Обложка Инороскосмос. Любовь, нули и единицы

Инороскосмос. Любовь, нули и единицы

Мага Р. Гельвер

0% прочитано
Стандартный
Мага Р. Гельвер

Инороскосмос. Любовь, нули и единицы

Часть I. Сентябрь — Глава 1. Марк и Эля

…А когда просыпаюсь, я снова не могу вспомнить твоего лица. И как будто не знаю тебя. Но я знаю тебя. И знаю, что это ты. Вот уже столько времени это всегда только ты. И если жизнь — всего лишь сон, то почему сон не может быть целой жизнью?! Целой жизнью с тобой. Идеальной жизнью… 19.08

Господи, но реально же сопли! Как люди дневники пишут? Перечитав, хочется всё переписать… немножко матом! Сегодня ты снился… Как и всегда. 23.08

С другой стороны, а ведь по-другому и не опишешь… Сегодня ты снова подарил мне мои любимые цветы. Просто так, без повода. Почему это так мило… когда это ты?! 30.08

Глава 1. Марк и Эля

— А Райану Гослингу?

— Нет.

— А Брэду Питту?

— Нет.

— Инга, кстати, вообще считает, что он урод.

— Это Инга урод, а Брэд Питт вполне красавчик, но нет.

— Тимоти Шаламе?

— Нет.

— Ну тогда, может, всё же Хью Джекману???

— Ты уже спрашивал.

— Ну, может, второй раз?!

— Так и первого не было.

Марк, вспоминая ещё актёров, отхлебнул кофе из кружки. Эля сидела за своим столом и делала карандашом какие-то пометки в тетради с конспектами прошлогодних лекций по «Теории телепатии и экстрасенсорики».

— Молодому Брюсу Уиллису?

— Молодому Брюсу Уиллису ты бы сам дал! — подхохотнула Эля.

Марк тоже хохотнул.

— А мне? — спросил он полушутя-полуснадеждой, глядя на не отвлекающуюся от конспектов Элю.

— Тебе что, Инги уже не хватает? Или кто там сейчас у тебя?!

— Да вроде хватает… — Марк сёрбнул кофе. — Но вот именно в данный момент я в активном поиске.

— Главное, пассивным не стань в своём этом активном поиске, — улыбаясь, сказала Эля.

— Ва-ха-ха, вот это шутеечка! Надо было в стэндап идти, а не в ИРКе штаны просиживать.

— Это ты тут штаны просиживаешь, а я учусь.

Эля перевернула страницу тетради.

— Ну, во-первых, — возразил Марк, — теория — это для девчонок. Это как разминка — опытным не нужна, новичкам не поможет. Только практика, только хардкор. Хочешь, я скажу, о чём ты сейчас думаешь? — Он прищурился, глядя на Элю. — Минутка телепатии…

— Я думаю, чего бы тебе не заткнуться!

— С языка сняла!

Марк сделал глоток уже остывающего кофе.

— А во-вторых, — продолжил он, — семестр только завтра начнётся, так что имею полное право просиживать что хочу.

— Ой, начнётся, и ты прямо за учёбу возьмёшься?!

— Ну… такие дела вот так вот сразу прямо не решаются…

Марк улыбнулся. Может, потому что представил, за что он прямо сразу возьмётся, а может, потому что в этот момент прочитал на телефоне блымкнувшее сообщение. Хотя, не исключено, что эти два события были тесно связаны.

— Так всё же, мне бы дала? — снова спросил он, откладывая телефон в сторону.

— Нет.

— А если бы мы были на необитаемом острове и я был единственный мужчина на Земле?

— Во-первых, прямо вот так сразу и мужчина?! Это ж что такое должно случиться, чтобы именно ты выжил? Дуракам везёт сработало на максимум?! — так же не отвлекаясь от конспектов, предположила Эля. — А во-вторых, мы для того здесь и учимся, чтобы, если вдруг такое произойдёт, к тому времени уже вступить в контакт с другими цивилизациями.

— А если нет других цивилизаций и…

— У тебя осеннее обострение, что ли?! На каникулах руки связаны были? Пойди вон в туалете воду послушай! Или, может, снова показать тебе свои фотки с десятого класса?!

— Ну нет, спасибо! Вот зачем напомнила?! Я за лето уже и забыл… А теперь снова бессонница, боль, страдания…

Марк поставил кружку на прикроватную тумбочку и, картинно подняв руки, крикнул, изображая нечеловеческие страдания:

— Не-е-ет!

— Заткнись, Христа ради, — улыбнулась Эля, обводя карандашом какой-то тезис в конспектах.

Марк взял кружку обратно.

— Ко мне только что снова вернулся страх, что ты меня можешь съесть, — допивая кофе, сказал он.

— О! Шуточки за триста подъехали. Вот кому надо было в стэндап идти.

— Ага, за триста килограмм…

— Ага, тракторист подвёз…

— Ждёт оплаты, — улыбнулся Марк, подняв бровь.

— Ты вызывал, ты и плати.

— Может, на месте договоримся, начальник?

— Договоримся — заткнись. — Эля щёлкнула пальцами.

— С Хью Джекманом будешь так…

В дверь комнаты постучали.

— Марк! — позвал женский голос из-за двери.

— Сейчас выйду, — ставя кружку на тумбочку, крикнул в ответ Марк.

— Инга, привет! — крикнула Эля.

— Привет, — ответила из-за двери Инга.

Марк быстро переодел футболку, самую малость заценив свою небольшую, но рельефную бицуху перед зеркалом, надел кеды и, приглаживая слегка взъерошенные волосы, сказал:

— Ну ты подумай, подумай, пока есть время. А то меня расхватают. Вон сколько желающих.

Он посмотрел на Элю.

— Я их съем, если что! — всё так же не отрываясь от тетради с конспектами, ответила Эля.

Глава 2. Джекпот

По первосентябрьски комфортабельно и сонно-уютно в аудитории Инороскосмоса. Светло-серые тона, интерьерные зеркала, декоративные колонны. Всё практически новое, блестит, переливается, лоснится глянец. Земная интерференция и дифракция света притягивали взгляды будущих контактёров с внеземными цивилизациями, вынуждая глаза вспомнить о хроническом студенческом недосыпе, и отвлекали их от, по их мнению, совсем немножечко абсолютно полностью душных речей ректора. Хотя он даже ещё не начал.

— В этом году, а конкретно сегодня, нашему, первому и на данный момент единственному в мире, Всероссийскому государственному институту дифференцированного космопоиска и внеземных контактов «Инороскосмос» официально исполняется один год! — торжественно начал ректор свою речь, стоя за кафедрой. — То есть первый день рождения, первый официальный юбилей, ещё и первого сентября. Один-один-один, а конкретно — три единички.

— Джекпот! — выкрикнул кто-то из аудитории.

Раздались отдельные лёгкие смешки, смешавшиеся в один общий лёгкий весёлый смешок. Ректор тоже слегка улыбнулся. Только как-то не то, чтобы очень весело. Во-первых, он, как и, судя по реакции на выкрик, большинство студентов, знал, что джекпот — это скорее три семёрки, а не три единицы, а во-вторых… три единицы, так три единицы.

— О джекпоте я объявлю чуть позже…

Негодованию и гулу недовольства, после объявления ректором «чуть позже» об обещанном «джекпоте», не было предела! Но Тимур Артёмович был настроен решительно. А как иначе?!

Сверху ему недвусмысленно прямым текстом намекнули, что в связи с жалобами граждан вследствие завирусившегося в соцсетях контента, который выкладывали учащиеся госучреждения, выставляя это самое госучреждение в негативном ключе и дурном свете, будет назначена внеплановая проверка. Без предупреждения. В любой момент. А конкретно в этом году. Зимой. Пятого декабря. В 10:15.

А также, в связи с поднявшейся шумихой и освещением в СМИ, было принято решение увеличить количество бюджетных мест на пятьдесят процентов. Но в итоге увеличили сразу вдвое. А конкретно — с одного до двух.

Ректор, в свою очередь, недвусмысленно прямым текстом донёс до этих самых учащихся госучреждения, что, во-первых, здесь учреждение закрытого профиля не для галочки…

— А для Леночки, — выкрикнул один из студентов.

За что тут же был вынужден покинуть аудиторию по просьбе Тимура Артёмовича, а конкретно — на повышенных тонах был незамедлительно выгнан вон с объявлением выговора и обязательством зайти к ректору после.

Оглядев притихшую аудиторию, в которой сразу же поубавилось желающих блеснуть остроумием, Тимур Артёмович продолжил ещё более недвусмысленно доносить, что… во-вторых, в этом году всё будет намного строже. Требования повысятся как в дисциплине, так и в первую очередь — в учебном плане. И если что, он не посмотрит на то, кто и что, и кто там у кого где!

Помимо зачётов и сессий вводятся промежуточные аттестации по всем предметам раз в квартал, а конкретно один раз в три месяца. Всё просто как дважды два: единица — сдал, ноль — не сдал. Два нуля — до свидания! А конкретно — на выход. Три выговора — туда же. Без вопросов. И ректор ещё раз подчеркнул, что он не посмотрит на то, кто и что, и кто там у кого где.

А потом, неожиданно для первокурсников, вполне ожидаемо для второкурсников и очень даже логично для себя, упомянув своих любимых мушкетёров и конкретно Д’Артаньяна, собственно, объявил и сам «джекпот», после которого негодованию и гулу недовольства не было предела даже уже когда студенты второго курса и вновь прибывшие студенты первого курса выходили из аудитории.

— Да что значит сдать все телефоны, планшеты и другие устройства с доступом к интернету?!

— Да что мы там постили, ничего такого?!

— И что я теперь на парах делать буду без телефончика?

— А в общаге что…

— Что вообще делать без телефона?!

— Это нечестно!!! Я вообще ничего такого не выкладывала!

— Ну да, кроме жопы и сисек…

— Как баба!

— За это комиссию не назначают!

— Вот назначили… Антишлюшью комиссию…

— Ой, заткнись!

— Блин, мы-то вообще не виноваты! Мы же только поступили!

— Надо было в обычный универ идти, там в МГИМО какое-нибудь или…

— Ну да?! Ещё в «Синергию» скажи…

— Вот это лафа обломилась, конечно…

— Трындец…

— Ленка, крыса!

— Офигел?!

— Из-за тебя Фарик выговор получил.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге