Iron Brotherhood

Пролог

— И кого мне играть на этот раз?

Собеседник никак не отреагировал на замаскированную подначку. Он вообще мало на что реагировал. За все наши встречи он даже голос ни разу не повышал.

— Решай сам. Стартовый комплект без изменений: прочное тело, набор навыков, при нужде — псайкерских способностей, подходящая легенда, полная зачистка любых следов внешнего вмешательства, несколько игрушек.

Инквизитор снял с пояса филактерий и положил на деревянный стол. Улыбка сама появилась на лице. Я знал, что произойдёт дальше. В воздухе появилась надпись «Crusade», под ней «25 РР» и первая страница — создание главного героя. Ну не чудесно ли? Я снова могу отправится в собственный Крестовый Поход! Причём, судя по описанию — ренегатский.

— Целых двадцать пять стартовых павер пойнтов? — Я смахнул интерфейсное сообщение и присел на краешек стола. — С чего такая щедрость? Неужели высокое начальство сменило гнев на милость?

— Ты хорошо справился. «Высокое начальство» не волнует, какие методы используются, пока ты верен своим клятвам и выполняешь поставленные задачи.

Действительно, в этот раз Инквизиции не на что жаловаться. Вокруг чудом уцелевшего стола валялись трупы разной степени разложения — свидетельства моего успеха. Многотысячелетние скелеты, заставшие ещё Первых Людей. Давно погибшие разведчики Ночного Дозора. Одичалые, по которым трудно было судить время смерти — очень уж похоже они одевались что восемь тысяч лет назад, что сейчас. И конечно же живые, павшие в битве. Дотракийцы, их лошади, Безупречные из Астапора, воины различных Домов Севера: Старков, Карстарков, Мормонтов, Амберов и многих других. Среди них и тело Джораха Мормонта, что стал моим вместилищем на этот раз. Миссия выполнена. Мавр сделал своё дело, мавр может уходить.

— Что с ней случится?

— Если ты про Дейенерис, то королеву ожидает иная судьба. Проклятье с её утробы снято, возле неё любящий муж, и Мать готова рожать новых драконов, которые подготовят Планетос к визиту Бога-Императора. Ордос позаботится об этом. Но тебя данная история больше не касается. — На стол упал мешочек, в котором местные носят золотые монеты. — Плата за это вселение. Души, осколки будущей жизни, Свет Императора, другая мелочь. Всё, о чём было договорено.

Я схватил кошель и внимательно осмотрел небольшие, мягко светящиеся комки духовной сущности. Ордо Алиус своих контрактников ценит и платит соответствующе.

— Мне позволено призвать других наёмников Ордоса?

— Нет.

Видимо, до конца мне прошлую выходку не простили.

— Уровень моих полномочий?

— Так же в рамках стандарта. Нам нужны новые планеты, поэтому постарайся обойтись без Экстерминатуса, ядерного оружия или схожих по разрушительности эффектов. Остальное решай на месте.

Я кивнул и расслабился. Новый мир, жди! Имматериум знакомо заискрился, раздвигаемый силой Бога-Императора. Пора причинять добро и бороться с Хаосом — естественно, самыми кровавыми и бесчеловечными методами. Другие в Сорокатысячнике почти не срабатывают.

— Deus vult, Аскольд.

— Deus vult, инквизитор.

Говорить, что Deus у меня и представителя весьма таинственного Ордоса разный, не стал. И так дёргаю смерть за бороду слишком часто. Конфликты на ровном месте сейчас не нужны.

Вспышка света, короткое падение в никуда, и вокруг снова плещется бесконечный духовный океан. Чувство собственной телесности пропало окончательно, и лишь воля да заклинания Инквизиции не давали душе одного попаданца расползтись бесформенной кучкой проточастиц. Перед условными глазами снова появилось давнишнее сообщение о начале приключений. Так-так, давайте сюда подробности… Начальную простынку пафосного текста я пропустил. Столько раз подобные строки и читал, и писал, и декларировал, что надоело.

Итак, новое вселение будет проходить в формате так называемого «Крестового Похода» — то есть этакого квеста на возвышение с битвами, интригами, превозмоганием и ПАФОСОМ по дороге. Начинает вселенец с небольшим отрядом — в данном случае, на 25 пойнтов — и дальше шагает к успеху. Или к смерти, тут как сложится. Попутно обрастая славой, новым снаряжением, войсками, абилками, врагами и прочим. Есть здесь и сюжет, который будет зависеть от моего выбора. «Отринувший Империум, но не Императора» и «Дважды предатель». Такая вот развилка. Первый путь сделает меня ренегатом из лояльного ордена, второй — отступником от заветов какой-то варбанды Хаоса. Дальше следует выбрать соответствующий орден/легион, предысторию, и лишь потом вести вечные думы о максимально профитном использовании каждой единички паверпойнтов.

Я сразу же попытался выбрать своих любимых ночников, но Восьмой среди Легионов-Предателей отсутствовал. Даже специальная системка вылезла и сообщила, что Повелители Ночи недоступны из-за слишком частого использования. Что же, могу понять неведомого мастера игры. Семь из десяти всех моих отыгрышей за жителя Сороковника происходит от лица астартес именно из этого Легиона. Поэтому вернулся назад и вчитался в описание.

Коротко пересказывая очередную простынку пафосного текста, получалось следующее. Во-первых, за любой доступной первоначальной фракцией стоит своя история, соответствующая идеологии выбранного Ордена/Легиона. И здесь, на старте, рассказывать мне её никто не собирается. Во-вторых, выбираю я не только своё геносемя и формальную принадлежность к какой-то организации Астартес, но и начальные условия, с которыми придётся выживать. В-третьих, создать своего персонажа и команду предстоит строго по Кодексу Адептус Астартес. Дополнительный ограничитель, обусловленный природой вселения. Я ведь больше не могу использовать юниты Хаоса, поэтому только так.

В прошлые разы выбор часто давали приблизительно тот же. А это значит, я могу использовать свой опыт предыдущих Крестовых Походов! И поэтому уверенной рукой нажимаю иконку «Дважды предатель». Почему? Допустимый градус поведения. Выходцы из лояльных орденов запротоколированы внутренними догмами донельзя. И помимо очевидных плюсов — высокой лояльности друг ко другу и своему лидеру, к примеру — в определённых ситуациях это создаст много лишних проблем, которых (ситуаций) в бытии ренегатом много. Пример. Отряду следует пополнить запас болтов, и сделать это можно только отняв боеприпасы у Имперской Гвардии. Станут ли ренегаты из тех же Ультрамаринов убивать гвардоту ради такой цели? Если нет, то внутри отряда имеем голодный паёк. А если ренегат-Ультрамарин станет резать лояльных Императору гвардейцев ради элементарных расходников, то от любых других ренегатов он уже мало отличается. Вектор развития, вот что имеется ввиду. Для любых экс-лояльных астартес отступничество — это падение в пучины всего нехорошего. Остановить такое падение перед ударом о самое дно сложно. А для хаосмаринов наоборот, не убивать своего «брата» по варбанде ради горсти патронов или какой-то красивой цацки — уже достижение. То есть вектор развития идёт вверх, к осознанию базовых норм космодесанта.

Дети Императора, Железные Воины, Пожиратели Миров, Гвардия Смерти, Тысяча Сынов, Сыны Хоруса, Несущие Слово, Альфа-Легион. Восемь вариантов. Из них сразу же исключаю Тысячников. Я терпеть не могу Тзинча, бороться с ним труднее, чем с любым другим богом Хаоса. Побывав в его лапках, вырваться оттуда практически невозможно. Не хочу в какой-то момент узнать, что весь свой путь служил пешкой Изменяющего Пути. Плюс — Тысячники, по моему мнению, самая сильная варбанда. Наживать такого врага с самого начала неразумно. И пересекаться с Магнусом, который любит собирать всех легионеров Пятнадцатого под своё крыло, нет никакого желания. Почти из тех же соображений отбрасываю Альфа-Легион. Слишком уж они мутные, никогда ни в чём нельзя быть уверенным. Следующими посылаю нахрен (а они только рады будут) Детей Императора. Мне педерастов в любых вселениях хватает, и связываться с ними кровными узами? Нет.

Дальше в пень идут Несущие Слово, Сыны Хоуса и Пожиратели Миров. Несуны — всегда фанатики, значит, придётся искать новую мишень для их религиозного рвения. И единственной приемлемой заменой веры в Тёмную Четвёрку является Имперский Культ. Хочу ли я отыгрывать лидера религиозной секты? Да, но не в этот раз.

Чёрный Легион… На удивление, кажется приемлемым вариантом. Слишком неоднороден и разобщён, сыграть на внутренних разногласиях для вербовки новых членов не так трудно. А вот избежать гнева Абаддона, на минуточку, главного антагониста всея вахи, трудно весьма. Он слишком силён и мстителен, собственных экс-подчинённых будет преследовать не считаясь с временем и потерями. Столкновение с Вармастером на любом этапе почти гарантированно накроет мой Поход медным тазом. Поэтому в топку.

Причина отказа от Мирожоров проста: их низкая лояльность к кому угодно. Ещё до обретения примарха они являли собой сборище испытывающих физическую потребность в насилии психопатов, что держались вместе лишь благодаря железной дисциплине. Что говорить про их темперамент теперь, после Гвоздей Мясника и порабощения Кхорном… А ведь жизнь астартес-ренегата, помимо обычных внутренних конфликтов, подразумевает большую автономность отдельных единиц отряда. Боюсь, я просто не удержу столь буйных личностей в узде. Которые в какой-то момент, избежав сурового надзора, навострят лыжи в неизвестном направлении. Или хуже. И придётся убивать подчинённых самому во время неизбежного бунта.

Остались Железные Воины и Гвардия Смерти. И легионеры с Барбаруса импонируют мне больше всего. Они имеют стоический характер, более-менее лояльны к своим братьям, привычны к испытаниям и жизни впроголодь, обладают великолепной стойкостью к инфекциям/вирусам/ядам и боевым ранам. Плюс — давняя история с нерадостным принятием примарха. Который вырезал треть своего Легиона перед предательством за слишком большую лояльность Императору. И я точно выбрал бы Гвардию, не имей возможности взять специальный стартовый бонус. А именно — место первичной дислокации отряда. Невероятно полезное обстоятельство, если его правильно разыграть, намного ценнее артефактного оружия или бронетехники. Поэтому выбираю Железных Воинов, которые дают доступ к одной занимательной планете-свалке, на которой мне уже довелось побывать.

Четвёртый Легион. К сожалению, знаю о них я не так много, раньше в его членов не вселялся ни разу. Примарх на данный момент превратился в демон-принца, отстроил собственную планету-крепость и носа оттуда не суёт. Что очень удобно, так как уменьшает вероятность встречи с генетическим папочкой. Сами Железные Воины ходят в набеги отдельными контингентами, которые при случае вгрызаются друг другу в глотки. До Ереси Хоруса были известны своей патологической тягой к достижению цели любой ценой, пренебрежением собственными жизнями и жизнями окружающих, паранойей и озлобленностью. Братством там и не пахнет, в лучшем случае легионеры считают себя коллегами, в худшем — конкурентами. Это можно использовать. Отсутствие доверия и братских уз — общая проблема для любых нелояльных астартес, и преодолев её (что сюжетно обосновано — ознакомительный текст писал, что у всех членов моего отряда будет веская причина порвать с прежним командованием и присоединиться ко мне) путём создания более-менее сплочённой организации, я добьюсь необходимого уровня лояльности. Кроме того, Железные Воины известны своей рациональностью, интеллектом и умением решать проблемы. Да, зачастую эти качества подавляются злобой, паранойей и глупой жестокостью. Получаются этакие карикатурные злодеи, которые мешают сами себе. Исправив мозги подчинённым, я получу очень качественных вояк, что отлично подойдут для моего дальнейшего возвышения и выполнения нового задания Ордо Алиус.

Идём дальше. Согласно сюжету, мой начальный отряд выбрать следовало по специальной схеме, а именно формации «патруль». В патруль обязаны входить два отряда — я, как командующий, и минимум один базовый пехотный отряд. Трупса на жаргоне настольщиков. Сверху можно доложить ещё два отряда базовой пехоты, одного командира и не более двух подразделений элиты, быстрого реагирования, тяжёлой поддержки и летунов. К каждому пехотному отряду можно добавить транспорт.

Двадцать пять очков — это немного, но разгуляться можно. Казалось бы. Чего системные сообщения не раскрывают, так это условий дальнейшего существования. Я — ренегат, что отвернулся и от Империума, и от Хаоса. Помимо прочего это значит, во-первых, существование на ещё более тонком пайке, чем обычные бомжеватые варбанды. Во-вторых, у моего отряда изначально вообще нет союзников или полезных связей, одни враги. Предыстория об этом прямо говорит. Поэтому возможность выживать, скрываться и поддерживать снаряжение в рабочем состоянии без нормальной инфраструктуры на начальных этапах важнее голой боевой мощи. На собственном опыте проверено.

Подводя итоги прошлых вселений, наилучшим вариантом собственного персонажа кажется библиарий. Как бы не хотелось взять капитана, эту машину по нарезанию всех вокруг, вне боя он мало полезен. В отличие от психосил, которые и маскировку могут дать, и регенерацию, и защиту, и голый урон. Альтернативно доступны лейтенант, капеллан или технодесантник. Первый идёт лесом сразу, так как сам по себе вторичен, относительно других слаб и ничем не выделяется. Капеллан слишком специализирован, плохо подходит для ренегатства и больше супортный чарактер, чем вещь в себе. Он хорошо поддерживает мораль внутри коллектива, поэтому совсем бесполезным его не назовёшь, но другие небоевые возможности у него слабенькие. Его выберу, когда подамся в Несущие Слово. А вот технодесантник… Для банды нищебродов грамотный технический специалист, способный клепать сносное снаряжение из подножного металлолома, нужнее воздуха. Поэтому конечный выбор прост — или либр, или техмарин. В прошлый раз стартовые ограничения закрутили туже, и пришлось сжечь немало нервов, просчитывая суммарную пользу магии и технологий для отряда. К счастью, патрульная формация позволяет взять дополнительного командира, что избавляет меня от тяжёлого выбора.

Поэтому библиарий. Водится в стандартном (5 пойнтов), терминаторском, джетпаковском и байкерском (все по 6 пойнтов) варианте. Следуя логике максимального выживания, следует выбрать терминатора. И в одно из прошлых вселений я так сделал. О чём быстро пожалел. Во-первых, силовая броня — устройство редкое, добыть запчасти для неё достаточно сложно. Для терминаторской брони сложнее в кубе. Однако я начну Крестовый Поход вместе с другими отрядами в обычных доспехах, с которых на начальных порах можно добыть недостающие детали. Докупить отряд терминаторов, чтобы с них снимать запчасти, мне не на что. Во-вторых, повседневное удобство. Совсем немаловажный фактор для ренегата, которому нужно почти всё время скрываться, лазать по туннелям и вообще действовать в некомфортных условиях. Громоздкий и не очень поворотливый терминаторский доспех для таких приключений подходит много меньше обычного. В-третьих, никакущая мобильность. Качественной телепортационной установки нет, дроп-поды мне ещё долго не понадобятся, в рину термоброню не засунешь. Точнее засунешь, но начинаю я строго по Кодексу Астартес, где «Носороги» возят исключительно карланов. Остаются транспортные самолёты или лендрейдер, но на них нет пп-шек. А пешкодралом убегать от многочисленных врагов в термодоспехе долго не получится. И в-четвёртых, цена. У меня есть чёткий план, где каждая единичка пойнтов расписана. На термолибра, реактивный ранец или байк просто не хватает ресурсов. Поэтому выбираю обычного библиария в стандартном силовом доспехе 3+. Хорошо, что вооружение ничего не стоит, поэтому меняю базовые посох с болтпистолетом на психосиловой меч и комбиплазму. Меч универсальнее доступных посоха и топора, плюс мне привычней. Не так часто за колдунов играю. И почему комбиплазма тоже понятно, это самый лучший вариант по соотношению эффективность/универсальность. Стандартные фраг/крак гранаты и боевой нож астартес завершают снаряжение.

Заклинания. Как гласит кодекс, либр знает обычный смайт и ещё две психосилы из стандартной школы на выбор. Выбрал бы я какой-то лояльный орден, получил бы доступ к его уникальным псайкерским навыкам. Но ничего, мне и ванильной магии хватит. Выбираю «Veil of Time» и «Psychic Fortress». Возможность вернуться назад во времени? Узнать планы врага, отбить сложную атаку, даже обернуть свою смерть? Дайте два! Вторая психосила дарует весьма мощную защиту сознания. Не идеальную, но ничего лучше всё равно нет.

Поскольку все юниты-примарис мне недоступны, выбор пехотного подразделения сводился к тактическому отряду и скаутам. Естественно, я выбрал тактичку. Скауты, по моему глубокому убеждению — это не войска, а плохая шутка. Отправлять инициатов в одних нагрудниках с плащиками на разведку, важнейшую часть любой боевой операции. Ну идиотизм же! Не зря у Волков этим занимаются самые опытные братья. Вооружать почти голых скаутов болтерами и бросать в мясорубку — идиотизм ещё больший. Наоборот, инициатов нужно беречь и выдавать доспех как можно раньше, они ведь будущее ордена! Их создание немалых денег стоит!

Впрочем, о недостатках Кодекса Жилимана я порассуждаю в другой раз. Сержанту тактички выдал комбимельту и силовой молот. Этакий запасной комплект, если что-то случится с моим снаряжением, заберу оружие себе. Три боевых брата шли со стандартными болтером и болтпистолетом, специалисту поменял болтер на лазпушку. Будет дополнительный антитанк, с пехотой и болтганы справятся. Все получили бесплатный ножик и гранаты. Минус пять пойнтов.

С обязательными отрядами на этом всё, дальше можно фантазировать. И первым же юнитом выбираю технодесантника — жизненно необходимого мне специалиста в текущих условиях. Минус четыре очка. Меняю его болтер на комбимельту, омнисианский топор на силовой молот.

Следующим персонажем стал апотекарий. Выбрал его я исключительно из шкурных интересов, чтобы было у кого лечиться самому и лечить отряд. Ещё минус четыре пойнта. К сожалению, никакой вариации вооружения космомедику Кодекс Астартес не давал, поэтому остался наш «пати хилер» с обычными цепным мечом и болтпистолетом. Гранаты и нож прилагаются.

Осталось ещё семь пойнтов, и казалось, хоть на них можно взять что-то поубивашестее. Тот же «Предатор» или «Разорбек» за шесть пунктов, отряд байкеров, центурионов, что-то из артиллерии. И снова мимо. Предыдущий опыт чётко показал, что брать на старте танки, дредноуты, самолёты и прочую сложную машинерию без качественной базы и грамотных специалистов обслуживания не имеет смысла. Один раз я взял контемптор в самом начале, так ему в первом же бою отстрелили ногу. И пришлось почтенного брата бросить, так как не то что починить, даже эвакуировать его моя группа не могла. Поэтому единственным выбором техники стала рина — символ неубиваемости и надёжности. Этот БТР-чик стоит четыре пункта, осталось три. На такое малое количество очков я мог взять сервиторов (свят-свят-свят, в топку этих уродов!), чемпиона или двух ветеранов. Взял последних. Их двое, каждому можно дать щит и хорошее оружие ближнего боя, и, что немаловажно, они телохранители. Будут мою тушу беречь.

Если подводить итоги, начальный отряд моего Крестового Похода выглядит следующим образом. Я, библиарий и главный герой. Снаряжён психическим капюшоном, психосиловым мечом, комбиплазмой, гранатами и ножом. Знаю три заклинания. «Smite», он же удар молнией, стандартное атакующее заклинание любого колдуна Сорокатысячника. «Veil of Time», что позволяет мне выходить за грань обычного потока времени. И «Psychic Fortress», щит для сознания. Вторым командиром идёт технодесантник с серво-рукой, силовым молотом и комбимельтой. В трупсе пять обычных тактикалов с болтерами и болтпистолетами, сержант с силовым молотом и комбимельтой, специалист с лазпушкой. Слот элиты занимали одинокий апотекарий с нартециумом, болтпистолетом, цепным мечом и отряд из двух ветеранов-телохранителей. Оба со штормовыми щитами и силовыми молотками. Все космодесантики по дефолту имеют нож и, кроме ветеранов, комплект гранат. Видимо, телохранителям взрывчатка не положена. Чтобы подзащитного случайно не взорвать, не иначе.

Ездить нашей банде предстояло на Рине, вездеходу 41-го тысячелетия. К дефолтному оснащению добавляю всё, что можно добавить: прожектор, дымовой гранатомёт, бульдозерный отвал, навесную броню, ещё один штормболтер и одноразовую ракетную пусковую установку. Не в смысле её можно использовать всего один раз, а в смысле она вмещает всего одну ракету, и для её перезарядки требуется дополнительное техобслуживание. Запихнуть новый снаряд за две минуты не получится. Да и саму ракету хорошо бы где-то достать. Приятной неожиданностью оказалась команда рины. А именно, водитель и стрелок-радист, которые сидели в кабине транспортника и шли комплектом с машиной. Вооружены они так же, как обычный тактикал, то бишь болтером и болтпистолетом. Таким образом я получил ещё двух астартес сверху.

Думаю, основная мысль отряда понятна. Надёжность, выживание, практичность и универсальность в обмен на боевую мощь. Не капитан, а библиарий, способный использовать свои психические способности в быту. Технодесантник, которого я беру всегда. Стандартная тактичка, сильная именно своим универсализмом и способная с минимумом усилий превратится в любой другой отряд: штурмовиков, опустошителей, разведчиков, байкеров, да хоть терминаторов. Лишь бы снаряжение найти. Апотекарий, залог не просто личного здоровья, но и нашего будущего. Именно ему я планирую поручить создание новых астартес из подвернувшегося геносемени. Телохранители на сдачу. И рина, вмещающая в себя десять единиц десанта. Нас как раз столько же, то есть вся банда размещается в одной машине. Что даёт отряду необходимую мобильность.

Я в последний раз окинул стартовую панель. Как же хотелось добавить павера! Выкинуть к едрёне матушке апотекария, рину с ветеранами и взять, к примеру, тот же Ленд Рейдер. Или самолётик какой. Но нельзя. Как говорил один товарищ, лучшее — враг хорошего.

