Дмитрий

Империя Хоста 5. Война

Глава 1

Империя Хоста -5

Глава 1

Кому война, а кому – мать родна.

Тучи затянули небо, и утреннее солнце не может пробиться сквозь них. Внутреннее море штормит. Я – Гарод Кныш – граф и маг, стою на корабле и пытаюсь унять тошноту от качки. Магия с этим не справляется, или я неуч косорукий. Хотя имею одиннадцатый ранг в магии. Уже солидный ранг, тем более для моего молодого возраста. Не прибавляет хорошего настроения и похмелье, головную боль я только что снял, а тошноту… Чёрт! Меня тошнит от выпитого! Поэтому и не могу вылечить себя – не то лечу!

В этом мире и в этом теле я всего год, но уже вместо слабого и бедного баронства на окраине в империи Хоста, имею свое графство (правда, также в захолустье), неплохое состояние, трёх красавиц жён и уже двух сыновей. Неплохо для бывшего ЗэКа с планеты Земля? Умирая от заточки в «крытке» я и представить не мог, что попаду в другой мир, да ещё в тело молодого парня. Родители и братья бывшего владельца этого тела, которое принадлежало младшему сыну барона, погибли, но род Кнышей не зачах. Первого моего сына – Виктора родила бывшая принцесса королевства Сетин – Ольча ещё до отъезда из столицы, где я обучался в школе магии «Башня». А вот Пьон, моя вторая жена и дочка графа, родила уже в день моего отплытия с той стороны внутреннего моря. Я узнал это почти сразу, будучи проездом у её отца, с нами связалась сама молодая мама. Пришлось выпить с тестем на дорожку. Граф Доранд Де Ро, ставший дедом, наверняка продолжил отмечать это событие и дальше. Ещё он отправил со мной две сотни воинов – сотню конных и сотню егерей. Специально егерей натаскивал для войны с Теократией. Ах, да – плыву я на войну! Куда деваться? Вся империя будет воевать. Так решил император Хост. Теократия – это наша постоянная головная боль. Вроде бы кажется, что такого – завоевать их раз и навсегда? А не получается. Более того, максимум, что мы планируем – это пограбить побережье. В Теократии нет естественного магического фона, и маги, «выдохнувшись», становятся обычными людьми.

Итак, после обучения в столичной школе магии «Башня» и недолгой побывки в гостях у новой родни, я подплываю к дому. Вернее, не только я, а ещё и люди из моего ближайшего окружения – маг Бурхес и десятник Борил из гвардии императора. Они у меня на службе, и хоть даны мне императором на время, уже ясно – никто из них от меня не уйдёт. До моего баронского (а теперь графского) замка добраться проще всего от порта королевства Синок, там и дорога удобная, и порт большой. Собственно, графская дружина туда и направляется, а я высажусь на своем побережье. Появилось у меня оно после захвата замков братьев Готриб. Сейчас там строится порт. Проинспектирую замок, которым управляют мои доверенные лица Аньен и Орб Турис. Аньен – это любовница моего покойного отца и мама моей сводной маленькой сестрёнки, а Турис – тоже подгон от императора – десятник второго гвардейского полка. Хороший вояка.

Затем я планирую через перевал в горах добраться до своих жен и сыновей в родовом замке Кнышей. Есть у меня ещё третья жена Мила – из простых сироток. Ей тоже скоро рожать. Второй сын имени ещё не получил, но хочу в честь тестя назвать его Дорандом. Пьон, его маме и дочке графа будет приятно, да и деду тоже. Вроде мы с ним в одних чинах, а вот возможности у нас разные. У него большое и многолюдное графство. У меня только большое. Зато мои связи среди элиты империи не в пример лучше – учился в лучшем учебном заведении империи всё-таки. Находится моё графство почти на краю империи. Дыра. В моем графстве три баронства, два у братьев Готриб я отвоевал, а одно получил на халяву. Мой сосед – барон Малосси, присягнул мне после войны моих соседей между собой. Хорошо хоть, что эти соседи – ханство Вей, и королевство Синок, сейчас уже не воюют, а даже в союзе. Но об этом пока неинтересно, а вот как причалить к берегу в шторм – непонятно. Лоцмана нет, но когда на судне имеется могучий маг (я) он и не нужен. Промеряю глубины магией и указываю капитану купеческого наёмного судёнышка фарватер. На всякий случай на корабле поднят мой флаг. Но этого не требуется, одинокий стражник с копьём вышел из небольшой будки около пристани и меланхолично рассматривает, как мы причаливаем. Идиот. Сигнал надо давать в замок, а не глазами лупить! Остальной вид моего побережья тоже не радует – всего несколько построек довольно хлипкого вида. Что внушает уважение, так это каменный причал и солидная глубина моря около него. Не помню, чтобы я кому деньги платил за такую основательность.

Первым на берег соскочил Борил, а следом, разминая кости, я. Бурхес, как всегда, идёт последним, якобы контролирует пару рабов, купленных по дороге, которые тащат нашу поклажу. Ещё у нас кони с собой и повозка, но это уже капитан купца должен сгрузить.

– Представляешь, Орб Турис уехал со своим десятком, – огорошивает меня Борил уже допросивший местного юнита.

– Хрюю му? – несвязно спросил я, тем не менее мой десятник меня понял.

– Император их выделил тебе на полгода, полгода прошло, и, не получив новых команд, они просто вынуждены были уехать. Тем более, война.

– Вчера же говорил с Пьон, чего она молчала? – недоумеваю я.

Пока идёт разгрузка наших коней, направился осматривать свои владения. Первый домик –гостиница с таверной – двухэтажное здание, а рядом строится ещё одно, раза в три больше. Или не строится?

– А смысл достраивать? Никого в порту не бывает, наш хозяин уже и пожалел, что вложился в постройку, – разводит руками наёмный управляющий таверной и гостиницей.

Хозяин этого заведения живет в столице королевства Синок, кстати. Недовольный иду к следующей постройке. Магазинчик. Несмотря на раннее утро работает и процветает. Захожу и оглядываю ассортимент, ко мне сразу подбегает лысоватый дядя – хозяин лавки. В беседе выясняю, что доход он имеет с моего баронства. Люди сюда постоянно приезжают и за продуктами, и за прочими нужными в хозяйстве вещами. Прощаюсь, стараясь не кривить морду. Это я должен зарабатывать на торговле, а не другие на мне! Ещё и на год от налогов их освободила управляющая баронством! Аньен явно не справляется с ситуацией, надо менять её. Третья постройка оказалась рыбацкой гильдией. Тут и рыбу купить можно и лодку нанять. Даже купеческий корабль. Плати только. Конечно, ждать придётся, но лодку или небольшой баркас можно взять хоть сейчас. Каких-то два мутных типа крутятся под навесом, выбирая плавсредство. Судя по всему – браконьеры или контрабандисты. Гильдия тоже из королевства Синок. Оставив на потом осмотр домика охраны, в котором постоянно живёт вся пятерка портовой стражи, иду к самому красивому зданию. Не иначе, мой личный дом, планировал я на берегу такой построить и даже деньги выделял. Домик стражей, кстати, выглядит прилично – мощные входные двери, окна-бойницы, метровой высоты ограда из кольев.

Мой дом с хорошим садом, явно выращенным с помощью магии, два этажа, но первый этаж не виден из-за глухого забора. Местоположение тоже удачное – сзади скала, справа и слева пустое пространство – вырубили лес, скорее всего.

Мне, графу, ломиться в дверь невместно, отправляю старика-мага, тот за время путешествия изнылся от отсутствия привычных развлечений. А их у него два основных – бухать и баб трахать. Несмотря на трехзначный в годах возраст. Недавно прошёл омоложение, и физически ему сечас не больше полтинника. Он считает себя важной птицей, но послать мне больше некого. Я – граф, Борил же – невысокий гномоподобный мужлан с громадной силищей – старику не подчиняется.

– Кого там нелегкая, – слышу ворчание за стеной после стука и крика Бурхеса:

– Сова, открывай, медведь пришёл!

Я научил от нечего делать по приколу! Мои ближники уже и русский матерный знают хорошо, да и так несколько фраз их заставил заучить. Вопросов мне не задают и не спорят, скорее всего, думают, сочиняет пацан. Ворота распахиваются настежь, хотя имеется калитка. Мужик. Без руки. Лет тридцать.

Некоторое время смотрю на ворчуна, припоминая, где я его видел. Не помню! Забыл! А он меня нет.

– Граф Гарод! Рад вас видеть! – орёт он, пугая энтузиазмом Бурхеса.

И, видя, что я не узнаю его, радостно добавляет:

– В прошлом годе руку мне отрубили, когда своё поместье посещали!

Точно! У меня около порта есть своё имение, где и жила Аньен с дочкой. Так при первом визите туда меня запускать не хотели, пришлось штурмом брать.

Сейчас это имение имеет очень редкий статус – «графский лён», правда, там никто не правит пока. Баннерет, хозяин этого имения, – аристократ самого низшего ранга, – никого ещё не назначил, думаю. Определить на эту должность могу любого, так что – это мощный стимул для моих подчиненных. Ещё бы, ведь в этом мире «Меча и магии» только имея свой кусок земли можно получить титул. А у меня там ещё и земельный участок имеется метров пятьсот на триста. Почему «графский лён»? После смерти аристократа, если нет наследника, лён отходит в графство. Королевский, герцогский, графский, баронский лён – ископаемая редкость сейчас. Таких уделов по всей империи пара тысяч, как мне говорили на занятиях в школе магии. Этого безрукого я оставил в поместье охранником, и, видимо, перевели его в порт. Имени, разумеется, не помню, да и незачем.

– Ты, значит, тут теперь? Ну, веди в дом, – распоряжаюсь я. – Тут, наверное, глава порта живёт, пока меня нет?

– Это…– замялся однорукий, но с прохода ушёл, не мешая мне проходить. – Там госпожа баронесса… с мужчиной.

– Какая, нахер, баронесса? Вы чё, сдаёте дом для свиданий? – не понимаю я, открывая дверь ногой.

– Не баронесса, а управляющая замком, … ну та, которая замком управляет, – добавил, ничего не пояснив по сути, охранник.

Но этого и не надо было делать – в доме находилась заспанная Аньен и якобы уехавший Орб Турис. Бывшая любовница моего отца и мама моей сестры была растрепанная, но в дорогом халате, а Орб по пояс голый, зато с мечом. Впрочем, увидев, кто им выбил дверь, он, конечно, меч опустил.

– И как это называется? Сам уехал, а не уехал, – спросил я у Орба. – И ты, дорогая несостоявшаяся моя мамочка, какого хрена тут, не в замке, да ещё и с мужиком.

– Уволился я со службы по ранению! А что мне нельзя свою личную жизнь устроить?! – Ответили одновременно любовник и любовница.

– Вообще – плевать, – почесал голову я.

– Украшения заметные на ней, – сказал вдруг Бурхес

– «Скорлупа Деи»! – узнал я набор, который позволяет защищать плод беременной. – Ольча дала? Так ты в положении уже? Замок скоро отдам моему сыну, старший будет графом, младшие – баронами.

– Да, Ольча дала! Ей он уже не нужен! – с вызовом сказала Аньен. – И на замок с баронством мы не претендуем, мы просто любим друг друга!

– И в мыслях не было! – подтвердил Орб Турис. – Я, кстати, уже наследник, старший брат погиб в море, а средний ушёл в «Орден искателей» и на титул не претендует. Папа, правда, ещё ого-го! у меня.

Глава 2

Плевать мне было на их амурные дела, просто Аньен – мама моей сестрёнки. Ясень пень – её никто мамаше и новому возможному папаше не отдаст. Это же родная кровь мне! И жениха я ей хотел лично подобрать, ну, или одобрить её выбор как минимум. И главное, оставлять сестрёнку без мамы не хочу.

– Значит так, Аньен, если ты останешься со своей дочкой, моей сестрой, то я позабочусь о тебе. У дочки должна быть мама, а если ты её бросишь, то ты плохая мать, – высказался по сути дела я.

– А забрать дочку и уехать нельзя?– тихо спросила Аньен.

– Можно, но я всё равно отберу свою сестру и оторву бОшки всем, кто попытается мне помешать, – предельно ясно пояснил я.

– Граф, я готов отказаться от своей семьи, мне без моей Ануши жить незачем. Прими мою верность и позволь жить рядом с тобой, – вдруг произнес Орб Турис.

– Да мне-то что? Живи, – равнодушно ответил я. – Что у вас тут за бардак в порту? Один калека на посту, и тот не соизволил даже предупредить о приближении нашего судна.

– Я уже не на службе, госпожа Пьон поставила другого начальника стражи, – открестился Орб.

– А что тут так хило всё? Корабли-то хоть заходят в наш порт? – спросил я уже у Аньен.

– Пару раз в месяц по пути к кочевникам причаливают. Через баронство дорога имеется в их земли, а так бы вообще никого не было, – подтвердила мои опасения родственница.

Да уж, процветающий личный порт – это он в моих мечтах только был. Реально же не нужен он, ведь рядом в полусотне километров по берегу находится королевский порт, в котором всё есть – и лавки, и гостиницы, и гильдии. Как мне с ним конкурировать? Разве что кочевники …, к ним через моё баронство ехать ближе всего. Надо обмыслить. Для Аньен у меня приготовлен подарок – модный столичный вестник, напечатанный на качественной бумаге с рекламой многочисленных, в том числе и женских, товаров. Пусть выбирает – закажу.

– Ты давай в замок езжай, а то тут расслабилась, – командую я Аньен. – И ты, жених, тоже. Дозволяю вам погостить там.

Едем в замок. Ждать, пока любовники соберутся, не стал, дорогу знаем. Кстати, о дороге – вполне приличный тракт вместо тропинки вижу. Замок охраняется не в пример лучше, чем мой недопорт. Нас издалека встретил патруль из двух конных наёмников, причем с собакой! Не иначе, Пьон собачку подогнала. Молодая сука – любопытная, но выученная. Это я про песика. Меня патрульные признали сразу, хоть и не видели ни разу, скорее всего, по описанию узнали, да и графские одежды на мне. Вызвались проводить до ворот, но не стал их от дела отрывать.

Новый военный комендант крепости меня порадовал. Серьёзный мужик, весь в шрамах, наёмничает лет двадцать уже. Сейчас в крепости стоит его отряд из двадцати пяти человек, а пятеро наёмников, нанятых раньше, – в порту, он ими не распоряжается.

– Надо известить графиню Пьон. Эй, солдат! Беги к артефакту связи, – попытался действовать по инструкции мужик.

– Не надо, – качнул головой я. – К вечеру уже сами будем. Хочу сюрприз сделать.

От замка есть дорога через проход в горной цепи, я этот проход лично нашёл в своё время, потом километров полста лесом, и я дома. В объезд ехать далеко. Рассчитывая на скорую встречу с женами, беру запасных лошадей и, не мешкая, отправляюсь в путь в мой родовой замок. Даже не перекусили. Даю задание повозку с подарками и небольшой охраной сразу же отправить по тому же маршруту. Мелькает сожаление, что не осмотрел замок – может какой беспорядок где? Проезжаем по знакомым местам, настроение отличное. Борил едет первым, я – вторым, замыкает нашу кавалькаду Бурхес, разумеется, на лихом коне. Три заводных и не менее лихих коня тоже трусят сзади. Внезапно Бурхес кидает молнию в кусты, одновременно ставя щит воздуха перед лошадками. Ставит он его не зря, в щит ударяет, громко бумкая, воздушный шар. Нападение! Борил, замечая шевеление в кустах, метает сеть и вытаскивает нападавшего на тропу. Упс! Нападавшую, а не нападавшего. Мелкая деваха лет шести, а уже маг не менее чем третьего ранга! Вид у неё оборванный. Склоченные, все в листве и прочей древесной мути, русые волосы выдают лесного жителя. Но личико смышленое.

– Не убивайте, дяденьки! – вопит злодейка.

– Ты кто, разбойница? – недоуменно спрашиваю я.

– Я не разбойница, у меня мама умирает, мне конь нужен, отвести её в город, а тут вы, – несколько противоречиво лепечет ребенок. – Я бы только коня забрала, а вас отпустила!

– Я граф Гарод Кныш, хозяин этих земель, а ты кто? – грозно вопрошаю я, давая команду Борилу выпустить из сети девочку.

Тот выполняет мой приказ, и какое-то время мелкая ожесточенно лягается, пытаясь удрать от моего десятника. Вырваться ей удалось, оставив лоскут и так не сильно целого платья в руках Борила. Ставлю огненную стену вокруг беглянки.

– Лубери меня зовут, а маму Мейбой. Дяденька Гад Кыш, а вы тоже маг? Помогите маме? – останавливает свои попытки убежать девочка.

Я чуть не заржал – так мою фамилию и имя ещё никто не перевирал – Гад Кыш!

– А зачем это мне? Ты нас убить хотела, а я твоей маме помочь должен?

– Я только оглоушить и пограбить хотела, тем более, дедушка старый, ему уже, наверное, жить надоело! У нас с мамой денег нет, только барашек был и три козы. Барана мы съели уже. Если поможете, я вам коз наших отдам! – щедро предлагает девочка.

– Три козы? – остолбеваю я от падения цен на мои услуги мага.

– Три козы! – важно кивает Лубери.

– Три козы – это вам не баран чихнул! – вступает вдруг в разговор Бурхес, которому точно жить не надоело.

Морда у старика странно насупилась, и я понимаю, что он старается не рассмеяться во весь голос. У Борила тоже тик глазной наблюдается, да и мне смешно. К маме её поеду в любом случае, интересно же, кто тут в моих землях живет, да ещё и злодейски разбойничает?

– Три козы, три козы …, – якобы задумался я. – Поехали, но если коз всего две, я разозлюсь и помогать не стану!

– Одна старая совсем, а две ещё молочко дают, – деловито уточняет девочка.

Пришлось спешиться – ехать по лесу на коне можно, но неохота постоянно нагибаться под ветки. Идти пришлось далеко, чуть ли не три километра в сторону гор. Сначала появился небольшой ручей, а потом и холм, усыпанный цветами. Очень красиво. А вот и землянка на холме. Я это понимаю по невысокой треугольной крыше из жердин, высота которой чуть больше метра. Над ямой поставили крышу-шатёр. А что, жить можно – сильных холодов в империи нет, климат мягкий. Проходим мимо небольшого загона, в котором действительно стоят три козы. Внизу у холма разбит огород.

– Мам, это я. Я мага привела, он сильный, больше десятки ранг, огненный забор ставит! – кричит дочурка, но ей никто не отвечает.

Борил идёт первым в землянку, но тут же выходит, давая знак, что всё в порядке. Захожу я, спускаясь на пяток ступеней. Магический светильник светит ярко, это не удивительно, девочка – маг, зарядить может. Внутри всё очень бедно. Каменная печь, всего одна лежанка, стол и вместо скамейки бревно, правда, обтёсанное. Что ж так бедно? Мама без сознания лежит на топчане и видно, что больна серьезно – у неё жар и дышит она тяжело, с хрипом. При ярком свете вижу, что больная молода и красива, причем, порода аристократки просто кричит о себе. Да, одежда на неё старая и рваная, но не из дешёвых. Это кто такая у меня тут в лесу живёт?

– Подцепишь заразу какую, – ворчит Бурхес, спустившийся вслед за мной.

– Она ещё утром ходила, а сейчас ей хуже стало, – чуть не плачет Лубери.

– И давно вы здесь живёте? – спросил я, приступая к лечению.

Судя по хрипам, что-то простудное, надо убрать слизь из легких, в школе магии «Башня» нас учили таким вещам.

– Я не помню. Как сбежали из замка за горой, так тут и живём, папу убили пираты, а нас нет, – вздохнула малышка, намочив тряпку водой из кувшина, чтобы вытереть матери лоб.

Тут больная зашлась кашлем, выплёвывая слизь. Я силой повернул её на бок, чтобы не задохнулась, и начал убирать жар. Это сложнее, ведь высокая температура – вещь полезная, она помогает бороться организму с инфекцией и бактериями. Тут важно не навредить.

– Кто вы? Воды! – слабо попросила Мейба, сразу как пришла в себя.

– Моя мамочка, это я мага привела, он тебя лечит! – метнулась к ней дочка, сверкнув белым тельцем в разорванном старом платье, подавая воду.

– Я вижу, вы граф, а я Мейба, бывшая наложница барона Модеста из империи Аками. Моя дочь – его наследница. Барон убит уже больше года назад, при захвате нашего судна пиратами. Нас привезли в замок для выкупа.

– А чего вы у меня в лесу сидите, если твоя дочь наследница? – заинтересовался я. – Выберитесь к морю, вы, я думаю, знаете, что оно недалеко, и сообразите, как добраться до своего баронства.

– Я простолюдинка, хоть и рождена от аристократа, но он не признал меня. До моря добраться не так просто, да и что мне предложить, кроме потасканной себя. Недалеко за горами те, кто нас захватил – местный барон Готриб, да вы, я уверена, и так это знаете. А в Аками мою дочку не ждут с объятиями и вообще могут убить – на баронство желающие точно есть. Однако, по нашим законам, когда дочка достигнет пятого ранга в магии, то император Аками третий выделит опекуна до её замужества. Вот и сидим, тут в лесу, у дочки уже третий ранг, – пояснила женщина вставая. – Простите, мне бы выйти по надобности.

– Убил я давно этого Готриба, и других тоже, и баронство их в моём графстве уже.

– Кыш, а ты могучий колдун! Не зря я тебя наняла! – сказала малышка, видя, что маме лучше. – Коз, мама, придётся отдать графу, иначе он не соглашался лечить!

– А вы хозяйственный, – усмехнулась женщина, думаю, поняв всё.

– Три козы – это не баран пёрнул, – пробурчал я. – Кто бы отказался? Вы бы отказались? – Спросил я у своих спутников, выходя из землянки на свет.

– Чихнул, Гад Кныш! Чихнул! – поправила меня Лубери.

– Гарод Кныш! Запомни. И собирайся, поедем ко мне в замок, – строго сказал я.

Никуда мы, разумеется, не поехали, слишком ещё слаба была Мейба. Я расспросил, как им удалось бежать и откуда живность. Как и ожидалось, подкупила собой тюремщика, он их на тропу и вывел, причем не на ту, по которой мы ехали, а на другую. Навещал поначалу, а потом пропал. Ясно, это мы его грохнули при захвате замка.

У нас с собой имелась палатка. Приготовили ужин и, распределив часы дежурства, легли спать. Проснулись рано. За ночь женщина совсем выздоровела и облачилась в приличное красивое платье. Прям, такая симпатичная мамочка получилась! И не скажешь, что простолюдинка. Верхом Мейба ездит хорошо, дочку посадит перед собой, вещей у них немного. Труднее всего с честно заработанными козами. Привязали их за заводной лошадью, но козы упирались и отказывались идти! Пришлось Бурхесу ехать сзади и «подбадривать» животин магией. Вернее, сначала идти по лесу, а уж потом ехать. К полудню достигли, наконец, моей деревни, где старостой был Клык. Но не стали заезжать туда, и вскоре добрались до замка.

Нас встречал Ригард при полном параде. Интересно, кто ему сообщил, что мы на подходе? Ворота замка открыты настежь. Вот я и дома!

– А где мои жены? – спешившись, обнимаюсь с сотником я.

– Они очень заняты и встретить тебя не могут! – удивил меня Ригард.

Глава 3

– Вы тут совсем одичали? Что значит заняты? – хмурюсь я.

– Мила рожает! – поясняет мой подчинённый.

– Родила! – навстречу ко мне из замка выбегает Ольча и виснет у меня на шее!

– Как Мила? – целую жену я.

Выглядит Ольча не как графиня, а как королева. Роды не испортили её фигуру, а я и забыл какая она красивая. Хотя у меня все три жены красавицы. Но Ольча – это вынос башки!

– Все мы родили, у тебя три сына! А Мила только что. Пьон как сообщила, что ты вот-вот приедешь, так у Милки схватки и начались, но разродилась только сейчас, – пояснила моя первая жена Ольча.

Вторая жена вышла через пару минут, когда я уже давал команду пристроить своих животных и неожиданных гостий из соседней империи.

– Пьон, ты такая важная стала! И округлилась так! – воскликнул я, обнимая и её.

Действительно, худенький цыплёнок исчез, и передо мной приятная в своих округлостях молодая девушка.

– Гарод!!! Как хорошо, что ты приехал! Я так рада! Я так соскучилась! Ничего одна не успеваю, столько дел! Хоть поможешь! И Милочка тебе подарок к приезду сделала! – ткнулась своими выпуклостями в меня малышка, обнимая.

– Ага, теперь мы в два раза больше сена для коровы заготовить сможем! – пошутил я в окружении уже двойной красоты.

– А это кто с тобой? – увидела новые лица Пьон.

– Козы. По дороге подработал лекарем, вот три козы, как с куста, – пошутил я.

– Я вижу нетрёх коз, а пятерых. Ты кого привез? – не приняла шутки моя вторая жена.

– Знакомься. Это бывшие пленницы Готрибов из империи Аками. Возможная наследница тамошнего барона маг третьего ранга Лубери и её мама, – попытался сгладить неласковый приём со стороны жены я.

«Ревнует, не иначе», – решил я про себя. Ведь мамаша Лубери выглядит на все сто, хоть картину пиши маслом – сочная, уверенная в себе, с горделивой осанкой! А как она грациозно спрыгнула с лошади!

– Так, животных под нож, этих двух пока в деревню к Клыку, – командует деловая Пьон.

Бью её по попке. Смачно так!

– Отставить! Козы пусть пока где-нибудь пасутся. Ты ответственный, – ткнул я в какого-то незнакомого мне слугу. Маму и дочку поселить в замке! – зычно отдаю команды я.

– Гарод! – изумлённо подпрыгнула от удара Пьон. – Зачем нам эти замарашки в замке, у нас и комнат свободных нет. И уж можно я сама решу, что мне по хозяйству делать!

– Пусть в моей комнате пока живут, – благодушно шлепаю по заднице Пьон ещё раз. – А каким тебе хозяйством заняться нужно, я скажу позже, когда ванну принимать буду!

А хороша она! Попка как орех!

Ригард и остальные гвардейцы и наёмники ржут, явно понимая подтекст моей тонкой изысканной шутки.

– Гарод, прекрати меня позорить! Ты был раньше такой галантный, что с тобой столица сделала? – возмущается Пьон.

– Да, Гарод! Тебя не узнать! Ты изменился, был раньше стеснительным, – поддакнула стоявшая до этого молча Ольча.

– М-м-м …, – только и сказал я, не припоминая, когда это я был галантным или стеснительным?

– Прошу в мой замок, лучшие покои вам отдаю, сам буду мыкаться по спальням своих жён, – приглашаю я найдёнышей в замок.

– Госпожа, а козы? – проблеял тот слуга, которому я поручил заботу о животных.

– Не понял?! – резко развернулся я. – Тебе слово графа не указ? Ждёшь ещё чьего-то одобрения! Ты кто?

Злость нахлынула на меня, он совсем сдурел – при живом хозяине этих земель что-то ещё уточнять?

– Я старший псарь, Багро …, – начал мужичок.

– Уволен! Час времени на сборы. Ригард, проследи, чтобы через час его тут не было. Если будет или попытается вернуться, отруби голову, – сурово говорю я. – Если хоть слово скажет хоть кому, тоже убей.

– Гарод! Это ценный специалист, я его с таким … – на пороге дверей ждёт меня обнаглевшая, как видно, жена.

– Рот закрой и не перечь господину! Марш к себе в комнату и жди меня, – прерываю я.

Захожу в замок предельно злой, за мной телепаются молчаливые мама с дочкой.

– Гарод, может, посмотришь сына? – ласково спрашивает Ольча.

Пьон с каменным лицом идёт в свои покои. Выпороть мерзавку! Ишь, надумала мне при людях перечить. Да и без них нельзя, а уж при слугах и наёмниках – вообще зашквар. Я ещё разберусь, кто доложил о моём приезде.

В детской, где уже были все моих три сына, я оттаял, хотя собственно умиляться было нечему. Краснокожие малыши пока никаких чувств во мне не вызвали, а вот Мила, которая полулежала со счастливым лицом, меня порадовала.

– Я самая счастливая жена в мире, – шепнула она.

Ольча показывает своего Виктора, потом новорожденного Доранда, а как назвать Милкиного сына я пока не решил. Слушаю щебетанье жен и оттаиваю внутри. К Пьон я зашёл через час, она видно плакала, но встретила меня поклоном.

– Что это за бунт? Как посмела оспаривать мои решения?

– Пока тебя не было, я привыкла к тому, что за всё отвечаю. Было трудно, я неделями рыдала, но делала всё, чтобы ты был доволен, доходы наши растут, я думала, ты оценишь, – начала монотонный рассказ жена.

– Я недоволен тобой. Я граф, хозяин на своих землях, и ваш хозяин тоже. Так устроен этот мир. А деньги при чём тут? Будут у нас они. Или заработаем. Кстати, как вы узнали о моём прибытии?

– Аньен сообщила, – сказала жена. – Хотя я командиру наёмников приказывала тоже сообщить. Вот наняла на свою голову. Да и повозка с твоими подарками ночью приехала.

Ах да, коменданту я запретил, а вот про управляющую замком не подумал. Да и то, что повозка за ночь доедет, тоже не учёл.

– Я его нанял, а не ты! Я приказал не сообщать. Он подчиняется в первую очередь мне, а значит что? Невыполнение прямого приказа нанимателя – это бунт. Хороший отряд наняла, тут ты молодец.

– Я разозлилась, что ты приехал с красоткой. А ещё она на меня так глянула снисходительно, будто я не жена тебе, а муха какая, и что-то мелкое и злое во мне проснулось, – призналась, наконец, жена.

– Я тебя обязательно накажу, ещё не знаю как, – а пока посиди тут.

– Ты не обнимешь меня?

– Иди уже сюда! Обниму!

Обнимашками бы не обошлись, но Пьон недавно родила, поэтому пока не тронул её, только полапал.

– Там в гостиничном комплексе принцы Дава и Флетчер тебя ждут, – сказала жена перед моим уходом из её покоев.

– Давно они тут? – удивляюсь я. – И чего приехали? На войну им нельзя же!

– Вчера приехали, сейчас бордель инспектируют, – усмехнулась отошедшая от взбучки Пьон. – А приехали специально к тебе в гости, думаю папе своему назло.

– Да кто бы сомневался, что они в бордели, а вот назло – это вряд ли, отец у них строгий, – кивнул я жене и ушёл.

Направляюсь в свои покои проведать гостей. Зачем мне они – неясно, но Луберия меня позабавила, а тех, кого я полюбил – не бросаю.

– Граф, мы вас потеснили, – начала Мейба.

– Насрать, сейчас вам пришлю людей с одеждой, жду вас на ужин, у меня будут гости. Принцы – наследники трона, в полусотне стоят. Нормальные парни.

Не слушая возражений, иду вниз в наш фамильный пиршественный зал, то есть зал для пиршеств.

– Ригард, отправь человека к гостинице, пусть принцы едут ко мне! Эй, мажорджом! Стол накрывай! Коз пасти тоже отправь кого-нибудь! Девочке и её маме в моей комнате лучшие одежды отнесите, и помогите им привести себя в порядок, – раздаю команды я.

Эти и другие выполняются моментально! Вот что пиздюлины животворящие делают!

– Я справлюсь с одеждой для твоих гостей, – неожиданно сжимает мою задницу ногтями Ольча. – Что насупился? Пьон наказана, Миле нельзя, так что ты со мной спишь сегодня! Ах, как я соскучилась!

Вот против таких приказов я не возражаю.

Прошёлся по замку, от нечего делать заглянул в комнату к Бурхесу. Потом поговорил с поварихой Мелией, кладовщицей Клариссой, даже служанке Лианне пару ласковых сказал. Она, кстати, выглядит не как служанка, а как настоящая леди, статная такая дама. Но я не забыл, как она громко орёт во время секса. И она помнит тоже, вон, аж покраснела от моего взгляда. Бля, я дома!

Через час принимаю гостей. Мои друзья по школе Дава и Флетчер приехали! Впрочем, первым в ворота заехал незнакомый мне седой молодой человек – маг двадцать седьмого(!) уровня. Я клянусь! Ему лет сотни полторы, а он как парень выглядит. И ясно, что это самый мощный маг в империи Хоста. Есть, я знаю, маги двадцать шестого ранга у нас, но этот самый крутой. Недавно ранг взял, совершенно точно. Всего рангов у магов тридцать два может быть, кстати.

– Маг Динарий, присматриваю за этими шкодниками, – представился псевдопарень.

– Вот уж кого не ждал увидеть, так это вас, или вам всё-таки разрешили ехать воевать, и как вовремя – у меня сегодня сын родился, – обнимаю я братьев.

– А мы уже в курсе, в таверне твоей все посетители пьяные, такой повод! А насчет войны – нет, не пускают, доедем до побережья, а там у нас встречи разные, папка натаскивает нас на дипломатию, а вся знать сейчас на берегу моря, – вздохнул Дава, оглядываясь по сторонам.

– Бедновато у тебя тут, – рассеянно сказал Флетчер, зайдя в центральный зал замка.

– Но чис-с-стенько, – просипел он, получив от меня дружеский удар в печень.

Дава заржал, а самый мощный маг империи лишь угодливо изобразил улыбку кончиками губ.

Зато мои домашние все просто выпали в осадок. Прямые наследники императора, для них как небожители. А я одного в печень! Все, кроме Ригарда и Бурхеса, те меня знают. Представляю всех, кроме Пьон и наложницы с дочкой, которые не подошли ещё.

– А где твоя третья жена? – спросил Флетчер.

– Наказана, – отвечаю я.

Пришлось часть правды им рассказать, мол, попыталась оспорить мой приказ. Про ревность не рассказываю. Кому приятно, что жена у него дура?

– Ты молодец, иногда наказывай их, друг, иначе уважать перестанут, – тихо сказал Дава, в первый раз назвав меня другом.

– Я могу тебе ещё кого сосватать, брат, – впервые назвал меня братом Флетчер.

– Гарод, а можешь пригласить свою жену к нам сюда ненадолго? – вдруг спросил Дава.

– На кой? – не понял я.

– Мы ей объясним, как мужа надо уважать! – пояснил Дава.

Глава 4

– Ригард!– отдал команду я.

Мы пировали как взрослые, отмечая появление на свет всех моих сыновей. С собой принцы привезли двадцать литров вина изумительного качества! Может оно стоит больше пяти тысяч золотых, как стоила та бутылка вина, которую сорванцы украли в своё время у бати. Я чувствую, как растёт из-за вина мой внутренний запас маны. А ведь он у меня и так выше среднего.

– Гарод, … нет слов, как я виноват. Пьон мне как сын была всегда, я ей всё позволял, – винился Доранд Де Ро по артефакту связи.

Артефакт не мой, а этого пришлого мага, причем не разовый, как я вижу, а переносной! Редкость. Я стационарный имею только в том замке, где недавно был, но он неподъёмный. Когда я захотел позвонить родственнику и сообщить имя его внука, маг сам предложил мне связь.

– Граф, это принц Дава, – отобрал у меня артефакт мой друг. – Ты не виноват, ты отец, но посоветуй, как научить твою дочь уважать мужа и не перечить его решениям?

– Мой принц, всё известно уже давно – пороть её надо. Я не мог, люблю дочку, – смущённым голосом говорит Доранд.

– Граф, мы за твою дочку убьём любого, – мягко сказал Флетчер.

– Пороть не буду, посажу в камеру на день, пусть подумает, – открестился от физического наказания я.

Мила моя вскоре ушла отдыхать, ведь она после родов только что. Найдёнышей ещё нет, но я дал команду поторопить их.

Пока беседовал с гостями, в зал вошла провинившаяся. Мда… хоть прячь своих жен, такие красавицы! И Пьон постаралась, приводя себя в порядок, даже Ольчу переплюнула.

– Моё почтение, Ваши Высочества, – поклонилась Пьон принцам.

– Гарод, как можно злиться на такой цветок? Ты, где нашёл такую красотку? – восхищённо произнес Флетчер, а Дава лишь замер.

– На дне рожденья императора познакомились, – улыбнулся я их реакции.

– И уже родила? Ну, ты шустрый! – отмер Дава.

Тут в зал, наконец, вошла маленькая магесса-разбойница с мамой. Я знакомлю их с гостями и со смехом рассказываю, как заработал трёх коз.

– Я бы и за две козы поработал, – неожиданно подмигнул маг малышке Лубери. – Да, маленькая принцесса?

«Хм, а дедок-маг любит малышей! Ишь, как ласково к ней обратился – принцесса», – отмечаю я про себя.

И тотчас понимаю, что дело в другом.

– Позвольте приветствовать и вас, Ваше Величество, – церемониально поклонился маг Мейбе.

Всё недоуменно посмотрели на мага, прикидывая, а не съехал ли тот с катушек?

– Не понял?! – одновременно воскликнули принцы.

– Это бывшая королева королевства Торок. Ну, или будущая, или нынешняя – кто их там разберёт? Пропала месяц назад, когда была с визитом в империи Аками. А что вы, мальчики, знаете про это королевство? – вкрадчиво спросил Динарий.

– Королевство Торок – единственный известный матриархат! У всех мужчин статусы рабов, кроме магов. Вот родился сын у королевы – сразу раб, любой мужчина, что попал к ним на острова – тоже раб. Королевство известно своим холодным климатом, находится за Теократией и посещается редко. Торгует с ней же. Ещё из особенностей – свой язык, который отличается от всеобщего. Торок – королевство небольшое, около полумиллиона жителей. Сухопутной армии почти нет, зато флот – около сотни серьёзных кораблей, не считая мелочи, – оттарабанил по памяти я, видя, что все затрудняются с ответом.

Умолчал лишь про взрывной порошок, который там якобы есть. Всё это я прочитал в своё время в библиотеке школы «Башня», готовясь к урокам географии. Помню, пяток лишних баллов на этом заработал.

– Браво, граф! А вы, бездари, учились, учились, и возможно зря, только ранги подняли – и вся заслуга, – строго произнес Динарий.

– Да, дядя, – повесили носы мои уже немного пьяные друзья.

«А маг, судя по всему, носит фамилию Хост», – подумал я, разглядывая королеву.

Не бог весть какая и королева! Королевство маленькое по населению, ещё и на самом краю мира находится. Я вот, например, женат на принцессе королевства Сетин. Правда, там королевство ещё меньше.

– Что же ты соврала, говоря, что мама у тебя из простых, – сетую я Луберии, усаживая её рядом с собой, – лечение такой знатной дамы дороже стоит!

– До дома доберёмся, добавлю, – шепчет мне на ухо девочка.

– Так вас не Готрибы захватили на море? И живёте вы там не год? – спросил я у королевы, – И как звать вас по-настоящему?

