Иной Невилл. Книга третья

Глава 1. Не лучший день

Летние каникулы не задались с самого начала.

Едва Невилл сошёл с поезда на платформе девять и три четверти, как попал под проливной дождь. Пока он пробирался сквозь толпу, отыскивая бабушку и таща за собой тяжёлый чемодан, успел промокнуть насквозь и основательно продрогнуть. Августа, не ответив на его приветствие, молча взяла внука за руку, и в следующее мгновение они уже аппарировали.

Но если в Лондоне шёл сильный дождь, то над Оттери-Сент-Кэчпоулом, судя по всему, пронёсся настоящий ураган.

Добравшись до дома, они обнаружили, что ливневую трубу сорвало с крыши, и она рухнула прямо на теплицу, пробив стеклянную крышу и раздавив карликовую тентакулу — редчайший экземпляр, который Августа Лонгботтом выращивала годами и которым чрезвычайно гордилась. Бабушка, проклиная всё на свете, принялась восстанавливать хозяйство. Восстановить теплицу оказалось несложно: несколько взмахов палочки, и разбитые стёкла заняли свои места, стеллажи выпрямились, а сорванная труба вернулась на крышу. Но тентакулу спасти не удалось. Растение было безнадёжно повреждено, и никакие заклинания уже не могли вернуть его к жизни.

На этом неприятности не закончились.

Дальше Невилла ждал пренеприятный разговор с бабушкой о его дружбе с Карлом. Именно из-за этого он впервые не хотел возвращаться домой. Будь его воля, он остался бы в Хогвартсе на лето. Но разговор пришлось отложить до утра: Невиллу сделалось дурно, а к вечеру поднялась температура. Перед сном Августа сварила бодропёрцовое зелье и, поставив перед ним дымящуюся кружку, приказным тоном бросила:

— Выпей, пока горячее.

И удалилась из спальни, громко хлопнув дверью.

Всю ночь ему снились тонкие белые линии — они то сжимались в узкую нить, то расползались, заполняя всё пространство, и от этого движения подташнивало. К утру голова гудела, а во рту стоял горький привкус. Невилл не припоминал, когда он чувствовал себя настолько скверно после бодроперцового зелья. Оно, конечно, не помогало мгновенно, но обычно действовало куда эффективнее.

Спустя некоторое время он наконец сообразил, в чём дело. Одним из ключевых компонентов бодроперцового зелья был корень мандрагоры. А две единственные мандрагоры, которые имелись у Августы, как мы знаем, достались Карлу Бэддоку и Колину Криви. Новые саженцы они планировали посадить только в августе.

Когда он спустился на кухню, бабушка налила ему куриный суп. Села напротив и стала молча за ним наблюдать, поджав губы и не сводя с внука тяжёлого, сверлящего взгляда. Суп был горячим, наваристым, и от него постепенно становилось немного легче. Однако присутствие бабушки не позволяло ему расслабиться.

Когда Невилл доел и уже поднялся, чтобы отнести посуду, Августа сказала:

— Сядь.

Он сел обратно.

— Такого я от тебя не ожидала, Невилл, — начала она. — Как ты мог?

Невилл склонил голову. Смотреть ей в глаза он не решался.

— Бабуль…

— Как ты мог так поступить со мной?

— Я… я собирался тебе рассказать. Искал подходящий момент…

— О чём рассказать? — её голос начал закипать. — О том, как ты предал свою семью? О том, как простил Пожирателя Смерти, который лишил тебя родителей?

Невилл резко поднял голову.

— Я никого не предавал. И никого не прощал. Послушай меня, бабуль. Карл не в ответе за поступки своего отца. Он не такой…

— Ты ослушался меня! Несмотря на то что я тебе строго-настрого запретила общаться с этим выродком!

Она отвела взгляд и замолчала. Несколько секунд она сидела неподвижно, пытаясь выровнять дыхание, затем продолжила — тихо, почти шёпотом, но от этого тона у Невилла по спине пробежал холодок:

— Ты не достоин носить фамилию Лонгботтомов. Фрэнку было бы стыдно за тебя.

