Инженер магических сетей 7

Глава 1

Особняк рода Каминских, кабинет княжны Загорской.

Елизавета сидела за своим столом и тупо уставилась в одну точку, Она дышала медленно, размеренно. Рука замерла на чашке с уже давно остывшим кофе.

Тут дверь открылась, и в кабинет вошёл единственный человек, который позволял себе не спрашивать на то разрешения. И если раньше Елизавета принимала это как должное, скорее даже с радостью, потому что граф Гроздин был единственным, кому она могла доверять, то теперь такой поступок вызвал ярость.

— Тебя не учили стучать?! — змеёй прошипела она.

— Полно, вам, госпожа. Не стоит так нервничать.

Очень странным был его тон. Не как у подчинённого. Константин изменился после Тунгуса, стал более холодным и расчётливым. Но до сих пор держался некой грани в общении с княжной, а сейчас будто собрался её пересечь.

— Ты… — выдохнула Елизавета, — ты смеешь меня затыкать?!

Вдруг оцепенение, вызванное страхом из-за минувших событий, резко превратилось во вспышку ярости и негодования. Елизавета схватила чашку и швырнула её прямо в Гроздина.

Константин лишь немного наклонил голову, чашка со звоном разбилась о стену, осколки разлетелись по кабинету, а холодный кофе расплескался, замарав пиджак Гроздина.

— Госпожа, — ядовито протянул Гроздин, будто делая одолжение, называя её именно так, — успокойтесь, всё в порядке.

— В порядке?! — прорычала Елизавета. — В порядке?! Карающая Длань сгинула! Ты обещал мне прикончить Разина, но этот ублюдок до сих пор жив. Жив, ты понимаешь?! А теперь я узнаю, что грёбаный Главный Исток Польши взлетел на воздух! Как ты думаешь, кого обвинят?!

— Тихо! — вдруг приказал Гроздин.

Голос его будто был вовсе не человеческим. Страх пронзил Елизавету по всему телу, княжна оцепенела и не могла вымолвить ни слова.

Она что… испугалась?

Испугалась собственного вассала?!

Такого просто не может быть!

Затем произошло и вовсе невероятное. Граф Гроздин вальяжно прошагал к креслу, в котором могла сидеть только Елизавете. Она повсюду возила его с собой, если приходилось задерживаться хотя бы на несколько дней.

В нём она сидела и в Тунгусе, и в Москве, и в Варшаве. Это был её "домик", что-то вроде места силы, в котором само собой приходило чувство безопасности.

Никому не было позволено сидеть на этом кресле, даже Константину. Но Гроздин нарушил запрет с таким видом, будто это его личное кресло. Откинулся на спинку, закинул ногу на ногу и взглянул на княжну свысока, надменно. Так, как привыкла смотреть она сама.

— Все в порядке… госпожа, — обращение он вставил спустя некоторую паузу, будто ставя под сомнение, кто тут хозяин положения. — Да, Разина убрать не удалось, но это не страшно. Его люди ранены. А что до Карающей Длани — вы не повелевали ими лично. Только ваш статус главы рода. Это ненадёжные союзники, а избавиться от них было бы тяжелее, чем даже от Разина. Так что поблагодарим графа за подобную услугу.

Оцепенение слегка спало, и Елизавета начала понемногу приходить в себя.

— О-о чем ты говоришь?

— Я говорю о стратегии… госпожа. Ваш план натравить Болеслава на Разина был, конечно, неплох, но пытаться устранить его физически — это глупый поступок.

— Глупый? — удивилась княжна.

Разве подчинённый может сказать такое своему сюзерену?

— Именно, — кивнул Гроздин. — Если бы Разин погиб, вопросы появились бы и к нам, даже несмотря на участие Болеслава. Слишком уж явные мотивы. К тому же в Польше и без того сейчас начнётся беспорядок. А если бы Болеслава обвинили в убийстве представителя Сената, Великое княжество подняло бы бунт. И доказать свою пользу вам бы не удалось. Но сейчас все карты в наших руках.

— Да о чем ты, мать твою, говоришь?! Карающая Длань была там! Их следы приведут…

— Карающая Длань? — прервал её Гроздин, снова выказав неуважение. — Они не числятся в составе рода Загорских. Их личности никто не знает. Доказать, что эти люди действовали от вашего имени, просто невозможно. Их не существует, Ваше Сиятельство. Они миф. К тому же, судя по всему, они все сгинули.

Елизавета не нашлась, что ответить. Она чувствовала себя какой-то дурочкой, наивным ребёнком, который даже не подозревал, что вокруг происходит. У неё под носом плёл свои интриги граф Гроздин, а она ни сном, ни духом! Может, Елизавета переоценила себя?

Как до такого вообще дошло?!

— Так что нас никто не сможет обвинить, — продолжал Константин. — А что до Главного Истока Польши… — он хмыкнул и пожал плечами, — его можно восстановить! Пострадали лишь пустующие рудники и инфраструктура. А пока ведутся работы, снабжение Польши находится полностью в ваших руках. Резервные Истоки контролирует род Загорских, вы не забыли?

Елизавета будто снова очнулась ото сна. Она начала понимать, что текущая ситуация — это не её прокол. Это спланированный ход Гроздина.

— Я говорю, что все старания Разина провалились. Его работа попросту обнулилась. А Карающая Длань, которая сама по себе представляла угрозу, исчезла. Елизавета Аркадьевна, у вас все шансы стать человеком, который наладит порядок в неспокойном Великом княжестве Польском, и когда вы это сделаете, у Раскатова не останется шансов. Он будет вынужден признать вашу пользу и заслуги рода Загорских.

Наступило молчание. Константин дал княжне время переварить новую информацию, но затем вдруг встал, поправил пиджак с пятнами от кофе и улыбнулся так, что от этой улыбки будто ток пробежал по нервам.

— Однако, госпожа… Видите ли, британские агенты, устроившие взрыв на Истоке, по некоторым каналам связаны с родом Загорских. Об этом знают только два человека — вы и я. Так что нам следует держаться вместе. Понимаете о чём речь? Хорошего дня, Лиза.

Теперь Елизавету будто окатило ледяной водой. Она, не моргая, провожала взглядом уходящего Гроздина и наконец-то начала понимать, в какой заднице оказалась.

Гроздин и взрыв устроил?! О чём он только думал?! Если Сенат прознает, что род Загорских связан с врагом, не помогут никакие резервные Истоки или тайные военные организации.

Елизавета теперь на крючке. И она совершенно не понимала, как с него слезть.

━─━────༺༻────━─━

— Наши дела хреновые, Игорь.

— Да ладно? А я-то думал, что мне вот эти новые браслеты, — я потряс наручниками, — в благодарность за верную службу Империи дали. Я ж в моде не шарю, хрен знает, что сейчас дизайнеры напридумывали. Ну спасибо, что всё разъяснил.

— Хватит паясничать, — Слава действительно нервничал. Он был необыкновенно серьёзен. — Подрыв устроили британцы.

А вот теперь серьёзным стал я, потому что я знал только двух британцев, которые ошивались в Варшаве.

— Это те, о ком я думаю?

— Да. Я собрал на них досье и как раз хотел пустить в работу, но не успел.

Я нахмурился. Слава пододвинул ко мне планшет с открытым файлом по британцам. Фотографии, биографии, приметы. Здесь было много информации.

— Откуда вы узнали, что это они?

— Вот этот человек находился в рудниках во время взрыва, — Слава указал на фотографию человека, который представился мне Томом Гловером.

— Финниан Смит… — пробормотал я.

— Да. Это действительно брат Оливера. Похоже, его завербовала разведка британцев. Что-то вроде принудительного привлечения к службе.

— Он искупал грехи своего брата, — понял я.

Слава кивнул и сам пролистнул страницу.

— А вот этого зовут Пауль Грайнер. Возможно, имя настоящее, потому что другого мы просто не смогли найти. И раньше я о нём не слышал, а это значит, что он хороший агент. Я бы даже сказал отличный.

— Во дела, — протянул я, забарабанив пальцами по столешнице. — Так, а я-то тут причём? Когда с меня вот эту вот хреновину снимут? — снова потряс наручниками.

— Скоро, не волнуйся. Просто дело запутанное, вот и скрутили всех, кто мог быть причастен.

— Мне-то нахрена подрывать Исток?! Я уже был в шаге от завершения своей миссии. Ещё немного, и Польша бы присоединилась к единой системе магоснабжения!

Вот это на самом деле было самое обидное. Мы провели столько работы, и подготовительной, и на местах. Но всё полетело к чертям из-за грёбаных британцев! Теперь не получится просто подвести линию к главному распределительному пункту, который и находился во взорванном Истоке.

Несмотря на ситуацию, я уже решал эту задачку в голове и приходил к выводу, что дела дерьмовые. Резервные Истоки, которые контролируют Загорские, расположены достаточно удобно, чтобы от них подвести линии ко вторичным распредпунктам, но это временная заплатка. Сами Загорские теперь будут контролировать магоснабжение всей Польши. Нам же придётся перестраивать систему практически с нуля. Это займёт кучу времени.

Кстати, о Загорских…

— А Елизавету в кандалы не посадили? — спросил я. — Это её люди устроили бедлам в Медицинской академии. Не удивлюсь, если она приложила руку и ко взрыву Истока.

— Прямых доказательств причастности Загорской нет, — помотал головой Слава. — Карающая Длань… Пойми, это неофициальная структура. Сведений о них нет даже у нас — только слухи. Несмотря на то, что мы теперь увидели лицо того же Перуна, это не помогло. Его просто не существует официально.

— Должны же быть ниточки! — возразил я. — Да хоть самих засранцев допросите!

— Кого, Игорь? Стилет сбежал, Оньи вы уничтожили, Аштар взорвал сам себя, там вообще следов, кроме ошмётков, не осталось. Кто это — попробуй выясни! И по чьему велению он вообще прибыл в тот лес тоже допрашивать некого.

— Остаётся Драуг, — догадался я.

— Он погиб, — помотал головой Слава.

— Ничего себе! — удивился я. — Он же вроде был жив!

Вообще-то Медведь с Богданом и Аи привезли не только Стефана. Они реально закинули Драуга в багажник и отвезли его в госпиталь. Правда, что с ним было дальше и каково его состояние, я узнать не успел. Видимо, состояние было совсем хреновое, раз он подох.

— Зараза! — прорычал я. — И что, ей все это сойдёт с рук? И никого не накажут?!

— Накажут! — прогремело из распахнувшейся двери.

В комнату вошёл статный офицер в годах. Кажется, он не был магом — я не заметил на нём кристаллов ни в каком виде. Но он явно занимал достаточно высокий пост, чтобы с ним считались. На вид лет сорок, строгое квадратное лицо, гладко выбритые щеки, мрачный взгляд, ну и командный звонкий голос, от которого у меня дёрнулся глаз.

Зачем так кричать в этой комнатушке?! Так и оглохнуть можно!

Слава взволнованно поднялся со стула. Он явно напрягся из-за этого человека.

— Ваше Превосходительство, — кивнул я, соблюдая приличия. Судя по погонам, это был полковник министерства безопасности губернии. — Надеюсь, вы не обо мне?

Он тоже кивнул, приветствуя меня, и представился:

— Максим Данилович Бестужев. Вас, Игорь Сергеевич, я уже знаю. Насчёт вашего вопроса — нет. Что касается инцидента в Академии — всю вину спихнули на Великого князя Болеслава. Его люди участвовали в нападении, да и сам он хорошо засветился. А насчёт подрыва Истока расследование ещё ведётся.

— Люди… — нахмурился я, зацепившись за слово. — Подождите. Люди! Гвардия Загорских же напала вместе с людьми Болеслава! Это разве не зацепка?!

— Гвардия Загорских? — нахмурился полковник. — О чем вы говорите, Ваше Сиятельство? Там не было никаких подчинённых Елизаветы Аркадьевны. Да, помимо гвардии Великого князя, там присутствовал особый боевой отряд, но он тоже принадлежал структурам Великого княжества.

— Чего?! — охренел я, а потом попытался вспомнить.

Ну, конечно! Обычные бойцы не носили на себе гербы Загорских. В принципе на такие дела старались пускать обезличенные машины и людей. В Тунгусе было то же самое, если подумать.

Черт, неужели и здесь подстелили соломинку?

— На вашем месте, Игорь Сергеевич, я бы поостерегся от голословных обвинений, — предупредил Бестужев, после чего протянул ключ от наручников. — Мы вас вынуждены отпустить, но будьте уверены! Если вдруг у нас снова появятся подозрения о вашей причастности к минувшим событиям, эти украшения, — он кивнул на наручники, брошенные мною на стол, — станут для вас постоянным аксессуаром.

— Всё предельно ясно, — кивнул я. — Мы можем идти?

— Можете, Ваше Сиятельство.

— Отлично!

Я с грохотом отодвинул стул, встал и направился к выходу, махнув Славе, чтобы следовал за мной.

Похоже, меня отбросили на пару шагов назад. Но нихрена у них не выйдет! Я своего всё равно добьюсь!

Глава 2

Что нужно делать, когда ситуация дошла до края, и предстоит выполнить пятилетку за пару месяцев? Правильно! Звать квалифицированных специалистов. А таких у меня было в достатке.

— Недолго ты без нас в Польше протянул, — с довольной ухмылкой сказал Генка. — Соскучился по нашим рожам-то, а?

— Богдан, а ты как тут? — добавил Иван и сразу обратился ко мне: — Игорь Сергеевич, это правда, что он всю работу здесь выполняет, пока вы с Алёной Дмитриевной прохлаждаетесь и любуетесь видами Варшавы?

— Ванька! — прикрикнул Богдан с ошалелыми глазами.

Мы с Алёной переглянулись, а затем с удивлением уставились на него.

— Да врёт он всё, Игорь Сергеевич! Не говорил я такого!

— Правильно, не говорил, — кивнул уже Глеб. — Писал. Игорь Сергеевич, посмотрите…

Он достал телефон и уже потянул его мне экраном вперёд, но Богдан совершил резкий и быстрый рывок. Можно было даже подумать, что в нём проснулись магические силы, уж слишком ловко он его провернул!

Парень вырвал телефон из рук Глеба и швырнул в открытое окно.

— Эй, придурок!!! — вскочил тот. — Я ж пошутил!

Он подбежал к окну и высунулся наружу. На улице уже подступала весна, так что погода была вполне себе приятной, и в гостиную, где мы собрались, задувал прохладный освежающий ветерок.

— Демоны их раздери… — вздохнул Генка, хлопнув ладонью по лицу. — Не, ну ты прикинь! И вот с этими кадрами я Тунгус поднимал!

И мы дружно заржали. Ну кроме Глеба, который ринулся на улицу.

Из гостиницы мы переехали. Сняли коттедж и укрепили его по последнему слову маготроники. Собственно, это было частью арендной платы. Вообще коттедж располагался недалеко от реки, и виды тут очень приличные. С одной стороны природа, с другой — очертания Варшавы. Может, и прикуплю этот домишко в будущем, кто знает?

В общем, на втором этаже в гостиной собралась вся моя команда. Из тунгусской бригады прибыли Иван, Глеб и Генка. Из-за возросшей нагрузки в городе наняли ещё две бригады оперативников, так что некоторое время Василий Петрович без них протянет.

Также прилетел Арсений, который теперь мотался из Москвы в Тунгус и обратно по чуть ли не каждую неделю. Дина осталась дома, чтобы управлять своей сибирской империей, так что на очередную крупную авантюру у неё просто не было времени.

Соколов остался у меня. Сказал, после Японии ему впервые удалось нормально подраться, и он чувствует, что это не последняя возможность, если он останется рядом со мной. К сожалению, граф был прав. Загорская вряд ли остановится. Не знаю, что она там ещё придумала, но в нашем деле почти всегда приходится отстаивать свои позиции не только словом и делом, но и оружием.

Из Японии прилетел Оливер, вот только вторая причины его прибытия не отличалась радостью. Сейчас он вместе со Славой знакомился с делом о гибели его брата. Оливер выглядел серьёзно опечаленным, когда узнал об этом. Я его понимаю, конечно. Несмотря на все разногласия, брат — это родная кровь. Однако мне Финниана Смита было совершенно не жалко. Более того, если бы он выжил, не знаю, смог бы ли я удержаться от того, чтобы исправить досадную оплошность.

Пострадавших во время взрыва было очень много, были и погибшие. Повезло, что на дворе была ночь, и большая часть персонала находилась в защищённых бытовках. Защитный покров не смог поглотить весь урон, однако позволил рабочим дождаться помощи.

Азуми и Олег Романович после тяжёлой ночи и последующего не менее тяжёлого дня не отправились отдыхать и набираться сил, а ринулись помогать своим коллегам в Варшаве. Из-за характера повреждений, то есть магии, вмешательство Азуми оказалось очень востребованным. После того как первая волна работы закончилась, она отрубилась, стоя на ногах. Хорошо, я оказался рядом и подхватил её. Бедняжка отсыпалась трое суток, а после того, как очнулась, тут же потребовала отвезти её обратно в больницу!

Но тут уже я запретил. Сказал своё веское слово глава рода, а то она так сама себя на больничную койку загонит. Алёна ухаживала за подругой ещё пару дней, готовила бульончики, витаминные коктейли для восполнения сил, отвлекала от забот и мыслей о пациентах.

Так что сейчас Азуми, сидевшая рядом с Аико, выглядела свежей и довольной.

Невеста Медведя прибыла из Гродно и делилась впечатлениями о своей околостуденческой жизни. Помимо открытых лекций в институте, она устроилась сразу на две подработки и вовсю применяла полученные знания на практике. В кузнице осваивала оборудование, оттачивала навыки ремесла и обращения с различными материалами, а в автомастерской перебирала движки, ходовые и прочие чего-то-там. Я не настолько разбираюсь в теме, поэтому многие термины оказались неизвестны.

Слава богам, Аико миновали разборки в городке академии. Конечно, и у неё имелась охрана, да и сама девушка могла за себя постоять, но я всё равно беспокоился.

— Нам бы на объект съездить, Игорь, — предложил Арсений. — Думаю, Исток скоро успокоится. Распределительную станцию всё равно ставить где-то рядом, всё-таки сети построены исходя из такого расположения главного распредпункта.

— Боюсь, что это не получится, — помотал я головой. — Взрыв вызвал дикие колебания магического поля. Там сейчас едва почти зона отчуждения. Магия будет приходить в себя ещё несколько месяцев, а столько времени у нас просто нет. К тому же я решил построить распредпункты отдельно от источника питания. Как выяснилось, не стоит класть все яйца в одну корзину.

— Ага, — хмыкнул Генка, — а то слишком уж громко они разбиваются.

— А что с Загорскими? — задал резонный вопрос Медведь. — Их реально не накажут? Эта грёбаная княжна уже в который раз портит нам планы! Да мы вообще могли подохнуть!

— Мы все когда-нибудь умрём, — философски заметил Гораму.

— Э, нет! — воскликнул Богдан. — Мне вот этих вот самурайских "есть только путь" не надо. Я жить хочу!

— Ага! — воскликнул забежавший обратно в гостиную Глеб. — Жить, значит, хочешь?! Раньше надо было думать! А ну иди сюда, засранец!

Он ринулся было на испуганного товарища, но я не позволил:

— Так, харе! Успокоились, мать вашу! Отношения выяснять будете потом, а сейчас к делу.

Парни тут же притихли и мирно расселись по местам. А я продолжил говорить:

— В общем, первоочередная задача — разработать схему магоснабжения по принципу опыта в Японии.

— В смысле? — удивился Арсений. — Тут же нет столько мелких Истоков. Их всего три резервных, и то хватит ненадолго.

—Да. Но смысл распределённой системы не в количестве Истоков, а в гибкости. Во-первых, должно идти минимум две магистрали питания из Империи. Во-вторых, они должны разветвляться так, чтобы при аварии на одном узле нагрузку без проблем могли взять на себя другие. Также нужно предусмотреть возможность подключения старого Истока как дополнительного источника питания. Сейчас он недоступен, но в будущем магическое поле устаканится, и это будет неплохой резерв. Может, получится обеспечивать энергией ту же Варшаву и параллельно восполнять запасы магической руды и магмы благодаря использованию Антитворцов.

Магоснабжение Польши строилось вокруг главного Истока, единственного месторождения Великого княжества. Если с питающим центром всё нормально, остальные участки тоже работают отлично. Но вот теперь они все обесточены, и почти вся Польша живёт на аккумуляторных генераторах, которые приходится закупать в Империи. Это дорого, поэтому резервные Истоки Загорской уже начали поставлять магию в западные окрестности княжества и на фоне стоимости генераторов выставлять счета по завышенным тарифам. И то дешевле получалось.

— Работы предстоит много… — вздохнул Арсений.

— Ага, — хмыкнул я. — Ты не просто курсовую или дипломную напишешь — на докторскую замахнуться сможешь! Вряд ли хотя бы половина твоих профессоров участвовали в чём-то подобном.

При этой мысли князь Бахтин аж засиял от собственной важности и одарил нас довольной лыбой.

— Кое-какие наброски у нас уже готовы, — вступила Алёна, — но проект сырой, нужно дорабатывать напильником.

— Ну, это уже что-то, — хмыкнул Богдан. — И там не так уж много дорабатывать надо!

— А ты откуда знаешь? — спросил Иван.

— Я принимал непосредственное участие в его создании, — важно заявил Богдан.

— А-а… — протянул Глеб. — Ну тогда там не напильник понадобится, а болгарка.

Пока снова не разгорелась драка, я вернулся к теме:

— Помимо строительства магической сети, перед нами стоит другая, не менее важная задача. Мы можем всё построить, но если это разрушат, время и силы будут потрачены впустую. Мы должны защитить магическую сеть. Все узлы. Каждого строителя, который будет задействован. Уверен, враги ещё объявятся.

— За это не переживай! — воскликнул Александр. — Я уже вызвал свою гвардию. Мы все будем в твоём полном распоряжении. Ни одна грёбаная муха не проскочит!

— К сожалению, клан Такеда не сможет прислать новых людей, — нахмурился Гораму.

— Да, знаю, — кивнул я.

На Дальнем Востоке тоже всё было непросто. Державин чуть ли не военное положение объявил из-за постоянных провокаций британцев. Они то военную эскадру возле границ проведут, то устроят таможенный Ад в подконтрольных торговых портах.

В общем, проверяли нас на прочность и явно готовили какую-то хрень.

Япония была отрезана морем, поэтому находилась в уязвимом положении и в случае конфликта являлась первой целью врага. У британцев хватит сил, чтобы не подпустить транспортные суда к Хонсю, однако Иннокентий, который сейчас вовсю трудился там в качестве министра магоснабжения, продолжил моё дело и обеспечил острова стабильной автономной магией. Так что без пяти минут Великое Княжество Японское со своей мощной армией и крепким флотом было настоящим плацдармом для нанесения удара, если британцы совсем уж обнаглеют.

