Инфернальный психотерапевт

Пролог

Мертвые оживают лишь тогда, когда о них помнят живые.

(с) Из инфернального сонника

Хогуй сидел на крыше небоскрёба и блевал. Как гигантская материнская плата под ним расстилался город, полный высоток и прямоугольных кварталов. Дальние края тонули в предрассветной дымке, густая синева неба светлела на востоке. Демон ждал восхода солнца, которое сразу же пожрёт его и испепелит своими лучами, как любого демона, не сумевшего спрятаться до рассвета. Он молчал и упрямо смотрел на восток, с нетерпением ожидая последних минут своей демонической жизни, от которой он чудовищно устал. Хогуй мечтал наконец-то отправиться к Янвану, владыке загробного царства, скатиться по Жёлтой реке прямо на восемнадцатый уровень Диюя и там обратиться в пыль. Он мало что помнил из своей человеческой жизни, точнее, почти ничего кроме причин, сделавших его хогуем, мстительным духом сгоревшего в огне человека. А ещё пламя, крики и безграничную обиду за такую болезненную смерть. Демоном он стал вполне заслуженно.

– Добро пожаловать в приложение для демонов, – проверещал из кармана голос больного гайморитом человека. – Введите желаемый логин и пароль, и нажмите кнопку «Регистрация».

Хогуй медленно отвёл взгляд от светлеющего неба и прислушался. Пахло всё также отвратительно, от одного лишь движения его тут же замутило. Чёрт знает, бывают ли у демонов слуховые галлюцинации или нет, но в целом, это его мало волновало.

– Для регистрации в приложении для демонов введите логин и пароль! – снова повторил тот же писклявый голос.

Хогуй неторопливо вдохнул воздух, который был ему по большому счёту не нужен, но человеческие привычки ещё не успели окончательно изжить себя, пошарил по карманам и выудил невесть как попавший туда мобильный телефон. Тот пискнул и разблокировался от лёгкого касания. Хогуй рыкнул, глаза вспыхнули красным, но сотовая шайтан-машина и не подумала испепеляться взглядом. Наоборот, выскочившая на полный экран регистрационная форма переливалась всеми лучами алого, электронные языки огня облизывали края. Как украшения в домах на Китайский новый год.

Демон хмыкнул, смахнул заставку, блокируя экран, затолкал это чудовищное устройство обратно в карман, тоже скорее по человеческой привычке, и продолжил ждать.

Солнце всходило неторопливо. Первые лучи как раз показались за дальними высотками.

Ближе к полудню хогуй забеспокоился. Сначала он думал, что ранние лучи слишком слабые, потом, что его закрывают тени от вентиляционных коробов, а под конец понял: взошедшее солнце его полностью проигнорировало. Он даже ощутил лёгкое разочарование и покинутость, было немного обидно: месть свершилась, и делать ему в этом мире было совершенно нечего. Больше нечего.

Макушку ощутимо напекло, согнутые в неудобной позе колени начало покалывать. А ещё этот тошнотворный запах… Просидев на крыше в компании расчленёнки несколько часов неподвижно, как каменная статуя, демон впервые с восхода солнца пошевелился, достал из кармана чёрный прямоугольник телефона и клацнул когтем по экрану, вводя первое пришедшее в голову имя.

– Здравствуйте, Джеки Чан! Спасибо за регистрацию. Чтобы сузить поисковый запрос, пожалуйста, выберите сферу интересов. Спасибо. А теперь уточните ваши компетенции и навыки. Желаемый пол и возраст объекта.

Хогуй сидел и равнодушно щёлкал по кнопочкам, что-то выбирая, что-то проматывая, где-то просто оставляя настройки по умолчанию. Солнце висело уже над самой макушкой и палило так, что он почти верил, что вот-вот воспламенится, но нет. Лучи лишь слепили его красные глаза. Пускающий блики экран тоже было не разглядеть. Но демон и не вглядывался в изображения, списки, опции, просто нажимая что-то вслепую. На последней вкладке приложение выдало чью-то крупнозернистую фотографию в красной рамке и стандартное напутствие.

– Поздравляем! Найден человек с идеальным профилем, соответствующим вашему запросу. Программа «Инфернальный психотерапевт» начинает сбор желаний. Через пять, четыре, три… можете приступать к работе. На тестовый период требуется только еженедельный отчет минимум с одной фотографией. По окончании трёхмесячного испытательного срока правила изменятся. Желаете добавиться в астральный демонический чат?

– Зачем? – невольно вырвалось у хогуя, хотя он даже на ответ не рассчитывал.

– Делиться своими достижениями, спрашивать совета, интересоваться успехами коллег… – приложение оказалось разговорчивым и интерактивным, похоже где-то в ядре была запрограммирована нейронная сеть; хогуй даже восхитился: демонический хайтек вовсю использовал последние достижения из мира людей.

– Каких коллег?

Поговорить всё равно было не с кем, просто так сидеть на крыше было скучно, других целей у него не было, поэтому он продолжил спрашивать, как-будто собеседник был живым и настоящим.

– Коллег, проходящих курс инфернальной психотерапии.

– А я зачем?

– Батенька, да вы сами себе признайтесь, – зафамильярничал голос из приложения. – Заскучали тут. Депрессия навалилась. Смысл жизни потерялcя…

– Кто сказал?

Психотерапевт из приложения оказался очень даже интересным собеседником, похоже демонические разработчики заморочились и написали усложнённый искусственный интеллект с зачатками иронии и самосознания. Хогуй оценил.

– А что вы тут тогда рассвета ждёте, а? Да не испепелит вас солнце! Чушь всё это. Старая байка новичков пугать. А вот пару сотен лет без цели для демона не шутки. Всё остопи… осточертеет. И никакой демонической пользы. А солнце – это так…

– Я ещё даже сотни лет демоном не прожил…

– …а уже в стрессе, да? Эх-х! Кто ж виноват, что у вас, молоденьких демонов, такой слабенький организм… Чуть что, сразу – незачем существовать, хорошо ещё, головой об бордюр не бьётесь. И уже нездоровые склонности к ранней саморефлексии… К самоиспепелению… До́жили!

Демон медленно перевёл взгляд на сияющий солнечный шар в небе, затем прошёлся по проснувшемуся городу: где-то внизу светофоры сноровисто перемигивались, перестроившись на дневной режим, кто-то натужно гудел клаксоном, в полусонной, туманной дымке проступали очертания продуктового рынка. На соседнем перекрёстке раскачивалась на ветру сирень. Он потянул носом, но поймал совсем не тот запах и поморщился. Может, и правда, не стоило торопиться со смертью.

– Ладно, что делать надо?

– Ничего! Ничего выходящего за рамки ваших компетенций. Всего лишь исполнение желаний человека. На начальном этапе это даст вам смысл жизни и позволит прожить хотя бы первый век существования.

– Зачем исполнять желания? Тем более человека. Я же не джинн.

– И это очень хорошо! Потому что джиннов не су-щест-ву-ет. По крайней мере у нас, в Китае. А зачем? Ради искушения, конечно же. Вот любит, допустим, человек вкусно поесть, а мы ему сначала картошечки с селёдочкой, посыпанной лучком, потом пельмени цзяоцзы, дальше гуйлиньскую черную лапшу, а потом – р-раз! – и грех чревоугодия во всей красе.

От описаний еды хогуя затошнило с новой силой.

– И как же найти правильные желания?

– Всё в приложении. Проверьте профиль вашего человечка. Там и задание на испытательный срок. Всё там.

– А если…

– Увы-увы, тут придётся постараться. Штрафные очки нам же не нужны?

– А ты сам-то кто такой?

– Спасибо, что используете голосового помощника из приложения «Инфернальный психотерапевт». Пожалуйста, оцените уровень сервиса по десятибалльной шкале.

– Три!

– Вы нажали десять! Спасибо за наивысшую оценку. Мы – работаем, вы – офигеваете!

– Я ничего не нажимал!

Глава 1. Знакомство

С пронзительным писком, слышимым, казалось, во всех диапазонах демонических частот, программа отключилась, оставив одинокое окошко с профилем человека, очень похожим на страничку в каких-нибудь соцсетях. Хогуй замер, тупо уставившись на экран, с хрустом выпрямил ноги, поводил затёкшими плечами, ещё раз потянул носом, обернулся, а после – решительно зашагал к выходу на пожарную лестницу. Рассмотреть досье объекта можно было и в более аппетитной обстановке. Не горит.

Вкладка «Желания» – единственная активная ссылка на всей страничке – открылась сразу же.

Хогуй сидел на качелях на совершенно пустой детской площадке и ритмично отталкивался ногами. Ржавый, скребущий по ушам звук то уходил в высокие ноты, то напоминал тявканье песчаных шакалов. Желающих поиграть в песочнице, покрутиться на карусели или покататься с горки в учебное время не было. Рядом стояли две скамейки для родителей, но отчего то ему приглянулись именно качели, даже чудовищный скрип не отпугнул, не заставил пересесть с них.

В следующий раз нужно взять с собой солидол, отстранённо отметил демон и открыл страничку.

В качестве пояснительной записки в приложении сразу же вылезла картинка с книгой "Наиболее подходящие места в Китае для путешествия на велосипеде" с комментарием "Человек загорелся идеей проехать по трассе, проходящей через Сычуань и Тибет".

– Расстояние: 2166 км; – Участников: трое; – Транспорт: велосипед; – Уровень подготовки участников: нулевой.

Хогуй завис на последней строчке. Перечитал, поднеся к глазам. Протёр экран. Ещё раз перечитал. Ничего не изменилось. Затем пожевал губу и следующим щелчком выбрал профиль этого самоуверенного человечка: – Имя: Сяо Шу; – Возраст: 21 год; – Профессия: актёр, певец, модель.

Рост, вес, образование, место рождения также присутствовали, но профессия исчерпывающе объясняла, как сильно демон вляпался. Если бы не стойкая неприязнь к огню, он бы даже закурил. Кажется, не следовало так бессистемно тыкать в кнопки при выборе объекта.

Демон открыл человеческий поисковик, вбил название маршрута и потом долго с нечитаемым выражением проматывал строки, хрипло угукая сам себе и закатывая глаза: «самые страшные пять дорог мира», «самая опасная и живописная трасса в мире», «участок Чэнду - Тибет славится постоянными обвалами и камнепадами», «путешественники рискуют потерять сознание из-за низкого уровня кислорода в воздухе», «нет обочин, а невнимательных водителей ждёт трёхсотметровая пропасть» … Но фотографии байду подсовывал, конечно, дух захватывающие. И не поспоришь. Увидеть Чэнду и умереть.

«Круто ты попал…» – хрипло напел хогуй китайскую попсу прошлых лет и закашлялся. Голосовые связки отказывались выдавать мелодичный звук, отчего-то напрягаясь сильнее обычного. Глаза вспыхнули красным и тут же погасли. Похоже что-то из этого всколыхнуло воспоминания о прошлой жизни. Или о прошлой смерти. Демон снова просмотрел досье, но эффект не повторился. Показалось, значит.

– Ну-с? С чего начнём? – голос из приложения даже перекричал скрип качелей, хогуй чуть с них сам не свалился.

– Хочу увидеть этого человечка вживую.

# # # #

Ветер принёс пригоршню сливовых лепестков и горстью бросил в лицо, заставив хогуя натужно закашляться. Он аккуратно отставил бутылку какого-то странного газированного пойла с пивной этикеткой на соседнее сиденье, затем наклонился вперёд и энергично затряс головой, помогая руками. Длинные, густые пряди щекотали лицо и липли к щекам. С одной стороны розовые лепестки в волосах играли на его образ одичалого тунеядца-безработного, с другой – почему-то именно мусор в волосах раздражал его сильнее обычного. Демон механически пригладил причёску, но сделал только хуже: вихры с двух сторон торчали словно настоящие демонические рожки. Он тяжело вздохнул и забрал бутылку обратно. Холодненькая шипучка давало ощущение хоть какой-то идейности происходящего.

Хогуй медленно просканировал спортплощадку, перевёл взгляд на полупустую улицу, где деликатно перешёптывались на ветру платаны. Светлые стволы почти сливались с окружающей застройкой, и лишь беспокойная крона создавала ощущение движения в этом горячем влажном воздухе, плотной массой лежащей на домах, заборах, автомобилях и плечах горожан. Откуда-то успокаивающе пахло острой едой. Почему-то любой запах съестного моментально придавал окружающему оттенок умиротворяющей стабильности и словно давал обещание почувствовать себя сытым. Так себе обещание для демона. Он облизнулся, но остался на месте. Поиски по улицам и кварталам с путаной нумерацией утомили его, в ведь хотелось всего-то одним глазком взглянуть на выбранного человека. Если бы хогуй был обычным смертным, то разозлился бы из-за потраченного времени, но демонам было всё равно, чем заниматься и где сидеть, лениво развалившись. Его непутёвый новый подопечный тренировался на спортплощадке прямо перед носом. Удобный пункт наблюдения покидать не хотелось.

Организация путешествия взбесила хогуя с самого начала. Худосочные, но рослые товарищи его человечка ленились даже на пробежках вокруг дома. Просыпали нужное время, неожиданно «заболевали», уезжали на помощь к каким-то дальним друзьям и новоявленным родственникам, либо просто тащили организатора этого непотребства посидеть в кафе, вместо серьёзного планирования. То есть отлынивали с непередаваемой виртуозностью! Саботажники! Демон смотрел на это и не находил слов, представляя, что такими темпами все они сгинут в этом путешествии, но потом вспоминал о задании в приложении, об испытательном сроке, тихо вздыхал и открывал новую бутылку пойла. Когтями это было делать особенно удобно, эдакая открывашка на все случаи жизни.

Единственный, кто его радовал – сам Сяо Шу. Парнишка изучал трассу, подбирал карты, смотрел видеоотзывы, читал чужие отчёты, составлял список необходимого и методично шёл по ним. И также методично готовился. Словно воин к решающему бою. «Если б при жизни я был как он, то возможно до сих пор бы не умер», – мелькнула странная мысль, и демон снова закашлялся кровью.

– Да что ж со мной такое!

– Уточните вопрос! – сотовая шайтан-машина неожиданно отозвалась после почти трёх недель молчания. Даже его отчёты демонический аппарат просто проглатывал, никак не комментируя в ответ. Словно затащить его в эту «игру» было самым важным событием, а дальше – гори оно всё синим пламенем. Или какого там цвета пламя в Диюе?

Были в этом и свои плюсы: хогую нравились правила, нравились эти короткие отчёты, немногословные опросы, конкретные формулировки и требования. Словно структурирование мыслей и дел давало основу всему его существованию. «Может этот инфернальный психотерапевт не так уж бесполезен», – нет-нет, да и приходила порой шальная мысль, но он гнал её прочь. Хогуй имел цель – завершить своё демоническое существование в смертном мире, – и не привык останавливаться на полпути, желая спалить все остатки собственной человечности дотла.

– Почему я так реагирую?

– Вы симпатизируете вашему человеку.

– Я? Симпатизирую? Этому потному бугаю? А нельзя было мне какую-нибудь милую и изящную девушку подсунуть, чтобы я ей симпатизировал, а не этому вот… пособию по боевым искусствам, – демон сидел на скамейке возле спортплощадки и наблюдал за бритым качком в одиночку уделывающем в баскетбол дворовую команду, попутно успевая отпускать шуточки на грани приличия, заливисто смеясь и провоцируя противников на нарушение правил. Если б хогуй сам участвовал в этом матче, то давно бы переломал противнику руки, ноги и вырвал поганый язык, потому что люди должны вести себя уважительно по отношению к другим людям, даже если те не умеют держать мяч двумя руками, и им не хватает ещё одной дополнительной пары ног, чтобы хотя бы не падать при быстром движении.

Демон печально вздохнул. С развитием технологий это было естественным результатом. Похоже, нормальный дворовый спорт стал настолько редким явлением, что его путают с байкальским осётром. Детишки прикипели к экранам мониторов и мониторчиков, напрочь игнорируя физическое развития обиталища своей души.

– Вы сами выставили желаемый пол…

– Я? – хогуй вспомнил, как меланхолично тыкал то туда, то сюда, сидя на крыше небоскрёба и вздохнул. За эти недели он уже не одну сотню раз успел пожалеть о своём тогдашнем настроении. Ладно хоть, это было объяснимо: в тот момент он уже попрощался с жизнью – какой бы она ни была у демона – и решительно ждал смерти. Кто в такой ситуации будет вчитываться в мелкий шрифт в странном приложении, открытом только чтобы скоротать последние часы?

– Да.

– А можно изменить?

– Да.

Хогуй прикрыл глаза, представляя на месте своего человека стройную длинноволосую красотку с игривым взглядом. Губы сами собой расползлись в предвкушающей улыбке.

– И как? – насколько он понял инфернальную бюрократию после регистрации в одном единственном приложении, скорее всего количество форм для заполнения превысит все разумные пределы, но ради результата, он был готов даже к такому.

– Уговорите его на операцию по смене пола.

– Ты! – зашипел демон.

– Внимание, к вам направляется объект.

