Инициум. Том II

Глава 1

— Алекс, давай-давай! У нас осталось не больше двадцати секунд! — крикнула Ирис, так и не обернувшись. — Он сейчас взлетит, и заберет нас в Изнанку!

— Да я уже понял, понял!

Мы с трудом выбрались наружу, и кое-как успели занять места в аэробайке, срываясь на максимально ускорение вперед, да так резко, что кресла не успевали компенсировать колоссальную перегрузку. Ещё мгновение назад под нами мелькал разорванный борт Таронского крейсера, из которого мы каким-то чудом смогли выбраться, а теперь двухкилометровая туша стремительно удалялась, скрываясь за стволами и влажными кронами. По корпусу массивного корабля прошла ощутимая дрожь. Ирис, тем временем, выжимала из нашего транспорта все и даже больше.

— Семь! — Ирис почти легла на дугу управления, компенсируя собственной физикой перегрузку. — Если перевод не врёт, уже шесть!

Я оглянулся на крейсер, но Ирис тут же дёрнула управление, из-за чего его силуэт окончательно смазался.

Наемница резко сместила байк, чудом проскакивая между двумя исполинскими деревьями. Ветер нещадно бил в лицо, плащ за спиной рвануло, но его серебристая изнанка сама стянулась ближе к телу. Хорошо, что перед Таронским кораблём я всё-таки переоделся в найденный комплект. Матово-пепельная плёнка нанокостюма плотно облегала тело и уже успела доказать свою полезность в сражениях с химерами.

— Четыре!

— Включай щит, я пока сформирую свои!

Потянувшись к пси, выругался, потому что постоянное использование не сильно способствовало восстановлению резервов. Каналы отзывались болью, как если бы внутри меня вместо энергетических узлов находились раскалённые металлические шарики. Бой с химерами, вскрытие того чертового переходного сердца, постоянные барьеры и другая работа внутри корабля сделали своё дело. Резерв ещё оставался, но не тот, которым хотелось встречать взрыв реакторов крейсера длиной в два километра, и шириной не менее восьмисот метров. Однако выбора всё равно не было.

Сначала вокруг байка сложился плотный многогранник, прямо поверх включенных щитов самого аппарата. Следом появился второй слой, чуть шире, чтобы не принимать удар прямо на корпус. Третий я вытянул назад длинным конусом, надеясь рассечь хотя бы часть ударной волны и смягчить проникающую способность. Энергия уходила чудовищно быстро, в таких количествах мне не доводилось тратить её только на защиту. Поэтому сейчас по рукам распространялись судороги, а во рту появился металлический привкус крови. Мир вокруг на секунду стал невероятно ярким.

— Два километра! — крикнула Ирис, обозначив дистанцию, на которой случилась детонация. — Алекс, держись, удар!

Позади стало не просто ярко, а светло, словно кто-то разом с помощью пламени, выжег день добела. Все, что успел увидеть, так это как тени от деревьев вытянулись перед нами на десятки метров вперед. Физика тут не сильно отличалась от земной, поэтому звук пришел следом. Низкий, тяжёлый, такой глубокий, что его скорее почувствовало тело, чем услышали уши. Земля вздыбилась под джунглями, кроны за спиной сложились в одну сторону, а между ними поднялось огромное бело-фиолетовое полушарие.

— Сейчас!

Ударная волна догнала нас чуть раньше, чем я успел закончить свою мысль. Первый из выставленных барьеров прямо на глазах промялся до самого байка, второй лопнул, поглотив некоторую часть импульса, а в третий я вливал все остатки, что ещё были внутри пси-центров.

— Помоги же! — крикнул своему Аспекту, осознавая, что сейчас мы находимся невероятно близко к смерти.

Пространство перед ладонями дрожало, плечи выворачивало, но защита держалась ровно до тех пор, пока в неё не ударила набитая землёй и обломками воздушная стена. Щит исчез, байк подбросило вверх, левый стабилизатор вспыхнул облаком голубых искр и нас хаотично закрутило. Все, на что хватало времени и сил – накрыть Ирис остатками поля. Тело же чувствовало, как нанокостюм мгновенно уплотнился в зоне жизненно важных органов.

А потом джунгли ударили по нам всей своей силой.

Сознание возвращалось медленно и очень неохотно. Когда я наконец открыл глаза, ночной лес качнулся куда-то в сторону, поэтому пришлось сразу закрыть их обратно и несколько секунд просто лежать, прислушиваясь к собственному усталому дыханию.

— Великолепно… — голос прозвучал так, словно горло изнутри шлифовали песком часов двадцать.

Голова гудела так, что правая рука совсем не слушалась, левую ногу сводило от бедра до икры, а где-то под лопаткой сидела тупая боль, усиливающаяся с каждым новым вдохом. Но на первый взгляд ничего не выглядело и не ощущалось сломанным. Правда насколько вообще об этом можно было судить, лежа лицом в мокром мху – это серьезный вопрос.

Первые мысли были не о том, как нам удалось выжить, а о том, где моя напарница, где Ирис? Поэтому я перевернулся на бок, переждал набежавшие перед глазами тёмные пятна и заставил энергию двинуться наружу, раскидывая сети моей сферы восприятия. На её поддержание должно было хватит того, что успело восстановиться. К слову, энергии было почти половина резерва! Значит лежал я не так уж и мало.

Прокинув нити энергии дальше, смог найти девушку валяющейся метрах в пятнадцати, у основания огромного корня. На мою удачу, внутри неё до сих пор теплилась жизнь. Она жива.

Она. Была. Жива.

Сердце билось неровно, дыхание оставалось тяжёлым, но стабильным. Рядом с ней валялся наш аэробайк, вернее то, что от него осталось. Переднюю часть машины вогнало в грунт, боковые панели отсутствовали, а задний блок был развёрнут почти поперёк корпуса. Вот наш первый труп.

— Ну да, конечно. А чего я вообще ожидал после такого полёта? — тихо выругался сквозь зубы, и попробовал встать.

Подняться получилось только со второй попытки. Нанокостюм сразу подтянул повреждённый участок возле бока, а по его поверхности прошла едва заметная волна, словно материал проверял, где ещё необходимо поддержать жесткость. Плащ выглядел гораздо хуже. Один край обгорел и был покрыт грязью, другой почти полностью отсутствовал, но он стоически продолжал держаться. Если этот плащ пережил такой удар, превративший байк в груду металлолома, значит, Ирис была неправа. Он нам определённо был нужен.

До девушки дошёл, цепляясь рукой за корни, и соорудив нечто похожее на костыль из ближайшей ветки. На её восстановленном доспехе тоже хватало следов от удара, но щит, судя по пустому индикатору под грудью, успел сработать как надо. Самое плохое оказалось то, о чем уже давно не думал. Раненая рука, после схватки с химерами. На ней проступили темные пятна. И, либо это был какой-то яд, либо даже не знаю, что это могло быть.

— Ирис. — коснулся её шеи, проверяя пульс пальцами. — Эй, давай ты не будешь меня пугать? Просыпайся!

Ответа не было, а оставлять её посреди леса даже на несколько минут не хотелось. Крупных существ рядом не чувствовалось, но тишину я давно перестал считать доказательством безопасности. К счастью, пока шел к ней, приметил небольшую полость, похожу на пещеру и спрятанную между камнями и толстыми корнями. По идее, внутри должно было быть сухо, да и с воздуха всякая гадость не увидела бы нас.

Я подхватил девушку под здоровую руку и потянул на себя, чтобы закинуть на плечи. Сделать это красиво не получилось, все ж таки ноги у меня самого подкашивались. Но и наемница, вместе с броней и поклажей... не была пушинкой. Весила она прилично, под килограмм сто. Поэтому первые метры мы преодолели с достоинством двух мешков, набитых под завязку картошкой. Чувствовалось оно так, будто их тащит один единственный грузчик, и тот пьяный.

Примерно на середине пути, со стороны Ирис раздался протяжный стон, а через пару шагов её глаза наконец приоткрылись. Белые точки зрачков несколько секунд бессмысленно плавали, прежде чем остановились на моём лице.

— Алекс?.. Мы... Неужели мы живы?

— Пока ещё да. И если ты сейчас скажешь, что я неправильно тебя несу, клянусь, швырну на землю, потому что ещё одну попытку моя спина не переживет.

Она попробовала оглядеться, поморщилась и после короткой паузы совершенно спокойно вынесла вердикт.

— Мы в заднице. Мы в беспросветной заднице. Прошу, скажи, что байк в порядке. Умоляю. — попросила она.

— Извини, мне жаль тебя расстраивать, но он ещё хуже, чем мы. Кажется, на него пришелся основной удар.

Девушка слабо рассмеялась, тут же зашипела от боли и снова прикрыла глаза.

— Командир, извини, я вообще без сил. Надеюсь, ты меня не бросишь. А все остальное позже... — выдохнула она, и, все ж таки обхватила шею сильнее, прижимаясь ко мне всем телом.

— Да пожалуйста, подруга, мы своих не бросаем...

Когда дошли, уложил девушку к каменной стене, и решил проверить себя. У меня нашлись несколько сильных ушибов, приличных размеров ожог на шее, и, возможно, трещина в одном из рёбер, но нанокостюм плотно обхватывал корпус, благодаря чему дышать удавалось без особого труда, но и без резких движений. А вот у девушки дела выглядели хуже в основном из-за старой раны. Новых переломов не обнаружил, зато поврежденная рука отекла, а её персональный анализатор выдал предупреждение о перегрузке внутренних тканей.

— Надеюсь, там ничего критичного? — спросил у неё. — А то выглядит так, словно она скоро отвалится.

— Нет, все нормально. — слабо улыбнулась наемница. — Просто особенности моего организма, главное больше не драться с химерами, и не попадать под взрывы крейсеров, которые по идее уничтожают все на десятки километров рядом с собой.

— Кстати, почему мы ещё живы? — спросил у неё, понимая, что ситуация выглядела и правда странно.

— У меня одно объяснение… точнее одно предположение. — набрав в грудь воздуха, и подтянув ноги к телу, она продолжила говорить. — Сработала детонация не всех зарядов, или из-за старости, или из-за того, что мы активировали лишь часть. Но судя по повреждениям и зоне поражения... В общем нам повезло, что сработало оно процентов на десять.

— Ты не смотри так на меня. — хмыкнул в ответ, улавливая осуждающие взгляды. — Крейсер взорвался не по моей инициативе. И вообще, вычислительный узел мы вытаскивали по заданию Астериона, так что предлагаю виноватым сделать учителя.

— Вот это полностью на тебе. — качнула девушка грязными волосами. — Обязательно расскажешь ему эту версию, тебя он не тронет... а что после таких слов сделает со мной… даже представить страшно.

— С чего это ты так решила? — удивленно вскинул брови, не понимая, к чему она клонит.

— Ну ты ведь его ученик. — как о само собой разумеющейся вещи ответила девушка.

Когда стало ясно, что прямо сейчас никто из нас не умирает, пришлось заняться насущными вещами. Самым важным было понять, что стало с контейнерами. Оставив Ирис с пистолетом, я доковылял до обломков байка и нашёл один в кустах между корнями. Корпус оказался поцарапан, один угол смяло, но внутреннее поле работало. Пока что.

— Какая хорошая штука. — пробормотал, поднимая его. — Молю, только не развались сейчас. — к моей удаче, он и правда не стал разваливаться. Поэтому пришлось идти, и разыскивать остальные вещи, что могли уцелеть в этой передряге.

Спустя время, вернувшись в укрытие, мы вместе пересчитали всё, что смогло пережить падение: один накопитель Астериона опустел почти полностью, во втором осталось чуть меньше половины заряда, еды хватало, запас воды тоже был, винтовка Ирис, пара пистолетов – работоспособные.

Из находок неизвестного корабля сохранились оба компактных излучателя, несколько мелких энергоячеек для персонального оборудования, тот идиотский клинок, а в защищённом модуле пережили падение кристаллический блок, контейнеры из медицинского отсека и та хрень с мостика. Часть инструментов рассыпалась по лесу, но всё, ради чего мы задержались на том корабле, осталось при нас. Вполне отличный результат смертельно опасной ситуации.

Увы, когда пошел ещё раз посмотреть на аэробайк, то было ясно, его можно хоронить. Но я всё-таки попробовал активировать панель, как это делала напарница. Техника мигнула, из задней части вылетело небольшое пламя, и машина окончательно погасла. Стабилизатора больше не было, гравитационная пластина треснула, силовой контур...

— Выгорел. — закончил я вслух. Даже если Ирис внезапно окажется гениальным механиком, ремонтировать это было нечем.

Во второй раз в пещеру я вернулся нагруженный под завязку, да так, что шутка про мешки перестала казаться смешной. Девушка сидела, прислонившись спиной к камню. Перед ней светилась небольшая схема из наручного импланта, а здоровая рука сосредоточенно перебирала собственную поклажу, будто от неё зависела судьба всей галактики.

— Давай проверим оставшиеся контейнеры, если внутри все разбилось, то нам лучше не возвращаться... иначе нас убьет Астерион. — Ирис пододвинулась ближе, и по лицу было видно, насколько тяжело ей это давалось.

Я поставил его между нами и приложил палец к метке, по которой проходила авторизация владельца. Внутренняя полость развернулась мягким светом, и голограмма показывала лежащий фазовый резонатор. Он был в креплениях на прежнем месте. Рядом находился белёсый вычислительный узел, из-за которого все и пошло по одному месту.

Девушка облегченно вздохнула, и, кажется, впервые за последнее время действительно смогла расслабиться. Судя по показаниям, включая целостность содержимого, оба узла нормально пережили удар.

— Значит, все наши старания были напрасны. Хотя, конечно, хотелось бы это услышать от учителя. — точно так же, устало, пробормотал я, усаживаясь рядом.

— Не исключено, что так и будет. — она коснулась края контейнера. — Если резонатор окажется рабочим, Астерион получит то, что ему нужно для переходного контура. Вычислительный узел даст больше, чем мы рассчитывали. А данные с другого корабля… тут, правды ради, я вообще не знаю, как они повлияют.

— Главное, чтобы старик не заставил нас сразу идти обратно за остальным. Хотя, зная его, первым делом он спросит, почему мы вообще полезли в неизвестный корабль.

— А потом не увидит байк, и заставит его забрать, чтобы чинить при помощи грязи и палок. — Ирис подняла на меня невинный взгляд.

— У нас говорят говна и палок, говна и палок, Ирис. — почему-то решил поправить девушку я.

— Фу, Алекс, я пыталась быть леди. Ведь такие у вас стандарты для особей женского пола? — наклонила голову девушка, улыбаясь этой дурацкой ситуации. Заметил, что она начала испытывать некоторый интерес к людям, как к виду.

— Кстати... — я снял с запястья металлический браслет. — Спасибо, что напомнила насчет стандартов, Леди. — передразнил девушку. — Кажется, случай уже достаточно крайний, чтобы старик не придрался к инструкции “использовать только в крайнем случае”.

— После взрыва двухкилометрового крейсера и уничтоженного байка? Не сомневаюсь. — моментально дошло до наемницы, что я хочу сделать.

Активировался маяк не с первого раза. Пришлось дважды провести пальцем по внутренней кромке, прежде чем металл нагрелся и над ним вспыхнула маленькая точка. Затем устройство вытянуло из себя тонкую нить света, словно пыталось уловить координаты, и коротко завибрировало.

— Сигнал ушёл? И как можно понять, что Астерион его получил? — спросил у девушки.

Та наклонилась ближе, пытаясь детальнее рассмотреть устройство, и разобрать, что это был за импульс.

— Не уверена, но, кажется, передача прошла. — откинулась она обратно. — Вот только ответа не будет, как не крути, это аварийный маяк, не переговорное устройство. Астерион говорил, что сможет направить бот, если тот заведётся. Именно слово “если” сейчас мне нравится меньше всего.

— Тогда... На правах командира, как говорится, если до утра ничего не будет, пойдем пешком. Задерживаться на одном месте очень не хочется. — принял решение. — Если бот взлетит, не сомневаюсь, что он нас отследит по маяку. А сидеть здесь и надеяться на чудо я не собираюсь.

— Здесь есть русло. — Ирис увеличила участок территории, который мы просканировали по пути сюда. — Если оно не ушло под землю, сможем держаться вдоль воды и не продираться через самые плотные заросли. Потом выйдем к каменной гряде саванны, от неё уже будет очень просто идти.

— А сколько нам всего топать? — спросил, уже заранее не ожидая приятного ответа.

— Дольше, чем мне нравится, и намного дольше, чем понравится тебе с таким количеством груза за спиной. Точнее смогу сказать, когда выйдем к руслу и поймем, насколько карта актуальна. — она прикрыла глаза, и запрокинула голову, добавив. — Сам понимаешь, будь мы в нормальном состоянии, то все обошлось бы в пять, может, шесть, циклов. Все ж таки на байке мы ехали там, где не прошли бы пешком.

На этом диалог закончился, и к нему мы больше не возвращались. Огонь разводить тоже не стали, ведь наша одежда и без того хорошо удерживала тепло. А сообщать всему лесу, что здесь ночуют две подбитые разумные консервы с ценным грузом, желания никакого не было, даже если учитывать, что разумных кроме нас не было.

Перед отдыхом мы ещё успели умять по пайку, и запить их водой, впервые за много циклов ничего не делая.

Самое важное лежало в закрытом контейнере между нами. Мы нашли нужные узлы, и если Астерион не ошибся в своих расчётах, то получаем реальный путь с этой планеты. А на фоне этого даже погибший байк выглядел неприятной, но вполне переживаемой ценой.

— Почему ты улыбаешься? — тихо спросила Ирис, заметив мой взгляд в сторону местного неба. — После всего случившегося я ожидала от тебя чего угодно, только не довольной физиономии.

— Ну представь, насколько обидно было бы взорвать корабль другого вида, угробить байк и уйти с пустыми руками? — покрутил пальцем в воздухе. — А так у нас хотя бы есть достойное оправдание.

Ирис пару секунд смотрела на меня, затем устало и тихо засмеялась.

— Поспи, командир, пока ты не придумал, куда нам залезть следующим утром.

На этот раз я улыбнулся, поражаясь её, казалось бы, простоте. Хотя можно ли было считать это простотой? Или просто “долг” перед спасителем. В любом случае сейчас это не важно. Именно с такими мыслями я и лег спать.

Следующее утро встречало нас плотным и влажным туманом, который лежал между деревьями молочными слоями, скрывая корни и превращая ближайшие стволы в тёмные колонны, уходящие куда-то далеко вверх. После ночи тело всё ещё болело, но терпимо. Нанокостюм чуть-чуть ослабил хватку, и проверив, обнаружил, что ребро начало затягиваться.

