Инженер среди ходячих. Том 3

Глава 1

— Карл, подай ключ.

— Держи.

Приняв ключ, я начал закручивать последний болт и через пару минут манипуляций я выбрался из-под днища и поднялся на ноги.

То, что когда-то было обычным пассажирским автобусом, теперь превратилось в настоящую крепость на колёсах. Полностью покрытый броневыми листами, с толстыми стёклами, способными выдержать не один выстрел, он выглядел как порождение моего многолетнего упрямства. Остановись эта махина посреди целой орды и никто из тех, кто внутри, мог бы не беспокоиться за свою жизнь. Если бы, конечно, хватило еды и воды.

Колёса были укреплены, шины сделаны цельнолитыми и не боялись ни гвоздей, ни осколков. Двигатель переделан под электропривод, и ему не требовался бензин. Спроектировать это было непросто: мне пришлось фактически с нуля спроектировать и собрать блок питания, который использовался на космических станциях моего мира (или возможно будущего) и мог выдавать электричество почти двести лет, но в реальности детали подкачали, и такой какой я собрал прослужит только лет десять, но и это было более чем достаточно. Затем нужно было создать электродвигатель, способный сдвинуть эту груду металла. Я конструировал его фактически с нуля, взяв за основу модель, используемую на шаттлах и это отняло уйму времени. Очень много времени.

Я посмотрел на дело рук своих и невольно улыбнулся, а потом повернулся к Карлу.

— Ну и как тебе?

— Честно, пап, это впечатляет. Дай прокатиться?

— А не рановато тебе? Права-то хоть получил? — я улыбнулся и с хитрым прищуром добавил: — Неужели хочешь покатать Элизабет?

Парень моментально покраснел и отвернулся, а потом тихо, почти себе под нос, пробубнил:

— Очень смешно… Да и вообще мы просто друзья. — Он вздохнул и произнёс уже громче: — И вообще, меня учил ездить Гленн.

— Знаю я, как Гленн ездит, — усмехнулся я. — Ему только дай на спорткаре погонять, а потом часами от ходячих драить и кузов полностью менять.

Повисло неловкое молчание. Я подошёл к столику с инструментами, взял ветошь и начал вытирать руки от масла. Сзади заговорил Карл, и голос его стал серьёзнее.

— Слушай, пап. Ты действительно собрался ехать?

— Да, — ответил я, вытирая руки и отбрасывая тряпку, а после повернулся к нему.

— И ты правда думаешь, что найдёшь там что-то?

— Надеюсь, что не найду, но прямо сейчас я не собираюсь никуда ехать. Сначала подготовлюсь как следует.

Я не любил этот разговор и, чтобы перевести его в другое русло, решил снова подначить парня.

— Знаешь, я всё-таки одобряю твой выбор насчёт Элизабет. Глядишь, скоро и внуки будут.

Карл отшатнулся.

— Пап, нам обоим по девятнадцать. Какие внуки? Ты о чём вообще? Да и к тому же... — он запнулся, явно подбирая слова, — люди в городе судачат, что вы с Клем… ну… того…

Я замер на мгновение, потом медленно, словно механически, повернулся к нему.

— Ты же понимаешь, что это полный бред? Клем мне как дочь, и ты это знаешь лучше других.

Он скривился.

— Да, знаю. Мне, если честно, самому неприятно это слышать, она же мне как сестра. Просто люди видят, что ты один, а Клем исполнилось восемнадцать и вы до сих пор живёте вместе. Ну знаешь, пап, она ведь действительно стала красивой девушкой.

Я подошёл к нему вплотную, чтобы видеть его глаза.

— Карл. Клементина мне как дочь. Ты понимаешь это Карл?

Он опустил взгляд в пол.

— Да, пап, понимаю…

Я вздохнул, чувствуя, как внутри ворочается давняя, застарелая боль.

Личная жизнь у меня не сложилась и во всём этом виновата моя же глупость с Кларой. После той истории с Губернатором Лили на меня очень сильно обиделась. Мы почти месяц не разговаривали. Потом вроде бы помирились, но напряжение осталось, а потом случилось то, что поставило точку.

Ларри... Очень сильно постарел, да и с сердцем у него всегда была проблема. Однажды он просто заснул и не проснулся, а когда мы с Лили пришли навестить его, он уже встал как ходячий и кинулся на неё. У меня не было времени думать и я действовал на рефлексах... успокоил его навсегда. Прямо у неё на глазах.

С тех пор всё и рухнуло. Ларри был для неё всем, он вырастил её в одиночку, защищал, опекал и в её глазах я стал убийцей отца. Она знала, что я спас её, но обида и горе взяли верх... Тогда она вылила на меня всё... и Клару, и Эдвина с Лизой, и всё, что копилось годами. После того разговора она уехала в Вудбери и больше мы не виделись.

Что же касается самого Вудбери то городок процветает. Теперь это фермерское поселение: там выращивают фрукты и овощи, разводят лошадей и свиней, которых мы выменяли у одного поселения в двухстах километрах от Вудбери. Нашли же его благодаря заметкам Губернатора, в его планах это место должно было стать очередной целью для нападения, благо, мы успели вовремя, теперь оттуда нам поставляют продукты, а мы в ответ оружие: гвоздомёты и ЭМКи (электромагнитные катапульты).

За семь лет, что прошли после истории с Губернатором, случилось много всего. Но благо, большая часть из этого была хорошей: находились новые выжившие, которые присоединялись либо к нам, либо к Вудбери, появлялись поселения, с которыми можно было торговать и рождались дети. Например, у Гленна и Молли уже двое парней. Правда, сам Гленн так и не остепенился, как любил куда-то влазить и гонять на спорткаре, так и остался... За что регулярно получает от Молли. Один раз даже пришлось обращаться в травмпункт, она так отходила его сковородкой, что он еле дополз до медпункта.

По сравнению с ними я живу очень скучно.

После расставания с Лили я ни с кем не сближался... Почти. Клара, конечно, переехала сюда, но мне уже не нужно было играть Рика и я объяснил ей всё чётко: никаких отношений не было и не будет, и окончательно она отстала, когда мы с Лили помирились, а после окончательного разрыва, Клара уже жила с одним из военных Харриса. С тех пор как Лили ушла, я с головой ушёл в работу: делал новое оружие, модифицировал скафандры, доводил их до ума, переделывал технику на электродвигатели.

Наши поселения, как и Вудбери, росли в геометрической прогрессии. Сейчас только в нашем городе живёт около четырёхсот человек, включая новорождённых. Саму Саванну мы обнесли высоким бетонным забором в три этажа и поставили укреплённые вышки. Проникнуть в город теперь невозможно, по крайней мере, с суши. С воды тоже перекрыли подходы: бывало, на берег выкидывало ходячих, да и как-то заявился к нам один гость на большой яхте. Мужик орал во всю глотку, что он сенатор и что мы должны ему подчиняться... Его наглость поразила всех, даже Нейт с его тараканами по поводу военного устава выглядел благоразумнее. «Сенатора» собирались отправить обратно нах... На яхту, но у него кончилось топливо. Делиться с ним никто не собирался, поэтому ему и его компании (всего пятеро) выделили старенький седан, немного консервов и отправили в восвояси. Он хотел повозмущаться, но когда на тебя смотрит целеуказатель плазменного резака, который секунду назад разрезал металлический контейнер, спорить как-то не хочется. Так мы разжились яхтой и в скором времени планируем её переделать.

Но не всё было так радужно. Однажды мы уловили сигнал по радио, а там вещали о безопасном месте, о том, что всех будут рады видеть... Место называлось Терминус, когда-то это была укреплённая железнодорожная станция, и после их приглашения нам захотелось познакомиться с ими. Я и ещё несколько человек отправились туда под видом обычных выживших, нас тут же встретили улыбками, предложили поесть... мяса. Да, это были каннибалы почти такие же, как на той ферме, такие же добродушные, улыбчивые, с тем же приторным гостеприимством.

Мы не стали ждать. Скрутили их в первые же секунды, отобрали оружие, проверили всё вокруг и наши опасения подтвердились: разделанные тела, следы жестокой резни. Мы отсекли им ноги резаками и выкинули к ходячим, без шанса на выживание, никто из них не заслуживал лёгкой смерти.

За эти семь лет многое изменилось и главное мы перестали быть просто выжившими... Мы стали цивилизацией. Маленькой, но настоящей.

Сейчас чтобы добраться до дальних мест, бензин перестал быть решением, он пришёл в негодность и даже в герметичных канистрах топливо разлагалось. Поначалу это парализовало всё движение и мы пересели на лошадей... смешно, но факт. Так наверное могло бы продолжаться долго пока я не разработал генераторные блоки питания и первые электродвигатели без системы внутреннего сгорания, хотя по началу думали сделать двигатель на спирту, но запасы были не такими обширными чтобы пускать на алкоголь. Технологию уже изобрели в этом мире, но в повседневное русло запустить не успели, это всё это оставалось лишь статьями в научных журналах, а потому пришлось брать всё в свои руки и доводить до ума. Нужен был именно такой генератор, который давал бы движущую силу автомобилю и не требовал частой подзарядки, хотя если быть честными, то человечество могло запустить такое производство давно, но всё упиралось в дороговизну. Пять-десять образцов для инфраструктуры, ещё куда ни шло, но массовое производство требовало редких ресурсов, и это делало технологию нерентабельной. Но теперь бензин годился только для коктейлей Молотова и для растопки, если совсем припрёт.

То же касалось и оружия, то, что я выпускал, было бы крайне дорогим для массового производства. Проще снабдить армию кусками железа с деревянными прикладами, свинцом и порохом, чем использовать в оружии дорогие электродетали, в которых часто применялись золото, платина и другие компоненты для электросхем. И вес у такого оружия был больше. Но мы не армия! Мы инженеры и мы делаем то, что нужно, а не то, что дёшево.

Пока я размышлял, Карл подошёл к столу, взял мой резак и начал крутить его в руках, рассматривая со всех сторон.

— Слушай, пап, а зачем ты сюда вообще ставишь эти светящиеся светодиоды? Они же как-то… ну, маскировка никакая. Красиво, конечно, и стильно, но…

Я вздохнул, подошёл к нему, взял резак из его рук и показал.

— Смотри. Если вот здесь, с правой стороны погаснет, значит неисправность в питании, — я перевернул резак на другой бок. — Если с левой стороны не светит то перегорели конденсаторы.

— А если посередине?

— Значит, выкидывай его нахер, — усмехнулся я. — Или при следующем выстреле он оторвёт тебе руку.

— Эм… ясненько, — Карл слегка побледнел, но быстро взял себя в руки. — Но, насколько я знаю, ещё никому руку не оторвало.

— Да. Потому что после каждой стычки мы собираем всё оружие, проверяем и чистим или ты уже забыл, как вы с Клем помогаете мне?

— Забудешь тут, — он улыбнулся, потом глянул на часы и замялся. — Ладно, пап, я, наверное, пойду. Мне ещё надо… кхм… кое с кем увидеться.

— С Элизабет? — я поднял бровь.

— Пап! — он с укором посмотрел на меня, потом вздохнул и сдался. — Да, с ней и нет, мы просто погуляем.

— Ну что ж, лети орёл, — я махнул рукой. — Главное не залети.

— Пап, да хорош! — он махнул рукой и вышел, хлопнув дверью.

Я остался один в ангаре, глядя на дело рук своих.

Автобус… нет, это уже далеко не автобус. Это штаб на колёсах. Наверху можно развернуть антенну и использовать его как ретранслятор. Внутренняя связь у нас тоже появилась, так что в любой момент можно связаться даже с Вудбери. Многие жители оттуда переехали к нам, как и наоборот. У нас образовалась система: Саванна — это, по сути, военный город-крепость. Здесь обитают военные, полевой госпиталь, именно отсюда проводится разведка и координируются все действия. Отсюда поступает оружие, которое мы производим сами, а также скафандры, но упрощённые, без поддержки модулей и без гардероба и ещё здесь находится наш центр разработок.

Так что да, у нас довольно военизированный город, в то время как Вудбери остаётся тихим городком, где люди спокойно занимаются фермерством, пока наши бойцы его защищают.

Пока я смотрел на автобус и в уме прикидывал, что ещё в него можно воткнуть, я услышал, как в ангар кто-то вошёл.

— Привет, Айзек. Как всегда, возишься со своими болтами?

Возле меня остановилась Мишон в своей неизменной одежде: жёлтая жилетка, обтягивающие чёрные джинсы и бандана, из-под которой виднелись длинные дреды.

— Как видишь, — ответил я. — Ну, одно радует: автобус я довёл до ума, осталось только сделать спальные места и занести кое-какое оборудование.

— Всё-таки ты не оставил эту идею ехать в Юкатан? — спросила она. — Ты же понимаешь, что если ехать по дорогам, это около четырёх тысяч километров? А сколько будет пробок, ходячих, да и просто отмороженных тварей наподобие Губернатора? А вдруг там действительно ничего нет? Ты просто вот так будешь рисковать своей жизнью?

— Мишон, — я тяжело вздохнул и подошёл к девушке. — Я всё понимаю. Но если там... — я оборвал себя на полуслове. — Если там действительно есть то, что связано со всем вокруг...

— То что?

— То это нужно уничтожить любой ценой, а потому я еду, но не сейчас.

— Ну, может, за это время я смогу тебя отговорить... — она чуть улыбнулась. — Слушай, а мы с тобой как-то давно не выбирались вместе на вылазку. Вдвоём.

Я про себя усмехнулся. Пусть у нас с ней не было отношений, но мы были просто двумя одинокими людьми, которые иногда коротали время вместе, без этих «люблю» и всего прочего, просто поддерживали друг друга.

— На днях собирался на один завод за электродеталями, — сказал я. — Если там, конечно, всё не сгнило. Съездишь со мной?

— Конечно. Лишь бы только Клем опять с нами не увязалась, а то похоже, она сильно ревнует.

Я скривился, будто съел просроченную тушёнку.

— Мишон, пожалуйста, хоть ты не неси эту чушь. Клементина мне как дочь...

— Боже мой, Айзек, какой же ты твердолобый, — она покачала головой. — Девочка уже давно не маленькая, она выросла, и это заметили все. Кроме тебя, пожалуй. Ей сколько уже? Двадцать?

— Вообще-то только восемнадцать.

— Только восемнадцать... — произнесла она, пытаясь пародировать мой голос. — Да ты себя-то хоть слышишь? Вот именно что ей уже восемнадцать.

— Зато я слишком старый для неё, — ответил я. — Так что, Мишон, давай оставим этот разговор.

— Как знаешь, — она пожала плечами. — Ладно, пойду на работу, если что, вечером загляну, а то что-то у меня кинезис барахлит, через раз только предметы хватает. Мне пиво прихватить?

Я скривился.

— Нет, то пойло, что гонит Кенни, даже пивом назвать нельзя, им вообще тараканов и крыс травить можно, но Кенни обидится.

— Это да, — усмехнулась Мишон. — Но всё нормальное уже давно выпито, а что не выпито, то спрятано по углам, чтобы выпито было потом.

— Ну, у меня в принципе есть ещё бутылочка вина... десятилетней выдержки.

— И снова будет уксусом?

— Вполне вероятно.

Она засмеялась, причём звонко, искренне, и я сам не сдержал улыбки. Когда девушка отсмеялась, она хлопнула меня по плечу.

— Ладно, пойду я, сегодня нужно ещё делать обход в западной части города.

Я кивнул, и она, улыбнувшись, повернулась и направилась к выходу.

Сейчас у каждого из нас есть своя работа, по сути без дела никто не сидит. Мишон, например, в патрулях и подчиняется лично Харрису. Гильермо вместе со своими латиносами стал одним из боевых отрядов; они тоже участвуют в вылазках и зачистках от ходячих, да и вообще много чего поменялось.

— Ладно, — произнёс я в пустоту ангара. — Пора домой.

Сам ангар находился недалеко от центра города, в бывшем автопарке, и практически тут же располагалась моя квартира, поднявшись на пятый этаж, я вставил ключ и открыл дверь. Сама квартира была довольно большой и дорогой, по крайней мере, по мебели и обстановке, но вообще я думал взять себе что-нибудь попроще, но Клементина настояла на этой. В принципе, я сам ей намекал, что она уже большая и могла бы съехать от меня... Но нет. Её самый простой аргумент: «Кто о тебе будет заботиться?»

В каком-то смысле это не лишено смысла. После расставания с Лили я некоторое время жил один, и мой дом превратился в берлогу, где все вещи лежали на своих местах (для меня) так что любой, кто зашёл бы, мог запнуться о медную катушку и сломать себе шею... Но это, пожалуй, не самое опасное, что валялось у меня в доме: иная деталь могла бы сдетонировать, если бы об неё запнулись.

Я прошёл в гостиную и увидел Клем.

Девочка действительно выросла и сейчас мы с ней одного роста. На ней были короткие домашние шорты и спортивный топ. Она сидела на большом диване, подогнув ноги под себя, а на журнальном столике перед ней были раскиданы бумаги, а именно чертежи и расчёты.

Нда... Может, действительно стоит с ней поговорить? Да нет, бред какой-то. Люди просто не знают, о чём судачить, вот и выдумывают, других-то развлечений по сути и нет.

Глава 2

Я остановился в дверях. Клем, похоже, меня даже не заметила, ведь она была полностью поглощена чертежами, разложенными на журнальном столике.

— Клем, скажи мне: ты хоть ела?

— А? — она подняла голову, и только сейчас было видно, что она меня заметила. — Ой... ну да... То есть нет. А сколько вообще время?

— Если тебе интересно, обед уже закончился час назад.

— Вот блин... Ай, ну и ладно, не очень-то и хотелось.

Я подошёл к девушке почти вплотную и наклонился к чертежам.

— И что это?

Она подняла на меня взгляд, потом достала из-за уха карандаш и взяла в руки один из листков.

— Вот, смотри. Это штука, сделанная наподобие тех миниатюрных ЭМоК. Только она будет скорострельной, а снарядами использовать куски арматуры в районе десяти-пятнадцати сантиметров, можно будет настроить размер снаряда и сделать их больше или меньше. Из-за этого будет высокая пробивная мощность, будет прошивать даже легковые автомобили.

— Ага. Только ничего, что она у тебя размером с человека? А по весу так же?

— Нет, чуть тяжелее. Но ты смотри, — она ткнула карандашом в чертёж, — его спокойно можно будет установить у нас на вышке или на каком-нибудь автомобиле.

— Ты не забывай, что источник питания для такого нужен не маленький. Придётся целый блок выделять для его питания, а автомобильный аккумулятор быстро сядет.

— Да знаю, вот я и думаю, как решить этот вопрос. Ладно, на вышке блок можно установить прямо под ней, а питание провести сразу к оружию, а вот автомобиль скорее всего, не потянет. Если, конечно, это не твой автобус, а ты уже закончил с ним?

— Да, он готов. А это что у тебя за чертёж?

Девушка перевела взгляд на другой листок, лежащий на столе, взяла его в руки и начала пояснять:

— Это что-то наподобие автономной турели с датчиком движения, она будет сама разворачиваться при движении кого-либо, единственный минус это количество боеприпасов, а так она могла бы неделями стоять и отстреливать всё, что шевелится, ещё можно установить на неё радиоуправляемую звуковую ловушку и она будет стягивать на себя всех ходячих и уничтожать их, а потом, когда движение прекратится, она впадёт в спящий режим. Солнечная панель, которая используется как верхняя крышка, вполне может аккумулировать энергию...

Я положил руку на голову девушке и потрепал её волосы.

— Хорошая идея, одуванчик. Только ты правильно заметила насчёт боеприпасов. Да и датчики движения это хорошо, но если это будет обычный выживший, это уже совсем нехорошо.

— Это да. Ну, можно ещё настроить на температуру тела. Да и сама конструкция будет не очень надёжной. В принципе, против ходячих она поможет, но только пару выстрелов по ней и всё.

Вообще, если честно, Клементина переплюнула меня по многим пунктам, ведь её фантазия практически безгранична, и главное она может воплотить эту фантазию в жизнь. Она действительно способна схватывать всё на лету, и у неё очень много разработок от оружия до простых бытовых вещей.

Около года назад она помогла улучшить гардероб. Теперь он стал в два раза меньше, а человека способен снабдить на тридцать процентов быстрее, также она смогла увеличить ёмкость плазменных резаков, правда, с моей небольшой помощью, теперь эти резаки выглядят не как футуристические пистолеты, а как настоящий инструмент инженера из моего родного мира. Вместе мы сделали импульсную винтовку с боезапасом на сотню выстрелов, а также улучшили станок и создали ещё два дополнительных, с которыми могут работать обычные люди, ведь там нужно только выбрать готовую деталь, а станок уже сделает всё остальное, в этом нам помог человек из Вудбери, тот самый, которого мы «похитили». Судя по его лицу, он этому очень рад. Для него главное это заниматься своим делом и чтобы к нему не подходили по пустякам, ведь человек он довольно необщительный, а местами даже грубый.

— Ладно, копайся в своих чертежах, я приготовлю что-нибудь поесть.

— Ага, можно просто яичницу, или на крайний случай тушёнку.

Меня аж переколотило.

— Лучше обычная яичница, без тушёнки. Как тебя только от неё не воротит? Тьфу.

Клем пожала плечами.

— Не знаю. Я неприхотливая.

В итоге отправился на нашу кухню готовить, ведь я даже сам не обедал. Сейчас с запасами еды особых проблем нет, потому что за городом у нас располагаются пшеничное и картофельное поле, а в самом городе выращиваются бобовые культуры и овощи, вроде перцов, помидор. Некоторые теплицы разместили даже на крышах.

Когда я доставал из холодильника яйца, я невольно улыбнулся, вспоминая тот момент, когда мы ловили кур в разорённом поселении только вот, к несчастью, та единственная курица, что выжила, умерла через неделю. Неизвестно, что этому послужило, возможно, плохое зерно, вода или просто какая-то болячка. Но, благо, сейчас с этим проблем нет: кур мы привезли из поселения, которое плотно занялось выращиванием разной живности. На это поселение мы наткнулись совершенно случайно благодаря одному человеку с довольно забавным прозвищем, Иисус. Именно в том поселении мы приобрели лошадей, с помощью которых вспахивали поля, когда бензин стал непригоден для использования. Да и вообще, этот Иисус довольно неплохой человек, именно благодаря ему мы поддерживаем хорошие отношения с другими поселениями. Прозвище он получил из-за своего внешнего вида, чем-то он действительно смахивает на того, кого изображают на крестах.

Вообще, если так подумать, в поселение к нам попадали разные люди, один раз даже пришли те, кто считал, что ходячие просто больные люди, и уговаривали нас не убивать их, а отлавливать, чтобы потом можно было их излечить. Орали по этому поводу громко, чуть ли не целые митинги устраивали, но, благо, окружение у меня более здравомыслящее и их просто очень аккуратно попросили покинуть наше сообщество, а те направились в Вудбери... где получили хорошего пинка от Лили, ведь она входит в совет, который сейчас заправляет поселением.

Быстро приготовив обед, я перекусил, а тарелку для Клементины просто принёс в гостиную и поставил на стол рядом с чертежами, девушка, не отрываясь, ковырялась в них. Помню, когда она тоже так делала, когда она была ещё совсем маленькой, и от этого воспоминания у меня на лице выползла улыбка.

— Клем, поешь, потом уже сделаешь.

— Да сейчас... — и снова уставилась в бумаги, что-то рисуя карандашом.

Ясно. Это надолго.

Немного посидев в кресле и отдохнув, я решил пройтись, чтобы посмотреть, как там поживает наша «трудовая бригада». Долго не думая, я вышел на улицу и начал идти по городу. Многие здания были заброшены, вид у них был довольно обветшалый, но не везде, ведь многое мы привели в порядок, и сейчас там располагались либо рабочие места, либо жилые помещения. Канализация восстановлена, вода есть почти везде, электричество в каждом доме, и его хватает на освещение и работу холодильника.

— О, привет, Айзек.

Я повернулся на голос и увидел, что сзади меня стоит Теодор. Парень практически не изменился: лишь отрастил короткую бородку. Как был здоровяком, так здоровяком и остался. Даже стиль одежды фактически не поменял, чёрная майка и плотные джинсы. Единственное это ИКС на спине и перчатки с модулем.

— Привет, Тео, — я тепло улыбнулся и пожал ему руку. — Как там Эмми?

Он закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Вчера она захотела понюхать рубероид из восточной части города. Видите ли, с нашего уже не устраивает. Пришлось переться через весь город.

Я еле подавил в себе смех.

— Ну... беременность... она такая.

— Это да, — он вздохнул. — А ты куда?

— Пойду нашу бригаду проверю. Кто сегодня там за старшего?

Теодор скривился.

— Железная.

— Харрис поставил?

— Угу.

«Железная»... Во всех других поселениях прозвище «железные» за нами закрепилось полностью, но в самом поселении только одного человека называли «железной» — девушку по имени София, дочь покойного Эда.

Могила Эда сейчас полностью заросла, и даже крест на ней сгнил, а вот две другие могилы рядом: Эдвина и Лизы сейчас в полном порядке и обустроены. И всем этим занималась София, и продолжает заниматься по сей день. Как я позже узнал, Лили каждую неделю приводила её на их могилу и заставляла там убираться и всё облагораживать, а после того, как Лили уехала, девушка не забросила это дело и продолжала ухаживать за ними.

Прозвище «Железная» она получила из-за мимики лица... точнее, из-за полного её отсутствия. То, что из-за неё погибли два невинных человека, очень сильно ударило по ней и как опять же мне рассказывала Лили: сначала девочка постоянно плакала, а потом в какой-то момент эмоции на её лице просто исчезли. Сама же Лили обучала её довольно досконально: учила самообороне, проводила с ней много времени, а когда она уехала, то София напросилась в ученицы к Винсу. Тот, правда, был не в восторге и, чтобы отвязаться от неё, придумал ей адский режим тренировок в стиле морпехов... Да только вот девушка всё это осилила и более того — требовала больше.

В итоге София попала под патронаж Харриса и уже несколько раз участвовала в вылазках по зачистке ходячих и даже в тот раз, когда мы ловили банду бандитов, то, с каким хладнокровием действовала девушка, пробрало даже бывалых вояк. Она не церемонилась, а просто, со своим флегматичным лицом, расстреливала всё, неважно, ходячие это или живые люди. В её движениях не было ни капли сомнения, только отработанная годами точность. Поговаривали, что после одного из рейдов, когда она без единой эмоции добила раненого бандита, несколько солдат Харриса долго не могли смотреть на неё без внутренней дрожи.

— Ладно, понял тебя, Тео. Увидимся.

Он кивнул и пошёл по своим делам, а я направился к окраине города, туда, где уже несколько месяцев велись работы по разбору старых зданий. Чем ближе я подходил, тем отчётливее слышался стук металла, скрежет кирпича и глухие удары ломов о бетон.

Когда я пришёл на место, увидел наполовину разобранное здание, когда-то это был, судя по всему, небольшой жилой дом, а теперь от него осталась лишь коробка из бетонных перекрытий и ржавой арматуры, торчащей из стен. Люди, сгорбленные и пропыленные, медленно, но методично перетаскивали обломки в груду у обочины. Работали они молча, только редкие проклятия и команды охранников нарушали это тягучее, унылое однообразие.

И среди них он... Филипп Блейк, бывший губернатор Вудбери.

Он сидел на корточках у самодельной тележки, перекладывая красные кирпичи, один за другим, без остановки. Его густая шевелюра была сбрита практически под ноль, он сделал это сам, потому что сейчас стояла невыносимая жара, и даже короткие волосы превращались в потную, липкую шапку, так же он сильно похудел, не до скелета, но близко: впалые щёки, острые ключицы, выступающие сквозь грязную, много раз стиранную рубашку. На шее у него красовался пластиковый ошейник: гладкий, белый, с едва заметным красным индикатором, который иногда моргал.

Внутри ошейника была небольшая, но эффективная взрывчатка и идея принадлежала Теодору, он увидел нечто подобное в каком-то старом фильме и предложил использовать это для контроля над самыми опасными заключёнными. Клементина, разумеется, взялась за реализацию с энтузиазмом, и через месяц ошейники были готовы.

Рядом со стройкой, под ржавым навесом, стоял массивный металлический куб — ретранслятор, который Клем придумала для контроля за перемещением осуждённых. Отойти от него дальше чем на двести метров было невозможно: срабатывало звуковое оповещение, а если человек не возвращался, то взрыв. У каждого из пятерых охранников был небольшой пульт, способный активировать ошейник вручную. Снять его без специального ключа было нельзя — любая попытка рассоединить контакты тут же приводила к детонации. Пусть и небольшой, но голову отрывало уверенно.

— Что тебе нужно, железный? — спросил Филипп, не поднимая головы. Голос у него был хриплый, сухой, словно он давно не пил.

— Решил посмотреть, как вы тут.

— А то ты блядь не видишь, охуенно мы тут, прям на курорте.

Я уже хотел ответить, но услышал за спиной лёгкие, уверенные шаги. Обернувшись, я увидел Софию. Девушка за эти годы сильно вытянулась и сейчас она превосходила меня почти на полголовы. Она была в лёгком скафандре, без шлема: жара была невыносимой. Её лицо, как всегда, оставалось непроницаемым, ни тени улыбки, ни капли раздражения. Словно она смотрела на мир сквозь мутное стекло.

— Здравствуй, София, — сказал я.

— Айзек, — кивнула она. — Вам нужен этот мусор?

Она кивнула головой в сторону Филиппа, и тот скривился, но промолчал.

— Нет, сегодня он мне не нужен, — ответил я. — Просто хотел посмотреть, как у вас дела.

— Всё идёт согласно плану, — сказала София, не сводя глаз с Филиппа. — Стройматериалы заготавливаются. Только эти тараканы могли бы работать и быстрее.

— Да пошла ты на хер, сука...

София с тем же спокойным, почти безразличным видом, медленно, но уверенно достала из кармашка на поясе небольшой чёрный пульт. Она подняла его так, чтобы Филипп видел, а потом, не дрогнув ни одним мускулом, зажала небольшую кнопку.

Ошейник губернатора издал пронзительный, нарастающий писк.

— Стой! — Филипп вскинул руки. — Извини! Я просто на эмоциях! Стой, прошу!

София выдержала паузу три долгих, тягучих секунды, а затем нажала на другую кнопку, и писк стих. Филипп выдохнул, опустив плечи, и я заметил, как дрожат его руки.

— Извинения приняты, — спокойно произнесла София. — Но впредь прошу воздержаться от подобного.

Даже у меня по спине пробежал холодок. Она могла бы оборвать его жизнь в любую секунду, и никто бы не стал переживать, она знала это и он знал это.

Вообще, помимо губернатора, здесь работало ещё восемь человек. Трое из них были его старыми подельниками, молчаливые, затравленные мужики, которые уже не поднимали глаз на охрану, а остальные обычные бандиты, которых удалось взять живыми в ходе зачисток, всем им, включая Филиппа, был дан выбор: либо сгусток плазмы в лоб, это самый простой и безболезненный вариант, либо ошейники и труд, с возможностью, что когда-нибудь их освободят, но все понимали: не факт.

Сейчас они разбирали старые здания, вытаскивая из-под обломков кирпич, арматуру, бетонные блоки — всё, что могло пойти на новые стены и убежища. А когда заканчивали с этим, их отправляли на поля или на другие тяжёлые работы. Под присмотром... Всегда под присмотром.

София ещё постояла несколько секунд, глядя на Филиппа сверху вниз, словно оценивая, стоит ли реагировать на его слова, а потом, не сказав ни слова, развернулась и направилась к своему посту, небольшому возвышению из бетонных блоков, откуда открывался обзор на всех работающих. Она встала там, скрестив руки на груди, и замерла, как статуя.

Филипп дождался, пока она отойдёт подальше, и, наклонившись ко мне, заговорил шёпотом:

— Слушай, Рик, я понимаю, что наши отношения не очень задались, но… слушай, можно мне другого охранника?

— И чем тебя София не устраивает? — спросил я, глядя на него с лёгким интересом.

— Ты блядь издеваешься?! — он почти простонал, оглядываясь на неё. — Да она же псих! Она смотрит на меня так, будто уже прикидывает, куда пулю пустить.

— И это мне говорит тот, кто держал головы в аквариуме?

Он скривился и поправил повязку на глазу.

— Да это совсем другое. Ты посмотри на неё: она же нас в расход пустит и даже глазом не моргнёт. Я её боюсь, Рик и это не шутка.

Я усмехнулся, качая головой.

— Только если вы её спровоцируете, но ладно, — я вздохнул, — я поговорю с Харрисом, но обещать ничего не стану.

— И на том спасибо, — выдохнул он с облегчением, снова хватаясь за кирпич.

Я постоял ещё немного, глядя на него, потом перевёл взгляд на Софию, которая по-прежнему стояла неподвижно, как изваяние.

***

Бен сидел на корточках, прижавшись спиной к шершавой бетонной плите, и ел тушёнку прямо из банки. Рядом с ним, положив голову на передние лапы, сидел Бим и грыз куриную кость. Пёс вымахал до огромных размеров и если он вставал на задние лапы, то почти доставал до плеча Бена. Шерсть у него была густая, светлая, с рыжими подпалинами, и сейчас она топорщилась от пыли, которой было полно вокруг. Бен за эти годы тоже изменился: короткая стрижка, аккуратная бородка, уже не подростковый пух, а настоящая мужская щетина. Он перестал быть тем испуганным парнем, который когда-то был изгнан за свою наивность.

Вокруг кипела жизнь: кто-то стоял на наблюдательном подиуме, вглядываясь вдаль за бетонную стену, кто-то таскал ящики с патронами и консервами. Суета была неспроста, за стеной лежало множество свежерасстрелянных ходячих, и это был уже третий раз за сутки. Вонь стояла такая, что даже привыкший ко всему Бен морщился.

— Сука, уже третий раз за сутки лезут, — выругался Мёрл, не отрываясь от прицела охотничьего ружья. Он сидел на ящике, положив ногу на ногу, и методично водил стволом по горизонту. — Мелкий, ты как вообще можешь жрать в такой ситуации? У тебя ещё есть?

Бен, не глядя, залез рукой в рюкзак, нашарил ещё одну банку и кинул Мёрлу. Тот поймал её на лету, глянул на этикетку.

— Ммм, всего лишь на год просроченная. Заебись. Давно свежачка не ел.

Он уже собрался открыть банку, как снова раздались крики с наблюдательной вышки:

— Ходячие идут!

Все засуетились, забегали. Ящики с патронами захлопнулись, стволы взлетели на бетонные зубцы стены. Бен поднялся, вытер руки о штаны и тоже выглянул в амбразуру.

Это было небольшое поселение, недавно вставшее под крыло Карвера и платившее дань, четверть припасов, консервы и патроны, и именно это сейчас было главной валютой. Совсем недавно от сюда пришёл сигнал о помощи: поселение осаждали ходячие, и по этой причине они сейчас здесь. Бен и братья Диксоны решили остаться с Карвером, которого за глаза называли Ниганом, он предложил довольно приемлемые условия труда: еда и крыша над головой, а это уже почти роскошь.

Джон Карвер организовал вокруг себя крупную силу. Чтобы прокормить бойцов, он заключал договоры с другими поселениями: защита в обмен на еду, патроны и предметы первой необходимости. Многие не соглашались добровольно, но в последний год дела стали напряжёнными: орды ходячих сметали поселения одно за другим. Когда выжившие поняли причину, они без промедления попросили защиты у Карвера, а тот, впрочем, заломил цену, но не без причины: ведь многие грубо отвечали на его предложения, а теперь приползли к нему, скуля как щенки.

И сейчас ходячие снова пытались взять поселение. Бен выглянул за ограду и выматерился не хуже Мёрла: ходячих было под сотню и они шли медленно, но неотвратимо, как серая волна. От них несло гнилью, и даже ветер не мог развеять этот запах.

— Мёрл, ты видишь ту суку? — спросил парень из их отряда.

Мёрл водил прицелом по толпе, пока не замер.

— Вижу. Почти в самом конце, за самым жирным ходячим в серой футболке.

— Понял, — парень достал рацию. — На четыре часа, почти в самом конце, ориентир, самый жирный ходячий в серой футболке. Постарайтесь в этот раз не облажаться, а то Ниган с нас шкуры спустит.

— Спущу, — раздался голос за спиной.

Все обернулись. Прямо за ними стоял сам Карвер: высокий, широкоплечий, с винтовкой в руках, а его лицо было спокойным, и он не повышал голоса, но его слова звучали как приказ.

— Потому что эти твари уже поперёк горла сидят.

А дальше Бен наблюдал настоящую бойню. Бойцы открыли синхронный огонь. Грохот выстрелов сливался в сплошной гул, пули крошили асфальт, сносили головы, валили тела. Пороховой дым смешивался с пылью и запахом крови.

В какой-то момент из небольшого лесочка выехал военный грузовик, который был укреплён мощным бампером, с цепями на колёсах. Он врезался в толпу, давя ходячих, как кегли. Остановился там, где говорил Мёрл. Один из «ходячих» вдруг потянулся за поясом, но тут же получил прикладом в лоб от военного, пока остальные отстреливали всех вокруг, «ходячего» закинули в кузов и уехали так же быстро, как и появились. А после бойцы уже планомерно добивали оставшихся ходячих, расстреливая их с близкого расстояния.

Карвер ткнул пальцем в сторону Мёрла:

— Ты, идём со мной.

— И нахрена?

— Потому что рожа у тебя страшная, будешь играть палача.

— А можно я с вами? — поинтересовался Бен.

Карвер осмотрел парня с ног до головы, потом перевёл взгляд на Бима, который уже стоял рядом, настороженно вглядываясь в лица.

— Блохастого с собой прихвати, если тот урод ничего не скажет, скормим его по кускам твоему питомцу.

— Он людей не ест, — тихо буркнул Бен, но всё равно пошёл следом.

Когда они зашли в здание склада с облупившимися стенами, то Бен увидел посреди комнаты пленного. Это был не ходячий. Глаза у него были живые, затравленные, но живые, а ходячим его делала маска, сшитая из человеческой кожи, грубо, но с какой-то болезненной аккуратностью. Вся его одежда была сшита из лоскутов кожи, и от него пахло так же, как от мертвецов, гнилью и разложением.

Он был примотан к стулу верёвками, а рядом стояли бойцы из военного грузовика, с оружием наготове.

— Так вот ты какая хуйня неведомая, — тихо проговорил Мёрл.

— Глупцы, — хрипло заговорил пленный,— Скоро альфа вас всех убьёт и вы станете частью нашего войска.

Джон подошёл к нему вплотную, сел на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне, а в помещении повисла звенящая тишина.

— И что же вы за долбоёбы?

— Мы Шепчущиеся. Мы те, кто ведёт мёртвое войско. Мы те, кто...

Договорить он не успел, Карвер резко ударил его в лицо, голова пленного мотнулась в сторону, из-под маски хлынула кровь. Он закашлялся, но не закричал.

— Нда, — выдохнул Карвер, вытирая руку о штаны. — Обычные ебаные фанатики. Наряжаются в шкуры ходячих, какие-то альфы им мерещатся. Долбанные любители некроморфов...

Бен, услышав это слово, замер. Он моргнул, перевёл взгляд на Карвера.

— Ты чего, парень? — спросил Карвер, заметив его реакцию.

— Да просто... у меня есть один знакомый, который тоже называет ходячих некроморфами.

Карвер на секунду замер, и в его глазах промелькнуло что-то неуловимое.

— Так, — медленно сказал он. — А как зовут этого знакомого?

— Айзек.

Тишина стала ещё гуще, а Карвер смотрел на Бена так, будто видел его впервые.

— Айзек Кларк?

— Да... — тихо ответил Бен, чувствуя, как воздух вокруг сгущается.

Глава 3

Мы всей нашей небольшой компанией ехали на завод по производству электронных схем. Согласно нашим данным, когда-то здесь изготавливали запчасти для разных бытовых и военных нужд. Нашли мы это место случайно, в старых отчётах на бывшей военной базе недалеко от Атланты. В документах говорилось, что предприятие занималось изготовлением научной аппаратуры для ЦКЗ. Конечно, прошло слишком много времени, и всё могло быть уничтожено или сгнить, но проверить стоило. Вдруг найдётся что-то полезное, а на крайний случай можно разобрать станки, ведь высокоточные шаговые двигатели днём с огнём не сыщешь. Да и пополнить запас расходных материалов не помешало бы: мы слишком быстро развиваемся, а из ближайших округ уже всё вывезли.

К тому же это был отличный повод устроить тест-драйв моему автобусу. Я вложил в него столько времени, что за эти часы можно было бы собрать небольшой космический шаттл. Мой автобус конечно не шаттл, но тоже способен на многое и он должен был доставить меня в Мексику, на Юкатан.

Мне нужно знать, есть ли в этом мире Маркер. Чёрный обелиск. Я должен понять, связаны ли ходячие с тем, что сейчас происходит. Конечно, ходячие это не некроморфы, но параллели слишком очевидны, чтобы их игнорировать.

Я знал, что в моём мире... или, может быть, в моём времени его нашли в кратере Чиксулуб на полуострове Юкатан. Местные жители называли его «Хвостом дьявола» и никому о нём не рассказывали. Считается, что кратер образовался от падения астероида, уничтожившего динозавров и многие верят, что обелиск влиял на эволюцию людей. Сам обелиск находится на дне океана, если он вообще здесь есть возможно, погребён под слоем породы.

В 2214 году группа учёных под руководством Майкла Альтмана нашла Чёрный Маркер в кратере полуострова Юкатан в Мексике. Позже они доставили его на исследовательскую платформу прямо посреди океана, над местом находки. Лаборатория была строго засекречена и долгое время оставалась тайной.

Что стало с самим Чёрным Маркером, неизвестно. Но известно, что при его изучении были созданы копии Красные Маркеры. В этих артефактах видели огромный потенциал: они могли служить практически бесконечным источником энергии, но цена была слишком высокой.

Долго находиться рядом с Маркером было нельзя. Сначала человек слышал шёпот в голове, простой и ненавязчивый. Потом он усиливался, голоса становились громче и требовательнее, и человек медленно сходил с ума. Многие верили, что Маркер это бог и кто-то видел умерших родственников. В некоторых случаях люди кончали с собой или начинали видеть в близких монстров и жестоко расправлялись с ними, но самое страшное это вирус некроморфизма, который переделывал тела мёртвых в кровожадных, хитрых тварей.

Позже Альтман раскрыл миру существование Маркера, но был убит. Его запись увидели многие, и она сделала его мучеником и точкой отсчёта. Так возникла церковь юнитологов, считавшая, что Маркер это ключ к единению, что после смерти люди воссоединятся и увидят всех потерянных близких. Эта вера заставила многих принять эту чушь.

Но находились и те, кто жаждал освободить «бога», то есть Красные Маркеры, запертые в научных лабораториях. Мне даже страшно представить, сколько людей погибло от рук этих фанатиков...

— Айзек, ты о чём-то задумался?

Я поднял голову и увидел перед собой Мишон. Похоже, я настолько сильно ушёл в свои мысли, что выпал из реальности. Сейчас я сидел на небольшой лежанке внутри автобуса. Напротив меня Мишон, точно на такой же. Чуть сбоку от неё располагался небольшой столик, вернее, моя личная мастерская. Конечно, станков здесь не было, но что-то починить или перепаять было вполне возможно. Сейчас там ковырялась Клементина. С другой стороны находился специальный передатчик и радиоприёмник — он мог улавливать любые сигналы: радиоволны, высокочастотные и низкочастотные импульсы. Я надеялся на него как ни на что другое, ведь именно он должен был подтвердить мои опасения насчёт Маркера. Сейчас там сидел Дэйв Миллер, проверяя разные частоты и исправность оборудования.

