Искра Хэйан

Глава 1. Начало расследования

Первый день четвертой луны был довольно тёплым. Перед воротами поместья Хи-но Аяки стояли пять человек с корзинами. Ну, двое с корзинами, и лошади. В корзинах несли свои вещи Канате и Гэто. Девушка из Акихиро все никак не могла привести в порядок помятое розовое кимоно и хоть как-то пригладить градиентно-коралловые объёмные тяжёлые волосы.

Все члены «группы из будущего» давно уже успели адаптироваться к местной одежде: Энширо ходила в голубом кимоно, цвете шаманов барьеров; Гэто и Нанами(ныне отсутствовавший) носили тёмно-синее кимоно обычных шаманов духов; Сатору отличился. Мало того, что вместо своего приметного алого, положенного ему по роду техник, носил тёмно-синее духов, так ещё и «модернезировал» его под себя, порвав в нескольких местах и каким-то чудом раскрасив в электрик-синий; Иэри Сёко носила свой цвет шамана с техниками исцеления — зелёный.

Хи-но Аяка, успешно ограбившая свой же собственный сад, ещё несколько дней назад затопленный, пыталась засунуть Энширо сразу три спелые сливы.

— это на дорожку.~ —, ласково протянула девушка, с грустью глядя на упавшие пять "неудачных" слив прошлых попыток.

— тьфу! —, выплюнула две из трёх слив Энширо. —, иди ты знаешь куда со своей дорожкой?

— она о тебе заботится. —, насмешливо бросил Годжо.

— я её в рот... —, начала Энширо, но её перебила Канате.

— вали ночные эпизоды нас не интересуют. —, прикрывая рукавом кимоно рот сказала Акихиро.

Энширо слегка покраснела, отворачиваясь. Ей не нравились такие шутки, когда их говорила не она. Сама беловолосая не гнушалась самых чёрных выпадов в сторону окружающих, даже если всё это было выдумано, как рептилоиды в будущем.

— это выражение такое! —, буркнула она.

— точно?~ —, решила поддержать Канате Аяка. —, или всё-таки что-то было?~

— Аяка-доно, не подогревайте извращённые мысли. —, мягко попросил Сугуру, поправляя корзину. —, Сатору и так пробует рисовать хентай кистью.

— о? А что такое «хентай»?~ —, с искренней детской любознательностью спросила путешественница.

— когда соити рисуют. —, невозмутимым тоном объяснил Гэто.

Канате и Сатору, стоявшие рядом, синхронно показали крест руками и замотали головой в разные стороны.

— ложь! —, в унисон выкрикнули они. Переглянулись.

— ничего подобного! —, воскликнул Годжо, принимая невинную позу.

— ни в коем случае! —, подтвердила Канате.

— похоже, оба рисуют. —, саркастично заметила Энширо, откинув последнюю сливу куда-то за пределы видимости.

Канате и Сатору, услышав это, разошлись в противоположные стороны. Энширо смотрела на это взглядом «вы серьезно сейчас?». Ладно ещё Акихиро, она архаичный человек, совсем недавно узнавший о будущем. Но Сатору? Ведёт себя так, будто всем своим видом подтверждает. А это могло означать только одно: Гэто соврал.

— как говорится. —, начала Сёко, подошедшая из поместья в смятом кимоно. —, муж и жена — одна Сатана. —, парочка метнула на неё злобные взгляды, наполненные смертельными проклятьями, но те разбились о пофигизм Иэри и смех остальных.

— вам туда.~ —, промурлыкала Аяка, обведя рукой весь Хэйан-кё.

— кстати говоря. —, повернулась к ней девочка. —, ты сама то куда свалить планируешь?

— в Наниву.~

— так там же Сукуна! —, схватившись за голову как в дешёвой опере воскликнул Годжо.

— и что? —, спросила Аяка. —, я должна верить слухам, гуляющим по тавернам черни?

— Аяка-доно, мы знаем, что ты сильная. —, вклинился Гэто, воспользовавшись шансом оглушения Сатору. —, но идти туда, где Второй недавно спалил район немного...

— глупо, безответственно, наивно, беспечно. —, закончила за него Акихиро, одернув рукав кимоно. —, всё в духе Аяки.

— ты серьёзно в Наниву? —, подняла бровь Энширо.

—, тц, у меня там дела. —, махнула рукой пепельноволосая. —, важные. Надо встретиться с учителем.

— кто сильнее: Сукуна или твой учитель? —, вдруг спросила Иэри. Аяка мгновенно смутилась, отворачиваясь и пытаясь скрыться в кимоно. Сёко приоткрыла рот от удивления. —, а что я такого спросила?..

— она смущалась и едва не сходила с ума от, кажется, возбуждения, когда показывала мне «сокровищницу» с оружием. —, спокойно объяснил Гэто. —, это странно, но для неё нормально. Если привыкнуть.

— Сукуна, конечно же... —, пробормотала Аяка.

— она при тебе возбуждалась? —, затыкал пальцем в друга Годжо, но был осажден ударом рукоятки катаны Канате.

— ками, дайте мне силы... Сатору, это образно.

Сатору издал грустный звук, похожий одновременно на «ауч», всхлип и «почему я хожу без бесконечности?».

Через секунду Аяка уже испарилась в сторону Нанивы, Энширо залезла на лошадь с Гэто, а затем и остальные заняли свои места. Поездка начиналась.

На пятый день четвертой луны они уже были на пути в Хакату. Повезло подсесть к торговцам с Китаем, на ёкофунэ[торговый корабль среднего размера], пополняющим запасы. На палубе расположились Энширо, Сатору и Канате.

— слышь, Кана. —, слегка заискивающе начала девочка.

— Канате. —, не отвлекаясь от полировки своего клинка поправила Акихиро. —, что такое, солнышко?~

— не зови меня так. —, скривилась Энширо.

— не зови её так! —, вторил Годжо, уже предвкушавший весёлую ссору.

— спасибо, Сатору. —, усмехнулась беловолосая. —, теперь ты похож на собачку.

— нет. —, отложив катану сказала девушка. —, теперь он похож на человека, не утратившего доблести.

— а?.. какой ещё доблести?.. —, отпрянул Сатору.

— и чести. —, добавила Канате.

— он? —, переспросила Энширо, глядя на Годжо. Захихикала. —, поздравляю, Сатору. Теперь ты рыцарь.

— что такое рыцарь? —, склонила голову набок Канате.

— забей. —, выставил руку девочка. —, просто без солнышек.

— не нравится?

— мне ты не нравишься.

— совсем?.. —, с слезливым придыханием в унисон спросили Акихиро и Годжо. Снова переглянулись.

— Сатору, ты то куда?.. ай, ладно. —, взлохматила волосы. —, ну, не то чтобы прям так... Разве что как подруга. Какая-нибудь третьего круга.

— что такое подруга? —, повернулась к Сатору Канате.

— как Аяка, только соития. —, отмахнулся парень.

— да Аяка как бы тоже без... Ладно! Поняла! —, хлопнула себя по лбу, щёлкнула пальцами. —, так вот, ты что-то хотела?

— ты знаешь, кто учитель Аяки? —, прямо спросила Энширо. Ходить вокруг да около ей нравилось меньше всего на свете.

— знаю. —, отвернувшись от неё кивнула девушка.

— правда?! —, радостно воскликнул заклинатель, поднимаясь к Акихиро. —, кто он? Важный министр? Ли Лунсян? Из То[То — дословно «Китай», но в более широком смысле — страны материка]? Он...

— нет. —, перебила девушка, положив ладонь ему на рот. —, ничего из этого. И я не могу разглашать эту информацию.

— почему? —, подняла бровь Энширо.

— он слишком необычная фигура. —, хихикнула Канате. —, да и я жить хочу.

— убьёт?

— не, старейшины убьют.

Ненадолго воцарилась тишина. В глаза Энширо и Сатору, да собственно любого заклинателя будущего, старейшины — такие пергаментолицые старики за ширмами в Киото, дарящие лошадь директорам для симуляции деятельности и боящиеся собственной тени.

Они? Убить? Да они проклятий то видели последний раз лет сто назад! Или сколько там им лет? Убить мог бы Мастер Тенген, сидящий под техникумом в том древе. Вот он мог бы. Вот он опасен. А старейшины? «трепещите, жалкие студенты! Я вас засужу, вы не оформили справку по форме 77-5-Б/65-О-рри/44-Я-СТАРИК в трёх экземплярах!». Тьфу ты.

Первым не выдержал Сатору Годжо, схватившийся за голову уже не в театральном жесте.

— а они тут каким вообще боком?!

— ну, кто учитель известно только патриархам великих кланов и старейшинам. Ещё Сыну Неба и высшим чиновникам. Ну и нескольким отдельным мастерам. —, с непониманием глядя на них попыталась объяснить Канате.

— довольно большой список так-то... —, задумался Годжо, убирая сбившиеся волосы с лица.

Из трюма на палубу поднялся Гэто Сугуру. Слегка сонный, в помятой одежде и не самым довольным лицом.

— большой. —, согласился он, уловив последнюю часть разговора. —, если сравнивать с нами, которых четверо. Пятеро, считая Нанами. А сколько людей в Японии? Больше двух миллионов. И из всего этого числа получается... Пятьдесят человек? Тридцать? Сто?

— о, Гэто. —, обернулась к нему Энширо. —, ты когда успел появиться?

— Сатору орал. —, ответил Сугуру, садясь рядом с ней. —, при чем с такой силой, что проснулась даже Иэри.

— это ж как надо орать... —, открыла рот Канате.

— я не орал. —, шёпотом сказал Годжо, ложась на палубу. —, я выражал эмоции.

Энширо просто махнула него рукой. К выходкам друга они все привыкли уже давно, но это не меняло того, что периодически он умудрялся выбешивать.

— а этих "отдельных" сколько?

— а мне откуда знать? —, удивилась Канате. —, не думаю, что даже Аяка всех их поимённо знает.

— ты какая-то очень бесполезная. —, вынесла вердикт беловолосая.

— это очень обидно. —, поставила руки в бока Акихиро.

— заплачь. —, хмыкнула Энширо. Канате изобразила театральную обиду и даже умудрилась заплакать. Слабо, но с хныканьем. —, ...да я ж пошутила...

— из-за тебя она плачет! —, вновь вскочил Годжо, обнимая Канате.

— а вот и доблесть. —, сказал Гэто, каким-то чудом, оказывается, слышавший весь их разговор.

— и честь. —, усмехнулась девочка.

— и... И стояк... Хны-ык... —, пытаясь не засмеяться пробормотала Канате.

Сатору мигом покраснел, отпрянул от Канате, потыкал пальцем вообще во всех, включая капитана, и улетел в трюм с криками о апелляциях и женевской конвенции, которая будет через сколько то там лет и тогда он всем всё припомнит.

Гэто и Энширо одновременно повернулись к ней с выражением искреннего интереса. Девушка, поймав их взгляд, улыбнулась шире.

— нет, я обманула. —, засмеялась она. —, но, судя по реакции, мальчик был на грани.

— от стояка?

— ты извращенка. —, парировала Канате.

— ты это только сейчас поняла? —, посмотрел на неё Сугуру. Канате засмеялась.

— ты вообще разве не должна, будучи аристократкой, проклинать такие темы? —, игнорируя обиды спросила Энширо. —, а не поддерживать их. Та самая честь там, что-то ещё...

— я особенная. —, гордо выпрямилась Акихиро. —, у меня нет наследства. —, подмигнула. —, большинство аристократов именно такие, как ты думаешь. Уверена почти полностью, что он будет. —, изобразила утончённый покерфейс. —, вот такой вот.

На следующий день Иэри, проспавшая весь прошлый, решила, что раз уж есть возможность, то стоит узнать побольше. Особенно учитывая тот факт, что ранее она пропускала мимо ушей почти всё.

— мне всё было интересно. —, не заморачиваясь с началом реплики перевернулась она на другой бок, подперев щёку кулаком. —, почему вы с Аякой липните к девушкам, а не парням? Разве сейчас это не табуированно?

— рада, что ты спросила! —, радостно ответила Канате, садясь напротив Иэри, поджав ножки под себя. —, ответ: да, конечно, это табу!

— и почему тогда продолжаете? —, спокойно продолжила Сёко.

— потому что нам нравится, как реагируют другие!

— и всё?

— а этой причины недостаточно? —, удивилась Канате.

— а вдруг там преследование, казнь, еретическая ересь и всё остальное.

— ай, не заморачивайся! —, помахала на неё рукой Акихиро. —, С нами это вряд-ли возможно. Потому что нет доказательств. —, хихикнула и пародируя секретность подмигнула. —, На самом деле, это всё видимость. Серьёзно. Ни я с Аякой, ни Аяка с Энширо никогда соитием не занимались. Даже не целовались всерьёз, только как провокацию. У Аяки вообще есть что-то типа будущего мужа. Однако, мы таким образом желаем показать наше влияние и возможность преступать законы. Игры власти, проще говоря.

— а если я, например, пойду и расскажу в Энряку-дзи[главный храм в столице]? На вас ведь просто боятся нажаловаться. Даже если видимость, опасность всё равно реальна.

— и что? —, Канате посмотрела ра Иэри как на полную дуру. —, ты думаешь, тебе поверят?

— ...а?.. —, приоткрыла рот девушка.

— ты забавная. —, захихикала Канате. —, вообще-то, всё решается не «правдой», а твоим положением в обществе.

— то есть. —, набрала воздух в лёгкие Сёко, второй рукой водя в воздухе, для удобства сопоставления. —, если вдруг, допустим, это внезапно перестанет быть лишь специфическим показателем влияния, а Энширо станет рабом или что там самое позорное, мы не сможем просить храм о помощи, потому что нам никто не поверит?

— именно! —, радостно кивнула Канате. —, потому что вы — левые люди из леса, якобы ученики Абэ-но Сэймея, хотя даже этому нет ни одного прямого доказательства. В то время как Аяка — аристократ высшего ранга, не хуже многих Фудзивара, невероятно сильная, опытная и влиятельная в шаманской среде. Кому поверят?

— Аяке, очевидно.

— хихихи. Вот именно. Поэтому мы и не боимся. Угроза может быть только если на неё нажалуется сам правый или левый министр. Тогда да. Но мы не пересекаемся.

— а если Фудзивара? —, предположила девушка. —, у них влияние не меньше, а то и гораздо больше.

— Молодец, отличный вопрос! —, хлопнула в ладони. —, По влиянию — да, им хватает авторитета на то, чтобы подобные уведомления были приняты как истина, даже против человека уровня Аяки. Но! —, замолчала, наслаждаясь реакцией Сёко, которая закатила глаза с такой силой, что были видны только белки. —, Итак, "но": всем известно, что у Хи-но Аяки конфликт с кланом Фудзивара. Поэтому, ежели клан Фудзивара на неё подадут подобную жалобу, это будет расценено как "попытка избавиться от мощного политического оппонента" и, следовательно, проигнорировано.

— в итоге. —, простив мимо ушей всю радость и энтузиазм выдохнула Иэри. —, ни Аяка, ни Фудзивары друг на друга жаловаться не могут.

— агась!

— и чему ты радуешься?.. ай, ладно. Отстань.

На восьмой день они прибыли в порт Хаката. Энширо, изрядно уставшая от постоянной качки, спустилась на пирс, едва не упав несколько раз. Радостно развела руками в сторону города.

— наконец-то. Ещё немного, и у меня развелась бы морская болезнь.

— я бы тебя вылечил. —, бодро спускаясь следом сказал Сатору.

— как? —, устало спросила Энширо, уже зная, что адекватного ответа не получит.

— поцелуем.~ —, ехидно протянула Канате, спустившаяся вообще самой первой и уже проверявшая вещи.

— нет! —, отпрянул Годжо.

— да. —, отвесив другу подзатыльник улыбнулся Гэто. Годжо хотел ещё что-то сказать о несправедливости, но Иэри оказалась быстрее.

— хватит толпиться на берегу, вы мешаете людям. —, указала на толпу торговцев и грузчиков, вместе с которыми они плыли.

— действительно. —, потерев подбородок с видом заправского мыслителя согласилась Энширо. —, ладно, слышь, Кана...

— Канате.

— Хуяте.

— вечно ты обзываешься! —, насупилась Акихиро.

— мне кажется. —, зашептал на ухо Гэто Сатору. —, им обоим это нравится.

— тебе не кажется. —, тем же шёпотом ответил Сугуру. —, токсичные отношения.

— правда что-ли? —, удивился беловолосый.

— правда. —, кивнул Гэто.

— почему тогда у неё отношения со всеми, кроме меня?.. —, с наигранной обидной спросил Сатору.

— потому что ты слишком громкий. —, положив ему подбородок на плечо сказала Иэри, появившаяся буквально из ниоткуда. Стоит сказать, что при её росте такой манёвр дался очень тяжело. Спасибо булыжнику.

— я тоже громкая! —, погрозила в их сторону кулаком Канате, наконец отвлекаясь от очередной ссоры с Энширо.

— тебя вообще никто не спрашивал. —, отрезала Сёко.

— к делу. —, потерев переносицу начала беловолосая девочка, игнорируя очередные хныки со стороны Канате и Сатору. —, где штаб?

— не знаю. —, пожала плечами Акихиро.

Гэто выронил свою корзину, тут же уставившись на неё с многозначительным взглядом. Только открыл рот для вопроса, как его опередил Сатору, держащийся за череп так, будто пытался удержать мозг от взрыва.

— она привезла нас сюда, а возможно, нам вовсе и не сюда! —, закричал он. —, неделя жизни в пустую!

— хватит орать. —, помахала рукой на него Канате. —, я имела ввиду, что точного местоположения нет. Лагерь полевой, банально не поставили ещё. Мы первые.

— может, тогда поставим его у дяди Абэ? —, предложила Энширо.

— хм. —, задумалась Акихиро, оглядывая леса за Хакатой. —, идея неплохая, если бы не две вещи: во-первых, я не знаю об отношениях Абэ-но Сэймея с кланами Акихиро и Фудзивара. Во-вторых, он живёт слишком далёко от идола, если я правильно поняла ваши описания.

— ну и ладно. —, грустно пробормотала девочка. —, не очень-то и хотелось.

— однако. —, спокойно начал Гэто. —, навестить дядю Абэ — хорошая идея.

— и правда. —, без привычного артистизма согласился Годжо. —, наш лесной отшельник даже не выходя дальше Фуруити был осведомлён о делах в столице. Да и знакомых полно, вспомнить одного Ёхана. Вдруг кто-то что-то слышал?

— слышать можно и в питейной восьмого дзё. —, осадила его Иэри.

— имелись ввиду нормальные источники! Дядя Ёхан тебе не питейная! —, воскликнул беловолосый.

— Сатору и Гэто правы. —, решила Энширо. —, Кана...

— Канате.

— завались пожалуйста. —, резко выставила руку ребром девочка. Канате, ведомая известным только ей чувствам, опустилась на колени, принимая позу «сдаюсь». Энширо удовлетворённо кивнула. —, Амитабха. Когда чувак из Фудзивара приедет?

— официально тройственная комиссия вступает в силу от прибытия Хи-но Аяки, представителя Фудзивара и представителя Акихиро. —, не поднимая головы доложила Канате. —, член клана Фудзивара, скорее всего, как и мы прибудет раньше для начального изучения...

— ближе к делу. —, оборвала беловолосая.

— на пятнадцатый или семнадцатый день текущей луны. —, вздохнула девушка.

— до дяди Абэ идти всего четыре дня. —, сказал Гэто. —, успеем.

— ура! —, раскинул руки Годжо. —, в гости!

— ура! —, вскинула кулак Иэри. —, моя сенокровать! —, уловила озадаченные взгляды друзей, ответила тем же. —, что? Она мягкая.

Через четыре дня вся компания вышла на поляну с лачугой Абэ-но Сэймея. За прошедшие несколько месяцев она ничуть не изменилась, разве что на крыше появилось несколько новый тюков соломы.

Оммедзи, в неизменном чёрном кимоно с нечитаемыми символами вышитыми проклятой энергией, как и раньше сидел за костром. Длинные черные волосы, обычно собранные в хвост, спадали по плечам. Так же, как и в их первую встречу более полугода назад. С тыквой сакэ.

Энширо, проделавшая всю дорогу сидя плечах Гэто, который скинул свою корзину на Сатору, радостно помахала в направлении лачуги.

— дядя Абэ-э!~ вы тут?

— так вот где живёт бывший астролог Сына Неба. —, осматривая лачугу, землянку и саму поляну в лесу проговорила Канате.

— давно не виделись. —, поприветствовал шаман, повернувшись к ним. —, прошло три с половиной луны.

— дядя Абэ. —, слегка поклонился Гэто. Просто чтобы выказать уважение старшему, ничего более. —, мы к вам по делу.

— дядя Абэ! —, радостно плюхнулся рядом с оммедзи Сатору. —, дядя Абэ! Ска... —, не успел он договорить, как Сэймей заткнул его рот горлышком тыквы.

— не ори. —, велел Абэ. —, сначала пей, потом говори.

— ему пятнадцать... —, пробормотала Энширо, медленно опуская поднятую в протесте руку. —, было...

— плевать на возраст. —, отмахнулась Иэри, ложащаяся перед костром. —, ты серьёзно об этом думаешь, Энширо?

— я первый раз выпила в 9 лет. —, гордо вскинув подбородок заявила Канате.

— то, что ты ошибка природы, мы уже поняли. —, ядовито парировала беловолосая, спрыгнув с Гэто.

— да я!.. —, сразу же развернулась девушка.

— начинается... —, прикрыл глаза Сугуру, садясь на бревно у костра.

— полагаю, ты из клана Акихиро? —, спросил Сэймей, развернувшись к Канате.

— о?~ —, чуть смущённо удивилась Канате, убрала прядь волос за ухо. —, как вы узнали?~

— у меня есть глаза. —, издевательски ответил мужчина.

— вы по взгляду определили клан? —, спросила Энширо.

— а что в это сложного? —, ответил вопросом на вопрос Абэ. —, по волосам и глазам очевидно.

— так они в этом своём Акихиро... —, проговорил Годжо, сунув тыкву Гэто. —, ВСЕ ТАКИЕ?!!

— да. —, игнорируя метания парня подтвердил Сэймей. —, клан Акихиро, работающий с минераломагией, славится тем, что их внешность схожа с минералами.

— я — коралл! —, ещё более гордо, чем во время разговора о выпивке, объяснила Канате.

— ты — самоцвет, дитя. —, слегка улыбнулся шаман.

— ты камень, Кана. —, тут же добавила беловолосая. Мигом метнув на Акихиро угрожающий взгляд, чтобы та даже не пыталась. Канате закрыла рот.

Абэ-но Сэймей, наблюдавший за этим с насмешливым выражением лица, повернулся к Гэто.

— Гэто-отоуто, ты говорил о делах.

— да. —, отпивая из отданной ему тыквы кивнул Сугуру. —, мы расследуем дело самоцветных идолов, как нам посоветовал Куроцукури-но Кими.

— а зачем он вам это посоветовал? —, с хитринкой в аметистовых глазах спросил мужчина.

—, сказал, что мы слишком слабые. —, брезгливо скривился Годжо. —, и Ли Лунсян нас размотает как вы того волка.

— говорит, нам надо найти союзников. —, добавила Энширо, двумя руками пытаясь дотянуться до горлянки. —, расследование с двумя кланами во главе идеально для этого подходит.

— понимаю. —, кивнул Абэ, грустно глядя на пустеющую тыкву. —, к тому же, насколько известно мне, заинтересован сам Сын Неба и несколько сильных шаманов.

— откуда вам об этом известно? —, нагибаясь к Сэймею спросил Годжо. —, вы не выходите из леса.

— в столице живёт Император Железа, мой хороший друг. —, объяснил оммедзи. Помолчал, потом добавил, предвосхищая глупые вопрос. —, и он умеет правильно интерпретировать слухи.

— о. Снова слухи. —, возвращая пустую тыкву усмехнулась девочка. —, Аяка тоже нас учила их собирать.

— Аяка?

— Хи-но Аяка.

Услышав это, астролог замер. Сел, чуть наклонившись к костру, глядя на всполохи пламени аметистовыми глазами.

Группа будущего, за полгода жизни с ним, уже успели привыкнуть к этой манере думать долгим замиранием. А вот Канате откровенно не понимала, что вообще произошло и чуть испуганно переводила взгляд с одного на другого.

Прошла минута. Вторая. Пять. Десять. Энширо, следуя примеру Иэри, легла на землю у костра.

— ну конечно. Ему надо подумать.

— когда он узнал, что мы из будущего, то думал таким образом три часа. —, посмотрев на Акихиро сказал Сугуру. —, и придумал землянку, кимоно, а также обучил нас языку. И выучил наш, что не менее... Сложно.

— мудрый. —, констатировала девушка, кивая каким-то своим мыслям.

— Хи-но Аяка... —, задумчиво протянул Сэймей, закончив свою блуждания по равнинам разума. —, где-то я это уже слышал...

— где? —, села на локтях Энширо. —, вы знаете Аяку? Вы встречались?

— нет. Просто слышал где-то.

— аййййй... —, слегка поправив волосы под соломенной шляпой застонала Канате. —, мы уходим от темы-ы-ы... Что касательно идолов, Абэ-доно?

— касательно идолов продолжим завтра. —, отмахнулся оммедзи, вставая с хрустом суставов. —, мне надо подумать подольше. А вы устали. —, Сатору хотел воспротивиться, но холодный взгляд аметистовых глаз показал, что противиться он больше не хочет. —, устали. —, повторил Сэймей. —, советую выспаться.

Ночью того же дня, на втором этаже землянки, принадлежавшем девушкам, Энширо не спалось. Да и кто сможет спать, когда вокруг столько вопросов и интересных вещей?

— Кана, ты спишь?

— сколько раз тебе говорить, что я Канате? —, сквозь сон, с искренним недовольством пробормотала Акихиро. —, Ка-на-ТЕ.

— смирись. —, не открывая глаз сказал Сёко. —, Кана это даже мило.

— правда мило? —, с надеждой поинтересовалась девушка.

— нет. —, отрезала беловолосая.

— да. —, одновременно с ней ответила Иэри. —, Энширо, заткнись.

— хаааа.~ —, выдохнула Канате, положив руку на лоб. Посмотрела в потолок. —, не могу пока понять, то ли вы мне нравитесь, то ли наоборот.

— ты давно знаешь Аяку? —, игнорируя экзистенциальные страдания Акихиро спросила девочка.

— больше десяти лет.

— она всегда была такой сильной?

— на самом деле... —, задумчиво протянула Канате. —, не помню, чтобы с нашей первой встречи она становилась сильнее. Это было на турнире кланов. Мне 11, а ей 13 тогда было.

— замечательно, турнир кланов. —, саркастично сказала Сёко. —, мало нам было идолов, теперь ещё и соревнования по стихоплётству. Ну и? Хорошие ли стихи у Аяки?

— турнир кланов. —, сев, начала Акихиро. —, это событие, происходящее каждые три года. Обычно, на первую луну. Но бывают исключения.

— замечательное объяснения. Я будто вернулась на пару Кимуры-сэнсея. —, простонала Иэри, закрывала лицо руками. —, всё. Мне плевать. Следующий когда.

— в следующем году. —, отозвалась девушка. —, и... —, её прервал брошенный варадзи. Ловко отбила.

— похрену на турнир. —, прошипела Энширо. —, Аяка. Мы говорили об этой безумной женщине.

— она победила.

— на турнире?

— меня. —, засмеялась Канате. —, на турнире победил Сугавара-но-Годжо Иошито.

— о? —, повернула голову Сёко. —, а это кто?

— будущий патриарх ветви Сугавара-но-Годжо.

— а Аяка? —, не отставала беловолосая.

— дошла до четвертьфинала.

— и на каком же она уровне?

— ты же понимаешь, что я не должна разглашать эту информацию? —, ехидно улыбнулась Канате. —, между прочим, шаманы выше Санги[первый уровень, начало-середина] скрывают свою силу. Почти все. То, что вы знаете меня как Дайдзё-дайдзина[пик первого уровня], лишь прихоть Аяки.

— воистину. Ты абсолютно бесполезное существо. —, вынесла вердикт Энширо.

— эй!

— я согласна. —, добавила Иэри.

— вы объединились против меня! —, обиженно затыкала в них пальцем Акихиро. —, в целом это всё немного нечестно. Но пусть с этим разбирается Аяка. Тьфу ты. —, пауза. —, на тот момент она была начальный Дайдзё-дайдзин.

— ЧЕГО?! —, свалившись с соломы воскликнула Энширо. Снизу постучали. Девочка стушевалась, прошипев в ответ. —, с-соря-я-я-ян.~

— не врёшь? —, посмотрела на Канате целитель.

— я тогда была высшим Дзюити-и[предпервый уровень], а Сугавара-но-Годжо Иошито вообще полноценный дайдзё-дайдзин. Ему тоже было 13, они с Аякой одногодки.

— то есть. —, взлохматив волосы начала девочка. —, этот чувак лаже сильнее, чем Аяка?

— а ты думала, что Аяка сильнейшая?

— нуууууу.~

— хуи гну.

— моё выражение!

— похер.

— и это моё! Ты похитила ругательства будущего! Расхитительница!

— и что ты мне сделаешь?

— разденет и выкинет вниз. —, махнула рукой Иэри, которой всё это уже надоело, и вообще, сон сам себя не увидит. Энширо оскалилась.

— да быть не может... —, театрально-испуганно залепетала Канате. —, шутишь ведь...

Через секунду маленький беловолосый вихрь уже накинулся на «Коралл» Акихиро, намереваясь привести угрозу в исполнение.

Хоть Акихиро-но Канате и пыталась сопротивляться, ей было куда больше весело, чем неприятно. До момента, когда её таки столкнули на нижний этаж, к Гэто и Сатору.

Сначала была тишина. Потом шёпот Сатору «какие бо...», звук оплеух, неразборчивые крики и грустная Кана, вернувшаяся уже одетой.

Аристократка легла на кровать, игнорируя смешки со стороны соседок, всем своим видом показывая, что пришло время сна, и не дай ками её кто-то снова разбудит своими тупыми вопросами.

На следующий день, ближе к полудню, Абэ-но Сэймей собрал всех у костра.

— ночью я поразмышлял. —, начал он, посмотрев на Канате и Энширо. —, если бы мне не помешали, я бы поразмышлял дольше.

— это всё Кана. —, отводя взгляд указывает на девушку.

— это всё Широ. —, идентичным жестом указывает на девочку.

— это всё я. —, грустно проговорил Годжо, сидящий с двумя четкими отпечатками ладони на щеках.

— это всё он. —, поглаживая друга по волосам усмехнулся Гэто.

— из-за вас приходится пить с самого утра. —, поругался Абэ, отпивая сакэ из тыквы, снова полной.

— дядя Абэ! Вы хотели что-то рассказать. —, напомнила беловолосая.

— правда что-ли? —, удивлённо вскинул брови мужчина.

— да... —, начала Канате, но её и уже готовую к перепалке Энширо перебил Гэто.

— помолчи.

— ты чего?! —, воскликнули Акихиро и Энширо.

— вы тратите общее время.

— у нас его много, Гэто. —, вклинилась Иэри, до этого занимавшаяся лечением Сатору. —, столько, что я только проснулась, а уже устала.

— дай тебе ками благословений, Иэри Сёко. —, вздохнул Сатору. —, но как связано время и усталость?

Абэ-но Сэймей молча отпил ещё сакэ, игнорируя осуждающий взгляд беловолосой девочки.

— дядя Абэ, вы алкоголик? —, спросила она.

— я ценитель. —, ответил оммедзи. Попытался повторить строчку из какой-то тихой песни Энширо, которую когда-то слышал в «дьявольской шкатулке». Получилось что-то, что обычно получается у пятиклассников при виде «through».

— вы хоть знаете, что это означает?.. —, с каменным лицом спросила Энширо.

— нет. —, спокойно признался мужчина. —, «хорошее сакэ пошло с утра»?

— почти. —, захихикал Гэто. —, почти верно, дядя Абэ.

— он совершил семнадцать фонетических ошибок в четырех словах. Три из которых предлоги. —, уронив голову на грудь пробормотал Сатору. —, или артикли.

— местоимения. —, добавила девочка.

— это слова. —, заткнула их Канате, доставая из кимоно бурдюк с жидкостью, подошла к Абэ-но Сэймею. —, это персиковое сакэ клана Акихиро. То самое, с добавлением пыли минералов. Обмен. Вы говорите, что там надумали, я отдаю бурдюк.

— весь?.. —, настороженно прищурился мужчина.

— весь! —, кивнула Акихиро. За секунду тара уже исчезла из её руки в рукавах черного кимоно.

— из того, что вы мне рассказывали, и что я слышал от Императора Железа. —, начал оммедзи. —, это не магия клана Акихиро, вы такое не умеете. Го работает по принципу схожему с принципом накопления.

— откуда вы знаете о принципах работы моего клана? —, удивилась девушка.

— лет пятнадцать назад работал с одним из ваших. —, отмахнулся Сэймей. —, не важно. —, сразу же добавил шаман. Продолжил. —, они копят энергию. Для чего?

— айййй... —, взлохматила волосы Канате, подобно тому, как делала Энширо при активной работе мысли. —, чтобы взорваться?

— либо?

— либо отдать кому-то! Но такие объёмы даже патриарх бы не смог...

— верно. —, кивнул Абэ. —, склоняюсь к тому, что кто-то пытается увеличить себе силу таким образом. Насильное расширение меридиан... Говорят, возможно. Но мне неизвестно.

— напомню: они появились одновременно на трёх островах.

— знаю. Поэтому мы можем полагать, что это либо отступник из клана Акихиро помогает... У вас были отступники уровня Кампаку в последнее время?

— это нераз... —, начала Канате, но её ткнула локтем Энширо. —, ...не было.

— тогда это может быть шаман-мастер из То. —, пауза. —, либо Демонический Император[Император [область] — Особый уровень. С указанием квалификации].

— ура! —, внезапно вскочил в крутую позу Сатору. —, мы будем драться с Какаси Рукомаки!

— Куроками-но Аякаси. —, поправил Гэто.

— я так и сказал!..

Сэймей продолжил попивать сакэ, к нему повернулась Энширо.

— то есть, это его рук дело?

— нет.

— да что-ж такое то?! —, закричала Энширо, едва не упав с пня. —, зачем тогда вы о нем сказали?

— напугать.

— о Будда... —, застонала девочка. —, почему люди не могут просто говорить прямо? Зачем всё это? Почему? Я просто хотела сливы... Только сливы... Я так скоро начну сочинять хайку.

— не начнёшь. —, успокоил её Сэймей. —, у тебя нет чувства такта. Даже минимального.

— что-ж. —, поднялся с бревна Гэто. —, дадите совет напоследок?

— попробуйте использовать его как свой минерал. Возможно, что-нибудь получится. А если нет, то хозяин у него есть.

Группа начала медленно собираться. Выход был назначен на вечер. Беловолосый девочка отправилась к небольшому озеру вблизи лачуги Сэймея, где они иногда рыбачили. Ветра не было, вода была абсолютно гладкая, подобно зеркалу.

Она села на камень у берега, глядя как рыбы охотятся за всякими маленькими насекомыми. Энширо могла бы думать о том, что будет дальше, и как она будет участвовать в расследовании, вот только разве было оно ей интересно?

Нет. Нет, нет и ещё раз нет. Расследование? Идолы? Хэйан? Ну, Хэйан, может быть. Кто вообще решил использовать слово «идолы»? От этого чувствуешь себя паршиво. Очень. Ей было плевать на то, кто и зачем их поставил.

Нужны были ресурсы и союзники, которых можно использовать. Нужны были связи. Абэ-но Сэймей? Ещё непонятно даже, действительно ли это он. Какой там сейчас год? Дзёва? Ах да, это правление Ниммё. Значит, примерно 840-е года. Абэ-но Сэймей? В истории он родился едва ли не через век от текущего момента.

Впрочем, это всё было не важно. Настоящий он или нет, но оммедзи помогал. Уже и продолжает. Так какая разница, историческая это фигура или нет?

Плюнув на всё это, беловолосая встала, отряхнулась и пошла обратно на поляну. Им ещё предстоял переход обратно в Хакату. Одна из тех вещей, которая знатно раздражала — пешие путешествия. Почему они не взяли лошадь в Хакате? А, точно, Абэ-но Сэймей не любит лошадей. Не быть ему директором техникума. Хех.

Глава 2. Идолы и Юкихара

Горный лес, недалеко от идола острова Кюсю. Обычная удобная для ночлега поляна, поросшая мхом и изредка кустарничками. Акихиро-но Канате вышла на середину, приняв горделивую позу.

— вот здесь мы и остановимся!

— что-то я не вижу палаток. —, оглядываясь, сказала Энширо. —, опять копать?..

— только не снова!.. —, застонал Сатору.

Гэто молча снял с плеч корзину и достал оттуда лопату, ту самую, которую подарил Сэймей «на всякий случай» ещё до знакомства с Ёханом.

— откуда ты ее достал?..

Иэри просто легла на землю, потянувшись и мгновенно погрузившись в сон.

— спокойнее. Всё продумано. —, откровенно смеясь успокоила их аристократка. —, во всяком случае, у меня. О вас должна была побеспокоиться Аяка. —, кинула к краю поляны какой-то минерал, из него чуть ли не вылетел походных шатёр с символикой клана Акихиро на каждой стороне по нескольку раз.

— почему у вас символика — розовый кристалл? —, спросила Энширо, обходя шатер по кругу.

— первый минерал, добытый старым предком. —, с пафосом сообщила Канате.

— кем?.. —, переспросил Сатору.

— старым предком! —, негодующе крикнула на него девушка.

— основатель. —, подала голос Сёко.

— а. А где мы будем спать?

— ты — у меня. —, обнимая Годжо за руку ответила Канате.

— предлагаю бороться за место. —, обнажая два вакидзаси сказал Гэто. Энширо закрыла лицо руками, отворачиваясь от них.

— ...я пошутила. —, осторожно подняв руки проговорила Канате. —, пока что все у меня, потом Аяка со своим шатром приедет.

— а у неё какой?

— красный.

— размер...

— меньше моего.

— почему?

— обычно она одна. Путешественники ходят либо в одиночку, либо толпами паломников.

— хватить трепаться. —, залезая в шатёр бросила Иэри. —, пора спать.

Спать, конечно же, никто не собирался. Гэто и Сатору отправились на поиски воды, Энширо начала готовить костёр, а Канате, пользуясь случаем, решила развлечься на охоте.

Ночью того же дня. В шатре было тесно и душно, от такого количества народу. Слева спали девушки, справа парни.

Сатору Годжо сел на полу рядом с Энширо, глядя на неё.

— эй, ты спишь? —, спросил он.

— теперь нет. —, сонно протянула девочка, сразу же вспомнив как подобным образом сама будила Канате.

— я считаю, это несправедливо. —, невозмутимо продолжил парень.

Энширо приоткрыла один глаз, глядя вертикальным зрачком, от раздражения сузившемся до щёлки, на Годжо.

— что на этот раз?

— у рас три девушки и два парня. —, невинно развёл руками. —, а у меня всё ещё нет девушки!

— у тебя есть Кана. —, медленно села, потирая глаза.

— не шути так. —, понизил голос, оглядываясь. Кажется, даже немного побледнел.

— не нравится?

— она как будто... Я. Только в юбке. —, признался Сатору.

— в кимоно. —, полностью открыв глаза поправила девочка.

— я тоже в кимоно. —, оглядев себя парировал парень.

— как ты, только женщина. —, подумав секунду исправилась беловолосая.

— вот именно! —, поднял руки к небу, как бы прося справедливости. —, как я могу встречаться... С собой?

— от меня ты что хочешь?

— давай встречаться!

— не.

— пожалуйста?.. —, чуть жалобно склонил голову набок.

— нет. —, брезгливо отрезала Энширо.

— ну почему?! —, вытянув руки к ней воскликнул парень. —, чем я хуже Аяки?

— Аяка не хочет меня трахнуть.

— разве?..

— разве. В отличие от тебя. Да и у неё нет члена, даже если бы захотела.

— а у меня... —, начал Годжо.

— а у тебя есть. —, закончила Энширо. —, даже учитывая... Травмы.

— Иэри всё регенерировала!

— мне даже интересно, каким образом ты убедил её применить Обратную Проклятую Технику к твоему паху, когда там нужен физический контакт?

— ...к-какая разница?.. —, отодвинулся от неё Годжо.

— Сатору. —, устало выдохнула имя Энширо.

— ...да-да?..

— иди спать. —, легла обратно, закрывая глаза. —, иначе я расскажу Кане, что тебя щупали все, кроме неё.

На следующий день прибыл обещанный Фудзивара. Описать его можно было как утончённого аристократа, прошедшего через болото, но по какой-то причине вплавь. Короткие аккуратно подстриженные чёрные волосы, удобные для путешествий. Голубые глаза, что было довольно редким цветом для его клана. Лицо аристократичное и холодное, словно смотришь на морозильную камеру, ставшую человеком. Из одежды шёлковое кимоно тёмно-синего цвета с чернильными узорами(символика печатей), но всё в пыли и грязи. На поясе — тушечница, кисти, свитки для печатей. Также при нем небольшой ритуальный меч. На ногах кавагуцу[кожаные туфли] для путешествий. Выглядел года так двадцать три.

— Фудзивара-но-Сикике Юкихара. —, холодно представился парень, осматривая группу. —, По воле императора я присоединюсь к вашему расследованию. Надеюсь, наши пути не разойдутся в сторону хаоса.

— прошу прощения... —, потирая переносицу вздохнула Энширо, затем сделала неопределенный кругообразный жест на Фудзивару. —, что ЭТО такое?

— Акихиро-но Канате, основная ветвь. —, чуть поклонившись в ответ представилась Акихиро. —, рада познакомиться. —, повернулась к Энширо. —, он же сказал. Он Юкихара.

Из шатра, где прямо на входе уже вновь заснула Иэри, вылетел счастливый Сатору Годжо, со всех сторон оглядывая Юкихару.

— ого! Фудзивара! Настоящий! И имя выёбистое!

— что-то не так с моим именем? —, переспросил аристократ, спокойно отстраняясь на шаг.

— не обращайте внимания, Юкихара-доно. —, оттаскивая Годжо назад сказал Гэто. —, он у нас немного дурачок.

— зачем было брать в группу убогого безумца? —, глядя сверху вниз спросил Фудзивара.

Сугуру, не ожидавший такой... Точной характеристики, даже выронил Сатору из рук, смеясь. Энширо вообще отвернулась, сдавленно истерично хихикая. Не удержалась от улыбки даже Канате, благоволившая Сатору.

— он не безу... —, начала она, но Годжо вскочил быстрее.

— я не убогий! Я не безумный! Я — сильнейший заклинатель!

Юкихара молча порылся на поясе, достал какую-то бумажную печать и повесил на лоб Сатору. Тот мгновенно успокоился и сел на землю, глядя на всех с апатией. И, кажется, пожалел, что не включил «Бесконечность» в угоду скрытности.

— Амитабха. —, удовлетворенно кивнул Фудзивара. —, свершилось.

— где ж вы раньше были, Юкихара-доно? —, поднялась Иэри. —, нам вас так не хватало...

— дай тебе бог здоровья! Или Будда! Или в кого вы там верите... —, поклонилась Энширо.

— теперь нам стоит выбрать главу тройственной комиссии. —, вернулась к делу Канате.

— но Хи-но Аяка ещё не прибыла. —, напомнил Гэто.

— мы будем работать с Хи-но Кими? —, поинтересовался Юкихара.

— приказ Сына Неба. —, тут же ответила Акихиро.

— не имею ничего против. —, с ледяной вежливостью согласился Юкихара. —, какие кандидаты на должность главы? Я предла...

— вас! —, перебили его Гэто, Энширо и Иэри. —, пусть главой будет Юкихара-доно!

Акихиро и Фудзивара, уже готовые к ожесточенному сражению за место главы, ошарашенно переглянулись. Секунда. Две. Юкихара опустил свиток «почему я хороший лидер» обратно на пояс. Троица пояснила свои предпочтения:

— он запечатал Сатору.

— он успокоил Сатору.

— он симпатичный.

Гэто и Энширо уставились на Сёко, на посмотрела в ответ.

— голосую за... Энширо... Она... Ближе всех... —, тихо пробормотал Годжо.

— что за печать вы на него повесили? —, спросила Канате.

— спокойствия. —, пауза. —, Дабы, подобно грозовому урагану на картине мастера, был красив, но не шумел.

— Сатору, ты ураган. —, ехидно прошептал другу Гэто.

— итого... —, снимая соломенную шляпу начала Канате. —, три голоса за Юкихару, один за Энширо. Юкихара-доно, вы за кого? —, посмотрела на Фудзивару, продолжила. —, четыре голоса за Юкихару. Хорошо, глава тройственной комиссии — Фудзивара-но-сикике Юкихара.

— свершилось. —, удовлетворённо кивнул парень, начиная ходить по лагерю с целью выбрать место для своего шатра.

— это его любимое слово? —, прошептала Сугуру беловолосая.

— это лучше, чем крики Сатору. —, отозвался парень. —, я бы с удовольствием слушал вместо ора три часа чистого «свершилось».

— какие... —, бормотал уже практически во сне. —, большие...

Канате тут же вмазала ему мощную пощёчину с такой силой, что заклинатель просто улетел в кусты.

— гнида... —, шипит, не разгибаясь из ударной позы.

— в крайне вспыльчивы, Канате-доно. —, укоризненно сказал Юкихара.

— о, это я ещё спокойна. —, выпрямилась девушка. —, поживешь с ним неделю, тоже станешь вспыльчивым.

— отнюдь.

— спорим? —, подошла к нему Энширо.

— не спорю с детьми. Сколько вам лет? 7? 8? —, склонил голову набок Юкихара.

— я... Ты... —, не зная, злиться ей или просто расплакаться запиналась девочка, в итоге захныкала. —, мне 15!.. пят-над-цать!.. я подросток!..

— лоли. —, ехидно добавила Иэри.

— я не знаю, что такое лоли. —, смеясь проговорила Акихиро. —, но поддержу.

— Удивительно. —, констатировал Юкихара. —, Ежели вам 15, а выглядите на 8, то ваша красота достойна кисти мастера. —, Энширо посмотрела на него с обожанием, вытирая влажные дорожки слёз.

— а когда я так говорил, ты бросалась на меня с мечом. —, медленно вылезая из кустов обронил Годжо.

— Энширо-доно, вы владеете мастерством клинка?

— не, только угроз.

— простите?..

— не заморачивайся. —, помахала рукой Канате. —, они жили в лесу, плохие манеры.

— у вас, Канате-доно. —, с ледяным сарказмом начал Фудзивара. —, манеры ничуть не лучше.

— обижаешь. —, усмехнулась девушка.

— констатирую.

— чем будем заниматься, пока ждём Аяку? —, поинтересовался Гэто.

— Сегодня — знакомится и разбивать нормальный лагерь. —, раскрывая свой шатёр в самом углу поляны ответил Юкихара. —, Завтра — сходим к идолу и изучим его, насколько позволяют способности. По прибытию Хи-но Кими будем думать о дальнейших действиях касательно идолов и дела в целом.

— Юкихара-доно, у вас случаем нет догадок о том, кто бы мог их поставить?

— есть. —, не отвлекаясь от вбивания кольев кивнул парень.

— о? —, удивилась Канате. —, кто?

— кто-то.

— а конкретнее? —, крутилась вокруг него беловолосая девочка. —, расскажи мне, я ведь красивая!

— я бы рассказал в любом случае, раз работаем вместе. —, выпрямился, оглядывая работу. —, Есть несколько свидетельств о том, что некий еретик совместил несколько запретных техник в одну и создал идолов.

— это бред. —, усмехнулась Акихиро.

— естественно. —, кивнул аристократ.

— зачем говоришь тогда?

— затем. —, чуть раздраженно объяснял Юкихара. —, что в этом кроется суть: раз свидетельствуют о "нескольких запретных техниках в одной", значит, это скорее всего техника не из нашей страны.

— Китай? —, предположил Сугуру.

— вряд-ли, но вероятность есть. —, задумался Фудзивара. —, я не знаком с магией материка, а потому воздержусь от предположений. Сейчас надо сделать заготовки запасов...

— я на охоту. —, подхватила катану Акихиро.

— я за водой. —, схватил ведро Сугуру.

— сбежали... —, вытянула руку в сторону исчезнувших в чаще леса друзей девочка.

Вечером того же дня Юкихара собрал всех у костра, с целью провести правильное знакомство группы. На костре в чане варилась похлёбка из каких-то грибов, собранных Юкихарой, зайцем Канате и травами Гэто.

— Пришло время нам с вами познакомиться. —, спокойно разливая всем в плошки ужин начал аристократ. —, Моё имя вы уже знаете, я Фудзивара-но-Сикике Юкихара, сын патриарха ветви Фудзивара-но-Сикике. Ветвь Сикике ритуальная, мы часто путешествуем по всей стране выполняя поручения по полевым расследованиям и ритуалам, когда великий клан Камо занят. Являюсь мастером запечатывающих техник, специализируюсь на боевом подавлении.

— а что значит боевое подавление? —, наивно спросила Энширо, подсаживаясь ближе к нему. —, как с Сатору? Или тебе прям обязательно сражение как условие активации техники?

— мне до сих пор мерещатся киты. —, потер лоб сидящий рядом с Канате, уже без печати, Сатору.

— киты, что бы это ни было, вам мерещатся, потому что вы безумный. —, холодно отрезал Юкихара.

— кудзира. —, вставил Гэто. Юкихара кивнул, понимая.

— да ладно вам.~ —, протянула Канате, поглаживая Годжо по спине. —, он хороший.

— ежели он вам так нравится, то забирайте в мужья. —, выдал аристократ.

— я бы и взяла. —, невозмутимо ответила Акихиро. —, он отказывается.

— смеете отказываться от предложения девушки из главной ветви клана Акихиро? —, прожигая беловолосого взглядом спросил Фудзивара.

— я не отказываюсь! —, выставил руки Сатору. —, просто говорю, что мы слишком похожи! Как брат и сестра! Как... Айййй...

— поистине недалёкий человек. —, посмотрел на Энширо. —, Касательно вашего вопроса: нет. Боевое подавление это начертание запечатывающих формаций при помощи энергии напрямую. Случай с безумцем это типичное запечатывание, использующее бумажный носитель.

— а разница?..

— скорость.

— и сила. —, добавила Канате.

— и кто сильнее?

— боевое запечатывание.

— разве не наоборот? —, задумался Гэто. —, его же делают быстрее.

— в обычные печати ты вливаешь проклятую энергию, которая по пути до узлов может частично рассеяться. —, поучительно ответил Юкихара. —, в боевых печатях подобных дорог попросту нет. —, пауза. —, ваша очередь, Канате-доно.

— о, да! —, радостно вскочила, чуть не расплескав суп. —, да! Меня зовут Акихиро-но Канате, основная ветвь клана Акихиро, четвертая дочь Акихиро-но Исонао! Дайдзё-дайдзин[пик первого уровня] Рубина.

— а не рубинов? —, проснулась Сёко.

— рубина. —, погрозила пальцем. —, катана одна.

— ты... —, закашлялась Энширо. —, принцесса?..

— кто?..

— ну... —, взлохматила белоснежные волосы. —, дочь главы... Будущая глава...

— я не будущая глава.

— насколько мне известно, следующим главой клана Акихиро должен стать второй сын патриарха — Акихиро-но Хомма. —, добавил аристократ.

— вы очень хорошо осведомлены, Юкихара-доно. —, с подозрением глядя на него сказала Канате.

— мой троюродный младший брат, Фудзивара-но-Сикике Кимико, является близким другом члена ветви Изумруда клана Акихиро — Акихиро-но-Эмерарудо Киры. —, холодно пояснил парень.

— сестричка Кира как всегда не следит за языком... —, потирая лоб прошептала Канате.

— у вас потрясающая память на мелочи. —, обратился к Юкихаре Гэто.

— это основа должного положения в обществе.

— бери меня в жёны. —, села Сёко. Сатору и Энширо схватились за головы, Гэто просто чуть не уронил плошку.

— вы не подходите по статусу. —, отрезал Фудзивара.

— ну и ладно. —, легла обратно.

— продолжим. Теперь вы, Энширо-доно.

— ну... —, поднимаясь чуть смутилась девочка. —, меня зовут Энширо, 15 лет. —, зыркнула на смеющегося Гэто. —, я Санги[первый уровень, начало-середина] Барьеров, физически слаба, очень милая.

— последнее можно было опустить. —, усмехнулся Сугуру.

— приятно познакомиться, надеюсь на плодотворное сотрудничество. —, кивнул аристократ. —, кто следующий?

— Абэ-но Иэри, Дайдзё-дайдзин Целительства. —, лениво подняла руку Сёко. —, всё ещё обижена на отказ в свадьбе.

—, Дайдзё-дайдзин в 15 лет? —, оценивающе посмотрел на неё Фудзивара. —, ещё и целительства? Если не секрет, то я бы хотел поинтересоваться, какую технику вы используете.

— «Шурафуку». Либо по-другому Обратная Проклятая Техника.

— я подумаю о свадьбе.

— эй! —, подпрыгнула Энширо. —, а со мной?

— вы слишком...

— он не хочет отношений с детьми. —, смеясь, закончила за него Канате.

— блять! —, размахивает руками. —, Сука! Пидоры! И ты пидор! И Кана шлюха! И всех я в рот ебала! Гандоны! Чтоб вы сдохли! И чтоб Аяка открутила Сатору... всё! Граааааа!

— Гэто-доно, остались вы. —, игнорируя крики перевёл очередь Юкихара.

— и Сатору.

— не вижу смысла знакомиться с умалишённым.

— да не безумен я! Нет! Сколько можно?!

— меня зовут Абэ-но Гэто, ученик Абэ-но Сэймея, 15 лет, Дайдзё-дайдзин Духов. —, степенно представился заклинатель. —, Неплох в ближнем бою за счет использования проклятых духов и начальных навыков искусства клинка.

— тебя прям на плакат. —, засмеялась Акихиро.

— откуда она знает, что такое плакат? —, прошептала Иэри.

— я показывала ей фотки плакатов с аниме. —, прошептала в ответ Энширо.

— на этом знако... —, начал Фудзивара, но его прервала Канате.

— Юкихара-доно, позвольте умалишённому всё же хоть что-то сказать.

— ...дозволяю.

— Меня зовут Годжо-но Сатору! —, принял величественную позу. —, Фамилию дала Хи-но Аяка! Я Дайдзё-дайдзин Духов, хорош в ближнем бою, на уровне Хицусюго[середина первого уровня, но в физической силе и боевых искусствах, а не магии. Пример: каноничная Маки Дзенин].

— это когда ж ты успел стать Хицусюго? —, подняла бровь девочка.

— удары и печати закаляют!

Канате устало поднялась со своего бревна, подошла к Юкихаре и что-то прошептала на ухо.

— хорошо, Канате-доно. Я понял. Приму к сведению. И всё же, его нрав... —, достаёт умиротворяющую печать.

— убери это от меня!

— клей это на него!

Сатору побежал прятаться в шатёр Канате, за ним бросились Гэто и Энширо, ничуть не отставая. Канате села рядом с Юкихарой.

— весело?

— мы едем в сторону хаоса. —, вздохнул парень. —, Предлагаю завершить на этом. Завтра будем приступать к предварительному изучению.

На следующий день вся группа двигалась к утёсу, где располагался идол. Энширо упорно шла в гору сама, что давалось ей крайне тяжело. Из всей группы она была самой слабой, и дело тут далеко не в телосложении.

— нам долго ещё?..

— нет, около двухсот шагов. —, на ходу жуя дикое яблоко отозвалась Канате.

Энширо застонала какие-то ругательства, Гэто просто поднял её одной рукой за шкирку и понес дальше.

— спасибо, Гэто. Ты лапочка.

— ваши манеры поведения мне кого-то напоминают. —, задумался Фудзивара.

— о? Кого? —, сразу оживился Годжо. —, кого же?

— а твоя манера всё больше убеждает меня в слабости твоего разума. —, брезгливо ответил Юкихара.

— да что-ж такое то...

Спустя несколько минут они вышли к горному утёсу, на краю которого возвышался тот самый идол. Человеческая фигура, около двух с половиной метров высотой, неестественно вытянутая, сгорбленная, с непропорциональным телосложением слишком длинных рук и коротких ног. Лица не было, вместо него слепой оскал, впадина рта с острыми шипами-зубами, чем-то напоминающими пиявочные. Кисти рук клешнеобразные, с тремя пальцами и роговым шипом. По всей поверхности вырезаны непончтные символы и формации.

Выполнена статуя была из минералов всех цветов радуги и не только. Но ни одного отдельного камня вычленить было невозможно, все слиты воедино.

— что за клише?.. —, прикрыла рукой глаза Энширо.

— действительно. —, поставил девочку на землю. —, типичная статуи каких-нибудь дьяволопоклонников. Доигралась ты со своими дьявольскими песнопениями, вот что.

— это, наверняка, тот самый злодей, который скрывается и будет драться с главным героем в конце аниме. —, слегка улыбнулась Иэри.

— а кто главный герой?

— Аяка.

— почему?

— самая загадочная. —, пауза. —, И сильная.

Сикике, наблюдавший за этими переговорами, слегка наклонился к Канате, переходя на шёпот.

— они все умалишённые?

— не обращай внимания на их разговоры. —, отмахнулась девушка, но тоже шёпотом. —, сосредоточься на идоле.

— воистину. —, кивнул аристократ, подходя к изваянию. —, Невероятно красивая и тонкая работа, несмотря на размер. Мне нравится. Если бы не энергия смерти, которой разит от этого идола на весь лес.

— у тебя странные вкусы. —, заметил Гэто.

— я не чувствую. —, сосредоточилась Канате.

— вы слишком много сражались с Хи-но Кими, Канате-доно. —, заметил Юкихара.

— это минус?

— это факт.

— дура ты, Кана. —, толкнула её локтем беловолосая девочка. —, Дураку же понятно, что у тебя из-за постоянных боёв и смертей нюх притупился. Ну, на фоне Аяки, наверное, вообще ничего не пахнет, да?

— я — собака? —, недовольно посмотрела на неё аристократка.

— Энширо-доно уловила общий смысл. —, кивнул Юкихара. Он хотел добавить что-то ещё о том, что от самой Канате тоже пахнет, и что Абэ-но Гэто вообще какой-то мутный, но замер, заметив Сатору, который залез на голову статуи и сейчас без бинтов на глазах осматривал её. —, что творит этот безумный крестьянин? —, ледяным тоном поинтересовался он.

— исследует. —, пожал плечами Гэто.

Фудзивара открыл рот. Закрыл. Просто смотрел на происходящее вокруг него и думал о том, что зря он не послушал отца, когда тот предлагал взять с собой больше сакэ. Наверное, не просто так отец считает опытным следователем ветви Сикике, успевшим поработать с таким большим количеством людей, что всегда знает, когда лучше взять с собой сакэ, а когда свитки. Юкихара считал, что свитки работают лучше сакэ. Сейчас юный шаман начинал понимать, что ошибался в этом. Понимать. Но признавать отказывался.

— ладно. —, сдался парень. —, пусть. Пусть делает что хочет.

— Сатору, что видишь? —, подошла ближе Энширо.

— твою грудь под кимоно.~ —, ехидно протянул Годжо.

— ах ты сволота! —, замахала кулаками девочка. —, а ну спускайся! Я тебе сейчас!.. и... И бесконечность свою отключай, хотя ты её и не включал!..

— успокойтесь, Энширо-доно. —, положил ей руку на плечо Юкихара. —, в чём смысл обижаться на умалишённого? Ему привиделось, только и всего.

— Сатору, хватит кривляться. —, осадила парня Иэри. —, чо там по энергии?

— внутри много, снаружи мало, на границе пусто. —, задумчиво ответил заклинатель. —, как граница раздела фаз.

— зачем ты расчленяешь фазанов?.. —, отступила на шаг Акихиро.

— не заморачивайся. —, махнула рукой девочка. —, короче, на «коже» идола нет энергии вообще.

— Распространенный прием для увеличения сопротивляемости внешним воздействиям. При таком раскладе мне будет гораздо сложнее запечатать его. —, задумался, повернулся к Канате. —, разбейте.

— а?..

— разбейте. Мне кажется, что не получится.

— ээээээммммм... —, почесала затылок, но к катане потянулась.

— Сатору, слазь! —, спрятавшись за Юкихару крикнула Энширо. —, Кана сейчас будет бить.

— Канате. —, обнажает катану. —, ну-с, посторонитесь...

Сикике отошел метров на двадцать к лесу, Энширо и Иэри последовали за ним. Сатору спрыгнул со статуи вблизи Гэто.

— зачем так далеко?

— ты можешь остаться там. —, посоветовал Юкихара.

— «Сутомуруби». —, провела ладонью по рубиновому клинку, тот загорелся пламенем алого цвета.

Зрелище довольно красивое и завораживающее, особенно если бы сейчас было ночь, а само пламя не было бы атакующей техникой. От Канате медленно, но верно начали расходиться волны проклятой энергии, по уровню превышающие уровень Дайдзё-дайдзина.

Если до этого Энширо считала, что катана усиливающая проклятую энергию является пустым бахвальством, то сейчас поняла, что усилитель и катализатор огненной проклятой энергии это не просто шуточки. Девочка готова была поклясться, что ударь её такой атакой, она бы даже вложив все силы в барьер вряд-ли смогла бы отразить.

— «Катто». —, нанесла ровный режущий горизонтальный удар по идолу. Земля от ударной волны немного потрескалась, а идол зазвенел, но ни царапинки не появилось. —, ого... —, вытарла пот со лба, убирая катану в ножны. —, это ж как надо было строить?..

— хм... —, подошёл к статуе Сикике. —, в момент удара мне показалось, что энергия внутри колыхнулась.

— и что это нам дает? —, вздохнула Энширо.

— данные в отчёт.

— отчёт?..

— он шутит. —, улыбнулась Акихиро. —, отчет устный.

— не шутил.

— шутил. Просто очень специфично. Знаешь, как если бы старейшина вдруг затанцевал. —, смахнула пряди волос с лица. —, к делу. Мы собираем данные, но не предпринимаем активных действий.

— а удар по статуе силой уровня Кампаку[предособый/полуособый] не активные действия? —, с сарказмом спросил Годжо.

— тебя такой силой били. Ты умер?

— ...я был близок к смерти.

— ежели он бы не выдержал этот удар, то и времени тратить на него не стоит. —, холодно объясняет Юкихара. —, А раз выдержал, то это данные.

— а дальше? —, спросила девочка.

— в лагерь.

— а ещё дальше?

— обед.

— Юкихара-доно... —, осторожно начал Гэто. —, план...

— отсутствует. —, покачал головой. —, Собираем данные. Я попробую прощупать энергетическую структуру печатями, Канате-доно рассмотрит минераломагией.

— а вы думали, мы за неделю закончим? —, рассмеялась Акихиро, положив меч в ножнах на плечи.

— а за сколько?

— пару десятков лун.

— о не-е-ет! —, раскинул руки в панике Сатору. —, Энширо, давай встречаться хотя бы на время расследования!

— нет.

— пожалуйста!

— что ты мне за это дашь?..

— э-э-э... А чего ты хочешь.

— отдать вас в Энряку-дзи. —, встрял Юкихара.

— да пошёл ты! —, отвернулся Годжо. —, я не умалишённый!

— безумный?

— и не безумный!

— юродивый?

— да нет же! Почему?!

— послушайте себя со стороны.

Акихиро-но Канате села рядом с ним, поглаживая по спине, как вчера вечером.

— ну, ну. Не слушай этих злых дядек и... Лолек.

— я не лоли!

— я не дядя.

Переглянулись. Юкихара принял ещё более спокойную позу.

— вы выглядите моложе своего возраста, Энширо-доно. В этом нет ничего плохого. Не понимаю вашего негодования. —, сказал он, не обращая внимания на рычания девочки.

— Кана... —, обречённо проговорил Сатору. —, давай поженимся...

— конечно, поженимся. —, ласково ответила девушка. —, я заберу тебя в клан, ты станешь Акихиро-но Сатору и у нас будут сильнейшие дети.

— приехали. —, поставила руки в бока Энширо. —, Сатору клеется к подруге Аяки.

— он ко всем липнет. —, парировал Гэто.

— даже к тебе?

— в декабре, когда мы ещё жили у Абэ-но Сэймея, я помыл голову и не убрал волосы в пучок... —, со стороны Годжо послышались панические всхлипы. Сугуру продолжил с явным удовольствием. —, Сатору решил, что я девушка и подошел ко мне с фразой «прелестная дама, не желаете ли чтобы я, великий сильнейший заклинатель, оказал вам помощь?». И подарил одуванчик. Где он его нашел в декабре, кстати, я так и не понял.

— ахахахахахааххххаахаххаха! —, затряслась беловолосая. —, одуванчик! И подкат! Ахахахахаа!

— он точно нуждается в очищении. —, вынес вердик Фудзивара. Повесил на Сатору печать изгнания зла. Сатору подозрительно становится спокойнее. —, Как я и говорил.

— он чо, демон? —, подняла бровь Энширо.

— он юродивый. —, ответил Юкихара. —, слабость разума берется ото зла и ненависти. Либо неприятия тебя со стороны ками. Ещё, возможно, проклятья, но в общем и целом, это только лишний раз подтверждает мою правоту.

По пути обратно Энширо шла вместе с Юкихарой. Девочка всё ещё не бросила попыток заслужить его симпатию, хотя и не особо понимала, зачем ей вообще это нужно. Бывает такое у тебя, когда ты чего-то хочешь, и не знаешь зачем.

В будущем это можно было бы сравнить с... Магазинами. Любыми. Ты идёшь по магазину и думаешь: «ой, вот это мне нужно». А потом оказывается, что не нужно, ставить некуда, да и вообще вещь какая-то антиполезная. Но о Сикике такого сказать точно было нельзя.

Или как если пойти в продуктовый... Голодной. Цель: купить колбасы и хлеба, а в итоге возвращается с таяки, печеньями, пельменями, тортом и ещё не приведи Будда чем. Такие дела.

— Юкихара, слушай... —, осторожно начала девочка.

— что случилось, Энширо-доно? —, не меняя скорости спросил парень.

Это ей в нём нравилось. Из всех её знакомых самым спокойным был Гэто, и тот когда к нему обращались поворачивался и улыбался. Юкихара же был подобен... Разговору со стеной. Умной, но стеной.

— тебя не будут ругать за то, что ты вчера рассказал нам как работают твои печати?

— я рассказал вам лишь общую информацию, известную любому шаману выше Дзюити-и[предпервый уровень]. —, спокойно объяснил парень. —, честно говоря, я не понимаю, почему это было неизвестно вам. Но, памятуя о том, что вы ученики Абэ-но Сэймея, как мне сказала Канате-доно, я допускал некоторые пробелы в знаниях. Не потому что Абэ-доно плохой учитель, а наоборот. Он учит только нужному, исключая общую эрудицию.

— и где начинается секретная информация?

— там, где я называю техники. —, пауза. —, например, если я скажу, какие конкретно печати использую, это будет вам преимуществом, а мне уязвимостью, но допустимо, ибо моё личное дело. Если я начну объяснять как именно они работают, это станет равносильно разглашению тайных техник клана Фудзивара и, следовательно, моей казни или изгнанию, в зависимости от того, насколько серьезно я раскрыл информацию.

— а у твоей ветви Сикике нет своих уникальных техник?

— нет. —, покачал головой. —, у нас есть тактики и комбинации техник, но уникальных нет. Насколько я знаю, уникальные есть только у главной ветви и ветви Дзенин. —, помолчал, потом добавил. —, это не является тайной информацией, как минимум потому, что я даже примерно не представляю, какие именно это техники.

— а ты разбираешься в чем-то помимо печатей? —, спросила беловолосая. —, например, я могу ставить барьеры и барьеры окон. А ты?

— клан Фудзивара специализируется на печатях. —, отрезал аристократ. —, однако, конечно же, добавлю, что я разбирают в музыке, стихотворчестве, а также воспитан в среде светских приемов, как наследник ветви. Так что, можно сказать, что в магии область у меня одна, но как у чиновника их несколько.

— о? Ты чиновник?

— младший шестой ранг[большинство служащих, средний класс]. Вам, кстати, я советовал бы изучить хотя бы базовые манеры. Я отношусь терпимо из-за Канате-доно, но среди других шаманов высокого ранга есть риск вашего... Перерождения.

— а в Нирвану не попаду?

— только в Нараку.

— всё-таки ты умеешь шутить.

— это чувство такта. Не могу сказать, что считаю это смешным. Но точно знаю, что вас это забавляет, а рассмешить собеседника это одно из самых простых путей завоевать его расположение.

Глава 3. Начало работы

Вечером того же дня Юкихара сидел у костра один. Это было позднее время, когда все остальные уже разошлись спать. Редкие минуты тишины, которые, как уже начинал догадываться юный Сикике, будут очень ценны в столь неординарной компании.

Как и любой уважающий себя аристократ он любил стихи. Не только читать, но и писать. Чем и занимался прямо сейчас, выводя иероглифы кистью на раскрытом свитке.

Из шатра Акихиро-но Канате вылез Сатору Годжо, осторожно подходя к шаману.

— это... Можно поговорить?

— конечно. —, не отвлекаясь от своего дела кивнул парень. —, что случилось, умалишённый?

— я не... —, начал Сатору, но в итоге просто махнул рукой, сев рядом. —, ай, ладно. Скажи, я правда мерзкий?

— вы невоспитанный. —, поправил Сикике.

— и всё?

— и я действительно думаю о вашем пошатнувшемся разуме. —, спокойно добавил Фудзивара.

— нормальный у меня разум. —, чуть раздраженно рубанул ладонью воздух. —, я ведь гений.

Юкихара поднял голову, холодным взглядом осмотрев Годжо.

— вы?

— а ты не веришь?

— я видел только ваши безумства. —, парировал Сикике, вернувшись к своему свитку.

— понимаю.~ —, игриво протянул беловолосый, выставив палец. —, смотри.~ —, на конце пальца сформировался маленький шарик «Синего».

Шаман уронил свиток вместе с кистью, мигом потянувшись к печатям на поясе, с опаской глядя на сферу.

— еретические техники?.. —, предположил он.

— нет. Джики.

— Джики... —, задумчиво проговорил аристократ. —, большинство Джики еретические. Какое оно?

— гравитационное притяжение. —, гордо выпрямился. Юкихара посмотрел на него полным непонимания и осуждения взглядом, кажется, ещё больше записывая Сатору в психи. —, проще показать. —, метнул сферу в кусты, те втянулись, скомкались и сжались до размера горошины.

— наму амида буцу... —, сложил руки в молитвенном жесте. —, теперь понятно, почему вы безумный.

— я всё ещё безумный? —, с наигранной грустью опустил голову.

— несомненно. —, кивнул Фудзивара. —, шаман здравого ума такое не будет практиковать ни при каких условиях.

— я хотел с тобой поговорить. —, вспомнил Годжо.

— вы говорите.

— вопрос...

— задавайте.

— как ты думаешь, у меня есть шансы с Энширо? —, поднял голову беловолосый заклинатель.

— я не занимаюсь анализом положений и связей внутри тройственной комиссии. —, отряхивая свиток отказал парень. —, не моя область.

— пожалуйста... —, попросил Сатору. Юкихара вздохнул, решив, что умалишённых можно угомонить либо печатью, либо ответом.

— скорее всего, нет.

— и что мне делать?

— подумайте о Канате-доно. —, посоветовал Сикике.

— ты серьезно? —, издевательски переспросил Годжо.

— она хорошая девушка, несмотря на своё поведение. —, вернулся к написанию в свитке.

— она старше меня на 120 лун! —, попытался защититься беловолосый.

— не страшно. —, мигом парировал аристократ. —, бывали разницы и побольше.

— она подруга Аяки! —, уже не зная, что сказать, выпалил заклинатель.

— что? —, остановил написание.

— ты не знал?

— нет. —, небольшая пауза, невозмутимо продолжает писать. —, впрочем, мне нет до этого дела. Кто сказал, что у неё не может быть мужа?

— а разве можно иметь больше одного партнёра? —, нашёл уязвимость Сатору. —, она ведь из видного клана, наверняка уже занята!

— у Сына Неба двадцать наложниц.

— он другой.

— у меня три наложницы. —, указал кистью на Годжо. Тот замер с открытым ртом, пытаясь сопоставить этого ледяного аристократа и наложницу. Интересно, а в постели он тоже со свитками?.. Юкихара, почувствовав нездоровые мысли, продолжил. —, это в порядке вещей в великих кланах. Клан Акихиро ещё не заслужил официальное положение Великого, но имеет самый большой вес среди кланов.

— а Сугавара?

— они уже великий клан. —, раздражённо ответил Сикике. —, вы из лесу вышли?

— да. —, указал рукой в сторону Хакаты, за которой находился лес Абэ-но Сэймея.

— точно. —, потёр переносицу. —, в общем, если вы ищите кого-то, кто вам бы подошел и не был при этом напуган безумием...

— да не безумен я! —, театрально приложил руку к сердцу, изображая попадание стрелы. —, сколько можно?!

— ...то Канате-доно — отличный выбор. —, не обращая на это представление внимания закончил шаман.

— я подумаю. —, сдался Годжо. —, спасибо, Юкихара.

— Юкихара-доно.

— Юкихара-доно.

— идите спать. —, сворачивая свиток посоветовал аристократ. Заклинатель послушно направился в шатёр. Сикике подумал, что ещё пара дней и он самолично отправится в Хакату за сакэ.

Спустя несколько недель, на первый день пятой луны, все собрались у костра. Прошел месяц(для группы Канате) с начала миссии. Фудзивара-но-сикике Юкихара стоял в важной позе перед всеми.

— предлагаю структурировать всё, что мы смогли выяснить.

Энширо присвистнула.

— был бы ты в техникуме, цены бы тебе не было.

— Яга летал бы на седьмом небе от счастья. —, добавил Гэто.

— Будда... —, простонал аристократ, понимая, что попытка провалилась и всё вновь скатывается в хаос. —, какой ещё техоманикум? И какая Яга?

— ты будто не привык за месяц к их выходкам. —, смеялась Канате.

— это ты с ними месяц. —, брезгливо скривился шаман. —, а я только три недели.

— две с половиной.

— ещё хуже.

— техникум — это подземный мир. —, с серьезным выражением лица доложила Энширо.

— ад. —, тем же тоном, полным страданий, добавил Сатору.

— и главенствует там Верховный Демон Метлы и Отчётов — Яга Масамути. —, лениво улыбнулась Иэри.

— где он сейчас? —, достав сразу шесть печатей изгнания зла спросил Фудзивара, полный решимости. —, мы должны избавить мир от такой напасти.

— далеко. —, махнула рукой Энширо.

— Хэйан-кё?

— дальше.

— То?..

— дальше.

— есть что-то дальше?.. —, опешил аристократ.

— конечно! —, подпрыгнул Сатору. —, например... —, договорить заклинатель не успел, Канате стукнула его катаной по голове.

— например, место, где ты посеял свои мозги.

— и достоинство. —, ядовито вставила Энширо.

— оно со мной!

— точно?~

— да! —, воскликнул беловолосый, отскакивая за спину Юкихары. —, и не надо проверять! Юкихара-доно, защити! —, тот невозмутимо повесил на него печать от зла. Все шесть.

— защитил.

— чёрствый Фудзивара-но-сикике Юкихара становится всё более подобен нам! —, с радостной безумной улыбкой сжала кулак Акихиро. —, победа!

— победа! —, поддержал Годжо.

— о нет... —, застонали Энширо и Гэто.

— Амитабха. —, начал молиться Фудзивара.

— мы хотели обсудить данные. —, напомнил Сугуру.

— я начну. —, очнулся аристократ, разворачивает длинный свиток. —, на печати изгнания не реагирует. На печати подавления не реагирует. На печати бумажные не реагирует. На молитвы и сутры не реагирует. При попытке применения обратной печати...

— что такое обратная печать? —, вклинилась Энширо.

— ...происходит волнение энергии внутри идола, однако вовне она не выходит. —, закончил парень, перевёл взгляд на Энширо. —, прямая печать подавляет то, что открыто. Обратная печать открывает то, что закрыто.

— ты какой-то бесполезный, Юкихара-доно. —, сложил руки на груди Сатору.

— если вы такой умный. —, злобно отчеканил Сикике. —, то каковы ваши успехи?

— на «Синий» не реагирует.

— ты рассказал ему о «Синем»? —, повернулся Гэто.

— Юкихара хороший парень! —, поднял руку Годжо. —, он мой друг!

— не приведи Будда мне такого друга... —, медленно моргнул. —, а что узнали вы, Акихиро-доно?

— нууу... —, неловко улыбается, почесав затылок. —, он абсолютно пассивен к любому взаимодействию с ним, кроме вливания энергии. При вливании засасывает внутрь.

— это и без тебя известно. —, осадил Гэто. —, что мы вообще должны были с ними сделать?

Юкихара достал другой свиток, ещё больше, чем прошлый. Развернул, заняв величественную позу оратора.

— Приказ от Сына Неба. Разузнать, каким образом они появились. Разузнать, кто поставил. Разузнать, насколько опасно. Разузнать о природе. Разуз...

— разузнать о полезности. —, вставила Сёко.

— верно. —, снисходительно кивнул аристократ. —, ты читала приказ?

— нет, догадалась.

— единственный человек, которого Юкихара-доно называет на «ты», это Иэри. —, прошептала Канате Годжо.

— целители редкие, а она ещё и дайдзё-дайдзин. —, прошептала в ответ девушка. —, рассматривает. Ты меня, кажется, тоже рассматриваешь.

— может быть... —, прошептал Сатору, затем перешёл на типичную громкость. —, то есть нет!

— и что видишь?

— что они всё ещё очень большие.

— а кроме этого? —, злобно прошипела Акихиро.

— тебе очень идут распущенные волосы.

— чего?.. —, выронила пустую плошку Энширо.

— наконец-то. —, улыбнулась Сёко.

— рад, что вы оказались благоразумны вопреки слабоумию, Годжо-но Сатору. —, довольно похвалил Юкихара.

— спасибо, Сатору. —, чуть смущенно проговорила Канате. —, я буду чаще носить распущенные волосы.

— недавно вы ходили в город. —, припомнил аристократ. —, что узнали?

— что Сукуна с кем-то дрался в Наниве. —, ответил Годжо.

— интересно, не подохла ли Аяка? —, посмотрела на небо беловолосая девочка, уже поминая дух подруги.

— не, вряд-ли. —, покачала головой Акихиро. —, она не настолько слабая.

— она может и не слабая. —, согласилась Сёко. —, но настолько ли сильная, чтобы противостоять сражению двух Возбудителей[Возбудитель — пик Особого уровня, абсолютная вершина области; по аналогии с возбудитель болезни, человек, достигший пика Особого, самостоятельно является возбудителем нового(эры, области, политики и чего угодно)]? Из числа первых пяти?

— нууу...

— и с каждым днём всё интереснее. —, выдохнула девушка, повернувшись к Юкихаре. —, Юкихара, сколько людей способны выжить от осколочного попадания боя Сукуны?

— осколочного? —, переспросил парень, чуть приподняв бровь.

— случайного.

— очень мало. —, чуть задумчиво ответил Фудзивара. —, однако о Хи-но Кими ходят самые разные слухи. И речь сейчас не о нищих бомжах в питейных.

— не такие уж они и бомжи... —, чуть обиделся Сатору, ходивший по тем самым питейным.

— бомжи. —, отрезал Юкихара.

— чернь. —, брезгливо добавила Энширо.

— молодец. —, кивнул ей Сикике.

— какие ещё слухи? —, вернулся к теме Сугуру.

— будто бы она не человек.

— такое и в тавернах говорят. —, отмахнулась Канате.

— несомненно. —, согласился Фудзивара. —, но подумайте сами: глаза. У неё нет зрачков. И цвет битого перламутра.

— а мои глаза? —, спросила Энширо.

— а твои глаза не уникальны. Человек с такими глазами есть.

— э...кто?..где?..

— сожалею, Энширо-доно, данная информация мне неизвестна точно. —, виновато покачал головой Юкихара.

— мне тоже. —, задумалась Акихиро. —, но ходили слухи, что у Кампаку[предособый] Барьеров Дзин-но Ёсимото живет девушка с хищными глазами. Как у тебя.

— это правда? —, с надеждой спросила девочка.

— ровно настолько, насколько Аяка не человек. —, вставил Гэто.

— касательно Хи-но Кими, её глаза действительно подозрительные. И техника боя. —, добавил Юкихара.

— а что с её техникой боя? —, поинтересовался Годжо.

Сикике замолчал, пытаясь собраться с мыслями. Собирать и интерпретировать слухи у него никогда нормально не получалось.

— вы когда-нибудь её видели?

— только когда она раскрошила Сатору. —, припомнила Сёко.

— это любой дурак может. —, потёр переносицу аристократ. —, только на моей памяти семь раз это сделала Энширо-доно и четыре раза Канате-доно.

— это была случайность! —, в унисон крикнули они. Сатору просто тихо отодвинулся, чуть побледнев.

— а что помимо этого? —, спросил Гэто.

— сколько у неё оружия?

— огромная сокровищница. —, согласился заклинатель. —, но ведь это собрал её учитель...

— она может одновременно использовать в бою каждое из них. —, подняв палец сказал Юкихара.

— бред. —, махнула рукой Канате.

— уверены? —, с едва заметным интересом спросил Сикике.

— да. Аяка сильная, но не настолько. —, приложила руку к подбородку. —, уметь обращаться с каждым? Может быть. Но одновременно все применять? Нет, невозможно.

— тогда я доверюсь вам в этом вопросе. —, закончил парень. —, мне не хватает данных, я не столь близок с Хи-но Кими.

— что будем делать следующий месяц? —, спросила Энширо.

— ждать. —, отозвался Юкихара, сворачивая свитки.

— не хочешь сходить к Абэ-но Сэймею? Мы с Гэто и Иэри хотели навестить его.

— хорошая возможность, согласен. —, кивнул. —, а умалишённый?

— я останусь с оч... С Каной!

— касу... —, начала душить беловолосого. Тот засипел.

— не желаю ничего знать. —, развернулся к своему шатру Юкихара.

К вечеру восьмого дня пятой луны они добрались до жилища Абэ-но Сэймея. Почему же так долго? Всё из-за того, что Энширо, ведомая желанием доказать свою несуществующую силу, шла сама, а не в корзине или на плечах Гэто.

— дядя Абэ... —, устало выдохнула девочка, упав морской звездой перед костром шамана. —, мы вернулись.

— вижу. —, отпивает сакэ, обводит всех взглядом. —, и даже с новым гостем.

— Фудзивара-но-сикике Юкихара. —, с чиновничьей формальностью представился шаман. —, по воле небес и необходимости расследования, мы с вами будем знакомы.

— Абэ-но Сэймей. —, просто представился оммедзи, протянув ему горлянку с сакэ. Фудзивара выпил.

— я думала, он непьющий... —, пробормотала беловолосая, почти восстановив дыхание.

— все аристократы пьют. —, сказал Сугуру. —, без этого на приёмах мало чего дельного получится.

— дядя Абэ, у нас есть новости. —, ложась, сказала Иэри.

Астролог вопросительно посмотрел на неё. Юкихара, заметив это, развернул тот самый большой свиток с наблюдениями.

— Будда... —, вытер лоб Сэймей, глядя на дорогую бумагу. —, сколько же риса можно получить за эту бумажку...

— и сколько сакэ. —, ехидно добавила Энширо.

— и сколько сакэ! —, сокрушенно застонал Сэймей.

— мы выяснили, что... —, не обращая внимания начал читать.

— хм... Надо подумать... —, сказал мужчина, когда Сикике закончил свою лекцию. Замер.

— это надолго. —, махнула рукой Энширо, поднимаясь. —, оставьте его.

— я готов ждать. —, отрезал Фудзивара, садясь ровно напротив оммедзи.

— ну жди. Если что, вон землянка, спускайся в самый низ, Гэто покажет, где спать. —, направилась вместе с Иэри в указанное строение.

Прошло пять часов. За это время Юкихара успел три раза покормить сову, два раза отогнать волка и пять раз подложить дров в костёр из самодельной дровницы, находящейся позади лачуги.

— понятно. —, наконец ожил Абэ.

— что вам удалось выяснить?

— довольно сильно напоминает работы одного моего знакомого. —, отпил сакэ. —, Император[Особый уровень] Железа, Куромаку-но Дзи. Слышал? Хех.

— очевидно. —, кивнул. —, это лучший кузнец и алхимик среди шаманов, все самые качественные артефакты делает он. Пару раз моя ветвь Сикике были клиентами.

— в алхимии он слаб. —, поправил мужчина, подкинув ещё одно полешко в костёр. —, но да, скорее всего, мы говорим об одном человеке.

— слаб?..

— есть люди сильнее.

— ...кто?

— секрет. —, по-доброму усмехнулся. —, Юкихара-отоуто, если ты узнаешь это, твоя жизнь может оказаться в ещё большей опасности, чем есть сейчас.

— я не... —, начал было возмущаться на фамильярность, но выдохнул. —, понимаю. —, кивнул. —, пусть будет так.

— я советую вам дождаться Хи-но Кими и вместе с ней отправиться обратно в столицу к Императору Железа. Он расскажет вам больше.

— он мог это сделать? —, осторожно спросил Сикике.

— нет. —, покачал головой, отпивая сакэ. —, но у вас ведь есть цель узнать о природе?

— как вы узнали?

— я был придворным астрологом. —, ехидно пояснил Сэймей.

— прошу прощения за мою недальновидность, Абэ-доно.

— ничего. —, остановил жестом начинающийся поклон. —, но кроме этого мне сказать тебе нечего. В основном я думал о своих делах, прости.

— могу ли я задать ещё один вопрос?

— за выпивку.

Юкихару аж пробило. Он только три дня назад купил в Хакате два бурдюка сакэ, которого ему так не хватало во время этого расследования, наполненного безумными соратниками. Но деваться было некуда.

Парень, скрипя сердцем, медленно достал один бурдюк. Через долю секунды тот уже был спрятан где-то в бездонных рукавах кимоно Абэ-но Сэймея.

— спрашивай, на всё отвечу.

— Хи-но Кими... —, задумался, как лучше спросить. —, человек?

— да.

— почему вы в этом уверены? —, недоверчиво спросил Юкихара.

— потому что она ещё не умирала. —, расслабленно объяснил Абэ. Увидев недоумение на лице собеседника, добавил. —, ты поймёшь, когда увидишь её. А теперь иди спать. Ты устал.

— благодарю. —, слегка поклонился, отправился в землянку. До восхода оставалось всего несколько часов.

Прошло ещё чуть меньше месяца. Наступил первый день шестой луны. Иэри и Энширо сидели у костра, помешивая сегодняшнюю похлёбку.

— ставлю на то, что Аяка появится сегодня. —, сказала беловолосая.

— и с чего такие мысли? —, подняла бровь подруга.

— она любит красивые числа. —, пожала плечами. —, ушла первого, пришла первого.

— окей, я ставлю на завтра. —, пауза. —, как очередное нарушение негласных правил, всё в её стиле.

— на что играем?

— у меня есть фотка поцелуя Сатору и Каны.

Из ниоткуда, едва ли не просто свалившись с неба, появился упомянутый Сатору Годжо в обличающей позе.

— ложь! —, воскликнул заклинатель, указывая пальцем на Иэри.

— правда. —, спокойно хихикнула Канате, перебиравшая свои минералы около шатра.

— ты предала меня! —, ткнул в неё Годжо.

— я не вру друзьям.

— наконец-то. —, смахнула пряди белых волос со лба.

— ты... —, осекся Сатору. —, рада?..

— тебе нужен был нормальный партнёр. —, объяснила девочка. —, а не глупая любовь ко мне.

— истинно так. —, кивнул Сикике, выходя из своего шатра. —, вы были подобны полыхающему огню на костях мироздания.

— а?.. —, опешил заклинатель.

— говорит, сам себе хуже делал. —, усмехнулась Акихиро.

В полевой лагерь вернулся Сугуру Гэто, с корзиной свежей выловленной рыбы. Поставил перед костром.

— о чем спор?

— Сатору засосал Кану. —, ядовито ответила Энширо. Годжо и Акихиро тут же вскинулись, желая справедливости, но быстрее всех оказался Юкихара.

— что такое засос?

— тебе это не нужно. —, лениво хихикнула Сёко. —, поверь мне, ты не переживёшь.

— это еретическая техника?.. —, опасливо предположил Юкихара, потянувшись к ритуальному мечу на поясе.

— как если совместить поцелуй, бой, укус и соитие. —, ехидно посмеиваясь объяснила Энширо, наслаждаясь реакцией аристократа, вновь принявшегося за амитабху.

Именно в этот момент из леса послышались шаги. На поляну вышла Хи-но Аяка, с распущенными пепельными волосами, в нескольких местах порванном платиновом кимоно, тремя тати на поясе и окровавленными бинтами на конечностях. Приветливо улыбнулась, прикрыв розово-перламутровые глаза без зрачков, получилось жутко.

— демон! —, заверещал Юкихара, складывая пальцы в сложную мудру, готовясь применить какое-то мощное запечатывание.

— это Аяка. —, успокоила его Энширо.

— да ну?.. —, медленно, очень медленно опустил руки.

— Хи-но ки... —, начал Сугуру, но Аяка прервала его, ударив с ноги в затылок. Заблокировал, с трудом.

— что я тебе говорила об именах?~ —, мило протянула девушка, уже обнимая Энширо и Гэто вместе.

— Аяка... —, исправился Гэто.

— как и ожидалось, представитель диких кланов довольно... —, холодно проговорил Фудзивара. —, невоспитан.

— отвали!.. —, вырвалась из обниманий беловолосая девочка.

— ой, да ладно тебе.~ —, ехидно промурлыкала пепельноволосая.

— где ты так поранилась? —, оценивающе спросила Иэри.

— да всякое... —, отвернулась девушка. —, то тут, то там. Дороги нынче неспокойные.~

— там в Наниве Сукуна с кем-то дрался! —, прыгнул к ней Годжо. —, ты не попала под раздачу?

— а, да.~ со мной. —, невинно улыбнулась, склонив голову набок. Гэто чуть не упал, Сатору изобразил ужас метеоритного падения, Энширо просто устало застонала. —, шутка.~

— да кто так шутит?! —, выставил на неё обе руки Годжо.

— я.~

— демон. —, теперь уверенно сказал Юкихара.

— ты безумная дура. —, добавила Канате. —, как успехи с твоими делами?

— более-менее. —, уже без игривости ответила Аяка. —, учитель сказал, что его тоже интересуют идолы и он направится к другому идолу, чтобы изучить.

— серьезно? Он? Чтобы изучить?

— с ним Левый.

— а Центральный?

— он... Занят.~

— о чём это они? —, шепотом спросил Сикике, нагнувшись к Энширо.

— чтоб я знала. —, сложила руки на груди девочка.

— Левый и Правый — я могла бы подумать о министрах. —, начала Иэри, садясь на ближайшее бревно. —, однако Центральный? Исключено. Значит, это похожая, но не идентичная система.

— ого, Иэри. —, насмешливо сказал Гэто. —, ты умеешь думать.

— только ради Юкихары.

— взаимно. —, вежливо кивнул парень.

— их поцелуй мы пока не видели. —, улыбнулся Сугуру, посмотрев на Энширо. —, а твой с Аякой видели.

— не напоминай. —, зажмурилась девочка. —, это была необходимость.

— хочу напомнить, что соитие двух женских начал считается дурным поступком и карается попаданием в подземный мир после смерти... —, важным тоном произнёс Юкихара.

— я атеистка. —, отмахнулась беловолосая. —, и не было там никакого соития.

— кто?

— ээээ... Я буду молиться о спасении души!

— чего это она? —, удивился Сатору.

— атеизм в эпоху Хэйан сродни госизмене. —, пояснил Гэто.

— почему?

— император — божество.

— да... —, поёжился. —, не поспоришь.

— так вот!~ —, гордо встала посреди поляны Аяка. Позади неё уже возвышался красный шатёр, не пойми откуда взявшийся. Указала на Энширо. —, ты будешь спать со мной! Так удобнее.

— может, не на... —, начала девочка, но Канате перебила.

— Аяка, забери Гэто и Иэри тоже к себе!

— зачем?

— хочу уединиться с Сатору.

— ладно.~ —, промурлыкала Аяка. —, но только сегодня.~

— а что за Левый? —, напрямую спросила Энширо.

— друг учителя.

— а он кто?

— увидишь.~ он будет... —, наклонилась, шепча на ухо девочке. Та аж подпрыгнула.

— где-где?!

— Амитабха. —, выдохнул Юкихара, повесив себе на лоб печать умиротворения.

— свалите. —, пнула Аяку в шатёр Иэри. —, дыши, мой Юкихарочка, я защитила честь твоих глаз.

— Амитабха, благодарю, Иэри-но кими.

На следующий день все вместе направились к идолу. Пока Энширо и Канате играли в крести-нолики на земле, Аяка осматривала идол довольно долгое время.

— хм.~ какая милая скульптурка.~

— Хи-но Кими. —, раздраженно начал Юкихара. —, вы что-нибудь заметили?

— я только начала.

— вы здесь уже три часа. —, потёр переносицу.

— я только начала. —, уверенно улыбнулась.

— да сколько можно... —, с видом убитого человека простонала Энширо. —, ты хоть что-то полезное увидела?

— м-м-м.~ —, игриво промычала пепельноволосая. —, может быть.~

— может, ёбнешь по нему? —, предложила Сёко. —, у Каны не вышло. Возможно, у тебя получится?

— Кана... —, начала Энширо, тут же предусмотрительно закрыв Канате рот. —, ...ударила его «Катто», но результат нулевой.

Аяка кивнула, сложив руки вместе. Махнула ими на статую. Не произошло ровным счётом ничего.

— вау.~

— ты его напугать пыталась что-ли? —, поднял бровь Сатору. —, что за херь?

— итог? —, спросил Сикике.

— похоже, он из несуществующего материала. —, потёрла подбородок. —, Куромаку-но Дзи, Император Железа, тоже создает сплавы из несуществующего материала.

— так вот что имел ввиду Абэ-доно. —, догадался аристократ.

— возможно.~ —, кивнула Аяка. —, но Император Железа создаёт сплавы, а не минералы.

Акихиро-но Канате подошла поближе к идолу, осматривая его теперь иным взглядом.

— справедливости ради, мне действительно показались составляющие какими-то странными, но я списала это на то, что вот этот сапфир —, ткнула в синюю часть идола. —, просто деформированный обычный. Оказалось, нет, это чота другое.

— только сейчас дошло?~ —, ядовито протянула Аяка.

— завались.

— чем вы занимались два месяца?~

— заткнись. —, сжала кулак Акихиро. —, иначе... Иначе я захвачу Энширо!

— молчу...

— эй! —, сжала кулачки девочка. —, я вам что, игрушка?! Касу... Обе.

— Гэто-доно ждёт нас в лагере. —, устало сказал Юкихара. —, возвращаемся.

Вернувшись в лагерь, Сатору Годжо сразу выпрыгнул перед Гэто в величественной позе.

— идола не существует!

— ...что? —, поднял голову заклинатель.

— короче, там туда-сюда тыр-пыр-семь-дыр и минералы несуществующие. —, пояснила Энширо. Или не пояснила, сложный вопрос.

— в таком случае, всё изучение завершено. Не совсем понимаю, по какой причине мы вообще два месяца ждали Хи-но Кими, но дело сделано. —, складывая шатёр сказал Сикике. —, нас ждут в столице.

— я никого не жду.~ —, протянула Аяка.

— Император Железа.

— а, конечно.

— о! Точно! Кстати, о нём! —, вклинился между ними беловолосый заклинатель. —, а этот железный он какой? Крутой?

— как гора, если бы была человеком. —, немного задумался Юкихара. —, если вы спрашиваете о силе в бою, то не очень «крутой». Однако, он невероятных способностей ремесленник.

— он сделает мне крутую реликвию? —, с надеждой спросил Сатору.

— за деньги.

— сколько?

— больше, чем стоит десять бочек сакэ.

— Аяка! —, упал перед ней на колени парень. —, ненаглядная! Чьё милейшее личико и окровавленные руки закрывают солнце!..

— это ещё что... —, зажмурилась Энширо.

— комплимент. —, догадался Сугуру.

— ...дай денег! —, закончил заклинатель.

— а. —, выдохнули Гэто и Энширо. —, попрошайничество.

— Сатору.~ —, мило улыбнулась девушка. —, сколько тебе дать?~

— э... Чтобы хватило на релик... —, она с размаху пнула его в пах.

— держи.~

— опять мне его лечить. —, отвернулась Иэри.

— всё ещё предлагаю отдать его в Энряку-дзи. —, напомнил Фудзивара.

— любимая!.. —, кое как развернувшись к Канате продолжил Сатору.

— попытка номер два. —, ехидно сказал Гэто. —, такими темпами, он не сможет иметь детей.

— свет очей моих! Кана! Пожалуйста, дай денег!

Акихиро села на корточки перед ним, погладив по белым волосам.

— зачем тебе деньги? —, ласково спросила она. —, Император Железа специализируется на оружии и броне. Какое оружие может быть лучше твоих шариков гравитомутаниции?

— гравитации. —, поправил заклинатель. —, а броня?

— «Бесконечность». Если, конечно, включишь наконец.

— по моим наблюдениям, между умалишённым и юным гением Акихиро зарождается настоящая симпатия. —, с ледяной вежливостью заметил Юкихара.

— спорим? —, предложил Гэто.

— не занимаюсь подобными видами шарлатанства. —, отвернулся.

— я приз. —, вставила Сёко.

— спорим. —, кивнул аристократ.

— ого. У нас уже две пары: Сатору и Кана, Юкихара-доно и Иэри. —, засмеялась Энширо.

— три. —, поправил Сугуру.

— какие ещё три? Завались, ты вообще единственный без девушки.

— и я искренне этому рад, учитывая какие девушки меня окружают, я скорее позову замуж Нанами.

— кто такая Нанами? —, поинтересовался Юкихара.

— наш хороший друг. —, ответила Энширо. —, Дзюити-и[предпервый уровень] Кирико[режущий, что отсылает к пактам. Он «отрезает» 20% своей силы, чтобы потом выложиться на 120%].

— Кирико? Работает с пактами? —, Сикике одобрительно кивнул. —, довольно редко встречается, но чаще чем целительство или Джики[прямой, либо, если точнее, в магическом контексте — собственный, не подходящий ни к одной области].

— а самое редкое что?

— сочетание.~ —, прошептала ей на ухо Аяка, подкравшаяся сзади. Энширо отшатнулась с криками, девушка засмеялась.

— Амитабха. —, выдохнул Сикике. —, тем не менее, Хи-но Кими ответила верно.

— сочетание? —, переспросил Сугуру.

— да. —, кивнул. —, например, вы, Гэто-доно. Вы Дайдзё-дайдзин[пик первого уровня] Духов, а также Синсюсити[второй уровень в чисто физическом смысле, по форме и навыкам]. Это делает вас на голову выше исключительно магических Дайдзё-дайдзин Духов.

— среди людей, у кого больше всего сочетаний? —, склонила голову набок Иэри.

— не могу сказать точно. Ходят слухи, что Великий Император Бездны владеет вообще всей магией. Но я не верю.

— больше всего у Демонического Императора. —, сказала Канате, закончившая сборы своих вещей. Шатёр был вновь помещен с камень.

— Какаси Рукомаки! —, подскочил Сатору.

— почти.

— Панарин Ракшаси!

— Будда... —, взмолился аристократ. —, умалишённый близок к истине.

— Ракшаси эт демоны в буддизме, отсюда и аналоги с Демоническим Императором. —, рассудила Иэри. —, но он имел ввиду Куроками-но Аякаси.

— хм. Возможно, так и есть. Говорят, он мастер барьеров, печатей, крови, джики, целительства и даже За-сан.

— как человек вообще может быть настолько силён? —, спросила девочка.

— мы не знаем, человек ли он вообще. —, парировал Сикике.

— а что нам вообще известно?

— нам — ничего. —, мотнул головой. —, мне было пять лет, когда он последний раз предпринимал какие-то действия.

— Аяка. —, повернулся Гэто. —, ты всегда знаешь больше.

— вам кажется.~

— я подарю тебе несколько фотографий Энширо.

— хм.~ —, ядовито улыбнулась. —, не знаю, зачем они мне, но хорошо.~ только давай попозже.~ мне ещё паковать вещи, мои тати требуют чистки. —, пошла к своему шатру. Все начали потихоньку собираться, готовясь к уходу.

Глава 4. Правый и Император Железа

Как и в тот раз, когда группа будущего шла от Сэймея в Хорю-дзи, к Куроцукури-но Кими, дорога пролегала через море, в Наниву. Самый крупный портовый город японской империи, даже крупнее Хакаты, пусть и немного.

На палубе сидели Годжо, Аяка, Энширо и Юкихара.

— зачем нам в Наниву? —, спросил Сатору.

— это самый быстрый путь до столицы. —, с ледяной вежливостью ответил Юкихара.

— с Каной мы шли иначе. —, не унимался беловолосый.

— с Канате вы заходили в одну из деревень клана Акихиро.~ —, игриво напомнила Аяка. —, это была цель.~ ваш путь дольше, но полезнее.

— кому?

— ей. —, Энширо постучала кулаком по палубе, намекая на трюм, где была Канате. Затем посмотрела на пепельноволосую. —, Аяка, ты так и не рассказала о Демоническом Императоре.

— а должна?~ —, невинно вздохнув, откинулась на руках назад.

— да. —, кивнул Сикике.

— молчи. —, отмахнулась она.

— с чего бы?

— не увиливай, Аяка! —, поддержал его Сатору.

— ла-а-адно.~ —, закатила глаза, изображая, что ей трудно решиться на подобное. Придвинулась к Энширо, обняв её за плечи и прижав к себе, будто игрушку. —, так и быть.~

— дикие кланы. —, скривился Фудзивара.

— я тебя ненавижу. —, толкнула беловолосая, отодвигаясь аж за Юкихару.

— вас, Хи-но Кими, тоже хорошо бы отдать в Энряку-дзи. —, процедил парень.

— о?~ Зачем же?~ —, Аяка даже не повернулась, продолжая сжимать воздух.

— на перевоспитание.

— ну и ладно. Ракшаси с вами. —, приложила указательный палец к нижней губе. —, Куроками-но Аякаси, раз вы так хотели. Но сразу предупреждаю: мне не особо хорошо известно, я не намного старше Юкихары.~ Демонический Император, самый мрачный из Десяти Возбудителей.

— а Рёмен-но Сукуна?.. —, опешила беловолосая. Какой ещё, к чёрту, Куроками мрачный, когда у вас живой Король Проклятий где-то гуляет?

— он не мрачный. —, покачала головой девушка. —, он жестокий.

— мрачный — это когда непонятно, зачем он вообще что-то делает, но все деяния злые, непонятные, болезненные и ужасные. —, заняв пафосную позу чиновника пояснил аристократ. —, жестокий — это когда убивает из любви к убийствам. Великий Император Разрушения жестокий, Демонический Император мрачный.

— ты прямо ходячая энциклопедия. —, издевательски присвистнула девочка.

— это называется «образованность».

— а что такого совершил этот Демонический Император? —, спросила заклинатель, подскочив. —, нет, конечно, Абэ-доно нам рассказывал о кровавых экспериментах, убийствах и прочей херне, но что конкретно?

— он изобрёл магию крови.~ —, игриво растянула пепельноволосая.

— а... —, открыл рот парень. Мотнул головой, приводя мысли в порядок. —, а император Крови?

— это другое. —, отмахнулась Аяка. Увидев требовательный взгляд всех троих поняла, что отвертеться не получится. Да и не очень хочется. —, Демонический Император управляет кровью как отдельным самозаконным естеством и может формировать из неё что угодно, ещё и наполнять другими элементами.~

— элементами? —, Фудзивара развернул чистый свиток, записывая.

— да-а-а.~ —, мечтательно закатила глаза. —, представь капельку крови, в которой смешана техника льда и техника ветра. При касании крови с чем-то взрывается.

— Хи-но Кими, откуда вам это известно?

— секретик.~ —, захихикала.

— я куплю вам... —, начал было парень, но она перебила.

— Энширо.

— меня нельзя купить! —, тут же возмутилась девочка.

— её нельзя купить. —, подтвердил Юкихара. —, она вольный человек, а не раб. Пока сама того не захочет.

— правда?~ —, притворно удивилась пепельноволосая, рассмеявшись. —, глупость. Однако если серьёзно, то я просто влиятельнее тебя, потому и имею больше информации в свободном доступе.

— Хи-но Кими, что ещё вам известно?

— Много всего. —, задумалась на пару секунд, покрутив прядь волос между пальцами. —, но из различия с Императором Крови… Император Крови из великого клана Камо, они управляют не только кровью, но и любыми жидкостями организма. Вот и вся разница.

— и кто управляет кровью лучше? —, спросил Юкихара.

— конечно же Аякаси.

— вам известно, где он сейчас?

— нет, с чего бы?

— я подумал, он ваш учитель. —, спокойно признался аристократ.

На секунду повисла тишина. Потом Аяка разразилась истеричным смехом. Энширо переглянулась с Сатору, потом с Юкихарой и осторожно спросила:

— ...неужели угадал?

— хаха...аха~абсолютно мимо.~ —, успокоившись, ответила девушка. —, хи-хи-хи. Нет. Даже не близко. От чего такие мысли?

— от ваших познаний, — коротко ответил Сикике.

— вот как. —, тихо проговорила Аяка, уставившись на бурные волны.

Махнув рукой, Энширо спустилась в трюм, решив, что с Канате поинтереснее. Она хоть ругается прикольно.

Спустя несколько дней, седьмого числа шестой луны, корабль причалил к пристани Нанивы. Порт шумел, пахло рыбой и водорослями, кричали торговцы. Группа сошла на берег и сразу направилась по дороге к столице.

Энширо сидела в корзине на плечах у Гэто.

— я помню, что тут недалеко. —, сказала она, выглядывая из корзины.

— да. —, согласился Сугуру. —, около семидесяти ри.

Сатору шёл позади них, держа девушку из Акихиро на руках.

— давай, давай, отрабатывай. —, похлопала она по плечу беловолосого.

— я не желаю знать, что он отрабатывает. —, пробубнела Сёко. —, не желаю. Но я слышала хлопки ночью за их мешками.

— это нас не касается. —, рассудил Юкихара, идущий рядом с ней.

Сверху раздался пронзительный крик. Какой-то сокол спикировал прямо на вытянутую руку Аяки. К его лапе был привязан маленький свиток.

— вау.~ Синие соколы довольно редкие. Зато быстрые и умные. —, погладила птицу по голове.

— это… Почта? —, удивился Годжо.

— соколиная. —, добавила Энширо.

— чему они удивляются? —, спросил у Канате Сикике.

— они думали, мы только с гонцами письма пишем. —, насмешливо ответила девушка.

— умалишённые.

— о, нас будет ждать в столице милый мальчик.~ —, прочитав письмо сказала Хи-но Кими.

— наму амида буцу. — пробормотал Фудзивара и, не выдержав, нацепил на лоб Аяки печать изгнания зла.

— ничего такого. —, брезгливо снимая печать двумя пальцами сказала пепельноволосая. —, всего-то Правый.

— о, малыш Кин? —, оживилась Канате.

— вы почти ровесники, — улыбнулась Аяка.

— левый свалил с её учителем. —, оттопырив три пальца сказала Иэри. —, остался Правый и Центральный. Нас ждёт Правый.

— воистину, стратегические способности Иэри-доно достойны восхищения. —, учтиво сказал Юкихара. Сам он, казалось, так совсем не считал.

— хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи.~ Кин пишет, что учитель уехал на Цусиму. —, сказала девушка.

— что он там забыл? —, повернула голову к подруге Канате. —, разве не хотел идолы расследовать?

— за ними и поехал. —, легко ответила Аяка.

— ...на Цусиму? —, переспросила Канате.

— и каков этот Кин? —, опередила Иэри. Как только Аяка открыла рот, шикнула. —, завались.

— хороший парень. —, задумалась Канате. —, очень наивный, правда. Я даже думала его взять в мужья.

— он как выглядит? —, подала голос Энширо, слушавшая все эти перепалки из корзины.

— как член клана Акихиро.

— он Акихиро?

— нет.

— тогда почему?

— потому что так сложилось, Энширо. —, устало сказал Гэто. —, это как вопрос, почему у тебя белые волосы, хотя ты не Годжо.

— действительно. —, признала девочка. —, всякое бывает.

Сокол, с чувством выполненного долга, был подброшен Аякой обратно в воздух. Улетел.

Утром десятого дня шестой луны они наконец добрались до Хэйан-кё. На веранде, скрестив ноги, сидел Кин. Он пытался приготовить завтрак. Перед ним стояла деревянная доска с какими-то нарезанными овощами и рисом в чашке. Парень был хрупким, почти девичьим, в простом сером кимоно, с золотыми волосами до подбородка, которые блестели даже в тени и такими же золотыми глазами. Руки от запястий до локтей были замотаны чистыми бинтами.

— Кин, что ты делаешь?~ —, промурлыкала Аяка, мягко опустившись перед ним на корточки.

— обед! —, вздрогнул парень, едва не опрокинув продукты. —, т-то есть… Завтрак! Для вас!

— Ки-и-и-ин!~ —, с радостными объятьями выскочила Канате.

— помогите! —, заверещал парень, прячась под веранду.

— я также делал. —, припомнил Сатору, важно кивая. —, он мне уже нравится.

— и вот ЭТО. —, Энширо помахала кистью в сторону веранды. —, помощник твоего учителя?

— Агась. —, мило улыбнулась девушка. —, он хороший, правда?~

— несомненно. —, учтиво согласился Юкихара, осматривая имение. —, однако мы двигались к Императору Железа, каким путём Будды мы очутились здесь?

— я пойду с вами к Императору Железа. —, послышалось из-под веранды.

— ты не... —, потянулся к свитку на поясе.

— приказ Сына Неба. —, выпалил Кин.

— ...дозволяю. —, отпустил свиток.

— оу, ещё один с приказами Сына Неба. —, проговорил Сугуру, поставив корзину на землю. —, все интереснее и интереснее.

— они тут все крутые, ты ещё не привык? —, спросила Сёко.

— привык. —, чуть мечтательно вздохнул. —, я тоже хочу быть императором.

— духов? —, спросила Иэри.

— пусть будет Духов. —, грустно махнул рукой.

Кин выбрался из-под веранды, отряхивая пыль с простого серого кимоно, и с сияющей улыбкой объявил:

— меня зовут Кин, без фамилии. Я — Правый, отвечаю за взаимодействия с другими людьми, существами и расследования в городах.

— Энширо. —, протянула руку для рукопожатия.

— ты тоже без клана? —, обрадовался Кин.

— да.

— давай дружить? —, с надеждой спросил золотоволосый.

— нет. —, отрезала беловолосая. Кин издал жалобный всхлип. Посмотрела на него, прикрыла глаза. —, ладно, давай.

— ура! Ура! —, радостно прыгнул на одном месте. —, Аяка-но Отоно[буквально: госпожа Аяка. В контексте именно служения, в отличие от -но кими], у меня есть друг!

— поздравляю, Кин.~ —, отозвалась девушка, заканчивая готовку завтрака вместо него.

— Абэ-но Гэто, дайдзё-дайдзин духов. —, представился заклинатель. —, рад знакомству.

— я тоже очень рад! —, лучезарно улыбнулся. —, но у меня нет ранга, я слабый.

— вы там все такие? —, посмотрел на пепельноволосую.

— учитель так говорит, значит, так и есть.~ —, игриво протянула она, коснувшись плоской стороной ножа щеки, вспоминая что-то. —, но наши противники порой дают нам ранги.

— и какой у тебя? —, спросил парень, глядя на Кина.

— не помню… Они говорили, я не запомнил. —, смутился Кин.

— простофиля.

— меня зовут Фудзивара-но-Сикике Юкихара, по воле Сына Неба мы будем работать вместе. —, заняв отрешенно-эстетичную позу будущего министра(в мечтах) представился аристократ. —, не могу выразить радости от знакомства, но надеюсь на плодотворное сотрудничество.

— я тоже! Правда! Я буду стараться, тогда Аяка-но Отоно похвалит меня!

— я тебя недавно хвалила. —, напомнила та.

— это было шестьдесят лун назад! —, обиженно возразил золотоволосый.

— да. Недавно. —, невозмутимо ответила она.

— Годжо-но Сатору. —, выставив руку вперёд, как оратор на митинге, сказал беловолосый. —, дайдзё-дайдзин Духов.

— Сугавара-но-Годжо?

— не~т, просто Годжо. —, положил руку на шею, чуть хрустнув. —, Аяка дала фамилию.

— Иэри. —, протянула руку. Кин попятился. —, чего это он?..

— у тебя взгляд будто ты три села вырезала. —, засмеялся Годжо.

— два. —, смех мигом стих. —, ещё одно слово, и будет три.

Тем временем Канате, которая всё это время тайком грабила сад Аяки, вернулась с подолом, полным слив и персиков.

— вот и я!

— почему они поспели уже в июне? —, удивился Сугуру.

— на наш календарь сейчас июль?.. —, предположил беловолосый заклинатель.

— всё равно.

— это же сад Аяки. —, покрутила пальцем у виска Энширо. —, наверняка магический.

— мой садик! —, схватилась за голову Аяка, обличающе указывая рукоятью тати на Акихиро. —, снова ты его обворовала, большегрудая ямаваро!

— кто-кто?.. —, растерялась Канате.

— Они и правда больш... —, начал Сатору. Девушка не дала ему договорить, схватив за голову и прижав лицом к груди, сдавливая с такой силой, что беловолосый начал хрипеть.

— да. Очень. Сейчас ты сдохнешь от их размера. —, прошипела она. Энширо быстро вытащила телефон и щёлкнула кадр.

— что это? Что это? —, заметался вокруг девочки Кин, пытаясь рассмотреть экран.

— телефон. —, пауза. —, алхимический объект такой. Забей.

— н-но... —, грустно опустил плечи золотоволосый, зашагав к выходу. Юкихара уже ждал их с недовольным лицом около ворот.

По дороге к периферии левой и правой части Хэйан-кё, где находилась кузница Императора Железа, Сатору крутился вокруг Кина, заглядывая ему в лицо.

— эй, эй, скажи, а почему у тебя такие волосы?

— это избыток скверносной энергии! —, радостно ответил парень. —, она копится у меня больше необходимого, переливаясь через край, и красит волосы!

— ого. А глаза?

— природные. —, улыбнулся Кин.

— то есть, если ты будешь много сражаться. —, задумчиво проговорил Годжо. —, волосы вернут свой изначальный цвет?

— теоретически, да. —, пригладил те самые золотые волосы. —, практически, даже когда я сражался без перерыва два дня, они лишь потускнели. —, признался Кин.

— это ж с кем ты сражался?.. —, спросила Энширо, идя следом за ними. Уж дорогу до кузницы то она выдержит.

— не помню! —, ответил Кин с такой искренностью, что Иэри, шедшая сзади, громко шлёпнула себя ладонью по лицу.

— как можно два дня сражаться и не помнить с кем? —, спросила она с отчаянием в голосе.

— а разве это важно?

Впереди них шли Аяка с Гэто и Юкихарой. Заклинатель духов повернулся к девушке.

— сколько боёв пережил этот парень?

— чуть больше трёх сотен. —, прикинула Аяка.

— и ему... —, начал Гэто.

— двадцать три. —, закончила она.

— когда успел? —, поразился Гэто.

— среди кланов популярная такая вещь, как «бесконечный поединок». —, пояснила пепельноволосая.

Гэто перевёл взгляд на Юкихару. Фудзивара медленно, с закрытыми глазами, выдохнул, явно пытаясь не послать всех куда подальше.

— бесконечный поединок — это вид сражения между кланами. Суть заключается в том, что условный клан А посылает одного-двух своих лучших юных шаманов в клан Б. Клан Б выставляет против них всех своих юных шаманов, дерутся по очереди один на один, но без перерыва на отдых. Если гении клана А устоят, то клан А получает огромную репутацию. Если клан Б подавляет клан А, то репутацию получает клан Б, пусть и не столь большую. Ежели гении клана А устоят больше половины, репутацию получат оба.

— Энширо была права, ты ходячая энциклопедия. —, сказал ему Сугуру.

— это знает любой нормальный шаман. —, пренебрежительно отрезал аристократ.

— а Аяка...

— естественно, я тоже знаю. —, чуть обиженно перебила пепельноволосая.

— сомневаюсь, что представитель диких кланов смогла бы нормально объяснить. —, учтиво проговорил Сикике.

— я бы сказала, что двое против толпы дерутся. —, невинно развела руками.

— видите? —, многозначительно кивнул на девушку Юкихара.

— вижу. —, согласился заклинатель.

— долго нам ещё? —, грустно спросила Канате, лишённая персиков.

— почти пришли. —, обернулся к ней золотоволосый.

И действительно, через несколько минут они вышли к маленькой землянке, которая на самом деле оказалась входом в огромную подземную кузницу. Внутри было жарко, пахло металлом и пеплом. В центре, у печи, плескалась лава, а рядом с ней стоял массивный человек. Огромный, как гора — под два метра ростом, лысый, с мускулами, которые перекатывались под смуглой обветренной кожей. В руке он держал кувалду, которая была втрое больше обычной. Одет был в ремесленные одежды: косодэ и штаны, повязка на голову от пота.

— ебать... —, ошарашенно пробормотала Энширо, запрокидывая голову.

— кто пустил ребёнка в кузницу? —, прекратил стучать молотом по раскаленному металлу.

— я не!.. —, начала Энширо, но он уже перебил:

— поранишься.

— я не ребё!.. —, попыталась она снова, но мужчина уже нацепил на неё какую-то кирасу, от которой девочка тут же рухнула на пол под тяжестью.

— слабая. —, констатировал он.

Сатору и Гэто бросились к ней, поднимая с двух сторон.

— она больше двух килограмм не поднимет. —, сказал Сатору.

— да? —, почесал голову кувалдой с металлическим звуком.

— Куромаку-но Кими, мы... —, начал Гэто.

— просто Дзи. —, сурово прервал его кузнец.

— простите?..

— просто Дзи. —, повторил он и с раздражением плюнул в сторону. —, в гробу видал эти титулы.

— он именно такой, каким его описывали. —, шепнул беловолосый заклинатель другу.

— зачем пришли? —, недовольно спросил кузнец. —, если заказ...

— мы от Абэ-доно. —, сказал Гэто. Суровая гора мышц, только что готовая просто вышвырнуть их из кузницы, тут же расплылась в улыбке.

— а! От Абэ-доно! Энширо, Гэто и Сатору?

— я Энширо. —, пробормотала девочка, всё ещё лежащая под кирасой и перевернутым кабуто.

— Годжо-но Сатору! —, гордо выпрямился заклинатель.

— Абэ-но Гэто. —, приветственно поклонился. Дзи посмотрел на остальных, и парень быстро добавил. —, С нами.

— туда. —, махнул кувалдой в сторону прохода. —, там поговорим. Закончу только.

Полчаса спустя, когда кузнец закончил ковать какую-то деталь и зашёл в соседнюю комнату, все расселись на скамьях. Кроме Энширо, которая блаженно валялась придавленная бронёй.

— зачем пришли? —, спросил Дзи.

— Абэ-доно не рассказал? —, спросил Сугуру.

— нет.

Первым со скамьи поднялся Юкихара, как образцовый чиновник разворачивая длинный свиток.

— в соответствии с приказом Сына Неба по расследованию дела о появлении неизвестных идо...

— Будда... —, простонал кузнец, приложив кувалду ко лбу, уже не перевязанному тряпкой.

— простите?

— короче будь. —, буркнул мужчина.

— статуя. —, выпалила Канате, размахивая руками во все стороны. —, материал неизвестен. Человек в накидке. На краях империи.

— несуществующий... —, задумался Дзи.

— но приказ... —, грустно сказал Сикике, но свернул свиток, вернув самообладание. —, впрочем, я одобряю экономию времени.

— ты из какого клана? —, задал вопрос кузнец, глядя на аристократа.

— Фудзивара-но-Сикике Юкихара. —, холодно представился парень.

— Куромаку-но Дзи. —, протянул руку для рукопожатия. Юкихара протянул свою. Дзи сжал её так, что аристократ оторвался от пола, повиснув на руке, как тряпка.

— здравствуйте! —, подбежал Кин, почуяв возможность завести ещё новых друзей. —, меня зовут Кин! Я...

— золото? —, перебил Куромаку, рассматривая его волосы.

— ...ну, можно и так. —, смутился Кин.

— хороший мальчик. —, одобрил Дзи.

— будем друзьями? Будем? Будем же?!

— будем. —, кивнул кузнец.

На своей скамье Сатору пододвинулся к Гэто, шепча на ухо.

— и вовсе он не страшный.

— а с чего бы ему быть страшным?

— ты его видел?.. —, Годжо указал на двухметровую гору мышц.

— Сатору, не тебе об этом говорить.~ —, ехидно протянула Аяка. —, ты вообще как умалишённый выглядишь.~

— а разве он не и есть безумный? —, недоуменно указал на беловолосого кузнец.

— воистину, так и есть. —, подтвердил Юкихара.

— нет! —, завопил Сатору.

— вот те на... Привели безумца в мою кузницу. —, покачал головой. Сатору грустно зарылся лицом в плечо Канате. —, он думает, что он кот?

— он вообще не думает. —, засмеялась Канате.

— Дзи. К делу. —, нетерпеливо попросил Сикике.

— делу? —, переспросил кузнец.

— идолы. Несуществующий материал. Похож на самоцветы.

— а! —, радостно поднял кувалду, опустил. —, мне бы образец...

— неразрушимы. —, сказала Акихиро.

— насколько? —, нахмурился Дзи.

— ну-у.~ —, мило улыбнулась Аяка. —, я попыталась его разбить, но ничего не получилось.~

— Будда! —, схватился за голову, случайно огрев себя кувалдой. —, это же из чего надо строить?! Мои лучшие творения и те без царапины не обходятся.

— поэтому мы и пришли. —, хихикая сообщила пепельноволосая.

— а что же ваш учитель? —, спросил мужчина.

— на Цусиме. —, коротко ответила она.

— м-да...

— к сожалению, в отличие от Левой, я не силён в полевых расследованиях. —, уже без типичной наивности начал Кин. —, однако, если он неразрушимый, почему нельзя его просто забрать вместе с куском скалы?

— ого. Он умный. А так и не скажешь. —, сказала Иэри, с улыбкой повернулась к Годжо. —, Сатору, учись.

— почему я?! —, возмутился заклинатель.

— аййййййййййй... —, яростно взъерошила волосы Хи-но Кими. —, как же это раздражает. У нас даже нет конкретной цели.

— разузнать о... —, тут же потянулся к свитку Фудзивара.

— да я не об этом, Юкихарочка-доно. —, перебила она.

— а о чём?

— природу мы выяснили. Назначение нет. Способности выяснили. Автора нет.

— предлагаешь сдавать данные Сыну Неба? —, предположила Канате.

— хм.~ —, задумалась девушка. —, нет, думаю, дождаться новостей от учителя.~

— он не даст. —, возразила Акихиро.

— думаешь?~ —, улыбнулась Аяка.

— они с Сыном Неба не друзья. —, напомнила Канате.

— у него вообще друзей нет. —, добавил золотоволосый.

— в таком случае, я предлагаю разделиться. —, сказал аристократ.

— куда?.. в смысле, на кого? Ой, тьфу... короче, зачем? —, спросила Энширо, приподняв голову в шлеме.

— давайте ещё раз структурируем… — начал Юкихара.

— без меня. —, махнул кувалдой Дзи.

— прошу прощения.

— прощаю.

— Юкихара, солнышко, сразу к делу. —, попросила девочка.

— вам стоит снять кирасу. —, оценивающе смерив её взглядом ответил парень.

— это броня уровня Кампаку! —, возмутился кузнец.

— она не может даже сесть. —, указал на распластанную на полу Энширо.

— привыкнет. —, отмахнулся мужчина.

— так куда мы едем? —, в который раз спросила беловолосая.

— вы — сами решайте. —, отрезал Фудзивара. —, но лично я отправлюсь в клан Фудзивара, посоветоваться с Императором Печатей.

— тогда я к патриарху Акихиро-но Исонао, тоже спрошу. —, подняла голову Канате. —, взрослые должны знать больше.

— и что же это получается.~ —, театрально склонила голову набок Аяка.

—мы к учителю? —, подсказал Кин.

— упаси Будда.

Сатору хотел что-то сказать, но Юкихара ткнул в него пальцем:

— вы. В Энряку-дзи.

— за что?.. —, простонал парень.

— Аяка, ты куда-то поедешь? —, поинтересовался Гэто. Получив отрицательный жест головой, кивнул. —, тогда мы останемся с тобой.

— я вам больше всех нравлюсь?~

— да.

— мило.~ —, промурлыкала пепельноволосая.

— Вы и её тоже используете?.. —, с ужасом спросил золотоволосый.

— да.~ —, подтвердила Аяка.

— мой друг! —, подхватил Энширо вместе с кирасой на руки. —, я защищу тебя от злобных планов Аяки-но Отоно!

— ...откажусь. —, ошарашенно выговорила девочка. —, но спасибо.

— точно? —, обиженно спросил Кин.

— справлюсь. У неё сливы. —я отмахнулась Энширо.

— то есть, Юкихара к своим, Канате к своим, а мы тут с Аякой? —, подняла три пальца Иэри. —, или я что-то упустила опять?

— если хотите, можете со мной. —, предложила Акихиро. —, но вам не понравится.

— я с тобой! —, вскочил Сатору.

— свадьба? —, спросила девушка.

— ...потом...

— злодей.

— вот и порешили. —, облегчённо стукнул кувалдой по полу Дзи, к которому, в итоге, вообще непонятно зачем пришли. —, а теперь марш из кузницы. Ежели я узнаю чегось, сразу вам скажу. —, добродушно помахал кувалдой.

Ночь того же дня. Сад Хи-но Аяки был залит лунным светом. Пруд с рыбками отражал звёзды и бледное лицо самой хозяйки. Аяка сидела на берегу, поджав колени, и смотрела в воду. К ней бесшумно подошёл Гэто и сел рядом.

— что-то случилось? —, спросила она, не оборачиваясь.

— я хотел поговорить с тобой. —, сказал Гэто.

— м?~ —, игриво улыбнулась. —, ночью, со мной, наедине?~ —, получив спокойный кивок, усмехнулась. —, тебя Юкихара покусал?

— может быть.

— и это я-то извращенка?..~ —, весело растянула пепельноволосая.

— Аяка, ответь. —, попросил парень.

— ты ещё ничего не спросил. —, с интонацией Энширо ответила девушка.

— мы с Сатору поговорили. —, пауза. Поводил запястьем в воздухе. —, мы не можем тебе доверять.

— вот как?~ —, невинно улыбнулась.

— подумай сама. —, рубанул воздух ребром ладони. —, ты представляешься неизвестной фамилией, вся в ранах. Ладно. Ты говоришь, что путешественница, а потом оказывается, что у тебя поместье высшей аристократии.

— такое бывает. —, пожала плечами Аяка. —, среди аристократов-шаманов многие используют путешествия, чтобы набраться опыта. Например, твой любимый Юкихара.

— действительно. —, кивнул. —, но почему ты пошла в Наниву? Учитель. При этом ты скрываешь, кто это. Какой в этом смысл? Помимо этого — Кин.

— а с ним то что не так?~

— он, как и ты, не знает свой ранг, но сражался уже сотни раз. —, призвал маленькое проклятье-осьминога. —, я, будучи одним из самых частых участников миссий в будущем, прошёл всего пару десятков битв. Из которых девяносто процентов с проклятьями.

— вау.~ Я поняла, что ты не веришь. Но чему именно?

— твоим целям. —, указал на неё пальцем. —, ты точно помогаешь? Точно ли ты не причастна к идолам? Почему Абэ-но Сэймей насторожен по отношению к тебе?

— как бы сказать... —, по-настоящему задумалась девушка.

— как есть.

— сбежишь.

— помимо всего вышеперечисленного, к тебе приходит Император, которому из дворца вообще путь заказан. —, надавил Сугуру.

— откуда... Сатору проболтался? —, прищурилась.

— скорее я сам вытряс. —, усмехнулся заклинатель.

— фууууууууууууууууууууууф.~ —, согнулась, уткнувшись лицом в колени. Гэто сверлил её взглядом. Она подняла голову, и на лице снова засияла милая улыбка. —, ладненько!~ Но только тебе.~ —, подползла к нему, наклонилась к уху и прошептала что-то.

— нет... —, побледнел парень. Аяка продолжала шептать. Гэто в панике дёрнулся и, потеряв равновесие, с громким плеском рухнул в пруд. Аяка засмеялась.

— ты напугал рыбок.~

— тьфу-тьфу-кхэ! Да не о рыбках сейчас надо переживать!

— а о чём?~ —, невинно спросила пепельноволосая.

— ты... Он... Они... И ты... И Сын Неба... Это противоречит всем известным в будущем источникам! —, замахал руками заклинатель.

— каким, например?~

— да хоть Нихон Коки! Ни ты, ни Кин не были вообще известны в истории.

— потерялись среди свитков?~ —, насмешливо предположила она.

— учитывая то, что ты мне рассказала, это маловероятно. —, вылез из воды, смахивая мокрые пряди со лба. —, ты человек?

— да. —, кивнула. —, Кин тоже человек. —, хихикнула. —, что будешь делать дальше?

— схожу в Сиай-Сиай-Дэру. —, ответил Сугуру.

— о?~ К еретику и Нанами?~

— да. Мне нужно посоветоваться с ними.

— Почему не Абэ-но Сэймей? —, удивилась она.

— Нанами у Ёхана. —, коротко пояснил парень.

— ладненько.~ —, девушка встала, отряхивая кимоно. —, что ты теперь обо мне думаешь?

— что ты та еще сука.

— вау. —, ехидно улыбнулась, коснувшись указательным пальцем нижней губы. —, а раньше ты почти не ругался.

— придушил бы. —, процедил Гэто.

— попробуй. —, предложила она.

— о нет, я ещё жить хочу. —, отмахнулся он.

— я тебе что, изверг?.. —, обиженно спросила Аяка.

— После тех рассказов Энширо о том, как ты работаешь с людьми, я уже ни в чём не уверен.

— удачи тебе в Сиай-Сиай-Дэру.~ —, по-детски весело рассмеялась пепельноволосая.

— а тебе здесь. —, ответил он. —, постарайся не убить никого.

— я не монстр.~ —, пропела девушка.

Пятнадцатого дня шестой луны группа добралась до Хосемура-Дэру — тайной деревни клана Акихиро, располагавшейся в котловане среди гор. Сатору, осматриваясь, не совсем понимал, почему она называется тайной, если всем, даже не членам клана, известно её расположение.

— ты была права, тут все как ты. —, сказал парень, глядя на прохожих с яркими волосами и глазами.

— не как я! —, надулась девушка. —, они другие! Я — особенная!

— а, у тебя больше. —, специально сказал Годжо, зная, как её это раздражает.

— ты не доживёшь до встречи с патриархом... —, прошипела Акихиро.

— а ничего, что я здесь? —, спросил заклинатель, сдерживая смех. —, тайная же...кхехехе...деревня.

— ты сейчас без бинтов, так что твои волосы и глаза похожи на побочную ветвь клана Акихиро. —, пояснила Канате.

— тоже белые?

— тусклые.

— это у меня-то тусклые?! —, возмущенно воскликнул Сатору. —, ты мои глаза видела?!

— по сравнению с моими они тусклые. —, с явным удовольствием парировала Канате.

— нет, тут, конечно, не поспоришь...

Они подошли к высокому зданию с резными воротами. Два стражника поклонились Канате и пропустили их внутрь.

— а ты важная фигура. —, заметил беловолосый.

— я дочь патриарха. —, напомнила Акихиро.

— точно.

— постарайся ничего не выкинуть лишний раз. —, предупредила она. —, пожалуйста.

— иначе?..

— иначе сдохнешь.

— от сисек?~ —, ухмыльнулся Сатору.

— от катаны патриарха в груди. —, холодно ответила Канате.

— я само олицетворение тишины. —, пообещал заклинатель, подняв руки.

Внутри зал патриарха оказался просторным, почти без стен — вместо них висели занавески с символикой клана. Высокий потолок с балками из красного дерева, в углах жаровни. За столом, заваленным драгоценными камнями, сидел Акихиро-но Исонао — мужчина лет сорока внешне с ярко-голубыми волосами, собранными в высокий хвост, и глазами цвета разбитого сапфира. В кимоно небесно-голубого цвета с изумрудными облаками. Рядом со столом стояли две парные катаны — изумрудная и сапфировая.

— патриарх. —, поклонилась Канате. Сатору тоже поклонился.

— что за ничтожество ты привела? —, поднял взгляд мужчина.

— это мой жених.

Резко перестав перебирать камни Исонао пустил по залу волну проклятой энергии.

— повтори. —, процедил он.

— отец, он Дайдзё-дайдзин Джики!

Мгновенно сменив гнев на милость патриарх оказался рядом с Сатору, хлопнул его по спине так, что тот чуть не упал, и радостно заявил:

— Что же ты сразу не сказал?! Рад видеть тебя в нашем клане!

— даже Энширо так быстро не переобувалась... —, шокированно пробормотал беловолосый, выпрямляясь.

— пере-чего?.. —, спросил у Канате Исонао.

— он путешественник, нахватался разных диалектов. —, ответила девушка.

— ещё и путешественник! —, сильнее обрадовался патриарх. —, когда вы собираетесь заключить союз?

— патриарх, сначала необходимо разобраться с делом идолов. —, быстро сказала Канате, видя, что Сатору вот-вот пошлёт патриарха куда подальше и от зала ничего не останется.

— почему? —, недовольно спросил мужчина. Канате вкратце изложила всё, что им было известно. Патриарх мрачнел с каждым словом. —, понято. Проклятье. —, повернулся к Сатору. —, прости, э... как там тебя?

— Годжо-но Сатору.

— Сугавара-но-Годжо? Ты из великого клана? —, не веря своей удаче спросил Исонао.

— Н-нет, мне фамилию дала Хи-но Кими... —, стушевался Сатору, почуяв западню. Или что-то похожее на западню.

— Аяка... —, недовольно сложил руки на груди патриарх. —, опять ты, малявка...

— патриарх. —, осторожно начала Канате, пытаясь подобрать подходящие слова. —, это не важно, мы всегда можем сменить ему фамилию.

— и правда. —, согласился Исонао. —, он будет Акихиро-но Сатору, когда вы заключите союз.

— я не планировал менять клан... —, начал Годжо.

— что?! —, взловался мужчина, хватаясь за сапфировую катану. —, ты хочешь быть с моей дочерью, но не намерен вступать в клан?! Немыслимо! Какая наглость! Даже если ты Джики, должны же быть пределы твоему высокомерию!..

Канате посмотрела на Сатору взглядом, который ясно говорил: «завали ебало, блять, пожалуйста». Сатору перехватил его, моментально пересчитывая идеальный выход из ситуации, на основании известного ему о патриархах Хэйана.

— прошу прощения, я неверно выразился, патриарх.

— и что же ты хотел сказать? —, осведомился Исонао.

— не собираюсь менять клан, пока мы с Канате не заключим союз. —, дипломатично ответил Годжо. Отсрочка, но в данный момент лучше, чем ничего.

— то-то же! —, мигом успокоился мужчина, снова одарив его добродушным хлопком.

— отец, дело... —, напомнила девушка.

— я созову старейшин, и мы обсудим ситуацию. —, перебил её патриарх. —, пока что отдохни, ваши покои уже готовы. Совместные.

— совме... —, собрался возмущаться парень, но Канате схватила его за шкирку и потащила к выходу.

— ну и ну, а ведь я не успел спросить, в чём заключается его Джики... —, вернулся к столу Исонао. —, успею. Я создавал изумрудную стрелу... Стрелу... Вот же дети, отвлекают... Гохэй!

— слушаю, патриарх. —, мгновенно появился в дверях слуга.

— созови старейшин на экстренное...кхем, завтрашнее собрание. —, приказал Исонао.

— что делать, ежели Хомма-доно снова не захо...

— скажи, что связано с несуществующими минералами.

— слушаюсь. —, слуга исчез.

Ночь они проводили в покоях Канате. Сатору лежал на циновке, глядя в потолок.

— ты правда хочешь выйти за меня? —, вдруг спросил он.

— а у вас, в будущем, это табу? —, саркастично спросила девушка, ухмыляясь. Парень мотнул головой. —, тогда в чём проблема? Ты мне нравишься, я тебе нравлюсь, мы уже занимались соитием.

— это называется секс. —, поправил он.

— засунь себе свои чудные слова куда подальше. —, отмахнулась Акихиро.

— но ты гораздо старше. —, сказал Годжо.

— это важно? —, удивилась она.

— да?

— нет. —, отрезала Канате. —, да и десять лет не такой уж большой срок. Бывало и побольше.

— успокоила. —, прыснул Сатору.

— а ты против? —, поинтересовалась она.

— я... Я не знаю. —, замялся беловолосый заклинатель. —, ты мне нравишься. Энширо тоже мне нравится. Я не знаю. Правда.

— оу, да у тебя синдром Аяки. —, рассмеялась Акихиро.

— что?.. —, не понял Сатору.

— аяка тоже вечно не может определиться. —, хихикая, пояснила Канате. —, то она любит Кина, то Эми, то учителя, то ещё кого-нибудь найдёт.

— сколько у неё было партнёров? —, задал вопрос заклинатель.

— больше, чем у меня врагов.

— а сколько у тебя врагов?

— семь. —, ответила она.

— тьфу ты. —, выдохнул Сатору.

— ты хочешь, чтобы у меня их было больше?.. —, засмеялась ещё сильнее девушка.

— я ничего не хочу. —, отмахнулся он. —, хватит ржать, я чувствую себя, будто разговариваю с собой, будучи Гэто.

— тогда спи. —, велела Акихиро. —, тебя никто не торопит. Почти. Отец уже готовится к принятию тебя в главную ветвь.

— он сильный. —, признал беловолосый. —, но будь у меня включена «Бесконечность», его аура бы не прошла.

— да. —, согласилась Канате. —, но тогда бы он узнал, что ты не обычный Джики.

— Джики бывают обычными?

— твои глаза — Джики. Твой Синий — Джики. Твой барьер — Джики. —, загибая пальцы перечислила Канате. —, все разные. Ты не Джики, по факту, а Митсуджики.

— ты просто сложила три[митсу] и Джики[прямой]? —, переспросил Сатору.

— это не я придумала. —, буркнула девушка. —, спи. Или, быть может, тебе снова не спится и мне применить оглушающий удар? —, со сторону Годжо сразу послышался храп. Усмехнувшись, Канате тоже легла спать.

Глава 5. Два клана

На следующий день, в зале для совещаний был собран совет старейшин. Патриарх Акихиро-но Исонао сидел за своим столом. В зале, по три человека с каждой стороны, стояли пять старейшин и Акихиро-но Хомма.

Хомма был молодой, лет двадцати пяти на вид, выше патриарха, мощнее внешне. Волосы трех цветов, нефритовый, топазовый, хризолитовый — собраны в обычный хвост простым шнурком, чтобы не мешались. Глаза цвета нефрита, с переливами. На предплечьях были массивные нефритовые утяжелители, которые он, кажется, не снимал никогда. Носит трёхцветное кимоно (сочетание зелёного, золотисто-жёлтого и жёлто-зелёного).

Старейшины были глубокими стариками, однако, не утратившими своей цветности. Каждый всем своим видом олицетворял свою ветвь, от кимоно и волос, до глаз.

Первый старейшина, представлявший ветвь рубина, Акихиро-но-руби Акасукэ, имел бороду ярко-малинового цвета, лысую голову и глаза карминового оттенка. Слегка сгорбленный, сидел на стороне левой руки патриарха.

Второй старейшина, представлявший ветвь сапфира, Акихиро-но-сафи Сэйдзюро, выглядел моложе, с короткими волосами такого же оттенка, что и у патриарха, но тускнее. Без бороды, с идеальной осанкой и посохом на коленях.

Третий старейшина, представлявший ветвь изумруда, Акихиро-но-эмерарудо Мидорихико, стоял рядом с Хоммой. С длинными глубокого зелёного цвета волосами и серыми глазами из-за слепоты.

Четвёртый, отвечавший за самую сильную в прямом столкновении ветвь, ветвь алмаза, Акихиро-но-мондо Кэнки, сидел рядом со вторым старейшиной. Его волосы и борода были длинными, снежно-перламутрового оттенка, без радужных переливов. Глаза подобные Исонао, но кристально-белого оттенка, с трещинками в радужке. Он выделялся даже телосложением, которое не уступало молодому Хомме.

Последний, пятый старейшина, был главой ветви отвечающий за знания и исследования. Ветвь жемчуга, который минералом то назвать можно было с натяжкой. Акихиро-но-синдзю Тамао выглядел самым старым среди всех. С редкими прядями длинных серых волос, такого же цвета длиной бородой и глазами, как у Хи-но Аяки, но с зрачками и без искр.

Исонао положил руки на стол, и дерево жалобно скрипнуло.

— мы собрались здесь. —, начал он с металлической ноткой. —, для обсуждения дела о несуществующих минералах.

— патриарх, есть ли у нас образец? —, степенно осведомился Хомма, чуть наклонившись вперёд.

— они неразрушимы. —, ответил Исонао. Старейшины зашевелились, заскрипели циновки.

— бывают ли вообще неразрушимые материалы? —, тихо задумался Мидорихико.

— нет. —, отрезал первый старейшина. —, Даже у Куромаку-но Дзи не получается создать неразрушимое.

— а если это по аналогии с великими свитками? —, предположил пятый старейшина, все повернули к нему головы. Кашлянул. —, ещё в молодости я слышал, что если свиток с знаниями наполнять знаниями столь глубокими и запретными, что ни одна страница не выдержит такого, то свиток обретёт разум и нерушимость.

— насколько это близко к правде? —, с сомнением задал вопрос второй старейшина.

— довольно близко. —, отозвался Кэнки. —, например, если взять три рубина и превратить их в гурерубин, он становится в пять раз крепче и мощнее. —, хрустнул пальцами, сжав кулак. —, но не неразрушимым.

На несколько мгновений в зале повисла тишина. Слышно было только, как потрескивают жаровни в углах. Исонао медленно обвёл взглядом собравшихся.

— я согласен с пятым и четвертым старейшинами, если мы говорим о механизме действия. —, сказал он, повернув голову к четвёртому. —, воистину, если мы сольём пару сотен рубинов, он один может стать нерушимым.

— но у нас нет столько! —, воскликнул Сэйдзюро, чуть не выронив посох.

— есть. —, ответил первый с ледяной усмешкой. —, но не для таких целей.

— суть в том, второй старейшина. —, мягким тоном начал наследник, открыто улыбнувшись. —, что у кого-то могло быть много камней, и он слил их в эти идолы.

— если это так, то ему понадобилось бы на один идол столько минералов, сколько не будет и во всём клане Акихиро! —, не унимался второй старейшина.

— достаточно. —, оборвал его четвёртый старейшина. —, ищем другой путь.

— если он поглощает и накапливает энергию, то мог бы и сам превратить себя в неразрушимое. —, медленно проговорил Тамао, постучав пальцами по циновке.

— на это понадобилось бы невероятное количество энергии... —, пробормотал Исонао.

— которое есть у Десяти Возбудителей. —, спокойно закончил за него Хомма.

— верно. —, кивнул глава клана.

— если это кто-то из них, то не стоит лезть в это дело! —, всплеснул руками Акасукэ, затем указал размашистым движением в направлении Хэйан-кё. —, так и передайте Сыну Неба! Он должен быть благоразумен!

— ах ты старый хрыч! —, заорал второй старейшина и стукнул посохом по полу так, что по залу пошла дрожь. —, да покуда имеется на свете мастер, творящий такое, он порочит честь клана Акихиро! А ты предлагаешь сдаться?!

— успокойтесь. —, грозно проговорил Кэнки , поднявшись. —, ссоры ни к чему не приведут.

— если мы говорим о силе разряда Десяти Возбудителей. —, начал патриарх. —, то не стоит сбрасывать со счетов материк.

— последний раз, кроме торговцев, из То кто-то прибывал ещё когда я был Дзюити-и. —, напомнил ему пятый старейшина.

— это в открытую. —, парировал четвёртый. —, а тайно?

— а тайно там бывала Хи-но Аяка. —, припечатал Исонао, потерев лоб. Все переглянулись. Хомма первым нарушил молчание.

— нам необходимо собрать сведения о шаманах, равных Возбудителям, в Китае. —, сказал он твёрдо.

— Хомма-доно прав. —, согласился Мидорихико. —, но разве можем мы послать кого-то туда?

— я мог бы... —, с гордостью сказал четвертый старейшина.

— тебе уже вторая сотня лет! —, перебил его пятый.

— мне всего восемьдесят четыре! —, возмутился Кэнки. —, я молод и полон сил!

— ты рассыпешься, если неправильно чихнёшь. —, кашляюще усмехнулся второй старейшина, и они бы ещё долго препирались, если бы Исонао хлопнул рукой по столу.

— хватит! —, рявкнул мужчина. —, у нас что, в клане недостаточно людей для разведки?!

— патриарх. —, выступил вперёд Хомма. —, разведка разведкой, но материк слишком опасное место для...

— ты всё ещё опасаешься истории с Моримаса Катанамори?

— патриарх, это не беспочвенные опасения. —, ответил вместо Хоммы Акасукэ. —, нам не следует посылать туда людей бездумно.

— а кто говорит о бездумном? —, осадил его глава клана и перевёл взгляд на остальных. —, кого вы предложили бы? Я отдаю предпочтение Акихиро-но-Эмерарудо Кире в этом вопросе.

— из моей ветви?! —, воскликнул Мидорихико, тут же взяв себя в руки. —, хотя... Согласен, она справится. Но её язык...

— вот именно. Язык. —, улыбнулся патриарх. —, она умеет достать сведения откуда угодно. Отправьте ей приказ, и... —, грозно посмотрел на них, надавливая проклятой энергией так, что спокойно выдержали только Кэнки и Хомма. —, сами займитесь этим делом. Ежели, не приведи Будда, вдруг окажется, что кто-то из нашего клана причастен к этому делу. —, замолчал, многозначительно откинувшись за столом.

— как прикажете, патриарх. —, поклонился наследник, выходя.

Старейшины начали расходиться, тихо перешёптываясь, а Исонао остался сидеть за столом, глядя на разбитое дерево. Он чувствовал, что это дело только начинается.

В тот же день, но позже, Исонао пригласил Канате и Сатору в свой зал. Патриарх сидел за столом, его лицо было сосредоточенным.

— мы полагаем. —, начал он без предисловий, —, что человек, создавший эти статуи, пришёл с материка.

— серьёзно? —, удивился Сатору. —, неужели Ли Лунсян прискакал?

— кто такой Лунсян? —, осведомился Исонао.

— патриарх, в Китае есть свой союз шаманов. —, дипломатично объяснила Канате. —, сейчас там живёт человек, известный как «Исступлённый Асура» — Ли Лунсян.

— это может быть он? —, ухватился глава клана.

— не знаю. —, честно ответил Годжо. —, но вроде как он боевыми искусствами балуется, а не минераломагией.

— мы направили...кхем, направим в Китай Акихиро-но-Эмерарудо Киру. —, отбросив размышления о всяких Лунсянах сообщил Исонао.

— ой-ё... —, прикрыла глаза рукой девушка.

— а что с ней не так? —, поинтересовался заклинатель.

— с ней — ничего. —, холодно отрезал мужчина. —, но до материка ей как минимум двадцать дней плыть, а в худшем случае, две луны.

— получается, мы сидим и ждём? —, скучающе развалился на циновке беловолосый.

— ну, я и не думала, что мы быстро выясним, что произошло. —, села рядом Акихиро.

— есть время сыграть свадьбу! —, радостно встал Исонао. Годжо закашлялся с примесью «блять-блять-чтожтакое». Мужчина ошарашено уставился на него. —, это ты на каком языке?..

— э... Эншировском. —, быстро нашёлся парень.

— не слушайте его, это мантра такая. —, вставила Канате.

Исонао покачал головой, но его взгляд уже переключился на дочь.

— ты точно уверена, что хочешь заключить с ним союз? Даже если он Джики...

— уверена.

— не буду отговаривать. —, кивнул мужчина. —, нашему клану шаман Джики всегда будет полезен.

На четырнадцатый день шестой луны десятого года Дзёва Юкихара прибыл в Азамура-дэру, тайную деревню клана Фудзивара, и сейчас стоял в глубоком поклоне перед патриархом в зале для докладов.

В отличие от освещённого и приветливого на вид зала Акихиро, здесь царила полутьма. В центре, на возвышении, стоял диван патриарха Фудзивара-но Ханами. Все занавески были абсолютно черными, с белыми печатями на них.

Сам патриарх, Десятый Возбудитель, Император Печатей, который по слухам мог ненадолго запечатать даже первую пятёрку сильнейших, выглядел как сгорбленный старик, постоянно опирающийся на посох. Полностью лысый, с длинной белой бородой, кустистыми бровями и закрытыми глазами. В парадном белоснежном кимоно

— докладывай, юный сикике. —, проскрипел Ханами, величественно махнув рукой.

— слушаюсь. —, ответил Юкихара, разворачивая длинный свиток не разгибая спины. —, согласно проведённому нами расследованию... —, начал зачитывать, стараясь говорить чётко и без запинки, хотя внутри у него всё дрожало. Перечислил действия группы за последний месяц: встречи, бои, перемещения, наблюдения.

Ханами слушал, не открывая глаз, и лишь изредка постукивал пальцем по посоху.

— хорошо. —, сказал он, когда парень закончил. —, ты пробовал использовать обратную печать восьми направлений?

— несомненно, патриарх. —, ответил Сикике, стараясь, чтобы голос не дрожал. —, нулевая реакция.

— и почему же это не освещено в докладе? —, осведомился патриарх.

— потому что доклад, не приведи ками, могут украсть. — ответил Фудзивара, сворачивая свой свиток.

— что ты думаешь о Хи-но Аяке? —, поинтересовался старик.

— поистине невоспитанный представитель диких кланов, однако имеющая высокий потенциал, образование и...

— наглость! —, заорал Ханами, со свистом взмахнув посохом. —, как смеешь ты хвалить своего врага?!

— это объективная оценка... —, опешил шаман. На такую реакцию патриархов данных в свитках не было.

— невиданно! —, глава клана вскочил с дивана, глаза вспыхнули гневом. —, ты знаешь, кто её учитель?

— нет, патриарх. —, коротко качнул головой аристократ. Ханами снова опустился на диван, и его голос стал спокойным, почти безразличным.

— понятно. В таком случае, на сегодня ты свободен. —, Юкихара хотел было спросить о дальнейших действиях, но Ханами оказался быстрее. —, следи за Хи-но Аякой.

— простите?.. —, переспросил Сикике.

— следи! —, гаркнул старик. —, если появятся приспешники её учителя.

— появился Кин. —, тут же выдал парень.

— проклятье! —, забарабанил посохом по полу с такой силой, что от стен посыпалась пыль. —, о, Будда! Живо созвать всех старейшин! Хил, где тебя носит?!

Из-за занавески появился слуга — высокий, худой, с вечно испуганным лицом.

— слушаю, Ханами-но Кими. —, пролепетал он, кланяясь.

— созвать совет сегодня же!

— Фудзивара-но-Дзенин Наофуми отсутствует...

— где опять носит этого молодого отброса?!

— отправился в Наниву. —, обречённо сознался слуша.

— я спросил где?! —, взревел старик.

— он расследует дело о передвижениях Рёмен-но Сукуны. —, почти прошептал Хил.

— кто дозволил?!

— самовольно, с молчаливого разрешения совета старейшин...

— проклятье... —, схватился за голову. —, вели ему немедля возвращаться!

— слушаюсь. —, исчез так же быстро, как появился. Ханами повернулся к Юкихаре, который стоял неподвижно, как статуя.

— будешь присутствовать и доложишь ещё раз. —, приказал он.

— как пожелаете. —, низко поклонился.

— иди пока. Мне надо думать.

Выйдя из здания, парень прислонился к косяку, шумно выдохнув. Первый же его доклад лично патриарху оказался страшнее, чем жить месяц с умалишённым.

— хил-доно, могу я спросить? —, вдруг рискнул Юкихара.

— конечно. Что такое?

— почему Император Печатей так взбесился из-за Кина?

— потому что люди, не знающие своего ранга, всегда опасны. —, сказал он и добавил тише. —, чем это грозит, спросишь ты? Хах, твоей смертью.

— но Аяка добрая...

— аяка? —, Хил рассмеялся сухим смехом. —, ты слишком юн и слишком мало знаешь.

— могу ли я узнать больше? —, спросил шаман с отчаянием.

— не от меня. — отмахнулся Хил и ушёл.

Вечером того же дня в зале патриарха собрался совет старейшин. Ханами сидел на своём полутроне, его лицо было мрачнее тучи. Слева от него стояли два старейшины, справа один и Юкихара. Они выглядели такими старыми, что казалось, их вообще не интересует ничего, кроме того, как бы побыстрее помереть.

— проклятый Наофуми. —, проскрипел патриарх сквозь зубы.

— Ханами-но Кими, Наофуми-доно сказал... —, проговорил первый старейшина.

— что он сказал?

— «передайте старику, что я вернусь как только сочту нужным». —, ответил с слабой насмешкой уже второй старейшина.

— наглость! —, фыркнул третий старейшина, но Ханами стукнул посохом, и все замолчали.

— тишина. —, приказал он. —, он может себе это позволить в соответствии со своей силой и влиянием.

— но патриарх...

— если ты против, пойди и сразись с ним. Справишься?

— был бы я моложе

— вот и молчи. —, величественный жест на юного шамана. —, Юкихара, докладывай.

Вздрогнув, парень развернул свой бесконечный свиток и зачитал всё сначала. Не упуская ничего, включая не освещенные в свитке моменты.

— и что? —, спросил первый, когда Сикике завершил рассказ.

— мальцу силы на печать не хватило. —, сказал второй, качая головой. —, пусть отправится кто-то из отряда подавления.

— верно. —, поддакнул третий. —, Ханами-но Кими, зачем был совет?

— старые глупцы, неужели у вас завяли уши?! —, заорал глава клана, вскочив с трона и начав барабанить посохом по полу. —, он же называл членов группы!

— Будда! Хи-но Аяка! —, выдохнул первый старейшина, схватившись за голову.

— и Правый... —, опасливо добавил второй.

— дошло. Наконец-то. —, медленно сел обратно патриарх.

— необходимо собрать членов первых отрядов. —, поднял руку третий старейшина.

— и что ты будешь с ними делать? —, устало-ядовито спросил Ханами.

— готовиться. —, ответил старейшина.

— к чему? —, прикрыв глаза рукой, в ожидании очередного бреда, задал вопрос патриарх. Зачем он вообще их собрал? Чтобы что? Чтобы юный Сикике, который уже косится на старейшину своей ветви, разуверился в клане? Тц...

— к битве! —, воскликнул первый. Ханами ожидал чего угодно, вплоть до «мы пойдем к Сыну Неба с отрядом для вопросов», но только не ЭТОГО. Застонав, патриарх чуть не упал со своего полутрона.

— идио-от! —, отчаянно вытянул руки в его сторону. —, ты собрался сражаться с двумя неизвестными силами, которых опасается сам Ёсифуса-но Кими?!

— у нас есть два возбудителя! —, возразил второй.

— Будда, дай мне силы... —, глава клана в который закрыл лицо руками, глядя сквозь пальцы в потолок. —, Наофуми, где же ты...

— он недоволен. —, тихо заметил третий старейшина второму.

— я и сам вижу. —, прошептал тот тот.

— а что не так?

— видимо, расклад сил. —, предположил второй.

— Будда! —, резко опустил руки, подавшись вперёд. —, вы помните, что произошло во время эпизода с демоническим императором двадцать лет назад? —, он ткнул посохом в первого старейшину.

— как не помнить! —, воскликнул старик, в кои-то веки хоть немного оживившись. —, он тогда в одиночку уничтожил три отряда шаманов Сына Неба, одолел прошлого Императора Теней и сравнял с землёй три деревни малых кланов...

— вот именно. —, кивнул Ханами

— Но наш противник не Демонический Император! —, возразил второй старейшина.

— позвольте спросить... —, подал голос Юкихара, тихо стоявший во время всей этой перепалки. Все повернулись к нему. —, а кто учитель Аяки?

— тебе пока нельзя знать. —, холодно сказал патриарх, величественно указав на него посохом. —, для твоего же блага.

— воистину. —, кивнул первый старейшина. —, если хочешь жить и не пасть жертвой Эми.

— Эми? —, переспросил аристократ.

— центральный. —, буркнул второй старейшина, скривившись как от лимона.

— но патриарх. —, снова заговорил третий. —, если нельзя сражаться, то что нам делать? Сын Неба заодно с ними, мы не можем полагаться на него.

— я знаю. —, выдохнул Ханами. —, нам надо вернуть Наофуми.

— Возбудитель Времени будет способен противостоять... —, закивал второй.

— нет. —, оборвал его патриарх. —, но он, в отличие от вас, имеет мозги! —, стукнул посохом. —, включите мозги, старые идиоты. Думайте. Хоть раз за последние двадцать лет.

— перемирие? —, неуверенно предположил второй старейшина.

— именно! —, глава клана радостно возвел руки к потолку. —, молодец! Сейчас мы не можем позволить себе активное противостояние, особенно учитывая, что собрались почти все Стороны Света и...

— это опорочит честь клана Фудзивара! —, вскричал третий старейшина.

— кто тебе сказал, что мы склонимся? —, поднял посох глава клана. —, ни за что! Мы воспользуемся ситуацией.

— как? —, спросил первый.

— Юкихара. —, повернулся патриарх.

— Слушаю, Ханами-но Кими? —, мигом отозвался Сикике.

— заслужи доверие Аяки.

— а потом?

— потом убей. —, сказал Ханами.

— патриарх, это невозможно. —, поднял руку второй старейшина. —, Юкихара силён, но против неё не потянет, даже если Аяка будет спать.

— знаю.—, проговорил Ханами.

— и как тогда?

— при помощи Наофуми.

— а он согласится? —, с сомнением спросил второй.

— куда денется? —, усмехнулся Ханами. —, однако дальнейшее мы обсудим сами. Юкихара, ты свободен.

— слушаюсь. — поклонился парень и исчез из зала, стараясь унести ноги, пока ему не придумали ещё какую-нибудь казнь. Чужую.

В Сиай-Сиай-Дэру Гэто прибыл на семнадцатый день шестой луны. Нанами и Цуки-но Ёхан сидели у костра, над которым висел котёл с дымящейся похлёбкой.

— что же привело тебя? —, спросил Ёхан радостно, разливая похлёбку по плошкам.

— давно не виделись. —, добавил Нанами, кивая Гэто.

— ты, я смотрю, стал менее уставшим. —, заметил Сугуру, принимая плошку.

— тренировки с Ёханом дают плоды. —, ответил Нанами. —, и природа.

— всего за четыре месяца? —, удивился заклинатель.

— поразительно?

— не очень. —, усмехнулся парень. —, ты сейчас?..

— Санги[середина первого уровня]. —, ответил Кенто.

— мальчики! —, воскликнул еретик, хлопнув в ладони. —, не хочу вас прерывать, но по лицу Гэто кажется, что он увидел призрака.

— фух... —, выдохнул Сугуру. —, близко к истине, дядя Ёхан.

— неудивительно. —, издевательски заметил Нанами. —, ты ведь и раньше их видел.

— это были проклятые призраки. —, поправил парень.

— о? О? —, склонил голову набок Кампаку. —, а сейчас?

— а сейчас... Ох, Будда всемогущий. —, потёр переносицу, начиная рассказ обо всём, что произошло за время, что они с Нанами не виделись. И про Куроцукури-но Кими, и про идолы, и про Хи-но Аяку, а также про Фудзивара и Акихиро.

— Канаточка! —, воскликнул Ёхан, когда заклинатель упомянул её имя. —, я помню её, когда ей было девять лет, и она выпросила у меня проклятый кинжал уровня Дзюити-и[предпервый].

— удивительно, что вы с ней знакомы —, сказал Сугуру, нахмурившись. —, разве вы не еретик?

— тогда я ещё был самым обычным шаманом. —, высунул язык, разведя руками. —, Дайдзё-дайдзин.

— вы и обычным шаманом? Ни за что не поверю. Так вот, когда вернулись и зашли к Куромаку-но Дзи... —, Гэто завершил историю о Правом и о том, что Хи-но Аяка оказалась Рёмен-но Аякой.

— это невозможно! —, подскочил Кенто, роняя плошку. —, ни в одном источнике не упоминается! Невозможно стереть из истории ученицу самого Рёмен-но Сукуны!

— можно. —, захихикал еретик, тыкая в Нанами. —, например, у вас, в будущем, кажется, нет данных обо мне, верно? А я не такая уж маленькая фигура среди шаманов.

— как бы то ни было, я не знаю, что делать. —, признал Сугуру, отставляя плошку. —, поэтому и приехал. Отдохнуть и спросить ваше мнение.

— откуда мне знать? —, отмахнулся Ёхан. —, будь я на твоём месте, сразу убил бы. Спроси у Сэймея, он может сказать что-то поинтереснее.

— согласен с учителем. Зачем позволять жить силе Сукуны? —, кивнул Нанами.

— но она совсем не похожа на него. —, возразил Гэто. —, она непосредственная, наивная, яркая, пошлая, трижды извращенка, но...

— не убийца? —, с улыбкой закончил за него Ёхан.

— кажется, да.

— она может скрывать. — предположил Кампаку.

— дядя Ёхан, Сын Неба, получается, в сговоре с Рёмен-но Сукуной против клана Фудзивара.

— в исторических свидетельствах... —, начал Кенто, но Ёхан перебил его.

— не думай слишком много. Это вредно.

— а вы разве не учёный? —, спросил Нанами.

— это другое. —, усмехнулся Ёхан и снова налил себе похлёбки. Посмотрел на Гэто. —, а ты останься пока. Мы не можем решить, что тебе делать, но ты можешь отдохнуть и принять решение. Или отсрочить. У тебя, малыш Сугуру, времени куда больше, чем даже у Абэ-но Сэймея. Хех.

На второй день седьмой луны в Азамура-дэру вернулся Наофуми, которого так ждал патриарх. Сикике на встречу приглашен не был, а потому ждал в своей комнате вместе с Хилом. Сидя на циновке, юный шаман сжимал кружку с травяным отварам, который слуга заварил только что. По всему дому разносились крики.

— Будда. —, помолился Хил, отпивая. —, и каждый раз так.

С потолка снова посыпалась древесная пыль, растревоженная криками. На этот раз прямо в чашку Юкихары. Тот даже не вздрогнул, только медленно перевёл взгляд наверх, где деревянные балки ходили ходуном.

— это с кем Ханами-но Кими ругается?.. —, отрешённо осведомился Сикике.

— с Наофуми, с кем же ещё? —, слуга пожал плечами.

— но разве они не из одного клана? —, удивился Юкихара.

— и что? —, поставил чашку на стол, глядя на собеседника. —, Ханами-но Кими и Наофуми-но Кими не ладят ещё с тех пор, как в двенадцать лет Наофуми-но Кими обыграл Ханами-но Кими в го.

— ...го? —, переспросил Юкихара.

— стратегическая игра. —, терпеливо объяснил Хил. —, популярна среди аристократии. Почему не знаешь?

— он обыграл патриарха в двенадцать лет?..

Вместо ответа раздался раскатистый крик из главного зала, следом — глухие удары посоха о пол. Звук был такой, будто кто-то долбил по деревянной бочке молотом. Хил и Юкихара переглянулись.

— Будда...

В зале патриарха было ещё хуже. Ханами уже давно вскочил со своего дивана-трона и стоял посреди комнаты, сжимая посох с такой силой, будто это была чья-то шея. Например, старейшин. Или, лучше, Наофуми. Напротив него, в дешёвом сером косодэ, с лохматыми, нечёсаными чёрными волосами и четырьмя вакидзаси на поясе, стоял Фудзивара-но-дзенин Наофуми. Его ярко-голубые глаза горели тем же яростным огнём.

— старый ты кусок трухлявого пня! —, ткнул в Ханами пальцем. —, что ты опять задумал?

— да как ты смеешь?! —, заорал в ответ патриарх, барабаня посохом по полу. —, я управляю кланом в три раза дольше, чем ты живёшь!

— В два целых тридцать шесть сотых раза. —, издевательски поправил его Дзенин.

— молчать!

— маразматик. —, констатировал парень. —, ты уже даже не помнишь, сколько правишь.

— наглость! —, Ханами шагнул вперёд. —, я твой патриарх!

— ты труп, сидящий на своём троне. —, отрезал император времени.

Ханами замер. Его лицо побагровело, жилы на лбу вздулись, и на несколько секунд показалось, что он сейчас лопнет. Выдохнул. Сделал паузу. Перехватил посох поудобнее.

— Наофуми, мальчик мой. —, спокойно начал глава клана, пытаясь достучаться. —, ты, несомненно, умён и силён. Но ты не достаточно долго прожил, чтобы понять, что Стороны Света — угроза ничуть не меньшая, чем сам Великий Император Разрушения.

— а с какой стати он угроза? —, парировал собеседник, сверля старика взглядом. —, будь он угрозой, ты бы сейчас тут не сидел. Твоя деревня...

— наша! —, возмущённо рявкнул патриарх.

— я уехал отсюда десять лет назад. —, напомнил Наофуми. —, не перебивай. —, улыбнулся, видя как этого старика вновь поглощает гнев. —, будь он угрозой, твоя. Деревня. уже давно была бы сожжена до тла. И ты говоришь — угроза?

— а по-твоему он не является угрозой?! —, взорвался патриарх, снова забарабанив посохом. —, несчастный щенок, опьяненный чужой силой!

— Ханами. —, холодно назвал парень. —, ты просишь меня убить ребёнка.

— она старше тебя!

— и в чём она виновата? В том, что у неё учитель — Сукуна?

— ты правда думаешь, что у этого проклятья может быть «добрый» ученик? —, поинтересовался старик, опираясь на посох.

— а при чём тут добро? —, Наофуми развёл руками, изображая невинное недоумение. —, она кого-нибудь убила за последнее время?

— могла! —, рявкнул Ханами.

— если я убью её, это изменит порядок сил в обществе шаманов, подорвёт власть Сына Неба и, что самое ужасное, навлечёт на тебя гнев Сукуны. —, аргументировал Дзенин, загибая пальцы на каждом пункте. —, и на меня.

— дак ежели оставить всё как есть, родится второй повелитель! —, заявил глава клана, приложив одну руку к лысой голове.

— Бездна всё ещё жив. —, невозмутимо напомнил император времени.

— он не считается! —, размашисто отмахнулся старик. —, из него никогда не мог получиться нормальный Возбудитель!

— из тебя, старый пень. —, заговорил Наофуми, глядя прямо в глаза патриарху. —, «нормальный» Возбудитель перестал получаться лет пятьдесят назад.

— неслыханная дерзость!

— анализ.

— я приказываю тебе как твой патриарх! —, заорал император печатей, тыча посохом в грудь собеседника. —, убей Рёмен-но Кими! Ученицу Рёмен-но Сукуны!

— иясики[самое близкое в нашем языке: жалкий отброс]. —, скривился парень. —, не.

— я изгоню тебя из клана! —, пообещал патриарх, барабаня посохом по всему вокруг в ярости. —, лишу должности! Сгною в…

— это вряд ли. —, насмешливо перебил Дзенин. —, у меня внутри клана поддержки больше, чем у тебя.

— немедля отправляйся в Хэйан-кё и…

— я сам решу, куда пойду. —, сказал Наофуми, развернувшись к выходу. —, отстань.

— ГРРРРРРРРААААААААААА! —, зашелся Ханами, ударяя по всей резиденции волной проклятой энергии. —, дерзкий юнец! Которому природа даровала великий талант и ни капли смысла! ХИЛ!

— с-слушаю? —, мгновенно появился слуга, чудом уцелевший под этим взрывом магии.

— срочно готовь мой паланкин! —, скомандовал Ханами.

— куда?..

— не твоё дело!

— слушаюсь. —, поклонился, исчезая.

На улице было свежо. После духоты и грохота особняка казалось, что мир стал чище и тише. Юкихара вышел проветриться от всех этих криков, которых он, слава всем ками, не видел лично. Он даже не заметил, как на его шею опустилась чья-то рука, пока не услышал знакомый по недавнему... Концерту, голос.

— привеееет!~ Это ты тот сикике, который занимался статуями?

— Наофуми-но Кими. —, мгновенно склонился в поклоне шаман. —, верно, это был я. Фудзивара-но-сикике Юкихара.

— да ладно тебе сгибаться! —, Наофуми махнул рукой. —, а то будешь как этот. —, кивнул на дом патриарха. —, хрыч горбатый.

— Наофуми-но Кими... —, медленно выпрямился Сикике. —, говорить так о патриархе...

— открой глаза, Юкихара. —, серьёзно сказал Дзенин. —, от него осталось одно название.

— это восстание? —, осторожно спросил аристократ.

— не дай Будда. —, усмехнулся император времени. —, это констатация факта.

Пятый Возбудитель замолчал, но уходить не собирался и просто молча смотрел на внутренне паникующего Юкихару.

— а кто, по-вашему, должен быть патриархом? — решился шаман.

— хуй знает.

— это слово... —, поперхнулся аристократ.

— меня научил забавный беловолосый ребёнок. —, с ностальгией пояснил парень.

— с оранжевыми глазами? —, уточнил Юкихара.

— о? Ты с ней знаком?

— ей пятнадцать.

— Будда! —, запаниковал Дзенин, едва ли не хватаясь за волосы. —, а так бы больше десяти не дал!

— надеюсь, вы не сказали ей об этом?

— сказал. —, сжал кулак, догадавшись о чем-то. —, а! Так вот почему она заплакала! Я уж думал, испугалась...

— как вы с ней встретились? —, поинтересовался Сикике, пытаясь перевести тему в более безопасное русло.

— я заходил к Дзи по дороге сюда. Она была там с ним и Правым.

— Наофуми-но Кими...

— Наофуми-доно.

— Наофуми-доно. —, послушно повторил Юкихара. —, на каком уровне Правый?

— эм...

— он мне не ответил. —, пояснил Фудзивара.

— а ты его видел?

— да. —, кивнул. —, он тоже в группе по делу идолов. Его послал таинственный учитель Хи-но Кими.

— Юкихара. —, уже менее беззаботно назвал Наофуми. —, ты планируешь убить её, или же нет?

— я не хочу её убивать. —, признал аристократ. —, несомненно, она грязный и невоспитанный дикий клан, но у меня нет причин её убивать.

— а приказ патриарха? —, улыбнулся Наофуми.

— кроме приказа патриарха. —, согласился парень.

— вот об этом я и говорил. Старый пень плюёт на мнение всех, кроме него.

— но... — начал было Юкихара, но не успел. На улице появился Ханами. Стоял, опираясь на посох, и его лицо было красным от гнева.

— НА-О-ФУ-МИ!!! —, заорал так, что с деревьев слетели птицы. —, не смей трогать Юкихару!

— т-трогать?.. — выдавил Сикике, припечатанный подавляющей энергией.

— иди к черту, касу[дословно: отброс, мусор] престарелый! —, бросил император времени, даже не повернув головы.

— Юкихара! Немедленно иди сюда!

— я... Э... Ну...

— идиот с бородой вместо мозгов! —, рявкнул Наофуми, щёлкнул пальцами в сторону юношо шамана. —, ты даже свою ауру уже не держишь!

Барьер, мгновенно вставший вокруг Юкихары, заставил его перестать дрожать. Он выдохнул и посмотрел на Наофуми с благодарностью.

— да что тут выдерживать?! —, искренне удивился Ханами. —, это ничтожное давле...

— покеда. —, сказал Наофуми, схватив Юкихару одной рукой.

— СТОЯТЬ!!! —, завопил Ханами и метнул посох, как копьё, прямо в Наофуми.

Но Наофуми вместе с Юкихарой уже исчезли. Посох пролетел сквозь воздух, ударился о стену и с глухим стуком упал на землю.

Ханами остался один. Он смотрел на пустое место, где только что стояли двое его якобы подчинённых. Лицо главы клана медленно наливалось багровым оттенком, которого не видели даже во время их предыдущей ссоры.

Глава 6. Китай и Дайдайри

Сад Хи-но Аяки, раннее утро третьего дня седьмой луны десятого года Дзёва. Пасмурно. Небо затянуто серой пеленой, воздух влажный, но дождя не было — только тяжёлая сырость, осевшая на листьях и траве. Сад пах мокрой землёй и поздними сливами.

Аяка сидела на веранде за низким столиком, поджав ноги под себя. Напротив неё, на циновке, сидел человек в дорожной одежде: чёрный плащ-кинугаса, под ним простое косодэ, на голове соломенная шляпа.

На столике, помимо чайника с заваренным дорогим напитком, стояли небольшие плошки с умэбоси[кислая слива] и мёдом. Пахнет парным рисом и кирпичным чаем.

— что удалось выяснить? —, отпив из чашки пару глотков, спросил мужчина.

— что это не наших рук дело.~ —, промурлыкала в ответ пепельноволосая.

— а чьих?

— кто знает?~ —, пожала плечом. —, но Канате прислала письмо. Патриарх Исонао отправил своего человека в династию Тан на расследование.

— он понимает, чем это грозит? —, осведомился собеседник, глядя на Аяку поверх чашки.

— вполне. —, отправила умэбоси в рот, не торопясь жуя. Проглотила. —, но если не сделать этого, кто знает, сколько ещё сведений мы упустим.~

— пусть делает тайно. —, приказал мужчина.

— он тайно и делает.~ —, с лёгкой улыбкой проговорила Аяка.

Сзади, из дома, доносится шарканье. Ещё толком не проснувшись, из раздвижной двери вывалилась Энширо. Глаза прикрыты, волосы торчат во все стороны. Даже не смотрела куда идёт, просто села рядом с Аякой за стол и, не глядя, протянула руку к плошке с умэбоси. Хватает сливу, закидывает в рот. Жуёт с закрытыми глазами.

— доброе утро. —, пробормотала она, проглатывая.

— амитабха, беловолосый ребёнок. —, отставив чашку чая, поздоровался мужчина. —, меня зовут Минари-но Масара.

— Энширо. —, представилась девочка, не открывая глаз. —, и я не ребёнок, задрали.

Посмотрев на это несколько секунд, Масара повернул голову к Аяке, многозначительно посмотрев.

— попробуй.~ —, улыбнулась она. —, но ничего не обещаю.~

По саду пробегает тяжёлая волна — чистая, подавляющая власть. Давление опускается на веранду, заставляя траву прижаться к земле. Аяка даже не морщится, только хмыкает. Энширо... жуёт сливу.

— Энширо. —, обратился Масара. —, если предположить, что твой верный друг — предатель, а твой враг является ему врагом больше, чем тебе, то что стоит сделать?

Энширо, в это время разглядывала мандарины на подносе и прикидывала, как бы их незаметно стырить.

— э-э-э... Атаковать на повара? —, предположила она, пропустив вопрос мимо ушей.

— что?.. —, растерянно переспросил мужчина.

— хихихи... —, Аяка затряслась, прижимая руки к животу. —, Масара-но Кими, этот ребёнок невосприимчива к твоей ауре, да?

Тот посмотрел на Энширо. Жуёт мандарин, который только что стащила с подноса.

— чувствуешь?

— а чо, была какая-то аура?

— Будда... —, прикрыл глаза.

— перед тобой Император Ямато. —, прошептала на ухо беловолосой Аяка.

— где? —, завертела головой.

— казнить её в кипятке. —, вынес вердикт Масара.

— не надо кипятка! —, вскочила, доставая телефон из кимоно.

Сад разрывает дэт-металл. Гитары врубаются на полной громкости, ударные дробят воздух, и где-то на соседней улице испуганно кричит птица.

Император вскочил, протягивая руку вперёд. В воздухе материализовалась коса — длинная, с лезвием и древком из чистой проклятой энергии. Он занимает боевую стойку, указывая оружием на телефон.

— приспешник нечисти! —, загремел он. —, в этой бесовской шкатулке сам дьявол поёт!

— каждый раз одно и то же. —, осела обратно на пол девочка.

— Масара-но Кими, успокойся. Это просто... —, повертела запястьем в воздухе, подбирая слова. —, искажённая сайбара.

— это же как надо было извратить сайбару?.. —, отбрасывает косу в сад, та рассеивается, не достигая земли.

— ну-у-у...~

— могу я забрать этого ребёнка? —, спросил мужчина, сев обратно.

— я не ребёнок!

— ребёнок. —, отрезал император.

— нет!

— по сравнению со мной — да.

— а, вы в этом смысле... —, взлохматила волосы. —, ладно тогда.

— зачем она тебе? —, поинтересовалась пепельноволосая, положив подбородок на сложенные руки.

— она необычная. —, признал Масара, наблюдая за тем, как Энширо пыталась умыкнуть второй мандарин. —, её глаза подобны глазам той... Как её?

— Наги? —, щёлкнула пальцами.

— да. —, кивнул.

— они никак не связаны, я проверяла. —, спокойно сказала Аяка.

— хмпф. Не важно. —, поднимает Энширо за шкирку, как котёнка. —, верну позже.

— только не обижай её. —, помахала рукой девушка.

— э?.. Куда?.. Нет! —, замахала руками и ногами. —, не хочу! Отпусти! Я никуда не пойду!

— не пойдёшь. —, согласился император, исчезая вместе с ней.

— минус один.~ —, мурлыкнула Аяка, беря вторую сливу.

Пятый день седьмой луны десятого года Дзёва. Большое торговое судно, плывущее в Минчжоу, порт Китая.

Солнце печёт, ветер сильный, паруса натянуты до предела. Корабль — обычный торговый парусник, деревянный, с высокими бортами, забитый тюками и бочками. Палуба мокрая от брызг, пахнет смолой, рыбой и солёной водой. Команда снуёт туда-сюда, матросы перекрикиваются друг с другом.

На мачте, свесившись вниз головой, висела молодая девушка с длинными неоново-лаймовыми торчащими волосами, в утепленном косодэ и походном плаще. Самой заметной частью был прототип кожаных сапог, которые она сделала самостоятельно, подняв высоту кавагуцу.

— эй! Эй! А долго нам ещё?

— Кира-доно, сколько можно... —, устало выдохнул ближайший матрос. Обычный мужик крепкого телосложения, с редкой бородкой и лысиной. —, вы спрашиваете сотый раз за день. Ещё около десяти дней плыть.

— а сейчас?

— и сейчас.

— а сейчас?

— Сумиёси-но Ками[защитники мореплавателей]... —, взмолился мужик, подняв глаза к небу. —, когда уже кончится моя смена?..

— эй! Эй! —, не отставала Акихиро. —, а ты слышал что-нибудь о Китае?

— ничего я не слышал, оставь меня в покое.

— пожа-а-а-а-луйста!~

— всё равно ничего не слышал.

— пожалуйста!

— ками...

Кира канючит ещё полчаса, пока матрос наконец не сдаётся, швырнув тюк с такой силой, что едва не выкинул в море.

— никакие деньги не стоят твоего нахождения здесь, сумасшедшая.

— расскажешь? —, радостно улыбнулась. —, расскажешь же?

— слышал, что недавно там что-то с лидером было среди местного шаманского сообщества.

— о? А что за общество? —, перевернулась, сев нормально. —, что за лидер? А он сильный? А я сильная? А ты...

— аргх... —, схватился за голову.

— пожа-а-а-а-луйста!~

— лидер как лидер, что тут сложного?! —, заверещал рабочий. —, самый сильный он у них! Что ты ещё от меня хочешь?!

— а почему сменился? А зачем? А кто был? А кто новый? —, засмеялась, раскачиваясь из стороны в сторону. Перевернулась, сделала солнышко и чудом уселась обратно. —, минусы полёта.

— ты не летаешь. —, с выражением мученика произнёс матрос.

— летаю!

— ты висишь на мачте.

— это тренировка!

— но не полёт.

— а кто говорил про полёт?

— ты.

— неправда! Не говорила!

— Тенгу[низший дух гор], спаси и сохрани...

— так вот, лидер... —, спрыгнула, приземлившись рядом с ним.

— не знаю! Я матрос, а не шаман! Приедем — сама спросишь у местных! Сколько можно?! Оставь меня в покое! Хватит!

— ой... Почему ты грустишь? Тебе плохо? Я помогу! Чтобы тебе не было грустно, я займу тебя разговором!

— нет... —, закрыл лицо руками, оседая на палубу. —, пожалуйста... Не надо...

— сейчас я расскажу тебе, как когда мне было тринадцать...

Матрос молчит, потом тихо плачет.

Корабль плывёт дальше.

Нагаока-кё, бывшая столица. Вечер. Город-призрак эпохи Хэйан. Улицы заросли травой и кустарником, стены домов обвалились. Кое-где сохранились крыши, но и те прохудились. Ветер гулял меж руин, поднимая пыль и сухие листья. Ни одного человека — только тени от облаков бегут по разбитым камням.

Фудзивара-но-Дзенин Наофуми шёл по главной улице, слегка согнувшись, засунув руки в рукава кимоно. Юкихара тащился следом, оглядываясь по сторонам. Он уже привык, что император Времени таскает его по самым странным местам, но этот раз был особенно странным.

— бывшая столица... —, проговорил шаман, осматривая упавший забор. —, что мы здесь забыли, Наофуми-доно?

— неужели ты не понимаешь? —, с выражением абсурдной серьёзности удивился Дзенин.

— сожалею, но мне не понять ваши замыслы. —, грустно опустив плечи, ответил аристократ.

— здесь лучшие девушки фуна-ядо. —, прошептал ему на ухо император Времени.

— ...простите?

— дурак!

— Наофуми-доно, это... —, резко выпрямился, уже потянувшись к свитку с правилами поведения. —, низко! Противно, отвратительно, ужасно, позорит честь клана и...

— прежде чем сыпать ерундой. —, поднял руку, прервая реку токсичности. —, задайся вопросом: я тебе разве говорил, что мы будем пользоваться их услугами?

— нет. —, запнувшись на полуслове, выдавил Сикике.

— тогда какого ракшаси ты мне тут лекцию читаешь?

— тогда зачем мы здесь?

— подумай: много ли сведений у патриарха? —, двигаясь в глубь кварталов, задал вопрос Наофуми.

— несомненно, гораздо больше, чем у меня. —, ответил Юкихара, догнав его.

— ссст... Это тоже правда. —, потерев шею, согласился парень. —, но я говорю о другом. По сравнению, скажем, с кланом Акихиро?

— а при чём тут клан Акихиро?

— при том, что сейчас великих кланов шесть. А скоро будет семь.

— это лишь слухи. —, отмахнулся Сикике.

— это неотвратимое будущее. —, отрезал Дзенин, развернувшись полностью к собеседнику.

— вы уверены?

— уверенность — мать глупцов. —, закатил глаза. —, я использую анализ.

— чудное слово.

— возможно. —, почесал подбородок. —, забавный беловолосый ребёнок знает много интересного. Но мы отклонились от темы. Что же такого есть у клана Акихиро, чего нет у клана Камо? Но есть у нас, хоть и слабее.

— учитывая, что клан Камо крайне закрытый и нелюдимый... —, задумался Юкихара, затем выдохнул. —, разведка?

— отлично, ты не безнадёжен. —, хлопнул парня по спине так, что тот едва не влетел в дырявый забор. —, не хочешь перейти в мою ветвь?

— благодарю за предложение, но откажусь. —, учтиво ответил аристократ, прикинув, сколько работы его ждёт в карательной ветви с таким сумасбродным главой.

— я не заставляю принимать решение сейчас. —, успокоил его Дзенин. —, просто подумай. И вспомни о том, что Ханами угнетает все побочные ветви, кроме ветви Дзенин.

— вас вообще хоть кто-нибудь может угнетать?

— Энширо. —, надрывным голосом произнёс Наофуми.

— я всё ещё не понял, когда вы успели увидеться.

— да говорил же, у Дзи.

— но чтобы она успела...

— я пробыл там три дня.

— а, тьфу ты.

Наофуми внезапно останавливается и указывает на обшарпанную дощатую постройку в конце переулка:

— нам туда.

— это ваш дом? —, предположил аристократ.

— а ты умеешь шутить! —, раскатисто засмеялся император времени. —, молодец! Но нет, это немного другое. Хотя я, конечно, с удовольствием бы там жил.

— притон? —, продолжил Сикике, осматривая доски.

— да провались ты сквозь землю! Тьфу!

— не притон.

— это один из штабов клана разведчиков. —, наконец объяснил Возбудитель.

— клан Шито?

— верно. —, зашёл внутрь. В полумраке видна всего лишь пустая комната с несколькими циновками и низким столиком. —, так вот, у клана Акихиро огромнейшая ветвь разведки, которая уступает лишь клану Шито.

— а у нас?

— у нас она слабее, чем у Акихиро, но всё ещё сильнее, чем у Сугавара.

— в чём отличие? —, склонил голову набок.

— у нас нет шпионов на Цусиме и материке. —, проговорил Дзенин, садясь на циновку.

— а у клана Акихиро есть в То[Китай и близлежащие страны]? —, уточнил Юкихара, сев напротив.

— теперь — да. Они послали Киру.

— откуда вы об этом узнали?

— от клана Шито.

— они так просто рассказали?

— они забрали у меня целых три сотни коку. —, с грустью ответил глава ветви Дзенин, уронив голову на грудь.

— закономерно. —, усмехнулся Фудзивара.

Тем временем, во дворце императора Масары.

Поздний вечер. Покои, куда поместили Энширо. Это было просторное здание с открытой верандой и маленьким прудом. Вместо стен стояли ширмы с росписями, по углам жаровни с углями.

Энширо сидит на диване, закинув одну ногу на другую. Напротив неё, на втором диване, расположился император — без плаща и шляпы, в простом шёлковом косодэ и нагабакама, бело-голубого цвета. Обуви нет, только белые носки таби.

На столике между ними — поднос: фрукты(сливы, мандарины, хурма), мёд в маленькой плошке, несколько сладостей, рис в лакированной чашке и кувшин с сакэ.

— я хочу домой. —, глядя ровно в лицо императора, сказала беловолосая.

— ты не хочешь домой. —, убеждал её Масара, спокойно наливая себе вино.

— хочу.

— нет.

— пожалуйста?

— нет.

— что вы от меня хотите? —, прижав руки к груди, настороженно поинтересовалась девочка.

— расскажи о себе. —, велел Сын Неба.

— не хочу.

— тогда и я не хочу отпускать тебя. —, спокойно произнёс император.

— кхххххххх... —, раздраженно взлохматила волосы, прикусив верхнюю губу. —, блять, ладно.

— «блять»?

— как «Будда», только грубо. —, махнула рукой, словно отгоняя муху.

— понятно. —, кивнул. —, продолжай.

— меня зовут Энширо, фамилии нет, как и клана. —, начала отчитываться девочка. —, мне семнадцать лет, я Дайдзё-дайдзин Барьеров Окон.

— точно ли Дайдзё-дайдзин? —, посмотрев на неё оценивающим взглядом, скептично спросил мужчина.

Энширо вскакивает с дивана, складывает несколько печатей, и между ними возникает полупрозрачный барьер — чуть больше её самой. Свет жаровен отражается в нём, создавая призрачные блики.

— видите? —, гордо выпрямилась, гордясь своей работой.

— хм... «Ниджумадо но шоухеки». —, склонил голову, осматривая магическую конструкцию. Вытянул руку, щёлкнув по барьеру пальцем. Тот с лёгким звоном разрушился. —, от силы Дзюити-и[предпервый].

— вы жестокий. —, села обратно.

— я сильный. —, поправил Масара.

— что дальше?

— расскажи о себе.

— я только что...

— твои общие данные у меня и так были, ребёнок. —, жёстко осадил её император, отпивая из чашки. —, то, что ты из будущего, я тоже знаю.

— Аяка? —, предположила Энширо. Ответа не последовало. —, ладно, хорошо. Всё поняла. —, примирительно подняла руки. —, я студентка второго курса токийского техникума магии, заклинатель первого уровня, очень слабая физически, но с относительно большим запасом проклятой энергии. У меня необычные глаза, я люблю разную музыку и играть в игры, особенно люблю аниме.

— дальше?

— что ещё? —, грустно согнулась.

— тебе ещё есть что рассказать. —, не сдавался мужчина.

— что мне за это будет?

— ничего.

— а если не расскажу?

— я сварю тебя в кипятке. —, кивнул в сторону здания кухни.

— я пошлячка, извращенка, люблю хентай и бить Сатору. —, быстро заговорила беловолосая таким голосом, будто лучше бы её сварили в кипятке, чем всё это. —, меня в тринадцать лет нашли в коробке в Киото, у вас он называется Хэйан-кё. Кстати, Токио — это новая столица, но у вас её пока даже как деревни не существует. Я жила там сколько себя помню.

— в коробке?

— коробка — это... —, начала жестикулировать, изображая куб. —, квадратное, маленькое, хрупкое и без крыши. Размером меньше меня.

— а что ела?

— в основном — землю. —, саркастично ответила девочка, затем сдалась, поняв, что мужик снова смотрит на кухню. —, я умело попрошайничала.

— не убили?

— с чего бы?

— действительно. Кто нашёл?

— директор... —, осеклась, подбирая понятный императору аналог. —, патриарх токийского техникума магии. Масамути-но Яга.

— он добрый?

— он честный. Забрал даже не спрашивая, подарил очки.

— свет не переносишь?

— не переношу.

— но сейчас ходишь без этих... Очков, да и бинтов я не вижу. —, помолчал, откинувшись немного назад. —, у Кампаку Барьеров, Дзин-но Ёсимото, живёт девушка по имени Соракадзэ-но Наги. У неё глаза подобные твоим, но без вкраплений лазури.

— это бирюзовый.

— что?

— как если смешать траву и небо. —, недовольно пояснила девочка.

— понятно.

— вы можете рассказать о Наги?

— не хочу.

— злодей! —, закричала она. —, обманщик! Негодяй!

— а разве я тебе что-то обещал? —, усмехнулся Сын Неба.

— нет...

— Аяка говорит, что у вас ничего общего. —, снисходительно добавил он. —, однако своих родителей ты не помнишь?

— нет.

— а детство?

— действительно, частично.

— ты останешься здесь. —, решил Масара.

— я просто хочу домой... —, шмыгнула носом.

— Энширо. —, обратился император. —, на тебя нацелился человек, который очень опасен и желает вреда Хи-но Кими.

— кто? —, настороженно спросила беловолосая.

— не скажу. —, подбросил мандарин в руке. —, он слабее, чем её учитель, но сильнее, чем она. Поэтому ты останешься во дворце, под присмотром министров. Иногда — меня. В любом случае, во дворец никто не посмеет зайти. —, оторвал дольку и отправил в рот, после чего посмотрел на неё в упор. —, и не обкрадывай императорского повара.

— это не я. —, невозмутимо сказала она.

— ты совсем ничего не чувствуешь?

— а что-то есть?

Не говоря ни слова, Масара добавил в своё давление проклятую энергию. Пол под ними начал трескаться, ширмы задрожали, огонь в жаровнях заметался.

— а теперь?

— только то, что пол дрожит. —, ответила девочка, покосившись на доски.

— сварить в кипятке. —, констатировал император, направляясь к выходу.

— у него фетиш на кипяток, что ли? —, пробормотала она, потом взяла с подноса сливу. —, ну да ладно.

Двенадцатый день седьмой луны десятого года Дзёва. Минчжоу, порт.

Солнце стояло высоко, воздух душный и влажный. Порт шумел десятками судов, криками матросов, грузчиков и бросаемых мешков. Пахло рыбой, смолой, мокрым деревом и потом. Кира сошла на берег. Матросы, выжившие это путешествие с ней, выдохнули, помолившись всем богам сразу.

Не теряя времени, девушка направилась в ближайшее цзюсы[харчевня среднего уровня], которое смогла найти. Двухэтажное деревянное здание с открытыми окнами на первом этаже. Внутри шумно, пахло жареным луком, чесноком и рисовым вином. За длинными столами сидели люди рабочего вида и путешественники.

Осмотревшись, она заметила двух загорелых мужчин в серых шань и широких штанах, с соломенными сандалиями. Повязки, которые обычно носили на голове, лежат перед ними на столе.

— привет! Меня зовут Кира, я путешественница из Ямато. Давайте знакомиться? —, поприветствовала Акихиро, сев за стол без приглашения.

— Жибэнь? —, удивился первый. —, я думал, отношения с вами почти разорваны...

— какая разница? —, перебил его второй, кивком указав на Киру. —, посмотри, ей на вид лет пятнадцать.

— мне девятнадцать. —, поправила та, перейдя на китайский, пусть и с акцентом.

— знает наш язык! —, удивился он.

— ну ладно. —, сдался первый. —, меня зовут Чэнь Сэнь. А этого. —, кивнул на второго. —, Ян Вэнь.

— Кира.

— а род? —, уточнил Чэнь Сэнь.

— Ки Ра.

— чудно... —, выдохнул Ян Вэнь.

— зачем пожаловала? —, откинувшись назад, поинтересовался Чэнь Сэнь.

— я хотела бы побольше узнать о вашей стране! —, честно отвечает Кира, лучезарно улыбаясь. —, расскажете? Пожалуйста? Очень нужно!

— отчего нет? Милой девушке всегда расскажем.

— ура! —, радостно вскинув кулак, восклинула девушка.

— кхем... —, отводя взгляд, кашлянул Чэнь Сэнь. —, что тебя интересует?

— идиот, она же восточный варвар... —, пихнул его локтем Ян Вэнь.

— я веду разговор, заткнись! —, отмахнулся мужчина.

— расскажете о городах? —, тактично проигнорировав всех варваров, попросила Акихиро.

— лично мы живём здесь, но выше по реке Юнцзян, до Яоцзян и потом через Чжэцзянский канал есть большой город Ханчжоу. —, ответил Чэнь Сэнь

— а насколько большой? А кто там живет? А там...

— погоди ты. —, заткнул её собеседник, подняв руку. —, давай так: мы тебе, ты нам. Мне о твоей стране тоже интересно.

— идёт!

— тот же вопрос, какие у вас города?

— ну-у-у... —, показала пять пальцев. —, порт Хаката, как Минчжоу. —, загнула один. —, есть столица Хэйан-кё и прошлая столица Нагаока-кё. —, загнула второй. —, множество деревень и храмовых поселений. —, загнула третий. —, и скрытых деревень кланов шаманов. —, загнула четвёртый. —, вроде всё.

— что за шаманы? —, спросил уже Ян Вэнь.

— это... —, задумалась. —, как Тяньши.

— а.

— у нас они называются шаманы.

— а ты шаман?

— я похожа на шамана? —, мило улыбнувшись, провокационно задала вопрос Кира.

— нет. —, покачал головой Чэнь Сэнь. —, но волосы...

— я из клана шаманов, но сама не шаман. —, пытаясь пригладить волосы, ответила она. —, у вас такое бывает?

— конечно, бывает. —, махнув рукой, согласился Чэнь Сэнь. —, среди послушников разных школ и семей — частое явление.

— не частое, но громкое. —, поправил Ян Вэнь.

— о? О? А что за семьи и школы? —, оживилась ещё сильнее Акихиро.

— эх, ну ты даёшь! Это же всем известно!

— а называются как? —, грустно заскулила девушка. —, где находятся? А...

— Будда... —, развел руками Ян Вэнь. —, не знаем мы. Мы люди маленькие, только слышали это от важных господ.

— нынешний глава Тяньши, кстати, совсем недавно сменился. —, сказал Чэнь Сэнь, припомнив хоть какие-то мелкие слухи от путешественников.

— вау! А он сильный? А крутой? И где живёт? А...

— у вас есть подобное?

— только кланы отдельные, редко союзы. —, признала девушка. —, Сын Неба следит за кланами, все подчиняется ему.

— чудно! —, воскликнул Ян Вэнь. —, у нас Император не властен над Тяньши, как и Тяньши над Императором. Поэтому мы много тебе не расскажем, обычные рабочие под императором.

— а где можно найти кого-нибудь из Тяньши? —, уже тише спросила.

— Будда! Да не приведи господь! —, воскликнул Ян Вэнь.

— почему?

— потому что не верю я этим колдунам. Вдруг порчу наведут?

— а?.. —, опешив, выдавила Кира.

— прости, девочка, кроме названий ничего не знаем. —, закончил Чэнь Сэнь. —, но если увидишь вооружённых людей в плащах, будь очень осторожна. Их драки вечно разрушают...всё.

— ладно, я в любом случае благодарна вам! —, оставила несколько китайских монет на столе. —, в благодарность заплачу за вас!

Чэнь Сэнь хочет возразить, но Ян Вэнь толкает его локтем.

— спасибо. —, кивнул Кире и развернулся к другу. —, у тебя что, рис вместо мозгов? Денег много? Бери, пока дают.

— та-а-ак!~ —, выйдя на улицу, потянулась Акихиро. Повертела головой, оглядывая порт. —, похоже, мне в Ханчжоу! Хм... —, заметила лодочников у причала. —, интересно, меня кто-нибудь подвезёт?

Тем временем, в Дайдайри. Кабинет правого министра[Удайдзин] Минамото-но Токивы.

Кабинет правого министра находился в Дайдзикане. Как и везде, вместо внутренних стен были коси-мадо и бёбу с сценами природы, зимой мису. Лакированный кипарисовый пол, на который стелили годза. У самого Удайдзина двойные годза с пурпурной тканью. Открытый потолок с балками резного красного дерева, на высоких стойках стояли токоро, по углам жаровни.

Сам Токива выглядел как хэйанский аристократ с богатым опытом, несмотря на возраст. В свои тридцать с небольшим он уже побыл военным министром[Хёбукё]. Среднего для аристократии роста, с узким лицом, прямым носом и чёрными глазами. Волосы аккуратно собраны в мотодори и убраны в каммори. Как и подобает министру, одет был в сокутай пурпурных оттенков.

Энширо, которую недавно перевели сюда из покоев, уже десять минут носилась по кабинету, как юла, успев перетрогать всё, до чего дотянулась.

— а это что? А зачем? —, сунула нос в угли жаровни, затем подбежала к столу, заглядывая через плечо Токиве. —, что за хрень ты пишешь? А император разрешил? А ты сильный?

— Будда... —, выдавил министр, продолжая выводить иероглифы.

— а ещё что скажешь?

— если бы не приказ императора. —, спокойно начал он, подняв взгляд. —, я бы тебя казнил.

— да?

— сегодня же. —, кивнул Токива.

Ничуть не испугавшись, девочка достала телефон и, как и в саду Аяки, врубила на полную мощность самую агрессивную музыку, какая только у нее была.

— амитабха! —, воскликнул Минамото, хватаясь за тати на стене.

— вот будешь знать, как угрожать. —, держа телефон на вытянутой руке, словно жезл, удовлетворённо сказала беловолосая.

В дверях появляется Левый министр[Садайдзин], Фудзивара-но Ёсикадо. Пожилой мужчина с небольшой седой бородой, посохом и кучей свитков под мышкой. Услышав звуки, выронил свитки и, едва не упав, начинает читать мантру.

— да это же дьявольские песнопения!

— Энширо. —, послышался ровный голос Масары, зашедшего проверить происходящее. —, чем ты занимаешься?

— мне скучно.

— приковать её к дивану. —, предложил Токива.

— согласен. —, кивнул Император, не обращая внимания на возмущенные визги со стороны песнопений.

— исполняйте. —, приказал страже Ёсикадо.

Стражники подхватили Энширо под руки, отняли телефон и, несмотря на её попытки вырваться и поток отборной брани, унесли прочь.

Масара проводил её взглядом, затем посмотрел на министров.

— я не разрешал убивать. Всё остальное можно.

— Сын Неба, касательно того, о чём мы говорили. —, перешел к делу Садайдзин.

— слушаю.

— Ханами-но Кими отправился в неизвестном направлении. —, доложил старик. —, пока что даже я не выяснил, куда.

— и?

— вам неизвестно?

— смеешь допрашивать императора? —, грозно уточнил Масара.

— интересуюсь. —, поправился Ёсикадо.

— коль интересуешься, так сам и расследуй это дело.

— как прикажете. —, поклонился, исчезая за дверью.

Тем временем, в поместье Хи-но Аяки. Вечер.

На веранде, с видом на тёмный сад, сидели Аяка, Кин и Гэто. На столе — рис и рыба в простых глиняных мисках. Воздух вечерний, чуть прохладный, пахнет травой и цветами.

— то есть ты теперь совсем-совсем наш друг? —, счастливо улыбаясь, спросил Кин. —, да?

— я лишь принял сторону наблюдателя. —, спокойно поправил Гэто. —, ещё не решил.

— я правда похожа на злодея?~ —, мило улыбаясь, спросила Аяка.

— да.

Аяка с глухим стуком уронила голову на стол. Кин, пытаясь подбодрить её, тут же поднял руку

— зато я не злодей!

— Кин. —, подняла взгляд девушка.

— д-да?.. —, замерев, отозвался парень.

— пойди выбери себе оружие.

— зачем? —, удивился Правый, отложил палочки. —, вы хотите спарринг?

— нет. —, качнула головой. —, мы возобновляем деятельность тройственной комиссии.~

— уже? Но у нас ещё нет сведений из Китая...

— Канате прислала письмо. —, подняла палец.

— и что в нём? —, не отрываясь от еды, спросил Сугуру.

— письмо Юкихары.~

— письмо в письме?

— лучше.~ —, снова улыбнулась своей кавайной улыбочкой, от которой нормальные люди становились цвета волос Годжо. —, письмо в письме в письме. Сам Император Времени написал, что, кажется, человек, который ответственен или как минимум связан с идолами, уже в Ямато.

— и мы будем его искать? —, выпрямился заклинатель.

— скорее всего.~

— Наофуми будет с нами? —, осведомился Гэто.

— ага, щас. —, захихикала пепельноволосая. —, ты ещё скажи, чтобы мой учитель был с нами.~

— откажусь.

— хихи.~ Нет, действуем в том же составе.

— а Энширо?

— охраняет императора. —, отмахнулась девушка.

— от кого? —, едва не подавился Сугуру. —, она? Императора?

— от Фудзивара.

— я это... —, замямлил Кин, пятясь к выходу. —, оружие там... Пойду, короче...

— интересно, почему он тебя боится? —, прикрыв рот двумя пальцами, спросил Гэто.

— как сказать...~ — игриво потянулась, перекинула волосы на одно плечо. —, возможно, всему виной наше первое знакомство.

— и какое оно было?

— в бою. А ты думал, он сам согласился мне служить? Хих. Наивный ты, Гэто.~

Глава 7. Тяньши

Акихиро-но-эмерарудо Кира плыла по реке Яоцзян на обычной плоскодонной лодке чуань. Пахло сырым деревом, рыбой и конопляными канатами. Отовсюду слышались скрипы, крики бурлаков и капитана и, конечно же, плеск воды.

— долго ещё? —, поинтересовалась девушка, подбежав к капитану, стоящему у носовой части лодки с угрюмым лицом.

— помолчи лучше. —, буркнул на нее мужчина. —, тут бывают хэдао.

— как… бандиты?.. —, попыталась сопоставить зеленоволосая.

— да. —, указал на бурлаков, тащивших чуань. —, ветра нет, двигаемся медленно. Вполне возможно попасться.

Кира проследила взглядом за верёвками, осмотрела бурлаков на берегу. Радостно подпрыгнула.

— бандиты? А они сильные? А злые? А с Тяньши связаны? —, взорвалась энтузиазмом она.

— обычные бандиты. —, вздохнул капитан, наконец повернувшись к ней. —, много их, только и всего. Не злые, просто бедные. Тяньши… —, почесал затылок. —, слухи разные ходят, может парочка и были послушниками. А так, даосы не одобряют подобное.

— а у них есть же свои школы? Все разные?

— есть, но… —, начал капитан, но его прервали крики бурлаков.

Навстречу их лодке вышла модифицированная джонка. Отоичие было в размере, окованном носу, баллистой на нём и плетенными щитами по бортам. На корме стояло два человека с ручными арбалетами

На нос вышел человек средних лет, с обветренным лицом, черными волосами собранными в узел и заколотыми простой шпилькой. Из одежды на нём была грубая рубаха, кожаная безрукавка и штаны ку. На шее висел амулет фу, за спиной меч цзянь в простых деревянных ножнах.

— господа, не гневайтесь. —, поприветствовал их бандит. —, прошу всё ценное на палубу — и дальше своей дорогой, никого не задержу.

— Будда… —, закрыл глаза капитан, разворачиваясь к трюму. —, накаркали. Точно, накаркали.

— о? —, радостно улыбаясь повернулась к пирату Акихиро. —, тц бандит, да? Да? А сильный? А Тяньши знаешь? А много? А…

— схватить. —, безэмоционально отдал команду своим людям мужчина. —, продадим в Гуанчжоу.

«плохо.» —, подумала Кира, перебирая маленькие изумруды в кармане плаща. —, «патриарх приказывал не показывать магию без крайней необходимости… прав был старейшина, когда велел учиться у Кэнки-доно. Хорошо, что я целых два года продержалась.»

Дзюити-и изумруда сосредоточилась, заняв позу для прыжка, в ожидании, пока судно бандитов подплывет поближе. Дождавшись момента, запрыгнула на их палубу, чуть не упав. Успела забалансировать руками.

— проклятье! —, ругнулся главный бандит. —, она из Тяньши! Окружить!

— а ты нет? —, спросила зеленоволосая, спокойно ожидая, пока её окружат. Ей подумалось, что выглядит она круто, но если, не дай ками, здесь окажется больше одного местного шамана, письмо патриарху отправлять будет Ли Лунсян.

— я… —, начал бандит, но осекся, когда Кира одним ударом в кадык отправила первого атакующего в сон.

— капитан Ма Лин… —, пробормотали остальные, пятясь.

— сам разберусь. —, кивнул Ма Лин, обнажая меч и выходя вперёд. —, отходите.

— если проиграю первому же бандиту, то не смогу смотреть в глаза предкам на том свете. —, вздохнула девушка, присела, затем прыгнула с двух ног, группируясь в воздухе. Выставила колено правой ноги, используя свой вес и импульс, усиленный проклятой энергией, для атаки.

Бандит успел разглядеть её движение и выставить меч плашмя прямо туда, куда метила коленом Акихиро. Второй ногой девушка оттолкнулась от груди Ма Лина, тот был слегка отброшен.

— агх ты… —, едва сохранив равновесие переступил с ноги на ногу пират. Взяв меч одной рукой наносит три молниеносных колющих удара в голову Кире.

Девушка уклоняется, отклоняясь назад всем телом, но меч задел капюшон плаща, разрезав и без того не особо качественную ткань. Ярко-лаймовые волосы взметнулись во все стороны.

— дьявол… —, вымолвил Ма Лин, когда Кира снова приблизилась.

Акихиро развернула корпус на 180°, перенося вес на опорную ногу и покрывая пятку проклятой энергией, по принципу пробивного удара. Нанесла резкий удар снизу вверх в челюсть, намереваясь не столько пробить, сколько лишить ориентации и равновесия.

Бандит чисто инстинктивно успел поймать её удар двумя ладонями, оттолкнулся от него же, разрывая дистанцию. Перехватил меч двумя руками, на острие начала концентрироваться проклятая энергия.

— посмотрим, что сделаешь теперь! —, нанес колющий удар в воздух, снаряд энергии сорвался в Киру, но та уклонилась перекатом. —, ха! Валяешься, как осёл в грязи!

«какая разница? Победа есть победа…» —, подумала Кира, рванув вперёд с покрытым проклятой энергией кулаком, всадила со всей силы в противника.

Мужчина снова выставил меч для блока, но такая концентрация проклятой энергии в одном ударе просто сломала сталь.

Попробовал ударить ногой, но девушка оказалась быстрее, нанося удар коленом прямо в солнечное сплетение, с проклятой энергией в суставе. Та проникла в тело противника, вызывая болезненные микроразрывы.

Ма Лин, отброшенный и харкнувший кровью, потерял сознание.

«это было сложно.» —, шумно выдохнув, подумала девушка. —, «если это обычный бандит, то мне даже страшно представить что там в этих Тяньши.» —, ей вспомнился старейшина ветви рубина, уверявший, что на материке живут лишь слабые чиновники. Вздохнула.

Капитан их лодки, на которой она изначально плыла, уже успел вытащить половину вещей из трюма. Увидев, что угроза миновала, а помогла этому его странная попутчица, от которой он вначале отмахивался, сложил руки в молитве.

— Амитабха. Всё во власти Дхармы. —, сказал он, читая молитву вместе с некоторыми другими матросами.

Кира радостно ему помахала рукой и развернулась к сложившим оружие рядовым бандитам.

— теперь это моя лодка! Везите меня в Ханчжоу!

— э-э-э… —, переглядываются между собой. Самый смелый повернулся к ней. —, мы не можем… мы бандиты…

— вот именно! —, радостно кивнула Кира, поставив руки в бока. —, я сдам вас… кому-нибудь!

— не надо!

— надо! —, пауза. Задумалась о том, что, раз тот лиан или как там его использовал проклятую энергию, то здесь можно получить информацию. —, либо давайте разговаривать. Мне нужна некоторая информация.

— мы согласны! —, закивали бандиты.

— это вы зря… —, пробормотал капитан лодки, плывущий дальше. Пожал плечами, поблагодарил Будду и начал паковать вещи обратно в трюм.

Спустя несколько часов лодка пиратов была на пути в Ханчжоу. Половина команды выступала бурлаками, половина информаторами. Правда, паршивыми. Наконец очнулся Ма Лин. Акихиро-но-эмерарудо Кира села рядом с ним в расслабленной позе.

— эй! Эй! Расскажи о Таньши и семьях! —, тыкает в бандитов-бурлаков. —, касу ничего не знают!

— тьфу! —, плюнул ей под ноги. —, ничего я тебе не расскажу.

— а если пообещаю отпустить?~ —, игриво улыбнулась девушка.

Ма лин смерил её взглядом. Посмотрел на осколки меча, свою команду и небо, будто моля своих покровителей о подсказке.

— …не верю. —, выдавил он.

— мне нужна информация, а не «спасибо» от властей. —, спокойно ответила ему Акихиро. —, вот и всё.

— ай. —, махнул рукой. —, спрашивай.

— так-с. —, потерла подбородок, как это иногда делала Канате. —, расскажи мне о Тяньши.

— Тяньши, Тяньши-дао или Даосизме? —, устало переспросил пират.

— сссст. —, прикусила язык Акихиро. —, про всех.

— даосизм это путь, как Буддизм. Тяньши-дао это главная школа даосов, раньше она участвовала в формировании государств, но сейчас ослабла. —, сел поудобнее. —, Тяньши это перешедшее ещё из старины название для всех благочестивых мастеров. И буддистов, и даосов, и народных школ. Раньше даосизм был главнее, сейчас нет.

— откуда ты это всё знаешь? —, склонила голову набок Кира.

— учился в Тяньши-дао. Давно.

— а почему ушёл?

— тебя это волновать не должно. Дальше спрашивай.

— кто входит в Тяньши?

— десять школ. —, спокойно продолжил Ма Лин. —, моя Тяньши-дао, ещё есть Маошань и Линбао. У последователей Будды Тяньтай, Хуаянь, Чань, Фасян, Мицзун и Цзинту. Они все ветви одного пути, но подробностей я о них много не скажу. Знаю только, что в Чань есть Шаолинь, который набирает сейчас столько влияния, что считается десятой школой. Раньше их было девять.

— а кроме школ?

— а кроме школ есть пять великих семей. Цуй, Лу, Ли, Чжэн и Ван. У них ещё есть ветви, но этого уже не знаю. Добавлю только, что семья Ли это императорский дом, а остальные четыре настолько влиятельны, что считаются не ниже их по рождению.

— и они… —, убирает волосы назад двумя руками. —, как связаны с Тяньши?

— напрямую. —, усмехнулся мужчина. —, из этих пяти семей выходят самые сильные практики. Но император не может вмешиваться в дела Тяньши. Проще говоря, если кто-то из семьи Цуй станет сильным Тяньши, это поднимет репутацию клана, но этот человек не сможет влиять на власть.

— а у Тяньши есть противники? Враги?

— естественно. Все, кто следуют Гудао — враги. Есть ещё шаманы южных регионов У. Нельзя сказать, что они враги, но иногда происходят стычки из-за конфликта интересов.

— что за Гудао?

— червобожие. Верят в порчу, проводят кровавые ритуалы, запретные всякие… не знаю я. Давно был Тяньши. Да и не интересовало это никогда такого слабака, как я.

— поэтому и пошел в бандиты?

— да как хочешь. Отпустишь теперь?

— конечно! —, радостно вскочила. —, до окраины Ханчжоу только доедем. А то я своим ходом… потеряюсь.

— ох… —, закрыл лицо руками Ма Лин.

Лодка плыла дальше.

Это был пятнадцатый день седьмой луны десятого годп Дзёва. Хосемура-дэру, тайная деревня клана Акихиро. Сегодня в доме патриарха, а конкретно в зале для посетителей, было... Крайне напряженно и дискомфортно.

Акихиро-но Исонао стоял с катаной в руке, но пока не обнажал. Слева и справа от него были соответственно Сатору и Канате.

А перед ними были люди, которых видеть в главной деревне клана без приглашения вообще было практически невозможно. Фудзивара-но-дзенин Наофуми и Фудзивара-но-сикике Юкихара, ничуть не стесняясь, пришли напрямую к патриарху.

— Наофуми-доно. —, угрожающе, с нажимом начал Исонао, выбрасывая потоки проклятой энергии в сторону гостей. —, по какому праву вы находитесь в деревне моего клана?

— ох, патриарх. —, с улыбкой отреагировал император Времени, посылая ровно такие же волны к Исонао. —, я вовсе не планировал никаких противоправных действий в отношении вашего клана.

— насколько я помню.~ —, лениво-тягуче сказал Сатору, с острой улыбкой глядя на гостей. —, ваша семейка Фудзивара соперничает с кланом Акихиро. Нет?~ я ошибся? Или, быть может, всё-таки что-то "противоправное" вы задумали?

— умалишённый... —, презрительно начал Юкихара, но осекся, незаметно выдохнул, кивнул и продолжил уже вежливо. —, кхм, Сатору-доно. Несомненно, вы правы, однако это касается лишь нашей главной ветви.

— хм?~ хм?~ —, встрепенулась Канате, от чего объёмные волосы качнулись. —, у вас раскол и вы пришли просить о помощи?

— помолчи, Канате. —, осадил её патриарх, подкрепив это жестом. Посмотрел обратно на Наофуми. —, вряд-ли императору Времени может понадобиться чья-то помощь.

— меня, как и вас, интересуют те статуи. —, ничуть не смущаясь отреагировал Дзенин.

— и вы, Пятый Возбудитель. —, с сарказмом начал Исонао. —, желаете войти в тройственную комиссию? Решайте это с Сыном Неба или своим патриархом.

— ни в коем случае. —, покачал головой Наофуми, положил руку на плечо Юкихары. —, там и так состоит довольно умный мальчик.

— меня зовут Фудзивара-но-сикике Юкихара. —, с ледяной вежливостью представил парень, сбросив руку с плеча и слегка поклонившись. —, по воле небес я являюсь главой тройственной комиссии. —, пауза. —, меня выбрали в голосовании.

— голосовании? —, слегка опешил Исонао.

— он повесил на меня печать, после чего мои друзья проголосовали за него. —, пояснил Годжо, заложив руки за голову. —, Канате, смеясь, поддержала.

— а за кого голосовал ты? —, посмотрел на него старый Акихиро.

— за Энширо. —, ответил Сатору.

— кх. Потом, ладно. —, пробурчал мужчина, возвращаясь взглядом к гостям. —, продолжим. Слушаю вас, так и быть, Наофуми-но Кими.

— наконец-то. —, сложил руки на груди. —, моё... Наше с Юкихарой предложение...

— не приплетайте меня, Наофуми-доно. —, вставил Сикике, но был проигнорирован.

— ...простое и кристалльно ясное: давайте объединимся на время этого дела. —, улыбнулся чуть шире. —, вы ведь любите кристаллы?

— на каких условиях? —, не обращая внимания на фамильярность спросил патриарх.

— у вас есть шпион на материке. —, указал Наофуми. —, а у меня есть связи в клане Шито.

— обмен информацией. —, кивнул Акихиро. —, я согласен, однако, откуда мне знать, что ты ничего не утаишь?

— на меня можно повесить печать правды. —, пожал плечами Дзенин.

— на кого-то твоего уровня никакая печать не подействует, только если её не наложит сам Десятый Возбудитель, Император Печатей. —, сказал Сатору.

— о.~ —, протянул Наофуми, поворачиваясь к нему. —, а ты неплохо осведомлён.

— у меня есть глаза.~ —, ехидно протянул беловолосый, поднимая бинты, за которыми скрывались яркие бирюзовые глаза, пальцами.

В зале ненадолго повисла тишина, за время которой Акихиро-но Канате успела отметить себе, что её избранник, большую часть времени ведущий себя как умалишённый дурачок, может быть очень даже опасным. Даже для Пятого Возбудителя. Исонао ничего не думал, только едва заметно одобряюще кивнул, подмечая.

— патриарх.~ —, угрожающе протянул император Времени, глядя в глаза Исонао. —, его глаза это, случаем, не еретическая техника? Ибо ежели так... То ваш клан укрывает еретика.

— то же самое могу сказать о вашем правом лёгком. —, спокойно парировал Годжо, опередив патриарха.

— ...н-ну хорошо! —, Наофуми отступил на шаг, примирительно подняв руки. —, будем считать, что мы с вами нашли общий язык. Никаких еретиков. Что такое еретик? —, изображает, что первый раз слышит это слово.

— патриарх, соглашайтесь. —, прошептал Сатору. —, я смогу уловить, если он соврёт.

— ты и такое можешь? —, тем же шёпотом спросил Акихиро.

— я многое могу.~

— хорошо, император Времени. —, выпрямился Исонао, выходя вперёд. —, я согласен. Но наш человек ещё не отправил ни одного письма.

— в таком случае. —, Юкихара подошёл к столу патриарха, разворачивая сразу три свитка, от чего Канате даже подавилась воздухом. —, мы начнём.

— в будущем он будет Императором Свитков. —, посмеиваясь, бросил Наофуми.

— от клана Шито нам известно о том, что прошлый лидер Тяньши, по имени Сюань Цзин, а в Японии известный как Хирокадзу. —, не обращая внимания на глумлившегося Возбудителя приступил к делу Сикике. —, этот шаман, будучи по уровню как наши Десять Возбудителей, однако затрудняюсь сказать на каком именно ранге, начал практиковать еретические техники, из-за чего был изгнан сначало к южным шаманам, а затем и вовсе в Гудао. Также, касательно семей...

Глава 8. Размышления

Сад теперь уже Рёмен-но Аяки, наполненный ароматами спелых фруктов и ягод, а также декоративных цветов. Сугуру Гэто, известный в этом времени как Абэ-но Гэто, отрабатывал дорожки с вакидзаси, только начавшими выделяться в отдельный вид оружия из кодати.

За ним, попивая сакэ, наблюдала сама Аяка, вытащившая себе низкий столик и циновку на траву.

— тебя правда учил фехтованию Сукуна? —, нанося два рубящих нижних удара по воздуху спросил парень.

— естественно.~ —, промурлыкала девушка, отпивая сакэ. —, на то он и учитель.~

— хм. Сложно в это поверить, на самом деле. —, добавил в атаку поддержку двумя слабыми проклятьями, немного ускоряя темп. —, он и владеет боевыми искусствами?

— о, ещё как владеет. —, засмеялась пепельноволосая, отставив плошку с напитком. —, то, что он предпочитает резать, кромсать и сжигать вовсе не означает, что он способен лишь на это.~

— зависит от противника? —, догадался Гэто.

— естественно. Ты же не будешь использовать всех духов против сукэ?

— против сукэ мне хватит одного радужного дракона. —, усмехнулся Сугуру. Нанес двойной удар ножницами по воображаемому сукэ. —, Аяка.

— м?~ —, налила себе ещё выпивки.

— всё ли хорошо с Энширо? —, поинтересовался он, подходя к столику.

— политически?.. —, ехидно улыбнулась. —, или физически?

— из всех нас, политическая уязвимость волнует только Сатору. —, отмахнулся заклинатель, садясь рядом с ней на циновку, вакидзаси положил сбоку.

— физически, даже лучше, чем было. —, хихикнула, но улыбка стала острее. —, сейчас в Дайдайри левый министр из Фудзивара, а правый сын императора Саги. Садайдзин не шаман, а удайдзин воин уровня Цуки.

— и в чём их опасность для неё, кроме того, что могут казнить?

— а при чём тут она? —, удивилась Аяка. —, опасность для Сына Неба. Вернее, его власти. Садайдзин верный пёс Ханами и, что важнее, Ёсифусы, который, несмотря на то, что является всего-то тюнагоном, имеет влияния не меньше сторонных министров.

— он прям настолько опасен? —, усмехнулся Гэто. —, я, конечно, читал в истории о...

— тссссс.~ —, закрыла ему рот рукой. —, я не рискну гневить ками такими действиями. —, села на место. —, но, касательно твоего вопроса, да. Невероятно. Человек, по коварству и интеллекту равный... Хм...

— Сатору? —, предложил Сугуру.

— о, нет. Не возьмусь оценивать интеллект с его глазами. —, помахала рукой Аяка, наливая сакэ во вторую плошку, которую принёс слуга. Протянула Гэто. —, я бы сказала, что на уровне Эми. И Наофуми.

— Эми равен Наофуми? —, принимая плошку спросил парень. —, по коварству, имею ввиду.

— и да, и нет. —, легла, заложив руки за голову. В перламутровых глазах спокойно плавали искры, казалось даже, что это отражение звёзд, которые были видны на небе. —, Эми ужасно работает в команде и привык делать сам. А ещё он плохо справляется с людьми. Но, если брать способности к составлению планов, то он не хуже Наофуми. Но только в этом.

— а Пятый, получается, и людей хорошо организовывает, и думает, и политик наверное замечательный? —, рассмеялся заклинатель, допил сакэ. —, впрочем, от Пятого иного и не ожидаешь. Страшно представить тех, кто перед ним. Эми сильнее Кина? В бою.

— сильнее, конечно же. Иначе Центральным был бы Кин, а не Эми.

— Ёсифуса шаман?

— нет, даже не воин. Но сосредоточение власти в его руках... —, прикусила язык, повернув голову к забору, за которым было одно из многочисленных поместий Фудзивара. —, тц.

Гэто проследил за ней взглядом, понизил голос и поднялся с циновки, возвращаясь к тренировке с вакидзаси.

— а что же Сын Неба?

— хороший вопрос.~ —, мурлыкнула девушка. —, знаешь, спроси ты это почти у любого аристократа ниже четвертого ранга, тебе бы сказали, что всё у него.~

— кстати, всё было интересно. —, сражаясь с двумя теоретическими противниками начал парень. —, ты какого ранга?

— у меня нет официального ранга, но по влиянию где-то третий. —, села, слуги принесли ужин. Рис и рыба. —, Сын Неба способен на определенные указы и ритуалы, но не на что-то серьезное.

— почему просто не казнит Ёсифусу, обвинив в предательстве?

— потому. —, отправила кусок рыбы в рот. —, фто народ знает Сына Неба как божество и клан Фудзивара как его верных друзей и помощников, которые помогают править. Казнь их будет сродни изменению порядка на небесах. —, взяла персик, откусила.

— как можно есть рыбу с персиком?.. —, скривился заклинатель. —, у меня аж аппетит пропал.

— хах. Бывало и похуже, пока я путешествовала. —, посмеялась, намеренно кусая сразу и фрукт, и рыбу. —, с офной сфороны да, если божество-император убрал Фудзивара, то воля божья и кто мы такие, чтобы судить. А с другой, верховные ками назначили Фудзивара на помощь правлению, получается, Масара предал их.

— верховные боги?.. —, Гэто аж оступился.

— это всё ложь для народа. —, отмахнулась пепельноволосая. —, но Сын Неба действительно ками. Суть ты понял.

— почему тогда твой учитель не убьёт их? —, поднял одну бровь. —, он считается стихийным бежствием, не имеющим причин для убийств и разрушений, кроме любви к этому.

— ха. Ха-ха-ха-ха.~ —, рассмеялась Аяка, слегка откинув голову назад. —, с чего ты взял, что "стихийное бедствие" друг Сыну Неба? Эти двое лишь используют друг друга. Убивать Сына Неба учитель не будет, ведь император полезен. Но помогать? Нет.~

— тогда почему ему помогаешь ты? —, не собирался сдаваться Гэто. —, ты, Рёмен-но Аяка, помогаешь Сыну Неба против Фудзивара.

— ох, мне привычнее Хи-но Аяка. —, пауза, смешок. —, а я, по-твоему, не имею своей воли? Лично я с удовольствием помогу Масаре забрать всю власть в свои руки и изгнать поганых Фудзивара.

Сугуру остановился, в который раз опустив вакидзаси. Тренировка сегодня явно не шла.

— а Сукуна?.. не будет против?

— его это не касается. —, слегка холодно ответила пепельноволосая. Поймав ошарашенный взгляд Гэто улыбнулась шире. —, я не его подчинённая. Ученица, союзник, инструмент, сестра, дочь, наследница. Но не подчинённая.

— я стесняюсь спросить...

— тогда не спрашивай. —, гордо выпрямилась. —, проще говоря: я могу делать что угодно, если могу осуществить это своими силами. Ему только весело будет понаблюдать.

— вопрос... —, начал заклинатель.

— ты и так много всего спросил. —, злобно оскалилась, поднявшись с циновки. —, как будешь платить?~

— я расскажу тебе о Энширо на первом курсе? —, предложил парень.

— тц. Как будто мне есть до неё дело. —, слегка скривилась. Подошла ближе. —, но ладно. Спрашивай, раз уж начал.

— зачем Сукуне заниматься идолами? —, спросил Гэто, смотря как Аяка берёт его вакидзаси. Хотя, фактически, они ещё недавно были её.

— скука. —, заняла простую стойку. —, у учителя всеоо три достойных врага: Великий Император Бездны, Великий Император Катастрофы и Демонический Император, бывший Великий Император Тагэй.

— то есть, он просто ищет больше достойных. —, наблюдая за простыми выпадами Аяки констатировал Сугуру. —, очевидно, раз уж он почти бессмертное проклятье.

— агась.~ —, кинула вакидзаси на циновку. —, Бездна бился с учителем ещё до моего рождения, потом никто не видел его. Оставшиеся двое просто исчезли.

— получается, Сукуна убил Бездну, нет? Я не верю, что Сукуна оставил бы кого-то в живых. Или что его оставили бы.

— нет.~ учитель сказал, что Бездна жив. Да и его энергия всё ещё чувствуется по Японии. —, зевнула. —, Демонический Император никогда не любил сражения, только из необходимости вступал в бои. Поэтому не удивительно, что его не слышно. А вот Великий Император Катастрофы бои обожала. Они с учителем несколько десятков раз...

— история...

— о, у вас в истории такого нет? Хах. Жаль. Множество поселений были уничтожены, а потом Рэйко испарилась. Остались только упоминания о её серебряных волосах. И энергия.

— почему именно волосах?

— потому что они на вид как серебро.

Гэто вздохнул и посмотрел на небо. Небо ему не отвечало, но было чистым и звёздным. Куда проще и красивее всех этих разговоров о сильнейших. Сугуру вообще не хотел бы это обсуждать, если бы информация не была ценна для его друзей, а потому использовать надо было каждый шанс. Особенно когда Аяка крайне словоохотлива. Кажется, это связано с пустыми бутылками из-под сакэ.

— в итоге. —, вернулся он к разговору. —, ты на стороне Сына Неба, против Фудзивара. Учитель работает со скуки, Фудзивара гниды, а Император Времени?..

— Наофуми всегда был себе на уме. —, махнула рукой Аяка, собирая сливы с веток. —, на твоём месте, я бы не относила его к Фудзивара.~ он и Юкихара умеют думать своей головой, а не патриарха. Я не против клана, а против отдельных людей.

— допустим. Тогда, в перспективе...

— тебе поднять навыки. Хотя бы до Хицусюго. У меня предчувствие боя.

— это что же такое тебе его подсказывает?

— кое-что мокнет.

— перед боем? —, невозмутимо уточнил Гэто.

— это шутка была. Учитель часто так шутил.

В голове заклинателя возник образ Двуликого Короля Проклятий, с четырьмя руками, ростом около двух с половиной метров и двумя ртами, который стоял перед полем боя со своим божественным веером и тягучим голосом сообщал, что бой будет, потому что у его ученицы что-то там где-то намокло. Гэто не просил этот образ. Гэто вообще не хотел, чтобы у него работала фантазия. Он хотел просто вернуться в лачугу Абэ-но Сэймея и жить там ближайшие... Лет пятьдесят. Или сколько там им было отведено.

— я пойду... Домой... Там Кин хотел в го поиграть...

— удачки!~ —, лучезарно улыбаясь, помахала ему рукой вслед.

В один из дней Энширо, который наскучило однотипное время в дворце императора и своем гостевом доме, решила прогуляться. Во дворе её ждал маленький прудик и жёлтые хризантемы, без людей. Прекрасное место, чтобы предаваться размышлениям. Если бы ты не был подростком, попавшим в прошлое.

«я не жалуюсь.» —, мысленно сказала сама себе Энширо, пнув камешек. —, «просто скучно. Интересно, вот как себя чувствуют взрослые на своих работах? Хах. А директор ведь выглядел... Весёлым?»

Она пошла дальше, думая о том, кто вообще мог нацелиться на Аяку, а даже если так оно и есть, то кому сдалась она сама? Ведь если так подумать, то о том, что они не из этого времени, известно только шести людям. Один из которых, кажется, даже не человек. Или два.

С другой стороны, девочка не была уверена в Аяке. Конечно, эта девушка им во многом помогла, но какая у неё на это причина? Для "со скуки" слишком молода. Значит, хотела получить нечто взамен. И вряд-ли дело было в одном показательном отношении с ней, уровня "смотрите, я могу и вы мне ничего не сделаете, я влиятельнее".

Ребром вставал ещё вопрос и происхождении влияния Аяки. Энширо было глубоко плевать, чья она там ученица и какие у неё глаза. Да и будь ты хоть трижды крутым воином, откуда политическое влияние? В будущем, например, Цукумо Юки, будучи аналогом местного Возбудителя, не могла пить чай с президентами и императорами. Так откуда взялась вся власть этой девушки? Разве, если ты ученица доктора наук, тебя сразу пускают на заседание кафедры? Если и пустят, то "посиди в уголке и посмотри".

