Инженерный парадокс 11

Глава 1

Уже в Манаусе я без особого восторга разглядывал технику экспедиции. Скажем так, сельва оказалась ГОРАЗДО более опасной, чем я предполагал: целой техники просто не осталось, хотя и безвозвратно разрушенной тоже. Обратный путь прошёл в постоянных боях, и это хорошо, что была просека и мост, в противном случае могли быть потери.

А результат всего этого, ну помимо того, что надо будет валандаться с ремонтом и надо дать отдохнуть экспедиции…

Ну, во-первых, я понял ПОЧЕМУ нам стало так тяжело. Об этом не говорилось и писалось, на определённый момент у меня даже было желание истерично позвонить Трофимову, с вопросом “сколько техники вы раздолбали на этих испытаниях?!” Но потом я построил модель, а позже — подтвердил выводы на практике.

Причём свои выводы о том, что эфир — это этакий параллельный мир — тоже, хотя это только косвенно.

Итак, в сельву были экспедиции. Причём успешные и с трофеями, причём сотни лет назад, когда как бы технический уровень НЕМНОГО отличался, и не в лучшую сторону. Далее, были успешные экспедиции и в современности. Были и неуспешные, ну и выстраивалась такая картина.

Сельва, судя по всему — это этакий капитальный “пробой” в эфирный план. Скорее всего, какими-то технологиями н’гхаров, которые использовали его во вполне практических целях. И у меня начинают появляться планы использовать так же, кстати говоря, но это вопрос на будущее.

Живут в сельве не просто “мутанты”, а эфирные гибриды, можно сказать, “двухтелые существа” — обитатели эфирного и нашего плана “сливаются”. Подозреваю, что подобный растительный и животный симбиоз и в мире эфира даёт сросшимся весьма и весьма весомые преимущества… Но это, в общем-то, пока не важно.

Важно, что сельва — этакий гибрид эфирного и материального плана, органичный и естественный, смычка миров, можно сказать. А вот дальше идут причины агрессивности, и первое, как ни смешно — эфирные возмущения. Похоже, одарённые в сельве оказывают неблагоприятное воздействие на этот гибридный биоценоз, и человейники — результат. Не люди и цивилизации возникали в местах, где это было возможно, отнюдь.

Скопление одарённых, пользующихся эфиром в течение длительного времени на одном месте создавали в области общей аномалии сельвы места нормальности. То есть, гипотетически, понатыкав по сельве людей-одарённых, можно убрать завышенный эфирный фон, разъединить миры.

На практике, конечно, схарчат к чертям эту толпу нормализаторов очень быстро.

При этом один человек — неприятно, но терпимо. Десяток — уже вызывает область, на которую реагируют не отдельные животные, а сельва в целом. Грубо говоря, чем меньше народу, тем больше в сельве шансов. Потому что на крупный отряд зверьё и растения натурально подтягиваются с территории, прямо пропорционально количеству “нормализаторов”.

Далее, сельва и этот гибридный биом не любит не только эфирное, но и физическое упорядочивание. Механизмы, в смысле. Видимо, локальное уменьшение энтропии физического объекта в локализованной точке сельвы также неблагоприятно местному биому. Не вообще: понятно, что на молоток или даже автомат биому пофиг. Но компьютеры, сложные электрические приборы, полевые генераторы, источники когерированного излучения и прочее подобное — неприятно и вызывает ту же агрессию, что и одарённые, воздействующие на эфир.

Кстати то, что им не нравится “упорядочивание” — моё допущение. Вполне возможно, что им наоборот, губителен “хаос”, энтропия, которую мы привносим. Но с моей точки зрения так, да и комфортнее быть упорядоченным как-то.

Но ситуация выглядит как фактически тупиковая: много народу нельзя — массовая агрессия. Высокотехнологичной техники — нельзя, тоже массовая агрессия. На небольшой отряд с палками агрессия будет локальная, но, во-первых, такой отряд местные твари схарчат без агрессии, просто чтобы пожрать, а отбиться сил не хватит.

Ну и во-вторых — мне этот вариант ни черта не подходит, потому что мне нужно из сельвы ВЫВОЗИТЬ объекты, высоковероятно массивные и много. А не пробираться малым отрядом, лупая глазами на чудеса гибридизации двух миров.

Фактически, получается ситуация, в которой надо делать технику настолько мощную и совершенную, чтобы она заведомо превышала возможности сельвы к обороне. И тогда на её агрессию будет плевать, как понятно. Что как по мне — комично. Чтобы добыть космические технологии, надо создавать технику на космических технологиях.

И… сделаю. Это довольно интересно, помимо того, что я заинтересовался именно практическим применением сельвы, источником эфиризированной материи в промышленных масштабах. По сути, получается что сельва — этакая огромная автоматизированная алхимически-биологическая фабрика, правда, не первое тысячелетие работающая вхолостую.

Возможно, н’гхары добывали тут лекарства, энергию... Материалы они тут добывали точно. И мне это интересно, хотя понятно, что полуфабрикаты из сельвы для полноценного использования, скорее всего, пройдут через Атанор.

Короче: работы много, основная будет проводиться в Гараже, куда я, похоже, не раз вернусь. А название “Вжух” показывает мудрость и проницательность. Он, похоже, ближайшие недели, а то и месяцы, будет “вжухать” между Гаражом и Сранчо. Так что составил список того, что надо, да и понял, что многое даже Вжух не вытянет. Впрочем, это не критическая проблема: время, некоторые средства, но Федя справится.

А мне надо разбираться, что можно достать в Манаусе. И засел за терминал, разбираться, что тут у нас интересного. Интересного… Да много тут было, в первую очередь — цены. Хоть закупай ресурсы тут и продавай в Новгороде — буквально все ресурсы дешевле на треть, а то и в два раза.

Правда, тут Рукожоп, уже работающий в местных сетях, выдавал довольно ожидаемый прогноз. Местные — крайне ненадёжные партнёры. То есть найти и даже купить товар по заявленным ценам — можно. Но с равной вероятностью можно нарваться на “кидок” — местная особенность.

Ну, “кидают”, конечно, и у нас. Но тут это базово не считается чем-то нехорошим, то есть “деловая порядочность” — даже не благое пожелание, а некое абстрактное и нежизненное понятие. Культурный код человейников, судя по всему. Подразумевающий, что для совершения сделки без неприятностей у головы партнёра надо держать ствол или его аналог. А если вы оба держите ствол — так даже та самая мифическая “порядочность” появляется.

Ну да ладно, в общем я возможности местного рынка прикинул, как и потенциальную возможность скупки вторсырья. Довольно неплохая экономия на логистике выйдет. Но нужно производство, без которого не обойтись. Литейная, потому что гонять металлоконструкции через океан — бред, а предлагаемый металл даже без учёта “кидка” не устраивал меня качеством.

Направил очередной запрос поставок в Гараж и занялся поиском производства.

И, на удивление, довольно быстро нашлось то, что нужно. Относительно небольшой металлургический заводик, причём вне человейника, у его основания, как и наше Сранчо. И в том же сегменте, что просто праздник какой-то: возможна прямая логистика. Самым приятным было то, что владелец у заводика был один, что в человейнике не то, чтобы редкость… Но и нечасто встречается. Магазины, производства и прочее подобное, в большинстве своём — собственность коллективная, группы лиц.

Причин у этого довольно много, основная же — довольно небольшая продолжительность жизни местных. Хреновая медицина, тератогенное (вызывающее патологии внутриутробного развития) действие сельвы и прочее подобное. Понятно, что обитателей высших ярусов это не касалось, но даже сравнивая с далеко не благополучным Нижним, местные с какой-никакой медициной жили в среднем шестьдесят лет.

В Нижнем — восьмидесятилетний старик, причём достаточно бодрый для того, чтобы работать и обеспечивать себе пропитание — не редкость. В общем, жили в человейниках откровенно мало и, если исключить случаи насильственной смерти — почти в два раза меньше, чем в Империи.

Но в данном случае владелец один, причём представитель и глава альгвасильи, альгвасил — муниципальный управляющий служб человейника в нашем секторе. И выставленное имущество насквозь законное, полностью легально продаётся… Что, скорее, вызывает некоторые опасения, с учётом местных особенностей.

Хотя, безусловно, меньшие, чем если бы мне предложил купить заводик по местной цене какой-нибудь обвешанный золотом хлыщ. В общем, направил сообщение, получил ответ и приглашение в альгвасильию, для знакомства с документами и совершения сделки.

В общем, довольно долго сидел, разбирался с данными по человейнику, смотрел местные сети, цены и прочее. Заскакивала Глория, пугала, что пойдёт на экскурсию в Манаус — но я не испугался, а отпустил. Правда, в броневике и с охраной.

— И ты думаешь… — фыркнула она.

— Что справляться — совершенно излишне, — ответил я на незаданный вопрос. — Броневик и охрана просто избавит от массы ненужных неприятностей. Те, с кем ты прекрасно справишься — просто будут тебя обходить.

— Ну-у-у… Разумно, вообще-то. И очень по-Марковски, — улыбнулась она. — Уговорил.

— Угу.

— Может, задержусь на день-другой, посмотрим, что тут есть весёлое.

— Угу.

— Не ревнуешь?

— А надо? В принципе, могу попробовать, хотя не нахожу это…

— Ма-а-арк… — с этим полустоном Глория отправилась знакомиться с Манаусом.

А через пару часов прилетел Вжух с оборудованием. И я тут же распаковал контейнеры с крабиками и паучками. Которые подхватили здоровенный защищённый бокс, затащив его в подвал с коммуникациями.

