Ирьёдзюцу. Книга 2

Глава 1

Обстановка в кабинете Академии шиноби была напряжённой. Шимура Данзо, излучающий небольшое убийственное намерение, с легким раздражением рассматривал влетевшую в кабинет Сенджу Тсунаде. Та же, в свою очередь, отвечала злым взглядом и испускала даже большую жажду крови.

Трое только что выпустившихся генина, находящиеся между молотом и наковальней, лицезрели данную картину.

Сенджу Наваки, бледный, с каплями холодного пота на лбу из-за двойного давления, но упорно стоял со сжатыми кулаками. Он переводил взгляд то на сестру, то на новоиспеченного наставника.

Нара Саюри, белая как полотно, она с трудом стояла на ногах. Ей казалось, что её жизнь сейчас оборвётся. Но даже в таком состоянии её рациональная часть твердила, что всё в порядке, это просто влияние джонинов. Девочка прикусила губу до крови. Это помогло прийти в себя, хотя всё ещё было страшно.

Фукудзава Дэйчи смотрел на всё холодным и пустым взглядом. В его состоянии давление жажды убийства не имело значения. Страх просто не проявлялся, хотя он знал, что должен его испытывать. В его голове крутились мрачные мысли о собственном будущем.

В этот момент шаткого равновесия с тихим шелестом открылась дверь в класс.

— Всё в порядке? — в кабинет прошёл человек, который вышел из неё несколько минут назад, — Като Дан. За его спиной виднелись три макушки другой троицы генинов. — Я почувствовал убийственное намерение из кабинета, а затем мимо меня пронеслась Сенджу-сан, чуть не сбив нас с учениками.

Несмотря на мягкость, говорил он твёрдо и уверенно, явно показывая, что не боится собеседников.

— В полном, Като-сан, — спустя несколько секунд разглядывания ответил Данзо, и его жажда крови спала на нет.

— В полном?! Ты давил на моего брата намерением убить! — взвилась блондинка, остро реагируя на угрозу брату.

— Извините, Тсунаде-сан, — раздался пустой голос Фукудзава Дэйчи. — На тренировках Акира-сенсей давил даже сильнее. Да и вы сейчас излучаете давление намного больше, чем Шимура-сан.

Девушка, моргнув, перевела взгляд на говорившего и дёрнулась, будто от удара током.

— Дэйчи-кун, я не… — её голос дрогнул.

— Всё в порядке, сестра, — добавил Наваки, отошедший от давления.

Ещё несколько секунд Тсунаде смотрела в безжизненные глаза Дэйчи, затем перевела взгляд на успокоившегося брата, который недоуменно и обижено на неё смотрел, и, развернувшись, пулей вылетела из класса.

— Что это с ней?! — на два голоса спросили Наваки и Дэйчи.

— Вы бы себя со стороны видели, — покачал головой Като Дан. — Если всё в порядке, мы пойдём. Мне ещё нужно познакомиться с командой.

Ещё раз осмотрев всех внимательно, он вновь вышел из класса, уведя за собой с любопытством озирающихся детей.

— Теперь, когда посторонние больше не мешают, думаю, нам следует представиться. Идите за мной, — голос Данзо прервал тишину, опустившуюся на кабинет.

***

Мы направились за нашим новым сенсеем на тренировочную площадку, которая находилась довольно далеко на окраине деревни.

Данзо сразу задал хороший темп, и мы рванули за ним. Увидев, что мы справляемся, он прибавил скорость. За время пути мы ускорялись несколько раз, и если для нас с Наваки такой темп не представлял сложности, то Саюри бежала изо всех сил.

Пока мы двигались, в моей голове неспешно протекали мысли, касающиеся текущей ситуации. Почему сенсеем стал Данзо, разве в каноне у него вообще были ученики? Почему не Тсунаде, ведь мы с ней договорились? Она обманула или ей предпочли соратника Хокаге? Вот только они совершенно не влияли на меня, с перепугу я полностью заблокировал влияние гормонов на рецепторы и взял под полный контроль их выработку, благо второй поток я создал заранее.

Наконец путь был окончен, мы оказались на самой дальней площадке, куда никогда не забирались во время прогулок и тренировок. Густой лес окружал её со всех сторон, лишь с той стороны, откуда мы пришли, была небольшая тропинка, ведущая обратно.

Данзо окинул нас цепким взглядом, остановился на Саюри и несколько секунд изучающе её разглядывал.

— Я ожидал немного большего от лучшей ученицы, — протянул он. На этих словах подруга дёрнулась и опустила глаза. — Но в целом очень неплохо.

На поляне повисла тишина, Саюри немного воспряла духом, но всё равно нервничала, судя по тому как она переминается с ноги на ногу. Наваки тоже был встревожен, обычно не лезущий за словом в карман, он словно воды в рот набрал.

Убедившись, что мы внимательно его слушаем, Данзо продолжил:

— Как вы уже знаете, меня зовут Шимура Данзо. У нас в Листе есть традиция, когда наставник и новоиспечённые генины представляются друг другу, то рассказывают, что нравится, что не нравится, — край губ его приподнялся в ухмылке. — То, что мне нравится или не нравится, вам придётся выяснить самим, в конце концов вы уже шиноби. Всё, что вам надо знать обо мне: я люблю нашу деревню. Теперь вы.

— Меня зовут Сенджу Наваки, мне нравится моя сестра и мои друзья. Не нравится, когда друзья умирают, — на последней фразе его голос помрачнел. — Я хочу стать Хокаге и быть достойным наследником своего деда.

Данзо кивнул, показывая, что принял слова к сведению, и указал рукой на меня.

— Меня зовут Фукудзава Дейчи. Есть много вещей, которые мне нравятся, и несколько, которые не нравятся. Моя цель — стать боевым ирьенином S-класса, — спокойно произнес я.

— Неплохо, теперь ты, — сенсей указал на Саюри.

— Меня зовут Нара Саюри, мне нравится мой клан, мои друзья и данго. Не нравятся лентяи. Мечтаю стать первой куноичи S-класса клана.

— Каждый из вас имеет большие амбиции. Посмотрим, чего они стоят. Завтра в восемь утра жду вас здесь. Я проверю ваши способности и решу, стоит ли тратить свое время и силы на ваше обучение. Свободны.

Произнеся это, Данзо не стал дожидаться нашей реакции и просто переместился шуншином.

— Чёрт, сенсей крут! — воскликнул Наваки, уже позабывший его давление жажды крови.

— Да уж, — поёжилась Саюри. — А что случилось с Тсунаде-сан? Почему она у… ушла?

— Не знаю… — нахмурился друг и повернулся ко мне. — Дэйчи, не обижайся на сестру, я уверен, она просила Хокаге, чтобы ты был её учеником, но… — он беспомощно пожал плечами. — Пойдём спросим у неё.

— Хорошо, Саюри, ты с нами? — я повернул голову в сторону нервной Нара.

Как только она посмотрела мне в глаза — вздрогнула.

— Дэйчи-кун, что с тобой?

— А? Что с ним? — переспросил Наваки и пригляделся ко мне внимательнее.

— Всё со мной в порядке, — произнёс я, видя, что лицо друга хмурится, а на руках проступает знакомое зеленоватое свечение мистической руки. — Это просто результат одной техники.

В подтверждение своих слов я перестал контролировать гормоны, и весь спектр эмоций вновь обрушился на меня. Правда, Сенджу это не остановило, и он рывком сократив между нами расстояние, принялся сканировать мою голову. Несколько секунд спустя он облегчённо выдохнул и развеял технику.

— Всё с ним в порядке, — сказал он, повернувшись к единственной девочке среди нас.

— Я, конечно, рад, что ты так беспокоишься обо мне, — протянул я со вздохом. — Но больше так не делай, могу на автомате атаковать.

— Прости, — смущённо потёр он затылок. — Я не подумал.

На самом деле так, как сделал Наваки, лучше никогда не делать, даже с учениками академии, не говоря уже про действующих шиноби. Если бы я не сдержал реакцию, Наваки мог бы быть травмирован, к драке он-то не был готов. А так бывали случаи, когда шиноби убивали таких помощников чисто на рефлексах. Далеко не всегда можно сдержать реакцию, особенно сразу после миссии.

— Проехали, — махнул я рукой.

— Так ты говоришь, что можешь контролировать эмоции? Это интересная техника, но зачем, точнее, почему ты её использовал? — прищурилась Саюри.

— Что ты имеешь в виду? Я использовал её сразу, как Данзо… — сенсей появился и придавил нас жаждой крови.

— Ты не ответил на вопрос. Обычно ты спокойно переносишь давление жажды крови, а тут сразу же применил новую технику.

— Она права, Акира-сан давил намного сильнее. Тебе что-то известно о нашем сенсее? — поддержал Саюри Наваки. Иногда он бывает на удивление проницательным.

— Ладно-ладно, я слышал кое-какие слухи о нашем наставнике, вот и решил перестраховаться. Сразу скажу, я не уверен в их правдивости, поэтому хочу уточнить кое-какие детали у Акиры-сенсея. Они вместе учились в Академии.

— Круто! Я с тобой. Хочу узнать, насколько крут наш новый наставник, — у Сенджу даже глаза загорелись.

«Кажется, он считает Данзо крутым. Что ж, он не ошибается, но вот радоваться ему осталось недолго», — пронеслась у меня в голове забавная мысль.

— Так что ты о нём слышал?

Жаль, что Нара на такое не купится.

— Немногое. В основном, что он друг Хокаге, как-то связан с АНБУ и занимается какими-то тайными делами. Лучше всё узнать у наставника.

— И поэтому ты сразу применил технику контроля эмоций? — бровь Саюри очень выразительно взлетела вверх, показывая, что она не удовлетворена ответом.

— Да! Ты просто не слышала интонации тех шиноби, которые его обсуждали. Так что я воспринял их слова очень серьёзно.

«А ещё они говорили, что это он организовал похищение тех пленников и нападение на наш клан а также, возможно, планирует убийство Хокаге», — вспомнил я, но решил такие незначительные детали все же не разглашать.

Я оказался под изучающим взглядом серых глаз Нара. Даже пришлось приглушить эмоции и не дать гормонам вызвать стресс. Не настолько плотный контроль, как в ситуации с Данзо, но всё же.

Но спустя несколько секунд, которые в тот момент ощущались очень долгими, сканер имени Саюри перестал меня препарировать.

— Ладно. Куда пойдём сначала, к Тсунаде-сан или к Акире-сану?

Кажется, я сумел соскочить.

***

Быстро найти Тсунаде не удалось, и когда спустя два часа бесплодных поисков мы решили пойти к Акире-сенсею, нам подвернулась удача в лице здоровенного парня с длинной белой шевелюрой, - мы услышали его пошлое хихиканье неподалёку от онсена.

Удержав Саюри, как от невыполнимого желания прибить наглеца, так и от попытки криком предупредить куноичи, мы приблизились к напарнику Тсунаде.

— Джирайя-сан, добрый день, — поздоровался я, как ни в чем не бывало. — Вы не знаете, где находится Тсунаде-сан?

Он мгновенно обернулся, кинул на меня оценивающий взгляд и произнёс, отворачиваясь:

— Отвали, мелкий. Не дорос ты ещё за принцессой бегать. Всё, не мешай мне, — для верности он даже рукой подвигал, мол, «кыш-кыш».

Кажется, в своём угаре он даже не понял, что со мной кто-то был.

— Джирайя-сан, как вы думаете, что с вами сделает моя сестра, когда узнает, что вы снова подглядываете? — спросил Наваки, сложив руки на груди.

А вот его голос заставил белоголового вздрогнуть.

— Наваки-кун, рад тебя видеть, — сложилось ощущение, что сначала голова повернулась на сто восемьдесят градусов, а только затем тело. — Что ты, я не подглядываю, это… исследование, да, точно — исследование.

Для достоверности он даже покивал головой.

— Ну да, конечно. Вы не знаете, где моя сестра? Нам нужно с ней поговорить. — даже Наваки не поверил.

— Я видел, как она заходила в бар недалеко от больницы, это было как раз когда я отправился на исследование.

— Спасибо, Джирайя-сан, — произнёс я и потянул за собой друзей.

Когда мы отошли от «исследователя» и он, убедившись, что мы оставили его в покое, принялся за своё грязное дело, Наваки тронул Саюри за руку и взглядом показал на извращенца.

Той не надо было предлагать дважды, немного вернувшись, она набрала в рот побольше воздуха и что было сил крикнула:

— ПОГАНЫЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ, ХВАТИТ ПОДГЛЯДЫВАТЬ ЗА ЖЕНЩИНАМИ. ОСТОРОЖНО ЗДЕСЬ, ИЗВРАЩЕНЕЦ.

Не ожидавший такого удара судьбы Джирайя вздрогнул и попытался сбежать, но его остановила аккуратная женская рука, пробившая стену онсена, схватившая шиноби за грудки и втянувшая того внутрь. Сквозь пробитую дыру любой прохожий мог наблюдать, как толпа женщин избивает ученика Хокаге… в онсене… в соответствующем виде.

— Мне кажется или они сделали только хуже? — усмехнувшись спросил я у друзей после того, как немного насладился картиной.

Ответом мне была тишина. Когда я обернулся, увидел красную, как рак, Саюри и Наваки, застывшего с блаженным видом. Да уж…

***

Тсунаде мы нашли именно там, где и сказал Джирайя. Сначала нас не хотели впускать, но протекторы, которые мы предъявили в качестве «пропуска», поменяли настрой охраны. Но нас предупредили, что алкоголь всё равно не продадут.

Уже внутри мы мгновенно увидели блондинистую макушку Тсунаде. Она сидела в окружении нескольких человек, и они, судя по всему, активно во что-то играли. Когда мы подошли поближе, то увидели, что это была карточная игра, и, вот так «неожиданность», судя по всему, у Сенджу дела шли не очень. А ещё она была пьяна.

— Сестра? — озадаченно и потерянно позвал её Наваки. Кажется, раньше он Тсунаде в таком состоянии не видел.

Когда она услышала голос брата, то вздрогнула от неожиданности, но пока придумывала, что сказать, один из тех, с кем блондинка играла, презрительно выдал:

— А вы ещё кто? А ну отвалите, мелкота, пока… Уйййй!!!

«Пока», ему не дал сказать его товарищ, наступивший тому на ногу и спешно что-то зашептавший на ухо. Сквозь шум можно было лишь неясно расслышать слова «шиноби» и «брат».

Бросив на крикливого взгляд, не обещающий ничего хорошего, Тсунаде наконец резко, даже с вызовом, повернула голову к нам.

— Что? Да, я слишком поздно…

— Тсунаде-сан, давайте поговорим без лишних свидетелей! — рискнул я её перебить. Незачем выносить наше недопонимание на суд общественности.

Секунду побуравив меня взглядом, она встала из-за стола.

— Эй, а доиграть? — кажется, этот идиот возомнил себя бессмертным.

— Я доиграю за неё, — прозвучали слова Наваки, как гром среди ясного неба. В ответ на наши недоуменные взгляды он добавил: — Меня отец немного учил.

Тсунаде лишь махнула рукой. Мне показалось или на её губах была злорадная ухмылка, когда она прошла мимо меня и направилась к свободному столику в углу.

Я отправился за ней, как и Саюри, которая неуверенно пошла следом после того, как Наваки ей кивнул.

Когда мы сели, Тсунаде сложила несколько знаков, и вокруг нас воздух слегка замерцал.

— Если не будете шуметь, то нас не услышат, — буркнула блондинка и выпила саке, которое прихватила с собой. — Ну, будешь кричать, говорить, что я лгунья? Или снова будешь на меня смотреть, как на пустое место? Да ещё и Наваки подговорил небось.

— Тсунаде-сан, извините. Вы меня неправильно поняли. Тогда я был под действием своей техники. Я пришёл не кричать или обвинять вас. Наваки предложил спросить у вас лично, что случилось, почему вы не стали моим наставником? — Я развёл руками.

После моих слов из девушки будто вынули стержень, она расслабила плечи и немного ссутулилась.

— Прости, мелкий. Я правда пошла к Хокаге просить, чтобы ты стал моим учеником, но… В общем, я была уверена, что он мне не откажет, и тянула до последнего. А оказалось, что за день до меня Шимура Данзо добился разрешения взять вашу команду в ученики, — содержимое новой пиалы отправилось в желудок блондинки.

— Вы просто… опоздали, и поэтому нашим учителем стал Данзо-сан, — сказать, что я был шокирован, — ничего не сказать. Простая случайность обломала мои планы на корню.

Из меня вырвался нервный смешок. Тсунаде опустила взгляд и перевела тему:

— Так что за технику ты применил? Взгляд у тебя был жуткий, у детей такого быть не может, — последнее было произнесено не очень уверенно.

— Когда Данзо-сенсей резко появился, я заблокировал действие гормонов.

— Ты сделал что? Ты идиот? А ну иди сюда, дай проверю, — её рука засветилась зелёным, и, дождавшись моей реакции на слова, что показало разницу между ней и её братом, она принялась проводить анализ. — Хм, всё вроде в норме.

— Я не блокировал сами гормоны, если вы об этом, — я улыбнулся, приятно, когда о тебе беспокоиться такая красавица. — А заблокировал их действие на нейроны и контролировал их уровень.

— И давно ты её используешь? Есть побочные эффекты? — озадаченно нахмурилась Тсунаде.

— Не очень. Где-то две недели назад я завершил её разработку. Точнее, теорию контроля. И кое-какие побочные эффекты есть. Хотя, скорее, это нюансы техники, — я пожал плечами. — Помните, я сказал, что вы давите яки сильнее, чем Данзо? Это из-за того, что я не испытываю эмоцию, а понимаю, что должен испытывать. Иногда неправильно.

— То есть, кроме проблем с интерпретацией побочных эффектов нет? — заинтересованно уточнила Тсунаде.

Я кивнул. И приготовился к расспросам, но это не пригодилось. Тихонько сидевшая Саюри ткнула меня в бок и указала на столик, где сидел Наваки. Барьер, установленный Тсунаде, не только защищал нас от подслушивания, но и гасил внешние звуки. А там разворачивалась сцена. Тот крикливый что-то орал в сторону Сенджу, его товарищ пытался удержать крикуна. Третий же молча и с грустью смотрел на кучу денег, которая лежала рядом с Наваки.

Сам же Сенджу с улыбкой от уха до уха сгребал всю наличность в мешок. На какие либо действия крикливый не решился, опасливо поглядывая на соседний столик, где сидели шиноби с камоном Учиха на форме. И некоторые из них были мне знакомы. Кивнув довольному другу, который к нам подошел я направился к ним, поздороваться.

— Здравствуйте, Кэтсу-сан, Ичиро-сан, — поклонился я.

— Фукудзава Дэйчи, верно? Давно тебя не было видно. Никто на тебя больше не нападал? Или ты всех просто убиваешь и закапываешь, чтобы не мешали жить? — хохотнул Ичиро, будучи изрядно подвыпившим.

— Ну… скорее наоборот, лечу людей, — улыбнулся я.

— Точно! Ты же исцелил моего племянника месяца четыре назад, буквально из лап шинигами вытащил, — воскликнул Кэтсу. — Твоё здоровье, малыш.

— А ты, я смотрю, стал шиноби. Экстерном поди сдал? Кто наставник? — спросил Ичиро.

— Нет, доучился до конца, чтобы ирьёдзюцу как следует изучить. А наставником нашей команды стал Шимура Данзо, — решил не таиться я, а заодно и посмотреть на реакцию.

Глаза собеседника расширились, кто-то из его товарищей даже подавился саке. Я специально подгадал со словами так, чтобы назвать имя аккурат во время его глотка.

— Сильный шиноби… — протянул Кэтсу и прищурился. — Будь с ним осторожен, малыш, он очень силён — этого не отнять, но ещё он очень строг и суров. Не стоит его злить.

Обстановка за столом стала неспокойной , некоторые Учихи стали нервно поглядывать на меня. Перекинувшись ещё парой фраз, я распрощался со знакомыми полицейскими и вернулся к друзьям, где мы стали собираться на выход. Желание оставить клона, чтобы подслушать о чем будут говорить полицейские было очень сильным, но волевым усилием я его подавил. Не хватало ещё попасться Учихам за подслушивание.

Я, Наваки и Саюри отправились в сторону моего квартала, нам было нужно еще поговорить с Акирой-сенсеем. А Тсунаде отправилась домой, сказав что-то о том, что ей нужно привести себя в порядок.

— Дэйчи-кун, — позвала она меня. — Не думай, что наш разговор закончен. Ты мне ещё должен рассказать о своей технике. И даже если я не стала твоим джонин-сенсеем, я не возьму назад своё слово назад. Будешь моим учеником в госпитале.

— Хорошо, Тсунаде-сенсей, — я по-настоящему радостно ей улыбнулся.

Будущее всё ещё представлялось сложным и неопределенным, но то, что я добился хотя бы отчасти своей цели, грело душу.

Глава 2

— Эй, Дэйчи. Хватит витать в облаках, пошли! Нам ещё надо поговорить с Акирой-саном. А я уже голодный, как волк, — поторопил меня друг, тем самым вывел из грёз о светлом будущем.

— Я бы тоже не отказалась перекусить, — поддержала идею Саюри.

Должен признаться, и я сильно хотел есть, поэтому мы быстро направились в сторону поместья нашего клана. На полпути мы решили, что было бы неплохо встретиться с Шиничи, если он уже освободился и я отправил клона на его поиски.

Клон, отойдя на значительное расстояние трансформировался в ворону и взмыл в воздух. Этот свой навык я пока решил попридержать в секрете. Способностью летать обладают далеко не все шиноби и в нужный момент она может стать козырем.

А спустя десять минут мы уже были на месте и стучали в дверь дома сенсея.

— Привет, ребята! Как прошло распределение? Неужели вы в одной команде и Тсунаде-сан разрешили обучать родственника? — спросил сенсей, с любопытством рассматривая нас.

— Мы как раз об этом и хотели с вами поговорить, Акира-сенсей, — начал я. — Тсунаде-сан немного опоздала с просьбой взять команду, и нашим сенсеем стал Шимура Данзо. Вы не могли бы нам о нём рассказать?

Как только прозвучало это имя глаза мужчины расширились, и его озадаченный взгляд направился на меня. А когда Акира понял, что я не шучу, сделал долгий выдох. Правда, что-то подсказывает мне, что хотелось ему нечто другое и только в нашем присутствии он сдержался.

— Вам достался очень сильный наставник, ребята. По силе он если и уступает Хокаге, то не сильно. Вот только он ещё и очень строг. Да что там, он очень опасный человек и очень требовательный. На вашем месте я бы не стал с ним спорить по пустякам. Хотя для вас это шанс многому научиться.

— Круто, с таким учителем я точно смогу стать следующим Хокаге! — несмотря ни на что, энтузиазм Наваки иногда полностью подавлял его разум а еще и инстинкт самосохранения.

Я ощутил, как по спине пробежало стадо мурашек. Нужно срочно узнать, что Акира имеет ввиду.

— Учитель, почему вы сказали, что Данзо-сенсей опасен? Нам что-то грозит?

— Я не совсем верно выразился. Не думаю, что вам лично он что-то сделает, — помассировал переносицу Акира. — Видишь ли, Дэйчи, Данзо придерживается довольно радикальных взглядов и из-за этого имеет определенную репутацию, весьма грозную. И его взгляды, подкрепленные силой, делают его важной политической фигурой. И теперь все будут считать, что вы придерживаетесь его взглядов. Не сразу, но рано или поздно это произойдёт.

— Акира-сан, — раздался несколько вкрадчивый голос Саюри. Она до этого момента молча и внимательно слушала сенсея и наблюдала, — почему вы так резко отреагировали на имя нашего сенсея? То, что вы нам сказали, не отражает вашу реакцию.

Акира только усмехнулся.

— Есть вещи, Саюри-тян, которые я не могу рассказать. Но вот то, что он очень любит деревню и сильно уважает Второго Хокаге, знают все, кто хоть как-то о нём в курсе.

На последней фразе я встал в стойку. Второго я и сам безмерно уважал.

Саюри что-то недовольно пробурчала себе под нос. Напрягая слух, я сумел расслышать только слово «секреты».

— Да ладно, Саюри-чан. С нашим новым сенсеем мы очень быстро станем очень сильными, — энтузиазм так и пёр из Сенджу, как вдруг его глаза немного расширились: — Но я, пожалуй, не буду с ним спорить. Сестра рассказывала, что двоюродный дед был очень строгим.

Видимо, слова Акиры о Втором вернули Наваки немного здравого смысла.

— И правильно, — кивнул Акира, Саюри машинально повторила за ним. — Тем не менее ваш сенсей - элитный шиноби. Очень немногим генинам так везёт.

Поговорив ещё немного, мы попрощались с наставником и собрались пойти на встречу с Шиничи. В конце концов мой клон обнаружил его и договорился встретиться в любимом кафе Саюри.

Попросив друзей пару минут подождать, я решил заскочить домой, чтобы поделиться новостью с близкими.

— Привет, мам! Я попал в команду с Наваки и Саюри. Правда, Тсунаде не смогла стать нашим наставником, — с улыбкой поприветствовал я маму, колдующую на кухне над очередным кулинарным шедевром.

— Привет, дорогой. Очень жаль, — улыбка мамы несколько поугасла. — Но ты хотя бы со своими друзьями, верно? Кто стал вашим сенсеем?

— Мам, я ненадолго. Заскочил просто рассказать. Отец дома?

— Нет, они с братом в офисе. Какой-то клиент из страны Мороза хочет заключить договор на поставки.

Ну ладно, потом поговорю с ним. Бизнес тоже важно развивать. Быстро рассказав маме о наставнике, я перекинул стрелки на Акиру-сенсея, сообщив, что они были одноклассниками, и, попрощавшись, выбежал на улицу, где меня ждали.

— Пошли скорее, — сказал Наваки и припустил в сторону кафешки.

Переглянувшись с Саюри, мы с улыбками рванули следом за ним. Аппетит у друга с каждым годом становился всё больше и больше.

***

Вечером, после ставшей уже привычной тренировки и работы над своими проектами, я наконец нашел время хорошо осмыслить минувший день.

Черт побери, Шимура Данзо! Какого, спрашивается, он стал нашим сенсеем? Если память мне не изменяет, у него не должно быть учеников. Как минимум, если бы Наваки был его подопечным, я уверен, в каноне бы об этом было сказано.

Я передёрнул плечами, липкая паутина страха буквально затягивала меня, контроль эмоций я полностью убрал, и так сегодня с ним переборщил. А на столь большой срок я его не тестировал.

В попытках успокоиться я стал ходить взад-вперёд по комнате. Похожее чувство страха, только намного слабее, я ощутил, когда Тсунаде захотела познакомить меня с Орочимару.

Однако ни ходьба, ни дыхательные упражнения, ни попытка медитировать не дали результата, и я тяжело выдохнул.

«Придется снова использовать технику, а то я не могу даже сосредоточиться на мыслях, скачут как сайгаки», — понял я и, скривившись, вновь взял организм под жёсткий контроль, чтобы и сгладить пик эмоций, не гася их полностью.

Теперь с ясной головой можно было и осмыслить всё, что произошло. Первым делом я стал вспоминать всё, что знаю о Данзо. И что не удивительно, но несколько парадоксально, самые ужасные вещи я помню из манги. В этом мире все говорили, что он опасен, силён и строг. Но даже Акира-сенсей сказал, что нам повезло к нему попасть.

Я остановился на месте. А что в этом мире я узнал про Орочимару? Почти ничего, кроме того, что он лучший в команде и очень умён. Это сказала сама Тсунаде. И всё.

Кажется, я попал в ловушку собственной памяти. Ведь очевидно, если отбросить эмоции, что Данзо и Орочимару не могут быть такими же, как в каноне. До тех пор ещё сколько? Лет сорок-сорок пять.

Скорее всего, это из-за мнемоники. Точнее, из-за постоянных повторов информации и того, что память связана с эмоциями. Я уже автоматически их боюсь.

Я помассировал виски, ожидая сложности, которые из-за этого возникнут. Не могу же я постоянно подавлять эмоции.

— Вот тебе и методы запоминания, — пробурчал я в пустоту комнаты.

Хотя лучше так, чем вообще всё забыть.

Вновь отпустив технику, я понял, что мои размышления не принесли никаких результатов. Я всё так же ощущал страх и тревогу. Придётся усыплять себя техникой, чтобы завтра нужно быть полным сил. Хотя использовать такие методы часто не рекомендуется, я не прибегал к ним в последнее время, так что ничего страшного не случится.

***

— Радует, что среди вас нет любителей опаздывать, — внезапно раздавшийся на тренировочной площадке голос Данзо заставил вздрогнуть нас сотоварищи.

— Здравствуйте, Данзо-сенсей, — в один голос поздоровались мы с ним.

Вчера друзья порасспрашивали о нём у своих родственников и знакомых, и мы с утра, когда обсудили всё на свежую голову, сошлись во мнении, что лучше не сердить сенсея своей недисциплинированностью. Тем более, что Наваки и Саюри были воодушевлены самим фактом, что такой могучий шиноби стал нашим учителем. Культ силы во всей своей красе.

— Сейчас вы нападёте на меня все вместе, чтобы я смог оценить вас в бою, — после короткого кивка приветствия произнёс шиноби. — Вперед.

С Акирой-сенсеем небо и земля. Мы резко отпрыгнули в стороны.

***

Данзо спокойно стоял на тренировочной площадке и ждал нападения. После его команды генины мгновенно отступили в заросли, скрывшись в кустах. Что ж, за это им плюс. Осталось проверить, сколько времени им понадобится для разработки стратегии. Возможно, плюс превратится в минус.

Минуту спустя в него полетели кунаи со взрыв-печатями. Данзо отпрыгнул, но метательное железо изменило направление и вновь летело в его сторону.

Хмыкнув, он неспешно сложил несколько знаков, и порыв стихии ветра снёс кунаи, разрушив держащие их нити.

Куст справа зашуршал, оттуда выскочил мелкий Сенджу с руками, покрытыми каменной броней, и бросился в атаку. Данзо отметил сосредоточенный взгляд ребёнка.

Кажется, в бою его наивность отходит на второй план. Вот что значит клановое воспитание. Лениво уклоняясь от ударов пацана, шиноби оценивал его движения. Вот он открылся, а тут слишком глубоко провалился в атаку, но, надо отдать должное, ребенок быстро исправлял собственные ошибки. У него была база, и причем очень прочная.

Увидев всё, что хотел, шиноби перешел в контратаку. Финт. И его глаза слегка расширились. Ещё бы, малец сумел предугадать его маневр. Но это не спасло его, и уже в следующую секунду тот покидал площадку, летя спиной вперёд на высокой скорости.

Заметив шевеление на земле, мужчина отпрыгнул и кинул взрывчатку под ноги. Выскочившая из кустов тень змеёй метнулась к нему, но вспышка взрыва её остановила, и Данзо успешно избежал захвата.

Внезапно в месте его приземления раздалось шипение, и он был вынужден отпрыгнуть. И снова. И снова. Лёгкая улыбка выступила на его лице. Девчонка сумела удивить. Она буквально просчитала лучшие места для уклонения. Те, куда шиноби могут переместиться инстинктивно. И заминировала их. Выходов было несколько. Лучшим в бою было сломать шаблон перемещений. Но он хотел посмотреть, что она будет делать в непредвиденной ситуации.

Когда он приземлился, из его рта вырвался мощный поток воздуха, который сдул несколько взрыв печатей. Пару секунд ничего не происходило. А затем из-за спины вылетело новое метательное железо.

С лёгкостью избежав жиденькой волны железа, он увидел выскочившую из тени дерева тень. Снова. Данзо шуншином перенесся в центр площадки, где до деревьев было далеко. Теперь, чтобы использовать тень, ей придётся выйти из-за деревьев.

Не то чтобы он не знал, где она. Но даже джонин бездумно не полезет на Нара, пусть и ребенка, в густом лесу, полном теней. Хоть любой из них способен почти мгновенно вырваться из слабых пут техники генина, именно это «почти» часто и становилось последним сожалением идиотов, не знающих, что Нара — командные игроки.

Вот только девочка не вышла. Вместо неё чуть позади с неба, прямо со стороны солнца на него летел третий ученик. Не став стоять на месте Данзо сместился и пропустил резко пацана мимо себя. Промазав тот почти мгновенно погасил скорость и приземлился без последствий.

Ему докладывали, об этой способности ребенка, но сам он впервые наблюдал её воочию.

Долго размышлять у шиноби не получилось. У парнишки во вспышке дыма появились дополнительные конечности и четыре ладони засветились голубым светом чакры. Острым даже на вид. Эту технику Данзо знал. Он видел на что она способна в умелых руках.

Однако в исполнении ребенка вряд ли она могла бы представлять для него угрозу. Покрыв руки чакрой ветра шиноби мгновенно разрушил дополнительные конечности и отклонив режущую чакру своей, развел руки оппонента и ударил ногой.

К чести пацана тот сумел избежать удара своей техникой перемещения. Странно, что он так удивлён. Неужели не ожидал, что такое возможно?

Оставшись на месте Данзо стал ждать, дальнейших действий Фукудзава. Тот не долго думая вновь создал дополнительные конечности, но на этот раз на них не было свечения чакры, были только металлические наручи, очевидно тоже трансформированные. Он также не стал покрывать руки стихией ветра.

Секунду спустя ребенок налетел на него со шквалом ударов и пинков. По прошествии нескольких минут шиноби мог сказать, что ребенок талантлив. У него была не только база, но ещё и собственный стиль. Вернее сказать, его зачатки, но всё же.

Видно было, что Акира не стал полностью прививать ученику собственную технику боя, а помог развить свою с учётом его особенностей и сильных сторон. Сделав зарубку на память: обратить более пристальное внимание на своего бывшего одноклассника, Данзо решил, что увидел достаточно.

Ускорившись, он стал наседать на ребенка. Тогда-то и выяснилась особенность наручей. Они вполне неплохо держали удар. Неожиданно. Но даже это не спасло мальца. Спустя несколько секунд второе тело покидало площадку не по своей воле.

— Я знаю, что вы там, выходите, — спустя полминуты словно в пустоту произнес Данзо.

Однако секунду спустя в нескольких метрах от него стояло трое генинов, готовых к бою.

Первым в атаку пошёл Сенджу. В этот раз его движения были ещё более сосредоточенные. Ошибок было меньше. Движения менее энергозатратные и при этом гораздо более плавные. Последствий травмы заметно не было. Неудивительно, при двух медиках в команде. Да и крепость тел его клана не следовало списывать со счетов.

Отклонив несколько ударов, он был вынужден отпрыгнуть в сторону. С одной стороны в него летели нити, светящиеся знакомым голубоватым свечением, похоже, мальчишка сумел соединить скальпель чакры с нитями. А с другой на него неслась тень. И не просто в виде тонкой полосы, а широким полумесяцем. Это показывало её талант. Подобным в её клане могли похвастаться далеко не все дети её возраста.

На месте приземления его уже ждали Сенджу и Фукудзава. Точнее, их клоны или оригиналы. Странно. О том, что брат Тсунаде использует клонов, ему не докладывали.

Несколько ударов по ожидающим детям показали, что это были теневые клоны. Но за это время оригиналы и девочка Нара сумели его окружить.

Следующие полминуты он крутился и вертелся, без устали отбивая атаки генинов, на лицах которых уже виднелись следы неверия и бессилия. Как вдруг из спин всех! вылетели по десятку нитей, заняв такое положение, что шанса сбежать невредимым у него не было.

Действуя на инстинктах, привитых бесконечными миссиями и войной, он, ускорился до предела, создал волну воздуха и пустил её вокруг себя, лишь в последний момент сумев погасить её остроту.

Несмотря на это, детей отшвырнуло в разные стороны, как тряпичные куклы. Сенджу и Фукудзава врезались в деревья, глубоко промяв кору и стволы. Оба в последний момент сумели защититься. Наследник лесного клана с помощью каменной брони. Фукудзава — своими наручами и нитями. Тем не менее ребята рухнули на землю, не в силах нормально встать.

Девчонку же поймал Данзо, вернее, оригинал. Который наблюдал за тем, как его клон сражается с детьми, с ветки дерева. И он был очень недоволен. В первую очередь собой. Чтобы какие-то щенки смогли заставить его ударить в полную силу. Похоже, в его навыках стала проступать ржавчина.

Когда он убедился, что все более-менее живы, а девчонка даже находится в сознании и способна воспринимать информацию, он поставил её на землю и произнёс:

— Вы прошли. Мой клон объяснит вам, как будет проходить ваше обучение.

После чего исчез в облаке дыма и вихре листьев.

***

— Хирузен, мне нужен спарринг, — без предисловий произнёс Данзо, когда вошел в кабинет Хокаге и убедился, что они одни.

Сарутоби только хитро улыбался, поглядывая на друга. В его руках был хорошо знакомый Данзо хрустальный шар.

Глава 3

Когда звон в ушах немного стих и я сумел подняться с земли, то сразу приступил к лечению. Небольшие ссадины и порезы, трещины в рёбрах, отбитые внутренние органы — это, слава Рикудо, все последствия последней атаки Данзо.

И это было странно. Я готов поклясться, что в той невероятной стене воздуха, которую он создал, смог различить огромные, острые даже на вид лезвия, больше меня размером. Я через чакру ощущал, как организм готов был выбросить в кровь невероятное количество гормонов страха.

Правда, ещё у меня снова возникли проблемы с нейронами. Только на этот раз сенсей тут ни при чём. Это последствие объединения пяти сознаний во время нашей последней атаки, чего я раньше не делал. Сам не знаю, что меня дернуло соединить нити с соседями, но то ощущение единства было невероятным.

Немного подлатав себя, я оглядел поле боя. Необходимо было оказать помощь товарищам. И если Наваки обладал очень крепким телом и мог сам себя вылечить, то Саюри наверняка требовалась помощь.

Обнаружив, что друг уже был занят самоисцелением, об этом ясно говорило зеленоватое свечение вокруг его ладоней, я с нескрываемым облегчением выдохнул и посмотрел в другую сторону.

Нара оказалась рядом с нашим сенсеем и выглядела не в пример лучше нас, хотя была бледной и тяжело дышала. Тем не менее я сразу отправил в ее сторону нити жизни и направился к ней.

Несмотря на то, что ее ребра не пострадали, рукам сильно досталось. Её внутренние органы ощутили на себе последствия резкой остановки, и сама она испытывала сильный стресс. Эмоции, которые я уже научился распознавать на ходу, бушевали в ней вихрем.

Рассмотрев внимательно место, где она стояла, я пришел к выводу, что ее поймал Данзо. Рядом не было ни борозды в земле, ни деревьев, о которые она бы затормозила.

Пока я приближался, лечение подруги шло полным ходом. Ещё я помог ей немного успокоиться. Данзо, внимательно наблюдая за моими действиями, кивнул.

— Хорошо, как я уже сказал твоей напарнице, вы прошли. Сколько тебе потребуется времени, чтобы привести ее в порядок? — произнес он, нахмурив брови.

— Четверть часа, — после секундной паузы ответил я, запросив чуть больше времени, чем было реально необходимо. — Но ей в любом случае нужно в госпиталь. Мне, кстати, тоже, ведь трещины в костях просто так не проходят. Тут нужно минимум два дня на восстановление.

Взгляд сенсея стал ещё более хмурым и раздраженным. Минут семь-восемь он молча наблюдал за тем, как я обрабатываю травмы напарницы. За это время и Наваки подлатал себя и подошёл к нам, присоединившись к лечению подруги.

— Хорошо. Идите в госпиталь. Вечером в четыре часа я жду вас здесь, — приказал он.

— Хорошо, Данзо-сенсей, — хором ответили мы.

До госпиталя мы добрались довольно быстро, решив отложить разговоры на потом. Уже там Тсунаде, несколько обеспокоенная нашим видом, подтвердила мой диагноз. Но, услышав наш рассказ, более-менее успокоилась.

Как она нам сказала, они тоже были частыми гостями больницы во время ученичества. Особенно Джирайя. Который, к слову, постоянно сбегал.

Время было ранее, до обеда оставалось чуть больше двух часов, и мы решили остановиться где-нибудь, чтобы перекусить и обсудить испытание.

— Сенсей псих, — устало выдал Наваки. — Я думал, мне конец, я уверен, что видел, как на меня летит лезвие воздуха.

— Ты не ошибся, — произнесла Саюри и поёжилась. — Он в последний момент изменил технику так, чтобы она нас не убила. — Вы заметили, что во время последней атаки он ускорился намного сильнее, чем раньше?

— Да, мне тоже так показалось, — прокрутив в голове воспоминания, согласился я.

— Кстати, Дэйчи-кун. Скажи, пожалуйста, ты менял мои эмоции? — спросила, прищурившись, Саюри.

— Во время лечения, — кивнул я, не собираясь оправдываться.

Как врач я имел право использовать свои навыки для помощи команде. И поскольку эта техника является полностью «медицинской», я мог её использовать.

— Спасибо за лечение, — медленно произнесла она, — но больше так не делай. Это пугает.

— Постараюсь, — я покачал головой. — Но обещать не могу, сама понимаешь, на миссии всякое может случиться... К тому же я не менял сами эмоции. Только уменьшил уровень некоторых.

— Я… Хорошо, это лучше, чем ничего, — поджатые губы Саюри говорили, что она не согласна с моим решением, но здравый смысл взял верх.

Ещё некоторое время пообщавшись, мы решили просто немного отдохнуть и погулять. У всех нас было ощущение, что такой возможности ещё долго не будет.

***

На защищённом подземном полигоне Шимура Данзо, раненый и опалённый, протягивал руку лежащему на земле Сарутоби Хирузену. Это был тот редкий случай, когда он всё же одержал победу в спарринге.

Оба были весьма потрепаны. Даже их невероятная стойкость не помогла избежать следов тяжёлого боя. Ожоги, порезы и ссадины густо покрывали руки, ноги и торс сильнейших воинов своего поколения. Одежда местами была разорвана. В голову они намеренно не целились.

Вокруг, куда ни кинь взгляд, была разруха. Несмотря на то, что по-настоящему сильные техники не применялись, сражение столь сильных шиноби почти всегда серьёзно сказывается на ландшафте. Огромные валуны, разрезанные на части, соседствовали с гигантскими траншеями в земле, а те, в свою очередь, с грязевыми озерцами и проплешинами прожаренной поверхности.

— Кажется, бой с генинами действительно повлиял на тебя, — усмехнулся Хокаге, принимая помощь друга и поднимаясь на ноги.

— Ты не понимаешь, — хрипло дыша, произнёс победитель. — Дело не в том, что они загнали меня в ловушку или что-то подобное. Ты ведь помнишь то чувство, когда понимаешь, что находишься на волосок от смерти? Когда нити окружили меня, всё было в порядке. Но в какой-то момент моё чувство опасности взвыло. Точно так же, как когда на нас напал десяток джонинов Камня из засады.

— Хочешь сказать, что эта последняя техника была так опасна? — Хирузен удивлённо поднял бровь.

— В какой-то момент движение этих нитей… изменилось. Вот они двигались вразнобой, а в следующую секунду они уже двигаются с идеальной координацией, загоняя меня в ловушку и отрезая любой путь отступления.

— Талантливый ребенок, не зря Нара взяли его под опеку. Так чем ты недоволен? Сам же хотел лучших. Даже следил за ними. Твои аналитики как один утверждали, что они все уже переросли академию, — с хитринкой, той самой, которая так раздражала Данзо, спросил Сарутоби.

Он видел это своими глазами, решив понаблюдать, как его друг экзаменует свою команду. Честно говоря, дети действительно выступили очень хорошо. Сначала продемонстрировали индивидуальные возможности, а затем очень серьезную командную работу.

Увидев это лично, он даже согласился с Данзо, что детей стоит обучать раньше и интенсивнее. Но, к сожалению, был ограничен в возможностях. Совет кланов и совет джонинов под предлогом того, что детям нужно детство (с этим он и сам был согласен), зарезали любые предложения по усложнению программы.

Может, стоит подталкивать учеников искать себе учителей на стороне? Как это делали бесклановые в его время.

— Я недоволен только собой, — честно признался Данзо, сжав кулак. Он был кем угодно, но не человеком, обманывающим сам себя. И единственный, с кем он мог поделиться подобным, стоял напротив него.

— О, не переживай! Ты ещё не единожды это ощутишь, — «успокоил» его Хирузен с легким смешком. — Мои ученики не раз и не два доказывали, что не стоит их недооценивать. Ты же помнишь, как я отправил Орочимару и Джирайю в госпиталь, когда они неожиданно напали на меня?

— Это было через полгода обучения, — неуверенно отмахнулся шиноби.

На что Хирузен с укоризной взглянул на него.

— Им тогда было по семь лет. Ты просто впервые расслабился. В конце концов, мы не на войне.

Спустя двадцать минут Данзо зашёл в свой кабинет на базе Корня. Ситуация, в которую он угодил, была нестандартной. Обычные методы тренировок были недопустимы. Не только потому, что генины были под защитой кланов, но и потому, что это дети.

Несмотря на жёсткость своих методов, он прекрасно понимал, что применять их к детям нет возможности. Или почти нет, поправился он, когда вспомнил отчёт о тренировках пареньков.

— Позовите Хао. — произнёс в пустоту Данзо.

Затем, достав из ящика стола личные дела учеников, намного более полные, чем есть в свободном доступе, принялся их просматривать повторно.

Основные вектора развития он уже наметил, осталось только перепроверить всё ещё раз. Пробежав глазами по тексту, он не нашёл ничего, что привлекло бы его внимание.

Несколько минут спустя в кабинет зашла небольшая фигурка в безликой маске и опустилась на одно колено.

— Вызывали, Данзо-сама? — звонкий голос, могущий принадлежать только ребенку, раздался в кабинете.

— Хао, ты заметил что-нибудь необычное во время боя?

— Ничего, Данзо-сама, разве что во время последней атаки на вас нити Фукудзава сильно ускорились и стали синхронно менять направление. К сожалению, я не знаю, с чем это связано. Может быть, он скрывал уровень своих сил изначально.

— Что насчет того странного течения чакры на ноге, о котором ты рассказывал?

— На этот раз ничего подобного не было.

— Ясно. Свободен, — махнул рукой лидер Корня.

Несколько секунд спустя он остался один в своём кабинете, отложил мысли о команде и взял со стола отчеты разведгрупп из страны молнии.

***

За десять минут до назначенного времени мы зашли на площадку. Тем не менее наш новый сенсей уже был там, стоя лицом к нам и не сводя с нас своего внимательного взгляда.

Когда мы приблизились, он просто кивнул и заговорил:

— Теперь, когда вы пришли, нам нужно обговорить наше будущее взаимодействие, — слова звучали спокойно, но веско. — У меня не всегда есть свободное время, так что иногда я буду присылать замену, об этом вас заранее предупредит Хао.

После его слов на поляну с ближайшего дерева спрыгнула фигура в тёмном балахоне и в безликой фарфоровой маске. Саюри вскрикнула от неожиданности, а вот Наваки был в своём репертуаре:

— Круто, АНБУ! Наш сенсей состоит в… — договорить ему не дал клинок танто, остановленный у его горла моими нитями и тенью Саюри.

К чести Сенджу, он увернулся и уже был облачен в земляную броню.

— Хао, стоп, — слова Данзо упали как бетонный блок. На поляне воцарилась тишина, наш визави прекратил попытки вырваться из захвата. Затем сенсей добавил уже нам: — Отпустите его.

Мы с Нара выполнили команду, масочник слегка отступил. Мы втроём, готовые к бою, стояли напротив полностью расслабленного шиноби, он даже танто в ножны убрал.

— Успокоились, — прозвучала ещё одна команда.

И если мы с Наваки рассеяли техники, то Саюри всё ещё держала руки в печати.

— Сенсей, согласно правилам шиноби, если кто-то напал на нас, мы должны сохранять максимальную осторожность при общении с ним, — недрогнувшим голосом произнесла она.

«Какого хрена она делает? Неужели забыла, что говорил Акира-сенсей?!» — пронеслась мысль.

Данзо нахмурился и взглянул ей в глаза. А в это время Наваки вернул броню на руки, услышав слова подруги.

— А ещё в правилах написано, что наставник принимает итоговое решение за команду. Отставить, Хао больше не нападёт.

С секундной заминкой Саюри расцепила руки. Сенджу вновь убрал броню. Я тихо выдохнул и тоже рассеял технику. Мои нити аккуратно стелились по земле, скрываясь в зарослях травы.

Данзо, ни слова не говоря, достал из подсумка свиток и распечатал его содержимое. Затем бросил свитки нам.

— Здесь есть кое-что для вас. Ближайший месяц, помимо занятий с наставниками, вы будете заниматься этим. А затем, — он сделал паузу, которая показалась мне зловещей, — мы отправимся на небольшую тренировку за пределы деревни. Заодно выполним несколько миссий и детально пройдемся по правилам шиноби.

Саюри тяжело сглотнула, кажется, её выходка выйдет всем нам боком. Убедившись, что мы всё поняли, он добавил:

— Жду вас через два дня здесь. Этого времени вам должно хватить, чтобы прочитать теорию. — Как обычно, он не удосужился попрощаться и исчез в вихре листьев.

Я опустил взгляд на свиток в своих руках: «Гендзюцу» — гласил иероглиф на нём.

— Гендзюцу? — раздалось хором от моих товарищей.

***

— Осмотри окрестности, — приказал Данзо, остановившись у входа на базу.

— Никого, Данзо-сама.

— Скажи, зачем ты напал на Сенджу?

— Он хотел сказать, что вы из корня АНБУ — это секрет, — коротко ответил Хао.

Данзо молча смотрел на подчиненного. Он ясно видел, что тот не хотел убивать Наваки. Тем не менее он вообще не должен был нападать.

— Тебе не хватает опыта. Завтра отправишься в отдел пыток и допросов. Там ты сумеешь его получить. Я договорюсь с Яманаки.

Наблюдающий за этим в хрустальный шар Сарутоби Хирузен только грустно улыбнулся. Он считал, что ребенку ещё рано получать такой опыт. Тем не менее даже он думал, что это лучше, чем то, что предстояло пережить ему в клане.

Сколько членов клана Хьюга, перешедших из главной семьи в побочную, умирали по самым «обыденным» причинам, даже представить страшно. Несмотря на то, что он был Хокаге, его руки были связаны. Это внутренние дела клана.

Существует небольшой шанс, что этот мальчик сумеет что-то поменять внутри клана, когда вырастет. Это не первая попытка, когда он пытается скрытно, даже косвенно повлиять на политику Хьюга, но пока всё оборачивалось не лучшим образом.

Остается надеяться, что воспитание у Данзо не сделает ребенка хуже, чем текущие лидеры клана. К сожалению, карты, которые были ему розданы, он не выбирал, и приходится использовать всё, что есть, пусть это и противоречит воле Огня. Хирузен затянулся и устало выдохнул густую струю дыма.

Глава 4

— Саюри, зачем ты стала спорить с Данзо-сенсеем? — спросил я, как только мы остались одни на площадке.

— Я хотела проверить, можно ли с ним дискутировать в рамках правил, — виновато улыбнулась она.

— Я думал, он выйдет из себя, но он так спокойно отреагировал... Я же говорил — он крут! — с блеском в глазах произнёс Наваки. — Да ещё и дал отдых на два дня.

«Зашибись! А теперь он нам устроит какую-нибудь гадость», — я закатил глаза. Сомневаюсь, что фантазия Данзо менее изощренная, чем у Акиры.

— Саюри, пожалуйста, предупреждай о таком заранее. Ты же понимаешь, что наставник не оставит это без последствий? — я покачал головой.

— Хорошо. Но я думаю, нам нужно узнать пределы его терпения, — она спокойно пожала плечами, но ее состояние выдавали слегка покрасневшие кончики ушей. — Я возьму вину на себя.

— Как будто это поможет, — отмахнулся я. Но, увидев возмущение на её лице, поспешил добавить: — Он ведь явно заметил, что мы с Наваки тоже активировали техники. Не думаю, что он спустит это на тормозах.

— Но Саюри всё равно больше всех достанется, — безмятежно добавил Сенджу.

Он стоял, держа руки за головой, и обезоруживающе улыбался. Что бы ни хотела ответить девочка, эта беспечность ее обезоружила, и она только вздохнула сквозь стиснутые зубы.

— Ладно, ребята, идём. Мне ещё сегодня надо с Тсунаде-сан поговорить, — поторопил я друзей.

Странно, но, несмотря на то, что нас явно ожидали неприятности от Данзо, мы в приподнятом настроении отправились в сторону госпиталя, обмениваясь шутками и подкалывая друг друга.

***

— Дэйчи-кун, меня интересует один вопрос, — произнесла Тсунаде, когда закончила со своими делами и села напротив меня за свой стол. — Откуда ты знаешь Данзо?

Это был неожиданный вопрос. Мне пришлось следить за своей реакцией, чтобы не вздрогнуть. Вот только хитрая ухмылка девушки намекала, что это не осталось незамеченным.

— Я не знал его лично до того, как он стал нашим сенсеем. Только слышал кое-что, когда собирал информацию.

— Дэйчи-кун, не держи меня за дуру! Чтобы собрать такую информацию, на которую ты так ярко отреагировал, нужно целенаправленно ее искать, — Тсунаде хмуро смотрела на меня, барабаня пальцем по столу.

— Я услышал о нем от Акиры-сенсея около двух лет назад. Когда на наш караван напали. Он говорил, что Данзо-сенсей был другом и соперником Хокаге. Но я ничего больше про него не слышал. Вот и решил узнать, — я поерзал под её взглядом, но раскрывать правду не собирался совершенно.

Еще с минуту она внимательно смотрела мне в глаза, затем прикрыла веки и выдохнула.

— Ладно, будем считать, что я тебе верю. К тому же я не слышала, что у него есть дети в… неважно, — она тряхнула головой. — Давай поговорим о твоей технике контроля гормонов.

Следующие несколько минут я объяснял нюансы своей разработки, она внимательно слушала, не перебивая.

— Итак, ты одновременно контролируешь выработку гормонов и не даёшь им воздействовать на рецепторы. Не проще ли делать только второе? — уточнила девушка после того, как всё переварила.

— Я пробовал. Если реакции нет, организм начинает лавинообразно наращивать выработку. А из крови они никуда не деваются, — пожал я плечами, отпивая чай, который хозяйка кабинета мне налила.

— Хорошо, это довольно дальновидно, — кивнула она. — А ты не пробовал, наоборот, увеличить количество гормонов? Ты ведь можешь таким образом ввести себя в определённые состояния?

— Честно говоря, я опасаюсь так делать, Тсунаде-сенсей. Ведь от гормонов зависят наши желания. Даже когда я гашу их действие, я не всегда могу правильно понимать свои побуждения, — ответил я.

— Но ты же в любой момент можешь их заблокировать. Думаю, тебе стоит попробовать. Если ты не против, я проконтролирую, — заинтересованно сказала она, даже привстав со стула.

Интересно, это Орочимару так на неё влияет? Не припоминаю за ней страсти к экспериментам.

Пока я раздумывал над ее предложением, она сидела молча, не пытаясь влиять на моё решение. Честно говоря, мне и самому было интересно. Так что пять минут спустя я всё же кивнул.

— Почему вы так заинтересованы в этом, сенсей? — решил я удовлетворить свое любопытство.

— Это же очевидно. Если все сработает, то можно будет лечить некоторые состояния шиноби. Ты не представляешь, как многим ниндзя это сможет помочь.

— Каким образом? — я не совсем понимал её, но стали появляться некоторые догадки.

— Кое о чём тебе ещё рано знать. Но, например, когда кто-то теряет товарищей… Это может плохо кончиться, — грустно ответила она.

— Хорошо, давайте попробуем.

Не то чтобы меня вдохновили ее слова. Но ее поддержка мне сильно поможет. Да и помочь другим тоже будет неплохо.

— Попробуй вызвать радость. Только не переусердствуй.

Перед тем, как приступить, я подумал, что ещё будет неплохо в драке повысить уровень «боевых гормонов», чтобы получить преимущество.

Полчаса спустя я сидел с глупой улыбкой на лице. Переполненный счастьем, я ощущал, что ничто в этом мире не сможет меня расстроить. Я любил этот мир всей душой. А на соседнем стуле заходилась в приступе хохота красивая блондинка.

***

Следующие несколько дней пролетели практически мгновенно. С Тсунаде-сан мы отработали новый метод контроля гормонов. Теперь я мог аккуратно вводить себя в несколько состояний: радости, концентрации, воодушевления. Последнее довольно сильно мне помогало в освоении нового материала.

Слава Рикудо, больше эксцессов, как в первый раз, не было. Но Тсунаде нет-нет да и расплывается в улыбке, когда меня видит.

Дошло даже до того, что я применил свою технику на Тсунаде-сенсей. Она пока не рисковала сама на себя воздействовать, просто следила за своим состоянием и аккуратно регистрировала все изменения. На вопрос «почему?» она ответила: «Потому что я не идиотка, чтобы тренировать на себе новые техники» и показала язык. Язва.

Кроме того, у меня были дела и дома. Отец с дядей и Акирой-сенсеем отбыли в страну Мороза заключать новый контракт. Что было необычно, но не из ряда вон выходящим.

В большинстве случаев караван забирает товары поставщика, с которым хотят работать, и увозят его. Если товар понравится, то при следующем посещении составляется договор и вторая сторона направляет представителей на его подписание.

Так что все взаимодействия с кланом Нара, касающиеся совместного бизнеса, легли на мои плечи. От Шинджи-оджисана я узнал, что постепенно в стране Ветра наш овощ набирает популярность. Он пришел, чтобы в очередной раз поменять состав раствора, обсудить некоторые детали работ и наращивание объёмов производства.

Но даже несмотря на все это, я смог найти время для того, чтобы испытать изученную технику регенерации. Результаты были ожидаемыми, но все так же обескураживающими.

Как я и предполагал, эта техника способна восстановить кости от трещин. Ещё бы! В каноне она полностью восстановила грудь Неджи от сквозной раны, полностью воссоздав все ткани. Из волос…

Единственный минус — затраты чакры. Но у меня появилось несколько идей, как можно их снизить. Одна из которых сработала. Клоны с объединённым сознанием намного эффективнее её использовали, чем обычные ниндзя, вынужденные взаимодействовать «на ощупь». К тому же клоны могли передавать чакру по связи.

Именно это и позволило мне сильно ускорить восстановление и не получить чакроистощение. Хотя я был к нему близок.

А вот вторую идею я был вынужден отложить на потом: моё понимание сути этой техники, того, за что отвечают символы, недостаточно для её реализации.

Моё преждевременное выздоровление вызвало закономерные вопросы у Тсунаде и Шио-сама. Но мне удалось объясниться. Пришлось, правда, все равно выслушивать всё, что они обо мне думают. А думали они много, бурно и нецензурно. Даже пытались добиться от меня обещания не использовать больше технику или хотя бы просить проследить за выполнением.

Тем не менее я не собирался обходиться без этой техники. Одно только ускоренное излечение уже делало её неоценимой. А это далеко не весь её потенциал.

И, конечно, я выполнял поставленную сенсеем задачу — изучал свиток с техникой гендзюцу. Честно говоря, я не совсем понимал логику наставника. Зачем давать нам это задание сейчас, ведь никто из нас никогда не стремился изучить это направление? Моё недоумение поддерживали и товарищи.

***

— Данзо-сенсей, могу я задать вопрос? — спросила Саюри, когда мы вновь оказались лицом к лицу с учителем.

— Задавай, — короткий кивок.

— Зачем вы нам дали нам изучать гендзюцу, ведь из нас никто не изучал его ранее?

— И какие результаты нашего теста? — влез Наваки, не сдержав любопытства.

Строго зыркнув в сторону Сенджу Данзо вновь обратил внимание на Нара.

— Я удивлён, что вы вообще задаётесь подобным вопросом, учитывая ваши амбиции, — с лёгкой ноткой разочарования ответил он. — Гендзюцу - одно из трёх базовых направлений шиноби. Если вы действительно хотите достичь своих целей вам необходимо знать его. Кроме того, как минимум двое из вас к нему предрасположены.

— Спасибо, Данзо-сенсей!

— Могу я тоже задать вопрос, наставник? — решил полюбопытствовать я.

— Задавай, — ещё один кивок.

— Почему я не смог провести замену в нашем спарринге? Помните, когда вы разрушили мои скальпели.

— Хм. Ты хотел совершить замену рядом со мной? Ты раньше пробовал сделать подобное? — задал встречный вопрос он.

Я на мгновенье задумался.

— Да. Я так подловил Дай-сана. Но один раз из-за большого количества чакры я не смог уйти заменой вообще. Это было, когда на наш караван напали.

— Понятно. Я контролирую зону вокруг себя. Почти все шиноби так делают. Возможно, Дай не умеет или не воспринял тебя всерьёз. Если говорить крайне обобщённо, когда ты сильнее, то сможешь переместиться, когда слабее — нет.

— Спасибо, — поклонился я.

— Раз с вопросами покончено, проверим, как вы освоили теорию. — Руки шиноби смазались от скорости, мгновенно пробежав по ручным печатям.

Перед моим взором пробежала почти неразличимая рябь… и всё. Пока я стоял и ждал начала действия техники слева от меня раздался голос Саюри.

— Кай! Это было не очень приятно, сенсей, — последнюю часть она сердито пробурчала.

— Я здесь не для того, чтобы вам было приятно, Нара-сан, — хмыкнул тот и вновь сложил печати.

На этот раз она вышла из иллюзии почти сразу.

— Второй раз на мне не сработает!

Так ничего и не дождавшись, я протянул нить к Наваки и влил в него каплю чакры. За моей манипуляцией с удивлением наблюдали сенсей и Саюри.

