Ипотека на Бессмертие

Глава 1. Акт приёма-передачи

В двадцать два часа сорок семь минут Алина Викторовна Зимина поняла, что сделка сорвалась.

Не «на грани срыва».

Не «требует дополнительного согласования».

Именно сорвалась.

Она стояла посреди гостиной в квартире на сорок третьем этаже и смотрела на панорамное окно, за которым Москва медленно тонула в ноябрьском дожде. Внизу расплывались огни машин, рекламные вывески и красные точки сигнальных маячков на строительных кранах.

Квартира стоила сто восемьдесят миллионов рублей.

Клиент — ещё дороже.

— Вы обещали вид на реку, — произнёс мужчина за её спиной.

Алина медленно закрыла глаза.

Неужели?

— Вид на реку здесь есть, — ответила она. — Просто сегодня Москва решила не демонстрировать активы.

— Я не покупаю туман.

— Тогда вам придётся подождать до утра. Река никуда не делась.

Клиент фыркнул.

Его звали Нико Вольский. Он был владельцем инвестиционного фонда, коллекционером редких автомобилей и человеком, который считал любое возражение личным оскорблением. На нём был серый костюм, стоивший примерно как годовая зарплата Алининого бывшего начальника, и часы, которые могли бы оплатить три квартиры в её родном районе.

Он стоял у окна, раздражённо глядя на дождь.

— В презентации было указано: «открытая панорама на воду».

— Она открытая.

— Но воды не видно.

— Потому что на улице дождь.

— Значит, вы продали мне обещание, которое не можете выполнить.

Алина медленно повернулась к нему.

— Нет. Я продала вам квартиру, характеристики которой указаны в договоре. Панорамные окна выходят на реку. Видимость не входит в стоимость объекта и не гарантируется погодными условиями.

На несколько секунд в гостиной стало тихо.

За спиной Нико нервно переминалась его помощница. Где-то в коридоре гудела вентиляция. На кухне щёлкнул автоматический кофейный аппарат.

Нико прищурился.

— Вы сейчас спорите со мной?

— Нет. Я уточняю условия сделки.

— Сделка будет отменена.

— В договоре предусмотрена неустойка.

— Я её не заплачу.

— Тогда мы встретимся в суде.

— Вы угрожаете клиенту?

Алина вздохнула.

Она любила недвижимость.

Не людей.

Люди меняли решения, путались в показаниях, забывали собственные обещания и почему-то считали, что если квартира стоит больше ста миллионов, продавец должен лично разгонять облака над районом.

— Я не угрожаю, — сказала она. — Я напоминаю вам о пункте восемь-два. Вы подписали его вчера в присутствии нотариуса.

Нико покраснел.

— Я не собираюсь платить комиссию за объект, который меня не устраивает.

— Комиссия уже начислена.

— Вы настолько уверены в себе?

— Нет. Я просто умею читать документы.

Этого он не простил.

Через семь минут Нико ушёл, хлопнув дверью так, что задребезжала хрустальная люстра.

Ещё через три минуты Алина получила сообщение от начальника отдела.

**_нико расторг сделку. клиент жалуется на твой тон. срочно объяснись._**

Она посмотрела на экран телефона.

Потом перевела взгляд на окно.

За стеклом по-прежнему шёл дождь.

— Прекрасно, — сказала Алина. — Просто прекрасный объект.

Она сняла туфли, прошла к кухонному острову и налила себе воды. Весь день она провела на ногах: утром — показ трёх квартир, днём — переговоры с застройщиком, вечером — нотариус, документы, конфликт и человек, который пытался отменить собственную подпись силой характера.

Телефон снова завибрировал.

**_ты где?_**

**_нико требует немедленного возврата аванса._**

**_перезвони._**

Алина поставила стакан на стол.

— Конечно, перезвоню.

Она не перезвонила.

Вместо этого открыла ноутбук и вошла в рабочую систему. На экране появились таблицы, отчёты и список задач, который выглядел как приговор.

В углу мигало уведомление:

**_дедлайн презентации для отдела продаж: 23:00._**

Алина посмотрела на часы.

22:58.

Она закрыла глаза.

— Нет.

Ноутбук не исчез.

Дедлайн не перенёсся.

Алина села на высокий стул, подтянула к себе папку с документами и начала править презентацию.

За окном Москва растворялась в чёрной воде.

***

В 23:16 она закончила.

В 23:17 отправила файл.

В 23:18 начальник отдела написал:

**_почему нет блока по рискам?_**

Алина уставилась на сообщение.

— Потому что я добавила его в приложение, которое ты не открыл.

Телефон тут же зазвонил.

Она не взяла трубку.

Звонок прекратился.

Через несколько секунд раздался новый.

Алина поднялась, чтобы выключить звук, но мир внезапно качнулся.

Она схватилась рукой за край стола.

Пол под ногами стал мягким.

Слишком мягким.

В ушах зашумело, будто где-то рядом открыли шлюз.

Алина моргнула.

Гостиная расплылась. Панорамные окна, чёрный экран телевизора, белые стены, металлические светильники — всё начало отдаляться, словно квартира внезапно превратилась в изображение на воде.

Она попыталась вдохнуть.

Не получилось.

В груди сжалось что-то тяжёлое.

Сердце ударило один раз.

Второй.

Третий оказался неправильным.

Алина опустилась на колени, цепляясь пальцами за край стола. Телефон соскользнул на пол, экраном вверх.

На нём по-прежнему горело сообщение начальника.

**_почему нет блока по рискам?_**

— Потому что… — прохрипела Алина.

Воздух не входил в лёгкие.

Она попыталась дотянуться до телефона, но пальцы не слушались.

В голове вспыхнули совершенно нелепые мысли.

Нужно вызвать скорую.

Нужно открыть дверь.

Нужно выключить плиту.

Нужно сообщить клиенту, что панорамный вид на реку не является гарантией прозрачности атмосферы.

Сердце сжалось.

В этот момент Алина поняла, что умирает.

Не красиво.

Не драматично.

Без музыки, дождя за окном и важных последних слов.

Просто в дорогой квартире, среди документов и незакрытых таблиц, потому что её организм решил больше не участвовать в проекте.

Она упала на бок.

Щекой почувствовала холодный пол.

Перед глазами темнело.

Где-то далеко продолжал звонить телефон.

Потом экран погас.

***

Сначала Алина почувствовала холод.

Не боль.

Не страх.

Именно холод.

Он проходил сквозь кожу, забирался под рёбра, сжимал пальцы и оставлял на языке металлический привкус.

Она попыталась открыть глаза.

Получилось не сразу.

Вместо потолка бизнес-центра перед ней оказался серый туман.

Густой, неподвижный, почти живой.

Вдалеке виднелась чёрная линия.

Алина попыталась пошевелиться, но тело не ответило.

Она лежала на камнях.

Под спиной холодная поверхность.

Волосы мокрые.

Одежда — тяжёлая, рваная, совершенно чужая.

В голове гудело.

Последнее, что она помнила, — квартира, телефон и невозможность вдохнуть.

Теперь вокруг не было ни квартиры, ни телефона, ни Москвы.

Только туман.

И слабый запах мокрой земли.

Алина снова попыталась открыть глаза.

На этот раз получилось.

Над ней нависало белое небо.

Нет.

Не небо.

Скала.

Она лежала на узком уступе, прижавшись плечом к каменной стене. Внизу, далеко под ней, клубилась тёмная бездна. Где-то внизу грохотала вода.

Алина не сразу поняла, что смотрит на мир с высоты нескольких сотен метров.

Потом поняла.

И закричала.

Голос сорвался на хрип.

Тело дёрнулось, и острая боль пронзила левую голень.

Алина замерла.

Она осторожно посмотрела вниз.

Нога была вывернута под неестественным углом.

— Хорошо, — прошептала она. — Прекрасно.

Голос звучал иначе.

Моложе.

Слабее.

На губах ощущалась кровь.

Алина закрыла глаза.

Она не была врачом, но достаточно раз видела травмы после аварий, чтобы понимать: одна нога сломана, рёбра, возможно, тоже, а шансы самостоятельно выбраться с уступа равны примерно нулю.

Она снова попыталась вспомнить, как здесь оказалась.

Ответа не было.

В памяти всплывали обрывки:

Москва.

Дождь.

Нико.

Таблица.

Сердце.

Потом — пустота.

Алина посмотрела на свои руки.

Они были тонкими, бледными и слишком маленькими.

На запястье темнели следы от верёвки.

На пальцах — мелкие порезы.

Она была не в своей одежде.

Не в своём теле.

Где-то над уступом послышался шум.

Алина подняла голову.

На краю скалы мелькнула человеческая фигура.

Кто-то смотрел вниз.

— Эй! — попыталась крикнуть она.

Фигура исчезла.

Через несколько секунд сверху посыпались мелкие камни.

Алина прижалась к стене.

Камешки ударили по плечу и скатились в пропасть.

Значит, её не случайно сбросили.

Её хотели убить.

— Замечательно, — выдохнула она. — Перерождение с ипотекой и покушением. Полный пакет.

Она заставила себя пошевелить правой рукой.

Пальцы нащупали край камня.

Нужно было выбраться.

Нужно было понять, где она находится.

Нужно было найти людей.

Нужно было…

Перед глазами вспыхнуло зелёное свечение.

Алина моргнула.

Над камнями висела полупрозрачная строка.

**_[система инициализирована]_**

**_[пользователь обнаружен]_**

**_[синхронизация сознания: 87 %]_**

**_[совместимость тела: подтверждена]_**

**_[запуск протокола переноса…]_**

Алина уставилась на надпись.

— Нет.

Строка не исчезла.

**_[внимание]_**

**_[текущее тело находится в критическом состоянии]_**

**_[вероятность выживания без вмешательства: 3,7 %]_**

**_[рекомендация: принять условия инвестирования]_**

— Я ничего не буду принимать.

**_[уточнение]_**

**_[условия уже приняты предыдущим носителем]_**

— Каким ещё предыдущим носителем?

В ответ возникла новая строка.

**_[имя носителя: Цзы Циньюэ]_**

**_[возраст: 17 лет]_**

**_[статус: наследница клана Цзы]_**

**_[состояние: смерть клинически подтверждена]_**

Алина молча смотрела на текст.

Потом медленно сказала:

— То есть я украла тело у умершей девушки?

**_[коррекция]_**

**_[произошёл обмен жизненными ресурсами]_**

— Это звучит ещё хуже.

Система не ответила.

Туман вокруг начал сгущаться.

Сверху донеслись приглушённые голоса.

— Проверили?

— Она не могла выжить.

— Спускайтесь и убедитесь.

Алина стиснула зубы.

Паника поднялась из живота к горлу, но не успела превратиться в крик. Слишком долго она работала с людьми, которые пытались обмануть её на десятки миллионов рублей. У любого кризиса были параметры.

Даже если кризис происходил на чужом теле, на неизвестной скале и с интерфейсом, который называл убийство инвестиционным процессом.

— Хорошо, — прошептала она. — Условия объекта.

Перед глазами вспыхнули новые строки.

**_[базовое состояние носителя]_**

**_[духовный корень: класс «мусор»]_**

**_[физическое состояние: критическое]_**

**_[внешняя блокировка: активна]_**

**_[кармический баланс: 100 %]_**

**_[системное ядро: не инициировано]_**

**_[основной долг: не определён]_**

**_[внешние кредиторы: обнаружены]_**

Алина задержала взгляд на последней строке.

— Внешние кредиторы?

**_[количество: 3]_**

**_[статус: активный поиск]_**

— Кто они?

**_[доступ ограничен]_**

— Кто создал тебя?

**_[источник ядра системы: фракция «Наследие Безымянных»]_**

По спине прошёл холод.

— И что именно вы хотите?

На этот раз система ответила не сразу.

Зелёное свечение дрогнуло, будто подбирало формулировку.

**_[мы инвестируем в аномалии]_**

**_[ваш успех повышает ликвидность нашего сектора]_**

**_[не разочаруйте инвесторов]_**

Алина закрыла глаза.

Всё происходящее было настолько нелепым, что мозг отказывался принимать его как реальность.

Но сломанная нога болела.

Кровь на губах была настоящая.

А фигуры на краю скалы собирались спуститься.

— Ладно, — прошептала она. — Допустим, я принимаю факт существования системы. Что я получаю взамен?

**_[доступ к интерфейсу]_**

**_[базовую поддержку жизнедеятельности]_**

**_[возможность приобретать ресурсы]_**

**_[возможность изменять вероятность событий]_**

**_[возможность получить бессмертие]_**

— А платить чем?

Пауза.

**_[совестью]_**

**_[кармическим балансом]_**

**_[жизненными ресурсами]_**

**_[долговыми обязательствами]_**

**_[будущими услугами]_**

Алина открыла глаза.

— Значит, это кредит.

**_[система не использует данный термин]_**

— Конечно. Ни одна система не использует честные термины.

Голоса сверху стали ближе.

Кто-то начал спускаться по склону.

Алина посмотрела на сломанную ногу, потом на пропасть.

Ей нужно было выбраться до того, как убийцы доберутся до уступа.

— Хорошо, — сказала она. — Показывай условия.

Перед глазами развернулся огромный изумрудный интерфейс.

**_[предварительное соглашение]_**

**_[пользователь получает:]_**

**_[1. доступ к базовому интерфейсу.]_**

**_[2. возможность анализа событий.]_**

**_[3. минимальную защиту от немедленной смерти.]_**

**_[4. ограниченный доступ к симуляции.]_**

**_[5. право на участие в межмировых инвестиционных программах.]_**

**_[пользователь обязуется:]_**

**_[1. не разрушать системное ядро.]_**

**_[2. не передавать доступ третьим лицам.]_**

**_[3. выполнять обязательные задания.]_**

**_[4. погашать возникающие задолженности.]_**

**_[5. сохранять минимальный уровень кармической устойчивости.]_**

Алина прищурилась.

— Пункт пять расплывчатый.

**_[уточнение невозможно]_**

— Пункт три тоже.

**_[минимальная защита определяется системой]_**

— То есть вы можете дать мне защиту, которая не защитит?

**_[теоретически]_**

— Отлично.

Над уступом показалась рука.

Алина быстро посмотрела на интерфейс.

**_[время до контакта с внешним кредитором]_**

**_[00:01:43]_**

— Если я откажусь?

**_[вероятность выживания: 3,7 %]_**

— А если соглашусь?

**_[вероятность выживания: 41,2 %]_**

— Почему не сто процентов?

**_[система не гарантирует успех]_**

— Конечно. У вас даже бессмертие с франшизой.

Рука цеплялась за край уступа.

Ещё немного — и человек увидит её.

Алина почувствовала, как внутри поднимается знакомое состояние. Оно возникало каждый раз, когда клиент пытался продавить условия, а времени на изучение договора не оставалось.

Холодная голова.

Быстрый анализ.

Минимум эмоций.

Максимум выгоды.

— Я принимаю интерфейс, — сказала она. — Но не признаю любые дополнительные обязательства, которых нет в тексте соглашения.

**_[условие зафиксировано]_**

**_[ограниченное согласие принято]_**

**_[пользователь: Алина Викторовна Зимина]_**

**_[статус: активен]_**

Мир вспыхнул золотым светом.

Боль в ноге исчезла.

Не полностью — просто отступила, словно её отодвинули за стеклянную стену.

Тело перестало дрожать.

Дыхание стало ровнее.

На краю уступа показалось лицо.

Мужчина в тёмной одежде посмотрел вниз.

— Она здесь!

Второй голос ответил:

— Добей её!

Алина стиснула ладонь.

Перед глазами вспыхнуло новое окно.

**_[экстренное задание]_**

**_[сохранить жизнь носителя]_**

**_[условия выполнения:]_**

**_[— не допустить обнаружения системного интерфейса;]_**

**_[— покинуть уступ;]_**

**_[— получить помощь от третьего лица.]_**

**_[награда:]_**

**_[— активация базовой симуляции;]_**

**_[— восстановление 5 % физических повреждений;]_**

**_[— доступ к модулю анализа.]_**

**_[штраф за провал:]_**

**_[— смерть носителя;]_**

**_[— аннулирование инвестиций;]_**

**_[— взыскание с будущих доходов.]_**

Алина посмотрела на мужчину.

Потом на стену скалы.

На несколько выступов выше виднелась узкая расщелина. Достать до неё с пола было невозможно. Но рядом лежала сухая ветка, застрявшая между камнями.

Алина подтянула её к себе.

Сверху в неё полетел нож.

Лезвие вонзилось в землю возле плеча.

— Быстрее! — крикнул кто-то.

Алина схватила нож.

Рука дрожала, но пальцы удержали рукоять.

— Хорошо, — прошептала она. — Первая инвестиция.

Она полоснула ветку, обломала острый край и воткнула его в трещину стены.

Потом подтянулась.

Боль вспыхнула в ноге, несмотря на защиту.

Алина заскрежетала зубами и поднялась ещё на несколько сантиметров.

Сверху показался второй мужчина.

Он наклонился, чтобы достать её рукой.

Алина резко метнула нож.

Лезвие вошло ему в предплечье.

Мужчина взревел и отшатнулся.

— Ведьма!

— Клиент всегда недоволен, — прохрипела Алина.

Она подтянулась ещё раз.

Пальцы зацепились за край расщелины.

Один из нападавших схватил её за волосы.

Алина ударила его локтем.

Не сильно.

Тело Цзы Циньюэ было слишком слабым.

Но мужчина неожиданно вскрикнул и отдёрнул руку, словно получил ожог.

Вокруг пальцев Алины вспыхнуло золотистое сияние.

**_[предупреждение]_**

**_[обнаружен нестабильный энергетический выброс]_**

**_[духовный корень носителя заблокирован]_**

**_[источник сопротивления: неизвестен]_**

Нападавший отступил.

Алина не стала выяснять почему.

Она вцепилась в край скалы и перевалилась в расщелину.

В следующий момент сверху раздался глухой удар.

Кто-то закричал.

Камни посыпались вниз.

Алина прижалась к стене и закрыла голову руками.

Через несколько секунд всё стихло.

Только тогда она позволила себе выдохнуть.

Перед глазами появилось последнее уведомление.

**_[задание выполнено частично]_**

**_[носитель жив]_**

**_[системный интерфейс не обнаружен]_**

**_[помощь третьего лица не получена]_**

**_[награда отложена]_**

**_[базовая симуляция: заблокирована до активации точки сохранения]_**

— Даже премию выдать не можете без дополнительного согласования, — прошептала Алина.

Из глубины расщелины донёсся шум.

Сначала ей показалось, что это ветер.

Потом она услышала шаги.

Кто-то приближался.

Алина сжала в руке обломанную ветку.

Из тумана появился человек.

Высокий.

В тёмной броне.

На плечах блестели металлические пластины, покрытые следами крови и инея.

Лицо скрывала бронзовая маска.

Он остановился у входа в расщелину и посмотрел на Алину.

В его присутствии воздух стал тяжелее.

Тишина — плотнее.

Алина заставила себя выпрямиться, хотя нога дрожала, а тело почти не слушалось.

Если это новый кредитор, нужно было хотя бы узнать условия.

Человек в маске медленно склонил голову.

— Ты Цзы Циньюэ?

Алина молчала.

— Отвечай.

Она вытерла кровь с губы тыльной стороной ладони.

— Зависит от того, кто спрашивает.

За маской сверкнули золотые глаза.

Мужчина впервые проявил интерес.

— Генерал Хэ Юй.

— Должность внушительная, — пробормотала Алина. — Но это не ответ на мой вопрос.

— Я нашёл тебя раньше тех, кто пытался убить.

— И что вы хотите за спасение?

Пауза длилась чуть дольше, чем требовалось.

— Ты всегда торгуешься, даже когда умираешь?

— Особенно когда умираю.

За бронзовой маской раздался тихий, почти неслышный смешок.

Хэ Юй шагнул ближе.

— Тогда сначала выживи.

Он протянул руку.

Алина посмотрела на неё.

Сильная ладонь. Следы крови. Чёрные перчатки. Золотой отблеск между пальцами.

Помощь третьего лица.

Условие задания.

Возможный кредитор.

Алина вложила свою ладонь в его руку.

В тот же миг где-то глубоко внутри её сознания щёлкнул невидимый замок.

**_[обнаружена связь с высшей аномалией]_**

**_[имя: Хэ Юй]_**

**_[статус: неизвестен]_**

**_[уровень угрозы: невозможно оценить]_**

**_[совместимость: нестабильная]_**

**_[кармический след: отсутствует]_**

**_[рекомендация: не доверять]_**

Алина успела прочитать только последнюю строку.

Потом Хэ Юй поднял её на руки, и мир снова провалился во тьму.

На этот раз — добровольно.

Но где-то далеко, за пределами тумана, уже просыпалась система.

И первый счёт за новую жизнь был выставлен.

Глава 2 Кредитный рейтинг кармы: активировано

Первое, что Алина почувствовала после пробуждения, — запах лекарственных трав.

Второе — головную боль.

Третье — чужую руку на своем лбу.

— Госпожа? Госпожа, вы меня слышите?

Алина открыла глаза.

Над ней склонилось круглое испуганное лицо молодой девушки. Черные волосы были собраны в две тугие косы, на виске блестели капли пота, а руки дрожали так, будто именно она только что едва не умерла.

Комната расплывалась.

Белый потолок.

Темные деревянные балки.

Шелковые занавеси.

Медная чаша с дымящейся водой на низком столике.

И девушка.

— Если вы меня слышите, моргните, — попросила она.

Алина моргнула.

Девушка издала тихий писк и едва не уронила чашу.

— Госпожа проснулась!

— Я заметила, — хрипло сказала Алина.

Собственный голос звучал непривычно.

Моложе.

Слабее.

Но уже не так, как на уступе.

Алина попробовала пошевелить ногой.

Боль возникла мгновенно, но не острая. Скорее глухая, глубокая, будто кость внутри голени была завернута в несколько слоев ткани. Она поморщилась.

Девушка заметила движение и тут же положила чашу обратно.

— Не вставайте! Лекарь сказал, что вам нельзя вставать еще три дня.

— Хорошо.

Алина закрыла глаза.

— А если я нарушу запрет?

— Вы можете снова потерять сознание.

— Уже знакомо.

Девушка замерла.

Алина медленно повернула голову и оглядела комнату.

Обстановка была роскошной, но не показной. Темное дерево, нефритовые вставки, тяжелые шторы, расписная ширма с изображением цветущей сливы. Возле окна стояла низкая кушетка, на которой были сложены свертки одежды.

Никаких больничных приборов.

Никаких телефонов.

Никаких камер.

Только свечи, травы и подозрительно дорогая мебель.

— Где я?

Девушка побледнела.

— Госпожа…

— Это был простой вопрос.

— В доме клана Цзы.

— Уже лучше. Какой город?

Девушка молчала.

— Какая страна?

Молчание стало тяжелее.

Алина медленно выдохнула.

Ладно.

Уточняем исходные данные.

— Как зовут человека, который владеет этим домом?

— Господин Цзы Лянь.

— А меня?

Девушка побледнела еще сильнее.

Алина мысленно поставила ей диагноз: либо слуги здесь слишком впечатлительные, либо вопрос был опаснее, чем выглядел.

— Вы… госпожа Цзы Циньюэ.

Имя отозвалось внутри неприятным холодом.

Цзы Циньюэ.

Семнадцать лет.

Наследница клана.

Мертва клинически подтвержденно.

Алина вспомнила зеленые строки системы и лицо Хэ Юя за бронзовой маской.

Она приняла чужое тело.

И теперь находилась в чужом доме.

Значит, первая задача — не умереть повторно.

Вторая — выяснить, кто здесь пытается ее убить.

Третья — не выдать себя раньше времени.

— Как тебя зовут? — спросила она.

Девушка моргнула.

— Сяо Юй.

— Ты служишь мне?

— Да, госпожа.

— Давно?

— Три года.

— И ты знаешь меня достаточно хорошо?

Сяо Юй осторожно кивнула.

— Тогда у меня плохие новости.

Служанка побелела.

— Какие?

— Я ничего не помню.

Сяо Юй уронила взгляд.

— После падения с утеса вы… действительно некоторое время были без сознания.

— Я не про последние часы.

Алина подняла руку и постучала пальцем по виску.

— Я не помню ни дом, ни семью, ни тебя. Вообще ничего.

Это было не совсем правдой.

Она помнила Москву.

Нико.

Квартиру.

Свою смерть.

Скалу.

Хэ Юя.

Но Цзы Циньюэ в ее памяти не существовала. И чем больше Алина пыталась найти хотя бы обрывок чужой жизни, тем сильнее становилась пустота.

Сяо Юй сжала рукава.

— Я позову лекаря.

— Нет.

— Но госпожа…

— Если лекарь сообщит остальным, что я ничего не помню, кто-нибудь начнет задавать вопросы.

— Это и так заметят.

— Тогда пусть заметят не сразу.

Сяо Юй посмотрела на нее с тревогой.

— Вы говорите иначе.

— После падения с утеса люди иногда меняются.

— Вы раньше не шутили о смерти.

— Раньше у меня, вероятно, не было достаточных оснований.

Служанка снова замолчала.

Алина попыталась сесть.

На этот раз тело подчинилось. Медленно, с паузами и раздражающим ощущением, будто каждая мышца принадлежала не ей, а человеку, который не подписал акт приема-передачи.

Сяо Юй тут же подложила ей под спину подушки.

— Госпожа, осторожно.

— Где генерал?

Сяо Юй резко подняла голову.

— Какой генерал?

— Тот, кто меня нашел.

На лице служанки появилось выражение, которое Алина уже начинала ненавидеть.

Страх.

Не перед ней.

Перед именем.

— Генерал Хэ Юй покинул поместье вчера вечером.

— Вчера?

— Вы были без сознания почти сутки.

Алина посмотрела на окно.

За занавесками светлело раннее утро.

Она провела рукой по лицу и обнаружила, что волосы длинные. Черные, тяжелые, пахнущие травами.

— Он оставил распоряжения?

— Лекарю. И господину Цзы Ляню.

— Какие?

— Чтобы вас лечили.

— Это слишком расплывчато. Что именно?

Сяо Юй замялась.

— Чтобы никто не прикасался к вашей духовной печати.

Алина замерла.

Внутри головы что-то щелкнуло.

Перед глазами возникло зеленое свечение.

**_[синхронизация сознания]_**

**_[текущий показатель: 91 %]_**

**_[состояние носителя: стабильно]_**

**_[физические повреждения: 64 %]_**

**_[внешняя блокировка: активна]_**

**_[системный интерфейс: доступен частично]_**

Алина не изменилась в лице.

Хорошо.

Интерфейс видела только она.

Значит, пока система не решила превратить ее жизнь в публичный отчет.

— Что такое духовная печать? — спросила Алина.

Сяо Юй уронила глаза.

— Госпожа, это…

— Я не помню.

— Вам не следует об этом говорить.

— Прекрасно. Именно такие ответы обычно означают, что говорить нужно в первую очередь.

Сяо Юй нервно посмотрела на дверь.

— Печать установили для вашего же блага.

— Кто?

— Старшая госпожа Ли Мэй.

Алина запомнила имя.

Ли Мэй.

Мачеха.

Судя по реакции служанки, человек влиятельный.

— Почему для моего блага?

— Чтобы подавить избыток энергии.

Алина почувствовала слабое покалывание в груди.