– Не Готрибы, про них мы от старика узнали, который в этой хижине до нас жил, – нехотя выдавила женщина. – А имя моё тебе в школе не сообщили, что ли? Вроде ты умный мальчик. Ханитра меня зовут, а дочку, как она и говорила.

– Мы сначала лечили мамину ногу, потом она простудилась, а потом я вас поймала, – бесхитростно рассказывал ребёнок.

А ведь сразу было ясно – они там, в землянке, недолго жили, никаких женских вещей и вообще никаких вещей не было, один топчан. Как спать на таком узком целый год? Потом, держится в седле дама уверенно, да и выглядит не как простолюдинка.

– Дедушку мы отпустили, – донёсся до меня звук голосистой девчонки.

«Ага, отпустили, верю! Убила мамаша, скорее всего, для них мужчины не люди», – подумал я.

А без денег и лошади им трудно добраться до берега моря, которое отделяет нас от Теократии.

– Деньги я бы нашла, есть кое-что в разных банках у меня, мне надо было просто вывих вылечить и до ближайшего города доехать. Луберия пока слабый маг, сама не справилась. И искали нас наверняка те, кто напал на наши корабли с посольством. Вот и решила отсидеться немного, понять что происходит, – рассказывает уже магу Ханитра. – А прибыла туда я как раз по поводу войны будущей. Места у нас бедные, но флот сильный, договаривалась о его сдаче на время войны.

– Вы же торгуете с Теократией, – продолжал пытать мою гостью Динарий. – Зачем вам с ними воевать?

– Торгуем. Вынуждены. Ведь с соседями негусто у нас, и флот им сдавали в аренду не раз, но сейчас не договорились. Не взяли они – возьмут другие, – пояснила королева.

– Что-нибудь осталось для аренды, и какие цены? – перебил я приезжего мага.

Оборзел он, если честно. Это я нашёл королеву, я её и танцевать должен в первую очередь. В смысле, допрашивать.

– Две полных эскадры моих «искателей» ещё не заарендованы, это два десятка кораблей, не считая подсобных, все из антимагического дерева, все с таранами, все с десантом. Хоть десант высаживай, хоть на абордаж кого бери. А по деньгам, … уж извини, граф, я вижу, не сильно богатый у тебя замок, и не сильно многолюдное графство, не потянуть тебе и один даже. Но я дам тебе одну из двух свободных эскадр, вдобавок к козам. Как ни крути, ты меня спас, – удивила меня Ханитра.

– Вторую я беру, – тоном, не терпящим возражений, сказал Динарий. – Уж у нас-то денег должно хватить. В кои веки «искатели» будут воевать на нашей стороне!

Что мне понравилось – Ольча и Пьон вели себя не хуже, чем королева, а выглядели, пожалуй, и лучше. Сиськи у Ольчи от трешки плавно перешли к четверке, как я вижу.

Ольча, поймав мой взгляд, поощряюще улыбнулась. Аж дыхание перехватило. Нет, надо прекращать посиделки и идти к женам.

– Мы когда едем к месту сбора? – спросил я у принцев.

– Завтра планировали, ждем сопровождение, – ответил уже датый Флетчер.

Договорились выехать в обед, надо же мне внимание и своим девочкам уделить. Поедем без обоза, но отряд набирается приличный – кроме второго пехотного принца Одрила, который уже на побережье, с братьями движется конная сотня, вот она и растянулась в дороге, пока добирались до меня. Если всё пойдёт как надо, то через неделю прибудем на побережье как раз к отплытию, благо, погода помогла и задержала начало войны.

– Гарод, а подарки? – тихо спросила Ольча, когда я завалился к ней в комнату. – Там целая повозка приехала!

– Подарки! Точно! Вам мама этих братьев подарила мазь для восстановления после родов. Редкая и дорогая, – вспоминаю я алые флаконы, который действительно подарила мне Мильна, жена Одрила, за избавление её от лишая на ноге. И тебе тысяча золотом как подарок от императора за моего первого сына!

Разумеется, после этих слов сеанс любви пришлось отложить и идти за мазью. Пьон и Миле мы тоже занесли. Мне польстило, как девочки смотрели на Ольчу – с завистью, что я ей достанусь сегодня. Я ожидания моих малышек оправдал – вместо отдыха и знакомства с ситуацией в графстве тупо занялся блудом. Сначала с Ольчей, потом с Пьон, только Милу обделил по понятным причинам. Оторвался по полной и ничего больше не хочу, кроме как спать. А спать я лёг в матушкиной комнате, там мелкая Ольча обычно спит с нянькой, но сегодня моей сводной сестре нашли другое место. Надо было сюда Ханитру с Луберией поселить, жирно им мои покои отдавать! Ну что сделано, то сделано.

– Хоть посплю нормально один, – вслух сказал я, ворочаясь в кровати.

Робкий стук в дверь. Открываю. На пороге стоит королева Ханитра!

– Гарод, мне надо с тобой переговорить, – просительно произносит она.

Ну да, ну да. Переговорить… так это называется. Стоит в моём халате, а его полы не завязаны.

Глава 5

Сил на секс уже нет, но всё равно пускаю гостью в комнату. Замок у нас хоть и не многолюдный, но королеву вполне могут заметить. Не хочу девочкам настроение портить, и так уезжаю. Рассматриваю внимательно фигуру гостьи.

– Не пялься зря, – усмехнулась та. – Я не за этим пришла. Есть у меня к тебе ещё просьба, даже две. Первая – возьми меня с собой. Мне нужно максимально быстро добраться до побережья.

– Мы поедем быстро, дилижансных компаний в нашей дыре нет, поедем двуконь, в день планируем больше ста километров проезжать. Ты, положим, выдержишь, бёдра у тебя, я вижу, крепкие, хорошие такие бёдра, а вот дочка твоя …, – ответил я.

– Вторая просьба насчет дочки – пусть у тебя поживет месяца три. И тогда мои бёдра выдержат ещё и тебя, – усмехнувшись продолжила Ханитра.

«Забавляется, скорее всего. Думает, пацан поплывет от таких намеков», – размышляю я.

– С собой взять – не проблема, и дочку твою тут постерегу, коз даже ваших не трону. Но, мне это зачем надо? Бёдра не предлагать, я так натрахался с жёнами, даже двигаться неохота, – вернул усмешку я.

– Я тебе и так эскадру пообещала, на каждом моём фрегате больше сотни абордажного десанта, два мага, по восемь баллист с расчетами, полторы сотни рабов на веслах и парусах. Умножь на десять.

– Это ты уже пообещала, а сейчас у тебя ещё две дополнительные просьбы. Мы с тобой на данный момент в расчете, – прервал я. – И потом, ты мне свои бёдра предложила мимоходом. Это что значит – они ничего не стоят?

– Ох, наглец, я что, по-твоему, шлюха портовая? Понравился ты мне, вот и предложила, а так мои бедра и прочие части тела не продаются. Но идею твою я поняла. Ладно, добавлю от себя ещё либо два десятка рабов-воинов – ждут меня на побережье они, либо островок какой у себя в королевстве. На большой губу не раскатывай, да и холодно у нас, ты же знаешь, снег лежит по три месяца! Снег видел хоть раз? Это как вода замороженная, но не лёд, – забавляется королева.

– Островок давай, на кой хрен мне тут твои шпионы? – решил я. – И титул какой к земле. Что у вас там самое мелкое?

– Ну, остров так остров, но тебе до него пару недель придётся ехать конным, а затем морем в обход Теократии ещё месяц. А титулы у нас только для женщин, мужчины титулами владеть не могут, даже маги. Скажем, для острова подойдёт «Сапари», но это надо замок строить или магессой быть. Этот титул мельче вашего баронского, но тоже наследуемый, – предложила Ханитра.

– Сапари? Что это за слово такое? Пусть будет так. Какой остров конкретно, его размеры, что там растёт? Это давай сразу на берегу решим, – деловито предлагаю я.

– «Сапари» на нашем языке означает «вышедшие из одного чрева», а что за остров, я тебе позже скажу, и чем ближе к столице, тем меньше он будет.

– Чего так?

– Так Теократия тоже флот имеет, и пограбить не прочь, – усмехнулась королева.

– Тогда давай недалеко от столицы, черт с ним, пусть маленький будет, – сразу принимаю решение я.

– Хм, в таком случае пусть будет остров Роуч с четверть километра площадью – это скала недалеко от столицы. Моё личное владение.

– Скала? А что там ещё ценного, лес и пашня, я так понимаю, отсутствуют? Рыбу ловить, наверное, только. На это вообще прожить можно? – прикидываю я.

– Птицы там ещё гнездятся. Мясо их и яйца, мох целебный, есть деревьев немного. Пристать к скале только в одном месте можно, отвесные стены … Тьфу, да запутал ты меня! Тебе не всё равно? Я тебе ещё не про все свои пожелания высказала. Обелиск у тебя есть, так вот, я хочу, чтобы дочка как можно ближе к нему жила. Болезнь у неё редкая, – ещё немного раскрыла свои тайны Ханитра.

– Ну, давай всё до кучи! Это мне охрану нужно организовать дочке, условия для жизни, помощь мага наверняка потребуется, – нахмурился я. – Не заразная она хоть?

– Не растёт Луберия уже три года, как пять лет исполнилось, так расти перестала. Я с трудом нашла нужное лекарство, но оно вне зоны обелиска будет года два действовать, а может и вообще не поможет, так и останется дочь женщиной-ребёнком на всю жизнь. Маг не нужен, охрана нужна, – рассказала гостья.

– Согласен, будет ей обелиск, – протянул руку я.

Чёрт, не в ходу здесь рукопожатия же, забываю иногда!

– Грудь полапать хочешь? – по-своему поняла меня Ханитра и скинула халат, под которым, как и ожидалось, ничего не было.

Пришлось найти силы и на бёдра королевы, скрепляя таким образом наше соглашение. Лицом в грязь не ударил. Хорошо молодым быть! Она ушла вроде тоже довольная. Жаль только, что не выспался.

Утром суета и сборы. Пьон суёт мне с собой доходно-расходные записи по графскому хозяйству и передает письмо от моего начальника разведки Никлоуса.

Поеду я на своем Донте. Это мощный молодой жеребец императорской породы, подарок Пьон. Очередь она на него двенадцать лет ждала, да ещё и продавали его не всем. Дорогой, падла, конь, я прикидывал на земные деньги – под лям баксов выходит, хотя трудно пересчитывать, да и не я его покупал. Зато с выносливостью у жеребца всё в порядке, и я единственный из всех не беру с собой запасного коня. Тем более, у меня есть седло-артефакт с защитой от дальних атак. Подарок отца Пьон на свадьбу. Стоит не меньше коня вроде.

Донт мощный и быстрый, выше двух метров в холке, и весом больше тонны. Конь обучен для войны, и может сам убивать врагов. Поговаривали, что при выводе этой породы постарались маги. Очень хороший у него рывок и мощный импульс удара. Обычно приходилось выбирать – или выносливость, или скорость, но тут маги нашли способ совместить и то и другое. Из минусов – малая проходимость по горам и болотам, но у нас голая степь на протяжении всего предстоящего пути. Ну и уход ещё ему требуется особый, что попало не жрёт.

Со мной едет Ригард и пятёрка гвардейцев, выданных мне императором: Ран, Кант, Тарак, Джун, Крит. Борил остается за старшего в замке и вообще во всем графстве. Не беру с собой и Бурхеса, он старик умный, присмотрит за девочками. Из магов взял только своего диверсанта Хисана. Остальные все уже на месте, в том числе второй пехотный полк от принца Одрила. Кстати, и маг и Дава с Флетчером были верхом на лошадях той же породы, что и у меня. Конная сотня принцев заранее отправила часть отряда вперёд. До самого ханства не стоит беспокоиться о засадах, а в степи их вообще не может быть. Ну, и с нами самый мощный маг империи Динарий!

Коней Ханитре я выделил, как и прочих припасов, а мои девочки ей помогли собраться. Отдал распоряжения и насчет Луберии. Пьон вчерашний урок выучила – даже глазом не моргнула, взяла, как говорят на Земле, «под козырёк». Но вот все дома около памятника заняты. Очень, оказывается, доходный бизнес – лечить людей! Пусть выселит кого-нибудь – делов-то! Под звуки марша «прощание славянки» я выехал из замка. Шучу, нет у меня музыкальных талантов, и мелодию марша напеть не смогу. Однако в голове всплыло в тему: –«Кап, кап, кап, из ясных глаз Маруси капают слёзы на копьё».

Ночевка у нас по плану предусмотрена в небольшом степном оазисе. По левой стороне оставляем баронство Малосси из моего графства и часа через три делаем привал. Тут я понял, чем отличается Донт от обычных коней. Мой ничуть не устал в отличие от других. Однако напоить и накормить его надо. Два часа на отдых, и в путь. Пока отдыхали, почитал, что мне там Пьон дала. Что сказать? Организатор она от бога! Пока убыточных у нас два бизнеса – это коневодство, там просто дело небыстрое, и собаководство – собак вообще не продаём, только покупаем и тратим на их содержание сотни золотых. Тот слуга, которого я изгнал в гневе, получал двадцать пять золотых в месяц! Может и не зря получал, но это же надо додуматься, получив прямой приказ от хозяина местных земель и его нанимателя, ждать ещё чьего-то одобрения! Вот в армии не так всё! Дали приказ – расшибись, но выполни.

А хорошо, что я с принцами еду, можно расслабиться. Внезапно Динарий хватается за артефакт связи. Вызов.

– Дава, Флетчер, спешиваетесь и в лесок! Быстро! Десятник Дектус, обеспечить охрану, – разразился командами маг через полминуты переговоров по связи.

– Что там? – спросили мы с принцами втроём хором, остальным вопросы задавать не по чину.

Даже главе королевства. Подумаешь, мелочь какая размером с иное графство. Будет ещё сильнейшему магу в империи неудобства доставлять! Невелика птица.

– Не знаю, передовые дозоры доложили, что идёт бой. Кто с кем – непонятно, – пояснил Динарий.

– Ригард вместе с Кантом и Хисаном, вперёд, остальные со мной, – даю команду я.

Я Динарию не подчиняюсь, и тот не реагирует на мои распоряжения никак. Хочу я голову сложить – моё личное дело.

Ригард и Хисан умчались вперёд, а я в коробочке из пяти остальных моих гвардейцев еду следом. Кто сказал, что командир должен быть впереди на лихом коне?

– Там их сотни три всего, – крикнул вслед Динарий.

Хм, разве ему не наплевать на мелкого во всех смыслах графа (то бишь меня)?

Минут через десять скачки вижу, что действительно идёт заруба, причём с применением магии, и один из магов не меньше десятки, судя по волне огня. И лязг железа уже доносится, но самих дерущихся пока не разглядеть. Дорога у меня тут узкая, бой идёт на ней и в прилегающем к дороге лесу.

Глава 6

Кто все эти люди – по-прежнему непонятно, хотя мы уже вплотную подъехали к месту боя. Вернее, до авангардной пятерки личной гвардии принца Одрила. Они меня, ясное дело, знают, и даже сделали знак рукой – мол, в драку не лезть! Щас. Бой формально идёт у меня в графстве, и я несу убытки от него! Вот сейчас вижу, как ценная порода дерева, сиречь липа, переломилась под натиском мощного рыцаря на коне. Я за своё пасть порву! Пусть липка кривовата и мала, но это моё!

Мага с десятым рангом я тут не приметил. Передо мной десятка полтора всадников рубятся изо всех сил друг с другом, причем основной бой идёт в лесу, что мешает мне заявить права на возмещение ущерба – нападающих я не вижу. Для сговорчивости стоит проредить воюющих. У меня в голове созрел примерно такой план: нападаю на здорового рыцаря, стоящего на дороге ближе всех ко мне, сваливаю его могучим ударом, потом бью стоящего рядом мага молнией, благо он в броне, затем топчу двух арбалетчиков. Ну, и после вступают в бой мои гвардейцы во главе с Ригардом. Короче, идеальный план! Но, наехав Донтом, на немного уступающего ему статями коня рыцаря и нанеся мощный удар мечом, я успеха не добился. Рыцарь не упал! План сразу пошёл по одному месту мешалкой. Здоровяк умудрился и отбить стрелу, летящую в него от врагов, и отразить мой удар! Тут уже арбалетчики и маг атакуют меня, но артефакт под моей задницей (подаренное графом Де Ро седло с защитой от дальних атак) щелкнул, разрядившись. Как назло!

– Кны-ы-ыш! – ору я на манер «Таги-и-ил», как в известном меме из прежней жизни, и слышу, как меня поддерживают.

– Кны-ы-ыш! – отзывается моя гвардия.

– Хо-о-ост! – тут и пятёрка Одрила вступила в бой.

Маг я или нет? Наобум пускаю звуковую волну по лесу в сторону шума. Ой, несладко сейчас там всем будет, кто не имеет артефактной или магической защиты. Затем бью ближайших соперников воздушной сетью, причем летит она в них со стороны тыла. Это что, я ранг апнул? Переброс получился! Собственно, бить больше некого – десяток бойцов свалил я, десяток зарублены или покалечены моими спутниками. В лесу раздаются вопли, но не ярости, а боли.

– Ты кто? – кричит здоровяк, и я вижу, что передо мной виконт – сын графа то есть.

А я сам граф!

– Это ты кто? Я хозяин этих земель, – отвечаю я, нацелив на лежащего на земле виконта свой меч.

– Так это ты устроил засаду на нас? Я заставлю тебя пожалеть! – тупорогий парень меня не боится.

– В этот момент в меня опять летит удар магией, и два десятка пеших и конных солидно выглядящих воинов показываются сразу с двух сторон – со стороны леса и со стороны Ханства. Во главе внушительных размеров дядя, весь закованный в чёрную броню без малейших признаков, указывающих на его статус, и на коне не хуже, чем мой!

– Это моя добыча! Не смей! – гулко произносит он, давая знак, чтобы его люди притормозили. – Отдай, мальчишку.

По всему видно, что нападающие уже оценили обстановку как благоприятную для себя – нас едва с десяток, а их в два раза больше, и опять откуда-то из леса ко мне летит молния от мага, которую успешно отражает моя магическая защитная плоскость. Плоскость ставить легче и менее затратно по расходу сил, а что бок и спина не прикрыты … со спины, надеюсь, мне никто не угрожает. Со злости бью звуковой волной в заросли, добавляя огня.

«Лес жалко, но себя жальче», – думаю я, слыша крики пострадавших.

– На колени, червь, ты говоришь это графу и хозяину этих земель! – умышленно грублю я.

– Слышь, черненький. Сейчас сюда прибудет маг Динарий Хост и расплющит тебя как бумагу! – неожиданно вступился за меня один из пятерки дозорных гвардейцев Одрила.

– Я не хочу ссоры, отдайте нам этого виконта, который ползает на земле, и мы уедем, – на миг задумавшись, предлагает незнакомец.

– Отдать? Уехать? На колени, тварь! Считаю до двух! Уже раз! – кричу я и, не говоря «два», кидаю цепную молнию через переброс, то есть позади группы нападающих.

Половина из них падает изломанными куклами с воплями и без, «черненького» тоже приложило, но без видимых повреждений, очевидно, серьёзные артефакты защиты имеются.

Рыцарь принимает решение быстро – развернувшись, он направляет своего коня в сторону ханства, бросив остальных. Его мощный конь моментально набирает скорость, и мне уже не достать его магией, да и выдохся я почти!

Тут подоспело и наше подкрепление. Динарий бросил принцев и с парой десятков гвардейцев нагнал нас. Я увидел, как работает сильнейший маг империи! Два взмаха и всё стихло и в лесу, и на дороге. Смотрю на виконта и вижу, что тот может только дышать, а двигать глазами уже не способен, и в данный момент, не моргая, разглядывает копыто моего Донта. Динарий парализовал всех! Тут же раздаются команды. Половина подкрепления исчезает в лесу, вторая начинает шмонать поверженных. И мертвых, и парализованных, освобождая их от брони, артефактов, оружия и прочих ценностей.

Ценности!

– Ригард! Двоих в лес! Пусть привезут мага и ещё кого-нибудь постарше чином, остальные, вяжите тех, кто тут на дороге парализован, предварительно раздевая их! – даю команды я.

Сам я спешиваюсь и начинаю разоблачать парня-виконта. Что? У мага, с которым я воевал, наверняка, много ценного. Почему даю команду вязать парализованных – тоже понятно. Их я могу, как рабов, продать, а мертвых только закопать, да и всех всё равно не успею пограбить – вон как шустрят подчиненные Динария. Бедного графа Кныша без штанов оставят, а ещё лес сгорел!

– Ой, какие расходы из-за тебя, виконт! Лес сожгли! А я его берёг, осинка к осинке, липка к липке. Три жёны у меня, трое сыновей, сестра маленькая, всех кормлю, а ты такой убыток нанёс! – причитаю я, быстро работая руками, и надеясь успеть обшмонать ещё кого-нибудь.

– Кто у них старший? – Динарий спрашивает серьёзно, но я улавливаю нотки веселья в его глазах.

Да пусть ржёт про себя! Мне деньгами лучше отдайте! Рассказываю про рыцаря без знаков отличия, Динарий хмыкает и приводит в чувство паренька.

– Да не знаю я, кто это! Я с отрядом на войну двигался, на нас напали. Ехали мы по степи, но попытались укрыться в лесу, тут нас и настигли. Я сын графа Мельти! Граф, вы, я вижу, человек благородный, и не будете забирать у меня последнее! Как мне воевать за императора потом?! – обратился он ко мне.

Я не настолько благороден, как он думает, и проблемы Мельти – не мои проблемы, но понимаю, что надо «держать лицо». А жаль! Я бы последнее не стал забирать, конечно! На кой мне его подштанники?

– Компенсируешь ущерб – всё верну, – нехотя говорю я, стараясь принять максимально благородную позу перед Динарием.

Но тот уже расспрашивает вторую сторону конфликта, приведя в чувство ещё пару человек. Тут тоже облом. Наёмный отряд, из дорогих, с магом десятого ранга, им заплатил за убийство моего виконта. Но наниматель уже скрылся, и, очевидно, – концы в воду.

– Всё ясно с этим нападением, – изумил меня Динарий минут через десять, за протяжение которых он несколько раз с кем-то общался по артефакту связи.

– Что ясно? – стало интересно мне.

– Мои соболезнования вам, граф Верий, обратился к пацану Динарий. – Ваш отец умер, старший брат убит, сестра захвачена.

Теперь и мне ясно – имеет место рейдерский захват, так говорят про такие действия на Земле. Наследники мужского пола убиты, девку выдали замуж. Вот и новый граф появился в графстве Мельти.

– Прими и моё сочувствие тоже, но пока ты жив, сможешь отомстить! – расстроено говорю я, причем таким тоном, что и новый граф, и Динарий одновременно посмотрели на меня с удивлением.

А огорчиться мне было отчего – из леса вышли Тарак и Джун. Без пленников, а значит, и маг убит, и никого ценного им захватить не удалось. В руках держат кое-какое оружие – мелочь.

– Гарод, я надеюсь, ты вернёшь графу его коней, оружие и оставшихся в живых людей? Ему ещё домой ехать, он последний в своем роду. На войну нельзя, – просит меня Динарий.

Уже хотел было спросить: – «А за что я рисковал тогда своей шкурой?» Добраться домой? Да пусть пешком идёт, или на дилижансе! И зачем ему боевой конь? Но опытный всё-таки представитель династии Хоста добавляет важную деталь:

– Разумеется, все захваченные наёмники в твоём распоряжении, и кони, которые без хозяев остались! Мы ни на что не претендуем!

Ну, раз всё остальное мое, то хрен с ним, с виконтом и теми, кто выжил из его команды – пусть валят.

– Конечно, я поступлю благородно! У графа будет возможность возместить мне ущерб, я надеюсь, – перефразировал я свои мысли.

– Граф – вы благородный человек! – чуть не прослезился Верий.

Динарий только ухмыльнулся – он меня читает как открытую книгу.

Подъехали недовольные Дава с Флетчером – они всё веселье пропустили. У графа остались из почти сотни всего семнадцать человек, из них пятеро сильно подраненные, даже Динарий не может их поставить на ноги. Разрешаю им двигаться в сторону моего обелиска, заодно отдадут лишние трофеи Бурхесу. Нападавших выжило больше – из отряда наёмников высшей категории в сто семьдесят человек уцелело почти шесть десятков. Поскольку было нападение на меня, да на моей территории, да во время войны с Теократией, я в своем праве, даже в рабство пленников отдать могу. Но по совету товарищей беру их на контракт, причем ментальный! Динарий – ментал! А не копается ли он у меня в башке сейчас? Оставляю эту мысль на потом. Пятьдесят девять присяг. Нанимаю на год, предать или сбежать не смогут даже в теории – снять запрет Динария тупо никому не под силу! Я им даже платить буду … немного.

Времени это всё заняло вагон, и заночевать решаем на моей земле, пока не выезжая в степь, до которой буквально пара километров. Отряд Верия уже уехал в сторону моего замка, вместе с письмом к Бурхесу и девочкам. Вру, только Пьон проинформировал про наши неожиданные доходы в виде оставшихся без седоков коней и разнообразного железа. Кстати, с покойника мага против ожидания удалось вымутить кое-что – пояс, отражающий удары магией и книгу небольшого размера на неизвестном языке. Выглядит новой, украшена драгоценными камнями и золотом. Пояс спас вражину от прямых ударов магией, а вот от звуковой волны не смог. Отражение от деревьев – это уже не магия, а чистая физика.

Попутно выяснилось, что Ханитра едет без своей палатки! И спать ей особо негде. Я не подумал об этом совсем. Разумеется, галантно пригласил королеву разделить своё магическое жилище. Легкое и прочное, непромокаемое, с климат-контролем, так можно сказать про палатку с заклинаниями, поддерживающими комфортные для жизни условия. Купил за три сотни золотом. И не зря отдал! Ещё и встроенная звуковая защита, что особенно кстати! Ханитра от вида крови и битвы возбудилась и буквально сама меня оседлала. Уснули быстро – не дети, чай, всю ночь жамкаться в десна. Мягкий настраиваемый свет в палатке ночью вдруг сильно прибавил в яркости, а значит, было нападение на внешний контур защиты! Это ещё один девайс моего походного жилища.

Глава 7

Выскакиваю с мечом из палатки и понимаю – всё уже закончилось. Где-то вдали догорает кусок моего леса, в лагере суета, рядом Динарий, отдающий распоряжения, и принцы, насмешливо разглядывающие меня в трусах.

– Кто напал? – спрашиваю я у всех сразу.

– Бывший наниматель твоих новых солдат, – отвечает Динарий, указывая в сторону леса.

– Поймали? – сразу стало интересно мне.

– Не дался, пришлось сжечь, – вздохнул Динарий Хост. – Обвешан артефактами, как яблоня по осени яблоками.

– Что там? – взволнованно спросила уже одетая королева, когда я вернулся в палатку.

Я рассказал, рассчитывая ещё поваляться в постели … а может … Но Ханитра уже потеряла ко мне интерес, решив сама расспросить участников утренней битвы. Собираемся неспешно, ведь стараниями нападавших встали мы раньше, чем планировали. Завтракаем, и в путь. Вторую ночевку проводим в небольшом имперском городке. Для этого пришлось немного изменить маршрут, и, конечно же, возникли трудности с расселением – ведь вся империя движется сейчас в сторону побережья с Теократией. Жаль, что через моё графство дорога не очень удобная, а то мог бы озолотиться. Принцам и магу места нашлись в доме бургомистра, Ханитру приютил глава торговой гильдии. Собственно, на этом наши услуги по сопровождению ей и не нужны. Она смогла как-то обналичить свои активы и купила всё, что нужно для дальнейшего пути.

Я, мои спутники и гвардейцы Одрила встали лагерем рядом с городком. Вечером решился на культурно-массовое мероприятие. Из развлечений – публичная казнь преступника и посещение таверны. Их в городке штук пять, но приличная только одна. Место для представителей Хоста, разумеется, немедленно освободили, уж не знаю как, но отдельный кабинет предоставили. Я тупо упал на хвост друзьям.

– Всё равно я хочу с вами ехать дальше, – говорит Ханитра, уже облаченная в королевские одежды. – Но со мной два спутника будут – удалось нанять, вернее, перекупить у одного барона, который тоже едет на войну.

– Мы не против, – ответил за всех Динарий.

– А Гарод-то как рад будет! – подколол меня Флетчер.

Кроме принцев, с нами сидит сотник гвардии и некто вроде завхоза – маленькая фигуристая женщина с голубыми глазами, лет тридцати. Она здесь в качестве организатора. Шустрая такая бабенка, в самом соку! Был бы у меня такой завхоз, я бы и не женился, может! Шучу, конечно, – я своих девочек ни на кого не променяю. Дамочка своё место знает – сидит молча и аккуратно кушает. Но какая обтянутая кожаными штанами задница у неё!

– Рекомендую, магесса ранга три, но всё знает и всё умеет, служит нашей семье уже почти сорок лет, – шутя, представил её Флетчер.

– Вторая удачная шутка за вечер, – съязвил я, – ты сегодня в ударе! Всю годовую норму выбрал!

Хохочут все, и даже эта, как оказывается, совсем не тридцатилетняя дамочка. Так-то мне всё равно, но она, похоже, не раз прошла омоложение, и лет ей может под сотку быть. Неприятно, поэтому её вычеркиваю из возможных спутниц на ночь. Ханитра – тоже минус. Сказала, что ей нужно выспаться. Подавальщицы ещё в трактире интересные, а если заплатить …?

– Господин маг, к вам просится Герцог Мартел, – перебил мои похабные мысли появившийся гвардеец – охранник нашего кабинета. Динарий коротко кивнул, и вскоре наша компания увеличилась ещё на одного аристократа.

Места в помещении стало заметно меньше. Герцог был толстоват, но шустр. Рассыпаясь в любезностях, толстяк поздоровался с, как я понял, знакомыми ему Давой, Флетчером и магом, затем коротко представился нам с Ханитрой, не заметил завхозшу, и сейчас пытается вклиниться между мной и принцами.

– Куда прёшь? – недовольно говорю я. – Вот там садись, на углу.

Заплывшие жиром глаза недоуменно уставились на меня, потом на мои регалии и знак мага одиннадцатого ранга. Он попытался что-то сказать, но его прервал хохот парней.

– Что? Нашёл кого-то наглее тебя? – сквозь смех говорит герцогу Динарий.

– Привыкай! Это Гарод Кныш, – наш друг, – весомо сказал Дава, а Флетчер энергично кивнул в знак согласия. – И не вздумай хамить. Граф разговоры говорить не любит.

– И в мыслях не было, – явно соврал Мартел, разглядывая такого молодого, но уже диковинного меня. – Я по важному вопросу к вам.

– Говори, – кивает Динарий.

– На сегодня запланирована казнь отравителя, люди ждут развлечений, да и вы, может быть, тоже, а я вот хочу выкупить его у бургомистра. Человек уж больно полезный – в ядах разбирается. Вы не расстроитесь, если развлечения не будет?

– А как его казнить хотели? Кого он отравил? – интересуются принцы.

– Отравил свою новую жену и её пятерых детей от трех до десяти лет, чтобы завладеть имуществом. Сам он человек в городе новый, никто его в рабы выкупать не хочет. А казнят тут повешением, – степенно поясняет Мартел.

– Тьфу! Сявки! Казнить и то нормально не могут, – неожиданно для себя говорю я.

– И как же надо? – снисходительно усмехается Ханитра.

Мол, пацан, что он знать может? Обидно чё-то стало! Ну, я и выдал со злости все известные мне земные способы казни, начиная с паяльника в одно место и заканчивая китайскими и религиозными казнями.

– Усаживают преступника в очень холодной комнате и привязывают его так, чтобы он не мог пошевелить головой, и в полной темноте ему на лоб медленно капает холодная вода. Через некоторое время он замерзнет либо сойдет с ума от невозможности увернуться от постоянного капания в одну точку. Или вот ещё пытка – виновного сажают на молодой бамбук и привязывают его к нему! Молодой бамбук растёт очень быстро и тем самым постепенно разрывает тело наказанного на части, – распинаюсь я.

И видно, долго уже распинаюсь, в горле першит. Смотрю, народ разглядывает меня ошалело. Ханитра, например, прямо раздевает взглядом, братья отложили свои блюда, видимо, аппетит потеряли, а Динарий почему-то еле сдерживает смех. А! Всё ясно, он смотрит на герцога, который быстро записывает за мной!

– Ах, как вовремя я передумал вам грубить, граф! Дожил до старости, а не научился в людях разбираться. Ну, его! Иметь такого недоброжелателя, как вы! И это в ваши молодые годы! Вы уникальный человек! – бормочет тот.

– Гм… Прочитал в одной книжке, – говорю я, недоумевая – чего у меня язык развязался?

– С картинками? – хором спросили Ханитра и Мартел.

– С картинками, у меня с собой есть несколько, но они про любовь, – вспоминаю, я про три тома, подаренных Бурхесом, местной кама-сутры. – Но вы же ночуете тут, в городе?

Взял я их с собой. На войне может и не будет баб рядом, а дро…, пардон, сбрасывать напряжение надо. Гормоны, мать их.

– Не могу я своего спасителя оставить одного, – мурлыкнула обещающе Ханитра.

– Я тоже хочу эти книги видеть, – нелепо попытался увязаться за нами герцог.

– Завтра покажу, могу даже продать, – щедро предлагаю я.

Книжки препохабнейшие, но старинные. Зная скупость Бурхеса, уверен – купил он за пару золотых все три штуки.

– Даю тысячу золотом! – моментально соглашается Мартел.

– За каждую! – сурово сказал я, офонарев от предложения.

– Согласен! – кивнул герцог.

Отравителя герцогу разрешили выкупить и, оставшись без развлечений, мы с королевой ушли в мою палатку. Там и в самом деле пришлось лезть в свои сумки и доставать эти книги. Ханитра стала их жадно листать.

– Это третий век империи Хоста, а кожа! Это кожа горного козла из Аками, одна кожа этих книг стоит тысячу золотых, уникальная вещь, а позы … Хотя это старинная книга, вот эту позу, например, без длинного члена невозможно повторить, – бормотала Ханитра. – Кстати, …

– Я чуть не покраснел от откровенного взгляда королевы. Повторить смогли, но с трудом. Интересно маг может увеличить своё хозяйство? Что-то я не слышал. Хотя зачем? Делать женщине приятно? Тут другой мир, и у женщин задача сделать любовнику приятно. Я на фоне местных ловеласов выгодно отличаюсь в этом плане. Всегда думаю о партнёрше. Ну, почти всегда.

– Да, были люди в это время, не то, что нынешнее племя, – пробормотал по-русски я.

Лежащая на спине Ханитра, умиротворённая сексом, вскочила как кошка одним яростным прыжком.

– Что ты сказал? – спросила она.

Я попытался перевести фразу на местный язык империи Хоста.

– Зачем мне перевод? Я про твои слова! Хм … Очень похоже на наш язык! – удивила меня королева. – Кто тебя научил?

– Мама, она магесса шестнадцатого ранга была, – привычно вру я.

– Может и бывала у нас, – задумчиво сказала Ханитра, успокоившись. – У нас похожий язык.

Тут уже задумался я. Это что, тут уже был попаданец славянской национальности? Надо расспросить подробнее «языка». Но это осталось в планах, язык королевы начал заниматься делом, тем более, паре новинок от своей прежней жизни я её обучил.

– Давай куплю у тебя за пять тысяч эти книги? – внезапно предложила утром Ханитра.

Бурхес удавиться, когда узнает, за сколько я их продал! А я ему обязательно скажу! Вот такая я гнида! Хочу посмеяться.

– И за пятьсот тысяч не отдам, обещал герцогу, – серьёзно говорю я.

За базар я отвечать научился очень давно.

– Опять молодец! – серьёзно сказала королева. – Не будь я на троне, попросилась бы к тебе четвертой женой. К тому же – ты бог любви!

«Да, да, да!» – истерил в восторге молодой пацан во мне, а взрослый дядя с Земли лишь ухмыльнулся.

Герцог Марвел ждал меня у палатки, как потом сказал Ригард, дежуривший в последнюю смену, ждал минут двадцать и терпеливо. Бегло пролистав похабные книжки, герцог заметил:

– Граф, они стоят дороже, тут одна кожа на тысячу золотых тянет. Горный козёл Аками! Их в год, если помню, пять штук добывают сейчас. Раньше было много, всех истребили, а в неволе они не размножаются.

– Я тоже в неволе не размножаюсь, – зачем-то поддержал козлов я.

Похвастался, наверное, или пожаловался.

– Вот пять тысяч золотом, и не спорьте, обидите! И знайте, я вас буду ждать в любое время в моём герцогстве. Я думаю, вы уже знаете, где оно находится? – продолжал герцог.

– Конечно, знаю, герцог. Обязательно заеду погостить! – невозмутимо соврал я.

Выехали рано утром, оставив этого знатного господина собираться.

– А что за герцогство у Марвела? – тихонько спрашиваю я у Динария.

– Ты что, не знаешь верховного императорского судью? – удивился Динарий. – У тебя же тяжба скоро за трон Синока. Вот он участвует в голосовании, от императора.

Глава 8

Вот уж о чем у меня голова не болит, так это о троне королевства, хотя любовнице покойного правителя Синока, а по совместительству моей рабыне Гвинереи скоро рожать, а там, месяца через четыре, можно будет и трон требовать. И тут такие связи, разумеется, могут помочь. Герцог не самый симпатичный человек, да судя по всему – дерьмо полное, но мне плевать. Во время работы на босса я только с такими персонажами и общался в основном, не говоря уж про то, что я и сам не херувим.

Размышляя, таким образом, я не заметил, как мы добрались до небольшого колодца в степи, рядом с которым планировали пообедать и отдохнуть. Около него уже расположился караван торгашей из десятка кибиток. Колодец общий, даже императорская семья не стала гнать простолюдинов, а разместилась рядом. У нас почти полторы сотни конных, и коней две с половиной сотни будет, попробуй, накорми-напои всех быстро. Но с нами мощный маг Динарий и уже через десять минут он показывал мне как из колодца сделать фонтан.

– Вытягиваешь силовую линию от водоносного слоя, метра на три выше поверхности, – рассказывает и показывает на практике он.

– А затем на конце линии сделать откачку воздуха, и вода польётся сама? – делаю я предположение.

– Учат вас всё-таки чему-то в «Башне», я ведь и сам её заканчивал когда-то, тогда обучение было два года, – заностальгировал Динарий.

Фонтан ливанул, обеспечив водой всех желающих. Надо и мне своим конём заняться. С собой у меня дневной запас пшеницы, но этого мало капризному породистому коню. Даю ему ещё специальные травы, лежащие в отдельном мешке, и какие-то особые фрукты. Ну, и напоить, и помыть коня тоже необходимо. Я хоть и граф, и подчинённые имеются у меня, но делаю всё сам. А мыслишка заставить это сделать одного из своих гвардейцев, или, например, дать денег кому-нибудь из торгашей, была. Но, не поймут. Рядом со мной также ухаживают за своими конями Дава и Флетчер и не жалуются. В пути так принято, и это верно – а если не будет слуг рядом? Ведь уход коню нужен всегда.

