Инвестиго, из медика в маги. Том 3

Глава 1. Новая картина мира

Марк спровадил, как мог, Найшу и сел за стол. Массируя виски, он смотрел на внутреннюю часть омна. Он, конечно, не спец по языкам, но такие иероглифы ему встречались только в прошлой жизни. Здесь преобладала латиница во всех трёх языках. Фанза, горима и маншу просто не включали в себя такое понятие, как иероглиф.

Вырезано рукой — это не каприз природы. Видимо, омн сделан недавно — клей ещё недостаточно успел схватиться. С другой деревяшки на него смотрело солнце, больше похожее на осьминога. Располосованные линиями глаза пялятся на тебя будто насквозь. С правого капает слеза, но это не вызывает жалость или что-то подобное. Сам рисунок олицетворял собой неживое, безэмоциональное нечто. Словно не от мира сего.

Просидев минуты две, он резко встал и пошёл на площадь, где в прошлый раз встретил молодого монаха. Ему нужны были ещё образцы, и возникло жгучее желание расспросить святого отца о природе этого знака и откуда они знают японский язык.

Тут сомнений быть не может — это второй попаданец. Вопрос в том, кто он? Когда он прибыл? Живой он сейчас или давно почил? Можно предположить, что он жил во времена зарождения культа Альтэндо и таким образом оставил о себе знак. Что-то вроде пасхалки. В таком случае, он в разы старше Марка. Всё зависело от того, когда стали раздавать омны.

На площади никого не было. Поспрашивав прохожих, Марк узнал, что делегация ушла больше месяца назад. Выпытав у незнакомца, что один из его друзей получил омн, Марк выкупил реликвию за пару фалеров. А довольный дед, что ему продал эту деревяшку, под руку смылся со своим знакомым втихаря от бабки. Навряд ли в библиотеку.

Придя домой, Марк принялся разбирать и этот омн. Партия попалась так себе или состав клея халтурный. Марк смог быстро разобрать религиозную поделку. Как и ожидалось, там был тот же иероглиф. В том, что он японский, сомнений не было. На самом деле очень легко их отличать. Китайские напоминали большие нагромождения палочек и с виду похожи на квадраты или прямоугольники, в корейских преобладали кружочки и всякие перевёрнутые буквы «Ю», а вот японский — это мешанина всего. Он даже слышал, что у них две азбуки.

Отрезав кусочек древесины, он рассмотрел его в микроскоп, и мозг взорвался второй раз. Это оккапури. А ведь логично — через него проходит мана. Марк пытался вспомнить, что там говорил Сота про этот ритуал. Типа слив через омн — это пожертвование богу. По легенде, Альтэндо ушёл из этого мира, распылившись на ману. Он не был её первоначальным источником. До нас дошли легенды и подревнее, и там магия уже существовала.

Теперь возникло ещё больше вопросов. Зачем монахи раздают такие дорогие поделки? Ведь из оккапури делают посохи, чтобы прогонять ману через несколько кристаллов

Точно! У него же есть манаметр. Марк порылся на соседнем столе и вытащил прибор, внешне напоминавший жирный градусник. Напыление из редкой породы, добываемой в шахтах Ондельтона, позволяло видеть сквозь предметы небольшой толщины. И сейчас на него смотрел столбик, заполненный до краёв маной.

В спокойном состоянии она постепенно заполняла пустоты, но стоит его встряхнуть, как шкала очистится. Слегка обмазав пробку левезой, Марк стал ждать. Сначала она грозила вырваться из пальцев из-за небольшого эффекта невесомости, но потом мана стала проталкивать внутрь этот кусочек по шкале, остановившись на пятёрке.

Соединив обратно омн, Марк направил через него поток маны и подставил манаметр возле выходного отверстия. Синий поток прошёл сквозь солнце и вышел с обратной стороны. Однако прибор не показал никаких изменений. Будто и не было повышения концентрации маны. Странно, может он что-то сломал? Надо было два омна купить. Чёрт.

Марк и так и так его вертел, но столбик не сдвинулся с цифры пять. А вот использовав вторую часть с иероглифом, он заметил, что края впитывали в себя источник магии. Лакуны заполнились, так как рисунок был закрытый. Ещё раньше Марк проводил эксперименты — если в центре деревяшки из оккапури есть символ, то он заполняется потихоньку маной и фиксирует её. А вот стоит вырезать снаружи канал к фигуре, как мана тут же рассеется — это рисунок открытый.

Не зная зачем, но Марк опять соединил омн и проделал процедуру залива. И настал черёд удивляться в третий раз. Всё, что было внутри иероглифа, та посиневшая в желобах мана, теперь отсутствовала! Это, мать его, как?

Повторив эксперимент раз пять, он убедился, что это не погрешность. Мана исчезала. Прибор это чётко показывал. Причём как хитро выходило, поток проходил сквозь омн и не изменял цвета! Как обычно понимают отсутствие маны — когда она у тебя кончается, дымка теряет свой цвет до полной прозрачности. Здесь же она густая, но маны в ней нет.

Спустя пару дней Марк нашёл несколько стариков, что смогли рассказать, когда примерно возник этот «культ». Порядка двухсот лет назад. Война Сансибуру закончилась как шесть столетий, тогда же Альтэндо и поднял материк Рилган, уйдя на пенсию. Попаданец воспользовался этой легендой и двести лет назад стал распространять эти омны под предлогом пожертвований богу. Но какова цель?

Марк думал об этом около недели, продолжая возится с производством растительного масла. Пресс был почти готов. Если всё получится, то откроется широкая дорога в мир кулинарии. Особенно расцветёт фастфуд.

Неожиданно его вызвали на ковёр к лорду Гарсу Анарика. Заказное письмо в полуприказном порядке велело явиться в резиденцию как можно быстрей. Это, наверное, из-за Крижена, мрачно подумал Марк.

Всё-таки убиты лекарь и уважаемый член купеческой гильдии, глава семьи Дормутов.

Марк без конца пытался отстраниться от ситуации. Измотать себя, чтобы не думать о том, что натворил. Нет, не своими руками, но заказчик-то он. После того случая он приказал Бефальту немедленно отдать половину их семейного бизнеса и выгнать прочь карикатурно недовольного ранним расставанием красноволосого парня. Как он вообще посмел явиться к ним в дом?

Стоило торговой войне закончиться, как Марк сказал себе всё. Хватит с него этого дерьма. Он обещал Бефу, что они быстро всё вернут и сосредоточился на создании нового товара. Полностью отдал ему на откуп семейное дело. Тот достаточно закалился, чтобы самостоятельно решать проблемы. Его патронаж там больше не нужен. Иногда, конечно, Беф приходил посоветоваться, но это не было как раньше. Теперь бывший сопливый задира имел ранг среднего купца и воротил огромными деньгами.

Чтобы они смогли быстро вернуть капитал, Марк даже отказался от траты кристаллов. Как достигнул отметки в пять сотен маны, он уже не так рьяно прокачивался. Ему исполнилось четырнадцать лет, и с сентября Марк планировал поступить в академию целителей при картеле магов.

При его нынешнем запасе и с двумя дистортами он поднимал себе под кристаллами единицу маны раз в два дня. Однако это стоило двести пятьдесят фалеров. Он «отжирал» почти три с половиной тысячи фалеров в месяц. У них много денег, но лучше чтобы Беф раскинул щупальца их торговой империи как можно дальше. А Марк пока займётся учёбой и тем, что ему нравится. Он заслужил.

Снова на него смотрела пышная крона золотого дерева с растянувшимися ветвями, пестрящими фиолетовыми плодами. Дизайн ворот Анарика, конечно, шикарен. Его встретил услужливый амбис Гэри и проводил в кабинет дяди. Или как его называть? Приёмный дядя? В любом случае их ничто не связывало. Более того, его жена Кэтрин Соммула в прошлом обошлась с Марком и Лавией не лучшим образом. А ещё он сосался с его дочерью. Вот такая вот семейка.

С родственничком Марк ещё ни разу не виделся. Он знал только, что Гарс Анарика был младшим из четырёх детей главы семейства Мэтта Анарика. Ваабис не то чтобы провинция, но надо признать – это просто людное захолустье. Всё портили опасный лес и болота по соседству. А ещё здесь была довольно большая тюрьма и все освободившиеся заключённые, как правило, оседали в вотчине его дяди.

Это оказался меланхоличный мужчина лет сорока с овальным лицом. С высоким лбом и длинными пальцами. Холодная рука выдавала плохое кровообращение и проблемы с давлением. Он был вежлив без всяких подчёркиваний — не видно, чтобы он напрягался или чувствовал себя неловко. По поведению и манерам казался немного сонливым. Серые глаза смотрели из-под больших ресниц, печальные как у коровы.