Державин контролировал морской путь к Владивостоку. Япония выполняла роль крепости, какие раньше строили на границах для защиты от кочевников.

Конечно, можно пройти мимо такого бастиона, однако в таком случае гарнизон ударит с тыла, нарушит снабжение и будет постоянной угрозой для армии. А с учётом находящихся там войск можно и генеральное сражение устроить, если прорваться через возможную блокаду со стороны моря.

В общем, игнорировать Японию нельзя, а штурмовать можно только с подавляющим преимуществом. Но придётся столкнуться с закалёнными недавними боями и обладающими единой системой командования войсками. Такой манёвр будет стоить врагу всего.

И даже если британцы сумеют привести достаточно войск, они понесут огромные потери, а войска на материке тоже не станут отсиживаться в сторонке и придут на помощь.

В общем, ситуация в оборонительном плане складывалась хорошо, поэтому британцы, насколько я понял, пытались спровоцировать Державина на вылазку. Не напрямую, конечно — войны между нашими государствами до сих пор не было. Помимо мелких шалостей с кораблями на горизонте они действовали через Китай и Корею, где имели немало влияния.

А вот в Польше им удалось куда больше, чем в Японии. Зараза! Надо было завалить этих двух бриташек, как только увидел.

— Клан Сайго тоже готов сражаться, — заявил Аи. — Не сомневайтесь, Игорь-сан.

— И не собирался, — кивнул я.

Мамору ещё отлёживался. Он получил тяжёлые ранения, так что реабилитация займёт немало времени, однако его жизни уже ничего не угрожало. Я слышал, что они со Стефаном даже сдружились и постоянно играли в шахматы, коротая время. Лежали-то в одной палате.

— Думаю, у нас всё получится, — уверенно заявил Арсений. Он уже увлеченно разглядывал проект в планшете. — У меня даже есть пара идей, как сократить трудозатраты, да и время тоже… и материалы!

— Хочешь сказать, что за пару минут увидел больше возможностей, чем я за пару дней плотной работы? — нахмурился я.

— Ага, — с довольной улыбкой кивнул тот.

— Я не понял, ты когда таким наглым стал?

— Игорь, Игорь, Игорь… — протянул наглец, театрально покачав головой. — Наглым я был ещё до знакомства с тобой. Просто теперь у этой наглости появилось достойное основание.

— Ага, ага, — усмехнулся я. — Глянь пятый раздел, основательный ты наш.

Арсений нахмурился, перелистнул страницы проекта и бегло изучил содержимое «Мер по сокращению издержек при строительстве». И с каждой новой строчкой спесь с его лица планомерно спадала.

— Ты и это предусмотрел… — обиженным тоном протянул парень. — Обидно так-то!

Ребята переглянулись с усмешкой. Особенно Богдан, который тоже приложил руку к разделу. Чую, их можно столкнуть лбами, и пусть двигают друг друга вперёд. Здоровая конкуренция и соревновательный дух — главные катализаторы прогресса!

— Вот когда без моей помощи хотя бы один проект закончишь, тогда и основание наглеть будет, — хмыкнул я. — А сейчас, Арсений, будь добр, поскромнее.

По его морде было видно, что скромничать он уже никогда не собирался, а тут такой облом. Хотел выпендриться, а теперь просто сделает это главной целью.

Кажется, я взрастил монстра инженерного дела. Парень-то оказался действительно гениален — так быстро освоить новую профессию и показать удивительные результаты!

А ведь начал он со строительства одной опоры магоснабжения в Киото. И сколько времени прошло, когда замахнулся на строительство целого коттеджного комплекса в охотхозяйстве, причём по всем отраслям? А теперь ещё участие в крупном проекте Великого княжества Польского…

Так!

Педагогическая система Разина-Павлова дала охренительные результаты! Запатентовать, что ли? И это я его поначалу самсой мотивировал, а ведь сложно представить, каких результатов добились бы, будь на кону пельмешки.

Хе, хе, да тут можно продолжить эксперимент, и я выращу настоящих титанов инженерной мысли из двух обалдуев!

Но это всё просто весёлые мысли, а мне пока пришлось вернуться к реальности.

— В общем, задача технической группы ясна? — я окинул взглядом Арсения, Богдана, Ивана, Глеба и Генку.

— Да, Игорёк! — воскликнул последний.

— Отлично. Тогда перейдём к мерам безопасности.

И тут неожиданно первой выступила Аико.

— Нам нужен автопарк! — воскликнула она. — Причём машины следует доработать. До «Бурого» дотянуть все, конечно, не получится, но я видела «Барс», который разработали в Тунгусе. Он очень хорош!

— А то! — заулыбался Иван.

— Но его ещё можно доработать.

— В смысле?! — улыбка мигом слетела с лица.

Иван принимал непосредственное участие в модернизации моего сибирского внедорожника, так что вполне мог собой гордиться. Его работа уже один раз спасла жизнь Алёне, и сейчас он искренне не понимал, неужели можно улучшить наработки?

Хотя о чём это я. Нет предела совершенству. И Аико ещё раз это подтвердила:

— «Бурого» тоже надо доработать.

— В смысле?! — ахнул уже Медведь, сидевший тут с довольной рожей, наблюдая за своей невестой.

— Милый, — тихо произнесла девушка, немного смутившись. — Я знаю, как сократить расход энергии и увеличить максимальную скорость.

— Охренеть!

— Ты это, Медведь, — осклабился Батар, — за руль её не сажай.

— А то она и там тебя уделает! — добил Бат.

Мы снова посмеялись, но дальше настроились на рабочий лад. У Соколова тоже хватало опыта в военном деле, так что мы оба составили основной план размещения боевых групп, регламенты безопасности, распределили обязанности между командирами, среди которых оказались Гораму, Аи, Бат, Батар, Медведь. Ну и Мамору, когда он поправится.

А ещё определили, что мне уже пора нанимать собственную личную гвардию. А то целый граф без личной охраны гоняет по всей Российской империи — непорядок однако!

Александр, как знающий человек, обещал с этим помочь. Моими главными критериями были надёжность и качество. Лучше малый отряд сильных бойцов, чем куча середнячков. Я уже не раз видел, как небольшие армии раскидывают, словно кегли, всего несколько крепких воинов. Причём некоторые примеры случались с участием здесь присутствующих людей.

Мы успели обсудить основные моменты, касаемые безопасности, когда к дому подъехала машина Славы. Когда он зашёл в гостиную, все замолчали. Оливер был мрачный и злой, я никогда его таким не видел.

Воздух в помещении стал будто наэлектризованным.

Он обвёл нас тяжёлым взглядом и процедил:

— Я найду Пауля Грайнера и тех, кто его послал. И убью!

Глава 3

Первоочередным делом я выбрал формирование своей собственной гвардии. Костяк у меня уже сформирован — это командиры будущей службы безопасности Аи, Бат, Батар и Медведь.

Изао и Сакоку вынуждены заниматься делами клана в Японии, так что их можно причислить к моему региональному филиалу. Также они занимаются управлением и безопасностью моего поместья.

Всё это бойцы, доказавшие свою силу и преданность. Люди, которым я могу доверять. Конечно же, искать новых бойцов гвардии стоило через них. В таком деле с улицы никого не берут и объявления о наборе в газеты не подают.

— Это Николай Степанов, — представил Александр крепкого жилистого мужчину среднего роста.

На вид ему было лет тридцать пять. Взгляд тяжёлый, изучающий, широкие челюсти с проступающими желваками, хмурые брови. Явно проглядывается военная выправка, причём особенная, династийная. Было в его взгляде, осанке, даже мимолётных движениях что-то, что впитывается с молоком матери. Такое случается, если в роду все занимались военным ремеслом.

Собственно, и был этот Николай из древнего рода, от которого остался только он сам и перечёркнутая запись в Бархатной книге аристократических семей Империи.

Предки Николая оказались в опале во время революции. Было несколько таких родов, которые слишком уж рьяно поддерживали прежний строй. Их показательно наказали в назидание остальным и тогдашнему императору в частности. Лишили всех привилегий, казнили патриархов и особо ретивых членов семьи, изымали имущество. С тех пор и без того небогатый род Степановых совсем захирел.

Однако Николаю удалось поступить на службу в императорскую армию и дослужиться до звания капитана, что при его биографии было почти невозможно. Даже простолюдину в этом плане было легче. В общем, крутой мужик.

Он чем-то походил на меня из прошлой жизни. Тоже воевал в специальных войсках, имел богатый боевой опыт по всему земному шару, владел многими видами оружия, и при этом умел пользоваться магией. Особого дара у него не было, как и возможности обучаться у клановых мастеров, поэтому Николай был самоучкой и подогнал свой стиль боя под особенности службы в специальных войсках.

Всё это я узнал из досье, которое мне предоставил Соколов. Сам он был знаком с Николаем по совместной службе ещё в начале своей карьеры. А тут Николая, как говорится, "попросили". Кому-то он очень не понравился среди военного начальства, поэтому заслуженного капитана отправили в отставку с минимальным жалованием. А ведь мужик в самом расцвете сил!

Но будет ли верен лично мне? Я положился на своё чутьё и решил дать ему шанс, уж тем более что рекомендации были выше всяких похвал.

— Приятно познакомиться, — протянул я руку.

Николай ответил. Рукопожатие у него крепкое. Это хорошо, мне такое нравится.

Следующий кандидат не был аристократом, но от этого нисколько не страдал. Он был старым товарищем близнецов, но при этом сам не монгол… Ну или только частично. По их словам, это настоящий сын Азии — столько кровей в нём понамешано.

Познакомились они в трущобах на границе с Китаем и провели вместе много лет очень «весёлого» и «задорного» детства, выживая всеми силами. Затем бродили по бескрайней степи, бились с кочевыми бандами, коих в Монголии хватает и по сей день, но в итоге их пути разошлись.

Бат и Батар записались в имперскую армию, а Тапхар — так его зовут — нанялся к одному из местных вожаков, и "карьера" его была полукриминальной. Почему "полу"? Да потому что продержался он у этого вожака не очень долго.

Перспективный рубака быстро занял видное место в ближней охране, но ему очень не понравились методы, которыми новый хозяин пользовался во благо своего бизнеса. Непосвященные о них и не знали, как и Тапхар до того как войти в доверенный круг.

Он посчитал себя обманутым и прикончил самого вожака, часть его телохранителей, а после добровольно сдался правоохранительным органам. Решил, что бегать ему уже надоело, а так, может, за казённый счёт поспит, поест да поработает на совесть.

Но санатория ему не дали. Как оказалось, убитый вожак давно стоял костью в горле у одного из тамошних начальников министерства безопасности, так что он определил перспективного молодого человека в особую структуру.

Тапхар научился сражаться как специальные агенты спецназначения Монголии, прошёл усиленный курс подготовки и впоследствии занимался тем, что внедрялся в банды и преступные группировки, собирал достаточно компромата, а если устранить законным путём бандитов не получалось, просто убивал их главарей и исчезал.

Чёрт… Надеюсь, я не нахожусь в разработке у монгольского министерства!

В общем, особых подробностей биографии этого боевого азиата не было просто потому, что они засекречены, и раскрывать он сам не имел права. Только в общих чертах поведал мне через своих давних друзей Бата и Батара. Но ясно было одно: служба его по какой-то причине закончилась, и Тапхар перебрался, считай, на другой конец Империи.

Об этом мы как-нибудь побеседуем отдельно, если я приму его в свою гвардию.

Последнюю кандидатуру предложил Медведь. Честно говоря, его человечек мне как-то сначала не приглянулся. Федя Рыбаков был щупленький, хоть и жилистый, ну и низкого роста. С виду хиляк хиляком. Но, как утверждал Медведь, он без особых проблем мог схватиться с настоящим диким зверем, имея при себе только нож, что при его габаритах звучало сомнительно. Но Федя имел прозвище Медоед, и получил его явно не за пристрастие к мёду.

Ну, конечно, это были не единственные, кто присоединится к моей личной гвардии. Помимо трёх кандидатов, вне очереди прошли два самурая.

Кэтсу Томбо, которого прислал Хидзаши Накамура, и Кин Сайго — один из воинов Сакоку. Они отличились во время войны с британцами, и в Тунгусе тоже приложили руку к общей победе, так что сомнений в их навыках и преданности не было.

Ну, вообще преданность — дело наживное. Я не жду, что меня будут почитать и уважать просто так, тут придётся самому заслужить такое отношение. А вот навыки можно проверить сразу.

— Начнём по порядку, — вздохнул я. — Николай, бери своё снаряжение и выходи на арену.

Ареной в нашем случае служило поле. Проверку кандидатов мы устроили чуть поодаль коттеджа, на поляне возле реки, чтобы никому не мешать.

Николай облачился в тёмную боевую форму, видимо спецназовскую. Боевого пояса ему не нужно — в качестве держателя магического кристалла у него имелся простенький перстень с перечёркнутым гербом рода. В качестве оружия он взял два пистолета-пулемёта.

Интересный выбор. Оружие лёгкое, скорострельное, хотя каждый отдельно выпущенный заряд не имеет особой останавливающей силы, но за счёт кучности это серьёзная угроза. Мне следует быть осторожным, ведь доспех я не надевал, да и не собирался.

Его выбор снаряжения мне понятен. Я и сам держал при себе пистолет, просто использовал его вместе с мечом, и это будет моим преимуществом — ближний бой. Пистолет хоть и не такой скорострельный, но достаточно мощный, чтобы доставлять неудобства противнику. Мне нужно только один раз попасть, чтобы щиты Николая затрещали.

Схватку мы начали молча. Здесь не было ведущих для объявления поединка, да и атмосфера другая.

Николай резко атаковал, тут же осыпал меня градом выстрелов и рванул вперед, ни на миг не останавливаясь, чтобы стать трудной мишенью. Чёрт, попасть по такому шустряку из пистолета будет проблематично!

Однако его выстрелы были хоть и многочисленны, но слишком рассеяны и не могли нормально просадить мои щиты на таком расстоянии. Только вот он и не собирался держать дистанцию.

Николай резко сократил дистанцию и заставил меня заворожённо смотреть на его чудо-пушки. Почему чудо-пушки? Да потому, что помимо огнестрела, в каждый них были встроены по два творца. Один высвобождал штык-нож длиной примерно в локоть, а второй выстраивал дополнительный щит, которым можно было и дубасить, и парировать удары.

Так что теперь завязалась схватка в ближнем бою, на который я ставил изначально. Николай действовал грамотно. У меня в руке был меч, и эффективен он на длину клинка. А Николай всё норовил подобраться ко мне чуть ли не вплотную, чтобы реализовать преимущество с короткими магическими штык-ножами.

Но за это он и поплатился. В очередную попытку подобраться я сделал полушаг вперёд, порушив его планы, потом провёл подсечку, принял его на бедро и использовал инерцию движущегося тела, чтобы совершить бросок. Николай рухнул на землю, но, к его чести, умело сгруппировался и быстро вскочил на ноги, попутно выкинув пару ударов вперемешку с очередями, чтобы остановить мою возможную атаку.

Однако я и тут постарался его поймать. Пока он отступал, между нами как раз образовалась дистанция, удобная для атаки мечом. Поэтому я выстрелил из пистолета, чтобы сбить его с ритма, и нанёс удар.

А вот затем произошло неожиданное. Николай извернулся, принимая атаку по касательной, и вдруг мне с неожиданного ракурса прилетела целая очередь из пистолета-пулемёта. Он использовал энергию моего нападения, чтобы крутануться и атаковать в ответ!

Щиты заморгали, потому что каждый выстрел кучно летел практически в одну и ту же точку. Но затем произошло ещё более странное… Николай дёрнулся в сторону, будто хотел что-то сделать, но вдруг опомнился, и это сбило его с толку. Вместо манёвра получилось просто неловкое движение, которым я воспользовался, чтобы усадить его на лопатки и приставить меч к горлу.

— Поединок закончен, — объявил я, убирая клинок и протягивая руку.

Николай хмуро глянул на меня, но принял помощь и ловко вскочил на ноги.

— Мне всё понятно, — пробурчал он, стряхивая с себя грязь.

— Ага, понятно… — я сделал небольшую паузу, а затем добавил: — Шуруй к Алёне, она займётся оформлением. И к Азуми загляни, медосмотр никогда не помешает.

И он с удивлением посмотрел на меня и даже остановился, слегка приоткрыв рот.

— В смысле? Так я ж проиграл!

— Ага, — улыбнулся я. — Но это не страшно. А вот то, что ты не выполняешь приказ, уже серьёзное нарушение…

Николай встряхнулся, отсалютовал:

— Есть! — и направился к Азуми и Алёне.

— Чё-то я не пойму, — протянул Богдан, наблюдавший за поединком в стороне вместе с остальными. — А почему Игорь Сергеевич его взял-то? Он же легко победил, быстро.

— Дурачок ты потому что, — усмехнулся Гораму.

— Чего?! — возразил Богдан.

— Этот воин привык убивать, а не соревноваться.

— Ничего не понял…

— Тебе и не нужно, — философски заметил самурай.

Краем уха услышав этот разговор, я улыбнулся. Да, Гораму всё правильно понял. В тот момент, когда схватка резко обернулась в мою сторону, всё могло пойти иначе.

Дело в том, что Николай привык действовать так, чтобы убить врага. На это были заточены все его навыки и рефлексы. Вот он и сбился, потому что рефлекторно нацелился на убийство. И наверняка решил, что это получилось бы, не остановись он вовремя.

Конечно это не так. Однако Николай не стал рисковать и предпочёл провалить тест, чем допустить серьёзную ошибку. В общем, над самоконтролем ещё придётся поработать. Рефлексы должны служить воину, а не наоборот. Но боец он элитный и не лишён перспектив. Даже сейчас я бы сказал, что Николай мог бы одолеть Гораму или Мамору. Как минимум равен им по силе.

К сожалению, набрать таких монстров, какими были Карающая Длань, просто не получится. Их выращивают кланы и специальные организации под себя. Так что будем работать с тем, что имеем. Вырастить из моих воинов настоящих монстров тоже можно. Дело будет, конечно, сложное. Но очень важное и полезное.

— Следующий!

На поляну выступил Тапхар. По моему жесту он понял, что затягивать не стоит, и сразу пошёл в атаку.

Тапхар не был магом, но очень умело использовал боевой пояс. Причём, судя по всему, модель была доработана под него конкретно. Форма несколько отличалась от той, что носил Николай, однако общие черты видны невооружённым глазом. Ну, понятно, ведь они оба работали в специальных структурах, просто в монгольской части Империи есть свои особенности.

Тапхар оказался просто крутейшим бойцом ближнего боя. Он сначала закидывал меня ударами с ног и рук, потом разбавил этот коктейль локтями и коленями, а когда я решил применить борьбу, удивил меня нехилыми навыками на этом поприще. Да так, что я решил повременить и разорвал дистанцию!

Чёрт, ещё один человек, с которым можно реально помахаться, и это не близнецы весом в три меня каждый! Да уже только за это его можно принять в гвардию, ё-моё!

Честно говоря, я так увлёкся, что на какое-то время позабыл , что это "экзамен", и начал обмениваться с ним ударами. Но это так, отдушина, а по кривой ухмылке я понял, что ему тоже понравилось. Однако затем я шустро сменил меч и пистолет на короткие клинки, и картина боя резко поменялась.

В ответ Тапхар использовал магические удары. Я увернулся и сам подключил магию, при этом не снижая натиск. Мы снова начали обмениваться ударами, но в следующий раз меня уже удивил уже Тапхар — он выхватил огнестрельные короткостволы. Этот боец умел обращаться и с клинками, и с оружием, причём чередовал их по ходу боя, без перегруппировки, прямо во время движения и ударов.

Вот он делает джеб, потом бьёт с колена, а после шмаляет тебе в рожу из пистолета. Нормально вообще?!

Эта схватка тоже закончилась моей победой. Я бы даже сказал принципиальной, потому что одолел я Тапхара, подловив его во время движения и точным ударом выключив ему правую ногу. Бил так, чтобы оглушить нерв, и нога безвольной повисла плетью. Однако он не сдался и даже мог мне противостоять некоторое время. Я посчитал это достаточным рвением и остановил бой — калечить кандидатов я не собирался, а Азуми сейчас всё поправит в два счёта.

Главное я уже узнал — это разносторонний быстрый боец, способный одинаково хорошо применять и боевую магию, и ударную технику, и борьбу, и огнестрел, причём с неожиданных ракурсов.

Последним против меня вышел Фёдор Рыбаков, он же Медоед. Если подумать, это единственный из кандидатов не из структур, поэтому я опять же был настроен скептично. Оделся Фёдор в неряшливый с виду комбинезон с тактическими обвесами, а в качестве оружия выбрал простой стальной нож. Охотничий и достаточно длинный, но в нём не было даже магической руды.

— Уверен, что собираешься сражаться в таком виде? — нахмурился я.

— А чего бы нет? — пожал Федя плечами.

— Ну, смотри…

Он выглядел очень уж спокойно и даже несколько расслабленно. Однако меня таким обмануть не получится — я видел, что он в любой момент готов рвануть и нанести удар. Вот только каким образом?

Я решил напасть первым, и очень быстро понял, как воевал этот Федя-Медоед.

Не успел я пройти трёх шагов, как пришлось резко отскакивать в сторону, потому что подо мной что-то бабахнуло, а поле заволокло дымом. В следующий момент я понял, что Феди на том месте, где он только что стоял, уже нет — этот жучара уже подобрался ко мне и взмахнул ножом, пытаясь нанести удар. Я, конечно, увернулся, но снова наткнулся на взрыв. Охренеть, как он это делает? Фокусник, блин!

Но на самом деле наша схватка оказалась короткой. Я быстро понял, что за крендель этот Медоед. Он каким-то образом незаметно даже для меня устраивал ловушки прямо на ходу. Взрывчатку использовал не из магических составляющих, а так сказать, натуральных. Порох там, селитра, ну и ещё что-то.

Теперь я понял, почему он так неохотно надевал защитные модули — это просто палило его контору. Федя специально готовился сражаться против мага и убрал все возможные причины, по которым я мог его засечь. Я чувствовал себя зверем, на которого начали охоту.

И мои мысли оказались очень близки к истине. После того как я переворошил землю, чтобы убрать поставленные ловушки и обездвижить Фёдора, я принял его в гвардию и спросил, что это вообще блин было!

— Мне надо было "добыть" мага, вот я и подготовился.

— Из чего ловушки делал?

— Секрет фирмы, — уклонился он от ответа.

