Исекай в Стимпанк

Глава 1. Взрыв. Смерть. Задание.

Во французском городе Лимузен живёт весьма необычный человек. Имя данного индивида - Александр, а фамилия - Дейдл. Парнишке едва стукнуло 16 лет, но он уже получил Нобелевскую премию в области робототехники. Первое, что он сделал на полученные деньги, так накупил акций одной уже несуществующей компании по совету старого друга и прогорел. Кампания буквально на следующий же день признала себя банкротом. Друг долго извинялся и в конце концов, был прощён.

«Деньги - это лишь бумаги, а наша дружба с тобой дороже всех денег мира», - сказал Александр своему другу.

Его другом был глуповатый, но добрый и верный красавчик - Милс де Бер. Милс всегда предлагал глупые идеи по способам разбогатеть, и всегда они терпели крах. Как и в этот раз. Несмотря на откровенную невезучесть своего друга, Алекс доверял ему, ведь они оба знакомы ещё с детства.

Алекс и Милс выросли в детской приюте "Омела де Моналт" откуда их в возрасте 14 лет выпнули в большой, страшный и отнюдь не добрый мир. Оба быстро смекнули, что нужно как можно быстрее искать деньги. Если Алекс зарабатывал своим умом и уже в том возрасте мог создать лёгкие подделки буквально из хлама, валяющегося на улицах, то вот Милс пошёл по другой тропе. Воровство, разбойничество и даже заработок на своей силе. Милс участвовал в кулачных боях, что были запрещены уже как десять лет. Дело подсудное для всех, кто участвовал в организации и даже просто присутствовал и смотрел на такое зрелище остаточного варварского человеческого темперамента. Но, несмотря на всё это, Милса ожидал ошеломительный успех благодаря своему природному здоровью, необузданной силе и ловкости, как у кошки. Парень быстро добивался успеха в криминальных кругах. Милс стал лучшим карманником города. Стал лучшим кулачным бойцом, слухи о силе которого доходили даже до других городов. Жаль только, что доблестные жандармы тоже узнали о неком чёрноволосом красавце с изумрудными глазами и татуировкой соловья на спине.

Так или иначе, до получения Нобелевской премии друзья жили на деньги, полученные криминальным путём, ведь Милс настоял, чтобы Алекс пустил свои деньги туда, куда он хочет. Так и получилось.

Но когда над французскими городами стали летать немецкие самолёты, когда весь "гениальный" план генералов и лучших тактиков пошёл прахом, во Францию пришла война. "Черепа" - как любили называть французы пришедших на их земли немцов, быстро продвигались к Парижу, и ничто не могло их остановить. Спустя лишь месяц и две недели Париж был сдан, а вся парижская нация стала рабами немцем. Лишённые всех человеческих прав, сгоняемые как скот в специальные лагеря, измождённые и голодающие из-за засухи и войны, французские граждане не стремились сдаваться. Началось сопротивление. Наслышавшись о неких "партизанах" в Польше, французы организовали такое же сопротивление. Любой немецкий танк или отряд, зашедший в город, тут же забрасывался десятком молотовых с окон каждого дома.

Наши молодые, горячие и отнюдь не трусливые парни быстро встали в одно из подобных партизанских сопротивлений своего города. Франция утопала в немецкой крови. Простые жители смогли создать оборону и держать города лучше и куда собранней, чем их военное профессиональное руководство, сдавшееся спустя месяц.

Но рано или поздно все прочувствуют на себе голод. Немецкие батальоны, оставшиеся во Франции, принялись давить сопротивление оцеплением города. Пройдёт месяц - еды станет мало. Пройдёт второй - и вот весь город голодает. Девушки продавали себя и свои дорогущие гранёный алмазы в золотых украшениях за любую крошку хлеба. Мужчины то и дело вламывались в дома друзей и знакомых с целью найти хоть что-то, чем можно питаться. Старики и дети умирали прямо на улице, не в силах сделать хоть что-то подобное взрослым и здоровым, обезумевшим от голода людям. Спустя время в мясных лавках появилось мясо. Все понимали, чьё оно. Люди стали пропадать на ночных улицах. Просьбы в тёмных переулках о помощи, сдавленные крики по ночам... Иногда даже некоторые люди собирались в группу и ходили средь бела дня, хватая и утаскивая одиночек куда-то туда, откуда уже никто не возвращался.

А что там у Александра и Милса? А наши парни вполне себе спокойно едят овощи и даже иногда консервы. Алекс ещё до блокады понял, что скоро начнутся перебои продовольствия, и убедил любящего поесть до отвала Милса о начале сбора припасов. Все тогда смотрели на них, как на идиотов, что скупают еду, отдавая множество нужных вещей по типу пуль и оружия. Алексу даже пришлось отдать свои единственные очки, но и эту проблему он устранил, просто сделав себе новые. Оба скрылись у себя в квартире и более не выходили на балкон. Город превращался в руины отнюдь не из-за немецких бомбёжек, а из-за безумия его жителей. Всё, что можно было грабить - грабили. А всё, что нельзя - тоже грабили.

Чтобы не сойти с ума, Милс начал писать стихи, а Алекс делать часы. У обоих всё шло с переменным успехом. Милс превратился в настоящего поэта, часто переводя бумагу и складывая все неудавшиеся с первого раза строки в одну большую стопку. А Алекс создал весьма необычные часы. Из их циферблата которого могла "вылетать" птица. Сами часы постоянно тикали, издавали звук цоканья копыт и даже их же ржанье, что сильно бесило Милса, что не мог найти свою музу. Но парни в творящемся вокруг хаосе были вынуждены уживаться. Спустя год припасы закончились, а город стих. Больше по улицам не ходили люди, ведь их разлагающиеся тела, в которых копошились черви и разные другие твари, лежали прямо на этих холодных и приветливых французских улочках. Куда не глянь - сломанные машины, окна двери... Озверевшие от голода люди даже создали некое подобие общины в центре города за это время. Хорошо, что сама себя эта община и переварила.

Выйдя из лишь благодаря чуду нетронутой квартиры, парни покинули своё жилище. Вступив на вонючую улицу в подобие противогазов, сделанных на скорую руку, они с последними пожитками и остатками еды на два дня двинулись на восток. Наверняка немцы до сих пор удерживают блокаду. Наверняка с ними можно будет договориться о сдаче или даже сбежать на немецкую землю. А уже там Алекс быстро подделает документы, и весь пережитый ужас можно будет забыть, как страшный сон.

Вот только... Блокады нет. Есть, конечно, вскрытые бункеры, брошенные танки, бронетехника, забитая патронами и взрывчаткой, карты местности, планы по захвату и проникновению в город и даже работающее радио! Но нет людей... Все будто оставили своё имущество тут и куда-то ушли. Счастливые семейные фотографии немцев под подушками, уже успевшая покрыться паутиной еда в столовой, брошенный в грязь СТГ, за который такого немца наверняка повесят... Алекс понимал. Произошло что-то из-за чего всем пришлось покинуть данную блокаду немедля. Но Милса такие загадки не заботили. Консервированное мясо, оставленное немцами, было тут же поглощено, а значит, Милс был доволен. Вдруг раздалась сирена. Громкая настолько, что из ушей полилась кровь. Оба парня выбежали из укрытий на улицу и увидели, как немецкий самолёт пролетает над их родным городом. По громкоговорителям вещает какая-то немецкая девушка. Алекс плохо знал язык своих врагов, но всё же некоторые слова успел выучить.