Помню, когда он впервые приехал на нашу базу вместе с Тэсс и дочкой Элизабет. Они выглядели уставшими и напуганными, ведь тогда они недавно потеряли сына в лесу. Как я позже узнал, именно его машину мы тогда нашли в лесу, когда ехали от фермы с каннибалами. Когда он узнал, что мы не тронули его припасы, он был неимоверно благодарен. Тогда они были на грани, и неизвестно, что случилось бы, если бы они лишились и того, что у них оставалось. Вряд ли что-то хорошее.

Сам мужчина понемногу осваивал инженерное дело, до меня и Клементины ему далеко, но починить неисправный резак или модуль он вполне способен. И кстати, мой сын, которого я действительно считаю своим, очень хорошо ладит с его дочерью и кто знает, как у них всё сложится в будущем. Может, у меня действительно появятся внуки, ведь в прошлой жизни у меня даже не было детей.

Теорий о том, как я попал в этот мир, слишком много. Я находил разную литературу, и версии были одна чуднее другой, но причину я вижу только в двух вещах, первое это сама Машина пришельцев, благодаря которой мы остановили Луну и ладно бы это была просто Луна, но всё оказалось гораздо сложнее. Информация, которую мы нашли на Тау-Волантис, перевернула моё представление о вселенной.

Задолго до людей в галактике существовала высокоразвитая раса инопланетян. Они, как и люди позже, нашли Чёрный Обелиск и создали на его основе сеть Красных Обелисков. Но в итоге запустили кошмарный процесс Конвергенции — Единения, который породил гигантскую Луну, некроморфа размером со спутник. Осознав ошибку, пришельцы построили Машину, которая мгновенно заморозила всю планету, остановила Конвергенцию и убила их самих, оставив после себя инструкции для тех, кто однажды захочет всё исправить. В общем, они сделали то же самое, что и мы: копировали Чёрный Обелиск, создали сеть Красных и это стоило им жизни. И вторая причина сам обелиск.

— Прости, Мишон, — сказал я, выныривая из мыслей. — Просто меня немного... уносит.

— Ты в последнее время действительно сильно задумчивый, — заметила она. — Неужели думаешь о тех документах?

Да. Чтобы всё выглядело правдоподобно, я сделал поддельные военные документы и подкинул их сам себе во время одной из вылазок. Мне нужно было объяснить причину, почему я решил сорваться с места. С помощью мутных формулировок и левых отчётов родилась теория: во всём, что происходит, замешан некий странный артефакт, находящийся на полуострове Юкатан. Так что для всех я просто рвался проверить, правда это или нет. Многие смотрели на мои действия скептически, но не отговаривали. Некоторые даже напрашивались со мной. Первыми были Клементина и Карл. Карла я смог отговорить, а вот с Клементиной воюю до сих пор.

— Просто, Мишон, у меня многое никак не может выйти из головы, — сказал я, проводя рукой по лицу. — Я множество раз перечитывал записи Эдвина, думал о том, как вообще появились ходячие. В своих записях он прямо писал, что при нынешних технологиях человечество просто физически не могло создать подобный вирус, это невозможно.

— Ну, ты тоже создаёшь невозможное, — возразила Мишон — Наверняка нашлись какие-то головастые, которые смогли его создать, а может, дело действительно в том артефакте, который ты решил искать. Но как бы то ни было, всего, что происходит вокруг, уже не исправить.

— Кто знает, — ответил я, глядя в окно на проплывающие мимо руины. — Может, получится хотя бы частично всё исправить или в крайнем случае уничтожить этот артефакт, чтобы человечество не загнало себя в угол ещё сильнее. Ты посмотри, что творится вокруг: весь прогресс отброшен назад, а многие поселения уже переходят чуть ли не в железный век, сражаются мечами, луками и арбалетами.

— С этим не поспоришь, — согласилась Мишон. — Но почему рисковать нужно именно тебе? Неужели больше никого нет?

— Ну, я буду не один, — я покачал головой. — Со мной поедут люди Харриса, да и если мы ничего не найдём, мы просто вернёмся назад. Не забывай, что мы поставим несколько ретрансляторов по дороге и будем поддерживать связь.

— Да, только я поеду с тобой.

Вот так новость.

— И почему ты на это решилась? — спросил я — Раньше ты не особо горела желанием.

— Раньше я думала, что смогу отговорить тебя, — она усмехнулась. — Но ты слишком упёртый.

— Ты в этом точно уверена?

Девушка пожала плечами, но в её глазах промелькнула твёрдость.

— Нет, не уверена, но поеду.

Сбоку раздался голос Клементины:

— Мишон, так ты поедешь с нами?

— Она поедет со мной, — сказал я, строго смотря на Клем. — А ты останешься в Саванне.

— Нет, — Клем подняла голову. — Я поеду с тобой, а если ты попробуешь оставить меня там одну, я всё равно сбегу и поеду за вами.

— Клем, — я вздохнул, стараясь говорить спокойно, — я рассчитываю, что ты останешься там и будешь помогать укреплять наш город. В тебе сейчас собраны уникальные знания и рисковать всеми нами не обязательно.

— Карл разбирается во всём не хуже меня, — отрезала она. — Так что и без меня там спокойно разберутся и справятся.

Я повернулся к Мишон, надеясь на поддержку.

— Может, хоть ты ей скажешь?

— Айзек, — Мишон чуть улыбнулась, — девочка хочет приключений.

— Спасибо, тётя Мишон! — Клем просияла.

Сама Мишон скривилась.

— Только вот «тётей» меня не называй. Я не настолько старая.

— Да вы что, сговорились? — вспыхнул я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Вы вообще сейчас серьёзно? Или просто решили так надо мной пошутить? Ты же сама говорила, что там опасно!

— Да, — Мишон пожала плечами. — Но я вижу её и понимаю, что она не отступится. Айзек, Клементина действительно сбежит и поедет за нами, так что пусть лучше будет с нами, так будет намного безопаснее для неё, чем если она будет прятаться за углами, да и вообще, может, она поможет мне отговорить тебя.

Клементина довольно кивнула, подтверждая её слова.

Дэйв, сидевший рядом, с сочувствием посмотрел на меня, но промолчал.

С водительского сиденья раздался голос Моргана:

— Ребята, мы почти на месте.

Я выглянул в окно, и в метрах пятистах от нас уже начиналась ограждённая зона: высокий бетонный забор, кое-где обмотанный ржавой колючей проволокой, которая в некоторых местах уже успела сгнить и провиснуть. Ворота были приоткрыты, словно кто-то уходил в спешке и не закрыл их за собой.

Конечно, немного обидно, что у нас не получилось с Мишон вырваться вдвоём. Первым к нам напросился Дейв, а не Клементина, как я предполагал, парень просто не хотел быть обузой, да и я как-то давно обещал взять его с собой на вылазку, так же этот разговор услышал Морган и попросился к нам в качестве водителя, а нам с Мишон оставалось только грустно вздохнуть и согласиться, а в последний момент и Клементина поехала с нами, ведь ей нужны были запчасти для её проектов.

Мы подъехали к воротам. Дейв в скафандре, с оружием наготове, выскочил наружу, осмотрелся, потом распахнул ворота, и мы заехали на территорию. Мы вышли из автобуса и остановились, оглядываясь по сторонам. Сама же территория была крайне заброшенной: всё, что когда-то было деревянным, давно сгнило, небольшие постройки, склады, поддоны с коробками, всё это превратилось в труху, покрытую плесенью и ржавчиной, а в воздухе висела сырость, смешанная с запахом гнилого дерева и старого металла, и это все чувствовалось даже через скафандры.

Клементина отошла чуть в сторону, нагнулась и подняла что-то с земли.

— Смотрите...

Она подошла ко мне и протянула цилиндр. Это оказалась звуковая ловушка, одна из тех, которые мы начали выпускать с помощью станка лет пять назад. В отличие от старых моделей, эти были укреплёнными и многоразовыми: их уже нельзя было раздавить ногой или даже машиной, Внутри стоял таймер: ловушка могла сработать через минуту, пять или десять минут, а также позволяла настраивать интервал, с которым привлекала ходячих. Такими мы снабжали многие поселения и даже расплачивались с торговцами.

— Уже сильно заржавела, — тихо произнёс Морган, рассматривая находку. — Похоже, пару лет тут лежит.

Клем повернулась ко мне.

— А тут был кто-то из наших?

Все уставились на меня, а я покачал головой.

— Нет, сюда мы никого не отправляли.

— Ну, кто-то всё-таки был, — сказала Мишон, беря ловушку в руки. — Может, кто-то из дружественных поселений заходил?

— Вполне может быть, — кивнул я. — Только вот что им здесь понадобилось ума не приложу, тут не производили оружие, припасов здесь вряд ли найдёшь. Ехать в такую даль ради этого... вряд ли кто захотел бы.

— Ладно, идёмте посмотрим, — Клементина сняла с пояса резак и активировала его. — А вдруг там есть что-то полезное?

Мы всей компанией направились в глубь двора, к главному цеху. Во дворе не было ни трупов, ни следов борьбы, ничего, что указывало бы на то, зачем здесь оказалась ловушка. Мы зашли в здание. Внутри нас встретил длинный коридор с множеством дверей: одни вели в раздевалки, другие в подсобки и офисы, а в самом конце виднелась широкая двухстворчатая дверь, которая, по-видимому, вела в основной цех.

Мы начали осматривать ближайшие помещения, внутри только старые полугнилые тряпки, шкафчики, покрытые ржавчиной, и потрескавшиеся стены, местами покрытые плесенью из-за сырости. Коридор был длинным, с перекрёстком, и само здание казалось огромным. Сразу было видно, что здесь когда-то было крупное производство, и уезжать с пустыми руками не хотелось.

— Жутко тут, — произнёс Дейв, освещая коридор фонариком.

У каждого из нас в оружии был встроен фонарик, да и на плече скафандра тоже имелся свой, на случай если оружие выйдет из строя или придётся с ним расстаться. Скафандры мы довели до ума: они стали прочными, выдерживали мелкий калибр, а бронепластины с кевралом на груди, бёдрах и голенях могли выдержать и покрупнее, шлемы тоже были укреплённые, правда и из-за этого слышимость в них было хуже, ну для этого у нас был встроенный канал связи где мы спокойно могли переговариваться друг с другом.

Мы подошли к двухстворчатым дверям и остановились. Дейв дёрнул за ручку.

— Закрыто, — сказал он. — В принципе, сейчас исправим.

Он отошёл на шаг и ударил ногой между дверей. Они прогнулись, но замок выдержал. Дейв нанёс второй удар сильнее и в этот момент Мишон напряглась.

— Дейв, погоди, мне кажется, я там что-то слышала...

Но он уже нанёс третий, самый сильный удар и двери распахнулись.

— Твою... — только я успел произнести, как Дейва накрыла волна ходячих. Они хлынули в проём, и он даже не успел отступить, мёртвые руки схватили его, повалили на пол, погребая под собой.

— Их там сотни! — крикнул Морган, выпуская очередь поверх голов, стараясь не задеть Дейва.

— Отходим!

Мы начали вести огонь, стараясь не задеть Дейва. Там, где он находился, уже выросла целая гора мертвецов, они наваливались друг на друга, пытаясь добраться до живого тела.

— Дейв, ты как? — спросил я по внутреннему каналу связи.

— Нормально, — ответил он, и голос его звучал напряжённо, но пока держался. — Скафандр держит, но эти твари навалились, дышать тяжело, на грудь давят сильно, вытащите меня побыстрее, а то у меня на лице сгнившая жопа ходячего. Тьфу, блядь, я сейчас прям в шлем блевану.

Вытащить его нужно, но ходячих действительно было несколько сотен. Я давно не видел такого скопления и у нас с собой даже не хватило бы боеприпасов, чтобы их всех перебить, и те, что лежали в автобусе, вряд ли бы помогли, а что ещё противнее, это то что «спрей Эдвина» у нас остался в автобусе.

— Откуда здесь столько тварей? — спросила Мишон, выпуская несколько пуль из пистолета и снося голову самому резвому ходячему катаной.

— Хрен его знает, — ответил я, отступая. — Сначала вытащим Дейва, а потом будем думать.

Мы отходили в глубь коридора, стягивая на себя основную массу ходячих. У нас было два варианта: вырваться на улицу, попытаться увести их на автобусе подальше, чтобы вытащить Дейва, или попробовать заманить их в другой цех. Первый вариант был неплохим, но твари были медленными, и это заняло бы слишком много времени, а Дейва могли просто раздавить... Или нет.

— Дейв, слушай меня внимательно, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Сейчас по возможности свернись калачиком и не шевелись, пусть на тебе ползают ходячие, если пропитаешься их запахом, они перестанут обращать на тебя внимание, твоя задача не шевелиться, а потом, имитируя ходячего, выйти из цеха.

— Да легко сказать, — простонал он. — У меня уже нога затекла, они её передавили. Ладно, постараюсь попробовать, вы только меня одного не оставляйте.

— Не оставим, главное держись.

В этот момент Морган крикнул:

— У меня последняя обойма осталась! А эти твари вообще не кончаются!

— Давайте сюда! — крикнула Клем, указывая на соседнюю дверь.

Мы забежали внутрь, захлопнули дверь и с помощью кинезиса подняли старый полусгнивший диван, подперев им дверь, предварительно закрыв ту на защёлку. Сами мы сели на этот диван, а в дверь уже начали стучать ходячие, повезло что она была железная. Помещение оказалось чем-то вроде приёмной: несколько диванов, стол секретаря, и сбоку была дверь, скорее всего в кабинет директора, табличку было не прочитать, она вся покрылась плесенью, да и мы выбрали это место неспроста, здесь было окно с решёткой, которую можно было перерезать плазменным резаком за пару выстрелов и спокойно покинуть помещение, так что можно не переживать.

Ходячие продолжали долбиться в дверь, но диван оказался тяжёлым, и дверь держалась.

— А вот это жопа... — тихо произнесла Клем.

— Это ещё ерунда, — махнул рукой Морган. — Жопа сейчас у Дейва.

— Хи-хи-хи, — хихикнули девушки.

— Я вас вообще-то прекрасно слышу! — раздался голос Дейва по внутренней связи.

Я решил поинтересоваться его состоянием:

— Ты как?

— Да более-менее, — ответил он. — Калачиком свернулся, стало легче. Но эти твари всё равно не отстают.

— Тогда постарайся не говорить. Знай, что мы рядом и вытащим тебя. На крайний случай сам выйдешь, когда они успокоятся.

— Ладно, хорошо, — голос его дрогнул. — Мне правда страшно, особенно когда они скрипят зубами по шлему.

— Ну, по крайней мере у тебя уже не жопа, — нервно хохотнул Морган. Было видно, что он не пытается подшутить, а просто сбрасывает напряжение.

— Очень блядь смешно, — ответил Дейв. — Ладно, если что-то изменится, я сообщу.

— Давай, не раскисай там, — сказал я.

— Хорошо, только, пожалуйста, не отключайте меня от связи, а то мне страшно оставаться здесь одному.

— Не отключим, — пообещал я. — Постарайся быть потише.

В кабинете повисла тишина и каждый думал о том, как выбраться из этой ситуации. Она была скорее неприятной, чем опасной, но всё равно давила на мозги, а адреналин давал о себе знать, ведь руки слегка подрагивали.

Тишину нарушила Клементина:

— А давайте проверим соседнюю дверь, вдруг там что-то полезное будет?

— Главное, чтобы не как в цеху, — сказала Мишон, поднимаясь.

Я кивнул, подошёл к двери, нажал кнопку, и шлем сложился. Приложив ухо к двери, я прислушался.

— Там тоже ходячие, — сказал я, надевая шлем обратно. — Судя по звуку, штук пять, не больше. Клем, подсоби, ребята, будьте на подхвате.

Вот ещё один недостаток скафандра, это звукоизоляция. В будущем можно будет встроить что-то вроде усилителя слуха, чтобы слышать лучше, но это я уже обдумаю на базе.

Я просто открыл дверь за ручку, и к счастью она не была заперта. Внутри, как я и предполагал, оказалась пятёрка ходячих и мы успокоили их одиночными выстрелами. В кабинете были видны спальные места, скорее всего эти пятеро жили здесь: разложенные спальники, опрокинутый примус, покрытый ржавчиной, банки из под консервов, и ржавая двухстволка.

Клем подошла к одному из ходячих и наклонилась, рассматривая лицо.

— Айзек, скажи, тебе эти лица не знакомы?

Я наклонился, пытаясь разглядеть остатки лиц, некоторые были совсем плохи, но кое-что ещё можно было разобрать.

— Нет, — сказал я. — Что-то не припомню.

— А я помню, — она усмехнулась. — Дам маленькую подсказку... Ходячие это просто больные люди.

Я всмотрелся ещё раз и до меня дошло... Это были те самые идиоты, которых Лили выгнала из Вудбери и те, кто считал ходячих просто больными людьми и требовал их не убивать. Значит, звуковая ловушка здесь оказалась не случайно и они воспользовались ею, чтобы собрать всех ходячих в одном месте, теперь понятно, откуда здесь такая орда.

— Нда... — выдохнул я. — Вот и наши борцы за права ходячих...

Глава 4

Пока мы сидели и думали над сложившейся ситуацией, по внутренней связи раздался голос Дейва. Он звучал тихо, почти шёпотом:

— Ребят, кажется, меня уже принимают за своего.

Мы тут же встрепенулись.

— Постарайся не делать резких движений, — сказал я. — Понемногу вставай и поменьше шевелись.

— Так я поднялся, — ответил он, и в голосе послышалось облегчение. — И действительно не обращают внимания. Хотя от меня идёт такая вонь, что ходячие скоро сами от меня побегут.

— Отлично, — сказал я. — У тебя звуковая ловушка с собой?

— Ага.

— Проверь соседний цех.

Дальше повисло напряжённое молчание и мы ждали. Спустя минут пять Дейв снова заговорил:

— Я на месте, дверь целая, а цех пустой.

— Хорошо, — ответил я. — А теперь закинь ловушку и подожди, пока туда все стянутся.

Спустя тридцать секунд начал раздаваться противный, режущий уши писк, было слышно, как ходячие, которые до этого долбились в дверь, начали шаркать в другую сторону, прошло около двадцати минут, пока Дейв снова не заговорил:

— Всё, ходячие заперты, правда, парочка ещё ползает в коридоре.

Мы с помощью модуля отодвинули диван и вышли в коридор, там действительно ползало четыре ходячих и у кого-то ноги были полностью перегрызены, у кого-то их не было вовсе. Мы прошли дальше за поворот и увидели в конце коридора Дейва. Он сидел, привалившись к стене. Я снял шлем и в нос тут же ударила вонь гнилой плоти и разложения, пришлось надеть его обратно. Подойдя к Дейву, я присел рядом.

— Ты как?

— Я видел... — голос его дрожал. — Господи, я видел такую мерзость... Моя жизнь уже никогда не будет прежней.

— Ты молодец, Дейв, — сказал я, похлопав его по плечу.

— Да, друг, — кивнул Морган. — Только постарайся много не бегать, а то звоном своих стальных яиц привлечёшь ходячих.

Звуковая ловушка всё ещё работала, но лучше перестраховаться. Я оглядел коридор и заметил старый автомат с газировкой, стекло было целым, но внутри давно ничего не было. Я поднял его модулем и подпёр им дверь. Девушки подошли к парню и попытались его приободрить, ведь он выглядел потерянным, хотя такое пережить...

Мы постояли ещё немного, давая Дейву прийти в себя и наконец он более-менее оклемался, поднялся на ноги. Мы решили проверить цех, из которого выломали дверь и подойдя туда, были сильно разочарованы: там обвалилась крыша, и всё было уничтожено, а то, что не раздавило бетоном, просто сгнило от сырости за все эти годы.

— Обидно... — тихо проговорила Клементина.

— Угу, — буркнул я, разглядывая руины. — И в соседний цех мы не пойдём.

Мы замолчали. Потом Мишон спросила:

— А если обработаться спреем Эдвина?

— Оно того не стоит, — я покачал головой. — Да и вообще стоило бы их спалить, но сейчас нет на это времени и ресурсов.

Морган кивнул.

— Да только вот с пустыми руками возвращаться не хочется.

Клем подошла ко мне.

— Может, заедем в Мейкон? Он как раз в часе езды отсюда. Там можно пройтись по уцелевшим магазинам. Может, хоть что-то привезём.

— Это там, где аптека, в которой вы были? — уточнил я.

Клем кивнула, и мы направились к выходу. Дейва всё ещё трясло, хоть он и старался скрыть это.

— Ага, — подтвердила Клем. — Хочу заехать туда и взять фотографию родителей Ли, надеюсь что некоторые фотографии уцелели, просто хочу сделать ему подарок, ведь он был моим учителем и заботился обо мне, когда всё началось.

— Не вижу в этом никакой проблемы, — пожал я плечами. — Мы там толком не были, может, найдём что-то полезное, на крайний случай осмотрим местность.

Мейкон находился между Джорджией и Саванной. Городок был довольно крупным, значит, можно было чем-то поживиться. Правда, наши до него ещё не добрались, так что можно спокойно съездить на разведку. Если там будут только одни ходячие, то проблемы нет, практика показала, что в скафандрах нам нечего бояться... главное в этот раз не забыть спрей в автобусе, а если там будут люди то придётся действовать по ситуации.

Долго топтаться на месте мы не стали. Залезли в автобус, и когда выехали за ворота, Клементина вдруг попросила остановиться. Мы с недоумением уставились на неё, а она, схватив баллончик с краской, выбежала наружу, закрыла ворота и написала на них крупными буквами: «Внутри ходячие. Не входить».

— Теперь можно ехать спокойно, — сказала она, запрыгивая обратно.

Дорога до Мейкона не заняла много времени. Трасса была ещё относительно целой, пробки, хоть и встречались, объезжались без проблем. Чем ближе мы подъезжали к городу, тем больше ходячих попадалось. Некоторых особо ретивых приходилось знакомить с бампером, благо фары я тоже укрепил, так что контакт был безболезненным для автобуса, ну отмывать его придётся.

Въехав в город, мы поняли, что он уже превратился в руины. Деревья пробивались сквозь асфальт, некоторые стены домов осыпались, дороги заросли травой, ещё лет десять и здесь останутся лишь бетонные коробки, а через пятьдесят, а может больше и они исчезнут. Мы объезжали крупные завалы, иногда срезая через частные дворы.

Аптека выглядела именно так, как я и представлял: когда-то здесь пытались баррикадироваться. Часть окон была заколочена, часть разбита, стеллажи перевёрнуты, а по полу валялись останки ходячих, которые так и не смогли выбраться и мы зачистили помещение в основном модулями, без лишнего шума. Клем замешкалась у одного из тел, но быстро взяла себя в руки и кассовым аппаратом снесла голову ходячему, который слишком уж напоминал ей прошлое.

— Клем, ты в порядке? — спросил я.

— Да, просто… — она выдохнула, опустив руку с модулем. — Этот ходячий… он был похож на Дага. Парня, который был с нами в аптеке. Сейчас, конечно, его не узнать, но… он был хорошим человеком. Помог нам с Ли.

Морган подошёл, положил руку ей на плечо.

— Ли рассказывал мне о нём, он действительно был хорошим.

— Да, — тихо сказала Клем. — Ладно… пойдёмте, заберём фотографии.

Мы прошли в соседнее помещение — когда-то это был склад или подсобка. Внутри стоял старый телевизор, покрытый толстым слоем пыли, на стенах плесень, а посередине комнаты лежали несколько высохших тел, накрытых тряпьём, фотографии висели на стене, прикреплённые магнитами.

— Это родители Ли, — сказала Клем, снимая одну из них. — А тот труп у входа что привален столбом… это был его брат.

Она повернулась ко мне.

— Айзек, давай похороним их.

Я посмотрел на неё, потом на остальных, все молча ждали моего ответа.

— Хорошо, Клем. Похороним.

За аптекой оказался небольшой участок земли, не покрытый асфальтом. Лопаты мы нашли в соседнем магазине садоводов, правда, они успели сильно проржаветь, но для трёх могил хватило. Ходячие периодически мешали, шум привлёк несколько любителей человечины, но мы быстро с ними разобрались.

Когда с могилами было покончено, уже начало темнеть. Мишон упёрла руки в бока.

— Так что, Айзек, едем домой или будем ночью искать что-нибудь?

Я покачал головой.

— Останемся на ночь, а утром поищем что-то полезное.

— В автобусе? — уточнил Морган.

— Если хочешь, можно и в квартире, — усмехнулся я. — Но там запахи вряд ли лучше.

— Нахер, лучше в автобусе.

Мы начали готовиться ко сну, спать в скафандрах было неудобно, но никто не спешил их снимать. Я кое-как устроился на лежанке, закрыл глаза и почувствовал, как усталость наваливается тяжёлой волной, копка могил дала о себе знать. Я уже почти провалился в сон, когда рядом с ухом раздался тихий шёпот Мишон:

— Ты не хочешь прогуляться? Сегодня лунная ночь.

Я приоткрыл один глаз. Смысла отказываться не было.

***

— Блядь, мелкий, ну стоило ли тебе вообще открывать свою поганую пасть? — Мёрл сплюнул на землю и злобно пнул колесо застрявшей машины. — Сейчас мы из-за тебя в такой жопе, что света блядь не видно.

— Мёрл, вообще-то мы сейчас в жопе потому, что ты водить нихрена не умеешь, — спокойно произнёс Дэрил, поправляя арбалет на плече.

— Да ладно вам, мне же тот дятел доказывал, что эта машина блядь на этом спирту проедет туда и обратно. Расхваливал её так, будто она, блядь, летать умеет...

— И поэтому ты влетел в кювет, — закончил парень по имени Джим.

Сейчас их было четверо: братья Диксоны, Бен и Джим. Сам же Джими под два метра ростом, лет сорока пяти. Чёрные волосы, подстриженные «под военный ёжик», суровые черты лица, несколько шрамов, которые делали его ещё более жёстким, и короткая, но густая бородка. Он был одет в плотную куртку, поверх которой накинут тактический жилет. За спиной винтовка, в кобуре мощный револьвер, а в руках он держал монтировку.

Бен выглядел иначе: на нём была старая армейская форма, которую он сам укреплял кусками кожи. За спиной массивный рюкзак, в руках небольшое копьё, сделанное одним из кузнецов Карвера, а на поясе обычный пистолет. Сам он был хмур, и даже подколки Мёрла проходили мимо него, ведь Бима не было рядом, и это тяготило парня.

Братья Диксоны были одеты почти одинаково: кожаные куртки, военная разгрузка. Только у Мёрла был автомат, а у Дэрила его неизменный арбалет, который он носил уже много лет, у них тоже было оружие ближнего боя: у Мёрла кусок трубы с залитым свинцом, у Дэрила металлическая бейсбольная бита. Бима они оставили на базе, так как выяснилось, что пёс отлично находит людей, прячущихся среди орды, и с его помощью удалось взять ещё троих Шепчущихся.

— Ну взлетел и влетел, — Мёрл пожал плечами. — Я в душе не ебал, что там такая скользкая дорога, главное, что мы с тобой прихватили топлива! — он радостно оскалился.

— Ага, ты только этому и рад, — усмехнулся Джим. — Только не думай, что я позволю тебе бухать прямо по дороге.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Мёрл. — Я пару глотков чисто так, заправиться.

Джим резко остановился, и Мёрл, не успев затормозить, уткнулся в его спину. Он отшатнулся, поднял взгляд на гиганта, и тот сказал:

— Я тебе ещё раз говорю: выпьешь хоть глоток, я тебе все зубы выбью. Ниган дал задание, и мы его выполним, я понятно выразился? — он скрипнул кулаком, который был почти размером с голову Мёрла.

— Да ладно, понял я, — пробубнил Мёрл. — Ну если бы не этот мелкий гандон, мы бы не были сейчас в такой жопе. А так тихо и спокойно отстреливали бы этих тихушников и их шептунов.

Джим усмехнулся.

— Ниган больше заинтересовался, когда ты рассказывал про «железных дровосеков» из-за которых ты жидко обосрался. Так что именно твои слова стали нашей точкой отправки.

— Да идите вы на хер, — огрызнулся Мёрл. — На меня всё сваливать, кто же знал, что он настолько этим заинтересуется.

До этого молчавший Бен повернулся к Джиму.

— Слушай, Джим, получается, ты правая рука Нигана?

— Нет, мелкий, — встрял Мёрл, — он его левая пятка. — Но поймав на себе взгляд Джима, он сбавил тон. — Всё, молчу.

— Ну да, мелкий, — кивнул Джим. — Я знаю его ещё до апокалипсиса. Ну а что такое?

— Да просто мало о нём кто знает...

— Может, лучше и не знать, — усмехнулся Джим.

Тут не выдержал Дэрил.

— Если серьёзно? Как бы ты к этому ни относился, нам действительно хочется знать, что он за человек.

— Благодаря этому человеку я выжил, — сказал Джим. — И выжили многие вокруг. Этого достаточно.

— И всё же? — не отступал Дэрил.

Джим посмотрел на всех пристально, словно что-то решая для себя. Потом вздохнул и произнёс:

— Если вы кому-нибудь об этом расскажете, я вам шеи пооткручиваю. Особенно тебя касается, Мёрл.

Все замолчали, приготовившись слушать.

— С Ниганом мы познакомились... — он сделал паузу. — В доме для душевнобольных.

— В дурке, что ли? — ляпнул Мёрл, но тут же закрыл рот, поймав на себе взгляд Джима.

— Да. Я тогда там находился с ПТСР. Это, если кто не знает, посттравматический синдром, там я с ним и познакомился.

— И как он там оказался?

Джим усмехнулся.

— Жена якобы сдала.

— А у него, как и у тебя, этот... посттравматический?

— Не совсем. Там другое, сначала его все приняли за обычного психа. Целый год его лечили от того, чего у него не было, а Ниган уже тогда знал, что будет этот пиздец, он начал дома подготавливаться: скупал оружие даже на чёрном рынке, запасался припасами... Готовился к апокалипсису. Только вот его жёнушка резкую перемену в характере не оценила. Да и я, если честно, сначала принял его за психа, когда он говорил про каких-то некроморфов. В общем, история там мутная, сам он толком об этом не рассказывает, но, кажется, он уже встречался с этими тварями и судя по всему, он сам бывший военный, по крайней мере его повадки об этом говорят. В общем мне кажется он прошёл через такой пиздец, что... — Джим на секунду замолчал. — Когда всё началось, он сумел нас организовать, вывести с территории дурки, а потом снарядил оружием из своего схрона. Будем честны: мне кажется, это не жена его упрятала в дурку, это правительство, чтобы скрыть грязь, которая в итоге выплыла наружу и случилась то что сейчас вокруг.

— Ну охренеть просто... — тихо выдал Мёрл. — То есть получается, Ниган знал обо всём заранее? А шишки в правительстве... Бля...

— Да, если бы не Ниган, погибло бы ещё больше народу.

— А почему он называет себя Джон Карвер? — спросил Бен. — Если вроде бы он Ниган Смит?

— А сам как думаешь? — Джим усмехнулся. — Естественно, чтобы начать новую жизнь, ну, по крайней мере, я так думаю.

— Прямо как и Айзек, — сказал Бен. — Ведь его вроде бы звали Риком...

— Ага, — Джим кивнул. — Это подтверждает, что они оба прошли через один пиздец.

Дальше они шли по дороге в полной тишине, периодически попадались одиночные ходячие, которым спокойно разбивали головы в ближнем бою, не тратя боеприпасы. Им повезло, что они проехали почти весь путь, хотя пришлось делать большой крюк: один раз дорогу преграждала орда, а другой раз их обстреляли из засады. Но тем не менее большая часть пути была пройдена.

— Так, народ, — повысил голос Мёрл. — Судя по карте, нам придётся пиздовать чуть в стороне, если не хотим сдохнуть.

— Чего случилось?

— Да я тут вспомнил, что тут часто шарят люди Губернатора. А про него я рассказывал, тот ещё мудак.

— Ну в мудачестве тебя никто не переплюнет, — проговорил Бен.

— Ты смотри-ка, щенок зубки показывает. Давно зубы не глотал?

— Мелкий прав в этом, — спокойно произнёс Джим. — Какие-то проблемы?

Мёрл презрительно посмотрел на обоих и сплюнул под ноги.

— Да идите вы оба на хер. — Он замолчал, потом вздохнул. — В общем, мне нельзя к ним в руки. Губернатор не прощает таких косяков.

— Мг, только если этот Айзек хотя бы наполовину такой, как Ниган, то твоему Губернатору будет туго.

— Ну, Губернатор не тюфяк, поверь. Он может жизнь подпортить многим, да неизвестно, что вообще случилось. Вдруг он вообще хлопнул вашего этого инженера, и сейчас его голова находится в аквариуме, где этот долбаный некрофил на неё мастурбирует.

— Он ничего не сможет сделать Айзеку, — уверенно произнёс Бен. — Я думаю, Айзек спокойно порвёт этого вашего Губернатора. Он сильный человек, он...

— Он выкинул тебя нахер из своей группы, — злобно процедил сквозь зубы Мёрл.

— И я это вполне заслужил. В других поселениях меня бы просто повесили или отдали на растерзание ходячим.

— А не слишком ли жёстко? — спросил Джим. — Ну, тобой же вроде как этот… его напарник воспользовался, твоей наивностью.

— Да, только это была не единственная моя ошибка, — Бен тяжело вздохнул. — Я вам не рассказывал, но я отдавал продукты и медикаменты бандитам, и чтобы добыть эти припасы Айзеку пришлось пройти через орду.

— Охереть, мелкий! — Мёрл аж всплеснул руками. — Что, вот так просто брал и отдавал?

— Нет, — Бен покачал головой. — Они грозились, что убьют всех, и велели держать язык за зубами.

— Ебать ты лох, мелкий, и что сделал этот Айзек?

— Ничего.

— В смысле ничего? Даже по лицу не настучал?

— Нет, он просто со мной поговорил.

Джим усмехнулся.

— Знаешь, ты мне напомнил случай. Когда всё только начиналось, в нашей группе были два индивида, так вот, эти недомерки тоже связались с бандитами и меняли продукты на дурь. — Он замолчал, явно вспоминая прошлое. — Так вот, к чему я веду: их тела до сих пор висят на фонарных столбах на цепях. Ниган с ними церемониться не стал, а оставил висеть в назидание, так что, мелкий, я могу сказать, что тебе охренеть как повезло: тебя просто выкинули, а могли бы, поверь, поступить намного хуже, это уже не считая того, что ты его подставил.

— Знаю. За это я искренне благодарен.

Дальше они шли в тишине, периодически перекидываясь короткими фразами и убивая одиночных ходячих. Солнце уже начинало садиться за горизонт, и они решили разбить лагерь в одном из заброшенных домов, которых хватало в округе. Без казуса не обошлось: в доме оказался ходячий, который чуть не укусил Бена, и Джиму пришлось пустить в ход револьвер. Казалось бы, на этом всё должно было закончиться, но когда Дэрил и Бен выносили труп наружу, к дому подъехал внедорожник. Они тут же забежали внутрь, и каждый приготовился стрелять. Все замерли у окон, держа машину в прицеле, пока оттуда не начали выходить люди.

— Твою мать... — выругался Мёрл.

Джим сжал винтовку.

— Знаешь их?

— Да, двоих так точно. Это люди Губернатора.

— Ну приплыли...

*** на бусти доступна 15 глава***

Глава 5

Нда... Неудобно получилось. А получилось даже как-то смешно и грустно.

Дело в том, что мы с Мишон вышли на ночную прогулку и решили осмотреть соседний дом. Всё бы ничего, но мы нашли бутылочку хорошо сохранившегося вина, распили её и немножко расслабились... В горизонтальной плоскости. Всё бы ничего, да только мы с девушкой разошлись так, что на крики прибежали наши товарищи. Они с помощью резаков срезали дверь и вломились к нам в комнату, когда мы уже... скажем так, процесс подошёл к концу. Прямо в момент кульминации к нам завалилась целая толпа с резаками наголо.

Теперь Дейв старательно отворачивает взгляд в другую сторону. Морган хихикает с водительского сиденья. А Клементина сидит вся красная, с расширенными глазами, просто смотрит в одну точку и, кажется, пытается провалиться сквозь сиденье.

Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я решил произнести:

— Ребята, давайте заедем в строительный магазин. Нам нужно больше инструмента.

— Да, большой инструмент... — произнесла Клементина, а потом, видимо, осознав, что сказала, тряхнула головой и ещё больше покраснела. — Я имела в виду, что инструмента надо больше... Блин.

Она залилась краской, нажала кнопку на воротнике и скрыла своё лицо за шлемом, отвернувшись к окну. Дейв начал хрюкать, пытаясь сдержать смех. Мишон тоже едва не засмеялась, прикрывая рот рукой. А мне осталось только помассировать переносицу. Хорошо хоть Морган этого не слышал, а то бедная Клементина без подколок бы не осталась.

Мы уже проехали довольно большой промежуток по городу. Правда, иногда приходилось петлять — попадались сильные пробки, а ходячих мы просто давили. Мы ещё не успели подъехать к строительному магазину, как Дейв припал к наушникам, а потом начал вслушиваться во что-то.

— Айзек, — он повернулся ко мне, — тебя срочно вызывают.

Я тут же поднялся с места и подошёл к Дейву.

— Что там такое?

— Из Вудбери. Это Лили. Сейчас включу динамики...

Давненько я с ней не разговаривал. В последний раз у нас был очень короткий разговор, да и тот чисто по делу.

— На связи.

— Айзек, ты ещё в Мейконе? — раздался холодный голос Лили.

— Да, как раз собирались...

— Плевать. Сейчас в семи милях от города, на дороге, что ведёт в Саванну, моих людей зажала банда. Предположительно, возглавляемая Мёрлом. Двоих ранили. Мои будут там не скоро. Ты поможешь?

— Да, Лили, мы поможем.

— Тогда как закончите, свяжитесь с нами.

И связь оборвалась.

— Как-то холодно она... — проговорил Дейв, глядя на меня. — Неужели до сих пор не может простить? Ведь ты даже не виноват в том, что случилось с Ларри.

— Ларри для Лили был всем. Он с детства её воспитывал один, заботился о ней как никто другой. И это не удивительно, что его смерть так повлияла на неё. — Я тяжело вздохнул. — Ладно, как бы то ни было, нужно ехать выручать ребят.

Я дал команду Моргану, и мы ускорили движение. Выехали за город и благо, до места добрались быстро. Пробка была только по встречной магистрали. Когда мы подъехали, перед нами предстала следующая картина.

Когда-то это был небольшой придорожный городок: закусочная, заправка, придорожный маркет. Тут же присутствовали постройки, которые уже наполовину сложились от пожара — видно, когда-то тут очень сильно полыхало. Кто где находится, мы поняли довольно быстро. Возле одного дома стоял внедорожник, который мы давно переоборудовали под электродвигатель и отдали в Вудбери. За этим внедорожником сидел молодой парень, который сейчас перевязывал простреленную ногу, а его товарищи отстреливались из укрытия в виде разрушенного здания рядом. А из дома напротив дороги сыпались выстрелы, не давая бойцам Лили вылезти из укрытия. Те только и могли огрызаться короткими очередями.

Мы подъехали почти вплотную к внедорожнику, вышли в полной боевой готовности и на ходу выпустили сгустки плазмы в сторону стреляющих. К нашему удивлению, выстрелы моментально прекратились. Когда стихла стрельба, раздался голос из позиции атаковавших:

— Не стреляйте! Не стреляйте, я выхожу!

Мы с недоумением переглянулись, но огонь прекратили, хотя было видно, как люди Лили рвались ещё пострелять. Через секунд десять из дома очень медленно и аккуратно начал выходить человек, который по габаритам не уступал даже Теодору, а возможно, даже превосходил его. На одной руке у него висел автомат, который он держал за ремень, а во второй револьвер, который он держал мизинцем за скобу. Его руки были расставлены в стороны, показывая, что он не собирается ничего выкидывать. Он аккуратно и очень медленно вышел из дома и внимательно осмотрел наш автобус, а потом и меня, потому что я вышел из укрытия, а мой резак смотрел в его грудь.

Из дома, в котором укрывались нападающие, раздался голос:

— Ты куда вылазишь, долбоёбина? Вдруг это солдаты Губернатора, которые спиздили у этих дровосеков их блядские цацки.

— Сейчас и узнаем, — ответил мужчина, а потом повернулся ко мне и спокойным голосом, словно его не держали на прицеле, произнёс: — Мне нужно поговорить с Айзеком Кларком, у меня для него важное послание от нашего лидера. Отведите нас к нему.

— Почему вы напали на этих людей?

— Это была исключительно самооборона.

И тут из дома послышался голос:

— Мелкий, ты куда нахер вылазишь? Сиди тут… Стой, дебил мелкий!

В следующую секунду из дома показалось новое действующее лицо. Сказать по правде, я сначала его даже не узнал, слишком он сильно изменился, волосы стали короче, на лице появилась вполне мужская борода, да и сам паренёк сильно вымахал. Это уже не был тот щуплый студент, которого я видел много лет назад.

— Бен?!

Парень криво улыбнулся.

— Здравствуй, Айзек.

— Это тот самый? — спросил амбал, поворачиваясь к мелкому, который стоял рядом, подняв руки.

— Да, я узнал его голос...

И тут, как гром среди ясного неба, раздался выстрел, Бен вскрикнул, схватился за грудь и упал на землю. Я повернул голову в сторону стрелявшего, им оказался один из людей Лили, который сейчас с ненавистью переводил дуло пистолета на амбала. Но Клементина сработала быстро, пистолет был моментально вырван из его рук.

— Да какого хера ты творишь?! — заорал я.

Парень меня не слушал. Он нагнулся, поднял автомат товарища, который лежал рядом, и передёрнул затвор. Тем временем амбал схватил Бена за шиворот и затащил его назад, внутрь. Я с помощью модуля вырвал его автомат, но парень не унялся и из разгрузки достал гранату.

— Суки, это вам за Скотта...

Он уже собирался вырвать чеку, и, к сожалению, модулями из руки её вырвать нельзя, пальцы мешают. Оставался только один вариант: вспышка плазмы, и парень с простреленной головой падает на землю. Другие его товарищи начали наводить на нас оружие, но стрелять больше никто не спешил.

— Какого хрена вы творите?! — заорал я на них.

— Скотт только что умер...

И действительно, рядом с тем парнем, которому я прострелил голову, лежал его товарищ. У него на животе лежала куча окровавленных тряпок, которыми, видимо, пытались остановить кровь.

— Опустите оружие, — приказал я.

Хорошо, что люди напротив не спешили стрелять, и даже из укрытия пока не вылезали. Люди Лили замешкались, но всё же решили опустить оружие, так как сейчас на них смотрели дула резаков.

— Морган, помоги раненым. Я посмотрю, как там Бен.

Я начал идти в сторону, куда занесли Бена, а следом за мной пошла Клементина. Мы не опускали резаки, но и не спешили ни на кого их наводить.

— Сейчас я зайду, не стрелять, — произнёс я в проход дома.

— Заходи...

В доме меня встретила следующая картина: в прихожей лежал бледный Бен, а амбал сейчас старался перемотать его плечо. Рядом, возле окна, сидел никто иной, как Мёрл, который за это время практически не изменился. Единственное, сейчас он перематывал бинтом простреленную руку, а рана была недалеко от запястья. Возле другого окна сидел человек с арбалетом, в кожаной куртке. Благо, никто из них не спешил наводить на нас оружие.

Клементина подошла к Бену, нажала кнопку, и её шлем сложился. Парень мутным взглядом посмотрел на девушку, и его глаза начали расширяться.