— А как ты их вообще расставлял? Даже я нихрена не увидел.

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — снова уклонился Медоед.

Блин. Медведь, Медоед… У меня таким макаром зоопарк не наберётся?! Ещё и ушлые оба…

Ну да, его дело. Секретами военного искусства не любят делиться не только аристократы. У каждого воина есть свои приёмчики, о которых знает только он сам.

Фёдор, конечно, не такой хороший боец, как остальные, и вряд ли будет. Но его способность устраивать засады, ловушки и мастерить из подручных средств орудие убийства просто поражает. Отличный боец поддержки, с которым команда в совокупности увеличит эффективность в разы.

Как потом оказалось, часть досье он специально скрыл и попросил Медведя не выдавать его тайны. Тоже, как оказалось, часть подготовки к "охоте". За такую подставу надо бы Медведя наказать… Но это потом. После поединка я прочитал полное досье и узнал о навыках своего нового гвардейца более подробно.

Рыбаков действительно не состоял ни в каких государственных структурах, однако он был наёмником на службе у богатеньких кланов, и устраивал диверсии различного вида. Мог, например, скрытно подорвать какое-нибудь предприятие или внедрится в организацию и добыть данные.

Для меня было важным, чтобы на его руках не было крови невинных, но Федя оказался нормальным мужиком и признался, что имел такой статус, при котором можно выбирать себе заказчиков и заказы, поэтому с ублюдками просто не работал.

И, кстати, знакомство с Медведем тоже было частью одного из заказов, для выполнения которого он внедрился в банду браконьеров.

— Вот этот шрам, — Медведь открыл свою могучую грудь и показал на уродливый ожог, — мне Федька и оставил. Я так хотел его убить, что гонялся целый год! Ну а потом нам довелось на пару разобраться с одной ублюдочной ватагой и как-то помирились.

— Понятно, — хмыкнул я. — Ладно, проверка навыков закончена. Думаю, можно закругляться и возвращаться домой!

— Э, нет! — воскликнул Соколов, шагнув мне навстречу. — Точнее, не совсем так, Игорь. Остальные пускай возвращаются, а мы с тобой остаёмся.

Александр говорил серьёзно и смотрел на меня хищным взглядом Я даже немного напрягся.

— Зачем, позволь узнать? По грибы ходить не мой профиль. И рановато ещё…

— Ты стал сильнее, Игорь, — ухмыльнулся Соколов. — И ты мне должен спарринг, не забыл? Вот я и хочу узнать, чего ты теперь стоишь!

Глава 4

Соколов захотел устроить спарринг. Ну что ж, это он хорошо придумал. На самом деле я как раз хотел попросить его о том же.

Просто у меня возникли некоторые мысли по поводу использования Скверны не только для контроля магии, но и для ещё кое-каких "фокусов". Опробовать эти задумки без второго участника не выйдет, и лучше бы это сделать до настоящего боя. Так что Александр как никто другой подходит для такой цели.

Только вот прочих наблюдателей мы всё-таки отправили домой, а сами отошли подальше по нескольким причинам. Основная заключалась в том, что наш спарринг может привести к разрушительным последствиям, и за безопасность окружающих беспокоиться не хотелось бы. Я бы просто не позволил Алёне или Азуми присутствовать во время нашей драки. Уверен, с темпераментом Александра спарринг перерастёт в настоящую рубку.

Ну и немаловажным был тот факт, что свои способности я предпочитал не афишировать. Лучше уж пускай никто о них не будет знать до того момента, как их придётся применить против врага.

— Ничего, что я без доспеха? — спросил я Соколова. — Ты ведь хотел опробовать мои возможности именно в нём?

— Не, — махнул Александр. — Перуна ты победил и без доспеха, он тебе только мешал. И меня больше интересует твоя техника. Покажи-ка ещё раз.

— Ну так нападай, — махнул я, приготовившись обороняться

— Ха! Меня два раза просить не надо!

Соколов кинулся на меня, по пути накидывая на себя покров жаркого пламени, и влажная из-за оттепели земля под ним начала исходить паром.

Вот чёрт, я и забыл, как он опасен! В боевой ярости будто и правда попытался спалить меня дотла. Хорошо я владел магией воды и мог хоть как-то защищаться. Пытаться перетягивать его огонь под свой контроль не стал даже пытаться — уровень владения этой стихией у Александра в разы больше чем у меня.

Некоторое время мы обменивались магическими атаками. Я швырялся молнией, защищался водой, и вполне успешно, надо отметить. Хотя всё же опасных манёвров с его стороны было куда больше. Пару раз я едва избежал критического урона.

Но главное ведь не количество, а качество, верно?

Подловил момент, когда можно использовать свою кратковременную, но эффективную технику сжатой магической энергии. Соколов слишком уж распоясался и собрался атаковать меня жутко концентрированным пламенем, для чего ему пришлось на доли секунды дольше заносить удар. Воспользовавшись этой брешью, я закрылся магическим щитом, который принял на себя весь жар обрушившегося пламени, и плавно начал формировать клин из магии.

Когда жар немного утих, я бросился в атаку, тараня Соколова. Заботиться о том, чтобы его не прикончить, не стоило. Он, кажется, о подобных вещах даже не парился и упорно хотел приготовить из меня своё любимое блюдо «граф табака».

Но хрен там плавал! Причём с обеих сторон. Пламя не сумело подкоптить мою драгоценную задницу, а магический таран не достиг своей цели, потому что Александр увернулся, сотворив мощный взрыв, от которого я прикрылся стеной воды, и мы благополучно разошлись по сторонам.

Одновременно остановились, вспомнив, что это всё-таки спарринг, а не бой насмерть. Александр с довольной улыбкой прокомментировал:

— Да, Игорек, ты действительно стал сильнее. Но я в шоке! Как у тебя это получилось, а?! Я такого не видел даже у маршала.

— У какого именно? — хмыкнул я в ответ.

Но Соколов не стал уточнять, а вместо этого снова атаковал. На этот раз я просто закрылся щитом. С таким натиском мне хватало контроля выдержать его всего две-три секунды, но этого было достаточно, чтобы подпустить его близко и опробовать свой новый замысел.

— Попался! — воскликнул Соколов, занося руку для удара, когда щит начал таять.

Но мгновением позже его объятый пламенем кулак вдруг потух, а сам он с удивлением уставился на мою довольную рожу, не понимая, что приходит.

А я ко всему решил поиздеваться и швырнул ему в лицо огненным шаром — простой, но эффективный приём, и пламя вспыхнуло у его головы.

Саня умел увернуться и избежать основного урона, вернув себе способность управлять магией. Мы замерли, и он, разглядывая собственную руку, поинтересовался:

— Эт чё щас было, Игорь?!

— Моё секретное оружие, Саня! — осклабившись, заявил я. Но затем добавил чуть скромнее: — Которое у меня сейчас получилось впервые…

И вдруг я почувствовал, как силы резко меня покидают. В глазах на мгновение потемнело, даже ноги подкосились, но я усилием воли устоял на ногах.

— Игорь, что с тобой?! — встревожился Александр.

— Походу, моё секретное оружие, Саня, имеет нехилый такой откат… — Я тяжело задышал, поморщился от накатившей мигрени. — Давай-ка на сегодня закончим со спаррингами. Походу, мне надо домой и немного отдохнуть.

━─━────༺༻────━─━

До начала полномасштабных работ по строительству сетей следовало заручиться поддержкой Владана Жуковского, начальника эксплуатации польского министерства магоснабжения. Рабочую силу пригнать сюда будет ой как непросто, поэтому придётся справляться с местными специалистами, а с ними могут возникнуть проблемы.

Даже в текущей ситуации не все жители Великого княжества с радостью помогут нам присоединить свою страну к Империи ещё одним хомутом. Но, думаю, растущие день ото дня тарифы определённым образом скажутся на их чувстве патриотизма.

Когда я вошёл в здание министерства, сразу понял, что задача окажется ещё более сложной, чем предполагалось. Тут и в прошлый раз царил некоторый хаос, хоть и более-менее упорядоченный, но теперь все летали туда-сюда, как ужаленные. В кабинете специалистов сопровождения не умолкал гомон голосов Вари, Маши и Симеона. Кажется, они отвечали каждый на несколько звонков сразу.

Я поднялся на этаж к Владану и с удивлением обнаружил, что все начальники тоже в мыле. С телефонами в руках все мечутся из кабинета в кабинет, гоняют секретарш, ругаются и матерятся. Однако в кабинете Жуковского вроде была тишина.

Я постучался и осторожно открыл дверь.

— Добрый день. Разрешите?

В ответ на меня угрюмо взглянул уставший хмурый человек. Но даже несмотря на состояние, он кивнул и махнул рукой, мол, входите.

— С чем вы ко мне прибыли? — угрюмо спросил Владан.

— Угадайте с одного раза, — хмыкнул я, садясь в кресло напротив.

— У меня рабочей силы нет, говорю сразу!

— Угадали… А почему?

— Угадайте с одного раза, — слегка улыбнулся Владан.

Ну, собственно, гадать тут нечего. Все силы министерства были направлены на скорейшее восстановление питания. Оно сейчас виделось только в резервных Истоках, которыми владели Загорские. Ну, точнее не владели, а контролировали, однако от этого не легче.

— Мне нужно людей обеспечить стабильной энергией, Игорь Сергеевич, — объяснялся пан Владан. — Я видел ваше письмо, да… И понял ваш замысел. Всеми руками готов поддержать его, но не сейчас! Сначала нужно устранить самые тяжёлые последствия теракта. У меня несколько больниц на одних генераторах стоят. Вы представляете, к чему это может привести?

— Отлично представляю. Но если будем тянуть, эти резервы закончатся, как только вы проложите последний кабель. И всё придётся делать заново, только вот сил уже не останется.

Пан Владан нахмурился. Он тоже это отлично понимал, однако у него были свои начальники, которые отдали приказ сотрудничать с Елизаветой Загорской ради быстрого результата.

Как же меня бесит эта ситуация! Не, я понимаю, проверка, то да сё. Но нахрена нас с ней сталкивать лбами?! Вот что эта княжна сейчас творит! Она подсадила на крючок всю вертикаль власти в Великом княжестве и сейчас гребёт нехилые бабки, продавая магическую энергию втридорога, пока поставщики генераторов наживаются на бедствии людей.

Я видел, как по улицам Варшавы рассекают грузовики «АвтономМагПром» — это корпорация, которая как раз занимается аккумуляторами и генераторами. У них тут не рынок сбыта, а просто рай на земле. Причём обычно в таких ситуациях государство вмешивается в формирование цен, чтобы тарифы не пробивали потолок за потолком, однако на территории Польши Империя таких полномочий не имеет, а Великий князь, который мог бы инициировать нечто подобное, сейчас ждёт суда в местах не столь отдалённых. А его отпрыски Златана и Матеуш, походу, нихрена не могут без своего папеньки. Даже гурьба советников не помогает им взять ситуацию под контроль.

— Ладно, — кивнул я. — Скажите, что от меня требуется, чтобы вы выделили хотя бы половину запрашиваемой рабочей силы? Можем работать совместно. Я подправлю проект с учётом текущего строительства, если вы мне предоставите рабочую документацию. Попробуем придумать что-нибудь толковое.

— Это мысль… — задумался Владан. — Если мы сопоставим проекты, я, возможно, больше людей выделить сумею. Но для приказа мне нужно указание сверху. И лучше не с того сверху, который сидит у меня в соседнем кабинете, — он кивнул в сторону стены, — а прямо из великокняжеского дворца.

— О чём разговор, пан Владан! — усмехнулся я. — Будет вам указание.

━─━────༺༻────━─━

«Работа не волк, в лес не убежит».

«Война войной, а обед по расписанию».

«Семь раз отмерь, а один пообедай».

Эти и другие народные мудрости натолкнули меня на мысль о еде. Поэтому, прежде чем отправляться в великокняжеский дворец, я вместе с Кэтсу и Кином, которые выполняли роль телохранителей, отправился в столовую.

Да-да, в простую столовую. Несмотря на наличие двух жён с кулинарными талантами, иногда хочется обычной еды в непритязательном заведении.

Когда мы зашли, все немного охренели. Потому что мой вид — родовой перстень, оружие и наличие двух японцев-телохранителей с мечами на боках — наталкивал на мысль, что я не простой человек, а явно аристократ. Возможно даже влиятельный. А такие по столовкам не ходят.

Ну, а я спокойно взял поднос, сразу взял столовые приборы, по пути прихватил пару ржаных булочек с салатом «Витаминный» и подошёл к прилавку, где чересчур улыбчивая и взволнованная женщина слегка просевшим голосом спросила:

— Чего изволите, пан?

— Мне, пожалуйста, суп гороховый, котлету домашнюю с пюрешкой и вишнёвый компот.

— Да, конечно, сейчас всё будет!

Она немного суетливо наполнила тарелки и, кажется, от волнения зачерпнула мне больше супа, чем требовал норматив — он и правда едва не лился через край.

— Подливки добавить? — поинтересовалась женщина.

— Да, пожалуйста.

И она плюхнула мне целый половник подливы, едва не скрывший порцию пюре.

Кэтсу и Кин немного растерялись. Они в подобных заведениях, видимо, не бывали, поэтому просто попросили то же самое. Мы расплатились и уселись за свободный стол, ловя на себе взгляды посетителей.

Первое, второе, салат и компот — вот что нужно для плотного и правильного обеда, который даст заряд энергии на весь оставшийся день. Просто и эффективно.

И хотел бы я сказать, что этот обед без эксцессов, но нет.

Большая компания за столом неподалёку вдруг встала со своих мест и направилась прямиком в нашу сторону. По суровым рожам я понял, что они нам не «приятного аппетита» пожелать спешат.

Однако, закончив с супом, я спокойно отставил тарелку, вытер салфеткой губы и пододвинул к себе порцию пюрехи с котлетой. Кэтсу и Кин насторожились, приготовились реагировать на возможный конфликт, хотя тоже не подавали виду и вроде как спокойно пробовали на вкус стандартную русскую кухню.

Почему-то гороховый суп им, судя по реакции, показался очень странным, и парни недоверчиво пробовали его по чуть-чуть, хмурясь и явно пытаясь разгадать, в чём тут соль. Эх, дураки! Его ж надо прямо ложками хлебать, чтоб с мясом, да вприкуску с хлебом! Ну да ладно, пускай сами разбираются, не маленькие.

Я же отломил вилкой кусок котлеты, поддел и уже приготовился продолжить прием пищи, когда компания молодых людей якобы грозно нависла над нами.

— Эй, ты! Слышь! — тявкнул, видимо, их вожак.

Как ни странно, это был самый низкорослый среди всей ватажки. Одетый в брюки, тяжёлые рабочие ботинки, кожаную куртку и кепку-восьмиклинку, прямо как в одном британском сериале из моей прошлой жизни. Только бритвы не хватало под козырьком, хех.

Но у ребят было немало всего — ножи, монтировки, у пары человек даже кобура выглядывала из-под курток. А сам вожак показательно сверкал кастетами с заострёнными гранями.

Ё-моё, ну что за детский сад?

— Я-то слышу… — произнёс я спокойным голосом. — А вот вам срочно нужно к окулисту.

— Зачем? — задал тупой вопрос один из сподвижников, за что получил локтем под дых.

— Не слишком ли ты дерзкий, дядя?! — снова тявкнул низкорослик, подавшись вперёд.

Кэтсу и Кин уже готовы были покрошить идиотов на мелкие куски, но, повинуясь моему жесту, сидели спокойно. А вот остальные посетители спешили покинуть сие прекрасное заведение. И молодцы, между прочим. Мешаться не будут, если ситуация выйдет из-под контроля.

— Дядя, ты, походу, не догоняешь, — низкорослик мотнул головой своему подельнику, и тот показательно сверкнул ножом.

Как ни странно, тёмное лезвие выдавало примесь магической руды, хотя на мой не слишком профессиональный взгляд сплав был так себе, и руды совсем немного. Однако качества клинка хватало бы для нанесения тяжких телесных повреждений даже магу.

— Разве это нож? — улыбнулся я, подавая незаметный жест Кэтсу.

И в следующий миг возле лица низкорослика замер настоящий боевой меч из правильной стали с почти идеальной примесью магической руды.

Парни охренели! Они даже не сразу заметили, что самурай обнажил свой клинок. А он это умел делать быстро и смертоносно, между прочим. Хорошо хоть понял мой намёк и не стал сразу рубить голову идиоту.

Но это всё нужно, ведь я только что понял, что отсылка не сработает!

Ну, не в том плане, что её не поймут — это и так понятно. Просто в фильме, который я хотел повторить, бандит достал маленький нож, угрожая расправой и требуя отдать ему все деньги. А главный герой в ответ выхватил здоровенную железяку раза в три больше, чем была у бандита, и эпично произнёс: «Разве это нож? Вот это — нож!»

Но у Кэтсу ведь не нож, а меч! Эх, зараза, такую шутку просрал. Обидно, блин…

— Господа! — воскликнул внезапно объявившийся хозяин столовой, ничем не примечательный мужчина средних лет. — Попрошу не устраивать беспорядки в моём заведении! Все разборки по ту сторону дверей, понятно?

— Э, слышь… — начал было возникать ещё один член недобанды, но его уже осадили свои.

Видимо, лишиться кормёжки не улыбалась никому, да и меч возле горла их предводителя навевал некоторые здравые мысли об отступлении.

— Ладно, — процедил вожак. — Живите пока.

Затем он кивнул своим людям, и шпана дружной толпой покинула столовку.

Получилось, что мы здесь оказались единственными клиентами, и спокойно закончили обед. Вот только что это было, я так и не понял.

Не, ну серьёзно, какой идиот будет угрожать трём боевым магам? Или ребята форменные идиоты, или им реально стоит записаться к окулисту. Причём всем вместе.

━─━────༺༻────━─━

На улице, в то же время…

Главарь десятка уличных хулиганов Кастет поспешно уводил своих людей подальше от столовой. Через пару кварталов они завернули в проулок и пошли через длинную арку во двор жилого дома, построенного колодцем.

Там в коробке гоняли мяч взрослые мужики. Их было, наверное, с полсотни. Половина играла в ожесточённый вариант футбола, где были разрешены подкаты, удары, пинки и прочие «приёмчики», а другая громко подбадривала игроков.

Кастет приказал пацанам ждать его поодаль, а сам осторожно протиснулся сквозь ряды зрителей и подошёл к крепкому лысому мужчине, который во всё горло вопил, едва сдерживаясь на месте:

— Обходи, обходи его! Бей! Ну же, да гол!

— Лукаш! Можно тебя на минуту? — кротко спросил Кастет.

И мужчина, сверкнув пышными усами, закрученными кверху, обернулся, одарил его широкой улыбкой, подмигнул:

— О-о, привет, малой! Да, конечно. Чего надо?

— Помнишь русского, который положил наших ребят в Старом городе?

Лукаш тут же помрачнел. Кастет напрягся, но продолжил:

— Я его видел только что. В столовке у Барташа. Он ещё до сих пор там, наверное, обедает. Ну что, будем его брать, а?

Лукаш не ответил, но молча махнул рукой, и игра тут же остановилась. Все присутствующие, будь то игроки или зрители, направились ближе к главарю, оттесняя Кастета. Все мгновенно поняли, что их ждёт очень серьёзное дело, ведь гроза варшавских ОПГ просто так не будет останавливать любимую игру.

Глава 5

г. Варшава, Великокняжеский дворец, покои Великого князя.

Златана и Матеуш сидели в комнате своего отца и пытались придумать, что им теперь делать. Сам батюшка сейчас находился за пределами великого княжества с обвинением в покушении на убийство и вооружённое нападение, совершенное на территории Империи.

На самом деле они сюда перебрались в надежде, что рабочая атмосфера сможет хоть как-то помочь в этом деле, но их надежды не оправдались. Сколько они ни думали, вывод был неутешительный…

— Мы в заднице, сестра. Кажется, нас решили списать со счетов.

— И это не без оснований, — вынужденно признала Златана. — Советники не воспринимают нас всерьёз. Они уже вовсю принимают решения, не спрашивая нас. Брат… у нас очень мало времени. Ещё немного, и мы потеряем Польшу.

— Знаю, — буркнул Матеуш. — Но что я должен сделать?

Златана ответить не смогла.

Личная гвардия Великого князя сильно поредела. Большая часть находилась в больнице, уцелевшие последовали за своим господином. И только несколько резервных отрядов не участвовали в минувших событиях, но их хватало только для обеспечения минимальной безопасности замка и наследников.

Такие отряды, в основном, состояли из ветеранов, уже отслуживших своё, и новички, которым они передавали знания. Так что резервы в прямых боестолкновениях не участвовали и занимали охранные посты.

Поэтому за Златаной и Матеушем не было даже военной силы, не говоря уже о политической, ведь советники, дрожащие в страхе перед Болеславом, ни в грош не ставили его детей.

Вдруг раздался стук в дверь, и в палату вошёл Первый Советник Великого князя Анатолий Елизарович Бернадский. Будто услышал мысли княжичей и явился. Причём дозволения войти даже не спросил.

Брат с сестрой мигом притихли и немного затравленно, со злобой взглянули на этого человека. Анатолий был сильным магом. Не монстр, какими, например, считались Соколов или Разин, но тот же Стефан его одолеть бы не смог.

Магов на уровне знаменитого маршала Громова во всей империи можно было по пальцам пересчитать. Таких как Разин или Соколов — уже несколько десятков. Таких как Бернадский были сотни, что на фоне многомиллионной империи казалось не так уж много.

Но самая главная сила у Анатолия была не собственная магия, а его род — почти такой же древний, как Понятовские, с мощным боевым блоком и, что более важно, с огромным влиянием внутри Великого княжества. А сам Анатолий был попросту намного более опытным. И всё бы хорошо, да только он решил применить свои знания во вред своему господину. Наверное, думал, что его упекут далеко и надолго, и хватал быка за рога.

— Ваша Милость, — с наигранным уважением приветствовал он Матеуша. — Я вас уже обыскался.

— Пан Бернадский, — процедила Златана. — Покиньте помещение. Когда мы освободимся, тогда и…

Проигнорировав княжну, Анатолий Елизарович подошёл к Матеушу и протянул папку, увесистую и толстую.

— Что это? — тихо спросил княжич, несмотря на испепеляющий взгляд сестры.

— Некоторые нововведения. Необходимость, вызванная чрезвычайным положением в Великом княжестве. Нужна ваша подпись.

Анатолий протянул ручку, но Матеуш собрался с духом и возразил:

— Мне нужно со всем ознакомиться. Когда будет готово, я вам сообщу.

— Ваша милость, у нас осталось не так уж много… — ядовито улыбнулся советник.

— Я сказал — потом!

