Иначе нельзя

Глава 1

Заснеженные деревья мелькали за промерзшим окном электрички. Яна выдохнула на окно и пальцем нарисовала сердечко на появившемся облачке. Улыбнулась. Ей не надо много для улыбки или смеха. Наверное, потому что счастливая. Она сжала в руке ладонь рядом сидящего парня. Он посмотрел на нее и тоже улыбнулся, а потом наклонился и ласково чмокнул в губы.

- Люблю тебя! – прошептал он. Как будто это их маленькая тайна и о ней никто в вагоне не должен догадаться.

- И я тебя!- тут же отозвалась девушка, и чмокнула его в ответ.

Сидящая напротив бабуля скорчила недовольную мину и по-актёрски отвернулась, выказывая свое недовольство. Молодые бесшумно расхохотались. Надо же, как на некоторых действует чужое счастье.

- Макс, а ты уверен, что я понравлюсь твоим родителям? – вдруг озаботилась Яна. Парень закатил глаза. – Нет, ну правда, - не унималась она. – Я ведь и в деревне ни разу не была. Доить не умею, картошку копать, что там еще? – она попыталась вспомнить, что необходимо делать в деревне.

- Ян, ну ты опять? – Макс даже слегка разозлился. – Что у тебя за стереотипы такие - раз деревня, значит обязательно в навозе копаться?

- Ну как же! Ты же сам говорил, что они фермеры. Что на них вся деревня держится! – Яна отодвинулась от парня, а глаза ее стали шире. Тот поджал губы, словно не давая рвущимся наружу словам выскочить на волю:

- А ты-то тут причем ко всему этому? – спокойно спросил он. – Мы с тобой будущие врачи так-то, какие коровы? Я, знаешь ли, тоже не собираюсь им хвосты крутить. И родители это знают. И они приняли мой выбор. Приняли и одобрили. Понимаешь? – Яна улыбнулась. Ее убедили слова Максима. Она снова придвинулась к нему, обняла его руку и легла щекой на плечо. Теперь она снова счастливая. Ведь для счастья на самом деле нужно совсем немножко. Надо просто уметь его замечать.

- Долго нам еще? – не отрываясь от плеча Макса, спросила Яна. Тот поднял руку и взглянул на часы.

- Еще пару часиков. – Сообщил он.

- Уф, ну, слава богу! – выдохнула девушка. – Честно говоря, уже устала трястись да и мои Gluteal musculus ( лат. «ягодичные мышцы») уже квадратные стали. Максим прыснул смехом:

- Тогда не повезло твоим Gluteal musculus – им потом еще пару часов на автобусе ехать, а там нас встретить должны, и еще час пилить. – Яна поднялась с плеча любимого, ее лицо демонстрировало удивление и возмущение. Хотя, конечно, не всерьез:

- Ты шутишь что ли? – она ударила его кулаком в плечо. – Раньше ты мне об этом не говорил! – Макс сделал вид, что ему больно и начал закрываться от нападок рассерженной девушки:

- Я специально не говорил, а то бы ты ехать не согласилась! Ай! – снова получив игривого тумака, вскрикнул он.

Старушка напротив, быстро перевела на них взгляд, оторвав его от окна. Ее лицо уже не выражало раздражения, наоборот, на нем появилась легкая улыбка:

- В Платоновку едете, небось? – спросила она.

- В нее самую! – Максим сгреб Яну в объятия и подтвердил предположение попутчицы.

- Странная та деревня. – Взгляд бабушки снова сфокусировался на чем-то стороннем. – Говорят про нее всякое.

- Что говорят? – не поняла Яна. – Плохое или хорошее.

- Ерунду говорят! – жестко обрубил этот разговор Макс. – Я там родился и вырос. И ничего странного ни разу не замечал! – он будто бы обиделся за нападки на свое село. Старушка поджала губы и поднялась со своего места:

- Странная она! – повторила она, глядя прямо в глаза Яны. И теперь ее голос звучал утвердительно. Не дожидаясь ответа, она перешла на другое место и снова уставилась в окно.

- Карга старая! – прошипел Макс.

- Эй, ну ты чего? – скорчив мордашку, спросила Яна, снова пытаясь его поцеловать. – Обиделся что ли?

- Не, ну а чего она? – попробовал было возмутиться парень, но очередной «чмок» Яны снова заставил его рассмеяться и забыть о неприятном инциденте.

Когда захлопнулись двери старого «Пазика», за окнами уже было темно. Здесь было порядком холоднее, чем в электричке, да и трясло намного сильнее. Яна поежилась в своем пуховике, стараясь нырнуть в него как можно глубже.

- Как будто на телеге..! – поделилась она ощущениями с Максом. Тот улыбнулся и пожал плечами. Его уже не удивить таким транспортом и такими дорогами.

Яна подышала на замерзшее окно, разморозив себе «глазок» во внешний мир. Она старалась разглядеть, что там, за бортом этого лайнера, который везет их будто бы в прошлое. Замерзшее стекло и спустившаяся темнота практически не давали ей этого сделать. Тогда она приподнялась и посмотрела в лобовое стекло водителя.

- Ого! Мы что по лесу едем? – вокруг были голые деревья. В свете фар казалось, что они бесстыдно тянут свои ветви, желая схватить ненавистный «ПАЗик», чтобы тот не нарушал их тишину.

Шофер снисходительно крякнул:

- Да уж почти час как! Хорошо перемёта нет – быстро доедем! С комфортом так сказать! – сказал он и довольный заржал над собственной шуткой.

Яна шлепнулась на сиденье:

- Вот это да! Целое приключение получается! Я и подумать не могла, что в такой глуши еще люди живут!

- А чего им не жить? – откликнулся водитель. – Земля есть, руки тоже. Кто на печи не лежит, тот и живет. Крутятся как могут. – Макс улыбнулся:

- Сама увидишь. Жизнь она не только городская бывает. Еще неизвестно какая из них более настоящая.

- Философ ты, мой! – Яна схватила парня за куртку и притянула к себе, чтобы одарить поцелуем. Тот с удовольствием поддался, получив желаемое.

Когда они подъехали к конечной точке автобусного маршрута, их уже ждал праворукий «Прадо». Из-за руля выскочил высокий худой человек в лохматой шапке – ушанке.

- Максим! – гаркнул он и раскинул руки, став похожим на огромного грифа. – Дай хоть погляжу на тебя городской ты пижон! – Он сгреб Макса в охапку, почти оторвав от земли. Яна невольно отметила про себя, что видимо, не смотря на кажущуюся субтильность, силой этот мужчина точно не обделен.

- А это невеста моя, Яна! А это дядя Гриша! – Макс представил друг другу новых родственников.

- Григорий! – почти официально представился дядька и протянул Яне сухую и твердую как доска руку. Та ответила ему на рукопожатие и слегка улыбнулась.

Еще почти час они петляли по лесу прежде чем заехали, наконец, в Толстовку. Избы встретили их темными глазницами окон. Лишь изредка в каких горел тусклый свет.

- Спят уже. – Не глядя на пассажиров, прокомментировал Григорий. – В деревне почитай одни старики да старухи остались. А они что куры, как солнце сядет, так и они на насест.

Зато дом родителей Макса резко контрастировал с остальной деревней. Стоял он почти у леса, срубленный из отборной древесины, весь светился праздничными огоньками.

- Ух, ты! – Выдохнула Яна, выскочив из автомобиля. – Надо же, красота какая! – Двухэтажный бревенчатый дом нависал над ними будто скала. – За такими стенами любой мороз не страшен! – заключила она, кинув быстрый взгляд на стоящего позади Макса. Тот хотел ей что-то ответить, но его прервал писклявый женский голос:

- Здравствуйте, гости дорогие! Проходите, проходите, родненькие! – тут же заиграла гармошка, а в воротах появилась пышная женщина в шубе и караваем в руках.

- Мама! Ну, зачем вы? – Макс закатил глаза.

- Ничего не знаю! – обрезала женщина. – Испокон веков у нас традиция такая – дорогих гостей караваем встречать! – она протянула хлеб Яне. Та не совсем понимая, что делать, кинула взгляд на Максима, ища его поддержки и одобрения. Тот кивнул и улыбнулся. Яна отломила кусочек, макнула его в соль и запихнула в рот. Хлеб был еще теплым и таким душистым. Особенно с дороги он показался Яне необычайно вкусным.

- Мм..! Как вкусно! – восхитилась она. – Спасибо большое! Но не стоило так уж. – Женщина расплылась в улыбке, передав каравай подбежавшей девочке, она обняла Яну.

- Да как же не стоит, милая! Не каждый день же единственный сын жениться собирается! Ну, ладно, пойдемте в дом! Там и стол уже накрыт, да и морозно сегодня на улице лясы-то точить!

В доме пахло деревом и домашним уютом. Яна огляделась по сторонам. Никогда прежде ей не доводилось быть в подобном жилище. Она, конечно, бывала в деревянных домах, но это были или базы отдыха, заточенные на гостиничный манер, или дома состоятельных людей, где все выглядело иначе. Тут же сразу читался тяжелый рабочий быт. Красота здесь присутствовала, но явно уступала место практичности и повседневным бытовым нуждам.

- Проходите – проходите! Чего в дверях встали? – Яну сзади аккуратно подтолкнули. Она оглянулась и увидела отца Максима Игоря Валентиновича. Это был крепкий, еще совсем не старый мужчина. Ростом он был чуть ниже Макса, но зато в плечах заметно шире. Он едва коснулся Яны, приглашая ее пройти, будто боялся своими ручищами сломать, как фарфоровую статуэтку.

Яна улыбнулась, скинула свой пуховик и подала Максу. Сама, поправив волосы и одежду, нерешительно вошла в другую комнату. Тут уже стоял большой деревянный стол, ломящийся от угощений.

- Вы уж не серчайте, сегодня по-простому! – мать, сложив руки, начала извиняться. Яне показалось, что в этих словах читалось больше бравады, чем неудобства. – Новый год все-таки завтра, так что мы решили сегодня сильно не готовить. А уж завтра погуляем как следует! – ее лицо расплылось в улыбке, хотя глаза оставались «в режиме оценивая».

- Ой, да что вы! И так вон сколько всего! – изумилась Яна, и села за стол на деревянную лавку. Тут же подбежал Максим и уселся рядом.

- Правда, мам, куда столько? Мы же не с голодного края, в самом деле! – сказал он, вооружившись вилкой и решая с чего бы начать.

- Ничего - ничего! Нам для вас ничего не жалко! Надо будет, последним куском поделимся! Да и не каждый день ты невесту в дом приводишь. – Яна смущенно улыбнулась, еще раз про себя отметив, как басовито звучит голос Игоря Валентиновича. Казалось, что он специально говорит тише, чем ему бы хотелось, чтобы не пугать окружающих своею «трубой».

Вскоре все места за столом оказались занятыми. Тут был и уже знакомый Яне дядя Гриша с женой и сыном лет восемнадцати. И младшая сестра Макса Оля. И еще пара тетушек и дядюшек с семьями. Вскоре стол зажил своей жизнью, перейдя на разговоры о хозяйстве и прочих деревенских проблемах.

Яна была этому только рада. Она чувствовала себя неловко, когда ей посвящали тост или начинали расспрашивать об их совместных с Максом планах. Девушка быстро наелась. Еда была вкусной, но сытной. Люди в деревнях много работают, значит и калорий им нужно много. Яна к такому еще не привыкла. Она принялась украдкой изучать лица присутствующих. «Так, это кажется, тетя Лена. – Про себя отметила она. – Красивая. Легка полнота ее совсем не портит. Глазками стреляет. Хоть и двое детей уже имеет, но видно, что в ней еще живет та самая женская чертовщина. А это Андрей.. кто он.. брат Макса или дядя? По возрасту не сильно старше. Молчаливый. За вечер, кажется, еще ни одного слова не сказал. И глазами ни с кем встречаться не хочет. Как-будто зол на кого. Зато волосы какие шикарные – волнистые, копна целая! На дядю Гришу кстати, похож. Может, брат его?»

- Поела? – шепнул на ухо Максим. – Гляжу, сидишь, скучаешь. Пойдем, погуляем перед сном? – Яна не раздумывая, кивнула.

- Куда? Куда? – закричали гости, видя, что молодые выходят из-за стола.

- Мам – пап, да я Яне двор покажу! Погуляем перед сном!

- Да что ты там покажешь, там темень уже хоть глаз выколи! – возмутился отец. Он явно расстроился, что они так быстро стараются покинуть их компанию. Макс улыбаясь, махнул рукой. Он помог Яне перешагнуть через лавку, придержав ее за руку, и вот они вдвоем уже на морозном воздухе.

Тут Яна смогла выдохнуть и расслабиться. Мороз приятно щипал за щеки и крылья носа. Но было вовсе не холодно. По крайней мере, ей.

- Ну, что, не сильно страшные у меня родственники? – Макс озадачил Яну вопросом и сгреб ее в охапку. В отцовом тулупе он еще больше походил на Игоря Валентиновича. Как будто это он вернулся молодым, отведав сказочного эликсира. Или Яна попала в прошлое – тут уже и не разобрать. Она улыбнулась и запрокинула голову вверх, чтобы видеть глаза любимого.

- Прекрасные у тебя родственники! Иначе как бы я в тебя влюбилась, если яблоко от яблони? – Макс улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать ее. Удивительно, теплые губы и морозный свежий воздух, который аж звенит, когда его вдыхаешь. Яна закрыла глаза, отдаваясь этому новому для себя ощущению. – Ты же мне двор собирался показывать, а сам целоваться лезешь? – игриво спросила она, нарочито отстранившись от парня. Тот снова схватил ее за руку и притянул к себе.

- Так темень же! Хоть глаз выколи! – он снова полез целоваться, но на этот раз Яна выскользнула из его объятий. Не потому что ей не хотелось, а просто потому что женщина. И ей нравится дразнить и кокетничать. – Куда ты? – Макс кинулся за ней, а Яна звонко хохоча начала от него убегать. Чьи-то валенки, надетые наспех, оказались ей большеваты, грозя вот-вот слететь с ноги. Бежать было неудобно, зато очень тепло и комфортно. Макс снова поймал ее в свои объятия уже у самого леса. Тут освещения двора не хватало, и действительно было очень темно.

- Убежать от меня хочешь? Теперь уже не получится! – промурлыкал Максим и снова принялся целовать свою девушку.

- А я и не собираюсь никуда бежать. – Тихо ответила Яна. – Тут так хорошо и спокойно. Только ты, я и эти звезды. – Она подняла глаза кверху и поразилась, какие яркие и колючие тут звезды! В городе она никогда таких не видала. Казалось все небо щедро усыпал какой-то добрый волшебник своими чудесными светлячками. А чтобы им было не скучно, в центре он поместил огромную Луну. – Такая красивая! – прошептала Яна, прижавшись к груди Максима.

- Кто? – не понял тот сразу. Та кинула на него быстрый взгляд.

- Ну, я, наверное, кто же еще? Мы же только вдвоем с тобой тут! – хихикнула она.

- Это правда. – Согласился Максим, поглаживая, словно маленькую, Яну по шапке. – А ты вообще-то зря к лесу побежала. Тут хоть и загородка есть, но для волков она не помеха. Сколько раз бывало, что в конюшню подлецы пролезть старались. И иногда даже получалось!

- И что тогда? – глаза Яны округлились.

- По-всякому. - Пожал плечами Максим. – Когда вовремя заметить удавалось, то обходилось. Но бывало и хуже. – Яне почему-то в голову внезапно пришла мысль, что за всей этой красотой и простотой скрывается что-то еще. Что-то страшное и смертельно опасное.

- А мне конюшню покажешь? – попросила она. Максим улыбнулся. Ему нравилось, что Яне любопытна местная жизнь. Она не воротит нос, а искренне всем интересуется. Это подкупало.

- Конечно, покажу! Только уже завтра. – Пообещал он. – Слышишь? Нас уже зовут! Потеряли, видимо. – Он тихо засмеялся и потащил девушку за собой.

Ночь прошла будто пять минут. Как только голова Яны коснулась подушки, она тут же провалилась в темное нечто. Не было снов, мыслей, переживаний. Только полное забвение, которое почему-то было таким приятным.

- Вставай, со-ня! – нежный голос Макса вырвал ее из этого полузабытья. Он наклонился и чмокнул девушку в щеку.

- Ммм…! – потянулась она. – Так сладко спала, ну чего ты? – Максим засмеялся:

- Имей совесть, мы все-таки в деревне! Уж обед скоро. Нас тут точно не поймут.

- Обед? Какой обед? – Яна резко села на постели, глаза ее округлились. – Что ж ты раньше не разбудил? – Она соскочила с кровати и, схватив одежду, побежала в ванную, бормоча на ходу – И правда, неудобно получилось. Подумают, что я всегда так дрыхну.