— Клементина? — прохрипел он.

— Привет, Бен. Давненько не виделись, — проговорила она, доставая из поясной сумки бинт.

— Как... как же ты выросла...

— Эй, парень, не думай отрубаться, — пробубнил амбал и слегка тряхнул Бена. — Тебя там на базе ещё друг ждёт, так что не вздумай сдыхать.

Состояние Бена было крайне тяжёлым. До Саванны ехать хренову тучу времени, ближе всего будет в Вудбери. Да только вот... неудобно получилось. Боюсь, будут проблемы. Но выбора нет.

— Грузите его в автобус. Нам придётся ехать в Вудбери.

— Да хер я туда поеду! — раздался голос Мёрла. — Там же ебаный Губернатор!

— Нет, там больше нет Губернатора. Сейчас он в Саванне, на стройке работает.

— Ебёшь вашу мать! Слушай, дровосек, ты должен мне будешь обязательно обо всём этом рассказать...

— Давайте в автобус.

Мы быстро затащили Бена внутрь. Оставшиеся в живых люди Лили тоже сели в автобус, ведь их машина превратилась в решето и больше никуда не годилась. Они с большой ненавистью поглядывали на нас и на людей Мёрла, но мы их предварительно разоружили, как и остальных, собрав всё, включая ножи. Над Беном сейчас колдовал Морган, а я сел на стул возле рации и начал в уме перебирать варианты событий... Чувствовал, что нас ждут проблемы.

— Так ты тот самый Айзек? — спросил амбал.

Я кивнул.

— Он самый, я так понял, вы меня искали.

— Да. У меня послание от Нигана.

Он двумя пальцами залез в нагрудный карман и извлёк оттуда сложенный листок бумаги, который протянул мне. Раскрыв листок, я на секунду замер... это было не письмо, это был рисунок, который я тут же смял, разорвал и выкинул в окно.

— Откуда у тебя это? — спросил я, и моя рука автоматически легла на резак. — Отвечай.

— Спокойно. Этот листок мне дал Ниган, он сказал, что если ты тот самый Айзек Кларк, ты поймёшь, что это.

— К большому сожалению, я понял, что это. Только это не объясняет, откуда ваш Ниган знает об этом.

— Айзек, что там? — спросила Клементина.

— Ничего особенного, Клем, не бери в голову.

Рядом фыркнула Мишон.

— Ага, не бери в голову. Ты на себя-то посмотри: ты же побледнел сразу. Так что там?

— Ничего, — мой голос прозвучал довольно грубо.

Меня немного колотило, а руки начинали дрожать, в внутри было такое раздражение вперемешку со страхом... Ведь на том рисунке был Маркер.

— По тебе и не скажешь...

— Мишон, давай оставим этот разговор на потом.

Я вновь повернулся к амбалу.

— Итак, откуда ваш лидер знает про это? Говори сейчас же.

— Ну, его зовут Ниган Смит...

— Мне это абсолютно ни о чём не говорит.

— Ещё он называет себя Джон Карвер.

И тут меня как током прошибло.

— Карвер?! Он тут?

— Ну, не тут, конечно. Он в Вирджинии.

Я кивнул и едва слышно произнёс:

— Значит, он тут...

— Айзек? — вопросительно посмотрела на меня Мишон.

— Всё в порядке. Он старый друг.

Значит, Карвер тоже здесь. Всё же действительно не известно, на что была способна машина пришельцев, когда мы её активировали, чтобы остановить Луну. Неужели эти технологии были созданы, чтобы вернуться в прошлое и остановить то, что они сотворили? В принципе, это не лишено смысла. Только вот, похоже, пришельцы не смогли или не успели сделать то, что хотели. Жаль, что сейчас мы вряд ли получим ответ на этот вопрос.

Ну, если Джон тут, то, может, и Элли где-то есть? Хотя нет, она в то время была на орбите. Тогда же там находился только я и Джон... Вроде бы больше никого не было. Или нет... Даник, грёбаный фанатик и лидер юнитологов... Но он же погиб, когда запустил... Да нет, это бред...

— Айзек, ты ещё больше побледнел, — вырвала меня из размышлений Мишон. — У тебя всё в порядке?

— Да... Нужно встретиться с Карвером... Как тебя зовут?

— Джим.

— Скажи, Джим, ты знаешь, что было на том листе?

— Нет, Ниган не говорил. Сказал лишь, что если ты тот самый Айзек, ты поймёшь. И судя по твоему лицу, ты понял.

— К сожалению...

— Э, слышь, дровосек, так что это вообще за хрень? — подал голос Мёрл.

— Тебя это не касается, — я повернулся к раненому. — Как там Бен?

— Хреново, — Морган тяжело вздохнул. — Ему нужно быстрее оказать помощь, слишком много крови.

Сказать честно, мне было немного стыдно перед Беном, ведь тогда я поступил на эмоциях. Он был слишком наивным, ещё не до конца осознавал, где находится. Мир для него тогда ещё не рухнул, да и он был слишком запуганным. Но, возможно, то, что случилось, пошло ему на пользу, парень выжил, и видно, что он возмужал. Ладно, с этим будем разбираться потом, ведь сейчас главное сделать так, чтобы он выжил.

Дальше путь проходил в относительной тишине, а я чем глубже погружался в свои раздумья, тем страшнее становилось мне. До самого Вудбери мы добрались без каких-либо проблем. Ворота открыли довольно быстро. Раненых, включая Мёрла, мы затащили в местную больницу, где работали вполне хорошие врачи, а именно те, кто трудился по своей профессии ещё до апокалипсиса. Люди Лили отправились к ней на доклад, а мы сейчас находились в коридоре больницы и ждали, пока врачи сделают своё дело.

Тут входная дверь открылась, и внутрь зашла Лили. Вокруг неё ещё десяток вооружённых людей, причём многие были вооружены нашим оружием. Я даже поздороваться с ней не успел, как все её сопровождающие подняли на нас оружие, а сама девушка произнесла:

— Айзек Кларк, ты арестован за убийство моего человека. Также под стражу берутся Мёрл и его подельники. Они обвиняются в нападении на моих людей.

— Лили, какого хрена? — с места подорвался Морган. — Тот парень не оставил нам выбора.

— С этим мы будем разбираться сами, а сейчас прошу не делать глупостей: сложить оружие и проследовать за нами.

— Лили, ты делаешь ошибку, — тихо произнёс я.

— Нет, Айзек. Я лишь делаю то, что должна, ведь ты долгое время занимался самодурством и теперь ты ответишь за всё. За наших ребят, за Лизу и Эдвина, — после тихо добавила: — и за моего отца.

— При чём тут Лиза и Эдвин? — с недоумением спросил Морган. — Ты с ума сошла?

Она горько усмехнулась.

— Он так до сих пор никому не рассказал? Эда никто не кусал, его отравили, а Айзек скрыл от всех правду, чтобы защитить убийцу.

— Лили, это неправда! — крикнула Клементина. — Он бы никогда...

— Это правда, Клем.

Все присутствующие уставились на меня в немом вопросе.

— Я вам позже всё объясню.

— Объяснишь, — кивнула Лили. — Но на суде.

Тут открылась дверь, в которую мы заносили Бена, и оттуда вышел врач, вытирая руки.

— Так, парня я стабилизировал. Ранения не опасные, так что... — он поднял взгляд, увидел то, что происходит в коридоре, и замер. — Так что я зайду попозже...

Он сделал два шага назад в дверной проём и закрыл за собой дверь.

— Айзек, не глупи и сложи оружие, — продолжила Лили как ни в чём не бывало. — Если ты будешь сопротивляться, мы вынуждены будем принять меры.

— Выстрелишь в меня?

— Если понадобится.

— Лили, ты делаешь ошибку, — произнесла Мишон. — Как бы то ни было, но я уверена, что у Айзека были на то причины.

— Вас это не касается, ты и остальные можете уезжать.

— Мы не уедем! — твёрдо произнесла Клементина.

— Уедете, причём сами или вам помогут. Надеюсь, я понятно выразилась.

Было видно, как многие мои друзья начали тянуться к своим резакам, а кто-то уже растопырил пальцы, готовя пустить модуль в ход, ещё немного и разгорится перестрелка.

— Я пойду с тобой. Но ты же понимаешь, что отношения с нашими поселениями рухнут после этого?

— Мы сами можем о себе позаботиться, так что не глупи, Айзек, сдавай оружие, отсоединяй ИКС и следуй за нами.

— Айзек, мы не можем тебя бросить! Лили, я молю тебя, одумайся! — воскликнула Клементина.

Но Лили даже не обратила на неё внимания. Она продолжала пристально смотреть на меня.

— Всё в порядке, Клем. Езжайте в Саванну. Со мной всё будет хорошо.

— Но Айзек...

— Клем, — я пристально посмотрел ей в глаза. — Всё будет хорошо. Верь мне.

Я перевёл взгляд на Лили.

— Ну что же, Лили. Веди.

Глава 6

***аванс за 500 лайков***

***

— Садись...

— Спасибо, я постою.

— Я сказала, сядь!

Мне тут же упёрлись массивные ладони в плечи и силой усадили на стул.

Сейчас я находился в бывшем кабинете Губернатора. Сказать честно, вид почти не изменился, стало только немного уютнее. Поменялись занавески, ковёр обновили, да и стол, кажется, тоже сменили, а так в основном всё осталось по-старому: тот же диван с журнальным столиком, те же шкафы, да и почти всё то же самое.

Сейчас я был без верхней части скафандра, только укреплённые штаны да майка с длинным рукавом, что я одевал ещё в Саванне... Ну, хотя бы штаны не сняли и на том спасибо, ведь у меня там, кроме трусов, ничего нет. Было ещё неприятно то, что сейчас на мне были наручники, старые, ржавые, но до сих пор делающие своё дело.

— А теперь выйдите все, мне нужно с ним поговорить с глазу на глаз.

Двое сопровождающих кивнули ей и вышли, закрыв за собой дверь.

— Лили, весь этот цирк обязателен?

— Цирк... ЦИРК?! — она аж вспыхнула. — Ты убил человека, ты разрушаешь жизни...

— Это всё из-за мести? Это всё из-за Ларри?

— Не смей, подонок, произносить имя моего отца! — она начала глубоко дышать, а после, видимо, немного успокоившись, села на место, уставившись на меня. — Ты разрушил много судеб, Айзек, и ты за это ответишь.

— Я не понимаю, чего ты вообще добиваешься.

— Не понимаешь? Не понимаешь, блядь?! — она ударила руками по столу. — Ты убил Бобби!

И тут я прямо на секунду потерялся.

— Бобби? Это кто?

Пожалуй, этот вопрос был моей ошибкой, потому что она моментально подорвалась с места и со всего размаха залепила мне пощёчину. Да причём с такой силой, что моя голова мотнулась в бок, а лицо обдало жаром.

— Как ты, ублюдок, вообще можешь такое спрашивать?! Ты сегодня убил его, сволочь! А из-за долбанных ублюдков Диксонов погиб его брат Скотт!

И тут до меня наконец дошло, про какого Бобби она говорит.

— Тот парень не оставил мне выбора...

— Да тебе никто выбора никогда не оставляет! Из-за тебя погиб Эдвин и Лиза...

— Ты же знаешь, что я тут не при чём.

— Но ты даже не наказал их убийцу!

— Да кого наказывать?! Десятилетнюю напуганную девочку? — уже вспыхнул я, повысив голос. — Что с ней, блядь, надо было сделать? Выгнать её вместе с матерью? Повесить их? Пристрелить? Или отдать ходячим?

— Да хоть что-нибудь! Нельзя было всё так оставлять...

— Нельзя было оставлять её в твоих руках, — произнёс я почти шёпотом. — Теперь она как будто и не живая. Жаль, я поздно это заметил.

— Я, в отличие от тебя, сделала всё возможное, чтобы она поняла, что значит вредить другим.

— Лили, я никогда не думал, что ты такая...

— Какая, Айзек?

— Такая тварь.

— Я тварь? — она поднялась с места и нависла надо мной. — Ты убил моего отца! Ты убил Бобби, который был для меня...

И тут она осеклась, а я, кажется, понял, к чему всё ведёт.

— Тот парень был тебе дорог?

— Тебя это не должно касаться, — зло процедила она, а после рухнула на стол, будто из неё выдернули стержень. — Да, этот человек мне был не безразличен. Ты вновь отнял того, кто мне дорог, а ты что думал? Что весь мир вертится вокруг тебя? Что мне надо было после расставания пойти в монашки? Я нашла себе хорошего парня, с которым была счастлива, а ты, сука, убил его. Просто хладнокровно выпустил заряд плазмы ему в голову.

Она замолчала на секунду, переводя дыхание.

— Ты ломаешь судьбы тех, кто близок к тебе, Айзек. Ты подводишь тех, кто рассчитывал на тебя. Ты подвёл Лизу и Эдвина, ты выгнал Бена из-за чего он связался с этими мразями, ты подвёл меня и ты подведёшь Клементину...

— Лили... — произнёс я тихо. — Я знаю, что ты чувствуешь...

— Да нихрена ты не знаешь, Айзек! — перебила она, и голос её сорвался. — Ты привык, что мир подстраивается под тебя. Ты даже не замечаешь, как ломаешь чужие судьбы, но этому я положу конец.

— Ты совершаешь большую ошибку, Лили, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я уже давно не боюсь смерти... Мне как-то не привыкать умирать. Но ты подумай о том, что будет. Я боюсь, что люди в Саванне не оставят просто так то, что произойдёт со мной. Погибнут люди...

— И снова по твоей вине!

— Нет, Лили. По нашей вине.

— Нет, Айзек, именно по твоей! Ты во всём виноват! И ты за это ответишь.

— Лили...

— Достаточно! — резко перебила она, поднимаясь с места. — Охрана! Уведите его и под замок!

Тут же в комнату ввалились два местных мордоворота, взяли меня под руки и буквально вытянули из кабинета, не дав вставить и слова.

Пока меня тащили по коридору, я размышлял над тем, что происходит. Сказать по правде, позитивных мыслей было крайне мало.

Лили в горе. Это сразу видно и это же затмевает ей рассудок, не давая смотреть на всё объективно. Что касается Бобби... это как проклятие. В прошлой жизни я убил Нортона, парня, который встречался с Элли после нашего расставания, но там была немного другая ситуация... Хотя Лили права: я ломаю судьбы тех, кто близок ко мне... Как же от этого противно.

— О, а вот и нашего дровосека притащили!

Я поднял голову и только сейчас понял, что нахожусь в полицейском участке. Слишком глубоко я ушёл в свои размышления. Разговор с Лили оставил противное чувство на душе. Сейчас, помимо тех двух охранников, что тащили меня, здесь присутствовало ещё три человека в форме полиции. В камерах сидело множество народа. Помимо Мёрла и его компании в соседней камере находились люди, и некоторых я узнал, по крайней мере их лица.

Меня закинули в камеру и закрыли дверь. Я уставился на своих сокамерников. Мёрл выглядел не лучшим образом: под его глазом наливался большой фингал, а нижняя губа была разбита.

— Кто тебя так?

— Да старые знакомые, случайно уронили меня.

Я скептически выгнул бровь.

— Случайно?

— Ага, раз пятнадцать, совсем ребятки неаккуратные.

Я ещё внимательнее осмотрел всех присутствующих.

— А где Бен?

— Мелкий ещё в лазарете, без сознания.

Я тяжело вздохнул, а после повернулся к двери камеры. Мои конвоиры ушли, и тут остались только полицейские. К одному из них я решил обратиться.

— Слушай, тебя же Стив зовут.

— Помнишь меня?

— Помню. Ведь я сам тебя сюда позвал. Слушай, Стив, что у вас тут вообще происходит?

Тут подал голос другой полицейский, смотря на своего напарника:

— Стив, не нужно.

Стив повернулся ко мне и с грустью произнёс:

— Прости, Рик... мне не положено с тобой разговаривать.

— Я понимаю, — проговорил я, отворачиваясь от двери.

Я опустился на лежанку и закрыл глаза. Слышно было, как где-то в углу камеры тихо материться Мёрл, как где-то далеко хлопает дверь, а в голове всё крутился один и тот же вопрос: что тут вообще происходит? И как из всего этого выбираться.

На некоторое время воцарилась тишина. Полицейские о чём-то тихо переговаривались, поглядывая в нашу сторону, в соседней камере разговаривали местные, которые по какой-то причине там оказались, а мне вообще ни с кем не хотелось разговаривать.

Со временем за окном начало темнеть. Полицейские покинули наше общество, и на дежурстве остался только Стив.

— Эй, Стив! — раздался из соседней камеры голос. — Стив!

— Чего вам? — буркнул парень.

— Стив, ты же сам всё видишь, выпусти нас!

— Простите, ребята, не могу. У меня тут семья, и рисковать я не собираюсь.

Я невольно поднялся с лежанки и подошёл к двери.

— Что у вас тут вообще происходит?

— А ты что, не в курсе?

— А если бы был в курсе, сидел бы здесь? — я невесело усмехнулся. — Я, честно сказать, вообще не понимаю, что у вас тут творится.

— У, железный, ты, похоже, до хрена пропустил, — послышался нервный смешок. — Ладно, для начала разреши представиться: Саймон Форс, бывший член совета Вудбери.

— А почему бывший? Почему ты тут?

— Потому что у меня есть своё мнение, и я открыто его высказал. Да только вот вашей железной леди оно не очень понравилось.

Я начал терять нить разговора.

— Объясни поподробней.

— Да что там объяснять. Лили полностью взяла власть в свои руки. Все, кто имел своё мнение, сейчас сидят тут, либо ходят за стенами в виде ходячих, а остальные в совете сейчас имеют в заднице руку Лили и открывают рот только тогда, когда она им позволяет.

— Как такое вообще могло произойти? — я вспыхнул от негодования. — Почему вы ничего не предприняли?

— Боялись.

— Чего боялись?

— Вас боялись. Думали, это с вашей подачи эта стерва начала подгребать всё под себя. Потому никто особо сильно не возникал.

Вот так новость...

— Хех, — усмехнулся Мёрл. — Сменили одного диктатора на другого.

— Да, — подал голос другой человек из соседней камеры. — Сейчас из жителей начинают выжимать все соки, заставляют трудиться на плантациях за городом.

От удивления мне хотелось просунуть голову между решёток и посмотреть на лица говоривших.

— Зачем?

— Она сейчас покупает оружие у всех, у кого может. Дошло уже до того, что она меняет продукты на оружие у бандитов и сейчас тут охренеть какой арсенал, даже миномёты есть.

— Что же она натворила... — произнёс я почти шёпотом, а после громче добавил: — Зачем всё это она делает?

— Вообще-то было под предлогом независимости и укрепления обороны. Только сейчас, кажется, масштабы поменялись.

— Ага, — проговорил первый говоривший. — Кажется, она хочет вообще обрезать поставки в Саванну.

А это очень плохо. Саванна сильно разрослась, у нас конечно есть свои огороды, но их будет крайне мало для всех. Я уверен, что мои люди быстро найдут выход из сложившейся ситуации. Но то, что творит Лили... Это крайне плохо. Особенно если учесть, что тут действительно могут оказаться миномёты. Если она решила воевать с Саванной... Только не это. Что же ты, Лили, творишь?!

— Стив, — я обратился к парню, который сейчас слушал наш разговор. — Нужно, чтобы ты нам помог выбраться отсюда. Я боюсь, что может пролиться много крови.

— Я... Я не знаю... Я... У меня семья тут!

— Стив, блядь! — крикнул мужчина из соседней камеры. — Если начнётся война, не поздоровится всем. Выпусти нас!

— Я...

И тут дверь в полицейский участок открылась. Зашли те двое, что меня сюда притащили. Они несли под руки Бена, который сам еле переставлял ноги. Его небрежно закинули к нам в камеру, а после, закрыв дверь, они уселись за столами, положив оружие на стол.

— Ребят, а вы тут со мной будете? — спросил Стив.

— Угу. Железная леди приказала нам побыть с вами, чтобы не было сюрпризов.

— Ясно...

Я хотел было открыть рот, но парень покачал головой, показывая, что лучше этого не делать. Сами конвоиры достали колоду карт и начали играть, иногда поглядывая в нашу сторону. Я повернулся к бледному Бену.

— Ты как?

— Как сказал доктор, жить буду, а только, похоже, не долго и мучительно.

— В смысле? — спросил Мёрл.

— В прямом, то, что я слышал там... В общем, скорее всего нас собираются казнить.

Диксон аж подскочил с места.

— Ну да пиздец. Как же чувствовал, что не надо было соглашаться!

Мёрл немного помолчал, а потом добавил:

— Губернатор хоть и сука редкостная был, но о своих людях он заботился.

— Угу, — буркнул я. — А то, что он семьдесят человек послал на убой, так это не важно.

— Хех, слышал об этом. Да только кто же знал, что у вас такие железные яйца.

— Проклятый какой-то у вас город, — произнёс здоровяк, до этого молчавший.

— Есть такое. А ты что, братишка, молчишь?

— Думаю.

— И о чём же?

Дэрил тяжело вздохнул.

— Как свалить из этой жопы.

— Придумал?

Но тот не ответил.

Ситуация выходила не самой хорошей, и как выбираться из неё, не представлял даже я. Сам же день был крайне насыщенным для всех и понемногу все начали вырубаться: первым уснул Бен, на нём сказалась потеря крови и сильная слабость, следом вырубился Мёрл и его брат, а потом уже отключился я сам.

Утро добрым не было. Нас по одному выводили из камеры и отправляли на допрос. Сказать честно, было крайне неприятно, по сути, нас весь день допрашивали, изображая судебный процесс или скорее его подобие. Применялись довольно жёсткие меры, и неважно, говоришь ты правду или молчишь. Я узнал, как Мёрл и его команда столкнулись с этим так называемым Бобби и его людьми, а те, как только узнали Мёрла, открыли огонь по ним, а тем, естественно, пришлось защищаться. Дальше меня подробно расспрашивали о том, почему я убил этого Бобби. Допрашивали так, будто я специально караулил его из-за ревности. Более глупых обоснований я вообще не слышал, но они настаивали именно на этой версии и требовали, чтобы я с ней согласился. Мне в этом активно помогали руками и ногами... Зачастую по лицу.

Саму Лили я видел только один раз, когда она зашла в полицейский участок, чтобы посмотреть на моё разбитое лицо, а после без слов вышла. Вид у неё был не очень: большие чёрные круги под глазами, бледная. Но держалась крепко, по крайней мере на вид.

На следующий день после допроса из разговора полицейских я понял, что приезжали мои люди, но их в город не пустили, и расстались все на повышенных тонах. Сам город готовился к осаде. Многие жители начали бежать, и некоторых из них, как я понял, просто расстреливали.

Мне было ужасно смотреть на то, что творит Лили. Я никогда в жизни не думал, что она способна на такое. Как же я ошибался… Может быть, до того, как я убил Бобби, она действительно собирала оружие, чтобы укрепиться и стараться поменьше зависеть от Саванны. Но сейчас всё пошло по другой дороге, Лили жажда мести...

***

Прошла почти неделя с момента моего заключения. Сказать честно, моё лицо стало почти таким же, каким было при падении шаттла на Тау-Волантис. Кормили нас, грубо говоря, не очень, видимо, чтобы сил на побег не было, да и мои сокамерники выглядели не лучше. Пожалуй, меньше всего трогали Бена, но и ему несколько раз перепало видимо, за компанию.

Казалось бы, сегодня будет очередной день допроса, но нет, нас всех вместе вывели из камеры и повели на улицу. Когда мы вышли и подошли к площади, моё сердце упало в пятки. Рядом с ратушей стояла трибуна, на которой Лили что-то вещала народу, а вокруг неё была куча вооружённой охраны, но не это было самым примечательным. Первое, что бросилось в глаза, это самодельный эшафот с виселицами.

— Пиздец... — коротко сказал Мёрл.

В принципе, все были солидарны с этим.

— Я не хочу умирать вот так вот... — тихо всхлипнул Бен. — Кто же будет заботиться о Биме...

— Блядь, кто о чём, а мелкий о блохастом...

А тем временем с трибуны раздавался голос Лили:

— Мы больше никогда и никому не позволим собой помыкать! Вудбери будет независимым! Никто не посмеет больше никогда тронуть ни одного нашего жителя! Мы больше никогда не дадим себя в обиду! Мы сильны...

— Бля... — Мёрл закатил глаза. — Губернатор с сиськами... Тьфу, блядь.

За свои слова он моментально получил прикладом в спину от конвоира.

— Кхэ... Сука, я тебе это припомню, мразь! Я тебе, блядь, сниться в кошмарах буду!

— Двигай давай...

Нас завели на эшафот и накинули петли.

— И сегодня мы сделаем первый шаг к тому, чтобы началась новая жизнь! А те, кто разрушает чужие судьбы, узнают, что такое правосудие...

— Я так не думаю, железная!

Этот голос показался мне знакомым... Очень знакомым. Толпа моментально отхлынула от говорившего. Это оказался человек в байке с капюшоном, скрывающим лицо. Когда он скинул капюшон, толпа ахнула... Я, сказать честно, чуть не поскользнулся на эшафоте.

— Ты? — Лили отошла на пару шагов от трибуны, потом взяла себя в руки и громко крикнула: — Что вы стоите?! Схватите его!

Мужчина усмехнулся той самой усмешкой, которую я видел много лет назад, при нашей первой встрече. Он поднял свой единственный глаз на Лили и произнёс:

— Ты кое-что забыла, девочка. Этот город принадлежит мне. Схватить её!

Охранники, стоявшие возле Лили, моментально перевели оружие на неё. Правда, некоторые из них собирались что-то сделать, но были оглушены своими товарищами.

Сам же мужчина поднялся к нам на эшафот, посмотрел мне в глаза и усмехнулся, видя моё растерянное лицо.

— Неожиданная встреча, не так ли, железный?

— Неожиданная... Филипп Блейк.

Передо мной стоял никто иной, как Губернатор.

— Прям ностальгия пробивает, — сказал он. — Почти как в тот день, когда ты отнял у меня всё. — Он усмехнулся, а после поднял руки и скинул петлю с моей головы. — Но я не в обиде, в какой-то мере я тебе даже благодарен за это. Всё же ты помог мне посмотреть на всё под другим углом.

И тут я увидел, как к нам спешит ещё одно действующее лицо. Клементина. Которую, честно сказать, я даже не сразу узнал, на ней был парик, да и лицо под таким слоем грима, что сразу не понять.

— Клем? Что вообще происходит?

Слово взял Филипп:

— Твоя подружка предложила сделку, от которой, честно сказать, отказаться было сложно.

— Какую сделку?

— Ничего особенного. Я задействую старые связи и вытаскиваю ваши задницы, а мне возвращается город. Ну что же, теперь можешь обращаться ко мне как к Губернатору...

Я невольно посмотрел на его шею.

— Я смотрю, у тебя интересное колье. — и сейчас там был пластиковый объёмный ошейник, с красным индикатором.

Он скривился, а Клементина усмехнулась.

— Да, это наша маленькая гарантия. Ведь так, Филипп?

— Да, да, всё будет нормально и можете не переживать... Тьфу ты, железные, мать вашу...

Похоже, не всё так просто. Но этот разговор оставим на потом.

Глава 7

В конференц-зале местной ратуши собралось довольно много народу. В основном это были те, кто занимал руководящие должности: члены совета Вудбери, а точнее, его остатки в виде семи человек из двенадцати, а также те, кто отвечал за производство на разных структурах. Я узнал, что оружие они собирают уже давно, причём ещё до того, как сюда попала Лили. Сделано это было для того, чтобы в случае чего отбиться от орд... по крайней мере, мне так заявили.

Помимо меня, Клем и Харриса, здесь присутствовали ещё несколько человек из Саванны. Но звездой сегодняшнего вечера был никто иной, как Губернатор. Он с такой рожей смотрел на всех присутствующих, что мне самому невольно хотелось схватиться за резак и познакомить его морду с плазмой. Но помимо раздражения от его присутствия, я испытывал огромную боль на душе из-за Лили, которая сейчас находилась в полицейском участке.

Шло бурное обсуждение по поводу самого Блэйка. Сказать по правде, многие не очень-то жаждали его возвращения. У многих присутствующих здесь погибли друзья и знакомые по его вине, когда он отправил их на убой в Саванну, и это не говоря про то сколько других поселений погибло.

— Так что нам делать с железной? — прозвучал вопрос, который интересовал многих.

Все взгляды невольно скрестились на мне, ожидая моего вердикта. А я, сказать по правде, не хотел ничего. Сама ситуация была для меня каким-то абсурдом. Мне до сих пор не верилось, что Лили могла так поступить, и от этого мне становилось ещё противнее. Хотя, скорее, я не то что не верил, а не хотел в это верить.

— Поступайте как знаете, — сказал я.

Все хотели что-то сказать, но я просто поднялся и пошёл к выходу, оставляя всех разбираться со своим дерьмом самим. С меня хватит этого города, этих людей с их долбанными интригами... Пускай вертятся как хотят, а если опять решат, что можно как-то нападать на Саванну, я просто дам полковнику полный карт-бланш на действия. Зная его характер, он церемониться не будет, и городок просто перестанет существовать как таковой.

Когда я выходил, Клем пристроилась рядом, а остальные остались там, обсуждая дела, которые, честно говоря, меня уже не волновали, ведь мне хотелось просто отдохнуть, за эти дни я просто морально устал.

— Айзек, ты как? — поинтересовалась девушка, идя рядом. Она смотрела в мои глаза так, будто хотела там что-то разглядеть.

— Нормально, Клем. Нормально. Слушай, а как вышло так с Губернатором?

— Ну... — девушка усмехнулась, а потом почесала затылок. Этот жест намекал, что не всё так чисто. — Вообще Харрис и Винс уже собрали людей, чтобы штурмовать город. Тут Филипп увидел, что начинается какое-то движение, и невольно узнал, что город собираются штурмовать, чтобы вытащить тебя и он предложил связаться с некоторыми его знакомыми, которые оказались повязаны с ним кровью и если те не помогут, в городе узнают их прошлые косяки и скорее всего порвут. В итоге Филипп связался с ними, напомнил про прошлое и сказал, что если они не помогут, то всё дерьмо выплывет наружу, а с учётом того, что один из них командовал охраной Лили... В общем, я думаю, ты понимаешь.

— Понимаю, Клем.

Проклятый город с его проклятыми жителями. Может, вообще не стоило тогда пытаться свергнуть этого Губернатора? А просто сравнять город с землёй? Я всегда старался сохранить в себе человечность, пускай даже многие решения шли во вред. Я не хотел скатываться в полное дерьмо и старался делать так, чтобы моё окружение оставалось людьми, а не мразями. Может, стоило поступать по-другому? Не щадить врагов? Не проявлять благородства, а просто истреблять?

— В общем, как-то так, — Клем улыбнулась. — В город мы попали вместе с караваном оружия, якобы привезённого из другого поселения. В принципе, это недалеко от правды, ведь сюда действительно везли оружие, а мы просто присоединились к ним, но если бы ничего не получилось, а наш план провалился бы, то люди Харриса уже были возле города и готовили штурм. Тебя бы вытащили, правда с большой долей вероятности город утонул бы в крови.

— Возможно, это было бы к лучшему.

Клем аж отшатнулась от меня, а её глаза округлились, и уставилась на меня.

— Зачем ты такое говоришь? Айзек, что с тобой? Ведь ты же всегда делал всё возможное, чтобы помочь людям.

— Возможно, они даже того не стоили.

Клементина остановилась, а потом просто обняла меня и уткнулась мне в грудь.

— Пожалуйста, не говори так, — я почувствовал, как её плечи начали подрагивать.

— Ты чего? — я аж опешил от такого.

— Как это чего? — она подняла на меня глаза, в которых стояли слёзы. — Ты самый честный человек, которого я когда-либо знала, ты всегда стремился помогать, а сейчас говоришь такое! Что с тобой сделала эта сука? Я ей башку откручу!

— Клем, успокойся. Никто ничего не делал...

— Тогда не говори так! — перебила она. — Пожалуйста, не говори так, я готова эти слова услышать от кого угодно, но только не от тебя.

Её жест немного выбил меня из колеи. Я просто не знал, как реагировать. Но, возможно, она права... Может, стоит оставаться человеком хотя бы ради неё. В следующий момент я обнял девушку, и мои руки зарылись в её волосы.

— Хорошо, одуванчик, я больше не буду так говорить.

— И даже не думай больше о таком, — буркнула она из моей груди. — Ты всегда был моим примером того, каким человеком нужно быть.

— И каким же?

— Тем, кто сделает всё ради близких, тем, кто спокойно может пройти сквозь орду и доставить припасы голодающим, тем, кто делает невозможное, тем, кто даёт шанс даже тем, кому порой не стоило бы и тем, кто готов рискнуть своей жизнью, чтобы избежать лишней крови, пожалуйста, оставайся таким.

— Только ради тебя, одуванчик.

Мы стояли так возле ратуши. Я чуть приподнял взгляд и увидел Мишон, которая, опершись на колонну, с улыбкой наблюдала за нами, было видно, что она всё слышала.

— Привет, Мишон.

— Привет, Айзек, — кивнула она.

Клементина отлипла от меня и залилась краской, хотя повода, казалось бы, и не было.

— Это... — начала она, но Мишон подошла и потрепала её по голове.

— Не переживай, Клементина, я всё понимаю.

— Ну... хорошо...

Было видно, что Мишон забавляет ситуация, но, чтобы больше не смущать девушку, она перевела разговор в другое русло.

— В общем, Айзек, там сейчас грузовик загружают, скоро отправим его в Саванну, можешь поехать с ним.

— А что в нём?

— Компенсация! Тяжёлые пулемёты, миномёты и боеприпасы к ним и кстати, твоих друзей выпустили, ну того здоровяка вместе с ублюдком Мёрлом. — она тяжело вздохнула. — Господи, ты не представляешь, каких усилий мне стоило не отрезать ему хрен и не затолкать его в пасть с помощью модуля.

— Мишон, — я скосил взгляд на Клементину. — Можно как-то более аккуратно выражаться?

— Знал бы ты, как она выражалась по поводу Лили, — усмехнулась Мишон. — Поверь, таких ругательств не слышала даже я.

Я посмотрел на Клем, которая вдруг сделала вид, что неожиданно оглохла, оставалось только усмехнуться.

Мы втроём продолжили путь к выходу из города, честно говоря, мне хотелось покинуть его как можно быстрее.

— Слушай, Айзек, — начала Мишон, — Клементина рассказала тебе про ошейник Губернатора?

— М? Ты о чём?

Клем потупила взгляд в пол.

— Да я это... не было времени делать ему ошейник, который можно подорвать из Саванны. В общем, у него на шее висит пустышка.

— Что?

— Ну а что мне оставалось делать? — она развела руки. — Времени вообще не было, каждая минута была на счету, я сделала обычный муляж, прицепила ему на шею и сказала, что это новая разработка и если он попробует открутить хоть один болтик, то взорвётся, так же пояснила, что в Вудбери будут три детонатора и если он попробует что-то учудить, его взорвут. Два из них я раздала некоторым людям и те тоже пустышки, если он даже эти два найдёт, третий ему не найти, потому что его просто нет.

— То есть Губернатор сейчас свободен?

— Ага, только он сам об этом не знает.

Мне оставалось лишь помассировать переносицу. Мишон уточнила:

— И что ты думаешь с этим делать?

— Ничего. Пускай сами решают и думают.

Мы продолжили путь и уже подошли к выходу, когда Клем неожиданно спросила:

— Слушай, Айзек, а то, что говорила Лили по поводу Эда... Это правда?

— Да, Клем. Правда.

— А кто убил Эда?

— Ты правда хочешь это знать?

Она задумалась на секунду, но потом твёрдо кивнула:

— Да.

— Ну что же... Это была София.

— София? Его дочь?!

— Это та, что с каменным лицом ходит? — уточнила Мишон.

— Да.

— Ну... ведь ей тогда было... Почему она это сделала?

— Эд сказал, что заберёт её у матери, а если та будет возмущаться, убьёт её. Ну, Кэрол. В общем девочке ничего лучше не пришло в голову, чем взять яд и отравить его.

— Это ужасно... — тихо проговорила Мишон. — Они же вроде с Клементиной одного возраста?

— Да. Так что, вы считаете, я поступил неправильно?

Девушки ненадолго замолчали, обдумывая ситуацию.

— Честно сказать, я сама не знаю, как бы поступила, — первой подала голос Мишон.

— Угу, — кивнула Клем.

Мы подошли к воротам, у грузовика и пяти легковушек стояла вся компания Мёрла и они о чём-то обсуждали, чуть дальше уже стояли наши, в скафандрах и с оружием.

— Ну что ж, давайте уже свалим из этого города, — тихо проговорил я.

— Угу, — в один голос буркнули девушки, явно пребывая в своих размышлениях.

Мы подошли к машинам. Джим хотел завести разговор, но я лишь коротко буркнул: «Поговорим в Саванне». Он не возражал, как и остальные, ведь все хотели поскорее свалить из этого города.

Я устроился на заднем сиденье легковушки, рядом села Клементина, а на переднее Мишон, и к моему удивлению за рулём оказался Теодор. Он увидел меня и чуть не кинулся обниматься прямо через сиденье, но я жестом остановил его, и он только улыбнулся, хлопнув по рулю. Мы тронулись, так как все хотели уехать как можно быстрее.

Сначала ехали в относительной тишине. Потом начали переговариваться, в основном мои товарищи, а я смотрел в окно и думал о своём.

— Слушай, Айзек, — голос Мишон с переднего сиденья вырвал меня из размышлений. — Я там немного переговорила с тем здоровяком. Ты действительно собрался ехать в Вирджинию?

Я вздохнул. Мы уже говорили об этом в камере, мне нужно было встретиться с Джоном. Если он действительно тот, кого я знал, он мог ответить на вопросы, на которые я сам не находил ответа. Связаться с ним не было возможности, а его люди не знали конкретики, придётся ехать и разбираться на месте... И быть настороже, неизвестно, что ждёт в пути.

Пока мы сидели в камере, я узнал много интересного, в частности что Карвер ведёт войну с людьми, которые называют себя Шепчущимися. О них известно немного: они не имеют базы, кочуют стаями, одеваются в шкуры ходячих и управляют ордами, как кукловоды, их нелегко поймать, особенно живыми, а живут они по принципу силы, то бишь кто сильнее тот все и получает... И эта тактика напомнила мне Кроуфорд до того, как они сгинули. Возможно, это те же люди, которые уплыли тогда в неизвестность и если это так, они снова дали о себе знать.

Я надеялся, что к нашему приезду с ними уже разберутся, но судьба редко бывает благосклонна. Хочу я того или нет, но мне придётся помочь Карверу, если он не справился сам, а после этого я потащу его в Юкатан... Не из вредности. Просто он может дать ответы, которые я ищу.

— Зачем? — голос Клем прозвучал резко. — Зачем ехать к этому мутному типу, на которого работают такие люди? Мёрл стрелял в Теодора, охотился на Мишон, из-за Бена тебя чуть не убили...

— Клем...

— Почему, Айзек? Почему?

— Потому что должен.

— ЧТО ТЫ ДОЛЖЕН?! — она уже кричала.

— ПОТОМУ ЧТО Я ДОЛЖЕН ПОНЯТЬ, ПОЧЕМУ ОКАЗАЛСЯ ЗДЕСЬ!

Я только сейчас понял, что приподнялся с места и чуть ли не в ухо орал Теодору. Бедолага вжался в сиденье, не понимая, что происходит. В машине повисла тишина. Все взгляды: Теодора в зеркале заднего вида, Мишон, Клем были прикованы ко мне.

— Я не понимаю... — тихо, растерянно проговорила Клементина.

Я закрыл лицо ладонями, глубоко вдохнул и выдохнул. Похоже, это будет не простой разговор.

Все продолжали сверлить меня взглядом, и никто не понимал, почему я сорвался, а главное почему я так рвался в Юкатан... Похоже, больше смысла скрывать нет и сейчас одно из двух: либо они поверят мне, либо просто примут за психа.

— Ладно... пожалуй, начнём сначала. Меня зовут Айзек Кларк.

— Да ладно, да быть не может, — от сарказма Теодора можно было вешать топор в воздухе. — Вот никто бы никогда не догадался, что тебя так зовут...

Я не стал слушать и просто продолжил.

— Я родился 5 июня 2461 года на северо-восточном побережье Америки...

Резко повисла тишина... Я ожидал чего угодно, но только не того, что Теодор заржёт как конь, отчего машина вильнула и мы чуть не съехали в кювет, Мишон не отставала, она тоже громко рассмеялась. Единственной, кто остался серьёзной, была Клем и на её лице читалась растерянность. Но когда они посмотрели на моё лицо, смех начал сходить на нет, и на их лицах появилось недоумение.

— Так, — Тео напрягся. — Ты сейчас не шутил, да?

— Не шутил.

Снова повисла тишина, которую нарушила Клем.

— Я, в принципе, что-то такое предполагала.

— Да? — Теодор аж голову к ней повернул, но быстро вернул взгляд на дорогу.

— Угу. Просто посудите сами: все технологии, которыми мы сейчас пользуемся... их вообще нигде не было. Даже в научных журналах, которые я перечитала, и уж поверьте их было очень много.

— А я думала, что ты пришелец, — с улыбкой произнесла Мишон. — Но никаких антеннок в неположенных местах я не заметила, там всё на своих местах.

Взгляды всех присутствующих скрестились на девушке, а та лишь пожала плечами и повернулась к окну.

— Так получается, ты из будущего? Ты пришёл, чтобы... ну, не знаю, человечество спасти от ходячих?

— Нет, Тео. Я сам не знаю, как здесь оказался и будем честны: в моём времени про ходячих вообще не слышали, хотя существа там были похожие, но намного страшнее.

— Ого, и кто же?

— Некроморфы.

— Так ты же так ходячих называешь, разве нет?

— Не совсем так, Тео. Просто представь вирус, который не просто реанимирует мёртвые ткани, а делает из бывшего мертвеца машину для убийства. Человеческая плоть сильно изменяется. Вместо рук появляются огромные костяные клинки, способные располовинить даже человека в скафандре, они могут прятаться, устраивать засады, стрелять костяными шипами и плеваться кислотой и даже если отстрелить им голову резаком это не сильно повлияет на их боевую активность, чтобы убить такую тварь, её приходилось в прямом смысле расчленять. Да и не на всех срабатывало... А в некоторых случаях некроморфы собирались в один большой организм, для которых выстрел из плазменного резака был не опаснее рогатки ребёнка, я уже молчу про тех, которые эти конечности могли отращивать.

— Твою мать... Ты вот сейчас серьёзно? Не прикалываешься?

— Нет.

Клем подала голос:

— А то, что ты так рвёшься в Юкатан... это как-то связано со всем этим?

— Да. Вирус некроморфизма появился не просто так, его вызвал артефакт, который называется Маркер или как его ещё называют, Обелиск. Огромный инопланетный артефакт спиралевидной формы, который находится на Земле со времён вымирания динозавров и по некоторым данным, именно он стал тем фактором, который их убил.

— А какое... это будущее? — спросила Клем, которая, честно сказать, была просто в шоке от всего.

— Ну... — я задумался. — Технологии почти такие, как сейчас у нас на базе. Мы уже давно вышли в космос, освоили множество планет, и на многих из них добывались ресурсы...

— Ух ты, мы выйдем в космос!

— Угу, — буркнула Мишон. — Если нас ходячие не сожрут и такие, как Губернатор, не пристрелят... Да и не факт, Айзек же сказал, что про ходячих там ничего не слышали.