— А! Что за! Где Тсунаде? Я должен ей помочь! — стал кричать Наваки, когда гендзюцу рассеялось.

— Наваки-кун. Это была иллюзия, — стала объяснять девочка.

Пока она убеждала Наваки, что всё, что он видел, было не взаправду, я решил спросить:

— Данзо-сенсей, а что должно было произойти?

Он молча повторил технику, но кроме ряби перед глазами снова ничего не произошло. Я покачал головой.

— Я применил на вас простейшую технику, которую вы должны были изучить: Демоническая иллюзия. Техника Адского видения. Почему она не сработала на тебе мы будем выяснять позже. Нара-сан, я доволен тем, что ты быстро выбралась из иллюзии. Сенджу-сан, а тебе предстоит поработать над этим.

— Хорошо, наставник! — хором ответили мы.

— Теперь каждый из вас по очереди будет накладывать её на меня, — дал следующее задание сенсей.

К обеду я был почти уверен, что наш учитель — робот. Он спокойно, без эмоций, раз за разом заставлял нас накладывать на него иллюзии или применял их на нас. А ещё я осознал, что совершенно бездарен в гендзюцу. Как и Наваки.

Его потуги сенсей описал как слабые, блёклые и не способные погрузить наваждение. А вот мои — наоборот: «Твои образы слишком сильные и жёсткие (что бы это ни значило). Это делает нахождение в иллюзии крайне очевидным».

Сколько бы я ни пытался, ничего не менялось. И это несмотря на мой контроль.

— Завтра вы будете заниматься с другим наставником. Он будет ожидать вас здесь в восемь утра. Нара-сан, — он подошёл и передал ей свиток. — Я ожидаю, что ты изучишь его содержимое за три дня. Надеюсь, ты способна оценить преимущества наличия специалиста по гендзюцу в команде. Если проявишь талант и упорство, я смогу найти тебе хорошего учителя в высвобождении Инь.

Саюри только задумчиво кивнула, прижимая свиток к груди. Видно было, что она всерьёз задумалась над этим. Наваки, давясь смехом, корчил рожицы, показывая как в её голове вращаются шестерёнки, пока учитель не зыркнул строго в его сторону.

— Сенджу-сан, не вижу поводов для вашего веселья. В отличие от напарницы, вы показали… неудовлетворительные результаты. Хотя ваш клан славится своей разносторонностью. Например, ваш дед прекрасно владел гендзюцу.

— Эй. Я просто не хочу заниматься этой ерундой. И вообще я медик, зачем мне иллюзии? — взорвался от «несправедливости» друг.

— Даже если вы не хотите развивать это направление, вам необходимо знать, как определить, что вы в иллюзии. И уметь из неё выйти. Иначе ваши товарищи могут умереть, не дождавшись вашей помощи.

Пока то краснеющий, то бледнеющий Наваки приходил в себя, я поймал вертящуюся в голове мысль.

— Данзо-сенсей, можно вопрос? — быстро произнёс я, опасаясь, что он вновь исчезнет в шуншине. — Что такое высвобождение Инь?

— Ты ведь начал изучать стихии, Фукудзава-сан? — поднял бровь сенсей, не ожидавший моего вопроса. — Это то же самое, только в этом случае нужно придать чакре свойства духовной энергии.

— То есть мне не нужно изменять баланс чакры?

— Кто тебе такое сказал? Шиноби не способны изменять баланс чакры.

Что-то мне подсказывает, что взгляд как на идиота для сенсея станет фирменным.

— Извините, наставник. В академии об этом не говорили. А в госпитале я вообще не сталкивался с подобным. Я видел термин «перекос Инь» только в собственной медкарте.

Покачав головой, он исчез в технике мерцания тела.

Я повернулся к друзьям. Когда на меня не подействовала иллюзия,в мою голову забралась интересная идея.

— Наваки. Мне нужно, чтобы ты меня вырубил.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Мои напарники стояли соляными столбами и с открытыми от удивления ртами молча смотрели на меня.

— Что? — всплеснул руками я. — Я хочу кое-что проверить.

— Дэйчи, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Сенджу, когда все же смог переварить мою просьбу.

— Да. Давай скорее. Только не переусердствуй. Если не сработает, я не хочу проваляться весь день в отключке. У меня ещё дел вагон.

Ещё минуту он напару с Саюри, которой эта идея тоже не понравилась, пытались меня отговорить. Нара даже подобралась поближе и влила чакру, словно я был в иллюзии, но я стоял на своём. В конце концов самым убойным аргументом стало моё желание найти Дай-сана для этого.

— Ты псих! От его удара ты проваляешься в отключке до конца недели.

— Ну так поэтому я и прошу тебя.

— Ладно, Рикудо с тобой, — пожал он плечами и неожиданно ударил меня в голову так, что меня отбросило не несколько метров. Что ни говори, а силушки у него было в избытке.

Мир моргнул, на долю секунды померкло в глазах. И всё. Я поднялся как ни в чем не бывало, с помощью мистической руки залечивая место удара.

Вот только ощущал себя я совсем иначе. Чувствовалась какая-то лёгкость в теле. Второго потока сознания не было, но связь не разорвалась, просто на том конце была пустота. Секунду спустя я понял, что моё основное сознание действительно в отключке, а телом я управляю через клон разума.

Значит не показалось, когда Данзо откинул нас своей техникой я действительно на мгновенье вырубился. Ощущения один в один.

— Э, Дэйчи. Мне повторить?! — неуверенно спросил Наваки, озадаченный моей реакцией.

— Нет. Достаточно. Спасибо, — коротко ответил я, стараясь ощутить основного себя, чтобы привести в сознание.

— Может, тогда пойдём, я не прочь перекусить, — жалобным тоном протянул он.

Мы отправились в сторону ближайшей кафешки. На меня то и дело бросала сердитые взгляды Саюри, но я не обращал внимания.

Наконец, спустя пять минут ходьбы основное сознание выплыло из глубин беспамятства, как из мутного озера. И на моём лице заиграла улыбка. Это будет неприятным сюрпризом для противников.

— Ай! — мои мысли о будущих победах и свершениях прервал подзатыльник, который мне прописала рассерженная Саюри.

— Ты чего?!

Мой вопрос был проигнорирован, девочка надулась и демонстративно не обращала на меня внимания. Даже в кафе она не сказала мне ни слова. Только когда мы собрались расходиться, она буркнула что-то на прощание и ушла.

Мы с Наваки переглянулись и пошли в госпиталь. У него была сегодня смена. Да и мои занятия с Тсунаде никто не отменял.

***

— Сарутоби-сенсей, здравствуйте, — ворвалась в двери Тсунаде Сенджу.

Для хозяина кабинета в этом не было ничего необычного, поэтому он даже не обратил на это внимания. Закончив читать документ, он аккуратно поставил подпись, отложил его и наконец обратил внимание на гостью.

— Ты как всегда нетерпелива, Тсунаде-чан. Что на этот раз привело тебя к твоему сенсею? — с улыбкой спросил он, наблюдая за её нетерпеливым ёрзанием.

— Учитель, скажите, Фукудзава Дэйчи как-то связан с Данзо? — задала интересующий вопрос девушка.

— Насколько мне известно, нет. Почему ты спрашиваешь? — удивленно распахнул глаза Хокаге.

— Наваки рассказал мне, что Дэйчи сильно опасался его, когда узнал, что он станет их учителем. А недавно, когда я задала этот вопрос, он занервничал, — она помахала ладонью из стороны в сторону.

— Занервничал? — поинтересовался собеседник.

— Дэйчи-кун научил многих пользоваться своей техникой, — она вытянула руку, на пальце плясала зеленоватая нить. — С помощью неё я отслеживала его реакцию. К сожалению, он хорошо контролирует свои эмоции, но начальный импульс страха я заметила.

— Это… Необычно. Однако то, что ребенок никак не был связан с Данзо, абсолютно точно. Тот следил за развитием Дэйчи-куна и даже хотел забрать в корень, но ему помешал союз кланов, — хмыкнул Хокаге.

— Хорошо, спасибо, Сарутоби-сенсей, — Тсунаде встала и поклонилась.

Глава 5

В библиотеку госпиталя стремительно, словно на крыльях, ворвался клон Дэйчи. Он начал быстро просматривать полки, двигаясь с такой скоростью, которую только позволяли правила приличия.

— Где же, где же, да где она?! — бормотал он, спешно перебирая книги.

Через полчаса он нашёл то, что искал, сделал необходимые записи и тут же покинул библиотеку, а затем и госпиталь. Пусть босс занимается с Тсунаде-сенсеем, а он с радостью погрузится в изучение новой техники в своей лаборатории.

Вообще получилось довольно забавно. В основном в лаборатории работали клоны, в то время как главное тело отдувалось на тренировках и обучении.

Не теряя времени, он расстелил свиток на свободном столе и принялся внимательно изучать только что скопированную технику мёртвой души. Его время ограничено. Пара часов, максимум три, и нужно развеиваться.

Несмотря на то, что у него не было тела, на котором можно было бы тренироваться, клон раз за разом отрабатывал складывание печатей и старался выпускать чакру строго так, как было описано в свитке.

При необходимости он сможет испытать её в морге больницы. Ведь как-то же врачам она доступна? Нужно будет аккуратно провентилировать этот вопрос у наставницы. Вряд ли она будет против, как-никак техника в открытом доступе, но всё же стоит уточнить этот момент.

Если его второе сознание сможет управлять такой марионеткой, то в бою можно будет получить дополнительное тело. А кроме того, в этой технике скрыт секрет удалённого контроля. Ведь никаких связей между мертвецом и пользователем нет.

***

На этот раз Тсунаде потащила меня в операционную, откуда мы вывалились усталые и угрюмые.

Пациентом была какая-то бесклановая куноичи. На миссии она и её команда столкнулись с неожиданно сильными нукенинами из Камня. Товарищам повезло, они остались относительно целыми, а вот ей — нет. Техника земли переломала ей ноги и почти полностью оторвала левую руку. Она держалась буквально на нескольких сухожилиях и была при этом страшно перемолота, буквально в кашу.

Ноги нам удалось худо-бедно восстановить, другие, более мелкие повреждения тоже не вызвали сложностей. А вот руку спасти не удалось. Пришлось отрезать и заращивать в месте среза.

— А, если заменить на другую руку? — спросил я у наставницы, пока мы шли по коридору. Невозможность помочь напрягала и пугала.

Коллеги, которые нас видели, лишь сочувствующе кивали головой, наш вид был красноречивее любых слов.

— Возможно. Но это риск. Ей уже двадцать семь, её организм может не приспособиться к новой руке и новому балансу чакры, — выдохнула она.

— Новому балансу? — спросил я сбитый с толку.

Несколько секунд она смотрела на меня, как баран на новые ворота.

— Иногда я забываю, что ты не клановый, извини, — покачала она головой. — Другая рука, другие клетки, другая физическая энергия. Её может быть больше или меньше, она может быть плотнее или наоборот. Это может повлиять на баланс чакры. И чем старше ниндзя тем выше риски не приспособиться.

Пока мы шли, она объясняла мне нюансы трансплантации. Оказалось, что всё не так просто, как выглядит на первый взгляд. Тот же Какаши из канона так никогда и не смог приспособиться к глазу полностью именно поэтому. А тут рука.

— А можно вырастить новую руку?

— Я не знаю таких техник, — пожала она плечами. — Многие пробовали, пока никому не удалось.

— А до какого возраста больше всего есть шансы приспособиться? — Блин, интересная тема.

— В идеале и в тридцать можно, но сам понимаешь, с нашим образом жизни, если в двадцать пять всё прошло хорошо — уже великолепно, — тяжело вздохнула девушка.

— А есть… — Когда я хотел задать вопрос: бывают ли исключения, в мою голову ворвались воспоминания клона из лаборатории.

Я слегка сбился с шага и, испытав мимолетный приступ головокружения, остановился. Кажется, клон развеялся в последний момент, когда это сделать безопасно.

— Опять твои клоны? — Покачала головой наставница. Но ничего добавлять не стала. Она и сама частенько использует эту технику.

— Тсунаде-сенсей, могу я попрактиковаться в технике мертвой души? — Когда мысли собрались в более-менее удобоваримую субстанцию, спросил я. — Как вообще её тренируют?

— О, Рикудо! Зачем тебе эта техника, Дэйчи-кун? Она же отвратительна, — отшатнулась девушка, слегка позеленев.

— Хочу изучить принцип работы, — пожал я плечами. Контроль гормонов творил чудеса. Брезгливости не было от слова совсем. Главное, другие чувства не начать считать бесполезными.

— За этим тебе к Шио-сама. Прости, я не стану тебе помогать, — сложила она руки на груди.

— Она разве запрещенная? Я нашел её в открытом доступе, — я поднял вопросительно бровь.

— Нет, хотя я бы её запретила! И зачем дедушка её изобрёл, — пробурчала последнюю часть она.

— Тсунаде-сенсей, а какие ещё техники изобрёл ваш дедушка? — чуть ли не подпрыгивая от нетерпения спросил я. —Мне известно, что теневые клоны, которыми я пользуюсь, — его изобретение.

— Что с тобой, мелкий? Я думала, ты контролируешь свои эмоции? — усмехнулась она.

— Просто я очень уважаю Тобираму-саму, — отмахнулся я. — Так что с техниками, если это не секрет, конечно?

— Извини, Дэйчи. Ты уже выучил почти все его техники в свободном доступе. У моего двоюродного деда был сложный характер. И некоторые его техники были… спорными, — её плечи невольно передернулись, значит она хотела сказать нечто иное, но решила не бросать тень на клан. — Они считаются секретными. Ещё он изобрёл технику телепортации. И нет. Я не буду тебя им учить.

Итак, Тсунаде подтвердила мои знания. Почти, про технику воскрешения зомби она прямо не сказала. Тем не менее складывалась интересная картина. Большая часть техник Второго касалась передачи чакры на расстояние в том или ином виде.

Я решил, что такого допроса с Тсунаде достаточно. Девушка она вспыльчивая.Мои останки могут и не соскрести со стены, если она взорвется . Я же не Джирайя. Поэтому я вновь вернул разговор к теме трансплантации.

Пока мы шли к её кабинету, чтобы продолжить моё обучение, я создал клона, который направился к Шио-сама. Чуть призадумавшись, он дал добро на тренировку и посмеялся над реакцией Тсунаде. Не став, правда, вслух это комментировать.

Так, спустя пятнадцать минут, клон со старым врачом оказались в морге. Помещение было просторным и пустым. В стенах находилось множество небольших металлических дверок. Несмотря на хорошее освещение, оно казалось холодным и мрачным.

— Шио-сама, почему вы сами пошли со мной? — поинтересовался двойник.

— Ты имеешь что-то против? — поднятая бровь и немой укор во взгляде могли вызвать приступ вины у кого угодно. Но я знал этого человека с пеленок и прекрасно понимал, когда он шутит. Увидев, что его выступление не достигло своей цели он вздохнул. — Старею, — он пожал плечами. — Мне просто любопытно вот и всё. Ты ведь не просто так заинтересовался этой техникой?

— Из-за Второго-сама. Мне интересно изучить его наследие, — обтекаемо ответил клон, но решил немного уточнить: — Я заметил, что его разработки сосредоточены на передаче или переносе чакры. Теневые клоны, техника мертвой души, полёт бога грома — все они так или иначе с этим связаны.

— Интересная точка зрения, — потёр подбородок Шио-сама. — Надеюсь, это поможет тебе. Давай приступим.

С этими словами он подошёл к одной из дверок, открыл её и выкатил содержимое ниши за ней в помещение. На каталке лежал самый обычный труп. Судя по бирке, какого-то бескланового шиноби.

“Интересно, меня может ждать такая же участь?” — пронеслась мысль в голове клона. Он был уверен, что здесь только те, у кого нет клана.

Выкинув мысль из головы, он приступил к тренировке. Какая, в сущности, разница, что случится с его телом, если он откинет копыта? Никакой. Поэтому нужно сделать так, чтобы этого не случилось.

***

На следующее утро нас ждал сюрприз. Да не просто сюрприз, а сюрприз, улыбающийся во все тридцать два и радостно приветствующий нас.

— Здравствуйте всем! — с бешеным энтузиазмом, нехарактерным даже для него, приветствовал нас Майто Дай.

Рядом с ним почти невидимый на фоне зеленого зверя стоял Хао. Тот самый парнишка в белой маске, без рисунка.

После того, как мы с ним поздоровались, он стал объяснять, зачем он здесь. И с каждым его словом мы бледнели всё больше:

— Данзо-сан попросил меня провести вашу тренировку в ближайшие несколько дней. Он сказал, что от этого зависит не только ваши жизни, но и судьба Силы Юности. Поэтому я буду тренировать вас так, как даже сам не тренировался. А чтобы всё было точно хорошо, мы с Хао будем тренироваться вместе с вами, — по лицу Дая даже потекла слеза.

— Но мне нужно быть в отделе допросов, — раздалось от попавшего под горячую руку парня.

— Тем больше поводов выложиться на максимум и оставить силы на новые свершения! — Дая было не остановить.

— Саюри, я уверен, это из-за тебя, — голосом, полным фатализма, выдали мы с Наваки не сговариваясь.

И он, и я знали, на что способен наш друг. Но такого энтузиазма мы никогда не видели у Дая. Обвиняемая только сглотнула и что-то пробормотала. Я еле услышал часть фразы: «Спасибо, мама».

— Теперь разминка: двести кругов вокруг деревни, я побегу с бревном, чтобы подать пример! — воскликнул он, могучим пинком срубая огромное дерево и взваливая его себе на плечи..

Я был готов поклясться, что «суровые тренировки», которые имел в виду Данзо-сенсей, и «суровые тренировки», как их понял Дай, — это абсолютно разные вещи. Буквально из разных вселенных!

***

Неделя. Адская, наполненная болью и страданиями неделя. Каждый грёбаный раз я думал, что вот-вот умру. И каждый раз я и наша команда с Хао очухивались в больнице. Каждый, кроме последнего. На седьмой день все мы, даже Саюри, добрались до госпиталя самостоятельно.

В первый день Тсунаде, увидев наше состояние, пришла в ярость. Её жажда убийства придавила пол госпиталя. На следующий день она отправилась с нами на тренировочную площадку. Как мне потом рассказали, она просто не смогла поймать Дая днём ранее.

Она была полна решимости, агрессии и непоколебимости. Но в конце дня она сама, еле передвигая ноги, добралась до госпиталя. Пока Дай, лишь слегка усталый, нёс нас четверых на себе. Да! Даже Тсунаде попала под тренировочный пресс имени зелёного зверя.

В конце концов она нашла способ противостоять его энтузиазму. В последний день она почти случайно просканировала Дая мистической рукой. После чего в ультимативной форме приказала ему перестать издеваться над собой и дать телу отдых.

На возражения Дая она дала простой ответ: одним ударом разрушила к хренам всю площадку! Даже он понял ее намек.

— Наваки, — совершенно пустым голосом окликнул я друга. — Когда твоя сестра пришла нас защищать, она не применяла таких методов. Но когда ситуация коснулась здоровья Дая - пожалуйста. Теперь он как шёлковый. Думаешь, она любит медицину больше, чем тебя?

Услышав меня, друг не ответил. По его лицу просто бежали дорожки слёз. Слышавшая нас Тсунаде просто стояла, застыв статуей, и, казалось, даже не дышала.

С настолько преисполненным энтузиазма Даем всё моё расписание занимали лишь тренировки и сон. Стоит ли упоминать, что за эту неделю мои личные дела не сдвинулись ни на дюйм? Мне даже дали отпуск в госпитале, задним числом.

Тем не менее на восьмой день на площадке нас четверых ожидало не зелёное чудовище, а наш любимый Данзо-сенсей.

— Простите, Данзо-сенсей, — произнесли мы хором и поклонились, Саюри — ниже всех.

— Хао, — голосом учителя можно было замораживать реки. — Мы позже обсудим, почему ты не был на занятиях в отделе допросов. Свободен!

— Извините, Данзо-сенсей. Могу ли я сказать кое-что Хао? — влез я.

Нечто странное не давало мне покоя. Вторым потоком сознания я замечал, что стиль боя нашего нежданного товарища мне очень знаком. А с учётом возраста…

— Быстро!

— Было приятно тренироваться снова, Хао, я два года о тебе не слышал! Надеюсь снова увидимся, — сказал я, наблюдая за его реакцией.

И она была. Я явственно увидел, что он вздрогнул. А глаза сенсея сузились. Теперь я был почти уверен, что за маской скрывается Хьюга Хироши. Мой одноклассник, исчезнувший за год до конца академии.

— Хир… — раздался и резко заглох возглас Наваки.

Его рот закрывала его же рука. Вот только рука Саюри делала то же самое, а между ней и Сенджу пролегала тонкая полоска тени.

— Достаточно. Хао, возвращайся, — хмуро приказал наставник, его лицо выглядело очень сердитым. Взгляд почти злым.

Когда Хао исполнил приказ, учитель продолжил отдавать команды:

— Завтра у нас миссия. Быть готовыми к восьми утра. Фукудзава-сан, задержись. Остальные свободны!

Дождавшись, когда на площадке остались только мы с ним он вновь заговорил:

— Ты можешь воздействовать на эмоции других людей? — его вопрос звучал как утверждение.

Я кивнул.

— Идём со мной!

Мы двинулись куда-то в сторону деревни. Пока мы шли, сенсей не проронил ни звука, полностью уйдя в собственные мысли. Но когда мы подходили к какому-то зданию, он повернулся и произнёс:

— Надеюсь, ты понимаешь, что тебе стоит молчать о своей догадке насчёт Хао? — его глаза спокойно и холодно смотрели на меня.

— Конечно, сенсей. Мы просто удивились, что он у Вас.

— Я спас его от судьбы хуже смерти. Это всё, что тебе стоит знать. Теперь к делу. Это, — он махнул рукой на невзрачное строение, к которому мы подходили, — отдел пыток и допросов. Обычно генинам здесь не место.

С этими словами мы вошли в непримечательную дверь и оказались в мрачном коридоре, который круто уходил вниз.

— Тогда зачем я здесь? — если бы не контроль эмоций, я бы уже забился в угол в панике.

— Нам нужны твои способности. Один… заключенный сопротивляется допросу. Ты должен заставить его считать нас друзьями.

Мои глаза расширились от шока и удивления. Неужели Данзо решил впутать меня в свои дела? В два потока я старался придумать хоть один вариант, как избежать этого, и… ничего.

— Хорошо, сенсей, — покорно произнёс я.

— Отлично!

Ещё минуту мы шли молча, пока, наконец, впереди не оказалась тяжёлая металлическая дверь. Учитель открыл её и вошёл, я следом.

В комнате было несколько человек, которые были мне хорошо знакомы. Я еле сдержал вздох облегчения. Присутствие Нара Шинджи и Яманака Инода, с которым я познакомился после того, как Нара вовлекли меня в свою интригу, придавало мне уверенности, что со мной ничего не случится.

А ещё в комнате находились те, кого я не ожидал увидеть здесь вовсе. Чуть сбоку от всех остальных покуривал трубку и слегка улыбался Сарутоби Хирузен. Рядом с ним, хмуря брови и сложив руки на груди, стояла Сенджу Цунаде.

И как вишенка на торте, с другой стороны, держа всех в поле зрения, стоял, копируя позу наставницы, Учиха Ичиро.

Он-то и увидел меня первым:

— Привет, Дэйчи-кун. Ты снова кого-то убил?

Глава 6

— Здравствуй, Дэйчи-кун, — произнёс Хирузен, пока остальные улыбались шутке Учихи. — Прости за это, но нам необходимы твои таланты. — Я даже услышал лёгкий намёк на сожаление в его голосе.

— Я бы и сама смогла это сделать. Зачем заставлять его делать такое? — зло пробурчала наставница.

— Он уже шиноби! — холодным тоном бросил Данзо. — Это его долг. К тому же ты сама говорила, что не уверена в результате. А о том, что мой ученик способен выполнить такое задание, нам доподлинно известно.

— Хватит, — казалось спокойно выдохнул Хокаге. Но после его слов сразу наступила тишина и он обратился ко мне: — К сожалению, твой учитель прав. Я надеюсь, ты поймёшь.

— Что я должен делать?

Когда такие люди в таком составе тебя о чём-то просят, это единственный правильный ответ. Любой другой ответ лишь покажет мою неблагонадежность.

— Один вопрос, если можно? — раздался спокойный голос Нара Шинджи. После кивка Хокаге он продолжил: — Ты сумеешь воздействовать на человека с помощью нитей? И если да, то на каком расстоянии?

— Да, смогу. Думаю, метров с двадцати, но лучше проверить, — ответил я после секундной паузы.

Лицо Тсунаде несколько расслабилось.

— Тогда проверь на мне прямо сейчас, — пока никто не отреагировал, быстро произнесла она.

— Вы, кажется, предвзято к этому относитесь, Сенджу-сан, — сенсей бросил на неё острый взгляд.

— Вы на что намекаете? — гневно бросила девушка.

Устало потирая переносицу, Шинджи Нара прервал возможную перепалку:

— Данзо-сан, может быть, тогда вы или Хокаге-сама испытаете Дэйчи-куна? Я бы предложил и свою кандидатуру, но вы и меня можете посчитать предвзятым, — его интонация была квинтэссенцией лени. Понять, как он к этому относится, было совершенно невозможно.

— Хорошо, — после небольшой игры в гляделки кивнул учитель. — Фукудзава-сан… Приступайте, — его пауза прозвучала очень многозначительно.

Я совершенно не понимал, что происходит. Но ситуация явно нестандартная. Атмосфера недоверия явственно ощущалась в комнате. Единственным, кого это, казалось, не касалось, был Сарутоби Хирузен. Он все так же улыбался.

Не став далеко отходить, я вытянул несколько нитей и, растянув их на два десятка метров под потолком, аккуратно, полностью сконцентрировавшись на задаче, стал воздействовать на сенсея.

Отдельным уровнем сложности было то, что для управления его эмоциями я полностью отпустил контроль над своими. Это чуть не стоило мне концентрации. Весь стресс от ситуации, который я привычно нейтрализовал, ударил по мне словно битой по голове. Единственное, что меня спасло, — мой второй поток, мгновенно ушедший в медитацию.

Все присутствующие как завороженные наблюдали за тем, как обычно каменное выражение лица Данзо сначала расслабилось и смягчилось, а затем на нём и вовсе стала появляться умиротворенная улыбка.

Процесс был не быстрым, всё это заняло около пяти минут.

— Достаточно, Дэйчи-сан, — произнёс он, несмотря ни на что, смотрел он внимательно и цепко.

Я не стал играть с огнём и убрал нити. Несмотря на благодушное настроение, из-за моего воздействия он всё ещё был опасным человеком, с которым шутки плохи. Попутно я восстановил контроль над своими гормонами.

Только сейчас я ощутил, как по моему лицу стекает пот. Руки подрагивали от напряжения, дыхание было прерывистым. Как и ранее, воздействовать на других людей было чрезвычайно сложно. А учитывая силу этого человека, было чудом, что мне вообще это удалось.

— Дэйчи-кун, с тобой всё в порядке? — спросила Тсунаде, сканируя меня целебной техникой.

— Всё хорошо. Просто Данзо-сенсей очень силён, — я вытер пот с лица.

— Есть какие-нибудь ограничения? — спросил Учиха, внимательно и с подозрением посмотрел на меня.

— Конечно! Как я уже сказал, это зависит от силы цели. А кроме того, результат не быстрый. Я имею в виду, что даже после воздействия Данзо-сенсей не стал считать меня другом. Для подобного, нужно намного больше времени, — я пожал плечами.

— Дэйчи-кун немного не прав, — взял слово Яманака Инода, — Этого всё равно будет недостаточно.

— Не будем вдаваться в детали. Раз он может воздействовать на расстоянии, тем лучше, — произнёс Хокаге. Он с хитрой улыбкой смотрел на своего друга, к которому постепенно возвращалось его обычное выражение лица.

Хорошо, что Яманака отвлёк внимание на себя. Хотя тут он тоже кое в чём ошибается. Через контроль эмоций, подсадив на них, как на наркотики, можно сделать из человека послушную собачку. Только без видимых последствий.

— Фукудзава-сан, вашей задачей будет держать цель в максимально хорошем настроении и подавлять негативные эмоции, — кивнул Данзо.

— Молодец, мелкий! — подошла Тсунаде. — Тебе ещё рано знать то, о чём будут допрашивать того шиноби. Я наброшу звуковой барьер на комнату. А ты посидишь снаружи, хорошо?

Несколько минут заняли приготовления, а затем меня позвали. Мы с Тсунаде прошли в одну из дверей и, миновав тускло освещённый коридор, оказались у ещё одной металлической двери с небольшим окошком на уровне глаз.

Рядом с дверью, выбиваясь из общей атмосферы мрака и уныния, стоял удобный стул, такой же, как те, на которых сидели Нара и Яманака.

— Сядь тут, — махнула рукой в сторону мебели Тсунаде, подтвердив мою догадку. — Я оставлю окошко открытым для твоих нитей. И, пожалуйста, не пытайся подслушивать.

Слегка улыбнувшись, она прошла в дверь и закрыла ее за собой, но, как и говорила, через несколько секунд кусок металла отъехал в сторону.

Я подошёл к оконцу и увидел худого, изможденного мужчину средних лет. Длинные грязные волосы не давали увидеть его лицо. Он был крепко привязан к стулу.

Что ж, пора было начинать. Я протянул в его сторону несколько нитей. Он увидел их боковым зрением и дёрнулся, но безрезультатно. Мои нити прикрепились к его шее со спины.

После этого я сел на кресло и сосредоточился на его эмоциях. Страх, беспокойство, озабоченность и, внезапно, уверенность и гнев. А ещё я понял, что на нём стояла печать-подавитель чакры. Вновь пришлось отпускать контроль с себя, но на этот раз это не стало неожиданностью.

Дальше я работал монотонно и аккуратно. Подавил гнев допрашиваемого и начал вызывать дружелюбие и радость.

О том, что он может быть и невиновен, я старался не думать. Получалось со скрипом. Очень сомневаюсь, что Хокаге и остальные допустили бы такое… Но червячок сомнений понемногу вгрызался в голову, сбивая концентрацию.

Если бы я действовал напрямую, без нитей, было бы намного проще. Но слава Рикудо и Шинджи-оджисану, что мне не пришлось этого делать!

Спустя примерно полтора часа монотонной и изматывающей работы всё наконец закончилось. Из камеры один за другим стали выходить шиноби. Последним вышел Данзо и закрыл дверь.

— Хорошая работа, Фукудзава-сан.

Это было настолько неожиданно, что я аж вздрогнул.

— Дэйчи-кун, ты свободен, — произнёс Хокаге.

— Дайте мне минуту, пожалуйста, — попросил я.

Чувствовал я себя отвратительно. Тело дрожало и было мокрое от пота насквозь. Я развалился на стуле, не в силах встать.

— Давай помогу, мелкий. Это не самое лучшее место для отдыха, — грустно улыбнулась Тсунаде.

Я кивнул и, облокотившись на девушку, с трудом поднялся на ноги.

— Данзо-сенсей, — позвал я, когда увидел, что он удаляется по коридору.

— Что?

— У нас же завтра миссия, а как же? — я махнул рукой на дверь, за которой сидел допрашиваемый.

— Пока ты сделал достаточно. Если твоя помощь потребуется, я тебе сообщу.

***

— Чёртов Данзо! — скрежетала зубами Тсунаде, пока вела меня под руку по коридору.

В моём нынешнем выжатом состоянии он казался ещё мрачнее и опаснее, чем обычно. Вообще по обстановке в здании нельзя сказать, чем оно является. Коридоры хоть и тусклые, но чистые. Стены покрашены, краска на них не потрескавшаяся. Ни мха, ни грибка, как можно было себе вообразить, нет. Обычное нежилое здание.

Шедшие впереди Нара и Яманака не стали нас ждать, а, попрощавшись, ускорились. Учиха вовсе умчался вперёд.

— Почему вы ругаетесь, Тсунаде-сенсей? — я решил узнать причины её недовольства.

— Да потому, что этот… — она замолчала на полуслове и тряхнула роскошной копной блондинистых волос.

Я как завороженный наблюдал за их полётом, пока не получил щелчок по носу.

— Эй, не превращайся в Джирайю, — хихикнула она, но, вспомнив, где мы, вновь стала серьёзной: — Давай доберёмся до местной гостевой и там поговорим.

Я кивнул, и мы молча продолжили путь. Наконец мы добрались, и я с облегчением опустился на стул, который до этого занимал Нара Шинджи. Такой же, как тот, на котором я сидел у камеры заключённого.

Тсунаде сложила несколько печатей и создала сферу защиты от прослушивания вокруг нас.

— Данзо-сан поссорил нас, меня и тебя, с Учихами, — без предисловий вывалила она на меня информацию.

— Что?! Но как? — я был обескуражен.

— Видишь ли, Дэйчи. Допросы — это епархия Яманака и Учиха. Последним не было равных в тех случаях, когда пленный должен остаться целым и невредимым. Опущу подробности, это касается дел кланов. Однако теперь Данзо наглядно показал, что их можем заменить мы с тобой.

— Но зачем? Я редко пересекался с Учихами, и у нас не было каких-то совместных дел. Просто нейтральные отношения, — я всё еще не понимал сути произошедшего.

— Ох, мелкий, — Тсунаде провела рукой по лицу. — Данзо-сан показал Учихам, что они не незаменимы. Теперь они будут относиться к тебе и ко мне как к конкурентам. Их гордость не позволит им договориться.

— Может, всё не так однозначно? — беспокойство наставницы передалось и мне.

— Тсунаде-сан права, Дэйчи-кун, — голос Учиха Ичиро прозвучал как гром среди ясного неба.

— Как вы? — распахнутые глаза показывали всю степень удивления наставницы.

— Пусть это останется моим небольшим секретом, — улыбнулся он скупо. — Тем не менее вы правы. Дэйчи-кун, некоторые члены клана Учиха и так смотрели на тебя как на поддержку Данзо. А теперь…

Его слова повисли в воздухе.

— Чем это мне грозит? — спросил я, собравшись.

— Сложно сказать. С одной стороны, ничем опасным. А с другой... Скажем так, в ситуацию, как с теми пятью, тебе лучше не попадать. Опять же ничего страшного не случится. Но расследовать будут тщательно.

— Только конфронтации с вашим кланом мне не хватало, — простонал я.

— Почему вы нам это говорите? — спросила Тсунаде, сощурив глаза. — Особенно учитывая сказанное.

— Ну, Дэйчи-кун явно не виноват, что его в это втянули. Да и вас, судя по всему, это не радует, — он кивнул в сторону учительницы. — Ладно, я вас предупредил. На этом мне, пожалуй, пора.

С этими словами он направился к двери и спустя несколько секунд скрылся за ней.

— Сенсей, что это было? — выдохнул я.

Какого черта? Что за интриги вокруг меня. Почему Данзо меня в это втянул. Падла!

***

Шимура Данзо вышел из отдела допросов в одиночестве. Он был доволен результатами теста. Не всё прошло гладко, но самое главное было сделано. Мальчик проявил истинные качества шиноби и выполнил свое задание.

И, что не менее важно, сам Данзо увидел и испытал на себе технику ученика. Опасная техника, но с отличным потенциалом.

Ироничным было присутствие Нара. Неужели они считали, что Данзо действительно допустит ребенка до тех сведений, что были в голове у этого шпиона? Что ж, тем лучше, пусть считают это своей победой.

— Ну и зачем тебе этот балаган, Данзо? — раздался голос Хирузена, и его фигура выступила из ближайшего переулка. — Не поверю, что ты не смог бы расколоть этого шиноби без привлечения генина?

— Это было его испытание, — ответил шиноби, не сбавляя шага.

Хирузен лишь усмехнулся и направился следом, нагнав товарища.

— Неуважительно к своему Хокаге, не находишь? — улыбка показывала, что эта фраза была лишь шуткой. Тем не менее, секунду спустя став чуть серьёзнее, он продолжил: — Не рановато для мальчика?

— В самый раз. Он уже терял пациентов и убивал людей. Натаскивать на кровь его нет нужды. А вот такое стало для него настоящим испытанием, — бросил мимолётный взгляд на собеседника Данзо.

— И он его прошёл. Хорошо, что ему не понравилось, а? Такая власть над людьми может и голову вскружить, — кивнул тот. — А попутно ты добился ещё нескольких целей, да?

— Не понимаю, о чём ты? — парировал лидер корня. — А на счёт парня ты прав, он явно не палач.

Дальше они пошли в молчании. Про себя Данзо ухмылялся. Он помнил недоверчивый и тревожный взгляд Учихи на Фукудзаву. Кто виноват, что их норов делает их предсказуемыми? Точно не он. Если они из-за этого станут избегать ребенка — тем лучше.

Могли бы брать пример с Яманака, тот явно заинтересовался показанными способностями.

***

Спустя минуту после Данзо из дверей здания вышли двое, и их тут же залил свет утреннего солнца.

— Блин, а казалось, весь день прошёл. В этом унылом месте время тянется как резина, — потянулся Нара Шинджи.

— Это потому что тебя заставили работать, — хохотнул Яманака Инода.

— Смейся, смейся, — махнул рукой собеседник. — Пойдём выпьем по пиале саке. Самое то после такого напряга.

— Подожди, я хочу поговорить с Дэйчи-куном, давай дождемся его, — с любопытным блеском в глазах предложил мозгоправ.

— Завтра поговоришь или вечером, дай мальчику отдохнуть, — покосившись на друга, сказал Шинджи.

— Не, тогда будет поздно, — отмахнулся блондин.

— Хочешь воспользоваться его состоянием? Совсем с ума сошёл?! Ты не забыл, что с ним Тсунаде-сан? Она тебя за такое по стене тонким слоем размажет и лечить не станет. А потом расскажет об этом в госпитале, и ты до конца дней будешь пить супы из трубочки, — с широко открытыми от удивления глазами выдал нехарактерную для него тираду Шинджи.

Иногда его блондинистый друг был невероятно импульсивен. Но в этот раз он превзошёл самого себя. В отличие от него, Нара понял всю подоплёку событий и был уверен, что Сенджу сейчас в ярости.

— Гадство, — выругался, побледневший Инода и добавил совершенно нецензурную тираду. — Пошли отсюда, я лучше потом с ним поговорю.

— А что так? Отличная же идея была. Надо было дождаться их, — сарказм в голосе Нара услышал бы даже глухой.

Тем не менее, вопреки предыдущей фразе, он первый же и пошёл в сторону бара.

— Как думаешь, ребёнок сказал правду по поводу своих ограничений? — спустя несколько минут спросил пришедший в себя Яманака.

— Он не врал. Да ты и сам видел, в каком мальчик был состоянии, — ответил ленивец.

— Пожалуй, ты прав.

Нара Шинджи беззвучно выдохнул. Он совершенно не понимал, как Дэйчи умудряется вляпываться во всё это. Но, по крайней мере, на одну неприятность у того будет меньше. А в клане Яманака не будет траура.

Глава 7

Мы с наставницей шли по хорошо освещённым утренним солнышком улицам деревни Листа. Радостные лица людей, идущих по своим делам, крики малышни, играющих в догонялки, собранные , но спокойные шиноби, идущих по своим делам или находящихся на задании, — всё это сильно контрастировало с тем местом, откуда мы вышли.

Признаться, я ожидал другого: темную, безлунную ночь на одиноких улицах. Пустота на дорогах и мертвенная тишина в деревне лишь усиливали бы ощущение чужого присутствия.

— Эй, мелкий, ты как? — девушка щелкнула пальцами перед моим лицом.

— Нормально, жить буду, — я отмахнулся.

Говорить мне не хотелось. По крайней мере здесь на улице. А после недавнего и крайне внезапного появления Учихи, теперь даже в кафе и похожих местах. Поэтому я тут же задавил в себе робкую мысль пойти перекусить и заодно поговорить с Тсунаде.

Наконец, когда за нашими спинами закрылись ворота кланового квартала и мы добрались до беседки, я решил задать главный вопрос:

— Тсунаде-сенсей, как Данзо-сенсей узнал о моей технике? Вы кому нибудь о ней рассказывали?

— Я никому об этом не говорила, — её глаза слегка сощурились, когда смысл вопроса дошёл до неё.

— Извините, я думал, что вы сказали о ней Хокаге-саме. Но раз нет, значит, я сам дурак! Нехрен было языком трепать где ни попадя, — я вздохнул.

— Во-первых, Сарутоби-сенсей не стал бы об этом рассказывать никому, даже если бы я ему сказала, — строго ответила она. — А во-вторых, если ты действительно где-то это обсуждал в небезопасной обстановке — то значит действительно дурак.

«Ну конечно, политик и Хокаге не станет никому говорить о потенциально полезной способности», — я еле сдержался, чтобы не закатить глаза.

Я действительно попал в переплёт. Вспомнил, как с друзьями обсуждал эту технику на тренировочной площадке и в кафе. На хрена, спрашивается?!

— Ещё раз извините, сенсей. Я не собирался вас винить. Просто хотел понять, как так получилось, — я поклонился. Тем более, что сказал абсолютную правду.

Вообще этикет — не то, что применяется слишком часто. Кроме базового, естественно. Но вот в таких обстоятельствах, когда происходит недопонимание, он действительно помогает избежать конфликта. Естественно, это не касается кланов-традиционалистов, как Хьюга, где этикет возводят в абсолют.

Вот и сейчас это хорошо сработало. Девушка тут же расслабилась, и из её позы исчезло напряжение.

— А ты не из тех, кто юлит, да? — покачала она головой.

— Сенсей, что нам делать с Учихами?

Этот вопрос интересовал меня не меньше первого. А ещё тот факт, что и Сенджу в этом замешаны, ощутимо повышает и мои шансы выпутаться из этой ситуации.

— Дэйчи-кун, я не знаю. Мне нужно будет поговорить с главой, но я не уверена, что смогу тебе в этом помочь. Наши отношения с Учиха и так натянуты, — она отвела глаза.

После слов Тсунаде в моей убеждённости появилась знатная трещина. А после она и вовсе разбилась на осколки.

— С другой стороны, — неожиданно протянула она, прижав пальцы к подбородку. — Зачем-то же Ичиро показался нам на глаза. В любом случае сейчас я не могу ничего обещать.

— Понимаю. Спасибо, что проводили, сенсей.

— Так не пойдёт! Идём, я хочу удостовериться, что ты лёг спать. Тебе нужен отдых, — не терпящим возражения голосом приказала она.

— Но, учитель. Я не предупреждал своих, что вы придёте в гости, — отшатнулся я.

Это был своего рода мягкий намёк, что человека не приглашали. Очень мягкий, когда нельзя обидеть.

— О, не переживай. Я уверена, твои родители не будут против. Как твой сенсей я должна удостовериться, что ты в полном порядке доберёшься домой. И следуешь всем рекомендациям врача, — её хитрая улыбка говорила, что соскочить не получится.

А я так хотел пойти в лабораторию…

***

Проводив ученика домой и убедившись, что он лёг спать, Тсунаде попрощалась с родителями мальчика и направилась в свой квартал.

Реакция матери на её появление была двойственной, хоть и довольно забавной. Сначала та встала в ступор, а затем начала суетиться. Но взглянув на сына та успокоилась и тотчас взяла себя в руки.

Вскоре добравшись по крышам до цели, она усилием воли выбросила лишние мысли из головы. Сейчас необходимо сосредоточиться на важном.

— Отец, — постучала она в дверь главы клана.

— Заходи, Тсу-чан, — раздалось в ответ.

Девушка зашла в кабинет отца. Он был просторный, светлый и весь заставленный бумагами. На столе, что напротив двери у окна, располагалась груда бумаг. Несмотря на все это было заметно, что порядок навести всё же пытались.

Следующие пять минут ушли на то, чтобы ввести главу в курс дела.

— С Учихами ничего делать не надо, — после недолгого раздумья вынес он вердикт. — Ты же сама сказала, что техникой твоего ученика смогут воспользоваться единицы. Притом лишь врачи. Так что нашего клана это коснуться практически не должно. А даже если коснётся — не беда. У нас с Учихами и так довольно напряженные отношения.

— Но отец, не скажется ли это… — начала заготовленную речь Тсунаде, но её прервало покачивание пальца родителя.

— Давай ты не будешь делать вид, что чем-то обеспокоена, и просто признаешься , что волнуешься о своём ученике — Дэйчи, — строго сказал он и глубоко вздохнул. — Я правда благодарен ему за то, что он помог Наваки, и сочувствую, что ему довелось попасть в такую ситуацию. Но как глава клана не могу позволить себе испортить отношения с другими кланами из-за, по сути, безродного мальчика.

— Он мой ученик! — зло буркнула девушка.

— Неофициальный, прошу заметить! Ты не понимаешь всей серьёзности ситуации, дочь. На его защиту встал союз кланов. А также Хокаге, судя по тому, что он вообще присутствовал на допросе. Ты же не думаешь, что он лично участвует в подобных делах!? Мы не можем просто так опекать его, это поставит нас против всех заинтересованных сторон.

— Я поняла, — сжав кулаки процедила будущая легенда.

— Видимо - нет! — устало и сердито вздохнул отец. — Мы не можем влезать в это без прямой выгоды. И эта выгода должна быть очень большой. Вот ты говоришь, что он вырастет сильным ирьёнином, так?

— Потенциально S-ранга, — кивнула Тсунаде.

— Вот! — поднял палец глава, — Если бы мы могли переманить его в клан, то это могло бы компенсировать всю ту бурю, что придётся вынести. И то не факт. Кстати, а у него ещё нет невесты? Может его получится подцепить на какую-нибудь красивую девочку через годика два-три?

Чего не ожидал глава клана, так это того, что его дочь разразится заливистым хохотом.

Несколько минут спустя, когда её отпустил внезапный приступ неудержимого смеха, Тсунаде наконец взяла себя в руки.

— Кажется, теперь ты не понимаешь, папа. Я же рассказывала, что Дэйчи-кун может влиять на эмоции. В первую очередь на свои. Через два-три года под наставничеством Данзо он сможет и сам крутить этой девочкой, как ему заблагорассудится.

То, что её ученик ещё и мстительный, она решила оставить при себе. Его последний диалог с Наваки ясно это показал. При необходимости до девочки-соклановца она всю информацию аккуратно доведёт. Но лучше не допустить такого вообще и рассказать матери. Она сможет повлиять на отца при случае.

— Кхм. Пожалуй, опустим эту возможность, — кашлянул мужчина в кулак.

— Ладно. Я всё поняла, отец. Спасибо, что уделил мне время, — произнесла девушка, встала и вышла из кабинета.

Сенджу Хисока только вздохнул. Темперамент дочери мешал ей смотреть на мир трезво. Один лишь факт общения Дэйчи с Наваки и Тсунаде давали ему неплохую защиту. Ведь ссориться с кем-то из будущих глав клана Сенджу было себе дороже. Может, если Тсу-чан наконец изучит технику ученика, она сможет взглянуть на ситуацию его глазами?

***

С постели я поднялся, спустя пять минут после ухода наставницы. Она применила технику, чтобы меня усыпить. Вот только второй поток всё ещё не был развеян, так что он перехватил контроль над телом.

Несколько минут ушло на то, чтобы разбудить основное сознание. Судя по всему, в состоянии отключки эмоции гасятся сами собой, и дополнительное сознание их тоже не испытывает. Любопытно. В прошлый раз я не успел это обдумать как следует. Но теперь у меня есть время.

В результате я пришёл к заключению, что для второго потока доступны ощущения тела, в котором он находится. Если мозг не активен или находится в состоянии сна, то он практически не реагирует на происходящее вокруг.

Это привело меня к другому вопросу: откуда берутся эмоции у теневых клонов? Однако мне пришлось отложить его. Меня ждали тренировки и запланированные исследования. Время от времени Нара приносили мне новые семена для выращивания.

Ко всему прочему еще и Яманака начали растить свои цветы в наших теплицах. Шинджи-оджисану даже пришлось вступить в ожесточённые (бухал, как скотина) переговоры с ними по этому поводу. В результате скоро будет открыта новая теплица на деньги мозголомов.

Я не забывал о своей прибыли и получил неплохой доход. Конечно, он тут же был направлен в казну нашего клана. Но отец обещал, что при необходимости выделит нужную сумму на мои нужды. Зная его как опытного дипломата, я был уверен: если он что-то пообещал, то обязательно выполнит.

Я встряхнул головой и вернулся мыслями к основной задаче. Недавно мне передали новые семена для выращивания. И как раз сейчас можно собрать первый урожай. Меня не отпускала надежда, что рано или поздно в моих руках окажутся растения из которых Акимичи делают свои пилюли.

Я не забыл ту операцию над «иссохшим» толстяком. Его плоть я исследовал вдоль и поперёк. Нашёл множество нужных соединений. Но так и не смог понять, как их пилюли позволяют превращать жир в чакру и эффективно поглощать её.

Сначала я думал, что солдатские таблетки имеют схожее действие. Но нет. Те просто улучшают обмен веществ и благодаря этому ускоряется выработка чакры.

Наконец добравшись до теплиц, я подошёл к новым растениям и сорвал одно из них. Казалось бы, можно взять и росток — ничего не изменится. Но хрен там. Пока растение не созрело до конца, оно может обладать совершенно иными свойствами — уже обжегся на этом.

Рука над стеблем загорелась зелёным. Несколько секунд, и да! Некоторые из его микроэлементов оказались крайне знакомыми. Нужна проверка, а потому я извлёк из нарукавников плоть Акимичи и быстро сравнил внутренний состав. Всё верно. Я поспешил снова убрать большую часть образцов в печати. С каждым разом они портятся всё сильнее — это неизбежность.

Стоп! Да с чего бы?! Я огляделся. Последние события сделали меня параноиком. Создал теневого клона и передал ему наручи, предварительно вытащив блокнот с записями. Он взял их без слов и стремглав рванул в лабораторию.

А я поспешил записать данные об исследованных образцах. Пока не понятно, приведёт ли это меня к разгадке секрета. Но то, что приблизит к нему — совершенно точно.

Ещё полчаса ушло на перепроверку. То и дело я уточнял наличие тех или иных элементов в тканях, пусть и в виде следов, и всё больше и больше убеждался, что это растение — ключ к как минимум одному процессу. Либо превращению жира в чакру, либо поглощению чакры.

Когда я закончил вести записи, убрал блокнот и выпил чаю, вернулся взбудораженный клон. Не говоря ни слова, он по полу протянул нить и подключился. В меня хлынул поток его свежих воспоминаний. Самое главное было в том, что техника регенерации жизненной силы сумела восстановить плоть акимичи.

А кроме того, создать ещё небольшой участок новой. Правда, он был без примесей, но как образец вполне сойдёт.

Тут мне в голову пришла идея: стоит собрать образцы тканей разных кланов. Не нужно даже много. Буквально по чуть-чуть. Так, чтобы было невозможно обнаружить. Тут волосинка, там ноготок, никаких капель крови или кусков плоти, Рикудо упаси. Не хватало ещё забрать лавры Орочимару.

«В первую очередь начну с Наваки, Саюри и Тсунаде», — начал планировать я, но прервал себя.

У меня и так дел выше крыши. Учёба у сенсеев. Работа в госпитале. Отработка техники мёртвой души, — пока она вообще не выходит, труп только начинает слегка подёргивать конечностями. Углубление в лечебную регенерацию. Тренировки тайдзюцу и контроля чакры, которые я не забрасываю. Отработка уже известных мне техник. Моя техника контроля гормонов. Теплицы. Таблетки Акимичи. Суна. Долбаное политическое болото. Голова кругом!

С каждым пунктом мне становилось всё печальнее. Даже с клонами заняться всем и сразу не получается. А кроме того, я буду вынужден ходить на миссии, первая уже завтра. В это время точно всё встанет на паузу.

Я сел на стул и взялся за голову. Нужно срочно установить приоритеты и составить новый график работы. Иначе я точно ничего не успею, вдобавок ещё и свихнуться могу.

Остаток времени, до глубокого вечера, я провёл, решая именно эту эту задачу. И только добравшись до кровати, я позволил себе осмыслить начало сегодняшнего дня.

Теперь нужно внимательно следить за реакцией окружения. Что-нибудь придумать с Учихами. И кознями Данзо. Когда эмоции поутихли, я осознал одну интересную вещь. Я больше не боюсь Данзо, вернее, боюсь, но не панически. Прямо сейчас я на него крайне зол.

***

Следующим утром без десяти восемь мы стояли у ворот. Сенсей появился минута в минуту. Коротко кивнул, приветствуя, на мгновение задержался, глядя на нас и пошёл к охранникам оформлять документы. Подождав еще чуть-чуть, мы в полном молчании вышли за пределы деревни.

— Сенсей, какое у нас задание? — спросил Наваки, по прошествии получаса.

— Вы должны были уточнить это ещё на выходе, — Данзо остановился и повернулся к нам. — В следующий раз не забудьте. Если информация секретна, сенсей должен об этом сообщить.

— А разве генинов разрешено брать на секретные задания? — удивилась Саюри, а я чётко припомнил, что это буквально запрещено. Уровень допуска не тот.

— Вы наконец начали соображать, — кивнул наставник. — Всё верно. Сенсей, не может брать генинов на секретные миссии и должен сообщить о цели задания. Почему вы не подняли этот вопрос сразу?

— Но, сенсей. Мы думали, что вы, как… Что у вас могут быть свои планы, — развёл руками Наваки.

— Нет, — коротко ответил тот. — Это будет вам уроком. Если бы в моём облике был враг, вы бы уже были пленены или убиты. Правила написаны не просто так. Я ожидал, что хотя бы ты, Нара-сан, будешь это знать.

От лиц Наваки и Саюри можно было прикуривать. Да и я чувствовал себя не в своей тарелке, хотя по моему виду не скажешь. Так опростоволосится — это надо уметь!

— Надеюсь, вы всё поняли. Скоро мы отправимся на тренировку на месяц. Там вы всё это закрепите как следует, — прерывая тишину, продолжил Данзо. — Наша миссия заключается в ликвидации лагеря бандитов расположенных неподалеку от одного из городов страны Огня.

— Сенсей, — пересохшими губами спросила Саюри, — а почему миссия до тренировки?

— Сначала нужно вас проверить в реальном деле. Я не хочу тратить время на балласт, если он не способен выполнить простейшую миссию.

Даже сквозь свою технику я осознал, что злюсь на этого… человека. Рядом со мной, гневно сопя, сжимал кулаки Наваки. Саюри тоже выглядела сердитой.

— Приберегите злость для бандитов, — хмыкнул сенсей.

Я готов был поклясться, что увидел, как на его губах мелькнула улыбка.

***

После небольшого, но необходимого урока, благодаря которому генины усвоили, что расслабляться никогда не следует, Данзо повёл свою команду дальше.

Дети молча злились, но пытались всячески скрыть это. Сцена обучения напомнила ему о том, как он сам, будучи в их ранге, получал нагоняй от наставника. Перестраиваться тогда было тяжелее. Он-то, в отличие от этих детей, уже имел опыт работы в группе в составе клана. Только в деревне были другие порядки.

Глава 8

Некоторое время сенсей задавал темп. Скорость была небольшой, и я даже успел насладиться видами. Что ни говори, а я рад, что родился именно в стране Огня. Зелень вокруг отлично снимала напряжение, и я поймал себя на том, что нахожусь в полумедитативном состоянии и улыбаюсь. Тем не менее, бдительности я не терял. Заметив краем глаза резкое движение наставника, я мгновенно пригнулся, и над самой головой просвистел камешек.

— Нара-сан, ты задаешь темп, — кивнув в мою сторону приказал Данзо. — Я замыкаю строй. Движемся по прямой. Если понадобится свернуть, я скажу.

— Да, сенсей, — кивнула подруга.

— Почему вы зовёте нас по клановому имени, Данзо-сенсей? — внезапно спросил Наваки, злость которого уже прошла, и он вновь превратился в болтуна, которому невыносима тишина.

— Мы не настолько близки, чтобы я вас так называл, — уклончиво ответил он.

А я вспомнил, как после воздействия на него моей техники он назвал меня по имени. Упоминать об этом я не стал. А ещё сделал зарубку на память узнать, что я могу рассказать своим друзьям о вчерашнем. Сегодня они уже спрашивали меня об этом. Мне пришлось дать им понять, что пока не могу удовлетворить их любопытство.

Тем временем Нара ускорила темп, выбрав самый приемлемый для себя. Мы с Наваки просто держались позади и следовали за ней..

— Сенсей, мне отправить клона на разведку? — уточнил я спустя ещё пару часов пути.

Ответ пришел не сразу. Он бросил внимательный взгляд на небо и явно что-то прикинув в уме произнёс:

— Твой клон пойдёт с моим. Найдут место для стоянки.

Не сбавляя скорости, мы создали по двойнику, после чего те, резко ускорившись, скрылись в листве.

А спустя тридцать минут воспоминания клона вернулись ко мне. Двойник сенсея всё это время обучал моего техникам скрытого передвижения и особенностям разведки. Черт, я от него узнал больше, чем за всё время в академии!

Он указывал на следы зверей и особенности местности. Рассказал о том, как подобрать точку для слежки и как выбрать место для отдыха, одновременно скрытое и дающее неплохой обзор. За его плечами явно огромный опыт.

Интересно, достигну ли я такого же мастерства в его возрасте?..

«А сколько ему лет?» — внезапно промелькнула мысль.

Так, нужно прикинуть. Кажется, он старше Акиры лет на пять. Ему должно быть около тридцати пяти. Очень серьезный возраст для шиноби. Буквально пик мощи. И он должен ещё лет пять-семь быть на пике. По спине побежали мурашки. То есть сейчас он даже сильнее, чем в каноне, пусть и менее опытный.

Поймав устремлённый на меня взгляд сенсея, я спохватился. Он ничего не сказал о месте, куда нам надо направляться для отдыха. А лишь молчал всё время и наблюдал за нами.

— Саюри, тут неподалёку в получасе движения есть хорошее место для отдыха.

— Поняла. Веди, — коротко бросила девочка, сберегая дыхание.

Я припомнил правила, понял, что она права, и выдвинулся вперёд. Девочка заняла моё место в строю. Наставник всё ещё молчал.

Сохранив прошлый темп движения, я немного подкорректировал курс, и мы продолжили движение.

Спустя тридцать минут мы оказались на нужной полянке. И стали располагаться.

— Твоя работа? — спросил сенсей, после того как отправил клона в караул.

— Вы о чём, сенсей? — спросил я сбитый с толку.

— О выносливости Нара-сан. Насколько я помню, она не показывала такого результата при нашем знакомстве. И я сомневаюсь, что даже тренировки Дай-сана, — при произнесении этого имени он сделал небольшую паузу, — позволили ей вырасти настолько быстро.

Кажется, зелёный зверь произвел на наставника неизгладимое впечатление.

— Да, сенсей, — ответил я. — Я помогал её мышцам восстанавливаться с помощью техник.

— А для восстановления мышц нужна специальная техника? — удивился Сенджу, который уже с наслаждением уплетал паёк.

— Есть, но тебе не стоит об этом беспокоиться, у тебя регенерация просто чудовищная, — ответил я.

— А я и не знала, — вдруг раздался голос Саюри. — Спасибо.

— Не за что, — улыбнулся я и принялся за поглощение своего рациона.

После перекуса мы продолжили путь тем же строем. Но в этот раз на разведку пошёл клон Наваки. Уже вечером, когда мы остановились на ночлег, он громким шёпотом рассказывал, чему его учил сенсей. Наконец-то смог выговориться.

Данзо сидел рядом и делал вид, что ему всё равно, но моего друга его присутствие совершенно не смущало.

Первая половина следующего дня не отличалась от предыдущего, но вместо отдыха мы остановились на небольшой полянке.

— Быстро восстановите силы. Мы недалеко от нашей цели.

Не став спорить, мы быстро сжевали пайки и спустя несколько минут были готовы выступать.

— Лагерь в десяти минутах бега от нас. Ваша задача — зачистить всех бандитов. Я контролирую. Нара-сан, вы руководите.

— Да! — слегка дрогнувшим голосом произнесла девочка.

Она тряхнула головой и сосредоточилась, отбросив ненужные мысли.

— Построение то же. Выдвигаемся. Как обнаружим лагерь, проведем разведку и составим детальный план.

В тревожной тишине мы двинулись в путь. Наставник не ошибся. Десять минут спустя мы оказались у края поляны, прячась в кронах деревьев. А на ней расположилась искомая банда.

Только вот мы совершенно не ожидали увидеть, что к дереву на другом краю привязаны четверо человек, в том числе один ребенок лет пяти. А ещё двух женщин насилуют разбойники прямо на траве, пиная их ногами, когда те пытались сопротивляться. Отбросов это лишь еще больше заводило. Шайка приблизительно из десяти отморозков громко хохоча, бросали советы «счастливчикам».

При виде этой мерзкой картины меня охватила злость. Пришлось полностью гасить эмоции, чтобы не наломать дров. Что уж говорить о товарищах.

— Я их всех убью! — яростно рыкнул Наваки, умудрившись на крохах самообладания сделать это шепотом.

— Окружаем их. Дэйчи, сможешь защитить заложников? — сосредоточенно и зло спросила Саюри.

Я молча создал двух клонов. И, дождавшись кивка девочки, мы с ними рванули по деревьям туда, где находились пленные, обходя справа.

Наваки отправился в противоположном направлении. Но, не сдержавшись, на пол пути выскочил на поляну и сложил несколько печатей. Каменные пули полетели в расслабленных бандитов, выкосив сразу троих.

В лагере началась паника, я поднажал, вынув кунаи и швыряя их в насильников, которые вскочили с бедных женщин. Один из них даже хотел прирезать свою жертву. Но метательное оружие эффективно его остановило. С ножом в глазу сложно кого-то убить.