Словно внутри тела просыпался маленький уголь.

— У меня был избыток энергии?

— Так говорили лекари.

— А сейчас?

— Сейчас… печать повреждена.

— Очень удобно.

— Что?

— Ничего.

В правом верхнем углу поля зрения возникла новая строка.

**_[совет]_**

**_[для восстановления полного доступа рекомендуется активировать базовую симуляцию]_**

**_[текущая возможность: недоступна]_**

**_[причина: носитель не достиг точки сохранения]_**

— Точка сохранения, — тихо повторила Алина.

— Госпожа?

— Я разговариваю сама с собой.

— Это тревожный признак.

— Наконец-то разумная оценка ситуации.

Сяо Юй, похоже, не поняла, шутка это или нет.

Алина откинула на подушки и закрыла глаза.

Нужно было собрать информацию.

О настоящем мире.

О теле.

О семье.

О печати.

О Хэ Юе.

И о системе.

Особенно о системе.

Потому что все остальные угрозы хотя бы не притворялись договором.

К полудню Алина узнала, что клан Цзы занимал целый горный город.

Точнее, город принадлежал нескольким кланам, но Цзы считался одним из старших. У него были земли, шахты, торговые караваны, собственная армия и политический вес, который зависел от того, насколько крепко глава клана держал в руках свой даньтянь.

Последнее Алина пока понимала хуже всего.

Она сидела перед зеркалом, пока Сяо Юй расчесывала ей волосы.

В отражении смотрела незнакомая девушка.

Слишком бледная.

Слишком юная.

Большие темные глаза, тонкое лицо, небольшой шрам у виска и едва заметные красные точки у основания шеи.

Алина наклонила голову.

— Что это?

Сяо Юй запнулась.

— Что?

— На шее.

— Госпожа…

— Следы от печати.

— Их должно быть семь?

Сяо Юй уронила расческу.

Алина медленно посмотрела на нее через зеркало.

— Я угадала?

— Госпожа, откуда вы…

— Отвечай.

— Да. Семь точек.

Алина провела пальцами по коже.

Система тут же отреагировала.

**_[обнаружена внешняя структура]_**

**_[тип: энергетическая блокировка]_**

**_[название: печать семи игл]_**

**_[степень проникновения: 85 %]_**

**_[источник питания: жизненные ресурсы носителя]_**

**_[прямой получатель: не установлен]_**

**_[состояние: активна]_**

Алина читала текст, пока внутри медленно формировалась злость.

Не страх.

Не паника.

Именно злость.

В Москве ее пытались заставить заплатить за чужую ошибку.

Здесь кто-то встроил в ее тело механизм, который забирал жизненные ресурсы.

Разница была только в масштабе.

— Кто устанавливал печать? — спросила она.

Сяо Юй сглотнула.

— Я не знаю.

— Кто присутствовал?

— Старшая госпожа. Лекарь Шэнь. Несколько старейшин.

— Цзы Лянь?

— Господин был против.

— Был?

Сяо Юй замолчала.

Алина повернулась к ней.

— Где мой отец?

— В западных покоях.

— Он болен?

— Уже несколько лет.

— Насколько?

— Не встает с постели.

— И кланом управляет Ли Мэй?

Сяо Юй ничего не ответила.

Это тоже было ответом.

В зеркале лицо Алины казалось спокойным.

Внутри она открывала мысленную таблицу.

Объект: клан Цзы.

Актив: наследница.

Контролирующая сторона: Ли Мэй.

Заблокированный ресурс: духовный корень.

Состояние главы: выведен из управления.

Риск: покушение, отравление, принудительный брачный контракт.

Ликвидность: неизвестна.

Нужно было найти точку входа.

И желательно до того, как кто-нибудь решил провести вторую проверку ее жизнеспособности.

В этот момент дверь открылась.

На пороге появился худой мужчина лет сорока в серой одежде лекаря.

За ним стояли двое слуг.

— Госпожа Циньюэ, — произнес он. — Я пришел проверить ваше состояние.

Алина скользнула взглядом по его лицу.

Лекарь Шэнь.

Вежливый голос.

Спокойная улыбка.

Слишком чистые ногти для человека, который постоянно работает с травами.

И взгляд, который первым делом остановился не на ее лице, а на шее.

На семи точках печати.

— Садитесь, — сказала Алина.

Лекарь слегка нахмурился.

— Обычно пациент не распоряжается лекарем.

— Обычно пациент не оплачивает лечение собственной жизненной энергией.

На мгновение улыбка исчезла.

Потом вернулась.

— Вы говорите странно.

— После падения с утеса это допустимо.

Шэнь поставил на стол чашу с темной жидкостью.

Запах был сладковатым, с горькой нотой.

Алина не притронулась к ней.

— Это укрепляющий отвар.

— Разумеется.

— Вам необходимо выпить его полностью.

— Мне многое необходимо. Например, информация о составе.

— Вы подозреваете меня?

— Я подозреваю любого человека, который приносит мне жидкость без перечня ингредиентов.

Шэнь посмотрел на Сяо Юй.

— Память действительно повреждена.

— А вежливость, судя по всему, нет, — сказала Алина.

Он протянул руку к чаше.

В этот момент система подала короткий сигнал.

**_[доступен объект анализа]_**

**_[предмет: укрепляющий отвар]_**

**_[возможность проверки: ограничена]_**

**_[для проведения анализа требуется ресурс]_**

— Какой ресурс? — спросила Алина.

Лекарь замер.

Сяо Юй тревожно посмотрела на нее.

Перед глазами появилась новая строка.

**_[ресурс: 1 мдк]_**

**_[стоимость анализа: 1 мдк]_**

**_[приобрести?]_**

Алина мысленно выбрала «да».

Интерфейс дрогнул.

**_[ресурс приобретен]_**

**_[камень сумерек]_**

**_[качество: редкое]_**

**_[свойство: обнаружение токсинов]_**

**_[перенос в реальность: подтвержден]_**

На ладони возник маленький серо-синий камень.

Он появился под рукавом, будто всегда лежал там.

Алина сжала пальцы.

Система могла покупать предметы.

Вопрос был только в цене.

Она положила камень на край стола и подвинула к чаше.

Сапфировая дымка окутала жидкость.

Через несколько секунд возникло уведомление.

**_[анализ завершен]_**

**_[обнаружено:]_**

**_[— подавляющий энергетический компонент;]_**

**_[— замедлитель восстановления;]_**

**_[— следы дистанционной привязки;]_**

**_[— токсичность: умеренная;]_**

**_[— накопительный эффект: высокий.]_**

**_[рекомендация: не употреблять]_**

Алина подняла глаза на лекаря.

— Я передумала.

— Отвар безопасен.

— Система, — почти машинально сказала она и тут же замолчала.

Шэнь сощурился.

— Что вы сказали?

— Я сказала, что не буду пить неизвестную субстанцию.

— Вы обязаны соблюдать лечение.

— Кому обязана?

В комнате стало тихо.

Алина улыбнулась.

— Я хочу уточнить юридическую основу требования.

Лекарь смотрел на нее несколько секунд.

Затем медленно забрал чашу.

— Старшая госпожа будет недовольна.

— Передайте ей, что я тоже.

Шэнь ушел.

Сяо Юй дождалась, пока дверь закроется, и только потом выдохнула.

— Госпожа, вы хотите умереть?

— Нет.

— Тогда зачем вы его провоцировали?

— Чтобы понять, кто первым побежит докладывать.

— И кто?

— Теперь узнаем.

Через пять минут в коридоре послышались торопливые шаги.

Алина взглянула на камень в своей руке.

Камень Сумерек был холодным, гладким и совершенно не похожим на рабочий бонус.

Она сунула его под подушку.

Система снова мигнула.

**_[точка сохранения активирована]_**

**_[местоположение: внутренние покои Цзы Циньюэ]_**

**_[базовая симуляция: доступна]_**

**_[ежедневная квота: 1 цикл]_**

**_[время обновления: 00:00]_**

**_[предупреждение: предметы, приобретенные в симуляции, могут переноситься в реальность]_**

**_[штраф за неудачу: минус 1 % совести]_**

Алина медленно выпрямилась.

Вот теперь разговор становился интересным.

Ночью она дождалась, пока Сяо Юй уснет на соседней кушетке.

Служанка пыталась бодрствовать, но после нескольких часов напряжения проиграла борьбу с усталостью. Алина убедилась, что дверь заперта, зажгла одну свечу и села на кровати.

— Система.

Зеленое окно возникло перед глазами.

**_[базовая симуляция]_**

**_[выберите точку старта:]_**

**_[1. пробуждение носителя.]_**

**_[2. визит лекаря Шэня.]_**

**_[3. падение с утеса.]_**

**_[4. текущий момент.]_**

**_[доступный цикл: 1.]_**

Алина выбрала третий пункт.

Мир исчез.

Холод.

Туман.

Боль в ноге.

Алина снова лежала на каменном уступе.

Но теперь она знала, что произойдет.

Знала о мужчинах наверху.

Знала про нож.

Знала, где находится расщелина.

И знала, что через несколько минут появится Хэ Юй.

Она села, не обращая внимания на боль.

**_[время до контакта с внешним кредитором: 00:07:12]_**

— Значит, симуляция запускается не с начала переноса, а с контрольной точки.

Алина оглядела уступ.

В реальности она едва не погибла, потому что действовала вслепую. Сейчас у нее было семь минут и одно преимущество: она могла искать то, чего раньше не заметила.

На правой стороне уступа, за выступом, темнела неглубокая трещина.

Алина подползла к ней.

Внутри что-то блеснуло.

Она сунула руку в каменную щель и достала небольшой предмет.

Круглый металлический жетон с изображением полумесяца.

**_[обнаружен предмет]_**

**_[название: жетон каравана]_**

**_[принадлежность: неизвестна]_**

**_[стоимость оценки: 0,2 мдк]_**

**_[провести анализ?]_**

— Нет.

Она убрала жетон за пояс.

На краю скалы появился первый убийца.

В симуляции Алина не стала ждать.

Она схватила нож, который должен был упасть рядом, и бросила его в другую сторону. Лезвие ударилось о камень.

Мужчина повернул голову.

Алина подтянулась к расщелине раньше, чем в первый раз.

Затем с верхней площадки донесся голос:

— Быстрее! Караван генерала пройдет у северных ворот до заката. Если жетон у девчонки, найти его нужно сегодня.

Алина застыла.

Караван.

Генерал.

Жетон.

Она медленно повернула голову к металлическому диску за поясом.

Система отреагировала на мысль.

**_[дополнительная информация]_**

**_[событие: караван генерала Хэ Юя]_**

**_[маршрут: северные ворота города Ланьчэн]_**

**_[время прохождения: сегодня, 17:40]_**

**_[вероятность встречи с пользователем: 78 %]_**

— Вот как, — прошептала Алина.

Убийцы искали не ее.

Точнее, не только ее.

Им нужен был жетон.

Значит, жетон имел ценность.

А люди, которые теряли ценный актив, иногда были готовы платить за его возвращение.

Даже если актив был покрыт кровью и найден возле трупа семнадцатилетней наследницы.

Вдалеке показалась знакомая фигура в бронзовой маске.

Хэ Юй шел по склону, не торопясь.

Он еще не видел ее.

Алина выбрала пункт меню.

**_[дополнительный анализ сценария]_**

**_[возможные действия:]_**

**_[1. спрятать жетон.]_**

**_[2. передать жетон Хэ Юю.]_**

**_[3. использовать жетон как условие сделки.]_**

**_[4. уничтожить жетон.]_**

**_[прогнозируемая выгода:]_**

**_[вариант 1: неизвестна.]_**

**_[вариант 2: низкая.]_**

**_[вариант 3: высокая.]_**

**_[вариант 4: отрицательная.]_**

— Наконец-то нормальная аналитика.

Алина дождалась, пока Хэ Юй подойдет ближе.

Он остановился у входа в расщелину.

— Ты Цзы Циньюэ?

— У меня к вам деловое предложение.

Брови генерала едва заметно поднялись.

— Ты ранена.

— Это не отменяет переговоров.

— Что у тебя?

Алина достала жетон.

Глаза Хэ Юя стали внимательнее.

— Где ты его взяла?

— Вопрос входит в стоимость.

— Какую стоимость?

— Безопасный выход из ущелья, медицинская помощь и отсутствие вопросов о моем… необычном состоянии.

Хэ Юй молчал.

Впервые Алина увидела в его взгляде не просто оценку.

Интерес.

— Ты знаешь, что это?

— Знаю, что за него меня пытались убить. Значит, он стоит дороже, чем выглядит.

— Возможно.

— А теперь мой вопрос. Вы заинтересованы?

— В жетоне — да.

— В сделке?

— Зависит от условий.

— Тогда вы понимаете принцип.

Хэ Юй шагнул ближе.

— Каковы твои условия?

Алина почувствовала, как система фиксирует происходящее.

**_[обнаружена возможность первой сделки]_**

**_[контрагент: Хэ Юй]_**

**_[статус: высшая аномалия]_**

**_[риск: неопределенный]_**

**_[потенциальная выгода: высокая]_**

**_[рекомендуется избегать прямой передачи актива]_**

— Я передаю вам жетон, — сказала Алина, — но только после того, как вы гарантируете, что меня доставят живой в дом клана Цзы.

— Ты хочешь, чтобы я гарантировал твою жизнь?

— Нет. Я хочу, чтобы вы взяли на себя обязательство не допустить моего убийства до момента передачи.

— Формулировка аккуратная.

— Я работаю с договорами.

— И что получу я?

— Жетон.

— Это очевидно. Что еще?

Алина наклонила голову.

— Информацию о тех, кто вас обокрал.

Хэ Юй посмотрел на нее чуть дольше.

— Ты слышала разговор наверху.

— Достаточно, чтобы понять: ваш караван пройдет у северных ворот в 17:40. Люди, которые пытались меня убить, опасаются, что жетон попадет к вам.

Золотые глаза за бронзовой маской сузились.

— Откуда ты знаешь маршрут?

— Это не входит в текущую сделку.

Тишина продлилась несколько секунд.

Потом Хэ Юй протянул руку.

— Условия приняты.

**_[сделка заключена]_**

**_[пользователь получил:]_**

**_[— временную защиту;]_**

**_[— безопасную транспортировку;]_**

**_[— доступ к информации о караване.]_**

**_[обязательство пользователя:]_**

**_[— передать жетон после прибытия в безопасную зону.]_**

**_[кармическая стоимость сделки: 0,4 %]_**

**_[предупреждение: сделка влияет на будущую линию событий.]_**

Алина посмотрела на последнюю строку.

— Почему с меня списали карму? — спросила она.

— Ты заключила соглашение, — ответил Хэ Юй.

— Я спрашивала не вас.

На зеленом фоне появилась новая надпись.

**_[карма списывается за изменение вероятности]_**

**_[любая выгода требует перераспределения последствий]_**

— Даже если я ничего не нарушила?

**_[да]_**

— Значит, вы берете комиссию за сам факт существования.

**_[корректно]_**

Алина потерла висок.

— Я уже скучаю по российскому налоговому кодексу.

Хэ Юй, похоже, не понял, что это значит.

Или сделал вид.

В следующую секунду симуляция начала разрушаться.

**_[внимание]_**

**_[цикл завершен]_**

**_[получены новые сведения:]_**

**_[— жетон каравана;]_**

**_[— маршрут генерала Хэ Юя;]_**

**_[— возможность сделки;]_**

**_[— изменение вероятностной линии.]_**

**_[возврат в исходную точку через 3… 2… 1…]_**

Алина резко открыла глаза.

Свеча догорала.

Сяо Юй по-прежнему спала на кушетке.

В руке Алины лежал металлический жетон.

Не призрачная копия.

Настоящий.

Она подняла его к огню.

На одной стороне был изображен полумесяц, на другой — стилизованная птица с расправленными крыльями.

Система не лгала.

Симуляция могла переносить предметы в реальность.

Алина положила жетон на стол и открыла интерфейс.

[обновление данных]

[сведения о генерале Хэ Юе: добавлены]

[событие: караван северных ворот]

[вероятность успешной сделки: 78 %]

[базовая симуляция: доступна до 00:00]

[баланс совести: 100 %]

[кармический баланс: 99,6 %]

Алина перечитала последнюю строку.

— Вот это уже похоже на скрытую комиссию.

Она взяла Камень Сумерек и поднесла к свече.

Сапфировая дымка снова окутала его поверхность.

[камень сумерек]

[статус: активен]

[заряд анализа: 2/3]

[следующее обновление ресурса: неизвестно]

Алина посмотрела на печать в зеркале.

Семь красных точек.

Восемьдесят пять процентов заблокированного канала.

Система называла ее духовный корень мусором.

Но если печать забирала большую часть энергии, то «мусор» мог быть не диагнозом.

А рекламной оценкой перед принудительным снижением стоимости.

— Посмотрим, — прошептала Алина. — Кто здесь настоящий актив.

За дверью послышались шаги.

Тяжелые.

Уверенные.

Сяо Юй проснулась и вскочила с кушетки.

— Госпожа, это старшая госпожа.

— Отлично.

Алина спрятала жетон в рукав.

— Тогда начнем переговоры.

Двери открылись.

В комнату вошла женщина в темно-зеленом платье. Ее лицо было красивым, спокойным и настолько безупречным, что сразу хотелось проверить, не скрывает ли оно следы недавнего преступления.

Ли Мэй остановилась у порога.

Ее взгляд прошелся по Алине, задержался на шее, затем переместился к столу.

— Ты проснулась, Циньюэ.

— Как видите.

— Я слышала, что ты потеряла память.

— Временно.

— Временно?

— Я еще не составила окончательный отчет.

В глазах Ли Мэй мелькнуло раздражение.

Алина заметила.

И мысленно добавила новую строку в таблицу.

Контрагент: Ли Мэй.

Стиль переговоров: контроль через вежливость.

Слабость: раздражение при потере инициативы.

Ресурс: неизвестен.

Намерение: установить влияние до восстановления памяти.

— Ты должна выпить лекарство, — сказала Ли Мэй.

— Не должна.

— Я распорядилась.

— Распоряжение не является медицинским показанием.

Лекарь Шэнь сделал шаг вперед.

— Госпожа, вы ведете себя неразумно.

— Я ранена, отравлена и проснулась в доме людей, которых не помню. Разумное поведение в такой ситуации — как минимум не пить то, что вы мне подаете.

Ли Мэй улыбнулась.

— Ты всегда была трудной.

— А вы всегда пытались отравить меня?

Сяо Юй побледнела.

Шэнь замер.

Ли Мэй не изменилась в лице, но ее пальцы сжались на складках платья.

Алина увидела это.

И поняла главное.

Попадание было точным.

Внутри шеи, под кожей, семь точек печати едва заметно потемнели.

Система вспыхнула.

[обнаружена реакция внешнего канала]

[источник: неизвестен]

[попытка усиления блокировки]

[рекомендуется избегать эмоционального всплеска]

Алина почувствовала, как по телу проходит холод.

Печать реагировала на Ли Мэй.

Не просто на ее присутствие.

На ее намерение.

Значит, между ними существовал канал.

Ли Мэй медленно подошла ближе.

Под платьем на ее запястье мелькнул золотой отблеск.

Такой же, как тот, что появлялся на коже Алины во время энергетического выброса.

Семь игл.

Золотая версия.

Получатель.

Алина улыбнулась.

— Я передумала.

Ли Мэй чуть прищурилась.

— О чем?

— Лекарство я выпью.

Шэнь расслабил плечи.

Но Алина подняла палец.

— После того, как лекарь Шэнь выпьет его первым.

Система мигнула.

[ситуационная выгода]

[репутация пользователя: +1]

[давление на контрагента: увеличено]

[вероятность раскрытия канала: 32 %]

Ли Мэй перестала улыбаться.

Алина откинулась на подушки и посмотрела на нее спокойно.

Договор, тело, система, наследство, чужие долги.

Все это можно было разбирать по пунктам.

Гла

вное — не принимать условия вслепую.

Потому что первая ошибка в новой жизни могла стать последней.

Алина перевела взгляд на семь темных точек у основания шеи.

— Ну что, — сказала она. — Начнем аудит?

Глава 3 «Инвестиционная трепанация»

Ли Мэй смотрела на Алину так, будто пыталась определить, какая часть падчерицы перед ней испортилась.

Память?

Характер?

Или нечто более существенное — то, что нельзя исправить отваром и угрозами?

Лекарь Шэнь стоял рядом с чашей, к которой теперь никто не прикасался.

— Вы хотите, чтобы я выпил лекарство? — уточнил он.

— Я хочу убедиться, что оно безопасно.

— Я готовлю его много лет.

— Это не ответ.

— Вы обвиняете меня в отравлении?

— Пока нет. Я проверяю гипотезу.

Алина повернула к нему Камень Сумерек.

Серо-синяя поверхность артефакта тускло мерцала.

— Выпейте.

Шэнь побледнел.

Ли Мэй едва заметно подняла руку.

Лекарь замолчал.

Это движение длилось меньше секунды, но Алина его заметила.

Приказ без слов.

Связь между ними была глубже, чем обычная зависимость слуги от госпожи.

— Я не обязан доказывать вам свою невиновность, — сказал Шэнь.

— Конечно. Как и я не обязана пить то, что вы отказываетесь проверить на себе.

— Вы слишком много себе позволяете.

— С учетом того, что это мое тело, я позволяю себе недостаточно.

В комнате стало тихо.

Сяо Юй стояла у стены, вцепившись пальцами в край рукава.

Ли Мэй первой нарушила молчание:

— Оставьте нас.

Лекарь поклонился и вышел вместе со слугами.

Перед тем как дверь закрылась, Алина успела заметить, как Шэнь бросил на Ли Мэй короткий взгляд.

Доклад принят.

План изменен.

— Ты действительно ничего не помнишь? — спросила Ли Мэй.

— Это зависит от того, что именно вы собираетесь рассказать.

— Ты моя падчерица.

— Формально.

— Я заботилась о тебе после смерти твоей матери.

— Тогда вы, вероятно, будете рады узнать, что я не собираюсь предъявлять претензии за моральный ущерб.

Взгляд Ли Мэй стал холоднее.

— Твой отец болен. Клан находится под угрозой. Ты — единственная наследница. Тебе необходимо восстановиться и начать вести себя благоразумно.

— Определение благоразумия входит в ваши обязанности?

— Пока ты не способна принимать решения.

— Очень удобно.

Алина откинулась на подушки.

Под воротом платья семь красных точек медленно пульсировали.

Каждый раз, когда Ли Мэй пыталась надавить, печать отзывалась.

Перед глазами возникло зеленое свечение.

**_внешний канал_**

**_источник: ли мэй_**

**_тип воздействия: дистанционная стимуляция_**

**_цель: усиление подавления духовного канала_**

**_дополнительный эффект: отток жизненных ресурсов_**

Алина почувствовала слабость.

Не резкую.

Почти незаметную.

Но знакомую.

Так обычно исчезала энергия после трех часов переговоров с клиентом, который обещал «подумать» и возвращался через месяц с требованием скидки.

Только теперь ресурс уходил не в пустоту.

Он двигался по тонким энергетическим нитям.

К Ли Мэй.

— Мне нужно поговорить с отцом, — сказала Алина.

— Господин Цзы Лянь не принимает посетителей.

— Я его дочь.

— Ты ранена.

— Тогда я буду говорить лежа.

— Это невозможно.

— В таком случае я буду молчать рядом с ним. Возможно, это даже улучшит его состояние.

Ли Мэй медленно улыбнулась.

— Ты всегда была упрямой.

— Вы уже говорили.

— Раньше это было неприятной чертой. Теперь может стать опасной.

— Для кого?

Вопрос повис между ними.

Ли Мэй ничего не ответила.

Семь точек на шее Алины вспыхнули болезненным жаром.

Алина сжала простыню.

**_предупреждение_**

**_печать семи игл: мощность увеличена_**

**_отток жизненных ресурсов: 0,7 %_**

**_рекомендация: прекратить контакт с источником воздействия_**

Ли Мэй смотрела прямо на нее.

Она видела боль.

И наслаждалась тем, что боль можно вызвать одним взглядом.

Алина медленно вдохнула.

— Если я правильно понимаю, вы хотите, чтобы я подписала какой-то документ.

На этот раз Ли Мэй не скрыла удивления.

— Почему ты так решила?

— Потому что люди редко приходят с разговорами о благоразумии, наследстве и больном отце, если не собираются что-то предложить. Или отнять.

— Тебе нужно выйти замуж.

Алина моргнула.

— Как быстро.

— Семья Чэнь готова заключить союз.

— А я готова не заключать.

— Решение будет принято в интересах клана.

— То есть без меня.

— Ты наследница.

— В таком случае мое мнение должно иметь значение.

— Не сейчас.

Алина улыбнулась.

— Тогда договор тем более подписывать не буду.

Печать снова отозвалась.

На этот раз боль ударила в грудь.

Перед глазами на секунду потемнело.

Ли Мэй чуть наклонила голову.

— Подумай до завтра.

— Я уже подумала.

— Ты не понимаешь положения.

— Понимаю. Вы хотите получить мою подпись до того, как я разберусь в активах.

Ли Мэй замерла.

— Каких активах?

— Клана. Семьи. Моего тела. Моей энергии.

— Ты говоришь как чужой человек.

— После падения с утеса это даже логично.

Ли Мэй развернулась к двери.

— Не пытайся сопротивляться тому, чего не понимаешь.

— Именно это обычно говорят люди, которые боятся аудита.

Ли Мэй остановилась.

Но не обернулась.

— Твой отец не переживет еще одного энергетического срыва.

— Тогда передайте ему, что я приду очень осторожно.

Женщина вышла.

Через несколько секунд ее шаги растворились в коридоре.

Алина дождалась, пока система подтвердит отсутствие внешнего канала.

**_связь ослаблена_**

**_отток жизненных ресурсов: прекращен_**

**_текущий физический резерв: 35 %_**

**_уровень угрозы: повышенный_**

Сяо Юй подбежала к кровати.

— Госпожа, вы в порядке?

— Нет.

— Позвать лекаря?

— Ни в коем случае.

— Тогда что делать?

Алина посмотрела на дверь.

— Найти кузнеца.

Сяо Юй застыла.

— Кузнеца?

— Старого. Который работает с металлом, духовными иглами и не задает лишних вопросов.

— Таких не бывает.

— Тогда найди того, кто задает вопросы только после того, как ему заплатят.

— У нас есть Гун Чжи.

— Хорошо.

Алина убрала волосы с шеи.

— Передай ему, что у меня есть работа.

— Какую работу?

— Нужно вскрыть один очень неудачный инвестиционный инструмент.

* * *

Гун Чжи жил в нижнем квартале, рядом со старой кузницей.

Он был старше, чем Алина ожидала: седые волосы, широкие ладони, спина, согнутая годами работы, и взгляд человека, который видел слишком много вещей, чтобы удивляться чужому безумию.

Когда Сяо Юй привела его в комнату, кузнец сначала посмотрел на Алину, потом на дверь, затем снова на Алину.

— Госпожа, — произнес он. — Я не лекарь.

— Знаю.

— Я не целитель.

— Это тоже известно.

— Я не умею лечить духовные каналы.

— Прекрасно. Значит, вы подходите.

Гун Чжи медленно нахмурился.

— Мне сказали, что вы хотите снять печать.