- А это разве не так? – со смехом спросил Максим, специально цепляя свою девушку.

- Ах, ты! – Яна схватила небольшую подушку с кресла и швырнула ее в Макса. Тот захохотал и поймал ее. Яна скрылась в ванной. Через несколько минут они уже спускались со своей спальни на втором этаже на кухню. Тут суетилась мама Галя с сестрой Макса Олей.

- Доброе утро! – поздоровались молодые. Галина ответила улыбкой:

- Да уж обед скоро! Где утро-то? – Яна заметно смутилась. – Да ничего-ничего! Я специально над вами подтруниваю. Понимаю же, с дороги, устали. – Она похлопала в ладоши, стряхивая с рук остатки муки.

- Может, вам помочь что? Вы скажите, я могу! – заверила Яна в своей компетентности.

- Да что ты, дочка! Отдыхайте! Максим вон хотел тебе хозяйство наше показать, деревню. Вчера впотьмах- то и не видела ж ничего? Ну! – на этих словах Яна поймала на себе колючий взгляд девочки. Видно она была сейчас категорически не согласна с решением матери. Ей тоже не хотелось всем этим заниматься, и почему это городская будет прогулками развлекаться, а она тут должна с кастрюлями да сковородками сражаться?

Яна улыбнулась. Она вполне понимала и даже разделяла негодование Ольги. Но что она могла поделать? Ведь она здесь только гость.

- Вон тама, на столике мы вам позавтракать оставили! Мужики-то уж часов с семи кто на ферме, кто на конюшне. – Она продолжала мять тесто, причем делала это так легко и непринужденно, что Яна поежилась, представив, что будет с тем, кто попадет в ее руки. – Дел куча, и не гляди, что Новый год на носу. Животным-то оно все равно, какой год. Всегда жрать хотят. А деревенские совсем обленились. Все права качают, то платим им мало, то работы много задаем. А как иначе-то? – Галина шлепнула тестом об стол, заставив Яну вздрогнуть от неожиданности. Она как раз держала в руках тарелку, накладывая туда из горшочка, оставленный им завтрак. Макс заметил это и улыбнулся. – Не понимают ироды, что на нас вся деревня держится! Вот не станет нас и все – каюк! Кончится Платоновка! – Галя покачала головой. Видно, что эта тема ее серьезно волновала.

Яна села за стол, взяла ложку и тут ее глаза расширились от озарившей ее мысли.

- Слушай, до меня только сейчас дошло: твоя фамилия Платонов, и деревня называется Платоновка – уж, не в вашу ли честь? – зашептала она, обращаясь к Максу.

- Да как не в нашу, конечно, в нашу! – раздался голос Галины. Яна удивилась, что женщина услышала ее вопрос, находясь в другом конце комнаты. – Еще при Иване Грозном наши предки сюда перебрались. Тут хутор и разбили. Хозяйство завели. Ни царя, ни бога – никого тогда в этих местах не бывало. Впрочем, как и сейчас. – Добавила она после паузы.

- Мам, да че ты начинаешь сказки эти рассказывать? – с недовольством перебил ее Максим. – С чего вы вообще это взяли? В архивах нет никаких документов об этом. Кто-то придумал, а вы, как маленькие, повторяете!

- Не перебивай! – спокойно, но твердо осадила его женщина. – Раз говорю, значит знаю. От отца к сыну история нашего рода передается, а от матери к дочери. Какой архив тебе еще нужен, да и откуда ему тут взяться, коли мы тут сами себе хозяева? – Максим молча отмахнулся, откусив кусок хлеба, и зачерпнул ложкой из тарелки. – Так вот, дочка, - продолжила Галина, - предки наши все работящие были, с руками. И кузнецы свои были, и хлеборобы, и скотники. Зажиточно жили. Вот людишки прознали про то, да стали подтягиваться к нам из разных краев. Кто властью обижен, кто судьбой. А мы всех принимали. Работу давали и кров. Так вот деревня наша и появилась! Это уж потом, после революции, когда раскулачили нас, люди забывать стали, кто такие Платоновы и чем они нам обязаны.

Глава 2

- Интересно вы так говорите, - улыбнулась Яна, - будто и правда о себе рассказываете. Хотя уже столько лет прошло, подумать страшно. – По лицу Галины пробежала тихая улыбка:

- Дак о себе и говорю! Кровь-то одна, что у меня, что вон у Максимки! Меня не станет – ваши дети род наш продолжат. Какая разница? Главное, чтобы Платоновы не исчезли, а остальное.. – Она махнула рукой.

- Мам, я все! Можно я пойду уже? – обратилась к ней Оля.

- Ох, ведь какая! – завелась мать. – На кухне для нее словно пытка! И что за баба с тебя получится, ума не приложу!

- Ну, маам! – девочка насупилась.

- Ладно. Иди! – командирским голосом дозволила Галина. – Ты там Наташке скажи, чтоб шла допомочь. И Ксюхе, если увидишь!

- Хорошо! – послышался девичий голос уже из другой комнаты.

- Давайте все же я вам помогу! – ополаскивая посуду после завтрака, еще раз предложила Яна. – А то неудобно как-то. Ребенок вон трудится, а я как барыня.

- Ребенок! – насмешливо повторила Галина. – Это Ольга-то ребенок? Ты б посмотрела, какие кавалеры ей в этом еёйном интернете пишут! Срамота. И ведь не отвадишь ничем – хуже заразы. Погоди, еще год – два, замуж запросится. А помочь у меня есть кому – ты не переживай! – голос ее смягчился. – Идите лучше и, правда, погуляйте. Мороз сегодня сбавил. Хорошо прям, красиво. Я бы и сама с удовольствием, да вот кавалера никак не найду! – расхохоталась она. Яна улыбнулась. Макс чмокнул мать в щеку и поблагодарил за завтрак.

Мороз и, правда, сегодня не так сильно щипал за щеки. Солнце заставило искриться белоснежный снег на крышах и деревьях, превращая все в зимнюю сказку.

- Красота какая! – восхитилась Яна, выйдя из ворот.

- Это мы с тобой еще в лесу не были! Там вообще что-то нереальное. – Подтвердил Макс и взял девушку за руку. Так они и шли вдвоем по улице, держась друг за друга. «Вот бы всю жизнь так!» - промелькнула мысль в голове Яны. Очередной брошенный дом привлек ее внимание пустыми глазницами окон и заставил сменить направление мыслей.

- Слушай, сколько домов брошенных. Аж жутко! – призналась она, и попыталась спрятаться за Макса. – И людей в улице не видать вовсе! Где все? Будто вымерли. – Макс пожал плечами, продолжая неспешную прогулку:

- Вымирает деревня. Мать вчера правду сказала – семья наша исчезнет, и село пропадет вовсе. Хоть и звучит это нескромно, но на самом деле так! А людей нет, потому что старики возле печки греются, а кто помоложе остался, тот на ферме или конюшне трудится. Тем и живут. – Яна обняла парня. Ей нравилось думать о том, какую значимую роль для этих мест играет его семья. А может быть, это уже и ее семья. Ведь у них все серьезно. И дата свадьбы уже назначена. Сложно привыкнуть, что в один момент у тебя появляется столько новых родственников. Пусть они и прекрасные люди, но ведь ты их даже почти не знаешь. А как иначе? Иначе нельзя…

Вдруг, за забором пустого дома мелькнула чья-то фигура:

- Ух, ты! Смотри! Там кто-то есть! – обрадовалась Яна, и глаза ее заискрились азартом.

- Да где? Это ж заброшка. Откуда там? – засомневался Максим.

- Да точно тебе говорю! Я что, по-твоему, с ума сошла? – возмутилась Яна и чуть не бегом кинулась к забору.

- Постойте! Не уходите! Я поговорить с вами хочу? – она навалилась на ветхий забор, от чего тот опасно затрещал и наклонился. Однако, никого за ним разглядеть не удалось.

- Вот! Я же тебе говорил! – рассмеялся Макс. – Тоже мне, следопыт! – Яна и правда начала сомневаться, что кого-то видела. Может, показалось?

- Ага! – вдруг торжествующе закричала и куда-то указала она рукой. – А следы видишь? – на снегу действительно были чьи-то небольшие следы. Макс пожал плечами:

- Мало ли когда их оставили.. –Яна огляделась по сторонам, и, убедившись, что никого нет, наступила на перекладину и лихо перескочила изгородь.

- Стой! Ты куда?! – одновременно удивился и изумился Максим. Он никак не ожидал от своей девушки такого. Но было уже поздно.

- Вот ты где! – услышал он ее голос. Делать было нечего, и он перепрыгнул через забор вслед за Яной. Та, стояла рядом с зажавшимся в угол между забором и сараем мальчишкой. – Ты чего тут, прячешься от кого-то? – мальчишке было на вид лет 13-14. Худой, субтильный, до ужаса бледный. Он поджал свои и без того тонкие губы, от чего складывалось впечатление, что их у него просто нет.

- Молчит! – развела руками Яна, обращаясь к подошедшему Максиму.

- А я его, кажется, знаю! – ответил тот. – Это ж, по-моему, мм… погоди-погоди.. Ванька же ты да? – обратился он к мальчику. Глаза того вспыхнули, он резко посмотрел прямо в лицо Макса, но так ничего и не ответил. – Он знаешь, это аутизм у него что ли? – склонившись над ухом Яны прошептал Макс. – Странный он, в общем. Давай не будем его пугать. Пойдем лучше? – Яна опешила от такой новости. Напугать кого-то – это последнее, чего ей бы хотелось. Она в нерешительности попятилась:

- Ладно, извини, Вань. Ты это..не обижайся, ладно? Я не хотела тебя пугать! – мальчишка по-прежнему молча изучал их пристальным взглядом. Яна развернулась, и на улицу они уже вышли через просевшую от времени калитку.

- Блин, жалко его! – обратилась она к Максу. – Его бы в город, специалистам показать. По глазам видно, что он умный ребенок. Просто в себе замкнулся. – Макс пожал плечами:

- Насколько я помню, он со старой бабкой живет. Она его повезет что ли? Да ее пенсии хватит только чтобы до города доехать. – Вся волшебная зимняя сказка для Яны теперь пропала. Настроение стало грустным. И даже серебро перестало сверкать на солнце. – Ну, ты чего? Расстроилась что ли? – словно задираясь, Макс подтолкнул ее локтем. Та посмотрела на него и улыбнулась. Все- таки хорошо, что у нее есть он. – Может, на конюшню сходим, ты же хотела лошадей посмотреть? – лицо Яны расцвело улыбкой:

- Давай! – радостно согласилась она. И обняв парня за руку, бодро зашагала за ним, слушая как хрустит снег под ногами.

До конюшни они дошли довольно быстро. Благо она располагалась наполовину в лесу, наполовину на участке семейства Платоновых. Так что из конюшни можно было сразу же попасть в лес. Летом это очень удобно, а вот зимой приходилось принимать дополнительные меры защиты от волков.

Лошади такие красивые. Блестящие бока, шикарные гривы. Видно, что ухаживают за ними как надо. Яна тут же забыла о неприятном инциденте с мальчиком, полностью отдав себя новым знакомствам.

- А это Перс! Наша гордость! – Максим представил Яне черного, как крыло ворона, жеребца. Тот будто понял, что речь идет о нем, и начал бить копытом и активно кивать головой. – Да-да-да! Мой хороший! О тебе говорим! – сунув морковку в рот Перса, он наглаживал его по шее.

- Ой, а можно я тоже? – нерешительно спросила Яна. Перс был огромный, и такой сильный. Это пугало. Но такой красивый, что устоять просто невозможно!

- Конечно! – захихикал Максим. – Чего ты спрашиваешь? – Яна взяла морковь и поднесла к морде Перса. Тот не дожидаясь приглашения, ткнул ей в руку своим мягким влажным носом.

- Ой! – рассмеялась Яна. – У него такие зубы! Я думала, он мне руку откусит! - Макс тоже захихикал, глядя на нерешительность и страх своей девушки. Потом он подошел к ней сзади и обнял:

- Давай обратно через лес пойдем? – предложил он. – Посмотришь, каково это жить в сказке.

- Хорошо! – тут же согласилась Яна, продолжая наглаживать Перса. А тот все пытался выпросить еще одну морковку у девушки, ну или хотя бы попробовать ее саму на вкус.

Молодые вышли через заднюю дверь. Их встретил зимний лес, в котором уже начинало смеркаться. Удивительно – три часа дня! Казалось бы, самый разгар светлого времени. Однако, тут день уже вовсю отступал, передавая свои права ночи.

- Вау! – восхищенно сказала Яна, глядя как тропинка убегает в арку из посеребренных деревьев. Казалось, вот прямо сейчас из-за огромной ели выйдет дедушка Мороз в своей красной шубе и начнет одаривать подарками.

- Это ты еще не видела, когда солнышко это все подсвечивает! Вот тогда в самом деле глаз не оторвать! А сейчас, ну не тот пейзаж. – Поморщился он. Яна оглянулась на него с возмущенной улыбкой:

- Мне вот что-то кажется, что кто-то тут заелся совсем! А, молодой человек? – она шлепнула Макса по плечу. Тот притворно ойкнул и попытался обнять любимую. Однако, тут же отказался от этой затеи, шлепнув себя по лбу:

- Вот я дурень! Телефон на конюшне выложил и забыл!

- Ну, так и чего, мы же сейчас кругом обойдем и вернемся! Что случится с твоим телефоном? – недоуменно спросила Яна.

- Угу. – Возразил Макс. – Сейчас или какой-нить работник подрежет, или просто не заметят да разобьют. Знаю я этих криворуких! А нам в обход полчаса топать. Ты погоди, я сейчас быстренько сбегаю, и вернусь! Или вот – иди по тропинке, а я тебя нагоню!

- А волки? – недоверчиво спросила Яна. Макс улыбнулся:

- День же еще, какие волки? Скажешь тоже! – Он чмокнул девушку в кончик носа и побежал обратно на конюшню. Яна огляделась по сторонам. Теперь тут было тихо-тихо. И снег выглядел по-иному. Он сверкал и не переливался, а лежал мертвой ледяной глыбой. Яна поежилась. «Странно как много зависит от восприятия» - пробормотала она и углубилась в лес.

Как только деревья сомкнулись над ее головой, день окончательно расписался в своем бессилии. Яна будто попало в безвременье, где все остановилось. Только снег под ее ногами приятным хрустом возвращал в реальность. Яна оглянулась: Макса все еще не было видно. Странно, а ведь обещал быстро вернуться. Яна снова зашагала по лесной тропке, как вдруг что-то сильно затрещало, и с одной из елей осыпался снег. Из-за дерева показался кто-то.

Яна взвизгнула и уже хотела бежать, но мужской голос ее осадил:

- Чего кричишь, не признала что ль? – Яна замерла на месте, вглядываясь в мужчину, который шел по направлению к ней.

- Степан? – неуверенно спросила она. Тот самый молчун, которого она видела только лишь за столом. Но почему он по пояс голый и весь в снегу? Как же ему не холодно.

- Он самый! – подтвердил он, подойдя к ней вплотную. Его рот растянулся в улыбке и Яна отшатнулась.

- У вас кровь! – выпалила она. У Степана действительно губы и зубы были в крови. Тот смутился и попробовал вытереть ладонью.

- И, правда. – Пробурчал он и вдруг впился глазами в Яну. От этого взгляда по спине девушке побежали мурашки. Не отдавая себе отчета, она инстинктивно начала пятиться. Степан же не давал ей оторваться, делая шаг следом, как только та отступала назад. – Видно с дерева что-то упало. Может, лед. Вот губу и разбило, а я с горяча-то и не заметил. – Выдал он версию своей травмы.

- А почему вы.. – голос Яны предательски задрожал, - вам не холодно? – спросила она, имея ввиду его голый торс. Лицо его расплылось в улыбке, обнажив окровавленные зубы. От чего сделалось еще страшнее. Яна была уже готова сорваться и бежать, но в этот момент кто-то сзади схватил ее за плечи.

- Это потому что он у нас моржует! – Яна вскрикнула от неожиданности. Это был Макс. Его голос она не с чьим не перепутает! Она развернулась и тут же обняла его, прижавшись всем телом.

- Дурак! Чего подкрадываешься? Напугал меня! – ворчала Яна, хотя на самом деле она была буквально счастлива, что именно сейчас Макс вернулся. Немного отдышавшись, она выпустила любимого из объятий и обратилась к Степану:

- Вы простите, глупо все.. А где он? – Яна недоуменно посмотрела на Макса. Теперь они только вдвоем стояли на лесной тропинке, а от Степана не осталось и следа. Максим рассмеялся:

- Он у нас такой. На своей волне немного – он покрутил пальцем у виска. – Видишь, то закаляется, то по лесу один бродит. Но в целом мужик-то он хороший, работящий. И не пьет почти. – Яна улыбнулась: «Ну, да. Лучше бы пил» - подумала она про себя, но Максу ничего говорить не стала, чтобы тот не обиделся за своего родственника.