Мой клон быстро переместился к пленницам и, подхватив их, поспешил убраться подальше. Второй отправился освобождать связанных заложников.

Я, не теряя времени, переместился к ближайшим уродам и стал безжалостно рубить их нитями. Обычные люди были бессильны сопротивляться этому, и вскоре вокруг меня лежало трое изрубленных в фарш трупов. Кости я прорубить не смог, но как-то существенно на исход это не повлияло.

За это время Наваки, покрыв руки каменной броней, убил ещё двоих и дробил голову очередному бандиту. В его глазах была злость и сосредоточенность.

Оставшихся двоих поймала Саюри и хладнокровно убила кунаями. Её лицо ничего не выражало, но судя по бледности далось ей это не слишком просто.

Не прошло и минуты, как поляна превратилась в место жуткой бойни из какого-нибудь фильма ужасов. Повсюду лежали окровавленные тела или части тел. От опорожнившихся трупов поднималась вонь.

Кровь была повсюду. Сам я был полностью покрыт ей, как и Наваки. Чистой оставалась только Саюри. Она не вступала в ближний бой.

На поляну вышел сенсей.

— Я займусь пленными. Фукудзава-сан, Сенджу-сан, возьмите воду из запасов цели и умойтесь. Нара-сан, вы в карауле, — отдал приказы он.

Только у Саюри были другие планы. Её вдруг стошнило на траву, что добавило свой штрих к и без того кошмарной картине.

Но стоит отдать ей должное, она тут же взяла себя в руки:

— Есть!

Мы отошли к припасам бывшей банды, достали бурдюки с водой и принялись приводить себя в порядок.

— Саюри-чан, ты как? — спросил обеспокоенный Наваки, пока я умывался.

— Нормально. Я просто не ожидала, что вы устроите кровавую баню. Неужели нельзя было аккуратнее? — спросила она тем не менее без претензии.

— Извини. Я использовал самые действенные техники. Не подумал, что это чрезмерно, — сказал я.

Наваки только поддакнул. И тоже стал умываться.

— Как вы держитесь? — спросила девочка после минуты молчания.

Она стояла, потирая ладони, словно они мёрзли, хотя погода была очень теплой.

— Я бы убил этих уродов ещё раз, — прорычал друг, сжимая кулаки.

— В первый раз мне было так же плохо, как тебе. Сейчас полегче. Да и я использовал свою технику, — пожал я плечами.

Даже после отмены контроля я не чувствовал себя плохо. К расчлененке я привык в госпитале. А после увиденного о смерти отбросов и вовсе не жалел.

Смыв с себя кровь, насколько это было возможно, мы отправились на край поляны, где было чисто, и стали ожидать сенсея.

Он объявился через несколько минут, за ним несмело шли недавние пленники. Женщины шли позади всех. На них уже были наброшены какие-то лохмотья. Это хоть как-то прикрывало их наготу.

Выглядели они ужасно. В их потухших и полных страдания глазах страх смешался с тоской, болью и чувством безысходности. Та, что выглядела постарше, ещё находила в себе силы держаться , а другая шла совершенно механически, точно сломленная. При взгляде на неё меня не покидало ощущение, что вскоре она наложит на себя руки.

— Нам надо сопроводить этих людей до города, — произнёс сенсей. — Мы сделаем небольшой крюк, чтобы вы смогли привести себя в порядок.

Это было неожиданно. Я принялся внимательно их осматривать. Теперь, когда они были вблизи, мне кое-что бросилось в глаза. Даже под слоем грязи и крови было видно, что одежда была совсем недёшевой: тончайший шёлк, идеально ровные швы и отделка из редкого кружева.

Мы с Наваки предложили им медицинскую помощь. Отказываться никто не стал, но и разговаривать с нами желания не проявлял. На все процедуры ушло минут десять. Несмотря на внешний вид, пострадали они не сильно. Больше всего мы провозились с женщинами. Во многом потому, что они нас банально боялись.

После лечения мы практически сразу же отправились в путь. Вот только двигались мы крайне медленно. Со скоростью обычного человека. К сожалению, лошадей у разбойников не оказалось.

Шли молча. К двум часам наконец добрались до реки, где смогли хорошо отмыться и переодеться в запасные вещи. Теперь мы снова стали похожи на нормальных ниндзя, а не на каких-то мясников.

О чем-то спросив старшего мужчину, Данзо приказал двигаться в путь. И ближе к ночи перед нами предстали врата города. Нас уже ожидали несколько хорошо вооруженных мужчин, которые, едва увидев нас, тут же бросились к пленникам.

— Шиноби Листа. От имени клана благодарю вас за спасение моей семьи! — уважительно и серьёзно произнёс бородатый крупный брюнет в дорогой одежде. Вокруг него было двое вооруженных катанами телохранителей. — Я приглашаю вас заночевать в моём поместье и как следует отдохнуть.

— Простите, Фуюка-сан, мы не можем принять ваше приглашение. Мы выбились из графика и должны поспешить, — слегка поклонился сенсей.

— Понимаю, Данзо-сама, — улыбнулся мужчина, но улыбка не добралась до его глаз. — Тогда позвольте вручить вам это в качестве благодарности и заверить, что вам всегда будут здесь рады, — он протянул туго набитый кошель.

Сенсей с ещё одним поклоном принял награду и, заверив, что не забудет их гостеприимства, поспешил откланяться. Вслед за ним отправились и мы.

После нескольких часов передвижения черепашьим темпом вновь двигаться на нормальной скорости было словно глоток свежего воздуха. Чувство скорости и свободы словно позволяло сбросить груз от недавней картины. И, судя по лицам друзей, так считал не я один.

Сенсей привел нас в то же место, где мы перекусывали перед миссией.

— Вы действовали не слишком эффективно. А ты, Сенджу-сан, и вовсе слишком рано бросился в бой, — глаза наставника буравили Наваки, но тот хмуро смотрел в ответ не отводя взгляд. Секунду спустя Данзо кивнул и продолжил: — Тем не менее миссию вы выполнили. Поздравляю. Сейчас спать. Завтра нам надо быть в деревне. Разбор ваших ошибок проведем там. Я буду в карауле.

«И вот как его понять? Он доволен нами или нет?» — в моей гудящей от усталости голове проскользнула мысль..

Как бы то ни было, я достал свой спальник и принялся обустраиваться на ночлег. Друзья поступили также.

— Нара-сан, пойдём со мной, — внезапно услышали мы голос Данзо.

Девочка вздрогнула, но кивнула, и они отошли.

О чем они говорили мы не слышали, но вернулась она задумчивой, и выглядела более собранной.

***

Данзо сидел на ветке над спящими генинами. Его клоны патрулировали окрестности. Его чутьё молчало, не предвещая неприятностей. Тем не менее осторожность, вбитая в подкорку, не давала полностью расслабиться и он внимательно и чутко следил за окрестностями.

Он думал о своей команде и вспоминал себя в их годы. Некоторые вещи им стоит исправить, но тем не менее дети показали себя хорошо. Можно было лучше, быстрее, эффективнее… Но для этого им нужен опыт. И осознание своих сил.

Шиноби хмыкнул. Он видел со стороны, как его генины на скорости, которой могли бы гордиться и чунины, расправились с целой бандой. Быстро, хладнокровно и в целом эффективно. Заложники спасены, отбросы ликвидированы, цель выполнена.

С девочкой, конечно, пришлось провести беседу. Он слегка нахмурился. Но клановое воспитание и понимание сути жизни шиноби с рождения сыграли свою роль в её восприятии действительности.

Что ж, с таким материалом он мог работать. Эти дети под его руководством станут сильными защитниками своей деревни, в этом он не сомневался.

А вот со своими агентами будет необходимо провести беседу. Когда ему доложили, что банда собирается напасть на, каких-то путников они не упомянули, что этими путниками была семья владельца игорного бизнеса и сети борделей Шукубы.

***

Утром сенсей приказал быстро собраться, и мы выдвинулись в путь. На этот раз он сам задавал темп, очевидно определив комфортную для нас скорость, и весь путь мы пробежали без остановок. Таким образом, уже к вечеру мы подошли к воротам своей деревни.

Глава 9

— Отчёт я сдам сам. Вы можете быть свободны. Завтра утром жду вас на площадке, — произнёс наставник и, кивнув нам, растворился в вихре листьев.

— Мне не показалось? Данзо-сенсей действительно с нами попрощался? — удивленный голос Саюри прервал тишину спустя десяток секунд.

— Не показалось, — протянул я, пытаясь понять, что же изменилось.

— Я думаю, он просто хотел убедиться , что мы чего-то стоим, — непривычно серьезно сказал Наваки. — Сестра мне рассказывала, что сенсей не терпит некомпетентность.

— Он и сам нам об этом говорил, разве нет? — вспомнил я нашу первую встречу с наставником.

— Ну, сказать-то каждый может, а за него говорит репутация, — с умным видом поднял палец друг.

— Слишком умная мысль для того, кто даже не может дождаться сигнала, — вдруг вспылила Нара и ткнула пальцем в грудь Сенджу.

Вот только его так просто было не смутить, и он в ответ выпалил:

— А что мне надо было делать? Ждать, пока бандиты будут и дальше издеваться над женщинами?! И к тому же ты не говорила, какой будет сигнал!

Я решил вмешаться и не дать разгореться спору. Девочка уже набрала воздуха в грудь и была готова ответить, но, я быстро произнёс:

— Давайте не будем спорить. Даже сенсей не стал заострять на этом внимание. Лучше дождемся того, что он нам скажет завтра.

— Хорошо! — сдувшись, ответила сквозь зубы девочка. — Ладно. Но я все равно считаю, что он был неправ!

Произнеся это, она развернулась и пошла одна в сторону квартала. Мы с недоумевающим Наваки остались стоять на месте.

— Да что с ней такое? У нее что… — начал возмущаться друг, но я его остановил, положив руку на плечо.

— Не надо это произносить. Не стоит. Особенно если это то, о чем я думаю.

И в подтверждение моих слов девочка обернулась и бросила на друга гневный взгляд.

— Пойдём, я уже хочу домой. Как следует принять ванну и поесть, — тряхнул головой тот и мы наконец двинулись.

Весь путь до поворота, где мы должны были разойтись, Наваки не произнёс ни слова. Мне тоже было о чём подумать, поэтому и я молчал.

В памяти всплыла картина боя. Вернее, то была настоящая бойня или даже казнь. Простые бандиты не могли нам никак противостоять. Вообще. Я-то привык сражаться с шиноби, потому планировал отвлечь противника нитями, а затем, используя дополнительные конечности, собирался вступить в ближний бой.

И было совершенно неожиданно, что нити будут настолько эффективно рубить их плоть. Пусть даже я не контролировал технику, как обычно медики контролируют скальпели, когда можно прорезать мышцы, не затронув кожу.

Теперь я уверен, что можно было сработать и проще.

— Дэйчи, — внезапно позвал меня Наваки. — Ты думаешь, это из-за убийства?

Я несколько раз моргнул, пока пытался понять, о чём он говорит.

— Думаю, да, — наконец сообразил я. — Кажется, она ещё не видела трупов. Тем более в таком количестве.

— Я завтра извинюсь перед ней. Просто я… — он развёл руками. Видимо, не смог подобрать слов.

— Ты её понял? — уточнил я.

Он кивнул и вздохнул. После чего мы попрощались и разошлись. Но не раньше, чем я передал привет Тсунаде.

Путь домой много времени не занял, и вскоре я уже пересекал порог ставшего родным дома.

Матушка возилась с братишкой. Его готовили в преемники отцу, и она восприняла эту задачу очень серьезно. А как иначе, ведь в будущем от его решений будет зависеть судьба целого клана.

Меня на эту должность не рассматривали. В том числе и потому, что я не изъявлял никакого желания. Но, конечно, свою роль сыграли и моё становление шиноби, и то, что меня втянули в политические игры.

Отец решил не юлить и прямо мне об этом поведал. И не сказать, чтобы я был этим недоволен. Наоборот. Представив, сколько мне предстояло бы учить сверх того, что я уже изучаю,, я натурально выпал в осадок.

Поздоровавшись с семьёй, я тут же уточнил про ужин. Как бы я не смеялся над Наваки за его аппетит, но и сам ел за двоих, обогнав отца по количеству съедаемого за раз.

Рассказывать в подробностях о миссии родным я не стал. Но и того, что цель была известна, маме хватило, чтобы сделать правильные выводы. Она молча села и обняла меня.

Странный мир и странные люди. Их ребенок в десять лет вырезал целую банду. А они так просто принимают эту ситуацию. Не то чтобы я их в чем-либо винил. Такие времена, ничего не поделаешь.

После ужина я решил отправиться на полигон, чтобы немного потренироваться. Но прежде мне стоило позаботиться ещё кое о чём.

О том, чтобы оставить клона в лаборатории на время задания, не могло идти и речи. Не дай Рикудо, память вернётся, когда я буду в бою!

Но сейчас совершенно иное дело. Я сложил нужную печать, и рядом образовались двое доппелей. Один отправился в лабораторию, чтобы продолжить исследование растений, а второй побежал в госпиталь. Несколько часов можно было уделить отработке новой техники.

Ну а завершив все дела, я наконец-то добрался до своей теплой и уютной постели. Лишь в тот миг я полностью осознал, что вернулся домой.

***

На следующее утро мы все встретились на подходе к полигону. Наваки, как и обещал, сразу попросил у Саюри прощения. Девочка немного побуравила его взглядом, но всё же приняла извинения. При этом не забыв потребовать от Наваки не поступать больше так опрометчиво.

Что-то мне подсказывало, что с ней кто-то провёл воспитательную беседу в клане. Обычно она остывала несколько дольше, если случай был серьёзным.

А ровно в восемь утра на полигоне появился сенсей и, кивнув нам, принялся нас песочить:

— Итак, генины, миссию вы выполнили. И основную цель, и второстепенную.

— Второстепенную? — воскликнул Наваки. — Это были живые люди!

— Второстепенную! — подчеркивая голосом каждый слог, повторил Данзо, затыкая его одним взглядом. — Никто не мешал им нанять охрану. Даже простые наёмники смогли бы отразить нападение тех отбросов. Отец твоего товарища, — он коротко кивнул в мою сторону, — никогда не пренебрегал охраной, и это неоднократно спасало его жизнь и кошелёк.

— Но это же люди! — возопил Сенджу.

— Тебя плохо учили в клане? — спросил наставник, а затем добавил, словно про себя: — Пожалуй, стоит уточнить у Тсунаде-сан этот вопрос.

Наваки это неслабо задело, судя по его сопению. Но спорить он всё же прекратил. Учитель продолжил:

— Ты вроде хотел стать Хокаге? Лидер деревни должен заранее видеть предпосылки. Просто чтобы его не смогли обмануть. Так вся деревня не пострадала. Вот скажи, почему те заложники были без охраны?

— Может, у них была охрана, но её всю убили? — выпалил друг.

Саюри на это только головой покачала и прижала ладонь к лицу.

— Тебе есть что сказать, Нара-сан?

— На бандитах не было следов схватки. Если бы была охрана, то они бы просто так не отделались. Обычно нанимают около четырёх охранников для защиты такого количества людей. А для того чтобы напасть из засады, у бандитов был лишь один арбалет. И то ржавый. Так что еще трое хорошо вооруженных охранников сумели бы, хотя бы ранить и убить нескольких нападавших, — выпрямившись четко изложила свою позицию она.

Данзо кивнул, показывая, что она права, и перевёл взгляд на меня.

— Что ты можешь сказать?

— Я думаю, что они отправились без охраны, потому что думали, что им в окрестностях города ничего не угрожает. Судя по тому, как нас встречали, они все принадлежат к влиятельным семьям. Вот и посчитали себя неуязвимыми на своей территории. А бандиты, вероятно, не местные и не стали разбираться, кто перед ними.

— Вы оба практически правы. Все эти люди принадлежат к семье Фуюка. Они держат сеть казино и борделей в том городе.

— Фу! — в унисон произнесли Саюри с Наваки.

Наставник их полностью проигнорировал.

— Те мужчины — сборщики задолженности. А женщины входят в главную семью. Та, что помоложе, — племянница главы. И, если я не ошибаюсь, они отправились с ними под предлогом проверки работы коллекторов, да ещё и по глупости младшую сестру племянницы прихватили с собой.

— А зачем они с ними поехали? Неужели это так интересно? — почесал голову друг.

У меня закралась мысль-предположение о причине такой поездки. Но Саюри меня опередила:

— Да потому, что у них интрижка с коллекторами, дубина!

— Эй! Я не дубина. Просто я не думаю о такой ерунде! А что теперь с ними будет, учитель? Им окажут помощь? Те женщины выглядели, словно уже не живые, — поинтересовался вдруг Сенджу.

А у меня закралось нехорошее предчувствие. И сенсей не стал его развеивать.

— Ну как сказать… Скорее всего, мужчин казнят. Женщины отправятся работать в бордель. И только ребенку помогут это пережить и, вероятно, станут воспитывать ещё строже, — хмыкнул он.

— То есть всё было зря? Зачем мы вообще их спасали? — шокированно крикнул Наваки.

— Ещё недавно ты так горел желанием их спасти, что напал без приказа! Что изменилось сейчас? Стоило только узнать, что все твои действия были напрасны, как ты тут же сдаешься? — жестко припечатал Данзо.

— Я не… — начал оправдываться друг.

Но Данзо его прервал:

— Потом придумаешь оправдания. А сейчас скажи мне, почему ты не дождался сигнала?

— Мы не согласовали сигнал. И я решил, что сам его подам таким образом. К тому же Дэйчи уже находился недалеко от заложников.

Я даже немного удивился, что он действительно обратил внимание на мое положение. Мне казалось, что в тот раз у него напрочь слетели тормоза.

Данзо кивнул и повернулся к Саюри.

— Почему ты не согласовала сигнал?

— Я думала, что все его знают. Нас в клане постоянно учили работать по сигналу. Я… Я посчитала, что Наваки и Дэйчи его тоже знают, так как привыкла к нему.

Снова кивок, и взгляд сенсея переключается на меня.

— Скажи, зачем ты полез в ближний бой?

— Я привык сражаться с шиноби в ближнем бою, поэтому применил стандартную тактику в случае, когда противник примерно моего уровня. Я планировал отвлечь их и одолеть с помощью трансформации в тайдзюцу, но не ожидал, что они не смогут ничего противопоставить нитям, — сформулировал я то, о чём думал вчера.

Еще один кивок.

— Каждый из вас совершил одну или несколько ошибок. Один бездумно ринулся в бой. Другой решил, что все должны знать то, что знает он. Третий попросту не сумел осознать реальную разницу в силах, — перечислил сенсей, поочередно глядя на каждого из нас. Убедившись, что сообщение получено, он продолжил: — Как я уже сказал, миссию вы выполнили. Остальное — дело опыта. На его получении мы и сосредоточимся в ближайшее время.

Так начались две недели интенсивных тренировок. Данзо-сенсей сделал выводы об эффективности тренировок Майто Дая и вновь заручился его помощью в нашем обучении. Только на этот раз внимательно следил, чтобы энтузиазм парня не выходил за рамки положенного.

На этот раз мы не только занимались тайдзюцу, но и стали прорабатывать тактические сценарии и стратегии. Этим наставник озаботился лично, и, стоит сказать, мозги скрипели даже у Нара.

Что уж говорить о Наваки. Сенсей обратил на него особое внимание. Он то и дело давал ему различные задания со сложным выбором: спасти заложника или выполнить миссию. Бросить товарищей, но доставить или спасти секретные сведения или же броситься в бой с высокими шансами на поражение.

В общем, идеализм Сенджу сенсей воспринял как личного врага и безжалостно старался его искоренить в нём. Но Наваки не был бы собой, если бы его так просто можно было переубедить. Так что сражение обещало быть затяжным и красочным.

Для Саюри наставник нашел учителя по гендзюцу, и теперь она упорно грызла этот камень. И даже вполне успешно. Я, спросив разрешения у сенсея отправлять клона на урок гендзюцу, всё равно нихрена не мог выполнить ни одной иллюзии нормально.

На меня, как оказалось, у сенсея были свои планы. На второй день тренировок он приказал мне создать теневого клона и отправил его со своим. Три часа спустя я получил букет прекрасных воспоминаний.

Мой клон всё это время проводил в отделе допросов. Следил с помощью мистической ладони за поведением гормонов у наркоманов под дозой. При этом было запрещено их лечить. Только отслеживать и изучать воздействие веществ на мозг.

Честно говоря, я выпал в осадок от такого цинизма. И хотя это помогало мне с развитием и контролем техники, внутренне я злился на сенсея. Как-никак я ирьенин и привык спасать людей, а не ставить над ними опыты.

Отдельно масло в огонь подливало поведение и внешний вид этих людей. Они были грязными, немытыми, вонючими. Но они не обращали на это внимания и либо вымаливали новую дозу, либо валялись в приступе синтетического кайфа.

А я всё это регистрировал. Регистрировал и понимал, что смогу повторить это и без наркоты. Более того, могу снизить чувствительность их нейронов так, чтобы они могли при желании вернуться к нормальной жизни.

По вечерам, когда я давал себе отдых от контроля эмоций, меня накрывала злость. Хотя я понимал мотивы Данзо, всё равно делать подобное было для меня мерзко.

Даже Тсунаде сказала, что сенсей в своём праве. Пока ученикам не наносится прямой вред (спарринги не в счёт), он может обучать нас так, как ему вздумается. К тому же с её точки зрения все эти люди были шпионами и предателями. Так что ей их было не жаль. Что она и постаралась донести до меня.

Сама она даром время не теряла и уже освоила контроль гормонов на том уровне, когда можно работать на себе. И не преминула вновь проехаться по мне за самонадеянность и эксперименты над собой. По её словам, если бы техника не учитывала сразу два аспекта контроля, то я мог легко сойти с ума. А так мне сильно повезло, что техника, хотя скорее метод, разработан так, чтобы эта возможность была предусмотрена.

Вот только у неё всё же был недостаток. И нашла его отнюдь не Тсунаде. Каждый день я занимался наблюдением за действием наркотиков и алкоголя на людей. Что отнюдь не прибавляло мне настроения. И вот на десятый день Данзо планировал провести с нами спарринг, чтобы оценить наш прогресс. Об этом он предупредил нас заранее.

Так что в то утро я был полностью готов к сражению. Создал сразу два дополнительных потока сознания. и приготовил кое-что новое. Решил проверить возможность поднять уровень гормонов, чтобы стать быстрее, сильнее и сосредоточеннее. Казалось бы, что могло пойти не так?

Сначала всё было в порядке. Мы нападали все вместе, сенсей стоял, как скала, омываемая волнами, без каких-либо последствий. Когда наши стратегии исчерпали себя, я решил, что настало нужное время. Поначалу я воздействовал только на тело, оставив разум свободным от действия гормонов, и действительно стал быстрее и сильнее. Не то чтобы это сильно повлияло на ход сражения.

А затем я решил ускорить восприятие. То, что это было ошибкой, я понял лишь на следующий день. Слегка отпустив контроль, я позволил себе окунуться в адреналиновый омут. А вместе с этим я вновь ощутил гнев и страх по отношению к Данзо. Они вызвали новый выброс гормонов, который я уже не контролировал. И я в мгновение ока потерял над собой полный контроль, хотя и помню всё в подробностях.

***

Данзо стоял на площадке, на которой были видны следы разрушений и взрывов. Генины хорошо постарались достать его. В этот раз они работали сообща с самого начала и использовали тактики и уловки вместе с подросшей скоростью. Но теперь он четко знал их предел и спокойно уходил от атак детей. Пройдёт несколько лет, и они действительно смогут стать опасны даже для него.

Вдруг он заметил, что Фукудзава стал быстрее. Незначительно, но это уже выходило за рамки его обычных возможностей. Однако всё ещё недостаточно, чтобы как-то повлиять на исход борьбы. Так что он уже хотел остановить спарринг, как вдруг поляну накрыла мощная жажда убийства, исходящая от Дэйчи.

Сам он стал выглядеть… необычно. Его глаза налились кровью, а кожа стала багряной. Дыхание ни с того ни с сего стало хриплым. Из носа показалась струйка крови. Зубы были плотно сжаты, на лице застыла гримаса ненависти. Ребёнок не отрывал от него взгляда. Данзо был крайне удивлён, обычно его ученик контролирует свои эмоции и никогда их не показывает при нём.

Но долго удивляться не получилось. Внезапно из пальцев всех четырёх рук ребенка выскочили голубоватые нити, те самые, которыми он резал бандитов, и, процедив сквозь зубы неразборчивое: «Убью!!!», тот рванул в атаку.

Глава 10

Совершив молниеносный рывок, Фукудзава сблизился с Данзо и принялся наносить беспорядочные, но яростные удары. Сложность создавали дополнительные конечности и нити, беспорядочно хлещущие со всех сторон. Само по себе это бы не было проблемой для элитного шиноби, если бы было нужно ликвидировать атакующего.

Конечно же, Данзо не собирался убивать ребёнка. Он спокойно и внимательно наблюдал и анализировал действия своего ученика, не пытаясь остановить или обездвижить его.

Дэйчи издал крик ярости и продолжил наседать на сенсея, очевидно, полностью утратив контроль над собой. Он атаковал размашисто, но предсказуемо. Каждый удар сопровождался всполохами чакры, озарявшими его тело.

Внезапно Данзо что-то почувствовал и ушёл заменой, а находившееся на том месте, где он был, бревно разлетелось на части. Не похоже, что это был продуманный ход. Просто часть шквала атак, имеющий большую площадь поражения.

Шиноби прищурился. Десять. Двадцать. Сорок. Никогда ранее ребёнок не использовал такое количество режущих нитей. Похоже, в этом состоянии парень сумел выйти за пределы своих возможностей…

— Что случилось с Дэйчи?! — растерянно спросил Наваки у Саюри. Его глаза были широко раскрыты, по виску стекала капля пота. — Почему он пытается убить сенсея?

Они стояли, не сдвинувшись с места, и с шоком вперемешку со страхом наблюдали за происходящим.

— Я думаю, это из-за его техники. Что-то пошло не так, и она вышла из-под контроля, — предположила та, не отрывая взгляда от происходящего. Её состояние выдавали плотно прикушенная губа и подрагивающие руки. — Я никогда не чувствовала такой жажды убийства.

— Мы должны помочь! — воскликнул Сенджу и бросился к другу.

— Стой! — крикнула Нара и сложила руками печать.

Саюри попыталась применить удержание тенью, но Наваки был слишком быстр, и щупальце тени промахнулось на считаные сантиметры.

Данзо вновь ушёл заменой от нитей и предпринял попытку наложить гендзюцу на ученика. Безрезультатно. Хотя на этот раз шиноби использовал технику значительно сильнее той, что он дал на изучение.

Ребёнок озирался по сторонам в попытках найти свою цель. Наконец найдя её, и, зацепившись нитями о деревья, он буквально выстрелил собой в сторону учителя. Но тот просто ушёл с траектории полёта, и Фукудзава улетел в кусты.

Спустя несколько секунд он уже вновь летел на Данзо в том же безумном манёвре. На этот раз уворот шиноби сопроводил пинком, после которого сразу отпрыгнул от нитей. И тушка берсерка, в которого превратился ученик, получив ускорение, приземлилась на землю площадки.

Путь резко вскочившему Дэйчи преградил Наваки. Его руки были покрыты каменной броней, он держал их ладонями вперёд.

Не обращая на того внимания, Фукудзава бросился мимо Сенджу, а от попытки схватить его резко уклонился, даже не обернувшись, и вновь стал атаковать сенсея. Дэйчи оставался полностью сфокусированным только на нём.

Как раз в этот момент прибыла крайне раздражённая Нара:

— Какого хрена ты полез! Не видишь, что он обезумел?

— Ты ошибаешься! Он не напал на меня. Он нацелился только на сенсея, — выпалил Наваки.

— Не лезь! Я справлюсь сам. Тебе повезло, что Фукудзава-сан не атаковал тебя, — раздался голос сенсея, и его клон спрыгнул с ближайшего дерева.

— Сенсей! Дэйчи нужно остановить, позовите Тсунаде! — воскликнул Наваки.

— Я же сказал, я справлюсь, — холодно взглянул он на ребенка.

— Вы не понимаете. Если это техника Дэйчи, то он может даже умереть от такой дозы гормонов!

Саюри моргнула, прежде чем осознать, что её второй товарищ тоже ирьенин. И действительно может знать об этом больше, чем она и сенсей.

Данзо обернулся и внимательно пригляделся к маленькому берсерку. Он и до этого отмечал его нездоровый вид, но теперь очевидно, что ребёнку становится всё хуже. Из носа непрекращающейся струей течёт кровь, глаза полностью красные, лицо тоже. Дыхание рваное и частое, хотя выносливости ребенку обычно не занимать. И тут Данзо замечает — тело парня трясет.

— Нет времени бежать за помощью, — произнёс он и тут же растворился во вспышке скорости.

Озверевший, но почти обессилевший малец вновь бросился в ярости на свою цель, как вдруг за его спиной внезапно появилась фигура и ударила его ладонью по шее. От такого удара Дэйчи упал, но не потерял сознание. Он попытался резко вскочить, но получилось очень неуклюже, хотя Данзо всё же пришлось отойти. Нити всё ещё были очень опасны.

Когда он поднялся, то даже споткнулся, когда увидел в поле зрения двух Данзо. И пока он решал, кого из них атаковать, вновь получил удар по шее, на этот раз ещё сильнее. Издав нечленораздельный звук, тушка генина наконец упала без чувств.

Вот только радоваться было рано. Внезапно Дэйчи забился в крупных судорогах. Его тело стало выгибаться дугой, обретая крайне неестественные формы.

— О нет! — выкрикнул Сенджу.

Его руки засветились зеленоватым светом, и он бросился к корчащемуся телу друга, не обращая ни на что внимания. Но ещё до того, как успел приблизиться, ужасные судороги начали постепенно спадать. Несколько минут спустя удивлённый Наваки произнёс:

— Я… думаю, что он стабилизирован. — Мальчик так и не смог понять, что было во время лечения, но его не покидало чувство, что Дэйчи ему помогал.

— Он выдержит переноску в госпиталь, Сенджу-сан? — спросил Данзо.

— Да, думаю, да, — кивнул тот. — Но только недолго. Его сердцу сильно досталось.

— За мной!

Шиноби подхватил тело Дэйчи и рванул к госпиталю. Показания Сенджу должны быть полезны врачам.

Саюри и Наваки понеслись вслед за сенсеем. Угнаться за ним они не могли, но пункт назначения они хорошо знали без всяких указаний.

***

Когда Данзо меня вырубил, оба моих дополнительных потока резко перестали чувствовать весь тот накал безумия, что бушевал ранее. Поэтому я, резко всё осознав, затих.

Вот только времени осознать всю ту задницу, в которой я очутился по собственной тупости, у меня не было. Моё тело выгибало дугой. Быстрое обследование показало, что если я прямо сейчас не начну лечение, то гарантированно отправлюсь в мир иной.

И я сразу же принялся за дело. Чакры оставалось немного, в состоянии берсерка я её не жалел совершенно, и теперь опасался, что энергии попросту не хватит на лечение. Но вдруг я почувствовал, как в меня щедрой рекой полилась лечебная чакра моего друга. Её целительные способности были значительно выше, чем у моей, но менее контролируемые.

Спустя несколько минут после оказанной мне помощи судороги прекратились. Но это не означало, что дальше будет легко. Нужно теперь немало времени, чтобы привести себя в порядок и как следует восстановиться. За крайне небольшой промежуток времени, пару минут не более, я умудрился перегрузить весь организм от мышц до мозга.

Я услышал, что мои друзья и сенсей о чём-то говорили, но был слишком занят, чтобы понять, что именно. А затем почувствовал, как моё тело подняли и на высокой скорости куда-то понесли.

***

За то время что я пытался срочно залатать самые критические повреждения, мою бессознательную тушку приволокли в госпиталь. Сенсей быстро и без лишней волокиты потребовал выделить мне палату таким тоном, что спорить никто не посмел.

Правда, в этом не было особого смысла. Когда медсестра в регистратуре поняла, кого будут лечить, она и сама бы все организовала. Профессиональную солидарность и маленький бонус за выбор профессии никто не отменял.

Меня быстро доставили в палату и положили на кровать. Через пару минут в неё ворвались мои сокомандники, а ещё несколько минут спустя, если слух меня не подвёл, примчалась Тсунаде-сан, в сопровождении клона Данзо, и стала диагностировать моё состояние. Пока она меня проверяла я затихарился и не отсвечивал. Итак был вынужден спалиться при Наваки. Вся надежда на его неопытность.

— Состояние Дэйчи-куна стабильное, но потребуется лечение. Я никогда не видела таких повреждений нервной системы, сердца и интоксикации гормонами, — раздался её задумчивый голос, который внезапно превратился в тихий и рассерженный: — Этот идиот сам себя ввел в такое состояние? Что у вас случилось?

— Просто спарринг. В какой-то момент Фукудзава-сан применил какую-то технику, после чего потерял контроль над собой и впал в нечто похожее на состояние берсерка. Только нацелен он был лишь на меня и всё вокруг игнорировал.

Некоторое время наставница ещё расспрашивала о подробностях мою команду, после чего отправила всех на выход. И наконец приступила к моему исцелению.

Ей потребовалось около получаса, судя по ощущениям, чтобы убрать все последствия моей техники. Я пришел в сознание.

— Просыпайся, самоубийца. Расскажи мне, как ты додумался превысить все допустимые уровни гормонов? Я не думала, что ты настолько безрассуден, — произнесла она, сложив руки под грудью, стоило мне только открыть глаза.

— Я не нарочно , — пересохший язык с трудом выталкивал слова.

Девушка кивнула на тумбочку, где стоял заботливо приготовленный стакан воды. Утолив жажду и развеяв дополнительные сознания, я продолжил:

— Я не планировал настолько форсировать свой организм. Просто недооценил свою собственную злость на сенсея из-за «тех» пациентов и истории с Учихами. Как только я немного снял блокировку с рецепторов, мои собственные чувства проявились в полной мере. И дальше, находясь в ярости, я уже сам начал подливать масла в огонь, попав в петлю эмоций.

— Это проясняет ситуацию, — раздался голос Данзо из угла палаты. — Я не ожидал, что генинам понравятся мои методы. Но думал, что первым сорвётся ваш брат, Тсунаде-сан.

Я бы замер от страха, если бы мне не было абсолютно плевать. Я чувствовал себя опустошенным и безэмоциональным, даже без техники.

— Это происходит слишком часто, — пробормотала Тсунаде. — Данзо-сан. Мне не нравится, что вы намеренно провоцируете моего ученика и брата.

— Тсунаде-сан, вы не хуже меня понимаете, к чему мы все скоро придем. У нас нет времени на любезности. Они и так его слишком много потратили в академии, — голос мужчины был, как всегда, спокоен.

— Это поэтому вы поссорили нас с Учиха? — бросила в ответ девушка.

— Никто вас не ссорил с ними, кроме самих Учих. Я не виноват в том, что они настолько высокомерны. Или вы думаете, что если бы они позже узнали о возможностях моего ученика при допросе пленных, их реакция была бы иной? — как-то даже с ленцой отмахнулся Данзо.

И я не мог поспорить с его логикой. Альтернативой было только полностью скрыть мою технику, но я сам о ней растрепал.

— Шимура-сан, — Тсунаде встала и приосанилась. — Я доведу до сведения клана Сенджу, а также союза кланов и Хокаге, что вы подвергаете опасности наследников или членов их кланов, а также Дэйчи-куна, как одну из ключевых фигур в договорённостях с Песком. И буду просить, чтобы вас сняли с должности наставника детей.

— Тсунаде-сенсей, не надо, — я даже приподнялся на кровати, но тут же упал без сил. Тем не менее внимание наставницы я привлёк. — Я не хотел бы менять сенсея. Я не знаю, кто ещё способен обучить нас лучше, чем Данзо-сенсей.

Я готов был поклясться, что увидел бы удивление на лице Данзо после моих слов. Мимолётное, но всё же.

— Ты уверен? — несколько секунд спустя девушка наконец полностью осознала услышанное. Дождавшись моего кивка, она выдохнула: — Хорошо. Но это не отменяет того, что я сообщу об этом инциденте.

— Ваше право. Выздоравливай, Дэйчи-сан, — с этими словами мужчина отправился к двери.

— Данзо-сан. Я понимаю, что ваши действия вам кажутся рациональными. Но вы кое-чего не учли. Если бы Дэйчи просто впал в буйство, а не был зациклен на вас, мой брат бы пострадал, когда попытался остановить Дэйчи. И вполне мог умереть. Как вы думаете, это пошло бы на пользу Листу, вам и самому Дэйчи? — даже не повернув голову, произнесла Тсунаде.

Не донеся руку до ручки двери, Данзо замер.

— Я подумаю над вашими словами, Тсунаде-сан, — произнеся это ледяным тоном, мужчина наконец покинул комнату.

— Дэйчи-кун. Тебе не следовало защищать Данзо.Вам могли бы дать другого сенсея, — покачала головой девушка, опустившись вновь на стул.

— Кто будет лучшим наставником, чем он? Разве что Хокаге-сама. Но я не думаю, что он захочет взять нас в ученики, — ответил я. — Особенно если учесть, что скоро война.

— К сожалению ты прав. А бабушка не берёт учеников, больше никого сильнее я не знаю, — цыкнула она. — К шинигами Данзо. Тебе необходима реабилитация. Две недели минимум. Весь твой организм пострадал от твоих разрушительных действий. Чакроканалы тоже. Пару дней проведешь тут восстановишь силы, а после отправишься домой на реабилитацию. Твоих родных я предупрежу.

— Хорошо, — кивнул я. — Тсунаде-сенсей у меня к вам просьба. Я думаю, что смогу устранить недостаток техники, но испытывать её хотел бы в вашем присутствии.

— Послал Рикудо ученичка! — приложив руку к лицу прошептала девушка. — Хорошо. Но без меня даже не думай ничего делать!

— Спасибо, — отозвался я чувствуя, как меня клонит в сон.

Заметив моё состояние наставница подошла и лёгким импульсом чакры отправила меня спать.

***

Вечером того же дня Данзо неспешно двигался в сторону башни Хокаге.

Молодая девушка не обманула, да он и не ожидал этого, и сразу после лечения Дэйчи отправила весточку всем заинтересованным сторонам.

Не то, что это сильно беспокоило лидера Корня. У него были аргументы для всех заинтересованных лиц.

Немного раздражало лишь то, что Сенджу оказалась права. В чём-то. И с этим придётся что-то решать. Допустить потерю столь ценных активов, как его команда по собственному недосмотру он не собирался.

Занятый этими мыслями он добрался до двери кабинета главы деревни и без стука её отворил.

— Здравствуй, Данзо. Ты вовремя, — раздался голос Хирузена.

В кабинете уже были главы Сенджу и Нара, как представитель альянса и Тсунаде. И все смотрели на него с напряжением.

Глава 11

Хоть Тсунаде и избавила меня от основных последствий моей техники, угрожающих здоровью и жизни, полностью здоровым я не стал.

Было то, что мог сделать пока только я. Своё состояние в тот момент , когда, словно чёрт из табакерки, появился Данзо-сенсей, я объяснял выгоранием. Но всё оказалось гораздо серьёзнее. Мой мозг получил такую огромную дозу гормонов, что нейроны потеряли практически всю чувствительность к ним.

Пару дней, что был вынужден провести в больнице, я занимался их восстановлением. При этом, что самое странное, благодарил про себя наставника и тренировки на наркоманах. Без этого опыта восстановление затянулось бы намного дольше. С другой стороны, без этих тренировок и этого инцидента не произошло бы сейчас. А вот позже вполне мог, и причём последствия скорее всего были бы намного хуже.

За это время меня пришли проведать все мои знакомые. Первой, естественно, была мама. По её словам, пришла она через несколько минут после того, как Тсунаде закончила меня лечить.

Я уже спал, так что маме пришлось вернуться домой. Но на следующее утро она пришла вместе с моим братишкой Изао. Я постарался её успокоить, заверив, что со мной всё в порядке и вскоре смогу вернуться домой. Далее мне пришлось выслушать её полную беспокойства и заботы речь, но зато потом пообщался с братишкой.

Следом ко мне завалились Наваки, Саюри и Шиничи, которого я давно не видел. Он, как оказалось, был на миссии с командой.

И мне пришлось отвечать на их вопросы. А Саюри и вовсе не церемонилась: «Какого хрена произошло на полигоне?!». Но и остальным друзьям было интересно, и они с любопытством поддерживали напор девочки.

Правда, Наваки и тут умудрился отчебучить. Когда я закончил отвечать на их расспросы , он выдал:

— От тебя тогда такая жажда убийства исходила. Просто круть! Научи меня этой технике.

Он смотрел на меня большими умоляющими глазами… Внезапно эту сцену прервал звонкий подзатыльник, прилетевший от Саюри. Она, не дав Сенджу опомниться, схватила его за руку и спешно уволокла, словно на буксире.

Оставшийся в палате Шиничи с улыбкой приложил руку к лицу. Видно, уже отвык от такого поведения друзей, пока мы не виделись.

С ним мы договорились встретиться в кафе, когда я поправлюсь, и он, пожелав мне скорейшего выздоровления, отправился по своим делам.

Заходили Дай, который в своей неподражаемой манере пожелал поскорее покинуть это место, и Шинджи-оджисан. Последний рассказал о том, что союз кланов был очень недоволен произошедшим, и с Данзо был серьезный разговор в кабинете Хокаге. Тем не менее, он сумел избежать последствий.

Арата и Ротаро тоже заглянули ненадолго. Принесли апельсины, справились о здоровье, похвастались достижениями и, пожелав всего что следовало, удалились.

Ничто не вечно под луной, и наконец я вернулся домой! Две недели отдыха я намерен потратить с пользой. У меня оборудована собственная лаборатория, а работают там в основном клоны.

За несколько недель у меня накопилась целая коллекция образцов волос разных людей для исследований. Долго думать, как их спрятать, не пришлось. Я просто их раскидал за стеллажи, шкафы и тумбочки, ведь образцам не требуется ни чистота, ни сохранность.

Вряд ли кто-то что-то заподозрит. В конце концов люди постоянно контактируют друг с другом. И волосы могут легко оказаться на одежде. А поскольку в лабораторию я хожу часто, ничего удивительного в том, что они тут есть, нет.

Сейчас у меня наконец появилась возможность заняться ещё и этим вопросом. Исследования обещают быть долгими, и, честно говоря, я пока не понимаю, с чего начать, но вот открываемые возможности будоражат воображение.

Несколько дней я аккуратно создавал малюсенькие кусочки мышечной ткани и проводил сверку. Кто бы сомневался, что самыми лучшими были те, что принадлежали Наваки и Тсунаде.

Даже такие дефолтные мышечные волокна были очень прочными и сильными. В них было большое количество розовых волокон. Что объясняло мощь, и выносливость их клана. А кроме того они были плотнее, чем, например, у созданных из моих волос.

В реальности же дела обстояли не совсем так. Из-за постоянных нагрузок с самого раннего детства мои мышцы превосходили по плотности мышцы Наваки. Но это только пока. Судя по последним обследованиям, когда я его лечил, вскоре он меня догонит и обойдёт. Генетическая предрасположенность не шутка. Вот же мелкий читер!

Вдруг мне пришёл в голову Майто Дай. Я совершенно уверен, что его мышечные волокна имеют невероятные показатели, хотя те, что созданы из волос, ничем выдающимся не отличаются.

Не став долго думать, я отправился на площадку, где он обычно тренируется. Стоял поздний вечер. Тренировать нашу команду он наверняка уже давно закончил. Если вообще сегодня с ними занимался. В любом случае, носиться по улицам деревни в такое время он точно не будет. Что ни говори, при всём его энтузиазме, он очень добрый и чуткий человек.

Как и всегда, когда у него была свободная минутка, он проводил время в самосовершенствовании. Вот и сейчас, пока я только подходил к поляне, я без удивления услышал его голос:

— Тысяча триста десять, тысяча триста одиннадцать…

А спустя несколько секунд я увидел его. Он стоял на руках и, считал количество отжиманий. Нужно ли говорить, что он был при этом в утяжелителях. И хоть чакра нивелирует вес, я уверен, что прямо сейчас его значительная часть вполне себе давит на него.

— Привет, Дэйчи-кун! Твоя сила Юности так пылает, что ты пришёл тренироваться, невзирая на своё состояние?

Его зубы сверкнули в яркой улыбке. Одной рукой он показал большой палец, но, поскольку он находился вниз головой, палец указывал вниз. Через секунду до него это дошло, и он, оттолкнувшись одной рукой, перевернулся и принял знаменитую позу крутого парня.

— Нет, Дай-сан, — я даже тряхнул головой, — Я бы хотел тебя обследовать, если ты не против.

— Зачем? Я здоров! — он сделал небольшой шаг назад.

— Не переживай, — я улыбнулся, увидев как он заволновался, — Я хочу кое-что проверить. И, возможно, кое-что предложить.

— Хорошо, — спустя секунду улыбка к нему вернулась, и он, расслабившись, кивнул.

Я подошёл к нему и активировал технику мистической руки. На этот раз я не сосредотачивался на лечении и был полностью сфокусирован на исследовании. Как я и подозревал, его мышечные волокна были невероятно развитыми, около половины были типа 2А.

Но, кроме того, все они были плотными, мощными и отличались великолепным кровоснабжением. За годы чудовищных тренировок его тело подстроилось не без помощи чакры и теперь может выдавать невероятные показатели.

Но, как я и подозревал, без последствий не обошлось, и мышцы были местами повреждены, а где-то забиты. Хотя я даже сейчас ощущал процесс их восстановления. И тем не менее особыми способностями к регенерации он не обладал.

— Дай-сан, ты же никогда не прибегал к помощи ирьёнина для тренировок?

Мне виделось, что это меньшее, что я могу предложить за исследование его тела (как бы это ни звучало). А ещё было очень интересно, на что он будет способен с качественной помощью квалифицированного специалиста. Ведь в каноне он сумел одолеть четырёх из семи мечников тумана!

— Нет, только если был ранен или, как в день нашего знакомства, от перетренированности, — он озадаченно почесал голову.

— Я сам с раннего детства занимаюсь под наблюдением Шио-сама и других медиков. Они помогали мне быстрее восстановиться после тренировок. С их помощью я прогрессировал намного быстрее, чем мог бы. Как ты смотришь на то, чтобы я проводил тебе такие процедуры?

— Извини, Дэйчи-кун, я не могу согласиться, — на лице Дая проступила маска искреннего горя и разочарования. — Я знаю, что это дорого, а мне нечем с тобой расплатиться. Я потратил все свои деньги на новый дом.

— Ты купил дом? А почему молчал? — я даже рот открыл от неожиданности.

— Он ещё не достроен. Я планировал сообщить эту новость, когда всё будет готово! — он смущённо почесал затылок.

Как и Арата с Ротаро, Дай был сиротой. И, как большая их часть, мечтал о собственном доме, пусть и не говорил об этом вслух.

— Понятно, поздравляю! — я искренне улыбнулся парню. — По поводу оплаты не переживай. В конце концов, я же сам предложил.

— Нет! Я так не могу! — парень выпрямился и сжал кулак у своего лица. — Я обязательно тебе заплачу. Во имя силы Юности я буду каждый месяц выплачивать тебе по сумме за миссию А-ранга.

Вокруг него буквально витала аура предопределённости и уверенности. Я внезапно осознал, что он транслирует свои эмоции. Что-то сродни жажды убийства у шиноби, но совершенно иной полярности.

— Дай-сан, успокойся, пожалуйста, — я поднял руку в попытках подавить его запал. — Не надо такую сумму. Достаточно будет стоимости B-ранга, раз уж ты не хочешь бесплатно. В конце концов, ты же нас тренируешь совершенно бесплатно. К тому же за первый месяц я с тебя не возьму денег, пусть это будет моим подарком тебе на новоселье.

— Большое спасибо, Дэйчи-кун! — его улыбка вновь засверкала.

— Я ведь тоже получу выгоду, не забывай, что перед тобой молодой медик, — я улыбнулся его энтузиазму. — Так я смогу получить бесценный опыт.

— Ну вот и отлично! Кстати, я не бесплатно вас тренирую, — вновь смутился он. — За ваши тренировки мне платит Данзо-сама.

— Охренеть! Ты серьёзно?! — я вытаращил на него глаза.

— Ты не подумай, я бы и так вас тренировал. Он просто сам предложил… Ну а я не стал отказываться…

— Прости. Просто я был уверен, что сенсей просто мани… замотивировал тебя словами. Не знал, что он платил за нас, — я провёл ладонью по лицу.

— Нет. Он пришёл предложить мне работу. Я, конечно, сразу согласился. А потом он добавил, что от моей тренировки может зависеть ваша Сила Юности.

Я вспомнил ту кошмарную неделю. И даже припомнил, что Дай что-то такое говорил. Но, если честно, первый день тренировок слился в сплошное комок из упражнений и желания выжить в моей памяти, да и второй тоже. Надо будет рассказать об этом команде. Пусть проникнутся коварством сенсея и заодно поучатся его эффективности.

— Ладно. Хватит с меня откровений на сегодня, — тяжело выдохнул я. — Пойдём, Дай-сан.

— Куда? — недоуменно спросил он, удивлённый резким переходом.

— Ко мне домой. Не буду же я тебя прямо здесь лечить.

Я осмотрелся вокруг и приподнял бровь, как бы намекая, что лечь тут некуда. После чего, не слушая возражений, отправился в поместье. Дай пошёл следом за мной.

Много времени путь не занял. Дай, не изменяя себе, рванул в сторону моего клана, не желая терять много времени. Пришлось догонять. К счастью, он просто бежал, не несясь сломя голову. Таким образом, несколько минут спустя мы оказались в моей лаборатории, в одной из комнат.

Само помещение было не слишком просторным, но с хорошим освещением. Тут не было каких-либо символов или следов растений, как в других комнатах. В углу стоял одинокий стеллаж, а у противоположной стены располагалась кушетка.

— Ложись, Дай-сан. Процедура не слишком быстрая, — я махнул рукой на лежак.

Нужно будет дооборудовать эту комнату для подобных случаев. Решение помочь и обследовать Дая было несколько спонтанным. Однако и мне самому пригодится такое помещение. Вдруг клонам нужно будет поработать с моей тушкой.

Пока я размышлял, Дай, без лишних вопросов улёгся на указанное место. Я вновь активировал медицинскую технику и приступил к процедуре, а заодно внимательно наблюдал и анализировал получаемые данные.

Спустя минуту мне пришлось создать клона, потому что осознал, что информации поступает слишком много. Он тут же выбежал из комнаты, чтобы через несколько минут вернуться со столом, креслом и кипой бумаг. Всё это он нёс не сам, ему в этом помогали нити чакры.

После обустройства в свободном углу клон незаметно протянул по полу нить, и, объединив с ним сознания, я принялся его телом записывать всё, что меня интересовало.

Процесс восстановления мышц затянулся на целых три часа. Всё это из-за их плотности и развитости. Но к концу процедуры они были полностью избавлены от усталости и подлечены. Естественно, это просто ускорение восстановления, иначе все труды были бы бессмысленны.

Попутно я очень аккуратно, через разбитые костяшки, нитями извлёк несколько микроскопических образцов мышечной ткани предплечья Дая. Для сравнения и экспериментов.

В конце концов, при использовании лечебной регенерации жизненной силы для пациента создаётся именно его мышечная ткань. Она не требует развития.

Это происходит благодаря тому, что тело шиноби служит образцом для правильного преобразования клеток, сразу с заданным уровнем развития. Но я уверен, что это не обязательно. И можно создавать нужного уровня клетки напрямую из волос, если знать как или представлять себе шаблон.

— Готово, Дай-сан! — произнёс я, после того как вытер пот со лба и потянулся.

— Это всегда так долго? — поинтересовался он, принимая сидячее положение и разминая затёкшее тело. — Теперь придётся тренироваться ночью, чтобы наверстать.

— К счастью, нет. В следующий раз будет быстрее. Сейчас процедура затянулась из-за того, что ты до этого её не проходил и не давал себе достаточно времени на отдых, — ухмыльнулся я. — Не стоит расстраиваться. Благодаря этой процедуре ты сможешь тренироваться больше. А по поводу «наверстать», давай отправимся на полигон и ты сам всё поймёшь.

— Отлично! — обрадовался он. — Идём.

Через пять минут на полигоне я наблюдал сияющего от счастья Дая. Быстрая разминка показала ему, что он не только не потерял время, но и стал сильнее и быстрее.

Мне пришлось ему объяснить, что это эффект только от первой процедуры. В следующий раз такого не будет. Но возможность тренироваться больше и эффективнее всё равно очень ценна в перспективе.

— Спасибо большое, Дэйчи-кун! — парень поклонился. — Это много для меня значит.

Когда я с ним прощался, меня не покидала мысль, что мне это тоже может дать очень и очень многое.

Глава 12

Шимура Данзо сидел в кабинете и размышлял. На собрании неожиданностей не было. Как он и предполагал, на каждое замечание у него нашелся достойный ответ.

Однако, несмотря на это Нара, недовольный произошедшим, поставил вопрос ребром. Если ситуация повторится, Союз кланов будет настаивать на смене наставника.

Давить на то, что ребенок сам виноват в случившемся, глава Корня, само собой, не стал. Это был его просчет. Решив понаблюдать за ребенком в состоянии бешенства и оценить его возросшие параметры, он проигнорировал тот факт, что это может быть опасно для генина.

Как оказалось, это могло быть смертельно для ребёнка. И только Сенджу, вовремя указавший на это, спас положение. Так что Данзо не обманывался. Из-за его недосмотра одна из ключевых фигур в вопросе влияния на Песок могла быть потеряна.

Но проблема не только в этом. Деревня могла лишиться сильного защитника. И даже не одного, если бы ребенок не был зациклен на уничтожении конкретно своего наставника.

Таким образом последние слова Хирузена нашли свой отклик. Как раз когда он собирался последним из присутствующих покинуть кабинет, тот произнёс:

— Ты совершил ошибку, друг.

— Я и без тебя это знаю, — огрызнулся он, оборачиваясь.

— Я говорю не о случившемся. А прежде всего о причинах этого, — строго взглянул на него Хокаге, выдохнув длинную струю дыма, превратившуюся в дракона.

— Мальчик оказался слишком эмоциональным, несмотря на свою технику. Я этого не предвидел, — признал шиноби.

— Нет. Ты относишься к ним как к взрослым шиноби и подчинённым. Но они ещё дети.

— А как я должен к ним относиться? Они ведь уже ниндзя. И я их капитан.

— На миссии — несомненно, — кивнул лидер Листа. — Но вне её прежде всего ты их наставник. Тебе следует научиться с ними договариваться и объяснять свои требования. Иначе подобное может случиться вновь, уже с кем-то другим. На самом деле я удивлён, что Дэйчи-кун попросил оставить тебя его сенсеем.

— Такого больше не повторится, — холодно ответил Данзо и, развернувшись, вышел из кабинета.

Вынырнув из воспоминаний шиноби нахмурился и взглянул на стопку листов бумаги на столе. Стоило пересмотреть свои планы на тренировки.

— Позовите Кена, — сказал он.

Через несколько минут шиноби в белой маске стоял, преклонив колено, напротив его стола.

— Кен. Завтра ты подменишь меня на занятиях моей команды генинов. С тобой их будет обучать Майто Дай. Дети не должны пострадать.

— Будет исполнено, Данзо-сама.

***

Неделя пролетела незаметно. Всё это время я не сидел без дела: целыми днями пропадал то в лаборатории, то в теплицах, то в рабочем кабинете главы — дела клана никто не отменял. Конечно, основными вопросами занималась мама и брат отца Такеши. Но всё связанное с Нара, было на мне.

Я также нашел время на то, чтобы добраться и до библиотеки госпиталя. Хотелось углубиться в особенности мышечной ткани и её развития. Когда Тсунаде меня увидела, тут же попыталась запретить мне там появляться. Но когда я заверил, что вполне способен читать книги и свитки и не собираюсь делать что-либо кроме этого, её гнев сменился на милость. Она даже дала несколько дельных советов с чего начать изыскания.

Работы, если я хотел сразу получать развитую мышечную ткань предстояло очень и очень много. У меня аж глаза на лоб полезли, когда я стал читать о том, как именно происходит развитие мышц с точки зрения клеток.

Помимо этого я редко выбирался на: когда приходили друзья или когда мама, которой надоедало моё затворничество, за шкирку вытаскивала меня на свет божий.

С Шиничи всё же удалось встретиться. Мы все вместе отлично посидели в любимой кафешке Саюри.

Он нам с довольным лицом рассказывал, какой классный сенсей Като Дан. И чему он их учит.

Правда, его улыбка померкла, когда разговор пошел про миссии. Они были в основном лишь D-ранга, и только на последней миссии они сопровождали караван по стране Огня.

Наваки упал со смеху, когда слушал, как они убирали огороды и выгуливали собак. И не преминул заметить, что мы-то заданий низшего ранга не выполняли вообще. Тот факт, что Саюри всё уже рассказала брату, он проигнорировал.

Там же я узнал, что Данзо слегка поменял подход к обучению нашей команды. Первые несколько дней, пока я был в больнице, его замещали Дай и некий безымянный масочник, который даже не представился.

А потом вернулся и сенсей.

— Прикинь! — эмоционально воскликнул Наваки, активно жестикулируя руками. — Данзо-сенсей стал объяснять, что и зачем нам делать! При этом его лицо выглядело так, словно лимон съел.

— Что, прям кривится? Мы точно говорим о наставнике? — моя бровь взлетела вверх.

— Не кривится он. Просто он этим явно недоволен, — вставила свои пять копеек Саюри.

— Не знаю, о чём беседовали с сенсеем в кабинете Хокаге, Тсунаде-нэсан не говорила. Но, видимо, это что-то серьезное.

— Чуть не забыл, — встрепенулся я. — Помните ту первую неделю тренировок с Даем? Вы в курсе, что Данзо-сенсей заплатил ему за наши тренировки?

— Серьёзно? Круто! Сенсей хоть и жёсткий, но не жалеет средств на наше обучение. Да и других учителей он тоже привлекал, — засиял Наваки, но секунду спустя его выражение лица стало задумчивым. — Но зачем ему это? Я ни разу не слышал, чтобы сенсеи команд так поступали.

— Ты наконец-то учишься думать? — хором произнесли Саюри и Шиничи, после чего продолжила лишь девочка: — Это показывает, что Данзо-сенсей ответственно подходит к достижению цели. Но то, что он тратит на нас собственные ресурсы, настораживает, тут ты прав.

После мы просто хорошо провели время, поедая разные вкусности. Шиничи поинтересовался, когда вернётся Акира-сенсей, который уехал вместе с отцом в страну Мороза. Но мне нечем его было обрадовать. По всем расчётам, вернутся они через месяц, может, чуть раньше.

Приятно было провести время с друзьями. Но пора бы вспомнить и о своём здоровье. За минувшее время моя чакросистема пришла в норму и даже немного окрепла после сверхнагрузок. А значит, я могу себе помочь с помощью лечебной регенерации жизненной силы. Так что следующие три часа у меня ушли на ускоренное восстановление костей.

Наконец-то можно будет вернуться к полноценным тренировкам вместо небольшой разминки и помощи себе техниками, чтобы держать мышцы в тонусе. А заодно без опасений использовать несколько клонов одновременно. Что я тут же и проделал.

У меня было много времени на размышления. И мне пришла в голову одна идея, которую клоны сейчас и будут проверять.

Двойники встали друг напротив друга и внезапно стали играть в «камень, ножницы, бумага». Тот, что был справа, выкинул ножницы, а тот, что слева, — камень.

— Чёрт! — выругался правый клон.

Левый ухмыльнулся и сложил печати для техники мёртвой души. Тот, на которого применили технику, внезапно лопнул. Причину выяснить не удалось даже с пришедшими воспоминания.

— Что случилось? — вырвался у меня вопрос.

— Не знаю, босс… Может, попробуем ещё раз?

Я вновь создал двойника. На этот раз обошлось без розыгрыша, и первый клон начал складывать нужные печати.

— Погоди! — прервал я его в последний момент. — Пусть второй клон войдёт в медитацию. Может быть, удастся что-то уловить.

— Точно! — воскликнул тот и, не теряя времени, уселся на пол в удобной позе.

Минуту спустя первый вновь принялся складывать печати. Снова взрыв. Но на этот раз мы смогли найти причину в памяти второго. Ей оказался резкий приток чакры. Слишком резкий для нестабильной структуры теневого клона.

— Босс, давай ещё одного. Я постараюсь уменьшить уровень передаваемой энергии.

— Этого может быть недостаточно… Нужно, чтобы двойник намеренно удерживал себя от распада, — задумчиво протянул я.

Такое было возможно. Если клон сильно сосредотачивается на поддержании целостности, то может выдержать гораздо более сильные нагрузки, чем обычно.

С этими мыслями я вновь создал доппеля. Чакросистема отозвалась совсем небольшим напряжением. Похоже, она действительно стала крепче. Ранее, когда я создавал четырёх клонов подряд, это вызывало более сильную нагрузку.

Двойник, уже зная, что нужно делать, сел на пол и сосредоточился на поддержании себя в целости. Первый же стал аккуратно складывать печати, стараясь не упустить момент передачи чакры и сделать её как можно меньше.

— Есть связь! — произнесли они синхронно. — Канал стабилен, как и с нитями. Никаких отличий. Только затраты чакры выше.