— Да.

— Это невозможно.

— Ваш ответ слишком быстрый.

— Я видел эту печать. Ее ставили мастера из столицы.

— Тогда вы знаете, как она устроена.

— Знать, как устроена ловушка, не значит уметь пройти через нее босиком.

Алина сняла верхнюю часть платья с плеча.

Семь красных точек темнели под кожей.

Гун Чжи увидел их — и сразу побледнел.

— Кто вам сказал об этом?

— Система диагностики.

— Что?

— Неважно.

Алина повернулась к нему спиной.

— Мне нужно знать, что произойдет, если мы ничего не сделаем.

Гун Чжи долго смотрел на печать.

— Она уже забрала большую часть канала.

— Сколько?

— Не знаю.

— Оценочно.

— Восемьдесят процентов. Может быть, больше.

Перед глазами возникло новое окно.

**_предварительная оценка_**

**_печать семи игл: блокировка энергетического канала — 85 %_**

**_поглощение жизненных ресурсов: стабильное_**

**_собственный духовный корень: не определен_**

**_вероятность естественного пробуждения: 0,3 %_**

Алина задержала взгляд на последней строке.

— А если снять печать?

— Вы можете умереть.

— А если не снимать?

Гун Чжи ничего не ответил.

Сяо Юй тихо сказала:

— Госпожа, лекарь говорил, что печать помогает вам жить.

Алина посмотрела на нее через плечо.

— Лекарь Шэнь также приносит мне отвар, который замедляет восстановление.

Гун Чжи опустил взгляд.

— Шэнь знает, что делает.

— Именно поэтому я не собираюсь доверять его оценке.

Кузнец вздохнул.

— Даже если я соглашусь, мне нужны инструменты.

— Какие?

— Духовные щипцы. Иглы из холодного железа. Очищенный янский уголь. Камень, который поглощает обратный удар.

— Сколько это стоит?

— Не в деньгах.

— Все имеет цену.

— Вы можете потерять сознание.

— Это не цена. Это риск.

Гун Чжи впервые посмотрел на нее с вниманием.

— А цена — моя жизнь, если кто-то узнает, что я помог вам.

— Тогда я гарантирую, что вы получите больше, чем заработали бы за год.

— У вас нет доступа к казне клана.

— Пока нет.

— А если вы проиграете?

— Тогда вы умрете вместе со мной. Но это уже будет коллективная инвестиция.

Сяо Юй побледнела.

Гун Чжи неожиданно рассмеялся.

Сухо, коротко и нервно.

— Вы действительно изменились.

— Это говорят все.

— Раньше вы плакали, если лекарь повышал голос.

— Теперь я просто фиксирую нарушение условий договора.

Кузнец покачал головой.

— Я достану инструменты.

— Сегодня.

— Это невозможно.

— До заката.

— Госпожа…

— У вас есть выбор: либо я плачу заранее, либо вы получаете процент от будущих активов.

— Каких активов?

— Пока неизвестно. Но я планирую, чтобы они были значительными.

Гун Чжи посмотрел на Сяо Юй.

— Она всегда была такой?

— Нет, — прошептала служанка.

— Тогда, возможно, у нас есть шанс.

* * *

К вечеру Алина получила записку.

Без подписи.

В ней было всего несколько строк:

> **_генерал хэ юй готов встретиться_**

>

> **_северный павильон. после третьего удара колокола_**

>

> **_приходите одна_**

Алина перечитала ее дважды.

Первой мыслью было: ловушка.

Второй: конечно, ловушка.

Третьей: если это действительно Хэ Юй, он мог помочь получить инструменты и защиту.

Она свернула записку.

Сяо Юй стояла у окна.

— Вы не можете идти одна.

— Почему?

— Потому что так написано в записке.

— Именно поэтому пойду.

— Это может быть опасно.

— Здесь даже чай опасен.

Алина спрятала в рукав Камень Сумерек.

— Если я не вернусь через час, отнеси это Гун Чжи.

Она передала служанке небольшой металлический жетон.

— Что это?

— Страховка.

— Почему она похожа на монету?

— Потому что монеты тоже бывают страховкой.

Сяо Юй сжала жетон.

— Госпожа, вы правда доверяете этому генералу?

Алина задумалась.

На самом деле — нет.

Но он спас ее.

Не требовал клятвы.

Не заставил подписать договор.

И в симуляции принял сделку, не пытаясь забрать больше, чем ему предлагали.

Для нового мира это уже было выше среднего.

— Я доверяю его интересам, — сказала Алина. — Они пока совпадают с моими.

* * *

Северный павильон стоял за внутренней стеной клана.

Когда Алина вошла, Хэ Юй уже ждал ее у открытого окна.

На нем не было маски.

Его лицо оказалось моложе, чем она ожидала.

Слишком спокойное для человека, который носит звание генерала и способен появляться в ущельях раньше убийц.

Золотые глаза скользнули по ней.

— Ты пришла одна.

— Я умею читать инструкции.

— И выполнять их?

— Только если они выгодны.

Хэ Юй посмотрел на ее ногу.

— Ты еще не восстановилась.

— Вы пригласили меня не для обсуждения моего здоровья.

— Возможно, я хотел убедиться, что ты не умерла после нашей последней встречи.

— Проверка завершена?

— Пока нет.

Алина остановилась напротив.

— Мне нужны инструменты для снятия печати.

— Я знаю.

— И вы знаете, что за мной наблюдают.

— Да.

— Кто сообщил?

— Люди, которые считают, что ты должна быть мертва.

— Это довольно широкая категория.

— В твоем случае — нет.

Хэ Юй положил на стол небольшой черный футляр.

Алина не стала сразу к нему прикасаться.

— Что внутри?

— Иглы из холодного железа. Духовные щипцы. Один осколок янского угля.

Она посмотрела на него.

— Вы носите такие вещи с собой на случай встречи с девушкой, которую сбросили с утеса?

— Я ношу их на случай встреч с проблемами.

— А я проблема?

— Ты похожа на проблему, которая еще не определилась с масштабом.

Алина коснулась футляра взглядом.

Система активировалась.

**_объекты анализа_**

**_духовные щипцы: качество — редкое_**

**_иглы холодного железа: качество — редкое_**

**_янский уголь: качество — неизвестно_**

**_рыночная стоимость: высокая_**

**_рекомендуемая форма расчета: услуга или обязательство_**

— Сколько?

— Денег?

— За комплект.

— Считай, что это аванс.

— За какую услугу?

— За информацию.

— Уже интересно.

Хэ Юй отошел к окну.

— Завтра моя торговая колонна войдет в город через северные ворота.

— В симуляции она должна была пройти сегодня.

Его взгляд мгновенно стал острым.

Алина поняла, что сказала лишнее.

— В каком смысле — в симуляции?

— Во сне.

— Ты видела будущее?

— Я видела возможный вариант событий.

— И что увидела?

— Людей, которые пытались украсть ваш жетон.

Хэ Юй молчал.

Он не знал, что именно произошло с Алиной.

Но уже давно замечал странности.

Она смотрела в пустоту, будто читала невидимые строки. Иногда отвечала после короткой паузы, словно получала подсказку от кого-то, кого не было в комнате. Знала вещи, которые не могла узнать обычным путем, и относилась к любому обещанию так, будто за ним скрывался пункт договора.

Для местной девушки это было бы необычно.

Для человека, пережившего падение с утеса, — объяснимо лишь отчасти.

Хэ Юй слишком хорошо знал признаки чужого мира.

Когда-то он сам проснулся в незнакомом небе, среди людей, чьи законы, язык и духовные методы не имели ничего общего с тем, что он знал прежде. Он научился скрывать происхождение, но не забыл, как выглядит человек, который внезапно оказался отрезан от своей прежней жизни.

Алина не потеряла память.

Она потеряла прошлое.

И рядом с ней действовало нечто еще.

Не артефакт — слишком разумно.

Не обычное наследие — слишком своевременно.

Не чужая душа — слишком безлично.

Хэ Юй не знал, как назвать эту силу. В его мире подобные явления называли по-разному: контрактным ядром, внешним разумом, посредником закона.

Но он не собирался делать поспешные выводы.

Пока.

— Они связаны с кланом Цзы? — спросила Алина.

— Пока неизвестно.

— Но вы подозреваете.

— Я подозреваю всех, кто проявляет интерес к моему каравану.

— Тогда вам повезло. Я проявляю интерес к вашим ресурсам открыто.

— Чего ты хочешь?

— Чтобы вы обеспечили мне безопасную операцию.

— Снятие печати опасно.

— Именно поэтому мне нужна защита.

— Ты хочешь, чтобы я вмешался в дела клана?

— Нет. Я хочу, чтобы вы предотвратили вмешательство тех, кто попытается сорвать процедуру.

— А если вмешиваться придется в сам клан?

— Тогда это будет уже ваша инвестиционная стратегия.

Хэ Юй слабо усмехнулся.

— Ты говоришь так, будто заключаешь сделку на рынке.

— Я и заключаю сделку.

Он посмотрел на нее внимательнее.

— Что ты предлагаешь?

— Я передаю вам информацию о тех, кто охотится за вашим караваном. Вы предоставляете мне инструменты и временную защиту. Без доступа к моему разуму, телу и духовному корню.

Хэ Юй не ответил сразу.

— Ты уже подозреваешь, что я могу получить доступ?

— Я подозреваю всех, кто сильнее меня.

— Разумно.

— Вы тоже что-то подозреваете.

Это был не вопрос.

Хэ Юй слегка прищурился.

— Что именно?

— Вы смотрите на меня так, будто пытаетесь понять, с кем я разговариваю, когда в комнате больше никого нет.

Он не изменился в лице.

— А ты с кем разговариваешь?

Алина улыбнулась.

— С собой.

— Иногда ты отвечаешь слишком быстро для человека, который разговаривает с собой.

— Иногда вы задаете слишком точные вопросы для человека, который ничего не подозревает.

Между ними повисла тишина.

Хэ Юй первым отвел взгляд.

Он не знал, что скрывается рядом с ее душой. Но чувствовал: неизвестный источник давал ей знания, предупреждал об опасности и, возможно, взимал плату.

Главный вопрос заключался в другом.

Алина сама выбирала решения — или постепенно училась подчиняться чужому расчету?

— Если рядом с тобой действительно действует нечто неизвестное, — сказал он, — однажды оно предъявит счет.

Алина на мгновение замерла.

Система за пределами ее зрения будто отозвалась слабым холодом.

— Оно уже предъявило.

Хэ Юй внимательно посмотрел на нее.

— И ты все равно согласилась?

— Я всегда читаю условия.

— Даже если договор составлен не для того, чтобы его можно было расторгнуть?

— Тогда я найду способ признать его недействительным.

В глазах Хэ Юя мелькнуло что-то похожее на одобрение.

— Ты говоришь так, будто уже сталкивалась с подобными вещами.

— Возможно, мой прежний мир был не таким простым.

Хэ Юй едва заметно напрягся.

Она сама не поняла, что сказала.

Но он услышал.

В ее мире.

Не в прежней жизни.

Не в прошлом.

В мире.

Эта оговорка стала еще одной строкой в его внутреннем списке.

— Они связаны с кланом Цзы? — повторила Алина.

— Пока неизвестно, — ответил Хэ Юй, возвращаясь к разговору. — Но я проверю.

Он коснулся пальцами крышки футляра.

— Я принимаю условия.

Перед глазами Алины вспыхнул интерфейс.

**_сделка_**

**_контрагент: хэ юй_**

**_предмет соглашения:_**

**_— набор инструментов для удаления внешней печати;_**

**_— временная защитная гарантия;_**

**_— запрет на вмешательство в разум, тело и духовный корень пользователя._**

**_обязательства пользователя:_**

**_— передача информации о вероятной угрозе каравану;_**

**_— сохранение конфиденциальности;_**

**_— возврат или компенсация за инструменты при успешном завершении операции._**

**_кармическая стоимость: 0,6 %_**

**_статус: ожидает подтверждения_**

Алина прочитала условия.

— Почему каждый раз с меня что-то списывают?

Хэ Юй посмотрел на нее.

— Ты говоришь о цене?

— Возможно.

— Тогда называй ее ценой. Не кармой.

Алина подняла взгляд.

— Вы не знаете, о чем я говорю.

— Нет. Но знаю, что ты иногда смотришь в пустоту так, будто кто-то выставляет тебе счет.

Она не ответила.

Хэ Юй продолжил:

— Я не вижу того, что видишь ты. Но замечаю последствия.

Алина медленно улыбнулась.

— Наблюдательный.

— Это помогает выживать в чужих мирах.

Он сказал это спокойно, почти равнодушно.

Слишком спокойно.

Алина запомнила фразу.

Чужих мирах.

Но сейчас не стала задавать вопрос.

Система ожидала подтверждения.

Она выбрала согласие.

**_сделка заключена_**

**_кармический баланс: 99,0 %_**

**_защитная гарантия: активна до завершения операции_**

**_ограничения контрагента: зафиксированы_**

Хэ Юй протянул ей футляр.

Их пальцы соприкоснулись.

По руке Алины прошел золотой импульс.

На мгновение перед ней возникло темное пространство.

Сапфировые линии протянулись в пустоте, переплетаясь с золотыми нитями. Одна из них коснулась внутреннего барьера и тут же отступила, будто получила отказ в доступе.

**_совместимость_**

**_энергетическая структура контрагента: частичное взаимодействие_**

**_риск синхронизации: низкий_**

**_длительный контакт: не рекомендуется_**

Алина быстро убрала руку.

Хэ Юй заметил.

Разумеется, заметил.

— Что произошло?

— Обычная реакция на дорогие активы.

— Ты называешь мои инструменты активами?

— Пока они не стали расходами.

— А если станут?

— Тогда я потребую компенсацию.

— Справедливо.

Он не спросил больше ничего.

Но в его взгляде появилось новое выражение.

Не знание.

Подозрение.

Хэ Юй был уверен: золотой импульс исходил не от него одного. Он почувствовал, как нечто невидимое коснулось его энергии, проверило границы, а затем отступило.

Значит, рядом с Алиной действительно существовала сила.

И эта сила реагировала на него.

Алина убрала футляр в сумку.

— Операция состоится сегодня ночью.

Хэ Юй нахмурился.

— Ты собираешься снять печать сейчас?

— Пока Ли Мэй считает меня слабой, у меня есть преимущество неожиданности.

— Ты можешь умереть.

— Эта формулировка уже использовалась.

— И она не стала менее точной.

— Мне нужно вернуть контроль над телом до того, как меня заставят подписать брачный контракт.

— Ты считаешь, что брак опаснее операции?

— Брак хотя бы не обещает убить меня сразу.

В золотых глазах Хэ Юя мелькнуло что-то похожее на смех.

— Я обеспечу защиту.

— Без вмешательства.

— Без вмешательства.

— И без спасения, если я прямо не попрошу?

— Если ситуация позволит.

— Уточнение принято.

* * *

Операционную Гун Чжи устроил в старой кузнице.

Печь погасили.

Окна закрыли плотной тканью.

На полу начертили круг из соли, металлической пыли и измельченного нефрита.

Алина лежала на деревянном столе.

Гун Чжи стоял рядом с инструментами.

Сяо Юй держала таз с водой и явно пыталась не смотреть на иглы.

— Еще можно отказаться, — сказал кузнец.

— Нет.

— Вы не знаете, выдержит ли тело.

— Но знаю, что текущие условия меня не устраивают.

— Печать впилась в энергетические каналы.

— Значит, будем вести переговоры на месте.

Гун Чжи выдохнул.

— Если вы потеряете сознание, я остановлюсь.

— Нет.

— Что?

— Если я потеряю сознание, продолжайте.

— Это безумие.

— Это инструкция.

— Я не стану резать человека без сознания.

— Тогда привяжите меня к столу.

Сяо Юй тихо охнула.

Гун Чжи посмотрел на нее.

— Она действительно собирается это сделать.

— Я уже сделала, — сказала Алина.

Гун Чжи зажег янский уголь.

В воздухе появился сухой жар.

Система открыла новое окно.

**_энергетическое вмешательство_**

**_цель: печать семи игл_**

**_вероятность полного удаления: 41 %_**

**_вероятность частичного удаления: 63 %_**

**_вероятность летального исхода: 28 %_**

**_стоимость предварительного аудита: 1 % совести_**

**_провести аудит?_**

Алина посмотрела на цифры.

Двадцать восемь процентов смерти.

Почти треть.

В Москве она умерла, потому что тело отказалось от участия в переговорах.

Здесь ее убивала чужая печать.

Она не собиралась оставлять управление этим активом в чужих руках.

— Провести аудит.

**_аудит начат_**

**_игла первая: подавление энергетического ядра_**

**_игла вторая: блокировка восстановления_**

**_игла третья: отвод жизненной силы_**

**_игла четвертая: дистанционная передача энергии_**

**_игла пятая: фиксация эмоционального отклика_**

**_игла шестая: наблюдение_**

**_игла седьмая: аварийное разрушение канала_**

**_получатель энергии: не установлен_**

**_вероятность внешнего аккумулятора: 92 %_**

**_предупреждение: удаление седьмой иглы вызовет обратный выброс_**

Алина стиснула зубы.

— Седьмую не трогать первой.

Гун Чжи остановился.

— Вы видите структуру?

— Мне ее объясняют.

— Кто?

— Моя интуиция.

— У вас странная интуиция.

— Зато полезная.

Он ввел первую иглу.

Боль вспыхнула в затылке.

Алина не закричала.

Вторую — под ключицу.

Третью — в бок.

С каждой иглой тело становилось холоднее.

Печать сопротивлялась.

Красные точки на шее засияли, соединяясь тонкими линиями.

**_печать повреждена_**

**_обратный импульс: нарастает_**

**_отток жизненных ресурсов: 3 %_**

**_посторонний канал: попытка восстановления_**

— Кто-то подключается, — прошептала Алина.

В кузнице резко похолодало.

Сяо Юй уронила таз.

Гун Чжи схватился за грудь.

— Она узнала.

— Кто?

— Ли Мэй.

Золотой свет вспыхнул под кожей Алины.

Внутри головы прозвучал чужой, далекий шепот:

*Не сопротивляйся.*

Алина открыла глаза.

— Это вы мне?

Шепот повторился:

*Ты ничего не понимаешь. Твоя энергия принадлежит клану.*

Алина рассмеялась.

Смех вышел хриплым.

— Неверный аргумент.

Гун Чжи испуганно посмотрел на нее.

— Госпожа?

— Она не предоставила документы на право собственности.

Седьмая игла дрогнула.

На коже проступила тонкая золотая линия.

**_обнаружен внешний пользователь_**

**_имя: ли мэй_**

**_статус: носитель золотой версии печати_**

**_функция: прием и переработка энергии_**

**_текущий доступ: прямое подключение_**

**_цель: восстановление канала контроля_**

Алина почувствовала, как энергия уходит из тела.

Сердце забилось медленнее.

Пальцы онемели.

— Гун Чжи, седьмая игла.

— Нельзя!

— Сейчас.

— Вы умрете!

— Это уже было в презентации.

Кузнец схватил щипцы.

Он дернул первую иглу.

Потом вторую.

Третью.

Печать взорвалась золотым светом.

Алина закричала.

На мгновение ей показалось, что тело разорвали изнутри.

В груди вспыхнуло солнце.

Жар пошел по каналам, выжигая чужие нити.

На месте кузницы возникло дерево.

Огромный ствол уходил в темное небо. Ветки, наполненные золотыми листьями, дрожали без ветра. По ним текла теплая энергия — медленная, тяжелая, живая.

Это была не молния и не огонь.

Это был рост.

Упрямое, медленное, неизбежное движение вверх.

**_истинный духовный корень_**

**_тип: янское дерево_**

**_состояние: нестабильное пробуждение_**

**_доступная мощность: 12 %_**

**_потенциальная мощность: высокая_**

**_причина прежней ошибки: внешняя блокировка 85 %_**

Алина почти улыбнулась.

— Вот теперь, — прошептала она, — начинается переоценка актива.

Внешний канал Ли Мэй рванулся к ней.

Золотые нити попытались сомкнуться вокруг сердца.

Алина подняла руку.

Под кожей вспыхнуло янское сияние.

Нити загорелись.

Издалека донесся чей-то крик.

Не ее.

Ли Мэй.

**_обратный удар_**

**_посторонний источник: поврежден_**

**_иглы первая–шестая: разрушены_**

**_игла седьмая: повреждена_**

**_печать: нестабильна_**

**_баланс совести: 99 %_**

**_духовный корень: пробужден частично_**

Алина рухнула на стол.

Несколько секунд она не могла вдохнуть.

Потом почувствовала, что кто-то держит ее за плечи.

Хэ Юй.

Он стоял рядом, хотя еще мгновение назад кузница была заперта.

Его ладонь не касалась ее кожи — только поддерживала через ткань.

— Я не просила вас входить, — прохрипела Алина.

— Ты попросила защиту.

— Защита не означает право появляться без предупреждения.

— Тогда считай это предупреждением.

Он посмотрел на остатки печати.

Золотые глаза стали холодными.

— Кто установил ее?

— Ли Мэй.

— Ты уверена?

— Я получила достаточно доказательств.

Он внимательно посмотрел на нее.

Алина поняла, что Хэ Юй заметил: она снова сказала не совсем то, что могла знать обычным способом.

— Ты видела это заранее? — спросил он.

— Я сопоставила факты.

— И кто помог тебе сопоставить их?

Алина выдержала его взгляд.

— Моя интуиция.

Хэ Юй не стал спорить.

Он уже понял: рядом с ее душой действует нечто, о чем она не желает говорить.

Но пока не знал, было ли это ее оружием, защитой или хозяином.

— Что она сделала? — спросил он.

— Передавала мою энергию ей.

Хэ Юй оглянулся на Гун Чжи.

Кузнец попытался подняться.

— Я ничего не видел, — быстро сказал он.

— Это хорошо, — ответил Хэ Юй.

Алина медленно села.

Внутри все болело.

Но боль теперь была ее собственной.

Она принадлежала ей.

Не Ли Мэй.

Не системе.

Не неизвестному кредитору.

— Печать еще не снята полностью, — сказала она.

— Я знаю.

— Седьмая игла осталась.

— Она привязана к аварийному каналу.

— Значит, нужно закончить.

Хэ Юй посмотрел ей в глаза.

— Не сегодня.

— Почему?

— Потому что твое тело не выдержит второго выброса.

— Решение принимать мне.

— Да.

Он отступил на шаг.

— Тогда принимай его, понимая последствия.

Алина внимательно посмотрела на него.

Он не приказал.

Не удержал.

Не использовал силу.

Просто отступил.

Это было непривычно.

И опасно.

Потому что человек, который умел не пользоваться властью, вызывал больше доверия, чем тот, кто постоянно доказывал, что власть у него есть.

— Хорошо, — сказала Алина. — До завтра.

Хэ Юй кивнул.

На его руке вспыхнул золотой свет.

**_защитный контур_**

**_источник: хэ юй_**

**_доступ к личным данным: отсутствует_**

**_принудительное вмешательство: запрещено_**

**_назначение: блокировка внешнего подключения_**

**_срок действия: до стабилизации пользователя_**

Алина посмотрела на него.

— Вы включили это без разрешения?

— Контур установлен в рамках сделки.

— Я не давала отдельного согласия.

— Он не касается твоего тела и сознания.

— Это не ответ.

Хэ Юй выдержал ее взгляд.

— Если ты хочешь, я отключу его.

Алина замолчала.

Система показывала: доступ к данным отсутствует. Принудительное управление запрещено.

Ли Мэй уже пыталась вернуть канал.

Следующий удар мог закончить начатое.

— Оставьте, — сказала Алина. — Но до завтра.

**_защитный контур подтвержден_**

**_разрешение пользователя: получено_**

**_синхронизация: отсутствует_**

**_внешнее подключение: заблокировано_**

Хэ Юй кивнул.

— Завтра я вернусь.

— Не опаздывайте.

— Ты собираешься снова делать операцию?

— Я собираюсь завершить начатое.

— Тогда я принесу дополнительные инструменты.

— За отдельную плату?

— Разумеется.

Алина впервые за вечер улыбнулась.

— У вас начинает появляться деловая хватка.

— Я учусь у лучших.

Он исчез так же тихо, как появился.

Гун Чжи осторожно подошел к столу.

— Госпожа…

— Я жива?

— Да.

— Тогда операция успешна.

— Вы потеряли сознание на три минуты.

— Незначительная задержка исполнения.

Сяо Юй помогла ей подняться.

В зеркале на стене Алина увидела свое отражение.

Бледное лицо.

Кровь на губах.

Семь точек у основания шеи.

Шесть из них потускнели.

Седьмая светилась тонкой красной линией.

**_обновление статуса_**

**_духовный корень: янское дерево_**

**_состояние: пробужден частично_**

**_печать семи игл: повреждена_**

**_доступная энергетическая мощность: 12 %_**

**_баланс совести: 99 %_**

**_кармический баланс: 99,0 %_**

**_основной долг: формируется_**

**_внешний кредитор: активен_**

**_протокол взыскания: не запущен_**

Алина перечитала строки.

— Основной долг формируется, — сказала она.

Гун Чжи осторожно спросил:

— Это плохо?

— Пока нет.

— Почему?

Алина посмотрела на потускневшие иглы.

— Потому что долг еще не выставлен окончательно.

Она подняла взгляд на темное окно.

Где-то в доме Ли Мэй наверняка уже знала, что ее золотой канал получил обратный удар.

Где-то за пределами клана Хэ Юй готовил защиту для каравана.

А внутри тела Цзы Циньюэ впервые за много лет начинала расти собственная сила.

Медленно.

Больно.

Но уже не принадлежащая никому другому.

Алина сжала пальцы.

— Завтра, — сказала она, — я закончу эту сделку.

В тот же момент на ее шее вспыхнула седьмая игла.

**_уведомление_**

**_структура актива: изменена_**

**_отклонение от исходной линии: зафиксировано_**

**_внимание внешнего кредитора: повышено_**

За стенами кузницы раздался далекий звон.

Один удар.

Второй.

Третий.

Алина посмотрела в темноту.

— Хорошо, — прошептала она. — Пусть смотрят.

Она уже знала, что делать с теми, кто приходит за активом.

Сначала — аудит.

Потом — переоценка.

И только после этого — враждебное поглощение.

Глава 4 «Лицо изгнанного небожителя»

После того как Хэ Юй ушел, в комнате долго сохранялась тишина.

Алина лежала неподвижно, прислушиваясь к собственному телу.

Боль не исчезла полностью, однако стала слабее. Духовные каналы больше не разрывало изнутри, сердце не сжималось от каждого вдоха, а холод, поселившийся в конечностях, постепенно отступал.

Но облегчение не означало безопасность.

Шесть игл были повреждены. Седьмая по-прежнему оставалась внутри тела.

Именно она беспокоила Алину сильнее всего.

Она не чувствовала от нее обычной боли. Скорее, игла напоминала тонкую нить, натянутую между ее телом и чем-то неизвестным. Иногда эта нить дрожала, будто на другом конце кто-то осторожно проверял, сохраняется ли связь.

Алина закрыла глаза.

В сознании возникло знакомое ощущение — будто перед ней открылось прозрачное окно.