"Всем солдатам срочно уйти из места проведения эксперимента. Смерть ждёт вас в случае невыполнения данного приказа. Повторяю, это не учение. Повторяю, это не учение.".

По телу Алекса прошла необъяснимая дрожь, когда его глаза увидели, как из люка в самолёте выпадает одна бомба. Одна. Немцы не дураки и знают, что весь город не разбомбить одной бомбой. Вот только... Вдруг они во много раз усилили её взрывные свойства. Тогда одной вполне достаточно...

Бомба со страшным свистом, слышным за километры, опускалась на город. Вдруг по приземления всё на несколько секунд застыло. Алекс даже на часы свои посмотрел. Одна секунда. Две секунды. Три секунды. И вдруг — БАМ! Большой гриб, вызванный взрывов, вырастает над городом. Самолёт, что сбросил бомбу, падает куда-то на улицу и тоже взрывается. Но взрыв этот парни уже не увидят. Глаза обоих моментально ссохлись и закровоточили. Милс кричал, что есть мочи, просил Алекса ему помочь или сделать хоть что-то, чтобы они выжили. Но Алекс не мог. Алекс просто встал, словно его вкопали в землю, и с иссохшими и кровоточащими глазами, сквозь невыносимую боль пытался разглядеть то, что его погубит. Немцы создали невероятное оружие, что наверняка погубит не только двух французов и незадачливых пилотов, а ещё и весь мир. Если уже не погубило. Спустя пять секунд ударная волна дошла до парней. Обоих отбросило на тридцать метров. Милс подскалюзнулся на грязи и ударился затылком о гусеницу танка. Так и погиб. Не от пули. Не от голода. А просто из-за случайности. Алекс в тот же момент упал на кем-то оставленную в земле винтовку со штыком вверх. Причудливая нелепая конструкция вошла в спину парня. Ноги больше не удерживали ослабшее и медленно растворяющееся в жаре тело парня. Из последних сил он сжимает в руке свои часы, и из тех вырывается птица.

Время останавливается. Алекс чувствует чьё-то приближение. Его глаза восстанавливается, а слух возвращается.

- Бедное дитя Адама... Как же так всё вышло? — женский голос доносился откуда-то рядом с Милсом. — Упокойся. Всё хорошо...

- Кто здесь? Кто ты? Что со мной происходит? — Алекс впервые за всю свою жизнь не мог ясно мыслить. Мысли в его голове путались, придумывая тысячи вариантов происходящего, но он постоянно приходил к одному лишь итогу.

- Ты мёртв. Как и твой друг. Сын Адама. Я отправлю вас в последний путь, — Алекс поднял голову и увидел нечто. Перед ним стояла высокая фигура, укрытая чёрным плащом и с косой в руках, позади которой были четыре огромных белых крыла. - Я Смерть. Последняя.

- Последняя? Я не понимаю... Я ничего уже не понимаю, — встав, Алекс огляделся. Он более не был на том поле. Он не видел города, Милса и даже блокады. Он стоял посреди не просвечиваемой темноты где-то в конце. - Что со мной будет? Я... Я превращусь в небытие?

- Нет, нет. Все сыны Адама и дочери Евы достойны второго шанса. Я проведу тебя в иной мир с одним лишь желанием, — Смерть, что казалось великой лежащему в грязи Алексу, на самом деле ростом была ниже него. И это при его росте в 172 сантиметра. - Знания. Сила. Артефакт. Всё, что только придёт в твой светлый разум, Александр Дейдл. Но ты сможешь взять лишь одно.

- Погоди. Кто ты вообще? Смерть? Последняя? Смертей много или... — Алекс пытался вглядеться в темноту капюшона, чтобы разглядеть лицо неизвестной.

- Я Богиня этого мира. Моё настоящие имя - Смерть. Но многие народы давали мне иное имя. Анубис. Аид. Ипнут. Шива. Серкет. Танатос. И множество других божественных имён, данных людьми к смерти, относятся ко мне. Я последняя Богиня, что осталась присматривать за людьми. Вынужденная остаться здесь. Покуда не погибнет последний человек, я не смогу встретиться со своими братьями и сёстрами, — Смерть, что не меняла голос всё время, к концу предложения стала томно вздыхать.

- Хм. Наверняка это игры моего разума. Я слышал что-то о предсмертных иллюзиях мозга. Наверняка это одна из них, — почесав подбородок, Алекс отошёл на пару шагов назад.

- Если ты так желаешь, то пускай это будет так. Все люди страшатся смерти. А кто не боится, встречается со мной и начинает жалеть.

- Хм... Возможно ты права.

Александр и Смерть глядели друг на друга в полном молчании.

- Знаешь... Редко, когда в человеческом роду рождается кто-то, кто сможет говорить со мной. А ещё меньше тех, кто может вести со мной диалог. Часто люди переживают свои последние секунды жизни и просто говорят имена любимых и близких людей. Но ты иной случай... — В черноте под капюшоном появились два голубых огня. - Я предлагаю сделку. Мне нужно доставить сообщение брату в иной мир. Разум слишком отдалился от нас, других Богов, и его нужно наказать.

- Наказать Бога? Вы его в угол поставите? — Александр усмехнулся. - Да и сделки обычно предлагают только демоны. Если есть Боги, Адам и Ева, то наверняка есть и демоны...

- Ты прав. Демоны существуют. Но они были согнаны в Бездну. Они не угрожают Земле и другим мирам. Разве что Тибериум с их магическими экспериментами уже давно стёрли щит, защищающих их от демонов. А по поводу наказания Разума... Человеческая история показывает, что ребёнок, которого ставили в угол, зачастую продолжает делать то же самое...

- И что за сделка? — Алекс не мог увести глаза от играющих синих огоньков.

- Я отправляю тебя в мир с Разумом. Ты, будучи моим послом, передаёшь моё послание, а я, так и быть, даю тебе ещё одну жизнь после твоего задания. Воспоминания останутся после этой. И после той жизни,— Смерть отвернулась от Алекса и начала уходить во тьму.

- Резонно ли отправлять на задание, данное Богом, подростка? Почему именно я? Неужели лишь из-за того, что я могу с тобой общаться? — Александр пошёл за ней.

- Не только по этому. Разум умён. Он умнейший. Я не смогу передать ему сообщение, если буду делать по уму. Мне нужна хитрость. Обман. Наверняка, он считает так же, как и ты. Отправление молодого сына Адама на важную миссию между Богами и правда, дело глупое и безрассудное. Но потому оно и будет выполнено, — Смерть взмахнула косой, и тьма вокруг исчезла. Алекс и Богиня стояли посреди овальной комнаты, в которой находилась сияющий оранжевым светом портал.