Я улыбнулся во все тридцать два. Всё логично. Эта техника позволяет управлять трупом, передавать в труп чакру, использовать её для выполнения техник через тело покойника, и при этом это не был перенос сознания. Разум пользователя оставался в собственном теле. Всё один в один, как с клонами и нитью чакры.

Это меняет абсолютно всё! Теперь я смогу использовать это в бою без риска обнаружения. Нужно только сократить количество печатей на эту технику, в идеале до одной, чтобы никто не мог по их последовательности не смог её опознать..

Чтобы самому оценить ощущения от техники я протянул нить к тому двойнику, который применил технику. Он мгновенно всё понял и поймал её своей.

Клоны не обманули. Ощущения были те же самые, за исключением оттока энергии. Затраты были больше, чем с нитями раз в пять, хотя я бы не назвал их очень высокими. Однако пришедшая мне мысль, давала шанс немного уменьшить его. Техника мёртвой души создавалась для работы с трупами. А мне из неё нужен лишь механизм связи, не более. Кстати, о ней.

Тело клона, на которого применили технику, резко рвануло на выход из лаборатории. Необходимо было проверить дальность её работы.

Когда расстояние приблизилось к сотне метров, начались сложности с передачей чакры. Она всё так же передавалась мгновенно, но вот количество уменьшилось.

На дистанции в пятьсот метров передача чакры стала невозможна. Её ручеёк стал столь тонким, будто его и не было. Но вот связь сознаний от этого не пострадала.

Для достижения следующего рубежа я принял решение покинуть деревню. Пришлось даже лично идти к воротам и доказывать страже, что уходящий действительно лишь клон. Можно было бы и через стену перемахнуть, но барьер над деревней это засечёт, и ко мне появятся вопросы у полиции и АНБУ. Да и сенсея это вряд ли обойдёт стороной.

Когда, по моим подсчётам, тело клона достигло рубежа в пять километров, слияние прервалось. И всё равно это было много. Не просто много, невероятно много. В любом бою, в любой разведке этого расстояния должно хватить с головой. А даже, если нет, всегда можно использовать ещё одного клона, как ретранслятор.

Секунду спустя память жертвы науки вернулась. Судя по ней, разрыв связи не повлиял на дубля. И как только он обрёл самосознание, сразу решил развеяться, чтобы не возвращаться и не тратить лишнюю чакру.

Пришла пора испытать технику лично. Связь с оставшимся двойником была разорвана.

— Давай я просто попробую удержаться от разрыва. Не будем же мы в бою медитировать, — хохотнул тот.

С подобным сложно было спорить. Поэтому я сразу сложил нужные знаки и применил технику. Перед тем, как она сработала, в моей голове пронеслась мысль: «Ничему меня жизнь не учит».

Несмотря на это, всё удалось, и привычное ощущение себя в двух телах и с двумя потоками сознания вернулось ко мне.

Этим грех было не воспользоваться. Я бросил взгляд на часы. И двух-то ещё не было. Значит, можно пойти в библиотеку госпиталя.

Но для начала я решил испытать свои пределы. Аккуратно передав часть чакры из тела клона себе, я создал ещё одного доппеля, после чего применил технику и к нему. Расход чакры удвоился, но всё ещё был в допустимых пределах.

Теперь, имея несколько тел, не ограниченных расстоянием, я мог заняться любыми своими делами.

Первый клон отправился в госпиталь. Дел там было невпроворот. Второй остался в лаборатории работать над растениями Акимичи. Я очень сильно хотел понять суть их техники.

Моё собственное тело отправилось на площадку. Мне было необходимо вернуться к тренировкам.

Всё время до вечера было потрачено с пользой. Однако повышенный расход энергии оказал своё тлетворное влияние, и мне пришлось к вечеру развеять всех клонов и восстановить чакру с помощью солдатской пилюли. Благослови Рикудо моё решение стать медиком. Никто иной не способен применять их без последствий. Любой другой шиноби будет страдать от побочных эффектов уже через три дня.

Так что час спустя я вновь был готов к бою. Чакра была пополнена, мышцы восстановлены. Я отправился на поиски Дая, оставив одного клона в лаборатории работать. Новой информации на сегодня достаточно, поэтому я решил не отправлять клона в библиотеку госпиталя.

Зелёный зверь нашёлся там же, где в прошлый раз. На мою просьбу потренироваться со мной он ответил однозначно положительно, и уже спустя мгновение я ощутил на себе его энтузиазм. Благо, что сразу установил рамки, иначе адская неделя повторилась бы.

К концу тренировки я был выжат и истощён, но, к моему удивлению, не валился с ног. Поскольку много чакры я не тратил ни своим телом, ни телом клона, у меня её осталось достаточно для восстановления Дая.

После моего предложения он вообще перестал себя беречь и в те дни, когда я проводил процедуру, словно с цепи срывался. Наверняка понимал, что я поставлю его на ноги. Он тренировался в два, если не три раза больше, чем обычно.

Честно говоря, я был в шоке от его настойчивости и целеустремлённости. Уверен, будь у него мои способности и знания, он бы уже был на уровне сильнейших Каге.

Однако по пути к моему дому, пока мы обсуждали разные детали тренировок (он попытался всучить мне знаменитый зелёный костюм, бррр), нас неожиданно прервали.

— Майто-сан, могу я переговорить со своим учеником? Это не займёт много времени, — из тени ближайшего здания внезапно материализовался Шимура Данзо.

— Да, конечно, Данзо-сан, — ярко улыбнулся тот и, повернувшись ко мне, произнёс: — Я буду ждать тебя у ворот твоего клана, Дэйчи-кун.

С этими словами он вдруг ускорился и исчез из виду. Я остался один на один со своим наставником.

— Слушаю вас, Данзо-сенсей, — произнёс я спокойно, на том конце сознания моё второе тело погрузилось в медитацию.

— Я хотел лично убедиться в твоём благополучии. И принести свои… соболезнования из-за произошедшего, — его голос был спокоен и сух. — Я удивлён, что ты решил тренироваться с Дай-саном. Мне сказали, что твоё восстановление займёт больше времени.

— Кости и мышцы восстановились, а вот нервная ткань ещё не до конца, — не моргнув глазом соврал я.

— Это прекрасно, что ты не забрасываешь тренировки, Дэйчи-сан. Жду тебя через неделю на занятиях. Выздоравливай, — произнёс он всё с той же маской каменного спокойствия и развернулся, чтобы уйти.

— Спасибо, сенсей. До свидания, — сказал я вслед.

После чего в смятении отправился в сторону поместья.

— Дэйчи-кун, всё хорошо. Что от тебя хотел Данзо-сан? — обеспокоенно спросил Дай, у

видев моё задумчивое состояние.

— Кажется, он хотел… извиниться — ответил я подростку.

Глава 13

На следующий день я встал позже обычного. Разговор с наставником не выходил из головы, и я долго маялся, пытаясь разложить всё по полочкам. Это очень мешало мне уснуть. Процедура восстановления для Дая также длилась немного дольше ожидаемого — мысли то и дело ускользали в сторону.

К конкретным выводам я так и не смог прийти. Зная сенсея, всё это могло быть каким-нибудь хитрым ходом с целью, ведомой лишь ему. Однако с учётом сказанного друзьями об изменении в поведении Данзо, это могло быть действительно извинениями. Или всё сразу.

Пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать эти мысли. Не хотелось вновь погружаться в них.

Я умылся: холодная вода встряхнула сознание, вернула ясность мыслей и спустился вниз на кухню, где уже вовсю хозяйничала мама. Братишка ей помогал, стараясь изо всех сил и выглядел при этом важным и гордым собой.

Я поболтал с родными за завтраком. Затем, пообещав мелкому обязательно поиграть с ним сегодня, отправился в лабораторию.

На самом деле туда мне было не нужно. Я не собирался прямо сейчас там что-то изучать или исследовать. Просто пока я не сумею сократить количество печатей для техники «мёртвой души», мне нужно место, где её применение останется незамеченным.

Спустившись в защищённую печатями часть здания, я призвал двух теневых клонов. После чего применил на них эту технику. Хотелось бы попробовать и больше, но даже такое количество обещает хорошенько просадить мой резерв, особенно когда я буду тренироваться с использованием чакры.

Один двойник отправился в госпиталь, чтобы поговорить с Тсунаде, если она там. А вот второй прямо в лаборатории превратился в ворону и быстро полетел на выход.

Я взмываю ввысь, наслаждаясь новыми ощущениями. Свежий ветер щекочет черные перья, в ушах звенит свист рассекаемого крыльями воздуха. Мир, что находится как на ладони, открывается с новой стороны, улицы становятся паутинками на открывающейся взору, словно карта, деревне.

Раньше я пробовал проводить слияние с клоном-птицей лишь в лаборатории, чтобы никто не мог заметить нить. Но сейчас всё было иначе. Пока основное тело шло на тренировочную площадку, чтобы размяться, я в обличии вороны отправился осмотреть деревню с высоты птичьего полёта.

Резкое пике — деревня стремительно приближается. Рывком перевожу падение в нормальный полёт, совершаю небольшой крюк, на максимальной для этого тела скорости и мчусь над Листом. Вот полигоны, частично покрытые зеленью. На некоторых уже тренируются шиноби. А там госпиталь, куда как раз спешит ещё одно моё тело а также другие люди. Одного шиноби даже тащит на спине его товарищ.

Разворот, и я вижу академию шиноби. Где будущие ниндзя постигают сложную науку убийства себе подобных, шпионажа и диверсии. А так же занимаются тем, чем и должны заниматься в таком возрасте дети: играют в игры, находят друзей и изучают мир.

Неподалёку возвышается башня Хокаге. А сразу за ней нависает над деревней Скала Хокаге, на которой, словно осматривая свои владения, расположились лица трёх лидеров деревни. Клановых кварталов я на всякий случай избегаю: не дай Рикудо обвинят в шпионаже, если вдруг опознают.

Обнаружение вороны каким-нибудь сенсором я не боялся. Я планирую постоянно пользоваться этой способностью, поэтому на ближайшей миссии я её и так засвечу. Даже если какой-нибудь Хьюга увидит птицу и поймёт, что это клон, то ничего не случится. Для того чтобы повторить подобный приём, нужно обладать великолепным контролем чакры.

Я потратил примерно час, наслаждаясь новыми ощущениями, оставив основное тело неподвижно сидеть. Всё моё внимание было сосредоточено на теле клона и его ощущениях, в то время как второй двойник грыз гранит науки, погружаясь в тайны строения тела. Но, как бы ни хотелось обратного, настало время вернуться на грешную землю.

Естественно, клон-птица не развеялся, и я продолжил летать по деревне, изредка останавливаясь для правдоподобности, но повседневные обязанности всё же требовали внимания, и к ним пришлось вернуться. Тем более, что мне нужно ещё выполнить обещание, данное брату.

Благодаря новому открытию и умению аккуратно воздействовать на гормоны, для того чтобы вызвать у себя сначала азарт, а затем поддерживать интерес, я смог ускорить свои личные дела и проекты.

Получилось немного разобраться в действии растения Акимичи. Судя по всему, оно при взаимодействии с чакрой и ещё некоторыми элементами (следы распада которых были в тканях давешнего пациента) запускало лавинообразный процесс преобразования биоматериала в чакру.

Было, правда, непонятно, каким именно образом это происходит. Как они переключили фокус действия этих ферментов на жировую ткань, а также как получаемая чакра поступает в чакросистему шиноби? Видимо, тоже за счёт других компонентов.

Чего-то конкретного с мышечной тканью добиться не удалось. Были лишь горы теории, из которых нужно просеять необходимое, да записи, их я регулярно вёл во время исследований.

Даже для такого ускорения обучения мне пришлось несколько раз использовать солдатские пилюли. Жаль, каждый день пользоваться ими мне было противопоказано из-за возраста.

В предпоследний день моего больничного я решил отправиться в госпиталь лично. Пора было разобраться в боевом применении моего контроля гормонов, и Тсунаде обещала мне в этом помочь. В сопровождении клона-ворона я добрался до цели.

Коллеги, как обычно, встретили меня с улыбкой. Пообщавшись некоторое время со знакомыми медиками, я наконец очутился возле двери кабинета наставницы. Но там оказалось закрыто. Негромкие голоса за дверью говорили о том, что у Тсунаде был на приёме пациент.

Чтобы не терять время, я создал ещё одного двойника, которого отправил в местный храм знаний. Конечно же, без слияния. А сам остался ждать, пока сенсей не освободится, коротая время в разговорах с другими врачами.

Наконец, спустя четверть часа дверь открылась, и из неё вышла пациентка. Она искренне поблагодарила доктора и затем удалилась.

— Добрый день, Тсунаде-сан, — поздоровался я, войдя к ней в кабинет.

— Привет, Дэйчи-кун. Проходи, — ответила та, едва оторвав взгляд от бумаг. — Дай минутку, мне нужно кое-что закончить.

Я не стал отвечать, просто аккуратно устроился на стуле. Наконец, девушка поставила последний кружок.

— Ненавижу документы, — потянулась девушка, отчего ткань её кимоно стала ещё плотнее облегать её стройную фигуру. — Смотрю, ты никак не желаешь отдыхать надлежащим образом. По больнице уже ходит слух о призраке ребёнка, обитающем в библиотеке.

— Некогда отдыхать. Только-только появилось время заняться своими делами, пока на больничном. Тсунаде-сенсей, помните, я говорил, что хочу доработать свою технику для применения в бою.

— Ты всё же не передумал? — вздохнула та. — И ты хочешь, чтобы я тебе помогла?

— Конечно нет! — Я даже возмутился такому предположению. — В смысле, не передумал. И да, мне нужна ваша помощь в этом.

— Когда-нибудь твои эксперименты тебя погубят, — покачала она головой, но на её губах играла добрая улыбка.

— Скорее меня погубит жизнь шиноби, если я не буду экспериментировать и развиваться, обретая новые навыки, — ответил я, так же улыбаясь.

— Ладно, — кивнула Тсунаде. — Сейчас у меня пациенты. Давай вечером, где-то в четыре, договорились?

— Конечно, сенсей.

— Вот и договорились. А теперь кыш-кыш, мне нужно приготовиться к следующему приёму, — она шутливо помахала рукой.

Я сделал вид, что надулся, и вышел из кабинета. За спиной слышалось приглушённое хихиканье девушки.

Всё то время, что я провёл в ожидании, тело вороны не сидело без дела. Я долетел до площадки, где тренировалась моя команда, и стал наблюдать, как они тренируются.

Данзо с ними не было. Его замещали учитель гендзюцу с очень оригинальным позывным Кай и с ним Майто Дай. Судя по тому, насколько вымотанными выглядели сокомандники, инструкторы спуску им не давали и заставляли выкладываться по полной.

Когда Тсунаде назначила время встречи, я аккуратно приземлился на ветку дерева, спрыгнул в заросли и снял трансформацию. После чего спокойно вышел на поляну.

— Дэйчи! — воскликнул Наваки, но остался стоять на месте — дисциплину сенсей вдалбливал, не жалея сил.

— Всем привет! — Я помахал рукой, улыбаясь, и обратился к инструктору: — Кай-сан, извините, что прерываю занятие, я хотел узнать, до скольки вы сегодня тренируетесь?

— Скоро они заканчивают, — после короткого кивка ответил тот. — Сегодня и завтра у них короткие занятия.

Странно. Обычно из-за того, что я и Наваки могли ускорять восстановление мышц, тренировки могли длиться дольше. Вообще-то я спрашивал, когда у ребят будет обед.

— Тогда я подожду тут, — кивнул я на тенёк под ближайшим деревом.

— Дэйчи-кун, а ты не хотел бы присоединиться к тренировкам? — спросил Дай.

— Я клон, Дай-сан.

— Ясно!

Вдруг, когда я поворачивался и мои глаза поймали взгляд Саюри, я почувствовал лёгкую рябь перед глазами. Проигнорировав эту попытку, я продолжил путь к намеченному месту.

— Да что с тобой не так! — воскликнула Нара.

Мой иммунитет к гендзюцу её раздражал. После того, как она стала осваивать это направление и немного в нём поднаторела, она полюбила в какой-нибудь неожиданный момент наложить на Наваки простенькую иллюзию. Сенсей не стал её останавливать, а наоборот заметил, что это будет полезно и ей, и самому Наваки.

— Сам не знаю, — с ухмылкой пожал я плечами.

Периодически и Данзо, и Кай пытались разобраться в этой моей способности. Хорошо, что я всегда в такие моменты был на связи с клоном. Иначе вопросов ко мне было бы ещё больше. Без связи-то у меня иммунитета нет.

Пока клон ожидал ребят, я своим основным телом добрался до ресторана Акимичи Якинику Кью. Думаю, аппетит у них будет зверский, а тут можно отлично и сытно поесть. Уж в чём-чём, а в еде толстяки разбираются очень хорошо.

Немного поболтав со знакомым хозяином, я занял столик на троих. Маленький плюс сотрудничества с их кланом — для меня всегда найдется свободный столик. Затем я заранее заказал целую гору мяса, помня аппетит друзей, и стал дожидаться их. Минут через двадцать они освободились, и клон повёл их сюда.

— Круто, я страшно голоден! — прямо с порога подтвердил мои подозрения Наваки. — Привет, Дэйчи!

Я поздоровался с ними лично, (не признаваться же, что я буквально был с ними всё это время!), и мы принялись за еду. Двойник неспешно двинулся на выход из заведения.

Утолив первый голод (добрую половину мяса съел один лишь Сенджу), мы сыто откинулись на стульях.

— Почему Данзо-сенсей сократил тренировки? — задал я животрепещущий вопрос.

— Не знаю, — пожал плечами Наваки и схватил ещё один кусочек барбекю. — Наверное, у нас будет миссия.

— Скорее всего, — кивнула Саюри. — Наверняка он подготовил её к твоему выздоровлению. Он знает, что ты не забрасываешь развитие даже на больничном.

— Может, завтра скажет? — добавил Сенджу. — Сегодня он явился буквально на пару минут и быстро ушёл, толком ничего не объяснив.

— Наверное… — неуверенно кивнула девочка. — Он и вправду стал нам больше пояснять свои действия после того случая.

Когда мы съели всё до последней крошки, то отправились прогуляться по деревне. Давно не выпадала такая возможность, так что до вечера мы облазили все достопримечательности, завершив импровизированный тур в самом знаковом месте деревни.

— Привет, дедуля, — похлопал по каменной голове Сенджу Хаширамы Наваки, устраиваясь поудобнее. — Надеюсь, ты не против, что мы с друзьями посидим тут немного.

Когда Наваки впервые привёл меня сюда, мне было немного не по себе тут находиться. Затем я стал обращать внимание, что дети разных возрастов, в том числе и уже ставшие генинами, то и дело забираются на эти головы. И никто ничего против этого не имеет, если только те не пытаются напакостить. Например, облить лица памятников краской.

— Вот вы где! — внезапно раздался девичий голос за нашими спинами.

Наваки и Саюри вздрогнули от испуга. Я же в теле вороны срисовал её ещё на выходе из госпиталя. Сначала я хотел закончить встречу, но потом увидел, что наставница заметила нас на голове Первого и направилась к нам.

— Тсунаде-сенсей, — заговорил я первым. — Вы освободились пораньше или это я потерял счёт времени?

— С твоим счётом времени всё в порядке, — хмыкнула она и строго обратилась к брату: — Наваки, ты почему не отправился домой после окончания занятий? Тебе как наследнику следует многое изучить.

— Ну Тсунаде-онэсан, я и так каждый день либо тренируюсь, либо учусь, «как быть хорошим главой клана», — последнюю фразу он даже выделил пальцами. — Я устал и хочу немного отдохнуть с друзьями. Перенапрягаться вредно, это я тебе как ирьёнин говорю.

— Ладно уж, ирьёнин, — хохотнула девушка. — Ты уже отдохнул, так что пора домой. В любом случае Дэйчи-кун попросил меня ему помочь, так что вам придётся попрощаться.

— А чем вы будете заниматься? — пока вставал, полюбопытствовал друг.

— Ты ведь хочешь улучшить свою технику, из-за которой чуть не сошёл с ума? — прищурилась Нара.

— Да, — кивнул я.

— Зачем? Тебе было мало последствий? — продолжила наседать девочка.

— Ты не понимаешь, — я покачал головой. — Это не совсем техника в привычном понимании. Это скорее метод управления гормонами. Я постоянно им пользуюсь. Мне просто нужно правильно научиться использовать его в бою для усиления.

— Дэйчи-кун прав, — подтвердила Тсунаде. — Ему нужно научиться управлять этим процессом, иначе такое может случиться снова прямо во время битвы . Ничем хорошим это не кончится.

— Ладно, — махнула девочка рукой. — Надеюсь, у тебя всё получится.

Попрощавшись с друзьями, я отправился с Тсунаде в свой клановый квартал. По пути мы обсуждали простые медицинские вопросы; девушка ответственно подошла к моему образованию и постоянно стремилась меня чему-либо научить.

Кроме того, уже я давал советы и показывал мастер-класс по использованию нитей жизни и нитей чакры. Этим я даже немного гордился. Благодаря слиянию сознаний я остаюсь в этом деле безоговорочным лидером.

Наконец мы добрались до поместья и очутились на моём полигоне.

— Ну что, Дэйчи-кун. Покажи мне, что ты придумал, — упёрла руки в бока наставница.

Глава 14

Мой больничный, к сожалению, закончился. Не то чтобы я не хотел вернуться к тренировкам с командой. Но теперь все мои личные проекты вновь замедлятся.

Наша с Тсунаде тренировка оказалась полезной, но неоднозначной. Сама наставница была очень удивлена тем, что мне с первой попытки удалось контролировать себя в состоянии форсажа.

Однако я не очень доволен результатами, так как сумел это сделать только при слиянии с клоном. И то пришлось отрывать его от занятий и контролировать себя через его разум. Попытки самому удержать разум от срыва в адреналиновый раж раз за разом терпели фиаско.

Конечно, ничего похожего на то яростное безумие, что я испытал в спарринге с наставником, не было и в помине. Но я не обманывался. В настоящем сражении оно обязательно даст о себе знать.

И самое главное, я не уверен, что даже с использованием двойника это лучше, чем простое слияние. Конечно, я становлюсь быстрее и сильнее, но второе тело остаётся почти без контроля, и враг может легко его уничтожить. Если его спрятать, то лучше для экономии чакры по-старинке делать связь нитями.

Так что пока я буду лишь немного усиливать тела без воздействия на мозг.

Ещё одним плюсом был спарринг с Тсунаде. А как иначе проверить пределы контроля и усиления?

Девушка оказалась очень ловкой и быстрой. Совсем не то, чего я от нее ожидал. Ни одно из моих четырёх лезвий не смогло её коснуться. Они всё время промахивались на жалкие сантиметры. Казалось, ещё чуть-чуть, чуть, и я смогу её зацепить. Но нет.

Лишь дважды я сумел вскользь её зацепить. Нитями. И оба раза усладой для моих глаз были удивлённые глаза Тсунаде.

Все эти мысли бежали вторым потоком сознания, созданным мной вместо двойника, пока мы с друзьями стояли на площадке и весело болтали, дожидаясь сенсея.

Данзо прибыл ровно в восемь в вихре листьев, коротко нас поприветствовал и сразу перешёл к делу.

— Поскольку мы потеряли две недели из-за прошлого инцидента, — его взгляд метнулся ко мне, — я решил немного скорректировать план обучения. Мы, как и планировалось, отправимся на тренировку за пределы деревни. Но одновременно мы выполним несколько миссий для деревни.

— Но мы ведь не подготовились к путешествию! — воскликнула Саюри. Она широко раскрытыми глазами смотрела на сенсея.

— Никаких сборов. Идём налегке с тем, что есть. Во время войны далеко не всегда получится пополнить запасы. Лучше заранее научиться рассчитывать на ограниченные ресурсы. А еду будете добывать сами. У вас есть пятнадцать минут, чтобы попрощаться с родными.

— Есть! — хором ответили мы.

— И ещё кое-что, — голос сенсея приобрёл стальные нотки. — Я хочу, чтобы впредь о любых своих экспериментах вы ставили меня в известность. И подробно объясняли все возможные побочные эффекты. Никто из нас не хочет, чтобы случившееся повторилось.

— Хорошо, Данзо-сенсей! — вновь вместе произнесли мы.

— Время пошло, — приказал наставник после короткого кивка.

Мы быстро разбежались по домам. Я влетел в столовую, где находилась мама и Такеши, и быстро объяснил им ситуацию.

По пути в особняк я создал клона. Он должен будет принести мне некоторые записи из лаборатории и потом сбегать к Нара, чтобы предупредить о моём отсутствии Шинджи-оджисана и Тсунаде-сенсей. Наваки её, конечно, и сам предупредит, но будет некрасиво не попрощаться самому.

«Черт бы его побрал!» — мысленно ругался я и добавлял ещё множество совсем нецензурных выражений. Навряд ли мне удастся продолжать исследования в полях. Хотя я и попытаюсь.

Забрав у клона необходимое, я побежал на полигон. Но прежде повернулся и помахал семье. Они все вышли проводить меня в путь.

Мы с друзьями вернулись вовремя. По пути ко мне вернулись воспоминания клона. Он выполнил задачу и всё передал. А также встретил Саюри, которая спешила на площадку.

— Сенсей, с чего мы начнём? — уточнил я.

Тот махнул рукой, и мы помчались вслед за ним. Когда походный порядок установился, он ответил:

— На неделю мы отправляемся патрулировать территорию страны Огня. Появилась информация о нескольких бандах, которые не задерживаются на одном месте. Чиновники Дайме решили ограничиться одним заказом сразу на все такие случаи.

— Простите, сенсей, но я никогда не слышала о таких заданиях, — удивилась Саюри..

— Это потому, что мы их не выполняем, — прозвучал ответ. — Деревня справедливо считает, что каждый такой случай — отдельная миссия. Но для нас это как нельзя кстати.

— Почему, наставник? — негромко спросил Наваки.

— Потому что это не в интересах Листа, Сенджу-сан. Мы наемники, а не полиция. И мы получаем деньги за это. Мы не занимаемся оптовыми заказами, что бы ни думали по этому поводу чинуши.

— Разве эта ситуация не создаст прецедент? — что-то не давало мне покоя в этом.

— Ты прав, Дэйчи-сан. Поэтому я заранее отправил в столицу письмо с ястребом. Теперь стоимость миссии равна стоимости каждой отдельной банды, уничтоженной нами, плюс патруль.

Готов поклясться, что на лице Данзо мелькнула улыбка, когда он объяснял это.

По задумчивому и хмурому лицу Наваки можно было понять, что ему не нравится то, что он услышал. Однако он не стал возмущаться, а молча обдумывал сказанное сенсеем.

— Вам не нравятся чиновники страны Огня, учитель? — спросила Нара. Видимо, не я один заметил его улыбку.

— Я ценю эффективность, Нара-сан. И не люблю, когда за счёт деревни кто-то пытается добиться большего влияния.

Пока мы это обсуждали, наша команда уже покинула территорию деревни. На этот раз мы не останавливались на воротах. Очевидно, сенсей уже согласовал с охраной наш уход.

Сразу же наставник повёл нас верхними путями, и мы стали углубляться в лес на юго-запад, в направлении города Танзаку и страны Рек.

— Пожалуй, можно начать урок, — через десять минут бега прервал тишину Данзо. — Слушайте внимательно. Я бы не хотел повторять по несколько раз одно и то же.

И он принялся объяснять нам тонкости и нюансы скрытого передвижения, показывал, как обнаружить тропу, где ходят животные, как использовать местность. Обращал наше внимание на полезные растения: какие-то хорошо утоляют голод, другие помогают отбить запах и сбить со следа собак, третьи вовсе ядовиты.

Часть из этого мы все знали. Но нашлись и интересные моменты. Например, семена одного растения можно без опаски хватать руками, но при сильном нагреве они становятся очень ядовитыми. Можно их завернуть во взрыв-тег и получить опасное оружие.

Ещё сенсей рассказал о некоторых знаках, которые наши шиноби оставляют и объяснил, как можно найти заставы деревни в случае нужды.

К обеду Наваки тихо застонал, пытаясь запомнить названия трав. В отличие от нас с Саюри ботаникой он не увлекался.

— Простите, Данзо-сенсей. Вы не могли бы повторить? Я, кажется, прослушал, — слегка покраснев, попросил он.

Тот присмотрелся к Сенджу, взглянул на небо и начал притормаживать.

— Привал. Надеюсь, вы запомнили, как найти живность в лесу? — произнёс он.

— Да, сенсей.

— Тогда добудьте еду, я пока найду место для остановки.

Он создал клона, который остался с нами, а сам ускорился и исчез в густых кронах деревьев.

— Идём. Я видела неподалёку следы кабана, — повернулась к нам Саюри.

— Ты чудо! Я страшно голоден, — воскликнул Наваки, подскочил к ней и обнял девочку.

— Сколько раз тебе говорить не прыгать на нас резко, особенно на миссии, — строго отчитала его подруга , но порозовевшие ушки выдали её смущение.

— Извини, — с яркой улыбкой почесал затылок Наваки.

— Пошли уже.

Минут через пять мы оказались на полянке, где находилось несколько взрослых кабанов и с ними пара мелких кабанят.

Не став медлить, Сенджу бросил несколько кунаев в самого здорового из них и попал в шею и глаз.

Остальные кабаны, когда услышали предсмертный взвизг собрата, в испуге бросились прочь.

— Ну и нахрена нам такая туша? — приложил руку к лицу я. — Вот теперь и неси её сам.

— Да ладно, — махнул рукой он. — У меня есть несколько запечатывающих свитков. Бабушка дала.

— Тогда вопрос снят, — я показал другу большой палец.

— Довольно предусмотрительно, Сенджу-сан, — голос клона раздался позади и заставил нас вздрогнуть. Мы совершенно забыли о его присутствии. — Заканчивайте и пойдемте. Я обнаружил хорошее место.

Мы быстро упаковали тушу хряка и двинулись за наставником. Минут через пять мы оказались на удобной полянке, явно выбранной не просто так: достаточно открытая для лагеря, она была окружена плотным кольцом деревьев. Единственная открытая тропа хорошо просматривалась, а совсем неподалёку протекал ручей.

— Раз уж у вас оказался свиток, то стоит приготовить еды впрок, чтобы не отвлекаться на это в будущем, — вдумчиво произнёс сенсей. — Сейчас мы близко к деревне и можем относительно спокойно разжечь костёр. Однако ближе к границе, а тем более за пределами страны необходимо будет соблюдать осторожность.

Данзо сложил быструю последовательность ручных печатей и выдохнул небольшой поток огня в заранее приготовленную кучу хвороста и дров.

— В следующий раз обустраивать стоянку будем так, словно мы на границе. Теперь запоминайте, — он достал из кармана соль и небольшой свёрток с травами, которые принялся растирать в пыль. — Эти растения, которые я собрал здесь же в лесу, помогут сделать мясо намного вкуснее, а заодно убить заразу... Вам что-то непонятно? — спросил он, увидев наши удивлённые лица.

— Нет, сенсей, мы всё поняли, — проговорила Саюри, пытающаяся собрать воедино треснувшую картину мира. — Просто мы не думали, что вы… — она пыталась подобрать слова.

— Любитель вкусной еды, — пришёл на помощь Наваки. — Пища должна быть полезной и сытной, а вкус неважен, — он принял позу, похожую на позу наставника, а голосу попытался придать его интонации.

— Зачем отказывать себе в такой мелочи, если это ничего не стоит? — покачал головой наставник, проигнорировав пародию на него от ученика. — Я посмотрю, что вы скажете, когда проведёте несколько месяцев в полях на подножном корме без приправ.

Хмыкнув, сенсей продолжил посвящать нас в секреты готовки дичи. Ему хватило несколько взмахов ладони с лезвиями ветра, чтобы разрезать тушу кабана на несколько неравных частей. Некоторые кусочки были небольшими, а другие довольно крупными. После чего он дал нам задание обработать мясо, очистив от всего лишнего.

Мы с Наваки использовали теневых клонов, чтобы поскорее всё сделать. Когда мы справились с этим, то приступили к обработке всех кусков мяса приготовленной сенсеем смесью трав и соли.

— Сейчас быстро пожарим небольшие куски на костре, чтобы поесть, — распорядился Данзо, указывая на мелкие части. — А те крупные пока запечатайте. Поставим их на ночь запекаться в углях. Это почти не дает дыма и запаха, но требует времени.

Мы тут же принялись нанизывать мелкие кусочки на заострённые ветки. Сенджу в это время аккуратно упаковывал большие куски в запечатывающий свиток. После того как первая порция шашлыка была готова и по поляне поплыли аппетитные ароматы, наставник создал клона, чтобы тот следил за готовкой, а мы все вместе с удовольствием набросились на еду.

— Сенсей, а разве нам не рано знать о схронах нашей деревни? — спросил я, когда съел первую порцию.

— До секретных сведений я вас не допущу. Но есть часть схронов, о которых знают большинство чунинов и многие генины. Например, я уверен, что Сенджу-сан, как наследник клана, знает о некоторых, — ответил Данзо и с удовольствием вгрызся в аппетитный кусок кабанятины.

После сытного обеда, когда мы завершили готовку и собрались двинуться в дальнейший путь, мне пришла в голову несколько сомнительная идея.

— Наваки, — позвал я друга. — Хочешь я сделаю так, чтобы тебе было проще обучаться?

— Ты так можешь? — удивился он.

— Что я говорил насчёт экспериментов, Дэйчи-сан? — сенсей оказался тут как тут.

— Это не эксперимент. Я уже делал такое, помните? — намекнул я. — Здесь то же самое.

— Ты хочешь повлиять на его эмоции? — недовольно спросила Саюри.

— Только немного усилить интерес. Тогда будет легче запоминать информацию, — я пожал плечами.

— Как долго ты сможешь поддерживать технику? — спросил сенсей.

— Думаю, несколько часов. Но мне не нужно её поддерживать постоянно. Достаточно просто время от времени корректировать уровень гормонов.

— Круто! Давай попробуем, — воскликнул Сенджу.

— И что потом, ты будешь контролировать его желания за него? — сложила руки на груди девочка.

— Саюри, ты не права, — вступился Наваки. — Это работает не так. Нельзя взять человека под контроль с помощью гормонов. Когда ты что-то делаешь и тебе это нравится и появляется интерес, то выполнять эту работу становится гораздо легче. Со временем организм сам может более позитивно реагировать на определённые действия, вызывая положительные эмоции. Дэйчи просто ускоряет этот процесс.

— Да только этим управляешь не ты, — всё ещё не была убеждена девочка.

— Как раз наоборот, ведь это я согласился на это.

— На самом деле, твои подозрения даже немного обоснованы. Правда, я ранен твоим недоверием в самое сердце, — я приложил руки к груди и состроил нарочито скорбное выражение лица. Только эффекта это не дало, Саюри всё ещё хмурилась. — Под прямой контроль я не могу взять, но могу вызвать зависимость, как от наркотиков.

— Почемы ты так против этой идеи Нара-сан? — задал вопрос внимательно слушающий Данзо.

— Я Нара! — девочка ткнула себя в грудь. — Мозг для нас — главное оружие. А эта способность… Она словно насмешка над этим!

— Я понял. Но тебе стоит подумать об этом с рациональной точки зрения. Разве способность твоего товарища не может помочь тебе лучше использовать твой инструмент? — голос Данзо был полностью спокоен. Он не давил и не убеждал. Он просто задал вопрос.

Глаза девочки широко распахнулись. Она открыла рот, чтобы что-то возразить, но тут же закрыла. И так несколько раз. Затем Саюри потрясла головой и спрятала лицо в ладонях.

— Я подумаю об этом, хорошо? — глухо попросила девочка, развернулась и ушла, не дождавшись ответа.

— Не думал, что это так сильно её задевает, — протянул Наваки, по обыкновению почесывая затылок. — Но мне кажется, она со временем оценит твою способность. Тсунаде-нэсан мне все уши прожужжала, когда рассказывала о ней.

— Твоя сестра обучала тебя этой технике? — уточнил сенсей. — Мне казалось, это личная разработка Дэйчи-сана.

— Эта способность доступна любому ирьенину ранга B или A, сенсей, — я решил чуть прояснить ситуацию.

— Как сказала сестра, нужен только кто-то, кто сможет разглядеть эту возможность, и вдобавок достаточно отбитый, чтобы испытать её на себе, — заржал Сенджу.

— Обязательно поблагодарю её за тёплые слова, — пробурчал я.

— Значит, любой хороший врач сумеет её применить? — стал докапываться до сути сенсей.

— Для подобного требуется очень хороший контроль, просто для базового применения — блокировки и ослабления гормонов. Для воздействия на других людей и усиления эмоций ещё выше. Это если не учитывать гору специфических знаний. Ведь если что-то пойдёт не так, взрослый мужчина сможет насладиться ощущением себя маленькой девочкой или ещё чего похуже. Но в целом — да, — я улыбнулся во все тридцать два.

— Я удивлён, что ты вообще ещё жив. С твоей тягой к экспериментам, — Данзо даже покачал головой.

— Не надо так. Я очень много времени убил на изучение собственного мозга из-за того, что теневые клоны перегружали нейроны и мне нужно было научиться поскорее восстанавливаться, — произнёс я отповедь на одном дыхании. Какого хрена все считают меня безрассудным?

— Дэйчи, — произнёс побледневший Наваки и стал пятиться от меня. — Я не хочу ощущать себя девчонкой.

— Не волнуйся, друг, — самым успокаивающим тоном сказал я. — Я уверен, у Саюри найдётся для тебя запасное платьице.

Когда я как следует отсмеялся, мне пришлось успокаивать Наваки, который принял шутку слишком близко к сердцу и даже порывался дать мне по лицу. Но с вмешательством Данзо споры были улажены, и я применил свою технику на всё ещё тихо бурчавшего Сенджу.

После мы быстро собрались и продолжили движение. Сенсей всё так же загружал нас новой информацией. Мой метод сработал весьма хорошо. И Наваки не жаловался на буквально впихиваемые в его череп объёмы новых знаний. Так продолжалось до глубокого вечера, когда он остановил нас на ночлег.

— Заночуем здесь, — решил Данзо, осмотрев небольшую прогалину в лесу.

И принялся объяснять, как скрытно разжечь костёр, попутно заставив нас самостоятельно это сделать для закрепления. А после ужина он распределил нам дежурства, закинул мясо запекаться в углях и объявил привал.

Глава 15

Как оказалось, Данзо-сенсей обладал незаурядным педагогическим талантом, а также весьма нетривиальными и суровыми методами обучения. При этом он ничего специально не подстраивал.

За почти четыре недели, проведенных в дороге, мы устали как морально, так и физически. Даже наставник. Он, не скрываясь от нас, ежедневно отправлял по одному клону с почтовыми соколами в деревню. Это не считая того, что двойников он всё так же использовал для нашего обучения и разведки. Так что его состояние не слишком отличалось от нашего.

Уже на второй день он не просто заваливал нас информацией, но и требовал ответов на темы, которые он уже объяснял, притом лишь единожды. И не дай Рикудо кто-то не ответил правильно. Камешек метко прилетал в лоб каждому, кто умудрился не запомнить материал. Уклониться было невозможно, а потому и бессмысленно.

Наваки прилетело чаще других, но и мы с Саюри не остались без «усилителей мотивации». Так или иначе, как бы мы к этому ни относились, эффект был почти чудодейственный. Даже Сенджу, с моей небольшой помощью в виде стимуляции интереса, перестал ошибаться уже через неделю такой дрессуры.

На наши справедливые возмущения сенсей ответил так, что спорить сразу расхотелось:

— Среди вас двое медиков, вылечитесь. Когда меня обучал отец, я за такие оплошности получал розгами. Так что не нойте, это вас не красит как шиноби.

Но всё это обучение было лишь цветочками… Сенсей несколько дней посвятил тому, чтобы мы отточили технику маскировочного плаща до такого уровня, который он посчитал достаточным. А затем показал нам мир без прикрас и иллюзий.

Перво-наперво он обратился к Наваки:

— Сенджу-сан, предупреждаю только один раз, — сощуренные глаза Данзо буравили друга. — Если ты ослушаешься приказа или попытаешься что-то совершить, не получив на это указаний, я буду настаивать на твоём исключении из рядов шиноби и доведу до сведения главы твоего клана и твоей сестры, что ты ставишь под угрозу жизнь команды и выполнение миссии.

На вялые попытки возразить он ясно дал понять, что у сопляков вроде нас недостаточно опыта и навыков, чтобы принимать решения в боевой обстановке, и потому наше личное отношение к чему-либо не имеет никакого значения.

А после заставил нас под маскировкой находиться в лагере разбойников, никого при этом не убивая, или следить за жителями деревень, по которым проходил наш патруль.

Цель слежки он выбирал в соответствии с логикой, ведомой лишь ему. Но каждый раз нас ожидала какая-нибудь мерзость. Того, что мы увидели, никто из нас не мог себе даже представить!

Бандитов зачастую наводили жители деревень. Несколько раз простые крестьяне пробирались в лагерь разбойников и рассказывали, где и когда пройдет тот или иной караван.

А однажды это сделал даже сам староста деревни, мимо которой мы проходили. Туда с утра прискакали на лошадях сборщики податей. Убили двух мужчин по надуманной причине, изнасиловали их жён и дочерей. После чего отобрали еду и ценности у крестьян, помимо дани, и, весело смеясь, укатили дальше.

И за всем этим мы молча наблюдали, никем не замеченные. По лицу Наваки скатилась слеза, когда он это увидел. Но ребёнок держал себя в руках, его выдавали лишь трясущиеся руки. Плакала и Саюри, а мне пришлось подавлять чувства чакрой.

Поначалу нам казалось, что подобное просто немыслимо при свете дня, когда солнце дарит тепло и жизнь всем на земле. Но нет, в большинстве своём такие злодеяния происходили как раз, когда светило находилось на небе и своими лучами нежно касалось земли.

Наблюдали мы и за бандитскими разборками. Тогда Данзо приказывал мне разжечь в них агрессию. В первый раз приказ я выполнял, подавив эмоции техникой. Хватило небольшой искры, и те, словно свора бешеных собак, набросились друг на друга, не жалея ни женщин, ни подростков.

Естественно, всех бандитов мы устраняли. Не было ни дня, чтобы наша команда не истребляла отбросов, промышляющих на дорогах и в окрестных селениях. Уже после третьей банды это перестало вызывать хоть какие-то эмоции. И мы механически делали свою работу, выполняя миссию за миссией.

То, чему мы стали свидетелями, полностью поменяло наш взгляд на людей за пределами деревни. Особенно это коснулось Наваки. Его мировоззрение буквально разбилось о жестокую реальность. И сенсей был ни при чём. Он точно не был виноват в том, что люди порой ведут себя как скоты.

Больше всего запомнился случай с одним деревенским мужчиной. Его отшила женщина и вышла замуж за другого. Чтобы отомстить им обоим, он решил натравить на деревню бандитов. Только наше вмешательство, по прямому указанию сенсея, позволило всем мирным жителям остаться в живых. Незадачливый ревнивец отправился в мир иной вместе с бандой.

Но даже этот приказ наставник отдал не по доброте душевной. Это было для того, чтобы поднять престиж деревни и не позволить другим идиотам промышлять подобным беспределом. Слухи распространяются быстро, и это на некоторое время остудит горячие головы отморозков.

Когда мы спросили, почему сенсей не приказал нам вырезать деревню, которая натравила бандитов на сборщиков податей, или самих сборщиков, он мрачно ухмыльнулся.

— Сборщики уже ликвидированы, а из канцелярии Хокаге отправлено письмо о недопустимости подобных действий, — его тон был холоден и спокоен. — А вы ещё слишком неопытны, чтобы влезать в разборки с власть имущими.

Тогда я впервые увидел, как Сенджу радуется чьей-то смерти.

По вечерам, когда мы останавливались на привал, мы сидели поближе к костру и друг к другу, в попытках согреться. И иногда обсуждали увиденное, поначалу чаще, к концу месяца реже и меньше. Хотя Наваки старался подбодрить нас.

Его оптимизм трансформировался. Теперь это было счастье для своих. Для друзей, для деревни, для родных. С посторонними же он был вежлив, улыбчив, но и только. Я часто видел, как он провожает их настороженным взглядом и держит при этом руку так, чтобы можно было быстро выхватить кунай.

А ночью нет-нет да раздавались тихие стоны и вскрики друзей. Мы с наставником делали вид, что ничего не слышали. Но иногда в такие моменты Данзо давал нам чуть больше отдохнуть, освобождая нас от необходимости нести вахту.

Свою способность превращать клона в птицу я, как и планировал, не стал скрывать и удостоился не только изумлённых вздохов товарищей, но и одобрительного кивка наставника, когда предложил использовать полёт для разведки.

Это значительно нас ускорило, однако никто, кроме, возможно, сенсея, не был этому сильно рад. Ведь стычек стало только больше, и той грязи, которую нам показывал сенсей, тоже становилось больше.

К концу миссии-тренировки мы совершили знатный крюк и находились недалеко от границы со страной горячих источников. Оказалось, что за это время мы обогнули половину страны Огня!

Мы расположились в удобной низине, неподалёку находились орешник и кусты дикой малины. В нескольких минутах пути протекал небольшой ручеёк, помыться в нём не получится, а вот набрать воды — запросто. Низина была хорошо сокрыта от случайного взгляда деревьями и кустарником.

Хорошее место, не зря Саюри его выбрала. Осмотревшись, мы быстро распределили обязанности. Я отправился на охоту, Наваки принялся разводить скрытый костерок, в чём ему очень помогало владение стихией земли, а Нара расставляла ловушки.

Я добыл несколько крупных фазанов, и после сытного ужина мы привычно собрались у костра. По ту сторону от него сидел сенсей и о чём-то размышлял.

— Дэйчи, — позвала девочка, укутавшаяся в плащ. Когда я откликнулся, её следующий вопрос прозвучал как гром среди ясного неба: — А ты можешь своей техникой внушить радость и спокойствие?

На поляну опустилась тишина. Наваки замер, сенсей отвлёкся от своих дум и устремил внимательный взор на девочку. Его лицо не выражало никаких эмоций, но мне казалось, что он доволен произошедшим.

Я внимательно присмотрелся к подруге, прежде чем ответить. Она была сильно смущена, но усталость проглядывалась во всём: сгорбленной позе, почти жалобном тоне, руках, то и дело теребящих полы одежды. Всё это говорило о том, что ей уже всё равно, она будто забыла, что месяц назад эта способность её пугала.

— Могу, — кивнул я.

— Сенсей, вы не против, если мы отдохнём… так? — поддержал подругу Наваки. — Я тоже не откажусь немного отрешиться от всего этого, — он покрутил рукой.

— Я покараулю, — кивнул он и обратился ко мне. — На себя тоже применишь?

— Нет нужды, — покачал я головой. — Я поддерживаю свои эмоции на нормальном уровне.

Наваки встал, подтащил лежаки поближе и забрался на свой. Саюри чуть замешкалась, но тоже легла рядом.

Я создал клона для помощи наставнику в карауле и присел рядом с ребятами. Положив руки им на плечи, я принялся аккуратно воздействовать на обоих. В два потока это было несложно. Труднее было само воздействие.

Несколько минут спустя на лицах сокомандников появилось умиротворённое выражение.

— Эй, Дэйчи, — раздался голос Наваки. Он лежал с закрытыми глазами и улыбался той солнечной улыбкой, которой славился в деревне и клане. — Научишь превращаться в птицу и летать?

— Я не умею, — ответил я.

— Почему? Мне казалось, что всё, что может клон, можешь и ты, — удивился он.

— Клонам проще применять трансформацию. Им почти не надо поддерживать концентрацию, — улыбнулся я. — Когда я сам пытаюсь повторить, то получается только принять облик птицы, для полёта не хватает контроля и фокуса.

— Жаль, — протянул он. — А клона научишь?

— Хорошо, — кивнул я, хотя он этого и не видел.

— Спасибо! Я тебя тоже чему-нибудь научу, вот увидишь, — Наваки смачно зевнул.

Несколько минут спустя он уже сладко спал. Как и Саюри, она отключилась ещё раньше и не слышала нашего разговора.

— Ты довольно просто обучаешь других своим техникам, — произнёс сенсей, изучая мою реакцию.

— Это не моя техника, сенсей. Это простое хенге. Любой шиноби может её выполнить, — ответил я и ухмыльнулся, — если контроля достаточно.

Данзо кивнул и вновь погрузился в размышления. Выглядел он неважно. Лучше, чем мы, но всё же. Бледность и небольшие мешки под глазами говорили, что ему непросто дался этот месяц. Я вздохнул.

— Сенсей, вам нужна помощь? — решил уточнить я.

— Хочешь и меня погрузить в радость и спокойствие? — хмыкнул он. — Нет, не нужно. В отличие от вас, мне необходимо сохранять бдительность.

— Я не об этом, — покачал я головой. — Вы выглядите не очень хорошо. Я могу немного помочь организму, ускорить восстановление и улучшить отдых.

— Давай. Но в эмоции не лезь. Мне нужна ясная голова.

— Хорошо.

Чакры оставалось чуть меньше половины, по моим прикидкам этого должно было хватить, так что я принялся за обследование… и сразу завис.

— Учитель, вы недавно употребляли нечто вроде солдатских пилюль? — с сомнением в голосе спросил я, потому что действие было несколько другим, чем я привык.

— Да.

— Можете сказать состав или дать мне для анализа?

— Нет, эти пилюли не в открытом доступе.

— Понятно, — вздохнул я и продолжил начатое. — Без образца я не смогу подобрать лекарство для минимизации побочных действий. Но попробую немного снизить их эффект. У вас крепкий организм, но, как ирьёнин, рекомендую по прибытии в деревню пройти курс лечения и восстановления.

— Что-то серьёзное? — впервые проявил заинтересованность Данзо.

— Всего по чуть-чуть. Но так и появляются проблемы. Небольшая интоксикация здесь, перенапряжение мышц там, перевозбуждение нейронов тут. По отдельности ничего страшного. Вместе это уже создаёт небольшую проблему.

Пока говорил, начал процедуру. Прикинув, что лучше всего будет уменьшить воздействие химии, а затем восстановить нейроны, а мышцами я решил заняться в последнюю очередь.

Дело двигалось неспешно, но всё же мне удалось добраться до нервной ткани, когда сделал всё, что мог, с отравлением стимуляторами. И буквально через несколько минут сенсей почти прошипел:

— Дэйчи-сан, я, кажется, говорил вам не лезть к моим эмоциям!

— Я не лез, сенсей! — шёпотом воскликнул я. — Это ваша собственная реакция на восстановление мозга. Сколько вы держите клона в сутки?

— Примерно двенадцать часов.

— Охренеть! А ведь вы ещё и вызывали клонов каждый день на миссии, — вдруг дошло до меня. — Зачем столько?

Мне такие цифры только снились. А у него даже не тот уровень поражения нейронов, который был у меня, когда я впервые переборщил с клонами.

— Помимо обучения вас, сопляков, у меня есть ещё и обязанности в деревне, — ответил он.

Я молча продолжил работу, осознавая, какая между нами разница. Мой организм при таких нагрузках послал бы меня куда подальше, перейдя в безнадёжно мёртвое состояние.

Следом за больной головой сенсея я принялся за последний этап лечения — мышцы. И полчаса спустя моя работа была закончена. Это же не полное восстановление, как для Дая.

— Сенсей, вам стоит сегодня отдохнуть. Вы лучше восстановите силы во сне.

— Буди Сенджу, ты сегодня дежуришь последним.

Обычно собачья вахта, так называют смену перед пробуждением лагеря, считается самой сложной и муторной. Но мне было без разницы, я всегда мог настроить себя на нужный лад с помощью техники.

***

Шимура Данзо проснулся ровно в восемь утра, впервые за последние несколько недель чувствуя себя бодрым и отдохнувшим. Лишь неполный резерв напоминал о чрезмерных нагрузках, испытанных им. Но так было надо.

Он окинул лагерь взглядом. Всё было в порядке. Его генины уже споро собирали вещи и готовили завтрак. Затем он поднял взгляд. Как и всегда, ястреб-посыльный ожидал на ветке ближайшего дерева.

Шиноби создал клона, который превратился в не слишком большой металлический брус. Ровно такой, чтобы птица сумела его донести до деревни. После её отбытия он присоединился к детям за едой.

— Что-нибудь случилось за время сна? — уточнил он, когда с аппетитом прожевал несколько кусков сочного мяса.

— Нет, сенсей, — ответил Дэйчи. — Всё чисто.

Кивнув генину, Данзо вернулся к размышлениям. Отсутствие доверенного лица в Корне не позволило ему переложить на кого-то дела подразделения, и он был вынужден постоянно использовать клонов. Вероятно, с этим нужно что-то решать.

Это, конечно, не смертельно для ниндзя его уровня, но сейчас не военное время, и сжигать сейчас ресурсы организма — не лучшая затея. Он оценил резерв. Две пятых. И он восстанавливается медленнее, чем в начале. Радовало то, что уже завтра они направятся в деревню.

Его мысли плавно перетекли на подопечных. Никогда бы он не подумал, что ему понравится обучать подрастающее поколение. Хотя стоит отдать им должное: они учились, прикладывая все силы к этому. Не ныли. Не спорили. Не мешкали. И с каждым днём в них всё больше можно было увидеть шиноби, а не кучку недовольных и уставших детишек.

О своём решении показать им тьму этого мира он не жалел. Хотя Хирузен пытался его отговорить, но Данзо был уверен: это пойдёт на пользу им всем. В преддверии новой войны им нужно как можно скорее избавиться от детских иллюзий и расти над собой.

А она случится скоро, не позднее чем через десять лет. Страны точат зуб друг на друга. Только Песок остаётся в нейтралитете к Листу благодаря поставкам продовольствия и постоянной работе Корня, будь то дезинформация, шпионаж или тайное устранение особо ретивых националистов страны Ветра.

Данзо еле сдержался, чтобы не скрипнуть зубами, припомнив неудачу его агентов, о которой узнал из памяти вчерашнего клона. Каким-то образом у ликвидированного агента остались следы, ведущие к деревне. Снова.

Были и другие, не менее странные случаи, когда из Скрытого Камня и Скрытого Облака приходили ноты протеста с завуалированными угрозами и ультиматумами на инциденты, которых просто не могло быть. Шиноби Листа не выполняли там миссий, а те, кто выполнял, оставались незамеченными.

Внезапно мысли шиноби прервал резко подскочивший Дэйчи.

— Сенсей, в нашу сторону на очень высокой скорости движутся трое шиноби, — выпалил он.

— Как далеко им до нас? Кто они, есть опознавательные знаки? — резко спросил Данзо.

Его тело мгновенно пришло в полную боевую готовность. Рука змеёй метнулась к подсумку и вытащила серовато-жёлтую пилюлю.

— Две минуты. Опознавательных знаков нет. У всех странное оружие за спиной. Кто-то из них сенсор, потому что они резко свернули в нашу сторону за десять километров от нас, — отрапортовал мальчишка, а увидев, что находится в его руке, быстро добавил: — Сенсей, давайте лучше я передам вам чакру. В отличие от вас, я могу принять одну пилюлю без последствий.

— Давай, — кивнул капитан команды, но допинг убирать пока не стал. — Если не успеешь, выпью.

Фукудзава приложил руки к груди сенсея и стал перекачивать чакру.

— Мы примем бой, наставник? — спросила Саюри.

— Неизвестные быстрее вас. Держитесь у меня за спиной, как только я убью одного из них, бегите в сторону деревни.

— Но сен… Хорошо, Данзо-сенсей, — запнулся Наваки.

— Вы помешаете мне использовать самые сильные техники. В бою такого уровня вам пока не место.

Кивнув, Нара и Сенджу принялись разминать мышцы для спринта.

Спустя пятнадцать секунд Фукудзава проглотил собственный стимулятор и продолжил работу. К моменту встречи резерв Данзо был почти полон.

Сначала команда услышала звук сработавших ловушек: свист воздуха и взрыва. И лязг металла, очевидно, противники сумели защититься от метательного железа.

А ещё секунду спустя из-за деревьев на поляну выскочило трое мужчин с маньячными оскалами на лицах, в руках они держали боевые косы с алыми, словно кровь, лезвиями.

— Умрите во имя Джашина-сама!

Глава 16

Отвечать Данзо не счёл нужным. Как и обращать особого внимания на слова тех, кто вот-вот умрёт, хотя упоминание бога убийств не прошло мимо его сознания. Самый болтливый ещё не успел закончить свою тираду, а в тройку сектантов уже летел огромное крестообразное лезвие воздуха.

Для говорящего это было настолько неожиданно, что он не успел ничего предпринять. Его тело было перерублено в нескольких местах: от грудины до плеча и от пояса до колена правой ноги.

Оно ещё не успело рухнуть кусками на землю, а генины уже рванули в сторону Скрытого Листа. В то же время капитан команды уже складывал печати для новой техники, постоянно смещаясь так, чтобы находиться между противником и детьми.

Среди оставшихся в живых Данзо быстро определил самого сильного. И сонм воздушных пуль, точно рой разъярённых пчёл, устремился на него.

Но на этот раз результат был не тем, которого ожидал джонин. Тело культиста почернело. От части пуль он увернулся, а часть принял на себя. И выстоял.

На теле мёртвого культиста проявился светящийся символ их божества.

— Так и знал, что этот дебил сдохнет первым! — внезапно оскалился чернокожий и обратился к напарнику: — Отправляйся за мелкими говнюками. Я позабавлюсь с их наставником.

Несколько техник ветра он отбил косой, а те, что достигали цели, не могли пробить его защиту.

Не дожидаясь ответа напарника, псих рванул в ближний бой на Данзо.

Шиноби создал теневого клона, чтобы помешать второму противнику отправиться за учениками. Но первый ценой принятого на себя удара кунаем, окружённого лезвием ветра, развеял двойника. Только попадание не принесло видимого результата.

Противник смеялся в голос и нападал яростно, полностью наплевав на защиту. Данзо скривился. Непробиваемость врага была крайне неприятной неожиданностью. Он не был слишком быстр, он не был слишком силен. Однако противник мог позволить себе получать попадания, поскольку они не наносили ему урона. В отличие от Данзо, которому приходилось быть осторожным.

Чакра Фукудзава, несмотря на большой объём, была не такая плотная, как его собственная. Поэтому мощь техник была несколько ниже обычного. К тому же полностью резерв ребенок ему не восполнил. Хотя шиноби не был уверен, что с полным запасом энергии пробил бы броню, обычными техниками. Слишком та была крепкая.

Но решить проблему нужно было быстро. Увернувшись от размашистого удара, Данзо выплюнул мощное вакуумное ядро и попал противнику в грудь. Тот улетел в лес, попутно его тело снесло деревья, создав после себя просеку.

— Жалкий глупец, меня защищает Джашин-сама!

Противник вынырнул, как ни в чём не бывало и вновь ринулся в бой. Однако, пока тот приходил в себя, шиноби Листа обратил внимание, на символ джашинитов, что светился на трупе их товарища. Он стал тусклее.

Это требовало проверки. Данзо резко отпрыгнул назад и сложил длинную серию печатей.

Противник не успел добежать, как в него прилетел воздушный дракон. В отличии от обычного дракона стихии воздуха, этого шиноби создал максимально сконцентрированным. Узкое и небольшое тело змея могло создать впечатление слабости. Но оно было ошибочным. Мощь техники значительно превосходила, классический вариант.

Величественный зверь буквально вгрызся в тело джашинита, направив всю мощь в одну точку. Тот вновь улетел. На этот раз разрушений было намного больше. По лесу словно провели огромным плугом. Во все стороны разлетались небольшие деревья, кустарники и щепки. В конце действия дракон взорвался, сосредоточив всю оставшуюся мощь в одной точке, из-за чего в округе начался настоящий дождь из древесины.

Однако противник выдержал атаку, хоть и не без последствий. Вернувшийся враг выглядел неважно. Одежды на нем не было. Из многочисленных порезов на теле медленно, намного медленнее обычного, сочилась кровь. Хотя стоял он без видимого напряжения.

Но самое главное, что символ джашина почти погас.

— А ты силен, урод! — сплюнул тот. — Но даже, если ты сумеешь меня одолеть, мой напарник прикончит твоих щенков и Джашин-сама получит своё.

Данзо вновь проигнорировал психа. Пусть треплется, а он в это время приготовит ещё одну мощную технику. Ещё несколько атак и противник умрёт.

Внезапно сверху на соперника, чуть сзади и справа, так, чтобы тень не выдала его, стремительно спикировал Фукудзава Дэйчи. В его руке вращалась голубоватая сфера. И этой сферой ученик попал прямо в спину врага.

Культиста бросило о землю, его тело под воздействием техники буквально вдавливало в грунт.

Данзо ни секунды не мешкая оказался рядом и взмахом куная усиленного стихией ветра отсек голову врага.

— Сенсей я клон, — быстро заговорил ребенок, создавая теневого клона, который тут же развеялся. — Тот кто гонится за нами почти нас догнал. Я увидел, что тут происходит и решил вмешаться.

— Почему не атаковал своего врага? — спросил Данзо, махнув клону рукой и устремляясь в сторону, куда побежали ученики.

— Если наш противник обладает такой же защитой, как и у вашего, то мое нападение ничего не даст. Никто из нас просто не сможет этим воспользоваться, — ответил я на бегу. — Сенсей я полечу в виде птицы и укажу путь.

— Давай, — кивнул тот и ускорился.

Десять секунд спустя шиноби взглянул наверх и чуть сменил направление, чтобы бежать ровно по курсу с клоном-вороном. И максимально ускорился.

Спустя минуту он стремительной кометой нагнал свою цель.

***

Как только тело незадачливого психа стало разъезжаться на части, мы что было сил рванули к деревне.

По началу нам казалось, что погони не будет, но затем, через клона птицу я увидел, что один противник сумел прорваться через сенсея и побежал за нами. Благо, что я успел выполнить технику мёртвой души, пока все были заняты приготовлениями, а сенсей стоял к нам спиной.

— За нами погоня, — сообщил я и создал ещё одного клона.

Будет отводом глаз и дополнительным ретранслятором для первого клона, если мне потребуется отдалится им больше, чем на пять километров. Никто не обратил внимания в суматохе, что я выполнил технику мертвой души, ни Саюри ни Наваки даже не смотрели в нашу сторону.

Мы припустили ещё быстрее. Я заметил, что преследователь периодически останавливается, после чего поворачивает точно в нашу сторону. Один раз даже взглянул на меня-птицу. Сенсор! Я предупредил товарищей и мы стали периодически менять направление.

Наваки сначала порывался дать бой противнику, но когда он услышал страшный грохот, раздавшийся со стороны, где шло сражение, резко передумал.

Я же не только слышал, но ещё и наблюдал за сражением сенсея против культиста.

Скорость учителя была невероятная. Вот он уворачивается от шквала атак изредка контратакуя, а вот в грудь противника врезается ядро и того пулей уносит в лес, создавая просеку и тот самый шум, заставивший Наваки включить чувство самосохранения.

И все это за какую-то минуту!

Когда же сенсей создал дракона и тот достиг цели я чуть не споткнулся. Во первых от невероятного зрелища, во вторых из-за того, что в теле птицы мне пришлось уворачиваться от целого града деревянных щеп.

Несколько секунд спустя земля содрогнулась под нашими ногами.

— Противник приближается, — предупредил я друзей и вновь создал клона. На этот раз иллюзорного, как и в прошлый раз это осталось незамеченным.

Именно в этот момент мой клон помог сенсею уничтожить чернокожего культиста. А заодно пополнил мой резерв.

— Видел место, где будет удобнее сражаться? — нахмурила брови Саюри.

— Чуть правее от нас есть проплешина. Там просторно и много травы, которая отбрасывает тени, — ответил я, понимая, что она задумала.

— Веди.

Я сменил курс и минуту спустя мы выскочили на свободное пространство.

Клон ведущий Данзо оказался достаточно близко, чтобы я мог развеять второго двойника, не опасаясь обрыва связи.

— Нужно его задержать до прихода сенсея. Если противник так же крепок, как тот с кем он сражается, то это наш единственный шанс!

Мы приготовились к бою. Наваки покрылся каменной броней. Я создал дополнительные конечности с защитой. Саюри спряталась за нами и сложив печати, стала собирать побольше чакры для своей техники.

События понеслись вскачь.

— Вот вы где, жалкие крысы! Стойте на месте и дайте мне принести вас в жертву Джашину-сама, — хищно оскаливается последний фанатик, едва очутившись на поляне.

Однако Саюри поступает ровно как сенсей. Не слушая речь врага, она активирует технику. Тень, словно невидимый хищник, скользит меж высокой травы и достигает врага, и заставляет его припасть на колено.

— Что за херня?!

Этим возгласом противник давится. Могучий удар Наваки, который оказывается чуть менее терпеливым, чем я, и рвётся в атаку ещё до того, как Нара обездвиживает джашинита, буквально отрывает его челюсть.

— Он не неуязвим! — кричит друг.

Но я всё вижу своими глазами. Подскакиваю к противнику, сразу вслед за другом и двумя лезвиями чакры начинаю перерезать сухожилия на руках и ногах. Третья рука удерживает маньяка от падения или побега, а четвертая рыщет в набедренной кобуре в поисках снотворного.

Нахожу его и не мешкая вкалываю его противнику. Спустя пару секунд он отправляется в царство Морфея. Не завидую я ему. Он либо не проснется вообще, либо проснется в месте, что хуже ада.

И в этот момент, вырвав с корнем небольшое деревце, на поле боя врывается Данзо-сенсей. Его глаза словно сканируют происходящее на поляне, тело напряжено, словно пружина, в руке кунай, окруженный потоками воздуха, превращающие небольшой нож в настоящий меч.

— Молодцы! — осознав увиденное выдыхает он.

Его поза слегка расслабилась. Техника развеялась. Сенсей тяжело дышал и выглядел уставшим.

— Учитель. Мы взяли последнего в плен, — уточнил я.

— Я заметил, что он дышит, — кивнул он.

— Что мы будем с ним делать? — спросил Наваки морщась и проходясь по плечу лечебной техникой.

Он, видимо пострадал от веса собственной брони, но заметил это только сейчас, когда адреналин отпустил.

— Быстро допросим и ликвидируем, — ответил Данзо и добавил после секундной паузы: — Его слишком опасно транспортировать в деревню.

— Сенсей, я превратил в лохмотья все его сухожилия и накачал лошадиной дозой снотворного, — внёс ясность я.

По внешнему виду этого было не понять. Скальпель чакры не оставил следов на коже.

— Тогда есть смысл доставить его в деревню. Свяжите его и наклейте печать подавления. В крайнем случае просто убьём.

— Дэйчи, эту тушу понесешь ты, — хохотнул Наваки, вернув подколку.

— Не говорите глупостей. Его понесёт мой клон. Вы не успеете среагировать, если у врага есть козырь, — вмешался Данзо.

— Сенсей, скажите, а эти противники были чунинами или джонинами? — спросила Саюри.

— Я бы сказал, что они ближе к джонинам, — приложил пальцы к подбородку сенсей.

— Но почему тогда мы сумели так просто одолеть его? — девочка взмахом руки указала на поверженного противника.

— Это как раз то, чему я вас обучаю: эффективности, внимательности и предусмотрительности. Враги были слишком самоуверенны и надменны. Они слепо бросались в бой.

— Учитель, вам нужна помощь? — спросил я.

— Нет, я здоров.

— Я не об этом, может вам ещё передать чакры? У меня под завязку, я ведь съел пилюлю.

— Передай, но только немного. Твоя чакра не такая сильная, как моя и может меня ослабить на некоторое время.

— Всё лучше, чем чакроистощение, — пожал я плечами и принялся за дело.

— Чего сидите? — обратился Данзо к Наваки и Саюри. — Готовьте перекус. Едим и выступаем. Дэйчи-сан твой клон в воздухе?

— Да.

Ребята быстро соорудили место под костер. А я как раз закончил переливание чакры.

Вскоре на огне подогревались остатки вчерашнего ужина, кроме того мы достали из печати полоски вяленого мяса, которые несколько раз заготавливали впрок.

После плотного перекуса, мы прибрали за собой и направились в сторону деревни.

— Сенсей, а вы знаете, кто это был? И почему ваш противник был непробиваем? — решил я задать вопрос.

Если бы не контроль эмоций я бы точно несколько раз завис бы от диссонанса. Всё что я помнил из канона о Джашине оказалось неправильным. Где бессмертие? Где перенос ран на противника? Что за техника защиты? Ничего из этого у Кишимото не было описано.

— Это секта психов-фанатиков поклоняющаяся некому богу убийств — Джашину, — стал рассказывать сенсей. — Раньше у них не было таких способностей. Во время первой мировой войны мы и облачники часто сталкивались с ними и безжалостно вырезали эту пакость. Что касается непробиваемости, то причина тому — какая-то особая техника. На теле мертвого противника появилась печать, и пока она работала их лидер был под защитой, вдобавок он стал быстрее и сильнее.

— О, а что за символы были в печати? — внезапно влез Наваки до этого внимательно слушавший наставника.

— Знак их секты, — сказал Данзо, встал и направился к пленному. Присел возле него и стал копаться в карманах. Найдя что искал он вернулся к нам и протянул металлический медальон, который выглядел, как треугольник вписанный в круг. — Надеюсь ты не желаешь присоединиться к их пастве.

— Нет, конечно! — аж подскочил Наваки. — Просто бабушка хочет обучать меня фуиндзюцу, я подумал, что ей может быть это интересно.

— Сенсей, а вы научите нас стихийным техникам? — спросила Саюри.

— Обязательно. Зачастую это самые эффективные приёмы в бою, любой шиноби должен владеть хотя бы одной стихией, — ответил он и вдруг прищурился: — Дэйчи-кун. Что за технику использовал твой клон против моего противника?

— Ты дрался с противником сенсея?! — возопил Наваки, вновь подорвавшись с места.

— Наваки-кун, успокойся и сядь! — проронил Данзо.

И тот мгновенно успокоился, но с любопытством смотрел на меня.

— Это моя собственная разработка — Расенган. — Я поднял руку, и в ней материализовалась тихо гудящая сфера чакры.

— Отличная техника! — кивнул сенсей, внимательно рассматривая её. После чего объяснил сокомандникам: — Клон вашего товарища неожиданно напал на моего противника и с помощью этой техники ошеломил его.

— Круто! Ты должен как можно скорее научить моего клона летать! — экспрессивно затараторил Наваки. — Он будет падать на противника с каменными кулаками. Или вообще обернувшись полностью в камень. Я назову этот приём — камнепад!

Глава 17

Наш путь до деревни прошел без происшествий. К вечеру второго дня мы, изнурённые, наконец добрались до ворот. Данзо-сенсей решил напоследок испытать нашу выносливость: весь последний день мы бежали без остановок, на ходу перекусывая вяленым мясом.

— С возвращением, — поприветствовал нас мужчина с холодным, внимательным и цепким взглядом серых глаз. — Мы заберём пленника.

Ещё утром я отправил птицу-клона предупредить о нашем балласте.

Двое невзрачных шиноби, одетые в стандартную униформу чунинов и стоящие рядом с говорившим, направились в нашу сторону. Клон сенсея передал пленника, который всё ещё был без сознания.

За всё время пути я лишь раз добавил ему дозу снотворного, и он мирно проспал всю дорогу.

— Завтра в восемь утра встретимся у башни Хокаге для сдачи миссии. Подготовьте отчёты. А сейчас отдыхать, — раздал указания Данзо, чуть запнулся, но добавил: — Хорошая работа.

— Спасибо, сенсей!

Он кивнул и исчез в шуншине.

— Не знаю, как вы, ребята, а я последую совету сенсея, — Наваки разинул рот в таком широком зевке, что я чуть было не испугался, как бы его челюсть не вывихнулась.

Могу его понять. В отличие от меня, ребята не употребляли солдатских пилюль. Поэтому их состояние оставляло желать лучшего.

Сначала мы шли вместе, с радостью обсуждая деревню и вспоминая разные интересные случаи . О миссии мы, не сговариваясь, не упоминали. Но вскоре мы разошлись, каждый в своем направлении.

Я хотел поскорее добраться домой, поэтому припустил по крышам и деревьям на полной скорости. Несколько минут в таком темпе, и я был совсем близко .

— Добро пожаловать домой! — услышал я, едва открылись ворота квартала и почувствовал, как улыбка словно сама собой появилась на лице.

Мой пернатый клон уже побывал тут. Он должен был передать информацию в отдел пыток и допросов, но не очень хотел идти туда. Поэтому он нашёл сенсея, зная, что они с отцом уже должны были вернуться, и через него вышел на Арату, который там работал.

Ко мне тут же бросилась Мио и сгребла меня в свои объятия. К ней присоединился Изао. Когда первые восторги от встречи улеглись, я ощутил на плече руку отца.

— Добро пожаловать домой, сын! — тепло улыбнулся он.

— Молодец, Дэйчи, — Акира потрепал меня по голове.

Я присмотрелся к ним. Память клона не обманула, у отца был гипс на левой руке. А наставник хромал на правую ногу и осторожно двигал правой рукой. К сожалению, у клона не было времени на лечение, он и так летел больше четырёх часов, а потому сразу развеялся, завершив своё задание.

— Ну рассказывайте, что с вами произошло? — спросил я, когда с приветствиями было покончено и мы все переместились в столовую, и мама, не медля, стала накрывать на стол.

— Нукенины и бандиты, — пожал плечами Акира. — Правда, первых оказалось слишком уж много, без жертв не обошлось.

— К сожалению, да. Погибло несколько соклановцев и пять человек охраны. Нам с Акирой-саном тоже досталось, — отец указал на гипс.

— Скорее всего, мы потеряли бы и больше людей. Но нам неожиданно помогли облачники, — нахмурился наставник, его лицо приняло задумчивое выражение. — Они напали на наших врагов с тыла и зажали их. Не могу только взять в толк, с какой стати.

— Я тоже был удивлён, — кивнул отец. — С учётом наших отношений помощь от ниндзя Облака, даже если это нукенин, — это последнее, чего я мог ожидать. Как он сказал? Вам повезло, древолюбы, что мне заплатили за то, чтобы тут был порядок.

— Слово в слово, — кивнул Акира.

— Что, если он сказал правду? — уточнил я, не понимая, что тут необычного.

— Ох, сын, — покачал головой Акио. — Ты просто не знаешь, что происходит на практике. Обычно караваны оказываются «уже уничтожены», — он изобразил кавычки пальцами, — к моменту прибытия патруля из Облака или Камня. Относительно безопасными считались маршруты в сторону Страны Песка и Страны Воды, поскольку эти страны очень зависимы от торговли.

— Ладно, ты лучше расскажи, что у вас-то приключилось? Что за пленник? Ведь твой клон ничего толком не успел рассказать, — разразился встречными вопросами наставник.

Я довольно точно, но без кровавых подробностей, описал сражение с культистами Джашина и то, как мы пленили одного из них.

— Никогда о таких не слышал, — удивился сенсей.

— А я, кажется, нечто подобное припоминаю, — задумчиво почесал подбородок Акио. — Кажется, из-за них в том числе, ещё мой отец решил не налаживать торговлю со Страной Горячих Источников.

— Неужели всё было настолько серьёзно, что наш клан отказался от потенциальной выгоды? — поднял бровь я.

— Нет, это было лишь одной из причин, даже не главной, — помотал головой Акио. — Иначе я бы о них вспомнил сразу. Просто нам было выгоднее налаживать связи в другом направлении. В Стране Травы, например, как ты можешь помнить.

— Кстати, а где дедушка? — спросил я. — Давно его не видел.

— Из-за моего отъезда в Страну Мороза ему пришлось тряхнуть стариной и отправиться в Страну Травы. Вернётся примерно через месяц.

Я прикинул в уме, что он отправился в путь примерно десять дней назад, может, чуть больше, если он планирует задержаться на несколько дней.

Мы поужинали и поболтали ещё полчасика. Мой клон в это время развлекал брата, после чего я отправился в комнату спать. Честно говоря, в сон клонило так, что я хотел сразу после еды пойти в койку. Но желание побыть немного с роднёй победило. Перед тем как уснуть, я вновь пожелал всего наилучшего Тобираме в посмертии. Я одновременно и проводил время с родными и писал отчёт.

Заодно показал Акире новый метод связи с клоном. Тот проникся, но посетовал, что технику мёртвой души ему придётся изучать довольно долго. И это с учётом усиления контроля от дополнительных потоков.

На следующее утро наша троица стояла у башни Хокаге. Лица Наваки и Саюри были совершенно невыспавшиеся и хмурые. Я тоже не хотел бы идти куда-то утром: организм после месяца спартанского режима буквально требовал часов двадцать беспробудного сна. Благо, ирьёдзюцу позволило мне выглядеть более-менее сносно.

— Наваки, почему ты не использовал ирьёдзюцу, чтобы снять усталость? — спросил я.

— Что? — он глупо моргнул, после чего хлопнул себя по лбу. — Блин, я забыл.

— Саюри, тебе помочь? — спросил я, посмеиваясь, пока друг спешно применял на себе технику.

— Давай, — зевнула та. — А то я прямо здесь усну.

Пять минут спустя мы все были относительно свежи и бодры. К сожалению, полноценный отдых эта техника не заменит.

Данзо, как обычно, появился точно в восемь и кивнул нам в знак приветствия.

— Идём, — позвал он. — Отчёты.

Мы передали ему бумаги в руки и, пока шли, он на ходу пробежался по ним глазами. После этого он бросил внимательный взгляд на Наваки, но промолчал.

В кабинете Хокаге висел стойкий запах табачного дыма. Сам хозяин кабинета сидел за заваленным бумагами столом и, бегло просматривая бумаги, отправлял их в разные стопки, иногда подписывая некоторые из них.

— Доброе утро, — он отвлёкся от дел и встретил нас небольшой добродушной улыбкой. — Как прошла ваша миссия? Я слышал, вы захватили заложника?

Сенсей стал коротко и по существу отвечать на вопросы Хирузена, а ближе к концу рассказа и мы дополнили картину произошедшего.

— Молодцы, дети, ваши родители могут вами гордиться. Не каждая команда генинов способна одолеть, а тем более пленить джонина, — с какой-то даже торжественностью в голосе похвалил нас Хокаге.

— Это потому, что мы лучшая команда генинов! — вставил Наваки, за что тут же получил локтем в бок от Саюри и строгий взгляд сенсея.

— Какой энтузиазм, — усмехнулся глава деревни.

Что-то мне подсказывало, что Джирайя вел себя не лучше и таким поведением Хирузена не удивить. А учитывая, что и Тсунаде могла чего-нибудь отчебучить, так и вовсе.

Данзо создал клона.

— Идите с ним. Мне надо поговорить с Хокаге.

— До свидания, Хокаге-сама, — попрощались мы.

Он кивнул в ответ, и мы вышли из кабинета в сопровождении двойника Данзо. Он повёл нас на второй этаж, где отдал свиток с заданием, с пометкой о выполнении, клерку.

— Тридцать семь заданий C-ранга за месяц? И одно B-ранга? — У того аж глаза на лоб полезли. — Прошу прощения.

Работник канцелярии достал из тумбочки какой-то лист и принялся его спешно заполнять. Закончив, он резво встал с места и направился в кабинет руководителя отдела, дверь в который была неподалёку. Минуту спустя он вернулся и протянул учителю чек.

— Вот, держите.

Тот его забрал, взглянул на сумму, кивнул и вновь позвал нас за собой. На этот раз в банк. У каждого из нас были свои счета. Мой счёт открыли, когда я сдал экзамен на генина и подал необходимый пакет документов. А у Наваки и Саюри, как представителей кланов, счета уже были открыты их родителями.

— Пока вы генины, распределение происходит так: половину получает капитан команды, остальная часть делится между вами поровну, — объяснил Данзо, когда мы подошли к кассиру.

И сразу же попросил работника банка разделить сумму соответственно.

— Вы взяли генинов на миссию S-ранга? — поднял тот бровь.

— Нет.

— Хорошо, — сглотнул кассир под пристальным взглядом сенсея. — Ваши три миллиона двести семьдесят пять тысяч рё. Вы хотите поделить их по стандартной схеме: командир, три генина?

— Да.

Клерк не стал больше задавать вопросов и без промедления приступил к делу.

— Сенсей, откуда столько денег? — спросила Саюри, когда мы вышли из финансового учреждения. — Это же на каждого из нас по пятьсот сорок пять тысяч с лишним.

— Я ведь говорил, что за каждую банду нам будут платить отдельно. Выбить максимальную оплату за каждую миссию C-ранга не удалось, в канцелярии Даймё тоже не зря свой хлеб едят. Но за миссию B-ранга им пришлось заплатить больше обычного, за счёт длительности.

— Кстати, сенсей, а вы не проверяли, нет ли того джашинита, с которым вы сражались, в книге «Бинго»? — полюбопытствовал я. — И как вообще происходит делёж такой награды?

— Тех культистов нет в книге, — хмыкнул сенсей. — Обычно выплату получает тот или те, кто сражался с целью. Но бывает, что шиноби получают миссию на устранение того, кто есть в книге. Тогда награда делится между командой, как обычно.

— Понятно, спасибо, сенсей.

— Сегодня и завтра вы свободны, — кивнув мне, произнёс клон Данзо. — Отдыхайте. Послезавтра, как обычно.

И исчез в облачке дыма.

— Сенсей, как всегда! — воскликнул Наваки. — Я хотел его позвать с нами отпраздновать завершение миссии.

— Надо было раньше пригласить, хотя вряд ли было бы по-другому, — усмехнулась Саюри.

— Ты же знаешь, он не любит, когда его перебивают, — насупился он.

— Кстати, обычно после месячного задания ниндзя получают неделю отдыха или чуть меньше, — вскинулась Нара. — Похоже, сенсей хочет воспользоваться вашими навыками. Дэйчи, ты поможешь мне?

— Да, — я кивнул. — Можешь прийти в госпиталь во время обеда. Я буду там. Или вечером ко мне домой.

— Ты решил пригласить Саюри в гости на свидание? — ехидным тоном произнёс Наваки. Но ему пришлось отпрыгивать от удара локтём нанесённого рассерженной девочкой.

— Дурак! — возмутилась Нара и добавила, повернувшись ко мне: — Не обращай на Наваки внимания. Спасибо, Дэйчи.

Я лишь улыбнулся.

— Ладно, ребята, мне пора. Надо ещё отца с Акирой подлечить, прежде чем идти в больницу.

— Что-то случилось? Ты ничего не рассказывал об этом , — поинтересовался Сенджу, подойдя к нам.

— Ранили во время возвращения каравана. Ничего серьёзного, позже расскажу подробнее, — не стал вдаваться в подробности я.

Прощаться я не стал, зная, что ещё увидимся сегодня, и сразу рванул в поместье. В теле клона я уже всё подготовил, а о том, что сегодня будет отгул, мне ещё вчера Акира сказал.

Так что, добравшись до поместья, я сразу направился к лаборатории, отец был уже там. Не став терять время, я снял с Акио гипс, уложил его в центр печати техники регенерации, создал ещё одного клона, и в три потока мы в короткий срок восстановили ему кость левой руки. Пусть ещё требовалось восстановление и пользоваться конечностью нужно было крайне осторожно, но это лучше, чем прежде ходить в гипсе с одной работающей рукой. .

Отец, поблагодарив меня, ушел отдыхать. Времени было немного, и я уложил уже Акиру на его место. Клон сбегал за ним, когда с лечением Акио было закончено. И по той же схеме в шесть рук я оперативно привёл сенсея в порядок.

Я не боялся, что кто-то может пронюхать что-то лишнее, и потому связь с двойниками держал по старинке, с помощью нитей. Это хоть немного, но сэкономило мне чакру. И всё равно пришлось сытно поесть и проглотить солдатскую пилюлю после двух сеансов лечения, прежде чем мчаться в госпиталь.

— А ты не торопился, ученик, — встретила меня Тсунаде, уперев руки в бока.

— Простите, сенсей. Лечил дома отца и Акиру-сана, — я в недоумении приподнял бровь.

— Я шучу, мелкий, — девушка сгребла меня в охапку. — С возвращением. — Она вернула меня на место. — Ты как? Наваки рассказал, что было непросто.

— Я нормально, сенсей. Вы же знаете, контроль эмоций творит чудеса. Наваки и Саюри пришлось намного труднее, — я пожал плечами.

— Да, братишка рассказал, что ты даже применил к ним технику, чтобы снять стресс. Правильно сделал, — она улыбнулась. — Я проверила на всякий случай, с ним всё в порядке, привыкания нет.

— Конечно нет! — возмутился я. — Я и сам всё проверил. В той ситуации достаточно было просто убрать стресс, так что я лишь немного добавил чувства радости и спокойствия.

— Ладно, не заводись, — ухмыльнулась Тсунаде. — Дай-ка я лучше тебя обследую.

И, не дожидаясь возражений, она стала проводить по мне мистической рукой.

— Ты опять пил допинг? Нахрена Шио-сама вообще тебя этому научил, — зашипела она, не прерывая процедуру.

— Я всё делаю по инструкции и не использую их часто, — насупился я.

— Только поэтому я ещё не запретила тебе их пить и не высказала старику всё что думаю об этом, — пробурчала она и прервала технику. — С тобой всё в порядке, есть только усталость. Больше кушай, больше спи, не перенапрягайся, хотя кому я это говорю, — последнюю часть она тихо прошептала. — В общем, постельный режим не нужен.

— Отлично, — сказал я. Девушка подтвердила то, что я и так знал. — Я как раз планирую поработать два дня, которые сенсей нам дал на отдых.

— Замечательно! У меня через час операция, будешь ассистировать. А пока отдохни и восстанови чакру, у тебя всё ещё неполный резерв. Кстати, где ты успел так выложиться с утра, что потребовалась пилюля?

— Восстанавливал кости отцу и Акире с помощью лечебной регенерации жизненной силы.

— Я удивлена, что ты ещё не валишься пластом, — она покачала головой. — Может, у тебя просто талант к этой технике?

Я заметил, что многие в этом мире часто приписывают какие-то значительные успехи или необычные способности таланту и наследственности. В этом зачастую есть доля истины и к тому же это обеспечивает мне прикрытие.

Глава 18

Я уточнил у Тсунаде, сколько будет длиться операция и заранее создал клона для лечения Саюри. Чакры было в достатке, действие стимулятора будет длиться ещё долго. Время до операции провёл в медитации. Одновременно, управляя двойником, я взял на себя рутину и искал что-нибудь новое в библиотеке.

Но к счастью это оказалось не нужно. Вместе с наставницей мы быстро поставили на ноги шиноби. Случай был достаточно сложный. Джонин главной ветви Хьюга столкнулся с обладателем стихии земли, но всё же вышел из схватки победителем.

Чего чего, а воли у него было на десятерых, и я даже слегка проникся к нему уважением. Трещины в рёбрах, сломанные пальцы обеих рук, небольшая трещина в челюсти, отбитые внутренние органы, но он стоял с гордо поднятой головой, отказываясь и от запечатывания, и от госпитализации.

Хотя сенсей не чинясь и назвала его идиотом, конечно же имея в виду его неуместный героизм, всё же в её взгляде читалось уважение к этому воину.

Не обошлось и без неожиданностей. Девушка решила проверить мою способность к лечебной регенерации жизненной силы. Хорошо, что я всегда при операциях создавал дополнительные потоки, а связь с клоном добавила ещё один. Так что наставница осталась довольна результатом. Ещё бы! Без этой техники Хьюге пришлось бы восстанавливаться значительно дольше, ведь тратить много сил и времени ирьенина ее уровня на полное восстановление костей никто бы не позволил.

— Благодарю, Сенджу-сан, Фукудзава-сан, — кивнул Хьюга и лёгкой походкой отправился к выходу.

Я устало опустился на стул. Его травмы были намного серьёзнее, чем у отца с Акирой, а сенсей просто контролировала процесс лечения и помогала, лишь изредка направляя туда, где было эффективнее действовать прямо сейчас. Так что я снова был выжат, пусть и не до истощения.

— Если бы не видела своими глазами, не поверила бы, что такое возможно! — улыбалась Тсунаде. — Как будто действовала бригада опытных пользователей техники. Кажется, мне стоит поднажать на контроль, а то не ровен час придётся уже мне называть тебя «сенсей». — Несмотря на эти лестные слова в мой адрес, в её голосе совершенно не чувствовалось зависти.

— Думаю, это несколько преждевременно, «кохай», — мои губы расплылись в довольной усмешке.

— Только не возгордись, — покачала девушка пальчиком и поцокала языком.

— Да куда мне, сенсей, — я отбросил притворство. — Ещё учиться и учиться.

«Это вы ещё с Сакурой не знакомы, вот у кого невероятная скорость обучения», — пронеслась мысль в моей голове.

— Скажи, как ты додумался использовать эту технику на костях? Обычно она применяется при сквозных ранах, а не на внутренних, — тоже стала серьёзной моя собеседница.

— Не знаю, просто показалось логичным, — я пожал плечами в попытках вспомнить причину. — Кажется, впервые я обратил внимание, что эта техника действует даже после того, как новые слои тканей уже наложились, когда меня обучал этой технике. То есть когда кожа и мышцы уже новые, эта техника всё ещё позволяла укреплять кости.

— Понимаю, — задумчиво протянула она приставив изящный пальчик к подбородку. — В любом случае кроме тебя и меня вряд ли кто-то будет применять эту технику для таких целей.

— Почему, — мозг соображал плохо, а второй поток клона был занят изучением библиотеки.

— Чакры не хватит, — гордо вздернула носик девушка. — У тебя тоже, но ты обходишь это с помощью контроля.

— Ещё бы! — поддержал я её и тоже шутливо принял горделивую позу. — При таком-то учителе.

Звонкий смех девушки колокольчиками пронёсся по операционной.

— Льстец! — припечатала она. — Смотрю, ты восстановил силы, — уже более собранно произнесла Тсунаде. — Пойдём.

Мы вышли из операционной. По пути до своего кабинета она была подозрительно немногословной, коротко отвечала на мои вопросы и шутки. Так что вскоре и я замолк. Лишь изредка здоровался с коллегами, а те, видя серьёзное лицо наставницы, не спешили заводить с нами разговоры.

Девушка открыла дверь и направилась к своему столу. Она открыла тумбочку и достала оттуда какой-то свиток, после чего развернулась ко мне.

— Дэйчи-кун, я хочу официально взять тебя в ученики, — почти торжественно произнесла она. Одна её рука крепко сжимала документ, а вторую она спрятала в карман халата.

Я завис, несмотря на контроль. Просто упустил момент. Мой клон в библиотеке споткнулся и чуть было не сшиб полку сметя на пол с десяток книг и рукописей.

Несколько секунд мне потребовалось, чтобы прийти в себя и осознать смысл сказанного. Мой двойник с глупой улыбкой принялся собирать книги, неловко извиняясь перед библиотекарем. На вопрос о том, что случилось, он робко пробормотал, что случайно споткнулся.

— Я пойму, если ты откажешься, — глухо произнесла наставница. — Я не…

— Я согласен! — выпалил я и поклонился, как полагается в таких случаях, с максимальным уважением и протянул руки к свитку. — Простите наставница, я просто застыл от неожиданности.

Из позы девушки исчезла напряжённость, она едва заметно выдохнула и отдала мне документ.

— А я уже подумала, что ты всё ещё обижен на меня из-за Данзо, — удовлетворённо, но с лёгкой укоризной произнесла она.

— Нет, конечно. Да и Данзо-сенсей оказался совсем не так плох, как мне казалось. Особенно после того случая.

— Мне не очень нравятся его методы, но он действительно эффективен, — слегка покачала головой девушка. — Но я удивлена, что ты теперь так о нем отзываешься.

— Просто я стал ценить то, как многому он нас научил. А с Акирой-саном и Даем бывало даже сложнее. Физически.

— Ничего удивительного! — фыркнула она. — Ваши успехи хорошо скажутся на его репутации. О том, что вы втроём пленили вражеского джонина знает уже вся деревня.

— О, так значит и ваша тоже будет расти, — притворно прищурился я.

— Естественно! — кивнула. — Кстати, может уже откроешь его и подпишешь? — она указала на свиток в моих руках.

— Конечно-конечно, — я неловко потер затылок.

Открыв свиток, я расположил его на столе, быстро прочитал и поставил подпись.

— Добро пожаловать в рабство, малыш! — кулак Тсунаде с хрустом сжался.

— А отказаться ещё можно? — комично сглотнул я. От девушки ощутимо тянуло жаждой крови.

— Я шучу, — хихикнула она. Давление мгновенно спало.

— Тсунаде-сан, — дверь резко отворилась и в неё зашёл Шио-сама. — В чём бы Дэйчи-кун ни провинился, я думаю ваша реакция чрезмерна.

Мы оба закатились хохотом , пока пожилой врач с недоумением нас разглядывал.

— Тсунаде-сенсей! Кажется, даже Шио-сама, считает ученичество у вас ужасным наказанием, — сквозь смех выдавил я.

— Ученичество? — моргнул врач и его лицо осенила догадка. — Вот же сплетники. Мне сказали, что ты была очень сердита, когда вела Дэйчи-куна в кабинет, да и эта жажда крови, — он приложил руку к лицу.

— А кто эти сплетники? — ласково спросила сенсей.

— Извини, не скажу. Мужская солидарность, — ухмыльнулся Шио, ничуть не испугавшись.

— Ах, мужская, — прищуриламь Тсунаде. — Значит список сократился до пяти.

Коллега только усмехнулся, попрощался и вышел из кабинета.

— Кстати, сенсей, мне теперь всегда нужно будет использовать технику регенерации? — решил уточнить я.

— Нет, конечно! — отмахнулась она. — Это операция А-ранга, и она должна оплачиваться соответственно. Ты, конечно, можешь проводить ее отдельно, и, если не будешь наглеть, больница закроет на это глаза…

— А этот Хьюга?

— Его клан заплатил за такую операцию.

Логично. Если шиноби ранен на миссии деревни из казны ему оплачивается лечение до B-ранга включительно. Это правило действует и для джонинов и для подающих надежд генинов и чунинов. Всем остальным стоит иметь кубышку на такой случай. Деревня оплатит только самое простое лечение, о дорогой медицине и речи быть не может.

Несмотря на это, многие врачи берут пациентов в обход госпиталя по демократичной цене. От этого почет в рядах бесклановых потихоньку растёт. Кстати, за это нововведение отвечает Тсунаде. Ей еще пару лет назад удалось это провернуть.

При этом для представителей кланов и чиновников Страны Огня обращение в госпиталь было проявлением уважения к установленному порядку. Сами Сенджу подали пример. А за ними повторили и Учихи, не желая уступать даже в этом.

Конечно, за такими случаями пристально следит и руководство больницы, и полиция. Если что-то пойдёт не так, виноватым будет врач. Так что только высококвалифицированные врачи занимаются подобной деятельностью. И я в том числе.

— Кстати, сенсей, всё время забывал спросить, почему такую подработку не запрещают? — ухватил я мысль за хвост.

— А за это стоит поблагодарить вас с Нара, — хмыкнула она. — Вы начали поставлять значительно больше лекарственных трав, и часть их стала пропадать. Я решила этим воспользоваться. Теперь врачи могут выкупать по себестоимости лекарства и иногда подзаработать на этом деньжат. Всё лучше, чем жить на одну зарплату от госпиталя.

— Неожиданно, — я почесал задумчиво подбородок.

Честно говоря никогда не вдавался в подробности того, как на госпитале сказалось изобилие лекарственных трав.

Пока мы общались от клона пришла мысль: скоро явится напарница. Я бросил взгляд на часы.

— Простите, сенсей. Мне нужно идти. Я договорился с Саюри, чтобы помочь ей восстановиться.

— Помогаешь товарищам? Молодец, — кивнула Тсунаде. — Беги. После того, как разберёшься с Нара, зайди ко мне снова.

Я, крепко сжимая свиток, направился к себе в кабинет, одновременно ведя туда же клона из библиотеки.

Пока я ждал напарницу быстренько в два тела приготовил место проведения процедуры. Так что к её приходу всё было уже готово.

— Держи, — девочка протянула мне увесистую коробочку, как только вошла. — Я подумала, что раз отвлекаю тебя от обеда, то нужно хотя бы покормить.

— Спасибо, очень кстати! — я взглянул на содержимое и сглотнул мгновенно образовавшуюся слюну. Подруга не стала скромничать и приготовила много еды: внутри коробки порция риса соседствовала с несколькими видами роллов и суши, отдельно лежали сочный рыбный стейк и несколько нарезанных помидоров, а в герметично упакованной пиале был, подозреваю, соус. С трудом преодолев желание сейчас же наброситься на принесенные девочкой вкусности, я отложил контейнер на стол. — Сначала дело, потом еда. Ложись, — я указал на кушетку. — Раздеваться не надо.

— Вот ещё, — девочка показала мне язык и легла.

Я работал в паре с клоном, так что весь процесс занял примерно минут тридцать. Её организм был не сильно перенапряжен. Но поскольку она проходила подобную процедуру впервые, пришлось повозиться. Зато теперь когда полностью отдохнет и восстановится она будет сильнее, чем когда-либо.

При условии плотного питания и хорошего сна. О чём я ей и сказал, сразу после того, как развеял двойника.

— Спасибо! Ты и сам не забудь поесть, — сказала она перед уходом.

Попрощавшись с ней я устремился к заветной коробочке, обуреваемый гастрономическими фантазиями.

Дело в том, что после пилюль, для того чтобы избежать негативных последствий надо много и сытно кушать, помимо использования медицинских техник. А как иначе? Эти пилюли сильно ускоряют метаболизм.

Еда улетучилась быстро. Я, сытый и довольный, откинулся на спинку стула. Жизнь была прекрасна. Короткий взгляд на часы, дал понять , что у меня есть ещё пятнадцать минут на отдых.

***

После того как за Дэйчи закрылась дверь, Тсунаде выдохнула. Она не была до конца уверена, что Дэйчи не затаил на неё обиду. Ребенок, конечно, был довольно спокойным и мыслил рационально, но от этого он не перестал быть ребёнком.

Она и раньше хотела взять его в ученики. Документ лежал ещё с того времени, как он закончил академию. Но девушка всё не могла решиться.

Однако после того, что она увидела сегодня она поняла, надо хотя бы попытаться предложить свое наставничество. Мелкий не осознает, что с помощью лечебной регенерации жизненной силы вышел на A-ранг. Пусть не полностью. Пусть ему не хватает знаний. Хотя и тут он вышел за пределы официального ранга и уже близок к следующему.

Было бы идиотизмом ждать, пока кто-нибудь другой, например тот же Данзо или Шио-сама, предложит ему ученичество.

Жаль, что не удалось сразу и Наваки взять в ученики. Девушка покачала головой от недавней выходки брата. Она уже договорилась с Хирузеном и главой госпиталя о том, чтобы взять двух учеников.

Так было неприятно. Вдвойне из-за родственных связей. Её репутация, и авторитет могли оказаться под ударом, но девушку это не слишком заботило. Пара спаррингов с особо горластыми, и все пересуды исчезли бы.

Но братишка поступил по-своему. Вчера вечером, едва поев, он ушёл куда-то, сказав, что хочет просто прогуляться. А вернулся счастливый и довольный, сообщив всем, что он официально стал учеником Майто Дая.

***

После обеда наставница сначала стала обучать меня изготовлению антидотов. Я и сам в этой теме, по моему мнению, неплохо разбирался. В конце концов, растениеводство — ключевой источник моих доходов, и я постоянно стараюсь совершенствовать свои знания в этой области. Однако, по мнению Тсунаде, этого категорически недостаточно.

Как она сказала, имея в напарниках Орочимару, нельзя не уметь составить антидот к любому яду. По словам Тсунаде, часто на миссиях именно отравление от змей её напарника решало исход поединка до его начала.

Таким образом она устроила стресс-тест моим знаниям, и они её, по всей видимости, разочаровали. Она считала, что мой багаж знаний обрывист и разрознен, поэтому тут же повелела создать клона и немедленно отправить его в библиотеку со списком литературы.

Я создал и тут же развеял клона, для видимости.

— Зачем ты это сделал? — приподняла бровь девушка.

— У меня уже есть один клон в библиотеке, я просто передал ему новые указания, — пожал плечами я, полностью заблокировав волнение.

— Ты не знаешь? — её глаза распахнулись. — Ты можешь обмениваться информацией с клонами, если сосредоточишься. Между вами есть связь, хоть её и сложно обнаружить.

Настала моя очередь удивляться. Я совершенно не помнил об этом из канона.

— Связь? — переспросил я.

— Создай ещё одного клона, будет проще, если вы рядом.

Я быстро выполнил технику, и передо мной появился новый двойник с таким же, как у меня, недоумевающим лицом.

— Теперь закрой глаза и постарайся ощутить его.

Я сделал, как она сказала, и постарался ощутить эту связь. Очень мешал канал, соединяющий меня с другим двойником. Он был очень мощный и сильный, и моё внимание постоянно соскальзывало на него.

Минут десять спустя, с помощью второго потока и мне удалось ощутить нечто похожее на нашу связь. И ещё четверть часа ушло на то, чтобы суметь ощутить что-то на том конце. Соединение было слабым. Ни о каком двухстороннем обмене и речи быть не могло. Даже на то, чтобы передать мысль и получить ответ, мне пришлось хорошенько сосредоточиться.

— Получилось! — воскликнул двойник, пока я вставал и потягивался.

— Не ожидала, что тебе потребуется так много времени, — сказала Тсунаде из-за стола. Пока я пытался изо всех сил научиться чувствовать тонкую нить, объединяющую меня и клона, она села заниматься своими делами.

— А вам сколько потребовалось? — полюбопытствовал я.

— Не больше пяти минут. Как и большинству шиноби, — она с любопытством смотрела на меня.

— Было сложно ощутить эту связь, она очень слабая, — я улыбнулся.

— Неважно, теперь ты сможешь обмениваться информацией с двойниками. — Она убрала бумаги в тумбочку и встала из-за стола. — Пойдём.

Мы вышли из кабинета и направились к выходу из госпиталя. По пути она предупредила администратора, что завтра её не будет, поскольку у неё тренировочный день с командой. Выбравшись на свежий воздух, мы пошли в сторону полигонов.

— Отлично, — произнесла Тсудане, когда мы добрались до места, и оглядевшись, ударила кулаком о ладонь. — Я давно задумываюсь об этом, и мои мысли всё больше подтверждаются: медик команды — приоритетная цель для противника, поэтому в первую очередь он должен уметь уклоняться и уворачиваться от атак.

— Простите, наставник, — я окликнул пылающую энтузиазмом девушку. — Акира-сенсей тоже делал на этом акцент.

— Вот и проверим, — кивнула она и мгновенно переместилась ко мне с занесённым для удара кулаком.

На одних инстинктах я отпрыгнул в сторону и создал ещё две руки с наручами. Но это было только начало, и наши ни разу не детские салочки продолжились.

Глава 19

Я валялся на траве, полностью обессиленный, раскинув руки в стороны и тяжело дыша. Пот лился градом, не оставляя на мне сухого места. Судя по ощущениям из меня будто сделали отбивную. Наставница, убедившись, что я умею уворачиваться, поставила на меня печать блокировки чакры.

Тсунаде объяснила это тем, что мне необходимо сохранять чакру для лечения напарников, поэтому быть расточительным я просто не имею права.

Связь с клоном, почти прервалась. Потребовалось приложить усилия с того конца линии для её удержания, но нужна была концентрация. Всё это обеспечило мне незабываемые три часа настоящего кошмара.

По началу мне приходилось очень стараться, чтобы не контратаковать. В такие моменты девушка ускорялась и по мне прилетал удар. Такая дрессура сотворила чудеса с моими рефлексами, и я наконец сумел полностью сосредоточиться на уклонении.

— Теперь я верю, что ты обучен уклонению, — нагло ухмылялась девушка. Она выглядела все так же безукоризненно, словно и не драла меня, как Сидорову козу. — Но этого пока недостаточно. Мы будем над этим работать.

Я сорвал с себя печать и почувствовал, как внутри меня разлилась бодрящая волна энергии. Руки, словно без участия сознания, засветились таким родным зеленоватым сиянием. Второй поток сознания родил интересную мысль и постепенно это свечение перекинулось на всю руку, затем переползло на другую, после на торс и ноги.

Поддерживать лечение в таком режиме было тем сложнее, чем большую площадь оно покрывало, но я сумел удержать технику. И какое-то время, в конце лечения, Тсунаде могла наблюдать, как всё моё тело окутывало мягкое зеленое пламя, , которое не сжигало, а наоборот, дарило исцеление и облегчение.

— Как же хорошо! — вырвалось из меня, когда я закончил с этим.

Я с хрустом потянулся. Тело, несмотря на некоторую усталость, словно вновь наполнилось силой.

— Впечатляет, — протянула девушка. — И давно ты так умеешь?

Её удивлённый взгляд вновь стал мне наградой.

— Только что пришло в голову, — я улыбнулся и увидел, как её глаза округлились.

— Ты дурень! — внезапно сердито припечатала она. — Неужели ты не помнишь, что при потере контроля можно навредить себе.

— Сенсей, перестаньте делать из меня идиота! — хорошее настроение резко улетучилось. — Я всё отслеживал и был готов прервать технику, как только появятся первые признаки утраты концентрации.

«Почему все считают, что я делаю что-то безрассудное?! В конце концов, я получил B-ранг не за красивые глаза! Так, стоп», — я оборвал сам себя. И техникой тотчас же вернул себе спокойствие.

— Ладно, не заводись, — хмыкнула девушка. — Просто я не могу привыкнуть к тому, что ты постоянно что-то исполняешь.

— Сейчас ещё кое-что исполню, — выдохнул я, призвал дополнительные конечности и вытянул из пальцев нити чакры. — Я нападаю, сенсей.

— Засранец! — рыкнула Тсунаде прежде чем уйти прыжком от пары моих режущих нитей.

Не теряя времени, я ещё двумя обычными нитями хватаю пару Кунаев и отправляю ей вслед. Она уходит шушином и оказывается неподалёку. Я одной рукой хватаю кунай, не для атаки, а чтобы создать угрозу. В то же время бросаюсь вперед, используя три оставшиеся конечности.

Девушка вертится как уж на сковородке, её контратаки я прерываю оружием, раз за разом выставляя его на перерез ударам.

Разгоняю гормоны, не давая им влиять на психику, тело становится быстрее и легче.

Замена. Девушка, вышла из себя. Её удар под ноги расколол землю. Куски грунта полетели во все стороны. Рывком тяну себя назад. В то место, где я был, обрушивается ещё один могучий удар. И она вновь несётся в мою сторону, кулак её нацелен точно в меня.

Трансформируюсь в шар и её атака мимо. Девушку несёт инерция. Я развеиваю трансформацию и атакую, пока она открыта. Но не тут то было! Тсунаде фиксируется одной ногой к земле и совершает резкий разворот, мгновенно рванув в контратаку.

Но её вновь прерывает угроза куная. Слышу раздраженный цык. Но что-либо предпринять девушке мешают мои нити, окружающие её со всех сторон и ей вновь приходится ретироваться.

— Мелкий говнюк, ты сам напросился! — рявкнула Тсунаде и могучим ударом расхреначила половину площадки.

К демонам развеиваю лишние руки. Они только отнимают концентрацию. Чувствую, как усталость начинает меня ослаблять. Позволяю гормонам немного повысить мне скорость восприятия и реакцию. К сожалению, приходится уделить внимание самоконтролю, чтобы не войти в раж.

Клон ушёл из библиотеки, на него начали коситься из-за того, что он часто уходил в себя. Он добрался до кабинета и создал ещё одного двойника, которого мгновенно превратил в дополнительный поток, а затем ещё одного, после чего вновь направился в библиотеку. Сенсей не отменяла задание. Нагрузка мгновенно уменьшилась. Я смог вздохнуть спокойнее.

На нитях взмываю ввысь. Наставница, перестав видеть во мне ребёнка, не на шутку разбушевалась. В меня летели глыбы земли, которые девушка метала в меня со всей силы. Замена. Оказываюсь неподалёку от наставницы и всё вкладываю в нити. Только они могут мне помочь!

Следующий пять минут я извиваюсь от атак как могу. Множество раз мне приходится менять положения с земли на воздух и обратно. Но и моему оппоненту приходится несладко. Её тело усыпано множеством небольших ран от нитей. Ничего критического, часть из них закрывается прямо на глазах.

Тсунаде и сама использует нити, чтобы блокировать мои, но моих просто больше.

Дополнительными потоками чувствую, что мой предел близок, однако основное сознание пока этого не осознаёт. Поэтому, подготовив технику трансформации, я решил рискнуть. От следующего прямого удара девушки я не стал уворачиваться.

Кулак остановился в считанных сантиметрах от моего лица, я уже был готов превратиться в шарик.

— Ты. Мелкий. Самоубийца! — тяжело дыша и сжав зубы, выдавила из себя Тсунаде. — Ещё бы чуть-чуть…

— Я в вас верил, сенсей, — улыбнулся я, стараясь отдышаться. Лёгкие горели огнём.

— Ку-ку-ку, — раздался странный смех со стороны. — Кажется ты теряешь хватку, Тсунаде, раз какой-то ребёнок способен тебя довести до такого состояния.

Нити инстинктивно отправились к говорящему и я едва успел их остановить.

— А ты шустрый! — ничуть не испугался будущий змеиный саннин.

Я мгновенно вернул самоконтроль. Ситуация с Данзо дала мне понимание, что не всё моё послезнание может быть полезным в моменте. Но всё же. Я устремил раздраженный взгляд на вторженца.

— Орочимару. Что ты здесь делаешь? — девушка сощурила глаза.

— О, я просто услышал, что на нашем старом полигоне кто-то сражается, — ухмыльнулся он. — И решил посмотреть.

— Посмотрел? А теперь не мешай мне обучать своего ученика.

— Ученика? — длинный язык Орочимару высунулся изо рта. Не слишком приятное зрелище.

— С сегодняшнего дня он мой официальный ученик, — кивнула девушка.

— О ты наконец решилась, — ухмылочка не сходила с лица Орочимару.

— Что это значит? — нахмурилась Сенджу.

— Ничего, — ухмыльнулся бледный подросток и поднял руки. — Я, пожалуй действительно пойду и не буду вам мешать. Приятно было познакомиться, Дэйчи-кун. До свидания!

— До свидания, Орочимару-сан, — я ответил вежливостью на вежливость.

— Не обращай внимания на Орочи, — сказала Тсунаде, когда её товарищ скрылся с глаз. — Он хороший человек, хоть и ведёт иногда себя, как самый настоящий засранец.

Я кивнул.

— Скажи-ка мне, ученик. Какого хрена ты на меня напал? Из-за тебя теперь придется выбросить кимоно.

— Разве это был не спарринг, Тсунаде-сенсей? — я широко ухмыльнулся. — И вообще, вы в меня такими снарядами швырялись, что попади по мне хоть один и на одного Дэйчи в этом мире стало бы меньше.

— Засранец, — пробурчала девушка, уши которой слегка покраснели. — Ты ведь использовал гормоны для усиления? В один момент ты вдруг резко ускорился.

— Да, правда это быстро выматывает, — я указал на себя. С меня до сих пор ручьем тек пот.

— Да уж помыться тебе не помешает, — девушка манерно зажала носик и отошла на полшага. — Да и мне тоже.

— Вы бы немного поправили кимоно сенсей. А то все мужчины слюной захлебнутся при виде вас.

Из-за того, что контролировать глубину пореза нитей, как со скальпелем чакры я не мог, они резали все к чему прикасались. Поэтому одежда девушки пестрела многочисленными порезами и прорехами, порой открывавшими взгляду довольно пикантные участки тела. И хотя ничего кричаще пошлого это не обнажало, но взгляд все равно так и лип к ним.

— Ты ещё слишком мелкий, чтобы знать о подобном, — фыркнула она и стала поправляться.

— Большинство врачей , мужчины, а я не слепой, да и в некоторых книгах по медицине тоже написано об этом, — я пошевелил бровями.

— О, Рикудо! Даже в библиотеке, — девушка давя смешки от моих гримас, карикатурно приложила руку ко лбу. — А был таким милым малышом.

Я только невесело хмыкнул, на это. Ребёнок, убивающий одних людей и собирающий по кускам других, а до кучи ставящий опыты на наркоманах — действительно милый малыш, ничего не скажешь.

Девушка чертыхнулась. Очевидно попытки не светить лишним окончились фиаско. Тогда она достала из подсумка печать и распечатала себе больничный халат, который со вздохом накинула.

— В следующий раз возьму тренировочный костюм.

— Тсунаде-чан, — внезапно раздавшийся голос заставил нас вздрогнуть от неожиданности. — Тебе правда было необходимо швырять эти огромные куски земли в сторону деревни?

— Здравствуйте, Хокаге-сама, — взяв себя в руки поздоровался я с главой деревни.

Девушке потребовалось несколько секунд, чтобы осознать сказанное, прежде чем её уши вновь покраснели.

— Простите, сенсей, — девушка поклонилась. — Я несколько увлеклась спаррингом.

— Ты так сражалась с Дэйчи-куном, — он удивлённо поднял бровь. — Тебе не кажется, что это несколько… чрезмерно? — подобрал слова глава деревни, после чего повернул голову ко мне и внимательно меня рассмотрел: — С тобой всё в порядке?

— Да, Хокаге-сама. Мне повезло, что Акира-сенсей научил меня уворачиваться, — я решил немного попиарить наставника. Мне показалось, что Тсунаде что-то недовольно пробурчала на это.

— Хорошо. Тсунаде-чан, пожалуйста не делай так больше. Чистая удача, что первый камень летел в сторону башни и я его увидел в окно. Зайди сегодня ко мне. До свидания, Дэйчи -кун, — сказав это и бросив строгий взгляд на девушку, он исчез в облаке дыма.

— Теперь из-за тебя меня ждёт нагоняй от сенсея, — хмуро посмотрела на меня виновница переполоха.

— Эй, я не заставлял вас швырять в меня землёй. Я сам еле выжил, — поспешил я откреститься от несправедливого обвинения.

— А нечего было взлетать, — буркнула она, но спустя секунду со вздохом признала: — Извини. На самом деле, это моя вина, я слишком увлеклась.

— Кстати, сенсей, почему вы не используете контроль гормонов, чтобы избежать подобного? Вы ведь уже умеете, — поинтересовался я.

— Да, как-то не подумала, — она пожала плечами. — Это у тебя эта техника уже автоматически получается. Пожалуй, ты прав. Надо её потренировать.

— Что дальше, сенсей?

— На сегодня, пожалуй, всё. Тебе нужен отдых, ты и так дважды выложился по полной, — покачала девушка головой. — А я пойду к Хокаге.

— А мне разве не надо в госпиталь? Да и пилюля всё ещё слегка действует. Так что чакра есть?

— Нет, я тебя отпросила на сегодня. И чтобы в ближайшие дни не прикасался к допингу. А то я тебе проведу принудительную чистку, — нахмурила брови девушка.

— Да я и не собирался, — поднял руки я. — До свидания, сенсей.

Я неспешно отправился домой. Всё тело ныло от боли, пришлось по пути немного помочь себе восстановиться. К сожалению медицина не всемогуща и полностью поставить себя на ноги после таких нагрузок я не могу.

Всё это время клон в библиотеке зубрил материал, который задала наставница, дополнительные потоки он развеял, едва только спарринг закончился, так что сильно по мозгам это не било. Хотя его всё равно надо будет скоро развеять.

— Я дома! — крикнул я, едва переступив порог.

Ко мне тут же метнулся с радостным вскриком младший брат, и я оказался в его крепких объятиях.

Мама и отец были дома, так что минут через пять мы все сидели за столом. Вскоре к нам присоединились Акира с женой. И я, стараясь сдерживать себя, с радостью набросился на еду.

— А ты точно не Акимичи? — хохотнул сенсей.

— Мне можно, — сказал я, проглотив еду. — Я после пилюль, да ещё и выложился сегодня несколько раз по максимуму.

— Была сложная операция? — спросила мама с участием.

— Две утром, для отца и Акиры и одна такая же в госпитале. А потом спарринг с Тсунаде-сенсей, — ответил я и вновь набил рот вкусняшками.

— Спарринг? Я думал она тебя учит медицине, — поднял бровь отец.

— Точно! Я забыл сказать, сегодня она официально предложила мне стать её учеником! — я улыбнулся во все тридцать два и нитью из коридора притянул свиток.

— Поздравляю, малыш! — первым отмер Акира и потрепал меня по голове.

— Это отличная новость! — воскликнула Мио. — Надо устроить приём по этому поводу.

— Приём? — я даже застыл на секунду.

— Думаю, мама права. Это может стать отличным поводом поднять репутацию клана, — кивнул отец с серьезным выражением лица. — Считается хорошим тоном, провести такое мероприятие в кланах, если их дети становятся ниндзя или поступают к какому-то сильному шиноби в личные ученики.

— Но мы же не проводили такого, когда я стал шиноби, — уточнил я.

— Это потому что ты был вынужден им стать. А вот личное ученичество — другое дело. Нас не поймут, если мы этого не сделаем.

— Надо так надо, — я пожал плечами.

— Не переживай, — ухмыльнулся отец. — От тебя потребуется лишь встретить гостей и всё.

— Да я и не переживаю, — хмыкнул я уже прицеливаясь к новому куску мяса. — Кстати, сенсей, я оставил о вас хороший отзыв перед Хокаге-сама.

Акира подавился онигири и ему пришлось совершить усилие, чтобы проглотить вставший в горле кусок еды.

— А можно поподробнее?

— Во время спарринга Тсунаде-сенсей немного увлеклась и из-за этого прибыл Хокаге. Тогда я ему и сказал, что это вы научили меня мастерски уворачиваться.

— Погоди, секунду, — джонин на несколько секунд нахмурил брови. — Ты же не хочешь сказать, что те огромные камни, что летели в деревню кидала в тебя Тсунаде?!

— Я же сказал, что она чуть-чуть увлеклась, — я беспечно улыбнулся.

— Таким же и убить можно, — широко открыл глаза Акира. Видно было, что только титаническим усилием воли из-за присутствия тут ребёнка он оставил более крепкие выражения при себе.

— Я сам в шоке! Даже Данзо-сенсей и Дай-сан не творили такого.

— Что ты сделал, чтобы она так вышла из себя? — вернул себе спокойствие Акира.

— Ничего, — я пожал плечами. — просто давил на неё используя слияние. А много камней прилетело в деревню?

— Лишь пара-тройка сумела долететь. Остальные взмывали над полигоном и тут же падали оземь, — ответил он.

— Вот поэтому мы и не хотели, чтобы кто-то из клана становился шиноби, — поджав губы произнесла Мио.

— Я не думаю, что Тсунаде-сан стала бы кидать камни подобным образом в кого-то ещё. Просто, Дэйчи у нас особый, — с небольшой долей ехидства постарался успокоить женщину Акира.

Отец в это время положил руку на плечо жены и стал её успокаивать.

— Не переживай, мам, — я решил внести свои пять копеек. — Если что, я бы превратился во что нибудь металлическое и мне ничего не грозило. Тем более, что сенсей не швыряла в меня камни, только землю.

— Не понимаю, как можно так спокойно к этому относиться? — всплеснула руками Мио. — Вы, шиноби, ненормальные… Прости, — добавила она спустя секунду.

— Да я не обижаюсь. И сам прекрасно понимаю, что это не слишком нормально.

Ещё минут десять нам потребовалось, чтобы успокоить маму и больше мы не поднимали тему ниндзя, сосредоточившись на будущем мероприятии и делах клана. Пока общались, я развеял клона, чтобы немного дать мозгам отдохнуть.

После застолья я обратился к отцу.

— Пап, мы можем заказать в лабораторию несколько приборов? Сразу скажу, они не дешёвые.

— Твой проект, принёс очень неплохую прибыль, — улыбнулся он. — Подготовь список и давай посмотрим, что мы сможем купить. Расставь приоритеты, если цена окажется очень высокой, хорошо?

— Конечно, спасибо.

— Кстати, приходил Шинджи-сан, — отец протянул сложенный лист. — Снова просят поменять рецептуру.

— Ожидаемо, — хмыкнул я.

В приподнятом настроении я отправился в лабораторию, пора было заняться и личными проектами.

Глава 20

Приятно вернуться к исследованиям после столь длительного перерыва. Я решил пока не распыляться на генетический материал других шиноби, кроме Дая и давнишнего Акимичи. Когда придёт оборудование, можно будет заняться и им, а пока буду усиленно изучать технику Толстяков.

Пока особых подвижек нет, но я упорно веду записи и исследую влияние того растения. Нужно подобрать правильные ингредиенты, и вот тут кое-какие мысли имеются.

Один из ингредиентов мне точно знаком. Это трава, которая давно выращивается в теплицах, но есть нюансы... Дозировка, правильный подбор и подготовка реагентов, нужно ли сушить, варить, делать отвар, использовать корни, листья или вовсе сок, нужна ли стабилизация. Вопросов был вагон и маленькая тележка. Эх, получить бы всю пилюлю.

Рутину по смене рецепта взял на себя клон, после чего отправился к Нара, чтобы отдать результаты. Заодно договорился с Шиничи и Саюри встретиться на следующий день во время обеда.

А уже утром в госпиталь прискакал счастливый и довольный Наваки, который с улыбкой во все тридцать два объявил о своём ученичестве у Дая. И пригласил меня на празднование.

Я еле успел пригласить его на своё мероприятие по такому же поводу, правда, дату пока не назначили. И заодно позвал на встречу в обед. В отличие от меня, друг не стал работать в свои выходные в госпитале, зато решил потратить время на тренировки.

Так как сегодня у меня только пациенты с незначительными проблемами, я отправил одного клона в библиотеку продолжать изучать яды, а второго в лабораторию.

Так и прошёл день до обеда. Ничего из ряда вон выходящего не случилось, и я спокойно отправился в кафе на встречу.

— Всем привет, — я поздоровался с друзьями, которые уже в полном составе были в кафе.

Выслушав встречные приветствия, я уселся за столик рядом с Саюри. Девочка была подозрительно молчалива и явно что-то обдумывала. В отличие от неё, Наваки буквально излучал позитив и радость. Шиничи же был самим собой и спокойно с улыбкой наблюдал за всеми.

— Я вас поздравляю, ребята, — от души высказался Шиничи, — очень круто, что вы стали официальными учениками у таких сильных шиноби, — он поднял стакан сока.

— Кампай! — ответили мы хором.

— А как твои дела, Шин? — спросил я, когда мы насладились напитком. — Мы с тобой давно не спарринговали. Готов поспорить, ты стал сильнее.

— Ещё бы, сенсей гоняет нас нещадно, — ухмыльнулся он. — Если честно, глядя на вас, ребята, я тоже планирую попросить его взять меня в ученики.

— Это правильно! — показал большой палец Наваки. — Такой ученик, как ты, точно многого добьётся и прославит своего сенсея. Мне сестра вчера все уши про это прожужжала.

— Значит, вот почему она взяла Дэйчи в ученики, — пробормотала Саюри.

Я обратил внимание, что после слов брата она стала ещё более напряжённой и хмурой.

— Не только поэтому, но да. Она в том числе руководствовалась этим. Как-никак она тоже наследница клана, и её репутация много значит.

— Саюри, что-то случилось? — мягко спросил я.

Девочка вскинулась, но взяла себя в руки.

— Простите, просто мне кажется, что я топчусь на месте по сравнению с вами, — глухим тихим голосом протянула она. — Все вы стали или планируете стать учениками сильных шиноби, а я… — она замолчала, не зная, что сказать.

Впервые я увидел её такой потерянной.

— Так спроси у отца или у главы клана, — предложил Наваки. — У тебя талант к гендзюцу, наставник сам говорил об этом. Как вариант, можно и с ним поговорить.

— Не знаю, — чуть приободрилась она. — Вы сами нашли себе наставников, или они вас?

— Брось, — я категорично качнул рукой. — Каждому из нас повезло найти наставника в своей сфере, мы все целенаправленно развивались и шли к этому. Не твоя вина, что твой талант довольно редкий и мы попросту не знакомы с мастерами гендзюцу.

— Пожалуй, ты прав, — вздохнула девочка. — Поговорю с отцом.

— Точно! — воскликнул Наваки. — У нас в клане есть несколько мастеров иллюзий. Если хочешь, я могу поговорить с ними.

— Не надо, — покачала головой Саюри. — Прости, но одно дело искать наставника через клан, а другое — вот так, где попало. В клане за это по головке не погладят.

— Да, прости, — смущённо почесал затылок Сенджу. — Не подумал.

— Не переживай, мы дружим с тобой не за это, — ухмыльнулся я.

— Дэйчи! Спарринг. Сейчас, — вскинулся тот.

— Лучше завтра. Всё равно у вас тренировка. А то нашему другу скоро надо возвращаться в больницу, — вклинился Шиничи.

— Ладно, — махнув рукой, буркнул Наваки. — Завтра набью тебе лицо.

Мы поболтали ещё полчасика, смеясь и подкалывая друг друга, словно и не было этого месяца постоянных убийств и передвижений, и я стал собираться в госпиталь.

— Чуть не забыл. Наваки, передай Даю, что я жду его сегодня вечером, часов в десять. И сам приходи, начну учить тебя, как договаривались.

На том мы и расстались. Остаток дня прошёл так же, как и первая половина. Никаких неожиданностей не было, и по прибытии домой я вновь отправился в лабораторию.

Первым делом составил список оборудования. Сумма вышла внушительная. Только компьютер вышел на двести тысяч рё. С учётом специализированного оборудования получилось чуть больше двадцати миллионов.

И это я ещё не считал особо специфические приборы, вроде анализатора чакры или ДНК. Как вспомню сколько они стоят, волосы встают дыбом!. Кроме того, я не хотел, чтобы о подобных покупках кто-либо был в курсе. Сам факт их наличия может вызвать у кого-нибудь всякие разные мысли.

— Ого! — глаза отца расширились от удивления. — И это всё тебе надо?

— Не сразу, но да, — я кивнул. — В первую очередь, конечно, компьютер, оборудование для анализа крови и химической лаборатории.

— Да, я вижу, ты всё подробно описал, — кивнул отец и ещё раз просмотрел список, на этот раз внимательнее. — Я думал, ты хочешь стать медиком, а не учёным?

— Одно другому не мешает, — я улыбнулся.

— А почему бы тебе не пойти в исследовательский отдел?

— Хочу заниматься тем, что интересно, а не тем, что прикажут. К тому же для клана так может быть даже выгоднее.

— Хорошо, — кивнул отец. — Сейчас закажем то, что нужно в первую очередь, а затем в течение месяца-двух докупим остальное.

— Понимаю, — я кивнул. — Сразу такую сумму из бизнеса не вывести.

— Ну вот и отлично. Я поинтересуюсь у наших партнёров в Стране Снега, когда они смогут всё доставить, но я бы не рассчитывал, что всё придёт раньше, чем через несколько месяцев.

— Ну и отлично. Есть время привести записи в порядок, чтобы потом легче было перенести их в компьютер.

Поболтав ещё немного, мы с отцом спустились в столовую ужинать. После чего я отправился тренироваться и заниматься исследованиями. Последнее, конечно, в теле клона.

Так время и пролетело, пока не пришёл Шиничи, что стало для меня неожиданностью. Он и Акира прибыли на площадку, где я активно качал мышцы под подавителем чакры.

— Как насчёт спарринга? — без предисловий спросил Шин.

— Так вот почему ты отговаривал Наваки от драки? — хохотнул я.

— Он в любой день может с тобой сразиться, так что потерпит, — вернул мне улыбку друг. — Ну так что?

— Я проконтролирую, — махнул рукой сенсей. — Постарайтесь не убить друг друга, нам с Шиничи-куном предстоит ещё тренировка сегодня.

— Дай мне пару минут.

Я содрал с себя печати и принялся за восстановление мышц. Немного времени, и вот я уже почти свеж и полон сил. За это время Шин успел размяться.

Спарринг, как обычно, начался с тайдзюцу. Несколько столкновений показали, что друг за то время, что мы не сражались, знатно подрос в навыках. Тем не менее этот раунд остался за мной. После череды связок, блоков и уворотов я сумел его подловить, и он получил хороший удар ногой.

Тогда Шин перешёл на ниндзюцу. Совершив замену, он исчез из виду. Из-за деревьев, скрываясь в траве почти невидимой змейкой, ко мне рванула тень. Когда я принялся уклоняться, в меня полетели сюрикены. Причём так, чтобы мне было крайне непросто от них уворачиваться.

Видимо, это то, чему его учил Като Дан, поскольку ранее Шин таких навыков сюрикендзюцу не показывал. Я окончательно убедился в этом, когда заметил, что к некоторым сюрикенам прикреплена леска.

Это уже было серьёзно. Совершив несколько замен, я наконец нашёл, где прячется Шин. Однако радоваться было рано. Когда я пронёсся над одной из лесок, то тут же застыл.

— Попался!

Я почувствовал, как моё тело побежало навстречу Шиничи, ведь он сам бежал в мою сторону.

Когда расстояние между нами сократилось до десяти метров, мы внезапно остановились.

— Техника теневого удушения, — он решил не подходить близко, помня из последних наших спаррингов о моих нитях, а решил показать нечто новое.

Но поклонником связывания я никогда не был. Из моих пальцев выскочили нити, и, пока соперник был сосредоточен на своей технике, они резко подкинули меня в воздух. Связанный со мной тенью Шиничи пулей полетел вслед.

Когда мы оказались в самой верхней точке, его техника развеялась, и он, издав вопль ужаса, стал стремительно приближаться к земле. Я оценил высоту: метров пятьдесят, можно дать другу немного насладиться свободным полётом, в благодарность за его неожиданную технику.

Конечно, разбиться я ему не позволил бы и подхватил вовремя. Конечно, позаботился и о том, чтобы он не пострадал ь от резкого торможения. Когда Шиничи пришёл в себя, кончик моего куная упирался в его горло.

— Победил Дэйчи-кун, — оскалился Акира, похоже, мой экспромт пришёлся ему по душе.

— Дэйчи, — Шиничи смотрел на меня очень большими глазами. — Не делай так больше, пожалуйста.

— Нечего было пытаться меня задушить, — я ухмыльнулся и потёр побаливающую шею. — Я, знаешь ли, не любитель подобных игр.

Громогласный хохот Акиры заглушил любые попытки Шиничи ответить, а спустя несколько секунд до него дошло, о каких играх я говорил и над чем стал ржать джонин, и друг покраснел до кончиков ушей.

Минут через пять, когда все успокоились, Акира, всё ещё давящий то и дело лезущую на лицо улыбку, повёл Шиничи тренироваться, а я продолжил свои занятия.

Пришлось сходить в лабораторию и применить технику Мёртвой Души к клону повторно. Спарринг я проводил без слияния.

А спустя ещё час ко мне ввалились Наваки и Дай. Оба были насквозь мокрые от пота, пошатывались от усталости, но при этом лица у них были настолько довольные, что я поймал себя на том, что мои губы словно сами по себе стали улыбаться в ответ.

— Проходи, Дай, — я махнул рукой в сторону лаборатории. — Путь ты знаешь, — после чего спросил Наваки: — Сам справишься или помочь?

— Сам!

Он плюхнулся на землю и принялся лечить себя. Я кивнул и направился вслед за Даем, а мне навстречу шёл двойник. Он-то и будет учить клона Сенджу превращаться в птицу, как только тот приведёт себя в порядок.

— Дай, — позвал я. — А почему Наваки не подлечил тебя и себя до того, как вы пришли?

— Мы бежали с грузом вокруг деревни и остановились только у твоего квартала, — улыбнулся во все тридцать два он. — В моём ученике пылает Сила юности!

— И почему я не удивлён, — покачал головой я.

Пока я возился с Даем, а за месяц, что меня не было в деревне, он умудрился довольно существенно загнать свой организм, мой двойник давал уроки полёта для Наваки.

Превратиться в птицу оказалось для него не слишком сложной задачей. А вот попытки взлететь раз за разом заканчивались падением, и я неустанно поправлял его. К концу часа друг показал небольшие улучшения, но до нормального освоения было ещё очень далеко.

Однако чакра даже у Наваки была не бесконечная, и нужно было уже остановиться.

— Ладно, хватит на сегодня, — он, тяжело, пошатываясь, встал с земли. — Спасибо, Дэйчи.

Когда мои посетители покинули территорию клана, мои дела на сегодня оказались закончены, и я, позёвывая, отправился домой. Поесть и спать.

— Доброе утро, ученики, Тсунаде-сан, Дай-сан, — поздоровался Данзо, слегка приподняв бровь, увидев наш расширенный состав.

— Данзо-сан, — произнесла наставница, после того как все поздоровались в ответ. — Я бы хотела вас уведомить, что Фукудзава Дэйчи со вчерашнего дня является моим официальным учеником.

— Хм, — остался невозмутим джонин.

— Я бы хотела, чтобы вы ставили меня в известность о ситуациях наподобие того обследования наркоманов или допросов, — несмотря на спокойный тон, которым это было сказано, чувствовалось, что это была не просьба.

— Как скажете, Тсунаде-сан, — на лице Данзо не дрогнул ни один мускул, после чего он повернулся к Даю: — Полагаю, вы здесь за тем же самым, касательно Наваки-сана?

— Вы правы, Данзо-сан, — подтвердил необычайно серьезный Дай.

— Хорошо, — кивнул Данзо. — В таком случае, пока вы здесь, Тсунаде-сан, я бы хотел предложить Дэйчи-сану сделку.

— Сделку? — произнесли мы с Тсунаде одновременно.

— Именно. Я хочу использовать его способность поддерживать высокий уровень мотивации для обучения.

— Хочешь ускорить обучение своих людей? Не рано… — взгляд девушки быстро метнулся в нашу сторону.

— Они мои ученики и доказали, что достойны некоторого доверия, — ответил Данзо.

— Что взамен, сенсей? — я решил, что не стоит быть молчаливым наблюдателем и принял активное участие в разговоре.

— Взамен, — губы Данзо тронула едва заметная, почти хищная ухмылка. Тсунаде хмуро взглянула на меня, но Данзо не стал обращать на это внимание. — Взамен я дам тебе информацию о символах, которые используются в лечебной регенерации жизненной силы.

Я на секунду завис, но тут же взял себя в руки. Однако вторым потоком мгновенно принялся анализировать ситуацию. Похоже, Данзо следит за моими интересами. Тем не менее это то, что мне надо, и он каким-то образом об этом знает.

Я перевел взгляд на наставницу. Та стояла с удивлённым выражением лица.

— Откуда у тебя эта информация? — спросила Тсунаде. — Я думала, что записей о ее создании не осталось.

— Просто повезло, — не стал вдаваться в подробности тот.

Глава 21

Я стоял и молча сверлил взглядом капитана команды, обдумывая ситуацию. Мне нужна была эта информация, без нее я ещё долго буду топтаться на одном месте. Понимание значения символов — ключ к моим планам на технику регенерации. И, похоже, мои завуалированные попытки расшифровать их на поверку оказались весьма заметными.

— Не стоит пытаться прожечь во мне дыру, — произнёс Данзо спокойным голосом, но я готов был поклясться, что в глубине души он доволен сложившейся ситуацией. — Твои попытки «незаметно» разузнать про эти символы могли бы обмануть лишь дилетантов.

— Дэйчи помогает твоим людям с обучением, а ты предоставляешь ему доступ к информации. На этом всё? — скрестила руки на груди Тсунаде.

— Именно.

— Тогда я не против. Дэйчи-кун, выбор за тобой, — хмурость с лица девушки не исчезла полностью, но она несколько расслабилась после ответа Данзо.

— Скольким людям мне предстоит помочь и как долго это продлится? — выдавил я из себя вместо мгновенного согласия.

Похоже, мой вопрос оказался метким и уместным, Данзо одобрительно кивнул мне.

— Для начала это будет группа из десяти человек. Тебе предстоит в течение полугода поддерживать высокий уровень их обучения. Часть информации я выдам тебе сразу. Если их результаты окажутся удовлетворительными, после двух месяцев обучения ты получишь оставшиеся записи по символам для своей техники.

— Что потом? — уточнил я. — Если моё вмешательство даст хорошие результаты? Вы же вряд ли ограничитесь десятком человек.

— Если так, то деревня будет привлекать тебя и твою наставницу к подобным заданиям за отдельную плату, раз она тоже овладела этой техникой. Вопрос согласован с Хокаге, — последнее он произнёс для Тсунаде.

— Хорошо, — выдохнул я. — Я принимаю ваше предложение, Данзо-сенсей.

— Раз уж с этим вопросом решено, Дай-сан, вы ещё что-то хотели мне сказать? — взгляд шиноби метнулся к зелёному зверю, что всё это время тихо стоял в стороне.

— Нет, Данзо-сан.

— Тогда я попрошу вас покинуть площадку, — тон шиноби явно дал понять, что это был приказ.

— Конечно. Увидимся вечером, Наваки-кун. До свидания всем.

Как только парень скрылся за деревьями, Данзо стремительно сложил цепочку ручных печатей. Спустя мгновение вокруг нас образовалась полусфера защитного барьера.

— Я являюсь руководителем одного из подразделений АНБУ. И это не та информация, о которой следует распространяться. Кое-кто из вас это уже знает, — взгляд Данзо метнулся к Саюри. — А кто-то может догадываться, — шиноби перевёл взгляд на Наваки.

— Наваки! — воскликнула Тсунаде. — Я же тебе говорила не лезть в это дело.

— Сестра, я просто спросил у Та… Сокола-сана, не знает ли он Хироши, который должен был попасть к ним ещё ребёнком...

— Дай угадаю, он сказал, что в АНБУ детей нет, — хмыкнула девушка.

— Именно так! Я тогда удивился, а теперь понимаю. А ты, Саюри, как узнала?

— Я просто сложила все факты и пришла к отцу с этим вопросом. Извините, ребята, мне приказали не распространяться об этом, — смущённо пожала плечами девочка.

— И хорошо, что молчала. Шиноби должны уметь хранить информацию втайне. Теперь ваше обучение пойдёт несколько по-иному, — продолжил Данзо. — Вы будете тренироваться на полигоне АНБУ и в соответствии с нашими нормативами. Раз уж вы проявили способности к поиску информации, захватим и этот аспект.

— Насколько я помню, Хокаге и союз кланов были против их включения в ваш отряд, — скрестила руки на груди Тсунаде.

— Я вчера имел разговор с лидерами кланов и Хокаге. Они дали добро на разглашение информации, не в последнюю очередь благодаря осведомлённости вашего брата и Саюри-сан, — не повел и бровью шиноби. — И они не войдут в ряды АНБУ.

Девушка несколько секунд внимательно смотрела прямо в глаза Данзо, но была вынуждена отступить:

— Хорошо. Раз уж мы всё выяснили, то я пойду. Не забудьте, что у вас ещё есть работа в госпитале, — кивнула она Наваки и Дэйчи.

— Идите за мной, — произнёс Данзо, кивком попрощавшись с девушкой.

Мы вышли с площадки, отправились в сторону деревни и минут через пять оказались у какого-то здания. Сенсей потянул на себя дверь, и мы оказались в полумраке самого обычного коридора с белыми стенами и светильниками, расположенными на них.

Пройдя немного вперёд, сенсей остановился у стены и нажал на неприметный выступ. Часть стены отъехала в сторону, открыв нам вход в спускающийся вниз тоннель, явно созданный с помощью техники земли. Каменные ступени вели все ниже и ниже, те же светильники, что были в коридоре, освещали наш путь.

— Круто! — восхитился Наваки. — Мы идём на настоящую тайную базу АНБУ!

— Это не просто база АНБУ, это база секретного подразделения АНБУ! — не осталась в стороне Саюри.

Несмотря на попытку сохранить самообладание, было видно, что девочка взбудоражена не меньше, чем наш товарищ.

Я же молча старался всё обдумать. Получалось не очень. От нас уже ничего не зависело, единственное, что оставалось, — это плыть дальше по течению.

Несколько минут спустя ступени закончились, и мы ступили под своды просторной пещеры.

— Теперь вы будете приходить сюда, — произнёс Данзо и призвал двойника. — Дэйчи-сан, создай клона, пусть отправляется за моим. Сегодня будет пробное занятие, нужно узнать, сколько чакры тебе потребуется для поддержания техники сразу на десятерых человек. Материалы я тебе выдам после тренировки. Само собой, выносить их за пределы этого места нельзя. Будешь изучать их здесь же.

***

Тсунаде покинула площадку со смешанными чувствами. Она добилась того, чего хотела, дала понять Данзо, что он не может делать всё, что ему вздумается. И тот без колебаний согласился.

Но что-то внутри подсказывало девушке: она всё же просчиталась, её прочли как открытую книгу! Будто всё происходящее было спектаклем, в котором она отыгрывала отведённую ей роль.

Девушка резко остановилась и взяла себя в руки. Вдох-выдох, и вот техника её ученика привносит ясность в мысли и гасит пламя раздражения и злости. Всё же Дэйчи был прав, ей действительно стоит использовать эту технику по назначению.

Тсунаде спокойно продолжила свой путь, направляясь в госпиталь, и принялась на трезвую голову обдумывать происходящее. И это принесло плоды. Теперь она поняла, почему ей казалось, что все это была постановка. Данзо сам сказал, что всё заранее обсудил с лидерами кланов и совершенно точно знал о том, что мелкий стал её учеником. Очень просто сложить два и два в такой ситуации.

Теперь, трезво смотря на ситуацию, она понимала, что то, что произошло, было неизбежно. Сам факт ученичества у Данзо рано или поздно привёл бы их к вовлечённости в дела Корня. Но всё же у этого были и плюсы: её брату и ученику теперь доступны самые лучшие тренировки, какие только возможно получить в Листе.

Кроме того, после месячной миссии Наваки стал серьёзнее и собраннее, теперь меньше дурачится. Хотя, как посмотреть… Тренировки с Майто Даем тоже со стороны могли бы показаться дурачеством…Если ни разу не ощутить их на себе.

Как бы то ни было, жизненная энергия Наваки стала расти. Даже после двух дней тренировок это стало очевидно при очередном восстановлении безжизненной тушки братца. А у самого Дая жизненной энергии было столько, что она подумала, будто он потомок Сенджу или Узумаки, но нет.

Продумывая план действий на будущее, девушка вошла в госпиталь, не обращая внимания на удивленные взгляды коллег. Они заметили, что вид у взрывоопасной блондинки на сей раз был чрезвычайно сосредоточенный, даже отрешенный.

***

Данзо был доволен. Когда ему доложили, что его подопечные успели за короткий период отдыха стать личными учениками Тсунаде и Дая, он испытал нечто сродни досаде. Ладно Майто Дай, но Сенджу теперь имела очень серьёзное влияние на Фукудзава. Она и раньше имела влияние, но теперь это закреплено юридически.

Решение нашлось быстро. Дети достаточно показали себя для следующего шага погружения в реалии жизни ниндзя, а любознательность Сенджу и Нара только поспособствовала его планам.

Включать детей в состав Корня Данзо не планировал. По множеству причин. Но в этом вопросе он решил поступить так же, как его друг. Ни один из учеников Хокаге никогда не был в рядах АНБУ, и тем не менее они там обучались. И имели среди их состава хорошую репутацию.

Убедить глав кланов детей труда не составило. Проблемой могли бы стать Нара, но поскольку девочка уже знала о его отряде, и он знал, что она знала, а они знали, что он знал… И всё же умники сумели его удивить, сами предложив этот вариант.

Данзо посмотрел на Дэйчи, который под руководством одного из тренеров занимался отработкой тайдзюцу вместе с товарищами.

Когда Данзо отдал распоряжение создать двойника для обучения, паренёк следом за ним создал двух клонов: один направился исполнять указание, а второй встал рядом с хозяином. Тогда оригинал спросил, может ли его клон начать прямо сейчас изучать записи, пока основа тренируется.

Это только подтверждало его анализ. У ребёнка была тяга к знаниям и этим он напоминал Орочимару. Даже удивительно, что их пути почти не пересекались. Впрочем, в этом виноват сам Змеёныш и его высокомерие. Тем лучше, таких увлечённых людей стоит держать подальше друг от друга, поскольку их союз может привести к непредсказуемым последствиям.

Конечно, будучи учеником Тсунаде, ребёнок ещё не раз столкнётся с Орочимару, в этом Данзо не сомневался. Но то, что он пойдёт на контакт с ребёнком, шансов было мало. Змеёныш был хорош в манипуляциях, но ещё как следует не поднаторел в этом. Несколько вскользь брошенных намёков об умном ребёнке и прямых указаний на необходимость познакомиться вкупе с бесконечной болтовнёй Тсунаде о Дэйчи явно не прибавили у Орочимару желание общаться с Фукудзава.

И, что самое забавное, сам Хирузен тоже этому способствовал. Его друг всегда был ловким и хитрым, это факт , но, похоже, постоянное лавирование между интересами крупных кланов и различных политических течений заставило его забыть о том, что подростки, особенно в возрасте его учеников, могут просто из чувства противоречия поступить наперекор его воле. Особенно если то, о чём их просят, уже надоело им. И естественно, его тонкие намёки своему ученику о знакомстве с Фукудзава возымели обратный эффект.

— Позовите Хао, — негромко произнёс лидер Корня.

Спустя пять минут маленькая фигура в безликой маске уже стояла перед ним, преклонив колено.

— Вызывали, Данзо-сама? — раздался приглушённый детский голос.

— С этого момента ты присоединишься к обучению моей команды. Заодно проследи, чтобы они не ходили там, где им быть пока не положено, — приказал он.

— Есть!

Хао сложил печать и активировал Бьякуган.

— Данзо-сама, ещё один Дэйчи сейчас в одном из кабинетов, что-то пишет, а двойник Сенджу пытается пробраться вглубь базы, — быстро отчитался тот.

— Наваки-сан! — громко произнёс шиноби. — Немедленно развей клона.

— Хорошо, сенсей, — широко улыбаясь, крикнул тот, без малейшего раскаяния. — Эй, Хи… Хао, ты будешь тренироваться с нами?

— Да, — кивнул ребёнок и посмотрел на Данзо, в ожидании разрешения.

— Иди. Пока ты здесь, можешь снять маску, всё равно они все тебя знают, — произнёс шиноби и внезапно поймал себя на мысли, что это для него не характерно. Из-за его команды он был вынужден изменить свой стиль общения и теперь даже в разговоре с подчинёнными стал объяснять некоторые свои мотивы.

***

Сарутоби Хирузен задумчиво смотрел в хрустальный шар, наблюдая, как обессиленная команда его друга выбирается из подземной базы Корня.

Уже сейчас было видно, что решение дать команду Данзо было правильным. Его друг был вынужден научиться идти на компромиссы и уступки. И теперь даже на собрании джонинов или кланов больше не только жестко гнул свою линию, но искал и иные пути, более дипломатичные.

Кроме того, сам факт того, что его ученики быстро и решительно одолели джонина, не дав тому ничего сделать, сыграл на руку репутации Данзо. Пусть этот «джонин» и был откровенно слабым и недостойным своего звания.

Удивлённое выражение лица Данзо держалось лишь мгновение, когда Нара сами предложили раскрыть детям часть информации о Корне, но это до сих пор вызывает улыбку. А всё потому, что они убедились в очевидной пользе методов, Данзо.

Одна только тренировка Дэйчи-куна с Тсунаде наделала немало шума. Его ученица разошлась не на шутку, а паренёк не просто остался жив, но и умудрился ранить девушку.

Прогресс двух других детей не стал таким громким достоянием общественности, но их кланы были весьма впечатлены их результатами.

Один из тренеров Сенджу попал в госпиталь после спарринга с Наваки, попросту недооценив мальчика, как тот сам рассказывал. В отличие от большинства шиноби, ребёнок не стал размениваться на мелочи, а сразу ударил со всей силы.

Нара же стала использовать гендзюцу, для стимуляции ленивцев, а чтобы те не вышли из него, одновременно ловила их тенью. Один из таких «бедняг» рассказал другу в баре, что девочка показывает им тренировки Майто Дая, где они в роли тренируемых.

Пока Хирузен размышлял об этом, Данзо успел дойти до его кабинета. Лидер деревни вздохнул. Он бы с удовольствием и дальше размышлял об успехах молодого поколения, но, к сожалению, реальность вносит свои коррективы.

— Заходи, — кивнул он другу и дал знак охранникам оставить их наедине.

Обсудить нужно было многое. Напряженность между деревнями росла день ото дня. Кто-то упорно пытался их стравить, подставляя друг друга. Если бы не Данзо с его паранойей и не подстраховка самого Хирузена, он точно посчитал бы, что это ошибка друга. Но его люди подтвердили, что человек, чье тело, которое якобы было шиноби Листа, никогда не проживал в деревне.

К сожалению, изъять у шиноби Молнии труп не получилось, и те были уверены, что Лист виновен в нападении на них. Он, конечно, сделал всё возможное, чтобы откреститься от обвинений, но ни о каких хотя бы нейтральных взаимоотношениях теперь не могло идти и речи.

Кроме того, было множество других, хоть и менее важных вопросов. Кэйташи всё ещё не нашли, несмотря на непрекращающиеся поиски. Песок таки узнал, кто ответственен за выращивание их чудо-овоща. Пленный джашинит тоже рассказал немало интересного об их культе, хотя ничего действительно полезного про техники не поведал. Орочимару плевался, пытаясь пробраться сквозь витиеватые объяснения фанатика о том, что силы им даёт их божество. А ещё Учихи стали себя подозрительно вести. Только внутренних конфликтов в деревне ещё не хватало…

Глава 22

Данзо с интересом наблюдал за сражением своих учеников с группой АНБУ НЕ. Несмотря на превосходство в численности и опыте, оперативникам не удавалось одолеть детей. Более того, они были вынуждены держаться на расстоянии. Как из-за невозможности бить насмерть, так и из-за опасности противников.

Лидер Корня перевёл взгляд на одного из учеников — Фукудзаву Дэйчи, который обеспечивал команде не только поддержку, но и пространство для манёвра. После того как его подловили на том, что он атаковал всеми нитями, юный ирьенин стал оставлять часть из них для защиты себя и окружения. В тот раз замаскированный клон оперативника находился точно под ним и успел обозначить смертельный удар.

Фукудзава опустился на одно колено, приложил руку к земле, а секунду спустя кивнул в знак того, что всё чисто. Этой технике его обучил Сенджу в качестве ответной услуги за изучение полёта. И она всерьёз усложнила жизнь оперативникам.

В каждом сражении они были вынуждены искать нестандартные ходы для того, чтобы одолеть его учеников, не убив их. Но с тех пор как скрытно подобраться стало практически невозможно, его люди попали в затруднительном положении.

Воспользовавшись тем, что Фукудзава отвлечён, один из оперативников переместился к нему техникой шуншин. Но едва успев выпустить огненный шар, тут же отскочил, спасаясь от режущих нитей, готовых рассечь его на части.,..

Это стало ошибкой. Шар просто пролетел мимо цели, а вот небольшая заминка открыла для Наваки возможность выстрелить водяным ядром в то место, куда отскочил оперативник. Резкий уворот от водяной техники привёл того прямо в тень Нара.

Оставшаяся группа резко пошла на сближение, пытаясь отбить напарника. Но нити и земляная стена, возведённая Сенджу, обеспечили Нара драгоценные секунды, чтобы уколоть противника иглой с паралитическим ядом. Когда двое завершили обход стены, дети уже ждали их.

Клон Фукудзавы, ощетинившись нитями, подобно своему оригиналу, бросился на ближайшего соперника. Сенджу создал ещё одну стену, чтобы перекрыть возможность отступления. Оперативник пытался наказать его за это, но Сенджу пресёк атаку водяным ядром. Теперь шиноби уворачиваюсь от техники, встретился взглядом с Нарой и попал в гендзюцу. Последовавший за этим удар кулаком в каменной броне вывел противника из уравнения.

В это же время Фукудзава взял на себя оставшегося оппонента. Он совершил две быстрые замены, уходя от техники молнии и сюрикенов, наполненных той же стихией, и вступил в ближний бой, активно помогая себе нитями.

К несчастью для Дэйчи, оперативник окутал себя и клинок светящимися молниями. Чтобы противостоять этой стихии, ирьенину пришлось достать кунай и наполнить его ветром, из-за чего количество нитей упало с двух десятков до пяти штук. И те были не настолько прыткими, поскольку львиная доля концентрации уходила на поддержание стабильного клинка ветра.

Однако оперативнику это не помогло. Наваки и Саюри, пока Дэйчи взял на себя последнего противника, рванули на помощь его клону. И втроём сумели быстро его обезвредить, хотя для этого клону пришлось совершить самоподрыв.

Как итог, в какой-то момент оперативник, сражавшийся с Дэйчи, внезапно замер на месте и разжал руки — танто упал на землю. Мгновение спустя вокруг его шеи обвились нити Дэйчи.

— Бой окончен, — объявил Данзо. — Хорошая работа.

Он внимательно посмотрел на детей: те запыхались и выглядели усталыми, но, судя по сияющим лицам, юные воины были явно довольны собой.

***

Я стоял, тяжело дыша, с улыбкой на лице, слушая похвалу сенсея. Это был первый раз, когда мы вышли победителями. Каждый раз казалось, что ещё чуть-чуть — и мы справимся, но стоило допустить любую малейшую ошибку, и успех ускользал как песок сквозь пальцы.

Особенно сложно было мне сражаться против масочника, использующим стихию молнии. Так как он окутывал себя светящейся молнией с ног до головы, мои нити с трудом его резали, требуя предельной концентрации, которую он постоянно сбивал. К тому же я был ограничен в потоках сознания.

Одного моего клона забирала Тсунаде для обучения медицине в те моменты, когда я физически находился на полигоне с командой. Либо наоборот, клон учился техникам и тактикам на базе Корня, а моё реальное тело без жалости и отдыха гоняла наставница.

Другой клон был занят контролем экспериментальной группы из десяти человек. К сожалению, не получалось просто ввести их в состояние ускоренного обучения и плевать в потолок. Приходилось постоянно отслеживать их показатели и корректировать при необходимости.

На самом деле уже одно это дало мне достаточно много знаний и опыта. А самое главное — чёткое понимание, что гормоны влияют на поведение куда сильнее, чем мне казалось раньше.

Помимо группы, которую вёл я, была и вторая, контрольная. Она обучалась столь же интенсивно, как и мои подопечные, но без меня. И уже на третий день разница стала очевидной. Моя десятка приходила на новые занятия в приподнятом настроении и с желанием учиться дольше, а другая группа ходила с квадратными головами и относилась к этому процессу как к неприятной обязаловке от которой никак не отвертеться.

Результат был налицо. Моя группа вырвалась за два месяца далеко вперёд по общим показателям. Кроме того, каждый из них постоянно пытался использовать получаемые знания на практике как-нибудь незаурядно, стараясь найти обходные пути.

Вторая группа ни к чему особо не стремилась. Она просто старалась сдать зачёт и забыть всё, как страшный сон, за исключением знаний по тем областям, что их интересовали. И вроде взрослые все люди, им ведь дают очень серьёзный пласт знаний, которые могут спасти им жизнь, а они...

Зато, увидев результат наглядно, я стал ещё больше применять этот метод на себе лично. Я и раньше так делал, просто иногда мог полениться или забыть. Ведь для того, чтобы вызвать у себя интерес с помощью техники, я должен был сначала захотеть это сделать.

Вообще сенсей подошёл к нашему обучению как к миссии, и мы все получили индивидуальные занятия с разными наставниками. Он лично стал обучать меня стихии ветра, благодаря предрасположенности к ней я сумел изучить первую и пока единственную технику.

Для Саюри он подобрал нескольких агентов, разбирающихся в иллюзиях, и девочка с головой погрузилась в изучение этого непростого направления искусств шиноби. К сожалению, мастеров гендзюцу в Корне не было, но даже той базы, что ей давали, Саюри хватало с головой.

— Сенсей, меня ждёт Дай-сенсей, я побежал, — резко вскочил Наваки.

— Стоять, — приказал сенсей, и Наваки, уже складывающий печать для призыва теневого клона, застыл. Не я один использовал двойников для обучения. Данзо настоял, чтобы, как и в моём случае, друг оставлял клона, когда тренируется физически с Даем, так что мучаюсь не только я. — На сегодня ваши тренировки окончены, завтра нас ждёт миссия. Ваших сенсеев я предупредил. Дэйчи-сан, ты также освобождён от работы в госпитале и от наблюдения за своей группой. Отдыхайте, это приказ! — последнюю фразу он произнёс, пристально глядя на Сенджу.

— Есть! — ответили мы хором.

— Сенсей, — внезапно позвал Данзо Наваки.

— Слушаю.

— Нам надо менять полигон! — огорошил всех друг.

— Почему? — спросил Данзо, но я видел, как он слегка подобрался. И все оперативники, которые были в зале, тоже обратили пристальное внимание на Наваки.

— Тут всем не хватает солнца, — просто сказал тот. Я увидел, как тень раздражения мелькнула по лицу Данзо, а от агентов донёсся смешок, но друг не обратил на это внимания и продолжил: — Из-за недостатка витамина D мои кости стали более хрупкими. Я проверил нескольких оперативников, и у них также обнаружил ту же проблему.

— Ты уверен? — уточнил Данзо. — Я консультировался с врачами, и они разработали диету специально, чтобы это компенсировать.

— Я знаю, проверил еду, — кивнул Наваки. — Но, к сожалению, организм не может полностью усвоить этот витамин, и основным источником всё равно является солнечный свет.

— Твои предложения? Эта база хорошо скрыта и защищена. Подобного, как ты понимаешь, невозможно добиться под открытым небом.

— Я понимаю. Может, тогда часть тренировок проводить на открытых полигонах? Или, как вариант, разработать специальные препараты с высоким содержанием витамина D и очень хорошей усвояемостью, но я не силён в фармацевтике.

— Я подумаю об этом, — слегка нахмурился Данзо. — Свободны.

Мы попрощались и пошли на выход.

— Всё так серьёзно? — спросил я, когда мы оказались на поверхности. — Я не замечал за собой подобного.

— Да, — непривычно серьёзно кивнул Наваки. — У тебя пока всё нормально, потому что ты с сестрой тренируешься на улице и твои занятия не такие интенсивные, как мои. А вот у Саюри и других шиноби наблюдается дефицит.

— Насколько всё плохо? — спросила внимательно слушавшая девочка.

— У тебя всё более-менее неплохо, в отличие от тех, кто постоянно там находится. Просто постарайся чаще бывать на солнце и кушать побольше мяса и рыбы. А ещё лучше попроси кого-нибудь из клана Акимичи составить тебе специальную диету. Они хорошо разбираются в этом.

— Кстати, и в фармацевтике тоже, — кивнул я. — Я выращиваю для них некоторые травы, которые они используют в различных пилюлях и стимуляторах.

— Кстати, как у тебя с наставничеством продвигаются дела? — с хитрой улыбкой спросил Наваки.

— Пока не понятно. Сначала отец договаривался с кланом Курама, но они стали сильно наглеть. Не знаю подробностей, но он был очень раздражён их требованиями, — вздохнула девочка. — Мама сказала, что теперь он рассматривает другой вариант.

— Значит, мне не показалось, — кивнул Наваки. — Я недавно видел твоих соклановцев в нашем квартале, и направлялись они именно к мастеру иллюзий.

— Раньше ты не был таким наблюдательным, — усмехнулась Саюри.

— Это всё благодаря Дэйчи. Он научил меня превращать клона в ворону. Пока не идеально, но я уже могу летать, — прихвастнул он. — Жаль только, в спаррингах не получается применить эту способность.

— Эти ребята быстро наловчились сбивать птах, — хмыкнул я.

— Было бы странно, не делай они этого, — хмыкнула Нара. — Но всё равно сегодня их ничто не спасло от поражения!

— Это точно, — кивнул я. — Как насчёт того, чтобы отметить это несколькими порциями данго?

— Я за! — Саюри ответила мгновенно.

— Я тоже. А потом пойду домой спать. За эти месяцы я ни разу нормально не выспался.

Я зашёл в лабораторию. У стены стояло несколько ещё нераспакованных коробок. Оборудование, заказанное в Стране Снега, пришло чуть больше недели назад. Но из-за постоянной занятости на тренировках с командой, Тсунаде и в госпитале мне не хватало времени на все свои планы.

Пришлось отложить сбор и настройку оборудования в пользу продолжения текущих исследований.

Что уж говорить, на праздновании становления учениками и я, и Наваки с трудом выстояли положенную церемонию встречи гостей, после чего с радостью удалились на отдых. Хорошо, что наше участие требовалось по минимуму: встретить, поздороваться да полчасика покрутиться у всех на виду, чтобы заинтересованные могли подойти и пообщаться.

Не знаю, как у Наваки, но ко мне подошли только представители Сенджу, союза кланов и внезапно Като Дан и Хатаке Сакумо. И те, увидев моё состояние, тактично ограничились поздравлениями и пожеланиями успехов.

Внезапно мои размышления прервал клон, которого я отправил в лабораторию, пока был дома и общался с семьёй.

— Я это сделал! — воскликнул тот и сразу метнул в меня нить.

Секунду спустя пришли воспоминания и на моём лице образовалась широкая улыбка.

Благодаря записям Данзо клон сумел переделать технику регенерации так, чтобы она не требовала части тела пациента, а работала с тем, что есть, — с самим телом.

И как вишенка на торте, клон в порыве энтузиазма, когда призывал ещё одного клона для слияния, добавил печать Яманака сразу после печати теневого клонирования. И этим сразу создал второй поток без материализации двойника.

Я поспешил сразу попробовать этот метод и… получил обычного клона. Моргнув, я развеял лишнего двойника и внимательно проанализировал, что делал клон. Минуту спустя я повторил технику, на этот раз полностью сосредоточившись на конечном результате. Всё получилось, и я ощутил появление третьего потока сознания.

Я взглянул на часы, было только пять вечера, и отправился с клоном в комнату с техникой регенерации жизненной силы. Соблазн протестировать лично и это открытие оказался слишком велик. Пара часов в запасе у меня была.

Я достал из печати небольшой кусок плоти Акимичи и положил его в центр техники. Сами символы были аккуратно изменены клоном.

Сложив нужные печати, я принялся сосредотачиваться на технике. Сначала всё шло очень хорошо: затраты значительно уменьшились из-за того, что не приходилось превращать клетки волос в другие, но постепенно техника стала выходить из-под контроля. Потоки чакры были нестабильны, и приходилось сильно напрягаться, чтобы держать их в узде. Десять минут спустя я отпустил технику.

Вытерев пот со лба, я счастливо улыбнулся. Даже такой результат — это прорыв. Нужно будет пройтись по всем символам и понять, где закралась ошибка. Но сам факт, что моя идея может быть реализована, уже вдохновлял.

Ещё раз взглянув на символы техники, я со вздохом пошёл на выход. Не стоит рисковать. Я в таком состоянии могу засидеться до самого утра. Вряд ли сенсей обрадуется этому.

Глава 23

Мы с друзьями, бодрые, отдохнувшие и готовые к новым свершениям, стояли около ворот деревни в ожидании наставника.

— Как думаете, что у нас будет за миссия? — аж подпрыгивал от нетерпения Наваки. Его поведение разительно отличалось от вчерашнего серьезного настроя.

— О, ты наконец-то решил выйти из режима умника? — хмыкнул я.

— Да ну тебя, — отмахнулся он. — Просто интересно, мы два месяца безвылазно тренировались и работали. Я думаю, мы заслужили какую-нибудь классную миссию. Может, спасение принцессы или освобождение какого-нибудь важного чиновника из плена. Было бы круто!

— Давай дождемся сенсея, — улыбнулась Саюри такому настрою друга. — Зная его стиль работы, мы скорее займемся ликвидацией предателей или каких-нибудь торговцев детьми.

— Согласен, с него станется. Лучше вообще не загадывать, — поддержал я подругу.

— Блин, дайте помечтать, обломщики, — состроил грустную мину Наваки, на что Саюри ответила звонким смешком.

Внезапно перед нами в облаке поднявшейся пыли возник Майто Дай с огромным бревном на плечах.

— Йош! Вот и вы. Я смотрю, в вас пылает сила Юности! — с сияющей улыбкой показал нам большой палец он.

— Сенсей, ты пришёл нас проводить? — воскликнул Наваки, поклонившись.

— Ты прав, Наваки-кун. Я не знал, когда вы отправляетесь, поэтому уже два часа бегаю вокруг деревни, — Дай был в своём репертуаре. — Я хотел пригласить вас на новоселье, когда вы вернётесь с миссии.

— Это отличная новость, поздравляю! Но почему вы просто не пришли ко мне вчера, сенсей?! — воскликнул Наваки.

— Я подумал, что невежливо являться без приглашения, Наваки-кун, — почесал затылок Дай, казалось, бревно ему вообще не мешало.

— Сенсей, ворота моего клана всегда открыты для вас! — чуть не задохнулся от нахлынувших эмоций Наваки. — Все стражи давно предупреждены. Я же говорил вам.

— Я забыл… — смущённо улыбнулся Дай.

— Дай-сан, — позвал я. — Я думал, твой дом построят раньше, что-то случилось?

Я вспомнил, что о его новоселье мы говорили месяца три назад.

— Ничего страшного. Я просто немного не рассчитал, — он слегка отвёл взгляд. — Но теперь всё готово.

«Похоже, Даю не хватило денег из-за того, что он оплачивал мои услуги, и поэтому ему пришлось ещё подзаработать», — пронеслась мысль.

Мне стало немного неловко, но я быстро избавился от этого чувства. Дай взрослый человек и успешный шиноби, такие вопросы он должен решать сам. Я за них не в ответе.

— Доброе утро, команда. Доброе утро, Дай-сан, — сенсей появился в вихре шуншина. — Вам что-то нужно? — обратился он к Даю.

— Здравствуйте, Данзо-сан, — улыбнулся Дай. — Я просто хотел позвать ребят на новоселье, так что я уже ухожу.

Он помахал нам рукой и рванул с места так, что вновь образовалось облако пыли. До нас донёсся его крик: «Ещё двадцать кругов вокруг деревни, а затем тысяча отжиманий!».

— Если бы другие шиноби обладали хотя бы половиной его энтузиазма, Лист был бы сильнейшей деревней, — внимательно посмотрел ему вслед Данзо.

— Разве другие деревни в таком случае не стали бы тренироваться так же, сенсей? — спросил я, передернув плечами. — Представьте себе сражение хотя бы десятка таких бойцов.

— Не думаю, что они бы успели, — хмыкнул Данзо.

— Эй, Дай-сенсей не чудовище! — встал на защиту наставника Наваки.

— Ты просто не видел, что он творит в бою, — хмыкнул я. — И вообще, я с уважением его так называю.

— Я знаю, что он очень сильный, в конце концов, он мой сенсей! — гордо выпятил грудь Наваки.

— Что у нас за миссия, сенсей? — вернула нас к реальности Саюри. — И кто заказчик?

— На этот раз миссия от деревни, — сделал акцент на последнем слове Данзо. — И она касается вашего товарища, — он кивнул в мою сторону. — Несмотря на все принятые меры, шиноби Песка узнали, кто ответственен за поставки для них питательных растений. И некоторые из особо радикально настроенных песчаников недовольны такой зависимостью от Листа.

— Так нам придется сражаться с союзниками? — нахмурился Наваки.

— Возможно, — пожал плечами Данзо, для него это было несущественно, и он всем видом это показывал. — Но по моим данным, эти шиноби действуют не от имени деревни. Проще говоря, они нукенины. Их лагерь находится где-то на границе стран Земли и Ветра.

— А почему они нукенины, сенсей? Разве Песок в этом не заинтересован? — спросил я с любопытством.

— Идём, объясню по дороге, — махнул рукой сенсей. Мы двинулись следом за ним, на автомате приняв боевое построение. Когда мы оказались на верхних путях, Данзо продолжил: — Песок избрал другую тактику. Дело в том, что наши поставки решили одну из его главных проблем, и избавиться от тебя — значит лишить всех жителей обилия еды. Пусть даже однообразной. Поэтому песчаники пытаются аккуратно своими силами раскрыть секрет разведения этих растений.

— Разве нет риска, что они смогут его раскрыть? — удивился я.

— Ты думаешь, наши аналитики не учли этого? — с тенью ухмылки ответил он. — Они уверены, что раньше чем через пять лет им это не удастся. А затем у них и вовсе не останется выбора.

Мелькающие ветки деревьев совершенно не мешали нашему разговору. Мы абсолютно на автомате уворачивались от ветвей, что норовили ударить в лицо.

— Почему, сенсей? — спросила хмурая Саюри.

— Будет война, — безапелляционно рубанул Данзо. Саюри и Наваки вздрогнули. — И они будут вынуждены выступить на нашей стороне. А после этого вступать в союз с другими деревнями им будет просто невыгодно. К тому же, — Данзо ухмыльнулся. — Даже если они раскроют секрет, им всё равно потребуются поставки от Листа.

— Короче, их положение безвыходно, — подытожил я.

— Именно, — кивнул джонин. — Иначе Нара бы не предложили подобный ход.

— Да, мы такие! — гордо вскинула голову Саюри.

— Если опустить бахвальство, то именно за это ваш клан и ценится деревней. Не просто так главой основных сил и главным стратегом деревни является кто-то из вашего клана, — подтвердил Данзо.

— В таком случае я удивлён, что клан Курама стал наглеть с требованиями к вашему клану, — обратился к Саюри Наваки. — По идее, это должна быть честь обучать представителя главной ветви Нара.

Саюри только развела руками, показывая, что ей нечего сказать по этому поводу. Зато у сенсея нашлось что сказать.

— Курама известны своим высокомерием. В гендзюцу они одни из лучших, а иногда в их клане рождается кто-то, кто превосходит в этом сильнейшего из Учих. Это слишком раздуло их эго. Поэтому их не слишком любят в деревне, да и в рядах АНБУ тоже не жалуют.

— Я уверен, Наоми-сама не станет так сильно наглеть. Она очень хороша в иллюзиях, хоть и отошла от дел, — улыбнулся Наваки.

— Ты имеешь в виду Сенджу Наоми-сан, — уточнил Данзо. Наваки с улыбкой кивнул. — Она действительно мастер гендзюцу. Но я не слышал, чтобы она брала учеников.

— Наваки! — внезапно вскинулась Саюри. — Я же тебе говорила, чтобы ты не вмешивался в это дело!

— А я её и не просил взять тебя в ученики, — улыбка Наваки, словно яркое солнце, разогнала негатив девочки. — Я просто рассказывал ей о тебе и о том, как умело ты пользуешься её искусством.

— Блин. Теперь, если она согласится, я буду тебе должна, — пробормотала Саюри.

— Просто пообещай не применять на мне иллюзии, и мы в расчете. Договорились? — продолжал улыбаться друг.

— Ты специально это подстроил! — воскликнула Нара. — Сенсей, это вы виноваты! Раньше он бы даже не подумал так сделать.

— Если так, значит, он хорошо усваивает мои уроки, — пробормотал Данзо с невозмутимым выражением лица.

— Как ты вообще умудрился с ней поговорить? Ты что, знаком со всеми в клане? — подняла бровь девочка.

— Меня в клане все любят! — похвастался Наваки. — И, конечно, я, как наследник, так или иначе знаком со всеми членами клана. А бабушке Наоми я иногда помогаю с покупками и цветами. Пару раз в благодарность она рассказывала мне интересные истории и даже показывала их с помощью гендзюцу. А от отца я узнал, что она мастер иллюзий.

— Хорошо, — вздохнула Саюри, признавая поражение. — Если она станет моим учителем, я перестану ловить тебя в гендзюцу. Но на спарринг это не распространяется.

— Хороший ход, — оценил Данзо. — Но тебе все равно надо что-то делать с твоей уязвимостью к иллюзиям. В отличие от своего товарища у тебя нет к ним иммунитета.

— Кстати, может, она сможет разобраться, откуда он у Дэйчи, — влез Наваки.

Я про себя чертыхнулся, кто знает, до чего додумается такой специалист.

— Возможно. Мои люди не смогли разобраться в этом вопросе.

Я принял для себя решение постоянно поддерживать второй поток в присутствии Саюри и Наоми. В том, что она согласится, я не сомневался ни на йоту, зная пробивной характер Наваки. Если только Нара сами не передумают, но тут я сомневался, раз уж они направили официальную делегацию.

— Сенсей, может, мы с Дэйчи отправим клонов на разведку? — спросил Наваки, пока я задумался.

— Твоя предусмотрительность похвальна, но пока не стоит тратить силы. Если кто-то пробрался так близко к деревне незамеченным, то вы их не обнаружите с воздуха. А вот когда приблизимся к границе, это будет идеальное время для разведки.

Я обратил внимание, что Данзо всё чаще стал одобрять наши действия. На его лице изредка даже мелькала тень улыбки. Было странно осознавать, что этот суровый человек однажды станет огромной угрозой деревне, которой так преданно служит.

Я покачал головой, этого ещё не случилось и, возможно, уже не случится. Может, Наваки удастся удержать сенсея от этого. В конце концов, его позитив влияет на всех окружающих.

Тут в голову пришла мысль. Ведь и сам Наваки должен быть уже мертв... Если память мне не изменяет, в каноне он умер в день своего десятилетия. А сейчас ему уже десять. И он жив-здоров! Нахлынувший по всему телу табун мурашек я подавил техникой.

— Что ты на меня так смотришь, у меня что-то на лице? — спросил друг.

— Ничего, просто непривычно видеть тебя таким предусмотрительным, — поспешно ответил я. Видимо, в момент размышлений я неосознанно смотрел на него. Чтобы перевести тему, я решил обратиться к наставнику: — Сенсей, два месяца ведь прошли.

— Пока нас не будет, Хокаге проверит качество обучения твоей группы. Если его всё устроит, ты получишь оставшиеся записи, — ответил он и замолчал, но несколько секунд спустя, словно раздумывая, говорить или нет, добавил: — От себя могу сказать, что я впечатлен результатами.

— Спасибо, сенсей, — несколько обескураженно произнёс я.

Данзо не ответил.

— Сенсей, а почему Хокаге проверяет результаты Дэйчи, я думала, там только ваши люди? — приподняла бровь Саюри.

— Он тоже заинтересован в этом методе. Так что в группе половина бойцов была из АНБУ.

Я сразу вспомнил, что он уже говорил о том, что у деревни будет для меня и Тсунаде предложение, если все пройдет успешно. Видимо, Саюри пришла в голову та же мысль, она задумчиво кивнула на слова сенсея.

— Достаточно, остальное сможете обсудить по возвращении или на привале. А сейчас устроим небольшой тест усвоенных знаний, — пресёк возможные вопросы Данзо.

Дальнейший путь до самого привала на ночлег прошел в привычном формате. Сенсей не стал изменять проверенной методике и, набрав запас шишек, принялся задавать вопросы по всем пройденным темам вразнобой.

Стоит ли говорить, что никто из нас не отделался от нескольких попаданий этими усилителями мотивации? Правда, на этот раз не из-за отсутствия ответа — ведь нас очень качественно натаскивали — а за недостаточную скорость и полноту информации. А также за недостаточную четкость и лаконичность.

Когда Наваки с ухмылкой приложил светящуюся зеленоватым светом руку к месту попадания, Данзо только усмехнулся: — Мне не нужно, чтобы на вас остались следы, важен только запомненный урок. Так что можешь лечить, быть может, поднимешь и этот навык.

На этот раз у нас не было цели научиться выживать на враждебной территории, поэтому мы спокойно нашли подходящую полянку, разбили лагерь, разожгли костёр и вкусно поужинали взятыми с собой запасами.

Наваки упросил Данзо рассказать какую-нибудь интересную историю. И, судя по всему, даже слегка пожалел об этом. Сенсей ухмыльнулся и стал рассказывать о том, как его в детстве тренировали и как он ходил на миссии с кланом.

Если про сами занятия он упоминал лишь вскользь, зато в подробностях описывал воспитательные меры, которые к нему применяли, и жуткие картины полей сражений, вид мертвых соклановцев и трупов врагов, попавших под различные стихийные техники, изрезанных холодным оружием или расчлененных взрывами.

Мы с Наваки уже были привычны к таким картинам, но вот Саюри — нет, хотя и она уже видела последствия сражений шиноби и даже сама лишила жизни нескольких человек. От живописных описаний сенсея у девочки побледнело лицо.

Правда, в рассказе Данзо я уловил и кое-что другое. Он рассказывал, как отец вытащил его из-под техники вражеского шиноби или как соклановец ценой своей жизни спас свою девушку. А ещё, что в то время ему было всего лет шесть.

Когда Данзо закончил свой рассказ мы все сидели задумчивые и погруженные в повествование. Внезапно он добавил:

— Запомните, дети. Жизнь шиноби — это не героические сражения добра со злом и прочие бредни. Это постоянные сражения, кровь, предательство и смерть, поджидающая на каждом шагу. Мы сражаемся за власть и ресурсы для того чтобы наша деревня могла процветать.

— Но как же справедливость и долг? — глухо спросил Наваки.

— Ваш долг — сражаться за деревню. А справедливость каждый понимает по-своему. Если ты действительно хочешь стать Хокаге, Наваки-кун, тебе необходимо это понять. Или стать настолько сильным, чтобы никто не мог пойти против твоего слова.

— Я стану сильнейшим! — заявил друг, серьезно посмотрев Данзо прямо в глаза. — Я превзойду деда и сделаю так, чтобы у нас был мир и моим друзьям не пришлось умирать!

— Попробуй, — хмыкнул Данзо. — Тебе предстоит сложнейший путь. Ты очень силён для десятилетнего, но до мощи Хаширамы-сама в твоём возрасте тебе далеко.

— Это меня не остановит!

***

Данзо сидел и размышлял, то и дело поглядывая на спящих детей. Он не планировал делиться с ними историей, но, похоже, Хирузен был прав, эти генины всё-таки влияют на него. Он перевел взгляд на Наваки. Или, быть может, он увидел в мальчике отражение его деда, тот тоже мог своей уверенностью и убежденностью в своей правоте изменять окружающих.

Если мальчишка действительно сумеет стать Хокаге, то хорошо, что он его сенсей, а не какой-нибудь идеалист, который бы только раздул эту черту в его ученике. Даже если тот не достигнет уровня Хаширамы, Данзо решил позаботиться, чтобы мальчик не стал таким же наивным, как его дед.

Он перевел взгляд на Нара. В девочке тоже был скрыт потенциал. Она была первым представителем клана Нара, которая решила расширить их техники гендзюцу. А учитывая её склонность к инь и то, что она показывает сейчас, она имеет все шансы стать выдающимся мастером иллюзий. Как жаль, что в Корне нет тех, кто способен отшлифовать её талант, уж слишком редкое направление вне специализирующихся на этом кланах.

Взгляд упал на последнего члена его команды. Фукудзава Дэйчи самый странный из всех его учеников. Его контроль эмоций делает его трудно контролируемым. И также является лакомым кусочком для самого Данзо. Особая ирония в том, что эта техника не секрет.

В теории любой ирьенин высокого уровня может её освоить. К сожалению, времени на изучение всего того пласта знаний, чтобы подняться до этого уровня, у Данзо просто нет, он отдавал себе отчёт, что не обладает необходимым уровнем контроля чакры.

Одновременно с этим лояльность Дэйчи не вызывает сомнений. А его тяга к знаниям — это та ниточка, которая поможет держать его в узде, если он начнет переходить черту.

Данзо слегка качнул головой. Его способность видеть везде врагов иногда играет с ним злую шутку. Тем не менее мальчик силен, однозначно сильнейший в троице, хоть и не кичится этим. Главное, чтобы в группе не было ссор из-за решения Наваки превзойти деда. Придётся следить за этим.

Глава 24

По мере приближения к цели миссии сенсей становился всё более сосредоточенным. Наш тест завершился ещё вчера, и теперь мы ни на что не отвлекались.

— Мы приближаемся, — коротко сказал сенсей. — Точного места лагеря нукенинов мы не знаем, так что нам придется заняться разведкой местности.

— Мы с Дэйчи отправим птиц на разведку, ведь известна хотя бы примерная зона, — отозвался хмурый Наваки.

— Да, — Данзо достал карту. — Мы почти на её границе. Вот здесь, — он ткнул пальцем в точку на карте, указав на область примерно в радиусе пяти километров.

Сенджу не стал медлить и тут же создал клона. Я последовал его примеру, и спустя несколько секунд четыре птицы взлетели. Пока я не создавал связь: всё равно при обнаружении противника клон развеется.

— Что с тобой? Ты сегодня сам на себя не похож, — тихо спросил я друга.

— Я просто не понимаю, почему они охотятся на тебя? Разве из-за твоей работы их деревня не стала жить лучше? Почему они хотят вернуть всё как было? — Наваки сжал кулаки, после чего с усилием их разжал.

— Это противостояние убеждений, — сказал Данзо, подойдя к нам. — Я уже говорил, шиноби сражаются за власть и ресурсы. Но также нередко и из-за идеологии. Эти шиноби считают, что Песок попал в зависимость от Листа, и им это не нравится. Они полагают, что возврат к состоянию дефицита предпочтительнее.

— То есть они поставили своё видение превыше благополучия своей деревни? — уточнил я.

Сделал я это не без умысла. В каноне именно это и делал Данзо, считая, что его точка зрения единственно верная.

— Да, — после секундного молчания кивнул Данзо.

— То есть они готовы предать свою деревню, лишь бы воплотить своё видение идеальной деревни в жизнь? — мрачно хмыкнул Наваки. — Даже если они добьются своего, то навсегда останутся предателями, которые подставили свой дом из-за собственного эго! Уроды.

— Ты думаешь, они не могут быть правы? — спросил Данзо. — Ведь их деревня и вправду стала зависимой от нас.

— Конечно нет! — рубанул Наваки. — Даже если так, то что с того? Жители Песка стали жить лучше. За это время они могут придумать множество способов, как устроить свою жизнь, найти альтернативы и избавиться от зависимости, не ставя своих людей вновь под угрозу голода.

— Именно так и должен думать тот, кто стремится стать лидером! — кивнул Данзо. — Нужно уметь как можно эффективнее использовать то, что имеешь. К счастью, официальная власть Песка солидарна с тобой.

— Я тоже не могу их понять, — произнесла молчавшая до этого Саюри. — Разве мы не зависим от поставок чакрометалла из страны Железа? Или от поставок чернил из Травы? Но я никогда не слышала призывов избавиться от этих зависимостей.

— Ты права, но не во всём, — ответил Данзо и создал клона, который отправился на разведку. — Страна Железа соблюдает нейтралитет, а страна Травы — наш союзник. С другой стороны, Лист и Песок были врагами во время Первой мировой войны. Поэтому с точки зрения некоторых шиноби такая зависимость непозволительна.

— Как будто есть разница? — фыркнул я. — В любом случае одна сторона имеет преимущество. Я точно знаю, что страна Железа неоднократно поднимала цену на свою продукцию. Да и страна Травы тоже. Мой отец вертелся как уж на сковороде, чтобы выбить нам лучшие условия, когда мы там были. А недавно они снова подняли цены.

— Ты прав, но политические и экономические аспекты взаимодействия деревень мы обсудим после миссии. Не отвлекайтесь. Ваши клоны что-нибудь обнаружили?

— Нет, сенсей, — ответили мы с Наваки хором после секундного сосредоточения.

— В таком случае мы сами отправляемся на разведку.

Не медля, Данзо указал направление знаками АНБУ, которые мы выучили наизусть — за этим строго следили все шиноби на базе. Нам даже устроили несколько дней общения лишь на таком «языке». И мы двинулись за ним, соблюдая максимальную осторожность.

Несколько часов пролетели как миг. Напряжение, которое излучал сенсей, почти физически заставляло нас полностью сосредоточиться на задаче. По его знаку я и Наваки поочередно использовали сенсорную технику стихии Земли.

К сожалению, прирожденными сенсорами мы не являлись, поэтому радиус обнаружения у нас был невелик — не более пятисот метров у Наваки, у меня и того меньше, три сотни — мой текущий предел. Против десятков километров у специализирующихся на этом шиноби — смех, но и то хорошо.

Сам Данзо тоже не обладал навыками сенсора, но всё равно время от времени резко поворачивался то в одну, то в другую сторону. Может чуйка, а может какая-то техника — я не знал точно. В один момент он остановился.

— Максимальная осторожность! — буквально придавил нас властностью голоса он. Его глаза бегали из стороны в сторону. Тело было как сжатая пружина. Он, очевидно, был готов ко всему.

Несколько часов спустя Наваки стал аккуратно подавать мне сигналы, означающие сомнение в приказе. Похоже, он имел в виду, что наш сенсей несколько перегибает с осторожностью. Но, честно говоря, мне так не казалось, и, судя по всему, Саюри тоже. Она короткими рублеными жестами дала понять товарищу, чтобы он не отвлекал ни нас, ни сенсея.