Когда они вернулись домой, уже почти совсем стемнело. Большой деревенский дом семьи Платоновых отдыхал в преддверии праздника. Салаты накрошены, холодец с картошкой наварены, теперь оставалось зарядиться хорошим настроением и ждать полуночи.

- В баньку-то пойдете? – протрубил Игорь Валентинович. – Уж стоплена. Готова. – Макс пожал плечами и посмотрел на Яну. – Перед праздничком-то обязательно надо! – подбадривал отец. Яна кивнула. Ей было интересно получить еще и такой опыт. Правда, с Максом идти было неудобно. В деревне свои порядки и до свадьбы такое не приветствовалось. А с кем-то из еще малознакомых женщин тоже не хотелось.

- Не переживай! – Макс чмокнул Яну в кончик носа. – Не велика наука – я тебе все покажу, и сама прекрасно справишься. – «Все-таки не зря я его полюбила, - подумала Яна и обняла Макса прижавшись к его груди –буквально мысли мои читает и желания улавливает».

Когда подошла очередь Яны на дворе уже была настоящая ночь. Баня стояла поодаль, но дорожка к ней подсвечивалась, так что заблудиться было невозможно. Яна бежала в валенках на голую ногу и наслаждалась хрустом снега при каждом шаге. Дорожка казалась единственным местом, где еще сохранилась жизнь, а все остальное потонуло в кромешной тьме.

Зайдя в помещение ее нос тут же почувствовал запах дерева и березы. Его ни с чем не сравнить. Никакой хаммам и никакая сауна не дает такого ощущения неги и расслабления.

Яна разделась и прошла в помывочную. Тут для нее Макс уже приготовил воды в двух больших тазах. На лавке стоял запаренный березовый веник. Париться она, конечно, не собиралась. Но вот попробовать вдохнуть березовый дух полной грудью – вполне. Она взяла деревянный ковш и зачерпнув настоянной воды с березовыми листьями плеснула ее на раскаленный камни. Пшшш!! – зашипели те, тут же обдав помещение густым паром.

«Ах! Даже тяжко с непривычки!» - подумала Яна. Она вся раскраснелась, кожа задышала как-то по-иному. Наступило полное ощущение перезагрузки. Макс предлагал еще и в снег нырнуть после парилки, но вспомнив Степана в лесу, Яна отказалась от этой затеи. «Для первого раза и этого вполне достаточно». – Посчитала она.

Укутавшись, она закрыла за собой дверь и выскочила на мороз. Пар от нее валил так, что даже мешал видеть перед собой. Зато было ни капельки не холодно. Даже если бы сейчас ей предложили и вовсе босиком добежать до дома, она бы легко это сделала.

Яна быстро зашагала к дому, желая как можно скорее поделиться своими ощущениями с Максом. Но вдруг чьи-то холодные пальцы схватили ее за руку. Яна даже закричать не успела, только ойкнула и отпрыгнула в сторону. И темноты появилось лицо Ваньки. Он по-прежнему ничего не говорил, лишь молча протянул на ладони свернутый кусок бумаги.

- Что это? – не поняла Яна. – Ты как вообще тут оказался? И почему не дома? – мальчишка ничего не ответил. Он снова схватил ее за руку и на этот раз сам вложил в ее ладонь смятый листок. После чего растаял в темноте. Исчез также быстро и бесшумно как и появился. «Странно, - подумала Яна – даже снег под ним не хрустит»

- Яян! – послышался голос Максима. – Ну, ты где там? – он стоял на крыльце дома и высматривал любимую. Яна очнулась.

- Представляешь..! – начала она. Первым ее порывом было рассказать Максу о встрече с Ванькой, но в последний момент что-то ее остановило, и она сунула листок бумаги в карман халата.

- Чего я должен представлять? – уточнил Макс. – Замерз уже тебя тут дожидаться. – Признался он. – Смотрю, вроде вышла и пропала где-то.

- Да я звездами залюбовалась! – соврала Яна. Отчего ей самой стало неудобно. – Пошли уже! И, правда, холодно.

В комнате, улучив момент, Яна достала, наконец, письмо от Ваньки. На нем неровными буквами было нацарапано: «Приглядись. Тебе только кажется». Яна несколько раз вчитывалась в текст, но так до конца и не поняла, что он означает. К чему она должна приглядеться и почему он решил, что ей что-то кажется? – Она пыталась найти ответы на эти вопросы, но не получалось.

- Абсурд какой-то! – пробормотала она, смяла бумажку и кинула ее в урну. В принципе, Максим ее предупреждал, что Ванька не в себе. Впрочем, как и дядька его этот.. Степан. – Яна невольно хихикнула. Интересное кино получается. Хотя, наверное, в каждой семье есть тот, кого можно записать в «странные».

- Чего ты тут? Уже к столу скоро, а ты гляжу еще и не думала наряжаться? – спросил Максим, зайдя в комнату. Яна отмахнулась:

- Да успею еще. Время-то. – Макс саркастически мотнул головой, явно не разделяя уверенности своей девушки. – Слушай, Макс, я вот про Ваньку про этого подумала – что ты о нем вообще знаешь? – спросила она, расчесывая свои длинные волосы. Макс пожал плечами:

- Да особо ничего не знаю. Мать его местная была, вот дочь бабы Аганьи, с которой он сейчас живет. А отец даже не знаю. Вроде в городе она залетела, когда училась. Потом вернулась с дитем, но без мужа. У нас так не положено. Вот мать ее, видать, и запилила до смерти.

- Это как? – замерев, спросила Яна.

- Да как, житья ей не давала своими упреками. Вот та и повесилась. Или утопилась. Слушай, я не помню точно. Это надо вон у матери спросить или у теток. Они-то точно знают. Только не сегодня. Сегодня все-таки праздник! Новый год! Какие повешенные? – Он сел на кровать рядом с Яной. Та улыбнулась, давая понять, что согласна с этим утверждением.

- А почему ты вообще о нем вспомнила? – спросил Макс, пристально глядя в глаза Яны. Та тут же отвернулась:

- Да так – хмыкнула она. – Жалко его. Один он тут считай. Ему лечение бы хорошее назначить, а он тут по заброшкам лазит. Мы же с тобой врачи все-таки! Должны помогать людям, не забыл? – полушутя обратилась она к Максу.

- Ну да, ну да! – согласился тот, поглаживая Яну по голому бедру. – Помощь это наше все! – Яна поняла, что его мысли пошли совсем в другую сторону, и решила вовремя остановить их.

- Так все! Тихо! Доктор Платонов успокойтесь! – Она, улыбаясь, отстранилась от него. – И, правда, ведь не успеем собраться! Новый год – не забыл?

- Помню-помню. – С неохотой согласился Макс.

С первого этажа уже начали доноситься голоса собравшихся. Яна взглянула на часы – одиннадцать. Пора было спускаться к гостям. Макс залип в своем ноутбуке и совсем перестал следить за временем.

-Ээй! Компьютерозависимый? – Яна подошла сзади и обняла парня за плечи. - Пошли уже к гостям, пора! А то тебе волю дай, ты и новый год тут встретишь! – Макс оглянулся на часы:

- А да, пошли! – он хлопнул крышкой ноутбука и поднялся из-за стола.

Внизу уже собралась вся родня Платоновых. Ребятишки бегали между взрослых, наряжая друг друга серпантином и радуясь, что сегодня не нужно ложиться спать вовремя. От чего эта ночь для них уже становилась волшебной. Яна немного растерялась в толпе малознакомых людей, которые теперь приходились ей почти что родственниками. Они улыбались ей, брали за руку, что-то говорили на ухо, что бы можно было расслышать из-за общего гомона и играющей музыки.

Глава 3

- Хорошо выглядишь! У нашего парня хороший вкус! – прокричала ей под ухо толи тетя Маша, толи тетя Фета – Яна еще не запомнила. Но зато от души поблагодарила.

- Девки, а ну помогите блюда на стол перетаскать! – распорядилась мама Галя, уперев руки в бока. Народ сразу двинулся на кухню, чтобы выполнить поручение. Яна тоже взяла увесистую чашу с салатом и понесла ее перед собой. В гостиной был полумрак, только висящие по стенам гирлянды давали порцию волшебного света. Они то поочередно мигали, то вовсе тухли, а потом резко включались, окуная людей в темноту. Яна поставила салат на край стола и в этот момент гирлянда погасла. Девушка повернулась, и сейчас же зажглись десятки разноцветных огоньков. Яна вздрогнула от неожиданности, увидев совсем рядом сидящего в углу Степана.

- Опять вы меня пугаете! – обратилась она к нему, положив руку на грудь. – Второй раз за сегодня. Так и сердцу остановиться недолго! – Лицо Степана расплылось в хитрой улыбке. И как показалось Яне, его взгляд выглядел надменным. Свет опять потух, но Яна уже не стала дожидаться очередной вспышки, и пошла к выходу. Уже в проходе она опять встретилась глазами со Степаном. Только тот стоял уже возле дверей кухни. Яна обернулась назад – угол, где она его только что видела, был пустым. «Как?! - подумала про себя Яна, и холодок пробежал по ее спине. – Все-таки странный тип. Нужно держаться от него подальше. Странный и противный!» - решила она.

Наконец, все уселись за столы. На экране большого телевизора, висящего на стене, появился президент со своей поздравительной речью. Мужчины схватились за шампанское, чтобы успеть открыть его вместе с боем Курантов. Малыши в нетерпении сжимали бенгальские огни – сейчас взрослые разрешат им подержать в руках чудо. И вот это свершилось! Часы пробили ровно полночь под дружные крики «Ура!» и хлопки шампанского! Все начали поздравлять друг друга с новым годом, загадывать желания и чокаться фужерами. Яна уже и забыла о неприятном инциденте со Степаном. Новогоднее настроение передалось и ей, и она с радостью желала всем счастья. Фужер за фужером, через какое-то время Яна почувствовала, что алкоголь ударил ей в голову. Она села на стул, есть совершенно не хотелось. Реальность стала замедленной и размазанной. Она потрясла головой и попробовала растереть лицо ладонями. Будто бы это должно было ей помочь. После этого она взглянула на сидящего напротив деда Матвея и чуть не закричала от ужаса. Перед ней сидело нечто с одутловатым лицом, густо покрытое бородавками, с толстыми красными губами, мертвенно-бледным лицом и черными длинными ногтями. Это нечто держало в руке ногу молочного поросенка и удовольствием жрало ее. Жир стекал по губам и подбородку. Оно посмотрело на Яну и широко улыбнулось, обнажив гнилые зубы и остатки еды между ними. Тошнота резко подкатила к горлу Яны. Ее чуть не вырвало. Она тряхнула головой и…увидела перед собой деда Матвея. Не отвратительного монстра, что только что предстал ее взору, а обычного деда! «Да что же это? – испуганно подумала она про себя. – Ни разу алкоголь ее так на меня не действовал». Яна огляделась по сторонам и увидела кого-то из тетушек. Она стояла спиной к ней, но будто почуяв, что девушка смотрит на нее, повернулась и ее рот растянулся кровавой улыбкой. Яна вскочила с места – она четко видела лицо тетки: такое же неестественно белое с толстыми кровавыми губами и блестящими глазами. Ее рот был усеян мелкими острыми зубами. Тетка встретилась глазами с Яной, и будто бы поняла, что она видит. Но вместо смущения, она клацнула своими челюстями, заставив Яну вздрогнуть и вжаться в стенку. После чего отвернулась и перестала обращать на нее внимание.

- Что с тобой? Ты вся дрожишь? – Яна резко повернулась и увидела рядом Максима. – Тебя что, напугал кто-то? – он склонился к ней, произнося слова прямо в ухо из-за громкой музыки.

- Я? – непонимающе переспросила Яна. Потом будто включилась в разговор. – Не знаю, что-то мне не хорошо как-то! – поделилась она.

- Пошли на улицу? – Предложил Макс. – На свежем воздухе полегчает! – Пообещал он. И не дожидаясь согласия, потащил ее за собой, держа за руку. Яна не сопротивлялась. Ей и, правда, показалось это хорошей идеей. Тем более оставаться здесь, было равносильно тому, чтобы сознательно лишить себя разума.

Они стали двигаться сквозь танцующую толпу. Люди громко кричали и пели. Яна старалась не смотреть по сторонам. Мелкие… даже они были похожи на маленьких монстров! Бледные лица, черные ввалившиеся глаза, ярко красные губы. Они кривлялись и корчились, глядя на Яну. Будто дразнили ее, предрекая что-то нехорошее. Яна снова потрясла головой, и дети снова стали просто детьми. «Как такое возможно? – думала она. – Неужели я схожу с ума? Или может, в шампанское что-то подмешали?»

На улице действительно стало легче. Тошнота ушла,а мороз испарил остатки алкоголя. Начала появляться ясность сознания. Яна даже улыбнулась: «Надо же, чего только не примерещится!» Макс стоял за спиной, держа ее в объятиях.

- Макс? – спросила она.

- Ммм? – отозвался парень.

- В шампанское точно никто ничего добавить не мог?

- Ты о чем? – непонимающе уточнил Максим.

- Не знаю – Яна пожала плечами, - странно как-то. У меня галлюцинации какие-то были как от психостимуляторов.

- Что еще за галлюцинации? – встревоженно спросил Максим.

- Да чушь все! Ерунда! – Яна виновато улыбнулась. Не надо было рассказывать и портить Максу настроение в такой момент. – Сама себя накрутила и вот теперь. Еще и записка эта! – Она повернулась к Максу, и крик ужаса вырвался у нее и груди. Перед ней стоял кто-то с мертвым лицом, черными ввалившимися глазами и ярко красными губами.

Темнота. Липкая темнота. Кажется, она проникает прямо в нос и горло, не давая дышать. Воздуха совсем нет. Яна старается вырваться из этой тьмы, но она сильнее. Она держит ее своими щупальцами и не дает пошевелиться. Каждое движение дается с огромным трудом. Яна трет горло и грудь, изо всех сил пытается сорвать тяжелые оковы. Но все без толку. Она задыхается. В бессилии она крутит головой, пытается сделать хоть один вдох. Хотя бы самый маленький, который подарит надежду! Яна делает еще одну попытку вдохнуть и, наконец, у нее получается. С шумом и хрипом врывается воздух в пустые легкие. Яна резко садится и открывает глаза.

- Что с тобой?! Ты чего, малыш? – Яна все еще не в состоянии ответить. Она поднимает глаза и встречается взглядом с Максимом. Он не на шутку напуган. Гладит ее по лицу, пытается понять, что происходит.

- Кошмар. – Попыталась объяснить Яна. – Жуткий кошмар. Ни разу …таких…не видела! – ее дыхание все еще сбивчиво, но опасности уже нет. Грудь высоко вздымается, воздух беспрепятственно насыщает ее организм. Макс обнял Яну, прижав ее голову к груди.

- Как же ты меня напугала! Я думал, это просто обморок, а ты еще и задыхаться начала. Как только рассветет, поедем к врачу! – взяв ее лицо в ладони, тоном, не терпящим прекословий, сказал Макс. Яна с подозрением вглядывалась в его лицо. «Что это было вчера? - Образ этих жутких монстров въелся в память. – Такое не забудешь». Но сегодня перед ней был все тот же Макс – ее родной и любимый. «Нет, что за бред? – она потрясла головой и взялась за лоб. – Надо узнать, что мы вчера пили. Может, это какая-то местная настойка на мухоморах была. Другого объяснения я не вижу». – Яна судорожно пыталась объяснить самой себе произошедшее накануне.

- Ян? – позвал ее Макс, не увидев никакой реакции на свои слова. Та посмотрела на него и улыбнулась.

- Да все хорошо, Максим. Правда! Не надо никакого врача. Тем более, где ты его найдешь-то первого января?

- Насчет этого не переживай. У родителей есть, так сказать, семейный доктор. Мама уже позвонила, договорилась. Это знаешь ли, не шутки! – Яна скорчила недовольную мордашку. – И что еще за «Максим»? Ты меня так называешь, только когда злишься или чем-то недовольна.

- Что?! Неправда! – Яна рассмеялась. – Чего ты выдумываешь? – Ее тронула такая внимательность парня. Если честно, она за собой этого не замечала. А он подметил. Значит, в чем-то знает ее лучше, чем сама Яна.

- Ладно, - Максим чмокнул ее в губы, - поднимайся потихоньку, да пойдем завтракать. Мать нам оставила.

