Искажение. Книга 1. Спаккафунну

Пролог

Мне снится, что я лежу на боку, подогнув ноги к подбородку, как младенец, и не могу выпрямиться. Моё тело невесомое и одновременно очень тяжёлое и непослушное. Темно. Я пытаюсь разогнуться, и ноги упираются во что-то твёрдое. Пробую привстать и стукаюсь головой обо что-то сверху. Потолок? Но почему так низко? Не могу понять, ни где я нахожусь, ни что со мной произошло, ни кто я, как попал в эту темноту, в которой нет ни звука, ни проблеска света. Я обшариваю рукой вокруг себя насколько возможно и чувствую твёрдую шершавую поверхность, которая оставляет на пальцах ощущение источенного временем камня. Я откидываю руку за спину – та же твёрдая поверхность. Стена, думаю я. Тянусь рукой выше, даже не понимаю зачем, идиотская мысль – сейчас нашарю выключатель и загорится свет. Но стена оказывается неожиданно низкой и, изгибаясь, почти сразу же превращается в потолок. Я что – Гулливер в доме лилипута? Или я в какой-то норе? Или… Чёрт, где я вообще?

Сон прервался. Я проснулся от того, что затекла рука. Приснится же такое, подумал я, медленно поворачиваясь на спину. Одеяло сползло, а я, скрючившись, лежал на полу.

Вот, добегался по сицилийским скалам, что свалился во сне с дивана и даже не почувствовал. Я открыл глаза – темно. Похоже, до рассвета еще далеко и если бы не дурацкий сон и холодный пол, спать бы мне ещё и спать. Ладно, делать нечего, надо перебираться на диван и постараться заснуть. Днём предстоит большой марш-бросок в какое-то фантастическое место, как обещал мне мой сицилийский друг. Я окончательно перевернулся на спину и рывком сел. То есть, я подумал что сел. Со всего маху я врезался лбом во что-то твёрдое сверху и остался лежать на спине. Ну вот, ещё оказывается и под диван закатился, словно мячик для пинг-понга. Ну, Муравьёв, это для тебя что-то новенькое – спать под диваном. Да, укатали егорку сицилийские горки!

Ладно, буду выбираться бочком, только в какую сторону? Ага, стенка слева, значит из-под дивана направо. Медленно стал разгибать согнутые в коленях ноги и не смог…. упёрся ногами в стену. Что за ерунда? Я точно помнил, что лёг спать на диван к стене головой, а не ногами. Или я потерял ориентир? Темнота была кромешная, и разобраться что в какой стороне, да ещё спросонья было крайне затруднительно. Попробую на ощупь. Не валяться же мне, взрослому парню, остаток ночи под диваном .

Я провёл рукой вокруг себя. Слева стена, это точно. Шершавая какая-то. Странно. Провёл рукой вверх по стене, идиотская мысль, вдруг наткнусь на выключатель. Стоп, где-то это уже было. Ах, да, этот дурацкий сон… Рука шарит по стене, а стена превращается в потолок…

Стена под рукой изогнулась и плавно перешла в потолок. Я застыл. Что за чёрт? Сердце в груди неприятно замерло и тут же лихорадочно застучало, отыгрывая секундную паузу.

Так, ноги и макушка упираются в стену, надо мной стена, слева тоже стена. Нора, что ли, какая-то? А что у нас справа? Медленно, замирая от неприятного предчувствия, ожидая и тут наткнуться на преграду, я стал двигать по полу правой рукой. Неожиданно пальцы мои нащупали край пола и повисли в пустоте. Пол заканчивался обрывом. На лбу у меня выступила испарина.

После секундного замешательства я стал лихорадочно шарить руками вокруг себя, упираясь ногами и головой в твёрдую поверхность, тщётно пытаясь определить, что за шутку сыграло со мной пространство и куда это меня закатило. Темнота только усиливала ощущение паники и потерю ориентира.

Так, стоп! Так нельзя, остановил я себя. Стой! Успокойся! Глубокий вдооох, и три коротких прерывистых выхода. Вдооооох , выдох-выдох-выдох. Вдооооох, выдох-выдох-выдох. Ещё вдох, и ещё… Бешеный стук в груди унялся, мозг обрёл способность более менее ясно мыслить, а в глазах просветлело, если такое сравнение можно употребить, пребывая в кромешной тьме.

Медленно, осторожно, я снова обшарил руками пространство вокруг себя. Итак, это был не сон. Я, Муравьёв Антон, коренной петербуржец, 25 лет отроду, лежу на каменном, шершавом полу, который с трёх сторон переходит в стену, а она в свою очередь почти сразу же превращается в потолок. Справа от меня пустота. И беззвучная темнота. Спокойно, Муравьёв, спокойно! Раз есть пустота, значит, где-то однозначно должен быть выход из этого каменного тупика.

Но как, чёрт побери, я сюда попал? Какого лешего я тут делаю в этом каменном мешке? Вообще, где я?!

Что-то неприятно уткнулось мне в левый бок. Телефон!

И тут я всё вспомнил…

Глава 1. Знакомство

…Я сидел в своём контейнере, попивал чаёк из самовара и глазел на прохожих.

Все они как на ладони. Большинство обывателей считает, что продавцу только бы продать поскорее да подороже и что ничего, кроме толстого кошелька, он не замечает. Так-то оно так, но посади вас на моё место, пройдёт совсем немного времени и каждый покупатель станет для вас как открытая книга – с чем пришёл, о чём думает, ищет что или просто так время убивает. А вы станете настоящим психологом человеческих лиц.

