Обложка Искупление. Первые шаги

Искупление. Первые шаги

Андрей Шут

0% прочитано
Стандартный
Андрей Шут

Искупление. Первые шаги

Пролог

Выберите имя персонажа: _

Мама назвала меня Александром. Все, конечно, звали как-то иначе: в детстве — Сашкой, а в университете — Санчесом. Кто придумал кличку — уже и не помню, вроде как на посвящении, во время разнузданной гулянки под винными парами и в сигаретном дыму. Прижилась же... Но сейчас я, можно сказать, начинаю долгий этап новой жизни, и не вернуться ли мне «к исходнику»?

Выберите имя персонажа: Алесандр

...напечатал я и подтвердил выбор. А потом заметил опечатку. Пропустил «к». Но Система не дала возможности откатить изменения. Ладно, буду «Алесандром», что дальше-то?

Выберите пол: мужской * женский

Мужской, конечно, о чем разговор?! Женщинам в любом мире сложнее: менструации, перепады настроения, все такое. Нет, это игра, тут вряд ли подобное предусмотрено, но тем не менее менять пол я был категорически не согласен. Тем более, Система не обещала никаких преимуществ.

Выберите пол: мужской

Выберите расу: человек * тенерожденный * голем

От выбора будет зависеть предыстория, стартовая локация, репутация

С человеком все ясно. Человек получал бонус +1 к двум любым характеристикам на выбор на старте. Тенерожденный оказался неким подобием темного эльфа, только без острых ушей: худощавый, высокий, кожа оттенка графита. Бонус к Магии +2. Ясно, раса для любителей посоха и платья в пол, ака робы. Хм, ну, можно подумать, магия — это мощная штука. Только вот я ничего не знал о мире игры. Может, маги тут вне закона... Также тенерожденные имели плохую репутацию в глазах людей. Голем выглядел как перекачанный бодибилдер, покрытый каменной крошкой и получал +1 к Силе, +2 к Телосложению и -1 к Магии. Его не любили тенерожденные. Я еще раз просмотрел галерею образов рас — и решил все-таки остаться человеком.

Для меня в определенном смысле цель Игры в том и заключалась — остаться человеком.

Я не геймер. То есть я играл, конечно, в разные РПГ, квесты, даже шутеры. Но как-то без фанатизма. Никогда не понимал тех, кто каждый вечер проводил в виртуальной реальности — в моем окружении со школы таких не водилось. Я учился на биофизика в Медицинском Университете, и грузили нас ой-ой-ой как. На первых курсах мы учили анатомию, физиолгию, химию — как и будущие врачи, но к этому добавлялись физика, математика, основы кибернетики и прочие дисциплины технического профиля, тем более, что я выбрал профиль «Биоинженерия». Да, я хотел заниматься модификацией людей. Это направление развивалось семимильными шагами, только низшие ограниченные в правах слои населения не имели ни одного импланта или модификанта.

А теперь от прохождения мною игры зависело, кем я стану, и стану ли кем-нибудь вообще... Меня угораздило вступить в студенческое общество по борьбе с психотипирующим тестированием — государственной программой по искусственному отбору населения. Да, увы, Земля оказалась не резиновой, а планет, пригодных для проживания, в космосе не обнаружилось. И теперь, в условиях перенаселения Объединенное Мировое правительство мало того, что ограничило рождаемость, но еще и распределяло людей по пригодности к работе и дальнейшему продолжению рода. Введена программа была не так давно, но я уже прошел тестирование в выпускном классе школы. И оказался пригоден к интеллектуальной деятельности, а так же получил право на создание семьи с одним ребенком. А вот моему лучшему другу, Сергею, влепили в биониметропаспорт черную метку. «Пригоден к ручному труду, создание семьи запрещается.» С этого-то все и началось...

Я пошел в университет, а мой друг — на работу в коммунальные службы. Хотя он был умнее меня, даже экзамены лучше сдал. Но программа психотипирующего тестирования проверяла отнюдь не ум. Государство хотело согласных, законопослушных граждан. Как проскочил я — ума не приложу: баг в системе, не иначе. Но вот нас, багов, и отловили — меня и еще десятерых студентов арестовали, судили и назначили нам наказание.

Игру.

Точнее, отдали нас на эксперимент. «Перевоспитательный,» — сказали они. «Важный для всего человечества,» - сказали они. Нас даже посвятили в подробности. А может и не «нас», а только меня, потому что ребят я больше не видел с тех пор, как нас вывели из здания суда.

Они, люди, которые разговаривали со мной перед подключением к игре через нейроинтерфейс, назвали Игру — Проект Искупление. Смысл состоял в том, что игра будет постоянно заставлять меня делать выборы. А аппаратура — считывать мои эмоции, когда я буду их совершать. На основании данных о моих реакциях — и реакциях других участников эксперимента — будет создана новая совершенная система психотипирования. С чем боролся — на то и напоролся. Нет, не так: с чем боролся, на то теперь буду работать.

Я, конечно, спросил: будут ли со мной вместе в этом мире другие участники эксперимента. «Возможно,» - ответил мой куратор: «Но не гарантирую вам этого. Любой, кого вы встретите, может оказаться как искуственной моделью — так и персонажем живого человека. Думайте об этом, совершая выбор.»

Такая вот вводная. Ладно, что там дальше после расы?

Выберите класс: воин * маг * плут * лекарь

Вы можете выбрать не более 2 классов одновременно. Помните, что развивать способности разных классов одновременно — вдвое сложнее.