- Блин, так неудобно! – Яна закрыла лицо ладошками. – Подумают, что я напилась и вырубилась вчера. – Высказала свои опасения Яна. – Кстати, что мы пили? Надеюсь, там мухоморов не было? – Макс хихикнул:

- Мухоморы? Почему мухоморы – ты что-то видела? – его губы растянулись в улыбке, а вот глаза почему-то стали холодными и колкими. Или Яне так показалось.

- Видела? Да нет! – Яна поспешила оправдаться. – Просто резко так вырубило. Да и кошмары эти ни с того ни с сего. – Она пожала плечами. – Макс расслабился, глаза его снова засветились любовью.

- С теть Валей просто больше не пей, да? Я видел, она вчера рядом с тобой сидела – вот и накидала тебя. Ее не всякий мужик перепьет! – Он поднялся с кровати и вышел из спальни. Яна подняла руки вверх, с удовольствием потянулась и снова упала на постель. «Как же хорошо, что все это только сон! – подумала она. – Страшный, абсурдный сон. Возможно, еще и нервное напряжение из-за знакомства с родителями наложилось». – Она старалась рассуждать как медик. Еще раз потянувшись, Яна перевернулась на бок. И тут ее взгляд упал на урну, стоящую возле письменного стола. «Тебе только кажется» - всплыли слова из Ванькиной записки. «Неужели, это тоже приснилось?!» - она кинулась к урне и, вывалив бумаги на пол, стала искать записку. Вскоре в ее руках оказался смятый листок – нет, не приснилось. Это все было правдой.

За завтраком Яна старалась вести себя как обычно – легко и непринужденно. Однако, ее взгляд то и дело останавливался на лицах присутствующих чаще обычного. Она старалась разглядеть хоть в ком-то ночных монстров, на вечеринке которых ей пришлось побывать минувшей ночью. Но все было как обычно: приветливая, но жесткая мама Галя. Тихий отец с трубным голосом. Вечно чем-то недовольная младшая сестра Максима Ольга. Даже зашедший с мороза Степан не показался ей сегодня подозрительным.

- Что это вы сегодня одетый? – пошутила Яна, попутно убирая за собой посуду. Степан смущенно отвел глаза:

- Извини. Не хотел пугать. Я думал, ты знаешь. – Пробурчал он, старательно избегая встречаться взглядом. Яна улыбнулась. Если честно, она бы уже постаралась забыть вчерашние события, объясняя их для себя серией негативных факторов перегрузивших ее психику. Но вот записка. Она не выходила из головы. Как-то надо отыскать Ваньку и попробовать его разговорить. Но как?! Макс всегда рядом. А она ему даже и не говорила об этой записке. – Яне стало стыдно – это первый ее секрет от Макса. А они ведь договорились: никаких секретов! Но что-то ей настойчиво подсказывало, что Максу лучше об этом не знать.

Автомобиль бесшумно двигался по заснеженной деревенской дороге. Они уже возвращались обратно, а Яна так и не придумала предлог, чтобы одной выйти в деревню и поискать Ваньку. Он должен ей объяснить, что значат эти слова и зачем ей эта записка. Но как?

- Ты чего такая тихая? – спросил Макс, поглядывая на нее с места водителя. – Врач же сказал, что все нормально. Нервное переутомление и все. – Яна улыбнулась:

- А я сразу говорила, что ничего страшного! Мы же сами медики – зачем нам еще этот врач нужен был? Кстати, неприятный он тип какой-то! – Яна поморщилась.

- Почему? – засмеялся Макс. – По мне так очень вежливый и услужливый.

- Во-во! – подтвердила Яна. – Чересчур даже. Как будто в рот заглядывает и заискивает. Липкий тип. Не люблю таких. – На самом деле, у Яны сложилось впечатление, что доктор чего-то боится. Вернее кого-то. Впрочем, как и все в этой деревне. Но Максу об этом она говорить не стала. Кажется, ее секреты от него начали расти, как снежный ком. И это ее совсем не радовало.

Нужно было срочно придумать предлог, чтобы остаться в деревне одной. Но что это может быть за предлог? Оставалось только одно: «Все-таки хорошо, что я девушка» - подумала Яна и решила срочно обидеться.

- Ну, так и все-таки, ты как будто злишься на что-то? – спросил Макс, видя что его девушка чем-то серьезно расстроена или озабочена.

- Отстань! – резко отрезала она и отвернулась к окну.

- Не понял? – удивился Макс. – Что я сделал?

- Ты как всегда прекрасен! – выпалила Яна. – Это я у тебя сумасшедшая дура, которую срочно надо было тащить к врачу!

- Да я.. – Макс даже не успел сообразить, чем тут можно крыть, а колесо девичьих обид уже набрало ход.

- Слушай, Макс, я же тебе говорила, что со мной все в порядке. Почему ты мне никогда не веришь?! – Яна сама себя поймала на мысли, что начала реально заводиться. Впрочем, это даже в плюс ситуации: если верит она, то поверит и Максим.

- Ну, а что плохого, что тебя осмотрел доктор? Лучше, знаешь ли, подстраховаться… – Яна скорчила брезгливую мордашку.

- Ты сейчас свое недоверие ко мне оправдываешь заботой? Серьезно?! Может, мне тебе еще спасибо сказать, за то, что этот мерзкий старикашка облапал меня своими липкими руками?

- Да чего ты взъелась на него, не пойму? Аркадий Петрович отличный доктор. Он всю нашу семью наблюдает.

- В том то и проблема, Макс, что ты действительно не понимаешь! – Сейчас в ее глазах стояли слезы. – Останови, пожалуйста, я пройдусь!

- Да куда ты, заблудишься еще! – попробовал отговорить ее Макс, но Яна перешла на повышенный тон:

- Макс, ты действительно меня не понимаешь! – Она смотрела перед собой, артикулируя каждое отдельно сказанное слово руками. – Останови эту гребанную машину – мне надо побыть одной! Неужели так трудно, хоть раз пойти мне навстречу! – С последней фразой она повернулась к Максу, и он увидел ее перекошенное от злобы лицо. Он нажал на педаль тормоза и внедорожник остановился:

- Спасибо! – уже спокойно сказала Яна. – Не переживай, я сама дойду. Мне просто нужно успокоиться. – Сказала она и захлопнула за собой дверь. Автомобиль тут же тронулся, немного побуксовав на месте. Яна посмотрела ему вслед: «Боже, как стыдно! Прости, Макс!» - прошептала она. Но и рассказать ему правду она тоже сейчас не могла. Яна зашагала к Ванькиному дому. Благо у нее хорошая топографическая память и она запомнила, где видела его в прошлый раз. «Лишь бы только он был дома, и лишь бы ей удалось установить с ним контакт» - повторяла она про себя. Иначе все это представление и ссора с Максом окажутся напрасными.

Яна подошла к старой покосившейся избенке с двумя окошками в улицу. Крыша его вся была укрыта толстым слоем снега, отчего казалась больше самой избушки. Яна подошла к калитке: «Постучать? Вряд ли услышат. А если и услышат, то точно не выйдут!» - она огляделась по сторонам – в улице никого. И собрав всю свою храбрость в кулак, открыла калитку.

- К вам можно? – уже войдя в темное помещение, которое по идее должно быть коридором или прихожей, спросила Яна. В доме было тепло и чисто. Хоть и более чем скромно. Пахло вскипевшим супом и теплым хлебом.

- Кто там? – раздался старческий голосок. – Аркадий Петрович, это вы? Проходите! – «Хм, значит, добрый доктор и старушек на дому обслуживает – тут же отметила про себя Яна. – Этот тип явно не по полису ОМС приемы ведет» - Сделала она вывод.

- Ба! Это не он! – в дверном проеме появился Ванька. Здесь в избушке он казался выше ростом, но таким же тощим и замученным. – Ты же знаешь, он по четвергам приходит!

- Здравствуйте! – увидев Яну, парень слегка смутился. – Ругаться пришли, что на ваш участок пробрался? – понизив голос, почти шепотом спросил он.

- Кто там, Вань? – снова послышался старушечий голос.

- Нет, мне просто поговорить! – также стараясь говорить тише, ответила Яна.

- Да это ко мне, ба! Колька Емельянов зашел! – соврал Ванька.

- А-а-а! Опять набедокурите что-нибудь! – предположила старушка. Ванька посмотрел прямо в глаза Яны. Теперь он не казался запуганным или каким-то заторможенным.

- А вы так ничего и не увидели? – с нотками разочарования спросил он.

- В том-то и дело что увидела! – забыв об осторожности, чуть не закричала Яна. Но Ванька тут же зашипел, приложив палец к губам. – В том-то и дело, что увидела – уже шепотом зачем-то повторила Яна, - но ничего не поняла! Потому и пришла. – Ванька кивнул:

- Хорошо. Только давайте не здесь и не сейчас. И пожалуйста, никому не говорите об этом! – чуть ли не умоляющим тоном прошептал он. – Это для вашей же безопасности. – Эти слова почему-то испугали Яну. Наверное, потому, что она в них поверила.

- Где и когда? – спросила она, желая получить больше конкретики. Ванька на мгновение задумался:

- Приходите сегодня вечером на конюшню. Часов в восемь. Уже совсем темно будет. Откройте мне дверь, которая в лес выходит. Там и поговорим. Только одна приходите. Это важно. Иначе, я вас не видел и ничего не знаю.

- Хорошо. – Согласилась Яна и вышла из дома. На улице было заметно светлее и ей пришлось даже зажмуриться, чтобы глаза смогли привыкнуть.

«Удивительно, - подумала она, - а он вовсе и не заторможенный! Вполне нормальный пацан. И чего тогда он так странно себя вел?» Яна огляделась по сторонам, и, убедившись, что никого нет, быстро зашагала к дому Платоновых.

- Ну, Макс! Ну, прости меня! – Яна обвила его шею руками и сейчас больше походила на лису, чем на девушку. – Сама не знаю, что на меня нашло. – Призналась она. – А вот пока шла по морозу, мозги-то на место и встали. Я тебе спасибо должна была сказать, а вместо этого концерт устроила! – Яна чмокнула Максима в щеку, а потом в губы - Ну, прости! Прости, прости, прости! – с каждым «прости» она целовала любимого и тот, наконец, растаял.

- Ладно! – рассмеявшись, сказал он. – Я и не обиделся вовсе! Просто это было…эээ…странно? Не похоже на тебя, в общем. – Яна пожала плечами:

- Такие уж мы девушки! Сами не знаем, чего от себя ожидать можно! – Она сидела на кровати, скрестив ноги по-турецки. Распущенные волосы, щеки, еще румяные от мороза. Сейчас Яна походила на маленькую нашкодившую девчонку. Макс потянулся к ней и сгреб ее в объятия, начав целовать.

- Макс?

- Ммм? – промычал парень, не желая прерываться.

- А можно я еще кое о чем тебя попрошу? – неуверенно произнесла Яна.

- Можно, а о чем? – Макс все-таки прервался, но из объятий не выпускал.

- Можно я сегодня сама Перса покормлю? Одна? – Макс скорчил непонимающую гримасу:

- Что опять одной побыть нужно? – Яна прыснула смехом:

- Дурачок! Ну, просто понимаешь, Перс он такой… - Она подняла глаза к потолку, - сильный, красивый. Лидер, в общем. И я хочу попробовать взять над ним верх. Понимаешь? В психологическом плане! А если ты будешь рядом или кто-то другой, то он будет это чувствовать и никогда не признает меня вожаком!

Глава 4

- Эвона как! – наконец, разомкнув объятия, вымолвил Максим. – Это сейчас ты на лошадях натренируешься, а потом на мне будешь? – Яна рассмеялась и, шутя, шлепнула его по плечу:

- Дурак! Я серьезно! Скажи лучше, когда туда пойти, чтобы народу меньше там было? – Яна решила схитрить, чтобы Макс сам назвал ей время. Это отведет его возможные подозрения. Макс задумался:

- Часов после семи, думаю. Если только сторож. Но там сейчас везде камеры, так что и он вряд ли заходить туда будет. – Яна удовлетворенно кивнула, а про себя с тревогой подумала: «Знает ли о камерах Ванька, и не подставит ли он их обоих своим визитом?»

- Может, я все-таки пойду с тобой? Ммм..? – Макс скорчил жалостливую мордашку. – Яна хихикнула, но ответила тоном, не терпящим возражений:

- Нет, и не уговаривай! Перс должен только меня почувствовать и понять, кто из нас главный!

- Ох, ты какая! – Макс развалился на кровати. – Главнючка!

- Что-о-о? – Яна повернулась к нему. – Я тебе сейчас покажу главнючку! – Она схватила подушку и начала играючи бить его ею.

- Помогите! Спасите! – также шутя кричал Макс, закрываясь руками от нападок любимой. После этого они долго еще боролись и дурачились, а потом просто лежали в объятиях друг друга, пока наконец, не стемнело.

- Уф! Запарилась я с тобой! – Яна сдула с раскрасневшегося лица прядь волос. – Ладно, пойду. Не скучай! – Она наклонилась и чмокнула Макса в губы. Но глазами старалась не встречаться. Все-таки совесть грызла ее за то, что она обманывает того, кому обещала быть с ним честной до конца.

Дверь спальни захлопнулась, и Макс поднялся с кровати, глядя в окно. Через некоторое время он увидел Яну. Она обернулась, будто опасаясь, что кто-то за ней проследит.

- Перс, говоришь. – Задумчиво произнес Макс, глядя на удаляющуюся фигуру. – Ну, да – ну, да! – сразу после этого дверь спальни снова хлопнула и в комнате воцарилась тишина.

Яна подошла к дверям конюшни, и, взявшись за ручку двери, еще раз огляделась по сторонам. Главное, не спешить и не попасться на таком мелком вранье. Она ведь не сможет толком объяснить, зачем ей понадобилась эта встреча с Ванькой и почему делает это втайне.

Потянув на себя дверь, Яна оказалась в теплом длинном помещении, где пахло лошадьми, сеном и навозом. Свет горел только в коридоре. Да и тот был тусклым и желтым. Денники и вовсе почти не освещались. Яна отметила про себя, что им это сейчас на руку. Денник Перса находился почти у запасного выхода, который ей и нужно было открыть, чтобы впустить Ваньку. Яна подошла к Персу и достала кусочек морковки. Тот сразу же проявил к ней интерес:

- Хороший! Хороший! – девушка наглаживала коня по морде, пока тот с удовольствием уплетал лакомство. Со стороны казалось, что она действительно здесь только из-за него. Однако, Яна тайком оглядывала помещение, ища глазами камеры слежения. «Все не так уж плохо» – подумала она. Ей удалось отыскать всего три камеры: по одной над входными дверьми, и еще одна посередине коридора. Вся трудность заключается лишь в том, чтобы впустить тайного гостя и остаться незамеченными. Сердце девушки билось как сумасшедшее. Редко когда она участвовала в чем-то подобном, а значит, ее нервная система испытывала достаточный стресс. Яна судорожно искала решение этой проблемы. Взглянув на часы, она увидела время: «Начало девятого! Ванька может решить, что она передумала и уйти восвояси. И тут глаза ее зацепились за тюк сена, лежащий как раз под камерой. «Только так!» - подумала Яна, и, оставив Перса, подошла к сену и взяла в руки вилы. В следующий момент камера не видела ничего кроме поднятого на вилах сена. Дверь быстро открылась и тут же захлопнулась, в конюшне послышались тихие голоса.

- Давай прячься! Тут камеры! – скомандовала Яна. Мальчишка послушно запрыгнул в денник, немного взволновав лошадь. Но он тут же принялся чесать той бока, а голос его зазвучал спокойно и убаюкивающе. Что вообще не сочеталось со смыслом его речи:

- Скажи мне, что ты видела? – спросил Ванька мягко – Почему вдруг захотела со мной поговорить! – Яна гладила морду той же лошади и пыталась задобрить ее оставшейся морковкой.

- Что видела? – переспросила она. – Даже не знаю, видела ли я это или алкоголь так на меня повлиял. А может, и приснилось вовсе. – Задумчиво произнесла она.

- Ближе к делу! – перебил ее Ванька. – Говори, как есть или я пошел! Ты знаешь, что со мной будет, если поймают тут? – Яна собралась и решила быть откровенной с этим парнишкой.

- В общем, в новогоднюю ночь, когда мы все праздновали, мне показалось.. – Она снова сделала паузу, видимо подыскивая подходящее слово, - показалось, что я вижу.. живых мертвецов? – Яна сама вздрогнула от этих слов. Но Ванька, кажется, даже не удивился.

- Подробнее? – теперь командовал он.

- Ну, у них у всех были неестественно бледные лица. А губы очень пухлые и ярко красные. – Она потрясла головой, желая избавиться от этой картинки перед глазами. – Еще у некоторых были черные глаза. Или их просто было не видно. – Ванька удовлетворенно кивнул:

- Поздравляю! Ты увидела их истинные лица! – прошептал он.

- Что? Как это? Что ты несешь?! – не поняла Яна.