Невилл вперил взгляд в бабушку. Его губы плотно сжались. Виноватого выражения, с которым он сидел всё это время, как не бывало.

— Ты перегибаешь палку. Я не хочу с тобой ссориться. Давай ты успокоишься, и мы продолжим наш разговор позже.

— Я дала тебе свободу. Посчитала, что ты уже достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения. Но теперь понимаю, что это было ошибкой. Ты как был идиотом, так им и остался. Мои родители без колебаний выставили бы меня за порог дома, сделай я то, что сделал ты…

Невилл с силой ударил кулаками по столу. Тарелка с ложкой подскочили, ложка звякнула о дерево и упала на пол. Он сидел весь красный от ярости, которая закипала в нём, поднимаясь откуда-то из глубины груди.

Но Августа восприняла это как вызов.

— Ну давай, давай! Сломай мне ещё стол! Покажи старухе свой характер!

Невилл тяжело дышал. Из ноздрей вырывались короткие струйки пара.

— Бабушка, не надо… — процедил он сквозь зубы.

— Заткнись и слушай! Ты перешёл все мыслимые грани, юноша. Отныне тебе запрещено выходить из дома одному. Будешь целыми днями зубрить учебники, а каждый вечер станешь пересказывать мне всё, что выучил. И не дай Мерлин меня не устроит твой пересказ! А когда вернёшься в Хогвартс, будь уверен: я непременно узнаю, если ты вновь вздумаешь водиться с выродком Бэддока!

Когда Августа закончила, Невилл резко встал из-за стола. Бросив на бабушку взгляд, полный злобы, он быстрым шагом направился к выходу.

— Стоять! Я тебе запрещаю!

Невилл остановился.

Несколько мгновений он стоял спиной к бабушке, сжав кулаки. Затем медленно повернулся к ней и произнёс ледяным, совершенно не свойственным для себя доселе голосом, чеканя и выделяя каждое слово:

— Ты не моя мать. И не мой отец, чтобы что-то мне запрещать.

С этими словами он развернулся и вышел из дома.

— Невилл Фрэнк Лонгботтом, вернись немедленно!

Но он даже не обернулся. Крик Августы ещё некоторое время доносился ему вслед, пока он не оказался за калиткой. Только тогда Невилл немного замедлил шаг. Он пересёк дорогу и опустился на траву перед домом Волмана — старого магла, жившего напротив.

Он подтянул колени к груди и обхватил их руками. Несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, но ярость не утихала.

«Я ненавижу её. Ненавижу! Да как она смеет такое говорить?»

Невилл готовился к этому разговору. У него было достаточно времени, чтобы обдумать всё, что произошло за последний год, и решить, как именно объяснить бабушке свою дружбу с Карлом. Он даже подготовил целую речь. В ней были доводы, примеры и ответы на вопросы, которые Августа наверняка могла задать. Он собирался рассказать ей о том, что Карл не похож на своего отца, что тот не раз помогал ему и что их дружба не имеет ничего общего с делами Лорана Бэддока.

Он понимал, что разговор получится жёстким. Реакция бабушки была вполне ожидаемой. Но чего Невилл не учёл — это его собственной реакции. Бабушка в гневе наговорила того, чего говорить не следовало. Он не мог это проглотить. Если раньше он бы молча выслушал её нотации и попросил прощения, а о том, чтобы ей перечить, у него и мысли возникнуть не могло, то теперь он стал совершенно другим человеком. От того плюшевого пухляша не осталось и следа. Слишком много унижений было в его жизни, слишком долго он был неудачником и посмешищем.

С него хватит. Он не позволит кому бы то ни было вытирать об него ноги. Даже собственной бабушке.

Невилл поднялся с газона и отряхнул брюки. Сидеть на месте он больше не мог. В голове роились тяжёлые мысли, одна мрачнее другой, и ему нужно было хоть ненадолго отвлечься.

Он достал из кармана удвоенный пергамент, чтобы связаться с Карлом. Развернув его, Невилл обнаружил, что тот уже исписан знакомым почерком.

«Невилл, тебе уже лучше? Оливер у старшего брата пистолет одолжил, с железными пулями. Вчера весь вечер бутылки собирали. Сегодня в одиннадцать собираемся по ним стрелять. Идёшь?»

Ниже было ещё одно:

«Видимо, занят. Я тогда побежал, преподам этим маглам пару уроков меткости».

Часов у Невилла не было, но он прикинул, что сейчас немногим больше одиннадцати. Возможно, он ещё успеет пострелять. Невилл направился к заброшенному складу. Где ещё палить по бутылкам втайне от взрослых, как не там?

На узкой просёлочной тропе ему встретились магловские старшаки. Их было четверо, на вид лет пятнадцать-шестнадцать. Один из них, худощавый парень с торчащими во все стороны волосами, завидя Невилла, толкнул в бок здоровяка с широкой шеей и огромными, тяжёлыми руками, который шёл в центре.

— Ты погляди, Генри, кто тут у нас. Ещё один колдун.

— Оставьте его, ребят. В отличие от того, этот мирный, — подал голос парень, плетущийся в хвосте группы.

Невилл сразу узнал его. Имени он не помнил, но пару раз играл с ним в футбол — тот весьма неплохо стоял на воротах.

— Где Карл? Что вы с ним сделали? — спросил Невилл и машинально потянулся в карман за палочкой, но тут же вспомнил, что её с собой нет. Она осталась в школьной мантии.

— Иди и сам посмотри, мелкий, — ухмыльнулся здоровяк. — И учти: с тобой будет то же самое, если надумаешь колдовать в моей деревне.

Компания, гогоча, прошла мимо, а Невилл, не теряя ни секунды, бросился бежать к складу.

Подбегая, он ещё издалека увидел Карла. Тот, опираясь на плечо Оливера, с трудом передвигался. Он хромал на правую ногу, всё лицо было залито кровью. Губа разбита, под глазом наливался синяк, а на брови стремительно вспухала багровая гематома.

Невилл подскочил к ним.

— Спасибо, Оливер. Дальше я сам.

Оливер, светловолосый парень с добродушным лицом, кивнул и осторожно передал Карла Невиллу.

— Ему бы в больницу, Невилл.

— Что случилось? — Невилл перехватил Карла за плечо, стараясь, чтобы тот опирался на него. — Только не говори, что упал с лестницы.

Карл сплюнул кровью на землю.

— Генри. Стрелял я точнее всех, по бутылкам попадал почти без промаха. А он возьми и заяви, что я заколдовываю пули, чтобы они летели куда надо. Слово за слово. Он потребовал, чтобы я признался и извинился. Я в ответ, что он просто не умеет стрелять. Ну и он налетел…

Карл поморщился — разбитая губа мешала говорить.

— Я по нему даже ни разу не попал, представляешь? Ни разу! Этот верзила, оказывается, занимается магловскими боевыми искусствами. Кулаками махать он умеет, тут не поспоришь.

— Пойдём, — Невилл крепче обхватил его за плечи. — Отведу тебя домой. Пусть мама приведёт твоё лицо в порядок.

— Нельзя мне домой. У отца сегодня выходной. Он не должен меня такого видеть.

— Ну и что ты предлагаешь? Попросить о помощи у моей бабушки?

— Я ведь не за себя беспокоюсь. Когда отец узнает, кто это со мной сделал… Поверь мне, лучше я сам с этой мразью разберусь.

— И как же ты собираешься с ним разбираться? — Невилл скептически оглядел его с ног до головы. — Магию вне школы тебе использовать нельзя. Физически ты явно слабее него. К тому же ты хромаешь.

— С ногой, думаю, всё в порядке. — отмахнулся Карл. — Боли уже почти нет. А насчёт разобраться… — он усмехнулся. — Неужели ты думаешь, я накинусь на него с голыми кулаками? Ты, верно, забыл, на каком факультете я учусь?

Глава 2. Карты, деньги, 22 франка

Судя по тому, где именно Невилл встретил ту группу маглов, они направлялись либо по домам, либо шли купаться на реку. Учитывая время и прекрасную солнечную погоду, у Невилла не оставалось сомнений относительно их местоположения.