Пока занимались техобслуживанием средств передвижения, подошло время обеда. Тут уж у каждого стол отдельный, мои подчинённые столуются в своём кругу, благо, дров не надо, даже слабый маг небольшой костерок может часами поддерживать. Меня же с королевой зовут к себе принцы. Ханитра отказывается – у неё пост. А я иду к друзьям пожрать на халяву. Вот кто хорошо питается – так это они! Тем более, охранная сотня поймала с десяток крупных степных птиц, типа нашей дрофы, а повара приготовили их со специями – пальчики оближешь.

После обеда отдых, ставлю палатку и вижу, что Ханитра не прочь со мной время провести.

– Я спать, и вообще, у меня живот полный, – пытаюсь отмазаться я.

– Ничего, мы твой живот не потревожим, видела я там одну позу … в тех книжках, – мурлычет королева и сил сопротивляться уже нет.

Умело меня довели до возбуждения, а потом и до оргазма. Поспать не получилось. Три часа отдыха, и мы снова в пути, чтобы к вечеру добраться до ещё одного городка, на этот раз Ханского. За день покрыли сотню километров, если не больше, ещё пару дней пути, и мы прибудем на побережье, где собирается армия для вторжения.

Несмотря на то, что городок по размерам даже меньше предыдущего, для нас неожиданно нашлось местечко в гостинице. Случайно освободились лучшие номера, полтора десятка. Правда, содрали с нас за них столько, что я опять пожалел, что моё графство не проездное, нет у меня там трафика движения. Конная сотня сопровождения ночует, как водится, в степи за пределами города, часть её собирается выехать ещё ночью для разведки маршрута.

Устал я несильно, мой конь вообще влёгкую способен проходить без отдыха расстояния раза в два большие, но вот лошади попроще не так хороши, и им требуется отдых. Решаю сходить в баньку, вернее, тут что-то типа римских терн – температура не высокая, но много водяного пара, который идёт из дырочек в стенах. Есть и бассейн довольно крупных размеров. Вскоре ко мне присоединяются принцы с охраной. Кроме нас, тут ещё пара десятков проезжих и местных любителей водных процедур. Объясняю для принцев суть и преимущества настоящей русской бани.

– Плеснёшь на камушки водички, и ну парить себя веником. Это такой пучок из веток или трав, – поясняю я.

– А бить зачем? – не понимает Флетчер.

– Ну, как зачем? Пар нагнетать, кожу чистить, – поясняю я. – И температура в парилке раза в два выше, чем здесь, должна быть, пот же помогает коже и всему организму очиститься.

– Любопытно попробовать, – задумчиво сказал Дава, и его глаза блеснули от какой-то интересной мысли. Только я решил спросить, что ему пришло в голову, как Дава стал магичить, нагревая воду в котле за стенкой. Оказывается, пар в местных термах идет от котла на костре! У братьев моими стараниями сейчас четвертый ранг в магии (в школе подняли по три ранга), поэтому Дава легко справляется с задачей даже через стенку. Он прекрасно знает, как устроены такие помещения и где стоят котлы. Что-то накрутив с давлением, он довольно произносит:

– Сейчас тут будет твоя баня, Гарод!

Но всё пошло через задницу. В помещение стал поступать обжигающий пар, и первыми пострадали посетители, которые расположились вдоль стен. Вопли обожжённых напугали Даву, и он, уже сам изнемогая от горячего пара, уставился на меня. А у меня как назло ни одной мысли в голове. Затушить котёл? Да я его даже не вижу! И чем? Пену создать? Выставляю лишь щит воздуха, оградивший нас от струй перегретого пара, но общая температура в помещении продолжает повышаться, а в единственных дверях возникает людской затор. Самые умные в бассейне нырнули, под воду, – минуту или две продержаться смогут. Решаю взорвать стену, но тут всех удивил Дава. На остатках сил он выбрасывает заклинание «замены сути вещей», и пар немедленно опадает в виде крупных капель воды. Это пятый ранг!

– Я взял ранг! – ошалело произносит принц.

Часть стены местной бани уже выломана Динарием с другой стороны. Причем стена просто осыпалась трухой, и от этого угрожающе скрипнула крыша.

Динарий движением руки тут же создает каменный столб … из ничего!

«Трансформация, шестнадцатый ранг», – машинально отмечаю я.

Пришлось порталом к вам прыгнуть, – в гневе высказывает он нам. – А народу покалечили сколько!

Даже не знаю, на каком ранге этот портал юзают? Прокол пространства на двадцатом ранге используют, а портал, вполне может давать двадцать пятый, например.

– Деда, я ранг взял, – говорит счастливый Дава, не беспокоясь о пострадавших.

– Ты удивишься, но я тоже! – уже весело говорит Динарий, приступая к лечению ошпаренных людей.

– Деда, двадцать восьмой ранг? – хором спрашивают принцы, выдав степень их семейного родства с Динарием.

– Я как представил, что мой внучатый племяш мне выскажет за ваши ранения, то решил – лучше ранг возьму, – шутит совершенно счастливый маг, за минуту вылечив пару десятков человек.

– Сходили в баньку, – ворчу я, собираясь одеваться.

И тут замечаю дыру, образовавшуюся из-за сноса стены, а там – … голые бабы. Оказывается, у них тут и женское отделение есть! Вот прямо сейчас на меня удивленно уставилась красивая, полноватая женщина лет тридцати с чашкой какого-то напитка в руках.

Визг этой красотки слышал весь город, я так и с помощью магии заорать не смогу. Что тут началось! Сначала прибежала охрана этой горластой, но никто, конечно, не пустил их к нам, пяток гвардейцев в компании с моим сотником Ригардом смотрятся просто угрожающе. Потом прибежал владелец бани и стал выть и причитать. Претензий он, ясное дело, ни к кому предъявлять не стал. Ещё чего не хватало! Но выл натурально, заглушая иногда вопли пышногрудой красавицы. Потом примчался муж вышеупомянутой дамы – смуглый кочевник, и тоже умылся в своих претензиях. И это всё за пару минут, пока мы одевались! Хозяина заткнуть было проще всего, Динарий сунул ему тяжеленький кошель, а горластую мадам заткнул муж, совершенно по-хамски надавав ей пощёчин. А что мужу оставалось делать? Против Хостов воевать? Да Динарий весь его род один уничтожит. Пострадавший оказался главой большого рода кочевников, численностью более тридцати тысяч, и в бане была его любимая жена! Хотя барон он всего лишь, несмотря на такое большое количество подданных, но кочевники несильно жаловали наши звания, для них свои важнее.

Но, тем не менее, он – аристократ и мы приглашаем его на празднование. Что за праздник? Так, не каждый год империя получает мага двадцать восьмого ранга! А зная Даву, можно предположить, что он свой пятый ранг будет отмечать с ещё большим размахом.

Развернуться нам особо негде, народу к вечеру в городок набилось много, но не отметить такое событие – грех. Празднуем в степи, здесь хватить места для всех гостей. У Динария оказалась широкая душа, он скупил, чуть ли не караван еды и вина. Армия на побережье, ожидающая провизии, этого товара не досчитается. Но это их купеческие дела. Самое хреновое во всём этом – гулять они собрались всю ночь и выедут, дай бог, завтра после обеда. А я планирую двинуться в путь с утра. Так что, придётся нам расстаться здесь. Или всё же не рисковать и поехать в составе большого отряда? Да, чего я боюсь? Размяк, что ли?

– Я, пожалуй, поеду с Динарием, вряд ли ты успеешь отчалить до той поры, как я доберусь до побережья, – мягко сказала Ханитра, после того как я ей озвучил свои планы.

Она что, меня обидеть боится? Да баба с возу – кобыле легче! Но вслух эту поговорку не произношу, … на всякий случай. Мне с королевы ещё кучу разных ништяков получать. Точно – размяк!

– Ригард, скажи, чтобы твои люди не напивались, завтра рано утром выезжаем, – проинформировал я гвардейца.

– Может, лучше вместе с Хостами? Так оно безопаснее, – попробовал возразить мой сотник.

– Размяк ты, сидя дома, – с удовольствием предъявляю я свои страхи другому.

– Зря, конечно, но – твои дела, – не стал возражать Динарий, выслушав меня, – Выпьешь хоть за ранг? Я за этот год два взял! До этого лет двадцать не поднимал.

– Так давай с нами на войну, – щедро предлагаю я.

– Там нет магического фона, как там ранги брать? – вздохнул маг.

Посидели, выпили. Я – в меру, мои гвардейцы вообще трезвые все. Лёг спать на этот раз один. Утром будит меня почему-то Флетчер, он не ложился ещё, как вижу.

– Это… Гарод… Ты прости меня…

Глава 9

– Что случилось-то? – тру глаза и потягиваюсь. – И зайди внутрь уже.

Утро сегодня неожиданно выдалось прохладное, а у меня в палатке температура – какая захочу. Снаружи же веет холодком.

– Я Ханитре пообещал твоего Донта отдать, – потупился пьяненький принц.

– Ты ничего не перепутал? Это подарок моей жены, и он мне нужен сейчас, – моментально злюсь я.

– И ещё ... я переспал с королевой, – продолжает Флетчер.

– Вот на это мне вообще наплевать. Так что там с Донтом? Сам скажешь, что не видать ей моего коня или мне доверишь? За Ханитру хоть и обидно, но не так, как за коня, которого я точно не отдам.

– Да шучу я! – смеётся Флетчер.

– Насчет чего? – не принимаю его хорошего настроения я.

– Насчет коня, конечно, а королеву я и вправду того …, – веселится принц.

– Ну, молодец, – отпускаю грехи я, и подкалываю, не удержавшись: – Сам придумал или помог кто?

– Сам! – радуется Флетчер.

– В другой раз так не шути – у меня реакция быстрая, уже рука потянулась заклинание кастовать, – посоветовал я.

– И вправду, чего это я? – озадачился пьяный друг.

Только принц ушёл, ко мне заходит Ханитра.

– Гарод, должна признаться …, – начала она.

– Что отодрал тебя Флетчер. Я без претензий. Дело государственной важности для тебя, всё-таки наследник императора из первой полусотни, – прерываю ненужные объяснения я.

– Ох, сколько с тобой знакома, столько ты меня удивляешь. Вот мой знак, – Хантира передала небольшую цепочку с камнем иссиня-черного цвета, иногда моргающего искоркой огня внутри. – Любая моя подданная будет знать, что ты неприкасаем. Когда на побережье встретимся, передам тебе эскадру.

Ханитра ушла, а мой отряд быстро собирается и едет дальше, ни с кем не прощаясь. Да все только спать улеглись, праздник, я вижу, удался.

Ох, не зря мы оторвались от своих спутников – за сутки удалось пройти полторы сотни километров. Отдыхали два раза, коней меняли мои бойцы, и поставили рекорд, как ни крути. Подъезжаем к месту ночлега. Хисан, который двигался впереди всех, успел найти нам гостиницу и занять какой-то общий номер в переполненной ставке верховного Хана. Самого Хана уже нет – уехал воевать. Небольшие ручейки путников в ставке слились в один бурлящий котёл, и город с населением тысяч сорок увеличился раза в три. Временно, конечно, да и редко кто из проезжающих задерживался здесь больше чем на день. Тут же неподалёку паслись отары овец и стада коров, разнообразя меню путешественникам.

Самому ухаживать за конём в гостинице не стал, за серебруху нанял опытного местного конюха, который всё сделает сам. Уж с лошадьми-то народ в степи обращаться умеет, даже с такими необычными, как мой.

Принял ванну и напрявляюсь в таверну поблизости. Не лучшая в городе, есть и более дорогие места, но, как мне сказали, кормят там прилично. Оставив измотаного авангардным движением Хисана сторожем в нашей общей большой комнате, заходим в довольно просторную юрту – метров сорок в радиусе. Почти половина её занята столиками или коврами – кому как сидеть удобнее.

– Изволите отдельный кабинет? – подскочил невысокий кочевник-служка, видно, оценив мои графские регалии.

– Там отдельное меню? Если нет, то нам вполне подойдёт во-о-он тот столик, – указал я на свободный широкий стол у стены шатра.

– Кухня одна у нас, а столик могу вам предоставить на два с небольшим часа, дальше он забронирован, или вот около музыкантов есть свободный, – предлагает официант, или кто он там?

– За два часа успеем поесть, – соглашаюсь я.

К музыкантам лезть неохота, там и шумно и темно, экономят на светильниках, что ли?

Делаем щедрый заказ на семь рыл, Хисана тоже не забыли. Ему придется опять ехать в авангарде – другого мага у меня с собой нет. Блюда заказали в основном мясные, и еда оказалась вполне вкусной. Жирное всё, конечно, по местным традициям кочевых народов. Зато ждать не пришлось. Вино тоже приличное. За час управились с ужином. Сидим, потягиваем вино. Можно и спать идти.

– Этот столик я заказывал! – слышу голос сбоку.

Поворачиваюсь. Рядом с нами внезапно возникли четыре мощных воина. Все в железе. И как им не жарко? Молодой парнишка с графскими знаками отличия в одежде и крепыш лет сорока – маг, как я вижу, двенадцатого ранга. Хм, рано они пришли, через час только у них заказано.

– Через час с хвостиком ваше время, пока столик занят, – повторил мои мысли вслух тот же распорядитель зала.

Прислуживают здесь только девушки, и я прикидываю – можно ли понравившуюся на ночь взять? А этот кочевник сейчас главный среди персонала.

– Ты что, болван?! Перечить мне вздумал?! Гордон, врежь ему, – кричит тонким противным голосом сопляк-граф своему рыцарю.

Бам-с! От удара одного из рыцарей кочевник падает на колени Ригарду.

Попытался упасть. Ригард, разумеется, не дал этого сделать, отпихнув, но и смягчив при этом падение распорядителя.

Встаю во весь рост и обращаюсь, спокойно пока, к новым гостям, глядя на пацана-графа:

– В чём дело? Ты забыл, что во время войны конфликты запрещены? Ты напал на сотника гвардии императора Хоста.

– Убирайся, и останешься цел, – хамит пацан, – а сотника твоего никто не трогал, на него этот кривоногий упал, он и виноват.

Беру кувшин со стола, и, усилив бросок магией, с силой швыряю его парнишке в рожу. Тот, очевидно, носит защитный артефакт и в результате лишь пошатнулся от не до конца погашенной инерции удара, но вино, выплеснувшееся из кувшина, обрызгало его.

– Это не я, это кувшин виноват, – спокойно говорю я, глядя на четыре меча около моего лица. А ещё как-то спутник графа, маг, напрягся.

Но мои люди уже на ногах, и мечи достали быстрее рыцарей графа.

– Зорий, прекрати конфликт, – громко говорит мокрому и злому пареньку маг и добавляет в мою сторону: – Граф, мы уходим на час.

– Нет, не ухОдите! Вы напали на меня, и я имею право на защиту, эдикт императора мне не запрещает, – качаю головой я.

– Убить его! – кричит граф и падает от удара крепыша-мага.

Рыцари даже не дернулись.

– Не обращайте внимания, он выпил, да и вообще, идиот сам по себе. Позвольте представиться, Бортус, придворный маг короля Вестании, а этот граф, к нашему несчастью, навязан королём. У нас небольшое королевство – три графства всего, этот среди всех троих самый молодой, и самый тупой. Парня не жалко, вот и отправил его король на войну.

– Как вы с таким придурком так далеко уехали? – удивился я. – Его же давно уже должны были прикончить за такие манеры.

– Верите-нет, сам удивляюсь, причем это я командир войска, а он – мой подчиненный, а всё равно гонор показывает. Вот такой вассал у нашего короля, – искренне жалуется маг.

– Он там жив? – озадаченно смотрю на лежащего паренька, ибо тот не шевелится.

– Парализован, но скоро отойдёт, не в первый раз уже так конфликты улаживаю. Ой, припомнит он мне это, а что делать? Жить-то надо, – вздыхает маг.

– Хм, могу тебя к себе взять, – раздумываю я.

– Да шучу я. Король – мой старший брат, ничего Зорий этот мне не сделает, – отказывается маг. – Так, теперь насчет компенсации вам. Есть предложение – вы требуете у графа его спутницу. Она его рабыня, но капризничает так, что сил нет терпеть – убить охота. И Зорием крутит как хочет. Мы из-за неё плетёмся еле-еле, и, боюсь, вместо двух-трех дней ещё неделю до побережья добираться будем.

– Мне лучше деньгами или артефактами, – отказываюсь от такой чести я.

– Да вы послушайте! Рабыню эту можно в местный гарем продать, она из Торока, очень красивая и необычная женщина. Торок, если вы не знаете, такое королевство …, – начинает убеждать меня маг.

– Знаю, матриархат там, правит королева Ханитра, – перебиваю его я.

– Какой образованный человек, – хвалит меня маг. – Так вот, она была капитаном искателя, её эскадру Теократия год назад наняла для набегов на наше побережье. Но маги сожгли судно, а девочку спасли только артефакты.

«Придётся соглашаться на такую компенсацию», – понимаю я.

– Все её шмотки, два коня самых лучших, каких найдёте и двести золотом, – решаю поторговаться я.

– Согласен! – как-то подозрительно быстро соглашается Бортус.

Пока мы беседовали, в зале появилась стража Хана и имперский дознаватель – старик усталого вида с таким страдальческим лицом, будто его глисты мучают.

– Причинение ущерба имуществу Хана, нарушение эдикта императора о недопущении конфликтов, … – сухо перечисляет дознаватель. – Граф Зорий! Вы желаете возразить, и нам пригласить ментала?

Зорий, уже приведённый в чувство, стоит рядом, и вид имеет недовольно-испуганный. И на компенсацию он согласен, однако, не полностью:

– Келидану не отдам! Готов отдать вместо неё тысячу золотом!

– Нет, – коротко говорю я. – Он напал на моего человека – сотника императора, а значит, ответить должен своим человеком, – отказываюсь я.

– В таком случае, правом, доверенным мне императором Хостом, я постановляю …

– Передать Графу Гароду Кныш рабыню графа Зория Келидану, что там ещё… её вещи, двести золотом и двух коней. Гарод Кныш сам выберет их, – неожиданно быстро решает дознаватель. – Ах да! Пять серебрушек управляющему таверны, и три золотых – штраф в казну Хана.

– Ригард, Джун, Тарак, – отдаю команды я. – Заберите всё, и коней для рабыни этой.

Любитель дерзких девочек спорить не стал – империя на военном положение, а ну, как и вправду тут ментал есть?

– Гарод, постойте, – на выходе меня тормознул дознаватель.

«Взятку просить будет», – решил я.

– Вам привет от вашего друга герцога Марвела, – подмигнув, шепнул дознаватель. – Только сегодня с ним общался по артефакту связи. Наслышан о вас!

Ну, ещё бы. Верховный императорский судья – его прямой начальник. Теперь я понимаю причину такого быстрого решения в мою пользу. И как ни крути, а придётся к нему в гости заехать – уже ему должен, а должным я быть не люблю.

Через час в наш общий номер привели вышеупомянутую Келидану. Спортивного сложения, как бы сказали на Земле, девушка с короткой стрижкой, которая её не портит и в таком прозрачном наряде, что он больше обнажает, чем скрывает прелести рабыни. На вид ей лет двадцать пять, но в этой гребаной империи, может и все восемьдесят быть.

– Ой, какой хорошенький новый хозяин у меня, маленький только, – елейным голоском пропела Келидана. – Титьку дать, молокосос?

Размашисто бью ладонью по красивому лицу.

– Тон смени! Распустил тебя граф, – говорю лежащей на полу женщине, с ненавистью смотрящей на меня.

Она без ментальной привязки, а значит, и прирезать может. Пожалуй, свяжу её от греха подальше.

– Ханитра – приличная женщина, и я уже решил, что наговаривают на Торок, а теперь вижу – правду говорят. Злобные суки вы, – зачем-то говорю я, доставая из кармана артефакт королевы.

Глава 10

Реакция Келиданы поражает – передо мной на коленях уже послушная рабыня.

– Я в вашем распоряжении, граф, – молвила она.

– Я так понимаю, что тебе эта вещь знакома? – заинтересовался я.

– Да. Это знак «свобода», который выдаётся лично королевой, – подтвердила имеющуюся у меня информацию Келидана.

– А если я купил его или забрал с трупа у кого-нибудь? – пытаю дальше рабыню.

– Огонёк свободы горит только в руках у того, кому вручили этот амулет, – показала девушка на искорку внутри камня.

Я попробовал дать цепочку Ригарду. Огонь действительно погас.

– Носите его на запястье, и он будет блокировать ментальное воздействие, – посоветовала Келидана.

Так как менталов я опасаюсь, то последовал совету женщины, хоть и не люблю подобные фенечки.

Собираем вещи Келиданы. А неплохо рабыня живет! Два десятка одних артефактов только! Половина из них, хоть и разряжены, но весьма тонкой работы. Вот эта заколка – лечебный артефакт из империи Аками, клеймо их вижу. Ценности отбираю – не положено рабу ничего своего иметь! Зашли ещё в лавку, купили кое-что по мелочи и встал вопрос – где спать рабыне? В общей комнате, где все мы спим? Я планировал без часовых обойтись, а теперь придётся выставлять дежурство. Ханитра может и авторитет для рабыни, но я пока Келидане не доверяю. Думал, хоть ночевкой в компании полудюжины мужчин она возмутится опять, но рабыня после демонстрации знака королевы ведёт себя образцово. Свернулась калачиком и уснула. Может и вправду воевала? Капитан искателя – это как полутысячник, или комбат по земному.

Утром опять в путь, на этот раз расширенным составом. Одно плохо – наездник из Келиданы никакой. Нет на её родине даже конницы как таковой. Архипелаг их, за исключением столичного острова, почти весь горный. Поэтому и проехали мы меньше, чем планировали.

– Где ночевать-то будем граф? – задаёт вопрос Ригард.

Логично, чё? Я старший среди них, они – мои подчинённые. Коней, минимум, напоить надо.

– Колодец где ближайший? Карту смотрел? Вот туда и правь, – ворчу я.

В степи дорог нет, есть направления. Сверившись с картой, мы под лучами заходящего солнца сошли с маршрута. Вскоре впереди возникли совершенно неожиданно (ведь обзор в степи хороший) шатры какого-то кочевья.

– Всё в порядке, граф, это барон Болипсей со своим родом кочует по своим землям, они рады будут оказать услугу империи. Можем встать рядом, колодец есть, – доложил разведчик Джун.

Спешились. Располагаемся. Выставили часового, набрали воды, обиходили коней. Народу мало у барона. Кочевники – они того, … кочуют. Почти всё мужское население уехало на войну – когда ещё будет такая возможность пограбить? Местная мелюзга сначала опасалась приближаться к нашим палаткам, а затем осмелела. Сидим у костра вместе с Хисаном и Ригардом, пьём чай, едим лепешки с мёдом из моего хутора, наслаждаемся отдыхом. Лепёшки разделены на кусочки и завернуты в какие-то листья, которые тоже вполне съедобны, но назначение у них другое – не дают продукту черстветь. Вкусно!

– Дядя, а если дать вашему коню воды, он не укусит? – спрашивает мелкая и чумазая девочка лет пяти.

Я уже напоил коня.

– Укусит, – пугаю я, хотя и сам не знаю, как поведет себя в такой ситуации мой Донт.

Этот конь вызвал всеобщий интерес среди местных жителей – никогда, очевидно, такой породы не видели, но незачем животное лишний раз тревожить. Даю ребенку кусок медовой лепёшки, которую недоел. Та сначала не понимает что это.

– Ты пожуй, сладко будет, – показываю я ребенку.

– А это? – показывает она на мое ожерелье, вгрызаясь в лакомство.

Вполне возможно, она мед и не ела ни разу. Кочевье уж очень бедное у них.

– Это нельзя, а вот это можно, – я достаю из сумки тот самый небольшой лечебный артефакт, отнятый у Келиданы, и дарю малышке.

Маленькая серебряная заколка тут же украсила давно немытые космы ребенка. Замечаю у неё нарыв на руке. Заколка хоть и не сразу, но дня за три залечит рану и прочие мелкие болячки, вродесиняка под глазом. Потом артефакт станет обычным украшением, стоимостью в пару серебрушек. Но его можно и подзарядить.

Довольная девочка побежала хвастать подарком. И сделала это зря! Старикан, сидевший на небольшом коврике, резво вскочил и отобрал у ребенка мой подарок! Ещё и затрещину не пожалел. Девочка испуганно сжалась, видно ожидая ещё ударов, но дед уже разглядывает свой трофей.

«Непорядок! Это что за хрень?! Как он посмел мой подарок отобрать?» – неожиданно злюсь я и кидаю волну воздуха в ноги старика. Старик с криком падает, а мои спутники насторожились. Я встаю, чуть ли не прыжком, – гнев ещё не угас – и иду к поверженному воришке. Меня опережает Тарак и Джун, находящиеся ближе всего к старику. Они реагируют моментально и достают мечи. Делаю знак им, чтобы не торопились убивать.

– Как ты посмел забрать мой подарок? – грозно наклоняюсь я над испуганным и стонущим стариком.

– Она ничья, а я старше, мне нужнее, – бормочет старик.

Очень хочется зарубить наглеца, но нам ночевать ещё рядом с ними, неохота посты усиливать. На шум и крики собирается толпа, в основном бабьё и старики, но я замечаю и местного барона. Так-то он бек, но у них тут все беки и ханы – это бароны, графов и герцогов в ханстве Вей нет. Но себя они баронами не называют, это для пришлых, вроде нас. Хост завоевал ханство Вей лет двести назад, а ничего толком не поменялось с тех времен. Свои обычаи.

– Граф, ты зачем напал на моего человека? – спрашивает бек – тощий седоусый мужик лет сорока пяти на вид.

– Он оскорбил меня! Этот шакал посмел присвоить подарок, который я подарил вон той девочке, – пафосно говорю я.

Пафос оказывает действие.

– Рабыня она, нельзя ей ничего иметь, а глупый старик уже наказан. Ты другой раз мне скажи, я сам накажу, – миролюбиво говорит местный босс и деловито спрашивает: – Понравилась девочка? Продам! Могу вместе с мамой, но она порченная. Обе – мои рабыни!

Нахрена мне эта обуза, тем более вместе с порченой мамой? Но, заметив полный ненависти взгляд старика и кое-кого из местных баб на девочку, понимаю – подарок отберут, как я уеду, а может, и побьют при этом.

– Показывай маму, – не отказываюсь сердобольный я.

Бек кричит и из глубины кочевья к нам выплывает изумительно сложенная молодая женщина, одетая лишь в кусок тряпки, что плотно облегает её изгибы. Мы, сдерживая восхищённое «ах», смотрим на это почти театральное действие. И лишь когда женщина вышла на свет костра мы поняли, почему она «порченная» – огромный шрам от ножа или какого другого режущего оружия пролегал через всё её лицо! Более того, не хватало одного глаза, если я правильно понял присутствие повязки на лице. Шрам рассекал губы, нос, и вообще неясно, как она выжила! Женщина, понимая своё уродство, склоняет голову. Бурхес тут бы, конечно, сказал, – мол, лицо и тряпочкой прикрыть можно. Да что пошлый циник Бурхес, я бы и сам сказал такое, будучи в своём бандитском теле на Земле!

«Всё можно вылечить. Немного моей работы, пару лет у артефакта и глаз восстановиться сам», – размышляю я.

– И сколько? – приготовился я к торгу.

– Пятнадцать золотых за обеих! – рубанул бек, явно готовясь отчаянно торговаться.

– Беру, – сразу соглашаюсь я.

Для меня это мелочь, а Бек выглядит разочарованным, толи от того, что мало запросил, – ведь у глупого мальчишки-графа деньги есть, – толи от того, что не удалось получить удовольствие от торгов. Никто, даже мои спутники меня не понимают. Покупка стала и для меня неожиданностью. Только Келидана как-то по-новому на меня взглянула. И что мне делать с моими порывами души? Или придурью? Брать с собой в путь новых рабов нереально.

– Где ближайший город? – спрашиваю я у Ригарда.

– Завтра к обеду, если ничего не помешает, мы выедем из степи, а там много городков в прибрежных баронствах. Но планировали мы в сторону горных отрогов сместиться и в города не заезжать, – отвечает тот.

Тут я вспоминаю про свои связи в степных родах. У меня есть друг – хан Сандай! Не самый крупный по меркам степи, но по сравнению с моим графством его род многочисленный. Около двадцати тысяч подданных вроде насчитывает новый род Сандая.

– Хана Сандая Тотхена знаешь? – спрашиваю я у Болипсея.

– Знаю. Могучий род, – не разочаровывает меня тот.

– Доставишь моё имущество до его ставки? – прямо спрашиваю я. – Сандай – мой друг по столичной школе магии «Башня».

– Город у Сандая. Насмотрелся он на столичные порядки, и теперь у него не ставка, а город, – бормочет бек. – Мало народу могу дать, пять воинов в сопровождение и кибитку покупай у меня. Два дня дороги, и отвезу твоих рабынь в этот город.

– Сколько? – спрашиваю я.

– Три золотых за всё. Как другу уступаю, – удивил меня скромным запросом Болипсей.

– Что так дешево? – подозрительно спрашиваю его.

– За всё деньги, что ли, брать? Я щедрый! – задрал нос кочевник, но под моим немигающим взором сознаётся: – Война у нас с ним, ненужная никому, а раз это твой друг – может, и помиримся мы.

Сандай у меня взял полторы тысячи золотом и нанял полсотни конных у папы Ольчи. Плюсом я ему свою магессу Грей выделил, а та уже двенадцатого ранга. Сейчас, если правильно понял записи Пьон, полусотня уже свободна от найма, а вот Грей ждёт моих распоряжений в ставке Хана. Ей и пишу записку. Мол, рабынь купил по случаю. Отмыть, полечить, накормить этих кочевниц. Добавил, что пусть сама решает – или отправить их в графство, или оставить в городе. Самой магессе я назначил встречу на побережье.

Утром рано мы собираемся в путь. Подходит новая моя рабыня и просит купить для них с дочкой в дорогу одежды и еды. Не слушая её расчетов, даю пяток серебрушек. Меди просто у меня нет. Молодая женщина робко пытается выяснить, зачем она мне?

– Вылечу и замуж выдам, – отмахнулся я, уже пришпорив коня.

Зачем, зачем. А я знаю?

Довольный собой еду по степи и составляю планы. У меня есть второй пехотный полк принца Одрила, а это три с половиной тысячи личного состава с тремя магами пятнадцатого ранга. Есть церемониальная рота от принцев Давы и Флетчера, там полторы сотни элитных мечников. Есть две сотни (конная и егерей) от тестя графа Доранда Де Ро, четыре с половиной сотни тяжелой конницы от тестя короля Филика Сетина, две сотни местных наёмников мне Пьон собрала, плюс эскадра искателей, а это ещё тысячи полторы-две человек! Солидная армия. Мне бы командующего грамотного, в свои силы военачальника я не верю. А Ригард просто не потянет такой личный состав. Фактически он десятник и сотником стал несколько месяцев назад. Ставить во главе армии, например, старшего брата Ольчи, который командует сотнями Сетина, не вижу смысла, как и командира полка Одрила. Это должен быть мой человек.

– Граф, тревога! – кричит Ригард.

Глава 11

Не понимаю, какая может быть тревога, ведь мы в степи, и любое нападение тут будет сразу заметно? Оказывается, Ригард обладает лучшим зрением, чем я, и увидел вдалеке дым и сверкание молний. Что обидно, это было в том месте, где мы планировали остановиться на днёвку.

– Что предлагаешь? – спросил для проформы я, ибо уже решил сменить маршрут.

– Свернуть, пусть разбираются без нас, – прочитал мои мысли Ригард. – Какой-нибудь аул да попадётся по пути.

Меняем азимут движения влево и, сделав крюк, останавливаемся, наконец, в голой степи. Зерно у нас с собой на один раз есть, но вот воды мало, а ведь кони и вправду устали. Меланхолично обиходив своего Донта, я сажусь покушать – сухпаёк, конечно, но воду я вскипятил для чая. Однако спокойно набить брюхо не удалось. Вдалеке показались клубы пыли, а глазастый Ригард опять прокричал тревогу. Приходится запрягать лошадей и мне, и остальным. Только успели это сделать, как на нас налетают с полсотни всадников. Впрочем, то, что они не по нашу душу становится ясно, когда те, завидев нашу стоянку, стали тормозить и остановились метрах в ста от неё.

От их группы отделились два всадники. Один – сутулый степняк средних лет с баронскими регалиями, второй – седой маг, судя по знакам, двенадцатого ранга. Не самый хороший вариант. Я хоть де-факто и сам взял недавно двенадцатый ранг, фактически пока на одиннадцатом, никаких новых заклинаний применить не приходилось, несмотря на то, что знаю их под сотню – в школе учили тщательно этому. Правда, у меня ещё Хисан есть. Тоже маг как-никак.

– Я хан Фтон из рода Тривила. Кто вы, и по какому праву топчете мою землю?

– Вообще, нам всё равно, чьи это земли, император Хост разрешил беспошлинный проезд всем едущим на войну, – отвечаю я.

– Ну и ехали бы через мой аул, денег платить тоже не надо, но хоть прикупили бы что-нибудь у меня. Вот вы жадные там у себя в столицах, – в сердцах говорит Фтон. – Не видели, никто недавно по этой дороге не проезжал?

– Да мы тут меньше часа всего, при нас никого не было, а в аул не поехали потому, что там воевал кто-то. Дым видели, – признался я.

– А ты ещё и хитрый. Молодец! Чужая драка кому нужна?! – похвалил или обругал меня кочевник. – А меня ведь обокрали! Всё! Всё, что нажил за долгие годы, украли! Коней увели, меха забрали, деньги и драгоценности вынесли, дочь украли! Две дочери! Только отлучился с отрядом воинов и – на тебе! Ох, горе мне.

Хотел я у него про магнитофон, такой, как у Шпака, спросить, но не стал глумиться над потерпевшим.

– Как поймаете воров – первым делом на кол посадить их! – советую я, еле сдерживая смех.

Очень уж комично выглядит хан.

– Сразу видно благородного человека, – не понял моего юмора Фтон. – Так и сделаю, друг! Сначала хотел в медный котел с кипящим маслом бросить воришек этих, но твой способ мне больше нравится! Может, заедете в аул? Там и пообедаете. Мне сейчас деньги очень нужны! Мы всё равно не найдем никого, назад поедем.

– Далеко до вас? – спрашиваю я, хотя ехать неохота.

– На таком коне за полчаса доедешь! На других – за час, не меньше, зато я для вас письмо напишу брату своему, он у горной гряды в Забелье живет, город такой. Мимо не проедете, там ущелье и короткий путь к морю. Он вас и приютит на ночь! – уговаривает Фтон.

– Собираемся, – решаюсь я.

Со временем пути хитрый хан, конечно, нас напарил – часа полтора добирались до аула. Зато и вода там есть, и сами поедим, и проводника нам дадут. Вроде степь да степь, чего опасаться? Ан нет! Есть места, где на полном скаку двигаться не рекомендуется – камни среди травы раскиданы.

«Вполне может, сами и накидали, чтобы мимо их аула не проезжали», – рассуждаю за чашкой вкусного супа-чая я. Степь вскоре должна кончиться, и нас встретит горный кряж, за которым прибрежные баронства. Завтра к вечеру будем на месте. Вроде успеваю до всеобщего отплытия, ещё и день в запасе будет. Как раз Ханитра доберется до меня. Больше всех устала Келидана, но не бросать же за полтора дня до окончания путешествия дамочку. Жалоб от неё не слышно. Вот теперь верю, что та воевала.

– Молодой граф, не желает отдохнуть? – сунулась ко мне молодая местная деваха, бесстыдно заголив ляжку. – Всего один золотой.

Лениво качаю головой – и так лишних пару часов потеряли, затемно можем приехать на ночевку.

Внезапно сильный удар земли сотрясает аул и нашу стоянку. Все падают, кричат, мои гвардейцы хватаются за мечи. Не меньше тринадцатого ранга удар магии! Это, так называемая, деформация, когда слои земли сначала смешиваются, а затем резко распрямляются.

– К бою, – орёт Фтон.

– К бою, – орёт Ригард.

– Твою мать! – ору по-русски я.

Нас атакуют сотни три всадников. Из небольших точек на горизонте они стремительно превращаются в заметные фигуры. Видимо, Фтон, когда зазывал к себе на отдых, развел меня как лоха. Он предсказуемо опасался повторного набега. Кстати, может, те плохие парни, что несутся на нас, и правы, ибо эталоном добродетели хан не выглядит, а значит, вполне его могут щемить и за дело. Но я-то тут отдыхаю, а всякие войны в империи, даже дуэли, запрещены категорически. Ну и деваться нам некуда – сортировать не станут, будут резать всех без разбора. А нападавших, мало того, что больше, так ещё и маг с ними сильнее, чем мы вдвоём с ханским наёмником.

– Тарак, копьё, остальные – арбалеты. Стрелять по готовности,– беру командование в свои руки я.

Арбалеты тут только для армии императора и для аристократов разрешены. Десять выстрелов в такую цель – это десять убитых, а может, и по три раза успеют ребята. Сам я готовлюсь магичить.

Удар молнией! … Впустую. Чем нападавшие прикрыты от магии – не знаю, но зацепило едва ли пяток всадников. Удар звуковой волной, – и я временно пуст, но для себя на пару щитов маны оставил. Тут результаты уже лучше – упало десятка три, и остальные замешкались, что позволило сделать моим воинам уже не три залпа из арбалета, а четыре. На этом хорошие новости закончились – хан удирает вместе с десятком воинов! Бросил своих гостей, то бишь меня, под атаку! Хорошая новость только в том, что маг хана не убежал – не может, лежит с поврежденными ногами, но жив, и зло кидает волну огня навстречу всадникам. Повоюем! Мельком оглядываю диспозицию вокруг. Вид печальный – палатки и юрты лежат рваными комками, то там, то тут ползают раненые или просто растерявшиеся люди. Кони пострадали почти все, отовсюду раздаётся жалобное ржание. Но мой Донт стоит как скала. Рывком заскакиваю в седло.

– Гарод, стой, сука! – орёт Ригард, понимая, что я сейчас сделаю.

Причем, «сука» орёт по-русски. Да, я решил встретить врага лично на лихом коне. Мои гвардейцы этого сделать не могут, ведь их кони все не на ходу, так сказать. Нет, подлечить часть я смогу, но времени на это нет, а значит, – в лихой атаке быть мне одному, куда там пешему за Донтом угнаться!