Я аккуратно, стараясь не шуметь, произнёс, частично повторяя сказанное жестами, ведь язык АНБУ, к сожалению, немногословен:

— Я понимаю твои сомнения, но в этой ситуации лучше довериться ветерану.

Как бы тихо я ни произнёс это, Данзо услышал!

— Молчать!!! — очень тихо произнёс он. Вот только мы услышали. И не только услышали… Нас буквально придавила его жажда убийства. Она была настолько концентрированной и «острой», что я словно наяву увидел, как он мгновенно перерезает мне горло кунаем. Судя по резко побледневшим друзьям, они тоже ощутили этот ужас.

Взгляд Данзо не предвещал нам ничего хорошего. Я кожей почувствовал, что по возвращении нас ждёт чудовищная выволочка. По бокам от себя я увидел, как неестественная бледность появилась на лицах Наваки и Саюри. Почти уверен, что со мной было бы то же самое, если бы не мой контроль эмоций, который я применил на автомате в ответ на титаническое давление воли наставника.

Весь день мы двигались словно тени, следуя за сенсеем по самым неприметным местам и закоулкам. Его передвижения были настолько совершенны, что клоны, периодически пролетавшие над нами, не смогли бы нас заметить, если бы я не знал, где мы. Да и то двойники могли заметить лишь наши тени, но никак не Данзо. Складывалось впечатление, что для него не было разницы — лесные заросли, скалистая местность или песчаные барханы, везде он двигался с отточенной грацией.

Данзо то и дело уточнял у нас с Наваки, какие сектора прочесывали наши клоны-птицы, и раздавал указания, где им следует продолжать поиски, эффективно меняя направление нашего движения. Я был уверен, что в его голове складывалась чёткая карта, разделенная на разведанные и неисследованные области. Если бы меня кто-то спросил, я бы сказал, что он действовал, словно мощный компьютер, рассчитывающий траекторию согласно постоянно обновляющимся данным.

К вечеру, вымотанные морально и физически, мы остановились в расщелине меж двух скал на отдых и ночлег. Сенсей молча, простыми сигналами давал указания, явно показывая свою злость и разочарование.

Когда наша стоянка была оборудована и Данзо был более-менее уверен в безопасности нашего схрона, он дал своему раздражению выход.

— Генины! — давление его убийственного намерения вновь обрушилось на нас. — Я в вас разочарован.

В тот момент я был уверен лишь в двух вещах: негодование Данзо направлено точно на нас и не распространяется дальше, а детей, которыми были мои сокомандники, надо было от этого прикрыть.

Полностью на автомате я выступил вперёд, прикрывая собой друзей. Одновременно я транслировал собственную жажду убийства используя оба потока, которые успел незаметно призвать, пока Данзо шёл впереди и не видел нас, стараясь блокировать влияние сенсея.

Полностью уйдя в себя, я вспомнил все те эмоции — гнев и страх, что испытал к сенсею, когда слетел с катушек, — и призвал их для противостояния.

Во мне буквально забурлило пламя ненависти.

«Неужели все мои размышления о нём были лишь иллюзией, и он действительно такой, каким был описан в каноне?» — эта мысль ещё больше подлила масла в костёр, и я, не отдавая себе отчёт, призвал десятки нитей. Будь проклят Данзо! Я был готов драться насмерть.

— Дэйчи-кун, сенсей, пожалуйста, хватит! — краем сознания, что олицетворял мой клон, спрятанный в кармане на подобный случай, я услышал дрожащие слова Саюри. — Ваше давление могут почуять враги.

— Это Ваша вина, сенсей! — эти слова я буквально выплюнул. — Я почти жалею, что попросил Тсунаде не менять нам наставника!

Желваки Данзо напряглись! Секунда. Две. Три. Его давление стало аккуратно спадать, одновременно подавляя моё. Взгляд ветерана перестал ощущаться очами смерти. Его лицо постепенно приняло спокойное выражение.

— Дэйчи-кун, — позвал он. — Предлагаю успокоиться. Я… извиняюсь… — с трудом выдавил он из себя слова, — за вспышку.

Моё потрясение от столь прямых слов, вкупе с вмешательством Саюри, позволило клону взять контроль над моими собственными действиями.

Видя, что я постепенно прихожу в себя, Данзо продолжил:

— Убери давление, мне довольно… неудобно удерживать его, чтобы нас не обнаружили. Ты же не хочешь стать причиной смерти своих друзей? — даже в такой момент он давил своим взглядом и уверенностью в собственной правоте.

— Хватит!!! — яростный крик Наваки буквально развеял наше с Данзо давление. — Какого хера вы вцепились? Если Вы, сенсей, и можете на кого-то злиться, то на меня. Это я виноват в том, что Дэйчи заговорил со мной, понятно?! — рычал друг.

Но и я, и Данзо ощущали иное. Наша жажда крови была сметена чем-то другим. Чем-то, что напомнило мне Дая. Не сговариваясь, и я, и сенсей стали подавлять бушующий шквал эмоций Сенджу.

— Успокойся, идиот! — хотел прокричать я, но от напряжения из моего горла раздался лишь сип. — Ты нас всех выдашь, мы еле сдерживаем твоё давление.

— Сенджу-сан! — буквально на мгновенье позже пророкотал Данзо. — Успокойся. Всё уже кончилось.

— Тормоз! — пробурчал я, чувствуя, как эмоции нашей троицы постепенно шли на спад, и мы не давали другим выплеснуться наружу. Воздействие Наваки было настолько невероятным, что мы с сенсеем еле сдержали его в первый момент. За это можно благодарить опыт Данзо и мой контроль.

— На… конец… то… — хрипло произнесла Саюри. В ее тоне ощущалась бесконечная усталость.

Я перевёл свой взгляд на девочку… Она была невероятно бледной, из её носа текли две сильные струйки крови, она шаталась и была готова вот-вот упасть в обморок.

Я рванул к ней, отбросив свою злость к сенсею. За мной, отставая лишь на несколько миллисекунд, мчался Наваки. С удивлением я заметил, что он сокращал расстояние между нами. Нити, что до сих пор свисали с пальцев, метнулись к девочке, которая в испуге попыталась отступить, но в этот момент силы покинули её. Моя техника обвила её за несколько секунд до того, как я до неё добрался.

Я успел подхватить Саюри за мгновение до того как она потеряла сознание. Нити жизни, в которые я преобразовал режущее оружие, показали, что ничего слишком страшного с ней не случилось. Наваки присоединился ко мне в тот же миг, и его лицо быстро приобрело расслабленное выражение.

— Что с ней? — раздался голос сенсея. Судя по интонации, он не понимал, что произошло.

— С помощью гендзюцу она пыталась заблокировать наше давление, — со стыдом в голосе произнёс Наваки. — Это ваша вина, сенсей! Какого хера вы это начали?!

— Хватит! — настала моя пора успокаивать буйного друга. Я, взяв на вооружение недавний опыт, очень точечно ударил по нему жаждой боя. — Нав, прекрати, с ней всё в порядке, она просто перенапряглась. Кажется, она не верила, что мы угомонимся сами, и до конца пыталась нас защитить.

— Генин, — произнёс Данзо холодным, спокойным голосом, — в словах твоего товарища есть смысл.

По его лицу я понял, что он думает об этой попытке, но Наваки этого не видел.

— Она действовала правильно, — бросил я. — Если бы хоть кто-то из нас не удержал натиск, то Саюри была бы последней нашей защитой от обнаружения.

— Ты прав, — спустя несколько секунд раздумий вынес вердикт Данзо. — Нам стоит привести Нара в чувство…

— Саюри, — поправил Данзо Наваки.

— Что?

— Её зовут Саюри, «Шимура-сан», — имя клана сенсея Наваки специально растянул.

— Что за дети мне достались, — почти обречённо прошептал Данзо. — Нам стоит привести Саюри-сан в чувство и обеспечить её ужином, ирьёнин-сан.

— Я согласен с Наваки, тайчо, у нас есть имена. И вы уже называете нас по имени. Мне кажется, что этот инцидент не повод портить сложившиеся отношения.

— Я… признаю, что в твоих словах есть логика, — второй раз запнулся Данзо, но, похоже, он не был бы собой, если бы не уколол в ответ: — Но что насчёт твоих слов? О том, что ты сожалеешь, что попросил оставить меня вашим наставником.

— Я не отказываюсь от своих слов. Я действительно считаю Вас одним из лучших наставников, но и вправду жалею, что попросил, чтобы Вы остались нашим сенсеем, — не стал увиливать я. — Ваши методы и ваше отношение бывают отвратительными. Но полагаю, что у всего есть цена, у вашего наставничества — она такая.

Чего я не ожидал, так это внезапного смеха Данзо. Он хохота, хотя было видно, что для него это совсем непривычно. Звуки смеха вырывались из него один за одним, несмотря на попытки их сдержать, почти минуту.

— Пожалуй, ты прав, Дэйчи-кун. У всего есть цена, — произнёс Данзо, вернув себе часть самообладания, хотя его губы нет-нет да и пытались превратиться в улыбку. — Но хватит об этом, будите подругу, будем ужинать и затем готовиться ко сну.

***

Данзо вновь наблюдал за спящими генинами теперь уже с маской спокойствия на лице. Однако под этой маской скрывалась целая гамма эмоций: от раздражения до подлинного уважения. Никто за очень долгое время не смел ему так прямо противостоять и говорить правду прямо в лицо. Однако эти дети пошли на это, совершенно не стесняясь, как только появился повод.

Каждый из них сегодня противостоял ему. Саюри, апеллируя к логике и безопасности, Наваки, используя свои убеждения и волю, и Дэйчи… неожиданно использовал свои эмоции и ненависть к нему лично, но одновременно с этим показывая невероятный уровень хладнокровия. Жажда крови этого юного шиноби была впечатляющей, джонин не мог вспомнить, когда последний раз ощущал нечто подобное.

Хотя Сенджу и Нара удивили не меньше. Сила… чего-то… от Наваки-куна превзошла одновременно натиск и его самого, и Дэйчи-куна, а Саюри-чан умудрилась прикрыть их совокупную мощь силой своего гендзюцу. О таком ветеран слышал впервые, но, хорошо проанализировав ощущения, понял, что девочка действительно это сделала.

Тем не менее их всех ожидает наказание. Не за препирательство и конфронтацию. За лишнюю болтовню на миссии. Они должны понять, что подобное может привести к срыву задания.

Данзо не был уверен, что их конфликт не привёл бы к худшему результату, если бы хоть что-то пошло не так…

Глава 25

Утром, сразу после пробуждения, я первым делом проверил Саюри. К счастью, с ней всё было в порядке. Она полностью восстановилась. Основная нагрузка от её импровизации ударила по разуму, а не по чакросистеме. Как поведала сама Саюри, такого уровня концентрации она ещё не испытывала и буквально прыгнула за свои пределы.

Даже Данзо сказал, что подобное было крайне необычным и уникальным проявлением иньтона. По его словам, жажда крови и проявление эмоций Наваки — это дикий и практически инстинктивный навык стихии Инь, когда чакра пользователя выплёскивает чувства наружу.

И подавить подобное чем-то, кроме встречной волны, ранее считалось невозможным. Однако он запретил ей пользоваться этим до тех пор, пока она не научится использовать эту способность без перенапряжения до состояния обморока.

Мы наскоро позавтракали, быстро свернули лагерь и отправились в путь.

— Дэйчи-кун, Наваки-кун, отправьте клонов на разведку и будьте внимательны, я чувствую, что за нами периодически кто-то наблюдает, — хмуро приказал Данзо. — Старайтесь беречь силы, вероятнее всего, мы близки к цели.

— Это поэтому вы были вчера так напряжены, сенсей? — спросил Наваки, пока мы создавали клонов.

— Да, — коротко кивнул тот.

Наваки смущённо почесал затылок. На это Данзо только взглянул на него и махнул рукой, после чего рванул вперёд. Мы тут же последовали за ним.

Несколько часов прошли в ещё более напряжённом состоянии, чем вчера. В этот раз никто из нас не проронил ни звука. Мы шли и наблюдали за местностью, сосредоточенно вглядываясь вперёд. Вместе с тем мы также направляли клонов-птиц, периодически связываясь с ними для получения информации.

Какое-то время мы двигались по каменистой местности, но постепенно воздух становился всё жарче, а под ногами то и дело попадались небольшие песчаные наносы , принесённые ветром. Их становилось всё больше, и к полудню мы уже бежали по песку, а под ним торчали камни.

А спустя ещё полчаса наши поиски внезапно закончились.

— В двух километрах на северо-восток группа из трёх человек. Они сняли маскировочную технику и глядели в нашу сторону.

— Похоже, среди них есть сенсор, — цыкнул Данзо. — Направьте клонов туда и осмотритесь внимательно. Это точно ловушка. Среди них есть кто-то из книги бинго?

— Нет, — ответил я. — Никого из них я не знаю.

— Наваки-кун, как только приблизимся к ним, примени сенсорную технику, — распорядился Данзо и ускорился.

Отбросив скрытность, мы рванули в сторону ожидающего нас противника. На ходу сенсей произнёс:

— Будьте осторожны, где-то должны прятаться ещё двое.

— Сенсей, скорее всего, они прячутся под землёй, мои клоны не обнаружили никакого присутствия рядом. Местность открытая, спрятаться, кроме как под землю, там некуда.

— Я тоже пока никого не обнаружил, — подтвердил Наваки. — Но если они под землёй, то я смогу их выявить.

— Как приблизимся, стойте за мной. Когда начнётся схватка, в ближний бой не бросаться. Метайте железо и отступайте, наверняка на месте полно ловушек, — проинструктировал нас Данзо, хотя это и так было очевидно. На тренировках мы неоднократно отрабатывали подобные сценарии.

Наконец мы добрались до наших противников и остановились в пятидесяти метрах от них. Расстояние было незначительным, даже для нашей скорости, не говоря уже о Данзо. Едва затормозив, мы с Наваки снова приложили руки к земле.

— Сенсей, я всё ещё никого не ощущаю, — произнёс Наваки, хмурясь.

— Что вы так и будете там стоять? — подал голос шиноби Песка с закрытым маской лицом. — Кстати, спасибо, что привели нашу цель, теперь нам не потребуется его искать.

«За нами следят», — подал знак Данзо, а сам произнёс: «Ты слишком много болтаешь».

С руки сенсея в сторону противника отправилось воздушное лезвие. Если бы не выросшая земляная стена, их могло бы разрезать надвое. Кунаи, которые мы бросили вслед за техникой сенсея, также врезались в неё.

— Так-так, не думал, что за простыми нукенинами пошлют самого Шимуру Данзо, — раздался новый грубый голос. Стена земли опустилась, явив его обладателя. Мы сразу напряглись. Им оказался крупный и коренастый мужчина с ехидной усмешкой на лице. Он был одет в бронежилет скрытого Камня.

Пока противник говорил, из-за камней вдали выскочили ещё десять шиноби в униформе Песка и Камня и понеслись к нам. Едва увидев новых врагов, мы отскочили назад, встав за сенсеем.

— Как минимум, четыре джонина, — оценил тот. — Как только я расправлюсь с двумя из них — отступаем.

Внезапно большая часть нападавших расположилась полукругом в пяти метрах за спиной джонина Камня. Лишь двое шиноби Камня и один песчаник выступили вперёд, встав чуть позади него.

Необычным было то, что среди них была невысокая фигура. Парнишка выглядел года на три старше нас, но от него явственно веяло сильной жаждой крови. Его товарищ из Камня старался держаться подальше от подростка.

— Отдай мальчишку, и мы вас отпустим, — мерзко ухмыльнулся первый каменщик.

Пока главарь банды решил почесать языком, я сосредоточился. У меня был только один дополнительный поток, и я не мог призвать больше, не спровоцировав нападение. Я не знал, зачем сенсей тянет время, но решил действовать.

На земле, прямо перед Данзо, за небольшим камнем, так, чтобы противник не увидел, я с помощью нити написал: «Я могу воздействовать на того напуганного».

— Я похож на идиота? — саркастично выгнул бровь Данзо, слегка качнув рукой. Это был знак: действуй. — Думаешь, я поверю, что вы притащили сюда своего зверёныша, чтобы просто позволить нам уйти?

Мои нити под землёй рванули к шиноби, что сторонился своего напарника. И я принялся воздействовать на него своей техникой, следя за ним во все глаза. Тот нет-нет да и бросал взгляд на паренька рядом с собой. В этот момент я усиливал чувство страха и понемногу распалял гнев в шиноби Камня.

Одновременно я отправил по одной нити к последнему взрослому джонину и лидеру, который вёл диалог с сенсеем. Не уверен, что моя задумка удастся, но если получится, то я смогу перерезать сухожилие на ногах наших самых сильных противников.

— Только за то, что ты знаешь, кто это, кое-кто в деревне может лишиться головы, — мрачно хохотнул шиноби.

От мощнейшей концентрации на моём лице стал собираться пот, тем не менее технику я не отпускал, продолжая воздействовать на гормоны цели, всё больше и больше разжигая пламя гнева и ярости в сторону его товарища.

— Чем больше погибнет ваших шиноби от вашей же руки, тем лучше для Листа, — отзеркалил мерзкую улыбку собеседника Данзо. — Может быть, и ваш зверёныш постарается в этом деле.

— Ах ты тварь! — рыкнул парень, и намерение убить стало значительно сильнее.

— Мичи, успокойся, — протянул руку лидер шиноби Камня, удерживая парня от необдуманных поступков. И вовремя. Тот уже было рванулся к нам. Кажется, я понял, что задумал сенсей, но моя задумка круче.

Укол Данзо явно попал в цель. Каменщики помрачнели и сжали кулаки. Даже тот, кто с нами говорил, заметно нахмурился. А другой, на кого я воздействовал техникой, с ненавистью стал смотреть в спину парню. Он это заметил и с кривой усмешкой показал неприличный жест.

Этот момент я не упустил. По моему лицу уже бежал пот от напряжения, но я всё больше и больше ввергал противника в пучину собственной ярости. Одновременно с этим я заставлял его тело вырабатывать и другие гормоны, подводя его к тому, чтобы он перешёл в режим берсерка, как я когда-то, и удерживая большую часть всего этого от воздействия на его мозг.

Находящиеся позади нукенины Песка недоумевающе переглядывались. Похоже, что до них никто не потрудился донести информацию об этом парнишке. Те и так держались обособленно, а теперь и вовсе, словно невзначай, отстранились от группы шиноби Камня а также от необычного парня.

— Это было опрометчиво с вашей стороны, Данзо-сан. Я ведь и вправду хотел отпустить вас, — покачал головой собеседник сенсея. — Посмотрите на своего генина, он от одного только давления Мичи уже покрылся потом от ужаса. Вы не сможете с таким отбросом даже убежать. Не могу поверить, что у шиноби с вашей репутацией такой ничтожный ученик.

— Не волнуйся за моего ученика. Как только вы все умрёте, я займусь его воспитанием как следует, чтобы тебе не было за него стыдно в желудке Шинигами, — нахмурился Данзо, сделав вид, что слова собеседника его задели, он даже сжал руки в кулак и поиграл желваками. Я бы с удовольствием прокричал: «Верю!», но был слишком занят, чтобы отвлекаться. — Ты бы лучше за своим следил, он же того и гляди набросится на твоих же товарищей, как уже не раз бывало. Или я не прав?

— Данзо-сенсей, — подала голос Саюри. — Неужели шиноби Камня опустились до того, чтобы в их команде были накама-гороши? Я была о них лучшего мнения.

И в этот момент выдержка моей цели рухнула, и я перестал сдерживать его эмоции: внезапно выхватив кунай, он без замаха воткнул его прямо в правую подмышку парня, стоявшего чуть впереди него со сложенными на груди руками. Тот от злости не замечал ничего вокруг.

— Умри, монстр! — с этими словами он продолжил яростно и беспорядочно наносить удары кунаем по парню.

Но цели достигли только ещё два удара, остальные были чем-то заблокированы.

На поляну опустилась чудовищная жажда крови. Десяток шиноби, державшийся позади, замер соляными столбами, не в силах даже пошевелиться.

— Какого хера ты творишь, ублюдок! — крикнул главарь. — Мичи, приди в себя.

Попытки джонина привести парня, которого так вероломно предали, не увенчались успехом. Озверевший шиноби сначала ударил ногой предателя с такой силой, что его отбросило в сторону арьергарда, а затем повернулся к говорившему, который пытался протянуть к нему руку, и нанёс резкий удар кулаком.

Тот успел поставить блок, но, к его несчастью, сила, стоящая за ним, была столь велика, что его протащило по песку метров пять. Когда озлобленный парень оттолкнул ударом своего командира, он стремглав бросился на предателя, всадившего ему нож в спину.

— Почему он ещё может двигаться? — прошептала Саюри. — Его правое лёгкое должно быть уничтожено. Но он не захлёбывается кровью!

— Не знаю, — коротко ответил я. Однако кое-какие догадки у меня имелись. И они мне совершенно не нравились. — Эй, Нав, — окликнул я товарища, выбрасывая дурные мысли из головы.

Когда тот повернул голову в мою сторону, я стал знаками объяснять ему свой план.

В это время озверевший шиноби пронёсся мимо своего последнего оставшегося целым товарища. К сожалению, порезать ногу их командира мне не удалось, его отшвырнуло раньше, чем я успел подумать об этом. Зато с этим всё получилось как нельзя лучше.

Шиноби отшатнулся от пробегающего мимо парня, и в этот момент нить обмоталась вокруг его ноги и стала острой, словно скальпель, мгновенно разлохматив в кровавый фарш плоть и сухожилия противника. От внезапной резкой боли и потери возможности управлять конечностью противник оступился и упал.

Но джонин не был бы джонином, если бы не умел быстро ориентироваться. Перекатившись, он помог себе руками принять сидячее положение и отрубил себе стопу чуть выше того места, где были мои нити. Сжав зубы и превозмогая боль, он сложил несколько печатей и стал стремительно погружаться в землю.

И его побег бы удался, если бы не Наваки. В тот момент, когда над поверхностью земли осталась только голова шиноби, с неба прямо в неё на огромной скорости упал огромный валун. Несколько секунд он лежал на месте, так что не было понятно, попал друг или нет, как вдруг с тихим «пуф» камень исчез, и мы увидели кровавое пятно и ошмётки черепа и мозгов, что он расплющил.

Когда камень рухнул с неба, парень резко оглянулся на него, и мы увидели, что его глаза стали голубыми, и в них плескалась ярость. Нечеловечески взревев, он вновь повернулся к обидчику и на огромной скорости рванул к нему.

— Мне кажется, или чакра вокруг него и вправду красная? — спросила Саюри, внимательно наблюдавшая за разворачивающейся бойней.

— Не кажется. Этот парень особенный. Не отвлекайтесь, это наш шанс, как только он нападёт на товарища, отступаем, — произнёс Данзо, не совершая резких движений, дабы не спровоцировать психа.

К сожалению, в этой суматохе я потерял из виду лидера этого отряда. Его нигде не было видно.

Разъярённый парень настиг свою цель, что только-только успела прийти в себя от удара и подняться на ноги. Больше ничего сделать она не успела. Первый же удар парня рукой, которая уже явственно была окружена красным паром, насквозь пробил живот шиноби, и его содержимое вместе с осколками позвоночника в фонтане брызг окрасило землю за трупом.

Ещё в то мгновение, когда вышедший из себя парень рванул в пустыню за своей жертвой, Данзо приказал нам отступать. Мы мгновенно рванули наутёк. Сенсей, как самый сильный среди нас, держался позади, чтобы при необходимости защитить нас от угрозы с тыла.

Мне казалось, что я в жизни никогда так быстро не бегал! Желание жить придавало нехилого ускорения, и я перебирал ногами так быстро, как только мог. Друзья не отставали от меня. Наваки и вовсе вырвался вперёд и был вынужден притормозить, чтобы не оторваться от нас.

— Стоять! — внезапно приказал Данзо.

В тот момент, когда нам показалось, что мы оторвались, поскольку никто из оставшихся десяти шиноби так и не рискнул преследовать нас, с неба в ста метрах перед нами упало нечто, светящееся красным светом.

***

Из-под ног беснующегося чудовища, что раз за разом обрушивал удары руками на уже мёртвое тело, внезапно рванул пласт земли и с огромной силой зашвырнул того вперёд, по направлению, куда сбежали шиноби Листа.

— Грёбаные ублюдки! — сплюнул кровью высунувшийся из-под песка лидер ниндзя Камня. — Надеюсь, этот монстр убьёт всех вас.

— Ты умрёшь раньше, — произнёс теневой клон лидера Корня, одновременно срубая голову шиноби лезвием ветра и тут же развеявшись.

***

Светящийся красным парень резко вскочил на четвереньки. И на нас уставились полные животной ярости и безумия голубые глаза шиноби. Шиноби, полностью окутанного красной чакрой, словно саваном, с торчащим из спины таким же красным хвостом.

Перед нами стоял, готовясь броситься на всё живое, джинчурики — носитель хвостатого демона. И его жажда убийства, которая буквально вдавливала нас в землю, только подтверждала его намерения.

Глава 26

— Быстро за спину! — приказал Данзо. — Ни в коем случае не вмешиваться. Медленно обходим его полукругом.

Ситуация, в которую они попали, не радовала ветерана. Мгновенная атака была невозможна. Покров биджу служил достаточно надёжной защитой для джинчурики, чтобы быстрая атака не могла его уничтожить. Подготовку же «воздушного дракона» он заметит. К неудовольствию Данзо, паренёк сам был на уровне джонина, а мощь демона давала ему дополнительное преимущество, так что даже самое быстрое движение тот смог бы заметить.

Про себя Данзо чертыхнулся. Носитель Пятихвостого… Любого другого он бы уже располовинил, в конце концов однохвостый покров не слишком силён, чтобы сдержать его удар. Но была одна маленькая деталь, которая всё меняла — это практически невидимый кислотный пар, клубящийся вокруг джинчурики.

— Сенсей, что мы будем делать? — шёпотом спросила Саюри, пока разъярённый монстр вертел головой из стороны в сторону.

— Ни в коем случае не пытайтесь его атаковать и не дайте ему приблизиться к вам. Это сложно заметить сразу, но вокруг его тела есть кислотный туман. Всё время держитесь за мной, а как только вы окажетесь спиной к деревне Листа — сразу бегите.

Генины молча кивнули. Кажется, они действительно понимали всю сложность ситуации. Даже упёртый Наваки не пытался спорить.

— Почему он не нападает? — спросил Дэйчи, внимательно вглядываясь в противника. — Он ищет обидчика?

— Да. Но как только он поймёт, что его нигде нет, сразу обрушит всю свою ярость на нас.

— Почему вы не атакуете его? — спросил Наваки. — Он ведь отвлечён?

— Из-за кислотного тумана, — ответил Данзо, не отрывая взгляда от врага. — В его состоянии он может успеть среагировать на мою технику, а вашей скорости недостаточно, чтобы уклониться от его рывка.

Во время этого тихого, напряжённого диалога они сумели пройти четверть окружности, однако везение не могло длиться вечно. Озирающийся по сторонам джинчурики внезапно вскинул голову и издал ужасающий рёв, и давление жажды убийства, до этого момента беспорядочное, вдруг резко сосредоточилось на их группе.

Лидер Корня не смог сдержать эмоции и скривился. Если они выживут, он позаботится, чтобы Саюри в совершенстве овладела техникой подземного плавания. Она одна не умела её использовать. А в ситуациях, подобных этой, данная техника была бы просто незаменимой.

Но для сожалений было уже поздно. С обезумевшим взглядом носитель демона рванул в сторону команды с отведённой в сторону рукой, на которой уже багровым пламенем полыхали когти, состоявшие из материализованной чакры обитателя его тела.

— Вправо! — рубанул Данзо, почти одновременно выполняя технику воздушной волны и создавая клона.

Воздушный таран откинул ничего не соображающего джинчурики, однако не нанёс тому никакого вреда. Кроме того, мощный порыв воздуха сумел сдуть облако кислотного тумана.

Долю секунды спустя Данзо подхватил троих детей и рванул в сторону. Его клон в это время, стараясь привлечь внимание демона, складывал печати для новой техники.

— Сенсей, скорее запустите нас в воздух, по направлению к деревне, — внезапно раздалась то ли просьба, то ли приказ от Дэйчи.

Мгновенно бросив злой взгляд в сторону мальчишки, шиноби чуть не споткнулся. В глазах мальчика не было ни единой эмоции, лицо застыло фарфоровой маской. На шиноби словно смотрела фарфоровая кукла. Не позволив себе ни мгновения ошеломления, Данзо тут же выполнил указание. Над тем, может ли тот ему приказывать, он подумает позже, если они выживут.

В тот же момент противник, едва приземлившись на четыре конечности, молнией рванул к клону, который уже завершил последовательность печатей и, подпрыгнув, выдохнул «воздушного дракона» прямо под себя, где уже проносилась смазанная фигура монстра… Монстра, практически отрастившего второй хвост…

Техника вдавила шиноби Камня в песок и лежащий под ним грунт, подняв облако пыли в воздух и загородив обзор. Однако оригинал Данзо, краем глаза следивший за этим действом, внимательно наблюдал за тем, что задумал Фукудзава.

И тот не разочаровал. Несмотря на огромную скорость запуска — сил джонин не пожалел, — тот схватил товарищей, находящихся рядом, и выпустил целый клуб нитей чакры. Даже со стороны это смотрелось весьма зрелищно: из тела ребёнка вырвались десятки практически невидимых нитей, их скопление создавало рябь в воздухе. После чего несколько из них направились к земле и, упершись в неё, стали гасить падение.

Однако генины не опустились на землю. Вместо этого, когда расстояние от них до поверхности оставалось примерно метра три, нити натянулись, и их рвануло вновь вверх, а они в свою очередь, набрав скорость, устремились вперёд и вверх, по направлению к деревне.

К несчастью, первое, что увидел джинчурики, едва мир перед его глазами принял знакомые очертания, были именно улетающие генины… Вновь издав душераздирающий рёв, наполненный ненавистью, он стартанул от всех четырёх конечностей, что были вдавлены в землю техникой ветра, за ними.

В тот же миг, как противник покинул вмятину, созданную его же телом, в то место, где он находился, опустился клинок ветра от слегка запоздавшего клона Данзо. Его глаза были широко открыты от осознания произошедшего.

Оригинал, совершив немыслимый даже для лучших спортсменов кульбит, мгновенно изменил траекторию движения и рванул вслед за улетающей тушей монстра. Он как раз летел на противника с целью пронзить его той же техникой, что и клон, когда джинчурики рванулся за детьми. Но в отличие от двойника успел среагировать.

***

В то же время десяток шиноби Песка и Камня стояли там же, где и были, когда джинчурики был запущен в воздух.

— Нужно проконтролировать бой. И, если чудовище потерпит поражение, добить «древолюбов», — произнёс один из двух кукольников-отступников Песка.

Несмотря на попытку казаться уверенным, голос дрожал и в нём явно слышались нотки ужаса… Да и все остальные были не в лучшем состоянии. Поэтому, будто пытаясь оправдаться в глазах других и самих себя, они дружно закивали головой.

— Только наблюдаем, в бой не вступаем. Не дай Рикудо мы обратим на себя внимание этого монстра, — уже более уверенно стал отдавать указания чунин, увидев, что его решение поддержали другие.

***

Манёвр, на который я рассчитывал, не сработал. За нами, буквально стелясь над песком и камнями, нёсся безумный джинчурики. Из его спины уже торчало два хвоста, и был виден небольшой бугорок для третьего. И я был уверен, что его появление лишь вопрос времени.

Я оценивал своего противника с холодным разумом. Скорость врага значительно увеличивалась с появлением новых отростков. Однако это не значило, что я стану сдаваться. Какой бы ни была скорость, движения тела всё ещё ограничены реакцией.

Рывок врага, который тот совершил в нашу сторону, я прекрасно видел. И, мгновенно отреагировав, я притянул нас нитями к земле, пропуская соперника над нами. Тот пролетел, бессмысленно взмахнув когтями.

Похоже, с моими дополнительными потоками и разогнанными гормонами моя скорость реакции всё ещё превосходит оппонента. Жаль, я не могу того же сказать о скорости своего тела. Я всей кожей ощущал, как моя тушка продирается, словно сквозь вязкий кисель, через воздух. Из-за разгона все движения ощущались медленными и неуклюжими, что ли.

Надежду вселяло то, что вслед за монстром на огромной скорости нёсся наш наставник. Честно говоря, от той сконцентрированной жажды убийства, что он излучал в тот момент и что задела меня лишь краем, даже мне стало не по себе. В глазах Данзо виделись лишь невероятная целеустремлённость и гнев.

— Он нас просто так не отпустит, — произнёс я, проанализировав действия джинчурики. — Ему даже плевать на сенсея.

— Мне тоже так кажется, — дрожащим голосом произнесла Саюри.

И мы словно в воду глядели. Едва безумец коснулся конечностями тверди, он прыгнул в нашу сторону. Его голубые глаза, наполненные чудовищной ненавистью, были направлены чётко на нас.

И вновь нити нас спасли. В последний момент мы взлетели ввысь, словно оттолкнувшись от твёрдой поверхности, и тело врага пронеслось под нами в нескольких метрах. От желания порвать нас на куски тот даже перевернулся в воздухе и активно пытался атаковать чакро-лапами в нашу сторону.

Нас спасла техника сенсея. Воздушное ядро врезалось в тело преследователя и откинуло того в сторону.

Внезапно тело джинчурики словно нарвалось на стену и резко остановилось. От тени Саюри тянулась толстая чёрная полоса, создающая теневую стену, в которую и врезался противник. Я мгновенно среагировал и остановил нас в воздухе.

Это не осталось незамеченным сенсеем. В неподвижно висящего противника отправился свистящий серп воздуха.

— Прерви технику, быстро! — я резко с помощью ирьёдзюцу сократил мышцы живота девочки, чем обеспечил ей непередаваемые ощущения сильного спазма.

И вовремя. Судя по всему, её скорости реакции просто не хватило, чтобы среагировать на технику сенсея, но моё вмешательство сумело прервать её концентрацию. Джинчурики, получивший прямой удар взбешённого Данзо, отправился в неконтролируемый полёт. Но к сожалению он был недолгий — в момент запуска техники сенсей был выше врага, и того стрелой вбило в землю.

В тот же миг я достал сюрикены и, выдохнув, образовал на них огромные лезвия ветра. Наваки же, увидев, что я отвлёкся на технику, резким движением оттолкнул меня, рывком дёрнулся вниз и, используя мою ступню как опору, оттолкнулся, стремглав понесся к земле.

В тот момент, когда его тело должно было разбиться о песок, он без видимого сопротивления нырнул в него и скрылся из виду. Мне оставалось лишь надеяться, что этот дурень не пойдёт в лоб. К сожалению, моё владение этой техникой не позволило бы мне догнать Наваки. И это не считая форы.

Всё это пронеслось фоном, и я метнул два двухметровых лезвия ветра в место, куда упал враг.

Внезапно оттуда в небо ударил красный столб плотной и густой чакры, в самой сути которой ощущалась дикая и необузданная ярость. Буквально мгновение — и пылевую завесу, образованную ударом туши о песок, разметал мощный воздушный удар.

Поскольку мы находились в воздухе метрах в семидесяти, нас всё равно оттолкнуло от эпицентра взрыва. Тем не менее я не потерял цель из вида.

В глубокой воронке стояло существо, буквально состоящее из тёмно-красной чакры с тремя хвостами, и огромные, полностью белые «глаза» этого существа были направлены исключительно на нас.

Единственной выбивающейся из общей картины деталью была бордовая полоса, начинающаяся от виска правого глаза чудовища и диагонально шедшая вдоль всего его тела, вплоть до левого бедра. Я был на сто процентов уверен, что это было место попадания техники Данзо.

Казалось бы, безумное существо резко подняло передние лапы и заблокировало мои воздушные сюрикены. Скрежет, раздавшийся в момент соприкосновения техники с покровом биджу, был невероятно мерзким и громким. Он напомнил мне звук циркулярной пилы, диск которой внезапно наткнулся на какой-то твёрдый предмет в и без того прочном металле. Дополнительную правдоподобность придавали искры, сыплющиеся из места соприкосновения.

Когда джинчурики сумел обуздать мою технику, его вновь унесло вдаль от повторного лезвия ветра сенсея.

К сожалению, в этот раз чудовище пришло в себя куда быстрее. Удлинившиеся лапы покрова биджу вцепились в землю, преодолевая сопротивление техники Данзо, а затем он, рыча, рванул этими чакро-лапами с места и метнулся к нам на невероятной скорости.

Я уже был готов совершить повторный кульбит в воздухе, как вдруг опора ушла из-под ног демона, и тот кубарем покатился вперёд.

— Я удержу его! — воскликнула Саюри, и в тот же миг тело джинчурики вновь совершило резкое торможение о теневую преграду.

Данзо не стал мешкать и принялся складывать длинную серию печатей. На лицо девочки вдруг упала бледная тень, а из её носа потекли тонкие струйки крови. В этот раз джинчурики был на земле и остервенело сопротивлялся удержанию.

Тем не менее она справилась. Крошечный «воздушный дракон» устремился на врага ослепительной лентой. Скорость была такой большой, что нас раскидало в сторону от пробития звукового барьера. То, что техника Саюри прервалась, не спасло джинчурики от прямого попадания.

Крошечное, по сравнению с оригинальной техникой, тело дракона врезалось точно в грудь противника.

Взрыв, который за этим последовал, оказался невероятным! Я еле успел зафиксировать Саюри нитью, и нас, как тряпичных кукол,отшвырнуло метров на восемьсот. И это ещё повезло, так как большую часть инерции мне удалось погасить нитями.

Внезапно я увидел, что в нашу сторону летит Наваки. Он рукой зажимал сам себе рот, чтобы не заорать. Я еле успел его поймать нитями, и то он врезался в меня подобно снаряду, заставив отлететь ещё немного.

— Какого хрена ты не закопался в самые недра? — заорал я на друга, которого держал за шкирку.

— Я закопался. Меня вытащил сенсей, — приходя в себя, прошептал Наваки. — А после он зашвырнул меня сюда со словами: «Не мешайтесь!»

***

Данзо обуревала ледяная ярость. Какой-то зверь играл с ним в салочки и несколько раз чуть не убил генинов. Как этот безумец выбирал себе цель, джонин не представлял, однако теперь поблизости не было никого, кроме него, и джинчурики будет вынужден обратить на него всё своё внимание.

И наконец тот вылез из воронки. Глубина её была столь большой, что с того места, где стоял шиноби, ничего не было видно. Подходить же он, чувствуя ещё более сгустившуюся жажду крови, не стал.

Джинчурики выглядел плохо. Один глаз больше не горел белым, руки были вывернуты в обратную сторону. Одна нога была просто бесформенной. Однако, опираясь на вторую ногу и на хвост, тот выпрыгнул как ни в чём не бывало.

Данзо снова стал складывать печати, намереваясь вложить максимум чакры и прибить тварь, как вдруг чудовище открыло рот, и там стало скапливаться огромное количество чакры. Её количество было настолько большим, что она буквально стала видимой. Чёрные и красные пузыри чакры сливались в одну точку, становясь огромным шаром энергии.

В то же время повреждения тела восстанавливались: нога выпрямилась и приняла нормальную форму, руки со щелчком вывернулись в правильную сторону… Там, где на морде был чёрный провал, стала появляться белая точка глаза.

Времени на раздумья не было. Данзо всем своим нутром чувствовал, что даже во всю силу выполненный дракон не сможет удержать концентрируемую противником мощь. Он рванул к противнику.

Никогда ещё он не менял технику на ходу, но жить захочешь — и не так ещё извернёшься. Вся накопленная чакра, что должна была принять облик величественного змея, перетекла на клинок танто, который шиноби достал из ножен на спине.

И не успела техника завершиться, как он вновь сконцентрировал чакру. На этот раз для простой воздушной волны. Про кислотный туман он не забывал.

Это произошло в тот момент, когда чудовище проглотило огромный шар энергии и уже направляло рот для запуска смертоносного луча.

Миг. Воздушная волна сметает облако кислоты, чтобы шиноби мог приблизиться к противнику.

Второй. Шиноби вплотную к джинчурики, его рука, объятая ветром, хватает чудовище за челюсть и чудовищным усилием направляет пасть в небо.

Третий. Изо рта джинчурики в небо вырывается бордовый широкий поток чакры. Тот пытается повернуть голову… Но в его грудь, туда, где у обычного человека находится сердце, вонзается клинок ветра.

Четвёртый. Меч выскальзывает из раны. Её края начинают светиться тем же цветом, что и луч энергии. Нарисовав дугу, лезвие клинка сносит голову монстру.

Пятый. Взрыв оставшейся чакры отшвыривает Данзо так же, как до этого отшвырнуло генинов.

***

— Сенсей! — воскликнул я, подхватывая летящее тело наставника.

Охренеть! Уровень разрушений, которые нанесли ландшафту эти двое противников, не укладывался у меня в голове.

Однако это не помешало мне мгновенно начать обследование сенсея, ещё пока он был в моих нитях. Когда же я положил того на землю, к лечению тут же присоединился Наваки.

— Плохо дело, — произнёс я.

Повреждения наставника были крайне обширными и серьёзными. Правая рука была сломана в пяти местах. Похоже, ею он прикрывался. На левой руке кисть была полностью обожжена кислотой и чакрой, так что виднелись фаланги пальцев.

Пять рёбер были сломаны, в позвоночнике — две трещины. Вывихи стоп с переломами, коленные суставы вывернуты. Судя по всему, он крепился к земле с помощью техники хождения, но его сорвало, словно деревце во время урагана.

При этом никаких травм черепа, и позвоночник почти цел — как минимум паралич ему не светит. Везунчик, блин!

И словно этого мало, Нара умудрилась получить серьёзное чакроистощение, лишь дважды удержав монстра из чакры.

— Наваки, аккуратно хватай Саюри, я возьму сенсея.

Не успел я произнести эти слова, как внезапно с неба пошел дождь из метательного железа.

Это было настолько неожиданно, что мы еле успели защититься. К сожалению, Наваки только направлялся к девочке, которая лежала чуть в стороне, и не успел полностью её прикрыть. Несколько кунаев вонзились в неё.

Более того, чтобы уберечь голову и грудь девочки, другу пришлось поймать несколько попаданий своим телом.

— Быстро хватай обоих и вали, — я сощурил глаза и обратил внимание на приближающихся шиноби.

Это был тот десяток уродов, которые прятались за спинами джонинов.

— Как же ты? — воскликнул друг.

Однако он тут же создал трёх клонов, один из которых закинул на себя Саюри.

— Нет времени. Вы ранены, я единственный, у кого есть шанс отступить, — громко воскликнул я.

«Нити, движение», — передал я посредством языка жестов, надеясь, что друг поймёт, что я имею в виду.

Сенджу, взглянув мне в глаза, серьёзно кивнул.

— Ты должен мне спарринг. Не вздумай умереть, — с этими словами он аккуратно схватил сенсея, и они с клоном, державшим на руках Саюри, побежали в сторону Страны Огня.

Глава 27

Дождавшись, пока Наваки под прикрытием двух клонов унесёт тела сенсея и Саюри, я удовлетворённо выдыхаю. Для того, что я планирую сделать, присутствие лишних людей ни к чему.

Бросаю взгляд на десяток шиноби Ветра и Камня и постепенно отпускаю контроль над эмоциями. Прежде, чем бежать, нужно выиграть для команды время.

— Думаешь, что сможешь победить десяток чунинов, малыш? — хмыкает один из шиноби Камня, но я вижу их неуверенность, после всего произошедшего, ведь они не напали сразу. — То, что Шимура Данзо сумел победить джинчурики пятихвостого, не даёт тебе права быть столь высокомерным. Позволь я объясню тебе, что тебя ждёт, если ты не сдашься…

Их осторожность играет мне только на руку. Я складываю печати для теневого разума раз. Враги дергаются и отскакивают назад. Второй, третий, четвёртый, пятый, шестой, к черту последствия.

Один из них складывает печать и под прикрытием товарищей концентрируется, после чего с ухмылкой выдает: “Ничего не чувствую, но у него много чакры”. А я тем временем складываю печать для обычного клона. Появилось лишь облачко дыма, сам двойник материализуется сразу в форме монеты в моём подсумке.

Руки привычно ныряют за пилюлями. Спустя миг сразу две отправляются в рот. Будет очень плохо, но не сейчас. Разум мутнеет. Перед глазами проносятся спарринги с Тсунаде, тренировки с Даем, с шиноби Корня, с самим Данзо, когда он учил меня применению стихии Ветра…

— Ха, ты так ссышь, Листочек, что не можешь даже технику применить? — продолжает трёп гондон, не понимая, что этим даёт мне дополнительное время.

Мысли отходят на второй план, болтология врага превращается в фоновый шум, в голове кристаллизуется четкая мысль-приказ: «Уничтожить!!!»

Враги, что под разговор товарища неспешно обходят меня, внезапно застывают.

«Что, уроды, нравится моя жажда крови!» — проносится последняя мысль, прежде чем разум полностью освобождается от всего лишнего.

— Что за херня! — последние слова шиноби, что был ближе всего ко мне, прерывает сотня нитей, вырвавшаяся из-под земли и шинкующая его на мелкие части. Осталось девять.

— Вали его! — крикнул главарь.

— Убью!!! — неистово прорычал я.

Рванув с места с такой силой, что под ногами земля разлетелась комьями, я мгновенно приближаюсь к одному из обречённых на смерть. Защита рук каменной броней не спасает мерзавца. Его руки отсечены по локоть. Не став добивать без пяти минут мертвеца, моё тело рвётся навстречу остальным. Восемь.

Шквал метательного железа я пропускаю над собой, нырнув в толщу земли и мгновенно вынырнув в трёх метрах. Одновременно нити хватают десятки сюрикенов и кунаев и швыряют обратно. Безрезультатно. Клон, что был в кармане, выступает в роли направляющего и пытается вырулить всё это безумие в какое-никакое подобие рационального русла.

Враги быстро собираются и разбиваются на две группы: Песчанники отдельно, Каменюки отдельно.

Теневой клон появляется словно сам собой, нить, что соединяет нас, столь тонка, что её не видно. И берёт на себя на себя троих ниндзя Камня. Основное тело же несётся на ниндзя Песка, их осталось пятеро.

— Да кто ты, сука, такой?! — кричит один из противников основного тела, рывком призывая прямо из-под меня марионетку. Кукольник! Замена, и я рядом с группой, и мои нити тоже. Обрубаю первым делом контроль над куклой этого противника и его соседа, также пытающегося призвать своё оружие.

— Как! — только успел поражённо выкрикнуть первый, но в его открытую пасть мгновенно набиваются мои острейшие струны.

Какафония из воплей, захлебывающихся хрипов и булькающих звуков умирающего противника стала приятной музыкой для моих ушей. Чувствую, как на моём лице образуется жуткая улыбка. Семь!

Конец второго кукольника наступил так же быстро, подтверждая слабость в прямом столкновении. Он попытался отступить, но десяток нитей уже устремились к нему, они хватают его за ногу, крик боли и ужаса переходит в вой, когда те прошли через паховую область. Шесть!

Ногу простреливает болью, стремительно смещаюсь вправо и остальные воздушные пули пролетают мимо.

***

В теле клона, в не менее безумном состоянии, добираюсь до каменщиков, но те, учтя опыт товарищей, отступают, закидывая меня техниками. Несколько замен и рывков получают зеркальный ответ. Решаю сосредоточиться на одном. В конце концов, клона можно заменить.

Шестнадцать рывков на нитях (смертельные салочки, блядь!) спустя настигаю того, кто выглядит самым сильным. Читаю на его лице страх. В глубине разума меня будоражит это чувство врага, словно хищника, завидевшего ужас своей жертвы. Его броня намного лучше, чем у второго неудачника, она покрывает всё тело.

Но я нутром чую, что это за его пределами! Начинаю шквал атак нитями. Никак. Хватаю кунай, ручные печати, выдох во время прыжка, и в руках меня-клона находится острейшее колышущееся лезвие длиной почти метр. Паника врага пьянит, словно крепкое вино.

От техники его напарника ухожу заменой и стремглав несусь на выдыхающегося чунина. Сука! Притворялся. Мне требуется семь взмахов клинком ветра, чтобы пробить защиту, одновременно защищаясь десятком нитей от наседающего напарника моей жертвы. Но цель достигнута, на мой клинок, как бабочка на иглу, насажен однозначно сильнейший из троицы. Пятеро!

***

Нити частично хлещут во все стороны, заставляя ошарашенных противников отступать. Другая их часть перехватывает всё новые и новые волны метательного оружия и отправляет обратно своим хозяевам в качестве ответного приветственного жеста.

Рана на ноге перестаёт кровоточить.

Бесит! Даже разум клона в подсумке захлёстывает ярость, хотя казалось он довольно спокойно выдерживает этот напор, не теряет голову. Я притягиваю к себе десяток сюрикенов.

Дрожащие руки складывают печати, и я выдыхаю поток стихии воздуха на них. Прыгаю, чтобы увернуться от нескольких техник ветра и десятка каменных пуль: особо прыткий шиноби Земли сумел, несмотря на напор клона, не уступающий моему, выплюнуть в моё основное тело технику. Семь попаданий. Три из них снова в ноги. Неважно. Жизненно важные органы не задеты. Буду перемещаться на нитях. Часть нитей продолжает лечить меня, останавливая кровь и блокируя болевые рецепторы.

— Он ирьёнин! — кричит враг. Поздно. Мои нити держат десять сюрикенов, окруженных ореолом режущего ветра метрового радиуса, и направляют их во врагов с неумолимой точностью и мощью циркулярной пилы.

Один не успевает уклониться, и его разрубает надвое без какого-либо сопротивления. Четверо!

Краем сознания, что сохраняет разум и направляет действие меня и клона, чувствую, как по лицу бежит струя крови. Ещё десяток нитей принялись латать повреждения, что я наношу сам себе, пока нахожусь в этом состоянии.

— Он сам себя убивает, нам нужно… — самый умный отвлекся на разговор и получил вращающуюся косу смерти прямо в то место, которое стоило держать закрытым. Нехрен отвлекаться. Трое!

***

Я-клон устремляюсь на ближайшего врага. Тому, что атаковал в спину, пока я превращал его товарища в коллекционное насекомое в тетради. К его сожалению, он оказался не таким прытким. Тройная замена, и я оказываюсь вплотную от ошарашенного таким поворотом Землевика. Контроль решает, сука! Мой кулак, полыхающий голубоватым светом скальпеля чакры, пробивает его грудь насквозь. Двое!

Внезапно победоносный настрой прерывают два пласта земли, схлопывающиеся точно книга. Это я проходил ещё ребёнком, гандон! Трансформация в стальной шар, и даже хрупкий клон может пережить это.

С лёгким пуф прерываю трансформацию и выплываю из земли, словно рыба. На лице безумный оскал. Не ожидал, урод! Рывок навстречу вытаращившему глаза противнику с целью его убить прерывает прилетевший в голову острый кусок камня.

***

Ближайший ко мне песчаник оказывается не так прост. Он расшвыривает мои нити техниками ветра, при этом от десятка воздушных сюрикенов успешно уворачивается. Его прыжки не продлились бы вечно, если бы не ниндзя Земли, который меткими плевками камня сбил сразу четыре моих сюрикена.

Чувствую, как сознание начинает плыть. Я на пределе! Но на оставшихся меня точно хватит.

— Всё, мелкий урод! — выплюнул ниндзя Песка, отпрыгнув к напарнику. — Ты уже покойник, я признаю, что ты страшный противник. Но через несколько секунд ты умрёшь от своей же техники.

Он мог бы быть прав, если бы не одно но! Я непрестанно лечу себя. Это забирает львиную долю концентрации сознания единственного разумного клона, но в то же время и спасает от смерти.

Безумный оскал на моём лице совпал с моментом страшной бледности двойки. Теперь, когда единственная часть разума занята лечением, буря из ненависти и безумия вырывается волной кошмарной жажды крови.

Шуншин. Лечение на секунду прерывается, но я внезапно оказываюсь за спинами противников. А мои лезвия ветра мчатся за мной на той безумной скорости, что дарует эта техника. Порыв ветра и каменная броня, что спешно наращивает шиноби Камня не помогают. Ноль!

Я рухнул на землю, полностью обессиленный, весь в крови, к моей одежде налипли ошметки внутренностей врагов, но я не обращал на это никакого внимания. Всё, что меня сейчас заботило, это моё состояние. И было оно, мягко говоря, хреновым. Я вспомнил обрывки мыслей, что мелькали в голове «сознательного» клона, и усмехнулся. В том состоянии я сказал бы иначе.

— Задержал, блин… — хрипло вырвалось изо рта, когда я вспомнил, что вообще-то планировал сбежать.

***

Наваки бежал держа полумёртвую напарницу на руках, его клон нёс сенсея, который всё ещё держался в сознании несмотря на чудовищные травмы. Второй клон как мог на ходу пытался его исцелить. Получалось плохо.

— Наваки, — пришла в себя от тряски девочка и огляделась. — Где Дэйчи?

— Он остался прикрывать нас, — крикнул Наваки, стараясь убедить самого себя в том, что это верное решение.

— Но как же… — ошарашенно прошептала девочка.

— Дэйчи-кун вызвался обеспечить наше отступление.

— Мы должны ему помочь, — тревожно застонала девочка.

В этот момент округу накрыла мощная жажда крови.

— Кажется ваш друг решил применить свою технику безумия, — прохрипел Данзо. — Если вы попадёте ему на глаза он может атаковать и вас.

— Дэйчи никогда не причинит нам вреда, сесней, — убеждённо ответил Наваки. — Помните, в тот раз он не атаковал меня.

— Я думаю, что сейчас всё по-иному, Наваки-кун, — да и мы не сможем ему ничем помочь. Нас двое раненых, и только ты не слишком пострадал.

— И сейчас мы это исправим, — перед ними оказались двое шиноби камня. — Не зря Рёджиро отправил нас сюда. Посмотри, это же Шимура Данзо. За его голову нас точно наградит Тсучикаге-сама.

— И отпрыски Нара и Седжу. Ооноки-сама нас точно озолотит. Стихия земли: каменные пули.

Вражеский шиноби не успел применить технику, его самого разрубило пополам лезвие ветра, сорвавшееся с пальца Данзо.

— Ублюдок! — рявкнул напарник и попытался отпрыгнуть только для того, чтобы осознать, что его внезапно скрючило, и он повалился на землю.

— Наваки, бей, — просипела Саюри, изо всех сил удерживая шиноби своей тенью.

Сенджу не пришлось повторять дважды, сложив короткую цепочку печатей он призвал земляные колья, которые тотчас насквозь проткнули обездвиженного нападавшего. Внезапно жажда крови, которая и так была немаленькой стала ещё сильнее и безумнее.

— Они сказали, что их отправили сюда. Значит есть ещё шиноби. Дэйчи о них не знает.

— Мы не можем ему помочь! — покачал головой Данзо, но внезапно он безвольно повис, на плече клона Наваки.

— Простите, сенсей, но идите вы в жопу! — зло проворчал мальчик. — Саюри, сейчас я запечатаю тебя и наставника и пойду помогу Дэйчи.

— Хорошо, только… Будь осторожен, — отвела взгляд девочка.

— Конечно, —ответил Наваки, роясь в карманах. — Нашёл.

Он быстро раскатал не слишком большой свиток и взяв руку Данзо положил её на него. Несколько печатей и тело ветерана растворяется в облачке дыма. Та же процедура для Саюри и вот Наваки остаётся один.

Не теряя ни мгновения один его клон хватает свиток и превращается в птицу. Это, конечно, довольно заметно, но зато безопасно и быстро.

Второй клон, что лечил Данзо так же превратился в птицу, но полетел в сторону боя Дэйчи, туда же поспешил и сам Сенджу.

— Дай-сенсей, благодаря Вам у меня есть шанс успеть, — прошептал он, стремительно ускоряясь.

***

Моё самоисцеление прервала рука, появившаяся из-под земли и тут же схватившая меня за горло. Вслед за рукой из-под земли показался и её обладатель — здоровенный мужчина лет тридцати, в жилете шиноби Камня.

— Если бы сам не видел, не поверил бы, что ребёнок устроил такую резню, — кривая усмешка исказила его лицо.

Из-под земли вылезла ещё тройка его товарищей.

— Вы сумели убить нашего джинчурики и целую группу прикрытия. Тсучикаге будет в ярости. Но я знаю, как его утешить. Твои техники очень интересны и они определенно смогут послужить Камню, гордись этим, щенок!

Материализую нити. Прекратившееся лечение тут же даёт о себе знать болью по всему телу и судорогами.

— Не получится, я видел твои трюки, — нагло оскалился шиноби и схватил обе нити кулаком в каменной броне.

Но я и не пытался его порезать, ещё две нити достали из подсумка кунаи со взрывпечатями и активировали их прямо там, швырнув в последний момент, практически перед взрывом, под ноги врагу.

— Босс! — попытался предупредить громилу один из подчинённых.

Но тот и сам видел, только не успевал уклониться, поэтому ему пришлось отпустить меня, чтобы руками защитить ноги и голову. Броня начала нарастать и там, но слава Рикудо, она была слишком тонкой, чтобы полностью нивелировать взрыв.

Тратить время, чтобы отбросить меня, он не стал, справедливо полагая, что я попадусь на свой взрыв, но мои нити успели меня выдернуть, а остатки я принял на трансформированные наручи и поножи.

Не успел я прийти в себя, как из облака пыли, поднятой взрывом, на меня помчался невредимый противник.

— Хитрый говнюк, твои трюки тебя не спасут, — хмыкнул он.

— Камнепад! — раздался яростный возглас.

Я, словно в замедленной съёмке увидел, как в тот же миг голова шиноби раскололась, словной свежий арбуз.

Клон Наваки, исполнивший эту технику, тоже развеялся. Но в отличие от оппонента его «смерть» была триумфальна.

Тройка врагов не успела сориентироваться, откуда пришла угроза, как вдруг из-за ближайшей скалы стремительным росчерком молнии метнулась тень и чудовищным ударом ноги отбросила одного из троицы далеко назад, переломав ему челюсть.

Дальше я лишь наблюдал, как ученик Дая под стать своему учителю доминирует над двойкой, ни один из которых не был специалистом по тайдзюцу. Те пытались подловить моего друга на стихийные техники, но он оказался слишком быстр для них. И когда я говорю «слишком быстр», я имею в виду «охренеть каким быстрым».

Выполнив финт, друг внезапно оказался за спиной одного из противников и не мудрствуя лукаво свернул тому шею. Оставшись в одиночестве против превосходящего оппонента, последний противник не сумел противостоять напору Наваки и оказался с пробитой насквозь грудью.

— Позёр! — фыркнул я.

— Кто бы говорил, — он кивнул на мою руку. Несмотря на то, что я был весь в крови, моя рука была в ней от кисти по локоть. И даже начинающий мастер тайдзюцу мгновенно смекнул, как именно она получила такой окрас.

— Какого хрена ты здесь делаешь? — стал я серьёзным. — Где Данзо-сенсей и Саюри?

— Спасибо, Наваки, ты спас мне жизнь. Ты мой лучший друг, — с намёком протянул тот в ответ.

— Спасибо, — кивнул я. — А теперь ответь на мой вопрос.

— Засранец, — цыкнул Наваки. — Я их запечатал и унёс свиток клоном, — он взглянул наверх.

Я быстро сообразил что он имел в виду и кивнул. Неплохой ход.

— И сенсей это одобрил?

— Неа, — безмятежно улыбнулся друг. — Ты идти можешь? Нужно скорее убраться отсюда.

— Могу, — произнёс я и повернулся в сторону с которой явился спаситель.

Оценив состояние чакроканалов я скривился. Лучше, чем в прошлый раз, но всё равно ничего хорошего. А ведь придётся использовать техники. Я призвал двух клонов, одного из которых я спрятал в подсумок, он послужит мне походной аптечкой.

— У тебя есть ещё свиток для раненых? — спросил я, уже готовясь бежать.

— Нет, у меня был только один. А что, тоже хочешь быть доставленным? — ухмыльнулся друг, то и дело озираясь по сторонам.

— Нет, хотел захватить пленных, — нахмурился я. Вытянув нити я подцепил так и не поучавствовавшие в бою марионетки, их хозяева сдохли так и не успев ими воспользоваться. — Дай секунду, я хотя бы это запечатаю. Будут трофеями.

Процесс много времени не занял и спустя полминуты мы пустились наутёк. Точнее пустился Наваки, а я засеменил следом.

— Сколько времени тебе надо, чтобы восстановить подвижность? — серьёзно спросил вернувшийся Сенджу.

— Минут пять-десять, — я прикинул в уме. — Не до полной скорости, но хороший темп держать смогу.

— Забирайся, я сегодня работаю извозчиком для всей команды, дед бы мной гордился, — хохотнул он.

Я не стал спорить, залез к нему на спину и одновременно с клоном принялся себя исцелять.

— И меня подлечи, — попросил Наваки. — Я немного переборщил с одной техникой.

— Без проблем, мой верный скакун, — хохотнул я.

— Сейчас сам побежишь, а я тебя буду пинками ускорять, — проворчал друг, но без промедления мчал вперёд.

Минут пятнадцать спустя я закончил лечить и себя и друга. И его повреждения были подозрительно похожи на повреждения одного зелёного зверя. Микротравмы мышц и сухожилий были по всему телу.

— Я не припоминаю, чтобы ты был таким быстрым, — произнёс я, когда мы уже вдвоем неслись во весь опор в сторону страны Огня.