Он чем-то напоминал девицу из деревни, что любит холодными зимними вечерами коротать время за чтением романов и представлять себя на месте главных героев. Героинь. Всё это выдавало в нём фантазёра и человека разбирающегося в вопросах саморефлексии.

— Итак, чем могу помочь? — сказал Марк, когда они уладили формальные церемонии и сели друг напротив друга в мягких креслах. Их разделял серебряный поднос с чаем и вазочкой для сладкого. Согревая руки о чашку, его собеседник выразил восхищение прошлыми заслугами Марка. Зашёл издалека. Коснулись и турнирных успехов.

— Вам не хочется взять реванш в Рилгане? — вдруг предложил Гарс. — В прошлый раз вышла некрасивая ситуация.

— Ну да, — Марк тоже отпил из кружки. — Однако Пацци Арно заслуженно выиграл турнир. Ничего бы не поменялось. Но, давайте на чистоту, вы же не это хотели обсудить?

— Да, есть кое-что ещё, — Гарс машинально подул на уже остывший чай. — Понимаете, ваши успехи вызывают некоторую... двоякость.

— Не совсем понимаю, — отлично, это хотя бы не касается инцидента с Криженом, но чего он так тянет?

Голос дяди, как и его вид, навевал сонливость.

— Это по поводу торговли, — спокойно уточнил Гарс.

— Если вы про налоги, то всё до копейки...

— Нет-нет, — мягко улыбнулся родственник, помахав ладошкой, будто успокаивал зверька. — С этим всё в порядке. Вы приносите пользу. Даже в мессалле стало спокойней, — после этих слов он немного остановился и на секунду улетел в далёкие дали. Интересно, как другие люди на него реагируют? — Но, понимаете, я как руководитель, то есть лицо ответственное за, скажем так, общность людей, вижу некую проблему. Коллектив не может состоять из одного сильного человека. То как вы расширяетесь, вводя новые товары, разоряет более мелких купцов.

Вот куда он клонит. Марк даже выдохнул от облегчения, откинувшись в кресле. А Гарс тем временем продолжал.

— Государство это не одна большая река, а множество мелких ручейков, её составляющих. Эти ручейки, то есть обычные люди, не виноваты в том, что вы, — он немного отпил чая, — что вы меняете устоявшийся образ жизни. Притормозите.

После этого он позвал Гэри, и поднос унесли. Гарс жестом попросил Марка подойти к окну на четвёртом этаже.

— Посмотрите, — открывался вид на всю округу, отсюда было видно даже часть купеческого района, — каждому из них нужно кормить семью, не только вам. Я что предлагаю, — он повернулся спиной и опёрся на подоконник, — давайте, всё же, урегулируем цены. Введём сроки обнародования ваших ммм... изобретений. Оздоровим торговый сектор. Не будьте таким жадным, а мы, — Гарс как-то картинно выдохнул, — то есть моя семья, станем к вам терпимей. Что скажите?

Лес рубят — щепки летят, ещё как летят, но люди не щепки. Не то чтобы ему совсем плевать, но в словах Гарса была доля правды. Простой народ не виноват. Может, у него и были счёты с купечеством, но сейчас к нему никто не сунется. Наступил момент, когда его попросили разбавить монополию в обмен на административный ресурс.

Марк не обманывался. Если он встанет в позу, то его просто нагнут и заставят силой. Есть люди повыше каких-то там купцов и их не устраивало положение дел. С чисто человеческой точки зрения, они правы.

— Хорошо, мы можем найти общий язык, — после некоторого раздумья ответил Марк, — но у меня будет несколько просьб.

— Это зависит от того, что вы хотите, — они отошли от окна и Гарс зажёг магией потухшую свечу в массивном подсвечнике. Сумерки уже захватывали горизонт.

Марк объяснил внимательно слушающему дяде, что такое книгопечатный станок.

— Так вот, мне нужна протекция от всех мастерских, что сейчас занимаются ручным переписыванием книг. Может новый закон или что-то такое. Я готов предоставить спустя время чертежи. Без хлеба ребята не останутся.

— Весьма интересно, — Гарс немного оживился. Ну, слава богу — он человек. — Вы хотите распространить знания за счёт снижения стоимости их носителя. Но какая вам с этого польза?

— А вот мы и подошли к основному, — улыбнулся Марк. — Я хочу выпускать в Ваабисе газету. Бумажные сводки новостей.

Немного пояснив, что это такое, Марк попросил о защите его будущего издания. Ведь это шикарная возможность получить собственное СМИ.

— Так просто? С этим не возникнет проблем.

Затем они подробно обсудили сроки обнародования изобретений, немного поговорили о магии. Дядя заверил, что поспособствует его зачислению в академию. Когда ты уже сам в силе, к тебе так и липнут помочь. Где ж вы раньше были?

Марк хотел спросить по поводу нищенской пенсии, что Гарс назначил Лавии, но не стал портить встречу.

Какая теперь разница?

Его приёмная мать купалась в деньгах, а те копейки, что дядя зажал... Ну что ж, пусть потратит на уход за ногтями, если хватит. Руки аристократа были ухоженными.

Удивительно, что вроде бы умный мужик, а не сообразил, чем ему может грозить простая газетёнка. Марк готовился к расспросам о политических воззрениях и к каверзным вопросам о градусе лояльности издания. Но ему их не задали. Вот и славно.

— Есть ещё один момент, — Гарс, немного ёжась, сжал правой рукой четыре пальца левой. — Я хотел бы вас кое с кем познакомить. Гэри, — мягко позвал он и позвенел в колокольчик. Вошёл практически неморгающий дворецкий и выслушал просьбу привести ещё одного собеседника.

Марк терялся в догадках. Кто бы это мог быть? Ну, явно не Крижен. Он на секунду представил эту картину, и тогда вся репутация дяди полетела бы в канаву. Хотя, как у политика, она у него и так не кристальная. Вся эта грызня между Анарика и Карпиц только придавала им ареол опасности, интриг и грязных махинаторов. Обыватель всегда чувствовал таких людей и справедливо не любил. Мало кто способен жить в тревожной атмосфере лжи и это накладывало свой отпечаток.

Карпиц владели портами на юге страны. Анарика огромным лесным массивом на севере. Но не простая древесина была источником их богатства, а многочисленные магические растения. Природа и свойства большинства из них ещё не были известны Марку. Они входили в состав большого количества магической продукции — те же наживки с левезой для ловли куталиков или обезболивающие белые «шарики» для насуко. Ассортимент довольно широкий и дорогой. Это как сидеть на мешке со специями в эпоху «Пряных войн».

Соммула со своими фермами оккапури выступали неким арбитром между этими бульдогами. Они выдавали своих детей за обе семьи в равной доле, а вот семейству Гаррум доставались лишь огрызки в виде браков с побочными ветвями этих трёх гигантов. Хотя, у Гаррум дела стали получше после разработки шахт с зелёными кристаллами. Горы были их вотчиной.

Любой конфликт всегда с чего-то начинается, но вот причину войны Карпиц с Анарика Марк пока не выяснил. Всё что он слышал, это следствия, а не суть.

Наконец в комнату вошёл молодой человек лет двадцати пяти. Улыбающийся, искрящийся позитивом. Со стороны глянуть, так он им покрыт словно радием. Небольшого роста, примерно метр семьдесят, коренастый, подбородок и носогубная складка гладко выбриты, а на груди красовалась дурацкая бабочка. Одно крыло у неё было красным, а другое белым. Ни дать ни взять какой-нибудь чиновник. Фанат символизма с патриотическим стояком. Марку он сразу не понравился.

— Добрый вечер! — рука оптимиста крепко сжала ладонь Марка. Нет, всё же он не писака. Возникла шальная мысль активировать дисторт и направить силу в мышцы кисти, но он взрослый человек. Сделает это как-нибудь потом. — Меня зовут Аллан.

— Гург.

Марк смотрел, как Гарс Анарика прячет от него взгляд, будто ему неудобно.

— А вы уже рассказали? — радостно спросил у дворянина Аллан.

— О чём? — спросил Марк.

Аллан переводил взгляд то на одного, то на другого.

— Чудесно, — он оживлённо потряс свои руки в замке. — Я прибыл из Рилгана разгребать здешний бардак. Говорят, тут у вас люди мрут как мухи, — Аллан весело подмигнул Марку. — Ой, нет-нет, я никого не обвиняю, — он поднял руки в знак добрых намерений. — Молодой человек, я только немножко тут похожу, там похожу. Идёт? Уверяю вас, мы поладим, — после этого он обнял за плечо Марка.