- Платоновы твои как есть настоящие упыри! Вот их лица ты и разглядела в новогоднюю ночь, когда границы между мирами истончаются, люди с чувствительной психикой могут разглядеть их истинное лицо!

- Что за ерунда! Я-то думала, ты скажешь что-то вменяемое! – Но Ванька не стал слушать ее возражения и перебил:

- Нет, конечно, они не вампиры и не зомби из голливудских ужастиков. Вполне себе живые люди. Вот только кровь живую они пьют по-настоящему!

-Что? – на лице Яны отразилась брезгливость вперемешку со злостью и несогласием. – Что за бред? Зачем им это? – на ее глазах заблестели слезы. Но Ванька не обращал на это никакого внимания. Ему нужно было успеть рассказать все, что он запланировал.

- Это все для того, чтобы омолаживаться. Думаешь, сколько лет отцу твоего Максима?

- Не знаю. – Опешила Яна. – Лет под шестьдесят, наверное!

-Ха! – снова перебил ее Ванька. – Скорее сто шестьдесят! Также как и его женушке! А их бабка и вовсе была одной из тех, кто это село основывал! Вот для того им кровь и нужна! С ее помощью им удается прожить несколько человеческих жизней. И чем они становятся старше, тем больше крови им нужно! Ты думаешь, почему все в деревне такие зашуганные? Да потому что все они – только еда для этих господ! – чуть ли не выкрикнул Ванька, но вовремя осекся и снова зашептал. – И бабку мою доят, и всех вокруг! А если кто возмущаться станет или жаловаться куда – так либо умрет внезапно, либо вовсе исчезнет без следа! – Яна хотела снова что-то возразить, но Ванька жестом ее остановил. - Здесь они полубоги! Все в их руках: и деньги, и связи, и мы, как дойные коровы. Так что лучше беги отсюда и не оглядывайся. И не дай тебе бог, если они заподозрят, что ты о чем-то догадываешься!

- Если все так, как ты говоришь, - поникшим голосом произнесла Яна, - зачем Макс меня тогда сюда привез? Зачем им я? Они и приняли меня, как родную. – Ванька ухмыльнулся:

- Род-то им продолжать свой надо? Вот и привозят новых дурочек. Сначала очаруют, потом уж поздно. Либо с ними заодно становятся, либо пропадают без вести. Думаешь, ты первая у него невеста? – глаза Яны вспыхнули:

- Какая же? – Ванька пожал плечами.

- Не знаю. На моей памяти, вторая. А там, кто его знает. – Яна на минуту задумалась:

- А Макс? Он тоже… такой же? – спросила она.

- Ты видела его лицо? – вопросом на вопрос ответил Ванька. Яна обреченно кивнула – Вот тебе и ответ.

- Сколько же ему лет? – вдруг осенило Яну. Ванька пожал плечами:

- Бабушка говорит, лет восемьдесят. Не знаю. – Яна закрутила головой, отказываясь верить в происходящее.

- И что, он меня укусит или что? Чего тогда ждет до сих пор? – Ванька улыбнулся:

- Я же говорю, такие только в кино бывают. А для этих наш местный доктор старается. Аркадий Петрович, мать его так! - Ванька брезгливо сплюнул. За деньги им служит. Ну, может, запугали еще. В общем, бабушек наших регулярно навещает, кровь им пускает. – Лицо парня исказилось бессильной злобой.

В этот момент дверь в конюшню открылась и в проеме появилась фигура Макса.

- Прячься! – шепнула Яна. Ужас объял ее с головы до ног. Казалось, миллионы злобных мурашек побежали по телу, каждая из которых пыталась куснуть больнее предыдущей.

- Не выдай себя! Не показывай виду, что знаешь! Не то пропадешь! – Быстро прошептал Ванька и нырнул в темноту.

- Ты же вроде к Персу пошла, а сама Маньку кормишь? – спросил Максим, подойдя к девушке. Яна вдруг расслабилась. Она сама удивилась как это у нее получилось.

- Да! – махнула она рукой. – С этой как-то проще! А тот, - она покачала головой, - остолоп настоящий. Ни в какую меня не принял! – Макс рассмеялся.

- А камеру зачем закрыла? Я хотел посмотреть, как ты тут, гляжу, а мне только сено показывают!

- Камеру? Какую камеру? – решила сыграть в дурочку девушка. – А-а, эту! Да все из-за него же! – возмутилась Яна и указала рукой на Перса. – Всю морковку у меня сожрал! Я вот и подумала, что сеном его угощу, может, подобреет. И что-то вилы застряли – никак вытащить не смогла. – Она подошла к тюку, и взялась за черенок. – Видишь? Никак! – Макс улыбнулся и одной рукой вытащил вилы, сбросил с них сено, а потом резким движением воткнул их в тюк, не отводя взгляда от Яны. Та непроизвольно вздрогнула, но тут же схватила парня под руку:

- Пошли уже! Что-то у меня аппетит разгулялся! Что там мама Галя на ужин нам приготовила? – Макс рассмеялся. Дверь в конюшню захлопнулась. И вскоре погас свет. Через некоторое время послышалось конское фырчание, а потом запасная дверь чуть приоткрылась, впустив облачко холодного воздуха, и тут же аккуратно захлопнулась.

Яна с Максом ввалились в дом. Они оба улыбались, но между ними чувствовалось незримое напряжение.

- Давай куртку, повешу? – предложил Макс свою помощь Яне. Та скинула пуховик и протянула парню, а сама пошла мыть руки. Макс повесил куртку и запустил руку в ее карман, достав оттуда несколько кусочков морковки. «Всю, говоришь, скормила?» - пробурчал он, и сунул овощи обратно.

Яна старалась вести себя естественно. Но ей самой казалось, что со стороны она выглядит странно. Она то нарочито пыталась быть веселой, то тут же начинала нервничать, не справляясь с эмоциями и мыслями. От этого она стала дерганой и неуравновешенной, что вообще было ей не свойственно.

- Что с тобой? Тебя что-то мучает? – спросил Макс, заправляя выбившийся локон ей за ухо. – Ты какая-то нервная. – Его голос звучал тоже как-то странно. Будто бы он уже знал ответ на свой вопрос, а потому его забота сейчас звучит фальшиво. Яна выдавила из себя улыбку и тут же отвела глаза:

- Да нет. С чего ты взял? Все хорошо. – Потом немного подумав, она повернулась к нему и уже уверенным тоном продолжила. – А ты знаешь, действительно со мной что-то не так! Я и сама не понимаю что. Я то начинаю злиться ни с того ни с сего, то, наоборот, хочется хохотать и прыгать! Может,я с ума схожу, как ты думаешь? – Макс хихикнул:

- А разве это не обычное состояние для девушки? – Яна скорчила гримасу, передразнивая парня.

- Еще я кое-что вижу. – Серьезным тоном продолжила она, пристально следя за мимикой Максима. Тот будто вздрогнул от неожиданности.

- Да? И что именно? – его голос даже просел, и ему пришлось немного покашлять. Яна пожала плечами:

- Не знаю. Что-то странное. Похоже на галлюцинации. – Теперь она смотрела в окно, за которым расстилались бескрайние белоснежные просторы. – Раньше со мной никогда такого не было! – обернувшись на парня, добавила она. Макс будто выдохнул и взял ее за плечи:

- Наверное, наш кристально чистый воздух на тебя так действует! – предположил он. – Ты же городское дитя и не привыкла к такому. – Яна улыбнулась и кивнула:

- Возможно. Тем более кислород – это яд, так что да, твоя версия имеет право на существование! – Она искренне рассмеялась и обняла Максима. «Теплый – поймала себя на мысли Яна, и сама себя тут же отругала. – Какой он еще должен быть, по-твоему?!» Перед глазами всплыли ужасные мертвые лица из прошлой ночи. Она изо всех зажмурилась и открыла глаза, стараясь прогнать жуткое видение. Еще Яне показалось, что теперь ей тяжело обнимать Макса. Он стал для нее кем-то иным. Может быть тем, кого она видела ночью.

- Сегодня опять сабантуй намечается, ты в курсе? – спросил Макс, не выпуская Яну из объятий. Та удивленно посмотрела ему прямо в лицо:

- Нет. А повод? Вроде Новый год уже встретили?

- Тут три дня положено! – пожал плечами Макс. – Всегда так было, сколько себя помню! – Яна прижалась щекой к плечу парня. Они будто танцевали медленный танец, слегка покачиваясь, только без музыки.

- Странно, а в деревне я ни у кого больше не заметила гирлянд и украшений. Будто даже и не празднуют. – Словно раздумывая вслух, произнесла она.

- Денег у людей нет. – Заключил Максим. – Да и кто украшать-то будет, бабки столетние? – Яна прыснула смехом, живо представив эту картину.

- Почему бабки-то? Ты так говоришь, будто в деревне молодежи нет совсем!

- А разве есть? – спросил Макс, продолжая двигаться в немом танце.

- Конечно, есть! – возразила Яна. – Вон, Ванька, например! Я и то знаю.

- Ох, уж этот Ванька! – Макс отстранился от Яны и уставился ей в лицо, продолжая держать ее руки. – Я, наверное, ревновать скоро начну! – Яна снова рассмеялась:

- У тебя просто нет шансов! Такой юный мачо запросто меня у тебя уведет! – Максим попытался улыбнуться, но вышло не очень естественно.

- Ладно, ты отдохни немного, да готовься гостей встречать. Скоро собираться начнут. Я пойду бате помогу по хозяйству. – Яна кивнула, выпуская Максима из объятий. Вскоре она осталась одна в комнате. Вечер и ночь обещали быть трудными. Теперь Яна уже знала чего ждать. Но как не выдать себя? Как казаться непринужденной и легкой в компании этих монстров?

Яна прилегла на постель и закрыла глаза. Перед ней тут же заплясали мертвенно – бледные лица с кроваво-красными губами. Они летали над ней, хохотали квакающими голосами, у некоторых кровь текла прямо по подбородку.

- Теперь ты с нами! – выкрикивали они. – Теперь ты одна из нас!

- Нет! Ни за что! – Яна кричала. Яна сопротивлялась. Она пыталась убежать, но отвратительные лица не давали ей прохода. Они кружили ее, некоторые лезли целоваться, оставляя кровавые следы на ее лице. – Отстаньте от меня! Уйдите прочь! Прочь! – Яна разрыдалась от бессилия, злобы и ужаса. Она даже попыталась ударить эту мерзкую насосавшуюся крови рожу, но кто-то сильный схватил ее за руку. Яна попыталась вырваться, но бесполезно. Ее рука будто в железном плену. Она развернулась, чтобы увидеть своего пленителя. И ужас схватил ее за горло, заставив хрипеть и булькать, как те самые мертвые лица.

- Ма-акс! – прохрипела она, стараясь оттолкнуть его от себя. Но это был не Макс. Перед ней стояло чудовище лишь издали напоминающее Максима. Бледно – белое лицо, ярко красные губы и черные пустые глаза. Он улыбался и звал ее издевательски игривым тоном:

- Яна! Яна!

Девушка подпрыгнула на кровати, глубоко и шумно вдыхая воздух. Она будто вынырнула из водных глубин, а не проснулась на мягкой постели.

- Яна! – снова позвал ее Макс. – Что с тобой? – Только сейчас она заметила, что Максим сидит рядом с ней и держит за руку. – У тебя пульс сейчас в небеса улетит! С тобой все нормально? – его лицо выражало искреннее беспокойство.

- Сон! – все еще пытаясь отдышаться, объяснила она. – Дурной…страшный.. противный сон! – Макс покачал головой:

- Что-то часто тебя кошмары стали одолевать!

- Сама удивляюсь. – Согласилась Яна, поднимаясь с постели. – Уже пора? Гости собрались? – Макс молча кивнул, не отводя взгляда от любимой девушки. Он искренне за нее переживал, но похоже чувствовал себя в точно такой же ловушке как и она. У него тоже не было выбора. За него давно уже все решили. Так что оставалось только смириться. Но смирится ли Яна? – вот что по-настоящему волновало парня. Впервые за много лет, ему встретилась та, с которой хотелось дождаться старости, делить общий очаг и общие проблемы. Растить детей, а когда те повзрослеют и разъедутся, завести кота и собаку. Рассказывать друг другу об их проказах и выходках, переживать за них, как о собственных детях. Но суждено ли этому произойти? Не знает даже он. И это гнетет. В этот раз все как-то иначе. Все по-другому. И он впервые засомневался в собственных силах.

«Она должна понять! – мысленно сказал себе Макс. – Ведь она его любит! Любит по-настоящему! А значит и примет, каким бы он ни был!» - от этих мыслей действительно стало легче.

- Ну как тебе? – Яна выскочила из ванной, и покрутилась перед ним в новом голубом платье.

- Супер! – ответил Макс, поднявшись с кровати, и попытался поцеловать девушку. Но та почему-то увернулась, и выскочила из комнаты:

- Пошли уже! Пора! – услышал он ее голос.

Сегодняшняя вечеринка была уже не такой шумной. Это больше походило на сельские посиделки. Люди просто сидели за столом, вкусно кушали и вели речи о насущных делах и проблемах. Глядя на все это, Яна засомневалась – на самом ли деле она подозревает этих людей в чем-то, о чем даже подумать странно и страшно? Может, все что ей привиделось накануне просто бред, вызванный реакцией организма на непривычный алкоголь? Но как в эту канву укладывается Ванькин рассказ? Хотя ее изначально предупреждали, что он странный юноша.

- Ты че ничего не ешь? Пить отказалась, так хоть ешь!– наклонившись над ухом, шепотом спросил Максим, вырвав Яму из странных раздумий. Та растеряно улыбнулась в ответ, осознав, что уже пару минут гоняет по блюдцу одинокую горошину:

- Да не хочется что-то. – Пожала она плечами. – Слушай, а почему опять ночью? – спросила Яна. Губы Макса сложились в полоску, а их уголки скользнули на мгновение вниз.

- Традиция такая. – Объяснил он.

- Мам! – перекрикивая параллельную беседу. – Почему мы ночью посиделки устраиваем, не новый год ведь? – Макс задал вопрос, заставив Яну ерзать на стуле, испытывая смущение. Галина посмотрела на сына, будто сразу и не поняла о чем ее спрашивают.

- Ну, как – развела она руками в недоумении, - испокон веков у нас так повелось. И мои родители так новый год встречали, и родители родителей.

- Это понятно, но почему? – не унимался Максим.

- Да ну тебя с твоими вопросами! – мама Галя махнула на него рукой, и отвернулась к снохе, продолжив прерванный разговор.

Глава 5

- Вот видишь, поди тут узнай что-то! Они и сами не понимают, зачем это делают. Просто делают и все! – объяснился Максим. Яна улыбнулась:

- Это, наверное, лучшее объяснение какое только могло быть! – теперь ей точно казались глупостью все ее страхи и подозрения.

Вдруг свет погас, и женщины начали зажигать свечи. Кто-то начал красиво петь. Голос был женский. Мощный и красивый, как полноводная река по весне. Яна начала искать глазами источник звука, но в темном помещении лишь с отблесками света от зажигающихся то здесь, то там свечей, сделать это было не так то просто. Потом к этому голосу начали добавляться другие – более нежные и тонкие. Они словно ручейки дополняли основное звучание, оттеняя его и делая еще более прекрасным.

- Как красиво! – прошептала Яна, положив голову на плечо Макса. Тот обнял ее за талию. – А на каком языке они поют? Слова вроде знакомые, но я не могу их понять. – Спросила Яна.

- Это старославянский. – Шепнул Макс на ухо. - Я с детства еще помню эти распевки. Действительно красиво. – Он вдруг взял Яну за подбородок и повернул ее лицо к себе. В следующий момент она почувствовала как его мягкие губы нежно касаются ее. Яна обвила шею парня руками, отвечая ему на поцелуй. Это пьянило. Она будто таяла в его руках. Наконец, Яна смогла вырваться из этого сладкого плена и открыла глаза. И тут гостиную наполнил ее леденящий душу крик! Вместо Макса на нее смотрел монстр с мертвенно-бледным лицом и полными кроваво-красными губами! Яна не в силах была больше терпеть. Голова отключилась, на поверхности оказались только инстинкты. Она вскочила со своего места, на пол полетели бокалы, и блюдца и бегом кинулась к выходу, расталкивая людей. Хотя людей ли?

Выскочив из гостиной, Яна успела сообразить, что ей нужна одежда. Далеко она не убежит в одном лишь платье. Но второпях она перепутала дверь и заскочила в ванную. Здесь новая порция животного страха захлестнула ее без остатка. В ванной по пояс голый стоял Игорь Валентинович. Он весь был в крови: лицо, руки, торс – сейчас он напоминал кровавого демона, а не отца семейства. Но самое страшное и отвратительное было то, что он еще и пил кровь прямо со стакана, а его распухшие губы выпускали ее стекать по шее и груди.