— Я тоже не помню, чтобы ты был настолько силён, чтобы уничтожить десяток чунинов, — ответил Наваки.

— Ну ты завалил джонина, так что не завидуй, — покачал я головой.

— Это которого? — не понял друг. — А, ты про того здоровяка, я думал он тоже чунин. Камнепад получился здоровским, скажи?

— Я бы сказал, крышесносным!

Мы с трудом принялись давить рвущийся наружу хохот. Но главное, что напряжение от смертельного боя меня наконец начало отпускать. Сейчас все мои силы уходили на то, чтобы восстановить нейроны после такой перегрузки и не схватить ментальный откат, поэтому о контроле эмоций речи не шло, это в данный момент лишнее.

— Знаешь, — произнёс я, когда мы наконец добрались до территории своей страны. — Сенсей будет в бешенстве.

— Да ну его в задницу, — резко посмурнел Наваки. — Он предлагал бросить тебя одного, когда стало ясно, что за тобой двинулись ещё враги.

***

Одно из тел, обильно раскиданных по земле, внезапно зашевелилось и поднялось, не обращая внимания на отсутствующие конечности.

Черный Зецу был слегка рассержен. Он планировал, что ниндзя Песка и Земли вместе уничтожат Данзо и его щенков. Но и то, что получилось, было невероятным успехом! Теперь Камень не сможет отвертеться от войны, даже если Ооноки сильно этого пожелает.

Шимура убил джинчурики пятихвостого, а его детёныши — отряд из девяти шиноби Камня. Такого удара злопамятный коротышка никогда не забудет, а он, через это тело, убедится, что сведения дойдут по назначению, прежде чем «доблестный шиноби Камня испустит дух, выполнив свой последний долг».

Глава 28

— Очнулся? — услышал Данзо, едва придя в себя после операции.

Сразу отвечать он не стал. Вместо этого прислушался к себе. Запах антисептиков и медикаментов ударил в нос, а тело отозвалось тупой, ноющей болью. Судя по знакомому голосу, он находится в госпитале Листа. Последнее, что он помнил, было жестокое нападение и спор с генином, а после тьма. Вероятно, потерял сознание из-за повреждений.

— Что с Дэйчи-саном? Он вернулся? — задал вопрос джонин. Если он очнулся после операции, значит, их побег удался. Осталось выяснить судьбу прикрывавшего их отход генина.

— Раньше ты бы в первую очередь поинтересовался результатами миссии, — хмыкнул собеседник. — Неужели наставничество так сильно на тебя влияет?

Данзо повернул голову, чтобы увидеть своего визави. В углу комнаты на стуле с хитрой улыбкой на лице сидел Сарутоби Хирузен, собственной персоной. Рядом на тумбочке стояла корзинка с фруктами и ваза с цветами.

— Не знал, что у тебя так много свободного времени, чтобы сидеть и ждать, пока я очнусь, — сухо произнёс Данзо. — Надеюсь, цветы не ты притащил.

— За меня не переживай. И не беспокойся насчёт цветов, их принесла Саюри-чан вместе с корзинкой. Я лишь положил туда бананы, — продолжил улыбаться Хокаге, видя, как его друг резко меняет тему.

— Не отходи от темы, Обезьяна (Сару), — покачал головой Данзо.

— Дэйчи-кун жив и даже будет здоров. Его на следующий день после тебя и Саюри-чан принёс Наваки-кун.

— Что?! — слегка расширились глаза Данзо. — Я ведь приказал отступать.

— Мне тоже показалось странным, что он доставил тебя и Нара таким образом, но мне показалось, что это был твой приказ, — хитринки в глазах Хокаге стало ещё больше.

— Как так?! — рявкнул Данзо. — Хватит шутить. Я уверен, ты понял, что я сам не знаю, как именно Наваки-кун меня доставил в деревню.

Хирузен давно не видел Данзо в таком растерянном состоянии: он вообще не понимал что происходит, отчего желание ещё немного пошутить над чрезмерно серьёзным в этой ситуации другом разгорелось с новой силой. Но он его всё же поборол. В конце концов, уколоть того можно будет и позже.

— Теневой клон Наваки-куна в форме птицы принёс тебя и Саюри-чан в свитке для пленников. Между прочим дорогом и одноразовом. А спустя день прибежал сам на закорках неся Дэйчи-куна.

От услышанного у Данзо резко разболелась голова. Его генины явно испытывают пределы его терпения. К сожалению для самого джонина, им это удавалось. Если бы Наваки просто упомянул, что у него есть такой свиток, всех этих споров можно было бы избежать.

— Что с миссией? — уточнил он.

— Дэйчи-кун убил всех нукенинов Песка а также помогавших им ниндзя Камня, — словно что-то само собой разумеющееся произнёс Хокаге. — А подоспевший к нему на помощь Наваки убил джонина и трёх чунинов, которые должны были зачистить следы или добить вас.

— Ты хочешь сказать, что два ребёнка уничтожили почти четыре отряда ниндзя? — поднял бровь Данзо, в который раз за это время не сумевший сдержать свои эмоции.

— Ты явно недооцениваешь этих генинов, — ухмыльнулся Хирузен. — Понимаю твой скепсис. Но вспомни, что десяток чунинов, против которых остался Фукудзава, были далеко не в лучшей форме после воздействия жажды убийства джинчурики и предательства товарища. Так что, по словам самого Дэйчи-куна, они действовали с излишней осторожностью и разобщённо. Ну а Наваки-кун просто сумел реализовать фактор внезапности и первым убить джонина. А следом добил троих чунинов с помощью открытых двух врат чакры.

Теперь всё стало ещё сложнее. Наваки ослушался приказа. Но из-за этого миссия была выполнена, а команда не понесла потерь. Тем не менее факт остаётся фактом. К тому же Данзо не забыл об их прошлом проступке.

При мысли о том, как наказать генинов, головная боль лишь усилилась. Джонин перебирал различные варианты в голове и от этого настроение только портилось. Любые физические наказания - исключены. Мало того, что за ними стоят кланы, так ещё и миссия была перевыполнена.

Наказание тренировками он даже не рассматривал. Самая страшная тренировка однозначно у Дая-сана. Вот только самый провинившийся и так является его личным учеником. Второй же регулярно тренируется с Даем. А третью вообще нет причин наказывать. Хотя и та с недавних пор налегла на тренировки и явно не посчитала бы их своим наказанием.

Оставалось не так много вариантов. Один из них даже подходил, особенно с учётом амбиций Сенджу. Но, как только план только начал принимать форму, Хирузен, спокойно сидящий рядом, вдруг пошевелился и достал из складок своей мантии небольшую книгу. Данзо сразу её узнал.

— Кстати, — словно невзначай произнёс Хокаге. — Похоже у вашего сражения был наблюдатель или кто-то из шиноби Камня выжил, поскольку недавно их страна обновила книгу Бинго.

— Ты ведь специально ждал этого? — хмуро проворчал Данзо, забирая книгу.

На последних листах книги гордо красовались Сенджу Наваки и Фукудзава Дэйчи с огромной для генинов ценой за голову в двести пятьдесят тысяч. Правда, за живого потомка основателей предлагали на сто тысяч больше.

— Зная тебя, было очевидно, что ты раздумываешь о том, как наказать генинов. Ты ведь решил не отправлять их на экзамен, а заставить получить полевой патент, — спросил лидер деревни.

— Ты прав, — скривился Данзо от осознания того, что друг так легко его прочёл. — Заодно это бы послужило стимулом поднимать себе репутацию делами, а не зрелищным поединком.

— Как видишь, они уже начали, — хмыкнул собеседник. — Что будешь делать?

— Ничего, — обречённо выдохнул лидер Корня. — Дам им несколько десятков заданий D-ранга, да ещё кое-что по мелочи.

— Я тебя не узнаю. Раньше, случись что-то подобное, ты бы тут же вышел из себя, — приподнял бровь Хокаге. — Что, даже не злишься на своевольных детей?

— Я… больше доволен получившимся результатом, — спокойно ответил Данзо.

Вот только за маской спокойствия скрывалась искренняя гордость за своих генинов.

На лице Хокаге появилось серьёзное выражение. Теперь, когда вопрос с командой был решён, настало время обсудить более важные дела.

— Разведка облажалась, — с нотками холода в голосе заговорил он.

— Ты прав. Информация оказалась неверной. Кроме того нас ждали. Не команду Листа, а конкретно меня и мою команду, — так же без эмоций отчеканил Данзо.

— Есть подозрения, кто слил информацию?

— Нет, — хмуро покачал головой джонин. — Более того, я сказал всем, что мы направляемся на совершенно иную миссию. О нашей настоящей цели знали только ты и я. Генинам я рассказал о ней во время пути.

— Ты думаешь, это тот же, кто стравливает нас с другими деревнями? — уточнил Хирузен.

— Очень на то похоже. Кстати, во время миссии я часто чувствовал чьё-то внимание. Вот только оно резко исчезало и затем появлялось, снова и снова.

— Похоже, враг обладает очень мощной техникой маскировки, — недовольно скривился Хокаге.

— Я тоже так считаю. Генины также не смогли его обнаружить ни с воздуха, ни с помощью сенсорной техники.

— Нужно будет отдать вопрос на рассмотрение специалистам. К сожалению, это не самое важное. Ооноки воспользовался данной ситуацией, и хоть по дипломатическим каналам тишина, на границах со Страной Земли участились провокации, а наши патрули стали всё чаще натыкаться на разведывательные отряды Ивагакуре, — вздохнул Хирузен. — Я уже дал распоряжения Нара ускорить их план с Песком.

— Этот хитрый коротышка не будет спешить. Готов поспорить, он уже направил послов в другие селения.

***

— Ну что, самоубийца, пришел в себя? Извини, но своего ты не добился, нам всё же удалось тебя спасти.

Сарказм так и лился с губ прекрасной блондинки с огромными… глазами, стоявшей у моей кровати, когда моё сознание всплыло из небытия.

Пребывая в полусонном состоянии и не понимая, кто передо мной, я хриплым голосом произнес:

— Такая красивая девушка, а яда испускаешь столько, что хватит на гнездо гадюк.

— Что ты ляпнул?! — ответное шипение лишь доказало правоту моей точки зрения. — Мелкий, я сейчас доведу начатое тобой до конца.

В этот момент понимание, где я и кто передо мной, наконец проникло в мой мозг, и я застонал. Язык мой — враг мой!

— Простите, сенсей, не признал вас спросонья, — попытался придать я своему лицу максимально раскаивающееся выражение. Ничем больше показать свои извинения я был не в состоянии, тело совершенно не желало слушаться.

— Ничего, ученичок. Я напомню тебе о проявлении уважения к наставнику во время нашего следующего спарринга, — злобно улыбнулась Тсунаде, до хруста костяшек сжав кулак.

— Неужели всё было так плохо? — поспешил я перевести тему, ощущая, как по спине пробежало стадо мурашек.

Секунду спустя девушка буравила меня своим взглядом после чего всё же ответила:

— В этот раз всё было не так плохо, как в предыдущий. Но всё равно, тебя знатно потрепало, плюс пилюли только усугубили проблему. Кстати, скажи, когда ты научился открывать врата?

Резкий вопрос поставил меня в тупик. Какие врата? Когда смысл этих слов до меня всё же дошел, легче не стало.

— Сенсей, если вы говорите о технике Дай-сана, то я не умею их открывать, — я недоуменно уставился на девушку.

— Вот как. Странно. Твои повреждения мышц такие же, как при открытых первых вратах, — уточнила она. — Ладно, об этом позже подумаем. В этот раз твои чакроканалы пострадали не сильно, за это можешь поблагодарить моего братца и его скорость, иначе последствия принятых пилюль были бы намного серьёзнее. Пару дней воздержись от использования затратных техник. Твои мышцы, кости и нервы пострадали довольно значительно. Я бы оставила тебя на несколько недель восстанавливаться, но мы оба знаем, что когда ты сможешь использовать чакру, то быстро поставишь себя на ноги.

— Обязательно поблагодарю Наваки. Кстати, наставник, как мои сокомандники и капитан? Я помню, Данзо-сенсею очень сильно досталось, — поинтересовался я, едва до меня дошло, что ничего серьёзного со мной не случилось.

— С Наваки и Саюри всё хорошо. Девочке, конечно, досталось, но она легко отделалась. А вот вашему сенсею предстоит длительная реабилитация. Чакра его противника оказалась весьма и весьма токсична. Пришлось сильно постараться, чтобы нивелировать её вред. Ему повезло, что большую часть пути он провел в свитке, это приостановило яд.

— Представляю, как его от этого будет коробить, — не сдержался от смешка я. — Ведь в свиток его запихнули вопреки его воле.

— Не угадал, — покачала пальчиком Тсунаде. — Я пришла его проверить сразу после Хокаге. Он очень хотел что-то обсудить с вашим сенсеем. И, когда он услышал то, что я тебе только что сказала, он не выглядел злым или недовольным.

— Вот как, — я приподнял бровь.

— Что случилось на миссии? Наваки ядом плюется, при упоминании Данзо, ты тоже язвишь в его сторону, — уперла руки в бока девушка.

— Ничего особенного, — я пожал плечами, не слишком желая говорить о том, что произошло в тот день в пещере. — Просто небольшое недопонимание.

При этих словах дверь резко распахнулась, и в проёме показался пылающий негодованием Наваки.

— Недопонимание?! — воскликнул он. Тсунаде мгновенно среагировала и поставила барьер от прослушки, а друг тем временем продолжил, даже не заметив действий сестры: — Он приказал бросить тебя! Из-за него ты чуть было не погиб!

Правда в его словах неприятно кольнула, но я решил не поддаваться эмоциям и не позволил им повлиять на себя.

— Слушай, я его не оправдываю, но что бы ты сделал на его месте?

— Ты опять отрубил эмоции?! Тебя что, совсем не злит это? — Наваки направил свой гнев на меня.

— Злит, — кивнул я. — Поэтому и отключил их. Так всё-таки, что бы ты сделал на месте сенсея?

— А того, что я всех спас, по-твоему недостаточно?! — набычился он.

— Подожди, Наваки, — внезапно встряла в разговор Тсунаде. — Уточни, ты говорил сенсею о свитке? Он знал о нём, когда принимал решение оставить Дэйчи?

Наступила тишина. Наваки усиленно принялся вспоминать все события. Судя по его лицу, с которого сначала сошел гнев, а затем появилось выражение недоумения, которое почти сразу сменилось смущением — он не смог вспомнить, говорил ли он о свитке Данзо.

— Кажется, нет… Но это неважно, — упёртость Наваки дала о себе знать. — Всё равно это было предательство.

— Я понимаю твое недовольство. Поверь мне, если бы вы послушали приказа сенсея, я бы, вероятно, сейчас с тобой не разговаривал, — спокойно произнёс я и увидел, как друг вздрогнул в этот момент, а Тсунаде недовольно на меня посмотрела. — Но всё равно, не могу понять, что конкретно вы могли бы сделать для моего спасения, не будь у тебя свитка.

— Я… я не знаю! — рявкнул друг. — Черт, я пойду, мне нужно проветрить голову, — с этими словами Наваки пулей вылетел из палаты.

— Тебе не обязательно было напоминать ему о смерти товарища, — хмуро процедила Тсунаде. — Похоже, Данзо на тебя плохо влияет.

— Я не специально, — повинился я. — Но, думаю, он сможет понять точку зрения сенсея. Особенно, если он хочет стать Хокаге. Может, тебе поговорить с ним?

— Не сейчас, — покачала головой девушка. — Дам ему пару часов остыть.

Спустя минут пятнадцать она снова повторила мне рекомендации и пожелала убедиться, что я их запомнил, после чего покинула палату. Оставшись один, я закрыл глаза. Несмотря на всю мою логику и спокойствие, слова Наваки всё ещё отдавались в ушах. Он был прав — приказ был жестоким. И хотя я понимал его с точки зрения шиноби, где-то глубоко внутри всё равно остался неприятный осадок.

Глава 29

Несколько дней я провел словно ушибленный. Несмотря на то, что моё состояние в целом было лучше, чем в прошлый раз, нервная система всё же пострадала значительно. Не в последнюю очередь это благодаря слишком большому количеству клонов разума.

Наставница, конечно, убрала самые серьезные последствия. Но она не могла уделить много времени на моё полное восстановление. По её словам, она и Шио-сама были заняты лечением Данзо-сенсея.

К слову, его состояние было очень плохим, и двум ирьенинам A-ранга пришлось потратить огромное количество сил и времени. Особенно после того, как его посетил Хокаге — видимо, новости были настолько плохими, что сенсея потребовалось срочно ставить в строй.

И вот, наконец, моя чакросистема пришла в норму. Я находился в своей лаборатории, лёжа на рисунке своей однозначно лучшей техники. Вернее, её модифицированного варианта, поскольку я не настолько идиот, чтобы создавать новую нервную ткань вместо исцеления существующей.

Убеждён, что у новых клеток не будет связи, а я пока ещё недостаточно знаю о возможностях чакры, чтобы быть уверенным, что она сохранит мои воспоминания и сознание в целости, даже без связей в мозгу (хотя как-то же моя память после перерождения осталась же со мной…).

Четыре моих объединенных клона сидели по сторонам и складывали печати, а пятый будет следить за техникой. Благо прошлый опыт показал, что в первое время никаких проблем не возникнет даже с самыми сложными клетками, поэтому я не опасался за своё здоровье, тем более я практически в любой момент могу прервать технику без каких-либо последствий.

Перед моим сознанием открывается невероятная картина, даруемая дзюцу. Полное понимание каждой клетки, осознание собственных возможностей, которые она даёт. В любой момент, по желанию, я могу заменить одни клетки на другие или заставить их делиться, чтобы создавались новые, нужна только чакра. Я заставил себя встрепенуться. С каждой секундой техника будет всё более нестабильной, нужно торопиться.

Благодаря связи с клонами я не только понимаю, но и чувствую на себе её действие. Аккуратно воздействую на нервную ткань и восстанавливаю повреждённые ткани. Действую очень-очень аккуратно.

Через пять минут контроль над лечебной регенерацией упал значительно, так что я решил приостановить технику. Во время лечения пятый двойник анализировал рисунок и обнаружил места, в которых со временем происходила утечка чакры.

Спустя полминуты мы повторили процесс, на этот раз действовали несколько быстрее и продержали технику чуть дольше, и всё же шесть минут спустя её вновь пришлось прервать.

В течение трёх часов мы снова и снова повторяли процесс, пока я не убедился, что все повреждения наконец устранены. Но даже так скорость восстановления нейронов была невероятной. В прошлый раз мне потребовались несколько дней постоянной работы техники мистической руки.

Думаю, этого достаточно для первого использования этой модификации на себе. Хотя из-за переноса действия напрямую в тело, без использования посредника и без необходимости менять тип клеток на новый, чакрозатраты сильно упали. Всё же постоянные потери чакры из-за несовершенства техники и множественная активация свели экономию практически на нет.

Мы с клонами направились в другую комнату, с рисунком классической техники на полу. И уже там, предварительно перекусив, я приступил к восстановлению остальных повреждений на теле.

Сразу занялся костями, так как мышцы мне полностью восстановила Тсунаде. Поскольку я уже имею опыт подобной работы и без страха восстанавливаю все повреждения, с ними было легче, чем с нервами. Хм… Пятый клон, освобождённый от работы с техникой, заметил, что в некоторых местах мои мышцы лучше, чем в других.

Следом перешли на внутренние органы. К счастью, это тоже несложно.

Спустя ещё два часа тонкой и кропотливой работы я наконец закончил самоисцеление.

— Как же круто! — не сдержал я возглас.

Я потянулся всем телом. Суставы и позвоночник приятно похрустывают. Наконец-то! Но главное — это вернувшаяся ясность сознания.

Пока я лежал в больнице, мне в голову пришла одна гениальная мысль, которая почему-то не стала очевидной сразу. Похоже, мне просто необходимы были отдых и свободное время.

Не откладывая тестирование в долгий ящик, я сразу же развеял четырёх клонов, оставив лишь одного. Именно через него я призвал несколько теневых разумов.

Сосредоточившись, я постарался через связь ощутить их расположение. А затем, с лёгкостью, неожиданной даже для себя самого, я сумел перетянуть эти разумы в своё тело. Обратно вернуть их в тело клона также не составило труда. Требовалась лишь мысль-намерение, и сознание перетекало по связи туда-сюда.

В обычном состоянии это практически ни на что бы не влияло, но…

Убедившись, что все сознания находятся в теле клона, я своим основным телом принялся нагнетать состояние ярости. Спустя полминуты, я решил действовать аккуратно и постепенно, четко отслеживая ту грань, где польза превышает вред, моё тело пребывало в режиме берсерка.

Однако я совершенно спокойно управлял им через клона с дополнительными потоками. Ощущения были странными. Я понимал, что нахожусь в состоянии полного безумия. По связи я ощущал, что моё тело до краев затоплено яростью. Однако я полностью его контролировал.

Желание убивать всё, что попадется на глаза, было словно за стеной и практически никак не влияло на меня. Проведя пять минут в этом состоянии, я убедился в том, что полностью контролирую себя, и стал медленно снижать обороты.

По связи я ощутил, как обуреваемый яростью разум основного тела обрёл сознание и словно устроился ещё одним потоком в коллективный разум.

Решил провести быструю диагностику и остался крайне доволен её результатами. Благодаря тому, что я не потерял над собой контроль, удалось избежать петли обратной нейросвязи, и мои многострадальные нейроны обошлись практически без повреждений. Думаю, минут двадцать в таком состоянии я способен провести без особого вреда.

Я расслабленно выдохнул и улыбнулся, вспомнив, как выглядел под действием техники. Безумная улыбка на покрасневшем лице, глаза, полные звериного бешенства, и сшибающая всё вокруг жажда крови, которую пришлось подавить волей по связи.

Внезапно меня пробрал смех. Я представил, как я через спрятанного, да хоть под землёй клона, буду управлять своим телом, словно марионеткой.

— Фух, — выдохнул я, отсмеявшись. — Кажется, нервная система все ещё не пришла полностью в норму.

В голове сразу пронеслись несколько интересных идей, их я поспешил записать в свой блокнот. Его, к слову, скоро придется менять, потому что уже почти заполнен, хоть я и старался писать как можно компактнее.

Нужно срочно разобрать доставленное несколько недель назад оборудование. В такие моменты жалею, что у меня нет помощников, которым можно было поручить подобное. Акира-сенсей и отец просто не разберутся… Наверное. А просить Тсунаде-сенсей мне не хотелось. Я внезапно понял, что она, в отличие от Наваки, никогда не была в моей лаборатории.

Развеяв клонов, я тяжело выдохнул. Энергии на лечение потратилось немало, поэтому я чувствовал себя не слишком хорошо, но полноценное питание должно решить эту проблему.

Поэтому я отправился домой, где и занялся набиванием желудка в полном одиночестве. Дома никого. Мама отправилась куда-то с братом, а отец ушел по делам. Поэтому, поев наскоро, я самостоятельно пошел собирать компьютер.

Думаю, за время, которое мне на это понадобится, я восстановлю часть чакры. Можно было бы принять пилюлю, особенно после того, как я вылечил внутренние органы, но лучше дать организму восстановиться.

Сама процедура сборки компьютера не слишком отличалась от моего первоначального мира, так что я разобрался с этим довольно быстро. А вот задача привести в рабочее состояние оборудование анализа крови и небольшой химический анализатор заняла у меня несколько часов. Наконец, я все собрал и даже успел протестировать.

В тот момент, когда я планировал провести анализ растения Акимичи, ко мне спустился Акира.

— Добрый день, Акира-сенсей, что-то случилось? — спросил я, не отвлекаясь от работы, едва он вошел в помещение.

— Привет, мелкий, — улыбнулся он. — К тебе пришел твой сенсей.

— Тсунаде-сан? — уточнил я, отложив работу и снимая халат.

— Не угадал, — улыбка Акиры стала ещё шире.

— Данзо-сенсей? — удивился я. — Мне казалось, ему ещё долго восстанавливаться.

Тем не менее я поторопился на выход. Раздумывать о том, что ему вдруг понадобилось, смысла не было. Сам всё скажет.

До ворот я дошел один. Акира поинтересовался, буду ли я тренироваться вечером, и, получив утвердительный ответ, направился домой.

— Добрый день, Данзо-сенсей, — поздоровался я. — Как ваше здоровье? Вы сильно пострадали при битве с тем чудовищем.

Выглядел сенсей, прямо сказать, хреново. Всё тело было замотано в бинты, одна рука была перевязана и жестко зафиксирована, во второй он держал трость, на которую явно опирался. Всё это неприятно напомнило его образ из канона. Единственным отличием была голова, которая была свободна от бинтов.

— Я буду в порядке, — несколько грубым и сиплым голосом ответил он. Кажется, травма позвоночника и грудной клетки не прошла бесследно. — За это можно благодарить Наваки-куна. Не стоит переживать, физические повреждения — мелочь.

— Я помню, что ваша чакросистема тоже пострадала, — кивнул я.

— Да, — подтвердил он. — Пойдём.

Он не стал вдаваться в подробности и направился к центру деревни. Быстро создав клона, который отправился в лабораторию, пусть и без связи разумов, я пошел вслед за сенсеем. Когда он убедился, что я следую за ним, он совершил короткий шуншин. Я повторил технику.

Так, небольшими прыжками, через несколько минут мы оказались в самом неожиданном для меня месте. Передо мной висела вывеска, гласящая, что мы стоим у входа в знаменитый Якинику-Кью.

— Не стоит стоять столбом, Дэйчи-кун. Проходи, — услышал я голос сенсея.

Не так уж надолго я и застыл, максимум на секунду. Но я не стал препираться и вошел внутрь ресторана. Девушка на входе поприветствовала Данзо и вежливо попросила проследовать за ней.

Она привела нас к закрытому помещению, которое обычно бронируют для конфиденциальных встреч, и открыла дверь. За дверью оказалась достаточно просторная комната, с печью и столом посередине. На столе стояли различные напитки и несколько уже наполненных стаканов. В помещении находилась вся команда, в том числе и ещё один сенсей.

— Спасибо, Томоки-сан, — произнёс Данзо, сидящий за столом, одновременно развеивая двойника, с которым я пришел.

— Мясо уже несут.

Девушка вежливо поклонилась и вышла, оставив нас одних. Но не прошло и минуты, как дверь вновь отворилась. Как и было обещано, нам принесли несколько видов мяса, гарниры и соусы, причем в изобилии. Всё это время сенсей молчал, но когда официанты удалились, он подозвал нас к себе и принялся готовить, одновременно давая нам указания.

Поскольку мясо уже было подготовлено, на приготовление первой порции не ушло много времени, и спустя десять минут в наших руках было по порции нежнейшего, источающего сногсшибательный аромат мяса, а следующая партия готовилась на огне. В этот момент сенсей произнёс:

— Поздравляю, генины. Мы справились с миссией и, несмотря ни на что, выжили!

С этими словами он вознёс пиалу с саке вверх, а мы — стаканы с соком — и вместе выпили. Наваки, который был необычно молчалив, тоже поднял стакан, хоть и с опозданием.

— Мне доложили, что ты недоволен моим приказом, Наваки-кун, — спокойным взглядом Данзо смотрел в глаза Сенджу. — И знаю, что тебе уже задавали вопрос, что бы ты сделал на моём месте, если бы у тебя не было свитка.

— Да, я считаю, что вы предали Дэйчи, сенсей… Но я не знаю, что бы сделал сам. Довольны? — тихо сказал Наваки и отвёл взгляд.

— Нет, — покачал головой Данзо. — Но это не важно. Твоя главная ошибка в том, что ты не сообщил мне про свиток.

— Это была моя секретная техника, я не обязан об этом говорить, — глухо произнёс Наваки.

— Это так. Хотя я и не поддерживаю такой подход, это действительно твоё право. Но из-за того, что ты им воспользовался, мне пришлось отдать приказ оставить Дэйчи-куна, — голос сенсея был спокоен, как гладь озера. — Ты же понимаешь, что если бы ты сказал мне о нём хотя бы когда мы отступали, всего этого можно было избежать?

— Как будто бы вы позволили, — голос Наваки звучал неуверенно.

— Не знаю, что ты обо мне вообразил, но в той ситуации я бы без колебаний воспользовался твоим свитком. За исключением того, что я бы оставил теневого клона на случай, если кто-то сумеет выследить птицу и пустится в погоню.

— Тогда вам бы было намного хуже, чем сейчас, — произнёс я.

— Это так, — кивнул наставник. — Но это лучше, чем отправить двух запечатанных людей, поимка которых станет праздником для противника, без прикрытия.

От этого Наваки совсем осунулся, поняв, что при таком повороте Саюри могла оказаться в плену. А вот мне стало нехорошо от мысли, что будет, если Данзо, со всеми его знаниями, живым попадется в руки врагу.

— В данный момент это не важно, — внезапно улыбнулся сенсей. — Это то, чему ты должен будешь обучиться. Сейчас я хочу сказать вам спасибо, Наваки-кун, Дэйчи-кун. За то, что спасли наши жизни.

Данзо встал из-за стола и поклонился по очереди мне и Наваки. Секунду спустя такой же поклон повторила и Саюри. От неожиданности данного поступка Наваки промазал рукой мимо стакана и сшиб его, пролив его содержимое, благо хоть не на себя.

— В таком случае и мы должны вас поблагодарить, — произнёс я, вставая с места и кланяясь в ответ. — Если бы вы не остановили то чудовище, нас всех не было бы в живых.

Меня поддержали товарищи, поклонившись одновременно со мной.

— Это лишнее, — выдохнул Данзо. — Я сделал то, что обязан сделать каждый сенсей. Вы, в отличие от меня, не обязаны спасать капитана, пока не станете чунинами.

— Всё равно я признателен Вам за спасение, — ответил я.

— И что, нас не ждёт какое-либо наказание за наш поступок? — спросила Саюри, когда обмен любезностями был окончен.

— Вообще, я планировал вас наказать тем, что вы не будете участвовать на экзамене, и тогда вам пришлось бы получать звание чунина полевым патентом, — произнёс Данзо, уже севший за стол и рассматривающий соусы.

— Но? — подняла бровь Нара. — Сенсей, не томите, вы же не просто так сказали, что только планировали это сделать, значит, теперь это бессмысленно.

— Правильно. Изначально целью наказания было заставить вас набирать репутацию медленным путем, а не через показуху на стадионе, — он вздохнул. — Однако теперь в этом нет никакого смысла. — Произнеся это, он достал что-то из кармана и положил это на стол.

— Быть не может! — воскликнул Наваки, мгновенно схватил предмет — им оказалась книга Бинго.

Мы быстро столпились вокруг него и ждали, пока он быстро пролистывал страницы. Наконец, дойдя до конца, он остановился на странице, с которой на нас смотрело его собственное лицо.

— Сенджу Наваки, десять лет, — прочитал он дрогнувшим голосом. — Наследник клана Сенджу. Владеет стихиями воды и земли. Имеет возможность летать. Умеет открывать врата чакры (точное количество неизвестно, но не менее двух). Мастер тайдзюцу, в одиночку убил джонина и трёх чунинов. Ученик Шимуры Данзо. Ранг: генин/АНБУ. Уровень чакры: джонин. Опасность: A-ранг. Цена: десять миллионов рё за мёртвого и пятнадцать миллионов за живого.

— Дай сюда, — Саюри выхватила книгу из рук товарища и принялась зачитывать далее: — Фукудзава Дэйчи, Онигумо, у тебя даже прозвище есть! Десять лет. Владеет ирьёдзюцу высокого уровня. Владеет стихиями ветра и земли. Мастер нитей чакры (одновременно использовал сотню нитей), мастер тайдзюцу. Может входить в состояние берсерка. В одиночку уничтожил десять чунинов, до этого избегал боя с разъярённым джинчурики, при этом спасая товарищей. Владеет способностью перемещаться с помощью нитей. В бою использует двойников. Ученик Шимуры Данзо. Ранг: генин/АНБУ. Уровень чакры: джонин. Опасность: A-ранг. Цена: десять миллионов рё.

— Переверни лист, — раздался голос сенсея, пока мы переваривали прочитанное.

— Нара Саюри, Каге Шибари, — настала очередь голосу девочки дрогнуть. — Член главной семьи Нара. Десять лет. Сильнейшая предрасположенность к клановым техникам. Сумела дважды остановить разъярённого джинчурики. Ученик Шимуры Данзо. Ранг: генин/АНБУ. Уровень чакры: чунин. Опасность: B-ранг. Цена: семь с половиной миллионов рё.

— Я остался без прозвища, — с грустью сказал Наваки.

— Я бы предпочла вообще не оказаться в этой книге Бинго, а ты беспокоишься о каком-то прозвище, глупец? — Саюри была раздражена, но быстро взяла себя в руки. — Хотя чему я удивляюсь?..

— Я тоже хотел бы, чтобы вы туда не попали. Лучший шиноби — это тот, о ком враг не знает, — вздохнул сенсей, доедая свой кусок мяса.

Мы быстро принялись за еду, обсуждая свои успехи.

— Несмотря на это, — сенсей указал на лежавшую на столе книгу Бинго, — даже не надейтесь, что обойдётесь совсем без наказания. Для тебя, Наваки-кун, оно начнётся с завтрашнего дня, а твои товарищи присоединятся к тебе после выздоровления. Вас ждут много заданий D-ранга.

Наваки застонал, а Саюри опустила голову. Я же еле успел удержать широченную улыбку на лице. Это значит, что мы будем в деревне всё это время, и у меня будет время и силы отправить несколько клонов в лабораторию для исследований.

— Это нечестно! — воскликнул друг. — Я ведь сначала буду выполнять миссии один, а потом ещё и с ними.

— Ну так и вины на тебе больше, чем на твоих товарищах, — пожал плечами сенсей, не обращая внимания на негодование ребёнка. — Кроме того, это не всё. После этого вас ждут индивидуальное обучение, а также новые миссии. Чтобы разнообразить ваш опыт. Особенно это нужно тебе, Наваки-кун, если ты желаешь стать Хокаге.

Почему-то это разнообразие не радовало. Наверное, из-за того, что это было сказано в контексте наказания. Повернув голову, я увидел, как побледнели лица друзей. Кажется, мне не показалось…

***

Шимура Данзо сидел за столом. Команда только что ушла, и он остался в одиночестве. Встреча прошла так, как он и планировал. В конце концов, генины сумели справиться с эмоциями после его упоминания о новых миссиях и вскоре, расслабившись, болтали обо всём.

Он тоже внёс свою лепту, рассказав им ещё несколько интересных историй из своей жизни. Но самое главное, он сумел оценить их настрой после столь опасной миссии, когда их жизни висели на волоске. Ни один из них даже не задумался о том, чтобы покончить с карьерой ниндзя. Даже когда он показал им книгу Бинго, их решимость не дрогнула.

Кроме того, он сумел погасить пламя злости Наваки на него. Чуть позже он направит его энергию в нужное русло. Пусть мальчишка и упёртый, но он всё же прислушивается к голосу разума.

В глубине души ветеран был горд своими учениками и без преувеличения благодарен им за выполнение миссии и за то, что они спасли ему жизнь. Поэтому его поклон, хотя и служил нескольким целям, был всё же искренним.

Глава 30

Я носился, как угорелый, по тренировочной площадке, уворачиваясь от мощнейших ударов Тсунаде, в ответ контратакуя её нитями и скальпелем чакры.

Из-за того, что девушка меня сначала недооценила, она обзавелась несколькими серьёзными порезами на руках и левой ноге, которые тут же затянула. А после, ускорившись нацелилась сделать из меня отбивную.

— Мелкий, ты меня убить хочешь? — рявкнула она, разорвав дистанцию.. — Ты где так научился испускать жажду крови?

— Я ведь говорил, что научился себя контролировать? — хищно улыбнувшись произнёс я. — Это просто побочный эффект.

Я тут же рванул к ней, стараясь задеть её одной из сотни нитей, которые в таком состоянии мог контролировать. Наверняка для многих столкновение с таким шквалом лезвий стало бы смертельным приговором. Но девушка и сама была великолепна в контроле чакры. Она просто раскрутила вокруг себя десяток собственных нитей, которые просто за счёт своей мощи подавляли большую часть моих.

Однако часть нитей протискивались через бреши в её обороне и смогли атаковать, оставляя небольшие порезы и проколы на теле, которые она тут же излечивала. Сражаться с ирьенином — просто геморрой!

На мои атаки четырьмя руками со скальпелями она отвечала своими лезвиями чакрыи большей точностью и техничностью. Ну и, конечно же, нельзя забывать об её невероятной силе. Несколько раз только чудом я умудрялся подставлять созданные конечности под удар вместо своих родных. В такие моменты мне становилось не по себе, хоть моё сознание и находилось в теле клона.

Мой двойник, которым я и управлял своим обезумевшим телом, прятался очень глубоко под землей. И не зря. Девушка уже начала выходить из себя, и её удары оставляли в земле кратеры всё глубже и глубже.

Несколько минут спустя моё тело начало страдать от перегруза, и мне пришлось выделить часть концентрации на лечение, что тут же уменьшило мои боевые способности.

— Уже выдыхаешься? — тут же заметила это Тсунаде.

— Всё нормально, — я покачал головой. — Нужно узнать, сколько я смогу так выдержать.

Еще несколько минут спустя всё закончилось. Я даже испытал чувство дежавю. Я вновь был мокрый насквозь от пота и грязный от пыли, а девушка напротив меня была в изрезанном кимоно, но целой и невредимой.

— Ты смог продержаться в таком состоянии десять минут, — произнесла Тсунаде, пока я приходил в себя. — К концу этого времени твоя боевая мощь упала почти наполовину от изначальной. Тем не менее, она всё ещё была выше, чем в твоём обычном состоянии. И поскольку ты способен соображать, теперь ты сможешь использовать эту способность и для побега.

— Я рассчитывал, что смогу пробыть в этом состоянии минут двадцать — тяжело дыша, ответил я.

— Может и сможешь, — фыркнула она. — Но после этого точно сдохнешь. Либо сам, либо тебя добьют враги.

— Главное, я узнал лимиты. Дальше дело за практикой, — улыбнулся я.

— Это точно. Я заметила, что ты не всегда правильно реагируешь. Хотя раньше такого не было, — задумчиво протянула она, приложив палец к губам. — Возможно, дело в возросшей скорости.

Я только пожал плечами. Не буду же я говорить, что просто не привык пользоваться в бою таким количеством потоков сознания.

Пока я обдумывал, как это исправить, Тсунаде переместилась в небольшой домик, чтобы быстренько переодеться. Он использовался больше для хранения инвентаря, чем для проживания.

— Ладно, мелкий, мне уже пора. Я и так задержалась по твоей просьбе.

— Простите, сенсей, — я поклонился.

— Не переживай, — махнула она рукой. — Мне и самой было интересна твоя задумка.

Я проводил её до ворот квартала.

— До свидания, сенсей, и спасибо.

— Пока, — она мило улыбнулась и помахала рукой.

Как бы мне не хотелось подольше отдохнуть, в этот раз Данзо прямо попросил не тянуть с восстановлением. Но даже так мне удалось урвать неделю, чтобы заняться собой и своими проектами.

Нельзя сказать, что я сумел добиться какого-то прогресса, но как минимум я сумел разобраться с компьютером и уже перенес большую часть информации на него. Естественно, в зашифрованном виде.

Увы, пока я не найду нужную литературу, использовать мои знания иностранных языков (а вернее, то что от них осталось) никак не получится. И причина этому крайне проста: в этом мире нет нужных шрифтов и такого понятия, как переключение раскладки. Хотя я точно помню, что в Облаке используются некоторые символы латиницы.

Тем не менее, просто используя катакану для записи русских слов, мне удалось обеспечить достаточно надёжное шифрование.

Помимо этого, по запросу Нара, пришлось увеличивать производство тех самых растений, которые мы поставляем в Песок. Я уже некоторое время не трогал рецептуру раствора, это натолкнуло меня на мысль: наши союзники стали что-то подозревать.

Ну и самое главное — мой метод обучения получил одобрение Хокаге. И теперь на базе Корня меня ждёт полная информация о технике регенерации… А также продолжение тренировок оперативников АНБУ на ближайшие четыре месяца и вал работы, который я ощущал почти физически, после. Благо хоть можно будет подключить Тсунаде.

Надо было молчать в тряпочку о своей способности влиять на эмоции!

В последние пару дней отдыха я заметил странную активность: Тсунаде навестила меня дважды, был и Шинджи-оджисан, они о чём-то договаривались с отцом, а к Акире приходил Данзо. Правда, я не придал этому особого значения — разве что появление наставника меня насторожило, однако по словам Акиры, ни о чём серьёзном они не разговаривали.

***

Сенджу Хисока стоял у окна и смотрел, как его сын с неизменной улыбкой на лице бежит в сторону ворот клана. Сегодня он наконец встретится с командой, и его постоянные жалобы на несправедливость закончатся.

Хотя, улыбка появилась на лице шиноби, судя по слухам и рассказам сына, для его наставника это тоже было нелёгкое время. Хисока не понаслышке знал, насколько раздражающим может быть его ребёнок, особенно если ему что-то не нравится.

Джонин проводил наследника взглядом и, посочувствовав в мыслях его сенсею, обернулся к столу. На нём вот уже второй день лежала книга Бинго. То что в ней было имя Наваки стало для Сенджу Хисока весьма неприятной неожиданностью. А большое количество точной информации о его способностях лишь усугубляло ситуацию.

Мужчина вздохнул. Чтобы получить в таком возрасте столь высокую награду, не пробыв шиноби и полгода, надо обладать специфической удачей. Он припомнил недавний разговор с их наставником и вздохнул.

В действительности даже такая сумма не была бы проблемой, пока Наваки в команде Данзо. Вот только он там не один с наградой…

***

Сенджу Тсунаде сидела и барабанила пальцами по столешнице. Сегодня у неё была тренировка с командой, так что девушка не торопилась в госпиталь. Но её мысли блуждали где-то далеко.

Чертов Данзо! Девушка своим пальчиком чуть не пробила деревянную поверхность стола, осталась лишь лунка глубиной в полсантиметра. В который раз за последние несколько дней ей пришлось применить на себе технику ученика. Надо будет его поблагодарить, без неё она точно что-то сломала бы.

Как только эмоции поутихли она стала размышлять вновь. Как бы ей не хотелось обвинить во всём Шимуру, девушка понимала, что в сложившейся ситуации его вины нет. Никто не мог предположить, что за ними отправят грёбаного джинчурики.

Наоборот, нужно быть благодарной ему. В деревне Листа тех, кто смог бы противостоять такому монстру, можно пересчитать по пальцам, и Данзо, слава Рикудо, один из таких.

Более тридцати двух миллионов на троих детей. На такую сумму позарятся довольно сильные охотники за головами. Конечно, не из страны Огня, таких самоубийц нет, но из соседних стран очень даже возможно.

Сначала девушка думала, что наличие Данзо, как капитана команды, остудит пыл охотников. Вот только и на него самого обновили цену. Шестьдесят пять миллионов. Почти сто миллионов на всю команду привлекут самых сильных шиноби. Если бы только один из них имел бы награду, всё было бы не так страшно.

Поначалу девочка Нара вызывала недоумение. Как ни крути, Саюри слабейшая в команде, по боевому потенциалу. В Листе это не играло особой роли, Нара ценят не за него. Вот только ее цена была слишком высокой для шиноби поддержки. Но потом она внимательно вчиталась в текст её листовки: «Сумела дважды остановить разъярённого джинчурики». И всё встало на свои места.

Тогда Тсунаде лично решила проверить эту информацию. И Саюри подтвердила, что это действительно было так. Разве что был маленький нюанс — оба раза девочка поймала зверя в воздухе, где он не мог толком сопротивляться. И тем не менее это было невероятно впечатляюще, если знать, кто такие джинчурики. Похоже, у Саюри действительно сильная чакра.

Девушка сжала кулак до хруста. Всего этого можно было избежать, если бы она не тянула с оформлением наставничества до последнего. Тогда они бы просто не взялись бы за ту миссию. Она выдохнула и вспомнила, что говорил отец про такие ситуации.

А полминуты спустя в дверь постучали, и в комнату вошел Сенджу Хисока.

— Заходи, отец. Как раз о тебе думала, — произнесла Тсунаде.

— Надеюсь, с хорошей стороны, — улыбнулся мужчина, присаживаясь на свободный стул.

— Вспомнила твои слова, что иногда события просто случаются, и мы не в силах на них ни повлиять, ни предотвратить. Только среагировать, — произнесла Тсунаде, задумчиво глядя на своего отца.

— Ты всё думаешь об этом, — покачал головой Хисока, тут же поняв, какие мысли терзают его дочь. — Уже поздно жалеть о том, что случилось.

— Ты прав. Просто теперь у их команды фактически нет выбора. Они больше не смогут официально покинуть деревню, потому что на них тут же нападут, — покачала головой девушка.

— Под словом «их» ты имеешь в виду Наваки и Дэйчи-куна, верно? — улыбнулся мужчина. — Как думаешь, может, стоит всё же договориться о помолвке твоего ученика с кем-нибудь из нашего клана?

— Я тебе уже говорила, что я об этом думаю, — махнула рукой Тсунаде. — Кроме того, ему ещё нужно дожить до свадьбы.

На последних словах девушка внезапно запнулась, а затем ухмыльнулась.

— Что это сейчас было? — уточнил отец, с интересом смотря на улыбающуюся дочь.

— Ничего. Мне просто пришла в голову кое-какая идея.

***

Нара Шикамори и Нара Шинджи сидели в кабинете главы клана рано утром, что само по себе было нетипичным для представителей клана ленивцев.

— Боюсь, всё именно так, как говорил Данзо-сан, если не хуже, — начал Шинджи свой доклад главе. — Я поинтересовался у наших союзников. У информаторов уже начали интересоваться «золотой командой».

— Я и не сомневался, что ты всё подтвердишь. В конце концов, в качестве доказательства Данзо допустил нас до своей шпионской сети. Я проверил их данные, в том числе через АНБУ. Всё совпало.

— Ха, допустил, — фыркнул Шинджи. — Мы и так подозревали этих прохиндеев в том, что они работают не только на нас.

— Всё равно. Зато теперь мы в этом уверены.

— Будешь пытаться их перекупить? — хитро прищурился собеседник.

— Я похож на идиота? — поднял бровь Шикамори. — Просто теперь мы будем иметь в виду, что информация есть не только у нас.

Оба брата хмыкнули. Даже зная, что информатор работает как на них, так и на Данзо, ничего не изменится. Теперь игра «я знаю, что ты знаешь, что я знаю» станет ещё более интересной.

— Песок тоже это подтверждает, — после многозначительного переглядывания произнёс Шинджи. — Вчера вечером от них пришло письмо, в котором говорится, что среди их нукенинов тоже есть те, кто заинтересовался детьми.

— Я уверен, что не только среди отступников, — покачал головой Шикамори. — Но всё равно детей сейчас нельзя выпускать из деревни. Ходит слух, что есть несколько нукенинов S-ранга, которые могут заинтересоваться их суммой даже без учёта стоимости Данзо.

***

Когда неделя прошла и я пришел на место сбора команды, Наваки был слегка на взводе.

— Блин, мне без вас пришлось неделю выполнять эти тупые миссии D-ранга. Почему-то сенсей выбирает мне задания с уборкой или выгулом собак Инудзука, — вывалил он, едва увидев нас с Саюри.

— Я выбирал самые лучшие миссии, для будущего Хокаге, — едва появившись в вихре листьев произнёс сенсей. — Твои друзья с сегодняшнего дня присоединятся к тебе. Но сегодня заданий не будет. Идите за мной.

В этот раз никакой интриги с целью назначения не было. Данзо вёл нас в сторону базы Корня. Правда, на лице наставника то и дело мелькала странная, не то улыбка, не то ухмылка. Нам с друзьями стало не по себе. Я попытался украдкой выяснить у Наваки жестами, в чём дело, но не получилось. Тот и сам был не в курсе.

Судя по брошенному на нас взгляду, наше общение Данзо всё же заметил, но какого-либо недовольства сенсей не проявил, только хмыкнул.

Не скажу, что этот спуск чем-то отличался от десятков других или что стены уходящего вниз тоннеля казались темнее и мрачнее, чем раньше. Тем не менее по моему телу пару раз прокатилась волна мурашек.

Напарники тоже были выглядели слегка напряжёнными. Наваки почесывал затылок, а Саюри то и дело сжимала-разжимала кулаки.

За всё время пути Данзо не проронил ни слова. Дойдя до двери своего кабинета, он прошел внутрь, подошел к столу и сел за него. Мы с друзьями встали прямо перед ним. После чего сенсей неспеша открыл верхний ящик и, не глядя, достал что-то из него.

Спустя секунду он положил эти три предмета на стол перед собой. Мои глаза широко раскрылись. Уверен, у Наваки и Саюри было не менее изумленные выражение лиц.

— У меня есть для вас предложение, — услышали мы первые слова Данзо. В этот момент он смотрел на нас с неприкрытой улыбкой.

Эпилог

Данзо Шимура с улыбкой смотрел на удивлённые лица генинов. Впрочем, улыбка эта была не столько радостной, сколько ироничной.

На столе перед его командой лежали три безликие маски, которые и были причиной такого его настроения. Ещё полгода назад он многое бы отдал, чтобы эти дети оказались под его крылом. «Боевой ястреб»... как же.

Пока ребята соображали, он вернулся воспоминаниями на несколько дней назад.

***

В ту же кабинку «Якинику Кью», куда он приводил детей несколько дней назад, вошли недоумевающие главы кланов Нара и Сенджу. Это событие было настолько нетипичным, что сторонний наблюдатель, хорошо знающий внутреннюю кухню Листа, непременно протёр бы глаза от удивления.

— Добрый вечер, Данзо-сан! — оба мужчины поприветствовали сидящего за столом шиноби, что спокойно дожидался их, помешивая мясо на гриле.

— Приветствую, проходите, — произнёс инициатор встречи, встав и совершив приветственный поклон, как равным. На этот раз тема разговора не предполагала демонстрации старшинства. Он пригласил вошедших к столу.

Ветеран сразу заметил, что оба мужчины сбиты с толку — и приветственным жестом, и местом собрания. Первым пришёл в себя Нара. Вернее сказать, его заминка была почти мгновенной, её почти не было. Однако шиноби S-ранга, чьё восприятие находилось на недосягаемом для большинства людей уровне, всё же подметил это.

Мясо почти приготовилось. Лидер Корня прекрасно был осведомлён о вкусах гостей, поэтому заранее заказал для каждого его любимый блюдо. Это была одновременно и дотошность, и намёк. Хотя тема предстоящего разговора была недостаточно острой для подобного, Данзо просто в силу привычки подошёл к нему со всей основательностью.

И Шикамори, и Хисока, будучи опытными политиками, сразу уловили суть послания, хотя оба не подали виду и спокойно сели на свободные места. Поскольку лидер Корня не собирался давить на них, выбор мест оставался за ними. Как Данзо и предполагал, оба шиноби сели напротив него, негласно заключив альянс в, как они думали, грядущем противостоянии.

— Позвольте, я закончу с готовкой, — едва коснувшись взглядом своих собеседников, сказал Данзо. Его голос был спокойным и ровным.

— Конечно, Данзо-сан, — на этот раз ответил Хисока.

Данзо мгновенно сообразил, что до прихода к нему они успели о чём-то договориться. Тем не менее мужчина оставался спокойным. Более того, он хотел, чтобы на его предложение — ни в коем случае не ультиматум — эти двое, безусловно, умные и мудрые, сумели найти ответ, который устроил бы всех.

Несколько долгих минут стояла тишина. Лишь звук готовящегося на гриле мяса свидетельствовал, что в кабинке, закрытой барьером и предназначенной для переговоров, кто-то есть.

Когда с готовкой было покончено, Данзо не спеша разложил мясо по тарелкам.

— Данзо-сан, — начал Шикамори, когда уже все было готово к трапезе, — вы вряд ли позвали нас, чтобы просто поужинать.

— Вы совершенно правы, Шикамори-сан, — произнёс Данзо, не став пока прикасаться к еде. — Видите ли, мы с вами попали в непростую ситуацию. Если позволите, я буду краток.

— Конечно, Данзо-сан, — кивнул Хисока и аккуратно взял небольшой кусок приготовленного мяса.

Вслед за ним свою порцию подцепил и Шикамори. Они не беспокоились о том, что их отравят. Это заведение точно не место для подобного. Без всякого удивления оба шиноби ощутили великолепный вкус блюд: Терияки и Якитори. Оба знали, что одним из лучших друзей их собеседника был Акимичи и что он передал тому отличные навыки в готовке.

— Вы ведь уже ознакомились с обновлённой книгой Бинго? — спросил Данзо и неспеша откусил от своей порции хороший кусок.

— Конечно, — кивнули оба гостя.

— В таком случае я вижу только один выход из этой ситуации, — произнёс Данзо, как только прожевал еду. — Детей необходимо спрятать.

— Ты хочешь забрать их в Корень?! — сощурил глаза Хисока. — В таком случае я вынужден отказаться. Наваки-кун — наследник клана Сенджу, и я не могу отдать его тебе на воспитание.

— Хоть Саюри-чан не является наследницей, я бы тоже не хотел, чтобы она стала твоей оперативницей, — вслед за Сенджу отозвался Нара. — Видишь ли, Данзо-сан, твоя организация — не совсем то, чего клан Нара для неё хотел бы.

— Вы удивитесь, но я вас понимаю, — сказал лидер Корня, со странной улыбкой. В ответ собеседники лишь обменялись изумленными взглядами. — Более того, я и сам против подобного.

Данзо с усмешкой следил за их реакцией. Сейчас он как никогда понимал Хирузена, который не раз и не два выбивал почву из-под ног оппонентов, якобы встав на их сторону. Только в данном случае это была не политическая игра. На этот раз его слова оказались истиной. Этим. Детям. Не. Место. В. Корне. Особенно с его точки зрения.

— Не совсем вас понимаю, — Шикамори Нара вернулся к формальному стилю общения. — Что тогда вы имеете в виду под «спрятать»?

В голове главного стратега проносились десятки вариантов развития диалога. От самых очевидных, на его взгляд, до самых неожиданных.

— Наша разведка сейчас занята поиском канала утечки информации. Поэтому вы могли упустить кое-что из виду, — Данзо поочередно посмотрел в глаза главам Нара и Сенджу. — За моей командой уже началась охота.

Он взял пару папок, лежавших на стуле рядом с ним, и передал их собеседникам. Несколько минут тишину нарушал лишь шелест бумаги: оба шиноби с огромной скоростью читали отчет аналитиков Корня.

— Эта информация… — медленно проговорил Шикамори, — требует проверки.

— Понимаю, — кивнул Данзо. — Я готов предоставить прямой доступ к некоторым материалам. Уверен, у вас, Нара-сан, получится их подтвердить.

— Если эта информация достоверна, — сказал Сенджу, внимательно следя за Данзо (мужчина уже понимал, что данные верны на сто процентов, иначе бы этот шиноби не позвал их на разговор), — что вы предлагаете?

— Я хочу, чтобы моя команда де-факто вошла в состав Корня. На деле же они будут носить маски лишь во время выполнения миссий вне деревни. Разумеется, если у вас есть иные конструктивные предложения, я готов их выслушать, — ответил Данзо прямо.

— Мы с тем же успехом могли бы спрятать их в АНБУ, — пожал плечами Шикамори, переглянувшись с Хисокой.

Данзо едва удержался от того, чтобы покачать головой. Его репутация, обычно игравшая ему на руку, в данной ситуации сослужила дурную службу. Настолько, что даже главный стратег Конохи не смог от неё отмахнуться.

— Можете, — тон шиноби не изменился. — Но тогда я не смогу быть их наставником. Кроме того, по документам они должны будут стать полноценными членами АНБУ.

Замешательство длилось лишь мгновение, после чего у обоих шиноби в глазах вновь вспыхнуло удивление.

— Вы хотите сказать, что ваша команда войдёт в Корень неофициально? — чуть понизив голос, произнёс Шикамори. — При этом официально оставаясь всё той же вашей командой генинов.

— Именно, — кивнул Данзо. — Как я уже сказал, я не слишком рад такому решению, но других вариантов, как защитить их и при этом позволить им получить необходимый опыт, я не вижу. Сразу скажу, что за масками они будут прятаться лишь до тех пор, пока не станут достаточно сильны, чтобы каждый из них сумел отбиться от охотника за своей головой.

— То есть пока не станут джонинами? — приподнял бровь Сенджу.

— Дело не в этом, — покачал головой Данзо. — Звания чунина будет достаточно.

— Вы так говорите, будто в вашей организации не может быть утечки, — сощурил глаза Нара. Его, как главного стратега, немного задел намёк Данзо.

— Может, — не стал отрицать очевидное тот. — Но шансов меньше. К тому же их имена не будут фигурировать в документах, только псевдонимы. Если враг сможет выведать и эту информацию, тогда дети нигде не будут в безопасности.

— Нам надо обдумать ваше предложение, Данзо-сан, — произнёс Шикамори после очередного обмена взглядами с главой Сенджу.

Последний утвердительно кивнул, и оба мужчины встали из-за стола.

— Прежде чем вы уйдёте, я хочу вам напомнить то, что сказал в начале. Я и сам против того, чтобы вводить свою команду в Корень, поэтому выслушаю ваши предложения, если они будут.

Оба собеседника кивнули на слова Данзо, после чего попрощались и покинули кабинку.

***

Данзо мысленно вернулся в настоящий момент, где трое детей осознавали, что лежит перед ними и что им предлагают. К их счастью, их ожидания не оправдаются.

Как и лучшие ожидания самого Данзо. Сенджу и Нара пришли через несколько дней и, как он и предполагал, не смогли найти более оптимального решения. Более того, они сами стали аккуратно подталкивать его к этому решению.

Ирония сложившейся ситуации не отпускала Данзо до сих пор. У этих детей была необъяснимая способность переворачивать всё с ног на голову.

— Круто! Мы станем АНБУ! — воскликнул Наваки.

Я заметил некоторую заминку. Мне показалось, что обычно он бы отреагировал чуть-чуть раньше. Не знаю, дело было в моём восприятии, улучшенном клоном разума, или в чём-то ещё. Продолжить анализ я не успел.

Могучим подзатыльником Саюри, которая, очевидно, приняла это за чистую монету, прервала «энтузиазм» сокомандника.

— Идиот! Ты не станешь Хокаге, прячась за маской, — отчеканила Саюри. — Сенсей, что это значит? Дэйчи, а ты что молчишь?

— Дело в наградах за голову, да? — озвучил мысль Наваки. Это же пришло и мне в голову. Он с обидой посмотрел на девочку и повернул голову к Данзо.

— Я даю вам выбор, — произнёс Данзо, вновь опуская руку под стол. На этот раз не в ящик. Он поднял предметы, которые лежали рядом со столом в пакете.

Сразу за масками на столе теперь лежали бронежилеты чунинов.

— АНБУ Корень либо чунины? Вы хотите разделить или скрыть нашу команду? — озвучил я единственный, как мне виделось, логичный вариант.

— Вы можете взять жилеты и стать чунинами. Тогда вам придётся выполнять миссии порознь, поскольку вместе вы — лакомая добыча для сильнейших охотников за головами, — начал Данзо. — Либо вы берёте маски и становитесь «внештатными оперативниками», — произнёс сенсей, слегка хмурясь. — Тогда вы сможете вместе выполнять миссии.

— Как долго мы будем «внештатными сотрудниками»? — спросила Саюри.

Этот вопрос показывал мне и, уверен, Данзо, к какому выбору она склоняется. Тем не менее мне тоже было интересно услышать ответ.

— Пока не станете достаточно сильными, чтобы одолеть тех, кто придёт за вашей головой поодиночке. И предвещая твой вопрос, не думаю, что это займёт больше трёх лет.

— А что именно значит «внештатными»? — спросил я одновременно с Наваки.

***

В строгом, аскетичном кабинете, вид из окна которого выходил на огромную гору, за столом, заваленным стопками бумаг, сидел на высоком стуле шиноби. Его лицо выделялось непропорционально большим носом на голове была шляпа с кандзи «Земля». Он раздумывал над содержимым только что прочитанного отчёта.

Недавняя попытка устранить Шимуру Данзо и пацана Фукудзава не увенчалась успехом.

«А было бы неплохо поссорить Песок и Лист», — подумал он.

Если бы все прошло по плану, он он слил бы информацию о том, что на команду Данзо навели ниндзя Песка. Но увы. Зато провал позволил решить несколько иных, не менее важных задач.

В первую очередь — ликвидация нестабильного джинчурики чужими руками. Этот сопляк не мог нормально контролировать зверя, но при этом считал себя важной шишкой. А некоторые кланы, которые не поддерживали власть нынешнего Каге, защищали того от гнева самого Ооноки и жителей деревни.

Именно из-за нестабильности этого сопляка он не смог отправить более сильную команду поддержки. Их смерть ударила бы по боеспособности селения намного сильнее, чем самого джинчурики. Но даже потеря того отправленного отряда вызывала глухое раздражение.

Даже боец, принёсший информацию о разгроме их команды, умер вскоре после того, как успел рассказать всё. Его подвиг позволил Ооноки хоть немного, но отомстить команде Данзо, назначив за их головы огромные даже для джонинов суммы.

Кроме того, убийство Данзо его шиноби на их территории послужит отличным поводом для начала войны. И никто не сможет сказать, что Камень напал без причины. Заодно это поможет укрепить власть его линии наследования, пошатнувшуюся после поражения в первой войне, и избавиться от оппозиции.

Осталось только придумать, как противостоять союзу Листа и Песка. Но время ещё было.