Чёртов дядя.

Кажется, ему на шею посадили шпика.

Глава 2. Тайный инспектор

Марк впервые за долгое время разминал тело физическими упражнениями. Приятное тепло заструилось по кровеносным сосудам. Что ни говори, а последние события выбили его из привычного темпа жизни. Подумав, он решил теперь никогда не забрасывать эту практику. Дело даже не в том, что наращиваешь мышцы, силу, гибкость, реакцию и прочее такое, а в том, что это позволяет нервной системе восстановиться.

Хоть он и мог заставить сердце биться сильнее и ускорять кровоток, но это не то. А может ему просто не хватало дистортов для большего эффекта? В любом случае, чувствовалось улучшение общего состояния. Это не решило проблем с внутренними самокопаниями, но немного отодвинуло их в сторону и жить стало чуть-чуть легче.

Аллан поспрашивал его обо всём. Если бы Марк не знал, кто он такой, то может и купился бы на дружеский тон. Профессия тайного инспектора предполагает сбор абсолютно всей информации о подозреваемых и их окружении. Как и чем живёт, предпочтения и образ мышления, манера говорить. Любая деталь могла рассказать о мотивах того или иного поведения.

В первую встречу Аллан лишь слегка пробил Марка, поверхностно сканируя и составляя впечатление. Не очень приятно осознавать, что ты под микроскопом. Теперь он понимал, как себя чувствуют микроорганизмы, когда он их рассматривал — простите, пожалуйста, вы столько натерпелись.

Однако это не значило, что Марк и инспектор прекратят заниматься тем, что считают важным в этой жизни. Удавка будет сходиться всё крепче и крепче, ограничивая в действиях или заставляя делать необдуманные поступки.

Сейчас Марк не имеет права косячить. Ещё у него сложилось впечатление, что Аллан не только по его душу приехал. Ведь Ваабис довольно преступный сектор. Рядом тюрьма, ни для кого не секрет, что существуют банды. Одна мессалла чего стоит. Странно, что из-за пары убийств из столицы отряжают столь важную шишку.

Допрос, если это так можно назвать, не был интенсивным. Будь Марк на месте шпика, то не стал бы разбрасываться временем и взял бы подозреваемого за кадык. Нет, тут что-то ещё, но этой информацией с ним, естественно, никто не поделился.

Закончив подтягивания, отжимания и подходы на брусьях, Марк достал деревянный меч и ещё минут десять занимался в одиночку пока его недавно нанятый учитель разминался. Они находились в Альгусе. Приятно снова вдохнуть родной воздух. Новый наставник был телохранителем одного парламентария из Жотинской федерации. Боевой опыт имелся в достатке. Там часто совершались покушения на политических деятелей. Всё таки соседство с империей Ал — это не сладкий подарок. Те так и норовили повлиять на политику соседних стран.

Уровень подготовки наставника был близок к его прошлому учителю из расы амбисов. Тот был немногословен, однако нынешний позволял себе подробные комментарии, а в некоторых моментах он даже превосходил своего предшественника. Например, в физической мощи. Здоровый и быстрый — убойное сочетание физической мощи, гибкости и скорости.

Фехтование — слабая сторона Марка. Ни драться, ни махать мечами в прошлом мире ему не приходилось. Если привыкнуть к головокружительным прыжкам и акробатике он мог, то вот искусство владения клинком должно постигаться годами и столкновениями с большим количеством противников. Каждый новый спарринг-партнёр Марка давал ему бесценный опыт. По крайней мере, это позволяло не переоценивать свои силы и «гениальность». На каждого сильного и хитрого найдётся оппонент сильнее и хитрее.

Учитель выматывал, но это Марку и требовалось — пропотеть. Острую потребность в укреплении собственного тела он почувствовал после боя с Карлом, когда этот гигант-юноша просто измотал его в ближнем бою. Марк хотел, чтобы в будущем таких ситуаций стало меньше. Он планировал проводить с ним больше магических спаррингов в амфитеатре. Карл всё ещё копил деньги на билеты для своих родителей и потихоньку осваивался в Ваабисе.

У него появилось больше свободного времени, когда Лавия вышла за Кунца. Мать к Карлу относилась довольно тепло, а Кунц любил с ним побороться во дворе. После торговой войны новая семейная чета перебралась назад в Альгус.

У Марка был довольно неприятный разговор с Кунцем. Всё-таки тот был опосредованно связан с полицией и понимал, что происходит. Ему пришлось раньше уйти на пенсию. Он не одобрял поступка Марка, но сказал дословно, что: «Я и сам не знаю, как бы поступил, но ты должен понимать, что тебе с этим жить. Чтобы быть главой семьи надо принимать правильные решения и не боятся ответственности».

Кунц впервые за столько времени говорил с ним серьёзно. Однако в том то и дело, что лидерство тяготило Марка. Он не хотел быть главной семьи, клана, гильдии, страны, мира, чёрт возьми. Ему это вообще не упало. Средства для достижения цели, да, нужны, но они не главное.

Он располагал знаниями в разных областях, в том числе и в психологии, но их прикладное использование высасывало слишком много сил. Поэтому он так легко расстался со всеми этими торговыми процессами. Беф для этого идеально подходил — он этим горит.

Закончив тренировку, Марк быстренько обмылся и критически осмотрел своё тело в зеркало. Мышцы, конечно, были, но не в том количестве и качестве в котором хотелось. За последнее время он неплохо подрос — уже почти метр семьдесят. Скорее всего, к восемнадцати он ещё вытянется сантиметров на десять. Детская округлость лица немного сохранилась, но больше не раздражала как раньше. Это сильно мешало.

Его бывшая мимимишность настраивала людей на другой лад, и общение иногда было похоже на зоопарк с идиотом в клетке. Причём Марк себя идиотом не считал. Теперь же на него по-другому сморят. Да, иногда улыбаются и покровительственно кивают, но Марк научился не фиксироваться на этом. Как правило, это было с людьми не знающими, кто он такой.

Для своего возраста он неплохо сложен. Ещё Марк заметил, что за всё пребывание в этом мире он почти не болел. Предположительно, в это виновата возможность набирать дисторты. Конский иммунитет. Был бы способ получить их другим способом…

Если так подумать, то люди это носители маны. Они её тратят и восстанавливают через сон или медитацию. Она постоянно в них циркулирует. Анатомия волшебства (или как это вообще можно называть?) для него до сих пор была тёмным лесом. Он перечитал кучи книг, но так и не нашёл чего-то стоящего по этому вопросу. Проблемы мироздания были актуальны и в прошлом мире. Довольно интересная тема.

Марк решил пешочком пройтись до Ваабиса. На улице распластался февраль. Холодновато, но снега практически нет. В этом году зима рано ушла. Свежий воздух давал мозгам проветриться, а телу расслабиться после упражнений, напитав кровь кислородом.

Магические существа ведь тоже носители маны. Низшие, типа кромушей, вообще были её переносчиками. Обычные грызуны исполняли роль опылителей. Однако они не использовали магию.

Оккапури вроде бы тоже, но это не точно — сведения об этой редкой породе не выходили за переделы кругов семьи Соммула. Оставались ещё высшие животные, так называемые лесные твари, которые расплодились после всплеска маны. С одним из них Марк столкнулся в шесть лет. Довольно неприятный опыт. Тогда вуруждук чуть его не схавал.

Из книжек Марк вычитал, что монстры раньше были гораздо крупнее, ничего не боялись и могли сами использовать примитивную магию, не такую сильную как у людей, но всё же. По всем параметрам они идеально копировали человека. Фенотип[1] другой, но магическая суть та же.

Может... Может его дар сработает на них? Марк даже остановился. Раньше люди убивали магических тварей из необходимости выжить. Сейчас это превратилось в охоту за кристаллами. Команды хантеров зарабатывали баснословные деньги, по меркам этого мира, рискуя своей жизнью. Здешний лес это не место для неспешных прогулок и кемпинга.

Что если и правда для Марка это может оказаться выходом из ситуации? Ведь убить монстра это не то же самое, что человека. Вдобавок, он может заспиртовать себе кучу тушек и закопаться в исследования! Вот она богатая почва для научного подхода. Если он разберётся, как подопытные используют ману, то можно предположить, что так работает магия и у людей. Как в старом мире использовали лабораторных мышей при разработке новых лекарств, в генетике или других сферах.

Печально согнувший свою головку подснежник словно говорил ему: «Это оно, действуй. Смотри, как я вылез из земли под конец холодов. Вот и ты также сможешь найти все ответы на вопросы. Если будешь действовать». Марк присел и провёл рукой по белым лепесткам. Счастье так иллюзорно, но мы готовы жизнь положить за простой путь к нему. Может даже путь важнее.

