Инквизитор Тьмы 5

Глава 1

Как оказалось, Андрей не только сбежал из-под заботы Алёны, но и вовсю начал приносить пользу роду.

По крайней мере, сам он именно так сказал.

А польза эта заключалась в обеспечении сразу нескольких контрактов с зарубежными партнёрами Андрея. Контрактов на поставку этих чудо роботов, которых нам должны доставить в сотню раз больше, чем было запланировано.

Андрей совершенно случайно узнал об этом из разговора с Настей. Девчонка очень хорошо к нему относилась. Считала одним из лучших умельцев делать деньги для рода и поэтому рассказала о вещах, что её тревожили. А именно о столь разорительных закупках разнообразного вооружения, а в особенности этих роботизированных пчёл. Сумма там выходила такая, что побочным ветвям пришлось бы собирать её несколько лет.

Для выделения денег на закупку Света залезла в наши неприкосновенные запасы. А всё из-за того, что я дал своё добро на закупку всего, о чём не попросят безопасники. Вот Петрович с Дианой и не стеснялись.

Из-за отсутствия у них стеснения мы могли лишиться огромной суммы, и получить столь же огромную дыру в родовом бюджете.

Закрывать эту дыру пришлось бы очень долго и болезненно. Возможно, распродавая имущество.

Но брат заверил меня, что ничего страшного не произошло. Что в итоге мы окажемся в огромном плюсе. Наварим едва ли не треть от общей стоимости всего закупленного вооружения. И провернуть это Андрею получилось буквально за несколько часов.

Как оказалось, некоторые его партнёры уже давно хотели закупить это вооружение. Вот только единственными, кто его производили, были и есть Потёмкины. А всё, что они производили, уходило для внутреннего использования. Оснащение имперской армии и вот такие заказы, как наш.

Мощностей Потёмкиных тупо не хватало, чтобы закрыть все потребности. Но они не гнались за всеми деньгами мира и поэтому, в первую очередь поставляли оружие для своих. Именно поэтому они и не занимались поставкой вооружения по всему миру. Им хватало и российской империи.

А перепродажей их вооружений занимались Петросяны. Которым Потёмкины осуществляли поставки новейшего вооружения самыми последними. Опять же из-за продажи этого вооружения за рубеж.

Теперь нам ещё придётся разбираться с главными дельцами империи, да и с Потёмкиными. Всё же у нас нет лицензии на перепродажу их оружия. Но у брата и здесь уже было всё схвачено. Сам я об этом ничего не знал.

Оказывается, что одна из его фирм в Саксонии, как раз и работает с Петросянами по вооружению. Отсюда Андрей и знает людей, которые купят у нас все излишки. Для него это было дело всего нескольких звонков.

И благодаря этим звонкам род стал гораздо богаче.

— Понятия не имею, что там с закупками другого вооружения. Но если будут излишки, то я и их смогу пристроить с отличной выгодой. Потёмкины продали нам всё, практически с нулевой наценкой. Всего несколько процентов от себестоимости не считаются. Даже представить страшно, что нужно было для этого сделать. — выдал Андрей, в конце нашего разговора.

Ему представить страшно, а мне особо ничего и не пришлось делать. Просто дал Игорю Леонидовичу дополнительных тридцать лет жизни. И даже не я это сделал, а Ярослав. Моей работой было уговорить Потёмкина. Что возможно было даже сложнее, проведения самого ритуала. Ну и поставить на него все необходимые запреты.

— С недавних пор Добрынины и Потёмкины стали довольно близки. Я даже публично взял под свою защиту внучку Игоря Леонидовича.

— Этого явно недостаточно, чтобы получить подобную скидку на их продукцию.

Я лишь развёл руками. О том, что именно я сделал для Потёмкина, знает только Ярослав.

Сразу после проведения ритуала, я позаботился о том, чтобы никто из домашних не увидел Игоря Леонидовича. Даже помощники, что прибыли с ним в тот день. Пришлось помолодевшему старику, самому садиться за руль. Чему он был несказанно рад.

— Всё понятно. Настаивать не буду. Всё же я изгнан из рода и по большому счёту не имею никакого отношения к Добрыниным.

Я согласно кивнул, но это было ещё не всё.

Можно сказать, что ради рода Андрей пошёл на сделку с дьяволом, разве могу я и дальше настаивать на его изгнании? Но и решить этот вопрос единолично я также не в состоянии. Для этого необходимо собирать совет рода. Пусть это дело всего нескольких минут, но сейчас как-то совершенно не к месту.

— Ты действительно изгнан. Но в свете последних событий я могу закрыть глаза на то, что в доме находится посторонний. До тех пор, пока не соберу совет рода и на нём не обсудим сложившуюся ситуацию. Уверен, что уже после этого ты сможешь здесь оставаться, как полноправный член рода. Спасибо, что пошёл ради нас на подобное.

Я действительно очень высоко оценил поступок брата. Ценой своей жизни он решил спасти всех Добрыниных. Считаю, что это с лихвой перекрывает все его прегрешения перед родом. Да и стоит в них разобраться как следует. Возможно, что не всё так страшно, как кажется на первый взгляд.

Да мы потеряли много денег, но отчего-то я уверен, что перепродажа почти пятидесяти тысяч боевых пчёл перекроет эту сумму с лихвой.

А ещё брат стал архимагом. И пока об этом никому не стоит знать. Даже императору. Пускай все думают, что Андрей по-прежнему всего лишь мастер. Да и о Варваре нужно молчать. Когда Добрынины выступят против какого-нибудь слишком осмелевшего рода, все будут крайне удивлены. Я бы даже сказал, смертельно удивлены.

— Спасибо, что дал мне второй шанс. — произнёс серьёзный Андрей и протянул мне руку. Не колебался ни мгновения и пожал её.

Несколько секунд мы просто стояли и смотрели друг другу в глаза, а потом брат сделал то, чего не было уже лет пятьдесят. С того момента, как я в последний раз видел на его щеках слёзы.

Он обнял меня.

Крайне необычно, но я не стал кочевряжиться и тоже прижал его к себе.

Сразу после этого брат выскочил из кабинета и ушёл в неизвестном направлении. Останавливать я его не стал. Пускай побудет наедине со своими мыслями. Мне же наедине побыть не судьба. Отправился в гости к Свете, что-то она мне ничего не рассказала о том, сколько денег запросили наши безопасники на обновление вооружения.

***

После наведения шороха среди финансистов я был крайне доволен. Настроение подлетело до потолка и похоже, что сейчас вообще сорвёт крышу. Николай был какой-то уж чересчур довольный и явно направлялся ко мне.

— Всё же решил жениться на старости лет? — опередил я сына, заставив его впасть в ступор. Как-то до него слишком долго доходил мой вопрос. Но в итоге дошёл, и это сразу поубавило его радость.

— Не решил. И вообще, я хотел сообщить совершенно о другом. Нашёлся Панин. Сейчас он гостит у наших друзей на Ближнем Востоке. Собирался купить себе документы и осесть там на ПМЖ.

— И чего ты так радуешься, непонятно. Сказал бы, чтобы идиота убили, и дело с концом. Только не забудь отблагодарить наших друзей. И позаботься о том, чтобы как можно больше людей узнало, что Добрынины всегда забирают долги.

— Может, его лучше переправить в империю и устроить здесь показательное разбирательство?

— Больно много чести. И сейчас точно не до какого-то беглого бухгалтера. Ты мне лучше расскажи, как там успехи у Варвары? Успели изучить ещё хоть одну руну?

— Пока не успели. Я занимался с ней от силы полчаса. Потом уже позвонили насчёт Панина. Да и других дел навалилось. Закрутился в последнее время так, что даже отдохнуть толком не получается.