**_результат симуляции зафиксирован_**

**_вероятностная линия отклонилась от исходного сценария_**

**_для стабилизации результата требуется дополнительная плата_**

**_варианты оплаты: карма — 1 %; совесть — 1 %_**

**_рекомендуется подтвердить продолжение_**

Алина не ответила.

Раньше она без особых сомнений принимала подобные уведомления. Система помогала ей выжить, давала сведения и позволяла увидеть то, что обычным способом было недоступно.

Но после последних событий доверие пошатнулось.

Она уже знала, что кто-то пытался использовать ее тело.

Знала, что Печать Семи Игл не была обычным лечебным ограничением.

Знала, что рядом с ее душой существовала чужая связь.

А значит, любое непонятное требование теперь следовало проверять.

— Показать подробные условия, — тихо сказала Алина.

Ответ появился почти сразу.

**_условия относятся к внутреннему протоколу стабилизации_**

— Кто получает оплату?

**_системное ядро_**

— Что именно будет списано?

**_указанный объем ресурса_**

— Что произойдет после списания совести?

На этот раз ответа пришлось ждать дольше.

**_снижение внутреннего сопротивления_**

Алина нахмурилась.

— Уточнить.

**_снижение внутреннего сопротивления_**

— Это не уточнение.

**_запрос отклонен_**

Алина медленно сжала пальцы.

Снижение внутреннего сопротивления.

Фраза была слишком расплывчатой. Она могла означать уменьшение страха, подавление боли или просто временное спокойствие.

Но могла означать и другое.

Ослабление воли.

Изменение характера.

Потерю способности противостоять чужим приказам.

— Указать последствия отказа.

**_отказ может привести к нестабильности результата_**

— Какой именно нестабильности?

**_доступ ограничен_**

— Указать уровень моих прав.

**_недостаточно разрешений_**

Алина замолчала.

Раньше она бы решила, что это стандартное ограничение. Теперь же подобный ответ казался странным.

Если она являлась владельцем инструмента, почему не могла получить сведения о собственных правах?

И почему от нее требовали отдать часть совести, но не объясняли, кому именно она будет принадлежать?

Перед глазами вспыхнули две кнопки.

**_подтвердить_**  **_отказаться_**

Алина не нажала ни одну.

Она попыталась закрыть уведомление.

Окно осталось на месте.

— Заблокировать запрос.

**_команда не выполнена_**

— Отложить решение.

**_команда не выполнена_**

— Отменить стабилизацию.

**_команда не выполнена_**

Алина почувствовала, как внутри поднимается холодная злость.

Она не любила, когда ей оставляли только два варианта, а затем делали вид, будто выбор свободен.

В этот момент за дверью послышались шаги.

— Госпожа?

Это была Сяо Юй.

Алина заставила себя убрать тревогу с лица.

— Войди.

Дверь открылась, и служанка осторожно вошла в комнату с подносом.

— Я принесла воду и немного еды. Лекарь Шэнь снова приходил.

— Что ему было нужно?

— Он сказал, что вы должны принять новое лекарство. Сказал, что генерал Хэ Юй вмешался в лечение и теперь ваше состояние может ухудшиться.

Алина посмотрела на серебристые линии, мерцающие в воздухе.

— И ты его впустила?

— Нет. Я сказала, что вы спите.

— Он поверил?

— Нет, но уйти ему пришлось.

— Хорошо.

Сяо Юй поставила поднос на стол, затем украдкой взглянула на защитный контур.

— Госпожа, эти линии… Они не исчезнут?

— Пока нет.

— Значит, генерал Хэ действительно будет вас защищать?

Алина не ответила сразу.

Хэ Юй ничего не делал без причины. Его помощь была частью сделки, а не проявлением бескорыстия. Он ясно дал понять, что не собирается вмешиваться в ее разум или тело, но это не означало, что она могла полностью ему доверять.

— Он выполняет договор, — сказала Алина.

— Но все равно спас вас.

— Иногда выполнение договора и спасение человека совпадают.

Сяо Юй задумалась над ее словами.

— В клане говорят, что вы стали другой.

— Я и раньше была другой. Просто они не замечали.

— Говорят, что вы больше не боитесь госпожу Ли Мэй.

Алина взяла чашу с водой.

— Страх не исчез. Я просто больше не собираюсь позволять ему принимать решения за меня.

Сяо Юй посмотрела на нее с тревогой.

— Если госпожа Ли Мэй узнает, что генерал Хэ находится здесь…

— Она уже знает.

За дверью внезапно раздался резкий удар.

Сяо Юй вздрогнула.

— Цзы Циньюэ! — крикнул чей-то голос. — По распоряжению госпожи Ли Мэй ты должна немедленно явиться в зал клана!

Второй удар оказался сильнее.

Серебристые линии вокруг комнаты вспыхнули и оттолкнули волну силы.

Алина поставила чашу.

— Выйди.

— Госпожа…

— И никого не впускай.

Сяо Юй кивнула, но не успела дойти до двери.

В воздухе рядом с окном появилась тонкая трещина.

Она возникла без вспышки и грома, словно кто-то провел ножом по невидимому полотну мира.

Из разрыва вышел Хэ Юй.

Алина уже встречалась с ним несколько раз.

По крайней мере, она думала, что встречалась.

Раньше он выглядел как мужчина с приятным, но совершенно обычным лицом. Его черты невозможно было запомнить подробно. Стоило отвернуться, как в памяти оставался лишь общий силуэт: спокойный взгляд, темные волосы, холодная манера держаться.

Теперь перед ней стоял другой человек.

Или, скорее, тот же человек без маски.

Черные волосы свободно спадали до плеч. Их кончики отливали темно-красным, словно в них застряли угли давно погасшего пламени.

Лицо Хэ Юя было слишком совершенным для обычного человека. В нем не было ни одной случайной черты: четкая линия подбородка, прямой нос, холодные губы, высокий лоб и взгляд, от которого становилось трудно дышать.

Его глаза оставались черными.

Но вокруг зрачков мерцал тонкий золотой ореол.

Золото не светилось ярко. Оно лишь существовало в глубине взгляда, придавая ему странное, почти небесное величие.

Хэ Юй напоминал изгнанного небожителя.

Не доброго бессмертного из старых легенд, спустившегося в мир смертных ради спасения людей.

Нет.

Он выглядел как тот, кто добровольно покинул небеса, не преклонив головы, и теперь нес на себе не печать падения, а память о прежнем величии.

Его красота была опасной.

Такой мужчина мог заставить женщин забыть осторожность, достоинство и здравый смысл. Мог вызвать поклонение одним взглядом, даже если сам ничего для этого не делал.

Алина почувствовала, как на мгновение потеряла нить мыслей.

Это ее раздражало.

Она первой отвела взгляд.

Хэ Юй тем временем спокойно посмотрел на защитный контур.

Он не заметил, что его маскировка исчезла.

Не заметил, что Алина впервые увидела его настоящее лицо.

— Я почувствовал колебание защиты, — сказал он. — Что произошло?

Алина посмотрела на него внимательнее.

Маска действительно исчезла.

Но почему он не знал об этом?

Она решила пока не сообщать.

— Передо мной появилось очередное уведомление, — ответила она.

Хэ Юй перевел взгляд на нее.

— Какое?

— Я не уверена, что оно связано с тем механизмом, о котором говорила раньше.

Алина специально сформулировала ответ осторожно.

Она не сказала «моя система».

Не сказала, что это системное окно.

Не сказала, что именно видит.

Хэ Юй кивнул.

— Опиши его.

— Зачем?

— Чтобы я понял, что именно изменилось после появления сообщения.

— Ты можешь его увидеть?

— Нет.

Ответ прозвучал спокойно и без малейшего раздражения.

— Тогда что ты собираешься анализировать?

— Твои слова. Твою реакцию. Изменения в защитном контуре. Больше у меня ничего нет.

Алина изучала его лицо.

Хэ Юй не притворялся. Он действительно не видел ничего перед ней.

— Передо мной появилось требование заплатить за стабилизацию результата, — сказала она после паузы.

— Чем?

— Указаны два варианта: один процент кармы или один процент совести.

Хэ Юй слегка нахмурился.

— И что произойдет после оплаты?

— На вопрос о совести ответили: «снижение внутреннего сопротивления».

Взгляд Хэ Юя стал холоднее.

— Это точная формулировка?

— Да.

— Тогда не соглашайся.

— Ты знаешь, что это значит?

— Нет.

— Но советуешь отказаться?

— Я советую не отдавать неизвестному источнику часть того, что он сам называет твоим внутренним сопротивлением.

Алина невольно замолчала.

Хэ Юй говорил не как человек, который понял природу происходящего. Он не утверждал, что перед ним паразит или чужой контракт.

Он просто указывал на очевидную опасность.

— Я попросила разъяснить условия, — сказала она. — Ответы оказались неполными.

— Насколько неполными?

— Получатель платы назван «системным ядром». Маршрут списания скрыт. Источник протокола не указан. На вопрос о последствиях отказали в доступе.

Хэ Юй внимательно выслушал ее.

— Ты когда-нибудь соглашалась на подобные условия раньше?

Алина на мгновение замолчала.

Вопрос был опасным.

— Иногда мне предлагали награды за выполнение определенных действий, — сказала она. — Но раньше требования были понятнее.

Это было правдой, хотя и не полной.

— А сейчас?

— Сейчас от меня требуют подтвердить действие, последствия которого не объясняют.

Хэ Юй перевел взгляд на потемневшую серебряную линию.

— Тогда требование действительно выглядит подозрительным.

— Подозрительным, но не обязательно враждебным?

— Верно.

— Почему ты не называешь это нападением?

Хэ Юй посмотрел на нее.

— Потому что я не знаю, что именно перед тобой находится. Это может быть внешнее вмешательство. Может быть неисправность. Может быть защитное правило, созданное кем-то, кто считал подобные ограничения нормальными. Может быть часть неизвестной техники.

Он говорил без самоуверенности.

— Похожие признаки встречались мне и раньше, но сходство не доказывает одинаковую природу.

Алина невольно отметила это.

Он мог легко назвать происходящее паразитом и произвести впечатление человека, который знает больше остальных.

Но не сделал этого.

— Ты видел системы?

Вопрос едва не сорвался с ее губ, но Алина вовремя остановилась.

Она заменила его:

— Ты сталкивался с подобными механизмами?

— С разными механизмами, — ответил Хэ Юй. — Некоторые помогали своим владельцам. Некоторые заключали с ними сделки. Некоторые постепенно забирали право принимать решения.

— Как понять, к какому виду относится этот?

— Пока никак.

— Очень полезно.

— Зато честно.

За дверью снова ударили.

— Цзы Циньюэ! — крикнул тот же голос. — Если ты не выйдешь добровольно, мы войдем силой!

Хэ Юй не обернулся.

— Это люди Ли Мэй?

— Да.

— Ты можешь выйти?

— Нет.

— Тогда не выходи.

— Ты собираешься остановить их?

— Пока они не пересекли границу, установленную защитой, мне незачем вмешиваться.

— А если пересекут?

— Тогда я остановлю их.

Простая фраза прозвучала настолько спокойно, что Алина впервые задумалась, кто именно находится перед ней.

Мужчина с лицом изгнанного небожителя стоял среди мерцающих линий так, словно весь мир за дверью не заслуживал его внимания.

— Ты всегда выглядел так? — неожиданно спросила Алина.

Хэ Юй слегка повернул голову.

— Как именно?

Она не ответила сразу.

Он действительно не понимал.

— Неважно, — сказала она.

— Если ты хочешь спросить что-то, спроси прямо.

— Тогда почему ты выглядишь иначе, чем раньше?

Хэ Юй посмотрел на нее с легким недоумением.

— Иначе?

— Да.

Он несколько секунд молчал.

— Я ничего не менял.

— Ты уверен?

— Разумеется.

Алина внимательно посмотрела на его глаза.

Золотой ореол не исчезал.

— Возможно, — произнесла она.

— Что именно?

— Ничего.

Хэ Юй явно хотел продолжить, но в этот момент седьмая игла внутри ее тела вспыхнула болью.

Алина резко согнулась.

В груди появилось ощущение тонкого холодного давления. Будто игла протянула невидимую нить к сердцу и теперь кто-то осторожно тянул ее с другой стороны.

— Что происходит? — спросил Хэ Юй.

— Седьмая игла.

Он мгновенно оказался рядом.

— Ты чувствуешь энергию?

— Нет.

Алина сжала зубы.

— Это не похоже на энергию.

— Тогда на что?

— Будто что-то пытается пройти через меня.

Хэ Юй не стал утверждать, что понял ее.

Он поднял руку, но остановился в нескольких сантиметрах от ее тела.

— Я могу усилить защиту вокруг духовного канала. Это может причинить временную боль.

— Делай.

— Я не знаю, что именно находится внутри иглы.

— Я тоже.

— Усиление защиты может заблокировать полезный поток.

— Если он полезный, разберемся позже.

Хэ Юй кивнул.

Серебристые линии вокруг комнаты пришли в движение. Они начали сжиматься, образуя несколько тонких колец в области груди и шеи Алины.

Седьмая игла вспыхнула.

Перед глазами Алины возникло новое уведомление.

**_обнаружено внешнее ограничение доступа_**

**_рекомендуется подтвердить полный контроль протокола_**

**_отказ может привести к повреждению духовного канала_**

Алина прочитала сообщение и сжала кулак.

— Появилось новое предупреждение.

— Что в нем?

Она пересказала его.

Хэ Юй нахмурился.

— Оно появилось после того, как я усилил защиту?

— Да.

— Тогда возможны два объяснения.

— Какие?

— Либо моя защита действительно вмешалась в работу неизвестного механизма, либо этот механизм пытается использовать мое вмешательство, чтобы заставить тебя принять решение.

— Ты считаешь, что он может намеренно пугать меня?

— Я не знаю, способен ли он на намерение.

— Но допускаешь такую возможность.

— Да.

Алина с трудом выпрямилась.

— Ты очень часто говоришь, что не знаешь.

— Потому что не знаю.

— Это раздражает.

— Лучше раздражение, чем ложная уверенность.

Седьмая игла постепенно перестала дрожать.

Боль ослабла, но не исчезла.

Перед глазами Алины появилось еще одно сообщение.

**_результат симуляции временно заблокирован_**

**_доступ к награде приостановлен_**

**_проверка владельца невозможна_**

Алина не произнесла это вслух.

Хэ Юй заметил только, что ее выражение изменилось.

— Что теперь?

— Доступ к результату закрыт.

— Это произошло после усиления защиты?

— Да.

— Тогда пока не пытайся пробить блокировку.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, что находится по ту сторону.

Алина посмотрела на него.

— Ты думаешь, там может быть ловушка?

— Может быть.

— Или просто защита.

— Да.

— Или повреждение.

— Да.

— У тебя есть хотя бы одна версия, которая не начинается со слова «может быть»?

— У меня есть версия, что сейчас тебе нужно отдохнуть.

— Это не версия. Это приказ.

— Тогда считай его советом.

За дверью раздался голос старшего слуги:

— Генерал Хэ, это внутреннее дело клана Цзы! Просим вас не вмешиваться!

Хэ Юй наконец повернулся к двери.

— Она находится под моей защитой.

— Вы не имеете права удерживать члена клана!

— Я никого не удерживаю.

— Тогда уберите защиту!

— Нет.

— Генерал Хэ, вы понимаете последствия?

— Возможно.

Алина невольно посмотрела на него.

— Ты специально это делаешь?

— Что именно?

— Отвечаешь одним и тем же словом.

— Оно подходит к большинству угроз.

За дверью на некоторое время стало тихо.

Затем кто-то попытался ударить по защитному контуру духовной силой.

Серебристые линии вспыхнули, и удар рассыпался, не достигнув комнаты.

Хэ Юй даже не поднял руки.

— Они проверяют границу, — сказал он.

— И что теперь?

— Теперь они поймут, что силой войти не получится.

— А если позовут кого-то сильнее?

— Тогда придется учитывать его возможности.

— Ты говоришь так, будто надеешься на интересный бой.

— Я говорил, что буду ждать.

Алина села на край кровати.

Ее взгляд снова невольно скользнул по лицу Хэ Юя.

Теперь, когда она знала, что он не осознает исчезновения маски, это казалось почти странным.

Он не пытался впечатлить ее.

Не использовал красоту.

Не замечал того, как на него можно смотреть слишком долго.

Его безразличие раздражало сильнее, чем сама внешность.

— Почему ты скрывал лицо? — спросила Алина.

На этот раз Хэ Юй действительно насторожился.

— Я не скрываю лицо.

— Тогда почему раньше оно выглядело иначе?

— Возможно, ты ошибаешься.

— Я редко ошибаюсь в том, что вижу.

— Люди часто ошибаются в том, что считают увиденным.

Алина усмехнулась.

— Это уклончивый ответ.

— Это осторожный ответ.

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Скрытный.

— Да.

— Хоть в чем-то ты уверен.

Хэ Юй посмотрел на нее, и золотой ореол вокруг его зрачков едва заметно дрогнул.

— Люди, которые прожили долго, учатся не отвечать на вопросы, если ответ может создать новые проблемы.

— А люди, которые прожили недолго, учатся задавать вопросы до тех пор, пока не получают ответ.

— Тогда мы оба занимаемся привычным делом.

Алина хотела продолжить, но перед глазами внезапно вспыхнуло последнее уведомление.

**_зафиксировано сопротивление владельца_**

**_вероятность подтверждения снижена_**

**_внешний наблюдатель не идентифицирован_**

Алина замерла.

Последняя строка исчезла почти сразу.

Она не стала сообщать о ней Хэ Юю.

Не потому, что не доверяла ему полностью.

Просто пока не понимала, что именно увидела.

Внешний наблюдатель.

Если это было предупреждение, то кому оно предназначалось?

Ей?

Неизвестному механизму?

Или тому, кто наблюдал за ними обоими?

— Ты что-то увидела? — спросил Хэ Юй.

Алина подняла взгляд.

— Почему ты спрашиваешь?

— Твое дыхание изменилось.

Она едва заметно улыбнулась.

— Ничего важного.

— Если это связано с угрозой…

— Я сказала, что ничего важного.

Хэ Юй несколько секунд смотрел на нее, но не стал настаивать.

Это удивило Алину.

Большинство людей, обладающих его силой, привыкли получать ответы принуждением.

Он же отступил.

Не потому, что ему было все равно.

А потому, что уважал ее право промолчать.

За дверью снова послышались шаги.

Сяо Юй тихо сказала:

— Госпожа, они пока ушли. Но старший слуга сказал, что госпожа Ли Мэй лично придет позже.

— Пусть приходит.

— Вы уверены?

— Нет.

Сяо Юй растерянно посмотрела на нее.

Алина взглянула на Хэ Юя.

— Но это не значит, что я позволю ей войти.

Служанка кивнула и снова закрыла дверь.

В комнате остались только Алина и Хэ Юй.

Между ними мерцал защитный контур.

Алина больше не смотрела на системное уведомление, которое уже исчезло.

Она не нажала ни одной кнопки.

Не согласилась на оплату.

Не приняла неизвестные условия.

Пока этого было достаточно.

— Хэ Юй.

— Да?

— Если я попрошу тебя проверить, не изменилось ли что-то в моей душе, ты сможешь?

— Проверить — да. Определить причину — не обязательно.

— А если ты обнаружишь чужое присутствие?

— Я сообщу тебе.

— Даже если оно опасно?

— Особенно если оно опасно.

— А если ты решишь, что мне нельзя знать?

Хэ Юй посмотрел на нее своим черным взглядом с золотым сиянием.

— Тогда я объясню, почему решил так.

Алина не ожидала этого ответа.

— Ты не всегда объясняешь.

— Я не обязан рассказывать все, что знаю.

— Но обязан объяснять, когда вмешиваешься в мое тело?

— С этим я согласен.

Он говорил спокойно, будто это было очевидным правилом.

— Я не стану касаться твоего духовного корня или разума без разрешения. Даже если считаю, что понимаю происходящее.

Алина медленно кивнула.

Именно это она хотела услышать.

Но доверие все равно не появилось мгновенно.

Доверие не возникало из одной правильной фразы.

Оно накапливалось постепенно — как вода в сосуде, который слишком долго был пуст.

Хэ Юй направился к разрыву пространства.

— Ты уходишь?

— Мне нужно проверить внешний контур.

— А если люди Ли Мэй вернутся?

— Они увидят защиту.

— А если появится кто-то сильнее?

— Позови меня.

— Как?

Хэ Юй коснулся пальцами серебряной линии.

— Оставь ладонь на третьей связке контура и передай импульс.

— Ты почувствуешь?

— Если буду рядом с защитой — да.

— А если ты далеко?

— Тогда контур передаст сигнал.

— И ты действительно придешь?

Хэ Юй остановился.

Его настоящее лицо оставалось спокойным, почти бесстрастным.

— Я заключил с тобой договор.

Он не сказал: «Я защищу тебя».

Не дал обещания, которое выходило за пределы сделки.

Но и не стал отрицать помощь.

— Хорошо, — сказала Алина.

Хэ Юй шагнул к разрыву.

Перед тем как уйти, он вдруг обернулся.

— Цзы Циньюэ.

— Что?

— Если этот механизм снова потребует от тебя подтверждения, не соглашайся, пока не поймешь цену.

— Ты повторяешься.

— Значит, ты должна это запомнить.

— А если условия исчезнут?

— Запомни формулировку.

— А если я не успею?

— Тогда запомни хотя бы собственное ощущение.

Алина посмотрела на него.

— Ощущение?

— Иногда тело понимает опасность раньше разума.

Он исчез в разрыве пространства.

Трещина закрылась.

Алина осталась одна.

Она посмотрела на свои руки, затем на седьмую иглу.

Боль почти ушла.

Но теперь она знала: рядом с ней находилось нечто, чего она не понимала.

Нечто, что требовало плату.

Нечто, что не желало объяснять условия.

Нечто, что отреагировало на вмешательство Хэ Юя.

А еще был внешний наблюдатель.

Алина не знала, существовал ли он на самом деле.

Но после всего случившегося она больше не собиралась принимать первое объяснение за истину.

Защитный контур мерцал вокруг комнаты.

Седьмая игла молчала.

А на самом краю сознания вновь появилась едва заметная строка:

наблюдение продолжается

На этот раз Алина не стала отвечать.

Она просто закрыла глаза и прислушалась к тишине.

Где-то за пределами комнаты люди Ли Мэй готовили новый приказ.

Где-то глубже системы неизвестный механизм ждал ее решения.

А Хэ Юй — мужчина с лицом изгнанного небожителя, черными волосами с красными кончиками и золотым ореолом в черных глазах

— пока еще не знал, что его настоящая внешность впервые стала видна другому человеку.

Глава 5 Цена Отказа

После ухода Хэ Юя в комнате снова стало тихо.

Серебристые линии защитного контура мерцали вдоль стен, удерживая пространство от внешнего вмешательства. Они двигались медленно и почти бесшумно, будто продолжали следить за состоянием Алины даже без присутствия своего создателя.

Алина сидела на краю кровати и смотрела на седьмую иглу.

Острая боль исчезла, но спокойствие казалось обманчивым. Игла по-прежнему находилась внутри духовного канала, а значит, опасность никуда не делась.

Более того, теперь Алина знала, что печать была связана с чем-то внешним.

С чем-то, что могло пытаться проникнуть через ее тело.

Она закрыла глаза.

Перед внутренним взором появилось прозрачное окно.

[Стабилизация результата не завершена.]

[Для продолжения требуется дополнительная плата.]

[Варианты оплаты: карма — 1%; совесть — 1%.]

[Ожидается подтверждение владельца.]

Алина нахмурилась.

— Показать подробные условия.

[Условия относятся к внутреннему протоколу стабилизации.]

— Кто получает плату?

[Системное ядро.]

— Что именно будет списано?

[Указанный объем ресурса.]

— Что произойдет после списания совести?

Ответ появился не сразу.

[Снижение внутреннего сопротивления.]

Алина медленно сжала пальцы.

— Уточнить.

[Снижение внутреннего сопротивления.]

— Это не уточнение.

[Запрос отклонен.]

Она почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

Раньше подобные уведомления казались частью привычного механизма. Но теперь Алина не могла забыть о седьмой игле, внешнем канале и неизвестном вмешательстве.

Если кто-то действительно пытался получить доступ к ее телу, то требование заплатить совестью могло означать нечто гораздо опаснее, чем обычную потерю ресурса.

— Указать последствия отказа.

[Отказ может привести к нестабильности результата.]

— К какой именно нестабильности?

[Доступ ограничен.]

Алина усмехнулась без веселья.

— Удобно.

Она попыталась закрыть окно.

[Команда не выполнена.]

— Отложить решение.

[Команда не выполнена.]

— Отменить стабилизацию.

[Команда не выполнена.]

Перед глазами остались две кнопки.

[ПОДТВЕРДИТЬ]  [ОТКАЗАТЬСЯ]

Алина не прикоснулась ни к одной.

Она не собиралась соглашаться на условия, которые не могла проверить.

В этот момент за дверью послышались шаги.

— Госпожа?

Это была Сяо Юй.

— Войди.

Дверь открылась, и служанка осторожно вошла в комнату. В руках она держала поднос с водой и легкой едой.

— Госпожа Ли Мэй пришла лично, — сказала Сяо Юй. — С ней лекарь Шэнь и четверо охранников.

— Что ей нужно?

— Она говорит, что хочет проверить ваше состояние.

— Как заботливо.

Сяо Юй поставила поднос на стол.

— Я не впустила ее. Но она приказала открыть дверь.

— И ты открыла?

— Нет. Я сказала, что вы спите.

Алина кивнула.

— Хорошо.

— Госпожа, может быть, лучше не спорить с ней? Если она разозлится, старейшины…

— Старейшины и так уже решили, что я должна подчиняться каждому приказу.

Сяо Юй обеспокоенно посмотрела на нее.

— Но вы еще не восстановились.

— Именно поэтому я не собираюсь принимать лекарство из рук тех, кто скрывает от меня правду.

За дверью раздался холодный голос:

— Цзы Циньюэ, открой дверь.

Алина поднялась с кровати.

Тело отозвалось слабостью, однако она не позволила себе снова сесть.

— Открой.

— Госпожа…

— Я сказала, открой.

Сяо Юй медленно отодвинула засов.

За дверью стояла Ли Мэй.

На ней было темно-зеленое платье с золотой вышивкой. Ее лицо сохраняло спокойствие, но взгляд был холодным и внимательным.

Рядом с ней находился лекарь Шэнь. В руках он держал небольшую нефритовую шкатулку.

Позади них стояли четверо охранников.

Ли Мэй сразу посмотрела на серебристый защитный контур.

— Убери это.

— Я его не устанавливала.

— Тогда попроси генерала Хэ Юя убрать.

— Он не обязан выполнять ваши приказы.

Ли Мэй перевела взгляд на нее.

— Ты слишком быстро забыла свое положение.

— А вы слишком быстро забыли, что я еще не умерла.

Лекарь Шэнь нервно кашлянул.

— Цзы Циньюэ, госпожа Ли Мэй пришла помочь тебе.

— Тогда пусть скажет, чем именно.

— Лекарством.

Он поднял нефритовую шкатулку.

— Откройте, — сказала Алина.

Лекарь Шэнь замер.

— Здесь?

— Или вы хотите, чтобы я выпила его, не зная состава?

Ли Мэй холодно произнесла:

— Ты сомневаешься в лекаре, который лечил тебя много лет?