Ого, какая классика. Воина я отмел сразу. Не по мне просто махать железом. То, что вместо жреца — лекарь, наводило на мысль: или богов у них тут не будет, или лечат тут не жрецы. Впрочем, лечить никого не хотелось. Социально-хороший выбор, но нет — пусть этот их чертов эксперимент будет честным. Все равно же проколюсь рано или поздно, пытаясь показать, что я «белый и пушистый».Так что пусть будет плут! Хотя насчет мага я все еще сомневался: плутом в реальной жизни еще можно стать, а вот магом — это вряд ли. Гулять так гулять — возьму два!

Выберите предысторию: фермер * купец * благородный господин

Хм, интересно, кто при возможности сразу стать благородным выберет «фермера»? Благородный господин получал титул. Я еще подумал про купца. Купец начинал со стартовым капиталом. Фермер начинал с запасом провизии. Наверное, я все же тщеславный парень — остановился на «благородном господине». Благородный плут-маг. Нормальное же сочетание, а что?

Распределите характеристики:

Здоровье 11 (благородный)

Сила 10

Ловкость 10

Магия 10

Энергия 10

Интеллект 11 (благородный)

По подсказкам системы «10» соответствовало среднему параметру среднего человека. Плуту, как я быстро выяснил, требовались Ловкость, Энергия и Интеллект. Магу — Магия, Энергия и Интеллект. Интеллект помогал и в бытовых вопросах вроде чтения, письма, способностей к обучению. Энергия отвечала за связи с «потусторонними силами и иными сущностями». Отличная формулировка, я решил, что это как мана в старых добрых онлайн-играх. Интересно, воину Энергия требовалась. Ну, я не воин — я не узнаю... Мне предлагали распределить 2 очка за человека. С предысторией я не прогадал, оттого получилось так:

Здоровье 11 (благородный)

Сила 10

Ловкость 11

Магия 11

Энергия 10

Интеллект 11 (благородный)

Далее Система предложила мне настроить внешность: поставила перед зеркальной стеной, которая, удаляясь, ныряла в туман. Я решил, что сделаю тут по памяти копию себя. Чтобы не дай Бог не забыть, как я выглядел — никто же не сказал мне, сколько времени продлится эксперимент. «Продолжительность будет разумная, но напрямую зависящая от результатов,» - объяснил куратор. Мне осталось только кивнуть, что понял.

Графика, конечно, обещала быть шикарной. И тут я столкнулся с трудностью: оказалось, что воссоздать себя по памяти, если ты не художник, игровыми средствами очень трудно. Уж не знаю, как там расценили ми мучения, но в итоге, перебрав около двадцати оттенков соломенных волос, я остановился, просто потому что надоело. Глаза по цвету получились как живые: серо-голубые, но вот разрез, кажется, скопировать не удалось. Кое как подобрав губы — не толстые и не тонкие, умеющие строить мою фирменную косую ухмылочку, я махнул рукой и занялся фигурой. Тут я добавил себе атлетичности — ну, плут же, как никак, значит — ловкий. Рост выбрал средний, с размером ноги и прочими тонкостями морочиться не стал. Нога и нога, главное — не как у Золушки, обычная мужская нога, в меру волосатая. Понимая, что мне надоела эта канитель, я подтвердил Системе, что принимаю результат.

Готовы ли вы начать игру?

Что время тянуть? Я кивнул и ткнул в висящую в воздухе справа надпись «Да».

Зеркальная стена исчезла, а туман наполз на меня и на несколько секунд лишил ориентации. Когда он рассеялся, я обнаружил себя стоящим на площади. Даже не так: я обнаружил себя зажатым в толпе, которая колыхалась перед огромным эшафотом. Воняло немытыми телами, перегаром и помоями. Мои соседи работали локтями, пытаясь протолкнуться поближе к помосту, на котором стоял одетый в темную рубаху палач в кожаном фартуке. Он опирался на огромный топор и, казалось, смотрел прямо на меня. Я не робкий, но закончить игру едва ее начав, не хотелось. Однако спрятаться мне тоже было негде, а проталкиваясь по толпе назад, я точно привлек бы внимание.

На помост чинно взошел человек в сером камзоле. Он нес под мышкой нечто, походившее на скалку для теста — а на деле оказавшееся свитком. По второй лестнице стражники ввели на эшафот человека средних лет, с соломенными, как у меня, волосами. Да он вообще напоминал меня, только повзрослевшего, нет, даже постаревшего!

Человек в камзоле развернул свиток и звонким голосом зачитал его. Мне врезались в память только имя — Мирин Фордра, и слова «за бунт против короны» и «лишен жизни путем отрубания головы». После чего человек, так похожий на меня, плечами растолкал стражников, подошел к плахе, рухнул на колени и сам подставил шею палачу. Толпа затаила дыхание, я даже услышал стук своего сердца. А может — просто ощутил. Топор свистнул в воздухе, глухо ухнул по дереву, и из оголенного обрубка шеи струей брызнула алая кровь.

Люди загудели, кто-то совсем рядом сказал товарищу: «Вот и покончили с нашим бароном». Я развернулся и, не стесняясь наступать на ноги и работать локтями, поспешил прочь от помоста. Голову мою закрывал глубокий капюшон, он же отбрасывал на лицо тень. Я был уверен, что только что на площади состоялась казнь моего отца. И мне было одновременно и страшно, и горько, потому что я помнил: отцом он был хорошим. И человеком тоже. Нашу семью оклеветали и подставили.

Ничего себе, Система мне и память подгружает, что ли?!

Спасибо за чтение

Вернуться к книге