— Да, всё так. История нашего времени очень похожа, по крайней мере до тех пор, пока здесь не объявились эти ходячие.

Теодор почесал макушку.

— И ты считаешь, что в этом замешан... как ты сказал? Фломастер?

— Маркер. Да, я считаю, что он как-то с этим связан и скажу вам честно: вам искренне повезло, что здесь только ходячие, а не некроморфы. Тогда бы они истребили всё человечество за несколько месяцев.

— Слушай, а расскажи поподробнее про этот Маркер?

— Ну, его открыли в 2214 году группа исследователей под руководством геофизика Майкла Альтмана, а обнаружили его в кратере от падения астероида у побережья полуострова Юкатан в Мексике... насколько я помню. Сам Маркер это массивный обелиск, напоминающий двойную спираль, отдалённо смахивает на днк. Внешне он выглядит как гигантская чёрная каменная конструкция...

— Что он вообще делал? Из-за чего он так опасен? — не унимался Тео.

— Маркер излучает мощный психический сигнал, который поражает всех в зоне досягаемости. Этот эффект называется маркерное слабоумие и делает с людьми он страшные вещи. Сначала появляется бессонница, депрессия и паранойя... Кажется, что это просто стресс, но это только начало. А потом идут галлюцинации и видения. Маркер проявляется в виде образов из подсознания человека. Люди видят умерших близких, которые что-то шепчут или приказывают им и эти голоса могут подстрекать к насилию или самоубийству.

— И что? Люди его уничтожили?

— Нет... Они его изучали и сделали копии, Красные Маркеры.

— Да охуеть просто! Ну нахрена?

— Потому что человечество столкнулось с кризисом ресурсов, даже планетарные потрошители не могли покрыть все потребности людей. И тогда мы искали другой источник энергии, а Обелиск обладал безграничным источником.

— Так получается, он сводил людей с ума? А некроморфы?

— Его сигнал сводит людей с ума, провоцируя их на убийства и самоубийства, так появляются мёртвые, потом тела погибших в зоне действия Маркера, а также любая мёртвая ткань подвергаются его воздействию. Этот сигнал на клеточном уровне перестраивает их в некроморфную ткань, так Маркер рекомбинирует мёртвую ткань в новые формы некроморфов.

— Но зачем? Какой смысл этого безумия?

— Это называется Конвергенция. После того как некроморфы уничтожат большую часть населения, Маркер инициирует событие Конвергенции. Он собирает всю мёртвую биомассу, то есть некроморфов и объединяет её в одно гигантское существо... Луну.

— То есть эта тварь становится целой планетой?

— Всё так. И мы с одним человеком по имени Джон Карвер уничтожили такую тварь... ценой жизни.

— То есть... — Клем широко открытыми глазами уставилась на меня. — Ты умер?

— Да, но вместо забвения я очнулся в теле Рика и как так получилось, не спрашивайте, я сам не знаю. Возможно, дело было в инопланетной машине, благодаря которой мы и остановили Луну.

— Охренеть просто... Это же полный пиздец, — громко выдохнул Теодор. — Это вообще что получается? Ты как бы из будущего, ну как бы нет... Я только понял, что нихрена не понял.

— Ты не одинок в этом, — кивнула ему Мишон.

— Да... Я сам мало что понимаю. Но как бы то ни было, мне необходимо попасть в Юкатан, ну сначала мне нужен Карвер, ведь у него возможно есть ответы на некоторые вопросы...

**** от автора: ребята, не так давно я наткнулся на один фанфик под названием «плакса в мёртвом космосе» к моему удивлению сделано довольно неплохо, но его только начали писать, если кто то не понял то это фанфик мёртвого космоса и... (Барабанная дробь) Бена из ходячих мертвецов, поддержите автора добрым словом, пусть он не теряет запал, мне честно сказать интересно что там будет дальше. https://author.today/work/635249

Глава 8

— Знаешь, я бы поступила как София... — вывел меня из лёгкого полудрёма голос Клем.

— М? — я даже не сразу понял, о чём она говорит.

Я пригляделся: Теодор спокойно вёл машину, слушал музыку на негромкой громкости, Мишон спала, а Клем смотрела на меня.

— Я имею в виду, если бы кто-то, как Эд, поступил с Софией, я бы сделала точно так же... Ну, возможно, не так, а скорее пристрелила бы, но понять её я могу.

— И как бы ты поступила на моём месте?

— Честно? Не знаю. Вроде бы она сделала опасный поступок, из-за которого наша община была в опасности... Но она же была всего лишь ребёнком, который очень сильно испугался за маму и себя, тут скорее не София виновата, а то, что это не досмотрели, тут вина общая, у каждого по чуть-чуть, и это сложилось в жуткую трагедию. Но как бы то ни было, я считаю, что ты поступил правильно.

После этих слов она легла на сиденье, положив голову мне на колени. Я невольно зарылся в её волосы, такие мягкие и шёлковые. Не зря я называю её одуванчик. Помню тот момент, когда она впервые надела шлем, и её кудри торчали во все стороны... как же это было комично. С тех пор она стягивает волосы резинкой, прежде чем надеть шлем.

— Айзек, расскажи про себя.

— Что именно, Клем?

— Ну, про себя. Кем ты был до того, как сюда попал.

Я заметил, как Теодор сделал музыку тише и одним глазом подглядывал за нами... Надеюсь, он не получит косоглазие.

— Ну, как и тут, я был инженером.

— А кто твои родители?

— Мать звали Октавия, а отца Пол. Отец был корабельным архитектором, проектировал шатлы и станции, и я очень им гордился и сам хотел стать архитектором, как и он, но... — я замялся, потому что вспоминать этот момент было неприятно. — Но не стал.

— Почему?

— Дело в матери. Отца я видел редко и большую часть времени он проводил в космосе, и потому меня растила мать, но она очень сильно подалась в юнитологию. Настолько, что потратила почти все деньги на покупку титула в церкви. Из-за этого я не смог поступить на архитектора.

— А что за юнитология? Это какая-то религия, вроде христианства?

— Нет, Клем. Это намного хуже и страшнее любой религии этого мира. Юнитологи поклонялись Маркеру как богу и считали, что после смерти он сделает всех едиными, и люди увидят родных и близких... Хех... В принципе, они были недалеки от истины, он действительно делает их едиными, но совсем не так, как они хотели. В общем, дошло до того, что они начали «освобождать» Красные Обелиски, взрывая лаборатории, где те находились. То, что там творилось, Клем... Это было ужасно. Даже от одних воспоминаний мне становится плохо.

Я заметил, что Мишон уже не спит и с интересом слушает наш разговор.

— Это ужасно... Так ты не стал архитектором из-за мамы?

— Да. Вместо элитного университета пришлось выбрать что-то попроще. Я пошёл в колледж электротехники и машиностроения.

— А кем ты работал после того, как закончил?

— Сначала работал инженером на торговом флоте. Мне самому было интересно посетить другие звёзды и космические станции и скажу честно, мне нравилась эта работа, я быстро набил руку в ремонте сложных устройств, быстро продвигался по карьерной лестнице, а потом стал работать на корпорацию «Конкорданс Экстракшн». Корпорация занималась добычей ресурсов в глубоком космосе с помощью планетарных потрошителей. Это огромные корабли-станции с населением, как у среднего города... ну, до апокалипсиса.

— А у тебя там была девушка?

— Да. Её звали Николь, мы прожили вместе почти два года, и это были лучшие годы в моей жизни. — я тяжело вздохнул, и моя рука ещё глубже зарылась в её волосы. — Но потом корпорация предложила ей работу на планетарном потрошителе «Ишимура» в качестве старшего медика. Она сомневалась, стоит ли соглашаться... А я, сука, уговорил её.

— А что там случилось?

— На «Ишимуре» был Обелиск.

— Ох ты ж блять... — раздался голос Теодора. — Так там...

Я с горечью кивнул.

— Да... Там никто не выжил. Хотя я до последнего верил, что Николь жива. В принципе, я не только верил я её видел.

— То есть она была жива?

— Нет. Это проклятый Маркер заставлял меня думать, будто она жива. В общем, я уничтожил Обелиск... Но всё не закончилось и безумие накрывало меня с головой. Потом меня нашли корпораты, выудили из моей головы информацию о том, как строить эти обелиски, а ведь помимо безумия я обрёл знание, как их делать... В общем люди ничему не научились и кровавое безумие повторилось вновь на космической станции, где помимо некроморфов мне приходилось сражаться с собственным безумием.

— А сейчас? — осторожно спросила Мишон.

— За это не беспокойся. После того как я уничтожил Маркер на станции, моя связь с ним разорвалась, и безумие прекратилось.

— В пизду такое будущее... — решил высказаться Тео. — Кто как, но я, Айзек, с тобой. Прихвачу ещё взрывчатки... Грузовик взрывчатки. А если получится, вообще раздобуду ядерную боеголовку и смету нахер весь Юкатан.

— Только для начала мне нужно узнать, есть ли там действительно Обелиск и надеюсь, Карвер мне поможет.

В дальнейшем меня продолжали засыпать вопросами, на которые я уже не скрываясь отвечал и каждому было интересно, какое же это будущее. Сказать по правде, многим оно очень даже не нравилось: кризис ресурсов, Маркер, некроморфы. Но все внимательно слушали про инопланетную расу, которая ещё до того, как люди вышли в космос, нашла Обелиск. Я пытался описать их города, то, как они выглядели. Они были впечатлены, хотя не горели желанием увидеть их вживую.

Так наша колонна добралась до базы и стоило мне выйти из машины, как меня окружили друзья и знакомые... Вообще, если посмотреть, город сильно изменился и сколько в него было вложено труда, просто не счесть. Сейчас фактически все коммуникации были восстановлены. Правда, помню, сколько было геморроя с ходячими в канализации... даже вспоминать противно, а сколько сил ушло на то, чтобы оградить город стеной: сначала невысокой, а потом её увеличивали и укрепляли и теперь это воистину город-крепость. Да и расположение тут удачное, близко вода, земля вполне хорошая, а главное удаление от больших городов, потому орд тут немного и если они сюда припрутся, мы спокойно сможем отбиться.

— Айзек! — стоило мне только выйти из машины, как ко мне тут же подошёл Марк.

За это время он практически не изменился, ни по характеру, ни по внешности, только единственное, в висках добавилось немного седины, но это не мешает ему быть местным сердцеедом и хорошо, что только в переносном смысле. Да, он до сих пор холостяк и никак не обременяет себя отношениями... Сказать честно, я даже немного завидую, у него всё просто, он живёт для себя и искренне этому рад.

Мы пожали друг другу руки.

— Ты бы знал, как мы переживали! — воскликнул он. — Тут уже вся Саванна собралась, чтобы тот грёбаный городок стереть с лица земли, что вообще на эту дуру нашло?

— Марк, хотя бы ты при Клем не выражайся.

— Не выражайся? — он скептически посмотрел на девушку, которая стояла за моей спиной. — Да она, между прочим, половину людей здесь научила материться и именно она собирала людей в карательный поход, пока тот не влез... как его? Блейк, вроде.

Я посмотрел на Клементину... Она посмотрела в небо. Ладно, как-нибудь поговорю с ней об этом.

Дальше к нам подошли Винс и Харрис. Мы поздоровались и коротко переговорили о том, что в городе всё в порядке. Из интересных новостей стало известно, что нашли группу выживших, и сейчас они сидят у нас на карантине. Сами ребята очень недоверчивые, и в какой-то мере даже злые, при первом знакомстве чуть не произошла перестрелка, но всё обошлось, а после короткого разговора стало понятно, что они пережили довольно много дерьма: у них была большая группа, кого-то потеряли из-за ходячих, но большую часть людей из-за живых. Мы подробно выяснили, где происходили нападения, и в скором времени Винс возглавит туда карательный поход.

Вообще истреблением тварей в человеческом обличье занимался как раз Винс. Вот у кого уже жалости к людям не было, так это у него. Он и раньше человеколюбием не страдал, а когда четыре года назад пристрелили его друга в одной из перестрелок... В общем, он редко берёт бандитов живыми, да и то приходится уговаривать.

Харрис, пусть и понемногу, но сдавал позиции, всё же старость брала своё. Всё чаще слышу, как он говорит, что хочет на пенсию и ему уже давно пора, только вот один злобный инженер в моём лице всё никак не отпускает. В принципе, и не хочу отпускать, у него действительно большой боевой опыт, да и своими людьми он хорошо умеет командовать. Нда, помню, как он одно время сам себя проклинал за то, что происходило в начале апокалипсиса... Как иногда он пил, когда никто не видел... Хорошо, что на утро был как огурчик. Он часто вспоминал, как всё началось и где они так жидко обосрались, а главное очень сильно жалел, что в начале всего этого слушал генералов.

Он рассказал мне по секрету, что когда всё только началось, была дана команда на зачистку определённых регионов и улиц. Людям по телевизору сообщили, чтобы они сидели дома и не вылазили, что вводится комендантский час... Но люди есть люди. В общем, была дана команда стрелять на поражение, когда началась вакханалия с ходячими, солдаты уже просто не знали, в кого стрелять... И стреляли во всех подряд. Тогда ещё не знали, что ходячего можно убить только выстрелом в голову и каково было удивление военных, когда недавно расстрелянные гражданские поднимались и кидались на них, как из-за выстрелов они собирали вокруг себя целые толпы, и их просто сминали. В общем, главная ошибка военных была в том, что командование сразу не разобралось во всей ситуации и поставило их удерживать позиции или зачищать такие точки, как больницы (где было больше всего ходячих), полицейские участки (где пытались держать «буйных») и другие подобные заведения с большим скоплением народа. Их командование, сидевшее в тёплых штабах, не видело всего вокруг и продолжало отдавать приказы, которые усугубляли ситуацию, а сами военные дошли до того, что стреляли во всех подряд, тем самым пополняя ряды ходячих, ну а после и самих военных разорвали на куски, ведь их полностью не вводили в курс дела (про то что заражённые умирают только от разрушения мозга). Потому Харрис испытывает серьёзное чувство вины за то, сколько парней полегло из-за тупости вышестоящего начальства, но при людях он делает вид что все так и должно было быть.

Дальше, чтобы не мять сиски, мы собрались в нашем штабе, где началось бурное обсуждение предстоящего похода в Вирджинию, а потом в Юкатан. Мы обсуждали, что для этого понадобится и когда я озвучил список, Харрис коротко поинтересовался:

— Ты на войну собрался?

Рядом стоявший здоровяк по имени Джим решил пояснить:

— Сейчас наш лидер ведёт войну с тварями, что управляют ходячими, боеприпасов осталось довольно мало, потому я попросил Айзека поделиться чем возможно.

— Мг, — Харрис задумчиво постучал пальцами по столу. — Три десятка гвоздомётов, два десятка резаков, двадцатка ИКС и лёгких скафандров к ним, а также полсотни огнестрела... И это я уже молчу про количество взрывчатки, которую почему-то попросил Теодор, а Айзек одобрил, а вишенка на торте два миномёта из Вудбери. — Он постучал костяшками пальцев по столу, за которым мы сидели. — У нас, конечно, довольно обширные запасы, но вы уверены, что вам нужно именно СТОЛЬКО?

— Запас карман не тянет, — кивнул амбал.

Харрис о чём-то подумал, а потом повернулся ко мне:

— Айзек, стоит ли вообще доверять этим людям? — он кивнул в сторону Мёрла, который сейчас ковырялся в зубах.

Мёрл, сказать честно, не внушал доверия никому из присутствующих. Хорошо, что Теодора и Мишон согласились потерпеть его, но при случае пристрелят, если он даст повод.

— Нет, доверия он не внушает...

— Эй, я вообще-то тут! — возмутился Мёрл.

Но я его проигнорировал и продолжил:

— Но я доверяю Джону. Я знаю, что он поможет мне.

— Ладно, — после небольшой паузы произнёс полковник. — Как бы то ни было, я надеюсь, что ты не ошибаешься, а теперь вернёмся к обсуждению припасов.

Дальше мы обсуждали, что брать из еды и, главное, кто поедет. Как я ни старался, Клем отговорить не удалось, да и Мишон тоже поедет с нами. Помимо всего прочего, с нами поедет десяток бойцов Харриса (возможно больше), а ещё он попросил взять Софию. Сначала я отнёсся к этому скептически, но он пояснил, что девушка сама вызвалась добровольцем, да и боец она неплохой, пусть с эмоциями у неё и проблемы.

Я немного подумал и решил оставить Теодора на базе (не смотря на то что он начал громко возмущаться) Эмми скоро рожать, да и без нормального кладовщика здесь будет хаос. По поводу транспорта решили, что возьму свой автобус, в котором помещается восемь человек плюс водитель, укреплённый пикап, а для всего запаса придётся взять военный грузовик, тоже укреплённый. Как бы то ни было, нужны будут водители, и скорее всего понадобится взять с собой Кенни.

Обсудив ещё некоторые мелочи, мы начали расходиться. Я решил сходить к нашему механику и предложить ему поехать с нами.

Я вышел из здания, приспособленного под штаб, и направился в сторону автомастерской. Подойдя к ней, услышал, как из-под военного «Хамви», стоявшего на яме, раздаётся скрип металла, а рядом с колесом играл плеер.

— Я не отвлекаю? — решил я заявить о своём присутствии.

Из-под машины вылез молодой парень, перепачканный маслом, у него были короткие тёмные волосы, он был лопоухим и с забавными веснушками.

— О, дядя Айзек! Вам папа нужен?

— Да, Даг. Кенни у себя?

— Ага, ковыряется с новым электродвигателем. Папа почему-то захотел ещё две машины привести в строй, говорит, военные задолбали...

— ДАГ! — раздалось из соседнего бокса. — Ты с кем там разговариваешь? Опять военные заявились? — а после громче: — Машина ещё не готова, так что идите на хер!

Я аж воздухом поперхнулся.

— Кхм, Кенни, вообще-то это я.

— Да кто, блин, я?

А после я услышал, как что-то тяжёлое и металлическое упало, и отборный мат.

— Если это опять ты, Нейт, я тебе... — и тут зашёл Кенни в своей потрёпанной кепке. Когда он увидел меня, его глаза расширились: — Ох, блин, Айзек! Извини, я думал, это опять Нейт припёрся. А он в последнюю неделю заходит утром, в обед и вечером и уже достал до такой степени, что я в него скоро начну ключами кидаться.

Он подошёл ко мне, вытирая руки тряпкой, и протянул руку, которую я пожал.

— Рад тебя видеть, Айзек. Там всё хорошо закончилось? А то ты даже не представляешь, как здесь люди на ушах стояли. Харрис вместе с остальными вообще с ума посходили, припёрли мне «Хамви» и просили переделать под электромоторы... Да эти придурки вообще сначала танк хотели припереть, только я им пояснил, что двигатель его не потянет, а если потянет, то будет идти со скоростью мёртвой черепахи...

Дальше Кенни ещё около десяти минут жаловался на военных и на то, как они его задолбали. Когда он наконец выговорился, я предложил ему поехать со мной, ведь бойцов у нас хватало, но опытных водителей единицы, а путь предстоял не близкий. Я коротко обрисовал ему ситуацию.

— В принципе, я не против, — сказал Кенни. — Можно ещё и старого с собой взять, он, думаю, не откажется. Да и трейлер его будет кстати, можно взять вместо легковушки.

— А он разве на ходу?

— Уже да. Переоборудовали под спирт, спасибо Карлу за детали.

— Звучит не очень надёжно.

— Нормально. Фирма «Кенни и Ко» гарантирует надёжность... А ты чего уши греешь? — повернулся он к сыну.

Я усмехнулся.

— Ну, если «Кенни и Ко» гарантирует, то вопросов нет. Ладно, выдвигаемся через два дня.

— Хорошо, как раз тут с делами закончу.

Время пролетело быстро и два дня ушли практически целиком на сборы. Добровольцев было много, но большую часть пришлось отсеять, ведь некоторые люди были нужны на базе. Всего поедет двадцать три человека, включая меня.

Повезло, что Кенни успел закончить с «Хамви», и теперь тот был на ходу. Колонна выходила весьма укреплённой: впереди мой автобус, за ним военный грузовик, потом трейлер Дейла с ним же за рулём, а замыкать будет «Хамви» с тяжёлым пулемётом на крыше, пикап решили не брать

За это время мы с Клементиной довольно сильно сблизились. Не в плане романтики, а скорее наши отношения стали более тёплыми и доверительными. Та пропасть, которой я отгораживался от всех из-за своего прошлого, рухнула и теперь каждый вечер она клала голову мне на колени и расспрашивала о моём прошлом. В принципе, ложить голову на колени у неё это с детства и сам я так часто засыпал, когда моя рука зарывалась в её волосы.

Сказать по правде, благодаря этому я давно не видел кошмаров и мне было крайне спокойно. Это было своеобразным антистрессом и за все эти годы привычка у неё не поменялась... Хотя, видимо, этот жест и наталкивает многих на мысль, что у нас есть какие-то отношения... Возможно, я бы и переживал по этому поводу, но ей было на это плевать, а значит, плевать и мне.

Что же, нужно отдохнуть. Завтра с утра мы выдвигаемся в путь, ведь мы уезжаем... И никто не знает, вернёмся ли мы назад.

Глава 9

— Береги себя, пап. И ты, мелкая, тоже себя береги, — произнёс Карл, обнимая меня.

Сейчас возле автобуса собралась почти половина нашего поселения. Не было только тех, кто стоял на постах или был занят важными делами. Тут стоял Харис, который смотрел на нас со странным выражением, словно мы делали лютую, но необходимую дичь. Теодор, который смотрел на меня с обидой, но всё же без злобы. Гленн, который вместе с Молли стояли в сторонке и провожали нас. Кэрол отвела дочь в сторону и что-то пыталась ей сказать, видимо, пыталась отговорить от поездки, но та лишь качала головой... В принципе, когда женщина узнала, что едет её дочь, она тоже рвалась с нами, но я категорически отказал и ей ничего не оставалось, кроме как смириться или попытаться отговорить Софию.

Нас пришла проводить даже Лори. Она стояла дальше всех и придерживала за плечи дочку, которая, честно сказать, очень смахивает на свою маму. Рядом с ними стоял Роджер, и когда я посмотрел на них, он коротко мне кивнул, это уже не говоря про всех остальных, которые окружили нас и говорили слова поддержки.

— И ты себя береги, большой, — усмехнулась Клементина.

— Да, Карл, будь аккуратнее, — я едва заметно улыбнулся. — Не забывай про защиту.

— Пап, ты ведь сейчас не про скафандр, да?

— Кто знает, кто знает, — проговорил я загадочно, а потом повернулся к двери автобуса: — Ну что, в путь? Нам ещё ехать очень долго.

Дальше все начали грузиться в транспорт. Кто-то заходил в трейлер к Дейлу, пара бойцов Харриса сели в грузовик, другая двойка — в «Хамви», а в мой автобус зашли я, Клементина, Кенни за руль, Мишон, Джим, Бен и Джеки.

Сам Джеки зарекомендовал себя хорошо. С тех пор как мы взяли его в «плен», он довольно быстро освоился, а потом поступил под командование Харриса, где стал хорошим бойцом и быстро научился управляться с модулем. Его брат в военную стезю идти не захотел, предпочтя помогать на складе или Кенни с автомобилями. В принципе, это и к лучшему, бойцов у нас хватает, а вот рабочих рук довольно мало.3

Братьев Диксонов мы посадили в трейлер, чисто от греха подальше, так как я боялся, что Мишон за один косой взгляд просто снесёт Мёрлу голову катаной, с которой она уже не расставалась много лет. Помню, как она пыталась срубить одному ходячему голову, удерживая свою катану модулем. Эксперимент был неудачным, потому что катана просто застряла в шее, и ходячего пришлось добивать ногами.

Вообще, я много думал о том, какое оружие можно сделать. Вариантов было множество, взять, например, тот же труборез, в него можно было бы встроить небольшой модуль кинезиса, что позволяло бы на расстоянии отпиливать головы ходячим. Но сам агрегат был довольно весомым, а боезапас маленьким. Можно, конечно, вставить десяток дисков, но вес становился слишком большим.

Помню, как Карл, начитавшись какого-то комикса, захотел сделать массивную броню со встроенным экзоскелетом. И даже сделал. И даже пошёл в ней... целых четыре шага. А потом споткнулся об бордюр и влетел головой в витрину старого магазина. Благо, броня была действительно крепкой и надёжной, но настолько неуклюжей, что от этой идеи мы полностью отказались. Такую броню, если и надевать, то лучше всего стоять на месте и вести огонь из какого-нибудь тяжёлого вооружения.

Также во мне теплилась надежда создать стазис-модуль и даже попытался, но, увы, не вышло. Я мог починить модуль и даже улучшить, но создать с нуля... Просто не было нужных материалов, которые можно найти разве что на астероидах.

Ещё мной был сделан силовой пистолет, выпускающий мощную волну, сбивающую всех в радиусе пяти-семи метров. Но он был хорош только чтобы отбиваться от толпы ходячих, а на дальних дистанциях он был бесполезен, также у нас на вооружении было несколько импульсных снайперских винтовок, но на вооружение они так и не пошли, они были тяжелее обычного огнестрельного аналога, но всё же они лежат на складе, на всякий случай. Пробивная мощь у них была колоссальная: танк насквозь не прошьют, но два слоя брони пробьют спокойно. Харрис держит их как противотанковые ружья, на случай, если придётся встретиться с чем-то серьёзным.

Да и вообще, наш арсенал довольно разнообразный, за это время мы успели пощипать военные базы, аванпосты, да и вообще много оружия находилось на улице и в домах. Что касается техники, то у нас было всё довольно неплохо. Был момент, когда мы даже собирались взять вертолёт, но, во-первых, топливо уже ни на что не годилось, во-вторых, у нас банально никто не умел им управлять, что конечно печально, но не критично. Было бы крайне хорошо иметь воздушный транспорт и можно было бы даже долететь до Джорджии и провести разведку над Юкатаном, но чего нет, того нет, приходится обходиться своими силами.

Наш транспорт тронулся, и мы не спеша поехали через город. На душе было немного тревожно, но я надеялся, что здесь справятся и без меня, мы все вместе сделали всё, чтобы город процветал. Когда подъехали к выезду, нас встретили огромные укреплённые стальные ворота. Они медленно открылись, и когда распахнулись, мы покинули стены города. Сидя на лежанке, я невольно смотрел, как отдаляются стены, которые мы строили с таким трудом.

— Волнуешься? — раздался голос Мишон с соседней лежанки.

— Немного, — я снова посмотрел на удаляющийся город. — Мы сделали колоссальную работу.

— Её сделал ты, Айзек. Без тебя всего этого бы не было.

Я покачал головой:

— Вряд ли, я уверен, что и без меня справились бы, может, не так, но я уверен, что и без меня смогли бы построить своё будущее.

— Поверь, ты себя сильно недооцениваешь, ты собрал вокруг себя всех этих людей, научил их делать невозможное, а главное показал, как оставаться человеком даже тогда, когда другие бы не стали...

Тут Джеки, сидевший рядом у рации, поднял руку, призывая к тишине, и сильнее прижал наушники к ушам, вслушиваясь.

— Айзек, — проговорил он после короткой паузы, поворачиваясь ко мне, — тут сообщение из Вудбери.

Из моей груди вырвался тяжёлый вздох. Про этот город я вообще не хотел ничего слышать и уж тем более иметь с ним дело, слишком свежа была память о том дерьме, что там происходило.

— Что у них опять случилось? — буркнула Мишон. — Губернатор решил напасть на Саванну? Очередной переворот? Или в этот долбаный город наконец прилетел метеорит?

— Нет, — покачал головой Джеки. — В общем, Лили сбежала, убила одного охранника, двоих ранила.

Рядом хохотнул Джим:

— Всё у них не слава богу.

— Ладно, Джеки, это всё? — спросил я.

— Нет... — он замялся. — Ещё дело в Губернаторе.

— Да твою мать, что такое?!

— В общем, как мне сказали, ошейник, похоже, был неисправен, ему оторвало голову. Говорят, было короткое замыкание...

От этой новости я аж воздухом поперхнулся и невольно повернулся к Клементине. Та посмотрела на меня с нечитаемым выражением лица, потом просто пожала плечами и развела руки:

— Я тут абсолютно не при делах! Ошейник не мог взорваться, в нём нет взрывчатки, там просто кусок пластика, мыло и пара проводов со светодиодами.

От такого заявления все опешили, они не знали, что ошейник Губернатора был просто пустышкой.

— Джеки, уточни насчёт Губернатора.

— Ага.

Он взял микрофон и начал расспрашивать, действительно ли это был Губернатор, правда, не сообщая им, что ошейник был бутафорским.

— Говорят, что да, это Филипп Блейк. Его сегодня утром нашли в собственном доме. Голова была отдельно от тела...

— Ха-ха-ха-ха... — заржал здоровяк. — Похоже, кто-то очень невзлюбил этого Губернатора.

Джеки продолжал расспрашивать людей, как всё произошло и что вообще происходило, когда Губернатор вернулся и картина вырисовывалась следующая: он хотел расформировать совет и даже выступил перед народом. Но не успел сделать то, что задумал, потому что, по словам говорившего, ошейник замкнуло и сдетонировало. Ещё они пообещали увеличить поставки продуктов в Саванну... в знак доброй воли.

— А я его предупреждала, — сказала Клем. — Я говорила ему, что не все будут рады его видеть.

В общем, как бы то ни было, люди, которые сейчас были у власти, не захотели добровольно отдавать всё назад в руки Блейка... В принципе, это будут исключительно их проблемы, а чтобы мы не лезли, они решили увеличить поставки... Да пусть вертятся как хотят, в конце концов я и не нянька.

Вудбери, конечно, нас просто боялись,э и они как бы под нашим крылом, у них своя политика, свой руководящий состав, но какие-то глобальные решения они если и принимали, то только предварительно спрашивая нашего совета, в основном это касалось увеличения охраняемой территории, торговых отношений с другими поселениями или просьб о помощи в зачистке ходячих. В общем, они как бы самостоятельные, но в то же время нет. Но, как я уже говорил, я не нянька и теперь пусть сами думают своей головой, а если они решат делать поползновения в сторону Саванны, у Харриса на этот счёт есть отдельный приказ — не церемониться. А поставки продуктов мы наладим через другие поселения, хотя бы через Иисуса, те всеми конечностями будут только за, ведь гвоздомёты ценятся очень высоко, а лёгкие скафандры (даже без модулей) чуть ли не на вес золота... Хотя золото в этом мире уже давно не ценится... за исключением Саванны, ведь его мы пускаем на электросхемы.

Дальше наш путь продолжался в относительной тишине. Клементина читала какую-то книгу, Мишон наслаждалась видами из окна, где бродили редкие ходячие, Джеки тоже уставился в какой-то журнал и о чём-то тихо переговаривался с Джимом. Только Бен залипал в пустоту.

— Бен, — обратился я к парню.

— М? — он вынырнул из размышлений. — Что-то случилось?

— Я просто хотел сказать, что рад, что ты выжил и мне жаль, что так тогда произошло...

Мне действительно было неудобно перед ним. Я выгнал его тогда на эмоциях, хотя потом жалел. Парень по своей сути был крайне наивным, но он не был плохим. Просто он не понимал, где находится, словно старался зацепиться за старый мир, где его будут вести за ручку, но старого мира не осталось, а он к сожалению это не мог понять.

— Не нужно, Айзек. Ты поступил правильно. По моей вине мы несколько раз были в опасности, я подставил тебя под удар, да и про бандитов ничего не сказал. За такое в других поселениях с меня спустили бы шкуру, причём далеко не в переносном смысле. Мне нужно было хлебнуть этого дерьма, чтобы увидеть картину целиком. Но есть и большой плюс.

— И какой?

— Я нашёл настоящего друга.

— Друга?

— Да. Бима. Он сейчас на базе помогает среди мёртвых выискивать Шепчущихся.

Сбоку послышался смешок Джима:

— Кто о чём, а мелкий как всегда о своём блохастом друге, он о нём готов говорить часами, но, сказать по правде, тот пёс действительно очень умный. Правда, когда уезжали, пришлось запереть, а то от мелкого не отлипает.

Я с улыбкой посмотрел на повзрослевшего Бена.

— Я рад, что у тебя всё хорошо.

— Да, Бен, я тоже рада, — сказала Клем. — Ты действительно сильно изменился.

— Кто действительно сильно изменился, так это ты, Клементина, — парень усмехнулся. — Честно сказать, мне до сих пор не верится... столько лет прошло.

Дальше мы переговаривались по мелочам, чтобы скоротать путь, пару раз останавливались справить нужду и перекусить. Еда была разная: и сухпайки, и продукты, которые нужно было готовить. Сама дорога проходила без особых приключений. Попадались одиночные ходячие, несколько мы даже переехали. Объезжали пробки и разрушенные блокпосты. Когда небо начало темнеть, мы заехали в небольшой лесной массив и решили разбить лагерь.

Ставили палатки, доставали спальные мешки, натягивали проволоку вокруг лагеря, подключив её к небольшому генератору. Также разместили несколько примитивных ловушек из консервных банок, они должны были звуком предупредить, если вдруг появятся гости. Троих оставили на караул, они потом смогут отоспаться в транспорте. А потом мы занялись готовкой, и на ужин была каша с куриной тушёнкой. Мы поели в дружном коллективе, иногда смеялись, рассказывали анекдоты... Правда, на огонёк заглянули ходячие, но они успели неплохо поджариться на проволоке.

Ночь была тёплой, да и днём стояла сильная жара. В автобусе было душно, ведь я впихнул в него всё, что только возможно... кроме кондиционера. Обычный обдув на водительском сиденье слабо помогал. Когда едешь с открытыми окнами, ещё терпимо, но стоит остановиться на час, то в машине становится не продохнуть, так что палатка это лучшее решение.

Когда мы сидели у костра, договорились, что следующую остановку сделаем в Фейетвилле (Северная Каролина). Город довольно крупный, и там можно будет отдохнуть под крышей, если испортится погода. А погода будет хорошей то вполне можно ночевать на природе.

Я посидел со всеми ещё немного, потом пошёл в палатку хотелось поскорее заснуть, с непривычки меня шатало после долгой дороги. Но сон не шёл, а потому вылез из палатки и увидел, что все уже разошлись по местам. Часовые стояли на постах, костёр догорал. Такие моменты, наверное, дорогого стоят.

Я постоял, глядя на звёздное небо... вроде бы такое родное и в то же время далёкое. А потом услышал разговор, доносившийся с края лагеря. Мне стало интересно, кто в столь поздний час прячется в темноте, и паранойя взяла своё и я тихо двинулся туда.

Голоса принадлежали Мишон и Мёрлу.

— Да ладно тебе, кто старое помянет, тому глаз вон, — услышал я голос старшего Диксона. — Губернатор тому живое подтверждение, хе-хе, ну ты конечно девка молодец, так глаз высадить этому уебку это надо уметь.

— Чего ты вообще хочешь, чего ты меня позвал?

В темноте их фигуры едва угадывались. На спине Мишон тускло светился ИКС, хотя с некоторых пор мы сделали переключатель, чтобы отключать подсветку.

— Слушай, ты вообще баба классная, честно слово, а я мужик в самом расцвете сил. Давай перепихнёмся, поверь, не пожалеешь, я покажу тебе, что такое настоящая страсть.

— Да? — в голосе Мишон послышался интерес.

— Поверь, ещё ни одна от меня не ушла обиженной. Всё будет по высшему разряду.

— И чего бы ты, жеребец, хотел? — она приблизилась к нему.

— О, я вижу, с тобой мы нашли общий язык, хех... Мой большой друг уже на взводе.

Меня затошнило от этого разговора... Особенно слышать, как Мишон им интересуется, хотя сама грозилась его пристрелить.

— Ну так покажи мне своего... друга.

Послышалось шуршание, Мёрл начал расстёгивать штаны. Мишон подошла вплотную и протянула руку.

— Да, вот так, бери его в руку... Вот таааа...

Свет вспыхнул, она раскрыла резак, и стало видно всю картину. Мишон одной рукой держала Мёрла... за яйца, другой упирала резак ему в подбородок.

— Слушай сюда, говно ходячее, — прошипела она. — Если ты ещё раз, мразь, попробуешь подкатить ко мне свои ручки или сделаешь подобное предложение, я тебя кастратом оставлю.

— Пустииии... — протянул он пискляво. — Сука...

— Не дай бог ты попробуешь подкатить свои шары ко мне или, не дай бог, к Клементине, тогда у тебя секс будет только в том случае, если тебя в жопу долбить будут. Ты понял?

— Сука... тебе пиздец...

— Значит, не понял.

— Аиииии! Помогите!

— Я спрашиваю: ты понял?

— Да...

— Ну и славненько. Тьфу, блядь, нужно пойти руки помыть.

Я ретировался. Сейчас я увидел Мишон с новой стороны, и мне стало жутко... вдруг за яйца поймают меня?! Когда я возвращался, увидел, что несколько бойцов спешат на звук. Я коротко и тихо объяснил, что всё в порядке, и они вернулись на свои места.

Я вернулся в палатку и разлёгся. Через несколько минут послышались шаги.

— Айзек, ты не спишь?

— Нет, что-то случилось?

— Можно к тебе? А то мне одной как-то не спится... — тихо произнесла Мишон.

В голове пронеслась картина, где она сжимает яйца Мёрла, и сказать по правде мне было не по себе, но прогонять её я не стал... Чисто на всякий случай.

***

Утро прошло спокойно. Мы свернули лагерь и выдвинулись в путь. Минут через пятнадцать Клем заговорила:

— Слушайте, мне показалось, что ночью какая-то девушка просила о помощи.

— Кхм... — я неловко закашлялся, как раз в этот момент пил воду.

— Разве? — удивлённо спросила Мишон. — Я ничего такого не слышала.

— Да? Значит, наверное, спросонья показалось.

Да уж. Если кто-то ночью и просил о помощи, то это была явно не девушка. Но вслух я этого, конечно, произносить не стал.

— Джим, а ты что такой хмурый? — спросил Джеки.

— Да Мёрл, похоже, заболел. Весь какой-то бледный и хромает, потом на привале осмотрю, вдруг этого дебила ходячий покусал.

Я хотел сказать, что дело, возможно, не в ходячих, но не успел. Автобус сильно вильнул, и меня отшвырнуло в другой конец, так что я приложился головой о стену.

— Что случилось? — крикнула Клем.

— Да какая-то дура чуть под колёса не прыгнула, — начал пояснять Кенни с водительского сиденья. — Сначала думал ходячий, хотел просто снести, но в последний момент разглядел, что это выжившая.

Я поднялся, потирая ушибленный затылок, и посмотрел в заднее окно. Наша колонна останавливалась, а сзади бежала девушка в каких-то лохмотьях и махала нам руками.

Когда мы полностью остановились, я вышел из автобуса, осматриваясь. Вроде бы открытая местность, засады нигде не устроишь. Девушка тем временем бежала к нам и кричала:

— Помогите, прошу вас! — залепетала она. — Моих друзей взяли в заложники!

Я поднял резак и сделал выстрел, Сгусток плазмы пролетел мимо девушки и влетел в лицо ходячему, который выползал на дорогу.

Девушка была довольно молодой, около тридцати, может, меньше. Светлые волосы, спортивное телосложение, а из одежды какие-то рваные лохмотья, которые едва сдерживали далеко не маленькую грудь. Она оглянулась назад, увидела ходячего без верхней части головы и выдохнула. Я убрал резак на пояс, чтобы не пугать её.

Наши начали выходить из машин, оглядываясь по сторонам. Я приблизился к девушке.

— Что у вас случилось, мэм?

— Моих друзей взяли в заложники какие-то отморозки! Прошу вас, помогите! Я в долгу не останусь, я сделаю всё, что скажете... — она как будто специально выпятила грудь, намекая, что готова на всё.

Дальше она рассказала, что четверо её друзей находятся в заложниках на складе в трёх милях отсюда, а её отправили за припасами, которых у группы, по её словам, нет, но бандитов это не волнует. Её всю колотило, она запиналась, но всё же сообщила, что там шестеро человек держат её друзей. Она молилась всем святым, чтобы мы помогли.

Я даже ответить не успел, а за меня ответила Клементина:

— Мы поможем.

Остальные члены группы кивнули в знак согласия. К тому же все считали, что шесть человек не такие уж большие силы, а от мразей нужно избавляться, да и к тому же по пути.

Мы сели в автобус и начали движение. Девушку до сих пор колотило, Клементина сидела рядом и пыталась успокоить её. В какой-то момент женщина схватила с пояса Клем резак и приставила его к её виску, спрятавшись за спиной... От её испуганного вида не осталось и следа, на лице появился хищный оскал.

— Только рыпнитесь, и я этой сучке вышибу мозги! — проговорила она с явным удовольствием, глядя на наши ошарашенные лица. — Едьте по дороге, и вас встретят мои друзья...

Все были в шоке... Честно говоря, никто не ожидал такой подставы, и возможно стоило бы волноваться... если бы не одно маленькое «но».

Все замерли. Но вместо паники или криков... тишина. Кто-то нахмурился, кто-то переглянулся, а среди наших начали проскальзывать смешки.

— Вы что, ржёте, уёбки? — она ткнула резаком сильнее в щёку Клем.

Тут уже не выдержала сама Клементина:

— Может, ей стоит сказать, что резак запитывается от ИКС? Или всё же не стоит?

Глава 10

После слов Клементины в салоне повисла тишина. Джим и Бен, кажется, только сейчас осознали, что резак в руках женщины бесполезная железка, ведь огнестрел был только у их.

Неприятная ситуация, похоже, нас тупо собирались ограбить и прямо по дороге, скорее всего, уже ждут её дружки.

Я уже поднял руку с модулем, чтобы вырвать резак из её рук, но Клем, видимо, надоело. Она резко ударила пяткой по пальцам ног женщины, а обувь у Клем с железным каблуком, покрытым тонким слоем резины, чтобы не цокать при ходьбе. Пятка сделана специально, чтобы удобно дробить головы ходячим. На женщине были старые кеды, которые не давали никакой защиты, а потому раздался противный хруст.

— А-А-А-А-А! — но крик тут же оборвался, Клем ударила локтем в шею, и та, захрипев, рухнула на пол.

— Джеки, свяжись с нашими, пусть тормозят потихоньку, — сказал я.

Парень кивнул, взял рацию и начал говорить.

Тем временем женщину скрутили и связали. Я присел рядом на корточки, глядя ей в глаза:

— Рассказывай, кто нас ждёт.

— Да пошёл ты, — выдавила она. — Вас тут всех, сука, порешат.

— Отвечай, если хочешь жить.

— Да иди ты на хер, я ничего вам не скажу!

Блять как же это банально... На моё плечо легла рука здоровяка Джима.

— Дай-ка я, у меня есть опыт допроса пленных.

Я с недоумением уставился на него, но отошёл в сторону. Джим присел на корточки. Женщина лежала на полу, связанная.

— Я задаю вопрос, ты отвечаешь, — сказал он тихо. — Понятно?

— Да пошёл ты, — прошипела она.

— Ответ неверный.

В следующую секунду он схватил её палец, резко крутанул и раздался хруст.

— Ааа...

Я подлетел к нему:

— Ты что творишь?

— Допрашиваю, разве не видно? — он даже не повернулся.

— Но...

— Она угрожала Клементине, — он всё же посмотрел на меня. — А если бы это был обычный огнестрел?

Я ничего не сказал. Наша колонна тем временем останавливалась, в мне оставалось лишь тяжело вздохнуть.

— Клем, — повернулся я. — Выходи на улицу, сейчас мы остановимся.

— Ага... — она посмотрела на выгнутый палец женщины и слегка побледнела, но вышла из автобуса, когда тот полностью остановился.