- Понятно. Обмануть гения может только полный дурак, да? Хитро, — Алекс улыбнулся, смотря на Смерть.

- Я рада, что тебе понравился мой план. Так ты согласен? Я тебя не заставляю сын Адама, ты... — Смерть с неожиданностью для себя была прервана Алексом.

- Александр. Зови меня Александр.

- Хорошо... Так ты согласен, Александр? Я тебя не заставляю. Ты в праве отказаться. Но если согласишься, я не смогу дать тебе упокоение в ином мире. Твоя душа будет обречена на вечные страдания в случае, если ты погибнешь.

- Хм... В целом меня не заботит всё это. Но отказать девушке я не в силах. Если ты, конечно, девушка... — Смерть посмотрела вниз, на свои укрытые чёрной мантией ноги, а после вновь в глаза Алекса. - И знания... Я смогу сохранить знания за все накопленные жизни. Пока что плюсы перевешивают минусы.

- Так ты согласен? — Смерть отошла к порталу, встав напротив него.

- А что именно мне доставить? Как понять, что предо мной Разум? Что мне ему сказать?

- Нужно лишь сказать, что я его жду. Разум специфично выглядит. Он наверняка взял себе смертное тело и радуется жизни. Это всё, что я могу сказать.

- Хм... В таком случае... — Алекс прошёл к порталу, встав рядом со Смертью. Богиня была едва ему по плечо. - Я согласен. Я выполню данное тобою задание. Обещаю.

- Разумеется. Александр, я надеюсь, что мы нескоро встретимся.

Вдруг портал завибрировал. Яркая вспышка вновь ослепила Александра. Он чувствовал, как его ноги, живот, руки, а позже и горло с головой искажаются, уменьшаются и сливаются в одно. Портал закрылся, а Смерть осталась одна. Вновь одна.

Глава 2. Новый мир

Когда ослепляющая вспышка ушла, Алекс оказался в руках молодой девицы. Женщины вокруг говорили на неизвестном языке, а сам Алекс, причудливо уменьшившись, убаюкивался на руках румяной девицы. Убранство комнаты было весьма впечатляюще изысканно. Комната сочетала в себе викторианскую эпоху, стиль его родной Франции и разные странные, работающие на пару механизмы.

Стены были отделаны глубокими древесными панелями, также покрываясь медной обшивкой. Медная обшивка соединялась и рисовала собой что-то наподобие мировой карты.

Девушка, что держала его в руках, лежала на большой кровати. Кровать имела металлический каркас с кованными элементами, который был украшен стилизованными под розы зубцами. Платформа, на которой лежала милая девушка, была покрыта бархатом, украшенным кружевами и вышивкой.

Рядом с кроватью находился небольшой прикроватный столик. На столике стояли бронзовые часы, похожие на те, что делал себе Алекс, но во много раз больше. Золотые канделябры, на которых было несколько зажжённых свечей, слегка освещали своим жёлтым светом тёмную комнату. На столе, почти в самом далёком его углу, был приоткрытый футляр. В футляре был странного вида кремневый пистолет.

Вдруг в комнату заходит светловолосый высокий мужчина с трубкой во рту. Одет мужчина был по писку французской моды: высокий джентльменский котелок на его голове, кожаный, вымокший на дожде плащ, доходящий до колен, белоснежная рубашка с глубоким вырезом и застёжками-молниями. Носил человек на себе широкие кожаные штаны, что при каждом шаге к кровати весело хлопали воздухом. Обут человек был в высокие ботинки с грубой подошвой и металлическими вставками, на их носу.

Женщины затихли. Девица с сияющей от радости улыбкой протянула Алекса к мужчине. Мужчина крепко схватил Алекса за ногу и несколько раз дёрнул. Было больно, но Алекс уже привык молчать. Женщины набросились на мужчину и явно говорили ему, что так не стоит делать. Молодая девица попыталась встать с кровати и постоять за Алекса, но была слишком слаба. Вдруг мужчина посмотрел в глаза Алекса. Терпя боль и пытаясь сделать максимально грозный взгляд, Алекс открыл рот и попытался упрекнуть мужчину.

- Уа-ля-ля... — глаза парнишки расширились. Неожиданно для себя он осознал, что он переродился. А ведь он думал, что он сразу попадёт в новый для себя мир в своём старом теле.

Мужчина улыбнулся и отдал Алекса обратно лежащей девице. По его голосу было понятно, что мужчина доволен. Он быстро покидает место, а женщины собираются вокруг Алекса, начав осматривать его.

Пройдёт три долгих года, и Алекс, наконец, полностью научится новому для себя языку. Местная история мира сильно отличается от Земной. Тут и слова нет о Богах, Адаме и Еве и даже мистических волшебных силах. Люди привыкли решать тут всё паром и сталью. Сейчас Алекс живёт новой для себя жизнью, а именно Себастьяна Айрона де Меха. Его родители, а именно Вильям Айрон и Маргарет Айрон - молодые люди, которым едва за 20. Вильям - это тот самый мужчина, что входил в комнату. А Маргарет - та наивная девица, что и родила Алекса в новом мире.

Ситуация в мире слегка ужасная. Снова война, но на этот раз между Надземниками и Подземниками. Человечество разделилось на две расы. Те, кто живут на земле и передвигаются в огромных городах, что движутся благодаря пару и стали, называются Надземниками. Алекс и его семья как раз в их числе.

А вот Подземники, как следует из названия, скрылись под землёй в поисках ресурсов. Их кожа варируется от коричневой, чёрной, серой, белой, а в некоторых случаях встречались даже Подземники с синей и фиолетовой кожей. Глаза у большинства красные или оранжевые. А волосы, лишённые лучей местного Солнца, что называют Великой Лампочкой, приобрели белый, серый или розовый цвет.

Война между Надземниками и Подземниками продолжается уже более тысячи лет. Но ни одна раса не желает сдаваться, и обе идут на полное уничтожение или порабощение друг друга.

Читая умные для своего возраста книги, Алекс быстро приобрёл статус гения у слуг в семье. Впрочем, его мама всё равно считала его обычным мальчиком, а отец, так наоборот, неудавшимся экспериментом.

Слушая и наблюдая за всеми, Алекс осознал, как ему повезло. Его семья Айронов является семьёй молодых аристократов. Вильям - учитель в одном из лучших университетов, а Маргарет - владелица небольшого, но успешного магазина по продаже самодельных часов. С деньгами проблем быть не должно, а значит, Алекс сможет получить хорошее или даже лучшее образование для этого мира. С деньгами будет гораздо легче найти Разум, а с приобретёнными знаниями в лучшем университете этого мира он сможет переродиться в другом мире и уже там воплощать свой гений.

Всё шло хорошо, пока однажды семья Айронов не пошла в театр. Театр в этом мире — это наполненное драматизмом, удивительными двигающимися декорациями и впечатляющими механическими эффектами развлечение для богатых. Фасад театра был украшен множеством стальных деталей, резными решётками, орнаментом и барельефами в виде двигающихся шестерёнок в человеческих головах.

Когда Алекс вошёл в театр, его сердце замерло. Зал был оформлен в стиле мраморно амфитеатра с подвешенными на потолке галёркам. На кораблях разукрашенных в чёрный цвет, были актёры, жонглёры и местные фокусники. Скоро начнётся выступление. Проходя на своё место, Алекс садиться на обитое кожей кресло с вырезкой в виде тюльпана. Светильники в виде гвоздей и болтов где-то на потолке создавали приятное, слегка затухаемое освещение.

Театр погрузился во тьму. Актёры и танцоры, едва, видимо перемещались по сцене с громким топотом. Как вдруг заиграла знакомая Алексу музыка. Это Полёт Валькирий. Наверняка, кто-то из других людей с Земли или сам Разум написал её. Мурашки прошли по коже.

Свет включился и был направлен лишь на одну певицу. Она стояла в костюме, напоминающий собой валькирию. Махая бутафорским топором в руках, она пела, на немецком языке. Алекс вжался в кресло. Кто-то из организаторов теперь наверняка как-то был связан с Землёй.

После сольного пения шли танцы и разные представления с роботами. Алекс сильно удивился местному прогрессу. Роботы вели себя как люди, общались как люди и даже, кажется мыслили как люди, но во много раз лучше.

По завершению представления свет в театре вновь погас. Это служило знаком о конце представления и о том, что пора посетителям уходить. Вильям и Маргарет, что постоянно спорили после рождения сына, вели себя как любящие друг друга люди. Оба были счастливы, но их счастье длилось недолго. По выходу из театра посреди толпы раздались крики и выстрелы. Группа Подземников вышла из машины и расстреляла мать, отца и ещё кучу людей позади них. Алексу же одна из пуль попала в глаз и прошла с вылетом через весь череп. Мозг чудом не был повреждён.

Этот акт агрессии со стороны Подземников был расценен как террористический акт. Спустя месяц в Подземье спустились десятки тысяч военных и запустили внутрь пещер газ. Неизвестно, сколько погибло Подземников, но по подсчётам военных, медиков, химиков и учёных, около одного миллиона погибла в муках, а ещё десяток должны были позже умереть от голода.

Алекс остался без родителей, глаза, статуса и даже денег. Дом, которым по праву владел Алекс, перешёл в руки его дяди, что, подкупив определённых людей, стёр Себастьяна Айрона де Меха из истории. Подкупленные рабочие дома также подтвердили, что никакого Себастьяна не существовало. Полиция, выслушав все показания, определила специализированным гражданским органам о переписи имущества на дядю.

Алекс пробыл в коме целый год. По выходу из неё его тут же отправили в детский приют на самом дне города.

Несмотря на всё своё плачевное состояние, Алекс не отчаялся. Прибывание в сиротском приюте делало его свободным и навеивало воспоминания о прошлой жизни. Алекс быстро приспособился к сиротской жизни и даже стал одним из авторитетов, спустя пару лет, показав себя, как парня, что готов всегда помочь семье. В семью входили все дети и даже некоторые работники приюта, помогающие ребятам выживать на самом дне.

Первый года пребывания на дне выдались сложными. Вокруг даже на секунду не утихали множество механизмов, рёвы моторов и металлические стуки, вызванные передвижениями города. Алекс завидовал детям, что родились тут, внизу, ведь они давно привыкли к такому шуму. Но он никак не мог хорошо выспаться. Первый год он спал всего-то по три часа за день, но уже позже Алекс, наконец, смог неожиданно засыпать и просыпаться на утро. Шумы механизмов словно исчезли вокруг и наш герой, наконец, почувствовал себя хорошо.

Пройдёт несколько лет, и вот Алексу уже пятнадцать. Он самый взрослый из детей в приюте и уже на следующий год должен тоже освобождаться и выходить в большой мир на дне. Его цели на жизнь весьма просты. Выполнить задание Смерти, отомстить дяде, выяснить, кто директор того самого театра и кто ответственен за убийство его родителей. Каждый день на протяжение всего пребывания в приюте Алекс размышлял. Идеальный план рождается в бесконечных раздумьях. Но у него было слишком мало информации обо всём, что происходило на верхних уровнях города, а потому дядей, театром и виновниками смерти родителей он не мог заняться прямо сейчас. Про Разум, Алекс вообще ничего не знает, разве то, что его личность должна сразу кричать о том, что это тот самый Разум. С образование на дне туго. Каждый второй полностью безграмотен и не умеет ни писать, не даже читать, что совсем не мешает людям, живущим тут, отлично разбираться в больших механизмах, приводящие весь город в движение. Ходить в местную школу Алексу не нужно было просто потому, что её не было. Тот, кто хотел умнеть и поглощать знания, ходил в маленькую библиотеку, в которой Алекс насчитал лишь сорок две книги. К большому сожалению, в этих книгах не рассказывалось о каких-то интересных и сложных механизмах. В этих книгах не было раскрыто ни одной тайны этого всё ещё неизвестного для Алекса мира. И в них даже не было по первой какой-то стоящей информации. Все эти сорок две книги были сказками для детей возрастом до шести лет. Колобок, Красная Шапочка, Рапунцель, Белоснежка, Тайна Белого Кролика и многие другие. Все они были за авторством Мэри Сью. Алекс даже посмеялся, когда осознал, что человек, написавший эти книги, уж точно с Земли. Простые старые сказки дали Алексу знания о ещё одной или одном человеке с Земли. Этот человек скрывался за именем Мэри Сью и писал сказки из родного мира, наверняка много зарабатывая на этом. К целям Алекса добавилась ещё одна. Найти Мэри Сью и всё же спросить лично: Смерть отправила кого-то ещё на это задание или же это Разум, что зачем-то наполняет этот мир знаниями из другого мира.

Лёжа на кровати и спокойно читая сказку про Каменного принца, Алекс услышал приближающиеся шаги к комнате. Бег был похож на бег вечных разгильдяев, а именно Джона, Адамса и Тони. Эти парни вечные шутники, придумывающие множество розыгрышей разного качества над остальными детьми. Джон, чьи чёрные кудри закрывали изумрудные глаза, буквально вбегает в комнату, едва не вырвав дверь вместе с петлями. За ним показался и Тони, чьё лицо, как всегда, было измазано в мазуте. Александр, как подобает их старшему, вежливо опустил книгу и кивнул в знак того, что теперь он их слушает. Кинув быстрый взгляд на парней, до Алекса быстро дошло, что что-то случилось.

- Старшой! Там Адамс... Адамс... Беда! — прокричав слова, Джона покосило и, оперевшись о кровать, он не удержался и рухнул в ноги к Алексу, громко вдыхая воздух.

- На нас напали! Адамс не смог убежать! Помоги, старшой! — Тони сел в свой любимый угол. - Гаечники напали на нас, когда мы гуляли на их территории! Мы ничего не делали! Честно!

- Тихо. Я вас понял, — Алекс убрал ногу из-под головы Джона и встал с кровати. Одевая пальто, что было множество раз зашито и перешито, он нащупывает в левом верхнем кармане нож. - Где Адамс? - Алекс задал вопрос громко и чётко, но спокойным тоном.