Теперь уже не до одежды – просто бежать! Бежать куда глаза глядят! Яна выскочила на мороз в чем была и бросилась со двора. Собака кинулась на нее, реагируя на побег. Но цепь не позволила ей достать бежавшую, а Яна даже не обратила на нее никакого внимания.

Вот она уже на темной деревенской улице, где из всего освещения только Луна. Да и та сегодня, как нарочно, норовит отсидеться за тучами. Мороз будто лезвиями полосовал ее кожу. Ступни ног уже горели от холода. Но все это не имело никакого значения. Из груди Яны то и дело вырывался толи хрип толи стон.

- Янаа! – послышался голос Макса. Видимо, он кинулся за ней. Значит, ей стоит поторопиться. – Янаа! Вернись! Я все объясню! – Яна обернулась и увидела сияющий огоньками дом Платоновых. Почему-то теперь ей казалось это особенно страшным и циничным.

- Никуда она не денется! Не переживай! Завтра сыщем! – Игорь Валентинович положил руку на плечо сына, призывая того вернуться в теплый дом.

В сенях что-то загремело, потом кто-то сильно затарабанил в дверь. Ванька вскочил с постели и схватился за топор:

- Кто там? – крикнул он.

- Я! Это Яна! Открой, пожалуйста! – услышал он женский голос из-за двери. Ванька даже на мгновение растерялся, настолько это было неожиданным.

- Кто там, Вань? – старческий голос из соседней комнаты, сообщал о том, что старушку тоже разбудил этот поздний визит.

- Все нормально, ба! Это ко мне! – Крикнул парень и открыл дверь. В дом ввалилась синяя от холода Яна. Ее трясло, а ресницы и волосы покрылись инеем.

- Ты.. как? Ты.. что? – Ваньке не удавалось сформулировать свои вопросы. Они перебивали друг друга, стараясь пролезть без очереди. Он взял девушку за руки и усадил на скамейку возле печки. С вечера натопленная печь все еще отдавала свое доброе тепло, и Яна сразу же это почувствовала.

- Я .. убежала.. Он..монстр! – она подняла лицо и Ванька увидел ее полные слез глаза.

- Сейчас-сейчас! – наконец, сообразил он и кинулся за пледом. Тут же накинул его на плечи девушки и налил кружку горячего чая.

- Он монстр! – снова произнесла Яна, принимая кружку. – А я.. я целовала его.. а там кровь! Везде кровь! – Она выронила кружку и разрыдалась. Ванька присел рядом и обнял девушку, давая ей время выплеснуть из себя весь шок и стресс, который она испытала.

- Вон вы тута чего? Не рано ли к тебе Ваньша девки-то по ночам шастают? – в дверном проеме появилась старушка, на которой была только ночная рубашка. Ее седые волосы торчали в разные стороны, но глаза заискрились неподдельной радостью за внука.

- Ба! – Ванька вскочил на ноги. – Ну, че ты выдумываешь? Иди, ложись! Это по делу! – Он взял старушку под руку и повел обратно в спальню.

Яна немного пришла в себя:

- Ты извини, что я так. Среди ночи. Просто я не могла там больше находиться, понимаешь? – краска растеклась на ее глазах, и теперь она и сама походила на какую-то инфернальную сущность. Ванька улыбнулся этой мысли.

- Ничего страшного. – Ответил он. – Но тебе нельзя здесь оставаться. Они тебя здесь найдут в пять минут. – Яна кивнула:

- Я уеду. Как только рассветет – уеду! Вот только деньги мои и одежда, все там осталось. – Ванька саркастически покачал головой:

- Наивная! Кто ж тебе теперь даст уехать? Ты узнала их главный секрет! Да и на чем ехать собралась? Автобус раз в неделю, и тот в пятидесяти километрах отсюда!

- А что тогда делать? – Яна подняла испуганные глаза на Ивана. Тот задумался, потом присел рядом:

- Ясно одно – в деревне тебе оставаться нельзя. Тут их территория. Тут они боги – что хотят, то и делают. И уехать ты не сможешь. Нужно переждать. – Он резко повернулся к девушке и взял ее за руки – Слушай, у меня в лесу избушка есть! О ней только я знаю! Придется тебе пару дней там посидеть, а к четвергу вызовем такси, чтобы до автобуса тебя увезли! Дорого, конечно, но думаю, моих сбережений хватит! Другого выхода я не вижу! – Глаза Яны снова заблестели от слез:

- Спасибо! Спасибо тебе! – Ванька отмахнулся.

- Пока что не за что! Ты отогревайся, я пока харчей соберу, да одежды для тебя теплой. – Он окинул ее взглядом, и лицо перекосила улыбка – Прости, но придется идти в чем подберу! – Яна махнула рукой. Это сейчас меньше всего ее волновало.

Ночь была в самом разгаре, когда двое вышли из теплого дома в ледяную стужу. Они словно воры пробирались за огородами, постоянно оглядываясь и не включая фонарей. Ванька явно нервничал. Даже заметнее Яны. Она одетая в ватные штаны и фуфайку с валенками, сейчас больше походила на деревенского паренька, чем на городскую даму. Но ей было все равно. Главное – тепло. Тепло и подальше от ужаса, в котором она побывала. Сковывающий тело страх уже прошел, но как только перед глазами всплывал образ оборотня – Макса, тошнота тут же подкатывала к горлу.

Они вошли в подлесок. Ванька обернулся и кинул взгляд на деревню. Яна машинально повторила это движение. Деревня теперь казалась черным пятном в окружающем темном пространстве. Только на нескольких домах, стоящих на окраине, бегали огоньки, разбрасывая яркий свет. Это было владение семейства Платоновых. Крепко они держались друг за друга, подмяв под себя окружающую действительность. Люди, пашни, скот, фермы – все принадлежало им. Все. До последней капельки крови. Яна поежилась. Мороз снова пробежал по позвоночнику.

- Теперь без света никуда! – вытаскивая из кармана фонарики, объяснил Ванька. Луна все еще висела над их головами, но за ветвями деревьев света от нее становилось еще меньше. Да и вряд ли теперь из деревни можно было заметить их огоньки их небольших фонариков.

Снегу тут было почти по колено. Идти тяжело. Яна быстро устала, но старалась не отставать. Ванька же напротив, шел легко. Ему кажется, совсем не сложно преодолевать эти наносы и овраги, засыпанные снегом. Яне стало жарко, она раскраснелась. Расстегнула фуфайку, чтобы сбросить тепло.

- Мы не заблудимся? Ночь же все-таки. – Спросила она у Ивана, но скорее для того, чтобы тот остановился и подождал. Парень обернулся и поглядел на нее:

- Не бойся. Я эти места, как свои пять пальцев знаю. Глаза мне завяжи – я и тогда не заплутаю. – Яна улыбнулась. Ее порадовала уверенность Ваньки. Хотя перспектива оставаться одной посреди леса на несколько дней, ее совсем не радовала. Но деваться некуда. «Уж, лучше здесь с волками, чем там, с упырями!» - твердо решила она для себя.

- Вань? – окликнула она юношу. – А кто они? Я не понимаю, как такое вообще возможно. Нет, они точно не вампиры или как там.. живые мертвецы, как по классике. Мы в институте столько раз мед.осмотр проходили, и у Макса все в порядке было. Да я и сама сто раз слышала как бьется его сердце. – Лицо Ваньки заметно осунулось. Яна заметила это даже в темноте. По какой-то причине ему был неприятен этот разговор.

- Так-то они обычные люди. Живут только долго. Супер-способность у них такая. Как у голливудских героев. Правда, в жизни за все платить приходится и их оплата - чья-то кровь. – После некоторой паузы он продолжил. – А как это работает, я и сам не знаю. Тебе бы врач наш, Аркадий Петрович об этом больше рассказал.

- Врач? – удивилась Яна. – Так он что в курсе? – Ванька ухмыльнулся:

- В курсе! Это мягко сказано! Он же для них кровь с деревенских собирает. Вторник – четверг, как положено. Кто ерепенится вздумает, с теми потом Платоновы сами разбираются. Но у нас и бунтовать-то уже некому. Старики да старухи. А кто помоложе – те на Платоновых опять же работают. Под видом донорской помощи кровь сдают. Те им доплачивают три копейки, а они и счастливы. Вот типа, мы людям помогаем, жизни спасаем. Хотя сами прекрасно знают куда и кому их кровь идет, но так значится проще. – После этого разговора они почти всю дорогу молчали. Каждый их них думал о своем, но мысли обоих крутились вокруг семейства Платоновых.

Яна никак не могла разгадать этот ребус. Она как медик пыталась понять, как чужая кровь помогает им так значительно продлевать жизнь, да еще и сохранять молодость. Максиму сейчас «лет восемьдесят», как сказал Ванька. А на вид ему не дашь больше тридцати. Уму непостижимо! – Яна хлопнула себя по ногам, заставив Ваньку обернуться на звук. Тот посмотрел на нее, потом молча подошел и застегнул ее ватник:

- Простынешь! Это только кажется, что жарко. А мороз свое все равно возьмет.

- Долго еще? – вместо ответа на проявленную заботу, спросила Яна.

- Почти пришли! – буркнул Ванька и снова ушел вперед.

Избушка оказалась крохотной. Всего одна комнатка и печка, занимающая почти половину площади. Но зато бревна, из которых она сложена, внушали уверенность. «За такими стенами и медведь не страшен» – подумала Яна. Хотя, сказать по правде, она вообще понятия не имела на что способен голодный медведь.

Ванька растопил печку, и пространство начало быстро заполняться теплом. Яна сняла фуфайку и шапку.

- Дверь никому не открывай! На улицу не выходи, особенно ночью. – Он внимательно смотрел на ее лицо. Возможно для того, чтобы она поняла всю серьезность ситуации. – Вон там ведро есть, если что. – Добавил он и смущенно отвернулся. Яна тоже недовольно поморщилась, но поняла, что он хотел ей сказать. – Я приду завтра ночью. Днем опасно. По-любому они искать тебя станут.

- Почему сразу отпустили? – спросила Яна, усевшись на нары.

- А куда ты денешься? – пожал плечами Ванька. – Местные тебя прятать не станут. Зачем им рисковать. Выбраться ты сама не сможешь. А значит, ты уже в клетке. Ну, или они так думают! – глаза Яны вдруг расширились от внезапно поразившей ее мысли:

- Так они же к тебе придут! Точно! Я же больше никого в деревне не знаю. И Макс это прекрасно понимает! – Она вскочила со своего места и подбежала к Ваньке. – Тебе значит, тоже нельзя возвращаться! – Ванька странно улыбнулся:

- Не переживай. Ничего они мне не сделают. Не посмеют. – Яну удивила и насторожила его уверенность.

- Это почему так? – она сделала шаг к печке, будто начала опасаться Ваньку. Тот хмыкнул:

- Да расслабься. Я всю жизнь тут живу. Знаю как с ними общаться. Да и забыла ты что ли? Я ж того – он покрутил пальцем у виска, - ненормальный! Аутист! Как жених твой высказался. – У Яны вырвался вздох облегчения. Ее убедили Ванькины доводы.

- Ладно, я пошел. Дрова вот. – Он кивнул он на подпечье. Тут достаточно. На сутки точно хватит. Ночью все равно приду. Еда тама, на полках. Найдешь, разберешься. Закрой за мной. – Распорядился он, выходя из избы.

Всю ночь Яна не спала. То ей казалось, что кто-то ходит вокруг избушки и тогда она становилась похожа на испуганного воробушка. Укутавшись в одеяло, она забивалась в самый темный угол и с ужасом ждала, что сейчас этот кто-то начнет стучать в дверь. А когда, наконец, тревога отпускала и Яна выходила из своего убежища, то нужно было подкладывать в печь и следить, чтобы искры не устроили случайно пожар.

Под утро она все же уснула. Без снов и понимания того, что спишь. Просто забылась черным нечто, где нет ни времени, ни пространства. Но зато там хорошо и спокойно. Тут некого бояться и не о чем думать. Тут даже существовать не обязательно. Ты просто становишься частью тьмы, а она становится тобой. На этом, пожалуй, и все.

Яна вздрогнула и проснулась. Приоткрыв глаза, она поняла, что уже рассвело и с непривычки пришлось снова закрыть их.

- Проснулась? – раздался мужской голос. Яну как будто кипятком обдали – как?! Ведь дверь была заперта изнутри, а она ничего не слышала! Яна тут же села и отодвинулась в дальний угол, прижав к груди одеяло. На краю нар сидел Максим. Ее Максим. Такой же молодой и красивый, каким она его знала. Каким полюбила. Сейчас он ни капельки не напомнила того упыря, который целовал ее прошлой ночью.

- Как ты? Как ты?! – с возмущением и удивлением повторяла Яна. Глаза ее были испуганы, и она не понимала чего ожидать. Максим это прекрасно чувствовал и не хотел пугать еще больше. А потому вел себя крайне спокойно и все движения его были медленными и плавными.

- Что как? Как нашел тебя? – Он улыбнулся. – Ну, ты серьезно? Это же наши места. Мы тут все вдоль и поперек знаем. Каждую травинку. Каждый кустик. Это только Ванька – дурачок мог думать, что об этой заимке мы забыли. А мы специально не стали его в этом разубеждать. И вот видишь, пригодилось! – Макс положил ладонь на бедро Яны, слегка шлепнув ее. Он раньше частенько так делал, но сейчас это выглядело как-то иначе.

- А Ваня? Что вы с ним сделали? С ним все в порядке? – спросила Яна, постепенно набирая уверенности в себе. Макс бесшумно хмыкнул и улыбнулся.

- Уже переживаешь за него? – двусмысленно спросил он. – Смотри, а то заревную!

- Не уходи от вопроса – с ним все в порядке?! – с железными нотками в голосе еще раз спросила Яна. Макс с шумом выдохнул и поднялся на ноги.

- Да что ему будет, Ванечке твоему? Или мы, по-твоему, монстры, да? Убиваем всех направо и налево? – он взял самодельный кем-то сколоченный табурет и, громко стукнув им от пол, уселся напротив Яны.

- А кто же вы? – с вызовом спросила Яна.

– Вижу, разговор нам предстоит долгий и серьезный. Ну, во-первых, мы люди. – Коротко ответил Макс. – Такие же люди, как и ты, и как все остальные. – Заметив саркастическую улыбку на лице девушки, он продолжил – Да, со своими особенностями. Но скажи, разве мы в этом виноваты? Природа сделала нас такими. Это не наш выбор! – Он развел руками. – Или скажи мне, как медик, ты будешь косо смотреть на больного сахарным диабетом, только потому, что его организм не способен самостоятельно вырабатывать этот гормон? – Яна выглядела немного ошарашенной. Она думала, что при подобном разговоре Макс начнет оправдываться или извиняться, но вместо этого он сам пошел в атаку.

- Тоже мне сравнил! – хмыкнул она. – Больные диабетом не питаются кровью и никого не убивают!

- Ну, что за чушь! – Макс шлепнул себя по ногам и встал, начав расхаживать по комнате. – С чего ты взяла, что мы кого-то убиваем? Да, нам приходится пить чужую кровь. Но поверь, у нас просто выбора нет! Нельзя иначе, понимаешь?! Наша кровь обладает особенностями. Ты же, наверное, знаешь про биологически активные молекулы в человеческой крови, да и в любой другой, которые со временем разрушаются? Так вот в нашей крови новые молекулы не образуются! Вернее образуются, но в микроскопических масштабах! Да из-за того, что наши клетки крови не разрушаются как у обычных людей, мы не стареем. То есть очень медленно стареем. Но если не восполнять из вне и не обновлять кровь, то буквально через месяц от меня останется живой скелет! Ну, если конечно повезет, и я еще протяну столько! Так что это и наш дар, и наше проклятие одновременно! – он сел на корточки перед Яной и взял ее за руки, глядя в глаза. – Мы просто хотим жить, понимаешь? Просто жить! Как и все на этой планете!- Яна смутилась. Слова Максима выглядели убедительно.

- Но как же люди? Они же боятся вас. А вы… вы просто держите их, как тех самых коров! – Макс снисходительно улыбнулся и снова поднялся на ноги.

- Люди… Кто тебе сказал, что они нас боятся? Они нам благодарны! – Теперь он смотрел в мутное оконце, засунув руки в карманы брюк. – Мы дали им все! Работу, еду, деньги. Дорога в это село построена за наш счет. Врача тоже оплачиваем мы!

- Это который для вас кровь собирает два раза в неделю? – перебила его Яна. Макс резко повернулся. На его лице промелькнула хищная улыбка. Яне даже на мгновение показалось, что она увидела клыки.