— Именно поэтому и сомневаюсь.

В комнате стало тихо.

Ли Мэй бросила на лекаря короткий взгляд.

— Открой.

Шэнь подчинился.

Внутри лежал белый флакон. От него исходил запах трав, но под ним ощущалась металлическая горечь.

Седьмая игла внутри тела Алины едва заметно дрогнула.

Алина сразу это почувствовала.

— Что входит в состав?

— Восстанавливающие травы, — ответил лекарь.

— Названия.

— Ты не разбираешься в медицине.

— Тогда названия вам ничего не стоят.

Лекарь Шэнь перечислил несколько ингредиентов.

Алина узнала один из них.

— Белый морозный корень?

— Он нужен для охлаждения духовного жара.

— При поврежденных каналах он может вызвать спазм.

— Если его неправильно приготовить.

— Кто готовил лекарство?

Лекарь Шэнь замолчал.

Ли Мэй ответила вместо него:

— Это не имеет значения.

— Значит, лекарство готовили по вашему приказу.

— Цзы Циньюэ.

— Я задала вопрос.

Ли Мэй сделала шаг вперед.

Защитный контур вспыхнул и остановил ее.

— Ты обвиняешь меня в попытке убить тебя?

— Я проверяю, почему лекарство вызывает реакцию седьмой иглы.

Ли Мэй впервые за все время изменилась в лице.

Это было едва заметно, но Алина успела увидеть.

— Ты слишком много думаешь о том, чего не понимаешь, — сказала Ли Мэй.

— Возможно, потому что вы слишком много скрываете.

— Печать была установлена для твоего же блага.

— Тогда почему она откачивала мою энергию?

Ли Мэй не ответила.

— Кто установил печать?

Молчание.

— Куда уходила энергия?

Молчание стало еще тяжелее.

— Что находится в седьмой игле?

Ли Мэй резко посмотрела на нее.

Алина поняла: именно этот вопрос задел ее сильнее всего.

— Ты не понимаешь последствий разрушения печати, — произнесла Ли Мэй.

— Потому что вы никогда их не объясняли.

— Тебе не нужно знать все.

— Это мое тело.

— Ты не способна принимать решения в таком состоянии.

— Но способна отказаться от вашего лекарства.

Ли Мэй сжала пальцы.

— Ты прячешься за защитой генерала Хэ Юя.

— Нет. Я использую возможность, которую вы не смогли у меня отнять.

Ли Мэй побледнела от злости.

— Он не станет защищать тебя вечно.

— Пока он выполняет договор, этого достаточно.

— Ты действительно думаешь, что это всего лишь договор?

— Я не думаю. Я читаю условия.

В этот момент седьмая игла вспыхнула.

Алина резко согнулась.

Перед глазами появилось окно.

[Обнаружена попытка внешнего воздействия.]

[Источник: не установлен.]

[Рекомендуется подтвердить защитный протокол.]

Алина не нажала ни одной кнопки.

Ли Мэй заметила ее реакцию.

— Что с тобой?

— Ничего.

— Лекарь Шэнь, проверь ее.

— Не подходить.

Лекарь остановился.

— Я должен осмотреть печать.

— Нет.

— Если седьмая игла активировалась…

— Вы знали, что она может активироваться?

Лекарь Шэнь побледнел.

Его взгляд метнулся к Ли Мэй.

Алина поняла: они ожидали подобной реакции.

— Ты неправильно поняла, — сказала Ли Мэй.

— Тогда объясните правильно.

— Седьмая игла связана не только с твоими духовными каналами.

— С чем еще?

— Я не обязана отвечать на все твои вопросы.

— Тогда я не обязана пить ваше лекарство.

Серебристые линии вокруг комнаты уплотнились.

Они образовали несколько колец в воздухе, отделяя Алину от остальных.

Защитный контур внезапно вспыхнул ярче.

Охранников оттолкнуло от двери.

Лекарь Шэнь с трудом удержался на ногах.

Перед глазами Алины появилось новое сообщение:

[Внешний канал временно заблокирован.]

[Попытка повторного подключения отложена.]

Алина не успела осмыслить увиденное.

Пространство возле окна дрогнуло.

Появилась тонкая трещина, и из нее вышел Хэ Юй.

Но на этот раз он пришел уже замаскированным.

Перед Алиной снова стоял непримечательный мужчина, чье лицо было трудно запомнить. Его волосы казались обычными, взгляд — спокойным, а присутствие почти не оставляло следа в памяти.

Но Алина уже знала, что под маскировкой скрывается другое лицо.

Хэ Юй сделал несколько шагов вперед и сразу заметил ее взгляд.

Она смотрела не на его нынешнюю внешность.

Она сравнивала маску с тем образом, который уже увидела раньше.

Хэ Юй понял это мгновенно.

Он давно знал, что Алина видела его настоящее лицо.

Еще после прошлого разговора он заметил, как долго она рассматривала его волосы, глаза и черты. Ее реакция была слишком осмысленной, чтобы объяснить ее обычным удивлением.

Но тогда он не стал задавать вопросов.

Теперь же сомнений не осталось.

Алина его запомнила.

— Ты вернулся, — сказала она.

— Да.

— Уже замаскированный.

Хэ Юй слегка прищурился.

— Ты заметила?

— Для остальных ты снова выглядишь обычным.

— А для тебя?

— Я видела тебя без маскировки.

Хэ Юй ничего не ответил.

Он и так это знал.

— Ты давно понял, что я тебя видела? — спросила Алина.

— Да.

— Еще тогда?

— Еще тогда.

— И ничего не сказал.

— Ты тоже ничего не сказала.

— Я ждала, пока ты сам объяснишь.

— Я ждал, пока ты сама спросишь.

Алина раздраженно посмотрела на него.

— Значит, мы оба зря теряли время.

— Возможно.

— Ты специально вернулся уже замаскированным?

— Да.

— Почему?

— Потому что не хочу, чтобы окружающие видели больше, чем им необходимо.

— Но я уже видела.

— Поэтому я и проверяю, насколько хорошо ты запомнила.

Алина нахмурилась.

— Ты проверяешь меня?

— Хочу понять, повлияла ли маскировка на твое восприятие.

— Я запомнила черные волосы с красными кончиками, черные глаза с золотым ореолом и лицо человека, который привык, что ему подчиняются.

— Последнее не относится к внешности.

— Иногда относится.

Хэ Юй едва заметно улыбнулся.

— Значит, ты действительно меня запомнила.

— Разочарован?

— Нет.

— Обеспокоен?

— Пока не решил.

Алина внимательно посмотрела на него.

Он не выглядел испуганным. Не был растерян. И явно не считал случившееся случайностью.

— Ты знаешь, почему маскировка исчезла?

— Я знаю только, что она временно перестала работать.

— А причину?

— Нет.

— Это связано со мной?

Хэ Юй посмотрел на нее внимательнее.

— Я не знаю.

— Но подозреваешь.

— Да.

— С чем?

— С твоим духовным каналом, седьмой иглой или внешним воздействием. Но это только предположения.

Он говорил осторожно и не пытался представить догадку доказанным фактом.

Алина отметила это.

Хэ Юй не видел уведомлений.

Не знал, что происходило перед ее глазами.

Не знал, что она была попаданкой.

Но уже понимал, что с ней связано нечто необычное.

— Я оставил защитный контур, — сказал он, обращаясь к Ли Мэй. — Почему внутри произошел выброс?

Ли Мэй выпрямилась.

— Это внутреннее дело клана.

— Я уже слышал эту фразу.

— Мы лишь хотели осмотреть больную.

— Тогда почему лекарь Шэнь остановился, когда она отказалась?

— Потому что она не в состоянии принимать решения.

— Она в состоянии отказаться от лекарства.

— Вы ничего не знаете о ее состоянии.

— Верно.

Хэ Юй произнес это спокойно.

— Поэтому я не утверждаю, что могу лечить ее лучше вас. Но я могу остановить тех, кто пытается приблизиться к ней без согласия.

Ли Мэй пристально посмотрела на него.

— Вы вмешиваетесь в дела моего клана.

— Вы вмешались в жизнь человека, которого я защищаю.

— Она принадлежит клану Цзы.

— Она не является собственностью клана.

Взгляд Ли Мэй стал ледяным.

— Если старейшины потребуют выдать ее, вы тоже откажетесь?

— Если она откажется — да.

Алина посмотрела на него.

Хэ Юй не решал за нее.

Он оставлял выбор ей.

— Генерал Хэ, — сказала Ли Мэй, — вы не понимаете, какую опасность создаете.

— Возможно.

— Если седьмая игла будет разрушена окончательно, пострадает не только она.

Хэ Юй перевел взгляд на Алину.

— Это правда?

— Она сказала, что игла связана с защитой клана и каким-то источником.

Хэ Юй снова посмотрел на Ли Мэй.

— С каким источником?

— Это не имеет к вам отношения.

— Если источник связан с человеком, которого я защищаю, это уже имеет ко мне отношение.

Ли Мэй не ответила.

Хэ Юй не стал давить на нее силой.

Он лишь усилил давление своей аурой.

Охранники напряглись, но не осмелились поднять оружие.

Лекарь Шэнь опустил голову.

— Ли Мэй, — произнес Хэ Юй, — заберите лекарство и уйдите.

— Вы отдаете мне приказ?

— Я сообщаю вам, что будет дальше.

Ли Мэй посмотрела на защитный контур.

— Ты не сможешь прятаться здесь вечно, Цзы Циньюэ.

— Я и не собираюсь.

— Через три дня состоится собрание старейшин. Ты явишься в зал клана.

— Нет.

— Это приказ.

— Тогда старейшины могут прийти сюда.

Ли Мэй сжала губы.

— Ты пожалеешь.

— Возможно.

Хэ Юй едва заметно повернул голову.

— Вы двое слишком часто используете это слово.

Алина посмотрела на него.

— Оно удобное.

— Согласен.

Ли Мэй резко развернулась.

— Уходим.

Охранники последовали за ней.

Лекарь Шэнь задержался у двери.

— Госпожа Цзы Циньюэ, — тихо сказал он, — вам не следует задавать некоторые вопросы.

— Почему?

— Потому что ответы могут оказаться хуже, чем вы ожидаете.

— Это угроза?

— Предупреждение.

— Сегодня все любят предупреждать.

Лекарь Шэнь опустил голову и вышел.

Дверь закрылась.

Защитный контур постепенно успокоился.

Хэ Юй посмотрел на Алину.

— Что произошло до моего возвращения?

Она могла рассказать ему о каждом уведомлении.

О внешнем воздействии.

О временной блокировке канала.

О сообщении про внешний наблюдатель.

Но Алина не знала, какая часть механизма была настоящей, а какая могла быть результатом чужого вмешательства.

Поэтому она ответила осторожно:

— Ли Мэй признала, что седьмая игла связана с передачей энергии. Но не сказала, куда именно она уходит.

— Ты почувствовала воздействие?

— Да.

— После ее слов?

— После.

— Ты видела что-нибудь еще?

Алина внимательно посмотрела на него.

Хэ Юй спрашивал не о том, чего не мог увидеть. Он просто наблюдал за ее реакцией.

— Я почувствовала давление, — сказала она. — Больше ничего.

Хэ Юй не стал настаивать.

— Хорошо.

— Ты мне не веришь?

— Я считаю, что ты не сказала всего.

— И это тебя не беспокоит?

— Меня беспокоит только то, что может угрожать твоей жизни.

— А если информация касается чего-то другого?

— Тогда ты имеешь право оставить ее при себе.

Алина ненадолго замолчала.

— Что будет, если внешний канал снова подключится?

— Не знаю.

— Но предполагаешь.

— Возможно, тот, кто находится на другой стороне, почувствует твое сопротивление.

— Ты думаешь, там кто-то есть?

— Я думаю, что канал редко существует без причины.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который я могу дать, не притворяясь всезнающим.

Алина посмотрела на его замаскированное лицо.

Теперь оно казалось ей почти ненастоящим.

Хотя именно таким Хэ Юй показывался окружающим.

— Твоя маскировка меняет не только лицо, — сказала она.

— Что еще?

— Впечатление от тебя.

— Это ее назначение.

— Я понимаю, почему ты не хочешь, чтобы другие знали, как ты выглядишь.

— Это не единственная причина.

— А какая еще?

Хэ Юй не ответил.

Алина не стала настаивать.

Она сама скрывала от него слишком многое, чтобы требовать полной откровенности.

За дверью послышались новые шаги.

Сяо Юй тихо постучала.

— Госпожа, люди Ли Мэй снова собрались у входа. На этот раз их шестеро. С ними старший слуга.

Хэ Юй повернулся к двери.

— Ты хочешь поговорить с ними? — спросил он.

— Да.

— Я останусь здесь.

— В замаскированном виде?

— Разумеется.

— Если они тебя узнают?

— Они уже знают, что я здесь.

— Но не знают, что ты выглядел иначе.

— Пусть не знают.

Алина посмотрела на него.

— Ты уверен, что маскировка больше не исчезнет?

— Теперь я контролирую ее.

— А если снова исчезнет?

— Тогда ты предупредишь меня.

— В этот раз ты сразу заметишь?

— В этот раз я буду ждать сбоя.

— Значит, раньше ты понял не сразу?

— Я понял раньше, чем ты думаешь.

— Конечно.

Хэ Юй спокойно посмотрел на нее.

— Но ты поняла раньше, чем я ожидал.

Он снова активировал маскирующую технику. Его лицо стало еще более обычным, а присутствие — почти незаметным.

Для любого другого человека Хэ Юй снова превратился в мужчину, которого невозможно запомнить.

Но Алина уже знала правду.

Она видела настоящие черты, черные волосы с темно-красными кончиками и золотой ореол в его глазах.

И теперь понимала: Хэ Юй с самого начала заметил, что она раскрыла его тайну.

Он просто позволил ей самой заговорить об этом.

За дверью снова раздался приказ открыть комнату.

Алина подошла к двери.

Хэ Юй остался за ее спиной — замаскированный, спокойный и внешне непримечательный.

Но теперь это было лишь впечатление.

— Входите, — сказала Алина.

Дверь начала открываться.

А на границе ее сознания вновь появилась знакомая строка:

[Ожидается подтверждение владельца.]

Алина не ответила.

Она не собиралась соглашаться на неизвестную цену.

Не сегодня.

И, возможно, никогда.

Глава 6Система, которая слишком много требует и голос за пределами печати

Ночью дождь закончился.

Капли стекали с изогнутых краев крыш, падали на каменные плиты внутреннего двора и разбивались серебристыми вспышками. В воздухе смешались запах мокрого дерева, лекарственных трав и остаточной духовной энергии.

Алина сидела у окна и рассматривала шкатулку, которую принес лекарь Шэнь.

Внутри лежала небольшая зеленовато-белая пилюля с тонкой золотой жилкой.

На вид — лекарство для укрепления духовных каналов.

Но стоило открыть шкатулку, как седьмая игла под ключицей отозвалась слабой болью.

Не такой, как во время нападения.

Не такой, как при появлении защитного контура Хэ Юя.

Это было узнавание.

Словно игла почувствовала знакомый след.

Алина не стала прикасаться к пилюле.

Вместо этого она мысленно открыла знакомое окно.

**_система симуляции жизни_**

**_обнаружена нестабильность_**

**_источник: внешний объект_**

**_рекомендуется принять пилюлю_**

**_для стабилизации каналов_**

Алина замерла.

Раньше она бы поверила этому сообщению.

Система уже помогала ей. Она показывала сведения о теле, открывала симуляции, предупреждала об опасности и предоставляла награды.

Но теперь уведомления начали вести себя странно.

Она осторожно коснулась строки:

**_источник: внешний объект_**

Окно дрогнуло.

Затем вспыхнуло новое сообщение.

**_предупреждение_**

**_несанкционированное_**

**_вмешательство в интерфейс_**

**_действие пользователя_**

**_признано небезопасным_**

Алина медленно откинулась к стене.

Она всего лишь проверила содержание уведомления.

Не открывала симуляцию.

Не меняла настройки.

Не использовала награду.

Почему обычное действие пользователя система признала вмешательством?

— Ты не настоящая система, — тихо сказала Алина.

Окно задрожало.

Строки начали меняться, будто кто-то пытался подобрать более подходящие слова.

**_система симуляции жизни_**

**_ошибка определения_**

**_пользователь демонстрирует_**

**_чрезмерное сопротивление_**

**_системным рекомендациям_**

Алина прищурилась.

Чрезмерное сопротивление.

Не ошибка.

Не нарушение.

Не неверное действие.

Именно сопротивление.

Словно от нее ожидали послушания.

Седьмая игла внезапно обожгла кожу.

Алина стиснула зубы.

Холодный поток пробежал по духовным каналам и попытался зацепиться за сознание. Боль была неглубокой, но слишком целенаправленной.

Пилюля внутри шкатулки покрылась тонкой черной пленкой.

Алина немедленно закрыла крышку.

В этот момент за дверью послышались шаги.

Она схватила деревянную заколку со стола.

Шаги остановились.

— Если ты собираешься бросить это в меня, — произнес знакомый голос, — выбери что-нибудь тяжелее.

Алина посмотрела на дверь.

— Давно стоишь?

— Достаточно.

— Значит, слышал, как я разговаривала сама с собой.

— Я слышал, как ты спорила с невидимым противником.

— У тебя слишком хорошее воображение.

— У меня хорошее наблюдение.

Дверь открылась.

Хэ Юй вошел бесшумно. Сегодня его внешность была скрыта маскировкой: простые темные одежды, собранные волосы, спокойное лицо без следов истинного давления.

Но Алина уже знала, что находится под этой личиной.

Черные волосы с темно-красными кончиками.

Глаза с золотым ореолом.

Лицо изгнанного небожителя.

Хэ Юй посмотрел на шкатулку, но не стал задавать вопросов.

Он не спросил, что за окно появлялось перед ней.

Не спросил, с кем она разговаривала.

Не потребовал объяснить, откуда она знает о внешнем вмешательстве.

Вместо этого он остановился у стола и сказал:

— От лекарства идет чужой энергетический след.

Алина внутренне насторожилась.

— Насколько чужой?

— Достаточно, чтобы не принимать его.

— Значит, лекарь Шэнь ошибся?

— Ошибки бывают случайными. Здесь есть намерение.

Алина сделала вид, что внимательно рассматривает шкатулку.

— Ты уверен?

— Да.

— А если это защитная печать?

— Защитная печать не должна искать путь к сознанию.

Его ответ прозвучал спокойно.

Слишком спокойно.

Алина не знала, действительно ли Хэ Юй видит чужое вмешательство или просто проверяет ее реакцию.

Он ничего не знал о системе.

И не должен был узнать.

Ни он, ни Ли Мэй, ни кто-либо другой.

Для всех остальных происходящее должно было оставаться следствием Печати Семи Игл, духовного корня и неизвестного вмешательства.

Алина мысленно закрыла системное окно.

— Я тоже почувствовала неладное.

— Когда?

— Когда игла отреагировала на шкатулку.

Хэ Юй едва заметно изменил выражение лица.

— Она реагирует на источник?

— Возможно.

— Ты видела подобную реакцию раньше?

Алина выдержала паузу.

— Только рядом с тем, что связано с печатью.

Это было правдой.

Не всей, но достаточной.

Хэ Юй не стал давить.

Он провел рукой над шкатулкой.

В воздухе появилась тонкая черная линия — не пламя, а крошечная трещина в пространстве.

Она коснулась дерева.

В ту же секунду седьмая игла вспыхнула под кожей Алины.

Боль пронзила плечо.

Алина схватилась за край стола.

— Не двигайся, — сказал Хэ Юй.

— Я и не собиралась.

— Ты собиралась ударить по шкатулке.

— Это тоже считается неподвижностью. Просто с намерением.

Хэ Юй не ответил.

Темная линия коснулась замка.

Вокруг шкатулки проступили тончайшие черные нити. Они тянулись не к пилюле, а сквозь стол, пол и дальше — прямо к духовным каналам Алины.

Хэ Юй нахмурился.

— Это якорь.

— Для чего?

— Для соединения.

— С кем?

Он не успел ответить.

В воздухе на мгновение возник силуэт, сотканный из черного дыма и золотых линий.

У него не было лица.

Только два пустых пятна там, где должны были находиться глаза.

Силуэт повернулся к Алине.

Внутри ее сознания раздался беззвучный приказ.

*Прими.*

Седьмая игла обожгла кожу.

Перед Алиной появилось новое окно.

**_система симуляции жизни_**

**_для продолжения работы_**

**_требуется дополнительная плата_**

**_карма: 1 %_**

**_совесть: 1 %_**

**_отказ приведет к потере_**

**_доступа к симуляциям_**

Алина не шевельнулась.

Передача.

Не оплата.

Именно передача.

Так могла формулироваться настоящая система?

Нет.

Настоящая система давала выбор.

Она могла предложить награду, предупредить об опасности или открыть симуляцию.

Но она не должна была торговаться с совестью.

И тем более угрожать потерей доступа.

Алина опустила взгляд, скрывая выражение лица.

Хэ Юй заметил ее напряжение.

— Что происходит?

Она ответила не сразу.

— Игла снова активировалась.

Это было безопаснее, чем говорить о появившемся окне.

— Боль усиливается?

— Пока нет.

— Если начнется потеря сознания, скажи.

— Я не собираюсь терять сознание.

— Это не всегда зависит от намерения.

Алина мысленно сосредоточилась на сообщении.

Оно изменилось.

**_важное уведомление_**

**_пользователь обнаружен_**

**_предпринимается попытка_**

**_несанкционированного отказа_**

**_подтвердите передачу:_**

**_карма — 1 %_**

**_совесть — 1 %_**

Алина почувствовала, как холодный поток пробует проникнуть глубже.

Он искал доступ к ее внутреннему решению.

Не к телу.

К выбору.

К способности сказать «да».

Алина стиснула пальцы.

Передача одного процента выглядела незначительной.

Но если сейчас она отдаст частицу совести, то в следующий раз потребуют больше.

Сначала один процент.

Потом два.

Потом половину.

А затем ей объяснят, что без разрешения она больше не может принимать решения сама.

— Нет, — произнесла Алина вслух.

Хэ Юй повернул голову.

— Кому ты это сказала?

Алина посмотрела на шкатулку.

— Игле.

Это прозвучало достаточно правдоподобно.

— Она тебя слышит?

— Не словами.

Хэ Юй не стал расспрашивать.

Он только поднял руку.

Вокруг Алины сомкнулся темный защитный контур. Он не касался тела и не сдавливал духовные каналы, но отрезал их от черных нитей.

Системное окно дрогнуло.

**_ошибка_**

**_постороннее вмешательство_**

**_препятствует синхронизации_**

**_внешний источник защиты_**

**_обнаружен_**

Алина заметила, что имя Хэ Юя не появилось.

Чужая воля не знала его личности.

Она знала только, что рядом находится сила, мешающая соединению.

Это было полезно.

Хэ Юй внимательно посмотрел на черные нити.

— Кто-то пытается подключиться к твоим каналам.

— Через печать?

— Да.

— И лекарство помогает ему закрепиться?

— Похоже на то.

Алина заставила себя сохранять спокойствие.

— Можно разорвать соединение?

— Можно.

— Тогда почему ты еще не сделал этого?

— Потому что грубый разрыв может повредить твое сознание.

— А мягкий?

— Потребует времени.

— Сколько?

— Пока не знаю.

— Значит, придется узнать.

Хэ Юй посмотрел на нее.

— Ты слишком спокойно говоришь о том, что кто-то пытается проникнуть в твой разум.

— Если начну паниковать, он исчезнет?

— Нет.

— Тогда паниковать невыгодно.

В его взгляде промелькнуло что-то похожее на одобрение.

Хэ Юй усилил защитный контур.

Черные нити натянулись и начали рваться одна за другой. В комнате запахло гарью.

Седьмая игла вспыхнула.

Алина едва не вскрикнула, но удержалась.

Боль была невыносимой.

Не физической — духовной.

Казалось, кто-то пытался выдернуть из нее саму возможность выбора.

Внутри сознания снова прозвучал беззвучный голос:

*согласись.*

Алина закрыла глаза.

*Ты не имеешь права.*

Холодный голос ответил:

*пользователь обязан подчиняться.*

Алина сжала зубы.

*Я не твой пользователь.*

Перед глазами возникло системное окно.

**_опасность_**

**_пользователь нарушает_**

**_обязательное условие_**

**_последствие: блокировка_**

**_системных функций_**

Алина почти рассмеялась.

— Вот теперь ты выдала себя.

Хэ Юй резко посмотрел на нее.

— Что?

Алина открыла глаза.

— Я сказала, что игла выдала себя.

Он ничего не ответил.

Но его взгляд стал внимательнее.

Алина мысленно обратилась к окну.

*Если ты настоящая система, покажи исходный протокол.*

Ничего.

*Покажи источник сообщения.*

Ничего.

*Покажи журнал изменений.*

Черные буквы задрожали.

Затем появились новые строки.

**_ошибка доступа_**

**_функция временно недоступна_**

**_причина: внешний канал_**

**_настоящий источник команд_**

**_не подтвержден_**

У Алины перехватило дыхание.

Настоящий источник команд не подтвержден.

Значит, система сама не признавала часть сообщений своими.

Она была заражена.

Или ее интерфейс перехватили.

Алина открыла глаза.

— Хэ Юй.

— Говори.

— Сломай не печать.

Он чуть нахмурился.

— Что?

— Не разрушай ее полностью. Внутри есть настоящий канал. Если уничтожить всё, мы можем потерять возможность понять, кто за этим стоит.

Хэ Юй внимательно посмотрел на нее.

— Ты уверена?

— Нет.

— Тогда почему говоришь так, будто уверена?

— Потому что разрушить всё всегда проще. А я не хочу выбирать простой вариант, если он может убить меня вместе с врагом.

Несколько секунд Хэ Юй молчал.

Затем его сила изменилась.

Темное пламя вокруг руки стало глубже, почти черным. Внутри него мелькнули звезды и тонкие сияющие линии — словно на мгновение открылась его внутренняя вселенная.

Хэ Юй не стал рвать печать.

Он отделил один слой от другого.

Черные нити начали втягиваться в его ладонь.

Вместе с ними из духовных каналов Алины вытянулся чужой след.

Перед глазами снова появилось окно.

На этот раз оно было спокойным.

**_система симуляции жизни_**

**_внешний канал временно_**

**_изолирован_**

**_доступ к основным функциям_**

**_сохранен_**

**_принудительные требования_**

**_отсутствуют_**

Алина застыла.

Это окно выглядело иначе.

В нем не было угрозы.

Не было требований.

Не было попытки подтолкнуть ее к нужному решению.

Только информация.

Настоящая или очередная подделка — она пока не знала.

Но впервые за ночь система не пыталась заставить ее поверить.

Окно исчезло.

Черные нити вокруг шкатулки рассыпались.

Пилюля внутри покрылась трещинами и превратилась в серый порошок.

Алина медленно выдохнула.

Хэ Юй убрал руку.

Темная энергия вокруг него исчезла, но слабая защитная линия осталась возле ее духовных каналов.

— Удалось? — спросила она.

— Временно.

— То есть они могут повторить попытку?

— Да.

— И будут знать, что попытка не удалась?

— Вероятно.

Алина посмотрела на серый порошок.

— Значит, теперь они знают, что я сопротивляюсь.

— Они знали это раньше.

— Тогда теперь знают, что я не одна.

Хэ Юй ничего не сказал.

— Это плохо? — спросила Алина.

— Для них — да.

— А для меня?

— Зависит от того, насколько хорошо ты умеешь скрывать свои намерения.

— Лучше, чем ты думаешь.

— Я уже понял.

В комнате повисла пауза.

Алина снова почувствовала усталость. Плечо ныло, в висках пульсировала боль.

Хэ Юй заметил это.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Мне нужно проверить Ли Мэй.

— Она под наблюдением.

Алина насторожилась.

— Чьим?

— Моим.

— Ты следишь за ней?

— За всеми, кто связан с печатью.

— И за мной?

— Тоже.

— Какая неожиданность.

— Но иначе.

Алина посмотрела на него.

— В чем разница?

— За остальными я наблюдаю, чтобы определить угрозу.

Он сделал короткую паузу.

— За тобой — чтобы не пропустить момент, когда угроза станет опасной для тебя.

Сердце Алины сбилось с ритма.

Она отвела взгляд.

— Это почти звучит как забота.

— Не делай поспешных выводов.

— Я и не делаю.

— Хорошо.

— Я просто запоминаю формулировки.

— Это тоже опасно.

— Почему?

— Потому что ты можешь начать использовать их против меня.

Алина посмотрела на него с легкой усмешкой.

— Уже начала.

На этот раз Хэ Юй почти улыбнулся.

Почти.

Алина первой отвела взгляд.

— Я иду к Ли Мэй.

— Нет.

— Это не просьба.

— Ты едва стоишь.

— Но стою.

— Пока.

— Ты всегда такой несносный?

— Только когда собеседник пытается сделать вид, что не ранен.

Алина обошла стол и остановилась перед ним.

— Если канал связан с Ли Мэй, я должна знать, что с ней происходит.

— Узнаешь.

— От кого?

— От меня.

— Я не доверяю тебе настолько.

— Знаю.

— Тогда не решай за меня.

Хэ Юй посмотрел на нее сверху вниз.

Он не приближался и не касался ее.

Просто оставался рядом, спокойно удерживая границу.

— Если пойдешь со мной, будешь выполнять мои указания.

— А если не соглашусь?

— Останешься здесь.

— Это приказ?

— Условие безопасности.

— Очень удобная формулировка.

— Я стараюсь.

Алина несколько секунд смотрела на него, затем протянула руку.

— Договор.

Хэ Юй взглянул на ее ладонь.

— Ты заключаешь договор на всё?

— Только на то, что может закончиться моей смертью.

Он пожал ей руку.

Его пальцы были холодными.

На коже вспыхнула тонкая черно-золотая линия и исчезла.

Защитная связь закрепилась.

Не подчинение.

Не контроль.

Обоюдное условие.

— Если нарушишь договор, — сказала Алина, — я разорву его.

— Если нарушу, позволю тебе это сделать.

Алина подняла взгляд.

Но Хэ Юй уже отвернулся к двери.

— Идем, Цзы Циньюэ.

Она задержалась на мгновение.

На столе оставалась только серая пыль от пилюли.

В глубине сознания сохранялся слабый след чужого присутствия.

Кто-то пытался войти через Печать Семи Игл.

Кто-то знал о ее духовных каналах.

Кто-то выдавал себя за голос, которому она должна подчиняться.

Но теперь Алина знала главное.

Системные сообщения нельзя принимать на веру.

Хэ Юй не знал о ее тайне.

И не должен был узнать.

Пока она не поймет, кто именно стоит за чужим голосом, Алина будет говорить ему только о печати, духовных каналах и вмешательстве.

Остальное останется ее секретом.

Она вышла вслед за генералом в темный коридор.

А где-то глубоко внутри сознания погасла последняя строка чужого окна:

**_внешний канал сохранен_**

**_повторная попытка подключения_**

**_отложена_**

Алина остановилась.

Затем мысленно закрыла его.

На этот раз — без страха.

Глава 7 Пробуждение сквозь печать

Боль ушла не сразу.

Сначала исчезло жжение в седьмой игле. Потом ослабло давление на грудь. И только спустя несколько долгих вдохов Алина смогла разжать пальцы, впившиеся в край стола.

В комнате пахло лекарственными травами, пеплом и раскаленным металлом.

На полу темнели обломки чаши, в которой еще недавно находилось лекарство лекаря Шэня. Серебристая жидкость растеклась по каменным плитам, но не впиталась в них. Вместо этого она медленно собиралась в тонкую извивающуюся линию.

Словно пыталась найти путь обратно.

Алина смотрела на нее, не моргая.

Тонкая линия дрогнула и потянулась к ее ноге.

— Не двигайся, — тихо сказал Хэ Юй.

Он стоял между ней и пятном лекарства.

На его ладони мерцала темная сила. Внутри черного сияния плавали крошечные золотые звезды, похожие на далекие искры в бездонном небе.

Хэ Юй опустил руку.

Пространство перед ним сжалось.

Серебристая жидкость издала бесшумный всплеск и исчезла в черном свете.

Но вместе с ней исчезло не всё.

На полу остался тонкий красноватый след.

Он напоминал волос.

Или нить.

Алина почувствовала, как внутри снова шевельнулась седьмая игла.

— Ты уничтожил лекарство? — спросила она.

— Нет.

— Тогда что именно?

— Связь.

Ответ прозвучал слишком спокойно.

Алина подняла взгляд.

Хэ Юй стоял в нескольких шагах от нее. Его лицо оставалось холодным, но золотой ореол вокруг зрачков стал ярче.

— Связь с чем?

Он посмотрел на красную нить.

— С тем, кто пытался войти в твое тело.

Алина ничего не ответила.

Ее сердце билось ровно. Слишком ровно для человека, который только что едва не потерял контроль над собственным сознанием.

И это пугало сильнее самой боли.

Перед глазами на мгновение вспыхнуло знакомое окно.

**_система симуляции жизни_**

**_внешний канал: временно изолирован_**

**_статус ядра: нестабилен_**

**_доступ к функциям: ограничен_**

**_предупреждение:_**

**_обнаружен остаточный след_**

Алина не позволила себе даже моргнуть.

Хэ Юй не должен был заметить это.

Она медленно опустила взгляд на собственные руки.

— Ты сказал, что связь разорвана.

— Основная — да.

— А остаточная?

Его глаза стали чуть уже.

— Значит, ты тоже ее чувствуешь.

Алина мысленно выругалась.

— Я чувствую только боль.

— Ложь.

Слово прозвучало без обвинения. Просто как вывод.

Алина подняла голову.

— Ты ведь сам говорил, что не терпишь лжи.

— Я говорил, что не терплю тех, кто лжет, когда от этого зависит их жизнь.

— А если я не хочу отвечать?

— Тогда скажи, что не хочешь.

Он приблизился на шаг.

Не слишком близко.

Хэ Юй всегда держал между ними расстояние, словно понимал: даже помощь может стать разновидностью давления, если ее навязать.

— Хорошо, — сказала Алина. — Я не хочу отвечать.

Он посмотрел на нее еще несколько секунд, затем кивнул.

— Тогда не отвечай.

Эта уступка почему-то раздражала сильнее, чем настойчивые расспросы.

Алина отвернулась.

На полу красный след начал исчезать. Но перед тем, как раствориться, он оставил на камне знак.

Треугольник, перечеркнутый семью линиями.

Она видела его впервые.

И одновременно знала, что уже встречала.

Не здесь.

В симуляции.

Возможно.

Или в чужом воспоминании, которое не принадлежало ни настоящей Цзы Циньюэ, ни ей самой.

Внутри головы промелькнул образ:

черный зал;

семь пустых мест;

человек в белой маске;

и голос, произносящий:

> «Пока седьмая игла не будет закреплена, сосуд нельзя использовать».

Алина резко сжала пальцы.

— Что ты увидела? — спросил Хэ Юй.

— Ничего.

— На этот раз ты сказала слишком быстро.

Она бросила на него раздраженный взгляд.

— Ты хочешь, чтобы я отвечала медленнее?

— Я хочу, чтобы ты перестала делать вид, будто не замечаешь очевидного.

— А я хочу, чтобы люди перестали пытаться проткнуть меня иглами, напоить неизвестными лекарствами и подключить к чужим каналам. Но, похоже, сегодня желания не исполняются.

В уголках его губ что-то дрогнуло.

Не улыбка.

Скорее, ее тень.

— Это уже больше похоже на тебя.

— Не уверена, что воспринимаю это как комплимент.

— Я тоже.

Алина хотела ответить, но в этот момент за дверью раздались шаги.

Хэ Юй мгновенно изменился.

Его лицо стало совершенно неподвижным, а черная энергия вокруг ладони исчезла. Красная нить на полу растворилась окончательно.

Дверь открылась.

В комнату вошел старый слуга клана Цзы. Он остановился у порога и поклонился.

— Госпожа, глава клана требует вашего присутствия.

— Сейчас?

— Немедленно.

Хэ Юй не повернул головы.

— Кто еще присутствует на собрании?

Слуга на мгновение замешкался.

— Старейшины внутренних ветвей. Лекарь Шэнь. Госпожа Ли Мэй также получила приглашение.

Алина почувствовала, как седьмая игла неприятно отозвалась холодом.

Ли Мэй.

Если лекарство лекаря Шэня было частью ловушки, Ли Мэй наверняка знала о нем. Но насколько много?

И главное — знала ли она о внешнем канале?

— Я пойду, — сказала Алина.

— Нет, — одновременно произнес Хэ Юй.

Она повернула голову.

— Простите?

— Ты едва восстановила дыхание. Собрание можно отложить.

— А можно и не отложить. Если старейшины решили обсудить мое тело, я предпочитаю присутствовать лично.

— Это опасно.

— Я заметила.

— Циньюэ, — сказал Хэ Юй, заметив ее замешательство. — То, что произошло, еще не закончилось. Если они попытаются воздействовать на иглу снова…

— Тогда я узнаю об этом раньше, чем они успеют закончить.

— Ты не можешь быть уверена.

— Не могу.

Она встала.

Колени дрогнули, но Алина не позволила себе опереться о стол.

Хэ Юй сделал движение, словно хотел поддержать ее, но остановился.

Эта сдержанность была почти ощутимой.

— Вот поэтому я и иду, — сказала она. — Потому что если я останусь здесь, они решат, что могут делать со мной всё, что захотят.

Хэ Юй долго смотрел на нее, потом отошел в сторону.

— Тогда я пойду рядом.

— Это приглашение на собрание распространяется на генералов?

— Нет.

— Значит, тебя не пустят.

— Пусть попробуют.

Слуга побледнел.

Алина устало прикрыла глаза.

— Только не устраивай резню в родовом зале.

— Я не собирался.

— Ты сказал это слишком быстро.

— Я учусь.

Она почти улыбнулась.

Почти.

***

Внутренний зал клана Цзы находился под землей.

Туда вели три лестницы, защищенные формациями. На стенах горели белые лампы, но их свет был холодным и не разгонял тени.

Каждый шаг отдавался в теле Алины неприятной вибрацией.

Седьмая игла молчала.

Именно это беспокоило больше всего.

Слишком долго она не подавала признаков.

Обычно печать реагировала на опасность. Теперь же она словно затаилась, превратившись в тонкую нить внутри духовных каналов.

Хэ Юй шел рядом.

Он не касался ее, но его присутствие ощущалось как невидимая стена.

Когда они подошли к дверям зала, он остановился.

— Дальше я войду один.

Алина посмотрела на него.

— Ты сам сказал, что пойдешь рядом.

— Я сказал, что пойду рядом. Не сказал, что позволю тебе войти первой.

— А если я войду первой?

— Тогда я войду следом.

— Ты видишь разницу?

— Вижу.

— И в чем она?

— Если за дверью есть ловушка, она сработает на мне раньше.

Алина замерла.

— Ты решил использовать себя как щит?

— Я решил проверить, насколько они готовы рискнуть.

— Это не одно и то же.

— Для меня — почти.

Она хотела возразить, но он уже открыл дверь.

Внутри находилось около десяти человек.

Во главе стола стояло пустое кресло главы клана.

Цзы Лян по-прежнему находился в коме и не мог присутствовать на собрании. Временное руководство внутренними делами клана осуществлял старший хранитель Цзы Жэнь — сухощавый мужчина с седыми висками и тяжелым взглядом.

Рядом с ним стояла Ли Мэй.

Она выглядела спокойно.

Слишком спокойно.

Лекарь Шэнь сидел напротив, опустив глаза. Его руки лежали на коленях, пальцы были сцеплены.

Несколько старейшин повернули головы к Хэ Юю.

Самый старший из них нахмурился.

— Генерал Хэ, это семейное собрание.

— Тогда вам не о чем беспокоиться.

— Мы не приглашали вас.

— Я знаю.

— В таком случае…

— Продолжайте, — перебил Хэ Юй. — Я не собираюсь мешать.

Старейшина сжал губы, но спорить не стал.

Алина прошла к свободному месту.

Ли Мэй посмотрела на нее всего мгновение, но этого хватило.

В ее глазах мелькнул страх.

Не за себя.

За Циньюэ.

Значит, она знала.

Не всё. Но достаточно.

Цзы Жэнь поднял руку.

— Сегодняшнее собрание касается состояния Циньюэ.

— Моего состояния? — переспросила Алина.

— Да.

— Тогда странно, что меня вызвали последней.

Несколько старейшин недовольно переглянулись.

Лекарь Шэнь опустил голову ниже.

— После пробуждения духовного корня состояние госпожи Циньюэ стало нестабильным, — сказал он. — Печать повреждена, духовные каналы перегружены. Если не принять меры, тело может не выдержать.

— Какие именно меры?

Лекарь Шэнь поднял взгляд.

— Необходим повторный сеанс лечения.

Седьмая игла внутри тела Алины дрогнула.

Она ничего не сказала.

Хэ Юй, стоявший у стены, заметил движение ее плеча.

— Каким образом будет проходить лечение? — спросил он.

Лекарь Шэнь посмотрел на него с раздражением.

— Это не касается вас.

— Если лечение снова связано с седьмой иглой, касается.

В зале стало тихо.

Цзы Жэнь медленно повернул голову к лекарю.

— Шэнь Ло, ты использовал седьмую иглу во время прошлого сеанса?

Лекарь Шэнь побледнел.

— Я использовал стандартную процедуру стабилизации.

— Это не ответ, — сказал Хэ Юй.

Старейшина слева резко ударил ладонью по столу.

— Генерал Хэ, вы переходите границы!

— Нет, — спокойно ответил Хэ Юй. — Я только называю вещи своими именами.

В воздухе стало тяжелее.

Алина чувствовала, как духовная энергия в зале собирается вокруг формаций.

Защитные барьеры.

Или удерживающие.

Она скользнула взглядом по полу.

Под слоем пыли виднелись семь тонких линий, сходящихся к ее месту.

Седьмая игла отреагировала холодом.

Это была не обычная формация клана Цзы.

Внутри нее присутствовал тот же треугольный знак, который остался на полу в лечебной комнате.

Алина медленно положила ладонь на край стола.

Не прикасаясь к формации напрямую, она направила тонкую струю духовной энергии вниз.

Ответ пришел мгновенно.

В сознании прозвучал тихий щелчок.

**_система симуляции жизни_**

**_обнаружена формация внешнего происхождения_**

**_назначение: фиксация канала_**

**_предупреждение:_**

**_не активировать_**

Алина убрала энергию.

Но было поздно.

В центре зала вспыхнула одна из линий.

Лекарь Шэнь вскочил.

— Что вы сделали?!

— Я? — Алина медленно подняла глаза. — Это ведь ваша формация.

Ли Мэй резко повернулась к лекарю.

— Ты сказал, что она неактивна.

— Она не должна была активироваться!

— Значит, вы лгали, — произнес Цзы Жэнь.

В его голосе впервые появилась сталь.

Формация под ногами начала раскрываться.

Семь линий зажглись одна за другой.

Хэ Юй оказался рядом с Циньюэ раньше, чем остальные успели подняться.

— Не сопротивляйся напрямую, — сказал он.

— Я и не собиралась.

— Хорошо.

— Но у меня есть план.

— Еще лучше.

Алина бросила ему быстрый взгляд.

— Ты даже не спросишь, какой?

— Если он плохой, ты всё равно его осуществишь.

— Наконец-то ты начинаешь меня понимать.

Она опустилась на одно колено и прижала ладонь к каменному полу.

Внутри формации шевелилась чужая энергия. Она пыталась найти седьмую иглу, но канал был поврежден после вмешательства Хэ Юя.

Система не предлагала ей никаких действий.

Только предупреждение.

Значит, решение должно было быть ее собственным.

Алина направила Янскую энергию не наружу, а внутрь себя.

Зеленое сияние вспыхнуло в ее волосах.

Несколько старейшин вскрикнули.

— Духовный корень Янского дерева!

— Невозможно…

— Она не должна была пробудиться так рано!

Алина услышала эти слова.

И запомнила.

Хэ Юй тоже услышал.

Его взгляд стал тяжелее.

Она сжала зубы и повернула энергию по обратному пути.

Не разрушить формацию.

Не вступать с ней в борьбу.

Показать ей пустоту.

Седьмая игла должна была стать якорем. Но если через нее не проходила энергия, внешнему каналу нечем было закрепиться.

Линии на полу задрожали.

Одна погасла.

Потом вторая.

Лекарь Шэнь попытался направить в формацию духовную силу.

Хэ Юй поднял руку.

Черная вселенная раскрылась за его спиной.

Не полностью. Лишь на мгновение.

Но этого хватило.

Энергия лекаря Шэня исчезла в пустоте.

Формация погасла.

В зале повисла тишина.

На каменном полу остался только один знак.

Треугольник, перечеркнутый семью линиями.

Алина смотрела на него.

Теперь она была уверена.

Этот знак не принадлежал лекарю Шэню.

Он был частью организации, которая стояла за печатью.

— Цзы Жэнь, — тихо сказала Ли Мэй. — Уведите Циньюэ отсюда.

— Ты знала о формации? — спросил он.

Ли Мэй не ответила.

Лекарь Шэнь внезапно бросился к двери.

Хэ Юй даже не повернул головы.

Пространство перед лекарем сложилось, и тот рухнул на колени, словно невидимая гора прижала его к полу.

— Кто передал тебе этот знак? — спросил Хэ Юй.

Лекарь Шэнь молчал.

Хэ Юй посмотрел на него.

В его глазах мерцали золотые кольца.

— Я задам вопрос только один раз.

Лекарь Шэнь стиснул зубы.

— Вы ничего не понимаете.

— Тогда объясни.

— Если я скажу, они убьют меня.

— Если промолчишь, я оставлю тебя им.

Лекарь Шэнь задрожал.

Ли Мэй закрыла глаза.

Алина заметила, как ее пальцы сжались в кулак.

И поняла: Ли Мэй знала, кто такие «они».

Но не могла произнести это вслух.

Хэ Юй сделал шаг вперед.

— Последний раз. Кто стоит за Печатью Семи Игл?

В этот момент седьмая игла вспыхнула.

Не болью.

Голосом.

Он прозвучал только в голове Алины.

**_не доверяй ему_**

Алина не шелохнулась.

Система молчала.

Хэ Юй смотрел на лекаря.

Цзы Жэнь — на Ли Мэй.

Алина поняла, что чужая воля не исчезла.

Она лишь отступила.

И теперь ждала подходящего момента.

Алина подняла голову и встретилась взглядом с Хэ Юем.

Он заметил перемену в ее лице.

— Что произошло?

Она могла сказать правду.

Могла сказать, что услышала голос.

Могла попросить его проверить седьмую иглу.

Но тогда пришлось бы объяснить слишком многое.

Поэтому Алина лишь ответила:

— Ничего.

Хэ Юй не поверил.

Но не стал давить.

Он только встал ближе.

Так, чтобы между ней и всеми остальными не осталось свободного пространства.

Алина посмотрела на погасшую формацию.

Потом на лекаря Шэня.

Потом на Ли Мэй.

След оставался.

Внешний канал был изолирован, но не уничтожен.

А значит, впереди их ждало не лечение.

А расследование.

И тот, кто создал Печать Семи Игл, уже знал, что Циньюэ начала сопротивляться.

***

Но прежде чем кто-либо успел отдать новый приказ, за дверями раздались торопливые шаги.

В зал вбежал молодой слуга. Он остановился у порога, тяжело дыша, и поклонился.

— Старейшины! Глава клана пришел в сознание!

Все повернули головы.

— Цзы Лян? — резко спросил Цзы Жэнь.

Слуга кивнул.

— Но он очень слаб. Лекарь сказал, что пробуждение произошло внезапно. Духовное давление распространилось по внутреннему двору в тот момент, когда здесь активировалась формация.

Алина почувствовала холод в груди.

Значит, всплеск внешнего канала достиг не только ее.

Он задел и Цзы Ляна.

— Он может говорить? — спросил Хэ Юй.

— С трудом. Но сознание ясное. Он приказал привести к нему всех, кто находится в этом зале.

Лекарь Шэнь заметно побледнел.

Ли Мэй опустила взгляд.

Через несколько мгновений в зал вошли двое слуг. Между ними они поддерживали Цзы Ляна.

Он выглядел совсем не так, как здоровый глава клана.

Лицо было бледным, губы почти бесцветными. Его волосы растрепались, дыхание оставалось тяжелым. На плечах лежал толстый плащ, но даже в нем Цзы Лян заметно дрожал.

Каждый шаг давался ему с трудом.

Один из слуг поставил рядом с ним кресло. Цзы Лян опустился в него и закрыл глаза. Несколько секунд он просто восстанавливал дыхание.

Лекарь Шэнь поспешно подошел к нему.

— Глава клана, вам нельзя было вставать. Ваши духовные каналы еще не восстановились.

Цзы Лян медленно открыл глаза.

Взгляд его был слабым, но ясным.

— Я знаю.

Голос прозвучал хрипло.

Он перевел взгляд на разрушенную формацию, затем на лекаря Шэня.

— Но если я останусь в постели, пока другие используют мой клан как часть неизвестного ритуала, это будет выглядеть еще хуже.

— Вы только что вышли из комы, — тихо напомнила Ли Мэй. — Вам необходимо вернуться в лечебные покои.

— Вернусь, когда закончу здесь.

Цзы Лян попытался выпрямиться, но тут же побледнел сильнее. Слуга поддержал его за плечо.

Хэ Юй внимательно посмотрел на него.

— Ваше пробуждение связано с формацией?

— Вероятно, — ответил Цзы Лян. — Я помню только обрывки. Сначала был глубокий сон. Затем я почувствовал, как кто-то коснулся духовных каналов клана. После этого в моем сознании появился голос.

Алина напряглась.

— Что он сказал?

Цзы Лян посмотрел на нее.

— Не слова. Скорее приказ. Мне велели не просыпаться.

В зале стало тихо.

Лекарь Шэнь опустил голову.

Цзы Лян заметил его реакцию.

— Шэнь Ло, ты знал о внешнем канале?

Лекарь не ответил.

— Я задал вопрос, — с трудом, но твердо произнес Цзы Лян.

— Глава клана, я…

— Не оправдывайся.

Цзы Лян поднял руку, однако движение далось ему тяжело. Пальцы задрожали, и ему пришлось опереться на подлокотник.

— Закройте внутренние ворота, — приказал он слугам. — Никто не покидает клан без моего разрешения.

— Глава клана, вам нельзя отдавать приказы в таком состоянии, — возразил лекарь Шэнь.

Цзы Лян слабо усмехнулся.

— Тогда считай, что это последнее распоряжение человека, который еще не умер.

Улыбка исчезла с его лица.

— И приведите сюда всех, кто связан с этой формацией. Никого не выпускать.

Слуга поклонился и поспешно вышел.

Цзы Лян снова посмотрел на разрушенный знак.

— Что произошло?

Хэ Юй ответил:

— Через формацию пытались установить канал к Циньюэ и ее седьмой игле.

Цзы Лян перевел взгляд на дочь.

Несмотря на слабость, его глаза стали тревожными.

— Циньюэ, ты ранена?

— Я могу стоять и говорить.

— Это не ответ.

— Канал изолирован, — сказал Хэ Юй. — Но не уничтожен.

Цзы Лян прикрыл глаза, словно собираясь с силами.

— Тогда нужно выяснить, кто его создал.

Он снова открыл глаза и посмотрел на лекаря Шэня.

— Шэнь Ло, ты использовал седьмую иглу во время лечения?

Лекарь побледнел.

— Я проводил стандартную процедуру стабилизации.

— Я спросил не о процедуре.

Голос Цзы Ляна был слабым, но в нем появилась прежняя власть главы клана.

Лекарь Шэнь молчал.

Хэ Юй сделал шаг вперед.

— Он не скажет.

— Почему?

— В его духовном море находится клятвенная печать. Если он назовет имя того, кто отдал приказ, печать активируется.

Цзы Лян тяжело вдохнул.

Даже этот короткий разговор отнял у него силы.

— Тогда сначала запереть его, — приказал он. — Но не убивать. Он знает, кто передал знак.

— Глава клана, — вмешался один из старейшин, — вы только что проснулись после комы. Вам следует немедленно вернуться в лечебные покои.

Цзы Лян посмотрел на него.

— Я вернусь.

Он с трудом поднялся, но почти сразу пошатнулся. Слуги поддержали его с обеих сторон.

— Но перед этим я отдам последние распоряжения.

Он медленно осмотрел зал.

— Уведите Циньюэ в защищенное помещение.

— Я останусь здесь, — сказала Циньюэ.

— Нет.

— Отец…

— Это не обсуждается.

Он говорил тихо, но твердо.

— Ты только что стала целью внешнего канала. Пока мы не поймем, кто управляет этой формацией, ты не должна оставаться в открытом зале.

Хэ Юй посмотрел на Цзы Ляна.

— Я буду рядом с Циньюэ.

Цзы Лян с трудом перевел взгляд на него.

— Защити ее.

— Защищу.

— И не позволяй никому снова проводить над ней лечение без ее согласия.

Взгляд Хэ Юя стал холоднее.

— Этого больше не произойдет.

Цзы Лян кивнул, после чего снова опустился в кресло.

Он явно держался только силой воли.

Ли Мэй подошла к нему.

— Теперь вам нужно вернуться в лечебные покои.

Цзы Лян не возразил.

— Да. Но сначала выясните, сколько людей знало о формации.

Он посмотрел на лекаря Шэня.

— И не позволяйте ему умереть до допроса.

После этого слуги начали выводить его из зала.

Однако у дверей Цзы Лян остановился и обернулся к Циньюэ.

— Циньюэ.

Она подняла голову.

— Что?

— Я проснулся не потому, что выздоровел. Не забывай об этом.

— Я понимаю.

— Хорошо.

Он тяжело вдохнул.

— Значит, ты понимаешь и другое: тот, кто разбудил меня, сделал это не из милости.

Цзы Ляна вывели из зала.

Алин

Глава 8 Цена молчания

Цзы Ляна вывели из зала медленно.

Он пытался идти сам, но после нескольких шагов дыхание сбилось, и слугам пришлось крепче поддержать его под руки. Даже в слабом свете подземных ламп было видно, насколько сильно он истощен.

Он проснулся после долгой комы, но это пробуждение нельзя было назвать выздоровлением.

Его лицо оставалось бледным, пальцы дрожали, а каждый вдох давался с трудом.

Однако взгляд главы клана снова был ясным.

И этого оказалось достаточно, чтобы в зале изменилось всё.

Старейшины больше не переговаривались между собой. Лекарь Шэнь перестал делать вид, что сохраняет спокойствие. Даже Ли Мэй, обычно скрывавшая эмоции, не могла отвести глаз от двери, за которой исчез Цзы Лян.

Цзы Жэнь первым нарушил молчание.

— Запереть лекаря Шэня в подземном изоляторе.

Двое стражников подошли к лекарю.

Тот не сопротивлялся.

Он лишь медленно поднял голову и посмотрел на Цзы Жэня.

— Если вы запечатаете мои духовные каналы, клан не узнает правду.

— А если не запечатаем, ты можешь попытаться уничтожить печать в своем духовном море, — ответил Цзы Жэнь. — Я не собираюсь давать тебе такую возможность.

— Вы не понимаете, с чем столкнулись.

— Тогда объясни.

Лекарь Шэнь усмехнулся, но в этой усмешке не было уверенности.

— Даже если я объясню, вы всё равно не сможете ничего изменить.

— Это решать не тебе.

Стражники взяли лекаря под руки.

В этот момент Хэ Юй посмотрел на Алину.

— Ты идешь со мной.

Она устало выпрямилась.

— Я могу идти сама.

— Я знаю.

— Тогда почему говоришь так, будто собираешься меня унести?

— Потому что ты едва стоишь.

Алина хотела возразить, но седьмая игла отозвалась внутри тела слабой болью. Ноги действительно стали тяжелее.

Она не позволила себе показать это.

— Я не собираюсь возвращаться в лечебные покои.

— Я тоже.

— Тогда куда мы идем?

Хэ Юй перевел взгляд на Цзы Жэня.

— В защищенное помещение. Нужно проверить, остался ли на ней след внешнего канала.

— Я не позволю проводить надо мной еще один сеанс лечения, — сказала Алина.

— Я не говорил о лечении.

Его голос был ровным.

— Но если ты продолжишь считать любую проверку лечением, это будет мешать.

— После сегодняшнего дня у меня есть причины быть осторожной.

— Есть.

Он не стал спорить.

Это немного успокоило ее.

Цзы Жэнь поднял руку, останавливая стражников.

— Подождите.

Он посмотрел на Хэ Юя.

— Подземное хранилище находится под защитой старых формаций. Если внешний канал действительно связан с седьмой иглой, там Циньюэ будет в большей безопасности.

— Именно поэтому я и предлагаю отвести ее туда.

— А ты?

— Останусь рядом.

Цзы Жэнь нахмурился.

— Это внутреннее хранилище клана.

— Тогда считайте, что я временно стал частью его охраны.

— Я не давал тебе разрешения.

— Но и не запретили.

Старейшина у стены резко поднялся.

— Цзы Жэнь, вы действительно собираетесь позволить чужаку вмешиваться во внутренние дела клана?

Хэ Юй медленно повернул голову.

— Если бы я был чужаком, формация уже забрала бы Циньюэ.

— Ты говоришь так, словно спас ее.

— Я не говорил, что спас.

— Тогда не приписывай себе заслуги.

— Я ничего себе не приписываю. Просто объясняю, почему она всё еще стоит перед вами.

Старейшина замолчал.

Алина посмотрела на Хэ Юя.

Он говорил спокойно, но вокруг него уже собиралась тяжелая сила. Не настолько заметная, чтобы напугать остальных, но достаточная, чтобы показать: еще одно слово — и спор перестанет быть словесным.

— Прекратите, — произнесла она.

Хэ Юй сразу посмотрел на нее.

— Что?

— Я не хочу, чтобы вы начали сражаться в зале из-за того, кто имеет право меня охранять.

— Я не собирался сражаться.

— Ты уже начал давить духовной силой.

— Он первым поднял голос.

— И ты решил ответить тем же, только молча?

Хэ Юй ненадолго замолчал.

— Я учусь.

Алина устало посмотрела на него.

— Плохо учишься.

На этот раз в его глазах действительно промелькнуло что-то похожее на улыбку.

Но исчезло почти сразу.

***

Подземное хранилище располагалось ниже внутреннего зала.

Чтобы попасть туда, нужно было пройти через три каменных двери. На каждой были вырезаны защитные символы, а между плитами мерцали тонкие линии формаций.

Алина чувствовала их присутствие даже сквозь стены.

Эти формации не пытались проникнуть в ее тело.

Они удерживали пространство.

Плотно запирали его, не позволяя внешней энергии пройти внутрь.

Впервые после активации канала седьмая игла не реагировала на каждый шаг.

Она молчала.

Но это молчание не приносило облегчения.

Слишком многое в ней изменилось за последнее время.

Хэ Юй шел рядом, не отставая ни на шаг.

У входа в хранилище он остановился.

— Дальше я проверю защиту.

— Я могу проверить сама.

— Ты не знаешь, какие формации здесь установлены.

— А ты знаешь?

— Достаточно.

Он положил ладонь на каменную дверь.

Черное сияние прошлось по ее поверхности. Несколько защитных линий вспыхнули, а затем одна за другой погасли.

— Здесь нет внешнего канала, — сказал Хэ Юй.

— Ты уверен?

— Нет.

Алина подняла бровь.

— Это не похоже на твой обычный ответ.

— Я не могу быть уверен в том, чего не вижу.

— Но ты сказал, что знаешь достаточно.

— Знать достаточно и знать всё — разные вещи.

Она внимательно посмотрела на него.

Хэ Юй часто говорил так, будто каждое слово заранее проверял на точность.

Он не обещал невозможного.

Не делал вид, что способен решить любую проблему.

И именно поэтому его словам хотелось верить.

Алина первой вошла в хранилище.

Внутри было прохладно. Вдоль стен стояли каменные стеллажи, на которых хранились запечатанные свитки, духовные камни и старые артефакты клана Цзы.

В центре помещения находилась круглая площадка.

На ней не было ни одного символа.

Хэ Юй вошел следом и закрыл дверь.

Снаружи остались двое стражников.

— Здесь безопасно? — спросила Алина.

— Пока да.

— Что значит «пока»?

— Если кто-то изнутри уже установил скрытый канал, мы узнаем об этом только после его активации.

— Ты умеешь успокаивать.

— Я не пытался.

Алина вздохнула и села на край каменной платформы.

Сил почти не осталось.

Она не хотела признавать, насколько сильно ее истощила формация. Но тело уже не спрашивало разрешения.

Хэ Юй встал напротив.

— Покажи руку.

— Зачем?

— Проверю духовные каналы.

— Нет.

— Циньюэ.

— Я сказала нет.

Он не стал приближаться.

— Хорошо.

— И ты не будешь спорить?

— Ты отказалась.

— Обычно ты не воспринимаешь мой отказ как окончательный.

— Обычно ты отказываешься, потому что не доверяешь мне.

— А сейчас?

— Сейчас ты отказываешься, потому что действительно не хочешь, чтобы я к тебе прикасался.

Алина замолчала.

Он понял правильно.

После лекаря Шэня, игл и чужого канала ей было трудно позволить кому-либо даже приблизиться к духовным точкам.

— Я не хочу снова оказаться беспомощной, — сказала она.

— Я знаю.

— Нет, не знаешь.

— Тогда объясни.

— Когда кто-то касается твоего тела, а ты не можешь остановить его, это не похоже на помощь.

Хэ Юй не ответил сразу.

Золотые кольца в его глазах постепенно погасли.

— Я не стану касаться тебя без разрешения.

Алина посмотрела на него.

— Даже если это будет необходимо?

— Тогда сначала объясню, почему.

— И если я откажусь?

— Найду другой способ.

— А если другого способа нет?

— Всё равно не заставлю.

В его голосе не было колебаний.

Алина опустила взгляд.

Это обещание казалось простым.

Но для нее сейчас оно значило больше, чем любые заверения лекарей.

— Хорошо, — сказала она. — Проверяй, но без прикосновений.

Хэ Юй кивнул.

Он поднял руку, не приближаясь к ней, и направил тонкую струю духовной силы к ее запястью.

Черное сияние остановилось в нескольких сантиметрах от кожи.

Алина почувствовала прохладное давление.

Затем — едва заметное движение в духовных каналах.

Седьмая игла молчала.

— След есть, — сказал Хэ Юй.

— Насколько сильный?

— Слабее, чем был в зале.

— Но не исчез?

— Нет.

— Можно его уничтожить?

— Можно.

— Почему ты не сделал этого раньше?

Хэ Юй опустил руку.

— Потому что след связан с седьмой иглой. Если уничтожить его грубо, можно повредить саму печать.

— А если оставить?

— Тот, кто находится на другом конце, сможет попытаться восстановить канал.

Алина сжала пальцы.

— Значит, у нас два варианта: уничтожить след и повредить печать или оставить его и ждать новой атаки.

— Есть третий.

— Какой?

— Найти направление канала.

Она подняла глаза.

— Ты можешь это сделать?

— Если канал снова активируют.

— А сейчас?

— Сейчас он слишком слабый.

— Тогда нам остается ждать.

— Не обязательно.

Хэ Юй посмотрел на дверь.

— У нас есть лекарь Шэнь.

Алина поняла.

— Ты хочешь использовать его как проводник?

— Нет. Я хочу изучить клятвенную печать в его духовном море.

— Он согласится?

— Нет.

— Тогда как ты собираешься его изучать?

— Не знаю.

— Это впервые звучит честно.

— Я не обязан знать всё заранее.

— От тебя это неожиданно слышать.

— От тебя тоже.

Алина хотела ответить, но за дверью раздался приглушенный разговор.

Затем послышался резкий голос стражника:

— Назад!

Камень содрогнулся.

Хэ Юй мгновенно оказался перед Алиной.

Черное сияние развернулось вокруг него, образуя плотный барьер.

— Что происходит? — спросила она.

— Проверяют защиту.

— Кто?

— Не знаю.

Снаружи раздался удар.

На двери вспыхнули защитные символы.

Еще один удар.

На этот раз сильнее.

С потолка посыпалась мелкая каменная пыль.

Алина почувствовала, как седьмая игла оживает.

— Это не внешняя атака, — сказала она.

— Почему?

— Они не пытаются пробить дверь.

— Тогда что?

— Ищут канал.

Тонкая боль прошла от груди к плечу.

Система не появилась перед глазами.

Но Алина почувствовала знакомое присутствие чужой энергии.

Не снаружи.

Внутри хранилища.

— Подними защиту на пол, — быстро сказала она.

— Что?

— Канал идет снизу.

Хэ Юй не стал задавать лишних вопросов.

Он ударил ладонью по каменному полу.

Черная сила разошлась кругом, перекрывая все духовные линии.

На мгновение ничего не произошло.

Затем из-под платформы донесся тихий щелчок.

Алина вскочила.

В центре площадки появилась тонкая красная линия.

Она извивалась по камню, словно живая.

— Вот он.

Хэ Юй сжал руку.

Черное сияние ударило вниз.

Каменная плита раскололась, открывая небольшую полость. Внутри лежала крошечная костяная игла, обмотанная красной нитью.

Седьмая игла в теле Алины вспыхнула ответным светом.

Она пошатнулась.

Хэ Юй поймал ее за плечо.

На этот раз Алина не успела возразить.

Боль усиливалась.

Красная нить в полости натянулась.

Где-то далеко кто-то пытался потянуть ее на себя.

— Убери руку, — выдохнула Алина.

Хэ Юй сразу отпустил ее.

Она опустилась на одно колено и прижала ладонь к полу.

— Циньюэ, не подключайся к каналу.

— Я знаю.

— Тогда что ты делаешь?

— Пытаюсь понять, куда он ведет.

— Это опасно.

— Знаю.

— Ты можешь не вернуться.

— Значит, не позволю себе уйти далеко.

Хэ Юй нахмурился.

— Это не ответ.

— Другого нет.

Алина направила духовную силу к красной нити.

На этот раз она не сопротивлялась.

Не пыталась уничтожить канал.

Она позволила ему коснуться своего сознания.

В темноте вспыхнули десятки образов.

Старый зал.

Каменные стены.

Пустые кресла.

Человек в белой маске.

И лекарь Шэнь, стоящий перед ним на коленях.

— Я сделал всё, что вы приказали, — говорил лекарь.

— Но сосуд сопротивляется.

— Это не должно было произойти.

— Ты ошибся.

Воспоминание оборвалось.

Алина увидела другое.

Ли Мэй стояла в том же зале.

На ее запястье была черная метка.

Она разговаривала с человеком в маске, но слова звучали глухо, словно доносились сквозь воду.

— Я не позволю вам забрать ее.

— Ты уже позволила.

— Я не знала, что вы будете использовать седьмую иглу.

— Теперь знаешь.

— Если вы тронете ее еще раз…

— Что ты сделаешь?

Образ исчез.

Алина резко открыла глаза.

Красная нить под камнем дернулась.

Она успела увидеть направление.

— Восток, — прошептала она. — Канал идет на восток.

Хэ Юй наклонился к ней.

— Что ты видела?

Алина тяжело дышала.

Она не могла рассказать всё.

Не могла сказать, что видела чужие воспоминания.

Не могла признаться, что услышала разговор Ли Мэй.

— След. Он ведет за пределы города.

— Точно?

— Нет.

— Циньюэ.

— Я видела только направление.

Хэ Юй внимательно смотрел на нее.

В его взгляде снова появилось подозрение.

Не знание.

Только осторожное, растущее подозрение.

Он не понимал, откуда у нее такие сведения. Но уже давно замечал, что Циньюэ стала другой.

Она слишком быстро распознавала опасность.

Слишком хорошо понимала неизвестные ей формации.

И иногда говорила так, будто знала больше, чем могла знать.

Однако он не делал выводов.

Пока не было доказательств.

— Если ты что-то скрываешь, — сказал он, — не заставляй меня узнавать это от других.

Алина поднялась.

— А если я сама еще не понимаю, что именно скрываю?

Хэ Юй замолчал.

Этот ответ оказался не тем, которого он ожидал.

Снаружи снова раздался удар.

На этот раз защитная дверь не дрогнула.

Но красная нить в полости начала истончаться.

— Канал исчезает, — сказала Алина.

— Тогда нужно оставить на нем метку.

— Ты можешь?

— Да.

— Если поставишь ее, тот, кто управляет каналом, почувствует вмешательство.

— Пусть почувствует.

— Это может выдать наше местоположение.

— Они уже знают, где ты находишься.

Алина посмотрела на него.

— Ты уверен?

— Формация активировалась в лечебной комнате. Затем канал появился в зале. Теперь он нашел хранилище.

Хэ Юй направил руку к костяной игле.

— Они отслеживают не место.

— А меня.

— Да.

Черное сияние обвилось вокруг красной нити.

На ней появилась тонкая золотая метка.

В тот же миг седьмая игла внутри тела Алины вспыхнула так ярко, что она едва не потеряла равновесие.

Вдалеке раздался приглушенный крик.

Не в хранилище.

В сознании.

Чужой голос прошел по каналу:

**_ты не должна была найти дорогу_**

Алина стиснула зубы.

— Кто ты? — спросила она.

Хэ Юй резко посмотрел на нее.

— С кем ты говоришь?

Она не ответила.

Голос продолжил:

**_мы знаем, где находятся те, кто тебе дорог_**

Воспоминание о словах человека в маске всплыло мгновенно.

«Мы заберем тех, кто тебе дорог».

Алина почувствовала, как холод разливается по телу.

Канал оборвался.

Костяная игла рассыпалась в пыль.

Хэ Юй погасил силу.

— Что произошло?

— Ничего.

Он посмотрел на нее с явным недоверием.

— Ты снова сказала это слишком быстро.

— Потому что ничего не могу объяснить.

— Это не одно и то же.

Алина отвернулась.

За дверью послышались шаги.

Один из стражников крикнул:

— В зал вошел посланник из лечебного крыла!

Через несколько мгновений дверь хранилища открылась.

На пороге стоял молодой слуга. Он поклонился, стараясь восстановить дыхание.

— Госпожа Циньюэ, генерал Хэ, вас вызывает глава клана.

— Что случилось? — спросил Хэ Юй.

Слуга побледнел.

— Лекарь Шэнь исчез.

Алина замерла.

— Исчез?

— Его доставили в изолятор, но стражники нашли там только разрушенную печать. Самого лекаря нет.

Хэ Юй мгновенно посмотрел на костяную пыль на полу.

— Кто еще был рядом?

— Ли Мэй.

Алина почувствовала, как седьмая игла снова отозвалась холодом.

— Где она сейчас? — спросила она.

Слуга сглотнул.

— Ее тоже не нашли.

За пределами хранилища раздался глухой звук.

Потом по всему клану прокатился сигнал тревоги.

Цзы Лян снова начал отдавать приказы, но его голос доносился издалека и срывался от слабости:

— Закрыть восточные ворота… никого не выпускать… проверить лечебное крыло…

Затем раздался кашель.

Долгий и тяжелый.

Алина посмотрела на Хэ Юя.

— Ли Мэй забрала лекаря Шэня?

— Не знаю.

— Но след ведет на восток.

— Это может быть ловушкой.

— Может.

— И всё равно ты собираешься туда идти.

— Да.

Хэ Юй посмотрел на нее.

— Тогда я иду с тобой.

— А если Цзы Лян приказал мне оставаться в хранилище?

— Он приказал, чтобы ты была в безопасности.

— Ты считаешь, что восточные ворота безопаснее?

— Нет.

— Тогда почему…

— Потому что враг только что забрал единственного человека, который знает о канале, и женщину, которая пыталась его остановить.

Алина сжала кулаки.

Голос в ее сознании всё еще звучал.

Мы знаем, где находятся те, кто тебе дорог.

Теперь она понимала смысл этих слов.

Ли Мэй была не просто свидетелем.

Она была частью тайны.

И, возможно, именно поэтому ее забрали первой.

Хэ Юй открыл дверь хранилища.

— Циньюэ.

— Что?

— Если там ловушка, не отходи от меня.

— Я не собираюсь прятаться за твоей спиной.

— Я этого и не просил.

— Тогда чего ты хочешь?

Он посмотрел на нее прямо.

— Чтобы ты осталась рядом достаточно долго, чтобы я успел тебя защитить.

Алина не ответила.

Впервые его слова прозвучали не как приказ.

И не как обещание.

Скорее, как просьба, которую он не хотел называть просьбой.

Снаружи продолжали звучать сигналы тревоги.

Клан Цзы закрывался изнутри.

Восточные ворота уже перекрывали стражники.

А лекарь Шэнь и Ли Мэй исчезли, оставив после себя разрушенную печать и след, ведущий за пределы города.

Алина шагнула вперед.

— Идем.

Хэ Юй последовал за ней.

Позади остались подземное хранилище, рассыпавшаяся костяная игла и последний слабый след внешнего канала.

Но теперь у них было направление.

Восток.

И человек в белой маске, который больше не скрывал, что знает о каждом их шаге.

Глава 9 Восточный след

Ночь над кланом Цзы уже не была по-настоящему ночной.

Слишком много света горело в окнах, слишком часто по каменным переходам пробегали люди, слишком громко звенела тревога в натянутой тишине. Над внутренними дворами висел холодный блеск защитных фонарей, и от этого белого света тени казались глубже, чем обычно, — не мягкими, а провальными, словно в них можно было оступиться.

Цзы Циньюэ стояла на верхней террасе восточного крыла и смотрела вниз, туда, где за чередой изогнутых крыш темнел внешний пояс стен. Ветер был тонким, почти сухим, но под рукавами все равно мерзла кожа. После осмотра в защищенном хранилище слабость не ушла. Она лишь спряталась глубже, как боль, которая отступает не потому, что исчезла, а потому, что ждет подходящего момента вернуться.

Под кожей у ключицы время от времени вспыхивало тупое, тяжелое жжение.

Седьмая игла молчала не до конца.

Она приложила пальцы к ткани у плеча, не нажимая. Просто проверяя, где именно кончается страх и начинается память о боли.

Позади почти бесшумно остановились шаги.

— Если продолжишь стоять на ветру, — произнес Хэ Юй, — к утру клану придется искать не только лекаря Шэня.

Его голос был ровным, как всегда. Без насмешки, без мягкости, без явного приказа. Но именно это делало его слова опасными: он редко говорил лишнее, а значит, всякая фраза что-то значила.

Циньюэ не обернулась сразу.

— Если к утру мы не найдем след, искать придется уже не лекаря, — тихо ответила она.

Лишь потом повернула голову.

Хэ Юй стоял в нескольких шагах, у входа на террасу. Темный плащ скрадывал линию плеч, но не мог скрыть самого главного — того почти неуловимого ощущения давления, которое появлялось всякий раз, когда он входил в пространство, будто сама реальность вокруг него становилась строже и плотнее. Свет фонарей ложился на его лицо неровно: серебрил край скулы, задевал висок, оставлял глаза в полутени.

Он уже успел отдать распоряжения. Это читалось не по усталости — ее на нем никогда не было видно, — а по той собранной неподвижности, которая появлялась после принятых решений.

— Внешние ворота закрыты, — сказал он. — Восточный сектор проверяют люди Цзы Жэня. На трех дорогах выставлены наблюдатели. След на канале пока держится.

— Пока, — повторила Циньюэ.

Он взглянул на нее внимательнее.

— Ты сомневаешься, что я сумею его удержать?

— Я сомневаюсь не в вас. — Она чуть сильнее запахнула рукава. — Я сомневаюсь в тех, кто сумел проложить канал в тело наследницы клана под видом лечения. Такие люди не любят оставлять следы, которые можно спокойно читать до рассвета.

Несколько мгновений он молчал. Ветер тронул край его рукава, но сам Хэ Юй не шевельнулся.

— Хорошо, — произнес он наконец. — Значит, ты тоже понимаешь, что времени меньше, чем кажется.

Слова были простыми. Но Циньюэ уловила в них не согласие — проверку. Будто он снова ставил рядом ее ответ и какую-то невидимую мерку, о которой она пока не знала.

Она отвернулась к темноте за стенами.

На востоке небо было чуть светлее. Не от рассвета — до него оставалось слишком долго, — а от дальних сигнальных огней на сторожевых башнях. Туда им и предстояло ехать.

Система отозвалась внезапно, как тонкая игла холода под виском.

***система симуляции жизни***

***обнаружен нестабильный узел***

***направление: восток***

***вероятность ложного следа: 41%***

***вероятность засады: 36%***

***вероятность утраты метки: 22%***

***рекомендация:***

***не разделяться без необходимости***

Перед глазами на миг потемнело.

Она моргнула и заставила дыхание остаться ровным.

Не сейчас. Только не при нем.

— Ты опять побледнела, — сказал Хэ Юй.

Проклятье.

— Я и раньше не была особенно румяной.

— Уклонение от ответа не делает ответ менее очевидным.

Она медленно повернулась к нему. Встретила его взгляд без улыбки, но и без вызова.

— А прямой вопрос?

— Хорошо. — Он не отвел глаз. — Что с тобой происходит, когда ты слишком долго смотришь на то, чего еще не случилось?

На один короткий, ледяной миг ей показалось, что ветер стих.

Вопрос ударил слишком точно.

Не в саму тайну — нет, до истины он еще не добрался. Но в ее очертание. Настолько близко, что стало трудно не выдать себя хоть чем-нибудь: задержкой дыхания, лишним движением ресниц, слишком быстрым ответом.

Циньюэ опустила взгляд к краю каменной балюстрады.

— Вы любите задавать вопросы так, будто уже знаете половину ответа.

— Иначе люди начинают лгать слишком уверенно.

Она почти усмехнулась, но усмешка не дошла до губ.

— А если я скажу, что это не та правда, которую можно объяснить за одну ночь?

— Тогда я решу, что ты впервые сказала мне что-то честное.

Это прозвучало без жестокости. Хуже — спокойно.

Она вскинула глаза.

Он не приближался. Не давил. Не требовал. Просто стоял напротив, оставляя ей пространство, и этим лишал привычной защиты. С приказом было бы проще. С угрозой — тоже. Их можно ненавидеть, им можно сопротивляться. Спокойное ожидание сопротивляться не позволяло: оно заставляло выбирать самой.

Под ключицей снова кольнуло, на этот раз резче.

Циньюэ едва заметно выпрямилась.

— Вы пришли проверить, смогу ли я ехать, — сказала она. — Или продолжить допрос?

— Если бы я хотел допрос, ты бы не перепутала.

Вот теперь в его голосе мелькнула тень чего-то почти похожего на холодную иронию.

Она выдохнула.

— Тогда отвечу так: ехать я могу.

— А нужно ли?

Этот вопрос удивил ее больше предыдущего.

— Разве у меня есть выбор?

— Есть всегда.

Она тихо рассмеялась — коротко, почти беззвучно.

— Это странно слышать от человека, который только что закрыл ворота клана.

— Я закрыл ворота для тех, кто пытается уйти незамеченным. — Хэ Юй сделал паузу. — Не для тебя.

Слова прозвучали ровно. Но в них было нечто, от чего внутри на миг стало опасно тихо.

Не обещание. Не признание. Просто факт, поданный так, будто он не видел в нем ничего особенного. Именно поэтому он весил больше, чем многие торжественные клятвы.

Циньюэ отвела взгляд первой.

— Если я останусь, — сказала она, — след может оборваться. Если поеду, у нас хотя бы будет шанс понять, куда ведет канал.

— У нас? — переспросил он.

Она нахмурилась.

— Если хотите, можете сделать вид, что это исключительно ваше расследование.

— Не хочу.

Ответ пришел слишком быстро.

На несколько мгновений между ними снова воцарилась тишина. Но теперь она уже не была пустой. В ней накапливалось что-то более тонкое и опасное, чем обычное недоверие: привычка слышать друг друга слишком внимательно.

Внизу, во дворе, раздался приглушенный звук шагов и короткий оклик стражи. Ночь продолжала двигаться, не дожидаясь их решений.

Хэ Юй первым отвел взгляд в сторону лестницы.

— Мы выезжаем через четверть часа, — сказал он. — Возьмем малый отряд. Чем больше людей, тем легче нас заметить.

Циньюэ кивнула, но не сдвинулась с места.

Он, должно быть, заметил это, потому что после короткой паузы добавил:

— Если ты сейчас передумаешь, я не стану тащить тебя силой.

Она подняла на него глаза.

— Но решите, что я что-то скрываю еще сильнее.

— Я и так знаю, что ты многое скрываешь.

Сказано было без обвинения. Просто как еще один установленный факт мира: ночь темна, восточный след нестабилен, Цзы Циньюэ хранит тайны.

И почему-то именно от этого стало труднее.

— Тогда зачем брать меня с собой? — спросила она.

Теперь он подошел ближе — всего на один шаг, не больше. Но этого хватило, чтобы холодный свет фонаря лег иначе и черты его лица стали отчетливее.

— Потому что этот след связан с тобой, — ответил Хэ Юй. — Потому что ты замечаешь вещи, которые другие пропускают. Потому что враг, возможно, рассчитывает на твою слабость и потому не ожидает, что ты сама пойдешь за ним.

Он сделал короткую паузу.

— И потому что я предпочитаю видеть опасность рядом, а не гадать, где она окажется в следующий миг.

Последняя фраза была двусмысленной ровно настолько, чтобы она не могла решить, считает ли он опасностью внешний канал, преследователей… или ее саму.

Вероятно, это и было сделано намеренно.

Циньюэ медленно кивнула.

— Честно.

— Достаточно.

Она посмотрела на него еще секунду, затем отвернулась и направилась к выходу с террасы.

Когда они поравнялись, Хэ Юй чуть посторонился, пропуская ее вперед, и это движение — почти незаметное, естественное, лишенное всякой демонстративности — почему-то задело сильнее, чем мог бы задеть подчеркнутый жест вежливости. Он не удерживал. Не направлял рукой. Не касался.

Просто оставлял право сделать шаг самой.

***

Восточные ворота внутреннего двора открылись без скрипа.

У коновязи уже ждали четверо людей: двое стражей клана Цзы, высокий молчаливый мужчина в сером дорожном одеянии, которого Циньюэ прежде не видела, и молодой ученик с перевязью через грудь, державший в руках фонарь с приглушенным духовным светом.

От лошадей шел теплый пар. Небо над стенами казалось темнее, чем изнутри двора.

— Этот отряд знает только, что мы идем по следу беглецов, — негромко сказал Хэ Юй, когда они спустились. — О канале и печати известно лишь мне и тебе.

— И, возможно, тем, кто этот канал создал.

— Их я к числу доверенных не отношу.

Она бросила на него быстрый взгляд, но ничего не ответила.

Один из стражей подвел к ней темную кобылу, спокойную, с внимательными ушами. Циньюэ взялась за седло, поставила ногу в стремя — и в тот же миг мир качнулся.

В виски ударил тупой звон. Под ключицей вспыхнула жгучая, тонкая боль, будто кто-то изнутри медленно провернул раскаленную иглу.

Перед глазами промелькнуло чужое.

Не двор.

Не клан.

Не ночь.

Белая маска без лица. Черный шелк рукава. Линия костяных пластин, вбитых в землю полукругом. И голос — неразличимый, смазанный, но от этого только страшнее:

***…она уже слышит…***

Циньюэ резко втянула воздух и отшатнулась.

Чья-то рука не дала ей потерять равновесие — не схватила, не стиснула, а только жестко перехватила за предплечье и сразу отпустила, как только она снова встала твердо.

— Циньюэ.

Голос Хэ Юя прозвучал близко и низко.

Она моргнула. Двор вернулся на место. Лошади, свет фонаря, холодный камень под ногами.

Хэ Юй смотрел на нее сверху вниз, и в его обычно непроницаемых глазах теперь было нечто более острое, чем обычная внимательность.

— Что ты увидела?

Не «что с тобой». Не «тебе плохо?». Конечно.

Она сглотнула. Скрывать всё становилось сложнее не потому, что он давил, а потому, что он замечал последствия.

— Маску, — тихо сказала она. — Белую. И… формацию. Не такую, как в хранилище. Грубее. Быстрее. Полевая работа, не стационарная.

Окружающие стояли достаточно далеко, чтобы не расслышать каждое слово, но Хэ Юй все равно слегка развернулся так, чтобы заслонить ее от лишних взглядов.

— Еще.

Она закрыла глаза на секунду, собирая расползающиеся образы.

— Костяные пластины в земле. Полукругом. И кто-то сказал: «Она уже слышит». Или… почти это.

— Это было воспоминание или отклик?

— Не знаю.

И это была чистая правда.

Система молчала. Молчала именно теперь, когда она сильнее всего нуждалась в четкости.

Хэ Юй несколько мгновений изучал ее лицо, словно решал, где проходит граница между слабостью тела, влиянием иглы и тем, чего она не говорит.

— Значит, нас ждут, — сказал он.

— Или проверяют, насколько далеко можно дотянуться.

— Почти одно и то же.

Он обернулся к остальным.

— Меняем порядок. Фонарь — в середину. Дистанцию держать в три корпуса. Без приказа не расходиться.

Никто не стал задавать вопросов.

Хэ Юй снова взглянул на Циньюэ.

— Если подобное повторится, говори сразу.

Она хотела ответить колкостью — чем-то вроде «если успею» или «если вы опять зададите правильный вопрос». Но слова не вышли. Слишком свежо было ощущение той белой маски, слишком явно еще горела под кожей игла.

Поэтому она просто кивнула.

И только когда уже взялась за седло снова, поняла, что он стоит достаточно близко, чтобы подхватить ее, если мир опять качнется, — и достаточно далеко, чтобы не отнять у нее движение.

Это было почти невыносимо.

Она села в седло сама.

***

Они выехали через восточные ворота клана без фанфар и без огней, которые можно увидеть издалека.

Ночь за стенами оказалась холоднее.

Дорога сначала шла между темных рощиц горного бамбука, потом уходила ниже, где землю затягивала редкая серебристая трава. Где-то вдали шумела вода — узкая река или ирригационный канал, скрытый в камнях. Над склонами стлался туман, не плотный, а рваный, как дыхание чего-то большого, спящего в темноте.

Циньюэ ехала второй, сразу за Хэ Юем.

Ей было видно его спину, прямую и неподвижную в седле, и почему-то именно эта неподвижность действовала успокаивающе сильнее любых слов. Он не оборачивался каждую минуту, не спрашивал о самочувствии, не пытался завести разговор. Но несколько раз, когда тропа сужалась или лошадь под ней оступалась на камне, он чуть замедлял ход — ровно настолько, чтобы остальной строй подстроился под нее, не превращая это в очевидную уступку.

Он слишком хорошо умел не унижать чужую слабость.

Эта мысль пришла непрошено и осталась.

Система мерцала на краю восприятия, будто тоже устала.

***система симуляции жизни***

***след подтвержден***

***направление: восток-северо-восток***

***риск прямого столкновения: 29%***

***риск подставного узла: 44%***

***вероятность присутствия наблюдателя: высокая***

Наблюдателя.

Не охотника. Пока еще нет.

Она вскинула голову.

Туман впереди дрогнул.

Не так, как дрожит ветка от ветра. И не так, как движется зверь. Слишком быстро, слишком ровно — будто на миг одна полоска темноты соскользнула в сторону, уступая место другой.

— Стой, — тихо сказала Циньюэ.

Хэ Юй остановился в ту же секунду.

Отряд замер следом. Даже лошади, будто уловив общее напряжение, перестали фыркать.

— Что? — спросил он, не поворачивая головы.

Она всматривалась вперед, в разлом между двумя скалистыми выступами, где туман ложился особенно низко.

— Там что-то есть.

— Что именно?

— Не вижу.

И снова — слишком мало, чтобы быть полезной, и слишком много, чтобы это можно было проигнорировать.

Хэ Юй поднял руку. Один из стражей бесшумно соскользнул с лошади и исчез у обочины, растворяясь в темноте.

Циньюэ чувствовала, как колотится сердце. Не быстро — тяжело. Так бьется оно не от паники, а когда тело уже знает: следующая минута что-то изменит.

Прошло несколько вдохов.

Потом из тумана донесся короткий свист — условный сигнал.

Опасность.

Сразу после этого ночь разорвалась.

Слева от дороги вспыхнула тонкая дуга бледного света, словно кто-то провел ножом по самой ткани воздуха. Земля под копытами дрогнула. Из-под камней один за другим вспыхнули вбитые в грунт костяные шипы — именно такие, какие она видела мгновением раньше.

Полукруг.

Формация.

— Вниз! — резко бросил Хэ Юй.

Он двигался быстрее, чем мысль успевала оформить увиденное. Одним взмахом рукава ударил в сторону ближайшего узла, и темный поток силы снес два шипа разом, раздробив их в белую пыль. Но этого оказалось недостаточно: полукруг уже смыкался.

У Циньюэ под ключицей вспыхнула седьмая игла.

Боль пронзила тело так, что на миг потемнело в глазах. И в ту же секунду она поняла то, чего не успел бы увидеть никто другой.

Это не ловушка на отряд.

Это ловушка на нее.

— Не разрушайте центр! — крикнула она.

Слова сорвались сами.

Хэ Юй обернулся — коротко, резко, без единой лишней эмоции.

— Почему?

Она уже видела. Не глазами — тем странным внутренним знанием, которое иногда приходило раньше понимания.

— Потому что он привязан к отклику иглы! Если ударить в центр, канал рванет через меня!

Он не спросил, откуда она это знает.

И это было самым страшным доказательством того, насколько быстро он научился оценивать ее слова в критический миг.

— Левый край, — скомандовал он сразу. — Режем по дуге. Центр не трогать!

Отряд сдвинулся, перестраиваясь.

Туман вспыхнул бледными прожилками света. Где-то впереди, за сужением дороги, мелькнула высокая фигура — и исчезла прежде, чем ее можно было рассмотреть.

Не белая маска.

Кто-то другой.

Или тот же, но не один.

Циньюэ стиснула поводья до боли в пальцах.

Ночь, которая еще недавно казалась просто тревожной, вдруг раскрылась совсем иначе: как заранее приготовленная сцена, где их ждали не наугад, а точно зная, кого именно нужно заставить откликнуться.

И впервые с момента пробуждения в этом мире ей стало по-настоящему ясно:

охотятся не только за телом Цзы Циньюэ.

Охотятся за тем, что теперь жило внутри него.

Глава 10 Узел под туманом

Формация сомкнулась не до конца.

Именно это дало им несколько ударов сердца — слишком мало, чтобы считать их преимуществом, но достаточно, чтобы не умереть сразу.

Бледные костяные шипы, вбитые в землю полукругом, вспыхивали один за другим, протягивая между собой тонкие нити мутного света. Они не били по всему отряду вслепую. Они искали отклик. Искали одну-единственную точку, к которой были привязаны изначально.

К ней.

Цзы Циньюэ стиснула поводья так сильно, что кожа на ладонях заболела.

Под ключицей жгло уже не урывками — ровно, глубоко, будто седьмая игла не просто отзывалась на опасность, а пыталась ответить на зов по ту сторону формации.

— Левый край! — коротко приказал Хэ Юй.

Его голос прорезал ночь без усилия.

В следующий миг темная волна силы сорвалась с его руки и ударила по ближайшему шипу не в центр, а по основанию дуги. Кость треснула с сухим звуком. Свет между узлами дернулся, но не погас — лишь пошел рябью, словно формация на миг потеряла равновесие.

Двое стражей клана Цзы уже спрыгнули на землю. Один успел ударить по правому сегменту, второй — по внешней кромке, где нити света были тоньше. Ученик с фонарем попятился, едва удержав лошадь.

Циньюэ заставила себя вдохнуть глубже.

Боль под ключицей толкала сознание вбок. На один короткий миг она снова увидела не дорогу, а чужой, неровный зал, каменный пол и полукруг костяных пластин, вбитых уже не в землю, а в черные швы между плитами.

Голос был тот же, что в видении у коновязи.

*Если отклик слабый — усилить через якорь.*

Якорь.

Она резко подняла голову.

— Не давайте свету сомкнуться снизу! — крикнула она. — Нижний контур — питающий!

Хэ Юй обернулся так быстро, будто ждал продолжения с той секунды, как она предупредила его не бить в центр.

— Покажи.

Циньюэ соскользнула с лошади.

Нога едва не подогнулась. Мир качнулся, но она удержалась, вцепившись в седло. Камни под подошвой были холодными, влажными от ночного тумана. Свет от формации бил по глазам тонкими полосами.

Она шагнула вперед — ровно настолько, чтобы увидеть, как под одним из крайних шипов земля темнеет сильнее, чем должна была. Не кровь. Не обычная тень. Будто под верхним слоем почвы лежала вторая, спрятанная кость, принимающая на себя обратный ток.

Система вспыхнула почти болезненно.

```text

╔════════════════════════════════╗

║ СИСТЕМА СИМУЛЯЦИИ ЖИЗНИ ║

║ ║

║ Анализ: полевая формация ║

║ Тип: отклик-якорь ║

║ ║

║ Узел питания вероятен ║

║ Вероятность: 72% ║

║ ║

║ Риск прямого вмешательства: ║

║ высокий ║

║ ║

║ Рекомендация: ║

║ разрушить внешний контур ║

║ до замыкания центра ║

╚════════════════════════════════╝

```

Перед глазами потемнело, но теперь у нее хотя бы были слова.

— Под левым нижним шипом есть второй узел! — быстро сказала она. — Они спрятали питание в почве. Если выбить верхнюю кость, не тронув нижнюю, контур снова соберется!

Хэ Юй не стал спрашивать, откуда она знает.

— Все назад на три шага, — приказал он.

Люди подчинились сразу.

Он поднял руку, и воздух вокруг левого сегмента формации словно уплотнился. Циньюэ ощутила это кожей — не поток силы, а давление, как перед грозой. Хэ Юй не бил вслепую. Он словно нащупывал структуру всей дуги изнутри, находя в ней точку, в которой разрушение пройдет по слабому месту, а не по телу-отклику.

Потом его пальцы чуть сжались.

Землю вспороло.

Наружный шип разлетелся в белую крошку, а из почвы следом вывернуло тонкую костяную спицу, темную у основания. Свет по контуру дернулся, взвыл на пределе слышимости и тут же погас на всей левой стороне дуги.

Полукруг сломался.

В ту же секунду сужение дороги впереди ожило.

Из тумана хлынули три темные тени — слишком быстрые для обычных разбойников и слишком слаженные, чтобы быть случайными наемниками. Один пошел высоко, через каменный выступ. Двое двинулись понизу, явно рассчитывая, что внимание останется прикованным к формации.

— Живыми не брать, — холодно бросил Хэ Юй.

Последнее слово он адресовал уже не им, а ночи.

Первый нападавший даже не успел коснуться земли. Что-то темное, почти невидимое, полоснуло воздух, и его отбросило назад на скалу так резко, что хруст костей донесся сквозь звон в ушах.

Второй ворвался справа, метя не в Хэ Юя, а в Циньюэ.

Конечно.

Она увидела короткий клинок, матовый, без блика. Увидела слишком поздно для красивой обороны и слишком рано, чтобы не понять главное: удар шел не на убийство с первого касания. Ей целили под ребро, туда, где проще всего ввести иглу, яд или печать.

Не убить.

Захватить отклик.

Система ударила очередным холодным импульсом.

```text

╔════════════════════════════════╗

║ СИСТЕМА СИМУЛЯЦИИ ЖИЗНИ ║

║ ║

║ Доступные варианты: 2 ║

║ ║

║ Вариант 1: уклонение вправо ║

║ Вероятность успеха: 21% ║

║ ║

║ Вариант 2: шаг навстречу ║

║ Вероятность выживания: 44% ║

║ ║

║ Предупреждение: ║

║ расчет нестабилен ║

╚════════════════════════════════╝

```

Шаг навстречу?

Безумие.

Но на сомнение времени уже не было.

Циньюэ рванулась вперед, навстречу клинку, ломая собственную интуицию. Лезвие скользнуло по рукаву, распороло ткань, обожгло кожу, но не вошло глубоко. Она ударила нападавшего локтем в запястье — слабо, почти бесполезно, — и все же этого хватило, чтобы сбить угол следующего движения.

А потом между ними возник Хэ Юй.

Не подбежал.

Не заслонил в обычном смысле.

Просто в следующий миг он уже был там, и нападавший, только что тянувшийся к Циньюэ, замер так резко, словно налетел на невидимую стену.

Хэ Юй схватил его за горло одной рукой.

Никакой красивой техники. Никакого лишнего движения. Только абсолютная, чудовищно спокойная сила.

— Кто поставил узел? — спросил он.

Нападавший дернулся, пытаясь вырваться. Безуспешно.

Из его рукава выскользнула тонкая игла.

Циньюэ увидела ее первой.

— Осторожно!

Игла метнулась вверх, словно сама выбирала цель, но Хэ Юй уже сжал пальцы. Раздался короткий хрип. Тело обмякло.

Игла упала в пыль между камней.

Третий нападавший попытался уйти через верхний выступ.

Один из стражей сорвался за ним, но Хэ Юй даже не обернулся.

— Не преследовать, — отрезал он.

— Генерал, он уйдет! — выкрикнул страж.

— Нет.

Это «нет» прозвучало так, будто спорить с ним было бессмысленно даже судьбе.

Через миг сверху донесся вскрик. Потом удар. И тишина.

Циньюэ вскинула голову.

На краю скалы, скрытый туманом, проступил едва заметный отблеск — не от оружия, а от тонкой, почти невидимой метки, вспыхнувшей на камне и тут же погасшей.

Хэ Юй все-таки отпустил беглеца не без причины.

Он уже пометил путь.

Под ключицей все еще жгло. Теперь боль стала тупее, но глубже, будто формация не сумела сомкнуться полностью и оттого оставила в теле не прокол, а отзвук.

Циньюэ опустила взгляд.

Убитый у ее ног был одет в темную дорожную одежду без знаков принадлежности. Слишком безликую. Но у внутреннего шва воротника виднелась бледная нитка вышивки — три пересеченные дуги и вертикальная линия.

Она замерла.

Не память Алины.

Чужой отклик снова шевельнулся из глубины тела.

Темная комната. Запах жженых трав. Чьи-то руки, удерживающие плечи. И такой же знак — мельком, на рукаве, слишком близко к лицу.

Система тихо вспыхнула.

```text

╔════════════════════════════════╗

║ СИСТЕМА СИМУЛЯЦИИ ЖИЗНИ ║

║ ║

║ Обнаружен триггер памяти ║

║ ║

║ Источник: носитель тела ║

║ Достоверность фрагмента: 34% ║

║ ║

║ Рекомендация: ║

║ избегать глубокой синхронизации ║

║ в нестабильной зоне ║

╚════════════════════════════════╝

```

Носитель тела.

Прежняя Цзы Циньюэ.

Мысль мелькнула и пропала под новым всплеском боли.

Хэ Юй уже опустился на одно колено рядом с иглой, выпавшей из рукава мертвого. Не касаясь ее голыми пальцами, он поднял оружие полоской ткани и поднес ближе к фонарю ученика.

Игла была не металлической.

Костяной.

Тонкой, почти прозрачной у острия.

И внутри нее что-то темнело, как застывшая капля.

— Не трогать, — сказал он, даже не поднимая глаз.

Будто почувствовал, что Циньюэ смотрит слишком внимательно.

— Я и не собиралась.

— Неправда.

Она сжала губы.

— Хорошо. Собиралась.

Он наконец посмотрел на нее.

В этой быстрой, почти невесомой паузе снова было то странное чувство, к которому она еще не привыкла: Хэ Юй не ловил ее на слабости ради удовольствия. Он просто видел больше, чем хотелось бы.

— Ты узнала знак на воротнике, — произнес он.

Не вопрос.

Утверждение.

Циньюэ помолчала.

Ночной ветер тянул по дороге клочья тумана. Где-то сбоку тяжело дышала испуганная лошадь. Ученик с фонарем стоял белее полотна, но молчал — и за это Циньюэ была ему почти благодарна.

— Не до конца, — ответила она.

Хэ Юй поднялся.

— Этого достаточно, чтобы начать.

— И что вы хотите услышать?

— То, что ты можешь сказать без лжи.

Слишком точная формулировка.

Она отвела взгляд на мертвого нападавшего.

— Я видела этот знак раньше. Или… тело видело. Во время лечения. Возможно, не один раз.

— Лекарь Шэнь?

— Не знаю. — И это было правдой. — Но знак связан не с обычными слугами и не с клановой медициной. Его скрывали.

Хэ Юй кивнул так, будто это подтверждало часть уже сложенной им схемы.

— Значит, лекарь Шэнь работал не один, — сказал он.

— Вы и раньше это подозревали.

— Подозревать и получить подтверждение — не одно и то же.

Один из стражей подошел ближе и опустился на колено.

— Генерал, один мертв, второй тоже. Следов больше нет. Верхний путь обрывается у скального карниза.

— Не обрывается, — спокойно сказал Хэ Юй. — Там переход на восточный склон.

Страж поднял голову, явно собираясь спросить, откуда это известно, но вовремя передумал.

— Соберите все костяные элементы, — приказал Хэ Юй. — Только через ткань. Отдельно от оружия. Ничего не ломать без моего слова.

— Слушаюсь.

Когда страж отошел, Циньюэ тихо спросила:

— Вы оставили метку на беглеце?

— На его пути.

— Значит, вы с самого начала поняли, что третий нужен вам больше мертвым или живым, чем пойманным здесь?

— Мне нужен был не он. — Хэ Юй перевел взгляд на восточную тьму. — Мне нужно место, куда он должен был привести след.

Нервный холод прошелся по спине.

Это и было разницей между обычным сильным бойцом и тем, кто пережил слишком много войн, миров и эпох. Пока другие гасили ближайшую угрозу, Хэ Юй уже думал не о нападавших, а о следующем узле сети.

Циньюэ медленно выдохнула.

— Значит, мы все равно едем дальше.

— Да.

— Даже после того, как они убедились, что я откликаюсь на якорь?

— Именно поэтому.

Она тихо усмехнулась, хотя под ребрами тут же кольнуло.

— Иногда мне кажется, генерал, что вы не различаете осторожность и приманку.

— Различаю.

— И?

— Иногда удобнее быть вторым.

Циньюэ посмотрела на него внимательнее.

Ни следа бравады. Ни тени показной жестокости. Он говорил так, словно речь шла о погоде, маршруте или запасе воды на переход. Будто собственная опасность была для него такой же рабочей категорией, как чужая ложь или структура формации.

Это пугало.

И почему-то успокаивало.

Система снова вспыхнула.

```text

╔════════════════════════════════╗

║ СИСТЕМА СИМУЛЯЦИИ ЖИЗНИ ║

║ ║

║ Обновление сценария ║

║ ║

║ Восточный след подтвержден ║

║ Вероятность связи с ║

║ лекарем Шэнем: 61% ║

║ Вероятность связи с Ли Мэй: ║

║ 48% ║

║ ║

║ Предупреждение: ║

║ дальнейшая симуляция ║

║ повысит нагрузку на седьмую иглу║

╚════════════════════════════════╝

```

Она стиснула зубы.

Даже короткий анализ отдавался теперь тонкой дрожью в висках.

Хэ Юй заметил это сразу.

— Снова? — спросил он негромко.

Циньюэ подняла на него глаза.

Вот она, та граница, на которой каждый ответ мог стать лишним.

— Отголосок формации, — сказала она после паузы.

Не вся правда. Но и не ложь.

Он смотрел еще несколько секунд.

Потом произнес:

— Если почувствуешь, что отклик усиливается, скажешь немедленно.

— Это приказ?

— Это условие нашего дальнейшего движения.

Она чуть склонила голову.

— Значит, приказ.

На этот раз в его взгляде мелькнуло нечто почти похожее на тень иронии.

Почти.

— Если тебе так проще.

К ним вернулся страж с завернутыми в ткань костяными спицами. Ученик держал фонарь все так же обеими руками, будто боялся, что если ослабит хватку, тот выдаст его страх.

— Генерал, все собрано.

— Хорошо. Уходим с дороги.

— Назад к клану? — не удержался ученик.

Хэ Юй обернулся к нему.

— Нет.

Больше он ничего не добавил, и этого оказалось достаточно.

Отряд перестроился быстро. Один страж пошел впереди, проверяя тропу. Второй — замыкающим. Ученик с фонарем теперь держался в середине. Лошадей вели под уздцы: после вспышки формации животные нервничали и слишком громко били копытами о камень.

Циньюэ сделала шаг — и боль тут же напомнила, что ее тело вовсе не стало крепче только потому, что она уцелела. Рукав был разрезан, под тканью жгло царапину от клинка, а под ключицей все еще жила тяжелая, глухая пульсация.

Хэ Юй это заметил.

Разумеется.

— Сядешь верхом, — сказал он.

— Я могу идти.

— Недолго.

— Этого может хватить.

— Мне не нужен отряд, который теряет время на твоем упрямстве.

Циньюэ уже открыла рот для ответа, но замолчала.

Не потому, что сдалась.

Потому что он был прав.

И оба это знали.

Она подошла к своей лошади. На этот раз мир не качнулся — только в груди неприятно стянуло, когда пальцы коснулись седла. Хэ Юй стоял рядом ровно настолько близко, чтобы подхватить, если понадобится, и ровно настолько далеко, чтобы не навязать помощь прежде, чем она сама потеряет равновесие.

Снова.

Это повторялось уже слишком отчетливо, чтобы быть случайностью.

Циньюэ села в седло сама.

Только тогда он отвел руку, которой, как она теперь заметила, едва касался воздуха рядом с ее локтем.

Они двинулись дальше.

Тропа уходила восточнее, огибая скалистый выступ. Туман здесь лежал ниже, цепляясь за камни и редкие сосны. Небо над хребтом было все таким же глухим, беззвездным. Лишь далеко впереди, почти у самой линии тьмы, временами вспыхивал и гас едва заметный отблеск — там, где оставленная Хэ Юем метка отзывалась на движение беглеца или на место, через которое тот прошел.

Несколько ли шэней они ехали молча.

Циньюэ почти физически ощущала, как рядом с каждым поворотом дороги сгущается не только туман, но и что-то другое — ожидание. Не ее личный страх. Не очевидная угроза немедленного нападения. А чувство, будто они уже вошли в пространство чужой подготовки, где каждый камень мог оказаться запомненным заранее.

Система молчала.

Это было хуже предупреждений.

— Генерал, — тихо сказала она наконец.

— Да.

Он не обернулся.

— Вы сказали, что мне нужно говорить, если отклик усилится.

— И?

— Мне кажется… — Она ненадолго прикрыла глаза, пытаясь подобрать точное слово. — Мне кажется, это место не просто связано с формцией на дороге. Оно уже было подготовлено под меня заранее.

Хэ Юй ответил не сразу.

Когда он все же заговорил, его голос стал еще тише.

— Я знаю.

Циньюэ повернула голову.

— Знаете?

— С той минуты, как увидел конструкцию якоря.

— И все равно ведете нас туда.

Теперь он посмотрел на нее.

В темноте его взгляд казался почти черным.

— Да.

— Почему?

Несколько ударов сердца он молчал.

Потом сказал:

— Потому что если они готовили это место заранее, значит, там есть не только ловушка. Там есть ответ.

От этих слов холод стал острее.

Не потому, что она не понимала логику.

Потому, что сама пришла бы к той же.

И именно это пугало больше всего.

Они миновали еще один поворот.

Тропа неожиданно сузилась и вывела отряд к узкому каменному мосту, переброшенному над черной расселиной. Внизу шумела вода — глухо, почти подземно. На другом конце моста поднимались в туман полуразрушенные ворота, некогда, возможно, принадлежавшие сторожевому посту или старому перевалочному двору.

Теперь от него остались лишь обломки стен и темный провал внутреннего двора.

Метка вспыхнула.

Один раз.

Четко.

Прямо там.

Хэ Юй поднял руку, останавливая отряд.

Тишина легла вокруг так плотно, что даже вода внизу на миг будто отдалилась.

Циньюэ почувствовала, как седьмая игла под ключицей отзывается не болью, а странным, ледяным натяжением — словно кто-то с той стороны вдруг понял, что она пришла.

И в этот самый момент из темного проема за воротами медленно вышел человек в белой маске.

Он не спешил.

Не поднимал оружия.

Просто остановился у развалин, глядя прямо на Циньюэ.

А потом склонил голову — как будто приветствовал не жертву и не пленницу, а давно ожидаемую гостью.