- Возле завода! Мы лишь хотели посмотреть! Честно! — Тони прикрыл голову руками от стыда.

- Сидите тут. За мной не ходить. Расскажите всё Крафт и Турбо, когда они вернутся, — Алекс жалостливо посмотрел на запуганных парнишек, которым едва стукнуло семь лет.

Алекс защитит и спасёт Адамса от двух, может, трёх Гаечников, но если их будет больше... Прогоняя всякие плохие мысли, Дейдл быстро покидает приют и направляется к заводу. В воздухе витал едва уловимый, но уже такой надоевший запах железа. Когда Алекс приблизился к большому разрушенному квадратному зданию с множеством труб наверху, то он никого не увидел. Завод одиноко приветствовал парня, что пришёл спасать своего маленького брата, но поблизости никого и не было. Не Адамса, не Гаечников. Проходя к заводу, что был исписан множеством ярко кислотных граффити, Алекс услышал крик. Детский крик доносился из завода. Крик длился долю секунды, но благодаря ему было понятно, что бандиты никуда не ушли, лишь спрятались. Подходя к воротам, Алекс обнаружил замок. Замок был разбит и лежал на железном полу. Значит не послышалось. Открывая скрипучие ржавые ворота, сражённый старостью, Алекс входит в темноту завода.

Искрящиеся лампы, неработающие механизмы, что были разобраны на запчасти, и свежие следы от ботинок, ведущие глубже в темноту. Не имея другого варианта, Алекс достаёт нож из кармана и крепко сжимает его в руках. Пырять никого им он не собирается. В нём живёт надежда, что любой конфликт можно решить без насилия. А потому нож - это лишь средство запугивания и весомый аргумент на переговорах.

Вдруг Алекс услышал разговоры, смешки и просьбы Адамса его больше не бить. Голоса шли прямо за деревянной дверью, из щелей которой шёл приглушённый оранжевый свет. Заглянув в замочную скважину, на той стороне, Алекс увидел пятерых курящих парней, стоящих в стороне и наблюдающих за избиениями маленького мальчика. Адамса, у которого уже шла кровь из носа, рта и ушей избивал, шестой бандит, что был явно крепче и взрослей всех остальных собравшихся в комнате. Алекс дал ему от 17 до 20 лет, благодаря лицу, что он увидел лишь на пару мгновений. Действовать нужно было быстро, Алекс и так опоздал, позволив безнаказанно избивать Адамса, что может в любой момент подорвать своё здоровье или вовсе умереть из-за ударов. Буквально пнув дверь, Алекс сжимает нож в руке и заходит в комнату, с огромным шумом привлекая к себе внимание.

- Так-так-так. Адамс, как ты, мой маленький брат? — Алекс зашёл с улыбкой на лице, но его серьёзный взгляд смотрел на каждого Гаечника. Крутя нож в руке, Дейдл делал на него специальный акцент.

- Старшой! — в испачканном кровью лице мальчика мелькнула улыбка, что сразу была искривлена болью его тела.

- Опа-на. Это ше Старшой ис его приюта, — один из Гаечников, у которого не было передних двух зубов, сразу бросил сигарету на пол. - Шо ты полес сюда?

- Не твоего ума дела, шепелявик. Кто тут главный? Явно не эта гиена... — Алекс оглядел всех Гаечников после произнесения своих слов. Встав примерно в десяти метрах от Адамса, он остановился в самом центре комнаты.

- Я... — сказал высокий и сильный парень, что избивал Адамса, пока не пришёл Алекс. - Что надо?

Парень выглядел по-настоящему внушительно. Одет был в малиновую кожаную куртку, на которой не было рукавов. Куртка была украшена множеством маленьких гаек, что были буквально вшиты в неё. Куртка имела высокий воротник, что удобно защищал затылок и скрывал часть лица. Кожаные брюки главного гаечника были с широким поясом и каким-то механизмом с антенной, напоминающий Алексу о рации.

- Дико извиняюсь за глупый, возможно, вопрос, но почему вы избиваете моего братца? — крутя нож в руке, Алекс остановился, указав остриём на главного.

- Это наша территория и мы её доим. Всё, что есть на этом заводе, как и сам завод, наше. Твои "братцы" пытались унести отсюдава пару деталей, за что я и избиваю самого медленного, — неожиданно, но бандит говорил вполне спокойно и даже с неким уважением в голосе к Дейдлу.

- Пара деталей стали причиной вашего гнева по отношению к маленькому мальчику, что не может за себя постоять? — почему-то диалог с бандитом заладился куда лучше, чем ожидал сам Алекс.

- Нет. Тут нет гнева. Твой "братец" даже не пытался за себя постоять. Я учу его закону улиц. Если не можешь за себя постоять, то значит, ты не выживешь, — бандит стал выглядеть несколько лучше в глазах Алекса. Его лицо медленно вырисовывалось из темноты. Томные, уставшие карие глаза с синяками под ними. Шрам на носу и губе. Закрытая липким пластырем небольшая область на шее, наверняка которую хотел скрыть бандит. - Если бы он мне хоть раз дал сдачи, а не трясся от страха и просил отпустить его, то я бы правда его отпустил.

- Што? Капитан, вы ше не... — шепелявый громко топнул ногой, гневно смотря на своего лидера. Правда, весь его грозный вид быстро ушёл на нет с одним лишь взглядом старшего.

- Молчать. Не вмешивайся в разговор, — бандит, который с каждым словом вызывал у Алекса некое уважение, заткнул своего подчинённого спокойным голосом. Переведя взгляд на Алекса, он продолжил. - Я отпущу мелкого, если докажешь, что он выживет на этих тёмных улицах.

- И как мне это доказать? Разве что... — почесав подбородок, Алекс подумал и сразу же ответил своему собеседнику. - Он моя семья. На улицах не выжить в одиночку, а потому мы должны обращаться за помощью к кому-то, кому мы доверяем. Ты прав, если бы Адамс был один, то наверняка погиб бы, но он сирота, как и все в нашем приюте.

- Хм. Младше меня, но говоришь такие вещи, — Бандит отступил от Адамса. Надев свои чёрные перчатки, бандит закурил сигарету. - Но семья вещь временная. Сколько из твоих братьев и сестёр умрут за тебя? Парочка, так точно.

Кивнув в сторону, бандит словно указал на что-то позади Алекса. Развернувшись, наш герой обнаружил там своих друзей. Турбо и Крафт заглядывали внутрь комнаты, но как только поняли, что их обнаружили, пнули ветхую, не в чём неповинную дверь и вошли в комнату подобно Алексу. Наверное, даже научились, этому смотря на старшого.

Турбо - это высокий парнишка с широкими плечами. В его пятнадцать лет у него довольно хорошая мускулистая форма, которую он подчёркивает своей одеждой. Его едва начавшаяся прорезаться чёрная борода смотрится нелепо на всё ещё детском лице. Его глаза цвета сжигаемого угля, смешливые и совсем не сочетаются с его репутацией грубияна и забияки.