Все эти мысли вели к тому, что учителя её бояться не стоит вообще. Бояться стоит её саму. Просто из-за неопределенности, которую Энширо очень не любила. Несомненно, всегда можно пойти по пути Сёко. Подруга с первых дней решила пустить всё на самотёк и просто спать, просыпаясь только для того, чтобы подлечить близких.

Однако, девочка не поддерживала пассивные методы. Ведь тебе предоставлен шанс буквально "паузы" жизни. Она уже заметила, что тело не развивалось в возраст. Энширо была ровно те же самые 146см, что и когда прибыла два года назад из-за той проклятой нагинаты.

Возможно, конечно, это объясняется задержкой развития её тела. Когда все выглядели на 13, она выглядела на 10. Когда все на 15-16, она на 12-13. Это уже стало стабильностью. Но не до такой же степени, верно?

— да как будто я смогу разобраться. —, отмахнулась от размышлений заклинательница, поворачиваясь к кухне.

Но мысли никуда не делись, продолжив преследование всё в более мрачные мотивы. Идолы? Да ерунда всё это. Она бы не была удивлена, если бы всё это дело закончилось каким-то глупым никому не нужным финалом. В будущем постоянно появлялись такие "идолы". Местные божества. Духи места. Пророки. Тьфу. Всё это были либо полуразумные проклятья, либо одержимые люди.

Ей вспомнился Куроцукури. Это чернильное существо, будучи Кампаку Чернил, что бы это вообще не значило, по своей энергетике было идентично проклятью Особого уровня будущего. Плюсом, разумное! Разумное! Не одержимое идеей и способное на диалог, а с полнойенной личностью! Вот сколько вы знаете проклятий с стабильным сознанием? Ответ очевиден: одно. Рёмен-но Сукуна.

Получается, Куроцукури силён как Сукуна? Девочка истерично хихикнула. Бредни. Точно бредни. По крайней мере, Сатору точно заметил бы ТАКОЙ уровень. Скорее, их природа может быть схожа? Дай Будда памяти...

Ну вот. За эти два года она, будучи убежденной атеисткой, ходящей в храм только чтобы поесть вкусностей за счёт Гэто и Сатору, приобщилась к буддизму и синтоизму как полноценный верующий. Спроси сейчас о порядке на небесах, и она расскажет чем Мизуха-но Мэ отличается от Ватацуми-но Микото.

Иронично. Становишься тем, чего ненавидишь? Тоже бред. К религии всегда имела нейтральное отношение. Так что неприменимо.

— ай! Хватит! —, побила себя кулачками по голове. —, ты думала о другом, Энширо! Амитабха!

Если история, рассказанная ещё аж Кимурой-сэнсеем, правда, то Рёмен-но Сукуна это человек, ставший проклятьем. Такие случаи бывали и в будущем, проклятья были одержимы идеей. Может, дело в силе? Сукуна сильнейший эпохи Хэйан... Стоп, а что тогда за Первый Возбудитель? Кто это вообще? Почему Бездна? Бездна — это ругательство, как помнила девочка. Касу, в бездну, иясики и подобные аристократичные ругательства уже въелись в подкорку.

Возвращаясь к теме, если дело в силе, то Куроцукури был не слабее Сукуны, раз сохранил личность. Или слабее, но не ментально? Или специально стал проклятьем? А можно ли специально? Стоит спросить у Гэто. Или императора, если тот соизволит... Не молчать. Хотя бы просто не молчать. И не запирать её. Последние шесть попыток разговора завершились цепями и диваном.

Энширо, которая вроде как шла на кухню, нарезала уже тридцатый круг по саду Сына Неба. Он был больше. И, слава всем ками, Будде и кто там ещё, не был запечатан от неё. В отличие от кухни.

В итоге, размышления о природе проклятий не привели вообще ни к чему. Стоит попросить свитки и кисть, записать это. А дадут ли ей? Ха. У неё был телефон с «дьявольскими песнопениями», кто её остановит от заимствования парочки свитков?

Девочку всегда забавляло то, как эти архаичные, великие шаманы и чиновники, пугались простого металла. Ну, как сказать, простого... Пение... Пение?

Её прорвало на смех. Тихий, чуть надрывный.

Пение. Как же. Звучание такое, будто воистину какого-то О́ни прокручивали через мясорубку, под аккомпанемент битья стёкол, взрывов динамита и, кажется, стритфайта. Но, в текущей Японии не было ни мясорубки, ни стекол, ни, кажется, динамита, но в последнем Энширо не была уверена.

Собственно, о чем она думала? О том, что какого ракшаси кто-то будет атаковать её, при желании навредить Аяке, будучи сильнее неё? Идиотизм. Полнейший. Серьёзно, вы не могли придумать отговорку получше, если уж решили обманывать? Хах. Самому тупому идиоту понятно, что императору что-то от неё нужно. Энширо была готова поставить свои барьеры на то, что Сына Неба интересовало, почему на неё не работает его давление. И ведь действительно не работало! Ладно ещё давление власти, это просто как ты говоришь, двигаешься и твой статус. Обычного человека подавит, но шамана? Нет. Но ведь на ней и давление проклятой энергии не сработало!

Если так подумать, ведь даже в будущем, на миссиях, она не чувствовала той описываемой всеми заклинателями мерзотной энергии проклятых духов. Тогда благополучно списывалось на принцип «передо мной стоят Гэто и Сатору, они сожрали миазмы». А сейчас? Кто их сожрал сейчас?

Решив, что раз её хотят использовать, то, скорее всего не убьют за свитки и новую панику министров, беловолосая девочка в голубом кимоно направилась не на кухню, а в сторону кабинета уже левого министра.

В это же время, в покоях императора Масары, происходило обсуждение и... Наблюдение. Покои императора отличались от того же гостевого домика Энширо только размером, прохладой и запахами угольного дыма со старой бумагой.

На деревянном диване сидел сам Минари-но Масара, наблюдающий за Энширо через зрение проклятой энергией.

Перед ним стоял мужчина в полностью чёрном плаще, закрывающем лицо, окромя жидкой бородки.

— она неплохо справляется. —, моргнув, констатировал Сын Неба.

— несомненно, Сын Неба, ваши действия по нейтрализации деятельности предателей были мудры. —, ровным хрипловатым голосом согласился мужчина.

— я бы не стал так категорично раздавать ярлыки. —, осадил его император. —, ты видишь?

— конечно же. —, кивнул человек.

— тогда не будем отвлекаться. —, сел поудобнее. —, что ты узнал?

Человек в плаще даже не пошевелился. Императору нравился этот мужчина не столько за свои боевые навыки, сколько за профессионализм в разведке. Если бы у него спросили: кто лучше в шпионаже, этот мужчина или Рёмен-но Аяка, он бы, задумавшись лишь на мгновение, выбрал Аяку. Потому, что если у императора спрашивают, то правду не услышат. Кто смеет допрашивать императора?

Ах, конечно же, кроме этого беловолосого ребёнка. Масара правил не так давно, относительно... Предшественников. Поэтому позволял себе некоторые вольности, такие как тайные выходы из дворца, и фамильярное отношение к нему со стороны Энширо.

Он бы ни в коем случае не позволил это вообще никому, на кого действовало бы давление. Любое. Но эта девочка могла быть подавлена только цепями и едой. И, конечно же, кипятком, но это уже детали. По непонятной причине, император симпатизировал ей. Но долго ли это продлится?..

— после битвы у реки Кымган. —, начал человек, вернув Масару из его размышлений. —, такое развитие событий, что мы обсуждали, маловероятно. Они, как и мы, чрезвычайно заняты внутренними делами империи.

— хорошо. —, удовлетворённо кивнул Сын Неба, но через секунду позволил себе едва заметную улыбку. —, аот только у них империи две, а у нас одна.

— та, о которой вы беспокоитесь в большей степени, вообще не империя. —, успокоил его разведчик. —, они... Представьте, что поселили в одну деревню клан Сугавара, Фудзивара, Камо и Акихиро.

— забавно. —, сухо усмехнулся император. —, на следующий день от этой деревни останется котлован. Даже без минералов. Как они держатся?

— масштаб. —, коротко ответил мужчина.

— закономерно... —, тягуче согласился Масара, посмотрел прямо на собеседника. —, как ты думаешь, возможно ли захватить?

— исключительно при содействии всех Возбудителей.

— понял. Что по поводу второго дела?

— расследование ещё ведётся. —, наконец поднял руку, слегка жесткулируя, как бы перебирая мысленные свитки с данными рукой. —, нам не удалось выяснить почти ничего. Только упоминание, что одна из них...

— одна?.. ладно, продолжай.

— встречалась с Четверым.

— проклятье! —, ударил кулаком по подлокотнику, тут же выдохнул. —, везде пролез. Напомни, почему он Четвертый, а не Первый? Вопрос риторический.

— их интересы довольно блтзки, так что неудивительно. —, убрал руку обратно под плащ.

— и без тебя знаю. Продолжай расследование.

— слушаюсь. —, исчез, прыгнув куда-то на потолок.

— опять Демонический... —, пробормотал в пустоту Масара.

На самом деле, лично он не был знаком с этим существом. Почему существом? Ну, Второй проклятье. Третий точно человек. Первый, вроде, Ками. Четвёртый вполне мог оказаться ёкаем. Тьфу ты, всё это непроверенная информация. Масара только в детстве слышал о первой четверке кроме Сукуны.

Ему было непонятно, чем таким можно заниматься, имея такую силу, чтобы скрываться десятилетиями? Аякаси и Первому можно было это списать на любовь к науке и конфуцианству, а не боям.

Но в памяти тут же всплывают отчёты и тысячах трупов после экспериментов Аякаси. Двадцать девять лет назад.

Император откинулся на спинку дивана, решая, что подумать об этом он успеет после того, как разберётся в своём доме. Ведь какой дурак начинает убираться во дворе, когда дома пыль на всех полках?

Глава 9. Клан Акихиро

Хосемура-дэру. Деревня клана Акихиро, располагавшаяся в котловане, где члены клана и добывали основную массу своих минералов, была контрастна своим жителям.

Дома из обычного дерева, без краски, кроме дома патриарха. Соломенные крыши, кроме знатных домов. По сравнению с разноцветными Акихиро, это было подобно тому, как люди складывают переливающиеся красивые драгоценные камни в обычную шкатулку. О чём и любили говорить Акихиро, считая, что они самоцветы, а деревня это их шкатулка.

Сатору Годжо считал, что всё это просто оправдания тому, что им было лень красить свои дома. Или, если дешевле, делать резьбу. Хотя, применимо ли вообще к Акихиро понятие "дещевле"? Ведь если разбираться, у кого больше всего ресурсов? У Фудзивара, Дайдайри, Сугавара и т.д. естественно. Но это если разговор идёт о влиянии, территориях, количестве людей, еды, благ...

Но для человека будущего? Рубин! Она таскает чертову рубиновую катану! Серьёзно? Тебе деньги девать некуда? И они такие все в этом клане. Даже не понимают, что их оружие стоит не "честь клана", а "дохреналион".

Беловолосый наблюдал за тем, как его, кажется, уже полноценная невеста, хотя в эту эпоху такого термина даже не было, перебирала всякие камни. В большинстве своём драгоценные.

— Сатору, скажи. —, подняла голову девушка, держа в пальцах крупный сапфир в форме кабошона. —, кто красивее: я или вот этот сапфир?

Замечательно. Очередной вопрос уровня "летели два верблюда". Эта девушка, уверявшая, что без наследства, но при этом являвшаяся любимой дочерью патриарха, постоянно делала эти ребусы.

Впрочем, Сатору Годжо чье-то там мнение и реакция волновали в последнюю очередь. Поэтому, в решении таких задач он опирался только на один параметр: как будет веселее?

— сапфир. —, ответил он, улыбнувшись.

Канате посмотрела на него. Потом на сапфир. Потом на себя в зеркале. Как-то философично вздохнула и отложила камень.

— не получишь ты сегодня...

— мне кое-что интересно.~ —, нагло перебил её заклинатель. Собственно, зачем откладывать появлявшиеся вопросы, если можно спросить? Только последний идиот будет "замалчивать" и "я жду удобного момента".

— м?~ —, радостно развернулась к нему Акихиро. —, что же? Что?

— у нас, в будущем, нет столько драгоценных камней. —, лениво указал на её катану, стоявшую на подставке, и на разбросанные вокруг самой девушки минералы. —, сколько есть у двух людей вашего клана. Куда делись?

Канате пару раз моргнула. Задумалась.

— взорвались. —, наконец решила она. —, вспомни применение.

— помню. Особенно крик Аяки. —, сложил руки рупором. —, МОЙ САДИИИИК!!!

Акихиро от неожиданности аж подскочила, прижимая руку к сердцу. Кажется, она мысленно проклинала сама себя за то, что при первом знакомстве затопила сад подруги сапфиром.

— тьфу ты окаянный! —, глубоко дыша, воскликнула она. —, зачем орёшь так?

В этот момент коси-мадо их комнаты раздвинулся, в помещении влетел Акихиро-но Хомма, с обнаженной изумрудной катаной в одной руке и бумажной печатью тревоги в другой.

— что стряслось?! —, рявкнул наследник, резко крутя головой по комнате. —, где враг?!

Ну надо же. Такое эффектное и внезапное появление удивило даже беловолосого гения. Конечно, причиной может быть то, что Шесть Глаз сейчас отключены, а Хомма не пальцем деланный, но... Важно ведь не это? Важно то, что, несмотря на важность приличий и всего подобного, он ворвался в комнату, как только подумал об опасности.

И да, можно было бы сейчас начать ругаться на него, крикнуть что-то типа "стучи!" и выпроводить, обвинив в неутонченности. Однако такое честное и чистое желание защиты членов своего клана заслуживает уважения. Вот на что уж Годжо было плевать с самого рождения, так это на приличия. Наоборот, в глазах Сатору этот громоздкий наследник... Поднялся.

— Хомма-доно, это Сатору... —, начала девушка, пытаясь хоть как-то подобрать слова, не уронив свою и без того низкую репутацию окончательно в бездну. —, очень переживает за сад Хи-но Кими.

Хомма убрал катану в простые деревянные ножны, голос стал ровным и учтивым, слегка поклонился.

— прошу прощения за беспокойство. —, развернулся на выход. —, будьте аккуратнее, тут иногда ходит патриарх. —, вышел, закрыв за собой ставни.

— вау.~ —, проводил его взглядом Сатору. —, какая быстрая реакция.~

— хорошо, что не ударил сразу. —, усмехнулась Канате, представляя, как будет объяснять патриарху на пару с старшим братом, что это не нападение, а просто половину резиденции разрушил сад Хи-но Аяки. Лицо патриарха... Представлять было слишком смешно.

— кто сильнее: ты или Хомма?

Конечно, он уже знал ответ на этот вопрос. Даже без Шести Глаз можно опознать большую часть уровней. Любой заклинатель... Как и шаман, банально кожей чувствует чужую энергию. Сатору лишь хотел узнать, как оценивает себя Канате. Не одной ей же расставлять словестные ловушки? Хотя эту он оценил бы на три из десяти, слишком простая.

— конечно же Хомма. —, вытягивая ноги на циновке ответила Канате. —, что за глупый вопрос?

Выкрутилась. В таком случае, атаковать стоит с другой стороны.

— ну, а вдруг ты как тот герой в аниме, который самый милый и крутой? —, поинтересовался парень.

— пф. —, прыснула Акихиро. —, самая милая и крутая это Аяка. А я вообще побочный персонаж.

— не зря я тебе рассказывал, что такое аниме.~ —, довольно протянул Сатору. —, теперь ты даже знаешь, что такое "персонаж".

— отстань. —, махнула на него рукой. —, сегодня меня всё равно не получишь.

Сатору решио пойти по своему любимому пути. Весёлому и, главное, трагикомедийному. Театрально уронил голову с рук, изображая искреннюю грусть.

— ну блииин.~ —, протянул он, но тут же вернулся в исходную позу. —, так и всё же. Катана то твоя многоразовая. Да и тот сапфир водный тоже.

— хм, да. —, по лицу было видно, что Акихиро действительно задумалась, перебирая всё, что знает о минералах. —, но разрушить их в ничто вполне возможно. Если, например, использовать для восстановления своей энергии.

— знаешь, что можно было бы в будущем купить на одну твою катану? —, ехидно спросил парень.

Канате мигом метнулась к своей катане, обнимая её как ребёнка. Или клад. Сатору бы обнимал как клад. Он даже не знал, искуственный это рубин или настоящий? Если настоящий, то на него можно купить... Ну, Токио. Если искусственный, то пару зданий. Больших.

— не надо на неё ничего покупать! —, выкрикнула девушка.

— пару кварталов города. —, решил усреднить беловолосый.

— ...с-серьёзно?.. —, выдавила Канате, круглыми глазами глядя на своё оружие.

Ну вот, она абсолютно не понимает, что вообще у неё в руках. Как Годжо и считал раньше, клан странный и глупый, на мерки будущего.

— да. —, спокойно подтвердил он. —, потому что самый большой рубин весит, кажется, сто грамм? Не разбираюсь. А твоя катана раз в десять тяжелее.

— грамм катаны?..

— Будда помилуй меня... Чуть больше четверти кан.

— а!

— подари мне такую катану.

Лицо девушки погрустнело, отложила катану обратно на стойку, вернулась на циновку.

— ты... Собрался уйти в своё будущее?..

— Кана... —, начал беловолосый, старательно подбирая слова. Не то чтобы он был прям верным и полным любви, но расстраивать девушек не любил. Да и какой ты сильнейший, если из-за тебя плачут? —, в будущем проблем ничуть не меньше, чем здесь. Там нужен сильнейший заклинатель.

— и ты не хочешь остаться со мной? —, спросила она.

Задача. Ответить "да" означало, что идти в будущее тогда смысла нет. Ответить "нет" означало, что непонятно, чем вообще он занимается в этой комнате и деревне. Придётся выкручиваться в что-то среднее. Да и, в конце концов, никто ведь не запрещал обманывать? Ложь это тоже техника. Просто более сложная, чем проклятые. Интересно, почему ложь не проклята?..

— хочу, но...

— но?

— но ладно. Пока что я останусь. По крайней мере потому, что мне интересно, как отделились Годжо в эпоху Камакура. И куда делось всё это огромное количество Особых уровней, что есть сейчас.

— какая ещё марамакура?

— Будда... —, прикрыл глаза рукой. Он ведь рассказывал ей об эпохах. И это гений Акихиро? Почему-то Сатору казалось, что на гения куда больше походил Хомма. Или, на худой конец, сам Исонао. —, примерно четыреста лет от сейчас.

— а! Остаёшься?

— сказал же. Но помогать остальным в поисках того, как вернуться, я продолжу. Это мне тоже интерес...

Разговор закончился на том моменте, когда Канате потеряла кимоно посреди монолога Годжо. Сам Сатору решил, что разговоры могут подождать, в то время как девушки не ждут.

Гостей из Фудзивара поселили под присмотром патриарха и старейшин в гостевом доме. Пятому было запрещено покидать территорию дальше сада, чтобы доказать искренность своих намерений.

Юкихару же, который был вынужден делить пространство с Наофуми, не удосужились ограничить даже устно. Всего-то начальный Дайдзё-дайдзин печатей, что он сделает в деревне клана, где помимо патриарха ещё два императора?

Таким образом, юный шаман был предоставлен сам себе и целыми днями гулял по деревне, подмечая отличия от своей Азамура-дэру. Их было несколько:

Во-первых, в деревне Акихиро всегда было прохладно. Поселение находилось в месте добычи минералов, в котловане. Если бы Юкихара не был воспитанным благочестивым аристократом, он бы просто сказал, что эти ходячие цветы живут в яме.

Во-вторых, здесь были землянки. В поселении Фудзивара такое было недопустимо и даже самый неудачливый человек имел хижину. С соломенной крышей. Акихиро же не стеснялись жить в землянках, оправдывая это близостью к минералам.

Когда он услышал это в первый раз, едва не рассмеялся. Воспитание делает своё дело даже в таких мелочах. Близость? Как бы не так. Но ему, наследнику Сикике, не было нужды объяснять этим людям, где и почему они не правы.

Сегодня, вновь намереваясь прогуляться, Юкихара был остановлен Наофуми. Тот, прослышав о сакэ клана Акихиро, в которое добавляется минеральная пыль с проклятой энергией, захотел попробовать. Сикике был отправлен на поиски.

Ну а как ты откажешь одному из сильнейших шаманов? Среди высшей аристократии ходили разговоры о том, что Император Времени способен самостоятельно развивать манёвренную скорость в бою близкую к 160дзё/секунду!

Конечно, верить этому не стоит. Не так важно, аристократ ты, министр, ремесленник или крестьянин. Слухи и сплетни вы любите одинаково, отличается только направление.

Сам Юкихара считал, что это знатное преувеличение, и больше 50дзё/секунду набрать Наофуми не сможет. Спрашивать об этом самого Пятого он не стал.

Не то чтобы Сикике так уж не нравилось общество Наофуми, но... Он был невоспитан. Абсолютно. Никакой учтивости, никаких манер, никакого... Ничего. Просто ничего. А ведь он рос под присмотром самого патриарха! Юкихара списал это на желание самого Наофуми показать клану, что плевать он хотел на все их порядки и желания. Клану. Но почему он продолжал вести себя так с союзниками? Друзьями? Да и были ли они друзьями?

На самом деле, сам парень считал, что Дзенин им банально пользуется для построения отношений с Акихиро, Хи-но Кими и... Энширо? Загадка. Уже не раз он слышал от Императора Времени о том, что эта девочка может его угнетать.

Юкихара прожил с ней около месяца, а потому прекрасно понимал, о чём идёт речь. Невоспитанная, прямолинейная и с полным проклятий языком девочка. Но угнетать? Скорее всего, преувеличение.

— день добрый. —, учтиво поклонился парень показавшемуся ему неплохого состояния Акихиро. —, меня зовут Фудзивара-но-сикике Юкихара, являюсь гостем патриарха Акихиро-но Исонао. Мне интересно, можно ли приобрести сакэ с минеральной пылью?

— Фудзивара... —, скривился мужчина с ярко-фиолетовыми волосами. —, ну, раз патриарх пустил, то знает, что делает. Могу продать за два коку.

От такой наглости дёрнулся даже Юкихара. Два коку? На два коку он мог купить себе два то простого сакэ, или один то качественного. А бурдюк? Там от силы два литра.

Собравшись с духом, он осторожно поднял руку, стараясь держать голос ровным.

— хорошо, я согласен. Оплату произведет Фудзивара-но-дзенин Наофуми, я вернусь с... —, запнулся. —, двумя мешками риса...

— другое дело. —, расплылся в улыбке пурпурноволосый.

— Юкихара.~ —, послышался позади парня голос. Ужасно раздражающий голос, на носителя которого регулярно вешались печати покоя.

— умалишённый Сатору-доно. —, развернулся шаман, учтиво поклонившись. —, что вас привело?

— там патриарх собирает нас. —, не обращая внимания на холодность сообщил беловолосый. —, через час. Не опаздывай.~ —, помахав рукой, развернулся к резиденции.

— как будет угодно. —, кивнул Сикике, идя следом.

В зале для совещаний патриарха, где проводился совет по поводу идолов, сейчас сидел за столиком сам патриарх, на циновках расположились Канате, Сатору, Юкихара и Наофуми. По разные стороны друг о. Друга.

— Кира прислала первые сведения. —, сообщил Исонао, разворачивая небольшое письмо.

— отлично, значит, можем начинать действовать. —, кивнул сам себе Юкихара.

— Наофуми.~ —, игриво протянул Годжо, от чего у Сикике дернулась бровь. —, ты первый. Что есть у твоего клана Шито?

— этот мальчик с еретическими глазами нравится мне всё больше и больше. —, усмехнулся Наофуми, проводив взглядом Юкихару, который уже молча раскладывал два свитка на столе патриарха. —, хех, можро и так, конечно. Но вкратце: у них три вида шаманов, у нас два. Подозрения пали на местных еретиков и предателя Тяньши, Сюань Цзина.

— ну и имечко.~ —, улыбнулся Сатору, приподнимаясь на циновке. —, тогда сейчас...

Договорить он не успел. С открытого потолка, прямо с деревянных балок, в центр зала упала Хи-но Аяка и Гэто Сугуру. Юкихара уже ничему не удивлялся и просто достал ещё один свиток, начиная подсчёт ущерба. Как морального, так и финансового.

— здрасть. —, отряхиваясь от древесной пыли поприветствовала всех девушка. Наофуми тут же оказался рядом, приставив ей два вакидзаси к шее.

— просим прощения за вторжение. —, отряхнув кимоно, поклонился Сугуру.

— Гэто! —, радостно вскочил Сатору.

— Хи-но Кими... —, едва не прорычал патриарх. —, я требую внятных объяснений.

— я тоже. —, надавливая сильнее сказал император Времени.

— ва-а-ай.~ —, игриво протянула девушка, пальцем отодвигая лезвие. —, я, как член тройственной комиссии, пришла за сведениями.

— ей вообще не страшно? —, прошептал на ухо Гэто Сатору, уже вставший рядом с другом.

— у неё кимоно мокрое. —, тем же шёпотом отозвался Сугуру. —, ей вообще ничего не страшно.

— вы с ней уже того самого?.. поздравляю, Хи-но Гэто!..

— не придумывай себе ерунды. —, оттолкнул его парень.

— это закрытая деревня клана Акихиро. —, послышался голос Исонао. —, закрытая. Деревня. По какому праву вы сюда проникли? Вам никто не...

— разрешал. —, перебила его Аяка, доставая императорскую печать улыбнулась девушка.

— вы самый загадочный человек, которого я знаю. —, убирая мечи в ножны прокомментировал Наофуми. —, после Абэ-доно.

— Абэ-доно загадочный? —, повернулся к нему Гэто.

— да он же только сакэ глушит сутками! —, воскликнул Годжо.

— он дайдзё-дайдзин барьеров. —, добавил Сугуру.

— я знаю, что он дайдзё-дайдзин и любитель выпивки. —, чуть раздраженно ответил Наофуми. —, но почему-то в разговоре с ним всегда кажется, что он главнее.

— нет, ну, когда он выдавал мне горшок, я тоже думал, что сильнейший тут он, а не я. —, согласился Сатору, содрогнувшись от воспоминаний.

— у нас есть дела. —, тащя беловолосого к себе за воротник прошипела Канате. —, Аяка, ты могла войти через вход.

— могла.~ —, согласилась пепельноволосая.

— тогда почему не...

— достаточно. —, заткнул всех патриарх. —, хватит. Хи-но Кими, если вы пришли слушать, то слушайте. Если говорить, то говорите по делу. Не тратьте общее время.

— они не ладят? —, спросил у Юкихары Гэто.

— Исонао-доно. —, с ледяной вежливостью, но тихо, начал шаман. —, ладит с Аякой примерно так же, как Абэ-доно с дьявольскими песнопениями.

— не поверишь, но мне стало всё понятно.

— знаю. Я адаптировался к вашим привычкам.

— нет, вообщееееееееее.~ —, невинно садясь в центре зала протянула Аяка. —, у меня тоже есть информация от Сына Неба.

— если вина на Сюане, то это и без вас было самой рабочей версией. —, осадил Исонао.

— он сейчас в Японии.

— тц. А вот этого мы не знали. —, скривился Исонао. Конечно, о наличие японского имени известно было, спасибо Наофуми, но местонахождение...

— где? —, тут же спросил император Времени.

— особый отряд разведки Сына Неба выяснил, что идолы накопили достаточно энергии и пора... Собирать урожай.~ —, с явным удовольствием доложила девушка. —, самый большой всплеск проклятой энергии почувствовали на Сикоку, вблизи провинции Сануки.

— отправляемся? —, поднялась Канате. Патриарх и Наофуми переглянулись. Замолчали.

Минута. Две. Юкихаре невольно вспомнился Абэ-но Сэймей, чьи размышления выглядели практически так же. Только одиночные. Неужели все умные люди так делают? Юкихара себя тупым отнюдь не считал, но никогда подобным не занимался.

— вы пойдёте без меня. —, сказал Наофуми.

— у нас с императором Времени есть дела. —, добавил патриарх.

— принято. —, спокойно согласился Юкихара. —, в таком случае, выдвигаемся в предыдущем составе: я, Абэ-но Гэто, Абэ-но Иэри, Годжо-но Сатору, Хи-но Аяка, Акихиро-но Канате и Энширо...

— не совсем.~ —, прервала его Аяка. —, Энширо сейчас занята своими делами, как и Иэри.

— но без целителя... —, начал Сикике.

— с нами будет Кин, он уже движется на Сикоку.

— он целитель?

— он поймает удар.

— обычно это делаешь ты. —, кивнула на бинты девушки Канате.

— я что, похожа на жертвенную овечку? —, недовольно спросила пепельноволосая.

— да. —, ответили со всех сторон. Аяка согнулась так, будто ей на голову упала наковальня.

— выдвигайтесь. —, стукнув по столу кулаком сказал патриарх. —, полдня на сборы и чтобы духу вашего в деревне не было до завершения расследования.

Глава 10. Хэ Юань

Вечером того же дня все уже собрались и, при полном обмундировании(обычная одежда, но сверху плащ и соломенная шляпа) стояли у ворот Хосемура-дэру. Брать вещи в корзинах с собой никто не стал, в конце концов они идут на ликвидацию опасного шамана-еретика, а не в гости к друзьям.

— как ехать то? —, на выходе спросил Годжо.

— умалишённый, неужели ты не удосужился за два месяца отдыха выучить основные маршруты? —, с официальной учтивостью спросил Юкихара.

— в Наниву нам сейчас. —, резко разрубила воздух рукой Канате, прерывая уже начинающуюся очередную перепалку.

— о нет! —, схватился за сердце заклинатель. —, опять эта проклятая Нанива! И снова корабль!

— Сатору, ты умеешь ходить по воде?~ —, мило протянула Аяка, подходя к нему.

— да?

— кхе...кхэм... —, закашлялась в рукав пепельноволосая, но через секунду уже вернула обычное игривое выражение лица. —, нет, я тоже умею, конечно, но сомневаюсь, что кроме нас с тобой кто-то может так.

— не обладаю подобными навыками. —, отрапортовал Юкихара.

— могу оседлать проклятого духа, так что, технические, умею. —, повёл бровью Сугуру.

Все постепенно перевели взгляд на Канате.

— что? Я минераломаг, а не водная псина. Не умею.

— я возьму тебя на руки! —, выпалил Годжо.

— а Юкихару на шею? —, с издёвкой спросила Канате.

— не приведи Будда. —, отодвинулся Сикике куда-то в сторону, на автомате потянувшись к свиткам на поясе.

— у меня много духов, он просто сядет на второго. —, вставил Гэто.

— ну ладненько.~ —, кавайно улыбнулась Аяка. —, в таком случае, конечно, мы можем срезать путь.~ только придется драться с волнами иногда. Но... В Наниву мне всё равно надо по делам. Я вас дого!.. —, уже готовая к побегу девушка была поймана Сатору и поднята в воздух.

— ну уж нет. Заглянем в твою Наниву вместе.

— Аяка, ты похожа на нашкодившего котёнка. —, рассмеялась Акихиро.

— я он и есть. —, наивно ответила девушка и продолжила ещё более детским невинным голосом. —, но если Сатору меня сейчас же не отпустит, то вы услышите хруст костей. —, Годжо отпустил, откинув подальше. Аяка мягко приземлилась.

— Хи-но Кими, могу я поинтересоваться, какие у вас там дела? —, чуть отрешённо спросил Юкихара.

— встретить одного человека, поговорить о делах и отдать вещичку.~ —, посмотрела на Сикике. Аристократ посмотрел на неё. Секунда. Две. —, не скажу, не надейся.

— мы уже привыкли. —, вздохнул Гэто, поворачиваясь в сторону Нанивы.

— всё равно однажды я всё выясню. —, сурово пообещал Юкихара, идя следом.

Тем временем время во дворце императора Масары шло своим чередом. Энширо в который раз пробралась на кухню, чтобы порыться во вкусных запасах.

Она часто брала у поваров спелые сливы, персики, хурму и прочие вкусные плоды. Но наступала осень. Плодоношение сходило на ней, а те немногие новые поступления мигом сушили либо консервировали.

Кухня представляла собой длинное почерневшее здание от постоянного дыма с землянным полом. Никаких излишеств, смысл находился в еде, а не в кухне.

Беловолосая девочка стояла ровно в центре, прегражда дорогу нескольким поворам, держась за голову.

— о нет. —, абсолютно плоским тоном сказала она. —, всё пропало.

— Энширо-но Кими, пожалуйста, на зиму у нас есть множество другой еды... —, пытался успокоить её повар.

— проклятое прошлое. —, не обращала внимания Энширо.

— п-прошлое?..

— блять...

— Будда... —, сложил руки в молитвенном жесте. —, неизвестный язык...

На кухню зашёл мужчина средних лет, крепкого телосложения, с сильной челюстью и пронзительным взглядом. Длинные чёрные волосы с небольшой проседью были убраны в шапочку эбоси, одет в синие официальные одежды.

— Энширо-доно, вас вызывает Сын Неба. Немедленно явитесь. —, приказал он.

— а ты что за хрыч? —, обернулась девочка. —, у меня тут проблема между прочим. Решай.

— это не входит в мои обязанности. —, отрезал мужчина. —, Однако, ежели вы не желаете исполнять указ Сына Неба, я вас казню.

— в кипятке?

— обезглавливанием. —, не оценил шутку министр.

— иду я, иду... —, вздохнула Энширо.

Через несколько десятков минут она уже была в покоях императора, тот сидел на диване. У стены стоял мужчина в плаще.

— аы наконец отпустите меня домой? —, с надеждой спросила беловолосая.

— Энширо. —, обратился император. —, ты слабая.

Девочка дернулась, как от резкого холода. Нет, она знала, что никогда не отличалась силой, но зачем так прямо об этом заявлять? Это обидно. Если бы сейчас её мысли не были заняты добычей фруктов, то она бы, возможно, даже расплакалась. Немного. Ну, ладно, захныкала. И вообще, разве она не почтенный заклинатель будущего среди всех этих шаманов?..

— я знаю. —, выдавила она. —, я ж не гений типа Сатору и Гэто.

— тебе нужно стать сильнее. —, велел Масара.

«Великолепно. Он серьезно думает, что если прикажет, то я просто стану сильнее?» —, пронеслось в голове Энширо. Как же иначе, императоры все такие. Даром что беловолосая в своей жизни встречала только одного, и он сейчас сидел прямо перед ней.

Интересно, можно ли Ягу считать императором техникума?.. ну, в качестве прикола, почему бы нет.

— если быто работало от вашего приказа, я бы уже, наверное, была императором барьеров. —, иронично ответила девочка.

— это Сино-но Кагэ. —, указал на человека в плаще Масара. —, один из моих внешних агентов.

— как Аяка?

— как Аяка. —, согласился император. —, но совсем другой специализации.

То есть, вот этот мужичок... Мужчина ведь?.. в плаще сто пятидесятого размера не поймёшь... Наравне с Аякой? А ведь та одной гардой катаны победила Сатору без «Бесконечности». Пусть Сатору без «Бесконечности» и является аналогом чая без заварки, силы её это не умаляло.

И у него таких агентов двое? Или больше? Где один, там и второй. А где второй, там и десятый — решила Энширо.

— вы крутой. —, кивнула своим мыслям она.

— сочту за комплимент. —, слегка улыбнулся Сын Неба.

— а мне то с этого кагеге что?

— мне приказано вас тренировать. —, подал голос человека. По сравнению с прошлой беседой, его голос стал на несколько уровней ниже, почти утробным.

— что?.. меня?.. —, повернулась к нему. —, и чему ты меня научишь? Как правильно носить плащ, чтобы не было понятно парень я или девка?

— я мужчина.

— Кагэ специалист в магии иллюзий. —, сказал Император. —, поэтому и его внешность, и его голос ненастоящие.

— я должна стать иллюзионистом? —, издевательски спросила Энширо. —, могу достать кролика из эбоси, хотите покажу?

— нет.

— а чо тогда ты меня учишь?

— пока не учу.

— кхм... Эм... Ай в сраку, О́ни с вами. Всё равно ведь не отстанете. —, сдалась беловолосая. —, когда начинаем?

— сегодня. —, приказал Масара. —, вам отводится тайный зал для тренировок.

— слушаюсь. —, прыгнул в потолок, бесшумно исчез.

Энширо проводила Чёрный Плащ взглядом, уже толком не надеясь на спокойный сон, и думая, что могла бы прожить и без слив, только бы её не трогали. Перевела взгляд обратно на императора.

— это на случай, если на вас нападут?

— Энширо. —, более тёплым голосом назвал император. —, Мы с тобой поговорим, когда ты по-настоящему достигнешь уровня Дайдзё-дайдзин. Сейчас ты, напоминаю, от силы Дзюити-и.

— клянешься? —, прищурилась она.

— смеешь требовать что-то от императора? —, позволил себе лёгкую улыбку.

— да.

— клянусь. —, кивнул мужчина, сдержанно смеясь, прикрыв рот веером. —, отвечу на два любых твоих вопроса, когда ты достигнешь уровня Дайдзё-дайдзин любой ветви, кроме количества энергии.

— для количества энергии есть отдельная область?.. —, склонила голову набок.

— разве ты уже достигла уровня Дайдзё-дайдзин?

Энширо обиженно насупилась, сложив руки на груди и отвернувшись.

— не очень-то и хотелось.

Направилась к выходу. Всё равно потом узнает от кого-нибудь. Всегда был добрый Морозилка-доно из Сикике, готовый рассказать «базовые знания».

Император проводил её взглядом и снова улыбнулся. Поистине, бесстрашный ребёнок. Либо у неё несколько жизней, либо просто отсутствует сознательность. Но именно это нравилось Масаре.

Интересно, если сделать её удайдзином, насколько ослабнет власть Фудзивара?.. но, конечно, сейчас это невозможно. По причине её неизвестности, молодого возраста да и просто не знания работы. Но как вариант, в котором Энширо менялась на кого-то другого, не из Фудзивара, он решил эту мысль оставить.

Всё это время Акихиро-но-эмерарудо Кира времени тоже не теряла и уже прибыла в Ханчжоу, ещё несколько дней назад. Успела осмотреться и присмотреть харчевню, где было множество проезжих и, соответственно, слухов.

Акихиро уже успела купить себе новый плащ, взамен того, что порвал Ма Лин. Кстати, группу пиратов она отпустила около Ханчжоу. Возиться с сдачей властям значило привлекать внимание, а это последнее, что нужно шпиону.

Сказывался опыт того, что уже не первый раз она шпионит для клана. Очевидно, предыдущие шпионажи были на территории японской империи, но люди везде люди, отличия только в городах. Размерах, постройках. На фоне китайских зданий и городов япония была похожа на... Деревню? Ну, конечно, получше, но разница в любом случае большая.

Сейчас девушка сидела за столом той самой харчевни, забитой под хавязку, и жевала простую пшеничную лепёшку. Ела она недавно, в другой харчевне.

К её месту подошел человек ростом немного выше неё, в кожаном доспехе, соломенной шляпе, штанах ку и, что отличало от многих, сапогах. Настоящих, кожаных, а не обмотанный лишний раз туфлях, как у Киры. И мечом на спине.

Парень сдвинул шляпу на затылок. На вид ему было не больше 25-ти лет, лицо чуть бледное, глаза чёрные, как и длинные волосы, убранные в хвост.

— День добрый. —, поприветствовал он. —, Скажите, могу ли я остановиться за вашим столом? Остальные заняты, а я устал с дороги. Меня зовут Хэ Юань. В благодарность, оплачу ваш обед.

— м?~ —, замерла Акихиро, подняв взгляд. Отложила лепёшку, счастливо улыбнувшись. —, конечно! Я всегда рада пообщаться, садитесь.

— благодарю. —, кивнул Юань, садясь за стол и заказывая обед. —, как вас зовут?

— Ки Ра. Путешественница. —, отозвалась она. —, из Минчжоу. А ты? Тоже путешественник?

— у вас очень красивое имя. —, учтиво улыбнулся парень. —, я ученик Тяньши, сейчас на... Практике, если можно так выразиться. Учусь частично на горе Лунхушань. Это провинция Цзянси.

— где-где?.. —, переспросила Кира, мысленно проклиная Ма Лина. Чёрт возьми, если ты учился в Тяньши-дао, не мог назвать мне гору?! Или провинцию хотя бы! Чтобы она не выглядеть дурой перед...э...потенциальным мешком со свитками.

— хах. Ты явно не из нашей страны. Судя по твоему виду и тому, что мы в Ханчжоу... —, потёр подбородок. —, Силла? Или Япония?

— Япония. —, созналась Кира. Уклоняться было бы ещё более подозрительно, а тут вон какой шанс сам к ней подсел. И хлебал гадкий суп, но это уже не её дело. —, но раз я рассказала о себе, то и ты говори.

— конечно, почему нет?

— раз ты из Тяньши, то, наверное, связан с благородными семьями?

Хэ Юань посмотрел на неё, но ложку супа не опустил. Секунда, две. Отправил ложку в рот.

— может быть.

— расскажешь последние новости? —, тут же подняла руки, как бы успокаивая. —, я не прошу какие-то секретные, просто что гуляет в обществе.

— ну... —, задумался парень. —, допустим, я слышал, что жрецы Гудао изгнали из своего культа Сюань Цзина. Ты, конечно, не знаешь кто это, но если вкратце, то важный человек был.

— а... —, изобразила непонимание Кира. —, а куда изгнали?

— кто ж его знает? Факт в том, его ни Тяньши, ни У его не примут. А теперь ещё и Гу отвернулись. Сам он, кстати, просто плюнул, пообещав всем кару небесную, да исчез. Но это так, народные байки.

— скажи... —, осторожно начала девушка. Видя, что этот Хэ Юань довольно словоохотливый, решила ухватить всё, что можно. На крайний случай сбежав. —, а я могу поступить в Тяньши?..

— кха!.. —, подавился парень, покашлял, вытер рот рукавом. —, нет, в принципе, импенно закона конечно нет... Но Тяньши-дао тебя точно не примут. Они просто к женщинам то нетерпимы, а ты ещё и иностранка. Но... Попробовать стоит в смежных более низших школах, туда берут и иностранцев, и женщин. Советую выбрать какое-нибудь ответвление школы Пяти Мер Риса. Они частично слиты с Тяньши. Но тебе нужно сдать экзамен...

— я успею записаться? —, выпалила девушка.

— туда не записываются. У тебя должно быть приглашение от человека из Тяньши для прохождения экзамена.

— блин...

— ты вообще умеешь хоть что-то?

— да... —, хныкая, закивала Кира. —, я сильная!.. ну, для своего возраста...

— ладно, ладно, тише ты. Не плачь. —, выставил руки парень, подвинул к ней ту самую недоеденную лепёшку. —, Я, как представитель Тяньши, не могу позволить прекрасной девушке плакать. Давай так. После еды проведём на улице спарринг. Если ты правда сильная, то я дам тебе приглашение.

— правда?.. —, просияла Акихиро.

— если ты достаточно сильная. Но экзамен тебе всё равно сдавать.

Спустя около получала они вышли во внутренний двор харчевни. Хэ Юань снял меч и отложил к стене. Кира туда же откинула плащ, разминалась.

На этот раз противник был сложнее, чем пират-отступник, поэтому Акихиро была готова использовать магию, чтобы добиться результата. Но только в крайнем случае.

— уверен, что тебе не нужен меч?

— против тебя — вряд-ли. Если же ты сможешь одолеть меня без меча, значит, такова твоя сила. —, занял базовую стойку. —, Начинай.

— э... Ну ладушки!~ —, приблизилась к нему, чуть подпрыгнула на одном месте, начиная раскручиваться на одной ноге, нанося разноуровневые удары по парню. В голень, колено, бедро, чем заставляла угадывать траекторию и сбивала ритм.

— ну, по крайней мере, с основами у тебя хорошо. —, спокойно сказал Юань, заблокировав удары ногой. Затем пнул её удар снизу вверх, из-за чего девушка колесом отлетела назад, хоть и быстро вернула равновесие. —, но не могу обещать, что так ты пройдешь экзамен.

— я не закончила!.. —, начала иное вращение с выбросом проклятой энергии по кругу. Энергия формирует лезвия вокруг ноги, превращая каждое движение в режущую атаку. Радиус — до 3 метров. Чем дольше вращение, тем плотнее лезвия.

— уже интереснее. —, усмехнулся Тяньши, уклоняясь. —, однако, траектория довольно предсказуемая. —, подловил момент, пинком сбив с ног.

— так и было задумано! —, широко улыбнулась девушка.

Приземлившись на руки она тут же вернулась на ноги, прыгнула в воздух, кувыркнулась и нанесла размашистый удар пяткой в голову Хэ Юаня, разгоняя его тем же кувырком.

В удар была вложена вся доступная ей проклятая энергия, которая при встрече с блоком парня ударила взрывной волной. Противник выдержал этот удар, заблокировав двумя руками, хотя и с другом.

Кира отпрыгнула подальше, восстнавливая дыхание. Хэ Юань стоял в небольшой яме от взрыва, тоже глубоко дыша. Опустил руки.

— где училась?

— э... В Японии?.. —, недоуменно склонила голову набок. —, слушай... А тебе сколько лет то?..

— двадцать один год будет в этом году.

— да ладно! —, воскликнула девушка. —, ты по уровню немного слабее Канате!

— а кто это? —, поинтересовался парень, вешая меч в ножнах на спину.

— моя сестричка, ей 25.

— в таком случае неудивительно, что я ей уступаю. —, пауза. Кивнул сам себе. —, приглашение дам, но тебе придется подождать, пока я завершу свои жела в Ханчжоу. Потом вместе отправимся к горам Моганьшань.

— а успеем?

— бегать умеешь?

— ...я не юродивая.

— в таком случае успеем. —, направился к выходу. —, встретимся здесь через три дня. Кстати, опаздывать некуда.

Проводив взглядом этого Хэ Юаня, Кира осела на землю, выдохнув. Это уже ни в какие ворота. Он всего на год старше неё, а уже превосходит по силе... На сколько? Вот на сколько? Конечно, она примерно дала ему уровень Канате, но на деле то по впечатлению от пары ударов истинный уровень не поймешь.

Что важнее: фамилия Хэ не встречается среди пяти знатных родов. Значит, либо скрывается, либо кто-то уровня клана Тацума в Японии. Наверное. Сначала надо отдохнуть и теперь уже нормально поесть. На голодный желудок ничего не решается.

Ах да, он ушёл, не заплатив. Какой, однако, пылкий юноша. Кира ему припомнит это однажды. Когда деньги Китая, добытые патриархом ещё до начала миссии, закончатся.

На двадцать седьмой день седьмой луны Аяка закончила свои дела в Наниве. Наконец выдвинулись на Сикоку. Пепельноволосая и Сатору шли(скользили) по бурным волнам. Канате на руках Годжо радостно размахивала руками, воспринимая это как ребёнок в будущем карусель в парке аттракционов.

Хуже всех выглядел Юкихара, плывущий с каменным лицом на проклятье в виде дельфина рядом с Гэто, который плыл на таком же. Кимоно было насквозь мокрое, чернила в тушенице, кажется, вообще можно было выливать.

— пока что не могу определиться. —, процедил Сикике, держась за верхний плавник. —, это унижение, или честь.

— это дельфин. —, ответил Сугуру.

— я не об этом. —, медленно моргнул аристократ.

— тогда, море.

— и чего я вообще ожидал, задавая вопрос?.. —, поднял лицо к закрытому тучами небу.

— скоро прибудем уже.~ —, успокоила его Аяка, весело кружащаяся на воде. —, остался всего один день пути.

— Слу-у-ушай, просто из интереса. —, протянул Сатору, глядя на Хи-но Кими. —, Я держусь на воде благодаря «Бесконечности», это скорее полёт...

— вау!~ —, ещё веселее рассмеялась Канате. —, ты летаешь?

— я и в небе могу, но не долго.

— прокатишь как-нибудь?

— обойдёмся без ваших заигрываний. —, осадил Гэто.

— кхем... —, стушевался беловолосый. —, Так вот, Аяка, ты каким чудом на воде держишься? Или —, добавил в голос театральный ужас. —, о Ками, у тебя тоже «Бесконечность»?

— тьфу. —, плюнула в сторону. —, такая гадость мне не сдалась.

— гадость?! —, взвился заклинатель, едва не уронив ношу. —, моя техника уровня бога?!

— дрянь. —, брезгливо добила пепельноволосая.

— ровнее неси, касу. —, постучала ему по груди кулаком Акихиро. —, уронишь ведь, так и утону к Акагуре.

— ака... Так, Аяка, ты гнида.

— знаю.~ —, игриво захихикала девушка. —, все довольно просто: я направляю энергию в точку соприкосновения с водой и создаю устойчивый мини-барьер.

— Аяка-доно. —, холодно обратился Фудзивара. —, на это требуется сумасшедшее количество энергии и невероятный контроль.

— нет.~ —, надменно посмотрела на него. —, путаешь «водный» и «воздушный» шаг. С водой проще гораздо, ты тоже сможешь, если постараешься. Ходить по воздуху могут только Императоры. Парить некоторые Кампаку.

— Кампаку? —, удивился Сикике. —, кто?..

— хм.~ —, наигранно задумалась. —, например, Цуки-но Ёхан.

— дядя Ёхан? —, подключился к разговору Гэто. —, а он то тут... Хотя, с Сутью же работает. Очевидно, что необычный шаман.

— да.~ можно сказать, что он Кампаку Джики. Просто предпочитает уточнять, что именно за Джики. Так делают некоторые из Джики.

— у нас в клане только патриарх и второй старейшина могут ходить по воде. —, добавил Канате.

— разница между водой и воздухом такая же, как между водой и землёй.~

— Аяка-доно, можно вопрос? —, спросил Юкихара.

— конечно, я хоть раз не отвечала? —, состроила невинное личико. На неё посмотрели с такой ненавистью и осуждением, что содрогнулась даже ученица Сукуны. —, да будет вам...

— нам известно, насколько силён этот Сюань?

— хм.~ интересный вопрос. —, крутанулась на воде. —, по моим данным, был где-то на уровне Возбудителей. Ну, когда ещё был важной шишкой в Тяньши.

— и мы идём сражаться с таким человеком?! —, не выдержал даже сдержанный Сикике. —, его даже Наофуми-доно не факт что...

— Наофуми одолел бы. —, заткнула пепельноволосая.

— раньше.~ —, улыбнулся Годжо. —, а сейчас? После ухода из тех Тяньши он мог стать куда сильнее. Да и стал, собственно, дураку понятно.

— ты говорила, твой учитель ищет достойного противника. —, напомнил Сугуру. —, почему не сразится с ним?

— он нашёл что-то интересное на Цусиме. А еще... —, заняла милую позу, насколько это вообще было возможно при волнах открытого моря. —, ну, если мы его победим, то он не стоил внимания учителя. А если мы проиграем, то учитель его убьёт.

— но мы уже будем мертвы.

— возможно.~ но чтобы этого избежать с вами я и Кин.

— ты свой уровень до сих пор нам не раскрыла. —, упрекнул Сатору. —, вы вдвоем победили бы этого еретика?

— не знаю, мы ведь ещё не дрались.~ —, игриво мурлыкнула девушка. —, уровень наш в бою увидишь уже скоро. Да и вообще, чего бояться, если у нас есть ты?~

— а если я не захочу сражаться?

— эй! Сатору! Ну ты чего?! —, посмотрела на него Канате.

— без необходимости, имею ввиду...

— я буду драться!

— вот и необходимость...

— сущие детские забавы. —, устало закрыл глаза одной ладонью Фудзивара. —, не позорьтесь, пожалуйста.

— и не говори. —, кивнул Гэто, с лёгкой усмешкой.

— Гэто, ты единственный разумный здесь. —, с отчаянием сказал Юкихара, уже переходя на фамильярность.

— ты тоже.

— каковы наши шансы?

— если предположить, что этот Сюань Цзин слабее Наофуми, но чуть-чуть... —, задумался Сугуру. —, 30%.

— что такое процент?..

— э-э-э... Три вари.

— в таком случае, наши шансы такие же, как выпросить скидку у трактирщика? —, с надеждой на опровержение посмотрел на собеседника Юкихара.

— да.

— беда...

— это если берём Аяку и Кина, как Императоров. —, ехидно добавил Гэто. —, а если они слабее, то от силы семь бу(7%).

— надо было запросить помощи у отряда подавления клана Фудзивара. —, вздохнул парень.

— так чего не запросил? —, приподнялась на руках Годжо Канате.

— патриарх отсутствует, а без него такте приказы нельзя отдавать. Почему ты не позвала своих?

— я верила Аяке.

Ответа и комментария не последовало. Юкихара просто прислонился лбом к дельфину и быстро забормотал какую-то мантру. Кажется, о счастливом перерождении. Путь продолжался.

Глава 11. Завершение дела

Через десять часов вся группа прибыла на гористый остров Сикоку. На побережье их уже ждал Кин во всеоружии. У золотоволосого шамана были два огромных, по меркам тёкуто, меча за спиной. Ало-жёлтого и бирюзово-лазурного цветов. Раза в два длиннее тати, шире и тяжелее раз в десять. Их он держал за спиной без ножен, что резко контрастировало с его внешность.

— Кин... —, подошёл к нему Годжо. —, у меня есть несколько вопросов...

— быть может, он усиливает себя проклятой энергией. —, вежливо предположил Юкихара.

— при его размерах это не самый правильный выбор оружия. —, закончил Гэто, чем заставил Кина смутиться окончательно.

Правый попытался спрятать мечи за собой, но получалось очень плохо, ведь они действительно были едва ли не больше его самого. На помощь, к его счастью или ужасу, пришла Аяка.

— а ну цыц все. Кин всегда ими пользуется.

— Вау, Кин.~ —, слезла наконец с рук Сатору Канате. —, ты ещё круче, чем на прошлом турнире кланов.

— спасибочки, я стараюсь. —, расплылся в улыбке шаман. —, с прошлого раза стал втрое сильнее.

— в...в-втрое?..

— шутка.

— с кем поведешься, как говорится. —, глядя на Аяку сказал беловолосый заклинатель. —, Кин, а ты не хочешь переехать в клан Акихиро?

— нет! —, в унисон рявкнули Кин и Канате.

— похоже, клан Акихиро тоже не хочет Кина. —, отрешённо заметил Сикике.

— а что по клану Фудзивара? —, улыбнулся Гэто.

— у патриарха была истерика от его имени. —, с чиновничьей формальностью доложил Юкихара.

— да ладно вам! —, замахал руками Кин. —, я не страшный же... Так, может, всего-то выиграл у всех Фудзивара на том турнире.

— эй.~ —, оживился Сатору. —, а кто победил?

— смотря в какой категории. —, ответила Акихиро. —, среди шаманов выше Дзюити-и, где мы с Кином участвовали...

— Аяка? —, предположил Годжо.

— нет, меня не допустили. —, с оттенком грусти сказала девушка, чуть согнувшись.

— почему?

— по той же причине, что и Наофуми.

— без разницы. —, отмахнулась Канате. —, победил Сугавара-но-Годжо Иошито.

— а на втором месте кто?

— а чёрт знает. Не помню. Я выбыла в четвертьфинале.

— снова? —, издевательски спросил Сугуру.

— эй!

— она в каждом турнире доходит до четвертьфинала.~ —, ехидно протянула Хи-но Кими. —, но никогда дальше.

— Кин-доно... —, обратился Юкихара, полностью игнорируя начинающиеся очередные крики Сатору и Канате. Аристократ уже был не рад, что посоветовал этому безумцу присмотреться к Канате.

— просто Кин. —, перебил золотоволосый. —, либо Правый.

— Кин. —, не моргнув поправился Сикике. —, можешь рассказать о своих мечах?

— м?~ ну, их мне сделал Дзи ещё лет десять назад, по заказу Сукуны-но Кими. —, неловко улыбаясь почесал затылок. —, у них нет названия.

— ты не против, если я придумаю его, после завершения работы? —, пауза. —, очевидно, ежели выживем.

— согласен! Согласен!

— ты осчастливил ребёнка, Юкихара.~ —, одобрительно кивнула Аяка.

— он не ребенок. —, отрезали Канате и Фудзивара.

— ох. —, отпрянула, прижав руки к себе в защитнои жесте. —, как скажете. —, посмотрела в сторону гор. —, если информация Кагэ верна, то нам где-то два дня пешком. Гэто, у тебя случаем нет проклятых лошадей?~

— только драконы. —, невозмутимо отозвался Сугуру.

— ...что?.. —, медленно, очень медленно повернул к нему голову Юкихара, ещё помнящий дельфинов.

— люди боятся драконов, так они проклятыми духами и становятся.

— сколько их у тебя? —, поинтересовался Сатору.

— трое.

— слабовато.

— слышь, закрой варежку.

— не ссорьтесь! Не надо! —, встал между ними Кин. —, я уже договорился о лошадях, всё хорошо! Но пешком там всё равно надо будет пройти, ближе к месту... Я на разведку ходил!

— это было глупо, малыш Кин.~ —, неодобрительно протянула Аяка. —, но ладно, раз выжил. Где там твои лошади?

Прибыв к указанному месту, они вышли на довольно большое плато, где сидел в позе лотоса мужчина. На первый взгляд самый обычный, в косодэ, широких штанах и варадзи. Внешне где-то пятьдесят лет, с лысой головой.

Рядом в землю древком была воткнута китайская глефа. Сатору, первым оценив уровень энергии ранга Возбудителя, выскочил перед ним в грозной позе.

— вот и пиздец тебе пришёл, Хирохайдзу!

— здравствуй, шаман. —, не открывая глаз поприветствовал мужчина. —, могу я узнать, что вам нужно от этого ямабуси?

— Фудзивара-но-Сикике Юкихара, представляю интересы Сына Неба. —, вышел вперёд аристократ, разворачивая свиток. —, расследование показало, что именно ваши действия противоречат законам нашей страны, а потому вы должны пройти с нами в Хэйан-кё, не оказывая сопротивления. Если же вы невиновны, то вас отпустят, а лично я, из собственных сбережений, возмещу ущерб.

— не хочу. —, медленно поднялся человек.

— ожидаемо. —, обнажая рубиновую катану прошептала Акихиро. —, теперь точно, это он тот Хирокадзу.

— повеселимся!~ —, вырвался вперёд Кин, прыгая прямо на самоназванного ямабуси, выхватывая мечи из-за спины.

— что-ж, план допроса был проигнорирован. —, вздохнула Аяка, садясь на корточки у края плато. —, Сатору, ты видишь?~

— ага.~ —, снимая бинты кивнул. —, его энергия... Как чугунная ванна.

— не стойте, идиоты. —, прошипел на них Сугуру, выпуская трёх драконов в сторону Хирокадзу.

Приземлившийся в шаге от ямабуси Правый сразу наносит двойной удар: первым мечом снизу вверх, вторым сверху вниз. Хирокадзу, выхватив глефу, просто отскочил назад, где его уже атаковали сверху и сбоку радужные драконы Гэто.

Перехватив оружие за самый край древка одной рукой размашисто ударил по верхнему дракону, другой помогая себе уклониться от второго дракона, разбивая тому пасть пинком в подбородок.

— вы не считаете, что вот так без предупреждения атаковать монаха-отшельника не есть благочестие? —, насмешливо спросил Хирокадзу.

— оу.~ преступник решил поговорить? Испугался?~ —, ядовито протянула пепельноволосая.

— ничуть. —, мотнул головой. —, мне только на руку бой с вами. Идиоты из Культа Гу думали лишь о ядах, какое упущение. Я, между пр...

Он не успел договорить, Кин уже атковал серией вращательных ударов двумя мечами, почуяв неладное. Шаман-мечник, конечно же, не знал о усилении техники при раскрытии механизма работы, но чуйка на вражеские извороты у него была отменная.

Хирокадзу не успел отступить, пришлось блокировать лезвия глефой, раскручивая ту как мельницу. Подгадав момент, всадил кулак в грудь Кина.

— «Катто». —, послышалось со спины. Канате, успевшая сконцентрировать всю силу в клинике, ударила прямо по лопаткам. Но даже этот, казалось бы, неожиданный удар, ямабуси смог блокировать лезвием глефы, всего-то отлетев.

— даже не щекотно.

Золотоволосый парень, уже оправившись от удара, метнулся на свободную руку Хирокадзу скрещенными мечами, планируя удар-ножницы.

Рука была просто отдернула, а в мечи отправлен удар пяткой сверху, вбивший острия в грунт. Из-под земли, прямо под Сюанем, вырвался оставшийся в живых третий дракон, с попыткой сожрать, но был просто разрезан глефой.

— «цепная печать». —, сложил пальцы в мудре Юкихара, наконец поймавший момент, когда враг стоял на месте.

Продвинутая печать уровня Дайдзё-дайдзина, основанная на усилении предыдущего слоя каждым последующим через принцип резонансной обратной связи, рванулась узорами проклятой энергии к ямабуси.

— добавлю.~ —, игриво улыбнулась Аяка, сидящая рядом. Выставила руку вперёд ладонью, резко опустила ладонь. —, «печать застывшего мгновения».

— но это техника Наофуми-до!..

— и что?~

Техника Аяки идеально встроилась в многослойную печать Юкихары, стабилизируя и усиливая друг друга. Хирокадзу на несколько секунд полностью замер, остановленный в многократно замедленном времени области.

Этого хватило для того, чтобы Кин и Канате успели нанести удар. Золотоволосый ударил крест-накрест, пытаясь разрубить, но тело оказалось слишком прочным.

— «Сенши». —, сконцентрировала энергию на острие рубинового клинка, нанесла удар в голову. Хирокадзу, сбросивший ограничения времени, перехватил её за руку.

Годжо тут же телепортировался к ней, отбрасывая ямабуси в сторону, а Канате к Юкихаре и Гэто. Акихиро была бледная почти как мел.

— он поглощает энергию! —, крикнула она. —, так дела не делаются...

— так ты какое, «проклятое искусство». —, завороженно произнесла Аяка.

— Хи-но Кими, что дальше? —, спросил Юкихара.

— смотрим. Беловолосик закончил анализ.

— «Синий». —, сформировал большую сферу энергии, пустил по всему плату, собирая всяческие камни и деревья.

— о. Это «Джики»? —, невозмутимо следя за шариком спросил Хирокадзу.

— стороны! —, рявкнул Правый, перехватывая цепью свои мечи за рукоять. Раскрутил один над головой, метнул в ямабуси с левой стороны.

— да-да.~ —, весело улыбался Годжо, отправляя весь накопленный «Синий» с природным мусором в правый бок.

Клинок встретился с «Синим», взорвавшись ударной волной. Мужчина уже был в воздухе, подпрыгнув метров на десять и осматривая своих врагов.

Годжо оказался ещё быстрее, телепортировавшись над ним, отправил усиленным ударом ноги в голову вниз. Конечно же, Хирокадзу заблокировал, но сила никуда не делась. Рухнул вниз.

А внизу уже была Аяка с тати, чьё лезвие блестело слегка беловатым оттенком. Режущий удар вниз, Хирокадзу успел вытащить только одну ногу.

— ты Возбудитель? —, поинтересовался Хирокадзу, медленно регенерируя и парируя глефой атаки Аяки с Кином.

— твои кости пробьют только Возбудители?~ —, усмехнулась девушка. —, ну, допустим. —, отпрыгнула, выставив меч в его сторону. Кин тут же отскочил. —, «Рассечение».

Это было оно. Почти оно. Та самая легендарная техника Короля Проклятий, которая могла приказать пространству рассечься там, где он захочет.

В исполнении Аяки было несколько условий, без которых применение было невозможно для неё. Во-первых, меч либо любое другое оружие. Ей требовалось оружие, за редким исключением, как носитель техники. Во-вторых, «приказать» она могла только тому, что было слабее неё по энергии. При невыполнении этих условий либо техника становилась слишком слабой, либо срабатывала в обратную сторону, разрезая её.

Сработало, ямабуси был ранен. За спиной его уже был Годжо, формирующий «Синий» внутри живота мужчины. Органы превращались в кашу, перемалываясь. Времени на регенерацию не было.

Последний рывок был на дальний удар глефой. Ямабуси метнул её в Юкихару. Сугуру Гэто оказался достаточно быстр, чтобы замедлить её проклятыми духами по пути и в итоге отбить двумя вакидзаси. Правда, сильно повредив руки и сами мечи.

— ну наконец-то. —, усмехнулся Хирокадзу. —, однако, признаться, не думал, что меня одолеют... Дети... Советую не лезть в Китай.

— возраст не всегда решает.~ —, ухмыльнулась Аяка, убирая меч в ножны.

— советов от еретика нам только не хватало. —, пнул уже мёртвое тело Годжо. —, обойдусь.~

— подозрительно. —, констатировал Юкихара, глядя на Аяку и Сатору. —, то, что Хи-но Кими подобного уровня, было весьма очевидно. Но умалишённый, представлявшийся Дайдзё-дайдзином, пусть и Джики, оказался даже выше Кампаку.

— может, мы потом это обсудим?.. —, лёжа на земле рядом с Канате спросил Гэто.

— тело надо забрать.~ —, игриво проговорила Аяка. —, на исследования. Например, Сино-но Кагэ.

— а это ещё кто? Снова друг твоего учителя? —, поднял бровь Годжо, глядя на неё включёнными Шестью Глазами.

— это глава разведки Сына Неба. С моим учителем они даже... Не знакомы.

— хаа.~ потом мы с тобой ещё поговорим о «Рассечении», но сейчас мне слишком хорошо. —, пообещал Сатору, шагая к Канате. —, солнышко! Слабак был побеждён!

Пока все занимались кратким празднованием и, казалось, даже Юкихара немного улыбался, Хи-но Аяка и Кин сидели перед телом Хирокадзу.

— Кин.~ тебе ничего не кажется странным?

— нет! —, уверенно заявил парень. —, вы ведь Восьмой Возбудитель, он должен был проиграть!

— я не об этом.~ —, замолчала.

То, что он умер, как только его загнали в угол, вполне логично для любого боя множества против одного. Один против нескольких ты можешь победить только если подавляюще силён.

Он был подавляюще силён, но таких как он здесь четверо. Ну, послабее, но тоже давящих. Ничего подозрительного. Кроме того, что с начала боя и до его конца проклятая энергия Сюаня ничуть не именилась. Даже не колыхнулась.

Какой шаман будет сражаться лишь физически?.. нет, ошибка. Укрепление и усиление было. Но Аяка ни за что не поверит, что бывший лидер Тяньши и предатель Культа Гу не был способен на заклинания.

Вариантов было несколько, отталкиваясь от таких размышлений. И ни один из них она не расскажет кому-то, кроме Сына Неба и, возможно, Сино-но Кагэ.

Первый: Сюань Цзина запечатали. Самый простой и очевидный вариант отказу от магии в бою с шаманами. Кто-то уровня императора печатей вполне мог запечатать его не полностью, а лишь на использование заклинаний. Но зачем? Наказание за уход из культа? Бред. Как и сам вариант, но будем иметь ввиду.

Второй: ему мешало какое-то ограничение, связанное с идолами. Кстати, о них. Где они? Аяке казалось, что когда подойдет срок он соберёт их в одном месте. Ну, это ладно, могла быть просто ошибка девушки. В конце концов, сама она таким не занималась, а потому представление имела смутное. Собственно... А сам ли он их установил? Если верить данным, полученным от клана Акихиро, то неразрушимый материал создать почти что невозможно. Так из чего они? Ответ, конечно, напрашивался сам собой и был очевиден, но озвучивать его пепельноволосая не решилась даже в мыслях. От греха, как говорится. Этот вариант имеет право на жизнь.

Третий: если предположить, что действовал Хирокадзу не один, тогда становится довольно вероятным то, что его могли просто подставить и отправить на смерть. Что-то навроде «не используй магию, в критический момент мы поможем». Глупо, почти невозможно для кого-то уровня Хирокадзу, но как раз из-за этой тотальной тупости версия имела самую большую вероятность.

Вздохнув, Аяка поднялась с земли, отряхнулась.

— Кин, упакуй тело.

— Аяка-но Отоно, я ранен! —, указал на свои вогнутые рёбра. —, исцелите меня!

— я могу лечить только себя. Иэри излечит. —, помахала рукой остальным. —, э-э-эй!~ Ю-ки-ха-ра! Надо забрать тело и... Оказать помощь Гэто с Кином!

— и мне... —, прохрипела Канате.

— у тебя просто энергию забрали, какая тебе помощь?.. —, повернул к ней голову Сугуру.

— тело понесёте вы. —, не терпящим возражений тоном сказал Юкихара, подходя к Кину с длинной льняной тканью для перевязки. —, не то чтобы вам, Кин, это сильно поможет, но хотя бы зафиксирует.

— что?.. —, осела на землю пепельноволосая. —, я же Восьмой Возбудитель!.. Вы только что узнали!.. где крики? Шок? Преклонения?

— преклоняюсь, вы умудрились десять раз намекнуть до начала боя. —, парировал Сикике, заканчивая первую помощь. —, единственный, кто удивлён это, кажется, умалишённый, и то притворяется.

— но...

— чья идея забрать тело?

— моя...

— вот и несите сами. Я и так понесу Гэто.

— не надо меня никуда нести. —, подал голос заклинатель. —, просто растяжение. А для Кина у меня есть проклятье-скат. Он летает.

Месяц спустя. Первый день девятой луны. Поместье Хи-но Кими (Рёмен-но Кими). Все уже давно полностью излечились и даже успели забыть о прошедшем сражении.

Сидели за столом, завтракая. Аяка перематывала себе новые бинты.

— я так много не работала, наверное, никогда. —, устало сказала Иэри. —, требую возмещения.

— обнимашки?

— денег.

— возьми золото в моей комнате из сундука. —, отмахнулась пепельноволосая.

— чёрт. —, ругнулась Сёко. —, надо было просить запретные техники.

— мне вот интересно. —, глядя на руки Аяки начал Сугуру. —, если ты не сражалась этот месяц, то откуда эти порезы?

— сражалась. Просто вы не видели. —, надменно оскалилась. —, у меня, знаете ли, в отличие от вас очень много дел.

— как всегда. —, вальяжно развалившись на циновке у стены сказал Годжо. —, расскажешь?

— не-а.~ —, Канате всадила ей мощный удар с кулака по голове, впечатав в стол. Девушка разбила нос. —, ох...

— Будда... —, вместе простонали Юкихара и Иэри, закатив глаза. Кин, сидящий с тремя тарелками риса, крутил головой, пытаясь разобраться в ситуации: снова какая-то ругань или просто шутки?

— ты дурью-то не майся. —, велела Акихиро. —, что за дела?

— Ямиока.~

— кто?..

— вот именно.~

— слушай, Аяка.~ —, пародируя её тон сел Сатору. —, ты, конечно, очень крутая и сильная, но того же самого Хирокадзу бы вряд-ли одолела.~

— несомненно. —, кивнула пепельноволосая, уже исцелив нос. —, я ж не учитель. Но, кстати, учитель бы его с пары ударов уничтожил.

— Аяка-доно. —, обратился Юкихара. —, по крайней мере расскажите, что такое Ямиока?

— не могу.~

— по какой причине?

— имперский указ! —, гордо выпрямившись воскликнула девушка.

— ...ладно, пусть так. —, сдался Сикике.

— Аяка. Когда мы сможем увидеться с Энширо? —, спросил Сугуру.

— думаю, скоро.~

— разве ей не этот Хирокадзу угрожал? —, поднял бровь беловолосый.

— при чем тут он? —, рассмеялась Аяка. —, нет конечно. К тому же, в мое поместье он бы не смог пройти. В окрестностях Хэйан-кё всегда бегает Эми.

— тогда кто?

— да я и сама не знаю.~ —, с детской невинностью развела руками.

— как же ты мне надоела. —, потёр переносицу Гэто. —, я уезжаю в Сиай-Сиай-Дэру. Век бы тебя не видеть.

— мы с Канате тогда вернёмся в Хосемура-дэру. —, решил Сатору, жестом предотвращая упрямство Акихиро.

— тоже. —, кивнул Фудзивара. —, мне надо найти Наофуми-доно.

— бросаете меня?.. —, грустно всхлипнула Аяка.

— с тобой остаётся Иэри. —, ткнул на спящую подругу Годжо.

— и Кин. —, сквозь сон добавила Сёко.

— нет, я скоро на другое задание. —, медленно пятясь покачал головой золотоволосый.

— эй, Аяка. —, не оставлял попыток Сугуру. —, ты говорила, что ты делаешь всё по своей воле. А Кин?

— а Кин делает по моей воле.~

— а не Сукуны?

— нет-нет-нет! —, радостно улыбаясь замахал руками парень. —, я — Правый и подчинаюсь Аяка-но Отоно! Левая — Кон, подчиняется Сукуне-но Кими. А Центральный — Эми, подчиняется им обоим, но только единогласному приказу.

— это ценная информация. —, кивнул Юкихара, записывая в свиток.

— Кин, ты выдал инфу клятому Фудзиваре. —, недовольно посмотрела на парня Аяка.

— я хороший Фудзивара. —, парировал Сикике.

— наконец-то нормально научился шутить.

— всегда умел. —, пауза. —, последний вопрос: назови свой полный титул.

— титул? —, удивился Гэто.

— у неё нет ранга. Как Санги, дайдзё-дайдзин или Кампаку. Но у неё должен знать титул. А зная титул, я выясню ранг. —, объяснил аристократ.

— ну ладненько.~ —, приняла грозную позу, которая выглядела глупо. —, Восьмой Возбудитель, Император Рассечения, Рёмен-но Аяка.

— ты... —, начал Годжо и разразился потоком многоэтажной нецензурной брани. —, ...и смеешь ещё говорить «я слабая»?!

— ну, по сравнению с учителем...

Все смотрят на спокойную Канате, которая тихо собирала со всех тарелок рыбу. Замерла.

— нет, не знала. —, покачала головой. —, догадывалась только. Сами подумайте, если Сукуна использует «Рассечение», а среди Возбудителей есть такой человек, но не он, то это либо Аяка, либо Эми.

— а Эми...

— не Возбудитель. —, закончила пепельноволосая. —, я сильнее. Немного.

— не желаю знать... —, пробормотал Гэто, выходя.

Так закончилось расследование по делу изваяний из несуществующего материала, прозванных идолами. Дело оставило больше вопросов, чем ответов, но добавило уверенности многим людям, ведь в процессе дела был побеждён бывший один из сильнейших Китая.

Конечно, обстоятельства смерти были неизвестны почти никому, да и тоже оставили множество вопросов. Но это было следующее расследование, отданное... В более высокую инстанцию, чем юные шаманы Акихиро и Фудзивара.

Глава 12.

Во дворце императора время шло своим чередом. За прошедшие почти полтора месяца Энширо пыталась уклоняться от тренировок каждый день. Однако, как девочка поняла уже практически на вторую неделю, спрятаться от вездесущего Сино-но Кагэ было нереально.

Этот «внешний агент» находил её, где бы ни спряталась. На кухне, в саду, под столом министра, даже в пруду! Попыток беловолосая не оставляла, но это вовсе не значило, что надежда осталась.

Сейчас она прятались под своими многослойными циновками, стараясь не дышать. Кагэ же, сегодня выглядящий как подобие Минамото-но Токивы, уже свисал с потолка, держась ногами за балки.

— Энширо-доно, вы снова пропускаете тренировку. —, плоским тоном сообщил он. —, проследуйте за мной.

— не хочу. —, буркнула девочка из-под укрытия.

— мне это не важно. —, спрыгнул на пол.

— я сейчас дьявольские песнопения включу! —, угрожающе воскликнула Энширо, вылезая.

— на мне такое не сработает. Как и в предыдущие семьдесят четыре раза. —, парировал мужчина.

— разрази тебя ками... —, ругалась беловолосая, идя по коридору в зал.

— не стоит ругаться. Мы уже близки к пониманию вашей природы.

— «мы»? —, посмотрела на него.

— я и Сын Неба.

— а мне хоть скажете, что вы там поняли?

— за этим обращайтесь к Императору. —, накинул капюшон своего неизменного плаща.

— ох, ну конечно. —, раздраженно набрала воздух в лёгкие.

Её даже Сатору не бесил так, как этот... Да язык не повернётся назвать Кагэ человеком! Какой он человек? Садист с любовью к потолкам. Как только девочка не пыталась вывести его из себя: и поступками, и враньём, и правдой. Нулевая реакция. Либо его смена внешности регулировала и эмоции, либо у мужика была глубокая такая депрессия. Жаль, что сейчас известно только два заболевания: бешенство и безумие.

— понимаю ваши чувства, однако прошу и вас понять, мир опасен. —, вдруг сказал Кагэ. —, а вы уже связались с Абэ-доно и Хи-но Кими. Для вас всё ещё опаснее.

Это он её успокаивает так? Серьезно? Получается слишком фальшиво. Во-первых, какая тебе, главе разведки уровня Аяки, вообще разница до неё, чтобы переживать? Хах, ясен пень переживает он не о ней, а о императоре. Энширо в его мыслях исключительно потому, что полезна императору.

Во-вторых, если уж ты пытаешься так неправдоподобно говорить слащавые вещи, то мог бы хоть добавить эмоций в голос. Выглядит так, будто робот пытается проявить эмоции. Но реагировать всё равно надо, а то обидится и увеличит время тренировок.

— подумаешь. —, решила соврать девочка. —, я была готова умереть ещё в детстве.

— похвально. —, кивнул Кагэ, заходя в зал.

— тебя вообще ничем не проймёшь?

— профессиональные издержки.

Ого, оно эволюционирует! Две недели назад Энширо не удержалась и поведала ему о том, что она из будущего. Оказалось, Кагэ уже было известно это. Но детали... Ему понравились некоторые слова. Когда он их произносил это выглядело так дико и смешно, что девочка не могла сдержать улыбку.

— а слов от меня понахватался. —, улыбнулась.

— не исключаю такой вероятности.

— ахахаха! Точно тебе говорю. —, уже искренне рассмеялась.

— сосредоточьтесь, Энширо-доно. —, прервал её смех мужчина.

— знаю-знаю.~ —, села поудобнее. —, нитки, глазки, тело и абстрактная душа. —, пауза. —, ты вообще уверен, что это может сработать? По атмосфере напоминает хиромантию.

— по моим наблюдениям — да. —, незамедлительно отозвался агент. —, а что насчёт ваших? Чувствуете ли изменения?

ну... —, задумалась, пытаясь смотреть вглубь себя. —, будто бы резервуар проклятой энергии стал раза в полтора больше.

— всё ещё думаете, что не работает?

— это связано с тем, что твоя техника уникальная, или что моё тело уникальное?

— к сожалению, не могу знать. —, мотнул головой, казалось, даже с оттенком грусти. —, сию технику я придумывал не один. Однако, до вас никто не мог адекватно её использовать.

— получается, дело во мне?~ —, надменно расплылась в улыбке.

— да. —, согласился Кагэ. —, но не стоит исключать то, что без этой техники само по себе ваше тело бесполезно.

— это обидно. —, вздохнула. —, почему сразу бесполезно? Можно стать элитной женщиной фуна-ядо.

— таких как вы на эту профессию не берут. Нрав не тот. —, микропауза. —, и внешность.

— берут. —, ехидно показала ему язык. —, ты сам мне рассказывал о том аристократе-педофиле, которого зарезал три года назад.

— это было исключение из правил. —, парировал Кагэ. —, и им не платили. Кстати, я же упоминал, что миссия у меня была другая и тот касу просто попал под горячую руку?

— очевидно, они ведь дети. —, усмехнулась. —, нет, не упоминал. Ты мало разговариваешь. Вернее, много, но смысла очень мало.

— согласен. Всё дело в том, что вы выглядите на пять.

— да что такое то! —, схватилась за голову. —, Сначала на двенадцать, потом на десять, затем на семь, а теперь вообще на пять?! Вы детей никогда не видели?

— сейчас перед собой вижу.

— пошёл ты, а.

— уйду, как только закончим.

Энширо вернулась в расслабленную позу, выдохнула. Готова была поспорить, что ему на самом деле нравится злить её. Иначе он бы не делал это с завидной регулярностью.

Ладно, сейчас не до этого. Сейчас она хотела пробиться наконец до объёма энергии Дайдзё-дайдзина, чтобы поставить мощный барьер назло императору и получить два своих ответа. Она ещё даже не придумала, что конкретно будет спрашивать, но это дело десятое. Главное — возможность.

Ещё две недели назад, горы Моганьшань. Хэ Юань, как и обещал, привёл сюда Киру. Официально место было пустым, без мистических центров, за исключением отдельных отшельников. Официально. На деле здесь оказалась целая деревня под горой. Девушке даже думалось, что вырыта она была намеренно. Ну не мог такой огромный грот образоваться сам и не упасть!

Для таких выводов у Киры, как знатока минералов(по меркам Китая, где минераломаги отсутствовали вообще как вид шаманов), было несколько обоснованных причин, которые она даже набросала в письме, которое в последствии отправит патриарху:

1. Глубина. Вход был на высоте примерно одного ри(±0.67км) и вёл вниз на два ри. Слишком маленькая глубина, чтобы удерживать такое пустое пространство. Естественно, сейчас по всему своду были установлены барьеры, но если предположить, что место образовано природой, то как удерживались ранее?

2. Отсутствие любых минералов, кроме простейшего гранита. И даром, что в самой подземной деревне отсутвовал шпат или кварц, которых, как знала Кира, здесь должно было хватать. Могли банально вычистить. Но Акихиро не чувствовала их даже в глубине! Да, её чувства не было развиты настолько хорошо, чтобы «видеть» дальше 0.3 ри, но этого хватало для подозрений.

3. Деревня. Да, это весомая причина. Ведь если задуматься, то как же так удобно вышло, что именно ваш маленький... Орден? Клан? Секта? Культ? Кира так до конца и не разобралась... Получил это расположение?

Всё это никак не играло на пользу подземных шаманов в глазах Киры. Но сейчас ей было плевать. Какая разница, добрые они или злые? Важна лишь информация. И пока они её дают, девушка была готова хоть молиться восемь часов в день.

Молиться её никто не заставлял. Люди здесь вообще не были очень уж религиозными, что тоже играло в пользу подозрений, но являлось полезным Кире. Они верили одновременно и в Будду, и в даосских бессмертных, и в местных мелких духов.

Именно из-за этого экзамен, обещанный Хэ Юанем, оказался совсем не таким, как представляла себе Акихиро. Первая часть для неё, как порекомендованного Юанем, «будущего Тяньши», была банальной проверкой силы. Пробеги, прыгни, расколи и тому подобное.

Кстати, с заданием «расколи» произошёл небольшой конфуз, если так можно назвать. Суть проверки была простая, как три копейки: перед тобой гранитный валун, ударь со всей силы. Кира, будучи гордым представителем клана Акихиро, мгновенно нашла уязвимую точку глыбы и ударила проклятой энергией в неё, из-за чего булыжник разлетелся на пару десятков частей. Судья был... Рад. А Хэ Юань, кажется, получил себе какую-то дополнительную репутацию.

Вторая часть была на знание даосских и буддийских канонов. Если с буддийскими проблем не было, то с этими инь-яновцами она пролетела. В итоге экзамен был сдан кое-как, но хотя бы сдан.

После успешного «поступления» её поселили в одну из пустующих лачуг на краю грота. Через день её навестил Хэ Юань, с двумя пшеничными лепешками. Он познакомил её с деревней, местной библиотекой, куда войти на могла только вместе с ним либо любым другим авторитетным Тяньши, а также объяснил, что если она соберётся в город, то пусть предупредит старейшин.

Как оказалось, выходы здесь строго регламентированы. Всё больше и больше данное место смахивало на какую-то злую секту. Если бы не одно-единственное «но». Но здесь не ощущалось ни одной необычной техники или ритуала. Кира благополучно решила остаться, осторожно расспрашивая Юаня и читая библиотеку.

Всегда можно сбежать, для этого у Акихиро есть свои особые приёмы. Пока что лучшего места для сбора информации не найти. Она останется здесь. Да и умереть, выполняя миссию клана, всегда почётно. Интересно, можно ли шпионаж вывести в отдельное "зачем" она здесь?.. и были ли другие шпионы?.. но это так, просто интерес.

На пятый день девятой луны Сатору и Канате вернулись в деревню клана. Сначала нужно было лично отчитаться перед патриархом, и только потом идти отдыхать. Конечно, письмо с результатами расследования ему отправлено было, но если не отчитаться ещё раз лично, можно было схлопотать по шее.

В зале патриарха за своим столиком сидел сам Исонао, а рядом с ним стоял... Абэ-но Сэймей. С неизменной тыквой сакэ. Годжо мигом принял позу шокированного диверсанта.

— дядя Абэ! Вы покидаете лес?!

— Абэ-доно. —, поклонилась Канате.

— как ты смеешь так обр... —, грозно начал Исонао, глядя на Сатору. На этот раз аура не сработала бы, ведь беловолосый заклинатель «Бесконечность» не отключал. Но патриарха спокойным жестом прервал сам Сэймей.

— для него я действительно дядя Абэ. —, сказал оммедзи.

— ...тогда прошу прощения. —, выдохнул Акихиро. —, он не рассказывал.

— рассказывал. —, обиделся Сатору.

— мне рассказывал. —, поправила девушка, пока Сэймей просто пил сакэ. —, патриарху нет.

— я позвал Абэ-доно для установления связи с Кирой в Китае. —, перешёл к делу Исонао. —, потому что письма через торговые корабли невозможно отправлять, она уже глубоко на материке.

— откуда знаете?

— предполагаю.

— Сатору. —, обратился Абэ-но Сэймей. —, ты не сильно пострадал в битве с Хирокадзу?

— э... —, отступил на шаг. —, нет, всё хорошо. Канате и Юкихаре пришлось хуже.

Астролог лишь усмехнулся, вновь запивая сакэ. Канате довольно долго смотрела на него, но всё же решилась спросить.

— Абэ-доно... Вы владеете техниками связи? —, Сэймей посмотрел на неё. В её голове чётко, как проникшая чужая мысль, прозвучало:«владею». —, Будда!..

Годжо и патриарх посмотрели на неё с недоумением. Сэймей отложил тыкву.

— но мы не за этим.

— Абэ-доно, что это за техника? —, потёрла лоб Акихиро.

— «шёпот». Я научу, если захочешь.

— да что такое то? —, встал между ними Сатору. —, вы что, собрались кричать до материка?

— Сатору... —, медленно поднялся Исонао.

— конечно нет. —, усмехнулся оммедзи, пронзительно свистнул.

В зал влетел огромный орел, размером раза в три больше обычных, сел в центре. Беловолосый радостно бросился гладить птицу.

— о! Да это же Сэймей-младший! Ты скучал по мне? —, пытается заглянуть в глаза птице. Орёл элегантно отворачивается. —, ну Сэймей-младший! За что ты со мной так?..

— у тебя нет сакэ. —, догадался оммедзи, наливая в клюв жидкость из тыквы.

— мы будем держать связь при поддержке... —, Исонао приложил руку к лицу, пытаясь сдержать количество глупости в этом зале. —, о Будда... Сэймея-младшего...

— о? —, заметался ещё быстрее Сатору. —, Сэймей-младший может перелететь море?

— может. —, кивнул Абэ. —, и даже не устанет.

— насколько он быстр? —, спросила Канате.

— отсюда до Хэйан-кё за час.

— да ты молния, Сэймей-младший! —, похлопал птицу по спине.

— ты написал письмо? —, развернулся к патриарху оммедзи. —, мне уже пора.

— написал. —, протягивает маленький свиток, Сэймей крепит его к лапе орла. —, он знает дорогу?

Орёл издал пронзительный крик, от которого Годжо и Канате инстинктивно закрыли уши.

— это да или нет?..

— это «помню».

— дядя Абэ, а куда вы сейчас? —, пришел в себя беловолосый.

— в Хэйан-кё.

— ох. —, пригладил волосы немного назад. —, если встретите наших, передавайте привет. И постарайтесь навестить Энширо, она сейчас запечатана во дворце.

— запечатана? —, недовольно переспросил астролог.

— её охраняют. —, добавила девушка.

— а, тогда ладно. —, расслабился шаман, махнув рукой и направившись к выходу. Сэймей-младший улетел.

Спустя час Акихиро-но Исонао уже отдыхал в своих покоях, сидя на диване с чашкой травяного отвара. Перед ним стоял Акихиро-но Хомма.

— патриарх, позвольте узнать. —, степенно начал наследник. —, каким чудом вам удалось убедить Абэ-доно?

— везение. —, отозвался Исонао. —, я увидел его проходящим мимо Хосемура-дэру и пригласил выпить сакэ.

— проходящим?.. —, посмотрел в окно, за которым виднелись скалы их котлована.

— у него дела в столице.

— я слышал, что он около двадцати лет не выходил из леса. —, припомнил парень. Затем чуть наклонил голову, обдумывая. —, патриарх, меня кое-что интересует.

— что же?

— Абэ-но Сэймей ведь был придворным астрологом? —, получив кивок, продолжил. —, насколько он силён?

— О́ни его знает. —, устало махнул рукой. —, по крайней мере, он всегда прав.

— потому что астролог? —, предположил Хомма.

— возможно. —, сухо усмехнулся. —, понять тебе надо то, что его сила вовсе не в боевом превосходстве, а в знаниях. Очень обширных знаниях, не только магических.

— ходят слухи...

— слухи? И где ты успел их нахвататься?

— слухи. —, кивнул. —, что Абэ-доно спутался с Четвёртым Возбудителем и занимается практикой запретных техник! Еретических!

— ложь. —, отрезал Исонао. —, Абсолютно. Абэ-доно человек большого благородства. За ним не замечено ни одного гнусного поступка. Во всяком случае, такого рода.

— это и пугает. —, заметил наследник.

— понимаю тебя. —, согласился патриарх. —, однако, скажи мне, замечены ли гнусные поступки за Канате?

— э... —, озадаченно поправил нефритовый утяжелитель. —, кроме того, что очень неспокойная... Нет?

— вот. —, указао Исонао. —, а Абэ-доно пьёт сутки напролет. У всех есть плохие черты. Зла в Абэ-доно столько же, сколько в тебе или Канате. Не слушай чернь, слушай разум. И сердце.

— слушаюсь, патриарх. —, поклонился. —, и всё же, человек, который вышел впервые за двадцать лет, не может быть точно на нашей стороне. —, вышел.

— я и сам знаю. —, выдохнул в пустоту Исонао. —, легче только от этого не становится.

Гэто прибыл в Сиай-Сиай-Дэру ещё несколько дней назад. Деревня Цуки-но Ёхана располагалась в расщелине и была окружена лесом. Домов было несколько десятков, довольно добротных, по сравнению с другими деревнями или храмовыми поселениями.

У Нанами был свой дом, где и поселился Сугуру. Оба парня сейчас сидели за низким столиком, попивая отвар из горных душистых трав.

— ты так и не ответил, надолго ли. —, напомнил Нанами.

— правда? —, допив третью кружку удивился Гэто.

— да. Только рассказывал, какой этот Хирокадзу сильный.

Гэто задумался, складывая в уме желание остаться здесь, навестить Абэ-но Сэймея и всё-таки забрать Энширо из Дайдайри.

— надолго. —, наконец решился он.

— Ёхан-доно будет рад. —, кивнул Кенто.

— он какой-то грустный стал, сравнивая с моим прошлым визитом. —, задумчиво сказал Гэто, наливая ещё напитка.

— ты же помнишь, что обычно зиму он проводит у дяди Абэ? —, положил себе немного риса. —, в этом году должно было быть так же. Но внезапно прилетел Сэймей-младший с письмом, что дядя Абэ покинул свою лачугу и направился в столицу.

— кхэ!.. —, подавился, расплескав отвар. —, серьёзно?.. дядя Абэ вышел?..

— ага. —, кивнул, улыбаясь. —, не к добру это. Ёхан-доно нервничает не из-за того, что зимовать придется здесь, а из-за той неизвестной причины, что заставила дядю Абэ выйти из леса.

— а сам Ёхан что же?.. —, вытер рот рукавом.

— собирается в столицу. —, пауза. —, собирался.

— что же помешало?

— ты. И я. Нас не с кем оставить.

— он думает, мы не выживем в деревне?.. —, Сугуру посмотрел на выход из дома, за которым простиралась эта уютная деревенька. —, тут крестьян полно, всегда мож...

— Гэто. —, прервал его друг серьезным тоном. —, Сиай-Сиай-Дэру не просто так является именно деревней Ёхан-доно. Тут опасно, без него. Если ты шаман.

— ты предлагал ему поехать вместе?

— предлагал. —, усмехнулся. —, он в ответ замахал руками, засмеялся и сказал «какой милый мальчик! Заботится об учителе! Но не стоит, я переживу.»

У Гэто в памяти всплыли множественные сцены с этим эксцентричным еретиком-учёным, который действительно вёл себя подобно взрослому ребенку. Подобно Сатору, но без самоуверенности и провокации.

— очень на него похоже.

— ладно уж, раз ты надолго, то я хочу послушать о том, как Сатору изменил Энширо.

— не изменил. —, поправил Гэто. —, в общем, когда ты отправился с Ёханом, а мы к Куроцукури-но Кими...

Азамура-дэру. Дом патриарха клана Фудзивара. Фудзивара-но-Сикике Юкихара приехал сюда, в надежде найти зацепки о том, где находится Фудзивара-но-Дзенин Наофуми. Нашёл. Даже не зацепку, а самого Пятого. Сикике был не рад. Юкихара сидел в комнате Хила, вновь слушая крики на чём свет стоит с такими проклятьями, какие ему не говорила даже Энширо во время пятой луны.

В конце концов, вы уважаемые императоры или торговцы на рынке?! Всё можно понять, вы друг друга не любите, но от ваших криков у половины шаманов меридианы барахлят! Ну, это, конечно, психосоматика, но как аргумент...

В зале патриарха лохматый Император Времени стоял у стены, а сам Ханами давно уже вскочил с дивана-трона. На лысом черепе вздулись вены, посох в руках сжимался с такой силой что, казалось, треснет.

— старый идиот! —, гремел Наофуми. —, да как ты вообще решился на это?!

— я увеличиваю влияние нашего клана! —, парировал Ханами, погрозив кулаком в воздух. —, а чем в это время занимался ты?! Сидел в чужой деревне?!

— да от твоего «увеличения» вреда больше, чем пользы! —, не отступал Дзенин. —, ты сам понимаешь, что творишь?!

— мне лучше знать «что», «где» и «как» делать! —, звонко стукнул посохом по полу. —, я не собираюсь слушать указания малолетнего ребёнка, который пьян от собственных способностей!

— да тебе, кусок ты мухомора, просто завидно, что я куда сильнее тебя. —, ядовито усмехнулся Наофуми.

— я могу запечатать твоё время!

— я могу опередить твои печати!

На несколько секунд воцарилась гробовая тишина, не предвещающая ничего хорошего. Юкихара, сидевший у Хила, слуги патриарха, синхронно с последним начал читать защитные сутры.

Раздался грохот одновременных нескольких ударов посохом по полу и дивану вместе с ударами кулака по стене.

— отвечай! —, кричал патриарх, подкрепляя каждый слог ударом. —, чем ты занимался в Хосемура-дэру?! А?!

— тебя это не касается! —, оставил очередную вмятину в стене Пятый. —, либо отвечай, что ты делал в горах Кисо?!

— это не твоё дело! —, захрипел патриарх, разрываясь от злости. —, это не имеет отношения к твоей жалкой побочной ветви!

— в таком случае дела моей «жалкой побочной ветви» не стоят внимания патриарха. —, с усмешкой сказал Наофуми, выбрав тактику спокойствия. —, в отличие от тебя я, совместно с Юкихарой и патриархом клана Акихиро, устранил угрозу уровня Седьмого Возбудителя!

— тебя там не было! —, ехидно напомнил патриарх. —, ты вообще ничего не сделал! Только слухи бесполезные разносил!

— бесполезные?! —, аж подпрыгнул шаман. —, ты забываешься, старый хрыч...

— а вот и нет! —, схватил посох подобно мечу.

Наофуми со всей силы ударил кулаком по стене, пробивая её и соседний сарай.

— Ханами. —, ледяным тоном произнёс он.

— Наофуми. —, идентично вторил ему Фудзивара.

— ты ведь даже ничего не знаешь. —, синхронно произнесли. Снова тишина.

Затем весь зал патриарха взорвался высвобожденной энергией двух высших Особых уровней прошлого, придавливая к полу несчастных Хила и Сикике.

Через секунду там уже появился фудзивара-но-дзенин Наофуми. Злой. Очень злой. Поднял Юкихару одной рукой, не глядя на слугу.

— Юки, мы уходим.

— с-с-слушаюсь... —, выдавил парень. —, не убивайте только...

— в отличие от неуравновешенных стариков, я таким не занимаюсь. —, шагнул и испарился с хлопком воздуха.

— ХИ-И-ИЛ!!! —, раздался крик патриарха. —, живо созови старейшин!

— Ханами-но Кими... Сразу... Как только... —, залепетал слуга. —, снимете давление...

— хмф! —, давление исчезло, патриарх сел на уцелевший диван, выдохнул. С каждым днём всё хуже и хуже.

Глава 13.

Вдалеке от Азамура-дэру. Утёс какой-то скалы, куда Наофуми притащил Юкихару. Сикике был просто брошен на землю, в то время как Дзенин сидел на краю свесив ноги и хлебал сакэ уже из третьего бурдюка.

— Наофуми-доно... —, осторожно начал Сикике.

— что? —, уже спокойнее, почти ровным тоном, без привычной усмешки и надменности, отозвался он.

— что случилось между вами и патриархом? —, спросил аристократ.

— ты спрашиваешь о сегодняшнем событии. —, отпил сакэ. —, или вообще?

— смотря на что вы готовы ответить. —, вежливо проговорил Юкихара.

— Юки.

— Юкиха... —, сдался. —, пусть будет Юки.

— на что ты готов ради клана Фудзивара?

— э... —, опешил шаман. —, на всё?

— несомненно. —, кивнул Наофуми. —, я тоже. Но теперь другой вопрос: что важнее, главная ветвь или твоя?

— это не подоба...

— отвечай.

Юкихара замолчал, обдумывая. С одной стороны, благополучие главной ветви равнялось благополучию побочных ветвей, это знал любой дурак, каким бы недалёким он ни был. С другой стороны, не то чтобы Юкихара хоть раз видел какие-то плюсы от главной ветви.

— моя ветвь. —, решился парень.

— вот именно. —, улыбнулся Император Времени. —, патриарх тоже заботится только о своей. Как и я волнуюсь о ветви Дзенин куда больше, чем о остальных.

— вы из-за этого?

нет. —, покачал головой. —, скажи, если бы у тебя был вариант: заключить договор с... Хм... Очень плохими людьми, которые пообещали тебе увеличить твоё влияние. Ты бы согласился?

— зависит от того, что понимать под плохими людьми. —, немного подумав, ответил Сикике. Подождал, не получив недовольства, продолжил. —, для многих плохой является Рёмен-но Кими. Но я так не считаю. Соответственно, она и плохая, и нет. Если бы, например, это было о ней, я бы согласился.

— это хорошая точка зрения. Я понимаю о чем ты. —, вздохнул. —, в общем, наш патриарх совсем из ума выжил. Ты же знаешь, что есть кланы учёных? Такие как, например, клан Тацума.

да. —, развернул один из свитков с справочной информацией по торговым партнёрам Сикике. —, клан Тацума специализируется на изучении влияния артефактов на организм. Они активно сотрудничают с императором Железа. Их товары очень популярны среди высшей аристократии, хоть часто и ходят по грани нормы.

— вот. —, указал в сторону гор Кисо. —, а есть подобные кланы, но тайные. Немногочисленные. И далеко не такие хорошие, как Тацума. Например, клан Ямиока.

— расскажете?

— дааай позже? —, достал четвёртый бурдюк. —, я сегодня не в настроении. Будешь?

— буду. —, достал плошку, сел рядом.

Во дворце императора Масары Энширо продолжила проходить тренировки. Вернее, симулировать их. Девочка лежала на полу с закрытыми глазами, думая о том, что когда достигнет этого дайдзё-дайдзина, точно спросит императора про ту Наги.

Из ниоткуда материализовался Сино-но Кагэ, в который раз с новой внешностью, которую беловолосая уже вообще перестала запоминать, потому что это было сродни тому, чтобы помнить каждый пакетик выпитого чая.

— Энширо-доно, у вас гости.

— блять. —, вздрогнула она. —, ты когда-нибудь научишься не появляться из пустоты?

— обычно люди, наоборот, учатся быть бесшумными. —, парировал агент.

— кто там?

— Абэ-но Сэймей. —, спокойно ответил он. Реакция была мгновенной, Энширо вскочила.

— дядя Абэ? Где? Дядя Абэ! Дядя Абэ! Заберите меня отсюда! Я хочу... —, тихо всхлипывает. —, я хочу к Яге... Домой...

— к Демону Метлы Яге не обещаю. —, отозвался появившийся в зале оммедзи. —, но дом — вполне.

— дядя Абэ! —, бросилась к нему обниматься.

— она к вам сильно привязалась. —, заметил Кагэ. —, больше никого не обнимала.

— ожидаемо. —, кивнул Сэймей, погладив её по голове, но не обнимая. —, нам надо будет поговорить.

— вы для этого пришли? —, подняла на него взгляд девочка. —, не навестить? Только поговорить?..

— и навестить.

— оставлю вас. —, сказал агент, исчезая где-то на потолке.

— дядя Абэ, вы знакомы с Кагэ? —, спросила беловолосая.

— знаком.

— какого он пола на самом деле?

— ты его не привлекаешь.

— эй! —, насупилась. —, я не для этого!

В зал вошёл император Масара, одетый в оранжево-жёлтый сокутай. Официальная церемониальная одежда.

— Энширо. —, поприветствовал он. —, Абэ-доно.

— вас Сын Неба зовёт... Доно?.. —, осеклась девочка.

— Масара-доно. —, поклонился мужчина. —, давно не виделись.

— двадцать пять лет. —, припомнил император. —, когда я ещё не был императором.

— эй! —, выбежала между ними Энширо. —, вы хотели говорить! Говорить! Не наст... —, Масара молча достал таз маринованных фруктов и поставил на пол, девочка метнулась к нему. —, молчу.

— в лесу она была тише. —, оценивающе сказал Абэ.

— в лесу акустика хуже. —, парировал Масара. —, остальные скоро придут. Я бы предложил отправить Энширо в её покои.

— м? —, подняла голову от таза, едва прожевав. —, мне тоже интересно.

— нет, пусть остаётся. —, решил Сэймей, после минутных размышлений.

Спустя некоторое время зашел Куромаку-но Дзи. Он был уже не в рабочей одежде, а в очень большом сером косодэ. Приветливо помахал своей гигантской кувалдой.

— беловолосый ребёнок! —, рявкнул он. —, сколько времени прошло.

— дядя Дзи! —, оторвалась от таза. Появившийся человек явно был интереснее каких-то там фруктов в соусе. —, вы... Э... —, медленно моргнула. —, а что вы тут забыли?..

— он учёный. —, пояснил император. —, как Абэ-доно.

— Он?.. —, посмотрела на эту двухметровую гору мышц. —, учёный?..

— я практик. —, расплылся в улыбке кузнец.

— приветики, Энширо.~ —, послышалось сбоку.

Вплыл(!) Цуки-но Ёхан. Как и всегда, это был андрогинный мужчина с длинными светлыми, немного выцветшими, волосами, морщинистым лицом и гетерохромией(правый глаз чёрный, левый серебряный). Одет в серое кимоно и носит две катаны

— дядя Ёхан! —, подошла к нему, протягивая персик. —, вы выбрались из Сиай-Сиай-Дэру?

— это не настоящее тело, а иллюзия. —, захихикал еретик.

— все довольно просто. —, решил снять вопросы Сэймей. —, Ёхан установил связь со мной, а я её воплотил.

Энширо просто махнула рукой на эти сложные объяснения. Какую связь? Чем воплотил? Бессмысленная трата когнитивных ресурсов на понимание бесполезной ей техники.

Она хотела ещё порассуждать о том, как много вокруг неё всего не нужного, но в зал зашли последние гости. Фудзивара-но-дзенин Наофуми и Сино-но Кагэ.

— здаров, малявка.

— опять ты, лохматый хер. —, показала ему язык.

— мне зовут Наофуми. —, поправил Дзенин.

— Нахер.

— может, хотя бы, дядя Нахер?.. —, грустно согнулся император Времени. Куромаку-но Дзи громогласно засмеялся, хлопнув Наофуми по спине с такой силой, что тот едва не влетел с тот самый таз.

— предлагаю приступить к началу. —, объявил император. —, тема, по которой мы с Абэ-доно собрали всех вас: тело Энширо.

— вы все меня хотите?.. —, обнимая себя за плечи отступила девочка.

— дерзости у неё с каждым разом всё больше. —, отпил сакэ из тыквы Сэймей.

— это хорошо! —, рявкнул Дзи. —, чем больше дерзости, тем она живее!

— она меня унижает. —, буркнул Наофуми.

— радуйся, что есть человек, не из числа первых Возбудителей, который способен тебя унизить. —, насмешливо ответил ему Ёхан.

— радуюсь. В душе.

— Ёхан-доно может унизить Наофуми-доно ничуть не хуже. —, вставил Кагэ.

— засмущали.~ —, притворно отвернулся призрак еретика.

— вы друзья? —, предположила Энширо, наблюдая за всем этим.

— нет. —, отрезал Сэймей.

— да. —, улыбнулся Ёхан.

— не дай бог. —, скривился Наофуми.

— братья! —, заорал Дзи.

— временные союзники. —, сказал Император.

— приятели. —, кивнул Кагэ.

Всё это произошло одновременно и выглядело настолько комично, что Энширо едва ли не разорвалась от смеха. Вместе с ней смеялись и все остальные, даже император, прикрыв рот веером.

— так вот, что там с моим телом?

— мы с Сыном Неба наблюдали за тобой почти полгода. —, начал Сино-но Кагэ. —, сравнивая с типичным развитием тела у людей твоего возраста, принимая во внимание определенные факторы и...

— ты не стареешь, Энширо. —, с улыбкой перебил его Ёхан.

— что?.. —, осела на пол беловолосая. Конечно, она и сама чувствовала нечто подобное, что чтобы это действительно оказалось правдой?..

— я объясню. — продолжил Дзенин. —, как известно, ты прибыла из буду...

— я тебе не рассказывала об этом!..

— я рассказал. —, оборвал её Абэ. —, помолчи и слушай Наофуми-отоуто.

— подозреваю, что смешалось несколько веток. Но само время как стихия...

— концепция. —, поправил еретик.

— концепция. —, исправился Фудзивара. —, против этого. Нагината Ли Лунсяна вмешалась в течение времени. Само время, дабы не ломаться ещё сильнее, не стало менять годы твоей жизни.

— короче. —, указал на неё молотом Дзи. —, стареть будешь после твоего 2005, а до тех пор останешься соплячкой.

— то есть... Я типа бессмертная от старости на тысячу лет?

— так и есть. —, кивнул Масара. —, и ты не одна такая.

— я жил с Нанами-отоуто год. —, кивнул Ёхан. —, могу заверить, он тоже не стареет.

— Энширо. —, мягко обратился оммедзи. —, я пойму, если ты не захочешь дальше участвовать в наших делах. Иэри уже отказалась.

— м?~ —, подняла голову, радостно улыбнувшись. —, а какая разница? Я ведь могу и здесь прожить те же пятьдесят иои сколько лет мне предначертано?

— я же объяснил... —, раздраженно прикрыл глаза Наофуми.

— я поняла, Нахер-отоуто.

— Будда! —, отвернулся, глядя в потолок. —, я старше тебя в два раза.

— ха! —, вновь рассмеялся кузнец. —, а меня она зовёт просто Дзи!

— меня она вообще никак не зовёт. —, улыбнулся Масара.

— тебя я зову «тот император».

— из-за этого Ёсифуса каждый день напоминает мне, чтобы я тебя казнил. —, указал на неё веером.

— так вот... —, неловко улыбаясь взлохматила белые волосы. —, я ж ведь могу просто прыгнуть со скалы, когда решу, что прожила достаточно?

— эх, а она мудрая! —, помахал кувалдой в воздухе Дзи.

— как старая акула. —, добавил Кагэ.

— сам ты акула, слышь... —, огрызнулась Энширо.

— всё разрешилось куда проще, чем я думал. —, сказал Сэймею Император.

— лучший исход. —, согласился Абэ. —, я одобрю любое её действие, пока что.

— теперь касательно кла... —, начал Дзенин.

— нет! —, перебила девочка.

— да что ты будешь делать! —, схватился за рукояти вакидзаси Фудзивара. —, у тебя страх вообще отсутствует?!

— я сейчас включу...

— да не работает это на меня! Ни на кого здесь! Я не...

Энширо не стала включать «Дьявольские песнопения». Она нашла те песни, которые еще давно понравились Сэймею и Ёхану. Включила.

— Будда... —, выдохнули они, начали подпевать.

— мы их потеряли. —, констатировал Дзи.

— я... —, начал император Времени, закрыл рот. Зажмурился, опустив голову. —, промолчу.

— перенесём разговор на вечер в моих покоях. —, приказал император, уходя.

— Наофуми, пойдем грабить кухню? —, предложил кузнец, когда все разошлись.

— пойдём. —, обречённо выдохнул парень. Энширо и два старых шамана уже ушли в её гостевой домик, где девочка планировала рассказывать о ужасных месяцах во дворце.

Вечер наступил практически незаметно. Все собрались в покоях императора Масары. Сам император сидел на диване. Сэймей и Ёхан на кровати из множества толстых циновок, Энширо между ними. Дзи просто опёрся на молот стоя. Наофуми прислонился к дальней стене, с потолка свисал Сино-но Кагэ.

— начинай! —, величественным жестом указала на Дзенина девочка.

— и что это такое?.. —, спросил он.

— ты будто не привык. —, усмехнулся Сэймей.

— Левый министр до сих пор её боится. —, припомнил император.

— сравнивать Пятого Возбудителя и Левого министра, не имеющего отношения к магии, не есть разумно. —, декларировал с потолка агент.

— зануда ты, мышь летучая. —, указал на него кузнец.

— я не летаю.

— а с мышью ты согласен? —, ехидно спросил Наофуми.

— вполне. —, кивнул Кагэ. —, мыши быстрые, тихие и способные выжить где угодно. Почти.

— хорошо, что тебя не слышит Нанами. —, засмеялся Ёхан.

— Энширо. —, обратился Масара. —, не говори нигде о том, что услышишь здесь.

— да я и не собиралась...

— это важно. —, добавил император.

— для моей безопасности?

— для успеха нашей операции.

— Энширо.~ —, протянул еретик. —, ты живёшь не в сказке, никто не будет сворачивать горы ради тебя.

— для начала. —, выдохнул Наофуми. —, кто меньше всех знает о клане Ямиока?

— я! —, воскликнула Энширо, вытянув руку. —, я о них вообще ничего не знаю!

— кроме тебя. —, устало осадил Дзенин.

— слышу второй раз в жизни. —, поднял кувалду Дзи.

— знаком лично. —, отпил сакэ Сэймей.

— на уровне чуть ниже клана Шито.~ —, протянул Цуки-но Ёхан.

— знаком. —, отозвался Кагэ. —, не лично.

— не встречал. —, закончил Масара.

— в таком случае с самого начала, для Энширо и Дзи. —, кивнул Наофуми. —, Клан Ямиока — малочисленный клан учёных, живущих в горах Кисо. Где конкретно? Неизвестно. Но на основании того, что знаю, у них нет деревни, только одиночные дома. Для скрытности.

— они занимаются исследованиями. —, добавил агент. —, в области тела человека. И увеличения предела способностей шамана.

— разве ты занимаешься не тем же самым? —, ядовито спросила у него беловолосая.

— Энширо. —, назвал император. —, ты мертва?

— пока нет.

— вот и ответ. —, налил себе сакэ. —, у Ямиока никто не выжил.

— суть в преступлениях. —, поднял палец еретик. —, и том, что они в плохих отношениях вообще со всеми кланами.

— на это плевать. —, отмахнулся Абэ.

— согласен! —, загремел Куромаку-но Дзи. —, мало ли кто там с кем грызется? Да и жертвы их, тоже мне. Мало ли что случается? Померли и померли. К нам лезут?

— пока нет. —, мотнул головой Фудзивара.

— хах! Ну и в чем дело тогда? —, продолжал кузнец. —, давайте тогда еще Китай обсудим и Культ Гу, находящийся в полугоде пути!

— они не опасны. —, парировал Масара.

— Дзи. Я понимаю, что ты имеешь ввиду. —, спрыгнул с потолка Сино-но Кагэ. —, и вправду, на это мы бы не обратили внимания, либо поручили бы дело клану Тайра.

— с ними спутался наш старый хрыч. —, вставил император Времени.

— и таким образом всё становится опаснее. —, кивнул Масара.

— насколько я помню, Масара-но Кими, клан Фудзивара планировал избавиться от вас?~ —, спросил Кампаку.

— удачи им в этом. —, хмынул император. —, Хи-но Кими быстро напомнит им своё место.

— суть в том, что клан Ямиока теперь в союзе с кланом Фудзивара. —, объяснил Дзенин. —, не удивлюсь, если вскоре наши шаманы будут пропадать и возвращаться с чем-то ужасным.

тут есть несколько опасностей. —, поднял руку агент. —, первая: честь клана Фудзивара и его действия в глазах народа. Вторая: мы не знаем, что конкретно задумал император Печатей. Но, скорее всего, ничего хорошего. Третье...

— клан Ямиока тесно связан с Демоническим Императором. —, закончил за него оммедзи.

Все ненадолго замолчали, слышно было только треск огня в жаровнях и как Энширо что-то жевала, стыренное со стола.

— опять этот хурохаси. —, прочавкала девочка.

— их деятельность очень схожа. —, сказал Масара. —, оба не гнушаются жертв, у обоих какие-то непонятные цели. Мы не знаем, к чему стремится клан Ямиока.

— и?..

— и этим займешься ты.

— а?..

— Энширо. —, повернулся к ней Сэймей. —, первоначальная задача: узнать, насколько клан Хиираги связан с кланом Фудзивара.

— я в клане нынче изгой, как и вся моя ветвь. —, поднял руки признавая поражение Наофуми. —, Формально я, конечно, Фудзивара, но на деле пора искать место под Дзенин-дэру.

— о?~ собрался создать свой клан?~ —, оживился ещё больше Ёхан.

— и с кем я буду этим заниматься? —, сложила руки на груди беловолосая.

— со мной. —, поднял горлянку Абэ.

— Абэ-доно. Вы, несомненно, великий человек, но пускаться в прямое взаимодействие с друзьями Куроками... —, попытался мягко осадить его Масара.

— пусть. —, прервал его Дзи, почесав спину кувалдой. —, личное дело каждого, участвовать или нет.

— ого, ты бываешь серьёзным.

— ха! Редко!

— я бы предложил группу, как в случае с идолами: Акихиро-но Канате, Годжо-но Сатору, Хи-но Аяка, Абэ-но Гэто, Фудзивара-но-Сикике Юкихара и Энширо. —, отлепился от стены Наофуми.

— не уверен, согласятся ли Акихиро участвовать. —, задумался оммедзи.

— клан Акихиро участвовал в деле с идолами только по причине того, что их магия похожа на то, что применил Хирокадзу. —, покачал головой Кагэ. —, в ином случае, они далеки от дел государства.