— Особенно когда по ночам тебя ждёт молодая девчонка? — усмехнулся я, вгоняя сына в краску. — Может, вам уже пора перестать прятаться и всем в открытую рассказать? Да и не бегать из комнаты в комнату. Переезжаете в левое крыло, там есть сдвоенные, и даже строенные комнаты. Если Ульяна так не хочет оставлять Мэй одну в комнате. Или малышка сама боится?

— С этим, как раз никаких проблем нет. Девчонка, мне уже все уши прожужжала, что достаточно большая и ей не нужна круглосуточная нянька. А вот Ульяна ни в какую.

— Сейчас разбираешься с Паниным. Чтобы я больше не слышал о нём никаких упоминаний. А потом ищешь Ульяну и говоришь, что я распорядился дать Мэй больше свободы. Хочет жить одна в комнате, так пускай.

Так ей и заниматься будет проще, и существенно снизится риск того, что она засветит скверну. Всё же меня это весьма волновало. Совершенно не хочется прибегать к методам сокрытия информации и применять их на Ульяне. Пусть в этом и нет ничего страшного, но всё равно необходимо использовать тьму.

А затем почувствовал, что Ярослав пытается по-тихому тянуть из меня силу. Причём настолько по-тихому, что уловить утечку у меня получилось совершенно случайно. Что же он такого делает, что не хватило своих сил?

Уроки с Мэй уже закончились, и после выходки с растратой жизненной энергии, я запретил ему заниматься сверх меры. Похоже, что мои запреты Ярославу до лампочки.

Появилось сильное желание, перекрыть энергетический ручеёк, но могу этим навредить парню. Кто знает, чего он там сейчас творит? Ещё на откат налетит, потом откачивать придётся. Поэтому убедился в том, что Николай меня правильно понял и неспешно направился в комнату к ученику. Сейчас он находился именно там.

Благо, что по дороге больше никого не встретил. А между тем Ярослав всё продолжал подворовывать. И с каждой секундой у него выходило это делать всё лучше и лучше. Я уже даже практически ничего не ощущал, хотя энергетический запас на самую малость, но уменьшался.

Накрыл себя рунами тишины и искажения, но совершенно забыл о том, что Ярослав также может ощущать меня через нашу связь. Затупил и не заблокировал ему эту возможность. Поэтому, когда уже собирался открыть дверь, она сама распахнулась.

— Учитель, я как раз хотел вас позвать. У меня получилось создать технику, которая восстанавливает жизненную энергию. И вроде без каких-либо последствий. — сказал мне Ярослав.

Вот только было ему от силы лет тринадцать. Даже предположить не могу, чего же он такого наделал.

Нет. Точно придётся блокировать ему возможность использовать магию. Такими темпами парень сотворит настолько лютую дичь, что даже я не смогу разобраться с последствиями. Ну а пока, просто толкнул его в грудь и вошёл в комнату. В глаза сразу же бросилась печать, что была нарисована в центре комнаты и, судя по всему, для её создания парень использовать собственную кровь.

Вот же идиот. Сколько раз повторял ему, что свою кровь можно использовать лишь в одном случае — если собираешься сдохнуть. Именно так я сделал, когда использовал посмертную технику.

А он вновь, ни черта не понимая состряпал непонятно что. И это непонятно что, даже не требует жизней магов в обмен на дополнительные годы жизни. По крайней мере, именно так всё это выглядит на первый взгляд.

Печать, что я сейчас рассматривал, не имела ничего общего с тем, чему я учил парня. Он умудрился нарушить едва ли не все основополагающие принципы построения печатей. Решил сочетать знаки, которые просто не должны были сработать в подобной конфигурации, а ещё я увидел среди знаков — руны.

Те самые, которыми оперируют Добрынины. Наши родовые руны, которые и выступили в роли связующего звена. И каким-то образом парню удалось заставить руны работать на тёмной магии. Ничего абсурднее я в своей жизни не видел.

И самое абсурдное, что у Ярослава точно всё вышло.

— Ну, как быстро сюда и давай свои руки.

Ярослав не заставил себя долго ждать и уже через несколько секунд, я осматривал его на предмет магических повреждений. Или других отклонений, связанных с использованием тёмной магии и омоложения. Но единственное, что я нашёл, так это постоянную утечку магической энергии.

Словно вся молодость Ярослава сейчас держится за счёт постоянной подкачки магии. И стоит только ей прекратиться, как всё вернётся на круги своя. Убедившись, что парню точно ничего не будет угрожать, если я перекрою канал передачи, так и сделал.

И он даже ничего не заметил. Такое ощущение, что и про воровство у меня энергии он не знал. Задал ему прямой вопрос, так и оказалось.

— Когда я создал печать и понял, что она действительно рабочая, то сразу же решил проверить на себе. Активировал знаки, в том порядке, который считал правильным и печать сразу же начала тянуть из меня магическую энергию. Очень быстро она выкачала из меня всё, что только было. Как ни странно, чувствовать плохо я себя не начал. Хотя должен был словить магическое истощение. Ну а потом, как-то не было времени разбираться. Необходимо было всё записать, пока печать продолжала работать.

— Успел? — Ярослав довольно кивнул, указывая на толстую тетрадь рядом с печатью. — В таком случае я забираю все записи себе для изучения. Ты пока следишь за своим состоянием и обо всех изменениях немедленно докладываешь мне. Возможность связи я тебе оставлю, а вот магией с этого момента ты сможешь пользоваться только под моим наблюдением. Я тебя уже предупреждал. Сперва, едва не спалил всю жизненную энергию, чтобы немного восстановить силы, а теперь едва ребёнком себя не сделал. Ты бы в зеркало, что ли посмотрелся...

Вместо этого Ярослав посмотрел на меня, не понимая, о чём вообще речь. Взял его за руку и подтащил к стене, где и висело средство самолюбования.

— Это...

Только и смог произнести Ярослав, принявшись ощупывать лицо, осматривать волосы и даже зачем-то заглянул в штаны.

— Это очередное доказательство того, что доверять тебе нельзя. Запреты ты нарушаешь. Влезаешь в непонятные авантюры, зачастую опасные для твоей же жизни. Но помимо тебя в поместье живут и другие люди. И в последнее время их стало гораздо больше. Так что подвергаешь опасности ты не только себя. И моё ограничение — вынужденная мера. Здесь вся моя семья. Я просто не могу позволить себе рисковать ими. А теперь, отправился стирать печать и сообщи, когда снова постареешь. Надеюсь, на это не потребуется несколько лет.

Дальше я оставил Ярослава одного, прихватив его тетрадь с записями. А ещё наложил на него пару простых техник, которые чисто визуально вернули ему прошлый облик. Это было что-то вроде иллюзии, поэтому долго не продержится, да и любой сильный маг, если захочет, легко с ней справится.

Но в любом случае я пока запретил ему выходить из комнаты. Попрошу, кого-нибудь принести парню еду прямо сюда. Слуги точно ничего не поймут. Как не пойму и я в записях Ярослава. Пролистал несколько страниц и понял, что будет очень сложно. Слишком много сокращений, каких-то непонятных символов и слов, которые я не мог разобрать.

Как-то я совершенно пропустил обучение молодёжному сленгу этого мира. Поэтому придётся навёрстывать упущенное, чтобы разобраться в записях ученика. Благо, что зарисовки печатей были очень хорошими, и только по ним можно разобраться в том, что он наворотил. И разбираться нужно прямо сейчас. Нельзя это откладывать на потом. Возможно, парню удалось найти метод омоложения, который позволит обходиться без человеческих жертв. Даже хрен с ней, с постоянной подпиткой магией. Здесь можно будет что-нибудь придумать.

Подробный способ позволит гораздо проще вернуть тёмных магов к нормальной жизни. Ведь всё, что сотворил Ярослав, держится именно на этой первооснове. Чтобы никто больше не отвлекал, поспешил в бункер. Даже не обратил внимание на практически полностью заставленные два подземных этажа.