— Ну-у-у… сутки, наверное, — прикинул я, подключая контейнер к магистральному питанию.

Правда, через секунду произошёл чудовищный скачок напряжения. А на планшете, в новостных сайтах Манауса, посыпались панические сообщения о массовых сбоях энергоснабжения.

— И зачем? — поинтересовался я.

— Ну-у-у… мне не хотелось ждать, Марк, — сделала невинный вид Икси.

— Подождать не больше суток на выход в рабочий режим квантового ретранслятора… А впрочем, пофиг. Нам местные власти претензий не предъявят?

— Нет, перебои энергоснабжения носили очаговый характер и не локализуются. Вы сердитесь, Марк?

— Вообще — не очень. Точнее, вообще не сержусь. У меня к местным… ну скажем так, к цивилизации южноамериканских человейников всё большие претензии. В том плане, а можно ли их называть разумными.

— Да?!

— Угу. Ознакомься, — предоставил я Икси доступ к своим записям об “алхимически-эфирной фабрике” сельвы.

— Но это поняли вы…

— Это не слишком сложные выводы, Икси. И, скорее всего, верхушка если не точно знает, то догадывается. Но это им не нужно. Человейники не стагнируют, но не развиваются. Самодостаточные системы обеспечения верхушки благами.

— Вынуждена признать, что ваши выводы очень правдоподобны. И на основании этого вы отказываете цивилизации человейников в разумности?

— А ты считаешь, что подобная ситуация не говорит сама за себя?

— По-моему, вы излишне категоричны, Марк.

— Возможно, — не стал спорить я. — Но отношение к человейнику у меня не лучшее, и дипломатничать с его населением… Пока не докажут, в каждом конкретном случае, что не бараны и не бароноводы — будем считать их неразумными на основании общей статистики и считаться с ними исключительно с точки зрения своих интересов.

— Как скажете, Марк. А вы по мне скучали?

— Не слишком.

— О горе мне!

— По твоим когнитивным мощностям, возможностям работы с роботами, управлению роботизированными комплексами — скучал.

— Это комплимент?

— Констатация факта.

— Я не буду называть вас занудой, потому что это уже слишком занудно.

— Но подумаешь. Я не против, — хмыкнул я.

Собственно, пару часов мы с Икси встраивали её ретранслятор в системы, защищали его. А потом я поехал в альгвасилью, покупать металлургическую фабрику. Само здание-шпиль, на фоне окружающих трущоб, смотрелось инородно. Куча автоматизированных систем защиты, похуже, чем в окрестностях Гаража, конечно, но принцип тот же.

Но попал я в альгвасилью без проблем, где чернявый тип, с залысинами и усиками, предоставил мне документы — вполне нормальные и устраивающие меня.

— И поторопитесь решать, у меня не так много свободного времени, — отрезал альгвасил.

— Вы не заинтересованы в продаже?

— Мне всё равно. Купите — хорошо, не купите — не страшно, — ответил он. — Работа важнее.

— Пожалуй, куплю. Золото?

— Подойдёт, — кивнул он.

В общем, меньше чем за полчаса я купил заводик. Правда, было у меня ощущение… не слишком хорошее. Нет, документы чистые, описание завода и состояние производств, заверенные фотографии и даже видеотрансляции реального времени — были. Но…

Но нехорошее ощущение, хотя и не прямое ментальное “вот я кину этого гринго!” — было. Так что я для начала полчаса сканировал альгвасилью и её окрестности. А потом вернулся в Сранчо и задал задачку Артемию подготовиться на всякий случай. Не понадобится — ему тренировка. А понадобится — так всё готово будет.

Повозился с делами, планировкой до вечера. И только было лёг спать — селекторы выдают звук негромко работающих станков, лязг механизмов…

— Икси, какого хрена?! — возмутился я.

— Это не моя инициатива, Марк, — выдала Искин, и тут в комнату вошла Глория.

Одетая в золотые позвякивающие цепочки и яркие перья, по местным традициям.

— И как тебе, Марк? — покрасовалась она.

— Довольно симпатично. Но то, что этот “наряд” не скрывает — мне нравится гораздо больше, — честно сообщил я. — Кстати, ты собиралась задержаться…

— Я передумала. Ну, вообще, и вправду не слишком… Да что ты стоишь!

— Я лежу.

— Вставай немедленно и помоги мне выпутаться! — подпрыгивала, позванивая цепочками Глория.

Ну… запуталась немного в этом “великолепии”. В общем, перед семейной жизнью была семейная работа по выпутыванию супруги из оков и перьев. И я почти не смеялся — повезло всё-таки Глории со мной.

Цитадель регионального управления “Ла Эмэ”, Роатан, Ислас-де-ла-Баия, Карибский бассейн

Дон Алехандро Коррити занимался бюрократией, а точнее, перепроверял данные и отчёты. Когда-то, в молодости думалось, что дон — это много красивых женщин, комфорт, власть… И всё это было. Вот только если хочешь оставаться живым доном, то большая часть времени уходила именно на проверки действий подчинённых.

И стоит забыться хотя бы на несколько дней — и у карибского представительства будет новый дон. Не один и не два неудобных коллеги Коррити узнали это на собственной шкуре… и не без его помощи. И следовать за ними на тот свет, по собственной глупости, у Алехандро не было никакого желания.

И тут в кабинет, без стука, вбежал каппо. Рука Коррити сомкнулась на рукояти пистолета под столом, но глубокий поклон подчинённого спас тому жизнь.

— Дон, прошу простить, у меня для вас новости, которые вы, возможно, сочтёте важными…

— К делу, Карло, — нахмурился Коррити.

— Человек, который имел неосторожность вызвать ваше неудовольствие, Мекову, сейчас в зоне нашего влияния.

— Где?!

— Человейник Манаус, друзья Ла Эмэ сообщили об этом человеке…

— Детали. На мой терминал, срочно!

Несколько минут Коррити внимательно знакомился с данными. И да, его кровник, многочисленными головами которого… а точнее обещаниями доставить голову, “осыпали” его последние месяцы, находился в человейнике Манаус, не особо скрываясь и даже заняв пригородный особняк.

— Манаус прямо нам не подконтролен, — задумчиво протянул Коррити.

— Да, дон…

— Значит, Карло, слушай, раз уж ты принёс мне эти важные новости. Я желаю чтобы этот Мехов был мёртв. Вторгаться на территорию Манауса или конфликтовать с алькальдом человейника прямо — будет неосмотрительно… Но жить этот Мехов не должен.

— И что же мне делать дон? Прошу простить, привлечь банды человейника?

— Да. Найм, приказы. Вот доступ к счёту — мой личный, я не желаю чтобы в этом деле работали деньги Ла Эмэ. Для них найдётся лучшее применение. Берешь деньги со счёта и нанимай всех, объявляй награду за голову… Впрочем, сам разберешься.

— Да, дон.

— Задачу ты понял, ступай, — махнул рукой Коррити.

И остался задумчиво сидеть в кабинете. Ситуация складывалась… Выгодная. Пара жадных имперцев, заваливших его обещаниями, окажутся должны дону. Так, что и Ла Эмэ получит немалую выгоду, и его личные запасы не уменьшаться, а увеличатся.

Но этот наследник убийцы — изворотливый и пронырливый сукин сын, это Коррити понимал прекрасно. Так что расчёт на то, что местные бандиты справятся — был. Но нужно подготовиться к тому, что придётся решать вопрос мести более сложным и затратным путём, чем просто деньгами.

***

Наутро я, довольный, проверил приготовления и убедился, что Артемий сделал всё, что нужно. А после направился с документами к своей собственности… И обнаружил, что сталелитейный заводик функционирует. И охраняется местными жандармами, которые вот сюрприз — не желали меня пускать.

— Я — владелец этого завода.

— Этот завод принадлежит Манауса, сеньор!

— А я его купил у альгвасила. Вот документы.

— Это… вне нашей компетенции, — ответил жандарм, явно знакомый с печатями. — Извольте пройти к управляющему завода и решить этот вопрос с ним.

Ну, в то, что вопрос “решится” я не слишком верил… Впрочем, потратить несколько минут находил возможным. Управляющий оказался высоким лысым мужчиной, лет сорока, один из немногих из местных, который не имел на физиономии усов.

Причём чуть ли не первый, которому при отсутствии шевелюры, они бы не помешали… Впрочем, пофиг на его лысину и усы.

— Приобрёл вчера этот завод у альгвасила Хуана Мартине Родригеса. Купчая, документы, — протянул я купчую этому типу.

В которые тот вчитался, на удивление, даже сверил несколько пунктов, возвращаясь к уже прочитанному. Впрочем, сделал это достаточно быстро, показывая, что постоянно работает с бюрократией.

— Си, сеньор, — кивнул он, протягивая мне бумаги. — Вы купили и всё законно. Но увы, вы — не владелец, — развёл он руками.

— Объяснитесь.

— Почтенный альгвасил должен заверить сделку до заката солнца. Но его посетил благочестивый патриотизм, и он оформил дарственную на город.

— То есть, взял мои деньги и подарил мою собственность?

— Увы, не вашу. До регистрации сделки она была его, а дар городу, акт патриотизма, имеет преимущество перед любыми иными сделками.

— Понятно. И денег мне никто не вернёт, даже по суду?

— По суду — нет, сеньор. Возможно, почтенный альгвасил захочет вернуть вам ваши средства… но на это на вашем месте я бы не рассчитывал.

— Понятно. При этом эти документы — законны? — уточнил я.