– Сам стой, сука! – по канону отвечаю я, пришпорив Донта и вырываясь на свободное пространство.

Кто бы ни был нападающий, увидев сильного мага, да на таком коне, должен понять, что это не местный хан, и возможно и призадумается, ведь у меня может с собой пара сотен воинов быть. Глупая такая мыслишка. На самом деле нападавшие, раз уж затеяли войну, за которую мощная карательная система империи Хоста разотрёт в пыль, лишая титулов, земель, да и, возможно, свободы и жизни, будут идти до конца. Но у меня есть воскрешение в храме! Даже не одно, а три. Воскресну в столице, вернусь, найду нападавших и на кишках повешу всех причастных к своей гибели.

А неплохо мы с местным магом проредили конную лаву! Сотню, не меньше, свалили. Может, и не убили, – моя звуковая волна больше дезориентирует, – но лава поредела на треть. И маг вражеский припух. Может, силы бережёт, а может, … грохнули его? Выезжаю навстречу в одиночку и осознаю, что маг жив! В меня прилетает мощное огненное копьё! Оно разрядило и честно украденный мамой в королевской академии «Цон» артефакт «Открывающий взор» и седло с защитой от дальних атак. Раз сработал мамин артефакт на выявление скрытой угрозы, значит, копьё было ещё той гадостью с сюрпризом.

Настало моё время потратить остатки магических сил. Ставлю «разноцветный щит». Причем растягиваю его от души перед атакующими, а значит, весь первый ряд можно тоже списать. Это ещё не всё – данное заклинание должно показать врагу, что я – маг двенадцатого ранга, а с учётом того, что он уже видел заклинания двенадцатого ранга из другого места, может, и призадумается глава нападающих. Передний ряд падает (минус два-три десятка), и в меня после гортанной команды летит рой копий. Спасает Хисан. Он хоть и приличный диверсант, но маг слабенький, однако поставить защиту для меня смог. Хисан с моими гвардейцами прилично отстал от меня, но для мага расстояние не помеха. Ещё один удар от ханского мага, на этот раз воздухом, и в меня летит огненный шар! Инстинктивно поднимаю Донта на дыбы, закрываясь от огня, и … помогает. Мой бронированный «Мерседес» ещё и огнеупорный!

Дальше пошла заруба! Обозлённые потерями нападающие ринулись на меня со всех сторон. Защитные артефакты хлопали, разряжаясь, одни за другим. И хоть я был обвешан ими как новогодняя елочка, вскоре остался голым и потерял бы голову, если бы не обученный бою мой конь. Он в два прыжка выскочил из круга врагов, попутно задавив нескольких из них. А тут подоспели и мои гвардейцы. Ригард, Ран, Тарак, Джун, Кант, Крит смотрятся серьёзно. Когда случилось, нападение все уже облачались в свои доспехи, и сейчас матово-черная бронь восьмого гвардейского полка выглядит угрожающе.

– Отбой! Все назад! – орёт кто-то властный из-за кучи врагов.

Наверняка главарь их, который, как и положено умному человеку, едет позади всех. Не все сразу среагировали на команду, и часть всадников ещё пытается пробиться ко мне сквозь защиту моих парней. Дышу тяжело, замечаю кровь у себя в нескольких местах, и потихоньку лечу раны.

Через полминуты прореженная, но не разбитая лава врагов расступилась, и я увидел молодого статного парня-степняка на приличном коне. Не таком, как мой Донт, но явно очень дорогом и мощном. С ним была на такой же модной коняжке девка, степная девка. Маг плетётся, я вижу, последним. Седой и жирный, но выжил.

– Ты не Фтон! – чуть ли не с обидой говорит парень мне.

Тоже мне капитан-очевидность!

– А где папа? – зло спрашивает девушка.

Упс! Видно, не крали у хитрого хана дочку, а просто банальный переворот в роду происходит.

Глава 12

– Во время войны император Хост запретил любые конфликты, – говорю я первое, что приходит в голову.

– Защищаться имеем право! Фтон напал на мое кочевье, убил двенадцать человек…, – зло начал парнишка.

– Я на вас не нападал, а вы виноваты передо мной, – прерываю его я. – Насчет Фтона и тебя – пусть имперские менталы разбираются. А первый удар по мне деформацией был от вас.

– Мы не знали, что тут кто-то ещё! – взвизгнула девка, щелкнув кнутом.

– Зия, молчи, – оборвал её парень. – Неумышленное нападение, готов заплатить откуп.

– Ригард доложи потери, – повернулся к сотнику я.

– Все живы, трое ранены, кони наши почти все поломаны, – моментально отвечает тот.

– Четыре. Я ногу вывихнула, – прошипела Келидана.

– Могу полечить, если сам не справишься, – моментально отреагировал маг нападавших и шустро рванул в сторону рабыни.

– Значит так, коней вместо тех, которых мы потеряли.

– Повозку бы вам, – рабыня ваша ходить не сможет дня три, вывих я вправил, а растяжение так быстро снять не могу, – деловито говорит бывший мой убивец.

Твою ж мать! И так впритык по времени должны были прибыть на побережье верхом на лошадях, а с повозкой это будет сложнее сделать. Может, от досады на это обстоятельство с откупом я загрубил:

– Я вижу, у тебя воинов много, и на войну ты не собираешься. За нападение требую с тебя сотню твоих всадников на месяц для войны в Теократии.

– Здесь у меня сборный отряд – погонщики, кожевники, мастера, бывшие рабы; люди, собранные в кучу только потому, что они мужчины.

– Что вы вообще не поделили с Фтоном? – вдруг стало интересно мне.

– Украл у него дочь, ещё до того, как император Хост войну объявил, – поясняет парень. – И это, по нашим обычаям, не повод к войне между родами – я ведь её в жёны взял.

– Звать тебя как? – спрашиваю я.

– Угулвек, а тебя, граф?

– Гарод Кныш я. – Что предложить сам хочешь для замирения?

– На побережье брат у меня младший с большим отрядом в пять сотен копейщиков, сотню он не отдаст, а сорок пеших моей личной гвардии на месяц твои. Все в броне, и обучены работать командой, – отвечает Угулвек.

– Хорошо, этот вопрос решили, – принимаю предложение.

Против ожидания до города Забелье мы успели добраться засветло. Повозка с неходячей Келиданой нас задержала, но со сменной парой лошадей мы в пути не тормозили и не отдыхали. Разумеется, к брату Фтона не едем, тупо занимаем ближайшие свободные номера на ближайшем постоялом дворе.

Утром опять в путь. На этот раз степной пейзаж меняется видами на горы. Донт идёт тяжело (это опять особенность породы моего боевого коня), и к обеду мы даже не достигаем перевала. Что плохо, отдохнуть тут особо негде – ущелье узкое, да ещё и непрерывный поток движущихся на войну людей мешает. Кое-как находим место немного пошире, и решаем отдохнуть пару часов. Сидим, уже чай пьём, мимо нас проходят нескончаемые вереницы всадников, повозок, пеших.

– В такую глушь забрались, и столько народу кругом, – шучу я.

Никто не смеётся – или чувства юмора нет, или замотались все. Две стычки в прошлом у нас, да и в дороге который день. Ничего, завтра будем на месте.

– Гарод, – пихает меня в бок Ригард. – Надо ехать, и так час лишний сидим тут.

Я уснул, оказывается! Но даже краткий сон помог оклематься, а досада на свою слабость придала дополнительные силы. На перевале, до которого мы ехали ещё три часа, свободного места много, и тут имеются настоящая таверна и с десяток постоялых дворов, правда, все забитые посетителями. По слухам армия вторжения будет численность не меньше миллиона!

– Задержимся тут? – предлагаю я своим спутникам.

– Ниже, в нескольких часах езды, есть удобная площадка в долине. Там имеется вода, да и торговцы рядом, – делает встречное предложение Ригард.

На стоянке закупили зерна и двинулись дальше.

Последнюю ночевку перед прибытием мы провели спокойно. Несмотря на то, что народу в долине собралось много, и было очень шумно, мы отлично выспались благодаря звуковому пологу, который я установил над нашим лагерем.

Горы закончились, и с высоты последнего перевала показалась густая растительность прибрежной долины. Сверившись с картой, мы свернули к имперскому тракту и ещё засветло прибыли на побережье.

Огромный порт раскинулся на берегу моря. Не столица, но сейчас, наверное, второй по величине жителей город в империи. Порт был вообще без каких-либо оградительных сооружений, и строения в нём не выглядели древними – только каменные постройки, отличные широкие улицы, вернее проспекты.

– Сам император его проектировал, – проинформировал меня Ригард.

Тысячи кораблей прибыли в порт и десятки тысяч людей до отказа забили широкие улицы города, поэтому нам к своему лагерю пришлось пробиваться с трудом. В порту царит всеобщее возбуждение, ведь завтра утром объявлен старт военной компании. Мы успели вовремя!

– Жаль, не смогли приехать раньше, я хотел общий сбор провести, – сказал мне при встрече командующий полком принца Одрила. – Придётся проводить мероприятие утром, хорошо хоть посадка десанта и выход кораблей у нас в час дня по плану.

Это невысокого роста крепкий мужик, почти полностью лысый. Звать его Баркли, он и командир полка, и глава моих общих войск. Уже обговорили этот момент. Я пока дал предварительное согласие – цейтнот у меня по времени. Для Баркли это третий набег на Теократию, правда, прошлые два особых дивидендов, по его словам, не принесли. Но и командовал он отрядом поменьше. Первый раз, семнадцать лет назад, вообще сотником был.

– А каким образом ты смог искателей заполучить с целый десяток? Вчера приходила их командир эскадры, наглая такая бабенка, – спрашивает меня Баркли.

– Они уже в моём распоряжении? – обрадовался я. – По случаю досталась эскадра. А большой у нас вообще флот высадки?

– Первым идёт императорский флот, он зачищает море от кораблей Теократии, мы идём во второй волне. Место высадки я знаю хорошо. Двадцать три судна принц выделил, но все войдём с трудом. Кони занимают много места. Ничего, обратно будет проще возвращаться, хотя может, вместо погибших трофеи достанутся хорошие, – деловито рассуждает мой командующий.

Кажется, что он особо не верит в успех высадки. Может, надо было другого ставить командующего? Ведь Баркли два раза уже били там, и он может инстинктивно бояться третьего. Но, поздняк метаться. Или нет? Посоветоваться бы с кем-нибудь. Наскоро прощаюсь и иду проведать командира тяжёлых конных сотен и моего родственника. Как-никак родной брат Ольчи, она ему и подарок передала.

– Ну, сестренка удружила! – радуется подарку Хеймдаль, командир почти полутысячи конных.

Вообще мой родственник мне глянулся – улыбчивый крепыш лет тридцати. Подарок же представлял собой маскировочный плащ, причем не магический, а сшитый из шкуры лесного кота. Кот этот только в Теократии и водится. Немного обидно, что не мне такой подарок преподнесли, но это их родственные дела. Передал ещё и письмо.

– Наёмники у тебя хороши, две сотни всего, но все с опытом войны в Теократии, молодец твоя Пион, – рассказывает про местные дела родич.

– Пьон она такая, – соглашаюсь я.

– А вообще скукотища тут. Потренировались мои высадке с кораблей – чуть ноги коням не попереломали, вот у Баркли полк натасканный. Место высадки мы тоже изучили досконально. Это небольшой прибрежный город, человек пятьсот вроде по данным разведки, оборонять его не будут. Ловушки, засады, ясное дело, будут, а вот трофеев там не найти. Горожане всё вывезли, за исключением камней, и то не уверен. Надо будет идти вглубь материка.

– А как тебе Баркли, как командир? – спрашиваю я.

– Серьёзный дядя, с опытом, битый уже там пару раз. Правильно его поставил, он и флотом командует, кроме этой твоей бабской эскадры. Но, себе на уме, у него есть задание от Одрила какое-то, я краем уха слышал. Вот его он и будет выполнять в первую очередь. Короче, я бы рассчитывал только на нашу сборную компанию, – поделился мыслями Хеймдаль.

– Чем крупнее отряд, тем меньше будет желающих на нас напасть, поэтому пусть он пока командует. Будет борзеть – у меня есть право даже снять его с должности. Кого ставить только? А церемониальная рота Давы и Флетчера как тебе?

– И эти ребята серьёзные – лучшие мечники, которых я видел, и сотник у них – мой знакомый по военной академии. Он первым был в выпуске, – ответил собеседник.

– А ты какой? И что за академия? – стало интересно мне.

– В столице она, для благородных – академия «Высокого боя». Все лучшие дуэлянты оттуда. Три года учатся там, а я был шестым в своём выпуске. Но выпуски там небольшие, по тридцать человек в среднем.

Мы ещё посидели немного, и я стал собираться спать. С остальными встречусь завтра.

Наш военный лагерь особыми удобствами не отличался, но для меня приготовили отдельный шатёр, я подозреваю, что это Баркли свой отдал. Лагерь хорошо охраняется, тем не менее Ригард меня повсюду сопровождает. Вот и сейчас он идёт впереди по улочкам лагеря.

– Стой, куда прешься? – слышу я сквозь свои мысли его голос уже на подходе к шатру.

– Мне нужен граф Ригард Кныш. Я командующая эскадрой, которую наша королева выделила ему.

Чёрт! Это баба лет тридцати, волосы заплетены в сотню косичек, короткий меч висит на боку. Цепь на шее явно говорит о знатности дамы. Камень-кулон на ней уж очень похож на камень в подаренном артефакте Ханитры. Так же мерцает, а значит, она доверенное лицо Ханитры. Придётся поговорить, что делать? Это в моих интересах обсудить план действий.

– Заходи, – киваю головой я.

– Молодой какой, – рассматривает меня, пожалуй, уже и тётка по возрасту.

– Этот недостаток быстро проходит, присаживайся, – указываю на диванчик я.

У меня в шатре и мебель есть.

– Выпить-закусить не предлагаю, спать собираюсь, давай сразу к делу! – смотрю на тетку я. – Как зовут тебя?

– Мелич, но это не важно. Давай сразу к делу, ты прав. Я хочу выкупить у тебя свою соотечественницу Келидану.

– Об этом потом, мы что, здесь собрались рабами поторговать? Какие инструкции тебе дала королева? – поморщился я.

Знал ведь, что этот вопрос возникнет. Ну, можно и продать рабыню, мне она зачем? У меня и флота-то нет, да и наглые бабы в Тороке.

– Ты не понял, это сейчас самое важное! Потом обсудим остальное. Завтра, например, утром, – подтверждает мои догадки об их наглости Мелич.

– Ну, завтра так завтра, тогда иди к себе на корабль, или где ты там ночуешь, я сегодня рабами не торгую, – раздражённо произношу я.

Глава 13

Раздражённо говорю я, вставая и собираясь выйти и найти Ригарда, чтобы он проводил женщину обратно.

– Граф, Келидана – моя мама, а её держат в клетке и насилуют! – заступила мне дорогу деваха.

– В клетке? Насилуют? Мама? – вычленил непонятки я.

Этой девице на вид около тридцати, а значит, Келидане вполне может быть полтос! А выглядит не старше дочки.

– Граф, нам ещё воевать вместе, – давит на разум командир эскадры.

– Насилуют? Кто посмел? – грозно схватил за шею тётки я. – А в какой она клетке сейчас? Веди!

– Ой, ай, … да как ты смеешь? – завыла в моих руках Мелич.

Размашисто бью её по щеке, не для унижения, а для приведения в чувство. Ибо клетку я ещё могу допустить дуростью своих подчинённых, но уж насиловать чужую рабыню – это зашквар!

– Кто насилует? Где клетка? Веди! – терпеливо, но уже по-доброму повторяю я.

– Да откуда я знаю кто? – пытается вырваться Мелич.

– Логично, откуда тебе знать хоть кого-то тут? – признаю я, и, отпустив женщину, спрашиваю: – Клетку покажешь хоть?

– Если ты ещё раз, хоть пальцем …, – потирая шею, шипит Мелич.

Пришлось ещё раз ударить девицу по щеке для приведения в чувство. Не пальцем, конечно, ладошкой.

– Не зли меня! Веди к своей матери. Накажу всех! И тех, кто посадил в клетку, и тех, кто насиловал! – с бесконечным терпением в голосе повторяю я.

– Да ты и насиловал, наверное! – вы всегда так делаете, когда мы попадаем к вам в руки! – отчаянно выкрикнула доча Келиданы.

– Стоп! Так ты выдумала это всё? – забрезжила догадка у меня в голове. – И Келидана сейчас мирно спит где-то в этом шатре! И никто её не насиловал. Ну, кроме, может бывшего её владельца, и то там такой пентюх …

– Я не верю тебе, а за оскорбления после контракта я …, – зло выговаривает мне Мелич, пока я тащу её на выход.

– Этой дать пинка под жопу и не подпускать ко мне на расстояние пяти метров, – отдаю приказание дежурящему у входа Джуну. – Келидана где?

– Спит у себя в покоях, – недоуменно говорит мой гвардеец. – Изволила заказать омовение после дороги, потом ужин, потом две бутылки «Изориского» с северной стороны склона. Сам приносил. Её охраняют, пост из твоих личных наёмников стоит.

– Врешь! – выпалила Мелич. – Хотя «Изорийское» – мамино любимое. Так с ней всё в порядке?

Указываю на гостью и даю команды:

– Эту не пускать ко мне больше, завтра утром проводишь её к матери. А откуда у рабыни деньги?

– Ты только артефакты забрал, а так у неё тысяч пять золотом с собой было, сам видел два сундучка, когда она на вино давала.

– Бардак во вверенных мне войсках, – мрачно говорю я и иду спать.

Утром торжественный осмотр моих войск. Я надел все свои знаки отличия – и мага, и императорские, и выгляжу сейчас товарищем Брежневым, не иначе, в конце его жизни причём. Келидана просилась ко мне утром. Похоже, дочка всё-таки навестила маму. Но мне не до баб сейчас.

Знакомлюсь с командирами, теми, кого вчера не видел. Командир роты, которую мне подогнали братья Дава и Флетчер, просит лично охранять мою персону.

– Лучшие бойцы империи у меня в роте. – Ну, одни из лучших. С магией в Теократии плохо, а сталь - и здесь сталь и там, – говорил Гато, рыжеватый парень моей комплекции, но постарше, и барон, между прочим, но захудалый (как шепнул мне братишка моей второй жены).

– Выдели два десятка, – подумав, разрешаю я.

– И ты два десятка выдели на мою охрану, – говорю я командиру сводного отряда наёмников, которых наняла Пьон.

Не похож он на военачальника. Хотя уверен, его приказы исполняются незамедлительно. Мрачный, огромный детина, с голосом как у парохода этот простолюдин по имени Теттах. Ещё один командир полусотни от моего недавнего обидчика хана Угулвека сидит с краю и в разговоры не лезет. Он только утром получил приказ своего господина и прибыл с отрядом за час до нашего сбора. Звать кочевника Нориль. Парней его я видел, не выглядят они степняками – все здоровенные, да к тому же пешие. Я как-то может неправильно оценил Угулвека, раз у него такой серьёзный отряд в гвардии. Да ещё и у брата младшего осталось четыре с половиной сотни бойцов. Серьёзный род.

Ах да, ещё два сотника от папаши Пьон. У них и имена похожи – Рибит и Фибит. Вот и приличная уже армия у меня собралась – больше четырех с половиной тысяч!

– Граф, к вам на совет просится командующая эскадрой «Искателей» блистательная баронесса Мелич! – торжественно провозглашает воин, стоящий на охране нашего шатра.

– Блистательная? Кто тебя такую ересь попросил сказать, она сама? Давай впускай. Что делать? Действительно надо поговорить, – раздраженно приказываю я.

«Блистательная»! Охренела баба.

– Ничё так, и вправду блестит, – цокает языком Теттах.

Узкие кожаные штаны, наверняка антимагические, изукрашены вставками из золотистой блестящей кожи, возможно, крокодиловой. Легкие латы на туловище тоже блестят. Ах да, вырез лат открывает вид на приличных размеров сиськи. Вчера я зря не оценил, уставший был. Но больше всего блестит замазанный яркой золотистой пудрой свежий синяк под глазом. Я, что ли? Нет, вроде. Джун? Но он парень исполнительный – сказали пинок – значит пинок, по лицу бить не станет.

– Граф! Благодарю вас за заботу о моей матери. По воле королевы Тарок моя эскадра в вашем распоряжении, – слегка поклонилась всем Мелич.

– Доложи, какими силами располагаешь? – приказываю я.

– Десять кораблей, на каждом по сотне десанта. Все мужчины – рабы на ментале. На каждом корабле шесть десятков экипажа. Есть ещё две баллисты, стреломёт, катапульта, таран, – четко отвечает Мелич.

– А тактика у вас какая? Какие операции, кроме десанта и таран, можете проводить? – деловито уточняет мой командующий Баркли.

Десант – не основное как раз, хотя можем и это. Имеется штурмовая сотня для взятия на абордаж других кораблей. Все экипажи действуют как одно целое. Не спрашивайте как – это наш секрет. Например, в бою все мои десять кораблей могут как атаковать один выбранный вражеский корабль, так и у каждого моего судна может быть своя цель и своё задание, которое я могу сменить в любую секунду.

– Однако, – присвистнул глава нашего транспортного флота, сухонький старый адмирал, который только что зашёл. – А мы всё гадаем, как это вы так быстро реагируете на изменения обстановки в бою, а у вас, оказывается, управление моментальное.

– Катапульты как используете? – уточняет опять Баркли.

– Можем обстреливать берег, можем корабли. Зажигательные бомбы, каменные шары, при ударе распадающиеся на сотни смертельных осколков, просто снаряды для крушения стен весом до ста килограмм. Шесть человек обслуги катапульты по выстрелу в минуту делают. Стреломет выпускает сорок стрел зараз, перезарядка шесть минут по норме. Баллиста кидает стрелу меньшей массы на расстояние до трехсот метров, против сотни у катапульты и стреломёта …

– Так! Детали обсудите позже, пора идти к войскам, – прерываю допрос я.

На улице нас ожидает целая армия. Построились быстро. Первое впечатление удовлетворило – вижу, люди обученные. Многие, судя по возрасту и шрамам, повоевавшие. Похмельных рож не замечаю, хотя, что ещё было делать две недели на берегу? Надо двинуть речугу, тем более она у меня заготовлена. Рассказываю о воле императора, о беззащитных прибрежных городках империи, не раз страдавших от набега теократов, о боевом братстве, о воинской славе, о богатой добыче, которую мы непременно возьмём. Людям нравится, гул, вроде как, ободрительный идёт. Командую посадку на корабли и иду собираться в свой шатёр. У входа меня уже караулит Келидана.

– Граф, разрешите отвлечь вас на минуту? – вежливо просит она.

– Заходи, – мотнул головой я, начиная переодеваться. – Выкупиться хочешь?

– Как раз нет, наоборот, прошу не продавать меня дочке, – удивила женщина.

– Продолжай, – заинтересовался я, раздевшись почти догола и начиная облачаться в защитный комплект одежды.

– Меня считали погибшей, и титул перешел к дочке, – начала рассказ рабыня.

– Точно! А она тебя выкупит и придушит? Это ты ей утром синяк поставила? – радуюсь догадке я.

– Синяк я поставила, за споры с матерью, а титул мне не нужен. Я молодая и красивая женщина, а если буду баронессой, то Ханитра заставит меня, как и других глав родов воевать. А мне надоела походная жизнь за… за эти годы, – не раскрыла секрет своего возраста Келидана. – Я сама выкуплюсь после войны, когда Ханитра уплывет к себе.

– Что, так всё плохо у вас в королевстве? – стало интересно мне.

– Ужас! Постоянные войны, интриги, ссоры. У Ханитры бывает плохое настроение, тогда хоть в пещеру под скалу лезь. Владение у меня скальное – небольшой островок, пара сотен рабов мужчин и тысяча подданных женщин. Кроме как войной, мне эту ораву кормить нечем! Надоело! Пожила для королевства, для дочки, надо и для себя пожить!

– А на омоложение где деньги взяла? – спрашиваю я.

– Деньги – не проблема, есть они. Тем обиднее, что, имея их, живешь хуже, чем у вас рабы живут.

– Ты красивая – наверняка, будешь иметь успех в столице, при деньгах – значит, сможешь выбирать, а титул какой-никакой у тебя останется, – признал я. – Что за выкуп дашь?

Келидана расстегнула пуговичку на платье, и я заржал:

– Это я и так возьму, хоть сейчас! Деньги меня тоже особо не интересуют, предложи что-то ещё.

– Деньги никогда не лишние. Три тысячи золотом и … и – могу взять твою эскадру под свое командование, опыта у меня больше, чем у дочки, потерь меньше будет, – предлагает пока ещё моя рабыня.

– Мало этого. Деньги я у тебя случайно не забрал, а эскадру вашу мне не жалко, – отвечаю я, собирая вещи в дорожные сумки.

– Знаю я городок, где вы высаживаетесь – дыра, и взять там нечего, кроме камней, – секунду подумав, продолжила торг Келидана. – Но есть в глубине материка одно богатое местечко – некий замок. Солидный, конечно, и без катапульт его не взять. Но с одной стороны от него расположена скала, поэтому захватить замок можно будет. А за ним город есть, там тоже поживиться будет чем.

– И что, никто раньше не пытался? – сомневаюсь я.

– Дураков нет, единственная дорога перерыта крепостью, но если её взять …

– Наверное, надо обсудить ещё с кем-нибудь, – ещё сомневаясь, но уже желая, говорю я.

Глава 14

– Набег больше сотни километров вглубь побережья – это рискованно, – заявил командующими моими войсками Баркли. – Данные о городе у твоей Келиданы старые, там вполне целая вражеская армия может стоять, а если и нет её, то подгонят за пару дней откуда-нибудь.

– Граф, как хорошо, что я успела вас застать! – слышу знакомый голос.

Оборачиваюсь и точно – моя рабыня магесса Грей. Купил её по случаю задёшево в прошлом году, всего тысячу сто золотом отдал, что за магессу одиннадцатого ранга немыслимо низкая цена. А она уже двенадцатого ранга, кстати. Попала в рабство за воровство императорской собственности, могла согласиться на обрубание рук. С тех пор она уже окупила не раз себя, ещё и ментально ко мне привязана, то есть вреда причинить не сможет даже в теории. Высокая, стройная, сочная, с красивой большой грудью – да она и без магических умений столько бы стоила!

– Расцвела, ранг взяла, ещё и Сандаю помогла. Молодчинка! – хвалю я. – Давай на посадку! На мой корабль. А который мой, кстати?

– Да выбирайте, граф, любой, они все одинаковые, обычные транспортники – говорит Баркли.

– Каюты в котором самые шикарные? – не ведусь я.

Что? Я свои права знаю! Более того, я тут босс намбер ван! Не поймёт меня окружение, если я буду ютиться хрен знает где.

Занял ближайшее судно, выгнав капитана из его апартаментов – ничего пару дней победует на гамаке. Он было заикнулся, что по славным морским традициям в море командует капитан, но я ему в два счёта доказал, что он неправ, ведь мы ещё не в море, а в порту. Грей тоже рядом поселил, в каюте поплоше. Кого выгнали оттуда – мне неинтересно.

За час до отплытия собрал всех своих военачальников и Келидану с нарисованной картой местности в своей каюте.

– Надо брать и замок, и город, – алчно говорит Хеймдаль, брат Ольчи и командующий полутысячей тяжелой конницы. – Врагов бояться, в лес не ходить!

Королевство Сетин не из богатых, да ещё кругом враждебные джунгли. Короче, деньги им очень нужны, а воинов хороших они и так сверх меры имеют.

– Ну, не скажи, твоя конница на стены замка не полезет, – желчно спорит Баркли.

М-да, битый два раза в Теократии мой главнокомандующий если не трусоват, то уж очень осторожен.

– А я согласен на штурм! Дадите нам лазейку в замок – моя рота вырежет весь гарнизон замка, – поддержал Хеймдаля сотник роты принцев.

Вот ему я верю! Рыжий Гато, несмотря на свой возраст чуть за тридцать, участвовал не в одном десятке конфликтов, пока не занял свой пост.

– На расстоянии сотни километров в глубине материка могут любые силы противника находиться, а если и нет их, то подойдут быстро, – терпеливо поясняет Баркли.

– Откуда они подойдут? Высадка будет по всему побережью, и, чтобы отразить её, враг все силы напряжет. Не будет там резервов больших. А если и будет – нас-то зачем император отправляет? Воевать или изображать войну? Кроме того, крупных городов Теократии не грабили уже лет сто, значит, не должны ценности быть вывезены из поселений, расположенных вдалеке от берега. Вот смотрите, карта, пусть и пятилетней давности, но новые дороги в лесах так быстро не строятся. Вот здесь и здесь перекроем постами дороги. Магов там нет. Поставим сотню вот рыжего этого, и они там хоть день держать оборону будут, мечами парни работают как мой папаша покойный, – рассудительно говорит Теттах.

Все в изумлении уставились на командира моих наёмников. Громадный дядя с лицом медведя. И ведь полное впечатление, что нет в его голове ничего, кроме базовых инстинктов, а как всё чётко аргументирует! Интересно, где Пьон его нашла?

– А, ы, …, – одобрительно мычу я.

– Голова! – хлопает по плечу громилу Хеймдаль.

– Ну, так-то да. Нас император не прятаться послал! – поддержал Гато. – А за Хосту и умереть не страшно. Да, Баркли?

– Да! – признал Баркли, впрочем, думаю, неискренне.

– Итак, решено! Все по кораблям, к отплытию! – бодро командую я.

– Славный воин, – масленым голоском сказала Келидана, когда все ушли. – Эх! Бери меня с собой! Подскажу может чего, я те места немного лучше вас знаю.

Мотнув башкой в знак согласия, ушёл на палубу наблюдать отплытие транспортников. Запала она на Теттаха – сразу видно.

«Искатели» Мелич уже вышли в море и двинулись к берегам Теократии, а мои двадцать три транспортника, один за другим поднимали паруса и двигались в том же направлении. Моё судно в середке. Выйдя из залива, я на минутку выпал из реальности, увидев перед собой грандиозную картину – тысячи кораблей заполнили всё видимое пространство. Боевой флот империи вышел ещё утром на расчистку пути, но и остальные суда внушали уважение. Громадные десантные корабли, которые вмещают в себя сотни три всадников, способных атаковать берег с моря, транспортники поменьше, в основном с пехотой, судна снабжения с нанятыми купцами, мелкие шустрые разведчики, корабли связи, а также величественный и вычурный личный флот аристократов. Вижу тут же громадный корабль королевства Сетин, в котором недавно находилась моё баронство. И как они смогли перегнать корабль из внутреннего моря? Это тысячи четыре километров в обход империи Аками. Хотя хороший маг может прилично разогнать судно, а уж если их с десяток, то за неделю с этой задачей реально справиться. Я тоже могу помочь капитану, наполнив паруса ветром, но есть походный ордер и нарушать его черевато, в первую очередь для меня. Ну, вырвется мой корабль вперёд, а смысл? В одиночку берег штурмовать?

Иду проведать моего Донта в трюм корабля. У меня самая лучшая каюта на корабле, а у него лучшее стойло в трюме. Он накормлен, напоен и обихожен. Чем занять день?

В районе нашего старта расстояние между материками (не знаю, Теократия – материк или большой остров?) примерно шестьсот километров, сводный походный ордер движется со средней скоростью пятнадцать километров в час и, если не будет проблем с бурями или врагами, то высадка на берег состоится ровно через сорок часов, то есть послезавтра утром. Со мной на корабле, кроме Ригарда, два десятка от церемониальной роты, два десятка от моих наёмников, Хисан, Джун, Тарак и Ригард. Остальное пассажиры – пехота полка Баркли. Какая-то там пехотная сотня, они и не выходят на палубу, а вот меня и Ригарда капитан пригласил на обед в небольшую кают-компанию.

Экипажа на транспортнике всего три десятка, и из старших офицеров, кроме капитана, имеются боцман и старпом. Келидану и Грей я брать не стал – они рабыни по статусу, боцман, впрочем, тоже ушёл сразу после того, как откушал вполне приличное жаркое из лосятины. Сидим, обсуждаем будущий набег.

– Ты не обижайся, граф, – обращается ко мне старпом – невысокий молодой виконт. – Но много прав ты своим рабыням даёшь. Рабов, а баб в особенности, надо держать в черном теле.

Наверное, он прав, но земное воспитание никаких рабов не подразумевало, а баб я никогда лишний раз старался не трогать.

– Нет у них никаких прав, кроме тех, что я сам им даю. Так значит, ты хочешь сказать, что я должен у кого-то спрашивать, что мне со своим имуществом делать?

– Нет, неправильно я выразился! – переменился в лице испугавшийся старпом.

Нарезался я, раз в бочку лезу, надо спать идти, хотя рано ещё.… И всё равно – бухать хватит. Только я собрался встать и уйти в свою каюту, как вдруг в чистом безоблачном небе сверкнула молния. Потом другая, третья, и удары посыпались градом на флот вторжения! Кое-где вспыхнул пожар, я попытался прикрыть наш корабль щитом, но очередной удар прошил его, ударив в корабельную кормовую баллисту! Начался пожар. Я моментально гашу его водяной волной. Второй удар молнии – и старпом, уже выскочивший из кают-компании, летит за борт. Но тут на палубе показалась Грей. Она ставит зеркальный щит над кораблём, причём вогнутый, чтобы не отразить молнию в соседние судна, второе её заклинание вытаскивает из моря упавших за борт, в том числе и старпома. Обычная ловчая сеть, заклинание из «раздела земли» почему-то.

– Спасибо, великая магесса! – говорит бывший матёрый сексист старпом, стуча зубами от холода.

Тем временем буйство стихии закончилось. То там, то тут ещё гасят остатки пожаров, некоторые суда вообще пошли на дно, и сейчас их экипажи и пассажиров вылавливают из воды. Начинаю связываться по амулетам связи со своими кораблями. «Искателям» такие молнии не опасны. На восьми моих транспортниках был пожар, погибло двадцать три человека и полсотни ранено. А всего-то часа четыре в пути! Мой оптимизм начинает улетучиваться. Теократия – серьёзный соперник. Потери небольшие, но обидные, хотя выпавших за борт в результате удара молнии или потопления кораблей спасли почти всех. С лошадьми получилось хуже – если корабль горит или тонет, бедной лошадке деваться некуда. Сходил, проведал своего Донта ещё раз. Всё хорошо там! Иду к себе в каюту почти трезвый. Келидана всё веселье пропустила, но информацию по случившемуся мне дала:

– Это редкое явление – «дар бури». Такой дар заряжают лет пять, причем подпитка должна идти постоянно, то есть корабли Теократии бывали тут часто.

– Могли нанимать купцов и размещать тайно там своих магов. Или, … вон островок виднеется. Под личиной какого-нибудь рыбака там вполне могли жить теократы, – предположила Келидана.

– Откуда у них маги? Вроде там у них даже магического фона нет, – заинтересовался я.

– Тут в море фон есть, а магов они могли наших нанять, или в рабство захватить, – ответила Келидана.

Напился я на свою голову, дурак, и не сообразил, как защитить судно. Вместо зеркального щита поставил личный, против магически атак, а молнии из заряженного «дара бури» – это чисто природное явление. Хорошо, Грей рядом, опыта у неё больше, хотя как маг я может и сильнее её. Так-то я хотел и завтра бухать от нечего делать, а нельзя. Война уже началась!

Глава 15

Несмотря на бодрое начало нашего пути, дальнейшее продвижение до Теократии прошло без особых эксцессов. Разве что Мелич, командир эскадры Искателей, разбудила меня в ночь перед высадкой десанта.

– Взяли на абордаж небольшое судно-разведчик, маскировались под наше судно снабжения. Сейчас ведем допрос экипажа, … ну тех троих, что выжили, – проинформировали меня.

И зачем было будить? Могла бы уже по результатам допроса связаться со мной. Артефакты связи хоть и разовые, но всё равно денег стоят. Эх, вот чего не учёл, так это того, что у меня нет заплечного дел мастера – ни ката, ни палача. Самого необходимого нет! Чуть не сказал – «нужда проклятая». На самом деле лень моя раньше меня родилась. Ничего нового нам захваченные враги не сообщили, только то, что основной флот Теократии ушёл в открытый океан – не хотят они встречаться с объединённым флотом императора Хоста. Мелких и шустрых разведчиков Теократии не так-то просто вычислить. Молодец Мелич, надо будет её поощрить.

Спать больше не хочется. До берега остаётся около сорока километров, и мы становимся на стоянку. Сейчас, по изменённому плану, почти тысяча десанта с «Искателей» Мелич высаживается в зоне нашей ответственности. Следующая волна – это одна из пехотных тысяч полка Баркли, а потом уже по плану я и прочие подразделения. Высадившиеся сейчас осматривают несколько близлежащих островков на предмет «что бы украсть». Пока голяк с добычей. Острова небольшие, крупных поселений на них нет – так, пять-десять хижин рыбаков. Ну, на доход оттуда мы и не рассчитываем.

Жителей в Толибе, так называется этот городок, не оказалось, о чем мне доложили только что. Даю команду на высадку пехоты Баркли и продвижение десанта королевства Торок дальше вглубь. Пора и нам ступить за землю наших врагов. Почти причалили, уже смутно виднеется залив и строения на берегу. На выступающем мысе стоит маяк. Почти такой же, какой я видел на Земле, когда в своем детстве ездил с мамой к её брату – дяде Грише. Такая ностальгия меня пробила по прежней жизни! Мне вдруг стало немного грустно и щемяще-приятно. Дядька мой рыбаком был, и я даже пару раз с ним выбирался в море на его лодке. Сразу вспомнилось, как же хорошо было тогда, и почему-то предвкушал, что будет хорошо и сейчас. Тем неожиданнее был удар по моей психике, когда мы миновали маяк. Я вдруг ощутил себя не молодым парнем, которому ещё и восемнадцати нет, а древней развалиной. Будто вырвали у меня хребет. От неожиданности я даже сел на палубу, заметив краем глаза, что и Хисану так же плохо. От меня ушла магия! Даже не так – не магия ушла, а ощущение её. Я понимаю, что магичить ещё могу, но только за счёт своих внутренних сил. Я словно связан по рукам и ногам и брошен в воду. Не ожидал, что будет так, никто ведь не предупреждал. Ну нет на материке восполнения магического резервуара, казалось бы – и что такого? На Земле тоже нет, и я не страдал от этого. А тут хреново мне, привык к своим возможностям. Встаю и с удовлетворением понимаю – мне становится лучше. Но это состояние было недолгим! Высокий, чуть ли не сорокаметровый маяк, вдруг без звука стал заваливаться на корабли, набившиеся в гавань Толиба! Поскольку мой корабль был ближе к маяку, чем другие, я отреагировал молниеносно. Сам от себя такой прыти не ожидал! Моментально бью по падающим камням деформацией, разрушая их в пыль! Случилось сразу несколько последствий этого – нас осыпало пылью, и мой запас сил опустел, а он не маленький был. Ну, и я понял, что взял ранг! Машинально ударил тем заклинанием, под которое попал при нападении Угулвека. Другие маги тоже отреагировали, поставив защиту, какую кто смог. В результате высадка задержалась, пришлось выйти кораблям с магами из гавани для накопления маны.