Джим продолжил:

— И так, я буду задавать вопросы, а ты отвечать. Понятно?

Она промолчала, сверля его злобным взглядом.

— Значит, не поняла.

Новый хруст.

— АААА... Хны... — по её лицу потекли слёзы.

— Я спросил: понятно или мне повторить?

— Хватит... Хныыыы... Прошу...

— Значит, опять непонятно.

Он схватился за следующий палец, но она залепетала:

— Поняла! Всё скажу! Только хватит!

Джим усмехнулся, глядя ей прямо в лицо:

— Раскололась всего на парочке пальцах? А я думал, когда у тебя закончатся пальцы, приступлю к ушам, носу и глазам.

Женщина смотрела на его улыбку с таким ужасом, что мне самому стало не по себе.

— Сколько вас?

— У нас всего десять... — прошептала она.

— Не верю.

Хруст.

— Ааа... Нас двадцать!

Джим схватил её за следующий палец.

— Стой! Не надо! Нас тридцать четыре! Двое ранены! Остальные будут ждать на дороге, перед нами поставят несколько машин и полицейских ежей, а рядом, по объездной, разложат ещё ежей на случай, если я провалюсь, из оружия у нас в основном охотничьи ружья, пистолеты и пара винтовок...

— Ваша цель? — продолжил Джим.

— Нам просто нужен был транспорт, — ответила женщина, всхлипывая. — Мы собирались уехать… куда-нибудь, где холодно.

— И зачем? — уже поинтересовался я.

— Чтобы ходячие не доставали! Они же наверняка замёрзнут и не смогут ничего сделать! Хны...

Я невольно усмехнулся.

— Ходячие спокойно переносят температуру до минус двадцати, а дальше они замерзают, но при потеплении оттаивают. Так что если и ехать, то на Северный полюс, только боюсь, вы сами там долго не протянете.

— Так от них не спастись? — растерянно проговорила она. — Так куда же тогда деваться?

— Что вы собирались делать с нами? — спросил Джим.

— Ничего… Мы просто бы… — она запнулась, когда здоровяк снова схватил её за палец. — Мы бы убили вас, чтобы вы не стали мстить и преследовать нас… Не делайте мне больно, пожалуйста!

— Не беспокойся, — почти ласково проговорил Джим, и в его голосе появились странные, пугающие нотки. — Больше боли не будет, мы узнали всё, что хотели.

— П-правда? — спросила она с надеждой.

— Да, — сказал он тихо, провёл рукой по её волосам. — Теперь всё закончено.

А в следующую секунду он схватил её двумя руками за голову и резко крутанул... Противный хруст разорвал тишину.

— Буэээ… — Бена вывернуло прямо на пол.

— Твою мать, Джим! — воскликнул я. — Какого хера?! Она же уже была не опасна и сказала всё, что нужно!

— Она враг, — спокойно ответил здоровяк, поднимаясь и отряхивая руки. — Она спокойно могла ударить в спину, когда мы расслабились бы, а с врагами мы поступаем коротко.

— Джим… — я старался взять себя под контроль и говорить как можно спокойнее. — Людей и так осталось мало, есть и другие способы наказать подобных.

— Мы всегда поступали так, и Ниган это одобрял, у нас слишком мало ресурсов, чтобы кормить и ухаживать за подобными. Это не люди, это бесполезный мусор, а от мусора избавляются, или ты хочешь сказать, что никого не убивал?

— Убивал, но только тех, кто поднимает оружие, а она уже была не опасна.

— И как бы ты поступал с подобными?.. — он задумался, потом кивнул. — Точно, вы же заковываете их в ошейники и заставляете работать... Хм… А ведь неплохо придумано, что-то я сразу об этом не подумал, надо будет с Ниганом поговорить на эту тему.

Я старался дышать глубже, чтобы успокоиться. Когда я взял себя в руки, я снова посмотрел на здоровяка.

— Тогда избавься от тела, — сказал я, а потом повернулся к Бену. — И, Бен, будь другом, убери за собой.

— Ага, — коротко кивнул бледный парень.

Я вышел из машины, а вокруг автобуса уже собралась целая толпа. Клементина и Мишон коротко пересказывали всю ситуацию, а сам же собрал всех наших, и мы склонились над картой.

— Хм, — проговорил Дейл. — Объехать их не получится, вот здесь, — он обвёл пальцем участок на карте, — как мне сказал Дэрил, мост обрушен, а потому нам остаётся три варианта: поехать через поля, но с большой долей вероятности мы застрянем; прорываться напрямик; или делать крюк, из-за чего у нас будет дополнительно чуть меньше сотни миль.

— А здесь? — спросил один из солдат Харриса. — Вот здесь же есть дорога, через какой-то городок.

— Да нету там уже городка, — проговорил до сих пор бледный Бен. — Когда мы ехали в Вирджинию, заезжали туда, военные разбомбили всё настолько, что дорог целых нет, нам самим тогда пришлось делать крюк.

Один из бойцов, до этого молчавший, склонился над картой и взял веточку, чтобы было проще показывать.

— Помню, как после армии я устроился работать в одну строительную фирму, — начал он. — Возил стройматериалы, где-то лет пять-шесть до начала апокалипсиса вот здесь строился городок, хотя его на карте нет. А вот отсюда и до сюда уже была построена дорога, правда, на вашей карте она тоже не нанесена, карта видимо устаревшая. Мы можем поехать по ней и тогда мы проедем мимо Фейетвилля и выедем сразу на эту дорогу, к Ричмонду. Как раз недалеко от того городка, который строили, а оттуда до завода уже рукой подать.

— Всё равно крюк, — тихо проговорил Дейл.

— Угу, — подтвердил парень. — Но всего тридцать миль, а не сотня.

— А может, просто раздавить этих тараканов?

Я повернулся на голос и увидел позади себя Софию, которая стояла, скрестив руки на груди.

— Не думаю, что это хорошая идея, — я покачал головой. — Их довольно много. Без потерь не обойдёмся.

— Можно использовать ту дуру, чтобы подобраться поближе, — сказала она. — Сделаем вид, будто она нас держит на мушке.

— Да… По поводу её…

В этот момент Джим вытащил тело из автобуса за ноги и потащил в ближайший кювет.

— Ясно, — коротко кивнула София, и её лицо не дрогнуло, словно действительно выносили мусор, а не тело.

Остальные посмотрели на меня с недоумением, ведь все знали, что я не любитель лишней крови, а тут труп в кустах, и я даже не пытаюсь остановить Джима.

— Мёрл, иди сюда! — крикнул Джим. — Поможешь затащить...

Мёрл, сидевший на бордюре и куривший самокрутку, поднялся, выматерился себе под нос и поплёлся следом за здоровяком, а мы тем временем продолжили разбирать план действий.

— Так что, Айзек, куда ехать? — поинтересовался Кенни.

— Если он прав, — я кивнул в сторону бойца, имени которого так и не узнал, — то это лучший вариант.

Я перевёл взгляд на карту. То что у нас пытались отжать машину, абсолютно не удивительно, сейчас машина не то что на вес золота, это как иметь личный остров, в теории возможно, но на практике маловероятно, а вступать в конфликт сейчас не хотелось, да и смысла в этом пока не было.

— Ладно. Заедем с вами вот сюда, — я ткнул пальцем в карту. — Найдём вышку связи и установим ретранслятор, чтобы поддерживать связь. Сообщим Харрису о том, кто здесь обитает, возможно, сюда приедет Винс... Ладно, давайте в путь, нам ещё нужно будет подобрать место для лагеря.

***

Аарон сейчас наблюдал довольно необычную картину: группа людей расположилась на ночёвку, раскладывала палатки и готовила еду. Необычным было то, что эти люди были странно одеты, это была даже не одежда, а скорее футуристические доспехи или скафандры. На спинах у них были какие-то светящиеся элементы. Самый большой из них напоминал светящийся позвоночник вдоль спины. Оружие тоже было странным, не похожим ни на один из видимых огнестрелов, да и машины были необычные. Трейлер ещё более-менее выглядел нормально, но вот автобус... Да это же БТР, а не автобус, было видно, что на нём много брони, и неудивительно, если стёкла тоже бронированные.

Среди выживших был довольно разный контингент: несколько молодых девушек, которые тоже были вооружены, четверо вполне обычных людей с привычным огнестрелом и в простой одежде.

Аарон за свою жизнь повидал множество людей. Он видел и бандитов, и обычных выживших, которых вербовал... Да, именно вербовал, потому что Аарон был вербовщиком. Это была сложная работа, найти людей, понять, что они из себя представляют, а потом решить, стоит ли вербовать их в своё поселение, которое в этом мире словно островок спокойствия. Александрия — так назывался их небольшой городок. Он был построен ещё до апокалипсиса, но главным плюсом было то, что его ещё не успели нанести на карты, как и дорогу к нему. Некоторые считали, что его построили как часть правительственной программы для обеспечения работы правительства. Только вот само правительство сюда так и не попало.

В Александрии была вполне развитая инфраструктура: солнечные панели давали достаточно электроэнергии, вода была со своей системой фильтрации, огороды и небольшая ферма обеспечивали едой всех. Всё защищал высокий забор из бетонных плит, и за всё это время ни один ходячий не прорвался в поселение. Внутри стен шла мирная жизнь: там жили врачи, инженеры, проектировавшие этот городок, строители и многие другие, кого завербовал в поселение Аарон и его друг Эрик. Но сейчас его друг был в другом месте.

Город выжил благодаря изоляции от всех остальных, а его удалённость помогала избегать лишних проблем. Сейчас Аарон, наблюдавший за лагерем, не мог решить, что это за люди. Они не были похожи на типичных бандитов, да и те, если и держали рядом девушек, то в основном ради развлечения, а не в качестве бойцов. Сейчас предстояло понять, что это за люди, ведь они находились в десяти милях от Александрии, и если продолжат двигаться по этому маршруту, то неизбежно выйдут прямо к поселению.

Рядом с ним начали проходить двое бойцов в скафандрах. Аарон лёг на землю, прикрываясь кустами. Удивительно, но они не скрывались, разговаривали довольно громко, явно уверенные в своих силах. Аарон привык, что все ведут себя максимально тихо, говорят чуть ли не шёпотом и стараются ходить так, чтобы даже ветки под ногами не хрустели. А эти не только ходили громко, но и разговаривали, и ржали, а это привлекло ходячего, который направился к ним.

— О, смотри, у нас гости, — один из бойцов кивнул в сторону ходячего.

— Хех, — усмехнулся второй. — Спорим на дежурство, что я отсюда модулем пробью ему левый глаз?

Первый задумался на секунду, потом кивнул:

— А давай. Если промажешь, на следующем привале будешь дежурить вместо меня.

— Замётано.

А потом произошло то, от чего Аарон выпал в осадок. Один из бойцов вытянул руку, и в следующую секунду небольшая прямая ветка, лежавшая рядом, подлетела в воздух, зависла перед бойцом и сорвалась с места, как арбалетный болт. Она полетела в сторону ходячего, пробив ему щёку и изворотив челюсть, которая повисла на куске кожи.

— Ха-ха-ха! — засмеялся первый боец. — Ну ты и лох! Всё, с тебя дежурство. Будешь вместе с «железной» ходить на пару.

— С НЕЙ?! Ты не предупреждал, что на дежурство ходишь с ней! Бля...

— Хе-хе, теперь ты хрен даже присядешь.

— Бля... Слушай, может, забудем об этом споре? А я тебе свой паёк отдам.

— Не-не-не! Я свой паёк готов отдать, чтобы с ней в дежурство не ходить, так что всё, крести булки...

А тем временем ходячий с развороченным лицом подходил всё ближе, а бойцы перестали обращать на его внимание, условно это не угроза, а так, мелкое безобидное насекомое. Только когда тот подошёл вплотную, один из бойцов просто ударил его ногой в грудь, повалил на землю, а в следующую секунду на голову ходячего обрушился массивный металлический ботинок, превратив того в неаппетитную кашу.

Аарон уже увидел достаточно. Нужно было срочно предупредить своих. Он чуть приподнялся, но в затылок упёрлось что-то металлическое. Следом раздался женский голос, почти без эмоций:

— Если сейчас двинешься, умрёшь.

В следующую секунду Аарона подняли за шиворот и повели вглубь лагеря. Он чувствовал, как между лопаток упирается что-то металлическое, и прекрасно осознавал: стоит сделать лишнее движение и ему станет крайне неприятно. Двое бойцов, которые только что разобрались с ходячими, увидели его и ту, что вела его. Они схватились за оружие, но не спешили поднимать стволы, просто вытянулись по стойке смирно.

— Вы бездари, — проговорила девушка за спиной Аарона. — Когда вернёмся, пройдёте переподготовку, я лично вами займусь.

Никто из них не ответил. Под шлемами не было видно лиц, но по тому, как поникли плечи, стало ясно они этому не рады.

Дальше его вели зигзагами. Присмотревшись, Аарон понял причину: они обходили проволоку, натянутую вокруг всего лагеря и сейчас его рассматривало множество людей, а Аарон насчитал больше двадцати. Его подвели к автобусу, возле которого горел костёр, а на пне сидел мужчина в скафандре, но без шлема. Чёрные волосы средней длины, короткая щетина, уставший взгляд.

— Айзек, — произнесла девушка за спиной Аарона. — Я нашла этого таракана возле лагеря, он наблюдал за нашими, может, пристрелить его? Вдруг он один из тех, кто пытался нас ограбить на дороге?

Мужчина по имени Айзек внимательно рассматривал Аарона. После короткой паузы он ответил:

— Вряд ли он один из тех, мы уже в сотнях миль от них, но надо узнать, что за гость к нам пожаловал, вполне возможно, это обычный выживший.

То, что его не пристрелили сразу, дало Аарону надежду: эти люди могут быть адекватными. О своём городе он не будет спешить рассказывать, лучше умрёт, чем подставит поселение, но если они продолжат двигаться тем же маршрутом, то сами выйдут на Александрию.

— Я просто обычный выживший...

Тут заговорила другая девушка, вышедшая из автобуса, у неё были тёмные длинные волосы, собранные в пучок, а лицо молодое, лет восемнадцать или двадцать. Аарон отметил про себя, что она была симпатичной, и, видимо, тоже являлась бойцом.

— Обычные выжившие не прокрадываются в лагерь к неизвестным людям, — сказала она. — Они предпочитают свалить подальше.

Аарон мысленно согласился. От ТАКОЙ группы любые выжившие держались бы подальше.

— На обычного выжившего ты мало похож, — кивнул Айзек. — Ты одет довольно добротно, выглядишь сытым, да и на уставшего, измотанного жизнью человека ты не похож. Скорее всего, рядом есть твоё поселение, или как минимум транспорт, что уже редкость.

Он сделал паузу.

— А теперь расскажи, почему ты следил за нами, не пойми нас неправильно: сегодня утром мы подобрали девушку, которая просила помощи, а в итоге оказалось, что нас собирались ограбить. План был неплохой, но исполнение подкачало, так что если сейчас не скажешь чего-то внятного, мы пристрелим тебя на всякий случай ну предварительно допросим, мы уже встречали и бандитов, и каннибалов, так что от твоего ответа зависит твоя жизнь и поверь, если соврёшь, мы отдадим тебя в руки Джима. Хотя, скажу честно, мне хотелось бы этого избежать.

Аарон задумался. Сейчас от его ответа зависела жизнь.

Глава 11

— Я не знаю, кто вы, и рассказывать, кто я и откуда, не собираюсь.

Нда. Любопытный экземпляр к нам привела София. На вид парню около тридцати пяти, плюс-минус. По нему видно, что проблем с питанием он не испытывает, в нём нет той бледности, что у многих из-за просроченных продуктов. Одежда хоть и старая, но вполне чистая, не считая свежей грязи. Волосы короткие, аккуратно подстриженные, сам так себя не подстрижёшь даже при всём желании.

— Слушай, Кенни, — я повернулся к мужчине в бейсболке, — сколько нам ещё ехать до завода?

— Около тридцати пяти миль. Думаешь, он человек твоего друга?

— Вряд ли, но он хотя бы узнал бы Джима.

Что же с ним делать? Он явно сидел здесь не просто так и непонятно, что он за человек. Вроде бы ничего плохого нам не сделал, но паранойя берёт своё, мы ещё не отошли от утренних приключений с той дамочкой... И пристрелить его не за что, и оставлять не хочется, вдруг он из бандитов и предупредит своих дружков, и к нам припрутся всей бандой? И сколько он тут околачивался, что успел услышать... неизвестно.

— Возьмём его с собой, пусть с нами переночует — сказал я. — А потом, как отъедем достаточно далеко, просто высадим.

— То есть... вы меня отпустите? — скептически спросил мужчина.

— А что нам с тобой ещё делать? Ты ничего плохого нам не сделал. Следил за нами, это да, неприятно, но на заряд плазмы в лоб не тянет.

— А вдруг его дружки подтянутся? — спросила Мишон, выходя из автобуса.

— Я один, — ответил Аарон. — Никто за мной не придёт.

— Слабо верится, — усмехнулась Мишон. Она задумалась на секунду, потом продолжила: — Либо ты самоуверенный идиот, который бродит в одиночку, либо ты уже знаешь здесь всё.

— Слушай, Айзек, — Клем подскочила на месте, — а что, если он из того посёлка, про который говорил Чарли?

Чарли... это она, наверное, про того солдата.

— Вполне может быть, в принципе, нам всё равно туда ехать, так что скоро узнаем.

— Слушайте, я не знаю, кто вы, — заговорил пленник, — но если вы едете туда с плохими намерениями, лучше просто поезжайте другой дорогой, мы хорошо вооружены.

— Да успокойся ты, — ответил я. — Нам просто нужно мимо проехать.

— Мимо вы никак не проедете, — твёрдо сказал он. — Там вся дорога перекрыта бетонным забором.

Ну, значит, парень оттуда. Теперь предстояло узнать, что они из себя представляют.

— Ладно, раз мы выяснили, откуда ты, может, расскажешь, что вы из себя представляете? — спросил я.

— Нет, — покачал он головой. — Вдруг вы решите напасть.

Да уж. Паранойя в этом мире, залог здоровья параноика, но это я понимал и даже не осуждал.

— Да успокойся ты, — Кенни хлопнул его по плечу. — Если по нам не стреляют, мы тоже не стреляем.

— Я просто знаю, какие люди живут в Вирджинии, — ответил Аарон.

Мг. Значит, они потихоньку наблюдают за обстановкой вокруг. Логично.

— Так мы и не из Вирджинии, — я развёл руки. — Я вообще еду навестить друга, а сами мы из Саванны.

— Саванны? Друга?! — кажется, парень немного завис. — Вы сейчас поиздеваться надо мной решили?

Окружающие от этого немного рассмеялись. Все понимали, как это звучит, да и у самого меня на лице невольно выползла улыбка.

— Я просто не вижу смысла с вами воевать, — сказал я. — Нам достаточно того, что целый город в нашем распоряжении. Мы полностью вычистили его от ходячих и обнесли высоким забором. У нас вполне налаженная инфраструктура. А в ближайшем будущем планируем зачистить Атланту. Ну, это только планы на будущее. Сначала подкупим немного людей, а потом начнём переселять их в другие города.

— Да нихрена себе у вас планы! — удивился пленник. — А что дальше? Очистите мир от ходячих? Изобретёте вакцину? Улетите в космос?

— Нет. В космосе ничего хорошего нет, — ответил я. — Поверь на слово.

Я услышал, как девушки пытаются сдержать смех. Остальные не понимали, чему они веселятся, о моём прошлом знали только единицы.

— Да пойми ты, упрямый, — продолжил я. — Не собираемся мы ни с кем воевать, нам просто нужно проехать.

— Так езжайте по другой дороге, — упёрся он.

— Угу, — хмыкнул Кенни. — Чтобы ещё два дня потратить в дороге?

— Да поймите вы! — тяжело вздохнул пленник. — Мы выживали только благодаря изоляции, лишь изредка наблюдали стычки между живыми. Мы живы только потому, что о нас никто не знал, на картах мы не отмечены. Мы просто физически не сможем пропустить вас через ворота. Посудите сами: у вас вооружённый конвой, выглядите вы странно. А если учесть, что вы ещё какой-то хренью непонятной владеете...

— С какой хренью? — не понял я.

— Ну, я видел, как один солдат телекинезом поднял ветку и запустил её в ходячего.

— А, так это кинетический модулятор поля, или импульсный гравитационный захват. А можно просто, кинезис-модуль.

Он смотрел на меня с нечитаемым выражением и казалось он пытался понять, мы над ним издеваемся или я говорю правду. Спустя секунд двадцать он тряхнул головой и заговорил снова:

— Так... можно ещё раз по порядку? Кто вы такие?

— Обычные выжившие.

— Прям пиздец какие обычные... — тихо пробубнил он, а потом поднял взгляд: — Ладно, тогда ещё вопрос попроще...

Рядом усмехнулась Клементина:

— Вроде бы в заложниках он, а почему-то допрашивает нас.

— Кхм... — кажется, до него дошло, как это выглядит со стороны. — Извиняюсь.

Я махнул рукой:

— Да ладно, мы уже давно ничего не скрываем, про эти технологии знают соседние поселения, и многим мы с ними делимся. Не бесплатно, конечно, используем равноценный обмен, а также помогаем другим отбиваться от ходячих и живых.

— И если не секрет, какие технологии? — спросил он.

— Никакого секрета, — ответил я. — Например, небольшие автономные электростанции, от такой сейчас запитывается автобус, от неё же подзаряжаются «Хамви» и грузовик. Пожалуй, только трейлер у нас ездит на спирту, также оружие, — я снял с пояса резак. — Это плазменный резак, он стреляет сжатой плазмой. В основном используется как инструмент для нарезки металлических конструкций или дробления твёрдых пород и голов ходячих. Ещё у нас есть гвоздомёты, они сделаны из строительного инструмента, усилены медными катушками для пробивной мощности, у них съёмные батареи, они способны работать от ИКСа и автономно, правда не очень долго, но для затяжного боя на несколько часов хватит, а снаряды можно найти в любом строительном магазине, или даже просто из досок достать, а если подумать, по мелочи у нас хватает всего. Взять те же скафандры и спрей, чтобы быть невидимым для ходячих.

В ответ гробовая тишина и её нарушила Клементина:

— Эм... Мистер, вы в порядке?

— В порядке?! — он посмотрел на неё перекошенным лицом. — Вы меня извините, но в это очень трудно поверить! Такое чувство, будто вы мне нагло врёте... Но я сам видел, как тот солдат ветку поднимал! Да твою мать, одни ваши футуристические доспехи чего стоят! Не поймите меня неправильно, я уже привык, что человечество скатывается в каменный век, что когда кончатся патроны, все перейдут на луки и арбалеты, а тут вы мне заявляете про плазму, какие-то кинетические поля... Господи, какой же это бред! Я, наверное, просто сплю. Такой бред может только присниться... Ай!

Я успел заметить, как его ущипнул за плечо Кенни.

— Сука, — выдохнул он, потирая плечо. — Я ведь не сплю.

– Не спишь. – подтвердил я. – А потому скажу тебе откровенно: с вами действительно нет смысла воевать, ведь по сути с вас нечего взять, вы живете крайне далеко от нас, а тут мы, можно сказать, проездом.

Тут повисла тишина, и все ждали, что скажет наш невольный гость — пленник.

– Ладно... – он тяжело выдохнул. – Я поговорю с нашим главой, чтобы вас пропустили, только хотелось бы, чтобы про наше поселение не знали...

– Тут я обещать ничего не буду, тут не только мои люди, – я кивнул головой в сторону семейства Диксонов и Джими, а Бен, видимо, сейчас в палатке. – Так что извиняюсь за это.

– Да хрен с ним, всегда знал, что наша изоляция вечно не продлится, хотя хотелось бы оттянуть до последнего, а как вы вообще узнали об этом месте? На картах нас нет.

– Парень, что в нашей группе, возил стройматериалы к вам.

– М... А какая у него фамилия?

Я посмотрел на Клементину, а та только развела руками. После этого я взглядом нашёл парня, который чуть в стороне стоял с другими военными и что-то обсуждал.

– Чарли, подойди, пожалуйста, сюда.

– Да что такое? – спросил парень, подходя к нам.

– Тут вот... – я кивнул головой на пленного, – хочет твою фамилию узнать?

– А зачем? – подозрительно спросил парень.

– Да просто многие строители, что строили город, сейчас там же и живут. — пояснил мужчина.

– Да?! А фамилия Отис, вам ничего не говорит?

– Отис?! А Оскар Отис и Джулия Отис...

– Это... – парень открыл рот от удивления, а когда шок прошёл, он продолжил: – Это мои родители? Они там? Ну же, не молчи.

– Насчёт Оскара... Мне жаль, он умер в прошлом году, сердце подвело, а Джулия сейчас в полном порядке.

– Мама... Она жива?! Господи... Я уже не... Не думал...

И по глазам парня побежали слёзы. Дальше нашего пленного действительно начали допрашивать... Точнее, начал Чарли, и даже не в каком-то плохом смысле, просто мы дали им поговорить. Оказалось, что Чарли после армии устроился в компанию, которая перевозила строительные материалы, и владельцем этой фирмы был его отец, потом он сильно поругался с отцом по какому-то пустяку и уехал в Атланту на вольные хлеба, где уже там развозил товары по магазинам, а впоследствии выживал с небольшой группой, куда потом попал к Иисусу, а оттуда уже переселился к нам. Сама же его семья жила в Вирджинии, именно по этой причине он записался к нам добровольцем, ему очень хотелось знать, что стало с его родителями и сестрой, как итог он здесь и сказать по правде, он уже не надеялся, что кто-то из его родных жив, а то, что рассказывал Аарон, его даже немного повеселило, ведь, как оказалось, его отец был довольно упрямым: когда все люди разбежались, он до последнего работал, а когда вёз уже последнюю партию стройматериалов, то взял с собой жену и дочь, ведь он увидел, что там народу довольно мало, а значит, и ходячих должно быть поменьше, в общем он собирался там просто пересидеть. Как рассказал парень, он был хорошим человеком, который стремился помогать людям... Но пусть в том поселении и были врачи, но у него уже был довольно большой возраст, и сердце не выдержало. После того как Чарли узнал всё необходимое, он чуть ли не светился от радости, хотя и был немного омрачён смертью близкого человека, но главное, его мать и сестра живы, хотя, сказать по правде, надежду он уже давно не питал. Сам же я тоже переговорил с Аароном, и в общем он пообещал, что постарается сделать всё, чтобы мы спокойно проехали. Связывать мы его не стали, но искренне попросили остаться с нами на ночь, хотя бы ради того, чтобы его ночью никто не сожрал или он случайно не вляпался в проволоку, которая зажаривает ходячих.

Сама ночь прошла спокойно, а чтобы было ещё спокойнее, я попросил Софию за ним приглядывать, чисто на всякий случай, но обошлось без каких-либо сюрпризов, не считая десятка ходячих, которых перестреляли наши парни. Вообще, Аарон был искренне восхищён нашими технологиями, особенно его впечатлил кинетик-модуль и ИКС, который спокойно мог снабжать энергией резаки, фонарики и всю мелкую атрибутику. Также он пытался узнать, откуда у нас вообще эти технологии и какую военную лабораторию мы ограбили. А когда мы сказали, что всё изготовлено исключительно нами... В общем, он опять подумал, что над ним издеваются, но потом вроде бы поверил. Ещё он попросил чертежи... которых у меня при себе не было, а чертить не было времени, что я ему прямо и ответил. Также он искренне хотел наладить логистику между нашими поселениями, но такое лучше всего обсуждать с их главой.

Утром мы быстро перекусили, а потом собрались и поехали в путь. Сама дорога прошла спокойно, даже ходячих не попадалось, что крайне удивительно, а потом мы выехали к самому поселению и сказать честно, я был даже немного впечатлён: во-первых, само поселение было обнесено бетонными плитами в три метра высотой, ворота были довольно массивные и сделанные из железа, а за самим забором виднелись аккуратные дома, а сами же мы остановились примерно в трёхстах метрах от забора и выпустили наружу Аарона, который пошёл к своим.

Когда мы подъехали, из-за забора начали показываться люди, которые навели на нас весь возможный огнестрел, которого, в принципе, было не так уж и много. Ну, в основном там были охотничьи ружья и пара военных винтовок, которыми обычно пользовались солдаты США во время апокалипсиса. Аарон зашёл в само поселение без каких-либо проблем, ему немного приоткрыли ворота, и он зашёл внутрь... Но прошло уже больше двадцати минут, и я уже начинал переживать, в принципе, как и все тут собравшиеся.

– Слушай, Айзек, – ко мне обратился Кенни с водительского сидения, а сам я сидел на соседнем пассажирском и наблюдал за обстановкой, – ты уверен, что этим людям можно доверять? А вдруг нас сейчас попробуют накрыть огнём?

– По этой причине мы стоим впереди. Автобус вполне выдержит их выстрелы, а вот за остальной транспорт я не ручаюсь... Смотри, из ворот кто-то выходит.

И тут мы видим следующую картину: из ворот показалась довольно пожилая женщина, а после я увидел, как мимо нас промчался Чарли, который побежал навстречу к этой женщине. Они встретились где-то посередине дороги и крепко обнялись, и даже отсюда было видно, как по глазам женщины бегут слёзы. Следом из ворот показалась молодая девушка, которая тоже к ним кинулась и обняла их обоих.

– Кажется, Чарли нашёл семью, – тихо проговорил мой собеседник.

Было видно, как у Кенни самого от этой сцены появляются слёзы на глазах, но он их тут же постарался вытереть, чтобы не показывать их.

– Да, даже в этом мире бывают чудеса.

Буквально через минуту ворота открываются вновь, и к нам выходит женщина лет шестидесяти. Пусть у неё возраст довольно большой, но держится она крепко, по крайней мере, у неё твёрдая поступь и прямая осанка. Рядом с ней шли Аарон и ещё четверо людей с оружием, но наводить его пока никто не собирался.

Сам же я долго не думал, тоже встал с места и пошёл на выход, а рядом со мной пошли Клементина, Мишон, один из солдат Харриса, и Джими. Все (кроме Джима) были в скафандрах, а я, когда подошёл поближе, нажал на кнопку на воротнике, и шлем сложился. Сами мы пошли к центру, между их поселением и нашими авто. И вот мы встали напротив, и даже на некоторое время повисла тишина, ведь мы разглядывали друг друга.

– Да... – протянула женщина, разглядывая нас и наше вооружение. – Когда мне о вас рассказывал Аарон, я сначала даже не поверила, но теперь я вижу, что он не врал. Разрешите представиться, Диана Монро, глава Александрии.

– Айзек Кларк, глава Саванны, и мне хотелось бы попросить вашего разрешения проехать.

– Да, Аарон говорил мне об этом. Хотя есть и другие дороги, например, центральное шоссе.

– Да только боюсь, нам бы пришлось в дорогу отбиваться силой. Был момент, когда нас пытались ограбить, причём довольно нагло.

– Да, в этом нет ничего удивительного. Найти транспорт на ходу сейчас очень непросто, хоть самого транспорта и хватает, но вот чтобы его заправить – это уже проблема, и многие предпочитают пойти лёгким путём грабежа. Скажите, Айзек, можно кое-что с вами обсудить, скажем так, с глазу на глаз?

– Без проблем, давайте отойдём в сторону.

Мы кивнули своим людям, а после прогулочным шагом направились в сторону.

– Как вам наши места? – неожиданно спросила женщина.

– Почти как и везде: природа начинает брать своё, ходячих, кажется, не уменьшается, а люди становятся зверей злее.

Женщина усмехнулась.

– В этом вы правы. Сейчас каждый думает о себе или как минимум о своём поселении, а остальные переходят в условные враги.

– К чему вы ведёте?

Как же мне не нравятся подобные разговоры, когда человек вроде бы и спрашивает ни о чём, но старается вытянуть из тебя как можно больше информации, я конечно, за это не виню, но просто мне это очень не нравится.

– К тому, что мы выживали только благодаря тому, что о нас толком не знали, но теперь, боюсь, это всё изменится.

– Вполне может быть, но к чему это?

– А я веду к тому, что рано или поздно люди начнут объединяться. Кто-то примкнёт по своей инициативе, а кого-то заставят силой, а самых упёртых просто уничтожают, если те слабы. Но, к большому сожалению, у меня здесь не военный город, здесь живут вполне мирные люди: врачи, строители, инженеры... – и тут женщина остановилась, после чего посмотрела мне прямо в глаза. – Скажите, а как вы отнесётесь к нашему... союзу?

***

P.S. на бусти 25 глава.

Глава 12

Когда мы покидали Александрию, я, честно говоря, был в смешанных чувствах, а дело в том, что наши переговоры затянулись аж на целых четыре часа и сводилось всё к тому, что Александрия хочет оставаться независимой, но при этом иметь, скажем так, крепкого защитника или, как говорят в народе, «крышу». Сами они о делах в Вирджинии наслышаны более чем хорошо, ведь Аарон частенько вербовал людей из окрестных поселений, да и сама Александрия была городом не маленьким, и, скажу честно, там действительно ощущался островок спокойствия, а инфраструктура в городе была налажена отлично, люди внутри не бедствовали, и вообще местечко оказалось на удивление приятным, пусть и к нам поначалу отнеслись с недоверием.

Там же, кстати, мы пополнили запасы провианта, в основном овощами и немного вяленым мясом, а сами хозяева поделились, что с патронами у них крайне туго и они всерьёз опасаются, что скоро придётся выходить на Нигана и проситься к нему под крыло, но им этого совершенно не хотелось, ведь тогда пришлось бы пахать не только на себя, но и на него, а они за это время уже привыкли работать исключительно для себя. Я тоже сделал им предложение: если захотят, всегда смогут перебраться в Саванну, там места более чем достаточно... Они, конечно, сказали, что подумают, но по глазам было видно: вряд ли согласятся. Всё-таки бросать такое райское местечко им совсем не улыбалось, да и, честно говоря, на их месте я бы сам не захотел.

В общем, чтобы им было хоть чуточку легче, я оставил три гвоздомёта и немного винтовочных патронов, это была скорее плата за те продукты, что мы взяли в дорогу. Также они рассказали, что в эти края (точнее, в Вирджинию) довольно часто заглядывают люди и попадаются совершенно разные типы: от простых выживших, ищущих крышу над головой, до тех, кто не прочь ограбить и пустить пулю в спину, так что поселение часто пополняется и за это отвечает Аарон, и скажу честно, я даже проникся к нему уважением ведь он выполняет самую опасную и неблагодарную работу: ему надо раскусить каждого новичка, понять его мотивы и прикинуть, впишется ли он в общину вообще, и сделать всё это, не ступая с ним в контакт.

Самому же парню я оставил лёгкий скафандр и ИКС с кинезис-модулем, предварительно настроив всё только под него, коротко объяснил, как пользоваться, и после пары тренировок он уже вполне сносно удерживал предметы силовым полем. Он же, в свою очередь, отдал нам то, что для меня оказалось дороже любого скафандра, а именно полноценную, подробную карту с кучей пометок и заметок, и это было настоящим сокровищем: на ней были отмечены другие людские поселения, разрушенные города и перекрытые пробками дороги, места, где обычно орудуют бандиты и где они чаще всего устраивают засады, а также города, которые либо разбомбили, либо они полностью кишат мертвецами и ещё там много всего... в общем, это была полная карта, дополненная сегодняшними реалиями. Составляли её и сам Аарон, и те выжившие, что попадали в Александрию, и, признаться, я был приятно удивлён количеством отмеченных поселений, а также местами, где часто замечали группы выживших, что уже намекало: там либо поселение, либо как минимум какая-то группа. В общем, при первой возможности нужно будет передать эту карту Харрису, конечно, многое осталось за скобками, всё не запишешь, но даже то, что было нанесено, уже давало огромное преимущество. Так что мне было не жаль расстаться с одним скафандром, который, возможно, спасёт жизнь совсем неплохому человеку.

В общем, с Александрией мы расстались в довольно тёплых чувствах. Теперь они смогут спокойно связаться с Саванной, ведь мы установили там один из ретрансляторов. Как бы то ни было, если они решат покинуть это место, мы примем их с распростёртыми объятиями. Всё-таки там живут строители, врачи и инженеры, которые проектировали этот городок. Но не обошлось без ложки дёгтя, Чарли решил остаться с семьёй, и ему никто препятствовать не стал. Но ладно, он имеет право на счастье.

Сейчас я сидел в автобусе и сам невольно склонился над картой, стараясь изучить её как можно подробнее, жаль только, что в районе Атланты маловато пометок, думаю, Харрис был бы в восторге, если бы она оказалась чуть подробнее.

– Увидел там что-нибудь интересное? – раздался над ухом голос Клементины.

– Честно говоря, да, – я ткнул пальцем в участок дороги, который мы проезжали. – Вот здесь есть пометка о тех, кто на нас нападал, судя по заметкам, это уже не первое их нападение, как мне рассказал Аарон, эти уроды фактически уничтожили несколько групп выживших, лишь единицам удавалось чудом спастись. Схема у них примитивная: либо девушка просит о помощи, либо дорогу преграждает пробка, которую не объехать. Надо будет в любом случае заняться этим Харрису.

– Угу. А что касается Юкатана?

– Ну... к сожалению, очень мало. Но и этого хватает, чтобы понять: по центральной дороге лучше не соваться. Во-первых, там километровые пробки, а вот здесь и здесь, крайне агрессивные люди.

– Ну хоть что-то.

Тут я заметил, как Джими поднялся с места и направился к водительскому сиденью.

– Кенни, смотри внимательно, за поворотом наш пост, вплотную не подъезжай, ребята могут нервничать, остановись возле поворота, я с ними поговорю.

– Как скажешь.

Мы проехали ещё немного, и колонна начала тормозить. Джейк заранее предупредил наших, так что сюрпризов быть не должно, по крайней мере, в случае опасности нас не застанут врасплох.

Когда мы полностью остановились, Джим вместе с семейством Диксонов и Беном вышел из машины и направился к посту. Сам пост выглядел как военная точка пропуска на охраняемый объект: несколько построек, всё обнесено забором из металлической сетки и растянутая вокруг колючая проволока. Бойцы КПП, увидев Джими и компанию, сразу вскинули оружие, но, разглядев своих, убрали. После короткого разговора свои открыли самодельные ворота, тоже из куска забора. Нам махнули рукой, мы подобрали ребят и двинулись дальше.

Проехали почти милю, прежде чем добрались до нужного места, это был когда-то завод... Точнее, огромная заводская территория. Было видно, что в это место вложили неимоверное количество труда: забор вырос, став фактически крепостной стеной, сейчас он был чуть ли не вдвое выше прежнего, за ним виднелось множество вышек и построек. Да и сам завод был далеко не маленьким, конечно не небоскрёб, но сразу видно, что здесь располагалось множество мощностей и производств. Теперь всё это стало одной огромной крепостью, причём практически неприступной. Даже если бы мы согнали всех бойцов со всеми технологиями, я не был бы на сто процентов уверен, что смогли бы здесь что-то сделать, разве что накрыть всё миномётами, да и то наверняка есть укреплённые здания и подвалы, людей тут тоже хватало, ворота были самодельными, но укреплены толстыми кусками железа, такое скорее всего, вышибет только танк. На стенах повсюду ходили люди с оружием, но главной деталью было то, что недалеко от стен торчали колья с насаженными ходячими...

– Жутко тут... – тихо проговорила Клементина. – Зачем так делать?

– Это, скорее всего, Шепчущиеся, – пояснил Джими. – Именно эти твари ведут орды ходячих на живых. Когда отлавливают кого-то из них, то насаживают на кол, чтобы эти мрази как можно дольше мучились.

– Ну разве стоит так делать?

– Стоит. Знать бы ты, что эти мрази творят с выжившими... – он хмыкнул. – Я не буду тебе всего расписывать, но скажу так: если нам каким-то чудом удаётся кого-то спасти, то потом этот человек просто кончает жизнь самоубийством.

Ворота открылись, и мы въехали внутрь. Увиденное поразило даже больше, чем снаружи: это был уже не просто завод, а настоящий город-улей, тут были и жилые самодельные постройки в несколько этажей, и фермы... Запах, конечно, стоял не из лучших. Проехав чуть дальше, я заметил прямо недалеко от въезда импровизированный рынок, где народ что-то менял, покупал и продавал. Транспорт тоже встречался разный, от телеги запряжённой лошадью, до старенького пикапа, который, наверное, гоняет на спирту... если, конечно, Карвер не соорудил тут нефтеперерабатывающий завод.

– Ого, сколько людей! – воскликнула Клементина.

– Здесь в основном весь товарооборот, тут всегда что-то покупают, продают и меняют так что народу из других поселений полно.

На нас и наш транспорт смотрели так, что словами не передать. Всё бы хорошо, да только вот дорогу нам преградили вооружённые люди. Один из них вышел вперёд с автоматом и полез прямо под колёса, придурок! Кенни чуть опустил стекло что бы было слышно, что он скажет. Человек с автоматом в грязной военной форме подошёл к водительской двери и обратился к Кенни:

– Глушите мотор и вываливайте из тачки.

– А с хера ли?

– Ты что, тупой? Тебе сказали выходи из тачки!

И эти индивиды, что стояли впереди, наставили на нас оружие.

– Я сейчас, – произнёс Джим и вышел из автобуса.

Он не спеша обогнул машину, а когда придурки напротив увидели его, то сразу побледнели и опустили стволы. А тот, что стоял у водительской дверцы, продолжал орать и тыкать оружием:

– Я кому, блять, сказал? Из машины вышли, сука, или вам... – и тут ему на плечо легла рука здоровяка. – А?! Ох, бля... Д-Джим, п-привет...

– А я смотрю, у щенка прорезался голос, – оскалился тот своей «добродушной» улыбкой. – Ты ничего, Скотти, не попутал?

– Так это... Мы же не просто... Нас это... – и было видно, как с каждым словом он бледнеет. – Нас это... приказ от Нигана, ну, тачки срочно надо...

– Скотт, ты хоть и тупой, но крайне исполнительный. Только вот сейчас ты делаешь большую ошибку, – он положил ему руку на голову, словно хотел погладить щенка. – И прежде чем на кого-то пёс лаять, ты сначала спроси, кто он.

– Я понял, – тот замер статуей, с опаской смотря на руку Джима.

– Нет, ты не понял. Не переживай, я сделаю так, чтобы ты всё осознал...

В следующую секунду он просто впечатал его голову в дверцу автобуса и раздался глухой стук. Будь там обычная дверь, осталась бы вмятина, но тут бронесталь и мне даже страшно представить, что стало с головой бедолаги.

Сам Джим лишь обтряхнул руки, коротко кивнул бойцам этого придурка. Те в свою очередь моментально подбежали к командиру и оттащили его подальше от колёс. Здоровяк вернулся обратно.

– Можем ехать.

Машина тронулась, и мы поехали вглубь.

– И что это было? – поинтересовался я.

– Воспитательный процесс.

– Вот как? И зачем им наши машины?

– Скотт хоть и тупой, но человек крайне исполнительный... Правда, в большинстве своём всё делает через жопу. Наверняка Нигану для чего-то понадобился транспорт, только этот идиот – он кивнул на того, кто «поцеловался» с нашей дверью, когда мы проезжали мимо – никогда не думает своей головой. Может вытворить какую-нибудь хрень, как сейчас. Обычно я занимался подобными вопросами, но без меня здесь, видимо, начался бардак.

Мы проехали ещё немного и остановились у боковой рампы, которая, видимо, вела к складским помещениям по крайней мере, так было, когда здесь ещё работало производство.