— я могу отправить официальный приказ, но тогда они поставят вместо талантливой Канате какого-нибудь глубокого старика уровня дай бог Сукэ[второй уровень]. —, добавил Масара.

— эй, слышьте! —, вскочила Энширо. —, а вы сами не хотите поучаствовать? Почему вечно мы?

— я в Сиай-Сиай-Дэру.~ —, отвернулся Ёхан.

— у меня дела. —, отрезал Дзенин.

— кузница ждёт. —, просто сказал Дзи.

— я шпион, а не воин. —, парировал агент.

— я вообще император. —, прикрыл рот веером Масара.

— надо купить ещё сакэ. —, отвернулся в противоположную от Ёхана сторону Сэймей.

— да вы гении отговорок. —, закрыла лицо руками. —, ладно, сдаюсь.

— я бы советовал тебе лично отправиться в клан Акихиро вместе с Хи-но Кими и Абэ-доно. —, указал на неё Фудзивара. —, тогда есть шанс получения содействия.

— я так и не поняла. —, почесала затылок девочка. —, дядя Абэ сакэ или едет?

— еду. С сакэ.

— план?

— собрать группу. —, ответил оммедзи. —, наведаться к Куроцукури-но Кими. Оттуда в горы Кисо. Собрать слухи по дороге.

— почему бы просто не разнести эти горы? —, поинтересовалась беловолосая.

— а тебе хватит сил? —, улыбнулся Сэймей.

— а вам?

— теоретически, если мы с Дзи и Сэймеем объединимся... —, задумался Ёхан. —, то и гору можно.

— да ты только тростинками махать горазд! —, рассмеялся кузнец.

— это катаны. —, обиженно ответил еретик.

— при твоей силе я бы советовал косу, как у Сына Неба.

— у меня три косы. —, поправил император.

— ещё лучше! —, рявкнул Дзи.

— мне оружие излишне. —, вежливо поднял руку Сэймей.

— вы сейчас загадок дали больше, чем ответов. —, пробормотала Энширо.

— так ты спрашивай. —, разрешил император.

— почему дяде Абэ не нужно оружие?

— я шаман Барьеров и Печатей. Немного Молнии.

— почему Акихиро ломаются как сучки?

— потому что клан Акихиро сейчас на пике своего влияния. —, пояснил Наофуми. —, они боятся лишиться на заданиях ценных кадров.

— где Юкихара?

— на кухне. Сбежал.

— и на кой чёрт я вообще спросила...

— завтра пойдем в поместье Хи-но Кими. —, решил Абэ, поднимаясь.

— я сегодня поговорю с мальчиками. —, начал растворяться призрак Ёхана. —, возможно, Нанами наконец согласится покинуть деревню.

— я подарю Энширо кирасу! —, пообещал Дзи.

Девочка дернулась, как ошпаренная. Она всё ещё помнила ту «броню уровня Кампаку», которую на неё надел кузнец во время прошлого визита. Ни сесть, ни встать, ни дышать.

— не надо... —, выставила руку в защите. —, пожалуйста... Я жить хочу...

— ты её пугаешь. —, рассмеялся Наофуми.

— ничего не пугаю. —, обиделся Дзи.

— последнее. —, сказал Масара. —, Энширо, не ходи одна. Это может быть опасно.

— а в туалет?

— Будда... —, закрыл глаза император. —, из неё получился бы прекрасный Возбудитель, как Сукуна-но Кими или Наофуми-доно.

— я похож на Сукуну?! —, театрально схватился за голову в ужасе Фудзивара.

— вы оба игнорируете все формальности и правила. И Энширо тоже.

— эй, Кагэ. —, развернулась девочка. —, а я смогу стать Возбудителем?

— может быть. Ситуации бывают разные.

— обнадежил.

— с твоим сроком жизни, рано или поздно ты станешь Возбудителем. —, констатировал Масара. —, Вопрос в том, сколько пройдет времени.

— ставлю на лет сорок. —, усмехнулся Наофуми.

— эй! Я сильная! Я уже в двадцать стану!

— я стал в двадцать два.

— вот именно, Нахер. Я тебя обгоню.

— если ты это сделаешь. —, ядовито ответил Дзенин. —, то я отдам тебе свою ветвь в клане.

— благословляю эту клятву. —, махнул веером император. Наофуми согнулся. Утверждать о шутке было уже поздно. Слишком поздно.

Глава 14.

Совет старейшин клана Фудзивара был созван во временной резиденции патриарха, находящейся в другой деревне. Виной тому было разрушение прошлой во время... Дискуссии Фудзивара-но-дзенин Наофуми и Фудзивара-но Ханами

Старый патриарх сидел на диване-троне, точно таком же, как был у него дома, обводя суровым серым взглядом собравшихся трёх стариков.

— Старейшины. —, обратился он. —, я собрал вас по очень важному делу. Фудзивара-но-Дзенин Наофуми... —, театральная пауза. —, предатель!

— патриарх! —, вскочил первый старейшина. —, да как же так? Сильнейший Фудзивара и предал клан?

— именно потому, что он сильнейший, он и может позволить себе предательство. —, проскрипел третий старейшина.

— и что вы предлагаете? —, саркастично спросил второй старейшина, представлявший ветвь Сикике. —, объявить на него охоту?

— конечно нет. —, стукнул посохом. —, кто вообще справится с пятым Возбудителем? Однако я донесу до вашего сведения, что произошло. Фудзивара-но-Дзенин Наофуми, император времени, сговорился с кланом Акихиро, целый месяц жил в их деревне.

— Будда... —, выдохнул первый. —, да как так можно?..

— что он там делал? —, задумался второй.

Ханами молча смотрел на них, пытаясь подавить злость. Помилуй его Будда, и это старейшины? Одному лишь бы что-то сказать, второму лишь бы не тронули, а третий вообще кажется уснул! Проклятье! А ведь они почти ровесники! Почему такая большая разница? Воистину, давно пора сменить. Давно пора.

Патриарх выдохнул, подавив в себе желание приступить к реформам прямо здесь и сейчас.

— я не смог этого выяснить. —, ответил он, указал посохом в сторону развалин своего дома. —, вот итог переговоров.

— он осмелился напасть на патриарха?! —, закричал первый старейшина. —, за это его должны объявить еретиком по всей стране!

— и объявили бы. —, согласился Ханами, радуясь хоть какой-то здравой, пусть и очевидной мысли. —, если бы это не была обязанность Сына Неба.

— а что Ёсифуса-но Кими? —, очнулся третий.

— он властен над всем, кроме шаманских указов. Ибо он не шаман. —, ответил ему старейшина Сикике. —, какое упущение, тц-тц...

— Сын Неба не только отказал в моей просьбе объявить его еретиком, но и укрывает у себя! —, стукнул посохом Ханами, выжидающе глядя на старейшин. Ну давайте же, старые идиоты.

— это... Измена! —, вскинул кулак второй старейшина. —, он предал клан Фудзивара!

Ханами закрыл лицо свободной рукой.

— он был марионеточным правителем, пока не появилась Хи-но Кими и Абэ-доно. —, тихо сказал он. —, и ещё.

— что ещё могло случиться? —, сокрушенно спросил первый.

— Абэ-доно тоже был замечен в Хосемура-Дэру.

— Будда... —, выдохнул старейшина. —, так ведь это значит, что клан Акихиро уже собрал у себя пятого и восьмого возбудителей, беловолосого еретика и императора.

Патриарх схватился за голову, побагровев от гнева. Ну какие Акихиро?! Кто?! Нет там того, кому хватило бы ума на это! Нет! На крайний случай, если так уж хотим не трогать Дайдайри, то это Наофуми собрал! Он умнее всего клана Акихиро вместе взятых. Что в голове у этих стариков? Ханами начинал понимать юного Дзенина, который сыпал всеми известными ругательствами на него. Неужели сам Ханами в его глазах выглядит также?..

— нет! —, забарабанил посохом по полу патриарх, от чего старейшины сжались. — не Акихиро. Сам Сын Неба. Это он собрал вокруг себя таких людей. Клан Акихиро не ладит с Хи-но Кими и Сыном Неба.

— в таком случае, нам остаётся только обратиться за помощью к Сугавара. —, сообщил третий старейшина.

— никогда! —, отрезал патриарх. Однако обрадовался, предложение ведь было весьма и весьма дельным. Кто может сразиться с гением Наофуми? Очевидно, клан учёных-конфуцианцев Сугавара. Там каждый второй не хуже Дзенина. Ну, в главной ветви. Но честь...

— к Камо? —, предложил второй.

— никогда? —, подсказывающим тоном произнёс Ханами. Вот это было уже глупое предложение. Они жрецы, а не учёные и даже не воины.

— но патриарх! —, взвился третий старейшина. —, что вы тогда предлагаете?! Что, если в один день Ёсифуса-но Кими просто умрёт во дворце в качестве "несчастного случая"?!

— я уже обратился за помощью в горы Кисо. —, степенно ответил старик.

— неужели клан Ямиока? —, догадался старейшина Сикике.

— да. —, кивнул Ханами. —, они думают, что я старый дурак. Но нет. На самом деле это я использую их и выброшу, как только они станут бесполезны.

— вы уверены, что стоит связываться с любовницей Демонического Императора? —, опасливо озираясь спросил первый старейшина.

— Куроками давно сдох! —, воскликнул второй. —, ему лет уже больше, чем нашему патриарху!

— ах ты... —, пальцы сжались на посохе. —, ладно. В твоих словах имеется истина...

— но так ли это? —, засомневался третий. —, великий Император Разрушения живёт уже третью сотню лет.

— Рёмен-но Сукуна изначально не человек. —, парировал патриарх, используя сведения, полученные ещё пятьдесят лет назад. —, у него четыре руки, четыре глаза и два рта. В то время как Куроками-но Аякаси выглядит как обычный человек.

— он? Обычный? —, нервно хихикнул первый.

— имелось ввиду тело, старый хрыч. —, ядовито усмехнулся над первый Сикике.

— ежели патриарх уверен в своих действиях, то и я согласен. —, поднял руки третий.

— второе! —, рявкнул глава клана, гулко стукнув посохом. —, второй старейшина.

— слушаю? —, повернулся старик.

— в твоей ветви предатель! —, объявил Ханами.

— К-кто? —, побледнел старейшина.

— Юкихара. —, замогильным голосом назвал патриарх. —, он сбежал вместе с Наофуми.

— патриарх, смилуйтесь! —, упал на колени старейшина. —, он всего лишь мальчишка, попавший под дурное влияние сверстника!

— старейшина Сикике.

— ...да?

— наведи порядок в своей ветви в ближайшее время. —, приказал Ханами. —, нам не нужно ещё больше перебежчиков. Иначе этим займусь лично я, навестив Сикике-дэру.

— слушаюсь.

— на этом всё. —, устало-величественным жестом указал на выход. —, донесите до своих ветвей план действий.

Старейшины начали расходиться. Ханами сухо усмехнулся в бороду.

И куда вы вообще пошли? Доносить план действий? Я вам его не давал. Идиоты. Ками свидетели, всех вас казню после турнира кланов, помяните моё слово. Пришли, отсидели, ушли. Такой наглости себе даже Наофуми не позволял, когда ветвь Дзенин ещё была в совете.

И ведь держатся за свои места. Зачем? Ради почёта? Денег? Денег и так хватает, а почёт ваш давно канул в лету. Надо срочно искать новых старейшин, срочно. Будда, Наофуми, если бы только ты не был столь честолюбив...

Ворча это неразборчивым шёпотом себе под нос, патриарх направился в свои покои. Надо было отдохнуть, причесать бороду, почистить посох и всё-таки составить план действий, который старейшины пошли доносить. Хоть бы спросили, что-ли...

Ночь во дворце Императора. Сад(цветочный, не фруктовый) куда вышла Энширо ночью из-за бессонницы. Ни цветов, ни листьев уже давно не было. Только иней стоял.

От бессонницы она страдала крайне редко, за день успевала и устать, и, если совсем плохо, украсть сакэ из кухни. Помогало сну. Но сегодня ей захотелось прогуляться. Ночью было... Красиво и тихо. Если не считать собак дворцовой стражи.

— и чего меня вообще понесло сюда? —, поёжилась от холода беловолосая, кутаясь в многослойное кимоно, выданное какой-то нёбо(фрейлины).

— Эй.~ —, послышалось со стороны дальней стены сада.

Там стоял человек в сером косодэ, походном плаще и соломенной шляпе. Ростом выше среднего, около 173-175см, с тёмно-каштановыми волосами до плеч, подстриженными будто лезвием меча. Слегка сутулый, с лисьей улыбкой и закрытыми глазами.

Человек приветливо помахал рукой.

— привет.~

— ёб твою мать... —, отшатнулась девочка, запахиваясь ещё сильнее. Плюнула в сторону. —, Кагэ, не пугай так. Ты снова за мной следишь?

— я не Сино-но Кагэ. —, склонил голову набок.

— а кто? —, саркастично спросила Энширо. —, тут других с говновнешностью нет.

— м-м?~ —, улыбнулся ещё шире. —, а что не так с моей внешностью?~

— посмотрись как-нибудь в ближайший пруд и поймёшь. —, отмахнулась беловолосая, возвращаясь к созерцанию инея и звёзд на небе. —, ладно, ты садовник?

— в какой-то степени.~ —, ответил человек.

— как тебя зовут хоть, степень?

— Камиши-но Хиро. —, поклонился, представляясь. —, а ты — Энширо?~

— откуда знаешь? —, повернула голову. Этот тип ей уже не нравился. Правильно говорил Сатору, добрых персонажей с звероподобной внешностью не бывает.

— по глазам.~

Услышав это, девочка мигом заняла боевую стойку, готовясь поставить барьер. И кричать «помогите!». Этот псевдосадовник умудрился пробраться в Дайдайри, что практически невозможно для кого-то ниже уровня императора.

— я держалась в тайне почти ото всех.

— о нет, я вовсе не для драки. —, примирительно поднял руки. —, я вообще не опасен.~

— вижу. Ага. —, уже складывает печати. —, в саду, не садовник, никогда тебя не видела и не опасен.

— всякое бывает.~ —, невинно развел руками Хиро, шагнул и оказался рядом с ней, наклонившись. Казалось, рассматривал. —, хм.~ тебе ведь лет 15?~

— э... —, отшатнулась девочка, затем радостно сжала кулачки, улыбаясь во все зубы. —, да! Да! Мне 15! Хоть кто-то понял, что мне 15! Кто бы ты ни был, женись на мне! Пожалуйста!

— оу.~ я подумаю. —, прислонил два пальца к своему подбородку. —, как насчёт такого: ты покажешь мне глазки полностью, а я дам тебе свою шляпу?

— эм... Ты... Я... —, замялась она. На кой чёрт ей его шляпа? Если попросить Кагэ, он принесет вагон и маленькую тележку этих шляп. А впрочем, что она теряет? —, а ты свои покажешь?

— чуть позже.~

— ну смотри. —, полностью открыла глаза, глядя прямо на него. Ночной мир был такой же яркий, как если бы сейчас был полдень.

— понятненько.~ —, кивнул сам себе, рассмотрев её. —, они привязали энергию к твоим глазам. Интересно.~

— ты по глазам понял, что сделал Кагэ? —, подозрительно спросила Энширо. С каждым словом ситуация становилась опаснее. Кажется, крикнуть «помогите!» уже не получится.

— Кагэ лишь исполнитель. —, отмахнулся парень. —, тобой занимался Абэ-но Сэймей, Цуки-но Ёхан и Куромаку-но Дзи. И Император Масара.

— я ничего не понимаю! —, закричала Энширо, замахав руками.

— это не так важно.~ —, перехватил её руки, поднял выше себя, затем поставил на место и надел на неё свою шляпу. —, а ты резвая для пятнадцати лет.

— а тебе сколько? —, спросила в ответ она, поправив шляпу.

— двадцать один. —, помахал, развернувшись. —, увидимся, Энширо. И... Не слишком доверяй людям вокруг тебя. У всех есть скрытые намерения.

— уверена, у тебя тоже.

— да. —, спокойно согласился. —, у меня тоже. Но мои хотя бы не опасны для твоей жизни. В отличие от этой троицы. —, исчез.

— и что это вообще было?.. —, сняв солому спросила сама себя Энширо. Откинула шляпу в сторону.

Не опасны его намерения, ага. То есть дядя Абэ, заботившийся два года, злодей, а он, появившийся просто каким-то чудом, герой? Хах, так она ему и поверила. Надо будет завтра спросить про этого Ниро. Как там его?.. ай, проклятая дерьмовая память на имена...

На следующий день все, кроме, очевидно, императора и Кагэ, отправились во второй дзё, к поместью Аяки. Идти было около десяти минут, совсем недалеко. В центре шла Энширо, перед ней Куромаку-но Дзи, справа Абэ-но Сэймей и слева Фудзивара-но-дзенин Наофуми. Ёхан рассеялся ещё ночью, о чем-то поговорив с Сэймеем перед уходом.

— дядя Абэ, у меня есть вопрос... —, осторожно начала девочка. —, вам знаком человек по имени Хамики-но Ниро?

— хм. —, отпил сакэ, задумался аж на две минуты. —, нет, такой мне не знаком.

— кто это? Твой —, Наофуми перешёл на издевательский тон. —, суженный?~

— завались.

— ха! —, обрадовался кузнец, полуобернувшись. —, она наконец начала интересоваться парнями! Свершилось!

— да я вроде и до этого не против была... —, смахнула белые пряди со лба.

Немногочисленные аристократы, населявшие первый и второй районы, шарахались в стороны, видя данную процессию из легендарного Императора Железа и Пятого Возбудителя. В центре которой шла маленькая беловолосая девочка. Абэ-но Сэймея в лицо не видели уже очень долгое время, а потому внимания на него практически не обращали.

— вас боятся. —, заметила Энширо.

— нас — уважают. —, мягко поправил оммедзи. —, боятся — тебя.

— верно! —, рявкнул Дзи. —, кого будет охранять сразу три таких человека? Вот и боятся.

— а вы охраняете? —, иронично подняла бровь.

— не дай бог. —, отодвинулся от неё Дзенин. —, иду по делам.

— возвращаюсь в кузницу. —, кивнул Дзи.

— если нападут, то буду сражаться. —, задумчиво оглядываясь сказал Абэ. —, в остальном, ищу сакэ.

Беловолосая девочка посмотрела на них. Защитники собрались. Один алкоголик, другой забыл повернуть, третий играет в Дашу путешественницу. Прекрасно.

— так что за Ниро? —, спросил Фудзивара.

— а хер знает. —, пожала плечами. —, ночью гулять пошла, а он в саду был. Типа садовник. Смотрел глазки, подарил шляпу.

— сила юности! —, обрадовался кузнец.

— сила идиотизма. —, скривился Сэймей. —, но это её выбор.

—, удачи вам. —, махнул кувалдой, поворачивая к своим дальним районам.

Внезапно с крыши с визгами на Энширо падает Аяка. Обнимает, прижимая к себе, осматривая, нет ли где ран.

— Э-э-э-энши-и-и-и-и-и-ро-о-о-о-о!!!~

— прекращай. —, брезгливо приказал Наофуми, за ворот оттаскивая Аяку. —, мы на людях. Ты порочишь мою и Абэ-доно честь. —, посмотрел на оммедзи, который невозмутимо пил сакэ, рассматривая узор на чьих-то воротах. —, ладно. Мою честь.

— правильно, Нахер. —, кивнула девочка, вставая и отряхиваясь. Вот и закончился период идеальной одежды от нёбо. —, держи эту безумную сучку.

— почему сразу безумная?~ —, промурлыкала Аяка, намеренно даже не думая вырываться из хватки.

Позднее. В поместье, комната Аяки. Здесь был низкий столик в центре, зеркало на стене, несколько многослойных циновок и два окна со ставнями. Все четверо сидели за столом. И на ближайшей циновке растянулась Иэри.

— как тебе пара месяцев во дворце?~ —, поинтересовалась пепельноволосая.

— в коробке было лучше. —, отмахнулась девочка, затем немного помолчала и, нехотя, продолжила. —, ...ладно, было неплохо. Если бы Кагэ не находил меня где бы я ни пряталась.

— он просто поставил на тебя метку. —, захихикала девушка.

— что за метка?

— члены шпионской сети часто используют технику метки. —, ответил Наофуми, наливая себе бесплатное сакэ из кувшина Аяки. —, это маленький заряд их собственной проклятой энергии, оставленный на другом человеке. Так можно найти его где угодно.

— и насколько далеко работает?

— в пределах трёх Хэйан-кё. —, сказал Абэ. —, но если это Кагэ, то в пределах всего Хонсю.

— он настолько сильный?

— он глава «Райнаки». —, пафосно махнула рукой Аяка. Энширо выдавила что-то между «э-э-э» и «блять». —, тайная служба разведки.

— и он два месяца носился со мной? —, прищурилась. —, подозрительно.

— не переживай, он не злой. —, поглаживая Энширо по волосам сказала Хи-но Кими. —, почти.

— ровно настолько, насколько я. —, вставил астролог. —, не зло. Прагматичность.

— убожество. —, констатировала Иэри, глядя на Энширо.

— ты ещё не передумала выходить за Юкихару? —, вдруг поинтересовался Дзенин.

— он так и не дал ответа.

— дети. —, не дала продолжить Аяка. Сэймей кашлянул, девушка вздохнула. —, дети и Абэ-доно. мы собрались чтобы обсудить, что делать с кланом Ямиока.

— шпионить. —, сказала Энширо. —, так тот император велел.

— нынешний глава клана Ямиока — Ямиока-но Махика. Любовница Демонического Императора.

— ей уже под 80, но выглядит на 20. —, добавил Сэймей, отпивая из тыквы.

— шлюшья магия, как у Аяки? —, предположила беловолосая девочка, глядя на девушку, которая в свои 28 выглядела от силы на 20.

— почему сразу шлюшья?.. —, уронила голову на стол пепельноволосая.

— Куроками-но Аякаси проводил с ней совместные эксперименты еще при позапрошлом императоре. —, припомнил Абэ.

— она типа бессмертная?

— нет. —, мотнул головой Наофуми. —, есть разница между омоложением и твоей веткой жизни, которая вплетена в концепцию времени. Она может омолодить себя хоть до 7 лет внешне, но всё равно умрет тогда, когда ей предначертано по возрасту.

— в чём тогда смысл?

— сила. —, просто ответил император Времени, отправляя какую-то сладость в рот, от чего Энширо зажмурилась. —, в 80 ты слабее себя в 20. Поэтому она выбрала пик своей силы как постоянный возраст.

— нечто подобное у неё затребовал Фудзивара-но Ханами. —, проговорил оммедзи.

— Абэ-доно, могу я спросить об источниках? —, подняла голову со стола Аяка.

— конечно. —, кивнул. —, мне рассказал Ёхан-младший.

— это ещё кто? —, взлохматила белые волосы. —, орёл дяди Ёхана?

— козёл.

— .......козёл?....

— козёл.

— да вы, дядя Абэ, напару с дядей Ёханом, мастера придумывать имена питомцам. —, засмеялась Сёко.

— у Куромаку-но Дзи живёт медведь Дзи-младший. —, пафосно заявил Наофуми.

— почему я не удивлена? —, потёрла переносицу девочка. —, а у тебя, дай угадаю, живет кит Наофуми-младший?.. его только нам и не хватает.

— Масара пока не хочет входить в активную конфронтацию с кланом Фудзивара и Ямиока. —, сказала Аяка, отпивая какой-то насыщенный травяной отвар. —, потому что неизвестно, какую сторону примет клан Сугавара и клан Камо.

— клан Акихиро выступит на стороне императора. —, уверенно сказал оммедзи. —, за это попрошу я и Сатору.

— ветвь Дзенин тоже на стороне Сына Неба. Никто из моих людей не рад действиям Ханами.

— тогда? —, подначила Энширо.

— атакуем. —, кивнула Аяка.

— КХЭКХ!.. ты последние мозги через кровь выронила?..

— а почему нет?

— я поддерживаю предложение Аяки. —, поднялся из-за стола Сэймей. —, разумно, пока их союз с Фудзивара ещё не перешёл в активную фазу, уничтожить их.

— а вас не слишком мало? —, спросила Иэри. —, Особенно учитывая, что этот. —, ткнула ногой в Наофуми. —, занят.

— мы не полезем сразу в горы Кисо.

— тогда куда? —, спросила девочка.

— в Сиай-Сиай-Дэру. —, засмеялась пепельноволосая.

— а туда нам зачем?

— мне нужно увидеться с Ёханом. —, пояснил Абэ —, а ещё нам стоит забрать Гэто и Нанами.

— вчера вы давали другой план, дядя Абэ.

— я думал ночью. —, махнул рукой. —, после Сиай-Сиай-Дэру отправимся в Хосемура-Дэру.

— я пойду помогу Кину. —, решил Наофуми.

— о, а чем занимается Кин?

— сейчас он, вроде как, играет с кланом Акихиро. —, припомнила Аяка.

— если вы закончили, то расходитесь и дайте поспать. —, проворчала Сёко.

— это моя комната. —, сдерживая раздражение напомнила Аяка.

— теперь моя.

— ну раз невеста Юкихары просит... —, хрустнул позвоночником Наофуми, выпрыгнул в окно, исчезая.

— а сам Юкихара об этом знает? —, подперла щёку кулаком Энширо.

— нет. —, мотнул головой оммедзи. —, пока. Собирайся.

Вечером этого самого дня произошло ещё одно событие, оставшееся в тайне от основных членов группы. Камиши-но Хиро, который до этого успешно пробрался в Дайдайри, на этот раз превзошёл себя и проник в сад ученицы самого Рёмен-но Сукуны.

Парень сидел у затянутого слабым ледком пруда, попивая сакэ из деревянной плошки. Рядом лежала уже новая шляпа и горшок с сакэ.

— Акагами-доно.~ —, игриво протянула Аяка, стоя с направленными на него двумя тёкуто. —, вас никто в мой сад не приглашал.

— о-о?~ правда что-ли?~ —, ехидно ответил Хиро. —, а мне казалось, ты хотела меня видеть.

— тебе показалось.

— будешь? —, не обращая внимания на угрожающий тон поднял горшок с сакэ, улыбаясь ещё шире.

Рёмен-но Аяка оценивающе посмотрела на горшок, на воина, на свои мечи и пруд. Проигнорировала мысли о сражении и села рядом, отложив мечи. Камиши налил ей во вторую плошку.

— с чего вдруг вы решили зайти в гости?~ —, опасно улыбаясь отпила вино.

— из-за определенных действий, связанных с Соракадзэ-но Наги.

— почему ко мне? —, наивно склонила голову набок. —, мог бы пойти к учителю.

— он вредный и дурак. —, налил себе ещё.

— если бы он тебя услышал, убил бы на месте. —, усмехнулась девушка. —, Акагами-доно. У меня есть просьба.

— отказываюсь. —, помахал рукой, будто отгоняя надоедливую муху.

— защити Энширо. Она мне ещё пригодится.

Хиро в ответ тихо засмеялся, пряча улыбку в плаще.

— ты хочешь, чтобы я, бедолага без магии, отправился защищать ту, которая ушла сегодня с Абэ-но Сэймеем в Сиай-Сиай-Дэру?

— следил за нами?~

— я просто не дурак. —, откинул плошку.

— как поживает твоя сестра?~ —, ядовито протянула пепельноволосая.

— осваивает искусство живописи. —, просто ответил парень.

— о, не подумай, я вовсе не лезу к вам. —, подняла руки с издевательской улыбкой. —, считай платой за то, что посетил мой сад.

— плохой у тебя садик. —, парировал собеседник. —, маленький.

— ты хочешь, чтобы я тебя прямо сейчас убила? —, потянулась к мечам.

— попробуй.~ —, потянулся к своим двум катанам на поясе.

— Акагами-доно. —, поднялась на ноги, глубоко поклонилась, в соответствии с этикетом при обращении с сложной просьбой. —, я не могу покинуть столицу сейчас. Но, пожалуйста, проследи за Энширо. Сэймей-доно сильный человек, но я не знаю, какие цели он преследует.

— вот как.~ —, плавно поднимается. —, и что же предложишь взамен?

— я уже не ребёнок, Акагами-доно. —, показала ему кончик языка. —, вам подойдёт то же самое, что 15 лет назад?

— меняю семь то(1 то ≈ 18л; 7 то ≈ 126л) на один день моей слежки за ними.

— дорого.

— Абэ-доно заметит меня на расстоянии в несколько Ри. —, изображает невинность, разведя руками.

— поняла я, поняла. —, залпом допила плошку сакэ. —, пойдем домой, там удобнее.

Глава 15.

В Сиай-Сиай-Дэру шли Абэ-но Сэймей, Фудзивара-но-сикике Юкихара и Энширо. Шли пешком, потому что, по словам оммедзи, «лошадей всё равно бы съели». Путь лежал в Наниву, а затем на Кюсю.

Энширо, как обычно, ехала в корзине. На этот раз на плечах Юкихары, потому что у Сэймея банально не было корзины. Чего, кстати, девочка вообще не понимала. Ладно она, у неё из вещей только запасные варадзи и носки. А он? Ему разве не нужны амулеты там? Талисманы? Да хоть та же одежда? Только тыкву несёт. Загадка, которую Энширо решила не разгадывать, по причине лени.

— могу поинтересоваться, сколько нам идти? —, вежливо спросил Юкихара.

— до Нанивы день, потом по морю и по острову. Всего... Дней десять. —, отозвался Сэймей.

— дядя Абэ, а вы бывали в Сиай-Сиай-Дэру? —, высунулась из корзины девочка.

— бывал.

— расскажете? —, попросил Сикике.

— деревня в горной расщелине. —, отпил из тыквы. —, вокруг водится множество ёкаев, которые защищают обычных жителей и атакуют любых шаманов, кроме Ёхана.

— он действительно еретик? —, положив руку на печати спросил Юкихара.

— да. —, кивнул Абэ. —, техники Ёхана выходят далеко за пределы самых смелых техник императора Крови.

— но вы с ним дружите. —, проговорила Энширо. —, и я.

— еретик не означает плохой человек. —, парировал оммедзи, пнув камень на дороге. —, просто он мыслит шире.

— дядя Абэ, а вы расскажете, почему ушли с должности дворцового астролога? —, осторожно попросила Энширо.

— хм... —, потёр короткую бородку. —, не стоит. Это долго и скучно. Могу лишь сказать, что иногда, когда ты помогаешь котёнку, он оказывается тигром-людоедом.

— вы помогли кому-то, кто оказался плохим? —, догадался Фудзивара.

— да. Вкратце.

От таких ответов девочке стало ещё интереснее. Окончательно высунулась из корзины, сощурившись на мужчину.

— он... Или она...—, покрутила кистью в воздухе. —, жива?

— откуда мне знать? —, чуть раздраженно огрызнулся Сэймей. —, не видел с того момента.

— она или он связана с кланом Ямиока?

— дети. —, закупорил тыкву. —, мы идём в клан Ямиока вовсе не потому, что они ведут ужасные эксперименты. Мы идём к ним потому, что они взялись за изучение идолов Хирокадзу и того, что от него осталось.

— Хи-но Кими забрала труп. —, напомнил Сикике. —, максимум, что могло остаться, это капли крови на вывороченном плато.

— кровь — тоже вещь. —, парировал оммедзи.

— и что они хотят с ним сделать? —, пригладила белые волосы. —, создать клона? Усилить себя? Или думают, что это дарует им желанное бессмертие?

— это нам и предстоит выяснить.

— в таком случае, Абэ-доно, вы, отшельник, не пошли бы. —, с ледяной вежливостью надавил Юкихара. —, или пошли бы ещё когда только началось дело идолов.

— считайте, что я засиделся.

Беловолосая девочка опустилась обратно в корзину, закрыв себя тканью. Насупилась, поджав ноги к груди. Всё это было немного нечестно. Разве они уже недостаточно долгое время знакомы? Да и почему она, будучи буквально его экспериментом, не может узнать причину похода?

Ниро говорил не верить дяде Абэ. Она верила дяде Абэ, он приютил их, когда они только попали в прошлое. Но эти вечные недоговорки... С другой стороны, он ведь и не обязан всем рассказывать о своей жизни? Личное дело каждого.

— верно. —, послышался голос Сэймея. Энширо вздрогнула всем телом. —, по лицу вижу.

— я в корзине. —, опасливо съёжившись выговорила девочка, недоверчиво продолжила. —, а мысли не читаете?..

— ...нет. —, мотнул головой с сожалением. —, пока что не научился.

— Абэ-доно, могу я спросить несколько вещей, пользуясь случаем? —, решил расширить кругозор аристократ.

— спрашивай.

— как работают техники удаленного общения между высокоуровневыми шаманами?

Тыква с сакэ была вновь откупорена, оммедзи отпил, размышляя, стоит ли вообще говорить. Решил, что продвинутый уровень магии раскрыть не страшно.

— между двумя шаманами крепится нить проклятой энергии, по ней передаются слова, их считывает твой мозг и превращает в мысли. Это техника «Шёпот».

— возможно ли применять её в бою?

— несомненно. —, после небольших раздумий согласился шаман. —, ежели прикрепить несколько нитей и пустить по ним, например, дьявольские песнопения, то можно сильно оглушить врага.

— вы им владеете? —, оммедзи кивнул. —, научите?

— научу. —, согласился мужчина, допив рисовое вино. —, на привале.

— дядя Абэ, а возможно ли читать мысли? —, послышался из корзины голос, приглушённый вещами.

— мысли — нет. —, помолчал. —, только настрой, эмоции и намерения.

— но ведь это уже очень даже много.

— это сложно. —, сдался Абэ.

— вы так можете? —, сощурился Сикике.

— могу.

«да есть хоть что-то, чего вы не можете?! Кроме "обойтись без сакэ"» —, пронеслось в голове у Энширо. Воистину, старый астролог умел удивлять. Барьеры умеет, печати умеет, молнии умеет(спасибо телефон выжил), теперь ещё настрой читать. Тьфу ты. Ничего, однажды и она так сможет, наверное. Не зря же её срок жизни... Ну, бесконечный?.. длиннее десяти эпох.

В Сиай-Сиай-Дэру. После разговора с императором, когда Ёхан рассеял свою иллюзию. Поздняя ночь. Дом, принадлежащий Нанами Кенто и в котором сейчас гостил Гэто Сугуру.

Ставни с громким стуком распахнулись, в помещение влетел Цуки-но Ёхан. Взбудораженный и слегка сонный.

— мальчики, есть разговор!

— у старика из третьего дома опять кончился рис? —, предположил Нанами.

— нет.

— Ёхан-младший сбежал? —, предположил Гэто.

— нет. —, приложил руки ко лбу. —, я что, по-вашему, не прихожу по важному делу?

Два заклинателя переглянулись, пожали плечами и не стали ничего отвечать. Как говорится, молчание — знак согласия, да к тому же золото.

— не такие уж вы и милые! —, топнул ногой еретик.

— никогда не видел себя как милого. —, парировал Сугуру, наливая себе какой-то отвар.

— к нам движется Абэ-доно! —, объявил Кампаку Сути.

— ура. —, плоско сказал Кенто. —, надо будет заварить ягодную настойку. Старик Року как раз дал мне новый рецепт.

Игнорируя отсутствие энтузиазма Цуки-но Ёхан принялся активно пересказывать, что произошло на собрании, почему Абэ-но Сэймей идёт и из-за чего вообще все переживают.

— снова Хирокадзу. —, закрыл голову рукой Сугуру.

— Абэ-доно и Сино-но Кагэ полагают, что он действовал не в одиночку. —, кивнул Ёхан.

— разве Кира из Акихиро не расследует это в Китае? —, припомнил Санги Кирико.

— она бесполезная до весны. —, скривился шаман.

— значит, снова двигаться. —, тяжело вздохнул Гэто. —, дядя Ёхан, в прошлом всегда было так много проблем?

— только в последние годы. —, по-настоящему призадумался еретик, потерев лоб. —, в прошлом году была попытка переворота, ссылка принца. В позапрошлом резня вблизи Хакаты. В этом идолы. Уже конец года, я бы сказал, что клан Ямиока это дело 11-го года Дзёва.

— то есть, это нормально?

— хм. —, побарабанил пальцами по стене. —, нет. Точно нет.

— учитель, почему вы так думаете? —, протянул ему чашку отвара Нанами.

— я начинаю прослеживать некоторые закономерности. —, отпил напиток. —, пока не важно. Скорее всего, слухи и домыслы. Готовьтесь встречать гостей, остальное потом.

Спустя восемь дней, вместо предполагаемых десяти, группа из троих человек вошла в лес, окружавший со всех сторон расщелину, где располагалась деревня Цуки-но Ёхана.

Энширо ожидала, что это будет какое-то типично-жуткое место с холодным туманом, тишиной, шорохами и темнотой. Всё оказалось ровно противоположным: яркий белый снег покрывал ветви и полог, солнце светило ярко и вокруг не было ни души, кроме каких-то зверей вдалеке. Типичный такой лесок, только более непроходимый, чем тот, где жил Абэ-но Сэймей.

Идти по лесу было недолго, всего несколько часов. По пути им не встретилось ни одно проклятье или ёкай, о которых во время морской переправы рассказывал Сэймей. Энширо было очень интересно увидеть цутигумо, но, к сожалению, не судьба. Небольшое расстройство мигом сменилось радостью, когда они вышли из леса в деревню.

Девочка выпрыгнула из корзины, сразу побежав вперёд, где уже стояли Кенто и Сугуру. Юкихара последовал за ней.

— Гэто! Нанами!

— Энширо. —, улыбнулся заклинатель духов, обнимая её одной рукой. —, давно не виделись.

— чуть меньше года. —, прикинул Нанами. —, я.

— добро пожаловать! —, радостно поприветствовал Ёхан, обводя раскрытыми руками всю деревню. —, Сиай-Сиай-Дэру. Моя деревня.

В отличие от более-менее обычного леса деревня была похожа на... Очень маленький город. И нет, дело вовсе не в количестве людей и расположении. Здесь было всего шесть домов, два из которых принадлежали самому еретику, один Нанами и только оставшиеся три были у местных семей крестьян.

Но это были дома. Настоящие дома, не полуземлянки и не ремесленные дома-мастерские. Полноценные, пусть и одноэтажные, деревянные дома. Для крестьян, собственно, это было почти непомерное богатство. Теоретически, около 20-30 коку за дом, если бы их покупали, а не строили.

— Ёхан. —, отпивая сакэ указал на окружающие скалы Абэ. —, у тебя тут никто необычный не появлялся?

— нет? —, опешил еретик, начав крутить головой в недоумении, будто пытаясь найти этого самого «необычного» —, если бы и появился, его бы ёкаи растерзали. А если бы он их, то я бы узнал. А что?

— ощущение. —, потер подбородок. —, будто за нами кто-то следит.

Примерно в семи ри(±4.5км) от деревни был довольно высокий горный пик, на котором и расположился уже знакомый Энширо (правда она даже не догадывалась о его слежке) Камиши-но Хиро. Парень сидел, спокойно попивая сакэ, глядя вниз, на деревню.

«проклятый монстр.» —, подумал наёмник. —, «надо было требовать 14 то за день. Тц. Буду осторожнее.»

В деревне, тем временем, слова Сэймея услышал юный Сикике, мигом развернувшись на каблуках от Гэто.

— нам вы по дороге ничего не говорили. —, с ледяной вежливостью упрекнул Юкихара.

— чтобы не пугать. Я не уверен. —, поднял руку в жесте «спокойнее». —, возможно у меня просто с возрастом разыгралось воображение.

— у тебя? Воображение? —, рассмеялся над ним Ёхан. —, оно способно только на новые схемы приготовления сакэ.

— это важно.

Беловолосая девочка тем временем тараторила о том, как собирала вкусности на кухне Дайдайри, как гоняла министра телефоном пару раз и о тренировках с Сино-но Кагэ, которые сама до сих пор особо не поняла.

— она счастлива. —, заметил Кампаку.

— хм... —, отпил сакэ, закупорил тыкву и убрал обратно на пояс. —, посмотрим. Пока не знаю, играет это на руку или нет.

— обратись к своему племяннику. —, предложил Ёхан, убрав руки за спину. —, у него с тактикой тоже неплохо.

— откажусь. —, мотнул головой оммедзи, прикидывая вообще возможность этого обращения. —, во-первых, чёрт знает, где его носит сейчас. Во-вторых, он уже давно стал племянником Куроцукури-но Кими, а не мне.

— та малышка всё еще считает тебя дядей. —, парировал еретик, кивнув на Энширо.

— она... —, немного погрустнел оммедзи. —, Ёхан. Мы так и не поняли, как им это удалось.

— они не достигли цели. —, ехидно посмеиваясь над неудачными попытками «коллег» развел руками. —, только побочный эффект.

— о таком побочном эффекте ныне мечтает Фудзивара-но Ханами. —, указал Сэймей.

— Абэ-доно. —, серьезно обратился Ёхан. —, ты опасаешься, что они попробуют узнать это у твоих детей?

— я не опасаюсь. —, отрезал Абэ, сложив руки на груди. —, я имею такую вероятность.

— мне пойти с тобой? Мальчики согласились пойти. Оба. Так что меня ничего не держит.

Мужчина задумался. В своей обычной манере, замерев на неопределенное количество времени. Ёхан махнул рукой и пошёл в дом за своими вещами. Минута, пять, десять. Еретик успел вернуться и даже налить себе ягодную настойку, пару дней назад приготовленную Нанами.

— будет ли в порядке деревня? —, отмер наконец Сэймей.

— прошлые зимы спокойно жили. —, беззаботно отмахнулся Кампаку.

— ты и сам знаешь, что прошлые зимы были куда спокойнее. —, парировал астролог. —, мы даже не ходили никуда зимой, никто. А сейчас вынуждены.

— пожалуй, да. —, протянул другу глиняную чашку с настойкой. —, Абэ-доно, вы... Дописали тот свиток?

— наполовину. —, отпил, замер, посмотрел на отвар. Расстроился. Это было не сакэ. Но не отказался. —, мне пока не хватает данных. Но, благодаря Сино-но Кагэ и нашей... —, жест на Энширо. —, девочке. У меня появились новые ответы и вопросы.

— и как продвигается? —, не отставал еретик. —, у тебя есть хоть одна техника?

— ...две.

— уже неплохо. У меня, в моей части работы, четыре.

— а ведь у тебя сложнее. —, вздохнул Абэ.

— а я умнее.~ —, ехидно протянул Ёхан.

— это и плюс, и минус.

Рассказ Энширо о «приключениях» почти закончился. Она как раз подошла к моменту, когда её в саду подкараулил какой-то псевдосадовник и подарил шляпу, которую она выкинула. Сэймей и Ёхан не стали прерывать этот поток сознания и просто пошли предупреждать крестьян. И собирать вещи. Юкихара, которого не сильно интересовали похождения Энширо, особенно учитывая культурный шок от такого отношения к высшим чиновникам, поплелся за двумя шаманами, помочь собрать вещи. И попросить сакэ.

Пока бывший астролог с группой путешествовали, Аяка тоже не сидела без дела. Ей следовало отправить учителю отчёт о произошедшем, дабы он был в курсе всего происходящего на больших островах. Что она и сделала.

Немногим позже пришел ответ. Как и в прошлый раз, письмо доставил синий сокол, который был ничем не хуже самого Сэймея-младшего.

— как мило.~ —, промурлыкала Аяка, читая. —, учитель, вы превзошли сами себя, я аж потекла.~

— что там? —, села на локтях Иэри Сёко, окончательно оккупировавшая циновку Аяки и комнату в целом.

— на. —, с ехидной улыбкой протянула письмо девушке. —, раз интересно.

— о? —, удивилась Сёко, взяв бумагу. —, и даже не секрет? —, читает. —, эах. Он тебя обосрал со всех сторон.

— думаешь?~

— тут написано «когда увижу тебя в следующий раз, вырву кишки и сожру их». —, указала на середину письма. —, разве что в конце не написал «и вообще иди нахуй».

— хм.~ —, хихикнула девушка. —, на первый взгляд, так и есть. Это на случай, если сокола перехватят...

— у сокола есть имя? —, перебила Иэри.

— ...то... —, пыталась закончить Хи-но Кими, но от неожиданности смогла только кашлянуть. —, кхем, а зачем оно ему?

— давай назовём его Аяка-младшая? —, игнорируя вопрос предложила Иэри.

— это самец. —, плоским тоном, не меняя выражения лица, ответила Аяка.

— Сукуна-младший?

— учитель тебя убьёт за такое, пытая месяц. —, засмеялась.

— Рёмен-младший? —, наконец придумала бывшая студентка. —, нормально, нейтрально, и не поймешь кто из вас имеется ввиду.

— где ты этого нахваталась?~ —, мило протянула Аяка.

— решено. —, кивнула Сёко. —, Рёмен-младший.

— божечки.~ —, обняла себя за плечи. —, я сейчас потеку от тебя.

— шлюха?

— не. —, чуть брезгливо помахала на неё рукой. —, просто это был самый волевой твой поступок за прошедший год.

— так что там по перехвату?

— ах да, отвлекла меня.~ —, приложила указательный палец к нижней губе. —, если перехватят, то письмо унизительное. Но если правильно читать, то получится истинный смысл.

— и какой он?

— я молодец.~

Иэри молча посмотрела на Аяку, потом на письмо. Прочитала еще раз. Кажется, увидела даже больше угроз, чем в первый раз.

— каким чудом ты там «молодец» увидела?

— не скажу. —, отвернулась Хи-но Кими. —, вдруг тебя похитят и ты всё расскажешь под пытками?

— если меня похитят, я и без пыток расскажу. —, парировала девушка.

— я бы тоже хотела спать 20 часов в сутки, как ты. —, мечтательно проговорила Аяка.

— тебе не дано. —, улыбнулась Сёко, вновь зевнув.

— да Будда всемогущий, ты проснулась час назад! —, восклинула Аяка, взяла себя в руки и посмотрела на свою занятую циновку. —, завтра меня не будет, иду по делам. Остаёшься за старшую.

— над кем?

— над Рёмен-младшим. —, саркастично ответила девушка. —, не забывай кормить три раза в день.

— ага. Не забуду. Если не просплю.

— он тебя разбудит. —, сокол издал пронзительный крик, от которого Иэри подскочила и полностью проснулась. Аяка довольно хмыкнула, погладив сокола по спине.

Ещё через чуть больше недели группа Сэймея прибыла в Хосемура-Дэру. Деревня клана Акихиро как и раньше встречала их минеральной пылью, которая летала в воздухе даже зимой, и слабой стражей, которая уже решила, что их деревня стала проходным двором, но всё ещё пытающиеся соблюдать осторожность.

Улица на входе в деревню. Стража задержала у ворот «подозрительных людей» в лице Энширо(«там младшая сестра Сатору-доно!»), Абэ-но Сэймея(«странный алкаш!»), Юкихары(«Фудзивара! Вторжение!»), Ёхана(«еретик! Я слышал о нём!») и Гэто с Нанами, которых почему-то приняли спокойно.

Такую неординарную ситуацию не смог решить начальник стражи, а потому решено было обратиться в высшую из возможных для клана инстанций. Вызвали патриарха.

— Будда... —, устало рыкнул Исонао, глядя на стражу. —, да какой это вам алкаш? Это Абэ-доно.

— я похож на алкаша? —, повернулся к группе оммедзи.

— да. —, не раздумывая кивнула Энширо, высунувшись из корзины Нанами.

— они обо мне слышали! —, радостно помахала стражам рукой еретик.

Сугуру Гэто был самым адекватным, просто вежливо поклонился старшему, как подобало по этикету.

— патриарх. Мы пришли по делу.

— я уже понял. —, ответил Акихиро. —, иначе бы Абэ-доно не пришел лично. Идём.

Все последовали за патриархом в его резиденцию в центре деревни. Энширо и Нанами, бывшие тут впервые, осматривались. Гэто, в прошлый раз использующий технику Аяки «крыша = дверь», тоже знакомился с деревней уже должным образом.

За всё прошедшее время зал патриарха ничуть не изменился, кроме конкретных драгоценных камней на его столе. Абэ-но Сэймей, с видом образцового, но слегка пьяного лектора, пересказал Исонао ситуацию.

— правильно ли я понимаю. —, грозно начал мужчина. —, что тот Китайский предатель даже после смерти мешает нам жить? И всё это наложилось ещё на три измены?

— четыре. —, поправил Абэ.

— я не изменял! —, послышался обиженный голос Сатору Годжо, который, прослышав о прибытии гостей, вместе с Канате поспешил явиться в резиденцию. Поздороваться.

— речь не о тебе, дурак. —, ткнула его рукоятью Канате.

— я устала. —, растянулась на циновке беловолосая девочка.

— прекращайте. —, оборвал их волной проклятой энергии патриарх. —, Абэ-доно, что вы хотите от меня?

— Канате. —, отпил сакэ.

— патриарх, я гот...

— молчать. —, отрезал Исонао, хмуро глядя на оммедзи. Продолжил, чеканя каждое слово. —, я не отпущу свою дочь туда, где опаснее, чем в битве с Хирокадзу. Я и так пожалел, что отклинулся на просьбу Сына Неба.

— патриарх, позволите? —, вышел вперёд Юкихара.

— раб Наофуми... Говори.

— я не... Плевать. —, потер переносицу. —, понимаете ли, мы должны предотвратить их исследования до того, как это начнёт угрожать всей империи. Нам неизвестно, какие цели они преследуют кроме исследований. Не исключено, что они думают о власти, а в таком случае угрожают они как Сыну Неба, так и каждому кла...

— отказано. —, прервал Исонао. —, максимум, кого я могу послать, это Вихари.

— что ещё за Вихари? —, шёпотом спросил у девушки Годжо.

— понятия не имею. —, пожала плечами Канате. —, какая-то мелкая сошка побочной ветви.

— патриарх. —, уже серьёзнее обратился Сэймей, понимая, что дело не сработает на одном авторитете «я уважаемый астролог». —, я согласен на обмен. Что бы вы хотели?

— я бы хотел оставить Канате дома, вне опасности.

— а если я пообещаю, что вы после этого получите титул великого клана? —, хитро склонил голову набок мужчина.

— откуда у тебя такая власть?.. —, подозрительно спросил патриарх.

— не у меня. —, мягко поправил астролог. —, но у меня много знакомых.

— я не продам свою дочь ни за какие титулы. —, решительно сказал Исонао. —, это вопрос вовсе не цены, а безопасности моего клана.

— дядь Исонао. —, поднялась с циновки Энширо, закончившая какие-то очередные мелкие пререкания с Канате.

— наглость! —, рявкнул патриарх, пытаясь придавить её аурой.

— да-да, наглость. —, помахала рукой перед лицом, будто отгоняя комара. —, я Сукуна.

— ...ты...тебя... —, ошарашенно пробормотал глава клана, сев на диван. —, Абэ-доно, что это за наглый ребёнок?..

— о, эта малышка — Энширо. —, пояснил Ёхан, опередив Абэ. —, Наша... Дочь.

— вас с Абэ-доно?

Сначала в зале стало тихо. Через секунду уже громко. Смехом разразились все, кроме троих взрослых. Для людей из будущего такое... Предположение, звучало вдвойне смешным.

— ...в какой-то степени. —, слегка растерялся еретик.

— Будда, я не хотел этого знать. —, опустил голову Акихиро.

— Исонао-доно. —, положил тыкву на стол патриарха. —, последний раз. Я лично гарантирую её безопасность.

— кто конкретно будет участвовать?

— я, Абэ-доно, Ёхан-доно, Энширо-доно, Гэто, Нанами-доно, Канате-доно, Кин-доно, Сатору-доно. —, на двойной скорости отрапортовал Юкихара. Прирожденный чиновник, жаль что низкого ранга.

— а ты когда успел согласиться? —, с надеждой посмотрел на беловолосого заклинателя глава клана. —, или тебя принудили?

— не соглашался.~ —, игриво протянул с самоуверенной улыбкой Сатору. —, но если пойдёт Канате, то очевидно, что я пойду с ней.

— Ракшаси вас раздери... —, простонал Исонао, сдался. —, ладно. Сегодня ночуете здесь, я подробно обговорю все условия с Абэ-доно. Отправитесь завтра.

— ура! —, радостно подпрыгнула Канате. —, гулять!

Глава 16.

Поздняя ночь. За пределами Хосемура-дэру было несколько невысоких гор. На самой дальней из них, в 12 ри(±8км), сидел Хиро, также известный как Акагами. Ночью следить он не планировал, да и целью было защитить, а места безопаснее деревни сильного клана не найти.

Парень держал в руке горящий пламенем проклятой энергии талисман связи. Принцип его работы был схож с техникой «Шёпот» Абэ-но Сэймея, за тем лишь исключением, что нить заменялась на прямой поток между двумя талисманами, служившими маяками.

И хотя сам наёмник никак не смог бы активировать его без проклятой энергии, которой у него не было, их создатель был предусмотрительным. Либо мнительным. Талисман можно было просто поджечь, после чего связь устанавливалась в течение минуты, а горела проклятая энергия запечатанная в бумаге. Дорогой, кстати, бумаге.

— хм.~ они идут большой группой.

Пламя дрогнуло, как от лёгкого ветерка. Двадцать секунд Хиро молчал, потом отпил сакэ из бурдюка.

— не думаю.~ по крайней мере, в ближайшее время Махико планировала покинуть Хонсю.

Огонёк немного сжался, став тише и спокойнее, едва шевелясь. Прошло около полуминуты.

— не ной. И не ворчи. От тебя голова болеть начинает.

Пламя резко взметнулось, разгоревшись до размера в три раза больше от изначального. Наёмник дёрнулся.

— откажусь от такого счастья...

Постепенно огонь успокоился, вернувшись в обычное положение.

— может быть.~ —, медленно кивнул. —, по крайней мере, она айраси(милый, вызывающий любовь. Так говорили о детях, женщинах, милых зверушках и т.п.).

Огонь вопросительно изогнулся.

— нет, ты милее.

Несколько языков пламени, казалось, прижались к центру в смущении, но затем продолжили свою лекцию. Прошло чуть больше минуты.

— согласен.~ но с другой стороны, так ли это нас с тобой волнует? Пусть мутят что угодно. Я сейчас занят исполнением последнего договора.

Огонёк будто бы почесал себе спину.

— потому что так поступают только бесчестные отбросы.

Ветер подул сильнее, но синеватый огонь не обратил на это ни малейшего внимания. Половина талисмана уже сгорела.

— ага, обязательно. Не думаю, что Энширо согласится. —, помолчал, пока ему отвечали. —, к сожалению, пока нет. Но всё ещё впереди.

Огонь начал колыхаться из стороны в сторону, как осиновый лист на ветру. Три минуты. Под конец Хиро уже успел дважды глотнуть алкоголь.

— хватит читать мне нотации. Я и сам знаю, насколько он опасен. Мне ли не знать, сколь опасны бывают мелкие пакостные духи?

Пламя посмеялось.

— это другое. От него разило трупами и чумой, что я мог поделать?

Собеседник парировал каким-то обидным способом, от чего парень вытянул руку с бумагой вперёд, будто на него орали.

— талисман кончается, увидимся. —, пауза. —, горы Кисо. Через пару недель.

В это же время, в личных покоях патриарха клана Акихиро, Абэ-но Сэймей и Акихиро-но Исонао вели очень долгий разговор. Сэймей стоял у окна, попивая сакэ из своей неизменной тыквы-горлянки. Патриарх сидел на двойной циновке у стены.

Обсудив все известные данные, остались только свободные темы и уточнения. Именно этого ждал Исонао.

— Абэ-доно. Ваша сила всем известна. —, указал глава клана. —, поэтому, несмотря на то, что я согласился, я должен спросить: зачем вам Канате, если вы способны и в одиночку справиться с кланом Ямиока?

— вы меня переоцениваете, Исонао-доно. —, улыбнулся Абэ.

— человек, уже создавший четырёх монстров, не может быть слабее клана еретичных учёных. —, парировал патриарх, наливая себе тоже рисового вина.

— я был не один. —, развернулся к нему оммедзи. В полумраке казалось, что его аметистового цвета глаза даже немного светятся.

— так ли это? —, сухо усмехнулся собеседник. —, ведь в конце концов, их собрали именно вы, вокруг себя. И что вы планируете теперь?

— поколения меняются.

— глупость. —, отреагировал патриарх. —, а если даже и меняются, вам то что? Вы не настолько стары.

— но и не молод. —, ответил астролог. —, всем нам нужен наследник.

— Хомма...

— Исонао. —, перебил Сэймей, наливая патриарху сакэ из своей тыквы, что было едва ли не высшим символом доверия. —, ты и сам знаешь, что у сильного клана всегда есть патриарх и тень.

— Знаю я, знаю. —, отпил сакэ. —, у меня это Акихиро-но Ран.

— и сколько ему уже? М? —, хитро спросил Абэ.

— сорок три. Мне... —, глава клана немного скривился при воспоминании о своём возрасте. —, шестьдесят семь.

— несомненно, Ран силён. Император троецвета. —, согласился оммедзи, вернувшись к окну. —, но ты же не планируешь держаться за трон патриарха, подобно Ханами?

— Ханами... —, гневно прорычал Исонао, затем шумно выдохнул, прикрыв глаза рукой. —, ему просто не повезло. В его основной ветви нет достойного наследника, после того, как он запечатал своего сына-предателя. Они либо слишком слабые, либо слишком недальновидные.

— у него всегда был Фудзивара-но-Дзенин Наофуми. —, парировал Сэймей. —, но он упорно отказывается, из-за «грязной крови побочной ветви.» И к чему это привело? Ты хочешь совершить ту же ошибку?

— Ран из ветви Сафи. —, с глухим стуком отставил свою чашку на низкий столик.

— лучше, чем ничего. Ты мог бы поставить его следующим патриархом?

— только если бы он был моложе! —, сокрушенно проговорил глава клана. —, но мы почти ровесники, по меркам Акихиро. Это глупо.

— вот именно. —, кивнул шаман. —, клан всегда состоит из патриарха и его тени, двух сильнейших людей клана.

— ты сам себе противоречишь. —, ехидно усмехнулся патриарх. —, говоришь, мне стоит поставить Хомму патриархом и Канате тенью?

— посуди сам: в твоём клане нет никого талантливее этих двоих.

— Сатору...

— он не из твоего клана. —, отрезал астролог, рубанув ладонью воздух. —, он не сможет тащить клан на себе. Ты ещё не понял, какой он человек?

— великий. —, поднял руку Исонао, затем, стушевавшись, опустил. —, и одновременно второстепенный.

— подумай над моими словами. —, направляясь к выходу сказал оммедзи. —, если ты будешь держать Канате взаперти, она никогда не поднимет навыки и повторит судьбу тени Ханами, который едва стал Кампаку. Напомню: с одиннадцатилетия она путешествовала шесть лет и стала Дайдзё-дайдзином рубина, самолично создав «Сутомуруби». А потом ты запер её, боясь лишиться очередного ребенка. —, вышел.

— тебе то какое вообще дело до будущего моего клана?.. —, пробубнил патриарх, залпом выпивая ещё чашку сакэ. Бывший астролог явно задумал что-то нечистое, связанное с его кланом. Исонао положит жизнь, но не позволит совершить ничего, что грозило бы Акихиро. Однако... От Сэймея может быть большая польза. Может.

В один из дней, никак не зафиксированных в хрониках, в Дайдайри проходил небольшой тайный совет во главе с самим императором Масарой. Он сидел на циновке, попивая чай, недавно подаренный ему кланом Камо. Перед ним стоял Сино-но Кагэ и Хи-но Аяка. Глава «Райнаки» сегодня выглядел как копия Кина, разве что с более взрослым лицом. Аяка маскировкой себя вообще не напрягала, придя в своём кимоно.

— Кагэ.~ —, игриво протянула девушка. —, скажи мне, почему я почувствовала от Энширо запах гари?

— мы делали ровно столько, сколько было дозволено Сыном Неба. —, безэмоционально бросил агент.

— понимаю, что тебя беспокоит. —, проговорил Масара, отставив чашку. —, я был против этого, если бы не поручительство Сэймея.

— вы все так держитесь за Сэймея, потому что знаете на что он способен, или потому, что не знаете?~ —, мило склонила голову набок девушка, прижав руки к груди в невинном жесте.

Сын Неба и Кагэ переглянулись, обдумывая ответ. Воистину, люди боятся не остаться одни в темноте, а что в этой темноте они, внезапно, окажутся вовсе и не одиноки.

— способности Сэймея за гранью нашего понимания, несмотря на то, что он всего лишь Дайдзё-дайдзин Барьеров. —, в итоге сказал Кагэ.

— он очень умен. —, добавил император.

— на вашем месте именно поэтому я бы не доверяла ему слишком сильно. —, посоветовала пепельноволосая.

— если так посудить, то и твоих способностей мы полностью не знаем. —, надавил Масара.

— я их и сама не знаю.~ хи-хи-хи... —, жутковато улыбнулась, качнувшись из стороны в сторону. —, сейчас я Восьмой Возбудитель, Император Рассечения. Но учитель говорит, что я могу подняться вплоть до уровня Демонического Императора. —, пауза, грустное личико. —, но не говорит как.~

— и с Сэймеем примерно то же самое. —, вставил агент. —, мы видим силу, но не видим её предела. Он...

— учёный. —, закончил Масара. —, при чем даже не конфуцианский. —, поднял чашку с чаем, указал ей на главу «Райнаки». —, ты тоже учёный.

— я младший. —, плоско отреагировал он.

— Масара-но Кими. —, обратилась Аяка. —, у меня только один вопрос: уверены ли вы, что это не выйдет боком?~

— нет. —, признался Сын Неба. —, уверенность для дураков.

— и что же на случай угрозы?~ —, ядовито протянула девушка. —, «Аяка помоги!»?~ «Аяка, напиши письмо Сукуна-но Кими!»?~

— не забывайся. —, стальным голосом припечатал Масара. —, то, что над твоей игрушкой ставили эксперименты ещё не даёт тебе права так разговаривать с императором.

— Аяка-доно, здесь вы не правы. —, поддержал Сино-но Кагэ. —, как я и говорил в первом докладе, опасности для жизни не было, только плюсы.

— я переживаю не за смерть и плюсы. —, не сдавалась пепельноволосая. —, я переживаю за то, что это может обратиться против нас. Вам стоит быть...

Дверные ставни отворились, в проёме показался Фудзивара-но Ёсифуса, отодвинувший слуг. Степенно вошёл, глубоко поклонившись императору. Аяка и Кагэ исчезли где-то на потолке ещё в тот момент, когда Тюнагон только коснулся ставни.

— Сын Неба, я с докладом.

— слушаю. —, не меняя позы кивнул император.

— как вы и просили, я провёл расследование по передвижениям патриарха клана Фудзивара. Оказалось, он ездил в печально известные горы Кисо. —, пауза. Тюнагон ожидал реакции, которой не последовало, продолжил. —, мне неизвестно, что он там делал, но после этого было замечено, что многие еретические кланы той местности переместились в Наниву.

— Наниву? —, чуть не поперхнулся правитель. Сдержался, прикрыв рот веером.

— предположительно, они собираются в Хакату. —, доложил Ёсифуса. —, оттуда, возможно, на материк или земли снега.

— продолжайте слежку. —, велел Масара.

— слушаюсь. —, почтительно вышел из покоев, закрыв ставни. Через полминуты шаги его затихли вдалеке.

— ...дальновиднее и осторожнее. —, невозмутимо закончила Аяка, беззвучно спрыгнув с потолка. —, несомненно, вы император и умеете управлять страной, в это я не лезу. В конце концов, я всего лишь один из многих шаманов в вашей власти.

— в словах Аяки есть доля истины. —, согласился Кагэ, свесившийся с балки, от чего золотые волосы будто встали дыбом. —, но раз, по её словам, она приставила к ней надёжную охрану, можно временно расслабиться.

— ты уверена, что можешь доверять тому человеку? —, уточнил император. —, я никогда о нём не слышал.

— слышали. Просто у него имён больше, чем у меня шрамов. —, отмахнулась девушка, сделав разочарованное выражение лица. —, однако он только защищает. На большее он не соглашался.

— ты не смогла его убедить? —, хмыкнул Масара.

— это было и так очень сложно.~

— в таком случае, этим займусь я. —, отчеканил глава «Райнаки», исчезнув в тенях потолка.

— будь осторожен. —, напутственно прошептал Масара. —, ты мой единственный шпион в их группе.

— жаль, что среди них нет предателей. —, вздохнула Аяка, поправив воротник. —, предателя можно было бы подкупить.

— нет смысла думать о том, чего нет. —, сухо отреагировал правитель.

— пожалуй.~ —, игриво протянула Аяка, прежде чем раствориться в тенях потолка следом за Сино-но Кагэ.

Группа Сэймея уже была на Хонсю, двигаясь от Нанивы в сторону гор Кисо. Впереди шли Абэ-но Сэймей и Ёхан, за ними Энширо с Гэто и Нанами, замыкали группу Канате и Сатору. Юкихара перемещался между всеми этими «слоями» по надобности, иногда вообще исчезая где-то в лесах.

Сатору заметил, что его теперь уже полноценная избранница выглядит недостаточно... Похоже на него. Это говорило либо о невкусном завтраке, что маловероятно, ибо готовил «шеф» Нанами, либо слишком большом количестве мыслей.

— Кана, ты грустная. —, решил прямо пойти парень. В конце концов с чего бы ему, сильнейшему, бояться реакции какой-то женщины?

— да ну?~ —, ехидно протянула Акихиро, натянув соломенную шляпу на глаза.

— я был плох этой ночью?~ —, передразнил её тем же ехидным голосом Годжо.

— тьфу на тебя, хахаха. —, толкнула его локтем, тихо засмеявшись. —, нет. Просто у меня много мыслей.

— из-за миссии или предстоящего турнира кланов? —, уточнил заклинатель.

— миссия меня не пугает. —, разочарованно развела руками. Как понял Сатору, девушка явно рассчитывала на более опасные приключения. —, с нами Ёхан-доно, Абэ-доно, ты. И это ещё не считая императора Времени.

— тогда что там с турниром?~ —, изобразил наивное удивление парень.

— я тебе рассказывала уже, как они проходят. —, раздраженно выдохнула Акихиро. Её раздражало, что этот беловолосый «гений будущего» постоянно забывал самое важное. Либо притворялся, что забывал, и наслаждался её реакцией. —, но есть куда более важная, политическая часть.

— чем больше у клана побед, тем клан круче?

— да-дась.~ —, стукнула себя кулаком по центру шляпы, немного наклонившись.

— всегда так было. —, скучающе отреагировал беловолосый. —, в этом году что-то иное?

Скучающий тон заставил её согнуться ещё сильнее, чем до этого. В конце концов, тебя хоть что-то интересует в этом мире или нет?!

— в этом году в клане Фудзивара разлад, клан Камо закрылся, клан Сугавара скрывают Иошито. —, отгибая три пальца пояснила она. —, если Акихиро победят, то мы тоже получим статус великого клана. Но если проиграем, шанс будет утерян на ближайшие лет сто.

— всё в порядке.~ —, одарил её самоуверенной улыбкой Сатору. —, я ведь сильнейший.

— ты приглашённый. —, парировала Канате. —, не из нашего клана. Да, участвуешь от нас, но это не повлияет на статус. Только если неофициально.

— хм.~ —, улыбнулся ещё сильнее но, казалось, с ноткой недовольства. —, предлагаешь мне побыстрее стать Акихиро-но Сатору?

— я помню, что тебе дорога твоя фамилия. —, потёрла лоб с явным раздражением. —, но хотя бы на бумагах надо принять тебя в клан полностью. Ибо старейшины уже начинают ругаться, что я живу с чужаком.

— понял я, понял.~ —, резко поднял руки вверх, будто ему к носу приставили дуло пистолета. —, как насчёт прямо по возвращению?

— наконец-то! —, радостно подпрыгнула Акихиро. —, и три года не прошло!

Одновременно с её радостью между ними оказался Фудзивара-но-сикике Юкихара, с крайне недовольным, насколько это для него вообще было возможно, лицом.

— вы не видели Энширо-доно?

Парочка синхронно вдрогнули, словно кошка, которой наступили на хвост. Медленно, едва ли не со скрипом, повернули к нему головы с неловкой улыбкой.

— э-э-э... Валяется где-то пьяная?.. —, предположила Акихиро.

— после того как снова украла у дяди Абэ сакэ?.. —, дополнил Годжо.

— Будда... —, взмолился аристократ. —, и ведь снова мне, Гэто или Нанами её тащить. Ей что, десять лет?

— звучит будто она ребёнок. —, хихикнула Канате. —, с виду, собственно, также.

— я бы не советовал её недооценивать. —, холодно проговорил Сикике, оглядывая лес. —, на ней не работала моя печать очищения от отравления.

— хи-хи.~ плохая печать?

— той же силы, что подавляла Кёсо-доно. —, со сдерживаемым в голосе раздражением отозвался Фудзивара.

Сатору дёрнул плечом. Замечательно, теперь он не просто «безумный умалишённый». Теперь он — Кёсо-доно, беснующийся безумный господин. Ох, слышал бы это Яга... Записал бы в титулы, рядом с «сильнейший заклинатель современности».

— да ну? —, постарался не показать шока Годжо. —, и не сработала?

— такое случается, если скорость циркуляции её энергии в два и более раза выше, чем моя. —, кивнул Юкихара, прикидывая возможные варианты. —, печать не может схватиться.

— такое бывает? —, удивился Сатору, подняв бинты. —, я не замечал в её потоке ничего отличного от наших.~

— в таком случае, она просто была слишком пьяна. —, сдался аристократ. —, наверное. Пойду искать.

— я с тобой! —, воскликнула Канате, уже таща беловолосого заклинателя куда-то в лес под руку. —, Сатору, пошли. Пошли. Надо найти малявку.

Тот день закончился тем, что девочку нашли спящей в корзине Нанами, который не заметил лишнего веса, а Энширо прикрылась вещами. Это было неделю назад. Сейчас же горы Кисо уже виднелись на горизонте, осталось примерно полтора дня пути.

Беловолосая девочка ехала на плечах Цуки-но Ёхана, иногда болтая ногами в воздухе. Сейчас она внезапно вспомнила, что так и не задала императору вопросы. Проклятье! В таком случае...

— дядя Ёхан, дядя Абэ. Вопрос. —, Ёхан мигом оживился, задрав к ней голову. —, а кто самый сильный в Японии?

— смотря какую силу ты имеешь ввиду. —, спокойно ответил Абэ, потрясая пустую тыкву в надежде на волшебное появление сакэ.

— прямую.

— тогда Великий Император Разрушения. —, сказал еретик.

— а если политическую?

— Фудзивара-но Ёсифуса. —, через секунду раздумий ответил Ёхан. —, он управляет страной через свои родственные связи с Сыном Неба, личное влияние и манипуляции во время неформальных разговоров с высшей властью.

— а как учёный?

— Демонический император. —, проговорил Сэймей, грустно убрав тыкву на пояс.

— он учёный? —, оживилась девочка. —, как вы, дядя Абэ? Дядя Ёхан?

— и да, и нет. —, медленно выдохнул Кампаку. —, он не остановится ни перед чем в своих экспериментах. Мы же заботимся о жизни любого человека.

— тогда почему ставили эксперименты на мне, не предупредив меня? —, невинным голосом спросила Энширо.

Все стихли. Даже Сатору где-то на задворках группы перестал болтать, уставившись вперёд с выражением «а? Что случилось? Напали?». Ёхан снял её с плеч, держа так, чтобы смотреть ровно в янтарные глаза.

— потому что была высокая вероятность того, что ничего не выйдет, если ты узнаешь.

Беловолосая склонила голову набок, пытаясь найти взаимосвязь. Абэ-но Сэймей, увидев это, дополнил друга:

— это бы могло подорвать твоё эмоциональное состояние и нарушить эксперимент.

Сатору с Гэто вышли вперёд, намереваясь узнать, что делали с их подругой и сокурсницей. Вместе с ними вышел и Юкихара, сложивший два плюс два.

— теперь понятно, почему моя печать не сработала. —, посмотрел на Сэймея и Ёхана крайне осуждающим холодным взглядом. —, что вы сделали?

— внешние меридианы. —, проговорил еретик.

— что?.. —, опешила Канате, на секунду остановившись. —, это... —, подняла руки. —, так, меридианы это каналы энергии, они в теле. Как вы сделали внешние? И их не видно!

— Энширо. Ты себя нормально чувствуешь? —, серьезно спросил Сатору, подняв бинты. —, ничего необычного. Кроме... Скорости. Юкихара-доно, вы были правы в своей догадке.

— да я как бы норм. —, весело ответила девочка, помахав руками в воздухе. —, я ж не докапываюсь, просто интересуюсь.

Такая позиция не устраивала Сатору и... Юкихару. Не то чтобы аристократу из Фудзивара было дело до судьбы Энширо, которую он пусть и знает около года, но видит второй раз в жизни. Но информация о исследованиях — ценная. Её можно продать, использовать, обменять, применить...

— Абэ-доно. Объясните.

— меридианы — каналы для энергии, но они не имеют физической плоти. —, сдался оммедзи. —, они находятся в промежуточном состоянии между структурой души и проклятой энергией. Поэтому она может по ним циркулировать.

— души? Вы экспериментировали над душой? —, побледнел аристократ, по привычке уже потянувшись за печатями. —, это... Табу, грех...

— в этом мире многое табуировано. —, парировал его доводы Кампаку. —, да и я, вообще-то, еретик.~

— Абэ-доно, это я и так знала. Почти. —, встряла Акихиро, поддерживая Юкихару. —, а внешние?..

— мы создали Энширо дополнительные каналы, привязанные к её глазам, как самой необычной части тела в её собственном понимании. —, объяснил мужчина. —, в итоге у неё получается два центра, энергия циркулирует примерно в четыре раза быстрее, что чем-то сродни механизму твоей. —, указал кивком на Сатору. —, «Бесконечности».

— у меня типа теперь дохрена энергии? —, спросила девочка.

— и нихера знаний. —, усмехнулся Нанами.

— ой, ты ещё здесь чтоль?

— я сейчас обижусь... —, засмеялся парень.

— не надо, Нанами. Ты хороший. —, пауза. —, прости.

— «прости»?.. —, споткнулся Санги. —, Энширо... Извинилась?.. Сатору! Гэто! С ней что-то не так!

Реакция двух парней была незамедлительной. Оба подлетели к девочке, осматривая со всех сторон и пытаясь измерить давление, температуру, ток крови и, кажется, поймать внешние меридианы.

Канате с Юкихарой лишь переглянулись, устало вздыхая. В конце концов, они лишь дети. Да, по сравнению с Сэймеем они сами тоже дети, да вот только Юкихаре было двадцать четыре, а Канате двадцать шесть. В то время как Сатору и остальным... Пятнадцать? Шестнадцать? Разница гормонального фона, о котором аристократы и не догадывались, была колоссальной.

Путь продолжался, уже со смехом и тихими размышлениями о том, зачем этой беловолосой девочке вообще сдались эти дополнительные меридианы.

Глава 17.

По прошедствии дня пути группа Сэймея добралась до подножия гор Кисо. На то, чтобы войти внутрь природной крепости понадобилось ещё полдня. Вопреки ожиданиям Энширо, которая думала о каких-то высоких хижинах на пиках, как у отшельников ямабуси, здесь были самые обычные землянки и полуземлянки. Пустые.

Группа разбрелась на исследование местности. Землянки были обособленные, никаких улиц или чего-то подобного. Просто по штуке где-то раз в 0.5ри(±335м).

— ощущение, будто их уже давно покинули. —, выходя из помещения сказал Гэто.

— без спешки. —, добавил Нанами, выходящий следом. —, ни одной вещи не осталось, значит, уходили по своей воле.

— стоит пойти дальше. —, подумав несколько минут решил оммедзи. —, если же во всех горах Кисо ни одного жилого дома, то это...

— беда.~ —, протянул Ёхан.

— почему беда? —, удивилась Энширо, в это время лазящая по крыше ближайшей полуземлянки.

— потому что раньше мы знали, где их искать. Просто не лезли, избегая кровопролития. —, объяснил Юкихара, следящий за ней. —, теперь же они затерялись.

Пошли дальше, продвигаясь по линии горного хребта. Им продолжали попадаться пустые жилища и даже определенные предметы быта, навроде чашек, лопат и котлов. Вот только ни одного даже намёка на жизнь.

— пустовато.~ —, игриво протянул беловолосый заклинатель, снявший бинты ещё на входе. —, я никого не вижу.

— посмотри с неба! —, весело предложила Канате.

— я похож на птицу? —, пару раз махнул руками, как крыльями.

— не паясничай. —, засмеялась девушка.

— йех. —, сделал театральный вздох Годжо, изобразив страдания. —, ну так и быть! —, телепортировался высоко в небо, осматривая горы. Через несколько минут спустился. —, пустота..~

— совсем? —, недовольно спросил Абэ. Дело явно усложнялось.

— сложно сказать. —, пригладил белые волосы, растрепавшиеся от ветра. —, видел несколько огоньков энергии, но это может быть как остаточное влияние, так и обычные ямабуси жившие здесь.

Пока же Сатору летал в облаках, остальные тоже не стояли без дела. Сикике, ведомый Энширо к очередному жилищу, обнаружил меч. Или не меч. Когда-то точно было мечом.

Парень повертел оружие в руке, рассматривая. Когда-то это определённо был тёкуто, но ручка будто перевязана живой плотью и по клинку течёт кровь. Почему, собственно, ещё живой? Да потому что на улице снег, а ручка была теплой, когда Юкихара её коснулся. Осознав это, с омерзением бросил на место.

— Абэ-доно, что это за ересь?..

— скверна. —, безразлично отозвался астролог.

— О!~ —, радостно подскочил к мечу Ёхан, спокойно подняв и рассматривая со всех сторон. Посмотрел на Юкихару, потом на Сэймея. —, да это ведь работа Кайдо, не правда ли?~

— ...Тацума-но Кайдо? —, с трудом припомнил аристократ.

— это ещё что за чёрт? —, подошёл к ним Сугуру.

— учитель рассказывал. Нынешняя тень патриарха клана Тацума. —, пояснил другу Кенто, не приближаясь к мечу. От греха. —, он довольно... Специфичный. Пока не запретили исследовал возможность внедрения артефактов в тело шамана, для усиления.

— всезнайка. —, усмехнулся Гэто. —, и чем закончилось?

— запретом. —, пожал плечами Нанами. —, больше не лазил.

— получается, лазил. —, спокойно рассудил оммедзи, принимая меч их рук Ёхана. —, но тайно, в Онигофучи. Вот только...

— какой дурак оставит прямые доказательства своей вины? —, догадался Юкихара. Постоянные расследования, связанные с еретиками и кучей интриг, явно шли на пользу его дедукции.

— именно. —, кивнул мужчина. —, ловушка. Но на кого?

— а вы подумайте, дядя Абэ! —, воскликнул беловолосый заклинатель. —, вы ведь можете!

И впрямь, после этого Абэ-но Сэймей погрузился в свои размышления, замерев прямо стоя, с открытой тыквой сакэ в руке. Сакэ он, кстати, забрал у Цуки-но Ёхана.

— Сатору, кто тебя за язык тянул? —, саркастично спросила Энширо, закупоривая тыкву в руках Сэймея.

— да ладно тебе, лоляшка. Зато узн...

— ах ты падла! —, замахала кулаками девочка, сзади её схватил за плечи Кампаку, удерживая от драки. —, я тебе сейчас покажу лоляшку! Дядя Ёхан, отпусти меня! Или сам вмаж ему! Гад! Паскуда! Шакал!

— да ладно тебе! Ну подумаешь! —, засмеялся Сатору.

— смеяться над тем, что гложет твою подругу, низко, Кёсо-доно. —, холодно упрекнул его Сикике.

Сэймей продолжал свои размышления. Остальные, плюнув на поиски, просто начали разводить костёр. Всё равно ночевать придется здесь, а там ещё неизвестно, сколько дней тут проведут.

— понял. —, через час выдохнул оммедзи.

— неужели? —, повернулась Энширо, уже сидящая у горящего костра. Они сожгли мебель клана Ямиока.

— это просьба о помощи.

— ты серьезно думаешь, что Императора Слияния могли заставить? —, недоверчиво спросил Ёхан.

— нет. —, мотнул головой Сэймей, садясь к костру. —, это другая помощь. Он хочет, чтобы мы ему помогли. В чем-то.

— например, дали больше материала. —, презрительно вставил Фудзивара. —, отказываюсь.

— что делаем дальше? —, сцепил руки в замок Гэто. —, раз в Кисо только псевдомеч...

Не успел он договорить, как Ёхан издал пронзительный свист, от которого вздрогнули все, кроме Сэймея. Тишина. Затем далёкий стук копыт.

Через минуту с ближайшей горы спустился горный козёл. Огромный, метра три ростом, с всклокоченной шерстью. Громко приветсвенно заблеял.

— почему мы изначально на нём не поехали? —, просто спросила Энширо. Ей не хотелось знать, какого ракшаси он такой большой и как вообще существует. Она просто хотела двигаться быстрее, чем тридцать шагов в минуту.

— он бы не согласился. —, отмахнулся Кампаку.

— Ёхан-младший. —, подошел к козлу Абэ. —, отнеси вот это. —, обернул письмо вокруг его рога, перевязав шнурком. —, Наофуми. Сможешь его найти? —, козёл утвердительно заблеял и уже через пару минут скрылся в горах.

— это настолько бредово. —, закрыл лицо руками Юкихара. —, что я доверюсь вам.

— я тебя понимаю, Юкихара. —, положил ему руку на плечо Сугуру. —, понимаю.

— а мы?.. —, поинтересовалась беловолосая девочка.

— ждём здесь. —, ответил астролог, уже успевший где-то найти зайца и начав освежевание. —, козла.

— это Ёхан-младший! —, недовольно воскликнул Ёхан.

— ками... —, простонала Канате. —, я даже не взяла походный шатёр. —, Сикике молча указал ей на окружавшие их землянки и полуземлянки. —, действительно. Спасибо, Юкихара.

— спасибо, Юкихара. —, вторили ей Сатору и Энширо.

— не за что, плебеи и Энширо. —, с ледяной вежливостью ответил аристократ.

Несколько часов. Гора Татэяма, находившаяся на севере Хонсю, в ±270ри от гор Кисо. Вершина, более трёх километров. Фудзивара-но-Дзенин Наофуми сидел на самом пике, попивая сакэ вместе с... Существом. Огромный плащ, полностью застегнутый так, что было невозможно опознать телосложение. На лице маска бога ветра Фудзин, с нахмуренными бровями и раскрытой пастью, за которой не было видно ничего. Только пара прядей светлых желтоватых волос колыхалась на ветру, высунувшись из плаща. Голос у существа был девичий, звонкий, весёлый, резонирующий, высокий и многоголосый(3-4 тона в одном).

Император Времени поднял бурдюк и ещё раз отпил, затем протянул его собеседнику.

— точно не будешь?

— отказываюсь. —, отрезало существо.

— эй, я тебя навестил впервые за три года! —, обиженно воскликнул Дзенин. —, хоть бы порадовалась.

— с какой стати? —, надменно спросила она.

— тебе не было скучно?~ —, издевательски протянул парень. —, у тебя ж там только омиси.

— мне не бывает скучно. —, парировал собеседник. —, в отличие от тебя, я не трачу своё существование на ерунду. Забыл?

— нет-нет, прошу прощения, о великая.~

— издеваться смеешь? —, голова в плаще склонилась набок, разглядывая Фудзивару через маску.

— никогда бы не подумал о таком! —, примирительно поднял руки вместе с бурдюком.

— хах. За это ты мне и нравишься. —, существо опустилось на скалу. —, смелый.

— я второй по силе из действующих Возбудителей. —, самоуверенно развел руками Наофуми. —, мне положено быть смелым.

— против меня у тебя ни шанса. —, парировала она.

— против тебя сам Сукуна-но Кими использовал весь арсенал. —, усмехнулся парень. —, и чем кончилось? Ты вот она, жива. К сожалению.

— он тоже жив.

— сколько раз вы сражались? —, поинтересовался Пятый.

— около нескольких десятков. —, задумалось существо. — он сильный.

— а я?

— а ты бы не продержался против него дольше десяти минут. —, презрительно ответил собеседник.

— десять минут против Великого Императора Разрушения — подвиг. —, гордо выпрямился Наофуми.

— несомненно. —, согласилась она. —, ты очень силен, Наофуми.

Они оба замолчали. Послышался стук копыт и на горную вершину поднялся громадный горный козёл. Существо поднялось, рассматривая.

— твой питомец?

— э-э-э...

Многозначительно заблеяв, козел опустил голову вниз, подвинув рог с письмом к Дзенину.

— какой хороший. —, погладила его по шее девушка. Шерсть слегка заискрила, пальцы у неё были тонкие, с именно когтями, вместо ногтей. —, и смелый, забрался аж сюда.

Развернув письмо Наофуми театрально охнул, прижав руку к правой стороне груди.

— тебя бросила очередная девушка? —, усмехнулось существо.

— не надейся. —, отмахнулся парень. —, Сэймей зовёт. Говорит, Кисо опустели. Он предлагает встретиться там и обговорить дальнейшие действия.

— зачем мне эта информация? —, безразлично спросил собеседник.

— просто чтобы не молчать. —, рассмеялся император Времени. —, Сэймей говорит, что скорее всего придется разделиться, чтобы навестить одновременно все тайные деревни клана Тацума.

— и много ли их?

— три.

— а у твоей семьи сколько? —, с притворным интересом спросило существо.

— семь. —, отозвался шаман.

Существо хмыкнуло и просто пнуло его прямо вниз с горы. Три километра — не так уж и много, рассудило оно. Да и какой из тебя Возбудитель, если даже этого не переживешь?

— Будда! Ну и падла ты... Вы! —, кувыркнулся в воздухе, замедляя себя до адекватной скорости падения.

Наблюдавший за этим Ёхан-младший благополучно решил, что находиться здесь далее он не намерен. Мало ли его скинут? Он козёл, замедлить себя не сможет. Издав задумчивое блеяние поскакал вниз, несколько раз едва не сорвавшись. Нервы.

— радуйся, что не убила. —, проговорила им вслед девушка.

Уже на следующий день, ближе к полудню, в горы Кисо прибыл император Времени. От Татэямы даже на лошади путь составлял не менее полутора дней, однако, кажется, Дзенин имел свои пути. Либо просто бежал.

— здаров. —, приветственно поднял руку, найдя среди пустых землянок группу Сэймея. —, как успехи?~

— опять ты, Нахер. —, помахала ему в ответ Энширо.

— чтоб ты провалилась. —, усмехнулся он, поворачиваясь к остальным.

— Наофуми-доно. —, поклонился Юкихара.

— о, Наофуми. —, высунулся из какой-то мелкой пещеры Цуки-но Ёхан. —, давно не виделись.~

— пару лет.

— вы знакомы? —, спросил Нанами.

— и чему ты удивляешься вообще? —, устало спросил Гэто, поднимаясь с пня. —, после козла-посланника стоит принять всё как данность.

— это Ёхан-младший! —, обиженно воскликнул Ёхан, козёл заблеял.

— Гэто, ты обидел козла. —, едва сдерживая смех прошипел Сатору.

— это Ёхан-младший!!! —, топнул ногой Кампаку, ему вторил и сам Ёхан-младший, топнув копытом и обиженно заблеяв.

— насколько я понял, сейчас наше расследование лежит в клан Тацума? —, пропустив мимо ушей шум со стороны заклинателей уточнил Дзенин. —, довольно сложно, учитывая, что они добропорядочный клан японской империи.

— не сможешь проникнуть тайно и допросить? —, изобразил удивление Сэймей, отпивая из тыквы.

— эй, я не какой-то злодей, чтобы так делать! —, возмутился в ответ император Времени, сложив руки на груди.

— а в Хосемура-Дэру врываться тебе это не мешало. —, недовольно напомнила Канате, указав на него пальцем.

— ...там была другая ситуация. —, стушевался Наофуми.

— я тебя едва не убил. —, добавил ему Годжо.

— ты бы не смог. —, самоуверенно отозвался Фудзивара. —, моё время властно даже над твоей гравитомутаницией.

Беловолосый заклинатель осел на землю, закрыв лицо руками. Какая еще мутаниция? Что сложного в слове «гравитация»?.. как вы все достали...

— чо разбазарились то? —, выбежала Энширо, закончив свои мини-сборы. —, мы ждали этого мужика. —, сделала неопределённый жест на Наофуми. —, чтобы прикалываться над козлом?

— это Ёха... —, начал еретик.

— младший. —, заткнула его девочка. —, я знаю.

— я просто ждал, пока вы закончите. —, невозмутимо ответил Абэ-но Сэймей. Обвел величественным жестом всех собравшихся. —, разделяемся!

Нанами и Гэто переглянулись, синхронно пожав плечами.

— во всех хоррорах так начинается конец. —, сказал Кенто.

— в этом времени ещё не придумали ни одного хоррора. —, парировал Сугуру.

— это точно хорошая идея?..

— будешь спорить с этими? —, указал на Наофуми и Сэймея, которые агрессивно спорили друг с другом на тему того, что лучше: тыква-горлянка или бурдюк.

— упаси Будда. —, помассировал глаза пальцами Нанами.

— а в будущем ты был атеистом. —, ехидно усмехнулся заклинатель.

— жизнь с Ёханом и не такому научит. —, спокойно выдохнул Кенто, поставив руки в бока.

— Наофуми-доно, я с вами. —, послышался голос Сикике, который мигом скрылся за спиной императора Времени.

— мальчик мой, что они с тобой сделали? —, повернулся к нему Дзенин, сдавшись на том, что горлянка прочнее.

— она. —, дрожащим пальцем указал на Энширо. —, заменила все мои чернила на сакэ. Пять раз эти несколько недель.

— я бы радовался, на твоем месте.

— пить нельзя, они смешивались с чернилами.

— тогда я бы сломал ей руки, на твоем месте.

— не надо мне ничего ломать... —, залепетала девочка, спрятавшись за Канате, которая была ближе всего.

— почему спряталась именно за меня? —, спросила Акихиро.

— ты самая сильная. —, соврала беловолосая. Канате гордо выпрямилась, заняв защищающую стойку.

— в таком случае, делимся на равные по силе группы. —, решил Абэ.

— каким чудом вы разделите столь разную группу на равные силы?.. —, пробормотал Гэто, предчувствуя головную боль.

— примерно равные. —, поправил еретик. —, группа Наофуми, Кина и Юкихары отправится в главную деревню. Вторая группа это я, Сэймей и Ёхан-младший. Третья это вы все.

— почему вы по трое, а мы впятером? —, заговорил Годжо, подойдя к Ёхану. —, и откуда взялся Кин?

— вы занимаетесь членовредительством. —, ответил Наофуми. —, вот вас и собрали всех в одну. Да и Энширо та ещё хрустальная девочка, с неё пользы как с козла молока. —, пауза. —, Кин был по каким-то своим делам в кокуфу Эттю(±30км от Татэямы, админ.центр), я встретил его по дороге и велел двигаться сразу в сторону главной деревни. Пересечёмся.

Козёл издал возмущённое блеяние от сравнения его, невероятного питомца самого Цуки-но Ёхана, великого горного козла, добравшегося до Татэямы всего за четыре часа, с каким-то мелким ребёнком.

— да сами вы такие. Тьфу. —, отвернулась Энширо, ехидно улыбнулась. —, «есть у меня одна идейка.~ вот вы удивитесь.~ главное, чтоб согласился.» —, подумала она, хихикая, когда все уже начали разбредаться по своим сторонам.

В поместье Хи-но Кими, после её визита к императору, кипела жизнь. Что было крайне нетипично для неё и даже соседствующие Фудзивары и Камо выражали обеспокоенность.

У Аяки было всего три самых обычных слуги. Повар, служанка отданная ей Масарой из нёбо и подобранная ей девушка, помогавшая либо повару, либо нёбо. Конечно, у ученицы Сукуны хватало средств на то, чтобы купить себе нормальное... Кхем, обслуживание. Вот только смысл? Дело не только в «мне много не надо». Этим троим она доверяла полностью, как минимум потому, что лично печати накладывала на их тела. А будь их десятки, как в обычных поместьях? За всеми и не уследишь.

Так вот, вопреки их привычным обязанностям, все три слуги уже неделю чистили и затачивали оружие из «сокровищницы». И именно это беспокоило соседей: во-первых, где эти слуги научились искусству заточки? Во-вторых, к чему готовится Аяка?

Все эти вопросы так и остались без ответа из-за одного события, которое заставило заткнуться всех Фудзивара в округе, а Камо, глядя на них, решили, что их срочно ждут в Камо-дзиндзя(святилище клана, в дне пути от столицы).

Что же такого невероятного случилось, из-за чего два великих клана решили отвернуться? К ней, пусть и тайно, прибыл патриарх клана Фудзивара, Фудзивара-но Ханами. Конечно, большинство об этом не знали, но уж важные люди из Камо и тех же самых Фудзивара информацию получить могли.

— и что же привело великого патриарха клана Фудзивара, императора печатей, Десятого Возбудителя, к такой незначительной фигуре, как я?~ —, промурлыкала девушка, наливая ему травяной отвар, сидя за низким столиком на циновке внутри дома.

— не стоит так говорить о себе, ученица Сукуны. —, проскрипел патриарх, принимая кружку.

— это мелочи.~ —, чуть отвернулась Аяка.

— так ли это?

— зависит от того, зачем вы интересуетесь. —, поставила руки на стол и положила на них подбородок.

— я приехал к вам по делу, Рёмен-но Кими. —, отставил чашку Ханами.

— оу.~ —, кавайно улыбнулась, глядя прямо в серые старческие глаза. —, по какому?

— хочу заключить с вами союз.

— это глупо, Ханами-но Кими. —, мягко проговорила пепельноволосая, продолжая улыбаться. —, мы с вами изначально не особенно-то дружили, да и на разных сторонах, ещё с того момента, как вы подговорили принца в 842 году.

— это был Ёсифуса. —, парировал старик.

— с вашей подачи? —, ехидно спросила девушка.

— с моей помощью. —, согласился патриарх.

— кто главнее: вы или Ёсифуса? —, надавила Аяка, отклонившись назад и положив руки на колени.

— в империи — Ёсифуса. —, чётко ответил Ханами, затем ткнул себя в грудь. —, в клане — я.

— это как сравнивать императора и генерала.~ —, с детской невинностью протянула она. —, естественно, на поле боя генерал будет главнее императора. Даже опыта больше. Пока император сам не явится. Вопрос только в том, кто же из вас император, а кто генерал?~

Ненадолго наступила тишина. Патриарх клана Фудзивара задумался, поглаживая аккуратно расчёсанную бороду. Воистину, Рёмен-но Аяка была опаснейшим человеком из активных шаманов. Сукуна хотя бы просто убивал.

— я бы сказал, что мы оба пешки.

— хитро, Ханами-но Кими. —, оценила она, кивнув.

— предлагаю союз другого рода. —, не сдавался Ханами. —, Абэ-но Сэймей.

— слушаю.~ —, уже серьёзнее, с оттенком стали в голосе пропела девушка.

— вы и сами понимаете, что он преследует свои цели. —, начал старик, иногда стуча пальцем по столу в поддержку своих же слов. —, они далеко не хорошие, да ещё и опасные. Он не придерживается ни стороны Сына Неба, ни моей. Ни вашей. И является достаточно сильным, чтобы оказывать сильное влияние на каждую из них. Я же предлагаю временно отложить наш конфликт касательно положения клана Фудзивара и Сына Неба.

— вы, несомненно, правы в этом, Ханами-но Кими. —, нехотя согласилась пепельноволосая, полуприкрыв глаза. —, но с чего мне принимать сторону того, кто связался с кланом Ямиока?

— вы весьма недальновидны, Рёмен-но Кими. —, презрительно ответил он. —, подумайте, что я сделал?

И действительно, что такого сделал патриарх? Аяка задумалась. Она, сама будучи важной политической фигурой, не раз делала вещи, которые до завершения события толковались как ровно противоположные.

На данный момент было известно, что Ханами якобы сговорился с Махико ради омолаживания и возвращения силы. Но почему же он тогда старый? Это не такая уж сложная техника, чтобы нельзя было применить сразу.

Девушке вспомнился доклад Фудзивара-но Ёсифусы, который она подслушала во время разговора с Сыном Неба и главой «Райнаки». Кланы гор Кисо направляют в Китай. Их убедил Ханами? Нет, у старого императора Печатей не хватило бы авторитета, да и силы.

Но тогда как? Скорее всего, заключив какой-то выгодный обоим сторонам договор. Якобы выгодный. На деле, зная этого старика, выгода была только ему, а клан Ямиока вообще теперь не угроза Японии. По крайней мере, в ближайшие годы, да? Потрясающе. Стоит быть осторожнее в разговоре с ним.

— беру свои слова назад.~ —, сдалась Аяка. —, вам впору выдать очередные привилегии.

— я лишь сделал так, чтобы Японии жилось лучше. —, аскетично заявил император Печатей

— что вы хотите от меня?

— расскажите мне о его последнем эксперименте. Об Энширо. —, потребовал патриарх.

— она хороший человек... —, уклончиво ответила пепельноволосая.

— хорошими людей называют тогда, когда больше сказать о них ничего. —, оборвал её старик. —, мне нужны адекватные сведения. Ни за что не поверю, что у вас их нет.

— это моя игрушка, Ханами-но Кими.~ —, угрожающе протянула Аяка. —, я её вам не отдам.

— и не прошу. —, поднял ладонь в отказе. Вот ещё, сдалась ему какая-то малявка без силы. —, наш противник — Абэ-но Сэймей, а не Энширо. Её я бы вообще хотел изолировать и защитить.

— она сейчас под одной из лучших защит.~

— неужели у вашего учителя? —, подозрительно уточнил Ханами.

— ...у второй из лучших защит. —, стушевалась девушка.

— во дворце?

— лучше. —, гордо отозвалась она. —, за ней присматривает Сироками-но Мика.

— как вы умудрились его убедить? —, поинтересовался старик. —, слышал, он берёт весьма необычную плату. —, увидел ехидную улыбочку Аяки, с отвращением скривился и махнул рукой. —, главное чтобы делал свою работу. Предлагаю подробнее обсудить позже, в таверне клана Шито.

— согласна.~ —, поднялась с циновки. —, самое безопасное место, если нужна тайна.

Старый патриарх опёрся о посох и медленно направился к выходу, стуча им при каждом шаге. Через некоторое время к Аяке подошёл слуга с вопросом о сломанном яри. Девушка решила, что больше готовиться не нужно и вернула слуг к своим обязанностям.

Одним врагом меньше. Временно. Так и закончились переживания соседей-аристократов из второго дзё. Которые даже не подозревали, что лучше бы эти три слуги продолжали чистить проклятое оружие. Следующий год обещал быть... Насыщенным.

Глава 18.

Таверна клана Шито располагалась в шестом дзё Хэйан-кё, замаскированная под обычную харчевню. Очевидно, это было не единственное их заведение, но одно из самых посещаемых.

За дальним столиком, спрятанным за ширмой, сидели два человека, заплатившие тройную цену просто для того, чтобы их не беспокоили даже чужие разговоры.

— Ханами-доно, стоит ли так пить в вашем возрасте?~ —, отпивая из своей кружки насмешливо проговорила Аяка.

— у них неплохо получилось. —, ответил Ханами, отставляя третий кувшин. —, а тебе должно быть известно, что шаманы уровня Возбудителей не пьянеют.

— знаю я, знаю.~

— о нашем деле. —, старик порылся в рукавах своего кимоно, достав оттуда свиток дешёвой бумаги и протянул его ей. —, таково моё предложение.

— оу.~ —, мило улыбнулась, разворачивая. Прочитав, посмотрела на патриарха. —, вы уверены, что именно это их цель? а причина?

— все хотят стать сильнее. —, просто ответил Ханами.

— это так. Но, Ханами-доно, почему тогда не на себе? —, спросила девушка, допив содержимое чашки.

— а вы, Аяка-доно, приняли бы пилюлю, которую сделали из всего что было под рукой полезного? —, ехидно спросил старик.

— лекарства в большом количестве являются ядом. —, философски заметила Аяка.

— именно поэтому Демонический император устраивал геноцид. —, кивнул император Печатей.

— да-да.~ но, хочу напомнить, что у Абэ-доно получилось ещё со времени первого ученика. —, уже серьёзнее проговорила пепельноволосая.

— знаю. —, нехотя признал старик. —, однако, кажется, Абэ-доно боится каких-то последствий. Либо он уже использовал на себе и теперь скрывает.

— Ханами-доно.~ —, игриво растянула она. —, я не спорю, что ваше предположение верно. Однако, оно совершенно точно не полное.

— можете ли вы добыть больше данных? —, спросил патриарх Фудзивара.

— ну, раз уж мы союзники.~ —, хрустнула шеей. —, но на это понадобится пара лет.

— я никуда не тороплюсь. —, не сдался Ханами.

— разве?~

— если вы о возрасте, то я ещё лет десять проживу.

— пять?

— ...нет, я совершенно точно сказал десять. —, проигнорировал её провокацию Фудзивара.

— семь?~

— какое хорошее вино. —, переливает сакэ из четвертого кувшина в свой походный бурдюк.

— у нас есть две проблемки. —, показала V-знак пальцами. —, о которых мы забыли.

— турнир кланов? —, догадался старик.

— это первая. —, кивнула. —, кто пойдёт от клана Фудзивара?

— найду. —, отрезал патриарх. —, вас это волновать не должно.

— как насчёт, чтобы я стала внешним учеником на время турнира и выступала от вашего имени?~ —, вдруг предложила девушка.

— сложно. Старейшины...

— просто поколотите их посохом.

— хорошая мысль, Аяка-доно. —, погладил свой посох, испещреный узорами печатей. —, согласен. А вторая?

— Китай. —, Ханами издал кашляющий смех, улыбка Аяки померкла. —, зря вы так.

— как нам помешают люди с материка? —, надменно поинтересовался Фудзивара. —, да, торгуем мы часто, но подумайте сами: из шаманского общества было всего два контакта. Тот идиот сорок лет назад. И Хирокадзу два месяца назад.

— ну и по мелочи, согласна. Однако! —, поднимает палец, вновь мило улыбнувшись. —, Акихиро-но-Эмерарудо Кира. Её ещё полгода назад отправили на материк. До сих пор не вернулась, хотя дело с идолами закрыто со смертью Хирокадзу.

— Ай. —, махнул рукой патриарх, отгоняя мысль. —, дураку последнему понятно, что Исонао хочет с её помощью укрепить отношения с Тяньши или кто там у них. Как это связано с Абэ-доно?

— Абэ-но Сэймей является другом Акихиро-но Исонао, а также дядей Акихиро-но Сатору и текущим учителем Акихиро-но Канате. —, пояснила пепельноволосая.

— давно ли тот умалишённый стал Акихиро?

— пока не стал, но скоро станет. —, выразительно посмотрела на собеседника.

— я подумаю, что можно сделать с этим. —, помассировал лоб.

— тогда я займусь сбором информации «под» Абэ-доно и его друзей. —, поднялась из-за стола девушка.

— в следующий раз, независимо от результатов, встретимся здесь же, через полгода. —, направился к выходу первым, стуча посохом.

Спустя несколько дней после разделения, главой самой большой группы была выбрана Канате, по причине «больше никто не хочет» и отсутствия Юкихары.

Они продвигались к морскому побережью Хонсю, в Уми-дэру, одну из тайных деревень клана Тацума. На этот раз Энширо ехала на плечах у Канате, которая даже согласилась снять шляпу, чтобы не мешалась.

— а ты довольно сильная. —, заметила девочка.

— я могла бы использовать в бою меч Кина. —, спокойно сказала Акихиро, хихикнув.

— да ну? —, поднял бровь Гэто, отодвинув схватившегося за голову Годжо.

— ну, да. —, задумалась девушка. —, минут пять, потом уже сложно. Они ж утяжеленные.

— а Кин с ними пару дней сражается. —, с удовольствием напомнила беловолосая девочка.

— Кин — необычный мальчик. —, парировала она.

— вы вроде ровесники.

— я старше на два года.

— в эпоху Хэйан время весьма относительно. —, менторским тоном заговорил Кенто. —, например, Юкихара, который молоде Канате на три года, внушает куда больше доверия, чем сама Акихиро. —, Канате обиженно насупилась.

— в чем-то Нанами прав. —, как гвоздь в крышку гроба кивнул Сугуру.

— эй, ребят. —, с невинной радостной улыбкой развела руками Энширо. —, хотите познакомиться кое-с-кем?

— посреди леса? —, заложил руки за голову Сатору, лениво улыбнувшись. —, с каким-то проклятьем?~

— может, и проклятьем. —, согласилась девочка, ехидно потирая руки.

— отказаться можно? —, без особой надежды спросил Гэто. Не получив никакой реакции, вздохнул. —, и где твоя подруга?

— это мальчик.

— когда ты успела с кем-то познакомиться? —, задрала голову Канате. —, во дворце?

— Хилооо!~ —, закричала девочка, сложив руки рупором. —, выходиии!~

Через несколько секунд за спинами Сатору и Нанами, которые шли рядом друг с другом, появился человек с лисьей улыбкой.

— правильное произношение — Хиро.~

Парни резко отшатнулись друг от друга, разворачиваясь к гостю в боевой стойке.

— Будда! —, воскликнул Нанами.

— ты что за существо?! —, спросил Сатору.

— это... —, рассмотрела его Акихиро. —, кицунэ?..

— я человек. Мужского пола.~ —, развел руками наемник. —, кицунэ бывают только женщинами.

Энширо уже спрыгнула с плеч Канате и побежала обниматься с воином.

— это хило! —, объявила она. —, мой жених!

— твой... Кто?.. —, растерялся Сугуру.

— я ничего не обещал.~ —, исправил её Камиши. —, только сказал, что подумаю.

— как ты подобрался ко мне со спины? —, спросил Сатору, рассматривая парня уже Шестью Глазами.

— пешком.

— я не об этом! —, раздражённо сжал кулак беловолосый заклинатель.

— ногами? —, наигранно задумался, проведя пальцем по полям соломенной шляпы. —, ты невнимательный.

— я? Невнимательный? —, переспросил Годжо, подходя ближе. —, нет, чувак, погоди-ка...

— к тебе хоть кто-то мог подобраться за спину? —, невозмутимо поинтересовался Нанами.

— Канате. —, тут же ответил парень и, осознав, поспешно добавил. —, когда Шесть Глаз отключены.

— он хороший! —, затараторила Энширо. —, он друг...

— наёмник. —, вставил Хиро.

— ...Аяки! Он сильный!

— насколько сильный? —, оценивающе осмотрела Канате. —, от него ничего не чувствуется. Сатору?

— пусто.

— не всегда сила заключена в скверносной энергии. —, положил руку на две катаны на поясе.

— у тебя её нет? —, удивилась Энширо.

— нет. Ты не заметила раньше?~

— а как ты исчезал? —, взлохматила белоснежные волосы.

— я не исчезал. —, покачал головой воин. —, это ты невнимательная.

— и что, теперь нас шестеро? —, устало спросил Кенто.

— смирись. —, положил ему руку на плечо Сугуру. —, можно я хотя бы ударю его, для проверки?

Сразу как он закончил Сатору уже телепортировался к наёмнику, нанося прямой удар в голову. Хиро, улыбнувшись чуть широ, отклонился право, попутно попытавшись перехватить руку Годжо.

Столкнулся с «Бесконечностью», но не растерялся и просто удлинил уклонение.

— я вижу твои движения.~

— у тебя глаза закрыты! —, рявкнул беловолосый заклинатель, потирая кулак, улетевший в пустоту.

— слышу.~ —, насмешливо ответил Камиши.

— движения?

— ты никогда не видел слепых?~ —, издевательски спросил парень, склонив голову набок.

— ты слепой?

— нет.~

— э...а... Сука! —, схватился за голову, едва не вырывая волосы. —, ты как Энширо, только парень!

— сочту за комплимент.

— о не-е-е-ет... —, отчаянно простонала Канате, сползая по дереву. —, две Энширо... Будда... Лучше бы меня Ракшаси забрал... —, Нанами Кенто молча сел рядом с ней, таким же выражением лица и мыслью, что он готов таскать рис старика из третьего дома хоть всю зиму.

— ты хоть полезный? —, спросил Гэто, глядя на наёмника.

— смотря что считать полезным.~

— уходи пожалуйста...

— ну всё, хватит издеваться. —, обиженно поставила руки в бока Энширо. —, поняла я. Но он меня понесёт.

— я не... —, начал было отказываться Хиро, но не успел. Нанами и Канате радостно вскочили.

— добро пожаловать, Зиро!

— ...ладно, почему нет. —, сдался парень, посадив Энширо себе на одно плечо.

— вау. —, выдохнула девочка. —, я чувствую себя так, будто ты мой отец.

— это невозможно.~ —, ответил Камиши.

Сатору и Гэто переглянулись и, решив, что дай бог он хотя бы действительно будет полезным, пошли дальше. Гэто пометил себе, что как только представится шанс надо будет провести допрос Хи-но Аяки. Опять. Как же эта женщина любит... Не любит его. Их.

В это же самое время группа Наофуми уже достигла ворот Кири-дэру, главной деревни клана Тацума. Трое парней стояли в позе мыслителей прямо перед стражей. Ну, в десятке метров. Наофуми разминался, Кин крутил головой, Юкихара проверил свитки на поясе.

— как попадём внутрь? —, обратился к спутникам император Времени.

— представимся официальной делегацией Фудзивара? —, предложил Юкихара, заняв величественную позу.

— разрушим всё на своём пути и допросим патриарха? —, предложил Кин, хрустнув костяшками.

Через секунду они переглянулись, кивнули друг другу, и заняли ровно противоположные позиции.

— разрушим всё на своём пути и допросим патриарха? —, предложил Сикике, хрустнув шеей.

— представимся официальной делегацией Фудзивара? —, предложил Правый, попытавшись занять официальную позу.

— да вы браться по духу. —, засмеялся Дзенин, воздержавшись от собственных предложений.

— не дай Будда. —, синхронно показали крест руками Юкихара и Кин.

— выбираю третий вариант. —, кивнул сам себе Наофуми.

— какой? Какой? —, запрыгал на одном месте золотоволосый.

— Кин, давай играть в карусель. —, указал на Сикике.

— о?~ да! Давай! —, прыгнул к Юкихаре, который успел пробормотать только:«что еще за кару...», прежде чем Правый схватил его за ноги, раскрутил и метнул в небо, в сторону центра деревни. —, ура!

— теперь меня. —, приказал император Времени. В момент, когда Кин уже готовился запустить напарника в небо и пробиваться через стражу, Наофуми перехватил его за руку и, на усиленной ускорением времени инерции, полетели вместе.

В небе Юкихара вовсе не прохлаждался. Летя в сотне метров над землёй он умудрился раскрыть пустой свиток и с невозмутимым видом начать писать завещание чернилами из тушеницы, которые тут же уносил ветер.

К нему подлетел, если так можно было выразиться, Фудзивара-но-дзенин Наофуми, в обнимку с Кином.

— кто наследник?~ —, весело спросил он.

— Иэри. —, холодно ответил Сикике.

— О? О? —, радостно замахал руками Кин. —, вы наконец-то заключили союз?

— в процессе. —, учтиво кивнул Фудзивара. —, но я, кажется, не доживу до свадьбы.

Все трое на полной скорости влетели в крышу резиденции патриарха Тацума-но Хисатоси. Приземление прошло с громким треском, летящими во все стороны досками и балками, а также взвесью древесной пыли.

Первым поднялся Пятый Возбудитель, отряхиваясь от всевозможных щепок. Обвел взглядом зал, где патриарх принимал какого-то старейшину с вопросами о запасах.

— день добрый. —, поприветствовал он.

— всем привет! —, радостно помахал рукой золотоволосый, лучезарно улыбаясь.

Юкихара оказался практичнее всех, степенно подойдя к столу Хисатоси и положив на него изувеченный свиток, который писал в полёте.

— передайте это в поместье Хи-но Кими, моей невесте Абэ-но Иэри. Я, скорее всего, не переживу сегодняшний день.

— э... —, выдавил патриарх, мигом взяв себя в руки и поднявшись для приветственного поклона. —, не желаете ли обед?

— вина. —, кивнул Дзенин.

— воды! —, рывком поднялся из обломков Кин.

— яда. —, плоско попросил Юкихара.

— а вы... —, собрался с мыслями Хисатоси. —, кто? И по какому праву вламываетесь в мой клан?

— Фудзивара-но-Дзенин Наофуми. —, театрально поклонился. Патриарх клана чуть вздрогнул.

— Фудзивара-но-Сикике Юкихара. —, с ледяной вежливостью представился аристократ. Патриарх выдохнул, расслабившись.

— Кин, он же Правый Рёмен-но Сукуны.

На этом моменте не выдержал даже почтенный патриарх. В конце концов, что такого совершил его клан, чтобы по их душу лично явились Возбудитель из Фудзивара, да ещё слуга Сукуны?

Медленно осел на циновку, приходя в себя и вспоминая все мелкие грехи, совершенные кланом за последние годы.

— почему меня он не испугался? —, посмотрел на Наофуми Сикике.

— ты пока что неизвестная фигура.

— вам, почтенные, чего? —, вновь оклемался Хисатоси, повернул голову к слуге. —, напитки неси. К нам пятый Возбудитель пожаловал и вестник самого Второго!

— да вы не пугайтесь так. —, мирно поднял руки Наофуми. —, мы не для разрушений.

Тацума молча уставился на разрушенную крышу. Не такие уж это и разрушения, подумал он. Если, конечно, остальная деревня цела, а не находится в таком же... Проветриваемом состоянии.

— случайность! —, заявил Кин, проследив за взглядом патриарха. —, невероятное стечение обстоятельств!

— дело. —, кивнул глава клана. —, вы говорили о деле. Заказ? Ресурсы? Могли просто зайти через дверь. Мы не закрытый клан, в отличие от Фудзивар.

— Тацума-но Хисатоси, позвольте узнать, где находится ваша тень? —, потребовал Юкихара.

— это закрытая инфо...

— возможно, он совершил много преступлений. —, надавил император Времени. —, мы расследуем это дело по приказу Сына Неба.

— глаголь! —, рявкнул Кин, заняв величественную позу. —, иначе я разне... —, Сикике схватил его за голову и опустил на колени в поклон.

— Угомонись. Тацума-но Хисатоси, как бы то ни было, мы действительно действуем по приказу Сына Неба. Работы вашей тени были замечены в горах Кисо.

— Кисо? —, переспросил патриарх, усмехнувшись махнул рукой. —, он не мог что-то там делать. Кайдо все последние месяцы в Наниве.

— благодарю. —, кивнул Дзенин, развернувшись к выходу.

— да погодите вы! —, загремел патриарх. —, что вообще случилось? Почему вдруг Кайдо еретик?

— мы не говорили, что он еретик. —, вежливо прекратил крики Юкихара. —, мы сказали, что его работа найдена среди Кисо. Но спасибо за подсказку, патриарх.

— Кайдо не... Ай, ладно. —, повернулся обратно к старейшине. —, расследуйте, всё равно окажется, что прав был я. Обед уже несут, кстати.

— в следующий раз. —, поклонился Наофуми, схватив Юкихару за шкирку.

Секунду, и юный шаман снова выкинут в открытое небо. На этот раз приземление уже не обещало быть столь мягким. Хвойные леса это вам не солома. Сикике занял позу лотоса, игнорируя опасность. Закрыл глаза, глубоко вдохнул.

— Амитабха. Так и достигают просветления. Если выживут. Я, кажется, уже вижу потоки Дхармы.