Высадился я на берег уже вечером. Идёт мелкий противный дождь. Очень необычно всё вокруг, не как у нас. Странные деревья, непривычного вида дома, отлично замощённые улицы этого небольшого порта. Дома разные, есть и каменные, есть и из местного дерева. Всем места в городке не хватило, поэтому часть войска встала, считай, в лесу. Но обученные люди (а других у меня в войске нет) без труда справляются с бытовыми трудностями. Продукты с собой, фураж – тоже, даже вода есть, но её экономим и берем местную водичку из небольшого ручейка, что впадает в залив. Есть здесь и колодцы, но все соблюдают осторожность и проверяют, не отравлены ли они? И точно, примерно половина колодцев завалена или отравлена. Потери от разных ловушек небольшие – десяток погибших всего.

Общее собрание проводим вечером, составляя план действий на завтра.

– Обследуем ближний лес. Дорога впереди завалена, мост через реку разрушен, но в радиусе пяти километров врага нет, уверен, – докладывает командир сотни егерей Фибит.

Хорошо, что Доранд Де Ро, отправил их с нами! В лесу, даже незнакомом, они как дома.

– Большая река? – спрашивает Баркли. – И как далеко от города?

– Там ещё пара рек будет, не таких широких, но не сомневаюсь, что и там мостов уже нет, – вставила свои пять копеек Келидана. – Плюс потом будет горная гряда, в её ущелье и находится замок, перекрывая самый широкий путь. Наверняка есть перевалы, только я их не знаю.

– Метров двадцать шириной, впадает в море где-то левее порта, – охотно отвечает Фибит. – А перевалы и разведать можно.

– Лагерь охраняется постами. Напомните, граф, сколько мы на месте высадки людей оставим? Не все же на штурм замка пойдут? – спрашивает командир моих наёмников Теттах.

– Мои сотни не пойдут с вами, – неожиданно говорит Мелич. – Не было такого приказа. Эскадру в бой отправлю, абордаж, если надо – без проблем, десант на берег тоже можем высадить, но штурм замка – нет, если он не прибрежный.

Логично. Люди у неё под другие задачи заточены. С другой стороны – можно хоть не переживать за сохранность нашего базового лагеря и транспортных судов. Один из полковых магов уже доложил координатору высадки императора о наших успехах. Не везде высадка прошла гладко, и не везде корабли флотов не встретили сопротивления. Были потери, пока, как сообщили, приемлемые.

Хорошо, что у Баркли есть инженерная сотня, которая завтра утра будет расчищать дорогу вглубь леса. Иду на место своего ночлега. Это что-то вроде отдельной каменной усадьбы в три этажа. Вообще, камнем замощено всё в городе, в столице империи такого нет. И камень такой… красивый, хоть выламывай да вези к себе! Если другой добычи не будет. Ещё лес местный тоже в цене. Совсем пустыми бы не поехали, но в ноль без грабежа поселений выйти трудно. Рабов бы ещё набрать, эти всегда в цене будут. Все хорошие места на побережье Теократии, вроде золотых рудников недалеко от берега, захвачены людьми важнее и родовитее, чем я. Большие города, где всё добро местное население не вывезет, тоже штурмуем не мы. Всё-таки я мелкая птичка в масштабах империи.

Заходим в дом, кроме меня тут ночуют мои гвардейцы и Келидана. Плюс сорок человек у меня на охране территории. В доме пусто, как сказали бы на Земле – «даже лампочки при переезде выкрутили». Тут, конечно, их нет, а вот светильники стояли, причём я вижу не магические, а масляные – копоти много на потолке. Умничка Пьон с собой дала мне тоже и светильники, и запасы горючего масла. Я вот об этом не подумал, а она сообразила. Матрас даже дала походный – отличная штука. Спальное место у меня на полу. По привычке пытаюсь поставить звуковой полог, но вовремя останавливаю себя – запасы маны не безграничны. Спокойно поужинав, ложусь спать в отдельной комнате, тут даже камин есть, но в помещении тепло, и я не проверяю, в каком он состоянии – завтра целый день ещё тут провести придётся. Пока разведка обследует наш маршрут, пока расчистят дорогу, может даже пара дней пройти. Ничего, не под дождём спим и хорошо, а на улице дождик капает всё сильнее. Внезапно ко мне в комнату проскальзывает Хисан.

– Гарод, под полом кто-то есть, – шепотом сообщает мой диверсант.– У меня есть артефакт для проверки на пустые полости в стенах – хороший, семейный. У меня не такая шикарная комната, как у тебя, а рядом с выходом, и часть дождя попадает на пол через окна, но луж нет, значит, вода убегает сквозь него. Я просветил своим артефактом эти места и вижу, что там пустоты!

– Что, сразу проверить не мог? – возмутился я.

– Когда? Совет же общий был! А я перед самым советом на берег высадился, сюда только что зашёл, – отмазывается Хисан. – Вот проверяю.

– Может, хрен с ним? – зеваю я.

– Может, а может, вырежут нас ночью, – мрачно говорит мой наёмник.

– Придётся самому проверить, – признаю справедливость слов Хисана я. – У меня тоже артефакт есть, сейчас найду, а ты пока Ригарда позови.

Черт, где же он? Можно плюнуть и просканировать магией, но берегу силы. Вообще, надо было спать на втором этаже, подальше от крыши и подвала.

– Давай-ка, Гарод, на улицу, пока мы дом ещё раз не проверим, – сурово говорит Ригард, заходя ко мне в покои.

С ним зашли Джун и Крит, уже в броне и с мечами наголо.

– Вы очумели тут? Сейчас сам всё проверю, не будем ни с кем биться! – возмутился перестраховщиками я. – Вход в подвал не искали?

Тут раздался скрежет, причем не только у меня, а где-то рядом за стенкой тоже, пол начинает проваливаться … Ригард, Джун и Кант сразу рухнули вниз, через пару секунд сорвался и Хисан, отчаянно цепляющийся за стены и моё имущество. Я был с краю и попытался прыжком выскочить из комнаты. Не смог, помешал мешок, в котором я рылся накануне, не догадался его выкинуть!

Сваливаюсь в темноту! Лететь метра три-четыре, и приземляюсь я удачно – … на свою кровать, которая свалилась туда секундой раньше. Слышу ругань своих спутников, и место, куда мы упали, осветилось светляком, который Хисан, несмотря на экономию магических сил, всё же зажёг!

Глава 16

Не поскупился, от души всё осветил, но глаза бы мои не видели этого – огромная зубастая морда приставлена к туловищу червяка. Размер червя в диаметре метра два, и в данную секунду монстр терзает воина из церемониальной роты, а значит, пол провалился и в соседней комнате, так как там у моего поста охраны была караулка.

Округлый рот с сотней острых зубов по краям легко перекусил туловище несчастного в один момент и проглотил половину! В следующую секунду успеваю понять, что нам отсюда особо деваться некуда – единственный выход в подвале загорожен тушей монстра. Можно, разумеется, выбраться через верх, если как-то зацепиться за стену, ну, или по веревке, если бы нам её кто скинул. Тут всего три-четыре метра вверх до свободы, но, боюсь, зубастая тварь не станет ждать, пока мы сбежим, и наше количество уменьшится.

Червяк тем временем сжавшись и резко разогнувшись, выскакивает из своей норы и поворачивает морду к Хисану. Тот бьёт огнём, потом молнией, но безуспешно, ещё одно сжатие и разжатие длинного туловища – и только неимоверная ловкость диверсанта спасает его от участи погибшего бойца. Хисан успевает ускользнуть, а клацнувшая зубами закрывшаяся было пасть твари опять открывается, и голова червя, чуть довернув влево, делает бросок на этот раз в сторону Ригарда. Тут её ждёт облом. Если у Хисана не было ничего в руках, то Ригард весь в броне и с мечом полутораметровой длины. Резкий удар сверху вниз разрубает верхнюю часть рта зубастика. Ригард среагировал быстро. Пока я хлопал глазами, он уже понял, как бить эту гадину. Червяк содрогнулся от удара, опять сжался, и нам в головы ударил неслышный для ушей визг. Эта тварь ещё и менталом балуется! Неслышный крик раненого червяка тем не менее наносит реальный урон всем, кроме меня. У меня есть амулетик на защиту от ментальных атак, который в один момент разряжается. Но в моей руке уже фамильный меч, которым я пользуюсь хуже, чем мой сотник, но зато удар у меня сильнее. Я здоровый мальчик, весь в папашу.

– Спасибо матери с отцом за то, что вырос молодцом! – кричу я, разрубая теперь нижнюю губу монстра!

Кроме меня никто сопротивляться не может – все от ментального удара ещё не отошли. После моего удара больше визгов не было, а значит, это оружие у чудовища не многозарядное. Червяк пытается скрыться. Для этого он старается вылезти из норы полностью. Мама родная, роди меня обратно! Метров десять, не меньше, в длину! Но, как говорили у нас на Руси, – глаза боятся, а руки делают! Рублю голову монстру, благо он тычет ею в каменную стену, промазав мимо норы, откуда вылез и куда пытается удрать. Стою я сбоку, и бить мне удобно. За головой червя имеется небольшой бугристый отсек, который отделяют его башку от туловища, туда и бью со всей дури. Десяток размашистых ударов раз за разом разрывают блестящую плоть твари.

– Гарод, ставь щи-и-и-ит! – слышу я истеричный крик Келиданы.

Ставлю щит огня машинально. … И вовремя! Я мечом задел какой-то резервуар в червяке, который взорвался брызгами чего-то ослепительно оранжевого. Щит дрогнул, но выстоял, червяк, разделённый на две неравные части, затих, даже не дернувшись на прощанье.

– Это кислота, которая прожжёт даже камень, – поясняет Келидана, указывая на шипящие стены нашей темницы, которые буквально плавились как масло на сковороде.

Кстати, на броне Ригарда тоже пара шипящих дырок, остальные наши товарищи по битве целы.

– Ты-то как сюда попала? – интересуюсь я, заново оглядываясь.

Ригард, Джун, Кант, Хисан и Келидана, ещё два живых подчинённых моих малолетних друзей-принцев и половинка их товарища. Высокий потолок, три-четыре метра до него, гладкая каменная плита под ногами, поверженный червяк и дыра, откуда он выбрался, и куда не успел вернуться.

– Как и все. Из своей комнаты провалилась вот этой твари на обед. Гарод, а как ты его убил? Это червь Минос, страшное существо, живет в пещерах. Ничего его не берёт из магии, мечом убить можно, если компания большая соберётся, но сложно и долго, да и он обычно не ждёт, пока погибнет. Повезло нам, что он не полностью успел выбраться из своей норы, хвостом он машет лучше, чем ты рукой, а на конце, видишь, у него жгуты? Они ядовиты. Обычно оглушает менталом и спокойно пожирает жертву. Ну и кислота, которая у него хранится именно в курдюке у шеи, тоже не подарок.

– Граф, ты как? – в подвал спрыгнул Хеймдаль и ещё пяток бойцов.

– Смотри, какую тварину мы с Ригардом завалили, – хвастаюсь как ребёнок я.

– Я ударил всего один раз, – открестился от моих заслуг мой боевой товарищ Ригард.

– Надо разделать его, столько ценных ингредиентов пропадает. Граф, позволь, я этим займусь, – заволновалась Келидана.

– Эй, наверху! Лестницу сюда сделайте, и помогите вон ей червя разделать, – кричу встревоженным лицам сверху. – Он один живёт или их там, в норе, много может быть? Выводок целый?

– Он один всегда, у них ни самцов, ни самок нет, все одного пола, – деловито поясняет моя осведомлённая рабыня.

– Гермафродит, значит, – на русском языке припечатал я.

– Гадость ещё та, – поддакнул печальный Ригард, рассматривая дырки в броне.

– Предлагаю прогуляться до его логова, посмотреть, откуда он вылез! – весело говорю я, осторожно обходя лужи с кислотой.

– Ты уж извини, я первый, – опережает меня Хисан.

– Граф, а давай мы тебе потом расскажем, – просит Хеймдаль.

– Ну, уж нет! – возмущаюсь я.

Вооружившись как следует, в том числе арбалетами с артефактными болтами, идём толпой по тоннелю. Его высота позволяет нам не нагибаться. То там, то тут попадаются отростки поменьше диаметром, но мы идём по главной дороге. Светляка кидать не стали, зажгли артефакт. Дорога ведёт нас вниз, причем градус наклона растёт. Наконец, выруливаем в большую пещеру размером в пару гектаров, где высота потолка уже метров двадцать. В пещерах мне всегда неуютно, не то чтобы клаустрофобия, просто не нравится. Кажется, что стены и потолок давят на меня, а в этой ещё и неуютно, полное впечатление, кровь мою пьёт по капле это громадная подземная пустошь. Или душу. Бррр. Здесь светляк уже особо не требовался, свет давали грибы, обильно покрывавшие стены. Да, червяков тут не было, зато был скорпион-переросток. Шесть ног, извилистый волнообразный хвост, хитиновое тело, клешни, и большие выпуклые глаза, зелёные, как изумруды. Размером он был выше меня. «Что он тут ест?» – мелькнул лишний вопрос в моей голове.

Скорпион, коротко стрекотнув, резво обратился к нам своим хвостом, желая достать его шипастым окончанием. Но мы, уже выпустив пяток арбалетных стрел, были готовы к этому.

Тварь сделала рывок. Я инстинктивно пригнулся. Оказывается, наш новый противник шустро работает не только хвостом, но и клешнями! За малым меня не достал, я успел отпрянуть! Зато передо мной открылся хитиновый бок скорпиона. Наношу мощный удар. И тут успеха достигает удар Хеймдаля в зелёный глаз соперника. Ещё раз стрекотнув, тварь без жизни падает на каменный пол.

– Гарод, надо уходить отсюда, мало ли кто ещё вылезет? Вон смотри сколько тут дырок, – озабоченно сказал Ригард.

– Щас, ага, – возражаю я, направляясь к куче чего-то блестящего.

Десятка три вещей разного плана, некоторые из них помятые и потускневшие, но видно, что ценные. Похоже, передо мной то, что не смог переварить червяк-переросток, а значит, из ценного металла. Выжили же они в червяке как-то, точно вещи не простые! Упс, а вон и кандалы, причем как новенькие! Очевидно, червяка кормили и узниками. Свет, идущий от стен, плохо освещает пустой зал, но мои соратники разбредаются по залу в поисках интересного.

– Боец! Иди сюда. Вот мешок, собирай эту кучу, – отдаю команду я воину и иду смотреть, что там разглядывают Ригард с Хисаном.

Оказалось, огромный череп червя размером метр в диаметре. Других костей у твари нет.

– Уже не зря сплавали, первый раз такой череп вижу, – возбуждённо говорит Хеймдаль.

– Там ещё куча вещей, бронь, наручи, наручники, даже корона – тоже, думаю, немалая ценность, – важно говорю я.

– Это, наверняка, какие-то алхимические сплавы, может разряженные артефакты, ерунда, в общем, а череп, скорее всего, выкупит император Хост. Есть у него такая забава – собирать кости вымерших рас и животных. Коллекция редко пополняется, поэтому и цену канцелярия всегда даёт хорошую, – информирует Хеймдаль. – Например, на деньги от продажи такого черепа вполне можно купить «Искатель» или небольшой городок. Или землёй может наградить император вместе с титулом! Огромная ценность!

А я вспоминаю, что у нас с Одрилом соглашение о разделе добычи пятьдесят на пятьдесят. Нафига я брал сюда его людей? Я главный! Оставил бы в том подвале, куда мы упали, и все доходы мои. Крепок я задним умом.

Решаем благоразумно не лезть в отнорки большой пещеры и возвращаемся в подвал, где завалили червя.

– Тоже ценная тварь, мокрица ядовитая, не помню название, – оценила нашу добычу Келидана. – Ух ты, какой череп! Видите, он прозрачен на свету, а в внутри кости сетка. Скорее всего, выведен магическим способом!

Да, на свету видно хорошо, что череп прозрачный, не как стекло, но как, скажем, пластик, и сетка не пойми чего внутри кости виднеется. Опытный я командую своим наёмником обследовать подвал и громадную пещеру ещё раз. Посылаю с ними Грей и Хисана, ну и бойцов полсотни. Ригард за старшего, Теттаха, командира моих наёмников отправляю вперёд к замку, пусть ставят лагерь подальше от берега.

Опять отплываю с материка подзарядить артефакты, да и самому вернуть магические силы. Хорошо ещё на самом берегу стоим, и это сделать просто, а в глубине Теократии такая фишка не пройдёт. Останусь без магии быстро.

Вечером опять совещание, и на этот раз новости нерадостные.

Глава 17

Ладно, ещё не боевые потери, это мы закладывали в расчеты. Три человека выбыли из строя по этим причинам, но вот две засады на главной дороге и несколько стычек егерей с теократами в лесу отняли у нас ещё полтора десятка человек. Только сейчас я в полной мере оценил ценность сотни егерей, которых дал папа Пьон. Но с основной задачей передний дозор справился, и на расстоянии половины пути от берега до запирающего дорогу замка расположилась наша временная база. Завтра с утра наметили общий выезд в её сторону. В городишке останутся наёмные воины с «Искателей». Наученный горьким опытом прошлой ночи, на этот раз я расположился на втором этаже. Заснуть не успел, часовой доложил, что ко мне просится Келидана.

«Что ж, самое время сбросить стресс с покладистой и красивой женщиной», – решил про себя я и … не угадал.

– Граф, надо до конца обследовать пещеру, мокрица – это довольно ценная вещь, плюс незнакомые кости. Оставь старшего от себя, и пусть десантные сотни с Искателей прошерстят всё ходы в подземелье. Солдат у тебя много, да и не жалко их, – деловито предлагает Келидана.

– Резонно. Кого только из своих оставить? – размышляю я вслух.

– Грей, Хисан, Ригард тебе самому пригодятся, остальные – обычные гвардейцы, – поделилась мыслью тетка.

На свое походное ложе я её всё-таки завалил. Чего бы и нет?

Утром оставляю за старшего в лагере Джуна, тот, конечно, разочарован, он, как и все мои гвардейцы, рассчитывает на добычу, но не спорит – знает, что я этого не люблю. Движемся по вполне хорошему широкому тракту, по которому можно ехать в три повозки в ряд. Да, повозок у нас с собой много, вся моя огромная армия потребляет от души.

Разглядываю диковинные деревья – совершенно иная флора тут. Вот, например, длинные и тонкие, как стрелы, стволы, а на верхушке в виде букета растут цветы и плоды такой яркой окраски, что глаз режет.

Война войной, а обед по расписанию, тем более, мы достигли реки, мост через которую уже починили, вернее, проложили заново. Основная армия обедает, не пересекая водную преграду. Тут луга обширные, деревьев нет, и места хватит даже трём тысячам человек, а это немало! Но я решаю дать отдых нам, ну, и коням своих спутников, и ничуть не уставшему Донту, на том берегу – он более покатый и к реке ближе можно расположиться.

Пообедав, я меланхолично смотрю на течение небольшой реки, подмечая активность водного мира. Тут и рыбы, и различные насекомые, и птицы, охотящиеся на тех и других. Полуденное солнце жарит, но брони мы не снимаем, хоть у нас и многочисленная армия, да и кругом пусто, и засаду сделать негде, но – сторожимся. Вечером отдохнём. Мало ли, вдруг из реки, например, боевой пловец выскочит да метнёт копьё в несчастного графа. А там ведь что-то есть в реке, вода чистая и прозрачная, а за корягой на дне реки я вижу, блестит, не иначе, металл!

– Хисан, смотри в реке что, – указываю пальцем на подводную находку.

– Шлем, возможно, золотой, – встрепенулся, приглядевшись, мой диверсант. – Достать?

– Ну, а ты как думаешь? Ригард, Кант! Подстрахуйте! – даю команду я.

Хисан быстро сбросил броню, оставшись в кожаном поддоспешнике, разулся и нырнул в реку. Благо, здесь неглубоко – метра три всего в нужном месте.

– Что-то тут не так, – вслух засомневался я. – Почему раньше никто не нашёл этот шлем? Тут ведь мост стоял!

Резкий рывок под водой Хисана дал мне ответ. Это был не шлем, а голова зарывшегося в ил водяного монстра! Взметнулся хвост твари, которого до этого не было видно, и вода окрасилась кровью, а Хисан сотворил защитную сферу, пытаясь всплыть наверх. Огромная рыба, похожая на угря, атаковала под водой моего наёмника, и лишь слаженный бросок копий Канта и Ригарда убил эту чуду-юду, прекратив страдания Хисана.

Достаём пораненного пловца из реки и лечим специальными артефактами для остановки кровотечения. М-да, придётся Хисану дальше следовать на повозке, денёк-другой отлежаться ему бы, ещё и крови много потерял. Рыбу эту вытаскиваем на берег. Метра четыре в длину, метр в диаметре, голова блестит золотом. Можно её употреблять в пищу или нет – не знаю. На всякий случай спросил у Келиданы, но та, увы, тоже не в курсе. Я пожалел уже сто раз, что не взял с собой Болика, своего раба-садовника. Толку в войне от того никакого, зато мог бы прояснить, что имеет ценность, а что нет – он же уроженец как раз Теократии. И Пьон этот момент прошляпила. Дальше едем спокойно, но я размышляю, что такой необычный цвет головы рыбины свидетельствует о том, что она охотится именно на жадных людей. Эволюция, однако.

Лагерь для ночлега армии был обустроен в долине между холмов, где уже стояли наши посты для контроля обстановки.

– Пару раз встречали дозоры неприятеля, один раз даже потрепали их. Жаль, пленного не смогли взять, – рассказывает командир одной из пехотных тысяч полка Одрила.

Армия растянулась, и с утра двинется в путь только передний дозор, я лично со своей охраной стартую ближе обеда, когда разведают место для второй ночёвки. Вплотную к самому замку нет смысла всю армию вести, не будет там для неё места, уже горы начинаются, так что километрах в трёх от объекта штурма устроим основной лагерь.

Ночью спал спокойно, без Келиданы, конечно. А на дальних постах моей армии пришлось повоевать. Но это и понятно – никак нескрыть передвижение такой массы народа.

– Граф, удалось взять пленных, – радует меня Баркли уже по пути к осадному лагерю.

– Ну и? – неспешно поворачиваю голову я.

Плевать, что они скажут и сделают, я всё равно не отступлюсь от грабежа.

– В замке сотня человек всего, в городе пока не знают о нашем приближении, но сегодня им сообщат, и, как сказал захваченный десятник, в трех-четырех днях пути отсюда стоит армия Кормчего провинции. Те вполне могут выделить полк-другой на защиту города. Ну и совет города наверняка соберёт ополчение, но это мусор, а не воины.

– Решительность и натиск! – нравоучительно говорю я.

– Что? – не понял Баркли.

– Быстро захватить замок, пограбить город и назад удрать, – поясняю я.

– Быстро город не ограбить, туда с побережья переехали люди, там сейчас тысяч сорок живет, и деваться им особо некуда – горные перевалы большое количество беженцев не пропустят. Вот мы и карту захватили, – хвастает мой главнокомандующий.

Может зря я на него гнал? Ничего он не трусливый, выглядит бодро! Командую сделать небольшой привал, чтобы изучить карту. Мимо нас проходят сотни воинов, тащатся повозки, а мы на полянке сидим и прикидываем. Судя по карте, которая более подробная, чем та, что нарисовала нам Келидана, место перед замком – это развилка четырех дорог. Сам замок запирает путь в город, который расположен в плодородной, по словам пленных, долине. Слева нам необходимо ставить заслон, оттуда придёт подкрепление, я почему-то уверен, что Кормчий отправит на защиту города отряд. Справа дорога в соседнюю провинцию, там будет стоять дозор, и оттуда, как сказали пленные, подмоги можно не ждать. План прежний – взламываем защиту замка с помощью диверсии, захватываем мост через реку и идём к городу бить ополчение. Да, часть богачей убежит по горным перевалам вглубь материка, но небольшая часть. Ополчение в сорокатысячном городе вполне может быть больше по численности, чем наша армия, ещё мы и заслоны везде оставляем, но Баркли уверен, что его элитные солдаты справятся.

– В первую очередь брать надо рабов, коней, стада овец и прочего. Дней за пять перегоним всех на побережье под защиту «Искателей», ну и магии, – говорит Хеймдаль.

Никто не спорит.

«Хороший раб или рабыня может и десять золотых стоить, и сто. Если захватить хотя бы десять тысяч, это сколько будет?» – кровожадно прикадываю я.

К вечеру достигаем базового лагеря на развилке из четырех дорог. А тут тесновато, но ничего, сейчас часть людей уйдет под сам замок, другая часть разместится слева и справа от него. А пока гляну на предмет штурма!

Я в сопровождении двух десятков бойцов из церемониальной роты принцев Давы и Флетчера, ну и самого их командира Гато – рыжего до неприличия паренька. Черная громада замка выросла внезапно, вроде, только поднялись на небольшую горку и – вот он. Две башни возвышаются над окрестностями, и мы перед ними как на ладони. Отличная дорога идет в сторону широких ворот замка, сам замок, как и обещали, прилеплен к горам, не таким уж и высоким, как я думал изначально. Фактически, ущелье между скалами метров двести высотой перегорожено этим мощным строением. Внизу перед замком уже расположились кочевники Нориля – все пешие, с собой, конечно, есть у них обоз, но он ещё плетётся сзади.

– Высокие стены, основательные ворота. Такие не выбить сразу, – задумчиво говорит подошедший к нам Нориль.

Тут он ошибается. У меня есть разовый артефакт – «удар земли». Не сильно дорогой, порядка тысячи золотых, но ворота может и повредить, правда, потом его только выкидывать. Но, как знал, с собой его захватил. Да и на скалы надо бы отправить людей. У Теттаха есть два десятка скалолазов в команде. Долго ждать нет смысла, ночью и атакуем. Если что, мы с Грей свои резервуары маны разрядим в атаке, но ворота можно выбить. Стены, как мне кажется, не разрушить, такой камень долбать пару дней придётся, забраться на них и думать нечего – стрелометы на обеих башнях стоят. Хотя, если выбить их магией … Всё равно, штурмовать двадцатиметровые стены – та ещё забава.

– Граф, хотела вам дать совет, – нас нагоняет Келидана.

Глава 18

«Граф, я хотела вам дать ...», — продолжает звучать у меня в голове.

Почему? Да всё просто. Выглядит Келидана сейчас фривольно, если не сказать развратно. Платье с коротким подолом, поддуваемое ветерком показывало явно больше, чем хотела Келидана. Хотя... кто её знает, что она хотела? Дамочка хитровыдуманная.

— Граф, вы, наверняка, планируете атаковать замок со стороны ворот? Так вот, мой вам совет — не делайте этого. Вы, может, и добьётесь успеха, но потери будут очень и очень большие. Я была в этом замке два раза, когда ехала на заключение контракта и обратно, и видела, как хорошо несут свою службу местные воины. А вы знаете, я в военном деле разбираюсь не меньше, чем ваш командующий. Народу у меня в подчинении бывало и больше, да и замок не один я брала.

— Ну и что же ты хотела мне посоветовать? — спрашиваю я.

— Я хоть и была в замке только проездом, однако заметила, как выделялись люди на какой-то пост в горах. А раз стоит охрана, значит, оттуда есть и возможность попасть в замок. Тогда я не обратила на это внимание, а теперь вспомнила.

— Знать бы еще, где находится этот пост, и как туда добраться, — проворчал я. — Я и сам уже дал команду осмотреть скалы на наличие возможных путей.

— Граф, вы же маг, — напоминает мне кочевник Нориль, поедая глазами красотку.

— И что? — не понимаю я.

— «Обнаружение жизни», есть такое заклинание, на вашем ранге на расстоянии пятьсот или шестьсот метров оно действует. Если объединить ваши силы с силами вашей рабыни-магессы, как её... Грей, то вполне можно за пару часов найти этот пост.

Я задумался. Можно и поискать, жаль только, что и так невелик запас моих магических сил. Ну, а как припрет, например, по пути назад? И нужно будет магией воспользоваться, а возможности не будет? Привык я к своей силе уже. А так, мысль неплохая — раз есть пост, должен быть и путь к нему. Отправить в горы десяток смертников? Шансы выжить у них, конечно, будут, но невеликие. Навести панику? А самим ударить по намеченному плану в центральные врата?

Всё, что меня интересовало, я уже осмотрел и возвращаюсь в базовый лагерь. Сразу натыкаюсь на Хисана, идущего ко мне навстречу.

— Не рано, друг мой, ты встал на ноги? — спрашиваю его.

— Надоело лежать без движения, — отмахивается тот.

— Есть дело по твоему профилю, — деловито сообщаю наёмнику.

— Запас маны у меня очень небольшой остался, я ведь вчера поставил защитную сферу с перепугу, когда сражался с этой гадиной блестящей под водой, — вздыхает мой подчинённый.

— Да я не про это! Нужны твои навыки диверсанта. Я осмотрел сейчас замок, с двух сторон к нему примыкают скалы, и где-то среди них может быть дорога вниз, — начинаю рассказывать суть дела.

— Почему ты так думаешь? — спрашивает Хисан.

— Келидана слышала, как выделяли часовых на этот пост в горах. Нужно подобрать пяток людей, которые хорошо ориентируются в горах. У Теттаха вроде были, — даю четкую команду я.

Вызываю к себе магессу Грей, полковых магов и вместе обсуждаем будущую военную операцию. Также заново пересматриваем запас имеющихся у нас артефактов.

Ближе к вечеру почти все наши военные силы собираются в лагере. Некоторым мы дали команду отдыхать, некоторые скрытно выдвинулись на позиции к замку. Штурм наметили на раннее утро. Слева и справа от развилки ставим заслоны, сейчас там воины второго пехотного сооружают разные инженерные постройки, вроде рвов и завалов, на случай подхода подкрепления к осажденному замку.

Вечером обсуждаем предстоящий штурм. Людей для «горных забав» я нашёл, и даже больше чем планировал. Как оказалось, помимо целого отряда горных егерей, нанятого Пьон и подчинявшегося Теттаху, у Баркли имелось тоже десятка три скалолазов.

— Пригласим Мелвина на наш совет. Это командир горных егерей, — предлагает Теттах.

— Что же ты его сразу не позвал? — возмущаюсь я.

Ждём Мелвина, тем временем расспрашивая Келидану о том, что она год назад видела в замке и прилегающем к нему городе, когда ехала на заключение контракта с управляющим провинцией.

По словам рабыни замок окружали мощные стены метров в двадцать толщиной. Негорючие, антимагические. Ворота были двойные. Внешние — стальные, тоже антимагические, а внутренние — в виде кольев, что опускаются и поднимаются. К сожалению, она мало что смогла рассказать об обустройстве охраны в замке. Да и кто бы ей показал! Да, наёмница, но некоторые вещи и жене родной не расскажут. Зато мы выяснили, что между воротами стоят каменные преграды, и нужно несколько раз сворачивать, огибая их.

«Типа блокпоста», — примерно понимаю я.

На выезде такого лабиринта нет, но есть мост через реку. За замком, находится пара деревушек, Келидана там не была, об этом ей рассказывал наниматель. Эти деревушки обслуживают жителей замка и его гарнизон. Дальше километров двадцать по хорошей широкой дороге, и мы попадём в столицу провинции. У Келиданы не было возможности гулять по городу, но несколько торговых лавок она посетила. Также заметила, что у города стен как таковых нет, поэтому захватить его будет нетрудно.

— Мои люди уже побывали на верхушках скал слева и справа от замка, тропинок вниз нет, — сообщил появившийся на военном совете Мелвин.

— Подожди, точно знаем, что недалеко от замка в горах оборудован пост! Для чего он тогда нужен? — заспорил я.

— Видели туннель в горе, куда он ведёт — неизвестно, там стоят охранники, их каждые два часа меняют.

— То есть, у нас не остаётся других вариантов, как ломиться через ворота, — подвожу итог я.

Да... разочаровал меня мой наёмник.

Хреново. Я планировал навести шороху, атакуя сверху, ведь под шумок проще будет штурмовать ворота замка.

— Есть ещё вариант, — неожиданно предлагает Мелвин. — Скала, которая справа, она пониже, и там очень хороший вид на внутреннюю территорию замка. Вот оттуда можно сбросить что-нибудь вниз, для создания паники.

Прикидываем наши возможности. Из серьёзных магов я, Грей и три полковых мага Болдина. Из артефактов кроме «удара земли» ничего шибко убойного у нас нет — не планировали мы замки брать. Зато есть дымовые завесы, их и дадим скалолазам. Ах да, есть девять баллист полковых, по три на каждую тысячу. Их тоже используем в атаке на ворота. Внезапно гениальная мысль озарила мою голову. Внешние ворота металлические! То, что они антимагические и негорючие — это ясно, но из металла однозначно. Если ударить по ним молнией, не магической, а моей личной разработкой, когда я делаю высокую разницу потенциалов, можно повредить створки ворот. Ни с кем мыслью не делюсь — облажаюсь, не дай бог, а авторитет потерять не хочу.

Нашёл время проводить отряд, который полезет ещё раз на скалы. Четыре бойца и Мелвил. Вид у них если не мрачный, то нерадостный. Боятся вояки погибнуть, скорее всего.

Надо помнить, что окружающие меня люди относятся к смерти ... иначе, чем я. У меня есть жизни в запасе, а у них нет. Для меня смерть — это новая возможность, для них — неизбежность, о которой и думать неохота.

— Не важно, получится у вас что, или нет, каждому по пятьсот золотых выдам. Ну, или вашей родне, если вдруг, — попытался подбодрить их я.

Надо сказать, удалось! Деньги немалые.

Всю армию тащить на операцию нет смысла. Около замка уже приготовились к штурму маги, баллисты с обслугой, рота Гато, полсотни Нориля и основная ударная сила — почти пятьсот тяжелых всадников Хеймдаля.

Теттах ворчит, мол, его наняли меня охранять, а я всячески этому препятствую. Но ворчит тихо, понимает, что главный тут я. Пьон им бонус пообещала, если я останусь жив — удвоить жалованье. Что-то она, конечно, своевольничает, но деньги — пыль.

Нас в замке уже заметили, но вряд ли могут разгадать наши намерения, обо всех наших силах они не знают. Не сомневаюсь, и в город уже ушло сообщение. Ждут ли они штурм? Хм... Я бы ждал на их месте, или опасался хотя бы.

Мы готовы! Три полковых мага пятнадцатого ранга, я со своим двенадцатым и Грей тоже двенадцатого. Хисан ещё тут, ему и активировать артефакт, его остатков маны хватит. Артефакт «удар земли» представляет собой нечто вроде блестящего новогоднего шара, сделанного из драгоценного камня. Хисан берёт его в руки, заряжает до свечения и ждёт моего сигнала. А я прикидываю, стоит ли ждать удара сверху, или пали ребята-скалолазы смертью храбрых? А нет! Со скалы вниз что-то падает, раздаётся звук взрыва, и на территории замка поднимается столб дыма. Даю отмашку Хисану, тот кидает шар в сторону ворот. От удара ворота выгнулись в середине, но не упали. Бью своей молнией! Порядка четверти запаса магических сил потратил, пока металл начал плавиться. Баллисты тоже бьют по воротам, а в наступающую тяжёлую конницу Хеймдаля летят пучками тучи стрел, — значит, нас ждали и стрелометы приготовили.

Наша конница защищена отлично, но пяток погибших есть, и нескольких спешившихся из-за падения коней тоже вижу. Полковые маги работают по воротам слаженно, удары не магией, а заранее заготовленными камнями, так что, когда конница добралась до ворот, те уже рухнули, обнажив проход внутрь замка. Быстрота и натиск сейчас главное! Сразу проникнуть через ворота смогли десяток всадников, но их там встречают. Преграды в виде лабиринта из камней в подвортном пространстве заставляют всадников поворачиваться разными сторонами к противникам, да ещё есть и вторые ворота, вторые, уверен, уже опустили. Подоспели и мечники Гато с полусотней пехоты от Нориля. Сам Нориль в первых рядах, в отличие от рыжего барона. Конница посторонилась, пропуская их. Пехоте там сподручнее драться.

Через пару минут подходим к месту боя и мы, маги. Картина радует. Не знаю, что помогло — работа ли наших диверсантов, или быстрый натиск тяжелой конницы, но бой ужё идет во дворе замка. Меня прикрывает Ригард, Ран, Кант и Тарак. Крит — ещё один мой гвардеец, получает стрелу в сочленения доспехов, но жизни его это ранение не угрожает.

Вперёд нас не пускают, да и некуда — в замке тесно.

— Вторые ворота взяли, башни тоже наши, замок зачищаем, обнаружили там ход в туннель скальный, часть местных удрала туда, и завалила ход за собой камнями, — сообщает Хеймдаль минут через двадцать после начала битвы.

Киваю головой полковым магам:

— Разберитесь!

Глава 19

Маги спешились и под прикрытием бойцов церемониальной роты зашли в замок.

Оглядываюсь. Выложенный брусчаткой двор, весь в крови и осколках камней, повсюду лежат погибшие с обеих сторон. Чужих видно сразу. У них у всех одинаковая форма без знаков различий! Как они командиров распознают? Да и непонятно, почему форма такая странная – обтягивает тело до анатомических подробностей, при этом блестит зелёными чешуйками, как змеиная шкура. Про анатомию я заметил не просто так – среди врагов оказалось много женщин. Сама брусчатка из камня зеленоватого оттенка с причудливым рисунком, тоже весьма необычная – не гладкая, а шероховатая, с неровностями, скорее всего, для придания устойчивости в бою. У замка один центральный вход, который в данный момент зияет выбитым дверным проёмом, и парочка боковых меньшего размера и меньшей помпезности. Сам замок не выглядит неприступным, ведь множество больших окон из цветных витражей обычно не делают в объектах, которые могут быть подвергнуты штурму. А вот цвет замка унылый, если не мрачный, черный камень, который использовался при его постройке, очень напоминает гранит. С обеих сторон сие величественное сооружение примыкает к высоким, почти отвесным скалам, и попасть на ту сторону можно лишь проехав через арки, расположенные по бокам, где виднеются всадники Хеймдаля. Ну, или спешиться и пройти в замок через двери. Думаю, выход на ту сторону двора там обязательно найдётся. Оглядываю скалы и не вижу ни малейшего намёка на тропу или тоннель, про который мне говорили разведчики.

«Разберёмся»! – деловито решаю я.