В итоге мы начали выходить из автомобилей. Своих товарищей я оставил возле транспорта, чисто на всякий случай. Семейство Диксонов свалило куда-то в неизвестном направлении, да и Бен тоже убежал, вроде как пошёл искать своего друга, а я вместе с Джими и Клем направился внутрь.

Внутренние помещения тоже претерпели сильные изменения: что-то переоборудовали под склад, что-то под жильё. Всё, конечно, не рассмотрел, но по крайней мере там, где двери были открыты, вполне можно было понять, что находится за ними. Мы прошли по широкому коридору и поднялись на этаж выше, а Джими спросил у одного из бойцов, где Ниган, получил ответ и мы двинулись дальше к большим двухстворчатым дверям.

Джими вошёл без стука и когда мы зашли следом, взору открылась картина: в помещении находилось человек десять, и все что-то бурно обсуждали, тыкая в большую карту на стене. После нашего появления разговоры стихли, и все с недоумением уставились на нас, честно говоря, кто из них Карвер я понять не мог: лица были незнакомые и сейчас нас буквально рассматривали как какие-то экспонаты, и почти у каждого на лице застыло недоумение скорее всего, из-за нашего вида.

Только у одного из них появилась улыбка. Человек выглядел на тридцать пять – сорок, короткая аккуратная бородка, короткие волосы и выглядел он весьма харизматично. Он отошёл от карты, подошёл ко мне вплотную, оглядел с ног до головы, а потом посмотрел мне прямо в лицо.

– Скажи, о чём я тебя попросил, когда мы впервые увидели машину?

Он спрашивал явно не об обычном автомобиле, а о том, что мы называли машиной... Неужели он про инопланетное устройство, которое превратило Луну в мёрзлую пустошь? Если так, то...

– Ты попросил меня довести дело до конца. Ну, я тебе ответил, что мы сделаем это вместе...

– Айзек... Сукин ты сын, – и он сжал меня в объятиях, да так, что я думал скафандр треснет.

Я в ответ тоже сжал его, и, сказать честно, я был рад его видеть. Хотя лицо было совершенно непривычным: в прошлой жизни он выглядел сурово, глаза на всё смотрели с опасением, а здоровый шрам на пол-лица делал его ещё жёстче. Все с недоумением уставились на нас, у некоторых даже рты открылись от удивления. Через некоторое время он отстранился, взял меня за голову и принялся вертеть, рассматривая моё лицо.

– Да уж, тебя прям не узнать, – хохотнул он над собственной шуткой.

– Кто бы говорил, встреть я тебя где-то на улице ни за что не признал бы.

Он провёл рукой по своему лицу.

– Это да, самому до сих пор непривычно.

Тут за столом раздалось деликатное покашливание.

– Кхм, Ниган, мы, как бы, сейчас обсуждаем довольно важное дело.

– Да, вы правы. Айзек, пока присядь, надо, чтоб ты послушал.

– Я извиняюсь, – подал голос пухлый мужичок в очках, – можно ли вообще доверять этому человеку?

– Я этому человеку доверяю больше, чем кому-либо. Уж поверьте, мы с ним прошли через такое дерьмо, что вам бы и в кошмарах не приснилось. – Он перевёл взгляд на Клементину. – Айзек, а кто это с тобой?

– Это Клементина, и ей можно ВСЁ рассказать, так что за её счёт можешь не переживать, – я сделал сильный акцент на слове «всё».

– Мг, ясно. Значит, ты и ты, – он повернулся к столу и ткнул пальцем в двоих, – освободите места, пусть они присядут.

– Это... – начал один из них.

– Резче, блять!

Те подскочили как ошпаренные и встали у стены.

– Присаживайтесь.

Я хотел было заикнуться, что могли бы и постоять, но, уловив его взгляд, всё же решил присесть. Клементина последовала моему примеру.

– Сейчас я тебя введу в курс дела, – он повернулся к карте. – В пригороде Вирджинии есть небольшое поселение. Совсем недавно его чуть не снесла орда, которую ввели одни уебки, думаю Джим о них рассказал, в общем они еле отбились, все укрепления похерены. Тех, кто может держать оружие, – единицы, большая часть либо покусана, либо уже мертва, нам нужно вывести оставшихся живых, предварительно отсеяв тех, кого покусали.

Тут подал голос Джими.

– И поэтому ты послал Скотта, чтобы он нашёл транспорт?

– Да, а вы уже виделись с ним?

– Угу. Пытался у нас автобус отжать.

– Вот же ж грёбаный идиот, вы его там хоть не пристрелили?

– Нет, но очень хотелось.

– Ясно, – он кивнул и повернулся ко мне. – Айзек, что у тебя с транспортом?

– Бронированный автобус, «Хамви», военный грузовик и трейлер.

– Поможешь?

– Помогу. Только мне хотелось бы с тобой ещё кое-что обсудить... про Юкатан.

– Это обсудим в дороге, поверь, мне есть что тебе рассказать.

Дальше он коротко рассказал ситуацию про то поселение и дела там шли не лучшим образом, в течение недели на них нападали ходячие, которых наводили Шептуны. До этого отбивались вполне сносно, но последняя атака оказалась самой жёсткой, поселение чуть не смели с лица земли. Сейчас там куча раненых, да и простых людей, которые оружия в руках не держали, и всех нужно срочно эвакуировать. Только вот транспорта слишком мало, обычно он поручал это Джими, а тот договаривался с торговцами, которые возили товары из других поселений. Естественно, им платили за пользование транспортом, но немного, потому что каждый осознавал: беда может прийти и в их дом, а если кто заартачится то к ним могут и не приехать (случаи уже бывали). Так что лучше дать транспорт и получить хоть что-то, чем отказать и тем самым, возможно, в будущем вырыть себе могилу.

Также был поднят вопрос по поводу боеприпасов, и вот тут уже выступил я... Правда, его товарищи отнеслись к гвоздомётам и плазменным резакам со скепсисом... Зато когда Карвер услышал про это, я думал, у него от улыбки лицо треснет. А когда он ещё узнал, что у нас есть скафандры с ИКС и модулем, а главное спрей, который делает невидимым от ходячих... Я думал, он меня сейчас на руки подхватит и будет носить по всему заводу. В общем, как бы то ни было, мы подоспели вовремя.

Глава 13

Сейчас я наблюдал, как люди Карвера разгружали грузовик, а мы стояли возле моего автобуса, где Дейв и Кенни помогали Джону надеть скафандр. Нам нужно было освободить место в транспорте для людей, и в скором времени мы собирались выезжать.

– Ну вот, готово, – Дейв довольно окинул взглядом Джона. – Модуль подсоединили, сейчас я расскажу вам, как им польз...

Но Карвер просто вытянул руку и модулем подхватил старый автомобильный аккумулятор, который здесь валялся, видимо, ещё со времён начала апокалипсиса. Он поднял его на уровне груди, подкинул модулем вверх, отпустил поле, и когда тот полетел вниз, снова подхватил, а потом спокойно поставил на землю. Все мои знакомые просто рты пооткрывали они не знали, что он умеет им пользоваться. Сам Джон выдохнул, и на его лице появилась улыбка.

– Чёрт... Как же мне этого не хватало. Айзек, а что у тебя с оружием?

– Резаки, гвоздомёты и обычный огнестрел.

– Не густо. А пилорезы, дезинтеграторы, ракетницы, импульсные винтовки...

– Джон, наши противники – ходячие и бандиты, а не... – и тут я себя оборвал на полуслове. – Я думаю, ты понял.

– Угу, понял. Тут я с тобой согласен, но всё же хотелось бы иметь что-то повесомее.

– Поверь, многого не сделаешь... Из-за материала.

– Понятно. Всё-таки ты у нас инженер и в этом лучше разбираешься, а я привык из этого только стрелять.

– Как скафандр?

– Честно сказать... Я скучал по этому чувству. Пусть он и немного в плечах давит, но, твою мать, ты даже не представляешь, насколько сейчас я рад. – Он на секунду задумался, потом спросил: – А стазис-модуль?

– Я инженер, а не волшебник.

– Хех, жаль. Но хрен с ним...

Мы подождали, пока транспорт полностью освободится. Большую часть людей я оставил на базе, а поехали только я, Джон, Клем, пятёрка наших солдат в скафандрах и десяток бойцов Карвера, которых тоже снарядили, правда пока вооружили обычным огнестрелом. Помимо нашего транспорта, люди Карвера нашли ещё пару грузовых машин, и когда всё было готово, мы выехали за ворота.

Сейчас я вместе с Карвером и Клем ехал в «Хамви», так что можно было спокойно поговорить, не опасаясь лишних ушей.

– Джон, я считаю, нам нужно поговорить.

– Согласен. Только... – он слегка кивнул на заднее сиденье, где сидела Клем.

– Как я уже говорил, можешь не переживать, она всё знает.

Он слегка повернулся к заднему сиденью и с улыбкой произнёс:

– И как тебе будущее?

– Не очень, – она передёрнула плечами. – Мне Айзек много рассказывал про этих... некроморфов. Я даже представить не могу, что было бы, если б эти твари появились здесь.

– Да пиздец был бы моментально, за месяц человечество истребили бы точно, ну, может, чуть больше из-за океанов...

– Джон, расскажи, как ты вообще здесь оказался?

– Да хрен его знает. Очнулся вот в этом теле за три года до начала этого пиздеца... – Он ненадолго задумался. – Слушай, Айзек, а на тебя сильно повлияла... ну, личность?

– В каком смысле? – я даже не понял, к чему этот вопрос и что он вообще имеет в виду.

– Ну, блин, как бы тебе объяснить... – он начал барабанить пальцами по рулю, явно собираясь с мыслями. – Дело в том, что у Нигана... скажем так, было до хрена говна под кожей. Ты даже не представляешь, насколько он ненавидел всех окружающих, как он ненавидел начальника и вообще остальных, грубо говоря. Единственная, кого он любил, это его жена, в общем, у меня иногда бывают довольно сильные вспышки агрессии, ну больше чем обычно, хочется кому-нибудь голову битой разбить, да и вообще порой делаю такое, что сам бы я вряд ли стал делать. Хочу сказать, что тело довольно сильно повлияло на мой разум. У тебя так же?

– Эм... – и тут я действительно задумался, пытаясь проанализировать ситуацию. – Сложно ответить на этот вопрос, мы с Риком были во многом похожи, по крайней мере по характеру.

– Ну, тебе повезло, а вот я одно время вообще чуть крышей не потёк. Ты представляешь: после Тау-Валантис я просыпаюсь в мягкой кровати с незнакомой женщиной, кругом какая-то вообще непонятная обстановка, вокруг хрен пойми что происходит... Я тогда еле успокоился.

– Слушай, а что насчёт Юкатана?

Он повернул голову к заднему сиденью и протянул одну руку.

– Как там тебя?

– Клементина.

– Угу, подай, пожалуйста, рюкзак, что я закинул.

Девушка подала ему рюкзак, а тот протянул мне.

– Там в большом кармане лежит папка, возьми, посмотри.

Я залез в рюкзак и достал обычную небольшую папку, в которой, видимо, раньше хранили документы. Внутри оказались фотографии и какие-то бумаги. Взяв фото, я начал их с интересом рассматривать. Ничего необычного я не увидел: обычная нефтяная платформа посреди океана... Или не совсем...

– Эта нефтяная платформа... Она в Юкатане?

– Угу, прямо посреди кратера, а самое интересное, что на ней нефть не добывают.

– В каком смысле?

– Да в прямом, нефтепровода нет а за два месяца, что я следил за этой платформой, туда ни разу не подходил танкер. Зато приходили небольшие корабли, которые привозили провиант, людей и какое-то оборудование.

У меня перехватило дыхание.

– Они... Они нашли его?

– Честно? Не знаю. Но я кое-что пробил. Знаешь, кому принадлежит эта платформа?

– Не тяни кота за хвост. Я очнулся вообще во время апокалипсиса, так что вряд ли знаю здесь больших игроков.

– Платформа принадлежит молодой корпорации... «Альтман Индастриал».

– Нет...

– Да, Айзек, да. А знаешь, какой у них логотип? Думаю, ты догадался – двойная спираль.

– Юнитологи...

– Да и поверь, эту платформу охраняют очень хорошо. – Он тяжело выдохнул. – Я готовился, и готовился очень основательно. Оружие раздобыть в Америке довольно просто, единственное, что нужны деньги. Потому я ушёл со старой работы и занялся делами, которые были далеко от закона, в общем, подрезал машину с инкассацией, перебил пару крупных банд, вычищая все их тайники и заначки, а на все деньги скупал оружие и взрывчатку. И даже нашёл команду отморозков, которая помогла бы мне...

– Так ты уничтожил платформу?

– Нет. Моя жена... Ну, точнее, Нигана, в общем, она сдала меня в дурку, потому что любимый муженёк сильно поменялся. Вообще, меня сначала хотели в тюрьму упрятать, особенно когда в гараже нашли целый арсенал. Правда, повезло, что это была лишь маленькая часть всего, а инкассацию приплести не смогли, адвокат попался вполне хороший, и вместо двадцати лет тюрьмы меня приговорили к пяти годам «лечения». Полгода меня держали под такими жёсткими транквилизаторами, что единственной мыслью было дойти до туалета и не обосраться, а когда всё началось, то мне стало не до Юкатана. Тут главное было самому не сдохнуть. Пусть эти твари и не некроморфы, но крайне заразные, да и люди озверели моментально, особенно когда всякая шваль вылезла наружу. Конечно, я собирался туда поехать, да только сначала у меня начались стычки с бандами, а потом вылезли эти долбанные Шептуны. И эти твари уже пару лет не дают нормально продохнуть. Сейчас у меня с ними просто война на истребление: либо скоро в округе кончатся ходячие, либо что более вероятно кончатся патроны, и тогда, сука, будет вообще грустно. Так что, как бы то ни было, ты приехал крайне вовремя.

– А где вообще обитают эти Шепчущиеся?

– У них нет постоянной базы, они постоянно кочуют и, как грёбаная саранча, сжирают всё, что есть. Потому и отловить их крайне проблематично, а уж когда бензин пошёл по пизде... Можно было бы, конечно, перестроить все машины под спирт, да только при нынешних запасах особо много спирта не выгонишь, тут думаешь, как бы самим от голода не сдохнуть. В общем, понемногу мы начали скатываться в средневековье. Зато я смотрю, ты не бедствуешь, и, сказать честно, я рад, что ты здесь.

В салоне ненадолго повисла тишина. Я в свою очередь думал о том, что вообще пришлось пережить Джону.

– Джон, ты поможешь добраться мне до этой нефтяной вышки?

– Тут без вариантов, конечно, помогу. Но только для начала помоги мне покончить с грёбаными некрофилами, а то эти твари просто сотрут всех здесь с лица земли.

– Без проблем.

Дальнейший разговор шёл на разные темы, но в основном Джон спрашивал о том, что было со мной. Я коротко рассказал ему, как очнулся, как собрал вокруг себя людей, как мы зачистили город, да и про Вудбери немного рассказал.

– Нда... Как-то ты слишком мягко обходишься со своими врагами, – тут он задумался. – Вот, видимо, так личность этого шерифа влияет на тебя. Пацифист, блядь.

И после этих слов я невольно задумался... И возможно, он был прав. Зачем мне было щадить Губернатора и сажать его в «тюрьму»? И то, что было с Лили... И то, как я очень легко принял Карла как сына. Я повернул голову в сторону Клементины... она сейчас просто спала, пуская слюни на обшивку сиденья. Джон повернул голову и усмехнулся.

– Вот у кого крепкие нервы.

– Да, она необычная девочка.

– А она кто тебе? Твоя девушка?

– Нет, она мне как дочь.

– Дочь... А та, с дредами, которая всё рядом с тобой крутится и смотрит на тебя так... своеобразно?

– Ну у нас с ней... Кхм, дружеские отношения.

– Хех, секс по дружбе, это святое.

– Да пошёл ты в жопу, Карвер.

– Мы уже давно в ней, и уже давно из неё не вылазили, причём с прошлой жизни.

– Тут, пожалуй, с тобой соглашусь.

Дальше путь прошёл в относительной тишине, лишь изредка мы с Джоном перекидывались разными фразами. Вообще, хотелось бы нормально поговорить, да только вот приходилось отвлекаться на дорогу, да и местные пейзажи совсем не радовали. Мы ехали по самому пригороду Вирджинии, и было видно, как город когда-то бомбили – многие здания превратились в руины, а что не превратилось, то заросло травой или небольшими деревьями. Природа понемногу начинала брать своё.

Когда мы доехали до места, мы увидели, что здесь тоже окраина, и когда-то здесь был огромный склад, или что-то из производств, и в этом месте жили люди. И сейчас, глядя на всё это, мне приходило в голову только одно слово: «бойня». Вокруг были раскиданы тела ходячих, у кого-то прострелены головы, а у кого-то из этих же самых голов торчали стрелы. Видимо, местные уже понемногу начинали переходить на другое вооружение. Сетка, которая ограждала территорию, в нескольких местах была порвана или вообще повалена, и было видно, как защитники на скорую руку загородили всё разным хламом, постаравшись таким образом сделать баррикады.

Когда мы подъехали, нас вышло встречать несколько человек с оружием. Вид у них был не очень, было видно, что они заляпаны кровью, злые и уставшие. Мы остановились возле въезда и вышли из машины. Вооружённые люди направились к нам, и когда один из них увидел лицо Джона, он подошёл вплотную и ткнул пальцем ему в грудь.

– Почему вы, сука, так долго? Мы вам платим, чтобы вы нас защищали, а вы, твари...

Договорить не успел, получил от Джона в лицо кулаком.

– Хватит истерить. Собирай всех выживших, мы увезём вас отсюда.

Мужчина, что получил по лицу, сидел на земле, закрыв лицо ладонями, и тихо всхлипывал.

– Куда вы нас увезёте? Нигде сейчас не безопасно, эти твари придут вновь.

– Сука, да соберись ты! – Джон схватил его за грудки и слегка встряхнул. – Собирай выживших!

– Моя жена... Мой сын... – продолжал он бормотать, глядя пустым взглядом прямо сквозь Карвера.

– Джон, – я положил ему руку на плечо, – ты же видишь, он сейчас просто в неадеквате.

Джон кивнул, потом повернулся к остальным.

– Ну и чего вылупились? Давайте собирайте всех. ЖИВО!

Те двое подскочили и побежали внутрь лагеря, где спустя меньше минуты начали появляться остальные выжившие. Вид у всех был действительно не очень – сразу стало понятно, что ходячие успели ворваться внутрь и натворить дел. Все подошли к автомобилям и уже хотели загружаться, но мы остановили их, а после по одному начали раздевать и осматривать. Тех, кого осмотрели, грузили в машины. Всего выживших было чуть меньше тридцати...

Раздался выстрел, причём очень близко. Я невольно вздрогнул, и рука сама легла на резак. Повернувшись, я увидел одного из выживших с дыркой во лбу, а Джон стоял рядом с пистолетом в руке.

– Карвер, какого хрена?

– Он был укушен, – проговорил он почти без эмоций. – Следующий.

Тут я вижу, как от общей толпы отделяются несколько человек и начинают убегать. Джон долго не думая берёт у одного из бойцов автомат и короткими очередями убивает бегущих в спину. Я в свою очередь с помощью модуля вырываю автомат из рук, из-за чего он с какой-то злобой смотрит на меня.

– Джон, ты совсем ебанулся? Зачем?

– Да твою мать, Айзек, включи ты блядь мозги и выключи свой пацифизм! Наверняка они были покусаны, и в скором времени они стали бы одной из этих тварей, а эти грёбаные некрофилы привели бы их назад под наши стены!

– А вдруг это были обычные люди, которые просто испугались такого мудака, как ты?!

– Я не собираюсь рисковать своими людьми ради каких-то идиотов. Если они сейчас убежали они сдохли бы в любом случае!

– Ты не можешь этого знать!

– Нет, блять, могу!

Было видно, как его колотит от злости, видно, как он хочет схватиться за пистолет – ещё немного и...

Джон тяжело выдохнул, а после посмотрел мне в глаза уже более спокойно.

– Извини, Айзек, это...

– Я понял, можешь не продолжать.

Видимо, это имел в виду Карвер, когда говорил, что личность тела влияет на разум.

– Да... – он ещё раз глубоко выдохнул, прикрывая глаза. – Но всё-таки так было необходимо сделать. Просто уже не раз под наши стены возвращались те, кто уходил из поселений.

– Я понял. Давай сначала осмотрим, а уже потом будем решать, что делать.

– Хорошо, будешь моей совестью подрабатывать, за полбанки тушёнки в день.

– Эту тушёнку можешь запихнуть туда, где мы, в принципе, и находимся...

Дальше мы начали планомерный осмотр, и когда закончили, у нас оказалось девятнадцать выживших, которые особо не пострадали: в основном это женщины и дети, не принимавшие участия в боях, и пятеро покусанных.

– Ну и что будем делать с ними?

Я посмотрел на людей. Вид у них был крайне потерянный, и каждый осознавал, что его ждёт, честно сказать, я сам не знал, что с ними делать, до тех пор пока один из мужчин не вышел вперёд.

– Извините, мы прекрасно понимаем, что нас ждёт. А потому... – он сглотнул ком в горле, – можно, мы возьмём какое-нибудь холодное оружие и прихватим с собой как можно больше ходячих? Так мы хоть умрём с пользой.

Все переглянулись. Джон подошёл к нему вплотную и положил руку на плечо.

– Хорошо. Ну, если что, постарайтесь уйти как можно дальше. Мне не хочется вновь увидеть вас под стенами. Как твоё имя?

– Алан Сит.

– Я запомню тебя, Алан. Может, я могу что-то сделать...

– Нет. Все, кто был дорог, уже мертвы. Да и я мёртв, а мертвецу уже ничего не нужно.

– Ясно. Тогда прощай, Алан.

– Прощайте. Позаботьтесь о них, – он кивнул на людей, загружавшихся в автобус.

– Это меньшее, что я могу сделать.

А после мы ушли в машину, и когда сели, Джон заговорил:

– Скажи, Айзек... я мудак?

– Пусть ты мудак, Джон, но, как я тебе уже однажды сказал, ты хороший парень.

– Да... Просто иногда благие намерения приводят нас в ад. Помню... Спасибо тебе, Айзек, что ты иногда напоминаешь мне, что нужно быть человеком.

– Не за что, ведь для этого как раз и нужны друзья.

Дальше путь проходил в тишине, мы не разговаривали, да и на душе было как-то противно от всей этой ситуации, хотелось просто помолчать, и это видела Клементина, потому она, как и мы, просто молчала, хотя сказать хотелось многое.

***

От автора: И так, дорогие друзья, хочу объявить, что книга «Инженер среди ходячих» полностью завершена и выложена на «Бусти», хочу отдельно поблагодарить тех, кто поддерживал меня все это время, оставаясь до конца, ваша поддержка просто неоценима. Теперь же, что касается по поводу проды, то я буду выкладывать одну или две главы в неделю, ещё раз спасибо всем большое за поддержку.

P.S. в томе 27 глав.

Глава 14

Сейчас в одиночестве я сидел в импровизированной казарме на обычной старой раскладушке, которая пережила апокалипсис и большую часть населения планеты. В руках у меня были фотографии нефтяных вышек, и на душе было паскудно. Если теория подтвердится, то всё может оказаться хуже, чем есть на самом деле, и ходячие возникли из-за Чёрного Маркера. Только я не могу понять, почему именно всё пошло по такому сценарию, не было ни некроморфов, ни безумия, ни единения, ничего, что могло бы на него указывать.

Ходячие... Что же это вообще такое? Что вообще привело к их появлению? Почему они именно такие, какие есть? И главное откуда здесь взялись юнитологи?

Джон, конечно, успел мне много чего интересного рассказать, ведь он в этом мире оказался намного раньше, чем я. Он подготавливался, делал схроны с оружием, собирался уничтожить ту нефтяную платформу, и я уверен он бы сделал это, если бы не форс-мажор с его «женой». Интересно, а что было бы со мной, если бы я, как и он, попал на несколько лет раньше всего этого? Что бы я чувствовал к Лори, если бы не история с Шейном? Не знаю. Да и вообще, Джон выдвинул безумную теорию, что мы уже просто некроморфы на Тау Валантис, просто именно так умершие видят мир, словно попадая в иллюзию, пока твоё преобразованное тело охотится на остатки выживших... Это, конечно, бред, но всё же заставляет задуматься.

– Я не отвлекаю?

Я поднял голову на голос и увидел перед собой Клементину и сказать честно, даже не сразу её заметил, слишком глубоко ушёл в свои мысли.

– Нет, Клем, просто немного задумался.

Девушка присела рядом, из-за чего раскладушка жалобно скрипнула, я опасался, как бы она под нами не сложилась.

– Просто с тех пор, как мы сюда приехали, ты словно сам не свой.

– Клем... – я слегка скрипнул зубами, – всё хорошо.

– Ну мне-то врать не обязательно.

– Знаешь, Клем, просто на душе такое поганое чувство, будто я забрал чужую жизнь.

– Ты о чём? – девушка выгнула бровь, с непониманием глядя на меня.

– Это... Ты же понимаешь, что я в чужом теле. У Рика была собственная жизнь, свои стремления, семья, а я просто отнял это.

– Не говори глупостей. Ты ведь не виноват в этом, да я думаю, Рик сказал бы тебе большое спасибо, что ты позаботился о Лори и Карле, не дав им погибнуть с тем идиотом, без тебя они бы долго не протянули. Ну и главное ты помог мне, даже страшно представить, что было бы без тебя.

– Ну, наверняка Ли о тебе позаботился бы.

– Ли хороший человек, но, Айзек, и как бы я его ни уважала, ты прекрасно видишь, что к выживанию он не приспособлен. Он хороший педагог, замечательный человек, но он вряд ли смог бы выжить. – Девушка улыбнулась, правда как-то грустно. – Ты спас множество людей, ты научил нас не просто выживать, ты научил нас быть сильными и при этом оставаться людьми. Ты делал удивительные вещи и научил других делать то же самое и стал для меня семьёй. Ты лучшее, что случилось с людьми после того, как мир рухнул.

– Клем, ты просто меня переоцениваешь. Человечество умеет приспосабливаться. Я уверен, что в конце концов человечество вновь возродилось бы.

– Возможно, а возможно и нет. Ты вспомни слова дяди Джона о том, каким человеком был Ниган. Как думаешь, если бы он возглавил поселение, то что было бы?

Я невольно задумался над этим вопросом, и от этого даже немного переколотило, ведь если всё так, как говорит Джон, то Ниган был бы намного хуже и страшнее Губернатора.

– Возможно, ты в этом права, – кивнул я девушке.

– Я всегда права!

Она гордо задрала подбородок, из-за чего получила щелбан по носу. От этого мы немного рассмеялись, и на душе стало легче. Только как бы Клементина ни говорила, что я спас её... На самом деле это она спасает меня. Рядом с ней я не вижу кошмары, благодаря ей я стараюсь оставаться человеком, а не бешеным зверем в человеческом обличье. И именно ради неё и её окружения я стараюсь строить мир, в котором она бы жила не опасаясь никого, и именно она стала для меня дочерью, которой у меня никогда не было.

– Спасибо тебе, Одуванчик, – я обнял девушку, стараясь прижать её покрепче.

– Вот побреюсь налысо и не буду больше Одуванчиком, – буркнула она, но тоже прижалась ко мне.

Мы некоторое время сидели обнявшись, но в этих объятиях не было интима, скорее просто теплота и забота друг о друге. Так как уже был вечер, скоро предстоит поужинать и отдохнуть, но сначала нужно посмотреть, как справляются бойцы Карвера.

Я вышел из казармы и направился к выходу, а Клем ушла в сторону столовой. Когда я вышел из заводского помещения, передо мной предстала картина импровизированного плаца, где сейчас собралась куча народу, наблюдающего за тем, как мои бойцы тренируют людей Джона. Когда-то это была парковка, но теперь здесь разместили самодельные мишени из разного хлама, а кругом валялся мусор, кирпичи, доски, куски арматуры. Кто-то из бойцов пытался пользоваться модулем, кто-то осваивал гвоздомёт, а кто-то просто занимался физическими упражнениями.

Чуть в стороне стоял сам Джон, который с безэмоциональным лицом наблюдал за происходящим. Я подошёл к нему и встал рядом.

– Как у тебя тут? – я кивнул в сторону бойцов.

– Довольно неплохо, хотя хотелось бы и лучше.

– Всё будет со временем.

– Угу. Только если у нас будет это время...

Я невольно перевёл взгляд на него.

– Что-то случилось?

– Случилось, – кивнул он. – Сейчас на юге собралась охренеть какая орда. Наверняка в этом замешаны эти грёбаные некрофилы. Завод-то выстоит, но вот поселения вокруг уже нет. Их просто погребут под телами ходячих.

Я тяжело выдохнул.

– Мирная жизнь нам только снится.

– Да. И что делать с этим, ума не приложу. Здесь людей и так слишком много. Если мы соберём всех выживших и переправим их сюда, скоро начнём сидеть друг на друге, а запасы быстро покажут дно. Если их кинуть, опять же с продуктами проблема, ведь именно они нас ими и снабжают. Здесь у меня военный лагерь, а не фермерское хозяйство, а из того что есть этого хватит лишь на базовый минимум.

– Значит, нужно с ними как можно быстрее покончить.

– Если бы это было так просто, я уже давно истребил бы этих мразей, но эти суки крайне хитрые и изворотливые.

– Значит, нам нужно быть хитрее.

Он скептически выгнул бровь.

– У тебя есть план?

– Скорее его намётки. Скажи, у тебя есть предположение, куда они могут ударить?

– Да. Тут есть поселение недалеко от трассы, что ведёт на Ричмонд. Поселение довольно многочисленное, но защищено хреново. Там большой объём сельского хозяйства, и львиная доля всех продуктов поступает именно оттуда, а ещё к югу от них есть поселение, там живут механики.

– Механики?

– Угу. Именно они переделывают машины под спирт, а также собирают старое оружие и приводят его в порядок, в общем, это два важных поселения, которые терять не хочется совсем. Если эти долбанные любители трупов их уничтожат, это сильно ударит по нам.

– А если их эвакуировать сюда...

Я не успел договорить как Джон перебил:

– О чём ты вообще думаешь? Я ж тебе говорю: продуктов у нас в обрез. Те запасы зерна и кукурузы, что у нас есть это крайне мало. Да и если мы её пустим на паёк, нам просто не из чего будет гнать спирт. Логистика прервётся, что опять же светит голодом. Уже на днях скоро начнут собирать урожай, а если забрать всех сюда кто этим будет заниматься?

– Я не говорю, что будем забирать их навсегда. Можно просто сделать вид, что они не ждут нападения...

– А вместо мирных фермеров будем мы...

– Именно. Если ты говоришь, что там огромная орда, значит и народу нужно много, чтобы ей управлять. Наверняка там будут если не все, то большая часть Шептунов.

– Неплохой план, но опять же, неизвестно когда они ударят, а запасы еды нам нужны были ещё вчера. У меня есть немного другой вариант. Помню, ты как-то упоминал про какие-то спреи, которые делают нас невидимыми для ходячих.

– Есть такое.

– А почему бы нам не зайти прямо в орду и не вырезать этих мразей?

– Судя по тому, что мне описывал Бен, их крайне сложно различить с ходячими из-за масок.

– Угу, – и тут на его лице появилась улыбка. – Именно по этой причине у меня сейчас на складе лежат тепловизоры, которыми пользовались военные. Сможешь их вмонтировать в скафандры?

– Хм... Думаю, я смогу с этим что-нибудь сделать.

***

Некоторое время спустя.

Сейчас по огромному ночному полю шла целая орда мертвецов. Никто точно не сможет сказать их число, включая тех, кто сейчас их ведёт, но счёт явно перевалил за тысячи. Где-то впереди и среди самой орды шли живые, управлявшие мертвецами с помощью разных звуков. Сами они двигались так же, как мертвецы, а маски из кожи мёртвых полностью скрывали лица, что делало их ещё более зловещими, чем сами мертвецы.

– Ударим... на рассвете... – послышался хрипящий шёпот, который фактически нельзя было отличить от гула, что издавали мёртвые.

– Да... Альфа... Нужны новые игрушки...

Игрушками называли тех, кого удавалось взять в плен. Когда Шепчущиеся разоряли поселения, они часто брали заложников, которых также наряжали, как и самих себя. Свои стоянки они часто делали недалеко от орды, а палатки зачастую состояли из кожи мёртвых, и в них можно было спокойно ночевать, не опасаясь орды. Вокруг постоянно дежурили другие Шепчущиеся, которые отводили мертвецов из стаи в сторону, тем самым не мешая развлекаться со своими игрушками. Кодекс жизни был прост: всё берут те, кто могут взять. И они считали себя теми, кто может всё забирать, ведь они были сильны, хитры, а главное умели то, что не умели остальные выжившие: управлять мёртвыми, которые для них стали не просто инструментом, а частью огромной стаи, которую ведёт Альфа.

Сама Альфа была довольно молодой девушкой, ей ещё не было даже тридцати. Все, кто её знают, с уверенностью скажут: она умная, хитрая, жестокая, высокомерная и тщеславная женщина, но главное она решительный лидер, считающий, что в новом мире нужно устранять слабость, в том числе с помощью хладнокровных убийств.

Про саму девушку известно крайне мало. Единственное, что известно окружающим это то что когда-то у неё были муж Фрэнк и дочь Лидия.

Фрэнк не был достойным человеком, он прикладывался и к бутылке, и любил таскать за волосы свою жену... Когда всё началось, они некоторое время скрывались вместе в городе под названием Саванна, в Кроуфорде. Она быстро переняла политику той общины и захотела избавить себя от слабости и первой слабостью, которую она устранила, были её длинные светлые волосы, за которые так любил таскать её муж. С тех пор на её голове отсутствуют любые намёки на волосяной покров, всё сбрито под ноль. Потом, когда Кроуфорд пал, она вместе с семьёй и парнем по имени Эдуард уплыли на одной из лодок. Мужчина показал ей способ оставаться невидимым среди орды, именно он научил их срезать кожу мертвецов, высушивать и использовать как маски. Так они и научились выживать и Альфа считала, что чтобы становиться сильнее... нужно избавляться от груза, который тянет на дно и этим грузом стал собственный муж, жалкий слабак... Дальше находились другие выжившие, принимавшие её силу и ум, и именно тогда её по-настоящему стали называть Альфой.

Количество людей росло и присоединялись новые лица то дух стаи креп, но некоторые из них оказывались слабыми. Закон в стае был прост: если ты не можешь себя защитить, значит, ты слаб, и тогда ты либо умираешь, либо становишься игрушкой в руках сильного. Из-за этого изнасилования и убийства были в стае обычным явлением, ведь всё доставалось сильным, другого быть не могло. Единственное, что печалило Альфу, это то что её дочь не смогла стать сильной и сбежала. Но скоро она найдёт её и научит, как нужно жить.

И казалось бы, они могли править всем в округе, их стая была действительно многочисленна, не только мертвецами, но и живыми. Но на их пути появился тот, кого Альфа слабым не назовёт. Этого человека звали Ниган, или как он любил себя называть, Джон Карвер. Она действительно увидела в нём не просто соперника и врага, а того, кто был сильным, харизматичным, упёртым и таким холодным... От этих мыслей Альфа невольно сжала бёдра, а из уст вырвался стон. Она помнила его, ведь уже была на заводе под видом обычного выжившего торговца. Она прекрасно помнила его черты лица, холодный взгляд, уверенную стойку и видела, как перед ним блеют эти жалкие слабаки, готовые заглядывать ему в рот. Она пришла, чтобы увидеть своего возможного врага, но встретила того, кого хотела бы видеть рядом с собой, того кто поведёт её стаю, кто является таким же сильным, как и она, тот, кто достоин её...

Но встреча не ограничилась лишь тем, что Альфа просто на него посмотрела... Нет. Всё зашло намного дальше, чем кто-либо мог представить. Альфа вновь посетила завод, привезла товары якобы из дальнего поселения, которое действительно когда-то существовало, но те было слабым, и её стая взяла то, что принадлежит по праву силы, то есть всё, включая их жизни. В тот день она смогла увидеться с ним, поговорить и понять, что именно он тот, кого она желает видеть рядом с собой, тот, кто нужен её стае, тот, кто нужен ей...

Тогда, в их встречу, она прекрасно запомнила, насколько он силён, то, как он учит этих слабаков быть сильными... Она помнит, как договорилась о встрече с ним, как взяла с собой выпивку, как они пили, как заходили разговоры... А главное, она помнит, как он взял её прямо на столе своего же кабинета. Как он входил в неё, как заставлял чувствовать себя слабой, как она сама поддавалась этому чувству и отдавалась ему без остатка... И с тех пор встречи стали чаще. Альфа привозила ему то, что им самим не особо было нужно, и каждый раз она искала встречи с ним... Но увидеться получалось не всегда ведь его окружают слабые, которые не дают ему раскрыться по-настоящему, которые тянут ЕЁ Нигана на дно... И в тот момент Альфа решила для себя, что избавит его от этой слабости, и от всех этих слабаков, что окружают его. И тогда она решила действовать проверенным способом, истребить слабых, доказать, как сильно они ему мешают, чтобы он сам увидел и осознал, что он вожак стаи, а не пастух у слабых овец. Когда вокруг не останется слабых, Альфа покажет ему другой путь, свой путь, по которому идёт их стая. И тогда он действительно осознает, что рядом с ним должна быть лишь она... Да, это поможет сгладить углы. Если понадобится, у ЕЁ Нигана будут любые игрушки, какие он захочет. Но главное он будет ЕЁ, будет рядом и поведёт их стаю вперёд.

Рука Альфы скользнула вниз под штаны, а её помощник Бета с интересом наблюдал за своей начальницей, которая сейчас словно забыла, что они находятся посреди орды, и решила немного развлечься.

Сам Бета был сильнее многих, в физическом плане он превосходил практически всех знакомых. До апокалипсиса он был кантри-музыкантом, и музыка была его главным увлечением, но, к сожалению, не очень популярным, и прокормить себя было крайне сложно. Чтобы не голодать, приходилось часто подрабатывать, на стройках или грузчиком в порту. Но он не жаловался, такая жизнь его вполне устраивала... пока всё не рухнуло... А после открылись новые перспективы. Именно Альфа показала ему, что значит быть по-настоящему сильным и брать всё, что пожелаешь. Она научила его, как надо жить, и за это он был ей неимоверно благодарен и предан. Бета видел в ней вожака и готов следовать за ней хоть на край света, ведь благодаря ей у него сейчас столько девушек, что даже не каждый султан мог бы себе позволить. И всё это было его, и всё благодаря Альфе... Только он никак не мог понять её увлечение Ниганом, хотя сам же мог спокойно признать, что видит в нём достойного соперника, но если понадобится он покажет клыки и, если потребуется, сотрёт этого Нигана с лица земли.

Глава 15

Сейчас в салоне автобуса повисла тишина, и каждый думал о своём... А мысли у всех были разные, и практически у всех они были далеки от хороших. Мы собирались въехать в самую огромную орду, которую только видели, конкуренцию ей составит разве что та, из Саванны, которую мы истребляли несколько дней. Слишком много народу мы брать не стали, по крайней мере в самую глубь. За нами, конечно, тоже ехали люди, но они будут скорее на подстраховке. Сейчас в автобусе собрались именно те, кто собирался искать Шептунов, нас всего пятнадцать человек, и каждый вооружён гвоздомётом и облачён в скафандр. Воздух внутри был спёртым, пропахшим потом и металлом, а снаружи, за стенками автобуса, уже начинал доноситься далёкий гул: монотонный, низкий, будто земля гудела от тысяч ног.

Я сидел на кушетке и наблюдал за ночным небом, мелькавшим в окне автобуса. Сам я тоже пойду с гвоздомётом, но резак с пояса убирать не стану. Каждый из присутствующих прошёл очень длительный инструктаж и тренировку, вплоть до того, что делать, если на них навалится толпа ходячих. В основном тут были бойцы Джона, а также пара моих ветеранов. Все остальные мои люди сейчас находились в поселении, на которое и шла эта орда, и они встретят её, если мы не справимся. Мне даже страшно вспоминать, каких усилий и обещаний стоило, чтобы Клементина осталась там, а не лезла с нами.

– Слышь, Айзек, – выбил меня из размышлений Джон по внутренней связи. – Как тебе вообще удалось собрать подобное? Я вот честно, нихрена не помню, как делать что-то, хотя мы вроде с тобой из одного времени. Ну если бы меня кто попросил собрать тот же скафандр я бы ему в лицо рассмеялся.

Я усмехнулся.

– У меня было довольно много практики. Например, когда я выпустился из училища, меня сразу отправили на торговый флот, и вся моя практика проходила на такой убитой посудине... – я невольно покачал головой, вспоминая. – Проще было бы тот корабль отправить на переплавку и собрать новый. В нём было убито фактически всё и когда я впервые увидел, с чем предстоит работать и на чём мы вообще летаем... Джон, ты не представляешь, я думал, корабль развалится прямо в полёте. Мне пришлось практически с нуля собирать станок, чтобы тот печатал запчасти для ремонта. А плазменный резак, который мне вручили... В общем, после станка пришлось делать себе резак и заклёпочный пистолет, чтобы чинить обшивку в открытом космосе. А потом узнаю, что и скафандры довольно старые и убитые, запаса кислорода там всего на сорок секунд.

– Так я думал, торгаши неплохо живут, да и корабли у них все новенькие должны быть.

– Ага. Это у основного флота, который летает по богатым планетам, а на остальных они экономят как только могут. Поверь, если где-то в полёте развалится посудина и весь экипаж погибнет, им намного дешевле купить очередное старое корыто и нанять новых людей, чем пытаться полностью отремонтировать или купить новое. Вот и приходилось делать так, чтобы мы спокойно долетали до планеты и назад. А потом меня заметили одни корпораты... Ну точнее, заметили посудину, на которой мы летаем, и спросили, как до сих пор эта хрень способна двигаться. А когда узнали, что на ней хренова туча перелётов... В общем, так и узнали обо мне и предложили контракт. Я, естественно, отказываться не стал, ну а там уже познакомился с Николь.

Сейчас мы с ним переговаривались по внутренней связи на отдельном канале, так что я не переживал, что нас услышат.

– Ясно. То есть постоянно приходилось сталкиваться с этим, чтобы просто не сдохнуть, и потому сейчас в этом мире мы имеем одного из лучших инженеров.

– Лучший... – фыркнул я. – Ты же скажешь.

– А с хуя ли не лучший? Ты же, блядь, умудрился разобраться даже в инопланетных технологиях.

– Нет, я лишь действовал по подсказкам Серано и других людей.

– Да какая нахер разница? Я уверен, что тогда хрен бы что-то без тебя смог сделать. Так что не неси чушь, ты действительно один из лучших, и это, блядь, даже не похвала, а просто констатация факта. Ты даже представить себе не можешь, как я рад, что ты здесь.

– Знаешь, Карвер, я сам тебя рад видеть...

На мгновение в наушниках повисла тишина, нарушаемая лишь гулом мотора и отдалённым шумом орды, которая становилась всё ближе. Потом Джон неожиданно спросил:

– Как думаешь, Элли может тоже тут? Ну, вдруг...

– Вряд ли, Джон.

– Скучаешь по ней?

– Не знаю. Просто уже столько всего успело произойти, что воспоминания о прошлом как-то блекнут.

– Тут я с тобой не поспорю, пусть я иногда просыпаюсь в кошмарах, но всё же прошлое это прошлое... – он ненадолго задумался, потом видимо решил перевести тему. – А ты нашёл себе девушку?

– Была одна, но расстались мы, скажем, не лучшим образом.

– Каким?