Патриарх остался в своей резиденции, размышляя о том, можно ли предъявить счет за крышу в Дайдайри, или лучше остаться в живых? В очередной раз пожалев, что он лишь Кампаку, вернулся к обсуждению поставок риса. Клан всегда важнее.

Пока Наофуми и друзья двигались к намеченной цели, а группа Канате нарезала круги вокруг Уми-дэру, пытаясь больше выведать у Хиро, Абэ-но Сэймей вместе с двумя Ёханами двигался в Хакату. По воде, верхом на горном козле.

— давно ли твой козёл стал шаманом? —, стоя на спине животного и попивая сакэ спросил оммедзи.

— это Ёхан-младший! —, тут же взвился еретик, стоящий рядом и до этого созерцавший водную гладь.

— я знаю. —, отмахнулся Абэ. —, вопрос в силе.

— а Будда его знает. —, развел руками, от чего чуть не упал. —, Ёхан-младший, когда научился? —, питомец издал ехидное блеяние.

— он издевается. —, холодно констатировал Сэймей.

— он хочет сакэ! —, догадался Ёхан. Козёл согласно заблеял.

— не дам! —, вцепился в тыкву Сэймей, прижимая к груди как самое дорогое. —, моё!

— Абэ-доно... Вы ведь главный... Будьте... —, взмолился Кампаку, едва сдерживая смех посмотрел на друга. —, ведите себя на свой статус...

— пока всякие козлы тырят моё сакэ?! —, воскликнул оммедзи. —, как бы не так!

— это Ёхан-младший!!! —, заверещал еретик.

— это алкоголик! —, рявкнул Сэймей ещё громче.

— я... —, приготовился к очередному рывку Ёхан, но осознал истину. —, нет, ты прав, несомненно. Но у него есть имя!

— Яги-но Ками? —, ехидно спросил астролог, отпивая сакэ. Кампаку аж побагровел от злости, едва не взрываясь прямо здесь. В то время как объект ругани согласно блеянул и отвернулся к волнам. —, а ему вот нравится.

— ох... —, сдался Ёхан, садясь. —, ну, раз он хочет быть богом козлов...

— кстати, о богах.

— м?~ —, поднял голову к Сэймею. —, вы наконец решились возвыситься?~

— нет. —, покачал головой, указав тыквой на козла. —, от него воняет божеством.

— Ёхан-младший! —, схватился за голову в панике. —, как это понимать?! —, козёл попытался изобразить увлеченное наблюдение за волнами с потерей слуха. —, отвечай! —, тихое, неуверенное блеяние. —, ох... Абэ-доно, похоже, малыш Наофуми дружит с Шигусацу-но Ками.

— удивительно. —, отпил сакэ. —, почему из всех ками он выбрал именно эту...

— спесивую? —, подсказал друг.

— да.—, кивнул. —, это слово подходит. А ещё надменная, жестокая, властная и самоуверенная.

— ну, спросим у него потом. —, отмахнулся мужчина.

Сэймей ничего не ответил, вернувшись к своей важнейшей тыкве. Ёхан-младший облегченно выдохнул, опасность миновала. Чтоб он ещё хоть раз позволил кому-то в плаще себя гладить... Но она вкусно пахла...

В Наниву прибыли Наофуми, Кин и Юкихара. Троица парней, успевший едва ли не сродниться по пути, решили искать самым экстраординарным путём — сверху. Наофуми, одновременно жуя рыбу и попивая сакэ, держал на плечах Кина. У Кина же на плечах сидел Юкихара, как самый лёгкий, и высматривал цель.

— видишь кого-нибудь подозрительного? —, радостно улыбаясь задрал голову Кин.

— увижу, если перестанете трястись. —, холодно проворчал Фудзивара.

— это всё Наофуми!

— вам кажется. —, отозвался император Времени, каким-то чудом удерживающий равновесие.

— Будда... Что происходит?.. —, расходились от них в разные стороны местные жители. —, сегодня праздник, и приехали кёкугэй(цирк)?..

— сами вы кёкугэй! —, воскликнул Дзенин, отбросив рыбу и теперь тыкая в каждого прохожего. —, я никто иной, как великий Фуд...

— о, вижу кое-что. —, сказал Сикике.

— что? Что же? —, мигом оживился ещё больше золотоволосый. —, враг? Враг? Скажи что враг!

— враг. —, кивнул парень.

— ура! Драться! —, потянулся к своим мечам на спине.

— кха!.. —, подавился сакэ Наофуми. —, действительно враг что-ли?

— нет. —, честно ответил аристократ.

— тогда на кой чёрт ты сказал?! —, заверещал Дзенин.

— Кин же попросил сказать, что враг.

— я... —, начал было император Времени, но осекся, выпил сакэ и выдохнул. —, знаете, всю жизнь думал, что я абсурден. Но когда увидел вашу, парни, дружбу, понял, что я по сравнению с вами, как Ханами по сравнению со мной.

— я ничего не понял, но спасибо за комплимент! —, радостно ответил ему Правый.

— это был не...

— как выглядит тот, кого мы ищем? —, поинтересовался Юкихара.

— о, точно! Как? —, вторил ему Кин.

— и вы только сейчас решили спросить? —, оба парня с таким искренним осуждением посмотрели на Наофуми, что тот аж сжался. —, кто из нас тут Возбудитель?.. Кайдо выглядит как ходячий труп. Без руки.

— как вон тот мужик? —, указал в сторону Сикике.

Там, у уличного ларька с рисовыми лепешками, стоял мужчина лет сорока с абсолютно белой кожей синеватого подтона, как если бы его достали из-под воды. И только левая рука была обычного бежеватого цвета, ей он и держал лепёшку.

— да! Хватай его! —, скомандовал Наофуми.

В следующий же миг пирамида рассыпалась. Юкихара был скинут Кином с плеч, но успел перегруппироваться. А сам Кин прыгнул на Тацуму, едва не сбив с ног.

— что за дела?! —, отступил на шаг Кайдо. —, это невежливо!

— Тацума-но Кайдо? —, спросил Дзенин.

— Фудзивара-но-Дзенин Наофуми? —, идентичным голосом спросил Кайдо.

— а меня ты знаешь? —, с надеждой спросил Сикике.

— писарь? —, предположил мужчина.

— Наофуми-доно, можно я убью его?..

— я первый! —, рявкнул Кин, уже бросаясь на Кайдо с алым мечом.

Через секунду золотоволосый парень был отброшен на десяток метров ударной волной телекинеза проклятой энергии. Техника использовалась шаманом как замена своей правой руки. В основе своей это было взаимодействие проклятой энергии с окружающей средой, подвластное человеку. Кайдо спокойно откусил ещё кусок лепёшки.

— сомневаюсь.

— ни к чему хорошему это не приведёт. —, угрожающе проговорил Наофуми, выхватывая два вакидзаси. —, просто ответь на наши вопросы.

— ну давай, что там у тебя? —, продолжая жевать спокойно кивнул мужчина.

— он тебя совсем не уважает. —, сухо усмехнулся Юкихара.

— вау! Сильный! —, радостно вылезая из кучи каких-то ящиков горланил Кин. —, давай подеремся!

— не дерусь с детьми.

— я...

— Правый. Знаю.

— и не боишься? —, удивился золотоволосый.

— а должен? —, саркастично спросил Кайдо.

— мы нашли твой клинок из плоти в горах Кисо. —, начал Дзенин. —, вернее, мы уверены, что он твой, но не можем это доказать.

— кто сказал, что он мой? —, закономерно поинтересовался Тацума.

— Абэ-но Сэймей.

— тогда, скорее всего, это мой меч. —, кивнул шаман.

— в таком случае ты задер... —, уже потянулся к веревкам император Времени, но Кайдо оказался быстрее.

— вы время проверили, умники?

— я император времени! —, воскликнул Фудзивара, заняв гордую позу.

— а я Император Слияния, дальше что? —, припечатал мужчина. —, мне теперь не проверять, сколько артефактов слиты в работе?

— послушайте, Кайдо-доно. —, выступил вперёд Юкихара, которому надоел тот самый кёкугэй, которым их обозвали дальновидные жители. —, мы понимаем вашу силу, мастерство и возмущение. —, смотрит на Кайдо, спокойно жующего лепёшку. —, однако ваше упрямство ни к чему не приведёт. Мы нашли вашу работу, это факт. Либо объясняйте, либо мы задержим вас. Или вы думаете, что сможете справиться с пятым Возбудителем и Правым Сукуны?

Наофуми и Кин глубоко поклонились в спину Юкихаре.

— благослови тебя Будда, длинноязычный император свитков, что ты с нами!

— ублюдки...

— ладно. —, сдался Кайдо, доев свою лепёшку. —, вполне возможно, что это моя старая работа. Как вы знаете, я действительно вёл определенные исследования на грани нормы, их в итоге запретили. Но результатов было довольно много. Клан Тацума, дабы подобное у нас не лежало и не мозолило глаза великим кланам, распродал всё на теневом рынке через клан Шито.

Наофуми порылся среди своих мечей и достал тот самый клинок с живой ручкой и псевдокровяным лезвием.

— что скажешь?

— это Ханикуцу. —, через секунду после осмотра кивнул мужчина.

— у этого убожества есть имя?.. —, удивился Наофуми.

— род твой убожество, случайно оказавшееся у власти. —, резко парировал Тацума. —, а это — артефакт уровня Кампаку, моя ранняя работа. Мне было лет шестнадцать.

— моя... Мой... Род... Ты... Тебя... Кин... —, вытягивает руку к парню. —, дай мне меч.

— будете играть? —, протягивая алый наивно поинтересовался Кин.

— проверить что я сказал можете у императора Железа. —, закончил Кайдо. —, у меня ещё есть дела. Буду нужен — ищите в Дадзайфу(вблизи Хакаты). Покеда.

— из-за твоего шока мы его упустили. —, спокойно сказал Юкихара, глядя в спину уходящего шамана. —, ты какой-то бесполезный Возбудитель.

— возвращаемся... —, обречённо выдохнул Дзенин. —, поговорим с императором Железа, а там видно будет. Всегда можно просто попросить помощи у Абэ-но Сэймея.

Глава 19.

Уми-Дэру оказалась самой обычной деревней клана, подчинявшейся Кири-дэру, а потому выяснить там Канате смогла только то, что Наофуми уже нашел Кайдо и клан Тацума самый добрый, полезный и симпатизирующий Акихиро, только уйдите пожалуйста.

Такое поведение было более чем типично для маленьких кланов без военной силы. По одним только прикидкам Канате хватило бы Акихиро-но Ран и Акихиро-но-мондо Кэнки, чтобы разнести не только бедную Уми-дэру, но и оставшиеся две деревни.

Но, конечно же, поступать так клан Акихиро ни в коем случае не стал бы. Тацума вносили довольно большой вклад в оборот оружия и брони среди шаманов, усиливая их. Особенно поражали их работы с Императором Железа. Взять три клинка уровня Кампаку, сделанные Дзи, а потом слить вместе техниками клана Тацума, что получится? Ну, она не знала. Такой клинок был у нынешнего министра оммёдо, Камо-но Ясунори, а не у нее.

Сейчас они все вместе двигались в Хэйан-кё. Новых приказов от Сэймея не приходило, а раз этот император Времени занялся Кайдо, то и толку ей идти в Наниву? Решено было просто-напросто вернуться в поместье Хи-но Кими. Конечно, возникает вопрос, а почему не в клан Акихиро? Канате боялась, что патриарх может её не отпустить.

— завтра я вас покину.~ —, вдруг сообщил Хиро, всё ещё несущий Энширо на одном плече.

— слава Перуну! —, вытер пот со лба Сатору.

— свершилось. —, выдохнул Гэто.

— Будда благоволит нам. —, сложил руки в молитве Нанами.

— о нет! —, воскликнула беловолосая девочка. —, я же ещё не показала тебе другие дьявольские песнопения!

— по какой причине? —, спросила Акихиро, подходя ближе к наёмнику. —, разве ты не для охраны малявки?

— я не малявка! —, возмутилась Энширо.

— договор был на сорок два дня.~ —, спокойно протянул парень. —, сегодня сорок первый.~

— и ты не хочешь остаться подольше ради Энширо? —, сложила руки на груди девушка.

— нет.~

— бесчувственное животное. —, констатировала Энширо, насупившись.

— Сатору, зачем твоя дама сердца его уговаривает остаться? —, повернулся к другу Сугуру.

— я не знаю! —, схватился за голову заклинатель. —, не знаю! Нет!

— поговори с ней. —, предложил Кенто.

— я вам противен?~ —, поинтересовался Камиши.

— ты слишком непредсказуемый. —, ответил Гэто.

— и мы ни разу не видели, чтобы ты спал. —, добавил Нанами.

— сложно понять, спит такой человек, как я или нет.~ —, ехидно расширил улыбку Хиро. —, но вы правы.~ я не спал.

— весь сорок один день? —, подняла бровь Канате.

— это сложно?~

— полагаю, с вечно закрытыми глазами — нет.

— кстати, почему глазки прячешь? —, встрял Сатору, тыкая пальцем в лицо Камиши. —, у тебя там О́ни запечатан?

Хиро снял с плеча Энширо, держа её под мышки, как котёнка.

— опять! —, резко отвернулся Годжо, симулируя отвращение. —, буэ-э-э!~

Наёмник открыл глаза, глядя на Энширо. Там оказалась самая обычная голубовато-серая радужка и круглый зрачок.

— э...а... —, опешила девочка. —, нахера прятать то тогда?

— не прятал.~ —, ответил парень, вновь смыкая веки. —, просто мне неприятен солнечный свет.

— о Будда, а я уж думала у него глазки красивее моих. —, рассмеялась Акихиро.

— красивее ваших, Канате-доно, не сыскать глаз на этом свете, ибо подобны они цветочному лугу в суровую зиму. —, пафосно ответил ей Камиши.

Энширо вытянула руку с оттопыренным средним пальцем в лицо Канате. Сатору сделал точно такой же жест, но в сторону Хиро.

— оу. —, в унисон выдохнули Акихиро и Камиши. —, мило.

— знаешь, говорят, пары формируются по одному принципу.~ —, протянул Хиро, отодвигаясь от Годжо.

— хочешь сказать, мы с тобой похожи? —, поставила одну руку в бок девушка.

— нет! —, воскликнул Годжо.

— ни капли. —, подтвердила девочка.

— носами. —, сказал Нанами. Все сразу посмотрели на него. Кто с недоумением, кто с осуждением. —, что? У них носы действительно похожие.

— не помню, чтобы мои родственники встречались с Акихиро.~ —, задумался Хиро. —, так что, совпадения случаются. Куда мы там шли?~

— через триста ри налево. —, поправила шляпу Канате.

Тем временем Абэ-но Сэймей добрался до портового города Хакаты. Оммедзи, еретик и гигантский козёл шли по улицам, не обращая внимания на реакции окружающих.

— пора домой. —, сказал Сэймей.

— какой, к Ракшаси, дом?! —, едва ли не подпрыгнул Ёхан. Козёл шокированно заблеял и куда-то убежал.

— Ёхан. —, назвал Абэ, поворачиваясь к другу. —, зачем мы с тобой бежали в Хакату?

— затем, что именно сюда отправились кланы Кисо. Хотя... —, почесал подбородок, кивнул. —, да, ты прав.~ их здесь нет.

— значит?

— ты собрался играть со мной? —, недовольно спросил еретик.

— нисколько. —, покачал головой астролог. —, просто ты умнее меня.

— зависит от вопроса. —, парировал Кампаку.

— они могли отправиться в Китай.

— дураку понятно.

Вернулся Ёхан-младший, держа в зубах горшок, наполненный крепким рисовым вином. Откуда-то со стороны слышалось «клянусь, Госукэ-доно! Его украл козёл!». Сэймей тут же выхватил горшок, спрятав в кимоно.

— Будда! Храни тебя Дхарма!

Козёл радостно заблеял, довольный своей работой. Вот он и нашёл свою нишу. Глядишь, перепадёт чего. Куда лучше, чем носиться как ужаленный с письмами. Он вам не какой-то жалкий орёл, а гордый козёл!

— Сэймей. —, устало вернулся к теме Ёхан.

— кхм... —, кашлянул в кулак Абэ, отряхнул кимоно и вернулся в более приличную позу не вора. —, либо собрались вести свои мерзкие дела там, как изгои. Либо собрались атаковать Тяньши, если вдруг, не приведи господь, их поддержит Демонический император. Либо объединились с их Демоническими шаманами.

— либо им кто-то дал настолько крупный заказ, что они всем Кисо отправились туда для выполнения. —, предположил еретик.

— до этого я не додумался. —, признал Сэймей.

— мало думал. —, с усмешкой развёл руками друг.

— верно. —, кивнул. —, я бы додумался до этого за пять минут.

— а мне хватило трёх.

— что ты хочешь?

— Сэймей. —, потёр переносицу. —, я хочу закончить то, что мы начали двадцать лет назад.

— а что потом? —, с хитринкой в голосе спросил оммедзи.

— новая работа!~ —, радостно сжал кулак Кампаку.

— вот это по-нашему! —, удовлетворенно воскликнул Сэймей.

— дальше?

— действительно, отдых. —, убрал руки за спину. —, уже через месяц начнется турнир кланов. До этого момента я не собираюсь ничего делать. Почти.

— уверен ли ты, что нам не помешает Сын Неба, клан Фудзивара или кто-то ещё?

— вряд-ли кому-то, кроме Сына Неба хватит на это сил. —, отмахнулся астролог.

— недооцениваешь Ханами? —, хмыкнул Ёхан.

— нет. —, указал пальцем на него. —, это ты его переоцениваешь.

— Наофуми...

— союзник. —, перебил Сэймей. —, у него свои интересы в наших исследованиях.

— хи-хи-хи, боюсь представить, какое чудовище мы получим, если используем что-нибудь на нём. —, захихикал еретик.

— хм.~ —, мечтательно улыбнулся шаман. —, разве не в этом весь интерес?

— ты прав.~ —, кивнул Ёхан, залезая на козла. —, но если ты планировал просто погулять, то мог бы не просить меня выйти из Сиай-Сиай-Дэру.

— у этих пустых прогулок тоже был свой смысл. —, парировал Абэ, разворачиваясь к своему лесу.

— твой смысл в трёх из пяти случаев оказывается пустым либо надуманным. —, ответил Кампаку, поехал в свою деревню.

Сэймей медленно направился в свой лес. И вправду, довольно часто всё шло не так, как ему хотелось бы, вот и оказывались некоторые действия лишними. Но сейчас он был уверен, что сделал всё верно. Кто бы ни следил за ними, они заметили его вместе с Ёханом. Это заставит «Райнаки» шевелиться быстрее.

Неделю спустя бурлящий событиями Хонсю немного поуспокоился, переключив большую часть своего внимания на грядущий турнир кланов. Именно в этот момент во второй дзё вернулась группа Канате, потеряв по дороге Хиро, который свалил ровно по истечении срока действия договора и ни секундой больше.

— Аяка-хуйдоно! —, театрально обводя рукой сад объявил Сатору. —, мы вернулись!

Не заставляя себя долго ждать, пепельноволосая девушка спрыгнула с крыши, нанося Годжо размашистый удар пяткой, который угодил в «Бесконечность» и самодовольную улыбку.

— ничего не меняется. —, вздохнула Энширо, сложив руки на груди.

— Энширочка!~ —, метнулась к ней Аяка, но девочка, наученная опытом уклонений от Сино-но Кагэ, скрылась за Нанами.

Канате уже очутилась около «раненого в барьер и самое сердце» Годжо, погладивая его по волосам.

— ну вот. Опять ты пострадал.

— Энширо.~ —, опасно протянула Аяка. —, почему от тебя воняет Акагами-доно? —, поймав недоуменный взгляд закрыла глаза и изобразила клыки пальцами. —, такой с закрытыми глазками и страшный на лицо. Он же ничего с тобой не сделал? —, метается вокруг. —, фух, вроде нет.

— да ты умалишённая, Юкихары на тебя нет. —, отмахнулась беловолосая девочка. —, он же милый.

— Будда... —, с искренним ужасом пробормотала Аяка, глядя на Энширо с переживанием. —, да ты головой повредилась!

— шанс. —, сказал Гэто.

— хватай. —, кивнул Нанами.

Продемонстрировав завидную командную кооперацию парни схватили Аяку за руки и затащили в дом, захлопнув раздвижные ставни. Послышались какие-то шлепки, грохот и крики.

— спасибо, Гэто. —, поблагодарила Энширо.

— неужели трахают?! —, ожесточенно тыкая в сторону дома закричал Сатору.

— не. —, усмехнулась Акихиро. —, Аяка бы тогда не просила прекратить.

Из дома донеслись очередные звуки разрушения территории и крик «не туда!».

— ты уверена?

— ну, может, они вправят ей мозги? —, с надеждой посмотрела на пасмурное небо девочка.

— о, вернулись. —, послышался ленивый голос с открытой веранды.

— Иэри! —, обрадовался Годжо. —, сонное царство!

— здарова. —, повернулась туда же Энширо. —, успела выйти замуж?

— пока нет. —, пауза. —, ты поспорила на мою свадьбу?

— ну да. Мне достанется сколько-то там коку. —, села рядом. —, как твои дела?~

— о, ну, я спала. А ещё спала. Потом ела. А ещё...

В доме же проходил настоящий допрос. Если бы, конечно, у кого-то повернулся язык назвать этот цирк абсурда допросом. Но ведь, как говорится, главное — результат, да?

Аяка была связана веревками и лежала на полу, с наигранным ужасом глядя на парней. Те нависали над ней с дьявольскими улыбками, хрустя костяшками.

— ч-что вы собрались делать со мной?.. —, пытаясь сменить тему на что угодно залепетала девушка. —, я-я ещё девственница!..

— у Хиро другое мнение. —, парировал Гэто.

— это...

— Аяка. —, назвал Нанами, та издала панический «ик». —, мы с тобой ранее не встречались. Меня зовут Абэ-но Нанами, я ученик Цуки-но Ёхана и близкий друг Гэто, Энширо и Сатору. И Иэри. —, слегка поклонился, как требовал этикет. —, ответь нам. Что задумал Абэ-но Сэймей?

— я ничего не знаю! —, отрезала Аяка, отвернувшись. Сугуру Гэто молча выбрал два самых дорогих вина, одно из которых оказалось аж виноградным, из стран «западных варваров», и вылил прямо на пол. Девушка извернулась, с ужасом глядя на это вопиющее расточительство. Да ты хоть бы сам выпил, не так обидно было бы! —, не-е-е-ет!~

— отвечай. —, потребовал

— я ничего не знаю! —, замотала головой изо всех сил так, что волосы разметались. —, правда не знаю!

— тогда это тебе не нужно. —, кивнул Сугуру, скармливая проклятому духу бочку камицу(фрукты в мёду).

— а-а-а-а!~ Гэто! Ты дьявол! Демон! Ракшаси! Сам Ями во плоти! —, закричала пепельноволосая, тяжело дыша. Восстановила дыхание за пару минут, вернув свою милую улыбку. —, может лучше что-то другое?~ я могу научить...

Договорить она не успела, Гэто выкинул её тати в колодец с ледяной водой прямо через окно.

— стой! Пожалуйста, не надо! Не туда! А-а-а-а!

— у тебя последняя попытка. —, выдохнул Кенто.

— а потом? Отпустите? —, с надеждой спросила Аяка.

— нет. —, мотнул головой парень, кивком указав на картину, где была изображена Аяка лет тринадцати вместе с каким-то трупом. Видимо, первый сильный враг или что-то такое. На картине девочка улыбалась каким-то дьявольским оскалом, обещавшим сожрать первого попавшегося. Интересно, а сама Аяка была людоедом, или это исключительно Сукуновские предпочтения?

— н-нет... Это против правил... —, Гэто занёс вакидзаси над картиной. —, но я действительно... Ай, к черту, сами будете с этим разбираться!.. предел! Они хотят прорвать предел!

— подробнее. —, попросил Сугуру, убирая клинок в ножны.

— Абэ-но Сэймей, Цуки-но Ёхан, Сино-но Кагэ и Куромаку-но Дзи. —, перечислила Аяка. —, они уже долгое время занимаются исследованиями по повышению силы шамана.

— через вторые меридианы? —, предположил Нанами.

— это лишь одна из работ. —, покачала головой. —, наиболее удачная. А неудачные бог знает где сейчас. Я тогда ещё не родилась.

— врёшь. —, недовольно сказал Гэто.

— не-а. —, попыталась звучать убедительно. Оказалось, довольно сложно говорить правду, когда привык трижды переврать. Бедный Кагэ... —, мы говорим о рождении как самостоятельной личности, а не человека. Самостоятельной я стала лишь в пятнадцать лет.

— что ты знаешь о них?

— только то, что они хотят любой ценой повысить уровень силы. —, выдохнула девушка, спокойно разорвав верёвки. Села в более удобную позу. —, вторые меридианы это увеличение скорости циркуляции, чтобы твои атаки или барьеры были в немного иной плоскости действия. Но не исключено, что они занимались повышением чистоты энергии, скорости возобновления или увеличением резервуара проклятой энергии.

— разве у Энширо он не увеличился?

— технически, немного. —, согласилась пепельноволосая. —, по факту, тоже. Но у неё акцент на том, чтобы техники работали иначе.

— опасен ли дядя Абэ?

— смотря в каком ключе.

— ты с ним заодно или против? —, спросил Нанами.

— скорее, мне нет дела. —, невинно развела руками, затем устало добавила. —, нет дела и не ищу информацию — разные вещи. Мне не интересно, но информация очень удобная штука для обмена.

— и что успела найти?

— что они хотят прорвать предел и ведут исследования в разных областях. —, приложила указательный палец к нижней губе, ехидно улыбнувшись. —, а ещё каждый из них по уровню выше, чем кажется.

— Сино-но Кагэ же глава разведки Сына Неба? —, припомнил Сугуру, щёлкнув пальцами. —, Сын Неба в союзе с Сэймеем?

— нет. —, ответила девушка. —, я и сама пока что не особо понимаю, правда. Сын Неба использует Сэймея в каких-то своих целях, которые не относятся к области моих интересов. Но, конечно же, я предупреждала его быть осторожнее.

— в бездну твои опасения. —, махнул рукой Гэто, повернувшись к выходу. —, мне одно только интересно, смысл был это скрывать? Могла бы сразу сказать.

— да я узнала за пару недель до вашего прибытия.~ —, с детской наивностью ответила она. —, что? Я же говорю, не интересно мне это. Если уж на то пошло, то работы Кайдо мне куда интереснее, ближе к моему случаю.

— какому случаю?

— а ты думаешь у меня просто так совпало, что я тоже могу «Рассечение» использовать? —, рассмеялась Аяка. —, и кто из нас ещё наивный, Гэто?~ хахах.~ но этого я не расскажу. Учитель запретил. Но ты, конечно, можешь попытаться допросить его таким же образом. Я соберу оставшийся от тебя прах.~ как удобрения.

Вершина горы Татэяма. Наофуми сидел, свесив одну ногу в бездну внизу. Существо в плаще и маске Фудзин стояло в нескольких метрах от спуска. Слева от Наофуми, в нескольких метрах, сидел Камиши-но Хиро, поигрывая своим бурдюком.

— Мика-но Кагура. —, ненавязчиво надавливая на слоги обратился Наофуми. —, чем ты занимался последние месяцы?

— проводил время со своей любимой.~ —, наивно ответил наёмник.

— таскался за твоей подругой. —, сказало божество.

— какой из? —, весело улыбнувшись, повернулся к ней Дзенин.

— понятия не имею.

— Энширо.~ —, медленно признался Хиро, убрав бурдюк в плащ.

— а, эта девочка с языком острее катаны. —, пригладил лохматые волосы.

— ты не лучше. —, парировала девушка.

— но солнышко!.. —, возмущённо подскочил император Времени.

— помолчи. —, приказала она. Наофуми сел, надувшись.

— ты очень жестока со своим избранником.~ —, заметил Камиши, тихо посмеиваясь.

— ничего не поделать, ежели при открывании им рта сокращается количество смысла. —, отозвалось божество. —, если у тебя есть меч, то ты им убиваешь. Если у тебя есть мозги, ты ими думаешь. Наофуми, кажется, до сих пор не нашёл рукоятку.

— какое изящное оскорбление.~ —, ехидно протянул Кагура.

— такова истина.

— Я пятый Возбудитель... —, бубнел себе под нос Дзенин, опустив голову на грудь. —, Император Времени... Второй по силе из действующих... Меня унижает двое малолеток...

— повтори-ка.~ —, повернулся к нему Хиро.

— кто здесь малолетка? —, угрожающе переспросила девушка.

— я. —, сдался парень.

— эй, Сацуки.~ —, вдруг обратился наёмник. —, а сколько живут ками?~

— пока народ в них верит. —, недовольно ответило существо.

— и сколько же верят в тебя?~ —, ядовито поинтересовался Камиши.

— больше, чем в тебя. —, отрезала Сацуки.

— так я и не ками.~ —, невинно откинулся на спину, заложив руки за голову.

— неважно, человек ты или божество. —, объяснило существо. —, в тебя всё равно могут верить другие.

— вау. —, присвистнул Наофуми. —, мудро.

— даже не надейся, что с таким поведением я соглашусь на ребёнка. —, отвернулась девушка.

— пожалуйста! —, схватился за голову, вновь растрепав волосы. —, мне надо продолжать ветвь Дзенин!

— Наофуми, ты ещё молод.~ —, спокойно сказал Хиро. —, да и зачем тебе обязательно ребёнок от ками?

— затем, что я не позволю ему иметь ребёнка с кем-то еще. —, властно проговорило существо. —, как бы глуп он ни был, мы уже давно заключили с ним сделку.

— определись, Сацуки.~ —, лениво протянул парень. —, ты хочешь или не хочешь от него ребёнка?

— не сейчас.

— отшила. —, вздохнул Наофуми.

— Кагура, что ты вообще тут забыл? —, посмотрело на него существо.

— ах, совсем запамятовал.~ где же, где.~ —, изобразил детскую забывчивость, хлопая себя по походному плащу.

— не трать время зря.

Наёмник наконец нашел, что хотел. Протянул божеству какой-то свиток.

— прочитай как-нибудь.~

— подумаю. —, кивнула Сацуки, убирая свиток куда-то внутри своего плаща. —, вали.

— пока-пока.~ —, помахал рукой Камиши, прыгнув вниз.

— а мне можно остаться?.. —, спросил Дзенин.

— можно. —, согласилось существо, само растворившись где-то в ветре.

— кажется, Энширо говорила, что так себя ведут «цундере»... —, увидел брошенный Хиро бурдюк с сакэ. Подумал, что пить в одиночестве это алкоголизм, а не удовольствие, но что же добру пропадать.

Наступил семнадцатый день первой луны одиннадцатого года Дзёва(±1-4 марта 844 года). Поместье Хи-но Кими. Энширо победоносно нависала над бледным Сатору. Две недели назад, в феврале, Юкихара, с подачи Наофуми и Кина, таки сделал Иэри предложение заключить союз кланов(пожениться).

— ну что, Сатору.~ —, хрустела костяшками девочка.

— т-ты пожалеешь об этом... —, театрально пятился парень. —, тебе Канате не простит...

— уже простила. —, хихикая в углу сказала Акихиро.

— ...тебе Аяка не простит... —, с надеждой глядя на указанную проговорил Годжо.

— я бы и сама тебя покусала.~

— кусать то зачем?! —, прижал руки к груди в защитном жесте.

— Будда... —, пробормотал Юкихара, сидящий на циновке за низким столиком. —, я не хотел.

— смирись. —, выдохнула Сёко, сидящая рядом с ним.

— о! О! —, запрыгал Кин. —, а можно я тоже пну?

На этом моменте Сатору стало уже не до шуток. Спор с Энширо был на три удара без «Бесконечности», чего он не особо опасался, ибо сама девочка ничего тяжелее чашки поднять не могла. Но вот в чём загвоздка: они не договаривались, что удары должны быть именно от неё. Перед глазами предстала картина, как Кин одной рукой крутил едва ли не тонный меч.

— чего это он? —, расстроился золотоволосый.

— отличная идея, Кин. —, ехидно улыбаясь потирала руки Энширо. —, бей!

— не-е-е-е... —, заклинатель потерял сознание, когда нога Кина влетела в него с характерным и очень громким хрустом.

— переборщил? —, отпрыгнул парень, сразу глубоко поклонившись. —, простите, Сатору!

— кажется, он раздробил Годжо таз. —, прикрыла глаза Сёко.

— карма. —, невозмутимо сказал Юкихара.

— хуярма. —, огрызнулась девушка. —, мне теперь снова лечить.

— оставить так? —, предложил аристократ.

— да друг он.

— умалишённый.

— дети! —, призывно хлопнула в ладони Аяка.

— пошла в сраку. —, показала ей средний палец Энширо.

— слушаю, Аяка-но Отоно! —, опустился на колени Правый.

— чего тебе опять? —, лениво подперла щёку кулаком Иэри.

— не желаю знать. —, развернулся к двери Сикике.

— да вы все внатуре что-ли... —, зашипела пепельноволосая, сжимая кулаки от злости.

— базарь уж, пока я не ушла. —, разрешила Энширо.

— через две недели турнир кланов! —, объявила девушка. —, кто за кого будет выступать?

— Фудзивара. —, с ледяной вежливостью ответил Юкихара.

— не планировала. —, отмахнулась беловолосая девочка.

— приду только ради еды и Юкихары. —, сказала Иэри.

— а-а-а-а... У-у-у... И-и-и-и... —, послышалось со стороны Годжо, которого уже пошла лечить Сёко.

— Акихиро, говорит. —, перевела Канате. —, я тоже.

— Фудзивара! —, лучезарно улыбаясь воскликнул Кин.

Юкихара отшатнулся от него, как от удара огромным чугунным котлом по голове.

— Будда! Какого ракшаси?!

— я тоже за Фудзивара.~ —, наивно протянула Аяка.

— и как это понимать? —, недовольно спросила Канате.

— ну, клан Фудзивара ведь такой круто... —, накручивая на палец прядь волос начала Аяка.

— ты последний раз выступала до того, как стала Возбудителем. —, перебила её Акихиро. —, и разве Возбудители это не против правил?

— Абэ-но Сэймей, который в этом году выполняет роль судьи по приказу Сына Неба, разрешил.~ —, ядовито парировала девушка.

— э-это нечестно... —, забормотала Канате, прыгнув к Энширо. —, солнышко! Пож...

— не.

— проси что хочешь!

— всё?~

— ...кроме жизни. —, стушевалась девушка.

— зачем тебе она? —, подняла бровь пепельноволосая. —, Энширочка слабая ведь.

Появился Сугуру Гэто, до этого чистивший свои клинки в уединении с рыбками пруда. Увидел белого Юкихару, распластанного Сатору, готовую взорваться Энширо и плачущую Канате.

— весело тут у вас.

— Гэто! —, тут же подскочила аристократка. —, ты уже решил за кого будешь участвовать в турнире кланов?

— не хочу. —, машинально отмахнулся заклинатель.

— но как же...

— я тоже пас. —, сказал зашедший следом Нанами.

— но... Мой клан... Будет уничтожен... —, обиженный жест на счастливых Кина и Аяку. —, шлюхой и её рабом...

— я не раб! —, возмутился Кин.

— лапу. —, протянула ладонь Аяка. Кин положил в неё руку, девушка погладила его по голове.

— Канате. —, спокойно начал Гэто. —, это не наше дело. Ни кланы, ни текущая политика, ни тем более бои между шаманами, пока не касаются нас напрямую. И к тому же мы не члены клана Акихиро.

— но Аяка участвует от Фудзивара! —, заплакала Акихиро.

— я тоже не понимаю, как это возможно. —, признал Юкихара.

— в любом случае, мы были бы в разных категориях. —, попытался разрядить ситуацию Кенто. —, мы ведь подростки.

— после 15 лет все в одной категории.~ —, обронила Аяка.

— я подумаю. —, сдался Сугуру. Думать он, конечно же, не планировал.

Она заплакала ещё громче. Гэто и Нанами стояли с абсолютно непреклонными лицами.

— ребят, да вы изверги. —, сказала Энширо. —, Кана, почему бы не попросить Хиро? —, Аяка отшатнулась, но уже без ужаса.

— кто это? —, поинтересовался Сикике. Со стороны Иэри послышалось сопение. —, да когда ж ты успела заснуть при таких то криках?..

— ага! —, победоносно сжала кулаки беловолосая. —, Аяка его боится!

— ну Широоооооооооооо!~

— я подумаю. —, подняла руки вверх.

— ты как Гэто!

— а ты как Сатору. —, парировал сам Сугуру.

— хуже оскорбления не слышала в своей жизни. —, вытирая слезы хихикнула Канате.

— Аяка-но Отоно, а кто такой Хиро? —, осторожно спросил золотоволосый.

— Акагами-доно.

— о Будда! —, схватился за волосы парень.

— да что в нём страшного то?.. —, задумалась Канате, вспоминая слащавого наёмника, при взгляде на поведение которого хотелось напиться ёмоги(отвар из полыни).

— расходитесь. —, послышался приказ со стороны. Все синхронно повернулись. Там стоял Сино-но Кагэ. Вернее, какой-то мужчина, но кто ещё кроме главы «Райнаки» мог бы незаметно пройти в дом с таким количеством сильных шаманов?

— твою мать! Откуда вылез?!

— на вас жалуются соседи. —, невозмутимо ответил Кагэ, прыжком в окно исчезнув.

— он наш сосед? —, предположил Гэто.

— лучше бы Хиро. —, усмехнулся Нанами, поставив руки в бока.

— не дай Будда...

Глава 20.

Ночью того же дня Энширо вновь одолела бессонница. Были виной тому подсознательные переживания о предстоящем большом событии, сегодняшние бурные обсуждения или же она просто проголодалась — не ясно.

Памятуя о том, что ночью в садах появляются мифические существа с противной улыбкой, девочка отправилась в сад Аяки. Для начала, ей действительно было интересно, осмелится ли этот идиот пробраться сюда. А ещё он был ей должен кое-что, что она намеревалась сегодня вернуть.

— ты похожа на луну в форме человека.~ —, послышалось с верхушки садовой сливы.

— а ты похож на маньяка. —, вздрагивая от неожиданности ответила Энширо.

— маньяк?..~ —, задумчивый голос. —, что это?..

— это ты.

— вот как.~

— ты ничего не забыл? —, подошла к дереву, задрала голову, сощурившись.

— позавтракать. —, невинно ответил парень.

— я не об этом. —, ответа не последовало, девочка выдохнула, оставив давление на потом. —, Хиро. Почему Аяка тебя боится?

— потому что она одна из моих «бывших».~ —, насмешливо протянул Камиши. —, самое близкое к твоему лексикону слово, но, конечно, неправильное.~

— а Кин? —, склонила голову набок.

— ...я перепутал его с девочкой. —, слегка стушевался, почесав затылок.

— бедный Кин. —, сочувственно сказала Энширо. —, как тебе вообще хватило силы победить Правого?

— допустим, он не такой уж и сильный.~ —, уклончиво отозвался парень.

— как ты думаешь, мне стоит выступать? —, сменила тему она.

— если хочешь сравнить свои силы с чужими и научиться новым приемам — да.~ —, подумав пару секунд ответил Хиро.

— мне это нужно?

— тебе решать.~

— тогда за какой клан? —, задумалась, взлохматив белые волосы.

— можешь за клан Фудзивара, Аяка поможет.~ —, захихикал. —, можешь за Акихиро, Канате поможет.~

— а другие варианты? —, не желая участвовать ни с «дурой-каной», ни с «безумной шкурой», спросила девочка.

— свободные шаманы. —, предложил наёмник. —, их довольно много. Было, на прошлых турнирах. Этот особенный.

— ты будешь выступать?

— конечно нет, я не шаман.~ —, ехидно растягивая гласные ответил ей парень.

— а если я попрошу? —, надменно спросила беловолосая.

— смотря что дашь взамен.~

— стесняюсь спросить, что ты от меня хочешь. —, презрительно глядя на него проговорила она. —, чёрт с тобой, я согласна. Только даже не думай о всякой гадости, я на тебя Сатору натравлю, он ещё с того уклонения хочет тебе зубы пересчитать. За кого будешь?

— за клан Камиши.~

— он существует? —, недоверчиво проговорила девочка. Посмотрела на Хиро, который Камиши и подумала, что плевать она хотела на то, клан это или нет. —, ну, мало ли. А кто ещё там?

— хм.~ —, потёр подбородок. —, моя младшая сестричка, моя подруга, мой дядя и мой брат.

— так это семья, а не клан. —, махнула рукой, забивая. И вообще, клан произошёл от семьи, когда-то давно. Но подруга?.. впрочем, сейчас не об этом. —, ты должен был мне ещё кое-что.

— точно.~ —, спрыгнул со сливы, осматривая её с закрытыми глазами. —, тебя зовут Энширо, что значит «белое пламя».~ На вкус как первый цветок сакуры, дарующий надежду на светлый год. Ты выглядишь, словно воплощение лунного света.~ тогда...

— эка ты красиво завернул. —, довольно покивала.

— Кёмукуси.~ —, закончил парень.

— это?..

— столичный сон.~ ну, либо ещё парочка значений. —, помахал рукой, улыбнувшись шире. —, увидимся в Сенсо-дэру. —, перепрыгнул через ограду.

— разве кё это не зеркало?.. ай, не важно. Надо пойти похвастаться. —, развернулась к дому, побежав ко входу. —, А-я-кааааа!~ у меня есть фамилия!~

Из дома, со всех сторон, послышалась ругань. По крайней мере, теперь бессонница не только у неё.

Спустя шесть дней Аяка, Энширо и Кин прибыли в Сенсо-дэру. Это была нейтральная территория вблизи побережья океана, на которой вот уже несколько сотен лет проходят турниры кланов. Сюда уже начали стекаться самые разные шаманы, большинство просто поглазеть. Поединки были смертельными, и если аристократы сражались не убивая, дабы пониже опустить репутацию противника, обычные кланы спокойно совершали убийства.

Деревенька всем своим видом показывала, что она необычная. Складывалось ощущение, что здесь жили не раз в несколько лет, а всегда и явно кто-то высокопоставленный. Дома были добротные, из толстой древесины, некоторые даже с черепичной крышей. И их было много, около пятидесяти.

— вот этот цветочный луг в центре и есть арена? —, спросила Энширо, оглядывая всё это богатство, постоянно уходящее в никуда.

— недолго ему ещё оставаться цветочным.~ —, ответила ей Аяка, уже присматривавшая себе дом.

— Аяка-но Отоно, а мы когда выступаем? —, с энтузиазмом спросил Кин. —, сегодня? Или завтра?

— через неделю. —, вздохнула пепельноволосая.

— а... но...

— Кин, даже мне известно, что мы прибыли заранее. —, плоским тоном сказала беловолосая. Порой её этот счастливый лучик солнца выбешивал своей... Не то чтобы тупостью, но плохой памятью точно.

— ох, точно. —, неловко улыбаясь почесал затылок.

— эй, приветики.~ —, послышалось с одного из дворов. Там, у стены, весело улыбаясь своей лисьей улыбкой стоял Камиши-но Хиро.

— Будда! —, воскликнула Аяка, спрятавшись за Энширо.

Та никак не отреагировала, просто медленно повернув голову на звук.

— здарова дурачок.

— ты... —, начала Аяка, выглядывая через плечо Энширо, которая, кстати, была в полтора раза меньше самой Аяки. —, вы, Акагами-доно, решили участвовать?

— да.~

— з-за какой клан? —, держа рукоять бирюзового меча спросил Правый.

— Акихиро.~ —, ехидно растянул парень.

— ты ж говорил, что за Камиши будешь. —, упрекнула его девочка, вытаскивая Аяку из-за спины.

— мне заплатили.~ —, невинно ответил Хиро.

Ну конечно, заплатили. Ты ведь наёмник. И на что Энширо вообще рассчитывала? Что он согласится только потому, что она его попросила? Ага, конечно, так не бывает. Скорее всего этот лисьемордый согласился изначально планируя содрать что-то с Акихиро. У них же там «очень тяжёлая ситуация».

— Канате лучше меня? —, провокационно спросила беловолосая, мило улыбнувшись.

— при чем тут это? —, отмахнулся он, показывая руками крест. —, мне дали сакэ столетней выдержки.~ ну и пару десятков коку.

— Аяка-но Отоно... —, пробормотал Кин, переглядываясь с девушкой.

— он настолько силён? —, саркастично перебила Энширо. —, если исключить то, насколько он раздражает своим поведением.

— да будет вам.~ —, ехидно протянул парень, не меняя выражения лица. —, я же добрый и милый, нет?~

— если ты добрый, то мой учитель — Будда. —, фыркнула пепельноволосая, положив руки на тати. Новые.

— Сукуна-но Кими и есть Будда. —, парировал наёмник. —, только злой.

— не поспоришь... —, сдулась Аяка.

— ты один вообще или кого с собой притащил? —, задала вопрос Кёмукуси.

— не, ещё моя подруга будет участвовать. —, помахал рукой перед лицом. —, и брат придёт посмотреть.

— а дядя?

— нет, он занят.

— надо было звать Левую. —, прошептала Кину Хи-но Кими.

— ...не приведи Будда, конечно, но не могу не согласиться... —, немного побледнел золотоволосый, пытаясь решить, кто хуже, чудовище-девушка или чудовище-парень.

— за небольшую плату могу отменить моё участие. —, сказал Аяке Камиши.

— что за плата?.. —, осторожно поинтересовалась девушка.

— всего-то пятнадцать коку того, что в прошлый раз.~

— отказано.

— ну как хочешь.~ —, помахал рукой на прощание, прыгнув на крышу.

— и чо, он правда сильный? —, подняла бровь Энширо —, не шаман же.

— он не шаман, он воин. —, подтвердила Аяка, брезгливо отряхнув кимоно.

— какого уровня?

— За-сан(эквивалент Возбудителя). —, ответил Кин.

— ...да ну нахуй... —, споткнулась девочка.

Серьезно? Вот этот вот идиот с забавной рожицей и За-сан? А что ж он тогда не в списке Десяти? Плохой, получается, из него За-сан.

В Хосемура-Дэру сборы на турнир кланов проходили более ярко, чем у Аяки, которая просто взяла оружие и пошла. По залу патриарха метались слуги, Канате в пятый раз полировала катану, Сатору пытался доесть весь котёл супа сваренного вчера, Хомма руководил чем-то непонятным.

И вроде бы всё шло неплохо, пусть и сумбурно. Пока не появился Абэ-но Сэймей, как всегда в самый неожиданный момент.

— дядя Абэ! —, оторвал голову от варева Годжо. —, вы пришли нас поддержать?

— я пришёл сражаться. —, заявил Сэймей, выпрямившись и тут же отпивая сакэ из тыквы.

— с нами?! —, изобразил театральный ужас Сатору.

— ты дурачок? —, повернулась к нему Канате.

— Сатору... —, устало рыкнул Исонао. —, во имя Будды...

— Сатору-доно, на этом турнире кланов нас поддержит Абэ-доно. —, не отвлекаясь от управления сотней слуг спокойно пояснил Хомма.

— ура! —, вскочил беловолосый заклинатель. —, мы с дядей Абэ в одной команде!

— не только. —, довольно усмехнулся патриарх. —, за нас выступает Хиро и его подруга. Это помимо Абэ-доно.

— мы собрались штурмовать столицу?.. —, спросил Годжо.

— мы собрались стать наконец великим кланом.

— неужели этого будет достаточно? —, задумался парень. Дядя Абэ был дайдзё-дайдзином, что с него ожидать? Хиро... Ну, кажется, он выше Кампаку, ладно. Что там у него за подруга вообще непонятно.

— клан Фудзивара сейчас в упадке по чистой силе. —, объяснил наследник клана. —, этого точно хватит, чтобы сдержать их.

— чего не скажешь о великом клане Сугавара и великом клане Камо. —, добавил оммедзи. —, твои мутационные еретические глазки появились, как ты сам говорил, через полтысячи лет от сегодняшнего дня. А клан Камо мастерски управляет жидкостями организма.

— какая связь между моими глазами и их техниками? —, не понял Сатору. —, это просто набор несвязных фраз! Случайных! Да и в итоге то как бы круто не управляли, «Бесконечность» они не пробьют.

— ты участвуешь не один. —, осадил его Хомма. —, помни об этом. Мой нефрит они тоже не пробьют скорее всего, но у Канате могут возникнуть сложности.

— и Энширо. —, кивнул патриарх.

— Будда, а она что тут забыла? —, растерялась Канате.

— её Хиро подговорил.

— Сатору. —, повернулся Сэймей.

— согласен. —, кивнул парень.

Раздался громкий «ХЛОП», от которого некоторые слуги даже уронили свою ношу. Абэ-но Сэймей и Сатору Годжо скрепили руки в рукопожатии.

— защитим ребёнка!!!

Канате закрыла лицо руками, Исонао уронил голову на свой стон, не обращая внимания на острые минералы лежащие на столешнице.

— отлично! —, сжал кулак Хомма. —, боевой дух!

— ...просто возьмите уже что хотели и идите... —, взмолился глава клана.

— персиковое сакэ. —, сказал Сэймей. —, а за вторым я приду после турнира.

— рубинчики. —, напомнила Канате.

— Канате. —, поставил руки в бока Годжо.

— столетний нефрит. —, немного подумав попросил Хомма.

— там. —, патриарх указал на соседний дом. Все пошли за своими вещами. Ну, теперь своими.

Патриарх остался в зале со слугами, которые, без руководства Хоммы, двигались медленнее. Спасибо богам, что он умудрился договориться со столькими сварливыми личностями.

Начался турнир. Пока что сражались шаманы низкого уровня, в большинстве своём из свободных кланов. Такое почти никого не интересовало. Какой дурак не видел бой Дзё(3-й уровень) или Сукэ(2-й уровень)?

Энширо сидела на крыше одного из домов вместе с Камиши-но Хиро, который попивал сакэ. Наёмник не выказывал вообще никакого беспокойства по поводу предстоящих сражений. То ли был настолько самоуверен, то ли действительно очень силён.

— эй, у тебя ведь завтра бой? —, спросила она. —, с кем будешь драться?

— да.~ —, медленно кивнул, переводя на неё взгляд. —, с малышом Кином.~

— а я то думаю, чего он бледный ходит. —, засмеялась девочка. —, оказывается, за очко боится.

— а ты за своё?~ —, ехидно поинтересовался Хиро.

— ты не посмеешь. Я ведь умру. —, пнула его ногой. —, Кстати, тебе же вроде двадцать, а ему двадцать три или сколько там...

— ладно.~ сойдёмся на том, что мне двадцать девять.~

И как это понимать? Постарел на почти десяток лет просто так? Ай, как всегда. Вот просто как всегда. Энширо решила поставить на то, что ему вообще лет сорок. Вон дяде Абэ чёрт знает сколько, а выглядит от силы на тридцать.

— ты не меняешься, Хиро. —, послышался голос того самого оммедзи. Шаман очутился сразу за ними, попивая сакэ.

— о, сам великий Абэ-доно!~ —, поклонился Хиро.

— дядя Абэ! —, радостно помахала рукой. —, вы тоже пришли драться?

— да. —, кивнул астролог. —, мы с тобой в одной команде. Пока что.

— я за свободных шаманов... А, точно, меня ж вместе с Хиро переписали... —, начала девочка, но потом спохватилась. —, так, стоп. Пока что?

— если в финале останется два человека из клана Акихиро, они будут сражаться между собой.~ —, объяснил Камиши, поднимаясь.

— только не лапай во время боя. —, усмехнулась девочка.

— я поду...

Сэймей стукнул его тыквой по голове.

— не приставай к ребёнку, Хиро.

— но я её люблю! —, возмутился наёмник, хватаясь за сердце.

— я слышу это уже в трёхсотый раз. —, парировал Сэймей.

— не ребёнок я! —, повернулась к Хиро, сощурившись. —, ах ты бабник...

— в этот раз всё по-настоящему!

— а это я слышу лишь в тридцатый, прогресс. —, невозмутимо проговорил Абэ, делая глоток персикового вина. —, лет тридцать назад ты был готов даже броситься на «ножки Рэйко-кими».

— ты подкатывал к Третьему Возбудителю?! —, вцепилась в Хиро девочка, тряся его за плечи, насколько позволяла комплекция.

— она меня отшила. —, попытался сгладить ситуацию парень.

— да не в этом же дело! —, не унималась Энширо. —, как ты не понимаешь?!

— я его спасла тогда. —, послышался звонкий многоголосый звук. На крышу запрыгнуло существо в плаще и маске Фудзин. —, пришлось подраться с той безумной девочкой с ножичком.

— Сацуки!~ —, радостно помахал рукой Камиши. —, знакомься, это Энширо, моя девушка!

— какая по счёту?

— первая!

— триста вторая. —, ехидно сказал Сэймей. При чём с такой спокойной уверенностью, что Энширо даже начала считать, сколько там минимум надо времени потратить на три сотни.

— но...я...ты...гондон ты, Хиро. —, выдохнула она, повернувшись к новому собеседнику. —, что за Сацуки?

— меня зовут Шигусацу-но Ками. —, представилось божество.

— Ками?! —, отступила на шаг беловолосая, повернув голову к парню. —, Хиро, в твоём клане есть ками?!

— это странно? —, надменно склонила голову набок Сацуки.

— да! —, крикнула девочка. —, еще скажите, что дядя Абэ тоже из Камиши!

— нет. —, мотнул головой оммедзи. —, Я из великого клана Абэ. Не приведи Будда мне быть из Камиши.

— так, ладно. —, успокоилась девочка, потерев переносицу. —, а кто твой брат?

— Наофуми.~ —, ехидно растянул парень. —, ну, названный. Так-то он, конечно же, Фудзивара.

— раз мы собрались для знакомства. —, начало существо, повернувшись к беловолосой. —, как, говоришь, тебя зовут?

— Кёмукуси Энширо. «Белое пламя чего-то там в столице».

—такого я не говорил... —, отвернулся Камиши.

— в таком случае я — Шигусацу-но Ками, божество резни и геноцида. —, полностью представилась Сацуки, пренебрежительно глядя на всех.

— Хирочка... —, медленно развернулась Энширо. —, что у тебя за друзья такие?..

— это ещё не самый страшный его друг. —, усмехнулся Сэймей.

— похоже, в этом году победа за нами. —, перевёл тему наёмник, ощутив возможные атаки со всех сторон. —, единственный достойный соперник — Рёмен-но Аяка.

— интересно.~ я уйду после боя с ней. —, сообщила Сацуки. —, а ты не расслабляйся, ежели придется драться с Абэ-но Сэймеем, я лечить не буду. Да и не умею.

— помню я, помню. —, отмахнулся парень, спрыгнув с крыши. Абэ-но Сэймей последовал за ним. На крыше остались только Энширо и Шигусацу-но Ками.

— э-эм...

— если хочешь что-то сказать, то говори и не трать моё время. —, припечатало божество.

— да как-то без почтения... —, смахнула волосы с лица.

— ежели хочешь выказать почтение, то убей своего соперника. —, отозвалась Сацуки.

— это самое... —, засмущалась девочка. —, а вы можете рассказать о Хиро? Ну, или его друзьях...

— Хиро будет против. —, сказала она. Хмыкнула каким-то странным звуком и продолжила с ядовитым удовольствием. —, расскажу. У него есть сестра, её звали Камиши-но Томоаки. Сейчас она ушла в ямабуси и живёт на какой-то горе, называя себя Рё.

— а про клан Камиши ты знаешь что-нибудь?

— много вопросов для такого жалкого ничтожества, как ты. —, презрительно ответило божество. —, нет никакого клана Камиши. У Хиро и Томоаки не было фамилии, вот я и дала им Камиши от «ками»(бог) и «ши»(служитель). Говоря проще, они служители божества, то есть меня. Потом Хиро взял себе ещё множество имён и я привыкла звать его Мика-но Кагура.

— а вот... —, начала девочка, но Сацуки щёлкнула её по лбу так, что она улетела с крыши в ближайшую кучу сена. —, ох... Ясно всё, допрос окончен.

Цветочное поле в центре деревни было почти полностью утоптано прошедшими боями шаманов. Сегодня был первый большой бой, от которого обычные шаманы ожидали очень многого, а аристократы уже знали победителя.

С одной стороны стоял безоружный Камиши-но Хиро, в простом косодэ, широких штанах и соломенных варадзи. Напротив него был Кин, с двумя мечами наизготовку, скрепленными металлической цепью за рукояти.

— повеселимся! —, радостно сказал золотоволосый, утяжеляя мечи в несколько раз.

— ага.~ —, издевательски протянул Хиро. —, постарайся, Кин.

— безоружного тебя я одолею. —, лучезарно улыбнулся парень, метнув по широкой дуге бирюзовый меч в противника.

— может быть.~ —, согласился Камиши, ударом ладони о плоскую сторону меча парировав удар.

Доли секунды хватило на то, чтобы Правый уже оказался в нескольких метрах от Хиро. Прыжок вперёд, с намерением ударить коленом в лицо. Наёмник уклонился в сторону, попутно отводя рукой удар, но Кин сразу же кувыркнулся в воздухе, нанося удар пяткой в макушку.

Хиро, конечно же, заблокировал двумя руками, даже не напрягаясь. Золотоволосый отскочил, притянув мечи за цепи. Вышел удар ножницами, от которого противник отскочил назад.

Не давай тому и шанса на то, чтобы подстроиться под скорость, Кин сложил печать пальцами. Из его проклятой энергии на бешеной скорости начали формироваться огненные нити, раскалённые до невероятных температур.

Постепенно нити заполнили половину поля, формируя подвижную огненную клетку, нацеленную на захват и нейтрализацию подвижных целей. Кин заметил, как Хиро достал катану с синей рукоятью. Про себя парень отметил, что раньше этот наёмник мог одолеть его голыми руками, а сейчас уже без оружия не обойтись.

Рубящий удар алым двуручным мечом расколол землю на несколько метров, но Хиро спокойно парировал это катаной, будто и не почувствовав никакого урона.

И только Кин успел порадоваться, что не уступает в скорости, как Камиши достал второй меч, тёкуто. Самый обычный, разве что из более крепкой стали. Серия последующих атак двумя клинками со всех сторон оказалась на скорости, какую Кин глазами то едва видел, о блокировке не могло идти и речи.

Нити огня изначально не были проблемой, наёмник играючи уклонялся от каждой из них. Да и золотоволосый ни в коем случае не надеялся, что это нанесёт вред противнику. Они должны были лишь частично отвлечь его внимание и прикрыть их от публики.

— э-это против правил! —, воскликнул Кин, пытаясь заблокировать хотя бы часть атак. —, ты в три раза быстрее!

— ты становишься сильнее.~ —, ехидно ответил парень. —, сейчас ты на уровне Хокуссин[предособый, по физическим характеристикам], да ещё, кажется, шаман огня и тяжести? Через пару лет доберешься до Цуки[Особый, начало либо середина, по физическим характеристикам].~

Мечи были отброшены в стороны, Кин вложил всё в последнюю возможность для атаки, пока Хиро опешил от его действий. Выставил руки вперёд, выбрасывая поток пламени. Самая обычная техника шаманов огня, разве что напитанная большим количеством проклятой энергии.

Треть некогда цветочного луга почернела, опалившись. Хиро же в последний момент отпрыгнул в сторону и за спину Правого, приложив клинок к его горлу.

— ты проиграл.~

Среди зрителей Энширо стояла вместе с Гэто и Нанами, приехавшими недавно, пропустив начальные бои.

— эй, Гэто. Разве у одного мага не одна проклятая техника? —, спросила девочка. —, вот у меня барьеры, например...

— не всегда. —, отозвался Сугуру, рассматривая улыбающегося Кина. —, например, у Сатору две врождённые. И помимо врождённых существуют общие техники, как барьеры, печати, элементы и прочее. Чем ты слушала Ягу-сенсэя?

— я предпочитала не слушать. Он орал. —, потерла уши беловолосая. —, но я замечаю, что здесь почти ни у кого нет врождённой.

— я спрашивал у учителя. —, проговорил Нанами. —, мы с ним сравнивали заклинателей будущего и шаманов прошлого. Как оказалось, в будущем заклинатели без врождённой проклятой техники считаются низшим классом. Как ты, Энширо. А те, что с врождённой, обычными. В то время как здесь, в прошлом, шаманы с врождённой проклятой техникой считаются лучшими из лучших, а те, кто без них, обычными. —, пауза. —, разница в том, что в данный период времени большинство будущих врождённых техник даже близко не появились. Те же самые «Шесть Глаз» это, если верить Сатору, эпоха Камакура, а зачатки у Митидзанэ, который ещё не родился. Самое близкое к ним это, наверное, глаза Наофуми, усиленные проклятой энергией на динамическую остроту зрения. Но он не видит энергию. И...

— Нанами, завались, пожалуйста. —, попросила Энширо, массируя виски пальцами. —, у меня от тебя аж голова заболела. Если хочешь стать учёным, попросись в клан Сугавара. Поняла я, что мы в начале магического пути. Мог это в два предложения сказать.

Глава 21.

Дворец императора Масары в Хэйан-кё. Поздняя ночь одного из дней после начала турнира. Император сидел во дворе, глядя на пустые стебли жёлтых хризантем, только отправляющихся от зимних холодов. Император очень любил эти цветы и уже давно приказал высадить весь Дайдайри ими.

К нему подошел небезызвестный Фудзивара-но Ёсифуса, поклонившись.

— Сын Неба. У меня есть некоторые новости.

— слушаю. —, не меняя позы разрешил Масара. Что там опять принес этот человек? А ведь раньше, еще несколько лет назад, Масара доверял ему больше всех и даже женился на его сестре. Интересно, это император был слеп или Ёсифуса изменился? Скорее, первое.

— хотя обычно мы, императорский дворец, не вмешиваемся в дела кланов и их турнир, за исключением назначения судьи, в этот раз ситуация немного выходит за рамки. —, доложил Тюнагон, подождал реакции. Император продолжал рассматривать сад, Фудзивара выдохнул и продолжил. —, участвует сразу несколько людей уровня Возбудителей и даже, по слухам, ками.

— ками? —, переспросил мужчина без особого интереса. Мало ли божеств хотят сразиться с людьми? Обычное дело, среди... Сильных шаманов.

— Сын Неба, я знаю, что вы тоже Ками. —, обеспокоенно сказал Ёсифуса. —, однако здесь... Злое божество.

— и кто же?

— Шигусацу-но Ками.

— хм. —, сложил руки в замок перед лицом. —, а остальные?

— Рёмен-но Аяка, Восьмой Возбудитель, Император Рассечения. —, с скрытым удовольствием отрапортовал советник. —, выступает за клан Фудзивара по договоренности с патриархом.

— Аяка за Фудзивара? —, недоуменно переспросил Масара, дернул щекой. —, ладно. Продолжай.

— также за клан Фудзивара выступает Правый, Кин.

— это все от клана Фудзивара?

— как ни прискорбно, но да. —, с сдержанной грустью склонил голову к груди. —, разве что ещё некий Юкихара. В этом году турнир кланов проводится по причине того, что необходимо выяснить, достоин ли клан Акихиро стать одним из Великих кланов. Поэтому, большинство участников от них.

— клан Сугавара?

— от них выступает Сугавара-но-Годжо Иошито. —, отрешенно сообщил Тюнагон. —, Всё. Они учёные, а не воины.

— помню. —, кивнул император. На месте Ёсифусы он бы вообще удивился, что хоть кто-то от Сугавара участвует. —, клан Камо?

— а вот здесь проблема. —, поднял руку Фудзивара. —, от них выступает тоже только один человек, Камо-но Ацутага. И о нём у меня нет информации, однако, почтенный Минамото-но Токива говорит, что он не слабее Аяки.

— хочешь сказать, он один из скрытых Возбудителей?

— не исключаю такой возможности. —, признал мужчина. —, ежели это так, то нам это на руку, ибо вскроем ещё одного.

— согласен. Что дальше?

— от клана Акихиро выступает... —, Ёсифуса пару раз кашлянул. —, собственно Акихиро только трое: Акихиро-но Хомма, Акихиро-но Канате и Акихиро-но Сатору. Они заключили союз несколько недель назад.

— ты говорил, что от них куда больше участников. —, напомнил император.

— верно. За них выступает Фудзивара-но-Дзенин Наофуми...

— что?.. —, замер Масара. Какой ещё, к ракшаси, Наофуми?

— Фудзивара-но-Дзенин Наофуми. —, подтвердил Ёсифуса. —, между ним и патриархом произошёл раскол, предполагаю скорое отделение ветви Дзенин.

— это знатно ослабит клан Фудзивара. —, обеспокоенно проговорил император.

— уверен, у патриарха есть план на этот счёт. —, успокоил его советник.

— конечно, есть. —, устало махнул рукой. —, ты свободен.

— но я ещё...

— свободен. —, жёстко повторил Масара.

— слушаюсь. —, скрылся в здании.

Пару минут мужчина просто созерцал растения, затем поднял голову к крыше здания где, как он знал, наблюдал за всем происходящим самый незаметный человек Дайдайри.

— покажись.

На крыше шевельнулась тень и с едва слышимым шуршанием плаща на землю, сбоку от императора, приземлился глава «Райнаки».

— слушаюсь.

— не подражай предателям. —, скривился мужчина. —, теперь меня интересует нормальный доклад.

— Сугавара-но-Годжо Иошито достиг уровня Императора Джики. —, сразу же приступил к делу агент. —, но он не чистый, ему дали этот титул из-за того, что он использует сразу несколько областей магии...

— почему не дали несколько, как делают обычно? —, поинтересовался император.

— потому что, в отличие от обычных случаев, он успешно комбинирует их в некие гибридные области. —, объяснил Кагэ. —, это не чистый Джики, но и нельзя сказать, что это просто успешная синергия.

— хорошо. Камо?

— Камо-но Ацутага мне неизвестен, но по его энергии могу сказать, что он не слабее обычного императора. —, ответил он. —, скорее всего, Император Крови, но не Возбудитель. Я уверен на 87%, что Камо-но Ясунори является Императором Крови из Возбудителей. Также, судя по движениям Ацутаги, он как минимум Хокуссин.

— неудивительно. —, спокойно кивнул император. —, если клан отправляет кого-то одного, то он должен быть очень силён.

— однако, высока вероятность того, что клан Акихиро выйдет победителем.

— кто от них «приглашённый»? Дай нормальный список. —, приказал Масара.

— Абэ-но Сэймей, Фудзивара-но-Дзенин Наофуми, Камиши-но Хиро также известный нам как Акагами-доно, Ками резни и геноцида Шигусацу, а также эксперимент Сэймея — Энширо. —, перечислил на одном дыхании плоским голосом глава «Райнаки».

— интересно. —, медленно сказал император. —, теперь я примерно понимаю задумку Аяки.

— думаете, предала?

— ни в коем случае. —, коротко покачал головой. —, она встала на сторону Фудзивара из выгоды, какой-то. А также это сыграло нам на руку в том, что теперь Наофуми будет биться более отчаянно и отделится от Фудзивара.

— мне стало известно, что Энширо получила фамилию Кёмукуси. —, позволил себе добавить вольную информацию Кагэ. Не то чтобы он хотел подольше поговорить, скорее помнил, что Сын Неба крайне симпатизирует этому ребёнку, который вовсе и не ребёнок. —, от Акагами-доно.

— вот как? Ей абсолютно не подходит. —, усмехнулся Масара, прикрыв рот веером. —, почему она участвует?

— мне неизвестно. Но, предположу, хочет проверить свои силы.

— раз Сэймей не останавливает, значит, он это предвидел. —, отмахнулся от рассуждений Масара. —, что тебе известно о Шигусацу-но Ками?

— практически ничего. —, признал агент, поклонившись чуть сильнее обычного. —, злое божество, имеет свой культ из варваров омиси, дружит с пятым Возбудителем и Камиши-но Хиро. Уровень силы... Я не могу оценивать силы Ками. Это под силу только Сыну Неба.

— ты знаешь, что я не могу покидать дворец. —, напомнил император.

— несомненно. —, кивнул. —, я буду следить за турниром и постараюсь узнать больше.

— особенно следи за Сатору и Наофуми.

— как пожелаете. —, исчез на крыше.

Всем группам шаманов был выделен гостевой дом в Сенсо-дэру. Исключением был только Абэ-но Сэймей, живший в целом доме один, а также представители кланов Сугавара и Камо, прибывшие в одиночку.

Таким образом, для группы будущего из Энширо, Иэри, Гэто, Нанами и Сатору был выделен один дом. По меркам эпохи Хэйан, пять человек в одном доме — мало и богато. Для людей будущего, пять человек в одноэтажной избе — как-то тесновато.

— Иэри, ты не хочешь сразиться вместо меня? —, спросила вдруг Энширо, сидящая на подоконнике. —, мне лень прост.

— не, мне ещё жить хочется. —, отказалась подруга, развалившаяся на циновке.

— по тебе этого не скажешь. —, заметил Кенто.

— как и по тебе. —, парировала она.

— два сапога пара. —, засмеялась беловолосая —, Гэто?

— нет, не очень. —, мотнул головой, продолжая чистить ножны. —, с кем у тебя бой?

— с тем чуваком из Сугавара.

— проиграешь. —, предрёк Нанами.

— эй! —, возмутилась Кёмукуси, спрыгнув с подоконника. —, я ещё даже не начала сражение!

— дядя Абэ говорил, что Иошито один из сильнейших нового поколения. —, спокойно напомнил Сугуру.

— я — новейшее поколение. —, гордо подбоченилась.

— как новая и новейшая история? —, лениво улыбнулась Сёко.

— тип того. —, села рядом с ней. —, ему то уже за двадцатку, как и Канате с Аякой. А мне пятнадцать. Ну, уже восемнадцать, но телу пятнадцать.

— ещё и разница в опыте, точно проиграешь.

— вот зачем нагнетать обстановку? —, насупилась. —, падла.

— просто постарайся не умереть. —, попросил Кенто.

— слава ками мой противник не Шигусацу или Аяка, так что выживу. —, отмахнулась от переживаний девочка. Какая ещё смерть, когда твой противник из клана учёных? Смешно.

— я думала, что Хиро убьёт Кина. —, сказала Иэри.—, у него лицо такое, будто он три села вырезал.

— это настолько тупо. —, сдавленно засмеялся Гэто. —, что в этом даже что-то есть.

— я, между прочим, имею быструю проклятую энергию! —, попыталась реабилитироваться Энширо.

— и что это даёт? —, ехидно спросил Гэто.

— ну... —, взлохматила волосы. —, скорость циркуляции?..

— с таким количеством знаний о своём состоянии ты точно проиграешь. —, констатировала Иэри.

— мне лень допрашивать дядю Абэ. —, ответила Кёмукуси —, да и похер. Проиграю и проиграю. Не очень-то и хотелось.

— быстро приняла. —, фыркнул Нанами.

— катись в жопу, да?

— не приняла.

— стадия вторая: гнев. —, показала два пальца Иэри.

Сугавара-но-Годжо Иошито оказался вовсе не похожим на ожидания группы будущего увидеть беловолосого предка. Молодой человек оказался статным, выше среднего(±172см) роста, с не очень длинными волосами цвета угля, с серебристым отсветом на солнце. Одет парень был в шелковое многослойное кимоно красного цвета области Джики, без каких-либо узоров.

Напротив него стояла Энширо, в синем кимоно и, что важно, кепке. Последний раз элемент одежды будущего она одевала аж два года назад у Абэ-но Сэймея, который ещё и на себя потом напялил её.

— кто пустил ребёнка? —, спокойно спросил Сугавара, повернув голову к зрителям.

— мне восемнадцать! —, обиженно ответила девочка, но уже без былой прыти. Столько раз обзывали, что успела свыкнуться. —, какой я тебе ребенок?!

— тебе — да. —, согласился аристократ, глядя на неё спокойными и чуть усталыми карими глазами. —, а твоему телу — нет. Я бы на твоём месте пошёл в категорию юных шаманов.

— э-это забота такая?.. —, удивилась Энширо.

— Иоши!~ —, послышался голос Хиро с крыши одного из домов. —, она сильная!~

— вот как. —, кивнул парень, поклонившись Энширо. —, в таком случае прошу прощения за мои предыдущие слова, я лишь переживал о тебе. Мне следовало быть дальновиднее.

— вы с Юкихарой однояйцевые что-ли? —, саркастично спросила Кёмукуси. Хотя, признаться, этой холодности в голосе у шамана из Сугавара не было.

— с Фудзивара-но-сикике Юкихарой у нас абсолютно разные предки. —, ответил он.

— зачем ты отвечаешь на такое... —, прикрыла глаза рукой. —, начинать будем? Люди смотрят.

— первый ход за слабейшим. —, призывно поднял одну руку перед собой. —, отдаю его тебе, как Хиро-доно отдал Кину-доно.

— так элегантно меня ещё не оскорбляли. —, взлохматила волосы и замерла. Стоп. Стоп-стоп-стоп.

А чем она вообще собралась атаковать его? Прибить барьером с двух сторон? Так они не двигаются ведь. Нужно срочно что-то придумать. Варианты? «дядя Абэ!» здесь не сработает... Броситься с палкой? Нет-нет-нет...

— я готов, Энширо-доно. —, поторопил её соперник, заняв боевую стойку.

— послушай, тут такое дело...

— что случилось?

— ...у меня нет атакующих техник... —, очень тихо прошептала беловолосая, теребя ткань кимоно.

На секунду воцарилась тишина. Затем со стороны клана Камиши, в лице Хиро, Сацуки и Наофуми раздался громогласный смех по всей деревне. Иошито согнулся так, будто на него упала кувалда, и пытался сдержать смех.

— кхехехехехеехехехех... Нет, я была ко многому готова... —, истерично хихикая пробормотала Аяка. —, но... Хехехе... Ахаххаахаххахахахахах! Да как можно такой тупой-то быть?! Хахахахах!

— я с ней не знаком. —, отвернулся от арены Гэто.

— этого я не предвидел. —, удивленно сказал Сэймей, повернулся к Годжо. —, Сатору, в вашем будущем у шаманов барьеров нет атакующих техник?

— е...е...есть... —, давясь от разрывающего его смеха ответил заклинатель. —, д...должны!.. просто Энширо... Ахахххахахахааххаахахх... Особенная...

— хватит ржать! —, закричала Энширо. —, хватит! Не освоила ещё, что такого-то?!

Хэйанский Годжо выпрямился, убрав руки за спину и попытался звучать умиротворяюще.

— тогда сделаем так: ты ставишь барьер, я его пробиваю. Или не пробиваю. Три раза. Если я два и более раз пробил — победа моя. Если ты два и более раз выдержала — победа твоя. Идёт? Честь клана не позволит мне уничтожить того, кто может лишь защищаться, но не является врагом.

Энширо часто закивала, готовясь ставить свои барьеры.

— у этого мальчика талант. —, сказала Шигусацу-но Ками, находящаяся среди Камиши на крыше и указала пальцем на Наофуми. —, на тебя чем-то похож.

— да?~ —, повернул к ней голову Хиро. —, а мне вот кажется, что он словно Сатору, только с манерами.~ о, о манерах.~ Наофуми, где потерялся Юкихара?~

— ...у него. —, сглотнул. —, дела.

Где-то в Азамура-дэру бедный юный Сикике со всех ног бежал по улицам деревни, спасаясь от разгневанного патриарха Ханами, который бежал за ним ничуть не отставая, стуча посохом с частотой барабанной дроби. Юкихара поклялся больше никогда не доставлять патриарху письма от Наофуми. И как этот старик вообще развивает такую скорость без магии? Ладно он, молодой, но патриарху сколько? Девяносто три? Пять? Не важно. Важно — сбежать. Уже виднеется лес.

— почему мне кажется, что ему не нравятся твои поручения?~ —, спросил Хиро.

— тебе кажется. —, отмахнулся Наофуми.

На арене тем временем Энширо уже сложила нужные печати, формируя перед собой барьер, похожий на вогнутую линзу.

— «зеркальная сфера». —, назвала она, гордо выпятив грудь. То была техника уровня Санги Барьеров, из будущего, а потому она была уверена, что не пробьют.

Суть её заключалась в отражении атаки противника с точностью до молекулы, за счёт использования интерференционных паттернов для точного воспроизведения входящей энергии в обратном направлении. Теоретически. На практике, как всегда, всё зависело от заклинателя.

— такой техники я не знаю. —, признался Сугавара, выставив ладонь вперёд. —, однако, судя по названию, могу понять, что это. «Го».

Перед ладонью начала формироваться маленькая сфера ярко-оранжевой энергии. Иошито собирает в сильно спрессованный шарик(«пулю», если бы в Хэйан были пули) три противоположнонаправленных энергии элементов. В самом простом исполнении это «огонь +», «огонь -» и «огонь 0». В итоге получался некий неустойчивый четвертый мета-огонь, при контакте с техникой врага взрывающийся в три разных стороны и распадающийся обратно на плюс, минус и ноль.

Пуля влетела в барьер Энширо с громким треском, взорвалась, но барьер устоял, отразив всё в Иошито, отскочившего в сторону. Пусть и потрескавшись, но «Зеркальная сфера» доказала свою эффективность.

— хех. А я тебе говорила. —, ехидно улыбнулась девочка.

— неплохо, первый раз за тобой, Энширо-доно. —, согласился аристократ, формируя более мощную сферу, уже с пятью разными энергиями. —, но не стоит быть высокомерной. «Го-д».

Шарик влетел в барьер, разбивая его с звуком битого стекла. Перед своей «смертью» он успел перенаправить часть атаки обратно в Сугавару, но тот спокойно парировал собственным, более топорным, но не менее мощным барьером.

— ты просто разбил «Годжо» на техники? —, догадалась Энширо. Сейчас надо было бы думать о сражении, о барьерах, о... О чем угодно, но, блин, насколько же это было похоже на Сатору, который едва не назвал лошадь Яги «Годжомару»...

— да. —, спокойно кивнул парень.

— по крайней мере, легко признал. —, сложила печать. —, как говорил тот император?.. ай, не важно... «Фазовый барьер Когэн».

— это я уже видел. —, рассматривая защитную технику изрёк Иошито. Выставил палец, ударив ровно в седьмой энергетический узел. Барьер разрушился. —, слишком уязвимая техника. Однако, признаю, в определенных ситуациях куда полезнее некоторых барьеров уровня Кампаку. —, пауза. —, победа за мной, Энширо-доно.

— но... —, обиженно начала она.

— двое против одного.

— не очень-то мне и хотело... —, показала ему язык, направившись к дяде Абэ.

Сугавара повернулся к своему дому. Сегодня всё равно было больше не на что смотреть. А ещё ему надо было подумать. Он ведь промазал. Должен был попасть в восьмой узел, попал в седьмой, самый крепкий, но барьер всё равно разрушился? Это он настолько силён, или же с «ниджумадо» что-то было не в порядке? Стоит спросить у почтенного Сугавара-но Корэёси.

Беловолосая девочка же уже добралась до того, где стоял Абэ-но Сэймей и смотрела на него крайне недовольным взглядом.

— дядя Абэ! —, возмущалась она. —, почему вы не дали мне атакующих техник?

Оммедзи поперхнулся сакэ, чего не случалось, кажется, никогда. Пару раз ударил себя в грудь, возвращая дыхание.

— а с чего их должен был дать я?..

— ну вы же там какую-то муть крутили с меридианами. —, покрутила пальцем у виска. —, могли встроить мне какой-нибудь режим убийцы или авто-бой?

— создание вторых меридиан само по себе невероятно сложная задача. —, мигом оправившись от шока начал пояснять Абэ. Но тыкву, на всякий случай, убрал на пояс. —, если предположить, что перед нами стояла бы задача, условно, встроить нечто, помогающее в сражении, то в соответствии с твоей интерпретацией, нам надо было бы «пришить» ко вторым меридианам вторую душу, которая в крайнем случае брала бы на себя контроль.

— и почему не сделали?

— потому что не существует души, которая не попыталась бы захватить твою. —, посмотрел на неё, как на откровенную дуру. —, это как подсадить демона. Хороший ли из тебя экзорцист?

— и что тогда делать? —, спросила беловолосая. Сэймей поднял тыкву с сакэ. Энширо прикрыла глаза рукой. —, нет, другое.

— потренируйся. —, опустил тыкву.

— у вас, дядя Абэ, есть атакующие техники?

— несомненно.

— научите?

— тебе они не подойдут. —, мягко отказал мужчина. —, мои техники основаны на пути Оммёдо. Инь, Ян и договоры с духами.

— какая-то скука. —, рассудила девочка.

— очень невежливо так говорить о деле всей моей жизни. —, с небольшой обидой сказал Сэймей.

— но это правда. —, оммедзи молча смотрит на неё и отпивает сакэ.

— физические тренировки тебе точно не помогут.~ —, послышался противный голос из-за спины Энширо.

— Будда! —, отпрыгнула к Абэ. —, ты как там оказался?

— спрыгнул с крыши.~ —, указал на дом. —, как я и сказал, физические тренировки тебе не подойдут. Сломаешься. Раз у тебя ускоренная циркуляция проклятой энергии, работай над атакующей магией.

— аххххххренительный совет! —, саркастично воскликнула Кёмукуси. —, «пойди туда, не знаю куда, найди себе то, не знаю что, связанное вот с этим». Хиро, ты гандон. —, Камиши почесал голову.

— говорит, учитель ей нужен. —, перевёл Сэймей.

— а. —, щёлкнул пальцами. —, так иди к Аяке, зачем нас мучаешь?~

— Аяке?.. —, задрала голову на одну из крыш, где сидела пепельноволосая девушка. Та, заметив взгляд, кавайно подмигнула и высунула язычок, показав V-знак пальцами. —, не очень хочется. —, Аяка на крыше невероятно грустнеет, кажется, сейчас над ней появится чёрное грозовое облако, поливающее грустных персонажей в мультиках. Энширо сдалась, шумно выдохнув. —, ладно, так и быть. Но это шантаж.

Глава 22.

После сокрушительного, по мнению толпы, поражения и позора Энширо, следующим сражением был выбран бой между Камо-но Ацутагой и Акихиро-но Сатору. Сам Сатору от этого боя не ожидал ничего особенного. По памяти парня клан Камо был «крутым» всего раз в истории, при жизни Норитоси Камо в эпоху Эдо, который был Особым уровнем.

В Хэйан же Камо вообще были лишь жрецами. Во всяком случае, так ему казалось два года назад, пока он не познакомился с таким сумасшедшим количеством императоров, эквивалентных Особому уровню будущего. И куда, спрашивается, вы потом делись?.. вопрос из серии «а где катана», так что он решил даже не пытаться.

Как бы всё не повернулось, и сколь бы силён ни был Ацутага, против сильнейшего заклинателя будущего он был всё равно что ребёнок. Кровь? Другая жидкость? Да пожалуйста, хоть всё поле покрой, мне ты ничего не сделаешь. Так думал Сатору.

Перед ним стоял мужчина лет тридцати, с улыбчивым добрым лицом и средней длины светлыми волосами, одетый в жреческий наряд тёмно-синих цветов, что говорило о высоком положении. Полный комплект состоял из белого косодэ, хакама(широкие штаны-шаровары белого цвета), хо(верхнее платье с широкими рукавами тёмно-синего цвета) и накидки карагину поверх хо с узорами.

— если ты сразу сдашься, то я, так и быть, не стану убивать тебя. —, самоуверенно бросил Годжо, развалившись на воздухе, как в кресле.

— ками покарают тебя за надменность. —, указал на него ритуальным посохом Камо.

Сатору стоило больших усилий не засмеяться. Разве ками сами по себе не надменные? Ах, и посох. Посох. На кой чёрт ты его притащил? Хотя, может, это артефакт. Впрочем, кого это вообще волнует, а?

— ну, как знаешь. —, вальяжно опустил указательный палец, применяя «Синий» прямо под Ацутагой. —, «Синий». Как тебе усиленная гравитация?

— ками сказали! Ты что, глухой? —, раздраженно ударил посохом по земле, используя его как шест для отскока от атаки.

Отскок от «Синего»? Ты как это сделал? Тебя должно притягивать! Притягивать! Неужели правда ками сказали? Хотя, после стариков из Акихиро, Сатору уже ничему не удивлялся. Мгновение, оказался прямо перед Ацутагой.

— эй, как ты это сделал?~ —, спросил Сатору, но через секунду уже осознал. Ну конечно, какие ещё к чёрту ками? У любой техники есть доля секунды между «я отправил проклятую энергию» и «энергия стала техникой». В этот момент Ацутага и прыгнул.

— погуляй под громом Ямато! —, грубо послал его Камо, выводя кровь из вен каплями, наполненными проклятой энергией. Принцип чем-то был схож с тем, что делал Иошито, если бы всё не упиралось в простую конденсацию.

— я ещё даже не начинал ничего делать, а ты уже раздражаешься.~ —, лениво протянул ему на ухо беловолосый, за миг оказавшись за спиной шамана и положив ему подбородок на плечо. —, но ты пытайся, пытайся.~ будет больше престижа моему клану.

Ответа, конечно же, не последовало. Капли рванули на Сатору, упираясь в «Бесконечность». Годжо усиленным пинком отправил в полёт Ацутагу. Тот, переворачиваясь в воздухе, кое-как восстановил равновесие. Сложил печати.

— ками гне...

— да пусть хоть истерят. —, отмахнулся беловолосый. Цветочный луг покрылся плотным туманом, в котором повсюду били молнии.

Технику высшего стихийного элементализа Сатору узнал моментально. «грозовой туман» или как-то так. «Шесть Глаз» ясно видели, что между каплями воды этой взвеси бегают электрические разряды.

— скажи, ты, когда-нибудь, оказывался в ситуации, где ты вроде бы сильнейший, но тебя сквозь непробиваемый барьер бьют свитком?~ —, наблюдая за красивыми молниями спросил Годжо. —, а я вот оказывался, когда патриарх заставил меня тренироваться вместе с ним, пятым и четвертым старейшиной.

Выставил правую руку, сложив пальцы пистолетом, в сторону где, как он знал, находился Ацутага, всё ещё надеявшийся пробить «Бесконечность».

— знаешь, я сильнейший, и это немного нечестно.~ перед твоим падением, знакомься, это обратное искривление «Синего», которое я освоил, пока меня едва не убил старик Кэнки. —, перед указательным пальцем сформировалась горошина ярко-алого цвета. —, «Красный».

Выстрел прошил всю арену, разрезая туман как нож масло и врезался в Камо, который успел поставить какой-то барьер светящийся множеством триграмм. Вопреки ожиданиям Сатору о мгновенной победе, барьер, встретившись с «Красным», даже не дрогнул. Заклинатель моргнул, присматриваясь.

— слушай, я просто из интереса спрошу.~ —, опасно протянул он, вися вниз головой в сантиметре от барьера, структуру которого даже его глаза едва видели. —, ты разве не император крови?~

— достойному противнику не гнусно ответить. —, пафосно заявил жрец, чертя на земле посохом. —, я Камо-но Ацутага, старший жрец святилища Исэ, и я действительно Император Крови.

— врёшь.~ —, проговорил заклинатель, рассматривая.

А, нет, не врёт. Он расставил все капли своей крови как узлы барьера. Получился... О, Будда! Барьер тридцати двух триграмм. Неудивительно, что слабый «Красный» не справился с этим. Сатору отскочил обратно на середину поля.

— ла-а-адно, ты меня удивил. Честно? У тебя ноль шансов, Камо-но Кими или как там правильно...

— Ацутага-но дай-гундзи. —, резко поправил его мужчина.

— не такой уж ты и добрый, как выглядишь. —, рассмеялся Годжо. —, короче, дай-гундзи. Пока-пока. —, поднял две руки, вливая куда больше проклятой энергии. —, «Красный», усиление проклятой техники.

Сфера разрослась до размеров самого Сатору, который был выше Ацутаги на несколько голов. Выстрел, барьер встретил атаку и какое-то время даже выстоял, но против такого напора ничего бы не вышло в любом случае. Треск, взрыв и самого Ацутагу за пределами поля ловила аж Шигусацу-но Ками, неаккуратно поставив на крышу.

— было неплохо, если бы ты... Ну, хоть раз дотронулся. —, высокомерно сказал Сатору, шагая к зрителям.

На крыше, где Сацуки поймала Ацутагу, помимо неё сидели Наофуми и Сэймей.

— что это была за штука красная? —, спросил император Времени.

— не знаю. —, отозвалась девушка. —, не видела раньше. Но похоже на силу Ками.

— ками?! —, вскочил Ацутага.

— не могу быть уверена. Мы обсудим это позже, с кем подобает, Ацутага-доно. —, пресекла дальнейшие расспросы Сацуки.

Энширо сидела вместе с Аякой на траве около луга. Зачем было лезть на крышу и смотреть, если там в тебя летают всякие жрецы?

— а тот цурутугама теперь помрёт? —, пихнула Аяку локтем.

— хи-хи-хи.~ нет, с чего бы?~ —, удивилась девушка. —, за проигрыш не убивают. Это могло бы дать Акихиро двойной перевес... Если бы Камо не выдержал один удар «Красного», а Шигусацу-но Ками не заявила бы, что это уровень ками.

— типа двойные очки за чистую победу обломились из-за крутого барьера?

— ага.~ —, мурлыкнула пепельноволосая. —, тебя совсем не интересует «Красный»?

— а должен? —, подняла бровь. —, не моя ж сила. Плевать. —, указала на поле, где Канате в слезах обнимает Сатору. —, вон ей важнее.

Это была явная ложь. Энширо была недовольна тем, что друг скрывал своё развитие. И ладно бы только от неё, но судя по лицу Гэто, от него тоже. Такими темпами дружба закончится.

Вечером того же дня она затащила группу будущего и отказывающуюся уходить Канате в дом для разговора.

— ну и? Чо за ебень это была? —, поставив ногу на ногу, сидя на подоконнике, спросила она.

— техника рода Годжо! —, принял величественную позу с пальцами-пистолетом. —, «Красный»!

— но ведь сейчас нет рода Годжо. —, сказала ему Канате, обнимая.

— насколько мне известно, первые зачатки «Бесконечности» и Шести Глаз были у Сугавара-но Митидзанэ. —, улыбаясь ответил Сатору

— который ещё даже не родился. —, осадил его Гэто. —, ещё не восемьсот сорок пятый год.

— примерно восемьсот сорок четвертый. —, сказала Иэри, сидящая с сакэ за низким столиком. —, я плохо ориентируюсь в луне.

— я в ней вообще никак не ориентируюсь. —, скривилась девочка. Проклятая луна и девизы. Пару раз, пока она была во дворце, её даже посещала мысль научить того императора нормальному календарю. —, твоя техника, Сатору, удивила даже дядю Абэ.

— всё потому, что я — сильнейший!

— скажи об этом Сукуне. —, фыркнул Нанами.

— э-э-эм... После того, как освою домен!

— что такое домен? —, повернулась к Кенто Акихиро.

— сложный вопрос. —, задумался парень. —, из того, что мне рассказывал Ёхан, у вас есть домены. Но название... Не помню. Грубо описывая: это когда ты подчиняешь себе местность.

— а! —, хлопнула себя по лбу девушка. —, «Воплощение Реальности»[Идзанами, если на японском, но я решила использовать рувариант].

— мне интересно, кто в будущем такой умный, что решил заменить «Воплощение Реальности» на «домен»? —, саркастично спросила беловолосая. —, это был человек-убийца-красоты?

— это был совет старейшин эпохи Адзути-Момояма. —, ответила Сёко.

— Канате, у тебя есть... —, начала Гэто, вздохнул. —, «Воплощение Реальности»?

— корявое. Полноценная есть только у патриарха, тени и старейшин. И Хоммы.

— а Хомма не так плох. —, сказала Энширо.

— он наследник клана. —, напомнил Нанами.

— он выглядит как второстепенный персонаж. —, отмахнулась девочка.

— а к... —, начал было парень, но с крыши соседнего дома упала Хи-но Аяка, прямо на Абэ-но Сэймея, который тихо пил сакэ слушая ночные звуки окружающего леса.

Тыква отлетела, сакэ разлилось. С улицы послышались недовольные крики Сэймея и мурчащие аргументы-оправдания Аяки. Энширо потёрла переносицу. Разговор, на сегодня, кажется, закончен. Надо пойти посмеяться над дядей Абэ. Главное, чтобы он в отместку не пришил ей что-то ещё.

Поздней ночью император Масара предпочитал спать. Как и любой здравомыслящий человек. Даже если ты ками, это не освобождает тебя от нужды в еде и сне. Да, можно продержаться куда дольше обычного человека но, собственно, зачем? Император может ложиться спать тогда, когда захочет, и никто не вправе будить его. В этом Масара был уверен, до сегодняшнего дня. В покоях запахло лёгким ароматом дыма, железа и крови.

— зачем явился? —, сонно спросил мужчина, садясь на толстых циновках.

— случилось кое-что необычное. —, послышался многоголосый ответ из темноты, ему навстречу вышла Шигусацу-но Ками.

— настолько, чтобы ко мне явился Ками ужаса? —, раздраженно спросил он.

— я Ками резни и геноцида. —, недовольно поправило существо.

— я сократил. —, сухо усмехнулся император.

— тогда и я сокращу тебя до Ками власти. —, парировала Сацуки, плащ колыхнулся. Хотя никакого ветра не было.

— я потомок богини Аматэрасу.

— ты правишь, а не специализируешься. —, напомнила Сацуки. —, тебе знаком такой человек, как Годжо-но Сатору? Сейчас он Акихиро-но Сатору.

— знаком. —, кивнул Масара, припоминая. —, один раз я пил с ним чай, ещё в первой луне десятого года Дзёва(±март 843). И слушал рассказы Энширо. Мне он показался... Легкомысленным гением.

— сегодня было его сражение с представителем клана Камо. Победил. —, пауза, голос стал задумчиво-недоверчивым. —, он наложил «Шурафуку» на свою технику, искривил реальность и получил технику ками. Примерно уровня четвёртого и выше Возбудителей.

— тогда всё не так критично. —, поднял руку Масара. —, что за техника?

— «Красный». Чем-то похожа на «Рассечение». —, приложила правую руку к маске, постучав когтями по лакированному кипарисовому дереву. —, только если «Рассечение» рассекает не уничтожая, а разрезая, то «Красный» искривляет и выбрасывает.

— и в каком же месте они похожи? —, прикрыл рот веером. —, кроме количества урона абсолютно разные техники. Разве ками резни не должен разбираться в этом лучше, чем ками власти? Я бы скорее сравнил это с ударными волнами, например, Сугавара-но-Годжо Иошито.

— возможно. —, признала Сацуки, но голос стал ещё более пренебрежительным. —, но мне так не кажется. Они как два полюса.

— почему нас это вообще волнует?

— потому что в Сатору нет ни капли крови Ками.

— что-ж. —, налил себе сакэ в чашку. Ночь, конечно, но под такие темы... —, тогда какова вероятность вознесения? Человек с техниками ками вполне может стать ками.

— низкая. Высока вероятность Онрё. —, задумалась, глядя на тлеющие угли в ближайшей жаровне. —, не сейчас. Лет через... Семьдесят? Восемьдесят? Когда он сдохнет. Если его не убьют раньше.

— я разберусь с этим после турнира. —, с глухим стуком отставил пустую чашку. —, благодарю за то, что сообщила мне информацию, мы займёмся этим в ближайшее время. Если же ты желаешь помочь, то найди Рё.

— тц. Постараюсь. —, медленно вышла из покоев императора.

— постарается, как же... —, пробормотал Масара. Этого ему только не хватало.

Мало того, что Ёсифуса становится всё сильнее, несмотря на фактическое разрушение магической части клана Фудзивара, так ещё и этот эншироподобный парень преподносит сюрпризы. Любой сюрприз можно обратить себе на пользу, даже самый ужасный. Этим Масара и займётся, но, Будда, зачем всё в один год?.. только второй месяц пошел, а уже и Сатору удивляет, и Акихиро растут, и Сэймей что-то опять делает.

В это же время, глубокой ночью, Хи-но Аяка вытащила Энширо куда-то в лес около Сенсо-дэру, к ручью, и вот уже два часа читала лекцию о том, что такое «Рассечение», какой крутой её учитель и как работает «Разрубание».

Как оказалось, если её противник будет нематериален, она сможет применять и «Рассечение», и «Разрубание», и более мощные техники просто пальцами, как и Сукуна. К глубокому сожалению самой Аяки, нематериального противника она не видела ни разу. Теоретически ими были Онрё и другие агрессивные духи, но как же их найдешь? Проклятые духи, по какой-то причине, были вполне себе материальны и могли крушить всё вокруг. В отличие от тех же самых Онрё, которые приносили беды исключительно воздействием природным.

Энширо зевала ещё на первых минутах, а оставшиеся часы кое-как держала голову прямо, и то по причине того, что обиженная Аяка может продемонстрировать свои умения прямо на ней.

— ...таким образом ты пальчиками режешь мир!~ —, радостно завершила Аяка, указав двумя пальцами на беловолосую.

— что ты хочешь мне сказать? —, спросила Энширо, глядя на подругу как на полную дуру.

— ну... «рассечение»...

Девочка усиленно посмотрела на Аяку, пытаясь намекнуть взглядом, что та не просто дура, но ещё и какая-то неадекватная.

— это твоя и Сукуны врождённая техника, я не могу её освоить.

— я знаю.~ —, игриво показала язык.

— тогда на кой чёрт мне твои кривляния? —, девушка сделала какой-то кавайный жест, который сонным взором даже Энширо со своим ночным зрением уловить не смогла. Раздражённо выдохнула. —, я хочу убить тебя прямо сейчас.

— не справишься.~ —, захихикала пепельноволосая, приложив указательный палец к нижней губе. —, та-а-ак и быть, к делу. Если ты используешь барьеры окон и подобные им, то атакующая магия должна быть из той же области. Пространственные искажения.~

— теория барьеров и пространственных искажений это одно и то же. —, разрубила ладонью воздух. —, от общего к частному.

— не-а.~ —, ехидно ответила пепельноволосая. —, если в тебя летит атака, ты ведь можешь исказить её направление и отправить обратно в противника?~

— примерно так работает «Зеркальная Сфера». —, согласилась девочка.

— да.~ но она статична.~ —, изобразила грусть. —, а я говорю о подви-и-и-ижной магии.~

— такого не знаю.

— я тоже. —, невинно пожала плечами. —, изобрети.~

— ты правда дура?

— а почему бы нет?~

— я не из тех, кто может что-то изобрести. —, откинула голову на пень. —, мне слишком лень. И вообще сейчас ночь. Ты послезавтра с Сацуки бьешься, выспаться не хочешь?

— тогда просто начни с магии элементов. —, проигнорировав упрёки посоветовала девушка.

— какие вообще есть атакующие техники?

— самые разные.~ я буду до утра перечислять.~ —, села рядом с Энширо. —, начинай с элементов, раз у тебя нет ничего врождённого.~

— у меня глаза! —, обиделась беловолосая.

— и что они дают?~

— ...мигрень... —, помассировала виски.

— такая себе магия. —, хихикнула в ответ Аяка. —, но раз оно тебе нравится.~

— поняла я, поняла. Кто научит элементам?

— Канате. —, указала большим пальцем в сторону деревни. —, она владеет огнём.

— а можно кого-нибудь адекватного? —, попросила Энширо.

— Сино-но Кагэ.

Девочка резко поднялась и бодро зашагала в деревню, напевая что-то себе под нос.

— где же там моя лучшая подруга Кана.~

— вау.~ —, облизнулась Аяка. —, Кагэ, кажись, совсем запугал её.

Через один день, как и было обещано, все собрались на бой между божеством и Восьмым Возбудителем. Рёмен-но Аяка вышла безоружной, как и Шигусацу-но Ками.

Поначалу все подумали об осознанных ограничениях, дабы не навредить зрителям, но когда Иошито, Сэймей и Наофуми, совместными усилиями, опустили на еле живое цветочное поле барьер, стало понятно, что дело вовсе не в этом.

Припоминая недавний разговор, Энширо сразу смекнула, в чём дело. Противник ведь ками! А чем злое божество отличается от, скажем, Онрё? Да практически ничем, кроме признания людей. Похоже, сегодня девочка сможет увидеть настоящее «Рассечение».

— я порубаю тебя на лоскуты.~ —, игриво протянула Аяка.

— с чего ты, жалкое подобие своего учителя, решила, что у тебя получится? —, усмехнулась Сацуки, засучив рукава плаща.

— ну-у-у.~ даже и не знаю.~ —, сделала невинное личико, через мгновение уже сложив два пальца.

Противник резко уклонилась в сторону. В месте, где только что стояло существо, появился глубокий разрез. Аяка метнулась вперёд, сокращая дистанцию. Оттолкнулась от земли, выставляя пальцы едва ли не в упор Сацуки.

Сработало сразу несколько десятков рассечений, разрезавших плащ на те самые лоскуты, о которых предупреждала в самом начале боя пепельноволосая. Однако на самом божестве не было ни единого ранения.

Капюшон слетел, длинные желтовато-русые волосы стали развеваться по ветру. Маска осталась на лице, под плащом оказался лёгкий кожаный доспех. Ками выставила руку вперёд, создав себе меч из крови. Оказалась около Аяки.

— у тебя куда меньше мощи, чем у оригинала. —, три удара, которые Аяка парировала, применив «разрубание» прямо на клинок. —, не зря тебя считают всего-навсего подделкой.

— ва-а-ай.~ учитель тоже говорил, что вывести противника из равновесия одно из основных правил боя.~ —, промурлыкала девушка, отскочив. Сложила четыре пальца одной руки, проведя ладонью в воздухе. —, «Ками: рассечение».

Масштабный горизонтальный разрез прошил поле и часть деревни, срезая соломенные крыши. Сацуки в последний момент успела пригнуться, вот только Аяка оказалась ещё быстрее, коснувшись ее маски указательным пальцем.

— «разрубание».~

Техника Рёмен-но Сукуны, подстраивающаяся под прочность противника, либо его оружия, брони, не важно чего. Если бы на Сацуки был божественный артефакт, то, быть может, Аяке бы не хватило силы. Но это была самая обычная деревянная лакированная маска, сделанная в клане Камо.

Дерево разлетелось в щепки, открывая лицо божества. Она выглядела как девушка лет примерно восемнадцати, с светлой кожей и тёмно-синими насыщенными глазами. Присмотревшись, Аяка увидела белые полоски шрамов по всему доступному взгляду телу, кроме лица. Хмыкнула. Видимо, от техники учителя даже божественное исцеление не спасает.

— я победила.~ —, ехидно проговорила Аяка.

— ты всего лишь сняла какую-то маску. —, метнула меч из крови в противника, заходя с фланга. —, в отличие от тебя, мне не нужно давать название технике. —, выставила руку, отбрасывая волной проклятой энергии Аяку.

— ага.~ —, перегруппировалась в воздухе, мягко приземлившись. —, но ты много болтаешь перед применением.~

На лице Сацуки не отразилось ни единой эмоции. Просто дала щелбан в воздух, в сторону пепельноволосой. В животе у той осталась идеально круглая сквозная рана, диаметром около десяти сантиметров.

— кха!.. —, начала использовать «Шурафуку» для исцеления. —, это всё, конечно, немного нечестно... Эй, Сацуки, а Наофуми видел твое лицо?

— не пытайся вывести меня из равновесия. —, надменно отмахнулась божество, щелчком попытавшись создать вторую рану в животе Аяки, но та успела уклониться. —, тц. Надо было тебя полностью уничтожать.

— техники ками — классная вещь.~ —, признала девушка, полностью исцелившись. —, ты ведь просто телепортировала часть моих внутренностей куда-то?

Не ответив, Сацуки бросилась вперёд, уже с двумя мечами из крови, нанося серию атак. Аяка ответила парированием руками, с моментальным применением «разрубания», от чего клинки теряли остроту и едва не таяли прямо в руках, собираясь обратно по мысленному приказу ками.

— у тебя скоро кончится энергия. —, насмешливо заявила божество, пнув Аяку в живот.

— зато я сняла твою маску.~

— ничтожество. —, сморщила нос ками, дематериализуя мечи. —, мне жаль потраченного на тебя времени. —, развернулась, подняв руку. —, Сэймей, я сдаюсь. Очко Фудзиварам. —, исчезла.

— но Сацуки!.. —, заверещал Наофуми, хватаясь за голову. —, куда же тебя черти понесли?! А как же я?! А наша победа?! Аяка! Всё из-за тебя! —, согнулся.

— э... Эм... —, готовая продолжать сражение и даже раскрыть «воплощение реальности» пепельноволосая медленно опустила руку. —, а... А куда?.. —, впервые за всё время знакомства с ней, на лице Аяки появилось настоящее недоумение.

К ней подошла Энширо, сочувственно положив руку на плечо. Мол, ками — они такие. Своевольные, уходят когда заблагорассудится, приходят тоже. Кивнула в сторону молящегося Ацутаги, намекая пойти попросить аудиенции у Шигусацу-но Ками.

Не оценившая юмора Аяка сбросила руку с плеча, направившись к выходу из поля. Она была... Зла. Очень зла. Как какой-то мелкий божок смеет пренебрегать ею? Даже если её техники лишь подобие, чем, кроме мощи, подобие хуже?! Механизм тот же! Ну нет, в следующем бою она явно не ограничится простой победой...

Глава 23.

Все последние дни Юкихара провёл в бегах, спасаясь от проклятого старого патриарха. Тот, демонстрируя всё, что никогда не демонстрировал ни один сильный шаман, мчался за ним через весь Хонсю по лесам уже второй день. Сикике едва хватало проклятой энергии на то, чтобы продолжать бежать и просто не свалиться от усталости.

— да когда же ты отстанешь?! —, выдохнул он, не оборачиваясь, просто чтобы сказать хоть что-то. Вдруг Ханами сжалится? Ах, куда там, скорее Годзу-тэнно[божество эпидемий] заделается в лекари.

Сверху, с ветки, раздался сухой треск, и мимо уха Юкихары пролетел кусок коры. Он пригнулся, почти упал, но удержал равновесие и побежал дальше, петляя между деревьями.

— не дождёшься, щенок! —, раздался голос за спиной. Ханами прыгал по ветвям, при этом стуча посохом, словно белка, и его длинная седая борода развевалась на ветру, цепляясь за сучья. —, я тебя из-под земли достану!

— о-откуда у вас, в вашем возрасте... —, Сикике перепрыгнул через упавший ствол, чуть не зацепился за корень, выровнялся и выпалил с отчаянием в голосе. —, ...столько силы?!

— я Десятый Возбудитель! —, заорал Ханами, сшибая верхушку молодой сосны посохом. —, это тебе не жалкие старейшины из Сикике!

Что-ж, сейчас юный аристократ либо умрёт, либо сбежит. Оба варианта казались ему одинаково привлекательными, но второй пока перевешивал. Он резко выскочил на опушку — впереди показались крыши Сенсо-дэру. Деревня была близко, даже слишком. Спасение! Там ведь... Да кто угодно! Хоть Наофуми, хоть Абэ-но Сэймей, хоть сам Кёсо-доно!

— Будда... —, прохрипел он, вбегая между двух домов и судорожно оглядываясь. —, Будда... Будда... Будда...

— куда ты меня привёл?! —, старый патриарх приземлился на крышу ближайшего дома, чуть не просадив соломенную кровлю. Внимательно осмотрел окружение, лицо его перекосилось от гнева. —, ах ты поганец! Да это же через весь остров от нашей деревни!

— вы сами виноваты! —, выкрикнул парень на бегу.

Нырнул в узкий проход между домами, вылетел с другой стороны и едва не врезался в Иэри Сёко, которая стояла посреди улицы с чашкой рисового отвара в руках и задумчиво смотрела на толпу. Юкихара инстинктивно встал за ней, как за щитом. Поведение, недостойное аристократа, но достойное воина, желающего не пасть постыдной смертью от посоха.

— обычно парень должен защищать свою невесту. —, лениво заметила Иэри, сделав глоток.

— тебя будет защищать Абэ-но Сэймей. —, парировал Юкихара, опасливо выглядывая из-за её плеча.

— он далеко. —, сказала она, глядя, как старик уже спрыгнул с крыши и, не сбавляя скорости, мчится прямо на них, словно демон, оседлав собственную бороду.

— беда… —, выдавил Сикике.

— смотри и учись. —, девушка даже не пошевелилась, только повернула голову в сторону дома, где как раз завтракали император Времени и За-сан. —, Наофуми! К тебе Сацуки вернулась!

Юкихара медленно повернул голову вместе с ней, затем обратно на приближающегося патриарха.

— чего-чего?..

— забей. —, отмахнулась она, всё ещё глядя на дом. —, потом расскажу.

На крыше дома мгновенно материализовалась фигура в мятом косодэ. Фудзивара-но-дзенин Наофуми влетел с такой скоростью, что его лохматые волосы встали дыбом. В руке он сжимал пустую плошку из-под супа, которая, судя по застывшему на его лице выражению, была его главным аргументом в битве.

— где?! — рявкнул он, размахивая посудой.

Уже набравший скорость глава клана Фудзивара не успел затормозить, врезался прямо в Наофуми сбоку. Через секунду оба отскочили друг от друга, как два резиновых мячика.

— наглость! —, закричал Ханами, указывая посохом, как копьём, на Дзенина.

— старый пень! —, воскликнул в ответ император Времени.

— молодой мухомор! —, попытался использовать ругательства Наофуми патриарх.

— хрыч ты эдакий, да как ты мог бросить…

— идиот! Наглый и тупой! Ты посмел…

Никто из них не слышал другого. Оба орали во всю глотку, понося и клан, и друг друга, и каких-то левых шаманов, чьи имена впервые слышал Юкихара. Парень выпрямился, всё ещё тяжело дыша, и смотрел на это зрелище с абсолютно пустым взглядом.

— ты ками. —, сказал он наконец, повернувшись к Иэри.

— какой области? —, скучающе спросила она.

— спасения. —, решил аристократ, медленно пятясь в ближайший дом, пока Ханами был отвлечен более крупной... дичью. —, я больше не хочу это видеть. Я хочу лечь и не вставать.

Иэри допила отвар, поставила пустую чашку на землю и, зевнув, поплелась за ним.

— это надолго. —, констатировала она, кивнув на дерущуюся пару. —, можешь успеть поспать.

— дай Будда... —, пробормотал Сикике, бухаясь бревном прямо на пол.

С улицы раздался очередной гневный вопль Ханами, следом — звонкий, почти радостный визг. Похоже, к сражению присоединилась Энширо, облив двух Возбудителей ведром ледяной воды из ближайшего колодца.

Иэри, уже стоя на пороге, обернулась и посмотрела на небо. Разве раньше её подруга была такой активной?

— хоть бы дождь пошёл. —, сказала она. —, а то слишком тихо.

Спустя несколько часов в гостевом доме, выделенном Абэ-но Сэймею. На циновках сидели побитые патриарх клана Фудзивара, Император Времени и Кёмукуси-но Энширо. У всех троих было насквозь мокрое кимоно.

Энширо сидела отдельно — на коленях у Камиши-но Хиро, который, как ни в чём не бывало, гладил её по голове.

Перед ними стоял Абэ-но Сэймей в позе судьи, с тыквой-горлянкой.

— итак. —, начал он, отпивая сакэ. —, Десятый и Пятый Возбудители пытались выяснить, кто из них двоих предал клан Фудзивара.

Озвученные, не сговариваясь, синхронно вытянули руки, указывая пальцами друг на друга.

— это он! —, выкрикнули они в унисон.

— нет, это был я.~ —, лениво протянул наёмник, поднимая руку выше головы.

— заткнись. —, буркнула Энширо, толкнув его локтем в бок.

— затем. —, продолжил Абэ, пропуская всё это мимо ушей. —, присоединилась Энширо и облила вас ледяной водой. Всё так?

— так. —, грустно кивнула беловолосая. Впрочем, ни капли раскаяния она не чувствовала. Скорее жалела, что взяла только одно ведро. Вот если бы она могла поднять бочку...

— итог? —, спросил оммедзи, поднимая тыкву.

— он предатель! —, снова хором выкрикнули Ханами и Наофуми.

— нет. —, устало сказал астролог, опуская тыкву на пояс. Вздохнул, аметистовые глаза, казалось, сверкнули в полумраке. —, никто не предатель. Либо вы оба. —, указал пальцем на Наофуми. — ты. Бросил свою ветвь. Бросил клан на турнире. Бросил государственные дела. Потому что тебе не нравится правление патриарха. Которое ты даже не попытался изменить. Только орал.

Повернув голову, Энширо заметила виновато согнувшегося Дзенина. Надо же, он умеет признавать вину. Сейчас он похож... О, на больного петуха. Точно.

— ты. —, указал на Ханами, который было решил, что на этот раз победа за ним. —, бросил попытки обучать новое поколение. Решив, что клан — это ты сам.

— я не... — начал было глава клана.

— молчать. — припечатал Сэймей. —, бросил клан, догоняя того, кто просто дружит с Наофуми. Отказывался даже послушать своего же племянника. Потому что завидуешь его силе. Будь у тебя такая, помимо печатей, стал бы Четвертым, а то и Третьим, да? —, помолчал. —, итог? Вы оба бросили свой клан. На попечение старейшин, которые, по твоей. —, ткнул в Ханами. —, вине, необученные. И по твоей. —, ткнул в Наофуми. —, вине, состоят только из главной ветви и Сикике. Ты отказывался отдавать Фудзивара-но-Дзенин Сию на пост старейшины.

— но Абэ-доно!.. —, вскинулся император Времени.

— я не желаю ничего слушать. —, отрезал оммедзи, разворачиваясь к выходу. —, и не желаю более видеть разрушений. Думайте сами.

В комнате повисла тишина. Ханами и Наофуми сидели и смотрели друг на друга.

— и всё равно ты предатель. —, сказал Ханами, не выдержав.

— тьфу. —, ответил Наофуми, сплюнув в сторону.

Поздним вечером беловолосая девочка, решив поиграть с пришедшим другом и не только, выбрала игрой «симулятор допроса». Она стояла в центре дома, для пущей серьёзности сжимая пожелтевший свиток, стыренный у Юкихары еще во время дела идолов. Дом выглядел скорее как сарай, по меркам будущего, но для прошлого... богатство. Составленный из брёвен, с четырьмя жаровнями по углам и без комнат, единое помещение в полумраке, с двумя окнами друг напротив друга, закрывающимися на ставни.

Сам Сикике сидел перед ней на циновке вместе с Иэри. В новом, свежем кимоно, с таким блаженным видом, будто ему открылась Нирвана. Восьмичасовой сон творит чудеса как в прошлом, так и в будущем.

— зачем? —, спросил Юкихара, подозрительно глядя на свиток.

— со скуки. —, ответила Энширо, пытаясь принять юкихараподобную позу. —, ты первый.

— спрашивай. —, снисходительно разрешил он.

— тебе не понравится. —, сообщила Сёко, повернув к нему голову.

— если твой союзник желает что-то узнать. — учтиво ответил аристократ. —, принято отвечать. По крайней мере, в моём клане.

— Юкихара. —, откинула свиток за спину и потерла руки, как второсортный злодей в фильмах. —, расскажи о себе.

— ежели ты после расскажешь о себе. —, холодно согласился Фудзивара.

— обмен? — оживилась беловолосая.

— сыграйте в вопросы. —, помахала рукой в воздухе Иэри. —, он тебе, ты ему. Начинает Юкихара, как жертва.

— Энширо-доно. —, с ледяной вежливостью начал Сикике, глядя прямо на неё. —, вам известно, что Абэ-но Сэймей и некоторые другие личности ставили на вас эксперименты. Как вы к этому относитесь?

— мне было скучно во дворце. —, честно призналась девочка. Что за вопросы такие? Кого вообще волнует, что тебе положили в молоко, если ты просто хочешь блинчики?..