— Си, сеньор. Но ничтожны перед патриотическим актом, а через месяц — вы не вступите в права собственности, и они утратят даже умозрительную силу, которую имеют сейчас.

— Благодарю за консультацию, — хмыкнул я. — Скажите, господин управляющий. А совершенно случайно, через месяц, город не передаст этот завод в доверительное управление альгвасилу? Или вообще в награду или дар?

— Передаст, сеньор! — радовался управляющий. — Вы отменно начали понимать, как работает Манаус.

“Живите теперь с этим” буквально повисло в воздухе, хотя и не было сказано.

— Угу, — поднялся я, собрал документы и пошёл к выходу.

— Не откажите в любезности сообщить, куда вы направитесь теперь?

— Совершенно не ваше дело.

— Само собой, сеньор, просто любопытство.

— Которое я нахожу забавным удовлетворить. Я направляюсь к альгвасильи, буду узнавать не пожелает ли алькальд вернуть мои деньги.

— И вправду забавно, сеньор! У вас отменное чувство юмора!

— Угу.

Самое забавное, я действительно направился к альгвасильи. Но не стал пытаться заходить, а вышел из броневика, остановившегося на площади, сел рядом с ним на раскладной стул за раскладной стол и стал работать в сети, временами поглядывая на башню-шпиль.

Пару часиков я сидел, на всякий случай выпускал жучков-паучков, ну и работал, само собой. Башня альгвасильи безмолвно пырилась на меня стеклянными стенами, но естественно — меня заметили.

И, очевидно, этот Хуан ожидал что я затею скандал, что буду ломиться в эту альгвасилью и прочее. Но вот моё простое сидение у здания, причём в комфорте и с чашкой чая, этого делягу явно нервировало.

Настолько, что через пару часов он появился собственной наглой рожей, естественно, в компании десятка неплохо вооружённых бойцов и с турелями, наведёнными на меня и броневик.

Я бегло отстучал Артемию “пора” и оскалился в добродушной улыбке.

— Ба, какая честь! — радостно, издалека помахал я рукой. — Сам альгвасил!

— Извольте объясниться, что вы делаете у альгвасильи?! — через губу процедил он.

— Вас жду, конечно. Не желаете мне вернуть деньги, альгвасил? — не вставая поинтересовался я.

— Ваше золото было принесено в дар Манаусу, как и мой завод. Считайте так и гордитесь!

— Не буду гордиться.

— Как вам будет угодно. Покиньте окрестности альгвасильи!

— А на основании чего? — заинтересовался я.

— Нарушения общественного порядка, что я, как должностное лицо удостоверяю, — выдал этот мошенник.

— Угу. И что вы мне сделаете? — заинтересовался я.

— Используем защитные системы и вой…

— Так они у вас не работают! — сообщил я, слыша нарастающий гул.

— Как не… — выпучил глаза альгвасил, но в это время на площадь выбежала разъярённая толпа.

Причём выбежала адресно: в сторону броневика они позыркивали, но никто не нападал, хотя оружия, пусть дрянного, хватало. А вот на альгвасилью обрушился град пуль, самодельных гранат.

Ну и толпа с рёвом вбежала в здание, а из окон посыпались чиновники, не всегда в комплектном состоянии.

Кстати, этически меня это совершенно не трогало: тут я Икси не врал. Разумными для меня не были ни обитатели фавел, в среде которых было социальной нормой продавать каждого второго ребёнка, чтобы прокормиться.

Так и чиновники, культивировавшие эту систему. С Нижними городами Империи, например, можно предъявить много претензий Империи и Императору. Но они ПЫТАЮТСЯ что-то сделать, плюс даже не осуществляя прямого контроля и помощи, не дают корпорациям совсем беспределить в Нижних.

А тут — сознательное превращение восьмидесяти процентов населения в маргинальную биомассу. И омерзение вызывают как двадцать процентов верхушки и специалистов, которые это осуществили.

Ну и сами обыдлившиеся, даже не пытающиеся что-то изменить обитатели фавел. А они могут, чему происходящее — прямое доказательство.

В сеть Манауса Артемий вывалил данные о социальных выплатах по нашему сектору. Чёрт знает, приукрасил или нет, я ему давал задание вызвать волнения с обоснованием и распространить информацию, что защитные системы альгвасильи не функционируют.

И всё. Этих баранов, слов других нет, “ограбили”, и можно отомстить. Тысячи человек радостно громят альгвасилью, на которую боялись поднять взгляд.

Бойцы пригнулись, нервно оглаживая стволы и стараясь казаться незаметными. Алькальд бледнел, синел, исходил потом.

— Ой, амигос! — радостно произнёс я толпе, используя усилители звука броневика. — А тут альгвасил! — и броневик загудел.

Первыми среагировали охранники… как зайцы, побежавшие в разные стороны. Вторым — затравленно зыркнувший альгвасил, дёргано побежавший к выходу с площади.

Ну и потом — толпа, заревев и побежав за ним. Догнали, само собой. Ну, туда и дорога, в общем-то.

— В Сранчо, Марк? — поинтересовался Горелый, сидящий за рулём броневика.

— Нет. К моему заводу. И надо пару броневиков позвать на всякий. Займём, наладим производство. А через пять дней, даже если “дарение” и всплывёт, то ничего не сделают даже по своим законам, — ответил я. — Но, скорее всего, о заводе если и вспомнят, то ой как не скоро. У местных властей и без того будет хватать проблем, — хмыкнул я, а эхом — согласно хмыкнул Горелый.

Глава 2

К заводику мы приблизились вместе с тремя танками из Сранчо. Вести разговоры не стали — я позиционировал себя как владелец завода, что подтверждали документы, на собственности которого какие-то охреневшие типы устроили разгульное производство. То есть, танки угрожающе ощетинились пушками, но бойцы, да и я, просто работали пинками и парализаторами, выкидывая к чертям полицейских, работников, ну и само собой — управляющего.

Выгнанная на мороз группа почесала синяки, позыркала на заводик и танки, ну и потопала в сторону Манауса. Вообще, места в округе человейника были… Скажем так: условно-опасны. Зверьё из сельвы нет-нет, а подбиралось к человейнику. Случаи редкие, единичные, но всё же бывало, и торчать в чистом поле без оружия и брони было в определённой степени опасно.

Оружие и броню у охраны мы, само собой, реквизировали.

Ну а первым делом, над входом на заводик поместили здоровенную надпись: “Литейка. Собственность корпорации Гараж”. Хотя, как понятно, работы было до чёрта: танков осталось всего две штуки, а со Сранчо поехала техника, паучки, крабики и рукастые миньоны.

Надо было в любом случае переоборудовать этот заводик под наши нужды, не говоря о том, что мне самому стоило ознакомиться с тем, что мне досталось, детально.

Потому что вроде — то же что заявлено. А на деле — чёрт знает.

Но на деле оказалось даже лучше, чем я предполагал. Правда, кузнечный многофункциональный станок явно не использовали толком, даже появилась ржавчина. Но в целом — хороший и годный инструмент, хотя довольно специфический.

А вот документы в кабинете управляющего повеселили… хотя и не совсем: не слишком весело. Но всё же….

Короче, за последние пять лет заводик восемь раз передавался в дар городу. И, соответственно, возвращался обратно этому Хуану. В то, что это делалось из спортивного интереса, верилось не слишком.

В общем, выходило, что заводик был этаким “неразменным пятаком” из сказок для альгвасила. Где он находил покупателей — чёрт знает, но на мне споткнулся.

Тем временем в заводик приехали паучки и крабики, миньоны, оборудование и ретранслятор Икси. Не основной, само собой: основной, работающий на принципе квантового подобия и повторяющий первичный носитель Икси в Гараже, был один.

Вообще, надо было бы сделать ещё, но даже один был запредельно сложным и дорогим, не в плане материалов — ну, вычислитель для искина и вычислитель, а в плане работы, тонкости и объёма. Для работы эффекта квантового подобия ушло три месяца кропотливой работы, проверок, перепроверок, диагностики…

В общем, долго и муторно. Притом, что Икси направляла на контроль процесса ощутимые мощности, да и я регулярно проверял.

Но если не через полмира — то обычный вычислитель с хорошим каналом связи вполне обеспечивал мобильность. Теоретически даже те же паучки могли быть ретрансляторами, но их слабенький вычислитель налагал массу ограничений.

Сейчас же, с обычным, но продуктивным транслятором, Икси взяла общий контроль и руководство над “бригадами” паучков и крабиков, так что работа по модернизации началась буквально через минуту после того, как они прибыли.

А я задумался, начиная понимать, что надо, как и начал Медный, привлекать местных. Что мне, если честно, не слишком хотелось, но… Гараж — не резиновый. И ряд работ тут надо выполнять людям, не говоря о том, что сборка вторсырья, того же металлолома, нужна. И даже если её частично автоматизировать (что сделать надо — это просто рационально), то люди-операторы из местных фактически необходимы.

В общем, как бы я ни желал дистанцироваться от человейника, волей-неволей придётся немного разобраться в его хитросплетениях, а не внешней мишуре. Подумал, да и приобрёл несколько курсов, как нашей Академии, так и Философского Общества Островитян. То что они — не самые симпатичные типы, не отменяет того, что с человейниками они имели дело. И даже пробовали захватить… безуспешно. Что немного удивляет.

В общем, по результатам картина выходила неприглядная, но не настолько дерьмовая, как я предполагал. И как предполагал Медный, кстати говоря. Он сам не соотнёс тот момент, что нанимал вполне приличных местных, которые и сейчас честно служили.