Ирис выглядела хуже меня. Рука все ещё оставалась прижата к груди специальной петлёй, зато походка была уверенной, а в здоровой ладони лежал тот самый излучатель. Винтовку она закрепила за спиной, одной рукой использовать её на ходу явно было неудобно.

— Знаешь. — начала она разговор, пока мы обходили остатки байка. — Мне всё ещё не нравится твой плащ. Он слишком сильно привлекает внимание.

Я посмотрел за спину, и чуть-чуть вниз. Серебристая изнанка исчезла, внешняя поверхность подстроилась под зелёно-серую гамму леса и действительно делала край фигуры несколько размытым.

— Завидуешь? У меня есть умный плащ, а у тебя его нет. Да и, по-моему, работает прекрасно, а всё остальное уже вопрос культуры ношения.

— Вот именно твоей культуры ношения я и боюсь. — Ирис покачала головой и первой шагнула в глубокий туман.

Через несколько минут место нашей временной стоянки скрылось в тумане, а пеший маршрут быстро оказался хуже, чем представлялось ночью. Ровные участки карты оказались забиты растениями прямо по пояс, подобием болот, водой и цепкими лианами. Иногда приходилось делать большой крюк из-за чёрной трясины, напоминающей какой-то гудрон, или стены переплетённых стволов.

Мы не торопились. Сфера постепенно возвращала нормальную дальность, заранее отмечая крупные живые сигнатуры животных. Пару раз из-за этого пришлось пропустить особо опасных хищников, а однажды над головой прошлась невероятно огромная тень. Ирис без команды, на рефлексе прижалась к стволу, я же поднял барьер, но хозяин тени интереса к нам не проявил.

— Стой. — тихо обратился к девушке, которая незамедлительно выполнила команду.

Сначала ничего особенного не было. Вода впереди шумела всё так же, над листьями пищали мелкие существа, где-то сбоку потрескивала ветка. Потом звук повторился. Сквозь обычный лесной шум проступили частые шлепки, будто кто-то бежал босыми широкими ступнями по мокрой земле.

— Слева от нас. — Ирис подняла излучатель, но я уже чувствовал новые отклики впереди.

— Они уже не только впереди, часть обходит нас с нескольких сторон. — внес некоторой точности в её предположение, и сосредоточился, чтобы точно понять, что нам угрожает.

Это были маленькие сигнатуры, быстрые и слишком знакомые по размеру и странной форме тела, чтобы списать их на местную мелочь.

— Бг’лорги? — удивлённо прошептал, когда из-за куста вылетел первый коротышка.

Он мчался так, будто за ним гнался весь лес. Огромные уши были прижаты к голове, длинные ступни шлёпали по грязи, а костлявые руки с большими когтями судорожно раздвигали листья. Следом появился второй, третий, потом ещё несколько. На нас они даже не смотрели. Просто бежали вперёд, захлёбываясь своими свистящими криками.

— Они не на нас смотрят. Они убегают от кого-то. — Ирис чуть сместила оружие в сторону их следа.

Ответ появился почти сразу. За первой группой возникли десятки быстрых точек, которые не метались между корнями и не выбирали дорогу, а просто неслись напрямик. Мелькнула серая кожа, один из преследователей прыгнул на корень, замер на мгновение и повернул к нам огромную голову. Вместо чёрных глаз-бусинок в глубоких впадинах горели два фиолетовых уголька, а по шее тянулись тёмные прожилки. Ошибиться было невозможно.

— Это и есть зараженные..? — выдохнул я.

Первый из них дёрнул конечностями, заметил нас и издал короткий хрип. Почти сразу передняя часть стаи изменила направление, перестав преследовать своих здоровых сородичей. Ирис медленно перевела излучатель на приближающихся противников, а я уже видел, как из тумана выбегают всё новые фигуры.

— Алекс…

— Вижу.

Мы ещё не успели развернуться, когда заражённые Бг’лорги сорвались прямо за нами. Их отклики накладывались один на другой и быстро заполняли всю территорию.

Их было слишком много, чтобы считать.

Глава 2

Первый заражённый оказался быстрее, чем выглядел внешне. Он оттолкнулся от толстого корня, перелетел через кусты и с хриплым визгом метнулся к Ирис, уже вытягивая вперёд длинные руки и обнажая зубастую пасть. Когти блеснули между каплями тумана, но до девушки коротышка не добрался. Плотная пластина барьера возникла перед ним почти в последний момент и встретила тело с таким звуком, словно кто-то с размаху швырнул мешок костей в металлическую дверь.

Бг’лорга отбросило обратно в заросли, а я схватил Ирис за здоровое плечо и рванул вместе с ней в сторону русла реки.

— Бежим. И пока не стреляй, заряд нам ещё понадобится. Их там уже не десятки, а больше сотни. — сообщил напарнице, ориентируясь на свои чувства.

Сфера развернулась на максимум, проникая сквозь мокрые стволы и корни деревьев. В самом начале, когда только осваивал её силу, мне приходилось отдельно удерживать подробную картину и постоянно обновлять её импульсами. Теперь отклики сами складывались в понятную карту местности. Не зрение, конечно, но достаточно точная схема, где каждый заражённый оставался отдельной движущимся силуэтом.

Обычные Бг’лорги разбегались кто куда, карабкались по деревьям и тащили за собой мелких детенышей. Справа мелькнули низкие навесы, каменные ямы и связки высушенных растений. Мы, судя по всему, вышли прямо к крупному племени, которое заражение успело разорвать пополам. Сотни коротышек ещё пытались спастись, сотни других уже несли яд Изнанки внутри себя и теперь один за другим поворачивали вслед за нами.

— Чёрт, кажется мы влезли прямо к ним домой!

— Алекс, давай потом будем извиняться перед хозяевами! Желательно тогда, когда они перестанут на нас охотиться! — отозвалась Ирис, прижимая раненую руку к корпусу и стараясь держать такой же темп бега, как и я.

Первые десятки метров девушка прошла нормально, затем её дыхание стало тяжелее, а шаг укорачивался. Видимо ночного отдыха было недостаточно, и уже мне пришлось подстраиваться под неё, удерживая нас впереди основной массы и выбирая оптимальный путь, где меньше корней и провалов.

— Не пытайся гнаться за мной, лучше смотри под ноги, и чуть что, сразу говори!

— Хорошо, командир, хорошо. — тяжело выдохнула девушка. — Если что, я не буду тебе обузой.

Слева от нас, из зарослей выскочила тройка заражённых, которых я почувствовал раньше, чем увидел, поэтому на бегу сформировал три небольших иглы. Когда-то для таких снарядов требовался отдельный толчок внимания – теперь хватило короткой мысли и движения пальцами. Первому из неудачливых нападающих пробило грудь, второго пришило к дереву, третьему наконечник вошёл под основание его огромной головы.

Однако остановился только последний. Тот, которого пригвоздило к стволу, начал рвать собственное плечо, стремясь освободиться, а другой продолжал бежать даже с дырой в груди.

— В голову! — крикнула Ирис и одним выстрелом снесла половину черепа ближайшему Бг’лоргу. Тело ещё сделало пару шагов, прежде чем безвольным трупом рухнуть на землю. — Похоже, всё остальное им теперь не особо нужно. Да и коогда ты был без чувств, действовал чуть эффективнее...

— Ты предлагаешь мне отдать контроль над телом? — хмыкнул я. — Давай лучше будем ликвидировать тех, кто подходит. А мое тело мне ещё пригодится.

— Такую трогательную заботу о плоти, да показать Интертам...

— Интертам? — спросил на бегу, не понимая о чем идет речь.

Но девушка не ответила, потому что впереди нас земля резко ушла вниз, превращаясь в глубокую промоину с чёрной и чертовски бурной водой на дне. До этого на карте Ирис её не было видно, зато мои способности слишком хорошо различали преследователей, уже ломающих кусты за спиной.

— Ты прыгаешь первой, я дам опору!

Наемница не стала спрашивать, насколько надёжен план, родившейся в моей голове. Поэтому она просто оттолкнулась от земли, а я спроецировал над провалом две широкие пластины барьера. Девушка прошла по ним почти без остановки и перелетела на противоположный край. Я последовал следом, оставив третью опору позади специально для первых преследователей из вредности, как учила Вейла.

На неё приземлились сразу четверка особей коротышек. И пора было схлопывать западню. Убрав опору, эта дружная кучка с обиженным визгом полетела вниз, цепляя ещё нескольких сородичей с противоположного края. Раздались плеск и неприятный хруст костей в их тщедушных тельцах.

— Хорошо придумано, ловко. — крикнула Ирис, снова набирая скорость.

— Спасибо, надо бы в следующий раз извиниться, что не было табличке информирующей о ремонте моста. — попробовал пошутить, надеясь, что это разбавит мрачную атмосферу хоть немного.

Джунгли тем временем превратились в полосу постоянных решений. Стоило обнаружить провал, как мы уходили в другую сторону. Если впереди вставала стена колючих растений, мы смещались ещё немного, но каждый раз возвращаясь на прямой маршрут к реке. Один раз, правда, пришлось сжечь переплетение толстых лиан, потому что обход стоил слишком много времени. Влажная зелень свернулась от жара, и мы проскочили сквозь облако пара как раз перед новой группой заражённых.

Ирис развернулась на ходу, ловко и с силой оттолкнувшись ногами спиной вперед. Её излучатель вспыхнул дважды разрывая нескольких преследователей, а остальных встретил десяток моих энергетических сфер. Раньше такой выброс расходился широким конусом и пожирал слишком много энергии, теперь поток удалось сжать, не потеряв в мощности топорных снарядов. Едва видимая глазом волна прошлась сквозь передний ряд, подбрасывая тела и перемалывая их в воздухе.

— Черт, Ирис, напомни мне относится к нашему Бг'лоргу с большей любезностью, и никогда не говорить, что они забавные милашки...

— Они хотели вскрыть тебе живот ещё при первой встрече, Алекс. Удивительно, что ты вообще успел проникнуться к ним симпатией.

— У всех свои недостатки, у всех... — неопределенно хмыкнул в ответ на её комментарий, и высоко подпрыгнув, перехватил ещё пару особей вылетевших сверху.

Ирис фыркнула, но через несколько шагов споткнулась, сбиваясь с ритма бега, и болезненно крикнула. Я подхватил её под локоть и протащил несколько метров, пока девушка снова не выровняла шаг.

— Все нормально, нормально, командир. — застонала она. — Просто невнимательность, не вздумай останавливаться ради меня.

Не думаю, что стоило говорить о том, что останавливаться я и не собирался. Особенно с учетом количества зараженных в пределах сорока метров от нас. Они расходились по сторонам, обходили, окружали, причем делали это слишком уж организованно для обычной толпы. Может, в них оставались куски памяти, может, работали чистые инстинкты стаи. Какая разница, если результат один.

Нас загоняли как скот.

Впереди из зелени поднимался каменный холм, огромный кусок породы, который джунгли ещё не успели переварить своими зарослями. Один склон зарос мхом, второй оставался почти голым, изрезанным уступами и острыми камнями. Но на его вершине было достаточно места, чтобы хотя бы не ждать удара из каждого куста.

— Бежим наверх, и давай без споров — потянул девушку на себя, вырывая её из-под атаки этой мелюзги, которые кинули острые палки в надежде пригвоздить ту.

— Даже если прикажешь бросить тебя? — почему-то задалась странным вопросом девушка. Странным, и, черт возьми, не очень своевременным!

— В таком случае официально разрешаю спорить!

До склона оставалось немного, когда нас все таки настигли. Один коротышка сжался, напоминая собой пружину, и сильно оттолкнулся в нашу сторону. Мне удалось пропустить острые когти над головой, и сместив центр тяжести, приложить локтем прямо в его грудь, проламывая кости. Второго из нападающих встретил импульс Ирис, распылив голову на атомы. Но третий, третий воспользовался возможностью, вцепившись в плащ и повиснув всем своим весом. Кажется, он пытался добраться своими ручками до шеи.

Но, чтобы представлять одиночную опасность, ему ещё лет сто надо тренироваться. Пришлось схватить уродца за предплечье и рвануть вперёд. Сустав выскочил с сухим щелчком, однако Бг’лорг даже не пискнул от боли.

Зато внутри меня мгновенно проснулось воплощение силы, распространяя волну холодной сосредоточенности и внимания вовне. Видимо, он либо соскучился, либо у него были какие-то другие планы.

— Ладно. — согласился с ментальным наваждением. — Давай будем аккуратными.

Потянувшись к этому чувство, выпустил антрацитовое пламя. Оно, совсем без сопротивления охватило чужое запястье. Фиолетовые прожилки на теле гуманоида вспыхнули, когда я потянул его жизненную энергию. Раньше мне пришлось бы потратить прилично времени, чтобы убрать всю грязь. Сейчас же суть моего аспекта, сама собой выхватывала примеси.

Заражённый обмяк, потеряв большую часть сил, и больше он был не нужен. Поэтому я отпустил его, моментально формируя веер лезвий направленный в следующую группу нападавших. Вот только сейчас обратил пристальное внимание, что Ирис от меня отстала на добрый десяток метров. Надо было что-то менять.

— Давай на склон, быстро! Я пока задержу их!

Девушка рванула первой, а я остался у подножия. Одним потоком пси удерживал сразу и барьеры и сферу, распространяя полупрозрачный щит в стороны. Раньше от такого разделения внимания виски бы разорвало болью, теперь голову лишь ощутимо сдавило.

У меня вышло дождаться, пока стая приблизится, и спустил с поводка ещё десяток огненных копий. Для противника ситуация вышла кошмарной. Мало того, что барьеры создавали заграждение, так ещё и пламенные снаряды разрывались в их рядах, распространяя в сторону пылающие жаром языки, слизывающие их жизни как сливочное мороженое.

Выигранного времени было достаточно, чтобы рвануть следом за напарницей. Нанокостюм изменил сцепление подошв с мокрым камнем, и я влетел на уступ в один прыжок, совсем немного помогая себе руками.

С вершины, куда забрался, открывался потрясающий вид на округу, вот только любоваться им совершенно не было времени. Между деревьями и остатками тумана шли сотни маленьких серых тел, высыпавших из драных хижин в несколько потоков. Здоровые Бг’лорги ещё разбегались по лесу, но заражённые почти перестали обращать на них внимание.

— Я перестал вести подсчет, когда насчитал первые две сотни. — прошептал девушке, которая словно под гипнозом, кивнула. — Но ты не волнуйся, и не из такого дерьма выбирались, помнишь? У нас сейчас ситуация многим лучше, высокая позиция, узкие подходы...

— И твой врожденный талант попадать в неприятности. — закончила за меня фразу девушка.

— Да, именно это меня больше всего и пугает. — согласился с ней без раздумий.

Вершина тянулась метров на сорок и с трёх сторон обрывалась крутыми склонами. Не крепость, но подходы хотя бы просматривались. Я отправил Ирис к выступу, прикрывающему спину, а сам, воспользовавшись силой, развернул барьер полукольцом по краю, оставляя два узких прохода, чтобы было проще контролировать движение дикарей.

— Всех, кто прорвется – можешь убивать. Дальних лишний раз не цепляй. — скомандовал напарнице. — И ещё кое-что, постарайся не умереть.

— Вообще-то это моя реплика, командир.

Первые заражённые врезались в барьер через несколько мгновений. Маленькие тела карабкались друг по другу, когти царапали энергетическую поверхность, десятки глоток слились в общие хриплые визги. Те, кто пытался пройти по сторонам, напарывались на выбросы пси, остатки которой я тут же поглощал обратно, чтобы не тратить лишнего.

Справа раздались короткие выстрелы. Один Бг’лорг прополз под выступом и рухнул возле ног Ирис, второй получил импульс уже в прыжке. Она держала периметр так, как надо. Хотя, конечно, я не очень то и разбирался в том, как надо. Все мои сражения ограничивались монстрами, а подготовки специальной я не проходил. За исключением тренировок с Вейлой...

Вспомнив одну из них, когда наставница натравила на меня полсотни низших порождений, я сам открыл небольшой участок барьера.

— Алекс, ты чего делаешь?!

— Не трогай левый проход, я их впускаю специально.

Бг’лорги полезли наверх узкой группой и растянулись вдоль каменного края, но навыки гравитации, освоенные с Астерионом, прошлись по склону и снесли их обратно вниз. Падая, они сбивали тех, кто карабкался следом, и через мгновение по камням уже собралась лавина из грязи, заражённых и веток.

— Ты специально их пустил… — выдохнула Ирис.

— А ты думала, я окончательно спятил?

— Откажусь от ответа, пожалуй. — тряхнула волосами девушка.

Некоторое время мой план работал идеально. Почти. Все таки победить такую массу вдвоём мы не могли, но стая перестала подниматься на вершину. Я двигал барьеры и сбрасывал Бг’лоргов вниз, Ирис добивала тех, кто находил щели и критично близко подбирался к нам.

Именно тогда мне впервые показалось, что мы можем здесь продержаться достаточно долго, чтобы придумать нормальный выход.

Разумеется, вселенная услышала мои надежды.

Над холмом прошла огромная тень. Воздух ударил сверху настолько сильно, что плащ прижало к ногам, по вершине покатились мелкие камни, а заражённые внизу внезапно замедлились и начали поднимать свои гипертрофированные головы вверх.

— Алекс… Это та самая тень, которая прошла над нами утром.

— Твою мать! А так все хорошо начиналось!

Из-за верхушек деревьев показалось существо, которое мой мозг просто отказывался воспринимать живым, ведь тридцатиметровое тело покрывали тёмные и плотные пластины, две пары массивных крыльев работали с разным ритмом, а под брюхом поджимались конечности с крючковатыми когтями. Эта хрень очень походила на сказочных драконов, которых при чтении книг рисовало воображение.

Однако самое неприятное заключалось в том, куда было обращено его внимание.

На нас.

— Это что ещё за образина? — выдохнул я. — Не понимаю, оно зараженное, или нет? Не чувствую от него аромата Изнанки... — прощупав силуэт своей энергией, выдал вердикт. — Оно здоровое, во всех смыслах.

— Какое облегчение. — съязвила девушка,

Монстр сложил передние крылья и пошёл вниз длинной дугой. Стая на склонах снова пришла в движение, но теперь часть заражённых пыталась расползтись в стороны, словно даже их испорченные инстинкты понимали, что происходит нечто ненормальное. Я посмотрел на противоположный край вершины. Там склон обрывался почти отвесно, ниже начинались кусты, а ещё дальше между деревьями блестела широкая полоса воды.

Та самая река.

— Даже не думай, Алекс, прошу тебя, безумец, нет!