Анатолий выдержал небольшую паузу, но затем убрал ручку в нагрудный карман, улыбнулся чуть шире и поклонился, хотя это почему-то тоже выглядело чуть ли не издевательски.

— Хорошо, Ваша милость. Мы все очень ждём.

А затем он развернулся и ушёл.

— Ублюдок, — прорычала Златана, когда дверь захлопнулась. — Почему ты его не вышвырнул?!

— А ты почему этого не сделала?

Златана снова не ответила, хотя ответ лежал на поверхности. Если бы Анатолий того пожелал, он с лёгкостью принудил бы княжичей к содействию физическими методами. Ни Златана, ни Матеуш по магической силе не могли ему составить ни малейшей конкуренции, а по влиянию и вовсе были просто пылью под ногами.

Матеуша преемником Болеслава выбрал как раз Анатолий. Конечно же подговорив остальных советников проголосовать. Этот выбор сделан был не просто так. Советники считали, что Матеуш — бездарь и балагур — не способен самостоятельно управлять княжеством, да и пытаться не станет, а потому им будет просто помыкать. Очень удобный марионеточный правитель.

Во многом они, конечно, были правы, и ожидания сложились не на пустом месте. Только вот последние приключения немного изменили Матеуша, закалили его характер. Конечно, этого было недостаточно, чтобы сделать из него совершенно другого человека, но всё же некоторая честь и гордость в нём проснулись.

Княжич понуро разглядывал документы. Большая часть касалась магоснабжения: подтверждение тарифов, согласование проектов и разрешений, выбор подрядчиков, графики и прочее, и прочее. И почти на каждом документе фигурировала фамилия Загорской. Похоже, Бернадский спелся с княжной Елизаветой, и это очень плохо. Если верить Разину, именно она отравила Златану и Матеуша, вот только прямых доказательств достать не удалось.

Единственной надеждой оставался старший брат Витольд. Но где он и чем конкретно занимаемся, знал только Болеслав, поэтому полагаться на него было нельзя.

Через какое-то время в дверь снова постучали. Матеуш подумал было, что это советник передумал ждать и решил, что времени на ознакомление с документами прошло достаточно. Однако дверь не открывалась, пока Златана не воскликнула:

— Входите!

Петли скрипнули, и показался секретарь.

— Господа, — поклонился он обоим Болеславовичам. — К вам прибыл граф Игорь Сергеевич Разин. Сказал, что по очень срочному делу.

Матеуш и Златана переглянулись. Во взглядах у обоих была смесь надежды и испуга.

Граф Игорь Сергеевич Разин… От него можно было ждать чего угодно. Этот человек не боялся перечить даже отцу, поэтому просить его помощи, особенно после произошедшего, было очень рискованно. Но после недолгого молчания Матеуш нахмурился и кивнул:

— Пригласи его.

━─━────༺༻────━─━

Мда… в великокняжеском дворце тоже всё поменялось. Прежних лиц я даже на ресепшене не увидел. Кажется, кто-то почти полностью сменил персонал. Когда я направился в приёмный зал, мне вдруг сообщили, что Златана и Матеуш находятся в личных покоях их отца.

Ну да мне пофиг, где разговаривать. Дело, в принципе, быстрое и не должно занять много времени. Болеславовичи ведь наверняка не захотят сотрудничать с Загорской, которая их отравила руками Гроздина!..

Не захотят, ведь правда?

— Игорь Сергеевич, по какому делу вы прибыли? — очень уж холодным тоном приветствовала меня Златана.

Она вместе с братом сидела за столом, где были раскиданы какие-то документы. Сам Матеуш прятал взгляд, как-то сжался.

Ну, у нас с ним отношения не очень заладились, это правда. Первое впечатление подкачало, но он сам виноват.

— Да дело-то плёвое. Мне нужен от вас приказ для министерства магоснабжения, чтобы выделили часть сотрудников для работы в проекте по объединению энергетической системы. Ну и рабочие руки очень нужны, так что чем больше людей вы сможете выделить, тем…

— Подождите, подождите, — прервала меня Златана. — Боюсь вас расстроить, Игорь Сергеевич. Это совсем не плёвое дело.

— Почему? — Я заметил, что они выглядят очень уж понуро, и настроился.

Не, я понимаю. Батьку-то за решётку упекли, на плечи такую ношу взвалили. Но Матеуш, казалось, только рад должен быть — никто ведь теперь на его жизнь покушаться не станет. Однако сидит как в воду опущенный.

— Такие решения принимаются с согласованием парламента. Советники нам не позволят этого сделать.

— С хера ли?!

Я начинал злиться. Ну, серьёзно, всё так ясно и понятно! Есть задача от Сената Империи и, мать его, самого императора! К тому же Великий князь накосячил, и как бы в Польшу теперь не ввели дополнительные войска для регулирования правопорядка. Они должны всеми силами сглаживать углы, вместо этого палки в колёса решили ставить?

— Бернадский нам не подчиняется, — пояснил Матеуш. — Он не пропустит никакой приказ, если это не будет ему на руку.

Говорил он тихо, сдавленно, и, кажется, я понял настоящую причину его хренового настроения. Бернадский, значит? Кажется, я где-то слышал фамилию…

— Это не тот хрыч, которого Болеслав в нокаут отправил, когда мы впервые увиделись?

— Он, — кивнула Златана.

— И что, вы не можете с ним справиться? Вы ж княжичи, е-моё!

По молчанию и опущенным глазам понял, что не могут.

— Да грёбаный ж ты ж ёж… — вздохнул я.

Надеялся, что приключение будет минут на двадцать. Туда-обратно, как говорится. А по итогу опять в какую-то долгую историю влип? Не, так не пойдёт. Надо как можно скорее решать проблему и приступать к работе. Надоело мне тут возиться с местными интриганами, и Загорская уже костью в горле стоит.

— Ладно, вставайте, — махнул я.

— Чего? — удивилась Златана.

— Вставайте, говорю! Будем разъяснять вашему Советнику, кто тут приказами командует!

— В смысле? — нахмурился Матеуш. — Как это?

— Грубо, прямо и безжалостно. Нет у меня времени тут с вашими шавками возиться.

Я уже понял, что Болеславовичи полностью потеряли контроль над ситуацией. Это было заметно по косвенным признакам, конечно, но я надеялся, что дела не настолько плохи.

Видимо, приближённые Великого князя почувствовали силу и начали дербанить княжество по кускам. Ну, история знакомая, и не только в этом мире. Пока что результаты их делишек не особо отражались на государстве, да и незаметны в общем хаосе происходящего, но в будущем могут привести к катастрофическим последствиям.

Златана и Матеуш неуверенно встали и послушно поплелись за мной на выход.

— Где этот ваш главный советник? — спросил я, остановившись у лифта.

На выходе из княжеских покоев ко мне присоединились Кэтсу и Кин, которых я оставил снаружи. Они грубовато оттеснили Златану и Матеуша, чтобы встать позади меня.

— Этажом ниже, — буркнула Златана. — Он забрал себе весь ярус.

Пока ждали лифт, я размышлял. Вряд ли тут образовалось сразу несколько противоборствующих партий, тогда бы у Болеславовичей были хоть какие-то шансы. Видимо, главенство занял один человек — тот самый Анатолий Бернадский. Но в текущей ситуации так даже лучше, потому что придётся разобраться только с ним.

Меня провели по закрытому этажу, где нас встретила охрана Первого Советника. Суровый лысый мужик в чёрном костюме, стоявший у парадных дверей, остановил наше шествие и, покосившись, на Болеславовичей, выставил руку перед собой.

— Отойди, мил человек, — улыбнулся я.

— Не положено! Анатолий Елизарович сказал никого к нему не пускать.

Кэтсу и Кин переглянулись, и я услышал, как их пальцы касаются рукояти мечей. Охрана Бернадского позади Лысого тут же насторожилась, но я хотел сначала решить вопрос словами. Видимо, мужики ещё не совсем поняли новый расклад сил, и перечить великокняжеским отпрыскам им было попросту непривычно.

— Послушайте, — начал я. — Меня зовут Игорь Сергеевич Разин. Я полномочный представитель Сената Империи на территории Великого княжества Польского и гость Матеуша и Златаны Понятовских, ваших временных правителей. И мне абсолютно насрать, какие распоряжения отдал ваш господин.

Я сделал паузу, чтобы мужики успели переварить услышанное и примерно прикинуть последствия своих действий. С воображением у них, видимо, всё было в порядке, так что в глазах появились явные сомнения. Как раз самое время продолжить колотить понты:

— Я встречусь с ним через две минуты. Но только от вас зависит, останется у него охрана, или вас всех придётся паковать в больницу. Только учтите, сейчас все палаты переполнены, врачи загружены донельзя. Так что, боюсь, помощь вам будет оказывать некому, придётся очень долго страдать и ждать своей очереди где-нибудь в холодном коридоре.

Мою фамилию в Польше уже знали многие люди, и этот суровый мужик, видимо, был из их числа. На лице боролась сама с собой гамма эмоций. Он оценивал, каковы же его шансы вылезти из передряги целым и невредимым, причём не только сейчас, но и потом, когда Бернадский начнёт спускать всех собак. В общем, выбирал меньшее из зол. И молодец — выбрал правильный вариант!

— Хорошо, проходите. Только оружие… — он наверняка хотел забрать его, но запнулся, взглянув на холодные взгляды Кэтсу и Кина, поэтому изменил требование, — …держите в ножнах, пожалуйста.

— Да, без проблем! — улыбнулся я и пошёл дальше, уводя за собой свою свиту.

А губа у Первого Советника не дура! Захапал себе такие хоромы, что здесь можно разместить несколько рот солдат.

Кстати, у меня по этому поводу появилась кое-какая идея… но подробности чуть позже.

У входа в кабинет тоже стояла охрана, но нас сопровождал Лысый, поэтому вопросов не возникло. Хотя некоторое замешательство на лицах присутствовало.

Сначала мы оказались в приёмной, где взволнованный секретарь, увидев нас, подскочил и начал блеять что-то про занятость и запреты. Но я не слушал, а Кин грубо отпихнул его в сторону, чтоб не мешался. У охранников тогда наконец начали возникать некоторые подозрения, но уже было поздно, и я распахнул двери.

Кабинет у Бернадского тоже оказался подстать! Круче был только у Болеслава, пока мы его не раздолбали.

Длинный, украшенный гобеленами зал каким-то чудом сочетался с рабочей обстановкой. В самом конце сидел сам Анатолий Елизарович, обескураженный нашим появлением. Он разговаривал по телефону.

— Простите, Ваше Сиятельство, я могу перезвонить? У меня тут появились некоторые обстоятельства… Да, прошу прощения.

Бернадский положил телефон и, не вставая с места, грозным голосом потребовал:

— Вы кто такие?! Покиньте мой…

Тут из-за спин Кэтсу и Кина показались Болеславовичи, и Первый Советник умолк, а потом, кажется, вспомнил и меня.

— Граф Игорь Сергеевич Разин! — подсказал ему.

Хмм… а ведь я уже перестал испытывать некоторые неудобства, представляясь графом! Как-то и не заметил, что это произошло.

— И что же вам от меня нужно, Игорь Сергеевич? — процедил Бернадский.

Он начал концентрировать вокруг себя магическое поле. Я только улыбнулся, заметив это, и подошёл ближе.

Позади гурьба охранников пыталась проникнуть в кабинет через проём, который перекрыли мои самураи.

Златана и Матеуш делали вид, что не боятся, но это у них плохо получалось. Хотя бы потому, что они остановились у дальнего конца стола.

Я же вольготно уселся на ближайшее место напротив Бернадского, наслаждаясь тем, как у него дёргается глаз.

Хорошо иметь репутацию сильного мага. Не будь у меня этого, гадёныш попытался бы вышвырнуть меня прочь.

Хотя… может, так оно было бы проще?

— Я прибыл спросить, какого хрена ты творишь, Советник?

О, какие мы нежные! Аж рот раскрыл от удивления. Грубой речи никогда не слышал, что ли?

Ан, нет. Советник покраснел, вскочил на ноги и хлопнул ладонями по столу, вспыхнув магическим полем.

— Да как ты смеешь!...

Но вдруг всё изменилось. Анатолий осёкся на полуслове, мигом собрал всю выпущенную в ярости магию вокруг себя, будто рефлекторно пытался оградиться щитом.

Его глаза широко раскрылись, он нервно сглотнул и медленно уселся в кресло с таким видом, будто увидел смерть.

И хотел бы я сказать, что причина во мне, но нет. Я не успел ничего сделать. Однако в помещении появилась мощная аура магического поля, которую я и сам заметил.

Медленно обернулся.

У входа стоял статный молодой человек. Лет тридцать, не больше. Короткая стрижка, широкая челюсть, решительный взгляд. Аристократическая порода видна сразу, а магией так разит, что даже я немного напрягся.

Кэтсу и Кин расступились, правильно уловив момент. Чёрт, они отличные телохранители! Знают, где нужно отойти, потому что угрозы нет.

А её и правда не было. Молодой человек не собирался устраивать бойню, но, попытайся самураи остановить его, и конфликта не миновать.

— В-ваша М-милость… — заблеял Бернадский.

— Мне кто-нибудь объяснит, какого хрена тут происходит? — со спокойной яростью спросил тот.

— Витольд! — вдруг воскликнула Златана, ринувшись к нему, но тут же остановилась, поймав мимолётный жест.

— Доброго дня, княжич, — улыбнулся я, вставая с места и направляясь к нему.

Это явно был Витольд Понятовский, старший сын Болеслава. Слишком похож на отца, чтобы перепутать.

Вот только что мне от него ждать?

Глава 6

г. Варшава, район Старый Город, подвальное помещение неизвестного здания.

— Лукаш, зачем ты нас всех собрал? — недовольно спросил Вацлав Аргинский, более известный как Колобок.

Он был крупным, даже скорее жирным, и с виду напоминал огромный злобный шар. Конечно же, своё прозвище он люто ненавидел и избивал всякого, кто смел произнести это слово при нём.

— По очень серьёзному делу, Вацлав, — огрызнулся Лукаш. — Если ты захлопнешь пасть и дашь мне сказать, вы все узнаете намного быстрее.

Колобок понурился — он явно хотел бы избить Лукаша, но не рисковал. Хотя у банды были в последнее время некоторые проблемы, он всё ещё оставался самым авторитетным главарём банд Старого Города.

Ну, собственно, из-за вот этих вот не самых хороших дел Лукаш и созвал всех остальных главарей.

— Если помните, не так давно у нас была заварушка с одним русским посыльным, — начал Кшиштоф Крест, получивший своё прозвище благодаря двум пересечённым шрамам на груди. — Это когда наших ребят расхреначили по твоей милости.

Собственно, прозвищу своему он обязан как раз Лукашу, который и сделал из одной уродливой полосы какую-никакую фигуру во время одной из стычек между бандами, когда они ещё были молодыми.

— Именно, — прорычал Лукаш. — Именно тогда, по вашей милости, вместо нормального боеспособного отряда в подчинении у моих капитанов оказались калеки, старики и прочий сброд.

— Мы послали тебе в помощь ветеранов! — возразил Колобок.

— А я звал настоящих бойцов! — припечатал Лукаш, теряя терпение.

Вацлав почувствовал угрозу и притих. Остальные главари, более мелкие, вообще старались держать язык за зубами. А вот Крест, как второй после главаря, взял слово:

— Ладно вам, хватит припоминать старые обиды. У нас их так много, что некоторые даже забылись. Давай к делу уже, Лукаш.

— Это я и пытаюсь сделать, — оскалился тот, но затем вздохнул поглубже, успокоился и продолжил: — Этот русский, Разин, снова объявился. Мои люди за ним следят и выжидают удачный момент, чтобы расквитаться.

— Ну так в чём проблема? — спросил Колобок.

— Он сильный маг, и та победа была им достигнута не только благодаря вашему попустительству. Нам нельзя снова облажаться. Нужно отомстить за поражение, бить наверняка.

— Зачем? — снова подал голос Колобок.

Видя, что Лукаш совсем теряет терпение, в разговор вклинился Крест:

— В Варшаве уже ходят слухи, что наши банды не так уж и страшны. Последнее время они так разошлись, что мне пришлось некоторых коммерсов дожимать показательно — они отказывались платить аренду. Лукаш прав. Нам нужно поставить точку в этой истории и показать всем, что мы ещё в силе.

Колобок нахмурился. Видимо, истории были и у него.

— Ладно. Так что конкретно ты предлагаешь?

— Мне нужны ваши лучшие бойцы, — вкрадчиво проговорил Лукаш. — Лучшие, а не сброд! В быстром доступе. Они должны быть готовы выдвинуться и напасть в любую секунду, в любое время дня и ночи по одному моему зову.

— Это значит, что они должны находиться недалеко от моих соглядатаев и быть в твоём подчинении, — догадался Крест.

— Временно, — кивнул Лукаш.

Хотя, конечно, он продумывал возможности притянуть к себе в банду самых сильных бойцов Старого Города. Тогда и Крест, и Колобок, и все остальные будут вынуждены склонить перед ним голову. Но об этом им знать не стоит.

— Я не прошу их преданности. Наоборот, это вы должны приказать им следовать моему плану.

— И когда же наступит время его выполнять? — хмуро спросил Крест.

— Скоро, — улыбнулся Лукаш. — Опасность миновала, Болеслава захватили имперцы. Если раньше я медлил, ведь этот русский совсем не простой перец, то теперь у него нет покровителей на нашей земле.

— А если мы его грохнем, разве Империя не разозлится? — нахмурился Колобок.

Да, его пустую голову время от времени посещали разумные мысли.

— Да кто будет знать, что это мы? — осклабился Лукаш. — Все вопросы к принимающей стороне, то есть к семье Его Милости Понятовского. Златана и Матеуш и так вот-вот пойдут в расход, в великокняжеском дворце сейчас такой бедлам, что на нас не обращают внимания. Так что момент идеальный. Мы избавим Первого Советника от имперской шавки и заявим свою силу всем остальным бандам. И больше никто не посмеет нам перечить.

Главари банд переглянулись, некоторое время молчали, обдумывали. Но затем, когда прошло достаточно времени, Лукаш снова заговорил:

— Открываю голосование. Кто за? — поднял он руку.

Несколько мелких главарей, подконтрольных ему, сразу же подняли руки. Крест, окинув взглядом собрание и сделав определённые выводы, тоже согласился. Последним, с жутко недовольным лицом, поднял руку Колобок. Но не просто поднял, а ещё и заговорил:

— У меня есть одно требование! Мы, главари, тоже должны участвовать в битве!

Лукаш удивился, даже приподнял бровь.

— И зачем же?

— А затем, — осклабился жирдяй, — чтобы дело стопроцентно выгорело. Мы ведь самые лучшие бойцы в своих бандах, верно?

Главари неохотно закивали. Редко какой вожак не был самым сильным. Вот только смысла этого заявления поняли лишь двое — Лукаш и Крест. Колобок хотел сам ввести своих людей в бой, чтобы те не забывали, кому служат.

— Ладно, — прорычал Лукаш.

В общем-то, это предложение может сыграть на руку. Если, допустим, кто-то из главарей по роковой случайности сгинет в грядущей схватке.

━─━────༺༻────━─━

— Доброго дня, княжич! — я протянул руку и пристально посмотрел в глаза Витольда. В них явно читались некоторая ярость и сомнения. — Меня зовут граф Игорь Сергеевич Разин, полномочный представитель…

— Я знаю, кто вы, — прервал меня княжич.

Мы обменялись рукопожатиями. Крепкими, надо отметить. А затем я уловил на его лице мимолётную улыбку.

Ну или мне показалось…

— В-ваша милость, — проблеял Анатолий. — К-как вы здесь оказались?

Улыбка, если она и была, исчезла без следа. Витольд грозно взглянул на советника.

— Как я здесь оказался?! — прорычал он. — Лучше ответьте, князь Бернадский, какого хрена тут творится!!

Надо отметить, говорил Витольд безо всякого акцента — чистый русский. Большинство местных жителей так или иначе имели акцент, у кого-то больше, у кого-то меньше. А тут я даже удивился.

Витольд кивнул мне. Я понял, что это жест, и отошёл в сторону, пропуская его вперёд. Княжич, грозно наступая, приблизился к Бернадскому, и тот совсем поник.

— Похоже, без отца вы совсем распоясались, Советник.

— Н-н-но как же…

— Молчать! — гаркнул Витольд, от чего Толя аж подпрыгнул, будто вспомнил, что сидеть в присутствии титулованной особы попросту неприлично.

— Слышал я, какой беспорядок вы тут вытворяете! Такое с рук не сойдёт!

— В-ваша милость, позвольте…

На этот раз Витольд ничего не говорил, а просто грозно взглянул на Советника, и тот сразу же заткнулся.

— Теперь делами Великого Княжества буду заниматься я лично, — он обернулся к Матеушу. — Извини, брат.

Тот нервно хмыкнул и махнул рукой — мол, забирай эту грёбаную ношу на здоровье.

— Я так понимаю, приёмный зал моего отца находится на ремонте? — с явным намёком спросил княжич, глядя на Анатолия Елизаровича.

— Да, да, — закивал тот. — Видите ли, имели место быть некоторые… — но тут он опять прервался, потому что до него дошло, к чему вёл Витольд. — Ой, да-да, конечно! Вы можете занимать весь этаж! Я перееду сей же час! — он тут же услужливо отошёл в сторону, приглашая княжича присесть.

Тот кивнул и с важным видом занял его место, а затем объявил:

— Анатолий Елизарович, займитесь своим переездом. Нам с господином Разиным и моими братом и сестрой есть о чём потолковать. Ах да, ещё кое-что… О моём прибытии никто знать не должен. Пока что это государственная тайна.

— Как прикажете, Ваша Милость! — пискляво крикнул Бернадский, после чего поспешил убраться прочь.

Я кивнул Кэтсу и Кину, чтобы они заняли позиции у дверей рядом с охраной Витольда. Те выглядели как военные и, кажется, являлись очень серьёзными магами. Не уверен, кто сильнее — они или мои самураи. Но надеюсь, выяснять это на полном серьёзе нам не придётся.

Я уселся на то же место, что выбрал ранее. Матеуш и Златана сели по другую сторону стола. Они притихли, хотя явно радовались возвращению брата, но всё же несколько опасались, будто нашкодившие дети, которых вот-вот начнут ругать.

Однако вместо этого, когда дверь захлопнулась, и мы оказались в кабинете одни, Витольд выдохнул, расслабился, откинулся на спинку кресла и улыбнулся. А затем ласково спросил:

— Вы как, в порядке?

Смена тона даже меня несколько обескуражила. А вот младшие Бориславовичи искренне заулыбались.