Выбор сделан, пора превозмогать. Хаоситы сами себя не убьют.

***

— Я чувствую волны в варпе, господин. Позвольте мне исследовать этот феномен.

Коленопреклонённый воин оторвал взгляд от утрамбованной земли и взглянул на существо, восседающее на троне из перекрученных керамитовых пластин. Взгляд остановился на уровне пояса — выше любым рабам Шарварта Шипастого смотреть запрещалось.

— Аш-ш-школьд… Ты ш-шнова ищешь пути возвышения, не так ли?

— Этот недостойный слуга не посмеет. Он лишь желает служить своему господину как можно тщательнее.

Аскольд ощутил почти физическую боль от унижения. Столько раз его ставили на колени. Император, когда призвал сражаться в своих войнах. Примарх Четвёртого, мимолётным росчерком электроклейма подтверждая запрос об очередном пополнении. Кир Вален по прозвищу Мечелом, Кузнец Войны 77-го гранд-батальона, принимая клятву верности и вручая силовой доспех. Пожалуй, лишь это коленопреклонение не задело молодого легионера, не подозревающего о своём латентном псайкерстве. Потом на колени Аскольда ставили пленители из Двадцатого Легиона, чемпионы Хаоса Неделимого или конкретного Тёмного Бога, самопровозглашённые атаманы банд и ватаг, другое отребье. Наконец, главарь Демонокровых с множеством подручных. Среди которых относительно молодой, неопытный и особо никому не нужный колдун достался Шарварту Шипастому. Последний очень любил ставить на колени вообще всех, в том числе презренного колдуна. Слишком часто, однажды решил Аскольд. И скоро это изменится. Скоро ни одна тварь Хаоса не сможет заявить право на его свободу и честь.

Существо, которому кланялся презираемый остальными членами варбанды колдун, являло собой типичнейшего чемпиона Хаоса Неделимого, что заслужил некоторую милость Тёмных Богов. Обрюзгшее, поросшее маленькими щупальцами тело, пока что способное покинуть терминаторский доспех. Вросшая в правую руку силовая булава, мягко переливающаяся всеми существующими и несуществующими цветами. Гротескно-монструозных размеров штормболтер, что под действием скверны раздался во все стороны. Другими словами — ничего выдающегося. Среди космодесантников-предателей подобные фигуры встречаются повсеместно. Это ощущение собственной обычности, даже банальности невероятно злило Шарварта Шипастого. Тот факт, что слабая (относительно других чемпионов варбанды) пропитанность варпом стала причиной назначения Шарвата ответственным за рекрутскую миссию, увеличивала злость втрое.

— В прош-ш-шлый раз ты лишь потратил моё время. Если подобное повторитш-шя…

Еле различимое движение булавы — и злые молнии чужой воли начали выплёскиваться из ошейника. Подобные «украшения» носили на себе почти все члены варбанды Демонокровых. Зачарованные верховным чернокнижником, они причиняли невероятную боль любому, кто ослушался приказа, недостаточно ревностно его исполнял, совершил какой-то проступок или чем-то не понравился власть имущим. Часто ошейники активировали просто так, для профилактики — это помогает подчинённым помнить своё место. Как сейчас.

Аскольд терпел. Ни единого стона не вырвалось сквозь крошащуюся эмаль зубов, ни одно движение доспеха не засвидетельствовало боль. Он знал, что любое проявление слабости лишь увеличит пытку. Тренированная воля сковала плоть, разум, закалённый стычками с варпом, методично распределял агонию по всему телу. Так очередное издевательство переносилось чуточку легче. Верный сгусток холода — так ощущалось ядро психосилового клинка — обдувал уставшее естество приятной прохладой. Держаться. Держаться…

Через десять секунд, так и не увидев проявления боли, чемпион отключил ошейник. Шарварт Шипастый не ушёл по тропе Хаоса настолько далеко, чтобы убивать удобный инструмент, космодесантника-колдуна, из одной прихоти или скуки. Для этого существуют рабы.

— Благодар-рю, господин… — Еле слышно ответил Аскольд на отсылающий жест и спиной к гермодвери, лицом к чемпиону, на коленях пополз из главного зала. Шестёрка терминаторов личной охраны лишь проводила его презрительными взглядами. Не любят в Четвёртом Легионе колдунов, а в варбанде Демонокровых особенно.

Покинув таким унизительным образом зал, Аскольд тяжело поднялся и отправил условный сигнал всем членам небольшого заговора. После чего схватил ближайшего более-менее чистого от скверны серва и начал на ходу его жрать. Силы это не восстановит, но организм поддержит. От других легионеров пришли короткие подтверждения. Первая часть плана позади.

В теперешний момент сбежать будет легче всего. Не искусство предвидения, которым Аскольд не владел, но логика подтолкнула бунтовщиков запустить план действий именно сейчас. Двадцать вольных астартес, половина от тех, кто лишён обязанности носить рабское украшение, ушли в рейд за свежим рекрутским мясом. Из оставшегося гарнизона базы трое являлись смотрителями машинорума, десять — рядовой линейный взвод, пять ветеранов-надсмотрщиков и шестеро элитных терминаторов-телохранителей во главе с чемпионом хаоса. Кроме них, в бункере присутствовал отряд псевдоастартес из демонкулабы, контингент смертных последователей Демонокровых и почти пятьдесят «полукровок». Или «недоносков», как их называл сам Шарварт.

Машинный дух доспеха подключился к специально созданному Фалесом защищённому вокс-каналу.

— Доклад.

— Машинариум, сигнал принял. Начинаю подготовку транспортника и диверсии. — Отозвался Фалес, смотритель техники, без которого заговор провалился бы ещё до своего начала.

— Апотекарион, в процессе. Сыворотка вводится всем инициатам, распыление газа начато.

— Малахрост здесь. Ожидаю сигнала от Шарварта.

— «Полукровка»-главный. На позиции.

— «Полукровки», первое отделение. На позиции.

— «Полукровки», третье отделение. На позиции.

— «Полукровки», четвёртое отделение. Возникла задержка.

Колдун развернул текстовое сообщение и тихонько ругнулся про себя. Как момент не выбирай, как план не прорабатывай, всегда вмешается случай. В этот раз случай принял форму взвода демонкулабных, что решили поиздеваться над своими «младшими братьями».

— Четвёртые «полукровки», иду к вам. Остальные действуют по инструкции.

Миссия, с которой Шарварт Шипастый прибыл на очередной человеческий мир, имела наивысший приоритет. Донедавна Демонокровые входили в пятёрку сильнейших варбанд на Медренгарде, пока Пертурабо не решил устроить гражданскую войну. В результате этого конфликта варбанда потеряла свою крепость и, что гораздо важнее, все демонкулабы, откуда поступало 90% новобранцев. Весьма посредственного качества, стоит заметить. Данная нечестивая технология до сих пор не была доработана. Псевдоастартес, что получались таким способом, уступали обычному космодесантнику во всём, коме цены производства. Физическая мощь ниже, рефлексы слабее, разум, не способный вмещать сложные тактические манёвры и любой вид дисциплины. Получались этакие недоберсеркеры Кхорна, ещё не совсем потерявшие себя, но требующие постоянного надзора. Их первых заковали в рабские ошейники. Потом, проверив подобный способ подчинения, почти всех остальных. Лишь выходцев с Олимпии и редких терранцев, что смогли силой отстоять собственную свободу, минула подобная участь.

— Ублюдок, мать твою, а ну иди сюда, дерьмо гроксово, а?! Что, решил ко мне лезть? Ты, засранец вонючий, недоделок паршивый, а?! Ну, иди сюда, попробуй меня грохнуть! Я тебя сам грохну, ублюдок, недоносок чёртов, будь ты проклят! Говно грокса, жалкий слабак, дерьмо, сука, падла! Иди сюда, мерзость ползучая! Иди сюда, ты, говно, жопошник!

В подсобном зале, где хранилось бросовое снаряжение для второ- и третьесортных членов Демонокровых, замерли друг напротив друга две группы астартес. Десять «полукровок» с ошейниками, четвёртое отделение тех самых рекрутов, что Аскольд смог завербовать для бунта. И шестеро псевдоастартес из демонкулабы, что перегородили «недоделкам» путь.

— Фалес, мне нужна диверсия с ошейниками. Немедленно! Демонкулабные мешают четвёртому взводу вооружиться. Если все «полукровки» не успеют занять нужные позиции, мы не сможем организовать огневой мешок.

— Ответ отрицательный. Минимальное время до начала замыкания — пятнадцать терранских минут.

Аскольд снова чертыхнулся про себя и проверил данные тактической сети. Кроме четвёртого взвода «полукровок», везде дела шли в необходимом темпе. «Полукровка»-лидер со своим отрядом успешно заминировал внутрисистемные челноки и грузился в лихтеры паттерна «Арвус». Амбициозный и молодой Железный Воин, что до сих пор не имел имени, не стал присоединяться к Аскольду в бегстве при помощи странного артефакта. Он решил взять на абордаж недавно захваченный имперский фрегат и на нём испытать свою удачу. Колдун не стал разубеждать «полукровку»-лидера и условился с ним о совместных действиях. Именно эта громкая акция, абордаж корабля и побег значительной части астартес-инициатов, станет тем шумом, под который сам Аскольд со своими единомышленниками планировал улизнуть. Фалес Звездочёт, смотритель машинорума, успешно портил плазменные генераторы подземной базы, выводил из строя авгур-радары ближнего радиуса действия, засорял скрап-кодом когитаторы и руками сервиторов готовил к маршу три «носорога», на которых планировал сбежать сам Аскольд и два присягнувших ему взвода «полукровок»: третий и четвёртый. Апотекарий Фердинанд уже извлёк необходимые данные для дальнейшего создания астартес из химерического семени, уничтожил эту информацию на банках данных базы, снарядился запасом медикаментов и двигался к точке рандеву. К сожалению, уничтожить само химерическое геносемя возможности у простого апотекария не было, слишком уж сильно то охранялось. Наконец, Малахрост со своими подчинёнными, ярый поборник традиций Легиона и неофициальный соперник самого Шарварта, готовился заблокировать чемпиона хаоса вместе с его телохранителями в тронном зале.

Колдун Аскольд передал всем членам заговора последние тактические данные и вытащил психосиловой клинок.

— Всем подразделениям, код красный-три. Я потяну время и ликвидирую демонкулабных, что мешают четвёртому взводу. После этого всем единицам быть готовым приступить к активной части плана.

И навёл острие меча на атамана демонических порождений, что имели наглость называть себя астартес.

***

Полностью воплотился в колдуна Аскольда я в момент, когда операция уже близилась к завершению. Погоня отстала. Значительная часть преследователей была уничтожена, остальные отступили так как имели цель поважнее: фрегат, что начал обстрел базы Демонокровых с орбиты. «Иконоборец», второй корабль под командованием Шарварта Шипастого, катастрофически не успевал.

Из трёх «носорогов» и одного «лендрейдера», на которых улепётывал отряд, уцелела только моя рина. Причём две из трёх единиц бронетехники разнесли самолёты. Не получилось взорвать их всех, члены варбанды смогли разминировать и отправить в погоню часть своего авиапарка. Что сократило число беглецов под моим командованием до нужного количества: одиннадцать плюс я. Фалес Звездочёт и Фердинанд загрузились в транспорт вместе со мной. Из взвода Малахроста, что вели «лендрейдер», уцелел только он сам и ещё один брат по имени Дромон. Те самые ветераны-телохранители. Две последние рины перевозили двадцать «полукровок», остатки которых, а именно пятеро, сформировали полувзвод. Вот и все войска под моим командованием. К сожалению, прихватить какие-то припасы с развороченной техники Аскольд до моего вселения не смог, слишком плотный огонь обрушили противники. А мне-воплощённому это делать сюжет не позволяет. Который требует активировать тот самый бонус, из-за которого я и выбрал Железных Воинов при генерации Крестового Похода.

— «Полукровка»-лидер, это Аскольд. Доброй охоты на полях Вселенной Вечной Войны.

— Доброй охоты, колдун.

Окончательно закрыв вокс-канал заговорщиков, я вытащил из подсумка тускло сияющую сферу. Данный предмет нёс сугубо сюжетную функцию — переместить попаданца с отрядом из точки А в точку Б. Поэтому отдав приказ на герметизацию корпуса, я нажал на нужное углубление. Артефакт рассыпался. Рину окружила темнота. Минуты две броневик ехал (насколько данное понятие применимо к слою Моря Душ) в невесомости — гравитация в десантном отсеке пропала. Потом вернулась обратно, что вызвало густой бинарный мат Фалеса. Дело в том, что вместе с десантом в отделении путешествовало четыре ящика с боеприпасами. Без планетного притяжения они начали парить и медленно подниматься к потолку. Что может случиться с таким количеством взрывчатки в тесном десантном отсеке, объяснять никому не нужно, поэтому ближайшие астартес (взвод «полукровок») встали с лавок, примагнитили сабатоны к полу и попытались поставить ящики на место. Не очень удачно, судя по реакции технодесантника, но и не катастрофично, так как мы все живы.

Потом авточувства «носорога» уловили атмосферу, весьма ядовитую. Появился тусклый свет, что постепенно обрисовал горный пейзаж. На размытой картинке наше перемещение застопорилось, а мне пришло сообщение, что пора толкать речь.

Скомандовав подчинённым высаживаться, я подхватил свёрток высотой с космодесантника и последним покинул рину. Перед ней парадным строем, чётко соблюдая иерархию, застыло моё воинство. Весьма потрёпанное, к слову. Я сам от них ничем не отличался. Бомжеватые варбады таки бомжеватые, а мы почти все были низовыми членами Демонокровых. Поэтому щеголяли кто во что горазд. При генерации войск лишь сказали: силовая броня, болтер или другой обвес. А какой марки доспех или оружие, что за начинка у рины и прочие очень важные мелочи, что не прописывались в редакторе, решал сюжет. Вот и смотрел я на разномастный строй, лучше всего демонстрирующий, что такое житие ренегата-побирушки.

Первым делом руки сняли шлем и схватились за ошейник. Коротко полыхнуло, вокруг моей шеи выпал иней, и столь ненавистный прошлым Аскольдом предмет испарился в психическом огне моего варлорд трейта. Подобное действие повторилось ещё семь раз, и семь недо-легионеров Четвёртого освободились от кабалы. Реакция космодесов ещё раз показала, насколько же те молоды. Вздохи, радостно-злые гримасы, жесты. Настоящие Железные Воины такого себе никогда бы не позволили. Память подсказывала, что самый старший из полувзвода, сержант, носил броню всего четыре года. Учитывая особенности программы создания «полукровок», ему двадцать три-двадцать пять лет. Остальные и того младше. Да они зелень даже по меркам простых людей, не то что Легионес Астартес! Но выбирать мне не из чего. Поэтому продолжаем культурную программу мероприятия.

— Братья! Сегодня знаменательный день. Мы наконец освободились от рабства и готовы мостить свой путь в этой кровавой вселенной. Но перед словами о славе, чести и величественных свершениях я хочу задать вопрос. Самый главный вопрос, без ответа на который наша свобода, добытая столь тяжкими усилиями, не будет стоить и гильзы от дешёвого патрона. Зачем? Зачем мы существуем в этом мире?

Все Железные Воины сосредоточенно внимали. Когда я испарил собственный ошейник, остальные космодесантники в знак почёта и братских уз сняли свои шлемы, хотя снять должны были только те семеро, что раньше звались «полукровками». И я очень радуюсь такому жесту. Он лучше любых словесных кружев, так нелюбимых легионерами Четвёртого, демонстрирует, что путь к настоящему боевому братству начат.

— Наши тела были изменены. По воле Императора и его сына Пертурабо хрупкие оболочки простых юношей превратились в самое совершенное оружие массового производства, что создала человеческая цивилизация за тридцать с лишним тысяч лет существования. Создала для войны. И казалось, вот он ответ. Зачем мы живём? Для войны! Так ли это? — Мой взор медленно прошёлся по лицам легионеров и заглянул каждому в зерцала души. — Нет, не так! Будь Легионес Астартес всего лишь оружием, мы бы не создали двадцать легионов, что так разнятся друг с другом не только любимыми методами сражения, но философией, мировоззрением и мироощущением. Среди нас не появлялись бы композиторы, художники, скульпторы, поэты и философы. Даже Четвёртый Легион знает таких своих членов.

Я неволей взглянул на Фердинанда. Очень непростой субъект, как подсказывает память.

— Наконец, мы не знали бы понятий «долг», «воля» и «честь». Оружию, что слепо исполняет свою функцию, они просто не нужны. Но каждый раз, делая выбор, любой из нас сверяется с внутренним нравственным ориентиром и проявляет свою волю. Поэтому слепая война — не смысл нашего существования.

Я повернулся спиной к строю и начал медленно снимать магнитные зажимы со свёртка, что держал в руках. Будто проникнувшись моментом, в небе появилось светило и разогнало мрачный сумрак.

— Наши тела не стареют и со временем лишь наливаются мощью. Император создал нас бессмертными. По его задумке, двадцать Легионов должны были создать величайшее государство и привести человечество к процветанию. Но Император проиграл, и его гниющие остатки заточены в собственном троне. Империум, то, ради чего Повелитель Человечества бросил на алтарь миллиарды и триллионы жизней, превратился в пожирающее само себя чудовище. Пародию, преисполненную всех мыслимых пороков. И наши двоюродные братья, смыслом жизни считающие служение гниющему трупу, подобны древнему Сизифу, что тащит камень на гору лишь для того, чтобы уронить его и начать свой бессмысленный труд сначала. Поэтому служение Императору, его идеалам или современному Империуму так же не является смыслом нашего существования. Однако Император и Империум не единственные, кто жаждет службы Астартес.

Все магнитные зажимы спали, и я снова обернулся к строю.

— Хаос, Нерождённые, Тёмные Боги, Демоны и прочая. Сила, что совратила девять примархов и их руками сразила Императора. Вечно жаждущее нечто, подчинёнными которого мы все были донедавна. И знаете, что я хочу сказать?! С Хаосом нельзя прийти к компромиссу! С ним можно либо воевать, либо стать его рабом!

Сам не замечая, я повысил голос и почти кричал. Было от чего, ведь эти мысли принадлежат не персонажу, а мне, попаданцу-наёмнику Ордо Алиус. Я ненавижу Хаос. И эта ненависть толкает дальше, к новым битвам и кампаниям, где ещё один культ погибнет, ещё один демонпринц будет изгнан, ещё один план Тёмной Четвёрки рассыплется прахом.

— Такова природа скверны — ты либо с ней, либо против. И все мы выбрали — против! Отныне ни одна сущность из другого измерения не отнимет нашу свободу! И поэтому смысл нашего существования — бескомпромиссная борьба с демонами и их прислужниками. Это наш долг, наша цель и условие нашего выживания. Но одной борьбы с Хаосом недостаточно. Нельзя понимать себя лишь на антагонизме с чем-то, всегда нужен созидательный импульс. Раньше этот импульс выливался в особенности того общества, в которое собирались изменённые геносеменем Пертурабо люди — Четвёртый Легион. Уникальные традиции, иерархическая система, боевая доктрина, язык. Однако нам известно, что случилось с Легионом в конце. Он пал перед Хаосом. Совсем немногие Железные Воины смогли преодолеть искушение варпом, что говорит об ущербности старых путей. Поэтому пришла пора проложить новые!

Я сорвал упаковочную материю и активировал телескопическое древко. Миг, и в руках развернулось новое знамя. Укрытое силовым полем, оно имело вид хоругви: флагшток заканчивается вертикальной перекладиной, к которой крепится серо-стальное полотно с треугольным краем, созданное при помощи адамантиевых нитей. Вверху и внизу полотнища располагаются кантоны в традиционном узоре Четвёртого Легиона: чёрно-золотые косые полосы. По центру же изображалась новая инсигния. Два скрещённых силовых молота, крест-накрест пересекающие всё полотно от кантона до кантона. Ровно по центру древняя оружейная маска золотого цвета, символ Четвёртого Легиона до Ереси Хоруса. И лавровый венок, расположенный поверх молотов таким образом, чтобы обрамлять маску снизу.

Красота! Чётко, лаконично, сталь с золотом. Всё по канонам Железных Воинов.

— Братья! Мы — воплощение мощи. Но никто, сколь бы сильным он ни был, не может победить систему, сражаясь в одиночку. Поэтому нам нужно своё общество, своя структура, свой Легион. Для выживания, для борьбы с любыми врагами, для самосовершенствования, я объявляю о создании Железного Братства!

Одиннадцать космодесантников синхронно трижды ударили нагрудник кулаком напротив сердца в древнем воинском приветствии.

— Ave! Ave! Ave!

— Мы вместе выкуем боевое братство, что будет сочетать в себе доктрину максимальной боевой эффективности, непримиримую ненависть к Хаосу и истинные братские узы. Мы сами создадим традиции, взяв из прошлого всё лучшее. И никто, ни Император, ни божки варпа не будут держать в руках нашу верность! Мы верны лишь друг другу! Мы верны лишь Железному Братству!

Снова прозвучало троекратное «Ave» и удары кулаков о керамит. Атмосфера цвела пафосом и пахла. Но я видел, как на фоне внешних символов чести некоторые из братьев мимолётно, еле-еле проявляли своё истинное отношение ко всей этой затее. Что же, первый квест — взращивание доверия и уз братства — начался.

Сказав ещё несколько слов о чести, славе, великих победах и прочих обязательных в такой ситуации атрибутах, я опустился перед строем на колено, склонил голову и прижался к древку своим лбом. Получилась картинка из учебника: крестоносец молится перед боем.

— За сим я, Аскольд по прозвищу Мрачный, своей жизнью, честью, свободой и душой клянусь в верности братьям и Железному Братству. Клянусь чтить воинскую дисциплину и братские узы. Клянусь отстаивать интересы Железного Братства. Клянусь до последней капли крови сражаться с Хаосом и его порождениями. И пусть вся вселенная будет мне свидетелем! — Я поднялся с колен и торжественно ударил пятой древка о землю. — Моя жизнь — ваша жизнь. Моя верность — ваша верность. Отныне и вовеки!

Снова прозвучали удары рукавиц о керамит и троекратное «Аve». Выдержав паузу в две секунды, я вытащил психосиловой клинок и воткнул в землю возле флагштока. Не в курсе, как обстоят дела в других гранд-батальонах, а в 77-м клятву Кузнецу Войны приносили на его личном оружии.