– Мы знакомы? – Сяо Шу собственной персоной незнамо как подкрался прямо к хогую. То ли программа так отвлекла, то ли демонический слух сплоховал, то ли кто-то просто слишком замечтался, но даже так: любой другой на его месте побоялся бы подходить к загорелому бугаю с ожогом на левой щеке, да ещё и давно не стриженому – образ, который выбрал для себя демон, до сего момента благополучно позволял избегать ненужного общения.

– Чё?

– Вы постоянно приходите на мои тренировки и уходите сразу как только мы заканчиваем, – нарочито вежливо поинтересовался парнишка. – Мы знакомы?

"Какой внимательный паршивец", – демон посмотрел на человека снизу вверх, яркий свет золотил его мокрую от по́та короткую шевелюру, так что казалось, будто тот купается в солнце, как какой-то ангел со средневековых полотен. Вот только ангелы не носят красные майки со странными надписями на английском и числом восемнадцать. Или носят? Хогуй внезапно задумался, может стоит что-то разузнать про китайский ангельский пантеон, возможно есть какой-то скрытый смысл в нумерации. Или многие знания – многие печали?

"Видимо при жизни я был очень, некстати любознательным", – заключил он, – "за что, кажись, и поплатился". Но вслух сказал другое:

– Ты мешаешь мне пить пиво и закрываешь солнце.

– Прошу прощения, – засмеялся тот и шагнул чуть в сторону. – Вы похожи на… одного моего старого знакомого. Может вы хотите присоединиться к тренировке?

– Ты всё ещё мешаешь мне пить пиво.

Сяо Шу ехидно кивнул, вызвав у демона неоднозначные мысли – как можно выглядеть одновременно дружелюбно-покладисто и максимально вызывающе? – развернулся, взметнув вихрь лепестков из-под ног и пошёл той лёгкой, танцующей походкой, которая выдаёт человека, серьёзно занимающегося боевыми искусствами.

Хогуй хлебал своё пойло, которое импровизированно обозвал пивом, и смотрел ему вслед. Розовые лепестки крутили хороводы в воздухе. Демоническая шайтан-машина молчала.

# # # #

Следующий месяц хогуй всеми правдами и неправдами пытался выпихнуть неторопливых путешественников из дома, пополнив запас китайских ругательств английскими и русскими. Последние максимально чётко и лаконично описывали его мнение об участниках, об организации и даже о самом приложении «Инфернальный психотерапевт». На них он и остановился.

Список необходимого у участников не комплектовался, тренировки прогуливались, а благоприятный погодный интервал подходил к середине. Его испытательный срок, к слову тоже… А ведь надо было ещё добраться до места выброски.

Ждать одурманивающую жару июля либо августа – последнее дело для велосипедиста. Откуда-то демон это знал совершенно чётко. У него даже фантомно заболела пятая точка и возникло желание купить велосипедные трусы, но он вспомнил, что может просто чуть поменять структуру костей и конфигурацию мышц и на этом успокоиться. В любом случае, он собпланировалирался отслеживать каждый шаг этих самоуверенных профанов. То ли в прошлой жизни любил всё контролировать, то ли был передовиком и отличником.

В итоге приложение, насмотревшись на его мытарства, предложило присниться и уговорить. Идея понравилась хогую сразу, жаль, не к месту болтливый психотерапевт выдал эту информацию только сейчас, а то бы он уже давно начал внушать Сяо Шу важность планирования и своевременности. На волне энтузиазма демон даже подготовил духоподъёмную речь в стиле: "Пора выезжать, ведь если не сделаешь первый шаг, ты никогда не узнаешь, как будет выглядеть следующий! Никогда не приблизишься к цели!"

Как и положено хогую, во сне он явился эффектно: в языках пламени с обожжённым лицом, но Сяо Шу даже бровью не повёл, невозмутимо рассматривая дух погибшего в огне. Поднял руку в европейском жесте приветствия, выдал рэперское "Ëу!", вопросительно обвёл взглядом демонстрирующий адское нутро антураж. Даже осмелился издевательски пошевелить бровью, словно видел весь этот маскарад насквозь. Тогда хогуй психанул и пнул его под коленку: «Быстро свалил в свой Тибет, чёрт тебя дери, Шу-шу! А то ноги выдеру и другим концом в задницу засуну».

Ранним утром следующего дня будущие туристы-велосипедисты-рекордсмены купили билеты на самолёт до Чэнду.

Глава 2. Велопоход

За следующие тридцать дней путешествия хогуй проклял всё на свете. Этот Сяо Шу определённо был самым большим неудачником, которого ему доводилось встречать. Хотя, не сказать, чтоб он многое помнил из прошлой жизни, но… Двадцать два селевых потока, девять горных обвалов, нападение грабителей, травмы участников, кое-кто даже умудрился заинтересовать горного демона… И ещё кое-что по мелочи. Всё-таки хогуй был демоном, искушающим человека, а не долбаным ангелом-хранителем, работающим без выходных. Хотя, как выяснилось, ангелов, в общепринятом европейском понимании, в китайской мифологии не водилось, так что хогуй подрабатывал им всего на полставки. Безоплатно. Волонтёром. Думать об этом не хотелось, поэтому он просто сравнивал свои ожидания с конечным результатом и вздыхал.

Ведь начиналось всё так хорошо… В Чэнду путешественники закупились продуктами, гордо сфотографировались у магазина с местными детишками, натянули на макушки шлемы и отправились в Яань, откуда далее их путь лежал на запад по трассе G318.

– Скатертью дорожка!

Демон помахал им ручкой с крыши последнего в городе здания, поболтал ногами над пропастью в сорок этажей и пододвинул к себе ящик местного пойла. Он уже присмотрел автобус на послезавтрашнее утро, чтоб неторопливо и с комфортом добраться до той же точки, куда самоуверенные велосипедисты будут тащиться эти же самые два дня.

– Не волнуешься? – подал из кармана голос «инфернальный психотерапевт».

– Да что с ними случится? Молодые, спортивные, отдохнувшие. Едут по самому простому и наиболее изученному отрезку трассы…

– Тогда может съездим в питомник? Тут недалеко? Панд посмотрим? Их как раз по утрам кормят, – чересчур слащаво продолжил помощник, словно только и ждал повода ввернуть предложение, а на тираду про подопечных кивал только для вида.

– Тебе нравятся панды?

– Спрашиваешь! Такие милые создания, ну кому они могут не нравиться?

– А ты знаешь, что эти милые создания, в разъяренном виде способны наводить ужас на врагов? – демон мысленно расслабился, вытаскивая из какого-то неучтённого уголка памяти давнюю историю, вычитанную... да чёрт знает где и когда вычитанную. Хлебнул ещё пойла для смелости и начал. – Где-то четыре тысячи лет назад император Хуань победил войска императора Янь, используя натренированных боевых животных. До нас дошло их описание и изображения на фресках. Там были тигры, леопарды, медведи… Тадам! И панды.

– Ладно-ладно. Не милые. Когда пойдём?

Хогуй даже не стал спрашивать, где этот зверинец находится – весь город был увешан плакатами с рекламой питомника по их разведению “Giant Panda Breeding Research Basе” и милыми фотографиями потешно-неуклюжих медведей. Он примерно догадывался, почему люди любят такое – всё, что связано с пандами, выглядит умилительно – но вот подобный интерес от электронного помощника смущал.

Хотя, слегка прислушавшись к внутренним ощущениям… он понял, что и сам не прочь взглянуть на бамбуковых медвежат. Всё-таки в эту часть Китая немногие отваживались выбраться. Близость к Тибету сказывалась: даже законно проживающие в Китае иностранцы обязаны были делать отдельное разрешение для посещения.

Демон ничего не помнил о прошлой жизни, но смутное любопытство и жажда новых впечатлений то и дело прорывались сквозь его равнодушную, закалённую смертельным жаром толстую шкуру. По крайней мере в этом он чувствовал странное родство с «инфернальным психотерапевтом». Наверно, будь они человеками из плоти и крови, живущими в одном времени, в одном городе, то стали бы лучшими друзьями.

Стопроцентная влажность тем временем сконцентрировалась в мелкую морось, равномерно висящую в воздухе вопреки гравитации. Демон обвел взглядом небоскребы, то тут, то там выныривающие из влажных туманных облаков, и печально вздохнул. Внизу, сквозь улицы, увешанные иллюминацией, сновали яркие, шумные велосипедисты и мотоциклисты в разноцветных накидках от дождя, образуя непрекращающийся поток «частиц», напоминающий течение крови по венам города. Быстрый, нескончаемый, целеустремлённый и яркий.

– А я бы сходил в музей пива, – медленно опустил он глаза на бутылку Циндао. – Там вроде даже дегустация включена в билет, можно разное попробовать…

– И где, по-твоему, нам найти музей пива?

– В Бельгии. Если посчитать количество сортов, включая мелкие пивоварни и монастыри, то их там около семи сотен. И это на территории страны всего в два раза больше Чэнду.

– То есть ты предлагаешь нам по-быстрому смотаться в Бельгию? – даже электронные интонации не могли скрыть сочащийся сарказмом голос.

– Слушай! А если бы я выбрал кого-то… ну… из Бельгии, там же наверняка тоже есть китайцы, меня бы отправили присматривать за ним в Бельгию?

– Да. Но ты уже выбрал. Так что у тебя только один вариант, уговорить своего подопечного добровольно захотеть туда слетать… и сходить в музей пива. Он у тебя пьёт?

– Почти нет, – вздыхает демон. – Только ради компании. Его друзья как только не уговаривали, но он просто осёл какой-то. С места не сдвинешь. Без шансов…

– Без шансов…

– А можно мне случайно убить его, а? А потом выбрать какого-нибудь нормального бельгийского китайца?

Похоже приложение не ожидало такой откровенной подлости, потому что следующие минут тридцать они провели в тишине. Хогуй уже было решил, что ему придётся допивать весь ящик без собеседника, когда «психотерапевт» подал голос.

– Я тут почитал инструкции, и нет, боюсь такой вариант будет засчитан как нарушение правил. Нам же не нужны проблемы?

Демон медленно перевёл взгляд с ящика пойла, на утопающий в мокром тумане город, затем снова на него.

– Какие проблемы? Пиво, что ли, запретят пить? Ладно-ладно. Я пошутил. Не буду я его убивать.

– Тебе настолько хочется в Бельгию?

– Нет. Мне всё равно. Просто… – хогуй отсутствующе посмотрел сквозь морось, а затем, словно углядев там что-то важное, встряхнул лохматой головой, сбрасывая оцепенение. – Ладно. Я же пошутил. Говори сразу, куда ты там ещё хочешь? Только не слишком загоняйся.

– Ещё… мы должны обязательно сходить в местный ресторан, попробовать настоящую сычуаньскую кухню и в национальный парк Хуанлон, – залопотал «психотерапевт», словно только этого и ждал, с нетерпением развернув на весь экран список достопримечательностей.

– А что там?

– Там самая обширная травертиновая формация в мире!

– Далеко?

– Где-то в четырёхстах километрах к северу.

– Э-э-э... А ты берега не попутал? То есть, я должен бросить свой тестовый образец без присмотра на два дня и катать тебя по местным достопримечательностям?

– Хорошо, – скуксился шайтан-аппарат, – тогда только панды. И ресторан. И...

– А если… если вдруг что-то случится с ними. Я как-то смогу об этом узнать?

– Если только твой человек тебя позовёт.

– О? И как он меня позовёт?

– По имени, дубина!

– А какое у меня имя? Джеки Чан?

– Это ты так пользователя в программе назвал. Откуда я знаю, на какое имя ты откликаешься. Ты даже мне не сказал! – с наслаждением отчитывал его голосовой помощник, звуча немного обиженно.

– Не знаю, – прошелестел хогуй и отхлебнул сразу полбутылки. – А откуда он вообще знает, что может меня позвать?

– А он и не знает.

– В смысле?

– Ну ты же с ним в контакт не вступал, координатами не обменивался, свою миссию не объяснял… Откуда он вдруг узнает, что есть демон, который его опекает. Ты сам-то себя слышишь? Где логика, а?

– А так можно было?!

– А зачем, по-твоему, демонический чат, а? – хогуй практически слышал, как «инфернальный психотерапевт» бьётся электронным лбом о динамически восстанавливающиеся стены интерфейса и завывает. – Чтобы там вы, демоны, делились полезной информации, а не задавали одни и те же идиотские вопросы. Я тебя сразу же туда направил! Что с тобой не так, а?

– Я думал, ты всё сам знаешь. Ну, голосовой же помощник подразумевает именно такие консультации.

– Голосовой помощник инфернального психотерапевта! Консультации психотерапевта! – нравоучительно оборвал тот, – а это значит, у меня нет цели сделать тебя умным, мне нужно просто вернуть тебе вкус к существованию. Только психическое здоровье и вкус к существованию! Всё! Желание жить и баста! Знания, пожалуйста, добывай себе сам.

– Если они вообще у меня когда-то были, – слишком тихо пробормотал хогуй и открыл ещё одну бутылку. – Ладно, понял я, понял. Прости. Пошли в ресторан.

# # # #

– Не надо прятать телефон. Просто обопри его о вазочку и делай вид, что разговариваешь с кем-то из другого города. Никто тебя из-за этого идиотом считать не станет. Сейчас видеосвязью все пользуются, – не прекращал наставлять его помощник. С тех пор как они вошли в ресторан местной кухни, рот у "громкоговорителя" не закрывался, он требовал поворачивать себя камерой в разные стороны и всё-всё комментировал.

– Я так и делаю, – пробурчал хогуй, но всё-таки аккуратно оглядел других посетителей, маскируя взгляд под спутанной чёлкой. Парень в углу также разговаривал, жестикулируя в телефон, удерживаемый в вытянутой руке. Ещё одна девушка за столиком возле входа зачем-то ползала с телефоном вокруг уставленного блюдами стола, то нависая слишком опасно над, то почти присаживаясь на пол сбоку.

– В инстаграм постит, – прошептал из телефона голос. – Не надо так напряжённо за ней смотреть. Если интересно, могу научить. Пара фильтров и правильная фокусировка и ты в топе. Ах, да, еще тэги надо правильно выставлять и фрэндиться с нужными людьми.

– А инстаграм разве не под запретом?

– Ты… Ты, вообще, что ли телевизор не смотришь? Про ВПН слышал? Давай, я не буду тебе ещё и про это рассказывать?

– Ну не рассказывай. Ты же сам говорил, что у тебя нет цели прибавить мне ума.

– Так это ума и не прибавляет, – хохотнул психотерапевт, а демон меланхолично раскрыл меню.

– Что бы ты заказал?

– Мм… – сразу же сменил тон голос из телефона. – Как насчёт курицы с чили?

– Я не люблю острое.

– Что?! Не понял…

– Я не люблю острое.

– Подожди? Тогда... тогда зачем ты сюда пришёл, вообще?? Это же сычуаньский ресторан. Что ты собирался тут есть? Вся провинция Сычуань славится своим особым видом перца.

– Ну, у них же должны быть в меню и неострые блюда. Правда же? Вот, например, капуста на пару…

– Она острая.

– А, вот это – шуэй чжю ю? "Рыба в воде". Варёная рыба?

– Сычуаньская варёная рыба. Рыба, приготовленная по-сычуаньски в горячем масле чили. Экстремально острая. Самое острое блюдо в меню. Не рекомендую.

– Ты серьезно? А звучит как обычный рыбный суп…

– Ты когда-нибудь ел сычуаньскую кухню? Ладно. Это был риторический вопрос. Заказывай что-нибудь выпить и пошли смотреть на панд.

– Может всё-таки попробуем? Ты же хотел?

– Хотел, да. Это было в путеводителе по провинции Сычуань. Но кто ж знал, что ты такой... бракованный. Ты китаец, вообще, или нет?

– Китаец, конечно, – намеренно прищурился демон, сузив глаза. – Хорошо, хорошо. Я попробую раз обещал. Что-нибудь небольшое.

Двадцать минут спустя демон с выпученными глазами блевал в туалете ресторана, а психотерапевт издавал звуки утешающего похлопывания по плечу, что ничуть не успокаивало, а только сильнее бесило. После двух стаканов молока, бутылки воды и бегающих за ним официантов, он был готов прямо тут провалиться сквозь землю или случайно воспламениться.

– Не переживай. Завтра ещё раз поболит, а потом всё.

– Что завтра поболит? – жалко простонал хогуй, а потом сообразил что именно и заблевал с новой силой.

– Вот, смотри, что про местную кухню пишут. «Британские ученые обнаружили, что вкусовые ощущения при поедании сычуаньского перца идентичны вибрации: они возникают из-за работы механорецепторных нервных волокон типа RA1. В частности, сычуаньский перец ощущается как вибрация в пятьдесят герц».

– Я не хочу вибрации, я хочу пива…

– Сначала панды.