— Поздно.

Я подхватил Ирис раньше, чем она успела закончить ругательство. Здоровая рука девушки на автомате обхватила меня за шею, повреждённую она прижала к груди, а потом всё-таки попыталась вывернуться.

— Я могу прыгнуть сама!

— Прыгнуть можешь. Приземлиться нет, поэтому просто держись.

Над вершиной раздался рёв, одновременно с которым мне удалось собрать пси под ногами, и ударить ей вниз, чтобы буквально выстрелить парой наших тел со склона. Земля исчезла, наемница сильнее стиснула шею, вокруг засвистел воздух. Позади грохнуло, когда летающее чудовище врезалось в вершину и разметало заражённых вместе с камнями.

Ударная волна догнала нас ещё до приземления. Щит за спиной лопнул, следом пришли земля и обломки. Какой-то твердый предмет ударил между лопаток, но разбираться с болью было некогда, все, о чем думал, как выбраться живыми. Прижав Ирис плотнее, получилось изловчиться и развернуться спиной вниз, собирая подобие кокона из барьеров.

Первый удар пришёлся о верхушку дерева. Ветки хлестнули по плечам и спине, одна распорола остаток плаща, другая ударила по лицу. Потом бок встретился с каменным выступом, нанокостюм мгновенно уплотнился, распределяя нагрузку, однако внутри всё равно что-то неприятно хрустнуло.

Дальше мы уже не летели, а катились по склону подобно игрушечным куклам. Камни били по броне, корни цепляли ноги, мокрая земля забивалась за ворот. А изо рта вырывались на автомате ругательства. Каждый раз, когда нас переворачивало, я закрывал собой голову и повреждённую руку напарницы, а пару особенно опасных выступов успел отвести короткими, тонкими пластинами барьеров. Но основной урон всё равно собирало моё тело, я почему-то решил, что будет глупо тратить много энергии на это дело.

Может и зря.

Следующий склон, на котором мы подлетели, закончился без единого предупреждения и наша парочка задорно рухнула в прохладную воду. Точнее я надеялся, что это была вода.

Река оказалась глубже, чем выглядела сверху. Меня протащило по дну, локоть зацепил корягу, течение успело перевернуть нас ещё раз, прежде чем ноги нашли опору. Когда удалось вынырнуть, Ирис всё ещё была прижата ко мне и кашляла прямо под подбородком, зато держалась в сознании.

— Рука на месте, голова тоже. — прохрипела она раньше, чем я успел задать свои вопросы. — Можешь не тратить на опросы времени.

— Что могу сказать, тогда у нас сегодня точно невероятно удачный день!

До мелководья мы добирались уже без всякого достоинства и почти одновременно рухнули на колени. Ирис сползла с рук рядом и несколько секунд просто восстанавливала дыхание. Над деревьями снова раздался рёв чудовища, а со стороны холма донёсся визг Бг’лоргов. Похоже, огромная летающая падла нашла себе более доступный обед и хотя бы временно решила проблему погони за нас.

Пусть кушает, я совсем не против.

— Приятного аппетита. — вырвалось из моих уст, от чего Ирис сначала удивленно посмотрела, а потом гулко, с кашлем, но засмеялась.

Откинувшись на локти, я уставился в кусок неба между кронами. Одно светило почти скрывалось за листвой, второе превращало капли на ветках в золотые точки. После непрерывного бега и боя наступившая тишина казалась неправильной, и мне приходилось сосредоточиться в ожидании нового нападения.

— Я задолбался. — сообщил я напарнице и всему миру. — Сначала химеры, потом взрывающийся корабль. Теперь сотни заражённых коротышек и летающая хрень размером с жилой дом. Я просто хочу немного отдохнуть, чтобы никто не пытался меня убить, съесть или утащить к черту на рога.

Наёмница задумчиво оглядела меня с ног до головы, задержалась на разорванном плаще и совершенно серьёзно кивнула.

— Ты хочешь, чтобы я связала и оставила тебя здесь?

— Спасибо. Именно такой заботы я и ждал от напарницы. — перевернулся к ней, показыва большой палец вверх.

Девушка искренне и широко улыбнулась, но тут же поморщилась прижимая руку к боку. Спрашивать снова, всё ли нормально, смысла не было, и без того было ясно, что нет. Я проверил энергией берег, крупных сигнатур рядом не ощущалось, заражённые остались возле холма, а летающий монстр кружил над ними.

Крепления контейнера за спиной тоже выдержали. Корпус был покрыт свежими царапинами, но индикатор целостности светился ровно, и это почти улучшило настроение.

— Я требую, чтобы за наши заслуги Астерион поставил нам памятник.

— Думаю, если это будет твое желание, то он так и сделает. — серьезно заявила наемница. — Ведь если все получится, ты окажешься его спасителем, а, значит, и спасителем его дома.

— Да я же пошутил. — отрицательно замахал ладонями. — Не надо мне памятник. Мне кровать нужна и здоровый сон.

Поднимался я медленно, спина болела, нанокостюм выдавал предупреждения, а сломанное ранее ребро вновь напомнило о себе. Ничего нового, кажется, не сломалось, что после такого прыжка можно было считать отличным результатом.

Река текла в сторону саванны. Под прозрачной водой виднелись тёмные камни и голубоватые растения, а на противоположном берегу джунгли заметно редели. Впервые за утро наше положение совпадало с планом, оставалось отдышаться и снова идти вдоль воды.

Провёл ладонью по лицу, почувствовал засохшую грязь, кровь возле виска и что-то липкое на щеке.

— Ладно Хотя бы умоюсь, пока очередная катастрофа не началась.

— Не сглазь, — попросила Ирис, уже заранее недовольная этой идеей.

— После сегодняшнего я имею право сглазить всё, что захочу.

Шагнул к воде, снял перчатку и наклонился. Сфера молчала, течение казалось спокойным, поверхность отражала светлое небо и ветви. Я уже коснулся пальцами прохладной воды, когда между камнями прямо под ладонью что-то медленно шевельнулось.

Сначала открылись два огромных глаза.

Я успел только выругаться, прежде чем река взорвалась мне навстречу.

Глава 3

Река взорвалась мне прямо в лицо.

Из воды вылетела длинная блестящая туша, и первое мгновение я даже не понял, где у неё заканчивается пасть и начинается всё остальное. Тело толщиной с добротную бочку изгибалось прямо в воздухе, покрытое гладкими серо-синими кольцами. Ни лап, ни плавников, ни нормальной шеи. Только вытянутая змеиная голова, переходящая в толстого водяного червя, и пасть, разошедшаяся в четыре стороны влажными мясистыми лепестками.

Рефлексы сработали раньше мыслей.

Я оттолкнулся от барьера пси, и ушёл назад, пока зубастые половинки сомкнулись там, где секунду назад находилась моя голова. Тварь пролетела ещё пару метров, рухнула на мелководье и тут же свернулась тугим кольцом. Из-под гладкой кожи проступили мощные сокращения, проталкивая её обратно к нам.

— Алекс, берегись!

— Вижу!

Монстр бросился повторно, полностью игнорируя выставленную защиту. Здоровенная голова качнулась в сторону, тело изогнулось под прямым углом, и пасть прошла вдоль края защитного многогранника, пытаясь обойти её сбоку. Пришлось разорвать щит и сместиться следом за ним, одновременно формируя короткое копьё. Метнув его, острие ударило в шею, если эту часть вообще можно было так назвать, но только скользнуло по мокрой коже, оставляя светлую, зловонную борозду.

— Да ты ещё и бронированный, падла…

Существо на мой комментарий отозвалось низким влажным хрипом и опять рвануло в мою сторону. На суше червяк-переросток двигался неожиданно быстро. Его нижняя половина собиралась гармошкой и резко распрямлялась, выбрасывая голову вперёд. От такого выпада удалось уйти вправо, перепрыгнуть через корень и буквально почувствовать, как пасть щёлкнула возле плеча. Следующий бросок застал врасплох, из-за чего пришлось воздействовать гравитацией. Волна силы отбросила тварь в реку, но вместо того, чтобы уйти на глубину, она развернулась и понеслась по мелководью в нашу сторону. Совсем не собирается сдаваться!

— Командир! — донеслось от Ирис. — Может, просто уйдём, а? — девушка, несмотря на слова, держала пистолет в здоровой руке и всячески старалась не приближаться к воде.

— Ох, …ля, я бы с удовольствием, только ты ему объясни! — крикнул в ответ, уходя от очередного броска чудища.

После очередного промаха существо подняло переднюю треть тела почти вертикально и замерло. Чёрные круглые шарики, заменяющие ему глаза, следили за мной, пасть медленно раскрывалась и закрывалась, будто оно пробовало воздух на вкус. Я сделал шаг влево, и голова повернулась следом. Смещался вправо, происходило то же самое.

— Ха, кажется, я ему понравился.

— Алекс, да у тебя вообще сегодня много поклонников!

Хотелось ответить что-то язвительное, вот только сделать этого не успел. Монстр выстрелил своей тушей, однако он не понимал, что я его жду. Волна энергии подбросила меня над пастью, и пока находился в воздухе, изловчился сформировать пару серпов. Первый врезался в спину и отрикошетил в сторону, второй распорол одно из колец, откуда брызнула почти прозрачная жидкость.

Тварь забилась в воде, а я приземлился дальше по берегу, не давая зажать себя между рекой и деревьями. После падения с холма всё тело протестовало против подобных развлечений, ребро отзывалось при каждом повороте, хоть нанокостюм и стягивал повреждённые участки плотнее, но двигаться получалось с огромным трудом. Хотя, конечно, на фоне сотен заражённых карликов, даже один огромный червь воспринимался как отпуск.

Он, видимо, решил иначе. После пары безуспешных атак голова медленно повернулась от меня к Ирис. Наёмница стояла дальше от воды. С повреждённой рукой, истощением и другими травмами, она не могла двигаться так же быстро, как и я.

— Ирис, назад, живо! — закричал ей, понимая, что невиданный доселе хищник нашел новую цель.

Тварь развернулась одним движением. Длинное тело хлестнуло по воде, сразу сокращая половину расстояния до девушки. Напарница успела выстрелить лишь единожды. Раскаленная плазма ударила в раскрытую пасть, вырывая куски плоти, но бросок не остановила.

Я ударил пси себе под ноги.

Мир дёрнулся вниз, а меня выбросило высоко над берегом. Обе руки, манипулируя потоками, разводили энергию в стороны, формируя широкие полумесяцы лезвий, которые после тренировок с Астерионом удавалось делать намного тоньше и гораздо плотнее. Удерживать долго их не стал, тут же спуская с поводка, как разъяренных зверей.

Первый серп ушёл чуть выше цели, срезая ветки, зато второй… вторым я не промазал, попадая точно под пасть. Светлая дуга прорезала насквозь.

Отрубленная голова пролетела над пригнувшейся Ирис и шлёпнулась в грязь за её спиной. Тело по инерции протащилось по мелкой крошке камней и врезалось в девушку, сбивая её с ног, ещё несколько секунд сокращаясь всем своим многометровым корпусом. Я же приземлился хуже, чем рассчитывал, и следующие пару метров пришлось буквально догонять собственное равновесие, прежде чем получилось остановиться рядом.

— Ну ты как, живая? — спросил у девушки, с трудом вылезшей из-под мясистой туши.

— Нет, командир. — качнула она головой. — Сейчас немного полежу, и вот тогда, думаю, оживу.

— Шутишь. Значит все в порядке. — утвердительно кивнул я.

Подхватив Ирис под здоровую руку, помог девушке подняться. Она первым делом посмотрела на отрубленную голову, затем на подрагивающее тело и благоразумно отошла подальше. Стойкая наемница, после всех событий, и наших с ней приключений, судя по всему не доверяла трупам. Ну, оно и не мудрено, особенно когда они в теории могут начать двигаться.

— Вот теперь можно умываться. — добавила напарница под конец, наблюдая за тем, как вода мутнела от слизи и других жидкостей монстра. После чего девушка посмотрела на меня, и тихо засмеялась, смешно сморщив носик.

Я успел проверить собственный бок и убедиться, что после приземления все было в порядке, удивляясь плотности, с которой костюм удерживал мои собственные внутренности. Со стороны холма до сих пор доносился далёкий рёв, и над кронами очередной раз скользнула здоровенная тень. Наш тридцатиметровый знакомый никуда не делся, а запах свежей крови наверняка скоро заинтересует ещё кого-нибудь.

— Надо как можно быстрее отсюда валить, а то не дай бог, придет знакомиться вся его семья. — коротко рубанул я, наблюдая за небом.

— Полностью поддерживаю, командир. Извини, но я никогда не отличалась тягой к изучению флоры и фауны…

Определив наш план, мы кое-как ушли в глубокие заросли, продолжая держаться параллельно руслу, но оставили между собой и водой пару десятков метров плотной растительности. Хоть идти стало сложнее, зато деревья теперь скрывали нас и от тех, кто летал сверху, и от желающих выпрыгнуть из реки прямо в лицо. Первое время я постоянно удерживал сферу на пределе, но сильно просевший резерв умолял умерить собственную паранойю. И неизвестно вообще, сколько нам надо было так топать.

Часть костюма, вместе с регенерацией, постепенно возвращали телу возможность нормально двигаться, правильно фиксируя повреждённые участки и снимая часть нагрузки. У Ирис, как и до этого, дела выглядели хуже. Из-за чего один раз пришлось остановиться, чтобы подтянуть петлю на руке и сделать инъекцию медицинских препаратов прямо в рану. На логичный вопрос, насколько всё плохо, девушка ответила таким выразительным взглядом, что продолжать допрос не было никакого желания.

Когда оба светила поднялись достаточно высоко, а жара начала пробиваться даже сквозь многоярусный лес, нам удалось найти место для полноценного отдыха. Огромное дерево когда-то упало поперёк низины и зависло между похожими каменными выступами, образовав под стволом сухое пространство. Корни закрывали его с разных сторон, а сверху лежали широкие листья, поэтому для привала лучшего места поблизости не было.

Я скинул контейнер со спины и прислонился к тёплой коре. После непрерывного движения, и случившихся стычек, тишина казалась опасной, даже более того, подозрительной. Где-то высоко перекликались между собой птицы, с листьев падали тяжёлые капли, а далёкий рёв стал заметно тише. Либо чудовище полетело по своим делам, либо мы наконец отдалились от него достаточно далеко.

Ирис устроилась напротив и сняла потемневшие слои перевязочного материала с раны. Рука выглядела не настолько страшно, как ночью, но тёмные пятна никуда не исчезли. Девушка несколько раз согнула пальцы, наложила свежий слой и только потом позволила себе расслабленно выдохнуть.

— Что, опять хочешь сказать, что все хорошо? Я в это не поверю. — закивал головой я. — Надо будет сказать старику, чтобы сразу занялся тобой.

— О, нет, боюсь что будет совсем не так. — скопировав мои покачивания, добавила девушка. — В первую очередь он захочет узнать, достали ли мы резонатор и вычислительный узел. — Ирис осторожно закрепила свежую плёнку. — А уже потом все остальное, включая то, как мы угробили байк.

— Умеешь успокоить, напарница.

Некоторое время мы сидели молча, вплоть до окончания нашего импровизированного обеда. Самый обычный паёк, до этого казавшийся пыткой, сейчас можно было назвать вполне сносным. Хотя мне больше хотелось горячего кофе, прохладного душа, и мягкой, подстраивающейся под меня кроватью, которая не пытается сожрать владельца.

Взгляд то и дело возвращался к контейнеру. Внутри лежали резонатор Таронцев, вычислительный узел, кристаллы памяти из неизвестного корабля, которые мы туда переложили и кристаллический блок из медицинского отсека, ну и ещё несколько находок. Их назначение, увы, мы не понимали даже приблизительно.

— Как думаешь, может старик в курсе, что это?

Ирис не стала уточнять, о чем конкретно речь, потому что тут было так много неизвестного, что только уточнения займут пару тройку часов.

— Если не поймёт Астерион… — тихо прошептала наемница. — Тогда надо везти куда-нибудь ученым, или как их там, мы уж точно не разберемся. — она отпила воду, и некоторое время смотрела между корней перед нами.

— В таком случае, думаю, что и у них появятся вопросы, ещё больше, чем у нас.

— Согласна. — коротко кивнула она. — Если мы припрем такие артефакты, нас за них сразу в космос выкинуть.

— Вот этого нам точно не надо. — покачал я отрицательно головой, и потянулся к силе, чтобы понять, какой объем энергии у меня был в запасе.

Так и просидели ещё с пол часа, восстанавливая силы, пока девушка не подняла на меня свои глаза. Белые точки зрачков слегка сузились, как бы на что-то намекая, но одновременно с тем она не произнесла ни слова.

Над деревьями раздался ровный низкий гул, и мы одновременно, не сговариваясь, потянулись к оружию. Вибрация шла сверху и постепенно усиливалась, заставляя осевший конденсат на листьях дрожать, но мои чувства… вместо какой-то живой фигуры – поймала крупный, угловатый, и мертвый объект.

— Надеюсь, что это не какая-нибудь некротическая тварь в броне. — вырвалось у меня, когда попробовал выглянуть наружу.

Ирис прикрыла глаза, используя имплант, и через мгновение опустила излучатель. Напряжение из плеч ушло не полностью, но оружие она всё-таки отвела в сторону.

— Это точно технология Первых. Кажется, за нами всё-таки прилетели.

Ветки над низиной начали расходиться под давлением невидимого поля. Между ними показалось матово-серое брюхо аппарата, следом из зелени медленно выплыл весь корпус. Я ожидал увидеть что-нибудь вроде крупного дрона или максимум земного автомобиля. Вместо этого над нами зависла машина длиной не менее двенадцати метров, широкая, плоская и угловатая, похожая на сплющенный наконечник копья. Ни винтов, ни реактивных сопел. По бокам тянулись четыре утопленные секции с мягко переливающимися бело-голубыми кольцами, а передняя часть была закрыта абсолютно чёрной поверхностью без единого окна.

Аппарат держался между деревьями с такой точностью, будто веток рядом вообще не существовало. Воздух почти не двигался, только вода на листьях стекала вниз под едва заметным давлением поля. Браслет-маяк на запястье коротко завибрировал, и одна из точек под брюхом машины ответила ему белым огоньком.

Значит, нас нашли неслучайно.

— Нихрена себе бот. — вырвалось у меня. — Я думал, что сюда прилетит маленькая коробка, а эта хрень размером больше автобуса!

Ирис медленно повернула голову и закатила глаза.

— Не надо мерить чужую технику собственными измышлениями, Алекс. Для корабля размером со “Столп Империи” это, пожалуй, самый маленький бот. У вас на Земле, наверное, корабль длиной четыреста метров считается большим.

