Инфернальный судья 3

Глава 1: Так кто же победил?

К концу третьего бокала вина элементаль успел добраться до военных гарнизонов и распространить пожар на значительную их часть. Вероятно, его привлекли отступающие туда солдаты, а может быть, элементаль чувствовал, что именно там скрывается большинство душ сильных существ. Зловещая фигура монстра возвышалась над стенами, над башнями крепостей и своим видом больше походила на смертоносное воплощение стихии, чем на живое существо. Его рёв сотрясал окрестные дома и выбивал стёкла из их окон.

Элементаль был в ярости. Его тысячелетнее заточение, сопровождаемое непрерывным пиршеством проклятых душ, подошло к концу, и теперь он жаждал выплеснуть бесконечный поток накопленной злобы на весь Аваритис. Его тело продолжало расти, и со временем существо могло дотянуться руками до самого Пандемониума.

Я видел яркие вспышки и чувствовал всплески невероятно мощной магии, когда в элементаля ударяли лучи энергий и разряды молний. Многочисленные заклинатели неустанно обрушивали на него потоки воды, глыбы льда, телекинетические снаряды, а солдаты пускали залпы из катапульт и баллист. Ничто из этого не причиняло ему видимого вреда, зато некоторые снаряды осыпались на город, создавая дополнительные незначительные разрушения.

Когда я начал опустошать четвёртый бокал, Пандемониум сдвинулся с места. Огромный дворец начал медленно плыть по воздуху в направлении элементаля. Если верить Неферальде, такого не происходило вот уже целую тысячу лет. Тысячу лет он висел в одном и том же месте, но вот, по моей вине Пандемониум вновь полетел.

Поразительно, сколь многого способна изменить всего лишь одно загнанное в угол существо, которое наделено интеллектом, сильной волей и крупицей власти. А ведь всё могло пойти совсем иначе, если бы Неферальда не впутывала меня в свои дьявольские интриги и не убивала своих врагов моими руками. Как раз во избежание возникновения подобных ситуаций в моём мире и существует корпоративная этика.

Пандемониум двигался слишком медленно, однако вскоре я ощутил, что он источает странную, манящую к себе магическую ауру. Элементаль тоже её почувствовал, развернулся и направился навстречу дворцу Верховного Владыки. Я осушил содержимое своего бокала и поспешил наполнить его вновь, предвкушая следующий акт развернувшегося представления.

Элементаль шёл через весь город, сминая дома под своими ногами и распространяя огонь на остальные. Тянущийся за ним след из синего пламени постепенно окрашивался в огненно-рыжие цвета, но нисколько не угасал. Как только монстр добрался до Пандемониума, он застыл на месте и устремил взгляд своих ярких бирюзовых глаз на парящий дворец. В этот миг мне показалось, будто бы весь Аваритис погрузился в глубокую тишину.

Нет, это было вовсе не наваждение. Все крики обитателей города и гвалт разрушения полностью стихли. Я подался на кресле вперёд и осознал, что моё тело и моя одежда также не издают никаких звуков. Я не слышал своего дыхания и биения своего сердца, хоть и отчётливо их ощущал.

– УМРИ.

Одно-единственное слово, произнесённое хриплым, но оглушительно громким голосом разнеслось по городу подобно раскату грома. От тела гигантского элементаля мгновенно разошлась прозрачная волна энергии, вместе с которой город вновь наполнился звуками. Синее пламя монстра сперва вздрогнуло, а затем начало выравниваться и обретать более естественные цвета. Элементаль покачнулся из стороны в сторону и повалился на землю. Грохот разрушающихся под ним домов достиг моих ушей за несколько километров.

Я поставил практически опустевшую амфору вина на пол и поднялся с кресла, а затем опёрся на парапет балкона. Что это сейчас было? Что я только что увидел?

Пандемониум остановился и завис в одной точке небосвода. Исходящая от него манящая аура бесследно исчезла. Тело элементаля продолжало гореть, но уже совсем не так ярко и не так жарко, как прежде. Всё кончилось? Элементаль умер? Вот так легко?

– Похоже, что у этого города всё ещё есть надежда на какое-то будущее, – рассудил я. – Ты, должно быть, разочарована?

Опомнившись, Сара перевела взгляд своих золотых глаз на меня и попыталась состряпать невинное выражение лица. Будто я не видел, с каким наслаждением она наблюдала за пожаром ранее.

– Сколько же существ погибло сегодня из-за нас…, – произнесла светлорождённая неоднозначным тоном, будучи неуверенной в собственных чувствах.

Сара понимала, что должна была испытывать жалость, сострадание или какие-то муки совести за содеянное, но все эти эмоции оказались неестественно слабыми. Они уступили место другим – чувству триумфа, воздаяния, некой жестокой и бескомпромиссной справедливости. Её высокие идеалы дали бой банальной природе живых существ и начали терпеть поражение.

– Уверен, бог солнца, которому ты поклоняешься, также насладился бы этим зрелищем, – произнёс я, наблюдая за реакцией жрицы.

– Ты ничего о нём не знаешь, – сухим тоном сказала Сара. – Он не такой, каким ты его представляешь.

– И откуда же тебе это знать наверняка? Ты его видела? Ты с ним разговаривала? Хотя бы раз он отвечал на твои молитвы собственным голосом?

Жрица не ответила. Я посмотрел на неё и увидел всё тот же яркий огонь, полыхающий в её глазах. Девушка провела языком по своим губам, на которых оставался след засохшего вина. Похоже, что одобрение бога солнца сейчас её совсем не заботило.

– Ты хотела бы, чтобы пламя забрало больше? – предположил я.

– Ничего подобного, – тихим голосом сказала светлорождённая.

– Тебе необязательно мне лгать. Тебе стоит быть честной со своими чувствами.

– Я не…

Сара не успела договорить, так как ощутила то же, что ощутил и я. Неподалёку от нас разразилась вспышка пространственной энергии, и вскоре мы увидели, как в воздухе, в сорока метрах напротив балкона воплотилась фигура высокой дьяволицы в красной мантии. Одного взгляда белесых глаз Неферальды было достаточно, чтобы понять её намерения: верховная надзирательница Инфернального Суда жаждала моей смерти.

Я осушил бокал и разбил его, небрежно бросив в парапет балкона.

– Идём внутрь, – сказал я Саре. – Нам лучше говорить там, куда смогут дотянуться тени Эха.

– Да, это точно… – ответила светлорождённая.