Ну, всё, осталось только нажраться сакэ и пойти всех крошить катаной.

* * *

— Как интересно, а что это?

— Положите, пожалуйста, это типографская литера, — Марк отнял металлический брусок из рук Аллана.

— Ага, смотрите — ими можно выложить моё имя. Вот эта да! А вы тот ещё выдумщик, я посмотрю.

Мужчина заложил руки за спину и прохаживался по лаборатории Марка в ремесленном квартале. Для других это был просто странный подвал с кучей всякого хлама.

— Какая необычная трубочка, вы в неё дуете?

— Нет, это стетоскоп. Он нужен для аускуль... для выслушивания звуков сердца, лёгких, кишечника и прочего такого, — быстро закончил Марк, пытаясь забрать деревянный прибор у Аллана.

— А, нет-нет, — радостно улыбнулся он и поднял руку вверх, не давая Марку забрать диагностический прибор. — А давайте мы его испытаем. Вы же не против?

— Против, но это же вас не остановит? — обречённо вздохнул Марк. — Сейчас позову брата.

— Стойте, стойте. Не надо никого звать, — эта чёртова улыбочка доведёт Марка до ручки! — Давайте я послушаю вас. Очень интересно как там всё устроено. Показывайте, что делать.

Марк быстро объяснил принцип, задрал рубашку и показал куда надо приложить резиновую мембрану. Аллан присел на стул и слушал. Сначала его глаза широко раскрылись, и он даже оторвался, чтобы посмотреть в хмурое лицо Марка, но потом снова приложился ухом к трубке и улыбался как ребёнок. Сколько же с ним возни. С самого утра он ходит за ним и не даёт нормально работать.

— Чудесно, — тайный инспектор положил на место прибор и немного задумался. — Вы знаете, у вас довольно ровное сердцебиение с учётом кто перед вами. Обычно люди сильно волнуются, когда узнают, чем я занимаюсь, — он с любопытством смотрел за движением каждого мускула на лице Марка.

Вот уж прокол. Он и забыл, что надо вести себя естественней, а не пытаться успокоить ритм сердца.

— Может, это потому что я ни в чём не виноват, и вы напрасно тратите моё и своё время? — выкрутился Марк.

— Ну, не надо быть таким... категоричным, — Аллан повернулся к нему спиной и тут Марк вспомнил кого он напоминал своей манерой речи. Это же вылитый Крижен! Только от мира сыска. Такой же повёрнутый на своём деле псих с экзальтированными замашками. — Вы очень интересно и насыщенно живёте. Гург или вас как-то по-другому называть?

А вот здесь Марк сильно напрягся. Да так, что пришлось в срочном порядке настраивать свой мотор на нормальный темп. Что означала эта двусмысленная реплика? То, что Аллан его подозревал в чём-то таком, где участвовал неизвестный? Или то, что он каким-то образом знает его настоящее имя? Может это и есть второй попаданец? Нет, не может такого быть. Ему бы тогда было двести с лишним лет, но в следующий момент Аллан сам развеял его волнения.

— Вы прям напряглись. Я просто поинтересовался, какое вы себе имя выберете родовое.

— В смысле? — затупил Марк.

— О, — Аллан ухмыльнулся и ткнул в него пальцем. — Так вы больше теперь похожи на подростка, — этот факт его развеселил. — Вы же сирота, Гург. Вам надо будет в восемнадцать лет выбрать родовое имя. Или вы забыли? — но он не дал ничего ответить Марку, тут же прервав. — Нет! Не говорите — я сам отгадаю. Вы так прониклись своей семьёй, что забыли о собственном сиротстве. Ваша матушка, должно быть, очень хороший человек, — он как-то быстро успокоился и впервые посмотрел вглубь себя, а не раздаривал энергию вовне. — Крайне сердечная женщина.

Марк с облегчением вздохнул. Сам себе придумал проблему. А тот и вовсе сам себя перехитрил. Два дурака стоили друг друга.

— Всем бы таких родителей. Ладно, — он хлопнул руками так, что Марк дёрнулся. Создалось ощущение, что гипноз спал. — Не смею больше задерживать. Мне ещё с многими предстоит встретиться.

Марк проводил его до ворот и не удержался.

— А по какому конкретно поводу вы приехали в Ваабис?

Аллан поправлял синий кепи и обернулся к нему.

— Хе-хе, — и пошел себе, но потом обернулся шагов через пять, — Хо-хо, — раздался дурацкий голос. Что за клоун? Марк уже закрывал дверь, как его догнало последнее радостно крикнутое междометие. — Ха-ха!

Цирк уехал, инспекторы остались. С другой стороны, чтобы ловить таких двинутых как Крижен, нужно быть самому двинутым. Логично.

Послевкусие от ищейки не располагало над спокойной работой, но Марк знал, чем он займётся. Он точно решил отправиться в лес на охоту за кристаллами. Для этого нужна сильная и сплочённая группа, что примет его пассажиром. Он уже не такой бесполезный как раньше. Жалко не знает, как лечить магией. Однако он мог предложить свои услуги и в качестве немагического лекаря. К тому же Марк способен постоять за себя — это большой бонус в копилку. Осталось только найти нужных людей и договорится о сроках.

* * *

Беф ехал в собственной карете и смотрел в окно на прохожих. Скоро наступит весна, а с ней предстоит куча дел. В этом году посев подсолнечника, сбор лекарственных растений, сока для резины и непонятно, что ещё придумает его братишка.

Сняв перчатки, Бефальт посмотрел на руки. С них давно исчезли всякие мозоли — приходилось очень много писать. Документы, поручения, записки. А немного выдающийся вперёд животик говорил о частом присутствии на разных приёмах. Налаживать связи и дружеские отношения тоже часть его работы. Скорее, это просто знакомства. Понятие «друзья» для него сильно размылось после торговой войны.

Он не мог простить Забо Черимэ предательства. Как его учитель мог так поступить? Беф быстро с ним расплатился после инцидента со смертями и вычеркнул из своей жизни. В августе Бефальту исполнится двадцать.

Он самый молодой купец среднего ранга, а до этого и низшего. Сейчас он всё чаще чувствовал на себе жадные взгляды женщин и завистливые от мужчин. Не от всех. От слабых, по большей части. Сильный человек поздравит с успехом, а не будет обсасывать тебе косточки за спиной.

Отто тоже слегка разочаровал Бефальта своим прагматизмом, но, надо признаться, он был дипломатичен. Это подсластило, но не снизило горечь.

Всё это уже пережито и обдумано. Сейчас он смотрел на сменяющуюся картину пёстрых домов. Трудно быть новичком в чём-то, особенно если до этого ты просто разгребал клетки с навозом и боролся за лучшее место в ночлежках. Да, жизнь круто повернулась. Однако жить от этого легче не стало. Он всё также искал свою мать.

Лавия нравилась Бефальту. Она была справедлива, добра, нежна, местами не идеальна, но зла ему никогда не желала. Он очень ей благодарен, но не забывал и другую женщину, что когда-то его приютила, пусть и на короткое время. Сейчас он ехал от неё. Встреча была тяжёлой. Криста Гашек. Мать убитого Амадо. Ублюдок Сприт жестоким образом не только отнял жизнь её ребёнка, но и отравил существование родительницы.

Беф как мог помогал ей финансово и заботился, чтобы та ни в чём не нуждалась. Он не забудет того беззаботного времени в Кохчи. Полгода, навсегда врезавшиеся в память. Ловля ракушек с Амадо, до неприличия солёные брызги моря, крики чаек и остывающая под вечер гора песка, на которой они любили валяться и смотреть в небо. Где же ты сейчас, друг?

Беф немного прикусил губу и попытался успокоиться. Что-то он сегодня расчувствовался.

Через полчаса к нему в карету подсел худощавый мужчина с немного выдающейся вперёд головой, в ухе торчала небольшая серьга с кристаллом. Он всё время вертелся, не мог усидеть ровно, и в какой-то момент его головной убор съехал набок, и наружу выбилась копна красных волос.

— Я хочу, чтобы ты помог мне найти мать.

[1]Фенотип - совокупность внешних и внутренних признаков организма, приобретённых в результате индивидуального развития.

Глава 3. Шепот весны

Тайный инспектор на время оставил Марка в покое и тот наконец свободно вздохнул. Никто больше не мешал работать. Конструкция для очистки семечек была почти готова — скоро они начнут производство подсолнечного масла. Бефальт уже договаривался о поставке сырья морем. Ранг среднего купца давал свои преференции. У них пока не было своего корабля, но в скором времени появится и не один.

Финансовую передышку, что Марк дал их торговой сети, Бефальт использовал по полному.

Они не только входили на рынки с новыми товарами, но и плодили различные магазинчики, палатки, лоточников с едой и многое другое. Ассортимент был огромный. В будущем они займутся и недвижимостью — в приоритете гостиницы, собственные магазины, питейные заведения — всё что приносит хороший доход.

Когда наберётся критическая масса, позволяющая безболезненно вырывать из капитала крупные суммы Марк возобновит наращивание манапула. Либо так, либо перебиваться из месяца в месяц, утопая в долгах и кредитах. А суммы то на ману будут расти.

Ещё Марк подумал, что если на время смоется из Ваабиса, то инспектору надоест здесь ошиваться, и он уедет назад в столицу. Всё-таки тут не курорт. Он уже видел, как Аллан утопает в скучных буднях провинции, перебиваясь по купеческим вульгарным вечеринкам. Вот тебе и «Хе-хе», позлорадствовал про себя Марк.

Бруно, кажется, нашёл контакт с одним из хантеров. Тот довольно успешно убивал магических тварей и совершил много походов в лес, вернувшись живым. Пусть и не всегда с полной группой, но такова реальность.

Рисковать не сильно хотелось, но Марк всегда мог повернуть назад в случае чего. Его мотивация — достать образцы монстров и проверить работу дистортов, оставшись при этом живым, а не зарабатывать кусок хлеба. Они могли просто не заходить слишком далеко. В этом нет проблемы.

В лаборатории появлялось всё больше примитивных медицинских приборов. Разные виды ножниц, остро заточенные скальпели, корнцанги[1] и всяческие зажимы, налобное зеркало для ЛОР процедур и многое другое. Когда он надел последнее на голову, то получил в свой адрес кучу смешков. Для этого мира, наверное, было забавно ходить с круглой штукой на башке.

Типографский станок тоже был почти готов к использованию. В прошлом мире первой напечатанной книгой была библия Гуттенберга. Здесь само понятие чистой религии отсутствовало, и нет такой монументальной книги, что всех бы объединяла. Легенды про Альтэндо слишком не систематизированы и больше походили на сказания, чем на оформленное учение.

Был, конечно, соблазн растиражировать анатомический атлас, но это невозможно по понятным причинам: мало кому это будет интересно и понятно читать, картинки не перенесешь на таком станке, и гильдия целителей навсегда для него закроет двери в академию. Да уж.

Хотя, у него была беспроигрышная идея — напечатать историю королевской семьи. Родословную с биографиями и всякими фактами из жизни богатых аристократов. Простым людям всегда нравилось читать не про свою действительность, а про что-то далёкое, куда можно было сбежать от рутины, понюхать жизнь богачей. Вполне человеческая черта. Ещё этим ходом он мог подлизаться к короне.

Он уже стал думать как промышленник, но что поделаешь — в будущем придётся выпрашивать разрешения на всякие дикие для этого мира штуки, типа доступных больниц и школ для бедных и прочих объектов инфраструктуры, которые без согласования с властями не внедришь. Был, конечно, шанс, что Ли Праст вместе со своей братией что-то изменят, но это слабая надежда, чтобы на неё ставить. Да и что мешает играть на два фронта?

Сегодня ему назначена встреча с тем самым хантером в ремесленном квартале. Харчевня «Пикацца» давала отличный приют для простых работяг. Здесь была вкусная еда и дешёвое пиво, медовуха и разбавленное вино. А по вечерам выступала хозяйская дочка с ангельским голоском. Заведение пользовалось дикой популярностью, и после восьми вечера там уже было не протолкнуться. Все хотели послушать выступление и попускать слюни на белокожую красавицу, так мило дарившую улыбки.

Пикацца это такая птица в мире Инвестиго. Своими чудесными трелями она могла гипнотизировать мелких грызунов, на которых охотилась. Её вокал чем-то напоминал соловья для людей, но не исключено, что присутствовали ещё некие частоты, действующие на жертв этой пернатой хитрюжки.

Они встретились в обед. Его спутник оказался мужиком лет под сорок, весь испещрённый порезами и лысый.

— Так малой, скажу тебе сразу — у нас тут не увеселительная поездка. Бруно передал ты надёжный, но когда мы войдём в лес, ты вообще забудешь такое слово как «надежда». Если я что-то говорю — ты слушаешь. Не обсуждаешь, бл%^ь, не стоишь дрочишь, а делаешь. В рейде я главный и отвечаю за всех. Если мне что-то не понравится, мы разворачиваемся назад. Если я увижу, что ты филонишь или лезешь на рожон, ты получишь п*%#ы. Там я твой король и никакие деньги тебе не помогут выжить. Мы поняли друг друга?

После этой тирады хантер присосался к кружке, проталкивая кадыком солод.

— Меня зовут Гург, — не зная, что ответить сказал Марк.

— Аа-а-а-а, — кружка ударилась о стол, заставив подпрыгнуть небольшую горстку орешков. — Гург-шмург, мне без разницы. В прочем, — он вытер руку о штаны и протянул Марку. — Будем знакомы, Вариус. Запомни, Груг, только слаженные действия группы спасут твою задницу. И ещё — на х*% тебе эти твари?

Марк не стал его поправлять и коротко пояснил, чем занимается. После этого Вариус снова отпил хмеля, но уже не так интенсивно и посматривал на него, видимо, решая, к кому причислить мальчишку в своей классификации.

— Ладно. Не моего ума дело, — решил он, забросив пару солёных орешков в рот. — Деньги, — коротко резюмировал глава отряда.

Марк покопался в мешочке и вынул половину суммы. Двести фалеров.

Стоимость огромного кристалла в четыре тысячи маны была сто фалеров. Охотникам везло по-разному. Бывало, попадалась хорошая концентрация маны в диких кристаллах, и добыча стоила усилий. Но если монстр молодой или плохо аккумулировал ману, то вылазка проваливалась — дай бог окупала расходы. Что ни говори, а им выгодно было взять с собой богатого чудика. Даже если тот помрёт, у них, считай, будет сумма, как за два огромных кристалла.

— Отлично, — Вариус, быстро спрятал деньги в свой кошель. — Я думаю, отправимся ближе к лету. Сейчас там непролазные хляби. Всё тает и в дерьме.

Далее он объяснил Марку, что нужно собрать в поход, снова повторил про важность не быть «дрочилой» и слушаться его. После этого он два раза стукнул кулаком по столу и крикнул хозяину заведения, что счёт оплатит этот коротышка.

— Плюс очко, боец, — хлопнув его по плечу, Вариус двинулся наружу, натягивая на лоб фуражку.

Марк посидел ещё немного, перекусил и вышел на запруженную улицу. Странный, конечно, тип, но дисциплинированный подход внушал доверие. Хотя уши при общении всё же вяли.

Чуть поодаль он услышал раскат хохота. Группа самых обычных подростков обступила девчонку. Но в чём соль. Та не зачуханно жалась в угол, а язвительно отвечала на любые попытки сблизиться, и просила освободить ей дорогу.

— Я пришла сюда посмотреть на «Пикаццу», так что спрячь свой пистун и дай мне пройти, — каштановые волосы, короткая стрижка и выдающийся вперёд острый носик. Ей было лет шестнадцать-семнадцать.

Ребята снова заржали, повторяя «пистун», тыкали локтями и шлёпали по спине, подбадривая своего друга. Марк хотел пройти дальше, но неожиданно встретился взглядом с этой бойкой девицей. Всё-таки он не ошибся — голос был знакомый.

— Гург! — радостно крикнула ему Марта и когда все остальные ребята обернулись к Марку, она улучшила момент и выскользнула из окружения. — Это мой парень, поняли? Он дважды выиграл магический турнир в Ваабисе. Он вас всех побьёт.

Марта обхватила его за локоть и повисла как прилипала, злорадно показывая язык обидчикам. Марк безразлично посмотрел на парней и ответил:

— Я вообще без понятия кто она, — развернулся и пошёл в сторону своего дома.

— Эй, ну ты совсем что ли? — Марта бежала за ним вприпрыжку, оглядываясь на растерявшуюся компанию. — Жди проблем, слышишь? — перед тем как они свернули за угол, она ещё успела помахать кулаком бедолаге.

Марк засунул руки в карманы и задумался.

— Мог бы и подыграть, — уже совсем другим тоном сказал девушка, поправляя волосы.

— Что ты тут вообще забыла? Как тебя одну отпустили без охраны? — будучи аристократкой из семьи Анарика, она действительно поступила глупо, отправившись в такое место одна.

— Ой, да ладно, мамми меня и так никуда без опеки не пускает. Знаешь, как сложно бывает? Ой, а ты что домой идёшь?

— Тебе какое дело? — Марк остановился, припоминая, что ещё такого планировал, но надоедливое бабское жужжание не давало сосредоточиться.

— Я слышала у тебя там какой-то таинственный подвал, где ты делаешь эти свои штуки.

— Кажется, в прошлый раз на награждении ты не особо радовалась? — он хотел добавить «сестрёнка», но не стал, так как прямого родства с семьёй Анарика у него не было. Формально она неродная двоюродная сестра. Кстати, её мать Кэтрин Соммула та ещё стерва.

— А ты обиделся? — спросила она уже спокойней.

— Нет. Мне в принципе всё равно, — и немного поразмыслив, он добавил, — было забавно тебя позлить. Ты так важно надувала щёки.

— Эй, — она больно ударила кулаком в плечо.

— Ты знаешь, где-то это может считаться гендерным насилием, — погладил ушибленное место Марк.

— Я решила! — она резко обернулась к нему и распахнула глаза в восхищении, приоткрыв даже рот. — Мы пойдём к тебе!

— Нет, — холодно отрезал Марк.

— Ну почему? — обиженно буксанула девушка. Как она так изменилась? В прошлый раз была совсем напуганная милашка. После награждения вела себя как мегера. А теперь и вовсе как какой-то чертёнок. Эти перепады настроения немного напрягали. Внешне она была ничего так, но совсем не его типаж.

— Мы пойдём к тебе, — уже более настойчиво возразила капризная аристократка.

— Твой дом вон там, — показал Марк в направлении резиденции Анарика. — Я ушёл, будь осторожней.

Его схватили за локоть и повернули.

— Ну что, — обречённо вздохнул Марк.

— Ну, пожалуйста, — она смотрела на него такими детскими проникновенными глазами, так вытянулась вся в струнку и чуть наклонила голову в сторону, что... вообще пофиг.

— Неа, — и мысленно надев чёрные очки превосходства и крутизны, он отвернулся и пошёл прочь.

— Я тогда всё папе расскажу. Про похищение и что ты со мной делал.

— Чего?

— Ой, как неудобно. Папенька, наверное, будет зол узнать, что один из похитителей был Гург. И как же так вышло?

Ах ты маленькая манипуляторша!

— Он тебе не поверит, — отрезал Марк.

— Ну да, ага. Он поверит тебе, а не своей горячо любимой дочурке. Может, попытаемся? — женщин, конечно, нельзя бить, но возникло сильное желание подвесить её за трусы на какой-нибудь фонарный столб и уйти.

— Зачем тебе это? — взяв себя в руки, спросил Марк.

— Скучно. Покажешь мне что-то новенькое? Отец иногда о тебе рассказывал. А ещё ты так важно хмуришь лоб — наверняка считаешь себя очень умным?

— Я не завидую твоему будущему мужу. Идём.

Они добрались домой минут через двадцать. Всё это время она без устали болтала о всякой фигне. Под конец Марк включил режим фильтрации и улавливал лишь самый необходимый минимум. Наверное, это важнейший навык в отношениях с женщинами.

На пороге их встретил выходящий Микульп. Марта опять зачем-то взялась за локоть, а брат как-то странно застыл.

— Чего там? — спросил его Марк, отстраняя её и разуваясь.

— З-записка от Бруно, — протянул он клочок бумаги и, скомкано попрощавшись, вышел. Показалось или у него загорели щёки?

Раскрыв послание, Марк увидел, что его зеленокожий друг сообщил о коротком визите к нему инспектора и советовал держать ухо востро. Чёртов Аллан, даже туда свой нос успел засунуть.

— Ну, так что мы идём?

— А, да, — рассеянно сказал Марк, возрастающая активность тайного инспектора всё больше его беспокоила. — Сюда, вниз.

Хорошо, что дома никого кроме Мика не было. Непонятно, что бы подумала Лавия. Привёл девушку в дом показать подвал. Хмм. «А какой глубины твой подвал? О, да-а, шикарные ступеньки».

Он мысленно вытряхнул из головы эту пошлятину, сказанную про себя медленным томным женским голосом.

«Фундамент просто секс, а эта краска...»

Аа--а-аа!

Хватит! Впрочем, ничего такого дальше не произошло, не считая того, что она попросила продемонстрировать работу с химическими колбами. Под конец Марта тоже захотела послушать через стетоскоп его сердце. Закатив рубашку, а с ней и глаза, Марк дал ей возможность передвигать мембрану чуть ниже груди.

— Здорово! Я прям всё слышу. Ты сам это придумал?

Марк хотел было что-то ответить, но открылась дверь и в комнату вошла Найша, нагруженная коробками. Увидев эту картину, она выронила их от испуга.

— Няш, всё нормально? Это то, о чём я просил?

— А, да, — она переводила взгляд с него на Марту.

— Привет, — девушка помахала его сестре пальчиками и улыбнулась.

— Кажется, я лучше потом зайду, — она вышла за дверь и быстро пустилась наверх.

Марка немного это напрягло. Он знал, а точнее предполагал, что Найша к нему неровно дышит, но не понимал масштабов трагедии.

— Тебе пора домой.

Что-то в его тоне было такое, что Марта не стала перечить и молча покинула дом. Наняв извозчика, Марк объяснил куда доставить девушку и стоял пока карета не скрылась из виду.

Да ей же двадцать три года, о чём она вообще думает?!

* * *

Мик вышел из дома в розалии и быстрыми шагами направился в Альгус. Внутри всё медленно начинало скручиваться, а голова становилась то лёгкой, то тяжёлой. Странное чувство — будто он вдыхает воздух без всяких пауз. С ним поздоровался незнакомый голюдь, но он не смог ничего сказать и просто кивнул. На улице хотелось выйти куда-то. Словно он в захламленном пыльном помещении.

Покинув ворота Ваабиса, ему стало легче. Поля скоро снова покроются цветочным покрывалом, а пока, то тут, то там остатки порванного снежного покрывала цепляли взор. Распахнув пальто, он с удивлением отметил, что ему совсем не жарко. Кожа словно горела.

Пытаясь разобраться в себе, он тихо открыл калитку и, не оповещая о своём прибытии, забрался во всегда приоткрытое окно в свою комнату на первом этаже. Аккуратно спрыгнув, он прислушался. В соседней комнате о чём-то разговаривали Кунц с Лавией. Значит, не услышали.

Он быстренько переоделся и, оглянувшись, будто его мысли могут подслушать, прилёг на кровать и стал водить пальцем по стене, вспоминая каждую деталь лица той девушки, что привёл в дом Гург. Он ещё не понял, что произошло, но это что-то сильно сжимало ему сердце и не давало нормально дышать. Так, что он был вынужден встать.

В горле пересохло. Он быстро выпил небольшой шарик воды и тихо пошёл на кухню в поисках чего бы перекусить. Эти волнения сильно обострили аппетит. Вообще он много ел, особенно после спасения с птичьего острова. Однако не поправлялся. Такой уж у него организм.

Наложив целую гору съестного, он также бесшумно переступал на носках. Вдруг ухо зацепилось за разговор и не в силах удержаться, он прислушался, о чём говорит семейная чета.

— ... пришли. Я сказала, что ничего не знаю, но точно помню, что перед поездкой он спрашивал — приходила ли ему посылка. Я тогда не придала этому значения, но сейчас не знаю, что и думать.

— Тут нечего думать. Это не Гург. Какой-то больной идиот, успокойся.

— Но...

— Никаких «но», ты же ничего такого потом не говорила полицейским?

— Нет, я вспомнила об этом на допросе, но ничего не сказала.

— Вот и правильно. Ты бы сделала только хуже. Виноват он или нет — сидел бы сейчас.

— Ну не надо, — вздохнул чуть не плача голос. — Ты мне расскажешь, что там произошло? Мне передавали слухи. Это правда?

Мик чуть не выронил тарелку. О чём они говорят? Это про тот случай, когда к ним в номер притащили сердце?

— Он этого не делал, — с расстановкой сказал Кунц.

— Я знаю, когда ты врёшь, — укоризненный голос жены заставил бывшего стражника повторить.

— Он этого не делал САМ. Это я точно знаю, всё просто вышло из-под контроля.

— Погибли люди. Ужасно.

— Ты же видела его после того случая? Да он же просто заперся у себя в подвале, как в гробу.

— Бедный ребёнок, — послышался всхлип и потом приглушённое сморкание.

— Он поступил как мужчина.

Мик напряжённо слушал дальше, а когда потом произнесли его имя и вовсе боялся пошевелиться.

— Мику сильно повезло, но потом мог погибнуть кто-то ещё.

— Я понимаю, но просто это как-то всё вместе наложилось. Убийство Дормута, лекаря и та страшная посылка...

— Ты пытаешься найти связь, где её нет. Он заступился за семью, но к этой мерзости непричастен.

— Да ты прав.

Мик не дослушал и тихо прокрался к себе в комнату. Поставив тарелку с едой на стол, он сел на кровать и, нагнувшись вперёд от безысходности, схватил себя за голову. Они же сказали, это были антимонархисты! Что же он наделал? Из-за него брат замарал руки в крови!

[1] Корнцанги - хирургический зажимный инструмент в виде ножниц с изогнутыми или прямыми концами, с рабочими частями, имеющими форму зерен.

Глава 4. Пробуждение

Запись №56, 14 сентября 1057 года.

Исходя из собранных сведений о кристаллах, систематизирую собранную информацию и делаю теоретические выводы.

Данный ресурс выступает в мире Инвестиго как бесценное полезное ископаемое, сильно влияющее на все сферы жизни.

Различают следующие виды кристаллов + стоимость в фалерах, установленная специальной комиссией:

Маленькие – 500М (25 фалеров) 20 маны за 1 фалер;

Средний – 1000М (40 фалеров) 25 маны за 1 фалер;

Большие – 2000М (60 фалеров) 33 маны за 1 фалер;

Огромные – 4000М (100 фалеров) 40 маны за 1 фалер.

Размеры означают не физическую оболочку, а концентрацию маны в них. Последний термин здесь не так распространён.

Драгоценный источник маны добывается в этом мире двумя способами: с помощью системы подземных горных выработок и охотой на магических существ.

В первом случае лидером по добыче кристаллов является территория Маналеи, соседнего материка, находящегося южнее. Его территория в 13-14 раз больше Рилгана. Второе место занимает материк Соба, площадью превосходящий моё родное государство в три раза.

Я заметил одну особенность. Данные два участка суши существуют относительно давно. Упоминания о них встречаются ещё до войны Сансибуру. Т.е. ещё даже до легенды с Альтэндо. Самый поздний возраст, что мне встречался в различных источниках — это 10.000 лет. Рилгану же всего 600.

Корона всегда искала залежи синих кристаллов. Однако рудокопы лишь недавно наткнулись на зелёные — более молодые. Моё государство обделено этим ресурсом и я думаю не случайно. Скорее всего, возраст «созревания» кристальной массы варьируется в районе тысячи лет. Поэтому Рилган сейчас зависим от поставок из других стран и, следовательно, не защищён от агрессии извне. Я не знаю, как этим пользуются другие страны, но факт на лицо.

Что касается второго источника — это отдушина королевства. На промысловые корабли чуть ли не молятся все монархи и дают хорошие бонусы за желание работать в этой сфере. Правда, из-за того что корпус корабля строится из древесины оккапури это сдерживает добычу и повышает стоимость флотилии до космических цифр.

Данный материал выбран из-за небольших антимагических свойств, позволяющих кораблю держать удар от морских монстров. Но как показала практика — это не панацея от механических повреждений.

Убийство монстров может происходить как на море, так и на суше. Второй вариант менее популярен, так как опасность в разы выше. Хоть и выхлоп на небольшую группу людей больше.

Далее осмелюсь предположить, что кристаллы это те излишки маны, что уходят в атмосферу при сливах или даже при использовании заклинаний. Я ещё не разобрался в работе местной экосистемы. Какой процент оседает, а какой нет, и как это вообще всё циркулирует, от чего зависит — никому не известно. Но сам факт отсутствия на новом материке залежей уже даёт нам возможность говорить, что существует прямая зависимость от времени существования земли.

Какие сведения нужны для более чёткой картинки?

Во-первых, было бы интересно узнать концентрацию маны в других странах. Везде ли она 5М?

Во-вторых, зависит ли накопление маны в тушках монстров кроме как от возраста? Может ли молодая особь превосходить концентрацией кристальной массы старую?

---Конец записи---

* * *

Марк активно готовился к походу. Шестого марта вскользь прошёл его пятнадцатый день рождения. Он попросил не устраивать большой праздник, и всё прошло в узком кругу семьи. Подарки были в основном книги, так как он заранее об этом попросил. Лавия вручила кожаные перчатки, а Кунц раскошелился на шикарные ножны с замысловатой вязью, пожелав ему удачи на нелёгкой тропе становления мужчиной.

Марк относился к нему также как и раньше. Этот человек всегда был частью семьи, а официально присоединившись, он не стал пытаться что-то менять и просто жил своей жизнью, помогая всем. Купец Черимэ, которому они когда-то продали шипучку, прислал навязчиво богатую табакерку, пытаясь восстановить утраченное доверие. Это уже дела Бефальта — раз тот сказал кинуть в игнор, значит так надо.

Отто раскошелился на вырезанный из редких пород стол, изысканно отделанный лучшими мастерами по резьбе, с удобными ящичками для бумаг и принадлежностей. Вот, человек знает, как подкатить и чем живёт его друг. Марку очень понравилась эта обновка в его кабинете. Тащить такую драгоценность в подвал было бы неуважением, да и чревато порчей, зная как он там химичит.

Лорд Гарс Анарика тоже его не забыл и почтой прислал запакованный дорогой конверт с королевской печатью. В нём была протекция на типографскую деятельность и разрешение на создание газеты, а чуть ниже коротенькое поздравление. Оперативно, однако.

Они уже раскрыли несколько своих секретов купеческой гильдии. В частотности, принцип изготовления резины и способы её применения, а также рекомендации по технической части. Теперь в городе почти не осталось повозок без покрышек. Для потребителей цены приятно снизились из-за возросшего предложения и конкуренции.

Марк уделял огромное внимание физической подготовке перед походом. Он заметил одну небольшую деталь. Дисторт позволял «дожимать» последние подходы в работе со снарядами до отказа, как допинг в определённую мышцу. Правда, пару раз дотягивая так упражнения, он потянул другие мышцы, и на следующие дни пришлось тратить дисторты на восстановление.

Нужна хорошая изоляция и избирательность в этом плане. Два дисторта — две мышцы, одновременно или по-очереди, без разницы. Немного помогал ещё всплеск адреналина — он усиливал восприятие, общую силу всех мышц и с ним можно было не так бояться перегрузок.

Если использовать снаряды из тяжёлой атлетики, то можно со временем добиться хорошей гипертрофии мышц. Но зачем? Станет неудобно двигаться и маневрировать. Лучше он сохранит баланс в этом плане. Мышцы нужны, но они не должны быть бройлерными окорочками.

Он бегал, занимался на перекладине, спарринговался с тренером по фехтованию и ходил в амфитеатр с Бруно и Карлом. Отрабатывали даже ситуацию два на одного, чтобы понять, как сражаться с превосходящими силами противника. Скажем так — шансов было не много. Местность очень могла помочь и, если двое это куда ни шло, но вот контролировать в воздухе и на земле троих и больше — это какой-то запредельный для Марка уровень.

Как говорил его трудовик: толпою любят даже льва. Единственный шанс, что ты издали всех расстреляешь и будешь постоянно рвать дистанцию. Но откуда столько маны то взять?

В общем, это был полезный опыт. Немного приземлился в ожиданиях. Хорошо, что это произошло на тренировке, а не в реальном бою. Быть чуть-чуть мёртвым не входило в его планы.

Родные отнеслись к готовящейся поездке скептически. Лавии он сказал, что едет в другой город по торговым делам. Не надо, чтобы она сильно волновалась за него. Коррус хотел было пойти с ним, но Марк не мог ручаться за себя, а рисковать кем-то ещё — такое себе предприятие.

Не уходить же всем в поход? А кто будет смотреть за бизнесом? Случись что, Бруно и его отряда может не хватить. Кстати, насчёт них.

Ребята не могли в открытую проводить массовые тренировки — это бы воспринялось со стороны власти как угроза. Стукачей в мессалле хватало, и поэтому бойцы были рассредоточены только по парам, но в случае чего могли быстро объединяться.

Каждого лично отбирал Бруно по параметрам маны. Если немного не хватало, но голюдь был надёжным малым, ему давали возможность проявить себя и давали кристаллы в долг. Двести маны — такой минимум предложил Марк для бойцов. Не бог весть какие сильные, но в случае чего могли подстраховать. Сейчас их было тридцать.

В будущем они планировали увеличивать эти цифры и посылать уже сформировавшиеся группы в города, где нужно было отстаивать интересы семьи. По большей части они работали под прикрытием в магазинах и никак не выдавали себя. А что ещё делать в мирное время? Пусть хотя бы часть денег отбивают.

С таким «войском» против банд не попрёшь, но угрозы со стороны купцов или каких-то залётных уникумов с лёгкостью нивелировались тумаками зелёных рук. Тренировались они на столбах в игре «насуко», где нужно было пытаться столкнуть противника на землю, используя магию только для передвижения. Данный вид спорта был популярен у зелёных, так что вопросов и подозрений не вызывал. А походы на бои в амфитеатр даже наоборот — поощрялись властями. В случае чего из посетителей получатся отличные солдаты.

Прошёл апрель, а за ним и май и Марк начал уже подозревать, что Вариус протроллил его и просто уплыл в закат с двумястами фалеров, но в начале июня ему пришла записка с приказанием выдвигаться третьего числа к северным воротам. Возле повозки будут ждать остальные члены группы.

Они решили так. С собой он берёт Микульпа. Тот несёт свёртки ткани, верёвку и вместительный портфель. Мик останется на перевалочной базе хантеров до первых результатов группы. Если они захватят в плен живую тварь, то миссия будет закончена. Если мёртвую, то, чтобы не таскать её за собой, они вернутся и передадут груз брату. А он уже довезёт его до Ваабиса и заспиртует в лаборатории.

Марк приготовил стеклянные ёмкости разных размеров. Хотелось бы не допустить разложения образцов. Поход ведь мог растянуться на несколько дней.

Рано утром они быстро добрались на лошадях до ворот. Коррус их проводил и, взяв под уздцы коней, двинулся назад.

— Ург, давай сюда, быстрей! — рявкнул Вариус. Они с Миком припустили к тележке, что ждала их чуть поодаль. — Это ещё кто? — с подозрением спросил лидер группы.

— Он в лес не пойдёт. Это курьер, мой брат Микульп.

— Отлично Пикульп, садись, найдём тебе место.

Группе пришлось немного потесниться и отодвинуть багаж. Больше всех возмущался парнишка с плоским лицом и большими губами, когда его кряхтенье и цоканье стало слышно Вариусу, тот через плечо рявкнул:

— Кипчон, заткни уже свою хлеборезку! Мы поняли, что тебе неудобно сидеть, — и снова повернулся, держа вожжи и правя повозку.

— Я Пинчон! Выучите уже, наконец. Да какой вы лидер группы? — раздражённо нахорохорился губастый.

— Тпру. Чонпин, не устраивает — не держу, а если нормально — закройся. Расперделся как дед.

Пинчон ещё пару раз издал нечленораздельные звуки и скрестил на груди свои лапищи. Марк смотрел на эти заскорузлые пальцы и не понимал, что в группе забыл обычный пахарь или кто он там?

Второй парнишка был из амбисов и молчал всё время. Его звали Гаррад, но капитан обязательно потом переврёт и запутает всех.

У амбиса почти не было жабр, а глазища на расслабленном лице противно таращились, будто он ящерица в человеческом обличье. Марк ещё не достаточно привык к этим ребятам. Они часто встречались ему в домах аристократов, но вовне у него не было близких знакомств ни с одним из них.

Богачи любили этот народ за пунктуальность, чистоту и спокойствие. Они вкусно готовят и как робот-пылесос — беззвучно ходят, прибираются, всегда невидимы.

А если и открывают рот, то в самых необходимых случаях. Кстати, надо поискать там жену.

Хотя, нет. Он просто представил, как просыпается, а на него в заунывной тишине смотрят эти выпученные глаза. Тогда придётся засыпать с памперсом.

Вот голюди — свойские ребята. Чувство плеча у них хорошо развито.

И наконец, четвёртый, человек. От него разило дешманской сивухой, длинные чёрные волосы совсем не ухожены, кое-как острижены и местами сбились в колтун. Он иногда попивал из фляжки и это был явно не сок. Марк кинул взгляд на спину Вариуса. Если с остальными всё понятно, то как он мог позволить пьянство в такой поездке? Ведь каждый член группы это звено, прикрывающее остальных товарищей. Если этот бомжара будет вусмерть, то остальным не поздоровится.

Вариус представил его как Элдэна, но Марк понял, что капитана можно слушать во всех случаях, кроме упоминания имён. А патлатый и не думал поправлять — видать привык.

Какой-то отряд самоубийц получался. Рассчитывать можно было только на амбиса и самого капитана, остальные — неликвид.

Через часов шесть они добрались до перевалочного пункта. Это огороженный несколькими рвами посёлок. Повсюду торчали вкопанные колья, а последний рубеж защиты — высокие деревянные стены — охранялся с нескольких наблюдательных вышек.

Поселение состояло из ночлежек и парочки кабаков. Библиотеку и танцпол не завезли. Что-то он чересчур весёлый. Нервы, наверное.

Решили не оставаться до утра — всё равно днём шанс убить монстра был крайне низкий. Хантеры шлялись по лесу ночью. Марк и не представлял насколько они отбитые.

Мик остался на постоялом дворе и с тоской смотрел им вслед. Прости братишка — придётся тебе потерпеть.

Повязав небольшие сумки с провизией, отряд двинулся в путь. Марку пришлось тащить самый большой портфель с тканью для упаковки груза. Хорошо хоть в таких походах воду не приходилось брать, тогда бы он тащил и её. Причём всей группы.

Их встретило зелёное дыхание леса. Где-то прелое и душное, а где-то обдающее свежестью листвы и смоляным буйством. Хрустящие мелкие косточки леса иногда проваливались под ногами, после чего Вариус поворачивал голову и бешено искал глазами виновника.

— Рыбий выкидыш, что ты делаешь? — на этот раз досталось амбису.

Впереди шёл тот самый алкаш. Его вроде бы звали Дэниэл. Тот деревенский парень оказался как помело и уже про всех всё рассказал. Патлатый был давним другом капитана, легендой. Один из лучших следопытов у хантеров. Правда, бухал нещадно, но тут можно понять — от такой работы молоко пить не будешь.

Дэн, нарушая все законы гравитации, вытягивался вперёд и чуть ли не подметал своей тряпкой на голове землю. После чего указывал направление. В походе этот чудик уже не пил. Марк, кажется, понял — люди такой породы могли закусывать рукавом, но когда доходило до дела, вся их растерянная концентрация собиралась в нанопучок и на время они становились сверхлюдьми, выполняющими сверхзадачи.

Наконец, он остановился и ткнул пальцем в землю.

— Делаем привал и ждём ночи, — скомандовал Вариус.

— А что будет ночью? — спросил простодушный Пинчон.

— Охота, — странно, Марк ожидал, что капитан опять будет балагурить, но никаких признаков весёлости не было.

Патлатый Дэн расчистил себе место, пиная ногами ветки, и вдруг зачем-то включил поток пламени. Он обрабатывал им землю как сумасшедший. В принципе следопыт и так был того. Но смотрелось жутковато.

— Повторяйте, — без возражений приказал Вариус и тоже своё место прогрел огнём.

Доверившись капитану, Марк повторил в точности процедуру. Потом кинул на нагревшуюся землю рюкзак и сел на него, разминая уставшие ноги. Ночь уже почти наступила. Отсюда сквозь листву ещё были видны последние брызги алого солнца.

Пинчон плюхнулся со всего размаху и снял обувь для массажа стопы. Однако одного взгляда Вариуса было достаточно, чтобы он передумал и быстро обулся.

Марк уже понял, что он, амбис и простофиля Пинчон были новички. Ну, может, амбис не совсем, но Пинчон точно залётный.

Пьяница Дэниэл после часового отдыха пошёл зачем-то бродить то там, то здесь, бормоча под нос одному ему понятные словечки, поднося трясущиеся пальцы к губам. Затем он полез на дерево. Марк переживал, что вот сейчас он упадёт и сломает себе хребет, а назад они как будут возвращаться? Но мужик уверено взбирался всё выше и выше. Затем каким-то образом свесился лицом вниз, опираясь на две ветки, и застыл.

Темнота сомкнула свою пасть и лишь тени её клыков, отбрасываемые ветками, падали от лунного света.

А потом тишину прорезал визг и стенания сотни голосов, слившиеся в один нескончаемый гвалт ужаса и страданий.

Пинчон подскочил на своём рюкзаке и кубарем улетел в куст, откуда вернулся в две секунды с побледневшим лицом.

— Что это? — в перерывах между криками спросил он командира.

Вариус зажёг огромный огненный шар и повернулся к ним лицом.

— Вуруждуки проснулись.