— Да, Витольд, мы в порядке! — воскликнула Златана. — Хотя, конечно, восстановились ещё не до конца. Особенно Матеуш.

— Правда? Братишка, я думал, после твоих запойных гулянок тебе никакой яд не страшен.

Матеуш смущённо усмехнулся:

— Как видишь, это не так. Но я теперь зарёкся и решил, что больше никаких гулянок, алкоголя, азартных игр и продажных…

— Стоп-стоп-стоп! — замахал руками Витольд.

Он театрально нахмурился, пригляделся к младшему брату, отчего тот насторожился.

— Ты точно Матеуш? Точно ты мой брат? Когда я здесь был в последний раз, эти слова вызывали у него не то ярость, не то смех!

— Мне помогли перевоспитаться, — Матеуш кинул мимолётный взгляд в сторону сестры.

А та не стала скрываться и с гордостью заявила:

— Моя личная программа. Называется «Сто дней взаперти»!

— Сто дней? — улыбнулся Витольд.

— Программа ещё не закончена, — хитро улыбнулась девушка. — Нас прервали, так что возможно…

— Нет-нет-нет! — тут же взбеленился Матеуш. — Я её экстерном прошёл!

Наблюдая за ними, я призадумался. Быть может, и мне стоит приглядеться к этому способу для особо сложных случаев? Хотя нет… Методика Разина-Павлова ещё как-то звучит, а вот Разин-Павлов-Понятовская уже слишком длинная, и никто не запомнит названия. Да и в катакомбы мне как-то не особо хочется!

— Простите, Ваше Сиятельство, — подавляя смех, обратился ко мне Витольд. — Я просто давно не видел своих братика и сестричку. Соскучился.

— Ничего, ничего, я понимаю. Рад с вами познакомиться. Хотя, признаться честно, я о вас слышал очень мало.

— Да, это не удивительно. Даже мой отец не знал, где именно я нахожусь.

— А где ты был? — встряла Златана.

— Ну, думаю, это теперь не так уж секретно… Я проходил службу в Военно-морском флоте Империи. Вообще-то изначально меня отец отправил в Московский кадетский корпус, но там я обзавёлся связями и решил продолжить службу вне Великого Княжества. Он бы такого не одобрил.

— Понимаю, понимаю…

О, чёрт, это замечательно! Витольд выглядел самым разумным и нормальным человеком среди всей семейки Понятовских! Прямо подарок судьбы.

— А вот я вас слышал, Игорь Сергеевич, — заявил он.

— Правда? Ну да, я успел нашуметь…

— Вы не совсем правильно меня поняли. Я слышал о вас не по слухам, а, можно сказать, из первых уст. Князь Ушаков — знаете такого?

— Михаил Ушаков, который капитан первого ранга?

— Да, — ухмыльнулся Витольд. — Я служил под его началом. Ну скорее наши отношения дружеские. И всё же формально он считался моим командиром.

Я офигел. Вот уж мир тесен, правду говорят! Потом до меня дошло ещё кое-что.

— То есть вы участвовали в битве в Осакском заливе?

— Ага, — оскалился Бориславович. — Знатно мы тогда британцам зад надрали. Эх, дерзкая была затея! Но всё получилось как надо.

Матеуш и Златана с удивлением смотрели то на меня, то на своего брата, и, кажется, до сих пор не до конца понимали, что происходит. А вот я отлично понимал. У меня наконец-то появился сильный и влиятельный союзник на самой верхушке Польши!

— Чёрт, — хмыкнул я. — Ваша Милость, как я рад, что вы вернулись на Родину!

— Кстати говоря, Игорь Сергеевич, я слышал, вы любитель поесть.

— Ха, даже такие подробности обо мне известны?

— Так вот, в Варшаве есть замечательный ресторан. Небольшой. Это семейное дело одного купеческого рода. Даже не ресторан, а скорее небольшая кафешка. Вряд ли вы про неё слышали, но там делают самые лучшие пельмени в Польше.

— Мне нужны адрес и… собственно, всё! — тут же воскликнул я.

Чёрт, этот парень нравился мне всё больше!

— Обождите, Ваше Сиятельство. Я предлагаю вам встретиться сегодня за ужином. Просто сами поймите, мне тут придётся… — он окинул взглядом Матеуша и Златану, — навести кое-какой порядок. В отсутствии батюшки дела Великого Княжества совсем захирели.

— Да, понимаю, — кивнул я.

— И приводите своих жён. Алёна и Азуми, верно? О них я тоже слышал много всего замечательного и с радостью познакомился бы.

— Без проблем.

— Ах да, только одна просьба, Игорь Сергеевич. Не афишируйте моё прибытие, хорошо?

— Да, без проблем. Я слышал ваш приказ Советнику… Но вот насчёт него не уверен.

— О, Толя? Да не волнуйтесь, этот старый хрыч будет держать язык за зубами, как и вся его прислуга. Он, конечно, гаденький, но если держать его под контролем, это очень надёжный и полезный человек.

— Ну дело ваше, — пожал плечами.

— Брат? — тихо позвала Златана. — Мы приглашены?

— Нет, сестра, — мягко ответил Витольд. — Вы должны прикрывать меня публичностью, пока я нахожусь здесь инкогнито. Будете лицом великокняжеского дворца.

Кажется, Златана немного опечалилась, но Витольд был прав. Кажется, он тоже любил внезапность.

— Пожалуй, мне стоит вернуться домой, — я встал с места и почтительно поклонился. — Думаю, подготовка к ужину займёт всё оставшееся время…

━─━────༺༻────━─━

— Да, это действительно не выглядит как место для ужина с великокняжеской особой, — нахмурилась Алёна.

— Но его же посоветовал сам Витольд, — заметила Азуми. — Наверное, внутри оно выглядит лучше, чем снаружи.

Да, действительно. Кафешка находилась на отшибе, недалеко от Старого Города. Но я в этом районе как-то не бывал особо, поэтому и не знал это заведение.

Но, несмотря на расположение, само здание выглядело довольно уютно. Видно, что стены обустроены с любовью, и вывеска красивая блестит. Называлась кафешка «Гижицкий» — видимо, по фамилии владельца. Что ж, это тоже хороший знак. Как правило, свою фамилию всякой фигне стараются не давать.

Мы вышли из машины. На этот раз взял «Барса» — всё-таки привык к этой марке. Скоро подъехал и Витольд на непримечательной машине, в которой, однако, я почувствовал немалое количество магических творцов. Он действительно старался передвигаться скрытно и даже не привёл с собой охрану…

А нет, всё-таки привёл — двое бойцов. Я случайно заметил на заднем сидении. Хех, Кин и Кэтсу тоже остались в «Барсе». Я, конечно, звал их присоединиться — ну, хотя бы за отдельным столиком. Однако самураи наотрез отказались.

— Очень рад познакомиться, — слегка поклонился Витольд. — Алёна Дмитриевна, Азуми. Вы ещё прекраснее, чем о вас говорят!

— А о нас говорят подобное? — игриво спросила Алёна.

— Конечно!

Алёна заулыбалась и кинула на меня взгляд, мол: «Вот, цени!»

Ну и мы пошли в кафе. Надеюсь, пельмени там действительно замечательные.

━─━────༺༻────━─━

Недалеко от кафе «Гижицкий», в одном закоулке. В то же время…

Кастет пристально следил за Разиным. Этот русский ублюдок покалечил его старшего брата. Тот и без того был весь покрыт шрамами из-за бесконечных бандитских разборок, но теперь и вовсе вынужден завязать с криминалом. А сейчас проходил долгое и дорогое лечение. Так что у Кастета были все основания ненавидеть этого русского. Ублюдок, почему не мог просто сдохнуть?!

— Ещё и сучку свою притащил. Да не одну… — пробормотал Кастет. — Убью!

— Эй, а с кем это он там? — нахмурился Глыба, его ближайший друг.

К Разину подошёл ещё один человек. Выглядел неприметно, приехал на каком-то ведре. Вряд ли будет представлять опасность.

— Не знаю. Может, ещё один русский? Не выглядит он по-нашенски.

— Ну, будем надеяться… Так что даём сигнал? Как раз сейчас набьют животы, а с полным пузом воевать неудобно.

— А ещё, глядишь, набухаются, — хмыкнул Кастет. — Сторожи тут, а я пока сгоняю к Лукашу. Пора наказать ублюдка!

Глава 7

— Вы правда устроили соревнование, кто больше демонов уничтожит? Серьёзно?! — Витольд успел немного накидаться, и сейчас его румяная рожа сияла широкой счастливой лыбой.

— Ну, не я, а мои парни… А что такого? Соревновательный момент опять же. Вполне себе полезная штука для мотивации.

— Ну, тогда позвольте представиться, — он театрально встал, нацепил важное лицо и слегка поклонился, сымитировав аристократический жест. — Капитан второго ранга Василий Потёмкин, — это было его прикрытием на время службы в ВМФ Империи, — победитель Осакского соревнования по количеству взятых на абордаж британских кораблей.

— Вы там чё, ещё соревнования устраивали?! — наигранно возмутился я. — Значит, пока мы, Саня Соколов в частности, без единого корабля сражались в проливе с целой эскадрой, вы там вовсю развлекались?

— Ну как-то так, — хмыкнул он, присаживаясь обратно на стул и допивая вино.

— Скажите, Витольд, — с подозрительным прищуром наклонилась Алёна, — а вы в своих морских путешествиях обзавелись дамой сердца?

— Алёна! — нахмурился я.

— Чего? Я же должна быть в курсе слухов! Скоро капитан второго ранга будет предметом обсуждения всей Варшавы, а то, глядишь, и целой Москвы. Я не могу не воспользоваться преимуществом!

Витольд смущённо улыбнулся.

— К сожалению, нет, Ваше Сиятельство. Всё время занимала служба, а мне приходилось работать усерднее прочих, чтобы оправдать титул и свою выходку перед отцом. Кстати, я его так и не увидел… Игорь Сергеевич, как он там? Не в курсе?

Тут атмосфера разговора стала чуть более серьёзной.

— Хорошо, не волнуйтесь… Насколько это возможно, конечно. — Я уже успел доесть бифштекс с яйцом, поэтому немного пригубил вина и поведал последние подробности нашего с Болеславом общения, в заключении упомянув: — …Кажется, он немного пересмотрел свои взгляды, по крайней мере в отношении Матеуша.

— Да, младший братишка сильно разочаровал батюшку, — хмыкнул княжич.

— Что у вас за история в отношениях с отцом? — опять вклинилась Алёна. — Очень интересная семья, должна признать.

Но она-то ладно. Что меня удивило, её поддержала Азуми:

— Расскажите, пожалуйста, Ваша Милость! Если это, конечно же, не секрет… Я видела Болеслава — он зверски сильный маг и очень крепкий человек. С такими ранами, которые у него были, он мало того что смог продержаться против Игоря в бою, так потом ещё оказывал помощь, чтобы вылечить Златану.

— Выносливости ему не занимать! — добавила Алёна.

— И он мне показался благородным человеком… — кивнула Азуми.

— Спасибо на добром слове, — вздохнул Витольд. — Дело в том, что мой дед тоже грезил былым величием предков. Ему не нравилось находиться под присмотром русского императора, вот он и втемяшил батюшке всякую чушь.

— Ну, позвольте… — решил я немного защитить Болеслава, — такое желание вполне естественно. И часто встречается.

— Да, — кивнул Витольд. — Но у нас с Россией общая история уже не одну сотню лет. Да и в более далёком прошлом мы не были врагами. Мы вообще слишком близкие народы и по культуре, и по крови, чтобы противиться друг другу. В детстве я поддавался внушению отца, однако, став старше, понял, что Польша — это один из пальцев кулака, которым является Российская империя. И вместе мы способны сокрушить любого врага. Мы дополняем друг друга, и пока всё идёт именно так, никакие британцы, немцы и прочая шваль нам не страшна!

— Звучит как тост! — не удержался я.

— За единую Россию! — воскликнул Витольд.

Не сговариваясь, мы встали и чокнулись бокалами.

Тут к нам подошёл хозяин заведения — мужчина лет пятидесяти по имени Владислав. Он был уже седой, с добрыми глазами, постоянной улыбкой и пышными усами, которые немного напоминали мне о Петровиче и потому казались очень уютными.

— Дорогие гости, изволите чего-нибудь ещё?

— Да! — воскликнул я.

— Только не пельмени, Игорь! — встряла Алёна.

— Почему? Тут их всего три вида. Я попробовал два, нужно завершить дело.

— А ещё тут целое меню! — присоединилась Азуми. — А пельмени ты и так ешь везде и много.

— Но позвольте, — поддержал меня мужчина, — в нашем заведении лучшие пельмени в Варшаве!

— Вот! — воскликнул я. — Видите? Авторитетное мнение, между прочим! Значит, мне, пожалуйста, порцию вот этих, которые со сливочным маслом внутри.

— Будет исполнено, — кивнул Владислав.

— Тогда мне, — надула губки Алёна, — творожник, пожалуйста.

— И мне…

Владислав записал все наши заказы и удалился.

Поначалу я беспокоился, ведь он явно знал Витольда, и это ещё одно свидетельство прибытия княжича. Но тот меня успокоил. Оказывается, Владислав знал его чуть ли не с пелёнок, так что предательства ожидать не стоит.

Весь вечер мы разговаривали, делились историями. У Витольда оказалась интересная и насыщенная жизнь. После кадетского корпуса, где он познакомился с Ушаковым, они отправились служить на Балтийский флот. Затем рассекали Северное море, Атлантику, Тихий океан… В общем, их корабли побывали практически по всему земному шару, гоняя врагов Империи. А вот теперь, после японского сражения, они снова вернулись на Балтику, только теперь уже не матросами, с чего начинали, а настоящими командирами.

Но события в Польше вынудили Витольда покинуть пост, чтобы навести порядок на своей родине.

— Значит, Михаил сейчас на Балтике? — спросил я.

— Да, командует флотом, — с некоторым сожалением ответил Витольд.

Видимо, его всё ещё тянуло к морю. А раз уж Ушакова поставили во главе целого флота, значит, и Витольду светило продвижение по службе.

Хотя Великий князь Польши звучит, конечно, ничуть не хуже адмирала!

Вообще неудивительно, что Витольд так полюбил море. Польша была одним из плацдармов, выходящих на Балтику, и я слышал, что немало местных моряков служило в имперском флоте. Правда, их по долгу службы мотало по всему земному шару, а возвращались они вполне себе ассимилированными имперцами.

Да, путешествия заметно расширяют кругозор. Может, Болеславу тоже устроить кругосветный тур?

А мы, конечно, тоже рассказали о себе. Витольда очень заинтересовал мой путь от обычного инженера в целые графья. Всё же в этом мире получить титул можно только при наличии магии. Социальный лифт в эту сторону не работает просто так, и случаи, подобные моему, крайне редки.

— Очень интересная у вас способность, — задумался Витольд. — Вы правда можете выдержать такое поле, чтобы продвинуться вглубь Истоков?

— Да, — без всякой скромности кивнул я.

— Удивительно! Никогда о таком не слышал… Поправьте, если ошибаюсь — обычно для этого используют специальные машины на дистанционном управлении?

— Верно. И пускай дальше используют. Я не собираюсь составлять им конкуренцию! Надо признаться, у главной жилы находиться не слишком приятно.

Пельмени оказались чрезвычайно вкусными, а масло прямо взрывалось во рту, чуть обжигало, но в меру. Последний пельмешек отправился ко мне в рот, но чуть не выпрыгнул обратно, когда Витольд вдруг спросил:

— А вы пробовали нырять в магическую магму?

— Нет! — Я проглотил пельмешек, почти не жуя. — И не собираюсь.

— А я бы очень хотел на это посмотреть…

— Посмотреть я бы и сам хотел, но издалека, на безопасном расстоянии!

Всё же я не идиот, блин!

Хотя...

Хамелеон ведь сказал, что во мне течёт кровь Высших Демонов. Пёс знает, как она туда попала, однако… А если и правда смогу?

Нет-нет-нет-нет!

Прочь дурные мысли! Если я закончу вторую жизнь таким глупым способом, можно смело подаваться на премию Дарвина.

В общем, это был весёлый вечер и очень вкусный ужин. Я, честно говоря, пожалел, что не увидел это заведение раньше. Надо сказать, оно могло бы посоревноваться и с пельменной возле гостиницы, и с тем грузинским ресторанчиком, который я выбрал ещё в самом начале своего пребывания в Варшаве.

Закончив трапезу, мы поблагодарили хозяина и двинулись наружу. Однако тут же оба почуяли опасность.

— Игорь Сергеевич, — тихо позвал меня Витольд, — похоже, у нас гости.

— Ага, Ваша Милость. Думаю, вы правы. И много, судя по всему.

В темноте улицы без рабочих фонарей, которые вообще-то светили, когда мы только входили в кафе, я чувствовал наличие множества источников магии. Скорее всего, это были боевые творцы или даже целые боевые пояса. В общем, возникало ощущение, что тут затаилась целая армия.

Вот зараза!

Оставался вопрос — по чью душу они прибыли?

Я покосился на Витольда и увидел, что наши мысли сходятся. Неужели кто-то прознал о прибытии старшего Болеславовича? Тогда это опасно, очень опасно. Быть может, засаду устроила Загорская. Но тогда нам следовало делать вид, будто мы ничего не замечаем. Если всё же цель противника не Витольд, лучше ему не высовываться лишний раз.

Я подошёл к машине, усадил Алёну и Азуми. В открытую дверь слегка высунулся Кэтсу, но так, чтобы со стороны его было не видно.

— Подмога уже в пути, — прошептал он.

У Витольда, видимо, была схожая ситуация. Так что мы, отыгрывая немного выпивших товарищей, подошли друг к другу, жарко попрощались, обнялись, обещали друг другу обязательно увидеться в скором времени. Что, кстати, было правдой — завтра нам придётся продолжить общение, но уже в рабочем поле. А затем оба сели в машину на водительские места.

Конечно, версия, что засада по душу Витольда, самая рабочая, но следовало для начала точно убедиться, кто является настоящей целью. Поэтому мы разъехались в разные стороны, а попутно я включил телефон и позвонил княжичу, чтобы быть в курсе ситуации на его стороне.

И скоро мы узнали, что ошиблись.

Перед «Барсом» выскочили вооружённые люди. Я тут же протаранил нескольких, но усиленные щиты замерцали под градом выстрелов. Будто бы из ниоткуда дорогу заполонили десятки, может быть даже больше сотни бандитов!

Да-да, именно бандитов! Я сначала сам не поверил собственным глазам, но разношёрстная компания явно была какой-то уличной группировкой, а то и сразу несколькими. Я так опешил, что некоторое время вглядывался, не ошибся ли. Это что за смертники вообще?!

— Вы справитесь, Игорь Сергеевич? — спросил Витольд.

— Да, Ваша Милость, не беспокойтесь, возвращайтесь домой. Тут, похоже, чересчур оборзевшие идиоты, мы без проблем с ними разберёмся. К тому же вам не стоит лишний раз показываться.

— Хорошо. Но, Игорь Сергеевич, если вдруг понадобится помощь, обязательно сообщите мне!

— Понял. Конец связи.

Ну, на самом деле эти бандиты оказались крепче, чем в прошлый раз. Я даже нахмурился. Тогда на меня их натравила Златана, но тут вроде бы Понятовские должны быть не причём. Не мог же я так ошибиться в Витольде?..

Да нет, точно не он!

Ладно, магическими снарядами обсыпали нас, конечно, знатно, но щиты «Барса» выдержали. В короткую передышку между залпами Кэтсу и Кин выскочили наружу и принялись рубить бандитов мечами. А затем из селектора на приборной панели в машине раздался голос Гораму:

— Игорь-сан, мы уже здесь!

И тут прямо на моих глазах в гущу бандитов вклинились три силуэта. Я сначала удивился — думал, что моя гвардия прибыла в полном составе. Почему их только трое?

— Это ещё одна проверка для новичков, — объяснил Гураму.

Блин, он мысли мои читает?! Я ж ничего не сказал, только подумал.

Но да ладно. В силуэтах я действительно узнал Николая Степанова, Тапхара и Федю Медоеда. Последний отличился сразу же — целые скопища бандитов начали падать, попав в различные ловушки, от обычных взрывов до электрических разрядов или замораживания. Николай начал расстреливать их чуть ли не в упор, попутно кромсая на куски алыми магическими лезвиями, а Тапхар действовал более прицельно и, ловко маневрируя среди врагов, пока те отвлекались на Степанова и Медоеда, убирал командиров одного за другим.

Кажется, таких было не больше десятка, но трое держались особняком и пытались как-то вырулить сложившуюся ситуацию. Вот только у них ничего не получалось.

Кин и Кэтсу помогали новичкам, отгоняли бандитов от «Барса», чтобы тем не приходилось беспокоиться о безопасности меня и моих жён.

— Ой как страшно, — взволнованно вздохнула Алёна.

— Не волнуйся, дорогая, — улыбнулся я. — Если тут кому-то и грозит опасность, так это вот этим идиотам.

Будто подтверждая мои слова, мимо пролетел один из бандитов, отброшенный взрывом.

— Я их лечить не буду! — заявила Азуми.

— Да тут как бы… — я проследил, как активно идёт бойня, клинки разят врагов, а ловушки Медоеда наводят на них ужас, — тут как бы некого будет лечить, я думаю.

Очень быстро бандиты поняли, что всё пошло по одному месту, и кинулись врассыпную. Вот только Кин и Кэтсу бросились наперерез, кромсая беглецов, а чуть подальше показались уже и остальные мои гвардейцы. Они наблюдали за битвой по ту сторону улицы, а теперь следили, чтобы никто не ушёл безнаказанным.

— Нет, нихрена я не понимаю… — призадумался я.

— Что такое? — уже вполне себе спокойно поинтересовалась Алёна.

— Да кто эти идиоты?! Ну-ка… — я снова набрал номер.

— Игорь Сергеевич, что-то случилось?! — раздался из динамика взволнованный голос Витольда.

— Нет, нет, Ваша Милость, у меня просто вопрос. Не сочтите за оскорбление… но это не вы наслали на нас каких-то бандитов?

— В смысле?! — не то разгневанно, не то удивлённо спросил он.

— Ну просто не так давно был похожий инцидент. В нём участвовали Златана, Болеслав и Стефан. А вот теперь как будто вторая часть Мерлезонского балета.

— Какого балета?

— Не важно… Ну так что, есть какие-нибудь мысли?

— Пока нет, но я узнаю. И будьте уверены, Игорь Сергеевич, мы тут не причём! А насчёт Златаны и Стефана… Поверьте, я с ними серьёзно поговорю.

— О, да не стоит! Тем более со Стефаном — он и так получил за всё сполна. Однако есть и хорошие новости.