— Братья! Некоторые из нас донедавна не просто не считались космодесантниками, но даже не имели имён. Пора это исправить!

Ох уж эти «полукровки»… Естественно, в начальной генерации Крестового Похода о них не было сказано ни слова. А они самим своим существованием вносили немаленький ком проблем. Слабые, неопытные, генетически несовершенные, они у любого полноценного легионера Четвёртого вызывают изрядное раздражение. Мне же нужно и примирить с их существованием остальных астартес, и как-то научить их военному ремеслу, и нормально оснастить их, и заняться выкорчёвыванием букета комплексов, что взращивала в них жизнь раба варбанды Демонокровых. Но ничего, прорвёмся.

Повинуясь моему жесту, вперёд вышел самый младший из тех, кого раньше называли «полукровками» — стрелок-радист рины. Его вид, как и вид всех остальных «полукровок» (нужно придумать другое слово — я пытаюсь побороть внутреннее разделение и сам использую разделяющее именование), вызывал лишь уныние. Во-первых, доспех. Все семеро инициатов (во, буду называть их так) были одеты в настоящий конструктор — общность деталей от силовой брони всех известных модификаций, непонятно как работающих вместе. Сами детали даже на вид старые и изношенные, а что там внутри — лишь Омниссия знает. Если мы, полноценные астартес, смотримся потрёпанными, то инициаты — натуральными бомжами. Во-вторых, оружие. И этот, и остальные новички оснастились болтерами и болтпистолетами паттерна «Umbra» — чуть ли не самого лажового из всех. Максимально простая и примитивная конструкция — почти буквально дуло с магазином, ствольная коробка, курок и рукоятка — изготовлявшаяся во времена Объединения Терры для быстрого и дешёвого оснащения Громовых Воинов. Паттерн использовали в первые годы Великого Крестового Похода, но почти сразу заменили на более технологичные аналоги. Болтеры паттерна «Umbra» даже не подключались к машинному духу силового доспеха, и стрелять из него следовало как из обыкновенного автогана — при помощи целика и мушки!

Хотя чему я удивляюсь. Чем ещё вооружат нищие (относительно других хаосмаринов) Демонокровые своих рабов, расходный материал? Именно такими стволами — максимально простыми, примитивными и надёжными. Чтобы иметь преимущество в случае восстания и перенести нехитрое обслуживание на самих рабов. Впрочем, может оно и к лучшему. Сейчас, в условиях жёсткой нехватки ресурсов, простота в обслуживании и надёжность весьма кстати. Когда Железное Братство встанет на ноги, поменяю их оружие на что-то более сносное.

В-третьих, размеры. Организм космодесантника не стареет и растёт всю жизнь. Именно поэтому высокий рост, широкие плечи и прочие физические атрибуты в среде астартес вызывают почтение — ведь они сигнализируют, что их обладатель смог как-то дожить до сего момента и, скорее всего, обладает немалым опытом. Обратное тоже верно: чем ты щуплее, тем моложе и тем меньше получаешь почтения. Стрелок-радист, самый низкий среди инициатов (поэтому я вызвал его первым), имел показатель роста в 205 сантиметров. Сержант инициатов, самый высокий — 211. Из нас, полноценных легионеров, не было никого ниже 230. Ещё один, крайне очевидный разделяющий фактор.

И в-четвёртых, самое главное — внешность. К вызванному первым инициату это не относилось, выглядел он для Железного Воина вполне нормально, а вот остальные… Но обо всём по порядку.

Как выглядит типичный Железный Воин? Ответ для того, кто понимает, с чего списали Олимпию, очевиден — как грек. Смуглая матовая кожа, изначально с оливковым отливом — но тот быстро теряется. Выделяющиеся скулы, высокий лоб, крупный нос, прямой или с горбинкой. Широкий рот с тонкими или средними губами. Волосы волнистые, преимущественно тёмные. Глазницы прямоугольной формы, глаза почти всегда глубоко посажены и могут быть любых цветов, но преобладают чёрный, карий и серый. В целом, довольно привлекательное зрелище. Другое дело, что все эти черты очень быстро стирает повседневная и боевая жизнь легионера Четвёртого. Короткая стрижка или лысина, сильный загар или наоборот бледность, боевые отметины, что сводятся лишь если мешают функциональности. Общая суровость и пренебрежение почти всем, что не влияет на эффективность в бою. Короче говоря, от средиземноморского колорита Железных Воинов боевые будни ничего не оставляют. Да и сами они внешнюю красоту не жалуют, скорее даже наоборот. В отличие от Детей Императора или Кровавых Ангелов, к примеру. Но есть нюанс — понятие нормальности. Или точнее, строгие каноны и нормы Четвёртого Легиона, которые регламентируют внешность в том числе.

Почему к нестандартной внешности такое предвзятое отношение? По моему мнению, причин две. Или две с половиной. Во-первых, боевая эффективность. Железные Воины в главу угла везде (почти) ставят именно её, остальное идёт следом. И если какие-то нормы чести или нравственности, традиционные стратегические приёмы или ритуалы мешают максимально эффективному использованию чего-либо (род войск, техника, оружие и т.д.), то такие представления просто исчезают. К примеру, до-ересёвые Железные Воины клали болт на понятие «честности» оружия и свободно использовали боевые отравляющие вещества, «грязную» ядерку, боевых роботов и так далее. То же касается тел самих космодесантников. Мутации, неполный список прижитых органов при инициации, генетические отклонения и раны, что препятствуют сражению — это отход от канонов и почти всегда ослабление космодесантника. Соответственно, происходит трансформация мысленной парадигмы. В среднем чистокровный сын Пертурабо сильнее, быстрее и выносливее химерического/мутировавшего/раненого астартес. Поэтому если внешность отдельного космодесантника соответствует нормам и канонам Четвёртого, то в сражении от него стоит ожидать высокой результативности. И наоборот, если боевой брат косой, кривой, с торчащими из глаз тентаклями, то это хрен собачий, а не эффективная боевая единица. Формируются ассоциативные цепочки: каноничная внешность-нормальный-эффективный; неканоническая внешность-мутант/псих/калека-неэффективный. Преклонение Железных Воинов перед личной силой только усиливает такие представления.

Во-вторых, приверженность символизму и традициям Железных Воинов. С началом Ереси Хоруса и после бегства в Око Ужаса многие легионеры порвали с корнями, полностью предаваясь скверне. Но тех, кто в той или иной мере остался приверженцем идеи Легиона, тоже осталось немало. Для подобных личностей внешняя атрибутика имеет большое значение. С началом использования химерических зигот и демонкулаб внешность начала играть роль много более важную и прочно стала ещё одним элементом «нормальности», «высоких стандартов прошлого», чётко отделяя «чистокровных» от «подделок». И если новобранец выделялся характерными для другого Легиона чертами, относились к нему хуже, чем к смертным слугам. Учитывая роль геносемени в создании астартес, можно привести аналогию с внебрачным ребёнком в многодетной семье, которого кто-то где-то нагулял. Что, как ни странно, являлось прогрессом — ведь во времена ВКП и первых лет Ереси Хоруса всех «некондиционных» новобранцев попросту уничтожали.

Наконец, последнее, что следует из двух причин выше. Внешность — это повод. Жестокость Железных Воинов проявляет себя всегда и всюду, ища поводы для конфликтов. И совершенно очевидно, что внешние уродства и/или несоответствия норме (что бы под этим понятием не подразумевал конкретный легионер) могут служить ещё одной причиной для пересмотра иерархии варбанды.

Вот так формулируются главные черты, что выделяют «полукровок» из стройных рядов (шутка) Четвёртого Легиона и Железного Братства. Некоторые из них, вроде качества снаряжения, можно исправить относительно просто. Обзаведёмся инфраструктурой, техническими служителями и всем членам Железного Братства сварганим качественную амуницию. Другие преодолеваются сложнее, вроде неопытности или роста инициатов, но методология решения таких проблем понятна. Просто новичков нужно обучить и тренировать достаточно, чтобы те подтянулись к необходимому стандарту. Но вот главный затык — всё, что касается признания инициатов полноценными легионерами — преодолеть будет очень сложно. Придётся не просто работать с идеологией Легиона, а менять поведенческую парадигму астартес, что на практике знают, каким должен быть настоящий космодесантник. Что видели величайшие битвы ВКП и Ереси Хоруса. Что сами проходили через все испытания и невзгоды инициации. Что уверены в собственном превосходстве, преклоняются перед силой, злобные, упёртые… Уф. Одна мысль о грядущих трудностях вызывает раздражение.

Инициаты, надеюсь, вы стоите своих проблем.

К счастью, в текущих обстоятельствах преодолеть проблему «чистокровности» мне будет проще. Ведь этот вопрос стоит не отдельно, он тесно завязан с выживанием и внутренней этикой. Нас всего двенадцать, новых астартес пока взять неоткуда. Поэтому прийти к пониманию ценности каждого члена Братства проще. Оттуда я уж попытаюсь рационально объяснить, что братские узы более выгодны, чем вражда или высокомерность. А дальше построим доверительную атмосферу, начнутся настоящие сражения, где «полукровки» будут спасать жизнь полноценным легионерам. И те, и другие ощутят себя братьями по оружию… Короче, варианты есть.

Стрелок-радист рины, он же самый низкий и потому младший космодесантник Железного Братства, опустился на колено и произнёс клятву — почти такую же, как я. Только имени не сказал по причине отсутствия такового.

— Моя жизнь — твоя жизнь. Моя верность — твоя верность. Отныне и вовеки! — Инициат закончил произносить слова, после чего не вставая с колена поцеловал край знамени и приложил гарду моего психосилового клинка к своему лбу.

— Твоя жизнь — моя жизнь. Твоя верность — моя верность. Отныне и вовеки! Ave! — Я протянул руку космодесантнику и поднял его на ноги. — Добро пожаловать в Железное Братство, брат Астенор!

В этот момент произошло то, что стало сюрпризом для всех, кроме меня — сработал последний эффект сферы-артефакта, что перенёс нас сквозь варп. Внешняя поверхность доспеха новонареченного брата Астенора полностью очистилась от краски и любых нацарапанных символов. Мы все стёрли со своих броней нечестивые знаки хаоса и варбанды Демонокровых, но подручными средствами это сделать получалось так себе, да и обстановка погони к наведению марафета не располагала. Поэтому на нагрудных пластинах, наплечниках и прочих геральдических местах силовой брони астартес оставались следы символов наших прошлых повелителей. Теперь же доспех инициата Астенора бликовал серо-стальным оттенком некрашеного керамита. На грудной пластине проявилась объёмная инсигния Железного Братства: два скрещённых силовых молота, оружейная маска золотого цвета по центру и лавровый венок, обрамляющий маску снизу. Эта инсигния появилась на левом наплечнике. Правый наплечник покрылся косыми чёрно-золотыми полосами. Оружие брата Астенора прошло ту же трансформацию.

Зрелище произвело сильное впечатление на всех космодесантников. Я и сам едва сохранил торжественное выражение лица — одно дело читать описание эффекта, другое наблюдать его на расстоянии вытянутой руки. Астартес-ветераны отреагировали сдержанно (за исключением Дромона — но он особый случай) и в целом положительно, а инициаты чуть не запрыгали от радости. Их уверенность в завтрашнем дне, изрядно поднятая уничтожением ошейников, ещё раз существенно возросла. А значит — и мораль, что для меня крайне важно.

Далее ритуал пошёл бодрее. Водитель рины теперь звался Сарпедоном. Внешне он выделялся более узким разрезом глаз, коротким носом и вытянутым назад черепом. Этакий азиат-кватерон, монгол или китаец. Не уродство, но уже на грани. Три инициата с болтерами получили имена Истихар, Иолат и Вергилий. Первый из них внешностью отошёл от канонов не сильно, лишь разноцветными глазами: правый пронзительно-жёлтый, будто волчий, и левый насыщенно-фиолетовый, как у чистокровного кадианца. Второй походил на гориллу. Тяжёлые надбровные дуги, скошенный лоб, маленькие глаза, крупный рот с толстыми губами, выдающаяся челюсть и заметные клыки. Делаю мысленную пометку: проверить интеллект данного индивида, следить за его отношением к насилию и не давать замкнуться в себе. Вдруг будущий кхорнит растёт. Третьему инициату повезло, никаких внешних отклонений на нём видно не было. Простая короткая стрижка, более-менее дефолтное лицо без особенностей, зачатки воли и интеллекта во взгляде. Получил он имя древнеримского поэта в шутку, мне было лень напрягать фантазию.

Специалиста по тяжёлому вооружению я назвал Балтис. Тоже по приколу — а вдруг кто-то из собеседников узнает этот топоним? Буду знать, что встретил землянина. Выглядел космодесантник совсем не стандартно. Очень бледная кожа, острое лицо, узкий подбородок, небольшой нос, тонкие, бескровные губы, чёрные глаза, отсутствие бровей и короткий ёжик бесцветных волос. Явно кто-то из Гвардии Ворона или Повелителей Ночи донором ген послужил. Снарядился химерический астартес болтпистолетом того самого паттерна «Umbra» и лазпушкой стандартной для космодесанта модификации Mk VII Mars. Толстые кабели соединяли само орудие и специальные трансмутационные блоки на бекпаке — термоядерный реактор, что питает доспех, подаёт энергию на блок, где та преобразуется, аккумулируется и при нажатии на курок подаётся к самой пушке. Не люблю оружие, для функционирования которого нужны внешние кабели. Но сейчас не до жиру, хорошо хоть такой антитанк имеется.

Безусловно, внешность брата Балтиса уже не раз сослужила ему плохую службу — память Аскольда-персонажа подсказывала, что данный «полукровка» завербовался в заговорщики одним из первых. Но самым необычным инициатом в строю оказался не он.

Сержант полувзвода выделялся среди всех присутствующих. Благородный профиль, золотые кудри и небесно-синие глаза. Одного взгляда достаточно, чтобы понять — в этом космодесантнике очень много от Сангвиния.

— Моя жизнь — твоя жизнь. Моя верность — твоя верность. Отныне и вовеки!

Последний инициат закончил произносить клятву, после чего совершил ритуальное действие: поцеловал край знамени и приложил гарду клинка к своему лбу. А я не спешил его поднимать с колена.

Бывают ситуации, когда награждают непричастных. Везде и всегда полно подобной несправедливости. Но иногда события складываются так, что не наградить непричастного нельзя. Помнится, в известной сцене сериала «Четыре танкиста и собака» происходит именно это. Ян Кос, командир легендарного Т-34-85 «Рудый», опоздал и его команда сражалась без него. Очень успешно и по итогу боя была представлена к наградам. Но командующий полка наградил Яна больше всех остальных — потому что не может главный из отличившихся получить ничего или хуже, публичное порицание. Это повредит боевому духу и идёт вразрез с воинской этикой. Сейчас мы, я и этот химерический астартес, находимся в схожей ситуации.

По сути награждать его не за что, но будет полезно для поддержания хрупкого внутреннего равновесия Железного Братства. Он — наиболее отличный от стандарта и норм Четвёртого Легиона среди полувзвода. И одновременно первый из «полукровок», ихний лидер, обладающий личной харизмой и стремлением к высоким идеалам. Кроме того, он сержант. В условиях нашего нищего крусейда любое звание и прилучающаяся к нему власть существенна, её не может получить недостойный ноунейм и (что особенно важно для чистокровных легионеров) пробирочный химерический урод. Поэтому нужно как-то этого инициата выделить.

А ещё сержант является личной гордостью Фердинанда. Именно на этом космодесантнике мой апотекарий экспериментировал с инсангвинацией — специфическим процессом создания Кровавых Ангелов — для быстрого и качественного выращивания инициатов из прогиноидных зигот с примесью генного материала Девятого Легиона. Удачно экспериментировал, ведь плодом его работы стал самый генетически стабильный, физически совершенный и ментально полноценный «полукровка». Очень нужное для Железного Братства исследование, которое пригодится нам позже.

То есть другим, не менее важным мотивом награждения сержанта является симпатия апотекария. Фердинанд сейчас — самый важный член нашего отряда, от него зависит будущее Железного Братства. Поэтому расположить к себе этого отшельника от медицины будет очень полезно.

Молчание затягивалось, на лицах новонареченных братьев появились первые признаки беспокойства. Пора что-то говорить.

— Не так много лет назад варбанда Демонокровых напала на крепость-анклав ордена Расчленителей с целью получить чистое геносемя. Случилась битва, Демонокровые победили, однако победа была омрачена последним деянием защитников — видя близкое поражение, командующий анклавом капитан отдал распоряжение уничтожить запас прогеноидов. Но не этим запомнилось то сражение. После взрыва капитан вышел сам, последний защитник крепости. Он столкнулся с личным отрядом Шарварта Шипастого и в одиночку, раненный и контуженный, убил четверых элитных телохранителей в терминаторском доспехе и сильно ранил самого чемпиона Хаоса. Именно то позорное поражение Демонокровых стало причиной, почему часть варбанды во главе с Шипастым отправили подальше. Позже генетический материал капитана Расчленителей использовал апотекарий Фердинанд. Плод его трудов сегодня перед нами: полноценный астартес-инициат, что личным примером вдохновил своих братьев-инициатов на бунт и позже достойно себя показал во время эвакуации. За проявленные качества и в счёт будущих заслуг я, Аскольд Мрачный, дарую тебе nomen. Твоя жизнь — моя жизнь. Твоя верность — моя верность. Отныне и вовеки! Ave! — Я протянул руку брату и поднял его на ноги. — Добро пожаловать в Железное Братство, брат-сержант Данте Алигьери!

Вспышка очищающего огня, доспех сержанта перекрасился в стильный металлик, и в строй стал последний «полукровка» с возвышенным выражением лица и светящимися гордостью глазами. Надеюсь, подобный подарок не вскружит «молодому да раннему» брату Данте голову. Награду ведь он получил немалую. А ещё интересно, в каком тысячелетии нас выбросило и появился ли уже оригинальный лорд-командор Данте. В ближайшее время узнать этого не получится, ведь Тутмос, планета-свалка, попадание на которую я выбрал стартовым бонусом, частично погружена в варп и время здесь течёт в собственном темпе.

Следующим дал клятву апотекарий, который оказался самым младшим из настоящих легионеров. Знал о нём мой персонаж немногое и впервые пересёкся с братом Фердинандом во время рекрутской миссии. Он терранец, что говорит о многом. Отрёкся от прежнего имени, когда заходил разговор о прошлом, отмалчивался или высказывался максимально пространно. То бишь ярым традиционалистом-фундаменталистом, как Малахроста, его назвать нельзя. Но и к порабощённым скверной членам варбанды он относился с откровенным презрением. Замкнутый, нелюдимый, брат Фердинанд занимался исключительно искусством биологис и мало обращал внимания на внутреннюю грызню Демонокровых. Однако по его обмолвкам и полученной от других легионеров варбанды информации мой персонаж сделал вывод, что отшельником терранец был далеко не всегда. Возможно, эта невозможность полностью раскрыть себя, дать волю творческому началу и стала одной из главных причин его перехода под мою руку. Не знаю. Персонаж интересный, нужный, но мутный. Подружиться с ним следует обязательно.

Далее к знамени подошли мои телохранители, Дромон и Малахрост. В Четвёртом они вместе служили в отряде бричеров — особом подразделении штурмовиков, которому поручали важные и опасные задания. Штурм космических кораблей, атака в первых рядах, прорыв эшелонированной обороны и так далее. Суровые парни по меркам любых астартес. В неформальной «табели о рангах» бричеры занимали позицию переходного звена между регулярной и элитной частью легиона: хорошо себя показавшие бойцы этого подразделения часто становились младшими офицерами или получали право облачиться в терминаторский доспех. Лучшие бричеры, что впечатлили своих командиров или самого Пертурабо, ставали тирантикосами или доминаторами. Именно так именуются лучшие из лучших, самые почтенные и эффективные бойцы Четвёртого Легиона. Они же исполняли обязанности личного отряда и телохранителей примарха. По слухам, Малахост был кандидатом в отряд доминаторов и не попал в элиту элит легиона лишь из-за начавшейся Ереси Хоруса. Сам я в этом сомневаюсь, не тянет мой телохранитель на тирантикоса. Но слухи поддерживал. Ведь они повышали авторитет Малахроста как неформального конкурента Шарварта Шипастого, тем самым придавая его властным претензиям необходимый вес. Репутация «почти доминатор» намного существеннее, чем просто бричер.

Внешне, напоказ мой первый заместитель (именно такую позицию он займёт по нашей договорённости) последовательно строил образ приверженца высоких идеалов прошлого. Пропаганда максимально рациональной и эффективной боевой доктрины, презрение к слабакам и «полукровкам», личный пример идеального воителя и всё такое. На деле же Малахрост умел расставлять приоритеты и понял опасность Хаоса лично для себя и для Легиона. Именно поэтому он стал частью заговора и сделал львиную часть работы. Почему он вошёл в Железное Братство и сейчас, принеся клятву, станет моим подчинённым, а не лично займёт лидерскую позицию? Хороший вопрос. Окончательный ответ на него мне придётся дать самому. В том числе делами и достижениями, что подтвердят мой лидерский статус.

Короче говоря, Малахрост — первый возможный конкурент на пост командующего Железным Братством. И по хорошему его стоит сгноить или как минимум отдалить от центра принятия решений. Но сделать этого я не могу, слишком уж нас мало. Каждый космодес на счету. Поэтому будем посмотреть.

Второй бричер, Дромон, был совершенно другим и являл собой хрестоматийный пример «генетического изъяна» Четвёртого Легиона. В кавычках потому, что технически апатия генным пороком не являлась, а была результатом смешения уникальных факторов, характерных для сынов Пертурабо: эгоцентризм, неприятие веры или идеологии, рационализм, общая мрачность характера и погружённость в рутину войны. Всё это делало из легионера Четвёртого машину, автоматона, который, окружённый исключительно войной, постепенно впадает в оцепенение, замыкается в себе и всё меньше реагирует на внешние раздражители. Естественно, этот психологический недуг получил не каждый Железный Воин, но процент по Легиону до Ереси был высоким. От него страдали все, и рядовые братья, и высокопоставленные офицеры. Помню, самым известным носителем данного состояния был Кидомор Форрикс — Первый капитан Первого гранд-батальона, триарх и член внутреннего совета Пертурабо.