И действительно. Он нашёл их в южной части деревни, где река была неглубокой и позволяла купаться с комфортом. Двое стояли у тарзанки и решали, кто прыгнет первым. Один уже одевался. Но здоровяка видно не было.

Когда Невилл приблизился к компании, из кустов вышел и сам Генри, застёгивая ширинку.

— Опять ты, мелкий. Потерялся?

Остальные парни начали подтягиваться к ним.

— Вот ты-то мне и нужен, — бодро обратился к нему Невилл. — Тебя ведь Генри зовут, верно? Пойдём, Генри, хочу разобраться с тобой.

Парни дружно загоготали.

— Эй, Генри, он поди конфет с коньяком переел, — сказал худощавый парень. — Смелости набрался.

Генри неспешно подошёл к Невиллу, навис над ним и, глядя сверху вниз, принялся поправлять ему воротник.

— Значит, ты хочешь разобраться со мной? Вас, колдунов, с помощью магии лишают чувства самосохранения, или это врождённое отклонение?

— Ты избил моего друга. Это было самой большой ошибкой в твоей жизни. Теперь тебе придётся за это ответить.

— Ну что ж, — Генри осклабился. — Не могу отказать себе в удовольствии начистить хлебало очередному колдунишке. Тем более если он сам об этом просит. Что думаете, парни?

Невилл отступил на пару шагов.

— О нет. Не тут. Вас четверо, а я один.

— Да не переживай ты, — сказал один из парней с рельефным прессом. — Наша помощь не потребуется. Он таких, как ты, одной рукой на раз укладывает.

Невилл покачал головой.

— Нет. Я не согласен. Будет именно так, как я сказал.

— Ты уже начинаешь действовать мне на нервы, — проворчал Генри.

Он двинулся на Невилла, разминая кулаки.

— Какой-то сопляк будет мне ещё условия диктовать? Что мне сейчас мешает прямо тут тебя уработать?

— Ладно, — выдохнул Невилл, всем своим видом выражая глубокое разочарование. — Видит Зевс, я этого не хотел.

Эта крайне неожиданная и странная реакция заставила Генри остановиться. Он нахмурил брови и оглянулся на друзей. Те тоже ничего не понимали.

Невилл тем временем медленно развёл руки в стороны и поднял их к небу. Пальцы его были направлены вверх, голова запрокинута, а глаза закатились так, что из-под век виднелись одни белки.

Парни почуяли что-то неладное и начали пятиться.

Невилл, понизив голос до зловещего, утробного баса и пустив в ход весь свой скрытый актёрский талант, громогласно произнёс:

— О, Зевс, великий и могущественный! Шандарахни-ка ты молнией этих негодяев!

— Стой! Нет! Подожди! — выпалил Генри, пригнувшись и примирительно вытянув руку.

Он осторожно взглянул на небо, потом снова на Невилла.

— Хорошо, ладно, убедил. Если хочешь подраться наедине — будь по-твоему…

Через несколько минут они вдвоём уже успели отойти на достаточное расстояние, чтобы потерять друзей Генри из виду. Они зашли в глубь леса. Невилл до сих пор находился в приятном шоке от того, что эта дурацкая затея с Зевсом сработала.

Он повернулся к здоровяку.

— Здесь вполне подойдёт. Да и Зевс нас тут под кронами деревьев не увидит.

Генри злобно оскалился.

— Ты, ублюдок, сам себе приговор подписал, хоть понимаешь это? Твой дружок ещё легко отделался. А с тобой я церемониться не буду.

Он сжал кулаки и двинулся на Невилла.

В этот момент Невилл успел заметить, как за спиной Генри хоккейная клюшка рассекла воздух. В следующую секунду Генри рухнул лицом вперёд. Позади стоял Карл, крепко держащий клюшку обеими руками. Но Генри вдруг схватил Невилла за ноги и повалил на землю. Карл принялся наносить удары по спине борова, но тот, казалось, их не чувствовал.