Субботний день, зима на исходе, торговля на Удельной в самом разгаре, люду много всякого разного ходит, и я, опытный уже в миру «барахольщиков», всех подмечаю – ипраздно шатающихся гуляк, имамашек с детьми, и одиноких стариков, и местных питерских, и приезжих.

Всех примет барахолка – порадует, наградит, обрадует редкой находкой, а кого просто развлечет. Всем покупателям мы рады, все для нас важны. Но особо ценен коллекционер, ищейка, кто знает, чего хочет, кто не пропустит свою удачу. На них и рассчитываем, их ждём, с ними торгуемся и для них работаем, как будто тут, на барахолке, устанавливается некая связь времён…

Мои философские размышления прервала громкая итальянская речь.

- Сiao, buon giorno, puoi mi aiutare?

Я моментально вернулся в реальность и завертел головой - откуда? Неужели итальянец? Они здесь нечастые гости, но бывает, бывает, случается. Посмотрим, посмотрим, ведь я неплохо понимаю разговорный итальянский.

И правда, возле соседнего контейнера стоял парень спортивного типа как из футбольной команды Интер, с тёмно-каштановыми вьющимися волосами, с белозубой улыбкой до ушей, и крутил в руках бронзовый подсвечник в виде Русала - этакого наполовину рыбы, наполовину мускулистого мужика с бородой и факелом в руке под место для свечки.

Я не стал сразу вмешиваться, дабы не перебивать торговлю. Чувствовалось - итальянец загорелся. Продавец в зелёной вязаной шапке тоже начал поддавать жару.

Тут цель такая - покупатель скидывает цену, а продавец торгуется до последнего, и все с замиранием сердца наблюдают, чем дело кончится, - такой спектакль своеобразный, где каждый свято исполняет свою роль. Молодой итальянец широко размахивал руками, пытаясь объяснить что купит, но цену надо скинуть. Продавец ни в какую. Итальянец резко махнул рукой, поставил подсвечник с громким стуком на прилавок и развернулся на 180 градусов:

- Bastaaa!!! Solo una mila di rubli!! - сделал вид, что уходит, и, чудо!- продавец сдался:

- Стой, не надо так нервничать, согласен! Тысяча так тысяча! Забирай!!!

И подсвечник с Русалом тут же оказался в цепких руках «футболиста» (как я мысленно его окрестил), а тысяча рублей перекочевала к коллеге по барахолке. Мужик в вязаной шапке протянул футболисту руку со словами: «ОЧЕНЬ ПРИЯТНО!»

«Ещё бы! Такой спектакль!» - подумал я.

И тут в ответ мой итальянец спонтанно отвечает: «ПРИЯТо е МЕ!».

Я опешил от неожиданных для меня итальянских слов и, не медля больше ни секунды, вмешался в разговор.

- Ciao, come stai? Da dove sei? - спросил я. Для тех, кто не знает итальянский - мой Вам хороший совет: «Учите, учите и учите, как завещал великий Ленин».

В общем, я спросил: «привет, как дела, откуда ты?»

«Футболист» ничуть не удивился, а ещё больше расплылся в улыбке от удовольствия - ведь итальянцы влюблены в Италию и в свой язык, они радуются каждому, кто знает, хотя бы «Ciao!», а тут целая фраза!!!

- А buon giorno! Сiao! Sto bene! Come mai? – что значит: «Приветствую, я прекрасно, откуда ты вообще знаешь язык, кто ты такой?»

Тут произошло практически братание народов – я говорю, что из Питера, а мой «футболист» оказался сицилийцем, горячая кровь, sangva calda, да ещё из Южной Сицилии, что значительно, по их мнению, отличается от Северной.

Далее я перескажу наш диалог по-русски, дабы не усложнять Вас переводом:

Я - Как ты понял, что значит «ПРИЯТНО»?

Он - Это моё родное слово южносицилийского диалекта, оно такое же, как и в русском, и для меня это открытие!

Я - Для меня это вообще шок! Как тебя зовут?

Он - Джованни!

Я – Очень приятно, меня Антон!

Он – Приято! Опять это словечко!

Надеюсь и вы поняли, что мы оказались родственные души, быстро нашли общие точки соприкосновения и решили обменяться телефонами.

К сожалению, времени для более близкого знакомства и разговора по душам почти не было. Мой новый сицилийский amicо улетал через три с половиной часа домой, на Сицилию - ему оставалось только прыгнуть на синюю ветку метро и через час он в Пулково, а там дальше Рим, Катания, - эти названия звучали для меня как мечта, как музыка.

Расставаясь, Джованни крепко пожал мне руку и заспешил к выходу с рынка. А я стоял, глядел ему вслед, и думал, что с радостью сейчас бросил бы все свои дела и вместе с ним рванул бы на Сицилию, такую манящую, такую загадочную и такую далёкую…

Глава 2. Перелёт

Для меня наступили обычные будние дни, жизнь потекла по привычному руслу – работа-дом- Уделка. Серое питерское небо заглядывало по утру в моё окно, сырой ветер подгонял в переулках в спину, зима ещё вовсю хозяйничала, но снег уже понемногу темнел и съёживался в ожидании весны. Встреча с сицилийским парнем с его ярким «приято» всё реже и реже всплывала в памяти. Я дал себе слово не думать больше про такую далёкую и недоступную Сицилию и заняться решением более близких задач.

И как это обычно у меня бывает – только перестанешь думать о каком-то человеке, он тут же о себе напомнит. И правду говорят, отпусти своё желание и оно тут же сбудется.

Через две недели после встречи на Удельной мой телефон встрепенулся от потока сообщений:

«Привет!»

«Как ты?»

«Срочно прилетай!»

«Есть дело!»