Неферальда взмахнула крыльями и полетела следом за нами. Я неспешно дошёл до её стола, уселся в стоящее напротив него кресло и извлёк из своего подпространственного хранилища копию Абсолютного Соглашения. После этого я сосредоточился на магии цепей и заставил пару из них зависнуть в воздухе рядом со мной. Заключенный с Манамоном контракт отныне не ограничивал меня, а значит, нарушение его условий не будут стоить мне души. Я мог напрямую причинить вред Неферальде.

Дьяволица остановилась в дверях балкона, а затем медленно провела взглядом по своему кабинету. Её серое лицо заметно омрачалось, когда она смотрела на меня, на её отсутствующее кресло, на выбитые двери, на разграбленный винный шкаф, на лежащие на полу металлические цепи, но в особенности его перекосило, когда дьяволица увидела Сару без её золотой маски.

– Ты решил оскорбить меня сразу всеми возможными способами, которые только взбрели в твою пустую голову? – ледяным от гнева тоном спросила у меня Неферальда.

– Вовсе нет… – ответил я. – На такое мне бы потребовались месяцы подготовки. Вина?

Я указал рукой в сторону разбитых витрин винного шкафа.

– Что заставляет тебя думать, что я не использую наш контракт, дабы разорвать твою душу в клочья? – Неферальда оторвала взгляд от своего винного шкафа и уставилась на меня. – Что даёт тебе такую?..

– Наш контракт недействителен, – заявил я.

– Что?

Пожалуй, мне не стоило так скоро избавляться от бокала вина. Выражение лица дьяволицы стоило того, чтобы растянуть этот момент и как следует просмаковать его.

– Я достал его, Неферальда, – произнёс я. – Я достал заверенную тобой копию Абсолютного Соглашения. Я убедился в том, что оно не имеет надо мной власти, ведь моя душа никогда не принадлежала Аркедоруму, а у тебя не найдётся ни единого документа, который может доказать обратное. Все контракты, которые я заключил, являются недействительными. Теперь я свободен и поистине больше не имею господ.

– Но это означает также, что твой контракт с Манамоном…

– Мне плевать. Эта цепочка отныне не удавливает мою шею. У тебя нет возможности управлять мной.

– Ты правда так думаешь?..

Дьяволица склонила голову набок и зловеще улыбнулась. Я почувствовал испускаемую её телом магию, но не ощутил никакого от неё эффекта. Вскоре улыбка Неферальды начала медленно сужаться.

– Ты пыталась взять мой разум под контроль? – предположил я. – У тебя не получится. Видишь ли, меня оберегает ничто иное, как благословение бога Сары… Похоже, Альвазак не ставил тебя в известность на счёт всех имеющихся у меня карт.

Неферальда вновь посмотрела на светлорождённую, в этот раз куда более внимательно. Та невольно сделала шаг назад.

– И ты действительно думаешь, что мне не хватит сил убить тебя своими руками? – сухо спросила у меня дьяволица.

– Я не знаю! – честно ответил я, откинувшись на спинку кресла и разведя руки в стороны. – Быть может, в иных условиях ты бы могла со мной справиться. Может быть, нет. Но стоит свету Сары погаснуть, как тебе придётся столкнуться с тенями Эха, а уж они заставят тебя помучиться. Даже ты неспособна их контролировать.

Дьяволица будто бы только сейчас заметила густую тьму с десятками пар алых глаз, которая вилась за порогом её кабинета. Ярко сияющий нимб Сары не подпускал орду теней, однако та продолжала рваться к нам.

Я сохранял расслабленное положение тела, так как знал, что мне не защититься от магии Неферальды. Увиденные мною воспоминания её жертв дали мне ясно понять, что от такой магии не увернуться и не закрыться барьером. Её можно пересилить только подавляющей энергией, а также идеальным контролем маны в собственном теле…, которого может достичь далеко не каждый дьявол за тысячи лет практики. Потому я не видел смысла делать лишние телодвижения.

Однако, хоть магия Неферальды и являлась превосходным мечом против существ из плоти и крови, она была бесполезна против теней Эха, а также, судя по всему, не представляла никакой защиты. Стоит дьяволице только потянуться своей силой ко мне, и я обрушу на неё град цепей. Кто из нас погибнет в этом случае раньше – неизвестно.

– Ты крадёшь у меня всё, до чего добираются твои руки, – сухо произнесла Неферальда. – Ты освободил Эхо и элементаля из крематория. Ты захватил мой дворец, перебил бессчётное множество моих слуг. Ты забрал даже этого одноглазого высшего демона, которого сам же мне и преподнёс. Наконец, ты поставил на грань уничтожения весь Инфернальный Суд. А теперь ты пытаешься украсть у меня наследие моего отца?

– Я никогда не просил тебя вверять его мне, – напомнил я. – Ты теряешь только то, что боишься крепко держать в своих собственных руках. Можешь сколько угодно оправдывать свои же ошибки моей «неблагодарностью», истины это не изменит… Знаешь, а я ведь ожидал от тебя куда большего, чем нытьё и сотрясание воздуха.

Что-то здесь было не так. Зачем Неферальде вести эту бессмысленную перепалку? По её поведению непохоже, что она рассчитывает со мной договориться, да и я теперь не должен представлять для неё и крупицы прежней ценности. Так зачем ей весь этот пустой трёп? Чего она рассчитывает им достичь?..

В этот миг одна из парящих рядом со мной цепей выскочила из-под контроля и со звоном упала на пол. Я перевёл на неё взгляд и увидел, как та медленно растворяется в воздухе. На лице Неферальды проскочила тень недоброй улыбки.

– Ты ведь уже заметил? – произнесла дьяволица. – Магия заключенных тобою контрактов ослабевает, а вместе с ней разрушается твоя связь с хранилищем Манамона.

Ещё одна цепь упала на пол, а многие другие, лежащие в кабинете, также начали растворяться.

Слишком быстро. Мой контракт с Неферальдой должен был начать терять силу только сейчас, к тому же его нельзя просто так разорвать в одностороннем порядке. Его власть надо мной и его привилегии могли ослабнуть, но не так разительно.

– Вот, что бывает, когда смертная душа пытается перехитрить древних дьяволов, – с уже нескрываемым злорадством в голосе произнесла Неферальда. – Я расскажу тебе один секрет: даже в Аду не существует совершенных правил и нерушимых законов. Инфернальные контракты – тому не исключение.

Я попытался сфокусироваться на своих цепях и удержать их от развоплощения, но мои попытки оказались тщетны. Металлические звенья выпускали из себя подобную пламени магическую энергию и продолжали быстро растворяться в воздухе.