— я не об этом. —, холодно сказал Юкихара.

— мне плевать. —, чуть скривилась. —, ставили и ставили. Тебя это почему так заботит?

— Потому что я бы не согласился быть жертвой эксперимента.

— моя очередь. —, злобно улыбнулась, хихикая. —, что ты думаешь о клане Фудзивара?

— это мой дом. —, невозмутимо начал объяснять Юкихара. —, я будущий глава ветви Сикике, сын текущего главы. Если же ты спрашиваешь о конфликте Пятого и Десятого, а ты скорее всего именно об этом, то я придерживаюсь стороны Пятого.

— ты какой-то скучный. —, разочарованно констатировала Кёмукуси.

— допроси Кёсо-доно. —, предложил парень. —, будет весело.

— она уже допрашивала. —, сказала Иэри.

— и что он ответил? —, поинтересовался Сикике.

— твоя аристократичная натура этого не переживёт.

— в таком случае, воздержусь.

— да ну тебя. —, показала Фудзиваре средний палец, театрально плюнула и пошла на выход.

Юкихара, оставшись с Иэри, медленно повернул к ней голову. На его лице застыло выражение человека, который только что потерял нить разговора и пытается её найти.

— чего она ждала? —, спросил он.

— что у тебя есть какой-то важный секрет, который ты ей рассказал бы. —, лениво ответила девушка.

— даже если бы был. —, вздохнул парень. —, ей бы я не рассказал.

Разочарованная Энширо решила, что раз допрос не удался и желание продолжать пропало, то надо заняться чем-то полезным. Например, прокачкой. Она нашла Канате на крыльце одного из домов — девушка сидела на корточках и чистила ножны своей рубиновой катаны, насвистывая какую-то незамысловатую мелодию.

— кана! —, крикнула Энширо, подбегая.

— Канате. —, поправила Акихиро, не поднимая головы.

— соси. —, показала язык девочка.

— Сатору занят сейчас. —, хмыкнула Канате.

— мне нужна помощь. —, сказала Энширо, садясь рядом.

— от меня? —, удивлённо спросила девушка.

— да. Смотри, у меня проблема... — начала девочка, но Канате её перебила.

— прости, не имею эликсиров роста.

— я не об этом! Нет! Другое! —, взлохматила волосы, выдохнула, успокаиваясь. —, фуууууф… Аяка посоветовала обратиться к тебе для изучения простейшей магии элементов.

— я владею только огнём. —, отложила ножны. —, тут ещё зависит от твоей изначальной предрасположенности. Какой у тебя элемент?

— я ебу? —, спросила девочка, самым саркастичным голосом, на который была способна. —, знала бы свой элемент, не пошла бы к тебе. У тебя есть какие-нибудь бумажки для проверки? Типа как в Наруто.

На беловолосую посмотрели не только как на дуру, но и как на потенциального еретика.

— попробуй сконцентрировать проклятую энергию на ладони. —, сдалась Акихиро.

— зачем? —, спросила Энширо подозрительно.

— Какие интересные ножны, их, наверное, надо пойти помыть в воде за деревней... —, улыбнулась Канате, поднимаясь.

— поняла я, поняла! —, воскликнула девочка, вытягивая руку вперёд.

Попытка сосредоточиться дала быстрый эффект, тренировки с Сино-но Кагэ дают свои плоды. Давали. На ладони начало формироваться что-то похожее на маленький светящийся шарик, но он дрожал, как желе, и постоянно менял цвет.

— дальше что? —, спросила беловолосая.

— поджог! —, радостно рявкнула Канате, доставая огниво. Высекла искру, та упала на шарик проклятой энергии и... Ничего.

— у тебя какой-то неправильный метод. —, упрекающе сказала Энширо.

— нет. —, убрала огниво обратно в кимоно. —, это у тебя энергия не для огня.

— и что делать?! —, девочка вцепилась в свои волосы, топнув ногой. — Будда! Просто дайте мне какую-нибудь атакующую технику! Гра! Вы все бесполезные! Ненавижу!

— и после этого ты утверждаешь, что тебе не 10? —, сохраняя каменное лицо спросила Акихиро. Хихикнула, не сдержавшись. —, ладно, ладно. Давай разберёмся. Какие ветви магии ты знаешь?

— Э-э-э… Барьеров, барьеров окон, крови, печатей, молний, огня, ваших камней, времени, рассечения?..

— рассечение это не ветвь. — перебила девушка. —, это уникальный титул.

— А время таки ветвь? — уточнила Энширо.

— помимо нашего Наофуми есть ещё один император времени и два кампаку. —, подтвердила Канате.

— что я упустила? —, считая по пальцам опасливо скосилась на собеседника девочка.

— ну-у-у.~ Хи-хи-хи-хи-хи-хи.~

— я тебя просто ненавижу, ты знаешь об этом? —, поставила руки в бока.

— хорошо. —, кивнула Акихиро. —, опустим ветви воинов, ты слишком слабая. Но что насчёт энергии?

— в четыре раза быс…

— ветвь.

— энергии?

— ты здесь уже три года, но так и не выучила все ветви? —, спросила Канате с искренним удивлением. И капелькой осуждения.

— мне было некогда! —, возмутилась в ответ беловолосая.

— чем ты занималась? —, пауза затянулась на несколько десятков секунд. Энширо, с слегка порозовевшими щеками, отвернулась. —, Третий Возбудитель, Великий Император Катастрофы, Куроками-но Рэйко, создала ветвь энергии.

— а у неё это, значит, не уникальная штука? —, поинтересовалась девочка.

— нет. Вернее, да, но основы у всех одни. —, объяснила Канате. —, Рэйко-но Кими умудряется создавать из энергии материю. Кроме неё так может только Куромаку-но Дзи и Демонический Император.

— Остальные типа слабаки неумелые и просто придают энергии форму? —, покрутила пальцем у виска.

— да. —, кивнула, хихикнув. —, у тебя циркуляция энергии в четыре раза быстрее, благодаря вторым меридианам. Соответственно, тебе идеально подходит. Сможем создавать неожиданные... Конструкции.

— случаем это не область количества энергии? —, щёлкнула пальцами беловолосая. Ну наконец-то, теперь она понимает, что имел ввиду тот император!

— она.

— ах вот почему тот император сказал, что это не считается. —, протянула она, вспоминая разговор с Масарой. —, учи!

— не владею.

— бесполезная.

— тебе не рады в клане Акихиро... — со вздохом ответила девушка, делая вид, что обижена.

— о! Точно! —, подпрыгнула от радости, полностью игнорируя кому там и где рад какой-то там клан. —, тот император создавал косы из энергии. Это оно?

— не совсем. —, задумалась Канате. —, несомненно, это техника манипуляции энергией, но у него энергия необычная. Он ведь ками.

— он ками? —, подняла одну бровь. —, разве это не слухи?

— обратись к Абэ-доно, он тебе подскажет.

— он так может? —, с сомнением спросила Энширо.

— не знаю. —, вернулась к чистке ножен. —, из всех в этой деревне он самый опытный.

— Ханами?..

— он Император Печатей. —, напомнила Канате.

— но опыт...

— я имела ввиду опыт в работе с энергией. —, устало поправилась Канате.

— Аяка? —, предложила Энширо.

— уникальна.

— Шигусацу-но Ками?

— почему не хочешь к дяде Абэ? —, удивленно спросила Акихиро. —, разве он не самый близкий тебе человек?

— он спит. —, буркнула Энширо, сложив руки на груди.

— помилуй меня Будда... —, согнулась, положив голову лбом на ножны. —, отстань от меня. Иди давай, иди. Разбуди. —, подняла голову, присмотревшись к гостевому дому Фудзивара. —, он не спит. Он бухает с Ханами.

— ого! Спасибо, Кана!

— Ка… — начала было Канате, но не успела договорить. Энширо уже сбежала. Что-ж, ножны всё ещё были интереснее.

Энширо ворвалась в дом, словно тот самый ураган, о котором говорил Юкихара прошлым летом. Там, на трёх циновках, сидели три человека, попивая розовое сакэ с лепестками сакуры. Этот дом был точно таким же, за исключением того, что здесь окон было трое.

— дядя Абэ! Хиро! Деда Ханами!

— неслыханная наглость! —, загремел старый патриарх, хватаясь за посох. —, что ты себе позволяешь после того, как окатила меня ледяной водой?!

— ты мог уклониться.~ —, отпивая из своей плошки сказал Камиши.

— тогда Наофуми заклеймил бы меня трусом! —, парировал Ханами.

— в таком случае. —, ещё шире, чем обычно, улыбнулся Хиро. —, виноват Наофуми, а не Энширо.~

— верно! —, стукнул кулаком по циновке, положив посох на место. —, во всём виноват Наофуми!

— согласна. —, с важным видом кивнула беловолосая. —, Нахер всегда приносит неудачи.

— какой умный ребёнок! —, воскликнул Фудзивара, глядя на девочку с гордостью.

— Энширо, знакомься. —, подал наконец голос Сэймей, допивший третью плошку со времени прихода Кёмукуси. —, это патриарх клана Фудзивара, Десятый Возбудитель, Император Печатей Фудзивара-но Ханами. Ты слышала о нём, теперь знакома лично. —, перевёл взгляд на старика. —, Ханами-доно, знакомься, это Энширо. Моя племянница и хорошая подруга Юкихары.

— этот десятилетний ребёнок является твоим последним экспериментом? —, оценивающе спросил старик.

— это ты зря... —, ехидно начал Хиро. Последствия не заставили себя долго ждать.

— я не ребёнок! Я... —, Сэймей, не дав договорить, заткнул ей рот своей тыквой с обычным сакэ.

— она петля времени, Ханами-доно. —, пояснил оммедзи, пока девочка пыталась откашляться. —, не суди по внешности.

— и сколько ей?

— сейчас, выходит, около восемнадцати? —, перевёл взгляд на неё Абэ.

— поразительно. —, подался вперёд патриарх. —, возможно ли повторить такое?

— сомневаюсь. —, отпил ещё сакэ. —, но в магии времени мои познания не столь глубоки, как у Наофуми. Спроси у него.

— хмф! —, мгновенно развернулся спиной Ханами.

— дядя Абэ, Хиро, а вы... —, с подозрением глядя на всех троих осторожно начала Энширо, отдышавшись. —, разве вы с дедом Ханами не враги?

— у меня нет врагов.~ —, спустя несколько секунд тишины медленно проговорил Хиро. —, я не инициирую бои самостоятельно, только защищаюсь. Либо исполняю договор, но это вряд-ли можно назвать моим личным сражением. Скажем так, есть те, кто считают меня врагом, но нет тех, кого врагом считаю я.~

— нельзя сказать, что мы враги. —, спокойно ответил Абэ. —, просто у нас очень разный взгляд на мир. Ханами-доно слишком сконцентрирован на себе.

— ха! —, схватив посох стукнул им по полу Ханами. —, ты, Абэ-но Сэймей, ничем не лучше! Ты хоть помнишь все свои эксперименты?

— помню. —, кивнул оммедзи без малейшего колебания. —, у меня есть хроники и записи каждого моего эксперимента. А ты, старик, помнишь ли все придуманные тобой печати?

— естественно! —, гордо вскинул подбородок. —, моя личная библиотека…

— в этом и дело.~ —, ехидно растянул наёмник. —, смотри, Широ. У Ханами: личные техники, личная библиотека, личный клан, личные счёты. У Абэ-доно: техники общего пути оммёдо, открытые... Полуоткрытые записи, открытая лачуга и общий с Ёхан-доно и ещё несколькими интерес.~

Энширо перевела взгляд с гордого патриарха, который даже при сидячем положении пытался выглядеть величественно, на спокойного Сэймея, который просто сидел и пил, как ни в чём не бывало. Потом снова на Ханами.

Она спрашивала о врагах. О врагах, прости Будда, а не о том, что там между вами, стариками и... полустариками случилось. Хотя дядя Абэ, конечно, дядя, но стариком его назвать язык не повернётся. Даже Сатору так не делал.

— а вы специализируетесь на боевом запечатывании или обычном? —, спросила девочка.

— я шаман прямых, нивелирующих и обратных печатей исключительно энергетического носителя! —, гордо объявил старик.

— любой шаман печатей выше Дайдзё-дайдзин предпочитает энергию бумаге. —, с лёгкой усмешкой сказал Сэймей.

— а вы, дядя Абэ?

— а мои печати работают от звёздного неба и отношений с ками. —, отпил сакэ.

— космомагия? —, удивилась Энширо.

— кт... кхем, оммёдо. —, поправил её Хиро. —, Инь и Ян, астрология, духи, пять элементов.

— ай, так! Заболтали! —, взлохматила волосы, выдохнула. —, кто из вас лучше всего разбирается в ветви энергии?

Недолго подумав, Камиши и Фудзивара, оба, указали пальцем на пытающегося притвориться пьяной тумбочкой Абэ-но Сэймея. Хиро то понятно, он вообще без проклятой энергии, но вот чтобы старик-патриарх признал чье-то превосходство...

— что тебя интересует? —, устало спросил оммедзи. Энширо подошла ближе и села напротив, уставившись на него с горящими глазами.

— мне Кана подсказала, что мне подойдёт эта область.

— безусловно. —, кивнул Сэймей.

— почему тогда вы не сказали об этом, а отправили к Аяке? —, раздражённо дернув бровью спросила девочка.

— потому что ежели желает душа юная силу обрести, путь тернистый пройти должна! —, величественно подняв палец изрёк Ханами.

— или хотя бы опросить нескольких.~ —, ехидно добавил Камиши, незаметно от остальных пытаясь утащить сакэ за спину.

— у меня тогда мысли были заняты тем, что сакэ кончилось. —, спокойно признался Абэ, рассматривая пустую плошку.

— вы будете меня учить? —, наклонилась вперёд беловолосая.

— ох! —, отпрянул Сэймей, схватившись за сердце и, перегнув с уклонением, стукнувшись затылком о стену. —, айст...

— ты напугала Абэ-доно.~ —, засмеялся наёмник.

— Абэ-но Сэймей. —, обратился патриарх Фудзивара, подозрительно сощурившись. —, ты боишься вновь быть учителем, после произошедшего при императоре Хэйдзэй[806-809 годы правления]?

— с таким учеником. —, неопределённый жест в сторону Энширо, пытавшейся выглядеть как подобает ученику. —, я поседею раньше времени. А ведь вполовину моложе Ханами-доно!

— я не настолько старый! —, тут же стукнул кулаком по циновке старик.

— вы, Ханами-но Кими, в 1.66 раза старше Абэ-но Сэймея.

— проклятье... —, проговорил патриарх, закрыв глаза.

Продолжавшая вопросительно смотреть на Сэймея Энширо подвинулась ещё ближе. Почему этот полустарик сопротивляется? Ему что, сложно её обучить? Если опять скажет что-то про своё сраное сакэ...

— хорошо. —, сдался астролог, вытянув у Хиро сакэ. —, но после турнира. Здесь слишком много зрителей и слишком мало времени.

— вы пообещали! —, закричала девочка, подпрыгивая на месте.

— да. Теперь иди и дай нам выпить.

— я тоже могу пить.

— упаси Будда. —, сложили руки в молитвенном жесте Ханами и Хиро. Рассказ Сэймея о том, как пьяная Энширо чуть не сожгла лачугу, был жив в памяти.

Беловолосая показала им язык, развернулась и выбежала из дома.

— поразительный ребёнок. —, заключил Фудзивара. —, и всё же, почему не стареет, но может развиваться? Хм...

— тебя это волновать не должно. —, осадил его Абэ, наливая ещё сакэ в каждую плошку.

Глава 24.

Костёр в одном из дворов Сенсо-дэру горел ровно, почти без треска. Сухие поленья лежали ровным слоем, пламя лизало края котла, в котором что-то булькало, наполняя воздух запахом трав и мяса. На брёвнах, придвинутых к огню, сидели Акихиро-но Хомма и Сугуру Гэто.

Наследник клана прибыл только что и сел за ближайший костёр, отложив походную шляпу. Гэто помешивал суп длинной деревянной ложкой, иногда пробуя и добавляя какие-то травы из мешочка на поясе.

— приятно с тобой познакомиться в более приватной обстановке, без окружающих криков. —, сказал Сугуру, не отрываясь от котла. —, ты задержался.

— так вышло, что в клане были неотложные дела. —, объяснил Хомма, поправив утяжелители на предплечьях. —, какие бои уже успели пройти?

— Аяка и Шигусацу-но Ками, Энширо и Иошито, Сатору и Ацутага, Хиро и Кин.

— кто победил? —, осведомился Акихиро, с интересом подаваясь вперёд.

— пока что ваш клан выиграл в трёх боях из четырёх. —, сообщил заклинатель.

— Сатору проиграл?

— Аяка выиграла.

— у божества? —, удивился наследник клана.

— долгая история. —, лениво отмахнулся Сугуру, помешивая суп. —, с кем будешь сражаться ты?

— всегда зависит от предыдущих боёв. —, задумался парень, кидая от себя вяленого мяса в котёл. —, у нас нет чёткого распределения. Скорее всего, с Абэ-но Сэймеем

— разве вы не за одну сторону?

— в турнире кланов нет «стороны». —, сдержанно хихикнул шаман. —, официально, мы собираемся здесь без принадлежности к клану и бьёмся ради удовольствия. —, помолчал, наблюдая, как ветка вспыхивает и прогорает. —, на деле, конечно, политический подтекст сложнее. От клана Акихиро слишком много людей, поэтому придётся сражаться друг с другом.

— неужели у вольных кланов так мало сильных людей? —, спросил Сугуру.

Насколько было известно заклинателю будущего, среди вольных кланов и безклановых шаманов сильных людей было не меньше, чем у великих кланов и Дайдайри.

— в этот раз клан Акихиро задавил слухами. —, отозвался Хомма.

— просто из интереса. —, начал Сугуру, откладывая ложку и поворачиваясь к собеседнику —, есть ли кто-то интересный из вольных?

— да. Юки.

— ...хара?.. —, ошарашенно выдавил парень.

— нет. —, мотнул головой. —, просто Юки. Однако твои эмоции можно было бы записать в хроники.

— откуда он такой вылез? Я его ещё не видел даже.

— он прибудет позже, на вторую часть турнира. —, сообщил наследник, голос стал более тихим. Осторожность никогда не повредит. —, но о нём гуляет дурная слава.

— а конкретнее?

— что бы ты представил, услышав имя Император Тумана?

— убийцу?

— вот именно. —, подтвердил Хомма. — правда, он не убийца. Во всяком случае, не тот, кто специализируется на убийствах. Он один из некромантов Сё. Сё — самый старый из ныне живущих некромантов. Ему немногим меньше Ханами. Кампаку Теней, друг Кампаку Барьеров. Не самая приятная личность.

Гэто замер, переваривая информацию. В голове всплыли образы мёртвых, восставших из могил, чёрных ритуалов и запретных книг.

— они воскрешают мёртвых? —, спросил он с лёгкой опаской.

— что?.. —, опешил уже Хомма, затем рассмеялся. —, нет. Ни в коем случае. Ты совсем ничего не знаешь о некромантии?

— души... Куклы.. э... Зом... Цзянши! —, перечислил парень всё, что когда-либо знал об этой, если так можно выразиться, дисциплине.

— цзянши?..

Два парня уставились друг на друга. Тишина длилась ровно три секунды, потом оба одновременно вздохнули.

— мда уж, брат... —, сказал шаман, поднимая свою плошку с супом.

— и не говори... —, ответил заклинатель, поднимая свою.

Чокнулись плошками и принялись тихо есть. Костёр потрескивал, и где-то вдалеке слышались голоса — кто-то смеялся, кто-то пел. Наверняка они не единственные, кто вели пространные диалоги в этот вечер. По крайней мере, несколько часов назад Гэто слышал крики Энширо и Ханами из дома Сэймея.

Наступил день сражения Юкихары и Канате. Парень и девушка вышли на середину арены-луга, хотя от луга уже осталось одно название, а в перспективе здесь могла бы появиться новая Хосемура-дэру, если бы клановые шаманы не ремонтировали всю деревню после каждого турнира.

— ты всегда можешь сдаться заранее. —, учтиво поклонившись напомнил ей Сикике.

— что мне сделает мальчик из ритуальной ветви? —, сдувая прядь волос с лица усмехнулась Акихиро. У противника дёрнулась бровь.

— обычно люди боятся именно ритуалов, особенно непонятных. —, вежливо ответил он. —, а вы, в клане Акихиро, кажется, ритуалами вообще брезгуете.

— побочной ветви не одолеть главную. —, отмахнулась девушка, обнажая «Сутомуруби».

— расскажи об этом Наофуми-доно. —, с легкой улыбкой парировал аристократ, доставая бумажные печати.

— ...кроме Наофуми-доно. —, признала она.

В следующую секунду Юкихара уже принялся складывать печати малознакомой людям техники. «Шёпот», которому его научил Абэ-но Сэймей ещё по дороге в Хосемура-дэру во время расследования по клану Ямиока.

Рванувшая вперёд Канате уже заносила горящий малиновым пламенем рубиновый клинок для «Катто», как вдруг её голова разорвалась многократно усиленным и скомпилированным в единый сумасшедший коллаж гринкором, дэт-металлом и электро-роком. Споткнулась, чуть не упав.

— ай! —, схватилась одной рукой за голову, концентрируясь. —, как подло!

— ты первая. —, невозмутимо сказал аристократ, повесив ей на лоб печать подавления. Мысленно он послал Энширо благословение. Зря он ругался на дьявольские песнопения, пользы от них куда больше, чем вреда.

— кх... —, сконцентрировала проклятую энергию на лбу, сжигая бумажную печать. —, вот поэтому твои бумажки это лишь игрушки.

Нанесла режущий удар катаной, но уже без предельной концентрации «Катто». Хоть и уже сбавив обороты, «шёпот» знатно сбивал её с мысли. Фудзивара, не подавая ни единого признака напряжения, отскочил.

— рефлексы неплохие.

— для домашнего шамана ты неплохо дерёшься. —, с ледяной вежливостью проговорил Сикике.

— для ритуальника ты неплохо говоришь. —, парировала Канате.

Со стороны толпы разнеслись душераздирающие крики и обычный галдёж. Бой оказался куда интереснее, чем казалось изначально.

— он флиртует с моей Каной! —, верещал Сатору, вцепившись в свои волосы.

— она флиртует с моим Юкихарочкой! —, пародируя Годжо схватилась за голову Иэри, но не орала во всю глотку.

— ставлю на Юкихару. —, решила Энширо, с самого начала пристально наблюдая и желая проигрыша раздражающей Кане.

— Будда, помилуй... —, прошептал Сикике, складывая несколько печатей пальцами подряд и одновременно с этим читая сутры Фудо Мё-О[божество буддизма, главный защитник Будды. Ассоциируется с изгнанием зла, созиданием, разрушением и дисциплиной].

Проклятая энергия Юкихары колыхнулась, концентрируясь где-то внутри тела и едва ли не исчезла, оставшись видна только для Шести Глаз Сатору.

— т-ты чего удумал?.. —, растерялась Канате. Она знала, что если энергия исчезает, то либо твой противник повержен, либо щас пульнёт в тебя чем-то.

За мгновение ока решив не искушать судьбу, Акихиро сконцентрировала проклятую энергию в лезвии и метнулась на Юкихару, нанося «Катто». Фудзивара в последний момент уклонился. Удар не задел даже края одежды, но оставил знатную расщелину в земле.

— «Хонкумэй». —, указал на неё пальцем.

Тело девушки пронзила адская, вибрирующая боль. Из рта хлынула кровь, кости затрещали, вибрируя.

Технику Юкихары можно было бы назвать производной от «Шёпота». Прямое воздействие на костную структуру цели через вибрацию проклятой энергии, вызывающее трещины, распад костей и внутренние повреждения.

— где... Выучил это?.. —, выронив катану спросила девушка.

— меня научила Шигусацу-но Ками. —, с ледяной вежливостью ответил Юкихара.

— Будда! —, воскликнул Наофуми, едва не скинув с крыши Хиро, который сидел рядом. —, Сацуки, ты чего творишь? И когда успела познакомиться с Юкихарой?!

— я выиграла. —, довольно кивнула сама себе Энширо.

На поле рядом с Канате уже были Сатору и Сэймей. Оммедзи сформировал инвертированную триграмму, нивелирующую эффект «Хонкумэй».

— Юкихара победил. —, объявил мужчина, посмотрел на Сикике с лёгким одобрением. —, молодец.

— да он же её чуть не убил! —, возмутился беловолосый заклинатель. Как можно хвалить того, кто делает... Такое?!

— не убил же. —, осадила его подошедшая Энширо. —, да и дядя Абэ следит за боями, ты чего нюни распустил? Как же «защищать слабых — морока»? —, ехидно улыбнулась.

— завались, Сатору. —, махнула ему с границы поля Сёко. —, Юкихара классный.

— а вдруг Сацуки теперь любит его?.. —, бормотал себе под нос Наофуми. Хиро тактично свалил куда подальше.

— ты точно Возбудитель? —, поинтересовалась Иэри.

На другой стороне поля за боем наблюдал Фудзивара-но Ханами с Гэто и Нанами. Старик радостно застучал посохом по земле.

— ха! Клан Фудзивара сравнял счёт!

— почему? —, недоверчиво посмотрел на него Сугуру. —, у Акихиро три победы, у вас две.

— потому что Юкихара из побочной ветви, а Канате из главной. —, начал объяснять Кенто, глядя на Ханами, который, кажется, думал о том, что Гэто стал бы прекрасным дополнением к старейшинам Фудзивара. —, и победа чистая. Когда побочная ветвь побеждает главную, это сильно унижает проигравший клан и даёт 1.5 победы. Когда победа чистая, то есть у Канате ни шанса, это также дает 1.5 победы. В сумме это получается 2 победы.

— как ты сложил 1.5+1.5 и получил 2?..

— ...одно дает +0.5 к обычной победе, того 1+0.5+0.5.

— оба неучи. —, заключил старик, стукнув посохом. —, но суть верная. Благодаря юному Юкихаре мы на равных. Жаль, что он попал под влияние проклятого Наофуми...

— могу я спросить, с чего началась ваша вражда? —, тактично осведомился Гэто.

— не можешь. —, отрезал Фудзивара, топая к дому.

Тем временем Канате уже полностью пришла в себя и села рядом с Годжо и остальными.

— теперь всё тело ноет.

— лечить не буду. —, сразу сказала Сёко.

— слабачка. —, фыркнула девочка.

— кто же знал, что у него есть техника ками? —, обиженно спросила Акихиро.

— это был уровень ками? —, уточнила Энширо.

— уровень — нет. Суть — да. —, ответила Канате, потирая плечи. —, говорят, этой техникой Шигусацу-но Ками уничтожила село где-то в северных землях.

— это бредни. —, отмахнулся Дзенин, спрыгнув к ним с крыши. —, ей ни к чему такое. Она олицетворяет, а не делает. Насылает — да. Но сама не устраивает геноциды.

— а мне показалось, она любит резать.

— она не режет...

— чей бой следующий? —, повернулась к полю Энширо.

Там, величественно паря на воздухе в центре луга, стоял Абэ-но Сэймей. Даже без тыквы.

— следующий бой пройдёт между Пятым Возбудителем, Императором Времени, Фудзивара-но-Дзенин Наофуми и Десятым Возбудителем, Императором Печатей, Фудзивара-но Ханами. —, объявил он, усилив голос проклятой энергией.

— а?!!

— я не участвую! —, заявил старик.

— я хотел с Сацуки или Абэ-но Сэймеем! —, заявил Дзенин.

— победи, и сразишься со мной. —, ответил ему Абэ, перевел взгляд на Ханами. —, ты сам вчера согласился, после тридцатой бутылки.

— наглость! —, заорал Ханами, стукнув себя посохом по лбу. —, я не взял с собой моё оружие...

— Наофуми будет использовать не более пяти мечей. —, отрезал оммедзи. —, помимо этого, ваши силы будут понижены до уровня императоров.

— ты урезаешь мне силы в два раза? —, недовольно спросил Наофуми.

— веер Ханами тоже использовать не будет. —, напомнил Сэймей. —, ваш бой пройдет завтра, а сегодня мы с Иошито и Сатору наложим ограничивающие печати.

— я не умею наклады... —, начал Годжо.

— ты умеешь видеть, действительно она сработала или они притворяются. —, заткнул его Сэймей, спустившись с воздуха. —, расходимся. До завтра надо ещё установить барьеры.

Ночь полностью опустилась на Сенсо-дэру тихо и незаметно. На крыше своего гостевого дома сидел Юкихара, с раскрытым свитком на коленях. Он вёл... Конспект. Иэри сидела рядом, поджав ноги, и рассказывала о рыцарях, жестикулируя в темноте.

— подытожим. — сказал Юкихара, не отрываясь от свитка. —, где-то далеко, в варварских землях, западнее Китая, есть благородные воины. Они служат не императору, а какой-либо благородной женщине, которую выберут сами. Дабы заслужить её благосклонность, что изначально должно быть невозможно из-за разницы в рангах, они сражаются с чудовищами Нараки. —, поднял голову, посмотрев на небо. —, это странно, но напоминает одержимых духами ямабуси или героев древних легенд, как Накатоми-но Каматари[основатель клана Фудзивара, 614-669 года жизни]. Однако, наши воины не носят на голове вёдра.

— это не ведро. —, тепло рассмеялась Сёко, откинувшись на крыше. —, это называется шлем. У вас же тоже есть шлемы. Кабуто, там...

— кабуто используется для защиты головы. —, поучающе ответил Сикике, делая пометку в свитке. —, но не закрывает лицо, в отличие от твоего описания брони рыцарей.

— ты знаешь, что похож на рыцаря? —, спросила Иэри с улыбкой.

— воины, что вместо службы стране и императору, занимаются поклонением женщине. —, начал он серьезно, выпрямившись и, кажется, даже немного обидевшись. —, забавные. В отличие от столь пустой траты времени, я занимаюсь служением Сыну Неба и своей стране, занимаясь стихотворчеством и сражениями либо в свободное от работы время, либо по долгу службы. Что же до защиты слабых, что ты приводила в пример как одну из главных особенностей «рыцаря», то это естественное качество любого воспитанного человека, но не подавляющее остальные. —, пауза. —, впрочем, благодарю за комплимент.

— ты ломаешь любую атмосферу, Юкихара. —, уткнулась лицом в колени. —, в будущем ты был бы изгоем.

— отчасти, изгоем я являюсь и здесь. —, невозмутимо ответил аристократ. —, у любого изгоя имеется более маленький круг общения.

— помнишь, я рассказывала о школах и вузах? —, подняла голову девушка. Если уж получилось посмеяться над реакциями Фудзивары, надо идти до конца.

— разумеется. —, кивнул. —, это наш Дайгакурё[дворцовый институт для высшей знати], только гораздо больше и страннее. До сих пор не понимаю, зачем крестьянину знать каноны? Он должен пахать рис, а не читать!

— в будущем нет крестьян. —, с удовольствием сказала она. Парень выронил кисточку. Та упала на солому, оставив несколько чернильных пятен.

— Наму амида буцу! —, выдохнул он. —, что вы едите?

— забей. —, отмахнулась Сёко, поднимая кисточку и протягивая ему. Объяснять будет дольше, всё настроение пропадет. —, в классе из условных двадцати детей формируются компании. Иногда случается так, что несколько более сильных издеваются над более слабым. Он становится изгоем. Что думаешь?

— а что здесь неправильного? —, задал вопрос аристократ, подумав несколько секунд. Взял кисточку.

— а?..

— в Дайгакурё ученики из более знатных родов помыкают более слабыми. —, пояснил он.

— а если избивают? —, уточнила Иэри.

— тогда наставник или же родитель обязан вмешаться. —, ответил Юкихара без колебаний.

— а если не вмешивается? —, не отступала девушка.

— тогда Будда обделил его умом. —, рассудил аристократ, поставив жирную точку в свитке. —, насилие это пустая трата ресурса человека. Если вы уж задались столь странной целью: обучить всех, то следуйте ей.

— ты больше не похож на рыцаря. —, насупилась собеседница. —, теперь ты похож на… Сатору.

— нельзя сравнивать меня. —, вздрогнув, медленно проговорил Сикике. —, благородного мужа, наследника ветви Сикике великого клана Фудзивара, и беловолосого Кёсо-доно!

— ладно, не буду. —, согласилась она, пряча улыбку. —, тогда, с твоей точки зрения, травля это хорошо?

— это глупо. —, просто ответил Фудзивара, медленно сворачивая свиток. —, но, ежели не используется насилие, а лишь скрытые действия, такие как изоляция или клевета, то это искусство интриги. Нельзя осуждать такое, как и выносить на свет. Не владея им, высоко по службе не продвинуться.

— мне стало интересно: из-за чего, по-твоему, она происходит?

— это ваша вина.

— моя?.. —, переспросила Иэри, приподняв бровь.

— нет. —, поправился он. —, ваших будущих императоров. Похоже, боги от них отвернулись.

— ахаххахахахаах...~ —, рассмеялась девушка, убрав рукой волосы назад. —, и на что я рассчитывала?.. конечно, всё из-за неблагосклонности богов.

— всё из-за глупости императоров. —, попытался объяснить Юкихара. —, это прямое следствие их действий. Вот что бывает, когда смешивают благородных и простонародье – они начинают выяснять отношения по-звериному.

— Но в будущем нет разделения на классы.

— оно есть всегда. —, не согласился парень. —, иногда больше, иногда меньше. Иногда скрытно. Тоже глупость: зачем скрывать свою власть? Однако, иногда это может быть полезно. Самое странное в твоём рассказе то, что эти изгои не мстят.

— они не могут.

— что мешает? —, спросил Сикике с искренним недоумением.

— страх.

— страх? —, опешил аристократ. Необозримое будущее становилось все хуже и хуже. Бедные, бедные его потомки. —, у него душа должна полниться обидой, яростью и ненавистью!

— ни разу такого не видела. —, хмыкнула Сёко. —, те, что издеваются, давят слишком сильно.

— это не дело для порядочных людей, бить беззащитного. —, задумался аристократ. —, но если сильные не могут доказать своё превосходство в учёбе или искусстве, а прибегают к грубой силе — это признак низкого происхождения. Так ведут себя варвары, крестьяне или вовсе чернь.

— ты победил. —, подняла руки. —, я сдаюсь. У тебя есть сакэ?

Юкихара молча сунул руку в рукав кимоно и достал небольшой бурдюк. Иэри, в свою очередь, достала откуда-то две плошки и протянула одну ему.

— уже лучше. —, кивнула с облегчением. Помолчала, отпивая рисовое вино. —, знаешь, ты всё-таки иногда бываешь почти нормальным.

— я всегда нормальный. Это мир вокруг меня иногда бывает безумным.

Уже к утру следующего дня к полю Сенсо-дэру начали стягиваться не только участвующие в турнире шаманы, но и некоторые представители высшей знати, прослышавшие о битве двух Возбудителей. Пусть и под ограничениями, это всё равно было знаменательное сражение, к которому, собственно, эти два великих человека шли уже не первый год.

Появился даже Сино-но Кагэ, в открытую, дабы записать сей поединок в Сёку нихон коки[хроники].

Рядом с Энширо были Аяка, Кин и Сэймей Абэ. К ним присоединился Сугавара-но-Годжо Иошито, на этот раз с кожаной повязкой на глазах.

— понаблюдай. —, посоветовал он девочке. —, у Императора Печатей тоже нет атакующих техник.

— я бы так не сказала, Иоши.~ —, игриво сказала Аяка, присев на землю. —, обратные печати можно считать атакующими.

— скорее, активирующими. —, добавил Сэймей.

— вау! Наофуми-доно будет драться! —, прыгал от радости Кин, пропуская мимо ушей все сложные рассуждения. —, я только пару раз видел, как он в воздухе парит.

— и кто победит? —, поинтересовалась беловолосая.

— неизвестно. —, ответил Кагэ, присоединившись к ним. —, иначе бы этот бой не имел смысла.

— разве между ними разница не в пять значений?

Подошли Гэто и Нанами, задержавшиеся в гостевом доме по причине рыбы ещё много, а время может подождать.

— учитель рассказывал, что с Пятого до Десятого Возбудители примерно равны между собой. —, сказал Нанами. —, а вот с Четвертого их силы разительно отличаются.

— верно.~ —, согласилась пепельноволосая. —, Демонический Император мог бы в одиночку победить Ханами и Наофуми.

— настолько силён? —, уже не особо удивился Сугуру. —, дядя Абэ, могу я позже попросить вас рассказать о нём?

— за плошкой сакэ.

— вас очень легко купить, дядя Абэ. —, заметила Энширо.

— а откуда вам знать, что я не совру? —, хитро спросил оммедзи.

На другой стороне, вместе с Юкихарой, сидела Иэри Сёко. Два Возбудителя уже пять минут стояли друг напротив друга, кидаясь обвинениями и руганью.

— долго они ещё? Чем вообще занимаются? Если собираются соревноваться, чей язык длиннее, то победит Сатору.

— они готовятся. —, ответил Юкихара. —, и ждут барьеров.

— расскажи что-нибудь интересное.

— нечего. Я тоже первый раз вижу подобный бой.

На поле же атмосфера царила совсем иная. Наофуми стоял, держа в руках два вакидзаси. Еще три просто парили рядом, замедленные в сотни раз во времени.

— я не буду делать скидку на возраст.

— хра-хра-хра! —, кашляюще рассмеялся старик. —, для того, кто не выучил ни единой клановой техники, ты слишком самоуверен.

— они все бесполезные. —, с довольной улыбкой отмахнулся Дзенин.

— ха! —, стукнул посохом, активируя на себе сразу несколько печатей уровня императора и кампаку.

Первая печать работала как отключение усталости и выведение тела на пик своих возможностей на протяжении времени, пока у пользователя не истощится проклятая энергия.

Вторая позволяла сознательно отрезать все «побочные» психические процессы, навроде эмоций, внутреннего диалога и даже воспоминаний. Высшая степень боевой концентрации. Обе были из области «обратных печатей».

— глупец. —, перехватил посох, словно копьё.

— да ты, никак, совсем из ума выжил, чтобы в ближний бой идти? —, усмехнулся Наофуми, занимая стойку. —, годы вовсе не идут тебе на пользу.

— у тебя, идиота, всего две техники. —, наложил ещё печать. —, а у меня тысячи!

Последнюю печать можно было бы вообще отнести к барьерам, если бы не изначальная природа. Формация считывала входящий импульс и создавала идентичный по мощности из проклятой энергии шамана, на которого была наложена, нивелируя урон. Не барьер в привычном понимании, но защитная техника.

— зато у меня энергия не распыляется. —, парировал Наофуми.

Закончив насмехаться над старым патриархом, он ускорил себя более чем в десять раз, за мгновение оказываясь перед патриархом и нанося двойной рубящий удар клинками. Ханами выставил посох в защиту.

— это дерево! —, рассмеялся император Времени.

— это инпукаси[печать+дуб]! —, ответил патриарх, отбрасывая парня назад.

Тот, сгруппировавшись в воздухе, мягко приземлился и ускорился ещё в два раза, пинком отправив старика через всё поле на три застывших в воздухе вакидзаси.

Три вакидзаси были отбиты раскрученным двойной восьмёркой посохом, патриарх приземлился, затормозив по земле. Наофуми сразу же влетел ему с колена в лицо.

За барьерами многие наблюдали за происходящим, но мало кто толком видел, что вообще происходит.

— дядя Абэ, разве это честно? —, спросила Энширо, глядя на избиение. —, Нахер просто быстрее.

— а я говорил! Говорил! —, закричал Кин, всеми силами жестикулируя в сторону Хиро на крыше. —, то же самое! Я искренне сочувствую Ханами-доно!

— если бы у Ханами было больше времени, он бы тоже так смог.~ —, сказал наёмник.

— он тоже шаман времени?! —, перепугался золотоволосый.

— нет.~ просто обратные печати могут ускорять. Но Ханами вложил всё в защиту.

— поразительный бой. —, проговорил Иошито, поднимая повязку. —, я едва могу поспеть за скоростью Наофуми-доно.

— а я могу! —, хлопнул его по спине Сатору, стоящий без бинтов. —, мои глазки всё видят!

— в таком случае я полагаюсь на ваш пересказ.

— э... Ну... —, почесал затылок. —, Наофуми двигается примерно со скоростью 183ри/час. Либо же 11дзё/секунду(33м/с).

— ебать Нахер быстрый... —, выдохнула беловолосая.

— победа скорее всего за Наофуми-доно. —, сказал Юкихара.

— я бы так не сказала. —, ответила Иэри, пристально наблюдая.

— а?.. тебе интересно?..

— даже мой муж считает меня дурой?

— ...совой. —, уклонился Сикике.

— Ханами-доно постоянно использует «Шурафуку». —, объяснила Сёко.

— растягивает бой. —, холодно констатировал Сино-но Кагэ. —, но это вряд-ли что-то даст.

— главное, чтобы не выронил посох. —, сказал Сэймей.

— Абэ-доно?..

— это его оружие и проводник энергии в последние годы. —, отпил сакэ из тыквы. —, да и в нём действительно печати есть.

— почему не использует? —, что-то записал в хроники.

— откуда мне знать?

— потому, Кагэ, что для этого надо поймать Наофуми.~ —, ответил ему с крыши Камиши. —, а Наофуми может быть ещё быстрее.

— давай, деда Ханами! —, вскинула кулачок Энширо. —, давай! Ты справишься! Порви этого Нахера!

Глава 25.

От крика, разнесшегося по всему полю, на секунду остановился даже Наофуми, с возмущенным выражением лица поворачиваясь на крик.

— ты должна поддерживать меня! —, закричал он, выставив руки к Энширо. —, я твой друг! Какой ещё «деда Ханами»?!

— даже твои союзники тебя не признают... —, рассмеялся Ханами, тяжело дыша. —, жалкий сопляк, что не может даже выстроить дружеские отношения с союзниками. Хра-хра-хра!

Ничего не ответив, Дзенин ускорился аж до полусотни раз, одним ударом раскалывая поле практически пополам. О том, что скорость влияет на силу в это время догадывались смутно, но ускоренный в пятьдесят раз удар воина, и без того усиленного проклятой энергией, можно было сравнить с локальным ударом связки динамита. Каждый удар.

Каким-то чудом патриарх смог предугадать направление удара и отшатнуться. То ли Наофуми действовал слишком топорно из-за своей импульсивности, то ли многолетний опыт Ханами давал о себе знать. Император Времени тут же нанёс ещё два удара. Вернее, начал.

Ханами, копивший концентрацию и энергию, чтобы незаметно наложить уникальную печать, выговорил одними губами:«Время», глядя чётко на противника. Наофуми, разогнавшийся до невероятной скорости, «выпал» из разгона, потеряв равновесие, словно самосвал на гололёде при резком повороте.

Концептуальная печать «Куатеки», как позже расскажет для Нихон Коки Абэ-но Сэймей. Для её применения было необходимо огромное количество проклятой энергии и уровень концентрации, недоступный при наличии «побочных» мыслительных процессов. Как и любая печать, она запечатывала. Концепцию. Если применить её на, например, огонь, то он не сможет сжигать. А меч не сможет резать. Так и Наофуми, единственное чем обладавший — временем, лишившись доступа к управлению им растерял почти всю силу.

— да ладно... —, подскочил парень, удобнее перехватывая мечи. Три парящих вакидзаси упали на землю. —, переходишь к запретным техникам?

— её запретил я! И мне решать, когда разрешать. —, ядовито парировал патриарх, уже размашистым движением ударяя в подбородок.

Теперь, когда Дзенин не был ускорен, уследить за движениями патриарха у него не было ни единого шанса. На рефлексах он смог немного отклонить голову, но удар посоха всё равно отправил его в полёт на пару метров.

Мгновением позже Ханами уже был над Наофуми, концентрируя проклятую энергию для печати в кулаке. Парень поставил блок плашмя двумя вакидзаси, но патриарх оказался быстрее, попав в солнечное сплетение. Удар был такой силы, что Дзенин своим падением оставил в земле небольшую впадину и земляную взвесь в воздухе.

— хмф! Чтоб ты знал, щенок, я могу запечатать любого из первых пяти Возбудителей! —, заявил Ханами, даже более величественно, чем Сэймей, паря в воздухе. —, на пару секунд. Но в бою это вечность!

Наофуми сложил печати, обрушив на старика «Хонкумэй», технику резонансной вибрации проклятой энергии. Отменить её у патриарха не было и шанса, а вот нивелировать воздействие, усилением «Шурафуку»[обратная проклятая техника] — вполне. Замахнулся посохом, как копьём.

— не смей убивать! —, раздался гневный выкрик Абэ-но Сэймея, снимавшего барьер. Сатору и Иошито уже были готовы к старту, несколько проклятых духов Гэто прикрыли Наофуми собой.

— ты мне не указ. —, холодно ответил патриарх, метнув посох. Тот пробил живот Императора Времени, разнося в клочья всех проклятий на пути.

Однако, старик целился в голову. Сатору успел телепортироваться и сбить посох ниже по направлению. Влетев в плоть, Инпукаси треснул, выпустив все тысячи различных печатей в тело Пятого Возбудителя, запечатывая его. Ханами приземлился у границы поля, тяжко выдыхая.

— что я тебе сказал? —, тут же подошёл к нему Сэймей.

— что мы должны сразиться. —, отмахнулся от него Ханами, едва держа равновесие без посоха. —, ты затеял эту битву. И ты знал последствия сражений мастеров нашего уровня. Не тебе меня винить, Абэ-но Сэй-мей. —, выговорил по слогам патриарх.

— хааа.~ —, выдохнул оммедзи, потерев глаза. —, тебе стоит радоваться, что он жив. Иначе последствия были бы куда серьезнее.

— тц. Как будто ты способен что-то мне сделать. —, сухо усмехнулся патриарх, ковыляя в дом.

— удивительно. —, проговорил Сугавара, натягивая повязку обратно. —, не помню, чтобы в битве двух Возбудителей была победа хоть раз.

— вообще всегда ничья? —, повернулся к нему Кенто.

— как сказать.~ —, задумался Хиро, потягиваясь. —, в битве таких мастеров есть три исхода. Все умерли, все живы, умер один. И чаще всего работает первый.

— лучше бы помогли! —, крикнула им с поля Сёко, кое-как тащившая вместе с Юкихарой пробитое тело Наофуми. Инпукаси окончательно разлетелся в щепки.

— точно. —, щёлкнул пальцами Сугуру, направляясь на поле. —, лечение.

— сегодня ещё будут бои? —, спросила Энширо.

— нет. —, тихо ответил Абэ, уже вновь спокойно глядя на бывшее поле, ныне представляющее собой бурелом. —, надо заняться восстановлением.

— вы будете играть в садовника?

— я? —, удивился Сэймей.

— понятно.

— обычно, этим занимается шаман природы. —, подошел к ним Кагэ, сворачивая свиток с записями боя.

— у вас...эахахахахахэаах... У вас есть друиды?! —, чуть не подавившись от хохота спросил Сатору.

— друиды?

— ох забей, забей. Ахахахаххахахахах...

— у Наофуми-доно раны куда серьезнее. —, проговорил Юкихара, осматривая запечатонного друга.

— у него нет ран. —, указала на живот, куда десять минут назад влетел посох, а теперь была новая розоватая кожа. —, кажется, даже сквозь печати я могу лечить его.

— он запечатан! —, постучал по груди Наофуми, которая не поднималась. —, а распечатать может только Ханами-но Кими!

— или... —, посмотрела в сторону Сэймея.

— он Дайдзё-дайдзин.

— хм... —, складывает руки рупором. —, дядя Абэ-э-э!~

— ничего не знаю. —, спокойно ответил Абэ, усилив голос проклятой энергией.

— но очень нужно!

— я плох в печатях.

— вы оммедзи!

— Будда, догадливая... —, лениво достал бумажного сикигами-человечка, кинул в сторону Иэри. —, разберётся.

— интересно, какой дух там? —, спросила Сёко, глядя на сикигами, ложащегося на живот императора Времени.

— а мне вот не интересно. —, сложил руки на груди Сикике, когда Кин потащил Наофуми в дом. —, мне жизнь дороже.

— никакой в тебе научной жилки.

— ты спишь постоянно, какая наука?

— сейчас у меня много работы. Сплю только полдня.

— воздержусь от ответа.

В доме Абэ-но Сэймея было тепло, пахло старой бумагой, деревом и, как обычно, сакэ. Гэто, давно привыкший к повадкам оммедзи и знавший, что лучший способ разговорить его — это хороший напиток, притащил несколько бурдюков разного рисового вина. Расставил их на низком столике, разлил по плошкам и сел напротив, сложив руки на коленях.

— я хочу знать о Четвёртом Возбудителе. —, сказал он, серьёзно глядя на собеседника.

— что конкретно? —, уточнил Абэ, отпивая.

— вы его когда-нибудь видели? —, спросил парень, подаваясь вперёд.

— да. —, кивнул Сэймей, пару секунд помолчал. —, встречались пару раз.

— дядя Абэ. —, спросила с искренним любопытством Энширо, сидящая у Хиро на коленях, который сидел на циновке у стены. —, как вы до сих пор живы?

— был не один.

— а с кем? —, не отставала беловолосая.

— с моей ученицей. —, ответил оммедзи, ставя плошку на стол.

— где сейчас ваша ученица? —, поинтересовался заклинатель.

— кажется, постигает живопись. —, отозвался астролог, потерев подбородок. —, но это не имеет отношения к твоему изначальному вопросу.

В это же время Энширо пыталась выкрасть у Хиро бурдюк, но тот ловко убирал его из-под её руки каждый раз, когда она тянулась. Девочка насупилась, отвернувшись от наёмника.

— наверняка у него клыки, маска Они, рога и четыре руки. —, саркастично сказала она. Хмыкнула. —, или шесть. Или вообще две головы.

— нет, скорее... —, указал на Хиро. —, он очень похож на нашего Камиши.

— а?! —, переспросил Хиро с таким удивлением, что даже его вечная улыбка слезла с лица. Выпустил бурдюк, который тут же оказался в руках Энширо. —, я?! В каком месте я похож на то чудовище?!

— ты тоже чудовище. —, с лёгкой издёвкой сказал ему Гэто.

— я не...

— ты приторный, как глазурь на гробу. —, перебила его беловолосая, уже открывшая бурдюк и сделавшая глоток. Хиро обиженно отвернулся, но улыбка начала потихоньку возвращаться на его лицо.

— у них одного цвета волосы, только у Хиро короче. —, загибал пальцы Сэймей. —, комплекция примерно одинаковая, ростом что-то между Хиро и Ацутагой. Глаза у Аякаси, если не путаю, небесные. Яркие.

— какой... —, медленно начал Сугуру, сам отпивая сакэ. —, удивительно человечный монстр. Они с Куроками-но Рэйко правда родственники?

— близнецы. —, кивнул оммедзи.

Тихо, без единого звука, Гэто опустил голову на низкий стол, до стука лба о древесину.

— от каких, прости меня Будда, ками и кто-то там ещё, отца и матери должны родиться два Возбудителя?..

— не знаю. —, мотнул головой мужчина. —, он немногим младше меня, так что я не знаком с их родителями. —, сжалившись над Сугуру которого и раньше волновал возраст и внешность оммедзи, добавил. —, я наполовину кицунэ.

— где ваш хвост?! —, закашлялась Энширо.

— какой ещё... —, пошатнулся. —, хвост?..

— Энширо.~ —, проговорил Камиши, постучав ей по спине. —, Абэ-доно наполовину кицунэ. Его мать была кицунэ. У него нет хвоста. У него более долгий срок жизни, замедленное старение и больший шанс договориться с духами.

— поэтому вы оммедзи? —, спросила она.

— и поэтому тоже. —, согласился Сэймей. —, но клан Абэ изначально был кланом оммедзи.

— вы говорили, что являетесь Дайдзё-дайдзином Барьеров. —, недовольно напомнил Гэто. —, а на пути Оммёдо выше?

— Император Баланса. —, отпил сакэ.

— дядя Абэ... —, с тяжёлым выдохом начал заклинатель, закрыв лицо руками, будто прячась от окружающей несправедливости. —, мы три года знакомы... Мы ведь спрашивали про ваш уровень... Ну вашу ж за ногу...

— а я и раньше догадалась. —, сказала беловолосая с явным удовольствием.

— тебе я рассказал.~ —, усмехнулся наёмник. —, это не «догадалась», это «выклянчела».

— главное — результат. —, отмахнулась девочка. —, амитабха.

— неудивительно, что вас так уважают. —, выпив ещё сакэ согласился Гэто. —, что вы знаете о силе Четвёртого?

Сэймей поднял пустую плошку и выразительно посмотрел на Гэто. Тот вздохнул, взял бурдюк и подлил сакэ.

— Аякаси. —, продолжил астролог, когда плошка снова наполнилась. —, каким-то образом научился дарить душу крови. Поэтому его контроль выше, чем у Императоров Крови Камо-но Ацутага и Камо-но Ясунори.

— так это он был Императором Крови?..

— очевидно. —, пауза. —, помимо этого, Аякаси использует всевозможные заклинания самых разных областей.

— почему тело не взорвалось? —, тут же спросила беловолосая. —, мне Кагэ рассказывал, что если использовать больше трёх высокоуровневых заклинаний разных ветвей, на тело очень высокая нагрузка.

— хороший вопрос. —, улыбнулся оммедзи. —, я не знаю. Никогда с ним не бился и тесно не общался. Но, насколько мне известно, большую часть заклинаний придумала его сестра. Она куда более талантливый шаман.

— полагаю, именно из-за этого Аякаси ставит свои безумные опыты на людях. —, предположил Сугуру.

— они просто оба умалишённые.~ —, ехидно растянул Хиро, улыбнувшись шире.

— ты откуда знаешь? —, с подозрением осведомилась девочка.

— как-то раз я сражался с Демоническим Императором.~

— ну а ты почему жив до сих пор?! —, подскочил Гэто. —, ладно дядя Абэ, его, кажется, вообще ничем не пробить, но ты то?!

— это была клановая дуэль.~ —, ответил Камиши с усмешкой. —, мы сражались исключительно на мечах. Аякаси тоже За-Сан.~

— он победил?

— естественно.~ —, с грустью в голосе признал Хиро. —, но во время боя я понял, что он не в себе. Безумен, как и его сестра. Рэйко, по слухам, бросалась на Второго Возбудителя просто ради боя и сбегала в последний момент.~

— как Сукуна её ещё не ебнул за такое? —, поинтересовалась Энширо.

— Великий Император Разрушения действует исключительно в целях разогона скуки.~ С чем Рэйко прекрасно справляется.

— это, собственно, вся информация, которая у меня есть. —, отставил пустую плошку Абэ. —, я тоже считаю, что оба далеко за пределами адекватности.

— вообще, среди Возбудителей нет нормальных. —, начал загибать пальцы заклинатель. —, Сукуна маньяк на резню. Рэйко маньяк на драки. Аякаси маньяк на исследования. Наофуми маньяк на срачи. Аяка маньяк на...

— секс. —, подсказала Энширо с саркастичной улыбкой.

— ...секс. —, согласился, прикрыв глаза. —, прости меня Будда. И Ханами маньяк на величие клана.

— Помнится, Цуки-но Ёхан находил этому объяснение.~ —, почесал затылок Хиро. —, но я не помню, какое. —, развёл руками с виноватым видом.

— бесполезный. —, в унисон выдохнули Энширо и Гэто.

— мы увидимся с Ёханом следующей зимой. —, проговорил Сэймей. —, спросите.

— дядя Абэ, а что будет после турнира кланов? —, спросила беловолосая.

— твои тренировки. —, посмотрел на неё через край плошки.

— я не об этом же. —, раздраженно махнула на него рукой.

— бля вас — ничего. Занимайтесь своими делами.

— я перееду обратно в землянку. —, сообщил Сугуру. —, мне всё это уже надоело.

— всегда рад. —, налил ему ещё сакэ.

Сатору решил пообщаться со своим очень далёким предком, но, дабы не выглядеть идиотом, захватил Канате, следом за которой увязался Хомма. Иошито был найден на отшибе деревни, в позе лотоса перед костром. Повязку он, почему-то, до сих пор не снял. Да и вообще первое знакомство, во время боя с Энширо, было без неё.

— Акихиро-но Сатору, приятно вновь тебя слышать. —, поприветствовал парень.

— не видишь? —, горделиво улыбнулся Годжо, развалившись на воздухе напротив него.

— у меня повязка на глазах. —, невозмутимо постучал пальцем по ней Иошито.

— не все тут видят через ткань. —, напомнила Канате, толкнув Сатору локтем.

— Сатору видит через бинты? —, с любопытством посмотрел на беловолосого наследник клана. —, я думал, он просто тренируется.

— это необходимое самоограничение. —, почти что в унисон произнесли Сатору и Иошито, с одинаковой надменно-ленивой мимикой, присущей, кажется, всем из рода Годжо, независимо от времени. Переглянулись, если это возможно через бинты.

— я устаю. —, добавил заклинатель, хрустнув шеей.

— я тренируюсь. —, дополнил Сугавара, поправив волосы.

— да вы как две капли. —, фыркнула Канате. —, только волосы разные.

Ничуть не смутившись, Сатору подскочил, затыкав пальцем в своего далёкого предка.

— эй! Эй! Йошито!

— Иошито. —, механически поправил тот, но беловолосого это ни на секунду не остановило.

— ты до какой степени мог уследить в бою? —, спросил он, садясь ближе и дружески приобнимая собеседника за плечо.

— видел неплохо до нашего обсуждения. —, задумчиво ответил Сугавара, тремя пальцами снимая руку Годжо с плеча. —, в конце только смазанные образы. А вы?

— а я видел всё.~ —, самодовольно растянул парень, радостно улыбнувшись.

— насколько же ты силён, что мог видеть сражение Возбудителя Времени на почти полной скорости? —, с уважением поинтересовался Сугавара.

— у меня просто особенные глазки! —, пропел заклинатель, и даже язык показал.

— вы укрываете еретика? —, вежливо спросил у Хоммы Иошито.

— он не еретик. —, с ноткой тревожности отрезал Хомма. —, у него просто особенная физиология.

— проклят?

— благословлен.

Наступила короткая пауза. Ветер шевельнул пламя, и искры взлетели к небу. Иошито выпрямился, снова приняв стабильную позу лотоса.

— акихиро-но Сатору. —, начал он твёрдо. —, я надеюсь, мы сможем сразиться с тобой в следующем раунде.

— я тоже буду не против. —, лениво махнул рукой Сатору, откидываясь на воздухе как в кресле. —, но учитывай, что я могу быть быстрее Наофуми.

— невозможно. —, выдохнул Сугавара, рука на колене дрогнула. —, Наофуми-доно на пределе достигал скорости в 60 дзё в секунду! А без печати возможно и 150 дзё в секунду![±450м/с ≈ 1.3маха]

— не слушайте его, Иошито-доно. —, с ледяной вежливостью сказала Канате, врезав рукоятью катану мощный подзатыльник по белой голове. —, он умалишённый.

— ай! Тебя Юкихара покусал?! —, злобно потёр ушибленное место, источая лютое недовольство и ударом, и умалишённым, и этой вежливостью.

— если ты будешь так себя вести, то и правда станешь подобием умалишённого. —, спокойно проговорил Хомма.

— да что не так? —, закрутился Годжо, ища что-нибудь навроде тыквы Сэймея. Не нашёл.

— во-первых, какой дурак рассказывает противнику о своей силе? —, ответил Сугавара, потерев руки друг о друга. —, во-вторых, ты говоришь глупости, ведь Наофуми-доно самый быстрый шаман из людей.

— а кто не человек?

— конечно же, первая четвёрка. —, закатила глаза девушка.

— ах да, естественно, каждой бочке затычка. —, раздраженно прокомментировал Сатору, плюнув в сторону. —, тьфу ты.

— однако я могу поверить, если ты действительно способен развивать скорость до 90 дзё в секунду[±180м/с ≈ 0.5маха]. —, примирительно произнёс Иошито. —, это, по крайней мере, реализуемо.

— а какой скорости достигаешь ты?

— я не завишу от скорости. —, улыбнулся шаман. —, мне это не нужно, ты просто не подберёшься.

— твои шарики не пробьют «Бесконечность». —, надменно сказал Годжо.

— Сатору. —, повернулся к нему наследник клана. —, один раз тебе уже вышло боком так полагаться на барьер. Мне напомнить случай Кэнки-доно?

— хм... —, поднял руку Иошито. —, позволишь?

— да пожалуйста. —, небрежно бросил парень.

Ладонь императора Джики упёрлась в «Бесконечность», замедляя её практически до нуля. Иошито несколько секунд подержал так, размышляя, затем убрал руку. Канате, наблюдавшая за этим, покрутила пальцем у виска.

— Иошито-доно, вам не кажется, что вы с ним действительно похожи?

— ни капли. —, отрезал Сугавара.

— они похожи ровно настолько, насколько ты, Канате, похожа на Энширо. —, вставил Хомма.

— о, ты успел с ней познакомиться? —, предвкушая что-то весёлое, спросила девушка.

— к несчастью, да. —, с обречённостью в голосе склонил голову наследник клана.

— очень многообещающий ребёнок. —, дал свою оценку Иошито, повернулся к Сатору. —, твоя младшая сестра?

— сКХЕ... чего бы?..

— у вас одинаковые волосы. —, указал на заклинателя. —, и поведение. И вы часто вместе.

— да в каком таком месте я похож на ту пассивную язву?! —, схватился за сердце Сатору, рухнув с воздуха на землю и глядя в небо.

— теперь — ни в каком. —, рассудила Канате.

— Хомма-доно. —, обратился Сугавара. —, как ты оцениваешь свои шансы против Абэ-но Сэймея?

— против Абэ-но Сэймея — скорее всего выйду победителем. —, степенно ответил Акихиро. —, против его сикигами — скорее всего проиграю.

— дядя Абэ полагается на помощников?

— как и любой оммедзи. —, кивнула Канате, заложив руки за голову. —, оммедзи заключают договоры с различными духами и проклятиями, а потом их используют. Чем-то похоже на силу твоего друга Гэто-доно, если бы мы убрали подчинение.

— Абэ-но Гэто тоже оммедзи? —, уточнил на всякий случай Иошито. —, тёмного пути?

— нет, он шаман духов высокого уровня. —, мотнул головой Хомма, сразу посмотрев на Сатору. —, оммедзи тёмного пути не договариваются, а заставляют. Это ближе к некромантии.

— о! О! Расскажи о некромантии! Это цзянши?!

— почему снова цзянши?.. —, простонал парень, закрыв лицо руками. Сестра сочувственно погладила его по спине, едва сдерживая смех.

— у нас не водятся цзянши. —, спокойно произнес Сугавара.

— вблизи лачуги Сэймея водятся. —, возразил беловолосый.

— не может быть...

— да мы сами видели. —, быстро закивал заклинатель. —, только не обычные, а кёкаку-цзянши. Дядя Ёхан рассказывал.

— как же так... —, провел по голове ладонью аристократ. —, кто посмел?..

— успокойтесь, Иошито-доно. —, подключилась к делу девушка. —, кёкаку-цзянши Фуруити не выйдут за пределы Фуруити. И их никто не создавал.

— проклятье?

— агась. —, кивнула Канате и подмигнула.

— некроманты работают с тенями. —, помассировал виски Хомма. Услышавший это Сатору резко уставился на свою собственную тень, отбрасываемую костром, и даже привстал, будто ожидая, что она сейчас заговорит. — нет... Будда, дай мне силы.

Синхронно кивнув друг другу, двое Годжо пожали плечами, мол, О́ни его знает, что ты пытаешься нам сказать. Хомма, не выдержав, стукнул кулаком по своему колену так, что поток воздуха высек искры из углей.

— Аргх! Да что такое?! —, яростно махнул рукой в сторону Сатору. —, ладно этот... этот... Кёсо-доно, спасибо Юкихара-доно! —, повернулся к Иошито, —, но вы-то, Иошито-доно, куда?! Это рассказывают ещё в начале обучения в клане!

— я просто решил поддержать. —, с абсолютным спокойствием ответил Сугавара. Наследник Акихиро застонал. Канате, сидевшая рядом, покатилась со смеху, даже схватилась за живот.

— и я из побочной ветви. —, добавил Иошито. —, мои знания в любом случае ниже твоих.

— тень! Человек! —, закричал Хомма, активно размахивая руками во все стороны, будто актёр в театре объясняющий суть мира. —, воля была, человек умер, воля осталась! Это тень! Отпечаток воли! Чем человек сильнее, тем больше у Тени разума! Некроманты подчиняют и используют Тени! —, повернулся к Канате. —, какого ракшаси ты своего избранника не научила ничему?!

— он не спрашивал... —, пробормотала она, чуть покраснев.

— а я думал, что ты спокойный парень. —, хмыкнул Сатору.

Иошито, как ни в чём не бывало, взял с земли небольшую плошку, налил в неё успокаивающего отвара из своего бурдюка и протянул Хомме с самым невинным видом.

— издеваются... —, проговорил парень, с тоской отпивая. —, я вам ещё припомню... Допью только...

Глава 26.

Развороченное поле не успело придти в порядок, как уже настало время следующего боя, прозванного обычными шаманами «формальным». Сразиться должны были Абэ-но Сэймей и Акихиро-но Хомма, за неимением иных соперников. Некромант по имени Юки, который мог бы составить конкуренцию, в итоге просто не явился, сославшись на «дела от Сё».

Наследник клана Акихиро был не из тех, кто сидели бы в нищей деревеньке, родившись нищими и бухтя «тут уж ничего не попишешь». Не подобает будущему патриарху так себя вести. Напротив, Хомма решил использовать это сражение на максимум, как для повышения репутации клана, так и своей собственной. Помимо этого он надеялся укрепить отношения с сильнейшим оммёдзи текущего времени, дав не только достойный отпор, но и качественный разговор.

В то же время сам «сильнейший оммёдзи» не отягощал себя великими планами на бой, беспокоясь лишь о том, чтобы ему хватило сакэ на остаток турнира. Люди такого уровня, как Абэ-но Сэймей, редко видят в других что-то, кроме полезных исключительно в данный момент пешек. Исключением из «правила Сэймея», как ни парадоксально, был сам Сэймей, никогда так не считавший. Дело было в том, что ежели ты постоянно делаешь что-то непонятное, но влияющее на общество, тебя заклеймят злобным махинатором с злодейскими целями.

Целей у шамана было несколько, но ни одну из них нельзя было назвать злой. И продвинуть через текущее столкновение. Возвращаясь к происходящему на «арене», Хомма уже во всеоружии(с обнажённой нефритовой катаной) стоял напротив мужчины, грустящего о том, как же несправедливы взгляды тех, кто на него смотрит.

— надеюсь, вы не будете держать на меня зла за этот бой. —, учтиво поклонился наследник клана, заранее сбрасывая утяжелители, которые, в общем-то, и так практически не сдерживали его.

— не буду. —, грустно вздохнул Сэймей, отпивая из тыквы. Какое ещё зло? Скорее уж сам Хомма будет «держать зло» на него. Мужчина думал о том, как бы ненароком не убить этого наследника. Ну, или не обидеть, что в аристократической среде важнее.

— в таком случае, я начну. —, воткнул катану лезвием в землю, глубоко, аж до рукояти.

От места проникновения лезвия разошлись мощные сейсмические волны, с высокой амплитудой. И ладно бы это было просто землетрясение, Сэймей мог просто прыгнуть в воздух. Волны были направленные, атакующие.

Можно было бы похвалить наследника клана за мощь и сложное заклинание, если бы не одно-единственное «но», которое сразу заприметил опытный оммёдзи.

Но это была не техника Хоммы. Несчастная катана, да и не важно, любое оружие клана Акихиро из минерала, имеющего сродство к какой-либо области магии, и речь сейчас не только о простейшем соотношении «топаз помогает элементу земли». Дело было в восприятии. Нефрит, имеющий сродство к элементу земли, не смог бы провести такую атаку.

И здесь уже заслуга лично Хоммы, использующего оружие как катализатор не только для манипуляции с геокинезом, но и для увеличения ударной мощи за счёт ассоциации нефрита с усилением. В итоге, Сэймей мог бы с уверенностью сказать, что эта атака сочетает в себе как минимум две области магии: земли и энергии.

— всё же, вы, клан Акихиро, имеете абсолютное преимущество перед другими. —, прокомментировал шаман, отбросив тыкву далеко в сторону. Размашистым движением начертил пятиконечную звезду-сэйман[Сэйман — личная подпись Сэймея Абэ, выглядит как стандартный пентакль оммёдо. Звезда без круга].

Сформированный символ загорелся проклятой энергией, принимая на себя всю атаку. Но это был вовсе не барьер. Барьеры Сэймея не выдержали бы атаку уровня Кампаку[предособый уровень], которую провёл наследник клана Акихиро. Это был простейший знак договора с элементами, «перепоручающий» разобраться с атакой пяти элементам, заключённым в каждой из углов пентаграммы. Разбитое на пять составляющих заклинание было мгновенно нейтрализовано.

— неудивительно. —, сказал Хомма. —, как и ожидалось, вы крайне сильный. —, метнул маленький нефритовый кинжал в противника.

— у тебя осталась одна попытка. —, сказал ему Абэ, легко уклонившись от атаки. —, потом атаковать начинаю я.

— дядя Абэ, оказывается, может быть жёстким. —, заметила Энширо, сидящая на шее у Хиро с видом мореплавателя, разглядывающего бой в подзорную трубу(из рук).

— Абэ-доно не всегда добрый.~ —, медленно выговорил Камиши. —, пока что он собирает данные.~ или просто задумался, не могу понять.

— как и любой шаман во время боя. —, пожала плечами Канате, сжимая пальцы на рукояти «Сутомуруби».

— будь осторожнее, девочка-акихиро.~ —, наклонился к ней наёмник. —, не знаю, какие планы имеет на ваш клан Абэ-доно.~

— дядя Абэ хочет сделать Акихиро Абэ? —, свесилась вниз беловолосая.

— ...н-нет. —, смахнул волосы в бок. —, Будда, более глупого предположения я ещё не слышал.~

Из ниоткуда, без единого шороха, материализовался Сатору, резко опустив руки на плечи Акихиро.

— Кана!~

— Будда тебя подери! —, вздрогнула девушка, едва не подпрыгнув. —, что опять случилось?

— а ты, случаем, не знаешь, что дал Исонао-доно дяде Абэ за участие?

— сакэ.

— дядя Абэ просто хотел подраться. —, уверенно сказала Энширо, сложив руки на груди.

— среди всех известных мне людей, Абэ-но Сэймей любит драться меньше всех.~ —, прошептал Хиро, вновь глядя на арену.

— надеюсь, вы останетесь довольны. —, выдохнул Хомма, положив руку на рукоять. —, лава.

Мельчайшие частицы пыли и грязи в почве начали плавиться, захватывая всё более и более большие, вплоть до откровенных валунов. Ярко-оранжевый поток лавы, словно гигантская змея, ринулся на оммёдзи.

— а это уже опаснее. —, похвалил Сэймей, глядя на лаву. Достал бумажного сикигами-человечка. —, Мизу, будь добра.

Та полетела прямо на лаву и взорвалась огромным потоком ледяной воды, гася лаву. Раздался оглушительный шипящий звук, вся деревня покрылась густым туманом.

— Абэ-доно, могу я поинтересоваться, что это за ёкай? —, задал вопрос Хомма, достав катану из земли.

— это не ёкай. —, спокойно ответил шаман, качнув головой. —, это — дух озера вблизи моего дома, её зовут Мизу. Бумага лишь проводник, позволяющий ей помогать мне на расстоянии.

— поразительная сила для простого духа озера.

— сила духа определяется тем, насколько он дружен со своим хозяином, а также силой самого хозяина. —, аметистовые глаза начинают слегка светиться. —, но обсудить это мы сможем потом.

Размашистые круговые движения рукой сформировали сразу семь звёзд, выстроенных в ряд.

— ваша техника проста, но от этого не менее смертоносна. —, заметил Акихиро, ставя каменный барьер.

— цикл. —, щёлкнул пальцами Сэймей. Семь выстроенных в ряд звёзд сформировали гептаграмму[семиконечная звезда; в каждом конце — пятиконечная]. —, призыв. Хака, не убивай. —, достал другого бумажного человечка.

— неужели?.. —, с опаской спросил парень, глядя на то, как этот Хака влетел в центр гептаграммы и поглощал энергию.

Секундой позже из «тела» бумажного сикигами вылетели несколько десятков шипастых цепей, обошедших и пробивших барьер Хоммы. Связали его, выкачивая проклятую энергию.

— победа за мной. —, констатировал оммедзи, возвращая Хака к себе.

— ожидаемо. —, отпивая из тыквы Сэймея, что отлетела ещё в начале боя, произнёс Сугавара. —, Император Баланса с опытом более сорока лет против Кампаку Нефрита с малым количеством боёв за спиной.

— как-то он очень позорно проиграл. —, выхватив у него тыкву проговорила Энширо.

— закономерно.

— даже позорнее, чем Канате.

Упомянутая проигравшая грустно согнулась, в то время, как находящийся рядом Юкихара выпрямился, всем своим видом демонстрируя мощь свит...клана Фудзивара. Сатору и Иэри ненавязчиво отвернулись от них, пряча стыд.

— Канате-доно сражалась с примерно равным противником. —, продолжил Иошито, не обращая внимания на немую сцену. —, в то время как Абэ-но Сэймей превосходит Хомму практически во всём.

— зачем тогда их выставили так? А как же равные бои? —, собеседник засмеялся. —, понятно. Поэтому я с тобой, императором[особый уровень], дралась, будучи где-то Санги[середина первого уровня]

— если бы тут было дело до равных боёв, то Кин не дрался бы со мной, а Ками вообще не допустили бы.~ —, добавил Хиро. Вернулся Абэ-но Сэймей.

— где моя тыква? —, огляделся.

— что такое Хака? —, прижимая к груди искомый объект, спросила девочка.

— дух могилы. Отдай тыкву.

— что он делает?

— тянет в могилу. Отдай тыкву.

— какой у него уровень сил?

— выше твоего. Отдай тыкву, иначе будешь проверять лично. —, из-за плеча выглянул сикигами-человечек, угрожающе показывая Энширо кулак.

— не очень-то и хотелось... —, бросила тыкву

Пока Сэймей воевал за ценнейший артефакт мирового господства, на поле, к лежащему наследнику, подошла Аяка.

— вай-вай.~ тебе совсем не повезло, Хомма.

— он дрался достойно! —, воскликнул Кин, подбежавший следом. —, это было красиво! Он был силён! И Абэ-доно тоже силён!

— по крайней мере... —, с трудом сел, глубоко втянув носом воздух. —, я не умер и продержался дольше десяти минут...

— что будешь делать дальше?~

— почему тебя это интересует? —, настороженно повернул к ней голову парень.

— я переживаю за тебя!~ —, невинно прижала руки к сердцу, высунув язык.

— обойдусь. —, отрезал Акихиро. —, вернусь в клан, я в любом случае не планировал здесь задерживаться.

— почему не стал сражаться всерьёз?~ —, склонила голову набок. —, ты ведь освоил «Воплощение реальности»[домен]

— не твоё дело. —, раздраженно ответил Хомма, поднявшись и гордо зашагав к дому.

— почему он такой холодный, Аяка-но Отоно?! —, удивился Правый, потирая плечо.

— потому что, кажется, я нанесла ему травму.~

— когда вы успели?..

— когда мне было лет тринадцать или четырнадцать. —, задумалась, коснувшись указательным пальцем нижней губы. —, не помню точно. То ли мы дрались, то ли я пыталась заставить его жениться на мне...

— как можно забыть такое?

— он был не первый и даже не десятый. —, брезгливо помахала рукой. —, жаль, я думала, смогу его использовать. —, встала, слегка отряхнулась. —, Кин, есть задание.

— какое? —, радостно подскочил парень. Наконец-то сможет свалить из деревни. —, какое?

— отнеси вот это учителю на Цусиму. —, протянула ему свиток.

— да туда же неделю добираться в лучшем случае! —, возмутился золотоволосый.

— вот и иди.~

— н-но...

— ты давно не виделся с Левой. —, ядовито захихикала. —, пообщаешься.

— но я не хочу... —, грустно опустился на землю, шмыгнув носом.

— Кин.~

— уже бегу! —, подскочил, через долю секунды скрывшись из зоны видимости.

Было решено провести внеочередное совещание по вопросу «что делать?». Учредителями, как не сложно догадаться, были Гэто и Нанами. Местом проведения назначили дом Абэ-но Сэймея, где оммедзи пил с Хиро. Камиши был пинком под зад дипломатично отправлен бухать к Аяке.

Притащив дополнительные циновки, на полу, вблизи жаровни, расположились все пять человек из будущего. И Абэ-но Сэймей в углу, как хозяин дома, наблюдавший. В другом углу лежал Наофуми, с которого медленно, но верно исчезали запечатывающие письмена.

— мы здесь уже долгое время. —, начал Гэто, обводя взглядом собравшихся. —, как вы помните, мы решили участвовать в деле идолов, ибо нам были необходимы союзники для решения проблемы с Ли Лунсяном, чья нагината и отправила нас сюда в поисках хозяина.

— ага-а-а! —, лёг на спину Сатору. —, а потом мы решили, что посмотреть на бои прошлого — не так уж и плохо.

— скоро турнир подойдёт к концу. —, сообщил Сугуру.

— через два месяца. —, ровно вставил Абэ-но Сэймей, попивая сакэ.

— таким образом. —, кивнул парень. —, нам надо решить, что мы планируем делать после турнира.

— Юкихарочка пригласил меня в свою ветвь. —, разглядывая свои пальцы проговорила Иэри. —, жить, имею в виду. Официально-то я уже месяц как Фудзивара-но-Сикике Иэри.

— я планировала учиться у дяди Абэ управлению эне... —, начала было Энширо, но Гэто хлопнул ладонью по циновке, затыкая её.

— не об этом. —, отрезал он. Девочка обиженно уткнулась носом в колени.

— Если ты ждёшь наших действий относительно Ли Лунсяна. —, сказал Нанами , наливая всем в плошки какой-то свой очередной отвар. То ли яд, то ли лекарство. —, то я считаю это бессмысленным.

— что?..

— Гэто. —, обратился Годжо, повернув голову. —, ты не думаешь, что нам нет смысла возвращаться? Я уже Акихиро, Иэри уже Фудзивара. Энширо, кажется, скоро будет Камиши. Или Дзенин.

— ни за что! —, воскликнула беловолосая.

— хорошо. Как скажешь. —, лениво помахал на неё рукой, медленно садясь. —, веду к тому, что если ты хочешь вернуться, то мы тебе поможем, но не жди, что мы будем рисковать близкими.

— в конце концов, всегда можно просто дожить до будущего. —, добавила Энширо, указав большим пальцем на Императора Времени в углу. —, Нахер рассказывал ведь, что мы бессмертны аж до две тысячи пятого.

— это невозможно. —, отпивая свой отвар, к которому больше никто не притронулся, кроме Хака, проговорил Кенто. —, количество информации, хранимой нашим мозгом, ограничено. Если ты не стареешь, это не меняет твоего развития. Иначе нам не нужен был бы сон, еда и прочее.

— дядя Абэ, сколько вы живёте? —, вдруг спросил Сугуру.

— А? —, замер оммёдзи, не ожидавший, что разговор перейдёт на него. —, не считал. Где-то полвека уже.

— А выглядите на двадцать три года. —, заметил заклинатель, прищурившись. —, максимум на двадцать семь, если прям очень захотеть.

— ого, правда? —, саркастично спросил шаман.

— дядя Абэ изначально отличается от нас. Он наполовину ёкай. —, напомнил Нанами. —, соответственно, мозг тоже иной.

— при необходимости я всегда могу перенести воспоминания на сикигами. —, добавил Сэймей, покрутив в пальцах кёки[пустой сикигами-человечек из бумаги]

— вот. —, подскочила Энширо, указав пальцем на маленького Хака, который в этот момент катался в пустой плошке, словно по горке. —, давайте просто будем переносить воспоминания.

— ты хочешь жить тысячу лет? —, усмехнулся Нанами, толкнув плошку Хака. —, твой Хиро умрёт уже лет через пятьдесят. И Аяка тоже.

— восемьдесят. —, поправил Абэ.

— сколько ему сейчас?

— кажется, он младше меня на пару лун. —, задумался Сэймей, потерев подбородок тыквой.

— о, Будда... —, выдохнул парень, закрывая глаза.

— кххххх... —, зашипела девочка. —, он говорил, что ему двадцать один...

— только по состоянию тела. —, уточнил мужчина, отпивая из тыквы.

— он тоже гибрид с ёкаем?

— нет, у него другая ситуация. —, отмахнулся шаман, взяв плошку с отваром. Кто не рискует, тот не пьёт...

— возвращаясь к теме. —, подала голос Сёко —, Гэто, ты хочешь ехать к Ли Лунсяну?

Гэто задумался. Минута. Две. Его взгляд стал рассеянным, пальцы сами собой сжались в замок на коленях.

— о. Дядя Абэ, он как вы. —, засмеялся беловолосый заклинатель.

— правильно делает. Скоро научится закладывать целые бочки сакэ. —, с этими словами радостно вскинул тыкву и залпом осушил её до дна.

Нанами, не выдержав, достал из-за пояса ножны своего тесака и аккуратно ткнул Сугуру в плечо.

— Алло, очнись.

— нет, не хочу. —, вышел из раздумий парень, хрустнув шеей. —, в Китае есть шпион клана Акихиро. Пусть сначала она найдёт Ким Шина, а потом уже поедем мы.

— эка ты удумал! —, возмутился Годжо. —, Кира там на благо клана, а не...

— ой да захлопни варежку, клан. —, подняла руку Иэри, обвела всех взглядом. —, проще. Сыграем в демократию, разговор сразу поутихнет. Голосуем: кто за то, чтобы жить тысячу лет?

Никто не поднял руку. Кому вообще может быть охота жить больше тысячи лет? Да уже через сотню, не будучи чем-то вроде проклятья или ёкая, можно потерять личность!

— вот и всё. —, выдохнула девушка.

— тем не менее, я считаю, что возвращаться сейчас расточительно. —, не сдавался Нанами.

— твои предложения?

— лично я хотел бы учиться у Ёхан-доно и дальше. —, убрал тесак в ножны. —, мы можем воспользоваться нашим «бессмертием» как возможностью для развития.

— сколько бы ты ни жил, выше головы не прыгнешь. —, сказал оммедзи.

— но вы ведь занимаетесь именно этим? —, парировал заклинатель.

— пожалуй, так и есть

— дубль два. —, подняла руку. —, кто за то, чтобы прожить лет сто и вернуться?

Кенто поднял руку. Иэри подняла вторую — лениво, будто это была несерьёзная игра. Энширо, помедлив, тоже вскинула ладонь.

— всегда можно просто использовать ножичек.

— считаю, что это одновременно не логично и очень логично. —, захихикал Сатору. —, я успею за это время прожить с Каной и, кажется, даже увидеть праправнуков.

— шут с вами. —, сдался Гэто, тоже подняв руку.

— я должен кое-что у вас спросить. —, обратил на себя внимание оммёдзи.

— воу. —, наигранно отшатнулась девочка. —, прям пугаете.

— вы же не планируете вмешиваться в историю?

— мы уже вмешались.

— не поймите неправильно. —, продолжил Сэймей, поднимая ладонь в жесте примирения. —, любой ответ верен. Я учёный и оммедзи, а не судья. Однако должен вас предупредить, что сильные шаманы будут всегда. И если вы будете жить несколько столетий, будучи на виду, на вас откроют охоту.

— из-за этого вы ушли в лес? —, предположил Нанами.

— нет. —, чуть скривился. —, я ещё не столь много прожил. Просто надо было вести исследования в тишине.

— Рёмен-но Сукуна живёт уже два столетия. —, сказал Гэто.

— ты думаешь, на него не открыта охота? —, с усмешкой спросил Сэймей. —, между прочим, великие кланы каждые пару десятилетий предпринимают масштабный поход с целью убить его. —, помолчал. —, или ты думаешь, что вы все достигнете его уровня?

— не. —, зевнула. —, я планировала запечататься где-то там, в Сикике-дэру, и не выходить.

— вообще-то, я вполне мог бы достичь его уровня. —, сел на воздух, закинув ногу на ногу, беловолосый.

— не зазнавайся, Сатору. —, осадил его Абэ, не повышая голоса. —, ты, несомненно, силён, но Гэто-отоуто ничуть не слабее. Вы можете стать ещё сильнее. Можете достичь уровня Императора. А вы его, собственно, уже достигли. Но, знаешь ли, даже Сукуна однажды умрёт от людских рук. Потому что те шаманы, что были в моём юношестве, были слабее тех, что есть сейчас. Развитие магии не стоит на месте, в отличие от Сукуны, который достиг своего лимита ещё сотню лет назад.

— вы предлагаете прятаться? —, склонила голову набок Энширо.

— ваше дело. Я лишь предупреждаю вас о возможных последствиях. Но, как и говорил, одобрю любое решение.

— в таком случае, мы просто решим по ходу дела. —, рассудил Сатору, постучав себя пальцем по макушке. —, волосы всегда можно покрасить, а имя сменить.

— ты не сменишь свои техники, Сатору.

— как знать. —, ухмыльнулся парень.

— высокомерие ещё никому не шло на пользу. —, припечатал астролог, стукнув тыквой по полу.

— да между ними искры летают. —, прошептал Кенто, наклонившись к Сёко.

— любовь?

— какая, к ракшаси, любовь? Как бы не подрались.

— сильнейший заклинатель будущего и сильнейший оммедзи прошлого. —, медленно выговорила девушка. —, что ж, это было бы, как минимум, интересно.

— мне жаль дом.

— Сатору, если ты обидишь дядю Абэ, я пожалуюсь Кане. —, вставила беловолосая девочка, жуя не пойми откуда взявшуюся рисовую лепёшку.

Услышав это, Сатору опустился на циновку, сложил руки на коленях и притих, будто провинившийся школьник.

— завтра я отправлюсь в Хэйан-кё. —, объявил Сэймей, поднимаясь.

— могу поинтересоваться, зачем? —, задал вопрос Сугуру.

— надо обсудить несколько вопросов с Сыном Неба о Ханами.

— э-э... А... Что?

— потом узнаете сами. —, отмахнулся мужчина, ступая за порог. —, не знаю, что конкретно будем обсуждать. Только предполагаю.

— и кто там будет, кроме вас и того императора? —, спросила Энширо.

— вы никого из них не знаете, так что и смысла отвечать на твой вопрос я не вижу.

— ну и ладно. Вы только потом расскажите, как прошло.

— за плошкой сакэ.

Пока группа будущего обсуждала свои дела, а Сэймей и Аяка вновь планировали таинственные многоходовки на пятьсот ходов вперёд, наследник клана Акихиро решил навестить предка. Естественно, предок давно уже был мертв.

Небольшое святилище, где хранился прообраз минерального меча, которым пользовался Акахи, находилось в лесу около котлована Хосемура-дэру. Маленькое деревянное здание, на постаменте в центре которого было подобие тёкуто[короткий прямой меч], с грубым, но острым лезвием из обсидиана.

На том же постаменте было высечено имя — Акахи, позднее ставшим Акахи Акихиро, первым Акихиро в истории. Предок жил почти пол-тысячелетия назад, при императоре Одзине[обожествлён как Хатиман, божество войны; чаще поклоняются не одному Одзину, а всей семье его; 270-310 н.э. года жизни]. Именно полумифический император, совместно с Амэгото Тамаёси, сильнейшим шаманом того времени, в одиночку победившим три клана, даровали их предку фамилию Акихиро.

За службу при дворе, или же боевые достижения, свидетельств не сохранилось. Но сами Акихиро верили, что и за одно, и за другое, ведь не мог их предок, великий воин, быть слабым в политике. Равно как и будучи великим политиком, быть слабым в войне. Даже сейчас, если взять кого угодно, хоть Минамото-но Токива, хоть Фудзивара-но Ёсифуса — оба участвовали в сражениях. Правда, Токива шаман, а Ёсифуса обычный человек...

— старый предок. —, поклонился наследник клана, зажигая благовония. Сел перед постаментом, поджав ноги. —, вскоре мы наконец станем великим кланом. Сейчас мы на равных с кланом Фудзивара в турнире кланов, но за нас выступают сильнейшие шаманы.

Сам он не знал, насколько вообще честно считать такую победу в турнире за достижения клана. Почему? Да потому что именно из Акихиро проиграли оба. И он, и Канате. Но воины на их стороне побеждают. Политически, это будет считаться, что клан достоин быть Великим благодаря своим связям. Но насколько это устроит самих Акихиро... А, ну да, кто им вообще расскажет об этом?

— я помню, отец рассказывал мне, что вы хотели, чтобы мы стали великим кланом. Будь вы живы, это случилось бы уже давно. —, пауза. —, над нашей страной собираются мрачные тучи, старый предок. Система Возбудителей, установленная почтенным Амэгото-но Кими, претерпевает изменения. Десятый Возбудитель утратил усиливающий посох и теперь не может зваться Возбудителем. Пятый будет запечатан ещё несколько месяцев.

Посмотрев на прообраз меча, Хомме показалось, что Акахи смотрит на него с небес с явным неудовольствием. Будь на его месте, как ни кощунственно о таком мыслить, Хомма — тоже бы смотрел с осуждением. Но мёртвые на то и мёртвые, чтобы не иметь влияния на мир живых.

— мы приняли в клан чужака. Он умалишённый, но очень сильный. Видимо, отец решил, что сила покрывает недостатки. Моя сестра любит его. А ведь изначально планировалось выдать её замуж за наследника ветви Сугавара-но-Годжо.

Помолчал несколько минут, просто глядя на дым благовоний. Медленно поднялся, закрыв глаза.

— Сын Неба тоже планирует нечто, в чем ему может понадобиться клан Акихиро. Мы всегда были далеки от власти, как вы и завещали. Но, кажется, более это невозможно. —, оставил на алтаре свой нефритовый кинжал. —, надеюсь, вы поможете клану. Я буду делать всё, что в моих силах для этого. —, развернулся к выходу.

Глава 27.

Обещанный Сэймеем совет проводился в саду в Сэйрёдэн, личной территории императора Масары. Официально — судья турнира кланов, Абэ-но Сэймей, был вызван для прогулки в неформальной обстановке и отчёта о проведённых боях. В реальности же помимо оммёдзи присутствовали ещё три человека. На данный момент, два.

Сопровождающим, обеспечивающим «безопасность», очевидно, был глава «Райнаки», Сино-но Кагэ, держащий за шкирку девушку в сером подранном кимоно(если эти тряпки вообще язык повернулся бы так назвать). Сам мужчина на этот раз выглядел как помесь Гэто Сугуру и Абэ-но Сэймея.

Девушка была с длинными тёмными волосами и улыбчивым лицом, с шрамом в виде крестика на левой щеке. Внешне ей было от силы лет двадцать. Но, как и всегда в таких случаях, она была старше. Рё, сестра Камиши-но Хиро.

— нашел это существо. —, отчитался Кагэ. —, как вы и приказывали, Сын Неба, последовал в указанное Шигусацу-но Ками место. Она просила передать, что больше таким заниматься не будет.

— Отомо-но Кими! Давно не виделись! —, радостно замахала руками девочка, лучезарно улыбаясь.

— моё имя Масара. —, ответил император, скрывая лицо за веером. —, я его племянник и сын Камино, императора Сага.

— не ври. —, склонила голову аж на девяносто градусов, из-за чего Кагэ опасливо покосился на неё.

— Рё, это не он. —, отрезал Сэймей, одевая высокую шапку оммёдзи. Официальная встреча же, в конце концов.

— о, Абэ-сэндзё[Сэндзё — устаревшая форма «Сэнсей», но если сэнсей это учитель, то сэндзё это обязательно индивидуальный домашний учитель]! Вы такой незаметный! —, порылась в рукавах одежды, извлекая тыкву-горлянку. Почти такую же, как у Сэймея. Протянула ему. —, вот! Я сама делала!

Взяв тыкву, мужчина повертел её в руках, откупорил, выпил. Замер, даже немного побелев.

— Рё... Это яд. —, закупорил.

— это сакэ из персика и мёда!

— там крепость как у десяти бочек.

— да! —, закивала, вырвавшись из рук разведчика. Подбежала к Масаре, заглядывая под веер, обойдя вокруг и едва не облапав. —, хм.~ ты и правда не Отомо. Совсем. Кому под силу убить ками?

— Рё. —, обратился Абэ. —, Император это ками в человеческом теле. Оно слабое.

— что это за женщина? —, поинтересовался Кагэ, наблюдая за таким ярым непочтением к главе государства.

— это моя последняя ученица. —, объяснил Сэймей. —, Рё. Сестра Камиши-но Хиро.

— ну ладненько! Я потом изучу этот вопрос! —, залезла на плечи Кагэ, обнимая того за голову. —, зачем вы меня притащили? Я почти достигла просветления!

В саду, навстречу им, вышел парень в белоснежном кимоно. Не просто белом, а едва ли не светящимся. С такой же белой болезненной кожей, складками усталости под глазами, гетерохромией и странного цвета волосами. Будто бы потухший серый нефрит, в котором остались искры углей.

— ты дралась с горным козлом за полынь. —, вместо приветствия сказал парень. Как и ожидалось по внешнему виду, голос у него был тихий, с усталой интонацией и болезненной высокой ноткой.

— это потому, что ты дурак. —, показала язык. —, ничего не понимаешь.

— Эми-но Кими. —, поклонился Кагэ, из-за чего Рё на плечах чуть не упала.

Глава «Райнаки» видел этого человека всего пару раз за последние двадцать лет, и всегда он выглядел одинаково. Эми, доверенное лицо императора и Сукуны. Первый раз Кагэ встретил его ещё в возрасте восьми лет, тогда Эми посещал «Райнаки» при императоре Сага[809-823 года правления, отец Масары]. Тогда Эми носил пурпурное кимоно, цвет высшей власти, и подавлял одним взглядом. С возрастом, видимо, подобрел.

— по крайней мере, я не бестактная слабачка, полагающаяся только на свою голову. —, парировал Эми, глядя на Рё. —, которая, кстати, на очень хрупкой и тонкой шее.

— время начать совещание. —, сложил веер Сын Неба. У них и так было не больше часа, пока Ёсифуса что-нибудь не заподозрит, а тут ещё два высших человека в государстве пререкаются.

— а обед? —, повернулась девочка.

— Рё. Дела. Сначала дела. —, постучал пальцем по тыкве Сэймей. —, потом еда. Забыла?

— слушаюсь!

— полное отсутствие воспитания. —, констатировал император. —, хмф. Нам нужно выбрать нового Десятого Возбудителя.

— а что случилось с Ханами? —, удивилась Рё. —, способный ведь был!

— сейчас ему уже почти сотня лет.

— а совсем недавно ему было восемьдесят...

— он утерял свой посох. —, добавил Абэ.

— с каких пор сила Возбудителя определяется побочным артефактом? —, недовольно спросил Эми, сложив руки за спиной. —, если так, то мы могли бы поставить Императора Железа вместо Бездны. У него артефактов хватит на то, чтобы одним ударом снести Хэйан-кё.

— Фудзивара-но Ханами долгое время самостоятельно удерживал этот титул, периодически закладывая в свой посох печати. —, приступил к объяснению Сино-но Кагэ. —, однако недавно он стал ослабевать и его посох служил как усилитель и последний шанс. Теперь его нет.

— Ханами, несомненно, всё ещё считается императором печатей, но до уровня возбудителя ему уже не добраться. —, кивнул оммедзи.

— я бы предложил сдвинуть Наофуми на Десятую ступень и искать нового Пятого. —, ответил парень, потерев глаза.

— на его силе никак не отразится пребывание под печатью. —, парировал Сэймей.

— силе — нет. Но что насчёт разума? —, не отставал Эми. —, не спорю, что это априори не моя область, но настолько прозрачные дыры видны даже мне, политику.

— кто такой Наофуми? —, осведомилась Рё.

— жених Шигусацу-но Ками.

— ж-жених?! У неё?! Но она ведь... Эфемерна!

— сейчас не время для этого. —, прервал её Масара. —, и я против того, чтобы смещать Наофуми.

— ты против из-за того, что он силён, или из-за того, что тебе выгодно держать его Пятым? —, внимательно посмотрела на него девочка. —, оу.~ но мы здесь не для того, чтобы помогать тебе удержать власть, а для того, чтобы решить судьбу текущей магической системы.

— Рё права. —, признал Сэймей, подходя к маленькому пруду. —, как бы нам ни было выгодно для увеличения власти, а соответственно, и силы, императора, оставить Наофуми Пятым, отталкиваться мы должны от его состояния.

— система Возбудителей, установленная тем стариком, уже давно начала разваливаться. —, проговорил Эми, глубоко вдохнув носом. —, где сейчас Первый[Великий Император Бездны]? Седьмой[Император Крови, некто из камо, скрывается]? Девятый[Император Теней]? И я молчу о безумцах-куроками, одно существование которых угрожает миру. Причём их местонахождение тоже неизвестно. —, сел рядом с прудом на подушку из проклятой энергии в воздухе. —, зато нам известно, где находится Шестой[Император Барьеров, Тенген-но кими]. Уже почти три десятилетия как не покидает Энряку-дзи.

— могу я внести предложение? —, поднял руку Кагэ, занимая позицию у выхода на тропинку.

— о? О? Масочник хочет думать? —, с надеждой спросила девочка. —, удиви!~

— как насчёт оставить Наофуми Пятым до его распечатывания, а пока выбрать Десятого? При необходимости, их можно поменять.

— касу необразованный.

— я был...

— не стоит, Кагэ. —, спокойно перебил его Сэймей, протянув тыкву. Нормальную.

— ты понимаешь, что мы не можем собираться каждый месяц? Если у тебя нет своих дел, это вовсе не значит, что их нет у нас. И даже не надейся, что мир шаманов можно менять каждый месяц. Авось, сегодня я поставлю его на Десятого, а завтра на Пятого. Между прочим, в прямом бою Десятый, Ханами, легко одолел бы Шестого. Так почему же он Десятый?

— э-э-э... —, опешил разведчик. Он, конечно, знал, что так просто сильнейших не меняют, но какая-то эта ученица Сэймея слишком... Резкая. Словно понос в ночи, прости его Будда.

— потому, Кагэ, что Возбудитель выбирается один раз и на всю жизнь. —, глядя на подчиненного ответил Масара. —, изменить своё место он может либо убив другого, либо лишившись своей силы. Поэтому, я считаю, что правильнее будет оставить Наофуми Пятым.

— я тоже. —, кивнул Сэймей.

— хорошо, давайте думать. —, подняла руки Рё, спрыгнула с плеч. —, задача: Наофуми, имеющий силу Пятого, запечатан. Неизвестно, какие изменения претерпит его сознание, после пробуждения. Риск: уменьшение контроля силы, а следовательно, понижение в иерархии и неспособность находиться на уровне Возбудителей. —, подошла к Эми, мирно глядящему на воду с выражением меланхолии на лице. Или это была сонливость. Она не разобрала. —, варианты: оставить, понизить или снять. Дополнение: Фудзивара-но Ханами точно покинул Десятое место. Вывод: если сменить на Десятого, надо искать Пятого. Уточнение: Десятого поставить легче, чем Пятого, ибо за Десятое место не будет ходить недовольства среди шаманов. Ответ: оставляем Пятым. Не важно, соответствует он или нет. Важно то, что это выгоднее и стабильнее.

— чтоб тебя ракшаси подрал. —, отодвинулся от неё парень. Ещё немного, и мелкая заноза полезла бы обниматься при императоре. —, тогда ищем Десятого. У кого есть предложения?

— Камиши-но Хиро. Воин уровня За-Сан, играючи одолевший Правого. —, поднял веер Сын Неба. —, он уже долгое время известен в магическом обществе. О нём ходят самые разные слухи, но самое главное, что он по силе превосходит даже Моримаса Катанамори[Возбудитель пятидесятилетней давности, Император Клинка].

— я бы предложил Акихиро-но Сатору. Это мой племянник, один из новых учеников. —, сообщил оммёдзи, отпивая из «ядовитой» тыквы. —, обладает двумя врождёнными благословенными техниками Джики, к тому же, кажется, имеет потенциал добраться до уровня первой четвёрки. Возможно... Сможем с его помощью разобраться с Куроками, через пару десятков лет.

— я бы предложил Сэй-но Макото. Он мой заместитель в «Райнаки». По чистой силе превосходит меня, является императором Барьеров, Печатей и Фурайка[ветер, молния, огонь]. Способен одновременно использовать барьер, печать и любую атакующую технику высокого уровня без нагрузки на тело.

— воздержусь. —, отвернулся Эми. —, моим кандидатом уже была Рёмен-но Аяка, избранная на прошлом совете.

После озвученных вариантов Рё и Сэймей замолчали, погрузившись в глубокие раздумья. Пользуясь случаем, Кагэ поставил низкий столик и налил всем чай[дорого!], за что получил благодарственный кивок от Эми.

— размышляем. —, кивнула девочка, сев на землю. —, задача: выбрать Десятого. Варианты: Камиши-но Хиро, Акихиро-но Сатору и Сэй-но Макото.

— Хиро имеет потенциал стать вторым Императором Клинка. Моримаса Катанамори во времена правления императора Камму был Восьмым Возбудителем, Императором Клинка. —, начал Сэймей, наливая в чай сакэ, к великому ужасу главы «Райнаки», который, к своей чести, даже бровью не повёл. —, его постигла печальная участь, когда он вторгся в Китай и погиб, не зайдя дальше прибрежных поселений. Хиро, в отличие от Катанамори, завоеваниями не интересуется. Однако, я редко могу понять, что у него на уме.

— с другой стороны: Акихиро-но Сатору. —, отпил Эми, наконец повернувшись к ним. —, двойное Джики, при чем, как я понимаю, многокамерное. Что вы можете о нём рассказать?

— излишне самоуверенный. Видит в себе бога. —, дал характеристику оммёдзи. —, считаю, что он достоин звания Возбудителя по силе, но не достоин быть выше Десятого из-за своей гордыни.

— умный парень. —, подтвердил Масара. —, я беседовал с ним несколько раз. Размышляет правильно, но, мне он чем-то напоминает Рё-доно вместе с Акагами-доно.

— не могу судить точно, пока не познакомлюсь лично. Однако, я склонна доверять Абэ-доно. —, закончила Рё, повернувшись к Кагэ. —, что известно о Сэй-но Макото?

— по характеру он спокойный, проницательный и преданный Сыну Неба...

— не подходит. —, перебил Эми.

— по какой причине?

— преданность одному человеку. —, вздохнул парень, предчувствуя необходимость долгих объяснений. —, мы можем согласиться на Возбудителя из великого клана шаманов, это даже играет на руку для сохранения баланса сил. Однако, мы не согласны на то, чтобы Возбудитель был агентом имперского двора. Ничего не имею против императора, но его политическая сила и без этого невероятно высока. К тому же, он наследник Аматэрасу Омиками.

— и всё же, я бы советовал рассматривать его кандидатуру.

— хорошо. —, согласилась девочка. —, итак, рассуждаем. Первый вариант рискует повторить судьбу Демонического Императора. Если мы не знаем его истинные цели, то также не можем точно сказать, лежат они на благо Ямато[япония] или на вред. Слишком рискованно. Второй вариант рискует быстро умереть, либо стать вторым Сукуной.

— терпимо, учитывая что благодаря Сукуна-но Кими на нас не пытается напасть Династия Тан и Силла. —, продолжил Эми. —, третий вариант не рискует, то его назначение само по себе вызовет волнения в обществе. Как обычном, так и шаманском. Шаман на службе императора — дело частое. Но Возбудитель? Нет. Дружба возможна, но преданность — никогда. Итог: из всех предложенных вариантов, я бы рекомендовал Акихиро-но Сатору. Пусть будет Десятым, а далее, ежели он будет достаточно силён, то может продвинуться дальше, одолев иного Возбудителя. Либо я возьму его к себе.

— тогда, я могу сообщить Сатору о том, что его кандидатура рассмотрена. —, отпивая из ядовитой тыквы сказал Сэймей.

— испытание будем проводить как и всегда, на первую луну следующего года. —, стукнул веером по чайнику император. —, до тех пор, место Десятого он будет делить с Ханами. Равно как все другие Возбудители до полного назначения.

— не уверен, что в этом есть необходимость, но соглашусь, что нарушать традиции чревато... —, задумался, запрокинув голову, Эми. —, проклятьями.

— ура! На этом можно закончить! Я хотела персик... —, захлопала Рё.

— в таком случае, я вернусь к своим делам. —, забрав с собой чайник, сказал Эми. Поклонился императору на прощание и скрылся где-то на крышах Дайдайри.

— эй! А кто вернёт на Фудзияму меня?! —, схватилась за голову девочка.

— я могу сопроводить... —, предложил Кагэ.

— да упокоит Цукуёми твою душу, Сино-но Кагэ. —, засмеялся оммёдзи. —, завтра вернусь в Сенсо-дэру. Осталось две недели до возобновления турнира. А первый бой между Восьмым Возбудителем и Камиши-но Хиро.

— хм.~ —, залезла на плечи разведчика. —, напишите мне потом письмо, чем закончилось! Если Хиро одолеет Аяку, то место Восьмого тоже окажется подвешенным.

Оставшись наедине, Сэймей и Масара направились к выходу из сада, чтобы Ёсифуса видел, что разговор-отчет прошёл успешно и окончен.

В Сенсо-дэру, вечер. Гостевой дом Абэ-но Сэймея. Внутри тепло от жаровни, пахнет сухими травами и сакэ. На полу — несколько циновок, на них вразброс сидят Энширо, Гэто и Сатору. Сэймей расположился у стены, опершись спиной на столб. Поздний вечер, алый полумрак от жаровен.

— ты. —, указал тыквой на Сатору оммёдзи. —, если одолеешь Иошито во втором раунде, то будешь главным кандидатом на Десятого Возбудителя.

— а почему только Десятый? —, протянул в ответ Годжо с переигранной обидой. —, я ведь достаточно сильный.

— потому что ты дурак. —, осадил его Гэто.

— я не дурак! У меня просто... —, на секунду замялся, подбирая слова, и затем выдал с пафосом. —, иной склад личности!

— у тебя звездная болезнь. —, саркастично поправила беловолосая девочка. —, мало Кана тобой занималась.

— потому, Сатору, что только Десятый Возбудитель покинул своё место. —, пресекая возможное продолжение перепалки, сказал Сэймей. —, с Наофуми всё будет в порядке. Так решено.

Из открытого окна бесшумно, как тень, показался Камиши-но Хиро. Приземлился на пол, пригнувшись, потом выпрямился, отряхнул плечи от невидимой пыли и расплылся в своей вечной лисьей улыбке.

— как там моя малышка?~ —, медленно спросил он.

— в очередной раз, предала тебя. —, холодно отозвался Абэ.

— Будда, за что? —, простонал парень, картинно хватаясь за сердце, но промахнулся и схватился за желудок. —, я не делал ничего плохого. —, Энширо, сидевшая всё это время к нему спиной, вдруг многозначительно отвернулась, поджав губы. Уставилась в стену. Наёмник запнулся. —, ...вроде.

На пороге показался Сугавара-но-Годжо Иошито, шестым аритократичным чувством ощутивший важнейшие диалоги.

— могу я присоединиться? —, попросил он, чуть наклонив голову.

— конечно. —, приглашающе махнул рукой оммедзи. —, пока молния в дом не ударила.

Не говоря ни слова, Сугавара сложил простую печать, ставя над домом простейший защитный барьер, защищающий от ветра, дождя и, как раз, молний.

— это выражение такое... —, буркнул Сэймей, кинув гостю свою вторую тыкву. Ядовитую. —, мы обсуждали то, что Сатору может стать Десятым.

— о? —, отпил, глаз дёрнулся, но кроме этого аристократ не подал виду. —, в таком случае, если его одолеть, то Десятым стану я?

— спорный вопрос.~ —, поджав одну ногу, сказал Хиро. —, Иоши, несомненно, силён, но он уже почти достиг своего пика. —, посмотрел на заклинателя. —, в отличие от Сатору, который даже намёка на малую вселенную не показал.

— почему на Десятого выбирали Сатору, а не Гэто? —, опуская тыкву, поинтересовался Сугавара. —, Абэ-но Гэто, во-первых, из Абэ, а во-вторых, равен по силе Сатору.

В комнате ненадолго повисла тишина. Гэто, всё это время сидевший с невозмутимым видом, медленно и тактично отвернулся к жаровне, начав рассматривать угли с преувеличенным интересом. Сатору, напротив, мгновенно встрепенулся, вскочил на ноги и начал тыкать пальцем в сторону Гэто, Иошито и, на всякий шакалиный случай, дома Юкихары.

— нет! Я сильнее! Я красивее! Я...

— замолкни. —, велела Энширо, рубанув ладонью воздух. Годжо с обиженным видом рухнул обратно на пол, шлёпнувшись на пятую точку, и уставился в потолок.

— потому что он бы не согласился. —, медленно выговорил Сэймей, размышляя, как бы его собеседники сейчас вдруг не подрались. —, разве нет, Гэто-отоуто?

— верно. Меня не интересуют игры в дре... —, запнулся на мгновение, потом поправился. —, не интересует власть.

Услышавший это беловолосый заклинатель резко вскочил, вскинул вверх пустую плошку, скопировав величественную манеру Ханами, и выкрикнул с карикатурным пафосом.

— честь клана!

Как ни в чём не бывало, его давний предок спокойно подошёл к нему, бесшумно налил из своей тыквы сакэ в плошку и так же отошёл обратно.

— ...ты либо ками, либо ракшаси. —, озадаченно осматривая теперь полную посуду, сказал парень.

— Сатору. —, более серьёзно обратился Абэ. —, зимой будет испытание.

— о, точняк. —, щёлкнула пальцами девочка. —, всегда же должны быть испытания. Закон жан... традиция! Так чо за испытание?

— всё предельно просто.~ —, с наигранной заботой протянул Камиши. —, прошлый Возбудитель сразится с новым. Победитель остаётся.

— э... —, растерялся уже Сатору. —, насмерть?

— естественно.~ Какой дурак оставит в живых такого сильного шамана, как нынешний Возбудитель? Даже без посоха.

— это точно станет отправной точкой для больших реформ в клане Фудзивара. —, тихо добавил Иошито.

— это не наше дело. —, отмахнулся Сэймей. —, наше — оставить в живых действующую систему. Без неё начнётся хаос.

— а разве не в хаосе рождается порядок? —, развалившись на воздухе в вальяжной позе спросил беловолосый.

— рождается. —, согласился мужчина. —, после нескольких десятков рек крови. Ты готов на это пойти?

— защищать слабых — такая морока...

— не уверен, что ему стоит быть Возбудителем. —, прокомментировал Сугавара.

— с чего это?~ —, развернулся к нему наёмник. —, когда ты думаешь о «достоинстве» шамана, всегда вспомни первую четвёрку. Давно ли Куроками стали «достойными и благочестивыми»? Сукуна-но Кими? Бездна? У Первого Возбудителя даже имя само за себя говорит, Иоши.~

— на мой взгляд, клан Куроками давно пора уничтожить. —, стукнув тыквой по стене, для большего эффекта, серьёзно сказал предок Годжо.

— и кто этим займётся?~ Их двое. Вы Сукуну не смогли уничтожить, а хотите сразу двоих?

— поймать, когда будут одни.

— достаточно. —, припечатал их Сэймей. —, никому из нас не хватит сил тягаться с Куроками.

Хака[сикигами-человечек], всё это время сидевший на краю пустой плошки и делавший вид, что его здесь нет, вдруг возмущённо замахал бумажными руками, тыкая в сторону Сэймея.

— будешь перечить — верну в мир духов.

Тот, услышав угрозу, мгновенно сдулся, грустно опустился на дно плошки и накрылся сверху куском ткани, как одеялом, изображая обиженного ребёнка.

— кстати, я всё хотела спросить, дядя Абэ. —, сев напротив плошки, проговорила Энширо. —, почему раньше вы никогда не призывали их?

— потому что не сражался.

— почему не отзовёте обратно? —, осведомилась девочка, продолжая разглядывать Хака, который на всякий случай погрозил ей бумажным кулачком изнутри плошки.

— Мизу я вернул. Среди духов воды есть целые общества. Ей не скучно. А вот Хака. —, кивнул в сторону плошки. —, один. Других духов могилы нет. Поэтому он такой сильный. И поэтому он не хочет возвращаться.

— сложная у вас иерархия. —, важно покивала девочка, делая вид, что прекрасно понимает о чём идёт речь и какие там духовные сообщества в воде. —, а чем духи от ками отличаются?

Иошито отвернулся, стыдливо прикрывая лицо. Хиро захихикал, выдавив в её сторону «дура~». Хака же вообще схватился за бумажную голову в знак отчаяния.

— хах, тем, что духи привязаны к месту. Хехехе. —, смеясь, начал объяснять Абэ. —, ох, хахаха, у одного понятия может быть множество духов. Например, озеро. Мизу не единственный озёрный дух. А ками? Ватацуми-но Ками властвует над всей солёной водой. Мизуха-но Мэ — за всю пресную. Микавари-но Ками — за все реки. Оками-но Ками — за все дожди.

— разве реки и дождь не должны относиться к всей пресной?

— так и есть. Мизуха-но Мэ — это ками, который распределяет воду. Микавари-но Ками — это дух реки, ставший духом всех рек и впоследствии ками. Оками-но Ками — это божество «вызова» дождя, а не воды в нём.

— дух может стать ками, если объединит несколько своих вотчин? —, уточнил Сугуру, вновь повернувшись к ним от углей. —, тогда почему Хака, который единственный дух могилы, ещё не ками? —, сикигами-человечек махнул на него рукой жестом «отстань».

— он не хочет. —, всё ещё улыбаясь, ответил оммедзи. —, тогда он будет среди таких божеств, как Годзу-тэнно[божество эпидемий] и Шигусацу-но Ками[божество резни].

— и почему же наш милый бумажный человечек не хочет дружить с такими крутыми ками? —, раскинул руки в разные стороны Сатору.

Сэймей посмотрел на Хака, который отчаянно замахал руками.

— Хака говорит, что они мрачные.

— дух могилы сам по себе мрачный. —, вставил Иошито.

Этого хватило, чтобы бедный «мрачный» дух могилы обиделся по-настоящему, медленно согнувшись и махнув Сэймею рукой, мол, «возвращай в мир духов». Ситуацию спасла Энширо, схватившая Хака за руку и с нечленораздельным боевым кличем выбежавшая в сторону дома Юкихары, что-б ему бедолаге икалось там.

— оу... —, неловко почесал затылок Сугавара. —, Абэ-доно, как думаете, у Энширо-доно есть шанс стать оммёдзи?

— н-нет!.. —, Сэймей аж дёрнулся, вспоминая, как этот маленький, но очень яркий шторм сжёг половину бумажных сосудов, растапливая костёр. —, ни за что. Упаси меня Аматэрасу Омиками...

Глава 28.

Оставшиеся несколько недель пролетели незаметно, не считая того, что Сатору, тренируя какое-то очередное гравитационное извращение, подорвал дом на отшибе.

Первым боем, назначенным на первый день третьей луны одиннадцатого года Дзёва(±12 апреля 844), было столкновение Камиши-но Хиро и Рёмен-но Аяки.

— вы справитесь, Аяка-но Отоно! Справитесь! —, немного трясясь поддерживал её у края поля Кин. —, победа б-будет за вами!