- Разболтал уже? – поинтересовался Макс. – Ну да, собирает. С кого сколько сможет. Без вреда для их здоровья. Мне кажется, это небольшая плата за все то, что мы для них делаем. – Потом Макс резко повернулся и сел рядом с Яной. Их лица оказались совсем рядом друг к другу. Яне на мгновение показалось, что он сейчас полезет к ней целоваться. Но вместо этого Макс спросил:

- Скажи, а Ванечка успел тебе разболтать, что он один из нас или по какой-то случайности умолчал об этом? – глаза Яны расширились от удивления.

- Как? Что? Нет! Как один из вас, я не понимаю?

- Да все просто! – пожал плечами Макс. – Он сын Степана. Мой брат двоюродный то бишь. Степка его с городской какой-то нагулял. Сюда ее притащил. Она и рожала здесь. А потом как узнала от кого, так и заартачилась. Ни в какую не захотела в семью нашу войти. Не буду, говорит, с кровососами, лучше убейте! – Яна задумчиво произнесла:

- А ты мне другую историю его рождения изначально рассказывал. Врал, значит? – Макс пожал плечами:

- Это не моя тайна. Вернее не только моя. – После некоторой паузы Яна подняла глаза на Максима и с замиранием сердца спросила:

- А вы? Что вы сделали с матерью Ваньки?

- А что мы могли с ней сделать? – не понял Максим.

- Убили? – Уточнила Яна. Макс хмыкнул:

- Ага, и съели! Что ты чушь-то городишь? Свалила она в город, только ее видели. Еще и денег с отца вытянуть хотела.

- А Ванька? Неужели сына вот так бросила? – Макс печально посмотрел на нее, желая показать, насколько глуп ее вопрос.

Глава 6

- Кому мы нужны – упыри! Ууу! Мы же страшные вурдалаки! – он попытался изобразить что-то жуткое, но Яна просто отмахнулась. Тогда Макс продолжил серьезно – Бросила она его! Сказала, упырь не может быть моим сыном вот и все! И к нам он сам перейти не хочет. Весь в мать видимо. Все никак природу свою приять не может. Ты видела его? Кожа да кости. Светится весь. Но это еще пока он полностью взрослым не стал. Как только организм его перестроится окончательно – все! Месяц, два и он не жилец, если на нашу диету не сядет!

Теперь Макс не казался ей монстром. Напротив, его и все семейство Платоновых было даже жаль. Ведь и в самом деле они же не виноваты, что природа так распорядилась.

- Ну, что, пошли? – предложил Макс и протянул ей руку. Яна на мгновение задумалась. Теперь оставаться здесь не было никого смысла. Это все равно как сидеть в укрытии, играя в прятки, когда тебя уже нашли. Она натужно улыбнулась и подала руку Максу.

- Вот и молодчина! – сказал тот, помогая Яне подняться.

В голове у Яны все окончательно запуталось. Максим и его семья превращались с огромной скоростью из прекрасных людей, крепких хозяйственников и блюстителей семейных ценностей, в настоящих монстров-кровососов, нещадно эксплуатирующих и угнетающих местное население. То вдруг из агрессоров и кровопийц становились жертвами и несчастными людьми, которым сама природа не оставила выбора. Яна не знала что и думать. Понятно ей было только одно – она не хочет участвовать в этом, что бы это ни было.

- Макс? – позвала она. Парень обернулся. Он был сейчас такой красивый. Мороз украсил его ресницы инеем, щеки раскраснелись, глаза блестят. Посреди заснеженного кристально белого леса он выглядел сказочным эльфом или принцем, хоть и в валенках. Это никак не портило картинку. «Ну, какой же он убийца и кровосос?» - подумала Яна и сердце ее сжалось.

- Макс, а почему вы в больницу не обратитесь? Ты же сам знаешь, сейчас медицина далеко вперед шагнула. Может быть, нашли бы лечение? И не нужно скрываться и иметь о себе такую дурную славу? – Макс горько улыбнулся и продолжил путь, сбавив шаг, чтобы Яна могла держаться рядом.

- Ты думаешь, я не мечтал об этом? Мне это вообще все не нужно. Долголетие это. Молодость. Зачем мне она, если та, которую я люблю, истлеет в моих руках и умрет? – Яна почувствовала, что Макс говорит искренне и на мгновение представила, как она стареет, превращается в немощную дряхлую старуху, а он по-прежнему красив и молод. Холодок пробежал по ее спине.

- Так что тогда? – не унималась она.

- Тогда? – переспросил Макс. – Тогда представь, что я не один! У меня есть мать и отец, детей видела сколько у нас маленьких? А теперь еще представь, через что всем им придется пройти, если предать это огласке? И я даже не о медицинских опытах говорю. Как на нас будут смотреть люди? Как на мутантов или вампиров из тупых фильмов ужасов. Будут пальцами тыкать, друг другу показывая. Что это за жизнь? Ты бы хотела себе такую? – Яна промолчала. – И это еще вообще никакой гарантии не дает, что современная наука сможет в кратчайшие сроки отыскать ключ к нашей ..кхм..проблеме. Ты хочешь, чтобы я мелких на такие страдания обрек? – Он снова пристально посмотрел на Яну, пытаясь понять, что она сейчас думает. – Извини, но я не готов отобрать у них счастливое беззаботное детство и подарить им судьбы лабораторных крыс! – Яна поморщилась.

- Ты передергиваешь! Хотя в чем-то ты прав. – Она замолчала. Но через какое-то время в ее голове снова родился вопрос. – Когда я убегала, то случайно зашла в ванную. Там твой отец был. Он был весь в крови. Понимаешь? Весь!

- Жуткое зрелище, да? – Макс ухмыльнулся. – Понимаешь, мало только пить кровь, нужно еще чтобы она впитывалась через кожу и слизистые поверхности. Тогда усвоение проходит намного быстрее и эффективнее. А выглядит и правда страшно. Тут я не спорю. Но мы потому и уходим ото всех и стараемся, чтобы никто не видел. Кто же мог подумать, что ты вот так без стука в ванную ввалишься? – Он заулыбался. Яна смутилась и слегка покраснела.

Они уже вышли из леса и спускались в деревню. Яна размышляла как сказать Максиму, что она не хочет быть частью этого.. тайного общества? И как он отреагирует? Ванька говорил, что тех, кто знает их тайну, они просто так не отпускают. Но Макс вовсе не создавал впечатление человека способного на преступление. Она взяла его за руку:

- Почему я вообще все это увидела?

- Что именно? – не понял Макс.

- Лица. Эти ужасные лица. И какие из них настоящие, те или эти? – Макс устало хихикнул и слегка наклонился:

- На, потрогай! Похоже оно маску?- Яна нахмурилась, давая понять, что такой ответ ее не устраивает.

- Слушай, я и сам не знаю почему так. Но ты не первая, кто уже это замечает. И это происходит именно в дни наступления нового года и святок. Бабка говорит, что в это время грань между мирами становится тоньше, и люди с чувствительной психикой способны увидеть суть вещей. – Он пожал плечами. – Другого объяснения у меня нет.

Они уже дошли до усадьбы Платоновых, но Яна вдруг остановилась.

- Ты чего? – не понял Макс. Яна стояла насупившись:

- Слушай, не хочу! – пробурчала она.

- Чего не хочешь? – снова недоумевал Максим.

- Ну, как я им сейчас в глаза смотреть буду? – Макс улыбнулся и обнял ее крепко. Почти как раньше. Но Яна все равно почувствовала, что что-то изменилось.

- Глупенькая. Да они уж и забыли про твои выкрутасы! – Он легко потянул её за собой и та поддалась. Выбора все равно не было. Вещи и документы ее были в этом доме. А без них ей все равно не уехать. Даже если ее отпустят. И это «если» было еще под большим вопросом.

Домашние и, правда, приняли беглянку как ни в чем не бывало. Мама Галя внимательно оглядела Яну с ног до головы и покачала головой:

- В партизанов что ли играли? – Яна улыбнулась. В фуфайке, ватных штанах и валенках она действительно напоминала кого-то подобного. – Хоть не застудилась, дуреха? Тебе ж еще детей рожать! – спросила Галина, выказывая явное неудовольствие.

- Нет, спасибо, все хорошо! – предельно вежливо ответила Яна и постаралась побыстрее проскользнуть в их с Максом комнату на втором этаже. Нужно было срочно «делать ноги». Ночевать под одной крышей с этими людьми она точно не намерена.

Макс зашел в комнату и увидел, как Яна поспешно скидывает свои вещи в сумку.

- Эй! Ты чего, малыш? – Он подошел к ней сзади и попытался обнять, но девушка не дала ему этого сделать. – Что не так? Тебя кто-то обидел?

- Макс, не прикидывайся, пожалуйста, что ничего не произошло! – Яна выпрямилась и уверенно посмотрела ему прямо в лицо. – Я благодарна тебе за правду, но прости, я не смогу ее принять! – Лицо Макса исказилось саркастической улыбкой.

- Так ты значит меня любишь, да? А говорила «до самой смерти, люблю навсегда!» Лучше было бы, если бы я тебе продолжал врать?! – он подошел к Яне и вырвал у нее из рук кофточку, отшвырнув в сторону.

- Успокойся! – выставив руки вперед, спокойным тоном начала Яна. – Я тебя ни в чем не виню. Просто пойми, такая жизнь не для меня. Мне кажется, у меня все же есть право самой решать, как и с кем мне жить? – Макс навис над ее лицом и злобно прошипел:

- Вот именно – тебе кажется! – Его лицо неестественно заострилось, глаза заблестели. Яне даже показалось, что волосы на его голове приподнялись, встав дыбом. Макс выглядел устрашающе и чего-чего, а злить его сейчас точно было бы большой глупостью.

- Макс, что не так? – голос Яны все еще звучал спокойно, хотя уже можно было услышать как он дрожит. – Ты же сам сказал, что я могу решать? – Она сделала шаг назад, а Макс подтолкнул ее, и Яна упала спиной на кровать. Он снова навис над ней, но теперь у нее не было места для маневра. Макс окончательно лишил ее пространства.

- Ты на самом деле так думала? Ну, брось! Ты же не глупая. За то я тебя и полюбил! – шептал он ей на ухо, придавив всем телом. – Я открыл тебе страшную тайну. Тайну, цена которой – жизни и благополучие всей моей семьи. Всего рода! И ты хочешь, чтобы мы вот так просто отпустили тебя с ней в большой мир? Серьезно?

- А что тогда? – поблекшим безучастным голосом спросила Яна. Она как будто сломалась, подчинившись чужой воле. Макс так почувствовал. Его возбуждение спало. Он резко повернулся и сел к ней спиной на кровати.

- Тогда станешь моей женой и родишь ребенка. Мне нужен продолжатель рода. Если за это время так и не приживешься – черт с тобой, вали куда хочешь. Но ребенок останется тут. Не станешь же ты собственного ребенка сдавать? - Яна бесшумно села и пододвинулась к нему:

- Ванькиной маме также говорили, а потом прикопали ее где-то между осинками, да? Заранее высосав из нее все до капли? – она говорила почти шепотом, но в ее голосе явно звучали нотки издевательства. Яна прямо сказала, что им не удастся ее провести.

- Да ты.. ! – Макс попытался схватить Яну за горло, но та ловко отскочила и схватила в руки увесистую вазу.

- Не походи! – предупредила она. – Я буду драться! Просто дай мне уйти! – Яна схватила свою сумку, во второй руке по-прежнему держа вазу. Она начала пятиться к двери. Макс явно не ожидал такого поворота и растерялся, не понимая, что делать. – Я никому не скажу, обещаю! – шептала Яна, не отрывая взгляда от того, в ком души не чаяла еще пару дней назад, а теперь была готова убить.

- Конечно, не скажешь! – послышался голос сзади. Яна резко повернулась, и в этот момент что-то тяжелое ударило ее по голове. В глазах тут же потемнело, ноги стали ватными и Яна рухнула на пол. – Как же ты скажешь, мертвые ведь не говорят! – закончила свою фразу мама Галя, глядя на неподвижное тело девушки у своих ног.

Холодно. До чего же холодно. Холод добрался до самых костей, заставляя кровь застыть в кристаллы и разрывать сосуды острыми краями. Яна открыла глаза. Голова жутко гудела, рук и ног она попросту не чувствовала. В помещении было темно и пахло навозом. Где она? Девушка попыталась подняться и только сейчас поняла, что связана. После долгих усилий ей, наконец, удалось сесть. Она оперлась спиной в бревно, служившее опорой для крыши. «В сарай кинули, как скотину! – горько усмехнулась она. – Еще бы, раз не приняла честь влиться в их уважаемое семейство, то кто я для них после этого? Правильно – скотина. Которая должна принести им плод и пойти в расход. Ну, уж нет! Только не со мной!» - Яна начала злиться. Злость придавала силы. Она зубами стала развязать веревку на руках. Но та была затянула со знанием дела и никак не поддавалась. Вдруг в сарае вспыхнул свет:

- Очнулась? – протрубил голос Игоря Валентиновича. Он и сейчас выглядел заботливым и слегка смущенным от своего баса. – Ну, вот чего ты кобенишься, дочка? Максим же и вправду тебя любит! Возится вот с тобой! Ты только прими его и как сыр в масле кататься будешь! Ни в чем нужды не знать всю жизнь! – Он сел напротив Яны и пытался заглянуть ей в глаза, чтобы понять достигли ли его слова нужной цели.

- Какая я уже у него по счету? – прошипела Яна. – Пятая? Десятая?! А детишки эти ваши, его, наверное, тоже среди них есть? – ее глаза метали молнии. Игорь Валентинович потупил взгляд и тяжело вздохнул:

- Да понимаю я тебя, дочка! Трудно все это. Но и ты нас пойми – как по-другому-то? Ведь каждая букашка за жизнь свою борется, а мы разве хуже?

Дверь в сарай открылась, и в проеме появилась Галина:

- О! Очухалась? А то я уж думала, зашибла тебя! – Она подошла к холодильнику, что стоял в углу сарая, открыла его и с хозяйским видом что-то в него поставила. После чего приблизилась к мужу и, положив руку ему на плечо, продолжила – Чего ты с ней возишься? Посидит день – другой на морозе, ритузы как примерзнут к причинному месту, сразу ум прояснится! – Яна зло зыркнула на несостоявшуюся свекровь. – Ох! Гляди, прям дыру во мне прожгла! – расхохоталась она. – Ну, все пошли! Обед стынет. Дети ждут уже к столу. – Она потеребила за плечо Игоря, и тот встал, тяжело вздохнул, явно сожалея, что его слова не смогли убедить юную упрямицу. Вскоре свет потух, дверь в сарай захлопнулась и опустилась хмурая неподвижная тишина. Мороз с новыми силами вцепился в тело Яны, а слезы, замерзшие на щеках, говорили о том, что сил бороться у нее уже почти не осталось.

В какой-то момент Яна почувствовала, что ей уже не холодно. По телу прокатилась теплая волна, а веки стали тяжелыми. Глаза сами собой начали закрываться, унося девушку в какой-то фантастический теплый край. Там есть пальмы и теплое море. Люди искренне улыбаются, и нет у них причин для злобы и ненависти. Яна ступила босой ногой на теплый песок: «А! Жжется! – засмеялась она. – А где же тут туалет? Вот прям очень хочется!» - она огляделась по сторонам, но тут хлопнула дверь сарая. Зазвучал голос Максима, окончательно похитив ее с райского острова:

- Ян! Ян, ты чего? – Он присел возле нее, пытаясь разбудить. Яна открыла глаза:

- Развяжи! - Спокойно сказала она. Замершими губами слова выговаривались довольно сложно. – Очень в туалет хочу. Не могу больше. – Макс поджал губы и начал распутывать узлы. Ему явно было неудобно перед девушкой.

- Ты прости! – Пробурчал Макс. – Я не хотел, чтоб так получилось. Зря ты упрямишься. – Яна молча поднялась на ноги и двинулась к выходу. Давалось ей это очень непросто. Затекшие ноги казались ватными, а пальцы рук не разгибались от холода.

- В сортир тоже со мной пойдешь? – поинтересовалась она, подойдя к уличному клозету. Макс отвел глаза:

- Извини! - Выйдя из уборной, Яна направилась обратно к сараю. - Стой! Ты куда? Пошли в дом, погреешься! – попытался остановить ее Макс. На лице Яны появилась злая улыбка:

- А мама не заругает? – спросила она и вошла в сарай. Следом вошел Макс. Тут же Яна услышала глухой удар и падение тела. Она резко повернулась. Из темноты появилась фигура Ваньки. В руках он держал увесистую дубину:

- Пошли! Пока он не оклемался, надо выбираться! – Ванька схватил Яну за руку, и потащил за собой. Она даже сообразить ничего не успела.