– Магия инфернальных контрактов питает силу от убеждений, – назло мне Неферальда продолжала вести свою триумфальную тираду или, скорее, назидательную лекцию. – Пока все связанные контрактом души не отступят от его условий, а также искренне не уверуют в его нелегитимность, он будет действовать. Именно поэтому я открыла отцу тайну твоего происхождения и сообщила о том, чего стоит заключенная вами сделка. Но я не могла лишить тебя сил, пока ты сомневался в трактовках Абсолютного Соглашения и пока ты допускал вероятность, что его власть над тобой является нерушимой. Теперь же ты сам добровольно себя опустошил. Да, заявив мне о том, что наш контракт недействителен, ты сбросил с себя цепь, но ты сделал это слишком быстро и таким образом упустил её из своих рук. Теперь ты лишишься сил, а потому больше не представляешь для меня, да и для кого-либо ещё в Аваритисе ни ценности, ни угрозы.

– Сила Манамона никогда не определяла, кто я такой, – сказал я в ответ, поднимаясь с кресла. – Я уже убил многих, кто позволил себе подобное заблуждение… Сара, приготовься развеивать свой свет.

– Я… – жрица тревожно посмотрела на меня, но, встретившись с моим полным решимости взглядом, кивнула. – Хорошо. Я готова.

Мы с Неферальдой застыли в ожидании, когда кто-то из нас сделает первый ход. Гибель одного уже не несла никакой выгоды другому, но при этом была столь желанна, что искушение брало верх над нашей рациональностью. Наконец, дьяволица плавно подняла свою ладонь и приготовилась выпустить свою магию.

Ровно в этот миг пространство позади Неферальды исказилось, а затем за её спиной материализовалась ещё одна рогатая фигура. Этого незваного гостя я видел впервые.

Всё тело рогатого существа вплоть до его копыт, крыльев, хвоста и лица было сплетено из тёмных корней и кроваво-алых листьев. Внешне незнакомец отдалённо походил на демона или же на очень необычного дьявола, но я не мог точно определить его природу. Длинные уши немногим уступали в размерах его рогам, а в глубоких чёрных глазницах существа горело два маленьких жёлтых огня.

Ощутив присутствие незнакомца, Неферальда опустила ладонь.

– Верховный Владыка Вельзевул призывает немедленно явиться в Пандемониум всех, на ком лежит ответственность за беспорядки, – наполненный вибрациями утробный голос существа прокатился по всему кабинету и сопроводился дрожащим звоном стекла на витринах шкафа.

– Беспорядки? – проронила Сара, удивившись подобранному существом слову. Незнакомец пристально посмотрел ей в глаза, и девушка попятилась мне за спину.

Неферальда сделала глубокий вдох, затем выдох, а после этого обернулась к странному существу.

– В таком случае, я сейчас же откликнусь на зов, – произнесла дьяволица, старательно изображая покорность.

Незнакомец коротко кивнул и уже было приготовился вновь телепортироваться, как вдруг Неферальда заговорила вновь:

– Однако, раз Верховный Владыка Вельзевул желает видеть всех ответственных за беспорядки, ему будет интересно поговорить и с этим темнорождённым.

Дьяволица натянула на своё лицо тёплую улыбку и указала на меня раскрытой ладонью.

– Хорошо, – ответил незнакомец. – Я проверю его и провожу в Пандемониум. Вам же стоит отправиться прямо сейчас.

– Не смею перечить воле Верховного Владыки, – залепетала Неферальда.

Двуличная тварь похлопала ресницами, а затем вспыхнула огнём и мгновенно исчезла. Я же перевёл взгляд на сотканного из корней и листьев посланника.

– В Пандемониум, значит? – произнёс я, чувствуя, что мои уста никак не могли выдавить улыбку.

Глава 2: Властитель

Странное существо смерило меня взглядом с головы до ног, а затем его глаза начали хаотично менять цвет. Они горели то ярко-бирюзовым светом, то кроваво-красным, то густым синим, то окрашивались в зелёный и обратно в жёлтый. Очевидно, посланник изучал всевозможные ауры, которые исходили от моей души и тела.

– Как такой как ты может быть интересен Верховному Владыке Вельзевулу? – произнесло существо, когда его глаза перестали мерцать.

– Неферальда наверняка ошиблась… – ответил я. – Или же она надеется спихнуть на меня вину за свои собственные ошибки.

– Неважно. Раз верховная надзирательница Инфернального Суда считает, что на тебе лежит какая-то ответственность за произошедшее, значит, ты также предстанешь перед Верховным Владыкой Вельзевулом. Он лично разберётся во всём. Не заговаривай ему зубы и не трать его время, иначе умрёшь.

Похоже, что от «приглашения» мне никак не отвертеться.

– Могу ли я привести себя в порядок, прежде чем предстать перед Верховным Владыкой? – спросил я.

– На это нет времени, – ответил посланник. – Мы отправляемся сейчас.

– Но моя форма…

– Ты полагаешь, что твой неподобающий внешний вид может послужить достойной причиной, чтобы заставить Верховного Владыку ждать?

Вопрос существа прозвучал так, будто правильный ответ на него мог быть только один. Я отрицательно покачал головой.

– Что мне делать? – спросила у меня Сара.

– Твоя основная задача осталась той же, – я обернулся к девушке через плечо и внимательно посмотрел ей в глаза. – Выживи.

Посланник протянул ко мне руку, и та начала вытягиваться подобно вьющимся и разрастающимся лозам. Как только существо дотронулось до меня, мы оба провалились сквозь пространство.

Мы очутились внутри необычайно просторного коридора, который больше походил на вычурно роскошный зал готического собора, но страдал от явного переизбытка ярких красок. Его стены и потолок были практически целиком покрыты золотом, из-за чего свет жаровен распространялся здесь просто повсюду. Эху бы не понравилось это место…

Где-то в отдалении звучал хор, очень похожий на церковное песнопение, но что-то в нём было неправильное и чужое. То и дело какой-нибудь из голосов начинал фальшивить, хрипеть или сбиваться, а затем вскоре обрывался полностью и больше не запевал. Через несколько секунд его заменял новый голос.

Едва мы успели завершить телепортацию, как посланник немедля направился по широкой ковровой дорожке в сторону массивных золотых врат в конце коридора. Те начали отворяться сами по себе.

– Постой, – сказал я навязанному мне проводнику. – Что мне нужно знать, прежде чем я предстану перед Верховным Владыкой?

– Не смотри ему в глаза, не говори без его дозволения, – коротко ответил тот. – Стой там, где я тебе укажу, если только Верховный Владыка не прикажет тебе иначе.

