Импрессионизм

Глава 1

Импрессионизм Городская застройка осталась позади и в появившейся тишине дороги стало слышно поскрипывание колёс и шуршание шин обо асфальт , бескрайняя череда полей , лесопосадок и блеск изогнутой полоски речушки . Парусиновые туфли крутят педали и завёрнутые штанины льняных брюк цвета холодной пшеницы.

Легкий ветерок позднего лета доносит запах скошенных солнечных трав .

Съехав у поворота трассы на проселочную дорогу ведущую к дачным домикам затерявшимся в лесопосадках разноцветными яркими пятнами крыш и торчащими над ними макушками елей и тополей мне вдруг захотелось поскорее попасть на веранду старого Дома Художников где я проводил много времени работая над эскизами и писал продолжение романа. Большой прохладный и чуть-чуть шершавый старый стол всё также стоит у окна веранды и стеклянная банка с полевыми цветами из ромашек и зонтиками иван-чая. Может кто-то подумает что я последний романтик на краю небольшего озерца с камышиком и важно плавающими по водной глади уточками и кружащими у бережка стрекозами.

Я сбежал от городской суеты и нерешенных проблем к этюднику и старой печатной машинке , но мысли о тебе бесконечно вплывают разноцветными осколками фильмоскопа и окнами поезда который увозит тебя от меня в туманную даль бытия .

Может стакан холодного молока и запах свежего хлеба вернут меня обратно из за облачных грёз о тебе в этот тихий летний вечер. Всё надо садиться за роман.

Импрессионизм погрузился в бархат ночи кружащим у лампы роем мошек.

Синий ультрамарин ложился на холст задавая образ предночной реальности и яркий кадмий создавал прообраз Звёзд кружащихся в водовороте иллюзии добавлю к ним молока и разломанную горбушку хлеба , может и озеро и лампу с мотыльками , да и шляпу летнюю светлую .

Акцентами будут кувшинки и камыши , чем не Ван Гог , пиши и пиши. Обуяли фантазии ближе к ночи , творческие порывы как будто невесть от куда из озера утки за хлебом пришли , я им бросать начал крошки и корки ночную тусу устроил для птиц как когда-то с тобою их вместе кормили и за цветами в поля мы ходили и озеро с тёпой молочной водою и вместе встрепали рассветы в стогах…

Да, много с тех пор уже дней пролетело и лето прошло и осень с дождями всё чаще заходит, ну вот я опять романа ни строки, пойду я в кровать , завтра рано вставать , ехать обратно мне в душный наш город.

**Импрессионизм. Продолжение.**

Тишина ночи обволакивала старый дом, словно мягкий плед. Лампа на веранде ещё мигала, отбрасывая дрожащие тени на стены, но я уже потушил её, оставив только лунный свет, струящийся сквозь листву тополей. Ветер шевелил страницы недописанного романа, лежащего на столе, будто напоминая: *«Всё ещё здесь. Всё ещё ждёт»*.

Но завтра — город. Завтра — асфальт, шум, звонки, дела, которые нельзя отложить. И ты… Ты там, где-то за этим горизонтом, в другом измерении, где нет ни этого озера, ни этих уток, ни запаха свежего хлеба по утрам.

Я лёг на широкую с кованной винтажной спинкой железную кровать, которая скрипела при каждом движении, как будто вторила моим мыслям. За окном, в тёмной воде, плескалась рыба, и где-то вдали кричала сова. Последний августовский светлячок проплыл в воздухе, словно крошечная падающая звезда.

*«А что, если…»* — мелькнуло в голове, но я тут же отогнал эту мысль. Нет, не сейчас. Не в этот раз.

Утро пришло с прохладой и лёгким туманом над озером. Я собрал этюдник, машинку, немногочисленные вещи. Один последний взгляд на веранду — на стол, на банку с увядшими ромашками, на следы крошек от вчерашнего утиного пира.

Педали мягко заскрипели и велосипед, будто нехотя, тронулся с места. Дребезжащий никелированный звонок, который я поднял с земли у бани, глухо позвякивал в сумке — то ли прощально, то ли в такт каждому толчку на ухабах.

Баня, ещё тёплая от вчерашнего жара, дышала сыростью и горьковатым ароматом мочёных берёзовых веников. Дверь предбанника стояла распахнутой, будто манила задержаться, но утки у берега уже вовсю нарушали утреннюю идиллию. Они крякали, гоняясь за гальянами, которые то и дело выпрыгивали из воды, оставляя за собой дрожащие круги. *«Мы тут, мы тут!»* — бульк, бульк — и снова всплеск.

Большой жук-плавунец, чёрный и блестящий, как капля дёгтя, степенно скользил к камышам, где ещё висела туманная дымка. А в бочке у двери, на самой глади воды, провисала тончайшая паутинка — казалось, вот-вот черпнёт, но нет, лишь дрожит, вся в росе, и ветерок едва колышет её, будто дразнит: *«Ну кто тут уедет? Кто тут останется?»*

Листья шептали: *«Пора…»*

Я нажал на педали сильнее. Проселочная дорога вела к трассе, к шуму, к городу. Но в воздухе ещё витал запах скошенной травы, а в кармане лежала горсть ромашек — последний подарок этого места.

Звякнув на прощание велосипед уже проснулся ото сна, колёса зашуршали по гравию. Лесопосадки, поля, изгиб речки — всё это снова проплывало мимо, но теперь в обратном порядке. А в голове уже складывались новые строки, новые образы. Может, в городе, среди бетона и суеты, они наконец выльются на бумагу.

Или… растворится, как утренний туман.

Звонок в сумке дребезжал уже не так громко. Наверное, смирился.

Такое чувство что прожитая мною жизнь и тихо крадущаяся ко мне пенсия уже хочет стащить у меня остатки ощущения спрятанных где-то глубоко в подсознании воспоминания детства, той беззаботной и безмятежной поры когда мы прыгали по крышам веранд в детском саду и плавали по Чёрному озеру на плотах, играли в хоккей до льда на замерзших штанинах в валенках и замотанных изалентой сломанных клюшек.

Но воспоминания о тебе и того времени которое мы прожили вместе , пусть не долго , но красиво и с бескрайней любовью и теплотой чувств уже не вернуть , это нужно принять и перестать ворошить прошлое или не принять и просто взять да позвонить тебе , но я боюсь услышать: «Кто это?»Это как приговор, пусть ты останешься со мной хотя бы в мечтах, а может ты скажешь «Привет!!!»

Быть может я позвоню тебе когда приеду в город , может когда кончится вечерний концерт и артисты уедут в гостиницу или когда ночью вернусь в мастерскую или , или, или быть может!

-Ох, кого я обманываю, себя или Вас , мои дорогие читатели

Гербарий моей души

Набежавшее барашковое облачко на солнце таяло и превращаясь в розовую овечку. Лучи огибая кучеряшки небесного создания ласкали тонкими золотыми нитями её нежную кожу спины соскальзывая на пол и теряясь среди паркетных узоров . Ощущая тепло лучей она замерла у рояля на который только что положила цветы принесённые из сада их было много и все не влезли в небольшую вазу . На веранде под окном была ещё одна напольная ваза в которой стоял прошлогодний сухоцвет, вот его она и решила заменить свежими цветами, хотя засохшие цветы и травы тоже были по своему красивы , даже как-то гротескно смотрелись своей массой и плотностью .

Где-то в дали послышался стук колёс проходящего товарного поезда заполняя её мысли думами о предстоящем возвращении в шумную городскую суету.

Может сразу приехать к нему , не заезжая домой , а утром уже съездить переодеться и на работу, мечтала она расправляя цветы в вазоне , превращая их в ещё один

Будущий годовой сухостой. Прошлый она собирала вместе с ним. Подняв вынутый из вазы «Гербарий» она бережно положила на крышку Рояля.

-Пусть тут ещё полежит , так на всякий случай.

Ей почему-то подумалось что выбросив сухостой , она выбросит частицу своей любви с ним или вообще они разбегутся .

Хотя она и не верила особо в приметы , но кто знает…

-Интересно, на веранде он сейчас или уехал уже?

Она прибежала в мастерскую с огромным букетом полевых цветов и аромат разнотравья дополнился к запаху льняного масла создавая волшебную музыку летнего настроения. Душная жаркая погода с чуть заметным ветерком который едва колышет огромные листья тополей за окнами создавая тихий шелест и жужжание шмеля который сразу залетел в открытую балконную дверь хотя перед ней висит легкая тонкая штора из воздушного газа чуть-чуть шевелящаяся от незримого и неощутимого ветерка.

Он ушёл за мороженым и колой и она принесла с кухонной зоны две стеклянные вазочки с круглую ложечку для накладывания мороженых шариков и натерла шоколада для присыпки.

Скрипнули двери мастерской и Он принёс спасительные Колу и пластиковое ведёрце с зелёной картинкой Star Baks .

Найти в такую жару простое мороженое ито чудо ,а Он ещё и изыски устаревает !

Это так мило…

К вечеру мы планировали на электричке уехать из душного города в старый Дом Художника на все выходные ,а сейчас просто немного побыть в двоём и собрать кой какие нужные вещи для поездки , бумагу для акварели и краски , кисти и пару телескопических удочек ,будем ловить карасиков на уху. Давно хотели , с зимы ещё.

И хлеба свежего из пекарни , уток кормить и себе с молоком. Молоко кстати там , на месте купим в деревушке рядом у бабы Васеньи , она холодное , со льда подаёт , не дорого и десяток яиц у неё же .Боже а какое копчёное сало её Дед творит, шедевр с ароматом дымка тайги , да что там всего и не перечесть чем себя можно порадовать. Уж Малина и крыжовник буреет.

Ну и ночью Банька протопится а после в озеро и проплыть и проплыть.

Мечты уводить в даль из города под стук колёс электрички до утонувших в зелени разноцветных дачных крыш над которыми будут шуметь сосны и тополя .

Лето знойными ночами и душными днями захватило наш Городок, детишки барахтаются до самых звёзд в фонтане на городской площади , работники магазинчиков и кафе поливают из шлангов водой раскалённую мостовую от которой идёт пар как и чайника со свистком и даже если прислушаться , слышно тихо так шипение камней . Вот в мастерскую чрез распахнувшуюся штору влетела огромная зелёная стрекоза и важно села на стол вращаясь из стороны в сторону разглядывая вазочки с шариками мороженого . Ещё немного волнительных ожиданий на станции Вокзала и в путь…

Раскрытая книга лежит на старом столе потемневшим от времени и смены времён года на летней веранде Дома Художников у покрывшегося огромными листьями водных лилий , вернее сказать кувшинок , но я их называю лилии , меду которых важно плавуют утки , да и не утки кулики , но я их называю утками , хотя и утки иногда залетают на озерцо полакомиться гальянами и мелкими карасиками , опять же если заметят между огромных старых елей и сосен маленький прудик внизу , обычно мимо клином и летят .Осень и первый заморозок ледком покрыл воду в ведре у стены на которой окрашенный голубой краской весит ручной умывальник на нём нарисовали утку, из мультиков про «Утиные Истории» , Скрудж Макдак, у которого не выправишь даже воды. Утренняя прохлада и не снятый с ночи махровый халат довершали мой гардероб ещё кроксы на босу ногу . Чашка сваренного кофе и тосты на столе и газета. Я всегда покупаю в ларьке на Вокзале газету когда еду сюда электричкой и зачитываю её ещё едва отъехав из Города , ну и здесь мне достается только Кроссворд и колонки о скорби , их я не читаю и вообще считаю что пора перестать печатать, хотя вру всё ровно и х уже просмотрел . -Слово из восьми букв о любви? И эти утки, кулики заметив меня прутся на веранду за хлебом как к себе домой . Наглые стали, страх потеряли. В этом году Зима будет холодная и снежная , это я придумал такую примету: Если утки за хлебом по утру пришли, то Зима будет холодная и голодная, чтобы они тогда нажирались по Осени. Ну переживем Зиму поведаю Вам , сбылась моя новая примета или нет. Кстати роман я почти дописал осталось чуть-чуть да опять лень напала и Музы нет. И что это я опять про неё вспомнил , ведь так хорошо сидел , калифе пил , кроссворд гадал . Эх где ты сейчас может на Гастроли приедешь к Рождеству , я хотя бы подарок тебе отдам с прошлого года ждёт тебя, не я , подарок. Я уже перестал ждать и по уши ушёл в работу и забот накопил, чтобы не думать и не вспоминать. Зря я наверное сюда приехал, разворошил минувших дней печальные моменты. Надо было тебя не отпускать, но как я мог тебя остановить, ты вся в мечтах: Москва и Главные все Роли… Так надо кофе допивать и на скамейке доску перекрепить опять она подгнила и упала и даже махом уже взялась . Стареет Дом и вмести с ним и я . О , Боже ну зачем то кое в ум пришло впервые , всё надо срочно мне от сюда в Город на работу и лавку починю потом , -Когда на пенсию пойду! -Ну всё это уже не шутки , да надомной смеяться будут утки скажи о мыслях о своих. Осень листвою засыпала всё и в старом пруду лист плывёт с паутинкой и в небе клин птиц вдалеке выборов знак и что я про них то вспомнил, уехал из Города и мыслями там и остался. Ну всё. -Слово из восьми букв .