На голове Турбо носит меховую шапку-колпак со звериными ушами. Одет он был по-простому. Кожаный плащ, чтобы подражать Алексу, чёрная рубашка, брюки из кожи и, конечно, высокие ботинки с металлическими вставками на их носах.

Крафт же - это весьма элегантная и хрупкая для своего положения молодая девушка. Она ровесница Алексу и Турбо, но выглядит немногим старше их обоих. Её длинные густые волнистые волосы цвета закатного солнца, что она постоянно заплетала каждый день по-разному, доходили до её плеч. У неё проницательные глаза, словно в ручную окрашенные в оттенок бирюзы, напоминающие Алексу о ледяных жемчужинах.

На голове Крафт носит маленький котелок, который при всём желании не налезет даже на голову мыши. Котелок она носит в качестве украшения, "взяв в долг" у одного портного. В ушах Крафт необычные для Земли, но обычные для дна серьги. Это валяющиеся тут и там гайки, шурупы, болты, пружины и маленькие шестерни. Крафт, подобно своим волосам, меняет серьги на новые каждый месяц.

Одежда Крафт состоит из тесной корсетной блузы с высоким воротником и юбки до колен, что была изготовлена из бархата, но Крафт вживила туда несколько металлических пластин, чтобы постоянно не придерживать свой элемент одежды при беге. Она носит высокие сапоги с металлическими шипами, что позволяет ей легко карабкаться по почти отвесным стенам домов.

Крафт, войдя, сразу навела самодельный кремневый пистолет на бандита, с которым говорил Алекс. Турбо вошёл с откуда-то вырванной металлической трубой, которую он решил использовать как биту.

- Адамс, встать можешь? — сказала Крафт, убрав палец с предохранителя.

- Нет, Крафт... — Адамс даже голову не мог поднять.

- Давай, помоги ему. Мы уходим. Никому не двигаться, или я пристрелю его, — Алекс впервые видел Крафт такой злой. Обычно она молчаливая и грустная девушка, но сегодня совсем другая. Своим плечом она толкнула Турбо.

- А... Да, да, — Турбо бросился к Адамсу.

- Хм... А вы, детишки, начинаете мне нравиться. Может ты всё же и прав, старшой. В вашем случае семья имеет смысл и право на жизнь, — бандит потягивал сигарету, не смыкая глаз с Крафт. - Я отпускаю вас. Но с одним условием.

- Условием? — Крафт дёрнула пистолетом вперёд, чем напугала всех бандитов, кроме самого главного. - Ты ещё тут условия ставить будешь?

- Тише, Крафт. Мы на их территории, — Александр махнул ладонью в сторону подруги. - Я слушаю.

- Знаете, у нас тут внизу с каждым днём всё меньше шансов проснуться на следующий день. Отсутствие еды, медикаментов и даже простой древесины в нужном количестве... — бандит не стремился выкладывать всё быстро. Смакуя сигарету, он зачем-то рассказывал о том, что и так все знают.

- Ближе к делу, — посмотрев в сторону, Алекс увидел, что Адамс более не шевелится и не говорит, лёжа на руках Турбо. - У нас мало времени.

- Да-да... Мне нужны ребята, что смогут ограбить аптеку на верхних уровнях. Любую. Главное чтобы достали нужные препараты... — сигарета почти полностью выгорела.

- И что это за препараты? — Алекс с естественным недоверием осмотрел главного. - Наркотики?

- Что ты нет, конечно нет. Мы разве похожи на Маслянитов или Лампочников? Нам нечем лечиться, а лекарства в нашем положении, знаешь ли, дорогое дело... — бандит улыбнулся и кивнул Алексу. - Приду к вам вечером. Наденьте что-то, что не выдаст в вас детей со дна. Выполните для меня задание, и мы будем в расчёте.

Александр задумался всего на пару секунд, а после кивнул. Уводя своих друзей с завода, они слышали смешки Гаечников. Наверняка их лидер задумал что-то плохое. Алекс чувствовал это своим нутром, но и противиться ему уже не мог.

Раны Адамса промыли и зашили добрые няни. Они даже хотели вызвать законников и разобраться с теми, кто сотворил такое с мальчиком, но Алекс сказал, что уже всё сделано. Радости мелкотни по случаю возвращения одного из них не было предела. Тогда в приюте начался настоящий праздник. Алексу даже пришлось достать из заначки добрую коробку конфет и раздать по одной каждому. А ведь он хотел раздать их, когда покинет приют. Ну ничего, купит ещё одну. Главное разобраться сегодня с Гаечниками и можно жить спокойно.

Позже, примерно к 18 часам, в комнату старших ребят вновь прибежали младшие. Алекс, уже дочитавший книгу, наблюдал за тем, как Турбо отжимается. Крафт, стоящая за перегодкой, примеряла множество своих нарядов, которые она тоже "взяла в долг" у того самого портного.

Джон на этот раз постучал в комнату и лишь после разрешения Алекса зашёл внутрь. Виновато опустив голову, мальчик начал отчёт.

- Там... Там пришли Гаечники. Они зовут вас... — мальчик дрожал от страха. За его ухом виднелась самокрутная сигарета, наверняка кто-то из бандосов так подшутил.

- Что!? Я же не готова... Быстро, Алекс, какой наряд на мне был лучше? — из-за перегородки показалось сначала злое, а после смущённое лицо девушки.

- Мы идём не гулять, а на задание. Выбери что-то практичное и желательно чёрное или цвета меди, — зевнув и встав с кровати, Алекс надевает своё пальто, добавив к образу лишь высокий чёрный котелок.

- Наконец-то. А я думал, они уже про нас забыли, — прыгнув и встав на ноги, сказал Турбо. Похлопав в ладоши, он надевает на себя свой плащ и выходит за Алексом.

Алекс, Турбо и Джон выходят на улицу. Там стояло трое из той банды. Среди троицы был и их капитан. В очередной раз закуривая сигарету, бандит, оперевшись на столб, смотрел куда-то в сторону с безразличным взглядом. Алексу даже пришлось привлечь внимание к собственной персоне, а то иначе бандит даже голову не повернул бы.

- Кхм, кхм... Мы тут, — громко кашлянув несколько раз в руку, Алекс спускается по ступенькам.

- Хм? Хм... — бандит осмотрел Алекса и Турбо и подманил рукой Джона. Выбросив недокуренный бычок в стоящую рядом урну, бандит ловко забирает сигарету из-за уха мальчика и начинает курить теперь её. - А девка? Как её там... А. Фрукт!

- Крафт. Она... Выбирает наряд, — неловко улыбнувшись, Алекс проверяет похлопыванием по карманам, при нём ли нож, так, на всякий случай.

- Вы на задание или погулять вышли? Маскировка, конечно, важна, но у девиц в наше время такой вкус... — смакуя никотин, вслух размышлял бандит.

- Знаю. Сам ей сказал, — Александр жестом отказался от сигареты, что протянул ему подчинённый бандита, а вот Турбо согласился. - Пока всё равно стоим... Может, расскажешь, какие вам лекарства нужны?

- Хм... — бандит повернулся на одного из своих товарищей, а именно на того, что был в очках. - Что там надо?