Лязга мечей, криков и других признаков боя уже не наблюдается, и я даю команду следовать за магами в захваченное строение. Со мной около тридцати человек охраны, но первым заходит Ригард, чтобы сразу выйти и махнуть нам рукой. Эко как! Быстро он разобрался, что нет там опасности для сиятельного меня!

Оставив Донта под охраной Тарака (он с лошадьми лучше всех ладит, почти как Джун), захожу в разбитую дверь, поднимаясь по двенадцати широким ступеням. Сразу стало понятно, почему Ригард решил, что опасности для меня нет никакой. Нашему взору открылся огромный сферической формы зал, размером с футбольное поле и с потолками высотой метров десять. Зал не был пустым, но живых врагов тут нет, а мертвых уже стаскивает трофейная команда в угол. Нашим же раненым оказывают помощь, но их немного, буквально трое. В центре зала натуральный каменный трон. Причем трон для великана, и, скорее всего, декоративный. Кто станет сидеть на неудобном граните? Да и забраться на трон не так просто, высота, на которой находится сиденье, метра полтора. Огромная спинка трона исписана иероглифами, и разными причудливыми знаками. Ну как исписана? Исписаным может быть забор надписями «Машка – дура», а здесь работа выполнена каким-то режущим инструментом, и борозды на спинке трона залиты как бы не золотом! Хороший трон, себе возьму. Как дотащить? Да придумаю, на крайний случай с помощью магии. Повернувшись, вижу огромный стол со скамьями, стоящие вдоль стены. Тоже мрачного дизайна, но очень приятной основательности. Всегда мечтал о таком столе! Мой будет! Стала ясна причина наличия огромных стеклянных витражей на замке – это окна для освещения центрального зала. Центрального, потому что из него есть с десяток выходов разного размера. Мы сворачиваем вправо, а я ещё раз осматриваю помещение. Скорее всего, культовое оно, вот что-то вроде бассейна, вон статуи, вернее то, что от них осталось, а это вообще похоже на место для казни или пыток. Иначе и не назвать устройство с пятью зажимами. В устройстве находится что-то типа большой кошки. Тварь, лежащая в этом устройстве уже мертвая, но видно, что кошак сопротивлялся до последнего. Почему зажимов пять? Так для хвоста один!

– Сраные котомучители, – вслух говорю я.

Никто со мной не спорит, да и не понял меня никто – на автомате ругнулся на родном языке. Белый мраморный коридор с пятнами крови, куда мы свернули, заканчивается лестницей наверх. Тоже, конечно, залитой кровью.

На втором ярусе, по типу бельэтажа, расположены многочисленные комнаты, соединенные длинным общим коридором. Из любопытства заглядываю в одно помещение. Бедновато тут живут, даже сказать больше – аскетически. Две кровати вдоль одной из стен, длинный стол и пара скамеек. Окно тут уже не цветное, а просто в виде небольшой щели в стене. Смотрю в это окошко и понимаю, что толщина стен замка метра четыре. В комнате имеется ещё сундук, а на стене напротив кроватей есть приспособа для хранения оружия, в данный момент наполовину пустая. Там висит с десяток копий и мечей, какая-то защитная амуниция, щиты и прочее. Сундук не вскрываю. У такой голытьбы, которая здесь жила, в таком сундуке явно ничего ценного нет. Да и пусть, тут должны быть места поинтереснее для добычи. Поднимаюсь этаж за этажом выше и выше, больше не заглядывая никуда, есть, кому всё осмотреть – в замке сейчас несколько сотен моих бойцов. Длинный коридор последнего этажа приводит к развилке, и направо идёт уже коридор меньшего диаметра, чем тот, по которому мы шли. Вход туда защищён решёткой, и освещён фонарями. Не магическими, а потребляющими какую-то горючую жидкость. Пропустив вперёд себя нескольких солдат с Ригардом во главе, я вскоре упираюсь в скальную стену, и мне становится ясно, почему я не видел никакой тропы или туннеля! Дальнейший путь ведёт под углом градусов тридцать вверх в саму скалу. Запасной выход, где стоял вражий пост, находился внутри! Между стеной замка и входом в пещеру наблюдается пятиметровой длины ледяной мостик, думаю, работы Грей, она такие штуки любит и умеет делать. Остатки сломанного штатного тоже имеются, но помешать нам попасть в туннель, разрушив мост, враги не смогли. Магия она везде магия.

И вот мы в самой высшей точке замка. Заглядываю за край стены вниз. Метров пятнадцать лететь, если что, до земли, то есть, до каменного дворика. Я не убьюсь, есть у меня пара хитрых артефактов, но не хочу заново ноги бить, поднимаясь по лестнице. Мостик не широкий и без перил, поэтому в пещеру заходим по трое. Навстречу нам попадается один из сотников Баркли, раненый, но на своих двоих. На лице гримаса боли, и следом тянется кровавый след. На автомате кастую на него и обезболивание, и лечение. Ловлю удивлённый взгляд этого молодого, в общем-то, парня. Забыл я, что тут, в Теократии, нет восстановления маны, и кастанул, потравив свой неприкосновенный запас. Но что сделано, то сделано, и делаю вид, что так и задумывал.

– Что там? – киваю головой на пещеру.

– Две хорошие новости и одна плохая. Из плохого – в глубине пещеры есть подземная река, текущая в сторону моря, и несколько лодок с местными по ней уплыли. Но забрать все ценности они не успели, и ещё мы захватили барона с семьёй, они замешкались при отплытии, – чётко, по-военному докладывает сотник.

Тут я вижу Грей, устало идущую ко мне и пытающуюся доложить ситуацию.

– Да в курсе я и про реку, и про барона, ты сама как? – перебиваю её я.

– Десятая часть запаса силы осталась, скоро от меня толку не будет, – вздыхает магесса.

– Оставлю тебя тут, в замке. В город без тебя доберёмся, – решаю я.

Не дожидаясь пленных, иду на обратную сторону замка. Там двор несколько шире, но стены такие же мощные и ворота основательные. Они распахнуты настежь, и сотни Хеймдаля уже где-то на просторах долины. И не думаю, что деревни грабят, у них задание двигаться к городу. Нам это нужно сделать сейчас максимально быстро. Поэтому осмотр замка оставляю на потом, лишь на местного представителя знати желаю взглянуть. Как-никак мой пленник.

Пешие сотни, одна за одной, проходят через арки и тоже движутся в сторону города. Одну тысячу второго пехотного мы оставим в замке, в заслонах на дороге и в караулах. А ещё две идут в город. Да, конница доберётся быстрее, но шарить по домам на коне несподручно. Ещё оставляю тут егерей. Остальные – грабить! Четыре сотни с лишним тяжёлой конницы Хеймдаля. Две с лишним тысячи второго пехотного, пара сотен моих наёмников, пара пеших сотен от братьев принцев и степняков. Кого забыл? Ах да, конная сотня от Доранда Де Ро. Могучая сила почти в три тысячи человек! В замке оставляю старшим Крита с сотней Баркли. Ну и Грей кое-что может ещё. Чуть не забыл посмотреть на пленников. Их захватили десятка три всего, столько же сбежало.

Во двор выводят тучного мужика, уже освобождённого от брони и оружия и прочих атрибутов мужчины и аристократа. Выглядит он сурово. На лице шрам, левая рука забинтована, вроде и пальцы там не все. Выражения лица властное. «Сейчас обломаем», – решаю, но … передумываю.

Следом за ним выходит две девочки-близняшки, лет по шестнадцать, скорее всего, его дочки, а также пятилетний сын и жена. Странно, выглядит та совсем юной. Может, не родная детям? Но одета так… что захотелось задержаться в замке! Она в комбинезоне! Всё та же зелёная, возможно змеиная, обтягивающая соблазнительные формы кожа. У женщины приятные правильные черты лица, а на голове сложная причёска с драгоценностями.

– Не пялься так, щенок, – со злобой произносит барон, поймав мой взгляд.

На секунду стало неудобно, Гарод может быть и покраснел бы даже, но я циничный бандит.

– Почему драгоценности не сняли? – рявкаю я, указывая на прическу красавицы.

Барон пытается помешать моим людям, но, получив в глаз рукояткой меча от Гарода, падает, прибавив себе брутальности за счёт новых увечий – молодой сотник, которого я вылечил, от души пнул барона по рёбрам, может, и сломав ему их парочку.

Дочки в ужасе отшатнулись, а мальчик заплакал, скорее всего, от неожиданности.

– Нет, прошу вас, граф! – забирайте всё, только не трогайте мужа, – женщина падает на колени.

– В кандалы всех и охранять надёжно, а ты пока подумай, стоит ли хамить тому, кто тебя может убить, – говорю этому толстяку.

На изгибы тела баронессы я старался не смотреть. Циничность циничностью, но гормоны пацанские у меня. Не выдержу, задержусь, а нельзя.

– Я заплачу выкуп – пробормотал сквозь боль пленник.

– И да, поищите тут тайники и сокровищницу замка, – кстати вспомнил я о добыче.

– Выкуп за меня возмёшь в городе! Ты же туда собрался? – поднял гневный взор единственного не заплывшего глаза пленник.

Глава 20

— Уж поверь, я возьму там всё, до чего дотянусь, а руки у меня длинные, — надсмехаюсь над пленником.

Барон засмеялся в голос! С учётом того, что он валяется на земле у моих ног, это было обидно!

— В городе стоит «Крыло охоты» и ополчение уже собрано тысячи в три-четыре человек! — с вызовом сообщает барон. — Да вы и в город-то не войдёте!

— «Крыло охоты»? Что за воины, сколько их, чем вооружены? — решил задержаться на этой информации я.

— «Крыло охоты» — это пеший отряд для действий в джунглях, от пятисот до тысячи человек обычно. Вооружение — копья, луки, лассо, мечи, — рассказывает «язык».

— Строем не воюют? — перебивает его Ригард.

— Обычно нет, но ярость их безмерна, для этого есть специальные зелья, — пытается встать на ноги пленник, но не смог, упав опять на каменный двор.

— Справимся. Ополчение — так, смазка для мечей, а эти полтысячи не выдержат удара сотен Хеймдаля. Насчет эликсиров ... да польза от них есть, сил и бесстрашия прибавят, зато голову выключат. А у нас в армии все обученные, знают, как в разных ситуациях действовать, — уверенно заявляет Ригард. — Да и не видел ты нашу армию. Но прав в одном — надо спешить, со времени, как нас засекли, уже почти сутки прошли.

— Я дурак, не сообщал о вашем вторжении. Надо сразу было в Тогрул гонца послать. Повезло вам, и горе мне, — кривится барон.

— Тогрул — это город? — уточняю я, прикидывая расклады.

— Тогрул — это канцелярия правителя провинцией! А столица провинции носит имя Бирба, был у нас такой полководец, из этих мест родом.

— Ближе к теме. Что можешь предложить за себя и своих девочек? — я постарался при этом вопросе похотливо ухмыльнуться, дабы стимулировать мыслительный процесс пленника.

— Кроме того, что возьмёте тут? Не злись, парень, я проиграл и готов платить. Я, барон Аршип, обязуюсь отдать вам все табуны коней провинции. Я охраняю их. А это больше восьми тысяч голов! Каждый конь стоит на ваши деньги не меньше сотни золотом! Сами вы табуны не найдёте, они скрыты в горных долинах вокруг замка. Вы и троп не найдёте. А я за два дня перегоню вам всех.

— Идёт! И пастухов отдашь, иначе как мне их дальше разводить? — спрыгиваю с коня я и разряжаю амулет, подлечивая Аршипа. — А что за порода у вас?

— Порода «карбет» — два метра в холке, вес — тонна, нечувствительны к магии и ядам, очень выносливы. У нас их использует тяжёлая конница, и для перевозок подходят — легко тянут два своих веса и могут идти до двенадцати часов без отдыха. Скорость передвижения у них небольшая, и едят много — это минусы. Мы их никому не продаём.

— Ценный выкуп, — помолчав, сказал я. — Что-то ещё хочешь?

— Мне не простят сдачу замка. За всю историю Теократии это было считанное количество раз. Ни мне, ни моей семье не простят, умирать страшно будем. Забери меня с собой в империю — ты граф. Если выделишь кусок земли, буду благодарен, не хочется своего сына лишать титула.

— У нас с землёй и титулами не так просто. Но конкретно у меня есть возможность твоего сына сделать баннеретом. Есть у меня право на два «графских лёна», один в моём графстве, другой в столице, но могу вас отправить и в империю Аками, там у меня владение-минорат есть.

— Граф, а вам жена не нужна? — спросил, отряхиваясь, барон. — Или две? У меня дочки в возраст входят!

— Шустер, шустер! — смеюсь я. — Отправлю с тобой сотню своих наёмников, собирай табуны и гони в порт. Ну и здесь всё ценное надо забрать, — распоряжаюсь я.

Пришлось «ограбить» Теттаха, забрав у него почти половину его отряда. Пока обсуждали, как и что забирать, наши передовые отряды наверняка уже достигли проснувшейся столицы провинции. Совсем я пока не доверяю Аршипу, поэтому детей с женой будем держать отдельно. Это мне повезло, с табунами провинции. Кони, да ещё такие мощные, — ценная добыча. Будь она у меня вчера, я, может быть, и набег на город отменил бы!

До города часа четыре пёхом, но на неплохих лошадях я добираюсь меньше чем за три. Мы, пересекли довольно широкую долину, въехали на небольшой пригорок и, обгоняя пехоту, двинулись вниз к городу. Само поселение было достаточно большим, но высоких зданий я с пригорка не наблюдаю. Зато вижу очаги пожара и трупы на въезде — тут совсем недавно был бой. Ригард оттеснил меня внутрь отряда конной сотни от отца Пьон. Рибит, командир этой сотни осторожен, но не трус. Опытный вояка, его парни могут и в конном строю биться и в пешем. Оглядываю окрестности и понимаю, что до «Крыла охоты» мои воины ещё не добрались. Разномастное обмундирование, дрянное оружие, и главное плохое физическое состояние погибших, говорило о том, что это ополчение тут умирало. Ну, вот тот толстый дядя вряд ли великий боец, а там вообще дед лежит с хлипким копьём в руках — хорошее не сломалось бы. М-да, немало мы горя принесли местным жителям. Хотя они нас тоже не жалеют и нападают на наше побережье с неменьшей жестокостью.

Стен у города и правда нет. Почти нет, имеется лишь невысокая изгородь, местами уже обгоревшая и потоптанная. Отличные, как и везде здесь, дороги ведут вглубь города. Ближние строения уже пограблены. У ворот города начинается формирование отряда пленных. Берём не всех, в основном детей и женщин. Мужчин тоже берём, но их немного, большая часть в ополчении убита. Стариков брать нет смысла, если только они не мастера какие — в повозках и так мест мало. На открытое пространство недалеко от входа в город сгоняют скот для вывоза, имущество горожан пока не выносят, но скоро будут. Чёрт, неожиданно от такого кровавого натурализма становится неуютно. Это мне-то!

Подходящие сотни Баркли идут в город безостановочно, и можно оставить всё на них, но я знаю — в городе есть сильный отряд элиты Теократии. Пришпориваю Донта и даю команду ехать в сторону наиболее сильного пожара. Дома становятся всё богаче по мере приближения к центру города, часть усадеб ещё не захвачена, но это потом, сначала надо выбить защитников. Слышу лязг оружия и крики боя. Ригард не даёт мне ехать дальше, дожидаясь возвращения разведки.

— Граф, там площадь и на ней ведёт бой конница Хеймдаля с какими-то местными, — докладывает немолодой десятник, раненый в бедро, а ведь уехал он целым.

У нас собой точная карта города от барона Аршипа. Определяем свое положение. Ага, действительно, на карте обозначена центральная площадь, на которой расположен магистрат, за магистратом казармы, потом банки, и далее усадьбы самых богатых людей столицы. Выбираем путь, чтобы обойти площадь с другой стороны и зайти в тыл. Сразу натыкаемся на ещё не выбитое ополчение. Два десятка наспех собранных пехотинцев мы порубили за минуту. А вот и баррикада, которую начинают строить дети и женщины. Их убивать не стали, они без оружия, просто хлестнули парочку строителей для острастки. Улица сузилась, и наш отряд вынужденно вытянулся.

Внезапно щелкает мой артефакт защиты — «Седло от дальних атак», и летящее в меня копьё бессильно падает рядом с Донтом. В следующую секунду меня накрывает сетью, а широкие ворота одного из уличных участков распахиваются, показывая немаленький отряд неприятеля. Мощными ударами своего меча с трудом разрубаю сеть. Тут же прилетает ещё одно копьё, уже спасает броня, но смог разрубить сеть. Рядом вертится Ригард и другие мои спутники, размахивая мечами. Сопровождающая и охраняющая меня конница Рибита тоже с кем-то схватилась впереди и позади нашей колонны, но для меня район боевых действий сузился до конкретно одной усадьбы, из двора которой всё лезут и лезут новые враги. Все как один в легкой прочной броне, со шлемами, хорошо прикрывающими лоб и затылок, но оставляющими открытым лицо. Вооружены воины, как и описывал Аршип, разномастно, но оружие хорошее, и орудовать им умеют. Да это, видно, и есть гвардия наместника «Крыло охоты». Оцениваю ситуацию как критическую — уже пяток моих спутников рядом спешены и, возможно, мертвы, а врагов во дворе усадьбе я вижу чуть ли не три десятка. Не время беречь силы и ману, и я кастую звуковую волну! Мне сразу плохеет, как и при любом расходе магических сил тут, на материке, но врагам ещё хуже — половина из них потеряла сознание, остальные разориентированны. Не теряя время, несусь во двор добивать врага, и попадаю под удар баллисты! Хорошо, не я попал под выстрел, а мой необычно высокий Донт. Мощный конь выдерживает атаку, он лишь мотнул в сторону туловищем, отступив на метр. Вовремя! Над тем местом, где я был, проносится с десяток стрел. И стреляют из дома! Бежать назад не могу — много врагов тут рядом ещё живы, да и следующий залп стрел будет для меня последним. Собрав последние силы, кастую в сторону огромной двухэтажной усадьбы волну огня. Очень энергозатратное заклинание, зато фасад дома мгновенно вспыхивает магическим огнём, закрывая обзор. Слева вижу небольшую баллисту и троих местных, пытающих зарядить её ещё раз. Ну уж нет, это моя первая цель! Во двор на подмогу влетает моя конная охрана, и пеший Ригард, у которого убили коня. Огонь быстро погас, лишь слегка повредив, очевидно антимагические, стены дома, но этой минуты хватило добить всех врагов во дворе и перенести военные действия внутрь дома. Пять минут — и всё кончено. Нет, может, где прячется неприятель, но именно прячется, все, кого заметили мои люди, убиты.

Считаем раны. У Донта нехило разворочен бок, но сдыхать он не планирует, и даже на ногах. Гвозди бы делать из таких коней! Наши потери составляют десятка полтора человек, а у врага почти сотня убитых. И половина из них на моём счету. Удары огнём и звуковой волной был хороши. Вот только сил у меня осталось на донышке.

— Гарод, ты не психуй, — говорит мне раненый сотник Ригард. — Тебе лучше остаться тут и ждать помощи. Мне так спокойнее будет. Тут амулеты связи не работают, я отправлю посыльных, пусть приведут отряд для твоей защиты.

— Пожалуй, ты прав, — соглашаюсь я, немало удивив стоящего рядом сотника Рибита, но не Ригарда.

Ведь малолетка, вроде меня, должен был бы с гневом отвергнуть такое прявление трусости, но Ригард меня знает хорошо, а Рибит нет. В данной ситуации я веду себя взвешенно, по-взрослому. Чего я вообще в город полез, идиот? Без меня не справились бы? Оглядываю двор и принимаю решение зайти в дом. С собой оставляю пару десятков из конной сотни, в основном подраненных и потерявших коней, ну и своих ребят-гвардейцев тоже. Остальных отправляю по прежнему маршруту в обход врага на помощь коннице Хеймдаля.

Глава 21

Сам оглядываю усадьбу. А тут богато! Непуганые люди живут, и непростые. Почему так решил? Так, двор большой, во дворе, кроме конюшни, нечто вроде казармы имеется, а также большая красивая каменная беседка и статуя горделивый всадник на могучем коне из мрамора, за домом, думаю, ещё хозпостройки есть. Это раз. Сам участок, считай, в центре города — это два. Дом, хоть и деревянный, и в два этажа всего, но вычурный, с башенками, искусной резьбой, да ещё и негорючий, как выяснилось, мой магический огонь почти не нанёс ущерба фасаду, а как пылало! Это три. Ну, и прочее, вроде наличия большого охранного отряда. Видимое ли дело, сотню воинов припахать для охраны дома! Нет, непростой человек тут живет! Или жил. Вполне могли убить при штурме.

В доме уже вовсю орудуют мои наёмники, и я даю сигнал Хисану проверить дом на безопасность для возможности моего визита.

Бой для меня на сегодня закончен. Осталось дождаться, когда пара пехотных тысяч Баркли сломит сопротивление. И отдам город на разграбление!

— Всё чисто, — выглядывает во двор Хисан.

Степенно, под защитой помятого Ригарда и почти целого Тарака, поднимаюсь по широким ступеням в захваченную усадьбу. Ещё один мой гвардеец — Ран, серьёзно ранен, но мои люди в лечебных амулетах нужды не имеют, и резаную рану на ноге залечить могут и сами.

— Всё у них не по-людски, — срывается с моих губ возглас удивления от внутренней обстановки в доме.

Большой центральный зал, следующий за небольшим тамбуром, весь увит цветами и диковинными растениями. Полное впечатление, что мы в саду. Второй особенностью здесь был стеклянный пол! Под полом аквариум, и под ногами снуют туда-сюда довольно большие экзотического вида рыбы. Зеркала с картинами на стенах уже так сильно не удивляли, как и кожаная мягкая мебель у стен. А вот пиршественный стол внушал уважение. И своим необычным золотым цветом, и дорогой ажурной посудой, и яствами, оставленными на нём. Скорее всего, семейство обедало, когда мы им помешали. Лестницы из зала вели не только на второй этаж, но и вниз, в подвал. Обстановка меня впечатлила, такой шикарной я даже у принца Одрила не видел. Впрочем, для чего мне эта обстановка? Не уверен, что даже зеркала забирать буду.

— Есть кто живой из местных? — спрашиваю я одного их зачищавших дом бойцов.

— А как же! Хозяин убит, а вот его вдова сейчас на втором этаже рыдает над трупом. Три дочки у них маленькие, эконом и повар с поварятами. Вроде, в той части дома, где слуги живут, ещё кто-то есть.

Уточнив, где именно рыдает вдова, поднимаюсь наверх. Эх, вроде миры разные, а суть человеческая одна и та же. Убить и ограбить ближнего — милее нет занятия. Ну, разве что вот вдову попользовать, прямо на теле мертвого мужа? Зайдя в покои хозяина дома, я остолбенел от уродства жены. Да ну нах! Я столько не выпью! Баба здоровая, как горилла, таких же черт лица, да ещё и в гневе! Такая сама тебя на трупе мужа разложит, и пикнуть не успеешь!

— Будьте вы прокляты! — рванулась носорогом в атаку вдова, хватая по пути какую-то мощную статуэтку.

Разумеется, я не обгадился от страха. Я же не один был, с бойцами, да и дверь сзади открыта.

Я не знаю, какая она была жена покойному, а вот бойцом она была отменным. Ригард успел полоснуть по тетке мечом, но безрезультатно! Она отбила удар статуэткой, пнув слоновей ногой моего сотника, отчего тот упал. Я на инстинктах сумел уклониться от удара, но вытащить меч времени не было, поэтому, используя инерцию нападавшей, роняю её на пол подсечкой. Миг, и остриё моего меча у её глаза.

— Какая прыткая девушка! Ты кто такая? — с трудом перевожу дух.

— Я жена виночерпия провинции! — гордо отвечает та.

— Вдова ты уже, и сама одной ногой в могиле. Что же будет с твоими девочками? Ай, ай. Может отдать их солдатам? — издеваюсь я.

Носорожик моментально сдулся.

— Не убивай нас, я заплачу тебе, — уже без надрыва в голосе просит пленница.

— Я собираюсь тебя ограбить. Тебя, твой дом и весь ваш город. Всех жителей — в рабы, — говорю очевидное дамочке.

— Чтобы ограбить, надо знать, что и где брать. Вот, как пример, рыбы в нашем бассейне дорогие, но брать их нет смысла, они не выживут в магической среде вашего континента, а вот есть в моём доме цветы жизни, у вас они имеют название «Сикорский свет» и ...

— Используются для приготовления основы эликсира омоложения, — прерываю я. — Я знаю, как они выглядят, и найду их в твоём доме, но что-то, мне кажется, ты врёшь. Они растут только в местах, где повышенный магический фон.

— Или где вообще фона нет, — парирует толстуха. — Это только пример, а какое вино самое лучшее, ты не знаешь! И никто не знает. А я, вдова виночерпия, могу подсказать и провести в нужные подвалы. Некоторые сорта вин имеют ряд полезных характеристик, некоторые стоят по весу золотом, некоторые просто приятно пить. Наша провинция славится двумя вещами — лошадьми породы «карбет» и виноградниками. До табунов тебе не добраться, а вот вино можешь вывезти. Только не говори, что ты и так всё заберёшь, слишком его много, да и бОльшая часть ничего из себя не представляет.

Я прикинул. Вся добыча в городе, да и вообще вся за время набега, будет поделена, согласно ранее заключённых договоров, ну, кроме доли императора в десять процентов. Но продукты и напитки разделу не подлежат, хотя бы потому, что армия их постоянно потребляет. Значит, мне выгодно выбрать наиболее ценное вино, а уж какое оно может быть дорогое, я знаю. Обидно будет везти в качестве трофея бесполезную кислятину!

— Уговорила. Я даже ничего в доме не трону из мебели, если не соврёшь. А далеко эти подвалы?

— Слово графа? — удивила меня тетка, пытаясь встать на ноги.

— Слово! На кой ты мне нужна, ты же жрёшь за троих, а делать ничего не умеешь, из тебя рабыня никакая, — отвечаю я.

Вино оказалось в трех местах: самое старое ценное и дорогое — под домом, в винных же подвалах провинции был откровенный ширпотреб, зато выбор большой, я так понял. И есть ещё личные подвалы наместника провинции, там тоже много сортов, причем и из других провинций.

Детки виночерпия выглядят копией мамочки, такие же толстенькие и страхолюдные. «Прости господи! Нельзя так про детей», — перекрестился я про себя.

Дом уже перевернут на десять раз, всё ценное стаскиваем вниз, я же только обещал жизни и мебель сохранить. В подвалы я сам тоже не лезу, есть специально обученные люди. А вот повара я обязательно с собой заберу в качестве своей доли трофеев. А сейчас изволил откушать диковинных яств. Не пропадать же обеду? Толстуха сидит рядом и даёт советы.

— Попробуйте «паштет из печени куабра с муарскими травами».

Звучит непонятно, но вкусно!

— Такой благородный юноша не будет забирать последнее бельё у несчастной вдовы? — пытается кокетничать в корыстных целях со мной вдова.

— Последнее не буду, — соглашаюсь я.

Сколько там за тряпки выручу? Но в доме есть две служанки, довольно милого вида. Тащу их с собой наверх. Чего стесняться? Дело обычное. Хорошо грабить города! Но расслабиться не успеваю. Возвращается Рибит с докладом, в компании моего родственника Хеймдаля.

— Задали нам жару, — присоединяется тот к обеденному столу, на котором повар и его помощники только что обновили закуски.

— Много потерь? — сочувственно спрашиваю я.

— Убитых больше сорока и раненых под сотню. Три сотни в строю осталось, да нормально! Зато добыча какая! — искренне радуется Хеймдаль.

— Покажу тебе на карте винные погреба наместника провинции, вино там ценное, больших денег стоит, а в общий котёл трофеев не идёт. Сечешь? — даю идею разбогатеть родственнику я.

Никаких угрызений совести у меня при этом нет, во-первых, не я такие законы установил, а во-вторых, как ни крути, серьёзные потери понесла тяжёлая конница, но и она же и раздавила основные силы врага.

— А ведь и правда! Ну, ты и голова! — незаслуженно хвалит меня брат Ольчи.

Долго за столом сидеть мои военачальники не стали — город сам себя не ограбит! Я решил остаться с ночевкой в этом доме, тем более, вскоре ко мне присоединился Баркли.

— Говно-бойцы это ополчение, а вот крови эти черти вертлявые попили, — вгрызаясь в утиную ножку, говорит командующий моей армией. — Сотни три убитыми, пять сотен раненых, но сопротивление сломлено!

— Сбежал кто из города? — спросил я, заботливо наливая ему в бокал вина.

Себе, разумеется, наливаю тоже. Даже я, человек, несведущий ничего в виноделии, понимаю — вино выше всяких похвал!

— Город расположен в долине между горами, единственный проход мы закрыли, по нему и в город вошли. Да, есть горные тропки, но ценности большие по ним не вывезти, да и перекрыли мы уже и эти лазейки, — докладывает Баркли. — Другая проблема — на чем везти всё добро к морю? Нет, конечно, повозки, телеги, кареты тут имеются, но добыча уж больно богатая. Да и...

— Рабов своим ходом отправить можно, — осторожно замечаю я, ибо не понимаю причин заминки главнокомандующего.

— Уже отправляем, тысяч восемь ушло колоннами, — соглашается Баркли. — Граф, я тебе сразу не доложил. Я раненых отправил в первую очередь на повозках, а не добычу. Просто сил нет смотреть на мучения солдат, а так на побережье им помогут маги, ведь, отойди на пять километров в море, и магический фон появится, а у Мелич на каждом судне маг, слабенький, но лечить может.

Сказав это, он замер. В принципе я ним согласен, но и добычу, которую уже считаю своей, неохота терять.

— Отправь на развилку дорог перед замком ещё тысячу пехоты, прямо сейчас. Вдруг подойдёт подмога из других провинций. Ну а рабы пусть не с пустыми руками идут, а несут поклажу, — командую я.

К вечеру меня нашёл Теттах и взял охрану усадьбы в свои руки. Соседние дома мы тоже ограбили. Благодаря наводке благодарной вдовы виночерпия мы узнали куда, к кому идти, и у кого что брать.

Утром я получил полный доклад по потерям и трофеям. Сразу стало ясно — такое количество добычи нам и не снилось, а в плен мы взяли почти двадцать пять тысяч человек! Оставили только увечных и стариков.

Сажусь завтракать. Со мной Ригард, Хисан, Теттах и вдова. А хороший у меня повар! И служанки ничего так. Заберу с собой.

— Граф! К вам прибыл парламентёр, — докладывает один из наёмников Теттаха.

Глава 22

В дом заходит сухонький старичок, очевидно, тут бывавший не раз. Ловким движением руки он, не глядя, кинул шляпу на вешалку в виде рогов, которую я до этого момента и не замечал. Глаза вдовы расширились в удивлении, подтвердив мою догадку.

— Граф, разрешите к вам присоединиться? — уважительно просит старик.

— Нет, с чего бы рабу завтракать с господином? Ты кто несчастный?

— Я пока не раб, и рассчитываю остаться свободным человеком, если вы меня всё-таки выслушаете. Я наместник провинции «Коготь Теократии» Владлен Вивик. У меня к вам деловое предложение, позвольте его вам высказать? — ничуть не смутившись, представился дедок. — Ну, смелее, не боитесь же вы меня?

Я на такие подначки не ведусь.

— Боюсь? Ригард, всыпать ему десять плетей за наглость! — включаю пацана-самодура я.

Деда реально потащили во двор!

— Граф, прошу прощения, это важно! Я плетей могу не выдержать! Дедушка стары-ы-ы-ый! — кричит парламентёр, очевидно, уже волочась своей старой тушкой по ступенькам, иначе отчего у него бы голос задребезжал?

— Ригард, верни болезного, — смилостивился я.

Ишь, подлюка, подкалывать меня будет ещё!

— А вы суров, Гарод Кныш! — болезненно морщась, признал наместник.

— У тебя две минуты, пока чай пью, — я наливаю себе в кружку напиток, немного кислый, но отлично утоляет жажду.

— Предлагаю выкупить жителей этого несчастного города оптом по сто золотых! — успел сказать «коготь Владлена».

— Так-с... Стул моему гостю! И обслужите ноготь, тьфу, коготь Теократии. Это что, кстати, за титул? — заинтересовался я.

— Я вхожу в совет правителей этой страны, мальчик, а лет двадцать назад я был не «когтём», а «основой». Ну, да вам наши титулы ни к чему. Главное, наша армия не успевает защитить город от разграбления, и я вынужден раскошелиться.

— Это солидная сумма, — помолчав, признал я. — За двадцать пять тысяч полезных пленных два с половиной миллиона, плюс ещё тысяч десять стариков, инвалидов, за детей согласен взять в четыре раза меньше, это ещё двести пятьдесят тысяч! Имущество мы забираем, коней ваших замечательных тоже. Или выкупить желаете?

— Коней? Да вам их не найти, они разбросаны по десятку пастбищ. Вещи мне не нужны. Стоп! Аршип предатель! Уж я ему! — поник внезапно старик. — Гарод, коней тоже выкупить хочу, это позор для нас терять символ провинции. Совет будет недоволен.

— Аршип, или кто там, не при чём, но продать я вам согласен, единственно, неясно, как вы платить будете?

— Двадцать пять золотых за коня, отличная цена, — приободрился Владлен. — А золото прямо в порт вам доставим! И как ещё один плюс нашей сделки — не будем жечь ваши транспортники, как это делается в других местах на побережье.

— Ну, в принципе, можете попробовать жечь, у меня там эскадра «Искателей» скучает, — насмешливо заметил я. — За каждого коня возьму четыре сотни золотом, раз вам так позориться не хочется.

— Однако! «Искатели»? У вас? Очень удивили, а как у вас получилось их нанять? Они же стоят столько... Да, и что за цена такая дикая за коней?

— Я не нанимал, Ханитра мне Искателей одолжила на месяц, мы с ней друзья! — я показал знак плейбоя пальцами. Жаль, не понял никто всей пошлости намека. — Насчет цены, вы в четыре раза её занизили, я в четыре раза поднял. Всё так?

— Всё-таки Аршип, я так понимаю, вы его уже себе забрали? — на лету схватил Владлен.

Шустрый старичок, такому палец в рот не ложить лучше. Или не класть? Тьфу! Сколько же с него слупить за коней, да и отдавать всех не хочу. Да и вообще не хочу, теперь, когда нет кучи пленных рабов, коней вывезти будет проще.

— Ну, нет, значит, нет! Значит, не договорились. Итак, за рабов два миллиона семьсот пятьдесят тысяч. Ну и полтысячи красавиц и мастеров в сделку не входят. Такие рабы всегда нужны, — резюмирую я. — И если есть у вас «Школа природы», то их выпускники тоже не входят в число выкупаемых.

— Природы? В нашем городе нет, есть «Школа боли», есть «Школа камня» и «Школа наслаждений», вот повар досточтимой вдовы из этой школы, и служанки, — хмыкнул Владлен. — А ты неплохо осведомлён о нашем государстве. Может, желаешь почитать нашу священную книгу? Глядишь, и примешь нашу веру?

— Запрещена ваша вера у нас, знаешь же, — осадил я.

Торговались мы азартно. В итоге я наказал старика за обман с ценой. Тысячу коней я заберу, семь отдам старику по полторы сотни золотом. А нехер детей обманывать! Тем более, если у них уже есть свои дети. Семеро по лавкам! Ну ладно, трое пока, и три жены.

В четырех банках, сотне магазинов, городской казне магистратуры мы уже забрали не меньше миллиона золотом. Три миллиона восемьсот тысяч золотом завтра пригонят в порт. Из них доля императора — десять процентов, доля наёмников — половина из оставшегося. Итого, моя личная доля будет уже два миллиона сто шестьдесят тысяч золотом! Плюс рабов продадим, имущество награбленное в городе и замке, коней которых вывезем, вино опять же... И чё мы каждый год сюда не ходим набегами? Настроение моё улучшилось. Даю необходимые распоряжения — отобрать пять сотен рабов поценнее, остальных вернуть в город. Ну и прочее. Сам же собираюсь в обратную дорогу. Как и обещал, мебель в доме вдовы не тронул. Забрал повара, трех его помощников, двух служанок, нашёл все два десятка цветков «сирокский цвет». У вдовы оказался приличный автопарк из двух шикарных карет и одного мощного вида дилижанса со стрелометом сзади! Этакая тачанка. Ещё десятка три повозок. На повозках уже едет в порт моя личная добыча — три тысячи литров отменного вина.

Я сейчас на дилижансе объезжаю ограбленный город, не с целью посмотреть, не оставили ли чего ценного, а просто любопытно, как тут всё устроено. Сопровождает меня с десяток конных от Хеймдаля. Храмы города больше похожи на ажурные пагоды в азиатском стиле. Площадь перед зданием управы выложена голубым камнем, хоть выковыривай! Так красиво. Стоит статуя какому-то диковинному зверю — у нас такие не водятся — ярко-красного цвета. Как по мне, то безвкусица — не сочетается красный цвет статуи с голубыми камнями.

Не смотря на то, что мы вроде договорились о выкупе, и вроде как армия соседних провинций не успевает нас прижучить, мы вынуждены торопиться. Так бы ни одного цветного витража на храме не осталось. Я даже в магистрат не заглянул. Народу на улицах мало, дети да старики, смотрят на нас с любопытством, без ненависти. Тем страннее было поймать ненавидящий взгляд от пожилого калеки без ноги, сидящего у храма.

«Этот-то чего злобится? Что он мог потерять при захвате города? Клюку?» — недоумеваю про себя я, кинув в окно дилижанса серебрушку в качестве подаяния.

— Славься, император Хост, — с ненавистью выплюнул своё «спасибо» этот нищий.

— Кто ты? — заинтересовался я, выскочив из транспортного средства.

— Был бароном в империи Аками, двадцать лет назад при набеге на Теократию попал в плен, сейчас уже и не знаю, кто я. Работал на каменоломнях, потом загонщиком хищников, потерял ногу. Из рабства меня отпустили, пользы от меня мало, а кормить раба просто так тут не принято, вот уже третий год побираюсь здесь у храма. Даже послушником стал у казначея этого храма, ноги ему мою за похлёбку.

— Я тебе чем не угодил? — холодно спросил я, так как жалеть его не собираюсь — ну, не повезло ему.

— Прости, граф, вспомнил своё баронство. Наследник у меня был, но маленький, наверняка, жена вышла замуж ещё раз и родила пацана, а моего удавили, — повинился нищий. — Иначе бы давно меня выкупили.

— Хочешь проверить? — неожиданно для самого себя предлагаю я.

— Не может быть! — не верит калека.

— Может-может! Тем более, после войны наёмники будут доступны в большом количестве. А как по вашим законам будет, если вдруг вернётся барон, которого посчитали погибшим? — стало интересно мне.