Невилл, не успевший опомниться от падения, получил удар по лицу, затем второй. Карл яростно продолжал наносить удары. Последний удар клюшкой получился особенно мощным: Генри сильно поморщился и, отпустив Невилла, схватился за шею.

Этого времени хватило Невиллу, чтобы прийти в себя. Он нащупал рукой что-то твёрдое и тяжёлое. Схватив его, что есть силы ударил по здоровяку. Удар пришёлся точно в висок.

Силы оставили Генри, и он повалился без чувств прямо на Невилла.

Карл тут же бросился на помощь, рывком поднимая друга на ноги. У Невилла из разбитого носа ручьём шла кровь.

— Надо было всё-таки лопату брать вместо клюшки, — сказал Карл и хорошенько пнул Генри под рёбра. Карл обошёл его с другой стороны и нанёс ещё один удар ногой. Затем ещё один. Тело Генри безвольно дёргалось от каждого толчка.

— Карл, хватит, — сказал Невилл.

Но тот будто не услышал.

Невилл уже собирался остановить друга, как вдруг сам почувствовал, как внутри него плотиной прорвало последнюю сдерживающую заслонку. Он потерял над собой контроль и присоединился к нему. Он яростно избивал неподвижного магла, вымещая на нём всю накопившуюся злость.

В какой-то момент, глядя на кровавое месиво, в которое превратилось лицо обидчика, с трудом заставил себя остановиться, отчётливо осознав: он может умереть! Так нельзя!

— Хватит! — крикнул он.

Карл, похоже, тоже начал приходить в себя, но всё ещё стоял над Генри, сжимая кулаки.

Невилл проверил пульс на шее Генри. Пульс был.

— С него достаточно, Карл. Сейчас нагрянут его дружки. Надо идти.

Карл выровнял дыхание. Затем наклонился и снял с Генри золотую цепочку, потом часы. Начал шарить по карманам и достал оттуда кошелёк.

— Карл, — попытался остановить его Невилл. — Думаешь, это хорошая идея?

— Он заслужил это, дружище. Впредь будет знать. К тому же я считай спас ему жизнь, не рассказав отцу. А это лишь небольшая плата за моё великодушие.

Карл насчитал в кошельке двадцать два фунта.

— Нихрена себе. Он настолько верит в себя, что носит такую сумму в кармане? Это в наших деньгах больше восьми галлеонов, если я не ошибаюсь! Надо будет заглянуть в Гринготтс для обмена. Держи, это твоя доля.

Он протянул Невиллу одиннадцать фунтов. Невилл взял их. Учитывая ссору с бабушкой, на карманные расходы ему рассчитывать в ближайшее время не придётся. Да и кто знает, сколько продлится их ссора. Вдруг она и за школьные принадлежности откажется платить. Благо обучение в Хогвартсе финансируется Министерством, и за это переживать не стоит.

— А это я пока оставлю у себя, — Карл потряс часами с цепочкой. — Часы кажутся мне дорогими. Если эта окантовка из настоящего золота, сдадим их вместе с цепочкой в Лавку ювелирных изделий в Косом. Если подделка — возможно, выручим за них пару кнат у Горбина и Бёркеса.

В итоге мальчики, довольные собой, пошли по домам, обняв друг друга за плечи. Невиллу стало значительно легче. Он всё ещё чувствовал боль в носу, а на рубашке остались кровавые пятна, но тяжёлое, давящее чувство, с которым он покинул дом утром, куда-то исчезло. Ярость и злость, что сидели в нём, нашли выход в попавшемся под руку магле.

Судя по тому, что котлет бабушка нажарила на две персоны, Невилл решил, что она тоже немного остыла. Но какими бы они были Лонгботтомами, если бы так просто помирились? Более горделивых семей в волшебном мире трудно найти.

Весь остаток дня Августа не проронила ни слова. Невилл готов был поклясться, что она заметила, в каком состоянии он был, когда вошёл, но никак на это не отреагировала. Вела себя так, словно внука вовсе не существовало. Невилла такой расклад более чем устраивал — молчание бабушки было куда лучше очередной порции упрёков и причитаний.

Остаток дня он провёл в своей спальне, выполняя занудные домашние задания, заданные на лето. Преподаватели, как всегда, не поскупились на работу. По травологии требовалось подготовить описание пятнадцати магических растений, указав особенности их выращивания и применения. По трансфигурации задали письменную работу о сложностях превращения неодушевлённых предметов в живых существ. Невилл не стал заморачиваться и написал, что никаких сложностей у него с этим нет, напомнив про недавний случай с петухом в Тайной комнате.

Были задания и по другим предметам, но больше всего времени отняло зельеварение.

Профессор Снейп требовал написать эссе на скучнейшую тему «Влияние лунных фаз на свойства ингредиентов животного происхождения».

Лишь поздно вечером, закончив очередной абзац по зельеварению, Невилл решил, что на сегодня с него достаточно. Он убрал пергаменты в стопку, сложил учебники на письменном столе и пошёл готовиться ко сну.

Выйдя из ванной и вернувшись в спальню, Невилл замер: на стенах его комнаты тревожно плясали яркие красно-синие отблески. Он подошёл к окну и распахнул створки.

Внизу, у дома Бэддоков, стояла полицейская машина.

Невилл не стал долго раздумывать. Захлопнув окно, он прямо в пижаме выбежал на улицу и быстрым шагом направился к дому Бэддоков.

У каменной ограды, отделявшей участок от дороги, стоял молодой полицейский и огромный мужчина — на голову выше полицейского и шире его едва ли не в полтора раза. Он без остановки тарабанил в дверь ограды и выкрикивал:

— Бэддок! Выходи! Есть разговор!

Амбал заметил Невилла почти сразу. Его глаза вспыхнули.

— А вот и второй!

Он широким, тяжёлым шагом пересёк лужайку, подлетел к Невиллу и, больно вцепившись пальцами в его плечо, грубо потащил за собой.

— Пустите меня! Что вы делаете?! — Невилл замахал руками, безуспешно пытаясь вырваться из стальной хватки.

— Заткнись, сосунок! — взревел громила и сжал пальцы ещё сильнее, отчего Невилл пронзительно вскрикнул от резкой боли. — Брайан, вяжи его тоже, этот мелкий ублюдок был с ним!

Молодой полицейский подошёл ближе. На его лице читалась нерешительность, но он всё же достал из-за пояса наручники и привычным движением защёлкнул их на запястьях Невилла.

— Сэр, что вы делаете? — возмутился Невилл, не оставляя попыток вывернуться. — Вы не имеете права!

— Разберёмся, — сухо ответил полицейский. — Мистер Невилл Лонгботтом, верно? Вы подозреваетесь в нанесении особо тяжкого вреда здоровью. Настоятельно советую вам не оказывать сопротивления при задержании. Дилан, открой, пожалуйста, ворота.

Пока полицейский по имени Брайан зачитывал формальности, Дилан, просунув руку между прутьями калитки, отодвинул щеколду с внутренней стороны.

— Брайан, это семья колдунов, — негромко произнёс он, пока они проходили во двор. — Ты ведь помнишь, что натворили Уорингтоны позапрошлым летом? Эти ещё хуже. Я наводил о них справки. Так что будь осторожен.

— Знаю, дядя, — кивнул Брайан. — У нас есть список всех волшебников в деревне. Наш инспектор наотрез отказывается вмешиваться в их дела, потому что сам сквиб.

У крыльца он отпустил Невилла.

— Стойте здесь, — приказал Брайан и поднялся по ступеням.

Он громко постучал несколько раз, выждал, а затем постучал снова. За дверью послышались шаги. Наконец щёлкнул замок, и дверь распахнулась.

На пороге стоял Лоран Бэддок. Он неторопливо окинул холодным, оценивающим взглядом полицейского, здоровяка и скованного по рукам Невилла, задержавшись на последнем чуть дольше.

— Добрый вечер, сэр. Сержант полиции Брайан Скотт. Мне необходимо поговорить с мистером Бэддоком.

— Это я, — спокойно ответил Лоран. — Чем могу быть полезен?

— Я могу войти?

— Нет, — коротко ответил Лоран и слегка усмехнулся. — Таким, как ты, туда входа нет.

Сержант явно не ожидал столь наглого ответа и на секунду растерялся, застыв с полуоткрытым ртом.

Лоран тем временем вышел на крыльцо. Следом за ним появился Карл и прикрыл дверь. Невилл невольно уставился на друга. Его лицо было в полном порядке — ни синяков, ни гематом, ни разбитой губы.

— Сэр, полагаю, вы догадываетесь, зачем я пришёл, — наконец собрался с мыслями сержант. — Сегодня в отделение поступили заявления от мистера Дилана Скотта и его сына Генри. Вашего сына обвиняют в нанесении тяжких телесных повреждений. Я обязан задержать Карла и доставить его в участок. Если пожелаете, можете поехать вместе с ним.

Лоран беззвучно рассмеялся. Его плечи задёргались, а на лице появилась улыбка, от которой Невиллу стало не по себе.

— Кем он тебе приходится, мистер Дилан Скотт? — спросил он у здоровяка, выделив фамилию и кивнув в сторону полицейского. — Дай угадаю, твой племянник?

— Не твоё собачье дело! — выпалил Дилан.

Невилл заметил, как правая рука сержанта потянулась к кобуре с табельным оружием.

— Мистер Бэддок, попрошу обращаться исключительно ко мне! — повысил голос полицейский. — Не вынуждайте меня применять силу. Позвольте мне выполнить свою работу.

— Ты думаешь, я не знаю ваших магловских законов, сержант? У тебя нет никакого права задерживать ни его, ни Лонгботтома. Сначала ты обязан получить от них показания.

Сержант в замешательстве посмотрел на Дилана. Того, казалось, распирало от злости.

— Что ты с ним разговариваешь, болван? — рявкнул он, теряя последние остатки терпения. — Задержи мальчишку и поехали! Если будет права качать, шмальни пару раз по ногам!

Лоран больше не улыбался. Его лицо мгновенно окаменело. Он едва заметно разжал пальцы правой руки, и палочка сама скользнула в ладонь.

Молодой полицейский судорожно выхватил пистолет и, смертельно бледный, дрожащими руками наставил его на Лорана.

— С-сэр! Зачем вы достали палочку? Немедленно бросьте её на зем…

Невилл не сразу понял, что произошло. Сержант больше не трясся от страха. Он вообще перестал двигаться. Дилан тоже замер. Лишь их испуганные, безумные зрачки судорожно и панически бегали из стороны в сторону, выдавая запертый внутри ужас.

Лоран владел боевой невербальной магией. Невилл читал об этом в одной из книг Запретной секции. Если бытовые заклинания на невербальном уровне были доступны многим взрослым волшебникам, то боевая магия — лишь небольшому числу.

Внутренности Невилла сжались в тугой, ледяной узел. Он отчётливо понимал: сейчас произойдёт что-то страшное и необратимое.

Карл подбежал к нему.

— Ты в порядке?

— В-в порядке, — выдавил Невилл, хотя голос его не слушался.

— Судя по лицу, вы с бабушкой ещё не помирились. Я попрошу маму поправить тебе нос.

— От наручников я бы тоже был не прочь избавиться.

Тем временем Лоран Бэддок неспешно расхаживал взад-вперёд перед парализованными маглами, поигрывая палочкой.

— Некоторые мои коллеги из Азкабана говорят, что я слишком груб, называя вас животными, — заговорил он ровно, без выражения. — Но, как правило, те, кто так говорит, и сами полукровки. Или того хуже — грязнокровки. Даже среди чистокровных волшебников находятся те, кто считает, будто маглы заслуживают какого-то особого отношения. Как забавно получается. Когда-то вы сжигали наших предков на кострах, топили в реках, пытали, унижали. Но теперь, когда мы организовались, научились пользоваться палочками, построили школы, министерства, стали передавать знания из поколения в поколение — вы принялись подражать нам. Только вот незадача: как бы ни старались, вы, маглы, никогда не станете волшебниками.

Он остановился перед Диланом.

— Я никогда не испытывал к вам ни жалости, ни уважения. Вы живёте в мире, который вам не принадлежит, и при этом умудряетесь считать себя его хозяевами. Вы не способны даже понять, насколько ничтожны по сравнению с теми, кому посчастливилось родиться с магией.

Лоран вплотную приблизился к здоровяку.

— Ты всерьёз решил, что я позволю тебе, магловскому отребью, забрать у меня сына?

Бэддок направил палочку на шею Дилана. Что-то невидимое сжало его горло — кожа натянулась, пошла складками, будто кто-то невидимый обхватил его руками и сдавил. Дилан захрипел.

Карл тронул Невилла за плечо.

— Пойдём в дом. Незачем нам это видеть.

— Нет, — Невилл не мог отвести взгляд. — Я хочу посмотреть.

Лицо Дилана начало набухать и краснеть. Глаза вылезли из орбит, на лбу вздулись вены. Он дёргался в невидимых тисках, но не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.

— Придёт время, — продолжал Лоран, — когда мы сделаем вас своими рабами, подобно домашним эльфам. Но конкретно ты, мистер Скотт, сейчас отправишься в далёкое путешествие. Мерлин тебя уже заждался.

В следующую секунду шея Дилана резко откинулась назад. Раздался громкий хруст — такой, что у Невилла зазвенело в ушах. Тело амбала обмякло и замертво рухнуло на землю.

Карл отвёл взгляд.

Невилла же словно парализовало. Он смотрел на неподвижное тело, не в силах осмыслить увиденное. Ещё минуту назад этот человек кричал, угрожал и требовал арестовать их, а теперь лежал у ног Лорана. Мёртвый.

Невилл почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Ему хотелось отвернуться, но он не мог. Только что на его глазах убили человека. Тем более так — хладнокровно, словно речь шла о раздавленном насекомом.

Лоран тем временем повернулся к сержанту.

— Дилан Скотт в невменяемом состоянии внезапно напал на тебя. При задержании ты случайно сломал ему шею. Ты отвезёшь его в участок и во всём сознаешься. А всё, что произошло здесь этой ночью, ты прямо сейчас навсегда забудешь.

Лоран опустил палочку. Следом опустил пистолет полицейский, который всё это время держал его в вытянутых руках. Его глаза были пустыми, как у куклы. Он молча подошёл к телу Дилана, взял его за ноги и поволок к машине.

Невилл проводил его взглядом. Сержант двигался так, будто ничего необычного не произошло. Через несколько минут полицейская машина тронулась с места и исчезла за поворотом.

Лоран подозвал сына к себе и отвесил ему сильный подзатыльник. Карл едва удержался на ногах, но не проронил ни звука.

— Ты хоть понимаешь, сколько проблем мог нам создать? — процедил Лоран. — Мы не должны привлекать к себе ничьего внимания. Если уж решил наказать мальчишку, надо было сделать это так, чтобы никто ничего не узнал. Неужели у тебя совсем нет мозгов?

Карл опустил голову.

— Я понял.

— Марш домой!

Карл, не поднимая глаз, прошёл мимо отца и скрылся за дверью. Лоран проводил его взглядом, затем неожиданно направил палочку на Невилла.

— Алохомора.

Наручники раскрылись и с глухим стуком упали на землю. Невилл потёр запястья — на коже остались красные следы.

— Ты в очередной раз выручил моего сына, Лонгботтом. Ему определённо повезло отыскать такого преданного друга, — неожиданно ровным, почти мягким тоном произнёс Лоран.

Эти слова привели Невилла в чувство. Он выпрямился, заставил себя дышать ровно и постарался придать голосу обыденное звучание, будто ничего только что не случилось.

— Он и сам меня выручал… не раз. Так что ещё большой вопрос, кому из нас двоих повезло больше.

Лоран несколько секунд смотрел на него.

— Вижу, дружба для тебя не пустой звук, парень. В этом ты похож на Фрэнка.

— Вы… вы знали моего отца?

На лице Лорана появилась странная улыбка.

— Тебе пора, Лонгботтом. Уже поздно.