Существо из корней и листьев посчитало, что такой инструкции будет достаточно. Увы, оно не знало, что Неферальда не преподавала мне уроков дворцового этикета, которые сейчас могли бы сберечь мне жизнь. Похоже, придётся наблюдать за другими и очень много импровизировать. Импровизация – далеко не самая слабая из моих сторон, но всё же я предпочитаю заранее быть готовым к возможным трудностям и опасностям.

Отворившийся перед нами зал оказался огромен. Чем-то он напоминал собой просторный амфитеатр, который был полностью лишён сидячих зрительских мест. На небольшой "трибуне" в его конце пустовал высокий золотой трон, утративший свой блеск и величие за тысячелетия своего существования. У его подножья виднелась запёкшаяся, но в то же время не такая уж и старая кровь.

На отдалении от трона собралась весьма внушительная компания из двенадцати дьяволов, среди которых я отыскал взглядом не только Неферальду, но и Иштас. За спинами каждой из влиятельных фигур стояли советники и представители их фракций, по которым мне было проще сориентироваться, кто кем здесь являлся.

Альвазака при Неферальде не было, зато в нескольких метрах позади неё находилось трое писцов в бело-серых робах. Невзрачные дьяволы немного горбились, вжимали головы в плечи и держали наготове перья, а также пустые свитки пергамента. Что именно они намеревались здесь записывать, я не имел ни малейшего понятия.

Рядом с Неферальдой стоял высокий, с ног до головы закованный в доспехи дьявол, свита которого состояла из нескольких Мрачных Палачей. Скорее всего, это был Рауль Железная Хватка, главнокомандующий Мрачных Палачей, с которым мне прежде не доводилось пересекаться. Воин был облачён в алый плащ, носил при себе длинный, достаточно массивный меч и не имел на доспехе никаких опознавательных знаков. В целом среди всех собравшихся Мрачный Палач выделялся только своим уж слишком заурядным видом.

Иштас и другие полководцы пришли в сопровождении офицеров их войск, которые также держались в нескольких метрах поодаль. Внушительные командующие легионов Верховного Владыки были облачены в магические доспехи и вооружены самым разнообразным оружием. Я пригляделся к каждому из дьяволов и попытался вычислить, есть ли среди них Бату. Кто же из присутствующих мог быть достоин имени "Меч Верховного Владыки"?

Один из полководцев действительно выделялся не столько внешним видом и снаряжением, сколько выдержкой и осанкой. Фигура рослого и широкоплечего дьявола казалась непоколебимой как скала, а его дыхание было таким ровным, что я едва мог заметить хоть какое-либо движение в его теле. Массивные алые крылья и хвост полководца были покрыты свежими незначительными ожогами, а на багровом плаще и тёмном доспехе виднелась копоть. Наконец, среди всех полководцев этот являлся одним из немногих, кто носил при себе двуручный меч, а не какое-либо другое оружие, что дополнительно наводило на мысль о личности моего "подозреваемого".

Его клинок выделялся необычной для Аваритиса светлой сталью и весьма странной стилистикой гарды. Непохоже, что он был выкован в этом городе или в Аду вообще. Вполне вероятно, что меч являлся трофейным.

Помимо Неферальды, Рауля, Иштас, Бату и ещё семи полководцев здесь находился какой-то захудалый и напуганный донельзя дьявол-чинуша с очень длинными витиеватыми рогами. Вероятно, этот был повязан с хранителями порядка, которые в первую очередь должны защищать Аваритис от внутренних угроз. Если моя теория верна, то у чинуши сегодня был просто невероятно паршивый и неудачный день.

Посланник Верховного Владыки проводил меня к писцам Неферальды и наказал стоять возле них. После этого его тело исказилось, будто некая сила начала выворачивать его вовнутрь, а потом существо попросту растворилось в воздухе. Когда эхо от моих шагов стихло, весь зал погрузился в гробовую тишину.

Обстановка здесь была далеко не самой умиротворённой… Стоя за спиной у Неферальды, я прямо-таки чувствовал исходящую от неё холодную ярость, хоть дьяволица ко мне и не оборачивалась. Некоторые полководцы косились в мою сторону, одни с любопытством, другие с нескрываемой злобой и презрением. Бату так и не шелохнулся и, возможно, вовсе не обратил внимания на моё появление. Зато Иштас, встретившись со мною взглядом, одарила меня тёплой улыбкой.

Шли минуты, и никто из собравшихся так и не подал голоса. Один из писцов Инфернального Суда время от времени нарушал тишину, вырисовывая на своём свитке какие-то символы. Я аккуратно взглянул на них и осознал, что не могу разобрать их значения: то ли это был некий шифр, то ли очень изящные, но не имеющие смысла каракули.

Спустя ещё пару десятков минут посланник Верховного Владыки появился вновь уже подле трона.

– На колени, – сухо произнёс он наполненным вибрациями голосом, а затем сам опустился и склонил голову.

Офицеры воинства, все Мрачные Палачи, включая Рауля, дьявол-чинуша, а также стоящие рядом со мной писцы немедленно преклонили колени, и я поспешил последовать их примеру. К моему удивлению, Неферальда и все собравшиеся здесь полководцы остались стоять в полный рост.

Затем я услышал весьма негромкие шаги, доносящиеся из коридора за нашими спинами. Походка неизвестного существа была неспешной… Нет, скорее, просто медлительной, а также немного неровной. Так должны ходить не правители, а практически немощные старики.

Не поднимаясь с колен, я увидел краем глаза рослую фигуру, появившуюся во вратах зала. Она была укутана в очень длинную красную мантию, которая сливалась с роскошной ковровой дорожкой и будто бы сама по себе тянулась в противоположную сторону, мешая существу продолжать свой путь. Существо, судя по всему, являлось дьяволом, однако его голова больше походила на обтянутый морщинистой кожей массивный череп. Его три длинных рога были устремлены под углом вверх: два из висков, а один – из середины лба.

Несмотря на то, что дьявол больше походил на древнее ископаемое, чем на верховного владыку чего-либо, его личность оставалась для меня очевидной. В виде бесчисленных статуй из камня, мрамора и металла, разбросанных по всему Аваритису, Вельзевул выглядел куда величественнее.

Добравшись до конца зала, архидьявол медленно взобрался по ступеням, а затем небрежно плюхнулся на свой трон. Его глаза были такими тусклыми и находились в его впалых глазницах так глубоко, что я едва мог различить в них слабую желтизну.