— Представь себе. — на полном серьезе ответил ей. — И автобус, между прочим, тоже маленьким транспортом не считается.

— Что за поверхностное мнение… примитивы. — совершенно серьёзно проговорила она, но слишком довольное выражение лица сразу выдало, что последнее слово было сказано специально.

На нижней части аппарата разошлась прямоугольная створка, откуда опустилась широкая платформа. Пилота внутри не оказалось, а небольшой салон вмещал шесть кресел вдоль стен и центральное крепление под какой-нибудь груз. Всё было целым и настолько чистым, что после последних суток казалось почти неприличным. Контейнер система забрала сама, стянув тонкими, полупрозрачными лентами энергии, а когда мы сели, стены на несколько секунд стали прозрачными и показали джунгли вокруг, хотя настоящих окон в корпусе не было.

— Вот это мне нравится. Хоть что-то приятное за последние… циклы. — закончил я словом, значение которого знал, но применял пока что плохо.

— Алекс, только ничего не трогай пока что, прошу. — взмолилась девушка. — Я слишком хорошо знаю, чем кончается твое любопытство!

— Честное слово, я просто смотрю…

— С этого у тебя всё обычно и начинается. — недовольно прошептала девушка под звуки взлетающего бота.

Усталость, накопившаяся за дни, судя по всему была так сильна, что мы не заметили как уснули. Пару раз открывал глаза и видел за прозрачной стеной то верхушки джунглей, то широкую золотистую саванну под двумя заходящими за горизонт светилами. Машина летела гораздо выше аэробайка, обходя горы длинными плавными дугами, причём даже повреждённое тело почти не ощущало ускорения.

Когда проснулся окончательно, впереди уже рос “Столп Империи”. С высоты он выглядел ещё безумнее. Километры металла лежали поперёк границы двух биомов, развороченный нос глубоко вошёл в горный хребет, а часть корпуса давно стала основой для целого леса. Бот нырнул к одному из проломов в верхней части линкора, где навстречу нам ожили старые створки, и спустя несколько мгновений нас уже принимал полутёмный ангар.

Домом это место назвать язык пока не поворачивался. Но когда дверь открылась и в лицо ударил знакомый суховатый воздух корабля, я всё равно неожиданно расслабился. После липкой жары джунглей даже смесь старого металла, пыли, и с трудом работающих систем показалась почти родной. Да что уж говорить, здесь хотя бы никто не пытался нас сожрать. Уже радовало.

Ирис первой сошла с платформы, а я потянул контейнер следом и почти сразу услышал знакомое шлёпанье широких ступней. Из-за опоры вылетел Бг’лорг, активно размахивая руками и едва не задевая ими собственные уши.

— Живые, живые вернуться! Бг’лорг говорить Хозяин, чужаки не умереть, а Хозяин говорить ждать, поэтому Бг’лорг ждать долго-долго и уже думать, джунгли съесть Алекс и серебряную самку-самку!

— Мы тоже рады тебя видеть. — сказал ему с улыбкой, обратив внимание, как коротышка мгновенно насторожился. — Не смотри так на нас. Просто последние дни вокруг было столько желающих нас убить, что ты на их фоне… выглядишь как племяш.

Уши Бг’лорга поднялись вертикально, маленькие глазки подозрительно сощурились, зато Ирис рядом прыснула, отвернувшись к стене, чтобы не рассмеяться в голос.

— Алекс точно не удариться головой? — подпрыгнуло это чудо. — Но Бг’лорг хороший и никого не убивать. Почти…

— Последнее уточнение можно было спокойно не добавлять. — вырвалось у меня, но коротышке было все равно. Его маленькая фигура вовсю кружила вокруг контейнера и принюхивался, пока Ирис не отодвинула его здоровой рукой.

— Да успокойся ты! — шикнула она. — Внутри все равно нет ничего съедобного!

— Совсем-совсем не вкусные? Тогда идти-идти, потому что Хозяин ждать давно, Хозяин сердиться не сильно, но лицо делать страшное! Бг’лорг прятаться! — гуманоид разочарованно прижал уши, однако о поручении не забыл и сразу засеменил к выходу.

Он поскакал по коридору, регулярно оглядываясь, чтобы мы опять не исчезли где-то в переходах. После мёртвого корабля неизвестных, коридоры “Столпа Империи” казались более знакомыми что ли, местами даже можно было пройти с закрытыми глазами, потому что за прожитое тут время, я уже успел запомнить, где откроется платформа, что означает часть знаков и почему некоторые двери перед Астерионом реагируют сами собой.

Бг’лорг привёл нас на восстановленный участок командного центра. Над центральной платформой вращалась карта материка, испещрённая новыми отметками, а сам Астерион стоял спиной к входу и просматривал несколько прозрачных окон. Кажется, что с нашим приходом он все меньше и меньше экономил энергию, поставив на кон все.

— Дошли наконец. — произнёс старик даже не обернувшись. — После того, как получил аварийный сигнал, включая данные о взрыве, начал предполагать худшее.

— Можно сказать, всё прошло почти по плану. Байк мы, правда, потеряли, зато всё нужное нашли. — решил сразу содрать пластырь с раны я. Как мне кажется, лучше сейчас получить по шапке, чем юлить, и все равно получить!

Первый повернулся.

Льдисто-голубые глаза прошлись по мне, задержались на разорванном плаще, затем переместились на руку Ирис и контейнер. На словах про байк он прикрыл глаза, словно мысленно простился с техникой, после чего указал на платформу.

— Если это называется “почти по плану”, мне совсем не хочется знать, как выглядит ваша неудачная вылазка. Начните сначала и желательно без попыток превратить отчёт в список ваших героических подвигов. Меня особенно интересует, что случилось с Таронским кораблем?

Мы с Ирис переглянулись, и наёмница очень тихо заметила, что с последнего лучше не начинать. Судя по тому, как у Астериона дёрнулась бровь, услышал он прекрасно.

Что поделать, пришлось рассказывать. Сначала всё шло спокойно. Десантный корабль Первых, состояние внутренних контуров и цепей, найденные системы и детали, которые удалось снять без окончательного разрушения. Старик почти не перебивал, только задавал уточняющие вопросы, на которые в основном знала ответы Ирис, разбираясь в их терминологии, иногда показывая записанное с помозью имплантов.

Когда дошли до Таронского крейсера, старик стал заметно внимательнее. Я достал фазовый резонатор и вычислительный узел. Над ними сразу развернулись сканирующие кольца, а через несколько секунд Астерион впервые за весь разговор удовлетворённо хмыкнул.

— Подходит. Откровенности ради, стоит заметить, та ещё бездарная поделка, но ядро цело, а вычислительный блок вообще в лучшем состоянии, чем я рассчитывал. Если адаптация пройдёт нормально, переходный контур можно будет заставить работать без особых проблем.

— То есть шанс реально улететь у нас теперь есть? — хорошо спросили мы с девушкой.

— Шанс был и раньше, иначе я бы вас никуда не отправлял. Сначала восстановим систему, потом проверим и только после этого попробуем не взорваться при атмосферном старте. Радоваться будем тогда, когда совершим прыжок.

— Вот теперь я вас узнаю, учитель. — удовлетворенно пробормотал я, пока Ирис рядом тихо кашлянула, пряча улыбку.

Дальше пришлось рассказать про химер и самоуничтожение крейсера. На упоминании детонации Астерион перестал выглядеть довольным, а когда узнал дистанцию, вообще посмотрел на нас так, будто выбирал, кого прибить первым. Ирис быстро объяснила, что сработала только малая часть системы, иначе нас бы здесь действительно не было. История про заражённых Бг’лоргов и летающую тварь заинтересовала его меньше всего, от неё он просто отмахнулся и попросил показать район на карте.

— Разве это все? — хитро спросил Первый, когда рассказ дошёл до кульминации и бота, эвакуировавшего нас оттуда.

Мы снова переглянулись и почти одновременно ответили, что нет. Астерион медленно потёр переносицу.

— Вот именно этого я от вас и ожидал. — довольным тоном продолжал старик. — Что ещё натворили? Ядро планеты уничтожили?

— Вообще это хорошая новость. Наверное. — начал издалека, открывая второй защищённый отсек контейнера.

Над платформой появилась запись внешнего вида неизвестного корабля, затем коридоров, письменности и медицинского блока. Вначале Астерион смотрел спокойно, но на символах приблизил изображение и замер, как если бы врос в пол.

— Откуда это?

— Алекс что-то почувствовал, и мы углубились в джунгли, там и нашли корабль. — коротко ответила Ирис. — Он находился почти по пути к Таронцам. А мой командир… — покосилась она на меня. — Настаивал, чтобы мы обязательно проверили. Нам удалось найти вход и запустить часть систем, но как… тут не подскажу. — слегка наклонив голову, девушка добавила самое главное. — Внутри была тройка погибших. По строению тел и загруженным вами опознавательным блокам… мы определили их как Первых, но… этого как будто не может быть, слишком сильно отличаются детали.

— Стоп.

Одного слова хватило, чтобы разговор прекратился. Астерион, оказавшись рядом, увеличил знаки ещё сильнее. Его лицо оставалось спокойным, зато пальцы правой руки медленно сжались, а вокруг платформы дрогнуло само пространство. Я первые за все время знакомства видел его выбитым из равновесия.

— Вы что-то оттуда взяли? Покажите, покажите все, что удалось забрать. — протараторил старик.

Ни шуток, ни привычного раздражения в голосе не осталось. Ирис достала кристаллический блок из медицинского отсека и положила на платформу, где полупрозрачная структура с остаточным зарядом едва заметно засветилась изнутри.

Астерион будто перестал дышать. Льдисто-голубые глаза расширились совсем немного, но для него и этого оказалось достаточно, чтобы внутри меня неприятно разливался холод. Ирис тоже замерла, словно впервые увидела не легендарного представителя галактической цивилизации, а индивида, который узнал перед собой что-то невозможное.

Я медленно вынул второй кристалл, тёмно-синий носитель памяти с оплавленным краем, и положил рядом.

Воздух в командном центре сдавило мгновенно. Свет над платформой погас, пол тяжело вздрогнул, а из тела Астериона во все стороны вырвалась волна пси такой силы, что меня впечатало спиной в ближайшую стойку. Ирис, так вообще, упала. А Бг’лорг за терминалом пронзительно пискнул и исчез где-то у пола. По стенам “Столпа Империи” один за другим вспыхнули давно мёртвые контуры, но Первый будто ничего этого не замечал.

Он смотрел только на два кристалла.

Глава 4

Ирис ударилась о пол гораздо раньше, чем Астерион успел вернуть силу под контроль. Этот глухой звук от головы, встретившейся с полом, вывел присутствующих из небольшого ступора.

Бело-голубая волна силы схлопнулась, будто её втянули обратно в тело Первого, но командный центр ещё несколько секунд дрожал от столь резкого выброса. Окружающие стены окрасились вспыхивающими контурами корабля. Они не были готовы к таким перегрузкам, в результате отсутствующего основного питания.

Молодой человек, из расы людей, как они себя сами идентифицировали, ругнулся рядом со стойкой, куда его припечатало, наблюдая за стариком, уже стоящем рядом с наемницей.

— Не двигайся. — проговорил Астерион девушке. — Я задел твою повреждённую руку сильнее, чем мне хотелось бы. — Первый, опустившись на одно колено, осмотрел ранения вблизи. — Алекс, а ты сядь. Если твоя тушка так же рухнет рядом, мне придется лечить сразу обоих. А это чертовски неудобно.

— Потрясающая забота, учитель. — вырвалось из уст парня. — Особенно учитывая, что это именно вы раскидали нас по залу. — добавил человек под конец, но лишь для вида. Спорить он все равно не стал, и оперся на край рабочего поста.

Астерион положил ладонь чуть выше предплечья Ирис, выпуская волны нейтральной энергии. Тонкая сеть света прошла сквозь медицинскую плёнку и задержалась там, где под серебристой кожей проступали тёмные пятна. Девушка дёрнулась от короткой вспышки пси внутри тканей, зато почти сразу перестала так плотно прижимать руку к груди.

— Все таки перегружена. Ещё и несколько повторных повреждений. Ты хоть пыталась дать ей зажить? Или… хотя бы пока не заработает регенерация.

Ирис подняла на него чёрные белки глаза и несколько мгновений молчала, словно всерьёз обдумывала, как можно ответить на такое замечание.

— Господин Астерион, за последние сутки за нами гонялись сотни местных зараженных коротышек, а потом ещё и высший хищник, размером с тройку ботов. — наконец выдохнула наемница. — И это я молчу про ту зубастую тварь, выпрыгнувшую из реки. Боюсь, попроси я их быть полегче, они бы не стали слушать.

Алекс тихо рассмеялся и тут же схватился за травмированный бок. Это не укрылось от глаз старика, но он успел сделать вывод, что в большинстве своем, их травмы не требовали какой-то срочной помощи. Зато глаза зацепились за ободранную амуницию. Они явно где-то смогли прибарахлиться, ведь уходили совершенно в другом снаряжении.

— Как вижу, ты тоже активно участвовал в диалоге с местной флорой и фауной. — утвердительно кивнул старик.

— С переменным успехом. Но, если судить по тому, что мы здесь, победа всё-таки за нами. — быстро, и не без усталости ответил парень.

— Эх, ученик, как-то рано ты объявляешь победу. Сначала надо закончить с вашим осмотром.

Свет под ладонью Первого стал чуть ярче, что моментально отразилось на лице Ирис, с силой стиснувшей зубы, стоило тонким нитям пройтись вдоль поврежденных тканей. Тёмные пятна, конечно, пока не исчезли полностью, но отёчность спала, а пальцы перестали дрожать. Да и медицинский индикатор постепенно переставал выдавать лишь красный сигнал тревоги, меняя свой цвет на желтый.

Временно этого было достаточно, чтобы Астерион убрал руку. Все таки он не имел лечебной специализации, и лишь принудительно мог ускорить регенерацию организма с помощью собственной энергии.

— Дальше этим займётся медицинская аппаратура. Никаких нагрузок на руку до тех пор, пока система не закончит восстановление тканей. — сказал пожилой мужчина и поднялся с колена. — Кстати, это касается и тебя, Алекс. Вам обоим нужен отдых.

— А что кристаллы? — человек посмотрел на пару носителей, из-за которых несколько минут назад командный центр едва не пережил очередную смерть. — Вы хотя бы скажете, что там в них такого, что вы так отреагировали, учитель?

Астерион посмотрел на платформу. Насмешка исчезла с его лица настолько быстро, что это порождало некоторую обеспокоенность ситуацией.

— Да, скажу. — коротко кивнул Первый. — Только тогда, когда буду сам уверен, что правильно понимаю увиденное. Сейчас у меня есть пара версий, но сами понимаете, некоторые из них лучше не произносить вслух раньше времени. — старик поднял голову вверх, а потом резко посмотрел на Алекса. — Тем более для тебя, ведь стоит узнать что-то новое, как ты непременно полезешь это разглядывать... слишком любопытный.

— Да что ж это такое... — обиженно засопел парень. — Было всего один раз, а вспоминать, кажется, будут до конца жизни!

— Один раз? — вскинул брови Астерион, показывая всем своим видом несогласие. — Поперся незнамо куда, а потом ещё умудрился активировать самоуничтожение на Таронском крейсере!

Алекс открыл рот, видимо желая возразить, но вместо этого лишь махнул рукой, соглашаясь со сказанным. Тем временем Ирис поднялась с пола, и потянулась вверх, разминая спину. Только после этого она помогла встать своему командиру, оставшемуся рядом на всякий случай, и не сговариваясь они направились в сторону выхода, чтобы разобрать остальные вещи. Но на половине пути, пожилой Первый их остановил одним жестом.

— Оставьте всё здесь, и идите уже отдыхать. Я сам разберусь с записями, носителем и кристаллическим блоком. А вам сейчас нужен сон, еда и несколько часов без попыток умереть. — махнув рукой, он ещё крикнул себе за спину. — Если есть силы, то можешь пока изучить новые гипнограммы, я оставил их на твоей койке!

— С последним могут быть сложности, но я постараюсь. — донесся недовольный крик из коридора.

Створки за этой странной парочкой закрылись. Или, вернее стоило сказать, что створки закрылись за Первым, который не знал своего рода и племени, и чертовски везучей уроженки Урэньи? Которая, по большому счету, тоже не понимала своего везения?

Астерион ещё какое-то время смотрел на тёмно-синий кристалл, пока сила внутри успокаивалась, а мысли не желали делать того же. Носитель, он был собран по чуждой ему логике, хотя часть отдельных решений казались больно знакомыми.

— Этого просто не может быть! — тихо воскликнул он. — Я ведь все тут проверил, как спустя столько времени… и тут? Да и к тому же... — тихие причитания старика могли показаться безумием, вот только для самого Первого это было логичными измышлениями.

Пожилой Имперец снова запустил запись Ирис. На платформе возник чёрный корпус неизвестного корабля, затем коридоры и командный центр с тремя погибшими. Информационные блоки опознавательной системы Ирис, встроенной в имплант, не ошиблись на базовом уровне: позвоночник, потенциальные пси-центры, соединения костей и остатки идентификационных модулей действительно соответствовали Первым. Но у одной фигуры иначе сходились рёбра, у другой отличался плечевой пояс, а импланты у третьей стояли так, как в Империи не делали даже во времена молодости Астериона.

Следом он поднял скопированные архивные фрагменты. Большая часть данных оставалась закрытой, однако сохранились внутренние схемы, навигационные изображения и несколько строк возле звёздной карты. Универсальный переводчик не справился, зато возле переходного узла Астерион обратил внимание на знак и несколько раз возвращался к восстановленному участку записи. Это не был Имперский алфавит, но такую форму линий он уже видел очень давно.

Часть данных была и на его корабле. Все таки “Столп Империи” повидал и пережил многое, вот только сначала надо было поднять старые уровни доступов. И он потратит драгоценную энергию не задумываясь.

Нужный раздел был без названия и отмечен специальным серым знаком Адмиралтейства. Но доступы Астериона были достаточными, чтобы он открылся без дополнительных подтверждений. Так, рядом с записью Ирис появилась схема корабля. Корабля из другой эпохи. Прямых совпадений не было, но внутренние ощущения и общий внешний вид... идеально повторяли множество забытых принципов.

Астерион вспомнил закрытую информацию, доступ к которой давали либо внутри отдельных Домов, либо при достижении определенного положения в обществе. То, что отсутствовало в общих хрониках, то, что извлек лично позапрошлый Император. А именно информацию о потерянных и Домах, исчезнувших в анналах истории. Большинству из ныне живущих о них в принципе знать не полагалось, но те, кто был в курсе…

Этих воспоминаний мужчине хватило, чтобы он резко погасил схему.