— Права будут у меня и у того, кто законно получил моё баронство. А владеть баронством будет тот, кто сильнее. Как у всех. Граф! Обязуюсь отплатить тебе добром за твою помощь! Я, барон Джариф, в этом клянусь, — калека даже встал, опираясь на клюку.

— Да садись уже... не сюда, сзади, воняет от тебя..., — дивлюсь сам себе я.

Что, мне приключений мало?

— Рабов наших в городе много? — для проформы спросил я. — А то мы уже сегодня отсюда уходим.

— Откуда мне знать, не берегут их сильно тут, они и на рудниках здоровья гробят, и в лесах дичь добывают. Потом расскажу, что тут ценного есть. Баб, как водится, по борделям продают да самых красивых в прислугу берут. В городе вряд ли много, — ответил Джариф. — А чего, вы крылатого пса забирать не будете? Золотая статуя!

— Стоп! — командую я. — С чего она золотая, красная же!

— Ну, покрасили в какой цвет, такая и стоит, и потом, тварь эта крылатая тоже с красной шкурой, а статуя из золота — это точно, ведь из другого металла псов этих делать запрещено, бог на нём ездил! — поясняет Джариф. — Я прочитал об этом случайно в ритуальной книге храма, когда пьяного хозяина укладывал.

— Твою мать, — только и сказал я, так как статуя навскидку весит тонн пять, не меньше, если из золота! Ну, отвезти её можно, наверное. Найти повозку покрепче, с десяток карбетов этих запрячь. Утащат! В кило золота двести золотых, а здесь... ещё миллион получается? Это я удачно серебрушку потратил! А барон, пожалуй, себя уже окупил!

— Что за книги, рассказывай! Я знаю про священную книгу, это вроде как свод законов тут.

— В храме неплохая библиотека, и, кстати, у нас в империи «Аками» священная книга Теократов не запрещена, как в империи Хоста. Да и полно же ценного в храме! Вы что, его не ограбили?

— Ограбили, — буркнул Ригард, с интересом прислушивающийся к нашему разговору. — Но книги не брали, у вас же письменность другая, не как у нас. Картинки если только кому из солдат приглянулись. Но побоялись бы брать они. Запрет императора Хоста даже на одну книгу. Но вот как она выглядит, кто знает? А после набега, сам знаешь, менталы проверять будут на предмет, не взял ли себе чего из добычи. Выборочно, конечно, но дураков, хватать ненужную гадость, нет.

— А давай зайдём в храм, — азартно предложил я.

Глава 23

В храме откровенно бедно и грязно. Это мои ахаровцы тут побывали. Вынесли все, что не приколочено было. Хотя, судя по проплешинам на стенах, то, что приколочено, оторвали и тоже затрофеили. Иконы, картины, зеркала? Не знаю, что там висело. Сейчас меня интересует библиотека. Надо спускаться в подвал, но кто меня туда пустит первого? Отправляю пяток наёмников проверить. Вскоре они возвращаютя и сообщают, что в подвале пусто, нет ни ценностей, ни людей. Моя армия как пылесос тащит в себя всё, до чего дотягивается. Но библиотека там есть, мой новый подопечный показал неприметную дверь, за которой была пара комнат, одна вроде читальни, а вторая с книжными стеллажами. Освещение здесь яркое, его обеспечивали непривычного вида светильники, развешенные по стенам. Богатая, по местным меркам, библиотека — десятка три книг разного формата, от малышки до книги в половину моего роста.

Показали мне и запрещённую литературу — довольно толстый талмуд с мудростями теократов. От греха подальше даже не прикоснулся к ней, остальное приказал забрать и задумался — а сколько таких секретных комнат в подвалах мы пропустили? Недаром же местные идут на все мои условия, лишь бы я свалил поскорее из столицы провинции. Уже по пути наверх, моё ухо улавливает еле заметный приглушённый стук, раздающийся где-то за стеной. Из любопытства прикладываю ухо к стене. Епть! Она теплая. Интересно, что её греет?

— А почему стена нагревается? — спрашиваю я у Джарифа.

— Не знаю, я тут был всего один раз, я же говорил, — пожимает плечами тот.

Внимательно осматриваю стену. Визуально никаких отличий нагретой стены от не нагретой не нахожу. Но у меня есть остатки маны, и я запускаю скан на камни. На расстоянии полуметра обнаруживается небольшая пустота в стене, как раз там, где стенка нагревается. Становится любопытно, даю команду начинать долбить стену. Но долбить долго не пришлось, часть каменной стены отъехала назад, и в получившемся проёме я увидел огненный шар на глубокой деревянной подставке. И чего она не горит? Стена нагрелась, а деревянное двухметровое корыто нет. Шар не сплошной, ажурный, видно, что полый внутри.

— Чё это? — наудачу спрашиваю у Джарифа, всё же он почти местный житель.

— Жертвенный алтарь, ни разу не видел, но слышал о нём. Тех, кого приговаривают к смерти, в этой чаше и убивают, — глухо отвечает тот.

— При чем тут чаша? Ты про подставку? Я про шар спрашиваю, — не понимаю ответа я.

— Шар — обычный кусок железа, кованный из прутьев, никакой ценности не имеет, а вот подставка, на которой он лежит — это ценность. Наверное. Не знаю, к чему её можно на материке приспособить, но здесь это ценность, — пояснил Джариф.

Даю команду забрать и шар, и подставку, и выезжаю из города. Пришлось озаботиться ещё и вывозом статуи, но это уже не мои проблемы. Благо, есть кого напрячь.

К вечеру мы были уже в замке, но ночевать я там не стал, а поехали в базовый лагерь, который находился на развилке из четырех дорог. Боюсь, напарит меня Вивик. Веры этому «когтю Теократии» нет. Но там на удивление всё тихо, а поскольку дозоры у нас выставлены чуть ли не на сутки пути, то есть надежда, что схватки удастся избежать. Утром из порта мне подвезли заряженные артефакты. Я как разрядил во время боя все свои магические приблуды, так сразу дал команду отвезти их в порт и зарядить. Особенно тяжело без седла с защитой от дальних атак. Кругом лес, хоть там и бродят патрули егерей, но неуютно ощущаю себя, всё кажется, стрела в любой момент прилетит.

Двигаюсь с охраной в порт, навстречу мне идут табуны лошадей и пленники, которых я уже продал. Кстати, как сказал посыльный, золото весом почти двадцать тонн уже на кораблях. По моей команде вереница людей останавливается. Нет, мои люди в курсе кого брать — обязательно людей из местных школ мастеров и прочих ценных специалистов, сильных рабов-мужчин, ну и, как водится, красивых девушек. Я поэтому и остановил процессию. Уж очень заметная своей внешностью женщина идёт в числе других — высокая, с хорошей фигурой и сложной причёской на голове. Осанка выдает в ней не простолюдинку, ещё и взгляд дерзкий. Выхожу из кареты, но меня опережает Ригард. Он даже на калеку так среагировал — везде видит потенциальную угрозу для меня.

— Кто такая? — лениво спрашиваю я, оглядывая ещё раз красотку.

Лет двадцать пять, не больше, одежда странная, словно сделанная из коры какого-то дерева, в просветах видно белое тело, но стратегические места прикрыты надёжно. Ничего, раздену и осмотрю потом. Уже решил взять её с собой.

— Засунуть рабыню в повозку, — не дождавшись ответа, командую я.

— Баронесса Бокри, а не рабыня, — насмешливо представляется женщина. Граф, я подданная империи Хоста, и никто меня в рабы не записывал.

— Не понял, — туплю я.

— Сестра моя старшая замужем за местным «мастером пути», я их навещала тут. Когда началось вторжение, меня притащили в порт, но потом разобрались и отпустили, — поясняет женщина, также внимательно оглядывая меня.

— Так и есть, — кивает старший конвоя сотник Баркли. — Приказ командира полка.

— А сестра где с мужем? — разочарованно спрашиваю я, уже понимая, что потискать красотку не удастся.

Это здесь она одна, а дома может у неё баронство больше моего графства. Лишний повод для войны мне не нужен. Слава богу и так баб хватает с избытком.

— Уехали в столицу, я вот осталась присмотреть за ... присмотреть за домом, — слегка сбилась Бокри.

— Тетя, а когда я маму увижу? — дёргает за руку баронессу малышка лет семи, стоящая рядом.

Так это её племяшка! А вот и рычаг давления.

— А хочешь прокатиться на повозке? — предлагаю я ребенку.

— Граф! Вы в своём праве, но прошу вас! — баронесса переменилась в лице, поняв, что я могу забрать ребёнка в рабыни.

Бокри судорожно стала снимать лифчик из непонятного материала, обнажив прекрасную грудь. Тьфу, вообще тут оскотинился! Желание трахать красотку пропало.

— Это лишнее! Оденься, я пошутил, незачем было так нагло на меня смотреть, — пытаюсь затормозить процесс разоблачения женщины.

— Это подарок, — перебивает меня Бокри.

— Нахрен подарок! У меня дома три жены-красавицы, обойдусь, — упрямо отказываюсь я.

— Так это для ваших жён тоже подарок! — спорит со мной баронесса.

Ничего себе заявы! А тут более раскрепощённый народ, чем в империи! Но Пьон мне выгрызет мозг за такой подарок, Мила кинжалом отрежет что-нибудь, а Ольча может и отравить. Не всерьёз, но с горшка слазить не буду. У них в королевстве много разных ядов, она сама рассказывала, как одна из сестёр подсыпала ей отраву в еду, и Ольча три месяца ходила с красной физиономией. Целитель пятнадцатого ранга и тот сразу не смог вылечить. Джунгли мало изучены в этом плане.

— Ты что подумал, мальчишка?! — внезапно краснеет Бокри. — Этот комплект из коры местного подвида дуба повышает чувствительность женщины! Поносишь его полдня и полночи, потом сама не своя будешь!

— А, вот оно что! А зачем ты его сейчас носишь? — оскалился в улыбке я.

— Это самое ценное, что было в доме, надела, чтобы не украли! Хорошо, что коротышка, который нас с племянницей пленил, не разбирался в ценностях, — смущённо поясняет женщина.

Подарок я заберу, но дарить кому-то из своих? Вряд ли. Продам.

— Ригард! Найди что-нибудь из одежды, а ты давай в моём дилижансе переодевайся, что тут светить прелестями, — даю команду я.

Неожиданно Бокри проскальзывает в мой отсек, вместо того чтобы переодеться в общем. Её ловкие пальцы принимаются шустро раздевать меня. Вернее даже не раздевать, а высвобождать нужный ей орган.

— Баронесса, я же сказал, не требуется! — возмущаюсь ролью пользуемого я.

— Мне требуется! Два дня ношу этот комплект, уже на сучки деревьев с интересом посматриваю! Причем даже на короткие! Сил нет терпеть, ну тебе что, жалко? Пять минут и всё! — торопливо поясняет Бокри.

Мне было не жалко, разве что времени. Пятью минутами не обошлось, почти на час задержался. Остатки маны ушли на звуковой полог. Да не буду я продавать такую ценную вещь как комплект из лифчика, короткой юбки и чулков! Пусть и ношенных немного. Кора мягкая, приятная на ощупь, девочкам понравится!

Баронессе выделяю повозку с двумя лошадьми, пару солдат в провожатые, еды из награбленных запасов и денег из своих.

— Вот что значит благородный человек! — устало говорит Бокри на прощанье.

Надо сказать, причина остановки ни у кого удивления не вызвала, а взгляды, бросаемые на меня, были завистливо-одобрительные. К вечеру прибыли в порт. И только тут я понял, как много мы вывезли! Всё пространство было завалено барахлом, а корабли с трофеями под прикрытием искателей уже отправились в первую ходку. Пожалуй, за два рейса не вывезти, ведь ещё армию надо перевозить. А делать три ходки уже рискованно, может подойти подкрепление противника. Прикидываю по времени, сколько мне тут куковать? Ночевать буду на искателе Мелич, в море, заодно запас маны поправлю свой. А то, как голый.

— Граф, к вам просится Келидана, — заходит в мою палатку Ригард.

— Да пусть, — разрешаю я устало.

— Всё самое ценное уже отправили — золото, тысячу коней, сотни четыре пленников, ну и барахло поприличнее, — отчитывается вошедшая Келидана. — Барон ещё тут, но семью свою отправил в империю.

— Ты про Аршипа? Да помог он мне, давай завтра пообщаемся, я сейчас на искатель собираюсь погрузиться, и в море.

— Я затем и пришла. Можно с тобой? А по дороге тебе всё подробно расскажу. Ну, или ещё чего захочешь, — мурлыкнула Келидана, погладив меня по колену.

А я понял, что ничего не хочу — баронесса выжала из меня все соки.

На искателе было откровенно тесно, единственная отдельная большая каюта у Мелич, и та, зараза, из неё уходить не захотела. По итогу спали мы там втроём, и Келидана, не стесняясь дочки, домогалась до меня.

— Гарод, можешь мне подарок сделать? — просит она меня утром.

— Сделаю, чего уж, — добродушно отвечаю я, поглаживая выпуклости Келиданы. — Что хотела?

— Госпожа Мелич, на горизонте корабли императора! — разрушает идиллию вошедшая после короткого стука в дверь офицерша экипажа.

— Ну, — не понимает Мелич, и я, кстати, тоже.

— На флагмане штандарт императора!

— Он в столице же, — хором говорим мы трое.

— Значит, кто-то из его наследников, из первой сотни причем, только они могут поднимать штандарт императора Хоста. И флот, который идёт сюда громадный, кораблей сорок, не меньше.

Глава 24

Я возвращаюсь на берег и ожидаю гостей. Упс. Зря. Это меня к ним дергают, а не они сами снизошли. Неизвестный мне принц Бартоломью Хост. Со мной плывет Ригард, Гато и Баркли, остальные заняты делом в порту — грузят награбленное.

— Немедленно предстать пред очи принца, — недовольно шевелит толстыми мясистыми губами посланник.

Даже позавтракать не дали! Да и доклады не принял, а ну как нарушили теократы наше соглашение, и моя армия уже вступила в бой с их? Тем не менее плыву на искателе Мелич, а он не маленький, но корабль принца оказался намного больше. Огромный исполин с флагом императора поражал не только величиной, но и богатством убранства. Позолочен был не только нос корабля, но и даже корзина наблюдателя. Причем, я уверен, это не краска под золото, а настоящий благородный металл. Высокие борта не позволяли протянуть мостик от нашего корабля к флагману, и нас поднимают на палубу на платформе, где тут же пытаются разоружить и обыскать. И если Баркли и Гато безропотно отдают свои мечи, то я с вызовом смотрю на встречающего нас офицера.

— Правила есть правила, — невозмутимо говорит целый полутысячник гвардии, рослый и абсолютно лысый дядя.

— Ваши правила меня не касаются, — встаю в позу я.

— О, эти мальчишки, — закатывает глаза военный. — А если ты сбрендишь и нападешь на принца?

— Что, у него нет возрождения в храме? — привожу аргумент я.

— Можно подумать у тебя есть? Откуда мне знать? Такие вещи секретны, — поясняет полутысячник.

«О как, а я простодырый всем рассказываю», — огорчился про себя я.

— Не хочешь пускать, давай обратно нас доставляй, — артачусь перед подневольным вообще-то человеком я, и, наверное, зря.

— Граф, может не стоит спорить? — тихонько предлагает Ригард. — Ты вообще маг, а мечом своим только зарезаться можешь. И то если повезёт.

Нехотя отдаю и меч и оба кинжала, но пресекаю попытку шмона — не по понятиям это. Ведут нас довольно широким коридором, позади шагает какой-то осанистый высокий старик и бубнит правила поведения. Я пропускаю мимо ушей. В школе по этикету у меня высший балл был. В кают-компании полно народу — человек двадцать в форме и десяток аристократов. Что самое обидное, почти все с оружием. Чуял, что можно было додавить и оставить себе оружие. А всё Ригард. Собака! Зло оглядываюсь на него и вижу, что и он, и Баркли подобострастно вытянулись перед местными чинами и едят их глазами. Легонько бью своего сотника локтем под дых. Пусь не забывает, кого охранять должен. Само помещение обставлено изысканной мебелью, причем в основном белой и, вроде, из кости. На потолке и полу сложная мозаика. В центре за небольшим столиком сидит сам принц Бартоломью Хост, я его сразу узнал — показали портрет на берегу. Номер семьдесят один в списке наследников, какой-то пра-пра-пра-внук. Расфуфыренный по самое не могу. Рядом с ним сидит мальчуган лет десяти, с таким же пафосным выражением лица. Вряд ли сын, может внук? Оба завтракают. Понять сколько лет принцу трудно, но я и так знаю — около семидесяти. На столе закуски, но к ним прикладываются только «сам» и ребёнок, остальные сидят за общим столом или с края, у стеночки. Принц даёт указания стоящему рядом мужчине, магу семнадцатого ранга, довольно молодому, но это может быть результат омоложения. Нас с первого раза не замечают — все заняты своими делами. На входе парочка солдат в доспехах, даже забрала закрыты. Наверняка ещё и антимагические. Скорее всего, охрана. Стоят прямо на пути у меня, обойти можно слева и справа, и то надо бочком протискиваться. Как у нас бояре говорили? «Невместно». От, чего я с детства вспомнил! Или это из «кина» какого«? — размышляю некстати я.

— Ваше Высочество, — гаркнул я что есть дури, ибо стоять и ждать мне изрядно надоело. — Граф Кныш прибыл по вашему вызову.

Раздались смешки и недовольный голос принца:

— Кто там такой крикливый?

— Глухой, что ли? С дороги железяки! — я попытался отодвинуть охрану, но ничего не вышло, стоят как столбы!

Всё происходящее меня разозлило, я этому черту не подчиняюсь, надо мной только император Хост, формально, конечно.

— Пропустите. Граф, э-э-э ... как вас там, вас не учили как к наследникам обращаться? — вгрызаясь в какой-то фрукт смотрит на меня глава всего императорского флота.

— Так, вызывали, я и пришёл, — взяв единственный свободный стул, я уселся рядом со столиком принца и схватил куриную ножку со стола прямо руками.

Только потом я понял, что стул это мага, который рядом с принцем стоит.

— Кто разрешал садиться? — взвизгнул какой-то чин. — Дежурные, взять его и в карцер!

— Папа, а давай ему голову отрубим? — задорно предложил мальчишка.

— Ну-ну, не будем торопиться, — принц улыбнулся, дав команду громилам у входа не вмешиваться.

— Папе потом твоему император голову отрубит — нельзя воевать во время войны. И тебе непременно тоже. Нужна тебе голова? А папе? Думаю, нужны вам, вы же в них едите, — фальшиво улыбаясь, смотрю мальчику в глаза.

— Кто этот хам? — взъярился ещё один военный. — Понаприсылают детей на войну, какая скотина тебя воспитала? Хочу посмотреть твоему отцу в глаза.

— Это легко устроить — отрублю тебе башку, на том свете с моим папой и пообщаешься, и поверь — ещё не рад будешь, что умер, — с угрозой говорю я. — А насчет, скотина я или нет, это не тебе, псина, решать. Император признал и моего погибшего отца, и братьев погибших тоже при спасении императора, героями. Им установлен обелиск славы у меня в графстве, — я встал во весь свой рост и продолжил: — Представься, смертник.

— Прекратить конфликт. Герцог Монран и остальные, прошу помолчать, — властно махнул рукой принц. — А ты, мальчик, кушай раз такой голодный. Вспомнил какой ты, Кныш, ну да у меня к тебе дело. Ты, говорят, трофей взял знатный?

— Было дело, и не один, — кивнул, насторожившись, я. — Вы про череп червя?

Точно, говорили мне, что такая черепушка как боевой корабль стоит, и что император Хост их коллекционирует.

— Что? Череп? Какой череп? Нет, гораздо ценнее, — помотал головой принц.

— А, тот, прозрачный такой, сетка внутри просвечивается, червяк какой-то, говорят дорого стоит, — растерянно говорю, прикидывая, какие ещё ценности я уволок.

Епть. Золото!

— Вы про статую из золота? Пес крылатый выкрашен в красный цвет, так это просто миллион-полтора золотых, или он имеет какую-то иную ценность? — предполагаю я.

— Какая статуя?! Какой пес?! Что, больше ничего ценного не добыл? — непонятно от чего нервничает Бартоломью.

— Обижаете, ваше Высочество. Но двадцать пять тысяч рабов я уже продал, по сотне золотых, ... особо ценных людишек себе оставил! Блин! Вот голова моя пустая. Вы, наверное, про коней породы «Карбет», их я тоже продал, семь тысяч по полторы сотни золотом, но тысяча осталась. Что ещё? Вино ценное и дорогое? Так это моя личная добыча, продукты питания же, — задумался я.

— Карбет? Это же для конной гвардии лучший конь, — тихо ахнул за спиной кто-то.

— Вот это у них добыча, — восхищённо шепнул ещё кто-то.

— А кому ты продал всё это? — вкрадчиво спрашивает старик.

— Когтю или ногтю, я уж забыл, Теократии. Дедок, Владлен Вивик зовут, так он представился. Хотел его выпороть сначала, хорошо, что не успел. Так вот тот всё и выкупил награбленное. Мол, не хочет столицу провинции без людей оставлять и коней ему жалко, а армия Теократии не успевает на перехват. Может, набрехал, сука старая. Я подстраховался, полк поставил на развилку дорог. Но золото уже получено, и плывет обратно к нашему побережью, — бормочу я.

— «Основа Теократии» — кровавый Вивик, жив? Теперь он «Коготь Теократии», и становится понятно, откуда в этом захолустье «алтарь боли». И как же он тебе отдал-то его? — чуть не кричит Бартоломью.

— Так армия не успевает отбить, а на побережье у меня эскадра искателей, куда ему деваться? — ещё раз поясняю я. — А что за «алтарь боли»? Корыто такое деревянное для принесения жертв? Ну, выковорил его из стены, валяется в порту. Шар там ещё такой прикольный ажурный из металла и греется сильно, аж каменная стена в храме раскалилась.

— Да, я про неё, не мог он тебе её отдать, этих алтарей всего пять было у Теократии, один из них император захватил лет двести назад, и вот если этот увезём, то у них всего три останется! — аж заёрзал принц, забыв о еде. — Я забираю его у тебя в счёт доли с добычи императора.

— Не выйдет, добыча ещё не подсчитана, и, может, я это корыто заберу в счёт своей доли, имею право, — наливаю себе в фужер ещё неплохого винишка.

— И что, если император у тебя попросит, то не отдашь? — прищурился принц.

— Что значит «отдашь»? Вот оценит он его, тогда я буду решать. Добыча-то общая, моя тут всего половина, — смотрю на хитрого деда с возмущением.

— Половина! Жуть! Вот разбогатеет паренёк, — опять слышу голосок за спиной.

— А алтарь я нашёл уже после того, как мы с Вивиком договорились, он может и не знает ещё, что мы его утащили, — добавляю важную деталь я.

— Твоё счастье если не знает, потому что, если узнает, бежать придётся быстро, никакие договорённости не спасут, — размышляет вслух Бартоломью. — Так, полк, говоришь, у тебя в заслоне, я беру его под свою команду...

— Ваше высочество, не можете вы полк забрать, у вас какое место в списке наследования, а у сыновей принца Одрила? Они выше вас. А полк мне лично дал принц Одрил, нет у вас прав забирать его, а его сыновья — принцы Дава и Флетчер, мои друзья, дали свою церемониальную роту, — устало говорю я. — Гато, Баркли, подтвердите.

— Подтверждаю, — сказали мои починенные.

— А вам, герцог Монран, принц Одрил лично голову отрубит за хамство по отношению к его другу, и другу его сыновей, графу Кнышу — добавил Баркли.

Вот тебе и трус!

— Гарод, хорошо, я понял и принял твою позицию, но сейчас важно ДРАПАТЬ! Как только кровавый Вивик узнает об ограблении, они сразу рванут в порт! — подумав, сказал Бартоломью. — Я забираю всё, что ты награбил, прямо сейчас, а на том берегу разберёмся.

— Это меня устроит, — соглашаюсь я, — но думаю, не успеет его армия нас догнать, там четыре дня пути для неё, — напоминаю я.

— Дадут эликсиры всем, скорость удвоится, — морщится принц. — Такой куш, такой куш!

Глава 25

— Где-где корыто? — ещё раз переспросил я у ответственного за вывоз трофеев.

— Оно в последней партии ценностей, едет из столицы провинции в сторону замка, — терпеливо повторил седой и тучный дядька. — Зато конь золотой уже в порту!

Морда его выражала недоумение — мол, чего я гоношусь? Ценности основные вывезли и сейчас грузим на корабли. Тишь да благодать. Деревяшка? Да, резная, старинная, но вряд ли магический артефакт, тут их немного в стране. Магический фон отсутствует. Я понимаю — надо ехать и лично забирать ценную вещь, пока кровавый Вивик, которого я чуть не подверг публичной порке, не очухался. Прикидываю, кого с собой брать в поездку? Ясно, что конных обязательно. Егерей и сотню от папы Пьон не беру, они заняты в патрулировании. Тяжелую конницу от отца Ольчи тоже нет смысла брать — она тихоходна. Остальные пехота в отряде у меня. Взял у своих наёмников пятерых бойцов во главе с командиром наёмного отряда Тетахом и своих гвардейцев во главе с Ригардом. Джуна оставил в лагере за старшего.

На выезде из города меня настигает отряд легкобронированных рыцарей — личная гвардия принца Бартоломью. Два десятка отборных бойцов на хороших лошадях.

— Граф, поступаю в ваше распоряжение, полусотник личной гвардии барон Месью, — представился опытный воин глухим угрожающим голосом.

Если бы не понимал язык, подумал бы, что меня хотят ограбить или убить. Интересно, а как слышится угроза из его уст? С бароном маг семнадцатого ранга, больше похожий на переростка борца-тяжеловеса.

— Зелье выносливости для коней и всадников, — показывает сумку со склянками маг. — Я маг Лоу, семнадцатый ранг.

Тон речи спокойный, но такой же угрожающий. Принц их по голосу подбирал, что ли?

Но поддержке я рад. Как и зельям. Загнать коней можно быстро, это мой из стали и может скакать сутки без отдыха, у других таких нет. Навстречу нам движутся караваны с городским добром, попадаются табуны, причем не только породы Карбет, но и обычные лошадки. В спешном порядке до замка добрались затемно. На развилке дорог стоит заслон из второго пехотного полка и церемониальной роты. Врагов пока не видно. Уф-ф-ф! Меня немного отпускает. О том, чтобы ночевать в замке и думать не хочу, едем дальше в темноте. Впрочем, дорога отличная, освещение в виде светильников имеется, но наша скорость передвижения заметно упала. Ещё часа два, и встретимся с трофеем. Тот по закону подлости находится в последнем караване. Ночью уже, напоив коней эликсиром (как бы ни передохли от него), мы встретились с полусотней повозок, сопровождаемых пехотой Баркли.

— Граф? — недоуменно смотрит на меня какой-то небольшой чин второго пехотного. — Поздно мы вышли, было желание заночевать в городе, но там какие-то шевеления начались. Зря мы всех пленных вернули, сейчас там сформируют ополчение из пары тысяч воинов и дадут нам ..., — пехотный благоразумно замолчал.

Но невысказанное слово повисло в воздухе.

— Довольно паниковать, одну ночь не поспите, не сдохнете, — грублю я. — Где повозка с корытом и шаром?

— Сенчин, где деревяха? — зычно гаркнул подчинённому мой собеседник.

— Так она уже в замке, наверняка. Мы эту повозку отправили с предпоследней партией, — степенно произнес могучий мужик с копьём.

Причем копьё в его руках не выглядело угрожающим — маленькое такое, как зубочистка. Впрочем, копьё-то нормальное, мужик просто огромный. Вот и не пойми, радоваться мне или огорчаться? Вроде как ближе к порту трофей, но с другой стороны — я его не вижу, а значит, не контролирую.

— Повозки бросаем, приоритет — быстрее добраться до порта, — отдаю приказ я.

— Да как же, тут мыловарня целая у нас ..., — забасил Сенчин.

— Выполнять! Башка лишняя? Бегом в порт! Опоздаете — здесь оставлю! — заорал я в гневе и даже непроизвольно выхватил меч.

А я таки нервничаю. Движемся обратно и перед самым замком нагоняем одинокую кибитку с дорогим трофеем «алтарь боли». За возничего в повозке сидит один легкораненый боец. Другой охраны нет. Спешиваю пару конных от принца Бартоломью и запрягаю их коней в повозку. Гоним что есть сил к замку. Там тоже десяток-другой стражи, я ей даю команду немедленно выдвигаться в порт. Пехом, конечно, а что делать? В другой раз, когда грабить Теократию поплыву, только конных с собой возьму.

Народ в замке в недоумении, ждут последний караван, а у меня на душе неспокойно. Лошадей ещё раз поим эликсирами, люди оказались выносливее. Мой Донт тоже стал выказывать первые признаки усталости, но ему допинг не даю — дорогущий он, да и нет таких в продаже, очередь по десять лет вперед на подобный товар. Движется наш небольшой, но зубастый караван не быстро, и хоть кони в повозке и накачаны допингом, но сама она не выглядит чудом инженерной мысли — никаких рессор, и большие деревянные колёса подпрыгивают на каменном тракте.

«Не дай боже сломается», — с неудовольствием посмотрел на драндулет я, и, разумеется, ... накаркал.

Одно из передних колёс повозки с треском разваливается, накренив транспортное средство набок, отчего шар, замотанный тряпками, выскочил и весело покатился по дороге к зарослям кустарника. Километр не доехали до перекрестка.

Ругань одного глазливого графа была слышна и на другом материке. Маг Лоу уважительно цокнул языком. Шар быстро вернули на место, а вот что делать дальше — не понимаю. Положение спас приданный барон Месью от принца Бартоломью. Он спешил пяток человек из своего конного отряда и стали поддерживать повозку с одного края, того, на котором уже не было колеса. Оказывается, и на трёх колесах можно ехать!

— Если что, на руках понесём, — обнадёжил меня он.

— Ран, — кричу я своему бойцу. — Скачи на развилку и конфискуй любое транспортное средство.

Только он ускакал, как насторожился пришлый маг.

— Слышу звуки битвы, — мертвым голосом произнёс он. — Справа, в паре километров от нас. Пора умирать, граф!

Я не слышал ничего, но может, артефакт какой у Лоу есть. А умирать я не собирался, убить всех — это да, умирать — не моё.

Через десять минут показался временный лагерь дозорных сотен, и мне наконец-то повезло. Ран нашёл мощную телегу, на которой стояла баллиста и сейчас пытается отнять её у расчета, возглавляемого седым и усатым, как Д`Артаньян, мужиком. Мордой он тоже походил на Боярского.

— Граф, идёт бой в километре отсюда, вам бы поскорее прибыть в порт, не стоит тут задерживаться, — подскочил ко мне как бы не тот молодой сотник Баркли, которого я спас в замке, вылечив магией. — Тут опасно находится.

Да сам не хочу!

— Граф! — завопил «мушкетёр» в отчаяньи глядя, как Ран скидывает баллисту. — Там наши парни гибнут, баллиста нужна, чтобы отбить нападение! А он вашим приказом ...

— Это мой приказ! — прерываю я.

Нет смысла пояснять всем подряд важность этих четырех колёс.

С левой стороны мимо нас бежит пешая сотня, бежит она прямо на звуки боя, очевидно, приказ был отдан ещё до нашего прибытия. И в самом деле, зачем держать заслоны с двух сторон, если бой идёт с одной?

— Продолжать движение. Ригард, Кант, со мной! Лоу? Есть желание потратить наши запасы магических сил? — задорно спрашиваю я.

Пришпорив Донта, я, не дожидаясь согласия мага, направляюсь в сторону военных действий. Небольшой холм и заросли джунглей скрывают картину боя, но пять минут — и я вижу всё.

Глаз охватил сразу с десяток моментов: вот я вижу размётанную баррикаду из стволов деревьев и камней; за баррикадой лежат убитые и раненые бойцы; три десятка отлично экипированных мечников, стоя в кругу, спинами друг к другу, отбиваются от врагов — это остатки церемониальной роты Давы и Флетчера; в километре от заслона наблюдаю сплошную тучу из вражеских конных отрядов, движущихся в нашем направлении — их там тысячи; в джунглях тоже идёт бой, но его не видно; единственная наша полковая баллиста сделала последний выстрел, убив пяток закованных в железо гигантов врага; ещё столько же таких чудовищ уже режут обслугу нашей артиллерии.

Ясно, делать тут нечего, максимум, что мы сможем — задержать на полчаса идущую на нас орду, и то не уверен в этом.

Оглядываюсь вокруг и вижу, что Лоу вместе со мной не поехал. Струсил, что ли? Или у него приказ прикрывать корыто? Без замаха и долгих камланий пользуюсь магией тринадцатого ранга «деформация». Земля перед надвигающейся ордой вспучивается, некоторые булыжники мостовой подлетают метров на двадцать вверх, огромный земляной вал преграждает путь врагу. Все! Дороги больше нет, передвигаться можно только по джунглям.

— Ну, ты зверюга, — восхищенно произносит Ригард.

Остатки заслона и подоспевшая нам на помощь пехотная сотня с другой стороны развилки с удвоенной силой бросаются на врагов.

— Добейте всех и отходите, — командую я.

— Раненых не спасать! — сплевывая выбитые зубы, произносит сотник церемониальной роты рыжий Гато.

Он прав, но в данный момент я рад, что не мне пришлось это сказать. Движемся назад. На самом перекрестке мой Донт встал, потом лег на брюхо и ... заснул. Еле успел соскочить!

— Он спит? — с изумлением спросил Ригард.

Мимо нас проходят остатки наших сил, уже без трофеев — самим бы спастись. Но все идут на своих двоих, коня отнять не у кого. Разумеется, Кант тут же уступает мне своего, но бросать коня, к которому привык, я не хочу. Дать элексир? Да хрен его знает, как он будет на него действовать, возможно никак, или сдохнет тут же.

— Я знаю, что делать, — говорит Хисан, незаметно подкравшийся сзади.

— Ты-то откуда здесь взялся? — хором спрашиваем мы его.

— Из порта, там вам навстречу движутся десять тысяч пехоты Бартоломью, два десятка магов с ними. Что там мне делать? Без меня обойдутся, вот и двинул к вам, граф, — пояснил мой маг-диверсант.

— А телега из-под баллисты с корытом? — спрашиваю главное я.

— Недалеко отъехала, но там Лоу и какая-никакая охрана, — вздыхает Хисан. — Дай-ка я коня твоего на ноги подниму.

Он вливает ману в кое-то заклинание и происходят две вещи одновременно: Донт открывает глаза и, укоризненно заржав, встаёт на ноги!

Вот никогда не слышал такого ржания от него, он вообще у меня молчун.

И второе — в нескольких километрах от нас по направлению к порту расцветает вспышка огня, и вскоре до нас долетает ослабевшая из-за сноса леса воздушная волна.

Глава 26

Это значит, недалеко от нас по направлению к побережью ведутся боевые действия с применением нехилой магии. Скорее всего, Лоу зажигает, тратя запасы маны, а значит, дело серьёзное. Судя по звукам и вспышке, бой близко, не больше пары километров по дороге. Тракт, ведущий к морю, достаточно широкий и ровный. Почему люди Бартоломью не успели уехать далеко — непонятно.

— Потерпи, друг! Я тебе пяток самых лучших кобыл, как всё закончится, подгоню, — ласково уговариваю я Донта, запрыгивая на него. — Парни, за мной на выручку Месью и Лоу. Ну, и трофей надо, кровь из носу, спасти!

Донт, опять тихонько заржав, как видно, не сильно веря моим обещаниям, всё-таки стал набирать скорость по дороге в лес.

— Гарод, жди меня, ... я, я первый, — кричит мне в спину замешкавшийся Ригард.

Но азарт боя подстёгивал меня, а я, соответственно, Донта. И надо сказать, это помогло спастись моему сотнику. На очередном изгибе я получаю копьё в грудь Донта. Целили в меня, но умный конь спас своего хозяина, встав на дыбы. Копьё, хоть и толстенное, и выпущенное умелой рукой, вреда коню не причинило. Донт разломал его напополам копытом. В первый момент я ничего не понял — огромная воронка вместо леса справа, сверкание молний в лесу слева и свалка посередине тракта. Кто с кем я сначала не разобрал, потоптался секунд пятнадцать, пытаясь найти наших и оценить количество врагов. За это время Ригард и компания настигли меня, сразу как бы охватывая со всех сторон и прикрывая своими телами. Следом за ними спешит Теттах со своими парнями.

— Как они прошли сквозь джунгли? — удивился вслух я, понимая, наконец, то, что тут происходит.

Враги на нас напали из леса!

Вопросы и размышления пришлось отложить — на нас выскочил пяток солдат Теократии звереватого вида. Шкуры — это ещё ладно, а вот дубины, причем деревянные. Это кто вообще?! Каменный век какой-то. Причем, воины все рослые, примерно с меня, сидещего на коне! Вижу краем глаза, как вылетают мечи из рук Рана и Ригарда, принявших удары дубин первыми. Мечи выбили, а дубинки целы? Это что ж такое-то? Но мой Донт опять не сплоховал, лягнув в грудь одного в шкуре, а второго, беря пастью за голову и отбрасывая в сторону! На нас обратили внимание, а я, наконец, понял ситуацию целиком. Зажав к обочине крытую повозку, обороняемую сборной солянкой из моих воинов, возвращающихся с трофеями, и остатков сил барона Месью, войско врага из пары сотен человек постепенно уменьшало ряды защитников. Кроме людей, у нападавших были странного вида диковинные звери, сражавшиеся наравне с бойцами Теократии против нас. Особенно меня впечатлила пятиметровая змея.

Нас всего десяток, и я без маны, сильно мы не поможем, но и отходить некуда — дорога к порту закрыта, а сзади к нам рвутся тысячи мотивированных бойцов, которых остатки заслона, пусть даже усиленного сотней с другой стороны развилки дороги, надолго не задержат. Пока всё держится на мастерстве Лоу, который, экономно расходуя силы, выборочно бьёт молнией по самым опасным врагам.

Это я уже обдумывал в бою, отражая удар за ударом. Тем же занимались мои гвардейцы, прикрывая меня со всех сторон. Но как не старались ребята, вскоре мы начали нести потери. Был убит (или ранен?) Кант, выбит из седла Ригард, который сейчас отмахивается сразу от двоих соперников, как оказалось, тоже прилично владеющих мечами. Ран, Тарак и Крит пока в седле. Наёмники Теттаха полегли очень быстро, нет у них такой выучки как у гвардейцев императора Хоста. Остался сам гигант Теттах и один из его подчинённых. На меня бросается очередной враг. Наклоняюсь, пропуская копьё над головой, попутно добивая какого-то подранка. Очень хочется пустить воздушную волну, но сил моих магических точно не хватит. Наш совместный удар выкосил на дороге, запруженной врагами, улочку до несломленных ещё бойцов Бартоломью. Лоу нас замечает и кричит:

— Гарод, уходим!