Несколько секунд Вельзевул сверлил взглядом закрывающиеся золотые врата, из которых он только что сюда явился. Когда они захлопнулись, архидьявол пристально посмотрел на Бату. Опираясь на меч, полководец мгновенно преклонил колено.

Затем Вельзевул принялся вести взглядом по другим полководцам. Один за другим они плавно и практически беззвучно опускались на пол подобно листьям, ниспадающим с деревьев. Но когда взгляд архидьявола добрался до Иштас, та даже не шелохнулась.

В зале вновь повисло непередаваемое напряжение. Стоящие после дьяволицы полководцы опасливо покосились на свою коллегу. Пускай Верховный Владыка и создавал впечатление немощного старика, никто из присутствующих не питал иллюзий на счёт непомерного могущества и власти, сосредоточенных в его руках. И всё же Иштас продолжала стоять на своих двоих, бросая вызов самим устоям Пандемониума и всего Аваритиса. Это было глупо…, однако вызывало у меня уважение.

Вельзевул медленно приподнял свою ладонь, а затем опустил её обратно на подлокотник своего трона. В этот миг я почувствовал, будто на мои плечи и спину взвалилась невероятно тяжёлая ноша, и даже устоять на одном колене стоило мне немалых усилий. Все трое писцов подле меня рухнули на пол и распластались по нему.

Я вновь перевёл взгляд на Иштас. Дьяволица вонзила в пол глефу и, держась за неё, с явным трудом продолжала стоять на ногах. Я отчётливо ощущал, как с каждой секундой "ноша" всё больше и больше прибавляла в весе, а затем увидел, что из-под копыт Иштас в разные стороны поползли небольшие трещины. Похоже, что это неестественное давление распределялось по залу неравномерно и было значительно сильнее либо возле Кровавой Королевы Роз, либо возле самого Верховного Владыки.

Остальные полководцы друг за другом попадали на колени, кто по собственной воле, кто под тяжестью магии Вельзевула. А вот Неферальда как ни в чём ни бывало постояла ещё несколько секунд, а затем плавно и грациозно склонилась, будто бы вовсе не ощущая никакого давления.

В скором времени я перестал слышать собственное дыхание. Все звуки вокруг заглушились тяжёлым нарастающим гулом, который забивал уши и будто бы пытался забуриться прямиком в мою голову. Один из лежащих на полу писцов скорчился от боли, а из его ноздрей и глаз начала обильно сочиться кровь.

Наконец, Иштас упала на одно колено и склонила голову. Через ещё мгновение всё давление разом сошло на нет, а гул в моих ушах сменился протяжным звоном.

– …всё также невероятна, – расслышал я голос Кровавой Королевы сквозь постепенно утихающий звон. – Время поистине не властно над вами, мой владыка!

Слова дьяволицы зазвучали звонко, лестно и с едва уловимым задором, будто всё произошедшее здесь – это лишь часть какой-то весёлой игры. Иштас продолжила стоять на одном колене, однако подняла голову и посмотрела Вельзевулу прямо в глаза.

Верховный Владыка не произнёс в ответ ни слова. Стоящий подле его трона посланник поднялся с колена, подошёл к Вельзевулу и наклонился к нему. Я не видел, чтобы архидьявол что-либо шептал, однако сотканное из корней и листьев существо вскоре обратилось к нам так, будто передавало его слова.

– Верховный Владыка жаждет знать, почему хранители порядка до сих пор не остановили пожар, – произнёс рогатый посланник и по совместительству глашатай Вельзевула.

– Ваше Превосходительство! – дьявол-чинуша поспешил дать ответ. – Дело в том, что жар, окутывающий останки элементаля, не спадает и не поддаётся никакому контролю! Мы опасаемся, что пожар продлиться ещё около двух недель, и мы ничего не можем поделать! Магии моих слуг оказалось недостаточно, чтобы…

Голос чинуши внезапно оборвался, а затем его голова попросту лопнула. Кровь фонтаном брызнула во все стороны, заливая не только пол зала, но и многих присутствующих. Оказавшись забрызганной кровью, Неферальда невозмутимо материализовала в руке платок и принялась аккуратно стирать капли со своего лица. Одна из капель преодолела расстояние в полтора десятка метров и завершила свой полёт прямо на груди моей белой рубахи.

– Полководец Бату, – глашатай обратился к статному дьяволу-мечнику, – Верховный Владыка Вельзевул назначает вас ответственным за выбор нового старшего распорядителя хранителей порядка. Делайте выбор с умом: Верховный Владыка не потерпит возвышение ещё одного некомпетентного слуги.

– Будет исполнено, мой Владыка, – утробно рычащим голосом ответил дьявол.

– Верховная надзирательница Инфернального Суда Неферальда. Верховный Владыка Вельзевул желает знать, как Консорциум Багряных Сделок пробрался в здание суда. Консорциум имел дерзость проигнорировать требование Верховного Владыки немедленно отправить своих представителей в Пандемониум, а значит, вам придётся объяснить всё самостоятельно.

– Мой Владыка! – Неферальда подняла взгляд к Вельзевулу и заговорила без тени страха или сомнения. – Я признаю свою ошибку! Я допустила цветение коррупции внутри Инфернального Суда! Я упустила из виду, как шпионы Консорциума проникли в ваши владения с целью захватить Эхо, а также высвободить вашего огненного элементаля и с их помощью устроить сразу две резни. В результате моей непредусмотрительности достопочтенному Мечу Бату пришлось принять меры, которые были восприняты мною и моими слугами как акт агрессии…, что привело к ещё большим жертвам. Я прошу обратить весь ваш гнев на Консорциум, а не на своих слуг. Я же обращу свой на тех представителей Инфернального Суда, которые осмелились продаться вашим врагам.

Врёт как дышит… И говорит очень опасные для меня вещи. Сомнений нет: она попытается выставить меня одним из главных виновников произошедшего. Однако, если я вмешаюсь и подам свой голос раньше, чем меня спросят, Вельзевул практически наверняка взорвёт и мою голову. Придётся ждать…

– Полководец Бату, – глашатай Верховного Владыки обратился к дьяволу-мечнику. – Вы можете подтвердить слова верховной надзирательницы Инфернального Суда?

– Да, – решительно ответил тот. – Вот только мне неизвестно, кто именно в Инфернальном Суде пошёл на поводу у Консорциума. Я исполнял возложенные на меня обязанности – сперва рубить змеям головы, а уже затем истреблять вьющихся вокруг них падальщиков.

Так-так… Сперва Неферальда вступилась за Бату, а затем Бату, пускай и неочевидно, вступился за Неферальду. И что же выходит? Эти двое успели сговориться, чтобы вместе пережить это собрание? И вдвоём они решили таким вот образом свалить всё на Консорциум? Если сразу двое моих опаснейших врагов действительно сумели отбросить свои разногласия и начали действовать заодно, то я нахожусь в поистине огромной опасности.

– Мой Владыка! – Неферальда вновь обратилась к Вельзевулу, и вскоре я ощутил, как по моей спине пробежался холодок. – После всего случившегося я никак не могла явиться к вам с пустыми руками. Я привела одного из заговорщиков прямо сюда, чтобы вы смогли лично его покарать. В тайне от меня этот темнорождённый делился закрытой информацией с Консорциумом Багряных Сделок, а также проводил свои суды таким образом, чтобы ослабить подконтрольные вам войска! Он внёс ключевой вклад в освобождение как элементаля, так и Эха, а затем с помощью последнего захватил Дворец Порядка, перебив в процессе бессчётное множество ваших слуг!

Вельзевул сел на свой трон ровнее и, кажется, существенно оживился. Это нехорошо… Очень нехорошо…

– Но хуже всего не это… – Неферальда выдержала длинную, весьма драматичную и болезненную для меня паузу. – Хуже всего то, что этот темнорождённый вступил в сговор с вашим самым заклятым врагом – с самим Манамоном!

Последние слова приковали к верховной надзирательнице внимание всех собравшихся в зале дьяволов, не исключая самого Вельзевула. Голова-череп Верховного Владыки была целиком повёрнута в сторону дьяволицы и внимательно её слушала.

– Верховный Владыка желает знать, есть ли у Инфернального Суда доказательства этого обвинения, – произнёс глашатай Вельзевула всё тем же вибрирующим голосом, по которому было трудно считать какие-либо эмоции.

– У меня есть свидетель, и она сейчас находится в этом зале, – ответила Неферальда. – Мне известно, что Кровавая Королева Роз Иштас сумела лично выявить в моём подчинённом предателя, а её разведчики выведали множество деталей вероломного плана Консорциума Багряных Сделок… Я уверена, что как одна из самых верных и преданных ваших слуг Иштас укажет вам на преступника вместе со мной.

– Полководец Иштас… Верховный Владыка желает знать, о каком темнорождённом говорит верховная надзирательница Инфернального Суда.

Все находящиеся в зале помимо меня являлись дьяволами, а потому выбор здесь попросту отсутствовал… И хоть сам Вельзевул пока не смотрел в мою сторону, горящие огни в глазницах его глашатая уже прицепились к моей фигуре. Я же перевёл свой взгляд на Иштас, от которой теперь зависело, буду ли я жить или нет. Мои уста невольно скривились в улыбке, а уголки моих губ задрожали, когда я увидел, как Кровавая Королева Роз указывает пальцем прямо на меня.

Глава 3: Предательство

– Это он, мой Владыка, – произнесла Иштас, указывая в мою сторону. – Он тот темнорождённый, который перебил огромное множество Мрачных Палачей и ваших солдат. И, похоже, он практически единолично сумел захватить Дворец Порядка…

Вот же бестия… Слова Иштас также были далеки от истины: практически всех противников на моём пути убили Ларваг и Эхо. Впрочем, именно я направил эти два живых орудия в нужное мне русло. Чего Иштас добивается, натравливая на меня Владыку? Пытается спасти свою собственную шкуру? Минутами ранее она не выглядела как та, кто боится гнева Вельзевула.

Глашатай Верховного Владыки вновь наклонился к архидьяволу. Тусклые глаза Вельзевула теперь не отрывались от меня, а я внезапно поймал себя на том, что смотрю прямо в них. Сотканное из корней и листьев существо наказывало мне так не делать.

– Верховный Владыка Вельзевул хочет услышать из твоих уст твоё имя, темнорождённый, – холодно произнёс глашатай.

– Неферальда дала мне имя Акерон, Ваше Превосходительство, – ответил я, вновь опустив взгляд и оставаясь стоять на одном колене. – Уверяю вас, мои деяния вовсе не…

Я осёкся, уцепившись взглядом за лежащих у моих ног писцов. Один из них не дышал. Затем я перевёл взгляд на обезглавленное тело чинуши, от которого в разные стороны растекались ручейки крови. Что объединяло мёртвых дьяволов друг с другом? И что могло объединить их со мной?

Слабость. Слабость и незначительность. Вельзевул мгновенно убил старшего распорядителя за то, что он трясся как осиновый лист, мямлил и пытался оправдать свои неудачи бесполезностью собственных подчинённых. Архидьявол не лишил Иштас головы за то, что та попыталась устоять на ногах и не преклонила колени по одному лишь его требованию. Архидьявол не убил и Неферальду, когда та заявила о том, что допустила грубые ошибки и частично признала свою вину.

Я вновь поднял взгляд на Вельзевула. Порой мне достаточно только посмотреть на существо передо мной, чтобы понять его натуру. Определять убийц, воров и лжецов при помощи одного лишь взгляда – это навык, который приобретается с годами практики всеми представителями моей профессии… По крайней мере, хорошими представителями. Это то, что я делал в своей прежней жизни, и то, что я продолжаю делать сейчас.

Вельзевул не просто так слушал слова подчинённых, не подкреплённые реальными доказательствами, ведь на самом деле ему было плевать, кто из собравшихся здесь в действительности в чём-либо повинен. Ему было плевать, кто породил весь этот хаос за окнами его дворца. Ему было глубоко наплевать, какие последствия повлекут за собой однодневная гражданская война и гибель бессчётного множества жителей Аваритиса. Ему было неважно, кто здесь справился со своими обязанностями, а кто нет. Он сидел на своём троне, на вершине всего Четвёртого круга Ада, а также устоявшейся в нём пищевой цепочке и скучал. Ему было скучно. Лишь дерзкие выходки его подчинённых заставляли архидьявола на короткие мгновения почувствовать себя живым.

Тишина, повисшая в тронном зале Пандемониума слишком уж сильно затянулась. Глядя архидьяволу в глаза, я поднялся на ноги, а затем заговорил вновь.

– Я действительно повинен в случившихся беспорядках, мой Владыка, – произнёс я, стараясь не обращать внимание на участившееся сердцебиение. – Я действительно вступил в сговор с Консорциумом Багряных Сделок, но сделал это не ради собственной выгоды. Я пытался свергнуть верховную надзирательницу Инфернального Суда, чья некомпетентность и слабость привела к тому, что Консорциум пустил корни в самое сердце Аваритиса. Я пытался разом разрушить влияние как Неферальды, так и Консорциума… И в этом я преуспел.

Я перевёл взгляд на дьяволицу, прежде бывшую моей госпожой. Неферальда оглянулась через плечо в мою сторону, и во взгляде её белесых глаз я увидел очередное обещание бесконечных мучений.

– Мой Владыка! – воскликнула верховная надзирательница, оборвав мою речь и обратившись к архидьяволу.

– МОЛЧАТЬ.

Вельзевул едва раскрыл пасть, но его хриплый голос разнёсся по всему залу так громко, что в моих ушах вновь послышался звон. Неферальда попыталась сказать ещё несколько слов, но из её уст не вырвалось ни единого звука.

– Благодарю, мой Владыка, – произнёс я, с улыбкой глядя на дьяволицу. Затем я вновь посмотрел в глаза Вельзевулу.

– Выйди вперёд, – приказал мне глашатай. Теперь я видел в его горящих жёлтых глазах огонёк неподдельного интереса. – Верховный Владыка желает знать, в чём именно заключался твой план.

Я сделал несколько шагов к трону и поравнялся с Неферальдой, с полководцами легионов и с главнокомандующим Мрачных Палачей. По взглядам их всех, кроме разве что Иштас, было видно, что они испытывали желание разорвать на куски зазнавшегося выскочку в моём лице. Вот только здесь все эти дьяволы были бессильны.

– Для достижения своей цели я решил использовать многовековую грызню между Инфернальным Судом и вашим воинством, – начал рассказывать я. – Руками ваших полководцев я вознамерился уничтожить госпожу Неферальду. Но так как верховная надзирательница сама пыталась использовать меня против ваших слуг, мне было трудно вступить с ними в сговор напрямую. Вероятно, Неферальда что-то заподозрила на мой счёт и потому натравила на меня ваш меч в лице самого Бату. Это вынудило меня изменить план и в конечном итоге разбить не только свою госпожу и Консорциум, но и вашего полководца.

Из-под шлема дьявола донёсся протяжный утробный рык. Впрочем, без дозволения своего Владыки Бату не стал прерывать мою речь. Я продолжил говорить:

– Чтобы направить ваш меч в нужную мне сторону, я обратился к одному из самых мудрых и хитрых из ваших полководцев – к Кровавой Королеве Роз Иштас. Мне удалось выяснить, что она завербовала шпиона в Инфернальном Суде. Я втёрся в доверие к этому шпиону, продемонстрировал ему как свою компетентность, так и лояльность вашему владычеству, а когда Неферальда от него избавилась, я использовал его связи, чтобы связаться с Иштас. Мы… нашли взаимопонимание и вместе продумали план, как разрушить разом и теневую империю Неферальды, и коррупционную сеть Консорциума Багряных Сделок с минимальным для Аваритиса ущербом.

Тысячи мёртвых. Город в огне. Целые кварталы разрушены до основания. Дворец Порядка захвачен Эхом. Всё это никак не производит впечатление "минимального ущерба"…, но не для того, кто живёт в четырёх золотых стенах в отрыве от реальности. Что было видно из окон Пандемониума? Что элементаль ростом с относительно небольшую гору вырвался на волю и прогулялся по городу. Что требовал Вельзевул от старшего распорядителя хранителей порядка? Потушить пожар менее чем за час. Да этот архидьявол понятия не имеет, какой ущерб потерпел Аваритис! Даже если другие полководцы оспорят мои слова, Вельзевул не пойдёт проверять их лично. Он не ступит своими собственными ногами на бренную землю под Пандемониумом.

– Полководец Иштас, – глашатай обратился к Кровавой Королеве Роз. – Верховный Владыка Вельзевул желает знать, являются ли слова инфернального судьи Акерона истиной.

Дьяволица взглянула сперва на меня, затем на Верховного Владыку и улыбнулась. Я не знал, для чего именно Иштас пыталась представить меня в грозном свете, чтобы дать мне разыграть имеющиеся у меня карты наилучшим образом, или же чтобы выйти сухой из воды, воспользовавшись мной как разменной монетой. Как бы там ни было, сейчас она находилось хоть и в опасной, но в выигрышной позиции. Я сделал всё для того, чтобы дьяволица оказалась вынуждена окончательно определиться со своей стороной, а затем оказать ей решающую поддержку.

– Всё так, мой Владыка, – ответила Иштас. – Инфернальный судья Акерон и вправду показался мне крайне талантливым индивидуумом, и я согласилась помочь ему в исполнении придуманного им плана. Я с осторожностью наблюдала за тем, как он взаимодействовал с Консорциумом, и вскоре пришла к выводу, что у него имеется куда меньше поводов для дружбы с этими продажными отродьями, чем у вашей достопочтенной слуги Неферальды. Впрочем, я вынуждена признать: полный захват Дворца Порядка всего лишь одним темнорождённым стал сюрпризом даже для меня… В результате действий Акерона мне удалось не потерять ни единого солдата!

Глашатай наклонился к Вельзевулу, а затем вновь обратился к Кровавой Королеве Роз:

– Ты ввела в заблуждение полководца Бату и принесла в жертву множество его солдат.

– Да, это абсолютно верно… Мне не удаётся расслышать в ваших словах ни вопроса, ни обвинения. Если Бату не сумел разгадать западню, не расправился ни с Неферальдой, ни с высвобожденным элементалём и позволил безызвестному темнорождённому вертеть собой как марионеткой, то, возможно, что за прошедшие века ваш Меч значительно затупился, и настала пора подобрать новый…, мой Владыка.

Бату не произнёс ни слова, а лишь молча выпрямился в полный рост и вонзил свой меч в пол. Я отчётливо ощущал исходящий от него жар и невооружённым взглядом видел, как воздух вокруг него раскалился и начал искажаться.

– Это решать не вам, полководец Иштас, – сухо произнёс глашатай.

– Всё так, – ответила дьяволица. – Решение целиком и полностью остаётся за Верховным Владыкой, и я не смею сомневаться в его мудрости.

– Верховный Владыка желает знать больше о сговоре между инфернальным судьёй Акероном и падшим дьяволом Манамоном.

– А вот про это…

– Мне неизвестно, о чём говорила Семнадцатая Дочь, мой Владыка, – вмешался я, обменявшись с Кровавой Королевой Роз короткими взглядами. – Манамон не имеет никакого отношения к нашему с Иштас плану, а между мной и им не действует ни единого контракта.