Нет, наличие совпадения ещё не является доказательством. Если его первая версия верна, этот корабль не мог оказаться на планете, выпавшей из нормальных маршрутов, а если неверна, то кто-то построил судно на принципах исчезнувшей эпохи и поместил внутрь существ, которых классификатор уверенно считал Первыми. Оба объяснения были одинаково плохи, а второе, так вообще, слишком фантастическое.

Мужчина коснулся тёмно-синего кристалла, под его поверхностью вспыхнули серебристые символы, и один из них ему повезло узнать прежде, чем носитель в очередной раз погас. Знакомый знак, рождавший одну гипотезу за другой.

Ему казалось, что Алексу пока лучше ничего не говорить. Кажется, что он даже не представляет, насколько серьезен тот факт, что Астерион взял его в ученики и то, что он смог обнаружить. Первый не сомневался, что этот заводной подросток, ведь именно таковым он и был по их меркам, гарантировано постарается выпросить подробности любыми путями. А то и полезет лично проверять, обязательно нагуляв себе на задницу приключений.

— Бг’лорг, ты меня за идиота держишь? — раздражено прошипел Первый. — Я прекрасно чувствую твое присутствие, так что можешь перестать изображать часть оборудования и выйти. — позвал Астерион, поворачиваясь к нижней панели справа от платформы.

Из-за края металла медленно показалось одно огромное ухо, затем второе. Через несколько секунд следом поднялась вся голова, и коротышка очень осторожно посмотрел на кристаллы, будто именно они могли снова заставить пол подпрыгнуть под ногами, а вместе с ним и самого Бг’лорга.

— Хозяин больше не сердиться? Пол дрожать, свет умирать, серебряная самка падать, Алекс летать, поэтому Бг’лорг думать, Хозяин очень-очень сердиться.

— Я не сердился. — улыбнувшись, качнул головой Астерион. — Тем более тебе ничего не угрожает, если ты наконец перестанешь прятаться за оборудованием.

Коротышка выбрался наружу и приблизился, сделав вокруг платформы заметный крюк.

— Хозяин звать Бг’лорга зачем, что опять надо делать? Мы собираться есть?

— Нет, есть мы не собираться. — повторил за гуманоидом Первый. — Мне нужно вернуть то, что твои сородичи когда-то забрали с прилегающей территории, и ты должен за этим сходить.

Существо остановилось настолько резко, что длинные уши качнулись вперёд, чуть не зарядив по надбровным дугам. Несколько мгновений Бг’лорг смотрел на Астериона, явно решая, насколько опасно спорить с Хозяином, а затем всё-таки совершенно неожиданно покачал головой и запрыгал на месте.

— Нет, Бг’лорг туда не идти. Там вещи племени: Бг’лорги найти, Бг’лорги унести и теперь Бг’лорги хранить, Хозяин не брать.

— Ты что это удумал? Ах ты проказник маленький. — воскликнул мужчина. — Эти “вещи племени” принадлежали мне ещё до того, как твои предки научились использовать палку-копалку!

— Не только палка-копалка! — возмутился коротышка и даже топнул широкой ступнёй. — Иногда хороший камень не менее быть полезен!

Астерион устало прикрыл глаза, и только сейчас понял, насколько прибытие неизвестной парочки выбило его из колеи. А ведь раньше он мог бесконечно долго не испытывать раздражения во время общения с Бг'лоргами. Для них, палки, которыми удавалось расковырять высокотехнологичные вещи, пожалуй, действительно считались великим достижением.

— В любом случае, как минимум, ты должен показать место. Сам я пойти не могу, вместе с тобой пойдет Алекс. С ним можешь ничего не бояться.

При упоминании имени ученика уши Бг’лорга поднялись, а недовольство на морде заметно сменилось осторожным интересом.

— Уу, Младший хозяин сильный. Не так как Хозяин, но сильный! — нагнувшись, и покачав своей здоровенной головой, маленький коротышка продолжал. — Алекс дырявый и хотеть спать, а серебряная самка пугать сородич!

— Не волнуйся, Ирис с вами не пойдет, ей надо восстанавливаться. А что касательно Алекса, как ты его там назвал, младший хозяин? — хмыкнуд старик. — Он сначала отдохнет, а как проснется – приведи сюда. Ни будить, ни кричать возле двери и не придумывать способ “случайно” его разбудить. Понял? — навис над ним Первый.

Коротышка недовольно защёлкал зубами. В принципе он не сильно возражал против этой парочки, просто Ирис действительно пугала его сородичей. А условие со сном... его, как редкостного проказника, расстроило.

— Тогда Бг’лорг только ходить рядом тихо-тихо и совсем никого не будить.

— Ты это, не придумывай. — недовольно забурчал Астерион. — Знаю я тебя, так что лучше вообще там рядом не ошивайся.

Существо тяжело вздохнуло и направилось к выходу, но возле створок остановилось.

— Алекс точно идти вместе с Бг’лоргом, когда проснуться?

— Точно, как только он нормально отдохнёт.

Бг’лорг наконец исчез в коридоре, оставив Первого один на один с архивами и парой кристаллов, которые не становились менее невозможными от повторных проверок.

***

Я проснулся с ощущением, будто проспал неделю, не меньше. Хотя рёбра уверенно сообщали обратное. Зато были и плюсы, например, перестала гудеть голова, что радовало не меньше восстановившегося резерва. Поэтому на автомате раскинул сферу, ощущая, как в соседней медицинской нише спала Ирис.

Её повреждённую руку удерживало прозрачное поле, тёмные пятна стали гораздо бледнее, поэтому будить девушку не хотелось. После последних событий, она, как никто другой, заслужила хотя бы несколько часов, когда никто не просит бежать, стрелять или прыгать со скал.

В коридоре, одновременно с моим пробуждением, словно по заказу, послышались подозрительные шорохи.

— Бг’лорг, если ты сейчас скажешь, что случайно проходил мимо, я очень постараюсь не смеяться.

Огромная голова медленно высунулась из-за стены, а прижатые к черепу уши сразу выдали того, кто совершенно точно не караулил меня последние несколько часов. Бг’лорг попробовал изобразить невинность, но это у него получилось очень плохо, как, в принципе, и все остальное.

— Бг’лорг случайно проходить мимо, очень-очень случайно. Хозяин ждать Алекса, но говорить не будить, поэтому Бг’лорг хорошо слушать Хозяина и просто быть рядом, смотреть. — он качнулся в сторону, и уши повинуясь гравитации устремились вниз. После чего его рот изобразил подобие улыбки, и коротышка продолжил. — Алекса много болтать во сне! Алекс ругаться, Бг'лорг даже уши закрыть, очень-очень больно!

— Да что ты говоришь... — я подхватил небольшой пластиковый кубик, и запустил в его голову. — То есть вот эти шорохи мне приснились, да?

Коротышка ойкнул, и отпрыгнул назад, недовольно болтая руками перед собой. Но увидев, что я шучу, сильно призадумался, как если бы действительно проверял эту версию, затем совершенно серьёзно развёл пальцы в стороны и ответил.

— Корабль шуршать! Бг’лорг ничего такого не делать.

— Конечно, корабль. Ладно, веди уже к Хозяину.

По дороге это маленькое создание, к моему удивлению, молчал, и лишь несколько раз косился на меня. Особенно удивило, что перед самой дверью он пропустил меня вперед, перед собой. Вот что-что, а за ним вежливости пока замечено не было.

Настораживает.

Астерион стоял там же, где и раньше. Только кристаллы теперь лежали внутри отдельного поля, а вокруг платформы висели голографические окна, на которых была непонятная мне информация. Судя по их количеству, отдыхать старик действительно не собирался.

— Вы вообще отдыхали с тех пор, как мы ушли? — спросил у него, делая несколько шагов на встречу.

— Я уже отдохнул, достаточно долго. Да и в отличие от тебя мне не нужно лежать половину цикла после каждой прогулки. — старик одним движением смахнул все окна, из-за чего они съехали в сторону, и следующим движением вывел карту ближайших джунглей неподалеку от корабля. — Мне нужна твоя помощь, причём работа несложная, если на этот раз ты сумеешь не найти по дороге ещё один неизвестный корабль или ещё что похуже.

— После слов “работа несложная”, искренности ради, скажу, что я уже хочу обратно в медицинский отсек. Да и эта несложная работа... она точно не сложная? Потому что Бг'лорг, все время что меня вел, выглядел так, словно вот-вот меня должны казнить.

Карлик позади, при упоминании своего имени, тихо заскулил, словно я выдал его самую страшную тайну. А Астерион лишь молчаливо увеличивал участок карты с какими-то техническими схемами.

— Во время сражения, один из массированных залпов Таронцев, попал прямо в зону складских помещений. Там произошла декомпрессия полей целостности и свернутого пространства. Из-за этого части сервисных отсеков разрушились. — судя по всему, начал очень издалека учитель. — Большое количество запасов были потеряны в процессе схода корабля с орбиты, а местные... они растащили всё, что плохо лежало и до чего могли добраться. Понимаешь? Металл, обшивку, неработающее оборудование. Но несколько устройств мне теперь необходимо вернуть для нашего плана.

— Правильно понимаю, что если судить по выражению морды моего конвоира, это точно не миски с супом? — попробовал я пошутить, но, кажется, был воспринят всерьез.

— Миски и прочую мелочь мои дроны вернули достаточно давно.

Теперь наступила моя очередь удивляться. Как понять, шутит он, или действительно было время, когда он отбирал у Бг’лоргов посуду дронами?

Разбираться в этом не хотелось, да и смысла не было. Как говорится, целее будет психика. Над картой уже возник массивный прямоугольный блок, раза в три выше самого Бг’лорга, с толстыми кольцами вокруг корпуса и силовыми разъёмами размером с мою ладонь, больше похожий на кусок корабельного реактора, чем на переносимую батарейку.

— Это резервные стационарные накопители энергии, которыми питались малые корабли, боты и ремонтные комплексы. После падения доступ к секции исчез, а потом Бг’лорги нашли пролом и вытащили несколько блоков наружу.

Я снова посмотрел на изображение и только после этого на коротышку. Тот уже гордо расправил плечи, явно принимая удивление за заслуженное признание инженерного подвига всего своего народа.

— Вы серьёзно утащили вот эту махину? Она же размером со шкаф и весить должна соответственно, и вообще, нахрена она понадобилась твоим собратьям?

— Бг’лорги сильные, а когда Бг’лоргов много, тогда Бг’лорги очень-очень сильные! — гордо постучал ладонями тот, явно не понимая всей иронии, вложенной в мои слова.

— Они катили накопители по наклонному техническому каналу. — сухо уточнил Астерион. — Затем использовали волокуши.

— Всё равно Бг’лорги сильные и всё сами унести... — буркнул оскорблённый гуманоид.

— Ладно, допустим, но зачем вашим вообще понадобились такие огромные батарейки?

Астерион повернул модель, показывая внутренние слои блока и массивные ячейки под бронёй. Даже по схеме было видно, что такую штуку создавали не для переноски руками.

— В них оставался заряд, корпус был тёплым, индикаторы светились. Вот и привлекли. — развел он руками. — Бг’лорги устроили рядом поселение, а позже перенесли блоки глубже под землю. Для них накопители стали чем-то вроде полезных реликвий, с помощью которых они общаются с высшими божествами. Эмм... — протянул старик, прежде чем добавить. — Да, божествами.

— А для нас эти штуки настолько важны? — решил уточнить, надеясь, что он скажет нет. Тащиться хрен знает куда, и хрен знает зачем... мне очень не хотелось.

— Для нас это запас энергии, если хотя бы часть ячеек уцелела. Переходный узел и вычислительный блок вы привезли, теперь придётся запускать системы, которые я сотни циклов держал обесточенными. Исправные накопители позволят не тратить основной резерв. — вкрадчиво объяснил Астерион, под конец призадумавшись, и добавив. — И вообще, ученик, учитель говорит – ты делаешь.

Теперь просьба, облачившись в приказ, выглядела гораздо разумнее. Однако один вопрос всё равно слишком настойчиво лез в голову, и я не был бы собой, если бы не спросил.

— Получается вы знали, где они находятся, и не могли забрать сами? В чем причина?

Астерион, кажется, ожидал именно этого вопроса. Потому что вместо раздражения он только свернул модель накопителя и оставил на карте отметку.

— Если бы блоки лежали на поверхности, с ними справились бы дроны. Но твои маленькие знакомые утащили накопители в свое подземное поселение, деревню, если хочешь. Входы узкие, часть ходов обрушена, крупная техника туда не войдёт, а обычные дроны внутри почти бесполезны. Нужен тот, кто пройдёт ногами.

— То есть опять нужен именно я, правильно понимаю?

— Не совсем. — с улыбкой махнул рукой старик. — Вы двое нужны. Бг’лорг знает ходы, а бот доставит вас к району и заберёт накопители, когда вы выведете их туда, где груз можно подхватить силовым полем.

Я повернулся к своему будущему проводнику. Тот уже втянул голову в плечи, прижал уши и старательно изучал пол, словно именно там внезапно могла открыться спасительная дорога, по которой он сбежит от поручения прежде, чем Хозяин передумает отпускать его.

— Насколько глубоко находится это ваше замечательное подземное поселение?

— Не очень глубоко. — слишком быстро ответил Бг’лорг, но встретился взглядом с Астерионом и сразу сдался. — Ну, может, глубоко-глубоко, зато Алекс сильный и Алекс не бояться.

— Очень рад, что моё мнение по этому поводу было определено за меня…

Первый тем временем увеличил карту, и светящаяся отметка ушла под поверхность, ниже корней и старых полостей, пока корабельная схема окончательно не оборвалась. Дальше начиналась только пустая область без данных, где уже не помогали ни старые планы, ни корабельные сенсоры.

— Найдёте накопители, вернёте их сюда и мы наконец сможем улететь. — несколько в надежде и ожидании проговорил старик.

Я посмотрел на него, потом на Бг’лорга, тяжело вздыхающего в углу, и окончательно сложившего уши.

Кажется, к следующему походу из нас двоих он был готов ещё меньше меня.

Глава 5

Бот оставил нас на узкой площадке между джунглями и серым каменным склоном, который уходил вверх так круто, что с земли больше напоминал отвесную стену.

Пока машина висела над деревьями, всё выглядело терпимо. Однако стоило ей беззвучно уйти обратно к “Столпу Империи”, как вокруг стало слишком тихо.

Я проводил удаляющийся транспорт взглядом и развернул собственные чувства на максимум. Мелкой жизни вокруг хватало, зато ничего крупного или заражённого не обнаружилось. Мой нанокостюм, с поддержкой Астериона, и собственными возможностями к восстановлению, стал почти как новенький. Даже ребро уже не беспокоило, за исключением те случаев, когда я резко двигался. Поэтому впервые за долгое время отправлялся куда-то не в состоянии ходячего трупа.

Бг’лорг стоял рядом и привычным образом портил всю картину. За спиной у него висел рваный мешок, в одной руке торчала короткая палка с примотанным металлическим обломком, а огромные уши были плотно прижаты к голове. Обычно это создание не могло спокойно провести и минуты, постоянно прыгало, что-нибудь нюхало, трогало и выясняло, годится ли найденное в пищу. Сейчас коротышка смотрел на склон, и к моему огромному удивлению, молчал.

— Ты же говорил, что знаешь дорогу. — я дождался короткого кивка, но Бг’лорг так и не двинулся. — Тогда почему выглядишь так, будто ты заблудился?

— Бг’лорг знать дорогу хорошо-хорошо. — он покосился на меня и снова отвернулся к камням, нервно поправляя ремень своего мешка. — Дорога нормальная, а вот Бг’лорги там совсем не нормальные, Младший хозяин.

Если верить карте, которую нам показывал Астерион, входы находились прямо за склоном, возле старого разлома, который после падения “Столпа Империи” ушёл глубоко под землю. А вместе с ним туда провалился и другой корабль, часть которого вскрыли корни, и местные обитатели, расширив ходы, устроили там свое поселение. Старик говорил об этом как о простой прогулке, но мой проводник... он не разделял его оптимизма, словно зная пугающие подробности.

Но ждать больше было нельзя, и мы всё-таки двинулись вдоль нагретого камня. Под двумя светилами тот успел очень сильно прогреться, а вкупе с той сыростью, тянущейся от джунглей, стало невыносимо душно. Бг’лорг шёл впереди непривычно медленно, вслушиваясь в каждый шорох. А когда мы приблизились к парочке сложенных друг на друга булыжников, он вообще опасливо отпрыгнул, и обошел их по широкой дуге. Потом, спустя несколько минут, отказался проходить между тройкой толстых деревьев, хотя, как по мне, там была очень удобная тропа, а ещё дальше полез по выступам, лишь бы не наступать на небольшой участок серой травы.

К третьему такому манёвру, признаюсь, не выдержал. Я остановил его и спросил напрямую, боится ли он сюда возвращаться, из-за чего водит меня по кругу. Коротышка замер ко мне спиной, уши едва заметно дрогнули, а потом он очень серьёзно заявил, что Бг’лорг ничего не боится.

— Конечно, так я тебе сразу и поверил. Именно поэтому ты обходишь каждый куст, словно тот вспомнит твое лицо, и даст по нему чем-нибудь увесистым. — закивал я головой. — Между прочим, у меня нет цели тащить тебя дальше силой. Просто хочется понимать, что не так, и во что мы влезаем.

— Куст не могут помнить. Кусты моложе этого Бг'лорга! — он недовольно защёлкал зубами, но после моих слов всё-таки пошёл несколько медленнее. — И тащить Бг’лорга не надо, Бг’лорг сам идти и всё показать.

На корабле этот маленький жулик чувствовал себя хозяином в любом коридоре. Любил воровать мою еду, влезал в тренировки, спорил с Астерионом и доказывал, что съеденное по дороге мясо было испорчено, и он героически спас всех от отравления. Двадцать раз, ага, ведь это я ему рассказал, что такое “отравление”. И как оно влияет на нас, людей. Его луженый желудок вообще ни разу не испытывал подобного.

Здесь же походка гуманоида заметно изменилась. Нельзя было сказать, что он убегал, нет, но постоянно проверял, иду ли я следом, поэтому у очередного поворота, чтобы не шлепать в тишине, решился спросить, его ли племя живёт под землёй.

Бг’лорг долго молчал, а потом тихо ответил, что раньше это было его племя, а теперь уже нет. Сказал это настолько буднично, будто речь шла о давно испортившейся еде, после чего прибавил шаг. Я дал ему пройти немного и снова догнал.