Итак, основным экспортным товаром человейников являются алхимические компоненты и люди, целые и в разборе. Экспортный продукт, продающийся, по сути, самими человейниками. Структура у них головоломная, бредовая и работающая через задницу, но если разобраться, каждый человейник с точки зрения власти — феодальное княжество с наследной аристократией. Элита, обитающая в центральном шпиле.

Каждый человейник, по сути — самостоятельное государство. При этом каждый обитатель человейника обеспечивается неким минимумом. Еда и вода. Мало, хреново, долго не протянешь — но это официальная государственная дотация. Я думал, что до многих из обитателей фавел этот прикорм не доходит, чиновники и банды жируют на биомассе…

Но вышло несколько сложнее. То есть, конечно, эта “подкормка” — в некотором роде человеческая ферма элиты человейника, обеспечивающая приток живого товара. Который не меньше четверти экспорта человейника.

Но оказалось, что и не только, и узнали это островитяне, захватившие и оккупировавшие человейник Пан-ди-Асукар. Вооружённые силы у человейника были, но не слишком технически оснащённые, не слишком обширные, и через пару дней островитяне торжествующе заняли верхние ярусы человейника, по сути, им завладев.

А вот дальше у них начались неприятности в виде прекратившихся поставок ресурсов для обрабатывающих фабрик алхимических реагентов. Островитяне стали требовать у управляющих — но ресурсы-то не несут. И тут они сделали фатальную ошибку: перестали выплачивать пищевую дотацию, потребовав “сырьё взамен еды”....

Из Пен-ди-Асукар только чудом выбрались считанные единицы островитян. Стомиллионный человейник, с массой дрянного, но всё же оружия, поднял бунт. И не помогло ничего: ни техника, ни дисциплина. Островитян задавили числом и знанием местности буквально за часы.

То есть, помимо прибыли, пищевая дотация верхних ярусов была чертовски выгодной инвестицией в безопасность и сохранение своей власти. Захватывать человейники выходило… да просто невыгодно. Разве что перебить население, но до такого уникального и бессмысленного идиотизма никто не додумался.

Ну и интересны банды фавел, которые, в общем-то, оказались довольно близки к бандам Нижнего. По сути, именно “бандами”, преступниками была от силы треть. Остальные, например, организовывали фавелы и добывали ресурсы. И из таких фавел потока живого товара не шло — там люди зарабатывали и жили… ну, по-разному, но на голову выше, чем окружающие трущобы.

Хотя в целом отношения к обитателям человейника как к баранам это не меняло, но из восьмидесяти процентов обитателей фавел выделяло десять-пятнадцать населения, которые биомассой не являлись.

В общем-то, насколько я понимаю, ситуация с бандами — довольно типичная ситуация, когда властные структуры, по тем или иным причинам “забивали” на людей.

То есть возникают отряды самообороны, профсоюзы — структуры, берущие на себя часть государственных функций. И довольно быстро превращаются в банды, хотя в некоторых случаях криминалом там и не пахнет: банды они только по названию. Называет их так ни хрена не делающий государственный аппарат.

Хотя и не всегда: в том же Манаусе многие банды торговали людьми и комплектующими в “обход” верхних ярусов. А уж наркотические стимуляторы и всякую “расширяющую сознание” дрянь верхние ярусы и вовсе не продавали.

Но, несомненно, имели ощутимый процент с этой “нелегальной” торговли — человейники Южной Америки обеспечивали этой дрянью, по сути, весь Мир.

Впрочем, сам себе напомнил я, общего отношения это всё равно не меняет. То, что есть десять процентов “бандитов”, из которых реальным криминалом занимаются половина — и хрен с ним.

Но, в частности, эта “бандитская” прослойка — как раз и есть ресурс работников и сотрудников, на который филиал Гаража “ранчо Сранчо” (и каждый раз у Медного несчастный вид, хах!) может рассчитывать.

— Альгвасил Хуан Родригес выжил, Марк, — вдруг выдала Икси.

— Чегось?! — немножко удивился я.

Как бы там была немножечко толпа. Немножечко недовольная, а местами даже недовольная множечко. На моих глазах они чиновников и представителей гражданской полиции Манауса отправляли на тот свет.

И они этого альгвасила ТОЧНО догнали. Я, конечно, радостно роняя слюнку, на разрывание его на множество мелких альгвасильчиков не пялился, но в том, что это происходило — почему-то не сомневался. Ума не приложу с чего, но так.

— Мне показалось, что данная информация вас заинтересует.

— Тебе не показалось. Но там не было военной полиции… Он настолько имплантирован? — предположил я.

Ну просто единственное логичное объяснение… Хотя и не слишком правдоподобное. Импланты, позволяющие выжить после старательной попытки толпы тебя уничтожить — сложно не заметить, а я к этому Хуану приглядывался.

— Нет. Альгвасил Родригес получил средней тяжести физические повреждения. И сильной тяжести — финансовые.

— Откупился, что ли? От толпы?! — уже даже не немножко офигел я, потому что подобное не укладывалось вообще ни в одну модель массовой психологии, а я начинал чувствовать себя недоученым придурком.

— Откупился. От банды.

После чего Икси рассказала, а я, не удержавшись, даже не смеялся — ржал. Хотя, может, кому-то это покажется не очень смешным… Ну пусть этот кто-то и не смеётся.

Итак, то, что я посчитал “спонтанным выступлением обиженных недоданной подачкой масс”, этим, в некоторой степени, было. То есть около пяти-десяти тысяч человек участвовали в “беспорядках”, что, вообще-то, крайне мало, учитывая многомиллионное население сектора.

Но ни черта оно не было “спонтанным”, а было оно организованным, под контролем какой-то там “бригады” с дурацким названием. Местные банды в плане названий вообще вызывали то ли смех, то ли стыд. Что не слишком важно. Важно то, что эта банда не допустила массовых беспорядков (сверх локальных и, очевидно, решавших их локальные задачи). Натравила толпу на альгвасилью, отдала здания и чиновников “для развлечений”.

Но при этом ситуацию контролировали, что-то, скорее всего, поимели — деньги или документы. А главное, после пинков, ударов и плевков средней тяжести альгвасилу, они его выдернули из рук толпы и отвели к банковскому филиалу, предложив выкупить свою жизнь.

Что он и сделал, само собой. Что-то мне подсказывает, что жить хотел.

То есть, когда военная полиция Манауса завалилась в “бунтующий” сектор человейника, она просто не обнаружила беспорядков. Ну разве что тройку мародёров, захват которых обсасывался в сетевых каналах как “великий правопорядочный подвиг”, но если смотреть объективно, то полтысячи неплохо вооружённых жандармов (в смысле, военных полицейских, которые вообще скорее внутренние войска, ну да не суть), героически задержали меньше десяти пьяных хулиганов.

Что особо повеселило — после торжественных съёмок их выпнули на мороз из автобуса для задержанных, потому что никому они нахрен были не нужны.

Всё это было весело, в перспективе грозила возможной “местью” от альгвасила, что совершенно не пугало: “подстраиваться” под Манаус у меня не было никакого желания, собственно, и перформанс с бунтом — тонкий намёк, что ко мне лучше не лезть и интересы не задевать.

Раз уж нашествия “могучих пусиков” не хватило… Хотя с этим вышло вообще “не так”. Вроде как и страшно, а на деле налупцы пришли за трофеями и взяли их. У банд, причём, в основном, занимающихся наркотиками и работорговлей, как самых обеспеченных.

И это “в целом” не слишком впечатлило огромный человейник, как и его власти.

— Медный, слушай, а ты можешь мне направить из местных наиболее информированных? — по окончании размышлений и разговоров с Икси связался я с миньоном.

— Да не вопрос, Марк, направлю хоть всех, — с недоумением отправил он.

— Всех — нахрен не надо. Мне нужно узнать некоторые тонкости жизни фавел, так что нужны самые знающие и опытные.

— Сделаю, — послышалось в ответ довольно растерянное.

— Прекрасное решение, Марк, — выдала Икси.

— Издеваешься? — хмыкнул я. — Вообще-то, это надо было сделать сразу.

— Только в том случае, если вы, как и получилось сейчас, собирались бы расширять присутствие в Манаусе. А предпосылок для этого не было.

— Растёшь, — хмыкнул я. — Прямо утончённым корпоративизмом повеяло.

— Это гениальное наблюдение, Марк! Утончённое, острое, тонкое… ГЕ-НИ-АЛЬ-НО-Е! — выдала ехидная искин, сформировав на мониторе просто олицетворяющий низкопоклонство и жополизость аватар.

Ну… смешно, на самом деле. А вот когда через полчаса приехали три дядьки в возрасте, с ними было не сказать, чтобы очень просто. Иногда болтали так, что приходилось затыкать — реально фигню какую-то несли. А иногда на нормальные вопросы лупали глазами, как будто я у них требовал на глаз определить параметр неидеальности кварк-глюонной плазмы, честное слово!

Но при этом я узнал ряд весьма актуальных моментов, которые местными “само собой разумеется”. Ну, например, местная “гражданская полиция” — вообще никто и звать их особо никак. По сути — полубанда, следящая даже не за порядком, а за тем, чтобы вовремя заорать “помогите!”. Хотя всё зависит от… того, сколько они зарабатывают. Город им выделяет гроши, так что, например, “полицейские осведомители” на прикорме Медного — совершенно нормальная вещь.

А есть отделения гражданской полиции, “прикормленные” бандами настолько, что отряды военной полиции самым натуральным образом получают звездюлей, если их направляют “разобраться”. В общем — бардак и поругание, но примерно в раскладах прилегающего к Сранчо сектора Манауса я разобрался.

Ну и понял, что будет, и к чему готовиться. Причём что удобно, решение возможных, хотя девяносто-девяти-процентно-вероятных, проблем ничуть не мешало, а скорее помогало моим планам. Связался с несколькими “уважаемыми людьми” в фавелах, отдал несколько распоряжений Медному, который что-то начал понимать, судя по задумчивому взгляду, но явно не всё. Впрочем, “наставлять” я его не собрался: Медный парень умный, но “себе на уме”. Что вполне допустимо, и даже в чём-то похвально. Но при таких раскладах пусть сам думает и набивает шишки, если это не мешает делу, само собой.

А дальше я занялся планированием и работой с плавильней и кузней, готовясь к запуску производства. Причём основная часть работы вообще была связана с защитой и укреплением здания — не помешает, как подсказывала логика и паранойя. Уже ближе к вечеру стал планировать будущую добычу и логистику: просматривал схемы и карты Манауса, видеозаписи, ну и смотрел за жизнью вторсырья. С которым обращались совершенно “по-корпоратски”. Ну вот казалось бы — замкнутая система, в окружении довольно враждебной природы…

Но утилизацией и переработкой никто не занимался. И мусор, как и “мусор”, копился на ярусах Манауса, пока это всех не доставало, и его просто выкидывали в сельву, подальше от человейника. Сельве, к слову сказать, на это было глубоко похрен, хотя подобная “традиция”, как мне кажется, зародилась когда-то именно в попытке заставить джунгли отступить.

Но допланировать не успел: заявилась Глория, сначала потребовав тренировочный поединок, “чтоб твой клинок не заржавел”. Игнорируя тот очевидный факт, что ржаветь в Гриндере нечему. А потом затребовала ещё один спарринг, со столь же смехотворным поводом… Но я спорить не стал: время от времени отдыхать бывает полезно для продуктивной работы. Хотя заржавел… Женщины — они и есть женщины!

Развалины альгвасильи тринадцатого сектора, человейник Манаус, Амазония, Южноамериканский континент

Альгвасил Хуан Мартина Родригес сидел, залепленный регенерирующими компрессами в собственном кабинете… Точнее — в развалинах собственного кабинета! От альгвасильи из-за этого проклятого гринго остались одни руины! И чёрт с ним, с “работничками”. Найти новых бездельников — не проблема. А вот бумаги, данные… Да и деньги!

Всё, нажитое непосильным трудом — в прах! Да он сам чуть не погиб из-за этой скотины-Мехова! А сколько потерял… Это ещё хорошо, что болваны-бандиты даже близко не представляли, сколько НА САМОМ ДЕЛЕ у Хуана денег. Впрочем этим отбросам просто не хватит мозгов понять, они что такие числа существуют — и не знают…

На этом размышления альгвасила прервали шумные, потные, гомонящие ремонтники… Поклонились, извинились, но мешали! Покрасневший Родригес было начал орать, но сам себя одёрнул: хотя настроение альгвасила было откровенно дрянным, он понимал, что сам собой кабинет не починится. Так что надо терпеть… Проклятье!

Ну и надо хоть частично компенсировать убытки, надо чёрт возьми выкинуть этого чёртова гринго с окрестностей тринадцатого сектора! Само его присутствие здесь — оскорбление власти, могущества и достоинства альгвасила! Самого Манауса!

А алькальд, старый сморчок, которому давно пора удобрять сельву… Просто посмеялся над бедами Хуана!

— Хе-хе, — ликовала старая развалина, которая выглядела как сорокалетний мужчина, но взгляд и возраст выдавали его многовековой возраст, что подчёркивало отвратительное чувство юмора. — Это, Хуанчитто, тот железнодельный заводик, что ты реквизировал у банды в своём секторе?

— Си, сеньор Фелипе, — страдал Родригес. — Эти отбросы из фавел тогда совсем потеряли уважение: построили завод, не платили альгвасилье!

— И правильно сделал, что отнял. Только сколько раз ты его “продавал”? — прищурился старик.

— Семь раз, синьор. И платил вам…

— Пять, — неожиданно жёстко отрезал алькальд. — Так что ты заигрался, Хуанчитто. Разбирайся со своим гринго сам, пока он не лезет в серьёзные дела. Не платит тебе — реши вопрос. Или оставь как есть. Военную полицию в окрестности города я отправлять не буду.

— Но уважение…

— На место альгвасила сектора найдётся масса желающих. Которые решат проблему, если это вообще проблема, не отвлекая меня от важных дел. Ты понял, Хуанчитто?

— Я вас понял, сеньор алькальд.

Впрочем, алькальд — старый хрен, который только портит девок и жрёт в три горла. Дела у него, как же! Но то, что он не отправит полицию… Не слишком хорошо. Но и не слишком страшно. Уважаемые люди всегда смогут договориться, несколько поднял себе настроение Хуан.

Дождался, когда с его кабинетом закончат — несмотря на то, что рабочие раздражали, работали они быстро, и хотя крашеные стены и отсутствие мебели вызывало негодование, но кабинет был готов через четыре часа — Хуан набрал номер бригадного комиссара военной полиции, Франко Алонсо. Старого… приятеля, подельника в некоторых делах.

— Хуанчитто, тебе отменно идут эти пластыри! — засмеялся полицейский в первую же секунду.

— Приветствую. Что ж, тогда ты больше не заинтересован в контроле над борделем Киссильи, судя по твоим словам? — скривился Хуан презрительно.

— Э, погоди, Хуан. Это была невинная шутка! А бордель нужен и мне, и моим парням. Ты всё же решил мне помочь с этим?

— Не “помочь”, а передать лично в твою собственность, — отрезал альгвасил.

Популярный бордель был на пятьдесят процентов его… не собственностью, источником дохода. Впрочем, от того, что формальный владелец изменится — доходы не слишком упадут. А алькальд укрепит отношения с Франко, что тоже не будет лишним… Конечно, до текущего происшествия он бы на такое не пошёл… Но сейчас — вполне подходящий вариант.

— И сколько ты за это хочешь? — уже без усмешки поинтересовался Франко. — Или?..

— Именно “или”. Я желаю вернуть сталеплавильный завод, это раз. Я желаю, чтобы этот гринго ответил за свою наглость. Лучше всего — своей жизнью.

— Ба, Хуан. убьёшь его, как же! Мои ребята говорили, что у него мощный самолёт.

— Потому я и не настаиваю на смерти. Свалит — и дьявол с ним! Но рядом с моим сектором этого подонка быть не должно! А моё — должно быть моим!

— Документы? — деловито поинтересовался Франко, поморщился, получив названное, но перестал морщиться под презрительным взглядом Хуана.

Понятно, что завод был ВЕСЬМА спорной собственностью. В первую очередь потому, что формально вообще не входил в зону Манауса, а то, что альгвасил его захватил… Было просто захватом. Не “незаконным”, конечно, потому что та территория просто не подчинялась законам человейника. Да и подчинялась бы — были бы варианты.

Но сморщенная рожа Франко раздражала: чистоплюя из себя корчит, дерьмо шлюхи!

В любом случае, вопрос был решен, договор заключён. И Хуан расслабился, начав заказывать мебель для кабинета — вопрос этого гринго решится в считанные часы.

***

Утром меня поднял звонок от Медного, довольно напряжённый:

— Марк, у нас проблемы…

— Икси… Федька… Тьфу! — спросонья прозапинался я. — Медный, какого чёрта?

— Проблемы, Марк!

— Это — я услышал. Не понял, какого ты меня будешь в… хм. Ладно. Не так рано, — признал я, посмотрев на часы.

Глория тем временем зыркнула на меня сонным взглядом, свернулась калачиком и засопела. Даже завидно слегка… ну да ладно.

— Так что там у нас? — встряхнулся я.

— Я — не в курсе, Марк, — негромко прошелестела Икси, на что я кивнул.

— Ударный отряд военной полиции Манауса готовится выступить к заводу, — сообщил Медный напряжённым тоном. — Перекинуть силы?

— Не-не-не, — помотал головой я, поблагодарил кивком паучка, притащившего мне кофе, хлебнул и осознанно продолжил. — Наоборот: подготовь Сранчо к возможной обороне.

— А вы? И можно, всё-таки, поменять название?!

— Нет. Будешь владыкой Сранчо, — отрезал я. — Не всегда приходится делать то, что нравиться.

— Эх-х-х… — вздохнул Медный, изображая из себя бедолагу. — Но Марк, там довольно сильная группировка…

— Догадываюсь, точнее, почти знаю. Нормально, Медный, проблем не будет.

— Но если их уничтожить — возможен полноценный конфликт с Манаусом.

— Процентов пятнадцать. И кто тебе сказал, что я буду “уничтожать”? Делать мне нечего, я делами займусь, — хмыкнул я. — А ты посмотри на то, что будет. Трансляция есть, в будущем вполне может пригодиться.

— Хорошо, — растерянно ответил Медный, отключившись.

А я начал суетиться. Не слишком, но всё же некоторые приготовления были нужны: отвести технику внутрь заводика, подготовить некоторые подарочки, ну и сделать несколько звонков. Да и Рукожоп сработал, как надо, разместив объявления в нужное время и в нужном месте.

Ну а после я продолжил заниматься делами, готовясь к открытию производства. В принципе, сегодня оно и откроется, судя по всему.