Рядом с ним стояли Юкихара, Энширо и Иэри. Где-то позади маячил Абэ-но Сэймей, обсуждавший с наследником ветви Сугавара-но-Годжо какое сакэ лучше: сливовое или вишневое?

— Энширо. —, с холодным интересом обратился Юкихара. —, на чью победу ты рассчитываешь?

— Аяки. —, апатично ответила девочка. —, у неё еда вкуснее. Хиро какой-то не нормальный.

— разве вы с ним не шпили-вили? —, спросила Сёко.

— отстань. —, отмахнулась, поправив ворот кимоно. —, я, в отличие от тебя, девственница.

— это достижение?

— это попытка уличить тебя в низменных желаниях. —, объяснил Сикике.

— уличила. —, согласилась девушка. —, дальше что?

— э...

На лугу же обстановка царила приторно-правильная, что говорило о явной ненависти противников друг к другу. Аяка переоделась в простое косодэ вместо кимоно, чтобы не стесняло движений, и держала в одной руке нагинату, а в другой сразу три тати. Хиро был проще и всего-то снял шляпу. И плащ.

— обещаю не убивать тебя.~ —, почти с кавайной интонацией проговорила девушка. —, Энширочка расстроится.~

— я тоже постараюсь быть милосердным.~ —, улыбнувшись шире, ответил Камиши. Обнажил свои катаны с красной и синей рукоятями.

Три катаны из руки Аяки были отброшены каждая в разный угол, нагинату она перехватила поудобнее. Как раз в тот момент, когда Хиро уже оказался рядом, нанося одновременные удары сразу с четырех сторон. Почти одновременные.

Даже не выдохнув, пепельноволосая парировала их, раскрутив нагинату мельницей. Под конец вонзила древком в землю и, крутанувшись, с разлёту пнула парня в живот, разрывая дистанцию.

— я что, похожа на Кина?~ —, с издёвкой спросила она.

— на моего учителя. —, перехватил левую(красная рукоять) катану на обратный хват.

Схватив оружие за самый конец, Аяка нанесла размашистый удар, с вложенным в лезвие «Разрубанием». Наёмник заблокировал эту атаку, скрестив плашмя свои катаны. Сила атаки подняла его в воздух, чем он воспользовался, оттолкнувшись от лезвия нагинаты.

Прыгнув в сторону противника, нанес удар коленом в челюсть. Аяка заблокировала рукой, послышался тихий, но отчётливый влажный хруст.

— что ещё за мечи, способные противостоять «Разрубанию»?~ —, поинтересовалась девушка.

— я адаптируюсь. —, вальяжно ответил парень, ускоряясь с каждым ударом.

— агась.~ удачки.

Отбросила оружие в сторону, чем на долю секунды ввела Хиро в замешательство. Этого хватило на то, чтобы подхватить три тати телекинезом и атаковать ими противника. Раздался громкий лязг металла и снопы искр, вылетающих от топорного столкновения пяти оружий. Аяка в это время лечила руку обратной проклятой техникой.

Хиро заблокировал каждую из атак, под каким бы безумным углом меч, ведомый не рукой, не атаковал. Однако под таким гнётом атаковать в ответ не успевал даже он. Слишком много атак, слишком много открытых уязвимых мест. Он даже пожалел, что не стал одевать доспех. Хоть какой-то.

— Демонический Император был быстрее.~ —, насмешливо сказал он. Попытался добавить что-то ещё, но к атакам мечей присоединилась и сама Аяка.

Прыгнула с ног на грудь парня, что он заблокировал рукоятью катаны. Затем, оттолкнулась от неё же, перевернулась в воздухе и ударила коленом в лицо, точь-в-точь как сам Камиши в начале боя. Этот удар он тоже смог заблокировать, но потерял равновесие, чем воспользовалась девушка, оттолкнувшись от его головы с сальто назад.

— ты всё ещё Цуки.~ —, прокомментировал наёмник.

— ты стал За-Сан, когда тебе было сорок. —, парировала девушка, схватив один из тати. —, «Рассечение». —, наложила технику на лезвие, нанесла несколько десятков атак.

— эй-эй.~ это уже не интересно. —, ударил синей катаной по земле, в сторону Аяки.

Из лезвия вырвалась невероятная волна физического урона, разрезающая пополам и поле, и половину всей Сенсо-дэру. Ученица Сукуны, предугадывая подобный исход, успела отскочить в сторону, попав лишь под остаточный урон.

— да ты издеваешься... —, бледнея, пробормотала Энширо.

— накопление. —, сказал Годжо, наблюдавший за боем Шестью Глазами. —, кажется, он научился этому у клана Акихиро. Кана! Кана! Вы дружите с Камиши?

— ни с кем я не дружу. —, обиженно сложила руки на груди. —, это позорит честь клана. Приглашенные воины куда сильнее нас.

— а какая разница?~

— чес...

— хуй на честь. — оборвала её беловолосая. —, что копил Хиро, если у него нет проклятой энергии?

— урон. —, отпивает из ядовитой тыквы, ответил Сэймей. —, простейший механизм у сложнейшей в реализации техники. Синяя катана, сделанная Дзи, способна накапливать физический урон и выбрасывать по команде. Красная делает то же самое, но с магическим уроном. И энергией. Так он и остановил Кина.

— вы не думали стать профессором в дайгакурё[дворцовый институт]?

— думал. Там нельзя пить на занятиях.

— это многое объясняет. —, смахнув пряди волос, кивнула девочка.

— не слабо.~ —, невинно глядя на образовавшееся маленькое ущелье, сказала Аяка. —, знаешь, почему я тебя боюсь?~

— потому что я до невозможного силён? —, усмехнулся Хиро.

— нет. —, мотнула головой. —, потому, Акагами-доно, что ты очень умен и имеешь множество навыков. Но тебе ужасно не хватает силы.~

— это оскорбление. —, занял другую стойку.

— это факт. —, развела руками. —, будь у тебя проклятая энергия, ты был бы на уровне Наофуми как минимум. —, голос стал немного грустным, дрожащим. —, поистине, жаль, что ты такой... Неполноценный.~ —, весело улыбнулась, наслаждаясь реакцией.

— эй-эй, так не пойдёт, ты явно насмехаешься надо мной.~

— то же касается и твоей жалкой сестры.

— ха.~

Не намеренный больше слушать провокации, наёмник рванул вперёд, достигая скорости Наофуми во время его сражения с Ханами. Он не поддался на провокации, вовсе нет, только заставил поверить противника, что он поддался, чтобы этим потом воспользоваться.

— «Бремя Плоти». —, спокойно сказала Аяка, опуская два пальца от неба к земле.

Импульс проклятой энергии, отправленный ей, изменил восприятие гравитации в теле Камиши. Плоть, внутренние органы и кости утяжелились в десятки раз, но вовсе не прибавили в плотности. Для обычного человека это было бы смертельно, но такого воина, как За-Сан, это лишь замедлит. Более чем в семь раз.

— А ты знал?~ —, мило улыбаясь, спросила у него пепельноволосая, игривыми движениями уклоняясь от выпадов катан. —, не важно, с кем ты сражаешься. На любого противника есть техника, которая уничтожит его.~ у тебя есть сверхчеловеческая скорость, обострённые чувства и выносливость. Но.~ всё это тело. Поэтому я и была против того, чтобы признавать воинов За-Сан членами магического общества. Вы слишком уязвимы.

Не желая сдаваться, Хиро всадил катану с красной рукоятью в землю, высвобождая взрыв энергии. Количество проклятой энергии там было практически невозможно измерить количественно, он копил её около года. Мощнейший разрез прошил деревню от начала и до конца. Аяка же, отскакивая в сторону, лишилась правой руки, которую тут же начала регенерировать.

— и я об этом.~ —, засмеялась девушка, притянув нагинату телекинезом. —, один выпад на всю силу. И ты беспомощен. А вот мои техники всегда действуют на максимум. Пока-пока.~ —, рубанула лезвием по горлу наёмника.

— сдаюсь... —, прохрипел тот, чудом заблокировав лезвие двумя руками.

— секунда, и я бы тебя убила.~ хи-хи-хи.

— ты слабее четвёртого. —, бросил ей в след парень, ложась на землю. —, а ведь когда я с ним бился, он не использовал магию.~

— я учту это в своих будущих делах.~ спасибо, Акагами-доно. Жаль, что ты выжил.~

— вау. —, выдохнула Энширо. —, как из аниме. Какого-нибудь про мастеров меча.

— честно говоря, не думал, что всё будет настолько... —, Гэто задумался. —, односторонне.

— вот поэтому я и боюсь Аяка-но Отоно! —, подпрыгнул Правый. —, она очень сильная! Она и воин, и шаман!

— Правый-доно, могу я... —, начал Сугавара.

— да! Да! Конечно! Что такое?!

— почему вы не использовали магию в бою с Камиши-но Хиро?

— использовал... —, смущенно крутясь на месте, ответил Кин. —, но я не знаю заклинаний... Я могу только усиливать энергией удары, вкладывая её в мечи. И могу выплёскивать! Ещё я могу простые техники притяжения! То есть, утяжеления.

— гравитации?! —, подскочил Сатору, тряся Кина за плечи как куклу.

— нет.~ —, промурлыкала Аяка, вернувшись с поля. —, малыш Кин именно утяжеляет. Не может толкать. И всё остальное.

— слыш, так у Хиро ж была красная катана. —, толкнула её девочка. —, чо он твою атаку не поглотил?

— «Бремя Плоти», как и «Рассечение», это «приказ чему-то сделать что-то». —, мило улыбнувшись, отозвалась она. —, у него нет направленного заряда энергии, только импульс-приказ.~

— Хирочка-а!~ ты слаба-ак!~ —, помахала ему рукой Энширо.

— это называется разница в возможностях.~ —, помахав ей катаной в ответ, сказал парень.

В центр поля вышел Абэ-но Сэймей, с Хака на плече. К Хиро в это же время подошел Сугавара и оттащил на границу поля.

— следующий бой. —, отпив сакэ и закупорив тыкву, спокойно сказал оммедзи. —, Абэ-но Сэймей против Фудзивара-но-Сикике Юкихары.

Среди толпы началось шевеление. Два боя за один день? Такое случалось и раньше, конечно же. Но вот бой сразу после сражения, едва не разрушившего всю деревню — это уже интереснее.

Юкихара степенно вышел, держа руки в рукавах кимоно.

— Абэ-доно. Прежде чем мы начнём, я хочу сказать, что этот бой не имеет смысла.

— продолжай. —, кивнул Сэймей, улыбнувшись.

— Ваш уровень, ваши возможности и ваш опыт несоизмеримы с моими. —, с ледяной вежливостью пустился в объяснения аристократ. —, вы Император Баланса, оммёдзи, за плечами которого десятилетия практики. Я лишь глава ритуальной ветви, пусть и Дайдзё-дайдзин, но не воин по сути. —, обвёл взглядом зрителей. —, любой, кто видел ваш бой с Акихиро-но Хоммой, понимает, о чём я говорю.

— о, о! —, ехидно засмеявшись, оживился Сатору. —, он тебя сейчас закопает словами, дядя Абэ! Берегитесь!

— помолчи. —, толкнув его локтем, проговорила Канате. —, он меня вынес, между прочим. Имеет право.

— поэтому я принял решение. —, игнорируя доносившиеся до него шепотки от других шаманов, продолжил Юкихара. —, я не буду с вами сражаться. Бой, который продлится меньше минуты — это не демонстрация силы. Это унижение.

— ч-чего?! —, вцепился в волосы Правый. —, совсем драться не будешь?!

— когда ты слабее в десять раз, стойка и выход на поле — уже поступок. Дальнейшее будет глупостью. —, посмотрев в его сторону, ответил Сикике. Перевёл взгляд на Сэймея. —, я не смогу доставить вам никакого удовольствия, Абэ-доно.

— удовольствия? —, невозмутимо уточнил мужчина.

— вы слишком умны, чтобы наслаждаться избиением. —, развернулся спиной. —, клан Акихиро всё равно побеждает в турнире. У них больше людей, даже пришлось драться между собой. Поздравляю с очевидной победой. —, ушёл с поля.

— ахаха! —, заржал Годжо. —, он реально вышел, прочитал лекцию и ушёл!

— нет, ну... С какой-то стороны... —, неловко почесала голову Акихиро, сдвигая соломенную шляпу на глаза. —, странное чувство. Почему?..

— потому что он прав. —, сказал Абэ, вернувшийся с поля. Энширо тут же подбежала к нему, дёргая за рукав.

— дядя Абэ! Почему вы не сказали ничего?! Он же вас выставил этим... этим...

— он сохранил честь единственным доступным способом. —, подбирая рукав кимоно отозвался мужчина. —, я не в претензии. Если бы он проиграл в бою, пострадала бы репутация всего клана Фудзивара. А так — только его собственная. Он выбрал правильный путь.

— но это же... —, взлохматила волосы с раздраженным «гхаааа». —, но это же бой! Надо драться! Иначе зачем вообще приходить?!

— именно для того, чтобы уйти, когда это разумно.

— всё это какая-то сложная херня! —, замахав руками, воскликнула беловолосая. —, я запуталась! Дальше что?

— дальше. —, оммёдзи перевел взгляд на Иошито. —, остался бой Сатору и Иошито. Можем провести сейчас, либо...

— сегодня я не готов. —, отрезал Сугавара.

— мне без разницы, когда.~ —, надменно протянул Сатору.

— в таком случае, сразитесь через два дня. —, решил Сэймей.

Тёплый вечерний воздух медленно тянул дым от костра вдоль внутреннего двора.

Энширо сидела прямо на земле, поджав одну ногу под себя и лениво мешая деревянной палочкой отвар в котелке. Аяка лежала рядом с Энширо, устроив голову у неё на коленях и лениво наблюдая за искрами.

Рядом, чуть поодаль от огня, сидел Юкихара. Идеально ровная спина. Идеально спокойное лицо. Идеально раздражающий вид человека, который вообще не сомневается в своей правоте.

Иэри спала. Сидя. Прислонившись плечом к спине Юкихары и слегка приоткрыв рот.

— зачем ты сдался? —, вдруг спросила беловолосая.

— прошу прощения? —, медленно переведя на неё взгляд, спросил Сикике.

— да не, я серьёзно. —, пожала плечами. —, ты вышел на бой, постоял красиво, получил пафосную атмосферу и такой: «М-м-м. Не желаю». Нахрена приходил тогда?

Аяка тихо фыркнула в рукав. Аристократ несколько секунд молча смотрел на девочку так, будто пытался решить, стоит ли вообще отвечать.

— Энширо-доно.

— м-м?

— Вы чрезвычайно глупы.

— спасибо.

— и именно по этой причине не способны понять произошедшее.

— а-а-а, началось... —, постучала себя деревянной палочкой по лбу.

— бой между сильными шаманами не является представлением для вашего удовольствия. —, холодно начал объяснять парень, кажется, сдерживаясь всеми силами от того, чтобы не утопиться в ближайшем болоте.

— а жаль.

— моё поражение было очевидно ещё до начала поединка.

— тогда тем более.

— однако. —, ледяным голосом продолжил Фудзивара. —, сохранение достоинства клана Фудзивара требовало моего присутствия.

— Энширо права.~ —, сев прямо, промурлыкала Аяка. —, ты просто старый зануда.

— мне двадцать три. —, учтиво поправил Юкихара.

— отвали, Аяка. —, попытавшись отпихнуть ту локтём, раздраженно прошипела Энширо. —, ааааййй да блять слезь ты с меня.

— не хочу.

— Аяка.

— м?~

— я тебе лицо сейчас ложкой разобью.

— жестоко...~

— вы ведёте себя как дети. —, прокомментировал Сикике, разворачивая на коленях какой-то свиток.

— а ты как похоронный алтарь. —, моментально ответила Энширо.

— по крайней мере, я не позорю себя публично. —, парировал парень.

— По крайней мере, я не выхожу на дуэль чтобы сдаться через пять секунд. —, не отставала девочка, пафосно указав на него деревянной палочкой.

Создавалось впечатление, что между ними сейчас полетят искры. Эти двое и без того часто цапались по мелочам, но сейчас, видимо, и один, и второй планировали довести дело до разумного завершения. Кровавого. Аяка мило улыбнулась, в немом «о-о-о.~»

— вы удивительно настойчиво демонстрируете собственное невежество.

— а ты удивительно настойчиво душнишь.

— Энширо права. —, важно кивнула пепельноволосая. —, ты скучный.

— благодарю за мнение, госпожа Рёмен. —, намеренно сделал ударение на фамилии, обычно не афишировавшейся. —, пренепременно запишу его на дощечке.

— ты сейчас сарказмировал?

— нет. Лишь презирал.

— вы задрали орать... —, сонно пробормотала Сёко, потянулась. —, я сплю вообще-то…

— Иэри. — тихо произнёс Юкихара.

— помолчи. Все помолчите.

Энширо прыснула. Аяка захихикала в рукав. И в этот момент часть стены справа взорвалась наружу. Дерево и бумага перегородок разлетелись по двору. В проломе появился Наофуми. Лохматый. Несколько секунд он молча смотрел на всех.

— где Ханами? —, тишина. —, я почти победил.

— ты идиот. —, отмахнулась Иэри, сквозь сон указывая ногой в сторону поля. Наофуми нахмурился.

— Наофуми-доно. Боюсь, вы несколько... —, покрутив рукой в воздухе, чтобы лучше подобрать слова, начал Сикике. —, потеряли ощущение времени.

— чего?

В ответ парень чуть повернул голову в сторону открытого пространства в центре деревни, ныне развороченного от сражения Аяки и Хиро.

— это. —, спокойно произнёс он. —, не ваши следы.

— Будда...

— Сэймей признал ничью! —, пафосно подняла палец Аяка, пародируя Ханами.

— это не ничья!

— а мне понравилось.

— ты вообще в порядке! Я столько под печатями сидел!..

— навык.

Наофуми уставился на неё с искренней ненавистью. Аяка кавайно улыбнулась.

— мне тебя даже жалко. Ты усталый. Избитый. Голодный. Нестабильный. —, начала загибать пальцы, едва сдерживая хохот от реакции Пятого Возбудителя. —, а я сытая. Выспавшаяся. И почти не ранена. И в данный момент, тебя ударов за тридцать вырублю. —, Энширо согнулась от смеха.

— это как тот прикол с лягушкой в колодце. —, сквозь смех проговорила она.

— фууууф... —, осев около костра, выдохнул Дзенин. —, Юки, сколько примерно времени прошло?

— немногим больше месяца. —, ответил аристократ. —, если не секрет, как ощущается быть запечатанным?

— хм... —, пригладил лохматые волосы. —, представь, что твоё восприятие окружающего мира и времени это как идти. Воздух тебя почти не останавливает. Под печатью... Я как-будто пытался идти сквозь мёд. Вместо воздуха — мёд. По ощущениям, будто не больше дня прошло.

— удивительно, что вы сохранили сознание и ощутили хотя бы день. —, заметил парень. —, не думал, что высшая печать Императора Печатей будет столь недолговечной. И слабой.

— это не печать слабая, а Наофуми и дух Сэймея сильны.~ —, ответила ему Аяка, поглаживая Энширо по голове. —, запечатать во времени того, кто в обычном состоянии мыслит в... Сколько там раз быстрее?

— тридцать семь. —, вставил Наофуми.

— тридцать семь. —, кивнула. —, накладывая силу и объёмы проклятой энергии, можно сказать, что если бы Ханами-но Кими запечатал тебя, Юкихара, ты бы ощутил «день» пролежав под печатью около десяти лет. Вот и всё.~

— схожу к Сэймею. —, сообщил император Времени, поднимаясь. —, надо...

— да плевать нам, что тебе надо. —, перебила беловолосая. —, ты что, в фильме? А, ты ж не знаешь, что это такое. Вали давай уже, вали.

— однажды я тебя точно убью. —, пообещал парень, разворачиваясь.

— чо, прям правда убьёт? —, спросила у Аяки Энширо.

— только если в какой-то момент ты окажешься вдали от кого-то сильного.~ —, медленно проговорила та. —, а ты, по-моему, всегда рядом с кем-то опасненьким.~ то Сатору и Гэто, то Сын Неба, то я, то Сэймей. Везёт тебе.~

В дом Абэ-но Сэймея гость зашел через окно. Залез. Запрыгнул. Оммёдзи сидел один, наблюдая за тем, как Хака препирался с каким-то мелким духом огня в жаровне.

— Сэймей. —, сразу обратился он. Оммёдзи лениво перевёл взгляд на Наофуми. —, что по поводу...

— турнир ещё не окончен. —, спокойно прервал его Абэ. —, не бойся, я помню, о чем мы договаривались. Сразу после турнира я поеду за нужным человеком, а остальное невозможно, пока жив Ханами. Не торопись.

— да знаю я, знаю. —, сел на циновку рядом. —, я проиграл. Ты знаешь, это было неожиданно. Я думал, что несмотря на ограничивающие печати, буду быстрее. Круче. Сильнее. А этот старый дед просто задавил меня опытом. Я был не готов к тому, что он... Хоть что-то умеет.

— я тебе что, мама родная, чтобы исповедоваться? —, отпивая сакэ, с улыбкой поинтересовался мужчина. —, но, если уж хочешь моё мнение, то ты проиграл просто из-за самоуверенности. Если бы с самого начала бил в полную силу и не пытался насмехаться, Ханами не хватило бы времени на концептуальную печать.

— сколько боёв осталось?

— один. Наследник Сугавара-но-Годжо и Акихиро-но Сатору.

— о. —, посмотрел в потолок. —, после его сражения с Камо-но Ацутагой, складывается впечатление, что парень неуязвим. Разве что для каких-нибудь техник типа той печати.

— меня это не волнует. —, отмахнулся Сэймей. —, меня сейчас волнуют только мои дела. А ты, Наофуми, не ожидай от меня слишком многого. Я выполню твою просьбу только потому, что ты помог мне в исследовании состояния моих племянников.

— какой ты суровый. —, рассмеялся Дзенин. —, ну, у меня всегда есть Сацуки, так ведь?

Глава 29.

Сугавара-но-Годжо Иошито долго размышлял над тем, как одолеть того, до кого невозможно даже дотронуться. Ощутив «Бесконечность» в тот раз у костра, он сразу понял, что это нельзя назвать барьером, пусть Сатору и заявлял так. Куда правильнее это было бы именовать локальным подчинением реальности.

Почему ему в голову пришла эта мысль? Да потому, что любой барьер, каким бы невероятно мощным он ни был, можно пробить более сильной атакой. «всегда найдется рыбка покрупнее», да? Безусловно. Император Джики, пусть и ложный, готов был поставить свою честь на то, что определённой силы удар разрушил бы даже барьеры Шестого Возбудителя, Мастера Тенгена из Энряку-дзи.

Если бы только «Бесконечность» была барьером. Чёртовым барьером. И даже если это локальное подчинение, всегда можно было бы его перегрузить или запечатать. Такие мысли крутились у него в голове, пока он не осознал кое-что более важное — у «Бесконечности» нет резерва, который можно было бы перегрузить. Это как пытаться утопить океан.

Тогда Иошито начал думать в другую сторону. Хорошо, это уникальное Джики без возможности воздействия обычным способом. Однако, поговорив с Рёмен-но Аякой, он узнал, что «Рассечение» или «Бремя Плоти» скорее всего сработают на беловолосом шамане Джики. При определённых условиях, но всё же.

Вывод был ясен, как день. Обе этих техники — «приказы». В то же время «Бесконечность» — тоже приказ, бесконечного разделения, либо расслоения пространства, как ему показалось. Всё встало на свои места. Чтобы справиться с этим, ему нужен был всего-то более сильный, подавляющий приказ. И он у него был.

«Воплощение Реальности»[расширение территории]. Вершина его техник, заставляющая пространство вокруг работать по его законам. Но был вопрос, на который он не знал точного ответа: если он использует её, то не сохранится ли «Бесконечность» внутри его территории, отстаивая себя как островок воли Сатору?

Как и любая задача на концентрацию и распыление энергии, это решалось неудобно, но стопроцентно. Нужно было спрессовать «воплощение реальности». Покрыть себя тонкой плёнкой своей территории. Тогда он точно сможет пройти через этот псевдобарьер.

В будущем такой метод будет назван амплификацией домена и открыт по-новой, ибо Иошито не планировал никому его передавать. А все, кто догадались, увидев, могли просто умереть, не оставив записей. Частое явление.

И в ту же секунду, как первый кулачный удар Иошито влетел в подбородок Сатору, беловолосый заклинатель будущего осознал, что его далёкий, очень далёкий предок ничуть не менее выдающийся, чем он сам.

— ...но на этом всё. —, завершил свои мысли парень, перехватывая второй удар шамана. —, ты не сможешь использовать свои техники, пока поддерживаешь эту... Вуаль?~

— безусловно. Однако не думаю, что ты достаточно силён в рукопашном бою, чтобы так говорить. —, ответил Сугавара, выворачивая свою руку под невероятным углом, используя держащую его руку Сатору, как рычаг.

Ударил с колена и затем носком в подбородок. Снова подбородок. Если ты знаешь, что твой противник превосходит тебя по скорости, силе и выносливости, остаётся только бить в одно и то же место, накапливая критический урон.

Отклонившись назад, Годжо выпустил руку и уклонился от последующих ударов. Выгнулся почти что на мостик, опёршись ладонями о землю и сам ударил с ног в горло противника, размашистым движением, в итоге оттолкнувшись руками и через сальто приземлившись на ноги.

— хрена Сатору акробат. —, прокомментировала Энширо, пнула Канате. —, эй, а он себе так ничего не повредит?

— даже если повредит, у него есть «Шурафуку». —, пожав плечами, ответила Акихиро. —, Сатору знал, что у него не очень хорошо с чистым боем, без техник. Поэтому долгое время тренировался с несколькими нашими старейшинами. Но, признаться, никогда бы не подумала, что кто-то из них так может.

Не слышавший этого диалога беловолосый уже переходил в следующую атаку, нанося усиленный переворотом в воздухе удар пяткой. Иошито уклонился, отступая назад с последующим ударом ногой сзади.

Сатору пропустил удар мимо себя, мигом оказываясь около противника, с пинка отправляя его в стену ближайшего дома. Соломенная крыша, которую ныне держало три стены, вместо четырёх, обвалилась вниз. Через мгновение уже поднятая косым ударом снизу вверх от Иошито.

— не жалеешь, что безоружен?~ —, надменно спросил Сатору, повиснув в воздухе.

— в обращении с мечом я ещё хуже, чем в рукопашном бою. —, признался Сугавара, хватая ближайшую острую часть сломанной балки. —, впрочем, лучше, чем ничего.

Метнулся вперёд, раскручивая это подобие посоха восьмёркой, дабы ограничить возможные удары со стороны беловолосого. Тот же уклонился от всех последующих выпадов, сверкая самодовольной улыбкой с выражением лица «я вижу каждый твой удар».

— что-ж. —, Иошито отпрыгнул, прекращая поддерживать амплификацию домена. Сложил печати, формируя пяти- и семинаправленные сферы энергии, атакующие Сатору. Тот, конечно же, спокойно стоял, укрытый «Бесконечностью», с заинтересованным выражением лица наблюдая за разрушающимся полем. —, сдаюсь.

— так и... Стоп, сдаешься?! ,—, схватившись за голову, воскликнул беловолосый. —, сначала Юкихара, а теперь ещё и ты?! Что за дела вообще? Мог бы тогда вообще не выходить! Мы бы пораньше уехали!

— не вижу смысла сражаться в заведомо проигрышном бою. —, спокойно ответил парень. —, я доволен уже тем, что преодолел твою якобы абсолютную защиту.

— да-да, ты молодец и всё такое. —, потирая пострадавший подбородок, раздраженно произнёс Сатору. —, попал по мне целый один раз. Знаешь, лучше бы мы с тобой хоть шариками покидались, типа как «вышибалы», знаешь такую игру? Ах, точно, точно, какие вам вышибалы. —, пауза. —, ты тоже из-за абстрактной чести клана сдался?

— нет, из личного желания. —, покачал головой. —, меня изначально отправили на этот турнир с указанием «не выделяйся, сдайся если противник силён». Мне такое, конечно, не нравится, потому я и решил сразиться, но всё же...

— бла-бла-бла. —, передразнил его беловолосый, опускаясь к Канате. —, несомненно, рад за тебя. Кана, пора по домам собираться. Теперь я понимаю, как чувствовала себя бедняжка Аяка, когда падла на Сацуки сбежала.

— успокойся, Сатору. —, попыталась его осадить Энширо. —, ты просто читовый, вот Иошито и не захотел с тобой драться. Я б тоже не захотела.

— может, тогда, просто дадим мне крутое звание без всяких испытаний?

— хра-хра-хра! —, послышался старческий смех из глубины толпы. —, ты ведёшь себя так из-за того, что тебя, как и подобает по традиции, заставили сражаться за место?

Шаманы расступились, пропуская патриарха клана Фудзивара. Старик подошёл к Годжо, глядя на него снизу вверх.

— полагаю, ты думаешь, что я жалкий старик, неспособный ни на что. —, проговорил он. —, но спешу заверить, я бы одной рукой победил Иошито, который прошёл сквозь твой барьер. И своё место так легко не отдам.

После этого участники спора были добровольно-принудительно растащены в разные стороны. Смысла в дальнейших пустых пререканиях не видели ни Абэ-но Сэймей, ни Сино-но Кагэ, завершивший свои записи для хроник.

Через пару часов многие шаманы уже покинули деревню. Другие же собрались перед полем, обсуждая, куда пойдут дальше. Сложнее всего было Гэто, который планировал пойти с Сэймеем.

— я отправлюсь вместе с Канате и Сатору в клан Акихиро. —, сообщил Сэймей, переливая себе в тыкву сакэ из кувшина. —, получу от патриарха то, о чем мы договаривались, и вернусь. Вы?

— о! О! Наконец-то мы узнаем, что там хочет дядя Абэ. —, убрав руки за голову, прокричал Годжо.

— я планировал отправиться к вам, дядя Абэ. —, сказал Гэто. —, получается, вместе заглянем в клан Акихиро.

— Энширо! —, положив руки на плечи девочки, воскликнула Аяка. —, поехали в Хэйан-кё?~

— Будда... —, вздрогнула, выдохнула. —, что мне делать в этом твоём Хэйан-кё? Опять меня в дворец запечатаешь? Или, того хуже, в саду?

— но там есть я.~ —, обиженно надув губы, проговорила девушка.

— не усралась ты мне.

— жестоко...

— и вообще, дядя Абэ обещал обучать меня управлению проклятой энергией. Вернее, ветви энергии.

Сэймей закашлялся, поперхнувшись сакэ. Несколько секунд его одолевали спазмы, потом мужчина вытер губы, прикрыв глаза.

— ками всемогущие, я искренне надеялся, что ты забыла.

— я не хочу в клан Акихиро. —, взлохматив волосы, сказала девочка. —, мне там не понравилось, когда была последний раз. И еда там не вкусная. И люди там Канате.

— эй! —, возмутилась Акихиро.

— ко мне!~ —, радостно предложил Хиро, толкаясь с Аякой.

— ни за что. —, отрезала беловолосая, отворачиваясь от них. Ткнула в Аяку. —, эта сука не адекватная вечно ввязывает меня в свои разборки. К тому же, что я буду делать, если вдруг почтеннейший и благороднейший Сукуна-но Микото[Микото переводится как «почтенный владыка», используется к высшим божествам] решит навестить нас?

— а чем тебе не нравится у меня?~ —, осведомился Камиши, хихикая над погрустневшей Аякой.

— а ты бездомный, Хиро. —, плоским тоном ответила она. —, уж лучше к Аяке.

— да! Да! —, закивал Кин. —, давай к нам! Сукуна-но Кими занят в ближайшее время, он нашел себе интересное на Цусиме!

— Гэто... —, с отчаянием повернулась к нему. —, давай ты не пойдешь в Акихиро? Давай просто со мной в лачугу?

— ладно. —, не упираясь, согласился Сугуру. —, я как раз хотел сократить своё возможное участие в каких-либо политических моментах. Меньше посещать кланы — меньше вмешиваться в историю.

— э-э-эй! Я хотел накормить тебя этими, как их... Минеральными лепешками! —, обиделся Сатору.

— я не хочу есть еду, в названии которой есть слово «минеральное», стоящее не перед «источник». —, ответил парень.

— ой ну и пошёл лесом. —, махнул рукой, повернулся к Юкихаре. —, а ты, морозилка?

— совместно с Наофуми-доно, Ханами-но Кими и Иэри вернусь в клан Фудзивара. Там разойдёмся в свои деревни. —, холодно ответил аристократ, уже ненавязчиво разворачиваясь к выходу.

— ладно, вы как хотите, а я пошла. —, потянув Гэто за рукав, сказала Энширо. —, толку стоять три часа и обсуждать?

— знаешь, порой мне кажется, что ты нарочно ведёшь себя по-детски, чтобы тебя продолжали дразнить. —, прокомментировал Сугуру, идя за ней.

— да, мне тоже так казалось. —, постукивая пальцем по тыкве, кивнул Абэ. —, что-ж, раз на этом всё, то желаю каждому из вас выжить и не прогневать ками.

Прибыв в Хосемура-дэру уже через несколько дней, Абэ-но Сэймей, Сатору и Канате сразу отправились в дом патриарха. Первый — за наградой, вторые — похвастаться. Канате, правда, немного боялась гнева патриарха по поводу её проигрыша. Зря. У патриарха своих проигрышей хватало в данный момент.

Акихиро-но Исонао стоял в небольшом саду своего дома, вместе с наследником, Хоммой. Сзади, минуя всю стражу, к ним подошли остальные.

— патриарх, мы победили! —, огласила Канате, вскинув кулак. —, у нас пять побед, а у Фудзивара четыре!

— замечательно. —, не оборачиваясь, кивнул ей Исонао. —, наконец, наш клан достигнет должного уровня, который мы заслужили.

— Исонао. —, хитрым тоном обратился Сэймей, от чего глава клана немного вздрогнул. —, я выполнил свою часть сделки. Теперь твоя очередь.

— я сейчас же прикажу подготовить вам бочку лучшего сакэ. —, согласился Акихиро.

— замечательно, просто прекрасно. Но кроме выпивки, ты обещал отдать мне Акихиро-но Ран, если мы выиграем на турнире. —, напомнил Абэ.

— патриарх, вы... —, резко повернулся Хомма.

— помолчи. —, осадил его жестом Исонао, посмотрел на оммёдзи. —, я помню наш уговор, не волнуйтесь. И вовсе не собирался уклоняться. Но вы уверены, что вам стоит это делать? Что подумают в великом клане Абэ?

— то, что будут думать в клане Абэ, останется в клане Абэ. —, холодно отрезал мужчина, взглядом заткнув уже открывшего рот Годжо. —, вас это волновать не должно, как и я не спрашиваю, что о вашем решении думают в Акихиро. Или мне спросить?

— Абэ-доно. Забрать человека из клана, даже самого маленького, невероятно сложно. —, произнёс патриарх, вздыхая. —, даже если бы мы были каким-то маленьким кланом, и вы хотели забрать какого-то абсолютно не важного шамана, это бы обернулось волнениями в обществе.

— это работает лишь в том случае, когда это самое «общество» узнаёт, что кто-то покинул клан и ушёл. —, парировал оммёдзи, спокойно отпивая сакэ из тыквы. —, к тому же, официально ведь Акихиро-но Ран мёртв. О нём знаешь ты, старейшины и твои двое детей. —, пауза. —, и Сатору.

— хорошо, я понял. —, смирился глава клана. —, но всё же, я хотел бы вас предупредить, что если вдруг появится Абэ-но Ран, с волосами клана Акихиро, всё сразу всплывёт. И ровно в тот момент, я скажу всем, что Ран был убит ещё тридцать лет назад. А раз сейчас жив, то это вы подстроили ту смерть, Абэ-но Сэймей.

— буду иметь ввиду. —, протянул руку. —, делать его Абэ я отнюдь не планировал. На Императора Троецвета, тень клана Акихиро, у меня другие планы. Которые, кстати, практически не отличаются от его обычных дней.

— как хотите. —, порылся в рукавах кимоно, доставая небольшой свиток. Положил в руку оммёдзи. —, это приказ от моего имени, что Ран переходит под ваше командование. Где он сейчас — я не знаю. Скорее всего в пределах деревни или окрестностях.

— благодарю за содействие. —, официально поклонился мужчина, выходя.

Недолгое время длилась тишина. До тех пор, пока Сэймей не скрылся вдалеке, разыскивая нужного человека.

— оте...патриарх! —, подскочил Хомма. —, как вы можете отдавать второго по силе члена клана в неизвестном направлении?!

— патриарх! —, присоединилась к нему Канате. —, я понимаю, что Абэ-доно сделал многое на турнире, но так ли было необходимо платить столь большую цену?

— Исонао-доно! —, за компанию подхватил Сатору, хотя его вообще не волновало, что кого-то куда-то отдали. Он этого Рана не видел то ни разу. —, зачем вы отдали в руки дяди Абэ какую-то девушку?!

— Сатору... —, застонал окруженный тремя людьми патриарх. —, он мужчина. Ради Будды, хотя бы ты не лезь...

— отец! —, не отступал наследник. —, я прекрасно понимаю, что мы хотели стать великим кланом. Знаю, как это важно. Но вспомните заветы старого предка[Акахи Рё/Акихиро-но Акахи]! Он завещал нам держаться подальше от политики, а мы из-за всего этого теперь тесно связаны с великим кланом Абэ и на ножах с великим кланом Фудзивара!

— успокойся! —, рявкнул Исонао. Все стихли. Выдохнул. —, Хомма, Канате. Нельзя стать великим кланом, не влезая в политику. Указания старого предка недействительны в наше время. Сейчас уже нельзя стать великими просто из-за большой силы.

— великий клан Камо стал великим относительно недавно и за счёт того, что они — жрецы. —, парировал наследник.

— великий клан Сугавара стали великими вообще полвека назад, потому что они — учёные. —, добавила Канате.

— клан Годжо... —, начал Сатору, но под тройным гневным взглядом стих.

— клан Камо оказывает влияние на политику шаманского общества. —, отбил атаку глава клана. —, а клан Сугавара вообще чиновники в бюро календаря и учителя знати в дайгакурё[дворцовый институт]. Как долго ещё вы намерены препираться?

— отец. Никто в нашем клане не занимает официальных должностей, кроме Акихиро-но-синдзю Тамао[научная ветвь жемчуга] в дайгакурё. —, медленно произнёс Хомма, стуча кулаком по воздуху. —, а если мы станем великим кланом в текущей ситуации, нам придётся отправлять людей в Хэйан-кё. К тому ж...

— хватит. —, стальным голосом приказал Исонао. —, я понял тебя. И вижу твою точку зрения. Когда станешь патриархом, возможно, поймешь меня. Возможно, нет. Скажу тебе только, что беспокоишься ты зря и от отдачи Акихиро-но Ран нам будет только выгоднее.

— нет, я!..

— хорошо, отец. —, поклонилась Канате, прерывая Хомму. —, хватит, Хомма. Патриарх уже всё решил. Нам остаётся лишь готовиться к зимней церемонии.

— теперь, может, всё-таки поедим лепёшки? —, невинно предложил Сатору. —, что? Я проголодался. А вы так ожесточенно спорили, что есть захотелось ещё больше.

— ты... Ха, ладно. —, потерев лоб, согласился наследник. —, пойдём, прикажем слугам принести лепёшки. Надеюсь, твой дядя уже нашел Рана и покинул деревню.

— жа-а-аль.~ —, растянул беловолосый. —, я уж думал он с нами пообедает.

Как найти человека, если ты не знаешь ни как он выглядит, ни где находится? Ответ очень простой: ты должен быть Абэ-но Сэймеем. Для оммёдзи нет ничего проще, чем работа по поиску. Весь мир населяет бесчисленное множество духов, которых можно попросить о помощи. Те попросят других, и таким образом найдут нужного человека.

Таким образом и был найден Акихиро-но Ран, охотящийся вблизи Хосемура-дэру. Мужчина средних лет был одет в тёмно-голубое кимоно и имел такие же неоново-синие волосы, как у патриарха клана, только короче. Это невольно наталкивало на мысль о доминировании ветви сафи[сапфир].

— доброго дня, Ран-доно. Меня зовут Абэ-но Сэймей.

— Акихиро-но Ран. —, поклонился мужчина. —, патриарх предупреждал о вас. Но я всё же должен попросить... —, Сэймей бросил ему свиток. Ран поймал, развернул, прочитал, кивнул. —, куда отправимся?

— сразу видно полезного человека. —, улыбнулся оммедзи, протягивая ему тыкву с сакэ. —, заберём обещанную бочку и в мою лачугу у Фуруити.

— надеюсь, будем друг другу полезны. —, улыбнулся Акихиро, отпивая из горлянки.

В Дайдайри же тем временем император Масара отдыхал в своих покоях. Вместе с Эми, сидящем на одной из балок потолка, поджав одну ногу. Оказывается, ещё в раннем детстве впечатленный Сино-но Кагэ решил, что потолки — это круто. А всё из-за Эми, являвшегося кумиром нынешнего главы «Райнаки».

— до меня дошли сведения. —, устало начал парень, отпивая чай из пиалы. —, что вы намерены дать клану Акихиро статус великого клана.

— безусловно. —, согласился император, наливая себе сакэ. —, они это заслужили, к тому же за них просил Абэ-но Сэймей и Фудзивара-но-дзенин Наофуми.

— вам не кажется это странным? —, поинтересовался Эми. —, я могу понять Абэ-но Сэймея, он пытается заполучить как можно более влиятельных союзников. Но что насчёт этого Наофуми? Пусть они с патриархом и в своеобразной ссоре, это не даёт достаточного стимула для такого, по сути своей, предательства.

— я думаю, что Наофуми сделал это из-за Сэймея, что-то ему пообещавшего. —, ответил Масара. —, насколько я помню, тебя ведь не интересует магия?

— естественно. —, долго выдыхая, согласился Центральный. —, пусть я и шаман, меня волнует исключительно наша страна. И, признаюсь честно, планы Абэ-но Сэймея, какими бы они ни были, в данный момент идут нам на пользу.

— клан Акихиро, став великим, оттеснит Фудзивара. —, продолжил его мысль Сын Неба. —, это одновременно и укрепит баланс сил, и ослабит. Как бы ни сложилась ситуация, это даст больше времени для противодействия клану Фудзивара.

— я уже заручился поддержкой клана Камо, они окажут влияния на шаманов. Кланы Минамото и Тайра изначально были на нашей стороне. —, спрыгнул с потолка, бесшумно приземлившись. —, второе дело, по поводу которого я пришёл. Нам угрожала войной Силла[корейское государство].

— не слышал. —, усмехнулся Масара, отпивая из чашки. —, полагаю, ты разобрался? Или Кагэ?

— лучше. —, на апатичном бледном лице мелькнула тень ехидной улыбки. —, они решили провести внезапную атаку на нас, высадившись на Цусиме. —, сделал намеренную паузу. —, ровно в тот момент, когда Рёмен-но Сукуна и Левая там разбирались с идолом.

— ох. Ха. Хаха. —, прикрыл лицо веером, едва сдерживаясь. Плечи затряслись. —, хахаха. Ками... Хоть кто-нибудь выжил?

— либо съедены, либо разлетелись на туман. —, спокойно сообщил Эми. —, впрочем, обернулось это тем, что Силла обозлилась и регулярно высылает свои карательные отряды шаманов на Цусиму. В то время как Великий Император Разрушения нашел себе в них неплохое развлечение. В итоге, думаю, на какое-то время две угрозы, внешняя и внутренняя, уравновесили друг друга.

— Силланам очень не повезло. —, захлопнув веер, произнёс император. —, сколь бы высоко ты не взлетел, останешься на ладони у Будды. Если ты человек. Эми. —, поднял взгляд на собеседника. —, я хочу попросить тебя быть судьёй на испытании Десятого Возбудителя.

— я не достаточно силён, чтобы остановить сражение такого уровня. —, ответил парень, прикрывая глаза. —, однако я сделаю это, если такова воля главы государства.

— ты сильнейший среди не-возбудителей. И достаточно компетентен для этого. —, сказал ему Масара.

— пусть будет так. —, сдался Эми. —, похоже, мне тоже не суждено выбраться с ладони бога. Жаль, что я не верую в Будду.

Глава 30.

В лачуге Сэймея царил порядок. За прошедшие полторы недели, что оммёдзи отсутствовал, Энширо и Гэто успели поменять солому на старой соломенной крыше лачуги, укрепить свою землянку, построенную Сэймеем еще в восемьсот сорок втором, по новому календарю.

Запасы были обновлены путём обмена каких-то амулетов Сэймея на мешки риса в Фуруити. Рыбу просто поймали в ближайшем пруду. Том самом, где, по заверениям Абэ, жила Мизу. Что Сугуру, что Кёмукуси было непривычно находиться в тишине. После трёх месяцев жизни в Сенсо-дэру, где каждый день хоть раз да случится какой-нибудь бой, срач, пьяная выходка или просто кто-то на кого-то свалится, жизнь в лесу была сродни тому, как слушая музыку на полной громкости резко вынуть наушники и остаться в тишине.

Как и в любой подобной ситуации, тишине не суждено было продолжаться долго. По тропинке, ведущей из Дадзайфу[рядом с Хаката, но ближе к лачуге, чем большой порт], шёл Абэ-но Сэймей, вместе с странным человеком. Впрочем, «странный» — неправильное слово для представителей этого клана. Когда все вокруг странные, то никто не странный, верно?

— дядя Абэ. —, плоским тоном обратилась девочка, жарящая рыбу на костре вместе с Гэто. —, ради всего сущего, скажите мне, почему опять Акихиро? У нас что, других кланов нет? Или у вас фетиш на них?

— знакомься, это мои племянники. —, пропустив мимо ушей все вопросы, указал на них Сэймей, повернув голову к Рану. —, Энширо и Гэто. Они не злые, просто большую часть своего времени контактировали именно с твоим кланом.

— дело не в том, что мы с ними много контактируем. —, ответил Сугуру, протягивая две рыбы пришедшим. —, а в том, что мы бы может и не контактировали вовсе, да только клан Акихиро сам нас постоянно находит. Создаётся впечатление, что всё вращается вокруг них.

— это истинно для любого большого клана. —, откусив рыбу, произнёс Акихиро. —, как бы глупо ни прозвучало, но это совпадение. С тем же шансом, вместо Акихиро могли быть Камо или Абэ.

— ладно, ладно. —, помахав рукой, сдалась беловолосая. —, и всё, дядя Абэ, ваши интересы постоянно сталкиваются с ними.

— потому что клан Акихиро большой. —, загибая пальцы, пояснил оммедзи. —, сильный. Я пользуюсь у них уважением. Имеют высокий потенциал. Полезные. —, пауза. —, поэтому, я их использую, ведь они удобнее всех.

— немного грустно такое слышать. —, признался Ран, слабо улыбнувшись. —, однако после того, как меня просто отдали, я начинаю понимать ваше мышление.

— отдали? —, спросил Гэто, вопросительно склонив голову набок. —, кстати, забыли представиться, кроме имён. Меня зовут Абэ-но Гэто, а её Энширо Кёмукуси. Клана Кёмукуси нет, это самоназвание[частичка «-но» означает привязку к клану. Если человек носит уникальную фамилию, которая не имеет клана, то он не ставит себе в полное имя «-но»].

— что-ж, в таком случае, я Акихиро-но Ран, бывшая тень клана Акихиро. —, представился мужчина. —, я из ветви сафи, но после становления тенью перестал числиться её частью. Я являюсь наградой Абэ-но Сэймею за победу в турнире.

— типа как приз? —, поинтересовалась Энширо.

— типа.

— а... —, отвернулась, плечи задрожали. —, ахахахахахахахаха! Приз! Приз! Гэто, ты слышал? Он — приз! Ахахахаахах! Давай пойдём купим шёлк и сделаем ему ленту, типа как у выпускников в нашем времени, только вместо «выпускник 2005» напишем «приз Сэймея»! Кьяяяяяяхахахахахахаах!~

— ...прошу...прощения?.. —, ошарашенно повернулся к оммёдзи Ран.

— это она ещё добрая, не бери в голову. —, уже вовсю распивая сакэ из тыквы, ответил Абэ.

— получается, теперь ты не имеешь никакого отношения к клану Акихиро? —, уточнил Сугуру.

— ежели Абэ-но Сэймей не захочет, то не имею.

— тогда мне кое-что интересно. —, сцепил руки в замок на коленях, подавшись вперёд. —, у вас какое-то странное устройство клана. У клана Фудзивара есть главная ветвь, Хакку, из которой Ханами-но Кими и Ёсифуса-но Кими. Она считается главной и их зовут просто Фудзивара-но Ёсифуса или Ханами. Есть ветвь Сикике, например, Фудзивара-но-Сикике Юкихара. Из ветви Сикике ты никак не сможешь перейти в Хакку. Однако у вас, Акихиро, столько ветвей, но ни одной главной, или я не прав? Ваш патриарх, кажется, из сафи.

— какой... Одновременно общий и интересный вопрос. —, проговорил мужчина, сложив руки на груди. —, всё довольно просто: как устроена императорская семья? У Сына Неба нет фамилии, только личное имя. Но при рождении она есть. Два императорских клана, Минамото и Тайра — это дети императоров и их родственники, не ставшие императорами. Если условный Минамото станет императором, из его имени вырежут клан, оставив только личное имя. —, пауза. —, клан Акихиро действует схожим образом. Не важно, из какой ты ветви, если ты стал патриархом или тенью, твоя ветвь вырезается из имени. К детям патриарха и теней иначе — у них сразу вырезается, как пример — Хомма-доно и Канате-доно.

— о, так вы пародия на императора. —, просто сказала Энширо, слушая это, подперев щёку ладонью. —, на самом деле, это лучше, чем кажется. У вас хотя бы есть возможность из побочной стать главной ветвью. —, подняла руку в жесте «сдаюсь». —, да-да, я поняла, что главный прикол именно в отсутствии главной ветви как таковой. Просто выразилась попроще. Не бейте.

— я не бью детей. —, спокойно парировал Акихиро.

— я... —, закрыла глаза. —, да плевать. Просто знай, что мне восемнадцать.

— а мне сорок семь.

— выглядишь на тридцать.

— а ты выглядишь на тринадцать.

— хоть не десять, на том спасибо.

Ненадолго повисла тишина, в ходе которой Сэймей и Гэто переглянулись, кивнув друг другу, мол, приняла наконец-то.

— Ран — один из лучших теней. —, начал объяснять Абэ. —, поэтому я и захотел именно его в награду. Лучше только у клана Камо и клана Абэ. Ещё, конечно, есть клан Тацума, у которых небезызвестный Кайдо, но он только ради статуса занимает должность. Но, по силе, всё же...

— ну и зачем вам эта лучшая тень? —, перебила беловолосая. —, всё понимаю, крутой, полезный, большой, послушный и чота там ещё чо вы про Акихиро говорили, но зачем? Вам работников в лачуге не хватает и вы решили поднять уровень легенд о себе ещё выше, чтобы люди говорили «в лачуге Сэймея подметает лучшая тень великих кланов»? Ну хорошо, одна из лучших, не важно.

— потому что он нужен мне для одного плана. —, поймал осуждающие взгляды всех троих. Покачал головой. —, быстро же вы спелись, просто поразительно. Расскажу я, расскажу. Надо же просветить Рана, чем он будет заниматься.

— я умею хорошо готовить. —, поднял руку мужчина.

— ...может, всё-таки, оставим его себе?.. —, рассматривая пригоревшую рыбу, спросила Кёмукуси.

— в ближайшее время он будет жить с нами. —, кивнул оммёдзи. —, однако потом отправится в клан Фудзивара.

Тишина.

— ...что? —, чуть не подавился сам Акихиро.

— дело в том, что Фудзивара рискуют развалиться. Потом, конечно, собраться по-новой, но не так, как я хочу. —, немного посмеявшись с их реакции, продолжил Сэймей. —, Сатору зимой точно победит Ханами. —, поднял руку, предотвращая возможные вопросы. —, это очевидно всем. Мне, Сыну Неба, Эми и даже самому Ханами. Зимой Фудзивара останутся без патриарха.

— а занять его место типа некому? —, подняв бровь, проговорила Энширо.

— именно. —, кивнул. —, как верно сказал Гэто-отоуто, двадцатью минутами раннее, Ханами из ветви Хакку. И следующий патриарх должен быть оттуда же, вот только и дети, и внуки, и даже его правнуки — мертвы.

— э... Чума? —, предположил Сугуру.

— если бы. Он сам их перебил, из-за недостатка силы или ума. —, отпил сакэ. —, так и выходит, что в главной ветви достойных нет. Старейшины слабы и необучены, потому что Ханами не стал этим заниматься, решив, что сам со всем справится. И, в принципе, справлялся.

— а Ёсифуса?

— он не шаман. К тому же, уже заполучил огромную власть во дворце. Ему нет дела до клана, только до самого себя. Я бы сказал, что Ёсифуса-но Кими использует клан Фудзивара для продвижения себя. Уважаю его за это.

— ну нет и нет там наследников, ракшаси с ними. —, махнув рукой, произнесла девочка. —, пусть патриархом станет Нахер. Он молодой, умный, сильный, ещё и Возбудитель с невестой-ками. Чем не идеал?

— тем, что он не отличается от Ханами. —, тихо засмеявшись, отозвался оммёдзи. —, видишь ли, Наофуми только на словах прогрессивный молодой лидер, беспокоящийся о клане. На деле же он, как и Ханами, заботится лишь о своей ветви. Если он возглавит клан, то ветвь Дзенин станет главной, а Хакку побочной. И мы получим второго Ханами. Или ты думаешь, Наофуми доверяет другим? Нет.

— ну пусть тогда Юкихара будет патриархом. —, пробубнила Энширо.

— именно. —, удовлетворенно кивнул Сэймей.

— КХЭ-КХЕ... —, подавилась она.

— дядя Абэ... —, пробормотал Сугуру. —, это шутка такая?.. какой, ко всем ками, Юкихара патриарх?..

— он слабый. —, согласился мужчина. —, вот тут то в дело и вступает Ран.

— я стану патриархом Фудзивара? —, поймал неодобрительный взгляд Сэймея. —, шучу, шучу. Понял. Мне нужно стать тенью при Юкихаре, продвигая его и ветвь Сикике как главных в клане, а вы, через меня, будете управлять им?

— верно. После того, как Ханами умрёт, мы с тобой, при помощи Наофуми, начнём продвигать Юкихару. Мне абсолютно без разницы, хочет он того или нет, это не ему решать. В итоге, через несколько лет, когда у нас наконец получится, я смогу управлять кланом Фудзивара.

— потрясающе. —, захлопав в ладони, саркастично сказала Кёмукуси. —, вы, дядя Абэ, как всегда, гений. Но создаётся впечатление, что вы делаете это просто потому, что делать вам, в общем-то, нечего. —, глубоко вздохнула. —, управлять кланом Фудзивара. Для чего? Вот просто, зачем? Хотите власти? Так езжайте в столицу! У вас столько связей и репутации, что вы не то что Дайнагоном[старший советник императора], а настоящим Дайдзё-дайдзином[великий министр, ныне вакантная должность] станете! На кой чёрт эта возня в лачуге?

— не могу не согласиться. —, медленно подтвердил Гэто. —, всё это выглядит немного странно. Вернее, ваши цели, за всей этой вуалью интриг и стратегий, не проглядываются.

— защита. —, поднял палец Абэ. —, вот и всё. Я — учёный, исследователь. Власть мне не нужна, по крайней мере не в ближайшие лет десять. Мне надо, чтобы меня не преследовали. Ёхан еретик, но ещё жив. Только потому, что в Сиай-Сиай-Дэру почти невозможно пробраться без его разрешения.

— о вас не ходит дурной славы. —, вставил Акихиро. —, но понимаю, что в наше время половину любых исследований можно записать в еретические. А тогда сразу активизируется клан Камо...

— Будда с ними, с Камо. —, скривился Абэ. —, клан Камо не вылезает из Хэйан-кё, они столичный клан. Даже их святилища в Хэйан-кё. Однако, при поддержке Фудзивара, Камо осуществляют подавляющие гонения на еретиков. Это не плохой, но мои исследования можно считать табуированными. Я не хочу, чтобы эти два клана вставляли мне палки в колёса ещё больше, чем делают это сейчас.

— и если глава Фудзивара будет управляться вами, или хотя бы просто на вашей стороне, то, конечно же, сможет воспрепятствовать клану Камо, и те прекратят свои попытки. —, пауза. —, план хороший, но выглядит как топор против щепки. Впрочем, ваше дело, я просто подчинюсь.

— в оригинальной истории вы вели себя лучше. —, сказал Гэто.

— историю всегда можно переписать, если ты достаточно силён. Сколько уже несовпадений вы нашли? —, ответил оммедзи.

В клане Акихиро было пять старейшин. Старых, мудрых и, как полагается, консервативных. Именно так к ним больше года назад относился Сатору Годжо, впервые прибыв в Хосемура-дэру.

Нельзя сказать, что его первое впечатление было в корне неверным. Практически любой старик будет утверждать, что в его молодости было лучше, чем сейчас. Это не делает его глупым. Это делает его старым и ворчливым.

Среди всех, известных Сатору как в прошлом, так и в будущем, стариков, он уважал только одного — Акихиро-но-мондо Кэнки. Их знакомство началось с того, что Годжо, ведомый поиском человека, подходящего под данную Канате характеристику «там короче старейшина борода и волосы как у тебя только длиннее и не седые, а белоснежные и короче сильный иди познакомься», обнаружил старика, сидящего в саду с несколькими кувшинами сакэ.

Помимо сакэ, первое, что бросалось в глаза — телосложение. Старик, выглядящий лет на семьдесят, имел настолько крупную мускулатуру, что Сатору невольно сравнивал его с качками будущего. Оказалось, что это и есть Кэнки, старейшина ветви алмаза, которая выполняла роль «карательного отряда» в клане. И за его пределами.

Решив, что раз уж нашёл, то стоит познакомиться, заклинатель сел к нему выпить. На удивление, старейшина отреагировал... Радостно. Достал вторую чашку и налил парню до краев, ещё и звонко чокнувшись. Всё это несколько сбивало с толку. И именно из-за этого странный старик привлекал. Даже, можно сказать, притягивал.

В итоге они подружились. Не просто познакомились, а именно подружились, пару раз даже устраивая пьяные дебоши, подавляемые Канате(утаскивала Сатору) и Югеном(внук Кэнки, утаскивал старейшину).

Всё больше и больше проникаясь к старейшине, Годжо поведал ему о своих техниках. На тот момент парень владел только «Синим», пассивным барьером «Бесконечности» и Шестью Глазами. В один из пьяных вечером, Сатору посетовал о том, что техник то у него гораздо больше, как минимум две, «Красный» и «Пурпурный», последний вообще тайна за семью печатями, и он никак не может ими овладеть.

Не медля ни секунды, старик пришел на выручку. План его был просто, как три копейки, и действенный, как нож против масла. Если «Красный», это инвертированный «Синий», то для его создания нужна положительная проклятая энергия, синтезируемая в процессе применения «Шурафуку», Обратной Проклятой Техники.

И раз уж беловолосый заклинатель не способен на неё, надо было заставить его поверить, что без этого умрёт. Как итог — они спарринговались несколько месяцев. Дабы получилось, Сатору отключал «Бесконечность» на время боя.

И эффект был. Несколько раз оказавшись по-настоящему на грани жизни и смерти, гений из рода Годжо открыл для себя «Шурафуку», а с ней и «Красный», который старейшина Кэнки едва смог заблокировать. Без барьера! Что ставило его выше Камо-но Ацутаги, которому на блокирование «Красного» понадобился сложный барьер.

Прошло вот уже четыре месяца с тех пор, как закончился турнир кланов. Шла вторая половина седьмой луны, когда Сатору, с самодовольной улыбкой, решил поделиться с старейшиной новым достижением.

— победа! —, огласил парень, материализуясь в пространстве рядом с Кэнки, пьющим на крыше своего дома. —, освоил дальнюю телепортацию!

— ха-ха-ха! —, разразился Акихиро, мигом наливая медовое сакэ. —, за это надо выпить! Садись. И что, в итоге, тебе осталось?

— только «Воплощение Реальности». —, залпом выпил. —, дальняя телепортация была сложна из-за необходимости точно представить то, куда я хочу попасть, а потом искривить пространство и шагнуть в этот «чёрный ход».

— ты мне тут не умничай. —, погрозил пальцем Кэнки. —, раз освоил, так надо использовать по полной. —, потряс пустым кувшином. —, сгоняй в Хэйан-кё, да купи лучшее сакэ из первых районов. А то освоил, освоил. —, передразнил он парня. —, а толку пока я не вижу.

— ох, ты ранишь меня в самое сердце. —, приложил руку в груди беловолосый, подскакивая. —, но я послушаюсь. Грех не пользоваться таким преимуществом. —, вытянул руку, сжал кулак и испарился с крыши.

Сатору очутился в третьем дзё, в нескольких кварталах от Дайдайри, но уже не под боком у императора. Район для средних чиновников и аристократов. Найти сакэ... Сложная задача, если ты не дядя Абэ с бесконечной тыквой.

Привыкший к тому, что выпивку всегда можно найти в доме патриарха, Годжо на секунду растерялся. Потом подумал, что если в будущем есть бары, то и сейчас должно быть нечто подобное.

Баров не было. Зато был найден постоялый двор, где останавливались богатые приезжие. В таких местах сакэ было всегда. Зайдя внутрь, Сатору сразу увидел взглядом невероятную, на его взгляд, картину.

Камо-но Ацутага, в полном жреческом облачении и даже с ритуальным посохом у стены, сидел за столом, в одиночку глуша сакэ. Сакэ! Литрами! У него уже пять пустых кувшинов!

— Будда тебя блять раздери!!! —, заорал Сатору на весь зал, вцепившись в волосы так, что едва не выдрал. —, какого ракшаси ты твори-и-ишь?!!

Несколько человек обернулись на крик, мелкий слуга, несущий еду, упал от неожиданности, но каким-то чудом удержал поднос на весу. Сноровка, не иначе.

— о, мой противник. —, поприветствовал Камо, кивнув на скамейку напротив. —, садись, выпьем.

— да какое выпьем?! —, завопил Сатору, но всё же сел. —, ты же жрец! Жрец! Какое ещё сакэ?! Ты бы хоть наряд жреческий снял, маскарадник блин.

— ками велели. —, пожал плечами Ацутага, опустошая ещё одну чашку.

— ...какие ками?.. —, растерялся Годжо, замотал головой. —, нет, чувак, погоди, ты ещё и не лысый...

— хах, вот в чём дело. Ты путаешь меня с лысыми буддистами, которые. —, сделал суровое выражение лица, сложив руки в мудре. —, наму Амитабха Гуаньинь Бодхисаттва. —, плоско зачитал, затем рассмеялся. —, смех в том, что все три этих слова — разные имена Будды. Ну да ладно. Нет-нет-нет, я синтоист.

— ты... —, уставился на жреца, который откровенно насмехался над другой религией, что была едва ли не более популярна, чем его собственная. —, во время боя ты был картоннее.

— во время боя я просто хотел домой, меня заставили поехать. —, налил ещё выпивки. —, дело в том, мой юный друг, что у буддистов кругом одни запреты. Мясо им нельзя, сакэ нельзя, эмоции нельзя. Можно только амитабху. Они и едят, наверное, амитабху.

— типа как спасибо на хлеб не намажешь, а амитабху можно и вместо ужина? —, уже смеясь, добавил парень.

— да! —, громогласно захохотал Камо, стукнув ладонью по столу. —, именно! Ахахаха! То им запретили, это просветлению мешает, а что такое просветление никто и не знает. Да и Будду никто не видел. У нас проще: что сказали ками, то и истина. А что сказали ками, знает только жрец. —, указал на свой посох. —, и вообще, ты что, оглох?! Ками сказали, пить! —, снова опустошил чашку, заказывая новый кувшин и подливая Годжо.

— теперь ты мне нравишься гораздо больше! —, громко засмеялся вместе с ним парень, залпом выпивая чашку. —, не думал, что среди Камо есть хоть кто-то адекватный. Жаль, что ты уехал сразу после проигрыша. Посмотрел бы на мой бой с Иошито.

— о, я слышал, слышал. —, закивал жрец, в который раз подливая сакэ. —, мне рассказали, что наследник Сугавара-но-Годжо проиграл очень быстро, даже быстрее меня.

— вот только он добился большего, чем ты.~ —, ехидно растянул беловолосый.

— на всё воля ками! —, отмахнулся Ацутага, ничуть не обидевшись. —, и что же он такого сделал?

— покрыл себя тонким слоем «Воплощения Реальности» и, таким образом, смог пройти сквозь мою «Бесконечность».

— и что, неужели ты не уклонился?

— уклонился.

— ну так и татаригами[про́клятый ками] с ним, чем это достижение? Как выпить кувшин сакэ, вместо половины. Вроде и больше, а вроде можно и десять кувшинов.

— как элегантно ты обесчестил великое достижение члена Сугавара. —, выпил ещё чашку. —, а ещё, как ты слышал, Фудзивара-но Ханами свой посох проебал, поэтому стоит вопрос о новом возбудителе. Так вот! —, принял горделивую позу. —, это буду я!

— ахахахаха! —, схватил жреческий посох, стукнув им по столу. —, а этого я не знал! Получается, ты выдал мне тайную информацию. —, погладил себя по животу, с переигранно-довольной улыбкой. —, клан Камо будет доволен. Мной.

— ах ты... —, прищурился Годжо, но не стал продолжать.

Сколько уже он здесь находился, а всё никак не мог избавиться от ощущения того, что это игра. Тайны прошлого, интриги, кланы, сражения — всё это игра, где главный сам Сатору Годжо. А потому и не скрывал он ничего, даже если Хомма, с серьёзнейшим выражением лица, сорок раз подряд говорил «пожалуйста, Сатору, никому ни слова.»

— ай, к ракшаси. —, махнул рукой заклинатель, намереваясь вновь похвастаться. —, я, кстати, только-только из Хосемура-дэру. Освоил дальнюю телепортацию, теперь могу быть где захочу и когда захочу.

— удобно. Если что — заходи, выпьем. —, отреагировал Ацутага.

— вы все та-а-ак любите выпить...

— а что ещё прикажешь делать, если скучно? Да и разговоры под выпивку всегда идут лучше, чем на сухую.

— о, раз ты весь такой общительный.~ —, облокотился на стол. —, может, расскажешь о себе? А потом я расскажу о себе.

— да легко! Знакомые должны знать друг о друге! —, отпил прямо из кувшина, смачивая горло. —, начнём с того, что в детстве я не верил в Будду или ками.

Одного этого хватило для того, чтобы Сатору расплескал на себя напиток. Серьезно? Атеист? Ладно Энширо, она из будущего, там большинство такие, но настоящий, истинный, роднейший, древнейший и прочие прилагательные хэйанец! Атеист? Госизмена! У тебя император — божество! Ты что такое говоришь вообще, сумасшедший ты бухой жрец?!

— да-да, именно так. —, важно закивал Ацутага, наслаждаясь реакцией собеседника. —, мне было лет семь. Может, восемь. Из-за этого меня в клане Камо презирали и планировали изгнать. И вот, за месяц до изгнания, я отправился гулять за пределы Хэйан-кё. Идея была следующая: либо потеряться и умереть, либо через испытания стать самостоятельным.

— в семь лет? —, переспросил Сатору. —, да ты, я смотрю, с самого начала имел высокий потенциал.

— возможно. —, осушил чашку. —, так вот, вышел, иду, а там сражение. И не абы кто, а сам Куроками-но Аякаси разносил каких-то шаманов из Сугавара и Фудзивара. Уж не знаю, как так совпало, наверное, мне улыбнулись все ками, даровав эту возможность. Я подумал:«если уж я всё равно собрался помереть, то не лучше ли пасть от руки кого-то великого? Вдруг ещё и в герои посмертно запишут». Подхожу, значится, к Аякаси, когда бой закончился, и говорю:«Аякаси-но Кими, не могли бы вы убить меня?».

— нет, ты точно не в порядке. —, прикрывая рукой глаза, с пробивающейся истеричной улыбкой проговорил беловолосый. —, просто подошёл и «дядя, убей»? Ох, Будда... Да какой Будда, теперь уже ками, вы явно круче. Тебя вообще ничем не проймешь?

— ну, мне было страшно. Очень. Трясся, словно кот на морозе. —, признал жрец, хрустнув шеей. —, но вот дела: Аякаси не захотел убивать. То ли ему наскучило, то ли это сбило бы какой-то очередной безумный эксперимент. Мы разговорились.

— с Демоническим императором?

— тогда он ещё не был известен как Демонический.

— это не меняет сути дела! Даже я не общался с кем-то, круче дяди Абэ!

— а как же Наофуми? —, издевательски улыбнувшись, поинтересовался Камо. Сатору скривился. —, ахахахахахахах! Да-да, я тоже так думаю! Ну так вот, на чём я там остановился?.. —, выпил ещё чашку.

— будешь столько пить, вообще ничего не запомнишь. —, насмешливо указал ему парень, сам отпивая вино. —, на том, что вы разговорились с, прости меня Хомма, Императором Микадо.

— а, точно, точно! Я знал, просто тебя проверял. —, пауза. —, узнав о том что я из Камо, он заинтересовался. Оказалось, он не слышал до этого о моём клане. Оно и понятно, мы из столицы не выходим, хоть и считаемся великим кланом. Ему понравилось то, что у большинства из нас врождённая проклятая техника — управление жидкостями организма. Тогда, то ли увидев во мне потенциал, то ли просто захотев проверить что-то, он подарил мне технику...

— технику. —, перебил Годжо.

— технику. —, невинно подтвердил собеседник.

— великий и ужасный Куроками-но Аякаси подарил свою технику ребёнку, которого повстречал на поле боя. Прелестно. Знаешь, с таким успехом, я поверю, что у Сукуны есть ученица. —, пауза. —, а, точно. —, синхронно рассмеялись, громко.

— во-о-от! А ты говоришь! Ха! —, привстал и сел обратно на скамью с такой силой, что та заскрипела. —, в итоге то да, свиток с техникой, а не саму технику. Она заключалась в том, чтобы использовать кровь как проводники и усилители техник. Ты это видел во время нашего боя. Благодаря ней я и стал императором Крови.

— а без неё?

— да я от силы дайдзё-дайдзин, какой, к Хатиману, император? Ха!

— одна техника дала столько силы. Прямо как мой «Красный».

— кстати, считаю, что мог бы заблокировать даже твой мега-красный, если бы было больше времени. —, почесал подбородок. —, теоретически, я могу бесконечно усиливать барьер, было бы время. Тридцать две триграммы не предел, у меня получалось вплоть до ста двадцати восьми.

— ты там пространство случаем не перекроил к чертям собачьим, чертя сто двадцать восемь триграмм? —, поинтересовался Сатору.

— нет, с чего бы?

— ...забей, это я так.

— потом я вернулся в клан. —, завершил рассказ Камо. —, уверовав в ками. Знаешь почему? Я рассказал Аякаси о том, что не верю в богов и не понимаю, почему все поклоняются им. Тогда он просто посмотрел на меня и этим своим ледяны-ы-ым. —, высунул язык, пытаясь скорчить жуткую гримасу. —, голосом сказал:«перед тобой божество. Я — божество. Моя фамилия буквально означает «Чёрный Бог», а ты смеешь говорить, что не веришь?». И на этом моменте, будто по щелчку пальца, всё и случилось. Ведь, послушай, какой дурак, вживую увидев бога, не поверит в него? Вот то-то и оно. Поэтому я верю в ками и служу жрецом. Но только в тех, которых видел лично. А видел я пятерых.

— это всё замечательно, ты избежал казни и изгнания, получил супертехнику, но меня мучает один вопрос.~ —, лениво растянул парень, уже изрядно пьяный. —, почему я постоянно слушаю про Аякаси, но почти никогда о Рэйко и, что важнее, Сукуне? Они что, слабее? Малозначимее?

— страшнее. —, просто ответил жрец, наконец решив заказать какую-то закуску, помимо «сакэ чтобы запивать другое сакэ». —, Аякаси исчез через пару лет после моей с ним встречи. Это больше двадцати лет уже прошло. Понимаешь ли, память поутихла, никто его уже не боится, вот и говорят всякое. Сукуна-но Кими жив. Все боятся даже упоминать его лишний раз, чтобы он не пришёл убивать за непочтение. Рэйко... Причина не сильно отличается от Сукуны. Я бы сказал, совсем. «если упомянуть Рэйко-но Кими, это может услышать Сукуна-но Кими и явиться, ожидая вновь сразиться с своей любимой игрушкой.» и, не обнаружив её, убить говорившего. —, указал кувшином на беловолосого. —, твоя очередь, расскажи о своём отношении к клану.

— довольно сложный вопрос. —, медленно съезжая с скамьи, отозвался заклинатель. —, мне, вроде, и интересно всё это. Знаешь, кланы, интриги, возвышение, ресурсы... Как очень увлекательная партия в го. Вот только я не люблю играть в го, только пару раз играл с Исонао ради одного дела. —, почесал затылок. —, лень. Хочу, но лень. Так можно сказать. Исонао требует, чтобы я, когда Хомма станет патриархом, занимал важную должность при нём и помогал в управлении. Но как же мне это всё нахер не нужно... Мне бы просто с Канате жить в какой-нибудь лачуге в лесу. Да что там лачуга! Я, если захочу, хоть особняк построю! Поместье! Десятиэ-*ик*-тажное!

— согласен! —, радостно сжал кувшин за горлышко с такой силой, что тот лопнул. Благо, сакэ он уже предусмотрительно выпил. —, я вообще остаюсь в клане Камо по двум причинам: как дань уважения тому, что техника Аякаси, как и клан Камо, завязана на крови. И потому, что безклановых жрецов не бывает, а я хочу быть жрецом.

— блять!!! —, вдруг вскочил Сатору, переворачивая все пустые кувшины на столе. —, ты, прокля́тый распутный монах!..

— жрец.

— да плевать! Заболтал меня! Я же должен был купить сакэ и пойти к старику Кэнки! Аййййййййййй! —, шагнул к слуге, три раза качнувшись по дороге. —, дай мне три кувшина лучшего сакэ. Платит вон тот жрец.

— я не соглашался.

— поздно.

— ...платит клан Камо. Скажу, что на то был приказ Сусаноо-но Микото.

— как скажешь. —, выхватил у бледного слуги кувшины, телепортируясь к Хосемура-дэру прямо из постоялого двора.

Промахнулся, влетев в стол патриарха в главном зале, за которым сидел Хомма, как раз записывающий новую технику. Два кувшина разбились, один, по чистой случайности, устоял ровно на столе. Беловолосый вскочил, осматриваясь.

— где Кэнки?! Я принёс сакэ!

— я сейчас из тебя сакэ сделаю. —, остановив кисть над бумагой, прошипел наследник клана.

Глава 31.

В начале двенадцатой луны[январь] патриарх клана Акихиро получил приказ — явиться в Дайдайри[имперский дворец] к пятнадцатому дню текущего месяца. Планировалось обсуждение касательно жалования им статуса великого клана. Наконец-то, свершилось.

Вся церемония проводилась в Сисиндэне[главный зал]. Огромный зал, уходящий в глубину на пятнадцать метров и в ширину на все тридцать, с покрытым циновками полом, красными колоннами и белыми стенами. В глубине зала располагалась такамикура[возвышение с балдахином] императора, вокруг которой и сидели министры.

На официальное заседание все явились в сокутай[церемониальные одежды], цветов своего статуса. Левый и правый министры носили тёмный и светлый пурпурный соответственно. Советник Фудзивара-но Ёсифуса был в тёмно-синем. Фудзивара сидели по правую руку от императора.

Помимо этого присутствовал глава Дзингикан[министерство синтоистских ритуалов], коим являлся, как оказалось, Камо-но Ацутага(в жреческих одеждах) и глава бюро магии[оммёрё, министр магии] ответственный за гадания. Вернее, заместитель оммёрё, сам Камо-но Ясунори не явился, отправив какого-то писаря. Ацутага, как и Минамото-но Токива[правый министр], сидели по левую руку.

Ниже своё место занимал Сугавара-но Корэёси, глава бюро календаря и хронист, в тёмно-зеленом сокутай. Он представлял и великий клан Сугавара, и хроники.

На коленях, в центре зала, стояли Акихиро-но Исонао и Акихиро-но Хомма, склонив головы перед Сыном Неба. Помимо этих людей присутствовали многие другие чиновники, стража и члены великих кланов. Но у них права голоса не было.

— клан Акихиро известен в нашей стране вот уже пять столетий. —, медленно начал император, вводя всех в курс дела. —, ещё со времён императора Одзина. За это время клан неоднократно оказывал помощь империи и отдельным шаманам. За последние два года они помогли раскрыть дело идолов и Хирокадзу, предателя из Китая, открыв нам возможность давления на материк. Отличились на турнире кланов, заняв первые места. Помимо этого, у Акихиро имеются свои люди на материке и множество различных связей в нашей стране. Посему. —, пауза. —, мы планируем присудить им статус великого клана. Есть ли у кого возражения или дополнения к всему вышесказанному?

— Сын Неба, меня беспокоят несколько моментов, касательно этого назначения. —, вежливо начал скрипучим голосом Ёсикадо.

Исонао почти никак не отреагировал, только полуприкрыл глаза. Будда, патриарх знал, что так просто собрание не пройдет. Но он хотя бы надеялся, что против него не будет выступать сразу такой человек, как Ёсикадо. Второй после самого императора, левый министр.

— не думаю, что целесообразно даровать такой уровень значимости клану, никак не участвующему в управлении. —, немного помолчав, продолжил садайдзин. —, я никогда не слышал, чтобы у клана Акихиро были чиновники в роду. Ни одного. У каждого великого клана, как минимум четверть представителей, участвует в работе государственного аппарата. —, посмотрел прямо на Исонао, сощурив старые глаза. По-доброму, открыто улыбнулся. —, зачем приходить к нам, если вы исключительно шаманский клан? Если хотели получить статус великого шаманского клана, то надо было идти к почтенному Фудзивара-но Ханами и другим шаманским патриархам. Это не дело имперского двора. Если же хотите стать великими официально, то обязаны приносить пользу, иначе какие вы великие?

По залу пошли шепотки. Мол, садайдзин ведь дело говорит, как можно быть великим кланом без участия в жизни государства? У всех своя область влияния, а вы, будучи просто шаманами, собираетесь... И на это моменте зал едва не взорвался. Но не успел. Ёсикадо продолжил, почувствовав атмосферу.

— ко всему прочему добавлю, что участие в расследовании идолов, безусловно, большое достижение, вот только стоит помнить, что все проблемы мира шаманов идут от самих шаманов. —, сделал небольшую паузу, выжидая. —, если бы вас не существовало, то и проблем этих не было бы. Государство прекрасно бы обошлось без шаманов в принципе. Итак, зачем вы пришли сюда, имея такое намерение? Идите к другим шаманам, а не Сыну Неба.

Жаль, что Исонао не мог ему ответить. Только сжать зубы. Пока не задан прямой вопрос с обращением, попытка оспорить подобный риторический вопрос равна нарушению этикета и, соответственно, отказу. Надежда у Акихиро была на человека, которого последние несколько месяцев расхваливал Сатору.

— не могу сказать, что Ёсикадо-но Кими не прав. —, привлекая внимание стуком жреческого посоха, заговорил Камо-но Ацутага. —, однако также я и не могу позволить себе утверждать, что он точно прав. Незадолго до этого собрания, во время ритуала, мы с другими жрецами хотели узнать, что по поводу этого назначения думают ками. —, поднял руку. —, ответа не последовало. Конечно, это можно толковать по-разному, но я отталкиваюсь от того, что молчание — одобрение. Если ками не против, то и я не против, а потому считаю, что несмотря на их определённые недостатки, статуса великого Акихиро вполне достойны.

— соглашусь. —, кивнул заместитель Ясунори. —, мы провели гадания и не увидели ни доброго, ни злого знака звёзд.

— ни звёзды, ни ками не должны решать, что делать людям. —, парировал старый министр. —, у людей есть своя голова на плечах, дарованная богами, чтобы думать, а не полагаться на них.

— если вы желаете поспорить с ками, то мы в святилище всегда готовы провести подобный ритуал. —, ответил ему Камо. —, однако будьте готовы к последствиям.

Благослови его ками — подумалось Исонао. Да, Сатору много говорил о «извращённом жреце», который вроде как на их стороне, но патриарх не придавал этому большого значения. Как минимум потому, что если уж жрец такой, как описывал Годжо, то не должен отличаться властью и острым умом. Ошибка, какая это была ошибка. Ацутага был достаточно влиятелен и умен, чтобы завуалированно спорить даже с левым министром, а ведь они отличались едва ли не на два ранга! Уважаемый второй и младший третий.

На самом деле, было довольно подозрительно получать такую откровенную поддержку. Достаточной поддержкой было бы уже то, что он не высказался против, но этот Камо решил пойти дальше. С другой стороны, Ацутага сам по себе был достаточно подозрительным человеком.

В это же самое время, вокруг Сугавара-но Корэёси толпились несколько людей, требовавших исказить хроники, записав не так, как есть, а удобнее для Фудзивара. Хронист спокойно парировал тем, что это его работа и он не может выполнять её некачественно. Не сработали даже угрозы недовольством старших Фудзивара.

Всё дело шло к тому, что либо кто-то из высших министров, либо сам Сын Неба должны были дать слово Исонао. Патриарх обязан был либо отстоять честь своего клана, либо сдаться. Последнее было недопустимо, но у Акихиро всё равно кровь в ушах стучала. Слово взял удайдзин, Минамото-но Токива, но не так, как рассчитывал Ёсикадо.

— хорошо, недостатки мы услышали. Давайте рассмотрим ситуацию обширнее: чем плох чисто шаманский клан? —, медленно кивнул, давая словам осесть. Никто не воспротивился, так что Токива продолжил. —, сейчас великих кланов шесть. Поговорим о каждом. Начнём с великого клана Камо — жрецы, в управлении страной напрямую не участвуют, окромя передачи высшей воли. При этом, не все жрецы — шаманы. Хорошо.

Недовольно дёрнув щекой, Ёсикадо на несколько сантиметров отвернулся от Минамото.

— дальше великие кланы Тайра и Минамото. Оба ведут свою родословную от императоров, в доказательство общеизвестной истины, я — сын императора Сага. —, спокойно протянул руку в зал, как бы говоря, что аргументы принимаются. —, Тайра ведут воинский образ жизни, почти полностью живя в провинциях и составляя большую часть воинских чинов. Шаманов мало, зато воинов, входящих в шаманское общество — больше двух третей клана. Что же до Минамото, то мы занимаемся почти любой деятельностью, но недалеко от столицы. Я был министром войны, а также я шаман нескольких областей. Ничего плохого в том, чтобы шаман был на государственной должности, нет.

Перевёл взгляд на записывающего Корэёси, выдохнул, готовясь говорить дальше.

— великий клан Сугавара — учёные-конфуцианцы, это и религия, и стиль жизни. Многие из них шаманы, а многие члены клана являются чиновниками шестого и пятого ранга. Великий клан Абэ давно уже является провинциальными правителями, помимо этого, не раз и не два предоставляя жён императорам. —, замолчал, принимая более агрессивную позу, с рукой в сторону садайдзина. —, а вот у клана Фудзивара ситуация куда более плачевная. Не поведаете нам лично, Ёсикадо-но Кими?

— несомненно, почтенный Токива-но Кими. —, согласился старик. Внешне ни толики раздражения видно не было, а вот внутренне старый министр кипел. —, клан Фудзивара, будучи самым большим из великих кланов, разделён. Для не шаманов у нас нет патриарха, только главы отдельно ветви Хакку, Сикике, Нанке и Кёкэ. В то время как шаманы клана Фудзивара держатся на почтенном Фудзивара-но Ханами, а также среди шаманов существует ветвь Дзенин, действующая как карательный отряд.

— ветвь Дзенин тоже не имеет ни единого чиновника при дворе. —, заметил Токива, посмотрев на Исонао. —, возвращаясь к теме, мы выяснили, что даже то, что большинство членов клана — шаманы, не является проблемой, в текущем составе великих кланов это не из ряда вон. Однако. —, голос стал жёстче. —, отсутствие государственных служащих куда важнее. Но и это решаемо. Акихиро-но Исонао, есть ли у вас обученные люди, готовые приступить к выполнению подобных обязанностей? Ежели нет, то и разговор на этом можно закончить.

Проблема. Большая проблема. Хомма ведь говорил об этом, прав был. Но и патриарх не дурак. Нужно срочно выкручиваться, пока молчание не затянулось. Какие варианты? У Акихиро нет чиновников! Даже близко! Никто никогда не интересовался политикой.

Если сейчас признать отсутствие и пообещать воспитать, то шанс будет упущен и неизвестно когда ещё вообще появится. Думай! Думай! Дум... Тамао! Точно, есть же ветвь жемчуга, занимающаяся исследованиями, записями и подобным. Это ведь практически не отличается от того, чем занимаются Сугавара. Во всяком случае, Исонао надеялся на это. Других вариантов, собственно, и не было.

— есть, Удайдзин. —, не поднимая головы, ответил Исонао. —, у нас есть четверть клана, занимающаяся подобными делами. Мы можем отправить их в Хэйан-кё при первой необходимости.

— в таком случае, конкретно этот вопрос можно закрыть. Уже через несколько недель их люди смогут приступить к работе. Нам давно пора заменить некоторые кадры. —, произнёс Минамото, расслабляя плечи. Второй аргумент Ёсикадо, самый сложный, оказался решён.

Не то чтобы Токива так уж симпатизировал клану Акихиро, чтобы защищать их. Ни в коем случае. Но Токива симпатизировал Сыну Неба, которому Фудзивара были поперёк горло, а потому любой шанс понизить их влияние стоило использовать. Даже такой, когда перед тобой клан, о котором ты только пару раз слышал, пытающийся стать великим.

— всё это, безусловно, даёт им право зваться великим кланом. —, взял слово Ёсифуса. —, если бы не одна-единственная проблема: у всех великих кланов есть ками, покровительствующий именно им. Великий клан Фудзивара ведёт родословную от Такао-но ками[божество творения и жизненной силы], Икома-но ками[божество горы Икома], Амэ-но Коянэ[божество ритуалов и молитв] и Хаси-но ками[божество мостов между мирами]. Великий клан Минамото от Хатимана[бог войны]. Тайра благодетельствуют как Хатиман, так и Аматэрасу Омиками. Жреческому клану Камо помогает Камо-но Омиками[дух горы Камо и реки Камо]. Сугавара получают помощь от Ука-но Митама[божество зерна и пищи, раньше Сугавара были жрецами]. И, последние, три ками Сумиёси[защитники мореплавателей] покровительствуют великому клану Абэ. —, посмотрел на представителей Акихиро перед ним. Прямо спросил. —, а какое божество помогает вам, и есть ли оно вообще?

— Тюнагон-но Кими, позвольте рассказать о клане. —, осторожно начал Исонао. Получив кивок, выдохнул. —, клан Акихиро получил свою фамилию от Хатимана, бывшего на тот момент ещё императором, но помимо этого, нам помог Амэгото Тамаёси, основатель системы Возбудителей. Я не могу с уверенностью утверждать, что они наши покровители, но тем не менее, я ни разу не слышал, чтобы Амэгото Тамаёси участвовал в жизни хоть одного клана, кроме нашего.

— Корэёси-доно. —, выслушав речь Акихиро, обратился Токива. —, много ли вам известно о Амэгото Тамаёси, и действительно ли он одобрял лишь клан Акихиро?

— крайне сложный вопрос, Удайдзин-но Кими. —, чуть помедлив, заговорил глава Сугавара. —, дело в том, что у нас нет точных записей о происходящем за более чем сто пятьдесят лет от сегодняшнего дня. Первые хроники, Кодзики[712г], охватывают ранние годы империи, однако там нет точных данных о действиях Амэгото-но Кими. Я видел упоминания о нём в Саньгочжи[220-280гг, китайская хроника], но не стал бы полагаться на те обрывочные данные. —, взял паузу, обдумывая, как лучше сказать. —, там упоминается, что его полное имя — Амэ-но-сита-гото-сиру-хико-тама-ёси-химэ[Небесный владыка, знающий всё под небом, драгоценный и счастливый], довольно часто подобные конструкции применялись в древности, потому я склонен доверять данной информации. Что касается его отношения с Акихиро, то было несколько слов о неком человеке, не императоре, который нравился Амэгото-но Кими. Если предположить, что это был предок Акихиро, то слова патриарха верны. У нас нет возможности точно сказать, так ли это, но косвенные данные указывают на то, что Исонао-доно говорит правду.

— дарование кланового имени не считается за покровительство. —, проговорил Ёсикадо, посмотрев на Ацутагу. —, Хатиман совершенно точно покровитель нашей страны в целом и, соответственно, императорской семьи. В то время как Амэгото Тамаёси и вовсе не ками. Что скажет Дзинги-хаку[глава Дзингикан] по этому поводу?

— я согласен с Садайдзином в данном утверждении. —, кивнул жрец, от чего Исонао вновь похолодел. Всё же хорошо шло! Почти справились! Один-единственный аргумент остался и... —, Хатимана нельзя считать причастным к жизни Акихиро после передачи имени. Но такого нельзя сказать об Амэгото-но Кими, раз уж Корэёси-доно подтвердил, что кроме них он никому не помогал. Вопрос в том, можно ли считать не обожествленного человека ками? Конечно же, нет. —, пауза, приподнял посох, привлекая внимание. —, за исключением того, если мы не знаем о его вознесении. Я объясню: возьмём текущих первых четырех Возбудителей. А лучше, самого Рёмен-но Сукуну. Мне известно, что на Сикоку находится Сукуна-ми-я[священный дворец Сукуны], а в горах Кисо имеется несколько Сукуна-дзиндзя[святилище Сукуны]. При этом, официально мы его не обожествляли, и всем известно, что Рёмен-но Кими является проклятьем. Отрицать его почитание как божества мы не можем. Но и причислить к пантеону тоже. Вывод: да, он божество, ведь у него есть верящие люди. То же должно относиться и к Амэгото Тамаёси. Исонао-доно, я слушаю.

— вместе со старым предком, Акахи Акихиро, мы почитаем Амэгото Тамаёси и Хатимана, в Тамаёси-ся, находящемся в Хосемура-дэру. —, отчитался патриарх.

Сисиндэн полностью затих. Даже Корэёси перестал водить кистью по свитку. Аргументы левого министра и советника были исчерпаны, но раскрыли всем присутствующим больше о клане Акихиро. Теперь решение оставалось исключительно за императором.

— сегодня, на пятнадцатый день двенадцатой луны одиннадцатого года Дзёва. —, не поднимаясь с трона, начал Масара. —, к шести великим кланам присоединится седьмой, великий клан Акихиро. Это знаковое событие необходимо отметить в хрониках, а также поведать людям. В честь этого, мы проведём трёхдневные гуляния во дворце и в столице. Клану Акихиро вручается нефритовая печать, как символ нового статуса. Если вы её потеряете, то считайте, что и статуса никогда не было.

— Ками[в данном случае — обращение к императору], не слишком ли дорого проводить такое масштабное торжество? —, тихо обратился к Сыну Неба Ёсифуса. —, к тому же, сейчас не сезон, на дворе снег.

— достаточно. —, жестом успокоил его Масара, так же тихо отвечая. —, у нас полтора миллиона коку в казне, и это только на Хонсю. —, заговорил громче. —, на это я выделяю тридцать пять сотен коку. Не каждый день мы празднуем рождение нового великого клана.

Не говоря более ни слова, император поднялся и направился к выходу, вместе с министрами. Затем стали расходиться и все остальные. Ненадолго задержались лишь Ацутага, ободряюще улыбнувшись уже стоящему Исонао, и Корэёси, долго собиравший свитки.

Уже на следующий день императорский дворец преобразился.

примерный план Дайдайри.

Ставни сисиндэна подняли полностью, балки потолка расписали облаками и птицами золотой краской. Между колоннами повесили катабира[шелковые занавеси] тёмных цветов, с вышитыми глициниями и соснами[символ долголетия]. У каждой колонны стояло по две масляные плошки на бронзовых подставках. На алтаре у восточной стены лежала ветка сакаки с нанизанными белыми бумажными лентами[сидэ].

Южный двор[сад], находящийся перед сисиндэном, был покрыт чистым белым песком, разровненным граблями под волны[символ чистоты]. По краям дорожки от ворот Дайдайри до сисиндэна были воткнуты бамбуковые шесты, высотой чуть больше человеческого роста, с нанизанными сверху бумажными фонарями розового и белого цвета.

По обеим сторонам двора стояли небольшие сосны в кадках, перевязанные белыми шёлковыми лентами. А вдоль восточной и западной сторон поставили тканевые тенты из грубого шёлка, чтобы гости могли укрыться от внезапно начавшегося снега. По периметру всего сада находились жаровни, дающие тепло. Последнее, что бросалось в глаза — длинные столы у южной стены, где слуги раздавали гостям моти, сакэ и кашу народу столицы.

Помимо этого, в восточной галерее[крытая веранда вдоль сисиндэна] поставили множество низких столиков по всей площади. У входа стоял большой стол для всех, где слуги раздавали еду. Рядом с восточной галереей, у выхода в южный сад, был средних размеров пруд[если возникал вопрос, почему везде есть пруд — вода является символом очищения], тоже с небольшими столиками, для шаманов, желающих пировать в более приватной обстановке.

Здесь, крутясь у большого стола с едой, Энширо пыталась найти хоть кого-то знакомого. Мало того, что притащили на что-то непонятное, так ещё и бросили, сказав «иди, повеселись». Как она может тут веселиться? Атмосфера как на похоронах. Сзади послышался смех каких-то шаманов. Вздохнула. Ну да, это она тут белая ворона, в прямом и переносном смысле.

— давно не виделись, Энширо-доно. —, послышался голос слева от неё. Обернулась. Сугавара-но-Годжо Иошито. —, рад знать, что вы в порядке и даже прибыли на праздник.

— о, хоть кто-то знакомый. —, радостно развернувшись на пятках, посмотрела на него снизу вверх. —, сколько там прошло? Пол-года? Около того.

— забавный беловолосый ребёнок.~ —, лениво проговорил Наофуми, подошедший к ним. —, смотрю, ты за прошедшие шесть лун ни на волосок не изменилась.

— у меня новое кимоно. —, гордо поправила воротник теперь уже многослойного голубого одеяния. —, да и не тебе это говорить. Сам как был страшным так и остался.

— как ваши успехи в освоении манипуляции проклятой энергией? —, поинтересовался Иошито, отпивая сакэ из чашки.

— довольно неплохо. —, мигом отвернувшись от раздражающего Дзенина, заговорила девочка. —, я уже могу создавать простейшие конструкции. Небольшие. Хотела бы показать, но дядя Абэ запретил. Говорит, Дайдайри не место для демонстрации умений шаманов. Ругается. А у вас как пол-года прошли? —, нехотя добавила. —, обоих.

— в клане Фудзивара наступил мир и порядок! —, довольно засмеялся Наофуми. —, старик Ханами скоро сдохнет и жить всем станет легче. А там и до моего избрания патриархом недалеко.

— ну а вдруг не сдохнет? —, тоже посмеиваясь, спросила беловолосая. —, он же тебя победил, может и против Сатору выстоит.

— да ты посмотри на него! —, кивнул в сторону сисиндэна, где проходила ритуальная часть с подношением богам. На фоне чопорных министров, примерно в центре линейки, словно точка равновесия власти, стоял сгорбленный старик Ханами, без посоха. —, на фоне даже низшего чиновника он выглядит убого. Будто прямо там с жизнью и расстанется.

— не тебе такое говорить, Нахер. —, ехидно засмеялась девочка. —, ты себя вообще видел? Ты словно бомж, которого подобрали с ближайшей канавы и отправили говорить всем, что он Возбудитель. Даже рукав порван.

— наглость! —, воскликнул парень. И застыл. На лице медленно отображался всё более глубокий ужас.

— вот ты и постарел. —, констатировал Сугавара, улыбаясь. Отставил чашку. —, у нас в клане ничего особенного не произошло, разве что у Корэёси-но Кими скоро будет ребёнок.

— вай бля... —, прикрывая глаза рукой, выдавила Энширо. Ощутив двойной удивлённый взгляд, попыталась сменить тему. —, ничего-ничего. Иошито-доно, что думаешь о празднике и Акихиро?

— я был весьма удивлен произошедшим. —, признался шаман, распознав намёк. —, даже Корэёси-но Кими думал, что это займёт не менее пары лет. Обычно сначала идёт внутренняя борьба министров, советников, императора. Обсуждения. Потом они решают провести церемонию, долго к ней готовятся, препираются на самой церемонии и уже потом дают либо не дают титул. В этот же раз Сын Неба миновал первую часть, объявив о подготовке к церемонии минуя садайдзина и тюнагона, при поддержке исключительно удайдзина. Ёсифуса-но Кими и Ёсикадо-но Кими, должно быть, крайне огорчены.

— а ты сам-то как к этому относишься? —, прямо спросил Дзенин. —, удивление это понятно, но у тебя же должно быть своё мнение.

— безусловно. —, кивнул. —, по нескольким причинам, я рад за Акихиро. Во-первых, я успел подружиться и с Сатору, и с Канате. Во-вторых, в любом случае, чем больше великих кланов, тем сильнее страна.

— м-да уж. —, выдохнула Энширо, наблюдая за происходящим в сисиндэне.

Там уже закончились подношения богам и все приступили к развлекательной части — чтению только что написанных стихов, иносказательно восхваляющих императора. Помимо Ханами, ближе к началу зала стоял Юкихара, будучи чиновником шестого ранга. А вблизи императора, слева от Камо-но Ацутаги, сидела Аяка, что приравнивало её аж к третьему дворцовому рангу.

— хорошо, что меня там нет. —, скривившись, произнесла девочка. —, я б не выдержала.

— детей туда и не пускают. —, парировал Наофуми.

— идиотов тоже. —, отмахнулась она. Помолчала. —, кайфово, наверное, сидеть и слушать, какой ты крутой.

— это предпоследняя часть сегодняшнего дня. —, начал Иошито, думая, что быть единственным аристократом в этой компании крайне больно, и у Юкихары, наверное, железобетонные яйца. —, несколько часов будут читать стихи императору. Потом начнутся ритуальные танцы, а затем — свободная часть, отведенная под неформальное общение. Сын Неба может как уйти, так и остаться.

— и сколько это будет? —, подняв бровь, задала вопрос девочка.

— четыре часа.

— ма-а-ать твою...~ —, запрокинула голову.

Вечером, как и было предсказано, уставший император отправился в Сэйрёдэн[личные покои]. Аристократы и некоторые шаманы сисиндэна были оставлены в неформальной атмосфере, открытой для заключения торговых союзов, тихих угроз и прочих кулуаров, если бы они знали это слово.

Садайдзин стоял у одного из столов, поставленных к вечеру, вместе с Ёсифусой. Двое Фудзивара быстро заприметили Исонао, в данный момент общавшегося с представителем какого-то малого клана низших чиновников.

— приведи мне патриарха Акихиро. —, приказал слуге Ёсикадо, убирая руки за спину. —, скажи, что хочу поговорить.

Второму рангу лично подходить к пятому было унизительно. А даже если бы и нет, Ёсикадо не настолько уважал Исонао, чтобы столь открыто идти на контакт. То же самое быстро смекнул и сам Акихиро, почтительно подошедший уже через минуту.

— вы хотели меня видеть, Садайдзин. —, учтиво поклонившись, сказал мужчина.

— да, хотел. Поздравляю вас с получением столь важного статуса для каждого клана, несмотря на все трудности, с которыми вы столкнулись на пути. —, с холодной улыбкой поздравил Ёсикадо.

— мы надеемся, что, несмотря на свой размер, клан Акихиро принесёт достаточную пользу государству. —, добавил Ёсифуса. —, и, будьте уверены, империя тоже вас поддержит.

— благодарю. —, ответил Исонао. Он не мог сказать, что все эти трудности были по вине вас двоих и можно было не так агрессивно давить во время церемонии. Не мог. Но очень хотел. —, мне достаточно уже того, что Сын Неба организовал в нашу честь такой пышный праздник.

— последний раз великий клан появлялся несколько десятилетий назад, а потому ничего удивительного. —, произнёс подошедший к ним удайдзин. Токива, судя по всему, не был столь крепко связан куними в отсутствие императора, как садайдзин. —, однако вам, юному великому клану, следует работать ещё усерднее. У вас практически отсутствует репутация, несмотря на возможную пользу.

Невольно у патриарха Акихиро дёрнулась рука. В десятый раз одно и то же. Сейчас он скажет, что они очень ждут госслужащих из Акихиро, а если им не понравится, то и статуса они не достойны и всё в таком духе. Исонао всегда считал, что он, будучи отцом такого гиперактивного ребёнка, как Канате, имеет высокий уровень самоконтроля. Он ошибался.

— слишком много о себе думаете, Исонао-доно. —, сказал Токива, заметив это микродвижение. —, я говорю вовсе не о ваших учёных. За ними будет следить Ёсифуса-но Кими. Полезность. Я говорю о пользе, не только бумажной. Вы занимаетесь минераломагией. Стране бы пригодились ваши драгоценные камни, как минимум для повышения статуса перед Силлой и Династией Тан.

Лучше бы он вновь заговорил о чиновниках. Исонао уже проклял себя за прошлые мысли. Да хоть всю ветвь забери, Тамао просится в столицу последние два десятилетия. Но это...разграбление? Безусловно, у Акихиро есть множество способов не только добычи минералов, но и различ...

— если ваши люди окажутся бесполезны, мы спокойно заменим их на своих. —, прервал его мысли Тюнагон. —, а ежели пользы не будет и от остальных, то можно заменить и клан, как произошло с Накатоми. —, пауза. —, раз уж вы шаманы — решайте шаманские проблемы. Я не хочу получать доклады о том, что где-то шаман кого-то убил. Я хочу получать доклады:«Шаман-убийца пойман кланом Акихиро и направлен в тюрьму«. Либо убит.

— Ёсифуса-но Кими говорит верно. —, медленно проговаривая каждое слово, подхватил садайдзин. —, как нам известно, среди шаманов вы один из сильнейших кланов. Так думайте как сильнейшие. Я не прошу вас стать карательным отрядом, нет. Это работа ветви Фудзивара-но-Дзенин и Сугавара-но-Годжо. —, протянул руку к патриарху. —, я предлагаю вам занять место следователей по делам шаманов.

— для этого у нас уже есть великий клан Тайра. —, не давая ни секунды на ответ, вставил Минамото. —, они занимаются управлением провинций и расследованием произошедших там шаманских преступлений.

— так что же тогда один-единственный Хирокадзу с идолами устроил такой переполох? —, спокойно парировал его доводы Ёсикадо. —, великий клан Тайра не годится для масштабных расследований. Иначе бы для расследования дела идолов нам не пришлось привлекать Фудзивара, Акихиро, несколько членов свободных кланов и даже ученицу Великого Императора Разрушения. Или не так?

— только потому, что Фудзивара-но Оцуги перед смертью требовал немедленного расследования. —, не сдавал позиции Токива. —, если бы мы не торопились, то заключили мы временный союз с Тяньши Китая и провели совместное расследование. Хватило бы и Тайра.

— бесспорно, так и есть. —, согласился Ёсифуса, подходя ближе. —, но это ставит нас в неудобное положение. Для соседей выглядит так, будто бы мы не способны решить проблемы самостоятельно и просим о помощи. Несомненно, Хирокадзу — проблема Китая, перешедшая на нас, вполне логично было использовать Тяньши. Вот только разобравшись самостоятельно наше влияние на них выросло. Поэтому. —, перевел взгляд на Исонао. —, что вы об этом думаете? Нам важно ваше мнение, ведь это касается вашего клана.

— наш клан и до этого регулярно занимался расследованиями. Правда, исключительно внутренними. —, заговорил Исонао, перебрав в уме все варианты. —, соответственно, имеется довольно большой опыт. Ветви Акихиро-но-Мондо и Акихиро-но-Синдзю[жемчуг] идеально друг друга дополняют, представляя собой и грубую силу, и аналитические способности. Мы готовы взять это на себя.

— это ваше дело. —, холодно кивнул удайдзин, уходя.

Вариантов у Исонао было не много. Ясно как день, что ему было нужно выбрать союзников. С одной стороны — Минамото-но Токива, императорская кровь, удайдзин. С другой — клан Фудзивара, садайдзин, тюнагон. Как ни посмотри, но у Фудзивара влияния будет больше.

Помимо этого — требования. Токива в открытую заявил, что их интересуют ресурсы клана, и не абы какие, а именно минералы. Утрата их ослабит клан не только финансово. В то время как Фудзивара хотели лишь ослабить великий клан Тайра, союзников Минамото, и расширить через Акихиро своё влияние.

Даже дурак бы понял, что Фудзивара собираются подмять их под себя. Но какой был выбор? Согласиться с Токивой это лишиться ресурсов и остаться зависимыми от клана Сугавара, которые в любой момент могли изгнать учёных Акихиро.

Работа следователей же и увеличивала репутацию клана, и известность, и популярность. Со всех сторон выгодно, даже если вас планируют использовать. В конце концов, политика — это всегда использование. И Исонао использует их по полной, насколько только сможет.

— вы приняли верное решение. —, открыто улыбнулся Ёсикадо, сжимая кулак в воздухе. —, надеемся, что вы оправдаете наши ожидания, как и мы оправдаем ваши. Если понадобится помощь в расследовании — можете обратиться к клану Фудзивара, вам не откажут.

— благодарю за предоставленную честь. —, произнёс Акихиро в след уходящим высшим чиновникам. Выдохнул.

Что-ж. Вот и первый неформальный союз. Помощь в расследовании? Как бы не так. Этот жест открытости прямо указывал на то, что Акихиро теперь могут полагаться на Фудзивара и помогать им. Верный ли это выбор? Не важно. Важно — укрепление клана. Всё остальное — вторично. Даже если Сатору начнёт орать, Хомма всё поймёт. Хомма будет прекрасным главой клана.

Глава 32.

Параллельно с происходящим в сисиндэне, в южном саду наконец встретились Сатору и Энширо. Вместе с двумя беловолосыми были Канате и Хомма Акихиро. У обоих не было официального даже приравненного(как у Ханами или Исонао) ранга, чтобы и дальше находиться в зале для министров.

Последние полчаса двое Акихиро красочно пересказывали Годжо и Кёмукуси всё происходящее во время церемонии. На каждую атаку Фудзивара, Энширо кусала большой кусок рисовой лепёшки. То ли показывая, что кусает министра, то ли просто не слушая толком.

— вот же ж. —, возмущался беловолосый заклинатель. —, буду драться с Ханами через пару недель, я им покажу!

— тебе стоит помнить, что клан Фудзивара — единственный великий клан, разделяющийся на шаманскую и не-шаманскую стороны. —, мягко произнёс Хомма, осаживая Годжо.

— да, Сатору!~ —, с радостной улыбкой, ещё не успевшей сойти после конца вчерашней церемонии, подтвердила Канате. —, Ханами-но Кими не несёт ответственности за действия Ёсикадо-но Кими и Ёсифуса-но Кими.

— ой, да какая разница. —, раздражённо хрустнул шеей. —, всё равно надо его кокнуть, иначе не бывать мне Десятым. О, я всё хотел спросить. —, посмотрел на молчащую Энширо. —, а где, собственно, дядя Абэ или хотя бы Гэто?

— они, по-твоему, боги скорости? —, подняла бровь, доедая лепёшку. —, вчера только о празднике объявили, до них даже весть не успела бы дойти.

— а вы, Энширо-доно, получается, владеете скоростным перемещением? —, учтиво поинтересовался наследник Акихиро.

— удачей.

— тише, тише... —, начав гладить Хомму по спине, с сдерживаемой улыбкой проговорила Канате. У Хоммы вздулось несколько вен. —, Широ, Хомма у нас немного не уравновешенный.

— да и ты не джедай. —, тут же парировала девочка, хихикнула. —, дела у меня в столице были. Дядя Абэ просил передать дяде Дзи пару каких-то записей, а заодно я планировала навестить Аяку. Это просто чудом совпало так, что я не уехала до праздника.

— это называется судьба.~ —, раздался мурлыкающий голосок откуда-то слева.

— это называется «помяни чёрта». —, ответила Кёмукуси.

— Аяка-доно! —, радостно раскинул руки Сатору. —, где ты пропадала? Что так поздно?

— у меня были небольшие дела.~ —, подошла ближе, мило улыбнувшись. —, я переносила дары императору. Только сейчас выкроила немного времени.

— вроде праздник, а все такие занятые... —, задумчиво проговорил Годжо.

— потому что за каждым праздником стоит политика, Сатору. —, пояснил уже спокойный Хомма.

— что-ж, я уже говорила с Исонао-доно, но хочу поздравить и вас. —, продолжила девушка. —, ваша мечта стать великими, наконец, исполнилась, но это только начало.~ великий клан — далеко не предел развития для вас, и не только вас.~ в то же время, не доверяйте другим аристократам. Великий статус вовсе не даёт защиты.~

— ракшаси с политикой, ты сама то где пропадала? —, помахав рукой перед лицом, словно отгоняя назойливую муху, спросила Канате.

— о, я путешествовала.~ все время после турнира. —, коснулась указательным пальцем нижней губы. —, ездила в Китай, Минчжоу. Это такой порт, как у нас Хаката или Нанива. Оттуда доехала до Ханчжоу, купила несколько редких вещичек.~

— могу ли я поинтересоваться, зачем вам понадобилось ехать в столь далёкие земли? —, задал вопрос наследник клана.

— надо было пообщаться с местными шаманами, Тяньши, по поводу Силлы и Цусимы. Не важно, вас это всё равно не коснётся.~

— эй! Эй! —, привлекла внимание Канате, едва не получив за это гневные взгляды ближайших чиновников. —, Ая, скажи, а ты не встречала Киру? Акихиро-но-Эмерарудо Кира, мы её шпионом отправляли, помнишь?..

— а вы чо, проебали шпиона? —, саркастично рассмеялась Энширо.

— мы что, потеряли шпиона?! —, притворно запаниковал Сатору.

— никого мы не теряли. —, отрезал Хомма.

— хм.~ я общалась с представителями секты Пяти Мер Риса, но ни о ком с вашей. —, неопределённый жест рукой на Акихиро. —, внешностью, они не говорили. Но ведь шпион на то и шпион, чтобы о нём не знали?~ хотя, признаться честно, до сих пор поражаюсь, что ваш клан может быть шпионами. С тем же успехом можно одеться в буддийскую робу и прийти в Дзингикан. Угадайте, сколько раз за такие манёвры Ацутага-но Кими настучит посохом по голове?

— у нас есть свои методы, как использовать приметную внешность для сокрытия. Ведь, как известно, самая чёрная тень находится под фонарём. —, легко парировал наследник, сложив руки за спиной. —, Кира далеко не глупая, справится. Если же ей понадобится помощь, то этим займётся клан самостоятельно.

— в таком случае, могли бы не спрашивать.~ —, ядовито растянула девушка.

— ну хватит, Аяка! Не надо запугивать моего лучшего друга Хомму! —, встав между ними, сказал Сатору. —, лучше вот... э-э-э... Энширо! Ты почему не пьяная?

Пальцем в небо, но Годжо умудрился выбрать идеальный вопрос, сводящий пререкания двух шаманов на нет. Беловолосая девочка медленно взяла со стола ещё одну лепёшку, сжимая в руке.

— да как бы тебе сказать, Сатору... —, прошипела она. —, сначала я нашла Наофуми и Иошито. Думала, выпьем. Ага, щас. Наофуми, после нескольких чарок, свалил в Хэйан-кё к дяде Дзи бухать. Иошито же пьёт и не пьянеет. —, отложила лепёшку. —, вы представляете?! Влил десять кувшинов и даже щёки не порозовели! Гра! Короче, я выпила пару пиал и на этом остановилась. Пить в одиночку — это алкоголизм. Сакэ вкусное только с друзьями, если ты не дядя Абэ, у которого каждый камень друг и пьяный собеседник.

— так давай выпьем вместе! —, схватил кувшин. —, мы то пьянеем и ни в какой Хэйан-кё не свалим!

— о, я тоже! Я тоже! —, закивала Канате, выбирая чашку со стола.

— иногда, Сатору, и ты бываешь милым. —, согласилась Энширо, протягивая чашку.

— я оставлю вас. —, поклонившись, произнёс Хомма. —, меня ещё ждут дела. Завтра присоединюсь к застолью.

— к сожалению, я тоже вынуждена удалиться.~ —, грустно сказала Аяка, поворачиваясь в сторону оммёрё и Дзингикан. —, увидимся завтра.~

— что-ж... —, вымолвила Канате, проводив подругу взглядом. Отпила сакэ. —, у меня скоро будет рубиновый кодати[предок танто]! Как второе оружие. Смогу претендовать на высшего Дайдзё-дайдзина рубина, а то и вообще низшего Кампаку!

— всё ещё считаю, что ты мне соврала.~ —, лениво произнёс Годжо. —, не может у вас быть столько рубинов. Ну просто нет столько полезных ископаемых на нашей планете.~

— ну да, соврала.

— ахахахахаах, Сатору! —, зашлась Энширо. —, твоя жена тебе не доверяет! Ахахаха! Бедола-а-ага!~

— Кана! Что за дела?! —, обиженно воскликнул Годжо, залпом осушив кружку. Притих, вспомнив хоть какие-то нормы этикета Хэйана. —, мы же даже...

— соитие ещё не повод для доверия. —, парировала девушка. —, впрочем, сейчас то ты уже член клана. Естественно, нет столько рубинов. Откуда бы им взяться?

— и откуда взялась тогда твоя катана?

— мы можем при помощи продвинутой минераломагии превращать распространенные минералы в драгоценные. —, начала объяснять Канате, доливая себе ещё алкоголя. —, мы берём сердолик[разновидность кварца, оранжево-красный], которого везде полно, и превращаем в рубин или другой редкий минерал. Обычно каждый член клана делает своё оружие сам, процесс очень долгий.

— сколько ты уже делаешь этот свой кодати?

— лет семь.

— а на катану сколько ушло?

— от матери досталась. А у неё, кажется, лет сорок.

— знаешь, Сатору. —, вдруг повернулась к нему девочка с пустым выражением лица. —, даже при такой, якобы, медленной скорости, в будущем мы могли бы властвовать над Токио. Эх.

— о, Широчка, ты же, помнится, хотела у меня учиться боевой магии, а в итоге пошла к Абэ-но Сэймею. —, щёлкнув пальцами, весело проговорила Акихиро. —, и как успехи?

— ты не первая, кто спрашивает. —, пауза. —, неплохо. Пока сложно удерживать что-то сложнее плоской пластины.

— могу подарить тебе аметистовый кинжал. Его достать легче, чем рубин, раз в десять. —, достала небольшой тёмно-фиолетовый клинок, больше походящий на охотничий нож будущего. —, он как раз не только усиливает проклятую энергию, да ещё и помогает в контроле.

— на кой чёрт мне нож, если я кидаюсь?.. —, плоско спросила Энширо. Помолчала. —, бесплатно?

— бесплатно. —, кивнула девушка.

— а, блять! Бесплатный кинжал конечно возьму. —, выхватила оружие, убирая в рукава кимоно. —, чота я как-то сразу не поняла, что ты хочешь. Выпила много. Бесплатный аметист конечно возьму. Повешу над кроватью, чтобы у Гэто случился очередной приступ, как когда дядя Ран ел суп нефритовой ложкой.