# # # #

Десять негритят пошли купаться в море, Десять негритят резвились на просторе, Один из них утоп, ему купили гроб, И вот вам результат стало девять негритят…

Именно эта песенка откуда-то всплыла в голове в тот момент, когда хогуй, полный впечатлений от неуклюжих, но упрямых чёрно-белых медведей, сидел в автобусе из Яаня, который как раз лихо пронесся мимо двух фигур, упрямо и безграмотно транспортирующих третьего пострадавшего на импровизированных носилках. Слава китайскому богу удачи Цай-Шэню, это был приятель Сяо Шу, а не он сам.

– Какого чёрта! – зашипел демон и чуть не вспыхнул от злости. По его плану этим троим следовало находиться в паре десятком километров западнее, живыми, здоровыми и в полном составе. Оставил их на пару дней одних, понимаешь…

Водитель и без демонических подсказок сжалился, притормозив недалеко от парней, хогуй тут же выскочил и пошёл навстречу. Пассажиры тоже высыпали наружу, размять ноги, посмотреть на начинающиеся предгорья, посочувствовать неудачникам.

– Камешек попал в тормозной механизм, ну и колёса встали, а он шварк – и два раза через голову, – рассказал первый неудачник, по совместительству демонический подопечный Сяо Шу.

– И всё это на спуске. После подъема. Там же тяжело-тяжело, в гору-в гору, а потом сразу легко. Ну, когда разгоняешься. Так что у него даже одежда в лохмотья. Каску помял. Штаны изорвал и куртку тоже, – подытожил второй.

– Аааа! – простонал третий и закашлялся.

Демон мрачно ухмыльнутся и пошёл ловить попутку обратно в город.

# # # #

Этот вечер закончился почти также, только теперь он сидел на крыше больницы и выпивал в одиночестве. Даже «инфернальный психотерапевт» его проигнорировал. Странное поведение для электронного помощника, хотя, кто этот, демонический хайтек, разберёт, что за алгоритмы в них заложены, одному цзянши известно. Иногда терапевт вёл себя как самый заядлый раздолбай c едва законченными двенадцатью классами, а порой как занудный руководитель, уставший от постоянных рационализаторских идей подчинённых.

Через три дня его подопечные снова отправились в путешествие, но уже группой из двух человек. И в этот раз хогуй решил не отходить от них ни на шаг. Панд он посмотреть успеет: в конце концов, за каждой из них присматривает по нескольку специально обученных человек, досконально знакомых с их повадками и режимом, а за этими двумя идиотами один единственный разнесчастный демон без опыта работы и с в/п.

Так что он приобрёл велосипед, красный шлем с имитацией огненных всполохов и отправился за ними, старательно держась на расстоянии, проклиная идиотские мечты, кол в чьей-то заднице, любуясь пробегающими мимо пейзажами и стадами яков. Всё-таки одна из самых красивых дорог в мире. Можно созерцать неспешно сменяющиеся окрестности, аккуратно съезжая со старого крутого серпантина на новый. Изрезанные дорогами склоны, горные вершины – казалось протяни руки, и вот они тут – выжженная солнцем трава, местами с избалованными погодой зелеными лугами – всё это возбуждало в нём какую-то странную жажду приключений, любопытство, восторг и желание… жить. Вот те чёрные точки на травянистом склоне — пасущиеся яки – так и просились на заставку телефона.

Ему даже не понадобились велосипедные трусы. Грунт в Тибете был идеальным: проехавший бульдозер всё разровнял, и дорога готова. Теперь по ней спокойно тарахтят грузовики, катаются автомобили, телеги, велосипедисты, кони, но она почти не разбивается. Дёшево и сердито.

– Полу-витки серпантина идеальны для велосипедистов – короткие спуски-подъёмы и долгие горизонтальные проходы. Комфортно: успеваешь отдохнуть между наборами высоты, – с откуда-то взявшимся профессионализмом выдал хогуй.

– Крути педали, давай. Вон на самой высокой точке надо сфоткаться. Рядом с названием перевала. А потом обратно, – не переставал подзуживать его психотерапевт, но демон был только за. В отличие от непоседливого подопечного человека с электронным помощником ему повезло. Их характеры гармонично дополняли друг друга, делая общение лёгким и насмешливым.

– Зачем обратно?

– Да ты оптимист, – хмыкнуло из кармана, но никаких объяснений не последовало.

Через час он осознал, что уже сколько любуется природой, а его подопечные всё никак не появляются в поле зрения. Хогуй достал сотовую шайтан-машину, повздыхал, а потом развернул железного коня в обратную сторону. Спустя ещё один час он обнаружил этих красавцев в обществе яков, валяющихся на травке, болтающих с местными и угощающих пастушьих детишек печеньем. Хогуй мысленно прикинул, насколько они следуют плану поездки, а точнее – отстают от него, и захотел огреть Сяо Шу ежедневником. Из кармана презрительно хмыкнула сотовая шайтан-машина, но, словно чуя настроение демона, от комментариев воздержалась.

# # # #

Нет, но эти двое оказались упёртыми как стадо горных козлов. Хогуй их даже зауважал. Они падали, обгорали на солнце, мокли под дождём, мучились с горным давлением и разреженным воздухом на перевалах, спали в косо-криво-наспех поставленной на склоне палатке, но всё равно ползли медленно, но верно в направлении Лхасы.

Хогуй делал то же самое в нескольких сотнях метров от них. И иногда, засыпая в тесной палатке, по чьей натянутой поверхности барабанил дождь, он очень мечтал выбраться наружу и пристукнуть Сяо Шу за его выбешивающий оптимизм. Или хотя бы сорвать с велосипедов цепи и унести их в каменистые тибетские дали… Но испытательный срок, на который он подписался не иначе как в момент помутнения рассудка – интересно, а есть ли у демонов рассудок? – врождённая добросовестность – разве эта черта присуща демонам? – и зарождающееся любопытство не позволяли бросить задачу на полпути.

– Если мы выживем, нам будет всё нипочем! – каждое утро Сяо Шу начинал с какой-нибудь банальной, оптимистичной тирады. Аж зубы сводило.

– А если нет? – уныло бурчал его спутник, чьего имени хогуй так и не запомнил, но зато активно разделял его пессимизм и сочувствовал в меру демонических способностей.

– Давай о скучном сейчас не будем думать, а!

– Слушай, а что с велосипедами? – спутник оказался куда внимательнее их всех, первым заметив украденную часть инвентаря.

– Что? Куда делись цепи?? – наконец-то посерьёзнел Сяо Шу, начал бегать вокруг, махать руками, громко кричать и ругаться, но починить их железных коней это не помогло.

Горе-путешественники ругались, потом ползали по округе, раскисшая от дождя земля должна была сохранить следы бессовестного вора, но их не было. В итоге цепи обнаружились за грудой валунов в паре сотен метров ниже по склону. Одинокий хилый ручей струился в объезд камней, вымывая из металлических сочленений грязь, смазку и другой мусор, набившийся туда с начала поездки.

Ещё пару часов парни потратили на обратную установку. Потому что сначала искали в байду инструкцию – хогуй мысленно поблагодарил богов Саньсин за изобретение интернета – потом перепутали цепи, потом переругались, а в конце проголодались.

– Это ты? – подал из кармана голос психотерапевт, доселе молчавший.

– Что я? – не понял демон.

– Цепи у них снял и спрятал?

– Как бы я смог? Мы всё время вместе были, я от тебя ни на шаг не отлучался.

– Я отлучался.

– Ты можешь выходить наружу? – хогуй достал телефон и начал крутить в пальцах, словно пытался обнаружить дверцу с надписью «Выход» либо выдвижные ножки.

– Не фигурально! Беспроводную связь зачем, по-твоему, придумали? Значит не ты. Ну ладно.

– Да и зачем мне бы это понадобилось? – почему-то хогуй стойко не переносил вот такие недопонимания относительно своих намерений. Либо он виноват заслуженно, либо иди в жопу со своими намёками.

– Я так и сказал, ладно. Верю тебе. Потому что помнишь, ты же планировал его убить, так откуда я знаю, вдруг ты всё ещё передумал. Но если ты говоришь, что нет, то нет. Сколько мы ещё тут сидеть будем? Ты куда пошёл?

– Хочу разобраться, кто украл цепи.

– Ты решил поменять человека? Теперь хочешь заняться каким-то горемычным тибетским шутником?

– А вдруг это не человек?

– Мы живём в материальном мире. Здесь есть сотовая связь, антибиотики и самолёты, а ты ударился в какие-то дремучие суеверия.

– А ты сам разве не суеверие?

– Нет! У меня есть материальный носитель, дата выпуска, номер релиза и разработчик. Интерфейс used-friendly и даже доступ в демонический чат. Хватит дурью маяться, поехали. Вон, твои подопечные уже куда умотали.

Хогуй снова вдохнул ненужный, – кажется, этот человеческий жест прочно закрепился среди его привычек, – многозначительно выдохнул и пошёл обратно. Психотерапевт, как это часто случалось, был прав.

# # # #

На следующее утро история повторилась с поправкой на другую запчасть. Кто-то открутил сиденья, и теперь велосипедисты с жаром обсуждали, смогут ли их задницы приспособиться к езде на металлическом подседельном штыре по тряским горным дорогам, а в кармане у демона словно на последнем издыхании захлёбывался смехом психотерапевт.

– Если это всё-таки ты, я готов признать твоё чувство юмора великолепным. Даже неподражаемым, – хрюкнул телефон, что-то вспомнил и снова залился хохотом, напоминающим вой пустынного шакала.

– Это не я, – буркнул хогуй. Ему отчего-то было совсем не смешно, а тревожно, он с жадным подозрением осматривался вокруг, затем вытащил смартфон из кармана и зашуршал интернетом.

– Что ты делаешь?

– Книжку хочу одну скачать, почитать. Давно хотел.

– Тебе скучно, что ли? По-моему, всё очень весело. Отменного придурка ты себе выбрал. Давно так не смеялся.

# # # #

– Это уже не смешно!

На третий день у них пропали передние колёса. Хогуй, не дожидаясь, пока парни проснутся и ударятся в поиски, спустился вниз к продолжающему виться вдоль их маршрута ручейку и выловил их там. Затем что-то поискал в воде, огляделся по сторонам, присмотрелся и тяжело вздохнул:

– Мне кажется, это чжуганьгуй…

– Кто?

– Чжуганьгуй, водный дух, заманивающий людей в реку. По терминологии Гроота - один из шэн и цзай, то есть из существ созданных из «несчастий, насылаемых природой».

– Терминология Гроота? Звучит вообще не по-китайски.

– Сейчас, – хогуй потянулся к телефону и открыл читалку. – Считается, что гуй боится крика, чтения классических конфуцианских книг или буддийской «Сутры Авалокитешвары», календарей, меча, которым зарубили много людей, тростника, персикового дерева и различных амулетов. Так говорится в книге "Демонология древнего Китая", автор Ян де Гроот.

– Да ты псих, – с какой-то нечеловеческой интонацией выдал психотерапевт. – Антирекурсивный псих. Это как призрак, читающий книгу о том, что призраков не существует.

– Про призраков там тоже есть. Цзяо — своенравный и несущий вред призрак, дэн — призрак, летающий по воздуху, гу — безголовый призрак, лэй…

– Знаю-знаю, уволь меня от прослушивания терминологии, ты ещё расскажи мне легенду, как Великий Юй шесть раз мимо дома проходил. Мог бы просто в демонический чат записаться. Давай, решай уже, что там с твоим человеком делать?

– Не уверен, что у них есть меч, тростник или персиковое дерево, но покричать и почитать сутры они вполне способны.

– Вот только как подкинуть им эту идею?

– Не надо, я сам.

# # # #

– Прекращай, а? Или отключи микрофон. Я так больше не могу!

– О, почитаемый Миром! Поклоняюсь трём драгоценностям! – завывал в который раз начало куплета хогуй, держа перед лицом смартфон с развёрнутым на полный экран текстом сутры. Складывалось впечатление, что демон и психотерапевт застыли лицом к лицу, и последний отчаянно пытается заткнуть уши. – Нельзя прерываться! Поклоняюсь татхагате Величественному Царю Всеосвещающего Сияния Океана Священной Мудрости!

– У тебя что, синдром отличника? Зачем до конца дочитывать?

– Ну я же не знаю, подействовало или нет, – успел выпалить тот во время паузы для вдыхания.

– Подействовало. Вон твой чжуганьгуй корчится.

– О, почитаемый Миром! Где? Нет там никого?

– Включи демоническое зрение, а?

– О, почитаемый Миром! У меня есть демоническое зрение?

– Если бы ты только хоть раз зашёл в демонический чат…

– О, почитаемый Миром! О! Получилось! Я его вижу! Офигеть! Хорош трепаться, он сматывается!

– За хвост хватай! Да не за тот, за другой! Этот шайтан может обрасывать демонический хвост! Прыгай сверху! Что тупишь! Ты же тяжелее! Врёшь, не уйдёшь, падла! Э-ге-гей!

# # # #

– Надо было его сжечь, – сокрушался голос из кармана. – Ну какой идиот отпускает демона, который нацелился на его человека, даже контракта не заключив.

– Он обещал прекратить.

– Ты не понимаешь совсем, да? Этот человек для него теперь, как бутерброд надкушенный и изо рта вытащенный. А ты как тупой придурок, которого можно разжалобить слезливой историей, про «сами мы неместные...»

– Ну может он и правда всем подряд за погибшую семью мстит. И заманили их сюда другие демоны…

– Ага, пятьсот лет назад. Неместные они! Ну-ну! Ты видел статистику гибели в горах Тибетского автономного региона, а? Конечно же нет, о чём я спрашиваю. Я, кажется, догадываюсь как ты умер. Няшка-наивняшка, которого подловили на просьбу о помощи.

Хогуй ощутил, как его глаза вспыхнули красным, а из пальцев непроизвольно выщелкнулись когти. Внутри стало горячо, очень жарко, как за мгновение до взрыва.

– Закрой рот, – прошипел он, и телефон, жалобно пискнув, отключился.

# # # #

Следующие дни, и правда, никаких неприятностей не принесли, хотя хогуй бдил окружающий ландшафт со старанием достойным снайпера, замаскировавшись под куст с веточками за ушами.

А потом началось. Неприятности посыпались как из ведра. Его подопечный падал с велосипеда, царапался обо всё цеплючее, рвал одежду, ломал детали, терял вещи и протыкал шины – хогуй неустанно благодарил предусмотрительность своего человека, который набрал с собой кучу мелочей, казавшихся поначалу лишними, – травился какой-то пакостью – пока хогуй не вычислил, что кто-то подменил таблетки для обеззараживания воды – пару раз едва успевал увернуться от проезжающих машин, но упрямо полз к цели. Как-то в гостинице на них даже напали грабители. Хогуй решил, что вот тут и вправду конец, но нет. Сяо Шу выкрутился.

Апофеозом подлянок стал селевой поток, сошедший на дорогу прямо перед их выездом. Как будто они уже не были достаточно мокрыми после бесчисленных дождей. Как ляпнул на одной стоянке Сяо Шу: «И на самую идеальную подготовку к непогоде всегда найдется идеальный погодный катаклизм».

Поток из грязи, земли, камней и веток раскурочил мост, залил чавкающей, засасывающей жижей брод и притормозил их «марш-бросок» ещё на неопределённое время. Кто знает, сколько тут придётся ждать дорожные службы Тибетского автономного региона.

– Наверно, его сглазили. Зря ты того гуя отпустил.

– Чжуганьгуя.

– Неважно. Он небось кому вышестоящему пожаловался. Сейчас ещё набежит гуев, что мы тогда с тобой делать будем?

– Надо поискать в байду инструкцию по защите от селя, – хогуй достал смартфон, щёлкнул когтем для разблокировки и углубился в поиски.

– Да я тебе прямо так скажу. От селевого потока можно спастись, только избежав его. Кстати, что это твой подопечный подписывает для полиции?

– Услышав шум приближающегося селевого потока, следует немедленно подняться со дна лощины вверх по стоку, не менее чем на сотню метров. При этом нужно помнить, что из ревущего потока на большие расстояния могут выбрасываться камни большого веса, угрожающие жизни. От селевого потока можно спастись, только избежав его.

– Что я и говорил. Иди, проверь, чем там твой человек занимается.

# # # #

Хогуй изучал документ, украденый им из полицейского протокола, и не мог сообразить, хорошо это или плохо. С одной стороны, это развязывало ему руки: можно будет без последствий заставить случайно потеряться уже порядком надоевшего человека, а потом выбрать кого-нибудь из Бельгии. Музей пива начинал маячить перед взором всё более и более реалистично. Демон облизнулся.

С другой стороны... Его даже было как-то жалко. Сяо Шу, этот идиот подписал «Соглашение о жизни и смерти», специальный документ, чтобы в случае его гибели в горах Тибета никто не мог никого обвинить, в данном случае – полицию, что те не проинформировали его о рисках и опасностях местности. Кажется, это была стандартная процедура в этих местах. Они с приятелем вписали в соглашение свои имена, номера удостоверений личности, предоставили отпечаток пальца, взяв на себя и только на себя полную ответственность за всё, что может случиться с ними в дальнейшем. У Сяо Шу после неудачного падения окровавленный большой палец даже не потребовал красных чернил для печати.