— Ладно, тогда последний вопрос. Почему ты живешь с Астерионом? Тебя выгнали? И не надо мне тут вешать лапшу на уши, что это не так, и ничего не произошло. Врунишка из тебя отвратительный. — улыбнулся я. В голове сразу всплыли воспоминания, как Ирис гоняла его по кораблю. В тот раз этот хитрый подлец съел её еду, и всячески пытался убедить наемницу, что это сделала она сама.

— Бг’лорг хочет знать, что есть ла-а-пша? И вообще. — подпрыгнуло это недоразумение, завертев головой. — Я очень хорошо врать, Алекс до сих пор не знать, сколько раз Бг’лорг брать его мясо. — коротышка оскорблённо дёрнул ушами, а когда я напомнил, что каждый раз замечал исчезновение еды, быстро нашёл выход. — Алекс знать, сколько Бг’лорг взять. Но не знать, сколько раз Бг’лорг хотеть взять и не взять. Значит, Бг’лорг хорошо врать.

Спорить с такой логикой было бесполезно, поэтому только хмыкнул и повторил свой вопрос. На этот раз он остановился у края склона. Где-то в зарослях протяжно закричала одна из тех противных птиц, над кронами взлетела россыпь мелких существ, а Бг’лорг всё смотрел на трещину под ногами и медленно водил по ней длинным когтем.

— Потому что Бг’лорг неправильный. — он ткнул длинным пальцем себе в лоб, некоторое время подбирая слова общего языка, которым его научил Астерион. — Тут всегда много слов, слишком много для других. Они видеть еду и есть, видеть зверя и бежать или колоть, видеть красивое и брать, а потом быстро забывать. Бг’лорг не забывать и спрашивать, почему зверь идти туда, почему свет в железе гореть, почему Хозяин жить один. Когда Бг’лорг маленький, говорить как все. Потом слушать Хозяина издалека, учить его слова. Они оставаться в голове и становиться больше-больше. Другие говорить, Бг’лорг больной, потому что слишком много спрашивать и слишком долго помнить.

Я, если честно, настолько привык к его речи, что уже и не задумывался, откуда она взялась? Да, безусловно, фразы оставались кривыми, времена жили по собственным законам, зато коротышка понимал общий язык, запоминал новые слова и мог отличить шутку от угрозы. Стоит ли вспоминать, что мне по началу не так просто давалось изучение нового языка? Вот-вот, выходило, среди собственного народа именно это и делало его ненормальным.

Задумавшись над ситуацией, меня осенило озарение, и я почему-то решил спросить, били ли его за это? Что такое “травля” он не понял, зато перечисления, они оказались до боли знакомыми.

— Кусать уши, отнимать еду, ломать место сна. Когда Бг’лорг был маленький, все только смеяться, а потом Бг’лорг стать взрослый, охотиться сам, таскать мясо сам, но они всё равно говорить молчать. Бг’лорг не молчать, один раз очень сильно не молчать, и главный охотник потом два цикла плохо сидеть.

Последние слова прозвучали уже горделиво, и коротышка даже расправил плечи.

Тут уже никак не получилось удержаться от смеха, а сам чудик довольно осклабился, но быстро успокоился и продолжил свой рассказ. В общем если кратко, то этот бедный малый был изгоем. После той драки старшие велели уйти насовсем. Возвращаться разрешалось только с их согласия, иначе обещали бить до тех пор, пока желание возвращаться не исчезнет.

Некоторое время Бг’лорг жил один, охотился, спал где придётся, а потом узнал, что огромный мёртвый железный дом у границы саванны на самом деле не совсем мёртвый.

— Там Хозяин, который сначала ругаться, потом снова ругаться и говорить не трогать кабели. Бг’лорг принести ему еду, Хозяин сказать, что это несъедобная гадость и выбросить, тогда Бг’лорг принести другую и всё равно остаться. Хозяин хороший, пусть страшный, сердитый и иногда бросать Бг’лорга в Алекса, но всё равно хороший.

При одном упоминании Астериона его уши поднялись, будто подтверждая последнюю характеристику лучше любых слов.

— Да-да... — протянул я. — последнее всё ещё вызывает у меня вопросы к его методам обучения. — недовольно пробормотал, вспоминая, как это создание действительно летело мне на голову с верхнего яруса.

Теперь многое вставало на свои места. Стало понятно, почему этот Бг’лорг постоянно крутился возле Астериона и почему старик, несмотря на вечное ворчание, терпел маленького жулика рядом с собой. Для меня “Столп Империи” был разбитым кораблём, который понемногу становился безопасным местом. Для него он когда-то оказался первым местом, откуда не прогнали.

Бг’лорг какое-то время шёл молча, постукивая палкой по камням, а потом добавил уже без привычного хихиканья, что теперь появился ещё и Младший хозяин.

— Бг’лорг теперь не один, потому что есть Хозяин и есть Младший хозяин. Серебряная самка тоже есть, она страшная и смотреть так, будто выбирать место куда хочет ткнуть палка! Но иногда хорошая. Все уходить и потом возвращаться, Бг’лорг тоже возвращаться вместе со всеми. Значит, это настоящий дом.

Я не сразу нашёлся что ответить. Передо мной оставался тот же взрослый маленький жулик, способный стащить паёк и найти этому безупречное оправдание, но теперь за его простой логикой обнаруживалось то, чего я раньше не замечал. Для него дом определялся совсем не стенами, как и для людей в целом. Если тебя ждут обратно и не заставляют становиться кем-то другим, значит, ты больше не один.

— Насчёт “Младшего хозяина” мы ещё поговорим. Но не волнуйся, если твои сородичи решат тебя поколотить, я их сам поколочу! И нет, я не обещаю сразу их бить, это будет самозащита, так что убери это довольное выражение.

Бг’лорг уже успел расправить плечи и довольно защёлкать зубами.

— Младший хозяин сначала говорить, потом бить, Бг’лорг всё правильно понять. Очень хороший план.

— Я вообще-то сказал совсем не это, но ладно.

— Но план хороший, все равно, все равно. Бг'лорг-Бг'лорг!

Несмотря на тяжелую тему, после такого разговора идти стало легче. Коротышка перестал шарахаться от каждого знакомого места и снова начал понемногу уходить вперёд, хотя чем ближе мы подходили к склону, тем чаще он прислушивался к окружающим звукам. Серый камень сменился тёмной породой с белёсыми прожилками, корни деревьев уходили прямо в трещины и местами сжимали склон, словно пальцы огромного гиганта. А моя сфера... Стала чуть хуже воспринимать окружение. На поверхности отклики оставались чистыми, но стоило опустить восприятие глубже, как они рассыпались на отдельные пятна. Минералы, о которых предупреждал Астерион, действительно экранировали пси. И я почему-то вспомнил, что он говорил, мол иногда из таких строились целые станции.

— Давай так. — начал я. — Чтобы не было неожиданностей, будешь идти первым, и предупреждаешь обо всём подозрительном заранее. Желательно до того, как эта “неожиданность” начнёт меня кусать.

— Бг’лорг видеть хорошо и всё знать. — коротышка прищурился, словно только сейчас понял скрытую часть приказа. — Младший хозяин хитрый, сам сзади идти и Бг’лорга первым толкать, но можешь не переживать!

— Ха, ещё бы. — улыбнулся в ответ на то, как “ловко” он раскусил план. — Все таки кто мой учитель, верно?

До входа мы добрались гораздо позже, чем я рассчитывал. Сам бы я его вообще мог не заметить, ведь внутри каменной стены, под толстым корнем темнела щель высотой чуть больше метра, рядом не было ни знаков, ни построек, только вытоптанная земля и несколько костей, сложенных в маленькую кучку. Бг’лорг присел рядом с ними, провел когтистыми пальцами по грунту, и приложил их к пасти, показывая цифру два.

Что это значило?

Отклики в этой части почти ничего полезного не показывали, чистый ландшафт. В нижних слоях восприятие уже привычны образом распадалось, поэтому приходилось доверять обычным органам чувств. Включая уши. Через несколько секунд из темноты донеслись щелчки и сиплое урчание, а затем наружу выбрались двое Бг’лоргов.

Первый был крупнее моего проводника и носил на шее связку плоских костяных пластин. Правое ухо пересекал старый разрыв, в руках находилось короткое копьё с чёрным металлическим наконечником. Кажется это был кусок от одного из ботов Астериона.

Второй чуть ниже и плотнее, он вместо копья держал пару кривых палок, соединённых на манер нунчаков жилами какого-то зверя. При виде нас оба замерли, после чего ушастый с копьём рявкнул так резко, что мой спутник сразу прижал уши к голове.

— Бг’рр-хта, кхр-бг'лорг, нхе-е, та-а-арр-ви!

— Грх-бг’лорг, хрр-вит-ва, бг'лорг-бг'лорг, кхе-ва! — ответил проводник, мгновенно переходя на родной язык.

Вот уж не думал, что они вообще его имеют! Будь со мной Вейла... Может и получилось бы расшифровать как-то эту речь, но её нет…

От грустных мыслей отвлекло форменной безумие и совершенно непонятная мне тарабарщина. Второй часовой вмешался почти сразу, и через несколько мгновений все трое уже перекрикивали друг друга, щёлкали зубами, размахивали руками и ушами. Я понимал только собственное имя, несколько раз мелькнувшее среди незнакомых звуков, после чего стражи смотрели на меня ещё менее дружелюбно. Чувствовал себя человеком, который пришел в гости, и очень неудобно попал на семейную ссору.

Ушастый ткнул копьём в грудь моего Бг’лорга. Не ударил, но заставил его отступить. В ответ тот расстроенно покачал головой и показал сначала на меня, потом внутрь пещеры, что-то затрещав с таким возмущением, что даже без перевода было понятно, разговор двигается в плохом русле. Второй часовой встал поперёк входа, а после его короткой фразы мой спутник полез в мешок, нащупал там что-то, но передумал доставать.

— Бг’лорг, объясни наконец, что происходит. Они нам угрожают или это у вас такая странная форма гостеприимства?

— Они немного угрожать, но сейчас-сейчас, Младший хозяин, Бг’лорг уже почти со всеми договориться! — с невиданной доселе уверенностью прощебетал коротышка.

Но вот со стороны... все выглядело скорее наоборот. Ушастый сделал ещё шаг и замахал копьём прямо перед его мордой. Мой временный напарник вновь прижал уши, а уверенность, которая появилась после нашего разговора, стремительно начала исчезать.

Что ж, пожалуй, для меня этого оказалось достаточно.

Мне даже не пришлось поднимать руки ради задуманного фокуса. Две тонкие петли пси обхватили часовых за туловища, и через мгновение обе пары широких ступней оторвались от земли.

Один удивлённо пискнул, другой попытался зацепиться оружием за корень, но только выронил его из рук. Я поднял обоих метра на три и оставил висеть над входом, после чего наступила прекрасная тишина. Ну как тишина.

Они верещали что было сил.

— Вот теперь наш разговор мне нравится гораздо больше. Бг’лорг, объясни им, что мы пришли не воевать, но проверять моё терпение тоже не стоит. Меня ещё ждет Астерион и гипнограммы.

Оба часовых после этого заорали совершенно одновременно. Чтобы мысль усвоилась быстрее, я медленно повернул пальцы и закрутил обоих вокруг собственной оси. Калечить их желания не было, да и не способствует такое положительным переговорам. Поэтому крутил медленно, но костяные пластины застучали, уши разлетелись в стороны, а один из них, судя по ругани, материл меня на чем свет стоит. Второй же, исходя из интонаций, вспоминал своих богов.

— Младший хозяин! — восторженно пискнул Бг’лорг и буквально преобразился. Выпрямился во весь свой невеликий рост, расправил плечи, поднял подбородок и упёр руки в бока. Если бы у него был плащ, уверен, сейчас тот обязательно развевался бы на несуществующем ветру. — Бг’лорг говорить им, что Младший хозяин очень сильный. Они сначала говорить нет, а теперь уже громко говорить да!

— Очень рад, что помог в вашей дискуссии, но дальше? Объясни, чего они вообще от нас хотели?

Ответ оказался настолько простым, что я сначала решил, будто неправильно расслышал.

— Они хотеть плату за проход, вот!

Бг’лорг полез в мешок и достал две полоски сушёного мяса, синий плод и блестящий кусок металла. Всё было аккуратно завёрнуто в листья и явно приготовлено заранее. На мой вопрос, не называется ли это взяткой, коротышка возмутился и объяснил, что взятка, как учить Астерион, плохо, а плата за проход – хорошо. Принцип торговли, мать его…

— И в чём тогда заключается эта огромная разница?

Он задумался настолько серьёзно, что даже я сосредоточил на его ответе все внимание. И так, на всякий случай, перестал вращать часовых, просто оставив их висеть вниз головой, до тех пор, пока не осознают всю прелесть ситуации.

— Если Бг’лорг платить самому, это обычная плата. Если другой Бг’лорг платить, тогда это подарок, а если никто не платить, часовые начинать злиться. Но теперь платить совсем не надо, потому что часовые уже согласные.

Один из висящих тут же затрещал и закивал так быстро, что уши захлопали по его морде. Второй часовой почти сразу присоединился к товарищу. Кажется, по этому вопросу мы достигли полного взаимопонимания.

Я аккуратно опустил обоих на землю. Ушастый сначала встал на четвереньки, потом поднялся, и засеменил к своему копью, которое подобрать вышло не с первого раза. Второй просто сел у стены, как если бы мир до сих пор продолжал вращаться без его согласия. Вестибулярные аппараты у них явно не были развиты.

Мой Бг’лорг выступил вперёд с победной осанкой и медленно произнёс несколько фраз на родном языке, после чего ткнул пальцем себе в грудь, а затем в очередной раз указал на меня. Часовые выслушали и молча отступили от входа.

— Видишь, теперь всё хорошо и проходить можно бесплатно. — проводник уже собирался убрать еду в сумку, но заметил мой взгляд и замер.

— Ты не мог сразу сказать, что им нужны два куска мяса и фрукт? Я бы заплатил, и мы давно были бы внутри.

— Тогда мясо не осталось бы у Бг’лорга. — он прижал полоски к груди, и одним когтем постучал по своей черепушке. Весь его взгляд говорил о том, что он объясняет очевидное особенно непонятливому ребёнку. — Мясо хорошее. Зачем отдавать, если Младший хозяин может бить-крутить?

Я медленно прикрыл глаза, окончательно понимая смысл этой героической борьбы с местной тиранией. Вот же хитрый ушлепок...

— Так, идём, пока я сам не взял с тебя плату за сопровождение.

— Нельзя так делать, нельзя-нельзя! — затрясся он. — Младший хозяин. Бг’лорг проводник, а проводник должен много есть, иначе потом плохо вести. — он мгновенно спрятал добычу и юркнул в щель.

Чтобы двигаться следом, мне пришлось пригнуться почти в половину. Первые метры проход был настолько низким, что плащ цеплялся за корни, а плечи задевали стены, потом камень резко ушёл вниз и потолок поднялся метров до трех.

Снаружи ещё пробивался тёплый свет от пары звезд, падая на влажную породу длинной полосой и постепенно растворяясь впереди. Чуть глубже слышались звуки бурных течений воды, надеюсь, без монстров. Далекое стрекотание и множество слабых шорохов, которые могли принадлежать как жителям поселения, так и чему угодно другому.

Я попробовал расширить сферу восприятия и почти сразу почувствовал, как отклик рассыпается о минералы в стенах. В нескольких метрах ещё различался Бг’лорг, дальше начиналось почти слепое пятно. Впрочем, коротышка впереди тоже перестал торопиться. Победная осанка исчезла сразу за первым поворотом, уши поднялись вертикально и ловили звуки из глубины.

— Теперь Младший хозяин идти рядом и не шуметь. Тут Бг’лорг знать дорогу, но Бг’лоргов внизу очень много, кто знать, как они реагировать! — он сказал это без улыбки и пошёл дальше. Я двинулся следом, а через несколько шагов свет снаружи окончательно исчез за поворотом.

Глава 6

Свет снаружи исчез окончательно, а вместе с ним пропало последнее ощущение, что мы просто зашли в особенно глубокую пещеру. Первые минуты проход ещё напоминал естественный разлом. Камень под ногами был неровным, по стенам тянулись влажные белёсые прожилки, сверху свисали тонкие корни, за которые плащ цеплялся с таким упорством, словно джунгли всё-таки решили не отпускать меня под землю. Но чуть позже появились вырубленные ступени, боковые ниши, следы копоти и застарелые царапины на породе.

Кое-где наружу торчали обломки металла, намертво зажатые камнем, и однажды мы прошли вдоль целой полосы тёмной обшивки, уходившей куда-то в толщу стены. Очень может быть, что тут был не один корабль, как думал Астерион. Сфера, как и ранее, здесь почти не помогала. Стоило вытянуть её дальше нескольких метров, как отклики начинали дробиться и тонуть в помехах, поэтому, как и раньше, приходилось полагаться на обычные глаза, слух и Бг’лорга.

Сам проводник, к счастью, заметно оживился после событий у входа. Хотя, когда мы прошли сквозь первые повороты, его страх никуда не делся, но привычка или инстинкт взяли верх. Он безошибочно выбирал нужную развилку среди десятков одинаковых проходов, иногда останавливался, нюхал воздух и сворачивал туда, где на первый взгляд совсем не было никакой разницы. Один раз коротышка заставил меня пригнуться под высоким потолком, а через несколько шагов оттуда сорвался камень размером с кулак. Нет, конечно, моя интуиция предупредила, но только в момент самого падения. А этот маленький хитрец... получается он знал ещё раньше?

— Я начинаю понимать, зачем ты нужен. — признал, огибая осыпавшийся грунт. — Ещё немного, и мне придется признать, что ты не такой уж бесполезный.

Бг’лорг оскорблённо защёлкал зубами и заявил, что никогда не был бесполезным, просто Младший хозяин слишком медленно понимает очевидные вещи. Ну, что можно сказать, все возвращается на свои места.

Дальше мы продолжили долгий спуск. Очень долгий спуск. Время под землёй ощущалось странно, особенно когда вокруг не менялось ничего, кроме формы камней, но внутренние часы всё-таки продолжали работать.

Я успел дважды попить, один раз остановить Бг’лорга, когда тот полез проверять дыру, из которой пахло тухлятиной, и ещё несколько раз спросить, уверен ли он, что правильно меня ведет. На последний вопрос проводник обиделся и заявил, что если Алекс такой умный, то может вести сам, и даже как-то обиженно засопел. Но от такого предложения вынужден был благоразумно отказаться.