— Кана! Я тоже хочу оружие! —, заговорил Сатору, приближаясь к ней.

— вернёмся в Хосемура-дэру — возьмешь со склада. Отстань.

— ура! —, выпил ещё чашку сакэ. —, оххх... Энширо, хочу познакомить тебя с одним классным дедом!

— я уже знакома с Ханами. —, отрезала девочка, поигрывая остатками вина в чашке. —, ты совсем опьянел?

— да нет же, не Ханами! —, замотала головой, потрясая Канате за плечи. —, скажи-и ей!~

— уф, успокойся. —, дёрнула плечом, сбивая руку парня. —, Сатору хочет познакомить тебя с Акихиро-но-мондо Кэнки, нашим старейшиной, с которым они близко общаются.

— Сатору, ты теперь по дедам?

— при чем тут это?! Он крутой! Он как я и как ты! У него волосы как наши, и борода, еще и не седые!

— ну... —, посмотрела на бьющий через край энтузиазм друга. —, ладно, веди к своему деду. Надеюсь, он пьёт.

— конечно, пьё... —, кивнул Сатору, но ему на плечо опустилась чья-то рука. Очень бледная, болезненная, но от этого не менее крепкая. —, э?..

— вечер добрый. —, тихо поприветствовал парень с серо-нефритовыми волосами. —, я бы хотел попросить о разговоре наедине с тобой. Можешь уделить мне несколько минут? Ежели необходимо, я подожду, сколько нужно.

— я...э... —, опешил Сатору. Лицо парня было настолько уставшим, что он будто увидел призрака бюрократии, заполнявшего налоговые декларации тысячу лет к ряду. —, да... —, вернул свою самоуверенность, занял горделивую позу. —, да я с кем угодно поговорю! Девочки, подождите, я скоро вернусь. —, подмигнул обоим.

— фу. —, скривилась Энширо. Засмеялась. —, эй, Кана, эт кто был?

— не знаю... —, честно ответила девушка, чуть подумав. —, скорее всего, кто-то из неизвестных нам высших кругов. Хорошо, что Сатору не отказал, а то поползли бы различные слухи.

— знаешь, что я думаю?

— что?

— что Хомма очень похож на директора Ягу.

— на демона метлы?! —, схватившись за голову, пьяно воскликнула Канате.

— о, сейчас я расскажу тебе одну историю... —, потирая руки, начала беловолосая. —, значится, ходили мы с Сатору на свидание. Да-да, было дело, я тогда проиграла ему в карты на желание. Привел он меня в какую-то кафешку, всё бы хорошо, сидим, слово за слово. —, захихикала, выпила ещё сакэ. —, в итоге официант случайно пролил на Сатору кофе. Наш герой, не растерявшись, заорал «КИПЯЩИЕ ПОТОКИ!!! К ОРУЖИЮ!!!» и метнул в кофемашину подносом, пробив бедный аппарат насквозь. Кофемашина это как... Голем, что готовит тебе вкуснейший отвар.

— ахахахахах! Это похоже на то, как он себя ведёт за столом. —, согласилась Акихиро. —, и чем закончилось?

— тем, что Яга получил отчёт о происшествии вместе с фотографией радостного Сатору, несущего торт Наполеон на швабре, как боевой трофей на копье. Через минуту Яга выпил коньяк из своего стола. Весь. —, пауза. —, мне кажется, дядю Хомму ждёт та же участь.

— если я правильно понимаю мысли отца... —, молча подняла чашку. —, за упокой души Хоммы.

— да будет ему рай. —, подняла в ответ. Выпили.

Сатору бежал вместе с Эми по крышам. Это уже насторожило заклинателя, можно ведь было просто отойти куда подальше, по крышам то зачем? Да ещё и дальше сисиндэна! Прямо сейчас под ногами Сатору была черепица Дзингикан. Мысленно попросил прощения у Ацутаги, если тот не дай ками был внутри.

Но парень перед ним бежал ещё дальше, прямо в Сэйрёдэн[личные покои императора], остановился только в саду покоев. Около пруда. Годжо уже успел привыкнуть, что все важные разговоры велись у пруда. Всех людей Хэйана тянуло к пруду. Даже Сукуна, наверное, приезжая к Аяке и вырезая по дороге пару сотен тысяч человек, сидел у пруда, поедая... Ну, печень? Руку? Что ему там больше нравится.

— ты куда меня привел, сумасшедший призрак?! —, зашипел Годжо, нависая над Эми, спокойно расположившимся на камне у пруда. —, да меня же Хомма прибьет, если узнает! Он строго запретил мне ходить дальше сисиндэна!

— мне можно везде. —, тихо ответил парень, наливая себе чай в пиалу. —, будешь? Или ты предпочитаешь сакэ?

— чай?.. он стоит дороже, чем... Так, ладно, плевать. —, поднял руки. —, Хатиман с чаем, ты вообще кто?

— прошу прощения, как раз хотел представиться. —, не изменив положения, сказал собеседник. —, меня зовут Эми, я Центральный Рёмен-но Сукуны, член совета Ямато и приёмный отец Рёмен-но Аяки. Рад нашей встрече, которая наконец случилась.

— ч...какой отец?.. —, опешил беловолосый. Казалось, даже знатная концентрация алкоголя частично выветрилась. —, а Сукуна тогда кто? Да и вообще, я думал это он её родил. Ну, не родила. Короче, ты понял.

— понимаю твоё замешательство. —, спокойно кивнул. —, Аяка носит фамилию Сукуны по причине того, что является его ученицей и носит его кровь. Но она не дочь. Это долгие объяснения, смысла в которых я не вижу пока что.

— она у тебя научилась утаивать всё самое интересное? —, с насмешкой спросил Годжо. —, ладно, зачем мы сюда пришли?

— чтобы поговорить наедине. —, ответил Эми, отставляя пиалу. —, меня, как и Сино-но Кагэ, официально не существует. Однако, Фудзивара-но Ёсикадо, мог видеть меня при дворе во времена правления императора Сага[809-823гг], поэтому я решил не рисковать и провести разговор там, где он точно не сможет побывать сегодня.

— Сино-но Кагэ тоже здесь? Надо же, а я думал, он только на потолке жить умеет.

— глава «Райнаки» умеет почти всё и, в данный момент, скорее всего, общается с Фудзивара-но Корэёси.

— да хватит уже. —, рубанул ладонью воздух. —, я понимаю, что у вас с Аякой это врожденное, но ты... Вы можете, пожалуйста, перейти к делу? Меня ждут.

— конечно. —, выдохнул Эми.

— чувак, ты выглядишь так, будто прямо сейчас упадешь и умрёшь. —, заметил Годжо, улыбнувшись. —, тебе сколько вообще лет?

— я служу империи Ямато ещё с тех времён, когда правил император Конин[770-781гг]. —, спокойно ответил Центральный.

— ох... Да тебе же, получается, под сотню лет?.. очередной проклятый?

— именно так. —, кивнул. —, теперь о важном, если тебя более не интересует моя биография. Становление великим кланом не только благо, но и огромная опасность. —, помолчал, вытянул руку к беловолосому. —, представь себе кусок мяса. Большой, сочный, кровавый и очень питательный. А теперь представь штук десять волков вокруг него.

— ох. —, заложил руки за голову. —, ну, в этом ты, конечно, прав. Но разве же ты сам сейчас не действуешь как тот самый волк?

— у меня нет ни малейшего желания помогать клану Акихиро. —, резко ответил Эми, но лицо осталось таким же устало-расслабленным. —, я говорю с тобой только потому, что о тебе рассказывал Сын Неба. Такой человек, как я, не на стороне отдельных кланов. Мне глубоко плевать на то, чего хотят Фудзивара, Акихиро или лично ты, Сатору Годжо. —, указал на него пиалой. Вздохнул. —, даже если бы сам Сын Неба начал действовать против страны, я принял бы сторону против императора.

— ты же понимаешь, что за такие высказывания я мог бы убить тебя прямо здесь, и никто бы мне ничего не сказал? —, усмехнулся заклинатель, развалившись на воздухе, как на мягком диване.

— о, ты можешь попробовать. Тогда сюда придут Рёмен-но Аяка, Сын Неба и Куромаку-но Дзи. Справишься со всеми ними? —, помолчал, затем спокойно продолжил. —, повторю то, что уже говорил, но с более конкретными дополнениями. Сегодня с патриархом Акихиро говорили Фудзивара. Завтра подойдёт Камо-но Ацутага, император тоже захочет поговорить наедине.

— так пусть принимает сторону Ацутаги! —, махнул рукой. —, что тут думать то? Фудзивара, несмотря на всю свою мощь, не особо-то честные.

— Исонао уже принял сторону Ёсикадо и Ёсифусы.

— а?!

— помимо этого. —, не обращая внимания на замешательство своего собеседника, продолжил Эми. —, советую не полагаться на великие кланы Сугавара и Абэ. В ближайшие пару десятилетий они, скорее всего, потеряют свой статус. Сугавара не поднимаются выше пятого ранга. Если не случится чуда, то им уже не удержаться.

— дядя Абэ...

— ты хоть раз слышал от него что-то о клане Абэ?

— нет.

— единственное, что Абэ-но Сэймей сделал для клана — передал своему родственнику, управляющему небольшой провинцией, сикигами-учёного, который помогает. Естественно, если бы мы учитывали Абэ-но Сэймея, то клан Абэ стоял бы даже более устойчиво, чем клан Камо или даже Тайра.

— понятненько.~ —, растянул беловолосый. Ему было известно, что уже с года на год родится Сугавара-но Митидзанэ, его, как он до этого думал, самый дальний предок и гений клана Сугавара. Для себя заклинатель отметил, что стоит не слушать Центрального и всё же заиметь хорошие отношения с Сугавара-но Корэёси.

— что же до Камо, коим ты столь симпатизируешь из-за дружбы с человеком, находящимся на шатком посту. —, прикрыл глаза. Замолчал.

Годжо подумал, что этот Эми настолько устал, что просто заснул посреди диалога. Интересно, сколько ночей он не спал, чтобы заполучить такие складки под глазами?

— они абсолютно бесполезны. Да, у них есть сила и влияние, но они не могут дать почти ничего, кроме небольшой поддержки при дворе. Разве что пустить некоторых из вас как жрецов, и то вряд-ли. —, снова вздохнул. Какой раз за беседу? —, клан Фудзивара помогут, но будут использовать. И я, и император, тоже будем использовать. Ты не настолько дурак, чтобы верить в «они будут использовать, а вот я хороший и просто друг». Нет, ни за что. Тебе стоит лишь подумать о том, где меньше врагов. А врагов меньше — у императора.

— поговори об этом с Исонао-доно, зачем меня грузишь? —, спросил парень, почесав голову.

— Исонао слаб. Мне хватит одной руки, чтобы его убить.

— Хомма...

— щелбана. —, отрезал Эми. —, я выбрал для разговора именно тебя, потому что ты силён. Клан Акихиро мне не нужен. Ни Канате, ни Исонао, ни Хомма, ни все остальные. Мне нужен Акихиро-но Сатору. И если для того, чтобы ты принял нашу сторону, мне придется помогать несчастному клану, который сегодня есть, а завтра стал пылью на полках — я это сделаю. —, пауза. —, не заставляю принимать решение сейчас. У тебя есть время подумать. Мы увидимся в следующий раз во время твоего сражения с Фудзивара-но Ханами, меня назначили арбитром.

— хорошо, хорошо, я понял тебя братан.~ —, лениво поднялся. —, мне надо подумать и обсудить это с другими. Я не могу в одиночку принимать решения клана.

— у тебя есть время. —, спокойно кивнул парень.

Сатору скрылся на крышах, намереваясь как можно быстрее вернуться в Южный Сад, чтобы, не приведи Аматэрасу, Хомма не запалил его отсутствие и не организовал поиски всем кланом. Вот же назойливый...

Эми остался в саду один, мирно попивая оставшийся чай. К пруду вышел Масара, уже в обычной свободной одежде, гуляющий среди ночи.

— и как он тебе? —, прямо задал вопрос Сын Неба.

— не очень. —, спокойно ответил Эми, наливая чай императору. —, мне кажется, у императора слишком высокое мнение насчёт этого человека. Я увидел лишь пустую силу и бахвальство. Безусловно, быть может, я не смог за столь краткую беседу полностью оценить Сатору Годжо, но на данный момент он нам не подходит. —, отпил. —, Акихиро-но Сатору может быть сколь угодно сильным шаманом, но вряд-ли сможет оказывать должное влияние на политику. Подобнр первым пяти Возбудителям.

— когда я общался с ним в девятом году Дзёва[842], Сатору показался умным и полезным. —, произнес Масара, сложив руки в рукавах. —, быть может, сегодня он был слишком пьян. Или притворялся. Не могу быть уверен точно.

— моё мнение не меняется. Вкладываться в него бессмысленно. —, припечатал Центральный.

— пусть будет так, я тебя услышал. —, развернулся. —, твоя дочь привезла целый сундук отборного чая из Ханчжоу, подарила лично нам.

— какая хорошая девочка, у меня как раз кончались запасы. —, соскочил с камня, следуя за императором в покои.

В это же самое время, Сатору вернулся в Южный Сад. Энширо и Канате напились так, что в будущем их бы обозвали алкашнёй. Но, как и водится в их компании, ситуацию спас доблестный Фудзивара-но-Сикике Юкихара, вышедший из сисиндэна и успешно оттащивший обоих девушек проветриться к Судзукаймону. Первый день заканчивался. А с Кэнки он никого так и не познакомил! Чёрт! Что за невезуха?!

На следующий день утро началось с соревнований между различными военными и учёными кланами. Военные, такие как Тайра и Минамото, показывали друг другу мастерство стрельбы из лука, в то время как учёные играли в го.

Будучи одним из лучших игроков в го, Сугавара-но Корэёси, уже обыграв какого-то среднего ранга чиновника, грустно сидел в одиночестве. Мало кто захочет играть с тем, у кого почти невозможно выиграть. Разве что Ёсикадо мог составить конкуренцию.

В итоге к учёному подошел не садайдзин, и даже не член клана Сугавара, что было бы логичным. Сам Фудзивара-но Ханами, патриарх шаманского клана Фудзивара, захотел сыграть партию.

— Корэёси-доно, не желаете разыграть несколько партий? —, спросил старик, садясь за доску.

— конечно, Ханами-но Кими. —, согласился Сугавара, пододвигая к сопернику чашку с чёрными камнями[право первого хода].

Знаменитый учёный хотел играть интересную партию, а потому с радостью давал соперникам преимущества. Иногда это помогало, иногда нет, в данном же случае роль играло ещё то, что Ханами был выше по рангу.

Первые полчаса игра шла нейтрально, количество выбитых с поля камней двух игроков было примерно одинаковым. К концу первого часа Ханами начал сдавать позиции, проигрывая больше камней, чем успевал отбивать.

— Корэёси-доно, как у вас идут дела на службе? —, вдруг поинтересовался патриарх, ставя свой черный камешек в угол поля.

— о, Ханами-доно, вам, должно быть, известно, что я некоторое время назад возглавил бюро календаря, а помимо этого отвечаю за составление государственных хроник. —, мягко заговорил учёный, слабо улыбнувшись. —, если всё сложится удачно, то уже в следующем году я смогу получить низший четвёртый ранг, а в перспективе даже, возможно, добраться до низшего третьего, но это больше мечты.

— правильно! —, рявкнул Ханами, стукнув кулаком по циновке. —, великие кланы не должны погибать, брошенные на произвол судьбы! Как это происходит с некоторыми ветвями не-шаманского Фудзивара. —, немного скривился. —, Ёсифуса-но Кими, будучи из ветви Хакку, угнетает ветви Сикике, Нанке и Кёкэ. Даже свою ветвь частично! Просто его слава ведёт их наверх. Сам он руку не прикладывает.

— но, позвольте, Ханами-но Кими. —, поставив белый камешек ближе к центру поля, произнёс Корэёси. —, разве вы не занимались тем же самым? Насколько мне известно, вы продвигали только свою шаманскую ветвь Хакку, подавляя остальные. Или, быть может, мои источники оказались не верны?

— верны, верны, да с некоторыми дополнениями. —, недовольно проскрипел Фудзивара, размышляя над следующим ходом. —, безусловно, я угнетал бесполезные ветви. Но не людей! Взять вот, хоть, Наофуми. Он из побочной ветви, Дзенинов. Да, я его терпеть не могу, но я никогда не принижал его способностей! А в его юности даже помогал. То же самое с Юкихарой. Недавно мальчик женился на женщине не из знатного рода и почему-то никто ему слова не сказал. Как вы думаете, Корэёси-доно, почему? Да потому что я его поддержал! Я не поддерживаю ветви, но никогда не брошу многообещающего человека.

— вы могли бы поговорить с Ёсифуса-но Кими. —, предложил Сугавара. —, в конце концов, когда-то, ходят слухи, вы были очень дружны.

— лет двадцать назад, когда он был вдвое моложе, чем сейчас. —, фыркнул. —, мы с ним не сходимся во мнениях. Он считает, что самостоятельно представляет весь клан Фудзивара и может не заботиться об остальных. Бесполезная растрата ресурсов. Кто сказал, что в подавленных им ветвях нет гениев или хотя бы талантов? Даже если хочешь быть на вершине, не пуская туда никого, хотя бы используй их, а не заставляй потенциальных министров пахать поля на Кюсю.

Корэёси вдруг подумалось, что когда с ним последний раз вели подобную беседу? Кроме мальчика из ветви Сугавара-но-Годжо. При дворе все министры и чиновники относятся к нему скорее как к функции, которая существует для хранения знаний. А вот так, спокойно, как к человеку, с которым можно просто поговорить о недовольствах...

— то же касается и великих кланов. —, продолжил Ханами, от чего Сугавара едва не дёрнулся. Слишком неожиданно. —, все борются за власть, угнетая друг друга и в итоге оказывается, что полезные люди отброшены на обочину. Вы достойный, Корэёси-доно, что несмотря на относительно низкий ранг не сдаетесь и продолжаете двигаться вперёд.

— благодарю за столь тёплые слова. —, ничуть не смутившись, кивнул Сугавара. Годы жизни при дворе давали о себе знать, выдержка, которой в будущем позавидовал бы кто угодно. —, мне хотелось бы узнать, что Ханами-но Кими думает о своём сражении с Акихиро-но Сатору и возможном смещении с места Десятого Возбудителя? Не для хроник, для себя. Мне неизвестна вся сила Акихиро-но Сатору, доходили только некоторые донесения о таинственной технике алого цвета, что разрушила барьер самого Дзинги-хаку, потому не могу в полной мере оценить способности вашего врага.

— меня не волнует этот бой. —, отмахнулся Фудзивара. Опешив, Корэёси, впервые за всю игру, сделал неудачный ход. —, я и есть клан Фудзивара! Если погибну я, то погибнет и клан. Я вовсе не боюсь смерти, я боюсь за то, что станет с кланом, если не будет меня.

— хочу заметить, Ханами-но Кими, что вы сейчас говорите в точности так, как до этого имели неудовольствие описывать Ёсифуса-но Кими. —, взяв себя в руки, заметил хронист.

— а, понимаю. Но я имел ввиду, что держится шаманский Фудзивара исключительно на моей фигуре. Отчасти, в этом виноват и я, да только пытаться воспитать талант из грязи — пустая затея. —, поправился патриарх, делая ход.

— хотите сказать, что за всё время вашего правления, не было никого талантливого, кроме Наофуми-доно и Юкихара-доно?

— была. Девочка из Дзенинов, я хотел сделать её старейшиной, но глупец Наофуми не позволил. Тц-тц-тц, какое упущение...

— вы ведь говорите только о таланте в управлении делами клана? —, уточнил на всякий случай Сугавара.

— естественно. Достойных шаманов у нас больше, чем сосен в Южном Саду. —, ответил Ханами, несколько секунд помолчал. —, Корэёси-доно, я хочу попросить вас об одолжении.

— меня?

— вас. —, кивнул. —, я хочу, чтобы после моей смерти, если я всё же умру через две недели, управление шаманским кланом Фудзивара перешло к вам, великому клану Сугавара. —, пауза. —, я не доверяю ни одному великому клану. И клану Сугавара тоже, но я верю конфуцианцам, которые стремятся к увеличению знаний. А вы, Корэёси-доно, как мне известно, конфуцианец. Как и большинство Сугавара.

— могу я узнать, что конкретно вы от меня хотите? —, сразу перешёл в наступление учёный, заодно собирая с поля очередную порцию чёрных камней.

— тц, я сегодня плохо играю... Хочу оставить клан таким, какой он есть. —, поднял руку, сжав кулак. —, мне не нужно, чтобы ветвь Дзенин стала главной. Мне не нужно, чтобы моя ветвь исчезла. Мне нужно лишь сохранить то, что есть сейчас, до прихода следующего сильного патриарха. —, замолчал, давая время всё обдумать.

Ум патриарха Сугавара же работал на полную ещё с начала речи старого Фудзивара. Предложение выглядело как невероятно выгодный симбиоз. Сугавара, которые из-за низких служебных рангов, с года на год потеряют свой статус. Выхода было два — либо каким-то образом занять высшие посты при дворе, либо же нарастить огромную магическую мощь.

И именно в этом ему помог бы шаманский клан Фудзивара. Если предположить, что Корэёси возьмёт на себя управление ими, то и вся эта громадная шаманская сила, где только по официальным данным десять императоров, перейдет под его юрисдикцию. Готово, великий клан Сугавара остаётся великим. Да в придачу получает доступ к библиотеке Ханами, где собраны все известные печати.

При этом, от самих учёных требуется только одно — ресурсы. И речь не о злосчастных коку риса, а о интеллектуальных ресурсах. Корэёси придётся работать больше, как и многим из Сугавара. Но это того, определённо, стоит, тут даже думать не надо дальше.

— хорошо. —, согласился Корэёси, после нескольких минут размышлений. —, однако я хочу, чтобы вы заранее объяснили это тем людям клана, кто что-то могут решать, либо представляют силу. Я не смогу подчинить их уже после вашей смерти. Я — учёный, а не воин, как и весь великий клан Сугавара.

— об этом не беспокойтесь, Корэёси-но Кими. —, сделав последний ход, произнёс Ханами. —, сразу же после окончания торжества я отправлюсь в Азамура-дэру, чтобы лично изб...рассказать об этом старейшинам и главам наиболее влиятельных отрядов подавления.

— тогда. —, собрал все камешки с поля. —, ещё партию? Вы играете почти так же хорошо, как Ёсикадо-но Кими.

— а вы даже лучше, чем Наофуми, обыгравший меня ещё в детстве. —, усмехнулся старик, протягивая собеседнику чёрные камни. —, сыграем.

Глава 33.

Площадка для стрельбы из лука также располагалась в Южном Саду, но в соседней его части, дабы не мешать игрокам в го. Чтобы зрители не мешали стрелкам, площадка была прикрыта временными ограждениями из бамбуковых шестов с натянутой бечёвкой.

Мишени представляли из себя обычные деревянные щиты, обтянутые соломенными матами с нарисованными кругами и располагались на расстоянии шестидесяти метров от стрелков.

Сами стрелки же были одеты в каригину[охотничьи костюмы] — лёгкие, не стесняющие движений, с узкими рукавами и тёмных цветов, практически независимо от статуса.

Открывал соревнование сам удайдзин, Минамото-но Токива. Будучи опытным воином, шаманом и политиком, что давало его и без того прекрасной репутации ещё более яркое сияние, он вышел к крайней мишени, натягивая тетиву юми[асимметричный лук]. Щелчок, стрела полетела ровно в центр с первого же, пристрелочного, выстрела.

Несмотря на то, что Токиве было всего тридцать два года, он показывал многозначительные успехи и огромный потенциал. Не только политически, но и в бою, если вдруг самому правому министру придется когда-нибудь сражаться. Все три стрелы полетели точно в центр цели.

— прекрасно, Удайдзин, прекрасно. —, похвалил его Ёсикадо, наблюдавший вместе с остальными. —, похоже, возраст вовсе не даёт о себе знать. Это замечательно, что у нашей страны столь активный правый министр.

— уверен, будь вы моложе, Садайдзин, справились бы не хуже. —, учтиво произнёс Минамото, отдавая юми слуге.

— а я думала, он умеет только бояться дьявольских песнопений. —, пробормотала стоящая неподалёку Энширо. Ей стало немного... Страшно. Ведь не прикажи Масара год назад не убивать её, глядишь, вместо мишени висела бы она.

Осторожно подняв голову, девочка посмотрела на Токиву. Тот, услышав и её фразу и, кажется, даже мысли, просто кивнул, открыто улыбнувшись. Мол, не бойся, забавный беловолосый ребёнок, я не держу зла, в отличие от некоторых.

Подумав о том, что ей, вообще-то, восемнадцать, а по росту она не то чтобы выделяется из общей массы взрослых женщин Хэйана, Энширо направилась к ближайшему слуге с целью очередного развлечения.

— эй, работник. —, обратилась она, поставив руки в бока. —, я тоже хочу стрелять, дай лук.

— Энширо-но Кими, помилуйте. Я не могу вам запретить, но вы хоть раз пробовали держать в руках оружие? —, поинтересовался слуга, собирая ей стрелы в колчан.

— ой да какая разница. —, раздраженно махнула рукой. —, что тут сложного? Взял лук, натянул верёвку.

— это тетива.

— верёвка. —, повторила она. —, и выстрелил.

— в Садайдзина. —, усмехнулся Токива, подошедший к ним сзади. —, Энширо-доно, если вы не против, я мог бы научить вас стрелять из юми.

— Будда... —, резко вздрогнув, медленно выдохнула Энширо, побелев едва ли не до состояния своих волос. —, Удайдзин, ради кого-нибудь, в следующий раз, когда захотите подойти, пожалуйста, подавайте хоть какие-то признаки жизни.

— учту. —, кивнул Минамото. —, просто не хотел показаться невежливым, шаркая ногами.

— а в итоге забыл, что надо дышать. —, добавила Энширо. —, я не против, всё равно хотела научиться. Пригодится.

Забрав у слуги лук и стрелы, Токива отвёл её к дальней мишени, чтобы не мешать соревноваться остальным участникам. Девочка взяла в руки лук, глядя на него снизу вверх. Юми был длиной около двух метров, в то время как Энширо едва добрала до полутора.

— м-да, блять. —, произнесла она, осматривая сие чудо природы и рукоделия. —, да я ж его еле как поднять то могу. А ещё говорят, попытка не пытка. Ага, как же.

— Энширо-доно, смотрите, в этом нет ничего сложного. —, Токива нагнулся к ней, поставив ей правильную стойку. Положил её левую руку на древесину, а правую на тетиву. —, вот так. Теперь, попробуйте натянуть.

— кххххх, мне не хватит сил. —, пожаловалась девочка, когда тетива не сдвинулась с места. —, так недолго и руку вывихнуть. Кто меня лечить будет?

— в Дайдайри предостаточно лекарей, а учитывая ваше особое положение, вас может лично исцелить Рёмен-но Кими или даже Сын Неба. Переживать не о чем. —, ответил ей Удайдзин. —, однако, прежде чем ломать руки, попробуйте усилить тело проклятой энергией.

— да вы гений обучения. Знаете, читала я когда-то одну книжку, так вот там был человек по прозвищу «гений обучения», на вас очень похож. Даже внешне. —, саркастично проговорила беловолосая, но совету последовала. Тетива натянулась.

— сочту это за очень странный комплимент. —, улыбнулся Токива, помогая ей зарядить стрелу. —, следите за наконечником. Сейчас он у вас подобен маятнику.

— я стрелок в стиле импрессионизма. —, парировала девочка, отпуская тетиву. Стрела даже не долетела до мишени, упав в землю на полпути. —, чёрт.

— в следующий раз следует натягивать сильнее. —, достал вторую стрелу, поддерживая девочку за локоть. —, Энширо-доно, могу я спросить, планируете ли вы остаться в столице по окончании праздника?

— да, естественно. —, кивнула она, целясь чуть выше мишени. —, это поправка на божий гнев. —, объяснила беловолосая. —, через две недели же бой Сатору и деда Ханами, хочу посмотреть. Останусь в поместье Аяки, там и место, и свобода, и можно бесконечно тянуть что-то из Аяки.

— ежели желаете, то можете остаться в Дайдайри. —, предложил Токива, проследив за стрелой, которая пролетела добрую сотню метров и воткнулась в землю. Проклятая энергия, конечно, творит те ещё чудеса. —, я выделю вам личные покои в Восточном Павильоне. Там живут высшие ранги, рядом Сэйрёдэн и туда редко захаживает Ёсифуса-но Кими.

— вы либо слишком добры, либо слишком расчётливы, Удайдзин. —, мило улыбнулась Энширо, пародируя манеру Аяки. —, не спорю, что это одно из наиболее безопасных мест. —, самостоятельно установила следующую стрелу, пусть и не без труда. —, но здесь у меня будет куда меньше свободы, чем у Хи-но Кими.

— ха-ха-ха, вы уверены, что у вас нет свободы в Дайдайри? —, рассмеялся правый министр, отчего даже некоторые участники соревнований покосились в их сторону. Смех высших чинов на публике — редкое событие, даже если это праздник. —, если мне не изменяет память, то год назад, скрываясь от Сино-но Кагэ, вы пнули Садайдзина. И всё, что вам было за это вопиющее нарушение — Сын Неба на день лишил вас любимой умэбоси[кислая маринованная слива].

— сссст... —, слегка покраснела девочка, отвернувшись в сторону. —, мне стыдно за тот случай. Тогда я была довольно... Сумасбродной, хотя у вас такого слова нет. Ближе всего будет «глупой», да. Не стоит пинать старых не-шаманов. Он ведь мало того, что старый дедушка, так ещё и не шаман, ничего не может. —, пауза. —, а вот деда Ханами пнуть можно. Он потом в ответку пнёт меня так, что я улечу аж на Кюсю без корабля.

— за прошедший год вы научились думать, Энширо-доно.

— за прошедший год ты начал мне нравиться. —, парировала девочка. —, можешь звать просто Энширо.

Безусловно, столь быстрый переход от формального общения к дружескому в эпоху Хэйан был бы невероятен. Если бы Токива не знал о том, что эта девочка, как и её друзья, сами по себе довольно невероятны, и не решил подыграть ради установления более доверительного контакта.

— в таком случае, и ты можешь звать меня Токива. —, направил её руку левее, к краю мишени. —, поправка на ветер. —, пауза. —, мы с Сыном Неба хотели бы, чтобы ты осталась в Дайдайри и после сражения Сатору-доно и Ханами-доно. Тебе бы даровали придворный ранг и научили государственным делам. Даже Сугавара-но Корэёси помог бы, я уверен в этом. А учитывая, что ты шаман уровня Дайдзё-дайдзин[пик первого уровня], то начать можно было бы с должности в Оммёрё[бюро магии]. В перспективе, ты бы даже смогла подняться до Тюнагона, потом Дайнагона, а затем, возможно, даже уровня Удайдзина.

— какое прекрасное предложение для какой-то абсолютно левой и юной девочки. Собрались вырастить себе марионеточного министра? —, усмехнулась, стреляя. Наконец, попала, пусть и близко к краю. —, из меня плохая марионетка, даже дядя Абэ так говорил. Ну а ты, дядя Токива? Расскажешь, с чего такая честь?

— непременно. —, согласился Минамото, кивнув на выстрел. —, ты уже знакома с устройством Дайдайри, приглянулась императору, что крайне важно и, что едва ли не важнее симпатии императора, у тебя невероятное количество связей. Рёмен-но Аяка, ученица Второго. Наофуми, Пятый. Куромаку-но Дзи, лучший артефактор нашей страны. Абэ-но Сэймей, сильнейший оммёдзи за прошедшие пять сотен лет. Ты была бы незаменима.

— это всё, несомненно, замечательно, но у нас кончились стрелы. —, сказала беловолосая, кивая на пустой колчан. К ним тут же подошёл слуга с новым, забрал пустой, ушёл. —, после такого действительно возникает мысль остаться. Но, нет. Мне не интересна ни политика, ни дворец. Я жила у того императора только потому, что меня буквально не выпускали. Я шаман и хочу помогать дяде Абэ и Гэто.

— хочу заметить, что интересы Абэ-но Сэймея и Дайдайри совпадают. —, парировал Удайдзин. —, твоё пребывание здесь пошло бы ему на руку.

— хмф, не. —, фыркнула девочка, целясь в соседнюю мишень. —, щас я её как... —, выстрелила, попала в свою. Кивнула, делая вид, что так изначально и было задумано. —, кхм, так вот. Если бы дядя Абэ хотел, чтобы я осталась у вас, он бы мог хотя бы намекнуть. Но единственный намёк, который я получила, это пустая тыква. Я здесь исключительно ради передачи одного трактата дяди Абэ дяде Дзи.

— я не настаиваю, это полностью твоё дело. —, проговорил Токива. —, но, надеюсь, ты будешь иметь ввиду, что в Дайдайри тебе будут рады. И я хотел бы сохранить контакты.

— ты всегда можешь написать дяде Абэ.

— для разговоров с Абэ-но Сэймеем мы пишем Абэ-но Сэймею. Для разговоров с Кёмукуси-но Энширо мы пишем Кёмукуси-но Энширо.

— о.~ это... Приятно. Я согласна, ладно. Ладно. Пиши.

— у тебя довольно неплохо получилось. —, указал на мишень, где торчали три стрелы и около двух десятков в земле вокруг. —, с практикой ты сможешь хорошо стрелять.

— да не, спасибо. —, опустила лук, растирая правое плечо. —, я просто из интереса попробовала, так то юми явно не для меня. Кстати, не хочешь прогуляться по Хэйан-кё?

— прошу меня простить, но я Удайдзин и не могу покидать дворец без конкретной цели. —, отдавая инвентарь слуге, ответил Минамото. —, а уж тем более идти вместе с вами в нижние кварталы, это было бы унизительно для моей репутации.

— эх... —, грустно согнулась, потом радостно выпрямилась. —, океюшки, тогда увидимся вечером. Ты довольно приятный собеседник.

— ты тоже. —, мягко кивнул мужчина, направляясь к Садайдзину. Токиве, в отличие от Энширо, стрельба из лука была по-настоящему интересна. Постепенно, все гости начинали стягиваться в Южный Сад. Время приближалось к одиннадцати утра.

Ближе к Судзукаймону, в тишине и спокойствии, гуляли Акихиро-но Исонао и Акихиро-но Хомма, на ходу завтракая рисом и жареным на вертеле кабаньим мясом. Исонао искренне радовался тому, что никакой он не министр и даже не чиновник, а потому мог спокойно есть на ходу, не опасаясь услышать что-то страшнее «а, это шаман, не лезь».

— ...помимо этого, вчера я успешно заключил союз с великим кланом Фудзивара. —, заканчивал пересказ произошедшего для Хоммы глава клана. —, впредь мы будем заниматься расследованиями шаманских дел, как это ранее делали Тайра.

— я вас не осуждаю, отец. —, спокойно проговорил наследник, улавливая тревожную интонацию Исонао. —, будь я патриархом, поступил бы точно так же. Клан Фудзивара нам будут куда выгоднее, чем Минамото, которые хотели использовать наши богатства для международных отношений.

— честно говоря, я немного устал за прошедшие два дня. Церемония и первый день... —, отправил кусок мяса в рот, прожевал. —, на церемонии само собой разумеется нервничать. На празднике же меня окружили не только Фудзивара. А ещё Абэ, куча мелких кланов, желавших заключить торговые и военные союзы, и даже сам великий клан Тайра, не удосужившийся посетить церемонию. Знаешь, что хотели? Хах, чтобы я пошёл к Ёсикадо-но Кими и отказался от его предложения, тем самым сохранив Тайра контроль.

— вам следовало рассказать об этом Ёсикадо-но Кими. —, предложил Хомма. —, он бы разобрался с возможными проблемами.

— а потом бы задумался, так ли ему нужен несамостоятельный клан, боящийся угроз другого. —, недовольно парировал патриарх. —, поэтому нет. Если же Тайра начнут вставлять конкретные палки в колёса, я напишу личное письмо Ёсифуса-но Кими.

— действительно, я предложил не подумав. —, признал Акихиро. —, в сле...

Не пойми откуда раздался странный ритмичный стук. «тук-тук-тук». Два шамана тут же обернулись, но позади никого не оказалось. Ни враждебной, ни фоновой проклятой энергии поблизости не ощущалось. Стук продолжился. Оба Акихиро, на всякий случай, отставили тарелки на ближайший стол, заняв оборонительные стойки для ближнего боя.

Внезапно, без какого-либо предупреждения или хотя бы звука, потому что стук был с другой стороны, из сосен вышел Камо-но Ацутага. Всё ещё в сокутай, хотя зная его, вообще-то, мог бы и во что полегче одеться.

— не желаете ли выпить? —, предложил жрец, выходя из зарослей полностью. Исонао, с усталым стоном, провёл рукой по лицу.

— рад видеть тебя, Ацутага-доно. —, поприветствовал Хомма, поклонившись. —, в прошлый раз, не считая церемонии, мы виделись две недели назад, когда вас притащили с собой Сатору и Кэнки.

— о, да, я помню. Сатору показывал мне, как устроена его телепортация и отправил прямо в ваш кабинет. —, быстро рассмеялся мужчина. —, впрочем, я тоже по делу. Хотелось бы поговорить с Исонао-доно.

— Дзинги-хаку, мы с вами видимся едва ли не каждые полмесяца, вы вполне могли бы просто отложить это до более приватной обстановки. —, устало произнёс Исонао, грустно посмотрев на ныне недоступную тарелку с рисом и мясом.

— мне ками сказали, что это необходимо сделать именно сегодня. —, с важным видом отрапортовал жрец.

— вы абсолютно уверены в том, что ками, лично, сказали вам именно сегодня выпить со мной? —, уточнил патриарх.

— безусловно. —, кивнул Ацутага. —, но вы, кажется, готовитесь защищаться. Зря. Я пришёл не как представитель клана Камо, а лишь как Ацутага.

— фууууф.~ —, выдохнул Акихиро. —, слава буд...ками. А то я уже готовился просчитывать на сто пятьдесят ходов вперёд.

— отец, в нашем клане дальше пяти ходов способны просчитать только Тамао-доно и Сатору. —, вставил Хомма.

— помолчи. —, осадил его Исонао.

— великому клану Камо без разницы, кто какие союзы заключает. —, успокоил их жрец, уже наливая себе сакэ в чашку у стола. —, у нас нет угроз, которые могли бы быть значимыми. Раньше, клан Ки мог составлять небольшую конкуренцию, но сейчас и их нет. Посмотрите: глава Дзингикан из клана Камо, глава Оммёрё из клана Камо. Выше нас только Фудзивара и Минамото. Поэтому мы, будучи жреческим кланом, почти полностью воздерживаемся от межклановой политики.

— Ацутага-доно, мы с великим кланом Фудзивара договорились о том, что клан Акихиро будет вести расследования. —, рассказал патриарх. —, хотел бы поинтересоваться, не будет ли великому клану Камо интересно посодействовать в делах? Иногда.

— клан Камо никогда ничем подобным за пределами столицы не занимался и не планирует. —, отрезал жрец, осушив чашку. —, за пределами столицы — всегда нет. В пределах столицы — нам не нужна ничья помощь. У нас шаманов около сотни, если захотим, возьмём столицу в кольцо и пройдём. —, посмотрел на собеседников. —, вы, Исонао-доно, пытаетесь увеличить силу своего союза. Это, несомненно, похвально, но при всём этом вам следует хоть немного просчитывать, кому предлагаете. С тем же успехом, с каким вы предлагали жрецам взяться за расследования, могли бы посоветовать клану Тайра читать сутры в Дайдайри. —, помолчал. —, понимаю, после двух удачных дней вы были на подъёме и могли переоценить свои возможности, либо понадеяться на удачу. Будь на моём месте Камо-но Ясунори, либо любой другой подобного уровня, с вами бы больше не захотели разговаривать. Но, так как я знаю многих из вашего клана, то просто объясняю это.

— благодарю, Дзинги-хаку. Я приму это к сведению. —, спокойно ответил Исонао, хотя внутри всё похолодело. Действительно, совершить столь глупую ошибку, недостойно патриарха.

— ну вот и славно. Хомма-доно, не желаете сходить со мной в Хэйан-кё? —, предложил Камо. —, можно будет выпить, к тому же там нас ждут Сатору и Кэнки.

— хм... —, задумался наследник. С одной стороны, опять же, покидать Дайдайри во время праздника опасно. С другой, все переговоры ведёт отец, а Хомма мог бы укрепить отношения с кланом Камо через Ацутагу. Что-ж, решение очевидно. —, да, почему бы не прогуляться?

Исонао проводил их взглядом, вернувшись к своей остывшей тарелке. До обеда осталось не так много времени, скоро начнется официальная часть второго дня. Ах, покой...

Разобравшись со стрельбищем и под конец успев даже бросить угрожающий взгляд в сторону каких-то мелких чиновников, Энширо отправилась искать Сатору. Вчера им выпить помешал какой-то цзянши, но сегодня она своего добьется. Во всяком случае, такова была надежда.

Опросив несколько шаманов и сверившись с Сугавара-но Корэёси, который до сих пор увлечённо играл в го с Ханами, девочка выяснила, что проклятый беловолосый ураган уже успел послать Ацутагу искать компанию, а сам в компании неадекватного деда был отправлен в Хэйан-кё проветриться.

Проклятье. Если, не приведи Аматэрасу, она найдёт его раньше, чем кого-то другого, Сатору может попрощаться со своей честью. У неё компромата из будущего сохранилось столько, что на три жизни хватит. Не зря попросила дядю Абэ перед выездом зарядить телефон.

Идя между столов, она заприметила Иэри Сёко и Фудзивара-но-Сикике Юкихару, которые мирно ели самый обычный рис и даже мельком не притрагивались к сакэ. Вот и цель!

— Иэри-и!~ Юкихара! —, подбежала к ним, чуть не сбив слугу по дороге. —, как жизнь? Как праздник?

— не могу выразить искренней радости от нашей встречи, однако приветствую вас, Энширо-доно. —, с ледяной вежливостью проговорил Сикике.

— а где ты посеяла всех остальных? —, спросила Сёко, не отрываясь от еды.

— ай да блять, я пока стрелялась с Удайдзином, Сатору успел свалить, Канате занята в сисиндэне, а остальные либо скучные, либо свалили вместе с Сатору. —, раздражённо взлохматила волосы. —, короче, не хотите сходить в Хэйан-кё?

— прошу прощения, вы... Что делали с Удайдзином? —, учтиво осведомился аристократ, хотя глаз невольно дёрнулся.

— он учил меня стрелять из лука.

— Удайдзин?

— да. Тебя ебёт?

— воздержусь от комментариев. —, отвернулся.

— в принципе, я тоже была бы не прочь покинуть этот сад. —, заговорила Сёко, покончившая с едой. —, вчера ещё ладно, было интересно, но сегодня уже наскучило. Юкихара, может, составим ей компанию?

— отказываюсь. —, упёрся Фудзивара, сложив руки на груди. —, я, как имеющий шестой придворный ранг, не могу покидать Дайдайри, когда возникнет желание. Помимо неуважения, это также ска...

— ой да завались. —, подняла руку Энширо. —, ты просто ничего не понимаешь. У нас, в будущем, когда хочешь уединиться на вечеринке, идут не в другой угол комнаты.

— да-да. —, подхватила Иэри, встав рядом с подругой в угрожающей позе. —, и даже не в соседнюю комнату, а на кухню или вообще улицу.

— интерполируя это на нашу ситуацию, не стоит идти в другую часть сада, всё равно тебя там найдут. —, важно закивала Энширо, чудом вспомнив сложные слова, которые Юкихара не знал, а потому не мог опровергнуть.

— верно. —, подтвердила Сёко. —, и сисиндэн тоже, я знаю, что ты хотел сказать о нём. Но это ещё хуже. Там ведь эти, как их, самые ужасные личности. Чиновники.

— хочу заметить, что я тоже чиновник... —, попытался прервать их атаку Сикике, но ничего не вышло.

— короче. —, пощелкав пальцем у него перед лицом, начала беловолосая. —, у тебя два варианта. Либо в Сэйрёдэн, куда пустят только меня, либо в Хэйан-кё. Давай, не ломайся как девка на первом свидании.

— поразительно то, как вы демонстрируете собственное невежество и выдаете его за прописную истину. —, проговорил аристократ, сдаваясь. —, хорошо. Но не через Судзукаймон. Отпросимся по делам через боковые врата. Не желаю ронять свой авторитет ещё ниже, чем он есть.

Улицы столицы, как и Южный Сад, были усыпаны белым песком. У ворот каждого дома, который они только успели пройти, гуляя из первого в второй дзё, висели бумажные фонарики с благожелательными надписями клану Акихиро.

Вдоль дороги стояли длинные столы с едой, за которыми слуги раздавали простолюдинам рис, а также рыбу и сакэ, что было редкостью. Святилище камо в третьем дзё было украшено ветками сакаки и лентами белой бумаги. На углах домов стояли сосны в кадках.

— эй, Юкихара, а это нормально, что они за один день успели всё это сделать? Им помогал Император Праздников? —, оглядываясь по сторонам, задала вопрос Энширо.

— у Сына Неба множество слуг, потому в этом не было ничего сложного. —, ответил парень, глядя на столы с едой. —, однако, наличие рыбы и сакэ, выдаваемых простолюдинам, говорит о том, что это торжество даже важнее нового года. На новый год им раздают только рис и совсем немного рыбы.

— мы вроде хотели поискать Аяку в её поместье. —, напомнила Сёко, успевшая умыкнуть с раздачи плошку риса. —, потому что не нашли в Дайдайри.

— да-да, мы идём. —, кивнула Энширо, продолжая осматриваться. —, просто, знаешь, мне казалось, что...

— что в прошлом максимум что могут, это читать стихи? —, перебила Иэри.

— да. Именно так.

Ближе к поместью компания наткнулась на человека с бледной кожей и без одной руки, словно ходячий труп. Ещё один. Юкихара сразу принял позу недовольного чиновника.

— Рансин-доно[господин безумный ум], что вы здесь делаете? —, холодно осведомился Юкихара.

— э-э... —, человек развернулся, глядя на плошку риса в руке. —, ем?

— Юкихара, это твой друг? —, спросила Сёко.

— да какой друг. —, скривился аристократ. —, это еретик!..

— ты вломился в мою деревню, пробив своим телом крышу патриарха.

— это был тактический манёвр, чего не скажешь о твоих, пусть уже и не действующих, исследованиях.

— ты давай тогда ещё вспомни Наофуми то, как он в три года под себя ходил. Того же уровня обвинение.

— да вы прямо лучшие друзья. —, посмеиваясь, заметила Энширо. —, почти как я с Сатору.

— ты с Сатору скорее похожа на суперциклон[когда два циклона сливаются в один]. —, тоже смеясь, сказала ей подруга.

— ха-а-а.~ —, потерев переносицу, вернул типичное спокойствие Юкихара. —, знакомьтесь, это Тацума-но Кайдо, Император Слияния, которого мы подозревали в связи с кланом Ямиока, но оказалось, что тот уродский меч всего лишь старая работа, давно уже проданная через клан Шито.

— оу, понятненько. —, склонила голову набок девочка, разглядывая нового знакомого. —, слышь, а почему ты труп?

— а почему у тебя глаза, как у ящерицы и волосы словно твоя карма чернее угля? —, парировал Кайдо, убрав пустую плошку в рукава. Как говорится, курочка по зёрнышку клюёт, а плошки сколько-то да стоят. —, кожа у меня такая из-за побочного действия артефактов, которые я внедрял в тело. Руку же потерял в детстве, сражение.

— и после этого утверждаешь, что не еретик? —, надавил Сикике. —, будь моя воля, арестовал бы тебя прямо тут.

— это божья благодать. —, не обращая внимания на угрозы, произнесла Энширо, смахнув пряди волос с лица.

— ну так и у меня благодать. —, отрезал Тацума, вместе с ней полностью проигнорировав угрозы Фудзивара. —, так что, считай, квиты.

— ну всё, заколебали, хватит ссориться. —, сказала Сёко, принесшая несколько кувшинов сакэ. —, раз вы тут все еретики и полицейские, то выпейте и жизнь станет проще.

— я уж думала, никто не предложил. —, выхватив кувшин, радостно сказала беловолосая. Отпила. —, ну и, Иэри? Расскажешь, как тебе живётся с Юкихарой?

— это конфиде... —, начал парень, но Сёко спокойно прервала его.

— довольно неплохо, недавно освоила одну не боевую печать. Просто со скуки, чтобы занять себя. —, всучила Фудзиваре кувшин. —, пей давай. Так вот, а в дела клана я не лезу. Там какая-то муть происходит.

— никаких серьезных волнений в клане нет. —, припечатал Юкихара, опасливо глядя на Кайдо. —, несомненно, все ждут сражения патриарха, но это не касается нашей ветви напрямую.

— такое ощущение, что раньше событий на горизонте было больше, чем один только этот проклятый бой. —, проворчала девочка. Повернулась к Тацуме. —, ну а ты? Что в столице то забыл? Вроде ж в Наниве тусил.

— я, как и ты, прибыл по делам к Куромаку-но Дзи. У нас с ним исследование небольшое. —, ответил парень. —, проверяем, можно ли слить несколько императорских артефактов и что получится. Ну, больше трёх.

— и как продвигается? —, уточнила Сёко. —, уже дошёл до дяди Дзи?

— нет, только вчера прибыл. —, мотнул головой. —, а Дзи-доно вчера был занят в кабаке с Наофуми.

— ну так, может, сходим к нему сейчас? —, предложила девушка. —, всё равно гуляем же.

— почему нет? Смотри только, чтобы ходячий кусок вершины Фудзияма не растаял от переживаний.

— воистину, вы, Кайдо-доно, сошлись бы характерами с Кёсо-доно. —, проговорил Сикике. —, идём. Нижние дзё, за что мне это?

Наступило обеденное время. Как и полагалось, к торжеству присоединился император, не только пришедший в Сисиндэн, но и заглянувший по дороге в Южный Сад, проверить, хорошо ли обустроена эта часть дворца.

Рядом с Масарой сидела Аяка, наблюдавшая за выступлением представителя какого-то мелкого клана. На удивление, стихи у него получились очень даже неплохими. Девушке не нравилось, когда нарушался принцип «чем круче клан, тем качественнее его стихи». Приходилось думать там, где не хотелось.

— Масара-но Кими. —, обратилась пепельноволосая, использовав «шёпот». На всякий случай. —, мне нужно отлучиться по очень важному делу в Хэйан-кё.

— что же это за дело такое, что ради него необходимо покинуть мой пир? —, осведомился Сын Неба, не изменив выражения лица. Он тоже использовал «шёпот», а потому чтение стихов не прекратилось.

— о-о-у.~ если я отвечу, вам может не понравиться. —, промурлыкала девушка, улыбнувшись. —, на самом деле, конкретно я и сама пока сказать не могу. Просто надо забрать кое-что очень важное, чей облик я пока даже не знаю.

— доверюсь тебе. —, согласился Масара. —, помогать не буду, сама придумывай, как третьему рангу покинуть Дайдайри. Ты, в отличие от Дзинги-хаку, не можешь сказать, что это веление ками.

— не переживайте, всё улажу. —, медленно поднялась, не издавая лишнего шороха. —, вы даже не заметите, что я ушла.~

— только никого не убивай. —, приказал император, кивнув ей, чем дал официальное разрешение на уход.

Выйдя из сисиндэна, девушка направилась в Южный Сад. Заметила несколько не собранных стрел со следами проклятой энергии Энширо и Токивы, который, судя по всему, не только стойку ей помогал удержать. Не задерживая на этом взгляда дольше, чем пара секунд, повернула к Судзукаймону.

По дороге ей надо было заглянуть к большому пруду Южного Сада, найти... Так, а это что такое? В нескольких метрах от пруда на циновке грустно сидела Акихиро-но Канате, ковыряя рыбу палочками. Одна.

— ва-а-а-ай.~ что случилось, Кана?~ —, с игривой обеспокоенностью пропела Аяка, подходя ближе.

— Аяка-а-а!~ —, плаксиво растянула девушка, подскочив. —, меня все бросили! Сатору ушёл с Кэнки, Энширо свалила с Юкихарой быстрее, чем я успела подойти, а Хомма вообще испарился, словно Юрэй[призрак японский] в тумане!

— интересно, почему вас всех постоянно бросают? Вчера Энширо, сегодня тебя.~

— хватит злорадствовать, Ая. —, фыркнула Акихиро, успокоившись. —, тебя вот тоже бросают. Кстати, раз уж ты одна, составишь мне компанию?

— только если ты не против посетить нижние дзё.~ —, согласилась пепельноволосая.

— конечно не против, мне то чего стесняться?

— в тако-о-ом случае.~ —, развернулась на 90°. —, нам сначала нужно найти одного ведущего хроники человека в саду.~

— зачем тебе писарь? —, удивилась Канате.

— ну-у.~ он поможет покинуть Дайдайри.

— Ая, ради Будды, как же ты мне надоела с этой твоей манерой ничего не говорить. Ты сама хоть понимаешь, как это сильно раздражает?

— заплачь.~ —, насмешливо ответила та, засмеявшись. —, настроение у меня хорошее, вот и всё. А ищем мы Сино-но Кагэ, очевидно ведь, нет? Хочешь скрыться, найди лучшего в магии иллюзий.

— хорошо, это было логично, я могла бы и сама догадаться. —, признала Акихиро.

Они подошли к другой стороне пруда, где в тенях сосен сидел мужчина, со светлыми волосами, глубоко посаженными глазами, скрюченный и на вид лет сорока. Типичный вид человека, постоянно работающего за низким столиком.

— Омаэ[госпожа/господин, когда ты не знаешь, кто перед тобой, но явно важный], чем могу быть вам полезен?

— мне хотелось бы переодеться. —, ехидно улыбнувшись, произнесла Аяка. —, вы, как образованный человек, наверняка сможете мне помочь подобрать прическу. —, щёлкнула пальцами, устанавливая экранирующий барьер уровня Дзюити-и[предпервый].

— Хи-но Кими, полагаю, совершить столь опасное взаимодействие вас заставила сложная ситуация? —, поднялся из-за стола Кагэ.

— не то слово, Кагэ.~ —, мило улыбнулась, коснувшись указательным пальцем нижней губы. —, мне нужно срочно отлучиться в Хэйан-кё на несколько часов по делу императорской важности. Поэтому, я была бы неимоверно счастлива, если бы такой сильный и могущественный глава «Райнаки»... Примерил моё кимоно.~ —, Канате, на заднем плане, прыснула, тут же отвернувшись.

— если такова воля Сына Неба, то я подчинюсь. —, кивнул агент, складывая простую печать. —, не уверен, что моих актёрских способностей хватит, чтобы отыграть вас, но обещаю, что внешне мы будем неотличимы.

Его силуэт дрогнул, затянувшись подернутой мутью, как конденсат на стекле и через несколько секунд напротив них уже стояла точно такая же Хи-но Аяка, с кавайной улыбкой и в платиновом кимоно.

— ну как?~ —, проговорила она.

— Будда, теперь их уже двое. —, засмеялась Акихиро. —, у вас солнце с луной не сошлись. Если будет две Аяки, то это ещё более подозрительно, чем если бы она просто гуляла по Хэйан-кё.

— надо же, в твоей голове рождаются умные мысли не только во время боя.~ —, лениво растянула оригинальная пепельноволосая. —, Кагэ, сможешь обратить меня в простолюдинку?

— не простолюдина?~

— без необходимости я не собираюсь притворяться иным началом.~

— как пожелаешь.~ —, сложил печать.

Аяке повезло куда меньше, чем Кагэ. Если глава «Райнаки» примерил на себя роль высшего аристократа и просто красивой девушки с опасной репутацией, то сама Аяка оказалась... Кажется, подмастерьем в кузнице. Волосы стали короткие, тёмные, грязные. Глаза обычными тёмно-карими, кожа смуглой, а роскошное многослойное кимоно обратилось в подранное грязное косодэ со следами копоти.

— какой, однако, ужас. —, брезгливо осмотрев себя, сказала девушка. —, если Кану заметят в такой компании, то подумают, что клан Акихиро не такой уж и великий.~ я определённо пойду с ней в столицу.

— ты весьма жестока.~ —, протянул Кагэ, выходя за пределы барьера. —, я отправлюсь в сисиндэн.

— это было и так понятно.~ —, мурлыкнула ему вслед Аяка. —, что-ж. Дорога нам лежит в столицу, через боковые врата.~

В главном зале продолжалось чтение стихов, когда Сино-но Кагэ, в облике Хи-но Аяки, тихо вернулся и сел на своё место рядом с императором. Масара едва заметно скосил взгляд в его сторону. Пригляделся. Та же самая энергетика, что и у Аяки.

Хм, либо она решила не ходить по своим делам, что маловероятно, либо её кто-то идеально подменил. Сын Неба подумал, что это могло бы быть не важным, если бы речь шла не о таком человеке, как Рёмен-но Аяка.

— Хи-но Кими, попробуй это. —, указал веером на поднос с уни[морской ёж, редкий деликатес].

Он прекрасно знал о том, что Аяка терпеть не может морских ежей и несколько видов рыбы. Если это она, то несчастный уни будет уничтожен проклятой энергией в её рту ещё до того, как успеет коснуться языка. Если же нет, то Кагэ, а кроме него никто не смог бы обмануть взор божества, хотя бы отведает вкусной еды.

Девушка же, не моргнув и глазом, с легкой улыбкой взяла ежа в рот и проглотила.

— довольно неплохо, Сын Неба.~ —, протянула она.

Ни малейшего колебания проклятой энергии. Что-ж, Кагэ, так Кагэ. Кроме Масары это всё равно бы никто не смог заметить, из находящихся сейчас в сисиндэне. Сатору, как он чувствовал, был в районе пятого дзё, а Эми тихо заполнял одновременно семь свитков в Сэйрёдэне. Ох, не дай ками, Ёсифуса узнает, что кто-то работает в его покоях, да не просто работает, а ещё и в отсутствии самого императора.

Две девушки же уже прошли через боковые ворота, идя по улицам столицы в сторону аж восьмого дзё, предпоследнего, где находилась кузница Императора Железа Куромаку-но Дзи.

— ...ведь тебе уже тридцать лет, Ая. —, закончила мысль Канате. —, неужели ты всё ещё не нашла себе пару?

— ещё не хватало. —, брезгливо отмахнулась девушка. —, от этого одни проблемы.~ посмотри на себя, сколько раз Сатору уже убегал от тебя? Да и никого подходящего нет.

— оу, правда? —, усмехнулась Акихиро. —, хм, давай мы с тобой подумаем. Что скажешь, например, о Наофуми? Умный, высокий, Пятый Возбудитель, Император Времени. Ещё и Фудзивара.

— брмлкхэпфу! —, замотала головой, согнувшись, как от удара в живот. —, ты что мелешь, от Сатору заразилась?! Кхэ! Тьфу-тьфу-тьфу... Нет, не дай Будда.~ —, начала загибать пальцы. —, он страшный, он глупый, он громкий, он Фудзивара и у него невеста-ками.

— ну, последнее, за, действительно, может помешать. —, почесала затылок, неловко улыбаясь. —, не думала, что он тебе столь противен.

— это объективная оценка.~ —, промурлыкала темноволосая, осматривая свои руки. —, если уж и думать о подобном, то через пару десятилетий.~ я проживу дольше обычных людей, прямо как Центральный, родившийся едва ли не больше сотни лет назад. У меня полно времени.~

— Центральный проклят, в отличие от тебя. —, парировала Акихиро, выдохнула. —, я просто беспокоюсь. Ты ведёшь непредсказуемый и опасный образ жизни, постоянно путешествуя, проворачивая непонятные дела, взрывы от последствий которых достигают даже Хосемура-дэру, да к тому же вечно кого-то убиваешь.

— по твоему описанию я прямо Онрё[мстительный дух] во плоти.~

— а разве не так? —, уточнила Канате, прищурившись. —, может, не Онрё, но человеком я бы тебя с больши-им трудом назвала. Так зачем, говоришь, мы идём в мусорные районы?

— не мусорные, а бедные.~ Называй вещи своими именами. —, поправила её Аяка, потянувшись. —, к Куромаку-но Дзи мы идём, мне надо проверить, как там мой заказ. Я ещё три месяца назад оставила ему кучу коку и материалов для создания трёх артефактов уровня императора, которые он затем должен был вместе с Кайдо слить в один.

— очень жаль, что клан Тацума потихоньку умирает. —, произнесла Акихиро, глядя в небо. —, раньше у них было несколько императоров слияния, а теперь, я смотрю, только Тацума-но Кайдо способен сливать артефакты выше Дайдзё-дайдзина[пик первого уровня].

— ничего не поделать.~ кланы рождаются и умирают, теряясь в бесчисленном количестве соперников. —, тихо захихикала. —, так или иначе, сроки горят, поэтому идём проверять лично.

— Ая, ответь, зачем тебе ещё одно оружие, если есть целая сокровищница?

— сокровищница не моя, а учителя. И оружие это тоже не для меня. Это... Подарок. Одному очень дорогому моему сердцу человеку, которому он понадобится.~ —, мечтательно прижала руки к груди, демонстративно не обращая внимания на пустое лицо Канате, смотрящей на неё не просто как на дуру, а вообще сестру Сатору.

Не дойдя даже до шестого дзё, они услышали раскатистый басовитый смех, который мог принадлежать только одному человеку, если, конечно, это не медведи выбрались с Хоккайдо и научились разговаривать.

Повернув на звуки смеха они увидели пьяного Куромаку-но Дзи, сидевшего на земле с какими-то поющими крестьянами. Крестьяне, в отличие от кузнеца, были стеклы как трезвышко.

— Дзи-доно.~ —, игриво протянула Аяка, подходя к нему. —, как там мой заказ?~

— ха! А ты кто? —, рассмеялся мужчина.

— Дзи, это Аяка под маскировкой. —, пояснила Канате, оглядывая кучу из людей.

— а! Почти готов! —, грузно поднялся, покачнувшись, навис над двумя девушками. —, я давно уже закончил с созданием трёх составляющих, вот, как раз вышел искать Кайдо! Но меня отвлек Ичиро! —, указал размашистым жестом на спящего простолюдина под ногами. —, ой, ты зачем уснул?..

— раз такое дело, то советую пойти искать его вместе.~ —, предложила Аяка. —, я как раз чувствую его энергию неподалёку.

— конечно! —, сразу кивнул кузнец, хрустнув шеей. —, пошли!

Глава 34.

В верхних же дзё продолжала гулять компания Энширо, Юкихары, Иэри и Кайдо. Девушкам сакэ уже наскучило и они просто ели вяленое мясо, как замену снэкам будущего. Разговор шёл о том, кто же главный идиот и какие у них всех бывали смешные события. Слово было за Иэри.

Так как Кайдо понятия не имел о том, что некоторые прибыли из будущего, говорить приходилось скрытно, но от этого не менее смешно.

— как то раз. —, смеясь, начала целитель. —, был случай, когда мы с Гэто стирали носки. Энширо подбросила в таз что-то шипящее, кажется, небольшую ароматную бомбочку. Я от испуга отпрыгнула. На следующий день Гэто и Демон Метлы[Яга] шли по коридору, распределяя миссии низкого уровня. Услышали они какие-то странные звуки из комнаты Сатору, заглянули. А там он, с носком на голове, как шапкой мыслителя, водил тлеющей лучиной над тазом для стирки. Завидев их, наш Кёсо-доно зашипел:«не мешай! Я на пороге прорыва! Сейчас материализуется сама суть страха перед стиркой!». Яга, не выдержав такого, просто закрыл вход в его комнату шкафом. У Гэто до сих пор есть фот...алхимический рисунок Сатору с носком.

— Будда... —, выдохнули Кайдо и Юкихара. Один восторженно, другой устало.

— правильно ли я понимаю, что Кёсо-доно проводил обряд экзорцизма над носками? —, потерев переносицу, спросил Сикике.

— мне уже нравится этот Демон Метлы. —, произнес Тацума, убрав руки в рукава. —, беловолосый О́ни, твоя очередь. Расскажи о Демоне Метлы.

— Демон Метлы тот ещё везунчик. —, засмеялась Кёмукуси, откусив ещё мяса. —, ну, как-то раз, значится, экспериментировал он со своим Джики.

— Демон Метлы ещё и Джики? Будда, да ваш техникум буквально рассадник дряни. —, проворчал Фудзивара.

— и не говори. Сама знаю. —, важно кивнула. —, в общем, получилось у него создать проклятый труп в виде инспектора совета старейшин. С одним только допущением: вместо крови или хотя бы проклятой энергии по его жилам тёк чай. И в этот момент явился настоящий инспектор. —, театральная пауза. —, отчёт: «ЧП в Токийском техникуме магии. Директор Яга, в попытке создать успокаивающий чай, превратил кровь трёх инспекторов в экстрадорогие сорта улуна. Совет в восторге от вкуса, но требует компенсации».

— знать бы где ваш Токио, я сам с удовольствием переехал бы. —, проговорил Кайдо.

— твоя очередь, гнилушка. —, толкнула его локтем Сёко.

— у меня чего-то столь экстраординарного нет. —, задумался. —, хотя. Было мне лет шесть, решил я тогда узнать: что будет, если слить лук и кинжал? Ведь лук идеальное оружие на расстоянии, а кинжал идеален вблизи. В теории, вместе должно было получиться уникальное оружие. Получился ком мусора. Отец меня тогда так высек, что неделю сидеть не мог.

— ха-ха-ха! —, раздался громогласный смех. Им навстречу вышла компания Дзи. —, я в детстве как-то раз вообще взорвал мастерскую отца и ничего! Всего-то пару переломов заработал! Отец. Я был на безопасном расстоянии.

— ёпта, Кана, это что за бомж с тобой? —, склонила голову набок Энширо, глядя на Аяку.

— это Аяка, просто под маскировкой. —, ответила Акихиро, подходя ближе. —, у неё там мировые ограничения на выход из дворца.

— рада меня видеть, Энширочка?~ —, пропела Аяка, улыбаясь. —, а ты, Юкихара?~

— будь моя воля, Хи-но Кими, век бы я вас не видал, да только раз уж пришли, то и прогнать не могу. —, вздохнул аристократ.

— ва-а-а-ай.~ хорошо, что за эти два года ты совсем не изменился. Ой, или плохо? —, невинно прижала руки к лицу, в притворном беспокойстве. —, когда человек не меняется, значит, он не развивается...

— да ты сама будто сильно изменилась за три года. —, раздражённо махнула на неё рукой Энширо.

Тем временем, два ремесленника уже отошли к сторону, переходя к своим делам.

— мне сначала нужно увидеть их, прежде чем с уверенностью утверждать, что смогу объединить. —, произнёс Тацума.

— дойдём сегодня после прогулки до кузницы и увидишь! —, ответил ему кузнец.

— хочу напомнить, что я заплатила вам обоим за это больше, чем годовой доход нескольких провинций.~ —, промурлыкала Аяка, подходя ближе к ним. —, если у вас ничего не получится, я заберу всё назад, несмотря на уже созданные артефакты.~

— помню я, помню! —, поднял руку Дзи. —, не переживай, необходимое тебе свойство в любом случае уже появилось у одного из них!

— прекрасная ново...~

Сверху, буквально с неба, раздались веселые крики и прямо на них упала компания Сатору. Камо-но Ацутага приземлился на шею Дзи, тут же соскочив в величественную позу. Акихиро-но-мондо Кэнки налетел на Сикике, повалив того на землю и облив сакэ из кувшина. Хомма, падавший точно на Энширо, успел перевернуться в воздухе и приземлиться в сантиметрах от девочки, избежав столкновения. Сам Сатору Годжо упал на Аяку, едва не расплющив ту «бесконечностью».

— ради всех ками, что происходит?! —, закричал Юкихара, пинком сбрасывая с себя пьяного деда. —, Кёсо-доно, что ты опять учудил? Энширо-доно, Иэри-доно, ради Будды, давайте отведем его в Энряку-дзи?

— доно?.. —, опешила Сёко.

— ты просто лошок, Юкихара. —, ехидно отмахнулась беловолосая. —, я вот успела уклониться.

— это я успел сгруппироваться, а не ты уклониться. —, поправила Хомма. Энширо сунула ему подвеску, которую еще год назад подарил один из тюнагонов. Наследник тут же сунул её в кимоно. —, несомненно, вашей ловкости нет предела, Энширо-доно.

— зачем тебе кусок металла? У нас дома горы минералов! —, возмутился Кэнки.

— Сатору.~ —, шипяще растянула темноволосая. —, мне кажется, или тебе жить надоело на этом свете?~

— и ничего не надоело. —, поднялся парень, пригладив волосы. —, мы просто экспериментировали: что будет, если сжать воздух «Синим» и выпустить под нами. Получился трамплин.

— на всё воля ками. —, вставил Ацутага, пытаясь подтвердить абсурдные слова Годжо.

— ты вообще жрец! —, ткнула в него Канате. —, как не стыдно так себя вести?

— о, стыдно, ещё как. —, с притворной грустью покивал Камо. —, но таков был приказ от Сусаноо-но Микото. Я не мог противиться.

— т... Ладно, хорошо. Ками, так ками. —, сдалась Акихиро.

— ну чо, кто следующий? —, спросила Энширо, оглядывая столь разношёрстную компанию. Ну прямо фоткай и на плакат вешай с надписью «второй день. Слабоумие и сакэ».

— а чем вы занимались? —, поинтересовался старик.

— смешные истории из прошлого. —, ответил Кайдо.

— о! О! Тогда я! —, вытянула руку Канате. —, хм.~ дело было лет десять назад. Патриарх решил провести довольно рисковый эксперимент по диалогу с элементами минералов. Собрал кучу камней и заперся в своей резиденции. А потом. —, подняла руки. —, БА-БАХ!!! и всё, вся его резиденция взлетела на воздух. Крыша ещё так смешно планировала. А сам отец, весь обугленный, сидел в центре и пил ягодный отвар.

— да, я помню тот случай! —, засмеялся Кэнки, отпивая из кувшина. —, смешно было, особенно когда его объяснением был «дурной характер» элементалей.

— смешной? —, почесав подбородок, спросил Ацутага. Выхватил кувшин у Кэнки, подняв в воздух. —, было дело, как-то раз, наговорили мне ками много всего разного, что я без зазрения совести передал Тенген-но кими, настоятелю Энряку-дзи, Возбудителю Барьеров. Страшно мы разругались тогда, едва до драки не дошло. Но! Ситуацию спас Хатиман.

— лично? —, уточнила Сёко.

— да. —, подтвердил жрец. —, он приказал мне напиться. В итоге, я не дошёл до поля боя и всё как-то само собой забылось.

— твои истории всегда вертятся вокруг ками? —, спросила Энширо.

— а твои всегда вокруг Демона Метлы. —, усмехнулся Кайдо.

— а вот и нет! Сейчас расскажу про Сатору и Гэто. —, взлохматила волосы. —, аййй... О! В самом начале нашего знакомства, Сугуру пытался научиться рисовать. Пейзажи. Что уж у него там получилось, я уже и не помню, но история об этом. Нарисовал Гэто, значится, свой шедевр. Стоит перед мольбертом, смотрит. Сатору же ограбил одно из зданий техникума, умыкнув рыцарский шлем и влетел в общую гостиную общежития в нём с криками «где враг?!». В итоге мольберт, вместе с половиной стены, был сжат в сингулярность «Синим» под синхронные крики Гэто и Яги. Больше Гэто не рисовал. —, пауза. —, блять, снова Яга, да? Ну, он же наш учитель. Был. Как без него?

— так вот откуда в личном деле Сатору была строчка «доступ к мольбертам запрещён. Причина: рыцарь». —, медленно сказала Иэри, хмыкнув. —, а я думала, это он сам для крутости написал.

— не, эт была МэйМэй-доно. —, встрял сам Годжо. —, она тогда к Яге по делам прибыла. Ну, или за долгами. Не помню уже.

— н-да-а... —, почесал голову кузнец. —, сложные у вас истории. У меня вот проще: заказали мне кирасу уровня кампаку. Ну, я создал. Цель была, чтоб при атаке шипы выбрасывала. Она и выбрасывала! Хах, правда, в носителя! Так он и помер, не выходя из кузницы. Смешно было, и деньги потерял, и кирасу даже не показал другим!

— Дзи, ваши... Истории, впору вписывать в хроники примером «как не надо делать». —, сказал Юкихара.

— ну а ты сам? —, спросил Кайдо. —, ещё даже ничего не рассказал.

— потому что я не страдал подобными чудачествами даже в детстве. —, отрезал Сикике. —, разве что будучи совсем маленьким пробрался в архив ветви Сикике...

Поздним вечером того же дня в Сэйрёдэне проходило внеочередное собрание с подведением временных итогов праздника. Император сидел на своём деревянном диване, напротив него стояли Минамото-но Токива и Сино-но Кагэ(всё ещё под видом Аяки). В углу, под светом свечи, тихо работал Эми, не намереваясь влезать в разговор.

— как вы и думали, Сын Неба, на протяжении прошедших двух дней к патриарху клана Акихиро был высокий интерес со стороны других кланов. —, размеренным голосом докладывал глава «Райнаки». —, однако дело не в них. Я заметил несколько иных событий. Первое: Фудзивара-но Ханами и Сугавара-но Корэёси о чём-то говорили во время игры в го. Глава бюро календаря выглядел крайне счастливым, соответственно, могу сделать закономерный вывод о том, что они заключили какой-то договор. —, пауза. —, второе: некоторые гости с белыми волосами напрочь игнорировали этикет, что привлекало много неодобрения. Так как они ваши приближённые, это точно скажется на репутации Дайдайри. Ситуацию успел сгладить представитель шаманских Сикике, но не полностью.

— завтрашний день окажется ещё сложнее. —, подал голос Удайдзин. —, на заключительный день праздника принято дарить подарки виновнику торжества. Если Фудзивара и Сугавара что-то затеяли, это может вылиться в нечто непредвиденное во время церемонии.

— за дарами мы проследим. —, произнёс Масара, немного подавшись вперёд. —, если не-шаманские Фудзивара преподнесут слишком дорогие вещи, императорский двор добавит к своим ещё больше ресурсов. Например, чай, что не так давно привезла Хи-но Кими.

— чай? —, устало поднял голову Эми. На апатичном лице отразилось что-то сродни ужасу, насколько это вообще было возможно для безэмоционального человека. Даже у Кагэ эмоций больше, а у этого одна сплошная бессонница.

— половину. —, смягчился император. Центральный вернулся к своим записям. —, клану Акихиро сейчас нужны редкие ресурсы, помимо их минералов.

— вчера я был свидетелем разговора патриарха Акихиро с Фудзивара-но Ёсикадо и Ёсифуса-но Кими. —, заговорил Токива. —, в той беседе Исонао-доно отказал мне и выбрал сторону не-шаманского Фудзивара. Считаю, вы зря сделали на них ставку, Сын Неба. Как и остальные кланы, Акихиро преследуют лишь собственные эгоистичные цели.

— если патриарх выбрал Фудзивара, ещё не значит, что таков весь клан. —, парировал Масара. —, меня не интересуют Исонао и Хомма, только Сатору и Канате. Больше в их клане не было никого достаточно полезного.

— Канате?.. —, тихо переспросил Эми. —, я, конечно, занят своими делами, но не могу не поинтересоваться, что в ней такого, кроме связи с Акихиро-но Сатору?

— связи. Только связи и ресурсы. —, подтвердил слова парня Сын Неба. —, сама по себе она выше Кампаку не поднимется. —, помолчал. —, в отличие от остальных великих кланов, у Акихиро есть одно-единственное подавляющее преимущество — магические минералы. Если бы мы могли получить для казны хотя бы треть, то смогли бы присоединить к себе едва ли не вдвое большие территории, чем имеем сейчас.

— Сын Неба, мы не знаем, обладают ли магические драгоценные камни той же ценностью, что и натуральные. —, вставил Сино-но Кагэ. —, быть может, что кроме проводника магии, они окажутся бесполезными из-за явных отличий.

— мы изучим этот вопрос. —, обрубил Масара. —, попрошу у Энширо образец магического минерала. Слышал, вчера Канате подарила ей аметистовый кинжал.

— у меня сложилось впечатление, что она может отказать даже вам. —, заметил Минамото.

— так и есть. Но, как и любой ребёнок, она склонна к единомоментному бартеру. Ты с ней познакомился?

— верно. —, убрал руки за спину. —, сегодня утром мы с ней стреляли из лука. Энширо отказалась остаться в Дайдайри, но сказала, что несколько недель поживет у Хи-но Кими во втором дзё. Также, судя по её словам, Абэ-но Сэймей окончательно отдалился от столицы и более полагаться на него не имеет смысла.

— недавно я имел честь общаться с Абэ-но Сэймеем по поводу наших исследований меридианов Энширо. —, сказал Кагэ. —, Абэ-доно сказал, что в данный период времени его мысли заняты только кланом Фудзивара. Шаманским, конечно же.

— значит, снова всё на стороне Ёсифусы. —, приложив сложенный веер ко лбу, произнёс император. —, надеемся на Акихиро-но Сатору, как глупо. Если получится, то мы сможем начать действовать более агрессивно. Если же нет, то, скорее всего, придется ждать около десяти лет, прежде чем снова представится шанс на контрдействия. Наследный принц Митиясу... —, замолчал. Эми в углу снова вздохнул. —, расходимся.

Утро третьего началось с собрания в сисиндэне всех гостей, кроме совсем особенных шаманов. В центре стоял Акихиро-но Исонао. Уже не на коленях, а выпрямившись, разве что немного склонив голову в знак уважения императору.

— утро сегодняшнего дня станет утром даров и подтверждения союзов. —, огласил сэндзи-си[аналог глашатая в Хэйане, чиновник из бюро церемоний]. —, императорский двор жалует великому клану Акихиро 6 кан[±22.5кг] чая из Ханчжоу. —, приказал жестом слугам внести сундук из-за дверей сисиндэна, те поставили ношу перед Исонао. —, помимо этого, вам даруется карта провинции Каи, которая переходит под ваше управление. —, другой слуга поднёс карту, положив на сундук. —, и последнее. —, кивнул третьему слуге, тот молча вручил письмо с императорской печатью лично в руки Исонао вместе с маленьким свитком.

Патриарх вежливо поклонился, благодаря за подарки. Император дал ему свободу выбора. Он мог сам решить, будет разрабатывать землю в провинции или нет. Будет ли пить чай, или оставит на потом. Вскроет ли письмо, или проигнорирует.

Следующими с места встали Ёсифуса и Ёсикадо, одновременно, что показывало единство их решений. Исонао закусил щеку, ожидая.

— мы дарим вам несколько вещей. —, скрипучим голосом начал Ёсикадо, дав знак слуге. Тот принёс несколько карт. —, это карта земель, ранее подконтрольных великому клану Тайра. Теперь же они принадлежат вам, как второму клану следователей.

Глава клана сразу понял, что это та самая провокация, которой он опасался. На глазах у всех объявить, что Акихиро, не успев толком стать великими, сразу отобрали кусок у Тайра. И чем, прости Будда, думал Садайдзин?.. это ведь даже власть над землями, как дар императора, а просто символ того, что они забрали. Опасно, очень опасно. Хоть бы дальше они не подарили... Ну, не знаю, ключи от сокровищницы Тайра?..

— от себя лично я хочу подарить тэссэн[боевой веер]. —, продолжил Ёсифуса, лично поднося его к подносу слуги. Веер был сделан из стали и шёлка, с выгравированными глициниями[герб Фудзивара]. —, надеюсь, он послужит вам должным образом. —, вернулся на место.

С веером, благо, было проще. Патриарх выдохнул. Да, это тоже символический подарок, но он перекрывал опасность прошлого. Боевой веер с гербом Фудзивара означал только одно — защиту. Фудзивара обещали ему защиту его клана в политической вотчине. Само собой разумеется, что только до тех пор, пока сам Исонао выполняет свою роль.

— я же добавлю этот сервиз, сделанный по моему личному заказу. —, произнёс Ёсикадо. Слуга поднёс к главе Акихиро двенадцать чаш для сакэ, расписанных сценами из Кодзики, что служило показателем того, что Фудзивара считали их мудрыми.

Фудзивара сели на свои места, давая остальным присутствующим возможность отдать свои подарки. Император, наблюдая на произошедшим, едва заметно улыбнулся. Для заметивших это послужило знанием того, что церемония проходит согласно задумке. На самом же деле, Масара остался недоволен, но хотел скрыть это от всех.

С места встал Камо-но Ацутага, лично подходя к Исонао с подарками в руках.

— это не совсем дары, скорее продолжение старой дружбы. —, протянул рисунок священной горы Камо, выполненный на рисовой бумаге. —, это оберег, который будет защищать земли вашего клана от наплыва проклятий. Я вложил в него довольно много сил при создании.

Прекрасно. Исонао едва сдержал откровенную улыбку. Из всего, что ему дарили, не было ничего более полезного на практике, чем отпугивающая проклятий картина. Столько членом клана ежегодно гибла на окраинах их котлована, защищаясь от нападений этих существ...

— это. —, протянул книгу в чёрном переплёте. —, лично мной переписанная книга, содержащая древние ритуалы подношений ками и разговоров с ними. К некоторым я даже оставил комментарии. Свои. И последнее. —, вручил набор стрел из бамбука, украшенных перьями фазана. Чисто ритуальный подарок. —, надеюсь, вы не обманите наши ожидания. —, вернулся.

По логике вещей, следующими должны были оставить нечто великий клан Сугавара. Но Корэёси не поднялся со своего места, демонстрируя, что дарить ничего не собирается. Безусловно, это не было обязательно к использованию, но полное игнорирование давало окружающим почву для определенных выводов.

Вместо них поднялся представитель великого клана Абэ, которого Акихиро до этого не видел. Внешне, на Сэймея он был похож также, как Хомма на Сатору. То есть, никак. Слуга поднёс и положил на подносе небольшой амулет, от которого чувствовалась защитная техника уровня высшего Дайдзё-дайдзина. Представитель Абэ прочитал целую речь о необходимости защиты и открытости к новому, а также помощи звёзд.

Как ни удивительно, но шаманские Фудзивара не оценили инициативы своих политических родственников. Ханами, как и Корэёси, не стал делать даже символического подарка. В конце концов, именно из-за них в его клане начался кавардак.

Последним из важных выступил Минамото-но Токива.

— клан Минамото преподнесет вам набор для чайной церемонии, чтобы когда вы соберётесь отведать дорогой напиток, у вас было, куда его налить. —, заговорил он, пока слуга нёс тот самый набор и свиток. —, а также свиток с каллиграфией.

Исонао молча поклонился. Подарки от великого клана Минамото были даже более формальными, чем от Абэ, которые хотя бы вложили технику. Но не в его правах жаловаться, патриарх ожидал куда меньшего от Дайдайри и великого клана Камо.

Когда все желающие оставили свои подарки, Император поднял руку, давая сэндзи-си знак, что церемония окончена.

— дары приняты. —, заговорил слуга, открывая другой свиток. —, связи укреплены, великий клан Акихиро отныне тесно связан с домом императора и другими великими кланами. Теперь, по завершению церемонии, полагается совместная трапеза. Еда уже готова, прошу слуг унести дары до конца дня и передать в клан Акихиро.

Третий день подходил к концу. Все союзы были сформированы, еда съедена, разговоры закончены и гости медленно расходились по своим домам. Кто в столицу, кто за её пределы. Осталось лишь небольшое количество гостей, прибывших совсем издалека. Таких, как Сатору, Энширо, Фудзивары и Акихиро. Хотя Ханами уже уехал, опередив даже некоторых местных.

Нагулявшись вчера по улицам города, Энширо и Сатору захотели побыть наедине, разойдясь в противоположные концы Южного Сада. На пути девочки оказался молодой парень в абсолютно чистом белоснежном кимоно. Как и любой подросток, она заинтересовалась.

— эй, приветики. —, подходя ближе, поздоровалась девочка.

— доброго вечера, Энширо-доно. —, тихо ответил парень, немного наклонившись.

— о.~ тебе, наверное, очень тяжело живётся. —, сказала Энширо, вглядываясь в его лицо. —, тебе эт самое, может, лекаря позвать? Или полыни выпить?

— твоё беспокойство излишне, я прекрасно себя чувствую.

— ты похож на зомби. —, взлохматила волосы. —, кто ты вообще? Ты, помнится, в первый день забрал Сатору и не вернул.

— он сам захотел задержаться. —, спокойно парировал собеседник. —, меня зовут Эми, я хороший друг Сына Неба и Аяки.

— а, Сатору рассказывал. —, потерла пальцами виски. —, какой-то там крутой, отец Аяки и что-то там мутишь с дворцом. Это мне всё без разницы, ты женат?

— уже семь десятилетий как одинок. —, невозмутимо произнёс Эми, медленно повернул голову на шум в стороне. —, не хотела бы ты выпить со мной чай через несколько часов?

— вау, чай мне даже Аяка не давала, хотя иногда он мелькал на столе. —, пауза. —, естественно, согласна. Где?

— к северо-западу от личных покоев императора располагается Сэйкандэн, это сад для личных занятий Сына Неба. Пре...

— дай угадаю: встретимся у пруда?

— в Сэйкандэне нет пруда, лишь ручей.

— правда что-ли?.. —, растерянно пробормотала девочка. —, мне казалось, вы в каждую сраку пруды пихаете. А тот император будет?

— несомненно. —, кивнул Эми.

— а можно наедине?

— с императором?

— с тобой.

— не зря тебя называют забавным беловолосым ребёнком. —, выдохнул Центральный. Это могло бы сойти за усмешку, если бы лицо Эми было способно хоть на какое-то подобие эмоций. Ну или если бы усталость была эмоцией. Или это апатия? Не разберёшь. —, я предупрежу Сына Неба о твоей просьбе, но не могу ничего обещать.

— на том спасибо. —, махнула рукой. —, приду через пару часов.

— буду ждать. —, медленно направился в сторону Сэйрёдэна.

Проводив его взглядом, беловолосая вернулась к своей прогулке. Ну вот, ничего не вышло, походу. Почему Иэри и Сатору повезло найти себе кого-то, а она всё ещё одинока? Эх, вот выйти за этого Эми, Иэри обзавидуется. Юкихарочка то пососный. Ну, на взгляд Энширо. Но судя по тому, как всё идёт, в итоге придется выходить за Гэто. Интересно, удастся ли убедить дядю Абэ сыграть свадьбу? Надо запомнить идею: освоить магию иллюзий и нарядить с её помощью дядю Абэ в смокинг. Это будет смешно.

Через некоторое время она направилась в условленный Сэйкандэн. Сад действительно был без пруда. Маленький, с холмиком, соснами и большими камнями, между которыми бежал ручей. Ощущение, будто сделали горный пейзаж в миниатюре. Вблизи камней стоял маленький столик с тремя циновками, на каждой циновке по мягкой подушке. Там же уже сидел Эми.

— а это ты что такое принёс? —, сразу спросила девочка, садясь на подушку. Указала на черного цвета кирпич на столике, вокруг которого стояли три чашки и чайник.

— это чай. —, ответил Эми, отрезая часть кирпича ножом.

— ...что-ж его жизнь то так поебала...

— он преодолел долгую дорогу из Ханчжоу до нашего дворца. —, начал объяснять Эми, перетирая отрезанный кусок в ступке. —, листья собрали, высушили, пропарили, затем...

«Эми», — позвал Энширо.

— что?

— у тебя ступка треснула от усилий.

— ничего не поделаешь, вещам свойственно ломаться. —, засыпал перетертый чай в кипяток чайника, коснулся пальцем крышки, направляя проклятую энергию. —, обычно заваривать нужно долгое время, но так как уже поздняя ночь, немного ускорим процесс.

— ты мне уже нравишься. —, оперлась локтями на стол, положив голову на ладони. —, Юкихара бы требовал точного соблюдения всей церемонии ради соблюдение этикета.

— этикет, безусловно, важен, но есть случаи, когда он идёт во вред. —, тихо проговорил парень. —, я тоже понял это весьма и весьма поздно, поэтому не осуждай юного Сикике.

— ты выглядишь даже моложе, чем тот самый юный Сикике. —, парировала беловолосая, глядя на чёрную жидкость, что собеседник наливал в две чашки.

— на всё воля ками, Энширо-доно. —, вздохнул Центральный, пододвинув к ней чашку.

Энширо уставилась на содержимое так, будто это был не чай, а экстракт полыни с уксусом. Чёрный, словно дёготь, и дело даже не в том, что на улице темно, Эми повесил несколько фонарей. Он сам по себе был чёрный. Покрутила чашку, жидкость оказалась ещё и густой.

Поднесла чашку к губам, понюхала. Земля. Пахнет прелой землёй. И дымом. И, кажется, каким-то деревом. Стоп, деревом? Они сделали чай из дерева? Энширо думала, что после рисового отвара[вода из-под сваренного риса считалась напитком] её ничем не удивить. Отпила.

— тьфу. —, сморщившись, отставила чашку. —, на вкус как кислая крепкая земля. Как вообще можно было создать что-то подобное? Дай мне воды.

— ...держи. —, протянул кувшин с водой. Девочка вылила весь свой чай в кувшин, вода окрасилась в золотистый цвет приемлемого для будущего чайного цвета. Налила себе в чашку. —, твои кулинарные таланты, Энширо-доно, стоит описать в Хондзё-мон[медицинская диетология девятого века]. —, дёрнув указательным пальцем, сказал парень.

— что за еретическое искусство вы практикуете в моём саду для стихосложения? —, послышался голос императора, подошедшего как раз в момент «адаптации» хэйанского чая. Увидев нечто золотистое в кувшине и ещё более бледное, чем обычно, лицо Эми, Сын Неба решил поинтересоваться происходящим.

— так гораздо лучше. —, произнесла беловолосая, отпивая. —, сахара только не хватает.

— сахара? —, Масара посмотрел на Эми.

— сладкий коричневый песок из Китая. —, ответил Центральный, медленно моргнув. —, последний раз я видел его лет пятьдесят назад, ещё при вашем деде[император Камму. Тот кто и перенёс столицу в Хэйан-кё, дав начало эпохе Хэйан(794-1185)].

— сахар добавляют в чай, чтобы он был вкуснее. —, разъяснила Энширо.

— вот только это. —, указав веером на кувшин, проговорил император. —, не похоже на чай.

— это ваши земляные кирпичи на чай не похожи. —, саркастично парировала она. —, вот у нас в будущем чай в пакетиках и с разными вкусами. Есть чёрный, есть зелёный...

— зелёный? —, переспросил Эми, представляя болотную жидкость в чашке.

— и красный.

— вы, в своём будущем, совсем с ума посходили? —, опешил даже Масара. —, пьёте кровь вместо чая?

— не кровь. Красный чай называется каркаде, он готовится из листьев гибискуса. —, начала объяснять девочка, но судя по лицам двух собеседников, яснее не стало. В Японии то гибискус был чисто декоративным, да и другого вида. —, так, ладно. Я просто в своё время увлекалась дегустацией разного чая. Но даже для меня ваша земля «на любителя».

— если так, то чего, по-твоему, не хватает в нашем чае? —, спросил Эми, спокойно попивая чёрную жидкость.

— ну... Попробуйте добавить чабрец или мяту, не знаю.

— я пробовал. —, согласился Центральный. —, довольно необычный вкус получается. Что ещё знаешь?

— аййййй... —, взлохматила волосы. —, я этим занималась почти четыре года назад, что ты хочешь от меня?.. лепестки сливы попробуй, ароматнее будет. Или сирень. Имбирь ещё можешь.

— Будда... —, выдохнул Эми, за секунду развернув свиток, записав туда травы и свернув его обратно. —, что ты хочешь взамен?

— твой номер телефона. —, тишина. —, ай, ничего я не хочу.

— Энширо. —, обратился Масара, отпивая чай из своей чашки, куда Эми налил его как только тот пришёл. —, скажи, у тебя с собой аметистовое оружие, что подарила Акихиро-но Канате?

— ты хочешь его забрать? —, прижала руки к груди в защитном жесте. —, не отдам! Он красивый!

— видишь? —, спросил у парня Сын Неба.

— признаю, мои расчёты оказались не верны. —, спокойно произнёс Эми. —, но скажу, что это весьма ожидаемо, учитывая разницу в опыте общения с ней между нами.

— не заберу. —, пообещал император. —, только хочу осмотреть и сравнить с натуральным аметистом. Эми-но Кими, вы взяли то, что я просил?

— конечно. —, достал кусок натурального аметиста, положил на стол.

— так и быть. —, положила кинжал рядом с аметистом и, пока император занялся осмотром, повернулась к Центральному. —, эй, Эми, расскажи о себе. Когда родился? Какую еду любишь? Хобби?

— родился я во времена правления императрицы Кокэн[749-758гг], из еды предпочитаю чай и рис, что такое хобби не ведаю. —, устало рассказал парень.

— хобби это любимое занятие.

— служба.

— ты типа как Юкихара? Тоже будешь Бумажным Демоном, если окажешься в будущем.

— быть может и так. —, согласился Эми. —, я служу империи уже очень долгое время потому, что считаю её своим домом. При императоре Конин[770-781гг] я был проклят на бессмертие до выполнения обязательств. Ничего не имею против, ведь обязательство является и моим искренним желанием.

— с каких пор бессмертие считается проклятьем? —, склонив голову набок, осведомилась беловолосая.

— всё зависит от твоей точки зрения. —, произнёс Центральный. —, помимо этого, я работаю с Сукуна-но Кими. Это... Обоюдное использование. Но, как бы то ни было, я уважаю Сукуна-но Кими, ведь не встречал никого сильнее него. —, Энширо медленно покосилась на императора, Эми едва заметно мотнул головой.

— искусственный аметист. —, начал Масара, отложив два образца на стол. —, значительно прочнее натурального. Лучше проводит проклятую энергию и более податлив в обработке. Однако, пусть на первый взгляд они и похожи, это два абсолютно разных минерала. Великий клан Акихиро называют их теми же именами, что носят настоящие драгоценные камни, но на деле это лишь жалкое подобие, не имеющее никакой ценности, кроме усиления шамана.

— вы меня типа только ради этого анализа позвали? —, шутливо обиделась Энширо, убирая кинжал в кимоно.

— вовсе нет, но ты сама отказалась остаться во дворце. —, ответил император, достав чашку с какими-то чёрными бобами. —, вот, попробуй. Это называется натто[ферментированные соевые бобы], деликатес из провинции.

— оно пахнет, как труп. —, с подозрением глядя на чашу, сказала Энширо. Перемешала палочкой содержимое, между бобами потянулась паутина. —, это точно можно есть?

— можно. —, ответил Эми. —, когда-то я пробовал.

— ну, раз ты жив... —, взяла один боб, раскусила. В нос ударил аромат аммиака и, кажется, сыра с плесенью. Вкус вообще одновременно горький и сладкий, как такое возможно?! Закашлялась. —, БУЭ-КХЕКХЕ! отрава! Вы хотели меня отравить, чтобы я никому не рассказала, что Эми родился в эпоху Нара?!

— монахи говорят, что это укрепляет дух. —, прикрывая рот веером, засмеялся император, глядя на то, как Энширо выпивает залпом пол-кувшина своего «чая». —, решил, что тебе пригодится.

— да вы монстр... —, тяжело дыша, прохрипела девочка. —, пойду я от вас... Переночую в павильоне, где была моя комната... Вернее, покои.

— я провожу. —, поднялся Эми.

— ага, спасибо. —, стукнула себя в грудь, подавив кашель. —, эй, а мы с тобой сможем ещё увидеться?

— только если я загляну к Аяке в ближайшие пару недель.

Глава 35. Финал

Перевал Тораноо находился в горах Кисо, на высоте двух ри[±1300м]. Сатору, полностью безоружный, парил вместе с Ханами и Эми в воздухе. Для боя сильнейший заклинатель будущего выбрал простое косодэ и широкие штаны с кавагуцу[походные кожаные туфли]. На его взгляд, когда против тебя человек с неизвестными полностью способностями, стоит отдать предпочтение скорости, а не красивому виду. У Ханами явно было иное мнение.

Старик стоял на подушке из проклятой энергии в тридцати метрах от Годжо, одетый в глубокого пурпурного цвета халат с вышитыми глициниями и драконами, а сверху накинул ещё и чёрный плащ. На поясе у патриарха покоился тати, а в левой руке большой стальной веер. На ногах — тоже кавагуцу. Самая удобная обувь для боя из существующей. Конечно, варадзи поприятнее, но в них сильно уменьшается сила удара стопой. Вся одежда и оружие Ханами уже было покрыто печатями неизвестного происхождения.

Эми находился в центре между ними, вот уже пять минут потирая глаза, будто ему туда насыпали песка. Член совета Ямато не стал переодеваться, это было бессмысленно, его роль тут чисто политическая.

— правила. —, наконец начал парень мертвенным голосом, запрокинув голову к небу. —, отсутствуют. Кто умрёт — проиграл. Кто выжил — победил. Оба живы — сражение продолжается. Оба мертвы — уже не ваши проблемы, я разберусь. С последствиями.

— дед, ты уверен, что хочешь сражаться в. —, насмешливо указал на одежду теперь уже врага. —, этом? Тебе там нигде не жмёт?

— я хотя бы не оделся, как последний отброс. —, парировал патриарх, занимая пружинистую стойку.

На всякий случай, памятуя о том, что Ханами — рукопашник, Сатору разорвал дистанцию на сотню метров, телепортируясь выше и тут же формируя среднего размера «Красный». Выстрелил.

Не двинувшись с места, патриарх просто отбил алую сферу веером. Но не как мячик, а буквально нейтрализовал его ударом, оставшись стоять с величественным видом.

Годжо сразу начал анализировать произошедшее. Та-а-ак, если этот старик знает только печати, то дело в них. Какие печати знает Сатору? Спасибо тебе, Кана, что настояла на посещении ветви жемчуга. Беловолосый никогда не назвал бы себя ленивым, но запоминать тысячи печатей? Упаси Будда. Однако он помнил виды печатей. Помимо того, что все выше Дайдзё-дайдзина используют только энергетический носитель, в библиотеке Тамао были сведения о классификации печатей.

Прямые, закрывающие открытое и обратные, открывающие закрытое — дело известное, ещё Юкихара пояснял во время дела идолов. А вот дальше... Гибридные печати. Именно их опасался парень, потому что они совмещали несколько дисциплин. Элементальные печати, служащие стабилизатором внешнему виду энергии. Некропечати, служащие для удержания теней. Барьерные печати! Те самые, которыми, судя по всему, и защищался старик во время боя с Наофуми.

Но потом Сатору вспомнился и более «мрачный», отталкиваясь от пояснения Аяки, класс печатей. Нивелирующие печати, которые, в зависимости от силы, способны нивелировать определенные концепции или техники. Заклинатель понял, что на веере висит именно нивелирующая печать, настроенная на отмену Обратной Проклятой Техники. Теоретически, тогда «Красный» должен был превратиться в «Синий». Практически, это привело к простейшей дестабилизации и саморазрушению.

Весь этот анализ занял долю секунды, за которую старый патриарх уже сократил расстояние и метил лезвием тати в горло. Наученный опытом боя с Иошито, Годжо отклонился назад, пропуская удар в сантиметре от кадыка и тут же проводя контратаку пинком в корпус деда. Ханами успел пнуть в ответ. От силы удара оба отлетели, но патриарх пролетел раза в три больше.

Опять же, «Бесконечность» это приказ пространству стать бесконечной длиной. Ханами, будучи уверенным в своих силах, использовал не амплификацию домена, а множество обратных печатей остроты уровня Дзюити-и[предпервый], усиленных до сумасшедшего уровня.

Безусловно, Годжо мог бы просто усилить свой барьер и тогда задумка Ханами бы провалилась. Если бы Фудзивара не мог усилить печати ещё сильнее. А судя по завихрениям проклятой энергии, которые видел беловолосый, игра на выносливость может оказаться не такой простой даже с его якобы бесконечной проклятой энергией.

Внезапно, патриарх достал бумажную печать. Это было неожиданно даже для Сатору. Старик понял, что уступает заклинателю в ближнем бою, поэтому решил прибегнуть к подготовленной ловушке. Последние несколько месяцев он заставлял отряды шаманов Фудзивара, ответственные за уничтожение проклятий, ловить и запечатывать духов в эту печать.

В итоге полчища проклятий от самого низкого уровня дзё[третий] до нескольких уровней кампаку[предособый] вырвались в сторону беловолосого, не замечая Ханами, который скрыл себя иллюзорной печатью. Поразительно, сколько вообще всего можно сделать с этими проклятыми печатями. Заклинателю даже захотелось потом разграбить личные свитки Ханами. Ну так, немного. Процентов девяносто восемь.

Ничего сложного в уничтожении этих тварей для Годжо не было. Он метался на скорости трех махов[в три раза быстрее скорости звука], разрывая их залпами «Красного» и «Синего». Но у проклятий была всего одна роль — отвлекающий манёвр. Ханами, ничуть не уступая по скорости Сатору, зашёл за спину и нанёс удар мечом. Парень успел среагировать и отбить выпад рукой, попав по плоской стороне меча. Ударил коленом в запястье, намереваясь выбить оружие из рук. Дед крутанулся, ударяя с пятки в висок. Годжо заблокировал и это, отбрасывая старика от себя, использовав «Синий» позади него.

Заклинателя уже начало раздражать то, что дед двигался на одной с ним скорости. Конечно, для Годжо это была крейсерская скорость в бою, в отличие от Ханами, для которого она была предельной, но всё же... Важное отличие было в том, что Сатору «зафиксирован» в пространстве с помощью «Бесконечности», поэтому и удары патриарха его практически не отбрасывали. В то время как старик, давно потерявший свой чёрный плащ, стоял на проклятой энергии, словно на земле. Устойчивость куда меньше.

Рывком перейдя в атаку, беловолосый наносил удары со всех сторон, изворачиваясь в воздухе под такими углами, что у нормального человека закружилась бы голова, не говоря уже о возможности повторить.

Фудзивара тоже атаковал, используя веер в сложенном виде и меч. Оба иногда попадали, блокировали, уклонялись и отбрасывали друг друга. От некоторых ударов даже попадал снег с верхушек скал и Эми разлил чай где-то внизу.

Под взаимным градом ударов, сражающиеся сместились с горного перевала ниже, сначала к горным лесам, а затем и к долине реки Кисо, где есть несколько деревень.

Услышавшие непонятные ревущие звуки[звук пробития звукового барьера] с неба, жители высыпали из деревень, молясь всем известным ками о том, чтобы этот непонятный грохот закончился и, если это конец света, такамагахара[мир ками] осталась цела.

Обмен безумными ударами осуществлялся до тех пор, пока Годжо не придумал новый тактический манёвр. Ближе к горам Хиде он отдалился от врага, использовав телепортацию и выстрелил двумя последовательными «Красными» с левой стороны и отправил один «Синий» с правой. Сам же в это время, пока патриарх был занят уклонением от «Синего» и нивелированием «Красных», зашёл с открытого фланга и ударил третьим «Красным» прямо в бок патриарха.

Пусть у древнего шамана и была барьерная печать, она не являлась абсолютной. Да, она сформировала ответный импульс, вот только на такой скорости точность его была от силы процентов девяносто или девяносто пять, оставшаяся мощь техники Сатору нанесла серьёзные внутренние повреждения.

Фудзивара вполне мог бы попробовать отпрыгнуть или усилить печать, но вместо этого он рубанул мечом по груди Годжо, оставив глубокую рваную рану. В голове беловолосого мелькнула мысль, что это похоже на размен в шахматах будущего.

Схватив деда за ворот, заклинатель швырнул его на огромной скорости в сторону равнины Оми, целясь в крупное озеро Бива. Применять «Красный» снова заняло бы примерно сто миллисекунд, а бросок всего двадцать. Помимо этого, Сатору не был полностью уверен в том, не будет ли это стоить ему чего-то более дорогого, чем разрезанные рёбра, что уже регенерировались «Шурафуку». Противник оказался слишком непредсказуемым.

Старый патриарх влетел на полной скорости в озеро, поднимая столб воды. Беловолосый уже нависал над ним, формируя громадный «Синий». Тактика сменилась: раз «Красные» он уничтожает, а «Бесконечность» пробивает, то осталось только лишить его самого необходимого — воздуха. Любишь печати? Сейчас тебя запечатают в водяном смерче с титаническим давлением без возможности выбраться.

Всё шло по плану заклинателя будущего. Ещё несколько минут, и победа точно будет его. Как вдруг, «Синий»... Просто прекратил своё существование. Ханами вылетел из остатков смерча, остановившись в десятке метров над озером. В руке у него, вместо убранного на пояс тати, был маленький кинжал с двойным лезвием. Присмотревшись, до Сатору дошло, какими свойствами он обладает.

В будущем, если бы Сатору прожил там немного дольше, это оружие будет известно как «Копьё Перевернутых Небес», способное прервать выполнение любой проклятой техники, которой может коснуться.

В прошлом же оно было только-только создано. Тот самый артефакт, слитый Тацума-но Кайдо из трех артефактов императорского[Особого] уровня, выкованных Куромаку-но Дзи по заказу Хи-но Аяки.

Ранее, для отражения нападок Годжо старому шаману вполне хватало собственных печатей и веера. Но чтобы выбраться из того смерча потребовалось бы потратить колоссальное количество проклятой энергии. Куда разумнее было вскрыть козырь.

Разобравшись в ситуации, заклинатель телепортировался прямо к противнику, нанося чисто физический удар в подбородок. Хоть патриарх и заблокировал, от чудовищной силы удара это не спасло. Старик отлетел на сотню метров вверх. Сатору же оказался ровно напротив него, но на большом расстоянии. Если уж у тебя такое крутое оружие, то надо просто не попасть в радиус поражения.

«Бесконечность» не работала с самого начала. «Красный» тоже. «Синий» теперь был просто фонариком и скоростью. Оставалась только одна техника, которую Сатору Годжо не хотел бы использовать, но выхода не было. По крайней мере, он его не видел в данный момент.

«Пурпурный». Взаимное уничтожение «Синего» и «Красного», образующее аннигилирующий луч мнимой массы, стирающий всё на своём пути. Самое главное то, что это был луч без «ядра», как у любой другой техники, поэтому копьё не смогло бы его отменить.

И это действительно так. Ханами сразу понял, что невозможно прервать действия луча света от лучины. Только саму лучину. Из очередной печати старик успел достать цепь, присоединить её к оружию и метнуть по широкой дуге в Годжо. Всё заняло не больше трети секунды, «Пурпурный» был сформирован лишь наполовину, когда лезвие копья отсекло запястье правой руки парня.

Уклониться значило самостоятельно прервать формирование техники. Не уклониться... Техника прервалась из-за контакта копья с проклятой энергией Годжо. Чёрт. Пока Обратная Проклятая Техника регенерировала руку, беловолосый невольно вспомнил будущее.

Киото. Осень две тысячи четвёртого года, когда он только познакомился с техникумом. Его вызвал Совет Старейшин для обсуждения дел с кланом Годжо. Тёмное помещение, сырость, ширмы с фамилиями, эти скрипучие голоса и едва ли не нулевой уровень проклятой энергии. Только парочка кое-как дотягивала до предпервого. Конечно, как говорится, тренеры не играют, но это уже слишком.

Старейшины будущего тряслись от страха только услышав имя «Сатору» в каком-либо контексте. Здесь же... Точно такой же дед, даже старше тех старейшин лет на двадцать, с той же самой лысиной и длинной бородой. Да только дед этот был подобен миниатюрному солнышку проклятой энергии! Вы посмотрите на это!

Невероятное сияние проклятой энергии серо-золотистого цвета, расходящееся на десятки метров от сгорбленного силуэта в центре. Многомерные завихрения и мощные потоки, текстура словно у патоки — вот каким должен быть старейшина! Заклинателю даже подумалось: интересно, будь старейшины будущего такими, каким было бы магическое сообщество?

— да что ты за дед-то такой, а?! —, воскликнул Сатору, исцелив руку.

Ответа не последовало, дед вновь перешёл в атаку, теперь уже подавляя Годжо. Весь рукопашный стиль боя у беловолосого строился на усилении себя врождёнными техниками, а теперь они оказались бесполезны. Пусть Ханами и убрал копьё, вновь взявшись за тати, сильно это не спасало.

Заклинателю оставалось лишь уклоняться, что он и делал, то и дело притягивая самого себя «Синим» для уклонения от ударов. Так, пытаясь найти лазейку в кажущейся безвыходной ситуации, Сатору отступил в небо над переправой Кусацу[небольшое поселение].

На него снизошло озарение, если это можно так назвать. Если он не может использовать сферы, то надо просто применять техники на себе или чем-то ещё. Вот только, возможно ли это? Намеренно поймав мощный удар, парень был сброшен вниз, оставив знатный кратер в земле.

Пока Ханами готовился к новому заходу, Сатору схватил камешек с земли и, зарядив его «Красным», пульнул в старика. Тот, не ожидая подвоха, заблокировал мечом. От столкновения камешек взорвался, нанося множество мелких ранений.

Сработало. Теперь, можно сражаться дальше. Менять «Красный» и «Синий» он мог довольно быстро, поэтому веер не был более проблемой, а копьё не сможет заблокировать все выпады.

Вернувшись в небо, беловолосый перешёл в нападение, заряжая локти, колени, костяшки и другие ударные части тела техниками. Грязный, агрессивный стиль, чем-то напоминающий Муай-тай, если бы не невероятная изворотливость обоих противников. Что-то дед успевал заблокировать, что-то его отбрасывало. Барьерная печать, как и раньше, поглощала большую часть урона, но «Шурафуку» всё равно приходилось использовать на полную.

Ритм боя вновь сменился, отдавая преимущество молодому заклинателю. Вблизи показалась гора Хиэй, где располагался главный буддийский храм Японии, Энряку-дзи, чьим настоятелем был Шестой Возбудитель, Тенген-но Кими, Император Барьеров. Здесь патриарх вновь начал поспевать за Годжо, всё лучше и лучше считывая атаки, блокируя.

Это бесило. Сильно бесило Сатору, чьему телу было всё еще пятнадцать лет, в отличие от истинного возраста в восемнадцать. Гормоны. Злейший враг и союзник всех подростков, в зависимости от ситуации. Парня захлестнул гнев и негодование. Как вообще какой-то старик поспевает за ним?! Надо срочно что-то придумать!

Продолжая атаковать ещё более яростно, он задумался о том, как формируются проклятые техники. Берётся энергия, собирается по меридианам в руки и... Стоп, а зачем обязательно в руки? Ну, да, манипулировать удобнее, но у него ведь Шесть Глаз, неужели не справится с иным управлением?

Так, Сатору начал пробовать применять техники не через руки, а всем телом, собирая энергию у корпуса, где больше всего меридиан. Скорость заметно увеличилась, пусть и возросла сложность! Теперь, на один «Красный» требовалась не 0.1 секунда, а всего 0.03!

Зарядив огромный шар алой энергии прежде, чем старик успел вернуть отбитую руку с веером, выстрелил. Ханами заблокировал мечом, но тот, не выдержав такого напора, сломался, а ударная волна отбросила старика аж к Хэйан-кё.

— как бы черепаха ни старалась, ей никогда не догнать аиста в небе. —, насмешливо проговорил Сатору, элегантно пригладив волосы. —, так и ты, при всей своей мощи, не одолеешь дракона среди людей.

— любого дракона можно запереть. —, сухо парировал Фудзивара, складывая обе руки в сложной печати. —, «Воплощение Реальности: Зеркало Ложного Неба»[расширение территории. Что же до Зеркала Ложного Неба(яп. Кётэн-кё) — это мифический артефакт, запечатывающий дракона в иллюзорном мире. Ханами, как шаман печатей, владеет его концепцией запечатывания как своей территорией].

Вокруг заклинателя будущего сомкнулись невидимые стены. Территория Ханами никак не выделялась на фоне неба и панорамы города внизу, за исключением подавляющей энергии. Здесь все барьеры Ханами становились абсолютными, печати усиливались в десять раз, накладывая сверху множество иллюзий и все атаки гарантированно попадали в цель.

Сатору не успел даже моргнуть, как по телу поползли тёмные узоры печатей. Собственной территории у него ещё не было, а потому единственная доступная ему контрмера — «Простая Территория». Базовая техника, создающая собственную область гарантированного попадания и нейтрализующая гарант врага.

Вновь сцепившись в рукопашном бою, где каждый удар Ханами усиливал влияние печатей, уже ползущих по телу Годжо, беловолосый умудрился перехватить руку с копьём и сформировать мощный «Красный» в упор, отбрасывая деда к границе территории. Теперь у него была пара секунд, пока Ханами регенерировал. Если бы только Шесть Глаз видели через эти иллюзии полностью... Почти все мороки Сатору даже не замечал, но сейчас, в этот момент, вся иллюзорная мощь Кётэн-кё ушла на то, чтобы скрыть патриарха от взгляда.

Поняв, что терять время нельзя, а палить случайным образом глупо, парень ударил «Пурпурным», пробивая ближайшую стену территории. Путём телепортации тут же выбрался на волю, используя все доступные энергетические ресурсы для того, чтобы согнать печати. От греха.

В это же время, Фудзивара закрыл территорию, атакуя заклинателя слева в голову копьём и снизу справа стальным веером, которым управлял с помощью нитей проклятой энергии. Годжо прогнулся под ударом клинка и, перехватив цепь, ударил лезвием по вееру, лишая тот управления.

Потянул цепь на себя, притягивая вместе с ней и Ханами. Положил руку на корпус старика, формируя «Синий» прямо внутри груди патриарха. Тело Ханами начало сжиматься, он кашлянул кровью. Развернув руку на 180°, Сатору обратил «Синий» в «Красный», от чего и без того деформированное тело разлетелось ошмётками и кровавым дождем над столицей.

— знаешь, ты, наверное, первый, кто заставил уважать себя именно в бою, а не в быту, как Кэнки. —, глядя на оседающие красные капли, сказал Сатору. Хрустнул шеей. —, куда мне там надо было зайти?

Послесловие: вот и конец первой арки. Да, это была одна арка, ознакомительная и вводная. Постараюсь долго не говорить, просто кратенько подвести итоги.

Следующий том уже готов и находится в цикле «Искра Хэйан». Сразу прилагаю ссылку, чтобы не пришлось искать:

https://author.today/work/621036

Главы буду делать большими, как последние этого тома, т.е. ±30к символов, ибо они даже читаются удобнее. Выход глав будет раз в неделю по причине того, что я взялась писать две книги сразу(одна — продолжение, вторая — вообще по другой вселенной), а потому не смогу успевать писать главы в оба произведения раз в три дня.

По объему загадывать не буду даже примерно, этот том думала выйдет на 500к, а вышел аж на 800к, так что как пойдёт.

Из важного: он будет от первого лица. Да-да, здесь у нас было множество персонажей, раскрыть всех от первого лица бы не вышло, ибо ггшке пришлось бы носиться по всей Японии со скоростью света. Но следующий будет более камерный, от лица Энширо.

Он будет не последним и даже не предпоследним. В планах дать каждому персонажу по своей арке-тому. Иногда будет от первого лица, иногда от третьего, зависит от уровня нагрузки событиями.

Некоторые моменты получились, некоторые нет, в дальнейшем я буду стараться писать ещё качественнее, по образцу местных последних глав, а может даже лучше. Очень боялась сделать текст слишком водянистым и простым, без напряга. Надеюсь, получилось держать уровень тайн, напряжения и сложности сюжетных линий.

Во втором томе будет поменьше диалогов и побольше внутреннего монолога, но это весьма типично для первого лица, на то оно и «я».