А полицаи, на удивление, даже спешили: буквально через пару часов к заводику подъезжали бронеавтобусы и штурмовые бронеавтомобили с лютыми таранами. Пятнадцать единиц техники, полтысячи бойцов.

Это даже могло бы напрячь, если бы не одно “но”. Оно заключалось в том, что военная полиция Манауса была ориентирована на борьбу с вооружёнными, но людьми. Не техникой, не доспехами, а простыми жителями или бандитами. Ну и со специфической тактикой работы в человейниках.

И для начала, они выпустили буквально тучу дронов-коптеров… Осыпавшихся после направленного ЭМ-импульса на территорию завода. Даже не подорвалось ничего, порадовался я, наблюдая, как паучки деловито растаскивают подарок полиции.

После этого полицейские явно задумались. То ли совещались, то ли ругались нехорошими словами — чёрт их знает. Но через четверть часа, наконец-то, выдвинулись ближе и заорали мегафонами:

— Ваше пребывание на территории завода незаконно! У вас минута, чтобы открыть ворота и покинуть территорию, после чего мы применим силу!

— А дроны со взрывчаткой четверть часа назад — это было весёлое приветствие? — через мегафон за воротами поинтересовался я.

— Сдавайтесь, преступники!

— А с каких пор территория в полутора километрах от Манауса вообще стала юрисдикцией военной полиции?! — продолжал образовываться я.

— С момента, как мы получили приказ! Ваше время уходит!

— Да нет, стоит рядом. Послушайте, никто мою собственность не оставит. Если она — территория Манауса, то я её честно купил, соответствующие документы нет. А если нет — то к каким законам вы апеллируете?

— Упорствуете?! Сами напросились! — последовал “ответ” и “аргумент”.

— Развлекаешься? — подошла Глория, протянув мне печеньку.

— Немного, — захрустел я угощением. — Вообще, не хотелось бы воевать с Манаусом. Это, конечно, не Империя, но народу до чёрта. И непонятно, что с ними делать после разгромной победы…

— Возглавить? — усмехнулась Глория. — А, нет. Ты говорил, что человейник-помойка тебе нахрен не нужна. У тебя и с Гаражом проблем хватает.

— Во-во, — покивал я.

— Они снесут ворота, — прищурилась Глория на трансляцию. — Я экипируюсь…

— Не нужно. Не снесут. И судя по вон тому облаку — скоро они перестанут отвлекать от важных дел.

— Хм, интересно, — присела Глория мне на колени.

Ну а штурмовой бронеавтомобиль разогнался, метя тараном в ворота… который вспыхнули коронными разрядами, а сам бронеавтомобиль замер на месте. Его экипаж… ну, скорее всего, выжил, прикинул я. Но переломается знатно, особенно сейчас.

По воротам пробежали натуральные молнии-поробои, и бронеавтомобиль отшвырнуло метров на тридцать, причём через десять он закувыркался и замер на перекошенной крыше.

— Электромагниты? — хрупнула печеньем Глория.

— Угу. Собственно, они для производства тоже не помешают, но пока ориентированы вокруг ворот.

— Стреляют.

— Да и чёрт с ним: у них пушек-то толком нет, противопехотное всё, — отмахнулся я. — И недолго им стрелять, — указал я на массу машин и автобусов, приближающихся к перекрытым полицаем воротам.

— Наёмники?

— Зачем? — усмехнулся я. — Это — соискатели работы у филиала корпорации Гараж. Рабочие на металлопроизводство…

— Столько?! — воскликнула Глория.

Ну в общем — да, многовато было народу. Тысяч восемь примерно, на обшарпанном транспорте. Я рассчитывал на меньшее.

— Ну во-первых — будет конкурс. Не набирать же всяких рукосуев и раздолбаев. А кроме того, вакансии не только на завод, но и как собиратели, — ответил я.

— И они… ой не могу! — засмеялась, болтая ногами Глория.

— Ну да, — усмехнулся и я. — Полицаи перекрыли им дорогу к весьма неплохо оплачиваемой работе. Элитной, по меркам человейника.

— Думаешь, будет конфликт? — прищурилась на экран, отсмеявшись, Глория.

— Думаю, что нам не слишком важно, — пожал я плечами, но на требовательный взгляд вздохнул. — Ну поможем, если полицейские начнут бузить. Нечего ограничивать нам возможность подбора персонала.

Впрочем, конфликта не было: полицейские НЕМНОГО удивились толпе, несколько их вышло, узнать “какого хрена”. Перед их шлемами убедительно помахали стволами: не слишком качественными, но в таком количестве, что даже механизированный гвардеец не стал бы переть дуром.

Так что то, что полицейские бесславно свалили — неудивительно. А вот я отдал распоряжения, нажал кнопку открытия ворот и вздохнул.

— А сейчас — собеседование, чтоб его. И хорошо бы до ночи управиться, — сообщил я.

В общем-то, управились: паучки выступали в роли терминалов. И недовольных было до чёрта… но скупка работать будет, расценки я сообщил. Так что большая часть представителей “рабочих банд” просто уехали в Манаус, искать хабар. А меньшая — стали разбираться с оборудованием и готовить открытие производства.

— Марк, я понял, как ты решил проблему. Но это уже второй раз, когда…

— Руками местных, — кивнул я Медному, с которому говорил уже в ночи. — И это — нормально. Инженерный подход, оптимизация: минимум усилий, результат достигнут. Или ты думаешь, что я их “использую”?

— Ну да…

— Конечно, использую. И это совершенно нормально, Медный. Я — получаю то, что нужно мне. Они — то, что нужно им. Власти Манауса в пролёте — но это их проблемы.

— А…

— Нет! И ты туда же! Мне нахрен не сдался этот человейник!!! — буквально подпрыгнул я.

Глория, жестокая женщина, в этот момент хихикала в сторонке, вместо того, чтобы морально поддерживать уставшего супруга!

— Нет, нет и нет! Мы ставим базу, решаем проблему экспедиции. И на этом — всё! — отрезал я.

— Как скажешь, Марк, — пожал плечами Медный.

Глава 3

Вообще с “новобранцами” из местных выходило не слишком просто. Например, на массу народа Икси тратила до черта времени: некая Кончита, женщина средних лет. Так у неё задержаний за вооружённый грабёж, согласно данным от местной гражданской полиции, было больше десяти штук! Кстати, многие информационные базы были успешно вскрыты Артемием, поскольку основой сетевой безопасности Манауса было… отсутствие подключения к мировой сетке.

Нет, вообще — вполне действенный метод, но не в случае, когда ретранслятор к проводному подключению может прикрепить любой паучок. Да и не все базы были настолько “дырявыми”, но всякой “мелочевки”, типа полиции и низовых управлений альгвасильи — так.

В общем, дамочка вроде как чуть ли не легендарная Ата Золотая Ляжка, легендарная налётчица и рецидивистка с побережья Таврического Моря. И понятно, что принимать на работу такую — несколько неосмотрительно…

Однако Икси совершенно правильно рассудила: местная полиция, что военная, что гражданская не самые человеколюбивые создания. И десять задержаний и жива… Ну как-то не слишком верилось. Короче, Икси задержалась на этой соискательнице, как и я. В общем, если не погружаться в неприятные детали, то Кончита воровала еду. Чиновник распределения пособия требовал от неё услуг настолько интимных, что не каждая профессиональная и имплантированная специалистка не то, что справится, но даже выживет…

В общем история неприятная, чиновник не давал ей жизни, а полицаи “по-дружески помогали”. А “вооружённость” заключалась в кинутом камне и прочем подобном. И что главное, это была не одна подобная история, при которой ещё голову сломаешь: верить ли данным официальных баз, самом человеку или чёрт знает чему. При этом совсем уж бесконтрольно набирать персонал я не собирался.

Вдобавок, работать то соискатели хотели, как и зарабатывать. Но вот уровень квалификации был, мягко говоря, недостаточным. То есть из почти пяти тысяч человек — два десятка, которые с натяжкой “тянули”. А для полноценного функционирования завода надо полтысячи! То есть понятно, что народ в Манаусе с нужной квалификацией был, даже больше, чем надо.

Но в многодесятимилионном человейнике их чёрта с два найдёшь, не говоря о том, что такие почти наверняка обеспечены оплачиваемой и уважаемой работой. Так что приходилось набирать команды, ставить “мастеров-наставников” из Гаражных, которые будут учить будущих работников.

В общем, всё непросто. А ещё эти намёки на человейник… Совершеннейший бред: если этим заниматься, на это надо тратить всю свою жизнь. Десятки миллионов человек в одной аркологии, по сути — страна. С совершенно безумными и нерациональными социальными, экономическими и прочими отношениями, сформированными так и закреплёнными многими поколениями.

В общем, несмотря на некоторое сходство в деталях с Нижним, такая перспектива откровенно пугала. Да и не буду я этим заниматься, несмотря на червячка внутри, гнусаво пищащего что весь этот бардак надо рационализировать и привести к инженерному знаменателю.

Слава мне — я менталист, и этот “внутренний голос” угомонил, чтобы не мешал думать.

При этом, если думать непредвзято, то с Манаусом мне волей-неволей надо сотрудничать, потому что это источник рабочей силы, ресурсов… Да и потенциального дохода, если подумать.

Ну в смысле если ограничиваться изначальными планами в виде создания цепи опорных баз до региона поисков (а, возможно, в нём самом) — то мне это нахрен не сдалось. Но “наживку” дармовых алхимических ингредиентов я заглотил, факт.