– Ну, она пыталась меня... кхм... казнить за то, что я убил её парня.

На мгновение повисла тишина, а потом в наушниках раздался громкий хохот.

– Хахахаха! Айзек, это у тебя, сука, прям проклятие...

– В этом нет ни хрена смешного.

– Прости... – он отсмеялся и, когда успокоился, продолжил: – Правда, извини, но...

– Можешь не продолжать. Лучше расскажи, что у тебя на личном.

Джон ненадолго замолчал, и я услышал в динамике его тяжёлый вздох.

– Хрень полная.

– Никого нет?

– Нет. Была одна, но она погибла.

– Как это произошло?

– Всё из-за этих грёбаных Шептунов. Она часто приезжала к нам на завод, привозила товары. А потом в какой-то момент перестала. Я тогда собрал небольшую группу и поехал в их поселение, в в итоге приехал на руины. Эти суки просто смели его с лица земли. Там никто не выжил... Твари.

За окном автобуса уже явственно слышалось шарканье тысяч ног, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок... Мы приближались.

– Мы почти на месте, – сказал Джон, переключаясь на общий канал связи. – Всем полная готовность.

Все моментально засуетились, проверяя оружие, скафандры и боезапас,а где-то за стенами уже слышался нарастающий гул тысячи ног шаркали по влажный земле, ведь не так давно прошёл дождь, и от этого звука по спине пробегал холодок.

– Слушай, Карвер, а ты не думал попробовать договориться с этими...

Но он перебил меня, не дав договорить:

– Никаких переговоров с этими тварями, подобные мрази должны быть истреблены. Они должны ответить за всё, что натворили.

И тут начали слышаться удары ходячих об бампер и кузов автобуса, а также противный хруст под колёсами, кости ломались с влажным треском, и от этого звука зубы сводило.

– Используйте спреи, – произнёс я. – Держите баллончики рядом с собой: спрей довольно быстро выветривается на открытом воздухе, так что периодически наносите его заново.

Все мгновенно схватили баллончики и начали обильно пшикать на себя со всех сторон, даже подмышками, словно каким-то дезодорантом, за что моментально получили люлей от Джона, всё-таки у нас его ограниченное количество, и тратить его впустую было бы глупо.

– Всё, мы в центре, – раздался голос водителя по связи.

– Открывай, – скомандовал я.

Двери распахнулись, и к нам тут же попытались вломиться ходячие, но, стоило им почувствовать запах, они сразу отшатнулись от прохода. Впрочем, далеко не ушли, просто начали бить руками и своими тупыми головами по обшивке автобуса, создавая глухой ритмичный стук.

Джон вышел первым, я следом, а все остальные за мной. Ноги ступали по чему-то мягкому и липкому, но я старался не думать об этом.

– Сколько же их тут... – прошептал кто-то из бойцов.

Спрей работал на удивление замечательно. Ходячие не просто не замечали нас, они обходили стороной, словно мы были каким-то препятствием, частью пейзажа, сразу было видно что это намного эффективнее чем просто мазаться их потрохами... спасибо тебе Эдвин. Вокруг прохода, где мы столпились, образовалась небольшая буферная зона никто из мертвецов не спешил закусить нами.

– Знаешь, Айзек, не знаю, кто там у вас сделал этот спрей, но он, сука, гений, – сказал Джон, оглядываясь.

– Да, Эдвин был довольно головастым парнем.

– Да уж, жалко терять таких людей. – Он тяжело выдохнул, потом переключился на общий канал и произнёс громче: – Включайте тепловизоры, вы знаете, что делать.

Кнопку включения тепловизоров я установил на запястье скафандра, чтобы было проще управлять. Стоило активировать и мир мгновенно изменился. Всё вокруг стало тёмным, будто я смотрел сквозь густой туман, сами ходячие выглядели чуть светлее, они вырабатывали тепло, но в очень малых количествах, так что спутать их с живыми не составит труда. Тёплые пятна людей горели ярко, как факелы в ночи.

– Работаем парами. Расходимся. Доклад каждые пять минут.

Нас было четырнадцать, плюс водитель в автобусе и мы разбились на семь групп и медленным шагом двинулись в разные стороны, держа наготове гвоздомёты. Оружие было довольно тихим, лишь лёгкие щелчки и свист снарядов, но сейчас эти звуки тонули в монотонном гуле и шарканье тысяч ног.

Стоило нам немного отойти от автобуса, как тот засиял, словно новогодняя ёлка, а из динамиков установленных на крыше полилась музыка, старая рок-группа, с хриплым гитарным рифом. Ходячие тут же начали стягиваться к источнику шума, не обращая на нас ни малейшего внимания. Это была ловушка: собрать их в одном месте, чтобы затруднить Шептунам возможность прятаться среди мёртвых.

– Айзек, на четыре часа, – произнёс Карвер, поднимая гвоздомёт.

Я тоже посмотрел туда, куда он указал. Среди ходячих, словно яркое солнце, виднелся живой человек. Тепловизор выхватил его чётко, и я успел заметить, как его голова дёрнулась, а он завалился на землю, не издав ни звука.

Мы прошли чуть дальше. Ходячие не мешали, а звук из автобуса полностью перекрывал лёгкие щелчки наших гвоздомётов.

– Видим троих, – раздался голос в наушниках. – Двое нейтрализованы, один прячется за ходячими и уходит к югу.

– Принято, вижу его, – отозвался другой боец. – Всё, готов.

– У нас ещё двое, но они возле самого края орды, на западе от автобуса. Скорее всего, сейчас уйдут.

– Принято. Далеко эти твари не уйдут.

И тут мы услышали рёв двигателя и в поле зрения появился военный «Хамви» с пулемётом на крыше. Он промчался вдоль края орды, дал тяжёлую очередь и яркие пятна на тепловизорах погасли.

– Готовы ребятки, – раздался голос, и машина рванула прочь. Мертвецы мгновенно переключились на гул от автобуса и снова потянулись к нему, как мотыльки на свет.

– Джон, смотри... – я ткнул рукой в сторону, не веря своим глазам.

– Что там... Твою мать, вот же ж хитрозадые сукины дети!

Мы увидели телегу, запряжённую мёртвыми ходячими, Шептуны, видимо, перевозили на ней всё своё барахло: тюки, бочки, какие-то ящики.

– Слышь, Карвер, а ты не думал мертвецов запрягать в плуг? Представь, какая продуктивность была бы на полях.

– Хех, я уже, сука, вижу эту картину... Ладно, не отвлекайся.

Воздух вокруг нас был плотным, пропитанным смрадом и гарью, но мы продолжали идти туда, где среди холодных тел всё ещё горели живые огоньки.

Пройдя ещё немного, я увидел чуть вдалеке целых шесть светящихся силуэтов, ярко горевших на фоне холодных тел ходячих. Долго не думая, я подхватил модулем камень и запустил его в одного из них тот дёрнулся и завалился в толпу. Джон, заметив мои манипуляции, тоже не стал медлить и выпустил небольшую очередь гвоздей, ещё две светящиеся фигуры упали на землю. Остальные, поняв, что мы их видим, начали прятаться за ходячими и старались уйти в сторону. Один из них сорвался с места... идиот. Он тут же раскрыл себя, и ходячие моментально погребли его под собой. По-моему, он даже не успел крикнуть только хриплый всхлип, и всё.

Двое оставшихся, всё так же прикрываясь мертвецами, пытались отходить, но Карвер начал методично вышибать ходячим мозги, чтобы те не мешались благо ходячие вообще нас не видели, и даже резкие движения нас не выдавали. Когда линия огня освободилась, ещё один Шептун пал. Последний, видя, что ему не сбежать, схватил что-то с пояса, и мне тут же прилетела пуля в бронепластину на плече глухой удар, и я почувствовал резкую боль, которая тут же перешла в тупое нытьё. Этот маневр не остался незамеченным ходячими его же товарищи-ходячие тут же погребли его под телами мертвецов, и оттуда донеслось влажное чавканье и треск ломаемых костей.

– Айзек, ты как? – спросил Джон, бросив быстрый взгляд.

– Нормально всё, просто будет мелкий синяк.

Мы двинулись дальше, пока Джон не остановился и не произнёс в общий канал:

– Всем доложить свой статус и обновить спрей.

По внутренней связи начали раздаваться голоса.

– Группа два, у нас пятеро на счету. Потерь нет.

– Группа пять, потерь нет, двенадцать убитых Шептунов...

Когда все отозвались, кроме одной группы, Карвер тут же спросил:

– Группа шесть, вы не отозвались! Отвечайте живо!

В ответ тишина, лишь гул орды и шарканье тысяч ног.

– Группа три и семь, проверьте.

— Принято, выдвигаемся.

Мы снова двинулись дальше, по пути встречая одиночных живых, которые быстро получали по гвоздю в голову каждый выстрел сопровождался лёгким шипением и глухим стуком падающего тела.

– Говорит группа три, – раздался голос в динамике, – мы нашли шестых, они мертвы.

– Что произошло? – голос Джона стал жёстче.

– Судя по ранам: одному свернули шею, а у другого в спине между пластинами торчит кусок мачете. Похоже, на них напали изнутри орды слишком близко было.

– Твою мать, – выругался Карвер. – Смотрите в оба, проверьте всё!

– Принято.

Мы продолжали идти, и вокруг всё ещё слышался монотонный гул тысячи ходячих, привлечённых звуком автобуса, колыхались, как тёмное море. Вдруг по связи снова раздался голос:

– Говорит «пикап три», вижу предполагаемый лагерь Шепчущихся. В клетках сидят несколько человек, а также видны дозорные. Вокруг есть мертвецы, и, видимо, по этой причине по нам ещё не открыли огонь.

– Где вы находитесь? – спросил Джон, не сбавляя шага.

– К югу от орды, примерно полторы мили от основной массы.

– Принято. Пикап два и «Хамви» поддержите их. Заложников освободить, но держать под прицелом. Остальных в расход, как закончите с этими, прибудем к вам.

– Слушай, Карвер, – вмешался я, – может, пускай постараются взять хотя бы нескольких в плен? Вдруг есть ещё другие базы?

– Здравая мысль, – кивнул он. – В общем, постарайтесь взять в плен несколько этих тварей. А не получится, то и хер с ними.

– Принято, командир.

Мы прошли ещё немного, и орда стала более жидкой, основная масса ходячих собралась возле автобуса, который теперь светился и гремел музыкой, привлекая их как магнитом. Мы не переживали, что он застрянет среди тел у нас был план: после зачистки автобус заглушит двигатель, мы раскидаем вокруг звуковые ловушки, висевшие на поясах, и когда орда отхлынет, он спокойно выдвинется, собирая нас по пути.

Когда орда стала совсем жидкой, Шептунов стало намного проще высматривать и пристреливать их, доклады о нейтрализации практически не прекращались. Эти твари насобирали вокруг себя действительно много людей, живых людей.

Вдруг в наушниках раздался истерический крик:

– А-а-а-а-а! Господи, нет... А-а-а-а-а!

А потом влажный хруст, от которого кровь стыла в жилах.

– Я вижу его! Огонь, огонь! Что ты, сука, не сдох... Ааа...

Мы с Джоном переглянулись. Мы уже были с краю орды, и живых вокруг больше не осталось. Молча, без лишних слов, мы развернулись и направились туда, где предположительно находилась третья группа по перекличке выходило, что это были именно они. Земля под ногами была влажной и скользкой, и каждый шаг отдавался глухим звуком, словно мы ступали по чему-то, чему уже не суждено было ожить.

Карвер шёл впереди, я следом за ним. Потом в какой-то момент он резко обернулся и крикнул:

– Айзек, сзади!!!

Я резко развернулся, и мне в шлем прилетел здоровенный кулак, буквально откинув меня в сторону. В глазах тут же начало двоиться но я успел разглядеть перед собой здоровенного амбала, по сравнению с которым Джими выглядел бы лилипутом. Человек был полностью покрыт свежей грязью, и в спектре тепловизора он был едва заметен и почти сливался с фоном. Он моментально рванул на Джона, да с такой скоростью, что я едва успел это различить. Джон открыл огонь несколько гвоздей вбились ему в плечо, но судя по всему, в него стреляли уже не раз: на теле виднелись кровавые следы от вытащенных гвоздей.

Он снова взмахнул рукой, и гвоздомёт Джона улетел в сторону и с хлопающим звуком упал в грязь. В следующую секунду здоровяк поймал Карвера за шею и приподнял над землёй, а второй рукой сжал его шлем, начав сдавливать с такой силой, что послышался противный скрип металла, буквально через секунду он сорвал лицевую пластину.

– Ниган... – вырвался зловещий шёпот из-под маски. – Ты сдохнешь. Ты не заслуживаешь её...

Ходячие почему-то не обращали на него внимания и только сейчас я заметил, что у него из кармана торчит один из наших спреев, видимо подобранный у мёртвых бойцов.

Меня сильно мутило, но я всё же сорвал резак с пояса, но прицелиться не мог, так как в глазах двоилось, а рука дрожала и я боялся, что попаду в Джона. Но Карвер не сплоховал: раздался короткий гул модуля, и в его руке оказалась острая ветка, которая мгновенно вошла в подбородок великана с глухим влажным хрустом. Тот ещё секунду простоял, сжимая Джона, потом ладонь разжалась, он сделал два шага назад и просто рухнул на землю с тяжёлым ударом, и во все стороны полетела влажная грязь.

– Сука, – выдохнул Джон, потирая шею. – Ну и здоровая же блядина. Ты как?

– Нормально, – произнёс я, поднимаясь на ноги и пытаясь сфокусировать взгляд.

– Отряды, доложить статус... Блядь, шлему пиздец.

Я заметил, как некоторые ходячие начали заглядываться на него, запах крови, видимо, привлёк их внимание и открытое лицо. Но Джон не растерялся: он спокойно подошёл к мёртвому здоровяку, стянул с его лица маску из кожи мертвеца и надел её на себя. Мёртвые тут же сделали вид, что его не существует, вновь погрузившись в свой монотонный гул.

– Айзек, свяжись с нашими, – скомандовал он.

Я запросил статус, и все отряды начали отвечать один за другим судя по докладам, зачистка Шептунов была полностью завершена. Теперь нам предстояло отогнать орду в сторону, чтобы можно было сесть в автобус и выдвигаться к лагерю Шепчущихся, чтобы покончить с ними окончательно. В воздухе всё ещё витал запах крови, пота и разложения, а где-то вдалеке продолжал гудеть автобус, привлекая к себе мёртвых.

Глава 16

Сейчас мы стояли в сторонке и наблюдали, как ходячие расходятся в разные стороны, по крайней мере туда, где сработали звуковые ловушки. Автобус пока ещё не начал движение и было видно, как начинают подтягиваться наши, жаль, конечно, что некоторых ребят потеряли, и пустые места в строю напоминали об этом с каждой минутой.

– Слушай, Джон, а что вообще имел в виду тот придурок?

– Ты о чём?

– Ну, он сказал, что ты её не достоин. Что он имел в виду?

Джон пожал плечами.

– Да хер его знает, что у этих психопатов на уме. Они же психи долбанные, кто в здравом уме будет ходить среди мёртвых и жить как в грёбаном стаде?.. Ну и вонища тут.

И тут сзади раздаётся голос:

– Командир, а мы вас... – и мы одновременно оборачиваемся. – Ах ты ж блядь!

Парень моментально схватился за гвоздомёт и чуть не выпустил в Джона пару гвоздей... Ну да, видок у него был ещё тот, особенно если учесть, что на лице маска из кожи ходячего. Благо, боец быстро сориентировался и опустил оружие, тяжело выдохнув.

– Эм... командир?

– Давай только без глупых вопросов, – Джон тяжело вздохнул, но всё же решил пояснить: – Шлем у меня накрылся, пришлось изворачиваться.

– Понятно, – протянул тот, переглянувшись с остальными. – Там же наши подтягиваются.

Спустя некоторое время подошли ещё люди. Мы забрали тела погибших – двое уже успели обратиться в ходячих, пришлось их успокоить. Правда, это было непросто: гвоздомёты броню не брали, и мы валили их на землю, снимали шлемы и с помощью отвёртки отправляли окончательно в мир иной. Тела мы забрали на базу там и похороним.

Когда ходячие разбрелись подальше, мы забрались в автобус. По пути подобрали ещё несколько бойцов, которые ушли сильно далеко. Когда все выжившие были в сборе, мы поехали туда, где предполагался лагерь Шептунов.

Пока ехали, все делились впечатлениями и сводились они в основном к тому, что «я чуть не обосрался» или «скафандр придётся чистить». Никто из них не ожидал, что спрей работает настолько хорошо, среди ходячих они чувствовали себя как рыба в воде. Не зря проходили все те тренировки. Да и каждый тут знает характер Карвера: им проще прыгнуть в зубы ходячему, чем ослушаться приказа... Нда, личность Нигана довольно сильно на него легла, но при этом он сам себя не потерял, скорее просто подстроился. Из вечно хмурого бойца Джон стал харизматичным и жёстким, и в его голосе теперь звучали стальные нотки, которых раньше не было.

Характер у него действительно сильно изменился... И только сейчас, начиная анализировать своё прошлое, я понял, что мой характер тоже изменился. Похоже, я и Рик стали едины... Тфу, сука...

– Ты чего? – Джон, похоже, заметил, как меня переколотило.

– Да так, – я тяжело вздохнул. – Просто думаю насколько тело влияет на сознание.

– Что, никогда не думал, что окажешься в другом мужике? – и тут я вижу, как на его лице расползается улыбка.

И кажется, я только сейчас осознал, что он имеет в виду.

– Да пошёл ты на хер, Карвер. Тфу.

– Хахахаха! – заржал он на весь автобус, да так, что все обернулись. После того как отсмеялся, он вытер слезу и уже более серьёзно посмотрел на меня. – Знаешь, Айзек, просто не думай об этом. Ты должен понять одну вещь: то, где мы сейчас это не наш выбор, мы просто как лягушки в блендере, нас закинули, и теперь приходится вертеться как можем. Так что просто прими это как факт и живи дальше, самобичеванием ты ничего не добьёшься, только усугубишь.

Я посмотрел на него скептически, чувствуя, как внутри немного отпускает.

– Ты где вообще такого нахватался?

– Ты не забывай, я в дурке провёл довольно много времени. Там уже наслышался всякого.

– Нда...

К нам повернулся водитель автобуса.

– Кажется, мы почти на месте.

– Кстати, Карвер, а когда ты снимешь эту хрень с лица?

– Какую... – он приложил руку к лицу. – Бля...

А после сорвал с себя маску ходячего и уже собирался кинуть её на пол.

– В автобусе не мусори.

– И что мне теперь эту мерзость в руках держать?

– Я бы посоветовал выкинуть в окно, ну сейчас там так смердит, а воздух тут только очистился и ты без шлема.

В итоге он просто швырнул её на стол, а та соскользнула на сиденье. Далее мы ехали ещё около пяти минут, пока автобус не начал сбавлять ход. Остановились, и мы начали выходить.

Что я могу сказать о том, что представлял из себя лагерь Шепчущихся? Грубо говоря, дикари. Здесь были как простые палатки, так и сделанные из кожи ходячих – от них тянуло гнилью, смешанной с сыростью. Тут же стояли самодельные клетки, сбитые на скорую руку из разного хлама, ржавой арматуры, досок и кусков сетки. Валялись какие-то ящики, которые сейчас грузили в один из пикапов. Вокруг были разбросаны тела в масках, а также виднелась кучка выживших, которые сидели на сырой земле, прижимаясь друг к другу. Рядом с ними стояли охранники в скафандрах из моей бригады они держали гвоздомёты наготове, но было видно, что напряжение уже спало.

– Айзек! – мне махнул рукой мужчина возле «Хамви» и судя по голосу, это был Кенни.

Я подошёл к нему и спросил то, что волновало больше всего:

– Как у вас тут дела? Что с потерями?

– Да нормально всё. Одного из наших правда зацепило, пуля прошла между пластинами, но думаю, жить будет, если затягивать не станем. Повезло, что у них огнестрела почти не было. Только вот в живых никого не смогли взять эти придурки дрались до последнего.

Сзади подошёл Карвер и заговорил:

– Хреновенько конечно, ну туда им и дорога, в что насчёт огнестрела это не удивительно. Тут много не постреляешь, особенно когда тебя окружает вонючее войско. Воздух вокруг и так пропитан смрадом, а выстрелы только привлекают лишнее внимание.

– Угу. А у вас что там? – спросил Кенни с интересом.

– Четверых потеряли, но Шептунов вроде всех перебили а если кто и остался, то разбегутся как тараканы от включённого света.

– Это радует, надеюсь, эти твари больше не побеспокоят. – Кенни повернулся и махнул нам рукой. – Пошлите, осмотрим выживших. Один из этих пид... Кхм... В общем, похоже, держал здесь целый гарем.

В итоге мы все вместе направились к выжившим и когда подошли практически вплотную, Карвер замер, словно увидел призраков, а потом с его уст сорвалось одно слово:

– Диана...

Я проследил его взгляд и увидел, как он смотрит на одну из девушек, что сейчас была побрита налысо. Вообще, она немного отличалась от остальных пленниц у тех взгляд был как у дохлой рыбы, они казались сломленными и практически ни на что не реагировали. А эта девушка, увидев Джона, расплылась в улыбке.

– Мой Ниган... – протянула она шёпотом, и в этом шёпоте слышалась странная нежность.

– Джон? – я вопросительно посмотрел на него.

– Это... Это Диана. Я... Я говорил тебе о ней.

– Это та самая?

Но он не ответил просто подошёл к девушке и стиснул её в объятиях. Та прижалась к нему, словно искала защиту, и я заметил, как её плечи дрогнули.

– Мой Ниган... Ты пришёл за мной...

– Всё будет хорошо, Диана. Теперь я рядом.

Мы с Кенни тактично отошли в сторону, давая им время побыть наедине. От лагеря всё ещё тянуло гнилью и сыростью, но этот момент встреча двоих среди всего этого ада казался почти нереальным.

– Повезло твоему другу, – сказал Кенни, покосившись на обнимающуюся пару.

– Да, Джону очень повезло. Всё-таки чудеса иногда случаются.

– Ага, лишь бы только они хреновыми не были. Да и вообще, она какая-то мутная.

Я выгнул бровь.

– Чего так?

– Да в ней вообще какого-либо страха не чувствуется, словно её тут не в плену держали, а в гостях. И этот её вечный бред, что он скоро придёт...

– Ну, возможно, она имела в виду Джона.

– Наверно, плевать на чужие тараканы в голове, своих хватает.

– Согласен, Кенни, – я вздохнул, оглядывая лагерь. – Ладно, давай соберём всё ценное, что здесь есть, и свалим уже наконец.

– Угу. От этого места у меня мурашки по коже. Уже назад к Кате хочу...

Мы понемногу начали собираться. Всё было бы хорошо, если бы одна из пленниц не подошла к телу убитого Шептуна, не взяла его мачете и не вскрыла себе горло на глазах у всех. От этого вида меня переколотило, а в мозгах невольно всплыли воспоминания о том, что творили люди после «знакомства» с обелиском... Эти твари просто поломали девушек. Повезло, что эта Диана ещё выглядит более или менее адекватной, хотя от её улыбки мне становится не по себе. Но в принципе, такое пережить и не поехать головой, нужно иметь неимоверную силу воли.

– Айзек, глянь.

Я подошёл туда, куда меня позвал один из военных Харриса. Сказать по правде, от этого вида мне чуть не стало тошно: в небольшой яме лежали кучи трупов, причём довольно свежих. Запах разложения смешивался с сырой землёй, и от этого воздуха хотелось надеть назад шлем, который я недавно снял.

– Похоже, это были пленники, – констатировал он.

Рядом заговорил ещё один боец.

– Похоже на то. Только вот почему эта пятёрка... Кхм... четвёрка выжила? Почему их не убили?

– А смысл их убивать? Они же и так уже в состоянии овоща. Их даже из клетки приходилось выводить.

Я стоял и смотрел на кучу тел, и не мог понять что-то важное. Словно что-то ускользало от меня, но я никак не мог ухватить эту мысль. Решив пока отбросить лишние мысли, я повернулся к бойцам:

– Закопайте яму. Это единственное, чем мы можем им помочь.

Развернулся и пошёл в автобус. Кроме меня, внутри никого не было, а потому я просто сел на стул возле рации и подпёр голову, чувствуя, как в висках всё ещё пульсирует боль от удара.

– Как же я устал... – тихо проговорил я в пустоту.

Тут раздался голос по внутренней связи:

– Ниган, ты на связи?

– Говорит Айзек Кларк. У него связь накрылась, говори через меня, я ему передам.

– Я разведку проводил в миле от лагеря труполюбов. Увидел их отряд причём довольно большой, около пятнадцати человек. Они перешли реку и скрылись в лесу. Что мне делать? Со мной трое.

– Ничего. Преследовать их в лесу может выйти нам дороже. Возвращайтесь в лагерь, скоро будем уезжать.

– Принято, возвращаемся.

Значит, перебили не всех... Это очень плохо. Возможно, кто-то из их главарей уцелел. А лагерь этот, видимо, оставили как приманку, чтобы нас задержать. Да и самих Шепчущихся тут было не слишком много: в самой орде мы перебили человек сорок, плюс в лагере меньше двадцати... Проклятие. Это ж сколько у них людей? И почему они убили пленных, оставив только этих девушек? Вопросы, ещё раз вопросы, на которые я не мог найти ответы, по крайней мере сейчас, когда голова вообще не работает. Ночь выдалась бурной, да и черепная коробка до сих пор гудит после того удара.

Тут слышу звук и в автобус заходят. Оборачиваюсь и вижу Джона вместе с его выжившей пассией.

– Всё, присаживайся, отдыхай, – говорит он ей. – Ты в безопасности, и никто тебя больше не обидит.

– Спасибо, – тихо отвечает девушка.

Она присела на сиденье, и её взгляд упал на маску ходячего, которую я так и не удосужился выкинуть. Она взяла её в руки и уставилась на неё абсолютно нечитаемым взглядом и в этом взгляде было что-то такое, от чего по спине пробежал холодок. Джон, увидев её реакцию, тут же выхватил маску и выкинул в открытую дверь.

– Извини за эту мерзость, – сказал он. – Скажем так, это был трофей.

– А хозяин маски? – аккуратно спросила девушка.

– Здоровяк такой? Можешь не переживать, больше он тебе вреда не причинит. Да и никому больше.

Девушка на секунду замерла, глядя в дверной проём, куда улетела маска. Я решил аккуратно поинтересоваться:

– Ты видела этого человека?

– М? – она вынырнула из своих мыслей. – Да... Его называли Бета.

Тут уже заговорил Джон:

– Скажи, Диана... Прошло ведь много времени. Я был в том вашем поселении... – было видно, как он старается подобрать нужные слова, но выходило так себе.

– Они хотели, чтобы я присоединилась к ним, – тихо ответила она. – Я... я нравилась Бете, а потому со мной не спешили что-либо делать. Хотели, чтобы я на добровольной основе перешла к ним.

– Ну теперь можешь не бояться, – сказал Джон, и в его голосе послышалась сталь. – Я рядом.

– Знаю, – она подняла на него глаза и улыбнулась той же странной улыбкой. – Ты сильный. Я с тобой... мне не будет страшно.

Я не стал больше слушать их воркование, а просто надел наушники и связался с Клементиной. К тому времени, пока я с ней поговорил и узнал, как у них дела, в лагере уже закончили, и мы выдвинулись обратно на завод. Дорога прошла вполне спокойно. Единственное, что бросалось в глаза, девушка Джона от него вообще не отлипала, а с её лица не слезала улыбка, словно ей подарили планетарный потрошитель и ещё пару планет в придачу. Я не стал на этом заострять внимание, а просто облокотился на стол и вырубился.

Когда пришёл в себя, мы уже заезжали на завод. Джон и Диана ушли вглубь, а я наконец-то спокойно развалился на кушетке в автобусе. Даже из скафандра не вылез, так и завалился в нём спать, чувствуя, как усталость наваливается тяжёлым грузом. Начинало темнеть. Я уже почти провалился в сон, как вдруг дёрнулся, осознав, что кто-то устраивается у меня под бок.

Приоткрыв один глаз, я увидел перед собой чёрные волнистые волосы.

– Одуванчик, ты уже большая девочка, чтобы спать рядом.

– Я боялась за тебя, – тихо прошептала Клементина, и в её голосе послышалась знакомая детская нотка, от которой на душе стало чуть теплее.

Я помню: когда в детстве её мучили кошмары, она невольно прибегала ко мне и ложилась под бок. Пожалуй, так мы помогали друг другу справиться с пережитым дерьмом.

– Это не повод.

– Ещё как повод. – Она уткнулась носом в плечо и уже через мгновение её дыхание стало ровным. – Спокойной ночи, Айзек.

Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть, чувствуя, как её тепло разливается по телу, смывая остатки напряжения.

– И тебе спокойной ночи, Клем.

***

Утро начинается не с кофе, а с волос, которые лезут в нос. Клементина была тоже в скафандре (но без шлема), и, пожалуй, удивительно то, что кушетка под нами не сложилась, а выдержала с достоинством все невзгоды и тяготы. Аккуратно поднявшись, я заметил, что на соседней кушетке спит Мишон, и уже представил, как она заведёт старую шарманку по поводу Клементины, но плевать.

Я аккуратно вышел из автобуса и направился вглубь завода, туда, где обычно обитал Джон. Сегодня у нас предстоял важный разговор по поводу Юкатана. Сразу, конечно, мы не сорвёмся с места, а скорее всего в течение пары дней он утрясёт здесь всевозможные вопросы, чтобы однажды не приехать на руины. Также надо будет связаться с Харрисом и организовать поставки оружия, которое мы производим в Саванне. Запас спрея тоже надо пополнить, вчера почти весь ушёл.

Джон как-то сказал, что постарается взять с собой как можно больше народа, но я отговорил его от этой затеи, ведь чем больше людей, тем больше понадобится продовольствия, и парой ящиков сухпайка здесь никак не обойдёшься... Вообще, по этому поводу у нас вышел довольно жаркий спор. Джон говорил, что огневой мощи много не бывает, я же доказывал, что огромная толпа будет излишней, лучше взять небольшое количество, но хорошо подготовленных и экипированных. Всё же тех же скафандров мы привезли в обрез, а когда Харрис сможет выслать новую партию, ещё неизвестно. Конечно, можно было бы обойтись и без всего этого, вооружившись обычным огнестрелом и простой укреплённой одеждой, но опять же транспорта на ходу не так уж много, да и тот в основном у Джона служит для поставок продовольствия и перевозки людей, да и то что есть работает на спирту, и вряд ли хватит топлива доехать до Юкатана.

Спор я оборвал одним простым аргументом: припомнил ему Тау-Валантис и то, что нас там была далеко не целая армия. В принципе, он с этим согласился и сейчас предстояло полностью всё обсудить. Надеюсь, он не занят.

Глава 17

Пока я шёл по тёмному коридору... Действительно тёмному, потому что почему-то свет не горел, в душе начало закрадываться нехорошее предчувствие. Во-первых, по этому коридору обычно ходят охранники, но сейчас было крайне пусто, словно все вымерли. Пришлось достать фонарик из поясной сумки, с ним я не расставался со времён зачистки строительного торгового центра. Возможно, просто накрылся генератор, либо решили экономить, но всё равно...

– Какого... – проговорил я, наступив на что-то мокрое.

Опустив фонарик на бетонный пол, я увидел лужу крови – небольшую, но этого хватило, чтобы под моим железным сапогом противно хлюпнуло. Я опустился на корточки, внимательно осматривая её. Создавалось впечатление, что здесь лежало тело, а потом кровавый след тянулся к боковой двери. Долго не думая, я взял резак, включил на нём фонарик и подойдя к двери, толкнул её ногой.

Передо мной предстала следующая картина: двое ходячих догрызали какую-то девушку. Все они были свежие, совсем недавно обратились, и, судя по всему, не от укуса ходячих, у одного была вскрыта глотка, а у другого до сих пор в спине, в районе сердца, торчал нож. Стоило мне только осветить их, как они подняли на меня головы и буквально через секунду получили по заряду плазмы. Девушку, от греха подальше, я тоже добил ударом тяжёлого сапога в голову раздался влажный хруст, и тело замерло, которое начинало уже шевелиться.

Проклятие. Нужно быстрее бежать к Джону, надеюсь, с ним всё в порядке и он объяснит какого хера здесь творится. Я вышел из помещения, закрыл дверь и двинулся дальше по коридору, не выпуская резак из руки. Тут же активировал шлем, закрывая лицо. На следующем повороте я увидел ходячего с кухонным ножом воткнутым в шею, снова вспышка плазмы, и верхняя часть головы просто испарилась, оставив только запах горелой плоти.

Вот ещё один поворот и я увидел дверь, ведущую в покои Джона. Возле неё имелись свежие пятна крови, но трупов не было. Я подошёл к двери, толкнул... заперто. Долго не думая, выбил её ногой и начал резаком освещать помещение. Это было что-то вроде спальни, рабочего места и мини-оружейной одновременно, на стенде возле стола с бумагами аккуратно висели стволы разного калибра. Сам Карвер нашёлся прямо в центре комнаты: он лежал на полу, а вокруг него осколки стекла и огромная лужа крови...

– Карвер... Нет...

Я подошёл ближе, навис над его телом и в следующую секунду он распахнул глаза. Похоже, уже решил обратиться... Долго не думая, я навёл резак на его голову. Он хрипел, а потом...

– Ты... что делаешь... придурок...

– Карвер?!

– Нет, блять... – он сел на пол и обхватил голову руками, скривившись от боли. – Сейчас будешь звать меня Жанна Д'Арк, блядь... Как же башка раскалывается...

И только сейчас я понял, что это не кровь... похоже вино. Осколки от винной бутылки об этом явно намекали, но запаха я не чувствовал из-за шлема.

– Карвер, что произошло?

Его лицо резко поменялось, словно он вспомнил что-то важное.

– Где Диана? – спросил он, поднимаясь на ноги и слегка пошатываясь.

– Да мне откуда знать.

Он подошёл ко мне, положил руки на плечи и с паникой в голосе сказал:

– Нужно срочно найти её. У неё совсем крыша поехала, предлагала мне править грёбаными труполюбами... – он тяжело выдохнул, и в его голосе послышалась сталь. – Айзек, оказывается, мы даже половину не перебили, не знаю, что она задумала, но мы должны остановить её.

Я даже не успел ничего ответить: Джон заметался по комнате, из ящика под кроватью достал целый скафандр, судя по всему. Он надел его меньше чем за двадцать секунд, схватил резак из того же ящика, повесил на пояс. Мы вышли в коридор, и я всё же спросил:

– Так что у вас произошло?

– Похоже, ей хорошенечко промыли мозги, – ответил он, проверяя оружие на ходу. – Она предлагала мне всех бросить и отправиться с ней шататься среди трупов. Мол, там только сильные собираются, и вообще, я своё превосходство доказал, когда хлопнул Бету, а тот был сильнейшим в их грёбаной стае...

– Пиздец... – вырвалось у меня. – Так что будем с ней делать?

– Ну, постараемся вправить ей мозги, а если нет... придётся их вышибить.

Пока мы шли по коридору, освещая путь фонариками с резаков, Карвер более подробно рассказал о том, что произошло. Сначала, когда он привёл её на базу, всё было хорошо, даже замечательно. Девушка от него не отлипала и старалась никуда не отпускать, даже в туалет он вырывался с трудом. В общем, у них была крайне бурная ночь, а потом, когда они более или менее остыли друг от друга или скорее просто переводили дыхание для нового раунда, она начала рассказывать ему о том, какими плюсами обладают Шептуны. Мол, там живут одни сильные и берут всё, что хотят, а у такого, как Джон, вообще был бы целый гарем на загляденье султану, и все самые лучшие продукты, да и вообще всё самое лучшее. Карвер списывал это на пережитый стресс, мол бедняжка много пережила и чуть-чуть тронулась головой. В принципе, там, наверное, любой бы тронулся. Джон большую часть её слов просто пропускал мимо ушей, попутно прикидывая, где найти толкового психиатра... Только вот большинство мозгоделов уже жрут эти самые мозги, и где найти подобного специалиста, он не представлял. Уже хотел сам разыскать нужную литературу и попытаться что-то с этим сделать, а потом в какой-то момент она вроде бы расслабилась, а затем произнесла бред по поводу того, что его окружают слабые, и пока он от них не избавится, то не поймёт, каково это быть сильным. Джон комментировать не стал, лишь тяжело вздохнул, а после того, как Диана, видя, что он никак не реагирует на её предложения, вырубила его нахер бутылкой и он пришёл в себя и увидел меня, стоящего над ним с резаком, направленным в его голову.

– Нужно найти её, пока она не натворила дел, – проговорил Джон, стараясь максимально ускорить шаг, хотя куда мы шли хрен его знает, скорее просто наугад. Наши шаги гулко отдавались в пустом коридоре, и каждый звук казался слишком громким.

– Уже натворила, на ней уже как минимум четыре трупа: трое в подсобке, один на другом перекрёстке.

– Сука... – выругался он. – Что же ты творишь, дурочка...

В итоге мы вышли на территорию завода, с другой стороны, где сейчас была стоянка наших. Лагерь Джона ещё спал, в принципе как и почти все обитатели. Только на выходе стоял один из бойцов, одетый в военную форму и с автоматом, лениво переминаясь с ноги на ногу, а вокруг было тихо... слишком тихо для военного лагеря.

– Ты, – ткнул Джон в него пальцем. – Здесь проходила бритая налысо девушка?

– Нет, сэр.

– Ясно. – Джон на секунду задумался, потом указал на стену за спиной солдата. – Так, боец, а почему это хрень нарисовано на стене?

Мужчина повернулся к стене, пытаясь разглядеть на ней... Да хрен его знает что, вполне обычная стена, без единого пятна. Только вот Джон уже не медлил, он схватил резак с пояса, приставил его к затылку парня и спустил курок. Голова отлетела в сторону, тело осело на бетон с глухим ударом.

– Какого хера, Карвер! – проговорил я, глядя, как тело дёргается в последней агонии.

– Он не из наших, – спокойно проговорил тот, убирая резак. – На нём была форма лейтенанта, а я каждого из них знаю лично, ведь я сам назначал.

От этих слов я невольно поймал ступор, а потом до меня начал доходить весь смысл.

– Так значит, Шепчущиеся в городе...

– Похоже на то.

И тут вдалеке раздался душераздирающий крик, от которого сердце ушло в пятки. Долго не думая, мы сорвались с места и буквально через тридцать секунд прибежали к месту. Увиденное заставило кровь стыть в жилах пятеро ходячих буквально разрывали какого-то мужика на куски. Западные ворота были распахнуты настежь, и внутрь заходили новые ходячие, шаркая ногами по бетону. Часовые, которые должны были стоять на воротах, тоже быстро обнаружились, именно они сейчас рвали того мужика. Наверху, на вышках, люди вообще не предпринимали попыток остановить вторжение, судя по маскам из кожи ходячих, это уже были далеко не наши. Заметив нас, они тут же открыли огонь.

Мы укрылись за углом здания завода, и я невольно посмотрел на Карвера.

– Какого хера здесь вообще происходит?

– Херня полная. Похоже, эти твари устроили диверсию.

Мне бы ещё хотелось спросить, как подобное можно проморгать, но я и сам знал ответ: я невольно вспомнил, сколько торговцев сюда приезжает из других поселений. Территория довольно открытая, пусть и охраняется, здесь долгое время царили мир и порядок, потому сюда спокойно приезжали из других поселений, чтобы поторговать. По сути, этот завод, где обосновался Джон, был центром снабжения и он находился между ключевыми поселениями. А Шептуны в этих поселениях вроде как не появлялись, а если и появлялись, то вместе с ходячими, проверяя тех на зубок. Так что приехать сюда под видом каравана не составляло труда. Нападение тут не ждали ведь здесь сосредоточены все военные силы, всё вооружение и большое количество боевых единиц, наподобие как у нас в Саванне. В общем, пытаться как-либо штурмовать это место крайне глупо... Ну, видимо, глупыми оказались мы, раз не учли диверсию.

Хотя момент для нападения они подобрали крайне удачно. Во-первых, после всего пережитого ребята сильно расслабились и не удивлюсь, если вчера вечером был какой-нибудь праздник или они просто набухались. Ведь все думали, что с Шепчущимися покончено, и главная угроза Вирджинии миновала. Но, похоже, нас заставили так думать и сейчас мы горько за это платим, ведь где то совсем рядом раздавались крики и стоны ходячих.

Джон модулем подхватил старый поддон, на секунду выглянул из-за угла и запустил его в человека на вышке. Тот слетел вниз, и ходячие тут же принялись пировать их чавканье и хруст костей смешались с гулом стрельбы. Мы вышли из укрытия и открыли огонь по ещё одной вышке у ворот. Пусть там и было укрытие, укреплённая позиция, но резаки прожигают всё. Человек, спрятавшийся за листами железа, был быстро нейтрализован. Мы сорвались с места, побежали к воротам, по пути модулями добивая ходячих, уже успевших войти. Боеприпасов было немного, приходилось экономить заряды для живых.

Поднявшись по лестнице, мы дёрнули рычаг, отвечающий за ворота но те не отреагировали.

– Сука! Эти твари, похоже, заклинили механизм.

Пока Джон возился наверху, я спустился вниз, чтобы попробовать закрыть ворота вручную. К сожалению, они слишком большие, модулем не сдвинуть.

И тут по внутренней связи раздался голос Мишон:

– Айзек, какого хрена здесь происходит?! У нас под автобусом ходячие шляются!

– Диверсия! Похоже, мы перебили не всех! Мишон, срочно собирай наших, проверьте южные ворота и удержите жилой район! Не дайте прорваться!

– А ты?..

– За меня не переживай, мы с Джоном на западных воротах.

– Я могу помочь!

– Не нужно! Присмотри, чтобы Клементина никуда не влезла!

– Хорошо, но ты береги себя!

– Вы тоже!

Пока я говорил, я схватился руками за край ворот и с огромным трудом начал тянуть их на себя. На мне тут же повисла пятёрка ходячих они пытались прокусить шлем и скафандр, их руки скребли по броне, но было не од этого. Я не обращал внимания, ведь сейчас нужно было закрыть ворота любой ценой. Процесс шёл медленно: ворота оказались неимоверно тяжёлыми, но сантиметр за сантиметром они поддавались. Ходячие буквально облепили меня, как муравьи жука, и я уже чувствовал, как ноги начинают подкашиваться.

И тут, когда казалось, что меня сейчас погребут под телами, ворота резко поддались и пошли легче. Я почувствовал, как становится свободнее, Джон отдирал ходячих от меня, отбрасывал в сторону и раздавливал их головы тяжёлыми ударами.

– Я освободил механизм! Теперь можно закрывать в ручную! – проговорил он, опуская ногу на голову очередного мертвеца. – Гребаные тараканы!

Он помог мне освободиться, и мы вместе навалились на створки. Первая закрылась, а вторая быстрее, потому что Джон действительно освободил механизм, и теперь ворота легко поддавались. Когда засовы с гулким лязгом встали на место, Джон выдохнул, вытирая лицо.

– Вот же дура тупая... Что же она натворила... Как ей промыли мозги!

– Сейчас не об этом нужно думать там рядом бой!

Недалеко раздавались выстрелы и судя по интенсивности, там шло жёсткое сражение. Мы наспех замотали ворота цепью и рванули на звук. И вышли, между прочим, крайне удачно: бойцов Джона зажимали десятка людей в такой же военной форме, как и его собственные. Только Карвер узнал своих мгновенно особенно здоровяка Джимми. Мы открыли огонь прямо в спины диверсантам и многие даже не поняли, что их убило. Тела падали с глухими ударами о бетон, и в воздухе запахло свежей кровью и палёным мясом.