Сам Дромон взирал на мир с абсолютным равнодушием. Он ни разу не кричал «Ave», лишь механически выполнял последовательность ритуала. Голос, что произнёс слова клятвы, точно соответствовал внутреннему наполнению: тусклый, ровный, лишённый любых эмоций. Лишь пустые, так и хочется сказать мёртвые глаза взирали на окружающую действительность. Две черты отличали брата Дромона от сервитора: неизменное презрение, что возникало на его лице при взгляде на инициатов-«полукровок», и абсолютная послушность командам Малахроста (и только его).

Наконец, последний из нашей братии — технодесантник Фалес Звездочёт. Ядро заговора, без которого наш побег был бы невозможен даже в теории. Терранец, попал в Четвёртый Легион до обретения примарха. То бишь персонаж опытный и среди нас самый старый, заставший чуть ли не времена Объединения Терры. Кроме того, знаный (хоть и в узких кругах) член Аполакрона, сообщества космодесов внутри Четвёртого. Известная как Братство Стали, эта организация специализировалась на изготовлении и использовании боевых автоматонов. Что позволяет мне строить далеко идущие планы: опытнейший специалист (конструктор, инженер, механик и фабрикатор в одном лице) уже есть, осталось завоевать заводик-другой и клепать роботов. В различных походах они нам очень помогут.

Выглядел властитель механодендритов и сервиторов не особо презентабельно. Бледная кожа, симметричное лицо без уродств, серые глаза. Типичный Железный Воин. Если не знать, что тело Фалеса — одно комплексное устройство и живые там только мозги, пройдёшь мимо строя астартес и не заметишь. Насколько я знаю, он может выглядеть как угодно — космодесантник, боевая сороконожка, хоть титан. Достаточно подключить мозги к нужным нейропроводникам. И несмотря на настолько обширную аугментацию, брат Фалес не превратился в апатичного или фанатичного постчеловека подобно большинству адептов Бога-Машины. Он не избегал общения, часто шутил, высказывал свою позицию по важным вопросам. В том числе чётко обозначил неприятие Хаоса. Это — первая из двух причин, почему столь уважаемый член Демонокровых решил бросить варбанду и присоединиться к моим бомжам-отщепенцам. Вторая причина — особое умение Аскольда, которое обозначалось в генерации моего персонажа фразой «варлорд трейт». Но о нём позже.

Фалес Звездочёт принёс клятву и встал в строй. Теперь, после поглощения памяти Аскольда-персонажа и личного знакомства со всеми членами Железного Братства, я могу сделать несколько выводов. Первый и главный — список проблем, которые нужно преодолеть для того, чтобы мои подчинённые начали считать себя частью одного целого. Узы братства, высокая мораль и всё то, о чём шла речь выше. Второй — явные недостатки и преимущества каждого отряда. Инициаты обладают высокими верностью и боевым духом, но по меркам Легионес Астартес откровенно слабы и не вписываются в идеологию Четвёртого Легиона. Апотекарий вроде бы хороший специалист, но чего он хочет (и совпадают ли его хотелки с целями Железного Братства), совершенно не ясно. Два телохранителя, один — потенциальный псих, абсолютно верный другому, который является моим главным конкурентом за лидерство. Оба самые боеспособные мои бойцы-ветераны, потенциально — оппозиция и главные трансляторы идей «чистокровности». Наконец технодесантник, опытнейший специалист, у которого со мной по-хорошему лишь одна связывающая нить — мой варлорд трейт, что позволяет Фалесу хранить живые и металлические части себя от скверны.

Вот такая картина. Не скажу, что бедовая, но и счастливой её не назовёшь. Ладно, хватит отвлечённых размышлений. Пора заканчивать культурную программу и возвращаться к суровым боевым будням.

— Перед тем, как мы отправимся строить будущее Железного Братства, я хочу назвать четыре правила, которые следует соблюдать порядке очерёдности. Первое — выживание брата Фердинанда и брата Фалеса имеют главный приоритет. Именно они держат в руках ключи к нашему существованию. Второе — ваши жизни ценнее, чем выполнение боевой задачи. Нас всего двенадцать, и пополнить свои ряды мы ещё долго не сумеем, поэтому я приказываю сохранять свои жизни и не рисковать понапрасну. Третье — берегите снаряжение. Его нам тоже брать неоткуда. Очень надеюсь, что мы сможем добыть орудия и брони, подходящие Астартес, в ближайшем будущем. Пока же следите за собой, в бою старайтесь обходится без повреждений и чуть что, обращайтесь к брату Фалесу. Наконец, четвёртое. Экономьте боеприпасы. Где это целесообразно, вступайте в ближний бой или пользуйтесь подручными предметами. — Я ещё раз осмотрел строй и для наглядности начал показывать цифры пальцами. — Соблюдайте эти правила именно в таком порядке. Боеприпасы важны, но снаряжение важнее, и для его сохранности лучше потратить болты или гранаты. Снаряжение в дефиците, но его достать или изготовить гораздо проще, чем нового космодесантника. Поэтому при угрозе жизни не бойтесь потратить или сломать собственную амуницию. Наконец, жизни брата-апотекария и брата-кузнеца являются важнейшими условиями выживания Железного Братства. Поэтому любая другая жизнь, даже моя собственная, может быть пожертвована ради их выживания. Пока Железное Братство не встанет прочно на ноги, руководствуйтесь этими четырьмя правилами. На этом всё. Грузимся и готовимся к разведке боем. Брат Сарпедон, вывози нас отсюда.

Я бережно сложил телескопическое древко хоругви и поместил её на прежнее место — между дверью в кабину и когитатором «рины». Космодесантники заняли свои места, задняя аппарель поднялась и «носорог» сдвинулся с места. А я прочитал системное сообщение, что закрывало генерацию крусейда: мой варлорд трейт.

Согласно правилам Крестового Похода, он создаётся следующим образом. Сначала лидер, его вид (капитан, чемпион, капеллан и т.д.), снаряжение и особая характеристика, тот самый "варлорд трейт", «черта военного лидера». Потом его войска, его глобальная цель и вперёд, на миссии. В зависимости от итога которых может произойти три вещи: добавление новых отрядов, старые отряды могут получить позитивную или негативную черту (так называемый «баттлскар» или «боевой шрам») и варлорд получает прокачку. Увеличение одной из его боевых характеристик, получение нового правила или улучшение старого. К сожалению, многие игровые условности при переносе в настоящий Сорокатысячник исчезли. Реальность намного сложнее настольной игры. Да, я получу возможность завербовать себе новых членов в очередном походе, но получится ли это у меня зависит не от правил Крусейда, а от моих действий. То же со снаряжением, чертами и прочим. Возможность получить есть, однако всемогущая Система мне ничего не даст. Сам, всё сам. Но сгенерировать мою банду по всем правилам инквизиторы из Ордо Алиус смогли, в том числе дать мне как лидеру особую черту, в данном случае — психосилу. Пламя Анафемы, именно так её назвала системка. Это заклинание позволяет силой воли противостоять скверне хаоса и очищать от губительных эманаций предметы и живые существа. Однако боевой потенциал Пламени ограничен, его воздействие на демонов намного слабее, чем на порчу и осквернение.

Подобный варлорд трейт отлично ложится в концепцию «ренегатского крусейда», который будет набирать новых членов преимущественно из других космодесантников Хаоса и подбирать их снаряжение. Захватил осквернённый болтер, очистил его и можно дальше воевать. Пришли не до конца гахнутые добровольцы, я их провожу через «крещение огнём» Анафемы. Если те выживают, добро пожаловать в Железное Братство. Возможность чистить от Хаоса свои живые части по сюжету является второй причиной, почему ко мне присоединился Фалес Звездочёт. Как оказалось, цельный космодесантник из тела, духа и души гораздо лучше сопротивляется скверне, чем живые огрызки в металлической оболочке.

Вот, собственно, и вся генерация. Фигуры расставлены, с подчинёнными я познакомился, память Аскольда-персонажа усвоил, пора достигать поставленных инквизиторами целей. Поехали!

Глава 1

За стенками нашего пузыря, медленно проступающего в реальность, бушевал варп-шторм. Синие, фиолетовые, красные и чёрт знает ещё какие молнии били в землю, оставляя в ней гигантские кратеры. Тут и там разбросанные кучи металлолома светились огнями святого Эльма, искрили и неслись по пустыне вслед за ветром. Соседняя гора на моих глазах развалилась на несколько кусков и начала громадный камнепад, который умчался вслед за светящимися обломками перекрученных механизмов.

Мы стояли на месте. Точнее сначала мы ехали, но всё равно стояли на месте. Потом горы, в окружении которых был проведён первый сбор Железного Братства, начали медленно осыпаться в небо. Появились первые тучи, громовые раскаты, и я приказал полностью заблокировать авточувства рины. Ну его, ещё психоз кто схватит.

— Тактическая сеть создана, — доложил Фалес, не отрываясь от экрана.

— Всем братьям присоединится к новой сети. Взвод инициатов и ветераны — со мной на выход. Брат Фалес, ты последняя линия обороны, поэтому останешься внутри с Фердинандом.

Космодесантники ответили короткими щелчками согласия. На сетчатке загорелись интерфейсные вкладки командного офицера. Точное расположение других юнитов, полная информация по ранениям и боезапасу, мини-карта и множество других полезностей. Вот что значит работа профи! Полчаса настройки на встроенном в рину когитаторе, и у меня в доспехе великолепный тактический инструмент. Техномарины в 41-м тысячелетии вряд ли на такое способны.

Перед тем, как опустить аппарель, я снял со стены запасной болтер и протянул его нашему врачу. Когда лично красил миниатюры рин, всегда задавался вопросом — зачем Геймс Воркшоп печатает десантный отсек в таких деталях? Его ж не видно в любом случае, а мне лишняя морока. Когитатор, скамейки, запасное оружие. Теперь радуюсь. Лишний болтган в наших условиях — это очень, очень много.

— Брат Фердинанд.

— Благодарю, — коротко кивнул апотекарий и прикрепил болтер паттерна «Godwyn» магнитной полосой к набедренной пластине доспеха.

Ну, с Богом.

— Оружие к бою!

Аппарель и боковые бронедвери упали на песок грязного жёлто-серого цвета. Дух, дух, дух — астартес с силой вбивали сабатоны в металлический пол и выпрыгивали наружу, ожидая противника. Который не заставил себя ждать.

Вокруг расстилалась классическая пустыня из Безумного Макса. Каменистые крутые горы, летающий в ветрах песок, груды всевозможного барахла, что только-только остановились после шторма. И кусок имперского города, который будто вырезало и перенесло сюда. Хотя почему «будто»? Именно что вырезало и перенесло. Тем самым штормом, что подхватил пузырь с риной Железного Братства.

Часть площади, выложенная настоящим мрамором, заканчивалась пафосными руинами в готическом стиле. По центру высилась статуя неизвестной святой-сороритки и практически целый имперский бастион Астра Милитарум — не хватало куска верхней платформы да зенитной пушки, что должна там стоять по СШК. Видимо, гарнизон этого укрепления я сейчас и видел — в компании тиранидов. Причём тиранидов странных. Тиран улья, тварь высотой метров пять, высунул из пасти язык, на конце которого телепался внушительных размеров глазик. От него исходили лучи мерзкого пурпурного цвета, упирающиеся в головы десятка хормагаунтов и части армейского подразделения людей. Остальные гвардейцы корчились по земле и нечаянно убирали свои головы от пурпурных лучей. Недолго, впрочем — на наших глазах последние солдаты были пленены неизвестным способом и присоединились к своим совзводным, что стояли вокруг тирана с безучастными лицами. Как интересно.

Глаза заметили множество других деталей, вроде ярких пурпурных пятен на панцирях хормагаунтов, но я придушил исследовательский порыв и вскинул комбиплазму. Первая битва в новом теле! Как волнительно!

— Фокусировать огонь на одной цели! Лазпушка по тирану! Данте, со мной!

Раздались дорогие моему сердцу звуки масреакивного огня — четверо полукровок, по два с каждой стороны рины, открыли огонь из болтеров. Сверкнул первый лазерный луч. Почти одномоментно с этим хормагаунты, эти тварюшки Великого Пожирателя, предназначенные для ближнего боя, рванули к нам. Мы тоже на месте не стояли. Мгновение для выбора стандартного нагрева плазмы, и палец давит на гашетку. Синие комки и реактивные снаряды устремляются к врагу.

— Железо внутри!!!

Ветераны, прикрывшись щитами, выступают немного вперёд. Краем глаза замечаю, что Данте дёрнулся, прервавшись на полуслове, побежал за нами и попытался примагнитить свой двуручный молот к броне, одновременно ведя огонь из комбимельты. Хлопнул люк о броню транспортника, брат Астенор стал за штормовой болтер нашего носорога.

— Железо снаружи!!! — Отвечает моё воинство.

Зарокотали штормболтеры. Двух мелких тварей справа-сзади моментально разорвало — лишь один снаряд сдетонировал в песке. Фалес Звездочёт, вне сомнений. Его навыки дистанционного управления машинерией, как всегда, великолепны. Слева-сзади развалился и упал замертво ещё один хормагаунт. Попаданий достаточно для убийства, но темп стрельбы был заметно ниже и почти половина снарядов прошла мимо. Это показывает свои навыки брат Астенор, стрелок-радист рины.

Первая цель. Короткая очередь. Вторая цель. Отсвет плазмы. Третья цель. Короткая очередь. Четвёртая цель. Отсвет плазмы. Лидер я или кто?! Должен соответствовать! Поэтому на бегу, одной рукой держа оружие, стреляя одновременно из двух стволов, я попытался поразить четыре движущиеся цели. Плюс новое тело, к которому не привык, ощущение куража. Итог получился лучше, чем мог — два тиранида издохли, третьему прожгло плазмой левую ногу насквозь, четвёртый смог уклонится от небрежной очереди. Внимательнее, Аскольд! На тебя ветераны смотрят, что только ждут проявления слабости!

Малахрост и Дромон активировали силовые поля своих молотов и щитов, готовясь принять оставшихся четырёх монстриков. Братья-инициаты сделали несколько выстрелов, но быстро прекратили огонь — живые враги относительно мелкие, и с их позиции оказались перекрыты нашими (моими и телохранителей) телами. Ещё одна очередь, судя по отметкам тактической сети, выпущенная из болтера брата Вергилия, поразила мёртвого врага, которого убил Иолат. Нужно будет сделать Вергилию внушение. У него было достаточно времени, чтобы среагировать и перенаправить оружие в другую цель. Брат-сержант тоже не стал стрелять в тиранидов и, наконец разобравшись с собственными руками, направил огонь в гвардейцев, которые медленно поворачивали в нашу сторону головы и поднимали свои лазерные винтовки. Ему тоже будет внесено внушение. Перформанс, который отыграл Данте, недопустим. Запутаться в собственном оружии. Я могу понять причины, которые привели к подобному. Низкие личные навыки, требовательность двуручного молота, правильное использование которого одной рукой (тем более в паре с болтером) бросает вызов и опытному легионеру. Однако закрыть глаза на подобную некомпетентность не могу. Ветераны не поймут.

Два мгновения, и четыре частично испарившиеся туши хормагаунтов падают на песок. Молоты с Олимпии не оставили космическим жукам никакого шанса. Быстрое, смертоносное и, несмотря на некоторые проколы новичков, эффективное уничтожение живой силы противника. Именно так воюет космодесант. Да, данные условия весьма щадящие — наши противники не несут дальнобойного оружия и не пытаются увернуться. Справится с тираном улья будет много сложнее.

Мы продолжаем наш рывок. Рина развернулась лицевой частью к врагу и начала объезжать нас справа. Истихар, Вергилий и Астенор обычным шагом последовали за моим ударным кулаком, немного разойдясь по своим флангам, чтобы иметь лучший угол прострела, однако в этом не было больше нужды. Фалес и Астенор перенесли огонь штормболтеров на гвардейцев, которые окончательно проснулись и даже несколько раз выстрелили из своих лазганов. Два мгновения — и технодесантник пополнил свой счёт убийств семью трупами, я смог пристрелить двоих и последнего добил радист. Снова потратив на цель в три раза больше болтов, чем следовало. Брат Балтис остался на месте, продолжая поливать тирана улья лазерными лучами. Весьма успешно, к слову, несколько раз попав чудовищу по торсу, голове и повредив мышцу на левой лапе с большим кривым когтем.

— Прекратить болтерный огонь! Данте, используй только мельту!

Брат Дромон походя раздавил голову последнего хормагаунта. Разозлённый монстр-вожак, неведомым мне образом пытавшийся управлять гвардейцами, яростно заревел и побежал в нашу сторону, уворачиваясь от лазерных лучей. Варп заискрил в моих венах, забурлил и попытался укусить сердце. Безуспешно — натренированная воля Аскольда-меня и Аскольда-колдуна переплелись, зазвенели внутри всего тела и превратили живой яд в силу. Заклинание смайта успешно скастовано. Вынырнув из внутреннего мира, попытался вслед молнии выстрелить плазмой, но увидел, что не могу — начался ближний бой.

Тиран улья оказался чудовищно быстр. Балтис не успел выстрелить ещё раз, как монструозная туша преодолела разделяющее нас расстояние и обрушилась на Малахроста. Из всех нас на угрозу он отреагировал быстрее всего. Предполагаю, ветеран успел просчитать действия нашего противника — его щит оказался на пути и плети, и огромного костяного клинка. Смещаюсь вправо, грею плазму, готовлюсь выстрелить чудищу в спину. Брат-сержант зеркально повторяет мой манёвр слева. Лишь бы по своим не попасть!

Тиран ревёт, направляя на телохранителей мощнейшие удары. Сознание знакомо замедлилось, подхваченное боевыми стимуляторами. Второстепенная информация проносится клипами, не мешая бурлению живого яда в венах. Малахрост и Дромон начали теснить врага, не давая тирану возможности отвлечься на меня или Данте. Щиты почти с механической точностью отражают огромный костяной меч, плеть и кривые когти длиной метр каждый. Силовое поле молотов трещит, не переставая. Голова, торс, верхние и нижние конечности — братья-ветераны отлично сработаны, они успевают атаковать уязвимые участки туши тиранида. Секунда, вторая, пятая, восьмая — и Малахрост особо удачным ударом повредил голову. Монстр взревел от боли и дезориентации. Темп его атак снизился.

— Бойся!

Короткое сообщение по сети Данте. Мы с сержантом стреляем из комби-оружия в спину тирану. Одновременно с этим ветераны пытаются отступить, чтобы не попасть под дружественный огонь.

Вспышка! Чутьё псайкера задрожало — тиран использовал варп. Пурпурная опухоль на его шее вздулась и взорвалась. Раз. К Малахросту и Дромону потянулись энергетические щупальца. Два. Удар мельталуча и комков плазмы. Три. Тиран дёрнул Малахроста, пытаясь закрыться им от моей стрельбы. Один плазмазаряд влетает в понож ветерана, к счастью боком и доспех отражает воздействие. Мельта брата-сержанта находит свою цель. Четыре. Над головой предводителя тиранид пролетают лазерные лучи — Балтис попытался поразить голову, но из-за боязни попасть по своим взял неправильный угол. На почти обездвиженных ветеранов обрушиваются атаки тирана. Пять. Малахрост в бешеном усилии опускает щит под жуткий удар костяного клинка — и не успевает увернуться от когтя, что поражает его правую руку. Дромон оказался менее удачен. Пурпурные щупальца схватили его в неудобной позе — брат-ветеран оказался полностью открыт. Плеть рассекла бронепластину возле локтя правой руки, кривые когти пробили нагрудник в двух местах — внизу живота и немногим ниже сердца. В вокс-канале послышалось рычание брата Дромона. Шесть.

Ах ты тварь ползучая! Я за этого ветерана отвалил немало стартовых ресурсов не для того, чтобы какой-то космический жук его в самом начале оприходовал! Ещё одно ментальное усилие — и живой яд снова разгорается. Удар молнии! Смайт попал в основание шеи тирана улья, откуда исходили энергетические жгуты. Часть щупалец пошли волнами и развоплотились. Чем моментально воспользовался Дромон. Взмах молотом — и голова тиранида сминается внутрь под действием силового поля. Последний полузадушенный хрип. Агонизирующая туша падает на песок.

Я огляделся и проверил данные тактической сети. Рина отъехала назад, готовясь при нужде запустить ракету. Инициаты осторожно обошли трупы тиранид и сейчас стояли на страже. Рука Малахроста светилась жёлтым, сигнализируя о пробитии. Доспех брата Дромона почти весь бликовал оранжевыми тонами. Мне пришёл текстовый доклад от технодесантника — авточувства рины и остальных астартес не фиксировали посторонних жизненных сигналов.

— Мои поздравления, брат Дромон. Трофей по праву твой.

Ветеран никак не отреагировал на мои слова, лишь отошёл от туши и удобнее перехватил оружие.

— Фалес, Фердинанд, здесь требуются ваши навыки. Сержант, организуй свой взвод. Нужно выставить дозор, собрать всю возможную добычу с гвардейцев и очистить кости тиранид от плоти. Они могут нам пригодится. Брат кузни, помоги им. Может, тебе удастся снять шкуру большого зверя. После этого осмотри бастион.

В сети появились сообщения о принятии приказов Данте перешёл на канал инициатов и начал раздавать указания своим подчинённым. Я мог бы проконтролировать его действия, но не стал — пусть видит, что ему доверяют. К тому же, мне самому есть чем заняться.

Я подошёл к статуе святой и опустился перед ней в позу для медитации на коленях — такую же, как у Геральта. Вдох. Выдох. Каждое тело, что я занимал, нужно осознать. Продумать, осмыслить, сделать своим не только разумом, но инстинктами. Чтобы нейронные импульсы не шли вразрез с движениями духа. И каждый раз мне приходилось прорабатывать клеточки нового тела, сглаживая разрыв разума и плоти. Но не сейчас. Железный Воин был принят моей природой на удивление спокойно, без взбрыкиваний и эмоциональных перепадов. Не идеально, нельзя сразу воплотится в чужое тело словно родное, но как показал бой, базовое управление стало доступно сразу. Где-то десять сеансов медитаций, и эта плоть станет воистину моей.