— Первый десяток — бой, второй прикрывает, остальные — лестницей, — отдаёт малопонятные команды Месью.

Тут же Лоу долбанул по ближнему кругу нападающих огненным заклинанием и, очевидно, израсходовав остатки маны, выпустил облако водяного пара, отчего все поле боя покрылось туманом. Струсил? Уходим? Да хрен вам в рыло! Бросать повозку с трофеем я не намерен. Кант ранен или убит, Ригард без коня. «Вот суки, бросили ценный артефакт», — злюсь я на приданных мне бойцов Бартоломью. Хотя, пока новые враги не набежали, путь к морю открыт!

— Канта на телегу, Ригард за возницу, — даю свои команды я, и меня слушается не только пятёрка моих гвардейцев, но и десяток-другой разнокалиберных отстающих.

— Ра!

На меня из облака пара выскакивает натуральное злобное кенгуру. Только ростом метра два. Хотя, какого роста эти животные на матушке Земле, я не знаю. Удар мечом, наработанный в школе «Башня», был идеален, и мои бывшие наставники оценили бы его на высший балл. Конец меча, сделав полукруг, ювелирно срезает голову непонятно откуда взявшемуся животному. Сволочи, бросили меня с трофеем тут!

Непонятно каким образом, но обе лошади в повозке целы. И то хлеб. Движемся по дороге, а Ригард успевает отдавать команды сборному отряду отстающих. Невесть откуда взявшийся Хисан помогает ему закинуть на повозку беспомощного Канта и лечит того. У Хисана запасы маны есть, жаль, ранг маловат.

Мы движемся в ещё не рассевшемся тумане медленно, но в нужную сторону. Часть врагов бросилась в азарте боя за уходящим отрядом Бартоломью, часть попыталась поставить заслон нам, а остальные вгрызались в наше сильно уменьшившееся войско со всех сторон.

— Гарод, повозка пуста, — неожиданно крикнул Хисан.

Пазл сразу встал на место! Пока отряд принца изображал доблестную защиту пустой повозки, настоящая уже спокойно ехала в порт. Вот почему барон и маг недалеко ушли. Отличная новость, но бросить средство передвижения я не могу — на нём раненый Кант. Решение пришло быстро.

— Закидывайте его мне на седло, — командую я.

Бедный Донт, не расплачусь я с ним. Ригард и Хисан, обрубив пристяжь повозки, оседлали не сильно лихих, но каких есть лошадей. Вырвавшись из засады, наша конная восьмерка резво уходила от врагов, оставляя умирать парней из второго пехотного полка принца Одрила. Шустрый барон и маг далеко оторвались от нас, и догнали мы их только через час. Догнали и ещё одну кибитку, вполне возможно, с ценным трофеем. В настоящее время всадники Месью, коих осталось пятеро во главе с опытным бароном, стояли насмерть в немыслемом сражении с чуть ли не сотней врагов. Лоу был тут же, но ... голова — отдельно, туловище — тоже. Отвоевался храбрец. Защитников спасало то, что сзади была небольшая скала и окружить их враги сразу не могли. Торопливо сгружаю Канта, слыша, как тот стонет. Не сговариваясь и не тратя силы на переговоры, мы рванули на подмогу.

«Глядишь, минут на пять позже погибнут защитники повозки», — думал я, прикидывая на какое заклинание потратить остатки своих магических сил.

Долго думать не пришлось! Со стороны джунглей на помощь врагам вылезла огромная змеюка со стреломётом на спине.

— На колено! — крикнул кто-то из командиров теократского отряда тонким голосом ребёнка.

Вжик! Два десятка стрел бессильно скользнули по воздушному щиту, который я успел выставить за секунду, наверняка, побив все нормативы. Я пуст, тяжёлый откат настигает меня, но эликсиры Лоу ещё действуют, и вот уже вместо пятёрки легкобронированных рыцарей во главе с полусотником гвардии Бартоломью у повозки выстроилась чертова дюжина защитников. Я, Ригард и Хисан на плохих лошадях, Тарак, Ран, Крит, Теттах и его, я вижу, подраненный солдат.

— Гарод, ждём подмогу, — кричит барон, которому, похоже, весело.

Он весь в крови, непонятно своей или чужой, скорее всего, и в той, и в другой. Чертов маньяк, всё тут маньяки. «Подмога» — как же! «Жаль, подмога не пришла, подкрепленье не прислали», — всплыли в голове строки забытой песни. Донт опять валится на землю и мгновенно засыпает. Вот я и пеший!

«Окружай, пять шагов назад», — раздается тот же детский голосок командира нападавших.

Из-за высоких деревьев, окружающих дорогу, на обочину выползают три ... дракона! Нет, не дракона, конечно, скорее, это вараны или ящерицы-переростки, но какие же они огромные! Растопчут и не заметят. Хотя, может, сожрут, топтать побоятся — у нас же это ... «алтарь боли», вдруг повредят. Секунд десять, и нам конец.

«Кстати, сейчас-то эта гадость в телеге», — мелькнула мысль у меня, и захотелось проверить. Что я немедленно и сделал, приподняв полог кибитки. На месте! Резная деревяшка и по-прежнему горячий шар. Протягиваю к шару руку, желая почувствовать жар и, получая стрелу в спину, прикрытую доспехами, падаю на корыто, хватаясь за шар. Внезапно я чувствую, как мой магический источник заполнился с мгновенной скоростью, чего, по мнению всех, кто тут был, ожидать было никак нельзя! Магического фона нет, и резерв маны не восстанавливается! Алтарь зарядил ману, или шар этот, неважно.

— Гарод, к бою, — орёт Ригард.

И я в первый раз слышу в его голосе страх. Но к врагам повернулся не как, в сущности, хреновый мечник, а как полный сил злой и торжествующий маг! Причина истерики Ригарда была в метре от него, с разинутой пастью нависая над головой. Первая ящерка доползла! На свою погибель. Взрываю землю под ногами местных тварей (да, это тринадцатый ранг!) с такой силой, что всех, кто был в зоне заклинания, подбрасывает на разную высоту. Ящерка взлетела на пару метров, но это были не все её несчастья, добиваю её своей коронкой — электричеством! Ну, хоть перед смертью душу отвел! Хотя ... Ещё раз сую руку под полог кибитки. «Есть такая буква!» Я опять заряжен по самое не хочу, а источник у меня один из самых больших на моём ранге.

— Граф, ещё! — восторженно кричит суровый барон Месью.

Огненный шторм, звуковая волна, два удара молнией по ревущим и недобитым животным. Опять зарядка! На этот раз медленнее, но и врагов почти не осталось. Вижу кувыркающуюся фигурку командирши. Да, только у командира отряда могут быть такие артефакты, которые защитят от моих заклинаний. Теперь понятно, отчего голос такой был — не детский, а женский.

— Вперёд! Убить! — кровожадно пищит она, не видя, что живых и ещё способных драться подчинённых у неё нет.

Хрясь! Это Ригард бьёт рукояткой меча по личику девицы, выбивая из неё способность орать.

Глава 27

Медленно оглядываю поле брани. Я безусловный победитель. Маг тринадцатого ранга может прилично нашалить, в том числе и убить сотню-другую врагов. Хотя, вижу, из врагов кто-то ранен. Деваха эта, например, в отключке. А ничего такая у неё фигурка. Лицо разбито в кровь, но угадывается миловидность. Одета богато – золото и камни везде.

– Её на кибитку, и в путь. Парни, прикройте нас!

Первое я крикнул своим гвардейцам, а второе – оставшимся союзникам Бартоломью и моим подчинённым из разных отрядов.

– Теттах – старший. Полчаса, не больше, тут находитесь. Потом отходите, – добавляю я.

Теттах, командир наёмного отряда, который собрала Пьон, оставленный здесь, скорее всего, на верную смерть лишь мрачно кивнул. Хисан тем временем с помощью своего снадобья помог встать на ноги моему Донту, но вижу, конь шатается, поэтому сажусь тоже на кибитку рядом с пленницей, и меня вдруг пронзает острая боль. Откат от магии? От боли не могу вымолвить ни слова, но делаю знак рукой – команду в путь. Что ж я маленький не сдох? Как больно-то! Кибитка бодро едет, тем более, удалось поменять коней с кляч на оставшихся без всадников хороших гвардейских лошадок из отряда Месью. В его отряде в живых осталось только пятеро конных, вместе с бароном. А было два десятка! Мы даже тело мага забрать не смогли, был выбор класть на повозку Канта или Лоу без головы. Лоу уже не спасти, а за Канта я поборюсь. Если сам выживу. Боль терзала меня всё больше с каждой сотней метров пути. Я, лежа на спине, смотрю на высокие деревья вдоль дороги, незнакомые мне по виду, ощущая каждый камешек, переезжаемый безрессорной, разумеется, повозкой. Сейчас все силы мои уходили на то, чтобы позорно не орать от боли. Донт бредёт рядом и, кажется, мне сочувствует, но, скорее всего, рад, что никакой дядя не сидит у него на спине. От нечего делать встал вспоминать разные моменты из жизни на Земле. Как в первый раз меня ранили на бандитской стрелке, как пацаном меня била по заднице мать неизвестно за какие грехи, вспомнил и шефа, платил тот хорошо и ценил меня, но чуть что – сразу сдал. Я уверен, по его приказу меня подрезали в тюряге. К боли во всем теле добавилась ещё и злость. Даже легче дышать стало. Орать по-прежнему хотелось, но уже не «ой, пипец как больно» а «в рот Давиду Георгиевичу ноги»! Потом вспомнился финал чемпионата России по рукопашному бою «Панкратион», где я выиграл нокаутом в третьем раунде. И, кроме злости, в голове, затуманенной болью, появилось торжество. Выкуси!

Внезапно в голове стало чисто, я стал понимать, где я еду. Вот небольшая скала и поворот, от него до порта километров пятнадцать всего. Теттах со своими ребятами уже нагнал нас, что тоже отлично. Донт оклемался и присматривается к крупу лошади Ригарда. Ригард тоже едет на каурой кобыле из отряда Месью. Неплохие у них кони, и бойцы были отменные. Донт куда попало пялиться не будет. Рядом ощутил связанную пленницу, лежащую на животе. У девицы рельефная фигурная задница и ноги с тонкими лодыжками. Повернул к себе её лицо и увидел смазливую мордашку с синяком под глазом. И как быстро из злобно-торжествующей она превратилась в удивленно-испуганную.

«А она ничего! Сексапильна», – принял решение я и подмигнул красотке.

– Как ты жив? Маг, заполнивший свой резервуар маны из «купели боли», умирает в течение десяти минут! А ты уже почти час сопишь и не дохнешь! Да и заправлялся ты, я заметила, чужой силой раза три! – негромко спросила она, пытаясь отодвинуться от меня.

Безуспешно, повозка узкая, а с другой стороны от неё лежит раненый Кант. Я хотел было сказать, что вот-вот рожу от боли, но понял – ничего не болит! Злость на шефа, обида на маму, и радость от победы на соревновании – всё и сейчас очень живо помню, а боли нет! Резко встаю на повозке, хлопаю по попке пленницу, и командую Донту:

– Донт, ко мне!

Донт, досадливо мотнув головой, пристроился к едущей повозке, но из вида кобылку не выпускает. Вскакиваю в седло, ощущая, как приятно быть молодым и здоровым. Особенно после мучительной боли.

– Граф, ты бы лежал, – встрепенулся Ригард.

– Я в порядке, – недовольно ворчу я, оглядывая наш небольшой отряд.

– К бою! – вдруг орёт полусотник гвардии барон Месью.

Едет он вперёдсмотрящим.

– Наши! Отставить к бою! – радуется Месью через пять секунд.

Да, до нас добрался передовой отряд, который отправил принц Бартоломью. Сплошь пехота, и видно, что только что воевала. Очевидно, они сбили в дороге ещё одну засаду. На конях буквально пяток человек у них, но сам передовой отряд (судя по отметкам это шестой гвардейский полк) велик – сотни три опытных воинов.

– А вы не торопились, – укоризненно говорю я встречному всаднику с графскими знаками отличия.

– В наличии была только пехота, без конницы, и в пути два раза повоевать пришлось, – пояснил этот самый граф. – «Купель боли» с вами?

– На повозке. Только ты, я вижу, маг, хоть и первого ранга, так что не касайся купели, – предупредил я.

— Это всем известно, – сказал дядька, спрыгивая с коня.

– Всем да не всем, – вздыхаю я.

– Ничё такая задница, – похвалил пленницу граф. – И купель на месте! Первая сотня, вперёд! Остальные, в походный ордер по направлению к морю!

Граф ещё отдал несколько команд и, так и не представившись, ускакал к порту.

По пути мы встретили ещё много пехоты, которая рвалась в бой, обгоняли и своих ребят. Около порта, например, нас встретил Баркли, наш командующий, и сразу полез с докладом. Добраться до самого моря у нас получилось только к вечеру. Попавшиеся навстречу маги подлечили Канта и других раненых. Мой гвардеец потерял много крови и быстро тут ему не поможешь. Ведь про переливание крови в этом мире не слышали, наверное.

На нашей стоянке меня ожидает походный шатёр. Я полон сил, и хотел уже потребовать к себе пленницу. Надо же допросить, кто она и как они так быстро добрались до нас? Ну и так, может, чего придумаю. Но пленница спала мертвым сном.

– Всем надо отдыхать, – настаивал Хисан. – Силы, которые мы потратили на путь, по сути заёмные, и скоро начнётся откат. Вот девка эта пленная уже отрубилась.

– Глаз с неё не спускать, грузить трофеи, лечить раненых, всем, кто был в пути – отдыхать! – послушно командую я.

Утром меня встретили новостью, что почти вся добыча и пленные погружены на корабли, а девка до сих пор спит. Зашёл, посмотрел, она уже не такая привлекательная, как вчера – светлые волосы спутанны, амулеты и драгоценности с неё сняли. Лежит в одних сапогах и комбинезоне, который оказался у неё под платьем, когда её раздели. Ну, или сама она это сделала.

«Замарашка», – решил я.

Несмотря на бурную прогулку, утром меня дергает к себе принц Бартоломью. Делать нечего, плывем. Я, Ригард и Теттах. Рыжего Гато, командира церемониальной роты, так и не видели, вместе с ним сгинули отряды второго пехотного принца Одрила.

Та же самая эскадра, тот же флагман, та же каюта. В ней с полсотни разных персон, и пустили в неё опять только меня. Слушаю доклад.

– Общие потери – больше тысячи человек у нас и шестьсот у графа, – нудел тонкий, как свечка, старик, кажется, даже качающийся от ветхости. – «Купель боли» уже на нашем берегу, император доволен и велел передать, что награждение будет позже.

«Это уже хорошая новость! За ночь деревянная лоханка пересекла море! А вот потери не радуют», – отмечаю про себя я.

– Атаки карательных отрядов Теократии прекратились. Остатки добычи грузятся на судна. «Искатели» графа Кныша охраняют акваторию. Окончательное отплытие сегодня в ночь! – закончил доклад сухостой.

– А почему не сейчас? – не утерпел и уточнил я. – И кто дал команду увезти купель эту?

На меня посмотрели, как на вошь. Тут целый принц-наследник, а худородный молодой граф, (кстати, а что он тут делает?) сидит и вопросы задаёт!

Мне ответили моментально и уважительно:

– Граф Кныш! (ах, вот оно что, «Искатели» его!) ваши заслуги в захвате «купели боли» (что?!) дают вам право на вопросы, но ценность вашего трофея слишком велика, чтобы вы единолично решали его судьбу, – мягко сказал принц Бартоломью. – Мы ждём остатки добычи, которую захватили, пока спасали вашу жизнь!

– Трофеи – святое, – соглашаюсь я. – А что-то осталось ценного? Я всё выгреб же!

– Например, захвачены две ездовые змеи, цена каждой – полмиллиона золотом, с десяток других мертвых созданий различного вида потянут на такую же сумму, кое-какие возвращаются и отряды. Вот недавно вернулся барон Гато, я знаю, принцы Дава и Флетчер очень дорожили им. Но от отряда в полторы сотни и сорока человек в строй не собрать, – охотно стал пояснять древний старикан.

Да блин, он, судя по отметкам, вообще раб! А на собрании все ему внимают.

– Граф Кныш, а как вы выжили после того, как зачерпнули из купели магические силы? – вдруг спросил один из магов, вроде невысокого пятого ранга, но сидящего рядом с принцем Бартоломью.

– Гато выжил! Хорошая новость, – проигнорировал я вопрос мага.

– Принц, этот вопрос несрочный, – заметил старик-докладчик и добавил: – Так, нам надо решить ещё один вопрос – что сделать с дланью Теократии?

– Да граф, ваша пленница, которая командовала отрядом прорыва через джунгли, уже отошла от своих снадобий? – уточнил принц.

– Длань это? Я и не знал, – удивился я. – Думал, обычная девка.

Принц, а следом за ним придворные засмеялись моей простоте.

– Граф, я настаиваю на включении этой особы в мою долю трофеев, – потребовал Бартоломью.

– Вашей доли? Всё, что захватил я, наше, и я, как глава отряда, имею право первого выбора, – напомнил очевидные вещи принцу.

– И «купель боли»? Без нашей помощи вы бы её не уберегли, – опять влез старик-раб.

– Трофей мой. Захвачен лично по моему приказу. Вы уверены, что ваша помощь вообще понадобилась? Я неплохо справился сам! – против воли повышаю голос я.

Не люблю, когда наглеют.

Глава 28

— Граф, стойте! Я вас не отпускал! — слышу я в спину от принца.

Но я уже иду на выход. Ничего нового или важного для себя не услышу.

— Может, надо было... — пробасил Теттах.

— Да пусть живут, — пошутил я.

— Принц желает вас видеть снова, — дорогу нам троим перегодил невысокий толстяк, размалёванный как клоун.

Ссориться ни с кем не хочу, но и поощрять наглость тоже нет желания. С одной стороны, заметно значимый член правящей фамилии, командующий всем флотом вторжения, с другой стороны, мои трофеи, за которые я заплатил немало, в том числе и своими мучениями. Рассказывать, как я избавился от боли, я тоже просто так не намерен. За всякую информацию надо платить. И я буду не я, если не затребую и не получу какой-нибудь пустячок. Например, кусок земли, или титул. Но сейчас, в конкретный момент, мне ничего не дадут, а надуть попытаются — это факт. НАсквозь вижу.

— Нет времени, мне нужно отчаливать с добычей побыстрее. Передайте принцу, что граф Кныш вынужден заняться своим отрядом и своими людьми, — вежливо отвечаю я, отпихивая с дороги дядьку.

— Граф, принц хочет поговорить с вами наедине, — уже вдогонку кричит посыльный.

Наедине? Это явный признак того, что меня, если и не приняли за равного, то зауважали.

— Веди, — соглашаюсь я.

Идем по узкому коридору, потом по трапу поднимаемся наверх и попадаем в небольшую комнату со стеклянными стенами. Оттуда открывается изумительный вид на море и на порт. В комнате двое — раб-старик, и принц Бартоломью.

— Наедине? — хмыкнул я, указывая на дедкА.

— Это мой наставник, уже больше сотни лет служит мне, с самого рождения, — пояснил статус третьего лица принц. — Давно бы мог уже графом, как ты, стать, но отказывается. Алан Красный.

Красный — явно кличка, ну да мне плевать, пусть будет.

— Граф, я расскажу вам, в чем ценность вашей пленницы, — заскрипел старик.

— Она входит в совет правителей Теократии? — ткнул пальцем в воздух я.

Помнится Владлен, который коготь Теократии, говорил, что он один из правителей.

— Нет, не входит. Это командир личной гвардии совета Теократов. Чтобы вернуть купель, брошены все силы. Сквозь джунгли, на эликсирах, с помощью своего зверинца они смогли за сутки достичь и преградить вам дорогу. А ценна она по двум причинам — знает много о внутреннем устройстве их государства и способна подчинять прирученных зверей. Не всех, только своих, но мы захватили две змеи, и пяток монстров послабее. Сам посуди. Да, ты можешь пытками или подкупом узнать разную информацию, но тебе это зачем? Ты даже не ведаешь, что спрашивать надо! Теократия — враг империи, империи это нужно, а тебе не особо. Да и у нас есть маги-менталисты, которым узнать всё будет проще. По поводу управления монстрами ... Ты ни одного из них не захватил, ну какая от неё польза в этом плане для тебя? — раскладывал принц всё по полочкам.

— Задница у неё хороша, — пробурчал я, задумываясь. — Хорошо, если она ценна только этим, то, думаю, мы договоримся.

— Адж-ж-ж! — со злостью мотнул головой Бартоломью. — Есть и ещё одна причина, но она имеет значение лично для меня. Это дочка моего друга. Она была захвачена двадцать лет назад ещё ребенком пиратами и продана в Теократию. Да, из неё вырастили врага империи, но отец всё равно её любит. И до сих пор надеется увидеть!

— Принято, — киваю головой я. — У вас всё? Надо и в самом деле делать ноги, ещё поговорить хочу с командиром эскадры Искателей, боюсь нападения на обратном пути.

— Не бойся, я сейчас подгоняю флот сюда, отплытие сегодня вечером, — усмехается Бартоломью.

Уже на берегу я решил пообщаться с пленницей. Интересно стало.

Наш поредевший отряд постепенно заполнял трюмы кораблей добычей. Не грузили лишь Искателей. На флот принца я особо не рассчитываю, ведь защищать в первую очередь будут его.

— Садись на ковер, тут с мебелью туго. Угощайся, — приветливо указываю пленнице на устланный коврами пол шатра.

За небольшим столиком стоит очаг, где готовится какая-то дичь. Из присутствующих ещё повар из отряда кочевников, и в качестве охраны Ригард. Я не трус, просто проще разрешить ему охранять меня от этой пигалицы, чем потом нытьё слушать. И не заткнёшь же, ведь я его считаю своим другом. Ещё старика Бурхеса. Пожалуй, всё. Пьон? Нет. Баба другом не бывает.

— Что так мало награбили? — усмехнулась девушка, усаживаясь по-турецки, скрестив ноги.

Отчего платье на ней нескромно задралось, обнажив колени и бёдра. Но девушку это не смутило, она с удовольствием вгрызлась в какой-то сочный плод. Я следую её примеру, хотя планировал начать с мяса. Я же не травоядный. Вкус плода удивил — нечто среднее между помидором и огурцом. Сочно и вкусно.

— Что за фрукт? — спрашиваю я для завязки беседы.

— Тобия, много не ешь, один-два плода. Ночью будешь видеть хорошо, ну, и вкусный он, — ответила девушка, оглядывая жадным взором стол с едой.

— Попробуй вот это, — я показываю на редис с растительным маслом, посыпанный крупной морской солью.

— Как закуска пойдёт! А что, выпить не нальёшь? — уставилась на меня наглое создание, сверкая лиловым синяком под глазом.

— Вино или крепче? — забавляюсь я.

— А есть крепче, чем крепче? — принимает игру пленница и представляется: — Я Судзуна, кстати, а ты Гарод, я подслушала.

— Моей, особой, — киваю я повару.

В этой самогонке градусов восемьдесят, сам гоню, захватил для особого случая бутылку из замка.

Бутылку поставили одновременно со шкворчащим на сковороде мясом. Там ещё овощи были, но мы одновременно ухватили по куску антилопы, вроде так я расслышал представление блюда от повара. Налили, выпили. Я поморщилась, а Судзуна нет.

— Ох, как хорошо-то! — удивилась девушка, выпив свою порцию. — Что это?

— Сэм рябиновый! — буркнул я, закусывая мясом.

Упс, по-русски опять сказал. Нет, такое понятие, как «самогон», тут есть, но сокращение в виде варианта «сэм» нет.

— Вещь! А ничего, в плену тоже жить можно. А меня пугали, мол, сразу пытать и насиловать станут. А тут приятный мальчик, хороший стол, выпивка просто слов нет как хороша, — похвалила Судзуна. — Давай ещё по одной!

Выпили, закусили.

— Тебя вообще не заботит твоё будущее? — спросил я для поддержания беседы.

— Поменять хочешь? Не советую. После того как ты украл ценный артефакт, не будут с тобой разговаривать, — предупредила собеседница.

— Чем он ценен? — заинтересовался я.

— Не знаю, но говорят наш материк без магии из-за обрядов, проводимых на этой купели, — налила себе третью рюмку девушка.

— А что за обряды? — продолжаю я.

— Магов убивают ваших, — уже пьяно ответила Судзуна.

Вес у девушки небольшой, даже закуска не помогла.

— Поубивал бы! — рассержено говорю я.

— Ты и так поубивал, всю мою «длань» убил, а меня ещё и плен захватил! Когда уже насиловать будешь? Я готова! — два больших и круглых голубых глаза уставились на меня.

— Вообще не буду, у меня дома три жена, да и тут рабыня есть! У тебя другая судьба. Допросят менталисты и вернут отцу!

А я тоже захмелел порядком. В голове шумит, да и не хотел про отца говорит ей.

— Отцу? — собутыльница замерла. — Отцу "Основы Теократии!? Убей лучше!

— Нет, твоему настоящему отцу, ты что, не помнишь его? Ты же из империи родом.

— Я знаю, и иногда во снах вижу странных людей, которые меня любят. Когда жила в казармах во время учёбы, это было моей тайной, — замерла девчонка с рюмкой в руках. — Может поэтому и выжила. У нас к концу учёбы одна из пяти доживает.

— Не хило! Ну, давай за тех, кого с нами нет! — предлагаю я.

— Да в жопу этих тварей! Они за меня бы пить не стали! Знаешь, как мы там жили?! Вот смотри! — Судзуна обнажила грудь, показав уродливый шрам. — Подружка лучшая постаралась!

— Ниче такие сиськи, — протянул руку я. — А шрам я тебе уберу, как на корабле будем. Для меня это плёвое дело!

— Это кислота Зоранской мокрицы, болит до сих пор, и болеть будет всю жизнь, — горестно усмехнулась пленница.

После этого Судзуну потянуло на откровенности. Зачем менталисты? Да напоить её, сама расколется! Молодая девушка лет двадцати пяти, а сколько натерпелась за свою короткую жизнь, учёба в воинской школе Теократии — не сахар. Длань — это командир элитного отряда из дрессированных, вернее, обученных зверей и особо умелых воинов.

Повар давно ушёл, а Ригард стоит, слушает и на ус мотает. И то правильно, я бухой ничего не запомню. И нафига я так нарезался? Ночью же отплывать надо!

— Давай поспим, — предлагаю я. — До отплытия.

— Правильно, но сначала возьми меня! Грубо! — соглашается Судзуна, сидящая рядом по пояс голая.

Грудь она прикрывать так и не стала. А я чего? Я не против.

— Я насиловать не буду, — из вредности отказываюсь я, так как желание имеется, и кураж тоже.

— Я буду, — лезет с поцелуями девушка.

Ригарду пришлось уйти из шатра, а меня хватило аж на два раза. Сначала, и потом, когда проснулся. Ничего такая малышка, неопытная, но энергичная — жуть. Может, не отдавать её?

На улице уже темно. Наш лагерь уменьшился в размерах, на посту стоят Джун и Тарак.

— Граф, пора на корабль, через два часа отплытие, — из темноты выскользнул Ригард в полном боевом вооружении.

И что я пить на корабле не стал? Бужу Судзуну, и видя, что той нехорошо, подлечиваю её магией. На корабль, мой флагманский, который ничем особо от других судов эскадры не отличается, мы плывем раздельно. Вот я, наконец, в кают-компании, и наши корабли отплывают от вражеской территории. Командует уже не Баркли, а смуглый командир десантного флота. Идём в конце большого флота принца Бартоломью. Но не последние. Нас прикрывают искатели Мелич. Спать неохота, выспался. Пойти навестить пленницу ещё разок?

Внезапно темнота озаряется всполохами, наподобие северного сияния.

Глава 29

То, что на нас напали, я понял не сразу. Виной тому сразу несколько причин. Во-первых, я тупо засмотрелся на завораживающее своей красотой зрелище на горизонте, потом — нападение было подводное, и, наконец, основное — в первую очередь удар был нанесен в центр объединённой эскадры. Взрывы, сверкающие молнии, огни пожаров быстро настроили мои мозги на нужный лад. Я ещё не понял, откуда ждать угрозы, но уже отдавал команды:

— Всем подъём! Всех разбудить! Без паники вооружаемся! Быть готовым к абордажу и повреждению корабля! Капитан, проверить шлюпки!

Орал что-то ещё, и, походу, про шлюпки было в точку. Сильный, я бы сказал сокрушительно сильный, удар произошёл по днищу моего судна! Большое транспортное плавсредство резко дернулось вверх и влево, скрипнуло и с шумом опустилось обратно в море, обдав всех тоннами забортной воды. Не похоже, чтобы это были риф или отмель, больше похоже на пинок! Встав с колен, осматриваю палубу судна. Подводный удар застал меня в кают-компании, на верхней палубе, и сейчас, запустив пяток светляков, я вижу неприглядную картину — груз, до этого надёжно закреплённый на палубе, разбросан, местами вперемежку с командой и пассажирами. Уходящая волна воды смывает всё, что было не привязано, то тут, то там виднеются обломки деревянной палубы. На носу, где стояла мачта с корзиной вперёдсмотрящего, бедлам — нет части форштевня, а это громадный кусок железного дерева, к тому же закрепленного магически. Форштевень у нас выдавался над поверхностью судна метра на четыре. Не должен он был сломаться. А он и не сломан! Он откушен! Прямо на моих глазах из-под воды высунулась огромная зубастая морда и откусила ещё кусочек балки! Тут я опять упал, в левый бок судна стукнулось что-то тяжёлое, отчего корабль стал заваливаться на другой бок, жалобно скрипя, как живое существо. Парочка тычков поменьше стали лишь фоном для вакханалии, творившейся вокруг. Мне было плохо видно другие суда, но можно было догадываться, что и там всё печально. Терпеть удары нет смысла — ещё парочка таких, и корабль может развалиться, пойдя на дно! А я уже не самый слабый маг в империи. Чем бить подводную цель? Ясно, что огонь, молния или воздух не подойдут. А вот свою звуковую волну попробую. Злобно дыша, кастую полукруглую воздушную сеть, длиной метров в сорок, вкладывая в удар треть запаса своей маны. Что-то несильно помогло! Удар пришёлся сзади, почти в корму и в днище... Громадная туша неведомого подводного зверя показалась на поверхности, я было задумал поджарить её, но отменил заклинание — рыбка всплыла кверху брюхом. Не рыбка, а уродливый плоский морской червяк или змей, похожий на кусок доски. Длиной метров десять, не меньше. Голова чудища почти сливалась с туловищем. Следом за ней стали всплывать уродцы размером поменьше. А ведь могу я что-то ещё! Повторяю удар, вкладывая в него ещё больше силы. Корабль больше не прыгает по волнам, а покачивается, освобождаясь от излишков воды, груза и экипажа. Победа? Пока нет, кроме моего судна, нападению подверглись и другие корабли моего флота. И не в моих интересах допускать глобальные потери и там. Пытаюсь осмотреть окрестности. Основной бардак творится в нескольких километрах от меня, а вокруг нас, насколько мне видно, никто не тонет. Более того, вижу одного из искателей Мелич, скользнувшего рядом с нашим бортом. Наверное, проверяет, цел ли наниматель.

— Граф, там пленница бунтует! — доложил один из матросов, сверкая разбитой физиономией. — Вас срочно требует.

На автомате подлечиваю его и иду в трюм. Трапы кое-где сломаны, вижу следы крови, в трюме есть и вода, но не слишком много.

«Как там мой Донт?» — мелькает в голове, ведь он плыл на другом судне, специально приспособленном для перевозки лошадей.

— Что ты хотела? — спрашиваю у Судзуны.

Та находилась в отельной каюте, небольшой, конечно, по размерам — у нас не гостиница.

— На нас напал флот одного из Гребней Теократии, — сказала она, пытаясь утереть кровь с разбитого лба.

Досталось ей, но меня задрали их дебильные погоняла — «гребень», «основа», «длань» Теократии. Дрянь, твою мать!

— Ну, были какие-то рыбёхи, я всех перебил, — раздражённо ответил я.

— Я это поняла, раз нас не утопили, но, может, не всех ...

И только я раскрыл рот, чтобы выразить своё возмущение её предположением, как Судзуна добавила:

— Я могла бы часть стаи взять под контроль. Мы первые десять лет учёбы специализацию не получаем, это потом уже идёт лес, вода, воздух, подземные орды ... А знаешь, сколько стоит, например, «красный головач»? Такого выпусти во рву около замка, и он охранять тот сможет. Или «таящийся клинок» — икра этой рыбки стоит по весу золотом, а сама рыба до ста килограмм вырастает, а ещё её острый нос ...

— Стоп! — прервал я. — Давай опробуем.

— Ещё возможен десант на судна. Вооружи своих людей, — добавила девушка.

— Не учи отца...

Хрясь! Под нами надломился трап! Как раз в тот момент, когда я пытался выйти из трюма на палубу и уже высунул голову из люка. Стремительно лечу вниз, надеясь не задавить попой весьма полезную, как оказалось, пленницу и размышляю — не привиделась ли мне сабля, которой пыталась отрезать мою голову в момент её выглядывания наружу. Не-а.

Маты и ругань Судзуны заглушали голоса и шум на палубе, чётко был слышен лязг стали, крики нападающих и защищающихся. На нас действительно напали! А могучий маг пытается встать в трюме на ноги. Удалось. Командую приручательнице разных тварей затаиться и не выходить на палубу, а сам нахожу ещё один трап, ведущий наверх. Успел я как раз вовремя. Выскочив в районе якорной цепи, смотанной вокруг колеса, вижу своих парней. Ригард и Джун спиной к спине отбиваются от десятка полуголых дикарей. Иначе их не назвать. Брони и доспехов у нападавших нет никаких, оно и понятно — выскочили они из моря, но мечами и копьями орудуют умело. Положение моих людей было если и не безнадёжное, то близко к тому. Только что один из нападавших изловчился и отрубил древко копья, которым был вооружён Джун. Меч Ригарда по-прежнему порхал, но насколько его хватит? У его напарника из оружия только кинжал-переросток. Разумеется, я тут же вступил в бой, направив всё своё внимание ближайшим врагам. Прожили они недолго — нападения со спины никто не ожидал, и я изжарил их молнией, отметив слишком быстро восстановившийся резервуар маны.

— Гарод, хорошо, что ты нашёлся, — обрадовался Ригард. — Я боялся, что тебя убили!

— Граф, вам лучше вернуться в трюм, так нам будет проще вас защитить, — непреклонным голосом заявил Джун.

Ну не офигели ли парни? Я только что спас их шкуры, а они... «боялись, что тебя убили» ... «проще защищать вас». Нет, я их понимаю, защитить меня их прямой долг, а сделать это непросто, если я буду скакать по кораблю и вступать в стычки. Но и ждать, пока разберутся без меня, нельзя, ведь нападающие вполне могут всех перебить, а потом доберутся и до меня в трюме, в конце концов.

— Джун, вниз. Найдешь пленную девку, ... ну, ту, что я драл вчера — охраняй, — командую я и, видя возражение на лице парня, добавляю: — Это ценный кадр. Выполняй приказ.

— Ригард, за мной. Щит от дальних атак я поставлю, маны — до задницы. Раз, два, три, четыре, пять! Гарод вышел убивать! — пропел по-русски я себе под нос.

Мой сотник знал меня лучше и, вздохнув и отодвинув меня своим бронированным плечом за спину, направился в сторону надстройки. При этом тоже произнеся пару слов на великом и могучем! Наблатыкались они со мной.

Враги попались сразу. Ригард даже успел одного убить, остальных пятерых убил я. Магией. С моей помощью зачистили судно быстро. Потери солидные ... у врагов. Нас атаковало сотни две абордажников, выжило два десятка раненых, и то благодаря мне в основном — хочу допросить их, ну и рабы ... тоже стоят денег, тем более, это физически сильные мужчины. Мы потеряли десятка три из команды и сопровождающей меня охраны. Судзуна, доставленная из трюма недовольным Джуном (хотелось бы верить, что недовольным не мной, а пропущенным весельем в бою), озиралась вокруг. Судно и море в радиусе нескольких метров я подсветил качественно.

— Пленных воинов — в рабы, хотя это все простые рыбаки и моряки. Когда Совет Правителей увёл военный и рыболовный флот в безопасные места, из этих людей сформировали абордажные и призовые команды, — дала совет Судзуна. —

Теперь со стаей «Гребня». Будем смотреть что осталось!

Девушка ловко вытащила из сапог, которые, я вижу, ей вернули, леску с небольшим камушком. Я многозначительно глянул на Ригарда, пошедшего пятнами. Он знает, за что получит от меня. Плохо обыскивали! А если бы там нож был или спица? Хотя её сначала же разули, это уже я в порыве благодушия приказал вернуть обувь и одежду.

— Опустив камень на леске в воду с борта, а высота здесь метров пять, не меньше, Судзуна сообщила: — Из крупных два «Топора», но их убить вообще сложно, надумаешь воевать на море — цены им не будет!

— И кстати, это уже не общая добыча, а твоя личная, набег закончен же, — шепнул мне Ригард.

«Грехи замаливает или его Бурхес покусал? Какой домовитый стал», — беззлобно заметил про себя я.

Приглашённая специалистка собирала стаю, или Гребень, раз уж так это называется, в кучу, а я принимал доклад от выжившего Хисана. Он уже успел по амулетам связи прояснить общую обстановку.

— У нас утонуло одно судно, и одно у Мелич, пяток совсем плохи, и их надо бы разгрузить от людей и груза. А вот в центре эскадры потоплен флагман принца! Выжил он или нет — не говорят. И вообще, потери там — десятка три разных кораблей. Людей вылавливают, тех, кто сразу ко дну не пошёл, груз тоже стараются спасти, но глубины там уже приличные.

Выслушав доклад Хисана, я вызываю капитана. Тот выглядит как на параде! Будто это не нас пытались утопить только что. Даже знак доблести висит, рубиновый, второй ступени. А ведь судно гражданское. Тупо транспортник.

— Чем порадуешь, чем огорчишь? — добродушно оглядываю я не военного, в общем, моряка.

— Атаку и абордаж, отразили! — браво начал он (будто это не моя заслуга!), судно получило четыре пробоины, залатываем их, поток воды в трюм прекращён!

— Ну и славно, — облегченно выдыхаю я. — Пойду, прилягу, если найду где.

— Если не высадимся на остров для починки кормы, то затонем от любого сильного ветра! — догоняет меня конец доклада в спину.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге