Инициум. Том III

Глава 1

Земля медленно поворачивалась за прозрачной бронёй обзорной галереи, огромная, синяя и всё ещё слишком живая для мира, который совсем недавно едва не погиб от глупости собственных обитателей и алчности иноземных гостей.

С орбиты последствия катастрофы почти не просматривались. Облака скользили над океанами, вдоль тёмной стороны горели крайне редкие россыпи уцелевших городов, а у края атмосферы тянулся тонкий серебристый обод. Только Имперская проекция разрушала красивую ложь. Стоило Альберту изменить спектр, и поверхность покрывалась ядовитыми пятнами. Багровые зоны активности Изнанки, жёлтые области нестабильного фона пси, белые метки поселений выживших и редкие зелёные сектора, где порождения перестали быть постоянной угрозой для местных примитивов.

Зелёного было несказанно мало.

Командор стоял перед сферой, сложив руки за спиной. За последние циклы он успел привыкнуть не только к планете, но и к этой карте. К сигналам бедствия, исчезавшим быстрее, чем подразделения Пламени Первых успевали до них добраться. К тому, как безопасный район за несколько фаз превращался в очаг заражения из-за нового разлома Изнанки.

Позади тихо сомкнулась переборка, но Альберт не обернулся. Листура никогда не издавала лишнего шума, однако её присутствие он давно улавливал интуицией.

— Во славу Первых, Командор.

— Во славу, Арбитр Молчания. Проходи.

Она остановилась справа. На женщине снова был строгий тёмный мундир вместо полевого доспеха. Только на высоком вороте осталась тонкая, длинная царапина, которую Листура почему-то не стала убирать после последней вылазки. Перед ней раскрылся отчёт, и сотни строк быстро свернулись в несколько крупных блоков.

— Основная зачистка идёт быстрее расчётного графика. По государственному образованию местных, переданному нам под стабилизацию, устойчиво контролируем чуть больше двадцати девяти процентов территории. Если считать только населённые районы и транспортные узлы, цифра выше. Но пустые области я включать не стала.

Почти треть. Для его эскадры и, тем более, малых наземных сил результат был хорошим. Всё ж таки обычно задачи имели иной характер, с большим акцентом на космических сражениях и контроле пространства, а не охоте на порождений, спасению выживших и восстановлению инфраструктуры.

— Что по потерям и выжившим? — тихо проговорил Командор.

— Среди Первых тринадцать погибших с начала стабилизационной фазы. Семеро ещё проходят восстановление. У местных точных данных нет и, думаю, ещё долго не будет. По нашим оценкам, в очищенных районах удалось сохранить не больше десятка миллионов людей.

Последнее слово она произнесла после короткой паузы. Альберт посмотрел на неё.

— Во славу Первых, их жертва не станет напрасной. А местные… в масштабах галактики, теперь, по сути, вымирающий вид.

— К сожалению, Командор, это правда.

Теперь он заметил второй слой карты. Вдоль крупных городов тянулись голубые узлы развёрнутых Империей генераторов, специальных медицинских модулей, станций очистки воды и временных баз, которые могли подавлять рост разломов. Рядом с ними появлялись грубые местные обозначения складов, госпиталей и укреплённых зон. Две цивилизации, разделённые бездной развития, уже начали прорастать друг в друга, пусть и неохотно.

— С местными получилось наладить взаимодействие или мы по-прежнему объясняем им каждое действие по три раза?

— С военными проще, чем я ожидала. Они плохо понимают наши возможности, но хорошо понимают приказы. С гражданскими гораздо сложнее. Один синтезатор еды пришлось поставить под охрану после третьей попытки разобрать его и утащить. Некоторые решили, что внутри спрятан запас пищи.

Альберт повернулся к ней и несколько мгновений просто смотрел, надеясь, что эта ледяная женщина просто шутит.

— Они вскрывали устройство, которое создаёт еду, чтобы найти внутри еду?

— Именно. — тряхнула короткими волосами Листура. — Двоим удалось сломать защитный контур, после чего они получили травмы. Несмертельные. Парализатором. После этого объяснения стали восприниматься заметно лучше.

Командор потёр переносицу, испытывая сильную усталость, но вида не подал.

— Ты начинаешь к ним привыкать.

— Нет, я просто выполняю задание. — немного подумав, она добавила. — Если хотите обсудить мою предполагаемую привязанность к местной цивилизации, я подготовлю отдельный отчёт.

— Не надо. — поднял руки в примирительном жесте Командор. — Боюсь, он окажется длиннее основного.

Уголок её губ едва дрогнул. Листура сменила слой проекции. И вместо карты появились схемы человеческих тел, энергетических каналов и десятки графиков. Большинство кривых резко поднимались вверх, а после определённого значения почти выравнивались.

— Есть более тревожная информация. — сказала она.

— Обучение?

— Да. Наши медицинские службы, хоть и не исследователи, но собрали большую выборку из местных. Военные, так называемые одарённые, добровольцы, пережившие прямой контакт с выбросами Изнанки. Картина повторяется почти у всех. На начальном этапе они развиваются ненормально быстро. Иногда быстрее наших детей после правильного Восхождения. Организм жадно принимает энергию, каналы формируются на ходу, тело перестраивается без привычных задержек.

Она увеличила средний участок графика.

— А потом всё упирается сюда, словно проход закрыли.

Альберт сделал пару шагов навстречу и внимательно изучил глазами кривые линии. Почти каждая из них ломалась в одном диапазоне.

— Повреждение центров?

— Нет. — прикрыв глаза, Листура даже не нахмурилась. — Тогда мы могли бы видеть деградацию. Как объяснили, на этом этапе тело считает достигнутое состояние нормой и сопротивляется следующему этапу. Чем сильнее местный пытается продавить развитие, тем больше энергии уходит впустую. Мы получили истощение, судороги и локальные разрывы каналов. Эксперименты пришлось остановить. За исключением нескольких экстремумов. Но о них позднее.

Командор вывел рядом сравнительную модель нормального Восхождения. У Первого энергетическая система формировалась единой сетью. У землян она напоминала конструкцию, собранную во время аварии из того, что оказалось под рукой.

— Значит, как и думали в начале. Массовое Восхождение действительно прошло неправильно.

— Я бы сказала, искалечено. До определённого уровня они растут пугающе быстро. Потом превращаются в энергетических инвалидов. Функциональных, способных сражаться и использовать силы, но с очень низким потолком дальнейшего развития. Если ничего не изменить, большая часть нынешнего поколения так и останется на нём.

Альберт посмотрел на вращавшуюся за схемами Землю. Миллионы существ пережили событие, которое должно было открыть им дорогу к следующей ступени, и вместо этого получили плохо сросшийся перелом всей видовой системы.

— Что будет с их потомством и можно ли исправить нынешнее поколение?

— Рано говорить. — моментально ответила Арбитр. — Возможно, дети унаследуют уже исправленную структуру. Возможно, дефект закрепится. Нынешних псиоников, предполагаем, можно исправить выборочно. Но никак не массово и не на местах. Требуется адекватное оборудование, лаборатории, специалисты по молодым расам и архивные данные Восхождений, чтобы найти подходящую систему. А “Ленса” всё-таки боевой корабль.

Листура свернула графики, оставив один единственный. Линия на нём сильно отличалась, порой поднимаясь рывками, а местами проваливаясь. Но после пороговой зоны снова шла вверх. Альберт посмотрел на Арбитра.

— Один из местных экстремумов, как ты говорила?

— Верно. Одна особа.

— Что с ней не так? Слишком странная структура... — Командор задумался над увиденным, словно вспоминал нечто похожее.

— Дефект частично тот же. Вот только организм не остановился на границе. Он сначала обходит повреждённые участки, формирует новые связки там, где их не должно быть, а потом перестраивает старые.

— Что? — удивлённо переспросил Альберт. — Такое вообще возможно? И насколько это опасно?

— Медики сказали, что очень сильно. Настолько, что я не хочу проверять пределы прямо здесь. Пока непонятно, что произойдёт раньше: структура стабилизируется или сломает носителя. И это как раз я хочу выяснить, возможно, взяв под своё крыло.

Теперь становилось понятнее, зачем и почему одна из аномалий попала в доклад Командору. Листура никогда не приносила ему любопытные случаи просто из любопытства.

— Что ты предлагаешь?

— Инициировать её обучение вне Земли. — и, не дожидаясь ответа, она продолжила. — Здесь мы только испортим результат. Полевые программы слишком грубые. Её нужно вывести из общего потока, провести полную диагностику и дать грамотного наставника, который не станет выправлять структуру под стандарт Первых.

— Я так понимаю, что наставника ты выбрала, верно?

— У меня есть несколько вариантов. — женщина слегка наклонила голову.

— И один из них, разумеется, ты сама. — как бы подтверждая мысли, произнёс Альберт.

— Командор, я ведь сказала, что кандидатов несколько. Не приписывайте мне решения раньше, чем они были приняты.

Альберт хмыкнул и, махнув рукой, сдвинул график в сторону.

— К этому вопросу вернёмся позднее, а пока поговорим про стабилизацию планеты. Сколько времени нужно, чтобы это государство перестало зависеть от постоянного присутствия наших боевых частей?

— Не меньше сотни циклов. — не стала преуменьшать женщина, моментально давая ответ.

— Сотни?

— Только нашими силами, да. Если не расширять десантные когорты, не оставлять корабли на постоянной основе и не получать снабжение из внутренних систем. И речь только об одном крупном участке планеты.

— Это слишком долго, слишком. — скривился Альберт. — У нас другие приоритеты.

— Для мира, где изначально должны были сделать жертвенные камни, и после сорванного Восхождения с массовым вторжением порождений Изнанки – это ещё очень быстро.

— Для нашей эскадры это вечность.

— Именно по этой причине нам не следует оставаться единственной силой, которая работает на этой планете.

Перед ними развернулась Земля. Красные и жёлтые зоны вспыхнули разом, и зелёные участки сразу превратились в редкие островки, с трудом выживающие в океане безумия.

— Что ты предлагаешь?

— Я считаю, что Землю необходимо интегрировать в Империю как можно быстрее. — сказала Листура. — Возможно, под патронажем вашей семьи, и никак не после того, как местные сами разберутся с последствиями. Сейчас. Признать мир находящимся под имперской защитой, сформировать постоянное командование, расквартировать гарнизоны, медицинские корпуса, инженеров и исследовательские группы.

— Идея хорошая. — согласился Командор. — Но Сенат... они будут в восторге, особенно учитывая программу... которая тут проводилась. — тяжело выдохнув, он добавил. — Такой мир потребует огромных вложений ещё до того, как начнёт приносить Империи минимальную пользу.

— Именно по этой причине я и предлагаю взять дому Арквель ответственность за молодой мир. — безэмоционально продолжала Листура. — Сенат, они такое точно переживут. А вы сможете укрепить авторитет, тем более, когда ваш голос в Сенате находится на стороне Императора.

— Листура! — впервые за долгое время Альберт повысил голос. — Это не то, что надо обсуждать, тем более тут.

Женщина мгновенно упала на колено и ровным голосом ответила.

— Готова понести любое наказание. Но... это ведь правда.

Командор прикрыл глаза, задумываясь о чём говорила Арбитр Молчания. Для Империи слово “интеграция” всегда было поводом к гордости, влекущем за собой огромные растраты. Для этого мира оно означало куда больше, чем могло казаться на первый взгляд. Чужие гарнизоны на орбите и поверхности, новые правила, новые дороги, медицину, образование и неизбежное столкновение местных порядков с Имперскими. Альберт прекрасно понимал, сколько сопротивления вызовет даже попытка объяснить людям, что их планета отныне существует не одна. Но альтернатива лежала перед глазами красными пятнами, и спорить с ней было сложнее.

Листура смахнула часть красных отметок.

— Если оставить всё как есть, местные будут умирать ещё десятки циклов. Порождения уже меняются. В нескольких секторах низшие действуют организованнее, чем раньше. Мы нашли следы групп псиархов, которые не лезут в прямой бой, а выращивают вокруг себя кормовые зоны. Через несколько циклов здесь появятся устойчивые владения Изнанки. Потом, руководствуясь снижением потерь, выжигать их придётся с орбиты.

Альберт вспомнил так называемых людей, которых они вытаскивали из разрушенных поселений. Грязные, худые, вооружённые примитивным металлом и всё равно пытавшиеся удержать жизнь в своих руках. Он видел цивилизации, ломавшиеся от куда меньшего. Эти пока держались.

— Подготовь предложение по интеграции. Военные потребности, медицина, снабжение, зоны размещения. Проблему Восхождения вынеси отдельно. И... Сделайте всё это от имени Дома Арквель.

Перед ним сразу вспыхнула метка пакета данных.

— Уже? — посмотрел с улыбкой Альберт на женщину.

— Лгать не буду, я знаю вас давно и не сомневалась, что вы согласитесь.

— А вот вдруг не согласился бы? — нахмурился он, но больше для вида, чем на самом деле.

— Подготовила бы более длинную версию.

Командор успел только качнуть головой, когда дверь обзорной галереи резко раскрылась. Седан Ламир вошёл почти бегом. Для Капитана Оси, который даже во время боя двигался с точностью строевого механизма, одного этого хватило, чтобы разговор мгновенно перестал быть спокойным. Он остановился в нескольких шагах и ударил кулаком по нагрудной пластине.

— Во славу Первых, Командор. Разрешите срочное донесение.

— Докладывайте, Капитан Оси. — ответил Альберт на правах командира эскадры.

Седан посмотрел сначала на него, потом перевёл взгляд на Листуру, под началом которой проводил засекреченную операцию.

— Командор, вас в срочном порядке требуют на мостик. Получен входящий вызов по каналу высшего командования. Идентификация подтверждена трижды. Приоритет выше, чем у Адмиралтейства.

Альберт одним движением отправил пакет Листуры в личное хранилище, поставив напоминание, чтобы направить в совет Дома.

— Кто вызывает?

Седан задержал ответ всего на мгновение.

— Гранд Адмирал Перворожденных, Арквель Ленса Ариантано.

Командор, стоило услышать это имя, моментально ускорил шаг, направляясь к выходу, на ходу кинув за спину фразу.

— Листура, предложение по Земле не закрывай. Вернёмся к нему после разговора.

— Будет исполнено, Командор.

Седан отступил, освобождая проход, и тихо добавил, когда Альберт оказался рядом.

— Связисты сказали, что госпожа Ленса потребовала соединение напрямую через центральный мостик. Без штабного ретранслятора.

Альберт ничего не ответил. Он прекрасно понимал, что фигура такого уровня не выходила на связь без причины. А если для разговора она использовала привилегии своего звания и предыдущих заслуг, значит, причина уже успела превратиться в приказ. Альберт почти машинально открыл общую схему эскадры на внутреннем интерфейсе и тут же закрыл. До разговора гадать было бессмысленно. Его флот и без того последние циклы жил на разрыве между Землёй и внешними задачами, а любое новое распоряжение придётся оплачивать временем, ресурсами и, возможно, жизнями экипажа.

До мостика идти было не так далеко, не больше пары мгновений. По пути Альберт успел заметить, что корабль словно почувствовал изменения раньше него. По коридорам двигались дополнительные группы техников, у грузовых развилок стояли платформы с энергоячейками, снабженцы о чём-то спорили рядом с закрытыми терминалами, но, увидев Командора, все моментально освобождали дорогу.

Створки мостика разошлись.

Внутри всё работало как обычно. Тактические сферы вращались над постами, офицеры вели орбитальные группы малых кораблей, включая редкие группы малых атмосферных ударников, вылетевших с Химеры. На центральной проекции Земля занимала половину пространства. Рядом висели маркеры крейсеров и малых судов.

— Во славу Первых, Командор! — раздалось с нескольких сторон.

— Во славу.

Альберт поднялся на центральный постамент. Перед ним уже горела закрытая пиктограмма вызова с красной окантовкой личного канала Гранд Адмирала. Он задержал палец над активацией, но, подумав, сказал.

— Всем покинуть мостик.

Несколько голов повернулось к нему.

— Командор? — переспросил старший офицер.

— Всем. Управление передать резервному центру. До отдельного распоряжения сюда никто не входит.

— Есть, Командор.

Движение началось мгновенно. Офицеры снимали каналы с личного управления и передавали их в резервный контур. Через несколько фаз мостик, который почти никогда не пустовал, стал непривычно огромным. Последний офицер вышел. Створки сомкнулись. Альберт включил внутренние поля, чтобы их не могли подслушать, на всякий случай проверил изоляцию и коснулся красной пиктограммы.

Пространство перед ним потемнело. Изображение появилось после короткой ряби. Ленса сидела в высоком кресле, но теперь за её спиной не было старой библиотеки и причудливого питомца. В глубине помещения двигались размытые фигуры офицеров, а по стене проходили красные полосы боевого режима. На женщине был тёмный адмиральский мундир со знаками отличия, которые многие современные офицеры видели только в академических архивах. Она смотрела прямо на Альберта.

— Во славу Первых, госпожа Гранд Адмирал.

Ленса медленно и с каким-то недовольством подняла бровь. Альберт выдержал несколько мгновений.

— Привет, бабушка.

— Уже лучше. — улыбнулась женщина, которой по Земным меркам едва ли можно было дать лет пятьдесят. — Внук, собирай эскадру. Ты возвращаешься.

Переспрашивать, куда именно, не требовалось. Если Ленса говорила “возвращаешься”, речь могла идти только о пределах Первой Империи.

— Срок?

— Начать подготовку немедленно. Как только корабли будут готовы к переходу, уходишь из системы.

— Что произошло?

Пальцы Ленсы, до этого размеренно стучавшие по подлокотнику, замерли.

— На периферии нескольких наших систем тяжёлая ситуация.

— Насколько?

— Настолько, что я снимаю тебя с операции, которую сама считала приоритетной несколько циклов назад.

Этого хватило. В голове Альберта уже перестраивались мысли, возможные маршруты возвращения и списки кораблей, которые можно забрать, не обрушив земную операцию. Флагман, носитель, тяжёлые крейсеры, большая часть фрегатов. Часть лёгких сил, как и одно полноценное формирование Ордена Пламени Первых, придётся оставить.

— А Земля?

— Что именно?

— Если я уведу эскадру сейчас, стабилизация замедлится в несколько раз, если вообще не развалится. — махнув рукой над предплечьем, перед ним возникли такие же отчёты, которые он сам недавно видел. — Листура оценивает работу только по одному местному государству минимум в сотню циклов. По всей планете положение ещё хуже. Здесь недостаточно сил даже для удержания очищенных зон, если порождения начнут давить одновременно.

— Я знаю.

— Тогда кто останется?

— Альберт.

В её голосе появилось знакомое предупреждение. Он помнил его ещё с тех времён, когда был слишком молод и пытался спорить с ней почти по каждому приказу. Командор всё равно продолжил.

— Этот мир нельзя бросать. Массовое Восхождение прошло с дефектом. У местных повреждена сама энергетическая система. Они быстро растут до порога и потом почти останавливаются. Если оставить их сейчас, через несколько больших циклов мы получим либо мёртвую планету, либо устойчивый очаг Изнанки.

— Вот как. — сощурилась Гранд Адмирал.

— Листура подготовила предложение по интеграции Земли в Империю, и я собирался передать его наверх после проверки. Основная цель – взять колыбель молодой расы под патронаж Дома Арквель.

— Не передавай.

— Почему? — нахмурился Альберт, совсем не ожидая получить такой ответ.

— Потому что всё уже продумано.

Он замер, наблюдая, как бабушка довольно откинулась в кресле. На мгновение по её лицу прошла знакомая и такая домашняя усмешка, совершенно не сочетавшаяся с боевыми сигналами за спиной.

— Ты иногда забываешь, внучок, что не единственный Арквель, способный увидеть очевидное. Землю не оставят. Решение принято единогласно под моей ответственностью. Детали получишь ещё до того, как будешь готов выходить из системы.

— Неужели даже Сенат согласился?

Гранд Адмирал закатила глаза и, кажется, даже фыркнула. Чем удивила собственный командный состав, замедлившийся за её спиной на пару мгновений.

— Я сказала, решение принято.

Альберт покорно прикрыл глаза. Если Ленса отвечала именно так, вопрос с Сенатом либо уже решён, либо Сенату только предстояло узнать, что он согласился без собственного ведома.

— Понял.

На короткие удары сердца между ними возникло почти забытое ощущение обычного разговора. Потом за спиной Ленсы вспыхнул новый красный сигнал. Женщина мгновенно подобралась, взгляд ушёл в сторону, словно она прочитала пришедший пакет прямо поверх связи. Когда она опять посмотрела на Альберта, той самой домашней теплоты в её лице уже не осталось.

— В общем, не тяни с выходом. Я серьёзно.

— Насколько у меня мало времени? — в очередной раз решил уточнить Альберт.

— Если повезёт, достаточно. — такой ответ, пожалуй, он был хуже, чем если бы ему назвали точные цифры. Вот только переспросить шанса не было, и Гранд Адмирал Ленса подняла руку в официальном жесте.

— Во славу Первых, Командор.

Альберт выпрямился.

— Во славу Первых, Гранд Адмирал!

Связь оборвалась. Несколько фаз мостик оставался пустым, а перед Альбертом продолжала вращаться Земля, пока по её поверхности неторопливо мигали разноцветные метки. Местные, так называемые “люди”, ещё не знали, насколько близко подошли к моменту, когда их история перестанет принадлежать только им.

Командор вернул управление основному центру и разблокировал двери.

— Старшему составу вернуться на посты. Начальнику штаба ко мне, включая всех Капитанов Периметра. И отдельно пригласите Капитана Оси, Седана Ламира.

Альберт ещё раз посмотрел на голубой мир. Земля оставалась позади, а они не закончили свою работу. Наоборот, глобально та только начиналась. А где-то на периферии Первой Империи уже происходило нечто, ради чего Ленса решила вернуть его ударную эскадру домой.

Глава 2

Сознание возвращалось... крайне странно, даже, пожалуй очень и очень неохотно. Без боли, без привычного гула перегруженных каналов и даже без ощущения чужой силы после удара. Просто в какой-то момент появилась тяжесть тела, сухость во рту и тихий смешок, прокатившийся по голове настолько довольно и удовлетворённо, что мне сразу захотелось снова отключиться.

— Ну наконец-то. А я уже начал думать, что старик перестарался. — Аспект выдержал небольшую паузу. — Надо же, Алекс. Теперь тебе даже он по голове дал, и это вне ваших тренировок.

— Он нас вырубил, а не победил. — на автомате ответил ему, прижимая пальцы к вискам.

— Конечно, конечно. Именно так обычно и говорят те, кто первым падает без сознания.

Я разлепил глаза и тут же зажмурился от мягкого белого света. Голова ощущалась нормально, только затылок неприятно тянуло, как если бы я несколько часов проспал в неудобной позе. Значит, Астерион и правда просто отключил нас, не пытаясь навредить. Но почему?

— Сколько прошло времени, можешь сказать? А не только язвить...

— А тебе обязательно знать всё сразу? — раздалось изнутри всё таким же довольным голосом.

— Да, обязательно. — рубанул в ответ. — Особенно когда последнее, что помню, это виноватое лицо учителя перед тем, как меня выключили. Ты знаешь, да?

— Возможно. — Внутри едва заметно качнулась энергия и взвилась вокруг островов.

— И специально не говоришь?

— Уже лучше, но не настолько, чтобы я чувствовал себя виноватым.

После этой короткой отповеди, без которой моя сила не могла прожить и недели, он замолчал. Я несколько раз его позвал, пару раз даже пригрозил запереть внутри собственного мира, но добился лишь ощущения далёкой насмешки. Вейла хотя бы любила читать лекции, а этот получал удовольствие от самого факта, что знает больше меня. И не делится информацией... падла.

Лежал я в глубоком ложементе, плотно подстроившемся под моё тело. Стоило коснуться фиксатора на груди, как все крепления сами ушли в боковые ниши. Пси-центры и каналы не болели, резерв был на максимуме, его я давненько не спускал в ноль, да и на корабле не так много мест было, где такое можно провернуть. Но почему-то... Почему-то был уверен, что без сознания мы провели достаточно долго. Насколько долго – это, конечно, вопрос. Ответ на который знал один едкий и ехидный молчун, над которым у меня не было полноты власти.

Я сел и огляделся. Три ложемента, узкий проход, перегородка впереди и закрытая створка сбоку. Ирис лежала напротив, всё ещё без сознания. Дышала наёмница ровно, никаких следов травмы или чужого воздействия я не чувствовал.

Последние мгновения перед темнотой всплыли сами собой. Переход стабилизировался, Астерион сообщил о пяти малых циклах до предполагаемой обитаемой системы, а Ирис... она удивилась слишком короткому расстоянию. Помню ещё взгляд учителя, он так долго смотрел на нас, прежде чем тихо извиниться, после чего нас выключил.

— Старый засранец... — пробормотал я и уже собирался проверить Ирис, когда вспомнил о самом важном.

Вейла.

Сфера чувств разошлась в стороны на одном рефлексе, но упёрлась в границы атмосферы корабля. Как говорил Астерион, в пределах вакуума силы либо не работают, либо работают хаотично. По крайней мере на моём уровне развития. Окружающий металл также глушил импульсы, но в соседнем отсеке сразу нашлись знакомые отклики. Оружие, накопители, контейнеры с находками и глубже, за отдельным полем, тот самый цилиндр.

Я подскочил и добрался до боковой двери в пару шагов. Она выпустила меня в тесный грузовой отсек, где все наши вещи были аккуратно закреплены вдоль стен. Хрупкие контейнеры удерживали поля, оружие сидело в фиксаторах, а цилиндр с Вейлой вообще находился в отдельной нише.

Моя ладонь сама собой обхватила гладкий корпус. На нём горели ровным светом индикаторы, а изнутри шло знакомое тепло. По крайней мере мне хотелось верить, что это так. А не глупое внушение разума. В общем, ничего не изменилось, и моя любимая наставница никуда не исчезла.

Только тогда я понял, насколько сильно боялся увидеть “пустоту”. Кто знает, вдруг Астерион мог решить, что древняя система слишком опасна или ценна, чтобы оставлять её мне, примитиву. Но нет, он не стал её забирать. Напротив, позаботился о сохранности лучше, чем требовалось.

— Значит, не ограбил. Уже хорошая новость.

— Знаешь, который раз поражаюсь, сколь невысокие у тебя требования к своим наставникам. — вновь подал голос Аспект.

— Ты вместо того, чтобы лить желчь, лучше скажи, сколько времени прошло?

В ответ пришла тишина. Я проверил остальное: винтовка Ирис, накопители, инструменты, кристаллический блок, контейнеры, наполненные медицинским оборудованиям, и всё в этом духе. Но кое-что, ради чего мы рисковали собственными шеями, отсутствовало. А именно вещи, полученные из этого неизвестно корабля. Чем дольше я смотрел на аккуратно собранный груз, тем меньше происходящее походило на импульсивное решение. Астерион, судя по всему, готовился заранее.

От этого осознания легче не стало.

За перегородкой обнаружились шесть кресел и какая-то полукруглая панель. Под ней, глубже, проходили толстые энергетические линии, а среди знакомых символов нашлись обозначения жизнеобеспечения, накопителей, двигателей и переходного контура.

— Это та самая аварийная капсула..?

Коснулся панели, и над ней развернулась модель аппарата. Пара десятков метров от носа до кормы, собственные двигатели, автономный запас энергии и полноценный узел перехода. Получалось, спасательной капсулой эту штуку называли только по назначению. На деле передо мной был маленький корабль, способный самостоятельно уйти из системы. Теперь становилось понятно, почему аварийный сектор древнего носителя занимал столько места.

С управлением всё было хуже. Подписи оставались на языке Первых, который я знал примерно на уровне “не нажимай, если не уверен”. Зато с третьей попытки получилось активировать внешние экраны.

Передняя стена потемнела, затем исчезли боковые поверхности и часть потолка. Сфера по-прежнему чувствовала металл вокруг, но глаза видели только бескрайний космос. Никакой планеты под ногами, никакого древнего корабля, никаких серебристых нитей переходного пространства. Только звёзды и бледная полоса какой-то далёкой туманности.

Навигация оказалась ещё полезнее. Десятки точек, непонятные координаты и ни одного названия на общем языке. Попытка запросить ближайший маяк, что я выучил из наших боевых симуляций, закончилась несколькими золотыми символами, которые наверняка означали что-то важное для любого существа, кроме меня.

Движение почти не чувствовалось. Только каменный обломок вдалеке медленно уходил вниз, значит, мы куда-то летели, пусть на минимальной тяге. На схеме двигателей всё светилось спокойным зелёным, словно система считала происходящее совершенно нормальным. Жаль, я её уверенности не разделял.

— Прекрасно. Теперь можно официально признать, что я понятия не имею, где нахожусь. — сделал я небольшой вывод.

— Зато посмотри, какой космос красивый. — философски заметил Аспект.

— Где мы?

И, как по нотам, он тут же исчез оставляя меня без ответа.

Сзади, со стороны спины, щёлкнул фиксатор. Ирис резко вдохнула, а её рука дёрнулась к поясу в поисках оружия, и только потом она заметила меня.

— Алекс... Командир, что случилось? Последнее, что помню, это Астерион.

— Он извинился и выключил нас. У меня воспоминания заканчиваются там же. Я очнулся чуть раньше, и всё, что успел сделать. — проверил вещи. Вроде как всё на месте.

— Точно всё нормально?

— Насколько могу определить, да... сам я вроде тоже целый. Тебя пока не проверял, но выглядишь очень бодро.

— Потрясающая и очень профессиональная диагностика. — она поднялась, прислушалась к собственному телу и прошла в командный отсек. Увидев космос, задержалась на несколько мгновений, потом сразу села к панели.

— А... где тот корабль?

— Если найдёшь, покажи. Пока у нас только космос и хрен знает что в навигации, местный бортовой компьютер молчит. Но я и не особо с ним говорил. Пока что.

Ирис быстро открыла несколько режимов. Над панелью снова возникла модель аппарата.

— Аварийный автономный модуль. Один из тех, которые стояли в найденном нами ангары. Радует, что тут почти полный запас энергии, двигатели исправны, да и переходный контур тоже. — она сделала ещё несколько движений и добавила. — Перед прыжком надо обновить навигационные ориентиры, карты, увы, старые.

— То есть это всё ж таки маленький корабль. — удовлетворённо кивнул я, радуясь, что получилось правильно распознать устройство. — Тогда зачем Астериону было нас сюда пересаживать?

Она не стала отвечать сразу. Проверила герметичность, запасы и лишь потом откинулась в кресле.

— Хотел бы убить, убил бы. Ты ведь тоже это понимаешь.

— Конечно. Мы находились рядом и даже не успели защититься. Если бы ему понадобились трупы, модуль был бы лишним. Тем более он оставил оружие, припасы и личный вещи.

— Согласна, при этом, как понимаю, большинство подготовил заранее, — хмыкнула наёмница. — Здесь полный ресурс, вещи закреплены, системы проверены. За несколько фаз после разговора он бы не успел.

Вот это и было самым неприятным. Астерион уже знал, что собирается нас оставить, когда благодарил за помощь. Вопрос Ирис не заставил его принять решение, максимум подтолкнул выполнить то, что было готово.

— Он хотел уйти без нас. Причём настолько сильно, что даже обсудить не дал.

— Похоже на то. — Ирис провела пальцем по схеме переходного контура, но смотрела уже не на неё. — Вопрос только в причине. Если считал нас угрозой, мог забрать оружие или хотя бы ограничить управление. Ничего такого нет. Если хотел наказать, тоже слишком много заботы для наказания.

— Остаётся вариант, что он действительно пытался нас от чего-то убрать подальше.

— Именно. И хотел бы убить – убил бы. — почему-то снова повторила она. — Тут даже гадать нечего.

