганым ртом имя Фреи».

— «Пусть так», — мне было плевать, кого из этих ребят допрашивать.

Разве что мысленно отметил, что у Валькирии было особое почтение к Фреи, первой из валькирий. Даже интересно, почитает ли она её выше Одина или нет?

Глава 52

Реальный бой и спортивный поединок отличались друг от друга не только своей опасностью, но и фундаментальным подходом к ведению боя. В реальном бою твоя цель всегда одна — выжить любой ценой. Даже не победить, а именно выжить. А потому в ход идут любые уловки и хитрости, лишь бы получить преимущества и не пострадать.

Именно так мы с Саэко сражались во время зомби апокалипсиса. Точно так же мы вели себя в виртуальном мире SAO.

Спорт же был про другое. Хоть разнообразные соревнования и турниры проверяли волю к победе и соревновательный дух, сам по себе спорт подразумевает, что обе стороны получат от процесса если не удовольствие, то хотя бы не будет негативных чувств. Стремление к победе любой ценой считается неспортивным поведением и повсеместно осуждается как зрителями, так и судьями. И сейчас нам с Саэко предстоял именно такой бой. Спортивное состязание, больше театральное представление, чем попытка показать себя.

И кто бы знал, как мне тошно участвовать во всём этом.

Мы оба стояли на площадке для поединков, одетые в защиту богу. Специальные «доспехи» для занятий кендо. Одни только эти нелепые латы, имеющие очень мало общего с реальной боевой броней, откровенно раздражали. А уж когда несколько парней, что мне помогали её надеть то ли по незнанию, то ли специально, не совсем правильно закрепили некоторые элементы, захотелось просто ругаться.

И ведь эти придурки ещё и спорить начали, когда я указал им на ошибку. И то ли я уже привык, что те же бойцы в Армии мне разве что в рот не заглядывают, то ли просто общее раздражение от ситуации сыграло, но очень уж захотелось шугануть пару школьников чем-нибудь вроде жажды убийства. Насилу сдержался.

И вот мы с Саэко стоим друг напротив друга. Оба неподвижные и собранные. Она первой заняла стойку, вытянув меч перед собой параллельно земле. Защитная позиция. Если я не хочу просто наткнуться на её синай, то мне в любом случае придётся сбить его в сторону, тем самым открыв окно для контратаки.

Была мысль опустить синай перед собой, кончиком в землю, для того чтобы подбить её «оружие» вверх, после чего либо выполнить выпад в горло, либо нанести классически разрушающий удар, но мы собрались тут не для того. Подобная агрессия в самом начале не была прямым нарушением правил кендо, но точно не соответствовала спортивному духу. Поэтому я занял высокую стойку, подняв синай над головой.

Как же по-идиотски я, скорее всего, выглядел в тот момент.

— Даже сквозь забрало шлема видно, насколько у тебя недовольное лицо, — заметила Саэко, что наоборот разве что не светилась стоя напротив меня.

— Спорт — это не моё, — я был уверен, что все присутствующие тут члены клуба кендо поняли меня неправильно.

Для них я был хулиганом и раздолбаем, что непонятным образом соблазнил их клубного капитана. Другой вопрос, что мне было глубоко плевать на их мнение. Да и наш поединок с Саэко очень многое расставит по своим местам.

— Бойцы на позиции! — громко оповестила девушка, что выступала в качестве судьи. После чего она подняла руку над головой и резко рубанула ею перед собой, отдавая команду к началу поединка. — Хадзимэ!

— Мэн! — сразу же после команды к старту, Саэко начала агрессивно атаковать, предупреждая меня об ударе в голову.

Хотя вернее будет сказать, что она не меня предупреждала, а действовала в согласии с правилами кендо, когда каждый удар требовалось сопровождать громким выкриком.

— Разве мы не должны были сначала поприветствовать друг друга? — мне ничего не стоило сделать несколько шагов назад, так что Саэко пришлось бы тянуться за мной со своим выпадом.

Любой нормальный человек в подобной ситуации не стал бы тянуться за ударом. Слишком уж уязвимой получалась позиция. Но Саэко это не остановило. То ли она просто в пику мне решила вести себя максимально агрессивно, то ли её так испортила виртуальная реальность, где все раны отражались исключительно на хит-поинтах. В любом случае, подобную неосторожность поощрять не стоит.

— Котэ! — сместившись не только назад, но и чуть в сторону, пытаюсь провести удар верхней третью синая по запястью. Ну и согласно правилам кендо я выкрикнул место, куда собирался ударить.

Чувство собственной идиотии надавило на темечко значительно сильнее.

Саэко была действительно опытным бойцом, а потому успела отдёрнуть руку. Можно было бы на этом остановиться и дать девушке возможность восстановить стойку, но я уже решил щёлкнуть её по носу за излишнюю напористость.

— Цуки! — не даю своему синаю уйти слишком низко, переходя из рубящего удара в выпад, нацеленный в горло.

Я был слишком близко к ней и она не успела прервать старое движение и защититься. Так что за мной полноценное касание, по всем правилам. И если сама Саэко восприняла это спокойно, так как мы с ней спарринговали уже много раз, то вот другие члены клуба кендо были в некотором шоке. Даже судья не сразу очнулась и вспомнила про свои обязанности.

— Пон, — мне всё же присудили очко за попадание, о чём объявила судья, подняв флажок с моей стороны. Вернее пол-очка, ибо «пон» это не полноценное попадание, которое засчитывается только в тренировочных поединках.

— Сузуки-тян, мне кажется, что это был полноценный иппон, — Саэко была не согласна с судьёй и оценила мой удар, как выполненный по всем турнирным стандартам.

Приятно, конечно, что она вступилась за меня, но какая к чёрту разница, присудят мне пол очка или полноценное очко? Тренировочные спарринги в любом случае ведутся либо до одного, либо до трёх попаданий. Подсчет очков играет второстепенную роль, тут не турнирная таблица, где надо сравнивать пару десятков людей и сотню другую боёв.

— Это пустое, Саэко, — пытаясь прервать их спор, я слишком поздно подумал, что стоило назвать свою девушку по фамилии, а не по имени.

Символ особой близости среди японцев. Даже с учётом того, что мы встречаемся, можно было бы называть так друг друга наедине. Но делать это публично всё равно что хвастаться своими отношениями. Не очень красиво. Пускай даже мне нет дела до мнения этих людей, но по местным правилам я только что выставил себя идиотом.

Наверное лучше просто не думать об этом. Сказанного уже не воротишь. Да и я вряд ли хоть когда-нибудь смогу нормально встроиться в японское общество.

— Нам нет нужды считать очки в тренировочном матче, — отбросив в сторону глупые мысли, я просто продолжил говорить то, что хотел сказать. — Важно лишь то, был это бой до первого удара, или мы отыграем все три касания?

Остальные участники клуба кендо смотрели на меня с неприязнью, но мне было глубоко плевать на это. Всё что тут происходит, я делаю ради Саэко, а не ради этой кучки детишек. И моя девушка высоко оценила этот жест.

— Ты мастер ортодоксального стиля, — она усмехнулась, явно хвастаясь мной перед остальными. — Хотя правильнее будет сказать «стилей», так как на моей памяти ты точно использовал несколько разных. И всё же ты был более привержен правилам кендо, чем я, известная спортсменка.

Её хвастовство попало точно в цель, так как взгляды остальных изменились. У Саэко была определенная репутация в этом клубе и ей поверили. Да и наш поединок наглядно показал, что с мечом я обращаться умею.

— Я не заинтересован в спорте и даже для тренировок всегда советую использовать армейский стиль меча, а не чистое кендо. Но это не значит, что я не умею следовать правилам, когда это требуется, — пожимаю плечами и повторяю свой вопрос. — Так одно касание или три?

— Не каждый день удаётся попробовать себя против сильного противника, — эта егоза никак не хотела успокаиваться и продолжала хвастаться. Чувствую себя куском говядины на рынке, который нахваливают, чтобы оправдать слишком высокую цену. — Так что давай проведём полный поединок.

— Как скажешь.

Во имя триста тридцати миллионов богов индуизма и десяти тысяч миров, в которых они обитают… какой хренью я маюсь?

***

«Боже, почему я вообще этим занимаюсь?» — очень похожие мысли в этот момент были и у Кеничи, что не пускал членов банды Рагнарёк к своей школе.

Как и в случае с Такаши, Кеничи прекрасно понимал, почему он это делал, ради девушки. Миу очень хотела выступить в роли Джульетты в школьной постановке, она столько старалась и тренировалась, что он просто никак не мог допустить чтобы кучка придурков испортило это выступление. Другой вопрос, что Кеничи все это не нравилось от слова «совсем».

Ему не нравилось, что Миу придется целоваться с парнем во время постановки, пускай даже и понарошку. Ему не нравился парень, который играет Ромео, Танимото, этот чёртов красавчик по которому сохнет чуть ли не каждая девчонка в классе. И уж точно ему не нравилось ввязываться в очередную драку с этими дурацкими хулиганами из Рагнарёка.

А, и ещё кое-что: Кеничи не нравилось, что сейчас с ним собралась драться девушка. Он не хотел драться с девушкой. Именно поэтому, когда он раскидал всех остальных, Кеничи остановился и не стал атаковать девушку. Жаль только, что у неё было другое мнение на этот счёт.

— Солидно, солидно, — Кисара, она же Валькирия, восьмой босс банды Рагнарёк, улыбнулась, чуть шире расставив ноги. Она предпочитала наносить удары ногами. — Не знаю, что за тренировки ты перенёс, но это явно выше уровня уличной шпаны. Давай посмотрим кто из нас сильнее.

— Нет, — Кеничи уже знал, чем всё закончится, но продолжил держаться намеченного курса. — Я не ударю девушку.

— Что ты сказал? — Кисара почувствовала, как у неё скрипят зубы, так сильно она сжала их от злости. Больше всего она ненавидела трусливых ублюдков. Все те, кого можно было опрокинуть на землю одним ударом, но потом они всем будут рассказывать, что сдерживались, чтобы не навредить девушке. — Лицемерный ублюдок!

С этим выкриком она попыталась врезать Кеничи прямо в подбородок, рискуя просто сломать ему шею. К счастью ученик Рёдзанпаку смог уклониться, но подруга Кисары, что изображала из себя её дворецкого уже начала волноваться, как бы им не пришили убийство в результате этой потасовки.

Кем бы ни был этот паренек у него был просто поразительный талант: он умудрился взбесить Кисару буквально одной фразой. Это дано далеко не каждому, но у этого странного парня получилось, наверное, лучше всех.

— Давай, сыкло, попробуй ударить меня хотя бы раз! — Кисара продолжала бесноваться, нанося удар за ударом.

К счастью Кеничи успешно уворачивался от большинства из них, а остальные неплохо блокировал. Спасибо мастерам за то, что учили его блокировать удары противника грамотно и даже мягко, так чтобы не повредить собственные руки в процессе. Лягалась это девчонка как стотонная кобыла и при жёстком блоке точно отсушила бы ему руки, а то и кость сломала.

Кисара в этот момент не иначе как женской интуицией уловила, что о ней подумали что-то нехорошее и разозлилась ещё больше. Ну или её взбесила очередная фраза Кеничи.

— Пожалуйста, остановись! У меня нет причин драться с тобой.

— Ах ты уродец, — она аж оскались от кипяшей внутри злости и желания хорошенько отпинать противника. — То есть ты выскочил из-за угла, раскидал кучу моих парней, а вот со мной у тебя нет причин драться? Не смей смотреть на меня свысока только потому что я девчонка!

Кеничи же в этот момент, помимо боли от нескончаемых блокируемых ударов, чувствовал просто невероятной силы испанский стыд. Посреди дня, на улице, эта придурошная орёт и машет ногами. Как сюда ещё полиция не приехала, не понятно. А ведь полиция ему бы сейчас совсем не помешала. Как уже говорилось, била эта сумасшедшая от души и Кеничи понимал, что долго он таким темпом не продержится.

— Ты ведь знаешь, что девчонка в ботинках с металлическими носками достаточно опасный противник? — Кисара продолжала злиться и атаковать. — Как долго ты ещё протянешь?

— «Ей надо меньше смотреть аниме», — про себя подумал Кеничи, понимая при этом, что он уже почти всё. Но вслух он ответил совсем другое. — Я буду стоять на своём до тех пор, пока ты не остановишся. У меня тоже есть гордость и я не собираюсь отступать от своих принципов только потому, что ты сказала мне это сделать.

Теперь уже Кисара подумала, что этот сексист мелкотравчатый пересмотрел сёнэн-аниме. Она уже собиралась подразнить его на тему дойной коровы Миу, чтобы всё же пробиться сквозь защиту и хорошенько врезать ему по лицу, как неожиданно заиграла мелодия звонка на её телефоне.

Так как трубка в кармане мешала махать ногами, да и повредить можно было телефон, Кисара просила свою подругу, Ширатори, держать телефон у себя, благо та продолжала изображать из себя дворецкого Кисары и это было даже в тему её игры.

Смерив Кеничи взглядом, Кисара всё же решила взять трубку. Всё равно этот клоп пока не спешил атаковать, а только выхватывал. Так что девушка решила проверить, чего стоят его принципы.

— Слушаю? — номер не был ей знаком, но это мало что значило. Внутри Рагнарёка её телефон могли дать кому угодно.

— Быстрее, на Фрею напали! — с той стороны отозвался откровенно панический голос. — Мы в Камитамадори, на заброшенной стройке у реки.

Сообщив эту, довольно-таки серьёзную информацию, неизвестная девчонка просто бросила трубку. Кисара сначала вообще не поняла, какого черта происходит, и даже хотела набрать Фрею, чтобы уточнить у неё, что за фигня, но быстро передумала это делать.

Если на них действительно напали, то Фрея сейчас прямо в процессе боя. Звонить ей сейчас как минимум бесполезно, а то и вредно, так как она может отвлечься на звонок.

— Мы разберемся с тобой позже, креветка, — бросила Кисара, на ходу выискивая в телефонной книги номер такси. Так будет быстрее, чем трястись в электричке. — Ты мне ещё сполна ответишь, как и эта дойная корова!

— Дойная корова… — Кеничи не сразу догнал, про кого идёт речь, пока не вспомнил насколько выдающимися активами обладала Миу. — Что ты вообще…

Свой вопрос он оборвал на середине, так как Кисара уже бежала в сторону трассы, где собиралась поймать такси. Кеничи в некотором шоке посмотрел сначала ей в спину, потом на некоторых парней, часть из которых были в сознании и держались за травмированные части тела.

— Что только что произошло? — ему правда было интересно и он обратился к ближайшему дееспособному хулигану.

— Ты только что вылетел на нас из-за угла и отпинал целую кучу хороших парней, чёртов панк! — означенных хулиган потирал побитые ребра и ответ свой начал с претензий.

— Хорошие парни не пытаются сорвать постановку школьного театр, — Кеничи тут же отбрил предъяву. Вот уж чего-чего, а виноватым он себя точно не чувствовал. — К тому же поддержать Миу пришли все мастера нашего додзё. Поверь, парень, уж лучше я вас побью, чем они.

— Да пошёл ты!

На этом разговор исчерпал себя. На представление Кеничи не успевал уже никак. Надо было подумать, что он скажет Миу о причине своего отсутствия. Поверит ли она, что он защищал её игру от хулиганов?

И куда вообще убежала эта сумасшедшая любительница махать ногами?

В это время Фрея, она же Канамэ Кугатати, пыталась понять, что за монстр неожиданно напал на их место для встреч и тренировок. Она и подконтрольный ей отряд девушек, называемых валькириями, спокойно упражнялись и ухаживали за снаряжением, когда к ним неожиданно ворвалась какая-то иностранка. Вид эта нарушительница имела весьма дикий и всклокоченный, как будто была под какими-то веществами.

— Нашла, — буквально прошипела эта сумасшедшая и напала.

Кугатати была не так проста, как многие бойцы в их банде. Её дедушка был настоящим мастером посоха и многое, по мнению самой девушки, успел передать ей. Так что бросок Ульвы, а это была именно она, самозванная Фрея встретила выпадом своего посоха, нацеленного в плечо противника.

Глава 53

О том, что валькирия сейчас громит какую-то школьную группу поддержки с целым складом холодного оружия, я узнал из первых уст. Связь с Ульвой поддерживалась на протяжении всего времени, пока она искала свою цель.

Эти косплейщицы, а по другому назвать их язык не поворачивался, засели в такую дыру, что Ульва потратила больша часа на путь до них, и это при том, что она точно знала, куда идти. Когда же она всё же добралась до нужного здания, то тут же начала драку. Обошлось без кровопролития, но Валькирия явно пыталась сопротивляться запрету на убийство.

Мне нужно было как можно быстрее переместиться к ней, чтобы прекратить этот опасный фарс.

— Саэко, нам пора, — говорю девушке, что вся отдалась тренировкам по кендо. Правда она больше помогала тренироваться другим, чем тренировалась сама.

Я тоже участвовал во всём этом, но больше помогал по всяким мелочам. Правильный хват на мече, правильная работа ног. Можно было бы ещё поработать над ударами, но в процессе обычного размахивания мечом многие нюансы просто не имеют значения. Это нужно смотреть на них в нормальном бою, хотя бы в тренировочном.

Но стоило Ульве дойти до своей цели, как я предупредил Саэко о времени. Она обёрнулась, и в её глазах мелькнуло понимание.

— Быстро, — своей эмпатией я чувствовал, что она была немного расстроена.

— Наша знакомая была крайне замотивирована в поисках, — было что-то забавное в том, чтобы вот так публично обсуждать секретные вещи. Обмениваясь репликами, которые понятны только вам двоим, мы не выдавали своих секретов, но откровенно дразнили слушателей. Но не стоит слишком задерживаться. — Если хочешь, я могу и один сходить…

— Не-е, хватит с тебя одиночных прогулок, — этот вариант совершенно не устроил Саэко. Она тут же зашагала в раздевалку, на ходу отдавая распоряжение другим участникам клуба. — Аи, ты остаешься за старшую. Ключи, как закончите, отнесёшь в учительскую.

— Бусудзима-сан, это не серьёзно, — вклинилась девушка, которая была судьёй в нашем с Саэко спарринге. — Вы что правда собирались бросить тренировку на середине ради свидания?

— Понимаешь ли в чём дело, Сузуки-тян, — внешне Саэко была сама доброта и вежливость, а вот эмоции, которые я ощущал, были совершенно другими. Девчонке повезло, что моя мечница сдерживает тёмные порывы своей души и не хочет никого покалечить лишний раз. — В прошлый раз, когда Такаши гулял один, всё закончилось настоящим побоищем с Китайской Триадой. И в это была замешана довольно привлекательная иностранка. Так что Такаши положительно нельзя отпускать одного.

Лица остальных надо было видеть, «удивились» не самое подходящее слово для описания того, что они изобразили. Я тоже лицо не сдержал, но по другой причине. Саэко откровенно хвасталась и специально пыталась заткнуть эту Сузуки. Поступок детский и я такого от своей девушки не ожидал.

С другой стороны это был не повод не подыграть своей девушке. И уж точно это было веселее, чем выкрикивать названия ударов во время тренировочного спарринга.

— Это была не сама Триада, а парочка как-то связанных с ней мастеров кунг-фу. Болезные были уверены, что я украл у них какой-то секрет, — говорю спокойно, усугубляя чувства школьного клуба кендо. — И с Ульвой у меня ничего не было. Просто… её отец мне задолжал, скажем так, и я попросил долг обратно. Её бы воля и я бы гнил в канаве. О романтике там даже думать не приходится.

— Ага, конечно, — Саэко фыркнула, уже стоя около двери. — Просто случайно она оказалась высокомерной блондинкой с фигурой модели.

С этими словами она скрылась за дверью, а я покачал головой. Тот факт, что она у меня ревнивица, я знал всегда. А вот какие слухи обо мне пойдут после этого по школе даже представить страшно.

— Это… — оставленная за старшую Аи не знала что сказать.

— Не парьтесь, Саэко просто испытывает обострённое чувство собственности. Вот и хвастается о своих отношениях, и страшно ревнует, завидев рядом со мной хоть одну девушку, — чуть усмехаюсь, прекрасно чувствуя, что хоть дверь в раздеваку и закрылась, далеко моя девушка не ушла. Ждёт пока я тоже уйду, но уже в раздевалку для парней, и безбожно подслушивает. — Как говорил классик: «Человек ревнив не тогда, когда любит, а когда хочет быть любимым».

Школьники всё ещё не до конца въехали в ситуацию, а вот со стороны женской раздевалки можно было уловить сильную задумчивость. Даже некоторый холодок. Это была не обида, а страх. Страх от мысли, что я не вижу её любви за ревностью.

Надеюсь, что Саэко немного задумается.

Мне было плевать на слухи, что поползут по школе. Я даже находил забавным то, как она подшутила над своими товарищами по клубу, представив моё столкновение с акашитами-огнепоклонниками, как противостояние с Триадой. Прям китайский боевик какой-то. Но ей пора бы уже вырасти из своего детского желания монополизировать моё время и внимание.

Быстро переодевшись, мы оба покинули сначала клуб кендо, а затем и школу. Саэко была необычайно тихой, и задумчивой, что радовало.

— Давай-ка свернём туда, — киваю в узкий переулок на пути к станции монорельса. Не было ни смысла, ни желания топать до Валькирии ножками или на общественном транспорте. — Телепортируемся к Ульве оттуда.

Саэко всё так же задумчиво и молча кивнула. Можно было даже подумать, что она не расслышала, что я сказал, вот только когда мы зашли переулок, Саэко тут же потянулась за поцелуем.

До меня даже не сразу дошло, что это с ней, а потом вспомнил. Я же постоянно целую перед переходом в другой мир, так и не объяснив, что это не часть ритуала, а просто поцелуи. Хотя стоит признать, я совсем не прочь поцеловать её лишний раз.

***

Тем временем противостояние между настоящей валькирией и самопровозглашенной Фреей набирало обороты. Первый выпад, нацеленный в плечо, чтобы не покалечить неожиданного агрессора, сыграл с Канаме злую шутку.

Ульва, несмотря на свой дикий, откровенно звероватый вид, оказалась достаточно вменяемой для просчёта удара. Она резко уклонилась от посоха, припав на четвереньки, как животное. Глаза горели неестественным огнём, а зубы были оскалены, пока она прижималась к земле всем телом, напружинив и ноги, и руки.

Из этого положения она буквально выстрелила своим телом вверх и вперёд, запрыгнув на Канаме и повалив ту на землю.

— Ты! Это ты осквернила имя госпожи Фреи! — нечеловечески сильные кисти вцепились в горло самозванке, надёжно перекрывая кислород. Повезло ещё, что не свернула шею сразу же, помешал запрет Такаши на убийство. Без этого запрета ей хватило бы сил просто оторвать голову человеку.

Канамэ захрипела, пытаясь вдохнуть, но пальцы Ульвы сжимались словно стальные тиски. В глазах поплыли чёрные пятна, а в ушах застучал собственный пульс. Но даже в такой ситуации есть выход.

Девушка несколько раз врезала своей противнице по печени, и хотя Ульва была значительно крепче людей, но и она подобные удары почувствовала и хватку ослабила. Да и сопротивляться указам призывателя было всё сложнее, его слова звенели в голове подобно колоколу, причиняя боль и мешая закончить дело здесь и сейчас. А там и подчинённые лже-Фреи подтянулись и отогнали нападающую от своего босса.

— Кха… — получив доступ к воздуху Канаме сначала прокашлялась и только потом смогла выдавить из себя пару слов. — Ты сумасшедшая!

— А вы самоубийцы, — Ульва продолжала скалить зубы в звериной манере.

Звон в ушах от попытки нарушить приказ отступил и ей стало легче. Не сдержавшись, она мысленно послала пару проклятий в сторону Убийцы. Непонятно, услышал тот её или нет, но никакого ответа или наказания не последовало. По крайней мере, пока.

Канаме медленно поднялась, растирая шею. Вот так вот умирать от рук какой-то психованный на заброшенной стройке было реально страшно. И этот страх порождал злость. Злость на эту сумасшедшую дуру.

— Ты… ты даже не понимаешь, во что ввязалась! — Канаме сплюнула и движением ноги подкинула свой посох, собираясь хорошенько отделать вторженку.

— Это вы не понимаете, что натворили, присвоив себе чужие имена, — Ульва в ответ только преобразовала ногти у себя на пальцах в звериные когти, что очень удивило рядовых членов банды.

Канаме же знала о невероятных боевых искусствах и так называемой «тёмной стороне мира». Судя по всему, они крупно нарвались. Понять бы ещё, за что им всё это.

Но времени на раздумья не было — посох со свистом рассёк воздух, направляясь к виску Ульвы. Та резко отклонилась, чувствуя, как волосы шевелятся от прошедшей так близко деревяшки. Канаме уже собиралась перекрутить посох, намереваясь нанести удар противоположным концом оружия, используя свои руки на манер рычага, но Ульва не дала Канаме времени на второй удар — ринувшись вперед, валькирия ударила когтями как копьём, перерубая древко посоха. Канаме не растерялась и стала использовать обломки на манер двух дубинок.

Это претило её чести как «мастера» посоха, пускай ей ещё до этого титула тренироваться и тренироваться. Но когда на кону стоит, жизнь нет времени думать о философии и прочей шелухе. Этому её тоже учил дедушка, вполне состоявшийся Мастер Посоха, с большой буквы в каждом слове. Он же научил Канаме всегда носить при себе нож, на случай утери основного оружия или при надобности убить кого-либо.

Но это останется сюрпризом для этой непонятной твари, что чем дальше, тем больше походила на зверя.

Канаме резко развела обломки посоха в стороны, создавая защитную дугу. Деревянные фрагменты свистели в воздухе, вынуждая Ульву сделать шаг назад. Этим воспользовались некоторые из подчиненных лже-Фреи. Те, у кого было длинное оружие, попытались ранить слишком уж разошедшуюся Валькирию.

Ульва же и правда уже ощетинилась самыми настоящими клыками, да и вздыбившиеся волосы начали стремительно седеть, всё больше походя на волчью шкуру. Это представление становилось опаснее с каждой напряжённой минутой, и уже не оставалось сомнений, что кто-нибудь сегодня определенно умрёт. Вот только члены банды Рагнарёк не собирались отдавать свои жизни так просто.

Канаме уже собиралась бросить в противника обломками посоха и взяться за нож, как ситуация неожиданно изменилась. Вдруг повеяло ветром, которому было просто неоткуда взяться, а следом за спиной жуткого монстра, уже откровенно не похожего на человека, появилось двое, парень и девушка.

— Ульва, к ноге! — как собаке приказал парень, внимательно при этом разглядывая Канаме и её девочек.

— Убийца! — прорычало чудовище.

— Кто вы такие?! — подала голос и одна из девчонок-валькирий.

— Маг, чародей, шут и циркач, — парень говорил нараспев, как будто играл на публику или читал на память чью-то цитату. — Ну и как вам только что сообщили я ещё немного убийца.

— Такаши, — вздохнула спутница этого сумасшедшего. — Ты специально говоришь это так?

— Конечно специально, предпочитаю расставить все акценты сразу, — кивнул парень, подняв правую руку на уровень груди. От кончиков пальцев к локтю пробежали дуи электрических разрядов. Чудовище, что раньше было привлекательной иностранкой, почуяло неладное, но было уже поздно. Разряд электричества ударил ей в загривок, отбрасывая в сторону и возвращая оборотню человеческий вид. — Кажется я отдал приказ, дочь безумного бога. Даже два, если вспомнить про запрет на убийство, которое ты пыталась проигнорировать.

Это был чуть ли не больший шок, чем образ монстра, который ранее принимала эта девушка. Ну и показательная жестокость парня покоробила лже-Фрею. Рагнарёк был бандой и всякого отребья, избивающих своих же в нём хватало. В принципе так и родилась группа «валькирий», девушек, связанных с бандой, которых Канаме взяла под своё крыло. Чтобы такие как этот парень не выплескивали на них свой комплекс неполноценности.

— А это не слишком? — спросила Саэко, пока Ульва поднималась с пола.

— Это не настоящая молния и не электрошок. Просто видимое проявление договора мага и призванного им существа. Она даже боли не чувствовала, хотя договор между нами довольно жесткий, ведь заключал я его на правах победителя, — парень говорит это так, что Канаме скривилась. «Даже боли не чувствовала», можно подумать, что он бы предпочел, чтобы этот странный фокус все же причинял боль. И будто в подтверждение мыслей девушки, Такаши продолжил. — Но мне ничего не стоит призвать и настоящую молнию, ещё и усилив её Словом Бога. Мы поняли друг друга, безумная валькирия?

— Да, — отрывисто ответила Ульва.

— Отлично, — ухмыльнулся Такаши, затем повернулся к Канаме и её подругам. По его правой руке до сих пор плясали разряды электричества, но в этот раз они сопровождались тихим гулом и запахом озона, не оставляя сомнений в своей подлинности. Правая рука же была объята огнем. — А теперь вы, дамы. У меня есть к вам ряд вопросов. Как вы хотите, чтобы я их задал, по хорошему или по плохому?

— По плохому, — внезапно ответила Канаме, резко выхватывая нож. Её глаза сверкнули холодной решимостью. — Потому что по-хорошему с такими, как ты, не разговаривают.

Такаши на это с некоторым даже удивлением посмотрел на Саэко. Не каждый день люди, которым угрожают боевой магией, готовы стоять до конца. Это даже было бы достойно уважения, если бы не ремарка, что вся проблема в нём.

— Если бы ты вёл себя скромнее, то всего этого можно было бы избежать, — Саэко тоже считала, что во всём был виноват Такаши.

— Возможно, — признал парень, после чего хлопнул в ладоши соединяя огонь и молнию в молитвенном жесте. — О ты, громовержец Перун! Ты, что мечешь стрелы огненные в тёмную силу. Ты, чей гром потрясает небо и землю. Дай мне искру твоего священного пламени!

После чего развёл руки и пустил волну огненных молний перед собой.

***

Слово Бога, ну или молитва в варианте без пафоса, было самым простым способом придать концептуальные свойства чему угодно. Даже если религия совсем угасла, сам мир ещё помнит жертвы и служение этим богам. Да и нео-язычество было довольно популярной темой последние лет тридцать по времени этого мира. Что тоже можно было использовать.

Таким образом небесный огонь Перуна обратил в прах исключительно оружие этой группы по косплею. Как по мне, это должно было полностью убрать у них желание сражаться. Ну или хотя бы заставить несколько раз подумать, прежде чем обострять конфликт.

— Что… что это было? — прошептала Канаме, глядя на обугленные остатки своего ножа.

— Это можно назвать последним предупреждением о том, что бывает, когда я уговариваю кого-нибудь по плохому, — замечаю спокойно. — Поверь мне, девочка, мне ничего не стоит просто убить вас, и сопротивляться мне вы не сможете никак. Так что я в последний раз предлагаю просто поговорить и ответить мне на пару вопросов.

На лице девчонки, что верховодила всем этим цирком шапито и в энергетике которой можно было легко узнать начинающего акашита, был шок вперемешку со злостью. Уж не знаю, что её так взбесило, но я ей явно не понравился. И судя по замечанию Саэко, я просто что-то не то сказал. Понять бы ещё, что именно.

Я вполне осознаю, что по японским нормам поведения и общения мои стиль был на уровне какого-нибудь откровенного гопника: хамоватый и агрессивный. Но что-то эти девчонки не очень походят на студенток филологического института, которые впадают в ярость из-за «грязного языка».

— Кто ты вообще такой? — наконец спросила она.

— Мне кажется ты повторяешься, — вздыхаю. — Я не шутил, называя себя магом. Правильно это называется именно так. Есть тысячи подходов к магии, в том числе и так называемые «боевые искусства», которым ты явно училась. Я чувствую движение мистической энергии внутри тебя. И так уж случилось, что у меня произошёл конфликт с ещё одним магом, который как-то связан с вашим клубом любителей скандинавской мифологии.

Мне было проще ответить ей, чем продолжать бессмысленные препирательства. В конце концов, как говорил Аль Капоне «Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом». Попробуем подсластить пилюлю, глядишь ответит.

— Конфликт с магом? — Канаме нахмурилась, но её поза стала менее агрессивной. Видимо, прямота сработала лучше, чем угрозы. — О каком конфликте речь?

— Эй, Ульва, тот акашит, который на тебя напал, представился? — объяснять тонкости противостояния валькирии и акашита, проклятого богом мести, не было ни желания, ни необходимости. Проще было бы назвать просто имя этого парня.

— Огато Иссинсай, — угрюмо отозвалась Ульва.

— Мастер Иссинсай? — моя собеседница тут же узнала его имя.

— Ага, он. И ты расскажешь мне всё, что тебе о нем известно, — киваю.

— Я ничего… — девочка все ещё была недостаточно напугана, так как опять попыталась встать в позу, но я не был настроен на подобные выкрутасы.

Короткая молния, больше похожая ну дугу сварки оплавила какой-то металлический мусор за её спиной. В месте соприкосновения с моим заклинанием часть металла просто испарилась, а остатки раскалились и оплавились.

— Скажешь. Ты мне расскажешь о каждой известной тебе мелочи, даже если спрашивать придётся у трупа, — говорю совершенно спокойно, так как приглушил эмоции. С такими вспышками раздражения с меня станется реально кого-нибудь убить. Ну и следует признать, что доброе слово всё ещё уступает «пистолету» по эффективности.

Глава 54

От дурости некоторых людей хотелось плеваться. Ну или ударить кого-нибудь, желательно чем-нибудь тяжёлым и очень желательно по голове. Когда девчонка, самонадеянно взявшая себе имя Фреи, назвала того безумного Акашита «Мастером» я прям воспрял духом.

В среде этих сумасшедших кого попало мастером не признают. Иногда бывает, что жена, ну или любовница, не знает об Акашите столько, сколько его ученики. Вот только весь мой энтузиазм довольно быстро поугас. Оказалась, что эта девчонка, Канаме ни разу не видела своего «мастера» в глаза, она лишь слышала о нём и хотела стать его ученицей.

Я сдержанно выдохнул, с трудом подавив желание схватиться за голову. Сложно сказать, что бесило меня в этой ситуации больше всего, тот факт, что зацепка оказалась пустышкой, или разочарование в собственных ожиданиях. Обидненько как-то надеяться найти ближайшую соратницу, а получить по итогу оголтелую фанатку.

— Позвольте уточнить, — голос мой прозвучал нарочито медленно и спокойно, хотя внутри всё закипало. — Ты готова была идти за ним в огонь и в воду, учиться у него, подчиняться ему… но при этом ни разу его не видела? Ты хотя бы голос его по телефону слышала?

Девчонка, глядела на меня волком, всем видом показывая свою непокорность. Всыпать бы ей разок, да Саэко не поймет, даже если бить по заднице буду не рукой, а плетью. Чертовы извращенцы превратили одно из самых страшных наказаний в сексуальную практику.

— Не слышала. Я встречалась только с его текущим учеником, который и организовал группировку Рагнарёк. Он взял себе имя Один, — слова девчонки заставили Ульву сбиться на рык, её всё ещё бесили упоминания скандинавских богов.

— Лучше используй настоящие имена, вместо прозвищ, — советую Канаме. — Поверь, я видел настоящего Одина, и не только ученик Иссинсая, но и он даже рядом не валялись с могуществом бога.

Это заявление вызвало странные взгляды от лже-Фреи и её подчиненных. Интересно, считают ли они меня больным синдромом восьмиклассника школьником, даже после демонстрации настоящей магии?

— Его настоящее имя Асамия Рюто. По его словам Огато Иссинсай был занят важными делами, но он следит за нашими успехами и когда-нибудь… лично оценит наш потенциал.

— Ага, оценит, особенно анатомическую часть потенциала, — не могу, да и не желаю, сдерживать свой сарказм.

Вообще в то, что Иссинсай интересовался прелестями девушки сильно вряд ли. Такие как он не имеют проблем с женщинами, да и ценность учеников в их способностях, а не половых признаках.

— Но да ладно, твоё воспитание — это не моё дело, — сокрушаться о чужой глупости можно было бесконечно долго, но мне было чем занятся и без этого. — Где я могу найти этого Асамию Рюто? Надеюсь, что хотя бы он обладает полезной информацией.

Девушка опять на меня зыркнула, недовольная намеком на свою бесполезность. Но прежде, чем она успела сказать хоть слово, в беседу вмешалась Саэко.

— И ты вот так просто их оставишь?

— А что я должен с ними сделать? — её вопрос поставил меня в тупик. Саэко, в свою очередь, точно так же не понимала, почему я собираюсь просто оставить их.

— Когда Такаги увидела твои возможности ты собирался стереть ей память. Тогда был настоящий скандал, — Саэко выгнула бровь, после чего посмотрела на напрягшихся девчонок. — А тут ты просто махнул рукой и все.

— Такаги представляла реальную опасность для нас. А эти соплюшки, мало того, что сами уже стали частью магического мира, так ещё и сделать нам ничего не могут. Если мы сейчас просто разойдемся, то есть все шансы вообще больше никогда не встретится, — пожимаю плечами. — Но если тебе станет от этого легче, то можно и стереть им память. Я не против.

— Стереть память? — одна из девушек, та, что поменьше ростом, с тоненьким голоском, аж подпрыгнула от ужаса. — Вы… вы что, можете такое?

Ульва издала короткий, похожий на покашливание, фырк. Страх недавнего противника её забавлял. Меня же это глумление скорее раздражало. Причем настолько, что я невольно задумался об ещё одной молнии, которую можно было запустить в эту ходячую проблему.

Не самый хороший настрой, и как минимум отчасти в этом была виновата не сама Валькирия. Просто она единственная из раздражающих меня элементов, которых можно было хорошенько приложить по башке.

— Может, — так как никто не спешил отвечать несчастной девушке, я решил пояснить ей этот момент. — Это немногим сложнее чем проломить кирпичную стену рукой, как это делал Огато Иссинсай. Вы будете помнить, что что-то забыли, но восстановить воспоминания без посторонней помощи почти невозможно. Вы скорее выдумаете ложное воспоминание, чем вспомните реальные события.

— Я не хочу, чтобы ты стирал им память, — наконец высказалась Саэко. — Меня просто удивляет разница в подходе.

— Ну не хочешь так не хочешь, — мне правда было плевать на эту группу коспеерш. — Тогда давайте…

Договорить я не успел, так как меня перебил громкий девичий крик.

— Отойди от неё, придурок!

Крик был резким, истеричным, и прозвучал он не от Канаме и не от её испуганных подружек. Это кричала ещё одна девчонка, уже однажды виденная мной. Забавные штанишки, у которых отсутствовала одна штатина.

Я встретил её перед самым призывом Ульвы. Ещё одна талантливая ученица, привлеченная именем Иссинсая? Возможно. Как минимум она состоит в той же группе по интересам, что и лже-Фрея и её группа поддержки.

В любом случае она бежала к нам с Саэко, собираясь силой отогнать от посаженной на задницу Канами. Я уже занес руку, чтобы поразить её раскатом грома, что один раз уже проделывал, чтобы не дать одному настырному хулигану переломать Кеничи кости, как задумался.

Почему бы не дать своей девушке немного развлечься, а заодно выпустить пар? В ладоши я все же ударил, но так, чтобы просто сбить бегущую к нам девушку с шага, и слегка её дезориентировать. Пока она трясла головой, пытаясь прийти в себя, я повернулся к Саэко.

— Хочешь сама с ней потанцевать?

Это предложение сильно её заинтересовало. В глазах Саэко вспыхнул тот самый хищный огонёк, который можно было увидеть во время битв с монстрами. Лёгкая улыбка тронула её губы.

— С удовольствием.

Плавным, но быстрым движением она скинула с плеча чехол с бокеном. Быстро освободив своё «оружие» мне сунули тот самый чехол, после чего моя мечница бросилась на противника, первой же атакой пытаясь подсечь опорную ногу оппонента. С учетом того, что девица в половинке штанов была явно бойцом ориентированным на удары ногами, это выглядело почти как вежливое приветствие, так как подобные бойцы обычно обучены быстро менять опорную ногу.

Девушка действительно отреагировала мгновенно, с лёгкостью сменив опору и отвечая высоким свистящим ударом в голову. Но Саэко уже не было на месте. Она не стала блокировать — просто сделала короткий шаг назад, и нога противницы прошла в сантиметрах от её лица, не встретив сопротивления.

— Слишком предсказуемо, — делаю короткий коментарий, после чего поворачиваюсь к лже-Фрее, чтобы повторить свой недавний вопрос. — Так где я могу найти этого Асамию Рюто?

— Кисара опытный боец, не стоит её недооценивать, — та ответила не по теме.

— Саэко тоже опытный боец, и я верю, что она не только с твоей подружкой, но и с тобой справится. Ты же явно сильнее этой Кисары, — пожимаю плечами. — И я спросил тебя о другом. Хочешь заставить меня повторить вопрос в третий раз? Не боишься, что я прибавлю к вопросу удар?

— Он часто использует поле для гольфа на острове Вакасу в качестве своей тренировочной площадки и просто для отдыха, — она опять набычилась, но все же ответила.

— А он не бедствует, — я уважительно покивал. Этот Рюто явно знал вкус к шикарной жизни.

Поле для гольфа в целом довольно занятный выбор. А уж остров Вакасу, это искусственный остров, относящийся к специальному району Кото. Считанные минуты езды до императорского дворца и шикарнейший вид на Токийский Залив. В такое место случайно не приедешь, если только ты не богач. Ну или он специально пускает пыль в глаза, желая казаться богатым и успешным.

Пока я думал над этим, Саэко закончила свой поединок, и даже умудрилась не покалечить свою противницу. Просто изящным финтом ошеломила противника, парировав атаку и приставив кончик своего бокена к горлу Кисары. Даже с деревянным мечом удар в горло грозит смертью, что прекрасно понимали обе девушки.

— Битва окончена, — голос Саэко прозвучал тихо, и даже с некоторым оттенком уважения. Моей девушке поединок понравился, что отразилось в её тоне.

— Думаешь я так просто сдамся? — Кисара дурой, с пунктиком на правила не была, и стоило только Саэко чуть расслабиться, как она тут же разорвала дистанцию.

Но Саэко была быстрее. Ей не нужно было преследовать врага, чтобы нанести удар в горло, хватило и хлесткого удара по запястью, которое противник не успел вовремя увести из зоны контроля мечницы.

Тут же раздался сдавленный стон. Даже если не было перелома, что далеко не факт, дело точно кончится ушибом и синяком. Зря Кисара попыталась бороться с Саэко. Моя мечница ни разу не обиделась и не разозлилась на продолжение боя, скорее уж наоборот, ей это понравилось.

Но пока Саэко упивалась боем, Кисара рискует закончить проломленным черепом. — Хватит, — голос лже-Фреи прозвучал резко и в нем слышался страх за товарища. — Мы проиграли и признаём это. Ты хотел просто уйти, так уходи.

Кисара, баюкающая ушибленную руку, хотела сказать, что-то по этому поводу, но я её опередил. Мне хватает драматизма в повседневной жизни, чтобы повышать его накал ещё и прочувствованные речами парочки подростков.

— Рад твоему благоразумию, — говорю громко и ясно. Мне хотелось бы думать, что это достаточно очевидно должно было сообщить о моём желании закончить на этом весь конфликт. — Я бы ещё мог прочитать вам лекцию о минусах подросткового бандитизма и связях с подозрительными сектами, но уверен, что вы пропустите все это мимо ушей.

Сделав эту ремарку, я ловлю взгляд Саэко и подзываю её к себе. Чтобы не допустить дальнейшей полемики и оставить последнее слово за собой, демонстративно создаю арку портала, в которой можно было разглядеть мой дом. Там у меня уже стоял стабильный маяк, на который можно было в любой момент переместиться.

Явная магия достаточно сильно поразила этих юных сектантов, что имеют некоторые шансы стать акашитами, чтобы лишить их дара речи. Даром, что лже-Фрея и её косплеерши уже видели, как мы с Саэко перемешались сюда.

— Я смотрю ты вообще ничего не боишься, — заметила Саэко, забирая у меня чехол для бокена.

— Двое из них уже состоявшиеся маги, просто они сами не верят, что пользуются магией, заменяя её философией и учением о внутренней энергии Ки, — киваю сначала на Канаме, а следом и на Кисару. — У остальных потенциал пониже, но они по сути своей из того же теста слеплены. Их можно было бы опасаться как бойцов. Но вот бояться их как очевидцев чуда точно не стоит. Они не посторонние, а такие же как и мы.

— Такие как я, ты хотел сказать, — хмыкнула Саэко, чуть польстив себе. В отличии от юных акашиток, она только начала чувствовать внутренюю энергию, толком без навыка управлять ею. — Потому что будь они такими как ты, и я бы ни за что не справилась со своей противницей.

— Как скажешь, — я не стал объяснять, что подобные мне вообще, скорее всего товар штучный, если не уникальным. Помнится в первый день моей жизни как Комуро Такаши Система писала, что силы полученные разными людьми всегда разные, даже если имеют одну основу. — Пойдем.

И мы пошли, просто оставив пораженных акашиток там.

Вообще слова Саэко, что надо бы что-то сделать со свидетелями упали на плодотворную почву, но я старательно сдерживал себя. Пускай я все больше осваиваюсь с получеными знаниями, развиваю свой разум и в целом изучаю механизм черпания знаний из Божественной Библиотеки, но некоторого влияния всё равно не избежать.

Так что мои варианты «решения» проблемы со свидетелями начались с убийства и заканчивались вечным рабством. Каждый из них был холодно-логичным, эффективным и абсолютно бесчеловечным. Многие магические и мистические традиции предлагала десятки способов промыть им мозги, ментально поработить, изъять душу, для дальнейшего использования, или банальное рабские печати.

Любой из этих способов был отвратителен. Половина из них ещё и отдавала откровенным хентаем, что точно не найдет понимания в Саэко. Так что я остановился ровно на двух вариантах, убить на месте и оставить в покое. Причин для убийства не было, а потому мы просто ушли.

Прямо сейчас я не вижу причин сожалеть об этом решении. А дальше будет видно. Будущие умеет преподносить сюрпризы.

***

— Что за… — Кисара очень хотела ругнуться, но она слишком уважала Фрею, под началом которой когда-то вступила в Рагнарёк, чтобы при ней сквернословить. — Что вообще это было?

— Хороший вопрос, — Фрея неотрывно смотрела на то место, где только что был разрыв пространства. Самый настоящий портал, как в каком-нибудь аниме. — Ответа у меня нет, но сам он называл себя магом.

— Это… — в любой другой ситуации Кисара высмеяла бы подобные заявления. Особенно помня про парня из их тусовки под прозвищем Зигфрид, который практиковал парочку хитрых фокусов, благодаря которым он прославился как бессмертный и неуязвимый. Вот только она сама видел портал и то, как эта странная парочка в него вошла и исчезла. — В это сложно поверить.

— Я видела, как он мечет огонь и молнии. Разрыв в пространстве ты видела сама, — Канаме покачала головой, поднимаясь с пола, на котором сидела. — Куда больше меня беспокоит то, что он считает и нас магами. Просто наша «магия» основана на боевых искусствах.

— То есть мы тоже можем научиться всем этим фокусам? — теперь Кисара больше не заикалась и не сбивалась. Скорее она стала напоминать кошку, что заметила мышку в пределах своего прыжка.

— Теоретически да, — медленно проговорила Фрея, её взгляд стал отстранённым, будто она уже прокручивала в голове возможности. — Вопрос только в учителе, который смог бы нас этому научить. Этот парень, Такаши, как звала его девушка с мечом, назвал мастера Иссинсая магом, но скорее всего он такой же как и мы, просто сильнее и опытнее. Где же научиться такому, я даже не представляю и дедушка никогда мне этого не рассказывал.

— Я уже встречала этого парня, — призналась Кисара, у которой была хорошая память на лица. Да и в целом та встреча была неожиданной и запала в память. — Он знает того парня, Кеничи, с которым у моей группировки было несколько столкновений.

— Лучше прекратить любые столкновения с этим Кеничи, — посоветовала Канаме, невольно касаясь шеи. Она все ещё чувствовала руки «Валькирии», которая была готова убить лже-Фрею. — Если за ним стоит кто-то вроде этого Такаши, то все может закончиться большой кровью или даже смертью.

— Что тогда мы будем делать? — Кисара имела к высокомерному засранцу, что смел смотреть на девушек свысока, и его подружке, дойной корове, личные счеты. Но она в достаточно степени дружила с головой, чтобы не совать эту самую голову в пасть тигру.

— Ты спрашиваешь у меня? — Канаме выгнула бровь.

— Я с самого начала пошла за тобой, как и все валькирии, — Кисара серьезно кивнула, и её поддержали остальные девушки. — Весь остальной Рагнарёк может катиться на все четыре стороны, мне нет до них дела.

Канаме молча смотрела на них несколько секунд, а затем её губы тронула легкая, почти невидимая улыбка. Она была рада, что её группа, те кого она когда-то взяла под крыло и которой она помогала стать сильнее, осталась ей верна даже после поражения. Это многого стоило в её глазах.

— Хорошо, — она решительно кивнула. — Как я уже сказала, конфликт со знакомым этого мага нужно прекратить. Вместо этого нужно аккуратно узнать как можно больше информации об этом маге.

— Планируешь отомстить? — Кисара подобралась.

— Нет, — Канаме покачала головой. — Я пришла в Рагнарёк в поисках учителя, но так и не встретилась с Огато Иссинсаем. Так что я останусь верна своей цели. Просто сменю человека, внимания которого мы будем добиваться.

Глава 55

Сразу соваться на поле для гольфа было глупо. Банально потому, что не факт, что самозванный Один посреди дня будет проводить тренировку.

С полоумных Акашитов станет и весь день напролёт тренироваться. Но чисто логически сначала надо провести хотя бы минимальную разведку, которую можно будет поручить Ульве. За её косяки, валькирию вообще прибить можно было, но девчонки не поймут. При этом вообще оставлять её без наказания было бы странно. Что тоже стоит проговорить.

Портал привел нас ко мне домой, прямо в прихожую моего дома. И первое что я сделал, это схватил валькирию за локоть. Жест, который можно было расценить как оскорбление, нарушение личных границ и демонстративная попытка управлять оппонентом.

— Ты осознаёщь, что твои действия достойны клейма или даже позорного шеста?

До Ульвы, похоже, дошло, так как она вздрогнула и сжалась. Викинги были очень занимательной профессией и наказания в их среде тоже были занимательные. Почти всегда смерть была предпочтительнее «милосердия», так как все не летельные наказания были по сути лишь унизительной прелюдией перед смертью.

Умереть, особенно в бою и с оружием в руках было благом. А вот нести позор был хуже иного проклятия.

Саэко моих слов не поняла, но тон беседы уловила и лезть не стала, за что ей отдельное спасибо. Я подождал ещё некоторое время, но ответа так и не последовало. Могучая валькирия, волкокровная дочь безумного бога, выглядела сейчас как забитая девочка, что не знала, что сказать на претензии взрослого человека.

Смотрелось это откровенно жалко.

— Отвечай, осознаёшь или нет, — отдаю прямой приказ.

— Да, Хэрсир, — она не только признала за собой вину, но даже назвала меня титулом военного вождя и младшего аристократа.

Не конунг и даже не ярл, но тоже интересно и сразу же проясняет моё положение в её глазах. Даже несмотря на победу над Одином и праву победителя, на более высокое положение я не тяну. Дом есть, но большой земли нет. Да и народу под моей рукой немного — нет даже сотни, что тоже идёт в минус официальному титулу.

Но даже так, за мной признали права не просто свободного гражданина, но командира. Вот что угрозы животворящие делают. Может если её ударить она ещё и умнее станет?

Шутка, конечно, и довольно мрачная, но не отметить такое уважительное обращение я просто не мог. Невольно вспоминаются мои же мысли в общении с лже-Фреей, что добрым словом и пистолетом можно добиться намного больше чем просто добрым словом. Я начинаю все больше проникаться мудростью этого высказывания.

— Желаешь заплатить мне вергельд?

Это тоже был важный момент. Свободных не имели права наказывать за пределами материального штрафа, того самого вергельда. Тот факт, что я предлагаю ей штраф вместо клейма или позорного проклятия это была очень сильная заявка, для пленницы. По законам викингов я фактически предлагал рабыне удочерение. Из бесправной пленницы она становилась свободным членом моей группы. Если Валькирия и после этого продолжит чудить, то её проще будет убить, чем и дальше терпеть.

— У меня нет денег, Хэрсир, — до неё должно было уже дойти, к чему я веду. Так что уточнение про деньги выглядело странно. Но будем считать, что это просто такая игра, в которой она не предлагает решение проблемы, а только намекает на него.

— Отработаешь, — говорю коротко.

Саэко в этот момент дернулась и покосилась на меня. Можно было подумать, что я сексуальные услуги от валькирии требую. Будто мне нечего больше потребовать от дочери бога.

— Я даю тебе ещё один шанс, — когда Ульва кивнула, соглашаясь отработать вергельд, начинаю инструктаж, что надо делать. — Тебе надо будет найти этого лже-Одина и сообщить, когда он начнет воинские тренировки. Никаких убийств. Тебя вообще не должны видеть. Это понятно?

— Да, Хэрсир!

— Приступай.

Как только я отпустил локоть Ульвы, она тут же начала превращаться в зверя. В волчицу, если быть точным. Это был первый раз, когда я видел чисто звериный облик волкокровной валькирии. Её фигура поплыла, изгибы тела сглаживаясь, покрываясь густой дымчато-серой шерстью. Лицо вытянулось в острую морду, уши заострились и встали торчком. Одежда бесшумно спала на пол, и через мгновение перед нами стояла крупная волчица с пронзительными голубыми глазами, в которых легко угадывался далеко не звериный разум.

Ещё раз кивнув мне, волчица крутанулась на месте, исчезая на месте. Сравнительно простой аналог телепорта, называемый «тропы». В случае валькирии это были «тайные тропы», довольно безумная концепция, с которой лично я предпочёл бы не соприкасаться. Лучше путешествовать через тень, грезу или мир мертвых, чем через тайну. Меньше шансов встретить какой-нибудь лавкрафтианский ужас на своём пути.

С другой стороны, чего ещё ожидать от дочери безумного бога?

Я вздохнул и повернулся к Саэко. Она замерла, уставившись на пустое место, где только что стояла волчица размером с хорошего телёнка.

— Всё хорошо? — я не чувствовал от неё сильного потрясения и страха, но все же меня напрягало её пораженное молчание.

— Я убивала целые отряды монстров и огромных боссов в Айнкрайде, меня сложно удивить обычным волком, — тут же оправдалась она. — Просто…

— Просто Ульва далеко не обычный волк, — усмехаюсь.

Саэко вновь покосилась на меня, но продолжать этот разговор не стала. Вместо этого мы начали обсуждать дальнейшие планы.

— Так что теперь? Ждем пока она что-то разведает? — спросила Саэко, первой начав разуваться. Это было логично, так как даже если ждать придётся недолго, это всё равно вряд ли будет длиться всего несколько минут.

— Ждать — самая плохая идея, — ответил я, так же скидывая кроссовки. — Лже-Один может начать тренировку в ближайшее время, или вечером, или вообще через несколько дней. Не зная сколько ждать, будет странно тратить время на ожидание. Да и не обязаны мы преследовать его при первой же возможности.

— Что тогда будем делать? — в голосе Саэко проскользнула игривая нотка.

— Я бы предложил тебе чаю и позаниматься мистическими искусствами. Но если что, я открыт к предложениям, — только моя фраза закончилась, как Саэко потянулась ко мне за поцелуем.

Её губы были мягкими и настойчивыми, а руки обвили мою шею, притягивая ближе. В этом не было ни спешки, ни жадности — лишь тихая, уверенная потребность в близости, словно она пыталась убедиться, что я здесь, что всё это по-прежнему реально. Я ответил ей тем же, проводя ладонью по её спине.

Мысленно же я сделал заметку запретить Ульве превращаться обратно в человека в присутствии посторонних. Её одежда осталась здесь. И если я достаточно спокойно отреагирую на голую девицу, то вот та же Саэко юмора не оценит от слова совсем.

***

Пока же Такаши вовсю целовался со своей девушкой, у Кеничи дела обстояли не так радужно. По крайней мере сам он так думал.

Когда Кисара убежала, бросив его и своих побитых людей в той подворотне он постарался как можно быстрее рвануть в свою родную школу. По пути Кеничи ещё успел подумать, что не надо было выпендриваться и перехватывать хулиганов так далеко от школы. Тогда был бы шанс вообще не драться с Кисарой и её бандой, помня что она отвлеклась на звонок и куда-то убежала, а главное не пришлось бы потом так далеко бежать обратно.

К школе он подошел в то время, когда школьная постановка уже точно закончилась.

— А-а… Миу меня точно теперь возненавидит, — причитал Кеничи, пока шел к корпусу с актовым залом. — Почему я не предусмотрел этого заранее?

Он бы причитал и дальше если бы не заметил Танимото, который отошел в сторону, в проулок между зданиями. Смазливый блондинчик задумчиво разглядывал букет цветов. Кеничи сразу зацепился за эту сцену, так как Танимото выглядел как-то странно, слишком уж он был меланхоличным.

Кеничи даже захотел подойти к нему и спросить, все ли хорошо, как тут случилось неожиданное. Тонимото просто выпустил букет из рук, позволяя ему упасть на землю, а затем ещё и наступил на него.

— Эй, что ты делаешь?! — Кеничи очень любил растения, особенно цветы, и просто не мог понять такого странного отношения. — Чтобы ни случилось, цветы в этом не виноваты.

— Это ты? Не видел тебя в зале, даже понадеялся, что сегодня вообще не покажешься, — Танимото нахмурился. — Что же до цветов, то я просто их ненавижу. Они быстро увядают и умирают… это раздражает.

Кеничи не понравились эти слова. В том, что сорванные цветы увядают нет ничего удивительного или странного. Но то, как об этом говорил Танимото… похоже у него было что-то личное за душой, связанное с быстрым увяданием и смертью. Кеничи ничего не знал о семье Танимото, но тут можно было легко догадаться, что он потерял кого-то из своих близких.

— И актерскую игру я тоже ненавижу. Один из гостей Миу верно это подметил, — пока мысли Кеничи метались у него в голове, Танимото продолжил свою мысль.

— Зачем тогда ты все это делаешь? — Кеничи казалось, что его собеседник пьян. Настолько его слова казались странными и неправильными. — Театральный клуб и постановки. Все это не обязательно. Если ты не хочешь этого делать, так не делай.

— Зачем? Все просто, это прекрасная практика лжи. Перед всеми я образцовый студент, что позволяет мне вертеть людьми как я захочу, — Танимото усмехнулся. — И ты такой же. Не напрягает постоянно изображать из себя хорошего парня? Хотя надо признать, актер из тебя никудышный.

— Я не понимаю о чём ты, — Кеничи уже начала раздражать эта ситуация. — Я это я, и мне не нужно никого изображать.

— Это ложь! — Танимото откровенно окрысился на подобное заявление, но Кеничи только отмахнулся от него.

— Можешь думать как хочешь, мне все равно, — с этими словами Кеничи просто развернулся и ушел. Он не понимал, что происходит, но точно не собирался выслушивать непонятные обвинения.

К тому же, тот факт, что Танимото здесь, означал, что из актового зала все уже разошлись. Парень был ответственным за постановку и уходить должен был одним из последних. Так что ловить Миу нужно было на дороге в додзё, или непосредственно там.

— Как же он меня бесит, — заметил блондин обращаясь то ли к самому себе, то ли к кому-то до сих пор невидимому.

— Ты тоже много кого бесишь, — заметил весёлый голос и откуда-то с крыши спрыгнул парень с пижонским золотым кулоном в виде птицы на груди и татуировкой крыла под левым глазом. — Особенно многих бесит твоя манера всегда и везде притворяться.

— Шо Кано, — Танимото тут же узнал знаменитого ученика Странствующего Божественного Кулака, Акиры Хонго. Можно было бы спросить, что Кано тут делает, но Танимото было плюс-минус всё равно на это. Среди учеников Тьмы вообще было не принято общаться друг с другом по душам. — Все притворяются и всегда.

— Нет, это ни разу не норма, — Кано усмехнуся и возразил оппоненту. — Подобное поведение называется «Лицемерием», что порицается обществом.

— Общество порицает очень много вещей, которые повсеместно используются. Двигатели внутреннего сгорание, курение, аборты, пластик. Список можно продолжать бесконечно. Так что мнимым осуждением лицемерия меня удивить сложно, — Танимото оставался все таким же мрачным и саркастичным. Можно было бы подумать, что он и сейчас отыгрывает какую-то роль, но Кано считал именно эту его манеру общения настоящей.

По крайней мере именно это Танимото показывал всем, кто успевал раскусить его игру в хорошего парня.

Шо Кано внимательно осмотрел Танимото, как будто прикидывая, как бы его ударить, так чтобы вправить мозги на место. Хотя на самом деле он думал, была ли эта манера общения действительно настоящей или это ещё один уровень притворства. Вот только взгляд у него получился настолько пристальным и пронзительным, что блондин даже чуть изменил положение ног, готовый увернуться от атаки и тут же контратаковать.

Но Кано не собирался атаковать. Разгадать мотивы Танимото было невозможно, Кано слишком плохо его для этого знал. Попытка же что-то доказать блондинчику силой попахивала откровенной мегаломанией. Хочет Танимото считать, что он нормальный, пускай считает так и дальше. Это не мешает Кано считать его придурком и психопатом.

— Дело твоё, «Отшельник», — Кано с усмешкой назвал Танимото по кличке, которую тот получил в банде Рагнарёк. — Собираешься выместить на парне своё раздражение?

— Да, давно пора сорвать с него маску хорошего парня, — Танимото кивнул, доставая из кармана брюк пару перчаток с меткой шесть на тыльной стороне ладони.

Кано на это скорчил непонимающее лицо. Каким образом избиение бедного паренька должно было сорвать с него маску хорошего парня? Скорее уж это позволит ему изображать из себя жертву. Но спорить с психом было бесполезно, поэтому Кано просто махнул рукой.

— Окей, развлекайся с парнем, — он сам усмехнулся своей немудреной шутке. — Мне же куда больше интересует блондиночка, с которой ты ставил постановку. Мечта, а не девушка.

Танимото ничего на это не ответил, так как ему было просто плевать. Он уже был погружён в свои мысли, прикидывая план, где он сможет перехватить Кеничи, чтобы сразиться с ним. Мастера не будут вмешиваться в бой учеников, но все же лучше будет подловить Кеничи в месте, где помешать им будет хоть немного проблематично.

Хотя с мастеров, особенно с таких мастеров, станется достать их и на дне океана.

Кано, пожав плечами, развернулся и ушёл, оставив Танимото наедине с его больными фантазиями. Его самого действительно куда больше манила загадочная блондинка. Он уже некоторое время следил за Рёдзанпаку и его учениками. Парень не показался ему чем-то примечательным, а вот девушка, внучка Старейшины, другое дело. Кано заинтересовался не только яркой внешностью Фуриндзи Миу, но и тем как она двигается. Настоящая птичка, готовая в любой момент вспорхнуть с земли.

Шо Кано, что сам носил прозвище Супарна, могучая птица, находил это невероятно милым и притягательным. Достаточно притягательным чтобы попробовать завести знакомство с девушкой и даже попытаться это знакомство углубить.

Кеничи в этот момент, уже заметив Миу у выхода со школьной территории, вдруг поёжился. почувствовал крайне неприятный холодок на шее. Он достаточно доверял своей интуиции, отработаной Мастерами Рёдзанпаку до почти паранормальной остроты. Кеничи всегда чувствовал опасность. Вот только конкретно в этот момент опасность была какая-то странная.

По крайней мере он совершенно не понял, что ему угрожает и откуда. Все это дополнительно осложнялось показной обидой Миу, которая, стоило ему подойти, тут же отвернулась от него.

— Я столько репетировала, а ты даже не явился, — заметила она прежде, чем Кеничи успел что либо сказать.

— Мне жаль… — заметил он вполне искренне, но продолжить мысль не успел.

Холодок на шее вдруг превратился в ледяное лезвие инстинктивного страха. Он резко обернулся, инстинктивно приняв низкую, защитную, стойку, которую вбили в него бесчисленные тренировки с мастерами. Позади никого не было. Только пустой школьный двор, колышущиеся листья деревьев и… никого. Но чувство опасности не исчезло.

— Кеничи? — Миу тут же забыла про своё притворство, так же бросив взгляд в направлении школьного двора. Она тоже почувствовала отголоски чьего-то убийственного взгляда, пусть и не так ярко, как парень.

— Наверное показалось, — Кеничи буквально усилием воли заставил себя успокоится и выйти из боевой стойки. — Прости ещё раз, Миу. Я…

— Не надо, я не злюсь, — Миу постаралась тепло улыбнуться. Она отметила про себя, что её друг пока не научился доверять чувству убийственного намерения, хоть и приобрел этот навык. — Это была просто шутка. Мне Харуно рассказал, что ты опять столкнулся с отморозками из Рагнарёка, которые хотели устроить беспорядки в нашей школе.

«Этот пришелец сделал что-то хорошее?» — Кеничи мысленно удивился. — «Где-то умерло что-то очень большое… или вымер целый вид очень больших существ».

Но не смотря свой мысленный скепсис, Кеничи был благодарен Хирано за помощь. Будь это кто-то другой, кроме этого инопланетного дьявола, и Кеничи мог бы даже должок за собой признать, но с Хирано это грозило пожизненным рабством и неподъёмными процентами по долгу. Поэтому Кеничи будет всё отрицать.

С некоторым облегчением он вместе с подругой направился в сторону додзё. Пускай этот день прошел совсем не так, как он предполагал, закончилось все более или менее неплохо.

Вроде бы.

Глава 56

Дальше поцелуев мы с Саэко не зашли. Всё же это не виртуальный мир, где девственость ничего не значит. Приходится держать себя в руках.

Но даже так было приятно провести время вместе, просто отдаваясь друг другу. Вечером же у меня, вернее у Ханы, дома собралась вся компания путешественников во времени. Обычно мы собирались так, чтобы я немного помучал их попытками пробудить в себе магию, а потом девушки могли просто пообщаться.

Но в этот раз всё было немного по другому.

— Итак? — обратилась ко мне Рика, когда все расселись за стол и получили по кружке с чаем.

Судя по всему между собой они уже успели о чём-то договориться, потому что после этого странного и ничего не значащего вопроса все уставились на меня, ожидая ответа.

— Тебя интересует что-то конкретное или так, в целом? — мне её вопрос был искренне непонятен. Пытаться же угадать, что она там придумала я даже не пытался.

— Что ты задумал? — вместо неё спросила Сая. Эта неугомонная опять не могла спокойно сидеть на месте. — Мы знаем, что ты опять куда-то ввязался и что-то там делаешь.

— И некоторые из вас почему-то решили, что я начну изливать им душу по первому требованию? — хотя я не старался звучать как-то агрессивно или недовольно, сама фраза прозвучало грубовата. Вкупе со спокойным тоном голоса, этих пигалиц даже пробрало.

— Нам кажется, что мы достаточно близки для этого, — заметила Кирико серьёзно.

— С некоторыми из вас, — я кивнул, но все же сделал уточнение. Хотя это было просто ребячество, уж самому себе можно признаться. Чтобы я ни говорил, но если бы я по настоящему не доверял той же Рике или Сае, то их бы тут не было. Я обязательно нашел бы способ не взять их с собой в путешествие во времени. — Но хорошо, что конкретно вы хотите знать?

— В смысле? — не поняла Рика.

— В прямом. «Мы знаем, что ты что-то затеваешь», это не вопрос. Я вот сегодня ночью просто поспать затеваю. Тебя такой ответ устроит? — усмехнувшись, я сделал демонстративную паузу, сделав глоток чая. — Так что скажите конкретно, что вас так взволновало?

— Что насчет этих непонятных монахов шаолиня? — Рика насупилась. — В прошлый раз ты общался с одним из них, и позже ещё эта заварушка в отеле. А что сейчас?

— Никто из них не имеет отношения к шаолиню, даже те, кто родом из Китая, — для начала поправляю её косяк. — Лично я называю их Акашитами, так зовутся маги, которые считают себя мастерами боевых искусств.

Я раньше уже рассказывал им, что далеко не все «маги» считают себя именно классическими магами. Герметическими магами, если использовать официально обозначение. Так что вопросов, почему это маги, которые лишь считают себя чем-то другим, а не полноценные мастера боевых искусств, не последовало.

— В отношении же моих дел, то с местным полюсом силы я в целом поддерживаю положительные отношения. Есть внешний полюс силы. Те же самые Акашиты, которым тоже что-то нужно. Что там с ними — не совсем понятно. Те, кто мне попадался, были довольно отбитыми ребятами с точки зрения здравого смысла, но ничего сверхординарного для Акашитов. Если коротко, то это всё.

— И нафига тебе это? — допрос со стороны Рики продолжился.

— Много для чего, — её наседание вызывали некоторое раздражение. Хотя тут, как мне кажется, нужно учитывать всё то, что было между нами раньше. Рика в принципе меня раздражает. — Мало того, что мне интересно, будет ли апокалипсис в этом мире. Хотелось бы также это предотвратить.

Помимо этого у меня были и другие цели, но вот этим я уже не был готов делиться. Не только своим желанием дойти найти Хроноса в этом мире и через него попытаться отомстить той вариации титана, что меня кинула, но и мои мысли о том, чтобы вернуться туда, в мир после апокалипсиса.

Все же я не готов был бросить людей на острове Таконосу, просто сбежав в иной мир.

Как я уже говорил Саэко, им рано это знать. В том плане, что просто не поймут и начнут лишнюю, а главное бесполезную, возню.

— Ты же сам говорил, что апокалипсиса может и не случиться, — заметила Хана, которой перспектива вновь пережить конец света не очень вдохновляла.

— Да, может не быть, но полагаться в этом вопросе на удачу я не готов.

Спорить тут было сложно, так что мы какое-то время просто помолчали. Я даже стал думать, что на этом странный разговор закончится, как в беседу вступила Марикава.

— Они смогли тебе чем-то помочь?

Медсестра задала хороший вопрос, который стоило обдумать в любом случае. Прошло уже несколько недель, как я передал местным Акашитам проклятую кровь. До этого я не дергался в их сторону, так как постоянно что-нибудь случалось. Сейчас же надо будет напомнить им о том разговоре и спросить про результат.

— Помочь? — я усмехнулся, но беззлобно. В отличие от своей подруги Марикава меня не раздражала, даже когда отчаянно прикидывалась инфантильной блондинкой. — Пока нет. Скорее, это я им помогаю. Вернее предложил помощь в обучении их ученика, правда пока ни одного урока не проводил.

— М-да, Такаши, — Кирико покачала головой. — И откуда в тебе эта тяга всех и всегда поучать?

— Это потребность любого мага. Даже те, кто ненавидит собственных учеников, и использует их как расходный материал, всё равно собирают вокруг себя так называемые «дома», целые группы учеников и последователей.

Она молча покачала головой. Они все были ещё довольно далеки от магии. Даже Саэко, которая начала чувствовать магические колебания. Как ни крути, а обычные люди проходят долгий и тяжелый путь к пробуждению магического таланта. Это всегда занимает годы, а не жалкие недели. Даже с чужой помощью.

— А ты не боишься, что они… ну, воспользуются твоими знаниями, а потом кинут? — спросила Рика. При этом эмпатией я чувствовал, что это было не просто сомнения или попытка поспорить, а вполне здравое опасение.

— Всё может быть, — отрицать возможность подобного исхода было бы глупо. — Я в любом случае не собираюсь отдавать чужому ученику всё, что знаю. Тут своим то ученикам всё отдать проблематично. Предательство же стоит учитывать, но прям сильно давить на эту тему глупо и вредит любому доверию.

Рика что-то хотела возразить, но лишь сжала губы и отвела взгляд. Мои слова, видимо, задели её за живое. В конце концов, именно доверие между нами было самым хрупким и сложным элементом наших отношений.

— Ладно, — неожиданно сдалась она, отхлебнув чаю. — Ты, как всегда, всё продумал. Надеюсь, твой расчёт окажется верным.

Тот факт, что она просто согласилась со мной был настолько неожиданным, что я даже выразил своё удивление на лице. Рика на это только чертыхнулась и махнула на меня рукой.

Больше ничего толкового в тот вечер не произошло. Мы даже магией не позанимались. Они просто болтали, и я даже иногда участвовал в разговоре, хотя большую часть времени просто воспринимал разговор как фоновый шум, который не сильно мешал мне думать о своём.

Когда все наконец разошлись, а в доме повисла привычная, уставшая тишина, я остался сидеть на кухне с остывшим чаем. Привычка, выработавшаяся в мире виртуальной реальности. Полностью виртуальные тела не испытывали потребности в детоксикации коры мозга посредством сна, а потому ночь можно было использовать для самых разных дел.

Саэко продолжала спать по привычке и чтобы расслабиться, я же чаще всего просто лежал рядом и поглощал знания из божественной библиотеки.

Сейчас, спустя несколько лет обладания этой силой, я не перестаю удивляться тому, что мне удалось получить даром. В случайное стечение обстоятельств верится слабо. Даже условный «слепой случай» имел персонификацию и контроль со стороны Фортуны. Так что и у доставшейся мне силы должен быть автор и кукловод, который все это сделал с некой целью.

Но сколько бы я не копался в полученной силе и как бы не проверял себя, а ничего найти не удавалось. Было несколько благословений, которые я сам когда-то на себя наложил, но ничего свех того.

Так что мои размышления завели меня в тупик, как и всегда. Я отпил последний глоток холодного чая, ощутив горьковатый привкус, и отставил кружку. Звучит как забавный парадокс: обладая доступом к бездонному колодцу знаний, я не мог найти ответа на самый главный вопрос — кто и зачем дал мне эту силу?

Было ли это банальным экзистенциальным кризисом? Быть может я просто так сильно погрузился во всю паранормальную и божественную хрень, что теперь ищу смысл жизни там, где его нет? Если быть абсолютно честным самому с собой, то можно признаться: да. Очень уж я загоняюсь, причем так сильно, что надо бы вытряхнуть всю эту муть из головы.

На следующее утро я проснулся от того, что мать трясла меня за плечо. За всеми своими размышлениями я сам не заметил, как просто уснул за столом.

— Такаши, всё хорошо? — обеспокоено спросила Хана.

— Да, мам, все в порядке. Просто задумался вчера и сам не заметил, как уснул.

— Выглядишь не очень, — не сдавалась она, по-матерински положив ладонь мне на лоб, будто проверяя температуру. — Давай я приготовлю завтрак? Или просто ложись в кровать, по-человечески. Я позвоню в школу и предупрежу, что тебя сегодня не будет.

— Завтрак, — решил я, поднимаясь со стула и чувствуя, как затекли спина и шея. — И как бы мне ни хотелось прогулять школу, но Саэко меня просто не поймет. Да и все действительно в порядке, просто уснул в неудобной позе.

Хана вздохнула, но не стала настаивать. Разве что право готовить завтрак самостоятельно она оставила за собой, чему я особо не возражал.

Мы молча позавтракали. Тишина была комфортной, не такой, как вчерашняя, натянутой и многозначительной. После еды я почувствовал себя человеком. Пища всё ещё оставалась действенный методом прокачки и восстановления.

— Я сегодня приду позже обычного, зайду к Акашитам, — говорю, собирая тарелки. — Надо напомнить о себе и нашем деле. Да на ученика хочется взглянуть предметно.

Хана на это только кивнула. И дальше начался в целом стандартный день. Встреча с Саэко, школа, в которой я просто сидел и ждал, пока пройдет время урока. Учителя уже поняли, что я спокойно могу ответить на любой вопрос, поэтому каких-то проблем просто не было.

Саэко в этот раз со мной не пошла, прогуливать ещё один день клубной активности было выше её полномочий. Да и не слишком она стремилась к этому. Всё же вчерашнее наше похождение прошли достаточно сухо. Особенно на фоне самого обычного фарма монстров в мире SAO. Так что она с чистой совестью осталась заниматься своими делами.

Меня же ждал Рёдзанпаку. При том именно ждал, по крайней мере, когда до храма Акашитов осталось буквально двадцать минут ходьбы, как я тут же почувствовал направленное на меня внимание. И если внимание от Сигурэ было более чем ожидаемым, то вот когда и остальные мастера Акашитов начали пускать сканирующие волны силы, уже было неожиданно.

Хотя, зная эту безбашенную братию могу достаточно уверенно предположить, что они влезли в очередную историю и теперь просто бдят.

К тому моменту, как я подошел к воротам храма, Сигурэ уже ждала меня у приоткрытой створки. Её духовная сила, как всегда, выражала куда больше, чем лицо или направленное внимание, которое мне удавалось уловить. Так что даже до начала разговора я уже знал, что ситуация в целом не такая страшная, как можно было бы подумать. Слишком уж спокойной было ки мастерицы холодного оружия.

— Привет, — киваю ей. — Что у вас случилось в этот раз?

— Ученик прошел испытание боем.

Сигурэ отпираться не стала и тут же рассказала в чем дело. Судя по тому, как они тут все сканируют по округе, испытание было не договорным поединком, да и редко Акашиты называют это именно «боем». Бои у них зачастую имеют неиллюзорные шансы закончиться смертью.

— С ним всё хорошо?

— Да, мы хорошо его обучили.

Это была очень серьёзная похвала. Настолько, что я не удивлюсь, если самому Кеничи ничего подобного в лицо не сказали, чтобы не загордился. Другой вопрос, что с парня станется вообще не понять, скрытую похвалу мастеров. Все же он был довольно закомплексованным подростком.

— Это хорошо, — киваю. — Но что-то подсказывает, что это не конец истории. Иначе зачем такая бдительность?

— Без особой причины, — она осталась внешне безучастной, но в её духовной силе проскользнуло что-то вроде усмешки. Как будто вся эта показная напряженность на самом деле была игрой и её забавляло, что я попался на эту постановку. Вот только эмпатией я чувствовал, что у всего этого есть дополнительный слой, который от меня пытаются скрыть. — Нападавший не был обычным хулиганом, что нахватался чего-то по верхам, как все противники ученика до сих пор. Его кто-то обучал. И нам интересно, кто мастер и явится ли он сюда?

— Мир большой, и в нем иногда случаются самые странные совпадения.

Настаивать на полном и правдивом ответе я не стал. Не было ни необходимости, ни интереса. Сигурэ слегка наклонила голову, словно прислушиваясь к чему-то вдали, но ничего на моё замечание не ответила.

Что ж, будем считать эту тему закрытой.

— Старейшина сейчас здесь? — спрашиваю то, ради чего в целом и пришел.

Среди мастеров в храме я его не чувствовал, но это не было показателем. Во-первых такие зубры как он вполне могли бы и спрятаться от поверхностного чутья. На сама деле я думаю, что вообще все мастера Рёдзанпаку так могут, просто не хотят этого делать. Во-вторых, на територии своего храма Акашиты могут окопаться ничуть не хуже герметического мага в его башне. И я прекрасно чувствовал, что этот храм был в достаточной мере напитан силой и мистицизмами, что даже глубокое сканирование территории может ничего не дать, пожелай старик скрыть своё присутствие.

— Да, только что вернулся, — ответила Сигурэ, её взгляд стал чуть более сосредоточенным. Похоже мой вопрос её удивил.

— Проводишь меня к нему?

На это она только молча развернулась, шагнув в чуть приоткрытые ворота. Что ж, мы люди не гордые, а потому я так же молча последовал за ней.

Повели меня в тот самый зал, где я общался с мастерами в прошлый раз. Старейшина там сидел и пил чай вместе со своей внучкой и учеником храма, Кеничи. Мастера карате и джиу-джицу играли в го, а мастер муай-тай листал какую-то мангу.

Настолько пасторальная картина, что я даже не ожидал чего-то подобного. Только мастера кэмпо не хватало с его чересчур громкой дочерью.

— О, привет, Такаши-кун, — старик усмехнулся, совершенно на европейский манер отсалютовав мне чашкой чая. Интересный жест, учитывая, что формально мы оба японцы и здесь что-то подобное не принято. — Решил заглянуть в гости?

— В гости, но по делу, — ответил я, подходя ближе. — Хотел узнать насчет той пробирки, которую передал вам в прошлый раз.

— Да-а… — протянул старик, кинув взгляд на внучку и ученика. Те застыли на месте, старательно прикидываясь ветошью и разве что вслух не молясь, чтобы их не выгнали. Настолько им было интересно. Старейшина на это только хмыкнул и действительно не стал никого прогонять. — Вот только что вернулся со своей поездки на юг, где пытался разузнать про этот вопрос.

С учетом того, что мы находились в Токио, и на юге города был порт в открытый океан, вариантов куда он ехал было не так уж много.

— Как там в Австралии?

— Очень тяжко, — это здоровенная гора мышц показательно кряхтела, хватаясь за плечо. — Жарко, противно и всё хочет тебя укусить. Но по твоему делу я кое-что выяснил. Твоя «проклятая кровь» — штука весьма специфическая. Местные аборигены, у которых я консультировался, называют это «Песней Предков» и «Шепотом Земли». Суть в том, что это не просто проклятие, а некий… отпечаток. След очень древней и очень мощной сущности.

— Интересный взгляд на проблему. Я бы никогда не стал смешивать эти два понятия, — чтобы понять о чем конкретно он говорит, пришлось обратиться к дарованной мне божественной библиотеке.

«Песня Предков» — это голос из прошлого, зафиксированный миф, структура и закон. Во времена сотворения мира, духи-предки путешествовали по миру, создавая реки, горы, животных и людей. Каждое действие, каждый шаг Предка был частью особой песни. «Песня» содержит в себе не только географию, но и законы, ритуалы, моральные кодексы и сакральные знания, оставленные Предками.

По сути песня похожа на силу классических мистиков, что не обладают собственной силой, а взывают к силе древнего мифа и легенды.

«Шёпот Земли» — это голос настоящего, текучий и изменчивый, интуитивный диалог с миром здесь и сейчас. Что-то вроде чародеев из ДнД, уж простит меня господь за подобное сравнение. Сила данная от рождения, без понимания и тренировок, а просто полученная от кого-то или чего-то.

Моя Система и прописанная в ней божественная библиотека была классическим примером «Шёпота Земли».

И это до смешного иронично. Ведь по сути я сам являюсь смесью шёпота и песни. Ведь через полученный шёпот, я изучал песни разных народов мира.

— Понимаю твои сомнения, — старик отставил чашку и сложил руки на столе. — Но аборигены настаивали именно на двойственной природе. По их словам, то существо, чья кровь это была, существовало так давно, что его «шёпот» уже стал «песней».

Интересный он все же старик. И интересных знакомых нашел за свою жизнь.

— Это был самый обычный человек, проклятый неизвестной силой, — поправляю его. — Но в целом я понял. Отпечаток некоего неизвестного существа и был тем самым проклятием. Осталось только понять, что это было за существо и как его отпечаток можно снять?

— Отпечаток — это как следы на песке? — вдруг подал голос Кеничи. Парень похоже и сам испугался своего неожиданного вопроса, так как тут же напрягся и уже приготовился к тому, что его прогонять.

— Именно так, — старик кивнул, и в его глазах мелькнула одобрительная искорка. Он явно был рад, что ученик пытается мыслить. Вообще после «испытания боем» отношение к ученику сильно изменилось. К ребенку, что подрос и наконец стал юношей. — Только следы эти сложнее оставить и они не так легко стираются.

— По сути любой человек может оставить свой след, скажем на любимом оружии или просто дорогой вещи. Например, значок с символом Инь-Янь, который ты носишь на воротнике тоже несёт отпечаток твоей сути, — в ответ на мои слова парень тут же дотронулся до того самого значка. — Такие предметы называют «фетишами», и это не то же самое, что сегодня подразумевают всякие извращенцы. Подобные предметы места и даже имена обладают внутренней силой через свой отпечаток. И фетиши есть не только личные, то также легендарные и божественные с отпечатками героев и даже богов.

— Очередная мистическая хренотень, — мрачно заметил мастер-каратист.

— Так и есть, — я хмыкнул.

Было забавно, что человек, всеми силами отмахивающийся от всего мистического, так точно угадал мистическую суть подобного явления. Это была именно мистика, когда человек без внутренней силы взывает к силе внутри чего-то, а не полноценная магия через личную силу.

— Вот только не понятно, что нам теперь делать с этой информацией, — заметил мастер джиу-джицу, Акисаме. — Ты ведь не знаешь, что за существо оставило этот след, Такаши-кун?

— Не имею ни малейшего понятия, — отвечая на его вопрос я уже примерно представлял, что буду делать дальше. — Зато я знаю, у кого можно будет спросить. Благо давно уже планировал к ним заглянуть, да все время отклыдывал.

— И о ком речь? — Старейшина внимательно и серьёзно посмотрел на меня.

— Древнегреческая мифология одна из немногих, где обители богов и входа в мир мертвых имеют более чем конкретные координаты. И раз уж у меня были личные счеты к титану времени, то почему бы по пути в Тартар не заглянуть в царство Аида? Посмотрим, что расскажет старший брат Зевса, — пока я говорил, в глазах Старейшины загоралось какое-то чуть ли не потусторонние пламя. Так что свою мысль я заканчивал с некоторым непониманием на лице и выгнутой бровью. — Да и Хроносу можно будет задать пару вопросов, перед или после того, как врезать ему по лицу.

— Интересно, Такаши-кун. Очень интересно, — в глазах старика буквально пылала внутренняя сила и жажда битвы. — Как насчет того, чтобы попутешествовать вместе?

Глава 57

Старейшина смотрел на меня с таким неподдельным интересом, что казалось, он уже мысленно собирает вещи в дорогу. Его предложение застало врасплох, и мне потребовалась секунда, чтобы его осмыслить.

— Вместе? — переспросил я, стараясь не выдать своего удивления. — Вы понимаете, что это не туристическая поездка на горячие источники? Тартар — это не место для живых. Даже для таких как вы.

— Но не для тебя? — в разговор вступил Коэцудзи.

— Мне это тоже ничем хорошим не светит, — пожимаю плечами. — Но у меня и резон для этого есть.

— Так и у нас есть «резон», — Старейшина ещё раз сверкнул глазами и полыхнул внутренней силой. — Мы тоже живем в этом мире и в этом времени. Так что не допущение конца света — это очень даже резонный вопрос для нас.

Спорить с этим было сложно. И если хоть немного подумать, то не понятно, зачем вообще спорить? Боюсь ли я, что кто-то из Акашитов умрёт? Нет, они намного более надежные попутчики, чем девчонки, с которыми я путешествовал в прошлое. Могут ли они мне помочь? Да, как минимум они хорошие бойцы. Не говоря уже о том, чтобы банально добраться до Греции или Рима, где есть входы в мир мертвых.

И чисто логически выходило, что минусов в этом союзе нет, а вот плюсов даже в самом примерном приближении может быть немало. Особенно после того, как я самолично повесил себе на шею кучу девчонок, прежде чем смотаться в прошлое.

Вот только именно после того неприятного опыта, связываться с ещё одной компанией не хотелось совершенно.

— М-да… Окей, — вздохнув, принимаю предложение Старейшины. — Как быстро вы сможете собраться и кто именно поедет?

Старейшина в ответ просиял как ребенок. В этот момент как никогда стало понятно, что длинная борода существенно старит «Старейшину» и если её сбрить, он станет выглядеть намного моложе. Что довольно занимательно.

Маги имели не так уж много способов продлить свою жизнь и молодость. И каждый из этих способов был по своему сложный и занимательный. «Не для всех», так сказать.

Даже интересно, какой именно способ был известен Старейшине? Сам «старик», поймав мой заинтересованный взгляд, усмехнулся уголком губ, словно читая мои мысли, но разговор повел о другом.

— Точно пойду я, и думаю со мной очень захотят пойти Акисаме и Сигурэ.

— Апачай тоже хочет! — тут же влез местный друид, он же мастер муай-тай.

— А я вот не особо с вами хочу, но ведь придётся, — мастер карате, Сакаки, всем видом старался показать, как ему не хочется вместе со всеми отправляться в путешествие. Но выглядело это не очень убедительно.

— То есть по сути вы едете все, — у учеников спрашивать было бесполезно, если мастера захотят их взять, то те поедут. — Я только мастера Ма не вижу.

— У него пока есть некоторые собственные проблемы, — напоминание про китайца несколько сбавило накал радости Старейшины. — Но думаю он тоже будет заинтересован этим путешествием и поддержит нас.

— Как скажете, — я не стал заострять на этом внимание. Если захотят, то сами расскажут, а нет, так и не моё это дело. — Есть два спуска в Аид, как называется греческий мир мертвых. Первый на мысе Тенарон на южной оконечности Пелопоннеса, именно там Геракл вытащил на поверхность стража подземного мира, Цербера. Второй в Аверно, что недалеко от Неаполя, где предок основателей Рима спускался в Аид.

— Нам всё равно куда, главное — чтобы тропинка была настоящая, а не легенда, — усмехнулся Старейшина. — К тому же, пока мы будем подготавливать паспорта и билеты для полёта в Европу, мастер Ма успеет решить все своим дела.

— Окей, — по факту это значило, что поездка откладывается, пока они не решат свои проблемы. Ну думаю будет справедливо, если мы со своей стороны попросим ответного одолжения. — Возьмите билет на меня и мою девушку. Ну и сами можете не всем кагалом лететь в Европу, я могу на месте открыть врата через пространство.

— Телепортация? — Коэцудзи задумчи оглядил свои усики.

— Она.

— Но даже если вычеркнуть необходимость покупать билеты, в чужой стране нам в любом случае потребуются загранпаспорта, — заметила Мия.

— Если вы планируете сверкать паспортами, то вам обязательно понадобятся и билеты, — вздыхаю. Вот зачем всё так усложнять. Там же, при некотором старании, всей работы на пару часов, зайти в мир мертвых, подраться с богом, может быть с парочкой богов, и на выход. — Пускай у нас не потребуют визу, но нужны будут билеты обратно в Японию, как подтверждение нашей способности покинуть страну. Ну или бронь в отеле на три месяца с полной предоплатой. Или деньги в достаточном количестве, чтобы купить первое или второе.

— Так что нужно либо все делать по честному и тогда мы сможем полететь в Европу через пару месяцев, если не полгода. Либо же делать все не по правилам, и отправиться в путь сразу же, как Кенсей освободится, — довольно улыбнулся Старейшина.

Почему-то у меня не было сомнений, что именно он выберет. Ну и в данной ситуации я его полностью поддерживаю. Заморачиваться с настоящими или фальшивыми документами стоило бы, если бы мы за границей реально месяц или пару жить собирались. Я же, без учета дороги, надеюсь все за одну ночь закрыть вопрос, максимум за пару суток. И то последний вариант — это ситуация когда спуск в Тартар будет сопровождаться неожиданными проблемами.

Практика показывает, что проблемы будут в любом случае. По другому ещё ни разу не было. Но чисто теоретически, двое суток на рейд — это действительно неудачная ситуация. В духе десанта олимпийцев, что решат поддержать своего сородича, Аида.

— Так что действуем не по правилам, — заключил Старейшина, и в его глазах заплясали озорные огоньки, словно он был молодым хулиганом, а не умудренным главой храма Акашитов. — Коэцудзи, на тебе будет общая координация. Нужно будет на время закрыть твой массажный кабинет и клинику мастера Ма. Сакаки, на тебе договор со школой, где учится Миу и Кеничи, нужно будет оформить им небольшой академический отпуск. Сигурэ и Апачай, на вас карты Греции и Италии. Я сообщу Мастеру Ма о предстоящем путешествии. Думаю, дня три — и мы будем готовы.

— Три дня? — я поднял бровь. — Неплохая скорость для такой оравы.

— Мы не первый век живем, кое-чему научились, — скромно потупился Старейшина. Вот только скромность эта была настолько наигранной, что веры ей не было совершенно.

— Хорошо, — киваю. — Я тоже постараюсь организовать всё со своей стороны за три дня.

Вообще с собой бы я взял только Саэко, которую нужно будет отпроситься в школе и у отца. Насчет же остальных путешественников всё сложно. У Саи примерно те же проблемы. Старшее же поколение нужно будет отпрашивать с работы, что в условиях Японии очень не просто. У Кирико ещё и семья, у которой тоже будут вопросы.

С другой стороны, путешествие в иной мир просто не может пройти бесследно. Когда они пробудят в себе магию, то их сила будет невероятно велика. И это усиление очень хорошо ляжет на прикосновении к Акаше, которое нужно будет повторить.

Хотя, есть ли смысл вообще гадать? Надо сначала поговорить со всеми, а уже потом решать. Может кто-то просто откажется от этого путешествия или сможет сам решить свои проблемы, без моего вмешательства.

С такими мыслями я распрощался с Акашитами и потопал домой. С Саэко поговорить было прощё всего, просто набрать её номер телефона. В первый раз она мне не ответила, скорее всего ещё была занята своими делами в клубе кендо, но не прошло и получаса, как она сама позвонила мне.

— Соскучился? — спросила она игриво, вместо приветствия.

— По такой девушке грех не соскучится.

— Комплимент засчитан, — в её голосе слышалась улыбка. — Но если серьёзно, то что случилось, Такаши. Ты обычно не звонишь просто поболтать.

— Есть вариант смотаться в Европу, на день или два. Греция или Италия, на выбор, — тут же перехожу к сути вопроса. — Ты как?

— Неожиданно, — она помолчала прежде чем ответить. — С каких пор мы начали летать в Европу на выходные?

Судя по нескольким вскрикам и охам она со мной разговаривала в раздевалке при клубе кендо. Несложно догадаться, что моя дорогая девушка опять хвастается. Это, конечно, было в разы лучше чем безумная ревность, как было в начале, но всё равно то ещё ребячество.

— Да все то же. Акашиты нашли интересную информацию по той колбочке с кровью. Вот и решили слетать и прояснить пару моментов. Заодно навестим придурка, не соблюдающего договоры, — предельно честно обозначаю свои планы.

Уверен, что сегодня же, часть этой информации утечёт остальной группе путешественников во времени. Не могу сказать, что в целом одобряю эту практику, но конкретно сейчас это будет даже удобно. Да и глупо было бы скрывать от участников похода цель этого самого похода.

— Такаши, — Саэко тяжко вздохнула в трубку. — Ты хоть с кем-нибудь обсуждал эту идею?

— Пока только с Акашитами. Они были в восторге.

— Ты сам говорил, что они такие оригиналы, что их можно даже назвать чудиками, — Саэко не оценила мой ответ.

— То есть ты не полетишь? — долго обсуждать подобные вещи по телефону не хотелось, так что я решил поставить вопрос прямо.

— А ты?

— Я лечу в любом случае. Очень уж мне не хочется повторения истории.

— Хорошо, — она быстро сдалась. — И когда ты собираешься лететь туда?

— Через три дня, вроде как, все должно быть готово.

— Три дня… — в трубке повисла короткая пауза. — Такаши, ты хоть представляешь, как это объяснить отцу? Просто так он меня на другой конец света не отпустит, даже с тобой. Ну или особенно с тобой. Не говоря про то, что это будут рабочие дни и по хорошему нам нужно будет учиться, а не гулять за границей.

— У нас есть три дня, чтобы решить эти проблемы. Например с твоим отцом мог бы поговорить кто-то из Акашитов. Согласись, если кто-нибудь из именитых мастеров пошлет твоему отцу официальное приглашение на экстренный международный семинар или закрытый турнир в Греции, это будет выглядеть куда солиднее, чем «мы с парнем летим на выходные в Европу».

— Возможно, — Саэко вздохнула как-то очень уж тяжко. Готов поспорить, что у неё была идея, как всё это обставить, но ей это не нравилось.

Неужели через Сигурэ собирается отпрашиваться?

— В любом случае не думай об этом слишком много, — даю ей простой совет, не став уточнять о Сигурэ или других способах отпроситься. Не маленькая, сама решит, ну или попросит помощи. — Полетим не официально и на той стороне я буду открывать врата. Так что отпрашиваться придётся реально на день-два и совершенно не обязательно за границу.

В отличии от Саэко, я был один и мог говорить совершенно спокойно.

— Хорошо, — наконец сдалась она, и я услышал в её голосе не только обреченность, но и проблеск того самого азарта, который проскальзывал в сложных и опасных поединках. Мой миленький берсерк в юбке входил в кураж. Как бы проблем не было, надо бы немного её тормознуть на повороте. — Я поговорю с отцом. Но если он скажет «нет»… ты же не полетишь без меня?

— Полечу, — отвечаю честно, чем ввожу Саэко в ступор и сбивая ей кровожадный настрой. — Но уже там перемещу тебя к себе. Как минимум прогуляемся вдвоём. Но вот в приключение уже придётся отправляться без тебя. Так что постарайся все же отпроситься, но без перегибов.

— Стукнуть бы тебя, Такаши, — буркнула она в ответ. — Да ты же увернешься. Ладно, будь на связи, я же постараюсь сегодня-завтра отпроситься.

Что ж, с этой стороны решили. Саэко полететь в Европу хочет и готова сама взяться за решение своего вопроса. С матерью поговорю вживую дома. Думаю оформить выходные за свой счет или больничный должно быть вполне реально.

Остальная же компания пока в подвешенном состоянии. Если Саэко или мама кому-то из них что-то расскажут и те захотят пойти, то окей, возьмем с собой. Порталу всё равно сколько человек через себя пропускать. Если же нет… думаю завтра можно будет просто самому сказать и так же оставить это на их суд и ответственность. Хотят — хорошо, нет — переживу.

Решив подобным образом я продолжил свой путь домой. Думалось легче, чем шлось. Пока добрался до дома, успел придумать десяток способов, как аккуратно разрулить разговор с мамой, и еще десяток — как этот разговор может пойти по наклонной, с криками, слезами и моральными человеческими ценностями.

Разговор почти наверняка пройдёт тяжело. Хотя, думаю, через что-то похожее проходят все родители и дети. Не в контексте битвы с богами и путешествия в загробный мир, конечно. Но все же рано или поздно все дети становятся самостоятельными и вылетают не только из родительского гнезда, но и из-под их опеки.

***

Голова у Кеничи шла кругом. Мало ему было мира боевых искусств и небольшой войны с кучкой уличных драчунов, среди которых попадались практики тех самых искусств. Теперь же перед ним ещё открылся мир потустороннего и магии. По крайней мере Такаши, по словам мастеров, именовал себя именно магом.

Да, он видел ту странную иностранку, что наваляла Рёнке и её фокусы но одно дело фокусы, а другое дело стать участником экспедиции в загробный мир. Во всё этотбыло очень трудно поверить.

— Знаешь, пацан, я сам не люблю всё это и стараюсь держаться от паранормальшины подальше. По своим причинам, — в своей привычной грубой манере заметил мастер Сакаки. — Но искренне тебе советую не отмахиваться от всего этого. Иначе та самая паранормальшина неожиданно укусит тебя за задницу в тот момент, когда ты меньше всего будешь этого ожидать.

— Некоторый скепсис — это нормально, — заметил мастер Коэцудзи. — К тому же, думается мне, что любое недоверие развеется само собой, когда наш ученик просто увидит все своими глазами и, возможно, даже потрогает руками.

Кеничи глубоко вдохнул, стараясь уложить в голове все услышанное. На лице мастера Сакаки был старый шрам, может это было действием кого-то из потусторонних существ? Поэтому он так «не любит» всё это?

Да и мастер Коэцудзи, хоть и казался человеком науки и разума, все же рассуждал о магии как о чем-то реальном. А Кеничи привык доверять суждениям и наставлениям мастера джиу-джитсу.

Вот только несмотря на авторитет мастеров, отделаться от мысли, что всё это какой-то прикол всё равно не получалось.

Он поймал себя на том, что в упор смотрит на узор трещин на потолке додзё, будто там может спрятаться ответ. В висках неприятно стучало — не от усталости, от переполненности новой информацией. Ему казалось, будто кто-то незримый поставил рядом с привычным миром второй, такой же реальный, только скрытый тонкой завесой. И все наставники как один уверяли: завеса — не стекло витрины, на которое можно только смотреть. Нет, это открытая дверь, в которую они в ближайшее время всем скопом войдут.

На фоне всего этого его стычки с уличными бандами казались чем-то мелким. Даже смешным.

На улице уже густела вечерняя синь, когда Кеничи закончил приводить в порядок зал. Раз уж он жил тут, то на него скинули некоторые домашние дела, да и сам Кеничи был только рад помочь бедной Миу, что до этого делала все одна.

Относя инвентарь для уборки в специальную подсобную комнату, он вдруг услышал разговор тех самых мастеров, с которыми общался на предмет паранормальных вещей. Движимый любопытством и подозрением, что они сейчас потешаются над его доверчивостью, он решил подслушать, что же там говорят.

— По одной из версий мифа, неуязвимый Ахилл получил свою силу потому, что мать окунула его за пятку в воду реки Стикс. Так как она держала его за пятку, то только это место осталось уязвимым, — своим привычным, менторским, тоном говорил Коэцудзи. — Отсюда и выражение «ахиллесова пята».

— Ну и дура, что за пятку макала, — хмыкнул Сакаки. — Если найдем эту реку, то ученика нужно будет макать за волосы, ну или за ухо. Если ухо отрежут, то это не так страшно, как сломанная пятка.

— Не спеши. Это лишь один из вариантов мифа. К тому же река Стикс считается олицетворением первобытного ужаса и именно водой из неё был отравлен Александр Македонский, опять же по мифу.

— То есть ученика макать не будем? — Кеничи был готов поклясться, что в голосе мастера Сакаки слышалось какое-то даже детское разочарование.

— Макнем, конечно, но сначала убедимся, что он от этого не умрет.

Слушая рассуждение двух мастеров, их ученик начал осознавать, что его отношение к вопросу стремительно меняется. Если раньше он только подозревал, что все это какой-то прикол, то теперь он очень надеялся, что это был розыгрыш.

Очень уж ему не хотелось, чтобы его куда-то макали.

Глава 58

Как я и думал, разговор с матерью прошел довольно напряженно. Новость о том, что я собираюсь впутаться в очередную историю её не обрадовала от слова совсем. И никакие мои доводы на тему того, почему это важно и насколько осторожным я буду её не успокоили.

И это при том, что я ограничился только тем, что рассказал про рейд в мир мертвых и разговор с богом смерти. Про то, чтобы набить морду богу времени разговора пока не шло вовсе. Не представляю, как бы она отреагировала, признайся я сразу, что собираюсь сразиться с Хроносом.

— Зачем тебе все это Такаши? — спрашивала она уже не в первый раз. — Неужели нельзя просто жить и радоваться жизни?

— Сложно радоваться, зная, что конец света может повториться, — отвечаю со вздохом. Все её волнения были совершенно нелогичными, с другой стороны её тоже можно было понять. Но понимание не означает, что мне это хоть немного нравится. — И даже если мы допустим, что в этом мире конца света не будет. Я всё равно собираюсь это сделать.

— Почему?

— Потому что я помню тот мир, где будущее уже произошло, — смотрю на неё серьёзно. — Помню и хочу иметь возможность помочь им, хоть как-нибудь.

— Ты… — тут чувства, а вернее привитая с детства мораль, сыграла против матери. Вот так с ходу сказать «плюнь на всех, живи для себя», опытный педагог младшей школы просто не могла. Хотя уверен, что она точно что-то такое подумала. — Неужели нет другого пути?

— Другой путь есть всегда. В конце концов ничего не делать тоже вполне себе выбор. Другой вопрос, нравится нам этот выбор или нет?

— Мне это не нравится, — вздохнула она. — Не нравится что ты туда пойдёшь. Да и компания, с которой ты собираешься пойти мне тоже не внушает доверия.

— Ты их даже не знаешь, — спор выходил на новый виток. Такими темпами мы скатимся в банальный скандал, которым не принесёт удовольствия ни мне, ни ей. — К тому же я приглашаю в это путешествие не только их, но и всех вас. Как мне кажется, это достаточно наглядно демонстрирует насколько безопасным должно быть это путишествие.

Я действительно считал этот аргумент достаточно убедительным, в отличии от Ханы.

— Ты нас и в прошлое взял, где безопасность была не на высоте, — она сложила руки на груди. Судя по всему скандал действительно был не за горами.

— То есть ты не поедешь? — пытаюсь перевести разговор в другое русло. Параллельно обдумываю вариант с тем, чтобы просто прекратить разговор.

— Я… — мама замялась. Недовольство на её лице чуть-чуть дрогнула, уступая место усталости. — Я не знаю.

Вот оно, не «нет», но и не «да», а то самое подвешенное состояние, в котором некоторые живут годами, откладывая решения до последнего. Хотя понять Хану было несложно: признать, что она поедет, — значит смириться с тем, что я всё равно полезу в это безумие. Отказаться — значит признаться самой себе, что она оставляет меня одного.

— Тебе не обязательно решать прямо сейчас, — иду ей навстречу. — У нас ещё есть время. Подумай, посоветуйся с другими. Сам я пригласил пока только Саэко…

— И конечно же она согласилась, — перебила меня она.

— Отнюдь. Ей это тоже не понравилась, — я вовремя прикусил язык и не сказал, что Саэко просто не хотела оставлять меня одного. Это был бы очень большой камень в огород Ханы.

Чувствую себя как на минном поле.

На этом, к счастью, разговор увял и мы разошлись. Уже позже, в своей комнате я думал над тем, что разговор мог бы пойти по другому. Да только что теперь гадать?

С тяжелым вздохом я откинулся на спинку стула. Гадать и правда было бессмысленно. Сколько бы я ни прокручивал в голове варианты, итог был бы один — Хана волновалась. И будет волноваться, пока я не оставлю эту затею. А оставить ее я не хотел. Не по мне это, бросать людей, которые уже мне доверились.

Да и нужно же хоть куда-то приложить полученную мной силу. Уже не в первый раз задумываюсь над тем, что мне вообще делать с тем, что у меня есть Система. Прям кризис среднего возраста какой-то.

— Кризис среднего возраста, когда тебе по паспорту нет и двадцати — звучит как диагноз для хорошего мозгоправа, — усмехнулся я собственным мыслям.

Думаю, что в копилку моих психических заболеваний можно и разговоры с самим собой добавить. Но да пока стоит отставить в сторону весь этот юмор и самоиронию. У меня осталось три дня, чтобы подготовится к походу в Аид.

А подготовить там было что. Одной только еды нужно будет заготовить и чем больше, тем лучше. Если только мы не хотим повторить судьбу Персефоны, что от одного гранатового зернышка навечно привязала свою душу к загробному миру.

Стоит таже подумать о дополнительном оборудовании. Оружие у Акашитов своего выше крыши, а наши толком ничем не владеют. Разве что Саэко я обещал меч, который так и не сковал. Да Кирико, если она все же пойдёт с нами, нужно сделать копьё. Делать их придётся при помощи магии, зачаровывая прямо на ходу, что выльется в не самое лучшее качество…

Ну как. По меркам многих миров это будет прям очень хорошие предметы, но вот только для меня… не очень. Да, магия позволит сделать прямо идеальную заготовку, но вот души, которую можно вложить в оружие только во время ковки, там не будет. Как и баффов, данных системой.

Попробовать поиграть немного со временем, чтобы все же сковать всё необходимое оружие? Скажем подхватить Сигурэ и отправиться в какой-нибудь иной мир, чтобы потом вернуться в ту же минуту.

Идея звучала чертовски соблазнительно: сутки-другие скрыться в каком-нибудь диком мире, выковать всё как положено, настроиться, выгравировать руны, напитать клинки жаром настоящей кузни, а потом вернуться. Для внешнего мира пройдёт миг, а у меня на руках будет полный арсенал.

Но чем дольше я прокручивал план, тем громче скрежетали шестерёнки сомнения.

Во-первых, Хронос. Я собирался драться с божеством, персонификацией самих потоков времени и идти на разборки с ним вооружившись оружием, созданным при помощи игр со временем так себе идея. Как бы он не обернул всё это оружие против нас самих.

Во-вторых, Сигурэ. Она и так оказывает мне кучу знаков внимания и это когда вокруг куча людей. Если же мы перенесемся в мир, где нам никто не помешает… Тут я сам в себе не уверен, что смогу сдержаться не поддаться мастерице холодного оружия.

Так что обойдемся без этого. Какое-то оружие можно будет выменять у всё той же Сигурэ, или даже просто обойтись каким-нибудь ширпотребом, а что-то серьёзное добыть уже непосредственно в самом Аиде. То же копьё, которое ещё и не факт, что понадобится, там точно можно взять.

А вот с катанами такой фокус вряд ли прокатит. Мир мертвых он как бы один, и смежных царств хватает, но спускаться в Аид на территории Европы, чтобы сделать крюк обратно в Азию так себе идея.

Но один меч я могу и сковать за пару дней, если забить на школу… и опять же забуриться вместе с Сигэре в кузницу. Без неё будет совсем не то же самое. Всё же её инструмент и, особенно, кузница могли дать по настоящему могущественные благословения на оружие.

С другой стороны можно попробовать и призвать какой-нибудь клинок. Ритуалов и заклинаний для этого более чем достаточно. Можно даже попробовать достать катану Саэко из виртуальной реальности. Последнее, кстати, выглядит довольно простым в реализации вариантом.

Приняв такое решение, я все же лег спать. Завтра будет сложный день, за который нужно будет многое успеть.

Утром мама несколько отошла от вчерашнего разговора. Хотя по ней было видно, что большую часть ночи она не спала, а думала. Что-либо сразу мне отвечать она не стала, а я не стал её торопить. Разве что предупредил, что школу в ближайшую неделю прогуляю. К походу нужно подготовиться, да и сам поход в Аид займёт некоторое время. Так что ей точно позвонят из школы.

Она ответила мне что-то невразумительное, но вроде бы положительное. Завтрак прошел в напряженном молчании. Хана передвигалась по кухне с подчеркнутой медлительностью, погруженная в собственные мысли. Я не лез с разговорами, понимая, что ей нужно время, чтобы переварить услышанное и принять собственное решение.

После довольно позднего завтрака первым делом я набрал Саэко. Нужно было предупредить, что я не появлюсь в школе, и предложить ей варианты добычи оружия под её руку.

— Не поняла, — честно заметила моя девушка, что судя по звуку, уже ехала на учебу на монорельсе. — То есть ты собираешься повторить Темное Течение?

Темным Течением называлась катана, которую мы выкупили у одного игрока, что шел по цепочке криминальных квестов. Влетела она нам тогда в копеечку, причем не только деньгами, но и высокоуровневыми предметами.

— Не повторить, а воплотить её в реальность, — тема взаимодействия реальности и нереальности, а также превращения информации в материю, была достаточно сложной. И если бы она пришла мне на ум только сейчас, то я бы точно начал рассуждать о ней вслух, но благо, за ночь вся эта информация немного утряслись в голове. — Это будет та самая катана, и если я немного её перекую, то все бонусы потом перейдут в SAO.

— Звучит… в твоём духе, — после, наверное, десятисекундной паузы произнесла Бусудзима. В трубке послышался характерный шум объявления остановки. — И немного безумно. Что в принципе одно и то же. Ты хочешь сказать, что цифровой код можно превратить в сталь?

— Не совсем в сталь. Идея кристаллизуется, образуя материальную форму, но материя там специфичная, — поправил я, понимая, что сейчас лезу в дебри высшей тауматургии, как называли это греки. Надо держать себя в руках. — Если обобщить, то любую идею, легенду или даже концепт можно воплотить. У всего этого есть «история», а значит, и вес в информационном поле, чем больше этот вес, тем больше и сила кристаллизованной идеи. И так как твой клинок это далеко не Кусанаги-но цуруги, то воплотить его можно будет довольно легко.

— А сам Кусанаги достать сможешь? — голос Саэко ощутимо изменился. Кое-кто почувствовал запах легендарного артефакта, который мог приплыть к ней в руки.

— Когда-нибудь смогу, сейчас нет, — не могу удержаться от хмыка. — Я же сказал, что твоё снаряжение вытащить из всеобщего бессознательного значительно проще, чем легендарные артефакты.

— Жаль-жаль… — цыкнула в трубку. — Но потом ты сможешь это сделать?

— Сделаю и подарю.

— Ты лучший! — голос моей девушки тут же потеплел.

— Не преувеличивай, — фыркаю я, хотя в груди от этих слов становится заметно теплее. — Пока что я только пафосно раздаю обещания на будущее.

— Я в тебя верю. Так что удачи, Такаши. Я после школы продолжу уговаривать отца, отпустить меня, пока он не сказал своего твердого «да».

— Тебе тоже удачи.

Разговор с Саэко закончился на оптимистичной ноте, что заметно подняло мне настроение. И с таким настроем уже можно было приступать непосредственно к работе. Разве что стоит дернуть мою «ручную» валькирию, чтобы она помогла мне с ритуалом кристаллизации идеи.

Мне даже не пришлось вставать со стула. Я просто закрыл глаза, сосредоточился на тонкой, едва ощутимой связи и пустил по ней зов. Ульва сразу же почувствовала и, в отличии от прошлого раза, артачиться не стала, а тут же переместилась ко мне в облике волчицы.

— Твой враг ещё не появился, Херсир, — тут же отрапортовала она вместо приветствия.

— Вот уж кем, а врагом эта мелочь для меня точно не является, — меня это даже позабавило. — Плевать, пока, на этих акашитов, у нас появились новые планы. Мы отправимся в мир мертвых. Твоё племя зовёт его Хельхейм.

Шерсть на загривке волчицы вздыбилась. Даже для существа, чья суть — война и смерть, упоминание Хельхейма не вызывало энтузиазма. Валькирии служат Одину и забирают павших героев в Вальхаллу, в то время как в Хель попадают те, кто умер «позорной смертью» — от старости или болезни. Для неё это место было синонимом позора и гниения, а не полем битвы.

Мгновение — и передо мной уже сидит не волк, а светловолосая девушка, как я и предпологал без одежды. Я швырнув в неё одеялом, в которое она тут же закуталась. В льдистых глазах валькирии читалось искреннее непонимание, смешанное с брезгливостью.

— Хельхейм? — переспросила она. — Ты ищешь забвения, не найдя славы в битве, Херсир? Там нет ничего, кроме холода, теней и бесчестья. Зачем живому спускаться в обитель, откуда нет возврата?

— Мне нужно поговорить с одним из правителей того места. Некий Аид, — отвечаю, погружаясь в знания по иному миру. — Он один из лордов Царства Железа. Если ты понимаешь о чём я.

Глаза валькирии чуть расширились. Понятие Царства Железа было ей знакомо. Как никак сейчас это область загробного мира захватила всю территорию Европы, а во время эпохи открытий и обеих Америк.

По сути, если только призрак не попадёт в чертоги своего бога, как Вальгалла Одина, или Рай Библейского Бога, то на территории западного мира его ждет именно Царство Железа.

Аид там далеко не самый главный, все же время греческих и римских язычников давно прошли, но и не последнее место занимает. Так что дочь Одина могла знать и его самого лично. Хотя и не факт.

— Аид, — произнесла она имя так, словно пробуя его на вкус. — Владыка, чей трон стоит в тени Элизиума. Да, я знаю его. Но он не станет говорить с тобой, Херсир. Он правит мёртвыми, а ты дышишь. Он не из тех, кто рад гостям, пришедшим без приглашения.

— С каких пор викингам нужны приглашения? — хоть я сам себя викингом не считал, но меня позабавило то, как она рассуждала. — Он будет со мной говорить. Добровольно или нет, уже его дело и проблема. Среди нас хватит воинов, которые будут рады битве.

— Среди нас, — повторила она, после чего прямо взглянула на меня. — Но нахожусь ли я среди вас? Ты зовёшь меня в поход в обитель позора, где воинскому духу нет места? Где тени шепчут о бесславном конце?

— Я зову тебя на битву с богом. Даже если Аид испугается и не будет драться, среди его пленников есть тот, кто обманул меня и с кого я собираюсь спросить за обман, — выдерживаю паузу, думая как поступить. В целом помощь небожительницы будет не лишней в подготовке к походу. Но нужна ли она мне в самом походе? Не уверен. — Но неволить тебя к этому я не стану. Поможешь мне подготовиться к этому походу и будешь свободна.

— Ты нашел способ вернуть меня в Вальгаллу?

Вообще я всегда это знал, и если подтвердить, что я только нашел способ, то это будет ложью. Мало того, что ложь можно почувствовать, так для мага вообще стоит быть осторожным со словами. Слишком много врать банально вредно, ведь мир перестанет верить словам мага и волшебство перестанет работать.

Так что ответить нужно более обтекаемо.

— Я знаю несколько путей, но большая их часть тебе не понравится. Благо сейчас я готов использовать безопасный и приемлемый способ.

Ульва нахмурилась. В её взгляде смешались много чего, так что я даже при помощи эмпатии не взялся бы сказать, что она чувствует. Одно было понятно точно, дочь Одина, ещё и волкокровную было не так то просто обвести вокруг пальца.

— Ты говоришь, как Один, — заметила она и было сложно сказать, было это недовольство или все же похвала.

— Как скажешь, — пожимаю плечами. Формально я не соврал, а в остальном она вольна думать, что угодно. — В любом случае решение за тобой. Поможешь и уйдёшь или пойдешь в набег вместе с нами?

Ульва молчала так долго, что я уже начал думать, что надо бы поторопить её. У нас тут не так много времени на все дела. Благо этого не потребовалась и валькирия все же дала свой ответ.

— Я ненавижу Хельхейм, — наконец произнесла она тихо, но очень четко. — Его запах — это запах тления, а не крови и пота. Его звуки — это шепот, а не звон стали. Там нет ни чести, ни славы. Только пыль и забвение.

Она перевела на меня свой ледяной взгляд, и чувства её постепенно стали приходить в норму, заранее подсказывая, какое именно решение она приняла.

— Но ты идешь туда, чтобы бросить вызов богу. Чтобы сразиться с тем, кто обманул тебя. В этом есть честь. В этом есть песня, которую могли бы сложить скальды, — она выпрямилась, и в этой простой позе чувствовалась вся её божественная природа. — Я пойду с тобой, Херсир. Не как слуга, исполняющий приказ, и не как пленник, отрабатывающий свободу. Я пойду как соратник. Как воин, что видит в этом походе шанс обрести то, что утратила.

Кто бы знал, чего мне стоило не заржать в этот момент. Как в голове валькирии соединяются фразы «не пленник, отрабатывающий свободу» и «воин, что вернет то, что утратила», одному Одину известно. Так ещё и её внешний вид, завернутая в одно одеяло и босая, просто что-то с чем-то. Но да пес с ней. Если это такой принципиальный вопрос, то пусть будет.

— Хорошо, — все же совладав с собой продолжаю разговор. — Нужно подготовить оружие для моей жены, а также припасы в дорогу.

— Для ковки или заточки оружия тебе больше помогут мастера гномов, а не я, — до Ульвы не дошло, какую именно помощь я могу у неё получить в подготовке оружия.

— Ковать я могу и сам, но тут проблема не в ковке. Нам нужно будет воплотить легенду о том мече, что у неё был когда-то, в ином мире. И ты можешь помочь мне призвать его.

Валькирия нахмурилась, пытаясь понять, что именно я имел в виду. Все же в магической практике викингов не было чего-то похожего на кристаллизацию чуда.

— Это что-то вроде скальдического искусства? — провела она параллель с северной школой мистиков, очень похожих на греческих Орфистов. Колдунов, что воспевали легенды и черпали из них силу.

— Нет, больше похоже на Хамингья, — я же в ответ провожу параллель с чем-то вроде ангела хранителя в представлении викингов. Персональная удача и доля, которую все же не до конца привязана к человеку и её можно передать по договору или в наследство. — Но думаю проще один раз это увидеть, чем пытаться показать.

— Хорошо, Херсир.

Так началась наша подготовка к рейду в Аид. Через три дня мы будем готовы отправиться в рейд на бога.

Конец второго тома.

Писать фики по миллиону знаков уже становится чем-то вроде моей специализации. Но раздувать их ещё больше нет ни сил, ни желания. История Такаши получит своё продолжение, но чуть позже. Мне там уже надоели с вопросами про продолжение Собачьего Дела, так что надо бы им заняться.

Так что до скорейшей встречи на других страницах.

Если есть желание поблагодарить автора, то можно сделать это в комментариях или монетой:

410018750954858

— кошелёк яндекс, для разовых платежей

https://boosty.to/cokol-d

— Бусти, если готовы на ежемесячную подписку. Это просто способ сказать «спасибо». Главы будут появляться по мере написания сразу же, никаких бонусов подписка не даёт. Сумма так же может быть чисто символической (10 рублей).