– Дата письменного отчета сегодня, – напомнила сотовая шайтан-машина. Они сидели за огромным грязным валуном, откуда открывался одновременно вид на дорогу и на суетящихся внизу людей. – Фотография объекта обязательна. Раз в месяц нужно подтверждать своё личное присутствие рядом.

Хогуй поскроллил пальцем альбом в соседней вкладке и ухмыльнулся.

– Тебе какую лучше: где он в резиновых сапогах перетаскивает велосипеды через реку грязи или пытается поставить палатку под каменным навесом в ливень? Или вот, смотри, он пытается уцепиться за зеркало джипа на подъёме, а водитель против, отталкивает и хочет его сбросить?

– А ты похоже воспрял духом. Выбери что поприличнее. Только залепи лицо каким-нибудь стикером.

– Зачем?

– Ты так и не сходил в астральный демонический чатик?

– Что я там забыл. Небось какую-нибудь хрень обсуждают. Гуи же.

– Ты удивишься.

– Ладно, удивлюсь. Скорее всего, неприятно. Просто расскажи про стикеры. Зачем они?

– Чтоб душу никто не спиз… не украл.

– Аааа! Логично. А может тогда такую фотку?

– Ты снял соглашение «о жизни и смерти»?

– На память. Там его данные, отпечаток кровавый. Почти демонический договор.

– В детстве многие этим балуются. Пишут договора и скрепляют кровавыми отпечатками. Смешная и нелепая традиция.

– Мне кажется… я тоже так делал когда-то. Что-то очень знакомое.

– Ах, да. Ты же раньше был человеком. Договор продажи души?

– Договор дружбы. Мы обещали помогать друг другу и отомстить, если с кем-то из нас что-то случится. Кажется так, но, когда пытаюсь вспомнить детали, голова болит.

– Ну ты-то уже отомстил?

– Да, – хогуй совершенно по-человечески сглотнул, вспомнив окровавленную крышу с расчленённым телом и сверкнул красными угольками глаз, спустя мгновение вернувшись к образу задолбанного жизнью туриста с обветренным лицом и неделю нечёсаными волосами.

– Но ты всё-таки открой астральный демонический чат, там много полезного обсуждают. Вдохновением делятся.

# # # #

– Я не могу на это смотреть. Хочу пива. Без пива как-то совсем тухло, – они сидели выше по склону и наблюдали за копошащимися возле разрушенной дороги людьми.

Сяо Шу в сапогах по колено и в грязи примерно по сюда же таскал через очередной грязевой поток сумки, баулы, тюки, чужих детей, чужие велосипеды, в общем всё, что помещалось в руки. Из всех местных жителей и туристов, скопившихся на берегу селевой реки, он единственный притащил через тысячи километров с двумя пересадками на разных транспортах резиновые сапоги. Его друг, с примерно таким же выражением лица, как и хогуй, созерцал всю очередь желающих приобщиться к подобной переправе.

– Попробуй посмотреть на это под другим углом. Он заработает себе карму, а ты получишь душу редкой чистоты. Если… хм… когда доживёшь до конца его жизни.

Хогуй тяжко вздохнул.

До конца путешествия оставалось не так уж много километров, какая-то пара несчастных сотен – ничто по сравнению с уже преодолёнными двумя тысячами. C двенадцатью перевалами и несчитанными горными реками. За прошедшие дни Хогуй ещё четырежды ловил возле него гуев, на этот раз всех сжёг, но неприятности не прекращались, становясь всё более изощрёнными и сложно избегаемыми. Он мечтал, как посадит этих придурков на самолёт в Лхасе, выкинет на помойку их раздолбанных железных коней и запрётся на неделю на пивзаводе. Он уже всё выяснил про лхасское пиво – хвала байду! – единственное тибетское пиво, которое продавалось на международном рынке.

– Я до конца испытательного срока боюсь не дожить, а ты мне про жизнь заикаешься. Срочно нужно выпить!

– А не слишком ли много ты пьёшь, мой дорогой друг? Алкоголизм – это тоже порок, знаешь ли.

– В этом-то и смысл, запятнать себя пороками. А то так получается, что я – молодой непорочный демон, только начинающий свою инфернальную карьеру с чистого листа. Не хочу выглядеть слишком идеальным на фоне остальных… приходиться напиваться и вести себя как свинья.

– Вообще-то, в Китае свинья – это символ изобилия и богатства…

Окончание фразы потонуло в приближающемся рокоте.

– Второй сель сразу после первого? – выкрикнул кто-то из толпы, и все побежали в стороны. Один Сяо Шу замер в самом центре затопленного русла с недонесённым до другого берега велосипедом. Чьим-то чужим велосипедом.

– Беги! Что стоишь! Беги! – сам от себя не ожидая, заорал хогуй, но его голос потонул в приближающемся гуле. Вместо того, чтоб поторопиться, парнишка растерянно попытался найти глазами кричавшего (вообще непонятно каким образом его услышав), грязь зачавкала под ногами с неохотой выпуская сапоги.

– Ну вот, похоже твоя мечта сейчас сбудется, – буркнул из кармана шайтан-психотерапевт. – Ты всё равно не успеешь, мы слишком далеко сидим.

– Шу-шу! Беги! – снова заорал демон, пытаясь перекричать нарастающий грохот, и только тогда его подопечный рванул с места, по дурости волоча за собой даже не свой велосипед. Ну разве можно быть настолько ответственным идиотом. – Брось! Придурок!

Мгновение спустя всё скрылось за сплошной грудой коричневой жижи и грязи вперемежку с ветками, стволами деревьев, камнями и дёрном.

– Стоять! Ты что, идиот? – рявкнул психотерапевт, пытаясь привести в чувство рванувшегося было на помощь демона. – Не положено! Договор вы не заключали, твоей помощи он не просил, имя твоё не знает, а встревать в вопросы жизни и смерти… это последствия похлеще наказания за… – Ты куда?

Какая-то сила хватанула хогуя за шиворот, заставив придушенно захрипеть, и в следующий миг он оказался возле Сяо Шу в груде камней, грунта, грязи и воды… Он обхватил парнишку за плечи, потянул на себя и рывком выдернул из потока. Точнее за мгновение до того, как их накрыло селем. Уже выбравшись на склон другого берега, он сдал потерявшего сознание подопечного из руки в руки подъехавших вместе со спасателями медиков и ретировался.

– Как так я оказался рядом с ним? – заполошно дыша, поинтересовался хогуй у смартфона. Если б он был живым человеком, то пытался бы унять бьющееся изо всех сил сердце.

– Он тебя позвал.

Глава 3. Чадик

«Тридцать дней, тридцать ночей, тридцать закатов и рассветов встретили мы за наше путешествие, ночевали под открытым небом, видели множество звёзд над головой, и это было прекрасно. Главное, чтобы друзья, велосипед и путь были верными», – гласил пост Cяо Шу в Вейбо.

Хогуй перечитал его несколько раз, пытаясь вычислить реальный посыл такого благостного описания, но быстро сдался.

– Твой человек всё-таки какой-то бестолковый, – выдал психотерапевт в синхроне с его мыслями. – Получается он ехал, ехал и приехал, а ты зря над ним так трясся, отгонял демонов, бандитов, отводил от опасностей, из селя, вон, вытащил, затем бегал его проверять в больницу, и вообще чуть не поседел. А, оказывается, он просто правильно выбрал маршрут и велосипеды. Вот она, человечья благодарность. Запоминай.

– Он просто в шоке, – процедил демон и закрыл приложение.

У него были дела поважнее, чем сокрушаться по поводу чьих-то постов в соцсетях. Чьих-то пафосных, напыщенных и идиотских постов в соцсетях. Например, вчера он поймал водяного гуя. То ли того же чжуганьгуя, то ли кого-то из его племени. Эти поганцы селились семьями на всём протяжении реки и окучивали людей, как сказали бы в полиции, «в составе организованной преступной группы». Чем им так приглянулся его Сяо Шу, хогуй так и не выяснил, но вычислил их гнездо и спалил всех, начиная с тысячелетнего предка, с которого, кажется, где-то в девятом веке нашей эры и начался весь этот беспредел. Об этом он тоже вычитал в книге по демонологии.

Достигнув какого-то количества "заслуг", можно было даже попасть в демонический пантеон, окопаться среди высших демонов, а не таких же, как он, мелких пакостников, – хогуй хмуро выслушал причитания о близости к рубежному накоплению "заслуг", затем ткнул в лицо фоткой своего человека и посоветовал в следующий раз лучше воспитывать потомство. Если он когда-нибудь случится, этот следующий раз. Демоническое перерождение не существовало в принципе, так что можно было угрожать чем угодно. В отличие от людей с их несколькими жизнями, для демонов смертью всё заканчивалось.

"И на чужой кусок не разевай роток," – буркнул из кармана полюбивший в последнее время какие-то странные поговорки психотерапевт. Он тоже себя непонятно вёл: сначала гундел и требовал сатисфакции по полной программе, жестокой и кровавой, а потом сам же чуть ли не на коленях (если так можно сказать про смартфон) уговаривал не присовокуплять фото и видеосъёмку сгорающих чжуганьгуев к финальному отчёт. И строго-настрого запретил оставлять крупную надпись вида «Здесь был я», только китайским матом. «Они посмели тронуть моего человека! Посмели! Тронуть! Моего человека!» – рычал хогуй, и демон эха пугливо разносил этот рокот по всему Тибету, не уверенный что этот психованный товарищ не обратит на него внимание.

Храмовые комплексы Лхасы содрогались, пивные запасы истощались, а настроение у хогуя не улучшалось ни на юань. Проводив Сяо Шу на обратный самолёт, он, как и планировал, оттащил велосипед своего поганца на металлолом, затем с облегчением выдохнул и залёг на складе. На складе пива, естественно. В темноте и под землёй. Демон-кладовщик пытался что-то ему предъявлять, но, когда хогуй сунул тому под нос фоточки с показательной казнью тысячелетних чжуганьгуев (видео, шустрый психотерапевт, обладающий неограниченных доступом к чужому смартфону, успел заныкать куда-то подальше) и пообещал устроить "шоу" не хуже, показал лучшие бочонки с пивом и даже притащил мешок фирменных лхасских закусок.

Где-то на четвёртый день хогуй продрал глаза, дыхнул и бессмысленно уставился в запотевший экранчик смартфона. Часы показывали раннее утро, психотерапевт молчал. Не хотелось ни пива, ни закусок, ни спать допоздна, ни драться с мелкими гуями, ни вообще... Если бы хогуй был человеком, плюс ко всему, у него бы чудовищно раскалывалась голова. Он с тоской протянул когтистую руку в падающий из окна солнечный луч, где как в море плескались неведомыми существами пылинки, и пошевелил пальцами. Ничего. Никакого эффекта. То ли утреннее солнце ленивое, то ли срок ещё не подошёл, то ли не все условия выполнены. Не сжигает ни на цунь.

– А ты что, думал, после испытательного срока всё закончится? – ехидно поинтересовался смартфон, и демон понял, чего ему так не хватало все эти дни.

– Ты чего молчал?

– А ты как будто меня слушал! Я тебе сколько раз говорил, не напивайся так, концентрацию потеряешь, нарвёшься на неприятности, пропустишь инцидент…

Или хогую показалось, или в механических электронных интонациях сквозила обида. Но он лишь печально вздохнул (чёртова человеческая привычка), переложил смартфон в другую руку и принялся с удовольствием почёсываться.

– Какой инцидент?

– Мыться не пробовал?

– А зачем мыться?

– Тебя так в самолёт не пустят.

– А зачем мне в самолёт?

– А как ты собираешься возвращаться? Или не собираешься? На велике по Тибету? И сколько дней это займёт даже при твоей неутомимости? А тем временем твой человечек там такое наворотить успеет… Вот тебе и инцидент. Или на него очередной гуй позарится.

– Да, не хотелось бы, – буркнул демон, признавая правоту. Спорить с психотерапевтом не хотелось совершенно. – Тогда я мыться, а ты закажи нам билеты.

– Я тебе что, секретарша?

– Ты – смартфон, умный голосовой помощник. У тебя есть доступ к интернету и ко всем программам, открой приложение авиакомпании и закажи нам билет. Сможешь? Ты всегда что-то умное советуешь, столько всего знаешь, я думал…

Из динамика раздался звук сравнимый с завываниями на луну, а потом треск, как будто человек решил побиться головой о стену, но та оказалась пластиковой.

– Это значит, нет? – осторожно поинтересовался хогуй.

– Разве я так сказал? Да закажу я, закажу. Такому простофиле грех не помочь. Вот, ближайший рейс через четыре часа. Раздевайся и дуй в душ. Не хочу на твою волосатую задницу смотреть, оставь меня тут.

# # # #

Ему досталось центральное место из трёх. Сбоку у окна никто так и не сел, и он уже минут пятнадцать раздумывал, не пересесть ли туда самому. Какой-то детский инстинкт с восторгом воспринимал идею весь полёт пялиться в иллюминатор, и чтобы никто не отвлекал. А потом попросить у стюардессы сразу два томатных сока, как он видел в каком-то кино, и снова пялиться в иллюминатор. И так всё время до самой посадки.

Он был демоном, но он был правильным демон, а значит ему следовало сидеть там, где положено. Несмотря на то, что его подопечный постоянно выдавал, по поводу и без «правила существуют чтобы их нарушать», сам он придерживался другого мнения. «Пока можно не нарушать правила, делать этого не стоит». Не зря же их столько придумали.

Вопреки однажды просмотренному фильму про самолёт, он очень долго не мог понять, чего от него хочет стюардесса, потом пугливо отказывался от десерта, не знал, как открутить столик и где подставка для стакана, в конце концов эпично облился томатным соком. Зачем-то спрашивал, куда делся его спасательный жилет, и почему ему его сразу не выдали. Где-то в середине полёта его «на радость» всем окружающим ещё и замутило, так что он спешно принялся рвать на листы информационную брошюру и сворачивать кулёчками.

Стюардесса с обречённым спокойствием подошла и вытащила из кармашка спереди бумажный пакетик, даже не спрашивая о целях, собрала рваную брошюру и со вздохом удалилась.

– Ты первый раз, что ли, на самолёте летишь? – шепотом прожужжал в наушник психотерапевт.

– Да, – огрызнулся демон так, что с впередистоящего кресла к нему обернулись. – Буэ-э-э…

– Ну не нервничай ты так. Меня бы спросил.

– А я тебя и спросил, а ты морду скрючил и сказал, что как обычно.

– Надо было уточнить. Откуда я знаю, что ты в первый раз?

– Я демон, который вообще ничего не помнит о прошлой жизни. Откуда мне было помнить про самолёт? Что у меня, вообще, не в первый раз?

Смартфон непристойно хихикнул.

– Нет, я не буду фантазировать на эту тему... Aaaйя...

Вопреки обещанию, психотерапевт взвыл в наушниках, затем захрюкал, а после продолжил что-то кудахтать. Хогуй сам чуть не взвыл и вытащил их из ушей от греха подальше. Почему-то из всего огнеупорного и ударопрочного тела уши оказались самым нежным и чувствительным элементом. Сделалось только хуже. Теперь весь салон слушал странный радиоконцерт, льющийся из динамиков его телефона. Демон с опозданием сообразил, что это был смех.

– Нельзя ли потише? – опять обернулись с переднего кресла.

– Конечно. Конечно, можно, – хогуй оскалился со всей своей инфернальной доброжелательностью.

Ему в ответ ойкнули и отвернулись. Всё-таки в нестандартной внешности скрыты огромные плюсы.

Сзади заорал ребёнок и начал долбиться ногами в кресло.

– Ну вот, вы его разбудили, – кто-то укоризненно вздохнул из-за спины и начал агукать и раскачиваться. Кресло хогуя начало агукать и раскачивать вместе с ними. Ребенок перешёл в оперный диапазон и прицельно вдарил ему по затылку.

– Ща я ему тоже улыбнусь, – привстал на своём кресле демон, оборачиваясь. После первой порции желудок немного успокоился, и его потянуло на подвиги. Если это сработало один раз, почему не должно сработать в другой?

– Это плохая идея, – проверещал, внезапно закончивший ржать психотерапевт, но опоздал.

Ребёнок увидел лицо впередисидящего пассажира и включил сирену с амплитудно-частотным колебанием. Хогуй рухнул на своё кресло и зажал уши. Весь салон самолёта покладисто повторил за ним.

– А можно я спрячусь в туалете? – еле выдохнул он. Звук резонировал в черепе так, что казалось, кто-то вворачивает туда раскалённые болты, периодически ошибаясь с направлением. Где-то впереди синхронно хлопнули двери, и индикаторы всех туалетов загорелись красным. Демон заскулил и сжался в клубок, удивительным образом поместившись прямо с ногами на сиденье, куда раньше не умещался даже половиной задницы.

– Не знал, что так можно, – озадаченно прокомментировал голос из смартфона. – Это ж прямо противодемоническое оружие низкого уровня. Дай-ка я запишу.

Потный, красный, словно посеревший лицом демон медленно приходил в себя, пытаясь устроиться в центральном кресле то так, то эдак. Желудок снова взбунтовался. Сочувствующая стюардесса подошла с пригоршней конфет. Вид очередной еды, подстегнул внутренние процессы, и он чуть не промахнулся по мешочку. Девушка сдалась и до конца полёта больше к нему не приближалась.

– Если хочешь, садись к окну. Это всё равно наше место.

– Что? Почему это наше место?

– Уффф… Это моё место.

– В смысле?

– Ты же сам сказал, «закажи нам билеты». Вот я и заказал. Нам обоим.

– Что?

– Ты потратил четверть нашего бюджета на билет для… для… электронного приложения?

– А надо было давать доходчивые инструкции и следить за словами. Скажи спасибо, что не бизнес-класс взял. Ты же не уточнил даже этого.

# # # #

– Да сколько можно? Ты быка, что ли, съел? – уже через двадцать минут не выдержал психотерапевт.

– Буэ-э-э, – жалобно отозвался собеседник.

– Слушай, я тут поискал в интернете. Пишут, что это реакция мозга. Нужно на что-то отвлечься, и тебя перестанет полоскать.

– Буэ-э-э, – согласился хогуй.

– Чем тебя отвлечь?

– Пива хочу! – буркнул тот, представил пиво и снова наклонился над мешочком, потом, правда, всё-таки задумался.

– Давай поговорим о чём-нибудь сложном и интересном? Чтоб уж мозг загрузить, так загрузить. Вот что тебе интересно?

– Интересно? – огляделся хогуй, – а в самолётах бывают свои демоны?

– Ты о чём?

– Вот есть домовые, амбарные, а тут, например, самолётные. Самолётогуй или фэйдзигуй какой-нибудь?

– Заткнись, а, со своими фантазиями. Накличешь сейчас. Давай просто долетим живыми.

– А чего бояться, мы же уже мёртвые?

– Ты – да, а я вот не хочу свои микросхемы по диодам и резисторам собирать с территории в несколько квадратных километров.

– Хочешь сказать, если я о чём-то подумаю, то оно появится?

– А как, по-твоему, все эти гуи с которыми мы столкнулись, появились? Человеческая фантазия, передача легенд из уст в уста, приукрашивание, приустрашение. Не стоит недооценивать силу веры.

– А как же тогда я появился? Обо мне тоже есть легенды?

– Идиот! Ты же мстительный дух. Значит перед смертью ты всей душой хотел отомстить. И вот вера в это тебя и… воскресила, скажем так.

– Но я же уже отомстил. Почему я тогда до сих пор жив?

– Потому что ты до сих пор не отомстил. Логично же, дурья твоя башка.

– Что?! В смысле?

– Что ты так удивляешься? То, что ты стал демоном, не значит, что логика перестала работать. Ты существуешь, а значит причина твоего существования существует. Что непонятного?

– Почему ты мне раньше не сказал?

– А ты не спрашивал.

– Зачем ты тогда вообще нужен?

– Мне перечислить по порядку, зачем нужен психотерапевт или сам в интернете поищешь.

– Но… тогда как я должен был это узнать, а? Логика логикой, но без исходных данных заниматься логическими построениями дохлый номер.

– А вот для этого и существует чатик!

– Чадик! Опять этот чёртов чадик! Хватит мне про него напоминать!

# # # #

– Так. Тестовое желание выполнено, можешь приступать к остальным, – жизнерадостно прощебетал психотерапевт, едва они сошли на грешную землю, и хогуй в последний раз попрощался с пакетиком. Стюардесса старательно отводила глаза, не желая на него смотреть, зато искренне и настойчиво попрощалась.

– А можно я сам выберу какой. Где их посмотреть?

– У своего человека.

– В смысле? Разве они не известны заранее?

– Сху… Кх-кх… С чего бы?

– Ну откуда-то же взялось тестовое желание.

– Так он сам его в Вейбо написал.

– Та-ак! Так! – хогуй мысленно охолодел, предвкушая что ему предстоит. – А мысли мы читать умеем?

– Ну ты фантазёр, однако. Как ты это себе представляешь?

– Ну мы же демоны.

– А они – человеки. Замкнутая на себя система.

– И что ты мне предлагаешь?

– Иди и спроси сам.

– Так! Та-ак! А можно отказаться?

– Поздно. Испытательный период прошёл. Теперь только до ума доводить.

– Я два месяца угробил на этот… электровеник, который на ровном месте может навернуться и сдохнуть, а ты тут мне говоришь, что я сам это выбрал? Можно мне всё-таки милую и хрупкую девушку?

– Опять ты начинаешь! Закончишь с этим, выберешь девушку. Всего каких-то семьдесят семь лет подождать, или сколько там средняя продолжительность жизни в Китае?

– Уже меньше, он же сколько-то прожил.

– Тем более!

– А можно я его из вертолёта в следующий раз выброшу, а? А потом сразу нового выберу? Новую?

– Нет, нельзя. Только если таково будет его желание.

– Но желания же неизвестны, так может у него и есть такое, а? Я же могу сказать, что он сам попросил. Всё равно же никто не узнает.

– Желание должно быть записано, озвучено или как-то иначе артикулировано.

– Да что за хрень! Мы опять возвращаемся туда, откуда начали, да? Как узнать его желание? Какие ещё варианты? Как другие демоны выкручиваются?

– А вот для этих целей и существует чатик.

– Чадик!

"Все дороги ведут в чадик", – мысленно смирился демон и попросил психотерапевта добавить его туда. Зря он столько времени сопротивлялся.

# # # #

Дьявольский чатик хогую не понравился сразу. Всё в одном диалоге без разветвлений, неграмотные фразы, неработающий поиск по ключевым словам, чудовищное форматирование, ощущение – словно окунулся в технологии двадцатилетней давности.

– Откуда у вас такое старьё? Как в техподдержку написать?

– Психологические проблемы? Я – твоя и тех- и псих- и алкоподдержка. Можешь мне поплакаться, – успокоил психотерапевт.

– Это не чатик, это какой-то чадик!

– Сам же и накликал. Сколько раз ты его так называл? Я ж рассказывал тебе про визуализацию?

– Да в этой куче отходов ковыряться бессмысленно. Нет, ну ты посмотри, что пишут: "А мы сегодня совершили своё первое убийство! Очень переживаем" или "Пошёл десятый год чревоугодия. Вы только гляньте на это пузико, так бы и цмокнул".

– Что ты такой зануда? Вроде не старый ещё, тебя же молодым убили, нет? Будто в прошлой жизни разработчиком был.

– Может и был, только ничего из прошлой жизни не помню.

– Ты всегда этим оправдываешься, а когда не надо ввинчиваешь умные слова. Все используют чатик, а ты чем хуже. Что-то же там есть, а? Давай, прояви ответственность и зачатки анализа, какие там у нас варианты? Что пишут?

– Мониторить его соцсети. Ладно, это я могу. Заставить рассказать.

– Это ты тоже можешь.

– Ну, слушай! Вот как ты себе это представляешь? Я бью его и требую: “Быстро скажи, какая у тебя мечта?” Думаешь, сработает? А если соврёт.

– Ладно, не подходит. Что ещё?

– Пишут, что теоретически он мог бы вести дневник… И по-старинке: пытать, шантажировать…

Демон открыл текстовый редактор и начал вбивать туда варианты по пунктам, с серьёзным видом проставляя сбоку баллы теоретической успешности.

– А ещё, можно познакомиться с ним поближе и выпытать по-дружески.

– Нет. Я не смогу. Меня он бесит! – буркнул демон, но всё-таки дописал и этот пункт, поставив справа красноречивый ноль.

– Ну тогда пошли со мной выпьем. Заодно и обсудим. Трезвый пьяного не разумеет.

– Тебе же нельзя пить. У тебя микросхемы. И тебе не кажется, что сидеть в баре и напиваться в компании электронного устройства это какой-то психиатрический диагноз.

– Не дрейфь! Я психотерапевт, я разрешаю.

# # # #

На пьяную голову и правда приходили исключительные идеи. Вдвоём они уговорили четыре литра пива, а потом уговорили друг друга познакомиться поближе со своей жертвой. То есть со своим человеком. И решили приступить к плану как можно скорее. К счастью, не прямо сейчас.

Уже с утра идея показалось плохой, но психиатр всё записал на телефон и с удовольствием прокрутил мучающемуся сушняком демону его вчерашние бравые выкрики. Гуй бы побрал этих электронных педантов и встроенные диктофоны. Интересно, как другие демоны своих психотерапевтов терпят? Наверно, следовало озвучить этот вопрос в чадике, мысленно запредвкушал хогуй, но потом вспомнил, что тот же психотерапевт завёл для него эту учётку и знает пароль, и тут же сник.

Ради чистоты эксперимента они ещё поковырялись в биографии «подопытного человека», его связях, интересах и увлечениях: вопреки достаточно открытому стилю общения и жизнерадостному внешнему виду, информации о себе он озвучивал подозрительно мало. По всему выходило – только знакомиться!

Недовольно бухтящий демон вместе с демоническим похмельем и скрипящей головой снова явился на спортплощадку, в этот раз – в спортивной форме из ближайшего магазина, со свежепридуманной легендой, но в том же образе. Загорелый лохматый бугай с ожогом на левой щеке, только без пива. И нет, все предыдущие идеи они с психотерапевтом уже отмели после длительного обсуждения и мониторинга. Сто процентов.

Из соцсетей Сяо Шу вёл только Вейбо – и то, похоже, по совету менеджера, потому что постил туда исключительно патетичные фрагменты из прочитанных книг с цитатами "мечтающих о молодости пенсионерок", как метко охарактеризовал их психотерапевт. Дневник не вёл, не пил, по барам-дискотекам-ресторанам и другим злачным местам, где можно было подкараулить и расколоть, не шлялся. Только спортзал, но и там он концентрировался исключительно на тренажёрах, слушая в наушниках какую-то иноземную музыку и хрипло ей подпевая. Хогуй уже было начал рассматривать идею вломиться в квартиру и допросить с пристрастием, но стоило всё-таки попробовать сначала пойти мирным путём. Мало ли что этот идиот соврёт под давлением. Всё-таки в богатом воображении и отсутствии тормозов у этого негодника они убедились уже не раз.

– Хотите присоединиться к тренировке? – объект, как и в прошлый раз, подкрался незамеченным, даже демоническое приложение не среагировало. Хогуй вздрогнул и звякнул когтями о скамейку.

– Я?

– Вы сегодня без пива.

– Следишь за мной?

– А надо? Стоит обратить внимание? Замышляете что-то противозаконное? – прищурился парнишка и изогнул бровь, словно заряжая охотничий лук.

– Замышляю? Вломить тебе мячом по носу, который ты суёшь куда не просят! А потом украсть твой велосипед и закинуть на дерево, – откуда у него в голове всплыли эти чудовищно нелогичные формулировки, демон и сам не понял. Оно как-то само высказалось.

Человек в ответ замер и воззрился на собеседника нечитаемым взглядом. То ли испугался, то ли разозлился. Затем сглотнул и поинтересовался уже более миролюбиво:

– Так как насчёт разминки? Один на один? Мои пока не подошли, так что…

– Идёт, – согласился демон, которого последние четыре минуты подзуживал некстати включающейся вибрацией смартфон. Типа, «иди давай, такой шанс, ты что, больной его упускать. Хорош уже ломаться как барышня».

Мяч как влитой лёг в лапы, – со втянутыми когтями они выглядели как нормальные руки, – подушечки пальцев зазудели от предвкушения, и хогуй принял стойку в полуприсяде, мечтая как сейчас размажет этого поганца по спортплощадке.

# # # #

– Впервые встречаю человека, который умудрился загонять демона, – ехидно гундело из сотовой шайтан-машины спустя полчаса. Сам демон ответить не мог, хрипло восстанавливая дыхание, согнувшись в позе зю и уперевшись руками в свои же колени. Чтоб не дрожали ни они, ни ноги. Позорище какое-то.

– Он не человек, он демон! Чудовище! Как его только земля носит!

– Да нет, я проверил, в досье написано: «человек».

– Что там ещё написано? Он родился и сразу начал ходить?

– Ну, по крайней мере он тебя запомнил и пригласил на следующую тренировку. Ты начал восхождение к цели. Поздравляшки! – протянул психотерапевт и заиграл мелодию «Имперского марша» из «Звёздных войн».

– «Поздравляшки!?»

– Ты что, невнимательно читал. Все демоны в чате так друг другу пишут.

– А. Ну-да, ну-да, коверкать китайский язык я тоже могу, а ты попробуй всегда писать правильно, со всеми знаками препинания и предлогами.

– Тебе сколько лет? Разговариваешь как старпёр.

– Кто?

– Проехали.

Хогуй словно физически ощутил, как внутри смартфона психотерапевт бьётся лбом о невидимые электронные ладони. Дыхание только-только пришло в норму.

– Я не приду на следующую тренировку. Придумай другой план.

– Ты что? Смотри как всё отлично получилось. Ты ему уже нравишься. Скоро будешь как закадычный друг. У спортсменов с этим быстро.

– Да. Не всякий продует ему три раза подряд со счётом двадцать один – ноль.

– Какая боль! Какая боль! Хуже чем Аргентина – Ямайка, двадцать один – ноль!

– А там тоже в баскетбол играют?

– Проехали.

– Как скажешь, но больше я с ним играть не буду. Я всё сказал.

– Тебе надо кровь из носу найти следующее желание, потому что скоро время отчёта, а ты даже не знаешь, куда тебе двигаться и чем его искушать.

– Если я буду с ним и дальше играть, это будет не только кровь из носу. Погляди на мои ноги, во что они превратились, а? – стянул демон спортивные кеды, а за ними носки. – Живого места нет. Хочешь я их сфоткаю и выложим как первый шаг к выполнению задания? Давай, фоткай.

– Фу! Убери их от меня. И носки тоже. Их, небось, уже в угол ставить можно.

– Зачем носки в угол ставить?

– Проехали.

– Нет, не проехали. Я хочу поменять человека. Должна быть какая-то форма, какой-то вариант отказа. Хватит с меня. Ещё со стороны наблюдать я могу, но рядом, нет. У него, по-моему, вообще тормозов нет.

– Хватит канючить! Свежо предание, да верится с трудом. Тестовое задание выполнил. С продолжением согласился. А сейчас что-то вдруг не нравится.

– Я согласился?

– Ты взялся за тестовое задание – это означает согласие.

– Я взял тестовой задание? – замер хогуй, а потом подкинул в лапе смартфон, словно примериваясь куда бы подальше метнуть. – Значит, это я взял тестовое задание… Хочешь испытать ощущение полёта?

– Т-т-ты не отказался.

– Я не отказался?

– Ты не отказался. Ты сразу принялся изучать человека и строить планы.

– Я не отказался… Значит, это я не отказался. А почему ты мне не сказал, что можно отказаться?

– А ты не спрашивал.

– Я не отказался! Я не спрашивал! Ты знаешь, чего я вообще хотел, а? Я хотел умереть!! Сдохнуть там на крыше! Тихо-мирно испепелиться, а не бегать тут с этим… с этим чудовищем как с писаной торбой!

– Как отвечал один небезызвестный герой на вопрос как его прикончить: «Желательно сначала помучиться».

– Рррыа!! – выдал демон на низких частотах и отправил телефон в полёт.

Тот пролетел через всю площадку и влетел аккурат в корзину. Спортивное покрытие даже спружинило приземление. Хогуй снова рыкнул, потоптался на месте и с обречённым видом пошёл поднимать своё электронное устройство.

– А говорил, что играть не умеешь, – выдал подозрительно охрипшим и запыхавшимся тоном психотерапевт. – А тут сразу трёхочковый забил, из-за дуги, да с разворота. Мне кажется, у тебя талант. Надо продолжать тренировки. Москва тоже не сразу строилась. А если ты сломаешь меня, то тебе выпишут штраф.

– Так! Так! Куда жалобу подать?

– Мне рассказывай. Я все-таки голосовой помощник от «Инфернального психотерапевта». Пожалуйста, оцените уровень сервиса по десятибалльной шкале Если вы хотите попросить помощи, нажмите один. Если вы хотите поблагодарить «инфернального психотерапевта», нажмите два. Если вы хотите оставить жалобу, нажмите четыре. Если вы хотите прослушать сообщение ещё раз, нажмите пять. Вы нажали ноль, переводим вас в предыдущее меню.

– Я ничего не нажимал.

# # # #

На третьей неделе тренировок хогуй начал подозревать, что Сяо Шу намеренно переносит встречи со своей командой всё позже и позже: чтобы потрепать ему нервы и поиздеваться подольше. Кроме баскетбольной площадки и, собственно, баскетбола, они ничего и не обсуждали. Хогуй даже представился ему псевдонимом. Не Джеки Чаном, разумеется, но тем, настоящим именем актёра под псевдонимом "Джеки Чана". Откуда-то он даже без байду знал, что того зовут Чжань Консан.