- Кхм... — подчинённый вытаскивает из кармана на куртке небольшой листок, измазанный в чернилах. - Кхм... Ампулы с Эмфиралем, Пневмоталин, Месмерин и Фанзоксин. Желательно по две или три штуки каждого, но если сможете унести хотя бы половину, то...

- Тише. Они унесут всё, — бандит прерывает подчинённого и испепеляющим взглядом, но со спокойным лицом смотрел на Александра. - Понял, старшой?

- Да понял я. Всё так всё, но и у нас рук не двадцать. Сколько сможем унести, столько и принесём. Если понадобиться, то на второй заход пойдём, — с улыбкой на лице ответил Александр.

Прошло несколько минут. Все сигареты были затушены, а разговор с задания сменился на обычную болтовню на отвлечённую тему. Из приюта вышла Крафт. Она была одета в чёрную кожаную куртку, всё с той же белой корсетной блузкой, на этот раз вместо юбки она шла в чёрных штанах и в таких же чёрных сапогах.

- Хм... Ладно. Пойдёмте к 27 лифту, — бандит задумчиво осмотрел Крафт, а после пошёл по улице.

Подчинённые направились за своим лидером, а Алекс, дождавшись, пока Крафт спуститься со ступенек, направил и своих друзей на задание.

По пути ребята прошли мимо церкви Разума. Это что-то местной религии со своим учением, местной священной книгой и даже жрицами. Но вместо веры в Бога тут верят в человеческий разум и его исключительность. Разум Подземников считается диким, а потому все они должны познать кару. Церковь особого успеха не имеет, как и вся эта религия до начала войны. Но с каждым днём верующих и настроенных враждебно по отношению к Подземникам становится всё больше.

Через десять минут ходьбы ребята пришли к одному из множества лифтов, ведущих на высшие уровни. Лифт 27 ведёт только на пятый уровень. Там живут люди, живущие чуть лучше, чем тут, на дне, но они всё те же бедняки и никому не нужный слой общества. Лифт - это что-то вроде особого механизма, представляющий собой плоскую поверхность, что с помощью поршней (на низких уровнях) доставляет людей и грузы на уровень выше. Лифты на дне контролируются бандами, но основную монополию устроили Лифтёры, что берут нехилую плату за пользование лифтом. Лифт 27 не исключение и подчиняется исключительно Лифтёрам.

Когда группа подошла к лифту, то их тут же окрикнуло несколько взрослых ребят. В руках они держали кремневые пистолеты, а их форма, имеющая корни и с военной говорила, о их дисциплинарной выдержке, и это у бандитов.

- Хой, Джек, — один из лифтёров, у которого была нелепая синяя кепка, протянул руку главному Гаечнику. - Вы на верх тусоваться? А? А это что за мелкотня?

- Нет, Паф. Мы на дело. Мелкотня мне задолжала, — Джек вытаскивает свою ладонь вместе с небольшим, едва видимым свёртком, что успел заметить Александр. Оба жмут друг другу руки.

- Должники, да? И в таком то возрасте. Ожидаемо от отребья со дна, — Паф оглядел Александра и Турбо с омерзением в глазах, но вот, когда его глаза упали на Крафт, то на лице лифтёра появилась пошлая улыбка.

- Мы не отребье, — огрызнулся Турбо, уже засучив рукава плаща.

- Тогда я живу на первом этаже. Ну-ка! Элорд! Принеси ка мне виски и газету! Щас мы подсчитаем, сколько там я заработал! — Паф обернулся на своего товарища, стоявшего в нескольких метрах, и посмеялся над собственной же шуткой.

Турбо уже было потянул свои кулаки на Пафа, но Александр успел его от тащить.

- Ладно. Даже такие отребья со дна должны увидеть другие этажи, — Паф отходит и пропускает всех на лифт. - Джек. Когда планируете возвращаться?

- Сегодня ночью. С товаром, — Джек усмехнулся, заходя на лифт.

- Тогда за цену поговорим по возвращению, - Паф улыбнулся, покосившись на Крафт.

Когда все прошли на лифт, то послышался громкий щелчок. Жужание сопровождалось с медленным подъемом платформы вверх. Александр видел всё дно с высоты птичьего полёта. Вид такой себе, даже пугающий, но вот Турбо и Крафт охали и ахали от всего вида. Крафт, светясь от радости, подошла ближе к краю и едва не свалилась вниз из-за скользкой поверхности, но Джек успел ухватить её за шкирку.

- Тише, фрукт. Каждый день погибает от 5 до 6 человек из-за лифтов, — Джек подымает Крафт одной лишь рукой и спокойно ставит в центр платформы, быстро осматривая её ноги, в особенности обувь. - Зачем тебе такая? У тебя нет мягкой кожаной? Туфель там?

- Крафт любит одеваться, как она хочет. Практичность её незаботит, — Александр усмехнулся.

- Женщины... - в ответ Александру улыбнулся Джек.

Крафт покрылась красной краской, оттолкнув от себя Джека. Девушка подошла к своим братьям и скрылась от чужих взглядов за их спинами. Остаток пути вверх прошёл без происшествий. Яркий свет озарил глаза, когда платформа, наконец, добралась до самого верха. Тут, на пятом уровне было гораздо свежее и ярче, чем на дне. Постоянно работающие лампы, улицы, что убирались роботами и людьми, высокие четырёх этажные здания, на дне о которых можно было лишь мечтать.

- Пятый уровень! Давайте. На выход и за мной, — Джек первый ступил с платформы на твёрдую поверхность и повёл своих приспешников куда-то в сторону.

- Как тут... Красиво... — на глазах Крафт проступили слёзы. Она едва сдерживалась, чтоб не разрыдаться.

- Алекс! Смотри! Лампы! Лампы, работающие на газе! — Турбо, словно ошпаренный, спрыгнул с платформы и с дикими криками указывал на обычную уличную лампу.

- Угу... Не отставайте, — Алекс уже видел намного больше, чем его друзья. Жизнь на Земле, а после жизнь в сливках общества, показала ему настоящую роскошь, которой он лишился на дне.

Группа пошла за Джеком. Турбо и Крафт с раскрытыми во всю глазами озарялись на каждого проходящего мимо человека. Их глаза жадно сжирали каждое новое здание. Каждое новое заведение не могло не сопровождаться с криками "Алекс смотри!". Но самому Александру было всё равно. Ему хотелось как можно быстрее закончить задание и вернуться на дно, где он продолжит составлять идеальный план.

- Алекс! Смотри! Это... Биб... Библитака? Это таже, что и у нас! Но намного больше! — Крафт развернула Алекса на большое овальное здание в целых пять этажей.

С образованием на пятом уровне гораздо лучше, чем на дне. Возможно, это связано с тем, что кто-то из местной библиотеки просто не доставляет книжки вниз. Александр заинтересовался. В его зачастую усталых и пессимистичных глазах появился огонь. Нужно будет зайти сюда перед отправкой на дно, а ещё лучше, если как-то договориться с Джеком о постоянном билете на верхний уровень.