— Это какие?

— Мы, возможно, избавили Варшаву от организованной преступности.

К этому моменту из всей банды бесстрашных идиотов остались только трое самых главных. Первый был просто крупный мужик — кажется, самый сильный из них. Орудовал боевым поясом и двумя саблями. Второй был круглый, как колобок, и яростный, как чихуахуа. На нём тоже нацеплен боевой пояс, что ещё раз убедило меня в огромной дыре в безопасности и активной контрабанде на военных складах. Колобок уже почти выдохся, хотя всё ещё оказывал сопротивление. Третий, кажется, самый старший из них, и он едва стоял на ногах.

— Бригадир, — раздался в селекторе голос Медведя.

—Слушаю.

— Этих живьём брать, или на месте кончаем?

— Да возьмите пока живьём… Я хочу узнать, кто это, мать их, такие и нахрена они всё это устроили!

— Принято.

И через пару секунд все трое главарей оказались без сознания, причём филигранную работу провели новички — они просто вырубили их, не дав сделать ни единого лишнего движения.

Ну, как по мне, второй экзамен пройден на "отлично".

━─━────༺༻────━─━

Там же, в то же время. Чуть поодаль.

Кастет не мог поверить в происходящее. Весь цвет криминальной Варшавы погибал прямо сейчас, на его глазах. Люди гибли пачками!

Эти ублюдки взялись из ниоткуда! Налетели как паршивые крысы и устроили засаду! Неужели кто-то оказался предателем? Неужели кто-то предупредил этого грёбаного русского о нападении?!

Но это уже не важно. Оцепенев, Кастет и Глыба наблюдали, как сминают не просто ватажки, а целых главарей банд — прожжённых, опытнейших авторитетов, перед которыми дрожали улицы!

И так до тех пор, пока ублюдки не добрались до Лукаша, Колобка и Креста.

— Я… я… я не верю, — проблеял Глыба. — Что вообще происходит?

Кастет не мог ничего ответить. Его глаза уже болели и слезились из-за того, что он не моргал. Но когда самых опасных бандитов вырубили, словно каких-то жалких щенков, он захлопал ресницами, понемногу приходя в себя.

— Что нам теперь делать? — тихо спросил Глыба.

Дрожь в ногах никак не утихала, но Кастет заставил себя заговорить — обрывисто, тихо и с диким ужасом в голосе:

— Надо бежать! Бежать и забыть, что мы здесь видели!

Это они и сделали. Двое пацанов, которые мечтали когда-нибудь встать во главе банды и прижать к ногтю Варшаву, а то и всю Польшу, сейчас изо всех сил мчались прочь.

Про карьеру преступников они больше и не помышляли.

Глава 8

г. Варшава, замок рода Каминских.

Елизавета сидела в главном зале, который освещали тусклые мрачные лампы с алым оттенком. Царила абсолютная тишина.

По настоянию Гроздина она выгнала всех Каминских из их родового поместья. Как сказал Константин, чтобы не мешались под ногами. А Елизавета уже не могла его ослушаться. Она попросту боялась. Так уж вышло, что княжна никогда не была одарённым магом, хотя двое её главных советников казались бойцами ещё слабее.

Приречный таким и был, а вот Гроздин, кажется, всё это время скрывал свои истинные возможности, причём не только магические.

Как он смог парализовать весь Гродно, чтобы ни одна имперская служба не пришла на помощь Разину в медицинской академии? Как организовал глушилки связи, не давая сигналам о помощи дойти до диспетчерских центров полиции? Он не то подкупил, не то запугал нескольких крупных начальников в структурах, чтобы те закрыли уши и сделали вид, что ничего не видят.

Но самое удивительное — как он отравил Болеслава?

Ведь, судя по тем данным, что Елизавете удалось собрать, он действительно смог вызвать у Великого князя отравление. У человека, чьё физическое состояние превосходит даже маршалов Империи! Человека с отменным здоровьем и иммунитетом ко всем известным ядам!

Елизавета знала это, потому что когда-то Константин поделился с ней знаниями о чудесном даре Болеслава. Ещё до того, как изменился так сильно.

— Лиза… — позади вдруг раздался леденящий голос.

Княжна невольно подскочила и даже расплескала вино из бокала. Рядом, под софой, стояло уже несколько опустевших бутылок. А последняя, на кофейном столике, тоже скоро подойдёт к концу.

— Вам бы остановиться, не стоит так налегать на алкоголь, Ваше Сиятельство.

Это обращение уже стало откровенно издевательским, особенно после "Лиза".

— А я хочу ещё!

Дрожащими руками княжна взяла бутылку и выплеснула остатки в бокал. Это был её протест, от которого Гроздин однако лишь усмехнулся и кивнул:

— Как изволите. Не смею отвлекать.

Он уже развернулся и пошагал прочь, но тут алкоголь ударил в голову, и Елизавета осмелилась на небольшую дерзость:

— Ты всё ещё экспериментируешь с ядами, да?

Гроздин остановился и, не поворачиваясь, ответил:

— Да, это так.

— А что же тогда твой яд не сработал на Понятовских?

Она сказала это со змеиной ухмылкой, но мгновением позже бокал так затрясся, что ей пришлось быстро поднести его к губам и ополовинить. Иначе всё вино опять бы разбрызгалось, а дрожь выдала бы её с потрохами.

— Признаюсь, это была моя ошибка, — спокойно протянул граф. — Я недооценил Азуми Разину и её способности…

«Снова» — хотелось добавить Елизавете, но она сдержалась.

— Однако я не собирался убивать молодых людей и специально предусмотрел время, чтобы оставить возможность для манёвра.

— Понятно, — хмыкнула Елизавета.

Вино в бокале переливалось алыми отблесками. Сейчас оно очень напоминало кровь. Княжна с жадностью сделала ещё несколько глотков.

— Вам стоит отдохнуть, Лиза. Выглядите чрезвычайно уставшей.

Наступило недолгое тягучее молчание. Гроздин уже хотел уйти, но вдруг Елизавета снова набралась храбрости:

— Завтра мне придётся отлучиться, — выпалила она.

На этот раз Константин даже обернулся и с интересом взглянул на неё:

— И куда же?

— Меня вызывают в Москву. Дела рода… Извини, не могу поделиться подробностями. Будет очередной Совет, и моё присутствие обязательно.

Елизавета снова сделала медленный глоток, стараясь скрыть страх и волнение.

Демоны! Когда это она стала так сильно бояться собственного вассала?

— Да, конечно, Ваше Сиятельство. Вы вольны делать как пожелаете и не обязаны передо мной отчитываться…

Гроздин усмехнулся и наконец-то ушёл. Звуки его шагов доносились ещё долго. Казалось, она слышала их, даже когда граф скрылся у себя в катакомбах.

Неужели получилось? Или эта какая-то очередная игра? Словно кот, играющий с мышкой, то хватая её за хвост, то отпуская, чтобы даровать надежду на спасение.

Наконец убедив себя, что за ней никто не наблюдает, Елизавета поставила бокал на кофейный столик, прерывисто выдохнула и посмотрела на дрожащие руки.

Нет, так дальше продолжаться не может. Ей нужна помощь. И только один человек может ей помочь…

━─━────༺༻────━─━

— Внезапность? — нахмурился Оливер.

— Именно.

— Где-то я это уже слышал…

— Ну, — пожал я плечами, — у нас с Витольдом очень схожие методы. Так что будет время подготовиться, хоть и довольно мало.

— Ничего, справимся! — воскликнул Богдан.

— Да-да! — вторил ему Арсений, стараясь не отставать.

Это моя инженерная группа, чьей задачей было подробно проработать весь проект магоснабжения Польши. План был прост и одновременно труден. Прибытие Витольда в Варшаву всё ещё удавалось сохранить в тайне, и Загорская наверняка думала, что у неё всё на мази. Бернадский продолжал строить из себя её союзника, посылал нужные отчёты, договаривался о новых соглашениях. В общем, со стороны княжны всё выглядело так, что Польша уже практически у неё в руках.

А затем, через два дня, Витольд официально заявит о своём прибытии и займёт место Великого князя. И как только он это сделает, мы начнём действовать. Вся рабочая сила будет перекинута на строительство запроектированных нами магических сетей. Владан тоже в курсе, но не про Витольда, а про начало строительства под моим руководством. Пока что он продолжает работать на Загорских, выполняя лишь ту часть строительства, которая поможет нам реализовать главную схему.

Да, пришлось немного подправить западную часть сетей, причём заранее. Сейчас она была самая готовая, но это того стоило.

Хотел бы я видеть лицо Загорской, когда она поймёт, что всё в одночасье рухнуло, и она осталась у разбитого корыта!

— Могу ли я внести некоторые правки? — поинтересовался Оливер.

— Что именно?

— Вот здесь, смотри. Стоит обогнуть этот участок. Почва очень схожа с той, что я уже знаю. В будущем придётся ждать постоянных аварий из-за рыхлости грунта. По нынешним замерам оно, конечно, идеально подходит для строительства, но к весне всё однозначно…

— Оливер, — прервал я его, — можешь вносить правки. Я тебе доверяю.

Он смущённо улыбнулся и кивнул. Чёрт, этот мужик прямо кремень! Только что потерял брата, но вместо того, чтобы пускать сопли, взялся за работу и выпустил всю свою ярость в нужное русло.

Славу я уже напряг, чтобы он отыскал этого ублюдка Пауля Грайнера. Финниана Смита мне, конечно, не жалко, но помочь своему товарищу я обязан. Так что немец рано или поздно окажется в наших руках, и я преподнесу его Оливеру прямо на блюдечке.

Тем более что Пауль тоже виноват в теракте. Скорее всего он и был главным организатором. Судя по тому, что рассказали следователи, примерная картина выглядела так…

Финниан и Пауль проникли на территорию Истока, пока военные силы Варшавы были подняты по тревоге Болеславом — он мчался за нами и готовился в случае необходимости отражать наступление Империи. Болеслав точно сбрендил, и это не фигурально. Подозреваю, ядом накормили не только Златану и Матеуша — явно какое-то психотропное вещество опробовали и на Великом князе. Слишком уж безрассудными были некоторые его поступки.

Тем не менее Пауль и Финниан сумели заминировать старый рудник, в котором, как я и подозревал, проводились работы по добыче магических кристаллов вопреки всем технологическим указаниям. Про это наверняка знал начальник главного Истока пан Милош, но его наказать уже не получится — британские агенты постарались за нас.

В общем, они заложили взрывчатку в глубинном туннеле, но на выходе между ними произошёл какой-то конфликт. Либо же это было намеренное действие со стороны Пауля, который оставил Финниана взаперти, а сам забрал детонатор. Надо отдать должное младшему Смиту — он пытался добежать до взрывчатки и предотвратить взрыв. Вряд ли он, конечно, беспокоился о невинных жертвах, скорее о собственной шкуре, но факт есть факт. И это немного утешало Оливера, что для меня важнее.

Конечно, эта версия вилами по воде. Нормальное расследование провести всё ещё не было возможности. Да и следов, честно говоря, очень мало. Например, опознать Финниана удалось только благодаря защитному костюму. Операм и специалисту из судмедэкспертизы приходилось работать в очень непростых условиях повышенного магического поля, чтобы собрать свежие улики, которые могли в скором времени и вовсе исчезнуть.

В общем, вопросов ещё много, но это всё потом. А пока что нам нужно сосредоточиться на текущих проблемах.

— Кстати, Игорь, я придумал! — восторженно заявил Арсений.

— Что придумал?

— Как сократить смету, конечно же. Помнишь, я говорил, что смогу это сделать?

Я задумался и действительно припомнил что-то подобное…

— Надеюсь, ты не думал над этим вопросом всё время? Правда ведь?

Мне от него нужны свежие мозги, а не уставший и размякший умишко. Нам предстоит немало работы.

— Да-да, конечно! — нахмурился Арсений, всем видом давая понять, что именно это он и сделал. — В общем, помнишь, как ты выделил мне магов земли для строительства той опоры в Киото?

— Ясен пень! — хмыкнул я. — Птенец совершил свой первый полёт. Как такое забудешь?

Арсений немного нахмурился то ли от смущения, то ли рассердился из-за моих слов и сравнения с птенцом.

Но он всё же продолжил:

— Так вот. Несколько подстанций остаются, считай, бесхозными. Ну, не совсем, конечно же. Да, питают пару населённых пунктов, но с учётом нашей новой схемы они расположены очень неудачно. Их можно перенести на более востребованные участки и сделать по-настоящему узловыми, запитать втрое, а где-то и вчетверо больше потребителей. Ну максимум придётся организовать небольшую реконструкцию и добавить парочку трансформаторов.

— Ну-ка, ну-ка… — заинтересовался я.

Увидев это, Арсений совсем обрадовался и кинулся ко мне с распечатанным листом основной схемы, где на геоподоснове были изображены расположение распределительных и питающих станций, линии магоснабжения и прочие коммуникации, которые нам приходится учитывать в работе. Чтобы, например, не вырыть траншею через канализацию, например. Или не перерубить другие кабели, а то случится большой «БУМ».

— Вот тут, тут и тут КТП используется вообще неэффективно. Предлагаю с помощью магов земли перенести их вот сюда и подключить дополнительных потребителей, чтобы…

Пока Арсений увлечённо излагал детали своего технического решения, я задумался. А ведь действительно хорошее предложение. Сами КТП вполне себе новые, их ставил ещё Владан. Они выполнены с запасом по мощности, но действительно построены так, чтобы питать несколько деревень, потому что перед ними уже есть другие узловые пункты. Но по старой схеме это выглядело ещё более-менее, а вот новые сети сделают из них просто какой-то рудимент.

— Да, молодец! — я похлопал Арсения по плечу. — Не забудь внести правки.

— Уже! — гордо воскликнул князь Бахтин.

— Опа-на как, — хмыкнул я. — Ты настолько уверен в своих решениях?

Арсений вдруг немного стушевался и пробормотал:

— Ну это… как бы... я сделал резервную копию, так что прежняя версия сохранилась, поэтому никаких…

— Да ладно тебе! — прервал я его. — Так и нужно. Осторожность, конечно, не помешает, но без уверенности в себе и в своих решениях никуда. Молодца, Арсений, так держать!

Бахтин аж засиял, расцвёл, снова приосанившись. А вот Богдан едва не запыхтел, глядя на него, и принялся лихорадочно перебирать чертежи, выискивая, где бы и ему применить свои незаурядные знания.

Тут дверь отворилась, и к нам вошла Алёна с картонным держателем и пятью большими стаканчиками кофе.

— Вот! Всё готово, — улыбнулась она. — Разбирайте!

На бумажных стаканчиках были написаны имена, так что я без проблем нашёл свой чёрный кофе без сахара. Чуть с кислинкой, немного горчит в приятном смысле этого слова, бодрит и оставляет приятное послевкусие. Замечательно!

Себе Алёна кофе тоже взяла, выкинула подставку в мусорку, чуть отхлебнула и шагнула вглубь кабинета.

— Алён? — удивился я. — Ты хочешь остаться с нами?

— Конечно! — заявила жёнушка, будто это само собой разумеется. — Вы, инженеришки, сейчас такое понапридумываете всякого, что я потом задолбаюсь согласовывать и и подбивать документы. Ваши гениальные технические решения иногда выходят таким боком, что лучшие юристы не могут это оформить нормально.

Она снова отхлебнула кофе и подмигнула мне, улыбнувшись:

— Будем работать вместе, милый!

━─━────༺༻────━─━

Проторчали мы с инженерной группой весь день, освободились только к позднему вечеру, почти к ночи. На чёрном небе сквозь проплывающие тучи иногда выглядывала необычайно яркая луна.

Ребята отправились на боковую, их вместе с Алёной я посадил в «Бурого» и с сопровождением самураев отправил домой. Сам же вместе с тройкой новых гвардейцев поехал в замок Понятовских — было у нас там одно очень занятное дело.

— Игорь, — с приветствием кивнул мне Витольд.

— Они раскололись?

— Если честно, — хмыкнул княжич, — они раскололись очень быстро. Всё оказалось сильно проще, чем мы ожидали.

— Это… как это? — нахмурился я.

— Давай они сами тебе всё расскажут, — вздохнул Витольд.

Мы проследовали в подземелье замка через ту дверь, в которую я в прошлый свой неофициальный визит как раз хотел проникнуть в поисках Златаны и Матеуша. Это оказалось многофункциональное сооружение аж в два этажа. И некоторая часть была отведена под личную тюрьму рода Понятовских.

Не знаю, какой… "смелый" человек будет держать у себя под ногами тюрьму, наполненную врагами, но Болеслава, кажется, это нисколько не смущало. Как и его старшего сына, собственно. Поэтому Лукаш, Колобок и Крест — так звали трёх главарей, которых мы взяли живьём — сейчас находились именно там. Магами они не были, так что особой опасности не представляли.

Главари, понурив головы, сидели за длинным металлическим столом, привинченном к бетонному полу. Мы с Витольдом сели напротив. Камера, надо сказать, поражала гнетущей обстановкой: полностью серые стены без окон, дверей и, кажется, вентиляции тоже особо не было. Тут было душно — и по прелости воздуха, и по атмосфере. Только лампочка, защищённая бронированным стеклом, давала тусклый желтоватый свет.

— Так… Здаров, фраера! Или как там вас… — честно говоря, по фене я и в прошлой жизни был не мастак, да и как-то привык гасить бандюганов, а не разговаривать с ними. — Рассказывайте, какого ляда вы на меня напали?

И они рассказали. Так чётко, стройно и дополняя друг друга, будто репетировали перед моим приходом. Взглянув на довольную ухмылку Витольда, я вполне предположил, что так оно и было.

Но когда эта троица закончила, я некоторое время просто молчал, хлопая глазами от замешательства.

— То есть… вас никто на нас не насылал? Верно?

— Верно, верно! — гаркнул Колобок, тряся щеками. — Это всё он! — кивнул в сторону Лукаша.

Тот хотел было возразить, но всё же не посмел.

— Да насрать, — процедил я. — Вы просто идиоты, получается?! Я-то я надеялся получить хоть какую-нибудь зацепку…

— Какую зацепку? — ухватился, словно за соломинку Крест.

— Неважно.

Я кивнул Витольду, а сам встал и направился к выходу. Княжич последовал за мной, оставив бандитов наедине. Но затем в камеру зашли несколько бойцов его личной гвардии.

Пленников не ждало ничего хорошего. Они видели меня, видели княжича, так что по собственной глупости подписали себе смертный приговор, когда решили взять реванш за прошлое поражение. Но это всё равно осложняло дело.

После медицинской академии от Загорской до сих пор не было никаких ходов, кроме активности по резервным Истокам. А затишье перед бурей я очень не люблю, вот и надеялся, что она решила снова показать зубы.

— Такие вот дела, Игорь, — вздохнул Витольд после того, как дверь в камеру захлопнулась.

— Ага… Но тогда меня мучает вопрос. Чем сейчас занимается Загорская? Неужели наконец-то сдалась и решила оставить меня в покое?

━─━────༺༻────━─━

г. Москва, тюрьма особо строгого режима «Саларат».

Елизавета села на обшарпанный деревянный стул напротив толстой металлической двери. Через пару секунд с диким грохотом отворилась узкая щель, через которую на неё уставились до дрожи знакомые серые глаза.

— Здравствуй, отец. Мне нужна твоя помощь.

Глава 9

Город Москва, тюрьма особо строгого режима «Саларат».

— Здравствуй, дочка, — донеслось из узкой щели в железной тюремной двери.

Аркадий Загорский смотрел на Елизавету холодным проницательным взглядом, будто и не изменилось ничего. Он всегда так на неё смотрел.

— Отец, у нас большие проблемы…

— У нас? — спокойным ледяным голосом спросил он. — Неужели случилось что-то похуже, чем сидеть в одиночной камере с голыми металлическими стенами?

На мгновение глаза Аркадия вспыхнули яростью, но она быстро погасла и сменилась жутким холодом.

— Знаешь, когда ночью земля остывает, они замерзают. И я часто просыпаюсь, если вдруг во сне касаюсь стены. Тот паршивый лоскут ткани, который здесь называют одеялом, нисколько не спасает от холода… Я хотел переставить кровать к центру, но она приварена к полу. А когда ударили сильные морозы, эти стены покрылись инеем, и я думал, что замёрзну насмерть… Тебе знакомо состояние, когда холод обжигает, словно огонь?

Елизавета не могла оторвать глаз от его взгляда. Серые глаза отца будто приковали её.

— Мне… мне очень жаль, отец, — кое-как выдавила из себя княжна. — Но род в опасности. Один из наших вассалов, он…

— Мне плевать, Лиза.

Княжну бросило в дрожь. «Лиза». Отец произнёс это совсем как Гроздин, что вызвало жуткую смесь страха и гнева.

— Я пытался помочь тебе, пытался выбраться отсюда, но ни одно моё письмо не нашло ответа. Дочка, ты упустила свой шанс. Теперь я просто старик, который ждёт холодной мучительной смерти. Если удача повернётся ко мне лицом, я не доживу до окончательного приговора и не увижу собственными глазами, как гибнет всё, что я, мой отец, дед… все наши предки завоёвывали потом и кровью. Это очень больно, Лиза, я… Кгрха-Кха-КХА!!!

Аркадий закашлялся, его голос стал хриплым, сухим, будто говорить ему тяжело. Елизавета медленно протянула руку и коснулась двери. Металл действительно оказался ледяным и обжёг её, но она не убрала ладонь. Почему-то сейчас хотелось подарить отцу хотя бы немного тепла.

— Я очень давно не говорил так много… — признался Аркадий, немного отдышавшись. — Думаю, мне этого хватит надолго. Иди, дочь. Иди и не возвращайся. Надеюсь, мы больше никогда не встретимся.

Задвижка с грохотом закрылась, и это вырвало Елизавету из транса. Она наконец-то одёрнула руку и посмотрела на покрасневшую кожу ладони.

— Неужели весь этот путь был бесполезным… — прошептала она.

Княжна не вставала со стула, она просто не знала, куда идти. Единственная возможность хоть как-то вывернуться из текущего положения сгинула в холодной железной камере.

Она вдруг представила, что сама оказалась в такой же ситуации, и по телу пробежали мурашки. Елизавета встала, громко отодвинув стул, и быстро пошагала прочь. Вдруг весь этот узкий тусклый коридор показался ей жутко холодным и угрожающим. Стены будто забирали воздух, давили. Она тяжело задышала, сердце бешено заколотилось. Последние метры княжна бежала, стараясь как можно скорее оказаться снаружи.

Елизавета перепрыгивала через лестничные пролёты и быстро оказалась на первом этаже. Отметилась на проходной и пулей выскочила на улицу. И только там, вдохнув свежий воздух, она смогла хотя бы немного успокоиться.