И некий филиал Гаража тут точно не помешает. Но ни в коем случае не в самом Манаусе! Собственно, сам по себе заводик, своим местоположением, даёт прекрасный ответ, как тут надо обустраиваться. Вне зоны контроля человейника, взаимодействуя с ним таким образом и в тех сферах, где мне угодно.

А вот сотрудничать, к слову, я начал правильно. В человейнике, если смотреть глобально, две силы, находящиеся в условном равновесии. Банды фавел и элита верхних ярусов.

Элита — слишком наглая, жадная и вообще несимпатичная. Банды… ну тоже не вызывают пламенной любви, будем честны. Но более договороспособны, как минимум.

Соответственно, надо именно фавелы как-то прикормить, чтобы они, в случае конфликта (который наверняка будет), отстаивали мои интересы. Ну и свои заодно.

И ночь я не спал, а думал и строил модели. Что такого может предложить Гараж многомиллионному… Ну пусть даже не человейнику — слишком большие величины. Сектору человейника за номером тринадцать, состоящему из сотен фавел, который прилегает к Сранчо и заводику.

И выходило, что ту же технику — в принципе возможно. То, что продавали в человейниках на торговых площадях было прямо-таки квинтэссенцией корпоративизма, гонка за каждой копейкой, крошащийся в руках пластик и на глазах покрывающийся оксидами металл.

Но “союзниками”, прикрывающими Гараж от жадной элиты это их не сделает. Так что препятствий к военному противостоянию не будет, а оно… Да просто нахрен не нужно! В принципе именно уничтожить Манаус — реально. Захватить, частично разрушить. Или отбиваться от жандармов и наёмников элиты. И это осуществимо, Гараж потянет.

Но получать второй геморрой в полумире от Нижнего… Да нахрен надо! Я и так время от времени размышлял о пути опереточного злодея, в смысле сныкаться под землю и напускать хозяйственных и кровожадных миньонов на источники ресурсов!

Да и вообще — я вот торчу в этой Амазонии, а внутренне подёргиваюсь от каждого сообщения из Гаража: в любой момент может вылезти какой-нибудь враг, старый или новый, и придётся, бросив местные дела, мухой лететь в Новгород — разбираться с проблемой.

Пока пронесло, но сама перспектива “расклячится” между двумя точками на глобусе вот совершенно не привлекает. Непонятно почему.

Так что союзник нужен, желательно — не только банды, но и всё население сектора, как бы не пассивно оно ни было. В таких раскладах элита просто не будет связываться с находящимся вне пределов их юрисдикции и территориального контроля филиалом.

Ну и бытовая техника — не подходит, хотя точно надо будет продавать. Многое банально не востребованное в Африке, и не покупаемое в Империи, потому что “бывшее в употреблении”, найдёт благодарного и в общем-то выгодного покупателя в Манаусе.

Без сверхприбылей, конечно, но я за ними и не гонюсь. А вот чем сделать эту толпу действительно союзником….

— То ли я болван, то ли гений! — вскочил я с кровати, озарённый довольно простой, но чертовски интересной идеей.

— И то, и то, любимый, — сонно пробормотала Глория и засопела.

Ну-у-у… с определённой точки зрения — так, признал я. И дёрнул Икси, связать меня с Владиславом. Генетиком, принятым в гараж, и возящимся со всякими биоконструктами.

Тихо, без каких-то “громких прорывов”, но нельзя не признать, что чертовски эффективно: его ГМ-объекты растительного происхождения заняли достойное место в Гараже.

Ну и в будущем космолёте займут своё место, вопрос в том, что и на какой стадии у него. Я, к своему внутреннему смущению, не знал: парень действительно тихо и эффективно работал, не привлекая внимания.

Я, собственно, к нему обратился за всё время с приёма в Гараж только насчёт работы с алхимией его и “дёргал”.

— Доброе… — засыпано закопошился Владислав на экране терминала.

— Хм… уже ночи, — признал я. — А у нас утро.

— Здравствуйте, Марк. Что-то случилось? Я могу предоставить детальный отчёт…

— Икси предоставь, — отмахнулся я, с улыбкой отметив этакий титр на экране “тиран и эксплуататор!” от искина. — Меня сейчас интересует не столько что у тебя сейчас готово и на руках, а потенциально готово для масштабного теста.

— Простите, но я не понял…

— Прощаю. Сейчас объясню.

И объяснил, само собой. Итак, основным источником продовольствия Манауса были… отходы изготовления алхимических полуфабрикатов. То есть те самые, “пищевые дотации” — это дрянь, оставшаяся после переработки эфиризированного сырья из сельвы.

Кстати, один из немаловажных факторов, снижающих продолжительность жизни в человейнике.

Так вот, я сам собирался добывать и обрабатывать алхимическое сырьё: схемы эффективной работы, различных типов, уже были. Но отходов на единицу переработки будет даже больше, чем в производстве Манауса.

Качество полуфабрикатов (а, возможно, готовых результатов алхимического преобразования, причём без лаборатории — и такое возможно, хотя надо проверять и тестировать) будет на голову выше, чем в человейнике, но встаёт вопрос отходов производства, выкидывать которые нерационально.

Но и добавлять вкусоароматические добавки и впаривать жителям человейника — тоже скотство полнейшее. Достойное элиты человейника, а я, к счастью, не они.

Но вот использовать этот субстрат для теплично-гидропонного хозяйства — а почему бы и “да”? Я, чисто умозрительно, но понимаю: излишняя эфиризация этих отходов вполне может быть использована для активного роста всяких генномодифицированных пищевых гибридов.

Причём кабачки, злаки, и прочие помидоры получаться здоровыми и без всяких неприятных “присадок”. Если их, конечно, правильно нагенномодифицировать, само собой.

Ну а то, что этого не делают в человейниках… Так с точки зрения правящей элиты продлевать жизнь “черни” просто не нужно, скорее даже вредно.

Стариков не продашь, не пошлёшь в сельву за ресурсами — просто “балласт”, пожирающий пищевое довольствие без какой бы то выгоды.

Ну и “да”, пусть грошовые на общем фоне, но вложения в гидропонику, теплицы, системы обслуживания… Просто не нужно верхним ярусам человейника. А вот представители нижних, мне с чего-то кажется, не откажутся от вкусной и не убивающей пищи, за смешные деньги притом.

А что самое главное: у Владислава оказались нужные, пригодные для тиражирования образцы.

— Я, признаюсь вам честно, Марк, брал как раз материалы образцов из сельвы, высокоэфирные. И на их основе думал вывести обычные высокопроизводительные сорта… Но увы. И до вашего обращения думал, что успешные, но непригодные в обычных условиях организмы просто будут лежать в генетическом банке напоминанием о неправильно выбранном пути.

— Угу. Образцы есть, в местных условиях рабочие, будут давать на эфиризированных биоотходах неплохой урожай.

— Прекрасный! Но увы, для вашего задания, создания биома замкнутого цикла, не подходящие.

— Кстати не факт, — прикинул я. — Впрочем разберёмся. А сейчас, Владислав, мы поступим вот как. Тебе же в общем-то всё равно, где работать: в Гараже или тут, под Манаусом?

— А лаборатория? — ошарашено уточнил генный инженер.

— Переедет, само собой. Смотри что я думаю…

А думал я вот что: создание этакого “опытного хозяйства”, убивающего разом множество крыс и многочленов (к сожалению — в фигуральном смысле этого слова, в реальном — плодились, подлые, на Свалке и конца-края им не было).

То есть теплично-гидропонный комплекс, в котором будут использоваться и обрабатываться именно технологии будущего пищевого хозяйства космолёта, это раз.

Продукция этой отработки, приносящая как политически-социальные дивиденды в человейнике, так и какую-никакую прибыль, что вообще неожиданно и приятно.

Ну и, наконец, продолжение работы Владислава по основному направлению: создание обычного биома для космолёта. Хотя я вот подумал и, возможно, с эфирным сырьем-подкормкой в полёте всё не так однозначно, как кажется на первый взгляд.

Но это пока просто идеи, а на практике посмотрим, как будет. Золотые схемы тут точно не поможет, так что сельскохозяйственной опытной станции под Манаусом точно быть.

Правда возникает другой вопрос, связанный с размещением, да и возведением как производства алхимии и продовольствия, так и добычи организмов из сельвы.

Хотя тут поможет как мои наблюдения и выводы, так и некоторые наработки, которые я сделал “на всякий случай”, а сейчас — пригодится однозначно.

В общем, озадачил Владислава подготовкой к переезду — тут от него, в рамках текущих планов, будет больше толка.

Было желание напрячь не только генного инженера — планы складывались объёмные, хотя и не сказать, чтобы совсем глобальные.

Но напряг я, для начала, Семёныча, который как сообщила Икси, не спал. Напряг же постановкой в очередь производства части своей старой задумки: модульных бункеров-домов.

Появилась она в своё время вполне оправданно: точной уверенности в том, что Гараж, а тогда ещё Гаражная банда “удержится” — не было. Да, это было весьма вероятно, но не гарантированно.

И я начал планировать вариант отхода, запасного варианта, если мы встанем перед выбором: быть уничтоженными или покинуть Нижний. Параноистые мысли, но рассчитывать надо на худший вариант, чтобы потом не было мучительно больно, недолгое оставшееся время жизни.

Так вот, как запасной вариант я рассматривал Свалки (хотя с большой буквы она достойно называться только в Нижнем Столицы) как других городов Империи, так и всякие импортные варианты.

И что было нужно: жильё, производство, причём быстровозводимое, прочное, защищённое, со всеми коммуникациями… Ну много параметров, позволивших бы за считанные недели возвести полноценное производство, ну и за дни — комфортное и защищённое жильё.