- Не так быстро, пожалуйста! – только успела сказать Яна. – Я ног почти не чувствую. – Ванька на мгновение остановился, оглядел ее с головы до пят:

- Тем более значит надо поторапливаться! – Они перезли через загородь, где не было камер наблюдения. К удивлению Яны их ждали еще двое мужчин, значительно старше Ваньки.

- Это Матвей, а это Егор. – Быстро представил Ванька новых знакомых. На вопросительный взгляд Яны, он, ухмыляясь, добавил – Не только нам Платоновы поперек горла!

Яну отвели в избу Матвея – мужика лет сорока. На его лице красовалась клочковатая борода, которая начиналась чуть ли не от самых глаз. От этого он выглядел значительно старше своих лет. И вообще, Яне показалось, что Матвей похож на лешего. «Ко мне нельзя, - объяснил Ванька, - у нас первым делом искать станут. А после того раза, боюсь, они мне больше не простят. Мне-то все равно, а вот бабушку жалко». Яну почему-то очень испугали эти слова от четырнадцатилетнего пацана.

В доме Матвея было жарко натоплено. Жена Ира тут же принялась отпаивать пленницу горячим чаем с лесными травами. Это и вправду помогло. Тело Яны согрелось и расслабилось. А после домашних пирогов и вовсе потянуло в сон.

Яну положили за печкой, подальше от чужих глаз. Ночью ей ничего не снилось, но на душе было тихо и спокойно. От чего и вовсе не хотелось просыпаться. Ведь в реальной жизни ее ждала неизвестность. Как она выберется из этой западни? Что будет с теми, кто помог ей бежать? И вообще, неизвестно, не напрасно ли все это было. Только новый день даст на это ответы. А в деревне день начинается рано. Иногда, даже раньше восхода Солнца.

Яна услышала как Матвей с женой шепчутся на кухне:

- Всю ночь спала, как мышка! Намаялась видать бедная! – расслышала она голос Ирины.

- Пускай отсыпается. Посмотрим, что Платоновы сегодня предпримут. Надо девку как-то в город вывозить. – Просипел Матвей. Яна поднялась, оделась и вышла на кухню.

- Доброе утро! – тоже шепотом, чтоб не будить детей, поздоровалась она. – Спасибо вам огромное! Не знаю, как благодарить. Но скажите, вы не боитесь, что Платоновы узнают, кто именно мне помог? – глаза Матвея блеснули нехорошим светом.

- А пускай узнают! – громко сказал он и тут же осекся. – Пускай узнают, - уже шепотом повторил он. – Мужички тоже уже на взводе. Они из себя благодетелей строят, а сами нас как рабов содержат! Сами в золоте купаются, а нам крохи кидают, как псам паршивым, чтобы с голода не сдохли! – зло прошипел он.

- Мало того, что впроголодь держат, так еще и кровью нашей питаются! – Ирина вытянула руку и показала локтевой сгиб, где красовался внушительный синяк. – Ты-то уж знаешь? – обратилась она к Яне. Та кивнула.

- Как по деревне слух пошел, что ты смогла их личину увидеть, народ зашептался! То все как во сне были – то ли правда, то ли сказка? Многие не верили, что Платоновы кровь для питья собирают. Говорили, мол, доноры, сдают. Людям помогают. А как Ванька рассказал, что ты видела, так и последнее терпение у людей закончилось.

- И что теперь? – робко спросила Яна. Она никак не рассчитывала стать предводителем или символом народного восстания.

- Поживем – увидим! – подмигнул Матвей, обнажив свои желтые зубы. – Ладно, пора мне! А то бары наши за опоздания больно штрафовать горазды! – Он стянул с печи теплый тулуп, и, накинув его, вышел за дверь. Яна села у окна в ошарашенном состоянии. Ее мысли роились и никак не могли принять упорядоченный строй.

- Мне куда теперь? – растеряно спросила она у копошащейся у стола Ирины. Та улыбнулась:

- Куда? Сиди у нас пока что. Там мужики решат как тебя лучше к людям вывезти.

- А вы как же? Так и будете продолжать жить и бояться? – снова спросила Яна. Ирина отряхнула руки от муки, и, опершись на них, посмотрела прямо Яне в глаза:

- Честно? Не знаю, как будет. Но одно точно знаю -как прежде уже не получится! - Она хотела еще что-то добавить, но ее перебил глухой, но громкий звук выстрела. Яна встревожено впилась глазами в лицо Ирины:

- Что это?! – спросила она.

- Стреляют! – не отрывая взгляда от окна, уверенно ответила Ира.

Женщины выскочили на улицу, на бегу застегивая куртки. Следом с круглыми глазами выбежал старший сын Матвея и Ирины Андрей.

- А, ну быстро домой! – рявнула Ира. Никогда раньше Андрей не видел мать такой агрессивной. Ее тон не терпел пререканий и мальчишка попятился назад, когда прозвучал еще один выстрел. Громко залаяли собаки. Ирина кинулась к сыну, и, схватив его за рукав, потащила в дом. – И чтоб сидели с сестрой, как мыши! Не дай бог, на улицу выйдете! – уже едва расслышала Яна голос удаляющихся людей. Зато в начале улицы она отчетливо увидела четырех мужчин идущих посреди дороги. У всех были ружья. Она еще не могла разглядеть лиц, но фигура одного из них явно выдавала Максима. Сердце Яны сжалось. Со двора вышел еще один мужчина с ружьем, вытаскивая за собой какую-то старуху. Сзади этой процессии двигался автомобиль с включенными фарами. Картинка вызывала чувства сродни постапокалипсису. Не верилось, что в наши дни такое возможно. А ведь никто «на большой земле» даже не узнает, что тут происходит прямо здесь и прямо сейчас.

Глава 7

- Где она?! Кто ее прячет?! Давайте ее сюда, не то хуже будет! – звучал зычный голос Игоря Валентиновича. Теперь он уже не сдерживал себя, и его «труба» раскатами неслась по улицам.

«Бах!» - из ствола карабина снова пошел дым, и гильза отскочила в снег. В избе напротив вылетело стекло. «Это Максим стрелял! Точно! Это он!» - Яна попятилась. Она не отдавала себе отчета в этом, ноги сами старались скрыть ее в безопасном месте. Процессия подходила все ближе, и сердцу Яны в очередной раз пришлось сжаться. Она разглядела, что вовсе не старушку и не женщину тащил кто-то из Платоновых за шиворот – это был Ванька! Его тощую фигуру легко можно было перепутать с женской. Но сейчас расстояние уже позволяло, и Яна могла разглядеть, что лицо мальчишки разбито в кровь, а сам он едва стоит на ногах.

- Пшел! – Степан, да это был именно он, Яна отчетливо видела лица, сильно пнул Ваньку под зад, от чего тот вылетел вперед идущих шеренгой мужчин и упал на четвереньки. Яна кинулась навстречу, но тут ее руку перехватила Ирина.

- Стой, дура! Куда уже? Поздно. И себя погубишь, и нас подставишь! – Яна снова кинула взгляд на Ваньку, который беспомощно брыкался, в руках державшего его шкирку Макса. Он тащил парня как тряпичную куклу – одной рукой, второй держа ружье наперевес.

- Яна, не дури! Только хуже всем сделаешь! – голова Макса была забинтована. Видно Ванька не слабо приложился по ней накануне. От того может, Платоновы и озверели, что кто-то посмел поднять руку на одного из их семейства.

- Ира, правда, чего ждать? – с мольбой обратилась она к удерживающей ее женщине. – Они сейчас и Ваньку добьют, и пол деревни разнесут в клочья! – Ирина замешкалась:

- Нельзя. – Неуверенно сказала она. - Матвей мне строго-настрого наказал тебя от них беречь! – Ванька снова полетел на землю, выставляя вперед ободранные руки, чтобы не проехаться лицом по дороге.

- Выходи, говорю! – заревел Максим. – Не то пристрелю этого выродка! – Он наставил ружье на лежащего на дороге Ваньку. Яна все поняла. Они лишили ее вариантов. Они победили. Что же, этого и следовало ожидать. Как бы там ни было, она не станет просто смотреть, как из-за нее убивают человека. Яна вырвала свою руку из захвата Ирины и решительно зашагала к дороге.

- Вот она я! – крикнула Яна и подняла руку вверх. – Доволен?! Отпусти пацана! – Макс что-то хотел ей ответить, но в этот момент Яна почувствовала как что-то вылетело у нее из-за спины, а потом раздался звук выстрела. Одна фара автомобиля тут же погасла, а из-под капота повалил пар. Яна резко обернулась. За ее спиной приближалась толпа. Сколько их было? Человек пятнадцать? А может, и больше! Трудно было сразу посчитать.

- Уходи!! – заревел Матвей. – Теперь уж наше дело! – Снова почти дуплетом раздалось два выстрела. Автомобиль Платоновых окончательно потух. Из него выскочила Галина, и что-то крича непривычно высоким резким голосом, кинулась прятаться за машиной.

- Бей кровососов! – зарычала толпа за спиной Яны. Та, наконец, поняла, что происходит и поспешила уйти с дороги разъяренных мужчин. Но Платоновы и не думали сдаваться. Они тоже начали отстреливаться, заставив нападавших рассеяться и искать укрытия. Яна присела у калитки за большим деревом. Это место показалось ей безопасным. Сейчас она не испытывала страха. Напротив, внутри все бурлило и клокотало. Ей хотелось самой сорваться и побежать в атаку! Яна увидела, как Игорь Валентинович взмахнул руками и упал на землю, выронив ружье. Кто-то тут же схватил его и волоком потащил за собой. Силы были неравны. Платоновы как бы не кусались, но охотников было больше, и стрелять они тоже умели. Хозяева отступали к своей усадьбе, неся потери и оставляя за собой кровавый след.

Яна увидела, как лежащий на дороге Ванька вдруг резко вскочил, и, схватив ружье Игоря Валентиновича, заорал:

- Бей гадов! Не дайте им уйти! – он сейчас напоминал того самого Гавроша, храбро стоявшего на баррикадах во времена французской революции. Но этот «Гаврош» наоборот звал людей в атаку. Мужики, опьяненные первой кровью и вкусом близкой победы, пошли за Ванькой. Сейчас или никогда! Хватит Платоновым вершить их судьбы. Они сами себе хозяева! Яна вскрикнула, когда неподалеку от нее лицом вниз упал мужчина. Тут же под ним растеклась алая лужица.

- Жалят, суки! – Пробормотал еще один из восставших, и выстрелил в ответ. Яна кинулась к подстреленному. Перевернув его на спину, она отшатнулась. На нее смотрели застывшие стеклянные глаза. Спасать тут уже было некого.

Примерно через полчаса активной перестрелки Платоновы засели в своей усадьбе. Оставив после себя одного убитого и двух «подранков», как высказался Матвей. Мужики взяли «господ» в осаду. Ванька бегал и кричал, что нельзя давать Платоновым шанса.

- Сейчас они с города помощь вызовут! У них там все схвачено! Проплатят кому надо и положат нас тут как в тире! Уж коли загнали гниду, то додавить ее надо! – лицо Ваньки было перепачкано кровью. Глаза блестели нездоровым блеском. Он был будто пьяный.

- Вань, что это? У тебя кровь изо рта? И вся одежда! Как они тебя так? – Яна попыталась платком промокнуть Ванькину губу, но тот отдернул голову.

- Не надо! – рявкнул он. – Потом будем отмываться, если получится! – Странно, подумала про себя Яна, - губы Ваньки казались целыми. Откуда столько крови?»

- Что ты предлагаешь? – завизжал сухонький старичок с ружьем за плечом. – Они в своем дому, как в крепости! Полезем – перебьют всех аки белок! – Ванька зарычал от бессилия и сжал кулаки. Он понимал, что дед прав – не взять с наскока эту преграду. Но что делать?! Нельзя позволить им ускользнуть! Да сейчас они победили, но если дать Платоновым прийти в себя и собраться с силами – то деревенским точно не поздоровится. Пока перевес на стороне восставших только потому, что они не ожидали такого сопротивления. Да и как мужики ушли с работы, вернувшись в деревню? Кто-то наверняка рассказал им о происходящем здесь.

Ванька еще раз окинул взглядом неприступную деревянную крепость. «Точно! – его глаза вспыхнули дьявольским светом. – Это идея!»

- Мужики! Спалим к чертям это логово кравососов! Тащи бензин!

- Точно! Точно! – подхватили его деревенские.

- Да вы что, с ума сошли?! – вдруг закричала Яна. – Там же дети! Они-то в чем виноваты?

- Да какие то дети? – выкрикнул кто-то из толпы. – Такие же упыри кровавые! Подрастут и всех нас со свету сживут!

- Правильно! Под корень их! Правильно! – зазвучали возгласы одобрения. В голове Яны пронеслось что-то про «бессмысленные и беспощадные». Эти люди столько терпели и ждали, что теперь им было невозможно остановиться, пока не испьют эту чашу до дна.

«Ванька! Где же он? – Яна начала искать его глазами в толпе людей. – Он все это заварил, пускай и останавливает!» - решила она. «Ах, вот ты где!» - вслух сказала Яна, когда увидела его хрупкую фигуру, сидящую на корточках. Она подбежала к нему, и упала на коленки.

- Вань, ты что? – выдохнула она, увидев, как тот разливает по бутылкам бензин. – Там же дети!

- Иначе нельзя! – на удивление спокойным голосом ответил он. – Либо мы, либо они. Все просто. – Он перевел на нее быстрый взгляд, после чего зажег фитиль одной из бутылок и швырнул ее в бревенчатый забор, покрывая тот почти белым пламенем.

- Жги, мужики! – завопил Ванька. Сам же схватил еще одну бутылку, шмыгнул куда-то и тут же исчез из вида. «Он же знает ход на усадьбу! – осенило Яну. – Он не раз туда свободно проникал, а потом уходил незамеченным. Почему же сейчас он не показал его никому, а придумал поджечь?» - по спине Яны поползли неприятные сомнения.

«Он один из нас. Он полукровка. Степан нагулял с городской, а мать бросила» - зазвучал в голове голос Макса.

- Что он задумал? – тихо пробормотала Яна. Она подняла глаза – дом уже занимался пламенем. Сердце неприятно сжалось. Яна снова почувствовала себя среди монстров, но теперь в человеческом обличии. Мужики продолжали швырять и стрелять по окнам. В ответ уже почти не стреляли.

Яна кинулась вслед за Ванькой. Где-то здесь он был, прежде чем исчезнуть. Да, точно! Вот же дыра в заборе! Ее совсем не видно, так искусно доской прикрыта! Может, она и сейчас бы не заметила, если бы сама не видела куда Ванька отправился. Да и щель тут была узкой, только тощему Ваньке подходила, но Яна тоже не была полной, а потому пролезла на запретную территорию. В лицо ударил жар горящего дома. Если ее догадка верна, то Ванька пошел именно туда. Когда она лежала в сарае, то видела, что там стоит холодильник. Но что могли там хранить Платоновы, вдали от посторонних глаз? И почему одежда Ваньки была вся в крови, хотя на лице практически не было ран?

Яна кинулась к сараю и распахнула дверь. Так и есть! Она оказалась права!

Ванька с силой захлопнул дверцу холодильника. В его глазах читался испуг воришки, пойманного на месте преступления. Но он быстро взял себя в руки.

- Ты чего здесь? – обратился он к Яне.

- Тебя ищу! – Ответила та, пристально изучая парня с головы до ног. – Чего ты тут забыл, а ну-ка расскажи мне? Принц-полукровка! – Ванька непроизвольно дернулся. Яна поняла, что ее слова попали в цель. – Или ты думаешь, я не знаю? Ты такой же как они! Мне Макс все рассказал! Ты тоже в чужой крови нуждаешься! – лицо Ваньки исказила злоба.

- Нет! Не правда! Я не такой! Я всю жизнь был не такой и никогда не стану как эти! – он жестом указал на горящий дом Платоновых. – Если надо, я скорее себе пулю в лоб пошлю, чем как они..! – В его глазах заблестели слезы. Уверенность Яны в своей догадке таяла на глазах.

- А чего ты тогда здесь? – уже тише спросила она. – Я же знаю, что тут они запасы свои хранили на черный день, так сказать. – Ванька подошел к Яне и обнял ее, прижавшись всем телом.

- Я тоже это знал, Яна. Я знал. А потому и хотел сам лично все уничтожить. Чтобы никакого, соблазна, Яна. Ты понимаешь? Чтобы никакого соблазна! – Яна тоже обняла парня, желая поддержать его трудный выбор. Ведь сегодня он отказывался от части себя. В какую бы сторону не был сделан этот выбор, Ванька все равно уже не будет прежним. И Яне было приятно думать, что она помогла ему не пойти по дороге Платоновых. Ванька все еще держал Яну в своих объятиях, но на лице его уже не было ни страха, ни сомнения. Лишь хитрая ухмылка окровавленных губ, и истерически нездоровый блеск в глазах.