Логика казалась очень простой и, скорее всего, правильной. Только благодарности не прибавлялось. Одно дело спасти из-под удара, другое – взять и вот так решить за тебя, аккуратно сложив в капсулу вместе с вещами и запульнуть в открытый космос.

— Ты злишься. — констатировала факт девушка. — Только я не очень понимаю почему. Это связано с тем, что мы в опасности или потому что он не спросил твоего мнения? — Ирис наконец посмотрела на меня.

Я выдержал её взгляд, но ничего отвечать не стал. И без того было ясно, что это риторические вопросы. Слишком долго она находилась рядом, чтобы такие вещи требовали объяснений.

В боковом кармане нанокостюма обнаружился тонкий тёмный прямоугольник с серебристой полосой по краю. Я показал его Ирис.

— О, ничего себе! — удивилась девушка и широко раскрыла глаза. — Это же расчётный чип, он старого формата, но их, по идее, должны принимать. По сути, носитель средств без привязки к личному счёту.

— Тогда проверь свои карманы. Старик явно раскладывал вещи не просто так.

Во внутреннем отделении её костюма нашёлся второй такой же чип, а вместе с ним небольшой прозрачный кристалл с золотой точкой внутри.

— Кристалл записи. Кажется, сейчас часть вопросов найдёт свои ответы.

— Эх, а почему мне только деньги? — несколько расстроенно спросил, чувствуя, что меня обделили.

Ирис усмехнулась, но приложила первый носитель к интерфейсу на запястье. Над рукой вспыхнули цифры, потом она подключила второй.

— По сто тысяч Солваров. Двести тысяч в сумме.

— Это много?

— Очень прилично. — продолжила отвечать наёмница. — На нормальный корабль, конечно, не хватит. Да и не пожить нам как богачам, однако при умеренных расходах хватит надолго. — она посмотрела на меня, после чего добавила. — За обычный контракт даже опытные наёмники получают заметно меньше. Это не состояние на всю жизнь, но для пары разумных, которые только вывалились в цивилизованный космос без работы и нормальных документов, запас отличный.

— Значит, это моральная компенсация за удар по голове.

— Тогда он сильно переоценил твою голову. — пошутила девушка и сама от этой нелепой шутки улыбнулась.

После этого Ирис невозмутимо убрала чипы на панель. Я же решил ничего не говорить, потому что чувствовал, что, скажи хоть что-нибудь, вывалится Аспект, который продолжит свои подколы.

Тем временем напарница подключала кристалл. Тот лёг в универсальную нишу в центре панели. Свет приглушался, золотая точка разрослась в линии и постепенно сложилась в фигуру Астериона. Старик выглядел почти так же, как перед нашим отключением, только привычного раздражения на лице не было. Скорее бесконечная усталость.

— Если вы это смотрите, значит, оба уже пришли в себя, а модуль работает штатно. — его фигура кашлянула, после чего продолжила. — Алекс, ученик, можешь даже не начинать. Да, я сделал всё намеренно и заранее обсуждать решение ни с кем не собирался. Вы бы стали спорить, а времени на это у меня не было.

— Вот видишь. Он знает, что был неправ. — прокомментировал я, но как-то без огонька в глазах, так сказать, на что Ирис ответила.

— Он сказал совсем другое. Вообще, давай сначала дослушаем.

Голограмма продолжила, словно старик заранее ожидал именно такой обмен репликами между нами, давая их закончить.

— После запуска переходного контура корабль смог принять часть внешних данных. Не полноценную связь, а отдельные пакеты, обрывки служебного обмена и несколько сообщений по старым каналам. Этого недостаточно, чтобы понимать общую картину, поэтому всего объяснить я не смогу. — учитель выдохнул продолжая. — Часть сведений требует проверки, а часть вам вообще лучше не знать. Но получилось так, что я слишком долго отсутствовал, чтобы после нескольких пойманных сообщений уверенно делить живых на союзников и врагов. До тех пор, пока не увижу происходящее своими глазами, любое подробное объяснение будет либо догадкой, либо лишним риском для вас.

Астерион сцепил руки за спиной.

— Главное одно. Мой Дом вступил во внутреннюю войну. Насколько далеко зашёл конфликт, я пока не знаю. Полученные данные противоречат друг другу. Для кого-то я до сих пор погибший адмирал, сгинувший в истории. Кто-то успел использовать моё имя в собственных целях. Есть и те, кому моё возвращение точно не понравится. Я не знаю даже того, сохранилось ли прежнее командование и кому сейчас подчиняются отдельные ветви Дома. Поэтому мне придётся сначала вернуться домой и уже после решать, кому вообще можно задавать вопросы и насколько вам будет безопасно со мной.

Ирис перестала двигаться. Я вспомнил её рассказы об Арквелях, одном из старейших Домов Империи, о флотах и мирах под их властью. Внутренняя война внутри такой структуры, как Империя, звучала совсем не как обычные семейные ссоры.

Мне всё ещё очень хотелось спросить, почему нельзя было хотя бы предложить пойти с ним, описать все плюсы и минусы. Но... Старик знал мою ситуацию, а я и без того знал ответ.

— Пока я сам не выйду на связь, никому не рассказывайте о нашем знакомстве. Не называйте моё имя без необходимости, не говорите, где встретили меня, сколько времени провели рядом и на каком корабле ушли с планеты. У меня всегда хватало врагов, а за прошедшие циклы их могло стать больше. Особенно осторожны будьте с представителями Империи, кто знает, кто перед вами.

— Вот это уже плохо. — тихо сказала Ирис.

Мне не понравился даже не сам совет, а то, что Астерион счёл его необходимым. Он не был существом, которое боялось каждого шороха. Если советовал скрывать знакомство даже от собственного народа, опасность была куда как более реальной.

И всё же запись открывала правду только наполовину. Кто начал войну? Из-за чего? Что именно он смог поймать? И как вообще ему это удалось? Даже про собственный Дом старик говорил осторожно. Практические вещи объяснял подробно, а причины... Свойственным себе образом обходил стороной. Вполне в его характере, только сейчас эта привычка раздражала сильнее обычного.

— Сам модуль исправен. Я успел заменить накопители, проверил двигатели, жизнеобеспечение и переходный контур. На этом же кристалле оставил инструкцию с переводом основных разделов на общий язык. Ирис разберётся быстрее. Алекс, пожалуйста, хотя бы первое время не экспериментируй с навигационным ядром. — сложил старик руки перед собой, как бы намекая на то, что думает о моих способностях попадать в переделки.

Я прикрыл глаза и очень надеялся. Надеялся, что когда-нибудь мы встретимся, и я обязательно смогу по нему попасть. Чем-то тяжелым. Ирис, словно прочувствовав крамольные мысли, усмехнулась.

— На расчётных чипах двести тысяч Солваров. Это не просто подарок, а скорее расчёт за вашу помощь и работу. — продолжала говорить голограмма. — Я не хотел, да и не смог бы, провести операции через современные сети и оставлять следы, поэтому использовал старые носители.

Значит, даже деньги он оставил так, чтобы нас труднее было связать с ним. Неужели дела действительно приняли такой опасный оборот?

— Куда лететь дальше, решайте сами. Я намеренно не вводил маршрут, оставив вас в пустом пространстве между тройкой ближайших обитаемых систем. — на этих словах его фигура повернулась, и он хлопнул себя по лицу, прежде чем продолжить. — Бг’лорг как всегда. Но не важно. После обновления навигации выберите ближайшую безопасную зону и не пытайтесь выполнять дальний переход по старой карте. Модуль надёжен, но техника древняя. Ирис, обязательно это учти.

Астерион ненадолго замолчал, затем его лицо стало чуть мягче.

— Надеюсь, мы с вами ещё встретимся. Если сведения окажутся преувеличены, возможно, очень скоро. Если нет, то не ищите меня. Я, по возможности, свяжусь сам, когда буду гарантированно уверен, что это безопасно. И да, оставил вам дополнительный подарок. Он находится в ящике, закреплённом на пилотском кресле. Откройте после записи. Думаю, оно в дороге вам пригодится.

Мы одновременно посмотрели на второе кресло. Снаружи ничего особенного, только спинка и правда казалась слишком массивной.

— Берегите себя. И постарайтесь хотя бы некоторое время не находить неприятности на свои шеи. До скорой встречи, ученики. — под конец он обратился к нам обоим, как к ученикам.

Голограмма рассыпалась золотой пылью, кристалл мягко опустился обратно в нишу, а в отсеке осталось только приглушённое гудение систем.

Некоторое время мы молчали. За обзорными поверхностями висели звёзды, совершенно равнодушные к нам и нашим проблемам. Не сомневаюсь, что точно так же они были равнодушны и к войнам, которые вели их “Дома”.

— Что думаешь?

Ирис повертела кристалл между пальцами, прежде чем тихо ответить.

— Что он сказал правду. Не всю, безусловно, но в главном точно не соврал. Если хотел защитить нас, способ вполне в его стиле и характере. Особенно если был уверен, что мы полезем следом.

— Я бы сначала выслушал. — попробовал не согласиться с ней, но столкнулся с очень выразительным взглядом. — Хорошо. Потом, возможно, полез бы следом.

— А я, скорее всего, пошла бы за тобой, потому что оставлять тебя одного рядом... ещё опаснее. Да и я должна тебе жизнь. В итоге старик получил бы двух добровольных заложников на собственной локальной войне.

Аргумент получился неприятно логичным. Я снова вызвал навигационную сферу, но понятнее от этого она не стала.

— И что теперь будем делать?

Ирис открыла вложенную инструкцию. Рядом с древними символами появились подписи на общем языке.

— Пока не знаю. — Ирис увеличила один из разделов инструкции и быстро пролистала несколько страниц. — Сначала разберусь с управлением. Здесь есть обновление звёздных ориентиров, пассивный поиск маяков, правила связи и инструкция к переходному контуру. Старик даже отметил порядок действий после аварийного отделения. Если поймаем свежий сигнал, система сама сопоставит его со старой картой и сможет пересчитать положение в пространстве. Ну а дальше всё просто, выберем ближайшую к нам систему. Ресурса для прыжка... не очень много.

— А если сигналов нет?

— Тогда расширим поиск. — развела она руками. — Да, двигатель слабенький, но энергии пока хватает, еда есть, воздух тоже есть. Так что паниковать явно рано.

Внутри тихо хмыкнул Аспект. Я решил не давать ему нового повода и вспомнил о последней части записи.

— Подарок, что он там о нём говорил?

Сбоку пилотского кресла обнаружился скрытый фиксатор. После нажатия массивная спинка отъехала вперёд, открывая встроенный серый ящик почти с половину кресла. Никакой сложной защиты, только обычная защёлка и пара механических креплений.

— Надеюсь, не очередная инструкция. — сказал я, вытягивая контейнер на пол.

— Какой-то он тяжёлый для инструкций и гипнограмм, которые старик отдельно оставил тебе в одном из контейнеров.

— Что? — воскликнул я. — И тут учиться? Стоп, подожди, а откуда ты... Впрочем, не важно. — я мотнул головой, возвращаясь к основной теме. — Старик сказал, что пригодится в дороге.

Ирис присела рядом. Я провёл сферой по корпусу и нахмурился. Материал почти полностью глушил восприятие, зато изнутри пришёл слабый тёплый отклик. Не очень походило на механизм или какое-то заряженное устройство. В общем, что-то странное.

— Ну, радует, что он не пустой. — подвёл я итог своим размышлениям.

— Очень полезное наблюдение. — вторила девушка, подталкивая меня вперёд. — Ты лучше открывай.

Защёлка поддалась легко. Крышка приподнялась на несколько сантиметров и упёрлась во что-то мягкое. Я потянул сильнее.

Из ящика донёсся сонный писк.

Следом крышка дёрнулась сама. Изнутри медленно поднялась огромная складчатая голова, длинные уши расправились в стороны, а на нас обиженно уставились маленькие чёрные глаза-бусины.

— Зачем Младший хозяин будить Бг’лорг? Я так сладко спать. — Коротышка потянулся и пару раз шлёпнул своими ушами по голове.

— Твою мать, старый! — одновременно выдохнули мы с девушкой.

Глава 3

— И сколько нам ещё добираться? — спросил я у девушки, медленно потянувшись в собственном кресле.

К моему сожалению, Ирис не ответила сразу.

Сейчас она сидела по левую руку от меня, в кресле первого пилота, и чуть подалась вперед перебирая навигационные окна один за другим. За прозрачной проекцией медленно тянулось переходное пространство. Не то самое дикое серебристое месиво, которое окружало корабль, где мы были вместе с Астерионом, а куда более спокойный коридор, собранный вокруг нашей маленькой посудины в узкую, почти ровную нить.

— Если расчёт автоматики не врёт, то меньше одного цикла. — Ирис провела ладонью по панели, сворачивая очередную схему. — Точнее не больше. Потом выйдем в обычное пространство, проверим ориентиры и пойдём к фактории на маршевых.

Но последнюю часть сказанного я едва услышал, потому что с пола справа донёсся протяжный вой.

— Хо-о-озя-и-ин...

Я медленно прикрыл глаза, пальцами надавливая на виски. Очень надеясь, что это хоть чуть-чуть, но поможет.

Бг'лорг сидел между двумя креслами, обняв колени короткими руками. Огромные уши свисали по сторонам головы, нижняя губа выпятилась так далеко, что на неё можно было без труда поставить свой обед, и осталось бы место для чашки. Последние несколько часов он находился примерно в одном и том же состоянии. Иногда затихал, начинал ковыряться в контейнерах или требовал еду, потом вспоминал Астериона и снова превращался в сирену бедствия.

— Хозяин бросить Бг'лорг. Хозяин улететь один. Бг'лорг плохой. Бг'лорг не нужен...

Ирис, судя по безмятежному лицу, уже успела словить дзен. Поэтому она даже не повернулась. Только её плечи едва заметно поднялись, а потом бессильно опустились обратно.

— Не реагируй. Прошу тебя. — обратилась она ко мне. — В прошлый раз ты его успокаивал, так вместо того, чтобы он прекратил, стал только громче.

— Да я уже заметил... — почесал затылок, добавив в самом конце. — Но ведь и так оставлять его нельзя.

— Хо-о-озяин говорить Бг'лорг хороший. Потом засунуть в коробка и бросить!

Коротышка всхлипнул так громко, что звук отразился от стен аварийного корабля. Ещё не больше минуты получилось терпеть этот скрежет и плач, но в конце концов, всему есть предел, даже у терпения. Поэтому все таки повернулся к нему.

— Да сколько можно? Он тебя не бросил, пойми, мы обязательно с ним ещё увидимся. Мы ведь специально тебе включали запись, ты сам все слышал!

Бг'лорг поднял голову, и пристально посмотрел на меня своими небольшими черными глазками, которые блестели от влаги.

— Хозяин сказать не искать. Он говорить не иска-а-а-ать!

— Понимаешь, он занят, у него есть проблемы, с которыми надо разобраться в первую очередь. — попробовал очередной раз объяснить ему, почему Хозяин внезапно бросить Бг'лорга.

— Тогда Бг'лорг надо помогать! — бодро подпрыгнул на месте коротышка, сменив свое настроение на сто восемьдесят градусов.

После этого он задумался, потом снова опустил голову к коленям и тоскливо засопел. Я отвернулся прежде, чем это “существо” успело придумать ещё один повод для трагедии.

Если совсем честно, в одном с ним мы расходились очень сильно.

Мне было совсем не жаль, что Астерион улетел один. Все таки у меня было некоторое понимание такого поступка. Зато всё чаще посещала подлая мысль, что коротышку старик мог бы и забрать с собой. В конце концов, войны великих Домов наверняка переживали вещи и пострашнее Бг'лорга.

— Не смотри на меня так. — сказала Ирис.

— Я вообще на тебя не смотрю. — буркнул недовольно в ответ.

— Вот именно. — закачала головой наемница. — У тебя лицо становится крайне фактурным, когда ты думаешь какую гадость учудить ближнему своему.

— Ничего подобного! — возмутился я, сверля взглядом девушку, лишь бы та забрала слова назад, но вместо этого она улыбнулась.

— Конечно, конечно…

Бг'лорг снова протяжно вздохнул за нашими спинами. Все, на что меня хватило – сменить тему, пока желание открыть аварийный шлюз не стало слишком сильным.

— Куда мы в итоге прыгнули? Ты тогда сказала, что выбрала ближайшую подходящую систему, но подробностей так и не дала.

Ирис улыбнулась уголками губ и вывела над панелью схему. Три светящиеся точки находились рядом, соединённые пунктирной линией. В них я уже без труда узнавал так называемые торговые маршруты. Наша же отметка двигалась к самой крупной из них.

— Да в общем-то тут нет никакой загадки. Астерион действительно оставил нас крайне удачно. Мы недалеко от торговой фактории Федерации Сотни. Система ресурсная, давно освоенная. — продолжала объяснять девушка. — Несколько добывающих станций, перерабатывающие комплексы и сама фактория.

— Звучит как какой-то гигантский рынок.

— В очень грубом смысле, по-примитивному, но недалеко от правды. — закивала головой Ирис. — Там живут, торгуют, ремонтируют корабли, нанимают экипажи, продают информацию. Есть медицинские центры, мастерские, гостиничные сектора, доки. Практически всё, что нужно разумному, который не хочет лететь во внутренние миры Федерации.

— И много там народа?

Ирис покачала головой.

— Не скажу точно, да и вообще сомневаюсь, что хоть кто-то знает ответ на этот вопрос. — быстро ответила она.

— Ну хотя бы примерно?

— Не хочу портить впечатление. Для тебя это будет первый нормальный внеземной узел. После мёртвых кораблей, Изнанки и планеты Бг'лоргов ты заслужил увидеть хоть что-то цивилизованное без дополнительных лекций.

— Знаешь, после таких слов я обязан заподозрить подвох. — нахмурив брови, прикинул, могла ли девушка так долго выстраивать многоходовку, чтобы подставить? Маловероятно, но кто знает...

— Это твои ментальные проблемы. — флегматично заметила наемница, и подхватив емкость с водой, сделала несколько глотков.

— Хозяин не было подвох! — жалобно возразил коротышка с пола.

Мы оба промолчали, и теперь я посмотрел на схему той самой фактории, полученной девушкой с какого-то сигнала. Но мой разум зацепился за другое. За важные, черт побери, слова.

Медицинские центры.

— А нормальные импланты там ставят? — как бы невзначай поинтересовался у девушки. Все таки, стоило признать, было в них что-то... полезное. Но, конечно, мой интерес лежал в другой плоскости.

— Какие именно? — бросила на меня мимолетный взгляд Ирис.

Вот тут надо было не перестараться, чтобы себя не выдать.

— Да любые. Я почти ничего про них не знаю. — развел руки в стороны, показывая собственное замешательство. — На корабле видел боевые, связные, вычислительные.

Интересно, насколько это вообще доступное приспособление?

— Смотри. — подняла она палец. — На фактории можно найти всё, конечно, при условии что хватит Солваров и совместимости. Например, импланты связи. — девушка ткнула себе в шею, и медленно провела пальцем, показывая тонкую металлическую сетку. — Их ставят почти в любой приличной клинике. Вычислительные... ну, если не будем брать уникальные и специализированные, то, тоже, ставят. Но они будут подороже. Боевые – гораздо сложнее, особенно если речь о серьёзных системах и вмешательстве в энергоканалы. — она замолчала, как если бы что-то вспоминала, и тряхнув головой, добавила. — Однако пойми, это торговая зона Федерации. Там даже нелегальные модификации можно найти, если знать, где искать.

Я кивнул, стараясь не показать, насколько сильно душу зацепили последние слова. Если там действительно были такие специалисты, которые умели работать не только с металлом и нервами, но и с энергетическими структурами, шанс появлялся. Черт побери! Да, смешной, но после всего случившегося я готов был цепляться за доли процентов!

Цилиндр с Вейлой находился через одну переборку от меня, в отдельной нише грузового отсека. Я чувствовал его присутствие каждый раз, когда проходил рядом. Никому рассказывать, что именно находится внутри и почему для меня эта штука важнее всего на свете, я не собирался. Чем меньше разумных будет знать, тем безопаснее. Сначала нужно самому понять, что могут местные клиники, и только потом решать, кому вообще позволять приближаться к контейнеру.

— Только учти. — продолжила Ирис, возвращая внимание к курсу, — хорошие импланты стоят дорого. Очень хорошие стоят неприлично дорого. А если организм необычный, цена растёт ещё сильнее.

— У меня совершенно обычный организм для человека.

Ирис медленно повернула голову и несколько мгновений смотрела так выразительно, что я сам отказался от собственной версии.

— Хорошо, хорошо. Когда-то точно был обычным.

— Вот с этим спорить не буду. — хмыкнула напарница, и сделала ещё пару глотков.

Бг'лорг всхлипнул.

— Хозяин любить Бг'лорг необычный организм...

Я не выдержал и ткнулся затылком в спинку кресла. Несколько минут мы летели молча. Точнее, молчали мы с Ирис. Коротыш время от времени шмыгал носом и тихо бормотал что-то о неблагодарных хозяевах, коробках и том, что приличных Бг'лоргов нельзя дарить без предупреждения.

Навигационный коридор продолжал медленно укорачиваться. До обычного пространства оставалось меньше цикла, но меня начал беспокоить совсем другой вопрос.

— Ирис.

— М-м?

— Ты говорила про медцентры, доки и гостиницы. А что там с документами?

Её пальцы на секунду замерли над панелью, и вот теперь мне совсем не понравилось выражение её лица.

— Документы. Точно... как я не подумала. — она шлепнула себя по лбу, прежде чем сказать. — С документами всё хуже. У тебя их нет вообще.

— Последнюю часть я и без того понял. Сам же об этом спросил. — немного подумав о бытие, представил себя в роли нелегала. — Ты лучше скажи, насколько это плохо? Тем более в нашей ситуации.

Она вымученно выдохнула, и потерла ладонью шею.

— Ни гражданского идентификатора, ни идентификатора принадлежности, ни реестровой метки Федерации, ни медицинского профиля. А с учетом того, что ты псионик... если тебя прогонят через глубокую проверку, половина системы решит, что ты искусственно выращенный агент, а вторая половина попробует купить твое тело для исследований.

— Очень дружелюбная у вас цивилизация.

— Это не цивилизация, это бюрократия. С ней, похоже, везде одинаково. — она повернулась ко мне, и подняв брови вверх, сказала. — Разве у вас было не так же?

— Так же. — с легкостью согласился я. Ведь, по сути, она была права.

Я посмотрел на Бг'лорга, который теперь буквально “выл” прямо в мое лицо. Это создание заметило мой взгляд, и перестало делать свои непотребства, любопытно раскинув массивные локаторы.

— А с ним что делать?

Ирис проследила за моими глазами и некоторое время молчала.

— С ним ещё веселее. — как-то нервозно хихикнула наемница.

— Бг'лорг иметь имя. Бг'лорг не им, не их, не и-и-и...

— Имя – это тебе не документ. — возразили мы одновременно.

— Ну, тогда Бг'лорг иметь копьё. Как такой вариант серебряная самка?

— Это тем более не документ.

Теперь нервные смешки вырывались у меня. Надо было как-то разгрузить напарницу, так что решил забрать ношу общения с чудиком на себя.

— Хорошее копьё. — тем временем продолжало говорить это недоразумение, явно не осознавая всей серьезности ситуации.

Ирис прикрыла глаза.

— В общем, план такой. На факторию официально захожу я. Этот модуль старый, но его штатную ведомость мы можем скорректировать вручную. Если никто не полезет в глубокие архивы, сделаю вид, что корабль принадлежит мне и экипаж состоит из одного разумного. А построили его... Да какая разница, обычно этим вообще никто не интересуется, особенно если ты наемник, а таких там очень, и очень много.

— А мы? — вновь повторил я свой вопрос, медленно указав пальцем сначала себе в грудь, а потом и в огромную черепушку нашего талисмана.

— А вас проведу без регистрации.

Я поднял брови.

— Контрабандой?

— Если тебе нравится это слово, да. Контрабандой. В грузовом отсеке есть парочка экранированных ниш. Для обычного таможенного скана должно хватить, потом выйдете уже внутри и разберёмся, как сделать тебе хотя бы временный профиль.

— А Бг'лоргу?

— Сначала тебе. Он хотя бы выглядит как представитель неизвестного вида. На пограничной фактории такими никого не удивишь. Ты выглядишь слишком... в общем ты слишком похож на Первого, и это ещё одна проблема.

— Никогда бы не подумал, что обычная человеческая морда лица может стать проблемой.

— Проблема в том, что человеческая, как ты выразился, морда, очень похожа на лица Первых. Да и в целом ты очень близок к ним… строением. — она прикусила губу, прежде чем сказать. — Просто отношение к Империи крайне предвзятое. Но стоит радоваться, что хотя бы не враждебное. Да и вообще, после пары местных процедур, поправим тебе внешность.

— Очень смешно.

Она улыбнулась и снова занялась панелью.

План мне не очень нравился, но другого всё равно не было. Лезть в систему Федерации без документов, имея на борту древнюю технику Первых и двух нелегальных пассажиров, звучало как начало очередной плохой истории.

— У нас без изменений. Мы, как всегда, действуем по ситуации.

— Ненавижу эту твою фразу. Каждый раз после неё начинается что-нибудь плохое, из чего мы с трудом вылезаем. — отозвалась девушка будто на автомате, даже не изменив собственного положения.

Но спорить с этим было нереально. Так что я только пожал плечами, а Ирис что-то пробормотала себе под нос и продолжила настраивать технику. Раз мешать ей больше было нечем, я выбрал занятие полезнее.

Гипнограммы.

Астерион оставил целую подборку, и судя по меткам, старик собирался занять моё свободное время на многие циклы вперёд.

Начал я с того, что выглядело относительно безопасно и просто. А именно: “Основы корабельной энергетики”, “общая техника”, и парочка блоков их подобия математики пополам с физикой переходных систем. Небольшой обучающий кристалл вставлялся в гнездо устройства, напоминающего диадему, только чуть массивнее. Так что я устроился поудобнее, зафиксировал затылок и подтвердил запуск.

Мир исчез без красивых переходов. Сначала пришёл белый свет, потом пространство вокруг сложилось в огромный технический зал. Передо мной висел разобранный энергетический распределитель. Не картинка и не схема. Более того, я словно чувствовал его массу, температуру и сопротивление каждого из мельчайших соединений. Даже слабую вибрацию поля, будто действительно стоял возле работающего узла.

Голос, раздающихся со всех сторон, не торопился объяснять хоть что-то. Вместо этого он требовал собрать какой-то контур.

Я потянулся к первой детали и ошибся уже на третьем соединении. Всё вокруг вспыхнуло красным, конструкция рассыпалась и через мгновение снова лежала передо мной.

Ещё раз.

На второй попытке появилось уравнение, только оно шло не строкой символов. А… даже не знаю, как объяснить, физическим ощущением зависимостей? В общем меняешь сечение канала, растёт нагрузка. Увеличиваешь подачу, поле начинает греться. Сдвигаешь фазу, система уходит в резонанс.

Знание не загружали в голову готовым пакетом, как хотелось бы. Его буквально заставляли проживать. Если верить тому, что говорила Ирис, достаточно уникальная система, разработанная Первыми. Остальные, как раз таки, грузили теорию. А вот практику приходилось нарабатывать.

Я собирал один и тот же узел снова и снова, пока руки в искусственном мире не начали действовать раньше, чем формировались мысли. Потом зал исчез, вместо него возник двигатель малой тяги для космических истребителей. Следом кусок навигационной решётки, схема охлаждения, странная задача по расчёту массы, которую только с Земными знаниями я бы никогда не решил.

Здесь же формулы становились пространством. Ошибся в коэффициенте, и виртуальный модуль уводило с курса. Не учёл нагрев, и перед глазами плавилась силовая линия. Слишком рано дал импульс, и весь отсек терял энергию.

После очередного провала раздался слишком знакомый голос. Голос вредного старикашки, где-то рядом со мной.

— Если после пятой ошибки ты продолжаешь делать одно и то же, проблема уже не в знаниях, а в твоей голове.

— Да иди ты в задницу!

Гипнограмма, разумеется, не обиделась. Очень надеюсь, что она не могла передать это оригиналу.

В общем я успел пройти ещё несколько десятков задач, пока снаружи проходили считанные часы, по моему измерению. Увы, но мозг постепенно начинал кипеть. Символы наслаивались друг на друга, энергетические схемы пытались занять место рядом с земной физикой, а особенно мерзкие задания заставляли использовать обе системы сразу.

Именно в тот момент, когда мне наконец удалось удержать переходный контур в зелёной зоне, мир потрескался. Кто-то очень бесцеремонно выдернул меня наружу, и я открыл глаза уже под взглядом Ирис.

— Мы прибыли.

— Можно было не вырывать меня посреди задачи. — устало потер переносицу пальцами, скидывая с себя обруч.

— Да я звала тебя трижды! — недовольно ответила наемница. — Ты не слышал, поэтому пришлось вытащить.

В голове ещё плавали остатки схем. Я сел, с трудом возвращая ощущение настоящего тела, и понял, что гул переходного контура исчез.

За внешними экранами был обычный космос.

Впереди сияла местная звезда, чуть правее неё виднелась бледная дуга большой планеты. А далеко в стороне мерцали несколько искусственных отметок, которые система наконец смогла подписать после обновления навигации.

Станции.

— Ну? — Ирис стояла у кресла, скрестив руки. — Впечатляет?

— Пока не особо, всего-то несколько точек.

— Мы ещё далеко. — как бы само собой фыркнула она.

Бг'лорг выглянул из-за перегородки. Плач он, к счастью, прекратил. Теперь коротышка жевал что-то из наших запасов и с подозрением рассматривал звезду.

— Хозяин там?

— Нет! — прикрикнула Ирис. Вот интересно, может я что-то пропустил?

Уши талисмана сразу опустились, и он обиженно отвернулся.

Девушка вернулась к управлению и вывела маршрут прямо до одной из меток. Судя по всему, это была фактория. Вот только расстояние было приличным. Однако для внутрисистемных двигателей и это было плевым делом. Модуль послушно набирал тягу, а старенькая система навигации связалась с одним из местных маяков, подтягивая местные маршруты, и отображая самый безопасный коридор из имеющихся.

Сдается мне, что старик что-то нахимичил с этим кораблем. Потому что то, что видели на основном, слишком сильно отличается от того, что было у нас.

Но об этом придется подумать потом, когда мы с ним увидимся. А сейчас я уже собирался спросить, где именно находится та самая фактория, когда над центральной панелью вспыхнул красный символ.

Ирис мгновенно замерла.

— Что? Что-то случилось?

— Нас подсветили.

Ещё один сигнал появился справа. Потом третий. На внешнем экране возникла новая отметка, быстрая и уверенно идущая нам наперерез.

— Полиция? Военные? — спросил я.

— Похоже на то. Скорее всего патруль Федерации.

Через несколько фаз пришел запрос на связь, который Ирис сразу же приняла. Голос был незнакомым, сухим и не заинтересованным в дружеском разговоре.

— Неопознанное малое судно. Вы вошли в контролируемую зону Федерации Сотни Планет без действующего транспондера. Немедленно погасите двигатели и прекратите изменение курса. Подтвердите приём.

Наемница выругалась почти беззвучно, и уже обращаясь ко мне, прошептала.

— Вот и долетались.

— Может просто проигнорируем?

Она посмотрела на меня так, что вопрос отпал сам собой.

— Патрульный корвет, пусть и старый. А мы на спасательном модуле, где половина систем не работает, как надо. — она кивнула, как бы показывая, что тоже заметила. — Если они решат остановить нас силой, остановят.

Девушка коснулась панели.

— Патруль Федерации, приём подтверждаю. Гашу тягу. Прошу не открывать огонь, аварийный борт, навигационный модуль устаревший.

Двигатели начали снижать мощность. По корпусу прошла лёгкая дрожь, и стало совсем тихо.

Отметка корвета стремительно приблизилась, оказавшись рядом с нами спустя десяток фаз. На экране наконец появился его силуэт. Узкий корпус, две длинные боковые секции, несколько выступов, где размещалось вооружение. По сравнению с кораблём Астериона он выглядел не очень большим. Рядом со столпом, и вовсе, крошечным. Однако по сравнению с текущей лоханкой, в которой болталась наша троица, он выглядел огромным.

— Аварийный борт, передайте идентификатор судна, владельца и экипажа.

Мы с Ирис переглянулись. План с незаметным заходом на факторию умер, так и не успев родиться.

— Сиди здесь. — тихо сказала она. — И ничего не говори, тем более по каналам.

— Даже если спросят? — точно так же шепотом отвечал ей.

— Особенно если спросят.

Бг'лорг поднял палец.

— Бг'лорг тоже молчать?

— Ты в первую очередь.

После этого коротышка прижал уши, и важно зажал рот обеими руками.

Ирис открыла служебный канал и отправила короткий пакет. Я видел только несколько строк. Имя, профессиональный статус, старый идентификатор наёмника и ещё пара кодов, которые ничего мне не говорили.

— Патруль Федерации, судно получено как трофей. Владелец и пилот Ирис, член анклава наёмников. Реестровый идентификатор передан. Бортовой журнал корабля повреждён, современные транспондеры отсутствуют.

Несколько секунд никакого ответа не было, а вот корвет продолжал сближаться.

Девушка всячески сохраняла спокойное выражение лица, но её пальцы хаотично стучали по подлокотнику.

— Долго проверяют? — шепнул я.

Она не ответила.

Снаружи корабль Федерации занял позицию выше и чуть впереди нас. Даже без знаний тактики было ясно, что оттуда удобнее всего будет уничтожить нашу посудину.

Связь щёлкнула.

— Аварийный борт, не изменять режим двигателей. Ваш идентификатор требует дополнительной проверки.

Ирис тихо выдохнула через нос.

— Подтверждаю. Ожидаю.

Прошло ещё несколько фаз. Потом на панели загорелся новый символ, и корабельный компьютер сообщил о попытке внешнего захвата навигационных контуров.

— Они лезут в управление? — спросил я, не желая просто так складывать лапки. Но девушка меня остановила.

— Пока только фиксируют, не горячись ты так!

— А что в этом хорошего?

— Ничего. Но и страшного, тоже, ничего!

На этот раз голос со стороны корвета изменился. Стал внимательнее что ли.

— Наёмница Ирис, подтвердите личность голосовым кодом и биосигнатурой.

Она послушно выполнила запрос. Сначала произнесла несколько слов на общем языке, затем приложила ладонь к панели. А модуль сделал все остальное, передавая нужные данные дальше.

Ответ пришёл почти сразу.

— Данные получены. Оставайтесь на месте.

— Что-то не так. — нахмурилась девушка.

Из нижней секции корвета вырвалась пара дронов, видимо, специально для таких действий, и зависли по сторонам от нашего корабля.

— Просто потрясающе! — пробубнила Ирис.

Бг'лорг продолжал сидеть с зажатым ртом и огромными глазами.

Связь ожила в третий раз.

— Наёмница Ирис. Согласно данным Анклава, предъявленный идентификатор принадлежит лицу, официально погибшему во время выполнения контракта. Статус подтверждён реестром, и руководством Анклава.

В кабине стало тихо. Очень. Очень тихо. Я готов был поклясться, что слышал, как девушка моргает.

— Повторите.

— В реестре Анклава наёмников вы числитесь погибшей. До установления вашей личности и происхождения судна вам запрещено продолжать самостоятельное движение. Погасить вспомогательные системы и подготовить корабль к буксировке. Разбирательство будет проведено в администрации торговой фактории Федерации.

Несколько секунд она смотрела прямо перед собой, после чего с холодным, ледяным спокойствие отключила вспомогательные системы. И только после этого выдала такую длинную и сочную тираду, что даже Аспект внутри меня заинтересованно притих.

Основная часть относилась к Харперам. Отдельные пожелания касались их родителей, потомков, кораблей, имущества и особенно того существа, которое решило закрыть её досье как погибшей.

— Эти твари... — Ирис резко поднялась с кресла, прошлась до стены и обратно. — Конечно. Конечно они так сделали! Зачем оставлять живой идентификатор у того, кого бросили на закрытой планете? Проще списать меня вместе со всеми хвостами. И если кто-нибудь когда-нибудь спросит, Ирис давно сдохла, контракт закрыт, выплаты проведены, вопросов нет.

— Зато теперь понятно, почему тебя никто не искал.

— Командир, прошу, не сейчас. — остановилась она, посмотрев в мои глаза.

— Всё, всё, понял. — примирительно поднял руки.

Снаружи корвет выпустил буксировочные захваты. Две светящиеся линии легли на корпус модуля, прошли через обшивку голубым сиянием и закрепили нас в поле. Двигатели окончательно погасли, даже маршрут на навигационной системе сам собой изменился.

Торговая фактория, до которой мы собирались добраться тихо и без лишних вопросов, теперь светилась конечной точкой сопровождения.

Ирис ещё раз посмотрела на статус, переданный патрульными, и прошипела что-то на своем родном языке. Я перевёл взгляд с неё на корвет, потом на Бг'лорга, который всё ещё послушно держал рот закрытым обеими руками.

План с контрабандой явно отменялся.

— И что теперь?

Глава 4

— И что теперь?

Мой вопрос прозвучал очень громко, хотя фактически, говорил я шепотом.

Девушка, источая злобу, обессиленно откинулась назад. Она все так же продолжала сидеть перед навигационной панелью. Только если до этого её руки работали бодро, порхая и перебрасывая окна с одного края проекции на другой, то теперь наемница делала все это будто в трансе.

Чуть правее от неё продолжала гореть красная метка патрульного корвета, ведущего наш корабль, поверх силуэта которого можно было заметить дуги буксировочного поля.

— Командир... прошу, дай мне подумать хотя бы пару фаз. — наконец выдавила девушка из себя. — Все таки пока что ничего страшного не случилось. По нам не стреляют, да и на захват никого не отправили. Это не такое паршивое положение, как могло показаться на первый взгляд.

— Вот это мне и не нравится. — прошептал в ответ, наблюдая за разрастающимися на обзорном экране кораблями, снующими из стороны в сторону.

— Алекс. — глухо простонала она.

— Всё, всё. Молчу.

Я действительно замолчал, только легче от этого не стало. По крайней мере мне. Обычно, когда происходила какая-нибудь дрянь, у нас была возможность понять правила. Если впереди химера, или порождение – уничтожь. Если разлом – руками не трогай. А вот если Астерион вдруг начинает извиняться – надо было, как выяснилось, бежать задолго “до”, иначе вот сулят такие неприятность. Тут же вокруг были десятки патрульных, и, как понял, военных кораблей.

Мало того, у нас запрашивали какие-то идентификаторы, девушка вообще оказалась погибшей наемницей, и, конечно, законы Федерации, про которые я ничего не знал и не слышал. Вот же гадство. Говорила мне Вейла – учись! А я... нет, но кто бы мог подумать, что она и тут окажется права?

И самое неприятное, что впереди ждала полная неизвестно, в которой нас как могли посадить в местное подобие тюрьмы, так и черт знает что ещё сделать. С подобного рода угрозами я едва ли умел работать, и потому, когда Ирис снова ответила на запрос корвета, я уже смотрел не на неё, а на грузовую переборку. Пока напарница что-то отвечала по связи, в моей голове отчетливо сложилась картинка, как спустя некоторое время сюда заходят неизвестные разумные, и начинают шмонать каждый контейнер. Они обязательно найдут емкость с Вейлой, гипнограммы Астериона, и остальное оборудование.

— Так, я скоро вернусь.

— Командир, ты куда? — Ирис на мгновение оторвалась от панели, и выключила канал связи.

— В грузовой отсек. На всякий случай соберу контейнер, и имущество, которое не очень хочется оставлять на виду, в случае, если будут полноценно досматривать.

Девушка посмотрела на меня чуть дольше обычного, но новый сигнал заставил её отвернуться.

— Только ничего не надо ломать. Прошу тебя. И не надо пытаться спрятаться самому, уверена, что они уже просканировали нас на предмет биосигнатур.

— Очень смешная шутка. — неосознанно, но мое лицо скривилось в раздраженной гримасе. Вот за кого они все меня принимают. За Бг'лорга, что ли?

— Но я не шутила... — тихо продолжала она.

Бг'лорг, будто почувствовав что я о нем думаю, выглянул из-за кресла, прижимая к груди сумку с едой. Он ест и ест. От чего мне кажется, что эта драная емкость была бездонной.

— Младший хозяин куда идти? — спросило это чудо.

— Туда, куда вот ты не пойдешь. — отрезал я. — Сиди здесь, и не мешайся пока под ногами.

— Бг'лорг не может мешать, Бг'лорг может помогать прятать! — подскочил коротышка, и затряс головой, в очередной раз шлепая себя по лицу.

— Вот именно поэтому и сиди на месте… лучше помоги Ирис. — ткнул пальцем в спинку её крсла. — Так сказать, окажи поддержку!

Коротышка сначала обиделся, но когда услышал, что нужна “поддержка” девушке, тут же приободрился. Зато наемница, она посмотрела на меня так... в общем, не спаси я её раньше, уверен, сейчас бы была драка.

В грузовом отсеке, помимо небольших, персональных контейнеров с разрозненным наполнением, мне удалось отрыть ещё один. Судя по информации, полученной с его панели, это был расширенный, используемый для транспортировки большего количества грузов. Он лежал в небольшой нише между силовыми ребрами, и по длине был не менее полутора метров.

Вполне может поместиться мне за спину, в случае чего-нибудь экстраординарного…

— Вот ты мне и нужен. — улыбнувшись находке, я активировал сжатое пространство внутри, проверяя, насколько оно заполнено.

— О, кто-то уже начал разговаривать с коробками. — с ленцой отозвался Аспект, будто потягивался где-то внутри меня.

— Слушай, ну в отличие от некоторых, они меня не игнорируют.

Намек был жирным, надеюсь, что он заставит его задуматься о своем поведение. А пока я продолжил свое занятие, сняв цилиндр, где предположительно находилась моя наставница. Он все ещё был таким же легким, как и ранее. Единственные несколько индикаторов горели ровно, а изнутри тянуло каким-то теплым чувством. Я осторожно уложил его самым первым, так сказать, на дно, и облегченно выдохнул.

Мне не хотелось, чтобы хоть кто-то знал, что именно находится внутри. Хотя, конечно, тот же Астерион, скорее всего догадывался о содержимом. Но за все время так ничего лишнего и не спрашивал. А вот от Ирис точно надо было держать в секрете. Особенно теперь, когда сама она официально считалась мёртвой и понятия не имела, какие вопросы нам зададут. Чем меньше ей придётся врать, тем лучше для всех нас.

Сверху я уложил гипнограммы, с любовью оставленные стариком, вместе с ними тройку медицинских наборов, запасные энергетические ячейки, кое-какой инструмент, и то, что показалось ценным. Получался самый обычный сборный груз любого путешественника. Достаточно ценный, чтобы не бросать, но не настолько странный, чтобы у местной таможни возникло желание залезть внутрь.

Я активировал крышку, и по краям метнулась золотая линия, показывая, что пространство внутри стабильно и заполнено на сорок процентов.

— Это все хорошо. Но что будешь делать, если потребуют открыть? — не без интереса поинтересовался Аспект, видимо надеясь, что скажу про силовые методы проникновения.

— Импровизировать. — меланхолично ответил я, очень рассчитывая, что получилось его разочаровать.

— Очень сильный план, можно сказать, надежный. — с иронией вторил мой собеседник, который на удивление сейчас показывал крайне высокую степень разговорчивости.

— Слушай, если у тебя есть лучше, то я весь во внимании. — немного помолчав, добавил. — А если нет, то и критиковать не надо.

Говоря откровенно, меня раздражало все это, начиная от неизвестности, заканчивая вот этими непонятными выпадами в мою сторону. Я совсем не понимал, чего он добивается. Только выводит из себя. Но ответа не последовало, поэтому будем считать, что тут победила моя настойчивость.

Взявшись за ручку контейнера, пару раз поднял его, проверяя вес. Встроенные усилители нанокостюма снимали большую часть нагрузки, и корпус завис рядом с коленом без проблем. Думаю, что загрузи его целиком, Все равно получилось бы поднять. По моим меркам он едва ли весил килограмм восемьдесят. Нет, ну какие у них классные технологии!

Теперь оставалось вернуться на мостик, что было делом одной минуты. Только когда вернулся – тут же замер по центру, зависнув между переборками.

За время моего недолгого отсутствия космос успел изрядно измениться.

Сначала я даже не понял, на что именно смотрю. Перед нами висело сооружение такого размера, что мозг упорно пытался принять его за спутник или кусок какой-то искусственного планетоида, кружащего на орбите материнской планеты.

Вот только планет рядом не было, а это и была Торговая фактория Федерации Сотни.

Она совсем не походила на корабли Первых, вообще не думаю, что их можно было сравнивать. Все таки там всё подчинялось одной, единой геометрии, как если бы конструкции придумывали сразу, а уж потом строили.

Фактория отличалась. Она казалась городом, который тысячи циклов рос в пустоте сам по себе. В её центре висело массивное веретено, покрытое рядами огромных обзорных площадок, с какими-то окнами, антеннами, выпуклостями, и аппаратурой. Вокруг проходили широкие кольца, но даже они отличались друг от друга. Одно почти полностью занимали жилые секции. Как я это понял? Очень просто, туда вели соответствующие голограммы указателей, и небольшие, маленькие шаттлы, снующие подобно муравьям, залетали в открывающиеся кармашки. Второе ощетинилось массивными причалами, а третье, кажется, разрывали промышленные блоки и длинные световые переходы. Если верить Ирис, конечно же.

От станции во все стороны расходились доковые ветви. На них висели десятки, может и сотни кораблей разных размеров. Некоторые рядом с нашим аварийным модулем выглядели настоящими левиафанами, не меньше того, на котором мы уходили с планеты Бг'лоргов. Поодаль мерцали добывающие платформы, мельтешащие туда-сюда. Грузовые караваны сходились к фактории все время, пока мы приближались. Буксиры тащили куски астероидов. Всё это двигалось и жило по своим правилам. Пузатые махины отстыковывались от одного причала и уходили к другому, вдоль внешнего кольца вспыхивали рекламные проекции, маленькие буксиры ныряли между кораблями, а на некоторых открытых площадках мне удавалось различить крошечные движущиеся точки. Может это и были разумные? До этого космос для меня состоял из пустоты и фантазий, где-то из новых планет и неразгаданных загадок. Даже “Стопл”, и тот оставался военным кораблем. Здесь же перед глазами висел обычный город, только вместо улиц у него были транспортные коридоры, а вместо окраин – вакуум.

Тем временем, застывшая перед глазами навигационная сфера, была полностью забита таким количеством маршрутов, что оставалось только удивляться, как здесь никто не врезается друг в друга

В какой-то момент я поймал себя на глупой мысли, что именно так всё и должно было выглядеть с самого начала. Не руины и не чудовища, а миллионы существ, которым надо куда-то лететь, что-то покупать, чинить и перевозить. От этого размер фактории становился ещё больше.

— Ничего себе... — выдохнул я.

— А я говорила, что не хочу портить впечатление. — впервые за последнее время улыбнулась девушка.

Даже Бг'лорг, и тот перестал жевать вяленое мясо. Он подошёл к экрану почти вплотную и расправил огромные уши.

— Большой дом. Много Бг'лоргов могут жить. — с какой-то невероятной осознанностью прощелкал коротышка. Не знай я его, и весь его род, подумал бы, что он уже задумал лихое дело по захвату имущества Федерации.