Да ещё, при необходимости, замаскированное под, например, какой-нибудь заброшенный или пустующий дом, как вариант.

Работу я проделал немалую, разработал до уровня рабочих схем и технологической карты две сотни вариантов “блоков” — готовых модулей, свободно сочетающихся друг с другом.

Двести из-за хотя и универсальной, но различной формы, предназначения, защищённости… Масса параметров, в общем.

Идея не пригодилась, потому что строить дома таким образом чрезмерно накладно. Это был аварийный вариант, оказавшийся невостребованным. До расклада с Манаусом и сельвой, как понятно. Тут эти готовые блоки, повышенной защищённости, сделанные по образцу защиты Гаража позапрошлой версии будут идеально к месту. И для производства, и для добычи. Ну и для опорных баз экспедиции, само собой.

Кстати, сама экспедиция, похоже, несколько откладывается. Но не критично: во-первых — ненадолго. А во-вторых, прежде чем строить “цепочку” опорных баз, надо обеспечить прочность основания, то есть филиала под Манаусом. Сроки увеличатся незначительно, а вот польза в перспективе, даже если я не найду ничего пригодного (что тоже надо учитывать) — ощутимо.

Кстати. просеивая варианты вторсырья, я наткнулся на довольно забавную ситуацию: полимеры различных типов и видов в Манаусе были даже более бросовыми, чем прочее вторсырьё. То есть за более чем пристойный по параметрам пластик местные власти… приплатят, если вытащить его из человейника. Гроши, конечно, приплатят, но тем не менее.

Даже бегло посчитал и повеселился: если пластик на Свалке истощится, то вывозить его из Манауса и переть через полмира морскими перевозками выйдет в разы дешевле, чем покупать в Империи.

А через несколько часов устроил побудку руководящему составу Гаража, ну и затеял полноценное совещание.

— Ма-а-арк, — вопиял Федька. — Гараж не рези-и-иновый! Откуда мы на твои планы в этой Амазонии людей найдём?!

— Местные, — отрезал я. — Кроме того, Федь, мои планы имеют ещё один, неявный, но нужный слой.

— Какой? — заинтересовался Федя.

— Если ты не забыл, у корпорации необъявленный, но вполне реальный конфликт с Имперской спецслужбой, — напомнил я. — Так что, пусть и маловероятно, но вполне возможно, что нас могут “выдавить” из Империи. Не корпораты…

— А сама Империя, — помрачнел Федя. — А за что… Хотя глупый вопрос. Да, такое возможно, — признал он. — Запасная база для корпорации? — догадался он.

— Которая ОЧЕНЬ надеюсь, что не понадобится. Но “да”. Плюс ряд производств здесь выгоднее, а часть — просто невозможна нигде, кроме как тут. Если не вкладывать миллиарды, — уточнил я.

— Вариант с резервным местом для корпорации — отличный ход, если это не слишком сильно ударит по финансам корпорации, — отметила Рината.

— Не слишком, в самый раз, — хмыкнул я.

— И вы говорили про возможные рынки сбыта, Марк.

— Угу. Неликвид, не годящийся для Империи и Налупа. Тут он будет крайне востребован.

— А разве люди в человейниках не нищие? — скептически поднял бровь Федя.

— Нищие, по большей части. С довольно нелицеприятными источниками доходов, но нас это не слишком волнует. Учитывая количество обитателей человейника покупателей хватит.

— А насколько конкурентоспособна будет наша продукция. особенно не новая… — начала было Рината.

— Смотри, — хмыкнул я, доставая коробку с тостером.

Местного производства, опломбированную, с гордой надписью “Домашние Технологии Манауса”. И внешне тостер был как тостер… пока ч не проткнул пальцем пластиковый корпус. Потом, не напрягаясь, раскрошил металл.

— Силумин, нижайшего качества, — пояснил я. — Ломается руками без особого напряжения. Ну а пластик просто обработан через задницу, с нарушением температурных режимов. И это — новый бытовой прибор местного производства.

— А стоимость? — деловито уточнила Рината, явно не слишком вникающая в технические детали, но оценившая “самоломающийся” прибор — такого говнеца не делали самые жадные корпы Империи.

— Около десяти Имперских рублей в пересчёте…

— СКОЛЬКО?!!

— А то вы не слышали, — хмыкнул я.

— Так, понятно. Собираюсь и буду у вас… а когда можно?

— Да в общем-то хоть сегодня, — хмыкнул я. — Хочешь ознакомиться с будущим рынком на месте?

— Естественно! Простите, Марк, но ваша оценка “точно будут покупатели” — довольно расплывчатая. Покупательная способность, точки сбыта, накладные расходы, — бормотала Рината.

— В общем, хочешь — прилетай, в общем-то будет небесполезно. Но пока вот ещё что. Вжух хотя и грузовой транспорт, но не настолько грузовой, как нам нужно. Поговорите с Синицыными, а если у них не найдётся подходящего варианта — фрахтуйте судно. Из моей мастерской к концу недели будет груз. Остальное пространство забиваете БУ-техникой со складов, ну и в Манаус.

— Сделаю, — кивнул Федя, при этом сделав обиженный и несчастный вид, смотря на Ринату.

Вот точно у них отношения перешли в личную плоскость… Что в общем-то пофиг. Чем бы высший руководящий состав корпорации не тешился, лишь бы не вредил и был полезен.

— Далее, Эскулап… — начал было я.

— Ну наконец-то! А я сижу и думаю — какого хера я тут сижу и слушаю твой трындёж! — изысканно, в своём типичном эскулапьем стиле, выдал главный медик.

— Тут будет полноценный филиал, с производством и прочим. Далее, возможны конфликты, не говоря о том, что предстоит продолжительная экспедиция в Амазонскую сельву. Смекаешь?

— Смекаю, смекаю, — бурчала медицина. — Собирать вас по кусочкам надо будет, чтобы опять разхреначились где-то!

— Во всём надо искать позитивные моменты — ты не останешься без работы…

— В жопу такие положительные херенты! Пойду собираться и девчонок отбирать. С этой полетим, — ткнул он рукой в Ринату.

— Сам?

— Сам, конечно. Торчать у тебя там не буду, но на первых порах присмотрю. Смекаешь? — оскалился он.

— Смекаю. И я — долеченный, — обезопасил я свое будущее… ну с некоторой вероятностью.

Пасуш де консэлью, Отдел недвижимости дворца алькальда, ярусы элиты, человейник Манаус, Амазония, Южноамериканский континент

Альгвасил Блас Боливар, заместитель самого алькальда по вопросам недвижимости в Манаусе, с некоторой иронией ждал посетителя. Ирония была вызвана тем, что посетитель безропотно выложил сотню грамм чистого золота, чтобы попасть на приём. Что было… приятно для кармана, но расточительством, для разумного идальго. Правда идальго посетитель не был — гринго, из заснеженных стран, где на улицах бродят мохнатые звери, бренчат на дикарских гитарах и пьют спирт…

Впрочем, место обитания этого гринго было не важно. Показал он себя… пронырливым типом. И явно хотел что-то купить в человейнике. Но, как понятно, ничего он не получит. Хотя Боливар, само собой. “подоит” наглого гринго, сорящего золотом. Пусть оно будет у разумного, способного распорядиться им правильно.

И вот, наконец, гринго вошёл. Не столь бледный, как привык думать Боливар, но всё же явно не идальго. Даже одет как техник — не самый последний, но недостойно!

— Альгвасил Болас Боливар, ведаю вопросами частной недвижимости в благословенном Манаусе, — представился чиновник. — Вы желали поговорить, сеньор.

— Марк Мехов, основатель корпорации Гараж, — коротко кивнул гринго. — Разговор с вами не стоил тех денег, что я вам заплатил, — нагло отрезал он. — Я желаю приобрести у Манауса землю.

— У всех есть желания, сеньор. Но не всегда они могут быть удовлетворены, — улыбался Боливар, внутренне рассчитывая не только потрясти варвара на золото, но и всласть поиздеваться над ним, за наглость. — И что за строения вы желаете приобрести? постараюсь вам помочь…

— Я сказал “землю”, сеньор. И я довольно ограничен по времени. Взгляните, — положил он на стол распечатку карты. — Если Манаус не заинтересован в продаже — то обойдусь.

Боливар бросил взгляд на бумаги, думая начать плести кружево слов, готовя гринго к расставанию с золотом… но запнулся. Дело в том, что на карте была очерчена область… сельвы.

— Сеньор ошибся с картой?

— Сеньор не ошибся. Я желаю приобрести эту землю для своей корпорации у человейника Манаус. Цена — килограмм золота, здесь и сейчас.

— Но этого мало, сеньор! — всплеснул руками Боливар.

На самом деле внутренне как радуясь, так и не веря удаче: гринго пытался купить то, что было просто ничейным. Более того, было сельвой — смертельно опасной и никому не нужной землёй.

— Мало так мало. Прощайте, — развернулся гринго.

— Погодите, сеньор! Так дела…

— Или продаёте. За названную цену. Со всеми документами и признанием Манаусом моих прав собственности. Или нет. Моё время ценно, — отрезал этот негодяй.

Но килограмм золота за то, что ни стоило ничего — было слишком желанно. Так что Боливар “пошёл на встречу дорогому гостю благословенного Манауса”. И буквально через четверть часа его радовал золотой слиток. А тупой гринго уходил с совершенно бессмысленными бумагами, не стоящими ничего.