Петрович и Андрей уже наводили там порядок. Оставят только разрешённое количество. Может, на пару сотен больше. А может, и на пару тысяч. Но это максимум. Сильнее Петрович точно не станет наглеть. Да и брат ему это не позволит сделать. Всё же уже договорился о продаже.

Глава 2

— Понятия не имею, сколько я здесь проторчу. Но в любом случае никого не пускай. — сказал я Сёме, перед тем, как закрыться в бункере.

Выбрал себе место поудобнее и принялся за печать души Арика.

— Чего на этот раз? — пробубнил хмурый демон, появившись рядом со мной.

А он сильно сдал с нашей последней встречи. Видимо, Граитулт не давал ему там спуска. Не понравился ему мой ответ. А вот Арик запомнил прошлый урок и поэтому сейчас даже не пытался наезжать. Стоял, смиренно сложив руки на промежности, словно боялся, что я туда его пну. Один лишь хвост выдавал, что демон нервничает. Елозил из стороны в сторону, иногда подрагивая и подпрыгивая.

— Нужна консультация ваших специалистов по составлению печатей. Желательно, чтобы ты его мне сюда притащил. Справишься?

— Почём мне знать? Если повелитель Граитулт отпустит одного из своих приближённых, то приведу. Но сразу говорю, для него необходимо будет плату приготовить. Эти сволочи головастые, никогда за просто так не работают. Умудрились даже у повелителей выбить столько, что другие демоны их прибить хотят. Да только не могут. Их запретили трогать повелители девятого плана.

Серьёзно у них там всё. Но вполне понятно. Большие боссы запретили трогать высококвалифицированных специалистов. И платят им, соответственно, больше, чем рядовым сотрудникам. За это их никто и не любит.

— Ты уж поговори с Граитултом. Скажи, что мне очень нужно. А чем заплатить этим демонам я найду. И поторопись. У меня мало времени. Итак, забил на все дела, чтобы разобраться в том, что здесь наваял мой ученик.

— Ох и не нравится мне это. Видел бы ты себя со стороны. Такое лицо состроил, что сразу понятно, беды от тебя ждать стоит. И ещё демонов все считают обманщиками.

После этих слов Арик исчез. На этот раз даже не навоняв.

Прям, начал задумываться над тем, чтобы ему премию какую выдать. Только осталось придумать, как душу поймать и потом демону вручить. Это к душеловам нужно обращаться. Да вот только нет их в этом мире. По крайней мере, я ничего, об этих весьма интересных товарищах, не слышал.

А тёмные маги хоть и умеют работать с духами и душами, привлекая их для выполнения некоторых поручений, но вот так, чтобы хранить человеческие души это мимо.

Пока Арик отправился на поклон к Гриатулту, я принялся за печати. Возможно, обойдусь и без помощи демонов. Но чем больше листов я просматривал, тем больше понимал, что на это у меня уйдёт очень много времени. Необходимо было разбирать каждый знак по отдельности. Затем небольшими составными частями соединения с рунами. Все переходы, совмещения и пересечения.

Мне бы сейчас человек десять, что отлично в этом разбираются. Может, за пару недель мы бы и управились. Но таких не было. Надежда только на Граитулта. Хотел показать мне свою полезность, сейчас просто идеальный момент.

Арика не было, так что решил пока начинать. Выбрал три первых знака и наполнив их энергией, проявил. В принципе начало вполне стандартное. Никаких необычных переходов или совмещений. А вот дальше уже было всё очень непросто. Следующий же знак, никаким образом не мог здесь находиться. Его всегда ставят в окончании печати. Чтобы замкнуть контур, и не позволить энергии вырваться из печати.

Выходило, что Ярослав просто замыкал столь маленький круг всего из четырёх знаков. Казалось бы, что на этом и должно остановиться изучение, но следом шла первая руна. Руна усиления, что должна повышать физические возможности организма. И здесь Ярослав использовал её в качестве связующего звена, которое усиливало действие последнего знака. И получалось, что в нём собиралось слишком много энергии, которая просто выплёскивалась наружу. Где её подхватывал следующий знак.

Таких контуров было ещё три штуки, и все они шли друг за другом. А дальше уже начиналась такая мешанина всего, что у меня мозг начал кипеть. И как раз в этот момент метка Арика дрогнула. А вот и моя помощь подоспела.

Быстро организовал демону билет в наш мир. Даже с дополнительными пригласительными. Только они не понадобились.

Калека Арик свалился мне под ноги изувеченной куклой, которой особо злые девочки попытались вырвать ноги. По крайней мере, выглядело это именно так. Да и опять перепачкал мне всё своей кровью. Что за дурная привычка?

— Я так понимаю, что Граитулт отказал?

— Не отказал. — прохрипел демон. — Повелитель согласился тебе помочь. Только он не отпустил ни одного головастика в этот мир. Сказал, чтобы я принёс всю необходимую информацию, а они уже там будут с ней разбираться.

— В таком случае за что он тебя так? — действительно ничего не понимая, спросил я.

— А это не повелитель. Нарвался на засаду враждебного доминиона. Пытались меня захомутать и подчинить своей воле. Пытать начали. Только пускай выкусят сначала! Не на того нарвались.

Прямо у меня на глазах, демон начал собираться в свою целую версию. Ноги с отвратительным хрустом принялись вставать на место, разорванная кожа и плоть срастаться и даже кровь, потянулась обратно. Последнему я особенно был рад. В бункере ковров нет, пришлось бы всё уничтожать с помощью огня, а это такая жуткая вонища. По-любому просочится наверх и даже магией не получится остановить.

Прошло примерно полминуты и Арик был как новенький. Правда, практически неотличим от того осведомителя, что мы с Ярославом призвали в первый раз. Словно у него и не было никаких дел с повелителем одного из доминионов. Да и плату от меня он не получал.

Не хило так Арик потратился на восстановление. Надо, ему что ли реально премию выписать? Но потом. Как-нибудь совсем нескоро. А пока, пускай с Граитулта требует компенсацию. На его подчинённых вот так легко нападают, берут в плен, пытают...

Я же вообще спас Арика, выдернул его практически с эшафота. Так что теперь он мне должен. Точно!

— Ты же понимаешь, что теперь должен мне?

— Да я всем кругом должен. — всплеснул руками Арик. — А тебе так подавно. Вот только у тебя уже находится моя печать души. Так что ничего более ценного я тебе не могу дать. Проще уж прибей меня на месте. Может, тогда я отдохну. Вернусь к великому рогатому предку и буду смотреть из его чертогов за тем, что творится в демоническом царстве.

— Хорош бухтеть. Не буду я тебя прибивать. Ты мне пока нужен. А силы свои ты ещё восстановишь. Передай Гриатулту, что мой сателлит не может быть таким слабаком. И чтобы он не вздумал тебя менять. Мы вроде уже немного сработались, а с новым демоном придётся ещё притираться друг к другу. Так что, пускай он возвращает тебе всё, что было утрачено из-за этой засады.

Арик сразу же повеселел, даже улыбаться начал. И так ехидно, что сразу стало понятно, Гриатулту придётся несладко. Мелкий выжмет из повелителя максимум возможного и тот ему, естественно, не откажет. Ведь это моя прихоть. А их выполнять нужно максимально точно и эффективно. Если, конечно, Гриатулту нужен этот мир. В чём я совершенно не сомневался. Иначе не было бы вот этого всего.

— А теперь выкладывай, каким образом ты собрался переносить вот эту тетрадь в свой мир? Вы же не способны делать это с материальными вещами.

— Неспособны, — согласился Арик. — А у тебя нет ничего другого? Может слепок памяти? Головастики точно смогут с этим разобраться.

— Хрен вам, а не слепок моей памяти! Ещё чего не хватало. Хочешь обойтись более простым способом — садись, читай и запоминай. А когда вернёшься, пускай ковыряются в твоей памяти.

— Можно и так. — пожал плечами демон, вырывая тетрадь Ярослава у меня из рук.

Я даже опешил от подобного. Вот так спокойно Арик согласился, чтобы какие-то непонятные демоны ковырялись в его памяти. Похоже, у них там это совершенно обыденная вещь. Всё равно что у нас сделать рентген.

— Всё. Забирай. — произнёс демон буквально через минуту, тупо пролистав всю тетрадь. Он даже не задержался ни на одной странице.

— Хочешь сказать, что уже всё запомнил?

— Даже не думал. Зачем? Достаточно и того, что я просто посмотрел на каждую страницу. Дальше головастики сами найду всё нужное и примутся за работу. Понятия не имею, как долго они будут ковыряться, так что жди вестей. И это, спасибо.

После этих слов демон исчез, на этот раз всё же навоняв. Вот зараза! Ну и хрен с ним. Раз теперь этим делом занялись демоны, то пускай они и разбираются. В любом случае я смогу понять, если они попытались меня обмануть. Да и не станет этого делать Граитулт. Эму это не выгодно. Так что сейчас можно немного и отдохнуть.

Начало расшифровке данных Ярослава было положено. К тому же что-то я проголодался.

На следующий день меня взяла в оборот Даша, пришло время первого экзамена. Совершенно не ожидал, что вот так быстро. Вроде только подавали документы и уже вперёд и с песней сдавать историю. Вроде никаких особо важных дел на сегодня не намечалось, так что в неизменной компании с Сёмой мы отправились в ИГУ.

На этот раз я взял с собой ещё охрану. Толку скрываться уже никакого. А так будущие Дашины сокурсники сразу поймут, кто есть кто. Да и многим из преподавательского состава это также будет весьма полезно узнать. Хотя уверен, что Владимир Викторович уже предупредил всех причастных. И в том, что никто не станет специально пытаться завалить Дашу, я также был уверен.

Сегодня университет встречал нас несколько иначе. В связи с началом вступительных экзаменов въезд на территорию, а тем более к центральному корпусу был строго запрещён. Да и на входе появились охранники. Причём маги и довольно сильные.

Теперь университет отвечал за каждого, кто ступит на его территорию. Но и личная охрана не возбранялось. Так что мы прошли на территорию ИГУ в сопровождении ребят Тринадцатого. Всех сразу же привлекли внимание бойцы со знаками отличия инквизиции. А некоторые, особо одарённые товарищи и вовсе начали указывать на меня пальцем.

В общем, немного навели суеты в день первого вступительного экзамена. И это не осталось незамеченным.

Буквально через пять минут, после нашего приезда появились встречающие. Долгорукого среди них не оказалось. Зато была уже знакомая нам Елена Петровна Ланина и ещё двое мужчин, в костюмах, перепачканных мелом. Но это было вполне естественно в стенах университета, поэтому я даже не подумал обращать внимание на их неряшливый внешний вид. Люди от науки, далеки от всех этих глупостей.

Первым оказался декан кафедры юриспруденции, доцент юридических наук, профессор, кандидат и так далее. Мне совершенно не нужно было запоминать все его регалии. Вполне хватило и имени. Данилов Даниил Евстратович. Не аристократ и этого вполне достаточно.

А вот вторым оказался хоть и маленький, но аристо. Барон Виталий Алексеевич Останин. Проректор университета. Правая рука Виктора Владимировича.

Где-то я уже слышал эту фамилию, но так и не смог вспомнить, где именно. Значит, ничего такого важного и серьёзного с ним не связано.

— Просим, прощения, что господин ректор не может встретить вас лично. — начал расписаться перед нами Останин. Отчего я скривился. А вот Данилов меня порадовал. Даже и не думал лебезить и всё в этом роде. Хороший у Даши будет декан. Мне по нраву.

— Да и нам бы сейчас заниматься своими прямыми обязанностями и находиться в аудитории, где и будет проходить первый вступительный экзамен. — буркнул Даниил Евстратович, за что получил сразу два гневных взгляда от своих коллег. Но даже и не подумал извиняться. — Чего? Если мы будем бегать и лично встречать каждого абитуриента, то это нужно было начинать экзамены ещё в январе. Как раз к новому учебному году, всех бы и встретили.

— Виктор Алексеевич, оплатит обучение одному студенту на ваш выбор Даниил Евстратович. — попыталась подмазать профессора Елена Петровна. — Мы же уже разговаривали по этому поводу.

— И что? Я должен радоваться, что среди богатеньких отпрысков аристократов будет хоть один нормальный студент? Я встретил дорогих гостей, выполнил свою повинную и теперь могу смело идти заниматься прямыми обязанностями? Всё же мне ещё предстоит выслушивать глупости, которые будут говорить детишки, чьи родители уже давно оплатили обучение и их возьмут в любом случае. В этом году бюджетных мест всего шесть. Уму непостижимо! Куда катится наше образование? Выпускаем одних бездарей, которые всё купили, даже не потрудившись выучить часть необходимого материала.

А этот мужик мне начинал всё больше и больше нравится. Настоящий педагог, который хочет передать свои знания ученикам, а не просто отсидеть положенные ему пары и свалить домой, чтобы забыться там в обнимку с бутылкой. Даже в академии тёмной магии таких было очень мало.

Ланина и Останин тут же бросились извиняться, но я просто отмахнулся от них и в несколько шагов догнал Данилова.

— Полностью с вами согласен Даниил Евстратович. Нужно давать возможность получить хорошее образование людям, которым это действительно нужно. Поэтому, моя супруга, которая сегодня приехала сдавать экзамен, будет это делать без чьей-либо помощи. И если у неё не получится поступить на бюджет, то она попробует поступить в следующем году. И так до тех пор, пока не поступит самостоятельно.

— И для чего мне эта информация? — буркнул профессор, даже не думая останавливаться. — Уверен, что у светлейшего князя и Великого инквизитора достаточно связей, чтобы любого проходимца засунуть на бюджет и выглядеть это будет так, словно он будущее светило имперской юриспруденции. Князь, не нужно мне об этом рассказывать. Да и насчёт вашей супруги у нас уже имеется особое распоряжение.

— Если это действительно так, то я не буду сдавать экзамены! — услышав слова старика, выпалила Даша. И это подействовало. Данилов, сперва запнулся, а потом и вовсе остановился. Посмотрел на Дашу, и как-то очень странно улыбнулся.

— Раз вы так настроены на честные экзамены, то почему бы нам не сдать первый прямо сейчас? Без всей этой ненужной бюрократии и людей, что будут мне мешать и постоянно напоминать о просьбе ректора? Задам вам вопросы, которые сам посчитаю нужным. Естественно, только исходя из списка вопросов, отобранных для экзамена.

— Даниил Евстратович! — вновь попыталась влезть Елена Петровна, но совершенно случайно её накрыли руны тишины, как и всех остальных, кроме меня, Даши и профессора. А ещё я очень выразительно посмотрел на женщину, и она сразу же всё поняла.

— Даша, если ты согласна, то не вижу ничего плохого в предложении Даниила Евстратовича.

— Я уверена в своих знаниях, поэтому согласна. Но и вы в таком случае должны пойти мне на уступку. — мы с профессором оба с интересом уставились на Дашу. — Я хочу, чтобы декан моего будущего факультета лично позаботился о том, чтобы все экзамены у меня принимались на общих основаниях. Никаких поблажек. А ещё Виктор Владимирович обещал мне. Но всё же нарушил собственное слово. И теперь об этом узнают все, кого я только встречу.

Даша вскинула голову, задирая свой прекрасный носик, и упёрла руки в бока. Само негодование. Но такое милое, что даже суровый профессор позволил себе улыбнуться.

— Похвальное рвение. И я принимаю ваши условия Дарья. А теперь давайте приступим и посмотрим, действительно вы так хороши, как говорите или это очередная похвала избалованной аристократки?

Глава 3

— Тысяча триста сорок шестой год, когда войска объединённой Европы были разбиты на подступах к границе молодой Российской империи. С тех пор предпринималось ещё множество попыток, но подобного успеха не удавалось добиться больше никому. — выдала Даша, ответив уже на третий вопрос профессора. И судя по его лицу, он был полностью удовлетворён.

Я бы даже сказал, поражён. Явно не ожидая подобного от жены Великого инквизитора. Да я и сам, честно говоря, был удивлён знаниями Даши. Вроде она даже не начала ещё заниматься с репетитором. Просто умница. И такое сокровище не хотели отпускать учиться.

— Что же у меня больше нет вопросов. Дарья, вы справились блестяще. Надеюсь, и на последующих экзаменах вы покажете себя ни чуть не хуже. А я уж позабочусь, чтобы к вам относились, как к какому-нибудь абитуриенту, пришедшему в наши стены из обычной семьи рабочих. Благодарю, что подняли мне настроение и показали, что и среди власть имущих имеются честные люди, которые хотят всего добиться своими силами и знаниями, не полагаясь на богатство и заслуги прошлых поколений.

Даша смутилась подобным словам, вся залилась румянцем и даже спряталась за меня.

— Даниил Евстратович, благодарю вас за столь лестные слова в адрес моей супруги. Вы её немного смутили, поэтому именно я это и говорю. Позвольте и мне, в свою очередь, сделать для вас небольшой подарок. Количество мест для аристократов в этом году будет сокращено до минимума. Я выкуплю все платные места. Оставлю только три. Думаю, что этого будет достаточно.

Благодаря Андрею и перепродаже пчёл, денег у рода снова хватает. Так что подобная трата не станет чем-то из ряда вон выходящим. Да и она явно пойдёт на пользу роду. Буду вот таким своеобразным меценатом в этом году для бюджетников, которые решили поступать на юридический факультет ИГУ.

— Как декан, вы сами решите, как распределить эти места. Отберёте лучших абитуриентов и так далее. В этом вы точно разбираетесь лучше меня.

Профессор стоял с открытым ртом и не знал, что ему ответить. Он явно не был готов к подобному.

— Даниил Евстратович, ну что же вы молчите? — заговорила Даша. — Я сдала экзамен?

— Да, да. Конечно. Просто я не понимаю, что теперь должен сделать. Ведь подобные подарки не делаются просто так. Виктор Алексеевич, вы же понимаете, что я в любом случае буду относиться к вашей супруге, как и к остальным студентам.

Вот уже заметен прогресс. Раньше я был просто князем, а теперь Виктор Алексеевич.

— И за это я готово вам сделать ещё какой-нибудь подарок. Вот только не знаю, какой именно. Возможно, вы мне поможете в этом и подскажите, что необходимо вашей кафедре? Повторюсь, Дарья хочет добиться всего своими силами, без моего участия. И если я узнаю, что из-за того, что она моя супруга, ей делают поблажки, то буду очень недоволен.

— С моей стороны вы точно можете не опасаться подобных глупостей. У меня все студенты равны. А вот ректор может и внести свою лепту. Ведь это от него исходила рекомендация не обращать внимания на то, что говорит ваша супруга и ещё несколько человек, что должны сегодня сдавать экзамен.

— Насчёт этого можете не беспокоиться. Я сейчас же встречусь с Виктором Владимировичем и всё ему ещё раз объясню. На этот раз максимально просто и доходчиво. Видимо, в нашу прошлую встречу он неправильно меня понял.

— Буду вам крайне признателен.

Профессор оказался рядом со мной и схватить за руку, принявшись её трясти. От этого в воздух поднялись меловые пылинки и мне захотелось чихнуть, но сдержался. Лишь слегка сморщится и профессор воспринял этот жест на свой счёт.

— Прошу прощения, если доставил вам неудобства. Просто я привык всё делать по-простому. Да и не обучали меня никогда этикету. В университете с этим гораздо проще. Хотя и бывают сложности каждый год с новыми отпрысками аристократических семей.

— Сам терпеть не могу все эти этикеты. Уже вот где у меня сидят. — я провёл ладонью по горлу и заметил, как Елена Петровна и Останин побледнели. Они принялись, что-то кричать и даже попытались подойти к нам, но бойцы Тринадцатого моментально пресекли это.

— Видели, как беспокоятся ваши коллеги? Думают, что Дарья провалилась и я вам сейчас угрожаю. — усмехнулся я.

А вот Данилову было совершенно невесело.

— Боюсь, что они хотели не мне помочь, а вам. Уж слишком большая я кость в горле, которая мешает им проворачивать свои тёмные схемы в обход ректора.

— А вот это мы сейчас и посмотрим.

Убрал руны тишины, после чего нас моментально накрыла ругань Ланиной и возмущение Останина. Они наезжали на бойцов, которые не позволяли им подойти. Выкрикивали какие-то странные угрозы. И говорили, что Данилов может наделать глупостей, которые я ему не прощу.

Они даже не подозревали, что мы уже всё прекрасно слышим, поэтому позволил себе небольшую шутку. Усилил голос и обратился к Даниилу Евстратовичу.

— Так вы утверждаете, что эти люди обманывают ректора? Берут взятки у абитуриентов и пропихивают тех, кто больше заплатит?

Крики резко прекратились. Они сменились оханьем Елены Петровны и смачными ругательствами Останина. Шутку мою никто не оценил. В том числе и Данилов. Он посмотрел на меня так, словно я его предал.

— Ничего подобного я вам не говорил. Елена Петровна и Виталий Алексеевич честнейшие люди и никогда не станут заниматься подобными делами.

Я стоял лицом к профессору и спиной к остальным, поэтому только он видел моё лицо и оттопыренный большой палец. Я и не собирался так подставлять декана, выставляя его доносчиком. Да и мне плевать на всё, что происходит в ИГУ. Конечно, если оно не касается Даши.

— Вот и славно. Я уже себе напридумывал всякого-разного. Похоже, теперь нужно извиниться за голословные заявления.

Елена Петровна и Виталий Алексеевич тут же принялись убеждать меня, что не стоит. Что они всё понимают и не имеют ко мне никаких претензий. Ну а мне было несложно, и я извинился. Заставив их краснеть, как маленьких детей. Что позабавило меня ещё сильнее.

— Даниил Евстратович, Даша может быть свободна? Или как? — спросил я, когда уже надоело заниматься ерундой.

— Экзамен она сдала на отлично. Только теперь осталось всё это оформить в надлежащем виде. А для этого необходимо пройти в аудиторию, заполнить необходимые документы и ещё пару формальностей. К сожалению, без них никак.

— Что же, я всё понимаю. Тогда оставлю Дашу с вами, а сам схожу, проведаю Виктора Владимировича. Перекинусь с ним парой слов и так...

Что именно так, не стал договаривать. Да это и не было нужно. Никто всё равно не посмеет задавать мне вопросы. Чтобы прибавить Даше веса, отправил с ней отряд Тринадцатого, а мы с Сёмой двинулись к центральному корпусу. Ректор сейчас находился в своём кабинете.

Правда, бедная секретарша при виде меня начала трястись и не знала, что ей делать. Как я понял, у Долгорукова сейчас проходила встреча и девушке необходимо было попросить меня подождать, чего она жутко испугалась. Максимум, на который её хватило, это сказать мне подождать пару мгновений. После чего секретарша юркнула в кабинет и выскочила оттуда действительно, через пару мгновений. Бледная, словно вытерлась пиджаком Данилова.

— Владимир Викторович просил вас зайти. Может чай, кофе, коньяк?

— Я воздержусь, а вот мой адъютант, наверняка не откажется. Позаботьтесь, чтобы ему здесь не было скучно, — сказав это, я толкнул дверь в кабинет ректора.

— Виктор Алексеевич, прошу прощения за спектакль, что устроила Татьяна. Можно сказать, что она новенькая. Проработала только полгода и ещё не привыкла, что ко мне приходят порой очень важные гости. И вы, безусловно, один из таких гостей. — сказал хозяин кабинета, а затем меня поприветствовал и его гость.

Александр Гюлдблюм. Наследник империи финансистов с мировым именем. Тот самый, что хотел встретиться со мной после приёма. Но что-то не срослось. А вот сейчас, словно сама судьба свела нас вместе. И судя по словам Голдблюма он считал так же. Но с ним мы поговорим позже. Сюда я пришёл совершенно для другого.

— Алексанлр Вениаминович узнал, о том, что вы решили оплатить обучение любому абитуриенту на наш выбор и пришёл с похожим предложением. В этом году его сын поступает к нам на финансовый факультет и он также решил обойтись своими силами. Это мы сейчас и обсуждали. — выдал Долгорукий.

— Я очень рад, что кому-то выпадет столь потрясающая возможность. Только ваши данные немного устарели. Я решил, что в этом году выкуплю все места на юридическом факультете. А тех, кто будет обучаться на этих местах, выберет Даниил Евстратович.

По мере того как я говорил, глаза Долгорукого становились всё больше и больше. А под конец его и вовсе перекосило так, словно решил прожевать сразу несколько лимонов, вместе с цедрой.

Он прекрасно осознавал, какую свинью я ему подсунул. И что просто не может мне отказать. А вот всем остальным, кто решил в этом году поступать на платной основе, придётся отказывать.

— Раз я обрушил на вас эту информацию столь внезапно, то обязуюсь утрясти все проблемы с теми, кто уже оплатил обучение. Университету не придётся нести никаких убытков. Ни финансовых, ни репутационных.

— Это очень благородно с вашей стороны. — оценил мой жест Голдблюм. Забыв упомянуть о том, что сперва это было крайне отвратительно. Вот так взять и решить всё в одностороннем порядке. Но, у кого есть сила, есть и кое-какие преимущества.

— Я так поступать точно не стану. — поднял руки Голдблюм, когда хмурый ректор посмотрел на него. — Достаточно будет и одного оплаченного нами места. Голдблюмы известны своей благотворительной деятельностью, поэтому для нас хватит. А теперь оставлю вас наедине. После мне бы ещё хотелось поговорить с вами Виктор Алексеевич. Если это возможно?

— Возможно. Думаю, что освобожусь минут через десять. У меня совсем простенькое дело.

— В таком случае буду ждать вас в приёмной. — сказав это, Гольдблюм оставил нас с Долгоруковым наедине.

— Виктор Владимирович, думаю, что вы должны понимать, о чём именно я хочу с вами поговорить?

— Если вы уже встретились с Даниловым, то вполне. Он мужик прямой и всегда высказывает своё недовольство. За это его и ценю. Да и место своё он занимает по праву. Отличный специалист и прекрасный педагог.

— Мне он тоже понравился своей прямолинейностью. А вот то, что вы всё же нарушили собственное слово — нет. Я попросил Даниила Евстратовича присутствовать на всех экзаменах Дарьи и лично убедиться, что к ней будут относиться так же, как и к другим абитуриентам. Не детям влиятельных персон, а обычным выходцам из рабочих семей.

Долгорукий усмехнулся и достал из-под стола бутылку коньяка. Мне предлагать не стал и я это оценил.

— Виктор Алексеевич, я просто не мог поступить по-другому. Особенно когда меня попросила Анастасия Александровна Воронцова.

— А ей чего надо? — от удивления сказал я вслух.

— Этого я не могу знать. Просто заглянула на днях ко мне домой вместе с мужем, а у меня долг перед Воронцовым и вот таким образом они предложили забыть о нём. Я просто не мог отказаться. И теперь, благодаря вашим стараниям долг, вновь вернётся ко мне. А ведь я выполнил все их требования.

Очень странно, чтобы Настя просила за Дашу. Они даже не подруги. Так, виделись несколько раз не больше. Хотя здесь могла подсуетиться Диана. Вот она, как раз знает Настю намного лучше. Они даже вместе умудрились сходить на боевое задание. И теперь моя, беременная жена, от безделья решила взять в свои руки поступление Даши. Чтобы уж наверняка.

Но пока это просто домыслы, а узнаю обо всём, лишь оказавшись дома.

И даже не знаю, хвалить за такой поступок Диану, или ругать? С одной стороны, хотела сделать, как лучше и помочь подруге, а с другой — она прекрасно знала, что значит для Даши поступать самостоятельно. Без моей, или чьей-либо ещё помощи.

А Долгорукий здесь действительно не при делах. Я бы на его месте тоже попытался списать долг подобным образом. Особенно если являешься должником рода, подобного Воронцовым. Такие люди в качестве оплаты могут попросить нечто действительно очень значимое.

— Будем считать, что долг Воронцовым вы отдали. Если будут какие-либо претензии с их стороны, то смело отправляйте ко мне. Данилов, сможет позаботиться о том, чтобы проведение оставшихся экзаменов прошло на общих основаниях? Без каких-либо поблажек?

— Если кто и сможет это сделать, то только Даниил. — устало произнёс Долгорукий и сделал пару небольших глотков из пузатого бокала. — Не буду я Воронцовых к вам отправлять. Просто не нужно было изначально соглашаться на это. Ведь прекрасно знал, что Дарья настроена очень решительно. Что-то в голове помутилось, вот и решил с дуру ума попытать счастья. Думал, что это не всплывёт. Не вышло, так не вышло. Не в первый и не в последний раз, планы идут коту под хвост.

— Всё же я поговорю с Сергеем и Настей. — видя, что старик реально расстроился, произнёс я. — И ещё хотел обговорить вопрос с выкупом всех платных мест. Я дал слово Данилову и собираюсь его сдержать. После выполнения этой просьбы можете официально считать меня своим должником. Не род Добрыниных я только меня. Вас устроит такая плата?

— Более, чем. — кивнул Долгорукий. — Сын рассказал мне обо всём, что происходило на первом заседании партии. Вы молодец. Грамотно всё сделали и не позволили никому усомниться в своём лидерстве. Уверен, что Юсупов и Вяземский ожидали совершенно иного исхода.

— Понятия не имею, чего они там ожидали. Это их проблемы. Я сейчас пытаюсь перетянуть на свою сторону как можно больше электората. Поэтому пока воздержался от прямой конфронтации. Хотя мог это сделать без особых усилий. Наши оппоненты были готовы взорваться в любой момент. Стоило только чуть сильнее надавить.

— Но вы воздержались. — кивнул собственным мыслям Виктор Владимирович. — А вот мой сын на вашем месте, обязательно пошёл бы до конца, не сумев правильно просчитать ситуацию. Надеюсь, что, глядя на вас, он сможет многому научиться. Раз не слушает меня, то...

Князь махнул рукой, а затем допил залпом оставшийся в бокале коньяк и продолжил.

— Можете больше не переживать, никаких поблажек Дарье не будет. Даю слово.

Этого для меня было вполне достаточно. Да и Гольдблюм заждался. Всё же наш разговор должен был состояться уже довольно давно. Просто я совсем забыл об этом. А Ромов мне и не напомнил. Нужно будет обязательно поговорить с ним на эту тему. Большой косяк для секретаря такого старика, как я.

— Виктор Владимирович, нет у вас кабинета, где мы с Гольдблюмом могли бы переговорить с глазу на глаз? Раз выпала такая возможность, то почему бы и не воспользоваться ей.

Кабинет нашёлся. Причём мне даже не пришлось никуда выходить. Долгорукий отправился посмотреть, как идут экзамены. Как он сказал, размять старые кости.

Глава 4

— Можете смело говорить Александр, нас гарантировано никто не услышит. — сказал я, установив достаточно рун тишины и ещё пару техник из тёмной магии. Чтобы исключить любую возможность слежки за нами. Всё же, не известно, что в своём кабинете устроил Долгорукий.

О чём должен пойти разговор, я понятия не имел. Так что лучше перестраховаться.

— Это касательно вашего приёма. Вернее гостей, а ещё точнее, одного гостя.

— Боюсь, я ничем не смогу помочь вам. За всеми разъяснениями обращайтесь к Илье Леонидовичу. Моя заслуга была лишь в том, чтобы пригласить Потёмкиных. — развёл я руками.

— Уверен, что всё именно так, как вы и говорите. Просто Илья Леонидович даже не стал меня слушать. Ни когда я звонил, ни когда приехал к нему. Меня даже не пустили на территорию поместья Потёмкиных.

— И здесь я вам ничем не смогу помочь. У меня нет ни возможности, ни желания влиять в этом вопросе на графа.

— Дело в том, что мой отец умирает. — решил зайти с козырей Гольдблюм. — И умирает от самой естественной причины, что только может быть. От старости. Мало кто знает, но ему уже перевалило за сто двадцать лет. И уже даже сильнейшие целители не справляются, со столь солидным возрастом.

Что-то парень мне заливает. Ему от силы лет тридцать. Не мог же старый Гольдблюм заделать ребёнка в девяносто? В этом мире даже целители не способны помочь с этим.

— Мы готовы заплатить любую сумму, чтобы отец прожил ещё хотя бы два года. Всего два года. И поэтому решили обратиться к вам, поскольку мне показалось, что вы с Ильёй Леонидовичем довольно близки. По крайней мере, после своего появления на приёме, он не отходил от вас ни на шаг.

— Александр, я уже говорил, что не могу влиять на решения Потёмкина. И это не изменят любые деньги. К тому же вы должны понимать, что деньги — это всего лишь средство достижения цели. Очень топорное, хоть и действенное. Да и предлагать денег тем, у кого они имеются не самая хорошая идея.

Надеюсь, что этот намёк был достаточно прозрачным. А то, один из Гольдблюмов меня откровенно разочаровал. Сомневаюсь, что его предки добились своего положения исключительно толщиной кошелька. Только не в мире одарённых. Да и в среде аристократов, людям, не имеющим титул, деньги точно не помогут.

Хотя Гольдблюмы уже давно могли его купить, но не делали этого, прекрасно понимая, что в этом случае вести дела им будет гораздо сложнее. Потомственные аристо, получившие свои титулы несколько сотен лет назад на поле боя, не будут иметь никаких дел с зелёными новичками, купившим этот титул.

Поэтому Гольдблюмы и выбрали оставаться без титула. И поступили совершенно верно. Сумев сколотить финансовую империю, работая с аристократами и простыми людьми. И никто не смотрел на них косо из-за глупых предубеждений.

— Если вы хотели поговорить со мной только об этом, то прошу простить, ещё много дел запланировано на сегодня.

— Постойте князь, — произнёс Гольдблюм, когда я уже встал. — Что вы хотите получить за помощь с Потёмкиным?

Вот это уже другой разговор. Хотя парень подобными вопросами загоняет себя в яму. Я же могу запросить такое, что он никогда не сможет мне дать. Но делать этого я точно не буду. К тому же когда вернулся Андрей. Да и Свете с Настей не помешает перенять немного опыта у людей, которые по праву считаются одними из лучших финансистов в мире. По крайней мере, постоянное нахождение в тройке богатейших родов мира, об этом явственно говорят.

***

Андрей, крайне положительно оценил то, что именно ему предстоит выбрать услугу, которую нам окажут Гольдблюмы. За какие именно заслуги я ему не стал говорить. Как и ещё очень много всего. И он это прекрасно понимал.

Разговор с Александром вышел довольно сложный. И я уверен, что о нём не узнает больше никто. Даже среди Гольдблюмов. Мой собеседник, со скрипом, но всё же согласился позволить коснуться себя магией и наложить запреты.

Никто по-прежнему не должен знать, что Добрынины имеют отношение к омоложению Игоря Леонидовича. Мне ещё предстояло придумать, как помочь патриарху Гольдблюмов так, чтобы все подумали, что это дело рук Павлова.

Всё же целитель со своими экспериментами вылез в очень подходящий момент. Уверен, что удастся всё притянуть к его исследованиям. Этого будет вполне достаточно, чтобы первое время оказывать услуги по омоложению особо важным персонам. Как тот же Гольдблюм старший.

Для чего ему необходимо прожить ещё пару лет, мне так и не удалось узнать. Это касалось только рода Гольдблюмов и их внутренней борьбы за власть. До чего мне не было никакого дела.

Также я договорился о стажировке Насти и Светы. Будут они это делать по очереди, чтобы не оставлять дела рода. Да и Андрея я пока не собирался возвращать на его прежнее место. Сперва посмотрю, как он вообще будет себя вести. Всё же он был под влиянием скверны и совершенно не известно, как это может аукнуться.

Он был вторым, оставшимся в живых, из кого была извлечена скверна. И первым, кто был ей практически поглощён. Со мной ничего не вышло. Третьим был сын, но про него ещё слишком рано что-либо говорить. Алёна предполагает, что ему необходимо будет ещё минимум пару недель для восстановления. Так что пока наблюдаю за братом.

За этими разговорами пролетел весь день. А к вечеру позвонил Воронцовым и устроил им выволочку. Дал понять, чтобы они даже не думали вмешиваться в дела Добрыниных, если их об этом не просят.

Помочь Даше с поступлением, действительно попросила Диана. Но с ней я ещё не разговаривал, а вот Насте и Сергею, по старой памяти высказал всё, что об этом думаю.

Правда, потом не забыл и поблагодарить их за помощь. Всё же они хотели именно помочь. Вот так поругал и поблагодарил. А ещё обсудили с Сергеем несколько вопросов, касаемо дальнейшей работы по выведению Добрыниных из опалы. По сути, практически ничего уже и не нужно было делать. После объявления о том, что мы теперь возглавляем оппозицию, это перестало быть актуальным.

Теперь ленивый не захочет иметь нормальные отношения с Добрыниными. Ну или очень упёртый, как те же Юсуповы и Вяземские.

Задача людей Воронцовых плавно трансформировалась в обычное поддержание интереса к нашему роду. Этого сейчас будет вполне достаточно.

А потом я пошёл беседовать с Дианой. После визита Ростовой она чувствовала себя отлично. И только скука не давала покоя. Поэтому нашёл я её за документами, поступившими от Потёмкиных. Сверялась с номенклатурами, общим количеством и прочей ерундой.

Тянуть кота за яйца я не хотел, как и заходить издалека, сразу же озвучил, для чего пришёл.

— Ты же прекрасно знала, что Даша хочет поступить сама и учиться только за счёт своих знаний и усердного труда. Для чего нужно было лезть? Да ещё и втягивать в это дело Воронцовых? Кстати, Сергей и Настя уже получили от меня за это. Была бы возможность, я бы их ещё и за уши оттаскал, как делал это в старые добрые времена.

— Знала. Так же, как и то, что для Даши это очень важно. И если она не сможет поступить, то это сильно ударит по ней. Поэтому я решила перестраховаться. Не вижу в этом ничего предосудительного. А вот в том, что вы с Андреем Викторовичем просто взяли и лишили СБ практически всех пчёл, это уже ни в какие рамки не лезет. Не могли оставить нам хотя бы пять тысяч?