— Очень большой. — все таки согласился с ним я.

— Не дом, а фактория. — поправила нас наемница. — И я так скажу, это ещё далеко не самая крупная. Пожалуй... она средняя. Может, даже, чуть меньше чем средняя.

— Конечно. Зачем мне было спокойно жить с мыслью, что это предел развития разумных. — посмотрел я на Ирис.

Одновременно с нашим диалогом корвет продолжал тянуть нас к одной из внешних ветвей доков. На фоне станции он быстро перестал казаться большим.

Девушка свернула часть экранов и повернулась ко мне.

— В общем, слушай внимательно. Тихо войти у нас уже не получится. Они знают, что внутри нас трое. — подняв палец, она как бы показала всю серьезность ситуации, прежде чем продолжила. — Про меня всё ясно. Про Бг'лорга можно сказать почти правду, потому что никто всё равно не знает, кто он такой. Но с тобой. Командир. С тобой сложнее.

— Обнадёживает, но я весь во внимании.

— Предлагаю сказать, что я нашла тебя на неизвестном корабле. На аварийном модуле похожего типа. Документов не было, нормальных реестров тоже. Про память ничего не придумываем, иначе могут отправить на отдельное обследование.

— И откуда я? — задал логичный вопрос, понимая, что такая легенда рассыпется от любого чиха. Слишком все... просто.

— Ты не знаешь. Твой мир должен находиться где-то на периферии, а вот на внешних территориях встречаются малые расы, и редкие колонии. Отсутствие нормального профиля здесь редкость, но не невозможное событие.

— А что будет, если они начнут копать дальше? Что насчет того, как я попал в космос в принципе?

— Самое главное не помогай им. По поводу того, как попал в космос, если спросят – скажи, что шел, потерял сознание, и вот ты на корабле. — наемница посмотрела на меня, и в её глазах я смог прочитать тревогу. — Что? Пираты регулярно крадут примитивов, и другие виды. Пойми, наша задача не в том, чтобы придумать идеальную историю, а в том, чтобы не рассказать лишнего. Никакой Земли, Астериона и того корабля. Если не уверен в ответе... лучше посмотри на меня. Да, будет странно, да, подозрительно. Но нам никак нельзя раскрыть старика, и все наши предыдущие “приключения”. — намекнула под конец о событиях на моей родной планете она, прежде чем заметила контейнер. — Что ты туда набил?

— Да так, всякая мелочь: гипнограммы, часть оборудования, медицинские штуки, одежда и все, что показалось мне ценным. — я развел руки в стороны, прежде чем добавил. — Очень мне не хочется, чтобы растащили на сувениры.

— Хорошо. Правильное решение. Тут это может быть на раз-два. — удовлетворенно кивнула Ирис. — Нам повезет, если досмотр, как всегда, поверхностный. В этом случае никаких проблем не привидится, ведь департамент досмотра небольшой, а вот прибывающих много. Однако, если потребуют вскрыть, придется думать. А может потребуется заплатить…

От такой очевидности ладонь сама собой встретилась со лбом. Точно! О таком даже как-то не подумал. Кто мог знать, что это явление вселенского масштаба? Ну, конечно же, и тут берут деньги! Только вот деньги хоть и были, но разбазаривать на всякую чепуху не хотелось.

Корабль дёрнулся, и мы все внимательно посмотрели в обзорные экраны. Оказывается это корвет завёл нас в специальную выемку. Огромные створки прошли по краям экранов, затем мы оказались внутри освещённого дока. Буксировочное поле погасло, а вокруг корпуса вспыхнула странная сетка, которую Ирис почему-то назвала “контрольной”. После этого, прямо к нашему стыковочному шлюзу потянулся закрытый переход. Нечто похожее я видел в аэропортах на земле, этакая “гармошка”, выкатывающаяся из терминалов. Только, конечно, тут она была более технологичной.

— Всё, командир, приехали. Дальше придется идти пешком. — поднялась со своего места девушка.

— Бг'лорг готов выходить! — коротышка подпрыгнул, и ловко подхватил свое копье, показал несколько воинственных движений в сторону входа.

— А вот этого не надо, копье, будь добр, оставь. — покачала головой наемница. — И постарайся никого не кусать и не провоцировать.

— Бг'лорг без копьё маленький. — опустил он свои уши, и сделал расстроенный вид. — Бг’лорг сам не нападать, это большие вредитель бить Бг’лорг!

— Ты и с копьём маленький. — вырвалось у меня, но в голове были образы, где как в мультфильмах, он берет копье и резко вырастает.

Бг'лорг оскорблённо засопел, но спорить не стал, и послушно положил оружие обратно.

После того как наша тройка прошла шлюз, мы столкнулись со странной световой рамкой, встроенной в стены, и тройкой маленьких дронов, работающих на неизвестных для меня принципах. Они парили над полом, и поворачивались из стороны в сторону, двигаясь строго за нами, как если бы их привязали веревками.

Ирис, самая опытная из нас, прошла вперед самой первой. Дальше наступила моя очередь. Я потрогал пальцами контейнер, болтающийся за спиной, и следил за тем, как тело окрасилось тонкой сеткой. Никто и представить не может, каких усилий мне стоило держать энергию в узде, лишь бы не попытаться прорываться с боем. Под эти мысли сканирование прошло быстрее. Верхушка мигнула дважды зеленым светом, после чего неожиданно раздался голос со стороны одного бота.

Глава 5

— Личный груз? — спросил неизвестный, подсветив мой контейнер каким-то оранжевым лучом.

— Да. — ответил ему на общем, который с момента начала обучения удалось уже неплохо освоить. Нет, конечно не уровень “носителя”, как у нас принято говорить. Но вполне хорошо, чтобы свободно разговаривать.

— Биологически опасные материалы, нестабильные накопители или активные боевые системы имеются в наличие? — продолжил говорить бот.

— Нет. — отрицательно качнул головой. — Ничего из вышеописанного нет.

Пауза затянулась всего на пару ударов сердца, после которой он сдвинулся в сторону, пропиликав.

— Протоколом: три-два-семь-пять-семь, ваше пребывание временно разрешено на территории торговой фактории. Груз, так же, можете оставить при себе, до вынесения решения инспектором службы досмотра. — ещё раз пикнув, оно закончило все излишне торжественной фразой. — Добро пожаловать в Федерацию!

Следующая створка открылась только после того, как мы прошли дальше. В первую очередь я обратил внимание на то, как сильно сжимались мои кулаки. Одним чудом можно объяснить, что отвечая на вопросы, голос до самого конца оставался ровным.

Аспект внутри тихо хмыкнул, явно собираясь выдать очередную гадость, но мне было совсем не до того, поэтому пришлось его заранее перебить.

— Ни слова. Просто молчи.

— Я ничего не сказал. — прошелестел он в ответ, скрываясь на просторах внутреннего мира.

А вот Бг'лорг задержался в рамке чуть-чуть дольше, чем мы. Один из дронов дважды облетел его вокруг, как если бы рассматривал доселе невиданное животное.

— Бг'лорг красивый. Бл’лорг знать это. — смущенно царапнул ногой пол коротышка, чуть было не оставив там царапину. — Можно не смотреть так много.

А вот тот, кто управлял дронами, или просто следил через них, не оценил. Просто молча отделился, сказав дежурную фразу приветствия, и улетел восвояси.

За переделами шлюза нас встретили два, черт побери, живых сотрудника! Что могу сказать? Это были не первые пришельцы, с которыми я виделся, и даже не вторые. Но даже так – они выглядели непривычно.

Первый – приземистый, бочкообразный карлик. Стоило его увидеть, как в голове складывалась идеальная ассоциация: гном или дворф из книг. Очень колоритный персонаж, с угловатым телом, короткими шажочками, и басистым голосом. Черт, да даже его волосы были похожим образом заплетены в косы, хоть и напоминали пластик.

Второй же был сильно выше, по внешнему виду, тоже, мужчина. Странный мужчина. Особенно форма его тела: худая, плавная, чуть ли не заворачивающаяся сама в себя. Именно такие слова первыми возникли в голове. Да и перемещался он причудливо, имея вытянутые конечности, он, как и карлик-гном, делал короткие шаги. При этом ног у него было четыре. Твою мать. Четыре ноги!

Мотнув головой, и стараясь на них не пялиться, я направился следом. На протяжении всего времени провожатые молчали, просто показывая дорогу. Они вели нас по широкому коридору, иногда оборачиваясь назад, проверяя, все ли в порядке, и не исчезли ли мы. При этом на поясе у каждого индивида виднелось оружие, но никто за него не держался и не хватался.

Тот, который выглядел как дворф, наконец заговорил. Он попросил нас не волноваться, видимо что-то такое почувствовав. И добавил, что речь идет только о проверке личности. Удивительно, что о судне неизвестного типа никто и ничего пока не спрашивал. Из этого смог сделать вывод, что наш статус был и правда хорошим, поэтому ни наручников, ни приказа держать руки на виду, ни десятка бойцов за спиной – не было.

Сложно поверить, что все, что им надо – удостовериться в наших личностях, и разрешить ситуацию с “мертвой” Ирис. И на этом всё.

Мне от этого почему-то становилось не спокойнее, а наоборот, гораздо тревожнее. С противником хотя бы можно было понять чего ждать, когда он атакует, и, что с этим делать после. Здесь же лишь одна неправильно сказанная фраза могла оказаться важнее. А я даже не знал, какие именно слова считаются неправильными.

Коридоры фактории, по которым мы проходили, оказались очень широкими, гораздо больше тех, что видел за последние пару сотен циклов. С другой стороны оно и не мудрено, тут ходило так много разумных, что и не счесть.

По окружающим стенам бежали рекламные проекции, мимо проходили грузовые платформы, из соседних переходов доносился гул голосов. Где-то язык был узнаваемым, общим, а где-то и нет. Несколько раз навстречу попадались существа, внешность которых я раньше даже представить не мог.

Например, высокий разумный, с гуманоидным телом, полз... он полз как улитка, вот только вместо раковины, на его спине разместились какие-то ящики. Следом за ним проплыла прозрачная сфера. Было дикое делание ткнуть, и посмотреть, что будет дальше. Но нечто похожее на медузу внутри останавливало.

В общем впечатлений была масса. Последний раз их так много испытывал, когда впервые попал в зоопарк. Хоть и плохое сравнение, но очень правдивое. Я банально не мог оторвать от них взгляда!

— Прекрати пялиться. — тихо сказала Ирис.

— У нас на Земле медузы обычно не летают по коридорам. — таким же шепотом ответил ей.

— Во-первых, это не медузы. — улыбнулась наемница. — А во-вторых, будь добр, либо привыкай быстрее, либо копи свои удивления на потом, когда мы останемся одни, вдвоем. — посмотрев на коротышку, подпрыгивающего рядом, она добавила. — Или втроем.

Так мы по итогу и дотопали до небольшого помещения, размещенного все в том же секторе доков, но с отдельной вывеской на неизвестном языке. Внутри было просторно, и за исключением парящего стола, шести яйцеобразных кресел и прозрачной стены, с видом на космос, больше ничего не было.

Первое, на что обратил внимание – это тройка разумных одетых в одинаковую амуницию. В отличие от двойки провожатых, исчезнувших за створками, эти не очень походили на сотрудников досмотрового отдела.

Самой первой поднялась женщина, если мне не врет интуиция. Именно она была лидером. Одета в плотную, облегающую темную куртку с какой-то красной меткой на груди. На её виске горел целый ряд индикаторов, уходящих металлическими дорожками ниже, к шее. Импланты. А легкая дымка перед глазами намекала, что нас уже успели просканировать. Но самым примечательным были маленькие вкрапления на щеках. Похожие видел у Ссай’Ры, но там они выглядели как звездочки, а тут больше треугольные метки, а может и шрамы.

Рядом с ней сидел массивный серокожий мужчина с четырьмя накаченными руками. На его голове не было растительности, полностью гладкий череп, обтянутый тонкой кожей. Точно так же не было и ушей, совсем. Зато это компенсировали глаза. Большие. Несоразмерные с остальной частью черепушки.

А вот третий, третий напоминал прямоходящего ящера. Максимально обычный, примитивный рептилойд, как назвала бы его Алиса. Он лениво крутил круглый жетон между пальцев, и раз в пару секунд проходился языком по сухим губами

Женщина посмотрела на мою напарницу и присвистнула.

— Наемница Ирис, точно она, хоть для покойницы выглядит вполне неплохо.

— Анклав? — сипло выдавила из себя девушка, из-за чего точно нельзя было сказать, радовалась она этой встрече, или нет?

— Он самый. — утвердительно кивнула женщина. — Меня зовут Таура Лигвис, я являюсь руководителем по внешним операциям, и принадлежу к местному филиалу Анклава Наемников. — она представилась, и дернув пальцами над предплечьем, показала какую-то информацию, понятную только им. — Досмотровая служба связалась с нами, когда получила ваш идентификатор. —женщина тряхнула длинными волосами, добавив. — Не то, чтобы, это нечто новое. Но в вашем случае, требовало дополнительной проверки. Особенно учитывая, что прошло около большого цикла с даты вашей официальной смерти, подтвержденной членами команды.

Таура хотела сказать что-то ещё, но не успела. К нам вошел ещё один посетитель, которым оказался инспектор досмотрового подразделения Федерации. Он устало посмотрел на каждого из присутствующих, как если бы ждал когда Лигвис закончит, но не дождался и зашел раньше.

Сев в главе стола, показал ладонью рядом, приглашая и нас. В отличие от большинства, он выглядел почти как я и Ирис, что было удивительным. Если, конечно, не считать темно-зеленой, болотной кожи и светлых глаз без зрачков.

— Сразу обозначу, под запись. Это не допрос. — мужчина посмотрел на Тауру, видимо, сказав это больше для неё. — Мы обязаны были отреагировать на неизвестное судно, вошедшее в нашу систему без работающего транспондера. Тем более, когда им управляет пилот, чей идентификатор был официально закрыт по причине смерти. — он дернул рукой, и перед нами образовалась трёхмерная проекция. — Необходимо привести записи в порядок и понять, являетесь ли вы той самой Ирис, или нет. Для этого, так же, тут присутствуют представители Анклава Наемников.

Моя напарница без раздумий, и без тени сомнений положила ладонь на небольшую пластину, появившуюся перед нами из парящего стала. И спустя одну-две фазы мелькнуло её дело и старые фотографии.

— Биометрия подтверждена... частично. — удивленно раскрыл глаза инспектор, но быстро взяв себя в руки, продолжил. — Генетические маркеры совпадают, остаточный профиль имплантов тоже. Вы Ирис. Но по данным Анклава погибли во время выполнения контракта. — смахнув первую голограмму, он открыл какой-то новый документ, и продолжил. — Работодатель закрыл статус и все обязательства. Как перед вами, так перед Анклавом и третьими лицами.

Женщина с вкраплениями на лице, до этого мило улыбающаяся, резко стало серьезной, как если бы что-то поняла, но озвучивать не стало. Вместо этого она просто задала вопрос, обращаясь напрямую к Ирис.

— Кто были вашими заказчиками? — и, прежде чем моя партнерша успела что-то сказать, она решила добавить кое-что ещё. — Понимаю, что контракты не разглашаются, как и наниматели, но у нас были неприятные случаи... кое-чем напоминающие ваш собственный. Прошу, посодействуйте в их разрешении.

— Что тут скрывать? — хмыкнула девушка. — Кхм, это была компания “Харпс”. — без стеснения, и дальнейших уговоров, ответила белоглазая.

Название крайне сильно походило на “Харперов”, о которых мне уже доводилось слышать. Но, так же как уже мне объясняла Ирис, многие пираты заводят частично легальные компании. Кто-то через них делает официальные заказы на наемников, кто-то отмывает Солвары. В общем, ничего нового.

При этом каждый из присутствующих, даже если и знал их, предпочел сделать вид, что слышит впервые. А может и правда о них не слышали. Все ж таки образований много, в чем успел убедиться давным-давно.

— Подскажите, Ирис, вы можете рассказать, что произошло после начала контракта. Подробности не требуются, только краткие факты и тезисы. — попросил инспектор.

Ирис несколько мгновений смотрела на панель, потом на женщину в форме Анклава, которая слегка кивнула.

— Контракт сорвался. Работодатель бросил часть группы в зоне операции и ушёл. Связь с внешними сетями была потеряна. Я... не без труда выжила, позже повезло выбраться самостоятельно.

— Координаты зоны выполнения задания? — быстро спросил зеленокожий, но тут же был перебит Таурой.

— Стоп, вот это уже лишнее. — начала женщина напротив, опираясь ладонями о стол. Её импланты замигали. — Вы знаете, что это конфиденциальная информация, как со стороны заказчика, так и со стороны Анклава. И Ирис не обязана отвечать.

Инспектор неторопливо повернулся к ней, задерживая ненадолго взгляд. Потом вернулся к моей напарницы, словно вообще ничего не случилось.

— Что ж, тогда на этом с вами можем закончить. — коротко подвел он итог. — Ваша личность подтверждена, для перемещения по территории Федерации этого достаточно. По вопросам лицензии наемника, иным документам и сопутствующим доступам, включая финансовый, будет заниматься Анклав.

— Верно. — кивнула та самая женщина, уже довольно сложив руки на груди, будто празднуя маленькую победу над бюрократией.

Всё оказалось настолько буднично, что я начал понемногу расслабляться. Однако инспектор почувствовал это, и повернулся уже ко мне.

— Теперь ваша очередь.

Вот вам и момент истины. Делать было нечего, пришлось класть ладонь на пластину, надеясь, что меня не посадят на пару десятков лет в тюрьму как нелегала.

Панель, просканировав ладонь, мигнула и начала один за другим формировать запросы. Биометрия, генетическое сопоставление, имплантный профиль, гражданские сети, пограничные реестры, энергетический форм-фактор. И это только часть того, что я успел перевести и разобрать.

Увы, везде появлялось одно и то же. Совпадений нет.

— У вас нет идентификационного импланта? Как и имплантов в принципе? — удивленно воскликнул мужчина, и махнув рукой, ещё раз перечитал сообщения на голограмме.

— Нет. — коротко ответил я, стараясь всячески держаться, чтобы лишний раз не выдать собственных переживаний.

— Тогда, пожалуйста, назовите ваш родной мир.

Вот и приехали, как там было? В любой непонятной ситуации, надо смотреть на Ирис. Что, в общем-то, тут же и сделал, увидев, что она аккуратно покачала головой из стороны в сторону.

— Не знаю, как он называется у вас, да и не уверен, что у него вообще есть название. — почесав затылок, я для убедительности добавил. — Мы и материк то наш называли просто, материк.

— Тогда может быть назовете государство, или формирование которому принадлежали на своей родине? — не сдавался инспектор, открывая новое окно.

— Извините. — глупо улыбнувшись, сделал максимально идиотское лицо, на которое только был способен. — Тут тоже не могу сказать, у нас таких не было.

Зеленокожий хмыкнул. Не поверил. Было видно. После чего откинулся в кресле, явно собираясь задать какой-то каверзный вопрос. Вот только вместо этого, в диалог вклинилась Ирис.

— Я нашла его в аварийном модуле, он дрейфовал в одной из диких систем, если правильно помню, около восточного пограничного сектора Федерации. Никаких действующих реестров или навигационной записи внутри не было. Он был один.

— Понимаю, дикие земли. — кивнул головой мужчина, словно девушка смогла его убедить. В чем я, конечно же, сомневался. — Но вы ведь говорите на общем. — заметил инспектор. — И судя по данным, полученным во время сканирования, являетесь псиоником.

— Что такое псионик я не знаю. — моментально среагировал на провокацию. — А вот язык... — я сделал вид, будто подбираю слова, прежде чем добавил. — Его выучил после того, как мы с этой девушкой встретились.

Было видно, что он, хоть и принял объяснения к сведению, на самом деле не поверил сказанному. Совсем. Из-за чего запустил новый поиск.

— Назовите ваше имя.

— Алекс.

— Если есть, назовите родовое имя.

— Такого нет.

— К какому виду вы себя причисляете? — прислонив пару пальцев к подбородку, он поднял глаза вверх и перефразировал. — Либо назовите, какое название ходит внутри ваших групп?

— Человек.

Система снова ничего не нашла. Серокожий представитель Анклава подался вперёд и указал верхней рукой на голограмму.

— Попробуй малые расы вместе с локализованными линиями неразвитых миров. Она же сказала, что с восточного сектора, а там их больше всего. Да и на внешних территориях встречаются колонии, которые давно исключили из общих сетей, чтобы местные примитивы не мешались. Я видел похожие случаи.

Таура подтверждающе хмыкнула, и активно закивала, как бы поддерживая своего коллегу.

— Не первый разумный без нормального профиля. Иногда система годами не может найти родительскую ветку. — развела руки в стороны женщина. — Если одна из наших наемниц, имеющая девятый ранг псионика, готова поручиться, то мы, в принципе, можем взять первичную регистрацию на себя.

Инспектор потёр переносицу. Мне впервые стало немного легче от ощущения, что я тут не был один. Судя по всему, отсутствие документов внезапно перестало выглядеть преступлением и стало для них обычной неприятной работой.

— Под поручительство Анклава… мы можем создать временный профиль для нахождения на территории фактории. Вот только для того, чтобы покинуть, необходимо будет зарегистрировать полноценный профиль.

Я не понял и половину из сказанного, но, кажется, основную суть уловить смог.

В камеру меня не отправляют.

Однако было слабое звено. Ведь у нас оставался Бг'лорг, всё это время болтавший ногами и пытающийся уместиться в большом кресле. Увидев взгляд инспектора, он моментально выпрямился.

— Его проверять особо смысла нет, поэтому, будьте добры, назовите свое имя. — обратился зеленокожий к коротышке.

— Бг'лорг.

— Полное имя?

— Бг'лорг. — ни капли не раздумывая ответил наш талисман.

— Родовое обозначение?

— Бг'лорг... хороший род. — в конце этот проказник защелкал зубами, да так мечтательно закатил глаза, что даже я в это поверил.

А вот серокожий наёмник отвернулся и закашлялся, вместе со своими компаньонами.

— Вид и расовая принадлежность? — продолжил сохранять каменное лицо инспектор.

Бг'лорг расправил уши, выпятил грудь и ответил так уверенно, словно наконец услышал правильный вопрос.

— Красивое!

В комнате стало тихо. Совсем тихо. Даже автоматика, и та была в шоке. Женщина с вкраплениями и имплантами отвернулась самой первой, да так быстро, что было ясно – использовала силы. Ящероподобный наёмник спрятал морду в ладони, делая вид, что очень, очень глубоко дышит.

А вот инспектор отдела дознания лишь медленно кивнул, нехарактерно медленно, особенно если смотреть за глазами, которыми очень-очень быстро моргал.

— Нет… — тихо начал он. — Ты, возможно, не понял. Я спрашиваю биологическую принадлежность.

— Бг'лорг принадлежать Бг'лорг. — как ни в чем не бывало отвечал коротышка, делая свою излюбленную физиономию, когда он думает, что объясняет прописную истину детям.

— Название вида?

— Бг'лорг.

На панели появилась новая строка, и наше недоразумение пробовало вытянуть шею, чтобы посмотреть что там такое.

— Понятно, неустановленный вид. — устало пробубнил зеленокожий.

— Бг'лорг установленный. Бг'лорг вот он! – уши тут же прижались к голове, а длинный коготь уперся в его маленькую грудь.

На этом уже не выдержал здоровяк, и гулко расхохотался. Даже мы с Ирис улыбнулись, а вот инспектор позволил лишь уголкам рта дернуться вверх.

— Не волнуйся, запись будет временная. Потом, после более точной проверки, поменяем.

— Нет, ты должен Бг'лорг записать красивый! — гнул свою линию ушасты и посмотрел на меня так, словно именно я отвечал за устройство цивилизованной галактики. — Плохие документы.

На этом основная часть закончилась. Инспектор собрал записи в один пакет и отправил их представителям Анклава. Их представитель, Таура, поднялась, однако тот её остановил коротким жестом.

— Ещё одно, я вам кое-что направил... в рамках наших договоренностей. Не забудьте посмотреть.

Я обратил внимание, как у женщины мигнул индикатор импланта, она, видимо, с чем-то ознакомилась, и медленно. Очень медленно кивнула.

— Ирис, Алекс… идемте. Остальное решим уже в нашем филиале. — сказала она.

Девушка молчаливо кивнула, поднялась, и вышла следом за группой наемников. Я подтянул к себе контейнер. Зелёный индикатор по-прежнему горел ровно. Вейла оставалась внутри, гипнограммы тоже, а за весь разговор никто даже не попросил открыть крышку.

Бг'лорг спрыгнул с кресла и посмотрел вслед девушке.

— Младший хозяин, серебряная самка злиться?

— Нет, не думаю. — задумчиво качнул головой, выходя за пределы помещения.

Когда оно опустело, зеленокожий откинулся назад и прислонил ладони к лицу. Никто не видел, но между пальцев проскользнула странная улыбка.

— Надеюсь, что не придется больше работать. — сказал он в тишине, и нажав что-то около шеи, добавил в пустоту. — Оцепите площадку сто два, приемных доков департамента досмотра.

Глава 6

Казалось, что место, где нас разместили, комнатой называли только из уважения к тем, кто в ней жил.

Если вытянуть руки в стороны, до обеих стен я, конечно, не доставал, но не потому, что помещение было очень просторным. Нет, просто одна сторона почти целиком состояла из прозрачной панели, а вторая уходила в узкую нишу с четверкой выемок, внутри которых были лежанки.

Ещё здесь имелись стол, откидывающийся прямо из стены, небольшой санитарный блок и что-то напоминающее шкаф, с ячейками под личные контейнеры. Увы, для моего, грузового, подходила лишь одна из них. Видимо, никто особо не задумывался о том, что посетители будут ходить с большими носителями. Впрочем, поместился и ладно.

Ирис назвала условия для временного бокса вполне приличными. После подвалов, разбитых кораблей и ночёвок под кронами диких джунглей, спорить с ней было трудно. Тем более вид отсюда открывался действительно интересный.

За прозрачной стеной тянулась одна из внутренних улиц фактории. Именно улиц, по-другому назвать её у меня не получалось. Широкая, она уходила в обе стороны так далеко, что дальние участки терялись в дымке освещения. Посередине двигались грузовые платформы, вдоль краёв тянулись магазины, мастерские и какие-то заведения, назначения которых я пока не понимал в силу слабой осведомленности. Над головами прохожих вспыхивали проекции на десятках языков. Иногда мой разум цеплялся за них, частично давая возможность разобрать смысл, а иногда он просто сдавался от той мешанины знаков и символов, которую видел.

Я сидел прямо на подоконнике, если прозрачный выступ в космической станции вообще можно было считать “подоконником”, и уже который раз ловил себя на мысли, что бессовестно рассматриваю прохожих.

Только теперь старался делать это незаметно, как и просила напарница. После замечаний со стороны Ирис, мне правда стало несколько неудобно и неуютно.

Внизу прошла группа высоких двуногих птиц с одинаковыми серыми сумками, и трубками, ведущими глубоко в их клювы. Следом прокатился уборочный автомат, объезжая прохожих с таким достоинством и величием, словно именно ему принадлежала фактория вместе со всей системой. Навстречу ему шла почти человеческая женщина с парой дополнительных глаз возле висков. За руку она тащила индивида поменьше, кажется, своего ребенка. Тот, если я правильно смог разобрать его гримасы, ныл и что-то требовал от самой женщины.

Она же по началу никак на это не реагировала, но под конец тяжело выдохнула и все ж таки сдалась.

Эта картина заставила невольно улыбнуться.

Вот такое почему-то поразило сильнее, нежели огромная станция, россыпи военных кораблей, и десятков, сотен рас, перемещающихся из стороны в сторону. Не технологии, а обычная мать, которой ребёнок выкручивает руки возле магазинов.

На Земле Алиса делала примерно то же самое. Ей было лет семь, когда она считала своим долгом остановиться возле каждого киоска с мороженым. Мама злилась, я же вместе с Артёмом ждал в стороне, до тех пор, пока финальное решение не примет отец, часто потакающий заскокам любимой дочурки. Что говорить, мы все ей потакали в некоторой степени. Но даже так, сестра никогда не перегибала палку.

Улыбка ушла сама собой. Память всё ещё умела подсовывать хорошие вещи, да так, чтобы через какую-то пару секунд стало очень больно.

На пересечении широкой улицы и ближайшего ответвления, висела реклама курорта. Синяя вода, белые берега, и здоровенное кольцо просто грандиозных размеров. Как успел понять, это одно из самых колоссальных сооружений в нашей части галактике, которое доступно для посещения всеми, без исключения. Даже не просто “доступно”, а обязательно к посещению хотя бы раз в жизни.

Я провёл ладонью по холодной прозрачной панели.

Земля осталась очень далеко, настолько, что мне не удавалось даже представить, сколько отсюда туда добираться. До неё нельзя было дойти, доехать или даже просто взять и полететь на нашем маленьком модуле. Я понятия не имел, где она находится относительно этой фактории. Не знал, сколько займёт путь обратно и что вообще увижу, если однажды вернусь.

Мама. Артём. Алиса. Аня. Марков. Нюхач. Сережа... Рита. Остальные.

Где они сейчас? Что они делают? Выжили ли?

Мы ведь уходили не навсегда. По крайней мере, тогда я так себе говорил. Помочь найти нужные файлы для полковника, а так же что-то, что помогло бы вылечить Сережу. И просто дожить до следующего дня. Элементарный план, если забыть, во что он превратился.

Теперь получалось, что я хрен знает где, один из немногих, кто мог помочь, улетел разбираться с войной собственного Дома. Найденная инопланетянка, Ирис, вновь числилась живой. А ещё со мной путешествует карликовое недоразумение!

Благо удалось зарегистрироваться, и стать кем-то вроде разумного неизвестного происхождения. Вот только такой статус не давал возможности покинуть систему без полноценной регистрации.

А Вейла, наставница, она лежала в цилиндре в двух шагах от меня.

Я машинально посмотрел на шкаф.

Контейнер стоял внутри, закрытый и экранированный. Все индикаторы были в норме. После прихода сюда я проверил их не меньше четырех раз. Потом ещё, потому что предыдущие почему-то не смогли меня убедить.

Медицинские центры на фактории существовали, как и рассказывала наемница. По дороге сюда я успел увидеть рекламу нейросетей, замены органов, и установку боевых имплантов.

В другой ситуации я бы уже ходил по клиникам и активно задавал вопросы, в попытке выяснить, возможно ли воплотить мой не озвученный план в “жизнь”.

Но пока что было рано. Слишком рано.

У меня нет документов, как нет и нормальной истории. Нет даже уверенности, что первое же сканирование цилиндра не заставит местных специалистов поднять тревогу. А если Вейла действительно оставалась живой ментальной структурой, как мы успели с ней понять, неизвестно что с ней сделает чужое оборудование.

Торопиться после всего случившегося было бы идиотизмом, и это я понимал слишком хорошо. Вот только понимание совсем не помогало, когда достаточно было закрыть глаза, чтобы услышать её далекий голос.

Никогда не думал, что буду так сильно скучать по тому, как она задорно хрустит несуществующим виноградом.

— Неожиданно разумный вывод. — лениво заметил Аспект, явно подразумевая какую-то гадость.

— Вот снова ты в горлышко лезешь. — насупился я. —Напомню, что твоим мнением особо не интересовался, тем более после того, как ты меня заигнорировал.

— Я вообще молчал.

— Вот и продолжай молчать.

Из глубины комнаты, со стороны ближайшей лежанки, донёсся громкий храп.

Бг'лорг развалился поперёк, занимая собой почти все пространство. И это учитывая тот факт, что она была рассчитана на существо почти втрое больше него. Одна нога свисала наружу, уши лежали на подушке, а рядом валялась пустая упаковка из-под какой-то местной еды, которую представитель Анклава принёс нам вместе с ключом от бокса.

По крайней мере один из нас освоился быстро.

— Вот кому точно хорошо. — полушёпотом и с улыбкой сказал я.

— Признаю, у него действительно крайне здоровый подход к жизни. — заметил Аспект. — Есть еда, место для сна и пока никто не пытается убить. Зачем что-то усложнять?

— Слушай, ну по твоей логике, мне тоже стоит начать выть по старику, и жрать все подряд. Вот тогда заживем.

— Второе у тебя уже получалось, при том очень даже хорошо. — хитро хмыкнуло воплощение силы, прежде чем скрыться глубоко внутри.

Я усмехнулся и снова посмотрел вниз.

Там жизнь продолжала двигаться мимо нас. Кто-то торопился, кто-то ругался возле грузовой платформы, двое длинношеих существ спорили у витрины. Ничего великого.

Сколько прошло времени с момента катастрофы? По нашим меркам, пожалуй, в районе года. За который я слишком хорошо привык, что любой спокойный день надо отвоёвывать силой. Сначала на Земле, потом внури Изнанки, потом на чужой планете. Здесь десятки тысяч разумных вокруг даже не подозревали, что для кого-то возможность спокойно идти за покупками выглядит чудом. Хотя, искренности ради, стоит заметить, что и я не знал об их проблемах.

Странное чувство.

Будто я вылез из пожара и оказался там, где люди продолжают пить кофе, потому что их дома не горят. Ни зависти, ни злости не было. Скорее хотелось просто посидеть и посмотреть за дальнейшим развитием событий.

К слову, именно этим сейчас и занимался. Пока что можно было расслабится. А вот чуть позже вернётся Ирис, и кто знает, что начнется дальше. Начиная от работы с документами, заканчивая попытками банально выбраться отсюда. Слишком много дорог лежали передо мной. Или перед нами?

Я прислонился головой к прозрачной стене, и тихо выдохнул. В отличие от Земли, тут конденсат не образовывался. А если и образовался, то сразу пропадал.

— Иногда очень хочется, чтобы кто-нибудь просто сказал, что делать дальше.

Аспект, как и Бг'лорг, никак комментировать это не стали. А внизу, ребенок с четырьмя глазами теперь шел довольным. Все таки он хотел еду, если судить по плотному контейнеру в правой руке. Он настолько сильно радовался, что даже подпрыгивал на месте, пока женщина не потянула его за собой.

Я проводил их взглядом до поворота, и вернулся за стол.

***

Ирис уже почти забыла, насколько сильно не любила кабинеты Анклава, ведь последний раз, в одном из филиалов, ей приходилось быть свыше двух больших циклов назад.

Конечно, само помещение было удобным, без решёток, охраны и ощущения допроса. Проблема была в другом. В таких кабинетах, как правило, любили разрушать чужие жизни не в прямом столкновении, а какими-нибудь документами.

Таура Лигвис сидела напротив и некоторое время листала старое контрактное дело. Большая голограмма висела между женщинами, но основное содержимое все равно было видно только хозяйке кабинета. Пятнадцать строк. Пятнадцать идентификаторов. У некоторых рядом горели зелёные отметки лицензий, у других серые архивные значки. Верхняя строка принадлежала самой Ирис.

Рядом всё ещё стояло слово “погибла”.

— Не волнуйся, это мы поправим в ближайшее время. — Таура обратила внимание на то, куда смотрит девушка. — Центральный реестр обновляется не мгновенно, сама должна понимать. А местный статус уже изменён.

— Не волнуйтесь, лично я никуда не тороплюсь. Один большой цикл была мёртвой, переживу ещё пару малых. — флегматично улыбнулась девушка, осознав, что очень многое успела перенять от Алекса, с которым путешествовала совсем ничего. Но даже так, события, пережитые вместе, были сильно насыщеннее, чем вся жизнь до этого.

— Странно. — хмыкнула Лигвис. — Мне казалось, что юмор – не сильная черта твоего вида. Но хорошо, что он у тебя так развит.

Ирис ничего не ответила, продолжая наблюдать, за тем как руководитель внешних операций проводит пальцем по проекции. Пятнадцать строк разошлись шире.

— Ладно, перейдем к делу. — хлопнула женщина в ладоши. — Сам контракт меня не сильно интересует. Закрытые условия, координаты и конечного заказчика вытаскивать не буду. Но в деле фигурировало пятнадцать участников твоей команды. По бумагам часть вернулась, часть списана, и, как понимаю, по некоторым сведения противоречат друг другу. Ты, как единственная присутствующая, можешь сказать, что произошло во время самой операции?

Ирис медленно выдохнула.

— Если честно, всей нашей команды я не видела после высадки. Работа была разграничена на зоны ответственности, я была руководителем малой группы, в которой значились два наемника классов “М-4” Хирм и Мирок.

Таура быстро выделила пальцами нужные строки, и увеличила их размер.

— Некто Хирм. Специалист по тяжелому вооружению. Раса, не имеющая доступа к пси, прошедшая возвышение через использование телесных энергий. Достаточно старый профиль, хороший послужной список. — удовлетворенно кивнула Лигвис. — И Мирок. — на втором имени она задержалась чуть дольше. — Его статус сейчас под вопросом, однако, отчет о выполнении контракта был передан. Как раз часть информации оттуда и была основанием для того, чтобы тебя признали погибшей.

— Не удивлена. — Ирис почувствовала, как пальцы сами собой сжались в кулаки.

— Что там с Хирмом? Мироком?

— Первого… последний раз видела живым, когда мы столкнулись с противником в лице Кузнецов. О потенциальном столкновении с которыми, наш наниматель, увы, умолчал. — Ирис откинулась назад, стараясь вспомнить все, что происходило в тот период. — Я, как лидер группы, приказала ему продолжить выполнение основного задания, и уходить. А мы с Мироком оставались, чтобы задержать преследователей. Хирм ушёл. Дальше не знаю.

— Он не пытался связаться с вами после?

— Ситуация складывалась такая, что времени связаться с ним не было. — хмыкнула молодая наемница. — Вы ведь прекрасно должны зать, кто такие Кузнецы, верно?

— Верно. — кивнула собеседница.

— Так вот. — продолжила Ирис. — Там были минимум мастера, готовые размазать нас тонким слоем по полу. Потом у меня появились другие проблемы. Если он вышел, мог решить, что я действительно погибла. Если не вышел... — наемница пожала плечами. — Гадать не хочу.

Таура не стала произносить дежурное “понимаю”. Просто изменила отметку возле имени Хирма с серой на жёлтую и подписала несколько строк.

— Остальные двенадцать?

— Вот тут совсем ничего не могу сказать. С частью контакт потеряли раньше. Некоторые работали на других участках.

— Хорошо, мне нравится ваш подход к реальным фактам. — улыбнулась Таура, убирая часть списка, оставляя только имя Мирока. — Тогда что скажете про него?

Девушка посмотрела на знакомый идентификатор, и такой знакомый слепок лица, сделанный где-то за половину большого цикла до всех событий, прямо после очередного успешного задания. Мирок смотрел перед собой, с тем же выражением, с каким обычно смотрел на окружающих. Как если бы заранее знал, что все они чем-то хуже него.

— Он меня предал.

— Интересно. Он в своем донесении сообщил, что ты погибла в бою. — ответила Таура. — Хотя… — она быстро пробежала глазами вдоль мелькающий строк, после чего добавила тише. — Судя по тому, что он тут докладывает, я бы засомневалась в достоверность. Но догадки – это не доказательства. Что именно он сделал? — совсем не стесняясь, что подробности её не очень то и касаются, продолжала допрос женщина.

Ирис на несколько мгновений прикрыла глаза. Коридор подземной базы людей всплыл в памяти как-то слишком просто. Аварийный свет. Кузнецы, наседающие спереди, чужая сила, постоянно готовая вырвать защиту. И Мирок рядом.

— В критический момент сражения, он, как менталист, вмешался в мой разум. Ненадолго, но ему хватило, чтобы дестабилизировать мои пси-центры.

— А вы так просто дали ему это сделать? — удивленно подняла глаза женщина.

— Знаете, я была занята защитой и не рассчитывала, что придется закрываться от собственного напарника.

— Кстати. — подалась вперед Таура. — А почему у нас в информации нет данных, что он менталист?

— Этого я знать не могу. Хоть мы и работали давно, но все друг о друге не знали. — развела руки в стороны девушка. — Вы сами должны понимать, что сегодня, на задании, вы союзники. А завтра выступаете за противоборствующие компании, став врагами.

— Да, ты права... — задумчиво качнула головой Лигвис. — Издержки нашей профессии. — наклонившись ещё сильнее, она спросила. — А зачем он вообще это сделал?

— Мое единственное предположение – хотел убрать меня, после того, как я поставила его профессионализм под вопрос. — быстро сориентировалась девушка. — А возможно и приказ получил. Этого знать не могу.

— И после этого он подал отчёт, что тебя убили Кузнецы.

— Звучит как очень удобная версия, чтобы скрыть нарушение кодекса. — скривилась в ухмылке Ирис.

Таура откинулась в кресле, и несколько раз постучала ногтями по краю проекции, прежде чем окончательно погасила фотографию Мирока.

— Не знаю, расстроитесь вы, или нет, но внутреннюю проверку провести не получится. Он официально покинул ряды Анклава, и все зарегистрированные формирования. — несколько расстроенно прикрыла глаза женщина. — Так что тут, увы, помочь не смогу. — Таура посмотрела на Ирис, прежде чем продолжила. — Что было настолько ценным, чтобы заказчик списал опытную группу целиком? Да так нахально, не боясь санкций с нашей стороны.

Вот теперь разговор дошёл до границы, до очень тонкой и хрупкой границы.

— Извините, это информацию я точно не могу вам сказать, прописано контрактом. — Ирис немного помолчала. — И не только, там слишком много нюансов, которые я не имею прав разглашать. Даже если компания “Харпс” нарушил условия первым.

— Поняла. Тогда не будем об этом. — посмотрела на собеседницу Таура без видимого раздражения, и без попыток продавить силой.

— Вот так просто? — с удивлением вскинула брови девушка.

— Ну да, я ведь руководитель внешних операций Анклава, а не следователь Федерации. Мне нужно восстановить твой статус, понять, не привела ли ты сюда угрозу, и решить, что делать со статусом нанимателя. Пока хватает того, что ты рассказала.

— Спасибо и на этом... — наконец смогла расслабить собственные плечи девушка.

— Не стоит благодарить, по крайней мере раньше времени. — покачала головой женщина, у которой на виске мигнули индикаторы. — Сейчас мы переходим к оставшейся, самой неприятной части.

Таура коснулась верхней строки дела, после чего появился старый профиль девушки. Медицинские допуски, лицензии, список специализаций, контрактная история. Справа крупно горела метка Р-9.

Девятый ранг псионика. Когда-то эта цифра раздражала, ведь её опыта, и резерва хватало, чтобы перейти на восьмой. Но по дублирующим функциям она никак не проходила, часть направлений оставалась нестабильной. Теперь же, после всех событий, эта девятка выглядела почти издевкой.

— Я ещё на досмотре почувствовала, что с тобой что-то не так. — сказала Таура. — Потом решила, что ошиблась из-за постоянно работающих подавителей. Но здесь поле чистое. Где твоя сила, Ирис?

Вопрос прозвучал без обвинения и без стеснения. Возможно именно поэтому отвечать оказалось сложнее. Девушка подняла ладонь и вызвала тонкий энергетический импульс. Раньше такой жест даже не заметила бы. Сейчас по пальцам прошла слабая серебристая дрожь, едва удержавшаяся несколько фаз, прежде чем исчезнуть.

Женщина напротив перестала двигаться.

— Вот всё, на что я теперь способна, благодаря целому большому циклу восстановления. — расстроенно добавила Ирис. — Чуть больше, если заставить организм силой, но потом руки трясутся.

Таура перевела взгляд с её ладони на лицо.

— Это то, о чем говорила, про центры?

— Да, как можно было понять, я подорвала их. Своими собственными руками... — Ирис посмотрела на пальцы, и опустила взгляд ниже, прямо в пол. — Хотя и не совсем по своей воле. Мирок перехватил сигналы тела, и заставил меня сорвать стабилизацию, направляя поток обратно, в узлы. Получился внутренний удар с выходом энергии наружу.

— После такого ты должна была умереть. — Таура смотрела некоторое время, прежде чем огорченно выдохнув.

— Знаю, конечно же, должна была. — хмыкнула молодая наемница.

— Но как тогда ты пережила это?

— Я – Урэнья. — Ирис провела пальцами вдоль груди, будто могла нащупать под кожей то, чего там уже почти не было. — У нас энергетическая система устроена чуть иначе, чем у других, есть даже целое исследование. Когда центральный узел разрушается, периферия может сама схлопнуть часть каналов и отсечь обратную волну от жизненно важных органов.

— А каналы?

— Большая часть выгорела. Что-то восстановилось само. Что-то позже удалось собрать заново. Но это уже не прежняя полноценная система.

Таура отвела глаза, пристально всматриваясь в профиль девушки. Впервые с начала беседы в ней исчезла сухая деловитость.

— Паршивая ситуация, конечно.

— Согласна с вашим профессиональным заключением. — улыбнулась Ирис.

Несколько фаз они молчали. Таура подняла старую медицинскую карту, сравнила её с данными досмотрового сканирования и медленно покачала головой.

— Девятый ранг тебе сейчас никто не подтвердит, это просто невозможно.

— Я и не сомневалась в этом, да что уж там, даже не надеялась. Все, о чем надеялась – выжить.

— После восстановления документов тебя отправят на повторную аттестацию. Комиссия посмотрит фактическое состояние, но не удивлюсь, если тебе вообще снимут ранг псионика. Будет лучше, подтверди они хотя бы минимальный. — покачав головой, и сделав пол оборота, она добавила. — Если каналы продолжают восстанавливаться, потом пройдёшь повторно.

Ирис провела большим пальцем по краю ладони. Когда-то мысль о понижении разозлила бы. Девятый был заработан потом и кровью, бесчисленными тренировками и провалами. Теперь же эта цифра ничего не значила.

— Ничего. —наконец собравшись с силами ответила девушка. — Пусть ставят тот, которому я соответствую.

— Если тебя это хоть как-то порадует, то лицензию восстановим быстрее. Полный боевой допуск ограничат до заключения комиссии, но обычные контракты, передвижение и финансовые операции вернутся почти сразу. — Таура свернула старый профиль. Пятнадцать строк исчезли вместе с ним, оставив над столом только два идентификатора, где девушка без труда узнала свой собственный.

Второй, совсем новый, принадлежал Алексу.

На фотографии с досмотра он выглядел удивительно спокойным. Только девушка слишком хорошо его знала и видела, как напряжена шея и чуть приподняты плечи. Именно так командир выглядел за мгновение до того, как решал, что ситуация стала достаточно плохой для применения силы.

— С твоим делом на сегодня закончили. — внезапно сказала женщина руководитель из Анклава.

После этого она развернула изображение Алекса и вывела рядом результаты первичного сканирования. Большая часть строк была пустой. Ни имплантов, ни генетических совпадений, ни гражданских записей. Всё то, что они уже видели у инспектора.

Только теперь справа появился ещё один блок.

Пси.

Ирис сразу поняла, куда должен был свернуть их диалог.

— Ты сама поручилась за него. Назвала примитивом с неизвестного мира, которого нашла на аварийном модуле. Федерации этого хватило для временного профиля. Мне, в общем, тоже хватило бы. — Таура положила ладони на стол. — Если бы я не стояла рядом.

Ирис промолчала.

— На фактории стоят подавители. В досмотровом секторе они ещё сильнее. Большинство девяток на таком фоне просто теряются, если не пытаются специально проявить воздействие. От него же фон пришёл через две стены.

Таура чуть наклонилась вперёд.

— Ирис, кто такой Алекс?