Когда с ними было покончено, мы подошли к Джими и двум десяткам его людей, часть из них были ранены.

– Ниган...

– Хуян! – заорал Карвер. – Какого хера вы проебали нападение?! Джим, мать твою, где все посты, где, блять, люди?!

– Так... Это ж ты приказал, чтобы большую часть людей сняли... Что бы они расслабились...

– Я?! – Джон так закричал, что бедный здоровяк вжал голову в плечи. – Джимми, ты совсем умом тронулся?! Я приходил и приказывал?!

– Ну... не ты... Я вчера заходил к тебе... там в кабинете была лысая девушка. Она просила передать, что ты приказал всем расслабиться... Ну а потом ты подтвердил.

– И как я, блять, это подтвердил?! – Джон замер на мгновение, и лицо его поменялось. – Твою мать...

После этих слов он с размаха пнул деревянный ящик и тот отлетел в бетонный забор и разлетелся в щепки. Я подошёл ближе.

– Джон?

– Да... – он выдохнул, проведя рукой по лицу. – Было такое. Но я тогда был сильно выпивший и на эмоциях. Да и приказ был немного не такой... Сука... Как она всё обыграла.

Ненадолго повисла тишина. Карвер махнул рукой, видимо, не желая ничего пояснять, и повернулся к здоровяку:

– Значит так, Джим. Сейчас найди кого сможешь и, сука, любой ценой удерживайте ворота. Любых подозрительных личностей – расстреливать на месте, неважно, кто к вам подойдёт, всех, сука, пристрелить. Часть людей отправишь на зачистку территории. Если что поможете людям Айзека удержать жилой район. Никого, сука, не выпускать и не впускать. Будут возникать сразу пулю в лоб. Понял?

– Да. Только у нас патронов мало.

Джон тяжело выдохнул, а резак в его руках ходил ходуном.

– Так идите в оружейку и возьмите! Или вас, блять, за ручку нужно водить?

– Когда я уезжал, я оставлял тебе свой ключ, – спокойно проговорил Джим, видимо, привыкший к таким срывам. – А назад его не забирал сам понимаешь, некогда было. Заведующего складом мы не нашли, так что ключ есть только у тебя.

Было видно, как Джон старается взять эмоции под контроль. Он глубоко вдохнул, и, когда заговорил снова, голос звучал уже ровнее:

– Ты прав... Идём в оружейную.

– А ключ у тебя с собой? – поинтересовался Джим.

– Ага... – Джон поднял резак. – Вот ключ от всех замков.

В итоге я, Джон, Джим и ещё десяток бойцов двинулись обратно на территорию завода, а остальные что были вооружённые, ушли к воротам. Как только вошли, увидели картину: в коридоре валялась пара ходячих с пробитыми головами, а на одном из них сидел Бен и методично добивал его разводным ключом, стараясь раскрошить череп. Рядом лежал ещё один (живой) мертвец в его шею вцепился здоровенный пёс со светлой шерстью и сейчас тряс его, как тряпку. После того как ходячий окончательно перестал подавать признаки (не) жизни, Бен поднял на нас глаза.

– Айзек? Ниган?

– Что ты тут делаешь, мелкий? – решил поинтересоваться Джим.

– Так это... мы в оружейную...

– Кто мы?

– Ну я, Дэрил и Мёрл. Они сейчас пошли дальше, а я тут чтобы не было сюрпризов в спину.

Мы кивнули ему и пошли дальше. Бен пристроился рядом, а возле его ног крутился этот здоровенный пёс, тяжело дыша и изредка скаля мокрые от крови зубы.

Когда мы прошли дальше по коридору, увидели Дэрила и Мёрла, те пытались вскрыть дверь, но получалось хреново. Дверь была массивной, металлической, с очень толстым металлом, и зазоров практически не было. Мёрл стоял с погнутой монтировкой в руках.

– О, а вот и высокое начальство прибыло.

– Отойди, – коротко приказал Карвер.

Диксон отошёл в сторону. Джон поднял резак, выстрелил в замочную скважину и от неё осталась лишь дыра, а после он взял дверь за ручку и спокойно открыл.

– Вооружайтесь.

Когда я вошёл внутрь, невольно присвистнул стволов тут было до хрена, и ещё немного сверху. Видимо, этот арсенал копился годами: здесь было всё от простых револьверов до противотанковых установок. Правда, боеприпасов к ним было не так уж много, и это бросалось в глаза.

И тут по внутренней связи раздался голос Клементины:

– Айзек, ты меня слышишь?

– Да, Клем. Что случилось?

– Мы тут поймали лысую подругу твоего друга. Она была с какими-то мутными ребятами. Что нам делать?

Джон мгновенно переключился:

– Держите их на мушке. Мы сейчас будем.

Долго не раздумывая, мы сорвались к жилому району. Там обнаружился наш автобус и «Хамви», а также баррикада вокруг них, которые видимо сделали на скорую руку с помощью модулей. И помимо всего прочего кругом валялись тела ходячих и вооружённых людей... Видимо, их пытались взять штурмом.

Нас узнали сразу и пропустили внутрь. На коленях стояла Диана, а рядом ещё двое мужчин с разными травмами. Девушка, как только увидела нас, тут же улыбнулась.

– Мой Ниган...

Джон нажал кнопку на воротнике и шлем сложился. Он опустился на корточки перед ней, и в его глазах читалась такая усталость, что даже мне стало не по себе.

– Диана... Зачем?

– Я же тебе говорила, глупый, – она говорила мягко, почти ласково. – Я хочу, чтобы ты сам понял: тебе здесь не место. Ты хищник, а не пастух. Ты должен быть с нами... Ты должен быть рядом со мной.

– Я и так был рядом с тобой... – Он покачал головой. – Это просто бред. Неужели тебе хочется жить среди подобных мразей и ходячих? Что же они там сделали с тобой?

Девушка улыбнулась и улыбка показалась мне крайне искренней.

– Никто ничего со мной не делал.

– Никто? – в его голосе послышался скепсис. – Тогда почему ты слушаешь этих уродов и помогаешь им?

– Ниган... – она выдохнула, и в её голосе послышалась гордость. – Я их не слушаю. Я ими командую. Я Альфа.

Она смотрела на него с улыбкой, а все окружающие просто охренели... включая меня.

– Поверь, мой Ниган, вместе мы были бы Альфой и Омегой... Началом и концом. Мы могли бы править всем этим континентом, брать всё, что пожелаем. А вместо этого ты водишься с этими жалкими слабаками, которые без тебя даже чихнуть не могут. Идём со мной и мы навсегда будем вместе.

Джон поднялся, приложил ладони к лицу. Было видно, как его колотит, как распирают противоречивые эмоции. А потом он убрал руки и лицо его стало пустым, безжизненным.

– Так получается, всё это время Альфой была ты?

– Да, мой милый. Я старалась только ради тебя. Я сделаю всё, чтобы мы были вместе. Ты поймёшь меня.

– Нет... – сказал он тихо, но твёрдо. – Я тебя никогда не пойму.

– Жаль.

В следующую секунду она выхватила резак с пояса Клементины и наставила его на Джона.

– Тогда ты не достанешься никому...

Резак издал сухой щелчок...

Но выстрела не последовало...

Я увидел, как мои ребята начинают хихикать. Мишон, стоявшая в стороне, просто заржала. Да и я сам не удержался приложил руку к лицу... Смешно... И грустно.

Воздух вокруг нас был тяжёлым, пропитанным запахом пороха, крови и разочарования, а в руках у Дианы всё ещё был этот резак... бесполезный без ИКС, как и все её планы.

Зато Джон не стал церемониться, он снял с пояса резак, навёл его, и в следующую секунду тишину разрезал сухой, негромкий щелчок, даже не выстрел, а скорее короткий выдох плазмы. Голова Альфы дёрнулась, отделилась от тела и с глухим стуком прокатилась по бетонному полу, оставляя за собой тёмный влажный след. Тело ещё мгновение стояло на коленях, а потом завалилось набок с тяжёлым ударом.

На мгновение повисла гробовая тишина. Кто-то ахнул, кто-то выдохнул с облегчением, но никто не проронил ни слова, а в воздухе пахло горелой плотью и озоном от разряда резака. Джон опустил руку с оружием, и я заметил, как его плечи слегка опустились словно вместе с этой головой упала часть его тяжести. Он смотрел на тело несколько секунд, потом перевёл взгляд на меня: пустой, усталый, но спокойный.

– Всё, – сказал он коротко, убирая резак на пояс. – С этого момента... больше нет Альфы.

Глава 18

Ещё почти неделю всё поселение ходило ходуном, везде искали врагов, проводили инструктажи, тренировки. Казалось бы, вторжение Альфы должно было больно ударить по людям Джона, но критических «ран» удалось избежать. Плохо стало бы, если бы Альфа вместе со своими прихвостнями добралась до жилых районов, там живут в основном работники ферм, торговцы, матери с детьми и прочий мирный контингент и них есть своя инструкция: если где-то начинается стрельба, они запираются у себя на все засовы и стараются не лезть под руку... А если бы их перебили, завод наполнился бы ходячими, и многим было бы неприятно стрелять в своих знакомых и возможных родных, ведь у многих бойцов там живут семьи.

Что касается потерь среди бойцов, то, как выразился Джон, они вполне приемлемые: тридцать четыре мёртвых, семерых пришлось пристрелить, они были покусаны, двоим отсекли конечности в надежде остановить заражение, потому что укусили недавно... Не повезло. Вообще, нападение было действительно неплохо спланировано, если бы не мои люди, бойня была бы ещё больше. Честно сказать, никто не подозревал, что руководителем Шепчущихся окажется девушка Джона. Сам Карвер был... немного подавлен. Поначалу он ходил с абсолютно каменным лицом – будто ничего не произошло, а когда дела более-менее встали на свои рельсы, он скинул всё на Джима и решил потратить день на «пшеничный сок без мякоти»... На самогон, в общем то. Естественно, меня потащил с собой, хотя я и не против, самому нужно было расслабиться.

Шептунов, кстати, выслеживали ещё долго, хотя, как оказалось, их переловили в первые два дня, сложно затеряться там, где каждый друг друга знает. Всех пойманных повесили прилюдно, прямо в масках, а потом тела просто вывесили на стену, где они ещё повисят некоторое время, а уж потом их успокоят окончательно. Это, конечно, варварство, но как примитивное запугивание вполне сойдёт.

Орду, которую насобирали Шептуны и не успели загнать сюда, мы вывели к старому котловану, предварительно заминировали все там, и взорвали всё, что могло рваться. Но перебил ли взрыв всех ходячих сразу? Нет. Зато с раздробленными конечностями (а у некоторых они и вовсе отсутствовали) они стали не опаснее тараканов. Часть орды, где-то треть, уничтожили, но не полностью и этим уже займутся люди в скафандрах, которых через несколько дней доставят люди Харриса и плюс ещё гвоздомёты, ведь боеприпасы к ним найти легко, и даже можно использовать повторно, если сильно заморочиться.

И вот, когда все мелкие дела были окончены, завтра нам предстояло ехать в Юкатан. Сегодня мы с Джоном решили просто выпить, в его спальне, он же кабинет, царил откровенный бардак, по крайней мере возле стола, где мы сидели, валялись пустые бутылки. Всё выпитое неплохо ударило мне в голову, но не настолько, чтобы прям лицом в салат.

– Вот КАК?.. – Карвер разводит руки в стороны. – Как, блять, такое вообще могло произойти? Почему именно она, а, Айзек? Почему именно она?

– Не знаю, Карвер.

– Сука, как я ненавижу этот мир! – Он ударил кулаком по столу, и вся стеклотара подпрыгнула, жалобно звякнув. – Вроде бы тут и намного безопаснее, ходячие же не некроморфы. Но, сука, тут люди зверей злей! Всегда найдётся какой-то еблан с комплексом бога, а остальные как грёбаные бараны будут следовать за ним.

Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как алкоголь приятно разливается по телу.

– Вот тут, Джон, ничего удивительного нет. Большинство людей привыкло, что за них всегда решают, а они просто делают своё маленькое дело. Боязнь брать ответственность... Возможно, это даже к лучшему. Если каждый будет грести под себя, начнётся ещё тот пиздец, каждый будет считать себя исключительным.

Вроде сейчас и бред пьяный несу, но по крайней мере он меня понимает.

– Ну что, сука, мешает идти за нормальным лидером?

Я пожал плечами, чувствуя, как пол под ногами слегка покачивается.

– Да хрен его знает, Карвер. Множество факторов: страх, мировоззрение, да ещё с десяток всякой херни.

– Ну это понятно, – он потянулся за новой бутылкой, – но, блин, как же это бесит! Тут, наоборот, надо делать так, чтобы человечество не вымерло, а делается всё с точностью до наоборот. Знать бы ты ещё, что мне пришлось пережить, когда начался весь этот пиздец. Сколько людей пришлось перебить особенно тех, кто начал грабить других. Юнитологи были просто ебланами и фанатиками, а эти же... Я даже не знаю, как их назвать.

Он замолчал, уставившись в пустоту, и я видел, как в его глазах отражаются все те годы, что он провёл в этом аду.

– Мне жаль, Джон, что тебе пришлось это пережить. В принципе, у нас местами было не особо лучше, тоже находились индивиды, которые считали, что их дело единственно правильное решение, а остальные просто ошибаются... Ик... Ну по крайней мере, по их мнению.

– Вот... Ты даже не представляешь, как меня иногда корёжит от Нигана... Ну, настоящего. Я вот прям смотрю на некоторых личностей, и ты не представляешь, насколько сильно мне хочется взять бейсбольную биту и раскрошить ему башку, да так, чтобы мозгами заляпало всё вокруг. Как меня, сука, иногда перемыкает. Тебе же с этим повезло? – Он откупорил бутылку и сделал пару больших глотков, крякнул и вытер губы тыльной стороной ладони. – Ху...

Протянул бутылку мне, а я взял, ощущая в пальцах прохладное стекло.

– Ну... Отчасти. Рик действительно был хорошим парнем, который искренне хотел помогать другим, – я сделал глоток и скривился и крепкий самогон обжёг горло и разлился теплом по груди. – И часто он поступал по совести. Только вот... И меня порой тянет на какие-то тупые подвиги, хотя, сказать по правде, я на это даже не обращал внимания... Ну, то, что личность влияет... Ну, точнее, тело на личность... Короче, ты меня понял.

– Угу. По крайней мере, тебе не хочется разбивать головы битой.

– Ага. За то порой чувствую себя героем третьесортного боевика. Взять, например, момент, когда я полез в Вудбери. Видишь ли, тогда мне вообще не хотелось проливать чью-то кровь, ни своих бойцов, ни мирного населения. Я полез туда фактически с голой жопой... – я снова взял бутылку и отпил, чувствуя, как алкоголь расслабляет мышцы. – Ху... Ты понимаешь, я тогда считал это единственно правильным решением. Хотя сейчас начинаю всё переосмысливать и понимаю, насколько это было глупо, я мог просто тупо сдохнуть. Но нет, тогда я считал, что чуть ли не умнее всех и поступаю правильно. Или взять момент с латиносами... Старый я, наверное, их просто перебил бы, чисто от греха подальше. Но нет... Тфу.

– Нда... – Джон взял у меня бутылку, и та звякнула о край стола, когда он ставил её обратно. – Смотрю, у тебя тоже оказывается нехило так корёжит... Знаешь, наверное, было бы проще, если бы нам не достались воспоминания этих тел. Тогда, может быть, и было бы всё по-другому. Ты помнишь момент, когда начинал вспоминать?

– Угу. Этот момент лучше бы вообще забыть, думал у меня башка просто взорвётся, в ушах звенело, а перед глазами всё плыло.

– Ага, неприятная хрень. Я вообще, когда в доме с женой Нигана проснулся, чуть её не придавил, испугался, не понял, где я. Потом заперся в ванной, и вот там меня начала выкручивать и накрывать воспоминаниями, а потом в больничке сказали, что было несколько микроинсультов.

– А мне в моей больничке никто ничего не сказал... Потому что все были мертвы.

Мы оба заржали. Смех был не весёлый, скорее нервный, с иронией, от которой самим становилось горько... Похоже, мы уже набухались. Бутылка снова пошла по кругу, и в голове словно ваты набили, всё плыло, звуки стали приглушёнными, а собственные мысли вязкими.

– Слушай, Айзек... – Джон запнулся, глядя в пустоту перед собой. – А когда у нас вообще наступит светлая полоса?

– Наверно, когда сами перестанем лезть во всё это дерьмо... Ик...

– То есть никогда? – спросил он, прищурившись.

– То есть никогда, – констатировал я факт и почувствовал, как где-то внутри накатывает усталость.

Джон поднял бутылку.

– Так давай выпьем за то, чтобы это «никогда» кончилось ещё вчера...

Я взял бутылку, приложился к горлышку, и тёплая жидкость потекла в горло. А что было дальше уже не помню. Всё поплыло, смешалось в одно тёмное пятно, и я провалился в пустоту, где не было ни ходячих, ни Шептунов, ни этой проклятой войны.

***

– Ммм...

Этот мучительный стон издал мой организм, когда я попытался открыть глаза. Во рту было настолько противно, словно там сдох десяток некроморфов и сейчас благополучно разлагается. Голова ныла так, будто по ней прошлись тяжёлым молотом, да и в теле было не лучше, каждая мышца ныла, словно я всю ночь таскал бетонные блоки... Без модуля.

Буквально через несколько секунд я почувствовал, как в подбородок утыкается прохладный стакан с водой. Я моментально прилип к нему и выпил за пару глотков, только вот, кажется, в желудок ничего не попало, а вся жидкость впиталась исключительно в пересохший язык. Приоткрыв один глаз, я увидел склонившуюся надо мной Клементину, а рядом Мишон, они почему-то смотрели на меня с улыбками.

– Как себя чувствуешь?

– Хорошо... – прохрипел я.

Их улыбки стали ещё шире, видимо, понимали, что это далеко от правды. Я повернул голову и начал осматриваться. Судя по всему, я был в автобусе, но как я здесь оказался абсолютно не помнил. За окном уже было светло, и где-то вдалеке слышались голоса.

Я начал осматривать себя и к своему удивлению понял, что я абсолютно голый, прикрытый лишь лёгкой простынёй, которая сползла почти до пояса.

– Что вчера было?..

– Ну, ты вчера предлагал Клементине замуж, – выдала Мишон с совершенно серьёзным лицом. – И она согласилась.

Я тут же подорвался... но забыл, что над головой находится полка, в которую благополучно врезался с размаху. Резко упал назад на подушку и перед глазами всё поплыло, а сердце колотилось так, будто работал перерабатывающий завод на космической станции.

Девушки от этого маневра начали ржать да с такой силой, что бедная Клементина просто упала на пол, схватившись за живот.

– Айзек, успокойся! – сквозь смех выдавила она. – Я пошутила. Вчера ты просто завалился пьяный, разделся и вырубился прямо на полу – не дополз до кровати. Мы тебя закинули на кровать.

– Прибью... – прохрипел я, держась за голову, чувствуя, как пульс отдаётся в висках.

Тут открылась дверь автобуса, и внутрь зашёл Карвер. Выглядел он весьма свежо, опрятный, полностью экипированный в скафандр, с резаком на поясе, и даже глаза не казались красными.

– О, Айзек, наконец-то проснулся. Ты как? – проговорил он весьма бодро.

– Как... Как ты можешь быть таким бодрым?

Он пожал плечами, и я заметил, как его губы дрогнули в усмешке.

– Да хрен его знает. Скорее всего, особенность организма.

– Я тебя ненавижу, Карвер...

В итоге, более-менее придя в себя, я начал собираться, попутно выпроводив всех из автобуса, хотя бы для того, чтобы переодеться. С горем пополам выполнив это, мы начали собирать всех остальных для поездки. Джон взял около пятнадцати своих бойцов, плюс мои, так что у нас было почти пятьдесят человек. К тому же с нами решил ехать Бен вместе со своим мохнатым другом, а также братья Диксоны, которые считали Бена младшим братом, за которым нужно следить. Такое у них образовалось братство, хотя, по сути, там для всех является нянькой именно Дэрил.

Утром выехать не успели, провозились до самого обеда, нужно было проверить запасы боеприпасов, продовольствия на такую толпу, да и предметы первой необходимости на подобии кастрюль, палаток, верёвки и прочие мелочи. Обсудили и прикинули приблизительный маршрут и наконец мы выдвинулись.

Я ещё некоторое время страдал, прикладывая к пылающему лбу свой резак, холодный металл немного облегчал страдания. Честно сказать, я с большой завистью смотрел на Джона, который выглядел как огурчик.

– Ты как? – спросил он с улыбкой.

– Ты этот вопрос задал чисто поиздеваться?

– А что, настолько очевидно?

– Да пошёл ты Карвер.

Примерно так и продолжалась вся дорога до самого вечера. Дорога выдалась довольно лёгкой, особых пробок не было, а вокруг росли густые лиственные и сосновые деревья. В некоторых местах они уже начинали пробиваться сквозь асфальт и боюсь ещё лет десять-двадцать и по дорогам просто не проедешь. Мы остановились примерно в десяти милях от Флориды, у небольшой заправочной станции, которая по совместительству оказалась кафе. Вокруг заправки мы выстроили транспорт полукругом он стал чем-то вроде баррикады на случай нападения живых или мёртвых. Кто-то разместился в самой заправке, кто-то предпочёл ночевать в палатке, натянутой между бензоколонками, а кто-то расположился внутри транспорта – расстелив спальники прямо в военном грузовике или разложив сиденья в «Хамви».

Наше первое дежурство взяла на себя София. Она до этого времени почти не отсвечивалась и предпочитала не расставаться со скафандром и оружием даже во сне. Честно сказать, она порой ведёт себя настолько незаметно, что забываешь о её присутствии пока не поймаешь на себе её взгляд, от которого становится как-то не по себе. Видимо, по этой причине она практически не снимает шлем... Бедная девочка. Что же с ней сотворила Лили? Хотя наверняка многие бы осудили бы меня за то, что я её жалею, ведь из-за неё погибло три человека. Но как ни крути, она тогда была всего лишь ребёнком, а многие дети не могут понять всей полноты последствий своих поступков.

В данный момент я сидел за столом в закусочной и пялился на карту, прикидывая примерный маршрут. До Флориды карта более-менее расписана (спасибо людям из Александрии) особых приключений быть не должно. После можно спокойно проехать через Миссисипи, но дальше карта не показывает абсолютно ничего, ни информации о состоянии дорог, ни о пробках. Неизвестно, насколько сильные заторы там образовались. После того как преодолеем этот участок, выйдем к Техасу, где вдоль дорог расположены множественные городки. Там, как говорится, нужно держать хвост трубой сами по себе это довольно идеальные места для проживания. Небольшие городки, много оружия, должно сыграть на руку выжившим. Только вот как они будут настроены по отношению к нам неизвестно. Надеюсь, обойдёмся без боя.

А дальше идёт граница с Мексикой. Дорог там не так уж много, но местность довольно пустынная, и можно будет спокойно объехать, если на дороге образовались километровые пробки. Ну а дальше выход на 180-е шоссе, где уже начинаются тропики. Там будут городки вроде Веракруса и Мериды, которые выводят к побережью Карибского моря, а оттуда до Юкатана рукой подать. Приблизительное расстояние около пяти тысяч километров. При хорошей дороге это можно проехать за три-четыре дня, но это исключительно при идеальных условиях: без пробок, без ходячих, без засад и с целыми дорогами. В общем, в худшем варианте наше приключение может затянуться на месяц, а то и больше, особенно если придётся искать объездные пути. Я откинулся на спинку стула, и он жалобно скрипнул под моим весом старый, продавленный, видавший виды. Где-то за окном тихо шуршали листья, и в этом звуке было что-то успокаивающее, почти мирное. На мгновение мне показалось, что мы просто туристы, остановившиеся на ночлег. Но резак на поясе напоминал: это не так.

Посидев ещё немного над картой, я сложил её в самую большую поясную сумку. Повезло, что уже сейчас я чувствовал себя более-менее нормально, хотя сон уже начинал клонить, а значит, нужно было отдохнуть. Я тихо поднялся и, стараясь никого не разбудить, начал понемногу выходить из кафе. Правда, на выходе противно звякнули долбанные колокольчики над дверью, и несколько бойцов подняли на меня оружие, с которым спали чуть ли не в обнимку. Всех более-менее успокоив, я наконец вышел наружу и направился к своему автобусу.

Внутри уже все спали. Даже Джон, который без зазрения совести дрых на моей лежанке, развалившись поперёк и свесив одну ногу вниз. Я немного поматерил его про себя, начал оглядывать свободные места и к моему удивлению, их не оказалось. Тут спали Дейв, Мишон, Клем, Кенни, Бен в обнимку со своим мохнатым другом, а также пара бойцов, имена которых я, честно сказать, не запомнил.

– И мне что, блин, сейчас на полу спать? – тихо проговорил я про себя, оглядывая помещение. Спальник и палатка, которые я брал на всякий случай, сейчас были заняты бойцами Джона, у них своих палаток не оказалось.

– Ложись ко мне, – раздался в темноте голос Мишон. – Только скинь скафандр, а то рёбра сильно в бок упираются.

Я коротко усмехнулся, сложил шлем и полностью снял верхнюю часть скафандра, оставшись в одной майке. Элементы брони с ног тоже отцепил и положил на соседний стул. Как хорошо, что я сделал именно такую броню, она позволяла скинуть лишний груз за пару минут. В автобусе стало холодно, ночная сырость пробиралась через щели, и кожа покрылась мурашками.

Я примостился к девушке, обняв её со спины, и рука невольно легла на её грудь. В голове проскочила мысль пошалить... Но я прикинул своё состояние, а также то, что подниматься рано утром, и это не считая того, что автобус полон народу. Не место и не время.

– Спокойной ночи, Мишон.

– И тебе спокойной ночи, Айзек, – ответила она, повернула голову и поцеловала меня в губы... коротко, но уверенно, а потом резко отвернулась обратно.

Я продолжал смотреть в темноту и думал, что это вообще сейчас было. Где-то за окном тихо шуршали листья, и я чувствовал тепло её тела, немного неловкое, немного странное, но какое-то... правильное.

Глава 19

Утро выдалось довольно спокойным. Когда я проснулся, Мишон уже не было рядом, но все остальные ещё спали. Я оделся, пнул Джона, чтобы он наконец проснулся и свалил с моей лежанки. Он, конечно, немного повозмущался, но скорее для виду. У нас был быстрый завтрак из домашних консервов, и мы выдвинулись в путь.

Дорога была спокойной, ходячих попадалось очень мало, а те, что встречались, знакомились с бампером автобуса или хамви. Правда, отмывать это ещё та проблема, но этот момент решила София: она отправляла на помывку автобуса того, кто, по её мнению, проштрафился. Девушка сама по себе действительно была эталоном слова «железная». Помимо полного отсутствия мимики, у неё была железная дисциплина, и она не позволяла расслабляться никому из своих подчинённых. Что ни говори, она является прекрасным рукопашником, её лично натаскивал сам Винс, а армейскую дисциплину прививал Харрис. В итоге она стала солдатом даже больше, чем бывшие военные. Мне, честно сказать, страшно представить, через что ей пришлось пройти морально, чтобы стать такой безэмоциональной, словно выгоревшей... Лили... Что же ты с ней сотворила...

Как бы то ни было, мне до сих пор было неприятно вспоминать о бывшей девушке и о том, во что она превратилась. Сказать честно, я даже тогда не подозревал, что творится у неё на душе особенно когда сдавался ей. Я надеялся, что конфликта не будет и всё решится, что она не поедет так крышей... Как же я тогда заблуждался. Но, как бы то ни было, зла я ей не желаю, мне даже жаль её. Жаль, что она вот так сломалась, жаль, что так вышло с её отцом, и искренне жаль, что она потеряла саму себя, превратившись в тень некогда адекватного человека.

– Снова о чём-то думаешь? – раздался над ухом голос Клементины.

– Да так, ерунда всякая в голову лезет.

Тут раздался голос Джона с МОЕЙ лежанки:

– Не обращай внимания, Айзек всегда был таким. Хотел бы сказать, что горбатого исправит только могила, но тут вселенная решила пошутить.

– А расскажите, как было в том мире? Или в возможном будущем? Как вы вообще познакомились?

– О, – широко улыбнулся Джон, – наше знакомство было незабываемым...

– Это когда ты мне стволом в голову тыкал и чуть не оставил без зубов?

– Оно самое.

Было видно, что он говорит это с улыбкой, но я уже давно понял, что он за человек, и сейчас он страдал, пусть и не показывал виду. Всё-таки ситуация с Альфой была довольно неприятной: вроде бы Джону нравилась девушка, и он потерял её, потом вроде бы нашёл снова, но оказалось, что за всеми бедами стоит именно она и делает это ради того, чтобы просто «показать» Джону, что он сильный, а вокруг лишь слабаки, недостойные его внимания. Конечно, это его не подкосило, но на сердце оставило какой-то шрам.

– Ну нихера себе... – протянула сидевшая рядом Мишон. – Вы воевали друг против друга?

– Нет, – Карвер покачал головой, а я, честно сказать, вообще не хотел это вспоминать. – Нам просто нужен был главный по...

И тут он замялся.

– Джон, они всё знают.

– Ладно, в общем, нам нужен был тот, кто поможет с уничтожением обелисков, а на его счету уже было два. Тогда был момент, когда нельзя было тянуть время и проводить светские беседы, а потому пришлось действовать жёстко и быстро... Помнишь, как мы тогда бежали с той станции? Я думал, те фанатики прибьют нас.

– Забудешь тут. Сколько тех фанатиков перебили...

– Недостаточно.

Ненадолго повисла тишина, и каждый из присутствующих думал о своём. Первым её нарушил Карвер.

– Слушай, Айзек, а ты вообще не думал, почему мы оказались именно тут... Ну, в этих телах?

– Честно сказать, я даже ни разу не задумывался над этим вопросом, по крайней мере глубоко.

– А у меня есть предположение.

– Так... И что за оно?

– Видишь ли, пусть у меня фамилия Карвер, но по материнской линии у нас были Смиты.

Я на секунду задумался, вспоминая свою родословную, но ничего не мог припомнить.

– Я не знаю, кто был в моей родословной, – начал я, барабаня пальцами по столу. – Мать предпочитала слушать проповеди юнитологов, а отца я редко видел дома, так что на такую тему особо не поговоришь... То есть, вполне вероятно, мы попали не просто в случайные тела?

– Ага, а в тела наших предков. Пусть фамилия Смит и довольно распространённая, но мои предки тоже жили в Вирджинии, по крайней мере, я знаю это из рассказов родителей.

На мгновение замолчали все присутствующие.

– Ну, вообще, если подумать... – проговорила Мишон, – то это даже не лишено смысла.

А что, если инопланетная машина не просто переместила нас в прошлое, а именно в тела наших дальних родственников? Я, конечно, не биолог, но, возможно, это как-то связано с ДНК... А что, если сами пришельцы делали эту машину для того, чтобы вернуться в прошлое и исправить всё? И что помимо заморозки братской луны там также присутствует механизм, возвращающий сознание на несколько столетий назад? Но тогда почему они не исправили своё прошлое? Или они просто не успели?

Одна теория и столько вопросов появилось.

– Слушай, Джон, а ты не думал, что Даник может быть здесь? Что именно он вполне может быть причастен к тому, что происходит? Ведь он тоже был при активации машины.

– Ага, только в виде лепёшки. Жаль, что эта тварь быстро сдохла, – он выдохнул и скрипнул зубами. – Но, знаешь, если подумать логически: нас с тобой закинуло в разные промежутки времени, причём разброс довольно большой. А что мешало машине закинуть его, скажем, ещё дальше? Об этом явно намекает корпорация с именем Альтмана.

Он задумался, а все окружающие слушали наш разговор, стараясь не перебивать.

– Знаешь... – протянул Джон, – твоя теория имеет право на жизнь. Вообще, я поначалу думал, что отметился сам Альтман, но Артур Даник готов был его чуть ли не в жопу целовать. Не удивлюсь, если у него в кабинете стояла статуя Альтмана с вылизанной жопой.

Тут заговорила Клементина:

– А кто такой Даник?

– Якоб Артур Даник... – протянул Джон. – Это редкостная мразь и самый фанатичный последователь обелиска. Он уничтожил многие научные лаборатории, «освобождая» маркеры... Эта мразь убила мою семью. Я видел, как он сдох, и единственное, о чём жалел, что лично не оторвал этой суке голову. Ну, если он в этом мире, значит, я сделаю это лично.

Его слова я никак не стал комментировать, я прекрасно знал, что он испытывает к Данику, и если тот действительно есть в этом мире, Джон сделает всё, чтобы добраться до его глотки и лично открутить ему голову.

И тут рация затрещала, а потом раздался голос одного из бойцов Джона:

– Народ, впереди большая пробка, её не объехать, слишком густые заросли вокруг.

И мы тут же почувствовали, как машины начинают сбавлять ход.

– Да чтоб вас, сука... – произнёс Карвер, и я был с ним полностью солидарен.

Да уж, Флориду мы объехали без проблем – точнее, по самой окраине города, при этом даже не встретив там ходячих в больших количествах. А сейчас мы были где-то около сотни километров от Флориды и уже почти на пути к штату Миссисипи. Мы, естественно, собирались объезжать все крупные города и даже наметили такой маршрут, но, видимо, сейчас его придётся переосмысливать.

Когда колонна полностью остановилась, мы начали аккуратно выходить из транспорта, оглядывая всё вокруг. Благо, никакой засады не было, хотя я уже начал переживать.

В итоге мы собрались возле военного «Хамви» и на его капот положили карту, а часть бойцов ушла проверять на сколько далеко простирается эта пробка.

– Хм... – протянул Джон смотря на карту. – Интересная у тебя карта, Айзек. Где такую взял?

– А тебе разве Джим не рассказывал про Александрию?

– А, так это от них. Я думал, у них вряд ли есть такие подробные карты, по крайней мере в нынешних реалиях. Если б знал, что у них такое сокровище, уже давно бы контакт установил.

– Ты знал о них?

– Про этих отшельников? Да, конечно знал. Сидят они тихо, налёты не устраивают, забирают в своё поселение всех сирых и убогих. Так что я предпочитал вообще не обращать на них внимания, как-то не до этого было.

– То есть ты сам даже не стремился с ними, скажем так, познакомиться?

– А смысл? У них кроме огородов нихрена нет. А если устанавливать контакт, то и под своё крыло придётся брать – а это опять солдат выделяй, оружие давай, жопу подтирай. Нет, нахер. Сидят они у себя в уголке потихоньку, пусть сидят. Тут думаешь, как бы о своих позаботиться, а не смотреть на тех, кто забился в угол и сидит тихо.

Мне, честно сказать, захотелось посмотреть на лицо Аарона, если бы он услышал слова Джона. Ведь они столько лет сидели и боялись, что про них узнают... А в итоге про них уже давно знали и просто махнули рукой.

– Бедный Аарон, – протянула Клем, видимо, подумав о том же, о чём и я.

– Хихи... – послышался короткий смешок от Мишон.

– Ладно, давайте не будем отвлекаться и займёмся маршрутом.

Мы вновь всей дружной компанией склонились над картой и пришли к неутешительному выводу: придётся ехать через Джексон, причём, скорее всего, через центр, так как город довольно крупный, а объезжать его тратить ещё день, и не факт, что объезд не перекрыт пробками и разрушениями. Судя по времени, скорее всего, в этом же городе придётся и ночевать, хотя подобного хотелось бы избежать. В городах множество ходячих, и пусть они не представляют особой угрозы, тратить на них боеприпасы не хочется, особенно если там окажется целая орда. На крайний случай придётся ехать ночью, чтобы покинуть его пределы, но этого тоже хотелось бы избежать, ведь на дорогах много всякого хлама, можно вписаться. Автобус-то переживёт легко, а остальной транспорт не очень. Но выбора не осталось: вернулись наши ребята и сказали, что пробка растянулась на две мили и объехать никак не получится, с одной стороны густые заросли, с другой болото.

В итоге мы погрузились обратно в транспорт, развернули колонну и поехали дальше. Через несколько миль был поворот на крупный город. Ближе к обеду мы вновь сделали остановку, водитель пикапа, на котором ехали люди Джона, пожаловался, что под капотом начало что-то стучать. Кенни и ещё несколько человек пошли разбираться, а мы решили приготовить полноценный обед.

Остановились мы недалеко от складов какой-то крупной компании. Бегло осмотрели территорию и сами склады, ничего стоящего не нашли: крыша обвалилась, всё сгнило. Единственное, что нашли пару охотничьих винтовок, изрядно заржавевших, но ребята сказали, что приведут их в порядок, а в одном из рюкзаков нашли патроны, видимо здесь когда-то закончили свой путь одни из выживших. Ходячие тоже попадались, но быстро обретали покой с гвоздём в голове, а тела оттаскивали подальше, чтобы не воняли.

В итоге мы довольно быстро поели, но когда собрались ехать, Кенни не обрадовал: на ремонт уйдёт ещё около часа. Можно было проигнорировать, но потом это вылезло бы боком, так что мы решили лучше потерять час, чем потерять автомобиль. Похоже, действительно придётся ночевать в городе. Вместо часа ушло почти два, но машину сделали, и мы вновь сели в транспорт и двинулись в путь.

Чем ближе подъезжали к городу, тем более «оживлённой» становилась местность ходячие попадались очень часто. Пришлось пустить автобус впереди, хотя до этого ведущим был «Хамви», по крайней мере его пустили вперёд после обеда. Вообще, если подумать, у нас довольно большая колонна. Есть трейлер, за рулём которого сидит наш старина Дейл, хоть ему и довольно много лет, но он крепкий и стреляет неплохо. Правда, от скафандра отказался, говорит слишком тяжёлый и на спину давит. За рулём автобуса сидит Кенни или кто-то из бойцов Харриса, они периодически меняются. «Хамви» – чисто военный, там едут бойцы Харриса. Один из пикапов, взятых на базе Джона, полностью приватизирован Диксонами и Беном с его мохнатым другом. Пёс довольно забавный и от Бена ни на шаг не отходит, но не даёт себя погладить даже другим никого не кусал, но скалится так, будто оттяпает руку вместе с головой. Есть военный грузовик, в котором перевозят все припасы – продукты, боезапас, палатки, спальники и прочие мелочи. И ещё один пикап Джона, в отличие от собрата, более укреплённый, с тяжёлым пулемётом. Народу у нас много: кто-то едет на грузовике, кто-то в пикапе. Почти у всех бойцов есть скафандры, кроме десятка человек, Джон оставил их на базе, чтобы у его людей в случае чего был туз в рукаве.

Сейчас я лениво поглядывал в окно, наблюдая, как мимо проплывают заброшенные фермы и заправки. Вижу, как одна полоса магистрали, ведущая из города, полностью забита машинами. Сколько же людей здесь встретили свой конец просто не счесть.

А потом начался сам пригород, сначала небольшие частные домики, какие-то мелкие производства, а потом мы въехали и в сам город, где в центре виднелись довольно высокие небоскрёбы. Ехать приходилось медленно и аккуратно, а порой даже таранить машины, чтобы расчистить проход. Благо, сильно больших скоплений автомобилей не было. Сумерки понемногу начали спускаться на город, окрашивая небо в багрово-серые тона, и ехать становилось ещё сложнее. Но главной особенностью было то, что за всё время нам не попался ни один ходячий. Это наводило на мысль, что либо здесь кто-то есть, либо ходячие просто большой толпой покинули город за ненадобностью, им здесь больше нечего делать, а может, где-то вдалеке услышали взрывы и попёрлись на звук. Вариантов много, но то, что это действительно город-призрак, говорило само за себя.

– Мне здесь не по себе, – тихо прошептала Клем, глядя на готические пейзажи мёртвого города.

– Ага, почти как на Тау-Валантис, только всё покрыть снегом, запустить некроморфов и раскидать мумифицированные трупы. По крайней мере, обстановка здесь такая же давящая, как и там.

– Господи! – воскликнула Мишон. – Смотрите там... на той улице.

И мы посмотрели.

– Ну... – с усмешкой протянул Джон. – Теперь у нас есть модифицированные трупы, висящие на столбах. Осталось только снега и тварей.

– Давай, Карвер, обойдёмся без последнего.

На соседней улице прямо на фонарных столбах висели высушенные тела. Некоторые из них едва заметно шевелились, когда мы проезжали мимо. Видно, эти бедолаги висели здесь очень долго и уже высохли почти до состояния скелетов, но при этом не спешили расставаться со своей (не)жизнью. Их одежда обвисла, кожа натянулась на костях, а в вечернем свете они казались зловещими куклами, раскачивающимися от ветра.

– Что тут вообще нахер произошло? – выдал Кенни с водительского сиденья.

– Хрен его знает, Кен. Но явно что-то нехорошее.

Рядом усмехнулся Джон:

– Вы гляньте, сколько крестов понабивали вокруг как будто блядь от вампиров будут отбиваться.

И действительно, присмотревшись к зданиям в сумерках, можно было увидеть деревянные кресты, некоторые привязаны к фонарным столбам, некоторые приколочены к стенам.

Мы проехали чуть дальше, и дорога стала намного чище, её явно расчищали, следы от гусениц на асфальте об этом красноречиво говорили.

– Уже почти стемнело, – решил напомнить Кенни очевидное. – Где будем тормозиться?

– Давай пока прямо, – сказал я, вглядываясь в темноту. – Найдём какое-нибудь здание с высокими окнами или хотя бы с решёткой.

Он ничего не ответил, но прибавил ходу. И вот, спустя метров триста, мы увидели небольшое, но широкое здание – когда-то здесь располагался ресторан, причём, судя по всему, довольно дорогой. Мы припарковали машины прямо на стоянке, которая была расчищена от мусора, и, оглядываясь по сторонам, зашли внутрь. Первым делом осмотрели банкетный зал, потом кухню и все подсобные помещения. Опять же всё было абсолютно пустое, но видно, что здесь были выжившие, которые вычистили всё подчистую, включая посуду.

Когда всё было проверено, мы начали готовиться ко сну, проверяя входы, выходы и окна. В этот раз я решил заночевать на старом диване в бывшей VIP-комнате, он казался довольно удобным. Сначала поужинать, а потом можно и отдохнуть.

– У нас гости, – раздался по внутренней связи голос одного из бойцов Харриса.

Долго не думая, мы вышли на улицу, держа наготове резаки и гвоздомёты. Джон стоял рядом, и когда я вышел, он выдал:

– Ебушки...

Я был с ним полностью солидарен, потому что прямо напротив входа в ресторан стояла целая толпа... крестьян? По крайней мере, они выглядели так, будто сошли с обложки старой книги. Мужчины были одеты в старые, грязные рубахи, многие подвязаны верёвкой. Женщины укрывали головы тёмными платками и были замотаны в столько тряпья, что можно было открывать ткацкую фабрику.

Выделялся среди всех довольно упитанный мужчина в рясе священника. Люди были вооружены кто чем: топоры, вилы, охотничьи ружья, мелькнула даже одна штурмовая винтовка. Зато у каждого в руке горел факел, и в свете этих огней толпа выглядела так, будто пришла к дому ведьмы и сейчас они выведут нас на костёр и сожгут под пение псалмов.

– Приветствую вас, путники, в славном городе Джексон, – произнёс священник, и голос его разнёсся по пустынной улице. – Скажите, верите ли вы в Господа Бога нашего, или вы последователи демонических тварей?

– Ну пиздец... – тихо выругался Джон, покачав головой.