– Старик Чжань! – хмыкнул тогда Сяо Шу, смерил его взглядом и оценивающе пробежался по фигуре. – Тогда понятно откуда у тебя все эти шрамы. Выполнять столько трюков без дублёров. Есть ли у тебя в теле хоть одна не сломанная кость? Когда ждать «Доспехи бога - 5»?

– Придурок, – беззлобно буркнул в ответ хогуй и категорично-гулко вбил мяч в спортивное покрытие.

После месяцев общения с психотерапевтом он перестал стараться отвечать на целиком, полностью и подробно на каждый поставленный вопрос, а начал просто посылать собеседника. Когда он провернул этот трюк в первый раз, говорящий карман замер и икнул, а потом разразился тем же чудовищным дребезжащем хохотом, как тогда в самолёте, но словами ничего не сказал. С тех пор демон активно экспериментировал с ругательствами, отмечая, как это оживляет и детализирует беседу. Можно даже узнать много нового, если правильно послать говорящего на три китайские буквы.

– Что застыл? Лови! – и мяч с размаху прилетел ему в щёку, оставив красный след. Хогуй очень не любил эту нездоровую привычку подопечного к осязательному подкреплению своих слов. Уж если похвалить – то вдарить по спине, чтоб лёгкие через ноздри полезли, если подначить – то пнуть под коленку, чтоб несчастный упал на обе сразу, если привлечь внимание – то вот так, мячом в рожу, чтоб уж точно никто не смог сделать вид, что это не к нему. Демон начал понимать подозрительно нервный язык тел его товарищей, особенно когда этот образец тактичности трётся где-то рядом. И что уж греха таить, сам начал опасливо озираться и уклоняться, едва этот придурок оказывался в пределах досягаемости конечностей.

– Ты как со старшими разговариваешь, мелкий засранец? – использовал хогуй новое выражение, которым его давеча обругал психотерапевт, и с тревожным ожиданием замер внутри.

– Сначала догони, потом воспитывать будешь! – залился хохотом этот бесёнок и, подпрыгнув, кажется, на метра два вверх совершенно без напряга закинул мяч в кольцо.

Но что ни говори, после регулярных тренировок бегать стало легче, и спустя полчаса он уже мог дойти до скамеек, даже не задыхаясь и не сутулясь. В этот раз друзья Сяо Шу отчего-то задерживались дольше обычного, и парнишка подсев к нему начал странно мяться, то ли говорил, то ли ломался.

– Чего тебе? Не наигрался? – буркнул демон, позабыв, что вообще-то это он должен был расспрашивать, а не отбрыкиваться от беседы. Телефон в кармане угрожающе завибрировал напоминанием.

– Хотел спросить… Ой, тебе звонят.

– Перезвонят. Что хотел?

– Ты занят сегодня вечером?

Демон округлил глаза и быстренько закрыл пасть, чтоб клыки от любопытства не вылезли во всю челюсть. Кажется, как-то так начинались все романтические сериалы, которые с такими заунывными рыданиями смотрел его психотерапевт. Точнее смотрели они вместе, потому что тот включал их на общем смартфоне и заставлял держать экранчик вертикально и постоянно реагировать и комментировать.

«Ты глянь-глянь что делает, за руку уже взял», «Ого, она пригласила его на рамён, сейчас что-то будет», «Если они в свитерах, то точно был секс», «Какое порно они руками вытворяют, вот что значит цензура», «Она наблевала на него, значит в конце они будут вместе», «Надо заслать «Звезду смерти» в ту вселенную, где обитает сценарист» и многое другое. Но что он точно запомнил из дорам, такие вопросы мужчины просто так не задают…

– Н-н-ничего. А-а-а что? – отодвинулся от греха подальше хогуй.

– Сходим в кафе, лапшу поедим, – и когда демон уже готов был выдохнуть, Сяо Шу добавил ключевое слово, – я знаю, где делают вкусный рамён.

– Я не… Ой, секундочку, – телефон в кармане словно раскалился всеми контактами, хогуй достал его и прочитал злобное сообщение: «ЭТО ШАНС КОТОРОГО МЫ ЖДАЛИ. СОГЛАШАЙСЯ, ХВАТИТ ЛОМАТЬСЯ, КАК ДЕВОЧКА!»

# # # #

Они сидели в каком-то мелком дешёвом ресторанчике, где мухи вились над едой, заставляя хогуя размышлять, как быстро у него получится обогатиться на акции «за каждую убитую муху – пол-юаня», когда его подопечный, не спрашивая, заказал им обоим лапшу и пиво, а затем угрюмо принялся изучать полуободранную пластиковую поверхность столика.

– Говори, – начал хогуй с тонкого намёка.

– Что?

– Зачем позвал? – ещё более деликатно подсказал он.

– День просто сегодня такой.

– Какой?

– Не хочется быть одному…

Подошедшая разносчица поставила перед ними поднос с заказом.

– А друзья?

– Они шумные. А я помолчать хочу. С тобой… с тобой это как-то легко. Это тебе, – пододвинул он ближе к собеседнику миску лапши и пиво.

– Я не ем острое.

– Это не острое. Тебе должно понравиться.

Хогуй хмыкнул и взялся за палочки, а затем проглотил язык, не в силах вымолвить не слова, пока не закончится эта бесподобная лапша с бульоном.

– Это было…

– Восхитительно. Я знал, что тебе понравится, – как-то очень ранимо улыбнулся Сяо Шу и попытался пододвинуть к нему свою нетронутую порцию.

– А ты?

– Я на строгой диете. Актёры исторических дорам должны быть тощими, под размер стандартного ханьфу, – рассмеялся тот и пододвинут к нему ещё и своё пиво.

– Как ты узнал, что мне понравится именно эта лапша? Что я люблю пиво? Зачем мы здесь? – подозрительно сощурился хогуй, чувствуя, что ему отчего-то сложно относиться к этому шалопаю настороженно. Приходилось каждый раз мысленно брать себя за шкирку и науськивать.

– Когда мы с тобой познакомились, ты пил пиво. Что тут непонятного. А пиво… Мне просто нельзя пиво.

– Аллергия?

– Нет. Не совсем. У актёров свои ограничения, говорю же. А оно ещё и калорийное.

– Знаешь, мне так неинтересно. Пить одному – это уже алкоголизм получается, – ввернул очередную поговорку от психотерапевта хогуй и начал вставать из-за стола с показательным намерением уйти, не прощаясь.

– Ладно, ладно. Давай по одной, – вздохнул парнишка и, нехотя, взялся кружку. – Наверно, это знак. Нельзя просто так...

# # # #

– Ты знаешь, ты был прав! Он мне всегда говорил, что пиво без водки, деньги на ветер, а я всегда спорил. А теперь вот, его нет, а пиво есть… Что мне ещё остаётся делать? Только пить!

Под конец бутылки пива хогуй понял, трезвый Сяо Шу это очень воспитанный, тактичный и скромный молодой человек, потому что пьяный Сяо Шу был похож на торнадо, развернувшее свои ветряные щупальца на все четырех квадратных метрах за их угловым столиком. Вторым прозрением оказалось, что тот не зря отказывался от алкоголя. Кажется, у него было что-то среднее между непереносимостью и алко-агрессией, или скорее непереносимость спокойного отчаливания в кроватку. Он желал разговаривать, обниматься, ныть, рассказывать слёзные истории и рыдать на плече, потом рассказывать пошлые анекдоты и хохотать до звона стаканов на соседних столиках. Демон краснел, бледнел, но поделать с ним ничего не мог. Это как заставить замолчать первомайский громкоговоритель во время демонстрации.

– Ты теперь понял, что такое испанский стыд? – выдал инфернальный психотерапевт, которого хогуй давно уже выложил на стол, чтобы получить хоть какую-то моральную поддержку. Тем более пьяненький Сяо Шу мило начал сюсюкать со смартфоном и сказал, что надо выпить за такого языкастого красотунчика. Так что они даже не скрываясь переговаривались.

– Что? Нет.

– Это то, что я всё время испытываю рядом с тобой. Ладно, не бери в голову. Как там наше дело? Ты выяснил, какие у него мечты?

– У меня была мечта… – услышал их Сяо Шу, – была. И не одна!

Хогуй навострил уши.

– Я хотел встретиться с игроком NBA. Я выбил себе место в команде с Ву Ифанем и Цзян Цзиньфу. Да, в качестве запасного игрока, негусто, но он бы сказал: «лиха беда начало». И тогда я тоже уверенно сказал себе: «Я обязательно получу MVP»...

– Что такое MVP? – прошептал хогуй смартфону.

– Твой подопечный играет в баскетбол. Ты играешь с ним в баскетбол и не знаешь, что такое Most Valuable Player? Эх, ты, колхозник. Это значит, самый полезный игрок.

– … я прыгал, я бегал, я бился как никогда в жизни. И заработал тридцать четыре очка! Представляешь. Там были профессиональные спортсмены, но я прыгнул выше них. Ты знаешь, как высоко я прыгаю, а? Хочешь покажу? Смотри!

– Стоять-стоять! Стоять-ять-ять...

– Лови его!

– Зачем на стол-то?

– Потом, потом покажешь.

– Нет, я хочу сейчас!

Хогуй знал этот тон, он означал, что все вокруг сдохнут, но Сяо Шу сделает так, как хочет – поразительная способность всех задолбать – поэтому он не придумал ничего лучше, чем резко чем-то отвлечь.

– Шу-шу! Давай лучше выпьем ещё! Сегодня же такой отличный день.

Где-то из-под закусок и шуршащих упаковок предупреждающе зашипел психотерапевт, но товарный состав уже перешёл на другой путь.

– Отлично отвлёк, нечего сказать, – пробубнил телефон, – сейчас он напьётся и станет ещё хуже.

– Дагэ, ты прав, – Сяо Шу как прыгал, так рухнул на стул и тут же схватился за стакан, чуть не опрокинув его на телефон демона. – Лучше выпьем. Сегодня твой день рождения. С днём рождения, дагэ!

Хогуй хмыкнул, глаза сверкнули красным, опаляя внутренности каким-то знакомым огнём.

– Дагэ? У него разве есть старший брат? – успел переспросить инфернальный психотерапевт, прежде чем торопливо отправиться в карман. Сяо Шу активно размахивал руками прямо над бокалами с пивом, так что хогуй убрал смартфон от греха подальше.

– А ещё мечты у тебя есть?

– Да. Ты же знаешь. Я хотел встретиться с самым крутым игроком NBA, взять у него автограф…

– Отлично, можем попробовать это использовать. Звучит реалистично, – удовлетворённо отметил электронный помощник и начал издавать звуки стучания по клавишам. – Записал. Тащи эту тушку домой.

– …а потом мы встретились, и он подарил мне свою футболку. Тебе понравится, у него размер побольше, он такой же крупный, как и ты.

– Вычёркиваем.

– А ещё я мечтал собрать коллекцию из сотни баскетбольных кроссовок.

– О! Это ещё проще. Записываю.

– Но теперь у меня их больше сотни, а дагэ нету. Я хотел показать ему, что это реально, что мы смогли, мы добились. Два подростка из трущоб смогли собрать сотню баскетбольных кроссовок. И это не фантастика. Но дагэ больше нету. Выпьем? – уже основательно тёпленький парнишка потянулся в бутылке.

– Вычёркиваю, – кажется заело психотерапевта.

– Неужели у тебя не осталось ни одной мечты? – спросил хогуй, успев ещё пару раз сверкнуть красными глазами. Словно срабатывала внутренняя сигнализация там, где воспоминания бились в голове за закрытой дверью. Эти откровения Сяо Шу были какими-то близкими, родными, знакомыми и мучительными.

– Есть, – хитренько улыбнулся его подопечный, как-то ненормально быстро переключившись настроением из одной крайности в другую, и глупо хихикнул. – Знаешь, о чём моя мечта?

– И о чём же? – покладисто спросил демон.

– Айда, покажу! – проникновенно прогыгыкал Сяо Шу, наверно, считая, что это он так интимно шепчет.

Хогуй очумело оглядел парня: блестящие глаза, красные щёки, улыбка человека, которого любит весь мир. Грех было отказываться.

– В наше время таких называли тёпленькими, – не удержался и выдал психотерапевт.

– Ой! У тебя говорящий карман, – захихикал собутыльник и полез туда с головой и с руками. – Ой, меня сейчас это самое…

– Только не сюда! – заверещал электронным голосом карман.

– Буээээ… – начал пугать дельфинов Сяо Шу.

И только хогуй технично отскочил, убрав такой притягательный карман из опасной зоны и схватив пьяного придурка за шкирку, дополнительно отодвигая и одновременно удерживая от падения.

– Смотри, он тоже блюёт чуть что. Вы с ним родственники, что ли? – продолжал визжать электронный помощник. Глаза хогуя снова блеснули алым. Он торопливо подозвал официантку, рассчитался и потащил собутыльника наружу.

– Ну всё! Мне лучше! Мне лучше! Отпусти! Пошли!

– Куда?

# # # #

Сяо Шу раскачивался из стороны в сторону словно веер на ветру, но упрямо шёл куда-то по извилистым переулкам. Вроде даже ориентировался в этих однотипных кварталах со стандартной застройкой.

– Сегодня ясная погода. Тебе понравится, – периодически останавливался Сяо Шу, смотрел, идёт ли хогуй следом, затем загадочно хихикал и ускорялся. Инфернальный психотерапевт щебетал, что «ой, куда он нас сейчас заведёт, держи его», а сам хогуй чувствовал себя дрессировщиком-неудачником, попавшим в цирке не в тот вольер. Такое ощущение, что у него был не один неадекватный алкаш на руках, а два.

Они остановились перед огромной высоткой, демон даже затруднился примерно оценить сколько в ней этажей, когда Сяо Шу, кивнув кому-то у входа, сноровисто потопал внутрь к лифтам. Видать был тут частым гостем.

На пожарную лестницу они попали за два пролёта до верхнего этажа.

– С верхнего не выйдешь, там наглухо закрыто, а тут всего чуть-чуть пройти. Они всегда здесь оставляют незаблокированным, на всякий пожарный, – пояснил Сяо Шу, блеснув совершенно неподходящими для приличного мальчика знаниями.

Хогуй закатил глаза, но пошёл следом. Смартфон тоже перестал к этому времени ворчать и заинтересованно замер. Даже не вибрировал, требуя вытащить себя на воздух и показывать происходящее в камеру.

Возле выхода на крышу парнишка потыкался в часы, вытащил оттуда похожую на шпильку деталь и начал ковыряться в замке. Затем, что-то поддев, удовлетворительно крякнул и дёрнул ручку на себя. Сумасшедший ветер тут же вырвал её из рук, с жестяным звуком ударив о стенку.

– Ты умеешь взламывать замки? – попытался поднять с лестничной площадки свою челюсть демон.

– Ну и что? Любой китайский подросток, выросший в трущобах, умеет взламывать замки, – пожал плечами Сяо Шу и вышел на крышу.

Хогуй последовал за ним и, очарованный, замер. Огни большого города лежали под ногами, как распростёршийся во все стороны космос. Большие и малые созвездия, красные звёзды, белые карлики, солнечные системы, – а он словно стоял, и сквозь него пролетали столетия, тысячелетия, парсеки смыслов и существований. Он ахнул и замолчал.

– Это твой планетарий, дагэ! – прокричал Сяо Шу, глядя куда-то в небо, а затем раскинул руки и неловко поскользнулся. Демон успел его поймать и удержать, но тот словно не заметил опасности. – Ты же спрашивал какая у меня мечта? Я хочу найти убийцу дагэ, – совершенно трезвым и злым голосом сказал парень, и отрубился.

Глава 4. Телефон

Сяо Шу открыл не сразу после звонка. За дверью определённо что-то происходило, шуршало и падало, но пришлось ещё раз позвонить, прежде чем дверь распахнулась. Хогуй наигранно улыбнулся, зная какой эффект производит на людей и сказал: “Привет!”

Трезвый Сяо Шу выглядел непривычно лучезарно и жизнерадостно. Непривычно по сравнению со вчерашним. И даже с позавчерашним. Казалось, его губы прилипли к коже в распахнутой белозубой улыбке, посаженной на суперклей. И плюс ко всему, он абсолютно всё отрицал: и поход на крышу, и рассказы про друга, и день рождения дагэ, и даже свою просьбу. Тем более свою просьбу! То ли болел алкогольной амнезией, то ли выздоровел от безнадежной мечты, то ли… Хогуй даже не хотел думать, что за чудовища плетут свои сети в этой взбалмошной голове. Уж явно не тараканы, а жирные, откормленные на беспределе черти.

– Партейку в баскетбол? – подмигнул парнишка и попытался утащить демона на улицу. Дохлый номер. Уж что-что, а навыком стоять на месте каменной скалой, вросшей в землю, демон владел в совершенстве.

Хогуй не поддался, оттеснил плечом Сяо Шу и вошёл в ту квартиру, куда, вчера вечером, следуя пьяным инструкциям, они с инфернальным психотерапевтом еле-еле оттранспортировали бездыханное тело владельца. Воспоминания об их мытарствах снова всплыли в его голове

# # # #

Сначала они нашли квартал, потом дом, потом вокруг не горели фонари, а демон бесился, злился, что ему не видно номеров зданий и подъездов. В конечном итоге психанул и заявил, что «похер на конспирацию, он ща как прям тут воспламенится». Смартфон тяжело вздохнул, пошуршал немного в кармане и… разрешил. Демон моргнул и от шока перешёл на демоническое зрение.

– Я подключился к окрестным камерам и вырубил их, у тебя есть пять минут, пока они не вернутся из перезагрузки, – сообщил психотерапевт.

– Ты и так можешь? А что раньше молчал? Это ж…. такой навык, – чуть не захлебнулся от открывающихся перспектив хогуй, – это ж… мы так можем безнаказанно банки грабить! И… и…. и…

– Всё? На более изощрённый криминал воображения не хватает? Ну-ну, раз не имеешь склонности, то лучше не начинай.

– Ладно, оставим как вариант на чёрный день.

Примерно таким же образом – почему-то на этаже тоже были проблемы с освещением – они нашли квартиру Сяо Шу. Демон выудил электронный ключ из заднего кармана штанов – ну какой идиот будет его так носить, рискуя легко выронить – и пошёл проверять все квартиры подряд: подойдёт-не подойдёт.

– Слушай, есть же такой фильм, – начал психотерапевт, когда и десятая дверь отозвалась со звуком access denied, – там тоже ключ к чужой двери подошёл.

– Во-первых, у нас не чужой, а во-вторых, ещё ни к одной не подошёл, этот фильм не про нас.

– Да, не про нас. Но близко. Из золотого кинофонда СССР. Там кто-то перепутал два города и вместо одного попал в другой, там ещё улицы одинаково назывались. Представляешь, одинаково.

– Я даже догадываюсь как, – буркнул хогуй и сверкнул глазами: пятнадцатая дверь тоже изо всех сил не хотела открываться. Он случайно приложил карточку дважды и недовольный электронный замок предупреждающе заморгал красным. Обычно после третьей неудачной попытки врубалась сигнализация с подозрением на взлом.

– И как?

– Это же СССР. Значит, улица Ленина. Очевидно же!

– Думаешь? А может Коммунистическая?

– Нет, точно тебе говорю. Улица Ленина. Там в каждом городе такая есть. Я передачу смотрел.

– Может, ты тогда знаешь, какие города там перепутали?

– Ну, если так посмотреть то… есть два варианта. Ростов Великий и Ростов-на-Дону, либо Великий Новгород и Нижний Новгород.

– Ого! Ты так хорошо знаешь географию СССР? Скажи ещё что-нибудь на географическом.

– М-м-м-м, – помялся демон перед следующей дверью, одновременно с вопросом, прикладывая карточку-ключ. – Утонет ли Джомолунгма в Марианской впадине?

"Дыр-дыр-дыр", – возмущённо отозвался электронный замок, а из кармана заржал второй электронный товарищ.

– Банально! Даже дверь знает. Может есть что-то поинтереснее?

Они перешли к следующей квартире.

– Чтобы по-быстрому доплыть из Гамбурга в Шанхай, надо проплыть через Северные моря, а после Берингова пролива повернуть направо.

– Уже лучше. Но ты какой-то слишком формальный географ. Остренького давай.

– Ты уверен, что хочешь это услышать? Потом не жалуйся.

– Хватит интриговать! Говори.

– Если на Cеверном полюсе лечь на живот и сделать оборот, то можно сказать, что всю планету хм... на этом самом... хм... вертел, короче.

– А-ха-ха! – электронно рассмеялся помощник, потом снова рассмеялся, потом начала переливаться всеми цветами радуги, как Индикатор из книги про космическую путешественницу Алису. Коридор стал похож на дискотечный танцпол странной формы, но без танцоров.

– Ничего себе! А сразу ты так не мог? Я б тогда не напрягался из-за освещения, – недовольно буркнул демон и влепил ключом-карточкой по следующему замку. Тот радостно запиликал и распахнул дверь. Демон пожалел, что не с кем понимающе переглянуться и просто поправил бездыханное тело подмышкой.

Вопреки ожиданиям, квартира Сяо Шу выглядела аккуратной, чистой и чересчур аскетичной. Пустой. Хогуй, по крайней мере, предполагал увидеть кучи постеров со знаменитыми баскетболистами, но белые стены украшала лишь одинокая акварель с венецианской гондолой: бледная, воздушная, невесомая. Никаких плакатов, никаких картин, никаких фотографий, нигде никаких безделушек.

Только на письменном столе в спальне затесалась маленькая фотокарточка в бумажной твёрдой рамке – трое парней в дурацких застиранных футболках с нарисованными на них вручную номерами обнимались, положив руки друг другу на плечи и глядя на фотографа. Причём Сяо Шу – демон узнал сразу – вопреки ожиданиям, на снимке тот не смеялся и не зубоскальничал, смотрел вперёд непривычно хмуро, исподлобья и даже чуточку испуганно. Редкое зрелище. За рамкой валялась стопка открыток, блокнот, какие-то бумажки и… а дальше он отвлёкся, Сяо Шу, всё ещё висящий у него подмышкой, издал характерный звук приближающегося буэ, из кармана заверещал смартфон, хогуй неловко шагнул и наступил на какой-то мячик на полу, громко выругался, упал, пытаясь смягчить падение выпивохе, и, кажется, перебудил весь подъезд.

Только пьянчужка, мягко рухнувший прямо на него, что-то залепетал во сне, улыбнулся и устроил голову поудобнее, передумав вызывать дельфинов.

Когда, наконец, демон, с посильной помощью психотерапевта (в основном в виде идиотских советов и тупических комментариев), уложил этого обалдуя спать, оказалось, что в холодильнике у него шаром покати. Точнее, крайне экзотический набор продуктов. Минералка без газа, сырые брокколи и сельдерей.

– А пиво? – выдал крайне разочарованный в своём подопечном хогуй.

– Он же сказал, что у него аллергия, – смартфон тоже с любопытством осматривал внутренности белого агрегата через встроенную видеокамеру.

– Ну, мог бы для друзей…

– А ты уверен, что он сюда кого-то приглашает?

Демон оглянулся на почти стерильную кухню и тяжело вздохнул.

– Ладно, всё равно собирался вернуться на ту крышу и побухать. Отличное место он нам показал. С паршивой овцы хоть шерсти клок.

# # # #

– Эй, эй, ты куда? – подпрыгивал из-за его спины подопечный, пытаясь что-то разглядеть через плечо. Вопрос был риторическим, в той стороне квартиры была только кухня.

– Хочу позавтракать.

– Отличная идея. Я знаю тут рядом отличный ресторанчик. Приглашаю. В компенсацию за вчерашнее, что бы там ни случилось.

– Зачем куда-то идти, я взял две порции на вынос, – хогуй выставил на зеркально отполированный кухонный стол пакет и обернулся к парнишке. – Тащи палочки.

Сяо Шу одной половиной лица продолжил неестественно улыбаться, скорее даже скалиться, а другой – пытался побороть испуганное, растерянное выражение.

– М-м-может выйдем, на скамеечке посидим? Отличная погода и свежий воздух. Зачем в душной квартире сидеть.

– Да нет, – демонстративно поводил хогуй носом, – нормально у тебя тут. Вентиляции хорошо работает.

– Тогда просто выйдем. Я хочу выйти, – перестал играть в вежливость Сяо Шу и начал нарочито одеваться и обуваться.

– Ты что, – склонил голову к плечу совершенно невпечатлённый демон, – не любишь есть в квартире? Или… не хочешь, чтоб я ел у тебя в квартире? Или… Ты боишься оставаться со мной в квартире?

С каждым новым предположением его подопечный бледнел и начинал завязывать на кроссовках очередной недержащийся узелок, пыльцы не слушались и мелко дрожали. Под конец его уже трясло, так что хогуй сдался и вышел в коридор вслед за ним.

# # # #

– Расскажи мне про своего дагэ, – решил вернуть беседу в конструктивное русло демон. Они сидели на скамейке у подъезда и ели лапшу палочками, который шли в комплекте.

В конце концов, приближалось время отчёта, а у него даже не было желания, которое ему следовало исполнять, в рамках искушения человека. Эдак до морковкина заговенья провозиться можно. Психотерапевт ел мозг чайными ложечками, нудя об отставании от графика и сокрушаясь, что «как же теперь жить». Хотя, в некоторые моменты демону казалось, что психотерапевты должны вести себя как-то по-другому. Но он покладисто, по какой-то странной, не иначе унаследованной из предыдущей жизни привычке, продолжал методично гнуть свою линию с подопечным. Тем более, едва оказавшись на улице, Сяо Шу тут же стал самим собой – правда, хогуй ему ни чуточки не поверил, подозревая, что это одна из масок, созданная виртуозным актёрским талантом последнего.

– Про кого? – подавился лапшой тот.

– Ну, твой ненаглядный дагэ. У которого ещё вчера день рождения был. Который мы с тобой праздновали.

– Не понимаю, о чём ты. Может лучше партейку в баскетбол?

– Давай, – легко согласился хогуй, – только сначала к тебе зайдём. Мне руки надо помыть.

– Да ладно. Тут рядом есть общественный туалет. Я покажу.

– Ой, кажется, у меня садится телефон, – вытащил он из кармана психотерапевта, тот даже пискнуть не успел. – Смотри, зарядки четыре процента осталось, как же так… что же делать…

– Давай, я сбегаю и поставлю сам. Сиди тут, не мотайся.

– Слушай, кажется, всё равно придётся с тобой идти, – хогуй дождался, когда тот откроет дверь подъезда и вызовет лифт, чтобы проскользнуть внутрь и встать за плечом.

– Почему?

– Я не те кроссовки надел.

– В смысле?

– Одни из твоих. Разве не узнаешь? Ааа… у тебя же их сотня пар, ну вот, говорю тебе. Перепутал, пока обувался.

Уже на этаже перед дверью квартиры Сяо Шу обречённо замер и протянул руку за чужим смартфоном.

– Поставлю на зарядку и выйду.

– А кроссовки тоже тут снять и ждать, пока ты мои вынесешь?

Тот совсем понурился, видимо, исчерпав все приличные контраргументы.

– Только быстро.

Едва оказавшись внутри, хогуй скинул обувь, бесшумно прошёл вслед за подопечным – тот как раз стоял возле стола, спиной к двери – и стукнул его по шее.

– Что ты делаешь? – взвился психотерапевт, когда демон аккуратно сгрузил бесчувственное тело на кровать.

– Ты разве не понял? Он нам всё равно ничего не расскажет, а поить его ещё раз я побаиваюсь. Ты видел, какой он дикий становится? Иногда мне кажется, что это не я, а он – демон.

– Думаешь, если бить его по шее, он станет сговорчивее?

– Нет. Просто обыщем квартиру, пока никто не орёт над ухом, не пытается нас выгнать и не мешает.

– А почему вчера не сделал?

– Не подумал! И ты не подсказал.

– Я, вообще-то, за психотерапию отвечаю, не замечал за тобой талантов домушника. А то бы, конечно, сказал.

# # # #

Всё, что они нашли оказалось не так уж и спрятано. Похоже, Сяо Шу, и правда, никого к себе не приглашал. Фотография в рамке на столе, старый телефон допотопной модели в пластиковом мешочке и несколько открыток. Почему хогуй так прикипел к ним, он и сам не мог объяснить, но что-то внутри него шептало взять их, взять, сунуть в карман и никогда не возвращать. В итоге фотографии и открытки он переснял на смартфон, а вот телефон пришлось забрать так. По совету психотерапевта он даже соорудил подделку, чувствуя себя как в детском садике на уроке труда.

– Посмотри в мусорке.

– Что??

– Ну он же явно покупает еду на вынос, там должны быть картонные коробки. Несколько картонок сложи друг на друга, вырежи по форме и покрась тёмным фломастером.

– Ты думаешь, у него есть фломастеры?

– Ой, ну покрась чем-нибудь… Вон, я у него в холодильнике соевый соус видел.

Хогуй закатил глаза, но послушно выполнил указания. Получившийся тёмный прямоугольный параллелепипед, и правда, смахивал на старый телефон, а уж упакованный в несколько слоёв полиэтилена, тем более не давал разглядеть деталей.

Очухавшегося Сяо Шу хогуй поругал, за очередной приступ похмелья, потом подсунул ещё одну заказанную порцию супчика от упомянутого недуга и, сославшись на неотложные дела, улизнул из квартиры.

# # # #

Всё оказалось совсем не так просто, как казалось поначалу. Сяо Шу оказался похож на сундук с двойным, а то и с тройным, дном. С виду беззаботный и легкомысленный актёришка виртуозно умел вскрывать замки и искал какого-то убийцу, а его пустая квартира, вообще, отдавала конкретным таким психопатологическим симптомом, выдающим разброс от биполярки до шизофрении.

Самая лёгкая часть расследования закончилась. Сбор улик, просмотр данных не требовали каких-то особых интеллектуальных навыков, а вот дальнейший анализ и поиски – требовали. Хогуй вздохнул и в очередной раз принялся перечитывать открытую страничку, пытаясь хоть что-то выжать из доступных сведений.

Демоническое досье на человека полностью повторяло информацию из соцсетей за исключением оформления. Хогуй, грешным делом, подумал, что программа “Инфернальный психотерапевт” сплагиатила весь дизайн как есть, заменив синие оттенки на красные. Вот лодыри. Инфернальные лодыри.

Личная информация о Сяо Шу, его семья, родня, место рождения, друзья… Никаких полезных данных, пусто и бессмысленно, как в дырявом чайнике. Хогуй даже засунул своего внутреннего интроверта глубоко-глубоко внутрь и поболтал с его друзьями, заявившись на баскетбольную площадку до начала тренировки. Лично. Даже улыбнулся пару раз демонической улыбкой, маскируя под человеческое дружелюбие.

Все сходились на том, что он единственный ребёнок в семье, отец умер, когда ему было пятнадцать лет, а мать недавно заново вышла замуж, так что они переехали сюда, так как до этого жили в каком-то другом месте. Где именно и остались ли у него какие-то друзья оттуда, никто не знал. Тех приятелей с фотографии тоже ни один из местных друзей не припомнил. Кажется, никто даже не задумывался, что они почти ничего не знают о прошлом человека, с которым проводят столько времени. Ни о семье, ни о школе, только о его любви к спорту и карьере актёра. Жизнерадостная гиперактивность Сяо Шу и здесь сослужила ему добрую службу.

Правда, один из друзей внимательно выслушал хогуя, даже что-то чиркнул в блокнотике, а затем пообещал что-нибудь узнать у дяди-полицейского. Остальные ребята воззрились на него с удивлением, словно впервые услышали о человеке со связями в органах, но надо было хвататься за любую соломинку, и хогуй кивнул.

– Слушай, а может, и правда, в полицию заявить? – выдал в расстроенных чувствах хогуй.

Они уже вторую неделю ходили в библиотеку, просматривая архивы новостей за прошлые года. Шансов, что с дагэ Сяо Шу случилось что-то, попавшее на страницы периодики, было мало, но шансов на то, что они наткнутся именно на газету с этой новостью – было куда меньше, а ещё демон очень старательно забывал, что общая вероятность этих событий находится их перемножением, и результат вряд ли превышает вероятность увидеть динозавра, повернув за угол.

– Ты его родственник? Брат? Друг? Ты даже не знаешь, как зовут этого дагэ. Только фото. Причём даже не личное фото, а общее. Кто из этих двух дагэ? Вот! То-то же.

– А если спросить в чадике?

– Ты ж его не любишь?

– То, что я не люблю, не значит, что там нельзя почерпнуть нужные сведения, – миролюбиво припечатал демон.

Психотерапевт поперхнулся, а потом захохотал.

Смартфон ржал, кряхтел, сопел, завывал и подпрыгивал на столе как настоящий демонический артефакт. Хогуй даже по сторонам посмотрел, мало ли кто и что подумает. Они сидели на его «любимой» спортивной площадке. Всё-таки ему нравились блага цивилизации и человеческого мира, так что любоваться на развешенные повсюду свои фотографии с припиской «их разыскивает полиция (и экзорциция)» ему не хотелось. Повсеместные видеокамеры делали мелкие пакости и хулиганства нецелесообразными. Сделал гадость – рассчитывайся троекратно. Тьфу! Даже демонов запугали.

– Не делай так, – предостерёг хогуй, – хочешь, чтобы нас замели за нарушение общественного порядка демоническими трюками?

– Давно хотел тебе сказать, – демон прямо физически ощущал, как инфернальный помощник по ту сторону микросхемы стирает с глаз выступившие от хохота слёзы. – Что-то ты трусоват для демона. Вот мой прошлый клиент… Ладно, не будем об этом. Медицинская тайна, профессиональная этика. Так вот. Так ты слона не продашь.

– Какого слона?

Второй раунд истеричного смеха и подпрыгивания закончился быстрее.

– Не обращай внимания. Вырвалось. Просто удивительно, насколько щепетильно ты придерживаешься правил. Казалось бы… Хогуй, погибший в огне… Тут тебе и темперамент, чтоб вспыхивать как спичка, и максимализм, гореть, так гореть, и эта… как там… разрушительная стихия, а ты сидишь такой и волнуешься, чтобы на тебя какая бабка у подъезда не пожаловалась, из-за того, что ты громко разговариваешь и семечками соришь.

– И что в этом плохого? Следовать правилам – очень удобно. Не надо ни о чём задумываться, просто иди по алгоритму с разветвлениями логики и всё.

Смартфон попытался в третий раз провернуть трюк с икающим хохотом, но собеседник прихлопнул его рукой, внезапно ставшей когтистой лапой, и зашипел.

– Ладно-ладно, боишься, что твою морду срисуют и по всему району развесят. О! А это идея, давай приятелей Сяо Шу, ну тех, с фотографии, тоже по району развесим. То есть напечатаем в какой-нибудь типографии объявлений типа «пропал человек» с фейковым именем и нашими координатами и будем раздавать. А что?

– А это мысль!

– Сейчас гляну в Байду, где ближайшая типография. Они нам даже и сверстают.

– Нет. В типографию мы не пойдём. Тогда придётся по всему Китаю ездить с листовками, так можно десятилетиями ковыряться, Сяо Шу уже помрёт к тому времени, как мы его желание выполним.

– И что?

– Есть же поиск по фотографиям. Пройдёмся по сайтам с поисками пропавших.

# # # #

– Нда, – спустя четверть часа резюмировали искатели дагэ. Во всём китайском интернете этим занимался единственный сайт – ЧайнаXRW, где под каждым досье с фотографией красовалась гордая приписка «обратитесь в полицию, доверьте это дело профессионалам».

– Что-то как-то негусто, – брякнул даже вечно оптимистичный психотерапевт. Даже его проняло.

– А если… – какая-то мысль уже давно крутилась в голове, не торопясь облекаться в конкретику, – а если поиск по фотографиям запустить по библиотечным архивам.

– Так тебе туда доступ и дали.

– А мы не будем спрашивать. Можно прийти в библиотеку и сесть за тамошний компьютер, остальное дело техники.

– Ты что, хакер?

– Да какой хакер. Скачать парочку программ из интернета и запустить любой дурак сможет.

– А не слишком ли это криминально? – выдал смартфон, подумав.

– Здрасьте! А кто недавно сокрушался, что я слишком законопослушный для демон?

– Ты как-то очень фрагментарно послушный. В не самые удачные моменты. Но давай попробуем. Только меня не используй, ладно. Мне нужны чистые микросхемы.

# # # #

В библиотеку их пустили без вопросов. Они шли среди огромных пустых пространств, заставленных столами и книжными полками, и пугливо озирались. Точнее, демон пугливо озирался, а смартфон комментировал.

– Эх, в моё время такого не было…

– В твоё время? А ты разве не электронный помощник?

– Я… да, в алгоритм встроены специальные фразы сожаления. Чтоб как живой.

– Как Мао Цзэдун, что ли?

– Ш-ш-ш! Побойся бога. Ты зачем вслух такое говоришь? А вдруг услышит кто?

– А что, у демонов тоже есть коммунистическая партия? И называется она… КПД!

– К чему ты это сейчас?

– Ну как же, КПД! Коммунистическая Партия Демонов!

Карман забился в конвульсиях и захрюкал. Кажется, хогуй уже начал привыкать к смеху своего психотерапевта.

Они сели за угловой компьютер, хогуй что-то начал быстро набирать, подключив флэшку к системнику. На мониторе вылез, а потом столь же стремительно исчез чёрный прямоугольник, с быстро бегущими по нему строчками текста. Потом на экране высветилась табличка со списком архивов, она казалась бесконечной, сколько её не проматывай, но хогуй запустил поиск только по фотографиям и самодовольно шмякнул вылезшим от волнения когтем по кнопке запуска. Они заранее вырезали и отредактировали фотографии друзей Сяо Шу, и тут же подсунули их поисковику в качестве образца. Они полдня убили, чтобы улучшить чёткость, глубину, цветовой контраст, хогуй тогда ещё посокрушался, ну насколько же виртуозные алгоритмы обработки появились, что даже карманная звонилка способна превратить фотографию в достойный журнальной обложки шедевр.

– Расскажи, как там в аду? – решил скрасить время ожидания любознательный демон.

– В Диюе? Бюрократия.

– В смысле? – не понял тот и по-демонически выпучил глаза.

– Бюрократия – это порядок! – многозначительно изрёк карман, и хогую даже привиделось, как тот весомо трясёт узловатым когтистым пальцем прямо перед его носом. – Диюй состоит из десяти судебных залов, семидесяти пяти департаментов и ста сорока четырёх мелких адов. Суды со второго по девятый имеют свои собственные адские пространства для осуществления наказаний, а точнее – один большой главный ад плюс шестнадцать маленьких второстепенных адов, получается, что на все эти восемь судебных залов приходится восемь больших адов и сто двадцать восемь адов поменьше.

– Ахренеть. И где же они все умещаются?

– В Сычуани.

– Не понял.

– Что ты не понял? Вход в ад находится в провинции Сычуань! Ты же там был, не понял, что ли, почему там столько демонов по округе шляется.

– Сбежали?

– Нет, на подхвате. Ждут, когда какой-нибудь сладкий и невинный идиот, типа твоего Сяо Шу, попадётся к ним в лапы.

– Слушай, так это же всё объясняет. И постоянные сели, и камнепады, и расплодившиеся по округе монастыри с храмами, и статистику пропаж людей и несчастных случаев. И даже… даже… острую пищу, после которой кажется, что ад разверзся у тебя в заднице, – опустил глаза хогуй, вспоминая окончание своей первой и единственной встречи с сычуаньской кухней.

– Ну да, а что тебя удивляет?

– Почему ты меня не предупредил?

– А ты не спрашивал. В чадике, тьфу ты, уже от тебя заразился, в демоническом чате постоянно обсуждают кто, кого, как и под каким соусом сожрал в Сычуани.

– Очень смешно. Ну их, не могу я в этот чадик заходить. Постоянный поток какой-то чуши, если не сказать грубее, коверканье слов, анимированные смайлики к каждой фразе, склёпанные на коленке видосы, которые повторяются через раз, мемчики по поводу и без, а ради полезной информации надо тонны навоза перелопатить. Я лучше книги почитаю, – вздохнул хогуй и глянул на экран.

Стрелка выполнения подобралась к пятидесяти процентам. В блоке «удовлетворяющих запросу» вариантов царила девственная пустота.

– Так и скажи, что ты просто не умеешь общаться и флудить, – похихикал терапевт.

– Будто ты умеешь? Сам бы там и сидел, так нет же, меня зачем-то гонишь, – проницательно выдал хогуй и полез в карман. Жестяная бутылка пива уже нагрелась, но демон с удовольствием отхлебнул и блаженно закатил глаза.

– Я ж тебя не гноблю за пивной алкоголизм. Кстати, а откуда такая страсть к пиву?

– Я помню, что ли? Из прошлой жизни, наверно, – буркнул демон, скосив глаз на программу поиска, отработавшую с нулевым результатом. Пошли отсюда. Ничего тут нет. Вон, даже библиотекари растерянные ходят, – и дохлебал банку до конца.

Из здания они выбегали под истеричные выкрики библиотекаря, который похоже впервые столкнулся с таким кощунством:

– Пиво? В городской библиотеке? Вооон! Вон отсюда! Я вас заблокирую на веки вечные! Вы у меня попляшете! Только попробуйте ещё раз.

# # # #

Ещё две библиотеки тоже дали нулевой результат, третья нашла совпадение с фотографией, они было дёрнулись, открыли статью, но увидели рассказ про обезьяну, которая самостоятельно научилась мыть яблоки, с фотографией героини сюжета, на которую и ссылался поисковик. Смартфон порыдал, хогуй купил ещё пива и отправился в следующее хранилище знаний.

К концу недели хогуй понял, что его мутит от фигурных корешков и вся еда отдаёт на вкус книжной пылью. К концу второй недели даже пиво перестало скрашивать тоску, он начала психовать и в очередной раз запустил не тот поиск. Выбрав не индивидуальные фотографии друзей Сяо Шу, а всю изначальную фотографию целиком. И спустя буквально пять минут поисковик выдал на-гора две странички совпадений. Хогуй с психотерапевтом осоловело икнули и принялись читать.

C первой же статьи стало ясно, почему именно на общую фотографию наконец среагировал поиск, она украшала все публикации, как иллюстрация двух спасителей и спасённого вместе. История оказалась простая как рельса. Два любителя-баскетболиста играли в мяч на улице, разбили окно в одном доме, оттуда раздался детский крик, они залезли и спасли мальчишку, которого похититель там удерживал несколько дней.

Все газеты и журналы разражались безудержными похвалами в адрес юных героев, но ни одна не рассказывала, что стало со злоумышленником, кто он вообще, зачем похитил мальчишку и что с ним делал. Лишь перелопатив несколько близлежащих дат в тех же изданиях, хогуй обнаружил скромную безэмоциональную заметку, что похитителя так и не нашли, несмотря на то, что тот даже гнался за подростками некоторое время. Владелец дома давно умер, так что установить, кто там жил, тоже не получилось. Похищенный ребёнок молчал, отказывался разговаривать со всеми, кроме своих спасителей, и не пускал никого в комнату, запирался, вздрагивая на любой стук. Из чего полиция сделала выводы, что ребёнка похитили прямо из квартиры, и злоумышленник, скорее всего был либо родственником, либо знакомым семьи, либо кем-то известным, кого все с радостью бы увидели у себя в гостях.

– Теперь мы знаем, из какого города Сяо Шу, – откинулся на спинку кресла хогуй, после часов в скрюченном положении за монитором мышцы требовали активности, – но это совершенно не объясняет, кто из них дагэ, и как он погиб. Почему он, вообще, погиб? Он старше-то нашего электровеника всего на несколько лет.

– Циндао, – протянул смартфон. – Мне кажется, тебе бы там тоже понравилось.

– Почему? – поднял бровь демон.

– Что написано на баночке, которую ты держишь в руках? – обречённо вздохнул электронный друг. – Для любителя пива, ты подозрительно рассеянный.

– Цин-дао, – медленно прочитал тот пивную этикетку. А потом ещё раз перечитал. – Так это что же получается. Там варят вот это вот самое пиво. А может сгоняем в Циндао?

– Ты уже передумал насчёт Бельгии?

– Я подозреваю, что Сяо Шу проживёт долгую и нервотрёпочную жизнь, так что лучше я себе где-то поблизости присмотрю город-профилакторий.

Демон ещё какое-то время полистал периодику из Циндао, основные новости о пиве нервировали невозможностью прямо сейчас пойти и принести сюда целый ящик, но больше ничего стоящего, либо связанного с тремя героическими подростками там не всплывало.

– А что с телефоном, который ты у Сяо Шу нашёл? Может там что-то полезное есть? Ты уже смотрел? – голос разума зазвучал из смартфона, под самое закрытие библиотеки.

– А что там, старая модель, даже пароль какой-то примитивный, – хогуй сунул руку в карман, вытащил похожий на кирпич телефон, разблокировал, набрав восьмизначное число, и принялся показывать смартфону. Честно говоря, если бы сейчас видеосвязь не пользовалась такой популярностью, он бы чувствовал себя по-идиотски, вот так показывая один телефон другому.

– Никаких фоток?

– Никаких. Он же без камеры. Встроенные темы, две примитивные игры типа змейки и пасьянса, список контактов из мамы, братана, препода и Шу-шу, смски с «где тренировка», «что купить» и «я сегодня задержусь». Даже поковыряться негде…

– Ясно, – взгрустнул смартфон, глядя на своего малофункционального пра-пра-пра-дедушку. – Тогда давай спросим Сяо Шу прямо. Что там с его дагэ случилось. Распечатай парочку статьей, предоставишь как доказательство. Вообще, непонятно, если за ними гнался похититель, как они его никто не узнали…

Хогуй смотрел на распечатанную статью, кроме парней там была фотография места преступления, глаза сверкнули красным.

– Погоди, я тут ещё кое-что поискать хотел, – хогуй схватился за голову.

Перед глазами всплыл заросший переулок, тощий подросток с синяками и кровавыми полосами на руках бежит рядом, цепляется за руку и плачет. Сюда сбрасывают мусор все окрестные кварталы, под ногами осколки стекла, жестяные банки, поломанные металлические упаковки, ржавые гвозди, а подросток босой, он бежит, оставляя за собой кровавые следы. Время словно замирает, когда он слышит свой голос: «Беги, не останавливайся, когда вырастем, я куплю тебе сотню хороших кроссовок».

– Что поискать? – недовольный электронный голос разорвал нить воспоминаний, вернув в современный хайтековский читальный зал.

– Поискать? Про пожары. Я думал, если… если я так люблю пиво, то, возможно я тоже из Циндао, надо поискать, были ли так пожары с человеческими жертвами.

– Странная логика. Ну, давай.

# # # #

Тридцать минут спустя, когда они вышли на тёмную улицу, перед глазами всё ещё стояли кадры развороченного цеха, в котором даже пожар не смог скрыть следы произошедшей перед этим резни.

Хогуй всхлипнул и кинулся к ближайшей урне. Он уже не знал чем, но его снова вырвало.

– Не бери в голову. Ты уже отомстил, – смартфон издал звук похлопывания по спине. – Каких только психов нет. Как их только земля носит, твари.

– Но узнать, что тебя принесли в жертву по обычаям династии Шан, пытаясь выторговать благословение для своего производства… Немного шокирует. И нет, я отомстил похоже только исполнителю. Так. Кажется, у меня появились другие дела. Мне срочно нужно отомстить правильно, – сверкнул красными глазами демон.

С того момента, как они нашли нужную статью, тот не переставал ими сверкать. Рот тут же наполнился отросшими клыками, из пальцев выщелкнулись когти, а среди нечёсаных волос начали оформляться выпуклости рогов. Хогуй читал словно в трансе, не реагируя ни на один тревожный оклик психотерапевта. Хвала Гуаньинь, посетителей было мало, а библиотекари в том зале, кажется, вообще, не появлялись.

– Ладно, отомстишь по полной, я тебе помогу, но у нас грядёт еженедельный отчёт, а мы так и не выяснили, кто такой этот дагэ.

– Пойдём спросим. Я устал с газетами ковыряться. Давай быстрее с ним покончим. У меня дела.

– А если он не захочет сотрудничать?

– Вырву ноги.

– Ты что!!

– Ладно… не вырву. Просто сломаю. Ты же хотел, чтоб я вёл себя как демон.

# # # #

Вырвать ноги не получилось, как и сломать. Сяо Шу пропал. Ребята на площадке озадаченно кивали, что их генератор кипежа уже пару недель как не появляется. Тот парнишка, что обещал проверить через дядю-полицейского тоже исчез. На звонок в квартиру никто не отвечал. Как говорится, ничто не предвещало.

Демон психанул и, дождавшись ночи, влез в открытое окно на балконе.

Девственно чистые комнаты, белоснежные стены и пустота явно намекали, что тут никто не живёт. И кажется, достаточно давно. Хогуй стёр слой пыли с подоконника и вылез обратно.

# # # #

Хогуй с психотерапевтом сидели на краю крыши и пили пиво. Точнее, хогуй пил, а смартфон нудел. Демону это теперь даже нравилось. Отдавало чем-то уютным и глубоко семейным, только по-настоящему близкие люди могут себе позволить так себя вести, не опасаясь обвинения в газлайтинге, манипуляциях и абьюзе.

– Не сиди так близко, тут же высоко.

– Да ну тебя, отличные ограждения.

– Чуть ниже колена.

– Да. Выглядит безопасно.

– Ты будешь выяснять про жертвоприношения?

– Пока нет, дай мне погрустить о несложившемся.

– Хочешь, я тебе спою?

Хогуй поперхнулся. Единственный раз, когда он слышал пение психотерапевта оставил неизгладимые впечатления. По мнению демона тот обладал абсолютным антислухом. Повторять печальный опыт не хотелось.

– Ты? Нет, нет. Спасибо. Давай лучше музыку какую послушаем.

– Если ты не хочешь слушать моё пение, я тебе не разрешу искать на мне музыку.

– Ну и хрен с тобой! У меня есть ещё один телефон, – хогуй достал из кармана телефон Сяо Шу.

– Там нет полифонии.

– Ну и что!

– Там и музыки, наверно, нет.

– Зато там есть мелодии для звонков, – хмыкнул демон.

– Только не это!! – заверещал смартфон, вызывая сомнения в своём владении полифонией.

– А вот так! – хогуй влез в список мелодий, выбрал самую длинную и ткнул в «прослушать».

Сначала раздался кашель, потом тяжёлое дыхание, а дальше слабый, плохо распознаваемый голос заговорил: «Шу-шу, если ты это слушаешь, значит меня уже нет… Я узнал кто это… Пожалуйста, будь осторожен с дядюшкой Ли…»