Почему так случилось? Сейчас, успокаивая ядовитые энергии в себе, я отчётливо вижу ответ. Форма и традиция контакта с Эмпиреями. Как чувствует себя колдун из Повелителей Ночи, моего любимого легиона? Как ничтожная песчинка, что несётся в энергетических потоках. Это заложено в геносемени Восьмого. Отсюда проистекают отравляющие разум видения и множество других черт, характерных для ночников. Лучшее, на что способен астартес-псайкер из потомков Кёрза — обрести гибкость, сформировать себя так, чтобы волны мягко огибали его душу и несли дальше. Не врезались, как в жёсткую преграду, и не искали трещины в мысленной защите. Традиция Аскольда совершенно другая. Я — крепость, я — бункер, ничего не вижу, не чую, беру так мало, как могу. Не погружаюсь, не скольжу по поверхности. Сижу в осаде. Во время боя я даже голосов не слышал. У подобной манеры взаимодействия с варпом есть свои минусы — слепота и глухота шестого чувства, например. Поиск чужого разума, душ и многие возможности, присущие обычным библиариям, во мне отсутствуют. Пока. Не знаю, стоит ли разбивать подобную отрешённость от Эмпиреев и пытаться магичить по известным мне канонам.

Вдох. Выдох. Живой яд временно покинул меня — но остался ждать. Ближе, чем кожа прилегает к мышцам, и дальше, чем небытие. Я открыл глаза, поднялся на ноги и начал читать поступившие за время медитации доклады. Впереди множество дел.

Малахрост и два инициата патрулировали площадь. Рино, припаркованный возле наиболее удобного спуска с горы, еле слышно ворчал двигателем. Правильно, если нам придётся срочно отступать, такое позиционирование выиграет несколько важных мгновений. Технодесантник пиломечом сержанта гвардии резал остатки тирана улья. Судя по его докладу, руины и бастион уже проверены. Остаток взвода новиков помогал Фалесу с разделкой туши. Брат Дромон лежал в десантном отсеке. Его повреждения мигали неспокойным жёлтым, и Фердинанд работал, чтобы не вернулся тревожный оранжевый. К ним я и направился. Зайти внутрь транспортника не успел — апотекарий вышел сам.

— Ничего критического, важные органы не задеты, полученный урон организм сможет излечить самостоятельно, — ответил Фердинанд на мой кивок головы. — Но дня три ему напрягаться не стоит, а лучше терранскую неделю. Мне другое не нравится. Его доспех утратил герметичность, а в данной местности высок уровень радиации и летучих токсинов. Ранение брата-ветерана может получить осложнение, для борьбы с которым профильные медикаменты в запасах отсутствуют.

— У меня есть средство, которое может помочь.

Мы зашли внутрь. На полу прибавилось песка. Брат-ветеран тяжело поднялся и стал напротив меня, не пытаясь закрыть дыры в керамите. Я будто наяву увидел его безразличные глаза, что пытаются найти в моей фигуре причину подчинения. Надеюсь, предыдущий бой не показался ему слишком позорным.

— Схватка была жаркой, брат Дромон, и ты показал себя с наилучшей стороны. Я лично удостоверюсь, что причитающаяся тебе добыча будет достойной. А сейчас позволь очистить твои раны. Это ускорит регенерацию и ты быстрее вернёшься к ратным подвигам.

Железный Воин никак не отреагировал на мои слова, ни словом, ни делом. Даже сообщение в сеть не послал. Ладно. Будем считать, что разрешение я получил. Вдох, мгновение на концентрацию. Колкий свет вырвался из глубин моего сердца. Белое, недружелюбное свечение наждаком прошлось по внутренностям, с мясом выдирая микроскопические остатки живого яда и вырвалось из рук двумя прожекторами. Пламя Анафемы недобро сверкнуло на ритуально разбитой аквиле нагрудника и нырнуло вглубь, игнорируя материю. Не знаю, что чувствовал мой подчинённый, его поза оставалась неизменной всё время. Вряд ли что-то приятное.

— Будем надеяться на живучесть Железных Воинов. Поправляйся, брат-ветеран, нас ждут новые сражения.

Я коротко кивнул застывшему статуей легионеру и пошёл на выход. Выйдя из рины, переключился на личный вокс-канал с Фердинандом.

— Семь дней значит… Хорошо. В своём сообщении ты упоминал важную тему, которую стоит обговорить. В чём дело?

— Дело в наших новичках.

Конечно, в новичках… Чем мне ещё нагадят эти недоастартес?

— Почти все из них имеют различные генетические изъяны, которые требуют постоянного лечения. Кроме того, инициаты до сих пор растут. Их организмы нуждаются в специализированном коктейле из зелий, гормонов и сложных синтезируемых веществ. — Фердинанд постучал по доспеху в районе шеи. — Очищение от скверны, которое ты сделал при помощи артефакта, пополнило все расходуемые медикаменты в автодоках броней, которые могут частично исполнять функцию коктейля. Но это временное решение проблемы. Без надлежащих средств через полгода тела инициатов начнут отторгать имплантируемые органы. Если я извлеку из доспехов всех членов Железного Братства медицинские расходники и использую их исключительно на взводе Данте, можно выиграть ещё дней пятьдесят-шестьдесят. Не больше.

— То есть нам необходима алхимическая лаборатория?

— И чем скорее, тем лучше, — кивнул апотекарий.

— Я тебя услышал. Пока опустошать автодоки не будем, практика показывает, что сражаться нам предстоит много и часто. Другим братьям медикаменты тоже пригодятся. Но держи ситуацию с взводом Данте на контроле. Если произойдут существенные изменения — сразу дай знать.

Фердинанд ударил кулаком в грудь, надел шлем и вернулся к своему пациенту. А я добавил новый пункт в длинный список текущих проблем. После этого направился к взводу Данте. Наши новички, те, что не стояли в дозоре, помогали технодесантнику с громадной тушей. Отпластовывали мышцы на конечностях, носили в руках склизкие внутренности и прочее. Работа подходила к концу. За время моей медитации инициаты успели очистить кости хормагаунтов и сложить их кучкой рядом со снаряжением гвардии. Я заметил лазганы с примкнутыми штыками, огнемёт, ранец с вокс-передатчиком, лазпистолет сержанта, окровавленные куски флак-бронежилетов, каски и лежащую отдельно аугментику. Здесь же, бережно завёрнутые в распоротую одежду солдат, лежали четыре стационарных тяжёлых болтера. Добыча с бастиона. Отлично, хозяйственный техмарин уже обшмонал и собрал всё, что мог.

Кивнув отдавшим честь инициатам, направился к очищенным костям. Вдох. Выдох. Максимально абстрагировавшись от тела, я не стал искать источник психосилы или фиксировать аномальные ощущения во время использования, а просто сосредоточился на максимальной эффективности. Потом буду нырять в метафизику. Тронутые Хаосом кости начали дымиться и частично таять. Много, где-то пятая часть, просто исчезла. Оставшиеся куски скелетов покрылись дырами и рваными выемками. Не все, но многие. После останков хоррмагаунтов я очистил добычу с гвардейцев и взвод Данте. Последними Пламенем Анафемы обработал труп тирана улья и нашего технического специалиста.

— Твой магазин. Я взял на себя смелость и восполнил боезапас комбиплазмы, пока ты медитировал.

— Благодарю, брат кузни. — Я прикрепил металлический рожок к поясу на магнитный зажим. — Кстати о боезапасе. В прошлой схватке мы потратили около ста болтов. Сражаться нам предстоит много, и наличествующих боеприпасов хватит на полтора хороших боя. Сомневаюсь, что в ближайшем будущем мы наладим производство масреактивных снарядов, поэтому вот твоё задание. Нам нужны надёжные низкотехнологичные стволы, боеприпасы к которым можно изготовлять в любых условиях.

Я кивнул на снарягу гвардейцев, сложенную в стороне.

— Первое что приходит в голову — аналоги оружия Астра Милитарум. Лазерный автоган, стреляющий от стандартной имперской батареи. Или нескольких. Огнемёт, смесь для которого делается относительно просто. Ручной гранатомёт и гранаты с кустарной взрывчаткой. Наконец, пулевое оружие. Поправь меня, но изготовить пулелейки и примитивный порох сможет любой рукастый смертный, обладающий минимальными знаниями и ресурсами.

— Не совсем так, но задачу я понял. — Технодесантник бросил цепной меч, которым разделывал тирана, к остальной добыче. — Попробую что-то придумать. Мне понадобятся ресурсы и хоть какой-то горн. Лить металл в воздухе не умеют даже гении вроде меня.

— Уверен, ты бы справился.

Нет, лесть не была толстой, я просто констатировал факт.

К нам подошёл Малахрост. В руках он держал треснутый череп и кусок шкуры размером с торс космодесантника — самое большее, что удалось срезать с повреждённой туши тирана улья. Трофеи Дромона собирал, значит. На поруче ветерана выделялся свежий шрам — место, где тиран улья нанёс свой удар.

— Брат-ветеран, я вижу, твой доспех получил повреждение.

— Ничего, что повлияло бы на мою боевую эффективность. — Малахрост поправил щит, что висел у него за спиной. — Кузнец Войны, ты уверен, что стоит здесь задерживаться ради костей?

— Это кости тиранидов, брат-ветеран. По прочности они мало уступают адамантию. Их можно использовать для ремонта, для продажи, в качестве украшения наших доспехов. А костяную пластину меча можно распилить и сделать гладии для инициатов. Мне кажется, сержанту Данте рановато орудовать двуручным силовым молотом.

— Да, инициаты… — Голос ветерана наполнился гневом.

— Анализ схватки и взыскания мы проведём позже. — Спокойно и максимально расслаблено я повернул голову, не допуская малейших невербальных сигналов страха или неуверенности перед лицом своего главного политического оппонента. — Брат кузни, создай командный вокс-канал и кроме нас троих добавь туда Фердинанда. Я поделюсь необходимыми знаниями о планете, где оказалось Железное Братство.

Мы подошли к горному склону, с которого открывался прекрасный вид на пустыню и небо. Тучи, туман или другие природные феномены, затрудняющие взор, отсутствовали, и наша группа могла наблюдать красоту этого мира во всей полноте. Трое светил различного размера и интенсивности. Четыре луны разных цветов, одна со сквозной дыркой. Лазурно-парчовые ленты энергии, что возникали из ниоткуда и пропадали в никуда. Постоянный поток астероидов, светящиеся хвосты которых были видны даже днём. И горы перекрученного металлолома, разбросанного по земле в творческом беспорядке.

— Планета-свалка Тутмос. Не имеет стабильных координат и дрейфует по звёздным системам в потоках Имматериума. Демоническим миром не является, скорее игрушкой неизвестной могучей сущности… — Начал я инструктаж.

На самом деле, оставшиеся в моём разуме знания после перерождения большей частью пропали. В далёком прошлом воплощении я провёл здесь почти год, играя в догонялки с голодной смертью. Без укрытия от штормов выжить здесь почти невозможно, без стабильного источника пищи выжить здесь почти невозможно, без счётчика радиации выжить здесь почти невозможно, без очистительных ритуалов выжить здесь почти невозможно. Много пунктов, без которых выжить здесь почти невозможно. Однако этот мир скрывает невероятные ценности. Сюда, на Тутмос, потоки Эмпиреев несут обломки всех эпох. И если местному жителю повезёт, он обнаружит сокровище ценой в космический галеон.

Я знаю о трёх группах разумных, что населяют этот мир. Во-первых, условные северяне – демоны хаоса с союзниками и зеленокожие, что сражаются друг с другом в вечной битве. На северном полюсе планеты расположен постоянный разлом в реальности, из которого сыплются орды демонических тварей. Там же случаются сильнейшие варп-шторма, что приносят больше всего мусора. Эти два явления — много сильных противников и горы всевозможных вещей — привлекли к северному полюсу оркоидов. Или их туда намеренно занесли, не важно. Судя по тому, что в небе не скалится чёрное солнце и никто не кричит Ваагх, мы попали на юг. Это очень хорошо. Вторая группа местных — условные южане. Жители южной полусферы Тутмоса. Различные мутанты, техноварвары, рейдеры, чудища, немногочисленные люди и Хорус знает кто ещё. Живут они в основном под землёй или в редких местах, где есть укрытие от штормов. Последние здесь не такие мощные, но всё равно смертельные. И третья группа — различные пришлые вроде нас или тех тиранид, с которыми мы сражались ранее.

— Наша задача такова: Железному Братству необходима база. Варп-шторма происходят с периодичностью приблизительно в две терранские недели. Это значит, что у нас есть десять дней. За это время необходимо обнаружить подходящую локацию: зону ока бури, глубокую пещеру, укрытый энергощитом укрепрайон, древний бункер, что угодно. После этого мы займёмся изучением окружающей местности. Вопросы?

Вслух фраза «мы будем копаться в отбросах, что принёс сюда варп» не прозвучала, но услышали её все. И отреагировали каждый в собственной манере. Звездочёт расслаблено стоял весь брифинг, его поза никак не поменялась, вопросы задал лаконично и по делу. Никаких сигналов, что предстоящая работа мусорщика-сталкера его оскорбляет, я не увидел. Фердинанд задал один вопрос — какова вероятность найти алхимический чан или создать его самому из доступных материалов. Похоже, искусства Магос Биологис апотекарий ставил выше внешних обстоятельств, чему я очень рад. Малахрост угрюмо молчал. И этим сказал больше, чем имперский проповедник во время мессы.

Самое большое солнце пошло на спад, когда трофеи были аккуратно упакованы и носорог двинулся с места. Нужно будет назвать наш транспорт, а то повторяюсь — рина, рина. Авточувства носорога работали на полную мощность. Брат Фалес заменил Астенора за штормболтером, используя продвинутый ауспекс собственного роботизированного тела. Мы пытались найти местных. Сейчас, в первые дни после шторма, многочисленные охотники и искатели редкостей выходили в пустыню, пытаясь отыскать собственную судьбу. Часто её находили, становясь пищей многочисленных хищников, что приспособились к невероятной жаре и периодической ярости Моря Душ. Магазины братьев были восполнены, энергокатушки от плазмы и мельты технодесантник тоже перезарядил. Дромон безучастно сидел в углу и сжимал-разжимал молот. Малахрост медитировал. Фердинанд что-то изучал, наверняка диагностику своих пациентов. А полукровки перешли в свой вокс-канал и дружно решали, как наилучшим образом присобачить череп хормагаунта к наплечнику и кто первым заработает это право в бою. Дети, ей-богу.

Интерфейс мигнул, уведомляя о сообщении. Отлично, новая возможность укрепить верность подчинённых и показать себя строгим, но справедливым командиром. Мысленная команда, принятая чёрным панцирем, и я переключаюсь на личный вокс-канал с Данте.

— Если у тебя есть вопрос, брат-сержант, задавай его лично. В соблюдении строгой формальности нет нужды.

— Прошу прощения, Кузнец Войны, — немного сбивчиво подал голос главный инициат. — Дозволено ли будет спросить, что значит nomen в моём имени?

— Гмм… Когда мы общаемся приватно, этикет и высокопарные фразы тоже опускай. Лишние словесные кружева оставим для других ситуаций. — Пауза три секунды, нужные на обработку памяти оригинального Аскольда. — В Четвёртом Легионе всегда была высокая текучка кадров. Железные Воины никогда себя не жалели, щедро меняя собственную кровь на победу или достижение стратегических целей кампании. Что породило соответствующее отношение к личным идентификаторам. Зачем давать имя космодесантнику, что проживёт два-три боя? Поэтому новым боевым братьям присваивался только длинный буквенно-цифровой код. Свежее мясо, как презрительно называли новичков ветераны, должно доказать, что имеет право на praenomen, личное имя. Если Железный Воин достойно себя проявил, он постепенно продвигается в званиях. Иногда его деяния выделяются на фоне остальных Астартес, и он получает cognomen, индивидуальное прозвище или кличку. Например, Фалес стал Звездочётом за увлечение астрономией, участие в составлении звёздных карт сегментума Ультима и личный вклад в разработку когитаторов, что позволяют прокладывать дорогу в Море Душ. Каждый корабль человечества несёт в себе наследие нашего брата кузни. Подобные деяния нехарактерны для типичного Железного Воина, что и стало причиной этого прозвища. Кир Вален, Кузнец Войны 77-го гранд батальона, получил прозвище Мечелом. Он лично убил предводителя мерзких ксеносов, после чего провёл девятичасовой бой с торчащим из груди осколком вражеского клинка.

Мой Кузнец Войны, Кир Вален. Память оригинального Аскольда сохранила сложный букет эмоций, который ассоциировался с этим именем. Зависть, гнев, благодарность, толика восхищения, грусть. Мне данный персонаж однозначно импонировал. Лоялист из предавшего легиона, что смог обмануть Альфа Легион и скрыться как от имперцев, так и хаоситов. Давно-давно, ещё в самой первой жизни я читал, что некоторые группировки оставшихся верными астартес из легионов-предателей были превращены в ордена Второго Основания лично Робаутом Жиллиманом, и что 77-й гранд батальон входил в эту группу. Правда ли это, один Ультрасмурф знает. Может, бойцы Мечелома были вырезаны в той бойне, где пленили оригинального Аскольда. Может, они стали Чёрными Щитами. Или любая другая судьба, гадать о которой бессмысленно. Но узнать о своём прошлом командире или сослуживцах я бы хотел.

— Существует ещё одно имя, родовое или nomen на Высоком Готике. Аналог династических или фамильных именований. Его использовали относительно редко, главным образом в тех Легонах, что имели высокое происхождение или возносили на свой стяг классические имперские ценности высшей знати. Дети Императора, Ультрамарины, в меньшей степени Тёмные Ангелы, Имперские Кулаки и Сыны Хоруса. Четвёртый Легион к этой традиции всегда относился равнодушно, и всё зависело от конкретного Кузнеца Войны, что разрешал или запрещал nomen в своём гранд батальоне. Кир Вален не видел в родовых именах ничего плохого, не вижу и я. Если в будущем брату Фердинанду удастся вырастить нового легионера из твоего геносемени, Данте, то он получит твой nomen и до определённой степени будет твоим отпрыском.

Думаю, доброго и мудрого предводителя достаточно. Пора включать железо и немного приземлить инициата, что явно наслаждался благожелательным вниманием начальства. Меня, то бишь.

— Родовое имя ты получил почти даром, сержант. Тебе предстоит доказать, достоин ли или мои надежды напрасны. — От резкой смены тона Данте выпрямился и сел так ровно, что его доспех лязгнул. — В прошлом бою единственное, за что взвод инициатов можно похвалить — это послушание приказам. Уровень военного мастерства вы показали непозволительно низкий. Возлагать вину за произошедшее на тебя или твоих братьев по взводу глупо, ведь прошлые мастера химерических астартес ничему толком не учили. Железное Братство исправит это. И в значительной степени от тебя зависит, смогут ли полукровки стать полноценными легионерами, или так и останутся пушечным мясом.

Оскорбительное прозвище, что так любили Демонокровые, я употребил намерено. Попробую использовать рабские комплексы на пользу и позже, когда инициаты освоятся, полностью выкорчевать их из голов этих недоастартес.

— Напоследок дам несколько простых советов, — более спокойным тоном я решил сгладить эмоциональные качели. — Не давай подчинённым замыкаться в себе. Нельзя, чтобы они копили в сердцах злость и ненависть. Всегда создавай общие активности. Тренировки, совместное обслуживание снаряжения, тактические игры на когитаторе, дружеские соревнования. Общие трапезы или просто посиделки. Действуй от группы к личности. Я буду принимать в вашей жизни столько участия, сколько смогу, но отчуждённость между нами пропадёт нескоро. Поэтому основное бремя ляжет на твои плечи.

— Я понял, мой повелитель, — склонил голову Данте.

— Подумай над моими словами и не стесняйся задавать вопросы. Нас слишком мало, чтобы ссорится или умирать в боях из-за недосказанности.

Покинув вокс-канал, я закрыл глаза и начал медитацию. Пока есть свободная минутка, стоит сжиться с телом ещё сильнее.

Глава 2

— Что думаешь? Стоит вмешаться?

Внизу, у подножия песчаного бархана, разворачивалась сцена. Драматичная, но подозреваю, для Тутмоса совершенно обыденная. Несколько крупных камней размером с человека. Маленький кактус, растущий сантиметр в минуту. Специально время мерял. Заметка: позже проверить эти растения. Частично ушедшая в песок длинная толстая труба, внутри которой космодесантник пройдёт не пригибаясь, вся покрытая ржавчиной и цветным лишаем. И два механизма, что с долей условности можно назвать автомобилями, за корпусами которых скрывались разумные классического мэдмаксовского вида. Кожаные жилеты, шипы, цепи, доспехи из мусора, ирокезы. Внешним видом эти люди (и нелюди) от орков, что загнали их в метафорический угол, почти не отличались.

— Два варбайка. Снаряжены… Мои знания оркского говора ограничены… Аналогом тяжёлого крупнокалиберного стаббера. Багги — спаренный крупнокалиберный стаббер и кассетная ракетная установка на шесть зарядов. Пробить доспех космодесантника способна. Более точный расчёт затруднён из-за нестандартной модели ракетницы. Всего четыре живые особи, дополнительно обладают личным оружием ближнего и дальнего боя, — коротко перечислил снаряжение врагов Фалес. — Будь все члены Железного Братства подготовлены по стандартам Четвёртого Легиона, победа не вызывала бы сомнений. Вероятность того, что инициаты смогут скрытно занять позиции и одномоментно поразить зеленокожих, не превышает сорока процентов. Прямое боестолкновение почти неизбежно приведёт к поломкам силовых доспехов.

В дороге мы провели шесть часов. За этот отрезок времени авточувства рины и брата Фалеса засекли множество сигнатур. Всевозможные змеи, мошкара размером с кулак, птеродактили, косяки рыб-пескоплавателей и черви. Куда ж пост-апокалиптической пустыне без огроменных червей, что жрут всё живое. Встреченные экземпляры не дотягивали размером до своих родственников из Дюны, но проглотить небольшой танк Имперской Гвардии смогут. Поэтому, не желая вступать в ненужные схватки с фауной, мы не проверяли попадающийся по пути металлолом. Запомнился остов электрогрузовика какого-то местного паттерна — подобные массово используются на имперских мирах. Именно здесь мы нарвались по-крупному. Брат Сарпедон не успел среагировать на сигнал Звездочёта, и носорог на полном ходу влетел в ловчую яму. На дне которой ждал голодный и крупный монстр. Позже выяснилось, что не один, а всем семейством. Ещё позже к бою подтянулись соседи песчаного охотника. Опытным путём мы выяснили, что звуки болтерного огня местную живность не отпугивают, а ровно наоборот.