И, спасибо Неферальде, мои слова теперь являлись абсолютной правдой. Возможно, этого будет достаточно, чтобы отвести от себя подозрения. Конечно, я бы мог попытаться обличить Неферальду в попытке использовать силу Манамона в своих целях, но риск того, что моя голова полетит следом за её, был уж слишком для меня велик. Выйти отсюда живым казалось мне куда более важной задачей, чем утопить вместе с собой Неферальду.

– Верховный Владыка чувствует на тебе гнилой запах Манамона, инфернальный судья, – глашатай пристально посмотрел на меня, но затем провёл взглядом по Неферальде и Иштас. – Однако, он прицепился ко многим в этом зале и не может выветриться вот уже целый миллениум. Эта вонь – то, с чем Верховный Владыка Вельзевул вынужден мириться.

Улыбка на лице Иштас окаменела. Тем не менее, дьяволице хватило выдержки и ума не поддаваться на провокацию и не предпринимать никаких резких действий.

– Могу я задать вопрос, мой Владыка? – обратился я ни то к престарелому архидьяволу, ни то к глашатаю. С этими двумя было непросто понять, кто здесь на самом деле представляет собой власть и сосредоточение древних знаний.

– Верховный Владыка дозволяет задать один вопрос, – ответил мне глашатай.

– Изучив историю Аваритиса, я был уверен, что предатель Манамон был сражён вашими руками. Похоже, что я что-то упускаю из виду. Почему меня пытаются обвинить в сговоре с мертвецом?

Глашатай бегло посмотрел на архидьявола и дал ответ только после того, как тот едва заметно кивнул. Похоже, главный здесь всё-таки Вельзевул.

– Оболочка Манамона была полностью уничтожена, однако его разум и душа сумели избежать плена и продолжили жить за пределами Аваритиса. Пускай сам Манамон больше не представляет опасности для установленного Верховным Владыкой порядка, многие существа, которым не достаёт собственных сил, продолжают тянуться к его душе в надежде обрести могущество. Таким ничтожествам нет места в землях, на которые ниспадает тень Пандемониума.

Что ж, если учесть, как высоко расположен балкон кабинета Неферальды во Дворце Порядка, эти слова можно трактовать как истину. Тень Пандемониума и вправду никогда на него не падает.

– Мой Владыка, разрешите к Вам обратиться, – Бату внезапно подал свой рычащий голос. Когда глашатай озвучил дозволение Вельзевула, полководец продолжил говорить: – Какими бы ни были мотивы верховной надзирательницы Неферальды, инфернального судьи Акерона и полководца Иштас, их действия привели к тяжелым последствиям для ваших войск и всего Аваритиса. Конфликты между вашими слугами не исчерпаны; они разгорелись ещё сильнее, а угроза, которую несёт собой Консорциум Багряных Сделок, всё ещё не устранена целиком. Каковы будут ваши указания, и что ждёт виновных в содеянных преступлениях?

Ответ последовал не сразу: глашатаю вновь потребовалось время, чтобы посовещаться с Верховным Владыкой. Наконец, сотканное из корней и листьев существо заговорило вновь:

– С этого дня Консорциум Багряных Сделок объявляется незаконной организацией на просторах Четвёртого круга Ада. Все торговцы и ремесленники, связанные с этой организацией, должны отказаться от членства в ней в течение трёх месяцев, по истечению которых всех оставшихся в Аваритисе представителей Консорциума ждёт смертная казнь. Верховный Владыка Вельзевул приказывает своим полководцам оказать содействие Мрачным Палачам в установлении порядка. До тех пор, пока все представители Консорциума в Аваритисе не будут устранены, Мрачные Палачи выходят из-под юрисдикции Инфернального Суда и будут действовать как независимая организация. Однако, их обязанности по сохранению закона в Четвёртом кругу Ада и по защите инфернальных судей остаются теми же.

Рауль Железная Хватка, главнокомандующий Мрачными Палачами, покосился в сторону Неферальды и поймал на себе её ледяной взгляд. Непохоже, что дьяволица намерена добровольно расставаться с такой властью.

Если подумать, сама формулировка приказа Вельзевула скрывала в себе очевидный изъян. "До тех пор, пока все представители Консорциума в Аваритисе не будут устранены"… На месте полководцев и самих Мрачных Палачей я бы специально оставил в живых пару-тройку членов Консорциума, дабы не позволить Инфернальному Суду вновь обрести власть над Мрачными Палачами. Вряд ли древний архидьявол мог допустить столь грубую ошибку и наверняка он неспроста решил не оглашать допустимые сроки для устранения членов Консорциума Багряных Сделок. Таким образом он не только исключил возможность заключения новых пактов между Инфернальным Судом и Консорциумом, но также посеял новое семя вражды…

Что же это такое? Великая мудрость из серии "разделяй и властвуй"? Банальная неосторожность? Или же скрытая тяга Вельзевула взращивать себе могучих врагов? Стоит выяснить наверняка, дабы лучше понять всю картину как происходящего, так и грядущего.

– Верховный Владыка напоминает о том, что любые вооружённые столкновения между его полководцами, а также между подконтрольными им легионами строго запрещены, – глашатай продолжил озвучивать волю архидьявола. – Однако, полководец Иштас не нарушила этого запрета, подтолкнув полководца Бату на нападение на Инфернальный Суд. Пускай свершённые Бату ошибки станут ему бесценным уроком и помогут ему впредь лучше защищать земли Верховного Владыки.

Бату стойко перенёс этот наказ, не позволив себе испустить даже слабый рык.

– Верховный Владыка также объявляет, что Инфернальный Суд не может вести свою деятельность, покуда центр его власти остаётся неподконтрольным Суду. За инфернальными судьями сохраняются их статусы, их права и власть, однако деятельность всех судов приостанавливается до тех пор, пока Дворец Порядка вновь не начнёт оправдывать своё название. Наконец, тот кто сумеет установить над ним контроль, получит титул нового верховного надзирателя Инфернального Суда в дополнение к уже имеющимся у него титулам.

Последние слова заставили Неферальду задрожать в бессильной ярости. Шах и мат, "госпожа". Твоя игра на этом окончена. Моя же переходит на следующий уровень.

– Волей Верховного Владыки обвинения за остальные преступления, содеянные всеми присутствующими в этом зале, официально снимаются, – добавил глашатай. – Все неразрешённые конфликты между вами вы можете уладить самостоятельно. На этом аудиенция окончена.

От речи глашатая я испытал лёгкий мандраж и азарт. Вельзевул не положил конец вражде своих слуг, а, напротив, подлил масло в уже полыхающее кострище. Похоже, что борьба за власть в Аваритисе ещё только начинается.