Когда очередной спуск вывел нас в широкую галерею с естественным желобом воды вдоль стены, терпение, все ж таки, подошло к концу. Особенно от его обещаний “вот-вот придем”.

— Слушай, мы ведь уже больше сорока минут идём. Ты точно под словом “рядом” не подразумевал другой материк? А может ты меня так хочешь с этой планеты вывести? — недовольно буркнул я.

Бг’лорг остановился и несколько раз моргнул, будто мой вопрос требовал более серьезных расчетов, чем те, на которые он был способен. Но спустя минуту он кивнул, и очередной раз уверенно заявил, что мы почти пришли.

— Да ты говорил это ещё наверху, когда мы только сюда пролезли!

— Тогда почти-почти. Сейчас уже почти. Младший Хозяин не злиться. Бг'лорг правда стараться! — поправил он и ткнул палкой вперёд, явно считая объяснение исчерпывающим.

Стоило признать, что проход действительно начал постепенно меняться. На стенах появились вырубленные знаки, потолок почти в два моих роста, а справа открылся глубокий провал, откуда доносился ревущий шум воды. Через него был переброшен мост из толстых стволов и металлических пластин, причём часть этих пластин подозрительно напоминала корабельную обшивку. Я невольно задержался у самого края и пытался представить, насколько глубоко мы вообще забрались.

Бг’лорг, словно прочитав мысли, показал сначала вниз, потом в сторону и принялся рисовать пальцем в воздухе круги. Ходы, по его словам, постоянно огибали скальные массивы, возвращались почти к прежнему месту и снова уходили ниже. Само поселение находилось не на безумной глубине по вертикали, зато путь к нему растягивался примерно на пару километров по ветвистым переходам.

— То есть мы всё это время спускались по спирали? — наконец дошло до меня, хотя в процессе движения, пожалуй, такой вывод сделать было нельзя.

— Да-да. Только не ровно. Много старых дыр, плохих мест и ходов. Бг’лорги так сделать, чтобы чужие долго идти и уставать. А потом цап! И в лапах! — почесав когтем лоб, он чуть тише добавил. — Хозяин когда-то мерить и очень ругаться, потому что Бг’лорги копать там, где копать нельзя.

Теперь становилось окончательно понятно, почему Астерион не отправил сюда дронов. Даже если аппарат пролез бы через первый лаз, спустя несколько поворотов не факт, что у него получилось бы пройти. Более того, я был уверен, что он уже пробовал так делать.

За мостом начались первые признаки того, что мы приблизились к их жилью. Стены были затёрты множеством ладоней, в боковых нишах лежали связки сухих трав, а запах дыма и не самой ароматной еды постепенно перебивал сырость. Ещё через пару пустых галерей, где не было ни одного гуманоида, мы упёрлись в настоящее заграждение.

Поперёк прохода стояла низкая стена из нагромождения камней, костей и металлических листов, над ней висели подобия клеток с голубыми светящимися грибами вместо лампочек, а за стеной сидели пятеро Бг’лоргов. У одной парочки имелись копья, ещё один держал что-то напоминающее лук, но очень. Очень отдаленно. Остальные пытались поделить между собой жареную тушку маленького зверя.

Увидев нас, они моментально забыли про еду, и подпрыгнули. Началась трескотня, из которой я, как обычно, не понял ничего. Мой проводник несколько раз упомянул “Хозяина” и “Младшего хозяина”, часовые посмотрели на меня, потом снова на него. Я уже приготовился к очередному дипломатическому сеансу с применением способностей, лишь бы ускорить выполнение задание, данное Астерионом, но Бг’лорг вдруг довольно оскалился.

— Всё быть хорошо. Они спросить, зачем приходить. Бг’лорг сказать, идти за вещами Хозяина, и нас пропускать. Ещё они спросить про часовых наверху. Я все-все им рассказать!

— Прекрасно. — хмыкнул я. — Ты давай, это, смотри не переусердствуй. А то сделаешь мне репутацию ходячей карусели...

Коротышка, судя по озабоченно хлопающим ушам, так и не понял последнее слово, но перевёл его примерно как “тот, кто умеет хорошо крутить”. Да и по восторгу часовых, новая версия понравилась им даже больше, чем суровая реальность.

Металлическую решётку отодвинули без всякой платы, а один из стражников показал мне большой палец, кажется, даже попытавшись подмигнуть. Правда, на его руке таких пальцев было два, поэтому смысл жеста для меня оставался загадкой.

За импровизированной заставой тоннель начал расширяться ещё сильнее, увеличиваясь с каждым десятком шагов. Сначала по стенам появились боковые норы с занавесками из шкур тех самых здоровенных травоядных, затем каменные лестницы, уходящие, судя по всему, на другие уровни, а впереди стало заметно светлее.

Честно говоря, максимум, что ожидал увидеть, так это очередную пещеру с десятком хижин, кострами и парой сотен местных. Ну на крайний случай, и очень богатую фантазию – большую деревню.

Вот только вместо этого проход закончился на каменной террасе, где я и остановился, потому что увиденное впереди никак не вязалось со словом “деревня”.

Под нами лежал целый город.

Огромная естественная полость уходила настолько далеко, что противоположная стена терялась в голубоватой дымке. Её пересекали десятки террас, вырубленных прямо в породе, между ними тянулись лестницы, деревянные мосты и переходы на толстых канатах из сплетенных лиан. В скалах зияли сотни входов, от простых тёмных нор до помещений, закрытых шкурами, костяными решётками и кусками старой корабельной обшивки. Свет, как и ранее, давали грибы, белые пласты лишайника и те, что светили синим, но имеющие разные формы. Из-за этого весь город получался пятнистым. Где-то камень уходил в холодную синеву, где-то горел тёплым жёлтым, а далеко внизу между домами двигалась настоящая река маленьких голов и огромных ушей.

Каюсь, сначала попробовал их всех сосчитать, чисто ради интереса. Да и выходило немного, сотня на ближайших площадках, ещё несколько ниже, потом мосты, лестницы, входы, толпа возле воды. Но спустя минуту стало понятно, что это бессмысленное занятие.

— Сколько же вас здесь вообще живёт, если это всё одно поселение?

Бг’лорг посмотрел на город и пожал плечами, прежде чем начать загибать свои пальцы. Несколько раз он сбился, помотал головой, и возобновлял подсчет. Но спустя пару таких попыток просто махнул рукой.

— Много-много! Хозяин говорить, что десятки тысяч! Алекс понимать, когда еды много, Бг’лоргов много. Когда еды мало, Бг’лорги уходить. Тут сейчас еды много.

Десятки тысяч?

До сих пор встреченные группы создавали впечатление небольших племён, разбросанных по джунглям и саванне. Здесь же находился настоящий подземный город со своим движением, каким-никаким ремеслом, и судя по шуму снизу, весьма активной общественной жизнью.

— Астерион точно знает, что вас тут столько... наплодилось?

— Хозяин всё знать. — уверенно заявил проводник, потом подумал и добавил, что если Хозяин чего-то не знает, то очень хорошо делает вид.

Чем ниже мы спускались, тем плотнее становилась толпа. По началу никто не обращал на нас внимание, но стоило выйти на оживленную улицу, как глазеть начали все. Детёныши с ушами размером чуть ли не с половину тела бежали следом, взрослые прекращали свои перещелкивания, а пожилые Бг'лорги с костяными кольцами на шее иногда даже пытались потрогать. Я лишь мягко отводил их руки в стороны, и попросил проводника объяснить, что так делать нельзя. Хотят смотреть? Пусть смотрят. Но трогать – нельзя.

— Бг’лорги любить трогать, так понятнее. — возразил тот.

— Значит скажи, что сегодня им придется освоить новую технологию, и смотреть глазами! — недовольно шикнул на коротышку, который от такого чуть не упал на задницу.

Видимо, внушение подействовало, и он начал громко что-то верещать. После этого перевода местные выглядели недовольными, зато хватать перестали.

На одном из нижних ярусов, перед нашими глазами, открылся рынок, и тут слово “деревня” окончательно потеряло весь смысл. Длинная площадка была заставлена столами, циновками и ящиками. На них лежало всё, что местные считали ценным. Вяленое мясо, плоды, грибы, шкуры, зубы, каменные наконечники, металлические ножи, копья из костей и обломков техники, кабели и десятки непонятных мне предметов. Запах жареного мяса смешивался с влажным камнем, дымом и чем-то сладким, от чего желудок подозрительно напомнил, что я давненько не баловал его нормальной пищей.

Бг’лорг уверенно направился мимо, зато я, ведомый каким-то инстинктом, остановился у первого же ряда. Коротышка прошёл ещё несколько шагов, почувствовал неладное и медленно обернулся.

— Младший хозяин говорить, что торопиться, а теперь смотреть так же, как Бг'лорг на еду! Бг’лорг уже знать это лицо!

— Вот именно, это младший хозяин определять, куда мы идти! — спарадировал воришку. Очень хотелось ещё сымитировать его уши, но, казалось, что это лишнее.

— Нет-нет-нет! Хозяин говорить идти за накопителями, а серебряная самка меня предупредить, что Алекс любопытность! Ему нельзя давать отлучаться!

— Вот же предатель, ты вообще на чьей стороне сегодня? — недовольно буркнул я, и потянулся в сумку за спиной, доставая оттуда плод местного дерева.

Коротышка, не сразу заметив подачки, честно ответил, что на стороне того, кто кормит. И только после этого увидел протянутую еду. Уши тут же поднялись, а вера в Младшего хозяина чудесным образом восстановилась. Больше он возрадать не стал.

Мы прошли вдоль первых рядов. Большинство товаров оказалось именно тем, чем выглядело, но иногда попадались странности. Один торговец шипел, зазывая посмотреть на старые кабели. Правда по какой-то причине те были нарезанными на одинаковые куски. Но это можно списать на странности первобытного общества. Другой менял светящиеся кристаллы на мясо, а возле третьего лежала куча металлических пластин со знаком Империи. Похоже, Бг’лорги растащили не только ближайшие окрестности рядом с флагманом, но и умудрились добраться куда-то, куда даже Астерион не залазил.

У самого края площади заметил кривое подобие палатки, где слегка блестел контейнер. Основная его часть лежала под шкурой у приземистого Бг’лорга с тремя толстыми, кривыми кольцами в левом ухе. Емкость была размером с небольшой дорожный ящик, тёмно-серый, с закруглёнными рёбрами и утопленным гнездом доступа. Очень похожий на те герметичные контейнеры Астериона, выданные нам с Ирис перед вылазкой. Только этот был явно древнее, весь в царапинах и с вмятиной на углу.

Но главное другое. Он не был пустым. Даже отсюда, со своего места, я видел индикатор заполнения. А когда торговец переставил ящик ближе к себе, то стало отчетливо ясно, что внутри что-то было.

— Спроси, откуда он это взял. — обратился к своему проводнику.

Бг’лорг, явно ещё довольный подачкой, без труда перевел мой вопрос. Торговец несколько раз показал вниз, затем изобразил руками падение чего-то большого и ткнул куда-то в сторону следующих уровней. По словам моего маленького помощника, контейнер нашли среди старого железа очень давно. Открыть его никто не смог, зато внутри явно что-то оставалось, поэтому с их точки зрения, он явно был ценен. Ведь там могла быть уйма еды. Именно так и перевел Бг'лорг.

После короткого торга выяснились реальные требования, как и стало ясно, что именно имелось ввиду под “большой ценой”. Пять кусков мяса, три синих плода и острый нож.

Сначала хотел согласиться, все равно этого добра было навалом, особенно ножей, прихваченных с зараженных. Но мой Бг’лорг сильно возмутился. Не уверен, что он там кричал и пыхтел, но судя по его глазам, это звучало как обвинение в грабеже. Но и торговец, походу, не был идиотом, как-то слишком спокойно отвечая на все выкрики моего коротышки. Было ощущение, что они знакомы, о чем я тут же спросил.

— Нет, просто этот сильно умный, чем дрегиуе, он все понимать. — буркнул Бг’лорг, но попытки торговаться не бросил.

Очень хотелось вмешаться, но как это сделать, если ничего не понимаешь? Поэтому пришлось сделать морду кирпичом, и слушать, как эта парочка переругивается на повышенных тонах, иногда отворачиваясь друг от друга и снова возвращаясь к ругани.

Черт возьми! Мой помощник даже дважды демонстративно уводил меня прочь, старый, классический способ торговли. Походу он настолько интернациональный, что работает по всей галактике. И оба этих раза через несколько шагов торговец звал нас обратно со скрипом зубов. В итоге великая сделка закончилась двумя порциями вяленого мяса, синим плодом и каким-то металлическим хламом, который тот попробовал на зуб.

Торговец забрал плату, особенно “нож”, как его назвал мой коротышка, да с таким счастьем в глазах, как если бы получил артефакт. А контейнер с явным облегчением подвинул мне. Бг’лорг тут же заявил, что спас три порции мяса и два плода, поэтому половина спасённого, по справедливости, принадлежит ему.

— Не понял. — вырвалось у меня. — Каким это образом из этих криков, часть содержимого резко стала твоей?

— Алекс должен умнеть, потом понимать, и срочно стать умней! — зацокал воришка еды, показывая, что он вот весь из себя торговец максимального уровня.

— Эх, как ловко ты придумал. — протянул я. — Боюсь, до такого уровня мне ещё далеко. Но не волнуйся, свою награду ты получишь

Контейнер я закрепил на спине и пока даже не пытался его открыть. Кто знает, что там могло быть? Если что-то привычное – это одно. А вот если неизвестные технологии, то безопасно показать находку Астериону, нежели устраивать новый эксперимент посреди нескольких тысяч любопытных Бг’лоргов.

Больше тут задерживаться не хотелось, поэтому мы спустились ещё на два яруса, пересекли узкий мост над подземной рекой и видимо оказались в старой части города. Здесь исчезли торговцы и детёныши, норы в стенах сменились крупными залами, а камень вокруг был исцарапан какими-то символами, среди которых всё чаще попадались знакомые геометрические знаки. Они явно принадлежали Первым, а местные их просто перерисовывали.

— По твоим воспоминаниям, накопители должны быть где-то здесь?

Бг’лорг кивнул и объяснил, что большие тёплые железки когда-то принесли именно сюда. Старшие решили, что внутри них живёт свет, и поставили рядом с местом, где разговаривают с высшими.

— Астерион будет счастлив узнать, что его батареи возвели в божественный статус. — я не мог удержаться и улыбнулся, представляя эту картину.

— Хозяин сам есть высший, только ворчливый... — понимая, что он сказал, воришка мотнул головой, как бы прогоняя крамольные мысли, и умоляюще повернулся ко мне.

— Я не скажу, главное ты сам не проговорись.

Храм я узнал сразу, хотя никакой таблички, конечно, не было. Вход занимал почти всю стену огромной площадки. По бокам стояли высокие столбы из костей и металлических деталей, между ними висели полосы ткани и связки блестящих пластин. Внутри мерцал голубой свет от грибов, а на пороге сидели четверо Бг’лоргов с выбеленными мордами и кольцами на ушах.

— Хранители. — тихо пояснил проводник. — Много знать и мало говорить. Очень неприятные, они ругать Бг'лорга.

— Особенно забавно слышать такое именно от тебя.

— Бг’лорг много говорить и много знать. Это гораздо лучше.

Очень удивило, что у нас ничего не стали спрашивать и просто пропустили внутрь. Только взгляды со стороны хранителей... Были странными. Неужели у них тут гости в порядке вещей?

Впрочем, думать об этом не хотелось, потому что все внимание занимали внутренности этого места. Центральный зал был вырублен вокруг массивного металлического фрагмента, уходившего прямо в породу. Возможно, это была часть того самого второго корабля, провалившегося сюда вместе с разломом. По поверхности металла тянулись мёртвые линии, а перед ним местные сложили десятки даров. Еду, оружие, кости, куски кабеля и несколько красивых камней.

По краям стояли три огромные ниши. По размерам каждая как раз подходила под тот прямоугольный накопитель, который показывал Астерион.

Но... Они были пустые. Бг’лоргу это сразу не понравилось, как и мне. Чувствую, что ждет меня нечто неприятное.

Нахмурившись, мой спутник направился к старшему хранителю. Тот был почти полностью белым. Разговор начался спокойно, но быстро становился тише. Старик несколько раз посмотрел на меня, затем на Бг’лорга и медленно покачал головой.

— И что этот хранитель тебе сейчас сказал?

— Ничего. Хранитель говорить, что не может говорить, где вещи света. И отдавать тоже не может.

Я предложил позвать того, кто может. Бг’лорг перевёл, старик снова покачал головой и произнёс несколько коротких фраз, указывая в сторону выхода.

— Такие вещи решать не хранители. — недовольно пояснил проводник. — Решать тот, кто сейчас главный над большим поселением. Если Младший хозяин хотеть забрать светящиеся железки, надо говорить с ним.

— Ты знаешь, где живёт ваш главный?

Бг’лорг прижал уши и посмотрел в сторону, куда до этого тыкал когтем их хранитель. После веселой и бодрой атмосферы рынка, вместе с его привычной наглости, этот жест мне совсем не понравился. Похоже, местного руководителя он опасался сильнее храмовых хранителей.

— Бг’лорг знать, но Младший хозяин может этому совсем не радоваться.

— Ты можешь сразу все говорить, а не как театрал, окольными путями подводить?

Старший хранитель что-то добавил нам вслед. Бг’лорг замер, выслушал и медленно повернулся ко мне, а по тому, как снова легли вдоль головы его уши, хороших новостей можно было не ждать.

— Он говорить, что главный уже знать о нашем приходе и ждать новостей.

За спиной хранителей голубой свет ложился на пустые ниши, где когда-то стояли накопители Астериона. Не могу сказать, что было сложно сюда добраться, или что задание пока что несло какие-то проблемы, но вот это приглашения от местного главаря. В общем теперь я точно чувствовал, что ждут сложности.

Глава 7

До жилища местного главного мы добирались ещё минут десять, точно не меньше. Хотя после рынка, храма и бесконечных лестниц я уже перестал верить Бг’лоргу на слово, когда тот говорил что вот ещё “чуть-чуть”

Старая часть подземного города выглядела совсем иначе, нежели верхние ярусы, включая торговый. Здесь почти не встречались детские особи, исчезли запахи еды и громкая трескотня, а вместо нор появлялись широкие помещения с выровненными стенами, костяными дверями и кусками металла, явно пережившего не один десяток больших циклов.

Даже обитатели этих мест двигалась спокойнее, хотя Бг’лорги всё ещё продолжали глазеть на меня и временами косились на плащ с плохо скрываемым желанием его потрогать.

Или это было желание потрогать меня?

Мой проводник тоже притих и шёл впереди, иногда узнавая всё больше мест, а иной раз замедляясь там, где, по моему мнению, смотреть было вообще не на что. Один раз он задержался возле вырезанного в стене ряда маленьких отпечатков ладоней, другой возле глубоких борозд на каменном столбе, а на вопрос, что здесь произошло, буркнул, что ничего интересного, и сразу прибавлял шага.

После нашего разговора я понимал, что для него каждый такой угол мог значить куда больше, поэтому с расспросами старался не лезть. Но блин, интересно же!

В конце длинного и широкого перехода открывалось пространство, которое местные наверняка использовали как крупную площадь. Пол был выровнен почти до гладкости, по краям стояли высокие столбы из костей, дерева и металлических балок, а в стене напротив зиял огромный вход, завешенный несколькими слоями тёмных шкур. Чем-то они напоминали кожу того речного змея. Неужели у них получилось убить одного из этих монстров?

Возле входа дежурили восемь Бг’лоргов, и это были уже не торговцы с копьями или те ленивые босяки часовые, которых мы встретили наверху. Эти были крупнее, носили плотные жилеты из костяных пластин, а наконечники оружия выглядели настолько ровными, что я почти не сомневался – их происхождение завязано на находках с кораблей.

Стоило нам приблизиться, как четверо шагнули вперёд, а один выставил копьё поперёк прохода. Бг’лорг моментально заговорил на родном языке, несколько раз ткнув пальцем в мою сторону и повторил “Младший хозяин”. Ответ ему явно не понравился, потому что уши прижались, плечи напряглись, а объяснять что-то коротышка начал уже гораздо громче, активно размахивая руками, едва не заехав ближайшему стражнику по морде.

— Прошу тебя, давай аккуратнее. — сказал коротышке. — Я обещал Астериону не искать приключений хотя бы до следующей недели, а ты сейчас очень быстро превращаешь обычный диалог в международный конфликт.

— Бг’лорг всё делать правильно, просто они тупые и долго понимать. Младший хозяин стоять, смотреть и не мешать Бг’лоргу говорить умные вещи.

Вот честно. Очень захотелось ему треснуть, да так, чтобы голова и ноги поменялись местами. Не заметил, как кулаки сильно сжались, покрываясь силой. Но пару раз глубоко вдохнув, удалось успокоить волнение.

Проводник сделал вид, что не услышал моего злостного сопения. Старший стражник тем временем что-то резко прорычал и ткнул копьём в пол, а остальные начали плотнее сдвигаться к проходу. Я уже начал подозревать, что придется использовать тот же метод, что и на самом верху. Все ж таки это не было счастливым исключением. Но внимание привлекли быстрые щелчки в стенах.

Один из часовых тут же повернулся к торчащей из камня металлической трубке, приложил к ней ухо и замер. Изнутри пришла ещё одна серия стуков, потом короткий хриплый звук, похожий на слово, и стражник тут же отпрянул, посмотрел сначала на меня, потом на моего Бг’лорга и опустил оружие. Остальные без разговоров сделали то же самое.

— Что это сейчас было? — спросил я, когда перед нами начали раздвигать шкуры.

— Главный знать, что мы прийти, и сказать пустить. А стража сначала не знать, поэтому показать, что она очень важная и страшная. Пугать пытаться!

— А в чем проблема была сразу спросить у главного?

Бг’лорг пожал плечами так выразительно, что на этот раз я даже не стал выяснять, шутит он или всерьёз пытается объяснить этим жестом местные порядки.

За шкурами скрывался широкий проход. На стенах, как и кое-где ранее, были выцарапаны сцены охоты и огромные фигуры, а между рисунками вмуровали куски металла с символами Первых. Один из фрагментов панели теперь служил основанием для полки с черепами зверей. Что могу сказать, мелким повезло, что у меня нет имплантов как у Ирис, и Астерион не может этого увидеть.

Само жилище главного оказалось не дворцом в человеческом понимании, хотя обычной норой его тоже не назовёшь. Огромный зал уходил под свод естественной пещеры и делился низкими террасами. Сверху свисали канаты с голубыми грибами, вдоль стен тянулись стойки с оружием и трофеями, а дальнюю часть занимал помост из костей огромных животных. Там стояло широкое кресло, явно снятое с корабля, лежали шкуры и была разложена каменная плита с вырезанной картой подземных ходов.

Самый главный Бг'лорг сидел не в кресле, а прямо на краю помоста, склонившись над картой. По меркам своего вида он был сильно больше, можно даже сказать, огромным. Почти на голову крупнее моего проводника и раза в полтора шире в плечах. Кожа заметно темнее обычной, с серо-коричневым отливом, на правой стороне морды тянулся старый белёсый шрам, а кончик одного уха отсутствовал вместе с крайней его частью. Второе украшали три толстых, разноцветных кольца. На груди висела связка зубов, каменных пластинок и полированный прямоугольник с эмблемой Империи. Почему-то мне казалось, что это было либо знаком отличия, либо каким-то орденом у Первых.

Но сильнее всего отличало его другое. Он сидел совершенно неподвижно и только неторопливо поднял голову, когда мы вошли, спокойно перемещая взгляд с проводника на меня. Для Бг’лоргов, которые даже во время серьёзного разговора успевали чесаться, принюхиваться, щёлкать зубами, вертеть ушами и проверять чужие карманы, такая выдержка выглядела почти неестественно. В маленьких тёмных глазах было слишком много осознанности для существа, которое я ещё недавно считал почти животным, и от этого почему-то стало слегка неуютно.

За последние циклы Бг’лорги несколько раз сломали моё первое впечатление о себе. Сначала казались забавными дикарями, потом у них обнаружились язык, обмен, религия, огромный город и вполне работающая вертикаль власти. Теперь передо мной сидел ещё один представитель вида, который умел не просто реагировать на происходящее, а ещё осмысленно его оценивать.

Если среди десятков тысяч уже появлялись такие, как мой проводник и этот старший, вопрос был в том, сколько понадобится времени, чтобы это перестало быть исключением, а стало правилом? И, конечно же, не уничтожит ли их планета раньше?

Мой Бг’лорг приблизился к помосту, и на ходу начал говорить на родном языке. После нескольких фраз он обернулся ко мне, явно готовясь выступить переводчиком.

— Младший хозяин, Бг’лорг говорить, зачем мы прийти. Главный всё слушать, поэтому Алекс говорить медленно и понятно, а Бг’лорг потом сделать все красиво.

— Тогда передай ему, что Астериону нужны большие накопители, которые раньше стояли в храме. Мы не собираемся отбирать у них еду, землю или что-нибудь ещё, просто хотим вернуть корабельное оборудование.

— Не надо переводить, я понимать общий. — прозвучало с помоста так неожиданно, что я машинально посмотрел себе за спину. Первая мысль была, что где-то тут должны быть камеры. Главный всё так же сидел на месте, только его морда чуть вытянулась в подобие улыбки. — Говорить хуже, чем сын, но я не могу быть хуже своего сына совсем.

Несколько секунд я откровенно пялился на него, а потом медленно повернулся к проводнику. Тот скривился, да так, словно одновременно хотел спрятаться под ближайшую шкуру, укусить собеседника и сделать вид, что вообще попал сюда случайно. Уши легли вдоль головы, пасть перекосилась, и он очень тихо затрещал что-то на родном языке.

— Подожди, это твой отец?

— Не надо так громко говорить. — моментально буркнул Бг’лорг на общем и окончательно подтвердил догадку.

Главный довольно защёлкал зубами, после чего ткнул когтем в сторону сына и продолжил уже для меня.

— Да, эта вещь мой сын. Очень шумный, много говорить и мало слушать. Когда быть меньше – всё время спрашивать, почему свет гореть, почему вода идти вниз, почему зверь умереть, если его съесть. Потом стать большой и спрашивать ещё больше. — на последних словах он смешно затряс головой, как и весь его вид, после чего добавил. — Достать всех. Сила никакой нет.

— Последнее, по-моему, прозвучало вполне разумно. — заметил я и получил от проводника настолько оскорблённый взгляд, что пришлось добавить. — Что ты так смотришь? Я пытаюсь наладить отношения с твоей семьёй, мог бы хотя бы поддержать.

Главный впервые рассмеялся низко и хрипло, совсем не похоже на обычное писклявое хихиканье Бг’лоргов. Затем он поднялся с помоста, и я заметил ещё одну особенность. Его левая нога сгибалась хуже правой, из-за чего старший слегка припадал на бок, но двигался всё равно уверенно. Спустившись к нам с помощью короткого посоха с металлическим навершием, он остановился перед сыном и довольно долго разглядывал его, пока тот старательно изучал противоположную стену.

— Ты давно не возвращаться. Мать скучать, сёстры тоже скучать и спрашивать, когда ты будешь дом. — цокнув, он продолжил отчитывать вороватого коротышку. — Самка злиться. Самка кричать. У твоего отец голова болеть, ты понимать как мне плохо?

— Меня выгнать. — быстро напомнил проводник и скрестил руки на груди.

— Старые выгнать, я тогда не быть главный. Теперь главный я.

Вот и ответ на не озвученные вопросы. Когда моего проводника вышвырнули из племени, его отец здесь ещё не управлял. А если и мог повлиять, то хотел ли? С учетом того, какой настырный Бг'лорг...

— Сёстры не скучать. — продолжил Бг’лорг уже заметно тише. — Сёстры забрать место сна и хорошие камни Бг’лорга, даже тот, который с белой полосой.

— Забрать, потому что думать, ты не вернуться. Мать твои камни не трогать и много ругать всех, кто говорить про сына плохо. — не согласился с ним его отец.

Коротышка дёрнул ушами и на мгновение перестал строить недовольную морду, но тут же вспомнил, что должен быть оскорблён судьбой.

— Вот. Значит, сёстры не скучать, а воровать. А Бг'лорг – Бг'лоргу не вор!

— Кажется, это у вас семейное. — не удержался от комментария я.

Отец и сын одновременно посмотрели на меня, однако каждый вкладывал в это совсем разные чувства. Старый, словно зная, чего я натерпелся с его сыном, смотрел понимающе. А вот коротышка... В общем придется опять откупаться едой.

Пришлось поднять ладони и отступить на полшага. Бг’лорг фыркнул и ушёл в сторону, будто разговор внезапно перестал к нему относиться. Сначала принялся рассматривать стойку с оружием, потом заинтересовался огромным изогнутым клыком на стене и через минуту уже пытался незаметно выяснить, насколько прочно тот закреплён. Вот ничто его не изменит, точно хочет стащить. Отец проследил за ним взглядом и тихо произнёс несколько звуков на своём языке. Рука сына моментально отдёрнулась от трофея, а уши поочередно захлопали.

— О, вот это можешь не переводить. Дай угадаю, он сказал, что выпорет тебя? — усмехнулся я.

— Он всегда понимать, когда нельзя, просто иногда делать вид, что не понимать. С этим он с детства очень умный.

— Теперь у меня никаких сомнений нет, что вы родственники.

Старший снова показал зубы, но веселье быстро исчезло. Он вернулся к каменной карте и жестом позвал меня ближе. На поверхности были вырезаны десятки линий, отмеченных костями и металлическими пластинками. Знаков я не понимал, зато сразу заметил несколько чёрных камней в нижней части схемы.

— Я знать, зачем страшный Хозяин послать тебя. Светлые железки нужны ему, хранители сказать, ты приходить за ними. Они у нас, не все, некоторые пропасть давно, другие глупые Бг’лорги разобрать и потерять, но оставшиеся целые, и я могу отдать.

После такого начала хотелось сразу пожать ему руку и вернуться к боту, однако старший замолчал, слишком выразительно замолчал. Коготь медленно прошёл по одному из чёрных камней, и взгляд снова стал серьёзным.

— Но сначала, как говорить моя глупый сын, Младший хозяин помочь нам. Серые приходить всё ближе, раньше мало, сейчас больше. Они сидеть в старых ходах возле нижней воды, выходить ночью, убивать охотников и кусать тех, кто убегать. Потом укушенные иногда тоже становиться серыми, а мы закрывать проходы, но они находить новый.

Я сразу вспомнил сотни заражённых, гнавшихся за нами через джунгли. Пепельную кожу, фиолетовые прожилки и тела, очень уж напоминающие ашенитов, но каких-то неправильных, несовершенных. Если такие доберутся до их города, думаю, что проблему им за каменной стеной пережить явно не получится.

— Дай угадаю, вы хотите, чтобы я их уничтожил? Откуда вам знать, что у меня получится?

— Про тебя много говорить. Часовые сверху доложить. Младший хозяин крутить, охотники снаружи сказать, Младший хозяин убивать серых много-много и сам не стать серым. Ещё мой сын говорить, ты сильный, хотя иногда делать очень глупое лицо и не уметь торговать. — качнув ушами, главный скорчил рожицу, и добавил. — Что делать, не Бг'лоргу не быть Бг'лоргом.

Из дальнего угла донёсся возмущённый писк.

— Бг’лорг не говорить про лицо!

— Значит, остальное правда? — уточнил я на всякий случай, но проводник внезапно очень заинтересовался металлическим шаром на полке и больше в разговор не вмешивался. — Ладно, сколько там заражённых? — обратился к взрослому коротышке.

Тот развёл руками и признался, что не знает. Сначала охотники видели несколько десятков, потом перестали подходить близко. Племя могло послать туда сотни бойцов, но в узких ходах численность почти ничего не решала, а каждый укушенный рисковал вернуться уже врагом, который заразит остальных.

Именно такой точности мне и не хватало. Я наклонился над картой. Чёрные отметки лежали ниже города и немного в стороне, там, где нарисованная река раздваивалась возле большого круга. Если заражённые сидели в системе ходов, а моя сфера здесь работала через раз, прогулка обещала быть куда менее весёлой, чем хотелось бы. Да что там, мне вообще не хотелось туда лезть.

— Допустим, я помогу, и после этого вы отдаёте накопители?

— Отдать. — уверенно кивнул старший. — Хозяин раньше не требовать, мы хранить, теперь Хозяин требовать, значит надо вернуть. Если хозяин злится, Бг'лорг кричать и падать мертвый. Но сначала серые.

— А что мне мешает просто забрать их сейчас, и, как Младший Хозяин, сделать Бг'лорг мертвый? — ответил на его манер, искренне надеясь, что мне не придется лезть в эту жопу.

Где-то за спиной звякнул металл. Мой Бг’лорг мгновенно перестал изучать полки и повернулся к нам, а стражи возле входа слегка напряглись, хотя общего языка, судя по лицам, не понимали. Главный же не рассердился, наоборот, снова стал совершенно спокойным и опёрся обеими руками на посох.

— Ничего не мешать, можешь пробовать. Тогда Бг’лорги сопротивляться, много Бг’лоргов. Ты сильный, можешь победить многих, потом ещё многие появиться, и Хозяин сердиться, когда узнать, что Младший хозяин убивать тех, кого Хозяин не просить убивать. Но есть ещё хуже.

— Даже хуже нескольких тысяч разозлённых коротышек?

— Ты не знать, где железки. — закончил старший и довольно повёл целым ухом.

Я посмотрел на пустую часть карты, потом на стены вокруг. Сфера едва пробивалась через породу, а искать накопители в городе, где десятки тысяч местных таскали куски древнего металла из одного угла в другой… этим можно было заниматься до конца жизни. Даже если забыть о моральной стороне массового истребления разумного вида.

— Вот это уже по-вашему, Бг'лорги умеют использовать нечестные аргументы, хотя стоит признать, действенные.

— Бг'лорг честный и хороший. — с напускной важностью ответил старший, и из дальнего угла тут же донеслось одобрительное защёлкивание зубами. Похоже, отцовская логика сыну нравилась, пока речь не шла о его собственном мясе.

Чем дольше мы разговаривали, тем меньше вождь напоминал представителя первобытного племени. Да, это всё ещё был короткий ушастый гуманоид в ожерелье из зубов, который называл древние накопители светлыми железками и рисовал карту камнями. Но он прекрасно понимал концепции обмена, угроз и потенциальную цену конфликта. Более того, он знал, какой из аргументов подействует на меня лучше всего, заставив гарантированно отказаться от применения силы. А главное, сам выучил общий язык, пусть и заметно хуже сына.

Нет, к тому, что наш Бг'лорг “королевских” кровей, кажется, я не привыкну. Однако сейчас о другом, если подобные изменения появлялись внутри одного поколения, Астерион, возможно, слишком легко называл их дикарями. Хотя если вспомнить, сколько кабелей эти дикари успели выдрать из его корабля, старика тоже можно было понять.

— Ладно, резонное замечание. Куда идти?

Главный сразу придвинул несколько костяных фишек и перестроил часть карты. Проводник понял, что самое интересное начинается без него, оставил полки в покое и подбежал ближе, чтобы не остаться не у дел и получить какие-то выгоды. Отец показал на линию, уходящую от города вниз, затем на круг, обозначавший водоём, и постучал по трём чёрным камням.

— Идти через нижний выход, потом вдоль большой воды, пока стены стать чёрные. Там старый мост и два прохода, левый плохой, обвал, правый идти к серым. Сын знать дорогу и вести Младшего хозяина.

Мой проводник моментально перестал выглядеть довольным, прижал уши и отступил от карты, словно чёрные камни могли сами на него наброситься.

— Бг’лорг знать другую дорогу, очень хорошую, сухую и совсем далеко от серых. Можно показать её Младшему хозяину, а потом вернуться за железками, когда серые сами уйти.

— Серые не уйти. — спокойно ответил отец. — Железки отдать не против, но надо помощь, этот старший заботиться обо всех, а ты только о своем пузе!

Уши моего спутника медленно припали к черепу. Кажется, только сейчас он окончательно понял, что наша сделка автоматически записала его в участники новой прогулки. Я легонько хлопнул его по плечу и постарался придать лицу максимально ободряющее выражение.

— Не переживай, ты же сам всем рассказывал, что Младший хозяин очень сильный.

Бг’лорг посмотрел сначала на меня, потом на отца и обречённо защёлкал зубами, явно пытаясь понять, кто из нас двоих предал его сильнее.

— Бг’лорг иногда слишком много говорить. Дальше Бг'лорг больше думать, прежде чем быть умный.

Главный из коротышек довольно осклабился и передвинул последний чёрный камень к краю карты, показывая направление. Где-то там, глубоко под нами, глухо шумела подземная река, а из проходов за стенами доносилась жизнь огромного города, который мы ещё недавно принимали за обычную деревню. Теперь между нами и накопителями оставались зараженные, с которыми надо было разобраться.

— Получается, придется устроить Изнанке сюрприз. — подвел итог я, и развернувшись, поманил за собой Бг'лорга.