Поле того боя наш транспорт получил первые боевые отметины и запас болтов сократился ещё на сотню. Каждый выстрел, каждая брошенная граната отзывались иголкой под ноготь. Маленькой такой иголочкой, что в одиночку почти незаметна. Только этих игл сто! Сто, мать вашу монстрячью! Чтоб ей жилось тепло и ласково! При генерации Система выдала небольшой запас — две тысячи болтов, триста фраг-гранат, пятьдесят крак-гранат, пятьдесят дымовух и двенадцать тяжёлых противотанковых ракет. Те самые четыре ящика, что плавали в десантной кабине во время невесомости. И мы ещё никуда не доехали, никого толком не встретили, а 10% невосполнимых масреактивных снарядов уже потрачено. Одно хорошо, в бою никто не пострадал и снаряжение не повредил — прибежавшие твари пустыни удар болтеров держали слабо. А инициаты успешно справились с ролью дорожных гастарбайтеров и вытолкали бронетранспортёр из ямы до того, как приполз кто-то сильный.

Тем временем сцена внизу получила неожиданное развитие. Дождавшись паузы в стрельбе шут, мутант неизвестного мне вида понял над своей машиной руку с оркским трофипаком.

— Эй, зелёная кривая морда! Сюда смотри! — Смахивающий на помесь человека, быка и броненосца генно-изменённый субъект помахал своим трофеем. — Мой ятаган снял башку ноба в честном махаче! Слабо выйти один на один? Или ты дерьмо гроксово, что боится драки на чоппах?!

— ШО-О-О?!

— Капшо, вонючий хрен! — Очень глупый или очень умный (склоняюсь к последнему) мутант высунулся из-за укрытия по пояс, поднял трофипак в виде т-образной палки с прибитыми черепами и затряс им в воздухе ещё сильнее. — Я очень сильный! Если ты победишь меня, то станешь очень крутым! Первым парнем на деревне! Вторым после босса!

— Ах ты мелказуб паганый! Бойзы!!! Зырьте, я ща отрублю рога этава зога и прифигачу на свой шлем! Стану первым парнем на деревне после босса!!! — Заорал самый крупный оркоид, тот, что стоял за пулемётом багги.

— Э, я тоже хачу стать первым парнем на деревне! — Вскинулся водитель тачилы.

— А НУ ЦЫЦ!!! — Орк-лидер с размаху ударил полбу внезапного конкурента обухом гротескного топора. — Глаз на жопу натяну! Сидеть как сквиги и не тявкать!

Амбициозный зеленокожий поднял в воздух свою чоппу, заорал «Ва-а-а-агх!!!» и спрыгнул на песок. Другие орки остановили свой транспорт и начали дружно колотить железками по тому, до чего могли дотянуться. Особо рьяный байкер, вооружённый кривой металлической трубой, самозабвенно колошматил по фонарю собственного металлического коня. А в стане рейдеров разгорелся спор. Трое членов банды начали быстро перезаряжать своё оружие: кастомные автоганы и автопистолеты разнообразнейших конструкций. Никакого средства борьбы с техникой, пушек или гранат, за весь бой они не использовали. Самым крупным калибром — двустволкой с дулом диаметром два сантиметра — владел быкоподобный мутант, который сейчас ругался с миниатюрной девушкой. Машинный дух доспеха улавливал звук, но язык спорщики использовали иной, не более-менее понятный диалект Низкого Готика, как в перебранке с орками. Остальные рейдеры либо уже умерли, либо валялись раненые на земле.

Хм-м. Логика подсказывает, что атаковать следует сейчас. Я ещё раз ознакомился с телеметрией Железного Братства. Брат Дромон, к своему явному неудовольствию, отдыхал в десантном отсеке. Апотекарий был непреклонен и Малахросту пришлось отдать прямой приказ своему товарищу, чтобы тот остался внутри. Хорошо, что Фердинанд сразу обратился к брату-ветерану и мне не пришлось позориться, ведь приказы Кузнеца Войны Дромон игнорирует. Астенор занял свой пост за стационарным штормболтером носорога. Остальные десантники стояли полукругом возле рины и не шевелились. Доспех астартес без специальных модификаций — штука шумная, для скрытности подходит слабо. Особенно это актуально для сборных броней полукровок. Их доспехи шипели, скрипели и щёлкали при каждом шаге. Поэтому в разведку пошёл один я да Фалес Звездочёт, что подключился удалённо и сейчас смотрел на мир через линзы моего шлема.

Была-небыла. У меня нет никакого желания дальше тащиться по пустыне в неизвестность и тратить болты на бессмысленные схватки с животными. Отправляю короткий текст Звездочёту. В тактической группе появилось схематическое изображение местности, на которой техмарин начал отмечать позиции братьев, следуя моим указаниям.

— Объявляю боевую задачу. Малахрост, стань за штормболтер. В предстоящем бою нам понадобится максимальная точность. Твоя цель — общий контроль и, если экипаж багги не будет убит в самом начале, ракетница. Уничтожение установки является наивысшим приоритетом. Фердинанд и Фалес, заходите во фланги. По сигналу носорог взберётся на бархан и начнёт огонь. Будь внимателен, брат Сарпедон, транспортник не должен свалиться вниз. — Водитель коротко щёлкнул в воксе, подтверждая приказ. — Взвод инициатов действует вместе с транспортником. В случае нужды окажете огневую поддержку. Если ситуация выйдет из-под контроля, брат кузни, разрешаю запуск противотанковой ракеты. Вопросы, предложения?

Решение не использовать тактический полувзвод может показаться странным, но все полноценные легионеры его поддержали. Два ветерана с большей вероятностью незаметно займут позиции на флангах, чем шесть новичков (очень шумных новичков), и своей точностью компенсируют плотность огня.

Поймал себя на мысли, что настроение подчинённых волнует больше, чем схватка. Не примет ли Малахрост назначение за штормболтер как урон чести? Не затаят ли обиду Данте с полувзводом за то, что им высказывают подобное недоверие и фактически оставляют позади? Эта ситуация — озабоченность внутренней политикой в боевой обстановке — лучше всего говорит о Железном Братстве и моём положении. Срочно нужна база, чтобы все братья получили личный угол. Вслух ещё ничего не сказано, но я чувствую — полноценные легионеры, особенно Малахрост и Дромон, терпят общество инициатов с всё возрастающим раздражением. Как недружное семейство, что в условиях пандемии вынуждено постоянно контактировать друг с другом. Старые обиды и недосказанности в таких условиях всплывают очень быстро. Поэтому каждому члену Братства нужно свободное пространство — отдохнуть от других, заняться привычными/приятными вещами, организовать свой быт и ощутить хоть какой-то контроль над Судьбой.

Следуя указаниям, Астенор покинул свой пост за штормболтером и спустился к полувзводу. Его место занял Малахрост. Второй штормболтер управлялся технодесантником — просветлённый Омниссией разум с лёгкостью выполнял две задачи одновременно. Фалес вполне способен управлять стрельбой рины в одиночку, но, к сожалению, только одно стационарное гнездо носорога оборудовано автоприводами механической доводки. Заметка: исправить данную оплошность.

— Имя мне — Майтай, потомок славного Медношкурого Быка, Попирающего Серые Пески! Сегодня на закате новый орочий череп будет прибит над алтарём Предка! — Зычным голосом проревел мутант.

— Э-э-э… Моя есть Бум! Самый крутой бойз на деревне! Я пришпандёрю твои рога на свою тачилу и… Э-э-э… Хватит болтать! Давай драцца!

Пока я создавал план нападения и нарезал задачи, действие внизу, у бархана, продолжалось. Четверо рейдеров настороженно выглядывали из-за своих укрытий, готовые открыть огонь. Мутант отдал свою двустволку девочке, снял патронташ с груди и бросил его на землю. После чего с ятаганом в руке — отсюда вижу, что меч сделан из паршивого железа — вышел в центр площадки. Орк, повторяя действие человекобыка, бросил слаггу и понёсся на противника с топором наперевес.

До выхода Фалеса и Фердинанда на позицию десять секунд. Давай, бычок, держись. Отвлекай внимание. Аккуратно, чтобы не производить лишнего шума, отцепляю комбиплазму от электромагнитного крепления и подношу к груди. Моя позиция неудачна — над головой небо, поэтому любой внимательный взгляд заметит неровность другого цвета на светлом фоне. Следует проявить максимальную бдительность. Переключаю стрельбу на стандартный профиль плазмы. Плод трудов древних кузниц Марса, этот комбиболтер способен стрелять плазменным веществом в двух режимах: негретый, он же стандартный, не опасный для пользователя (за исключением намеренного перегрева или повреждения ионизирующей газовой камеры, естественно) и гретый, на полный ресурс охлаждающих контуров. Если автоматика не справится при выстреле, то в лицо стрелка прыснет. В большинстве случаев — с летальным исходом.

Пока есть мгновение, взываю к психическим силам. Каждый выстрел будет важен, поэтому использование варпа оправдано. Вдох. Выдох. Удар сердца… Яд в венах… Готово. Выдыхаю в шлем облачко стужи, пустыня вокруг покрылась мгновенно исчезнувшим инеем. Невероятно высокие физические показатели астартес поднимаются ещё сильнее за счёт сверхъестественных сил.

— На месте, — отозвался Фалес.

— На месте, — доложил апотекарий.

Отлично. Легионеры не сплоховали и смогли незамеченными пройти к предписанным огневым точкам. Задача неожиданно высокой сложности, с которой лучше справился бы обычный человек. Да, такое тоже бывает. Краем глаза наблюдая за дуэлянтами, последний раз проверяю тактическую сеть. Огрех не замечено. Пора начинать.

— Данте, напомни совзводным, что для убийства оркоидов нужно стрелять в голову или шею. Ранения других частей тела почти всегда не являются фатальными.

— Так точно, повелитель.

Гм-м. Повелитель. Не первый раз слышу такое обращение. Это ж-ж-ж-ж неспроста… Похоже, сержант воспринимает воинскую иерархию Братства слишком близко к сердцу. Позже поговорю с ним об этом.

Поединок продолжался. Быкоподобный мутант и орк габаритами почти не отличались: под два метра, грудь бочонком, накачанные бицепсы и толстые ноги. Оба кровоточили на песок. Мутант, правда, меньше — часто принимал удары на защитные пластины своего тела. В его движениях чувствовался опыт и уверенность, но полноценной манеры фехтования с опорой на природную защиту я не видел. Заметка: ознакомится с биологией этого жителя пустошей.

— Огонь!

Пять светящихся синим плюх полетело в водителя багги. Работающий на пределе возможного плазменный комбиболтер выпустил снаряды за две с половиной секунды. В стороне зарокотали болтеры легионеров. Взревел мотором носорог. Инициаты бросились вверх по бархану. Машинный дух доспеха моментально подсчитал дистанцию, скорость взвода Данте, их траекторию движения, сопротивление почвы и вывел заключение: к развязке они по любому не успеют. Пробежать пятьдесят метров по песчаной горе (да ещё в тяжёлом доспехе) вверх — задача не на десять секунд. Даже для астартес. Лучше бы они в десантном отсеке остались. Что-то я об этом не подумал.

Взрыв, второй, яростные и испуганные крики. Дуэлянты, что на время разошлись, синхронно упали на землю. Перевожу ствол на очумело вертящего головой оркоида. Три вспышки! Задницей почуявший проблемы зеленокожий перекатился в сторону и даже увернулся от одного попадания, но два других снаряда испарили ему голову. Тактическая сеть показала результаты первого залпа: байкеры мертвы, убиты почти синхронной детонацией в черепах. Что и ожидалось от легионеров Четвёртого. Моя атака оказалась чрезмерной: пять плазмовых зарядов не просто сожгли верхнюю половину водителя багги, но щедро поплавили руль, несущую раму и немаленьких размеров бур, что орочий механик присобачил вместо двигателя. Как это могло двигаться? Очень просто. Орки же. У них и палка стреляет.

Носорог с утробным ворчанием перевалился через песчаный гребень. Малахрост взял на прицел обалделых людей, что слабо понимали, какого демона сейчас произошло. Стрелять по важным источникам информации я на брифинге запретил под страхом самых жестоких казней. Короткая команда в общий канал — и Железное Братство (кроме инициатов, что доблестно покоряли высоту) начало спуск. Я запрыгнул на броню — для внешней перевозки пехоты на боковые бронепластины носорога создатели приварили удобные скобы, по которым можно забраться наверх. И тоже направил оружие на живые цели. Мало ли.

Может смайт пустить, чтобы они испугались ещё сильнее? Пожалуй, нет. Мудрый человек сказал: умеешь считать до десяти — остановись на семи. Как только рейдеры доберутся до своих поселений, слухи о группе непонятных, но очень опасных здоровяков моментально разойдутся по округе. Лучше местным пока не знать, что я способен бросаться молниями.

Не знаю с какого перепугу, но при виде нас рейдеры заголосили как сумасшедшие и начали палить со всего, что могли. Стреляли даже раненые. А маленькая девочка, ростом едва-едва полтора метра, с отчаянным криком (что-то про «Бла-бла орду!») бросилась на ближайшего врага — меня. Интересно. Усиление варпом ещё не кончилось, поэтому аккуратно, даже нежно ловлю рейдершу в воздухе. Та полоснула своим когтями-напёрстками по визорам шлема, но ожидаемо не оставила даже царапин. Короткий тычок в живот, и задыхающаяся человеческая женщина падает на песок.

Одновременно с этим Малахрост, следуя приказу не убивать источники информации, выбирается из люка на крышу рины и, пользуясь кинетической энергией транспортника, прыгает вперёд. Короткий полёт, перекат по песку, рывок на два десятка метров — и латная рукавица отбивает автоган ближайшего налётчика в сторону. Тот болезненно вскрикивает и прижимает кисть к груди. На ней сломано несколько пальцев. Второй разбойник песков роняет стабпистолет, и, взывая к Девам-Защитницам, бросается на астартес с поднятой булавой. Секунда, оружная рука лежит отдельно, умирающий от кровопотери и болевого шока рейдер отдельно. Третий член банды тоже окочурился — очередь из отброшенного автогана пришлась по его корпусу и голове.

— Смертные… Насколько же вы хрупки… — Рыкнул в общий вокс-канал Малахрост, убирая нож в ножны.

А я задумался. Что можно усмотреть в действиях Малахроста? Первое — плохое исполнение приказа. Захват одного заложника из трёх — не тот результат, что ожидаешь от легионера-ветерана. Проявление некомпетенции, то есть слабости, то есть проступок, за который последует наказание. Власть имущий — я, и по представлению Железных Воинов должен как-то отреагировать. Не отреагирую — значит проявляю слабость, значит недостоин и пошло-поехало. Повод для пересмотра иерархии. Второе — намеренный саботаж приказа. Мотивы такого действия могу придумать самые разные, от проверки моей реакции и выяснения границ допустимой наглости, до списка провалов в сводках, что постепенно снизит мою репутацию как полководца. В таком случае я обязан отреагировать максимально жёстко и сразу показать, кто здесь главный.

Или я горожу огород на пустом месте?

Вот построю я Железное Братство и начну предъявлять. Какие прозвучат обвинения? Не сохранил жизни ничтожным хуманам, которых везде полно? Намеренно саботировал приказ? Продемонстрировал низкую боевую эффективность? Любой пункт нужно доказать, а из доказательств у меня одни слова. Плюс — проявление деспотии точно обидит горделивого ветерана раз, остальные члены Братства увидят мелочного тирана два. Гигантский удар по репутации. Аргх! Почти начинаю жалеть, что не взял на старте ренегатов из лояльного ордена. Там таких ситуаций быть в принципе не может. Если дисциплина сохраняется, конечно.

Не тратя больше времени на раздумья, подхожу к мутанту. Если мой главный политический оппонент действительно саботировал указания, то подобное вскоре повторится. Тогда посмотрим.

— На колени! Руки за голову! Молчать и не двигаться!

Для подкрепления приказа отдаю команду машинному духу и из вокс-решётки шлема начинают бить низкочастотные ультразвуковые волны. От таких волн болят зубы и слезятся глаза — прекрасное нелетальное воздействие, чтобы встряхнуть смертных собеседников. На человекобыка, как показала практика, тоже действует.

Из остановившегося носорога вышел Дромон и бросил Малахросту Воларис, его именной артефактный молот. Ветераны окружили пленников, всех троих — парня с поломанными пальцами, мутанта и пришедшую в себя девочку. Те угрюмо переглядывались между собой. Первый шок прошёл, говорить без разрешения мы им не позволяли, головой сильно вертеть тоже. Звездочёт, не обращая внимания на людей, сразу начал проверку техники. Брат Фердинанд быстро просканировал раненых, ножом дорезал почти всех (быкочеловек при этом ощутимо дёрнулся, но получил рукоятью молота по темечку) и бросил к остальным самую легкораненую — чернокожую женщину лет тридцати пяти на вид.

Рейдеры-рейдеры… С чего бы начать? Пожалуй, трупов.

***

— Стойте! Стойте! Я мутант, потомок Медношкурого Быка! Члены моего племени тоже кочуют с Великой Ордой!

По молчаливому согласию живыми тоже занялся Фердинанд. Астартес Медикаэ не спешил и развернул допрос по всем правилам физического и психологического давления. Самый бесполезный источник информации, молодой рейдер со сломанными пальцами, стал первой жертвой. На глазах остальных пленных апотекарий сначала провёл на нём ряд болючих диагностических процедур, после — приступил к сверлению костей. Лопотание пленника тщательно фиксировались Фалесом, что присылал палачу уточняющие вопросы и складывал всю доступную информацию в систему. Взвод инициатов стоял дозором, Сарпедон сидел на своём месте и готовился вывозить Братство по первому требованию, Астенор снова стал за штормболтер. Я медитировал и осмысливал полученные данные из человеческой плоти. Малахрост присоединился к Звездочёту в инспекции орочьей техники. Дромон медленно кружил вокруг пленных и, мне кажется, излишне жадно прислушивался к крикам пытуемого.

Следующим Фердинанд решил проверить мутанта, который был интересен ему из медицинских мотивов. Но важное слово царапнуло мозг. Орда. Это понятие у всех пожранных рейдеров ассоциировалось со смертью, отчаянием и неизбежными мучениями.

— Брат апотекарий, погоди.

Почему космодесантники используют допрос, а не тупо едят пленных? Ведь омофагия позволяет добыть информацию напрямую из плоти жертв. Потому что это неэффективно. Инстинкты, эмоциональный отклик на определённые явления, скрытые желания или фобии — другими словами, подсознательный мусор. Именно это желудок астартес улавливает главным образом. Высшая нервная деятельность передаётся плохо. Память ещё более-менее, особенно те участки, которые несут эмоциональную нагрузку или постоянно используются (классический пример — знание языков), но важные мелочи или малозначимые для поедаемого данные омофагией добываются с трудом. Кто-то вроде сыновей Русса более одарён на этом поприще, но не Четвёртый Легион.

Пока пленённый мутант рассказывал о троюродном дядюшке, что возглавляет анклав Медношкурых в Орде и о том, что Тёмных Божеств Пустыни он, Майтай, безмерно уважает и регулярно приносит им человеческие жертвы, я думал. Вид Адептус Астартес вызвал у местных чёткую ассоциацию с некоей Великой Ордой, где, судя по описанию быкочеловека, процветает хаосопоклонничество. Данный факт нельзя оставить без внимания.

— Брат апотекарий, проводи дознание с осторожностью. В свете полученных сведений любая новая информация о падших космодесантниках будет критической. — Я оглянулся, прикидывая в голове, что можно сделать здесь и сейчас. — Кстати, как давно ты ел орчатину?

— Почти три столетия назад, — ответил Фердинанд, потроша труп рейдера на глазах пленников. — Плоть этих ксеносов слабо подходит в пищу для легионеров, но учитывая малое количество запасённого провианта, данное решение является оптимальным.

— Отлично. Сегодня вечером вспомним молодость и отужинаем жареными зеленокожими!

Тем временем мутант продолжал говорить. Его рассказ постепенно перешёл на банду, где состоял Майтай. Словоохотливость быкочеловека умело поддерживал апотекарий, закончивший с трупом и начавший осмотр темнокожей женщины. Минута на анамнез, три на лечение и обалдевшая рейдерша круглыми глазами уставилась на тугую повязку рёбер. Молодая девушка, что весь допрос провела в обречённой позе, уставившись на песок стеклянным взглядом, вздрогнула, плавно поднялась на ноги и медленно, ведя ногу от бедра, сделала ко мне три шага. После чего, старательно не обращая внимание на молот Дромона, опустилась передо мной на колени. И положила миниатюрные ручки на бронированный гульфик.

— Я могу быть полезной… Я могу быть очень полезной…

Как интересно.

На фоне остальных выглядела налётчица как породистая сука в стае безродных дворняг. Немного пыли, грязи и песка, несколько шрамов, но никаких видимых мутаций или признаков инфекции. Когда же я последний раз возлегал с женщиной?.. В борделях Браавоса? Не помню. Заклинания Ордо Алиус, как обычно, вычистили из памяти почти все воспоминания. Поддавшись внезапному порыву, намотал хвост девушки на кулак. Волосы длинные, крепкие, блестящие. Нежная кожа. Тонкий стан, карие глаза, аккуратная грудь второго размера, плоский живот. Оружие — когти-напёрстки — сделаны искуснее и из более качественного металла, чем ятаган мутанта-быка. Лучшего качества одежда. Судя по всему, эта девчушка — совсем не рядовой рейдер.

— Предположение. Эта самка желает вступить с тобой в половой контакт, Кузнец Войны. Учитывая социокультурные особенности, установленные по ходу допроса, это — выкуп или взятка за собственную жизнь, — отозвался в общем вокс-канале Звездочёт.

Меня всегда удивлял его голос. Звук никак не походит на скрежет высокопоставленных шестерёнок, не важно, лояльных или предателей. Память оригинального Аскольда и лично полученный опыт общения с технодесантником говорят о большем — адекватности в человеческом смысле и даже дружелюбности Фалеса. Совершенно нетипичное поведение для последователя Омниссии, пусть и неформатного. Стоп! Не о том думаю! Как всегда, в моменты растерянности, мысли свернули на первом повороте и начали препарировать неважную мелочь. Как мне отреагировать на действия налётчицы?

— Без маски и когтей ты выглядишь лучше, — наклонился я к соблазнительнице и мягко толкнул её обратно.

— Вы ведь не Избранники Орды?

Чернокожая женщина подняла руки в воздух и медленно поднялась. Дромон, зорко следящий за каждым движением, тут же оказался за её спиной.

— Что ты делаешь, Клео?.. — Шёпотом просипел Майтай.

— Я знаю только одну группу, в которой состоят Избранные Воители, что не убивают всех встречных во славу Тёмных Божеств Пустыни. Сохраните мне жизнь, и я отплачу сторицей.

Так-так, а вот и первая возможность получить плюшки. То самое свойство Крусейда — попадающиеся на пути к величию события, правильно разыграв которые можно усилить себя или свою организацию.

— Говори.

— Моё убежище, настоящее убежище, расположено в стороне от всех поселений и может стать вашей базой. О нём никто не знает. Укрытие от Штормов, редкие вещи, информация, компания на ночь… Всё это станет вашим в обмен на одну жизнь и её защиту в будущем.

Какая прыткая налётчица! Я внутренне присвистнул от восхищения. Немногие ведут себя таким образом в обществе астартес, тем более — вражеских. Протянул руку и за подбородок поднял лицо Клео. В её глазах горел ужас пополам с грубым, почти животным возбуждением. Вот это я понимаю агрессивный найм на работу!

— У тебя нет ничего, смертная, что нельзя взять силой. — Пророкотал Малахрост, которому надоела компания Фалеса.

— В моём черепе зашит блок самоликвидации — специально для случаев, как сейчас. Одно мысленное усилие, и все знания, ценные артефакты, полезные связи и многое другое бессмысленно исчезнут. — Фердинанд коротко подтвердил правдивость слов о бомбе. — Я могу стать ценным приобретением для вашей организации. Контрабандисты, другие банды рейдеров, городские и даже Истлевшие — я знаю многих. А ещё мне известны координаты подземной базы, что сохранилась неразграбленной с древних времён.

— Так это ты украла карту! — Воскликнула девочка и сжала кулаки. — Предательница! Сестра насадит твою голо…

Дромон ударил быстро, молча. Молодая налётчица, имя которой я до сих пор не знаю, упала как подрубленная. Живая, но без сознания. Рядом приземлился мутант, излишне резко дёрнувшийся в сторону.

— Предположим, ты не врёшь и действительно будешь ценнее живой. Что мешает тебе убежать в закат сразу же, как наши пути разойдутся?

Кира осторожно, оглядываясь на Дромона, подошла ближе и встала на колени. После чего протянула сведённые вместе руки.

— Я готова принести кровавую клятву Серым Пескам.

Человекобык аж хрюкнул от этой фразы. Судя по тому, как упала его челюсть и взлетели вверх брови, кровавая клятва — нечто серьёзное.

— Но у меня будет условие. Два условия. Первое — защита моей жизни. Бессмысленно отдавать ресурсы, если я не смогу выжить. Второе — Майтай и принцесса должны умереть.

Я медленно огляделся и посмотрел на своих спутников. Похоже, наглость женщины произвела впечатление не только на меня.

— Смерть. — Холодно сказал, как отрезал Малахрост.

Инициаты высказывать в общем канале своё мнение постеснялись, но активно обсуждали мой и Киры диалог у себя во взводной вокс-группе. Дромон, как всегда, молчал, а Фердинанду эти заморочки были не очень интересны. Краем глаза следя за ситуацией, он увлечённо копался в трупах.

— Не соглашусь, брат-ветеран. — Мягким, обволакивающим голосом отозвался Звездочёт. — Выгода от взаимодействия с этой самкой высока и стоит риска. Кроме того, думаю, я смогу перенастроить её аугментику. Пять минут работы, и ключи от бомбы будут у Железного Братства.

— Брат кузни, ты сможешь сделать это сейчас, незаметно для цели? — Уточнил я.

— Анализ… Ответ отрицательный. Необходимо инвазивное вмешательство. Альтернативное предложение: лишить объект сознания ударом сзади по голове.

— Так и сделаем. Брат-ветеран, по сигналу вырубай эту нахалку. — После приказа обращаюсь к налётчице, которая терпеливо ждала, пока мы переговаривались. — Ты стоишь передо мной на коленях, смертная, и смеешь выдвигать условия?

— Малявка, лежащая у твоих ног, — кивнула в сторону девушки Кеопатра, — сестра Надиры, главаря крупнейшей банды рейдеров в регионе. Если она узнает, что здесь произошло, то объявит на меня охоту. Эти двое узнали слишком много моих тайн, Избранник, их следует убить в первую очередь вам. Иначе многие мои контакты обесценятся.

— Ты и сейчас для меня ничего не стоишь. Поэтому…

— Внимание! Фиксирую множественные энергетические сигнатуры!

Интерфейс расцвёл тревожными рунами. Фалес, судя по сообщениям тактической сети, одновременно подключился к машинным духам всех силовых доспехов и носорога. На периферии зрения возникали и пропадали множественные оконца с бегущими строчками кода. Я, несмотря на духовную толстокожесть и неумелость как псайкера (четыре с половиной психосилы, без возможности поиска душ, менталистики, банальных кинетических щитов и многого другого — смех один, а не библиарий), ощутил характерное почесуние — будто муравьи бегают по внутренней поверхности черепа. Именно так псайкером ощущается перегруженная технолингвой Ноосфера. Если я что-то понимаю в бэке Механикус, то Звездочёт сейчас, условно говоря, кухонным ножом делает операцию на сердце.

— Докладываю. Сенсоры засекли пятьдесят-шестьдесят сигнатур техники различной интенсивности. Около тридцати-сорока слабых, соответствуют мотоциклу или лёгкому автомобилю; двадцать крупнее, вероятно, бронетехника; три больших, интенсивностью приблизительно с титан класса «Гончая Войны». Наиболее вероятная идентификация сил: сюда движется орочий Ва-а-агх, разведчиков или дозорных которого мы уничтожили.

Так. Спокойно. Ясен пень, пора рвать когти. Вопрос — успеем ли мы захватить что-то ценное или уезжать на всех парах нужно вотпрямщас?

— Дистанция до вражеских целей?

— Точное измерение невозможно. Приблизительная оценка — двенадцать mille passus.

— Фалес, не все из нас помнят меры длины времён Объединения Терры! — Повысил я голос.

— Прошу прощения. Согласно классическим имперским единицам, до группы противника семнадцать с половиной кломов. Расчётное время обнаружения Железного Братства — восемнадцать-двадцать минут.

Да, чуть-чуть психанул, признаю. Но имею право! В ситуации, когда на тебя катится орочья банда в шестьдесят единиц техники с чем-то уровня титана в составе многие начнут нервничать.

— Ты говорил, что случайные потоки варпа в атмосфере планеты глушат все излучения, и что авточувства носорога эффективны на дистанции до двух километров.

— Эти сигнатуры слишком заметны, Кузнец.

Соберись, Аскольд! Снова не о том думаешь!

— Железное Братство, код оранжевый! Приготовиться к погрузке! — Перехожу на командный канал. — Фердинанд и ветераны, пакуйте человеческие трупы. Позже проведём сеанс омофагии. Брат Фалес! Что ты собрал? Есть габаритные грузы, которые нужно взять с собой?

— Ответ отрицательный. Добыча составляет пять целых восемьдесят одна сотая килограмма взрывчатого вещества — примитивного соединения на основе тринитротолулола — и десять килограмм разнообразных деталей. С учётом человечины свободного места в десантном отсеке хватит ещё для трёх гуманоидных тел. Дополнительное предложение: захват кинетического оружия пленников для последующего анализа.

Уже после прошлого боя в носороге стало тесно. Ящики с боеприпасами, останки хормагаунтов, длинный костяной меч, который еле влез. Для вывоза и рейдеров, и мяса не хватит места. Что брать, туши орков и человечину, полезные здесь и сейчас, или поверить мутной налётчице и спасти её?

— Как поступим с пленными? — Будто услышав мои мысли, спросил апотекарий.

— Отпускаем. Если смертные смогут убежать, используем их как контакт для взаимодействия с местными фракциями. — Переключаюсь на Фалеса. — Брат кузни, командуй полувзводом. Пусть в темпе артобстрела потрошат орочьи тела и рубят конечности. Сэкономим место.

Что ещё, что ещё… Да! Чернокожая соискательница на пост первого смертного члена Железного Братства и другие пленники.

— Сюда движутся орки. Уходи. Если выживешь, значит достойна стать моей слугой.

Потратив пару секунд на осознание, Клео молча (чем заработала несколько очков в моих глазах) бросилась к одному из автомобилей и начала что-то проверять в днище. Машина лежала бортом, на вид сильно пострадала, но рейдерша нашла к технике подход. Двигатель корабля пустыни заворчал. Я в это время помог Фердинанду с человеческими телами, потом сложил автоганы, кинетические пистолеты налётчиков и патроны к ним в куль из одежды гвардейцев, раздал другие мелкие указания, перевернул машину женщины, забросил ей в салон девочку-рейдершу и человекобыка. После чего демонстративно снял шлем, достал нож, резанул по руке Киры и слизал кровь с лезвия. Не переставая давить на женщину тяжёлым, физически ощутимым взглядом.

— Теперь мне знаком запах твоей души, смертная. — Вообще-то нет, но ей знать об этом необязательно. — Если узнаю, что ты не довезла их домой, следующая наша встреча закончится твоей смертью.

— Ладно, ладно, не нужно нервничать. Всё сделаю.

Больше не обращая на неё внимания, вернулся к делам. За две минуты и тринадцать секунд все задачи были выполнены, последний боевой брат занял своё место, бронедвери захлопнуты. Но мозг всё равно пульсировал — быстрее! Не успеваем! Реагируя на повышенный уровень адреналина в крови, машинный дух впрыскивал небольшие дозы стимуляторов и боевых наркотиков через нейропорты в позвоночнике. Пришлось потратить лишние секунды, отключая ненужное сейчас усиление вручную. Куда двигать всем кагалом я решил быстро — единственная локация в округе, куда не суются зеленокожие и куда мы теоретически можем успеть — это древние руины города. Вотчина Истлевших. Не до конца понятно, кто они, на что способны и как примут космодесантников. Значит, выясним на практике.

— Курс на северо-запад. Брат Сарпедон, педаль в пол! Нам нужно преодолеть шестьдесят кломов до цели. Возможен огневой контакт, поэтому всем оставаться начеку.

И вот мы едем. Боевая обстановка, напряжённые позы братьев, сжимаемое в руках оружие. Фалес Звездочёт, что сосредоточенно ощупывает вражескую группу авточувствами. Грозно молчащие ветераны. И на фоне этого — трупы, которые за неимением места уложили под лавки и прямо у ног. Тиранидские кости, от очередного резкого поворота разлетевшиеся по десантному отсеку. Ещё кровь натекла, заляпала что можно и нельзя. Кто её отмывать будет?

На двадцатой минуте пути, когда стало ясно, что зеленокожие взяли след и двигаются по наши души, от Фалеса пришёл видеопикт. Объектив смотрел на орочий багги — прямо сейчас руки технодесантника курочили ракетную установку. Позади раздались тяжёлые шаги. Фалес никак не отреагировал на пришельца и занимался своим делом.

— Тебя это не оскорбляет?

— Что именно, брат-ветеран?

— Всё. Копание в мусоре, полукровки вместо братьев, подчинение безвестному юнцу. Слабость Железного Братства. — Название нашей банды ветеран чуть-чуть, еле заметно выделил саркастичным тоном. — Тебя это не оскорбляет?

Технодесантник ответил не сразу. Секунд десять он что-то крутил, вертел и держал драматическую паузу.

— Ты ведь родился в полисе, верно? Должен знать легенду о Спартаке. Все горожане Олимпии впитывают её с молоком матери.

— Какое отношение к нам имеют сказания мёртвого мира?

— Будь терпелив, брат Малахрост. Этой черты тебе сильно не хватает. — Фалес наконец обернулся к собеседнику и стал чуть сбоку, не лицом к лицу, избегая невербального противостояния. — В начале возглавляемого им гладиаторского восстания Спартак с ближайшими сподвижниками не имел доступа к оружию. Поэтому, сбегая в леса, гладиаторы вооружились кухонной утварью: столовыми ножами, тесаками, топорами для разделки туш. Согласись, это совсем не благородное оружие.

Зажужжала серворука. Небольшие орочьи ракеты треснули, согнулись от силы сжатия, и технодесантник ловко ссыпал из них белесый порошок в металлическую банку.

— Я воспринимаю всё это, — кивок в сторону металлолома, — как столовые приборы Железного Братства. Необходимый начальный этап, который просто нужно пройти. И как не имел позора Спартак, вырезая нобилей кухонным ножом, так не имеем мы, используя подручные материалы.

— Спартак проиграл. — Холодно ответил Малахрост.

— Но сделал столько, что история его жизни известна каждому юноше Олимпии. Кроме того, мы — не гладиаторы древних полисов. Судьба Железного Братства не застыла, она пишется каждым деянием и зависит от всех нас. От тебя, брат-ветеран, сильнее многих.

Малахрост внешне никак не отреагировал на намёк. Его поза оставалась напряжённой, почти враждебной — корпус чуть наклонён вниз, руки на изголовье молота, ноги широко расставлены. Фалес Звездочёт не стал дожидаться реакции собеседника и повернулся обратно к багги.

— Впереди множество сражений, брат-ветеран, где твои выдающиеся навыки станут незаменимыми. Тебя заниматься сбором лома никто заставлять не собирается. Для подобных задач существуют низовые члены Братства и рабы. Кроме того, жить так, как мы живём сейчас — интересно. Приключения, новые открытия. Нет вечной, монотонной, равнодушной войны на износ, что выхолащивает дух и точит разум. Необычные задачи, новые враги, ценные трофеи. Слава. Подобная перемена пойдёт всем нам на пользу — особенно тебе и Дромону.

— Интересная жизнь, кишки Императора… — Малахрост развернулся и ушёл, судя по кадру — в сторону пленников, где я как раз разговаривал с Клеопатрой.

Интересно… Очень интересно. Почему технодесантник сбросил мне данный разговор? Чего хотел брат-ветеран: поговорить по душам и развеять сомнения, прощупать важного члена Братства на верность, обозначить свои амбиции? Столько мыслей в голове роется, столько мотивов могу насчитать и за Фалесом, и за Малахростом… Столько вариантов, как поступить самому… Короче, нужно подумать.

— Благодарю, брат Фалес.

Глава 3

Пересечение невидимой границы почувствовали все. Лёгкие сумерки сменились тяжёлым, тревожным багрянцем. Будто на глаза надели цветной фильтр. Небо оделось тучами, что закрыли небесные светила. Песок приобрёл ржавый оттенок порченного железа. Но самое главное — голоса. Впервые шёпоты варп-сущностей чувствовались так ясно, так отчётливо, и подозреваю — не только мне. Казалось, в этом месте огни прошлых войн выжгли небеса и землю, навеки впечатав страшный след в Материуме и Имматериуме.

Передовые отряды орков попросту исчезли. Байки почти догнали наш носорог — дистанция сократилась до жалкого клома и продолжала уменьшаться. Сейчас же за спиной от горизонта до горизонта простиралась ржавая пустыня, укрытая багровым небом. Будто нет никакой орды зеленокожих.

Нехорошее место.

— Брат Фалес?

— Радиационный фон в оранжевом спектре и продолжает увеличиваться. Я не рекомендую оставаться здесь, Кузнец Войны, и категорически не рекомендую проводить в этом городе больше десяти часов. Так же зафиксирован неизвестный феномен — излучение, видимое в тепловом спектре. Практически все руины являются его источником. Охотничье зрение и любые тепловые режимы сканирования здесь неэффективны.

Прелестно. Мы в месте повышенной концентрации скверны, слепые и медленно травимся радиацией.

— Отдых Братству пока не требуется, — ответил на личный вопрос апотекарий. — Метрика братьев-новиков в пределах ожидаемой нормы — ещё тридцать терранских часов их эффективность будет приемлемой.

— Сарпедон, аккуратно продвигайся в северном направлении. — Я нарисовал на тактической карте примерный маршрут. — Пройдём по краю и выедем отсюда с другой стороны. Если обнаружим зеленокожих — придётся вернуться. Все авточувства на полную мощность! Не хватает только в засаду местных мутантов попасть.

Осторожно отпихнув в сторону тиранидский череп, я удобнее упёрся сабатонами в пол и закрыл глаза. Вдох… Выдох… Дыши, Аскольд, слушай сердце. Медленно, не спеша, внутри «я» твердели волевые блоки. Разум, следуя известному шаблону, начал собирать их в стену. Мой разум — моя крепость. Первая стена, вторая, третья, четвёртая. На углах вросли в камень башни. Суть псайкера-астартес дышит здесь свободно — в чертогах разума, чертогах души. Моя душа — моя крепость. Инсигния Железного Братства вспыхнула на стенах воли сталью и золотом. Моя суть — моя крепость. И скверна не разрушит их. Заклинание «Психическая твердыня» успешно использовано.

Мысленное усилие — крепость расширяется за границы «я» и охватывает всех братьев. Противный шум демонов, что непрерывно жужжал в голове, стал почти незаметен. Почти. Будто над ухом вьётся комар, которого никак не получается прихлопнуть. Вергилий, что сидел без шлема, аж порозовел в этот момент. Нет, нельзя здесь задерживаться. Для неокрепших душ инициатов преодолевать такое испытание рановато.

— Miserere mei, Deus, secundum misericordiam tuam; et secundum multitudinem miserationum tuarum dele iniquitatem meam…

Древний текст медленно потёк из уст в общий канал. Вдох. Выдох. Я пока не сросся с телом до конца, значит, можно заглянуть в метафизическую щель… Дух силён, плоть же немощна… Разум начал медленно погружаться в транс. Сначала пропало зрение. Мир потемнел и обратился в сумерки. Исчезли запахи крови, машинного масла, железа, пороха и горячего песка. Исчез вкус. Растаяла весенним снегом телесность. Последним пропал слух. Только слова падали в темноту сверкающими каплями. Покой и свет — вот я. Я — от света и покоя.

— Ecce enim veritatem in corde dilexisti et in occult sapientiam manifestasti mihi…

Слышишь, Хаос? Я не твой.

Здесь нет ничего. Ни времени, ни пространства, ни материи, ни судьбы. Только покой и свет. Сюда я возвращаюсь, когда умирает очередная смертная оболочка. Здесь моя душа смотрит в себя, в собственное отражение и отвечает — найден ли я лёгким? Достоин ли идти дальше? Здесь — секрет моего бессмертия. Я не знаю, что это. Где здесь. Когда. Лишь чувствую свет и покой. И своё недостоинство остаться у света и покоя.

— Сейчас.

Золотое свечение, залившее десантный отсек. Изумление и страх на лицах Данте и Вергилия. Треск силового поля молота в считанных сантиметрах от моей головы. Серво-рука технодесантника, что перехватила рукоять оружия. Малахрост, поза которого излучала враждебную настороженность. Не держи его апотекарий за руки и плечи, весьма вероятно, он присоединился бы к Дромону, чей молот поймал Фалес. И покой, который медленно уходил, оставляя по себе слёзы. Не хочу. Не хочу оттуда возвращаться… Но должен.

Взрыв! Рину ощутимо тряхнуло. Сразу после о бронеплиты застучал горох — мелкокалиберные пули, что сыпались со всех сторон. Послышался вскрик Астенора. Он гремящей грудой упал в кабину, не имея сил захлопнуть люк. Руна штатного стрелка окрасилась тревожным жёлтым. Приняв эту информацию краем сознания, я одной рукой отцепил от бедра комбиплазму и второй в рывке дотянулся до аварийной кнопки сброса рампы. Я знаю, что будет и что должно совершиться.

— Делай как я!

Уродливые высушенные твари, что подбегали к носорогу с тыла, с воплями отпрянули от света. Мутировавшие тела начали разлагаться на глазах. Стрельба на два вдоха прекратилась. Но вернулась снова — потому что свет уходил. На меня опять давит доспех и бренная плоть. Руки, следуя вбитой в подкорку программе, открыли пальбу. Пролитая кровь смыла покой окончательно, и на поле боя Вселенной Вечной Войны снова лишь я, фальшивый Аскольд, которому иногда позволено созерцать вечность.

— Бар-р-р-ра-а-а!!!

Смайт соединяет руку и очередную мутировавшую тушу. Два болта вправо-вверх, в стрелка с примитивной ракетницей, что засел в руине. Плазменный ком для доспешного бугая с грубыми тесаками. Я спокоен, холоден, равнодушен — железо внутри и снаружи. Словно боевой когитатор, последовательно обрабатываю сигналы от органов чувств и решаю поставленную задачу максимально эффективным образом. Казалось, в этом состоянии внутренней скованности можно застыть навсегда. Магичить закончил — черпать из Эмпиреев больше небезопасно — и второй рукой схватил меч. Рывок вперёд… Толпа скрюченных созданий разлетается кусками внутренностей и голов… Рядом пролетела очередь из дружественного источника, вторая, третья. На краю сознания, где железо не застыло до конца, появился другой. Яростный, прямой, светящийся, знакомый, кипящий кровью, но не стылый. Не-железо. Потом второй, холодный, скрытый тенью и криками другой не-железо. Третий. Четвёртый. Пятый. Шестой был знаком. Застывший, крепкий, равнодушный. Железо. Как я. Но не как я…

И всё закончилось. Мозги хрустнули, как-то вернулись на место и мир упал валом информации. Глаза с удивлением заметили интерфейс и россыпь рун первостепенных и второстепенных угроз. В воксе коротко и чётко звучали команды Фалеса, который принял тактическое командование. Рядом ревел от ярости Малахрост, молчал Дромон, слышался болтерный огонь — оба стационарных штормболтера носорога и расположенный за нашими спинами полувзвод инициатов вели огонь по набегающей толпе мутантов. Лазерный луч с шипением проплавил кусок дорожного покрытия и укрывшегося за ним вражеского командира — брат Балтис выстрелил особенно удачно.