«Высылаю приглашение!»

«Сообщи дату вылета»

Вот так вот запросто, без всяких объяснений - мы с ним пять минут знакомы, а он прилетай и всё! Итальянец, одним словом!

Внутренний голос засуетился: «Давай-давай, соглашайся. Не каждый день тебя приглашают на Сицилию». И я ответил коротким «Si-si!!!». Тут же созвонился с Джованни, уточнил детали, связанные с оформлением документов. Я не стал задавать лишних вопросов - главное не упустить шанс.

Хочешь что-то сделать, то нужно пошeвеливаться. «Главное ввязаться в драку, потом разберёмся» - мелькнула шальная мысль из старого советского анекдота. И кто вообще знает, откуда в нашу голову залетают мысли?

Первым делом нужно получить визу.

Я решил действовать как все питерцы, а именно - получить финский шенген.

Это не представляло труда. Финскую дорожку в Европу проторили ещё в начале 2000-х - сделать первое пересечение границы или «открытие» визы через Финляндию. Финны всегда не прочь подзаработать. А тебе всего-то три часа поспать в комфортабельном автобусе, посетить «рыбный магазин», пережить все прелести шопинга в финском супермаркете, вернуться вечером к метро «Чёрная речка», и ты уже отштампован и тебе открыта дорога в вожделенную Италию.

Так я и сделал. В центре Питера выбор туристических фирм на каждом шагу, даже не надо идти в консульство - вот это сервис!

И вот спустя десять дней я с паспортом и визой на площади Восстания уселся в Икарус и с группой таких же жаждущих «прокатить» визу спокойно заснул в мягко двигающимся по пустому спящему городу 50-местному автобусу. Границу прошли легко и просто. Единственное что нельзя говорить на вопрос горячих финских погранцов «Цель поездки?» - «Прокат визы!» Надо как всегда прикинуться веником и гордо ответить: «Туризм!!»

Народ побежал закупать икру и сыр. Лааперанта распахнула все свои двери для русских гостей. «Всё-таки странные эти финны, - подумал я, - вроде соседи, а русских недолюбливают, относятся настороженно, ох, уж этот северный темперамент, горячие финские парни!»

Но не только настороженное поведение наших северных соседей влияло на моё отношение к ним. Не давали расслабиться рассказы про бабушки про финнов во второй мировой войне, - как-нибудь поделюсь с вами при случае. Недружелюбный народ, подозрительный, говаривала она. Ну да ладно, бог с ними, с финнами, я тут ненадолго.

Моя цель – Италия! Итальянцы – свои парни! Скоро, скоро открою для себя самую южную часть Италии, побываю на чудо-острове, который так лихо пинает элегантный Апеннинский сапожок.

Ну вот, виза прокатана! Прощай, Финляндия! И вперёд, к новым приключениям!

«Так, собрать сумку, обязательно очки от солнца, шляпку из итальянской соломки куплю на месте - мысленно перебирал я свои нехитрые пожитки, - кину шорты с пальмами, футболку с российскими флагом и шлёпанцы». Это тут у нас, в Питере, ещё зима, а на Сицилии по нашим северным меркам погода практически летняя. Прикуплю евриков, наличка нигде не помешает, думаю, сицилийцы уважают liquido. Кстати странное словечко, которое можно перевести и как «жидкость», что, впрочем, не удивительно, ведь деньжата утекают сквозь пальцы, как вода.

Ну, люблю я поиграть итальянским языком! По моему мнению, мировое и наше, российское, сообщество недооценивает этот язык. Странно, что в Питере только одна школа специализируется на изучение итальянского, а сколько французских, немецких, английских языковых школ!

Что ж, жизнь задаёт вопросы, а ответы приходится искать самому. Прочь философию! Сумку на плечо. Документы и сольди, как завещал Буратино, поближе к телу, в небольшую нательную сумочку на шею и вперёд, в Пулково.

Тратиться на такси я не стал - синяя ветка метро Московская и автобус каждые 5 минут. Что ни говори, а жить в мегаполисе, где всё работает как часы, не так уж и плохо.

При входе в аэропорт обычная процедура багажа, ничего запрещённого не обнаружено. Конечно, взял для Джованни купленную в Финке красную икру. Кстати, чёрную проводить запрещено. Видимо, есть на то причины. Вообще, кто придумывает эти правила?

Вот и стойка регистрации, несколько богатеньких «буратин» с блондинистыми жёнами как с журнала Плейбой, сухонький старичок-итальянец неопределённого возраста, парочка русских женщин, говорящих о своих итальянских мужьях, несколько возможно студентов, обучающихся в Италии. Уже виден европейский лоск и некая избранность во взгляде и одежде.

«Куда летите?» – «Санкт-Петербург-Рим, Рим – Катания».

Посадочные талоны на руках, багаж сдал, уф! Кажется всё в порядке!

-Цель поездки? – традиционный вопрос на любой таможне.

- Туризм! – столь же традиционный ответ.

Прекрасный туризм оправдывает все цели, а что там меня ждёт, кто знает? Надеюсь на приключения, загадочные сообщения от Джованни не давали мне покоя.

Пара часов ожидания в зоне вылета, и, наконец, на табло появилась долгожданная надпись «imbarco» - что значит «посадка», а мне слышится «на лодку, на барку, на летучий корабль». Ну, какой ещё язык способен так возбудить фантазию, как не итальянский.

Нашел свое место – возле иллюминатора, 17-ое. Надеялся на приятное соседство и вот тебе пожалуйста - сухонький итальянский старикашка оказался рядом со мной. Повезло, что ни говори…

-Таки летите до Сицилии, юноша? – услышал я скрипучий голос. Вот те раз! А старикашка-то и не итальянец вовсе.