Солнце, хоть и в пасмурный день, успокаивало. Елизавета встряхнулась и быстро пошагала вдоль дороги, обгоняя редких прохожих.

Парковаться прямо рядом с тюрьмой было нельзя, так что машина ждала её в паре сотен метров, которые сейчас казались очень длинной дистанцией. Елизавета едва не спотыкалась, но продолжала идти, пока не добралась до своего «Аллигатора» — длинного бронированного автомобиля представительского класса.

Села на заднее сиденье, глубоко вздохнула и тут же потянулась к мини-бару за бутылкой вина. Даже достала бокал, но вдруг решила, что из горла пить намного проще. Поэтому она откупорила бутылку и уже поднесла её к губам, как вдруг затрезвонила мелодия звонка, и пришлось прерваться.

Елизавета достала телефон, посмотрела на экран и всё же вернулась к бутылке, прежде чем ответить. Она сделала три больших глотка и только затем приняла вызов.

— Да, Константин, слушаю.

— Ваше Сиятельство, — раздался ледяной голос, — боюсь, у меня для вас очень плохие новости.

— Что ещё?! — вырвалось у неё.

Вино приятным успокаивающим теплом растекалось по телу, придавая уверенности. К тому же Гроздина здесь не было, а по телефону он не казался настолько опасным.

— Княжич Витольд Понятовский прибыл в Варшаву и занял место своего отца. Похоже, они очень крепко сдружились с графом Разиным, потому что Бернадский разорвал с нами все связи. Наши проекты магоснабжения остановлены. Мы потеряли Польшу, Лиза.

━─━────༺༻────━─━

— Тяни, тяни! Давай-давай-давай, мужики!

Я, стоя во главе колонны, протягивал по траншее толстенный кабель питания. Этот участок решили проложить под землёй — небольшое расстояние, и ставить опоры просто бессмысленно. Слишком много затрат, да и везти сюда эти опоры неудобно.

Мы сейчас прокладывали линию для крупной больницы от ближайшей КТП. Деревянный барабан у одного конца траншеи крутился, пока мы дружно шагали вперёд, взбивая слой песка ногами.

— И раз! И раз! И раз!

Тяжеленная хреновина, надо сказать. Особенно если идёшь локомотивом, задавая темп. Так что я немного напитал мышцы магией, и дело пошло бодрее.

— Да блин!.. Это чё!.. Нормально разве?! — отрывисто и натужно вздыхал Богдан, идущий позади меня. — Какого хрена мы тут делаем-то?!.. Особенно вы, Игорь Сергеевич!.. Где это видано!.. Чтобы целый граф!.. Министр! Или как там вас теперь величать!.. В грязи рылся?!

— А, да ну тебя нафиг! — махнул я. — Задолбался уже сидеть в офисе, мозги кипятить! Дай хоть нормально отдохнуть!

— Отдохнуть?! — пискнул Богдан.

Его голос резко просел из-за очередного шага.

— Ты лучше тяни, а не болтай! — процедил Арсений.

— Во-во! — кивнул я.

Вообще прокладывать кабель весело. Сначала роешь траншею — и повезёт, если погода хорошая. Но у нас только зима закончилась, поэтому земля была промёрзлая и влажная. Не очень удачное время для лопаты, сапоги рабочих прямо засасывало в жидкое месиво, да и выгребать комья влажной грязи — то ещё удовольствие. Поэтому я не стал мучить народ и сделал всё с помощью магии земли, за что получил всеобщую любовь, хе-хе.

Потом нужно натаскать песка для «подушки» под кабель. Помню, в прошлой жизни я возил его в таких одноколёсных тачках. Мне часто доставалась кривая, с каким-то браком, так что её постоянно мотало из стороны в сторону.

Потом песок выровнять, немного утрамбовать, поставить катушку — и тянуть!

Надо сказать, очень приятное чувство — воплощать в жизнь то, что когда-то проектировал. Вот рисовал на карте обычную линию, поставил на ней выноску с обозначением длины и марки кабеля. Идёт она от такого небольшого квадратика к квадратику чуть побольше. Маленькая такая, особенно если экран отдалить. А потом приезжаешь на место и — охо-хо! Сто метров уже не кажутся такими маленькими!

А во время такой работы очень можно легко проследить, кто из бригады любитель филонить, а кто трудяга. Ещё в прошлой жизни, помню, проходил я практику как раз кабельщиком. Тогда мне повезло — это было летом, в хорошую погоду. Не работа, а курорт, совмещённый с комплексом физических упражнений на все группы мышц.

И вот мы пару дней на объекте рыли траншеи, потом начали прокладывать кабель. А там ведь как получается. Самое простое — в середине стоять, ну и в начале, не считая первых двух позиций у самой катушки, где нужно задавать начальный темп. И то потом легче становится, когда катушка раскрутится, и следующие по цепочке возьмутся за кабель.

Так вот, некоторые работники очень шустро вставали на такие места и улыбались ещё так весело, мол, скинули другим самое трудное. Молодцы!

Но был среди бригады, в которой я тогда работал, один крепкий мужичок уже в возрасте, Паша. Всё время улыбался, на позитиве, поболтать любил. Так вот он работал за троих и всегда брался за самую тяжёлую позицию. Мы с ним тогда сдружились, вместе обедали, общались в перерывах и частенько работали в паре. Когда роют траншею, один вскапывает землю, а второй выгребает её наверх. Хорошо было с ним работать, нескучно. Анекдоты постоянно травил. Кажется, он знал их все.

Чудик, конечно, этот Паша, но добрый и весёлый. Классный мужик, в общем.

Но я уже в новом мире, здесь и сейчас. Вспоминая, не заметил, как мы почти закончили укладку. Сунул кабель в распределительное устройство, вздохнул, чуть потянулся, чтобы мышцы размять, и подмигнул Богдану с Арсением:

— Ну дальше вы сами. Подключайте кабель, и на обед.

Пускай поработают. Я хочу, чтобы они нашли общий язык и начали действовать сообща. Богдан так и вовсе специалист по кабелям, поэтому пускай покажет князю, как подключить кабель к РУ-шке.

Я же выпрыгнул из траншеи и пошлёпал к полевой кухне. На обед меня ждала классика, перекочевавшая из прошлого мира в этот — гречка с тушёнкой.

Ох, было время, я жил в общаге и первые пару месяцев питался как раз этим незамысловатым блюдом. Очень простым и невероятно вкусным, между прочим.

Правда в итоге переел его так, что от гречки потом долго ещё воротило. Но тогда для молодого оболтуса, которому просто лень стоять у плиты, это был идеальный вариант.

Вот и сейчас. Пара кусков ржаного хлеба, тарелка горячей распаренной каши с кусочками тёмного мяса. Аромат просто божественный! А ещё горячий чёрный чай с лимоном в стаканчике.

Ммммм!

Меня, как главного начальника, конечно, пропустили первым, и в очереди стоять не пришлось. Я понёс всё добро к переносному столу. Ветер трепыхал скатерть, но её держала пара кирпичей.

Сел, зачерпнул ложкой побольше, кинул в рот и с наслаждением принялся пережёвывать, закусывая хлебом и запивая чаем. Вся порция ушла за пару минут! Нет, серьёзно, я и не заметил, как тарелка опустела. В животе осталось место — мне явно не хватило порции, чтобы насытиться.

К этому моменту ко мне успели присоединиться Богдан с Арсением, которые закончили работу.

— Ничего так, молодца! — важно проговорил Богдан. — Я думал, у вас, аристократов, у всех руки из одного места растут… — Он вдруг осёкся, взглянув на меня. — Ну в смысле… природных я имею в виду.

— С первого раза получилось? — спросил я.

— А то! — хмыкнул Арсений, — Я тоже, знаете ли, руками в своё время успел поработать!

— Выправил, значит? — посмеялся Богдан.

Арсений ответил ему весёлой улыбкой.

— Учение и труд все перетрут, — заключил я, откинувшись на спинку стула. — Эх, лепота!

Солнце светит, ветер подвывает, гонит свежий воздух. А у меня живот полный, чуть тяжёленький. Истома вдруг прошла, и вроде насытился, но тут же начало клонить в сон. Блин, хоть не обедай вообще!

Вот если предстоит поработать физически, честное слово, мне проще дотерпеть до вечера и закинуться чем-нибудь покалорийней, а то потом работать вообще уже не хочется.

Но сегодня это не страшно, ведь для нас смена скоро закончится. По всей Польше шло активное строительство новой сети магоснабжения. Сегодня мне удалось на пару часов отлучиться и немного отвести душу, размяться «в полях», но уже через час меня ждут в другом месте. Так что ещё пять минут посижу, а потом пойду переодеваться, мыться с помощью одноразовых капсул, и снова в бой!

— Блин, вкусно! — воскликнул Арсений, набив рот, отчего гречка разлетелась по столу.

Он поймал на себе недовольные взгляды рабочих, которые уже приступили к обеду, но совершенно не обратил на них внимания и продолжил поглощать свою порцию с немыслимой скоростью. А когда закончил, выпил полстакана чая и с претензией спросил:

— Ваше Сиятельство, а чего это мы в Японии такое не ели?!

— Там столько гречки нету, — отмахнулся я. — Ну точнее не было. Сейчас-то, наверное, уже на всех прилавках.

— Несправедливо! — грохнул он кулаком по столу и только теперь заметил, как на него косятся.

— Давай меняться, — предложил Богдан. — Я тебе пару кило гречки, а ты мне каких-нибудь трюфелей подгонишь, а?

— Эй! — возмутился Арсений. — Я, конечно, признаю, что это невероятно вкусно, но дурака из меня делать не надо!

— Да ты видел, сколько она сейчас стоит! — возразил Богдан. — Это настоящий деликатес!

— Ладно, бойцы, — вздохнул я, вставая со стула. — Через двадцать минут выезжаем, так что заканчивайте обедать и собирайтесь. Разминка на сегодня закончена.

— О-о, наконец-то! — обрадовался Богдан.

— Ну, раз ты так счастлив, вот и будешь общаться со всеми бригадирами и объяснять им техническое задание.

Арсений допил чай и с прищуром взглянул на своего соперника и товарища.

— Надеюсь, в твоём словарном запасе достаточно матерных слов, Богдан. По-другому, боюсь, ты с ними общий язык не найдёшь.

— Где тебя учили, я преподавал, не беспокойся! — хмыкнул тот, закидывая в рот ложку.

В общем, настроение у нас было хорошее. Работы много, и день пролетит незаметно. И мне даже не придётся ни с кем сражаться… Вот уж удивительно!

━─━────༺༻────━─━

г. Варшава, Поместье рода Каминских, подземная лаборатория Змея.

В длинном помещении с низкими потолками, с которых светили белые вытянутые лампы, в ряд стояли клетки из тёмного металла, экранирующие магическое поле. Змей выяснил, что люди сумели создать такой сплав с магической рудой, что он удерживал демонов и не давал им сбежать через магические потоки, как это делали в рудниках.

И сейчас в клетках сидели демоны. «Младшие братья», как любил выражаться Хамелеон, этот заносчивый легкомысленный кретин…

Змей не торопясь шагал от одной клетки к другой и записывал данные со множества мониторов. Его действительно заинтересовали некоторые достижения человеческой цивилизации, а новый сосуд оказался чрезвычайно удачным. У него теперь имелся доступ к крупным финансам, намного больше, чем в прошлый раз. И, что немаловажно, Змей мог тратить ресурсы без необходимости отчитываться в корпорацию. Только он знал, куда направлены его исследования, а дар графа Гроздина позволил совершить небывалый прорыв.

— Ещё совсем немного… — пробормотал он себе под нос, записывая результаты очередного испытания.

Демоны старались отодвинуться подальше при его приближении. Забивались в угол, злобно и затравленно рокотали от страха и злобы. Но это необходимая жертва, чтобы в будущем демоны избавились от людей и заселили всю землю.

Пожив среди смертных, Змей понял, что бороться с ними физически невозможно. Они плодятся как кролики, жутко упрямые и слишком тупые, чтобы понять всю бессмысленность своего существования. Пыль под ногами, которую очень трудно смыть. Даже если получится вырезать их почти под корень, что заняло бы тысячи лет, людишки всё равно возродятся и снова начнут гадить, рушить Истоки, воровать магию.

Но что если сделать их жизнь на планете невозможной? Что если низшие демоны будут уничтожать их не с помощью клыков и когтей, а распространяя яд, от которого будут выкашиваться целые города и страны? Змей трансформировал их, делая источником яда, чтобы одно присутствие такой твари заставляло подыхать всех людей вокруг.

И всё начнётся здесь, под замком Каминских, откуда Змей их прогнал, чтобы не задавали лишних вопросов. Да и Загорская низложена. Она теперь отработанный ресурс, так что может жаловаться своему папаше сколько угодно, Змея это не беспокоит.

Однако воплотить идею не так уж и просто. Природа демонов тяжело поддаётся изменениям, не связанным с истинной магией, которой обладали лишь Высшие Демоны. А нынешний сосуд при всех своих достоинствах не переносил этой энергии, и потому завершить эксперимент никак не удавалось.

Когда Змей закончил обход и принялся заносить все собранные данные в общую базу для дальнейшей оценки, воцарилась тишина. Демоны успокоились, замолчали, и только стук пальцев по клавиатуре разносился по помещению.

Но вдруг он прервался, замер с поднятой над клавишами рукой, а затем спокойно сказал:

— Покажись. Твоя маскировка не работает так близко.

А затем у дальней двери сгустилась рваная тень, из которой вышел человек в чёрной потрёпанной форме.

— Я думал, твой сосуд уничтожен…

— Им почти удалось это сделать, — прошипел тот.

Змей усмехнулся и продолжил печатать.

— Оньи, что тебе нужно?

— Слышал, ты хочешь помешать Хамелеону и объявить людям войну. Это так?

— Да.

— Я решил тебе помочь.

Глава 10

г. Варшава, замок рода Каменских, подземная лаборатория Змея

— Хочешь помочь? Неожиданно… — Змей насторожился, он и правда не думал услышать нечто подобное. — И почему ты так решил?

— Какое тебе дело, змей? — фыркнул Оньи. — Неужели ты решил справиться с Хамелеоном в одиночку? Забыл, что он в мире смертных находится дольше всех нас вместе взятых?

Змей не хотел этого признавать, но Оньи был прав. Сосуд позволял воздействовать на мир смертных, но сильно ограничивал возможности. Он словно двигался в громоздком неудобном костюме, в котором было тяжело дышать, видеть, слушать. Хамелеон, скорее всего, избавился от подобных неприятностей.

Однако Оньи тоже уже долго находился в своём нынешнем теле, что удивительно на самом деле. Когда Змей впервые увидел его среди Карающей Длани, то не сразу понял, что это его давний знакомый, самый скрытный и молчаливый Высший Демон, который всегда предпочитал одиночество, зачастую пропускал собрания и даже умудрялся скрываться от Старца, старшего из них.

Вообще Высших Демонов было несколько, но не сказать, чтобы их объединяло что-то, кроме строгой иерархии, разделяющей всех по силе. Высшие Демоны вообще были разобщены и своенравны, чтобы действовать сообща или кому-то подчиняться по доброй воле.

Самым могущественным был Старец. Первый из Демонов. Но даже он не обладал какой-то верховной властью. Старец мог лишь созывать всех по одному своему зову, чтобы обсудить какое-нибудь событие. Однако его слово не было законом.

Следующую ступень занимали Змей, Хамелеон и Оньи. Великая Троица, как они себя называли. А остальные… Змей не интересовался этой падалью. Кого вообще интересуют слабаки, которые немногим лучше смертных?

Но вот Оньи — с ним можно иметь дело. Хотя это и опасно, ведь самый таинственный из Высших всегда оставался загадкой даже для Змея.

Однако если два из трёх сильнейших Демонов объединятся, у Хамелеона не останется шансов.

— Брат, я должен понимать твои мотивы, — ухмыльнулся Змей, заметив, как тот скривился из-за такого обращения. — Иначе о каком сотрудничестве может идти речь?

Оньи выдержал некоторую паузу, раздумывая над его словами, и в итоге поддался:

— Как хочешь… Видишь ли, я не верю, что у тебя получится истребить человечество. Слишком уж они живучи и упрямы. Однако им давненько не приходилось иметь дело с настоящими катаклизмами. С чем-то ужасающим, чтобы проредить "сорняки". К тому же ты знаешь о моих пристрастиях — я люблю, когда они убивают друг друга. Наслаждаюсь этим… — Оньи слегка ухмыльнулся, и в этом выражении было больше холода и опасности, чем в самой лютой ярости. — Я уверен, твоя идея приведёт к какому-то большому конфликту, и я хорошо повеселюсь. Иначе ничего такого не случится в ближайшее время. Я следил за русскими, если так продолжится и дальше, они слишком окрепнут, и британцы не осмелятся напасть. Мир слишком сбалансирован, на мой взгляд.

— И ты хочешь нарушить этот баланс? — усмехнулся Змей.

— Именно. Стоит добавить немного хаоса в их жизнь, и они всё сделают сами. Наше прямое вмешательство не понадобится, мы лишь подтолкнём их. При таком раскладе все будут довольны, не находишь? И ты, и Хамелеон, и Старец, и что самое главное — я. Как по мне, это идеальный вариант.

Змей задумался. На начальных этапах Оньи действительно может оказать ему помощь, однако потом их пути разойдутся, и тогда бывший союзник может стать самым страшным врагом.

Змею не нужен Хаос. Люди сами по себе и есть хаос. Змей лишь хочет от них избавиться.

Но рискнуть стоит. Быть может, этот союз позволит раздобыть последний недостающий ингредиент для воплощения его плана.

— Ладно, — кивнул Змей, — допустим, я согласен.

— Отлично. Но для начала ты, может, объяснишь, что именно планируешь делать? — Оньи обвёл взглядом клетки с демонами и нахмурился.

Демоны в клетках не напоминали ни один известный вид. Их багровая плоть стала тёмно-зелёной, глаза не пылали огнём, а будто заледенели в изумрудном сиянии.

— Что ты с ними сотворил? Это слишком даже для меня. Ты в своём репертуаре… братец.

— Это ключ к нашей цели. Я хочу создать низших демонов, способных отравлять мир смертных. Если соединить магию с ядом, они не смогут ей пользоваться… и не смогут жить на этой планете.

Оньи задумался. Наверняка ему не нравились подобные методы, однако даже он должен признать, что появление подобного фактора точно вызовет череду катаклизмов.

Змей уловил, что "братец" подумал о чём-то своём. Наверняка уже строил планы, как вовремя ударить в спину.

— И в чём проблема? — спросил он. — Почему ты не сделал этого до сих пор?

— Текущих результатов я достиг, чередуя моё истинное воплощение с даром нынешнего сосуда, но его ресурс исчерпал себя. Мне нужен сосуд, который сможет проводить магию Высших Демонов, чтобы закончить преобразование. Я должен объединить магию мира смертных с первородной энергией.

— И я так понимаю, мы оба знаем, кто этот сосуд, верно?

— Да, — кивнул Змей. — Но ты сам знаешь, так просто овладеть им не получится. Разин должен добровольно отдать мне своё тело.

— Это будет непросто… — Оньи на некоторое время задумался, но затем сверкнул взглядом и тихо проговорил: — Кажется, у меня есть идея…

━─━────༺༻────━─━

— И-и-игорь, просыпа-а-а-айся, — донёсся сквозь сон бархатный голосок.

— Вставай, милый, — добавился к нему ещё один, ласковый, словно маленькие колокольчики.

— Ну ещё пять минуточек… — пробормотал я, но вдруг учуял аппетитные ароматы и тут же взбодрился.

Ещё не пришедший в себя мозг начал шустро анализировать приходящие сигналы. Так-так-так, кажется, это какая-то выпечка с ягодами и шоколадом…

Я распахнул глаза!

Передо мной с обеих сторон на кровати сидели Алёна и Азуми с подносами в руках. Не знаю, как им удавалось таким ранним утром выглядеть настолько сногсшибательно, но это явно было так!

О да! Такое пробуждение я люблю. Кто сказал, что утро добрым не бывает?

Мои ненаглядные решили устроить очередное кулинарное соревнование, так что я оживился, нацепил довольную лыбу и сел, потирая руки от предвкушения.

— Так что у нас сегодня?

Слюна уже наполняла рот от одного только вида деликатесов.

— Сырники с начинкой из крем-чиза, политые клубничным вареньем, — промурлыкала Алёна, слегка наклонив поднос.

— Булочки Хоккайдо, — представила своё творение Азуми, — с корицей и с шоколадным кремом.

— И чёрный кофе без сахара! — заключили они хором.

У меня только от названий чуть не случился гастрономический оргазм, и к тому же всё это так офигенно пахло!

От кофе исходил приятный аромат, который подчёркивал достоинства представленных конкурсантов. Не терпелось уже приступить к судейству.

Чтобы выбрать, какое блюдо я отведаю первым, пришлось использовать считалку. Как бы это смешно не звучало, но это единственный способ не накалить ситуацию.

Я, конечно, очень рад таким завтракам и пробуждениям, но тут нужно действовать тонко и предусмотрительно. Иногда многожёнство походит на ходьбу по минному полю. Вот выберешь первым, например, сырники. АИ вдруг Азуми подумает, что её булочки для меня менее привлекательны? Она и не скажет ничего, но даже намёка на обиду я допускать не хочу.

В общем, выиграли сырнички. Поджаристые, румяные, плотненькие снаружи, с растекающимся нежным кремом, который вперемешку с клубничным вареньем раскрывался ещё сильнее. Просто взрыв вкусов! У меня аж скулы свело от наслаждения, и я не сдержал тихий стон, услышав который Алёна горделиво выпятила грудь и взглянула на соперницу так, словно уже победила в этом маленьком соревновании.

— Так, теперь моя очередь! — воскликнула Азуми, протягивая поднос с булочками.

Да, она тоже отлично знала мои вкусы. Я люблю булочки с корицей и обожаю шоколад, и, может быть, не всем и не всегда это покажется прямо идеальным, но она совместила обе начинки в невероятно воздушной булочке с золотистой коркой, ещё горячей, только из печи. Шоколад в ней даже не успел остыть и приятно обволакивал язык. А корица давала особый привкус, который, к тому же, отлично сочетался с кофе.

— О-о-о-х! — снова вырвалось у меня, и уже Азуми горделиво взглянула на Алёну.

Красавицы позволили мне закончить вкусный, сладкий и сытный завтрак. Правда после такого хотелось ещё полежать. Часик, а то и все два… И никуда не спешить, что важнее.

Собственно, сегодня никуда спешить и не надо. Я устроил себе выходной, чтобы провести время с семьёй. Строительство магической сети шло полным ходом, все процессы были налажены, я распределил обязанности, и оставалось только время от времени контролировать процесс.

Да, делегировать задачи это просто замечательно! Пускай Богдан с Арсением трудятся в поте лица, набираются опыта и обмениваются знаниями. Оливер, если что, им подскажет. Он как раз отвечал за внедрение системы Антитворцов, поэтому был связан со всеми аспектами новой сети. В общем, волноваться не о чем — работа будет сделана как надо.

Я проглотил последний кусок, допил кофе и расслабленно откинулся на подушки, подхватив Алёну и Азуми за талию. С весёлым визгом они поддались и улеглись по бокам.

Меня прям-таки переполняло от счастья. Я с удовольствием прикрыл глаза, поглаживая их бархатные спины, вдыхал цветочные ароматы волос, ловил тёплое дыхание на шее и ждал того самого вопроса….

— Ну? — прошептала мне на ушко Алёна.

— Кто победил? — тоже прошептала Азуми с другой стороны.

Я глубоко вздохнул, будто раздумывал над ответом, а затем выдал единственный правильный:

— Милые мои, вы обе были на высоте!

Обычно после этого шли театральные недовольства, обещания прекратить эти соревнования и прочие ворчания, но в этот раз всё пошло не по плану.

— То есть мы обе победили, правильно? — спросила Алёна, и я тут же почувствовал неладное.

Даже приоткрыл левый глаз, чтобы посмотреть на её хитрый, что-то замышляющий взгляд.

— Да, получается, мы вдвоём выиграли! — воскликнула Азуми.

Второй глаз тоже раскрылся. Если бы я мог, то следил бы за обеими, но сейчас с подозрением посмотрел на Азуми. Я окончательно убедился, что эти две непримиримые соперницы явно что-то задумали.

— Так ведь, Игорь? — спросила Азуми. — Или всё же мои булочки вкуснее?

Опасный вопрос. Во всех смыслах…

— Вы правы, — осторожно сказал я, — Победили обе. Проигравших тут быть не может.

Вообще-то самым главным победителем я всегда считал себя. Но вот сейчас уже не был так уверен в этом.

— Тогда и приз, получается, мы получим обе! — воскликнула Алёна.

— Приз?!

— Да-да-да! — закивала Азуми.

Так. Они явно заманили меня в ловушку самым что ни на есть коварным способом! Это нечестно, я считаю. Так ведь нельзя — с утра пораньше и с такими бронебойными снарядами!

Я уж хотел что-то предпринять, но мою бдительность снова усыпили податливые тела. Мягкие и упругие…

— Тогда мы сегодня идём в театр, — заявила Алёна.

— Но сначала на выставку Варикова! — добавила Азуми.

— Кого? — нахмурился я.

— Вариков это такой художник. Я слышала о нём раньше, он даже как-то появлялся в Японии. Затем куда-то исчез и появился в Варшаве, чтобы показать свои работы.

— Ага, понял… что ничего не понял. А театр? — Я повернулся к Алёне.

— О, тебе очень понравится этот спектакль! Он о молодой дворянке, которая разрывается между своим мужем, навязанным ей династическим браком, и молодым корпоратом, который прибыл в их небольшой городок, чтобы открыть филиал компании. Долг и свобода! Уважение и страсть! Вода и пламя! Что же она выберет?!

— Если выберет поезд, то, надеюсь, затягивать не будет, — буркнул я. — Сколько идёт спектакль?

— Ой, недолго. Всего три часа , плюс антракт, — захлопала глазками Алёна.

Я молча перевёл взгляд на Азуми, и она поняла вопрос без слов.

— Не волнуйся, выставка тоже небольшая, всего два этажа картин и несколько экспозиций, — и тоже хлоп-хлоп так глазками.

Блин, да меня зажали в клещи! Нежные и желанные, конечно, но я реально оказался в окружении!

А и фиг с ним.

— Ладно, так уж и быть, — промурлыкал я, словно кот, объевшийся сметаны.

Против таких аргументов никак не попрёшь.

Алёна и Азуми с довольными лицами переглянулись и обняли меня покрепче.

Что ж, день обещает быть насыщенным и интересным. Завтрак удался на славу, а теперь самое время сделать очень активную зарядку, при этом не вставая с кровати. Так что я тоже обнял своих красавиц покрепче…

━─━────༺༻────━─━

Я же говорил, день будет интересным! И, что самое главное, в очень хорошей компании. Оказывается, про выставку этого художника Варикова знала не только Азуми, а ещё две знакомые нам барышни, которые, собственно, и сообщили ей об этом мероприятии.

— Ольга Алексеевна! — воскликнул я, широко улыбаясь, потому что рядом с ней под ручку вышагивал…

— Александр Григорьевич, какие люди! Вы, оказывается, любите искусство?

Соколов аж раскраснелся, нахмурился и засмущался. А вот Ольга Раскатова, дочь Председателя Сената, в отличие от своего спутника, нисколько не стеснялась. Наоборот приосанилась, прижалась к спутнику и заулыбалась во все тридцать два.

— Да, наконец-то выбрались куда-то вместе, — с явной претензией заявила она. — Пришлось для этого даже лететь в Варшаву!

— Вы очень красивая пара, — с улыбкой заметила Азуми.

— А где Тихомира? — нахмурилась Алёна, пытаясь высмотреть лучшую подругу Ольги.

— Тешка? А, не волнуйся, она застряла в секции с пейзажами. Любит природу, знаете ли.

Девушки начали щебетать о чём-то своём, а я не мог убрать с лица довольную лыбу, глядя на Соколова. Он нарядился в очень аккуратный приталенный костюм с изображением пикирующего сокола на лацканах.

Повторюсь! Соколов — самый неряшливый аристократ — и в очень аккуратном костюме! Это просто неслыханно!

— Художник правда здесь?! — воскликнула Азуми, вырвав меня из лёгкого транса. — Я думала, что здесь будут его подмастерья! Слышала, он очень редко появляется на людях.

— Ага-ага, — кивнула Ольга. — Но в этот раз его уговорили поприсутствовать. Так, быстрее пошли, пока не расхватали по запчастям! Нам нужно ещё забронировать самые лучшие картины, а наши мужчины, — она обратилась к нам, — пусть пообщаются пока ос своём, мужском. Избавим их от необходимости слушать наши разговоры.

Когда девушки упорхнули, и мы остались с Саней вдвоем, усмехнулся и ткнул его локтем в плечо.

— Я смотрю, женщины меняют людей.

— Да ладно тебе! — буркнул Саня. — Это всё Оля настояла. Меня полчаса наряжали, чуть ли не на мне стрелочки выглаживали, прикинь?! Ну как так можно!

Он недовольно скривился, покрутил рукой и продолжил ворчать:

— А вот как мне в этом драться-то?! Вот ты мне скажи, а! Одно неловкое движение, и всё порвётся!

Но, глядя на мою широкую лыбу, он быстро понял, что сочувствия от меня не добьётся. Блин, да я готов был деньги заплатить, чтобы увидеть его таким хотя бы раз!

— Ладно, — махнул Соколов, оглядывая помещение. — А где тут бар?

Я тоже осмотрелся и сообщил про неприятнейшую новость:

— Тут его нет, Саша.

Кажется, я видел, как в его глазах промелькнуло безграничное разочарование. Соколов замер, нервно сглотнул и, кажется, глаза немного увлажнились. Во актёрище! Знаю же, что подыгрывает.

— Как это нет?! — прохрипел он. — А чем мне тогда здесь заниматься?!

— Наслаждаться искусством, дружище! — похлопал его по плечу. — Наслаждаться искусством…

И вдруг понял, что нет — Саня не играет.

Так что я повёл поникшего графа вдоль картин. Честно говоря, я не особо в этом шарю. Какие-то тайные послания, смыслы, значения мне неведомы. Но просто оценить, что красиво, цепляет, а что нет я, конечно, могу. Правда, в основном мне нравятся батальные сцены, а такие тут вряд ли найдутся.

Фишкой этого художника, судя по всему, было пристрастие к различным культурам. Как я понял, он путешествовал по всему миру и рисовал серию картин, пытаясь подобрать местный стиль и добавить в него собственной индивидуальности. И, походу, чувак действительно много где побывал. Мельком оглядев первую секцию, я отметил кучу русских, китайские, японские, даже какие-то африканские места.

Причём начало выставки состояло из картин, изображающих аэропорты или вокзалы. Начиналось всё с России — маленький автовокзал провинциального городка, откуда художник начал свой путь. Ну, так было написано на табличке под рамой.

Но, если честно, такое меня не особо привлекает, а Соколову и вовсе до лампочки, так что мы быстро прошагали следующие три секции, пока не вышли на просторный холл, где почему-то собралось множество людей. А один из них, лохматый, в очках, с причудливым взглядом почему-то направился ко мне, взял за руку и молча повёл за собой.

Опасности от него не исходило, а сопротивляться я не стал, а то пришибу ненароком. Он вывел меня к центру холла и еле слышно прошептал:

— Извините, что так резко… Мне нужна помощь для открытия экспозиции. Это не займёт много времени.

Во, блин, попал. Без меня меня в ассистенты записали! Хотя… хрен с ним. Отчего бы не помочь?..

Но вдруг я почувствовал резкую концентрацию магического поля. Что тут, блин, происходит?!

Глава 11

Из скрытой ниши в стене вывели какой-то параллелепипед — кабинку с прозрачными стенками. Но от неё так фонило магическим полем, что я увидел, как некоторые из зрителей морщатся из-за металлического привкуса. Я машинально насторожился, однако мужичок примирительно выставил руки. Он выглядел очень сосредоточенным, слегка чудаковатым и явно волновался, поэтому я решил посмотреть, что будет дальше.

Всё же обычной магией меня не взять, да и рядом Соколов. Не думаю, что есть чего опасаться… Правда же?

— Кхм-кхи… — прочистил горло , чудик. — Дамы и господа, я прошу вашего внимания! Смею представить вам экспозицию, которую я назвал «Внутренний мир мага»!

Эм-м-м… звучит так себе. Может, ну его нахрен? Вдруг этот чудик окажется маньяком и попытается вспороть мне кишки?

— И примечательно это произведение тем, что будет создано прямо на ваших глазах! — продолжал он.

Похоже, мои опасения никто не разделял. Люди зааплодировали, особенно дамы были рады такому представлению. И только Соколов явно насторожился не меньше моего. Хоть угрозы от чудика я вообще не чувствовал, но всё равно немного легче, когда знаешь, что товарищ готов прикрыть спину.

Тут я заметил, что к толпе зрителей присоединились Алёна, Азуми, Ольга и… Витольд? Чёрт, а княжич, оказывается, тоже любит искусство! И он почему-то стоял совсем близко с Тихомирой. Интересно, интересно…

Однако меня больше заинтересовало, почему мои жёнушки смотрели на чудика так, будто увидели какую-то знаменитость. И подмигивали мне, хлопали глазками так, словно я выиграл в лотерею. Чего они так радуются? Меня, возможно, потрошить собираются. Надеюсь, чудика зовут не Джек.

Он тем временем как открыл дверцу кабинки и попросил меня зайти внутрь.

Что ж, ладно. Взялся за гуж — не говори, что не дюж, как говорится. Я сделал шаг, и дверца захлопнулась.

Тут же почувствовал, как потоки магического поля пронзают моё тело. По спине пробежали мурашки, но в общем-то поле было не опасным — просто в стенках, кажется, содержались частицы магической руды, а обработка сделала поле немного странным. Мне даже стало интересно, что последует дальше.

— «Внутренний мир» — это произведение, которое позволяет показать необычайно красивый рисунок магии человека. Эта идея пришла ко мне, когда я общался с одним мудрым магом в одной восточной стране. Я спросил его, как он управляет своими силами. Неужели он видит что-то, чего не видим мы? И, оказывается, это примерно так и есть. Просто маги чувствуют внутреннюю энергию, протекающую из магических кристаллов, и преобразовывают её, формируя в своей голове определённые образы.

Спорное, конечно, объяснение, но в чём-то он прав.

— Знаете, есть такое понятие "квалиа", — продолжал чудик. — Это чувство и ощущение, которое невозможно описать словами. Вот представьте, допустим, апельсин. Как бы вы не старались, как бы вы не хотели, вы не сможете передать всё своё ощущение этого фрукта. Его терпкость, сладость, его текстуру, горечь и живительную влагу. У каждого человека всё равно будет своё собственное понимание каждой составляющей. Каждый из нас ест свой апельсин…

Чудик сделал небольшую паузу, позволяя зрителям переварить услышанное. Многие нахмурились и явно запутались, так что не зря он это сделал. Немудрено, о таких терминах далеко не каждый знает… Как я, например, хе-хе…

— Но у нас есть магия! — воскликнул чудик, вырывая слушателей из раздумий. — И я подумал, почему же не позволить магам показать своё квалиа в чём-то, что можно рассмотреть невооружённым глазом? Дамы и господа, эта кабинка создана из особенного стекла, способного запечатлеть на себе потоки магического поля. Его делают в одной неизвестной, маленькой деревушке на краю мира, где я когда-то побывал. И теперь каждый маг способен показать нам, не обладающим никаким сверхъестественным даром, каково это — быть магом! Показать свой внутренний мир!

Снова послышались аплодисменты. Алёна с Азуми особенно воодушевились, а вот Витольд с Тихомирой будто не обращали на нас внимания, потому что слишком увлеклись друг другом и о чём-то разговаривали.

Чудик тем временем повернулся ко мне и тихо залепетал:

— Прошу меня простить, господин… не знаю вашего имени. На самом деле у меня должен был быть ассистент, но в последний момент он вынужденно отказался от участия. Я увидел у вас родовое кольцо и решил, что это шанс. Надеюсь, для вас не составит никаких неудобств? Поверьте, я отблагодарю!

Я призадумался. Показать свой "внутренний мир" всей этой толпе? Может, мне ещё до трусов раздеться? Наверное, стоило послать его к чертям и покинуть эту грёбаную выставку, слишком уж всё странно. Но я уже стоял в грёбаной кабинке и видел восторженные лица Алёны и Азуми. Поэтому решил, что стоит подыграть. Они наверняка захотят увидеть нечто подобное.

— Ладно, — кивнул я. — Что нужно делать?

Чудик заулыбался, обрадовался. Понятно, почему он волновался — я ведь мог его и по матушке послать.

— Вам нужно собрать как можно больше магии и выплеснуть её одним махом. Создайте неконтролируемый всплеск, словно… словно… — он поджал губы, подбирая подходящее сравнение, — словно крик боли или ярости! Представьте, что магия — это эмоция, которую вы выплёскиваете наружу. Понимаете?

— Да-да, — махнул я. — Короче, надо просто выпустить побольше магии. Всё ясно.

Что ж, я прикрыл глаза и сосредоточился. Чтобы не использовать скверну, забрал магию только в кристалле, который постоянно носил на поясе. Энергия бурными потоками протекла по моему телу. Эмоция, крик, значит? Ну ладно. Я резко выплеснул магию во все стороны, хаотично и неконтролируемо. Это был мой безмолвный крик того, как я хочу поскорее отсюда свалить!

Но, кажется, что-то пошло не так. Вдруг раздался треск, крики… Когда я открыл глаза, увидел, что кабинка исчезла, а всё помещение окрасилось в резкие прерывистые линии. Крики прервались, наступила тишина. Зал засиял небесно-синими отблесками, похожими на застывшую молнию, в которых, однако, просматривались тёмно-багровые крапинки.

Чёрт, а я ведь не использовал скверну из кольца… Палевно, однако, получилось.

Несколько человек, заметив это, нахмурились. Видимо, это тоже были маги, и они поняли, в чём дело. Повисло напряжение, которое вдруг прервалось диким хохотом.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Ну, Игорёк, ты даёшь! — это был Соколов. Он с довольной лыбой и потрёпанным от всплеска поля костюмом подошёл ко мне и похлопал по плечу. — Не быть тебе художником, походу!

— Нет, совсем нет! — вдруг подал голос чудик.

Я заметил, что если остальные, кроме моих знакомых, смотрели на меня со страхом глазах, то он заворожённо оглядывал стены.

— Да это просто прекрасно!

— Правда? — нахмурился я. — Кажется, ваша кабинка сломалась…

— Да чёрт с ней, с этой кабинкой! — восторженно заявил чудик. — Кто-нибудь, выключите свет сей же час!

Когда лампы погасли, в полумраке моя магия засияла ещё ярче, и узоры, которые она образовала, действительно оказались очень красивыми и завораживающими. Будто я очутился внутри молнии. Энергия и сила завораживали. Зрители успокоились и переключились на созерцание. Некоторые даже пытались снимать это на телефон.

Соколов, чуть наклонившись ко мне поближе, прошептал:

— Думаю, нам с тобой есть о чём поговорить, Игорь. Очень интересный у тебя внутренний мир. Багряный такой…

━─━────༺༻────━─━

Чудик пригласил меня и моих спутников в свою каморку. Ну иначе его рабочий кабинет в здании, где проходила выставка, я назвать не мог. Здесь было тесновато, свет падал только через одно окно, всё уставлено мольбертами и красками. Столы и полки завалены маркерами, карандашами и всем чем только можно. Похоже, он рисовал всеми доступными способами

— Игорь Сергеевич, очень приятно познакомиться! Позвольте представиться, Альберт Иосифович Вариков, — представился чудик.

Да, как оказалось, это тот самый художник. Выглядел он невзрачно и как-то очень скромно для великого артиста, известного на весь мир. Но по общению оказался вполне себе нормальным человеком и сразу предложил нам чай, под который у него была отведена отдельная полка.

Я с интересом разглядывал картины, над которыми работал мастер. Признаться честно, мне больше нравился этап набросков, когда будущая картина находится ещё на ранних этапах. Обычно это делается карандашом, грубыми лёгкими штрихами. Всё чёрно-белое, но есть в этом что-то особенное и завораживающее меня лично.

— Ещё раз извините за поломанную кабинку, — на всякий случай произнёс я.

— Не стоит, Ваше Сиятельство! Должен признаться, я и сам не до конца понимал всех рисков. Это было первое представление подобного плана, так что я сам виноват в произошедшем. Видимо, не рассчитал силу вашей магии… Жаль только, не увести мне с собой эту комнату. Придётся оставить арт-объект здесь, в Варшаве.

— Думаю, цена за здание подскочит раза в два, — хихикнула Ольга.

— Можно устроить здесь музей искусств, — заявил Витольд.

Княжич, в отличие от своего отца, вёл себя как нормальный человек и не кичился титулами, хотя сейчас в княжестве не было никого главнее его.

— А что, отличная промо-кампания, — хмыкнула Алёна. — Знаменитый художник основывает музей искусств в Великом княжестве Польском! Учитывая вашу репутацию, это даже символично.

— Мир, дружба, жвачка? — догадался я, припомнив "собирательство" различных культур в работах Альберта.

— Ага, — кивнула Алёна.

Тут я отвлёкся на Соколова, который приметил бутылку вина на рабочем столе.

Не граф, а кремень! Держался изо всех сил. Посматривал иногда, но прилежно пил чай.

— Господа! — вдруг Вариков встал с места и шагнул к шкафу, — позвольте отблагодарить господина Разина за помощь.

— Да ладно, не стоит, — махнул я.

Но тут же на меня шикнули разом Алёна и Азуми. Кажется, они догадались, что именно Вариков имел в виду под "благодарностью".

Он достал из шкафа картину в незамысловатой раме, не слишком большую и по стилю отличающуюся от того, что я видел на выставке. Алёна и Азуми подскочили и с благоговением уставились на неё.

— Эту работу я выполнил ещё на заре своей карьеры, — пояснил Альберт. — Моё первое путешествие… Оно случилось неожиданно, и, я бы даже сказал, вынужденно. Помню, я тогда оказался в долгу у влиятельного человека, и он потребовал моего присутствия во время одной из делегаций в Японию. Хотел сделать подарок императорскому дому — чтобы я нарисовал портреты некоторых высокопоставленных лиц. Честно говоря, я не слишком люблю портреты, но был вынужден согласиться. Провёл там несколько месяцев, и, конечно же, не мог не посетить различные места, которые хотелось бы запечатлеть. С этого и начался мой путь, результаты которого представлены на выставке. А вот эта картина была первой. Я написал её недалеко от Токио, рядом с поместьем одного самурая, который был очень знаменитым в тех краях. В тот день он что-то праздновали у себя во дворе с женой и дочкой. Рисунок не выполнен слишком подробно, у меня была всего пара часов, но я вложил сюда всю душу.

— Она… она прекрасна, — выдохнула Азуми, шагнув чуть ближе.

На глазах её выступили слёзы. И догадаться, в чём дело, было не так уж сложно. Я узнал это поместье. Дом, в котором я провёл э свои первые дни в Японии. Предгорье, по которому я бегал, прыгал и таскал тяжеленные камни. Место, где я впервые обрёл магию — дом Такеда.

И под дубом, где я любил коротать редкие минуты отдыха, на картине счастливый самурай играл со своей дочкой, пока его жена с улыбкой за ними наблюдала.

Мы не слишком часто говорили о матери Азуми. Она погибла от какой-то болезни, и Азуми, когда у неё проявился дар целителя, пообещала себе, что больше никто из её близких не постигнет подобная участь.

Мы замолчали. Алёна сделала шаг в сторону — у неё тоже заслезились глаза.

Это был замечательный подарок.

━─━────༺༻────━─━

В театр мы пошли всей нашей дружной компанией, прихватив с собой и Варикова. Витольд провёл нас в княжескую ложу, так что наблюдали за спектаклем мы с самых комфортных мест. Хотя, если честно, это не слишком спасло ситуацию.

Нет, девушки были в восторге. Они сопереживали героине, ахали, охали во время трагичных сцен и явно наслаждались представлением. А вот я… нет.

Я нормально отношусь к спектаклям и театру. И актёры играли хорошо… Просто не моя тема. Соколов вообще еле-еле сдерживался, чтобы не заснуть. Я видел, как мучительно ему это даётся. Витольд, однако, не разделял наши страдания. Ну конечно, ведь он вовсю общался с Тихомирой и, кажется, совсем забыл про спектакль.

Но вдруг у меня зазвонил телефон. Высветился номер Славы, и я сразу понял, что скуке пришёл конец.

Вышел из ложи и принял вызов.

— Да, слушаю!

— Игорь! — раздался встревоженный голос, — мы напали на след Пауля Грайнера. Но, похоже, он уже начал действовать!

— Оливер! — догадался я.

— Именно. И он не выходит на связь.

Твою ж мать!

Бойся своих желаний… Хотел избавиться от скуки, и вот тебе, пожалуйста!