Что сейчас произошло?

Думы о личном сумасшествии пришлось отложить — бой ждать не станет. Бронированный кулак — я и ветераны — пробивали толпу мерзостей насквозь и отвлекали огонь от инициатов, которые чистили вражеский контингент в окружающих руинах. Астенор, несмотря на ранение, вернулся за свой пост и вёл огонь по тем тварям, что закрыли дорогу, по которой мы двигались изначально. Носорог пятился вслед за нами. Фалес и Фердинанд визуально не наблюдались — миникарта показывала, что они сейчас добивают самую крупную группу с тяжёлым вооружением в полуразрушенной высотке слева. Тяжёлое оружие! Мать моя женщина, мы же здесь как на сковородке — бери да жарь!

— Ветераны, назад!

Не обращая внимание на безопасность, щедро черпаю из варпа. Сила, такая манящая и сладкая, наполнила по брови. Возьми ещё, стань могучим и предъяви право на этот мир… Ведь ты силён и заслуживаешь славы, денег, власти… Тренированный разум стряхивает слизкую дымку. Мерзость демоническая. Выпускаю энергию вперёд, резко, не обращая внимание на боль в костях. Шипящий веер молний еле-еле разминулся с телохранителями и обрушился на толпу впереди. Выгнутые во все стороны твари с щупальцами, когтями и псевдоподиями. Фигуры, в которых ещё можно узнать людей, вооружённые мусорными кинетическими стволами. Несколько крупных бугаев в шипованной броне с огнемётами и тесаками. Высушенные мутанты, своим видом напоминающие мумии. Потоки жалящей энергии пробивали всех. Я закашлялся и выплюнул в шлем кровавую слюну. Цена за такую эффективность… Кажется, внутри у меня что-то лопнуло, и регенерация астартес не может справиться с ранением.

— Контроль руин! Полувзвод слева, рина и ветераны справа!

От фронтальной толпы осталось два десятка слабо организованных ничтожеств. Боль терпима. Перезаряжаю болтер — пусть плазма остынет — и удобнее перехватываю меч. С таким числом справлюсь сам, сейчас важнее выбить огненные точки, способные поразить доспех космодесантника. Наши машинные духи, разогретые технолингвой брата кузни, пахали во всю и в режиме реального времени отслеживали все опасные группы.

Железные Воины — чего не отнимешь у Четвёртого Легиона, это боевой дисциплины — моментально приступили к исполнению приказа. Ветераны вбежали в ближайшую постройку по своему флангу и, пробивая пенобетонные стены силовыми молотами, напрямую поломились к позиции противника. Лишь бы здание раньше времени не рухнуло… Брат Фалес перенаправил штормболтер и начал отстрел тех тварей, что в панике посыпались с верхних этажей. Данте разделил полувзвод на две группы — специалист с лазпушкой и сам сержант остались снаружи, подавляя противника и прикрывая трёх братьев, что пошли врукопашную. Хорошее решение. Данте будет полезнее здесь, ведя огонь из своей комбимельты, чем внутри — двуручный силовой молот плохо подходит для тесных комнат и коридоров. Братья-инициаты не разделялись и шли втроём, прикрывая друг друга. Потеря времени и боевой мощи, ведь по уму космодесантникам следует разделиться и быстрее покрыть пятидесятиметровый участок города, где нам устроили засаду. Будь они полноценными астартес, такой шаг был бы оправдан, но с полукровками лучше перебдеть. Плюс — им навстречу двигались Фалес и Фердинанд.

Бросок вперёд. Стреляю на бегу в ближайших врагов. Нужно променад заканчивать — кроме Астенора, двое инициатов получили ранения лёгкой тяжести и один средней. Дромон так и бегает с дырой в животе и разгерметезированным доспехом. Остальные члены Железного Братства пока без ранений. Точнее ещё я надорвался с магией, но пока боеспособен. Психосиловой клинок без усилий разваливает надвое самого крупного мутанта. Когти бессильно скрежещут по броне. Ядро меча, обладающее, по моим ощущениям, некой разумностью, радостно обдало взвинченное шестое чувство прохладой. Убивать хаосопоклонников нам обоим очень нравится. Удар сверху-влево, короткая очередь на три болта в прыгнувшую тварь, поворот кисти, укол, разворот и новая очередь… Я почти чувствовал, как врастаю в новую плоть. Рефлексы условные и безусловные, нейронные цепи приобретённых навыков, области психики, детерминированные физиологией астартес, духовные скрепы мозга и сознания — бой сбивал вместе разные части меня лучше, чем любая медитация. Метафизическое окно туда, где горит вечный свет и успокаивает вечный покой, исчезло окончательно. Пока не придёт время умирать или пока не очищу душу. Бросаю меч в последнего индивида, что пытался как-то командовать. Завёрнутое в злую белизну лезвие пришпилило его к стене, словно букашку энтомолог. Болтер в две руки, замираю на устойчивой куче щебня. Позиция для стрельбы приемлемая. Восемнадцать болтов в магазине… Двенадцать... Пять… Ноль. Остался десяток противников, которые с воем убегали прочь. Перезарядка. Пустой магазин прячу обратно в подсумок. Железное Братство сейчас должно экономить везде. Будь моя воля, я бы и гильзы от болтов собрал, но на это нет времени. О том, сколько боеприпаса было потрачено и где его восполнять, я старался не думать. Жизни братьев важнее. Три короткие очереди, и фронтальная засадная группа кончена. Болты с лёгкостью пробивали две-три туши перед тем, как взорваться.

Бой завершился. Враг беспорядочно отступал. В окружающих руинах авточувства фиксировали несколько групп, но основная масса мутантов улепётывала кто куда. Здание, в который вбежали ветераны, медленно завалилось внутрь и задело несколько соседних. Случился небольшой обвал, похоронивший последние очаги сопротивления на правом фланге. Братья — я подключился к шлему Малахроста — пробежали по коллапсирующей крыше и, замедляя падение выхлопами силовых ранцев, с двенадцатиметровой высоты спрыгнули ко мне. На земле оба почти синхронно перекатились через плечо, чтобы погасить инерцию, и невозмутимо подошли ближе. Ветераны, чо. Могут в силовой броне кульбиты крутить.

Кстати. Пора устроить небольшую провокацию.

Отправить сигнал технодесантнику… Каст усиления тела варп-энергией… Готово. Рискую, магичить в моём состоянии не стоит, но сейчас обращение к Эмпиреям оправдано. Мы трое оторвались от остальных Железных Воинов вперёд — носорог остановился у полувзвода сзади за поворотом. Условия для моего убийства не идеальны, но клюнуть оппозиционеры могут. Зажигаю Пламя Анафемы и медленно подхожу к двум почти (или не почти в случае Дромона, который поднял на меня молот) бунтовщикам. Комбиплазма и психосиловой клинок на поясе. Как отреагируете, господа?

Дромон никак не проявил своих чувств. Вообще. Такое ощущение, что у него их нет. Лишь стоял со своей парой молот-щит и медленно следил за приближающимся мной. Золотой огонь бликовал на его доспехе. Не нравится мне этот субъект. Идеи в ключе «и хочется и колется», «нужно найти подход и всё» как-то не работают, когда ловишь силовое оружие в сантиметре от собственной головы. Бесконтрольный, не подчиняющийся приказам, лояльный главному политическому оппоненту, непредсказуемый. Каждый пункт делает Дромона более опасным для Железного Братства, чем полезным. Вот как тебя чинить? Как провести сеанс психотерапии или хотя бы понять, чего тебе надо? У меня собственная крыша подтекает, как оказывается, куча проблем с выживанием, и решать головоломку из серии «character study» нет желания совершенно.

Малахрост… Хочет славы и власти. Возможно — подчинения. Диалог, записанный Фалесом, многое просветил и ещё больше подтвердил. Не знаю, что за комплексы водятся в твоей черепушке, брат-ветеран, но придётся смотреть. Как-то привязывать к себе и зарабатывать верность. Как это сделать со сверхчеловеческим воином, который особо не скован нравственными принципами? Проявить рациональность? Отчасти может сработать, но этого недостаточно. Указать на внешнего врага? Тоже проблему решит не до конца. Нет, нужно проявить угрозу. Сила уважает только силу, да? Значит, подерёмся.

— Хаос нельзя победить. Он — плод порочности, и будет произрастать всегда, пока в этой вселенной существует любая разумная жизнь. Поэтому чтобы действительно бороться с Тёмными Богами, нужна не дисциплина или сильная воля. Этого недостаточно. Любой разум, каким мощным или совершенным он бы ни был, рано или поздно падёт. Потому что такова природа Хаоса. Он — соблазняет постоянно, он — часть каждого из нас, и потому неуничтожим. В этом его главная сила.

Я дошёл до ветеранов и остановился менее, чем в шаге от обоих. Навершие Волариса, двуручного силового молота Малахроста, находилось в жалких двадцати сантиметрах от моего поножа. Одно движение кистью — и силовое поле гарантированно сокрушит коленный сустав. Медленно поднимаю полыхающие Пламенем Анафемы руки и кладу ладони на их наплечники. Осквернённая кровь мутантов посыпалась с броней сгорающей шелухой. Демонические эманации, которых любой из Железного Братства нахватал уже немало, медленно вычищались. Брат Дромон потребовал дополнительного усилия — его доспех, потерявший герметичность, впускал вредоносные флюиды чаще. Казалось, какая разница, ведь энергии Эмпиреев нематериальны и должны осквернять всё нелицеприятно. Однако всё в этой вселенной духовно, всё имеет двойную природу, везде происходит смешение свойств и сущностей. Поэтому силовым топором можно рубить демонов — материальные свойства оружия переносятся в сферу нематериального. Поэтому исправный силовой доспех защищает от варпа лучше, чем повреждённый. Поэтому намоленность, пропитанность какого-то предмета верой можно физически ощутить. И не важна цель веры — Император, Хаос или более мелкие духи.

— Я нашёл источник другой силы, полностью противоположный и бесконечно вражеский Тёмным Богам. Этот источник — то, с чем боролся на Терре Император и жалким подобием чего пытается стать, восседая на Золотом Троне.

Медленно отпустил наплечники и снял шлем. После чего прямо, не делая попыток отстраниться или сменить позу, посмотрел в глаза Малахроста. Яркий, колючий свет исходил из моих очей и разбивался о визоры шлема. Подчинись или бросай вызов.

— Я дал клятву, что буду править, опираясь на честь и братские узы. Я живу во имя Железного Братства. Во имя чего живёшь ты, брат-ветеран? Железного Братства? Величия старого Четвёртого? Или личных амбиций? Ну же, ответь мне.

Малахрост не отвечал, но и взгляд не отводил. Расположение рук, поворот головы, осанка — все невербальные сигналы сообщали конфликт. Покориться он явно не желает, но и до сих пор не напал. Хорошо. Продолжим бодание лбами.

— Вы — ветераны. Вам позволено в любой момент спросить меня о любом моём действии и указать те недочёты, которые были упущены. Я с радостью приму совет или обоснованную критику. Но если любой из вас поднимет на меня оружие без веской причины, то я убью обеих, соберу геносемя, сожгу тела и передам снаряжение наиболее достойному. И продолжу строить Железное Братство дальше. Потому что наша общность важнее личных желаний или сиюминутных порывов. Надеюсь, я понятно выражаюсь.

— Да, Кузнец.

Наконец-то я услышал голос. Думаю, первый сеанс политических дебатов можно записать себе в плюс. Развернувшись спиной, пошагал к транспортнику.

— Железное Братство, доклад!

— Фалес. Полностью боеспособен.

— Фердинанд. Полностью боеспособен.

— Малахрост и Дромон — полностью боеспособны.

— Данте, Сарпедон, Иолат — полностью боеспособны. — Сержант ответил за всех новиков. — Балтис и Вергилий условно боеспособны, Истихар и Астенор частично боеспособны. Требуется медицинская помощь.

Подробное перечисление повреждений, апотекарий приступил к латанию раненых, Фалес и целые инициаты начали быстрый досмотр местности на предмет стоящих трофеев. Постбоевая рутина, короче. Я очистил Пламенем Анафемы всех членов Братства, носорог и те немногие трофеи, что технодесантник счёл достойными. В основном различные боеприпасы, четыре обгорелых пусковых установки, какие-то запчасти. Глубоко в это не вникал. Незачем, сейчас главное — найти нормальную базу. Часы тикают, боезапас уходит как вода в песок. Первые ранения, полученные в обмен на что? Что мы получили из этого боя? Ещё несколько подобных бессмысленных сражений, и у Малахроста появится легитимный повод мутить воду. Полководец-то голый!

Со всеми делами мы справились за полчаса. И Фалес, и Фердинанд — специалисты уровня ВКП. Обязанности исполняют быстро и чётко. Загрузились, поехали. Только Астенора заменил за штормболтером Вергилий — ранение оказалось достаточно серьёзным. Ничего критически важного не пострадало, руки-ноги на месте, но отлежаться стоит. Обиднее другое — доспехи инициатов в той или иной степени повредились все. Сборные брони удар кое-как держат, но ломаются с завидной регулярностью.

Десантный доспех теперь напоминал кладовку не совсем вменяемого Плюшкина. Плюс закреплять хлам мы не стали, некогда. Проводить лишнюю минуту в этом городе я категорически не желал. Надоело шататься без цели и влезать в бессмысленные приключения. Поэтому носорог (вот найдём базу, и точно как-то его назову) на экономных 60 км/час бодро катился к границе этого города.

Удар!

Астартес вдавило в десантные ложементы. Кого вправо, кого влево, но всех с изрядной силой. Плохо закреплённые припасы рассыпались по полу, а лежащие кучками трофеи начали самостоятельный полёт из одного конца отсека в другой. Астенор громко застонал — его ранение оказалось самым серьёзным, и другие инициаты держали его с обеих сторон руками. Естественно, среагировать на резкий удар они не смогли. Пострадавший брат кулем завалился вперёд и несколько раз чувствительно стукнулся о что придётся.

Новый удар — в противоположном направлении. Будто носорог кто-то оттолкнул. Снова беспорядок, летающие вещи, бьющийся о все углы раненый и мерзкий, пробирающий до зубных корней скрип. Потолок и пол немного накренились, транспортник несколько раз подкинуло, третий удар, и наконец всё стихло. Данте бросился помогать совзводному, перед глазами несколько мгновений бежали строчки кода и появилось изображение с внешних камер. Враги визуально или в другом спектре не наблюдались.

Короткая команда, и ветераны щитами вперёд вышли из левой бронедвери. Правая дверь и задняя рампа не открывались — их завалило битым кирпичом. Следом на свет небожий выбрался я с технодесантником. Короткая разведка, тщательное сканирование местности и ситуация прояснилась. Ради эксперимента приказал Балтису пальнуть в границу. Под углом, чтобы назад не отлетело, если мы правильно поняли произошедшее. Теория, основанная на анализе траектории транспортника, была подтверждена. Граница между городом живых мумий и пустыней непроницаема. Или как минимум — непроницаема для тех, кто не договорился с местными вожаками. Что значит плохую вещь. Идти к центру этих руин и уничтожать осквернённое сердце, что я почувствовал после света и покоя, таки придётся.

— Привал. Брат Фердинанд, открывай лимитные бутыльки с алхимией и ставь всех космодесантников в строй. Остальные — правьте снаряжение и набивайте магазины. Приказываю экипировать двойной запас гранат. Через полчаса проведём тактическое совещание.

***

В определённом смысле нам повезло. Носорог влетел в гибкую стену на сравнительно открытом и чистом пятачке. Истлевшие или другие твари незамеченными точно не подберутся, и очищать всех астартес Пламенем нужно не чаще раза в десять минут. По сравнению с другими локациями градус радиационного и варпового заражения здесь относительно низкий. В перерывах между метафизической чисткой я пытался медитировать, но такие короткие сеансы вызывали одно раздражение, поэтому сначала подлечился (медикаментов жалко до цепного визга), коротко утешил раненых инициатов (ваш мудрый лидер заботится о вас!), помог Фалесу натягивать гусеницу на траки (зараза тяжеленной оказалась) и складывать накопившееся барахло в закреплённые мешки из трофейной одежды. В конце концов сел смотреть за шашлыком. Орчатина пополам с кусками людей, нанизанная на металлические штыри, смотрелась противно, но дальше таскать с собой начинающие смердеть трупы смысла не имеет. Жара всё-таки. А то превращу рину в филиал скотобойни.

Пока крутил импровизированные шампуры, смог рассмотреть защитные амулеты рейдеров от «дыхания пустыни» — то бишь радиации. Выглядели эти поделки как символ бесконечности, одна половина которого окрашена в синий, другая — песочный цвета. Так последователи изображают Близнецов-Защитниц, главное божество не-городских жителей пустыни. Кочевые племена мутантов, налётчики, редкие оркоиды, всевозможные бродяги. Дева Воды и Дева Пропана даруют своё покровительство любому, кто готов жить и сражаться во имя Вечной Весны.

Образы, что собрала омофагия об этом культе, получились неполными, но важные детали я узнать смог. Эти Девы весьма популярны по простой причине — они дают главные жидкости для выживания, воду и пропан, местная вариация прометия. Не за просто так, естественно. Частично защищают последователей от скверны. Любят кровавые жертвы. Даруют божественные артефакты — вроде амулета, который не пропускает радиацию, и который можно зарядить божественной силой у жреца. Именно такой я кручу в руках. Способа привязать к себе и использовать пока не придумал — каждый амулет даруется персонально и привязывается к владельцу в ходе ритуала. Но попытаюсь узнать. Возможно, вступить в контакт с этими Девами, ведь пока от радиации Железное Братство хранит одна силовая броня. И такое положение вещей следует исправить.

Время на отдых закончилось, и Железные Братья начали стягиваться к костру. Справа от меня сел Фалес — на его долю выпало больше всего работы. Починка транспортника, полевой ремонт сборных доспехов новиков, разбор трофеев и их грамотное складирование. Не знаю, что бы я без него делал. Дальше расположились ветераны. С другой стороны от них сел Фердинанд — чтобы не провоцировать почитателей высоких идеалов прошлого близостью с презренными полукровками. Поэтому слева от меня оказался Данте и весь полувзвод. Сержант такому обстоятельству был чрезвычайно рад и поначалу взирал на всех присутствующих с возвышенно-важным выражением лица. Недолго. Один поворот головы Малахроста, и сконфуженный инициат не смел отрывать глаз от костра.

Когда все братья сели, я поднялся и раскинул руки. Волна Пламени ещё раз очистила астартес, снаряжение и еду. Профилактика, профилактика, профилактика! Пока мы в этом проклятом городе, я сделаю всё, чтобы ни один из моих подчинённых не подцепил варп-паразита.

— Слушай, Железное Воинство! Мы только-только сбросили иго нечестивых повелителей. Наша судьба туманна и неясна. Боеприпасы подходят к концу, снаряжение нуждается в ремонте, разум в отдыхе. Но вечный враг не ждёт. Он почуял угрозу и запер нас здесь, в месте, где сам воздух отравлен и каждый встречный — враг. Это — первое настоящее испытание, крещение огнём, которое покажет — мы рабы, твари дрожащие или право имеем. Железо внутри!

— Железо снаружи! — Ответили воспрявшие космодесантники.

— Нам некуда отступать, братья. Не здесь и не сейчас. Мы либо исполним свою миссию и поборем Хаос, либо будем поглощены пустыней. И я верю, что демон, осмелившийся бросить вызов Железному Братству, умоется собственной нечестивой кровью. Потому что мы железо!

— Мы железо!!!

Естественно, кричали инициаты. Что ветераны, что техмарин с апотекарием реагировали на пафосную речь вяло. Ну да ладно. Верность этих субъектов я завоюю делами. Короткий жест — и над костром возникла голограмма в виде карты. Знаков на ней почти не было — наше расположение, место засады и две вражеские метки. Одна — рабские загоны и склад, вторая — сердце скверны. Подозреваю, какой-то алтарь Хаоса. Оба места подсознание окрашивало смрадом боли, крови и мучений.

— Сейчас мы не в силах зачистить весь город и по-настоящему изгнать местную варпову тварь. Поверхность — это лишь ничтожная часть владений Истлевших и их демонического господина. Источник заразы находится глубоко под землёй, в катакомбах, куда в теперешнем состоянии нам соваться не стоит. Но в наших силах уничтожить средоточие на поверхности, которое находится здесь. — Тыкаю пальцем в метку. — Почти десять терранских кломов вглубь города на юго-восток по вражеской территории. Весьма вероятна засада и не одна. Учитывая полученную от рейдеров информацию, контингент, который мы уничтожили ранее — это приблизительно пятая часть боеспособных мутантов поверхности. Сбор крупного отряда у Истлевших займёт некоторое время. Мы воспользуемся окном возможностей и уничтожим психически активный узел, который не позволяет вошедшим в город покинуть его. Это нанесёт Истлевшим существенный урон и позволит другим группировкам снова нападать на них.

Мозги рейдеров содержали знание, что раньше закрывать город местные мутанты не могли. Но недавно, сезонов десять назад, здесь что-то случилось. Не уверен что именно, омофагия показала обрывки образов горящей кометы и далёкого удара. И после этого город закрылся. Многие налётчики, что не желали служить Близнецам-Защитницам, покупали пропан здесь. И почти все исчезли, когда отправились за новой партией горючего. Лишь немногие караванщики, носящие метки Тёмных Богов Пустыни, могут возвращаться отсюда живыми. Из омофагии я и узнал точку, где раньше отоваривался пожранный мной рейдер.

— Кроме того, пока есть возможность, мы нападём на этот склад. Согласно видению, здесь живут мутанты-прислужники и рабы, занятые на каком-то производстве. Всё это следует уничтожить. Таким образом мы не только нанесём местным мутантам прямой урон живой силе и имуществу, но и подорвём экономическую мощь Истлевших. Если получится — направим освобождённых рабов куда-то пошуметь, чтобы те оттянули часть вражеских войск на себя. — На мгновение прервался, обозревая голограмму и графическое отображение собственных слов. — План условный — разведданных катастрофически не хватает. Поэтому нам следует подготовиться к импровизации. Вот данные, полученные в ходе предыдущего боестолкновения. Противник использовал следующие модели ракетных боеприпасов…