Проходя мимо статуи, изображающей чью-то голову, Джек впервые останавливается. Оглядевшись по сторонам, группа продолжает недолгий путь до квартиры Гаечников. Как оказалось, Джек даже близко не главный в банде. Он капитан и заведует набором новобранцев и отдаёт им приказы. Глава Гаечников, по слухам в самой банде, находиться где-то на третьем уровне или даже выше. Ожидая у входа, Алекс насчитал около 50 бандитов, что входили и выходили с квартиры. Спустя примерно пол часа Джек вышел с рюкзаками к уже скучающим ребятам.

- Вот. Три на троих. Потом вернёте. Если рюкзаки пострадают, то будете платить, — Джек передаёт рюкзаки в руки Алекса. - Вот карта. В этих аптеках должно быть всё, что нужно.

- Спасибо, — одев неудобный, но вместительный рюкзак, сказал Алекс. - Мы тогда пойдём.

На клочке бумаги, что гордо назвал Джек - "Картой" был нарисован почти весь пятый уровень. Несколько мест были помечены красным крестиком, а значит, скорее всего, это аптека. Направившись к самому ближайшему магазину, ребята решили немного подождать. Взглянув на самодельные часы, представляющие собой смесь всякого хлама, Алекс увидел, что стрелки едва прошли 22 час. Лучше грабить ближе к полуночи, а ещё лучше примерно в 2 часа ночи. Тогда большинство людей будет спать, и никто не будет слышать шум в аптеке. Немного погуляв по пятому уровню, ребята промотали время.

Час ночи. Большая часть города во тьме из-за отключившихся на ночь ламп. Вдалеке слышен странный шоркающий механизм, но это наверняка какой-то обычный робот патрульный.

Подойдя к аптеке с вывеской "Всё с бальзамом" наши герои начинают свои дела. Лучше всех взламывает замки, разумеется, Крафт. Её тоненькие и маленькие женские руки снимают со своих волос заколку, а после вставляют в замочную скважину. Несколько быстрых проворотов и дверь открывается. Заходя по одному, ребята осматриваются. В темноте можно было разглядеть множество прилавков, заполненных лекарствами, дробовик, висящий на стене и шкатулку, стоящую на столе в дальнем углу комнаты. Разглядеть названия лекарствам, что были упрятаны в коробках и ампулах, к сожалению, не получалось ни у кого, а потому в рюкзак шло всё. Через пять минут аптека была полностью ограблена, и ребята стали по одному выходить.

Алекс остался последним. Его нутро говорило ему, что нужно как можно быстрее убегать и спускаться вниз. Но вдруг он услышал чей-то невнятный шёпот. Едва слышимый детский голос шёл откуда из дальнего тёмного угла. Там была шкатулка, что сама открыла свою верхушку. Алекс, ведомый чем-то, но явно не инстинктом самосохранения, решил пройти и забрать ещё и шкатулку. Шёпот ушёл, и заиграла тихая колыбельная. Мурашки прошли по коже, когда Алекс закрыл шкатулку и бросил её в рюкзак. Вдруг в полной тишине раздался оглушительный взрыв. Кто-то выстрелил из дробовика, едва не убив Алекса. Владелец аптеки, почувствовавший, что кто-то его грабит, успел выйти из своей комнаты без шума и схватить дробовик. Дробь прошла наискось и не задела Алекса, а лишь пробила хлипкие металлические стены.

- Стоять, мразь! Убью суку! — кричал старик, уже перезаряжавший дробовик.

Не думая и секунды, Алекс бросился к выходу, громыхая всем украденным барахлом. Крафт и Турбо на пороге уже не было, но их было слышно. Они бежали по улице, метаясь по разным переулкам. Алекс побежал за ними, ориентируясь лишь на свой слух.

Фонари зажглись. Раздались сирены. Множество механизмов направлялись к аптеке, а наши герои скрылись на квартире Гаечников. Передав рюкзаки в руки банды, Александр и его друзья уже собрались было выходить, как вдруг их остановил Джек, что вытащил шкатулку из рюкзака.

- Хм? Это в договор не входило... — Джек потряс шкатулку, чтобы услышать всё её содержимое. На комнату раздался звонкий звук заработавших шестерней. - Хм... Старшой. Открой-ка.

Джек, передавая шкатулку, отходит на несколько метров назад, но Алекс не стремился ничего открывать. Вновь послышались голоса, которые, как ему показалось, слышал лишь один Дейдл.

- Поиграем... Шахматы... Первый ход мой... — детский голос шёл точно из шкатулки.

- Не мешкай, старшой, — Джек достал и закурил сигарету прямо в комнате.

- Да... — попытавшись открыть крышку, Дейдл быстро осознал, что обычной физической силой её не открыть.

Крышка была намертво приварена, или же её можно было открыть с помощью какого-то ключа, механизма или даже слова. Перевернув и осмотрев шкатулку куда тщательнее, Алекс замечает нацарапанные кем-то слова. "Гнев губит и разумных" - это цитата Соломона, человека, что жил когда-то в древности на Земле.

- Хм... Гнев губит и разумных... — задумавшись и не заметив собственной отрешённости от всего мира, Александр говорит слова в слух.

Раздаётся потрескивание металла, и крышка сама открывается. Из шкатулки восстает фарфоровая балерина в белом платье и начинает танцевать, в полной тишине.

- Хм. Сломанная музыкальная шкатулка? Выглядит красиво, починить бы и можно продавать коллекционерам с верхних уровней, — Джек почесал свой подбородок.

- Какая красота... Это белое платье, оно схоже со свадебным! Может, это подарок для новой семьи? — Крафт не могла оторвать глаз от кружащейся балерины.

- Выглядит слишком дорого для этого уровня. Откуда ты её достал, Ал? — Турбо с подозрением посмотрел на своего старшего брата.

- Она была в аптеке. Была в тёмном углу, — решив, что скрывать бесполезно, Алекс рассказал почти всё.

- Ладно. Шкатулка идёт вам в награду за задание. Ваших ребят я более трогать не буду. Рад, что вы смогли выполнить мою просьбу, — затушив сигарету, Джек подходит и протягивает Алексу руку. - Если сможешь починить эту красотищу, то я куплю её, а после отнесу к оценщику. Процент от продажи также отдам тебе, Старшой.

- Хм... Я попытаюсь, — протянув руку к Джеку, Алекс пожал ему руку. Рукопожатие Джека весьма сильное и вызывающие странное не комфортное чувство в глубине души. Оторвав руку от рукопожатий, Алекс обратился к капитану Гаечников. - Там патрули ходят. Весь уровень на панике. Если мы пройдём к лифту, то нас наверняка спалят. Прийдётся выворачивать карманы, а там эта шкатулка. Может, можно у вас здесь подождать, пока всё не уляжется?

- Вам нельзя быть на этом этаже, а тебя беспокоит такая мелочь, как шкатулка? - Джек ехидно улыбнулся. - Да. Да, можете тут остаться. Что... Что будете пить? Есть грибковый чай и кофе, ну и вода, разумеется.

Алекс осмотрел своих спутников, что всё ещё глазели на балерину, а после ответил Джеку.

- Кофе. Я бы не отказался от чашечки кофе.