-А вы? Как вы узнали? – замешкался я. При регистрации старичок стоял далеко от меня и билет мой видеть не мог, не на лбу же у меня написано куда я лечу.

- О, старый Мойша много знает. Позволите ли вы, юноша, чтобы старый мудрый еврей дал вам парочку добрых советов?

- Пожалуйста – смутился я, - как вам будет угодно.

Старик наклонился ко мне и зашептал скороговоркой:

- Ничего не бойся. Выход не там где вход. Привези то, что само в руки придёт. Спаккафурну…

- Что? – я не разобрал последнее слово. – Что вы сказали?

Но старик уже дремал, словно и не говорил со мной пару секунд назад. Ладно, спрошу позже, решил я.

Мы уже взлетели, и я засмотрелся на город, который медленно исчезал где-то далеко внизу, становясь все меньше и меньше. До свидания, Питер! Привет, Италия!

***

Самолёт, набрав высоту, ровно гудел.

Старичок, кажется, задремал.

– Mi sono addormentato, – прошамкал противный старикашка и снова заклевал носом.

«Что вообще происходит? Мало того, что он итальянец, еврей, говорит по-русски как мы с тобой, так он ещё и мысли читает… или я уже сам с собой разговариваю вслух?». Итальянские слова снова заскакали в моей голове, словно убеждая, что не всё таковое, каковым кажется. Возьмём слова «дремать» и «dormire». Они одинаковые, только перевёрнутые немного. Так я на самом деле и учил итальянский, подставляя в него русские смыслы. За что не раз меня ругал преподаватель: - «Задницей язык надо брать, Муравьёв! А ты всё на халяву хочешь проскочить, через русский пролезаешь. Не выйдет!!!»

Странные слова моего странного попутчика вертелись в голове. Старичок меня явно напрягал. «Ну, ничего, сейчас будет обед, ты проснёшься, и я расспрошу тебя обо всём с пристрастием, в лёгкой непринуждённой беседе» - злорадствовал я про себя.

Стюардессы покатили свои тележки, предлагая два варианта pranzo. Я из патриотизма выбрал куру с пюре, а из солидарности с Сицилией решил запить всё апельсиновым соком. Дедок зашевелился, открыл глаза и уставился на меня своими мутноватыми заспанными глазками:

- Кто я? Где я? Откуда я?….

- Успокойся дедушка, ты в самолёте. Покушай. Скоро посадка в Риме. - Вся моя злость улетучилась, я зауважал старость.

- Слушай меня, старого еврея, они всё забыли, они не знают даже, что они евреи. Таки поди и разыщи Спаккуфурну, там огромная скала, в той скале найди дыра….

«Всё, старик заговаривается», - подумал я и согласился найти и разыскать всё, что угодно, лишь бы успокоить старость.

Я не мог понять сколько ему лет - фигура моложавая, держится молодцом, но эти пятна по лицу, прозрачная кожа, голубые вены рук, глаза немного навыкат, я бы сказал «рыбий глаз», лысый вытянутый непропорциональный череп… Да что я прицепился к пожилому человеку! Путешествует один, значит с мозгами, каждому бы так в его годы. И решив, что не стоит беспокоить старость своими расспросами, я снова уставился в иллюминатор.

Под нами расстилался безбрежный океан белых облаков, а над головой – слепящее солнце и ярко голубое чистое небо...

Перед заходом на посадку дедка снова усыпило. Я тоже откинулся в кресле и мысленно приготовился к ещё одной пересадке в Риме - я был транзитным пассажиром, надо не забыть и повернуть по нужной стрелочке, где написано ТРАНЗИТ, всё-таки опыт путешествий был не большой. Я волновался, но надеялся на своё знание языка и вежливость обслуживающего персонала.

Все дороги ведут в Рим, все дороги ведут из Рима! Огромный аэропорт, пять терминалов! Я как мантру повторял «ТРАНЗИТ-ТРАНЗИТ-ТРАНЗИТ», чтобы не потеряться. Наконец таможенный контроль - меня опять всего обсмотрели, обыскали. Опять цель поездки. …. Я уже хотел ему кинуть в лицо «Спаккофурну», но удержался.

- Туризм! - И гордо перешёл по лестнице вниз на свой терминал, где меня через час новым рейсом унесёт на таинственную Сицилию.

***

Казалось бы, всего час, но мне он уже казался неимоверно длинным. Очень уж хотелось поскорее очутиться на Сицилии.

Между тем аэропорт гудел, жил своей жизнью. Потоки людей перемещались, следуя указателям - всё очень просто, как в детских комиксах.

Вот и я пошёл по стрелочкам, сверяясь с посадочным талоном - Carta imbarco по-итальянски. Карта – это бумага, всё просто, бумажный пропуск на летучий кораблик. Слово «ПАСПОРТ» тоже очень простое, но не совсем, с двойным смыслом словечко. Как будто нам позволяют сделать PASS то есть ШАГ в ПОРТ, так кажется это объясняется. А какой тот порт, морской или воздушный, не суть важно. Может это портал в звёздные миры…

Не увлекайся, Муравьёв, а то тебя занесёт куда не надо, лучше посмотри какие прекрасные товары предлагает беспошлинный магазин Tax free - какие огромные яйца!!! И тут же пришла на ум, закрутилась песенка «Я шоколадный заяц, я ласковый мерзавец»…

А действительно, почему у них в Европе такие большие шоколадные яйца дарят на Пасху? Да ещё и кролики предлагают их купить в своих плетёных корзиночках? Разные культурные традиции, Муравьёв, не более того. Мы живём в современном мире, в мире, где человек стоит на вершине цивилизации, наши традиции - это высокие технологии и высочайшая скорость интернета! Понятно, что кролики, несущие яйца – это всего лишь маркетинговый ход, что бы родители своим деткам покупали шоколадные яйца, да ещё с сюрпризом. Но при виде такого количества кроликов и яиц я невольно чуть не завалился в Зазеркалье.

Ну, есть у меня такая особенность - когда чую нестыковку в реальности, как будто-то какой-то червячок меня начинает подгрызать, так и хочется сказать по СТАНИСЛАВСКОМУ – «НЕ ВЕРЮ!». Психологи говорят, что это признак развитого критического мышления, ну или что-то подобное. Возможно, так оно и есть. Им психологам виднее. Но мне это самое критическое мышление иной раз жить мешает. Поэтому стараюсь этого «червячка» усмирить, закидав его всякими приземлёнными материалистическими доводами… «BASTA, Муравьёв. Ты вообще можешь думать о чём-то земном?» «Не могу», - ответил я сам себе. Вот поди ж ты! Даже это всеми любимое слова БАСТА почти калька с русского языка ДОСТАточно, как собственно оно и переводится - ХВАТИТ.

Наконец объявили посадку! Уф, опять взлёт! Всё! Лечу, не рассуждаю!!!

Самолёт полон весёлых смуглых сицилийцев. Они на самом деле отличаются от итальянцев, разница очевидна, они реально другие. Южане, одним словом - шумные, смуглые, кудрявые.

Лететь недолго, всего полтора часа. В предвкушении встречи с Джованни мыслями я уже был на Сицилии…

При заходе на посадку самолёт дал лёгкий крен на бок. Я посмотрел в иллюминатор и слегка поёжился – мы пролетали над самым кратером вулкана. Интересно, кому пришла в голову идея построить аэропорт у подножия вулкана? Отчаянный экстремал, наверное, был тот архитектор, любитель острых ощущений! Этна – спящая красавица (или красавец?) пока молчала, но надолго ли?*

Что-то там у Древних греков было? Царство Аида? Ну да, если написать Катания латиницей, а прочитать кириллицей, то… Catania – сатания и получится… Ну уж нет! Прочь старые никому не нужные мифы какой-то там Древней Греции! Я лечу кушать пиццу, купаться в море и пройти, как бы это выразиться, нетуристической тропой с местным Маугли! Только приятные впечатления и ничего более, никакой мистики, никаких мифов! А то лезет в голову всякая ерунда. Опять тот же старик с его непонятными словами всё никак не выходил у меня из головы. Я не суеверен, и уж тем более не верю ни в какие пророчества. Жизнь научила меня твёрдо стоять на ногах и в любой ситуации держаться здравого смысла. Но видимо сказывались волнения последних дней, связанных с путешествием.

Снижение, шасси, удар о землю - atterato, приземлился! Земля, земля! Terra!

Я вытащил телефон написать Джованни сообщение. Чёрт, интернета нет! Оставалось надеяться только на пунктуальность моего друга.

Ещё один выход в аэропорт, очень небольшой. Скорей, скорей, мимо багажного отделения! Наконец, двери в зал ожидания распахнулись, и я увидел сначала самую широкую улыбку, потом самую спортивную фигуру, потом получил два поцелуя, объятия и да, мой Джованни Russo встретил меня. Ура! Я на Сицилии!

Я освободился от горячих сицилийских приветствий и увидел рядом с Джованни снежную королеву - девочку с голубыми глазами и светлыми волосами. Контраст с черноволосым смуглым сицилийцем был столь разителен, что я беспардонно уставился на неё, открыв рот.

- Знакомься. Это Аврора, - донеслись до меня слова Джованни. - Она как услышала, что у меня русский amico, предложила свою машину. А, я же не сказал, моя альфа-ромео у механика на текущем ремонте. А нам из аэропорта ещё ехать больше часа на самый юг Сицилии.

- П-приятно, - запинаясь, пролепетал я.

- Приято, – ответила Аврора, сдержанно и по-северному.

- Ты сицилийка?

- Да, я сицилийка. Ты удивлён? Сицилийцы разные бывают, много кого наш остров видел, богатая история.

«Приятные неожиданности начались», - подумал я.

Мы вышли на улицу и меня обдало жаром, как в финской сауне. Джованни заулыбался:

- Caldo Africano – африканская жара! У нас здесь такое случается в апреле. Прилипчивая к коже жара, скоро пройдёт!

Какая жара?! Это же счастье! Сейчас прогрею все косточки после полугодовалой-то питерской зимы и февральского апреля!

Мы расположились в машине – Джованни за рулём, Аврора рядом с ним на переднем сидении, а я развалился на заднем. Я смотрел в окно и наслаждался пейзажем. Что-то знакомое. Крым? Но нет, кругом кактусы, фики индия - такие лепешки из кактусов, просто огромные,а у нас маленькие в горшочках, такие у бабушек на подоконнике. Значит, мы гораздо южнее… Это так мелькали мои мысли, не поспевая за бешеным темпом вождения Джованни.

Он вёл машину как Шумахер, я даже несколько раз зажмурился на поворотах.

- Да, у нас curve, - заметил Джованни. Курвы - это по-итальянски «крутые повороты». Да, что-то определённо в этом есть.

Мы неслись по трассе, промчались через несколько тоннелей в скале. Видимо, их делали древние римляне. «Молодцы они, сколько столетий прошло, а всё стоит, до сих людям служит», - мелькали в голове странные обрывки моих исторических познаний. – «Ну, а теперь я всё это увижу вживую, прикоснусь к настоящей истории!» У меня просто дух захватывало от мысли, что вот ещё чуть-чуть, я своими руками потрогаю античные стены и своими ногами пройдусь по древним римским дорогам!

И вот наконец-то после двух пересадок на самолеты и часовой болтанки на заднем сидении автомобиля я был вознаграждён дивной картиной открывшейся морской глади. Средиземное море - Mare mediterrraneo - море посреди земли. Значит, где-то есть и середина земли. Конечно, мы вблизи Экватора… Мысли мелькали в голове вслед за пролетавшими мимо деревенскими пейзажами. Домики из битого камня, идеально выверенные стены, треугольные крыши, ну совсем как у наших избушек. Они появлялись из ниоткуда посреди полей, покрытых красными маками. Красота вокруг! Как я жил без этого? Меня охватило ощущение полного умиротворения, словно приехал не в гости, а вернулся домой после долгого отсутствия. Сицилия, Сицилия, Сицилия!

*Последнее извержение вулкана Этна произошло в феврале 2022г. По статистике, начиная с 2000 года, вулкан проявляет активность практически каждый год.

Глава 3. Шикли

***

Вот оно, настоящее приключение!

После мелькающих за окном автомобиля холмов и красно-розово-багряного заката над тонкой линией горизонта мы совершенно неожиданно въехали в город. Город возник ниоткуда - спрятанный между холмами, невидимый снаружи – он поразил меня своей каменной архитектурой. Никакой растительности, одни камни, только камни….

«Муравьёв!»,- я ущипнул себя за коленку. – «Вернись в реальность, Муравьёв». А как, чёрт побери, они его построили? Здесь, в этом скрытом от больших дорог месте?

Я чувствовал себя небезызвестным героем из «Брильянтовой руки». Машина еле-еле протискивалась через узкие улочки. Явно тут ездили на телегах. Нет, на ишаках. Нет, пешком! А как, интересно, строили?… Черт побери, без электричества! Без инструментов, без компьютера, в конце концов!!!

Перед моим взором вдруг открылась - захотелось применить высокопарный слог, именно только открыться взору могло такое великолепие - белокаменная церковь. Она взметнулась вверх, развернула свои бесконечные завитушки, растительные орнаменты и статуи богов с богинями , чьи головы украшали перья… Казалось, ещё мгновение и эти перья начнут плавно раскачиваться в такт моему бьющемуся сердцу.

- Chiesa Madre – подмигнул Джованни - главная церковь города. Стоит на площади Италии, -добавил он.

- Посмотри вверх,- подняла руку Аврора.

Я, как зачарованный, перевел взгляд немного вверх и влево - на холме или в небе, как летучий голландец, парил другой Храм.

– Церковь Сан-Маттео, это уже главная достопримечательность города, под охраной Ватикана, - подмигнул Джованни.

- Сейчас закажем пиццу, выпьем по бокалу красного сухого вина. Тут неподалеку уютный ресторанчик. В него ходят только местные, поэтому недорого и вкусно. Всё из натуральных продуктов, мука с наших мельниц, вино из местных погребов, - защебетала Аврора.

– Тебе понравится, - подхватил Джованни, лихо выворачивая руль сначала влево, потом вправо.

Ещё один поворот, и очередная, как будто немного падающая, церковь с таким знакомым православным куполом взлетела на небывалую высоту в тёмнеющее синее небо, в котором одна за другой уже загорались звезды…

Пицца, конечно, пицца! Что ещё можно кушать в субботу вечером в Италии! Столики стояли на улице, деревянные двери пиццерии распахнули свои объятия и обнажили внутри невероятный сводчатый потолок из огромных блоков, кем-то изящно сложенный. Потолок давал фантастическую акустику. Сицилийская речь, и без того громкая, утроилась, нет, удесятирилась! Мне казалось, что гудит огромный пчелиный рой.

Джованни словно и не замечал моего замешательства. Жестикулируя и здороваясь со всеми подряд, предложил мне меню. Боже мой, десять видов пиццы! Что же выбрать? На помощь пришла Аврора, такая светлая и деликатная, и зашептала на ухо:

- Возьми Маргариту, не ошибешься. Вино советую CORVO – знаменитое сицилийское.

«ВОРОН», - перевёл я и посмотрел на Аврору, как на спасительницу. Больше кажется ничего и не запомнил. Помню только после пиццерии, как прошёл через площадь Италии, как в переулке отворилась тяжёлая деревянная дверь, украшенная ручками в виде изящных женских античных голов, да длинное восхождение по узкой лестнице с несколькими пролётами. И я, наконец, упал на кровать и, уже растворяясь во сне, услышал напоследок щебетание заботливой Авроры: «Здесь твоя комната, чувствуй себя как дома, BUONANOTTE!!!»...

***

…Солнце било в глаза, просачивалось в комнату через все видимые и невидимые щели. Свет лился в окно, проникал через закрытую дверь, опускался сплошным потоком с потолка. Вместе со светом в комнату ворвалось бесконечно синее небо. Оставаться в постели не было никакой возможности, да и желания, правду говоря, тоже не было. Ведь не за этим я сюда летел! Сон как рукой сняло. Я вскочил, с непривычки щурясь от яркого солнца, и наткнулся на белозубую улыбку Джовннни.

- Chao! Buona giornata!

«Добрый день? Почему добрый день?» – растерялся я. – «Как? Уже день? Я проспал?!» «Ах да! - спохватился я. - Итальянцы никогда не желают друг другу доброго утра, сразу доброго дня! Утро, как говорится, добрым не бывает! Вот оно откуда - из Италии!!!»

Для меня утро – особенно доброе и прекрасно-солнечное - это подарок судьбы.

- Ты приехал в город, где по статистике 360 дней в году ясное небо!!! – комментирует Джованни. -Собирайся, идем завтракать!

- Завтракать… Куда?

- Как куда? В кафе. Возьмём espresso и что-нибудь сладкое на выбор!

Интересно, а как же моя привычная яичница и большая чашка кофе с молоком и сахаром…

- Доверься мне, - подмигивает Джованни, - обо всем позабочусь я!

Мне нравилась непосредственность моего друга, и я решил, что, пожалуй, на Сицилии будет разумно следовать советам сицилийца! Шорты, футболка, кроссовки и больше ничего, полная свобода и желание открыть для себя город с таким непонятным названием Шикли, вот всё что нужно для полного счастья!

- Сегодня у нас большая культурная программа, - на ходу посвящал меня в наши планы Джованни. – Я тебя познакомлю с городом. Не смотри, что он маленький, запасись терпением, придётся потрудиться. Я хочу, чтобы у тебя сложилась более менее полная картина, это важно для нашей главной цели.

Джованни хитро подмигнул, я продолжал со всем соглашаться и рвался в бой. В каком-то потаённом уголке мозга промелькнуло, что я так до сих пор и не знаю, с какой целью Джованни пригласил меня на солнечный остров. Но эту мысль тут же перебила другая, яркая как само сицилийское солнце: «А где наша прекрасная спутница, где наша утренняя звезда? Где Аврора?».

- Аврора è occupata, - в ответ на мои мысли прозвучал голос Джованни.

«Оccupata» - значит занята.Мелькнуло слово «оккупация», что значит «занимать чужую территорию». Я приготовился пополнять не только впечатления, но и свой словарный запас, что меня невероятно радовало.

Мы шли извилистыми улочками, куда-то поворачивали, куда-то спускались. Под ногами пролегали камни брусчатки, камни ступенек, с боков обступали камни домов. Мои ноги в кроссовках были мне благодарны. Каменный тротуар не предполагал никакой другой обуви. Кругом камень – то серый, то желтовато-песочный… Я совсем запутался в этом каменном лабиринте, и если бы Джованни сейчас решил куда-нибудь исчезнуть, то дорогу назад я бы точно не нашел. «Via Neve» - прочитал я на табличке. Улица Снежная? Я заглянул в приоткрытую дверь. Прямо на меня смотрела женщина в белом покрывале. На руках у неё был младенец. «Buona giornata!» уже хотел я произнести слова приветствия и тут понял, что передо мной не живая женщина, а статуя, каменная Madonna della Neve, Снежная королева, укрывшаяся под каменными сводами от палящего солнца Сицилии.

Кофе для столь солнечного утра оказался таким же солнечным и бодрящим. Кажется, я никогда в жизни ещё не пробовал кофе вкуснее! Сицилия согревала не только солнцем, но и терпкими южными ароматами. Как раз то, что надо после питерской промозглой погоды.

- Итак, добро пожаловать на площадь Италии! – торжественно произнёс Джованни, как только мы вышли из кафе. - Приготовься, что то, что видишь сейчас, это новодел.

- Но выглядит настолько монументальным и непоколебимым.

-Я тоже так раньше думал, но начал изучать не то что бы архивы, а просто старые фотографии и воспоминания старых сицилийцев. Я понял, что если сейчас не зафиксировать в своей голове город как он был, то он исчезнет из нашей памяти. Мало того, что город - история забудется….

- Площадь раньше называлась площадью Фонтана - piazza FONTANA, но на итальянском слово «фонтан» означает еще и «источник питьевой воды». Тут фонтан был. Не для красоты, а для того, чтобы каждый житель мог набрать воду бесплатно и в любое время.

Я посмотрел, куда показывал Джованни. Небольшой островок зелени был окружён машинами и на краю этого островка нелепо смотрелся какой-то странной формы ларёк – не то круглый, не то многоугольный. Площадь Италии уходила от островка двумя рядами деревьев.

Я огляделся. За островком с ларьком из-за деревьев выглядывали крылатые окна какого-то дома. Крылатые – это потому что лепнина у окна почему-то напомнила мне странной формы крылья. «Надо будет спросить у Джованни, что это за дом такой». Позади нас врос в землю античными колоннами двухэтажный особняк с плоской крышей. У правой стены его куда-то вверх шли ступеньки, а слева через дорогу высилась церковь. Не архитектура, а прямо головоломка какая-то!

- Этот фонтан – продолжал тем временем Джованни, - в начале 20 века закрыли, снесли ограждения и теперь на его месте расположился этот невзрачный ларёк и круговая площадь. Площадь Италии - это стандартное название многих центральных площадей в каждом городе после того, как Гаррибальди объединил Италию в единое государство.

«1862 год… Ой, что у нас было в России? Кажется, крепостное право отменили где-то в это время. Н-да, как-то весь мир шагает в ногу по ключевым датам. Не думай, Муравьёв, запоминай!» Я человек привычный, из Питера, города трёх революций. Мне понятно почему НАШИ названия меняли туда-сюда в зависимости от победы того или другого революционного течения, а тут в райском казалось бы уголке, какой смысл? Но смысл видимо был, будем думать, а пока запомним, возьмем на карандаш, так сказать.

- Я подозреваю, нет, я знаю наверняка, что внизу под фонтаном есть цистерна. Вот почему тут ничего не строят, боятся провалиться… - заговорщески зашептал Джованни.

- Итак, смотри, церковь – Джованни показал на здание через дорогу, - три раза меняла свое название: изначально церковь Матери, потом Святого Ignazio, - («Святой Игнат- иезуит», - промелькнуло у меня в голове), - потом святого Вильгельма, и снова вернулось прежнее название Матери.

- Идём, идём дальше, на площадь Италии мы ещё вернемся. Сначала посетим одну церковь , посмотрим древности, которые ещё остались после того, что тут произошло, - торопил меня Джованни.

Мы поднимались по ступенькам у здания с «обрубленными» колоннами. «Via Penne» - сообщала очередная табличка на стене. «Penne, Penne…» - что-то это мне напоминало, но что именно никак не мог сообразить.

- Что ты имеешь ввиду?- не удержался я. – Что тут в конце концов, чёрт возьми, произошло?

- Землетрясение 1693 года. Камня на камне не осталось, а перед ним ещё серия менее разрушительных, но повторяющихся толчков, что привело в упадок наш и город и ещё несколько регионов ниже VAL DI NOTO. Пострадала ИМЕННО эта зона, город пришлось отстраивать заново в начале 18 века.

- Подожди, подожди. Получается, всё построено примерно одновременно с САНКТ-ПЕТЕРБУРГОМ?

- Получается так, – усмехнулся Джованни,- но есть тут и более старые местечки, пещерный город, например, троглодитские поселения, некрополь - город мертвых, подземные ходы между монастырями…

- ANDIAMO-ANDIAMO! Пойдём-пойдём,- подгонял меня Джованни, когда я застыл с открытым ртом у витрины сувенирной лавки, внутри которой блистали удивительной красотой две головы в виде ваз - мужская и женская - в коронах. Какие восхитительные краски: глазурь, губы, носы, фрукты вокруг женской головки, прожигающие насквозь южные глаза…

- Это кровавая история любви и ревности,- усмехнулся Джованни, заметив, что именно привлекло моё внимание. - Фигурки приносят удачу. Потом расскажу эту историю amore.

«Да, вазы должно быть и впрямь приносят удачу - продавцу», - подумал я, взглянув на цену.

- Обрати внимании на этот дворец - PALAZZO BENEVENTANO !!!! Ха! Обрати внимание, этот огромный дом не обойти -не объехать.

Дом углом разрезал улицу на две части и стремился вверх, выставив свои огромные каменные блоки, украшенные фигурами, похожими на пчелиный улей. А на самом верху из него вылезали две огромные головы как будто бы рождающихся близнецов. Близнецы смотрели на мир, высунув языки - то ли от натуги, что никак не могут родиться, то ли насмехаясь над нами, теми, кто, задрав голову разглядывает их снизу уже триста лет… Дворец 18 века, герб фамилии - медведь и лев, покровительственно касаются горного массива. «Откуда тут взялся МЕДВЕДЬ? - проскочило в моей голове, - вроде это наше, русское, исконное…. Ладно, позже разберемся. Главное смотреть и запоминать».

Ещё раз взглянул на огромные МАСКЕРОНЫ с вывалившимися языками, на огромные арки, я повернул направо за Джованни, и мы начали восхождение по узкой улице, где не разъехаться и двум мотоциклистам.

Да-да! Про арки я забыл сказать! Тут не двери, а арки, всегда арки, во всех домах, а уже туда вставлены деревянные двери - некоторые с резьбой, некоторые просто из массива дерева, двери обшарпанные, видно, что старые, что они тут простояли не одну сотню лет. Стоило нам свернуть в этот узенький переулок, как домики словно уменьшились,превратившись в каморки ПАПЫ КАРЛО. Улочка изогнулась и вывела нас на площадь с новым дворцом.

- PALAZZO DANDOLO, что в переводе ДАЮЩИЙ, вход закрыт уже много лет, всё в частных владениях, - уточнил Джованни. - Идём, идём дальше!

- Наша цель, как ты понял - (ну да, я конечно сразу понял, - улыбнулся я про себя)- это холм святого МАТВЕЯ. Вот и улица называется СВЯТОГО МАТВЕЯ - San Matteo , - пояснил Джованни. – С холма открывается прекрасный вид и там, на верху я задам тебе вопрос. И на этот вопрос я хочу получить твой ответ в конце наших «сицилийских» каникул.

Я на мгновение почувствовал себя библейским персонажем, на секунду мне показалось, что я нахожусь на земле обетованной.

Мы вышли на первую смотровую площадку с небольшой церковью.

-Теперь это краеведческий музейчик, имени Святого ВИТО, – прокомментировал мой друг.

На вершине противоположного холма высилось огромное строение, похожее на монастырь.

- Ты не ошибся - это монастырь и причём женский монастырь,- подмигнул мне Джованни.

Удивительно было видеть, как дома, словно приклеиваясь к холму от подножья, забирались всё выше и выше, стремясь к монастырю. Как будто искали спасения от невзгод, выпавших на их долю. Кое-где причудливо парковались маленькие машинки, а мотоциклы так и вообще ютились на балкончиках малюсеньких квартирок, кухни которых похоже выходили прямо на улицу безо всякого перехода и излишних прихожих. Мне казалось, что эти домики живут какой-то своей особенной жизнью. Черепичные крыши создавали ощущение сказочного мира, в который я погружался всё глубже и глубже.

- Остановимся здесь, оглядись, переведи дух. Я вижу, ты полон эмоций, возбужден.

SI, SONO EMOZIONATO. Да, я был более чем взбудоражен, хотел это скрыть по складу своего северного характера, но тут вдруг понял, что скрывать ничего не надо, надо доверится этому удивительному сицилийскому парню, и выпустить наконец из себя всё, что накопилось за мою недолгую жизнь среди снегов и болот.