— По поводу вашего с Громом самоуправства мы поговорим немного позже. Сейчас я хочу убедиться, что больше не будет никаких попыток вмешиваться в дела Даши и попыток повлиять на членов приёмной комиссии, или напрямую на Долгоруковых. Я могу сделать это гораздо легче и эффективнее, но не делаю. Потому что уважаю решение Даши и принимаю его. Так же, как уважаю каждую из вас и принимаю ваши решения. Какими бы странными они порой ни были.

— Это какие мои решения ты считаешь странными? — тут же зацепилась за мои слова Диана. Всё же беременность на неё очень сильно повлияла.

— Как минимум закупку пятидесяти тысяч этих пчёл. Плюс оборудования к ним, которое занимает два этажа. Это я ещё больше ничего пока не проверял. Уверен, что и с остальным вооружением не всё так просто. Да и эта непрошеная помощь Даше, в ту же корзину. Мне дальше продолжать?

— Не нужно. Я всё поняла и теперь, прежде чем что-то сделать обязательно буду советоваться с тобой. — буркнула Диана и отвернулась, уткнувшись в документы. При этом она явно начала плакать.

И мне ничего не оставалось, кроме как начать её успокаивать. Прекрасно понимаю, что сейчас это гормоны. Как и то, что этот разговор должен был обязательно состояться.

А ещё я ощутил, как что-то неосязаемое коснулось Диану и она начала успокаиваться. Начал крутить головой и заметил хитрую мордашку Мэй. Воспользовавшись своим даром, она помогла Диане и тут же убежала, поняв, что её раскрыли.

Ну а потом мы ещё долго разговаривали с Дианой. Успели обсудить столько всего, что даже представить страшно. Никогда раньше я не строил столь подробных планов. Максимум определял для себя глобальную цель и двигался к ней. А вот Диана решила расписать всё до рождения и ребёнка и после него.

Я только слушал и кивал. Всё равно девяносто процентов этих планов так и останутся планами. А затем пришёл Ромов и сообщил, что меня срочно требует к телефону Томилин. Оставил Диану и поспешил в кабинет.

— Чего у вас там стряслось?

— Мы нашли гнездо тёмных. Очень крупное. Уже подтверждено, что там четверо осквернённых и они пошли в разнос. Начали убивать своих же. Наши наблюдатели сейчас находятся на месте и следят за схваткой осквернённых и чистых, тёмных. По предварительным данным, трое высших мастеров.

— Скинь информацию Тринадцатому и сам подтягивайся. Я уже выезжаю.

Такую возможность нельзя упускать. Добыть ещё несколько осквернённых и вытащить из них скверну. Сделать основное тело ещё на каплю слабее. Да и мне нужно было немного расслабиться, а выбивание дури из заражённых отлично для этого подходит.

Уже через десять минут, мы с отрядом Тринадцатого мчались на место. По дороге распределили обязанности, хотя все их прекрасно знали. А оказавшись на месте, Тринадцатый сразу же взял командование на себя. Ни Томилина, ни кого-нибудь ещё из высшего руководства инквизиции, здесь не было.

На этот раз тёмные решили не мудрить, а устроились на довольно большой ферме, где под прикрытием обычной работы строили свои планы. Вот только пошли они все по одному месту. Наблюдательный пункт у ищеек инквизиции находился на возвышенности, с которой прекрасно было видно побоище, развернувшееся на самой ферме.

Половина построек уже были изрядно повреждены, но сражавшиеся даже и не думали останавливаться. Осквернённых я сразу же опознал и их оказалось не трое, а семеро.

Эти семеро сражались сразу с тремя десятками тёмных магов, которые осыпали их слабенькими техниками со всех сторон. Брали только количеством этих техник. В то время как осквернённые были гораздо сильнее. Но толком ничего не могли противопоставить такому количеству противников. Впрочем, и неисквренённые не могли ничего сделать.

Самого сильного осквернённого, сдерживали сразу два высших мастера. Это можно было понять, по силе техник, что они применяли. Вполне приличный уровень. Но до осквернённого высшего мастера им всё равно было далеко. Его глаза полностью нашлись тьмой и свободного места на коже, практически не было.

Да и сражался осквернённые. Вернее, все осквернённые, очень странно. Словно им было совершенно плевать на собственные жизни, лишь бы убить побольше противников. И без разницы, тёмные это маги, или нет, или вообще пустые. Было очень похоже, что скверна просто рехнулась.

— Командир, — заговорил дин из ищеек, что следил за этим гнездом изначально. — Из штаб-квартиры докладывают, что поступило ещё несколько десятков звонков. Похоже, что осквернённые совсем рехнулись и все решили выступить в одно время. Атаки осквернённых идут по всей империи. По всему миру.

А вот это было очень интересно. Похоже, что моё предположение о том, что скверна свихнулась не такое уж и бредовое.

Набрал Томилина и приказал ему, заниматься другими обращениями, здесь я и сам справлюсь. Похоже, что у Авраамовых что-то пошло не так. Скверна вышла из-под контроля.

С одной стороны, это было хорошо. Не придётся больше искать заражённых. Они сами покажут себя. А вот с другой, это огромное число жертв, которые будут делать скверну только сильнее. Даже представить не могу, сколько людей погибнут, пока все заражённые не будут устранены.

Нужно действовать как можно быстрее и эффективнее. Сейчас уже не может быть и речи, чтобы захватывать заражённых и освобождать их от скверны. Только уничтожение. И уничтожение тёмной магией, чтобы не дать возможность скверне пополнить силы.

А ещё необходимо обратиться к союзникам и из таковых у нас сейчас только демоны. И то всего один доминион. Да и пускать их в наш мир на этот раз мне придётся самостоятельно.

— Всем приготовиться к бою, по моей команде атакуем. Первыми выносим осквернённых, фокус на них. Это те, что в меньшинстве. С остальными смотрим по ситуации. Лишних жертв нам не нужно. Сейчас нужны союзники в борьбе со скверной, раз она решила восстать против всех. Воспользуемся этим.

Я видел множество недовольных взглядов, но никто не стал возмущаться в открытую. Уверен, что сегодня выживут единицы тёмных, но и это уже будет отлично. У них просто не будет выбора. Согласятся помогать нам. А уж я научу, как уничтожать скверну. Главное, чтобы у них было достаточно сил для этого.

Придержал Тринадцатого, для него и его ребят у меня имелись особые указания.

— Вашей задачей будет выведение из боя высшего мастера тёмных. Он должен остаться в живых. На остальных можно наплевать.

— Будет сделано. — ответил боец, уже прикидывая, как это осуществить. Я же продолжил. — Ждёте, пока я не отдам команду.

Последние слова были уже произнесены для всех бойцов, что здесь собрались.

Дальше я быстро окружил себя рунами искажения и тишины, ухватился за печать души Арика и демон оказался передо мной.

— Передай Граитулту, что мне нужна помощь демонов. Я сам открою для вас проход в этот мир. Нужны только схемы для призыва. Плачу душами, что вы сможете поглотить, пока будете находиться в этом мире. Осквернённые взбунтовались по всему миру, нужно устроить им геноцид.

Арик кивнул и исчез, не став задавать лишних вопросов. Сразу понял, что дело срочное и не стоит создавать проволочек. Из-за этой же причины не стал скрывать своего появления. Уверен, что все бойцы почувствовали запах серы. И многие из них прекрасно знают причину.

Когда убрал руны искажения, на меня смотрели с настороженностью. Трое бойцов и вовсе уже приготовили техники для атаки, но содержались. Одного моего взгляда хватило, чтобы они отказались от своей затеи.

— Тринадцатый, вы идёте через полминуты после меня. Остальные выжидают ещё минуту и приступают. Не дайте никому уйти.

Сказав это, я сорвался с места, накидывая на себя усиления, защиту и ещё несколько техник, чтобы максимально долго скрывать своё приближение. Обе первоосновы рвались в бой. Скверна была общим врагом, которого необходимо уничтожить.